Время для драконов. Вейр на Великом

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

«Время для драконов» – первая книга из ограниченной фанфикшн серии Хельги Вокк, большой поклонницы мира «Всадников Перна» – серии книг, написанных Энн Маккефри. Не буду долго пересказывать перипетии всего «Пернского цикла» Э. и Т. Маккефри, «Всадников Перна» нужно читать. Единственное, что скажу: «Время для драконов» предназначена в первую очередь для тех читателей, кто уже знаком с первыми двумя частями и кому не терпится узнать, что же было дальше… …после того, как Хранительница Драконьего Рода Лорана нашла таинственные Острова Третьего континента Перна.

Что предпримет Т’мар, Предводитель Вейра Телгар?

Какие ещё идеи воплотит в жизнь предприимчивая Фиона?

Как сложится дальнейшая судьба всадницы золотой Куринт’ы Терин, арфиста Киндана?

Что будет происходить с Целительницей Бэккой и воспитанником Фионы, Джеризом?

С Джираной, его сестрой, к которой после смерти отца перешёл его Дар ясновидения?

И какие новые люди появятся рядом с Телгарскими Предводителями?

Станут ли они друзьями, помощниками, единомышленниками?..

Обо всём этом и многом другом повествует книга «Время для драконов».

Для лучшего понимания событий, происходящих в фанфикшн серии, ниже приведён список произведений Тодда Маккефри к которому этот фанфикшн написан.

Конец Второго Интервала/Начало Третьего Прохождения

Сага о Киндане 1. «Драконий родич»

2. «Драконье пламя»

3. «Арфист драконов»

Сага о Лоране «Кровь драконов»

Сага о Фионе 1. «Сердце дракона»

2. «Всадница дракона»

3. «Время драконов»

ПРОЛОГ

НАЧАЛО ТРЕТЬЕГО ПРОХОЖДЕНИЯ. 508-Й ОБОРОТ

Нити стали Проклятьем для нас!! Всадник драконий! Жизнь и надежды, На крыльях и в ваших руках!!!

о. Великий

505-й Оборот. 2-й месяц. 15-й день

Коричневый зверь трубно взревел. — Я их вижу! – вскричал Д’сом. – Йо-хо-хо, Наставник! – он вскинул в приветственном жесте руку, как только Киндан закинул голову вверх на рёв дракона Д’сома.

Следом за Гарат’ом взревела Сурт’а. — К’лир, садимся! Гарат’, передавай координаты в Вейр! Иначе не избежать нам головомойки! Предводители не простят задержки… Коричневый и зелёная, пренебрегая правилами, круто пошли на посадку. — Вот это жарища! – не сдерживая возбуждения, сдернул с головы шлем К’лир. – И духота! Здравствуй, арфист! – протянул он, счастливо улыбающемуся Киндану руку. — Рад, что вы нашли нас так скоро! – кивнул он. – Дел невпроворот. Задерживаться здесь надолго нельзя… — Почему? – спрыгивая со спины Гарат’а, поинтересовался Д’сом. — Лорана уверена, что окрестности этой Скалы облюбовали кошки. Которых, кстати, мы слышали. Весьма неприятное впечатление, доложу я вам… – передёрнул плечами арфист. — Кошки? – удивился коричневый всадник. – Откуда здесь кошки?! — Ооочень большие и опасные кошки. Не в пример нашим домашним. — Откуда знаешь, Дан? Вы же их только слышали, – с интересом взглянул на Наставника К’лир. — Видел рисунки Лораны, – пожал плечами Киндан. – Прежде чем прибыть сюда нам, она обследовала Остров настолько тщательно, насколько позволяло состояние Майнит’ы. — Бенденская королева? Что с ней?! – вскинулся коричневый всадник. — Срок Кладки почти истёк! Я не понимаю, как она ещё летает… — Где они?! – скинул полётную куртку Д’сом. — Обследуют побережье. Мы подумали, что будет безопасней развернуть лагерь на берегу. Может, не так удобно, но… Эти красоты, – обвёл руками поляну арфист, – полны неизвестными нам обитателями. — Д’сом, К’лир… – окликнула прибывших бегущая им навстречу Терин. – Вы одни?! А Фиона? Предводитель? — Госпожа Терин, – церемонно развернулся в сторону младшей золотой всадницы Телгар Вейра, К’лир, – как я рад видеть тебя. Предводители будут с минуты на минуту. — Здесь все? – развернулся к пяти пестрым драконьим группам коричневый всадник. – Весь молодняк всех пяти Вейров, – кивнул Киндан. – И через пять часов вся эта орава начнет изводить голодными жалобами своих всадников. — С Т’маром прибудут два Крыла, – шагая к телгарской группе молодых, произнёс Д’сом. – И ты прав, арфист, это не совсем удачное место для полноценного… – запнулся всадник, но, решительно тряхнув головой, всё же закончил, как собирался. – …Вейра. — Слушайте меня внимательно, – встав так, чтобы его видели и слышали, произнес Д’сом. – Как только прибудут Предводители Телгара с двумя объединенными Крыльями остальных Вейров, чьи всадники выразили готовность провести здесь, на Восточном Острове, три последующих Оборота, мы найдем для нашего Вейра, – выделил он два последних слова, – более удобное место и начнём его обустраивать. Три Оборота, – сделал паузу Д’сом. – Нам предстоит прожить здесь три Оборота. Пока ваши драконы не вырастут, не научатся летать, не научатся успешно сражаться с Нитями. — К’лир, – обернулся к зеленому коричневый всадник, – неси мешки с провизией, что для нас собрали в Нижних Пещерах Телгара. В ожидании Предводителей и Леди Лораны успеем перекусить. Киндан, сможешь найти помощников? К’лиру одному не справиться. Киндан ухмыльнулся: «Вот это дело». — Л’ейк, – обратился к старшему из бенденских молодых арфист (он его знал ещё по своему наставничеству в Бенден Вейре, и звали тогда мальчишку Лайкин) – телгарцу нужна помощь. Убедившись, что парень взял себе в помощь ещё четверых, Киндан направился к коричнево-зелёной паре. Он обратил внимание на всадниц золотых истанских драконов. – Госпожа Джасси, Госпожа Еона, – обратился он к девушкам, чьи имена успела назвать ему Лорана, – буду признателен, если организуете хоть какое-то подобие Столового Зала, – невольно применяя привычные определения к непривычным условиям, произнёс Телгарский Наставник, – пока бенденские всадники заняты распределением провизии. Джасси, поднимаясь, кивнула. — Начинай, Еона. А я поговорю с всадницами Плоскогорья, Бендена и Форта. — Госпожа Терин, – выхватил арфист взглядом младшую Госпожу Телгара, – я рассчитываю и на помощь наших телгарских молодых. Покажем пример? – подмигнул он девушке. — Да, Наставник, – понимающе улыбнулась ему Терин. – Тария, Дария, Риган! – позвала она. — И Госпожа! Мне нужно, чтобы твоя Куринт’а передала сообщение для Леди Лораны. — Да, Наставник, – уже тише и серьёзнее откликнулась золотая всадница, подходя к нему вплотную. — Координаты. Передай Лоране изменившиеся координаты и сообщи, что нас нашли. Предводителей Вейра ждём с минуты на минуту. Ей необходимо вернуться очень быстро.

