Время Имен

Глава 1

-Вся соль в именах, Жозе…

-Да там и без того полна коробочка.

Розовая дымка на востоке стелилась по земле едва уловимым теплом. Первые солнечные лучи золотистыми копьями пронзали темную завесу ветвей. Зажглись на траве бисеринки росы - горошины света, что дрожали и переливались под наплывами легкого ветерка. Серебром вспыхнула вуаль паутины, напоминая о прозрачной сети растительных вен. За бахромой листьев притаились капли пахучей смолы, мшистая кора, гнездо в развилке ветвей… Птичья обитель, украшенная парой желтых клиновых листьев; хвоя и мох – темно-зеленые, с проблесками случайных лепестков колокольчиков – на мягком дне. Таков заведенный природой порядок – гармония с тремя пятнистыми яйцами небесного цвета на темной подстилке.

Утренняя тишь…

Импульсный разряд перемолол гнездо в пыль.

Грохот выстрела мгновенно оживил по-утреннему спокойный Андарский парк. Трескучее эхо прокатилось меж деревьев, спугнуло стаю птиц и кануло, растворенное в хаосе лучевого залпа. Алые трассы яркими красками разбили листву и ветви. Белесыми щепками взвихрились древесные стволы…

Бат встряхнулся. До эвакуации оставалось не менее тридцати минут – непозволительно долгий срок, учитывая внезапную атаку. Необходимо полностью сосредоточиться на скваде десантников, чьи пятнистые тени мелькали за кустарниковой полосой.

Он мельком проверил энергорезерв лима - скорее по привычке, нежели из-за беспокойства. Ситуация решаема. Их группу засекли – да, но с другой стороны моргов – бойцов тренировали именно для таких случаев. Быстрый огневой контакт, ограниченная видимость – привычная тактическая картина.

Неучтенными деталями обстановки сверху посыпался мусор – ветки, хвойные россыпи и скорлупа. Это отвлекало - самую малость. На слух определив местоположение противника, Бат поднял лим. Алый луч унесся по направлению к десанту.

Сигнал дан - как для моргов, так и для «львов» Кристоферсона. Первые, отточенными бросками, без понуканий командования заняли ближайшие огневые позиции - за разлапистым кустарником, в блестевших влагой ложбинках, под навесом аркообразных корней. Десантники, размякшие на необременительной службе в земном филиале УКОБа, замешкались.

Прокатившись по траве, Кристоферсон уткнулся в поваленное непогодой дерево и схватился за грудь. Цел, алая нить энергии прошла в миллиметре.

Он резкими жестами приказал десантникам рассредоточиться полумесяцем и залечь. Противник зарядов не жалел. Какого рожна происходит? Гранатов, посылая «львов» в парк, и словом не обмолвился о вероятном боевом контакте. Не знал?

Капитан притиснулся к земле - укрытие обработало стаккато пульсатора. Треск и мелкая пыль волной накрыли десантника. А ведь он зарекался связываться с Охотниками. По словам Мара Ник Рос вернулся, но вместо подготовленной встречи они наткнулись на импульсное противостояние.

Кто? – отличный вопрос. Кристоферсон ровным счетом ничего не понимал. А он не любил непонятное. То, что происходило в парке, посреди цивилизованного, укрытого многочисленными системами безопасности Мега, попросту невозможно.

-Не высовываться!- Он заметил, как Фитиль – Томас МакГри по штатному расписанию – покинул укрытие и открыл огонь, рассекая пространство веером импульсных лучей. Алая всепроникающая плетка – темные комья грунта и перебитые деревца отметили ее путь непроницаемой завесой.

Бат толчком ушел с вектора поражения. Извернулся и вдавил гашетку, чередой красноватых вспышек промелькнув над травой. Минус один.

Заряд попал МакГри в левое плечо. Развернутый ударом на 180 градусов, десантник медленно опрокинулся на спину. Падал секунды три - проблесками сознания ловил круговерть окружавших красот – цепочку разрядов, не по сезону обильный листопад, небо…

Капитан «львов» сполна прочувствовал настрой противника. Ни переговоров, ни требований, ни ультиматумов - бой насмерть и никак иначе. А он-то по наивности полагал воспользоваться парализаторами. Произвести контрольный выстрел, показать неизвестным, что с десантниками шутки плохи, и вырубить цели. Глупо. У подчинённых схожие выводы. Не стремясь расставаться с жизнью, они мгновенно припомнили тренинги. Расклад простой: впереди угроза, которая подлежит ликвидации, под боком раненный товарищ…

Ближний к МакГри оперативник извлек из подсумка блок аптечки. Но воспользовался не сразу; ураганным огнем враг подавлял любые попытки оторваться от земли.

Либо действие, либо посмертный наградной шеврон – небогатый выбор. Дрожь. Контроль. Капитан сделал глубокий вдох, выдох… и глянул по сторонам – на залегших десантников. Четыре незамысловатых пасса руками указали «львам» намеченную модель боя.

Четверо - по двойкам с правого и левого флангов - скользнули в обход цепи противника. Прикрывая, пятеро оставшихся УКОБовцев синхронно вскинули лимы к плечу и открыли огонь на подавление. Пять изваяний, отмеченных равномерными багровыми вспышками.

«Немного», – оценил количество Бат. Но достаточно, чтобы моргские бойцы притиснулись к грунту. Роли поменялись: десант крошил парковые достопримечательности с завидной интенсивностью – непрерывно, с полной самоотдачей.

Мир в блеске разрядов стал зыбким и нереальным. Походил на ад… Или на долину багровых скачек – припомнил родину Бат. Ни то, ни другое ему не нравилось.

Он посмотрел на часы; еще три минуты.

Две. Лучевая дуэль ярким мостом раздвинула изумруд деревьев. Одна… Срок истек.

Ощутимо пахнуло горечью…

Разрываемый энергией морг сумел подняться на ноги. Подхватил в довесок пульсатор мертвого напарника, скалясь развернулся к пятнистым формам и отбрасываемый выстрелами рубанул врага короткой очередью.

Бат метнулся к серебристой воронке Перехода, вспыхнувшей за деревьями. Призрачные волны украсили землю световой рябью, обрисовали идеально правильный круг.

Позади крики и топот, адский вой излучателей. Черной тенью Бат пробил серебро портала – застыл на миг образом тьмы и канул в радужных всполохах. Прыгнувший следом морг не успел - массированный залп превратил его в облако хлесткого фиолета.

-Прекратить огонь! – Кристоферсон осторожно приблизился к провалу в никуда. Хотел коснуться… и торопливо отскочил; Переход полыхнул цепочкой белых завихрений и растворился в парковым обыкновении.

Наступила тишина. Одиноко застрекотала далекая пичуга.

-Статус?! – рискнул спросить один из десантников, избавляя лицо от капелек пота.

Ответить никто не успел. Шорох, что раздался в одной из ложбинок, мгновенно развернул всех к источнику звука

«Хетч». – Николай осознал, что находится на линии огня. Ничего удивительного – мерзкое начало не могло закончиться шампанским и девочками.

Но ругательство скорее проформа – в душе укоренился лед и равнодушие. Ни грана чувств, которые он попытался найти во избежание. Как операционный стол, залитый белизной, – стерильно и ровно.

Номер «4», номер «8» и номер «15».

Он припомнил, как неумолимая сила оттащила его от образов тепла и холода - поставила крест на «4» и «8». И радушно швырнула в ничто.

А чувств нет.

Он ступил в Андарский парк чем-то иным, неживым. Стремительная и преисполненная боли карусель возрождения швырнула в серость – краски точно припорошены пеплом, тусклые, невыразительные, смазанные. Сумрак полнился тихими шорохами, на грани слышимости звучал тонкий затухавший шепоток – точно бормотание безумца в неведомой дали. Среди ветвей колыхались лоскутки белесого тумана - время от времени срывались в полет, исчезали, вновь вспыхивали. Но самое страшное в небе - в прорехах листвы, на фоне выцветшего ситца, высились три огромных черных уса - вздымались из-за горизонта чуть размытыми контурами. Размытость могла объяснить вибрация… если бы в увиденном оставалась хоть крупица рационального.

Способность к анализу сбоила…

Выстрелы ударили Николая в грудь. Инстинктивно, на уровне воспитанных УКОБом рефлексов, он попытался уклониться…

Плоть всколыхнулось туманной пеленой, расступаясь перед жгучими лучами. Белесое нечто протянулось вослед зарядам…

Охотник непонимающе заглянул в дыру на животе, образованную ударами. Сквозь нее виднелось немногое – тусклая фиолетовая дымка на траве и странно вывернутые ноги трупа. Через мгновение пробоина затянулась. И что теперь?

Шепот чуть усилился, замельтешили белесые лоскутья… и серость вновь вернулась к вялому течению.

-Эй… - выдохнул Николай.

Десантники, повинуясь оклику капитана, удалялись с места боя. Двигались прямиком на Охотника. Уклониться? Он замер в преддверии контакта с невысоким, крепко сбитым блондином, чье лицо укрывал тонкий слой земляного пепла.

Поворот, последующее касание…

Ощущения довольно странные и привычные до боли. Ни ряби, ни значительных всплесков – десантник на мгновение углубился в сосредоточие охотничьей энергии. Вспыхнули привычные краски, умолкли шорохи. Чужие мысли зароились в голове, легкий укол голода приласкал желудок, плечо восприняло давление ремня лима, а галька начала упорно терроризировать левую пятку…

Жизнь. Охотник попытался удержать контакт…

Десантник уходил. Медленно брел к точке общего сбора, а за ним клейкими лентами тянулись нереальные клочья охотничьего образа. Серость вернулась. Николай поспешил за бойцом к знакомому берегу тенистого пруда – месту сбора потрепанных «львов».

Морщинистые откосы темными глыбами парили в зеркальной глади воды, золотистыми бликами в отражении изредка мелькало солнце. Но стоило «львам» выбраться на прибрежный песок, и утренняя картина мира разительно изменилась. Первыми вестниками перемен прозвучали возгласы двух техников подле пяти черно-белых флайтов службы безопасности. Они воззрились на удивительное зрелище – исцарапанных, покрытых грязью бойцов, окровавленное тело оперативника на руках у капитана, отрешенные взгляды и неопределенные эмоции на лицах.

-Что происходит?!

-Развернуть периметр. – Игнорируя вопрос, Кристоферсон четким шагом проследовал в командный флайт. Рывком открыл входную мембрану, протиснулся на место пилота и замер, упершись руками в панель управления. Просидел минут пять – собирался с мыслями.

Вздрогнув по неведомым причинам, командир сквада принял вид образцового военного и играючи пробежал пальцами по сенсорам коммутатора. Судя по коду, на другом конце линии ожидалось крупное начальство – либо ангел безопасности Гранатов, либо один из замов. СВОК, например…

Перед десантником голубоватым мерцанием развернулся экран визор-связи – идеальный прямоугольник. отмеченный УКОБовской эмблемой. Далее стилизованное изображение сменило спокойное и деловое лицо Эдэи – картина, удачно дополненная темным фоном кабинетных стен и верхом идеально подогнанной формы.

Миниатюрный пожелтевший листочек березы скользнул по лобовому стеклу флайта. На секунду замер у левой боковой опоры и подхваченный ветром канул в зелени парка.

-Докладывайте. – Голос Эдэи звучал официально и сухо.

Кристоферсон неприметно вздохнул:

-Согласно вводной мы проверили сектор вокруг точки контакта… - последовала долгая пауза.

-Я слушаю, - напомнила женщина.

-Обнаружено девять объектов, восемь ликвидированы. Потеряли одного... – Капитан заметно напрягся. – Задание выполнено.

-Восемь из девяти… – Эдэя нахмурилась, отдаваясь мысленному анализу ситуации… и опомнилась под пристальным взглядом оперативника. – Задание будет выполнено, после того как «львы», капитан, сутки отдежурят на периметре.

-Сутки? – невольно вытянулся десантник.

-О любых изменениях докладывайте мне лично. Отбой.

-Но у вас завтра…

-Свадьба. – Эдэя слегка расслабилась. – Как выкроишь минутку, забегай в брифинг-зал.

-Постараюсь, - кивнул оперативник. По его виду заметно, что он вряд ли надеется выкроить минутку – неудивительно, учитывая текущий расклад: непонятные приказы, гибель подчиненного… Он скупо улыбнулся: - На всякий случай, поздравляю заранее.

-Принято. Конец связи.

Экран резко померк, отдав кабину флайта во власть изумрудно-золотистых теней близкого леса. Один из десантников стуком по входной мембране привлек внимание командования:

-Мы закончили.

Николай отступил от флайта. Попятился к берегу пруда, невидяще созерцая суету бойцов. Они точно за невидимой завесой – бесконечно далекие в чуждой жизни. Осознание, что надо искать хоть какое-то решение в сложившейся бесперспективности, кольнуло иглой. Есть ли в том смысл? Он услышал достаточно – в душе всколыхнулось нечто чуждое, точно пробудился дремавший зверь.

Охотник закричал – с полной выкладкой. Не на эмоциях, а скорее от отсутствия таковых.

Вновь усилился шепот, а с небес донесся слабый гул. «Усы» закачались…

-Тише ты, - прошипели за спиной.

Николай развернулся. И ни одна травинка не дрогнула под ногами.

На кусочке береговой линии присутствовал туманный образ – полноватый низенький мужчина в старомодном потасканном сюртуке из серебристой взвеси. Он испуганно посмотрел на небо, потом на димпа и выразительно прижал палец к губам.

-Сбавь обороты, услышат.

Николай рухнул на прибрежный откос – вроде как присел. Земля пока держала.

-Что, перемкнуло? – сочувственно спросил мужчина. Устроился рядом.

Неопределенно поведя рукой в воздухе, Охотник открыл рот, подумал, закрыл. И вдруг спросил:

-Ты кто?

-Погонщик я…

-Где я?

-Ты что по списку вопросы задаешь? – Мужчина сложил руки на животе и заинтересованно посмотрел на собеседника. Видно, поговорить не прочь, даже любит перемолвиться словечком. – Та не дергайся, шучу я так. Ты на другой стороне.

Картина не прояснилась. Мозг отказывался перерабатывать информацию, да и той информации - с зернышко.

-Ну как у монеты… Две стороны. На одной, вон те - присно суетные, а на другой… добро пожаловать – Погонщик широким жестом обвел тусклый мир. – Считай, обратная сторона…

-Я не мертв. – Николай посмотрел на пальцы рук, на указательном правой алела царапина. Правда, цвет столь же невыразительный.

-Раз так говоришь, - Мужчина затрясся, заперхал. То, что это смех, димп понял не сразу.

-Хватит ржать, с религией я только по картинкам…

-Чего? – Погонщик искренне удивился. – А при чем тут… Ты не понимаешь, да? Это. Другая. Сторона. Вообще ни разу не теология.

Он выжидательно уставился на Охотника. Не найдя понимания, фыркнул. Охотник коснулся травы - стебель прошел сквозь пальцы.

-Тогда что это?

-Походу, у нас проблемы с коммуникацией…

-Хорошо, чем занимаются Погонщики?

-А вон, видишь? – Мужчина ткнул в близко порскнувший белесый лоскут. – Когда попадают сюда, теряются. Приходится направлять, возвращать на стезю, так сказать. Это из официальной версии. Мало кто из Погонщиков старается. Нудно, пресно, надоело. Рано или поздно отклики и без понуканий оказываются там…

-Где?

-Там. – Толстячок украдкой кивнул в сторону «усов», точно боялся лишнего внимания.

-И что там? – терпеливо спросил Николай. Злости нет, без информации он рискует остаться за обочиной до скончания веков.

-Ты че, совсем отмороженный? – всполошился мужчина. Слетел на прибрежный песок, воровато огляделся. – Не принято о таком… услышат…

-Хорошо, и не таких ломали. – Николай припомнил слово, за которое уцепился разум. – Ты упоминал отклики. О них можно?

-Да без проблем, - успокоился Погонщик. – Люди угасают. Всегда думают, что в запасе вечность, но в итоге меркнут… по тем или иным причинам. Остается отголосок, который принимает другая сторона, а через некоторое время они завершают путь… я уже сказал где.

Николай глянул на исполинские тени усов. Разобраться в происходящем не просто. Но необходимо.

-Двери… - вскинулся он. – Меня привели сюда двери.

-Слушай, это индивидуально… Кто-то видит свет, кто -то тоннель. Облако, луч, черная карета, поезд ржавого Бо, болотная тропа, серый клипер… Но двери тоже норм.

-Тогда почему я не похож на эти клочки?

-Они угасли, - как непонятливому дитю объяснил Погонщик. – А тебя вырвали из контекста. Ты крик, вопль. Разумеешь? Иногда случается, жаль редко… А так хоть поговорить можно. Главное, не шуметь.

Охотник вопросительно приподнял брови.

-Судьба-то одна. – Мужчина покосился на небесную композицию – Просто крик держится дольше…

-А есть шанс вернуться?

-И вот, наконец, вопрос… Томить не буду, другая сторона не отпустит, но срок продлить можно... хорошо так продлить. Почти все соглашаются…

-Что надо сделать? – Николай подобрался.

-Поиметь куклу.

-Чего, б…?

-Угм, снизим интеллектуальную планку… Когда столкнулся с тем солдатом, что почувствовал?

-Все вернулось…

-Допустим не все, но… Ты крик, вопль, понимаешь? А он будущий отклик и твой крик загнал его на задворки. Просто задержись немного и тело твое. Не то, чтобы надолго… природу не обманешь, через некоторое время тебя вытолкнет обратно. В идеале, сработает с «овощем», оболочкой без разума, там можно задержаться надолго. Но есть минус – свыкнешься с «овощем» и можешь угаснуть, вернувшись сюда блеклой паутиной. Рекомендую простых кукол, пару лет протянешь…

-Да. – Охотник подобрался. Слабые наметки плана обрисовали возможное будущее. Погонщик подсказал реальный способ вернуться к дверям и вновь попытаться сделать правильный выбор. Дело за малым – найти оболочку и умереть.

Вот только есть одно «но» – свадьба. Николаю хотелось присутствовать, чтобы узнать… выдернуть из себя неопределенную занозу и подавить память. Или же поймать крохотный шанс вернуться к прошлому и разбить арктическую пустыню в душе. Погрузить зверя в дрему…

Николай криво усмехнулся. Поднялся на ноги, проследил за полетом шмеля сквозь бедро и направился прочь.

-Желать удачи не буду, - догнал его веселый голос Погонщика.

***

Брифинг-зал УКОБа блистал зеркалами, установленными вдоль стен и задрапированных отрядными штандартами. Потоки световых бликов и калейдоскоп отражений танцевали в обрамлении полированного мрамора; разводы чистой лазури, сахарной белизны и малахита дарили пространству безмятежность ясного неба, прохладу горных хребтов и ненавязчивую теплоту согретого солнцем луга. Пирамидальные люстры из хрусталя нависали над буйством красок, отметая необходимость в окнах. Закрытый от взгляда мегаполиса кусочек разудалой жизни. П-образный стол приютил разнообразие снеди и напитков: радугу фруктов, аккуратные ряды закусок и многочисленные группы витиеватых бутылок. Лазерные проекторы, усилиями техников-безопасников переоборудованные в световые установки, разноцветной гаммой волн создавали над многообразием яств изменчивый шатер – купол, слагаемый из полутонов, неясных разводов и ярких искр искусственных звезд.

Ни одна живая душа, а их за столом присутствовало около пяти десятков, не забыла воздать должное мастерству оформителей. Единственные, кого великолепие зала оставило равнодушным, - роботизированные сервиз-столики подле гостей, и Николай, присутствовавший на задворках. По началу Охотник надеялся, что Эдэя почувствует его, но нет – друг друга они не восприняли.

Димп поудобнее устроился на кожухе проектора. Ему открывался чудесный вид - на оскверненный салатами фарфор; янтарные сгустки бокалов, охапки цветов и людей, что переплетением голосов удачно дополняли мелодию из установленного в глубинке автомата.

За неимением лучшего Николай обратил внимание на участников торжества. Белая, непорочная, однако далеко не святая Эдэя мило ютилась близ высокого брюнета, чинно восседавшего справа от нее. Резкие черты лица, серые глаза, унаследованные от отца, и мягкая, слегка вопросительная улыбка – Сергей Гранатов, доктор и ныне муж. В черном элегантном костюме смотрелся неплохо, как объективно отметил димп.

Гости под стать. Танкоподобный Гранатов и его миниатюрная, но чрезвычайно бойкая супруга; десантники, пестревшие наградными шевронами; люди, о которых Рос понятия не имел… Лазурный Т’хар и сине-черный Дэм – оба смирные и парадоксально незаметные. Они сидели близ Эдэи и умудрялись оставаться в тени. Дэм все порывался достать из-под куртки флягу, выслушивал нотации Повелителя и мило улыбался Белой Леди. Родственники забавлялись…

Ни одного грустного лица, только улыбки и смех. Единственный серьезный момент – два поздравления Т’хара: официальное на публику и тихое - в обнимку с Эдэей. Второе отчего-то преисполнилось значимости. Дама настойчиво сверлила взглядом правителя Фо-рига и в свою очередь подвергалась не менее пристальному изучению. После десятка секунд визуального препарирования приникла к груди Старика, чем и вызвала гром аплодисментов. Кое-что из сказанного Т’харом Николай разобрал:

-Путь выбран…

Неясность. Николай нахмурился. Зачем он пришел сюда? Вокруг счастливые лица и никто не вспоминает о нем – бывшем десантнике, бывшем Охотнике, бывшем человеке. Для столь яркого скопления индивидуумов он ноль, который сделал свое дело и ушел. Внутренний зверь недовольно рыкнул, всколыхнув тьму… Свет виден только в контрасте. Свет он увидел сегодня, так пусть темнота подчеркнет яркий поток. Радость не прочувствовать сполна, если не хлебнуть печали. Чем не подарок?

Димп потянулся. Глянул на собравшихся и удовлетворенно кивнул: сами того не ведая, они помогли определиться. Федерация поставила точку - провела болезненной дорожкой и списала. Так почему не совместить приятное с полезным – в поисках смерти подарить Федерации пару приятных моментов.

Он двинулся к выходу. Неясные до сего момента планы сложились в определенную картину, для прорисовки которой требовалось реализовать два пункта: захват тела и перелет в нулевые – административные сектора.

С первым Николай справился часа за три. В районе Арден, где дислоцировались представительства галактических корпораций, он подыскал менеджера среднего звена - уставшего, перегруженного финансовыми сводками человечка с заскорузлыми амбициями, пестуемыми годами. Вайнс Хирхе, сорока лет, уроженец Ишры -9, завидующий свободному миру, что пестрыми пейзажами проступал за окном.

Хирхе направлялся в туалет, когда накрыло. Мысли, чувства, желания испуганно трепыхнулись, накрытые черным облаком, и замерли в стазисе немого крика. Николая повело – он врезался плечом в пластик кабинки, почувствовал укол боли и расплылся в улыбке. Губы Хирхе подчинялись с трудом - увидь кто в туалете параличные дергания менеджера с искаженной пластилиновой улыбкой, пропишется у психотерапевта.

Контроль, самодисциплина и навык. Чужое тело сдалось на четвертой минуте.

Николай приблизился к зеркалу. Краски вернулись в мир, другая сторона отступила, но ее шепот чувствовался рядом. Внешность у Вайнса непримечательная, просто подарок для задуманного.

Охотник извлек коммуникатор, сверился с памятью Хитхе и вызвал непосредственного начальника:

-Роман, привет, сегодня еще не виделись…

-Ты пил что ли?

-Сухой как лист. Слушай, на родину потянуло, могу взять недельку?

-Хоть две, толку от тебя… Учти, опять нажрешься, из КОМСКа вытаскивать не буду.

-Буду должен, Ром.

-Лады, проваливай.

Вайнсу Хирхе предстояло путешествие. Прима-сектор, планета Юна - базовый мир интергалактической торговой сети. Там в чудовищном подобии биржи, растянутом по всей планетарной поверхности, со времен основания единой Федерации совершались любого рода сделки: операции с ценными бумагами, акциями, недвижимостью, технологиями, готовым оборудованием, контрактами на изготовление и поставку - всем, что имело цену.

Сборы – лишь мгновение. Пару приятных мелочей и бельишко в кейс, персон-карту на изготовку и вперед – к муниципальному транспорту.

Оправив элегантный костюм, Николай изучил голографическое табло в зале ожидания тирского космопорта… и едва не ударился об угол гравитележки, транспортировавшей стопку чемоданов к приемнику багажного сорт-коммутатора. С лихорадочным перемигиванием сенсоров транспорт отпрянул, чем и вызвал у Охотника легкий приступ беспокойства. Тело Хитхе неохотно привыкало к временному хозяину. На всякий случай Николай еще раз проверил все «уголки» захваченный личности…

Звонкая трель выдернула его к реальности ожидания челнока. Мягкий, неуловимо уютный голос, скользнул по залу и заставил пеструю толпу пассажиров обратиться в слух.

-Объявляется посадка на рейс 17-8-276 до Прима-Сортировочной. Время отбытия 19-27…

Николай бросил взгляд на куполообразное окно, рассеченное массивными опорами. В чистом аквамарине неба плыли алые цифры системных часов: 19 часов и две минуты. Он направился к восьмому терминалу. Первая фаза успешна; он летит в бизнес-центр галактики, УКОБ, возымей Гранатов или Эдэя желание отследить димпа, не в состоянии придраться к чистой карте Вайнса Хитхе. Николай Рос безвременно почил среди великолепия Андарского парка - аминь.

«Счастье для всех». – Охотник решительно ступил в тоннель переходника.

Глава 2

Суета являлась неотъемлемой чертой одного из ведущих космопортов Юны, зарегистрированном в планетарном справочнике под кодом АС-200. Отдельные несознательные личности быстро переименовали порт, окрестив «двухсотой задницей». Среди персонала и местного населения обозначение прижилось на редкость быстро…

Преодолев конвейерные потоки разномастного делового люда, Николай, а точнее Вайнс Хитхе, добрался до панорамной галереи – узкой полоски затишья вдоль ряда мутноватых окон, из которых открывался вид на город, всецело отданный под торжество экономического прогресса незабвенной Федерации.

Первое, что бросалось в глаза, - отсутствие неба как такового. Миллионы голографических проекций в вышине шокировали неопытный глаз. Реклама, указатели, торговые сводки, денежные курсы вытеснили небесную синеву, заменив на хитросплетение невообразимого количества образов. И только бледное, лохматое солнце миниатюрным одуванчиком изредка пробивалось через голографическое буйство, расчерченное вереницами флаинг-транспорта. Полный набор моделей – от потрепанных стандартных флайтов до эксклюзивных роскошных гравитолетов – облаком стальных мальков кружил среди пиков, куполов, дисков и ромбов вершин зданий.

Николай поудобнее перехватил кейс с набором контрактных бланков и прочей рабочей мелочевки. Развернулся к лихорадочному кипению зала. В мешанине представителей сотен рас требовалось отыскать сущий пустяк – маршрутного робота-путеводителя - баснословно дорогого, но наиболее действенного в сумбурной жизни планеты. Сбережения Хитхе позволяли не мелочиться…

-Свободен, - пробасил неподалеку механический голос. Бочкообразный кибер, снабженный гравиподвеской, выбрался на открытое пространство в метре от Роса. Несомненная удача.

Николай извлек кредитную карточку и вставил в приемный сенсор робота. С удовлетворенным гулом идентифицировав клиента и банковский счет, проводник высветил на верхнем дисплее бесконечный список офис-районов. Выбор богат и труден…

Димп с минуту изучал словесные изыски, смешанные с рекламой, после чего досадливо задействовал мануальное управление автоматом. Раздел - финансы, подраздел – банковские операции - они интересовали в первую очередь; без значительного финансирования задуманное крупномасштабное действо не осуществить.

-Стоп, - сказал Николай. Ткнул пальцем в строку, пульсировавшую именем крупного системного банка «Юна-тренд» - гарантии качества и коммерческого успеха. Путь до банка предстоял неблизкий, но спешить некуда. Направляемый кибером он чинно промаршировал к выходу из порта - к сутолоке будничного дня, терпеть которую предстояло вплоть до ближайшего флаинг-сектора.

***

Здание банка более всего напоминало иглу, отполированную до волнообразного блеска. Стекло, пластик, сталь и гравиподпорки давящей на нервы конструкцией возносились над идеально круглой площадью.

Николай вновь поднял голову – еще раз взглянул на банковскую громаду. И опустил при появлении неподалеку патрульного флайта. Эллипсоидный диск под фиолетовые всполохи выпал из голографической пасти неведомого монстра, снизился над закусочной – по соседству с Охотником – и молниеносно обработал толпу персон-сканером. Присев за свободный столик открытого кафетерия, Николай заказал бокал пива и приступил к формированию легенды для Вайнса Хитхе. Задача нелегкая… Он едва не взорвал ситуацию, когда воспринял разум менеджера полотном, над которым предстоит поработать.

