Время наточить ножи, Кенджи-сан! 3

Глава 1

Первая книга тут: https://author.today/work/361565

Головной офис «Спрут», кабинет Президента

— Ты обманывала меня. Все это время.

Фраза прозвучала тихо, но тот тон, с каким она была сказана, был таким… Рен невольно сжалась в кресле. Словно тихое рычание разъяренного зверя за спиной, утробное, угрожающее.

— Папа…

— Я же сказал называть меня по должности! На работе нет места семейным отношениям! — а это уже было сказано громче.

— А у нас вообще нигде нет места семейным отношениям. И никогда не было! — сорвалась Рен. — Для тебя «Спрут» — вот твоя семья. А не мы.

— На жалость решила давить? — произнес Акутагава таким тоном, что Рен поняла — эту карту отыграть не получится. На эмоции Ямато никогда не был слаб. Вот и теперь не поддался. Нужно искать другие рычаги, потому что без них она пропала.

Девушка вновь украдкой взглянула на договор, лежащий на столе у отца. Откуда он его взял? Кто слил информацию? Фукуда, негодяй, недоглядел! С ним будет отдельный разговор.

— Я не давлю на жалость, — буркнула Рен. — Я лишь говорю правду.

— Правду? — усмехнулся Президент.

— Вот именно! — вновь повысила голос Рен. — Правду. Ты променял нашу семью на все это, — она обвела взглядом офис корпорации, — «Спрут» твоя семья, а не я.

Девушка хотела сказать, что отец к тому же еще и матери изменил, когда якобы страдал от ее кончины и бастарда заделал в виде Кенджи Мураками, но вовремя промолчала. Нет, про него говорить нельзя. Ни в коем случае нельзя.

— И опять ты отходишь от темы, — холодно усмехнулся Президент. — Ну хорошо, давай поговорим об этом, раз тебя это так волнует. Давай поговорим о том, как я не раз спасал тебя. Сначала от наркотической зависимости, потом от алкогольной. Или ты забыла? Отправлял тебя в самые дорогие частные клиники. Делал так, чтобы об этом никто не узнал и твоя репутация не пострадала. Дал тебе лучшее образование, устроил сюда, в «Спрут». Сделал все, чтобы создать тебе хорошую жизнь. А ты что? — он поднял со стола договор. — Ты просто обманывала меня. Обворовывала собственного отца.

— Ты возил меня в частные клиники не для того, чтобы сохранить мою репутацию, — ответила Рен. — А для того, чтобы сохранить свою. Ты не хотел, чтобы об этом узнал хоть кто-то и использовал против тебя. Ты стыдился меня!

— Довольно! — рявкнул отец, да так, что зазвенели пустые стаканы на барном столике. — Хватит! Если ты считаешь, что продвинута в переговорах, то поверь мне — это не так. Все эти приемы я давно уже изучил. Не надо переводить тему. Я вызвал тебя не для того, чтобы слушать от тебя оскорбления.

Он подошел к барной стойке, налил себе виски. Отпил.

— Так ты все же, может быть, расскажешь мне про это, — немного помолчав, произнес господин Ямато. И кивнул на договор. — Или так и будешь использовать дешевые приемчики, чтобы улизнуть от главного?

— Что ты хочешь услышать? — прошипела Рен, глянув с вызовом Ямато прямо в глаза. — Что?!

— Все, — совсем тихо произнес он. И вновь этот четко уловимый тон зверя, опасного и разъяренного. — Я хочу слышать все.

Рен в который раз за сегодня отметила, что несмотря на то, что Ямато уже очень стар — девяносто лет, не шутки! — он продолжает пребывать в силе. И глупцы были те, кто посчитал, что он скоро отойдет от дел. Она в том числе. Нет, не отойдет. Его еще надолго хватит.

— Ты специально хочешь это услышать от меня, хотя и сам все прекрасно знаешь? — усмехнулась Рен. — Желаешь целенаправленно унизить меня?

— Я не хочу унизить тебя, — совсем тихо и грозно прорычал Ямато. — Я хочу, чтобы ты покаялась. Это самое лучшее, что ты бы сейчас сделала. Но ты, как я понял, этого не желаешь. Что ж, можешь ничего и не говорить. Я сам все скажу.

И эта последняя фраза вдруг заставила Рен встрепенуться. Ее словно обдали ледяной водой. Она поняла, что сейчас будет вынесен вердикт, который она точно не хочет слышать.

— Папа, постой, — произнесла она. — Это не то, что ты думаешь. Этот договор… это просто прикрытие.

— Прикрытие чего?

— Одна хитрость, понимаешь? Мы хотели… обойти одни налоговые платежи, слишком большие, поэтому разработали такую схему, с Фукудой. Это он, на самом деле все придумал, предложил мне. Да, она выглядит немного не так, но по другому нельзя было, — она выдумывала на ходу, изворачивалась как могла, лишь бы не говорить правду. А правда была не самой приятной.

— Это все ложь, — произнес Ямато, отмахнувшись от ее слов, как от пыльного ветра. — Неужели ты думаешь, что перед тем, как вызвать тебя сюда, я не проверил этот договор? Я поднял все платежи. Все до одного. Никакие это не скрытые налоговые обходы. Ты просто ставила деньги «Спрута» на скачки. И проигрывала их. Хотя нет, — он подошел к своему столу, поднял оттуда бумажку, — один раз все же выиграла. Совсем недавно. Приличную сумму между прочим. Логично было бы вернуть ее обратно в «Спрут», ведь ты же из нашего кармана брала деньги на ставки. Но нет, я вижу, что эти деньги пошли на твой личный счет. Этот выигрыш, как я понимаю, ты не стала использовать на ставки?

— Папа…

— Замолчи! — рявкнул Ямато. — Ты обманула собственную семью. Обманула меня. И за это должна быть наказана. Закон для всех один. Твоего прихвостня, этого Фукуду, я снимаю с должности. Пусть отправляется с должности прямиком на улицу. А тебя… — он пристально посмотрел на дочь. — Тебя…

— Если думаешь, что можешь так же легко вышвырнуть меня на улицу, то ты ошибаешься, — ядовито заметила Рен. — У меня есть пакет акций нашей компании. Да, небольшой, но достаточный, чтобы присутствовать на совете акционеров, достаточный для того, чтобы определенные решения согласовывать со мной. Ты сам мне его подарил.

— Подарил, — эхом совсем тихо сказал Ямато. — Если думаешь, что тебе это спасет — то ты заблуждаешься. Это лишь отстрочит твое наказание. По тебе я приму решение чуть позже. А сейчас — убирайся вон. От своих прямых обязанностей ты, конечно же, отстранена.

«Отстранена — но не уволена», — довольно подумала Рен, поднимаясь с кресла. И направилась к двери.

— Неужели тебе совсем не стыдно за это? — вдруг другим тоном, мягким, грустным произнес Ямато. — Ни капли совести в тебе не проснулось?

— А от чего мне должно быть стыдно? — повернулась она. — Дети — это отражение своих родителей. Ты так воспитал меня, вот и пожинай плоды.

— Ты хочешь казаться взрослой, но внутри совсем еще глупа, как ребенок, — ответил Ямато. — Если ты думаешь, что я оставлю это все просто так, то ты заблуждаешься. Этот договор с «Атласом» — уголовная статья для тебя. Мне будет жалко и обидно, больно, очень больно отправлять тебя за решетку, но иначе нельзя. Ведь в самом начале беседы я говорил тебе, что на работе нет места семейным отношениям.

— Это мы еще посмотрим, кто кого отправит за решетку, — ответила Рен и вышла из кабинета, громко хлопнув дверью.

***

Этот день можно было бы назвать днем приема, потому что господин Ямато хотел сегодня видеть многих и со многими как следует поговорить. Но были и те, кто сам записался на прием. И едва Рен ушла, оставив Ямато в крайне плохом настроении, как в дверь постучали.

— Войдите, — крикнул Ямато.

Дверь открылась, в кабинет зашел Нобору Морито, начальник службы безопасности.

— Нобору…

— Господин Ямато, — низко поклонился тот.

— Я знаю, про что ты сейчас начнешь говорить, — произнес Президент, неприятно сморщившись, словно съев горькую пилюлю.

— Да, господин Ямато, — вновь поклонился Волк. — Но если желаете, то я ничего не скажу. Просто отдам это.

И протянул лист.

— Что это?

— Мое заявление на увольнение.

— Нобору, послушай…

— Господин Ямато, мне нет прощения. Случившееся в ресторане «Белый Тигр» — полностью моя вина. Я это признаю. Я не обеспечил защиту, не обеспечил людям безопасность. Прежде всего, вам. Я подверг вашу жизнь опасности. Поэтому я должен уйти.

— Нобору, такие моменты конечно невероятны и мало прогнозируемы. Ситуация не самая приятная, с учетом того, что риску подверглись еще и наши гости. Но все закончилось благополучно, спасибо Мураками.

Он и в самом деле помог, этого Ямато не мог отрицать. Та решительность и оригинальность, с какой он вывел гостей, восхищала его. Надо же, как придумал! И речь какую сказал, ни единым мускулом не дрогнул, не выдал волнения, хотя знал, что в кухне тикает бомба, которая могла взорваться в любую секунду. Хладнокровно, как настоящий профессионал. Кто же он такой? Это вопрос Ямато в последнее время задавал все чаще. Кто этот парень? Его оберегает словно сама удача и благоволит ему.

— Мы все живы. Ты, насколько мне уже доложили, тоже сыграл в этом не последнюю роль.

— Господин Ямато, вы слишком добры ко мне. Я рад, что с вами все в порядке, но ошибки допущены. И за них нужно расплатиться. Мне. Как бы все не сложилось, вина в этом моя есть. Поэтому я прошу подписать мое заявление на увольнение. Если этого мало, то я готов понести более тяжкое наказание.

Ямато глянул на Нобору и понял, что тот сейчас говорит это не из-за красивого слова, он и в самом деле готов был как настоящий самурай исправить свою ошибку.

— Я уважаю твое решение и твою решительность, — произнес Президент. — Но у меня нет в планах тебя увольнять. Да, согласен с тобой, ты несешь определенную ответственность как начальник службы безопасности — это твоя прямая обязанность охранаять нас и обеспечивать безопасность. Но я не хотел бы тебя за это увольнять. Считаю, что это ни к чему. Твой опыт еще пригодится. Давай я предложу тебе кое-что другое? Не возражаешь?

— Что?

Ямато улыбнулся, подошел к Волку ближе. Спросил:

— У тебя есть люди, которые могут занять твое нынешнее место?

— Есть мой заместитель, парень по имени Мэса. Я подготовил его, он справится.

— Вот и хорошо, — одобрительно кивнул господин Ямато. — Его и поставим на твое место. А ты… — он улыбнулся еще шире, — будешь охранять Мураками.

Волк промолчал, но все равно не смог сдержать эмоций — они отразились в его глазах.

— Он нуждается в охране, — пояснил Ямато. — Взлет его карьеры оказался очень крутой и быстрый, по всем телеканалам показывают его, в газетах о нем пишут. Нужна охрана, потому что…

Договорить он не успел — раздался телефонный звонок.

Ямато взглянул на трубку, сморщился. Но все же подошел, недовольно ответил:

— Слушаю?.. — и выслушав звонившего, вдруг громко произнес, вытянувшись в лице: — Что?!. Понял. Сейчас передам.

И положил трубку. Волк увидел на лице господина Ямато целую гамму чувств — и все они не порадовали его. И удивление, и недовольство, и даже злость.

— Что-то случилось, господин Ямато? — осторожно спросил Волк, уже давно выучив это выражение его лица.

— Случилось, — хмуро кивнул тот. — Я оказался прав. Только, кажется уже поздно. Мураками и в самом деле нужно было охранять.

— С ним что-то…

— Сейчас позвонили твои ребята, которые охраняли его, Сказали, что в него стреляли. Пока ничего неясно — кто, зачем, сколько раз. Давай завершим этот наш разговор. Езжай туда, все выясни. И сразу же сообщи мне. Понял?

— Так точно! — вытянувшись по струнке, сказал Волк.

— А теперь иди. Только позвони сразу. Надеюсь, что все обойдется.

Только вот интуиция Волка подсказывала ему, что все не обойдется. Он выскочил из кабинета и стремительно рванул к лифту, попутно набирая номер своим помощникам и Мэса. Телефон Волк поставил на беззвучный режим, потому что зашел к Ямато, поэтому не слышал звонка — на дисплее было пропущено несколько звонков.