И заметно отяжелевшая Майнит’а, и два сводных Крыла, о которых говорил Д’сом, появились в небе над лагерем одновременно.

Майнит’а, неуклюже плюхнувшись рядом с Крылом бенденских молодых, Довольно засопела. «Теперь уже скоро! – приникнув к золотой мягкой шкуре, шептала ей всадница. – Теперь уже совсем скоро. Вернёшься домой к Туллеа». «Да», – соглашаясь, тяжко мотнула головой бенденская королева. — Лори! – на бегу кричала ей Бэкка, минуту назад стремительно соскользнувшая с золотой лапы Талент’ы. Телгарская королева, поджимая хвост, аккуратно приземлилась с противоположной стороны обширной поляны. — Лори! Ты должна немедленно вернуть Майнит’у. — Я и собиралась, – кривились губы молодой женщины не то в улыбке облегчения и радости, не то в гримасе горечи и обиды. «Это мне вместо «спасибо»», – подкатил к горлу ком. — Ты не понимаешь… – снизу вверх продолжала кричать лекарка. – Не спускайся! – остановила она готовую спрыгнуть со спины Майнит’ы Лорану более чем резко. – Завтра утром, по времени Бендена 508-го Оборота, Майнит’а начнёт откладывать! Леди, её Срок вышел! Сейчас Талент’а передаст координаты и тебе, и ей. И мы летим. — Куда? – ощущая, что усталость окутывает её ватным одеялом, пролепетала Лорана. — В Телгар! – скорее прочитав по губам, чем услышав, ответила лекарка. – Ты – на Майнит’е! Я – на Талент’е! — На Талент’е?! — И уже не в первый раз, Леди! Как только окажетесь на Телгарской Площадке Рождений, я тебя подхвачу, – продолжала Бэкка. – И тогда ты действительно вернёшься. А сейчас нам надо спешить.

ГЛАВА ПЕРВАЯ. 1.1 СРОК ИСТЁК

1 СРОК ИСТЁК

Сквозь сапоги горяч песок! И грудь полна восторга! Гудят драконы высоко, и Скорлупа трещит! Смелей вперёд, шагни! Запечатли! И друга обрети!!!

о. Великий

505-й Оборот. 5-й месяц. 21-й день Три месяца после прибытия из Телгар Вейра

С трудом устроившись под навесом, крыша которого была выложена широкими ветвями с длинными иглами, Фиона исподволь наблюдала за работами, кипевшими на широкой прибрежной песчаной части берега. Юноши, что не так давно получили своих драконов, и те из выздоровевших всадников, что прибыли вместе с ней и Т’маром на Острова, истекая горячим потом под палящими лучами стоявшего в зените Ракбета, упорно и ожесточенно сооружали Площадку Рождений. Раздавшаяся, раздражительная и обидчивая Талент’а медленно ходила кругами возле песчаного возвышения, не переставая жаловаться своей всаднице на очевидные неудобства столь странного сооружения. Даже терпению Зирент’а пришёл конец, когда королева в сильнейшем раздражении пихнула клиновидной головой в спину Т’мара, понуждая его вернуться к работе, едва тот выпрямился, чтобы отереть заливавший глаза пот. Протестующе рыкнув, бронзовый зверь деликатно оттеснил от своего всадника нервную королеву и пришёл к нему на помощь. Сильные и мощные лапы огромного дракона существенно ускорили дело. «Спасибо, приятель, – с приливом благодарной признательности произнёс Т’мар, измождённо опираясь на черенок лопаты. – Почему я не подумал об этом раньше?» «Ты был занят другими, срочными делами, – рассудительно, ответил бронзовый». Т’мар оглянулся. Юноши и старшие всадники, обрадованные столь впечатляющими результатами, весело заулыбались и немедленно призвали на помощь своих зверей. Подросшие драконята с удовольствием и удвоенной энергией принялись набрасывать на уже существующее возвышение новые порции песка. Взрослые драконы, заражаясь энергией молодняка, не менее самозабвенно включились в новое для них развлечение. Удовлетворённо рыкнув, Талент’а развернулась и, тяжело ступая, направилась к навесу, под которым сидела страдающая от жары и невыносимо тяжелого бремени Фиона.

Единственное, о чём страстно мечтала девушка, – освобождение от беременности. Последние две недели она проводила исключительно либо в лежачем, либо в полусидячем положении. Возле неё по очереди дежурили Бэкка, Джависса, Дария и Риган.