Серебряное переплетение импульсов; тонкие нити - мосты через темные провалы, разделявшие яркие скопления энергий, что спектрально выстраивались в картину памяти. Глубокого погружения не требуется, лишь общие правки, построенные на предпочтении субъекта. Тонкими штрихами, ретушируя и вырезая, он создал носителю правдоподобные воспоминания и тут же покинул тело. Назойливое великолепие голографических красок померкло, вернулась холодная серость, усилились шорохи. А вот клочья отголосков отсутствовали. В тусклом небе развернулись исполинские «усы» - визуально несколько приблизились, или то разум поддался безысходности другой стороны.

Николай замер, наблюдая реакцию Вайнса. Мужчина едва уловимо дрогнул, встряхнулся, а затем от души приложился к бокалу. Незамутненное счастье среднего человека.

Первый шаг на пути к будущему сделан, для второго необходимо осмотреться – не просто глянуть по сторонам, а быстрым вихрем пробить разум сотни творений вселенной и подыскать новое тело, чей хозяин отвечал ряду требований.

Николай успокоил биение мыслей, тело найдено. Вольный торговец Беорат Д. Стан, лицензия номер 17-2ФД-034 от федерального департамента по торговым делам. Ни родственников, ни друзей – их заменили вредные привычки и тяжелый характер закоренелого одиночки. Превосходный объект – резюмировал Охотник, сливаясь с выбранной целью.

Захват прошел чисто. Если не считать легкого похмелья и неудовлетворенного желания. Помимо воли димп начал провожать взглядом особ женского пола… Всему свое время.

Взбодренный тремя стаканчиками ароматного кофе Николай выбрался из-за стола. Его ждал банк и рядовая финансовая операция – открытие персонального счета. Он поднялся по мраморной необъятности ступеней в блистающий холл, далее, при участии информ-стоек, отыскал дорогу к исполненному в неоклассическом стиле сортиру, занял кабинку и вышел из тела, погрузив личность Д. Стана в сон, близкий к летаргическому.

Следующим шагом предстояло реализовать самую тонкую часть операции – подчинить функционера из числа топ-менеджеров с доступом к свободным финансам. Спустя час он выбрал одного абронианца, многочисленные счета которого, оформленные на подставных лиц, могли обеспечить димпа требуемой суммой. Менеджер, страдавший от последствий вечеринки, посещенной накануне, не сопротивлялся. Ускользнул в темноту беспамятства, позволив Николаю спокойно поработать с офис-техникой и завести в недрах банковской сети неприметный счет на имя Стана. Он искренне полагал переведенную на счет сумму значительной, пока цифры совокупных сбережений менеджера не показали сколь он наивен.

Проверив напоследок легенду финансовой операции, Николай расстался с носителем, чье имя он забыл едва покинул кабинет. Вернулся к Беорату, так и не узнавшему о проведенном в сортире часе.

Восставший торговец оставил злополучную кабину. Спустился на расчетный уровень, коротко переговорил с операционистом и закрыл счет. Наличные, складированные в бронированный кейс, предпочтительней банковской карты - позволяли не оставлять электронных следов и не зависеть от прихотей банка.

Чуть отойдя от стойки, Николай испытал неприятное чувство пристального наблюдения.

Размеренно шагая к выходу, украдкой осмотрелся. Вокруг в привычной деловой суете сновали граждане Федерации и кибер-системы… Через мгновение он вычленил угрозу – мужчина в сером плаще в уютной глубине кресла. Неизвестный всецело сосредоточился на финансовом бюллетене в руках, но едва уловимые токи внимания касались Охотника. Слежка. В чем причина?

Николай неспешно выбрался из здания и остановился, пропуская стайку информ-автоматов. Момент удобный для оценки: Д. Стан попал в разработку. Но тактический расклад не просчитывался - торговцем мог заинтересоваться кто угодно.

Единственный плюс – затягивать пребывание на Юне он не собирался. Как только приобретет среднетоннажный транспортник и требуемое оборудование, исчезнет с планеты. Залог успеха в быстроте маневра.

***

Капли индикаторов в сенсорных рядах превратили рубку корабля в царство мягких изумрудно-синих полутонов. Десятки приборов, повинуясь команде активации, вспыхнули сигналами готовности - тестировали, уведомляли и расслабляли в привычной технократической обстановке. Он скучал по рубке.

-Не правда ли, великолепное зрелище? – Фордобец, напоминавший рой оранжевых светлячков, сделал молниеносный круг над головой Охотника. Коммутатор, укрепленный на одном из апельсиновых сгустков, издал нечто похожее на вздох удовлетворения. – Мы с Фордоба III, к великому огорчению, не пригодны к пилотированию космического транспорта, но в вас я чувствую прирожденного…

Не вникая в рекламные дифирамбы торговца, Николай придирчиво осмотрел кольцевой рото-пульт. Максимум удобств – приборы в переделах досягаемости, эргономика прима-класса. Система внешнего обзора настроена, не сбоит.

Тихий гул сервопривода, поворот пульта и перед ложементом пилота замерла клавиатура управления визор-сканерами.

-Желаете посмотреть? – одобрительно засветился фордобец. – Обратите внимание, аппаратура работает с минимальным откликом.

Аппаратура работала на удивление гладко, чем и беспокоила Охотника. Новое с конвейера гражданское судно и не единой поломки? Нонсенс. Даже у серийной техники Управления, не смотря на жесткие приемо-сдаточные, часто возникали проблемы… Чудо. Николай с неторопливостью профессионала осмотрел панорамный вид.

Обширное взлетное поле, разбитое на четкие сектора, по совместительству выполняло роль открытого торгового зала. Элегантные лайнеры, юркие катера и боты, неповоротливо-основательные грузовики – многообразие форм, размеров и специфики конструкций. Системы пневмоочистки, змеиный рисунок кабелей и трубопроводов, бригады техников, автоматы погрузки разномастным калейдоскопом двигались меж корабельных бортов. Далее – за бесконечным рядом аппаратов и приземистым силуэтом офисного здания – возносились к небу цилиндры далеких ангаров, соединенных ажурными переходами: тонкие нити мостков над транспортными линиями. Блистая огнями, стекла тысяч флайтов напоминали звездные россыпи.

-…смотрится гордо, - внезапно прервал речь фордобец. – Уверен, космическая бездна на обзорных экранах выглядит ничуть не хуже. Для истинного ценителя…

-Сколько? – остановил собеседника димп.

-Модель новая, повышенный тоннаж без изменения балансировки, модернизированная система навигации Шарнова…

-Сколько?

-857 тысяч федеральных кредитов, - выпалил торговец, точно в холодную воду ухнул. Его сияние померкло в предчувствии недовольства клиента.

-Плачу наличными.

-Великолепно. - Фордобец издал серию тонких писков. В рубку проник автоматизированный секретарь, с уже готовыми бланками договора. – Персон-карту… Через десять минут, корабль ваш.

Охотник согласно кивнул. Ему достался неплохой экземпляр. Грузовой отсек на триста единиц, куда с легкостью помещается четырехэтажный панельный дом, и при этом неплохая маневренность. Для прикрытия Николай полагал объявить судно фрахтовым грузовозом, чтобы спокойно перевозить оборудование, купленное на рынках Юны. Но для начала, ввиду готовности бумаг и позднего времени, не помешает отдохнуть: заблокировать и покинуть корабль, отыскать в городском хаосе отель, снять стандартный номер без претензий…

План простой и легко осуществимый.

Мерно вспыхнул визор-проектор, транслируя уютные пейзажи. Сервированный стол ломился от местных синтет-деликатесов. Просто рай на пути к цели. И неприятный стук, прервавший попытки Охотника распланировать новый день.

-Откуда бесстрашие-то… Николай одернул халат, достиг двери и замер, внимая неясному шороху. Гости использовали код-карту.

Димп откачнулся к стене. Приник к холодной тверди затылком и досадливо поморщился. Беорат Д. Стан не обладал должными навыками - у тех, кто заглянул на огонек, имелся шанс добиться успеха.

Дверь мягко скользнула влево, открывая обзор на черные тени и блеск излучателей. Набор дополняли две пары тускло-красных глаз. Боевая модифицированная оптика – признал Николай. Боевые системы – БС, в просторечье именуемые бесы - многофункциональные андроиды, которых чаще всего использовали при контрактной ликвидации, иногда в роли ходячих предупреждений – «курьеров» на сленге Черного Братства. Разница ценой в жизнь. На кой бесам потребовался неприметный торговец?

Сильные пальцы едва не смяли горло димпа. Лишили воздуха, подняли над полом и не эстетично притиснули к стене. Он терпел - другого шанса выяснить намерения противника не представится.

-Беорат Д. Стан? – холодным бесцветным голосом спросил андроид. Второй бес для верности ткнул Николая дулом лима.

-Если скажу «нет», поверите? – прохрипел Охотник.

-Тяга к сарказму не рациональна, - уведомил «курьер».

-Сарказм? Не знаю такого слова.

–Нашего нанимателя заинтересовала внезапная тяга Топ Допа к благотворительности.

-Парни, я четно не хочу вас расстраивать… прям до мурашек не хочу. Но я не знаком с упомянутым вами лицом.

-Допирауторебагар, - произнес бес. – Банк «Юна-тренд». Топ Доп залез в общую копилку.

Николай подобрался. Он не учел роли Черного Братства в циркуляции денежной массы, а ведь как гласила старая ЦУКОБовская аксиома – где кредитки, там и криминал. У финансиста не даром огромное количество счетов: он работал в тесной спайке с лицами по ту сторону закона.

«Сдаю», - признался Охотник. Миры меча и магии притупили отдельные навыки, приобретенные в постиндустриальном пространстве. За разработанную столь поверхностно операцию в Управлении, минимум, четвертовали. Он упустил из вида целый сонм мелких деталей, а в результате - два роботизированных бойца готовятся устроить допрос по всей форме. И альтернативы нет. Боевая подготовка Д. Стана минимальна, охотничьи навыки не эффективны - из чайника икебану не сделать.

Бормоча что-то невразумительное, Николай проверил контакт с телом Беората. Полное слияние. Мгновение концентрации, адреналин в кровь…

-Первый вопрос. – В руке андроида блеснул инъектор, тонкая игла приблизилась к шее димпа…

Используя хватку врага, как опору, Николай врезал ногой по руке с инъектором. В удар вложил максимум сил и добился намеченного - игла пробила щеку противника.

На мгновение обстановка застыла в преддверии стремительных действий…

Николай отчаянно рванулся к вражескому лиму; самое время раздобыть оружие. Напичканные электроникой бесы молниеносно адаптировались к ситуации.

Пальцев коснулся холодный металл. Рукоять лима порадовала димпа ребристой твердью. Дело за малым - замкнуть контакт гашетки и уповать на то, что ствол направлен, куда следует…

Осколками пластика и мелких деталей взорвалась левая половина лица андроида. Николай успел заметить, как во глубине черепной коробки беса вибрировала микромеханика; словно предсмертная агония обуяла тонкие конструкции.

Избавленный от пальцев тисков Охотник вдоль стенки рухнул на ковер. Бес, не пожелавший расстаться с лимом, от рывка весьма чувствительно приник головой к стеновой панели. Николай воспользовался: короткая подсечка, боль в отбитой голени…

Робот опрокинулся назад. Смял миниатюрный журнальный столик и в хаосе обломков распластался на полу. Рос коленом притиснул тело к обломкам. Не отпуская захваченный «Марк VI» и тем самым лишая противника возможности выстрелить, метнул руку к излучателю, любезно выроненному дезактивированным «курьером».

Бес начал высвобождаться из захвата – медленно разворачивал лим, направляя оружие в бок Д. Стана.

Захрустело стекло…

-Пошел! – Николай метнулся влево и вверх. На лету подхватил лим, извернулся… Два выстрела последовали одновременно, заряды промелькнули под телом торговца: первый красным оплывом растекся по стене, второй разворотил висок беса.

Радоваться рано. Никогда еще, за всю историю Федерации, Черное Братство не сдавалось столь легко. Опасные сюрпризы могли посыпаться, как конфетти…

Окно. Перекатившись по ковровому покрытию, Николай уткнулся плечом в тахту, привстал, нацеливая лим в разлинованный светофильтрами оконный проем… Замер. Вектор чист, но оставаться в номере чревато последствиями.

-Побеспокою! – Николай дернул с беса плащ.

Наспех собравшись, бросился к двери, преодолел порог… Резким звоном по нервам ударило взорвавшееся оконное стекло. На стену коридора мертвенно-синими тонами легла череда коротких вспышек, хрусталики льда коснулись разума. Кто-то предусмотрительно метнул в комнату нейро-гранату…

Дверь закрылась.

Николай выстрелом разнес пульт управления замком – хоть маленькая, но фора. Хватит на рывок к выходу из отеля.

***

Длинные тени перечеркнули подоконник, усыпанный стеклянным крошевом. Протянулись от багровой пасти выходной мембраны флаинг-транспорта до прихожей разгромленного номера. Пять темных фигур, преодолев оконный проем, мгновенно рассредоточились по комнате. Они скользили в безмолвных пируэтах и только поскрипывание стекла придавало обстановке черты реальности.

-Чисто, - буркнул ведущий, обводя лимом незамысловатый санузел. Эхом откликнулись напарники, чья визуальная оценка не менее уныла. - Дрянь.

Командир пятерки досадливо отбросил с пути кресло. Под грохот мебели потянулся к рации:

-Крос 2 – Слиперу. – Говорил он уже на ходу. – Слипер… Вы там что, опять шлюх сняли, уроды?!

-Не ори, - хриплым шепотом донеслось из передатчика. - Здесь темно, уныло и стремно…

-Закрой фонограф. Цель движется к вам.

-Принял. – В динамике явственно хмыкнули. – Выйдем пожелать доброй ночи.

Номер отеля опустел столь же быстро, как и заполнился. Последним исчез флайт - мигнул напоследок багрянцем и провалился вниз. Тишина и пляска голографических огней вернулись.

Едва уловимо прошелестел ветер.

***

Хрип дыхания, переплетенного с топотом ног, разбил хрупкий покой очередного коридора. Уровень? Николай мельком глянул на указатели. Тридцать седьмой этаж. Подъемники в пределах видимости - хрустальные, наполненные матовым светом колонны, до которых оставалось несколько метров…

Удар о мембрану не привнес в ситуацию изменений - на транспортере горел сигнал занятости. С досады Николай рубанул по сенсорам кулаком… Платформа сдвинулись, поднимая возможную угрозу – бесов, наемников или безопасников. Медлить нельзя.

Охотник развернулся. Куда податься? Позади изломанными тенями по стенам скользнули неясные силуэты. Направо, вдоль подвесной оранжереи - к лестнице вниз. Тридцать семь уровней - не беда.

Смерчем, на грани равновесия, он миновал десяток пролетов… и остановился. Противник блокировал лестницу, о чем свидетельствовали грохот каблуков и мелькание плеч. Они близились с каждой секундой…

Николай повернул обратно. Достиг лестничной площадки около сферически выпуклого окна… Приник к видовой полусфере и изучил окрестности здания – бесконечное море огней, искристые транспортные сети… Шансы есть. Теряя драгоценные мгновения, он еще раз осмотрел городские красоты.

Прыжок швырнул вперед – к окну, что за пару ударов сердца разрослось до катастрофических размеров. События слились воедино: в коридор выбежали преследователи; димп узрел на стекле собственное отражение, противоборствующие стороны активировали излучатели и случился армагеддон.

Коридор взорвался грохотом и звоном. Давя на гашетку, Николай в почти отточенном нырке достиг разорванного лучевыми трассами оконного великолепия и преодолел оное - с фонтаном осколков и мельканием энергетических бичей.

На миг словно застыл в пустоте. Для стороннего наблюдателя – далекого пешехода или пассажира флайта – уподобился птице; черные полы плаща, распахнутые ветром, удачно гармонировали со стеклянным дождем.

Резкий наплыв воздуха заставил отнестись к затяжному падению с максимальной серьезностью. Сколько прошло времени? Наемники еще не успели проявиться в проеме разбитого окна.

Удар о подпорку пронзил Беората Д. Стана вспышкой боли. Прокатившись по стальной плоскости, он, сквозь поплывшее сознание, оценил достигнутые результаты. Ставка на паучью конструкцию отеля верна - гигантские опорные лапы строения располагались ниже 37 уровня всего на десяток метров. Верхние грани, перпендикулярные стене, обеспечили димпа посадочной зоной – до обидного твердой.

Боль усилилась - заполнила мир краснотой, сковала мышцы. Он сопротивлялся - долгое пребывание на открытом воздухе вредно для здоровья.

Охотник распрямился и нырнул вправо - прочь от места, где лучевые нити крошили опорную конструкцию в багровое месиво. «Курьеры» плотной группой возникли в оконном зеве. Их лица, вырванные из темноты пальбой, не предвещали беглецу ничего хорошего. Вой выстрелов сменил тональность - противник задействовал пульсаторы…

Николай, пригибаясь, бросился к дальней кромке опорной лапы. Следом, терзая металл, неслась смерть. Близилась, раскаляя пространство и нервы.

-Да попадите же в него! – рявкнул кто-то.

Обрыв. Коротко и безысходно.

Экстренный анализ обстановки выявил неподалеку транспортную сеть. Вереница флайтов ярко-желтой цепочкой летела к неизвестному посадочному сектору. Вытянутое струной тело покинуло опору за секунду до удара - импульсный залп резанул грань опорного конструкта и оформил достойный фон – полный набор красных тонов.

Разнеся выстрелом люковую мембрану, Охотник вонзился во флайт и едва не пронзил насквозь. Своевременная хватка за кресло избавила от неприятных перспектив, но одарила ударом о крепежные детали посадочного места. Что-то хрустнуло.

Пространственная картина смазалась, заметалась в накрывшей Охотника мутной волне. Торопливо, в грохоте и скрипе техники, он подавил болевые эпицентры. Следовало разобраться с управлением - флайт начал беспорядочными рывками продвигаться вниз… Есть и плюс, метания техники сбили врагам прицел.

***

-Прекратить огонь! – Ведущий досадливо отпрянул вглубь коридора. Ударом поставил излучатель на предохранитель и витиевато выругался. - Да кто он такой?! Просто феноменально непотопляемое говно…

Развернувшись на топот сапог, мужчина несколько секунд изучал команду дублеров. Злость сорвать не выйдет; босс нагнет всех.

-Успели, да? – Он яростным взглядом смерил подоспевшую группу.

-Дерзишь, вроде…

Окончание фразы Ведущий проигнорировал. Сейчас главное достичь подъемника, извлечь на свет передатчик и вызвать «стрекоз» - легкие гравитолеты, используемые для атак с воздуха.

Глава 3

Происходило нечто и происходило невовремя. О том сигналили инстинкты. Охотник напрягся в предчувствии неприятностей… Ему не удалось оторваться от преследователей - на первый взгляд мирная атмосфера Юны пульсировала угрозой, чей источник, к великой досаде, упорно не желал определяться.

Редкий транспортный поток над россыпями уличных огней, многократно рассекаемый более оживленными линиями, выглядел буднично: четкие ряды аппаратов; антигравитационные буйки указателей в рекламном калейдоскопе… и отсутствие любой неординарности.

Николай слегка расслабил пальцы, замершие на рулевой стойке, и постарался успокоиться. Рассмотрел в подробностях небесную магистраль, подивился излишне контрастным теням, оставленным пальцами Д. Стана… И что это? Ответ явился тремя каплевидными аппаратами, что по дуге траектории снизошли к плоскости полета флайта торговца. Выстроились полукругом - фигурой «захвата» на языке пилотов. Короткими взвизгами прозвучали первые выстрелы.

Профи…

Николай рванул штурвал на себя, отправив машину к верхним транспортным рядам. Опасный трюк позволил вывести технику из-под мелькания разрядов.

Троица почтовых гравикаров едва не поставила в маневре жирную точку. Белесыми контурами возникнув неподалеку, почтовики волей автоматики попытались уклониться. Но контакт состоялся: гравиподвеска со скрежетом проскребла крышу охотничьего транспорта.

Корпус содрогнулся. Николай попытался уловить в пространственном хаосе знакомые черты…Энергетическое копье трескучей молнией пробило транспорт насквозь – едко запахло опаленным пластиком.

-Криворучки… – димп встряхнулся, избавляясь от обломков.

Враг приблизился – сквозь блики отражений проявились лица бесов.

Прямо по курсу, метрах в тридцати, наметился очередной перекресток: открытая линия для Роса и преследователей, закрытая – для тяжелых грузовых болидов, что громоздкими силуэтами парили подле стоп-сигналов.

Сквозь отсутствующее лобовое стекло Охотник выстрелил по телеметрическим антеннам у обособленной четверки буйков, чем расстроил синхронизацию указателей. Синхроимпульсы транспортной службы перестали считываться должным образом и стоп-сигналы замигали разнобой. Цветная мозаика, стремительно придвинувшаяся к Николаю.

Он крепче стиснул штурвал. Лишь бы автоматика грузовиков не подвела, уловила проблесковый сигнал к продолжению движения и послала машины вперед - на восьмиметровый пятачок, где мгновенно воцарился ад.

Массивный транспорт подрезал более легкие флайты почтовиков. Фиолетовыми росчерками вспыхнули энергопробои. Первая машина, объятая алыми язычками пламени и ветвистой сетью молний, канула вниз. Под нестерпимый треск, быстро сменившийся утробным грохотом, два тяжелых гравитолета столкнулись в лобовой…

Мелькали сталь и пластик. Обитатели ночных улиц несказанно удивились, когда над ними распустились огненные цветы – сиренево-красные бутоны, что гасли под свист обломков и трепыхание черных лент дыма. Металлическим раскаленным ливнем неслись к земле…

Достигли поверхности в секунды. Прибили к тротуару хитрую электронику, раскидали граждан и повыбивали окна ближайших домов. Проявились сполна, травмируя, калеча и перманентно разбирая. Первый след новой охотничьей реальности – отмеченный многомиллионным ущербом для города. Дар, что рисовал будущее в отныне симпатичных темных красках.

Он яростно оскалился в попытке помочь двигателям справиться с нагрузкой. Провести флайт сквозь эпицентр транспортного происшествия далеко не просто…

Вверх!

К горлу Д. Стана подкатил комок. Машина нырнула куда-то вправо, закружилась на месте… Впереди проявилась удлиненная грузовая платформа.

Два аппарата сшиблись с рыцарской безоглядностью. Рванули сверхновыми звездами, которые Николай наблюдал уже в падении. Он успел заметить, как взрыв затмил половину неба, прежде чем развернуться и встретить лицом гравитолеты, проносящиеся десятком уровней ниже. Рухнул на стройные ряды тюков и застонал - многострадальное тело Беората преисполнилось возражений. Сил хватило только на то, чтобы заползти под грузовые штабеля, и толику надежды. Андроиды поверят в гибель цели, в их понимании человек – создание хрупкое.

Растворилась в боли и вое патрульных сирен минута…

Николай рискнул выглянуть на свет. В сотне метров позади, около хаотического скопления техники, мелькали нити лучевых трасс. Бесы купились на сумасшедший трюк и бонусом попали под раздачу патруля.

Охотник прислонился к борту машины. Откровенно мутило. Но расслабляться рано, необходимо сменить место дислокации на Юне и закончить операцию. Проще всего совершить орбитальный скачок, перебазировавшись на противоположное полушарие. До торгового космопорта и приобретенного накануне транспортника рукой подать. Оставались сущие пустяки – не умереть по дороге…

Он не умер.

Тяжесть и упруго-плавное сопротивление корабельного штурвала приятно давили на ладони. Чувствовалась исполинская мощь добротно сделанного грузовоза – едва уловимая вибрация легкими покалываниями касалась Охотника, гипнотизировала, заставляя забыть о физических страданиях. Как давно – вечность или две – он не испытывал ничего подобного; забыл, что значит быть пилотом, и нервами ощущать корабль, что может подарить свободу.

Николай обвел взглядом индикаторное буйство кольцевого пульта – грузовик жил в неторопливо-могучем гудении приборов, создававшем особую атмосферу космического перелета. Одиночество и непередаваемо прозрачная полусфера видового экрана - словно окно в другой мир. Дымчато-темный, иссеченный огненными линиями диск планеты на лоне звезд смотрелся великолепно, особую пикантность придавали золотой ободок с левой стороны - весть от невидимого светила и стыковочные платформы, величественными плитами застывшие на орбите. Монолитность доков разбавляли группы разномастных творений федерального судостроения: лайнеры, рейдеры и крейсера местной службы безопасности, формирующие прикрытие таможенной линии – орбиты, на которой корабли, за исключением военных, подвергались досмотру.

Процедура знакома. Формальное сканирование не выявило на грузовозе ничего предосудительного, в том числе, не распознало и вольного торговца Беората Д. Стана, чью штурманскую лицензию сменил аналогичный документ некоего господина Кроба, ставшего после нехитрой операции с нотариальным автоматом и промывания мозгов совладельцем корабля. Д. Стан Юну не покидал, след потерян.

Димп изучил одутловатое лицо мерно посапывавшего Кроба. Отыграв роль, совладелец, после стыковки корабля с орбитальным доком, забудет о компаньоне и уйдет в никуда – к бару, где придастся чревоугодию и разврату.

План состряпан наспех, но сомнениям нет места на новом пути. Кривая вывезет. Охотник неторопливым жестом коснулся сенсоров передатчика. Треск статических разрядов и тысячи призрачно-далеких голосов наполнили рубку. Какая там частота космопорта? Он с трудом удержался от стона; тело напоминало, что у охотничьих пси-блоков есть предел.

-Сущее б...

-Простите, вас не поняли, - раздался на мостике официальный голос. Тон усталый, но деловой. Через мгновение возникло изображение - равнодушное лицо диспетчера.

-Фрахтовый грузовик «Паома», свободный порт приписки. Мне бы уголок…

-Порожняком или с грузом? – Диспетчеру чем-то нравились вольные дальнобойщики, его голос значительно потеплел.

-Порожняком. Думаю, получить фрахт на Юне. Единиц на пятьсот…

-От души. – Мужчина несколько секунд изучал что-то за пределами экрана. – Сектор 5, 18 терминал. Даю команду на принятие. Удачи.

Николай обесточил аппаратуру и сосредоточился на управлении. Требовалась незаурядное мастерство, чтобы серией маневров подвести транспорт к стыковочным захватам. Проникнуться массой и скоростью, оценить быстроту разрастания на обзорном экране матово-серебристой платформы и дока, украшенного манипуляторами, гроздьями трубопроводов и затянутым силовой пленкой переходником, застывшим в ожидании момента контакта - глухого металлического щелчка, ядовитого шипения гидравлических приводов и контрастной тени от грузовоза на бронированных плитах корпуса.

Меланхолично пискнул сигнал готовности. Николай поднялся из ложемента и направился к Кробу для последнего целеуказания. Затем вернулся к пульту и любезно открыл для невольного напарника двери переходника, когда тот с целеустремленностью автомата вылетел из рубки, проскочил десяток отсеков и выбрался к шлюзу.

-Пора и нам пора. – Охотник проковылял на выход. Сейчас бы часиков «цать» отдыха вместо беседы с работягами докерами и оформления положенных бумаг. Опасная часть плана, чреватая последствиями, – он вновь использует персон-карту Д. Стана. Но пока хозяин Топ Допа разберется с мнимой гибелью цели, пока выйдет на грузовоз… Кроме того, новый сектор Юны подразумевал новую группировку Черного братства, плевать хотевшую на конкурентов. Расчеты поверхностны, но надежды стоили. Он успеет совершить сделку и скроется во тьме.

Игнорируя речи таможенного инспектора, он обвел взглядом офисную зону дока. Теснота и удивительно суетливое поведение кучки техников… Перемигивались неведомой информацией десятки мониторов, над ребристо-стальным полом стелилась паровая дымка, придававшая обстановке нотки загадочности. В стилизованном под иллюминатор экране плыли космическая бездна и бортовые выпуклости охотничьего транспорта, уже обвитого системами техобслуживания. Вид полузабытый, но пресный – взывавший к стремлению покинуть док. Раскланявшись с инспектором, который покончил с формальностями, Николай перебрался в орбитальный челнок и под резкий свист отстрела канул в стремительное приземление.

«Ребята озверели». – Он притиснулся к спинке амортизационного кокона. Аппарат садился на манер десантной капсулы, но, справедливости ради, подобная интенсивность спуска предпочтительней квелого витания над облаками. Сроки сжаты, а учитывая необходимость потратить хотя бы несколько часов на восстановление тела многострадального торговца – первыми вехами на временном отрезке станут поиски отеля и снятие номера с должными удобствами.

Покинув муниципальный флайт с тем, чтобы окунуться в яркий день и трепыхание редкой листвы не менее редких деревьев перед выбранным гостиничным комплексом, Николай сделал пару шагов и замер, впечатленный масштабами. Над ним, пронзая далекий слой голографического неба, вознеслось гигантское здание – колонна, сверкающая металлом и стеклом. Кольца развлекательных палуб, смотровые площадки, служебные флайт парковки - отель напоминал многоярусный ядерный взрыв.