— Проблема за проблемой! — выругался Волк, заскакивая в лифт.

Господин Ямато проводил взглядом бывшего начальника службы безопасности. Потом подошел к столу, набрал секретарю.

— Давай следующего, — сказал он, тяжело вздохнул.

«А вот и третий посетитель», — подумал Ямато, вновь сморщившись.

Этот разговор предстоял быть самым сложным, неприятным и горьким.

— Разрешите войти, господин Ямато? — произнес посетитель.

— Входи, Абэ, — ответил тот.

***

Звезды существуют множество миллиардов лет. Их свет практически вечен, особенно по сравнению с нашей жизнью, порой короткой, обрывающейся внезапно. Звездам должно быть наплевать на нас. Для них мы — буквально вспышка, которую они не почувствуют. Но они каким-то образом все же дают нам знаки, предостерегают, либо напротив, говорят, что нужно действовать. Звучит бредово. Но мысль о том, что Земля круглая и вертится вокруг Солнца тоже когда-то звучала бредово. Так значит все правда? И расположение звезд в определенный день тоже не случайно для каждого из нас? Кто знает.

Об этом всем я думал, когда лежал на асфальте и смотрел на небо. Стянувшиеся тучи раздуло ветром, и передо мной вдруг открылась удивительная картина — звезды. Целая россыпь звезд. Миллиарды звезд в бездонной бесконечной черноте.

Я осторожно ощупал себя, достал из кармана сотовый телефон. Набрал номер.

— Алло? — раздался тревожный женский голос после нескольких гудков. — Кенджи, что случилось? Почему так поздно звонишь?

— Икеда, — прохрипел я.

Я звонил именно ей, не Наоми, и никому-то другому, а именно ей. И на то была одна веская причина.

— Кенджи, что случилось?

— Икеда, ты ведь знала? Все знала с самого начала.

— Что знала?

— Ты составила мне гороскоп. Сказала, что меня ожидают неприятности.

— Да, — ответила та. И тон от тревожного, поменялся на прежний, нравоучительный, словно я позвонил своей старой учительнице. — Это и в самом деле так. Звезды не врут.

— Вот уж действительно! — усмехнулся я и тут же скривился от боли. — Звезды и в самом деле не врут. Я хотел извиниться перед тобой, за то, что не верил во все это. Твой амулет, который ты мне дала…

Я осторожно запустил руку в нагрудный карман, где этот металлический кругляш с драконом все это время лежал. Икеда, обеспокоенная моим плохим гороскопом, дала его мне, а я брать не хотел. Икеда сказала, что он обережет меня от неприятностей. Подумать только, дешевая вещица, купленная в сувенирной лавке, а и в самом деле обладает практически магической силой. Уберегла. Спасла.

Я глянул на амулет. Пуля попала точно в его середину, пронзила дракона, да там и застряла, не причинив мне вреда.

— Твой амулет спас меня.

— Конечно, — спокойно ответила Икеда. — А разве как-то должно было быть иначе?

И потом, вдруг спохватившись, собеседница обеспокоенно спросила:

— Кенджи, и все же, что случилось? Ты звонишь так поздно.

— Не беспокойся, — ответил я. — Уже все в полном порядке. Я просто поблагодарить тебя хотел.

Ко мне подскочила охрана, принялась меня осматривать, расспрашивать.

— Кенджи, что там у тебя происходит? — еще больше обеспокоилась Икеда, услышав тревожные чужие голоса.

— Честно, все нормально.

Меня принялись осматривать, трясти, распахивать рубашку. Я отмахнулся от охраны, показывая знаками, что я в порядке. Потом прислонил динамик телефона к ладони, чтобы Икеда ничего не слышала и прошептал:

— Найдите стрелявшую. Она побежала туда.

Несколько охранников сразу же рванули в погоню.

— Икеда, ты извини меня, если разбудил.

— Не разбудил, — ответила Икеда. — Я еще не ложилась. Кстати, я прямо сейчас составляла твой гороскоп на следующий отрезок твоей жизни.

— И как он? — заинтересованно спросил я.

— Удивительно, но очень хороший получился, — довольная собой, ответила та. — Будет много возможностей, причем очень крупных, которые изменят твою жизнь очень сильно. И удача сопутствует. Нужно только не упустить ее. Есть, конечно, и опасности, которых нужно поберечься. Поэтому я тебя прошу, Кенджи — будь осторожен.

— Я постараюсь, — ответил я. — Постараюсь быть осторожен и постараюсь не упустить возможности. Спокойной ночи.

И положив трубку, вновь принялся смотреть на звездное небо.

Глава 2

Отдохнуть в этот день мне было не суждено. Едва я пришел в себя после выстрела (все-таки не каждый день тебе стреляют в сердце), как ко мне подошли полицейские, врачи и личная охрана. Первые принялись опрашивать о случившемся, вторые осматривать, третий просто угрюмо молчали. Вместе с охраной приехал и Волк. Он был самым хмурым из всех. Я понимал причину его настроения. Облажался он по полной, да еще и не один раз.

— Ты как? — спросил Волк, подойдя ко мне.

— Было бы лучше, если меня, наконец, отпустили бы домой, — ответил я. — Устал неимоверно.

— Сейчас поговорю с полицией. Постараюсь сделать так, чтобы тебя сильно долго не держали.

— Сам как? — спросил я у Волка, чтобы хоть как-то поддержать. Он совсем был хмур.

— Как будто рок какой-то, — сокрушенно ответил тот. — Ничего понять не могу. Словно устраивает кто-то все специально. Только понять не могу кто. Я бы его живо к ногтю тогда придавил бы.

— Думаешь, кто-то это делает специально? — спросил я. Было сомнительно, что это так, скорее тут и в самом деле наложилось одно на другое.

— Не знаю, — вздохнул Волк, кажется, тоже понимая, что искать здесь виноватых было бы глупо.

— Нобору, стрелявшую удалось догнать?

— Да, — ответил тот, но радости в голосе не слышалось.

— Что-то не так?

— При задержании она отстреливалась. Наши ребята старались не убить ее, но сбили с ног, и она неудачно упала, ударившись головой.

— Жива? — насторожено спросил я.

— Жива, но находится в коме. Так что допросить пока не представляется возможным. И соответственно узнать кто заказчик тоже.

— Черт! — выругался я.

— Вот и я говорю, словно злой рок какой-то.

Волк и в самом деле переговорил с полицейскими и те, быстро опросив меня, отпустили. Врачи тоже дали каких-то успокоительных капель и уехали.

— Давай, мы подкинем тебя до дома, — предложил Волк. — И отказ не принимается.

— Ты уж извини, — сказал я.

— За что?

— За то, что надумал гулять, вместо того, чтобы ехать сразу домой.

— Да, прогулка и в самом деле оказалась не такой безобидной, как хотелось, — кивнул Волк. — Но я тебя понимаю. День был чертовски сложным.

— Это верно.

— Я подал заявление на увольнение, — после паузы совсем тихо произнес Волк.

— Что?! — удивился я. — Зачем?!

— Потому что не справился с поставленной задачей. Сначала эта бомба, теперь вот покушение. И ведь не было информации, хотя у меня связи везде есть. Должно было хоть что-то прийти. Словно специально кто-то утаил. А ведь это еще не все, что известно Президенту. Про похищение твое мы деликатно промолчали. Это полный провал по всем направлениям! Я вдруг сразу стал ни на что не годен!

— Неприятности бывают у всех, — ответил я. — Но зачем подавать заявление? К тому же ты учитываешь только свои промахи. А как же обезвреживание бомбы? Если бы не ты, я бы сейчас с тобой тут не разговаривал. Да полсотни тех гостей из разных стран тоже сейчас бы не хвалили нашу кухню, сидя в аэропорту и дожидаясь своего рейса.

— Не упрашивай, — отмахнулся Волк. — Я уже заходил к господину Ямато. Он не принял пока заявление, но думаю, после этого случая обязательно его подпишет. Я уже готов к этому. Пока он временно перевел меня к тебе личным охранником.

Я едва сдержался, чтобы не выразить свои эмоции. Это был тяжелый удар для Волка, и я это прекрасно понимал. Много лет он служит начальником службы безопасности, а теперь вдруг его делают обычным охранником. Хоть Волк и не подает виду, но самолюбие его сильно задето.

— Уволиться — значит сдаться, — ответил я. — А нам еще предстоит тяжелый бой. И не один.

— Какой такой бой? — не понял Волк.

— Если меня хотят убить, то значит я кому-то не по душе. Мы не знаем, кто заказчик, и потому еще ничего не закончено. Потому я бы советовал тебе не спешить с увольнением. Чутье подсказывает мне, что и твои промахи, и мое покушение — все это звенья одной цепи, хоть и очень большой. Кто-то устраняет конкурентов.

Волк задумался. Было видно, что на эту проблему с такого ракурса он еще не смотрел.

— Думаешь, это все тот же передел власти? — спросил он.

— Он самый.

— А как же бомба?

— Это тоже укладывается в эту версию. Мы пока и тут не знаем кто заказчик. Но было бы гораздо легче, если бы знали. Определенные карты нам бы тогда открылись. Нобору, у тебя есть кто-то в полиции, кто бы мог рассказать о том, как идет допрос? Этот Призрак сказал, что заказ ему передал какой-то очень важный человек. Но кто он — он не знает.

— Я постараюсь выяснить, — кивнул Волк.

И в его глазах вновь засверкал огонек оживления. Он вдруг понял, а может быть и решил сам для себя — бой проигран, но не проиграна сама война.

***

— Хочу знать ответ лишь на один вопрос.

Эта фраза прозвучала в просторной комнате звонко и, отразившись от стен, еще больше прорезала слух.

Фукуда сморщился. Он сидел в загородном доме Рен Ямато и чувствовал себя какой-то мелкой букашкой — настолько тут все было большим и величественным. Настоящее убежище для ее неоднозначной личности и больших амбиций. Комната располагалась на втором этаже, отделенная от других комнат дубовой дверью с инкрустированной латунью ручкой. Внутри кабинет был погружен в полумрак, смягченный мягким светом из больших окон, выходящих на ухоженный сад. Стены были выкрашены в глубокий, насыщенный оттенок синего, который, казалось, привлекал к себе внимание, а затем успокаивал его. А успокоиться и в самом деле было необходимо.

Вдоль одной из стен стоял большой стол из темного дерева, покрытый полированным стеклом, за которым Рен проводила свои рабочие дни. На столе, кроме ноутбука и стильной подставки для ручек, была всего одна фотография — черно-белая, с изображением Рен в молодости, стоящей перед огромным зданием «Спрута». Женщина никогда не скрывала того, что хочет в итоге стать главой компании своего отца.

У дальней стены располагался огромный камин, в котором лениво горели поленья.

«Плохой знак», — подумал Фукуда, глядя на огонь. Рен разжигала его только в минуты особо сильных переживаний.

— Хочу знать ответ лишь на один вопрос, — повторила Рен, спускаясь с лестницы.

Звонок раздался внезапно — звонила госпожа Ямато и требовала, чтобы Фукуда немедленно к ней приехал. Все вопросы о цели поездки она тут же отмела в сторону и сказала явиться незамедлительно. Что Фукуда и сделал, хотя сейчас, сидя здесь, вдруг явственно понял — лучше бы не ездил. Он догадался о теме предстоящей беседы.

— Фукуда, объясни мне одну вещь, — ледяным тоном произнесла Рен. — Каким образом к Президенту попали документы «Атласа»?

— Все-таки «Атлас»… — совсем тихо задумчиво и произнес тот. И вздрогнув, словно стряхивая оторопь, начал поспешно и сбивчиво говорить: — Дело в том, что один человек… Это Ёсико Иори, в отделе кадров работает. Она пробралась ко мне в дом… сейф каким-то образом вскрыла. И украла документы. Так получилось. Но госпожа Ямато, не беспокойтесь, она сполна ответила за это.

— Так значит, ты наказал ее за это? — словно бы заинтересовавшись этим, спросила Рен.

— Конечно! — оживился Фукуда. — Она наказана и больше такого не повторится.

— А больше и не надо, — ответила Рен. — Я хочу уточнить другое. Эта Ёсико провинилась и она была наказана. Верно?

— Верно, — насторожено ответил Фукуда.

— Тем самым ты пытаешься мне рассказать о неотвратимости наказания за каждый проступок?

— Ну… — протянул тот, вдруг начиная понимать, к чему она ведет.