И ещё Джериз, если не был занят более интересным делом. Мальчишка был любознательно вездесущ. Именно его стараниями Фионе удавалось быть в курсе происходящего в их своеобразном Вейре. — Такими темпами, – легко рассмеялся М’рин, – площадка будет готова уже к вечеру... — Нам бы ещё успеть её выровнять, – не успевая отряхиваться от летящего в его сторону песка, возразил Д’сом. — Думаю, Талент’а не будет сильно возражать, если мы всё же не успеем закончить, – отозвался Х’рулин, жадно припадая к горлышку бутылки. И тут же сморщился от отвращения. С утра бывший сладким сок под палящими лучами приобрёл кислый привкус и стал горячим. Д’сом с сомнением развернулся в сторону вытянувшейся у навеса королевы. — Вот в этом я совсем не уверен, – произнёс он, наблюдая как беспокойно дёргается треугольный кончик её хвоста. — Пока наши драконы копают, отдыхаем... – хрипло произнёс Т’мар, останавливая измученных людей. Видя, что Предводитель направляется к ней, Фиона, двигаясь с особой осторожностью, дотянулась до кувшина и смочила водой полотенце, которое ему и протянула, когда он подошёл. — Как долго отсутствует К’лир? – спросил Т’мар, с благодарностью принимая кусок смоченной ткани. Загорелый, широкоплечий, с очевидно проступающими мускулами на груди и руках, он был так привлекателен, что Фиона едва могла отвести от него взгляд. – Лорана просит не беспокоиться, – произнесла она, чувственным взглядом обегая его обнажённое по пояс тело. — Они нашли торговцев. Сейчас Азииз ведёт переговоры с Главным Мастером Валодага. И ведёт более чем успешно, – с видимым удовольствием закончила говорить Госпожа Вейра. – А это значит... что минимальное количество так необходимой нам парусины мы получим, – подтвердила Фиона. — Вторая прибудет с рыболовными судами, – продолжил размышлять вслух Т’мар. – И тогда одной проблемой станет меньше. — Нам не придётся спать в гамаках под открытым небом? – с очевидным облегчением улыбнулась девушка. — И это тоже, – понимающе дрогнули в улыбке углы красиво очерченного рта. – Но больше меня занимает другое… — И что же это, Предводитель? – увлекаясь любимой и дразнящей улыбкой Т’мара, потянулась к нему Фиона. — Чем мы рассчитаемся за парусину, так любезно предоставленную нам торговцами? — Терпение, мой лорд, – любуясь его мужественной красотой и вдыхая такой родной запах его тела, произнесла всадница золотого дракона. – Когда придёт время, у нас будет, что им предложить... Двусмысленность её ответов и очевидное желание, сквозившее в жестах и словах, взбаламутили чувства бронзового всадника. Склонившись над ней низко-низко, он с горячечным нетерпением припал к её шершавым губам. Беременная или нет, она сводила его с ума. — Очень на это надеюсь, душа моя, – едва слышно произнёс он, запуская в волосы на её затылке ладонь. – Но подозреваю, что вы с... Лораной… водите меня за нос, – высказал он справедливое предположение, когда оторвался от её губ. Он не позволил поцелую быть долгим. Он не позволил себе увлечься, помня о том, что на них смотрит множество глаз и не забывая о тяжести её состояния. – И думаю, что не только меня одного... Девушка благоразумно промолчала, опуская глаза. — Т’мар, – испуганно схватила она его за руку, – мне нужна Бэкка. Зрачки фиалковых глаз дрогнули. Её большой живот пришёл в движение. Бронзовый всадник оторопел, отчётливо различив два выпирающих маленьких бугра с одной стороны тела Фионы и один круглый и большой – с другой. — И чего испугались? – насмешливо поинтересовалась Бэкка, неожиданно появившаяся в поле зрения всадницы, снимая с плеча пузатый кувшин только что отжатого фруктового сока. Фрукты. Яркие, большие и сочные. Они росли на Островах повсеместно. А сок из них был обволакивающе густым, имел ненавязчивый нежно-сладкий вкус и отлично утолял жажду. Отодвинув плечом озадаченного Предводителя, Целительница всунула в его руки кувшин и велела встать напротив Фионы, тем самым прикрыв её от возможных любопытных взглядов. Не обращая внимания на повелительный тон, Т’мар молча повиновался. Сосредоточенно ощупав тело подруги, Бэкка вскинула смеющиеся глаза на всадника. — Срок истёк, мой Лорд. Осталось дождаться рождения. — Когда? – не сразу и хрипло поинтересовался Т’мар.

1.2. НАЧАЛО

2. НАЧАЛО Фиона проснулась от ноющей и тянущей боли, доставляющей тревожный дискомфорт. Осторожно потянулась, наслаждаясь пришедшим со стороны океана лёгким, солёно-влажным ветерком, чувствуя, как разгорячённое дневной духотой тело медленно впитывает ласкающую прохладу. Короткие на Островах сумерки быстро сгущались, скрывая от глаз девушки с такой поспешностью возведённую Площадку Рождений и довольно возящуюся на ней Талент’у. Заметно раздавшаяся королева с несвойственной ей основательностью лапами и крутыми боками приминала рыхлое и песчаное возвышение, безжалостно разрушая все старания всадников. С каждой минутой дракон закапывался в песок всё глубже и глубже. Прислушиваясь к своему состоянию, Фиона лениво провожала взглядом красно-желтый диск Ракбета, который с неторопливым достоинством закатывался за далекий край необъятного океана, окрашивая легкую водяную зыбь в приятные глазу насыщенные оранжевые оттенки. Но вот последние, особенно яркие лучи, стали постепенно исчезать в неимоверной водяной толще, насыщая их тёмно-пурпурными и рыжевато-каштановыми цветами. Напоследок меркнущие лучи окрасили ярким, кроваво-красным и безгранично алым цветом не только воду, но и бескрайний небосвод, осветив его завораживающе красочной вспышкой. Отстранённо смотря в быстро темнеющее небо, Фиона видела, как темнота становится бархатной, приобретая глубину, как ярче и чётче проступают в ней знакомые с детства созвездия… Если бы не нарастающие в глубинах измученного тела всё больше тревожащие её болезненные спазмы, можно было бы лежать так долго, как этого хотелось. Дискомфорт становился всё ощутимее, и всё беспокойнее становилось на душе. Едва слышно застонав, Фиона сделала самостоятельную попытку встать.

— Проснулась, Госпожа? – раздался за её спиной характерно певучий голос Джависсы. – Я за тобой. Подмастерье Бэкка уверена, что роды начнутся уже совсем скоро. Подставив своё плечо и бережно поддерживая девушку под спину, Джависса помогла Фионе встать. Перед тем как покинуть освещённое немногими светильниками побережье, всадница глазами нашла свою умиротворённо затихшую в песке королеву.