При столь великих возможностях, желаний всего несколько: горячая, растворяющая боль ванна и мягкая постель – за любую цену, при любых условиях. Регистрацию на ресепшене Николай прошел в некоем полузабытье, кибер-портье проводил сквозь коридорную толчею к номеру, пожелал всех благ и сгинул. Дверь с шелестом закрылась. Тишина.

Николай замер перед зеркалом в золотистом свете плафонов. Собственное отражение почти удивило. Беорат Д. Стан в череде испытаний превратился из безликого носителя в личность: средний рост, сухопарость, светло-карие глаза с зеленоватым проблеском… Но до слияния, обещанного Погонщиком, далеко – личность торговца продолжала трепыхаться на задворках, не давала забыть.

-Не комплексуй, Ди, времена сложные, - сказал Охотник отражению. Завтра предстоит насыщенный день, полный работы, поисков и метаний.

Продрав глаза после короткого сна, первое, что сделал Николай, - не смог встать. Тело отчаянно воспротивилось усилиям разума и… проиграло. Д. Стан оделся, плотно позавтракал и отправился в город за покупками. Список обширен: горнопроходческие автоматы, многофункциональные строительные боты, силовые и защитные установки, крепеж, облицовка и прочие компоненты астероидных шахт. Тема популярная для дельцов средней руки – на фронтире можно хорошо подняться на добыче руды. Постоянный спрос на оборудование обеспечивал некоторую анонимность – вычленить одну сделку среди многих процесс не быстрый. А сделки проводятся в лет – через сеть, без личных контактов. Товар – деньги. Закупленная техника поступила фрахту «Паома» через три системных часа. Оставался последний штрих – выбрать место назначения.

-Куда? – справедливый вопрос. Откинувшись на спинку кресла, Охотник изучил доклады автоматики корабля. В карго-отсеке завершалась работа по расстановке и фиксации объемного груза, цифры, графики и рекомендации автоматики сменялись ежеминутно.

-Куда? – повторил Охотник. Прикосновение к сенсорам кибер-штурмана вызвало на центральный дисплей подробную секторальную карту – безгранично-черную, с икрами баз и проторенных транспортных маршрутов…

Память услужливо подсказала - 75 сектор, система Бенателлы, забытое всеми астероидное кольцо вокруг невостребованного никем светила. Знаковое место, где он взял след Черных Лис – амазонок с неясной мотивацией, очередной загадкой, чей прах он развеял в охотничьем рвении. Цель выбрана.

С тихим гулом компьютер приступил к анализу оптимального маршрута.

***

Система Бенателлы ничуть не изменилась. Тускло-красное, с редкими проблесками желтоватых тонов светило усталым глазом замерло в пустоте – за черно-серой линией метеоров, что, кружась в извечном танце, то сливались с космической тьмой, то обрастали багровыми ореолами. Картина первозданного одиночества.

Капелька пота невовремя скользнула по виску Беората. Замерла на мгновение у брови и… сорвалась при рывке димпа. Он отклонил штурвал на 45 градусов, завалив транспорт на борт. Взвыл предупредительный сигнал. Подкрепленный алым светом индикаторов преобразил рубку в сосредоточие рвущих нервы красок. С трудом воспринимаемой скороговоркой компьютер забубнил об опасности…

Вал иссеченного оспинами астероида словно могучий океанский прибой накатил откуда-то слева. Николай выругался: грузовоз из-за габаритов проигрывал обломкам считанные метры…

Расстояние сокращалось. Броня и каменные грани соприкоснулись тенями.

-Вывози, крошка!

Белым вспыхнул левый сектор экрана. Веерное защитное поле, активированное бесстрастной техникой, отразило метеор. Но «Паоме» досталось - судно от толчка нырнуло в бок – туда, где вихри мелких осколков скрывали в крошеве более крупных собратьев.

Вселенная сузилась до извилистого каменного туннеля, менявшего форму в непредсказуемой последовательности. Огрызаясь фиолетовыми клиньями энерговыхлопов, иссеченный мелкими частицами от носа до кормы грузовоз рвался к цели - астероиду, найденному димпом при первом посещении системы. Каменюка, габаритами с планетарный спутник, скрывалась в центре метеоритного пояса и удовлетворяла всем требованиям Охотника.

Окунувшись в бездну, транспорт круто спикировал к чашевидному углублению в астероиде. Точное попадание; за миг до приземления из-под брюха корабля выдвинулись опорные стойки, дюзы ощетинились амортизационными струями, которые десятком лезвий вспороли скалу и запустили кольцевой вал пыли.

Посадка.

С легким недоумением Охотник взглянул на руки, которые упорно не желали отпускать штурвал. Сведенные судорогой мышцы неприятно подрагивали. Несколько глубоких вдохов справились с инерцией, к немалому удовольствию хозяина. Ему предстояла работа.

Несколько коротких команд задействовали приобретенные строй-боты. Первичная программа – развертка защитного периметра. Напоминавшие черепах автоматы, стройной вереницей покинули грузовую аппарель – расползлись по кругу, оставив в щебне контрастно радиальные полосы, и остановились, перемигиваясь зеленоватыми огнями. Под астероидным небом, звездными прорехами и угольной чернью космоса техника выглядела аутентично. На установку агрегатов силового поля, запитанных от мобильного реактора, они потратили два часа – работа спорилась.

Николай размял одеревеневшее тело и довольно кивнул, наблюдая как разнокалиберные обломки изредка стремительными ослепительно-белыми кометами бомбардируют силовой купол, возникший над провалом. Энергии в достатке – показатели энергонасыщенности поля чуть проседали от ударов, но реактор справлялся с нагрузкой. Каменный дождь по-своему прекрасен и судя по показаниям приборов – безвреден для намеченных работ.

Следующим шагом из корабля выдвинулась техника для горных разработок и по заданной программе приступила к обмеру строительной площадки. Завибрировали камни в диссонанс с космическим безмолвием, буровые головки смазались в матовые вихри, фонтаном из-под резцов брызнула галька.

Димп облачился в легкий скафандр и покинул шлюз - сместился под прикрытие опорной лапы «Паомы». Поляризовал видовой щиток шлема, чтобы белое сияние метеоритной бомбардировки не слепило глаза, и задумался. Темп, заданный на Юне, сохранен. Предстояло сделать еще очень многое – спроектировать и заложить базу, наладить инфраструктуру жизнеобеспечения. Затем, совершить новый полет в центральные сектора с целью изыска и поглощения знаний специалистов по кораблестроению и генной инженерии. И если мозги Беората не спекутся в процессе, станет возможным приобрести и наладить кораблестроительную линию и аппаратуру для опытов с носителями. Подготовленный Охотником список занимал не менее десятка старомодных печатных листов. Сонм неотложных дел, которые необходимо проделать, пока носитель не отверг матрицу димпа, а другая сторона не явила серое нутро. При достаточных финансовых вливаниях возможно многое – один в поле не воин, но, если засадить поле ростками холодного упорства, удобрить материально и терпеливо дождаться всходов, финал напугает слабых.

Димп зевнул - пора за работу.

Глава 4

Вселенная состарилась на мизерный срок - девять месяцев. И время потрачено с максимальной эффективностью - результаты предпринятых усилий грели душу скупыми токами радости. Николай поднял голову и взглянул на изменчивые астероидные потоки, чье вечное кружение дополняла музыка, избранная кристалл-плейером.

Густыми жесткими риффами била гитара. Мощная скоростная дробь барабанной установки, глубокий бас, наполнявший тело дрожью, и нотки классических инструментов, растворенные в общей звуковой картине. Фоновый хор, что придавал композиции эпический объем, и оперный женский вокал. Контраст рвущего мир ритма и чистого голоса чуть напрягал, но он рад скромному чувству - иногда эмоциональную зыбь требовалось беспокоить.

-С любовью от Никки!- крикнул Николай глыбам камня, омываемым багровым светом. Камни не ответили. Вновь. Он вернулся к привычному состоянию, сотканному из льда. Песня оборвалась.

Сутки назад он вывез Беората Д. Стана в тридцатые сектора. Оставил на захолустной чахлой планетке, среди дюн, овеваемых горячим ветром, и редких домиков, полузасыпанных песком. Снабдил увесистым чемоданчиком с кредитами и добротной легендой о неудавшемся фрахте с последующей продажей корабля. Роль торговца отыграна, да и удерживать сознание в поношенном теле все труднее. Но Николай успел - после долгих месяцев, проведенных в лаборатории, создал более достойный носитель - тело, максимально адаптированное к ведению боевых действий и готовое сполна воспринять димповскую матрицу.

Федерация не жаловала клонирование, но втихую использовала – на работах, сопряженных с опасностью, превышавшей официальные нормы. Черный рынок полнился информацией в сфере биоинженерии. Знания Погонщика чуть устарели в реальности галактической эры, зачем искать тело пригодное для слияния, когда можно создать.

С оттенком гордости Николай взмахнул руками, что действовали ничуть не хуже потерянных в смерти. Выведенный кропотливым трудом экземпляр уступал оригиналу сущую малость… Обещанное слияние могло случиться и вернуть к трем дверям – а там шанс на новую жизнь и продолжение плана. Вера в правильный выбор – единственная отрада.

-Так насладимся, - оборвал мысль Рос. Припомнив, ради чего выбрался на поверхность астероида, оглядел впадину, где не так давно кипела работа. Первозданные пустота и безмолвие – ничего, за исключением серых россыпей камней, никаких визуальных следов прохода к базе. Финальным штрихом означено сканирование.

В ожидании результатов компьютерного анализа Николай пристально следил за экранами скан-аппаратуры. Строчки данных внушали оптимизм. Покрытие астероида ферритовой обманкой создало у электроники ложное представление о планетоиде, как о рядовом куске руды, с ценой на рынке по сотне за тонну. Сомнительно, что Управление доберется до системы Бенателлы, но, если таковое случится, им придется постараться в поисках следов.

Охотник резко пригнулся. Над ним с молниеносной быстротой распустился каменный веер, мгновение назад бывший гранью крупного обломка. Автоматика базы, просчитав, что угроза превысила допустимые пределы, активировала метеоритную защиту, силовые поля которой изменили курс глыбы. А для стороннего наблюдателя – лишь очередное столкновение.

Черновато-серый набор острых выступов, провалов и хребтов диким волчком пронесся над территорией базы. Планетоид отделался ливнем из мелких частиц, что представляли некоторую проблему для человека без должной защиты. Николай, во избежание неприятностей, торопливо двинулся к шлюзовому переходу.

Короткий сигнал преобразил дно ущелья. Каменные плиты расступились, открыв шлюзовой док, – идеально черный провал, способный без труда заглотить крупный транспорт вроде «Паомы».

Красота и глубина. Замерев на грани герметизационной створки, Николай посмотрел вниз, на вертикальный тоннель, освещенный нитевидными плафонами, – дороги к расположенным во глубине ангару, лабораториям, производственному цеху и жилой зоне. Труд монументальный для одного человека, в чьих помощниках только роботизированная техника, и баснословно дорогой.

Отточенным движением димп скользнул в подъемник, ткнул пальцем в сенсорный пульт и довольно кивнул, любуясь на мелькание в бойнице окна полос света и тьмы. Он спускался в бездну – к ангарной пустоте и тишине.

Мелодичная трель и зеленая капля индикатора возвестили о стабилизации кислородного давления. Николай откинул гермошлем и ступил в объемное пространство корабельной парковки. Зал сто пятьдесят на двести метров, приютивший – пока – единственный грузовоз, избитый космическими течениями и десятками не самых легких посадок. Одинокий транспортник в мертвенно белом свете, шипение пневмосистем и цоканье охотничьих ботинок по рифленому металлу пола – минимализм реальности.

Николай привычно окинул взглядом купол ангара, отмеченный масштабным люковым створом, и прошел к дальней стене. Миновал переходник и ступил в комплекс по производству космической техники. Гул, потрескивание, шелест и звон рабочими звуками наполняли воздух. Перемигивание сварочно-монтажных огней успокоило зрение. Ситуация штатная, автоматика дни и ночи строила флот – двадцать машин, разработанных на базе охотничьих катеров, полусобранными остовами возносились над лихорадочным кипением сборочных автоматов. На центральном контроллере допустимые сигналы – никаких сбоев, программа движется согласно намеченным срокам.

Охотник мельком просмотрел сводки и проследовал к лабораторному отсеку, в отличие от линии производства наполненному покоем. Прислушался. Щелчок дверного фиксатора ознаменовал восстановление тишины. Ромбовидные агрегаты для генной реконструкции, обставленные многочисленными лабораторными стендами, темны и неподвижны - их часть работы сделана. Вдоль стен установлены капсулы-саркофаги, хранившие тридцать четыре носителя - клона.

-База, свет! -крикнул Николай.

Ответом вспыхнуло рассеянное матовое свечение. Он избавился от скафандра, сдал экипировку кибер-прислуге и взглянул на отражение в зеркале. Рост и комплекция почти не изменились. Лицо - твердое словно маска, в меру хищное и излишне правильное - могло с успехом затеряться в эпицентрах цивилизации, среди достижений пластической хирургии и биоинженерии. Глаза скромно карие – без изысков. Следовало признать – он готов к следующему шагу.

В первоочередных задачах добыча оружия. Но прежде, чем вывести «Паому» из ангара, следовало закинуться протеином – блюда на три и компот. В запасе сорок минут – на еду, короткие сборы и программирование кибер-штурмана. Планета Адолоин, сто пятый сектор – точка, откуда следовало начать поиски торговцев боевой амуницией. В архивах ЦУКОБа, насколько помнил димп, местечко фигурировало как зона класса «Продаю Все, а то, что не продаю, просто стоит дороже».

***

Изучение мира Адолоина неплохо скрадывало минуты и часы. Согласно предписанию диспетчерской он, после посадки, оставался на корабле, анализируя изображение, что в горячих токах атмосферы, трепетало на обзорном экране.

Город-улей – неофициальное и точное название местного очага Федерации, бытовавшее в народе. За взлетным полем, исхлестанным песчаным ветром, зыбким маревом высились угловатые башни, переплетенные замысловатыми конструкциями мостков, - сосредоточие миниатюрных жилых ячеек-сотов, красновато-золотистыми рядами расчертивших общий черный фон построек.

Темное полное ураганных завихрений небо и стремительные иглы летательных аппаратов Охотник проигнорировал. Его интересовали непосредственные окрестности “Паомы” - поле, заполненное любопытной техникой. Изначально безобидные конструкты – боты, рейдеры, грузовозы - темными формами застывшие вокруг охотничьего транспорта, сочились экстрактом опасности. Иногда украдкой, иногда в открытую щерились лазерными орудиями и ракетными портами. Под стать им башни пульсаторов, установленные по периметру порта, чьи стволы изредка подрагивали, выискивая цель.

Николай потянулся к верньеру масштабирования панорамы… замер. Накрыла привычная волна желаний: захотелось почесать левое ухо, достать руками носки ботинок, перекусить и облегчиться. Носитель адаптировался к матрице димпа и иногда выдавал легкие сбои. Вариант с неудачной проработкой мозга Николай не рассматривал – игра и без того затянулась.

-Соберись протоплазма. – Волевым усилием Николай привел тело в норму, чтобы услышать далекий уверенный стук. Некто оригинальным образом барабанил по входному люку «Паомы». На мониторе комплекса связи всплыло небритое лицо диспетчера.

-Принимайте таможенного инспектора. И, ради Трока, не дергайтесь.

-Уже замер, шеф. – С легкой усмешкой Охотник выключил передатчик и отправился на историческую встречу.

Низкие полутемные коридоры, переходники, тамбуры и вертикальные лесенки, безлюдные отсеки и редкий гул автоматики привычной картиной промелькнули мимо. Впереди наметились серьезные события – вслед за открытием шлюза, в пышущем жаром проеме возникла низкая плотная тень.

-Реально не спешил. -Крепко сбитый, на грани полноты человек скользнул внутрь корабля. За ним взвихрились крупицы песка. Судя по недовольному бормотанию инспектора, песок достал его давно и прочно. Облаченный в глухой – под горло - форменный плащ он с трудом перевел дыхание и щедрым жестом утер с лица обильные бисерины пота.

-Условия - говно. – Он вопросительно посмотрел на димпа, точно искал подтверждения сказанному.

-Погода - сука, - согласился Николай. – Будьте любезны, пройти.

Убрав с лацканов куртки нанесенный ветром песок, он развернулся и, не дожидаясь реакции собеседника, переместился в соседний отсек. Там, среди аппаратуры, ведающей шлюзовыми механизмами, за единственным подобием столика предполагалась оформить документы.

-Итак… - Таможенник извлек на свет портативный компьютер. – Процедура вам знакома? – Голос у представителя закона тусклый, равнодушный.

-Наслышан. – Николай взмахнул персон-картой, полученной в федеральном департаменте социоконтроля – абсолютно незаконно, после пси-обработки причастных лиц. Выписанное на имя Зоранга Тикка удостоверение личности не могло вызвать никаких нареканий.

Инспектор прогнал карту через сканер, вернул хозяину и задумчиво потер щетину на подбородке.

-2500 за тоннаж.

-А проверить груз и декларацию?

-Пошутил что ли? – Мужчина искренне удивился. – Это Адолоин, я б… жить хочу. 14 комиссий социоконтроля разбились о планету, я меняю работодателей едва ли не каждый месяц… А вчера здание Совета и подвластные структуры захватили троиды – клан потомственных контрабандистов. Но править им не долго - серьезная конкуренция, смекаешь. Всем плевать и каждому свое. Я вот собираю парковочный налог…

-В одиночестве?

-Пульсаторы видел? – Инспектор деловито сворачивал мобильный планшет. – Могут из твоей посудины узорных решеток наделать. Хочешь?

-Принял. – Охотник передал инспектору пачку кредиток и немного расслабился. События развивались по намеченному сценарию. Инспектор удалился, походная сумка собрана, «Паоме» задана программа ожидания. Время выхода в город.

«Хрень то какая». – Димп торопливо прикрыл лицо концом льняного шарфа. Песок жалил на манер пчелиного роя, сужал горизонт до объемов каморки, упорно лез за воротник, хрустел по бетонке. Марево повсюду, куда податься? Направо – туда, где сквозь пылевой ливень проглянули городские огни. Сотня метров в горячем аду - с огибанием систем техобслуживания и редких гостей космопорта.

-Куда прешь?! – Детина, упакованный в пончо, шлем и защитные очки грубовато оттолкнул Роса. За ним темной вереницей двигались столь же крупные гуманоиды, чей строй разбавляли гравиплатформы, укрытые болотного цвета тканью. Интересный караван; сходство форм и выправки - несомненно людей, военного образца ботинки, да и груз на платформах смотрелся знакомо.

Изучив тылы удалявшейся процессии, Охотник выругался. Какого здесь делает федеральная пехота? На дезертиров не похожи; типичные рядовые части, осчастливленные неведомым заданием и точно знавшие куда идти. Николай направился вслед за караваном. С выбором пути угадал – дорога вывела к городским трущобам. Стало проще – не так задувало. Но все же стоит найти отель, гостиницу, любое здание, где можно укрыться от царства нависающих над головой конструкций и угрюмых бесконечно-вертикальных стен.

Снятый номер походил на конуру, а вид из него не открывался. И за обедом необходимо спускаться по тысяче лестниц на десяток уровней. Но Николай порадовался тихому уголку. Койка и нормальный, немного затхлый воздух - предел мечтаний на данный момент. Завтра он начнет охоту за информацией, покоившейся в головах местных граждан.

***

Боль мутным облаком колыхалась в голове. Временами легкая, словно дыхание призрака, а временами… Мир готов треснуть от пульсаций разума. За минувшие сутки он проанализировал триста семьдесят четыре интеллекта, различных как стулья и хомячки. Тысячи амбиций, недовольств и радостей, на минуты контакта становившихся неотъемлемой частью димпа. Он помнил, что некто господин Ра хочет и боится сделать предложение даме; не забыл и команду юнцов, готовивших заказное убийство, – контрасты могли разбить и без того потасканную психику. И головная боль - постоянная соседка. Ни четырехчасовой сон, ни утро, проведенное в сборах, не избавили от дерьмовых ощущений. Но он готов забыть о боли - сканирование себя оправдало.

От бара к бару, от офиса к офису он воссоздавал картину дилерской сети, находил распространителей, посредников, региональных боссов. Последним в списке возник Рупперт Ан Доор – он дергал за ниточки, поставляя на Адолоин угодный товар. К его загородной резиденции Охотник и направился…

Неровная тень от гравитолета бежала по желтоватым россыпям камней и нарушала однообразие местности: искрящегося на солнце песка, уступчатых скал-лабиринтов, наполненных контрастными переходами света и тьмы, и марева дальних границ пустыни.

Поднимать машину выше Николай опасался. Системы наблюдения вероятного противника могли преподнести неприятные сюрпризы.

Аккуратно по кромкам валунов гравитолет скользнул к земле. На мгновение застыл в обрамлении рыжевато-золотистой тверди и под затухавший гул двигателей примостился в сумраке, отбрасываемом камнями. Хрустнула галька. Открытый колпак аппарата допустил к Николаю тишину с легким посвистом ветра. Он вплотную занялся проверкой амуниции: стандартного полевого обмундирования гвардейца, не менее стандартной личной брони, минимума приборов. Комплект далек от охотничьего; средства нападения минимальны, а защита - издевательство над чувством самосохранения.

Николай мельком вспомнил Иллитерий. Меч Судьбы растворился в Средоточии Мира – изменившемуся мировоззрению клинок не подходил. Так быть по сему.

Охотник перебрался через борт машины. Осмотрелся и, не зафиксировав угрозы, приступил к восхождению на верхний ярус каменных лабиринтов. Метр за метром, вспарывая песчаные слои, цепляясь за любую неровность…

Треск.

Галечная осыпь устремилась вниз, и из-под ног димпа исчезла значительная часть опоры. Он уцепился за каменную грань; в грудную броню с неприятным скрежетом врезался скальный выступ. Подтянулся… и рухнул на ровную площадку. Открывшийся вид впечатлил - стоило воспользоваться полевым биноклем, и резиденция Ан Доора развернулась детально проработанной картой.

Исполинский центральный купол серовато-белой полусферой приткнулся в обрамлении иссеченных бурями скал и низкорослого кустарника, что колючим переплетением красовался меж валунов. В стенах здания яркими искрами мелькали визор-объективы и антенны даль-связи. После десятиминутного бдения на гнетущей жаре в монолите резиденции нашелся нитевидный контур входного проема, подходы к которому охраняли неизменные башни пульсаторов.

У ворот базы скучал некто гуманоидного типа - в серой невзрачной униформе, с лимом наперевес, что можно счесть за плюс. Живая охрана подразумевала минимум электроники в защитном периметре – сенсорных линий, датчиков движения и прочей головной боли диверсантов. Так или иначе, Николай, для разогрева, предполагал посетить Ан Доора в бестелесном исполнении – провести общую рекогносцировку, изучить план комплекса и покопаться в разуме босса. Расставаться с новым телом неприятно, но воля превыше.

Он сместился назад, под прикрытие валунов. Убрал бинокль, посетовал на расплавленный диск солнца и единым усилием вырвался из носителя.

Через пятьдесят минут тело в каменном укрытии вновь дрогнуло от толчка мысли. Еще не открыв глаза, Николай проанализировал полученные данные. Он нашел и проинспектировал склады, кои хранили классический набор товаров – секс, наркотики и рок-н-ролл. Бонусом немного экзотической еды. В роли рок-н-ролла он зачел обособленную секцию вооружений.

У Охотника чуть глаза на лоб не полезли, когда он узнал масштабы операций, проводимых Ан Доором. Разум торговца содержал удивительную цифру: адолоинец располагал девятнадцатью аннигиляторами стандартного военного образца, комплектом излучателей, пульсаторов и лазерных орудий. Таким количеством амуниции не оперировали даже патрульные базы в «горячих» секторах фронтира. Разве что, одна – та, которая поставляла Рупперту вооружение. Ее командующего связывали с дельцом давние партнерские отношения. Опираясь в рапортах ЦУКОБу на локальные системные конфликты, он постоянно требовал усиления огневой мощи базы, и Федерация, погрязшая в сонме проблем, безропотно выполняла требования. Большая часть заказов уходила на Адолоин, чем и объяснялась встреча с пехотинцами в порту.

Николай просчитал дальнейшие варианты развития событий.

Первый - обратиться к Ан Доору в установленном порядке и скупить весь наличный арсенал. Скучно и потенциально опасно - Рупперт устроит клиенту проверку, и задействует компаньонов из Управления. Второй – явить призрака и спокойно забрать товар. Но впитывать груз чужих стремлений и чаяний смертельно надоело. Да и путь излишне легкий – без цимеса. Он планировал громкое возникновение на федеральной сцене. Остается лобовой удар – шашки наголо и пусть повезет. Разум жаждал забыться в бое.

***

Эрк Ол Кейн, сын Диза и Моники Кейн, пребывал в мрачном расположении духа. Слепящий зной и унылая местность вокруг действовали угнетающе. Зачем он - хранитель третьего уровня – торчит около центрального портала здания? Где-то в глубине базы те, кто рангом много ниже Кейна, заливаются вином и балуются заезжими девицами, хотя именно им полагается сидеть на охране периметра – покрываться липнущей к телу пылью и вспоминать…

Боги прокляли его – названного удачливым. Фортуна отвернулась: восемь месяцев он готовил на базе тотальный переворот и смену лидера клана. Тонкие намеки соратникам, поиск и вербовка недовольных… Он смог распределить дежурства таким образом, чтобы сегодня, на третий день месяца Храа, все значимые посты заняли его люди. Но нелепый приказ запихнул в пекло, на патрулирование территории комплекса.

«Терпение зачтется». – Эрк отбросил перетираемую в ладони гальку. Почесал плечо, натертое ремнем лима, и усмехнулся: он откорректирует сроки, затем…

Треск шейных позвонков оборвал мысль адолоинца. Тело его еще не успело соскользнуть в горячий песок, как Николай избавил труп от излучателя. Добротный верный Марк VI…

Осмотрев и щелчком поставив разрядник на место, Охотник ухватил подопечного Ан Доора за руку, оттранспортировал к массивным вратам и без промедления ткнул ладонью охранника в сканер пульта управления. Опознавание произошло за доли секунды; под пальцами мертвеца вспыхнуло зеленое свечение, и защитная плита с утробным скрежетом устремилась вверх…

-Укладывай, придурок! – Один из техников яростно выдохнул. Напарник с мутными от нехватки пой-травы глазами вяло дернул ящик к гравитолету. Его мутило.

-Заткнись, По…

-Чего встряли? Как-то без огонька работаете… – Шестеро из техперсонала обогнули штабеля разнокалиберных грузов и тоскливо поморщились - предстояла долгая и нудная работа.

-Попробуйте… - По осекся. Несанкционированный звук развернул к створу врат. Из рук выскользнул угол контейнера, чья тяжесть незамедлительно рухнула на ногу соседа.

-Падла!

-Заткнись. – Техник оглянулся на приятелей. – Сегодня вроде Эрк на дежурстве… Чего ему внутрь лезть?

-Причин много и ни одна мне не нравится…

Бронированная плита приподнялась еще на метр. Из щели в сумрак ангара хлынули полосы света, рельефно обрисовавшие две ноги, упакованные в хаки.

-Лимы! – По не представлял, кто нагрянул к в гости, но он совершенно точно знал, что Эрк Ол Кейн хаки не носил.

Восемь человек лихорадочно рванулись к излучателям, оставленным в грузовых дебрях. Вооружились и вернулись на исходные позиции.

-Может пальнуть разок? – По покосился на коллег.

Световая щель увеличилась на порядок.

-Вроде один…

-Какого Трока?!

Девять лимов одновременно выплюнули красноватые лучевые трассы. Не отпуская гашетку, Николай затяжным броском ушел вправо.

Ангар содрогнулся от воя осколков и шипения пламени. Горели ящики, о которых техники позабыли в стремлении покончить с неизвестным. По испуганно привалился к борту гравитолета. За уничтожение товара Ан Доор сдерет шкуры с нерадивых.

Николай откатился под прикрытие неопределенных контейнеров. Зафиксировал вспышки вражеских выстрелов и дал ответный залп. Выплеском покореженного металла, точно черным прибоем, накрыло двоих противников.

По мгновенно отпрянул в ближайшую нишу. Вот ведь непруха. Он посмотрел на тару, в которую упирался боком, и радостно оскалился. Гранаты могли изменить ход боя…

Николай опрокинулся на спину, плечо носителя резанула боль… В разрыве легкой брони проступил багрянец. Первое крещение. Он перекатом ушел к новому укрытию. Выстрел, прыжок и контакт с целью - касание бетонки пола и захват руки противника. Не замедляясь, димп рванул мужчину по кольцевой, придал ускорение.

