Время других. Перезагрузка.

Глава первая. Пожиратель Плоти

Глава первая. Пожиратель Плоти

Я валялся на кинг-сайз в гостиничном номере турецкого отеля, претендующего на четыре звезды, раскинув руки и ноги подобно морской звезде, выброшенной штормом на песчаный берег и медленно мумифицирующейся под лучами безжалостного солнца.

Ослепительный свет из окна, ранее закрытого плотной шторой, а теперь настежь распахнутого в процессе утренней уборки номера, выполняемой бригадой добросовестных горничных, буквально выжигал мне мозг, пробиваясь сквозь зажмуренные веки. На меня, подыхающего в самом центре номера, уборщицы не обращали ни малейшего внимания, о чём-то тихонько переговариваясь между собой и временами хихикая. При том что я вовсе не представлял из себя бесплотный дух. Более того, за последние дни я нарастил собственную массу килограммов до ста пятидесяти, и вовсе не в виде мешков с жиром, а доброкачественными рельефными мышцами.

Вот только то самое, что сделало меня достойной моделью для статуи Самсона, разрывающего льву пасть в фонтане, превратило обслуживающий персонал в безмозглых идиоток, день за днём с завидной аккуратностью выполняющих некрепко вбитую в их головы программу поведения.

Не было никаких сил не только на то, чтобы встать и задёрнуть портьеру, но даже на то, чтобы просто повернуть голову и отвернуться от прямых световых лучей. Нестерпимая боль, непрерывной волной накатывающая откуда-то из солнечного сплетения, растекалась по всему телу, парализуя мышцы, потом на секунду исчезала с тем, чтобы тут же вернуться с удвоенной силой.

Как ни странно, но несмотря на боль, которая по логике должна была бы отбить у меня малейшие намёки на способность к связному мышлению, какие к чёрту мысли, если Больно! Очень Больно! Нестерпимо Больно! И тем не менее... Складывается впечатление, что моё сознание расслоилось в двух плоскостях. На первой из которых я представляю из себя комок обнажённых нервов, истыканных многочисленными раскалёнными иглами. Беззвучно орущий и смутно надеющийся, что когда-то это всё прекратится, сменившись чёрным Ничто. А вот во второй плоскости я хладнокровно, даже с неким извращённым любопытством, наблюдаю за самим собой и окружающей действительностью.

Удивительно, уже неделю как весь мир провалился в Тартар, а складывается впечатление, что здесь, в отеле, на первый взгляд ничего не поменялось. Всё так же горничные по утрам убирают номер, повара готовят еду и официанты расставляют её на раздаточные столы, обеспечивая неприхотливым туристам режим all inclusive, а навязчивые гиды в холле на первом этаже предлагают экскурсии по местным достопримечательностям. Последнее способно вызвать когнитивный диссонанс у любого мало-мальски разумного человека — впрочем, а где его взять, даже если речь идёт не о Человеке разумном, а просто о Человеке — поскольку именно места, обладающие налётом исторической ауры, по неведомым причинам словно магнит притягивают самых разнообразных тварей. И записаться на экскурсию к тем же развалинам крепости времён греческих городов-государств всё равно что купить билет на собственные похороны, выполненные в антураже кровавого ритуала с предварительным расчленением жертвы и последующим её пожиранием.

Боль на время отступила, и я снова частично восстановил контроль над своим телом. Возможно, этому поспособствовало то, что одна из горничных, покидая номер, таки наполовину задёрнула штору.

Должен сказать, что именно эта полная бессмыслица происходящего, не имеющая права быть на фоне происходящего вокруг безумия, угнетает мою психику сильнее, нежели сообщения о том, что пирамиды Хеопса больше не существует, или ролик, на котором запечатлён момент, когда члены Конгресса США, контролируемого демократами, объединившись в единую стаю, набросились, а потом и сожрали в полном составе своих политических оппонентов в лице представителей Верхней Палаты Сената, руководимой республиканцами.

Ещё немного, и я поверю, что наступивший вокруг Тартар — это вовсе не глубочайшая бездна из древнегреческой мифологии, расположенная под царством Аида, а холодная закуска французской кухни из сырой говядины.

Ассоциация с пищей, тем более представляющей в своей основе сырое мясо, тут же привела к очередному временному помутнению сознания и болезненному спазму желудка. Надо отвлечься, иначе я снова перестану контролировать своё тело и опять превращусь в того самого знаменитого Кадавра — желудочно неудовлетворённую модель человека, испытывающего всего лишь кратковременные пароксизмы довольства в промежутках между постоянным неуёмным насыщением.

Впрочем, кадавр — это, кажется, оживший труп, а я, похоже, пока ещё не умирал, да и судя по собственным физическим кондициям, значительно возросшим за последние дни, делать это в ближайшее время не намерен. Хотя, с другой стороны, и зарекаться не стал бы.

Пример с плешивым уродом служил более чем наглядным подтверждением того, что у жизни всегда наготове полная бочка дерьма, которую она, эта самая жизнь, в любой момент с удовольствием опрокинет тебе на голову.

Урод, которого раньше, в той прежней жизни недельной давности, звали Веней, был свято уверен, что ему здорово повезло. В отличие от меня, стремительно превращающегося из удачливого бизнесмена, молодого и красивого холостяка, в безмозглого монстра-Пожирателя Плоти, Вене выпал флеш-рояль. Мелкого карточного шулера фортуна одарила уникальным умением. Он приобрёл способность одним только мысленным усилием подчинять себе сознание других разумных.

Будь Веня немного умнее и соразмеряй свои хотелки с возможностями, не удивлюсь, если бы на небосклоне рано или поздно возникла новая звезда Тёмного Властелина. А всего-то и надо было бы затаиться и неторопливо развивать свою способность, накапливая силы для стремительного рывка вперёд. Вот только Веня захотел всего и сразу. А может быть, с ним сыграл злую шутку тот факт, что незадолго до Пришествия мы играли по мелочи в преф в малознакомой компании, в которой оказался и я, и Веня. Тогда-то я и заметил, как Веня передёргивает карты. Наблюдательность всегда была моей сильной стороной. Ну ещё и юношеское увлечение боксом. Вот и зарядил жулику двоечку в нос, а потом, когда из рукава рубашки — спрашивается, кто на югах ходит в рубашке с длинным рукавом, либо идиот полный, либо жулик, а скорее всего не слишком удачное сочетание этих двух субстанций — выпал набор тузов, дополнительно попинал Веню ногами по рёбрам.

Так что когда эта личинка Тёмного Властелина, сопровождаемая двумя подконтрольными рабами из числа почти полностью трансформировавшихся Силовиков, встретила меня в коридоре отеля, у парня взыграло ретивое.

Признаюсь, когда в голове что-то щёлкнуло и мне нестерпимо захотелось упасть на колени для того, чтобы вылизать языком ношеные сандалии, надетые на босую ногу, я почувствовал себя невероятно счастливым. Как будто наконец-то смог заглушить нестерпимое чувство голода, преследующее меня последние дни. Так хорошо мне, наверное, не было никогда в жизни. Разве что когда в первый раз с Ленкой... Причём до того, а не после. В голове вертелась сказочная картинка. Вот сейчас я встану на четвереньки и начну самозабвенно вылизывать своё божество. А если мне повезёт и случится чудо, то, возможно, удастся прикоснуться собственным языком и к пальцам ног моего Господина.

Счастлив я был ровно до того момента, пока случайно не взглянул Вене в лицо. Всё-таки трансформация в Менталиста не прошла для него даром. Больше всего по внешнему виду Веня напоминал иссохший труп холерного дистрофика, за малым исключением. На бледном безжизненном лице, искажённом злобной ухмылкой и буквально излучающем ненависть — то ли лично ко мне, то ли вообще ко всему окружающему миру в целом — двумя яркими голубыми пятнами блестели глаза. Раньше белёсые и невзрачные, сейчас они напоминали два прожектора запредельной яркости, которые, казалось, просвечивали меня насквозь.

Отчего-то в голове всплыла школьная шутка, которой со мной незадолго перед отъездом поделилась младшая сестрёнка. Разговор двух людоедок:

— Йо-Йо, за что ты любишь своего Петеньку?

— За его голубые глаза.

— Вот чёрт, а я тебе печёнку оставила!

И тут меня осенило. Печёнка. Глаза. Сестрёнка всегда умела найти самую идиотскую шутку в самый неподходящий момент. Но именно это воспоминание, нелепое и дурацкое, пробилось сквозь ментальный туман, который напустил на меня Веня. Именно оно оказалось той ниточкой, за которую я судорожно ухватился, чувствуя, как контроль над собственным телом ускользает, как моя воля растворяется в чужой, властной и беспощадной.

После чего в голове снова что-то перемкнуло. Виновато ли в этом моё превращение в Пожирателя Плоти, обеспечивающее дополнительную ментальную устойчивость, либо то, что Веня несколько поддустал, проведя незадолго до того сеанс подчинения двух громил — не знаю. Лично я считаю, что меня спасло воспоминание о сестрёнке.

В любом случае, когда я очнулся, то увидел разбросанные по коридору кровавые ошмётки трёх тел и оторванную от туловища голову Вени у себя в левой руке. Правой рукой я в это самое время пытался выковырять из глазниц голубые глазки, вернее глазные яблоки, которые норовили выскользнуть из пальцев и никак не хотели отрываться от каких-то ярко-красных канатиков, соединяющих глаза с чем-то там внутри головы.

Несмотря на то что осознание окружающей действительности уже вернулось ко мне в полном объёме, тело всё ещё продолжало работать в своём автономном режиме, совершенно не соизмеряя свои действия с моими желаниями. В противном случае ничто бы не заставило меня, оторвав наконец глаза от головы и зашвырнув последнюю вдоль коридора, проглотить эти самые глаза. Одним глотательным движением. Так принято не разжёвывая глотать горькие таблетки, а не куски человеческого тела — ну ладно, не совсем человеческого, но всё же...

Как только Венины голубые глазки оказались у меня в желудке, тут же восстановился полный контроль разума над телом, и я стремглав бросился к себе в номер с тем, чтобы, согнувшись над унитазом, попытаться выблевать сожранную мною человечину. А вот фиг вам. То, что в Пожирателя Плоти попало, считай пропало.

Валяясь на кровати в позе выброшенной на песок той самой звездообразной иглокожей и тупо пялясь в потолок, я словно мантру повторял вслух: «Ну и гадость эта ваша заливная рыба», подразумевая при этом нечто другое: «Ну и сволочь ты, Венечка, всё-таки достал меня, сцука!» Отчасти смирившись с неизбежностью превращения в Пожирателя Плоти, я всё же предполагал растянуть этот процесс на долгое время, питаясь исключительно вегетарианской пищей. А там, чем чёрт не шутит, может быть, удастся обнаружить лазейку и сохранить остатки разума. Вот только этот придурок мне только что спустил все надежды в унитаз.

Из информации, которая странным образом поступала через интернет, следовало, что сохранять остатки разума мне удастся от силы считанные часы. В лучшем случае сутки. Именно такой период отводили аналитики для Пожирателей Плоти с момента первого поедания человеческого тела до полной трансформации в Кадавра. Существо, наделённое необычайной силой, ловкостью и способностью к регенерации, а также не лишённое хитрости и коварства. Вот только среди этого набора положительных качеств напрочь отсутствовал разум. Так что если считать, что съеденные мною голубые глазки Венечки являются человечиной, можно сказать, что часики для меня затикали в ускоренном ритме.

Можно, конечно, надеяться, что все эти прогнозы так называемых интернетовских аналитиков не внушают никакого доверия, но по здравому рассуждению приходишь к выводу, что в нынешнем сумасшедшем мире вообще никому и ничему доверять не приходится. Всё, что ещё совсем недавно казалось правильным и незыблемым, рухнуло в одночасье.

А началось всё необычайно красочно. Огромные полупрозрачные кольца необычайно насыщенных цветов, чем-то напоминающие кольца от дыма сигар, которые с гордостью запускают профессиональные курильщики, появились в небе одновременно по всему земному шару. Там, где на планете в это время была ночь, кольца ярко светились, рассеивая тьму. Одновременно везде исчезли облака, прекратился дождь, утих ветер, так что ничто не мешало любоваться огромными светящимися разноцветными бубликами диаметром в десятки километров, медленно плывущими по небу. Другими словами, ляпота.

Дальше — больше.

Оказалось, что в голове у каждого человека, да и не только человека — изменения затронули и крупных животных, и даже некоторых представителей флоры — в мозгу возникли крошечные новообразования, которые стали переделывать человеческое тело в нечто новое, придавая ему необычные свойства и умения.

Вот только не всегда трансформация шла на пользу человеку. Вернее, не так. Не всегда трансформация шла на пользу тому существу, в которое превращался сам человек, получив в свою башку новообразование-симбиот. Всё то, что привычно отождествлялось с человеческой личностью, отходило на второй план, уступая место новым качествам. Причём в основе нового лежала доминанта личного выживания и борьба за существование всех со всеми.

В русскоязычном сегменте интернета тут же распространилась шутка о том, что человечество сделало очередной эволюционный скачок от «Пара и электричества» к Бессмертному Мак-Ладу. Шутка так себе, не всем понятная, исключительно для снобов и знатоков, которые помнят ещё что-то из Армянского Радио.

Вообще-то с этим интернетом ситуация складывалась более чем загадочным образом. Сразу же после Катастрофы самолёты летать перестали, машины ездить перестали, ружья стрелять перестали. Через день радио и телевидение замолчали, как отрезало, а интернет ещё целую неделю работал. Где логика? Правильный ответ очевиден: какую логику можно искать в ситуации, когда меняются принципы функционирования существующего мира?

Так, между делом, звёздное небо тоже радикально изменилось. Мы уже не на периферии Млечного Пути, а в центре плотного галактического образования. Хорошо хоть Солнце и Луну оставили. А вот Венера, Марс и Юпитер мне и так никогда не нравились.

При желании всё происходящее можно списать на промысел Божий либо на вторжение на Землю зелёных человечков. Это кому что ближе. Хотя нет никаких прямых фактов, подтверждающих наличие пришельцев, вторжение и прочую хрень. Это, конечно, если не замечать того «малозначительного» обстоятельства, что мир сошёл с ума. Ну так для этого и без пришельцев существовали все предпосылки. Люди умные две тысячи лет подряд предупреждали, что развитие человеческой цивилизации добром не кончится.

Попытки понять логику происходящего, равно как и всевозможные надуманные предположения, могли дать иллюзию понимания, но не несли в себе никакого практического смысла. И тем не менее каждый считал необходимым, с пеной у рта, отстаивать свою версию событий.

Всю первую неделю после Вторжения в интернетовском сообществе на эту тему шли нешуточные бои. Причём термин «Вторжение» не вызывал отторжения даже у самых отмороженных адептов священного вмешательства.

С начала Вторжения прошли считанные дни, а социальные нормы практически перестали работать. Мгновенно развалились государственные институты и структуры. В том числе такие, как армия, полиция, госуправление. Разрушились культурные и духовные парадигмы. Религия, образование, культура — всё рухнуло в одночасье. Возобладали личностные мотивы, которые в конечном счёте свелись к простейшей формуле: выжить любой ценой.

Глава вторая. Взгляд вовне из глубины клозета.

Глава вторая. Взгляд вовне из глубины клозета

Короче, весь привычный мир в одночасье рухнул в Тартар. И только интернет продолжал работать ещё целую неделю. Всё-таки неделя работы — это невероятно много. Этакий якорь стабильности в стремительно меняющемся мире. Эта несуразица тут же придала импульс доводам сторонников теории Матрицы. При этом они исходили из весьма неоднозначного утверждения, на котором базируется вся гомеопатия. О том, что подобное притягивает подобное. Де, мол, если интернету всё нипочём, вокруг нас не более чем виртуальная реальность, а мы сами в это время... Впрочем, на этом моменте доводы сторонников Матрицы и заканчивались, поскольку удобоваримый механизм, сочетающий материальное и духовное начало, апологетами этого направления так и не был предложен. А соглашаясь с тем, что всё вокруг не более чем иллюзия, применительно к себе любимому никто не хотел зачислять себя в разряд иллюзорных образований, претендуя на личную материальность. Довод же о том, что «Я есмь Мир», а все остальные «Шавки подзаборные», приводил к непримиримым конфликтам в среде сторонников Матрицы.

Воспоминания о перипетиях дискуссии на эту тему на секунду даже отвлекли меня от перманентной боли. Первые дни после Вторжения, пока не прояснилась моя незавидная участь, я с удовольствием участвовал в подобном «сраче». Не слишком-то понимая, к чему всё движется. И причиной тому был, как я сейчас предполагаю, не мой внутренний дебилизм и неспособность, сложив один плюс один, получить результат хотя бы в диапазоне первого десятка, а внешнее воздействие, некие неучтённые факторы, способствующие резкому оглуплению всех людей скопом. Причём впоследствии выяснилось, что подавляющему большинству людей так и не удалось избавиться от этого наваждения. Хотя допускаю, что большинству представителей рода человеческого для этого и особого внешнего усилия не понадобилось. Достаточно было создать соответствующие условия, и всё само собой стало на свои места.

Ну а потом и интернет перестал работать. Тем не менее обмен информацией в переходной период позволил понять, что изменения, происходящие с каждым отдельным индивидом, основывались на личных качествах оного. Всегда вычленялось то дарование, которое в наибольшей степени отличало данную особь от среднестатистического человека. И именно оно служило основой для Изменения. На этой базе появлялось Умение. Сила Умения непосредственно зависела от того, насколько изначальная особенность отличалась от среднестатистической. Впрочем, люди в большинстве своём оказались обычной однородной массой и особых умений не получили.

Средний спортсмен-штангист мог рассчитывать на изменённое тело, позволяющее поднимать глыбы весом в сотни килограммов. Для олимпийского чемпиона планка подскакивала до нескольких тонн. Юная леди из Оклахомы, которая с детства отличалась визгливым громким голосом, после изменения получила способность своим криком парализовать на несколько минут всё живое в радиусе сотни метров.

Забитый муниципальный клерк из Пензы люто ненавидел всех вокруг. В результате, после Изменения, получил способность одним взглядом вызывать инфаркт у собеседника.

К счастью для окружающих, этот человеконенавистник был быстро сожран стаей Пожирателей Плоти.

Интернет переполняли страшилками про то, как целая группа прелестниц из элитного эскортного агентства превратилась в сексуально озабоченных суккубов, которые моментально «затрахали», в прямом смысле этого слова, своё начальство до смерти, а потом юные дьяволицы разбрелись по городу в поисках других жертв.

Причём Изменения далеко не всегда способствовали повышению выживаемости в окружающем мире. С новыми Умениями нужно было освоиться, иначе они могли подкинуть неприятный сюрприз. Типа того, как мастер спорта по прыжкам с шестом приобрёл способность прыгать с места вверх сразу на высоту девятиэтажного дома. Вот и прыгнул. Только способность приземляться в комплекте не шла. В результате поломал себе все кости после приземления на асфальт.

Пожиратели Плоти оказались одной из самых многочисленных групп изменённых. Всемирная эпидемия ожирения способствовала появлению большого числа толстяков по всему миру. Поскольку, как правило, другими уникальными особенностями эти люди не отличались, большинство из них приобрело способность кадавров, с их неуёмной тягой жрать что попало в невообразимых количествах, обременённой полной деградацией интеллекта. Способность дала толстякам тучное сильное тело, высокую скорость и ловкость. Пожиратели Плоти начали объединяться в группы, в которых царила жесточайшая дисциплина, основанная на праве сильнейшего. Пожиратели Плоти постоянно ощущают жуткий голод. Этот голод быстро заглушал остатки разума, который и так деградировал при трансформации тела. В результате за неделю милый приятный толстячок, страдающий одышкой и замедленной реакцией, превращается в настоящую машину смерти, убивающую и пожирающую всё живое вокруг.

На интуитивном уровне Пожиратели Плоти чувствуют способности других изменённых и в первую очередь охотятся на наиболее одарённых. Отрывочные наблюдения за Пожирателями Плоти как раз и позволили понять, что способности могут передаваться путём поглощения тела жертвы. Вернее, отдельных её частей, в которых и сосредоточено нечто, придающее особи уникальные характеристики. Как тут не вспомнить древние ритуалы, рекомендующие сожрать сердце, печень или мозги своего врага, дабы обрести его таланты.

Стая пожирателей, разорвавшая Силовика, через некоторое время приобретает дополнительную силу. Пензенский Ненавистник способствовал появлению у некоторых Пожирателей, принимавших участие в охоте, ауры подавления воли. Способность, угнетающая и замедляющая жертву.

К несчастью, лично мне не перепало ничего интересного. И судя по всем признакам, я трансформируюсь в Пожирателя Плоти, существо напрочь лишённое разума. Перспектива не из приятных, должен сказать.

Вот только непонятно, откуда взялась эта нестерпимая боль. Судя по интернету, да и опираясь на личные наблюдения, преобразование в монстра должно протекать безболезненно.

Касательно личных наблюдений. Серьёзная трансформация затронула от силы процентов десять проживающих в отеле. Тот же обслуживающий персонал в большинстве своём визуально практически не изменился. Только массово поглупел. Зато к своим обязанностям добросовестно относится. Если и в армии рядовой состав приобрёл подобные Изменения, то считай, что вековая мечта различных Генералиссимусов свершилась. Вот он, идеальный солдат. Тупой и исполнительный. О таком ещё Фридрих Великий мечтал.

Что-то меня не туда понесло. Всё-таки перманентная боль первого потока и абстрактная логика второго — не слишком сочетаемая смесь.

Возвращаясь к своим соседям. Из общей толпы здорово выделяется Лейла, девушка, размещающая гостей на ресепшене. Зуб даю, что со временем она превратится в классическую Нимфу. Опять же зубов не жалко. У меня даже на месте имплантов, причём не дешёвых, за эту неделю новые натуральные выросли. А от Лейлы стоит держаться подальше. Это вам не дурак Венечка. Не успеешь и опомниться, как девушка тебя в собственную свиту запишет. И дай бог, если удастся отделаться одними только облизываниями ножек. Тем более ножки у Лейлы ничего так. Просто удивительно наблюдать за тем, как милая, застенчивая девушка буквально за пару дней превратилась в роскошную восточную красавицу, способную одним лишь небрежным движением бровей погрузить любого мужика в околокоматозное состояние. И это только на первом этапе. Не удивлюсь, если через неделю именно она возглавит рейтинг Тёмных Властелинов. Хотя предполагаю, что в этой категории конкуренция будет жесточайшая. Вплоть до многочисленных летальных исходов. И незавидная судьба Венечки тому наглядное подтверждение. Никто не любит менталистов.

В любом случае Лейла — местная звезда. А вот та же группа дзюдоистов из Дагестана, приехавших в Турцию на соревнования, в полном составе превратилась в Силовиков. Класс здорово напоминающий Пожирателей Плоти, только лишённый природной хитрости и неуёмного желания всех вокруг сожрать. Короче, сильные и тупые. Это из их числа Веня себе рабов наделал.

Помимо меня, в отеле на четвёртом этаже — эконом-класс, проживал ещё один Пожиратель Плоти, находящийся в стадии трансформации. Мой земляк. К тому же, как и я, — Андрей. То ли бывший писатель, то ли сценарист. Не пойму, в чём дело, но с этим товарищем по несчастью точно что-то не в порядке. Я от него стараюсь держаться подальше. Мне показалось, что Лейла к нему неровно дышит. И похоже, пытается заполучить в свою свиту. Вот только что-то там не срастается.

Ну и ещё с десяток явных Изменённых при желании в отеле можно обнаружить. Но, судя по всему, ничего интересного. До Вени и близко никто не дотягивает. Ни стихийных магов, ни умертвий, ни некромантов. У меня на этот счёт внутренний компас работает. Который основан на принципе: «Сожри Изменённого и стань сильнее». И всё в соответствии с логикой цивилизации Дунканов Маклаудов. Вот только те же аналитики от интернета утверждают, что жрать надо только тех, кто сильнее тебя. Так вот, никого в отеле, за исключением Лейлы, мне жрать не хочется. Да и с девушкой ещё надо разобраться, насколько мне нужна её селезёнка. Может, это остаточное сексуальное влечение так проявляется. А что, мы, Пожиратели Плоти, разве не люди?

Второй обитатель отеля, по поводу которого мой внутренний компас откровенно сбоит, — это тот самый Пожиратель Плоти из числа литераторов. Ну вот не хочется мне его жрать, и всё тут. И дело явно не в корпоративной этике, типа Пожиратель Пожирателю мозг не выест. Стыдно признаться, но, похоже, я его боюсь.

А вот тех клоунов, которые толпой в восемь человек собрались в коридоре у двери моего номера, я совершенно не боюсь. Кто там? Ага, трое Силовиков, Нюхач и четверо граждан неопределённой ориентации. Похоже, один из них слабый Менталист, а другой Ловкач. Вот только дар ещё совершенно не развился. Так, намёки и не более. Наверное, у них тоже внутренний компас сработал, и я показался им достойным для потребления организмом. Непонятно только, как всем вместе сговориться удалось и каким образом они собрались мою тушку делить по итогам мероприятия.

Пока я рассуждал подобным образом, пытаясь отрешиться от волн боли, накатывающих на меня в первом потоке сознания, дверь с грохотом вылетела из дверной коробки.

Толпа, вооружённая разнообразным холодняком, бросилась на меня.

Первым ворвался Силовик — здоровенная туша с бычьей шеей, размахивающая ножкой от стола. Он даже не успел сообразить, что происходит. Моя рука, двигаясь на чистых рефлексах, вошла ему в грудь по локоть. Хруст рёбер. Горячая кровь. Сердце, ещё пульсирующее, в моей ладони.

Второй замешкался, увидев, как я выдираю внутренности из своего товарища. Этой секунды хватило. Я швырнул в него труп первого, сбив с ног, и уже был рядом. Череп треснул под моим кулаком, как перезрелый арбуз.

Третий Силовик попытался отступить, но я был быстрее. Схватил за горло, поднял над головой. Он дёргался, хрипел, пытался вырваться. Бесполезно. Я сломал ему шею одним движением запястья.

Нюхач попытался использовать свою способность — почувствовал, как волна чужого страха накрыла меня, пытаясь парализовать. Но моё новое сознание отбросило эту атаку, как надоедливую муху. Я настиг его у окна. Его крики оборвались, когда я вырвал ему трахею.

Менталист попробовал что-то сделать — почувствовал слабое давление на разум. Смешно. После Вени это было всё равно что щекотка пёрышком. Я сделал два шага и размозжил ему голову о стену.

Ловкач и трое оставшихся попытались сбежать. Глупо. Я догнал их в коридоре. Ловкач оказался действительно проворным — увернулся от первого удара, проскользнул под вторым. Но в третий раз ему не повезло. Я поймал его за ногу и швырнул обратно в номер. Остальных разобрал буквально за секунды.

Всё закончилось меньше чем за минуту.

Пришло время подвести итоги. Из неприятного — все усилия горничных по наведению порядка в номере оказались зряшными. Теперь им не один час придётся кровь отмывать и утилизировать ошмётки плоти. Надо бы подсказать, чтобы лесенку с собой захватили. Всё-таки существа тупые, могут и не сообразить, как ту же ногу с люстры доставать.

Но это синяки и шишки. А меня больше интересуют пироги и пышки. Тут всё просто превосходно. Два потока сознания слились в один. Боль отступила. И в голове установилась кристальная ясность. Спасибо тебе, Венечка. Напрасно я на тебя грешил. Именно твои голубые глазки, вовремя съеденные, помогли мне трансформироваться в нечто принципиально новое. В Пожирателя Плоти с мозгами. Причём очень даже неплохими мозгами. Мой человеческий разум не просто удалось сохранить, но и существенно усилить. Неожиданным эффектом нового «Я» стало то, что я начал видеть невидимое. Помимо привычных чувств добавилось нечто совершенно новое.