— С ней, как и с тобой, всё будет в порядке, – улыбнулась Джависса, ощутив движение. Фиона ничего не ответила, с раздражением понимая, что ноги противно дрожат, отказываясь держать обремененное тело. — Далеко… идти?! – спросила она, тяжело опираясь на плечо невысокой женщины. — Леди Бэкка и Целительница Серра, – глубоко выдохнула Джависса, в полной мере ощутив навалившуюся на неё тяжесть, – соорудили для тебя небольшое укрытие. — Хочу в укрытие… – слабо шепнула Фиона. За их спинами вокруг импровизированной Площадки Рождений одновременно вспыхнули десять больших костров, ярко осветив не только песчаное сооружение, но и тропинку к удалённому от основного лагеря небольшому строению, покрытому длинными мохнатыми древесными плетьми. — Осталось совсем чуть-чуть, Госпожа. — Я должна лечь, Джависса, – пропыхтела Фиона, ощущая липкую противную испарину, вновь покрывшую тело. — Леди Бэкка, Серра, – негромко позвала в темноту женщина, – мне нужна помощь… — Джависса, – останавливаясь передохнуть, трудно произнесла Фиона, – Лорана с К’лиром вернулись? — Три часа назад, Повелительница. Тебе не сообщили, потому что это не срочно. И Бэкка не позволила тебя тревожить. — А мальчишки? Г’мунд, Д’рек? – дёрнула углами губ Фиона. — Коричневый и синий всадники, а с ними и группа молодых шалопаев, вернулись в Вейр задолго до возвращения зелёной пары. Той воды, что они привезли, хватит дня на два. Г’мунд, всадник коричневого Ревут’а, и Д’рек, всадник синего Тарот’а, прихватив с собой пять добровольных помощников (в основном из числа молодых бенденцев) сегодня в полдень были отправлены на самый восточный, выдающийся далеко в океан мыс острова за чистой пресной водой. К безымянной речке, прозрачные воды которой брали своё начало где-то высоко в горах Большого Восточного Хребта и шумной бурлящей стремниной впадали в омывающий остров океан. — А Д’зер?! — И он, и Г’лив, и ребята, что отправлялись с ними, тоже уже в Вейре. И привезли наши добытчики, помимо рыбы, пять мешков клешнезубов, которых насобирали на берегу. — Думаю, – принюхалась Джависса к плывущему в воздухе аппетитному запаху приготовленной на жаровне с местными специями пестрорыбы, – что Тевора с девочками её уже и приготовили. Нам повезло, что помимо Джасси среди нас оказалось так много истанцев. Кстати о Джасси. У неё незаурядный организаторский талант. Из неё выйдет толковая и достойная Повелительница Вейра. Джасси. – Фиона улыбнулась. Младшая (третья) Госпожа Вейра Иста. Именно благодаря ей островной Вейр смог найти решение так остро стоящей перед ними жилищной проблеме. Вымокшие и продрогшие после очередного внезапно налетевшего скоротечного, но свирепого шквала, которым так часто подвергалось побережье острова, все они обсыхали у единственного большого вечернего костра. Да и тот смогли развести с большим трудом… ...приготовленный для ежедневных костров сухостой и так тщательно сложенные в кучи нарубленные дрова вымочило и разметало по большей части побережья… Глядя на тоскливо-недовольные молодые лица золотых всадниц, Фиона хорошо их понимала. Завтра девочкам предстояла тяжелая работа. Нужно будет не только собрать, но и рассортировать то, что пришло в негодность. А то, что ещё можно спасти – вывесить и выставить на просушку: одежду, одеяла, запас продуктов и многое другое, что им приходится хранить под открытым небом. И это помимо ежедневных обязанностей. Вот тогда-то Джасси, ни к кому конкретно не обращаясь, и произнесла пожелание, которое Т’мар воспринял как немедленный план действий, жизненно необходимый для благополучия Вейра. — Если бы у нас были суда, рыболовные или какие угодно другие, – произнесла всадница золотой Фалт’ы, – одно или два, их можно было бы использовать как для жилья, так и для хранения наиболее ценных вещей или запасов пищи. — Даже в самом небольшом из них, если подкопать песок и поставить на ровный киль, можно разместить до одного Крыла. Все тридцать старших всадников заинтересовано взглянули на Истанскую Госпожу, а потом один за другим кивнули в ответ на вопрошающий взгляд Предводителя. — Молодежь – спать, – поднялся Т’мар, – а нам с вами, господа, думать, каким образом мы можем осуществить столь неожиданное предложение. По итогам того Совета Лоране и было предложено отправиться на поиски небезызвестного Клана торговцев Матери Карины с предложением совершить сделку для Вейра Великий, но от своего имени. А потом по результатам договорённости с торговцами посетить Главную Мастерскую Морского Цеха или Цеха Рыбаков, что так удачно для всадников располагались в Холде Тиллек. И не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что предстоящее Лоране путешествие подразумевает многократные межвременные прыжки. Иначе каким образом так необходимые им суда могут быть доставлены на Острова именно ко времени их пребывания здесь. — И не только из Джасси, – вынырнула откуда-то из мрака тёплой ночи Лорана. – Индира и Гарра управляются со строптивой молодежью, и не только своих Вейров, не хуже… – в голосе подруги Фиона отчётливо различила нотки усталости и чего-то ещё, очень похожего на тщательно скрываемый испуг. Но очередной болезненный спазм не дал ей времени на раздумья. — Лори, – схватила Фиона подругу за руку, когда та бережно и с удобствами устроила её на туго набитом травяном матраце. – Киндан… им с Джеризом удалось попасть в архивы Холда Тиллек? — Да, – видимо, вспомнив что-то забавное, легко рассмеялась Лорана. – Удовлетворить любопытство Лорда Владетеля было весьма непросто. А те твёрдоплоды, что они привезли ему в дар, так просто его очаровали! Если бы не эти волшебные плоды, вряд ли мальчишкам удалось почитать Хроники Лорда Малона. Ты знала, что наш Джериз обладает благословенным даром убеждения?! — Кошки… Они нашли об этих тварях хоть какие-то упоминания? – не позволив себе отвлечься от более всего интересующего её вопроса, спросила Повелительница.