Иссеченный разрядами техник в полете принял сидячее положение. Смел с поля боя приятеля. Кубарем, переплетясь конечностями, они удалились в небытие.

По вжал активатор, замахнулся…

Вектор угрозы сменился. Николай носком ботинка подцепил валявшийся рядом лим, подбросил, перехватил рукоять и не глядя перечеркнул очередью фигуру, возникшую из сизого дыма. Минус. Вверх полетело нечто миниатюрное…

Инстинктивно, на рефлексах, Николай хлестнул предмет лучом энергии. Затем подумал…

Над ангаром распустился нестерпимо белый цветок взрыва.

Смерть дыхнула жаром и сотней точек боли. Бомбардируемый раскаленными осколками димп щедро ставил пси-блоки и гадал о том, когда прекратится ад. Через четверть минуты он смог переместиться к выходу из зала – люку, за которым наметился неприятный шум. Несколько десятков бойцов Ан Доора явились на подмогу почившему техперсоналу.

Николай торопливо вернулся к замеченной ранее таре с гранатами. Не пропадать же добру. Он прицепил смертоносные гостинцы к креплениям на гвардейской разгрузке и вернулся к люку. Приник к стене рядом, прислушался. Шипение пневмосистем, неразборчивые команды, топот сапог и дуновение прохлады заставили качнуться вперед. Люк приоткрылся…

Пятнадцать черных ромбов миновали порог, прежде чем Николай врезал по сенсору закрытия кулаком. Противник ответил из пульсаторов… Бешенным ураганом череда взрывов превратила туннель перехода в зону грязно-алых оттенков.

Первыми не выдержали люковые створки. Ударной волной их выбило из креплений –крутясь юлой, они преодолели не менее двух третей ангарного пространства. Следом выплеснулись багрово-черные клубы и грохот… Оглохший, опаленный пламенем димп сдвинулся прочь от дышавшей огнем горловины прохода. Акцент слишком жирный. Едва огненное буйство чуть стихло, он нырнул в царство черных стен и языков пламени. Впереди вновь подозрительный шум.

Четырнадцать ошеломленных боевиков, разбитые командиром на две группы, нервно ожидали появления врага. Притиснулись затылками к стеновым переборкам, по обе стороны от входа, терзали ладонями пульсаторы и кляли неизвестность. Скупым жестом офицер отметил пятисекундную готовность.

-Жми!

Им не хватило сущих пустяков. Димп вскользь вылетел из прохода, лимы алыми звездами бесновались в руках. Сотворенный дуэлью импульсный мост просуществовал четыре секунды. Анализ, оценка, корректировка… Поведя лимами вдоль стен, изрезанных разрядами, Николай приподнялся. Бок, левое плечо и бедро ожгла нешуточная боль.

Вокруг изломанные тела, на отдельных лицах застыло удивление. Путь расчищен, но слышны далекие крики команд – клан формировал оборону. Вот только Николай уже знал оптимальный маршрут до цели.

Многочисленные лестничные пролеты, решетчатые галереи, отсеки, набитые приборами, вновь лестницы… Выбив каблуками дробь по ступеням, он нырнул в шлюз, оставил позади гулкое пространство зала, миновал несколько тамбуров-переходников… Воздух полнили яростные вопли, впереди финиш-точка - одинокая люковая мембрана.

С лязгом в коридор позади выплеснула свора бойцов. Короткими вспышками блеснула сталь лимов…

Выстрел.

Заряд нашел искомую цель - вынудил Николая дернуться от боли, сбиться с ритма бега и пролететь в начавший открываться люк едва ли не задом. Он сгруппировался, вслепую рванул назад и закрыл дверь. Ставя восклицательный знак, луч излучателя разворотил электронику замка.

Багрово-красными пятнами на переборке выступили участки, полосуемые лимами. Бойцы Ан Доора действовали предсказуемо. Охотник прикрепил рядом с одним из пятен оставшиеся гранаты. От силы минута – прикинул он, срываясь в бег. Начал отчет – пять, шесть…

Реальность замедлилась при виде четверых громил - охранников, угловатыми силуэтами ринувшихся навстречу. Контраргументом димп в прыжке пробежался по переборке над головами противников. Коридор осветился алыми вспышками.

Двадцать пять секунд. Николай вскрыл кабинет Ан Доора, отодвинул мембрану и нырнул в комнату. Он прибыл в святая святых, к главе могущественного клана - недосягаемого и обозленного.

-Кто ты, тучево отродье?! - прорычал плотно сбитый лысоватый мужчина.

-Тсс… - Николай приложил палец к губам и облегченно привалился к двери. – Шестьдесят.

Под аккомпанемент взрыва переборка заходила ходуном, норовя вытрясти из Охотника остатки жизни. Он терпеливо ждал. Запахло едким дымом, послышался треск пластика.

-Теперь слушаю. – Николай повернулся к собеседнику.

Проревев нечто смутное, Рупперт дернулся за минилимом и тут же потерял контроль над телом; крик поглотил отголосок.

Охотник успокоил нервы Ан Доора. Легкое прикосновение к офис-пульту активировало внутреннюю коммутационную сеть. Плюхнувшись в кресло, димп придал лицу незадачливого Рупперта яростное выражение и переключился на всеобщую связь.

-Мы подверглись вероломному нападению! – Он представил десятки лиц, обращенных к экранам интеркомов, и продолжил: - Выродки троиды хотели убрать нас со сцены и полностью захватить рынок. Клянусь Троком, суки просчитались; мы отразили нападение. Я… - Рупперт выкатил глаза. – Лично раздавил последнего ублюдка! Прям руками выжал. Теперь спрашиваю: как мы ответим?!

Николай выждал паузу. Обличье Ан Доора раздражало.

-Либо они, либо мы! Победит тот, кто осмелится нанести противнику удар всеми доступными средствами. Так в бой! Пусть отродья шлюх познают нашу вомбу!

О «вомбе» Николай узнал из гаснущих мыслей Ан Доора. Слово во всех смыслах нехорошее.

Издалека приятной музыкой прозвучал рев голосов. Клан прочувствовал ситуацию и готовился к массовому выступлению. Переоборудованные гравитолеты, одиночные гравициклы-камикадзе, полный арсенал – от ножей до мобильных лазерных орудий – ничто и никто не остался в стороне. Общий сбор проведен за полчаса, а еще через десять минут Николай любовался на транспортную колонну, что в облаке песка скрывалась меж причудливых каменных громад. Тотальная мобилизация удалась на славу – отныне он мог вывезти со складов, что угодно, благо грузовой транспорт воины клана любезно оставили в ангаре. Вот только сама погрузка…

-Справлюсь. – Николай пожал плечами. Перед тем как пройти к складским отсекам он намеревался оставить в кабинете визитную карточку. Дар Кор Рон – выбранное имя, которое с телом Ан Доора достанется УКОБу при обязательном расследовании инцидента.

-Справлюсь…

Он справился. Четыре тяжелых гравитолета загружены под завязку; отдельную позицию заняли несколько комплектов полевой формы класса «трент» - бронированных костюмов, используемых специальными десантными формированиями. Охотнику крупно повезло... дважды: сперва с находкой брони, затем с беспрепятственным полетом к «Паоме». Автоматы погрузчики споро переместили груз в трюмы корабля.

-Слишком легко. – Он в последний раз взглянул на панорамный экран.

На Адолоине царствовал тусклый день; низкие свинцовые тучи висели над угрюмыми зданиями, пропуская к земле лишь крупицы света. Вдалеке, опасным добавлением к общему мрачному фону города, трепетали красные полотна; неровным маревом ложились на облачную завесу – разгорались и гасли в такт схватки между кланами. Внешняя акустика улавливала рев взрывов…

Из здания порта, крича что-то невразумительное, выплеснула толпа горожан. Через мгновение строение под вой осколков и плазменных зарядов сложилось карточным домиком; вал песка и дыма накрыл бегущих.

То послужило последней каплей. Корабли, игнорируя стандартные процедуры и башни пульсаторов, начали огненными свечами взмывать к небу - рушили бетонку и системы техобслуживания. Молчаливыми силуэтами промелькнул в воздухе персонал космопорта, изломанный стартовыми ударами …

В отличие от многих Николай действовал спокойно. Используя антигравитационные движки, поднял транспорт над полем и задействовал планетарный привод. Маршрут проложен. Сто десятый сектор, система Райк, планета Крадо, патрульная база LX-12-57 – коррумпированный изъян на непорочном теле патрульной службы. Как полагал ныне покойный Рупперт Ан Доор, у командующего базой на резервных складах всегда хранился запас боевой техники.

Перелет в систему Райк прошел штатно – в тесной компании с кибер-медиком и сеансами восстановления носителя. По прибытию он направил «Паому» на каменистую планетку, в справочниках обозначенную лишь цифровым кодом и вяло используемую для добычи руды на местные нужды. Грузовоз в режиме ожидания приткнулся в единственном порту, а сам Николай с грузовым контейнером на перевес перебрался на потрепанный транспортник, следовавший до требуемой точки. Вопросов команда не задавала - наличие поблизости патрульной базы рождало у персонала обманчивое чувство безопасности.

-Чисто дети. – Николай пригубил кофе и глянул на часы. Лететь порядка шести часов.

Глава 5

Статус глубинки не препятствовал системным властям в попытках сравняться с передовыми секторами Федерации. К удивлению Охотника, власти в старании не перешли грань вульгарности, когда попытки соответствовать фешенебельным регионам делают из провинции гротескные подобия. На Крадо царила умеренная респектабельность. Несмотря на периодические конфликты на системных задворках, местное правительство взяло курс на развитие туристического бизнеса и не ошиблось.

Природа планеты достаточно уникальна, но при этом неуловимо одомашнена; в ней отсутствовали дикая красота или яркая экзотичность, лишь приятные усталому путнику пасторальные пейзажи с легким флером инопланетной таинственности. Для представителей рас земного типа, ищущих покой, ее привлекательность - отмеченный в справочниках факт.

Белокаменные города с тщательно скрываемыми очагами бедности и криминала; сервиз на уровне прима-планет; разнообразие туристических удовольствий и главное – ненавязчивая величественность природных видов. Горные пейзажи, окутанные туманной дымкой и зеленью лесов, нити дорожных серпантинов, петлявших над обрывами, покатыми травянистыми склонами, искристыми ручьями и рокочущими водопадами.

Сотни радуг под чистым небом. Попытки представить планету неким отсталым регионом безвозвратно растворялись в тишине и покое – слегка показных, но достойных.

-Вы не ошиблись с выбором. Посмотрите… - Метрдотель за офис-стойкой деловито манипулировал документами. - Зоранг Тикк. Оглянитесь, мистер Тикк.

За идеально прозрачными стеклами горного отеля матово-белым кругом раскинулся посадочный флаинг-сектор. Синие капсулы транспорта удачно гармонировали с золотисто-изумрудным редколесьем и холмистыми далями за вершинами деревьев. Десятки тропок убегали с территории отеля к неведомым уголкам – патрульной базе и прочим прелестям.

-Планируете воспользоваться услугами гида или осмотритесь самостоятельно? - расцвел улыбкой служащий отеля.

-Самостоятельно, - кивнул Николай. Изучение холла не привнесло в реальность ничего подозрительного. Багажные кибер-перевозчики, десяток отдыхающих, информ-автоматы… И рыжевато-янтарная леди в серебристой накидке, миновавшая дверной створ с грациозностью балерины.

-Хороша, - вздохнул метрдотель.

Одарив служащего щедрой суммой, Николай получил код-ключ от номера и торопливо ретировался. Услужливость работников набила оскомину. Он сам, без чьей-либо помощи, доставит привезенный багаж - за исключением оставленного в порту контейнера – к номеру, сам освоит изыски бытовой техники.

Он выбрался на балкон, чтобы в подробностях осмотреть местность. Вдохнул пряный, чистый после утреннего дождя воздух и холодно улыбнулся: из-за деревьев показались трое федеральных офицеров – типичных представителей региональных гарнизонов патруля. Видимо решили навестить бар, чем любезно подсказали Охотнику точное направление, в котором располагалась база. Ему оставалось только прогуляться по избранному пути…

***

Солнце, на радость, просто грело – не ломало жарой, а едва ощутимо касалось тела мягкими лучами. Поразительный эффект для макушки холма, открытой ветрам и свету. Она должна бы прокалиться насквозь, но нет – пучки желтовато-зеленой травы и каменистые россыпи источали умиротворяющее тепло.

Погоняв во рту соломинку, Николай под шорох гальки сдвинулся вперед, раздвинул травяные стебли и глянул на подножие холма. Там, в песчаной долине, стиснутой живописными ландшафтами, присутствовала база.

-Кучеряво устроились. – Николай обвел биноклем территорию патрульного комплекса.

Стандартная развертка, типовая федеральная разработка. Строгий квадратный периметр, очерченный рефлекторами и сенсорными цепями безопасности, обособленный блок энергостанции – серый монолитный куб, чье основание затенял редкий кустарник, массив параболических антенн даль-связи, административные, бытовые и производственные корпуса; посадочная зона патрульных кораблей, на которой приткнулось семь кораблей - 4 грузовоза среднего класса, один рейдер и два патрульных бота. Застыли контрастными тенями на идеально чистой площадке - безмолвные, закрытые… Рядом присутствовал техник в потрепанном замасленном комбинезоне; сидел на грузовой аппарели рейдера и с философским спокойствием разглядывал автоматы, проверявшие систему подачи топлива.

Идиллия. Заходи, бери, уноси… Николай перевел бинокль на жилой корпус. В глаза плеснуло бликами от стекол – следом на плац выбрались семеро десантников. Не молодые, не старые, промаршировали к административному зданию, привнося в обстановку легкое оживление. Из КПП вышли двое обходчиков для проверки сенсорного периметра. В караулке хрипло заржали – умолкли при виде трех гравитолетов форменной черно-белой окраски, что нарушили однообразие серебристой пыльной дороги.

Обыденная жизнь. Николай отодвинулся под прикрытие камней; пора явить крик. Разум командующего базой просто кладезь информации.

Через сорок семь минут он вернулся и тоскливо вздохнул. Рутина и тоска. Адреналиновый танец без огонька. Он узнал коды допуска к системам базы, включая канал связи с крейсерами на орбите, использование которых минимизирует риски. Местный патруль привык гонять шпану по темным углам и не подарит радость горячей схватки.

Николай перевернулся на спину, взглянул в прозрачную вышину. Детали операции он проработает… завтра. Если повезло с планетой – грех не воспользоваться. Он покинул вершину холма и ступил в лиственный трепет. Закинув походную сумку на плечо, углубился в череду солнечных полос на проторенной дорожке.

Тропа привела чистому миниатюрному озеру. Прозрачная вода, шатры кустарника по берегам, округлые валуны в золоте пляжей и… знакомая янтарная леди, эффектно освещенная солнцем. Она примостилась на скальном клине, что вдавался в озерную гладь, и рассматривала красоту.

Призрачные, точно отлитые из хрусталя, создания образами лебедей скользили в центре озера – переливались золотом, лазурью и малахитом, отдавая дань природным краскам. Парили над ясно видимым дном. Николай призадумался в оценке потенциальной собеседницы. Она хороша и романтична – под стать месту. Носитель явил полузабытые физиологические реакции, чем удивил.

Он свернул к берегу. Его право – примерить маску рядового гражданина Федерации. Величественное спокойствие леса, тихий плеск крохотных волн и шорох песка располагали к беседе.

-Кхм. – Он приблизился к женщине. Она грациозно обернулась, на симпатичном личике легкая тень досады. Орешек крепкий.

-Здравствуйте. - Охотник улыбнулся, присел. Нагретый солнцем камень встретил филей приветливо. – Не возражаете, если пристыкуюсь? Устал среди деревьев, зверушки что-то молчаливы…

-Вы уже сели, - серьезно сказала леди. –Согласие излишне.

-Я старомоден…

«Навык потерян», – признал Николай. И смирился - его цель не здесь и не сейчас.

-Уверены?

-Выдохнем, как говорится. Просто место понравилось.

-Люблю сюда приезжать. – Голос женщины немного потеплел.

-Зор Тикк. Славен внезапностью.

-Тавия. Рада познакомиться, Зор. Теперь извините, мне пора.

-Махать не буду…

Ее прямая, изящная фигурка стремительно скрылась за деревьями. Дама сбежала, руководствуясь неясными мотивами.

-Вот и вся любовь. – Димп обвел взглядом «лебединый» хоровод. Хрустальные создания один за другим ныряли и мгновенно исчезали в светлой чистоте. Пора покинуть дивный уголок. Судьба хитра и от щедрот может подарить новую встречу с янтарной леди. Тропинки узки, отель невелик…

Десятичасовой рубеж постояльцы отеля традиционно встречали в баре - за бокалом вина. Утомленный сидением в номере Николай спустился к питейному заведению, что располагалось на первом этаже.

Тихо плескался за ромбовидными окнами вечер, наполненный искристыми вихрями цветочной пыльцы. Редкое по красоте явление: темный фиолет звездного неба, разлапистые контуры деревьев и синевато-белая вуаль, скользившая над парковочной площадкой. Изредка муар пронзали золотистые огни флайтов, идущих на посадку.

Николай устроился за стойкой, щелчком подозвал бармена и, игнорируя многообразный говор поздних клиентов, приник к заказанному пиву. Напиток горчил. Охотник развернулся к полутемному залу, отделанному красным деревом. Ореолы свечей чуть приятней меланхоличной физиономии бармена.

В дальнем углу, в сумраке, ютилась Тавия. Одна. Мужской контингент глуп и слеп? Димп по-быстрому раздобыл два коктейля, выписал замысловатую кривую меж столиков и присоединился к даме. Тихо скрипнуло кресло.

-Добрый вечер. – Он пристроил тару с алкоголем. – Внезапно снова я.

-Что сделано, то сделано, - философски отметила Тавия. Провела кончиками пальцев по дужке бокала. – Чем обязана?

-Ничем, - пожал плечами Николай. – Просто удивлен почему мы не вместе.

-Однако. – Дама удивилась. – Я не приветствую попытки меня «снять». Закончим?

Николай пригубил коктейль. Гадость. Второй раунд пошел тяжелее.

-Алкоголь на меня не действует… в том смысле, - после недолгой паузы усмехнулась женщина.

-Вы пили с любителями.

Тавия улыбнулась. Плацдарм завоеван. Укрепляя позиции, Николай рассказал пару забавных историй, вспомнил об экзотических уголках галактики, хотел привлечь к делу поэзию, но разум выдал стишки, от которых он впал в ступор. Ладно вслух не сказал.

-Пробел.

-Что ты сказал? – Тавия с любопытством подалась вперед. Узрев заминку собеседника, покачала головой: - Сбавь обороты, расскажи о себе. Что привело тебя на Крадо?

-Отпуск… длительный. Решил изведать неизведанное.

-Трата времени на увеселения едва ли продуктивное занятие.

-Смею тебя заверить, у Федерации другое мнение на этот счет.

-В смысле? – Женщина раскраснелась. – Твой отпуск приносит для Федерации пользу?

-Скоро начнет. Забудем.

-Согласна. – Тавия хлопнула в ладоши. За общим музыкальным фоном хлопок остался незамеченным. – Ты устал работать во благо Галактики?

-Телепат что ли? – Николай задумчиво откинулся на спинку кресла. Понимание собеседницы импонировало. Он встряхнулся: для сантиментов рановато.

-Я немного выпила. – Тавия заглянула в бокал. – Мне хватит…

-Хватит, - эхом отозвался димп.

-Тогда проводи.

Рука об руку они покинули бар, проследовали до подъемника и далее на третий уровень, к апартаментам янтарного совершенства. Николай успел только моргнуть, как леди уже скрылась за дверью. Боевая машина зависла… вплоть до легкого поцелую в щеку.

-Спокойной ночи. – Дверь захлопнулась повторно.

Николай чмокнул воздух, развернулся и ушел, готовый ко сну без снов.

***

Утро Николай встретил на облюбованном холме. Перед ним база в детальной развертке – утренние часы накрыли периметр дымкой и громкими раскатистыми командами офицеров. Построение. Занятый 120 десантниками плац гремел бравым маршем.

Николай достал из сумки пакетик с орешками - в меру солоноватыми, поджаристыми, что неплохо скрашивали пребывание в окрестностях патрульного комплекса. Необходимо проверить добытые у командующего сведения: численность персонала; распорядок дежурств, обходов.

Охотник устранил с лини обзора пучок травы, раскачиваемый ветром. К полудню он выяснил два факта. Первый – слово дисциплина для патрульных Крадо понятие абстрактное и второй – офицерский состав мучился похмельем. Неизвестный повод наградил их головной болью, а димпа – скукой. Проверка осуществлена, результаты получены – пора уходить.

Он вновь вышел к озеру. Присел на камень, обрамленный водными гребешками, расслабленно вздохнул. Момент релаксации и встречи. Треск сухой ветки ознаменовал появление на тропинке элегантной Тавии. Димп толчком нервов успокоил волну адреналина - тот, кто столь неожиданно возникал позади, изрядно рисковал.

-Добрый день.

-Теперь добрый. – Николай убрал руку с сумки. Лим подождет.

-Чувствуете запах? – Она на секунду закрыла глаза. – Так пахнут ордолии…

Она мелодично рассмеялась.

–Искупаемся?

Не дожидаясь ответа, стремительно избавилась от одежды и плавно скользнула в озеро. Ее тело явилось живым блеском… Охотник невольно ухватился за верхнюю пуговицу рубахи:

-Чет не тянет…

-Боитесь? – прорвался ее голос сквозь веер хрустальных брызг.

-Началось...

Николай разделся и плюхнулся в озерную рябь. На миг стало неуютно: прозрачность воды рождала обманчивое чувство полета. Внизу пустота и донные блики…

Тавия увлекла его на песочную россыпь миниатюрного пляжа - обсыхать и беседовать о вечном. Ситуацию спасло урчание в желудке. Намекнуло, что пора отдать дань ужину. Солнце вознамерилось кануть за вершины деревьев - отдать мир сумраку, вечерним теням и стрекоту насекомых.

В закусочной они провели пятнадцать минут. Николай искренне полагал четверть часа недостаточным сроком для утоления голода… Но Тавия вела себя неоднозначно. Она точно боролась с чем-то – двигалась резко и неуверенно.

Охотник замедлил шаг. Женские пальцы робко легли на ручку двери от номера димпа.

-Я право не уверена…

-Попробуй, - сказал Николай. За порогом два бокала вина и золотистый свет. Финалом вечера - постель.

Разобравшись с любовной горячкой, Охотник досадливо фыркнул. Размяк. Хотелось отпустить цель и заснуть рядом с теплом…

-Спи. – Тавия приникла к боку. В темноте ее лицо показалось расплывчатым, туманным…

Он проснулся резко – от толчка нервов. Разорвал липкую паутину сна и узрел. Обстановка в комнате разительно изменилась – Тавия расположилась в дверях спальни и целилась в мужчину из серьезного излучателя. Доля секунды ушла на оценку ситуации. Покинуть тело, уклониться? Зачем? Он планировал эксперимент со смертью чуть позднее, когда удостоверится, что слияние с носителем гарантировано. Но сцепка матрицы с телом уже сильна… Пусть решит Средоточие.

Он подавил импульс рефлексов и позволил Янтарной зажать гашетку.

Сознание опрокинулось в огненно-красный смерч удара.

Свершилось. Адские жернова и стальные лезвия охраняли три извечных двери. Под завывание призрачных вихрей Николай разглядел створки… и узнал, корчась от тысячекратной боли. Потянулся к средней – на пределе, сквозь ад. Его отшвырнуло – номер «15» тянул поводок все сильнее, сопротивляться нет сил. Ему вновь отказано в жизни…

Искра мыслей заботливо подсказала: медлить нельзя, янтарная бестия вряд ли соизволит подождать в номере. Она исчезнет, не познакомившись с Дар Кор Роном. «И снова здравствуйте, б…». - Охотника рвануло к пустоте – черному проему в запутанном хаосе беловато-серых потоков энергии.

Его встретила радуга; ослепила, исполосовала… Стремительной тишиной ударила другая сторона – краски мгновенно стерлись, боль ушла.

Он привалился к стенке комнаты. Первая попытка в минус, но он не сдастся – вопреки и назло. Вернулась ясность мысли. Да и Тавия нашлась. По глупости или от излишней самоуверенности она задержалась в номере, устроила профессиональный обыск. Изрядный запас кредитов уже экспроприировала и не попадись ей бронированный кейс с амуницией, она бы успела скрыться. Но решила потратить время на взламывание не взламываемых замков.

Обыкновенная воровка. Сколько раз, в бытность оперативником ЦУКОБа, он слышал о подобных дамочках; работая в глубинке, они вычисляли богатых клиентов, завоевывали доверие и оставляли ни с чем. Изредка предпочитали ликвидировать клиентов - нет пострадавшего, нет своевременного обращения, и у местных безопасников, в большинстве случаев, глухарь. Вселенная большая.

Николай мельком глянул на кровать, отмеченную неприятной кляксой. Химическая взрывчатка, пристроенная под печенью носителя, в отсутствие жизненного биоритма растворила тело до кашеобразного состояния. Ни аналитики, ни специалисты патологоанатомы не разберутся.

-Любовь зла, старушка. – Николай присел подле Тавии, корпевшей над серебристо-неприступным чемоданом. Ее лицо ничуть не изменилось – столь же миловидно. Никаких намеков на холод.

-Хрень. Не жадничай, - пробормотала женщина, срываясь с места. Подхватила охотничье добро и торопливо направилась к выходу, оглянулась напоследок. Охотник двинулся следом - на первый уровень отеля, далее к свободному флаинг-транспорту и прямиком до космопорта.

В столь поздний час порт блистал люминесцентными огнями. В пустоте залов приткнулись десяток пассажиров, автоматические уборщики и редкий персонал. На пару с женщиной Николай выбрался к посадочным секторам, достиг легкого транспортного бота, используемого для внутрисистемных перевозок, и остановился.

У темного, очерченного секторальными маяками корабля вспыхнул бледный огонек фонарика. На миг выхватил из ночи лицо женщины, скользнул пятном по бетонке и уперся в шлюзовой люк.

-Сколько ждать-то…

Остаток фразы димп пропустил. Рывок к складским ангарам избавил от компании Тавии. Сроки сжаты, счет на минуты. Он проник на склад, отыскал и распаковал - изнутри - контейнер с носителем. Надсадно вздохнул, судорожно хватаясь за лим под боком. Другая сторона отпускала неохотно. У выхода столкнулся с охранником – худощавым мужичком с воспаленными глазами и физиономией землистого цвета.

Служивый ткнул фонарем в нос позднему гостю. Нервно сглотнул… и от удивления приоткрыл рот. Охотник проигнорировал препятствие.

-Куда прешь?! -Охранник метнул руку к плечу незнакомца.

Не прерывая движения, Николай обхватил затылок противника ладонью, отшвырнул. Мужчина отлетел к ближайшему контейнеру, где эхо глухого треска ознаменовало сползание тела на бетон. Охотник забыл об инциденте через несколько шагов, достиг корабля янтарной.

-Странно, не заперто… - Он развернулся, изучая внутренности шлюза. Прицел лима скользнул по сенсорам управления и замер на кнопке открытия герметизационной плиты.

Утробное шипение гидравлики открыло тонкую, наполненную матовым светом щель прохода. Сделав два шага по коридору, Охотник приблизился к рубке, откуда доносились неясные голоса.

-…фортовая, - закончил речь мужской басок.

-Удача не причем, Себ, - хладнокровно ответила Тария. – Простой расчет. Пара сопливых фраз делает из мужика парнокопытное.

-Не обобщай, - хмуро буркнул третий участник разговора. – И не трогай мои яйца. Мне доказывать нечего, ровно через неделю я буду на Эль-о-Дэре…

-Сволочь, - фыркнула женщина. После секундного молчания заговорила вновь. – Какие дифирамбы я пела – про цветочки там, небо. Он небось подумал, что стал центром Галактики…

-Он и стал. Посмертно.

-Вы бы видели. Растекся подчистую. Я, именем рогов Кардана, даже снимок памятный сделала.

-Умница. Я вот в пятьдесят втором…

Николай ступил в рубку:

-Вы, ребята, походу какие-то извращенцы....

-А… - Тария привстала. Да так и застыла с открытым ртом - не верила, боялась и не понимала. Нечто близкое к священному ужасу парализовало психику.

Двое других членов команды опомнились первыми. Один из них, бочкообразный крепыш, потянулся за излучателем. Охотник выстрелил навскидку. Лучевая игла с резким свистом разнесла противнику череп. Отброшенный на спинку кресла напарник Янтарной крутанулся вместе с сиденьем, выпал и приник к пульту, на котором и оставил росчерк из беловато-розовых капель.

-Ты пришел, Зор! – Тавия всхлипнула. – Они заставили…

-Извини, прерву на секундочку. – Новым выстрелом димп снес голову второму компаньону. – Теперь насладись картиной. Памятные фото не возбраняются.