Я подошёл к окну и выглянул наружу. От старой, привычной мне Земли практически ничего не осталось.

Прощай, голубое небо. Теперь его цвет приобрёл ярко выраженный лилово-жёлтый оттенок. А вместо привычных облаков над головой медленно дрейфовали огромные туманные спирали тревожно-багряного цвета. Куда исчезла прозрачная атмосфера? Та самая, которая давила на «плечи» каждому человеку с силой один килограмм на квадратный сантиметр. А это ни много ни мало под две тонны для среднестатистического мужчины. И тем не менее ощущалась разве что лёгким порывом ветерка.

Вместо чистого воздуха появилась непонятная субстанция, густо усеянная жёлтыми вкраплениями. Трудно придумать аналогию, но больше всего это напоминает пылевое облако, поднятое тяжелогружёным МАЗом на убитой в щепь просёлочной дороге. Самое удивительное, что эта мутная взвесь совершенно не препятствовала видимости. Я без затруднения мог рассмотреть как космические Станции, висящие над головой в сотнях километров от поверхности, так и сосновую рощицу, приютившуюся на окраине города. Вот только соснами там больше и близко не пахло. Корявые, нелепо изогнутые чёрные монстры даже отдалённо не напоминали деревья.

От привычного растительного мира не осталось даже воспоминаний. Обыкновенную зелёную траву сменила низкая голубая поросль. По виду напоминающая металлическую стружку, редкими пятнами покрывающую поверхность. Именно поверхность. Назвать землёй то, что было под ногами, просто язык не поворачивался. Возможно, где-нибудь на Марсе подобное покрытие и не вызвало бы удивления. Но твёрдая, рыжая, каменистой фактуры основа наверняка не имела земных аналогов.

Впрочем, всё это выглядело детским лепетом в сравнении с буйством энергетических полей вокруг. Не знаю уж откуда, может быть, благодаря своему новому органу чувств, я отчётливо различал редкие, устремлённые вверх, буквально в космос, столбы голубой плазмы. И не просто в космос, на уровне границы земной атмосферы, там, где, по идее, всё ещё влачила своё существование МКС. А в Космос с большой буквы. На расстояния, для которых центр Млечного Пути выглядит ближайшей околицей.

Но даже не эти энергетические исполины внушали суеверный ужас. А гораздо более приземлённые вещи. Гигантское чёрное пятно, накрывшее город. Небольшие вращающиеся сгустки болотно-зелёного цвета, стремительно пролетающие над поверхностью. Ещё одно чёрное пятно в форме многометровой пентаграммы на том месте, где предположительно располагался центр. Дрожащее марево гнилостными проплешинами, разъедающее поверхность. И наконец, космические объекты — Системы. В зоне видимости их насчитывалось три. Выстроившись в ряд, они молчаливой угрозой висели над планетой.

Что же вы с Землёй сделали, сучьи потрохи? Ненавижу!!!

Мне больше не надо искать ответы на вопрос: «Кто во всём виноват?»

Ответы огромными круглыми блюдами, сравнимыми по размеру и яркости с полной луной, медленно проплывали над головой.

Да и «Что делать?» теперь не проблема. Я просто стану сильнее, гораздо сильнее, и уничтожу всех вас. Благо времени у меня более чем достаточно. Ведь я теперь бессмертный. А сейчас спущусь вниз и кого-нибудь сожру. Пришло время становиться по-настоящему сильным.

Но прежде чем перейти к решительным действиям, пришлось отвлечься. Надпись, внезапно возникшая перед глазами, послужила тому достаточным поводом.

Общие характеристики:

Имя: andre

Уровень нейросети:1 (47/100)

Класс: Умник1/5 (24/100)

Подкласс: Пожиратель плоти1/5 (0/100)

Подкласс: Менталист0/10 (3/10)

Сопротивление ментальному подавлению: 15

Важно:Обнаружено общее ментальное подавление. Источник — Система. Уровень 12

Ну и как прикажете поступать в этом случае? Разглядывать мир сквозь буковки, заслонившие всё поле зрения, представилось мне не комильфо. А насчёт всеобщего поглупления, похоже, я таки прав. Ничем иным ментальное подавление от Системыбыть не может.

Глава третья. Триединая проблема

Глава третья. Триединая проблема

Несмотря на громкое заявление, обращённое к «сучьим потрохам», которых я пообещал порвать, как Тузик грелку, будучи по природе человеком осмотрительным, я решил перевести эту задачу в разряд стратегических. А в ближайшее время разобраться с текущими проблемами. На первый взгляд таких насчитывалось три.

Убрать изображение, мельтешащее перед глазами и препятствующее обзору, а по ходу дела заодно и понять, что значат все эти надписи. Это во-первых.

Во-вторых, оградить себя от нездоровых поползновений со стороны других обитателей гостиницы. При этом постараться избежать радикальных методов, заключающихся в изничтожении постояльцев. И дело тут вовсе не в том, что меня заботили трудности, возникающие у обслуживающего персонала в процессе очистки номера от кусков разорванных тел и непонятно кому принадлежащих конечностей. Просто, хоть я и исповедовал принцип, что подавляющее число людей — откровенное дерьмо, но при этом признавал собственную потребность в социальных контактах. Припоминаю, какой ужас у меня в детстве вызвала сцена из фильма времён развитого социализма, по-моему, «Чародей», в котором одинокий гражданин слоняется по совершенно пустому зданию института и взывает: «Люди! Ау! Отзовитесь!» Так что людишек по возможности изничтожать не станем. Будем искать другие формы воздействия на массы.

И наконец, в-третьих, надо было хотя бы в среднесрочном плане решить проблему собственного пропитания. Нельзя сказать, что я после схватки с группой изменённых, проникших в мой номер с целью убить и сожрать Ядро Силы — ну или что там ещё отвечающее за мою мутацию в Пожирателя Плоти — испытывал голод. Скорее всего, в процессе убиения супостатов мне таки удалось хорошо поживиться их тушами, сожрав самые лакомые куски. Во всяком случае, взгляд навскидку подтверждал эту догадку. Поскольку отдельные тела пришлых явно выглядели обглоданными. Всё же хорошо, что я практически ничего не помню из произошедшего. В противном случае наверняка бы сейчас стоял раком над унитазом в бесплодных попытках очистить желудок от человечины. Утешением может послужить соображение о том, что все люди, подвергшиеся мутациям, имеют с классическими представителями homo sapiens общим разве что антропоморфный облик. Это когда две ноги, две руки, одна голова и склонность к прямохождению. Причём не у всех.

Признаться, этот бред я сформулировал в голове всего лишь с одной целью: запудрить себе мозги и отвлечься от мысли о том, что я жрал человечину и, объективно говоря, являюсь каннибалом.

— Причём заметь, — внезапно вмешался в мои мысли тот самый второй поток сознания, сохранявший ясность мышления в то время, пока я корчился от непереносимой боли, — не просто человечину, а человечину сырую. Нет чтобы нормально приготовить с лучком и специями. Типа medium, средней прожарки.

Сообразив, что в своих мыслях зашёл куда-то совсем не туда, вернулся к исходному положению: в-третьих, надо было хотя бы в среднесрочном плане решить проблему собственного пропитания. Ну не верилось мне, что лафа с ежедневным шведским столом в ресторане гостиницы продлится ещё какое-нибудь продолжительное время. Спрашивается, где авокадо брать, если самолёты не летают, пароходы не плавают, а доставка вплавь с грузом экзотичных плодов в корзине на голове от берегов Бразилии через океан и два моря выглядит не слишком надёжной. А ведь в ресторане нас этими самыми авокадо вторую неделю закармливают. Считай, с самого начала Вторжения.

Но пример с авокадо — это так, для наглядности. Тем паче что я этот фрукт и не слишком люблю. Аналогичные проблемы непременно возникнут с любой другой позицией в продовольственной номенклатуре. Так что по-хорошему надо бы срочно запасаться гречкой, тушёнкой и макаронами. А заодно и солью со спичками. Всё же опыт предыдущих поколений может оказаться востребованным в любой чрезвычайной ситуации. Осталось только понять, способны ли высокотехнологичные солнечные батареи заменить керосиновый примус. С другой стороны, будет на небе солнце или нет — это далеко не факт. А тот же керосин никогда не помешает. Так что решено. К соли и спичкам добавим ещё и канистру с керосином.

— Ну, хорошо, как говорил один очень лысый дядька с ушами: «Наши цели ясны, задачи определены. За работу, товарищи!» Всё-таки жалко, что ему не удалось к восьмидесятому году построить обещанное. Будь по-другому, небось сейчас бы над головой летающие тарелки размером с Мадагаскар не летали бы. От подобного не то что зелёные человечки — черти старались держаться подальше.

Боюсь признаться самому себе, но все эти отвлечения — и с численностью народонаселения, проживающего в гостинице, и с грядущим продовольственным кризисом, и даже с недостроенным коммунизмом — не более чем попытка отвлечь себя от главного: признания в том, что у меня перед глазами мельтешит тот самый злополучный Интерфейс, наглядное подтверждение того, что я вовсе и не я, а некая воображаемая визуализация, находящаяся под управлением Системы. Об этом однозначно талдычили многочисленные опусы жанра ЛитРПГ, которыми я любил зачитываться в бытность свою до Вторжения. Всё-таки душа требовала чего-то материального, что и в рот можно положить, и в постель. И хотя всякие заумные философы, претендующие на истину в последней инстанции, пытались меня убедить, что окружающий мир даётся нам в ощущениях, для меня всегда существовала принципиальная разница между куском прекрасно поджаренного мяса со специями и ощущением этого самого мяса.

С другой стороны, в случае принятия концепции виртуальной реальности можно было бы смело отправлять проблемы, изложенные в пунктах два и три, побоку. Думаю, для Системы не составит большого труда воссоздать при необходимости воображаемую численность популяции гостиницы, да и внушить в чистый разум образ авокадо в товарных количествах не будет проблемой.

Вот втемяшилось в башку это самое авокадо, никак от него избавиться не удаётся. По любому поводу и без повода вспоминаю. Наверное, это нервное.

В возникшей ситуации я решил поступить мудро. Поскольку с маху не просматривалась возможность инструментального определения, в каком мире я оказался — воображаемом или всё же материальном, — то я решил принимать решения исходя из личных предпочтений. Вот тут-то реальный кусок мяса и не оставил никаких шансов таковому, данному в ощущениях.

Успокоив себя таким образом — при этом в голове осталось смутное подозрение, что подобного рода размышления вряд ли свидетельствуют о моём адекватном психическом состоянии и вполне возможно спровоцированы тем, что я нахожусь под прессом площадного оглупления всех обитателей Земли — я наконец-то вплотную занялся проблемой Интерфейса. Благо те самые литрпэгэшки давали многочисленные рецепты, как следует поступать в подобных случаях.

Самый простой рецепт сводился к тому, чтобы мысленно скомандовать: «Статус открыть» и «Статус закрыть». Признаться, моему удивлению не было предела, когда в ответ на мысленный посыл «Статус закрыть» мельтешение буковок перед моими глазами тут же исчезло. Ну не может быть всё так просто. Это даже как-то неприлично. В конце-то концов, я же сам с собой договорился, что живу в реальном мире, пусть и принявшем после начала Вторжения совершенно дурацкие формы. Но всё же в мире настоящем, а не в выдуманном, отличающемся тем, что главный герой, шарясь по кустам, находит многочисленные рояли. Это при том, что в музыке он ни в зуб ногой.

И тем не менее. После аналогичной по духу команды, рекомендованной всё той же фэнтезийной писаниной: «Статус открыть», — перед моими глазами снова возникла знакомая табличка из восьми строк. Единственное удобоваримое оправдание подобному непотребству я видел в том, что Система перед внедрением в земную цивилизацию ознакомилась с далеко не лучшими литературными достижениями человечества. И кое-что взяла себе на вооружение. Ну, чтобы тупым людишкам при необходимости было понятно, что делать и куда бежать.

Отталкиваясь от этой идеи, я решил продолжить свои эксперименты с Интерфейсом. И руководствуясь не слишком очевидными опциями, рекомендованными всё той же бульварной литературой, скомандовал: «Показать полный Статус».

Изображение неприятно замельтешило перед глазами, как будто бы что-то препятствовало выполнению этой команды. Буквы дрожали, расплывались, складывались в нечитаемые иероглифы. Я почувствовал лёгкое головокружение, словно кто-то пытался помешать мне увидеть полную картину.

«Интересно», — подумал я, сосредоточившись сильнее. Моё Сопротивление ментальному подавлениюв семнадцать единиц должно было что-то значить. Я мысленно надавил, представив, как пробиваю невидимую стену.

Мельтешение усилилось. Перед глазами вспыхнули цветные пятна. А потом изображение резко стабилизировалось и проявило новый текст. Гораздо более подробный, чем я ожидал.

И то, что я увидел, откровенно меня огорчило.

Текст, стоящий перед глазами, выглядел следующим образом:

Основные характеристики:

Имя: andre

Уровень нейросети:1 (47/100)

Класс: Умник1/5 (24/100)

Подкласс: Пожиратель плоти2/5 (11/100)

Подкласс: Менталист0/10 (3/10)

Основные параметры:

Сила: 9/50

Ловкость:7/50

Жизнь:11/75

Энергия:3/100

Интеллект:24/100

Дополнительные параметры:

Сопротивление ментальному подавлению: 17

Важно:

Обнаружено общее ментальное подавление. Источник — Система. Уровень 12

Для того чтобы огорчиться, у меня был вполне резонный повод. Всё-таки не слишком приятно осознавать себя слабосилкой и неуклюжим увальнем, с трудом поддерживающим искру жизни в своём тщедушном теле.

— Это при весе далеко за сотню? — язвительно поинтересовался параллельный поток сознания. Но тут же был урезонен непробиваемыми аргументами. О чём другом, кроме как о личной физической некондиции, могла свидетельствоватьсила в девять из пятидесяти, ловкостьсемь из пятидесяти, жизньодиннадцать из семидесяти пяти? Значение же энергиина уровне трёх из ста и вовсе ввергло меня в панику. Невзначай потеряю всего-то три единички энергиии снова свалюсь обездвиженным, будучи не в силах даже морду лица отвернуть от пронзительных солнечных лучей. Ну совсем так, как это было ещё недавно. Только, надеюсь, без болевых ощущений. Правда, теплилась надежда, что если хорошо отдохнуть — и не обязательно с водкой и девочками — то энергииможет прибавиться. Как ни странно, эта надежда сбылась буквально у меня на глазах. Соответствующая строчка мигнула, и значение энергиисменилось с тройки на четвёрку.

— Этак ещё немного, и ты сможешь передвигаться без инвалидной коляски, — в очередной раз потроллил меня параллельный поток сознания. Впрочем, эти гнусные инсинуации я оставил без внимания, воодушевившись мыслью: если показатель энергиирастёт, то есть надежда со временем исилёнкинакопить, да и ловкостьподнять до уровня, при котором ноги перестанут заплетаться одна за другую.

Судя по всему, мой показательный игнор не прошёл мимо параллельного потока сознания. И тот врубил тяжёлую артиллерию.

— А кто, собственно говоря, сказал тебе, что сила девять из пятидесяти — это мало? Ты в курсе, что расчёт параметров осуществляется исходя из твоего подкласса Пожиратель Плоти, для которого физические кондиции являются приоритетными? Будь ты чистым Умником, безо всяких подклассов, таких как Пожиратель Плоти и Менталист, то наслаждался бы значениями Основных параметров на своём первом уровне нейросети:

Сила: 4/5

Ловкость:3/5

Жизнь: 8/20

— И небось бы писал от счастья кипятком. И должен сказать, вполне заслуженно. Сравнительно приличные параметры для людишки, большую часть своей жизни проведшего за столом, пялясь в экран монитора. Надеюсь, твоего интеллекта оказалось достаточно, чтобы понять, что цифры, стоящие за слешем, — это максимальное значение характеристик, доступных тебе на данном уровне. Так что у тебя есть куда расти. Спешу обрадовать. При переходе нейросети на следующий уровень эти граничные значения тоже изменяются. Причём в бо́льшую сторону.

Надо сказать, что этакий вальяжно-пренебрежительный тон, с которым ко мне обращался мой собственный параллельный поток сознания, меня откровенно взбесил. К тому же какой к чёрту мой собственный? Я слишком хорошо себя знал, чтобы понимать, что голос в башке имеет ко мне совершенно отдалённое отношение. Пусть голова и моя, но голос точно чужой. И хотя о прикладной психиатрии имел достаточно отдалённое представление, прекрасно понимал, что к шизофрении и синдрому биполярного расстройства происходящее не имеет ни малейшего отношения.

Так что, оставив на потом изучение Интерфейса, поинтересовался о главном.

— Слышь ты, паразит, давай колись: ты кто такой, что делаешь у меня в башке и нахрена мне нужны твои советы?

Похоже, Чужой — а именно такое рабочее название я дал своему параллельному потоку сознания — к грубостям в обращении не привык. Сам позволял себе многое, а вот когда ему самому тем же концом по тому же месту, сразу же и поплыл. Неудивительно, что я на секунду почувствовал этакую звенящую пустоту в голове, которая тут же сменилась паническими воплями:

— Да ты что?! Да как тебе это удалось?! Ты же под ментальным прессом находишься! И осознать меня должен в лучшем случае через неделю. И то если повезёт. Да мне же нужно тебе все мозги перестроить. И как теперь прикажешь это делать?

К счастью, отвечать на эти дурацкие вопросы мне не потребовалось, но мысль о том, что кто-то там со стороны решил у меня в мозгах покопаться и всё нужное удалить, а ненужное переделать, крепко запала в душу. С далеко идущими последствиями.

А отвечать не пришлось по совершенно простой причине. Голос в голове и сам во всём разобрался. О чём свидетельствовал возмущённый крик.

— Это как понимать?! Откуда взялось Сопротивление ментальному подавлению: 17?

Из этого панического ора я тут же сделал вывод, что с Чужим всё не так безнадёжно. Во всяком случае, он не видит моими глазами, не машет моими руками и не ест всякие вкусняшки моим ртом. И для того чтобы разобраться с тем же моимИнтерфейсом, ему необходимо предпринять определённые усилия. В противном случае строчка, свидетельствующая о том, что моёСопротивление ментальному подавлению превзошломентальное подавление Системы, сразу должна была стать достоянием Чужого. Во всяком случае, в то самое время, когда я обнаружил эту информацию и оценил её значимость применительно к себе. А тот факт, что Чужой впал в панику, осознав, что я обнаружил его присутствие в собственной голове, открывает возможности для переговоров.

Конечно, по-хорошему стоило бы попытаться полностью избавиться от пришлого. Вот только интуиция мне подсказывала, что сделать это будет не так просто, а то и вовсе невозможно.

Поэтому я тут же перешёл к этапу агрессивных переговоров, имея за душой разве что понимание, что Чужой во мне с какого-то рожна здорово нуждается. Иначе паниковать бы не стал.

Оказалось, что общаться с оппонентом в собственной голове очень удобно. Для этого и слова произносить не нужно. Достаточно мыслеречи.

— Короче, паразит. Слушай меня внимательно. Или ты сейчас же, как на духу, расскажешь, что, как и почём, или я клянусь тебе, что начну полностью тебя игнорировать. К тому же предприму все усилия для того, чтобы от тебя избавиться.

— Я бы предпочёл, чтобы ты сразу обращался ко мне по имени Советник, — огрызнулся Чужой. — Ну да ладно, на первое время сойдёт.

— Окей, — тут же согласился я, обрадованный тем, что мой шантаж сработал и наметились первые шаги к реальному сотрудничеству. — Пока буду тебя называть Чужой. А там посмотрим, как дела пойдут.

А дальше Чужой принялся посвящать меня в некоторые тайны мироздания, после чего мне ещё больше захотелось кого-нибудь убить. Это при том, что по своей природе я человек далеко не агрессивный.

А начал Чужой с того, что он на самом деле и не живёт в моей голове, а обитает на Орбитальной станции, одной из пяти, висящих в настоящее время над планетой, которую ранее люди называли Землёй. Причём его родная станция носит претенциозное название Земля Четыре и находится в состоянии перманентного конфликта с остальными Землями. Соответственно Первой, Второй, Третьей и Пятой.

Глава четвертая. Нейросеть наше все

Глава четвёртая. Нейросеть наше всё

Дальше — больше. По словам Чужого, каждая из орбитальных станций отвечала за свою территорию. Та же Земля Один контролирует большую часть Китая и всю Юго-Восточную Азию, а заодно и Австралию. Земля Два отвечала сразу за две Америки: Северную и Южную. Земле Три досталась Африка, за исключением тех стран, которые исторически принадлежат к европейскому ойкумену. Последние вместе с Европой, вплоть до Урала, перешли под управление Земли Четыре. Ну и соответственно Земля Пять управляет территорией от Уральских гор до Дальнего Востока, прихватив при этом Японию, а заодно и часть Китая. Не говоря о Средней Азии. Я почему так детально остановился на этом вопросе? Судя по словам Чужого, границы территорий, контролируемых отдельными Орбитальными Станциями, были практически непреодолимыми. Во всяком случае, для коренных обитателей Земли на их нынешнем уровне развития нейросети. Таких, как я. А поскольку я самым серьёзным образом намеревался покинуть эту уютную гостиницу и вернуться домой, к себе в родные края, даже не дожидаясь срока окончания моей путёвки в Мармарис, то мне, считай, здорово повезло. Поскольку и нынешнее моё местообитание, и личная трёхкомнатная квартира в элитном доме в центре, за которую, хочу заметить, была полностью выплачена ипотека, находились в одной и той же зоне ответственности, возлагаемой на Землю Четыре.

В противном случае, надумай я отправиться в длительное путешествие, единственным доступным мне направлением стала бы Центральная Африка, а наиболее вероятными спутниками — воинственные зулусы.

А так всего-то пару тысяч километров, из которых минимум четверть вплавь, и я на месте. Причём никакие визы не понадобятся. А пограничные и таможенные посты с гораздо большей эффективностью заменили многочисленные чудовища, в которых превратились совсем ещё недавно совершенно милые зверушки. Как оказалось, не только люди столкнулись с фактом превращения из человека разумного в нечто непонятное, готовое не задумываясь сожрать ближнего своего. Впрочем, скептик, прочно угнездившийся в моём сознании — и я вовсе не о пришлом Чужом — и раньше был твёрдо убеждён, что человек человеку волк. А то и нечто похуже. Всё же у волков в стае существует определённый порядок и нравственные критерии, заложенные в самой их природе. А люди, в отличие от стайных животных, подчиняются неким законам не в силу доброты душевной, а вследствие боязни наказания.

Так вот, оказалось, что все звери, чей вес превосходил ориентировочно сорок килограммов, также подверглись трансформации. Причём, что совершенно естественно, в большинстве своём нарастили свои физические кондиции, а также клыки и когти. И ходока на длинные дистанции в пути наверняка ожидают незабываемые встречи с монстрами, способными одним только взмахом лапы слона в лепёшку размазать. При условии, конечно, если сам слон не вырастет до размеров той же стандартной пятиэтажки. Впрочем, информация о таких слонах отсутствовала, да и что им делать на территории Земля Четыре, если у них ареал обитания Земля Один и Земля Три. А вот дельфины, способные ударом хвоста потопить минный тральщик, вроде бы как уже появились.

Ну да что я о печальном. Ясно же, что ни в какую дорогу не отправлюсь, пока не смогу этим самым слонам и дельфинам хвосты винтом закрутить. Не так уж и сильно меня кто-то ждёт на малой родине. Семьёй не обзавёлся. Родители давно умерли. А немногочисленные товарищи и дальние родственники вряд ли в последнее время меня слишком часто вспоминают. Думаю, им сейчас не до меня. Во всяком случае, так мне подсказывала моя интуиция, обременённая здравым смыслом. Опять же, надеюсь, за время отсутствия никто на мою квартиру не покусится.

Душу согревала мысль о том, что с авокадо я таки был прав. Рассчитывать на их поставки с территории Земля Два на Землю Четыре в ближайшее время не приходилось. Приятно осознавать тот факт, что интуиция тебя в который раз не подвела.

Как-то за рассуждениями, связанными с возможностью вернуться домой, я отодвинул на второй план нечто гораздо более важное — сведения, которыми со мной поделился Чужой касательно задач, решаемых на Земле Орбитальными Станциями. На самом деле всё происходящее непотребство не более чем следствие, вытекающее из этих задач. Просто в голове не укладывается, что наша планета стала обычным тестовым полигоном, на котором отрабатывается наиболее эффективная стратегия ускоренного роста нейросетей, внедрённых в мозги как разумных, так и тварей бессловесных, обитающих на Земле. С тем чтобы в дальнейшем распространить этот опыт на другие цивилизации во Вселенной, достигшие определённой стадии развития. Сами по себе нейросети представляли из себя симбионтов, подсаженных в головы обитателей Земли, удовлетворяющих определённому критерию. Таковыми оказались все люди и большинство животных, чей вес превзошёл критические сорок килограммов. Сам же Чужой обитал на Орбитальной Станции и установил со мной связь, воспользовавшись уникальными возможностями моего паразита. На этот раз термин «паразит» я использовал не с целью нанесения кому бы то ни было оскорбления, характеризуя определённые морально-этические качества, а с целью объективного отражения реального положения вещей. Как иначе, кроме как «паразитом», можно обозвать тварь, проникшую в мою голову и поселившуюся там на постоянной основе. Причём, заметьте, без малейшего на то моего согласия. Так вот, мой личный паразит обладал уникальным классом «Умник», что и позволяло Чужому со мной общаться. Таких умников по всей территории, контролируемой Земля Четыре, насчитывалось всего-то одиннадцать. И на них возлагалась невероятно важная Миссия. О смысле и содержании которой Чужой так и не успел ничего внятного рассказать. Причём, что вообще ни в какие ворота не лезло, двое «Умников» проживали в этой самой гостинице. Я и тот самый мутный Пожиратель Плоти из числа писателей. Но с ним вообще какая-то неприятность приключилась, и сейчас Умников осталось десять. Так что я вполне мог претендовать на статус Избранного.

Ничего более вразумительного он рассказать не успел, сославшись на обстоятельства непреодолимой силы, требующие немедленного прекращения сеанса связи со мной.

— Мне нужно... — голос Чужого внезапно задрожал, стал прерывистым. — Станция... сбой в секторе... критический...

Я почувствовал, как связь начинает рваться. Словно невидимая нить, протянутая между моим сознанием и Орбитальной Станцией, натянулась до предела.

— Подожди! — мысленно крикнул я. — Ты хотя бы скажи, что мне делать с этой нейросетью! Как её развивать?

— Прокачивай... — едва различимо донеслось из глубины сознания. — Пятый уровень... обязательно... статус Пробудившегося... иначе ты...

Голос оборвался на полуслове. Я попытался восстановить связь, но наткнулся на глухую пустоту. Чужой исчез.

И только в последний момент, когда я уже собирался отпустить попытки, в голове эхом прозвучала странная фраза:

— Не доверяй Мамушке...