— А как ты считаешь — то, что секретные документы, дискредитирующие меня, попали в чужие руки — это проступок?

— Госпожа Ямато…

— Отвечай на вопрос! — рявкнула она.

— Это проступок, но виновные наказаны.

— Нет, — покачала головой Рен. — Виновные не те, кто украл этот документ. Виновные те, кто хранил эти самые документы и обещал мне, что их никто никогда не увидит. Ты ведь так говорил? Говорил. Из этого следует, что проступок этот на твоей совести. А значит…

— Госпожа Ямато! — взмолился Рен. — Я все улажу!

— Что ты уладишь? — ледяным тоном произнесла Рен. — Хочешь сказать, что ты пойдешь к Президенту и все ему объяснишь? Сомневаюсь. Он даже слушать тебя не будет. Кстати, он и тебе кое-что передавал.

Рен ядовито улыбнулась.

А Фукуда невольно встал и замотал головой, словно не желая слушать, что сейчас скажет Рен.

— Он сказал, что ты уволен!

— Нет… Госпожа Ямато, как же так? — прошептал он.

— А ты что думал услышать? — рассмеялась Рен. — Он узнал о наших махинациях, про которые ты говорил, что никто никогда не узнает. Вот ты и поплатился за это.

— Госпожа Ямато…

— Замолчи. Мне не нужны твои оправдания. Ты мне теперь не нужен.

— Но как же? — растерялся Фукуда. — Я же веду все ваши дела.

— Ты их вел, — уточнила Рен. — До этого дня. А теперь не ведешь.

— Но ведь…

— И как ты вообще себе это представляешь? Ты уволен из корпорации, допуска теперь у тебя ни на какие счета нет. Как ты сможешь продолжать вести мои дела? Никак. Так что ты мне теперь не нужен.

Она подошла к камину, подкинула полено. Потом медленно повернулась, спросила:

— Ты привез все документы?

— Да, — ответил Фукуда, бросив взгляд на дипломат, в который он загрузил все, что было в сейфе. Кроме договора с «Атласом», естественно. — Я все взял с собой. Но госпожа Ямато, выслушайте меня. Дайте мне еще один…

— Заткнись! — рявкнула та, подходя к диломату и открывая его, так, словно он был ее.

Быстро пробежавшись взглядом, она удовлетворенно кивнула.

— Не расстраивайся, Фукуда. Все когда-нибудь наладится. В жизни бывают черные полосы. У тебя — как раз такая. Но любая черная полоса когда-нибудь заканчивается и начинается белая.

Тон ее голос от ледяного, вдруг стал спокойным и даже приятным. Фукуде даже на мгновение показалось, что вот сейчас она передует и скажет, что он опять в ее команде. Они что-нибудь придумают, обязательно.

— Успокойся и выпей. Это поможет.

Она подошла к барной стойке, взяла стакан и налила в него виски.

— Вот. Выпей.

Она протянула ему стакан. Фукуда взял его и вдруг понял, как сильно трясутся его руки. Выпить и в самом деле не мешало бы — нервы совсем на пределе.

Он залпом осушил стакан. Первоклассный виски. Рен знает толк в выпивки.

— Вот и хорошо, — одобрительно кивнула Ямато. И словно потеряв всякий интерес к гостю, вновь подошла к камину.

Фукуда забыл когда последний раз ел и вдруг ощутил, как от выпитого сразу же закружилась голова и он опьянел. Хмель приятной теплотой растекся по телу и стало вдруг спокойно.

«Ну что за ерундовые вопросы? — подумал он. — Все решим. Правильно сказала — после черной всегда белая».

— Рен, — сказал он, ощущая, как сильно заплетается язык. — Мы выкрутимся. Договор — это ерунда. Скажем, что он не настоящий. С «Атласом» я договорюсь. Все платежки отменим. Спишем на ошибку простых людей.

Но Рен его не слушала, она смотрела на огонь.

— Госпожа Ямато, вы главное не переживайте. Это все пустяк… — он попытался встать, но не смог — ноги были словно ватные. Необычное ощущение. — Что за черт?

Фукуда глянул на себя, словно первый раз видел свои ноги и руки.

— Немеет все, — пробормотал он.

— Это парализующий яд, — вдруг произнесла Рен, оглянувшись. — Сначала перестают действовать руки и ноги, потом тело. Последней мышцей, которая остановится. Будет сердце. Это то самое наказание за твой проступок, Фукуда.

Фукуда хотел подскочить с дивана и придушить Рен за такое, но не смог подняться. Вместо этого он неуклюже расстелился на полу. Рен продолжала наблюдать за ним, словно за зверьком в зоопарке, который перевернулся на спину и не может обратно встать на лапы.

— Рен… — прохрипел Фукуда, ощущая, как отключаются и перестают слушаться его руки и ноги. Теперь он мог только бессильно смотреть на свою госпожу, которая вдруг стала для него судьей.

— Ты проиграл, Фукуда, — произнесла она, подойдя к нему ближе. — А я еще нет. Поэтому наши пути на этом расходятся.

Она достала из дипломата документы, подошла к камину и кинула их. Те вспыхнули веселым огнем. Рен посмотрела, как сгорают бумаги, потом повернулась к Фукуде, проверяя — мертв тот или нет. Он был еще жив, хоть и мог только моргать глазами и пускать слюни.

— Спустись вниз, — приказала она кому-то. — Спустись и закончи это поскорее — этот болван даже умереть не может как нужно.

Фукуда перевел взгляд на лестницу, пытаясь понять, к кому она обращается. Сначала он увидел чьи-то ноги, медленно спускающиеся вниз — поднять выше взгляда он уже не мог. Потом показался и сам гость.

— Мэса, поставь точку, — сказала Рен.

«Мэса?! — удивленно подумал Фукуда. — Это же помощник Волка. Он же из другого клана. Что он тут делает?»

— Как скажешь, — ответил тот, подойдя к Рен и обнимая за талию. Потом, страстно поцеловав, глянул на Фукуду. Ухмыльнулся, словно прочитав его мысли.

— Разберись с ним, а потом реши вопрос с телом, — приказала Рен.

«С чьим телом? — испугано подумал Фукуда. — С чьим телом?!»

Мэса подошел к лежащему совсем близко, наклонился. И взял за голову.

— Такова судьба, — совсем тихо произнес Мэса, добродушно улыбнувшись.

Последнее, что услышал Фукуда, перед тем, как его разум погрузился в темноту, был хруст ломающихся шейных позвонков.

***

— Все? — спросила Рен, когда Мэса поднялся.

— Все, — ответил тот, проверяя пульс.

— Этот идиот сильно подставил меня, — раздраженно произнесла Рен, глядя на тело.

— Он за это поплатился. Выпьешь?

Ямато налила Мэса виски, протянула.

— Тоже с отравой? — улыбнулся тот, принимая напиток.

— Нет, без. Ты мне еще нужен, — ответила Рен, поглядев на парня вожделенным взглядом.

Они выпили, кидая друг на друга полные похоти взгляды. Потом Рен спросила:

— Что дальше? Убьем Мураками?

— Убирать Мураками нужно было гораздо раньше, еще на этапе его становления, — ответил Мэса, отпивая виски.

— А я ведь говорила это Фукуде! — проворчала Рен.

— Теперь этого делать нельзя. Во-первых, за ним приставлена довольно мощная охрана. И во-вторых, он набрал достаточно большой политический вес. Он теперь не просто один из тысячи безликих работников в «Спруте». Он полновесная фигура.

— Это я уже поняла, — с горечью ответила Рен.

— Но как и любая фигура это лишь значит, что с ней тоже можно играть. Зная его ходы, зная его сильные и слабые стороны, мы можем выстраивать свой сценарий. И мы это уже делаем.

Рен вопросительно глянула на парня.

— С помощью него мы убрали один из кланов — Клан Волка.

— Как это? — ошарашенная такой новостью, спросила Рен. — Волк теперь не глава службы безопасности?

— Нет, — довольный произведенным фурором от новости, ответил Мэса. — Теперь я новый начальник. Если эпизод с бомбой был нам как подарок с небес — никто этого не ждал, и это сильно ударило по репутации Волка, тот вот про покушение на Мураками я знал еще загодя. Этот, — Мэса кивнул на Фукуду, — заказал Мураками киллерам. Информация через свои каналы дошла до меня. Но я не стал ее передавать Волку. Мураками не убили, действовал дилетант, но репутация Волка вновь пострадала, и господин Ямато решил сделать рокировку. Теперь Волк простой охранник, а я — начальник службы безопасности.

— Так значит, ты так просто разбил Клан Волка? — улыбнулась Рен, подходя к Мэса ближе.

— Не разбил, но нанес достаточно ощутимый удар, — не без гордости ответил Мэса. — Думаю, оправятся они не скоро, и мы успеем все сделать и перестроить власть так, как нужно нам. И для этого мы будем использовать этого Мураками.

— Я надеюсь, ты знаешь что делать, — ответила Рен. — Потому что второго такого удара и подставы, которую мне сделал Фукуда, я просто не переживу. Ты бы убрал его отсюда, — Ямато глянула на тело. — Неприятно смотреть, что он тут лежит.

— Уберу, — кивнул Мэса, подходя к дивану. Сняв с него накидку, он закрыл ей тело. — Так лучше?

— Будет лучше, если мы прямо сейчас поднимемся наверх, в мою постель, и займемся делом.

— Как скажешь, — ответил Мэса. Потом ловким движением подхватил Рен и понес наверх, оставляя Фукуду совсем одного в комнате.

Глава 3

Не смотря на половину ночи, которую у меня украли полицейские, врачи, киллеры и другие не менее интересные личности, оставшуюся часть я проспал крепко, а проснулся утром рано выспавшийся и полон сил. Я сварил себе кофе, использовав для этого турку.

Кофе… Напиток богов, особенно если его приготовить так, как нужно. Конечно, с тем, что разливает автомат на шестом этаже не сравниться (может, и в самом деле подмешивают туда наркотики?), но тоже неплохо. Крепкий, бодрящий.

Я принял душ, выпил пару чашек и ощутил себя заново родившимся человеком. Остановился у зеркала и глянул на синяк в области груди, точно там, где бьется сердце. Подумал, что насчет заново родившегося я не так далек от истины. Если бы не амулет Икеды, то все было бы куда как печальней. Я бы и не проснулся сегодня вовсе. Подумать только, какое совпадение. Веь я мог положить эту побрякушку с драконом в карман, к примеру, брюк. И тогда все было бы гораздо хуже. Но кинул в нагрудный. А может, и в самом деле гороскопы не врут? Надо бы прочитать в газете, что там меня ждет? Если все хорошее, то буду верить в них, если что-то плохое — то я ярый их противник и критик.

На улице меня уже ждала машина — Волк лично заехал за мной. Сложно было поверить, что теперь он мой личный охранник и я всю дорогу, что мы ехали до офиса, чувствовал неловкость. А когда Волк сообщил, что господин Ямато очень ценит всю ту работу, которую я провел с форумом, то и вовсе покраснел от стеснения.

— Но это еще не все, — загадочно улыбнулся Волк, подмигнув мне.

— А что еще?

— В офисе узнаешь.

Такое странное поведение Волка меня смутило, но я понял, что допытывать его сейчас не имеет смысла, поэтому направился прямиком в офис. Там меня уже ждали мои коллеги, которые точно так же как и Волк загадочно улыбались.

— Что происходит?

— Кенджи, ты разве не знаешь? — спросил Ичиро. — Точнее, извиняюсь. Господин Мураками. Так будет правильней к вам обратиться.

Я вопросительно глянул на него.

— Господин Мураками? Это что еще за обращение такое официальное? — спросил я. — Такое ощущение, будто я перед вам в чем-то провинился.

— Так положено обращаться к начальнику, — пояснил Ичиро.

— К какому начальнику? О чем вы? Я окончательно запутался, — ответил я. — В кофе с шестого этажа сыпанули чуть больше порошка? Или в чем дело? Какой еще начальник?

— Я думал, ты уже знаешь, — еще шире улыбнулся Ичиро и протянул документ. — Вот приказ, прочитай.

Я прочитал. И невольно открыл рот. Приказ был за подписью самого господина Ямато и гласил о том, что я теперь назначен на должность начальника отдела стратегии, где до недавнего времени работал простым менеджером.

— Как же это… — растерялся я. — А как же господин Судзуки?