— Милая Фиона, – заправила за её ухо мокрый от пота локон Лорана. – тебе нужно думать сейчас совсем о другом. — Она права, Госпожа, – вошла в убежище со стопкой чистых тряпок Бэкка. – О Вейре позаботится Предводитель. Тебе же сегодня ночью предстоит трудная работа. Береги силы. — Только два слова, Лори, – удержав в своей руке руку молодой женщины, прошептала девушка. – Суда! Что ты обещала торговцам взамен на их сделку с Морским Цехом?! — Только то, что мы имеем уже сейчас… — А предложить мы можем многое, – кивнула Фиона. – И это не считая того, что они могут располагать услугами наших драконов. — …По перемещению своих товаров в любое место Перна…– положив ладонь на мокрый от холодной испарины лоб подруги, договорила молодая женщина. — Лори! – с неожиданной силой сжала Фиона её руку. – Талент’а! Она… — …Готова отложить своё первое яйцо?! – порывисто вскочила на ноги молодая женщина. — Ты должна быть с ней!!! Я не могу… О! – испугано вскинулась всадница. — Что?! – подтолкнув Лорану к выходу, обернулась к ней Бэкка. — Не знаю, мне кажется, отошли воды. Иди же, Лорана! Талент’е нужно, чтобы из нас двоих с ней кто-то был рядом. — Лорана, исчезни!!! – через плечо распорядилась Бэкка. – От того, что Фиона слышит, как рыдает её королева, лучше ей не будет. Серра, пока есть время, распорядись, чтобы у входа разожгли костер. Такой большой, какой смогут. Нам будет нужен яркий свет. И я не знаю, как долго. Вцепившись руками в матрац, Фиона содрогнулась от первой настоящей схватки...

1.3 ОЖИДАНИЕ

3. ОЖИДАНИЕ Подтянув колени к груди и облокотившись спиной на мирно сопящую зеленую подругу, Дария прислушивалась к окружающей их многоголосой темноте. В отличие от Телгар Вейра, ночь в котором отличалась полной тишиной, если не брать во внимание возню и пофыркивания драконов, темнота Великого шелестела листвой, шуршала длинными древесными плетями, попискивала едва заметными тонкими голосами неизвестных мелких то ли животных, то ли насекомых (а насекомыми острова были неприятно богаты: сосущими, кусающими, жалящими), поскрипывала песком побережья и перекатывалась мощным, неутомимым движением волн. А ещё где-то на пределе слышимости ворчали и мяукали вездесущие кошки. Не переставая думать, Дария отметила, как от общего трапезного стола Киндан отсылает спать последних засидевшихся молодых всадников и будущих Претендентов. Некоторым из них (с легким сожалением улыбнулась девушка) спать сегодня не придётся совсем. Дарижун, Коралбан, Винарин, Галисан и Гунажув под руководством молодого бронзового всадника Ю’вина заступали на дежурство по лагерю. Костры, что согревали песок Площадки Рождений и ночной дежурный очаг, требовали постоянного присмотра. — Клянусь Первым Яйцом Фарант’ы, Наставник, теперь я лучше понимаю, что десятина для Вейров – это не прихоть всадников, – слышала Дария, как говорил молодой Рифаней. До недавнего времени ученик Кузнечного Цеха Холда Телгар. Соскребая со дна тарелки последние остатки подливки, бывший кузнец с тяжёлым вздохом добавил:

— Растить драконов и добывать пропитание – тяжкий труд, мой лорд. – Теперь, понятно зачем нужна десятина. – И ты благословишь её, Риф, когда станешь всадником. А теперь допивай свой кла, и отправляйся в гамак. Эй-эй, осторожней, юноша! Да ты едва держишься на ногах. – Прости, Наставник. Махать на лугах косой – это, скажу я тебе, потяжелее, чем молотом. – Ар’сей, помоги-ка ему добраться до постели. Слушая и не слыша, Дария думала о новости, что с таинственным видом сообщил им с сестрой сегодня за ужином Джериз, втиснувшись между ними.

— Моя мать и Леди Бэкка уверены, что в ночь Госпожа Фиона разрешится от бремени. Хвала Первому Золотому Яйцу.

— Но ещё, вроде, не время, – обеспокоенно заглянула в лицо мальчишки Риган. — А ещё все взрослые зелёные самки без исключения убеждены, что Талент’а сегодня ночью отложит Кладку, – уплетая за две щёки восхитительно приготовленную пестрорыбу, не заметив, что проболтался, сказал Джериз. Смутился. Закашлялся. Но с великолепно разыгранным недоумением воскликнул: — Что?! Мне об этом сказал К’ лир… О! – навострил он тут же уши. – Слышите? О чем я говорил?! Талент’а отложила своё первое яйцо. И уже на ходу в два больших глотка допил кла и, развернувшись, стремительно исчез в темноте. — Ты что-нибудь слышишь?! – повернулась Дари;я к напряжённо прислушивающейся сестре. — Нет! – качнула головой Риган. – С чего он это взял? И тут же Кс’лерин, молодой всадник бронзового Кайвит’а, вскочил из-за стола с воплем:

— Королева Повелительницы отложила первое яйцо! Всё пришло в движение. И будущие Претенденты, и юные всадники не менее юных драконов кто быстрей рванулись вслед за давно исчезнувшим Джеризом. — Как ты думаешь, Ри, что скрывает от нас Джериз? – задумчиво спросила Дария, провожая взглядом шумную ватагу. Риган, оглянувшись по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, склонилась к уху сестры и очень тихо и неуверенно произнесла:

— Боюсь ошибиться, Дар, но мне кажется, что Джериз может слышать драконов… И обе девушки, поражённые столь смелым открытием, замерли, пытаясь освоиться с мыслью, что их приятель умеет делать то, на что способна не всякая Госпожа Вейра. — Ты не спишь, Дар. И уже давно. О чём думаешь? – подтягивая под себя ноги, роинтересовалась Риган. — Не знаю, – пожала плечами Дария, – обо всём сразу, наверное. — Может, нам стоит выпить кла и всё же попытаться уснуть? – предложила Рига;н. – Не думаю, что Наставник примет во внимание столь замечательное событие, как Кладка королевы Госпожи Фионы. Занятия, как и обязанности, нам никто не отменит.