-Зор, клянусь, я не виновата! – Тария испуганно заломила руки – Меня запрограммировали… Я не более, чем послушное орудие, пара рабочих ног и все. Зор, я все исправлю…

-Прикинь, в реальности нельзя предварительно сохраниться… А жаль.

Она умолкла. В глазах мужчины над бездонно-черным зрачком дула царствовала пустота – вакуум, абсолютная непроницаемость. Обилием слов янтарная попыталась зафиксировать внимание Охотника на своих губах. Пальцами нащупала рукоять пульсатора за спиной.

Тария прервала движение - в ее разум степным пожаром ворвался димп. Пробыл там доли мгновения. Выронив оружие, женщина с испуганным визгом закрыла лицо руками.

-Не смотри на меня!

-Как хочешь. – Николай пожал плечами. Янтарная погрузилась в лабиринт страхов и комплексов - пусть живет в мучении. – Цени, не убил. И спасибо, что указала путь.

Отыскав и забрав кейс с амуницией, Николай покинул мостик. Его ждали отель и мягкая кровать при стопроцентном отсутствии трагедий с неудавшимися романами. Сцена отыграна.

***

В девять утра, нарушая исконный порядок, неожиданно включился голографический проектор. Небесно-голубым шаром возник у дальней от кровати стены, расползся прямоугольным экраном и без перехода метнул в комнату разбавленные звуками цвета.

Готовый к нападению, захвату и умерщвлению Николай расслабленно откинулся на подушки. Стоило предупредить администрацию, дабы исключить столь резкие побудки… Развернутое электроникой изображение демонстрировало знакомый Охотнику корабль янтарной. В окружении зеленых мигалок патрульных гравитолетов бот смотрелся не очень. На передний план выдвинулась яркая блондинка; шум толпы, отфильтрованный аппаратурой, стих и стал слышен голос.

-Мы находимся в космопорту Стунрада, где сегодня ночью произошла трагедия. Согласно официальным данным, погибло двое внесистемников. Задержана подозреваемая… - Блондинка прикоснулась к вставленному в ухо наушнику. – Допрос неизвестной… - На левой половине экрана всплыло искаженное лицо Тавии. - …подтвердил первоначальную версию о ее причастности к серийным убийствам в фешенебельных районах города. Может ли случится так, что отныне нам нечего бояться? – Репортер заученным движением подалась вперед. – Наши источники в Управлении говорят – да. Дело закрыто. Грядет ли расцвет туристического бизнеса? Или причина упадка интереса к планете кроется отнюдь не в страхе потерять свои кредиты…

- В другом, - буркнул Николай, обесточивая проектор. Пора заняться чем-то стоящим: собраться, позавтракать и отправиться к изрядно утомившей базе. Подготовительный этап завершен; в свете интереса безопасников к личности Тавии окрестности курорта лучше покинуть.

“Никаких проблем”. – Николай распластался на вершине холма. Привычное место. И не менее привычное занятие – он покинул носителя и направился к патрульному комплексу. План прост - при отгрузке нелегальных партий товара командующий отправлял три четверти личного состава в трехдневную увольнительную, крейсерам на орбите давал приказ обследовать близлежащие сектора и в результате получал удивительную для форпоста ЦУКОБа свободу действий. Персонал привык, надо лишь соблюсти расписание, которого придерживался командующий в теневых махинациях. Сегодня день отправки. Через начальство базы Николай привел в действие обычный приказ.

Через полтора часа от КПП в сторону города потянулся караван гравитолетов. Сверкая округлыми боками и лобовыми стеклами, они дополнили пасторально-мирный пейзаж - серебро песка, изумруд холмов и мерные обелиски указателей. Проводив их долгим взглядом, Николай активировал миниатюрный передатчик. Собранный на коленке прибор смог поймать базовую частоту патруля, обеспечив димпа пятью минутами кратких переговоров крейсеров. Капитаны докладывали о начале рейда – связанные долгом и приказом выдвинулись к никому не интересному сектору.

Охотника разобрало любопытство: достаточно ли крепкими ругательствами поносили капитаны начальство. Или рутинный полет почитали за внеплановый отдых? За размышлениями он скоротал день. Светило медленно клонилось к горизонту.

Николай отбросил пластиковую бутыль. Тара с тихим шорохом канула в сумерках - густых кустарниковых тенях и переливчатых трелях живности. Он извлек из сумки «прыгунка» - игрушечного зверька, продаваемого в любом супермаркете и чуть модифицированного Охотником. В схему игрушки добавлен фиш – электронная имитация крупного теплокровного объекта.

Обманка запущена. Миниатюрный зеленый комочек, ловко избегая препятствий, скрылся в темноте. Дозору потребовалась целая минута на фиксирование – срок за пределами федеральных норм. Из КПП вывалились двое, с лимами наперевес. Но найти источник сигналов не смогли – явление не редкое. Ни одна система безопасности не обходилась без сбоев. Вторичная тревога, результатами которой стало обнаружение катастрофически большого ничто, подтвердила версию о сбое. После пяти ложных срабатываний часть сенсоров отключили.

Николай сбежал к ясно различимой в темноте дороге, что привела к цели - задворкам одноэтажного бетонного домика караулки. Осторожно приблизился к матово-белому проему окна. Коснулся плечом нагретой солнцем стены и остановился.

Ударом приклада высадил окно и забросил внутрь ребристо-черный цилиндр гранаты. Загрохотала опрокидываемая мебель… Черно багровым заревом из окон выплеснулось пламя; здание содрогнулось, извергнув темные молнии осколков, нестерпимый грохот и вал сизого дыма.

Николай отпрянул в сторону, пытаясь уклониться от бетонного крошева. Завыла сирена.

На плацу послышались редкие крики. Патрульные покидали казармы и, с трудом подчиняясь командам растерянных офицеров, пробовали сориентироваться. Но видели только мерцавший факел КПП.

-Формируйте оборону, мать…!! – Крик офицера захлебнулся на половине, срезанный лучевыми нитями.

К бою подключились излучатели.

«Два залпа… пять залпов…», - отрешенно считал полковник Родан Дорби. Происходящее на экране системы наблюдения не укладывалось в понимании. Кто, зачем? Неизвестный противник атаковал комплекс настолько эффективно, что за считанные минуты смог пробиться к складам… Склады! Логическая цепочка – Адолоин, торговля оружием, гибель клана Ан Доора – молнией пробила разум полковника.

Лоб покрылся холодной испариной. Святые блюстители, он испугался не нападения, а последствий. Когда патруль расследует инцидент и в ходе следствия всплывут губительные для Родана факты, жизнь закончится…

-Выход… - Дорби заметался по ставшему тесным кабинету. Выход есть, но решиться прибегнуть к последней воле… Он колебался, с тревогой посматривая на мониторы. Очередная лучевая бойня и мелькание тел помогли определиться.

Набор команд, ввод личной код-карты… Скромное цифровое табло на офис-панели украсилось цифрой «30». Тридцать минут – отчет запущен и необратим. Где-то в глубине комплекса активировался спасительный ядерный заряд, который уничтожит следы. Аналитики ЦУКОБа останутся ни с чем.

-Пора убираться…. – Дорби нервно потер ладонь о ладонь. Опомнился, рванулся к двери…

Встреча с целью явилась для Охотника полным сюрпризом. Занимаясь погрузкой на транспорт контейнеров с аннигиляторами, он лишь мельком посматривал на створ ангара и вот результат – перебежка к очередной машине закончилась столкновением.

Двое – Рос и неизвестный десантник – ударились в лобовую. На мгновение замерли. Димп правым хуком опрокинул противника в нокаут и вернулся к погрузке. С расписанием он не ошибся - аннигиляторы и лазерные орудия готовы к транспортировке. Оставалось только запихнуть контейнеры на гравиперевозчики и переместить к летному полю, где четыре грузовых корабля дожидались своей очереди.

Он не успел преодолеть и половины расстояния до грузовозов, как пространство вокруг расцвело фиолетово-алыми кустами разрывов. Десантники собрались.

Болью толкнулась левая щека, секундное онемение сковало руку… Гарь. К собственному удивлению, Николай понял, что тлеют его волосы.

Огненной волной захлестнуло головной аппарат колонны. Подставив осколкам бронированные тылы, Николай переждал ураганный наплыв пламени, зафиксировал на прицеле очаги сопротивления и всадил туда с десяток зарядов.

Таймер ядерной установки отсчитал двенадцатиминутный барьер.

-Режим погрузки!

С досадной неторопливостью киберы приблизились к опаленным машинам. Николай спрыгнул на бетонку; в выборе корабля придется действовать наугад.

Возьмет ближний. У оставшихся посудин иная роль - дальний свободный полет, если он успеет запрограммировать кибер-штурманов.

Плану помешал полковник Дорби.

-Нет! – Родан оглянулся на неизвестного, возникшего в рубке. Несмотря на страх в голосе, потянулся за излучателем. Охотнику пришлось разоружать, укладывать на пол – терять драгоценное время.

-У меня деньги, связи, что угодно… -Родан напрягся и внезапно заорал: - Не смейте меня убивать!

-Дар Кор Рон. – Николай повернулся к автоматам. Закончил быстрый ввод данных и склонился над полковником: - Запомнили?

-Да.

-Повторите.

-Дар Кор Рон.

-Удачи на допросе.

Удар отправил Родана в забытье, а Николая - к выходу. Едва он рискнул высунуться из шлюза, бок хлестнуло энергетическое лезвие; два вторичных луча алыми линиями расчертили шлюзовую камеру. Патрульные упорствовали.

Раскаленными сгустками оплыл металл переборок, пробитые гидравлические системы наполнили мир резким свистом.

Николай кубарем прокатился по бетонке, извернулся, пропуская смерть…

Таймер разменял три минуты.

Спеша к транспорту, Охотник выругался: на поле возникли бэлмы – боевые лазерные модули. Двигались стремительно, под прикрытием энергетических щитов, расстреливали любой объект, не внесенный в реестр опознавания.

Отфутболенный попаданием Николай достиг судна гораздо быстрее, чем намеревался. Броня выдержала.

-Шевелись, железо! – Он ударился о кибера, копавшегося у аппарели. Карго-отсек принял их одновременно, плюс контейнер с грузом. Не став выяснять куда закатилась тара, Николай отдал команду на закрытие герметизационной створки. Борт корабля отозвался тяжелыми ударами.

Осталась минута.

Коридоры, переборки… Рубка. Падение в ложемент удалось процентов на семьдесят, включение корабельных систем – на девяносто. Боль мешала телу исполнять команды с точностью автомата, но для подготовки к старту навыков хватило.

Индикаторы готовности украсили пульт зелеными огнями; черно-багровыми тонами развернулся панорамный экран. С поля, к сокрытому дымом небу, безмолвными эллипсоидами возносились грузовозы – согласно программе, направлялись в пограничные сектора. УКОБ перехватит, но потратит ценный ресурс - время.

Метка.

Вид на летное поле заслонил ослепительно-белый свет. От неожиданности Николай рефлекторно врубил у судна планетарные двигатели… и не услышал знакомого гула. Рев кольцевого огненного вала растворил звуки. Препятствия на пути энергии точно взрывались изнутри, превращаясь в облака пыли, что накатывали волной.

Николай дернул рулевую колонку, и ускорение перебило дыхание. Он с трудом оторвался от спинки ложемента, повернул голову… Языки белесого огня, что выступили по краям обзорного экрана, настроения не прибавили.

Через миг ядерный шквал захватит корабль.

-Давай! – рявкнул димп. Штурвал завибрировал в руках…

Раскаленные газы, достигнув верхних слоев атмосферы, сменили белизну на грязновато-желтые оттенки. Различить отдельные детали в пылевом месиве невозможно – вплоть до момента, когда корабль, сверкая фиолетовыми клиньями энерговыхлопов, разорвал огненную пелену. Взрыв метнул следом протуберанец, но пламя лишь бессильно скользнул по борту.

Космос. Тысячи искр, сотни туманных завихрений и провалы тьмы.

Николай отпустил штурвал. Вырвался - груз под боком, маршрут задан, погони нет – аспекты победы. Он с трудом скинул истерзанную броню и похромал в грузовой отсек. Проверил товар. Не найдя к чему придраться, сунулся в медотсек и в холодном свете плафонов, под бдительным оком кибера, ощерившегося блеском игл, отдал ряд команд автоматике. Пора возвращаться к «Паоме», а грузовозу покинуть порт и переместиться в пустынную местность близ горных отрогов для принятия товара. На время полета можно забыться, благодарное тело оценит.

Скалы, угрюмые каньоны и бледно-желтое солнце в зените выглядели убого. Транспорт, вопреки предчувствиям, находился там, где полагалось, смутными контурами выступая из скальных теней. Антигравы мягко опустили захваченный корабль в тридцати метрах от фрахта. Дальнейшее задача техники - перегрузка контейнеров, топлива и беглое тестирование летных систем.

Мимолетный отдых завершился. Димп занял кресло пилота и медленно поднял судно к бархатисто-черному небу. Финальной точкой песчаную пустыню резанул очередной взрыв; на месте экспроприированного корабля возникла ярко-синяя полусфера.

Николай отвернулся от призрачного света экрана. Взрыв базы усложнил ситуацию. На всех оживленных трассах ЦУКОБ выставит крейсерские кордоны, введет протоколы усиленного патрулирования и тотального досмотра. Но он справится, цель все ближе.

Глава 6

Вовремя сделанный глоток пива преобразил мироздание. Бил в десятку, актуализировал и умиротворял. Холодная бутылка темного стекла, родной горьковатый привкус и неторопливое течение секунд скрасили день.

Николай примостился на основании лазерного орудия, конусом выступавшего из борта корабля, и осмотрел ангар. Двумя идеальными рядами выстроились двадцать машин. Отлаженные многострадальными автоматами двигатели, многократно протестированная электроника, развернутая система вооружения из аннигилятора и четырех орудий. Мечта, конфетка.

На монтаж у киберов ушло 4 месяца; довеском на флагмане развернули систему жизнеобеспечения. Дышать хотелось полной грудью.

Николай провел рукой по орудийному дулу. Металл источал силу – таил угрозу и предупреждение. Корабли с их электронными мозгами ждали идей касательно места будущей игры.

Николай бросил опустошенную бутылку на звук монотонного голоса. Возьмет или нет? Отчетливый щелчок вынудил повернуться - посмотреть на робота, который, не прерывая доклада, перехватил тару и пристроил подле девяти идентичных посудин. Не промахнулся ни разу…

Набитая чипами жестянка предпочла чистоту и неторопливый монолог – доклад о состоянии базы. На информации о запасах туалетной бумаги Николай сдался:

-Утомил! – Никакого эффекта. - Прервать программу.

Николай помрачнел. На миг охватили сомнения: зачем он здесь, во глубине галактики, на безликом астероиде – сидит, гадает, с чего начать забаву, и пересчитывает новенькие катера. Не легче ли раствориться в Средоточии. Выстроить произвольный спектр и обрести независимость от прошлого, стать кем-то иным…

Тэо.

Нечто светлое трепыхнулось внутри. Пропало, срезанное холодным порывом, рожденным за гранью… Закончить начатое – первостепенная задача. Многоликость Средоточия утомляла. Федерация не менее приятна в качестве игровой зоны.

Необходимо определиться - куда и зачем?

Чем проще, тем лучше, Федерация понимает только наглядность. Ее слабое место – благосостояние финансовых воротил, вершителей, на чьих закромах держится костяк союза. У большинства из них есть схожая черта – коллекционирование. Перья звездных династий, Черные кресты отрочества, Семь шагов в бездну, Цветок Ра – не счесть диковинок, пришедших из глубины веков. Никто из ценителей не афишировал коллекций, и только архивы ЦУКОБа содержали приблизительные списки владельцев прекрасного – согласно федеральным правилам сохранности исторических ценностей.

Николай решительно покинул орудийный лафет. Ответы найдены. Сборы и подготовка оборудования для экспедиции заняли час. Отработанная стартовая процедура опустошила ангар, вернула тишину. Двадцать кораблей стройной чередой преодолели шлюзовой тоннель и нырнули в метеоритный пояс, что лавиной сигналов обрушился на внешние скан-системы.

Димп лихорадочно считал данные с сопряженных навигаторов. Машинерия справлялась - не блестяще, но в пределах нормы. В отсутствие живого груза, который необходимо беречь, совершала рисковые маневры. Обманчивое кружево, сотканное из камней, хлесткими волнами затмевало экраны. Флагман лидировал – при ручном управлении. Исполнив сложный пируэт, первым прорвался к чистому бархату вселенной. Холодное сияние звезд, вековая пустота и никаких преград вплоть до нулевых секторов.

Корабли, чуть потускневшие после астероидного хаоса, выстроились боевым клином и устремились в марш-бросок. Размыли черноту пространства жемчужными тонами гиперперехода. До административной зоны Федерации 30 часов лета.

Девятый сектор, вопреки близости к центральным секторам, на удивление захолустное местечко. Три-четыре индустриальных гиганта - планеты класса F и россыпь мелких аграрных колоний. За глаза их обитателей так и называли – копатели. Социоаналитики терялись в догадках. Но провинции обладали полезным качеством – мизерной плотностью населения и транзитными пассажирскими линиями. Лайнеры крупных перевозчиков периодически останавливались в портах, где из всех достопримечательностей - песчано-травянистые равнины, кубы диспетчерских зданий и непредсказуемо различные небеса. Николай догадывался о причинах. Официально они приземлялись на дозаправку, неофициально - подбирали теневых воротил, чьи базы прятались в укромных уголках.

Он выбрал непритязательную колонию, в режиме невидимости опустил корабли в хитросплетения горных лабиринтов, задействовал голографический экран и выбрался на свежий воздух.

Горная прохлада, сдобренная водяной свежестью, наполнила легкие, утомленные кислородной смесью. Он осмотрел пустынные пейзажи – камни, островки мха вокруг и небольшая искристая речушка неподалеку. Подошел к воде, макнул пальцы. Холодная. Брызги крохотными алмазами усыпали кисть. Внутри пустота.

Он вернулся на флагман и покинул тело. Другая сторона ударила неожиданно сильно – впервые появилось ощущение тяги к тому, что Погонщик не пожелал называть. Крик затухал? Не к месту сомнения – пройдет, сколько удастся. Он призраком окунулся в неизвестный мир. Предполагаемый объект захвата - среднего достатка аграрий, уставший от рутины, с робкой тягой к путешествиям, - готовый вкусить благ цивилизации в тепличных условиях ближних секторов и доставить Охотника на пассажирскую линию, что пролегала близ ЦУКОБа.

Объект он нашел через час, но процесс неожиданно затянулся. Долгие сборы переросли в долгие проводы – со столами, забитыми нехитрой снедью, под куполом ночи, отмеченным лунным маревом и трепетом костров. Он сам удивился, когда за полночь удалось вырваться из цепких лап родственников и вовремя поспеть на галактический лайнер, смотревшийся нелепо на пустынном летном поле. Расцвеченное внутренней иллюминацией судно ярким айсбергом возносилось над приземистыми домами.

После короткой процедуры оформления и натянутых экивоков офицеров, принявших запоздалых пассажиров, он занял каюту и приготовился бдеть, укрепляя связь с носителем. Тем и занялся на ближайшие часы полета. Знакомая пафосная речь ЦУКОБовского рекламного ролика сорвала с койки и бросила к шлюзу - на встречу с ничуть не изменившимся лейтенантом Меллиганом.

Николай замедлил шаг в герметизационном переходнике, присмотрелся. Туманная дымка окутывала безопасника с его извечным приглашающим жестом и камнеподобным ликом – история повторялась и, видит небо, Охотник едва не поддался зову памяти. Он вернулся. И куда? В начало пути…

-Заходите. – Лейтенант проявил чудеса тактичности. «Копатель» мялся в привычной деревенской нерасторопности…

-Зайду, - кивнул Николай, проходя и устраиваясь в посадочной ячейке. - Ой, зайду…

-Простите?

-Советуюсь с предками, мы аграрии суеверны…

-А…

Этим коротким, слегка досадливым «а» начался полет. Злодейка память услужливо напомнила детали: молчание, легкое недомогание при стыковке, спуск в гражданский космопорт общего доступа… Суета сует, привычная толчея, как ностальгия. Хватит! Соорудив для носителя правдивую цепочку памяти, он покинул тело, проследовал знакомым маршрутом и увидел вербовочный пункт.

-Сука... – не сдержался. Нервы тряхнуло. Николай провел рукой по черной офис-стойке, за которой копошился Сид 107 - раскладывал бланки, готовясь к приему созданий, мечтавших о десантной славе.

Резким шагом Охотник двинулся к выходу. В приоритете информационный отдел и только... Встречным курсом, по коридору белым элегантным видением шествовала Симона Альрес; ее имя вспомнилось с трудом, кроясь на задворках памяти. Доктор, симпатичная женщина, подруга суровых охотничьих дней медленно брела в неизвестность, сопровождаемая перебинтованным десантником. Вела под локоток, берегла… На миг, когда ее и димпа разделяло несколько сантиметров, она вскинула взгляд и посмотрела на него – точно могла видеть призрачный образ. Задержала шаг.

Легкое удивление коснулось Николая. Он торопливо направился прочь. Не оглядывался, пусть позади слышен едва знакомый голос – прошлое в прошлом. В настоящем – информационные архивы Управления.

Темноватый зал информ-отдела обеспечил Роса сведущим носителем, приоритетным доступом к терминалам и, в сухом остатке, объемным списком любителей экзотических безделушек. Этап завершен. Возвращение к катерам в череде смены безликих тел прошло без осложнений, точно череда вспышек. Расположившись в привычной теснине рубки флагмана, Николай заварил сублимат кофе и изучил полученные списки. Слепой перебор электроники высветил первого кандидата.

Некто господин Зласт, владелец фармацевтического холдинга – интергалактической структуры, что правила системой Леман II, и планетой с одноименным названием. Рай для бизнеса и маленьких удовольствий, подкрепленных деньгами.

«Вольемся», - резюмировал Николай, готовясь к марш-броску. Курс проложен.

***

Пить… Вахтенный диспетчер контрольной орбитальной станции ненавязчиво придвинулся к серебристым завиткам кофейной дымки. Вчерашняя оргия заставила забыть о правилах. Похмельно-наркотический синдром – дело хитрое. Тусклое вечернее освещение и размеренный гул аппаратуры в безлюдной рубке, десятки обзорных экранов с видом на чернь космоса только усугубляли ситуацию.

Пить.

Приятели, техники арктурианцы, советовали приберечь опохмелку. Он проигнорировал, а в результате уже седьмую минуту тянется к омерзительно дорогому импортному кофе.

Горячей струйкой кофейный напиток обжог гортань. В голове прояснилось… и диспетчер не поверил глазам: на радаре изумрудными точками возник строй кораблей. Расплескав питье, вахтенный на кресле подъехал к центральному визор-экрану. Челюсть поползла вниз: звездный фон разбавили неизвестные боевые катера, что смотрелись неприятно. Он и не видел таких никогда…

Диспетчер потянулся к снятой микрофонной дужке и опоздал; сигнал вызова пронзительной трелью разорвал пустоту зала.

Охотник нетерпеливо щелкнул по приборной панели. Вызов не принимали. Зеленовато-голубой шар планеты четким рельефом плыл в обрамлении звезд, создавал фон для орбитальной станции, подкрашенной матовыми бликами света. Контрольный пункт, причал, перевалочная база, ремонтный док – далеко неполный функционал технократического чуда. С планеты к станции белесыми кометами устремились пять челноков. Насыщенная жизнь, но связь мертва.

-Динь дон… - Николай не договорил. Передатчик высветил на дисплее бледное мужское лицо. – Сорвало что ли?

-Идентифицируйте себя, - неуверенно, с оттенком паники объявил вахтенный.

-Хм. – Димп задумался.– Ну, есть хорошие парни, а есть плохие. Я вот плохой. Зласта знаешь?

-Да.

-Дар Кор Рон предлагает товарищу Зласту через тридцать стандартных минут явиться к первому посадочному сектору центрального космопорта и предоставить в безвременное пользование Эддалу эль Таагу. Угрозы пропущу. – Охотник кивнул. – Время пошло.

-Но…

Связь прервалась. Ни к чему выслушивать суетливый набор фраз от постороннего лица. Диспетчер – никто и роль у него мизерная – запустить процесс.

Радар тонко пискнул, давая знать об изменениях в пространстве. Атмосферную дымку рассекли три десятка остроносых тактических истребителей. Среагировали оперативно, но… Столь малое число? При некотором размышлении Николай объяснил их количество внезапностью нападения.

Он запустил сценарий противостояния.

Обзорный экран распался на тактические фрагменты, которые доли секунды показывали строй противника. Полусферу фиолетовых звезд с черными сердцевинами корпусов в лобовой атаке - шли по учебнику. Серия команд разбросала катера по десятикилометровому периметру, чем дезориентировала противника. Хаотичность маневра не вписывалась в концепцию правильной обороны, служа доказательством некомпетентности.

Пилоты обоснованно решили, что преимущество в массированном нападении. Отточенный боевой разворот с полным опрокидыванием на борт, стабилизация курса и две цели легли в рамки электронных прицелов. Дрогнули в порталах орудийные стволы, боеголовки явили космосу хищный лик…

Чистое, привычное совершенство. Николай удовлетворенно вздохнул; подопечные машины исполнили невероятное и развернулись с перегрузкой, губительной для человеческих форм. Молниями прянули к ряду истребителей и, встав на ребро, проскользнули меж аппаратов противника. Скорость ответной контратаки заставила пилотов действовать подсознательно и восемь из тридцати кораблей изменили курс. Дали залп, ослепительными клинками пропоровший напарников.

С трудом переведя дыхание после исполненного флагманом нырка, Охотник в сцепке с машинами бросил катер вверх – перпендикулярно плоскости полета растерянного врага.

Днища истребителей мгновенно разрослись бронированными плоскостями. Приборы едва успели зафиксировать цель, как в бой вступили аннигиляторы. Николай направил корабли за фиолетовыми резцами энергии. Считал остатки дистанции: метр – багрово-рваные пробоины выплеснули стаи обломков и пламенных клубов; полметра - нулевая видимость, сдобренная натужным гулом аппаратуры…

-На излом!

Лобовая защита катеров пробила искалеченные переборки, располосовала металлически-пластиковое нечто и с роем осколков встретила открытый космос. Точка поставлена. Неравными частями тактические «иглы» падали на планету; изредка обломки пронзали синеватые недолговечные росчерки.

Защитники планеты впали в ступор. Когда тела бьются о видовые камеры, изломанными формами припадая к обзорным экранам, немногие могут удержаться от тошноты. Но есть исключения. Кто-то произвел запуск управляемых торпед и поспешил, купившись на скинутые обманки.

Белесые облака подрывов вспыхнули в сотне метров от орбитальной станции. Точно испуганные пичуги гражданские корабли покинули обжитые доки. Вселенную пронзили стартовые удары маршевых двигателей – короткий всполох, искра корпуса и вновь бесконечная чернота…

Справедливо рассудив, что Зласт вряд ли объявится в указанном месте встречи, Николай направил флот к офис-резиденции холдинга. Кто-нибудь да ответит на поставленный вопрос.

Катера окружили угольно-непроницаемый небоскреб кольцом, застыли напротив верхних этажей, чем вызвали панику среди работников компании. Акустика какофонией звуков транслировала вопли во флагманскую рубку.

На площадь перед зданием выплеснула толпа, часть - через разбитые нижние окна. Мгновенно образовалась давка, сотни голов изменчивым океаном растекались по улочкам. Выбирай любого…

-Ты… - Николай остановил взгляд на гражданине средних лет, чей благообразный вид прятался за трепыханием лиственных крон. Беглец пробовал укрыться в миниатюрном парке… Увеличение масштаба в подробностях проявило образ на экране. Подходит. Димп призраком покинул катер и заарканил неведомого носителя. Отыграл в десятку.

Заместитель коммерческого директора щедро поделился информацией о местопребывании босса компании и внутренней планировке небоскреба. Двадцать пять лет безукоризненной службы и мизерная премия – обида чиновника развернулась черной пружиной.

-Изыди. – Николай стремительно вернулся на корабль. Сетования граждан вызывали изжогу. Куда катится Федерация?

Удовлетворенный возвратом к облику Кор Рона он проанализировал добытые сведения. Зласт не только находился в здании, но еще и держал при себе изюминку коллекции. Точное место хранения скульптуры осведомитель не знал, лишь догадки… Бункер на минус третьем уровне, оборудованный современной техникой безопасности, соответствовал образу цели. Тихий бетонированный уголок, пригодный для сохранения ценностей, в котором Зласт намеревался отсидеться. Но при желании мог покинуть насест - миновать подземный тоннель и выбраться на улицы за пределами оцепления.

Пресекая вероятность, Охотник отдал кораблям лаконичный приказ очертить небоскреб кольцевым залпом аннигиляторов. Фиолетовая завеса пала на уличную бетонку, пробила и разродилась нестерпимо алым огненным валом. Пламя, выбирая расщелины улиц, устремилось с площади в городские трущобы.