— Его перевели в отдел планирования заместителем начальника. Можно считать это понижением, но думаю ему это даже в радость — меньше забот и проблем, — Ичиро подошел чуть ближе, шепнул: — Считаю, что эти перестановки заслуженны — и для Судзуки, и тем более для тебя. Так что, господин Мураками, принимайте коллектив. Ждем ваших указаний.

Все приветствовали меня аплодисментами. А я не знал что сказать. С одной стороны это было очень приятно, что господин Ямато так ценит меня и назначил на должность. Но справлюсь ли я?

Я сел на стул.

— Господин Мураками, ну что же вы? — всполошился Ичиро. — На чужое рабочее место сели! Вы теперь сидите в отдельном кабинете!

— Хватит меня так называть! Просто Кенджи.

— Нет, господин Мураками, — ответил Ичиро. — Просто Кенджи вы для нас, с вашего позволения, будете в нерабочее время, где-нибудь в баре или караоке. А тут нужно соблюдать субординацию.

Тут он был прав. Но мне тяжело было перестроиться так сразу. Еще вчера я с этими людьми сидел за одним столом и шутил на всякие непристойности. А теперь вроде как должен руководить ими и быть примером. Это невольно отдалит меня от них, чего мне не хотелось — я уже сдружился с ними.

Невольно проскочила мысль о том, что меня без меня женили. У нас обычно принято спрашивать человека хочет ли он занять новую должность, а тут сразу назначили. Впрочем, я уже достаточно проработал в «Спруте» и в Токио, чтобы понять, что некоторые моменты в работе тут отличаются от тех, к которым я привык. И вот такой приказ — один из примеров. Работа — это вторая семья, так неужто ли ты будешь спорить с главой семейства о том, чем тебе заниматься? Сегодня он просит помыть посуду, а завтра пропылесосить, и послушные дети выполняю его приказы без всякого препирательства.

— Господин Мураками, — улыбнулась Икеда, подходя ко мне. — Звезды не врут и всегда говорят правду.

— Это я уже понял, — ответил я. И тише, чтобы слышала только она, добавил: — Спасибо тебе.

Икеда кивнула.

— Ну что ж, — сказал я, обращаясь к коллективу. — Приказ вышел и ничего изменить мы не можем. Значит, работу отдела нужно продолжить выполнять и руководить вами придется мне.

— Мы будем только рады, — сказал Джиро.

Я поблагодарил всех и вошел теперь уже в свой кабинет. Ощущения были странные. Однако помимо растерянности, я также ощущал и радость. Зная прошлую работу Судзуки, я понимал, что отдел по сути толком ничего не делает и обрастает мхом стагнации. Моей задачей, которую я мысленно определил для себя, было вновь запустить отдел, чтобы он работать как новый механизм, слаженно со всеми другими отделами корпорации.

Уходя из кабинета, Судзуки не потрудился даже привести дела в порядок, документы так и продолжали лежать на его столе огромной бесформенной горой. Я вызвал Ичиро.

— Подскажи, что это? — спросил я, просматривая бумаги. — Я просто с форумом немного выпал из дел и не понимаю про что тут.

— Это дела, которые ведет наш отдел, — сказал Ичиро.

— Так много?!

— Ну да. Просто Судзуки особо не отличался расторопностью. Некоторые дела откладывал, некоторые долго рассматривал.

Мне хотелось как следует выругаться, но помня свою новую должность, я воздержался — неприлично ругаться начальнику при своих подчиненных. Вместо этого мы с Ичиро разделили документы на три группы. В первую сложили текущие дела, которые нужно решить прямо сейчас. Во вторую дела средней важности, которые необходимо решить в течение недели. В третью сложили то, что было важным и что просто так с наскока не решалось.

— Господин Мураками…

— Ичиро, давай в кабинете, где только ты и я, ты будешь называть меня просто Кенджи? — спросил я. — Хотя бы первое время. А то мне прям слух режет, не могу еще привыкнуть.

— Договорились, — согласился Ичиро, улыбнувшись. — Кенджи, мы отделом можем забрать дела из первой папки. Думаю, до конца рабочего дня они будут уже выполнены.

— Хорошо, — кивнул я. — Скажи, а почему Судзуки сразу их вам не отписал? Зачем у себя все держал?

— Потому что любую бумажку, которая заходила в отдел, он сначала показывал своему шефу из клана — господину Абэ.

— Это же дико тормозит весь процесс! Да и причем тут Абэ? Он не его непосредственный руководитель.

— Тут дело не в том кто кому приходится начальником официально. А в том, кто под чьей крышей. Судзуки был под крышей Абэ, в его клане, и был весьма осторожен и пуглив. Поэтому без его одобрения ничего не делал. И вот результат.

Ичиро кивнул на гору документов. Добавил:

— Теперь, я надеюсь, все будет по-другому.

— Это уж не сомневайся. Никакие бумаги, если они непосредственно не относятся к его делу, с Абэ или кем бы то ни было не согласовываем.

— Конечно, — просиял Ичиро. — Ведь сам Кенджи Мураками теперь с нами!

— Не подлизывайся!

Ичиро рассмеялся. Потом сказал:

— А если серьезно, то коридор шестого этажа возле кофемашины полнится слухами.

— Какими?

— Ты разве не слышал?

— А когда мне их слышать? Я с форума забыл вкус кофе.

Ичиро ответил не сразу, словно бы взвешивая — говорить или нет?

— Эти слухи могут мне не понравится? — уточнил я. — Не переживай. Переживу.

— В общем, все шепчутся, что ты теперь верхушка нового клана.

— Чего-о? — удивленно протянул я.

— А что, вполне ведь логично. Позиции Абэ сильно пошатнулись после смещения Судзуки. С Рен Ямато тоже не все понятно, там что-то происходит, но пока толком никто ничего не знает. Понятно только, что ничего хорошего, отец на нее за что-то взъелся.

Я едва заметно улыбнулся. Уж я то знал за что.

— К тому же Фукуду из его клана уволили.

— Уволили?

— Да. Приказ еще не рассылали, но новость уже ходит. Волк… ну про него уже известно, что он не начальник службы безопасности, а твой телохранитель. Ты явно, волей или неволей, врываешься в это поле, мешаешь всем карты и двигаешь всех. Ты не захотел примкнуть ни к какому клану, сам сделав так, что о тебе теперь все говорят. Вот они и говорят, что ты теперь новый клан создаешь.

— Ничего я не создаю!

— Может, и не создаешь, — пожал плечами Ичиро. — Но видимо он сам, без твоего согласия, образовывается вокруг тебя.

— Давай лучше вернемся к работе.

Я отдал документы из первой папки Ичиро и попросил, чтобы он раздал каждому из отдела по несколько документов для решения. А сам сел за стол и принялся разбираться во второй папке.

Документы были разного толка — от согласования каких-то планов, которые уже давно исполнились, до писем подрядчиков, на которые необходимо было ответить. В принципе, это все было решаемо. Перебрав не актуальные документы и списав их в архив, я принялся работать с оставшимися. До самого обеда я погрузился в письма, акты, протокола и планы. Эта работа была для меня не такой уж и новой — хирургам тоже приходится очень много писать различных бумаг. Поэтому со второй группой документов удалось закончить к часу дня, чему я был очень рад. Пришел Ичиро и сообщил, что все документы, которые я ему дал, находятся на исполнении отдела и после обеда будут завершены. Я сообщил ему о своих успехах.

— Никогда еще отдел не решал столько дел за один день! — улыбнувшись, произнес Ичиро. — И ребята счастливы. Они, наконец, увидели для чего тут сидят.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда идите на обед, отдохните и наберитесь сил.

— А ты?

— Я еще посижу, — ответил я. — Хочу начать разбирать третью папку.

На самом деле там было не так много и окрыленный небольшой победой над первыми двумя, я думал, что смогу добить и это. Но моя решимость вдруг уперлась об письмо с ценовым предложением. С весьма интересным ценовым предложением.

Компания «Беркхем» предлагала «Спруту» купить ресторан. Однако удивляло не это, недвижимость время от времени предлагают корпорации те, кто не смог развиться, прогорел в этом бизнесе или кому срочно нужны деньги. Удивляла цена, которая была в разы ниже рыночной. Цена была не просто привлекательной, а подозрительно привлекательной. И это смущало. Так же смущало и то, что этот документ видел не только Судзуки, на что можно было бы сослаться, размышляя о том, почему мы еще не купили этот ресторан. Ценовое предложение видели и другие начальники отделов. И никто не заинтересовался этим предложением. Почему?

Может, ресторан находится в плачевном состоянии? Или не подведены линии? Этим можно было объяснить столь низкую цену — одни только работы по подводу канализации или подключение к линии электропередач вылезут в кругленькую сумму. Я открыл техническую спецификацию. И с удивлением обнаружил, что все было в полном порядке — все линии подведены, все оборудование куплено, и даже ремонт сделали приличный, о чем свидетельствовали приложенные фотографии. Тогда в чем подвох?

Документ этот пришел еще до моего устройства в «Спрут», поэтому, когда кончился обед, я вызвал к себе Ичиро.

— Подскажи, тебе что-то известно про это предложение?

Я протянул ему документы. Ичиро, едва увидев их, кивнул.

— Конечно. Это же «Дохлый слон».

— Что еще за «Дохлый слон»?

— Так мы все называем этот ресторан. На самом деле он называется просто «Слон». Но по сути своей он давно уже умер. Поэтому «Дохлый слон».

— Давай подробнее.

— Да тут все просто. Этот ресторан никто не хочет брать. Вот владелец и закидывает время от времени нам предложения.

— А почему его никто не хочет брать? Цена то привлекательная.

— Место не то, — Ичиро достал из кармана сотовый телефон, открыл на нем карту и протянул мне. — В западной части Токио есть такой район, называется Намиэ-Ичигао. Вон он, — он показал пальцем. — Когда-то из него планировали сделать элитный район. Одна фирма, «Феникс», выкупила часть земель, разработала архитектурный план, согласно которому намеревалась построить несколько высотных зданий, под офисы, магазины и просто для жилья. Это привлекло бы много бизнесменов, потому что в центре Токио суммы аренды офисов уже просто не подъемные. Намиэ-Ичигао мог бы стать вполне элитным районом. И многие фирмы, чувствуя ожидаемую прибыль, купили там недвижимость. Вот «Слон» как раз и был одним из таких. Владельцы этого ресторана думали, что неплохо выиграют, если загодя построят его, пока земля дешевая. Это было логично, ведь людям из офиса где-то нужно питаться, вести переговоры. Но «Феникс» вдруг замолк и стройка остановилась еще даже не начавшись. Архитектурный план района разработан, но никто его не спешит реализовывать вот уже который год. И поэтому владелец ресторана «Слон» прогорел. Он построил здание практически на пустыре. Высоток там до сих пор нет.

— Но почему?

— А кто ж его знает? — пожал плечами Ичиро. — Владелец «Феникса» не говорит об этом.

Я задумался. Если он не хочет строить район, то на это есть какие-то веские причины. Знать бы только какие.

— А с юридической точки зрения? Ведь уже план согласован с госорганам.

— Юридически все грамотно сделано. План и в самом деле согласован, но он не является принудительным актом для строительства. Это лишь его намерения. Глава «Феникса» не подписал главного документа — Акта начала строительства. Вот тогда бы ему уже было не отвертеться. А так, — Ичиро взглянул на карту. — Это депрессивный район, у которого очень мутные и сомнительные перспективы для развития. Ресторан «Слон» никто не хочет брать — бессмысленно. Это мертвый актив на баланс предприятия. Поэтому это ценовое предложение лежит тут так долго. Господин Ямато время от времени отписывает нам эти ценовые предложения для рассмотрения. Вот они и пылятся тут. Советую тебе не обращать на него внимания. А лучше списать в архив.

Я вновь взглянул на фотографии ресторана. Он был шикарен и было видно, что строился с любовью и человек, знающим свое дело. Грамотное и удобное расположение кухни, большой зал, несколько VIP-комнат, большая парковочная площадка. Если бы такой ресторан стоял в центре Токио, то он бы приносил десятки миллионов иен ежемесячно. Да даже не центр Токио, но его один из районов, где есть офисы и дома, то можно делать очень неплохую выручку.

Ичиро был прав. В том месте, в котором находился «Слон» с него никакого толку. Но списывать в архив такое предложение я не хотел. Интуиция подсказывала, что нужно это дело рассмотреть более пристально.