— Ты права, – кивнула Дария, поднимаясь. Они осторожно шли мимо лежанок всадников. Лежаки, набитые свежескошенной травой, приятно пахли, как, впрочем, и драконы. Под защитой которых и устроились всадники. Компактно растянутые меж сучковатых и корявых брёвен гамаки предназначались для Претендентов. Глубоко вкопанные на одинаковом расстоянии друг от друга деревянные столбы были в разное время забракованы деревообрабатывающими Мастерскими, расположенными на подконтрольных Вейрам территориях. На просьбу Т’мара о помощи в обустройстве островного Вейра с охотой откликнулись все Предводители. И прислали в помощь становящемуся на ноги Великому своих всадников, которые и доставили на побережье большую часть столбов. Предводитель Форт Вейра К’лиор сам возглавил то Крыло, что прибыло последним. И именно они, к восторженной радости невольных отшельников, помогли им вкопать эти столбы так, что стало возможным натянуть гамаки, как и хотели Т’мар и Фиона. Таким образом, появились спальные места для Претендентов. В благодарность за помощь Тевора и приданные ей в помощь девушки накормили гостей восхитительной пестрорыбой и фруктами. Собирать которые, впрочем, пришлось всем островитянам, не занятым на основных работах. И гостям. Купаясь в тёплых, прозрачно чистых водах, наслаждаясь горячим солнцем и жёлто-белым песком, всадники Форта восхищённо вздыхали и немножко завидовали невольным переселенцам. Всадники Вейра Великий отмахивались и всерьёз предлагали обитателям Форта поменяться с ними местами. Помимо столбов, Крыло Предводителя Форт Вейра доставило на Великий хорошо обработанные, добротно выделанные кровельные доски. Эти-то доски и настелили в виде своеобразной крыши над только что оборудованными спальными местами для Претендентов. А Претендентов набралось никак не меньше полусотни, двадцать из них были девушками от восемнадцати до двадцати пяти Оборотов. На доставке на Острова всех Претендентов сразу категорично настояла Госпожа Фиона, выдержав с Предводителем получасовой эмоционально напряжённый разговор. Наблюдая за взлётом полноценного Крыла, на драконьих спинах которого разместились все кандидаты в Претенденты, Т’мар был недоволен и хмур. Затея Повелительницы явно не вписывалась в его собственные планы. А ещё ему не нравилось, что для переброски кандидатов на Острова пришлось задействовать полностью боевое Крыло, которому через два дня предстояло отражать очередное Падение. Управляющая Шанниз, выслушав распоряжение Повелительницы чуть раньше, тоже не пришла от него в восторг. Лишиться сразу более чем тридцати пар рук, необходимых для работ в Вейре, – это казалось лишённым смысла расточительством.

Жить на свежем воздухе – это одно, но жить под открытым небом – нечто совершенно иное. Особенно в незнакомом месте с совершенно непредсказуемыми погодными условиями. Дожди на Великом были хоть и краткими, но внезапными, обильными, частыми и ливневыми. Свирепыми. С бушующими ветрами, устрашающими громовыми раскатами и яркими небесными вспышками. Когда не шли дожди, немилосердно жарило раскалённое солнце, от которого не спасали ни близость океана, ни ласкающий ветерок. Люди и драконы нуждались хоть в какой-то минимальной защите. Если для себя всадники и соорудили нечто похожее на укрытие, то драконам приходилось обретаться на раскалённом песке побережье. Если против палящего солнца звери не имели ничего против, то дожди и ураганные ветра их раздражали.

Выйдя к дежурному очагу, сестры поняли, что старшее население Вейра в своём большинстве страдает от той же бессонницы, что и они. Наставник-арфист терзал щипками струны на гитаре, что лежала перед ним на трапезном столе, отчего инструмент издавал унылые диссонирующие звуки. Д’рек невозмутимо о широкую полосу толстой кожи верра методично точил клинки. Х’рулин, уткнувшись подбородком в скрещенные на столе руки, безмолвно и немигающим взглядом смотрел на пламя. П’гел, Х’риз и Г’мунд, расположившись у самого костра, чинили каждый свою полётную упряжь. — Что, всадницы, не спится? – спросил Х’рулин, переводя на девочек немигающий взгляд. Риган вздрогнула и от неожиданности плеснула горячим кла себе под ноги. Виновато закусив губу, девушка кивнула. Дария, перехватив её чашку, оттеснила сестру от очага. — Мы только наберём кла, синий всадник, – произнесла старшая из сестёр. – И пойдём. — Ну-ну, – кивнул Х’рулин, вновь вперяя взгляд в огонь. — Всё же попытайтесь уснуть, всадницы, – тяжело взглянул на них Киндан, не отвлекаясь от своего инструмента.

— Разумеется, Наставник! – кивнула Дария, ставя на небольшой разнос две горячих кружки с бодрящим напитком.