Вспыхнули деревья. Горячим треском воздух резанул оплавившийся пластик. Гарь и копоть…

Багровая стена, что с ревом пожирала тротуар.

Мужчина оглянулся, налетел плечом на другого беглеца и, потеряв равновесие, кубарем откатился к фундаменту дома. Удар о камни прибавил неприятностей; тлела куртка, в обожженных ладонях плескалась боль. Но он просто обязан успеть к входной двери, а там по лестнице на третий этаж, где в квартире осталась семья…

Отчаянным броском распахнул дверь. Первые лестничные пролеты… Следом рванулись языки огня.

-Ястара! – Не прерывая подъема, мужчина попытался избавиться от горевшей одежды. Еще четырнадцать ступенек.

Гул пламени стал нестерпимым.

Николай хладнокровно рассматривал ленты офисного центра. Воцарившийся хаос приемлем и желаем. В бытность оперативником ЦУКОБа, он вдоволь насмотрелся подобных катастроф. Как племя офарийцев, которое испепелил, - тени в пепле…

Собраться. Противник масштабный, атака должна соответствовать.

Аннигиляторы с легкостью взрезали три последних уровня здания. Куски сталебетонных конструкций, в облаке из внутреннего убранства комнат, явились первыми вестниками. Огненная буря по вскрытым вентиляционным и транспортным каналам устремилась к нижнему уровню. Вышибая дверные мембраны, алым калейдоскопом била оставшихся у подъемников служащих. Увечила стены, швыряла в пространство черноту обломков и очищала дорогу.

При спуске вниз Охотник воспользовался центральной транспортной шахтой, которая гарантировала быстроту маневра. Никаких препятствий – единственная опорная рельса, зажим бронированных перчаток и стремительное низвержение во тьму, затянутую дымом.

Николай приготовился. Вблизи промелькнула развороченная входная панель, за ней прокопченный коридор, люди в форме… Скрежет металла размечал пройденную дистанцию.

Разжав пальцы, он рухнул в свободное падение - на несколько десятков метров. Дистанция для лучевого залпа, в противном случае есть риск приземления на закрытую переборку.

-Нежданчик… -Он телом пробил шлюз, искалеченный энергией.

Миг на ориентацию… Он полагал встретить серьезное сопротивление, но ошибся. Электроника свихнулась от взрывов – открыла двери и предоставила Зласта на блюдечке. Исключение составила только персональная охрана финансового магната; с ней пришлось поработать. В конечном итоге, при смене пяти разрядников и потере тридцати процентов боеспособности, он устранил проблему.

-Будьте добры… - Он выбрался из пыльного каменного завала. Обломки плит с грохотом упокоились за спиной. – Не двигайтесь.

Зласт торопливо закивал. Перемазанный пеплом и кровью с трудом подавил волну нестерпимого страха. Знать бы заранее… Он торопливо протянул димпу пакет бумаг, руки тряслись.

-Это что? – Охотник непонимающе изучил набор голографических штампов на видимом кусочке бумаг.

-Дарственные, счета, коды доступа… все, что успел собрать…

-Не, мне только статуэтку. – Николай указал дулом излучателя на сейф за спиной мужчины.

-Чего? – Зласт непонимающе захлопал глазами.

-Ну хрень такая, говорят красивая….

-Не понимаю, я собрал…

-Я же обозначил вводную. - Димп направил излучатели в лоб леманца. – Меня вообще слушали?

Мужчина неуверенно побрел к сейфу, испуганно оглянулся.

-Сам по краю ходишь, – вздохнул Николай. Секундный набор кода, шипение гидравлики… - Однако.

Никогда ранее Охотник не видел ничего подобного. Жемчужные всполохи белым изменчивым облаком укрыли руки магната. Неизвестный мастер увековечил часть морозного узора в непередаваемой форме творения. Переливчатая игра линий завораживала, творила в изменчивой глубине чей-то силуэт - ни мужской, ни женский. Сердце неизвестного материала пульсировало в стремлении передать красоту.

-Благодарю за сотрудничество. – Димп аккуратно поместил Эддалу эль Таагу в развернутый транспортный кокон. Резко повернулся и скрылся в коридоре, искрящем замыканиями. После десятиминутного плутания в недрах здания, выбрался в холл, откуда просматривался вызванный флагман. Вокруг пустота, лишь обломки да пыль. Ветерок кружил обрывки. Кордон отсутствовал. И кому население Лемана II платит налоги, если местная охранка присутствует везде, кроме зоны беспорядков?

-Скучные вы. – Замерев у шлюзовой аппарели, димп взглянул на сизое горькое небо. Равнодушная высь.

Патруль Управления запаздывал. Десятки объектов на видовых экранах рубки мигали гражданскими метками. Проведенное орбитальное сканирование лишь усилило тоску. Где действо, где испытания на прочность? ЦУКОБ поменял протоколы? Кроме тихой орбитальной станции в округе фиксировалась только массовая эвакуация. Разнокалиберные корабли блеклыми стайками разлетались по космосу, служа идеальным прикрытием для охотничьего флота.

Николай смирился и подготовил кибер-штурман к полету в тридцатые сектора, где обитал второй «пункт» раздобытого списка.

-Центральный, старт.– Охотник поморщился. Исколотое болью тело рвалось к медотсеку. Полетного времени хватит с избытком.

Глава 7

Тридцать пятый сектор.

Тон планеты коричневато-зеленый. Забавно именуемая Фультой она, по большей части, представляла горные, изрезанные каньонами массивы. Беспорядочные группы замысловатых скал, ущелий и плато, чью мрачновато-темную дикость украшали редкие, но уютные оазисы. Обитатели Фульты привыкли к суровой красоте; когда-то давно горнодобывающие комбинаты, выстроенные на планете, постепенно обросли городскими трущобами, затем деловыми центрами, комплексами развлечений… Устроенные в оазисах курорты привлекли первых состоятельных клиентов и социум развернулся. Очаги прогресса наступали широким фронтом.

Прикрыв катера защитными экранами, Николай посадил флот в удобную для обороны долину и на том закончил подготовительный этап.

На обзорных экранах распростерлась каменистая местность, сдобренная порослями жухлой фиолетовой травы. Стометровое разбитое блюдце, обрамленное хищными зубьями скалистой гряды, что протянулось от кораблей до узкого провала ущелья – единственного выхода из долины, идеально простреливаемого аннигиляторами. Николай трижды проверил потенциальные векторы атаки… Облачился в броню, поверх накинул плащ, сверился с картой и отправился в путь.

Условия для перехода средние - острые камни, равномерный хруст щебня, облачка пара от дыхания в морозных наплывах ветра. Николай плотнее укутался в плащ. Если надежда и грела, то очень слабая - спуск к теплу и увиденной при посадке транспортной магистрали мог затянуться на часы.

Семьдесят три минуты. Но тем приятнее достичь финальной точки – выбраться на серовато-белую ленту шоссе и осмотреться. Дорога, идущая в никуда, из одной горной прорези в другую; над покрытием, создавая обманчивое впечатление зыбкости, дрожал горячий воздух. И не единой живой души. Мелкий восьмилапый зверек черным клубочком промелькнул меж камней и пыльных зарослей сорняков.

-Ау… - Николай присел на валун, обточенный песчаными бурями. В полном отсутствии альтернативы приготовился ждать, благо день пребывал в разгаре. Кто-нибудь да проедет мимо, иначе понятие индустриально-развитой планеты стоит пересмотреть.

Матовой точкой за воздушным маревом возник гравикар. Навскидку, четырехместная кабина блистала пустотой, водитель рулил в гордом одиночестве. Тем лучше. Охотник шагнул вперед и вскинул руку в классическом жесте. Дальнейшее - лишь откуп доверчивости фультонца. Глушь, пустая дорога, смурной попутчик.

-Далеко? – Входная мембрана гравикара приоткрылась. За бликами стекла нарисовалось полноватое дряблое лицо. Водянисто-зеленые глаза с немалой долей флегматичности препарировали Охотника и уставились куда-то в бесконечность.

-До Крайден-Лаута, - озвучил Николай, поправляя солнцезащитные очки. Неторопливо подхватил сумку.

-Не близко. – Мужчина задумчиво поскреб щеку. – Но тебе повезло.

Через мгновение Николай устроился в объятиях мягкого сиденья. Поерзал немного и замер в преддверии старта. Гул антигравов усилился. Машина дрогнула, поднялась над трассой и устремилась к скальным лабиринтам.

- Нынче все рвутся к столице, - нарушил фультонец однообразие звуков. Сказанная невзначай фраза ни к чему не обязывала: хочешь прими к сведению, хочешь - засунь в известное место…

Николай отнесся к правилам дорожной беседы с подобающей серьезностью:

-Да?

-А то, - обрадовался мужчина. – Позавчера начался фестиваль, типа праздник на дату Независимости. Понагнали в город мастеров и понеслась, сосед третьи сутки в запое…

-И как? Держится?

-Люц тебе в зад, какое там. Башню сорвало еще вчера. – Мужчина умолк, перевел дух и собрался мыслями. Неожиданно представился: - О’Грат, цеховой мастер на дробилке.

-Рэндольф, - кивнул Николай.

-С верхних поселений, значится… Горец?

-Не то, чтобы вечный, но примерно, – согласился димп, примеряя роль деревенского зеваки, который спустился поглазеть на цивилизацию.

Разговор прервался. Внезапно, контрастным переходом, мир за окнами потемнел -гравикар въехал в тоннель. Мелькание редких плафонов, озаряя кабину, навевало сон. Полумрак и рассеянный матово-белый свет. Череда перемен… В борьбе с дремой Николай принялся рассматривать игру теней на приборной панели.

-Куда катится люцева Федерация?

-Полагаю, вниз, - прищурился димп. Второй раунд беседы.

-Глянь. – Фультонец обернулся к собеседнику. – Я простой мастер, тихо сижу, отрабатываю кусок хлеба и не лезу под ноготь. Развлечения? Да сколько угодно. По закону положены семь часов на оттяг. Взамен от меня требуют лишь регулярно голосовать за системных кандидатов и обеспечивать норму выработки. Немного? Немного…

-Грузовоз, приятель.

-Тогда откуда берутся ублюдки, недовольные порядками? Все им добавляй, убавляй, реформируй. Посуди: зачем рыпаться, если можно жить… Где гарантии, что после будет лучше?

-Серьезно, грузовоз…

-Чего? – О’Грат посмотрел на выезд из тоннеля. В ярком овале неприятным дополнением присутствовали угловатые формы грузового транспорта, чей вид заставил фультонца дернуть руль вправо…

Машина вильнула, описывая лихой полукруг. Потерев локоть, Николай вернул себе вертикальное положение, прикинул, чем грозят распахнувшиеся за бортом каменистые просторы и вздохнул: возросшая насыщенность флаинг-потока таила угрозу. Сложные развязки, эстакады, дорожные патрули… У первого же перекрестка приткнулся флайт, отмеченный золотисто-черным цветом корпуса, мигалками и двумя крепкими ребятами, затянутыми в униформу.

-Дерьмо, - выдал краткую характеристику О’Грат. Он остановил машину, чтобы без промедления сунуть документы патрульному, загородившему дверную мембрану.

-Трассовый контроль, - на удивление вежливо объяснил служивый. – В связи с празднествами.

Лаконичность и обстоятельность. Досадная вибрация нервных токов… Под пристальным взглядом законника Николай расслабленно улыбнулся; его персональная карта ускользнула в скан-планшет.

-Будьте любезны снять очки.

Димп откинулся на спинку кресла. Медленно потянулся к лицу…

-Проезжайте. - Хлопок по кабине отправил гравикар в дальнейший путь.

-Не люблю патруль, - фыркнул О’Грат.

Пару секунд Охотник изучал его лысину:

-Вы даже не представляете, как я с вами солидарен. – Он запихнул сумку под сиденье. Заранее трепать нервы не стоит. На подходах к городу обстановка прояснится, а там уж как Великие раздадут – мирно ли, фатально…

Крайден-Лауд источал равнодушие. Темной, с проблесками оконных искр, линией возник на горизонте и за считанные минуты разросся до исполинских размеров мегаполиса – протянулся в бесконечность по обе стороны дороги, непринужденно оглушил гаммой звуков и распался на группы оплетенных магистралями зданий. Трущобы, что лихорадочно и тоскливо бурлили под небом, затянутым облаками. Город торопился разменять еще один день… Тускло светились полуразбитые рекламы; обшарпанные дома тискали улочки в шуме будничной жизни. Надрывно сигналил транспорт.

-Прибыли. – О’Грат задействовал акустические фильтры. Звуки сбавили интенсивность.

Обоняния коснулась мрачная индустриальная смесь ароматов. Смог сизым куполом накрывал Крайден. Настроение – под стать.

Прикрыв лицо рукой, Николай постарался дышать через рот. Сюда бы федеральных экологов да бригаду зачистки из пары сотен гвардейцев… Он разглядел вдалеке смутные изломы фабричного сектора. Цель там, но идти туда не хотелось.

-Тебе куда? – поинтересовался О’Грат.

-К «Сэлко Индастриал».

-Ты опять в фаворе. Еду к «Сэлко» отметиться после увольнительной. Навещал предков…

-Дело благое.

Остаток пути Николай предпочитал держать язык за зубами. Уличные пробки, монотонные ругательства спутника, шикарный блеск центральных районов, сотни манящих арок, проходов, дверей перенес со стоическим терпением. За что и удостоился награды: О’Грат высадил его у административного корпуса одного из крупнейших горнодобывающих предприятий Федерации.

Простившись с цеховым мастером, он замер на подходах к площади, в дальнем конце которой серебристым полукругом возвышался исполинский комплекс. Бетон и сталь. Нескончаемые ленты окон, десятки флаинг-парковок, разметки, сигнальные огни.

Николай оккупировал столик в ближайшем питейном заведении, что отвечало насущным запросам. Плотный обед, комнаты релаксации и формальность вопросов. Под релаксацией владельцы бара понимали курение сорты – легкого наркотика. Заказанный набор с полным ассортиментом услуг обеспечил димпа прикрытием.

Он заблокировал дверные фиксаторы и привычно покинул тело с тем, чтобы отправиться в гости к администрации индустриального гиганта и узнать подробности о владельце концерна, господине Вар О’Лауде.

Разум фультонцев – клерков, менеджеров, директоров - расставался с информацией легко, формируя наметки плана. По крохам димп собрал мозаику жизни цели – посредственно черную для финансового воротилы. И отмел большую часть сведений по возвращению к носителю. Из первостепенного запомнил лишь личный визор-код босса.

Приняв достаточно похмельный вид, Рос выбрался под открытое небо и прошествовал к линии муниципальных коммутаторов. Выбрал крайний аппарат, напоследок осмотрелся и, подперев плечом теплый пластик кабины, скормил технике первую кредитку.

Экран визора наполнился фиолетовым свечением. Короткую рябь помех и ритмичное пиканье сменила панорама апартаментов, декорированных бархатом и лепниной. Исходя из полученных данных, то загородная резиденция Вара, сокрытая в красотах уединенного оазиса.

-Кто ты такой? – Из недр комнаты выдвинулся крупногабаритный мужчина. С бульдожьим лицом и ярко-синими глазами он воплощал прообраз недовольства.

-Не нагнетай, - попросил Николай.

-Откуда узнал код? – Вар посмотрел куда-то в бок. За пределами видимости возникла непонятная суета.

-Выиграл в лотерею, - ответил Охотник. – Картина Перемен. Тебе необходимо доставить ее через полтора часа в квадрат 178-АТ-12 и передать в руки мне… Умерь любопытство, я и так представлюсь. Дар Кор Рон; заметь, имя легко запоминается.

***

Несколько мгновений в комнате царила тишина. По очереди буравя взглядом троих офицеров безопасности, стоявших во фрунт, Вар О’Лауд яростно хмурился. Залитое багрянцем лицо начальства не предвещало ничего хорошего. Миропорядок рушился; знакомый, собранный титаническими усилиями антикварный интерьер, привычное раскачивание ветвей за окном, нежный аромат хрустальных цветов… и люцев визор, которому место в заднице.

-Это шутка, да? – Вар подобрался точно перед броском.

Офицеры благоразумно промолчали.

-Какого хрена вы стоите здесь?! Я вам плачу не за стояние! Хотите персонального пинка?! Если к вечеру ублюдок не окажется передо мной, вы окажетесь в жопе! Ясно?!

Ровно через две секунды О’Лауд остался в гордом одиночестве. Как профессионалы безопасники вняли грозовому предупреждению. Они знали, что и главное, где искать. Отработанный годами императив «стенка» всегда с успехом противостоял террористическим акциям. Цепочка команд по военным линиям связи и механизм перехвата завертелся.

С молниеносной быстротой некогда тихий оазис превратился в сосредоточие мер безопасности. Тонкая зелень расступилась под наплывом сенсорных периметров, лазерной защиты и стационарных пульсаторов, чье количество придавало резиденции вид морского ежа – ощетинившегося смертоносными иглами клубка, наполненного хриплыми криками, топотом сапог и лязганьем металла. Форт замер в рвущем нервы ожидании.

-Ведущий, докладывайте. – Голос офицера связи нарушил всеобщее молчание. Люди дрогнули: кто-то потер шею, натертую униформой, отчетливо заскрипело кресло. Миниатюрный центр управления приготовился к анализу данных из квадрата 178-АТ-12.

-Здесь довольно паршиво. – Часть тактического экрана расплылась овалом знакомого гористого пейзажа. Комплекс связи передал картинку с легкими помехами; фиолетовая рябь припорошила округлую долину, мрачные тени скал и девятнадцать серебристых дисков –потенциальных объектов угрозы, застывших у дальней скальной гряды.

-Сенсоры не распознают метки, - буркнул кто-то.

-Правда? – Эдин Тоб, мастер-капитан пехоты с иронией посмотрел на дисплей передатчика. Умники в центре управления, сокрытые бетоном и тоннами командного величия, не представляли каково это - находиться под ударами песчаного ветра. Стоять под открытым небом, смотреть на корабли противника и слушать невнятное бормотание пилота.

Эдин опустил бинокль. Диспозиция скверная - враг располагал неустановленными силами, а у него, пехотинца третьего уровня, в подчинении только стрелковая бригада, лазерные орудия и пять ракетных установок класса «Грауд».

Он спрыгнул на прогретую за день гальку, повернулся к строю и рявкнул:

-На позиции!

С натужным гулом машины покинули разлом. Задача проста: сформировать параболическую линию обороны и не отсвечивать. Процедура отработана. Солдаты покидали борта транспортников, находили в почве малейшие углубления, падали и, настойчиво целясь в безответные катера, припоминали незаконченные дела. Время от времени поглядывали на запыленные борта гравитолетов, бронированными формами приткнувшихся рядом.

-Сколько лет, а привыкнуть не могу. – Капитан щелчком снял лим с предохранителя. Надвинул каску поглубже на лоб, плечом коснулся тверди машины и кивнул; монолитность борта треснула, выдвигая бластерное орудие. «Шумновато будет» – Он покосился на стрелка. Боец, маяча в смотровых прорезях, довольно улыбался. Псих.

***

Еще раз проверив защиту линии связи, Николай переключил мобильный такт-экран на очередной катер. Все девятнадцать камер показывали одно и то же: блеск стали в каменистом обрамлении и пятнистые комбинезоны пехотинцев. Образцовая братия, что залегла у горного ущелья. С точки зрения полевых командиров, рациональная тактика - блокировать врага, оценить боевой потенциал и, по возможности, уклониться от лобовой атаки.

Димп выбрался из декоративной полосы кустарника. Флагману, по прибытию, потребуется свободное от растительности пространство, коего в парке близ «Сэлко Индастриал» не хватало. Десяток узких тропок, нагромождение информ-техники, сотни граждан…

-Здравствуйте. -Николай запрокинул голову. Срезав тонко-зеленые верхушки деревьев, из поднебесья спикировал катер. Компьютер вклинил аппарат меж двух сигнальных стоек и вызвал легкий шок у невольных зрителей. Фультонцы уставились на обтекаемую мощь корабля, раскрываемый автоматами шлюз и стремительную тень, нырнувшую в матовую белизну люкового проема.

Ложемент пилота тихо скрипнул под охотничьим весом. Мелкой дробью флагманскую рубку наполнили перестук клавиатуры и щелчки тумблеров. Набор команд, активация ручного управления – отлаженность процесса не требовала и грана усилий. Николай сосредоточился на карте Фультона, которая упорно не желала читаться.

-Дрянь эдакая…

Настал момент для отправки флоту базовых команд - заданные программы не дадут скучать пехотинцам, издерганным постоянными запросами командования. И пока они разбираются, что к чему, Николай успеет достичь обители Вар О’Лауда.

…Перемены стегнули нервную систему мастер-капитана точно металлический прут. Отрезвленный холодным порывом ветра, он придержал гашетку. Девятнадцать целей разом поднялись над землей. Фиолетовые клинья реактивной тяги бросили корабли к пронзительной синеве – катера разлетелись подобно испуганной стае пичуг, по непредсказуемым траекториям.

Басовито рявкнул пульсатор. Яркий шар энергии прочертил камни голубоватым отблеском, ударился о скалу и разродился фонтаном гальки, перемешанной с огнем.

Долина утонула в яростном грохоте.

-Рассредоточить огонь! – запоздало гаркнул капитан. Передатчики гравитолетов оттранслировали команду по фронту, и в бою наступил относительный порядок.

Эдин попытался определиться, в кого именно они стреляли. За алой сетью энергетических нитей виднелось немногое – крохи пейзажа, окончательно раздавленные запуском ракет. Пять серебристых звезд белесыми дымовыми лентами выписали траекторию, зафиксировали объекты в воздухе…

-Отставить! – Капитан вскочил.

Пронзив завесу гари, катера вышли на запрограммированный рубеж - к скалам, что морщинистым рисунком оттеняли тылы пехоты. Залп аннигиляторов превратил вековые камни в водопад раскаленного щебня. Исчезло все: проход к долине и оставленный в арьергарде транспорт. Яростное пламя молниями расписало бурую стену, отрезав солдатам единственный путь к отступлению.

Капитан тряхнул головой. Перевернулся на спину в облаке мелкой пыли. Безнадега… Потолок у гравитолетов не более пятидесяти единиц, а в окружающих скалах наберется добрая сотня метров.

-Связь! – Тоб приподнялся на локтях. Узрел неподалеку машину, перевернутую ударной волной, и сник. Первый и, как хотелось надеяться, последний раз в жизни он стал свидетелем аннигиляционного распада.

***

На обзорном экране флагмана появилось детализированное изображение резиденции О’Лауда. Полный комплект оборонительных укреплений и средств нападения, годных для развертывания нешуточного действа. По федеральным стандартам – класс четвертый, не меньше. А значит, шансы есть.

Николай переместился к десантной аппарели, через которую предполагалось маниакально бросать себя в атаку. Неуютная площадка - броня, рифленый пол и единственная кнопка в стеновой панели.

Подготовив излучатели, димп напрягся перед мерной пульсацией сигнального плафона.

Отчет медленно перевалили за третью отметку.

Красная вспышка. Сигнал. Локтем Охотник рубанул по клавише управления люковым приводом и едва не задохнулся от жаркого наплыва воздуха. Компьютер провел серьезную артподготовку - аннигиляторы снесли верх домика Вара, оставив багровое пламя, черные дымовые клубы и ломанные рифы перекрытий. В сопутствующих потерях - многочисленные бластерные расчеты…

Ответный залп прозвучал вразнобой. Алая плоскость, мелькнув в двух метрах от Охотника, переворачивавшегося в десантном прыжке, крепко тряхнула флагман. Защита выдержала. Он пробил вуаль пожара и пал в рядах противника.

По приземлении развернулся, выдав длинную очередь, прорезал стены цепочками разрядов… Рассеченная лучами охранка распласталась на полу. Четыре тела, но сигналов больше…

Вскидывая излучатели, Николай качнулся к остаткам двери, откуда алой пеленой выплеснулось пламя. Запоздалой реакцией зрачки сузились до размеров игольного ушка. Уйти не успел. Взрыв отправил за грань реальности; туда же, спустя удар сердца, последовала вся наружная часть дома и безопасники, чье присутствие не учитывалось Вар О’Лаудом при взрыве напалмового заряда. Он сыграл ва-банк и выиграл партию.

***

-Вспышка. – Вахтенный офицер оглянулся на капитана. Доклад персональный, но на мостике линкора к словам прислушались все собравшиеся. Три десятка федералов попытались осознать увиденное – искру трехсекундного взрыва, зафиксированного радарами корабля. Кому-то на Фульте сделали очень больно.

«Удивительная планетка». – Арач с возвышенных позиций капитанского мостика осмотрел подчиненных. Он месяцами учил их командной работе, внештатная ситуация не выбьет экипаж из колеи. Системное представительство УКОБа дало четкие указания - блокировать орбиту от несанкционированных полетов.

Линкор, три средних крейсера и эскадра десантных катеров - достаточная сила, чтобы перехватить врага. Дар Кор Рон или как там его идентифицировали в сводке, будь хоть родственником самого дьявола, не сможет соперничать с тяжелыми кораблями.

Взгляд на тактический экран заставил капитана нахмуриться. Россыпи звезд, коричневатый диск планеты с красными прожилками городов и магистралей, ободок светила и неуместная кучность построения федеральных сил. Крейсерам полагалось отойти на траекторию сателлитов визор-сети и мониторить полное экваториальное кольцо. Противник мог ускользнуть от радаров, но не от визуального контакта.

-Меняем формацию, - два слова наполнили рубку танцем индикаторных огней.

***

Искомый ад. Вторая попытка. Николай с трудом вернулся к нормальному мировосприятию. Он находился там, куда стремился: дикая карусель смерти швырнула в объятия серого тумана – призрачно зыбких и адски болезненных жерновов, что клубились, били, метались, то открывая бесконечность просторов, то низводя свободу до отрицательной величины.

Димп не сдержался, выплеснулся в крике. Он парил в непреодолимых сантиметрах от безликих дверей – трех возможностей бытия. Совершенной неожиданностью токами притяжения проявился образ холода, номер «4», в котором он почувствовал нечто родственное. Да что ж такое?! За каким ему вселенская гибель? За неказистой дверной панелью крылась смерть.

Он простер руку к обшарпанным доскам под номером «8». Иглы холода росчерками молний коснулись пальцев, руку отбросило…

Средоточие упорствовало. Где-то внизу, среди живого многообразия, томился Вар О'Лауд, наделенный богами излишней самоуверенностью. Убить Дар Кор Рона… Если кто и совершит благое дело, то явно не он. Он увидит иное.

Охотник послушной марионеткой нырнул в нейтральные объятия призрачного воскрешения. Вернулся к исходной точке – перемолотой земле, радиально изрезанному шрапнелью оазису и флагману, чьи борта сокрыли поваленные деревья. Компьютер ждал, подготавливая ликвидацию флота; восемьдесят минут в отсутствии управляющего сигнала и Фульте гарантирован масштабный фейерверк.

-Не сегодня, - буркнул Николай, выбираясь из стенового бокса. Запасной носитель упакован на славу, хрен вылезешь… Он спешно перевел автоматику в пассивный режим и отправился с визитом к Цели. Искомый фультонец бродил среди россыпей алых углей, вздымал хлопья пепла некогда идеальными ботинками и ругался. Когда, при очередном обозрении горизонта, он увидел димпа, пробивавшегося сквозь переплетения ветвей, голос перемкнуло.

Он непонимающе посмотрел на картину в руках. Что б… происходит в этом мире?!

-Ты мне тело испортил. – Димп ударом кулака опрокинул противника на землю и едва уберег творение неизвестного художника от падения в крохотные язычки пламени.

Пока Вар безвольной амебой оседал наземь, он бегло оценил шедевр. Вздрогнул, с трудом удержавшись от желания отшвырнуть полотно. Картина являлась спектр-отпечатком – полноценным, сотворенным из неведомых энергий, изменчивым в противоречие догмам Средоточия. «Догмам?» - с удивлением прислушался к себе Охотник. Рассказы Эдэи или спектральные оттиски Т’хара - крохи реального положения вещей, которые он успел узнать на пути. Факт неоспорим - изображение на картине менялось с некой цикличностью. В данный момент, транслировало пейзаж…

-Нет! – Отбитый у планеты артефакт светился красками Фо-рига – матовой полусферой Врат; зеленью долины близ города, территорию которого ныне занимал Ладор; пестротой зданий, чья архитектура разительно отличалась о груэлльских построек; седой древностью… Возраст картины насчитывал более десяти тысяч лет. Спектры не врут – говаривала Эдэя…

От Картины Перемен исходили знакомые токи. Подобное Охотник испытывал лишь однажды – в храме Старых, куда его забросила воля Гранатова с арктурианской экспедицией. Но если подумать, при встречах с Т’харом мир пронзали схожие энергии. Николай запутался в собственной мнительности. Припереть бы великого Т’хара к стенке, да расспросить на уровне федеральных стандартов, много интересного показалось бы на свет.