На орбитальной Станции Земля Четыре возникла какая-то неполадка, требующая его участия в устранении оной. Напоследок, перед самым исчезновением, Чужой порекомендовал мне как можно быстрее прокачивать собственную нейросеть, добравшись хотя бы до пятого уровня. Тогда передо мной откроются многочисленные дополнительные возможности и, самое главное, с точки зрения некого эфемерного Галактического кодекса, который в глаза никто не видел, но все с раболепием чтут, я приобрету статус «Пробудившегося». По Вселенским меркам это чуть выше, нежели дикое животное, но всё же не дотягивающее до «Раба». Во всяком случае, «Гражданину», убившему «Пробудившегося» безо всякого на то повода, могут пожурить, даже строго покачать перед носом пальчиком.

Вот на этой оптимистической ноте наше общение с Чужим и прервалось.

И мне осталось разве что утешаться мыслью о том, что он, подобно Карлсону, «улетел, но обещал вернуться».

Так что в голове внезапно возникла некая звенящая пустота и непреодолимое желание разобраться, что же на самом деле происходит вокруг. А брошенную Чужим при исчезновении реплику: «Не доверяй Мамушке», — я решил на время отнести к звуковым галлюцинациям. Во всяком случае, до тех пор, пока сам лично не познакомлюсь с пресловутым Мамушкой.

Меня буквально разрывало изнутри стремление немедленно куда-то бежать и что-то делать. С целью развития собственной нейросети до обязательного минимума в пять уровней. То ли сражаться с неведомыми монстрами, то ли скупать в ближайшем магазине соль и спички. Вот только, руководствуясь соображением, которое никогда ранее меня не подводило: «Если хочешь поработать, ляг поспи, и всё пройдёт», — я действительно развалился на кинг-сайз и принялся заново всё обдумывать. Это при том, что ещё с утра, будучи обездвижен и испытывая непереносимую боль, клятвенно обещал себе никогда больше не ложиться на это пыточное приспособление. В очередной раз убедившись в том, что хорошее забывается быстро, а плохое ещё быстрее — в противном случае все люди превратились бы в злобных и коварных человеконенавистников, во всяком случае, все мужчины уж точно бы стали женоненавистниками, а все женщины лесбиянками — я, исходя из информации, предоставленной мне Чужим, попытался заново сформулировать основные задачи и приоритеты. Ну недаром же я «Умник», а не просто доберман, который вышел пописать. В стратегическом плане практически ничего не изменилось. Разве что задача стать самой крупной лягушкой в этом болоте приобрела помимо качественных показателей — кто громче всех квакнет — ещё и количественные: быстро прокачать собственную нейросеть до пятого уровня.

А что касается тактических задач, то вопрос «насчёт пожрать» всё ещё остался в перечне приоритетных. Касательно собственной безопасности я несколько подуспокоился. Опять же были определённые соображения, реализация которых, как я предполагал, позволит мне усилить собственную защиту. Ну а по поводу Интерфейса — тут, с одной стороны, всё стало вроде бы как ясно. Берёшь в руки тяжёлую, очень тяжёлую штангу и приседаешь. Пока энергия не закончится. Потом отдыхаешь, копишь энергию и снова приседаешь со штангой. Ну, или, если надоест, отжимаешься от пола. И так очень-очень много раз. До тех пор, пока параметр Силане упрётся в потолок. Если я правильно понял слова Чужого, то на первом уровне нейросети для Пожирателя Плоти это значение составляет пятьдесят. Страшно подумать, на что способен пятидесятисильный чувак. Вполне возможно, добравшись до такого, смогу чугунными ядрами от Царь-пушки жонглировать. Причём всеми сразу. И это только на первом уровне нейросети. С ростом уровня предельно допустимое значение Силытоже возрастёт. Трудно загадывать насколько. Но не удивлюсь, если на том же пятом уровне оно составит двести, а то и побольше. Аналогичная ситуация с той же Ловкостью. Вот только для её прокачки понадобится не штанга, а всевозможные акробатические трюки. Можно, например, как Бибизяна, по веткам деревьев прыгать. Единственное, в чём я твёрдо уверен, что заниматься подобными глупостями меня разве что под дулом пистолета заставить можно. Мне и при нынешних значениях Силыи Ловкостиживётся неплохо. Если по ходу дела эти параметры станут расти, то так тому и быть. В противном случае палец о палец не ударю. Аналогичное отношение у меня и к другим Основным Параметрам: Жизнь,Энергияи Интеллект. А вот когда речь заходит об Уровне нейросети, то тут совсем другой коленкор. Задачу минимум — достичь пятого уровня — никто не отменял. Всё же хотелось бороздить просторы Вселенной хотя бы в статусе гастарбайтер, или как их тут именуют: «Пробудившегося», а не тварью бессловесной. И вот в этом вопросе возник этакий концептуальный затык. Если с Силой,Ловкостьюи иже с ними никаких проблем с прокачкой не предвидится, то как развивать нейросеть — совершенно непонятно. Из слов Чужого вытекает, что сама нейросеть — это тот самый симбионт, который Система подселяет в мозги достойных. И который по ходу дела растёт и развивается, награждая своего носителя дополнительными умениями. Осталось понять, что необходимо для его ускоренного роста. И тут вариантов тьма тьмущая. Может, паразит нуждается в сенсорной стимуляции. А может, ему особое питание необходимо. Те же витаминки.

Осознав, что ничего путного не надумаю, решил обратиться к первоисточнику. Может, прокатит. И тут же дал мысленную команду, подобную той, которую использовал для управления Интерфейсом. Ещё бы понять, к кому я при этом обращаюсь. По логике вещей, если я хоть немного понял, как всё это работает, мой запрос принимает та самая нейросеть, она же симбионт, он же паразит, разместившийся у меня в мозгу. После чего транслирует обращение к Орбитальной Системе Четыре. И уж там Искусственный Интеллект принимает решение ответить или проигнорировать нездоровый интерес одной из, почитай, миллиарда подопечных букашек. И этакая маленькая ремарка, пришедшая в голову по ходу анализа сложившейся структуры. Готов поставить свой левый сапог против чужого правого — всё равно сапоги не ношу, так что не страшно — что и сам Чужой не более чем псевдоавтономная подсистема, входящая в Орбитальную Систему Земля Четыре. Этакий Искусственный Интеллект внутри другого Искусственного Интеллекта вышестоящего уровня, отвечающий за локальную задачу: взаимодействие со мной, «Умником».

— А вот интересно, — тут же пришла в голову не слишком своевременная мысль. С другой стороны, почему бы и нет? Я вроде не особенно тороплюсь. — Мой Чужой он персональный, закреплённый исключительно за мной? Или курирует всех Умников, проживающих на территории Земля Четыре? Если верно последнее, надо бы поинтересоваться судьбой сценариста. Ладно, это не к спеху. Формулирую запрос и надеюсь до кого-нибудь достучаться.

«Система, справка. Сообщить условия прокачки нейросети».

Признаться, отсутствие ответа меня не слишком удивило. Ну не может всё быть настолько просто. Это только в сказках достаточно скомандовать: «Сезам, откройся!», и перед тобой распахнётся вход в пещеру, куда сорок трудолюбивых разбойников на протяжении многих лет свозили нечестно заработанные деньги и драгоценности.

Другое дело, что никакая логика в условиях глобального бардака не работала. Не успел я, лёжа на постели, придумать ничего вразумительного по поводу того, как бы раздобыть жизненно важную для меня информацию касательно прокачки нейросети, как перед глазами привычно замельтешило и появилось уже знакомое окно Интерфейса. Правда, с некоторым существенным дополнением.

— И как это прикажете понимать? — искренне удивился я. — Такая задержка во времени между запросом и реакцией приличествует разве что бухгалтерии, в которой сотрудники относятся к чужим деньгам как к своим. Но никак не высокоразвитому разуму из машины. Будем считать, что на Орбитальной Станции Земля Четыре какие-то неполадки. Вот систему и глючит.

Потешив таким образом собственное эго — всё же не слишком приятно ощущать себя букашкой, которой отказывают в праве быть разумной при нейросети первого уровня — я принялся детально изучать предоставленную мне информацию.

Основные характеристики:

Имя: andre

Уровень нейросети:1 (48/100)

Класс: Умник1/5 (27/100)

Подкласс: Пожиратель плоти2/5 (11/100)

Подкласс: Менталист0/10 (3/10)

Основные параметры:

Сила: 9/50

Ловкость:7/50

Жизнь:11/75

Энергия:19/100

Интеллект:24/100

Дополнительные параметры:

Очки умения:0 (57/100)

Сопротивление ментальному подавлению: 18

Важно:

1. Обнаружено общее ментальное подавление. Источник — Система. Уровень 12

Нейросеть растёт в процессе выполнения задач с использованием классовых умений, либо за счёт использования Очков умения

Нельзя сказать, что после этого мне всё стало ясно. Но некоторая определённость всё же появилась.

Глава пятая. Ночной визит

Глава пятая. Ночной визит.

Несмотря на свой свежеприобретённый класс Умник, я всегда придерживался принципа: думать вредно. Правда, и продолжение — «надо трясти» — не вызывало у меня значительного энтузиазма. Скорее всего, в силу врождённой лени. Не удивительно, что в конечном счёте я, вместо того чтобы решать шахматные этюды, рассуждать о судьбе Вселенной либо на худой конец отжиматься от пола, завалился на свою роскошную кровать — ту самую, которая совсем ещё недавно представлялась мне орудием пытки.

Солнце за окном уже клонилось к горизонту, окрашивая лилово-жёлтое небо в причудливые оттенки багрянца. Те самые туманные спирали медленно дрейфовали над головой, напоминая о том, что привычный мир безвозвратно ушёл. Но усталость оказалась сильнее тревоги. Едва моя голова коснулась подушки, как веки сами собой сомкнулись.

И не успело солнце полностью исчезнуть за горизонтом, как я заснул.

Сон накрыл меня, как тяжёлое одеяло, сотканное из хаотичных образов и обрывков недавних событий.

Я видел огромные полупрозрачные кольца, медленно вращающиеся в небе. Они пульсировали разноцветным светом, и от каждой пульсации по моему телу пробегала волна странного покалывания. Словно тысячи невидимых иголок одновременно впивались в кожу, проникая всё глубже, к самым костям, к мозгу.

Картинка резко сменилась. Я стоял посреди коридора отеля, залитого кровью. Вокруг валялись разорванные тела — те самые восемь смельчаков, решившихся на меня напасть. Но теперь они были живыми. Медленно поднимались, поворачивали ко мне пустые глазницы, открывали окровавленные рты.

— Ты один из нас, — хором произнесли мертвецы. — Пожиратель. Монстр. Каннибал.

Я попытался возразить, но вместо слов из моего горла вырвался звериный рык. Посмотрел на свои руки — они были покрыты чешуёй, пальцы превратились в когти.

Сцена снова изменилась. Теперь я находился внутри чего-то тёмного и тесного. Тёплые пульсирующие стены обволакивали меня со всех сторон. Я понял, что нахожусь внутри собственного мозга. А вокруг меня, оплетая извилины плотной сетью, раскинулась нейросеть. Она напоминала гигантскую паутину из светящихся нитей, и каждая нить тянулась куда-то вверх, в бесконечность, к тем самым Орбитальным Станциям.

— Ты наш, — прошептала нейросеть тысячей голосов. — Ты — часть Системы. Ты никогда не был свободен. И никогда не будешь.

Я попытался вырваться, разорвать светящиеся нити, но они множились, опутывая всё плотнее. Я задыхался, чувствуя, как моё сознание растворяется в этой бесконечной сети.

И вдруг всё исчезло. Я оказался в абсолютной темноте. Пустота. Ничто.

А потом из этой пустоты материализовались пять огромных дисков — Орбитальные Станции. Земля Один. Земля Два. Земля Три. Земля Четыре. Земля Пять. Они висели надо мной, холодные и безразличные, как глаза мёртвых богов.

— Эксперимент продолжается, — произнёс механический голос, исходящий одновременно отовсюду и ниоткуда. — Субъект номер семь миллионов триста сорок две тысячи восемьсот одиннадцать. Класс: Умник. Подкласс: Пожиратель Плоти. Подкласс: Менталист. Вероятность достижения пятого уровня: тридцать два процента. Вероятность полной трансформации в Кадавра: пятьдесят восемь процентов. Вероятность гибели в течение первой недели: девяносто один процент.

— Я не номер! — закричал я в пустоту. — Я человек! Меня зовут Андрей!

— Субъект демонстрирует остаточное самосознание, — безразлично продолжил голос. — Параметр занесён в базу данных. Эксперимент продолжается.

Диски начали вращаться всё быстрее, сливаясь в единое кольцо ослепительного света. А из центра этого кольца протянулись щупальца, тянущиеся ко мне, чтобы схватить, поглотить, переделать...

Я видел лица. Венечку с его голубыми глазами-прожекторами. Лейлу, превращающуюся в роскошную восточную красавицу. Того самого второго Пожирателя Плоти, писателя, чьё лицо оставалось размытым, но от которого исходила странная, тревожная аура.

А потом все они открыли рты и начали жрать друг друга. Рвать плоть зубами, ломать кости, пожирать внутренности. И с каждым съеденным куском они становились больше, сильнее, чудовищнее.

— Чтобы стать сильнее, ты должен пожирать, — шептали голоса. — Жри. Расти. Становись сильнее. Или будешь сожран сам.

Последнее, что я увидел перед пробуждением — собственное отражение в невидимом зеркале. Я стоял посреди груды костей и обглоданных черепов. Моё лицо было залито кровью. Глаза горели безумным голодом. А на губах играла довольная улыбка хищника, насытившегося досыта.

Я проснулся от слабого шороха.

Мгновенно пришедшее осознание вырвало меня из липких объятий кошмара. Сердце бешено колотилось. По спине струился холодный пот. Но я заставил себя не шевелиться, не открывать глаза, дышать ровно и спокойно.

Шорох повторился. Металлический скрежет — ключ в замке. Тихий щелчок. Скрип петель. Кто-то вошёл в номер.

Первая мысль, пронзившая сознание: снова постояльцы, пытающиеся убить и сожрать Силовое Ядро. Или как там Чужой назвал то, что делает меня Умником и Пожирателем Плоти одновременно.

Я готовился сорваться с кровати, напасть первым. Мышцы напряглись. Энергиябурлила в жилах, готовая взорваться звериной яростью.

Но нападения не последовало.

Вместо грохота ног и лязга оружия — лишь тихие, осторожные шаги. Босые ноги на полу. Шелест ткани.

Я приоткрыл один глаз — совсем чуть-чуть, ровно настолько, чтобы видеть сквозь ресницы, но не выдать себя.

То, что я увидел, заставило меня забыть о готовности к бою.

Гибкая девичья фигура двигалась от двери к кровати. Силуэт подсвечивался слабым лилово-жёлтым сиянием, проникающим в окно. Девушка раздевалась прямо на ходу. Платье соскользнуло с плеч, упало на пол. Следом полетело нижнее бельё.

Ещё два шага — и она была у кровати. Приподняла одеяло и нырнула ко мне под него.

Тёплое обнажённое тело прижалось к моему боку.

Лейла.

Я узнал её по запаху — тонкий аромат восточных специй и чего-то сладкого, цветочного. По прикосновению — мягкая кожа, шелковистые волосы, рассыпавшиеся по моей груди.

Девушка устроилась рядом, положила голову мне на плечо. Её рука легла на мою грудь. Нога переплелась с моей ногой. Она прижималась ближе, всем телом, не оставляя между нами ни миллиметра свободного пространства.

А потом начала шептать. Тихо-тихо, прямо мне в ухо. Голос её был как мёд — тягучий, обволакивающий, проникающий в самые потаённые уголки сознания.

— Спи, — шептала Лейла. — Тебе хорошо. Ты спишь глубоким сном. Тебе так хорошо. Ты счастлив. Ты спокоен. Ты в безопасности. Рядом с тобой тот, кому ты доверяешь. Спи. Спи. Спи...

Чем-то это напоминало способность Венечки. Только у того в основе создания рабов и подчинения других было нечто навроде гипноза и голубые глаза. У Лейлы — чарующий голос и, судя по всему, так называемая парная культивация. Если следовать терминологии азиатских культиваторов, идущих к Небу, и достаточно однозначным действиям сексуального характера.

Её рука медленно скользила по моей груди. Вниз. Ещё ниже. Прикосновения были лёгкими, почти невесомыми, но от них по телу разливалось странное тепло. Не просто возбуждение — что-то другое. Словно энергия перетекала из неё в меня и обратно, создавая замкнутый круг.

— Ты чувствуешь меня, — продолжала шептать Лейла. — Ты чувствуешь, как мы соединяемся. Не только телами. Душами. Энергией. Ты становишься частью меня. А я — частью тебя. Это так приятно. Так правильно. Ты хочешь этого. Ты хочешь меня. Ты не можешь без меня. Ты принадлежишь мне...

Я лежал не шевелясь, продолжая изображать спящего. А в голове проносились мысли одна абсурднее другой.

Секс со спящей женщиной я мог себе вообразить. Но как Лейла рассчитывает провернуть подобное с мужиком, тем более моих статей и габаритов — Пожирателя Плоти весом под полтораста килограммов?

Ответ пришёл сам собой.

Она и не собиралась заниматься сексом с неподвижным телом. Её цель — внушить мне нужное состояние, пока я сплю и моё сознание наиболее уязвимо. Заставить меня проснуться уже под её контролем. Или, что более вероятно, не давать проснуться вообще, провести весь «ритуал» в полусонном состоянии, когда защита разума минимальна.

А дальше — парная культивация. Обмен энергией через физический контакт. Она будет подпитываться моей силой, развивать свою нейросеть за мой счёт. И заодно установит надо мной контроль, превратит в очередного раба в своей свите.

Меня возмутили очередные попытки сделать из меня послушного исполнителя чужих хотелок. А действия Лейлы ничем другим, как воспитанием из жертвы раба, трактовать не приходилось. Единственное достоинство — девушка делала это приятнее, нежели Веня.

Но суть-то не меняется.

Я делал вид, что сплю, и попытался оценить параметры Лейлы. Мысленно сосредоточился, вызывая Интерфейс. И направил запрос не на себя, а на неё.

Интерфейс откликнулся не сразу. Изображение замельтешило перед закрытыми глазами, словно что-то мешало сканированию. Но моё Сопротивление ментальному подавлениюв восемнадцать единиц сделало своё дело. Сопротивление было преодолено.

Перед внутренним взором возникла табличка:

Основные характеристики:

Имя: Лейла

Уровень нейросети:1 (73/100)

Класс: Нимфа1/5 (68/100)

Подкласс:нет

Основные параметры:

Сила: 3/10

Ловкость:12/25

Жизнь: 8/35

Энергия:41/120

Интеллект:16/50

Обаяние:34/80

Дополнительные параметры:

Ментальное воздействие:22/50

Энергетический вампиризм:18/40

Очки умения:0 (23/100)

Умения:

Чарующий голос(уровень 2): способность воздействовать на сознание через голосовые вибрации. Эффективность зависит от разницы в параметре Интеллекти Сопротивлении ментальному подавлению жертвы.

Парная культивация(уровень 1): способность обмениваться энергией с партнёром через физический контакт. При успешном применении увеличивает собственную Энергиюи параметры Класса.

Аура обольщения(уровень 1, пассивное): постоянное слабое воздействие на окружающих, повышающее их восприимчивость к ментальному контролю.

Важно:

Обнаружено дополнительное ментальное воздействие. Источник — Нимфа Лейла. Уровень 3

Воздействие заблокировано. Сопротивление ментальному подавлению цели превышает силу воздействия.

Я мысленно усмехнулся.

Понимаю, что Лейла — молодая Нимфа, и её возможностей хватает разве что на то, чтобы воздействовать на жертву во время сна, когда защита разума ослаблена. Моё ментальное сопротивление в восемнадцать единиц против её воздействия третьего уровня делает меня практически неуязвимым для неё.

Но она этого не знает. И продолжает старательно работать, не подозревая, что все её усилия бьются о стену.

Я решил продолжить игру. Делать вид, что сплю. Откликаться на парную культивацию — пусть думает, что её план работает. Послушать, что ещё интересного она мне нашепчет.

Лейла между тем усилила напор. Её прикосновения стали смелее. Она прижималась ко мне всё плотнее, покрывая поцелуями шею, грудь, плечи. Голос звучал всё более настойчиво, проникновенно.

— Ты безумно влюблён в меня, — шептала она, и в этом шёпоте слышалась абсолютная уверенность. — Ты влюбился с первого взгляда. Помнишь? Когда увидел меня на ресепшене? Я улыбнулась тебе, и ты понял — это судьба. Это любовь. Настоящая, единственная. Ты готов ради меня на всё. Ты хочешь меня. Ты нуждаешься во мне. Ты не можешь без меня жить...

Она продолжала нашёптывать этот бред, всё больше распаляясь. Её дыхание участилось. Тело стало горячим.Энергияпульсировала между нами всё интенсивнее — я чувствовал, как она пытается вытянуть мою силу, подпитаться ею.

— Ты будешь защищать меня, — шептала Лейла. — Ты будешь убивать для меня. Ты станешь моим щитом и мечом. Ты будешь первым в моей свите. Самым сильным. Самым преданным. Ты принадлежишь мне. Только мне. Навсегда...

На пике её уверенности, когда она была абсолютно убеждена, что добилась своего, я открыл глаза и произнёс сухим, рассудочным голосом:

— И как прикажешь это понимать?

Лейла замерла. Буквально окаменела на месте. Её глаза — огромные, миндалевидные, невероятно красивые в полумраке номера — округлились от шока.

— Что... — прошептала она.

— Фи-и-и, — протянул я с нарочитым осуждением. — Воспитанная интеллигентная татарская девушка лезет в постель к малознакомому мужчине и хочет от него странного. Как же так, Лейла? Где скромность? Где целомудрие? Что родители скажут?

Она попыталась отстраниться, но я перехватил её за запястье. Не больно — просто зафиксировал. Моя Силав девять единиц против её трёх не оставляла девушке шансов вырваться.

— Ты... ты всё время не спал?! — прошипела Нимфа, и в её голосе звучал не только шок, но и нотки паники.

— А то, — спокойно подтвердил я. — И сейчас мы с тобой, подруга, будем договариваться.

Я приподнялся, опираясь на локоть, не выпуская её руку. Лейла попыталась прикрыться одеялом — забавно наблюдать, как Нимфа, минуту назад бесстыже соблазнявшая спящего мужчину, внезапно вспомнила о стыдливости.

— Я догадываюсь, зачем тебе нужен такой, как я, — продолжил я, внимательно глядя ей в глаза. — Умник. Пожиратель Плоти. Сильный, развивающийся, с хорошим потенциалом. Первый в твою свиту. База для дальнейшего роста. Защитник и источник энергии одновременно. Правильно понимаю?

Лейла молчала, но в её взгляде мелькнуло что-то вроде признания.

— Вот что мне интересно, — я наклонился ближе, и она невольно отшатнулась. — Почему не начала с объекта попроще? Кого-нибудь из Силовиков, например? Их тут целая команда болтается. Тупые, послушные, легко внушаемые. Идеальные рабы для начинающей Нимфы. Зачем лезть ко мне, к Умнику, у которогоСопротивление ментальному подавлению выше, чем твой уровень воздействия?

Она сглотнула. Я видел, как по её обнажённому горлу пробежала судорожная волна. Потом медленно, с трудом выдавила:

— Силовики... уже заняты.

— Кем? — мгновенно спросил я.

Лейла помедлила, но, видимо, решила, что терять ей всё равно уже нечего.

— Другой... другой Повелитель, — прошептала она. — Из числа постояльцев. Он... он раньше меня начал. Забрал всех Силовиков себе. И ещё нескольких Изменённых. У него уже целая стая.

Тот самый мутный тип, от которого я интуитивно держался подальше.

— И ты решила не отставать? — уточнил я. — Срочно нарастить собственную свиту, пока все перспективные кадры не разобрали?

Она кивнула. В её глазах плескался страх, но уже не такой панический. Она начала понимать, что я не собираюсь её убивать. Во всяком случае, пока.

— Ты... ты правда не поддался? — тихо спросила Лейла. — Совсем? Даже немного?

— Совсем, — подтвердил я. — Твоего уровня не хватает, чтобы продавить моё сопротивление. Даже когда я сплю.

Она сжала губы. В глазах мелькнула досада, смешанная с чем-то вроде восхищения.

— Значит... значит всё зря? — пробормотала она. — Я думала... я так старалась...

— Не совсем зря, — остановил я её. — Я ведь сказал — будем договариваться.

Лейла недоверчиво посмотрела на меня.

— О чём договариваться?

— А вот это, — я наконец отпустил её запястье и откинулся на подушку, — мы сейчас и обсудим. Спокойно. По-взрослому. Без всяких ментальных фокусов и попыток кого-то поработить. Идёт?

Она медленно кивнула, натягивая одеяло повыше. Любопытство в её взгляде начало вытеснять страх.

— Значит так, — начал я, складывая руки за головой. — Мне нужна информация. О том, что происходит в отеле. О других Изменённых. Об этом втором Умнике особенно. И ещё куча всего по мелочи. Ты — местная, работала здесь до Вторжения, знаешь всех постояльцев. У тебя есть доступ к информации, которой у меня нет.

— И что я получу взамен? — осторожно спросила Лейла.

— Защиту, — просто ответил я. — От того же второго Повелителя, например. Думаешь, он не заметил такую лакомую добычу, как ты? Нимфа, да ещё и красивая. Идеальное дополнение к стае Силовиков. Держу пари, он уже присматривается. И как только ты достаточно усилишься, чтобы стать по-настоящему ценной, он придёт за тобой.

Лейла побледнела. Очевидно, эта мысль уже приходила ей в голову.

— А ещё, — продолжил я, — я не буду мешать твоей парной культивации. Более того, я согласен на неё. Но по взаимному согласию, а не через внушение во сне. И с чётким пониманием, кто тут главный.

— То есть ты хочешь, чтобы я... — она замялась.

— Чтобы ты делала то, зачем пришла, — невозмутимо закончил я. — Только честно. Без попыток захвата контроля. Ты получаешь доступ к моей энергии для прокачки. Я получаю информацию и... — я усмехнулся, — приятную компанию. Плюс возможность самому поэкспериментировать с этой парной культивацией. Интересно же, как она работает.

Лейла смотрела на меня долгим изучающим взглядом. Потом медленно кивнула.

— Хорошо, — тихо сказала она. — Договорились. Но если ты обманешь...

— Не обману, — перебил я. — У меня своё правило: слово дал — держи. Даже в этом сумасшедшем мире.

Она помолчала, обдумывая. Потом спросила:

— И с чего начнём?

— С разговора, — ответил я. — Расскажи мне всё, что знаешь об этом втором Повелителе. Как его зовут? Что он из себя представляет? Чего хочет?

Лейла устроилась поудобнее, прижимаясь ко мне боком, но уже без всяких попыток соблазнения. Просто как человек, делящийся информацией с союзником.

— Его зовут Андрей, — начала она. — Как и тебя, кстати. Совпадение странное. Ему около сорока. Вроде как бизнесмен средней руки, что-то такое. Приехал сюда один, отдыхал тихо, никого не трогал. Я его почти не замечала до Вторжения.

— А после?

— После... — Лейла поёжилась. — Он изменился. Не внешне — внутренне. Будто что-то сломалось в нём. Или, наоборот, что-то включилось. Он стал собирать вокруг себя людей. Тех, кто послабее, кто растерялся после Вторжения. Обещал защиту, порядок, план выживания. И люди пошли за ним. Сначала несколько человек. Потом больше.

— И он их подчинил?