— Ты что-то задумал, — прищурившись, произнес Ичиро. — Кенджи, послушай моего совета. Да, цена этого ресторана и в самом деле очень низкая. Невероятно низкая. Но толку с этого никакого не будет. Корпорация не отобьет даже этих затраченных денег, если откроет там свой филиал.

— Ичиро, я хочу съездить туда.

— Куда?! — удивился парень.

— В тот район, про который ты говорил — Намиэ-Ичигао. Мне кажется, там есть с чем поработать, и мы можем на этом «Слоне» выгодно прокатиться.

— Ох, Кенджи! — тяжело вздохнул Ичиро. — Хочется верить, что твоя интуиция тебя не подводит. Потому что в противном случае этот самый «Слон» сбросит тебя и растопчет.

Глава 4

Ичиро пытался меня еще отговорить, но я его уже не слушал.

— Ты даже еще не обедал! — напоследок крикнул он мне.

— По пути что-нибудь перекушу.

Но по пути ничего не попалось, да я и особо не смотрел — хотелось взглянуть поскорее на ресторан живьем.

Я свернул с оживленной трассы, и асфальт стал заметно неровным. Машина, трясясь на ухабах, заехала в район Намиэ-Ичигао. Место было «живописным».

— Настоящие декорации для фильма ужасов, — буркнул я, оглядываясь.

День был пасмурный, небо затянуто тяжелыми, серыми облаками, которые отражались в пустых оконных проемах заброшенных зданий. Вокруг царила зловещая тишина, нарушаемая только скрипом старых ветвей, треснувших от времени. Ржавые ограды, провалившиеся крыши, поросшие травой тротуары — все это словно говорило о том, что район когда-то был полон жизни, но теперь его сердце замерло. Деревья, растущие посреди развалин, казались когтистыми чудовищами, тянущими к небу свои скелетные ветви.

Вдоль дороги лежали разбросанные строительные материалы. Видимо стройку «Феникс» все же планировал, даже привез многое. Но что-то его остановило.

Я остановил машину и, выключив двигатель, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Не самое хорошее место. Ичиро был прав, тут место для ресторана совсем не годное. Кстати, а вот и сам ресторан. Он возвышался среди заброшенных домов и пустых улиц, словно мираж. Я присвистнул. Это было здание, словно застывшее во времени, контрастирующее с разрухой, и его красота не потускнела от времени. Огромные окна, выходящие на улицу, были украшены витиеватыми узорами из кованого железа, а стены, выложенные светлым камнем, отражали свет, делая ресторан похожим на драгоценность, случайно оказавшуюся в этом мрачном месте.

— И они хотят его продать за такую цену? — вслух произнес я, подходя ближе. — Да тут одних кованных решеток миллионов на десять иен.

Двери, выполненные из красного дерева с позолоченными ручками, были закрыты, но даже через стекло можно было разглядеть роскошный интерьер. Красивая, резная мебель, уставленная в идеальном порядке, изысканные светильники, бросающие мягкий свет на светлые стены, застекленная витрина с аккуратно выложенными бокалами — все это свидетельствовало о том, что «Слон» был не просто рестораном, а произведением искусства.

Удивительно, что такую красоту еще не разграбили. Впрочем, ответ пришел довольно скоро.

— Стой! А то стрелять буду!

Из-за угла ресторана вышел мужичок с дробовиком.

Я поднял руки вверх.

— Вы бы осторожнее с оружием.

— Ты мне не указывай, как мне быть с оружием! — буркнул тот, подходя ко мне ближе, пристально рассматривая меня. Я тоже глянул на него.

По всей видимости, это был сторож постройки. Лицо мужичка было изборождено глубокими морщинами, а руки, костлявые и упругие, словно корни дерева, цепко держали дробовик.

— Я не пришел грабить ресторан, — произнес я.

— Вижу, — кивнул тот, убирая оружие за спину.

— Как поняли?

— У тебя отверток нет. Обычно кто сюда приходят всегда берут с собой инструмент — чтобы открутить чего, или снять. А ты не из таких. Да и одет иначе. Неужели купить хочешь «Слона»? — прищурившись, спросил сторож.

— Пока только раздумываю. Да и не я его покупаю, а компания, в которой я работаю. Вот приехал посмотреть на ресторан.

— Ну смотри, мне не жалко, — ухмыльнулся сторож.

— Что, много приезжает? — догадался я.

— Много, — кивнул тот. — Да только один раз я их и вижу. Смотрят, любуются, а потом уезжают и не возвращаются. Оно и понятно — место такое.

Сторож кивнул на округу.

— Так что, заходить внутрь будешь?

— А можно?

— А почему бы и нет. Ключи у меня с собой.

Сторож достал из кармана связку, нашел нужный, отворил двери. Мы вошли в темное помещение. Внутри на удивление пахло специями и трава, их запах застыл в воздухе, словно ожидая того момента, когда вновь заполнят пространство шумом веселья и смеха.

— Хозяин даже продукты успел купить, — пояснил сторож. — Вот тут так и пахнет приятно. Вон там несколько мешком с приправами. Их тоже велено сторожить, но я иногда горсточку беру, когда ночью лапшу себе заваривают. Так вкусней.

Я прошел дальше.

Основной зал был большим. Я сразу же прикинул, сколько столиков тут можно поставить. При средней плотности можно легко вместил пару десятков столов. Потом прошел к бару. Он тоже был большим. В который уже раз я отметил про себя, что тот, кто проектировал этот ресторан, знал свое дело.

— На кухню пойдете? — спросил сторож, поигрывая ключами.

— Это основное, что я хотел бы посмотреть! — улыбнулся я.

— О, намерения у вас и в самом деле серьезные! Некоторые гости порой и до бара не доходили.

Мы прошли на кухню. На длинном столе лежала открытая книга рецептов, и казалось, что шеф-повар всего лишь на минуту отлучился, оставив за собой атмосферу уютной и прекрасной кухни, которая когда-то радовала гостей. Мне хватило и одного взгляда, чтобы понять, что ресторан полностью, от кухни до зала, готов к эксплуатации.

— И никто даже не захотел его купить? — спросил я.

— Ну почему же? Конечно, хотели. Только вот дальше этого желания никто е продвинулся.

— А почему район не отстроили? Ведь есть же фирма «Феникс», которая хотела построить тут офисы?

— Точно неизвестно, — пожал плечами сторож. — Но говорят, что это не из-за самого «Феникса».

— Что вы имеете ввиду?

— Все думают, что это «Феникс» просто передумал стройку. Но тут все гораздо сложней и глубже. Есть какие-то внешние причины, по которым стройка не началась.

— Какие?

— Да откуда же мне известно?

— А не знаете, как мне можно найти главу «Феникса»?

— А от чего же не знаю? Знаю, — сторож назвал адрес. — Главу компании «Феникс» зовут Датэ Икуо.

Потом, взглянув на часы, добавил:

— Только вы сейчас его там не найдете. Время обеденное, он сейчас в «Красном фонаре» сидит, кушает.

— В «Красном фонаре»?! — не смог сдержать я удивления.

— Да, — кивнул сторож. — Тут не далеко и кормят вкусно. Вы не подумайте, что он туда из-за дешевизны ходит. Там и в самом деле все не дорого. Но не в этом дело. Там вкусно. Действительно вкусно. Да вы, может быть, и сами знаете. Про эту закусочную даже в газете писали — мне Датэ Икуо сам рассказывал.

— Слышал про такую закусочную! — улыбнулся я. И спросил напоследок: — Откуда вам так много известно про «Феникс» и про его руководителя?

— Так ведь я ж на него работаю! — улыбнулся сторож.

— Как это? Постойте, ресторан же принадлежит не ему.

— Верно, — кивнул тот. — Но Датэ Икуо, войдя в положение владельца ресторана, у которого не осталось денег, на свои деньги нанял меня, чтобы я тут все охранял от разграбления.

Это было удивительно слышать.

— Вот и я говорю, что господин Датэ Икуо не такой плохой, как все его хотят увидеть, — увидев мою растерянность в глаза, произнес сторож. — Не по его это воле тут все в таком плачевном положении.

Я поблагодарил сторожа и мы вышли из ресторана. Пища для размышлений однозначно была. Но все же пока ее не хватало для полной картины. И потому нужно встретиться с Датэ Икуо лично и переговорить. Тем более в таком месте.

Ну что же, настало время вновь вернуться в «Красный фонарь» — не без радости подумал я и сел в машину.

***

План с бомбой в «Белом Тигре» был хорош всем. Он предусматривал все. Во-первых, смерть самого президента корпорации. Этому старику давно пора отправляться на покой, а он все не успокоиться и не отпустит бразды правления «Спрута». Вцепился мертвой хваткой. Во-вторых, резонанс. Да, подорвать «Белый Тигр» во время форума очень рискованно, но шумиха поднялась бы знатная. И тогда акции компании сразу же начали падать. Это на руку Абэ. Отличный повод избавиться от ресторанной части бизнеса, под предлогом не потопить весь «Спрут». Да рискованно, но Абэ любил риск. К тому же у него уже был покупатель, которому акции ресторанного бизнеса по дешевке пришлись бы кстати. А «Спруту» необходимо от них избавится. Все эти рестораны уже прошлый век. Иногда лечение предполагает не только витамины и постельный режим. Порой лечение — это жесткое отсечение больных конечностей. А компания «Спрут» нуждается в лечении. Слишком долго она пребывала под властью этого старика, который запустил ее.

План с бомбой был и в самом деле хорош всем, кроме одного — он не учитывал того, что в него вмешается Мураками. Абэ сжал кулаки, стукнул по столу. Кто же знал, что этот парень сможет такое. Как?! Абэ вот уже второй час задавался этим вопросом. Как он смог найти эту бомбу, а потом еще и обезвредить ее, и вывести людей. Он испортить весь его план. И теперь это сильно влияло.

Ямато хоть и старый, но не дурак. Он может свести все вводные в единое целое, и сделать выводы. Самое слабое место — это, конечно же, то, что Абэ лично заходил к нему и предлагал быть на ужине с участниками форума. Конечно, можно сказать, что это лишь совпадение, а идея принадлежит пиарщикам, а не Абэ, он лишь только озвучил ее Ямато. Но тот может и не принять этого. Нужно побеспокоиться об этом заранее и предусмотреть пути отхода.

Вероятность того, что на Абэ выйдут через Призрака минимальная, практически нулевая. Он позаботился об этом, использовав свои связи.

«Смутные времена настают, — подумал Абэ. — И нам суждено в них жить».

Еще эти перестановки. Абэ встал, подошел к окну. Из его кабинета открывался великолепный вид, но сейчас он не радовал. Судзуки снял и с должности. И поставили туда… Мураками! Когда Абэ об этом узнал, то едва швырнул в стену пепельницу. Но вовремя взял себя в руки. Надо отдать должное этому пареньку, он идет хорошо и уверенно. Каждый его шаг — это шаг наверх. С такими темпами он скоро и его заменит!

Абэ усмехнулся, но внутри было неприятно. Нет, этого парня нужно осадить как можно скорее. И у него есть кое-что.

***

Дорога к «Красному фонарю» родила приятные воспоминания. Я вдруг понял, как давно там уже не был. И мне захотелось как можно скорее там оказаться — повидать Наоми, Бао, старика Йоши. Но и грустные воспоминания посетили меня. Прежде всего, про Генерала, который был мне первым учителем. Мне хотелось как можно скорее добраться до родного места.

Машина остановилась у входа. Я осмотрелся. И вновь воспоминания посетили меня, особенно те, когда мы восстанавливали «Красный фонарь» после пожара. Тут же, у входа, суетился с метлой старик Йоши.

— Кенджи-сама! — увидев меня, воскликнул он.

Я подошел к нему, мы тепло обнялись и поздоровались.

— К нам пожаловал! Ты теперь звезда, Кенджи-сама! Я все говорю, что работал с тобой, а мне никто не верит! Дай я хотя бы сфотаюсь с тобой, чтобы показывать?

Старик достал старенький телефон, подслеповато что-то там нажимал. Потом кивнул:

— Вот.

И приобняв меня, сделал селфи.

— Мы про тебя всей закусочной смотрели, когда ты с тем роботом соревновался. Хохотали всем «фонарем», когда та железяка дерьмо какое-то сварила! Я так смеялся, что спину прихватило.

Подъехал фургон из которого вышел…

— Брюс! — воскликнул я, не веря собственным глазам. — Как ты?