-Зачем? -элементарность вопроса мгновенно разбила абстрактность теорий. На практике следует подумать о том, как убраться с планеты. На орбите по данным скан-системы крутились взрослые ребята. Тяжелая кавалерия багровыми искрами плыла на радарных экранах.

Димп присвистнул. Имелась у него пара задумок, реализуемых возвращением к урбанистическим прелестям Крайден-Лауда и сбором флота над торговым космопортом общего доступа.

***

-Две цели, пять, одиннадцать… тридцать две, - скупость цифр установила в рубке гробовое молчание. Электроника линкора застыла на пару с командой - мужчинами и женщинами, наученными противостоять врагу, но отнюдь не человеческой глупости.

-Что происходит?! – Арач приблизился к пульту управления, чтобы самому убедиться в появлении на такт-экране облака кораблей и оделить яростью подчиненных. Бесстрастная система идентификации аккуратно подписывала электронные отклики каждого стартовавшего с планеты транспорта; рядом с зеленоватыми огоньками целей плыли идеальные компьютерные строчки.

-Запрос оружейных палуб. – Старпом ткнулся головой в интерком. – Они ведут гражданские суда…

-И зачем?!

Риторическая окраска вопроса заставила помощника кивнуть. Он и сам понимал: Управление распнет за гражданские потери.

Охотник задумчиво хмыкнул: простота маневра начинала беспокоить. Двадцать катеров, скрываясь в корпусных изломах торговых посудин, с тоскливой легкостью преодолевали заслон. План задался: редкий капитан, узнав о мнимой инспекционной блокаде на орбите, не постарается ускользнуть от досмотра груза. Ошибки при оформлении бумаг, нелегальные перевозки, просроченные лицензии – Охотник при выборе кандидатов на бегство учел все нарушения. В результате, более пятидесяти единиц техники рванули с планеты куда глаза глядят.

-Линкора много, я один... – Насвистывая незамысловатый мотивчик, Николай собрал флот воедино. Отныне, безопасность зависела от скорости маршевых двигателей.

-Есть контакт! - рявкнул Арач. – Фиксируйте.

-Удаление треть астроединицы. Курс…

Линкор величественно развернулся, подставляя борт лучам светила.

-Хана… - Оператор осекся под взглядом командования и мрачновато закончил: - Они ушли в бросок под «покрывалом». Не отследить.

Песня спета. Николай с облегчением расстегнул нагрудные ремни безопасности. Бутылочка холодного пивка – достойная идея. Синтезаторы могут проявить толику расточительности, ввиду скорой дозаправки. Их примет родной порт и автоматы тех-сервиса. Пора залатать царапины, навестить систему Бенателлы.

Вернуться домой.

Глава 8

К цветоносным растениям необходимо относиться с любовью, – утверждали многоопытные зоологи – и тогда они раскроют потенциал. Элегантно простые, вычурные и разлапистые, неописуемо-экзотические - о полной коллекции флоры лишь мечтать. В жилом отсеке, где проводил свободное время Охотник, насчитывалось пятнадцать разновидностей.

Яркой радугой цветы занимали площадь в десяток квадратных метров – как яркий пример нецелевого использования пространства. В глубоком космосе, на сокрытой в скалах базе, прежде всего, полагалось думать о техническом наполнении объема. Но пребывать в четырех бронированных стенах димп не намеревался. Разуму требовалась зацепка, на которой можно остановить взгляд за обедом или при чистке амуниции… Помимо мертвой, пусть и прекрасной материи он хотел видеть нежно фиолетовые с золотистыми искрами лепестки арктурианских роз.

-Хетч. – Николай тряхнул ботинком, на который попал питательный раствор. Второй или третий час он занимался поливом оранжереи. Испытал сонм неприятных воздействий, проклял галактическую флору на протяжении сорока поколений… Достиг финала усталым и смурным.

Установив поливочный инъектор в стеновых креплениях, сместился назад – оценить результат. Влага, зелень и сосредоточие ароматических гармоний. Легкий шорох вентиляции избавил комнату от густых запахов. Чистый воздух ценился на порядок выше.

С легкой усмешкой Николай опустился в кресло. Момент бездействия… Работал исключительно разум, обрабатывая накопившуюся информацию. Куда не глянь, везде отголоски памяти. Эддала эль Таага, светлым облаком роившаяся меж антикварной мебели; Картина Перемен с чьим-то дьявольским ликом на переднем плане, и довеском - еще пятнадцать творений. Собранные воедино за пять локальных месяцев они составили удачную компанию цветам по части благоустройства охотничьей реальности.

Димп поерзал в бархатисто изменчивой глубине, вспоминая, чего стоили два последних артефакта. Их просто вынесли без всякого сопротивления, разве только дарственной надписи не оставили; ни риска, ни искомого боевого азарта. Причина проста: федеральные ценители раритетов вдруг осознали, что сопротивление, помимо утраты личного имущества, влечет травмы несовместимые с жизнью

Прозрение наступило девяносто три дня назад. Николай перепробовал многое. В попытках разогнать тоскливую хмарь, атаковал патрульные базы на секторальных границах. Охотно встречал ответную реакцию законников, которая день ото дня становилась все жестче. В противостоянии потерял двадцать три носителя и двадцать три раза прошел через смерть. Двадцать три неудачи – только номер «15» все легче принимал жертву. Под конец ему даже приглянулось там – среди боли возрождения. Альтернативой выступала другая сторона, неумолимо продвигавшая крик к «усам», чей хриплый гул звучал все отчетливей.

Он упрямо возвращался к реальному миру. В существование Дар Кор Рона не верили, а если и верили, то с оттенком фатализма – хетч может случиться с каждым, но только не с ними. В итоге теряли свои капиталы, редко, при излишней самоуверенности – жизни. Блокада транспортных и пассажирских линий с легким флером пиратства, травмирующий снос промышленных фабрик, сырьевых комплексов и военных заводов. С военными объектами он работал особенно тщательно, демонстрируя пик боевых возможностей. Охраняемые линкорами станции, регулярные гарнизоны из федеральных пехотинцев на секретных объектах – где-нибудь в немыслимой глуши каменисто чахлой планеты. С ними интересно… В битве при Аль-Наадаре он потерял пяти катеров.

Но зуд при виде постылой реальности требовал разнообразия: срыва арктурианского саммита; захвата модельной галереи с длинноногими гуманоидными красотками; контрабандных перевозок с последующим развалом экономики трех бизнес-секторов – всего не перечесть.

Финальным аккордом стала контрактная ликвидация. Он успешно выполнил 4 заказа – без эмоций, на рутине. Заказчикам понравилось, и они стали давить, требовать в безапелляционной манере хозяев космоса. Сглупили черти. Николай разослал по спейснету уведомление о закате карьеры ликвидатора и предупредил, что в случае обращения, он устранит заказчика. На сленге Черного Братства действо обозначалось емким термином «реверс».

Угрозе не вняли. Вчера, проверяя сетевую почту, он отыскал в дебрях информации знакомый код. Попал в десятку, учитывая проблемы со скукой. Репутация Кор Рона играла против хозяина. Но нашлись глупцы, подарившие ему надежду и полет в девятнадцатый сектор, на планету, прославленную в галактике, как фешенебельная зона отдыха. Место встречи и расчета. Охотнику предлагалось устроиться в гостинице и, сославшись на некоего Т.С. Джармена, набраться терпения в преддверии контакта. Завтра он отправится в путь.

Он развернул кресло и нащупал пульт дистанционного управления визора. Выудил из стойки пневмодоставки заказанное пиво.

Повинуясь команде, экран визора развернулся в треть стеновой панели – черной плоскостью застыл против Охотника и медленно, по нарастающей, замерцал фиолетовой глубиной. Тривиальный, хитрый, замысловатый, скрупулезный, аскетичный, карнавально-разгульный, деловой суррогат оконного проема – без него комната теряла половину эмоционального комфорта. Димп все чаще задумывался о простой красоте обыденных видов: изумруде тополей в рамке стекла, белизне тротуаров, звенящих от ребячьей беготни, каплях росы на соцветиях…

-Соберись, мясо... – Добротный глоток пива избавил от депрессивных мыслей. Пульт активировал галактический канал новостей.

Семь нот в знакомой последовательности разбавили голографическую заставку - аббревиатуру ФСН, всплывавшую из хаоса полупрозрачных образов. Следом резким контрастом появилось лицо диктора, миловидной дамочки неопределенного возраста. Рядом фигурировал знакомый портрет.

-Федеральная служба новостей. Сегодня в программе. - Женщина повернулась к виртуальной проекции. – Дар Кор Рон, миф или реальное лицо. Налоги и ценообразование, оценка независимых экспертов.

К диктору в студии присоединился крупный военный чин – прямой как стрела, убеленный сединами генерал Эзбед Фейхо, глава ЦУКОБовского отдела по связям с общественностью. В его подчинении находились пресловутый экскурсовод, лейтенант Меллиган, и еще сотня инструкторов, когда-то изрядно достававших Охотника. Они прошлое.

-Мирного космоса. – Эзбед источал уверенность.

-В эти дни тема галактической безопасности приобрела небывалую актуальность, - профессионально улыбнулась женщина. – И мы рады, что вы столь быстро откликнулись на нашу просьбу принять участие в передаче. Дар Кор Рон. Кто он? Сумасшедший; неподвластный логике маньяк; лицо, объявившее персональный крестовый поход; изощренный адепт Черного Братства.

-В оперативном реестре он фигурирует как альфа-объект, - нахмурился Фейхо.

Николай потянулся, польщенный услышанным. Объектами категории альфа считались преступники, чья ликвидация являлась первоочередной задачей Управления. С полной мобилизацией ресурсов и сил, обусловленных императивом «стирание». На памяти Охотника только один схожий случай: в 421 году ЦУКОБ клеймил альфа-кодом Эль’Хордана, пророка, объявившего крестовый поход и вырезавшего тридцать четыре планетарных системы. Хордан продержался ровно тридцать два дня; планетарные деструкторы на базе линкоров уничтожили планету, на которой он закрепился.

-Управление справится? - По лицу собеседника диктор убедилась, что задала правильный вопрос. Несколько мгновений Эзбед раздумывал над ответом и мрачнел.

-Аналитики разработали поведенческую модель объекта. Нам известны его пристрастия, тактика действий, основные прерогативы. Со всей уверенностью заявляю: подонок не уйдет от справедливой кары. Спасения нет; Федеральное управление безопасности – сила, способная перемолоть любого выродка, нарушившего Закон.

-Весьма образно. – Женщина несколько смутилась. – Вы…

Николай обесточил аппаратуру. Смотреть на патриотические песнопения Управления надоело. Федерации необходимо преподать урок и поубавить веру граждан в ЦУКОБ. Короткая показательная миссия... после того, как он навестит девятнадцатый сектор и разберется с заказчиком. Хетч должен случаться строго по плану.

-Альфа-объект. – Николай покачал головой. Адские плоды упорного труда. Для полного удовлетворения не хватало только сна – восьми часов без мыслей и стен.

Писк будильника прервал законный отдых, рассеял темноту. С методичностью автомата Охотник встал, оделся, отдал дань гигиене и позавтракал. Собрал походный кейс. Сколько раз он проделывал это за минувшие дни? Десять, сорок, сто? Движения отточены и скупы, а путь знаком до оскомины.

Покинуть комнату, достичь лаборатории, а затем и ангара. Остановиться среди запахов масел, ионизированного воздуха и теплого металла; пересчитать корабли. Провести рукой вдоль борта флагмана, нащупать оспины от ударов противника… Катера давно потеряли лоск, поистрепались в десятках боев, следы которых не смогли компенсировать автоматы техсервиса.

Николай приблизился к серости шлюзового люка. Напоследок, перед тем как закрыть герметизационную переборку, изучил рабочий беспорядок доков. Запчасти, куски брони, кабели, многократно чиненный инструментарий. Технократический уют, который он старательно пестовал. В очередной раз запомнил образ и прошел в рубку.

Пульт расцвел каплями индикаторов, система предупреждения двухцветной волной окатила ангарное пространство, дыхнул холодом выходной створ.

Нулевой отчет бросил катера вверх – на антигравах, по тоннелю переходнику в объятия космоса и астероидного танца. На пять-шесть минут обзорный экран заполонили каменные глыбы, давно лишенные статуса угрозы.

Охотник плавно вывел корабли из метеоритной зоны, – на том роль пилота и закончилась. Он активировал курс-программу, проверил для проформы последовательность навигационных меток и отправился на камбуз. Первый час полета скрасит обед, второй – дремота в ложементе пилота, последующие – резкий вой зуммера тревоги.

Выдернутый сигналом из сортира Николай постарался вникнуть в ситуацию. Система дальнего обнаружения зафиксировала в трех астроединицах от флагмана два крупных объекта. Через мгновение автоматика идентифицировала их, как тяжелый патрульный крейсер серии «Джет – 3000» и галактический пассажирский лайнер. Крейсер напоминал тусклый брусок, чьи широкие грани венчали полусферы оружейных палуб. Лайнер в контрасте смотрелся венцом кораблестроения - платформы-салазки двигательно-энергетических отсеков с установленным поверх болидом жилых палуб.

Николай на инстинкте перевел флот в планетарный режим и активировал маскировку. Застыл у пульта, готовясь к бою. На центральном экране серели две крохотных точки. Корабли дрейфовали, обмениваясь редкими сигналами, и игнорировали появление на сцене нового участника. Димп глянул на электронный отклик крейсера - патруль прозевал угрозу. Но что они забыли в пятьдесят третьем секторе – на участке, именуемом Гигантской Пустотой. Крейсер и лайнер. Загадка, которую хотелось решить…

Увеличив масштаб обзорного вида, Николай заинтересованно хмыкнул. Лайнер пока не интересен, тяжелый крейсер – вот задачка. В крайнем бою УКОБ атаковал, едва завидев Кор Рона, – бросил все силы в массированную атаку, что привело к доблестной ничьей. И если «Джет-3000» - штатная единица патруля, простое сопровождение для лайнера, без темной подоплеки, велики шансы, что они захотят повторить подвиг собратьев.

-Попробовать стоит. – Николай отдал флоту ряд команд. Проверил активность на патрульных каналах связи. Передачу не засекли. – Вы там чет совсем уточек не ловите.

Два катера мягко выдвинулись из общего строя. Точечный импульс двигателей отправил их к крейсеру в инерционном режиме. Быстрее никак - голографический экран, отображавший космическую чернь с россыпями звезд, при быстрой смене фона работал с перебоями. И для того, чтобы какой-нибудь олух вдруг не увидел на панорамных экранах любопытные аномалии, Николаю приходилось запастись терпением.

Медленно, дробя нервы, перед глазами Охотника разрасталась бронированная обшивка цели. Сварные швы, тусклые отсветы огней, крепления, сокрытые многочисленными тенями, и искомые плиты ангарных люков для запуска истребителей прикрытия. Тяжелый крейсер посудина мощная, но неповоротливая.

Идеально сидевшие в пазах створки конструкционно поднимались вверх – по направляющим. Николай изучил компьютерную модуляцию открытия ангара – шансы есть. В эфире тишина – «Джет» стойко игнорировал близость противника.

***

Жизнь практически кончена. Младший лейтенант Дрейк, ответственный за систему наблюдения, с зачатками недовольства обозрел рубку. Суета сует; чересчур бойкое поведение коллег – третьей вахты - нервировало в череде тест-проверок, взаимообмена рядовой информацией и споров о качестве минувшего ужина. Невозможно сосредоточиться и подумать о наболевшем.

Дрейк откинулся на спинку кресла. Ровное гудение приборов, мелькание данных на экранах, тонкий писк радарных синхрометок достали ничуть не меньше техника-связиста Анабеллы Кокс.

Стерва.

Позавчера в столовке ее напарник рассказывал, что она переспала с Беном Гозаром. Дрейк пару раз делал аналогичные намеки, но был послан в пеший поход по местам интимной славы. Сучья…

Изменение звукового фона срезало концовку яростной мысли. Радары зафиксировали нечто… Лейтенант постарался сосредоточиться на информационных мониторах, хранящих плавно угасавший отблеск-след. Единичный контакт. Дрейк списал метку на «галактический ветер», о чем и поставил отметку в вахтенном журнале. О том, как ошибся, он узнал ровно через пять секунд.

***

Николай снял маскировочное поле и направил флот в характерную, по отчетам аналитиков УКОБа, лобовую атаку. Боевой клин острием лезвия рванулся к патрульному крейсеру.

С похвальной быстротой работники Управления наполнили пространство электронной активностью. Их усилиями включился полный ассортимент подотчетных систем защиты-нападения.

Прицел взят. Ярко-красные рамки четкими линиями обрисовали выходные панели ангаров. Пальцы димпа дрогнули на гашетках. Он представил, что творилось по ту сторону - общая тревога, беготня персонала, многочисленные столкновения в коридорах и яростные крики, затяжной рывок пилотов к истребителям…

Безопасники уповали на скорость ответной реакции. На их стороне автоматика, что ведала открытием герметизационных створок, и отлаженная каскадная защита. Пилоты редко вспоминали о шлюзовых преградах - бросали машины на створ, что всегда открывался своевременно.

Едва ангарные люки дрогнули, димп задействовал аннигиляторы двух катеров, подобравшихся к цели. Серия импульсов испарила часть корпусной защиты и переклинила направляющие.

Истребители, разворотив броню переходников, вспыхнули миниатюрными звездами. Потускнели, обрастая багрово-черным валом огня, чьи языки прорвались к пустоте.

Крейсер, точно боксер в нокауте, неуклюже развернулся, отплыл от лайнера. Эфир трещал от команд – федералы спасали корабль. А лайнер, что вишенка на торте – стремительно окружен катерами и готов сотрудничать.

-Не томите… - Охотник приблизил лицо к экрану. Визор-связь явила предсказуемую картину. Твердые, слегка растерянные черты лица, разорванный воротник форменного мундира с лычками капитана - безмолвный эталон офицера галактического флота. Он упрямо молчал.

-Спишу на шок, - кивнул Николай. – Мне озвучить, или сами догадаетесь?

-Открываю стыковочный док. – Капитан словно лимон надкусил. Репутация Кор Рона взывала.

-Признателен. – завершил разговор димп. Облачился в броню, отдал команду катерам отойти в защитное маскировочное построение и перебрался к шлюзу. На стыковку автоматике понадобится не менее восемнадцати тактов.

Теснота кессона наполнилась легким гулом. Пробились сквозь открывавшийся люк завитки тумана. Он миновал стыковочный узел, приблизился к внутреннему переходнику, коснулся тумблера дверного привода… и отступил в сторону.

Некто из командного состава в изощренном пинке миновал герметизационную арку и, не встретив преграды, лягнул стенку. Опрокинулся на спину преисполненный удивления.

-Не вставай, - попросил Николай, перебираясь через тело. Герои, по неизвестным причинам верившие в собственную исключительность, находились всегда и везде. Умирали десятками, благо Костлявая равнодушна к героизму, но идею продвигали.

-Дар Кор Рон.

Николай едва достиг центрального коридора, а навстречу уже выдвинулась делегация из офицеров. Первым шествовал капитан.

-Через минуту рекомендую всем без исключения собраться в рубке. – Николай чуть приподнял лимы. Серой патокой колыхнулись проблески скуки. Но загадка оставалась, крейсер и лайнер, в дрейфе, на границе пустоты и глухомани. – Пройдемте, господа.

Офицеры вызвали подъемник командного модуля, затем оный доставил их на мостик, где трое младших офицеров корпели у пульта. При шорохе раздвигаемых гидравликой дверей вскочили, повернулись к гостям и застыли.

-Расслабьтесь. – Излучатели показали на дальнюю от входа переборку. – Там.

Команду выполнили незамедлительно. Из корабельных недр возникли испуганные пассажиры числом около пяти; насчет оранжевого роя с Фордоба Николай искренне сомневался. Он рассмотрел гуманоидов, выстроившихся напротив. Часть загадки по спарке УКОБа с пассажирским лайнером решена - единственное ожерелье у высокой дамы с идеальной фигурой стоило месячного валового продукта индустриально развитой планеты.

Изменчивая радуга чувственно-восприимчивых кристаллов и синие глаза под ниточками бровей. В них читалась откровенная похоть. Леди хотела испытать неизведанное, неисчислимое кредитами...

-Ты не настолько богата. – Николай взял ее на прицел. Женщина на мгновение задумалась и соскользнула в испытанный поколениями обморок. – Прям, драма…

Договорить помешал внезапный писк зуммера передатчика - точно гром средь ясного неба. Команда синхронно развернулась к визор-дисплею. Николай жестом указал капитану на кресло связиста.

- Лайнер «Загрот» на связи.

Димп мысленно присвистнул: Управление полнилось слухами о «Загроте» - чуде кораблестроения, специализирующемся на конфиденциальных перевозках. Дипломаты, королевские семьи, высокопоставленные чиновники, финансисты - дорогой и эксклюзивный контингент.

Николай отодвинулся в тень: сцена усложнилась. Он стянул с соседнего агрегата антипылевой кожух из синтет-ткани и задрапировался на манер тоги. На радаре полыхнула метка крейсера среднего класса.

-Не совсем то, что мне обещано, но сойдет, - раздалось из передатчика. - Пеш не отвечает, что можно списать на состояние крейсера. Придурок любит взрывать, диверсант хренов… Так что капитан поговорим напрямую. Принимайте на борт.

Капитан с неким фатализмом во взгляде посмотрел на Охотника. Николай пожал плечами и кивнул. Тайна безвременно почила – он нарвался на галактический гоп-стоп. Взглядом дал понять окружающим, что о Кор Роне следует молчать...

Вскоре центр управления с криками оккупировали 15 бойцов. Экипаж притиснули к полу, остальных – в том числе Николая - познакомили с бездонными дулами пульсаторов.

Элегантная леди с каменьями вновь потеряла сознание.

-Молчать и слушать. – Вперед выступил крепко сбитый брюнет в потрепанной форме пехотинца. – Сегодня у вас день грандиозного кредитного трансферта. Номера личных счетов помнят все?

-Не имеете права, - пискнуло оранжевое облако.

-Дрю, приложи его…

-С удовольствием. – Нападавший ринулся к фордобцу, вскинул приклад и растерянно спросил: - А куда?

-Идиот. – Брюнет нахмурился. – Первая группа – обыскать корабль, вторая – к пульту. Мониторьте крейсер. Если Пеш не проявится, они, глядишь, придут в себя.

Николай украдкой посмотрел на часы. Рейдеры работают по выверенному графику, что подразумевает планирование операции. Рейдерский захват срежиссировал кто-то, обладающий серьезными возможностями и связями.

-Приступим. – Мнимый пехотинец придвинулся к пассажирам. Исследовал карманы дородного, габаритами с аэростат, руппианца... – Знакомый планшет. Кодовый хранитель, да?

-Вас поймают.

-Не раньше, чем ты запустишь код в банковскую сеть. Следующий…

Рейдер достиг Николая. Остановился, изучая импровизированный балахон, и недоуменно покачал головой. Плавно, с ленцой, раздвинул полы необъятной одежды…

-Не…

Поднял взгляд и икнул.

Глава 9

Удар отправил брюнета в дугу полета - к аппаратным стеллажам. Траекторию отследили десятки пар удивлённых глаз. Крохотная заминка стоила рейдерам победы.

Неуловимым движением лимы перекочевали в руки Охотника. В два ствола он развел полукругом сектор обстрела, багрянцем энергии перечеркнув застывшие фигуры. Лучевые трассы с воем вспороли нерасторопных громил, что украсили воздух розоватой дымкой и изломанными телами.

Семь попаданий…

Восьмой успел нажать на гашетку. С дырой в груди, позволявшей видеть разрываемые на куски переборки, направил пульсатор в сторону Охотника.

Высверк попадания развернул Николая, сместил вектор атаки. Но бой поверхностен, легко адаптивен. Пользуясь инерцией, он завершил оборот, пригнулся к палубе и довершил начатое.

Ад вспыхнул с утроенной силой.

Голубоватый шар энергии с неприятным звуком углубился в приборную панель. Пластиковое месиво, сдобренное разрядами коротких замыканий, волной накрыло двух членов экипажа, силившихся подняться на ноги. Мелькнули в броске тела… Рухнули на палубу подле центрального пульта - в пяти метрах от искалеченного Брюнета.

-Совсем плох. – Охотник склонился над рейдером. Ухватил за воротник мундира, тряхнул. – Позволь вопрос.

-Пошел… нах… - Мужчина харкнул кровью.

-Ответ неправильный. Кто вел операцию? – Николай приблизил лицо к раненному. Он запомнит названное имя – пока для общего интереса. С талантами, способными к столь масштабным операциям, стоит поработать.

-Я главный, – оскалился «пехотинец».

-Вопиющая ложь, - посетовал Охотник. – «Загрот» не шлюпка в пограничном порту. Вычислить маршрут спецлайнера, внедрить людей в команду сопровождения, саботировать полет и скрыть действо от Управления требует незаурядного таланта. В тебе такового не чувствую. Тогда кто?

-Назвалась твоей мамашей…

-Вообще не впечатлен. – Николай призадумался.

Секундную паузу разбил новый голос. Признаки жизни, судя по эмблеме, подал второй астронавигатор – молодой лейтенант со щегольской полоской усиков над пухлыми губами.

-Не понимаю. Кор Рон творит благие…

Выстрелом навскидку Николай пробил лейтенанту голень. Потеряв равновесие, мужчина вскрикнул и неуклюже завалился набок. Палубное покрытие скудно грохнуло.

-Не перебивай, я путаюсь, - попросил димп.

-Лойнаэль, - торопливо выдохнул Брюнет. Его накрыла волна животного страха, что случалось очень и очень редко. Говорившее с ним создание пребывало за гранью безумия. Переведя дыхание, пояснил: - Кто главный не знаю, я контактировал с Лойнаэлем. Тридцать четвертый сектор, планета Эрида, спутниковый поселок Одар.

Николай молча распрямился, проверил сигналы от флагмана и направился к выходу. Дела не ждут.

-Вы так и уйдете? – Капитан, тиская израненную шрапнелью руку, распрямился. – Тогда зачем?

- Любопытство. Но чтобы вас не разочаровывать… – Николай склонился к бессознательной красотке и избавил ее от ожерелья. Выдрал маленький камень, остальные горохом защелкали по палубной тверди.

Инцидент исчерпан.

Флот благополучно достиг курортного уголка вселенной – девятнадцатого сектора, знакомого всем любителям экзотического отдыха. «Прилетай и зажигай» – девиз уже без малого сотню лет обитал на галактических перекрестках, близких к фешенебельному местечку. Прилетай в рай под названием Аэлон, на уютную зеленовато-голубую планету, чья мягкая окраска смотрелась домашним окном в бездне космоса.

Катерам нашлось тихое местечко в ущелье, необжитом фабричными комплексами, – одном из тысячи разломов единственного планетарного спутника. Кораблям, растворенным в контрастных переходах света и тьмы, полагалось уйти в глухую защиту. С глаз долой, с радаров вон.

Время познакомиться с раем. Николай «проколом» посадил флагман в лесные дебри, теоретически не подлежавшие патрульному досмотру, и, собрав экипировку, незамедлительно покинул корабельную обстановку. Дорога вела на юг, через переплетение хвойно-изумрудных ветвей, овраги и буреломы, поляны, звенящие насекомыми, - к необъятным травяным полям, удобным магистралям и ферме, что беловато-красным сельским пейзажем нарушала цветущее море равнины.

Ряд домиков среди трав и кустарника, что знак свыше. Стирать ноги в марше до города лень, а очаг цивилизации мог решить вопрос с транспортом. Сотня кредиток подкрепила нехитрый рассказ про безалаберность туристического агентства и достигла сердец местного населения. Фермерская семья накормила Охотника горячим хлебом, молоком, овощным рагу, снабдила продуктами, вызвала флайт и едва ли не молитвенно проводила до транспорта. Возносясь к пронзительно-синему небу, он смотрел на фигурки, окатываемые травяными волнами, и улыбался. Редкое явление… и пустячное. Он забыл имена радушных хозяев.

Впереди показался город, разросся россыпью архитектурных изысков. Николай изучил городские окраины, проплывавшие внизу, и резко бросил аппарат к земле. Полуденная умиротворенность границ Толаада – Города Ярких Солнц - приманила точно арканом. Отправив транспорт к хозяевам, он подхватил блеклый за давностью использования кейс… и не решился сделать шаг. Вокруг тишь, но в том и прелесть.

Николай устроил багаж поблизости от невысокого забора, сел на бронированную оболочку и подпер голову руками. Скосил взгляд направо, затем налево. Диспозиция душевная - на верхней точке изогнутой улицы, что пыльным горбом соединяла гряду зданий и парковую зону.