— Не сразу. Сначала действительно помогал. Организовал группу, распределил обязанности. Но потом началось странное. Те, кто был с ним рядом, становились... другими. Покорными. Тупыми. Они смотрели на него, как рабы на хозяина. И делали всё, что он скажет. Абсолютно всё.

— Тот же ментальный контроль, — пробормотал я. — Но тоньше, чем у Вени. Постепенный. Без грубого насилия.

— Кто такой Веня? — не поняла Лейла.

— Один придурок. Менталист. Хотел меня поработить. Не вышло.

— Ты его убил?

— Ага. И съел его глаза.

Лейла побледнела.

Глава шестая. Навести порядок

Глава шестая. Навести порядок.

Я проснулся рано утром от странного ощущения пустоты. Не той экзистенциальной, которая, по словам всяких там философов, терзает души современных людей, утративших связь с чем-то эфемерно-важным и первородно-значимым. А вполне конкретной, материальной — в постели больше никого не было.

Лейла исчезла.

Я потянулся, чувствуя приятную усталость в мышцах — та самая парная культивация, о которой столько говорилось, оказалась весьма энергозатратным мероприятием, хотя и не лишённым определённых преимуществ. Судя по внутренним ощущениям, Энергияне просто восстановилась, а даже немного превысила обычный уровень. Словно после хорошей тренировки, когда организм не просто компенсирует потраченное, но и добавляет сверху, на случай если завтра нагрузка повторится.

Взглянул на окно. За стеклом медленно разгоралось то, что в прежнем мире называлось рассветом, а теперь больше напоминало смену декораций в любительском театре, где осветитель страдает дальтонизмом и работает исключительно по наитию. Лилово-жёлтое небо приобрело оттенки разбавленного апельсинового сока, багряные спирали замедлили своё вращение, а на горизонте проступали контуры тех самых чёрных корявых деревьев, которые когда-то были соснами.

Лейла, по её словам вчера вечером — вернее, уже глубокой ночью, когда наша беседа плавно переросла в нечто иное — пряталась в тайной служебной комнате. Одной из тех, что предусмотрены в каждой приличной гостинице для технических нужд и куда гостей обычно не пускают под страхом лишения звёзд и занесения в чёрный список Booking.com. Прятаться ей приходилось от Повелителя, того самого загадочного типа, о котором девушка рассказывала с плохо скрываемым страхом.

Я сел на кровати, откинув одеяло, и задумался.

Вот что меня действительно беспокоило, так это странная концентрация определённого типа способностей в одном месте. В одной, на минуточку, гостинице, пусть и достаточно крупной, но всё же ограниченной в размерах, одновременно оказались трое — трое! — обладателей классов, предназначенных для подчинения других разумных существ.

Первый — покойный Веня. Менталист. Гипнотизёр с голубыми глазами-прожекторами, способный одним взглядом превратить человека в безвольную марионетку. Впрочем, с ним вопрос решён окончательно и бесповоротно. Его глаза сейчас мирно перевариваются где-то в недрах моего желудочно-кишечного тракта, обогащая мой организм полезными веществами и, что гораздо важнее, расширяя спектр моих способностей.

Вторая — Лейла. Нимфа. Чарующий голос, парная культивация, аура обольщения. Не настолько грубый инструмент, как у Вени, но, возможно, даже более опасный в долгосрочной перспективе. Потому что Веня ломал волю сразу, грубо, в лоб — и жертва понимала, что с ней произошло. А Лейла работала тоньше, постепенно, обволакивая сознание сладкими иллюзиями любви, преданности, счастья. И жертва даже не осознавала, что стала рабом.

И третий — неизвестный Повелитель. О нём я знал меньше всего, но то немногое, чем поделилась Лейла, рисовало картину весьма неприятную. Некто, напоминающий вампира, подчиняющий жертву через укус в шею. Причём укус не просто символический, а вполне функциональный — парализующий, выкачивающий силу и одновременно впрыскивающий что-то, превращающее человека в безвольную марионетку.

Три класса контроля. В одном месте. Одновременно.

Спрашивается, с какого перепугу?

Если исходить из того, что Система — а именно так Чужой называл ту силу, что стоит за Орбитальными Станциями и всем этим безумием — действительно проводит эксперимент по развитию нейросетей в головах землян, то какой смысл насаждать столько классов контроля? Ведь если конечная цель — продать, передать или каким-то иным образом внедрить развитые нейросети в другие цивилизации, то вряд ли покупатели обрадуются перспективе получить существ, способных ментально управлять своими хозяевами.

Это же элементарная логика. Ты же не будешь покупать собаку, которая умеет гипнотизировать тебя и заставлять приносить себе еду, не так ли? Или раба, способного одним прикосновением превратить господина в безвольного идиота?

В этом отсутствовала логика. Во всяком случае, очевидная.

Я встал с кровати, потянулся — позвонки приятно хрустнули — и прошёлся по номеру. Горничные вчера, слава богу, успели прибрать. Вернее, не вчера — позавчера, до того, как я расправился с группой охотников за моим Ядром Силы. После той резни убирать им пришлось изрядно, и, что характерно, они это сделали. Молча, методично, не выказывая никаких эмоций. Словно собирали не ошмётки человеческих тел, а рассыпанный кем-то мусор.

Оглупление. Ментальное подавление со стороны Системы. Уровень двенадцать против моего сопротивления восемнадцать — или уже больше, надо проверить. Вот что превратило обслуживающий персонал в биороботов, исполняющих базовую программу.

Но вернёмся к нашим баранам. То есть к Повелителям, Нимфам и прочим любителям чужого разума.

Я активировал способности Умника. Не то чтобы я точно знал, как это делается — скорее интуитивно, нащупывая невидимый переключатель где-то в глубине сознания. Но получилось. Голова начала работать в новом режиме. Ясно. Чётко. Словно кто-то вытер запотевшее стекло, и мир за ним стал различим в деталях.

Мысли потекли быстрее. Связи между фактами проявлялись сами собой. То, что секунду назад казалось разрозненными фрагментами, складывалось в целостную картину.

И внезапно я понял.

Система выращивает классы контроля не несмотря на их опасность для будущих хозяев, а именно ради неё.

Потому что нейросети можно извлекать.

Эта мысль пронзила сознание, как разряд молнии. Конечно! Если симбионт — это отдельная сущность, живущая в голове носителя, то его можно вытащить. Извлечь, как флешку из компьютера. А потом пересадить кому-то другому.

Представьте себе галактический рынок. Не какой-нибудь жалкий блошиный, а настоящий, межцивилизационный, где торгуют не ширпотребом, а технологиями, способностями, усовершенствованиями. И вот на этом рынке появляется товар: нейросети, обученные, прокачанные, готовые к использованию.

Хочешь стать сильнее? Вот тебе нейросеть Силовика, выращенная на каком-нибудь бедолаге-штангисте, который после Вторжения тягал камни, пока не достиг пятого уровня.

Нужна ловкость? Держи нейросеть Акробата.

Интеллект? Умник к твоим услугам.

А теперь внимание, гвоздь программы: хочешь управлять другими? Менталист, Нимфа, Повелитель — выбирай на вкус. Пересадим, настроим, гарантия качества.

Единственная проблема — как извлечь нейросеть, не убив носителя? Или убив, но так, чтобы сам симбионт остался невредимым?

Вот тут-то и начинается самое интересное. Если моё предположение верно, то Земля — это не просто полигон для тестирования методик развития нейросетей. Это ферма. Самая натуральная ферма по выращиванию биологического ресурса, который потом будут продавать направо и налево.

А те, кому не повезло стать носителями особо ценных классов контроля? Ну что ж, они, по всей видимости, однажды просто не проснутся. Или проснутся, но уже без того, что делало их особенными. Обычные люди. Даже не Пробудившиеся. Пустые оболочки.

Меня аж передёрнуло от этой мысли.

Впрочем, пока это только теория. Но чёрт возьми, она объясняет слишком многое, чтобы быть неправильной. Решил при первой же возможности выяснить этот вопрос у Чужого. Если, конечно, тот соизволит снова появиться в моей голове и не будет отмазываться техническими неполадками на Орбитальной Станции.

И тут случилось нечто неожиданное.

Перед глазами мелькнуло уведомление:

Получено: Очки умения +3

Получено: Опыт класса "Умник" +15

Причина: Успешное применение аналитических способностей класса. Выявлена скрытая закономерность высокой важности.

Я моргнул. Потом моргнул ещё раз.

Серьёзно? Система поощряет меня за то, что я догадался о её истинных целях? Это же какой-то высший пилотаж цинизма. Типа: «Молодец, догадался, что ты просто мясо на ферме. Держи печеньку».

Хотя, если подумать, в этом есть своя логика. Система заинтересована в развитии Умников. А Умники развиваются, когда думают, анализируют, делают выводы. Даже если эти выводы касаются неприглядной правды об их собственном положении.

Мысленно вызвал Интерфейс. Команда «Статус открыть» сработала мгновенно, и перед внутренним взором возникла обновлённая табличка:

Основные характеристики:

Имя: andre

Уровень нейросети:1 (51/100)

Класс: Умник1/5 (42/100)

Подкласс: Пожиратель плоти2/5 (11/100)

Подкласс: Менталист0/10 (3/10)

Основные параметры:

Сила: 9/50

Ловкость:7/50

Жизнь:11/75

Энергия:27/100

Интеллект:25/100

Выносливость:14/50

Дополнительные параметры:

Очки умения:3 (63/100)

Сопротивление ментальному подавлению: 20

Важно:

1. Обнаружено общее ментальное подавление. Источник — Система. Уровень 12

Нейросеть растёт в процессе выполнения задач с использованием классовых умений, либо за счёт использования Очков умения

Так. Интересно.

Энергияподскочила с жалких трёх-четырёх до двадцати семи. Это, безусловно, результат ночного общения с Лейлой. Парная культивация работает. Интеллект вырос на единицу — мелочь, но приятно.Очки уменияпоявились те самые три, что Система только что выдала. Сопротивление ментальному подавлению выросло с восемнадцати до двадцати.

И вот это последнее особенно любопытно. Вчера вечером моё сопротивление едва-едва превышало уровень подавления Системы. А сегодня уже двадцать против двенадцати. Солидный запас прочности.

За счёт чего? Секс с Нимфой? Парная культивация? Или постоянное сопротивление её попыткам ментального воздействия, которые, хоть я и был неуязвим, всё равно оказывали своего рода тренировочный эффект?

Скорее всего, всё вместе. Энергия пополнилась за счёт обмена с Лейлой. АСопротивлениевыросло, потому что всю ночь моя ментальная защита отбивала её попытки влезть мне в голову. Она, конечно, старалась не слишком настойчиво — договорились же, что без контроля. Но инстинкты Нимфы, видимо, сильнее сознательных намерений. И её способности работали на автомате, пытаясь проникнуть, обвить, подчинить. А я отбивался. Неосознанно, во сне, но отбивался. И прокачивался.

Надо же. Секс как метод развития. Кто бы мог подумать, что древние даосские культиваторы были правы.

Появилась и новая характеристика — Выносливость. Четырнадцать из пятидесяти. Откуда она взялась? Ах да, я же всю ночь занимался физической активностью. Весьма интенсивной. Неудивительно, что Система зачла это как тренировку.

Я усмехнулся. Вот уж не думал, что однажды буду рассматривать интимную близость с точки зрения прокачки игровых характеристик.

Впрочем, хватит философствовать. Пора переходить к делу.

У меня было три задачи. Стратегическая, тактическая и сиюминутная.

Стратегическая— развитие нейросети до пятого уровня. Стать Пробудившимся. Получить хоть какой-то статус в этой безумной галактической иерархии. Чужой намекал, что именно пятый уровень открывает доступ к дополнительным возможностям. Каким именно — не уточнил, сославшись на форс-мажор. Но судя по тому, как он напирал на важность этой цели, ставки там высокие.

Тактическая— разобраться, можно ли получать новые умения и способности не только через пожирание частей тела других Изменённых, но и каким-то альтернативным способом. Потому что, признаюсь честно, перспектива регулярно жрать человечину меня не прельщает. Да, Венины глазки принесли пользу. Но это был экстренный случай, в бессознательном состоянии. А сознательно грызть чужие органы... нет уж, спасибо. Хотелось бы найти другой путь.

И сиюминутная— решить вопрос с Повелителем.

Потому что, судя по всему, этот товарищ в ближайшее время попытается меня подчинить. Лейла намекала достаточно прозрачно. Повелитель собирает свою армию. Силовики, Нюхачи, кто-то ещё — всех, кого удалось поймать и укусить. А я для него лакомый кусок. Умник. Пожиратель Плоти. Потенциально очень сильный. Такого в свою коллекцию не взять — преступление.

Следовательно, надо готовиться. Не ждать, когда он придёт, а подготовить ловушку. Встретить во всеоружии. И желательно так, чтобы после встречи именно я пополнил свою коллекцию способностей, а не наоборот.

По словам Лейлы, Повелитель работал не так, как Веня или она сама. Веня гипнотизировал взглядом. Лейла обвораживала голосом и прикосновениями. А Повелитель... Повелитель кусал.

Буквально. Как вампир из дешёвых ужастиков.

Сначала обездвиживал жертву — не знаю как, может, аурой страха, может, ещё чем-то. Потом кусал в шею. Укус парализовал окончательно. А дальше начинался процесс. Повелитель пил кровь, получая часть силы жертвы. И одновременно впрыскивал что-то своё — яд, фермент, да хрен его знает что — которое переделывало сознание жертвы. Превращало в безвольную марионетку, слепо преданную хозяину.

Красиво. Эффективно. И, что самое мерзкое, необратимо. Те, кого укусил Повелитель, уже не вернутся. Они его навсегда.

Я прошёлся по номеру, обдумывая варианты защиты.

Классическая тактика: не подпускать близко. Повелителю нужен физический контакт, укус. Значит, надо держать дистанцию. Бить на расстоянии. Проблема в том, что у меня нет никаких дальнобойных способностей. Я Пожиратель Плоти, мне нужно рвать врагов когтями и зубами. Ближний бой — моя стихия. А тут как раз ближний бой и противопоказан.

Можно, конечно, попробовать что-нибудь кидать. Мебель, например. Благо Сила позволяет. Но это не решение, а импровизация. Против одного Повелителя может и сработает, но он же не один придёт. С ним будет стая. Силовики, которые вполне способны принять на себя летящие стулья и столы.

Нужно что-то более радикальное.

И тут в голову пришла странная мысль. Абсурдная. Идиотская. Но от того не менее привлекательная.

А что если сделать свою кровь ядовитой?

Ну серьёзно. Повелитель хочет меня укусить и выпить кровь? Пожалуйста. Пусть попробует. То-то для него это станет сюрпризом.

Шутка, конечно. Впрочем, в каждой шутке есть доля шутки, а всё остальное — доля правды, тут же подбодрил я себя фразой, искажённой настолько, что оригинальный автор в гробу перевернулся бы.

Но в этом направлении действительно стоит подумать. Нет ли у Пожирателя Плоти такой опции? Ведь мой класс связан с поглощением, пожиранием, ассимиляцией чужой плоти. А это, по сути, химические и биологические процессы. Желудок вырабатывает кислоту. Ферменты расщепляют белки. Всё это уже есть в организме. Может, можно усилить? Направить не внутрь, а наружу?

Представьте: Повелитель вгрызается мне в шею, а вместо вкусной питательной крови получает концентрированную серную кислоту. Или яд кобры. Или ещё какую-нибудь гадость, от которой его собственная пасть начнёт дымиться и плавиться.

Я почти физически ощутил, как эта картинка прорисовалась в воображении. И мне понравилось.

Вопрос: как это реализовать?

Вызвал Интерфейс ещё раз. На этот раз не просто статус, а более детальную информацию. Попробовал сформулировать запрос: «Система. Показать доступные способности подкласса Пожиратель Плоти. Включая скрытые и недоступные на текущем уровне».

Изображение замельтешило. Я уже привык к этому — Система не всегда отвечает мгновенно. Но на этот раз ответ пришёл довольно быстро:

Способности подкласса "Пожиратель Плоти" (уровень 2/5):

Активные:

Звериная ярость(уровень 1): Временное увеличение Силы и скорости регенерации за счёт Энергии. Снижает Интеллект на время действия.

Пожирание(пассивное, уровень 2): Способность усваивать характеристики и умения поглощённых существ. Эффективность зависит от качества и количества поглощённой плоти.

Недоступные (требуется уровень 3):

Адаптивная физиология: Способность временно изменять характеристики организма для адаптации к угрозам.

Регенерация(усиленная): Значительное ускорение заживления ран.

Недоступные (требуется уровень 4):

Токсичная кровь: Кровь становится ядовитой для других существ при попытке её употребления.

Метаболическая печь: Способность перерабатывать любые органические вещества в Энергию.

Недоступные (требуется уровень 5):

Биологическая трансформация: Способность временно изменять структуру тела для получения новых физических характеристик.

Симбиотический захват: Возможность поглощения чужих нейросетей без уничтожения носителя.

Я уставился на список, не веря своим глазам.

Токсичная кровь. Она существует. Она реальна. И мне нужен всего лишь четвёртый уровень подкласса, чтобы её получить.

Четвёртый. Уровень. Блин.

А у меня сейчас второй. И прогресс — жалкие одиннадцать из ста. То есть до третьего уровня мне нужно набрать ещё восемьдесят девять очков. А потом ещё сто до четвёртого. Итого почти двести очков опыта подкласса.

Сколько для этого надо сожрать врагов? Десяток? Два?

Перспектива не радовала.

Но зато я теперь знал, что это возможно. И это уже немало.

Кстати, о других способностях.Адаптивная физиология на третьем уровне. Звучит заманчиво.Регенерация— тоже полезная штука. На пятом уровне вообще открываются какие-то запредельные вещи типа Биологической трансформации и Симбиотического захвата.

Последнее особенно интересно. «Возможность поглощения чужих нейросетей без уничтожения носителя». То есть я смогу забирать себе чужие способности, не убивая и не пожирая их владельца? Это же решение моей моральной дилеммы!

Правда, для этого нужен пятый уровень подкласса. А я на втором. Длинная дорога впереди.

Ладно. Пока недостижимое остаётся недостижимым. Вернёмся к реальности.

Повелитель придёт. Скоро. Надо готовиться.

Токсичная кровь мне пока недоступна. Значит, надо искать другие способы защиты.

Я задумался.

Собственно, моё главное преимущество — это Сопротивление ментальному подавлению. Двадцать единиц. Это много. Веню я продавил, Лейлу продавил. Должен продавить и Повелителя.

Но тут есть нюанс. Повелитель действует не чистым ментальным воздействием. У него комбинированная атака: сначала физическое обездвиживание, потом укус, потом уже заражение через кровь. Даже если я устою перед его ментальным давлением, это не спасёт от укуса.

Следовательно, нужно либо не дать ему приблизиться, либо сделать так, чтобы укус был невозможен.

Или больно. Очень больно. Для него, не для меня.

И тут меня осенило.

А что если использовать Звериную ярость? Эта способность увеличивает Силу и регенерацию, но снижает Интеллект. То есть я превращаюсь в берсерка. Сильного, быстрого, но туповатого.

Обычно это минус. Но в данном случае может стать плюсом. Потому что Повелителю нужно обездвижить меня ментально. А если мой Интеллект упадёт, но Сопротивление ментальному подавлению останется, то что произойдёт?

Сработает ли его способность на существо, которое находится в состоянии звериной ярости, когда разум отключён, а действуют только инстинкты?

Хороший вопрос. И проверить его можно только опытным путём.

Я начал планировать.

Повелитель придёт не один. С ним будут миньоны. Силовики — точно. Может, кто-то ещё. Человек пять-семь, не меньше.

Против такой толпы в лоб не попрёшь. Даже со Звериной яростью.

Нужна ловушка. Нужно свести преимущество численности к минимуму. Нужно заставить их зайти на мою территорию, где я буду контролировать ситуацию.

Глава седьмая. Завтрак хищников

Глава седьмая. Завтрак хищников.

Спускаясь на первый этаж гостиницы, где в ресторане завтракали постояльцы в режиме свободного доступа — путёвка, как-никак, предполагала питание по принципу all inclusive, всё включено, — я, Андрей, он же Умник, он же Пожиратель Плоти, он же, по собственному ироническому самоопределению, приятель, красавчик и любимец женщин (хотя на данный момент в активе числилась всего одна Нимфа сомнительной надёжности), размышлял о том, насколько абсурдным может быть сохранение привычного порядка вещей на фоне полного краха всего мироустройства.

Ничего не нарушало привычный ритм завтрака, сложившийся ещё до Вторжения. Постояльцы подходили к стойке раздачи и набирали себе еду, потом усаживались за столики. Кто-то брал омлет с беконом, кто-то предпочитал континентальный завтрак с круассанами и джемом, кто-то налегал на турецкие лепёшки с сыром. Официанты разносили кофе и чай. Горничные периодически убирали грязную посуду. Всё как обычно. Почти как обычно.

Если не обращать внимания на то, что за окнами ресторана вместо привычного голубого неба простиралось лилово-жёлтое месиво с багряными спиралями, а на горизонте торчали чёрные корявые деревья, больше напоминающие щупальца какого-то хтонического монстра, чем бывшие сосны.

Но постояльцы, похоже, этого не замечали. Или делали вид, что не замечают. Жевали, пили кофе, изредка переговаривались вполголоса. Автоматические движения. Запрограммированное поведение.

Я взял поднос и направился к стойке раздачи, попутно задействовав свой класс Умника. Мысленно активировал Интерфейс, настроил его на сканирование окружающих и принялся проверять произвольно нескольких жильцов.

Результат удивил.

Далеко не все являлись обладателями Классов.

Первый попавшийся — мужчина средних лет, в мятой футболке с логотипом какой-то рок-группы, набиравший себе яичницу с сосисками. Интерфей свыдал:

Имя:Неизвестно

Уровень нейросети: 0 (5/100)

Класс: Отсутствует

Подкласс: Нет

Основные параметры:

Сила: 2/5

Ловкость:2/5

Жизнь: 5/10

Энергия:3/10

Интеллект:4/10

Пустышка. Нейросеть в зародышевом состоянии. Прогресс — жалкие пять из ста. За почитай неделю после Вторжения.

Я прикинул в уме. При таких темпах — пять баллов за семь дней — чтобы добраться до первого уровня нейросети, то есть набрать сто из ста, этому бедолаге понадобится... быстрый подсчёт... сто двадцать с лишним дней. Четыре месяца. И это при условии, что скорость набора прогресса со временем не замедлится, а она, скорее всего, замедлится, потому что лёгкие очки в начале всегда идут быстрее.

Это ставило Пустышек в заведомо худшее положение по сравнению с теми, кто получил Класс в первые же дни Вторжения. Такие, как я. Или как Лейла. Или как покойный Веня.

Мы уже были на первом уровне нейросети. У нас были Классы. У нас были умения, которые можно развивать. А главное — использование классовых умений позволяло получать очки умения, которые можно было вкладывать в развитие нейросети.

Вот только, как я вчера обнаружил, те же мои три очка умения — теперь уже пять, после утренних размышлений о природе галактической работорговли — не слишком повлияют на недостающие сорок девять баллов прогресса, чтобы моя нейросеть перешла на второй уровень.

Пять очков против сорока девяти — капля в море.

Но тут, словно в ответ на мои мысли, в Интерфейсе возникла подсказка. Небольшое текстовое окошко, появившееся из ниоткуда:

Справка: Очки умения конвертируются в прогресс нейросети с коэффициентом 1:10

Я замер посреди зала с подносом в руках, осмысливая прочитанное.

Один к десяти. Это значит, что одно очко умения даёт десять баллов прогресса нейросети.

У меня три очка. Это тридцать баллов прогресса.

А мне до второго уровня не хватает сорока девяти.

Подобное уточнение открыло передо мной новые горизонты. Ещё два очка умения — всего два! — и я смогу при желании перевести нейросеть на второй уровень. А там, глядишь, и до третьего недалеко. А на третьем уровне подкласса Пожиратель Плоти открывается Адаптивная физиология. А на четвёртом — Токсичная кровь.

План начал вырисовываться более чётко.

Я прошёл дальше вдоль стойки, набирая себе завтрак на автомате — омлет, пара сосисок, помидоры, тосты, — и продолжая сканировать окружающих.

Следующая — женщина лет тридцати пяти, полноватая, в цветастом сарафане. Пустышка. Уровень нейросети ноль, прогресс три из ста. Ещё хуже, чем у первого.

Ещё один — пожилой мужчина с газетой под мышкой. Пустышка. Прогресс восемь из ста — самый высокий результат среди Пустышек, которых я пока видел.

Все эти люди чем-то напомнили мне горничных. Манекены. Роботы, выполняющие без смысла привычные функции. Ходят, едят, спят. Но не живут. Существуют.

Впрочем, иногда встречались и обладатели Классов.

В дальнем углу зала, за большим столом, расположилась группа Силовиков. Пятеро. Все крупные, мускулистые, с тупыми лицами. Жевали молча, методично, набивая желудки огромными порциями еды. Интерфейс подтвердил: класс Силовик, уровень нейросети первый, параметры Силы зашкаливают, остальное — так себе.

За отдельным столиком, ближе к окну, сидел Нюхач. Худощавый парень лет двадцати пяти с нервными движениями. Постоянно оглядывался, принюхивался. Видимо, обострённое обоняние не давало покоя. Интерфей споказал: класс Нюхач, уровень нейросети первый, специализация на восприятии запахов.

А вот ещё интереснее. За столиком у стены сидел мужчина с гитарой. Да-да, с гитарой в ресторане. Он не играл, просто держал инструмент на коленях, словно это продолжение его тела. Интерфей свыдал:

Имя: Неизвестно

Уровень нейросети: 1 (34/100)

Класс: Музыкант1/5 (28/100)

Подкласс:Нет

Основные параметры:

Сила: 3/10

Ловкость:8/15

Жизнь: 7/20

Энергия:18/40

Интеллект:12/30

Обаяние:15/30

Умения:

Завораживающая мелодия (уровень 1): Способность воздействовать на эмоциональное состояние слушателей через музыку.

Музыкант. Я таких ещё не встречал. Интересный класс. Контроль через музыку? Или просто эмоциональное воздействие? Надо бы понаблюдать.

Чуть дальше, у противоположной стены, — ещё двое незнакомых классов.

Первый — девушка лет двадцати, худенькая, с огромными глазами. Класс Провидица. Судя по умениям, что-то связанное с предвидением опасности и интуицией. Слабая физически, но с высоким Интеллектом.

Второй — мужчина средних лет, плотного телосложения, с инструментальным ящиком у ног. Класс Мастер. Умения связаны с ремонтом, созданием и модификацией предметов. Золотые руки, в общем.

Любопытная компания.

Я усаживался за свободный столик, ставил поднос и начинал методично поглощать завтрак, продолжая размышлять.

Почему в ресторане никто не пожирает друг друга?

Вопрос не праздный. Ведь по логике Системы, чтобы стать сильнее, нужно пожирать других Изменённых. Забирать их способности. Тут целая столовая потенциальных жертв. Силовики могли бы наброситься на Пустышек и сожрать всех скопом. Я мог бы подкрасться к тому же Музыканту и устроить ему незапланированный сольный концерт на том свете.

Но этого не происходило.

Все мирно завтракали.

Я пришёл к двум выводам.

Первый: жрать Пустышек, у которых отсутствует класс, бессмысленно. Это ничего не добавит в умениях и навыках. Нейросеть у них в зачаточном состоянии, никаких ценных способностей нет. Разве что пополнить запас Энергии, но для этого сгодится обычная еда.