— Привет! — ответил тот, словно и ничего. Я даже поймал себя на мысли, что будто вновь вернулся сюда. — Все нормально. Вот привез Йоши овощей, — и чуть тише добавил: — И мазь для спины.

— Благодарность моя, Брюс, не знает границ! — просиял старик.

Я подошел к парню ближе. Мне не терпелось расспросить его. Но Брюс, догадавшись об этом, опередил меня:

— Кенджи, все нормально. Честно не хочу об этом вновь вспоминать. Тот гад похитил меня, привязал к стулу. Я думал умру. Но потом меня освободили полицейские. Вот и все. Я попросил руководство как можно быстрее позволить вернуться мне на работу. Так легче.

— Понял, — ответил я и с расспросами не лез. Сказал, чтобы отвлечь его от грустных мыслей: — «Senjutsu» уже успел послушать?

— Ты шутишь? Этой пластинке уже четвертый год!

— Неужели? — произнес я, почесав затылок. Фанатом «Айрон Мейден» я был так себе. — А кажется, что вышла только недавно.

— Это потому что она великолепна! Слушаешь — и еще охота. Кстати, а ты слышал, что студия «Dragon Portal» планирует выпускать ранобэ по сюжетам песен этого альбома? Представляешь? Думаю, это будет что-то вроде «Берсерка». Шикарно! Как считаешь?

И Брюс принялся долго рассказывать про его любимую группу.

— Да ты поди спешишь? — сказал Йоши, поняв, что долго тут вести музыкальные беседы у меня нет никакого желания. — А мы тут со своими разговорами. Ну беги. Там тебя не только я буду рад видеть! — старик заговорщически подмигнул.

Я понял к чему он клонит и благодарно кивнул ему. Зашел внутрь.

Все тот же интерьер, который мы с Наоми создавали с нуля. И люди, сидящие за столами, с удовольствием уминающие еду, которую подавали им официанты. Наоми наняла новых девушек и те резво носились между столами, обслуживая клиентов.

Я прошел на кухню.

— Кенджи! — воскликнула Наоми, первой увидев меня.

И бросилась ко мне. Мы обнялись.

— Что ты тут делаешь? Я думала, ты в офисе.

— Заехал по пути, — ответил я. — Нужно кое с кем встретиться.

— Здесь?! — удивленно спросила девушка.

— А почему бы и нет? Вполне хорошее место.

— Ну это благодаря только тебе, — улыбнулась Наоми.

— Не только. Теперь ты тут администратор, а значит и твой вклад имеется. Причем, не малый, судя по наполненности закусочной.

— Сегодня вечером сможем увидиться? — спросила Наоми, прижавшись ко мне.

— Не знаю, — ответил я. — Смотря сколько будет дел.

— Тогда как сможешь. Но я надеюсь, что теперь мы сможем видеться чаще — ведь форум кончился.

— Я тоже на это надеюсь.

Я расспросил Наоми о делах «Красного фонаря», нужно ли что-то еще? Поинтересовался здоровью матери. Потом, с сожалением понимая, что могу уже не застать Датэ Икуо, попрощался с Наоми и вышел в зал.

Найти нужного человека, как мне показалось, не представит особого труда, ведь основные посетители тут были с завода. Но каково же было мое удивление, когда я увидел не только простых работяг, но и офисных работников. Еда им явно тут нравилась.

Я осмотрел всех и решил, что Датэ Икуо, глава «Феникса» сидит в дальнем углу помещения. Об этом говорила дорогая одежда, ухоженный вид и взгляд руководителя, стальной, привыкший контролировать. Датэ Икуо обладал удивительными ярко изумрудными глазами, которые резко контрастировали сего темноватой загорелой кожей. Налице виднелось несколькотонких морщин, словноотпечатки времени.

— Датэ Икуо? — спросил я, подойдя ближе.

— Он самый, — кивнул тот, внимательно осматривая меня. Судя по улыбке, играющей на устах он меня знал. — С кем имею дело? Вы ведь Мураками?

— Да, это я, — кивнул я. — Разрешите присесть к вам за стол?

— Пожалуйста, буду только рад такой компании.

— Я бы хотел, если это возможно, переговорить с вами об одном деле?

— Что-нибудь перекусите? — предложил Датэ.

— С удовольствием!

Мы заказали сасими, Датэ прислушался к моему совету и заказал двойную порцию.

— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — спросил он, ожидая заказа. — Или постойте, дайте угадаю? Про ресторан «Слон»?

— Верно, — улыбнулся я. — Ваша проницательность впечатляет.

— Да какая тут проницательность? — отмахнулся тот. — Вы работаете в «Спруте». Вас я знаю, вас по телевизору показывали. Поэтому и решил, что вы хотите купить ресторан. Но вы видимо еще недавно там? Потому что еще всего не знаете.

— Чего не знаю?

— «Слон» конечно же шикарный ресторан. Но дело это гиблое.

— Почему же?

Датэ Икуо ответил не сразу. В его глазах вдруг проскочила грусть, он повернул голову в сторону, тяжело вздохнул. И ответил:

— Потому что построить офисы в том районе у меня уже не выйдет никогда.

Глава 5

— Это еще почему?

Датэ Икуо отложил палочки в сторону. Потом оценивающе посмотрел на меня.

— Я бы вряд ли стал рассказывать это постороннему человеку, пусть и потенциальному покупателю «Слона». Но тебя я видел и по телевизору, и читал про тебя в газете. Везде о тебе отзывались как об очень хорошем человеке. Думаю, это мнение возникло не на ровном месте. Поэтому поделюсь с тобой кое-какой информацией.

Он отпил сакэ и начал говорить. Каждое последующее слово было наполнено все больше холодом, а голос звенел. Было видно, что тема эта его очень сильно тревожит и задевает, и как бы он не старался держаться, но не мог скрыть своих эмоций.

— Государственная служба, отвечающая за данный район, в лице господина Чикафудзи Рэйдена уведомила меня о том, что в районе Намиэ-Ичигао они хотят построить завод очистных сооружений. Попросту говоря, они там установят отстойники канализационных стоков.

— Что?! — только и смог вымолвить я.

— Именно так, — кивнул Датэ Икуо, тяжело вздохнув. — Думаю, не нужно говорить какой будет стоять там после этого запах. Какой бы крутости ни были бы офисные здания, ни одного уважающего себя бизнесмена мы не затянем туда, в тот район. Кто хочет вести важные переговоры и заключать многомиллионные контракты под запах дерьма? Никто! Поэтому я не стал подписывать Акт начала строительства. Примера «Слона» мне хватает. Не хочу построить дома и остаться ни с чем.

— Постойте, — я задумался, припоминая карту, которую мне показывал Ичиро. — Но зачем там нужна очистная станция? Ведь недалеко есть уже такой завод, я точно это знаю, потому что некоторое время работал в «Красном фонаре» и к нам приходили работники с того завода. Я помню этот неописуемый запах, который исходил от них!

— Вот именно, — кивнул Датэ Икуо. — Один завод уже есть, и он вполне неплохо справляется со своей задачей. Поэтому строительство нового весьма сомнительно. Но вы должны знать всех этих чиновников и их умение писать пространные объяснения! «Соответствие современным экологическим стандартам», «повышение качества жизни», «перспективный рост района». Одним словом полная чушь! Ну какой еще перспективный рост? Там людей совсем нет! Кто там жить будет?

— А когда пришло уведомление? — спросил я, вспоминая район, в котором сегодня побывал. — Что-то я не видел там начала стройки очистного завода.

— Уведомление пришло два года назад. И ты прав — его еще не стали строить. Все только на бумаге. И на то есть причины.

Датэ Икуо загадочно улыбнулся.

— И какие?

— Дорогой Мураками, давайте лучше насладимся едой? Здесь она очень вкусная. А все эти разговоры портят мне аппетит.

Я понял, что большего от Датэ Икуо я уже не добьюсь, он и так рассказал слишком много постороннему человеку. Но я решил зайти по-другому.

— Скажите, господин Датэ, а если бы вам все же стало известно, что завод не построят, вы бы возобновили стройку офисов?

Собеседник усмехнулся.

— Только в одном случае — если бы мне пришло официальное уведомление-отказ о строительстве в районе Намиэ-Ичигао очистного завода. Причем за подписью самого Чикафудзи Рэйдена. Только в этом случае. Никакие обещания и честное слово меня не устроят. Я слишком долго работаю в этой отрасли, чтобы верить простым словам. Только документы, официальные, с подписями. Чтобы у этого борова не было пути к отступлению.

— То есть если у вас будет такой документ на руках, то вы начнете стройку? — проговорил я это вслух.

— Конечно! — ответил Датэ Икуо. — Могу и сам тебе бумагу выдать! Хотя такая бумага уже есть — это Акт начала строительства. Я бы с удовольствием его подписал, потому что и сам заинтересован в этой строке.

— Отлично, — кивнул я. — Договорились.

— О чем? — растерялся Датэ.

— О строительстве офисов.

— Вы слишком амбициозны, господин Мураками! — рассмеялся Датэ. — Я правильно понял, что вы хотите встретиться с Чикафудзи Рэйденом и попытаться отговорить его от строительства завода? Поверьте мне, едва вы начнете с ним говорить, как поймете, к какому пауку попали в сети. Будьте осторожны. Предельно осторожны. А лучше вообще не ходите к нему.

— Мне слишком сильно понравился ресторан «Слон», чтобы отказываться от этой идеи! — ответил я.

***

Найти адрес Чикафудзи Рэйдена помог Ичиро. Государственная служба располагалась в соседнем районе и я, распрощавшись с Датэ Икуо и услышав от него напутственные слова и пожелания удачи, направился туда. Я еще понятия не имел, как уговорю этого самого Чикафудзи Рэйдена, но решил, что сначала хотя бы прощупаю его и попытаюсь понять кто он такой на самом деле.

Однако попасть на прием к этому самому Чикафудзи оказалось не такой-то простой задачей. Я вошел в приемную, и увидел кучу людей, которые сидели в очереди. Судя по их уставшим измученным лицам сидели давно.

— Мне бы увидеть Чикафудзи Рэйдена, — сказал я, обращаясь к секретарше.

— Им всем его нужно увидеть, — кивнула она на сидящих людей. — Занимайте очередь.

— А он вообще принимает?

— С утра еще ни один не зашел, — ответил первый в очереди, тяжело вздохнув и вновь погрузившись в чтение на телефоне.

— Передайте господину Чикафудзи, что к нему пришел представитель «Феникса» переговорить по его предложению, — шепнул я секретарше.

Та глянула на меня удивленно, но просьбу исполнила.

— Господин Чикафудзи, тут к вам посетитель… — сообщила она по телефону. — Да, я знаю, вы сказали, что никого не принимаете…, но это из «Феникса»… вы говорили, что они… да, он сказал, что хочет переговорить по поводу вашего предложения… Хорошо… — секретарь глянула на меня, сказала: — Проходите, господин Чикафудзи вас ждет.

Под злые взгляды толпы я вошел в кабинет. И сразу же почувствовал себя неловко. Тяжёлый воздух висел в кабинете, словно тут никогда не проветривали. Сам господин Чикафудзи сидел за громадным столом, уставленным папками и документами, словно баррикадой, отделяющейего от мира.Его лицо былокрасным и пухлым, как у человека, который не знаетотказа в едеи напитках. Тонкиеусы, отросшие доподбородка, придавали емувид раздутого отсамодовольства чиновника.

— Добрый день! — сказал я, проходя ближе.

Глазки Чикафудзи, наполовинуприкрытые отвисшими веками, посмотрели на меняс пренебрежением, словноя был какой-томелкой букашкой, забредшейв его святаясвятых. Начальник вдруг отвлекся от бумаг, присмотрелся ко мне внимательней.

— Вы разве из «Феникса»?

— Нет, не из «Феникса», — ответил я. — Прошу простить меня за ложь, которую пришлось использовать, чтобы попасть к вам. Но я сегодня и в самом деле видел господина Датэ Икуо, руководителя компании «Феникс».

— И что он сказал? — настороженно спросил Чикафудзи.

— Много чего, — уклончиво ответил я. — Хотел бы, чтобы вы не строили завод очистных сооружений в районе Намиэ-Ичигао.

— Он много чего хочет, — ухмыльнулся Чикафудзи. — Но мало получит! Потому что несговорчивый.

— Так может быть со мной тогда попытаться поговорить, если он не сговорчив? — предложил я.

Чикафудзи с прищуром посмотрел на меня.

— А кто ты? — спросил он, голосего был хриплыми грубым, словноу старого курящегочеловека.