1.4 ОН УШЁЛ

4. ОН УШЁЛ

Меньше чем через час перед входом в палатку вспыхнул небольшой, но яркий костёр. — Хвала Первому Яйцу! – воскликнула Бэкка, широко откидывая мохнатые игольчатые плети длинно-ветвистого дерева, которые Джависса после недолгих раздумий предложила в качестве занавеса. — Мы бы не управились так быстро, если бы нам не помогал дядька Колфет, – произнёс довольный Джериз, выныривая из окружающего костер мрака. – А девчонок он отправил спать. — Тебя он тоже отправлял. Но ты уснёшь не раньше, чем свалишься с ног, – усмехаясь, отозвался К’лир, присаживаясь у костра, чтобы подбросить в огонь только что принесённые мальчишкой ломанные ветви толщиной с руку. Подросток иронично сощурился, но промолчал. И вдруг, неожиданно для всех, с диким воплем «Йо-хохо-хо!» перескочил через высоко взвившееся пламя костра. От истошного вопля мальчишки всадник вскочил на ноги, расплёскивая из котла воду. – Что случилось, Джер?! Почему ты орёшь? И скачешь, как взбесившийся жеребец?! — Талент’а Госпожи Фионы только что отложила золотое яйцо, К’лир! Своё Первое Золотое Яйцо! – не сдерживая буйной радости, ответил Джериз, останавливаясь напротив зеленого всадника. Глаза мальчика в неверном пламени костра блестели не меньше, чем фасетки довольного дракона. — Добрая весть! – не сдержал широкой улыбки К’лир. – До чего же добрая! И до чего же своевременная! - Взлохматив тёмные волосы парня, К’лир мечтательно прикрыл глаза. – Было бы у меня вино... И был бы ты чуточку старше, мы бы с тобой обязательно это отметили. С каким бы удовольствием я с тобой выпил, Джер... — А со мной, К’лир? Со мной ты выпьешь? – неслышно ступил в светлый круг костра Предводитель. — Это будет честь для меня, мой Лорд! – поспешно обернулся всадник на голос Т’мара. Скользнув напряжённым взглядом по тёмному нутру укрытия, из которого слышались уверенно спокойный голос Бэкки и невнятные приглушённые стоны Фионы, Предводитель медленно кивнул и протянул всаднику зелёной Сурт’ы деревянный бокал. Дрогнувшей рукой до краёв наполнил его игристым бенденским из бурдючка, что тяжело болтался за его спиной. — За обильную Кладку великолепной Талент’ы! – жизнерадостно воскликнул К’лир, одним большим глотком осушая чашу. — За благополучие Госпожи! – не в силах отвести взгляд от распахнутой глубины убежища, в свою очередь жадно приник к краям бокала Т’мар. Допив, всадник всё же заставил себя отвернуться. Плеснув вина на самое дно бокала, он протянул его Джеризу. – Ну, а за что выпьешь ты, молодой человек? – тщательно контролируя владевшее им беспокойство, спросил он. — За то, чтобы все желания и планы Госпожи Фионы исполнились, – произнёс парень, не спуская глаз с лица Предводителя. — Пожелание, – трудно сглотнул Т’мар, – достойное взрослого мужчины, – и с силой сжал плечо мальчишки. — А я бы выпил за процветание твоего рода и Вейра, Предводитель, – появился в светлом круге костра большой седоволосый мужчина с огромной охапкой сухостоя, которую небрежно уронил рядом с собой. – С твоего разрешения, Предводитель. Колфет. Он объявился в Вейре сегодня ближе к вечеру. На крыльях зеленой Сурт’ы и в сопровождении Лораны.Т’мар знал, что после того как молодая женщина в одном из разговоров с Джасси выяснила, что старый моряк выжил (после небезызвестного крушения «Всадника Ветра»), ею овладело безудержное желание его найти. И она нашла. Для него так и осталось неразрешённой загадкой, кто ей в этом помог. Но нашла его Лорана в холде Скалистом, одном из малых холдов Нерата, где старый мореход зарабатывал себе на жизнь починкой рыбацких сетей и парусов. Не чинясь, всадник бронзового Зирент’а наполнил бокал восхитительным игристым напитком. Возвращая опустевшую чашу, умудрённый жизнью моряк коснулся руки всадника. Т’мар вздрогнул и перевёл взгляд ничего не выражающих, бездонно черных глаз на стоящего перед ним человека. В открытом взгляде Колфета отчётливо угадывались сочувствие и понимание.

— Завтра будет следующий день, Предводитель, – сказал бывалый моряк, – и ты, будешь нужен Вейру, способный им управлять. Иди. Девочки присмотрят за твоей Госпожой. Да и ей, думаю я, будет легче, – шумно вздохнул Колфет. Дёрнувшись как от удара, Т’мар побледнел. Какое-то время он просто молча стоял, не спуская глаз с морехода. Потом, видимо, приняв решение, согласно кивнул. Скинув с плеча бурдюк с бенденским, бережно опустил его на траву и бесшумно исчез в непроглядной темноте ночи. — Он ушёл, – произнесла Бэкка, опускаясь на матрац рядом с подругой. – Теперь можешь кричать... Плотнее сжав зубы, Фиона отрицательно качнула головой. — Ты должна кричать, – рассерженная упрямством Фионы, вскинулась Бэкка. – Этим ты поможешь малышу… Да и тебе самой будет легче. Госпожа Вейра только сильнее стиснула зубы.

1.5 Я СЛЫШУ

5. Я СЛЫШУ «Фиона. Ей больно. Ей плохо...» – жалобно причитала Талент’а, вытягивая длинную гибкую шею навстречу Лоране, сидевшей на высокой песчаной кромке. Вздрогнув, Т’мар лишь ближе придвинулся к горячему бронзовому боку своего зверя.

Они с Зирент’ом устроились с дальней стороны разворошенной песчаной кучи (называемой Площадкой Рождений), откуда Лорана не могла видеть ни распластанного по земле бронзового, ни тем более его всадника. «Больно – значит, жива», – сочувственно пророкотал бронзовый и скосил возбуждённо кружащиеся красно-оранжевые фасетки глаза на своего всадника. Через силу улыбнувшись, Т’мар ласково похлопал друга по мягкой бронзовой шкуре.

«Кого ты утешаешь больше, дружище?» – утомленно спросил он. Вопрос остался без ответа. Всадник понял, что его зверь полностью сосредоточил внимание на золотой подруге. «С ней Бэкка, Джависса и Серра, – неожиданно для себя услышал Т’мар знакомый голос с мягкими и ласкающими слух интонациями. – И они не позволят, чтобы с твоей всадницей случилось... что-то нехорошее...» «...Но малыш застрял...» – волновалась золотая. «Двенадцатое яйцо на подходе. Думай о нём, – отозвался строгими нотками голос. – Ты же не хочешь, чтобы оно застряло». – Несмотря на ответственность момента, в девичьем голосе легко угадывалась улыбка. Изумлённый, оглушённый, не доверяя собственным чувствам, Т’мар замер. «Это Лорана, друг?!» – осторожно спросил он своего бронзового, поднимаясь. «Да», – несколько рассеяно ответил Зирент’. «Двенадцатое! – с натугой и глубоким выдохом удовлетворения сообщила Талент’а. – И оно не застряло». Сдерживаемый счастливый смех разнёсся над Площадкой Рождений. «Оно и не могло застрять, дорогая, – искрился весельем ласковый голос. – Ты самый... самый очаровательный, самый смелый и самый сообразительный дракон на всём Перне!» Осторожно обойдя своего массивного зверя, Т’мар взглянул на верх высокой песчаной насыпи. На самом ее гребне, обняв клиновидную голову золотой, стояла длинноногая Лорана. Рассыпавшиеся тёмные кудри, небрежно собранные в хвост, скрывали всю её стройно ладную фигурку. «Я её слышу... Лорану. Это нормально?!» – растеряно спросил всадник своего зверя. Спросил просто потому, что спросить больше было не у кого. Но дракон ответил:

«Мы все сейчас испытываем сильные чувства... Ты слышишь Лорану, я слышу Фиону…»

1.6 ПРИВЕДИ ЕЁ В ЧУВСТВА

6.