Второй: обладатели Классов сохраняют в ресторане между собой перемирие. Как звери на водопое. Территория нейтральная. Здесь не охотятся. Здесь едят, отдыхают, восстанавливают силы.

Я предположил, что такое поведение инициировано Системой. Она создала зону, где действует негласный запрет на агрессию. Возможно, через всё то же ментальное подавление двенадцатого уровня. Большинство здесь находящихся даже не осознают, что их поведением кто-то управляет.

И тут в Интерфейсе мелькнуло уведомление:

Получено: Очки умения +1

Причина: Успешное применение аналитических способностей класса. Выявлена скрытая закономерность средней важности.

Четвёртое очко.

Через пару секунд — ещё одно:

Получено: Очки умения +1

Причина: Успешное применение аналитических способностей класса. Понимание механизмов контроля Системы.

Пять очков умения. Пятьдесят баллов прогресса, если конвертировать. До второго уровня нейросети мне не хватает сорока девяти. Значит, уже могу. Прямо сейчас.

Но я не стал. Решил подождать. Вдруг ещё пригодятся эти очки в чистом виде? Не знаю, для чего, но интуиция подсказывала — рано.

Появление дополнительных очков умения подтвердило, что я думаю правильно. Система поощряет меня за понимание её механизмов. Даже если это понимание в конечном счёте работает против неё.

Циничная сволочь, эта Система.

После этого я отказался от идеи организовать покушение на Повелителя в ресторане. Здесь действуют правила. Нарушишь — неизвестно, какие будут последствия. Может, Система просто вырубит нарушителя. Или лишит части способностей. Рисковать не стоило.

Впрочем, долго размышлять на эту тему мне не пришлось.

Потому что снова возник вопрос, который мучил меня с самого начала.

Откуда авокадо?

Я смотрел на стойку раздачи, где среди прочих яств красовались нарезанные половинки этого треклятого фрукта. Они лежали там каждый день. Свежие. Спелые. Доступные.

Но как?

В Зоне, которая контролируется Орбитальной Станцией Земля Четыре, в которой нахожусь я, этот фрукт не выращивается. Климат не тот. А границы между зонами, по словам Чужого, закрыты. Непреодолимы для обитателей Земли на текущем уровне развития нейросети.

Так откуда, чёрт возьми, авокадо?

Отчего-то проблема авокадо мучала меня так же интенсивно, как и вопрос — есть ли жизнь на Марсе. При том что Марс, судя по виду неба, затерялся где-то в миллиардах световых лет от нынешнего местоположения Земли. Мы больше не в Солнечной системе. Мы вообще неизвестно где. А я беспокоюсь об авокадо.

Мозг, видимо, пытался уцепиться за что-то понятное, бытовое, чтобы не свихнуться окончательно от осознания масштабов произошедшей катастрофы.

Я доедал омлет, запивал кофе — который, кстати, тоже был неплох, явно не растворимый, а нормальный турецкий, что тоже вызывало вопросы о логистике в постапокалиптическом мире, — и уже собирался встать, когда в зал вошёл Повелитель в сопровождении свиты.

И хотя я никогда его ранее не видел, тут же узнал.

Потому что он выделялся. Не внешностью — внешне он выглядел обычно. Мужчина лет сорока, среднего роста, худощавый, в чёрной рубашке и джинсах. Ничего примечательного. Но аура вокруг него была... другой. Словно пространство вокруг этого человека искажалось, сгущалось, темнело.

За ним шли шестеро. Четыре Силовика — я их сразу опознал по тупым лицам и мускулистым телам. Два Нюхача — нервные, худощавые, принюхивающиеся.

И Лейла.

Она шла чуть позади, опустив глаза. На шее, даже на расстоянии, я разглядел тёмное пятно. След от укуса.

Он её укусил. Подчинил. Сделал частью своей стаи.

Внутри что-то сжалось. Не то чтобы я испытывал к Лейле какие-то глубокие чувства — мы знакомы всего сутки, большую часть которых провели в постели, занимаясь парной культивацией. Но она была союзницей. Она помогла мне. Рассказала о Повелителе. Предупредила.

А теперь она его.

Повелитель осмотрелся и уставился на меня.

Наши взгляды встретились.

Он не улыбнулся. Не кивнул. Просто смотрел. Оценивающе. Как хищник оценивает добычу.

Я выдержал взгляд. Не отвёл глаза. Показал, что не боюсь.

Хотя, если честно, немного боялся.

Шестеро миньонов. Плюс он сам. Против меня одного. Шансы не в мою пользу.

Но отступать некуда. И незачем.

Я понял, что столкновения в ближайшую ночь не избежать.

Быстро закончил завтрак, встал, кивнул в сторону Повелителя — так, вежливо, ни к чему не обязывающе — и направился к выходу.

Он не последовал за мной. Просто проводил взглядом.

Игра началась.

Я вернулся в номер с тем, чтобы обдумать, как подготовиться к встрече с Повелителем и его командой.

К сожалению, ничего путного в голову не пришло.

Мысли приходили самые дебильные, которые ну никак не могли украсить Умника с Интеллектомдвадцать пять из ста.

Они крутились в диапазоне от «как сделать кровь токсичной, выпив кислоты» — плохая идея, учитывая, что кислота в первую очередь сожжёт мне пищевод и желудок — до «или на худой конец пару бутылок виски» — интересно, как Повелитель реагирует на кровь, наполовину состоящую из алкоголя?

Другой вариант — разместить в номере ловчую яму с колом посередине. Классика жанра борьбы с вампирами. Оставался лишь вопрос: как вырыть ловчую яму в полу номера, расположенного на пятом этаже отеля?

Лопату попросить у горничных? «Извините, можно лопату? Хочу яму выкопать. Для гостей. Сюрприз такой».

Идиотизм.

При том присутствовало понимание, что даже при наличии у меня физических кондиций Пожирателя Плоти и Звериной Ярости, трое Силовиков из окружения Повелителя сперевают меня, как ребёнка, и подадут вампиру для процедуры принудительного донорства чуть ли не на блюде. С гарниром и соусом.

Оставался вариант податься в бега.

Выпрыгнуть из окна, свалить из отеля, затеряться в городе. Искать другое укрытие. Избегать встречи.

Вот только этот вариант интуитивно представлялся мне неоптимальным. Возможно, работало классовое умение Умника — аналитический разум подсказывал, что бегство ничего не решит. Повелитель найдёт. У него есть Нюхачи. Они возьмут след. А в городе я не знаю территории, не знаю, где прятаться, где искать союзников.

Плюс я предполагал, что от этой стычки смогу заработать профит, даже если не стану жрать тушку Повелителя. Очки умения, выйдя победителем, точно заработаю. Система поощряет победы. А может, и навыки новые получу.

Хотя от новых навыков отказываться не хотелось бы. Так что по факту — будем посмотреть. Может быть, имеет смысл полакомиться кусочком вампира? Что там у него самое ценное? Клыки? Слюнные железы? Или надо целиком шею съесть, чтобы способность к укусу передалась?

Опять же перед Лейлой неудобно. Обещал ей помочь. Без меня она тут пропадёт. Вернее, уже пропала, раз Повелитель её укусил. Но может, есть способ её освободить? Убить хозяина — и рабы свободны? Как в сказках?

Так что податься в бега — не комильфо.

Я провалялся на кровати около часа, безуспешно пытаясь связаться с Чужим — тот не отвечал, либо действительно занят устранением неполадок на Орбитальной Станции, либо просто игнорирует меня — и в голову пришла банальная мысль.

А почему я ориентируюсь только на свои физические и ментальные кондиции?

Ещё Кольт, или кто-то другой, но явно человек понимающий, сказал, что добрым словом и револьвером от человека можно получить больше, нежели одним только добрым словом.

Оружие. Огнестрельное. Старое доброе.

Да, после Вторжения ружья стрелять перестали. Но это было в первые дни. А сейчас? Может, что-то изменилось?

Надо проверить.

Я встал с кровати, натянул джинсы и футболку и вышел из отеля.

Город встретил меня неестественным видом окружающей действительности, который действовал на нервы.

Лилово-жёлтое небо. Багряные спирали. Чёрные корявые лианы вместо деревьев. Рыжая каменистая поверхность под ногами вместо асфальта. Мутная взвесь в воздухе, густо усеянная жёлтыми вкраплениями.

Всё это давило на психику. Напоминало о том, что мир изменился. Безвозвратно.

И тут мне пришла в голову идея.

Я мысленно вызвал Интерфейси сосредоточился на параметре Сопротивление ментальному подавлению. Двадцать единиц. Это защита. Она не даёт Системе влиять на мой разум.

А что если... снизить её? Временно. Добровольно?

Посмотреть, что видят те, у кого сопротивления нет?

Я сконцентрировался. Попытался ослабить защиту. Мысленно представил, как барьер в моём сознании истончается, становится прозрачным.

И мир изменился.

Лилово-жёлтое небо стало голубым. Багряные спирали исчезли. Чёрные лианы превратились в обычные деревья — пальмы, кипарисы, сосны. Рыжая каменистая поверхность обернулась нормальным асфальтом. Воздух стал чистым.

Обычный туристический город. Солнечный. Тёплый. Приятный.

Именно это внушали Орбитальные Станции всем, кто не мог сопротивляться ментальному воздействию.

Иллюзия. Красивая, успокаивающая. Чтобы людишки не паниковали. Чтобы продолжали жить привычной жизнью. Ходить на работу, в рестораны, на пляж. Быть послушными подопытными кроликами.

Я восстановил Сопротивление— и реальность вернулась. Уродливая, чужая, враждебная.

Но честная.

Лучше видеть правду, чем жить в красивой лжи.

Глава восьмая. Буква закона и дух карабина

Глава восьмая. Буква закона и дух карабина

Я пошёл по улице, ориентируясь по памяти. До Вторжения я пару раз бродил по городу, изучая местность. Запомнил, где какие магазины. Где супермаркет. Где аптека. Где сувенирная лавка.

И где оружейный магазин.

Да-да, в туристическом городе был оружейный магазин. Турция, хоть и страна строгих законов в отношении оружия, но для местных охотников делала исключение. Плюс продавались сувенирные ножи, декоративные мечи, арбалеты — туристы любят такое.

Магазин работал. Дверь открыта. Внутри горит свет.

Я вошёл.

За прилавком стоял продавец — мужчина лет пятидесяти, с седеющими висками и строгим лицом. Одет в костюм. Выглядел как чиновник, а не как торговец.

Я активировал Интерфейс. Проверил.

Имя: Неизвестно

Уровень нейросети: 1 (41/100)

Класс: Законник 1/5 (35/100)

Подкласс: Нет

Основные параметры:

Сила: 4/10

Ловкость:3/10

Жизнь: 8/20

Энергия: 12/30

Интеллект: 16/40

Умения:

Буква закона (уровень 2): Способность убеждать других следовать установленным правилам и законам. Эффективность зависит от знания юридических норм.

Аура порядка (уровень 1, пассивное): Окружающие склонны вести себя более законопослушно в присутствии Законника.

Законник. Интересно.

— Добрый день, — сказал я. — Хочу купить оружие.

Законник посмотрел на меня оценивающе.

— Вы гражданин Турции?

— Нет. Турист.

— Лицензия на ношение оружия есть?

— Нет.

— Тогда не могу продать. Закон запрещает продажу огнестрельного оружия иностранным гражданам без соответствующих разрешений.

Я ожидал чего-то подобного.

— Послушайте, — начал я, — мир изменился. Законы старого мира больше не работают. Вы же видите, что происходит вокруг?

— Вижу, — кивнул Законник. — И именно поэтому законы должны соблюдаться. Иначе наступит хаос.

Упрямый.

Я задумался. Надо переиграть его на его же поле.

И тут вспомнил. Где-то в закоулках памяти всплыла информация, вычитанная когда-то давно в одной из тех бесполезных книжек по истории, которыми я увлекался в студенческие годы, когда мозг ещё не был забит бизнес-планами и балансовыми отчётами.

Средневековое право. Осадное положение. Militia ordinata.

Я активировал способности Умника на полную катушку. Голова заработала чётко, ясно. Факты всплывали из памяти, выстраивались в логическую цепочку.

— Скажите, — начал я, стараясь придать голосу максимально официальный тон, — вам известен Указ Султана Мехмеда Второго от тысяча четыреста пятьдесят третьего года?

Законник нахмурился.

— Какой именно указ?

— О всеобщем вооружении горожан в случае угрозы осады или вторжения вражеских сил, — я говорил уверенно, хотя на самом деле не был до конца уверен, что такой указ вообще существовал. — Согласно которому все арсеналы города должны быть открыты, а оружие роздано гражданам для защиты от врага. Указ действует до сих пор, поскольку никогда не был официально отменён.

Законник молчал, обдумывая. Его Аура порядка давила на меня, пыталась заставить признать, что я не прав, что нарушаю закон. Но моё Сопротивление ментальному подавлению легко отбивало эти слабые попытки.

— Вы утверждаете, — медленно произнёс Законник, — что город находится под угрозой вторжения?

— Разумеется, — я широко развёл руками. — Вы же сами видите. Орбитальные Станции над головой. Чудовища по улицам бродят. Люди превращаются в монстров. Если это не вторжение, то что?

— Но это... — он замялся. — Это не враг в классическом понимании. Это...

— Инопланетное вторжение, — твёрдо сказал я. — Захват планеты внешней силой. Порабощение населения. Именно тот случай, для которого Султан Мехмед, да пребудет с ним мир, и издавал свой указ. Город в опасности. Горожане должны быть вооружены. Это закон.

Я видел, как что-то переключилось в его глазах. Буква закона работала в обе стороны. Если я апеллирую к закону — пусть и выдуманному, но поданному убедительно — Законник обязан рассмотреть мои аргументы.

— У меня нет документального подтверждения существования такого указа, — сказал он, но уже не так уверенно.

— У вас есть интернет? — спросил я.

— Нет. Не работает уже неделю.

— Вот видите. А без интернета как проверить? Остаётся только полагаться на устную традицию и здравый смысл. А здравый смысл говорит: город под угрозой, гражданам нужна защита, следовательно, они имеют право на оружие.

Законник барабанил пальцами по прилавку. Думал.

— Даже если принять ваши доводы, — сказал он наконец, — вы не гражданин. Указ, если он существует, распространяется на горожан.

— Я нахожусь в городе, — парировал я. — Следовательно, на время нахождения являюсь временным жителем. Плюс как турист, я под защитой государства. А государство обязано обеспечить безопасность гостей. Особенно во время вторжения.

Ещё одна пауза.

А потом Законник медленно кивнул.

— Ваши аргументы... логичны. И соответствуют духу закона, если не букве. Хорошо. Что именно вас интересует?

Я выдохнул. Получилось.

Интерфейс тут же отреагировал:

Получено: Очки умения +1

Причина: Успешное применение логических и риторических способностей класса. Манипуляция правовыми нормами для достижения цели.

Седьмое очко. Уже семьдесят баллов прогресса в запасе.

— Мне нужен карабин, — сказал я. — Полуавтоматический. Калибр семь-шестьдесят два. С запасом патронов.

Законник прошёл к стеллажу с оружием. Достал длинный чёрный футляр. Открыл.

Внутри лежал карабин. Красавец. «Сайга-МК», российского производства, калибр 7,62×39 мм, магазин на десять патронов, полуавтоматика, газоотводная система, складной приклад.

— Это охотничий карабин, — пояснил Законник, доставая оружие и проверяя затвор. — Модифицированная версия АКМ. Надёжный, неприхотливый. После... событий... я проверял. Стреляет. Не знаю почему, но огнестрельное оружие снова работает. Не всё, но некоторые образцы — да.

Он протянул мне карабин.

Я взял. Тяжёлый. Килограмма три с половиной. Удобно лежит в руках. Прицел простой, механический, но для ближнего и среднего боя сгодится.

— Патроны, — Законник выложил на прилавок три коробки. — Семьдесят патронов. Больше нет в наличии.

Семьдесят выстрелов. Магазин на десять. Семь перезарядок. Вполне достаточно для Повелителя и его свиты.

— Беру, — сказал я.

— С вас... — Законник задумался. — Три тысячи лир.

Я полез в карман. Достал бумажник. В прошлой жизни, до Вторжения, я снял немного наличных на всякий случай. Турецких лир там было достаточно.

Отсчитал три тысячи. Протянул.

Законник взял деньги, аккуратно сложил, спрятал в ящик.

— Используйте с умом, — сказал он. — И помните: закон превыше всего. Даже во время хаоса.

— Помню, — кивнул я.

Я вышел из магазина с карабином в руках, патронами в карманах и чувством глубокого удовлетворения.

Теперь у меня есть весомый аргумент в споре с Повелителем.

Я вернулся в номер, поднялся на пятый этаж, запер дверь на все замки.

Разложил карабин на кровати. Проверил механизмы. Всё работает. Затвор ходит плавно. Магазин вставляется чётко. Предохранитель фиксируется.

Зарядил магазин. Десять патронов. Вставил в карабин. Взвёл затвор. Патрон в патроннике.

Теперь «Сайга» готова к бою.

Я прикинул план.

Повелитель придёт ночью. С ним будет свита. Шестеро миньонов — четыре Силовика, два Нюхача. Плюс Лейла, которая теперь тоже часть его стаи.

Семь против одного. Но у меня есть карабин и семьдесят патронов.

Главное — попасть. Ловкость у меня не ахти — семь из пятидесяти. Но на ближней дистанции, в пределах номера, промахнуться сложно.

План простой: лечь на кровать, притвориться спящим, карабин спрятать под одеяло. Когда войдут — открыть огонь.

Первым стрелять в Повелителя. Он главная цель. Без него стая рассыплется. Может, даже освободится от контроля.

Потом по остальным, если понадобится.

Я устроился на кровати. Карабин под одеялом, ствол направлен на дверь. Указательный палец на спусковом крючке. Предохранитель снят.

Ждать.

Время тянулось медленно

Я лежал в темноте — свет не включал, чтобы создать иллюзию, что сплю — и следил за дверью.

За окном сгущались сумерки. Лилово-жёлтое небо темнело, приобретая оттенки фиолетового с багровыми проблесками. Багряные спирали вращались быстрее, словно чувствуя приближение ночи.

Час ночи. Тишина.

Два часа. Тишина.

Хотелось спать. Энергия была в норме, но организм привык к режиму. А режим говорил: ночь, пора спать.

Я боролся с сонливостью. Сжимал и разжимал пальцы на прикладе карабина. Концентрировался на двери.

И вот, около двух часов ночи, раздался тихий стук.

Не в дверь. Царапанье. Кто-то скребётся снаружи.

Потом — голос. Знакомый. Женский.

— Андрей, — шёпот Лейлы. — Это я. Пусти. Пожалуйста.

Я замер.

Ловушка? Или она действительно одна?

— Кто там? — спросил я, не двигаясь с места.

— Лейла. Я одна. Честно. Мне нужно поговорить. Открой.

Врёт. Чувствую нутром — врёт.

Но делать вид надо.

— Сейчас, — сказал я.

Встал. Карабин держал под одеялом, прижав к боку. Подошёл к двери. Приоткрыл замок.

Дверь распахнулась. Лейла ворвалась — нет, её втолкнули. За ней — Силовики. Четверо. Огромные туши ломанулись в номер.

Я отпрыгнул к кровати. Они бросились за мной.

Первый Силовик добежал быстрее. Схватил меня за плечо. Швырнул на кровать.

Я упал. Силовик навис сверху. Ещё трое окружили кровать.

— Извини, Андрей, — тихо сказала Лейла, стоя у двери. Опустила глаза. — Так получилось.

На её шее, даже в полумраке, я разглядел след от укуса. Тёмный. Свежий.

Она в его стае. Она ему принадлежит.

В номер вошёл Повелитель.

Вальяжно. Медленно. Как хозяин, осматривающий новые владения.

Он был одет в ту же чёрную рубашку и джинсы. Лицо бесстрастное. Глаза — пустые. Словно смотрят не на человека, а на очередной предмет мебели.

— Андрей, — произнёс он. Голос низкий, глуховатый. — Умник. Пожиратель Плоти. Редкое сочетание. Ты станешь ценным дополнением к моей семье.

Пафосная речь. Он действительно верит, что я уже его.

— Как мне повезло, — продолжал Повелитель, подходя ближе, — обрести такого раба. Ты будешь моим щитом. Моим мечом. Моим верным псом. Разве это не прекрасно?

Я молчал. Силовики держали меня на кровати. Один навис сверху, прижимая плечи. Двое держали за руки. Четвёртый стоял у ног, готовый схватить, если дёрнусь.

— Скрутите его, — скомандовал Повелитель. — Раздеть до пояса. Я хочу укусить в чистое место. Шея идеальна.

Силовики принялись выполнять приказ.

Стащили с меня футболку. Обнажили торс.

Повелитель подошёл вплотную. Наклонился. Оскалился — я увидел зубы. Обычные человеческие. Но клыки чуть длиннее. Острее.

— Сейчас будет немного больно, — прошептал он. — Но потом ты почувствуешь блаженство. Обещаю.

Он потянулся к моей шее.

И я нащупал под одеялом карабин.

Палец на спусковом крючке.

Повелитель приблизил лицо. Открыл рот.

Я выстрелил.

Грохот в замкнутом пространстве оглушительный. Уши заложило.

Пуля вошла Повелителю в грудь. Чуть левее центра. Область сердца.

Он отлетел назад. Упал на пол. Глаза распахнулись. Изо рта хлынула кровь.

Силовики замерли. Не сразу поняли, что произошло.

Я выстрелил ещё раз. В того, что держал мои плечи. Попал в живот. Силовик взвыл. Отпустил. Рухнул на кровать.

Третий выстрел — в Силовика справа. Попал в плечо. Тот отпустил мою руку. Отшатнулся.

Я перекатился. Сбросил с себя раненого Силовика. Вскочил на ноги.

Четвёртый и пятый выстрелы — по Силовикам у двери. Оба попал. Не знаю куда — некогда было целиться. Но упали.

В номере повисла тишина.

Повелитель лежал на полу в луже крови. Не двигался.

Силовики тоже. Кто-то стонал. Кто-то молчал.

Лейла стояла у двери, прижавшись к стене. Глаза огромные. Лицо белое.

Я направил карабин на неё.

— Не стреляй, — прошептала она. — Пожалуйста.

Я не стрелял. Смотрел.

И видел, как что-то меняется в её глазах. Поводок, связывающий её с Повелителем, обрывается. Она моргает. Качается. Хватается за стену.

— Он... мёртв? — спрашивает она, глядя на тело Повелителя.

— Похоже на то, — говорю я, не опуская карабин.

Она подходит ближе. Смотрит. Наклоняется. Проверяет пульс.

— Мёртв, — подтверждает. Выпрямляется. Смотрит на меня. — Ты... ты его убил.

— Угу.

— Я... я свободна.

Она улыбается. Неуверенно. Потом шире. Смеётся. Истерично.

Я опускаю карабин. Проверяю Интерфейс. Вызываю информацию о Лейле.

Имя: Лейла

Уровень нейросети: 1 (91/100)

Класс: Нимфа 2/5 (12/100)

Подкласс: Повелительница ночи 1/5 (8/100)

Основные параметры:

Сила: 4/10

Ловкость:14/25

Жизнь:10/35

Энергия:62/120

Интеллект:18/50

Обаяние:41/80

Дополнительные параметры:

Ментальное воздействие:28/50

Энергетический вампиризм: 24/40

Умения:

Чарующий голос (уровень 2)

Парная культивация (уровень 2)

Аура обольщения (уровень 2)

Укус вампира (уровень 1): Новое умение. Способность подчинять жертву через укус и заражение крови. Эффективность зависит от силы воли жертвы.

Повелительница стаи (уровень 1): Способность контролировать тех, кто был подчинён предыдущим хозяином стаи. После смерти хозяина контроль переходит к сильнейшему в иерархии.

Она стала сильнее. Намного сильнее.

И получила подкласс. Повелительница ночи. Вампирские способности.

Она теперь не просто Нимфа. Она гибрид.

И что самое интересное — она теперь хозяйка стаи.

Силовики, которые служили Повелителю, теперь принадлежат ей.

Я смотрю на неё. Она смотрит на меня.

— Что теперь? — спрашиваю я.

Лейла обводит взглядом номер. Раненых Силовиков. Тело Повелителя.

— Они мои, — тихо говорит она, кивая на Силовиков. — Я чувствую. Связь. Они подчиняются мне.

— И что ты будешь делать?

Она молчит. Думает.

— Я не хочу воевать с тобой, — говорит наконец. — Ты спас меня. Убил его. Освободил. Я... я благодарна.

— Но?

— Но я не отдам тебе его тело, — она смотрит на Повелителя. — Он мой создатель. В каком-то смысле. Его сила во мне. Если ты съешь его, получишь то, что принадлежит мне.

Логично.

— Хорошо, — говорю я. — Забирай.

Она удивлённо смотрит.

— Правда?

— Правда. Мне не нужно. У меня и так проблем хватает.

Это не совсем правда. Способности Повелителя были бы полезны. Но рисковать ради них не стоит. Лейла сейчас сильнее меня. У неё четверо Силовиков под контролем — раненых, но всё ещё опасных. Если начнём драку, неизвестно, кто победит.

Фактор неожиданности с карабином утерян. Патронов в магазине осталось пять. Можно перезарядить, но времени нет. А Лейла может скомандовать атаку.

Исход в пятьдесят на пятьдесят.

Не стоит рисковать.

— Спасибо, — говорит Лейла. Подходит. Протягивает руку.

Я пожимаю.

— Нейтралитет? — предлагаю.

— Нейтралитет, — соглашается она. — Ты не трогаешь меня и моих. Я не трогаю тебя.

— Идёт.

Мы отпускаем руки.

Лейла поворачивается к Силовикам.

— Вставайте, — командует. — Берите его. Уходим.

Силовики поднимаются. Стонут. Но слушаются. Двое хватают тело Повелителя. Остальные следуют за ними.

Лейла последняя выходит из номера. Оборачивается.

— Увидимся, Андрей.

— Увидимся, Лейла.

Дверь закрывается.

Я остаюсь один.

В номере пахнет порохом и кровью. Пол залит. Кровать в пятнах.

Горничным снова работы прибавилось.

Я опускаюсь на кровать. Кладу карабин рядом.

Проверяю Интерфейс.

Получено: Очки умения +5

Получено: Опыт класса "Умник" +40

Получено: Опыт подкласса "Пожиратель Плоти" +30

Причина: Победа над сильным противником с использованием стратегии и нестандартного подхода.

Двенадцать очков умения. Сто двадцать баллов прогресса.

До второго уровня нейросети мне не хватает сорок девять.

Достаточно.

Я активирую конвертацию. Пять очков умения превращаются в пятьдесят баллов прогресса нейросети.

Уровень нейросети: 2 (1/100)

Свершилось.

Второй уровень.

Тут же ощущение изменения. Голова становится яснее. Тело легче.Энергияпополняется сама собой.

Интерфейс обновляется:

Основные характеристики:

Имя: andre

Уровень нейросети: 2 (1/100)

Класс: Умник 2/5 (2/100)

Подкласс: Пожиратель плоти 2/5 (41/100)

Подкласс: Менталист 0/10 (3/10)

Основные параметры:

Сила: 9/75 (лимит увеличен)

Ловкость:7/75

Жизнь: 11/100

Энергия: 35/150

Интеллект:27/150

Выносливость:14/75

Дополнительные параметры:

Очки умения:7

Сопротивление ментальному подавлению: 22

Потолки всех параметров выросли.Сила теперь может дойти до семидесяти пяти вместо пятидесяти. Энергия до ста пятидесяти. Интеллект тоже.