— Меня зовут Кенджи Мураками, — представился я. — Я работаю в компании «Спрут».

— А-а, «Спрут»! — улыбнулся Чикафудзи. — Хотите ресторан купить? Но не выгодно да, потому что очистной завод планируется в том районе поставить. Ну тут ничем не могу вам помочь. Очистная станция очень нужна Намиэ-Ичигао, перспективное развитие, увеличение количества жителей.

— Я был там только сегодня. И что-то никаких жителей там не увидел.

— Ну это временно. Вы же должны понимать, что не все так просто. Станция нужна. Вот мы и построим ее.

— Но еще не построили, — напомнил я. — Уже два года прошло с заявления о строительстве.

— Значит, ее время еще не пришло. Но обязательно придет, как только наступит время.

«Скользкий тип», — отметил я про себя.

— Давайте я скажу прямо о цели своего визита к вам, — сказал я, подходя ближе. — Я хотел бы поговорить с вами об отмене строительства очистного завода, — произнес я, стараясь сохранять спокойствие. — Объективно он там не нужен. А вот офисы, построенные «Фениксом», привели бы к быстрому развитию района, который, откровенно говоря, сейчас находится в запустении. Вот вам и перспективное развитие, про которое вы все время говорите. Это было бы выгодно государству.

Рэйден усмехнулся.

— Государству — возможно. Но не мне.

— Я не совсем понимаю к чему в ведете?

Рэйден вновь оценивающе присмотрелся ко мне. Видимо мой молодой возраст, простое лицо и непосредственная заинтересованность в деле дали мне определенный кредит доверия.

— Ну давай и я откровенно тебе скажу, коли пошел такой разговор, Кенджи, — произнес Рэйден, откинувшись на кресле, от чего оно жалобно заскрипело. — Ты знаешь, мальчик, в нашеммире деньги решаютвсё. А ты, судя по всему, не из тех, кто может заплатитьза отмену проекта. Поэтому не видать твоему «Спруту» ресторана, а «Фениксу» — его домов.

В его голосепрозвучала откровенная издевка.Я сжал кулаки, стараясь сдержать гнев.

— Заплатить за отмену проекта? — повторил я его слова.

— Именно так.

— Вы намекаете…

— Я не намекаю, я говорю открыто! — Рэйденрассмеялся, громко ипротяжно. — Ты молодойи не опытный, Кенджи. Ты непонимаешь, как устроенмир. Если тыхочешь что-то изменить, тебе нужно игратьпо правилам. Аправила диктуют деньги. Я этого говорил и этому болвану Датэ. Если он хочет построить в том районе свои офисы и не получить под нос очистной завод, то пусть заплатит. Я называл ему уже сумму. Но он не хочет тратиться. Вот жадность его и не даст ему развиться там. Можешь прямо это ему и передать. Все в его руках.

— И сколько же вы хотите за отмену строительства? — осторожно поинтересовался я.

— Сто пятьдесят миллионов иен, — ответил Чикафудзи, рассматривая свои ногти. — На самом деле это не такая уж и большая цифра, как может показаться. Датэ отобьет эти деньги уже во второй год аренды этих офисов. А в третий пойдет в прибыль. Мне кажется это вполне справедливая цена за то, чтобы не нюхать дерьма под окном, ты как считаешь, Кенджи?

Теперь все становилось предельно понятно. Возможно, Датэ и дал бы взятку, но аппетиты государственного служащего были столь велики, что осилить их не было никакой возможности.

— Давайте проговорим это вновь, чтобы было предельно понятно, — произнес я, стараясь делать вид, будто я пытаюсь это усилено запомнить, чтобы потом передать Датэ. — Вы хотите взятку в сто пятьдесят миллионов иен, чтобы отменить строительство завода очистных сооружений?

— Именно так, — Рэйден посмотрел на меняс пренебрежением. — Передай это Датэ, сынок. Неужели он готов считать убытки? Скажи ему, что лучше решить вопрос сейчас, чем потом жалеть. Я пока еще добрый, но потом могу и повысить цену. На этом все, прием окончен, — он махнул мне рукой, призывая уходить. — Ты свободен.

Я вышел из кабинета. Не смотря на такой поворот разговора, на моем лице играла улыбка. Я уже был практически уверен, что у меня все получится.

***

— Абэ, ты обещал мне рестораны, — Чаттерджи хищно ухмыльнулась.

— Я вам ничего не обещал, — немного раздраженно ответил Абэ. — Я лишь говорил, что вскоре возможно «Спрут» выставит на продажу ресторанный бизнес.

— Но он этого не сделал.

— Верно, — стараясь сдержать нервозность, ответил Абэ. — Он этого не сделал.

— Дай угадаю — Мураками поспособствовал?

— Он самый.

Чаттерджи зычно рассмеялась.

— Этот парень просто новая звезда на небосводе! Везде он!

— Заноза в заднице он, а не звезда! — проворчал Абэ.

— Ну не знаю. Я бы такого человека к себе забрала, будь у меня такая возможность.

Абэ вопросительно глянул на собеседницу.

— Я уже имела с ним разговор, он не хочет переходить ко мне.

— Черт! — выругался Абэ.

Предварительный договор с Чаттерджи и в самом деле был. Абэ хотел продать ресторанный бизнес ей. Ключевым фактором была быстрота. Он хотел избавиться от актива как можно быстрее после смерти Ямато. Но смерти, как известно, не случилось — бомба не взорвалась. И потому все договоренности полетели к чертовой бабушке.

— Послушай, а что ты так переживаешь за него? — спросила Чаттерджи. — Ну способный парень и что с того? Тебе то чего боятся? Думаешь, он подсидит тебя? У тебя же есть пакет акций компании, небольшой, но все же. А он простой рабочий, хоть и с большими талантами. Или я чего-то не знаю про него?

«Ты много чего не знаешь про него, — ядовито подумал Абэ. — И самого главного не знаешь — что он сын Ямато. А это покрепче будет какого-то там пакета акций».

Но вслух сказал другое:

— Он опасен. Это все, что следует тебе знать. Опасность эта скрывается в его изворотливости. Разве не помнишь ты его на кулинарной битве? Предложенное тобой блюдо он приготовил весьма умело, заткнув за пояс этого супер крутого робота. Ожидал ты от него такого?

Чаттерджи такая грубость задела, она сверкнула глазами, но ничего не сказала, решив оставить этот укол на потом.

— И все-таки я пришла сейчас сюда не для того, чтобы обсуждать твоих сотрудников, — холодно сказала она, откинувшись на спинку кресла. — У нас с тобой был договор.

— Не договор, — перебил ее Абэ. — А простой разговор, беседа, болтовня — называй как хочешь. Я сказал тебе, что рестораны будут в скором времени продаваться, возможно, — на последнем слове он сделал акцент. — И предложил тебе их купить. Но ничего этого не случилось. такое бывает, — Абэ вздохнул, потянулся к фужеру с шампанским, но потом передумал — не хотел скорой головной боли, какая обычно него бывала от этого напитка. — Амита, послушай. Я и в самом деле очень сильно хочу отдать этот ресторанный бизнес поскорее. Он не выгоден сейчас «Спруту».

— Так почему ты это не скажешь господину Ямато лично?

— Еще бы он меня слушал! Он начинал с этого бизнеса, и он его ни за что не отдаст.

— А если с ним поговоришь не ты, а Мураками?

— Как это?

— Абэ, я не глупая женщина, работающая в бизнесе уже много лет. Я не в вашей компании, но мне хватает ума понять, что Мураками для господина Ямато любимчик, его фаворит. Я уж не знаю по каким причинам, но это так. И его он будет слушать больше, чем тебя. Так вот и используй его для продвижения своих целей. Он парень умный. Приведи ему доводы, объясни ему, что рестораны — это для «Спрута» уже прошлое. Что они топят «Спрут». Возможно, он все поймет. И сам зайдет к Ямато и растолкует. Кто знает, но это может сработать.

Абэ задумался. Потом покачал головой.

— Нет, слишком опасно.

— Да что же ты так его боишься? — рассмеялась Чаттерджи. — Он и вправду обладает какой-то силой, мне неведомой?

— Я его не боюсь! — воскликнул Абэ, но получил от этого обратный эффект — собеседница лукаво улыбнулась, утверждаясь в своем убеждении. Успокоившись, он более тихим тоном повторил: — Я его не боюсь. Но я опасаюсь, что он может не принять моих доводов. И преподнести господину Ямато эту информацию не в том ключе, не выгодном для меня. Понимаешь?

Абэ хотел добавить, что и так сейчас находится не в самом выгодном для себя положении перед президентом корпорации, но смолчал. Чаттерджи об этом знать не обязательно.

— Ну, как знаешь, — пожала плечами собеседница. И отпила из высокого стакана шампанское. — Так значит, ресторанов не будет?

— Будут, но не так скоро, как хотелось бы. Придется подождать.

— Нет, дорогой Абэ, — покачала головой Чаттерджи. — Ждать я не намерена. Я буду действовать сама, раз вы ни на что не способны.

— Что вы задумали?

Чаттерджи холодно улыбнулась, вновь отпила шампанского. И лишь загадочно произнесла:

— Скоро сам все увидишь, Абэ. Совсем скоро.

Глава 6

Едва документ попал к Абэ, как он тут же словно сошел с катушек.

— Он что, издевается над всеми нами?!

И подумал:

«А это ли не шанс если не сбить, то хотя бы крепко ударить этого Мураками?»

Он схватил телефон, набрал номер:

— Запишите на прием к господину Ямато… Да, как можно скорее… Прямо сейчас можно? Отлично!

Он схватил документ и направился к лифу, вновь его перечитывая. Это было что-то вроде отчета. Ценовое предложение на покупку ресторана «Слон» и служебная записка с обоснованием того, что ресторан нужно покупать. В доводах стандартная чепуха — хорошие и удобные проектные решения, красивый дизайн, низкая цена. Только парень совсем дурак, если решил рекомендовать к покупке этого дохляка.

К нему прилагался лист согласования. Все начальники отделов согласовали проект с одним единственным замечанием. «Считаю нецелесообразным» — гласила напротив каждой фамилии резолюция. Тем не менее, подписи имелись, а значит, документ должен отправится прямиком к Ямато на рассмотрение. Болван решил показать себя умным? Ну пусть попробует!

— За что и поплатиться!

Абэ уже знал, как все преподнесет Ямато. Это шанс не только выйти из немилости, но и расправиться с соперником.

Абэ поднялся на нужный этаж, подошел к секретарю.

— У себя?

Девушка кивнула.

— Господин Ямато! — возбужденно произнес Абэ, входя в кабинет. — Господин Ямато, это уже какое-то издевательство, честное слово!

Президент вопросительно глянул на вошедшего.

— Что случилось?

— Я конечно не принижают заслуги господина Мураками перед нашей корпорацией, он много чего сделал. Но порой его сильно заносит. Он использует наше доверие, которое мы ему оказываем, уже так, как ему захочется. Откровенно издевается над нами! Вот прямо как сейчас.

— Да что случилось?

— Ключевым пунктом нашей политики является избавление от мертвого баланса, — ответил Абэ. — Нам не нужны те, кто не приносят нам денег. Это касается не только людей, но товаров, услуг, недвижимости. А Мураками вот что выдал.

Абэ протянул президенту отчет.

— Это что?

— Это отчет по ресторану «Слон», который нам все пытаются продать вот уже несколько лет. Мы все прекрасно знаем, что это мертвый груз. Ресторан находится в таком месте, что в него никто ходить не будет. Там нет офисов, нет дорог, там откровенная мусорка. А Мураками пишет, что ресторан нужно непременно купить. И чем быстрее, тем лучше. Прям так и дает рекомендации. Да что он вообще смыслит во всем этом? Он хочет нас потопить? Он кем себя возомнил? Думает, что если он справился с форумом, то теперь может любой каприз свой нам высказать, и мы его исполним?

Ямато ничего не говорил, он продолжал смотреть на Абэ, но на его лице с каждым сказанным словом гостя ширилась улыбка. Абэ смутился от этого, замолчал. Потом совсем робко спросил:

— Разве я не прав?

— Абэ, ты новости еще не смотрел? — спросил Ямато.

— Нет.

Ну и зря! — Президент взял пульт, включил телевизор на новостной канал.