Белые ограды метровой высоты уступами спускались вдоль легких домиков к неведомым городским благам. Покрытые сеточками трещин, задрапированные стебельками травы, угнездившейся в кладке, излучали солнечное тепло, накопленное за день. У основания щедро разрослись сорняки, чьи сердцеобразные листья застыли в серебристо-тусклой вуали пылевых наносов. Изредка легкие порывы ветерка обдували зелень – закручивали крохотные спиральные вихорьки, уносящиеся по залитой светом улице. Из ниоткуда в никуда, под сенью дикой аэлонской вишни…

Симфония запахов чудна: терпко пах кустарник по левую руку от Николая; горьковатыми наплывами вторил травяной ковер, сухими – прокаленная земля. Над отдельными домиками витали фруктовые гармонии.

Город лениво тек в полуденный час. Тихо шелестели парковые глубины, ветви деревьев царапали заборную бетонку – чертили камни следами, добавляя к уступам и выемкам неприметные тонкие росчерки. Мелкий пятнистый зверек с ободранным правым ухом дремал у забора; время от времени сонно приоткрывал один глаз, чтобы посмотреть на димпа…

Николай меланхолично расстегнул ворот сорочки. Вставать и идти не хотелось, с текущей позиции открывалось достойное полотно города. Дома, сочетавшие в архитектуре легкость древних минаретов, основательность кронверков и ультрасовременный офис-дизайн; голографическая проекция огромного темно-фиолетового цветка, ежеминутно распускавшегося над городским центром – в череде флаинг-линий; мерцание радуги за островерхими крышами и далекая синяя лента океана, разбавленная яркими пятнами развлекательных платформ и пенной рябью зон купания.

Отдельное внимание Николай уделил игле центрального отеля. Инструкции вменяли назвать кодовое имя и снять произвольный номер, чего он делать не собирался. Легкий диссонанс противнику не повредит.

Димп приподнялся… Неподалеку звонким топотом из подворотни вырвалась ребячья толпа. Объединяя с пяток галактических рас, веселым смехом и криками прокатилась по улице, гоня перед собой двустороннюю радарную тарелку. Металл громко щелкал по неровностям дороги – к великой радости детворы.

Белобрысый паренек в потрепанном комбинезоне разбил гам лихим свистом. Требовательно, с изрядной долей суровости глянул на Охотника:

-Эттара го…

«Посторонитесь», - перевел Николай, беря в руку кейс, и медленно побрел вслед за ребячьим праздником.

***

Шорох пневматики вернул одиночество. Успокоенный четырьмя кредитами портье любезно избавил номер от своего навязчивого присутствия, чем несказанно порадовал. После духоты и сутолоки города разум искал одиночества.

Николай метнул увесистый багаж на ложе королевской отделки. Обдумал увиденное на ресепшене. Трое выходцев с планет земного класса имели черты лица, схожие с Дар Кор Роном, - просто близнецы, облагороженные биопластикой. С подобной тягой граждан к тьме Николай сталкивался неоднократно. И каждый раз удивлялся, отчего мещане, стремившиеся походить на врага Федерации, не задумывались о последствиях. УКОБ реагировал нервно.

Димп отмахнулся от воспоминаний. Жизнь и глупость идут своим чередом… А ему пора оставить носитель и поработать инкогнито.

Коридор полнился туристами и автоматикой. Лишний контакт с органикой претил. Петляя, уворачиваясь, приникая, а то и вовсе растекаясь по стене, Николай преодолел двенадцать уровней здания, спустился в соборный интерьер холла и направился прямиком к офис-стойке. Изучив деловую суету менеджеров и нестройную линию клиентов, навскидку заарканил неизвестного мужчину, который собирался устраиваться в отеле – протягивал служащему персон-карту и доверительно улыбался.

-Надолго к нам, свободный э-э… Триуми? - равнодушно осведомился менеджер.

Димп упорядочил мысли носителя. Мельком ознакомился с его прошлыми заслугами, целью прибытия на Аэлон и ответил:

-На минутку.

-Шутите, - кивнул собеседник, бегло манипулируя клавиатурой. – Посмотрим… Счет, перевод… Осталась чистая формальность, кто вам порекомендовал обратиться к нам?

-Это обязательно?

-Решайте сами. Отель ежемесячно проводит лотереи среди бывших клиентов, привлекших к нам свежую кровь. Оценили юмор, да?

-Рот порван смехом, - суховато отозвался Николай. – Меня направил приятель.

-Имя, будьте любезны?

-Т.С. Джармен.

Информация благополучно перекочевала в компьютер. Вводная завершена. Ювелирным усилием Николай покинул разум носителя. Оставалось ждать: кто-то, скорее всего мелкая сошка от Заказчика, визуально проверит Триуми на чистоту следа, а димп проверит сошку на предмет знаний о боссе.

Минута за минутой, час за часом Охотник терпеливо сопровождал туриста. Терпел шорохи и стоны иной стороны, стоически переносил серость и мелькание редких отголосков, кои вместо серебра неожиданно отдавали антрацитом. Бар, сауна…

Ресторан поставил точку в ожидании.

Сквозь наплывы хрустальных искр бокалов, установленных на столе, задрапированном темным бархатом, Николай изучил глубинку зала – дальний от входа угол, мерцавший ореолами бра и каплями индикаторов сервис-столиков. Идеальная позиция для наблюдения – никто не заинтересуется образчиком человеческой природы, смутно выступавшим из полумрака. Человеческой?

Пятиминутное наблюдение за гражданином, источавшим легкие токи внимания, подтвердило первоначальную оценку. Неизвестный средних лет, с заурядной, а посему неприметной внешностью, выглядел рядовым завсегдатаем питейных мест. Держался расслаблено и украдкой рассматривал занятого едой Триуми. Его интерес лучился холодом, что и помогло димпу определиться с нахождением цели.

Николай пересек сумрак залы, достиг незнакомца и спустя мгновение атаковал разум потенциального противника. Не пристало затягивать операцию - быстрый результативный ход, подавление и стремительный перебор информации. Яркий нейро-рисунок выдал требуемые данные за считанные секунды. Всепоглощающей тенью Охотник пронесся над океанскими валами атакуемого разума…

Наблюдатель, именуемый в местных криминальных кругах Лэндером, возымел страстное желание напиться и устремился к бару. На пару дней о нем можно забыть. Сведения получены и проанализированы.

Искомый димпом Заказчик – Лэндер не знал только цвета его нижнего белья… Учитывая пронырливость и дотошность исполнителя – странно. Но досье и без того изюминка. Астарх имн Хали; возраст - 234 года; рожден вне Аэлона; 17 лет возглавляет организацию хонга и возглавляет успешно; адрес - линия Элидарр, дом 31.

«Просто песня». – Николай провел рукой сквозь хрусталь бокала. Придумать способ ликвидации – задача достаточно трудоемкая, учитывая требуемую показательность смерти. Умные поймут – Кор Рон недоступен.

-Ругательство, - буркнул Охотник. Идей нет, как нет и желания блеснуть выдумкой. Ни одного мало-мальски стоящего плана, за исключением просмотра визора, развернутого в треть стены. На экране бурным потоком пульсировал центр Толаада: шарообразное здание, отделанное непрозрачным стеклом, многочисленные группы журналистов, пестрые цепи зевак… Зеркальная гладь стен отражала небо и легкий клин перистых облаков.

-Добрый день. – Женщина в фокусе камер деловито улыбнулась. Сноска охарактеризовала ее, как пресс-секретаря корпорации «Галактикон». Спутниковые коммуникации и сопутствующие товары. – …Открываемый в Толааде филиал компании предназначен для технической поддержки орбитальных коммуникационных систем, включая принципиально новую серию сателлитов «G-FG» формирующих планетарную визор-сеть класса «глобо». Как вам известно, запущенный сутки назад первый спутник «G-FG» вышел на рабочий режим. Мы полностью контролируем… - Женская кисть указала на зеркальный шар здания.

Николай улыбнулся. Способ отбытия Астарха имн Хали найден. Но перед финальным аккордом он навестит резиденцию главы хонга в темное время суток – пойдет во плоти, в привычной жажде испытать судьбу.

Искомое димпом строение располагалось в живописном уголке планеты. Линия Элидарр приютила череду шикарных особняков, выстроенных над скалистым берегом и разделенных обширными парками, красочно оттенявшими океанский прибой, что могучими волнами бился о каменную гряду. Здесь пахло деньгами и экзотикой – сочетанием, характерным для богатых районов.

Аккуратные рощицы деревьев, постриженные в замысловатые фигуры или буйно разросшиеся над песчаной сетью тропинок, что петляли меж статуй и фонтанов. Бетонированные дорожки, чьи бордюры светились люминесцентными фонариками. Перекрестные прожектора, фиолетово-красными тоннелями соединявшие грань обрыва и кипение водных масс у черных зубьев прибрежных скал. И венцом ансамбля – ступенчатая пирамида особняка, окруженная цепями безопасности и колючим кустарником.

Тряхнув оцарапанной рукой, Николай сдвинулся вправо, под прикрытие ветвей, и вновь осмотрелся. Начало хоть куда – он удачно преодолел внешние охранные системы и достиг центра парка…

Тихо вскрикнула ночная птица, порыв ветра шелестом скользнул в листве.

Димп припал к земле, сливаясь с тенями.

Рассеянные лучи фонариков золотистыми пятнами метнулись по кустарниковым стенам. Три безопасника в штатском с ленцой пересекли тропинку…

Шаги грохотом полосовали слух. Двигайся охранники чуть левее, и Охотник не досчитался бы некоторых частей тела. Биение сердца чуть ускорилось, необъяснимо зачесалась левая пятка.

Патруль канул в зарослях. Но не успел Николай покинуть место, как ему вновь пришлось искать укрытие. Проблесковыми вспышками проявилась финальная цепь безопасности – сканеры на стенах здания.

Он аккуратно убрал ветки с линии обзора. Сквозь полученную брешь проблема выглядела серьезной – у систем наблюдения отсутствовали слепые зоны, что нивелировало возможности. Тактические наработки есть, но должно серьезно повезти…

В пятнадцати метрах от Николая парковые сумерки нарушил мутный силуэт. Одинокий безопасник - мечта любой диверсионной группы. Волей благосклонной фортуны появился своевременно - как хранитель код-чипа, опознаваемого системой «Свой-Чужой».

Единое усилие разума и димп переместился в толаадца. После стольких вселений процедура не заняла и доли секунды, преобразуя цель в невольного союзника. Задача проста: передать опознавательный чип, сесть где-нибудь в тени и регулярно отвечать на запросы старших по званию.

Николай хлопнул дозорного по спине, и мужчина механически двинулся в никуда. Дрогнули заросли… Охотник достиг особняка и толчком вознесся на пятиметровую высоту первого уступа строения. Притиснулся к холодному шершавому камню.

Хрустом гальки под сапогами проявилась нежданная компания.

Четверо громил мерно прошествовали от одного скопления тьмы к другому. Николай прицельно глянул на следующий уровень пирамиды и рванулся вверх. Ветер хлесткой чернотой ударил в лицо, тихо звякнула походная сумка с нехитрой экипировкой…

Контакт приземления, анализ, оценка…

Третье от края сферическое окно. Затаив дыхание, Николай выдвинулся из-за края массивной рамы и окинул взглядом апартаменты, подсвеченные настенными бра. Объект найден; образ соответствовал памяти Лэндера и напоминал Т’хара: благообразная волна седых волос, худощавое напряженное лицо. Цель дремала в кресле.

Николай продолжил стремительное восхождение. За минуту достиг вершины и расслабленно вздохнул, присев на основание параболической антенны. Искомое найдено. В современном обществе без систем даль-связи никуда. Омываемый бледным лунным светом и редкими отблесками предупредительных сигналов на габаритных мачтах он достал из сумки блок-модулятор, что превратит антенну в маяк. Секундная работа: пара штекеров, питание…

Он разогнул спину. Вдохнул пряный, солоноватый воздух и… прыгнул вниз. Сгруппировался в сгусток тьмы, на миг затмил для кого-то звезды… Его ждал флайт, припаркованный за границами поместья, и здание филиала компании «Галактикон».

Глава 10

Знакомая по визор-передаче конструкция филиала «Галактикона» с пятидесятиметровой высоты напоминала идеальный диск, бликующий по краям городскими огнями. В центре - массив решетчатых антенн, возносящихся к небу горными пиками, чьи вершины отмечены легкой пульсацией маяков. Ясно различимые во тьме огни послужили метками посадочной зоны.

Николай пристально изучил хитросплетения коммуникационной аппаратуры. Нет ни сенсоров, ни датчиков, ни прочих систем обнаружения, что странно. Только сталь, бетон, пластик и приземистый гриб люка, используемого техперсоналом.

Идентифицировав цель, Охотник незамедлительно расстался с золотистым уютом кабины. Мгновение зависания в пустоте, и он внизу – среди частокола передатчиков, перед люковой створкой. Вокруг никаких признаков тревоги, только осторожный посвист ветра и далекий шум ночной жизни.

Димп обследовал проем входа, распознал и идентифицировал нехитрую сигнализацию. Ставили для галочки, чтобы смету закрыть. Две минуты на блокировку электроники, и он аккуратно переместился к узкому тоннелю, уводящему вниз. Рассеянный свет пал на первые скобы лестницы. Напахнуло дешевым пластиком.

Быстрый спуск, вскрытие замка… и точное попадание. Николай шагнул в слабоосвещенный коридор. Под ноги легла багровая резиновая дорожка, вдоль стен – толстые пучки кабелей и сферические плафоны. Направо или налево?

Направо.

Пять минут ходьбы не привнесли в обстановку никаких изменений.

Впереди явственно щелкнул фиксатор двери. Николай прижался к буграм кабелей, прислушался. Навстречу, свистом выводя простенькую мелодию, брел представитель службы охраны. Новая с иголочки униформа, помятый усталый вид и запредельно формальное поведение не предвещали проблем. Кладезь информации самостоятельно двигался к захвату.

Потребовался лишь один шаг к носителю-пятиминутке…

Приткнувшись у стены, безопасник свесил голову на грудь, перечеркнул коридор ногами и отбыл в царство Морфея. Выполнил предназначение на 100 процентов – обеспечил пропуском на большинство уровней и точной информацией о расположении аппаратного зала. Николай чуть помедлил, стоя над телом аэлонца. Пытался увидеть разумного, но видел лишь кусок мяса. Ничего не изменилось.

Он хлопнул по ладони код-картой, изъятой у охранника, и резко повернулся к сумраку коридорной дали. Медлить нельзя.

Бесконечный марш, скольжение вдоль переборок, встреча с дежурным обходом… Впереди послышались неясный говор и скрип ботинок. А единственное укрытие под потолком - меж двух выступов-опор.

Завибрировали от напряжения мышцы рук… Внизу мерно проплывали макушки толаадцев – спустя несколько минут исчезли за поворотом, и Охотник облегченно выдохнул. Спустился к двустворчатой панели входа, мазнул пропуском по сенсор-замку. Зеленым огоньком вспыхнула капля индикатора. За порогом в скудном освещении притаилось забитое аппаратурой помещение. Среди технократического хаоса единственными знакомыми деталями светились терминалы компьютеров и плешь одинокого работника. Бедолага дежурил - читал на кристалл проекторе бульварную газетенку, потягивал кофе и старательно игнорировал показания электроники.

-Это ты Фиц? - спросил мужчина, не оборачиваясь.

-Я Дар, - скользнуло над приборами.

-Чего-то не припомню… - Дежурный вместе с креслом развернулся к говорившему. И вознесся под потолок в крепкой хватке рук. Дробным стуком взорвался при падении пластик чашки…

-Нуте-с, чего знаем, кого умеем? – Николай заинтересованно изучил техника. Изобилием средств связи требовалось как-то управлять, а для этого УКОБовского тренинга недостаточно. На получение требуемых навыков он потратил с десяток минут. Поморщился от глотка скабрезных мыслей носителя.

Отбросил техника и не торопясь склонился над пультом. Шестьдесят процентов полезного объема в нагромождении аппаратуры отдано вспомогательным агрегатам – параметрическим контроллерам и системам отладки. Найти искомое – та еще задача.

-Посмотрим. – Николай играючи пробежался пальцами по клавиатуре. Центральный монитор украсился списком контролируемых спутников. Предпоследняя строчка порадовала – «LH-V03-2». Следом шел ряд характеристик, вызвавших легкое удивление, поскольку они соответствовали УКОБовским стандартам орбитального сканирования. Следовало признать, «Галактикон» не простая компания, «темная лошадка», но тем лучше. На дисплее проступило изображение резиденции Хали – спутник навелся.

Димп взглянул на четкие очертания пирамидального дворца хонгов. То же философское безмолвие парка, статичность освещения и никакой суеты. Вторая цепочка команд вызвала к диалогу сателлит «G-FG», запущенный на пробные испытания. Компьютер откликнулся мгновенно… Николай кивнул: программа будет короткой. Фиксация маяка, установленного в резиденции Астарха, и задействование двигателей коррекции. Источник сигнала - новые орбитальные координаты, цепи безопасности отключены.

«G-FG» нырнул в атмосферу. Вой и бледно-желтые всполохи. Алый хвост траектории – массивный шар падал…

Николай откинулся на спинку кресла, пальцами выбил дробь по подлокотнику.

Центральный экран лучился сумраком океанского берега. Но вот на верхние грани дворцовой пирамиды легли первые красноватые отблески; разрослись, затмевая прожектора. Янтарем затлели несколько верхних окон…

Вспышка.

Прикрыв глаза рукой, Николай смотрел на то, как адский вал пламени сметает опору хонгов, парк, скальную кромку берега; перемалывает землю в черно-багровые клубы, разгрызает в попытке создать дорогу к океану… Огненный поток, прорезав тьму, ударился о кипевшие глыбы волн.

История Хали завершилась в тихом приборном стрекоте аппаратной, делавшем картину гибели особенно мрачной. Предупреждение выдано - пора на ужин.

Николай десантировался из окна неопределенного офиса с 4 уровня - прямиком в цветник, затем небрежно обогнул любовавшихся далеким заревом охранников, кои высыпали на улицу, и забыл о «Галактиконе». Короткое путешествие привело к Площади Тысячи Радуг, что звенела сотнями фонтанов, искристо переливающимися в разноцветии фонарей. Днем искусственное освещение сменялось солнечным, и тогда площадь расцветала.

Выудив из автомата подобие гамбургера и пакет пива, Николай устроился на мягкой скамье, утер со лба капельки влаги и расслабился. Завершение миссии означало свободное время, наполненное курортным великолепием.

Начало отдыха отметил первый глоток хмельного напитка. Пиво холодило.

Медленно двигались тени. Ползли, затемняя бетонку рваными контурами, отступали – неутомимо и плавно, в такт с появлением алого горба зари. Тьма уступала потокам света, ясно различимым на фоне сумрака зданий, чьи верхушки уже начали розоветь под лучами восходившего светила. Утро одолело стены городских построек и лавиной света обрушилось на площадь – залило красками и тонкими гаммами радуг. Трепетные дуги, полотна, всполохи, зависли среди хрусталя капель.

Ночь сдохла. Ранние пешеходы расплывчатыми фигурами мелькнули за водяной взвесью. В шум воды вплелся шорох одежд. Некоторые останавливались у стайки автоматов-закусочных и любовались вихрями радужных оттенков за стаканчиком сока, некоторые торопливо ныряли в омытые росой флайты. И никто не обращал внимания на черный силуэт, привносящий диссонанс в общую пестроту утра.

Привычные к туристическому многообразию толаадцы давно потеряли интерес к странностям инопланетчиков. Николай плотнее запахнул на груди плащ, придвинул к себе сумку и вновь замер. Беспокоиться не о чем.

-Здравствуйте. – Робкое приветствие встряхнуло Охотника на манер электрошокера. Обманчиво медленно он повернул голову к нарушителю покоя… Девушка, лет двадцати трех, с неброской внешностью и фигурой. Галактическая серединка. – У вас свободно?

Придав лицу несколько удивленное выражение, Николай осмотрел соседние пустующие лавки. Дама не искала компании - скованность поведения, поза приготовившегося отпрянуть любопытного зверька говорили о том, что леди руководствовалась иными мотивами. Не балуемый жизнью димп предпочел худший расклад – девица узнала Кор Рона и вступила в игру.

-Да.

-Что да? - вздрогнула она.

-Здесь свободно. Присаживайтесь, располагайтесь, вливайтесь, присутствуйте.

-Вы... странный – Она устроилась рядом. – Понимаете, я каждый день прихожу сюда встречать утро, а вы…

-Занял ваше место, - догадался Николай.

-Отсюда лучше всего просматривается общая композиция. – Щеки дамы порозовели. – Представимся? А то мне всегда не по себе, когда кто-то сидит рядом так, будто меня и нет вовсе.

-Могу посоветовать использовать крик.

Девушка чуть улыбнулась и торопливо представилась:

-Вэрго. Я сама из Сортооны, лет пять назад мы с семьей перебрались в Толаад и теперь вот… А вы?

-Катар. Оттуда, - ткнул он пальцем в небо.

-Ой да бросьте. - Она досадливо махнула рукой. В ее поведении начали преобладать естественные нотки. – Предрассудки: местные, туристы, свои, чужие… Основа любого творения вселенной - душа, которая и определяет... Я видела, как вы смотрели на радугу; реальности не существовало. – Вэрго отвела взгляд. – Чтобы уловить все аспекты красоты, необходимо полностью раствориться в ней, стать частью.

-Да вы продвинуты, - подвел итог Николай. Увлеченность собеседницы выбивалась из рамок… импонировала.

-Не прибедняйтесь. – Мимолетная улыбка скользнула по губам девушки. - Могу поспорить, вам нравится коллекционировать. Обладать прекрасным…

Четверть минуты димп пристально смотрел на леди. Потом скупо улыбнулся:

-Пару-тройку безделушек я действительно собрал.

Они замолчали, наблюдая за притоком туристов. На площади становилось шумно: представители сотен рас выходили, выползали, вылетали на открытое пространство.

-Знаете… - Вэрго потупилась. Она искала предлог сохранить компанию.

-Не говорите, что вам пора. Прилетел сутки назад, никого и ничего не знаю, не имею понятия куда идти…

-Если хотите, я познакомлю вас с городом. Аэлон чудесен. – На этот раз улыбка пошла от души.– Придумаем с чего начать.

-Я за. – В какой-то момент перед мысленным взором промелькнула сцена гибели поместья Хали. Вспыхнула пламенем и пропала, стертая действительностью.

-Вы когда-нибудь посещали музыкальные шоу?

Николай задумался.

-Настолько давно, что тогда понятие «рубиться» еще не утратило актуальности.

-Простите, что делать?

-Ритмично перемещать части тела. Иногда прыгать.

-Не понимаю. – Вэрго тряхнула головой. - Оставим музыку. Памятники архитектуры; как насчет их? Недалеко расположен замок греолов, древнего народа Аэлона…

-Ведите, - отмел сомнения димп.

Бетонные, присыпанные серебром песка, плиты дорожки, редкие лиственные тени под сводами крохотной рощицы, галерея перехода над грузовой линией – метры расстояния, необременительных разговоров и городских видов. Мощеная булыжником улочка, что поднималась вверх, к ущелью стен, сокрытых диким кустарником. Надтреснутая белизна отделки и пыльная зелень – сельский меланхоличный контраст. Резные шпили в облаках листвы; квартал всецело отдан незыблемой старине. В окончании улочки строение, обнесенное кованной оградой, что раздвигало изумруд деревьев башнями – темно серыми конусами, упиравшимися в лазурное небо.

Образ древности повсюду. На раскидистых шатрах узловатых аэлонских бахт, укрывавших переплетением ветвей замковые пристройки, кособокие изрезанные веками строения. На глыбах мшистого камня, загадочным орнаментом разнообразивших травяные покровы. Так скалилось прошлое… К центральному архитектурному ансамблю вела идеально гладкая дорога - походила на цветные барельефы, залитые жидким стеклом. В отражениях тянулся поток туристической братии. Дробный цокот каблуков создавал впечатление кавалерийской атаки замка.

-Шумно, – повернулась к спутнику Вэрго.

-Согласен. – Николай замер на ступенях крыльца, ограненного звериными монументами. Любопытно…Оскаленные морды неведомых детищ аэлонской природы слепо созерцали даль; притягивали шершавой грубостью отделки и непоколебимостью вечности. Противиться нет смысла: быстрое касание, укол холода… Столетия рухнули на Охотника.

Притих гомон толпы, опавшие листья взметнулись над тропинками…

-Идемте, Катар, - поторопила девушка. Стоя на пороге гигантской двери, она кивком указала на прохладный сумрак замкового холла, куда стекалась основная масса посетителей.

Ведомый импровизированным экскурсоводом Николай ступил под призматические своды зального великолепия. Облицованные стеклом фрески; лепные украшения, изломанными контурами протянувшиеся над странно мягким полом; светильники, разбитые зеркалами на сотни огней… Масштабы отделки подавляли.

-По официальной версии замку более 2000 лет, - начала рассказ Вэрго. - Возведенный великим Фархаром он издревле символизировал мощь греольского народа, восславлял непобедимость…

-Фортификации так себе, - вставил димп.

-Знаю. Но согласно летописям, замок неоднократно подвергался штурмам, и всяких раз нападавшие терпели крах. Мистики склонны приписывать победы духу Фархара, который и после гибели продолжал охранять стены.

-Дом с привидением, – кивнул Николай. - Готов поспорить, в местных газетах частенько появляются заметки очевидцев.

-Легенды неискоренимы. – Обведя взглядом убранство холла, Вэрго добавила: -Атмосфера, знаете ли, располагает.

Николай пожал плечами. Ничего экстраординарного; с другой стороны, человеческий глаз не приспособлен к полноценному исследованию. Спектральная картинка всегда намного полней…

Ради интереса Охотник сконцентрировался. Вся обстановка, до последней пылинки, мгновенно распалась на череду спектральных линий. Разноцветные нити волнообразной пульсацией обрисовали контуры предметов – текли, видоизменялись, появлялись и исчезали. Заболела голова.

Николай поморщился: хетчев калейдоскоп – во всех без исключения смыслах. Через мгновение напрягся - на уводящей вверх парадной лестнице проявился зыбкий силуэт. Черным спектром витая подле перил, хорошо так смахивал на Смерть; те же атрибуты – накидка с капюшоном и костяной жезл. Не иначе Фархар…

Подавив желание сделать призраку ручкой, Николай вернулся к обществу дамы:

-Легенды врут.

-Жутковато, правда? – Вэрго передернула плечами.

-Есть немного…

Девушка удивилась:

-Вы не верите в полтергейсты, вселения, потусторонний мир?

-Абсолютно. Как человек здравомыслящий, я верю исключительно федеральным законам. – Немного подумав, Охотник закончил: - Ха.

-Смеетесь… А жаль. Мистицизм скрашивает обыденность.

-Вы уверены, что знаете, о чем жалеете? – серьезно поинтересовался димп, чем и добавил спутнице растерянности. Она замялась, не понимая подоплеки вопроса…

Раздумывать некогда: экскурсия требовала сосредоточенности. Преодоление замковых лабиринтов; исторические, по мере возможностей, справки и следующий этап дневной программы, который обязан быть достаточно интересным, чтобы не оттолкнуть нового знакомого.

-Устали? – спросила Вэрго на выходе под открытое небо. И без промедления: - Голодны? Неподалеку есть замечательное кафе…

Кафе и правда прелестное – с полным сервисом, тихое и уютное, без претензий на снобизм. Столь же прелестное, как: музей, флаинг-шоу, аттракционы, аквамир… поздний вечер. Удивительный час; фиолет неба, огромная луна в паре с шариками мелких спутников, звездный блеск, солоноватый ветер и запах цветов из палисадника домика, занимаемого Вэрго. Обстановка пульсировала теплом: ни грязи, ни боли – вспоминать о них не хотелось. Одна беда – Николай потерял веру. Тем не менее, расстался с леди, как подобает - назначил утреннюю встречу с возобновлением экскурсионного похода, оформил несколько комплиментов и сказал до свидания. Придраться не к чему.

Довольный ходом событий двинулся к отелю. В перспективе кровать, свежесть постельного белья и ни к чему не обязывающая пустота. Если повезет он увидит сон, вместо обычной черноты провала…

Не свезло. Выдернутый и небытия аккуратным стуком он резко переместился на пол. Спокойно, в номере ничего не изменилось; враг отсутствовал. Он зевнул. Облачившись в халат, почесал грудь, протиснул ступни в тапочки и решился узнать, кто его навестил.

Вэрго. А он банально проспал их встречу…

-Сколько времени. – Он плюхнулся на кровать.

Девушка, нервничая, отодвинулась к окну:

-8:00. Мы ведь договорились.

-Каюсь. – Не меня позы, Охотник рассматривал мизинец левой руки дамы, украшенный тонким кольцом с очень простым камнем. На жаргоне Охотников именуемое «чекой» кольцо использовалось для подачи сигнала к началу атаки – в случае прямой угрозы внедренному агенту.