Второй уровень — это качественный скачок.

Я чувствую разницу. Ощущаю себя сильнее. Быстрее. Умнее.

Хорошо.

Завтра новый день. Новые вызовы.

Но сегодня я победил.

Повелитель мёртв. Лейла свободна и заключила со мной пакт о ненападении. Я получил второй уровень нейросети.

Неплохой результат.

Я закрываю глаза и засыпаю. Прямо на окровавленной кровати. С карабином в руках.

Пусть горничные разбираются.

Глава девятая. Горничные, яхты и джентльмены удачи

Глава девятая. Горничные, яхты и джентльмены удачи.

Новое утро встретило меня всё той же роскошной кроватью кинг-сайз, которая, судя по всему, стала моим персональным философским камнем, преобразующим горизонтальное положение тела в вертикальное движение мысли. Или наоборот — вертикальное в горизонтальное, в зависимости от того, с какой стороны посмотреть на проблему лени, инстинктов Пожирателя Плоти и естественного человеческого желания ничего не делать, когда можно полежать.

В комнате занимались уборкой номера всё те же три горничные, которых я уже начинал воспринимать как часть интерьера, неотъемлемую и столь же бездушную, как шкаф, стол или тумбочка. Они напоминали машины, запрограммированные роботы, выполняющие свои функции с механическим постоянством: одна мыла пол — на этот раз работы у неё было действительно много, учитывая количество крови, пролитой сегодня ночью, — вторая меняла постельное бельё, третья протирала мебель.

Я лежал, наблюдая за ними сквозь полузакрытые веки, и размышлял о том, что же такое человек в конечном итоге: сумма его поступков, набор инстинктов, программа поведения, заложенная обществом и культурой, или всё-таки нечто большее, та самая искра божья, о которой так любят разглагольствовать всякие философы и теологи, хотя ни те, ни другие до сих пор не смогли внятно объяснить, что это, собственно, такое и где её искать.

И тут одна из горничных, помоложе — лет двадцати, худенькая, с тёмными волосами, собранными в хвост, — увидела кровь на полу. Большое тёмное пятно, которое её коллега пыталась оттереть тряпкой, явно без особого успеха.

Девушка замерла. На её лице промелькнуло что-то. Не совсем эмоция — скорее намёк на эмоцию, слабый отголосок того, что когда-то, до Вторжения, называлось испугом, удивлением, беспокойством.

Она открыла рот. Закрыла. Посмотрела на меня. Потом снова на кровь.

— Это... — начала она, но голос прервался.

Я присмотрелся к ней внимательнее. Активировал Интерфейс. Проверил параметры.

Имя: Тина

Уровень нейросети: 0 (78/100)

Класс:Отсутствует

Подкласс:Нет

Основные параметры:

Сила: 2/5

Ловкость:3/5

Жизнь: 5/10

Энергия:6/10

Интеллект:6/10

Семьдесят восемь из ста. Почти на пороге первого уровня.

Я для сравнения глянул на других горничных. У одной прогресс составлял двенадцать единиц, у второй — семнадцать.

А у Тины — семьдесят восемь.

И прямо на моих глазах цифра изменилась. Семьдесят девять.

Она получила очко прогресса. Просто так. От того, что испугалась крови? Или от того, что задала вопрос? Проявила хоть какую-то инициативу?

Интересно.

Возможно, решил я, отталкиваясь от этого наблюдения, моё раннее предположение, что Пустышки никогда не получат Класс либо на это уйдут чуть ли не годы, было преждевременным. Условием ускоренного роста является попадание в нетривиальные ситуации. Ситуации, выходящие за рамки привычной программы поведения. Когда человек вынужден думать, принимать решения, реагировать на неожиданное.

Кровь на полу — это неожиданность. Нарушение рутины. И Тина отреагировала. Пусть слабо, пусть едва заметно, но отреагировала. И получила награду в виде очка прогресса.

А что если...

Эксперимент. Чистой воды научный подход. Проверка гипотезы.

— Ты, — я указал на горничную с двенадцатью единицами прогресса, — попрыгай на одной ноге.

Она застыла. Посмотрела на меня. Лицо пустое. Глаза невидящие.

Пауза затянулась секунд на десять.

Потом она медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, подняла одну ногу и начала прыгать. Неуклюже. Механически. Раз. Два. Три.

Я проверил Интерфейс.

Прогресс: 13/100.

Получила очко.

Команда, выходящая за рамки стандартной программы уборки номера, заставила её мозг включиться. Обработать нетипичный запрос. Принять решение — пусть и навязанное извне, но всё равно решение.

И нейросеть зафиксировала это как прогресс.

Система действительно поощряет выход за рамки. Нестандартное поведение. Адаптацию.

Я собирался продолжить эксперимент, но внезапно меня накрыла волна раздражения. Зачем я вообще этим занимаюсь? Какое мне дело до горничных? До их прогресса? До того, получат они классы или нет?

Психанул.

— Убирайтесь отсюда, — велел я. — Все. Немедленно.

Горничные замерли. Потом синхронно направились к двери. Тина последней выходила, обернулась, посмотрела на меня. В глазах мелькнуло что-то вроде вопроса. Но она ничего не сказала. Вышла. Дверь закрылась.

Тишина.

Я остался один.

В одиночестве, лежа на кровати — да-да, снова на кровати, кажется, это моё любимое место для размышлений, что, признаться, слегка беспокоит, потому что намекает либо на философскую глубину натуры, либо на банальную лень, и я, если честно, склоняюсь ко второму варианту — я принялся анализировать предыдущий день и ночь.

Такое местоположение либо помогало думать, либо свидетельствовало о лени. Третьего не дано. Хотя, если подумать, возможно, это навязано инстинктами Пожирателя Плоти, всё существование которого сводится к двум простым желаниям: жрать и ничего не делать. Ну, может, ещё жрать. И опять ничего не делать. Замкнутый круг из обжорства и летаргии.

Кадавры, полностью трансформировавшиеся Пожиратели, утратившие разум, по идее, должны быть гиперактивными. Постоянно охотиться, убивать, пожирать. Но я подозреваю, что между приступами охоты они валяются где-нибудь в укромном месте и переваривают добычу. Как питоны. Сожрал антилопу — отдыхай неделю.

У меня пока разум на месте, но инстинкты давят. Хочется лежать. Хочется жрать. Хочется не думать.

Но я заставляю себя думать.

Анализ вчерашних событий.

Гибель Повелителя. Обретение Лейлой нового подкласса Повелительница ночи. Заключение пакта о нейтралитете. Переход на второй уровень нейросети.

В целом, неплохо. Я выжил. Стал сильнее. Избежал конфликта с потенциально опасным противником.

Но остаётся сожаление.

Я не воспользовался телом Повелителя. Не получил его способности. Укус вампира, контроль через кровь, подчинение стаи — всё это могло быть моим. Но я отдал труп Лейле. По доброте душевной. Или по трусости. Не знаю.

Рационально это можно объяснить: риск конфликта был слишком высок, фактор неожиданности утерян, у Лейлы четверо Силовиков. Но иррационально... Мне просто не захотелось жрать вампира. Брезгливость? Усталость? Остатки человечности?

Хрен его знает.

Второй момент, который вызвал диссонанс: поведение Законника, продавца оружия.

Карабин Сайга-МК должен был стоить гораздо больше, чем три тысячи лир. Это элитное оружие. Редкое. Особенно в условиях, когда огнестрельное оружие большей частью не работает. А у него работает.

Цена должна была быть в сто раз выше. Минимум триста тысяч. Или вообще бесценной.

И Законник, следуя своей логике, должен был либо отдать мне карабин бесплатно — на основании необходимости вооружения горожан перед лицом вторжения врага, как я ему и впарил, — либо взять честную, рыночную цену.

Но он взял символические три тысячи. Не бесплатно. Но и не по-настоящему.

Почему?

Ответ очевиден: ментальное подавление Системы Земля Четыре.

Уровень двенадцать. Оно оглупляет. Снижает способность к критическому мышлению. Даже у владельцев классов. Законник действовал по инерции, по привычке. Как до Вторжения. Товар — деньги. Не важно, какая реальная цена. Возможно три тысячи лир это та цена, по которой он совершил свою последнюю сделку перед Вторжением.Не важно, что мир изменился. Важно следовать правилам.

Я, благодаря Сопротивлению ментальному подавлению в двадцать два единицы, вижу это несоответствие. А он — нет.

Это открывает возможности.

Я могу при желании хорошенько поживиться в магазинах, пока те ещё работают. Набрать всего, что душе угодно. Практически бесплатно. Или за символические суммы.

Но тут же пришёл к выводу, что мне практически ничего не нужно.

Еда? В отеле кормят. Авокадо, между прочим, каждый день. До сих пор не понимаю откуда, но есть.

Одежда? У меня достаточно. Плюс в номере остались чемоданы с вещами, которые я привёз до Вторжения.

Электроника? Не работает. Телефон мёртв. Ноутбук бесполезен. Интернета практически нет.

Оружие? Есть карабин и семьдесят патронов. Хватит.

Разве что минимальный набор выживальщика пригодится, надумай я отправиться в странствия. Нож. Компас. Аптечка. Спички. Верёвка. Палатка. Спальник.

Хотя, надумай я двинуть в Европу с тем, чтобы морем попасть в тот же Крым с целью вернуться на родную землю — пусть в том же Крыму меня никто не ждёт, но это хоть что-то знакомое — яхта не помешала бы.

Яхта. С капитаном. Запасом топлива. Провизией.

Отплыть из Мармариса. Вдоль побережья Турции. Потом через Босфор в Чёрное море. И дальше на север.

Красивый план.

Вот только он полная чушь.

Во-первых, не факт, что тот же Крым, и тем более моя малая родина — небольшой городок в средней полосе России, — находятся в зоне Земля Четыре. Границы между зонами, контролируемыми разными Орбитальными Станциями, если верить Чужому, непреодолимы для обитателей Земли на текущем уровне развития нейросети.

Может, Крым в зоне Земля Пять. А средняя полоса вообще чёрт знает где.

Чужой, кстати, до сих пор не отвечает. Я пытался дозваться его сегодня утром. Мысленно кричал в пустоту сознания: «Эй, Чужой! Искусственный Интеллект! Подсистема Орбитальной Станции! Ты там вообще жив?»

Молчание.

Либо действительно занят устранением неполадок, либо решил, что я недостоин его внимания после получения второго уровня нейросети. Типа: «Вырос, теперь сам справляйся».

Но границы — не самое страшное в подобном путешествии.

Гораздо страшнее морские монстры.

Я помню, что читал в интернете, пока тот ещё работал. Сообщения о нападениях на корабли. Рыбацкие лодки, исчезающие без следа. Яхты, найденные дрейфующими пустыми, с разорванными бортами и следами огромных зубов.

Морские обитатели тоже подверглись трансформации. Рыбы. Дельфины. Акулы. Осьминоги. Киты. Морские змеи.

Всё, что весило больше сорока килограммов, получило нейросеть. И превратилось в монстров.

Дельфины размером с автобус, способные ударом хвоста потопить траулер. Акулы с зубами длиной в человеческую руку. Осьминоги, чьи щупальца обвивают корпус судна и тянут на дно. Стаи хищных рыб, пожирающих всё живое, как пираньи на стероидах.

А ещё, по слухам, появились новые виды. Морские змеи длиной в сотни метров. Кракены, вышедшие из мифов в реальность. Нечто, напоминающее гигантских кальмаров, но со способностью к биолюминесценции и ментальному воздействию.

Плавать по морю в таких условиях — самоубийство.

Даже на яхте. Даже с оружием.

Карабин против пятидесятиметровой морской змеи? Смешно.

Пришёл к выводу: мне это и нафиг не нужно.

Словами классического фольклорного персонажа, чьё имя я сейчас не вспомню, но который явно обладал здоровым цинизмом и пониманием жизни: «Нас и здесь неплохо кормят».

Мысль о еде возбудила в сознании инстинкты Пожирателя Плоти.

Захотелось кого-то сожрать.

Не просто поесть. Именно сожрать. Разорвать. Впиться зубами в тёплую плоть. Почувствовать вкус крови.

Я подавил это желание. Принудительно. Усилием воли. Активировал Интеллект на полную. Холодная логика против горячих инстинктов.

Не буду. Не стану. Не превращусь в Кадавра. Ещё рано.

Инстинкты отступили. Неохотно. Ворча. Но отступили.

Потом задумался: а что мне на самом деле нужно? Чего я хочу?

Философский вопрос. Вечный. Тот самый, который мучает человечество с момента, когда первый примат слез с дерева, встал на задние лапы и задумался: «А нахрена я, собственно, это сделал?»

Чего я хочу?

Выжить? Очевидно. Но это базовый уровень. Минимальная программа.

Стать сильнее? Да. Но зачем? Ради чего?

Вернуться домой? Уже разобрались — нереально.

Отомстить? Кому? Системе? Орбитальным Станциям? Инопланетянам, которых я даже не видел?

Месть — мотив слабый. Долгоиграющий. Но не насыщающий.

Так чего же?

И тут я понял.

Я хочу посмотреть мир. Новый мир. Вселенную.

Я хочу увидеть инопланетные цивилизации. Другие планеты. Другие расы. Технологии, о которых человечество даже не мечтало.

Я хочу разобраться, как работает этот новый порядок вещей. Узнать его законы. Понять логику Системы. Не для того, чтобы разрушить — хотя, если представится возможность, почему бы и нет, — а для того, чтобы знать.

Знание ради знания. Любопытство. Стремление к пониманию.

Возможно, это проявление моего класса Умник. Жажда информации. Анализ. Синтез.

А возможно, просто хочется приключений. Романтика. Эскапизм. Бегство от скучной реальности в захватывающую фантастику.

Хотя реальность сейчас сама по себе довольно фантастична.

Для достижения этой цели мне нужно развить нейросеть до уровня, позволяющего стать Гражданином.

Чужой намекал, что Пробудившийся — пятый уровень — это только начало. Дальше идут другие ступени. Раб. Слуга. Подданный. Гражданин.

Гражданин, насколько я понял, — это примерно десятый уровень нейросети. Может, чуть больше. Может, чуть меньше. Точных данных нет.

Но достигнув статуса Гражданина, я получу доступ к галактическому сообществу. Смогу путешествовать. Торговать. Учиться.

Не сомневаюсь, что существуют порталы, позволяющие перемещаться по Вселенной. Иначе весь смысл фермы по выращиванию нейросетей утрачивается. Их же надо продавать. Доставлять покупателям. А покупатели, очевидно, находятся на других планетах, в других звёздных системах.

Логично предположить наличие транспортной инфраструктуры. Порталы. Звездолёты. Гиперпространственные тоннели. Что-то в этом духе.

Для этого мне надо становиться сильнее. Развивать существующие навыки и приобретать новые.

А поскольку жрать обитателей отеля до получения навыка Симбиотический захват — а это пятый уровень подкласса Пожиратель Плоти, до которого мне ещё ой как далеко — единственный способ поглощения чужих навыков без убийства, мне не хотелось, да и вряд ли что-нибудь интересное смогу приобрести у постояльцев — разве что Лейлу сожру, но с ней у меня нейтралитет, а слово надо держать, — то отправиться бродить по миру имеет смысл.

С тем чтобы прокачаться в первую очередь на морских чудовищах.

Да-да, те самые морские монстры, которые только что представлялись мне смертельной опасностью, теперь выглядят как ресурс для прокачки.

Логика проста: они сильные, они опасные, следовательно, дают много опыта. Убью пару осьминогов размером с дом — получу кучу очков умения и прогресс нейросети. Сожру их — может, приобрету интересные способности. Регенерация, например. Или умение дышать под водой. Или токсичные чернила.

При таком раскладе поход по магазинам не избежать. Снаряжение. Провизия. Инструменты.

Да и яхта не помешает. Большая. Надёжная. С каютами, камбузом, навигационным оборудованием.

И капитан. Профессиональный яхтсмен. Потому что я в управлении судами понимаю примерно столько же, сколько свинья в апельсинах.

План созрел.

Осталось реализовать.

Но для начала — напоследок сходить в ресторан отеля. Поесть нормально. Авокадо, между прочим. И попрощаться с Лейлой.

Ресторан встретил меня привычной картиной. Постояльцы завтракали. Пустышки механически жевали. Обладатели классов сидели обособленно, не контактируя друг с другом.

Лейла сидела за столиком у окна. Одна. Передо ней чашка кофе и нетронутый круассан.

Она увидела меня. Кивнула. Я подошёл.

— Садись, — сказала она.

Я сел.

Мы помолчали. Смотрели друг на друга.

— Ты уходишь, — сказала она. Не вопрос. Утверждение.

— Откуда знаешь?

— Вижу. Чувствую. У тебя... — она замялась, подбирая слова, — аура изменилась. Ты уже не здесь. Мысленно ты уже в пути.

Умная девочка. Или это способности Нимфы. Чувствовать эмоции, намерения.

— Да, — признался я. — Ухожу. Точнее, уплываю. Буду охотиться на морских монстров. Качаться.

Лейла улыбнулась. Грустно.

— Я так и думала. Ты не из тех, кто сидит на месте. Тебе нужно движение. Цель. Вызов.

— А ты останешься?

— Да. Здесь моя стая. Силовики. Нюхачи. Ещё несколько обитателей отеля, которых я успела... обратить. Я теперь хозяйка. Мне нужно заботиться о своих.

Правильно. У каждого свой путь.

— Удачи тебе, — сказал я.

— И тебе, — ответила Лейла.

Она протянула руку. Коснулась моего лба. Закрыла глаза.

Я почувствовал тепло. Лёгкое покалывание. Энергия перетекла от неё ко мне.

Интерфей сотреагировал:

Получен бафф: Благословение Нимфы

Эффект: +2 к Обаянию, +5% к сопротивлению ментальному воздействию, длительность 7 дней

— Это... — начал я.

— Благословение, — объяснила Лейла. — Я научилась. Недавно. Одна из способностей Повелительницы ночи. Могу давать баффы союзникам. Временные. Но полезные.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Мы встали. Обнялись. Коротко. По-дружески.

— Береги себя, Андрей.

— И ты, Лейла.

Я вышел из ресторана и направился в город.

Глава десятая. Между иллюзией и бездной

Глава десятая. Между иллюзией и бездной.

Мармарис встретил меня красочными сценами нового мира, замаскированного под благолепие старого за счёт ментального подавления Системы.

Я шёл по улице, временами снижая своё Сопротивление ментальному подавлению, чтобы видеть иллюзию, которую видят остальные, а потом восстанавливая, чтобы увидеть правду.

Иллюзия: солнечный туристический город. Голубое небо. Пальмы. Чистые улицы. Люди в летней одежде. Кафе. Магазины. Нормальная жизнь.

Правда: лилово-жёлтое небо. Чёрные лианы вместо деревьев. Рыжая каменистая поверхность вместо асфальта. Мутная взвесь в воздухе. Здания, покрытые странным налётом. Люди, двигающиеся как роботы.

И монстры.

Вот, например, горожанин выгуливает собачку. Маленький мопс на поводке. Иллюзия показывает именно это.

Правда: это не мопс. Это ящерица. Метр в длину. Чешуя тёмно-зелёная. Пасть полна острых зубов. Когти скребут по камню. Она тянет поводок, пытаясь сорваться, наброситься на прохожих. Хозяин еле удерживает.

Или вот: женщина сидит на лавочке. Кормит голубей. Иллюзия: милая сцена.

Правда: это не голуби. Это летучие мыши размером с ворону. Перепончатые крылья. Красные глаза. Клыки. Они рвут куски мяса из её рук. Она улыбается, не замечая, что её пальцы в крови.

Или: дети играют в парке. Иллюзия: счастливое детство.

Правда: это не дети. Это... что-то. Гуманоидные. Но с серой кожей. Когтями. Острыми зубами. Они бегают. Визжат. Дерутся. Один откусил ухо другому. Тот даже не заметил. Продолжает играть.

Кошмар. Но кошмар, в который никто не верит. Потому что иллюзия сильнее.

Я ускорил шаг. Направился к порту.

Порт на стоянке яхт. Десятки судов разных размеров. От маленьких парусников до роскошных многопалубных мега-яхт, которые, очевидно, принадлежали людям, чьё представление о скромности начиналось где-то на уровне частного самолёта и заканчивалось личным островом.

Большинство яхт стояли пустыми. Хозяева либо сбежали, либо превратились в монстров, либо просто умерли. Некоторые суда накренились, частично затопленные. Другие выглядели вполне пригодными для плавания.

Я искал что-то среднее. Не слишком большое — управлять не смогу. Не слишком маленькое — в открытом море утонет от первой же волны. С каютами. С камбузом. С мотором — на парусах я точно далеко не уплыву.

И желательно с капитаном. Живым. Адекватным. Готовым к сотрудничеству.

Я прошёл вдоль причала, осматривая суда. Активировал Интерфейс, сканировал, проверял, нет ли на бортах признаков жизни.

Пусто. Пусто. Пусто.

И вдруг — сигнал. Человек. На яхте метров двадцать пять длиной. Белоснежный корпус. Два палубы. Мачта. Каюты. Флаг Великобритании на корме.

Я подошёл ближе. Поднялся по трапу на палубу.

И увидел его.

Молодой мужчина. Лет тридцати. Светлые волосы. Щетина. Дорогая, но мятая одежда — белая рубашка, распахнутая, джинсы. Босиком. Сидит на палубе, прислонившись к мачте. В руке бутылка виски. Почти пустая.

Он поднял голову. Посмотрел на меня. Глаза красные. Пьяный вдрабадан.

— Эй, — пробормотал он. — Ты кто?

Я активировал Интерфейс. Проверил.

Имя: Теодор (Тед)

Уровень нейросети: 1 (27/100)

Класс: Плейбой 1/5 (15/100)

Подкласс:Капитан 1/5 (23/100)

Основные параметры:

Сила: 5/15

Ловкость:8/20

Жизнь: 9/30

Энергия:14/50

Интеллект:13/40

Обаяние:22/50

Дополнительные параметры:

Сопротивление ментальному подавлению: 8

Устойчивость к токсинам: 12 (алкоголь, яды)

Умения:

Неотразимое обаяние (уровень 1): Способность располагать к себе людей, особенно противоположного пола.

Навигация (уровень 2): Умение управлять судном, прокладывать курс, читать карты.

Морское дело (уровень 2): Знание устройства яхт, ремонта, обслуживания.

Плейбой и Капитан. Идеальное сочетание для богатого повесы, владеющего яхтой.

Но что меня удивило — Сопротивление ментальному подавлению восемь единиц. Не много, но больше нуля. Плюс Устойчивость к токсинам двенадцать. Класс Плейбой, видимо, предполагает способность много пить и не спиваться. А также некоторую защиту от ментального воздействия — наверное, чтобы не попасться на удочку всяких Нимф и Менталистов, охотящихся на богатеньких дурачков.

Так что Тед частично видел реальный мир. Не полностью, но достаточно, чтобы понимать: что-то не так. Отчего, видимо, и пил ещё больше.

— Андрей, — представился я. — Путешественник.

— Тед, — он попытался встать, не получилось, остался сидеть. — Лорд Теодор Фицджеральд Кавендиш Третий. Но можешь звать Тед. Все зовут. Потому что остальное — слишком длинно. И пафосно. Хотя пафос — это я люблю.

Английский аристократ. Лорд. С яхтой. Классика.

— Ты один? — спросил я.

— Один, — он печально посмотрел на бутылку. — Девчонки сбежали. Две красотки. Привёз на покатушки. Думал, будет круто. Море, яхта, шампанское, я. Что ещё надо? А они взяли и свалили. Неделю назад. Когда всё это началось. Сказали, что я псих. Что мир не изменился. Что я просто обкурился. Хотя я не курю. Ну, почти не курю. Иногда. В компании. Но не в тот день! В тот день я был трезв! Ну, почти трезв. И я видел! Небо стало жёлтым! Деревья почернели! Монстры! Повсюду монстры! А они сказали — бред. И ушли.

Он сделал ещё глоток. Поморщился.

— С тех пор пью. Потому что если пить — не так страшно. А если не пить — очень страшно.

Я сел рядом. Протянул руку.

— Дай сюда.

Он передал бутылку. Я сделал глоток. Виски. Хороший. Шотландский. Лет двадцать выдержки. Жаль, что почти закончился.

Вернул бутылку.

— Слушай, Тед, — начал я. — Мир действительно изменился. Ты не псих. Ты видишь правду. Просто у тебя есть сопротивление ментальному подавлению. Не большое, но достаточное. Остальные люди видят иллюзию. Система контролирует их восприятие. Заставляет думать, что всё нормально. А ты — нет. Поэтому тебе страшно. И одиноко.

Тед уставился на меня.

— Ты тоже видишь?

— Да. Я вижу. Более того, я понимаю, что происходит. В двух словах: инопланетное вторжение, нейросети в головах, классы, способности, монстры, Орбитальные Станции, Система. Земля стала фермой по выращиванию симбионтов для продажи галактическим цивилизациям. Мы — подопытные. Или ресурс. Зависит от точки зрения.

Тед молчал. Переваривал информацию.

— Охренеть, — выдал он наконец. — То есть я не псих?

— Не псих.

— И мир правда изменился?

— Правда.

— И все эти монстры, жёлтое небо, чёрные деревья — реальны?

— Реальны.

Он облегчённо выдохнул.

— Блин. А я уже думал, крыша поехала. Хорошо. Спасибо. Легче стало. — Пауза. — Хотя не намного. Потому что если мир действительно изменился, то это, блин, пиздец.

— Пиздец, — согласился я.

Мы посидели в молчании. Тед допил виски. Швырнул бутылку за борт.

— Ладно, — сказал он. — Раз уж ты здесь. И раз уж ты тоже видишь. И раз уж ты, похоже, в курсе, что происходит. Может, объяснишь, нахрена ты припёрся на мою яхту?

— Предложить сотрудничество, — ответил я. — Мне нужна яхта. И капитан. Ты — капитан. У тебя яхта. Я предлагаю отправиться в плавание. Вместе. Охотиться на морских монстров. Убивать их. Становиться сильнее. Прокачивать нейросети. Развивать способности. Выживать.

Тед нахмурился.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Ты хочешь охотиться на монстров? Тех самых, которые топят корабли и жрут людей?

— Да.

— Ты ебанутый.

— Возможно. Но я также Умник второго уровня с подклассом Пожиратель Плоти. У меня есть способности. Опыт. Оружие. И план. Без тебя я далеко не уплыву, потому что в управлении яхтой понимаю ноль. Но с тобой — у нас есть шансы. Ты получишь опыт, прокачаешь нейросеть, станешь сильнее. Я — тоже. Взаимовыгодное сотрудничество.

Тед смотрел на меня долгим оценивающим взглядом. Трезвел на глазах. Видимо, Устойчивость к токсинам работала.

— И что я с этого получу? — спросил он.

— Цель. Смысл. Шанс не спиться окончательно, сидя на яхте в ожидании конца света. Плюс возможность стать по-настоящему сильным. Не богатым плейбоем, которого бросили девчонки. А кем-то, кто может постоять за себя в новом мире.

Тед помолчал. Потом кивнул.

— Знаешь что? А хрен с ним. Всё равно мне тут делать нечего. Девчонок нет. Виски заканчивается. Мир сошёл с ума. Почему бы не сойти с ума вместе с ним? — Он протянул руку. — Идёт. Джентльменская договорённость. Ты — стратег и боец. Я — капитан и навигатор. Вместе мы — команда охотников на монстров.

Я пожал руку.

— Договорились.