— Городская администрация, после длительного изучения всем материалов и проекта, подписала приказ об аннулировании проекта строительства завода очистного оборудования в районе Намиэ-Ичигао. Между тем, глава компании «Феникс» господин Датэ Икуо сообщил на своем официальном сайте о том, что подписал акт строительства и теперь собирается строить в том районе офисы, о которых давно заявлял. Район Намиэ-Ичигао давно известен как депрессивная часть Токио, слабо пригодная для проживания. Но после таких новостей становится очевидным, что вскоре все изменится. Строительство офисов привлечет, по самым скромным подсчетам, больше сотни миллионов иен в год дополнительных инвестиций. А в дальнейшем район и вовсе может конкурировать с центральными районами Токио.

— Но как?! — удивленно прошептал Абэ, не веря собственным ушам.

— Если бы я знал! — рассмеялся Ямато. — У парня нюх! Район возрождается, а это значит, что там вскоре стоимость недвижимости будет заоблачной. А построить там с нуля ресторан будет очень проблематично и накладно. Если конечно не сделать это заранее. Или купить готовый ресторан. Я уже распорядился, чтобы провели оплату по ценовому предложению. Мы покупаем ресторан «Слон»! теперь, Абэ, он уже не «Дохлый», а «Мудрый Слон»!

***

Чикафудзи Рэйден сидел в кабинете и обливался потом. В руках он держал записку и флеш-карту. Записку он перечитывал уже в сотый раз, при этом его пальцы нервно стучали по столу. Бумага была помята, словно её сжимали в кулаке не один раз. А вот флеш-карту открыл лишь один раз и прослушал аудио лишь единожды.

Рэйден пробежался пальцем по записке, словно хотел стереть эти слова. Но они оставались, застывшие на бумаге, как приговор, хотя ничего страшного в них на первый взгляд не было.

«Уважаемый господин Чикафудзи Рэйден! — гласила записка. — Спасибо за приятную беседу! Обсудив все вопросы, считаю по итогу, что строительство завода очистных сооружений в районе Намиэ-Ичигао не целесообразно. Обоснование отмены строительства завода приложено в виде флеш-карты к данному письму. Надеюсь на ваше понимание и взвешенное решение. Порой публичная известность, это настоящее тяжелое бремя, уж поверьте мне. С уважением, Кенджи Мураками».

Чикафудзи перевел взгляд на монитор компьютера. Там уже была открыта папка, хранившаяся на флеш-карте. В папке — единственный аудио файл. Рейден дрожащими руками направил на него курсор мышки, и кликнула двойным щелчок. Файл открылся в проигрывателе и из динамиков компьютера раздался знакомые голоса. Его и Кенджи.

«Давайте проговорим это вновь, чтобы было предельно понятно, — произнес голос Кенджи. — Вы хотите взятку в сто пятьдесят миллионов иен, чтобы отменить строительство завода очистных сооружений?»

«Именно так, — ответил ему он сам. — Передай это Датэ, сынок. Неужели он готов считать убытки? Скажи ему, что лучше решить вопрос сейчас, чем потом жалеть. Я пока еще добрый, но потом могу и повысить цену. На этом все, прием окончен. Ты свободен».

Рэйден встал из-за стола, его тело дрожало от злости и страха. Он принялся ходить из стороны в сторону. Конечно же он все понял. И эта издевательская фраза в конце!

Порой публичная известность, это настоящее тяжелое бремя, уж поверьте мне.

Этот молокосос намекает на то, что отдаст эту запись кому следует, чтобы засадить за решетку Рэйдена. Но есть выход. Вполне понятный.

— Твою мать! — выругался Рэйден, ударив кулаком по столу.

Он почувствовал, как все его усилия, все его замыслы рухнули в одну минуту. Хотел разбогатеть, а в итоге на грани от того, чтобы сесть за решетку на очень долгий срок. Был слишком самонадеян, выложил этому ублюдку все, купившись его простым видом. И только сейчас, когда получил эту записку и аудиозапись, начал шерстить в интернете и нашел много чего интересного про этого Кенджи Мураками. Почему не сделал этого раньше? Вот и отвечай теперь за это.

Рэйден тяжело плюхнулся на кресло, поднял трубку телефона. Выбора нет. Уж лучше быть бедным, но на свободе, чем богачом за решеткой.

— Маюми, принесите мне проект приказа об отказе строительства в районе Намиэ-Ичигао завода очистных сооружений. Прямо сейчас! Немедленно! Я его подпишу. И прихвати еще чего-нибудь покрепче — хочу напиться.

***

— Как? — только и смог прошептать Абэ, глядя в телевизор. — Как ему это удалось?

— Я и сам задаюсь этим вопросом, — ответил Ямато, поднимаясь с места и подходя к столику. На нем располагался чайный сервиз. Президент заварил себе чаю. Было видно, что настроение у него сейчас было приподнятым, и он даже налил чашку и для Абэ. — Парень гений! Он выцарапал для нас ресторан практически даром. Это среднесрочное вложение окупится уже через пару месяцев. Датэ из «Феникса» сказал, что в его интересах построить офисы как можно быстрее. Это логично, ведь он простаивал два года. Ему охота как можно скорее начать получать прибыль за аренду. А как только он введет в эксплуатацию офисы, тогда и к нам потечет прибыль. И с каждым месяцем она будет только увеличиваться. Надо выписать Мураками премию за такое успешное дело.

Ямато прошел к окну, взглянул на открывающийся вид с высоты птичьего полета.

— За что бы он не брался, все у него выходит. Я чувствую в нем что-то такое, — Ямато задумался, подпирая нужные слова. — Что-то такое, что есть и во мне.

Абэ аж перестал дышать от этих слов.

— Он чем-то похож на меня, тебе не кажется?

Абэ пожал плечами. Тихо произнес:

— Вряд ли. Чем он может быть похож на вас?

— Он мне напоминает меня в молодости, — мечтательно произнес Ямато. — Я тоже брался за любое, даже самое безнадежное дело и все у меня получалось. Твой отец был больше стратегом, всегда все взвешивал, все риски, прибыль. А я порой поступал безрассудно, доверяясь собственному сердцу. И оно меня никогда не обманывало.

Ямато обернулся и посмотрел на Абэ со смешанными чувствами.

— Что…- произнес президент, растеряно глядя на гостя.

— Вы сказали, что ваше сердце вас никогда не подводило, — произнес Абэ, думая, что Ямато потерял нить своего разговора, засмотревшись на виды из окна.

— Сердце… — повторил Ямато, но сказал это как-то хрипло, надсадно, словно выкашливая слово.

И ударил себя по груди. Чашка с чаем выпала из рук. Это странное поведение президента удивило Абэ, он поднялся. Непонимающе глянул на него, думая, что тот внезапно разозлился. Но злости на лице президента не было. Напротив, лишь растерянность.

— Вам плохо? — подскочил Абэ.

И успел подхватить Ямато, который уже начал заваливаться.

Лицо президента сделалось белым, исказившись в гримасе боли.

Абэ уложил Ямато прямо на пол, подложив под голову пиджак.

— Что случилось?

Ямато вновь ударил себя по груди.

— Сердце? Ох черт!

Абэ расстегнул ему пиджак, оголил грудь. И вдруг на мгновение подумал, что сейчас ничего делать не нужно. А нужно только дождаться, когда Ямато окончательно отъедет в мир иной. И тогда все решиться. Но это замешательство длилось всего лишь секунду. Он представил что будет, если Ямато выкарабкается. Что, если это не такой серьезный инфаркт? Тогда Абэ уже точно будет не жилец. Если он сейчас не позовет скорую, то подпишет сам себе смертный приговор.

Или рискнуть?

Абэ глянул на президента, оценивая его состояние. Старик выглядел плохо, но один его взгляд, брошенный в сторону гостя, заставил Абэ покрыться холодом. Абэ вдруг понял, что этот приступ не будет для Ямато последним, а значит нужно позвать на помощь. Кто знает, может быть это как раз и поможет ему реабилитироваться в глазах президента? Нужно играть совсем другую карту.

— Срочно! Скорую! — крикнул он. — Вызовите кто-нибудь скорую! Господину Ямато плохо!

В кабинет вбежала секретарь. Увидев лежащего на полу президента, поняла все без слов и тут же рванула к телефону.

— Господин Ямато, потерпите, — принялся бормотать Абэ, старательно делая вид заботливого человека. — Сейчас приедет скорая помощь, она вам поможет. Только потерпите.

Ямато закрыл глаза, и сипло надсадно дышал, иногда морщившись от боли и сжимая ладони в кулаки.

«Совсем старик, — вдруг отметил про себя Абэ, глядя на сухое бледное тело президента. — Но сколько жизни! Когда же ты, наконец, отпустишь своими дряхлыми руками „Спрут“? Неужели сам не чувствуешь, что тебе пора на отдых?»

Врачи прибыли довольно быстро. Двери распахнулись, и в кабинет ворвались два врача, за ними — медсестра с медицинским чемоданчиком. Абэ сразу понял, что это были не простые врачи, которые ездят на обычные вызовы. Секретарь вызвала «свою» бригаду, которая имелась у господина президента. Поэтому они так быстро приехали.

Не задавая лишних вопросов, бригада направилась к президенту.

Ямато, известный своей холодной выдержкой и железным контролем, сейчас лежал на полу скрючившись, выглядел жалко, лицо его было бледным, а губы плотно сжаты от боли.

— Сердечный приступ? — словно бы у самого себя спросил старший врач, высокий мужчина со строгим лицом ирешительными чертами. -Давление? Пульс?

Медсестра, молодая девушка с добрыми глазами и умелыми руками, быстро провела осмотр и назвала необходимые показатели.

Врач, не теряя времени, распаковал медицинский чемоданчик и достал инструменты. Он быстрои уверенно ввел президенту нитроглицерин и наложил электроды на грудь.

— Пожалуйста, дайте ему кислород, — отдал команду он медсестре.

В кабинете установилась напряженная тишина, нарушаемая только шумом аппарата ЭКГ.

Врачи действовали уверенно. Третий доктор уже принес носилки.

— Амплитуда сердечных ритмов не удовлетворительная, — сухо произнесла медсестра, рассматривая кардиограмму.

— Интервал?

— Ноль один.

— Варфарин два кубика. Нужна госпитализация.

— Как он? — осторожно спросил Абэ у врача, желая услышать только одно: «безнадежно».

Но доктор разочаровал его, ответив:

— Поправится. Мы купировали приступ, господин Ямато успокоился, но еще рано говорить о том, что все в полном порядке, — ответил врач, продолжая наблюдать за президентом. Он взял его руку, прощупывая пульс. — У него сильный организм, но ему необходимо срочно в больницу.

— Позвоните в охрану, скажите, чтобы помогли его донести до машины, — попросил врач.

Секретарь тут же сделала звонок и в кабинет уже через двадцать секунд вбежали два крепких охранника.

Врачи уложили президента на каталки, и медсестра последовала за ними.

— Мы едем в клинику, — сказал старший врач секретарю, и они вышли из кабинета, оставляя после себя тишину и неприятный запах лекарств.

Некоторое время Абэ и секретарь смотрели на дверь, в которой исчез президент. Все произошло так стремительно, что они только сейчас начали до конца осознавать случившееся.

— Уведомите, пожалуйста, госпожу Рен Ямато о том, что ее папа заболел, — устало обратился к секретарю Абэ. — Согласно положению корпорации она должна временно замещать его, пока он находится в больнице.

— Ее нет, — ответила секретарь.

— А где она?

— Я не знаю, — ответила женщина. — Но это и не важно.

— Это еще почему?

— Господин Ямато совсем недавно внес в положение некоторые корректировки.

— Какие именно?

— Он исключил госпожу Ямато из функции замещения его, в случае его командировок или других обстоятельство.

— Как это? — растерялся Абэ. День сегодня был полон одни сюрпризов, и от этого обилия новостей голова пухла и соображала нехотя.

Секретарь чуть понизила голос, сообщила словно бы по секрету:

— У господина президента вышел конфликт недавно с госпожой Рен. Думаю, после этого он и внес эти изменения.

— Так это значит… — вдруг понял Абэ.

— Верно, — кивнула секретарь. — На время болезни господина Ямато его обязанности президента будет исполнять следующий по иерархии человек. То есть вы, господин Акира Абэ.

Секретарь учтиво поклонилась.

На лице Абэ заиграла улыбка, и сдержать он ее не смог — просто не хотел. Теперь он президент корпорации «Спрут», пусть и временно. Однако этого вполне хватит, чтобы сжить со свету этого надоевшего Кенджи Мураками.