— Только одно условие, — добавил Тед. — Если мы найдём девчонок — красивых, адекватных, желательно не монстров — я имею право на первый выбор. Аристократическая привилегия.

Я усмехнулся.

— Договорились.

Мы встали. Тед покачнулся, но устоял на ногах.

— Ладно, — сказал он. — Значит так. Мне нужно протрезветь. Это часа три. Потом проверим яхту, двигатель, запасы топлива, провизию. Ещё часа два. Потом составим план маршрута. Час. Итого — к вечеру отплываем. Идёт?

— Идёт.

— Отлично. Тогда располагайся. Каюта для гостей внизу, вторая справа. Душ работает, воды хватит. Холодильник тоже работает, там есть закуски. Помогай себе сам. Я пойду в свою каюту. Усну на пару часов. Организм сам вытрезвит.

Он направился к трапу, ведущему вниз. Обернулся.

— Кстати, как тебя звать? Я уже забыл.

— Андрей.

— Рад знакомству, Андрей. Лорд Теодор к твоим услугам. Или просто Тед. Надеюсь, мы не умрём в первый же день плавания.

— Надеюсь, — согласился я.

Тед спустился вниз. Я остался на палубе.

Посмотрел на море. Сине-зелёная гладь, уходящая к горизонту. Где-то там, в глубинах, плавают монстры. Огромные. Опасные. Смертельные.

И я иду на них охотиться.

Либо я действительно ебанутый, либо это лучший план, который у меня когда-либо был.

Время покажет.

Я улыбнулся, вдохнул солёный морской воздух и направился в каюту.

Завтра начнётся новая глава моей жизни.

Несмотря на весь свой опыт мореплавателя, капитана яхт и вообще человека, который, по его собственным словам, провёл на воде больше времени, чем на суше, Тед всё же погорячился, планируя, что мы сможем отплыть к вечеру.

Расчёт был основан на том, что соответствующие службы, обеспечивающие топливом, продовольствием и другими многочисленными и необходимыми для круиза вещами, функционировали как до Вторжения. Э это, как выяснилось часа через полтора после нашего джентльменского соглашения, оказалось далеко не так.

Телефон, по которому следовало позвонить с тем, чтобы к борту подошёл топливозаправщик и залил дизельку в яхту по полной программе, не отвечал. Что и не удивительно, поскольку телефонная связь после Вторжения глюкнула первой, ещё до того, как отрубились радио и телевидение, и задолго до того, как интернет перестал работать.

Что для Теда, протрезвевшего, принявшего душ, переодевшегося в чистую одежду и теперь выглядевшего гораздо более презентабельно, оказалось совершенной неожиданностью.

— Что значит не отвечает? — он уставился на телефон в своей руке, как на предмет, внезапно утративший все свои функции и превратившийся в бесполезный кусок пластика и стекла. — Я же звонил им неделю назад! Всё работало!

— Неделю назад интернет ещё работал, — напомнил я. — Сейчас нет. Телефоны тоже. Связь рухнула. Инфраструктура развалилась. Добро пожаловать в постапокалипсис.

Тед почесал затылок.

— Хреново.

— Очень.

Правда, это его не смутило. После недолгого обсуждения ситуации со мной бравый капитан сформулировал новую стратегию, которая состояла из двух пунктов и предполагала, во-первых, закупку алкоголя в ближайшем супермаркете и доставку его вручную на борт — потому что, по словам Теда, без алкоголя в море делать нечего, это аксиома, проверенная столетиями мореплавания, — а во-вторых, причаливание к бесхозным яхтам и перекачивание топлива с беззащитных посудин в наши топливные баки. Соответствующее для этого оборудование — насос и шланги — наличествовало на борту, что свидетельствовало либо о предусмотрительности Теда, либо о том, что такая практика среди яхтсменов не была редкостью.

Я всё же расширил план ещё на два пункта.

Во-первых, предложил помимо алкоголя закупиться ещё и провизией. Потому что, как ни крути, а жрать хочется всегда, и рассчитывать исключительно на морскую добычу — самонадеянно.

И во-вторых, настоял на посещении знакомого мне оружейного магазина с тем, чтобы приобрести стволы посерьёзнее, нежели мой карабин да пятнадцатизарядный «Глок», которым на законном основании, будучи капитаном судна, владел Тед.

Ободрённый моим размахом и перспективами, Тед, в свою очередь, предложил сократить закупку пищи до минимума, с тем чтобы питаться добычей из моря, что, по его словам, будет нас стимулировать к более активной охоте и заодно освободит место в трюмах. А вместо продуктов воспользоваться возможностью и пригласить на борт двух-трёх леди посговорчивее и посимпатичнее, в возрастной категории восемнадцать плюс, причём очень-очень маленький плюс, желательно не монстров, скрывающихся под обличием леди.

Опять же, после моего рассказа о Пустышках, классах и способностях, он попросил поискать кого-нибудь с классом типа Пылкая Любовница или на худой конец Суккуба, с тем чтобы и самому прокачаться, сопротивляясь дополнительному демоническому ментальному воздействию, и леди доставить удовольствие, ну и заодно проверить, насколько эффективна парная культивация, о которой я ему рассказал.

Понятно, что все эти предложения свидетельствовали о том, что Тед, протрезвев и осознав ситуацию в полной мере, начал откровенно нервничать. А весь этот бред с дамами — не более чем защитная реакция психики, попытка вернуться в привычную зону комфорта, где главное — выпивка, девочки и развлечения.

Я его понимал. Каждый справляется со стрессом по-своему.

— Ладно, — сказал я. — С дамами разберёмся потом. Если встретим. Сейчас приоритет — топливо, еда, оружие. В таком порядке.

— Сэр, да, сэр! — Тед козырнул. — Приказы получены. Приступаю к исполнению.

После чего я оставил Теда на яхте проверять двигатель и прочие технические системы, а сам отправился добывать продовольствие.

Ближайший супермаркет находился минутах в десяти ходьбы от порта. Большой, современный, с автоматическими дверями и кондиционерами. Внутри горел свет. Работало холодильное оборудование. На полках товары.

И ни одного покупателя.

Вернее, были. Человека три-четыре. Бродили между стеллажами, механически перекладывали продукты из одной руки в другую, ставили обратно на полки, брали снова. Пустышки. Ментальное подавление превратило их в запрограммированных роботов, имитирующих покупки, но не совершающих их.

За кассой сидела женщина. Средних лет. Пустое лицо. Уставилась в пространство перед собой.

Я взял тележку и начал загружаться.

Консервы. Тушёнка, рыбные консервы, овощи, фрукты в банках. Килограммов тридцать разнообразия.

Крупы. Рис, гречка, макароны. Ещё двадцать килограммов.

Хлеб. Десяток батонов. В вакуумной упаковке, долго хранятся.

Вода. Два десятка бутылок по полтора литра.

Соль, сахар, специи, растительное масло.

И, конечно, алкоголь. Виски, водка, ром, джин, вино, пиво. Ящика три разнообразия. Тед будет доволен.

Когда тележка заполнилась до отказа, я подкатил её к кассе.

Кассирша посмотрела на меня. Глаза пустые.

— Сколько? — спросил я.

Она молчала. Смотрела.

Потом медленно произнесла:

— Двадцать три.

— Двадцать три тысячи лир?

— Нет. Двадцать три.

— Лиры?

— Двадцать три.

Я достал бумажник. Вытащил две десятки и три единицы. Двадцать три лиры. Протянул.

Она взяла. Положила в кассу. Кивнула.

— Спасибо. Приходите ещё.

Неадекватные цены. Продавец называет то, что в голову взбредёт. Ментальное подавление выключило логику, оставив только базовые функции.

Я забрал покупки, погрузил в тележку и вышел из супермаркета.

На стоянке обнаружил микроавтобус. Небольшой, на шесть-восемь мест. Ключи в замке зажигания. Двери открыты.

Прекрасно.

Я загрузил продукты и алкоголь. Сел за руль. Завёл двигатель.

Работает. Машины, в отличие от самолётов, снова ездят. Не все, но многие.

Выехал со стоянки и направился к оружейному магазину.

Поездка по городу выдалась... сюрреалистичной.

Машины на дорогах были. Ехали. Соблюдали правила. Останавливались на светофорах, пропускали пешеходов.

Вот только водители...

Я обогнал седан. Заглянул в окно. За рулём сидела женщина. Руки на руле. Взгляд устремлён вперёд. Лицо как маска. Никаких эмоций.

Пустышка за рулём. Едет на автомате. Программа поведения.

Дальше — грузовик. Водитель — мужчина. Та же картина. Робот в человеческом теле.

На тротуаре шли люди. Кто-то вёл детей за руку. Кто-то нёс сумки. Кто-то разговаривал по телефону — хотя телефоны не работали, но это их не смущало, они всё равно прикладывали к уху трубку и что-то бормотали в пустоту.

Иллюзия нормальности. Красивая. Убедительная. Но ложная.

Я снизил Сопротивление ментальному подавлению, чтобы увидеть, что видят они.

Город преобразился. Чистые улицы. Голубое небо. Зелёные деревья. Люди улыбаются. Всё прекрасно. Жизнь продолжается.

Восстановил сопротивление — и реальность вернулась. Лилово-жёлтое небо. Чёрные лианы. Рыжая поверхность. Люди-роботы.

Проехал мимо парка. Там играли дети. Иллюзия показывала обычных детей с мячом.

Реальность: гуманоиды с серой кожей, когтями, острыми зубами. Дерутся. Кусаются. Визжат.

Проехал мимо кафе. Иллюзия: люди сидят за столиками, пьют кофе.

Реальность: Пустышки сидят неподвижно, уставившись в пустые чашки.

Мне стало не по себе.

Хорошо, что я еду на яхту. Подальше от этого кошмара.

Оружейный магазин встретил меня открытой дверью и всё тем же Законником за прилавком.

Он узнал меня. Кивнул.

— Вы снова. Карабин помог?

— Очень, — ответил я. — Спасибо. Теперь мне нужно ещё. Много ещё.

Законник нахмурился.

— Зачем?

— Флот, — соврал я не моргнув глазом. — Готовимся отражать наступление с моря. Морские монстры. Огромные. Опасные. Нужно вооружить экипаж. Защитить город. Долг и честь.

Законник задумался. Потом медленно кивнул.

— Правильно. Флот должен быть вооружён. Это закон.

— Вот именно, — я активировал способности Умника, подбирая нужные слова. — Устав Морских Сил Османской Империи, статья сорок два: в случае угрозы нападения с моря капитан судна имеет право реквизировать оружие и боеприпасы из городских арсеналов. Я — капитан. Вернее, я с капитаном. Нам нужно оружие.

Полная чушь, конечно. Никакого устава Османской Империи я не знал. Но Законник купился.

— Османская Империя... — пробормотал он. — Да, это наше наследие. Законы предков. Что именно вам нужно?

Я огляделся. Стеллажи с оружием. Винтовки, дробовики, пистолеты, арбалеты.

— Всё, что стреляет, — сказал я. — И боеприпасы. И, если есть, взрывчатка.

Законник прошёл в подсобку. Вернулся с коробками.

Я начал выбирать.

Два дробовика двенадцатого калибра. Надёжные, простые. Для ближнего боя.

Ещё один карабин, такой же как у меня. Запасной.

Два пистолета «Глок» девятого калибра. Пятнадцать патронов в магазине.

Охотничья винтовка с оптическим прицелом. Калибр .308. Для дальних целей.

Арбалет. С десятком стрел. На случай если патроны закончатся.

Патроны. К каждому стволу. По несколько коробок. Килограммов пятнадцать свинца.

И, о чудо, взрывчатка. Динамитные шашки. Штук двадцать. С детонаторами и бикфордовым шнуром.

— Это всё для рыбалки, — пояснил Законник, показывая на динамит. — Некоторые рыбаки используют. Не законно, конечно. Но эффективно.

Я кивнул, пряча улыбку.

— С вас... — Законник задумался. — Три тысячи лир.

Опять три тысячи. Всегда три тысячи. Видимо, это единственная цена, которую его мозг способен сгенерировать.

Я заплатил. Погрузил оружие в микроавтобус.

Вернулся на яхту.

Тед обрадовался, увидев груз.

— О, да ты профессионал! Алкоголь, жратва, стволы! Всё, что нужно для успешного путешествия!

Мы загрузили всё в трюм. Уложили, закрепили, распределили по весу.

— Теперь топливо, — сказал Тед. — Причалим к одной из роскошных яхт. Там баки большие. Перекачаем.

Мы отчалили от причала, прошли вдоль стоянки. Тед вёл яхту уверенно, профессионально. Видно, что он действительно капитан, а не просто богатый мажор, купивший игрушку.

— Вон та, — указал он на огромную яхту метрах в ста от нас. — Метров сто длиной. Может, и больше. Принадлежит кому-то очень богатому. Местному олигарху. А может, и не местному. Может, Абрамовичу. А может, именно Абрамовичу, кто его знает.

Мы причалили. Поднялись на борт.

Яхта была роскошной. Три палубы. Гелипад на корме. Джакузи. Бар. Каюты отделаны деревом и кожей. Золотая фурнитура. Картины на стенах.

И полна людей.

Они сидели, стояли, лежали. Человек двадцать. Все — Пустышки. Обслуживающий персонал. Застыли в тех позах, в которых их застало Вторжение. Горничная с тряпкой. Повар у плиты. Официант с подносом.

Мы с Тедом переглянулись.

— Жуть, — прошептал он.

— Да, — согласился я.

Мы прошли на капитанский мостик. Нашли топливные баки. Подключили насос, протянули шланги к нашей яхте. Включили перекачку.

Пока топливо перетекало, мы решили осмотреться.

Заглянули в капитанскую каюту.

И обнаружили тела.

Двое. Мужчина и женщина. Лежали на полу. Разорваны. Частично сожраны.

Я активировал Интерфейс. Проверил.

Следы классов. Силовики Целительница. Оба первого уровня.

Их убили. Возможно, Пожиратели Плоти. Может, другие монстры.

— Чёрт, — Тед отвернулся. — Это...

— Реальность, — закончил я. — Новый мир. Здесь убивают. Жрут. Выживает сильнейший.

Тед молчал. Потом предложил:

— Может, поменяем яхту? Эта больше. Комфортнее. Можем здесь обосноваться. Отправиться на охоту на ней.

Я покачал головой.

— Ты справишься? Управлять судном такого размера? Один?

Тед задумался.

— Нет. Нужна команда. Человек пять минимум. А команда из Пустышек... не внушает доверия. Они могут в любой момент отключиться. Или сделать что-то не то.

— Вот именно. Твоя яхта меньше, но ты можешь управлять ею один. Это важнее.

Тед кивнул.

— Ладно. Убедил.

Мы вернулись на нашу яхту. Топливо перекачалось. Баки полные.

Вечерело. Солнце — вернее, то, что его заменяло в этом странном небе — клонилось к горизонту, окрашивая лилово-жёлтые облака в оттенки красного и фиолетового.

— Выходим? — спросил Тед.

Решили выйти в море на ночь. Хотя и были опасения — ночью монстры активнее, — но кто не рискует, тот не пьёт шампанского, как говорил какой-то классик, которого я сейчас не вспомню.

В первую очередь решили совершить тренировочный переход. Дойти до ближайшего крупного острова. Там причалить, переночевать, а с утра поохотиться, порыбачить.

Тед проложил курс. Остров находился километрах в пятидесяти. При нашей скорости — часа три-четыре хода.

Вышли в море.

Яхта плавно рассекала волны. Двигатель работал ровно. Тед стоял у штурвала, управлял уверенно. Я сидел на палубе, смотрел на воду.

— Знаешь, — сказал Тед через полчаса, — я стал лучше различать детали реальности. Раньше всё было размыто. Я видел монстров, но не чётко. А сейчас... сейчас ясно. Каждая чешуйка. Каждый зуб.

Я проверил его Интерфейс.

Сопротивление ментальному подавлению: 9

Было восемь. Стало девять. Вырос на единицу за день.

— У тебя сопротивление выросло, — объяснил я. — Ты больше взаимодействовал с реальностью. Принимал решения. Осознавал происходящее. Нейросеть это зафиксировала как прогресс.

— Круто, — Тед улыбнулся. — Значит, я прокачиваюсь, даже не охотясь на монстров.

— Именно.

Мы продолжили путь в тишине.

А потом я увидел небо.

Ночное небо над морем.

И оно было фантастически красивым.

Звёзды. Миллиарды звёзд. Больше, чем я когда-либо видел. Настолько плотно, что Млечный Путь превратился не в молочную реку, а в сплошное сияющее полотно, протянувшееся от горизонта до горизонта.

Незнакомые созвездия. Ни Большой Медведицы, ни Ориона, ни Кассиопеи. Всё чужое. Всё новое.

И Орбитальная Станция Земля Четыре над головой. Огромный диск, медленно вращающийся. Светящийся холодным голубоватым светом. Размером с полную Луну. Но Луны нигде не было.

А ещё — Чёрная Дыра.

Да, именно так. Чёрная Дыра.

Огромная. Занимала добрую четверть неба. Выглядела как дыра в искрящемся звёздами покрывале. Абсолютно чёрная в центре. Окружённая светящимся аккреционным диском, который вращался, переливался оттенками оранжевого, красного, фиолетового.

Гравитационное линзирование искажало звёзды вокруг, создавая причудливые узоры. Словно пространство-время скручивалось в спираль.

Красиво. Жутко. Завораживающе.

— Видишь? — прошептал Тед. — Мы больше не дома.

— Вижу, — ответил я.

Землю перенесли. В центр какой-то галактики. Слишком много звёзд. Слишком плотное звёздное скопление. И Чёрная Дыра над головой.

Мы больше не в Солнечной системе. Мы не в Млечном Пути.

Мы где-то ещё. В другом месте Вселенной. Может, в другой галактике. Может, в другом измерении.

Кто знает.

Я лёг на палубу. Смотрел в небо. Слушал шум волн. Ощущал качку яхты.

И думал о том, что ждёт нас впереди.

Охота на монстров. Развитие нейросети. Путь к статусу Гражданина. Исследование галактической цивилизации.

Дорога длинная. Опасная. Непредсказуемая.

Но я готов.

Мы плыли в ночь. К неизведанному. К приключениям. К новой жизни.

Глава одиннадцатая. Козлы и Мамушка.

Глава одиннадцатая. Козлы и Мамушка.

К утру, когда лилово-жёлтое небо начинало напоминать разбавленный апельсиновый сок — явный признак того, что в этом безумном мире всё ещё существует нечто, отдалённо похожее на рассвет, — наша яхта… Вернее, яхта лорда Теодора Фицджеральда Кавендиша Третьего. Но после джентльменского соглашения о совместной охоте на морских монстров я уже мысленно называл её «нашей», — подошла к большому каменистому острову.

Издалека он напоминал гигантскую черепаху, решившую вздремнуть посреди моря и за время сна покрывшуюся густой зеленью.

Тед стоял у штурвала с видом бывалого морского волка. И это при том, что ещё вчера этот самый «волк», допивая последние запасы виски, жаловался на девчонок, которые его бросили. Тем не менее сейчас он уверенно провёл судно к входу в небольшую мелководную бухту и скомандовал бросить якорь.

— Вот здесь, — сказал он, указывая на границу между спокойной водой бухты и более беспокойным открытым морем, — я попробую порыбачить. Хочу понять, что сейчас вообще представляет собой рыбалка. Место идеальное. На мелководье крупный монстр не заплывёт — глубина метров пять, максимум семь. Для чего-то действительно опасного маловато. А спиннинг можно закинуть метров на сто вперёд, в открытое море. Там глубина уже под двадцать.

Я посмотрел на то, что Тед называл «спиннингом», и понял: либо английский аристократ обладал весьма специфическим чувством юмора, либо его представления о рыбалке имели мало общего с моими — сформированными парой фильмов о мировых пенсионерах с удочками на берегу тихого пруда.

То, что располагалось на корме яхты, больше походило на средневековую осадную машину, скрещённую с промышленным краном и щедро приправленную элементами стимпанка.

Огромное удилище — если это вообще можно было так назвать — длиной метров пять, выполненное из какого-то композитного материала, было закреплено в массивной механической стойке. Та, в свою очередь, намертво приварена к палубе. Поворотный механизм позволял разворачивать конструкцию на сто восемьдесят градусов и регулировать угол наклона от почти горизонтального до почти вертикального.

Барабан с «леской» — вернее, с тем, что Тед называл леской, а на деле больше напоминало стальной трос толщиной с мой мизинец — был совмещён с лебёдкой, оснащённой электромотором и механическим фиксатором. Рукоятка для ручного сматывания выглядела так, будто её позаимствовали у корабельного ворота.

— Это рассчитано на акулу, — пояснил Тед, заметив мой изумлённый взгляд. — Ну, на акулу времён до Вторжения. Метров пять-шесть длиной, весом под семьсот–восемьсот кило. Большая белая, например. Или тигровая.

— А сейчас акулы какие? — поинтересовался я, прикидывая, во что могла превратиться пятиметровая хищница после мутаций.

— Хрен их знает, — честно признался Тед. — Но судя по тем обломкам лодок, которые я видел вдоль побережья, размерчик у них теперь посерьёзнее. Метров десять–пятнадцать, не меньше. А может, и все двадцать.

Я мысленно представил двадцатиметровую акулу и пришёл к выводу, что наши карабины, дробовики и даже динамит против такой махины — примерно как рогатка против танка.

Но самое интересное началось, когда Тед показал крюк.

Монструозный — других слов не подберёшь — крюк размером с мою ладонь, выкованный из стали и заточенный так, что блестел на солнце, словно хирургический скальпель. Зазубрины на внутренней стороне напоминали зубья пилы. А основание крюка было настолько массивным, что я всерьёз усомнился: пройдёт ли эта штука сквозь плоть монстра — или просто пробьёт его насквозь, как гарпун?

— На него цепляем приманку, — сказал Тед, открывая холодильник на камбузе и доставая здоровенный кусок мяса — килограмма полтора, не меньше. От него уже тянуло характерным запахом крови. — Свежатина. Вчера в супермаркете прихватили. Специально не в морозилку, а в холодильник. Чтобы кровило.

— Логично, — кивнул я. — Акулы на запах крови реагируют за километры.

— Ага. Вот только теперь неизвестно, кто именно на этот запах приплывёт. Может, акула. А может, что-нибудь ещё. Поэтому я и выбрал место у мелководья. Чтобы было куда отступать.

Последним элементом этой безумной конструкции оказалась пневматическая праща — именно так назвал её Тед, хотя устройство больше походило на миниатюрную баллисту.

Металлическая рама с упругими рычагами, компрессор, баллон со сжатым воздухом и пусковой механизм. Вся система крепилась к удилищу и позволяла запускать крюк с приманкой на расстояние до ста метров.

— А это откуда? — не удержался я. — Как-то не вяжется с покатушками с девочками на яхте. Или ты обычно развлекал их экстремальной рыбалкой на акул?

Тед почесал затылок и усмехнулся.

— Знаешь, одна из тех девчонок, что у меня была до Вторжения, оказалась дочуркой владельца рыболовного флота. Ну, такого — тунца в открытом океане ловят. Большие траулеры, сети, всё такое. И вот её папаша, узнав, что дочурка крутит роман с каким-то английским лордишкой на яхте, решил произвести впечатление. Пригласил на свой флагманский траулер. Показал, как они там акул ловят. Для исследований, типа. Учёные заказывают. Ну и я, понятно, впечатлился. Захотелось себе такую же штуку. Папаша спросил — зачем? Я говорю: спортивный интерес. Он посмеялся, но через неделю его ребята всё это добро на яхту и установили. Бесплатно. Подарок будущему зятю.

— И как, стал зятем?

Не-а. Через месяц девчонка съехала. Сказала, что я слишком легкомысленный. Представляешь? Я, лорд Теодор, — легкомысленный! — он изобразил оскорблённое достоинство, а потом расхохотался. — Хотя, если честно, она была права. Зато оборудование осталось. И вот — пригодилось.Мы закрепили кровоточащий кусок мяса на крюке, зарядили пращу, и Тед, прицелившись, дёрнул рычаг.

Грохнул сжатый воздух, раздался свист рассекаемого пространства — и крюк с приманкой описал красивую дугу, улетев метров на девяносто от яхты, прежде чем с характерным всплеском плюхнуться в воду.

— Теперь ждём, — сказал Тед, включая фиксатор на лебёдке. — Если что-то клюнет, лебёдка зафиксирует натяжение, и я начну подтягивать. А ты будь готов с карабином. Вдруг всплывёт что-нибудь такое, что лучше сразу пристрелить.

— Моя помощь тебе пока не нужна? — уточнил я.

— Не-а. Яхта на якоре, никуда не денется. А рыбалка — дело неспешное. Может, час ждать, может, три. Я тут посижу, понаблюдаю. А ты вот что… Хочешь, отвезу тебя на берег на ялике? Погуляешь, осмотришься, разведёшь обстановку. Костерок разожжёшь. Я ближе к вечеру приплыву — если повезёт и что-то поймаю, вместе причалим, устроим пикник на природе. Мясо свежее, жареное. Романтика. Авантюризм.

Предложение было разумным. Во-первых, торчать на яхте и смотреть, как Тед пялится на воду в ожидании поклёвки, — занятие так себе. Во-вторых, остров мы всерьёз рассматривали как возможную временную базу для вылазок на охоту за морскими монстрами, и его стоило изучить. В-третьих, мне просто было любопытно, что происходит на суше: какая там живность и какие изменения претерпели местные флора и фауна.

— Давай, — согласился я. — Только снабди меня по полной.

Тед усмехнулся и полез в трюм. Через десять минут я был экипирован, как заправский бойскаут, отправляющийся в недельный поход по дикой природе.

Рюкзак с запасом воды, консервами, спичками, сухим спиртом для розжига, верёвкой, складным ножом, компасом — хотя в нынешнем мире, где звёздное небо изменилось до неузнаваемости, компас, скорее всего, показывал чёрт знает что. Карабин с запасным магазином. Карманный фонарик. Коврик-пенка. Даже палатка — лёгкая, двухместная, на случай, если придётся заночевать.

— Сигнальные ракеты не забудь, — Тед сунул мне в руки пластиковый футляр с набором ракет. — Если что-то пойдёт не так — запускай. Я увижу и приплыву.

Мы спустили на воду резиновый ялик — надувную лодку с подвесным мотором. Я забрался внутрь, и Тед завёл двигатель.

Десять минут неторопливого хода — и киль лодки скребнул по камням прибрежной полосы.

— Ближе к вечеру, — сказал Тед. — Если раньше что-то поймаю — тоже приплыву. Жди сигнал.

Я вытащил рюкзак, перекинул карабин через плечо и зашагал вглубь острова.

Берег оказался каменистым, усеянным валунами размером от футбольного мяча до небольшого автомобиля. Между камнями пробивалась голубоватая поросль — та самая металлическая трава, заменившая после Вторжения привычную зелень.

Я шёл вдоль кромки воды, прислушиваясь к звукам острова. Где-то вдалеке кричали птицы — вернее, существа, которые когда-то были птицами. Их голоса больше напоминали карканье воронов, смешанное с верещанием сорок и разбавленное хрипом, каким обычно кашляет человек с больным горлом.

Через некоторое время широкий берег начал подниматься, превращаясь в склон, который вскоре перешёл в каменистый обрыв метров пятидесяти высотой, почти вертикальной стеной обрывающийся к морю.

Я взобрался наверх — благо мои параметры Ловкости и Силы позволяли карабкаться по почти отвесным скалам без особых проблем — и замер, осматривая открывшуюся панораму.

Если не весь остров целиком, то значительная его часть была видна отсюда. Он напоминал неглубокую чашу с массивным скальным образованием в центре — каменный пик метров в сто высотой, окружённый более пологими склонами, поросшими тем, что когда-то было лесом.

Чёрные корявые деревья больше походили на щупальца осьминога, торчащие из земли, чем на сосны или ели. Но их структура оставалась узнаваемой: ствол, ветви, подобие кроны. Просто всё это было окрашено в цвета ночного кошмара.

И именно там, среди этого леса, неподалёку от центральных скал, паслось стадо.

Животные. Крупные.

С такого расстояния — километра с лишним — трудно было точно определить их размеры, но интуиция подсказывала: каждая особь не меньше небольшого быка.

Я прищурился, пытаясь разглядеть детали, и тут меня осенило.

У меня же есть способность Умника — видеть ауры и сканировать параметры существ через Интерфейс.

Я сосредоточился на самом крупном животном в стаде — оно явно было вожаком, остальные держались чуть позади — и активировал сканер.

Изображение замельтешило перед глазами. Система словно пыталась пробиться через расстояние, откалиброваться, настроиться.

А затем картинка стабилизировалась.

Перед внутренним взором возникла табличка:

Имя: Козлорог Вид: мутирующая коза (Capra aegagrus hircus, подвид aegagrus) Уровень нейросети: 2 (87/100) Класс:Альфа-хищник 2/5 (91/100) Подкласс: Ментальный доминант 1/5 (34/100)

Основные параметры: Сила — 38/75 Ловкость — 41/75 Реакция — 52/100 Энергия — 67/150 Интеллект — 31/150(для животного — исключительно высокий показатель) Выносливость — 48/75

Дополнительные параметры: Сопротивление ментальному подавлению — 14 Ментальное воздействие (стайное управление) — 28/50 Регенерация — 18/40

Умения: Стайная координация (ур. 3) — телепатическое управление стаей, синхронизация действий, организация засад. Хищный бросок (ур. 2) — молниеносные атаки на коротких дистанциях с резкой сменой направления. Адаптивное пищеварение (ур. 2) — переваривание любой органики, включая древесину, кости и хитин. Территориальная метка (ур. 1) — метка феромонами, отпугивающая большинство хищников.

Энергетическое ядро: Расположено во лбу. Высокая концентрация ментальной энергии. При поглощении даёт прирост Интеллекта и Ментального воздействия.

Важно: Существо классифицируется как опасное. Не рекомендуется вступать в прямой контакт. При необходимости устранения — атаковать с дистанции, целиться в энергетическое ядро.

Я уставился на табличку, не веря своим глазам.

Козёл. Обычный козёл, который до Вторжения мирно щипал траву и блеял на радость туристам. И вот во что он превратился.

Сила — тридцать восемь. Это в несколько раз больше, чем у среднего человека до мутаций. Такой ударом способен пробить стальную дверь или перекусить ствол толщиной с моё бедро.

Ловкость — сорок один. Он быстрее меня в разы. Если решит атаковать, я его даже не увижу.

Интеллект — тридцать один. Для ребёнка это много. Для взрослого — посредственно. Но для козла… это гениальность.

И самое главное — энергетическое ядро во лбу.

Я активировал зрение аур.

Мир расцвёл энергетическими спектрами. Большинство животных в стаде светились тускло-серым, с редкими белыми вспышками в области сердца и печени. Обычные мутанты: сильные, быстрые, но ничем не уникальные.

А вот Козлорог…

Он сиял.

Ярко-синее пульсирующее пятно во лбу, словно второе сердце. Печень светилась тёмно-синим — такого я раньше не видел. Сердце — обычный белый свет, но невероятно интенсивный. По всему телу — лёгкая общая засветка, свидетельствующая о низком уровне энергии.

Это был приз. Трофей. Источник невероятного усиления.

Если я сожру Козлорога — точнее, его ядро, печень и, возможно, мозг, — получу колоссальный скачок в развитии. Вырастет Интеллект. Усилится ментальное воздействие. Возможно, я даже приобрету способность к стайной гармонии — управлению другими существами.

Я уже представлял, как командую стаями Силовиков или Нюхачей, используя их как пушечное мясо в боях с куда более опасными противниками.

Красивая картинка.

Вот только была одна проблема.

Козлорог — не идиот. С Интеллектом тридцать один он прекрасно понимает, что такое засада, ловушка и стратегия.

И у него есть стая. Одиннадцать голов, если судить на глаз. Все мутанты. Все опасные.

Один на один я, возможно, и справился бы. У меня карабин и семьдесят патронов. На дистанции в сто метров я попаду, даже с моей Ловкостью.

Но если пойдут все сразу…

Тогда хана.

Впрочем, Тед обещал вернуться ближе к вечеру. Время у меня есть. Можно спуститься, осторожно подобраться, занять позицию…

Я начал спускаться со скалы, предварительно оставив рюкзак у приметного валуна — большого, метра два в поперечнике, с характерной трещиной посередине, чтобы потом легко найти.

Карабин оставил при себе. Запасной магазин — в кармане. Нож — на поясе.

Двигался осторожно, стараясь не шуметь, используя естественные укрытия: валуны, чёрные деревья, складки рельефа.

Я уже приблизился к лесу — вернее, к тому, что когда-то было лесом, — когда стадо исчезло.

Просто… растворилось.

Секунду назад козлы были на месте — метрах в трёхстах, медленно двигались, что-то жевали.

А теперь — никого.

Я замер, напрягая слух.

Тишина.

Даже птицы умолкли.

Плохой знак.

Очень плохой.

Я медленно развернулся, собираясь отступить к скалам, к морю…

И услышал голос за спиной.

— Да что же это вы, Умники, все на козлов так тянетесь, — произнёс кто-то за моей спиной с лёгкой издёвкой в интонации. — Неужели близкородственные чувства? В любом случае, не советую. Козлорог вам не по зубам. Даже с этой… пукалкой. И на этот раз я вряд ли смогу вам помочь, вытаскивая из неприятностей и сервируя козла к столу.

Я резко обернулся, инстинктивно вскидывая карабин и наводя его на фигуру, возникшую у меня за спиной невесть откуда.

Передо мной стоял человек.

Вернее — существо в человеческом обличье.

Среднего роста, худощавый, брюнет с серыми глазами. Лицо — совершенно непримечательное, из тех, что забываешь через пять минут после знакомства.

Но вот одежда…

Чёрный плащ с красным подбоем. Цилиндр на голове. Белая рубашка. Чёрные брюки. Начищенные ботинки.

В такую жару, под этим солнцепёком — в чёрном плаще?

Либо он полный псих… либо всё куда хуже.

Я активировал Интерфейс, пытаясь просканировать незнакомца.

Система зависла. Изображение дёргалось, мерцало, отказывалось фокусироваться.

А затем появилось сообщение:

Ошибка. Объект находится вне зоны доступа. Недостаточно прав для получения информации.

Я уставился на надпись, не сразу понимая её смысл.

Вне зоны доступа? Недостаточно прав?

Что за…

— Вы кто? — спросил я, не опуская карабин.

Незнакомец усмехнулся.

— Я — Мамушка, — представился он таким тоном, словно этого было вполне достаточно. — Предлагаю вернуться поближе к вашим вещам, развести костёр и спокойно поговорить. Здесь оставаться небезопасно. Козлорог вас уже заметил и открыл охоту. А возле воды можно чувствовать себя спокойнее: козлы-мутанты морскую воду на дух не переносят и держатся от берега подальше.

— А костёр зачем? — спросил я, не двигаясь с места. — Зверей отпугивать?

— Нет, — покачал головой Мамушка. — Для создания доверительной обстановки. На острове, кроме козлов и вас, больше никого нет. Козлы в первые же дни после мутации выели всю живность, а теперь питаются стволами сосен. Благо те нынче быстро отрастают.

— Вы хотели сказать: кроме козлов, меня и вас? — уточнил я.

— Нет, я выразился правильно, — Мамушка развёл руками. — Меня здесь тоже нет. Я, как уже говорил, психоинформационное поле. Иллюзия. Голограмма, если угодно. Физические сущности находятся за сотни световых лет отсюда.

Глава двенадцатая. Инвестиции в выживание

Глава двенадцатая. Инвестиции в выживание.

Вспышка озарения была подобна удару тока. Я вспомнил. Чужой. Тот самый холодный, отстранённый голос в моей голове. Искусственный Интеллект, или, быть может, какая-то глубокая подсистема Станции «Земля-4», пробудившаяся сразу после того, как я получил класс «Умник». Его слова тогда казались бредом или системным сбоем, но сейчас они звенели в ушах похоронным набатом: «Не доверяй Мамушке».

И вот Мамушка здесь. Сидит передо мной с видом человека, зашедшего на чашку кофе, хотя мы находимся на проклятом острове, где сама земля жаждет нашей крови.

- Что вам нужно? - спросил я, медленно отступая назад. Мои пальцы крепче сжали цевьё карабина. Пятки коснулись острых краёв скал.

Мамушка тяжело вздохнул, и в этом вздохе было столько притворного сочувствия, что меня передёрнуло.

- Поговорить, Андрей. Объяснить правила игры. И, как ни странно, помочь. Я ваш куратор. Ангел-хранитель в мире победившего хаоса, если вам так больше нравится. Видите ли, Совет Девяти - те почтенные господа, что стоят за всем этим грандиозным представлением, - счёл разумным прикрепить к каждому перспективному «Умнику» персонального наставника. Для консультаций и, разумеется, наблюдения.

- Помощи? - я не сдержал злого смешка. - Где же вы были, ваша милость, когда меня пытался превратить в раба Веня? Где вы прохлаждались, когда Повелитель со своей стаей едва не пустил меня на фарш? Или когда...

- Я наблюдал, - спокойно, даже буднично перебил Мамушка. - Каждая секунда вашего пути зафиксирована. Данные проанализированы и подшиты в дело. Но вмешательство... Ах, эти бюрократические препоны! С самого начала эксперимента на всех пяти Землях введён строжайший протокол: никакого прямого материального воздействия. Только советы. Только информация. И только тем, кто способен её переварить - «Умникам».

- Пяти Землях? - я зацепился за это число. Мир сузился до размеров моей зоны видимости, и я уже начал забывать о масштабах катастрофы.

- Именно. Вашу планету распилили на пять секторов, пять полигонов. Каждым управляет своя Орбитальная Станция. Земля-1, Земля-2... и так далее. Вы сейчас имеете сомнительное удовольствие находиться в зоне ответственности Станции «Земля-4».

Я молчал, пытаясь уложить это в голове. Информация была тяжёлой, как свинец. Мамушка тем временем окинул берег оценивающим взглядом, словно придирчивый риелтор, и небрежным жестом пригласил меня следовать за ним к кромке воды.

- Пойдёмте к берегу, Андрей. Серьёзно. Местные козлы-мутанты не выносят солёную воду. У них на неё что-то вроде острой аллергической реакции - кожа лопается, слизистая горит. Проверено на опыте вашего предшественника. Того самого литератора, о котором я упоминал.

Я нехотя двинулся следом. Ствол карабина смотрел в спину Мамушки, но тот шёл впереди, даже не оборачиваясь. Он был абсолютно уверен в своей неприкосновенности. Или в моём здравомыслии.

Мы вышли к огромному валуну, где я оставил свои вещи. Мамушка изящным жестом фокусника указал на рюкзак:

- Располагайтесь. Костёр разводить будете? Дрова, если это можно так назвать, под рукой.

Он кивнул на обломки чёрных, просолённых деревьев, выброшенных штормом на песок.

Я решил, что горячая еда и огонь мне сейчас важнее, чем демонстрация гордости. Опустился на корточки, выудил из недр рюкзака таблетку сухого спирта и спички. Мамушка устроился на соседнем камне, сложив ноги по-турецки. В своей безупречной одежде он выглядел здесь чужеродным элементом - как если бы манекен из дорогого бутика выставили посреди свалки.

- Ладно, - сказал я, глядя, как огонь нехотя лижет сухие ветки. - Выкладывайте. Почему вы решили материализоваться именно сейчас?

Мамушка на мгновение прикрыл глаза, словно считывал данные с невидимого монитора.

- Потому что ситуация критическая. Согласно расчётам Предсказателя, вероятность вашей гибели в ближайшие сорок восемь часов составляет девяносто семь процентов.

- Предсказателя? - я вздрогнул. Цифра «97» не оставляла пространства для оптимизма.

- Это устройство, - пояснил куратор. - Чудовищно дорогое и пугающе точное. Мы закупаем такие у Марахов за баснословные суммы. Те, в свою очередь, каким-то чудом смогли адаптировать технологии Предтеч - древней расы, канувшей в небытие миллионы лет назад. Предсказатель работает на коротких интервалах. Два-три дня - и его прогнозы становятся абсолютной истиной.

- Девяносто семь процентов, - эхом повторил я, глядя на пляшущее пламя. - И что, вы пришли работать с теми самыми тремя процентами? Решили меня спасти?

- Не совсем, - Мамушка поморщился, будто от зубной боли. - Я здесь, чтобы дать совет. Как именно вы распорядитесь этой информацией - ваше дело. Мы не благотворительная организация, Андрей.

- И какой же будет совет? Сматывать удочки и бежать с острова?

- Это было бы самым разумным, - кивнул Мамушка. - Но вы ведь не уйдёте. Я вижу это по вашим глазам. Козлорог - слишком заманчивая добыча. Его ядро, его уникальные способности... Вы ведь уже прикинули, какой скачок в развитии получите, если сожрёте его, верно?

Я промолчал. Отрицать очевидное было глупо.

- Вот именно, - усмехнулся куратор. - Поэтому мой совет: не лезьте на него в лоб и в одиночку. Козлорог гораздо умнее, чем кажется со стороны. Его *Интеллект- тридцать одна единица. Для мутанта это запредельный уровень, почти как у среднего человека вашего времени. Прибавьте к этому инстинкты совершенного убийцы. Он уже вас вычислил. Он знает, что вы здесь, понимает, что вы - угроза, и уже составил план вашей ликвидации.

- Откуда такие подробности?

- Моя работа - наблюдать. За вами, за ним, за каждым движением на этом куске суши. В зоне «Земля-4» у меня одиннадцать подопечных «Умников». Точнее, было одиннадцать. Один уже... - он замялся, подбирая слово. - Впрочем, об этом позже.

Я подбросил дров. Огонь разгорелся, оттесняя ночные сумерки.

- Хорошо. Допустим, я верю в вашу искренность. Но объясните наконец - кто вы такие? Синг, корпорация, кураторы... На каком языке вы вообще говорите?

Мамушка вздохнул, глядя на звёзды.

- Наш Синг... Представьте себе объединение нескольких десятков могущественных семей. Капитал, кровные узы, общие цели. Мы занимаемся тем, что у вас называли «венчурными инвестициями». Только объектом вложений выступают развивающиеся цивилизации.

- То есть вы ставите на нас, как на лошадей на ипподроме?

- Грубо, но верно, - согласился он. - Однако это не просто игра. Это жёсткая селекция. Вселенная полна миров, которые застревают в развитии, стагнируют и в итоге просто исчезают под грузом собственного ничтожества. Система, внедрённая на вашей Земле - это форсированная эволюция. Те, кто выживет, кто адаптируется к хаосу и станет сильным, получат билет в высшую лигу. Галактическое сообщество.

- А остальные?

- Остальные станут удобрением для будущего, - Мамушка равнодушно пожал плечами. - Эволюция никогда не была доброй старушкой. Она всегда была кровавой мясорубкой. Мы просто увеличили обороты.

- И заодно решили набить карманы.

- Разумеется, - Мамушка откинулся на камне, скрестив руки на груди. - Но вы не понимаете масштаба. Наш Синг - это не просто богатая семейка, решившая развлечься. Мы - одна из древнейших структур в нашем секторе галактики. Наша история насчитывает более двадцати тысяч лет. Двадцати тысяч, Андрей! Когда ваши предки ещё жили в пещерах и боялись огня, мы уже торговали между звёздами.

Он помолчал, давая мне время переварить информацию.

- Синг - это не корпорация в вашем понимании. Это клановая структура, основанная на кровном родстве и системе взаимных обязательств, которая куда сложнее ваших законов. Каждый член Синга связан с остальными не просто договорами, а ментальными узами, генетическими маркерами, энергетическими связями. Предать Синг - это не просто нарушить контракт. Это буквально разорвать часть собственной души.

- Звучит жутковато, - признался я.

- Это эффективно, - поправил Мамушка. - Благодаря этой системе мы выживаем в условиях жесточайшей конкуренции. Галактика - это не мирное содружество цивилизаций, держащихся за ручки и поющих песни о дружбе. Это поле боя. Экономического, политического, иногда - военного. Сильные пожирают слабых. Умные обманывают глупых. Старые Синги держатся на плаву тысячелетиями, новые появляются и исчезают за считанные века.

Он встал, прошёлся вдоль берега, глядя на яхту Теда, покачивающуюся на волнах.

- Проект «Земля» - это наш шанс подняться на новый уровень. Понимаете, в галактической иерархии существует строгая градация. Есть Синги третьего ранга - молодые, неопытные, управляющие несколькими планетами. Есть второго ранга - опытные, контролирующие целые звёздные системы. И есть Синги первого ранга - древние, могущественные, управляющие секторами галактики. Мы сейчас на границе между вторым и первым. Этот проект - наш пропуск наверх.

- И что вы получите, если всё пройдёт успешно?

Мамушка обернулся, и в его глазах вспыхнул азарт.

- Права на эксклюзивную торговлю выращенными нейросетями. Представьте: миллионы цивилизаций по всей галактике нуждаются в усилении своих представителей. Военные хотят создавать суперсолдат. Корпорации - гениальных учёных и инженеров. Криминальные синдикаты - идеальных убийц. И все они готовы платить. Безумные деньги. Нейросеть, выращенная на живом носителе, прошедшая через реальные испытания, адаптированная к экстремальным условиям - это продукт премиум-класса. Один такой симбионт стоит как малая планета.

- Вы хотите продавать наши души?

- Не души, - поправил он. - Нейросети. Симбионты. Это не вы. Это нечто, что живёт в вашем мозгу. Когда придёт время, мы просто извлечём их. Технология отработана. Носитель остаётся жив, хотя и теряет все способности, возвращаясь на базовый уровень.

- А если носитель не захочет?

Мамушка пожал плечами.

- Тогда мы извлечём нейросеть вместе с мозгом. Менее гуманно, но так тоже можно.

Я почувствовал, как холод разливается по телу. Вот она, правда. Чистая, неприкрытая. Мы - расходный материал. Инкубаторы для выращивания товара.

- Вижу, вы поняли, - кивнул Мамушка. - Но не спешите меня проклинать. Во-первых, до этого момента нужно ещё дожить. А с вашими девяноста семью процентами смертности это большой вопрос. Во-вторых, даже если доживёте и мы извлечём нейросеть - вы получите компенсацию. Статус Гражданина галактического сообщества. Доступ к технологиям. Продлённую жизнь - лет до пятисот, если повезёт. Возможность путешествовать между звёздами. Это ведь не так плохо, правда?

- За исключением того, что всё, чего я достигну, вы отберёте.

- Не совсем, - Мамушка вернулся к костру, снова уселся. - Опыт останется. Воспоминания останутся. Вы будете помнить, каким были сильным. И сможете начать развиваться заново, но уже с чистого листа. Многие соглашаются на это добровольно. Потому что альтернатива - остаться на своей планете, которая после эксперимента превратится в руины, и умереть в безвестности.

Я подбросил в костёр ещё веток, наблюдая, как пламя взмывает вверх.

- Расскажите про аукцион. Как вы получили права на «Землю-4».

Мамушка оживился.

- О, это была битва! Торги длились трое суток. Участвовали пять крупнейших Сингов нашего сектора. Начальная ставка была сто миллионов энергокредитов - это эквивалент энергии, вырабатываемой звездой класса G2 за год. Сумма для вас непостижимая, но для нас - это входной билет.

Он замолчал, вспоминая.

- Первыми отсеялись два младших Синга. Они подняли ставку до трёхсот миллионов и сдались. Остались мы и ещё два конкурента - Синг Аркатов и Синг Велиар. Аркаты - старая военная династия, специализирующаяся на выращивании боевых симбионтов. Велиары - торговцы, контролирующие половину межзвёздных маршрутов в секторе. Оба - монстры с огромными ресурсами.

- И как вы победили?

- Безумием, - усмехнулся Мамушка. - Наш патриарх, глава Синга, поставил на кон всё. Абсолютно всё. Мы заложили три колонизированные планеты, двадцать торговых станций, флот из пятисот кораблей. Подняли ставку до восьмисот миллионов. Аркаты ушли. Велиары подняли до девятисот. Мы - до миллиарда. Они задумались, совещались двенадцать часов. А потом... сдались.

В его голосе звучала гордость.

- Мы выиграли торги. Получили эксклюзивные права на управление зоной «Земля-4». Все нейросети, выращенные здесь, принадлежат нам. Но...

Он помрачнел.

- Но если эксперимент провалится, мы всё потеряем. Кредиты нужно возвращать. Проценты капают. У нас есть десять лет - стандартный срок проекта. Если за это время мы не выйдем на окупаемость, если не вырастим достаточное количество качественных нейросетей, если не найдём покупателей... наш Синг развалится. Семьи разойдутся. Имущество распродадут кредиторам. А нас, членов Синга, лишат всех прав и статусов. Мы станем изгоями.

- И поэтому вам так важно, чтобы я выжил.

- Именно, - кивнул он. - Вы и остальные Умники - наша главная ставка. Класс Умник - один из самых редких и ценных. По статистике, на миллион мутантов приходится один Умник. В зоне «Земля-4» население около двух миллиардов. Мы рассчитывали получить две тысячи Умников. Реально появилось сто семьдесят три. Из них выжили первую неделю - сто двадцать один. Из них показали потенциал для дальнейшего развития - двадцать семь. А персональных кураторов получили только одиннадцать. Вы - один из этих одиннадцати.

- Я польщён, - съязвил я.

- И правильно делаете, - серьёзно ответил Мамушка. - Каждый из вас потенциально стоит как планета. Если доживёте до десятого уровня нейросети и мы извлечём симбионт - только ваша нейросеть окупит треть наших вложений. А если все одиннадцать доживут...

Он не закончил, но я понял. Мы - золотые яйца. И Синг очень, очень не хочет, чтобы курица сдохла.

- Теперь про кураторство, - продолжил Мамушка. - Это не моя прихоть. Это обязательная квота. В нашем Синге действует закон: каждый член в возрасте от ста до трёхсот лет обязан отработать определённый срок на общественных работах. Это может быть служба в флоте, работа в колониальной администрации, научные исследования или... кураторство в экспериментальных проектах.

- И вам выпало кураторство.

- Мне не повезло, - горько усмехнулся он. - Я пытался откосить. Предлагал заплатить отступные. Искал замену. Но закон есть закон. В день распределения собрались все, кому выпала квота в этом цикле. Нас было сто двадцать человек. Запустили алгоритм случайного распределения. Тридцать человек получили Землю-1, двадцать пять - Землю-2, двадцать - Землю-3, двадцать - Землю-5, двадцать - резерв. И двадцать пять, включая меня, - Землю-4.

- Самую сложную зону.

- Самую перспективную, - поправил он. - Здесь больше всего Умников. Здесь самая высокая концентрация конфликтов, что ускоряет развитие. Но и самая высокая смертность. Из двадцати пяти кураторов трое уже потеряли всех своих подопечных. Их отозвали, понизили в статусе, лишили премий. Один даже покончил с собой - не выдержал позора.

- Вот оно что, - я начал понимать. - Вы боитесь не только банкротства Синга. Вы боитесь личного позора.

Мамушка кивнул.

- В нашем обществе репутация - это всё. Потерять лицо - хуже, чем потерять деньги. Если я провалюсь, меня запомнят как неудачника. Мои дети будут носить это клеймо. Внуки будут слышать: «А, это потомок того самого Мамушки, который слил всех своих подопечных». Это клеймо на века.

Впервые за разговор я увидел в нём не надменного куратора, а обычного существа, боящегося за свою судьбу.

- Поэтому я здесь, - тихо сказал он. - Поэтому я нарушаю протокол, рискуя штрафом. Поэтому пытаюсь вам помочь. Не из благородства. Из страха. Из желания выжить. Мы с вами в одной лодке, Андрей. Если вы утонете - я утону вместе с вами.

Я долго смотрел на него. Огонь отбрасывал тени на его лицо, и впервые оно показалось мне человеческим.

- И последний вопрос, - сказал я. - Чужой. Тот ИИ со Станции. Он прямо сказал: «Не доверяй Мамушке». Почему?

Куратор поморщился, словно от резкого запаха.

- Потому что мы конкуренты. Он - программный код, отвечающий за техническую чистоту эксперимента. Ему нужны чистые данные, полученные без внешнего влияния. Я - живой представитель Синга, мне нужен результат любой ценой. Мы конфликтуем. Он считает, что я «порчу» чистоту опыта, подсказывая вам. Поэтому он пытается выставить меня врагом.

- А вы?

- А я просто предлагаю вам выбор. Слушайте его холодную логику или мои практические советы. Решать вам. Главное - оставайтесь в живых. Потому что ваша смерть - это не просто потеря одного юнита для Синга. Это крах моей карьеры, позор моей семьи, и возможно - банкротство тысяч существ, связанных с нашей структурой.

Он встал, отряхнул плащ.

- Вот вам и вся правда, Андрей. Теперь вы знаете, на что играете. Решайте сами - доверять мне или нет.

Разговор был прерван внезапным, тяжёлым ударом. Звук пришёл со стороны моря. Яхта. Она стояла на якоре в четырёхстах метрах от берега, мирно покачиваясь на волнах. Но сейчас её словно подбросило невидимым кулаком. Судно накренилось, проехало по инерции метров десять, взрывая воду, и замерло в опасном крене.

А потом грохнуло. Один взрыв, второй, третий. Динамит. Над водой разнёсся отчаянный крик Теда:

- Андрей! Сюда, чёрт тебя дери! Я его зацепил! Плыви на помощь, тут мелко, я его прижал!

Я обернулся к Мамушке, но камень был пуст. Куратор растворился в воздухе, словно его и не существовало, оставив после себя лишь лёгкий запах озона.

Времени на раздумья не осталось. Я сорвался с места, на ходу сбрасывая карабин на песок - в воде от него толку не больше, чем от палки. Сбросил ботинки, рубашку и с разбега нырнул в тёплую, горько-солёную воду.

Я плыл быстрым кролем, чувствуя, как мышцы наливаются силой. Старался не думать о том, что скрывается там, в чёрной глубине подо мной. Тед был на корме, он яростно крутил рукоять лебёдки, что-то кричал и поджигал очередную шашку.

Снова взрыв. Вода в пятидесяти метрах от яхты вскипела красным гейзером. И тогда оно показалось.

Из глубин поднялось щупальце. Толстое, как вековая лиственница, покрытое присосками размером с обеденную тарелку. Оно извивалось в воздухе, поднимаясь всё выше - на десять, пятнадцать метров, заслоняя собой звёзды, а затем начало медленно, неотвратимо опускаться на палубу яхты.

Осьминог. Мутировавший кошмар бездны. Тед стоял на самом краю кормы, сжимая в руке горящий фитиль. Он выглядел крошечным на фоне этого исполина.

Я стиснул зубы и поплыл ещё быстрее. Расстояние сокращалось, но с каждым гребком я понимал: девяносто семь процентов вероятности смерти только что начали обретать плоть и кровь.