ПРИВЕДИ ЕЁ В ЧУВСТВА

— Это мальчик, Фиона! – бережно передавая первого младенца на руки Джависсе, улыбнулась Бэкка. – Сильный и здоровый.

— Здравствуй, Фалломар, – слабо улыбнулась молодая мать, протягивая руки к плачущему малышу.

— Не торопись, – остановила её Бэкка. – Ещё успеешь нанянчиться. Мы не закончили. Можешь опустить её, Серра, пусть отдохнёт.

Старшая девушка, бережно придержав голову Фионы, опустила её плечи на лежак.

— Бэкка, – задыхаясь, с расширенными от боли зрачками, позвала Фиона. – мне... мне нечем дышать. Ребра… Они ломаются изнутри. – Ну-ка, – как-то вмиг посуровев, опустилась перед ней Целительница. – Так, так, так, – чувствительные пальцы безжалостно ощупали напряжённый живот подруги, – Фиона, сейчас будет больно! Очень больно!

И не успела роженица ни спросить, ни возразить, как юная Подмастерье уважаемого Цеха Целителей ввела в её родовые пути, расширенные первым вышедшим младенцем, руку.

— Плод развернулся поперёк, – на мгновение поднимая глаза на Серру, нейтральным тоном произнесла лекарка. – Сейчас, сейчас мы его попытаемся правильно перевернуть. И успеть надо до того, как матка сократится, – с усилием произнесла девушка, раздражённо сдувая упавшую на глаза чёлку. – Ну-ка, ну-ка, малыш, иди сюда. Так, хорошо. Теперь разворачиваемся. Разворачиваемся. Вот, вот так. Хороший, послушный малыш. Ещё чуть-чуть... Успели, – скупо улыбнулась Бэкка смотрящей на неё широко распахнутыми глазами Серре. – Теперь всё будет так как надо.

— Кто-нибудь, полейте мне на руки, – поднявшись с колен, развернулась лекарка к выходу из укрытия. И обеспокоенная молчанием Фионы через плечо нетерпеливо спросила: – Как она, Серра?

— Потеряла сознание, – ответила старшая девушка, легонько встряхнув безвольное тело Госпожи Вейра.

— Приведи её в чувства. Немедленно, – отрывисто и резко распорядилась целительница. – Воды! – требовательно произнесла она, шагнув к выходу.

Услышав за спиной звонкий звук пощечин, Бэкка поняла, что Серра выбрала наиболее простой и наиболее эффективный метод. Стряхивая окровавленную воду с рук, неожиданно для себя Бэкка наткнулась взглядом на тёмные и безумные глаза Предводителя, смотревшие в её лицо с немым, и оттого ещё более жутким страхом.

— Колфет, К’лир, – с едва сдерживаемым раздражением позвала она, – уберите его отсюда. Сейчас же! У меня нет времени возиться с чувствительными Лордами! – выдернула лекарка из рук Т’мара кувшин, из которого он и поливал ей на руки.

— Она пришла в себя?! – уже разворачиваясь спиной к Т’мару, за плечом которого маячила массивная фигура Колфета, отрывисто спросила Бэкка бледную, как полотно, Серру.

— Да, Леди, – кивнула помощница, удобнее перехватывая плечи застонавшей Госпожи.

— Не смей терять сознание, Фиона! – жестко, сквозь зубы цедила слова юная Подмастерье. – Ты не сделала свою часть работы. Так что будь добра, соберись.

— Если тебе это поможет, потерпеть осталось не много. Может, час, может, меньше.

— Ещё час?! – облизнув пересохшие губы, слабо возразила Фиона. – Я не хочу ещё час.

— Тебе и не придется! – согласилась Бэкка. – Серра, у нас второй на подходе.

1.7 НЕ ЖАЛЕЮ

7. НЕ ЖАЛЕЮ

Лежа голова к голове, прижавшись спинами к бокам своих зелёных подруг, обе девушки старательно делали вид, что спят. Заметно подросшие самочки, одинаково свернувшись, одинаково спрятав головы под крыло, глубоко посапывали.

Первой не выдержала Дария.

— Ты как хочешь, – произнесла она, поднимаясь. – но лежать здесь, не зная, что происходит там... Это невыносимо.

— Идём, – протянула сестре руку немногословная Риган, – сегодня спать не придётся. И, мне кажется, что ты об этом не жалеешь...

— Не жалею…

1.8 ИМЕННО ЭТОГО Я ОТ ТЕБЯ ЖДУ

8. ИМЕННО ЭТОГО Я ОТ ТЕБЯ ЖДУ Убрав последнюю до блеска отмытую сковороду в мешок с посудой, Тевора оглянулась на потянувшихся к Площадке Рождений девушек.Известие о том, что королева госпожи Фионы начала откладывать, привело их не столько в восторг, сколько подогрело скрываемое нетерпение всех без исключения кандидаток. Каждая из них, не исключая и Тевору, была лично и с особой тщательностью «обнюхана» Хват’ом Х’рулина. И с каждой, как выяснилось позже, Повелительница Вейра говорила отдельно. Доходчиво объяснив, чего она ждёт от них и их будущих подруг. В плетеной корзинке, что была бережно установлена на одной из больших деревянных бочек, требовательным плачем зашлась Диора. Подошло время кормления…

Приложив дочь к груди, Тевора с нежностью поцеловала маленький кулачок. И глядя на жадно сосущую малышку, молодая мать вспомнила, в какое негодование пришёл Т’мар, когда выяснилось, что она умудрилась провезти младенца в необустроенный Вейр. А бронзовому всаднику К’тову, что не смог ей отказать в просьбе, Предводитель пообещал по возвращении устроить... незабываемую головомойку. Первым порывом Т’мара было неукротимое желание избавиться от неё, отправив её и её младенца в Телгар. Неприятно сузив глаза, он окинул её холодно-высокомерным взглядом и, указав на последнего готовящегося к отлёту коричневого, немногословно, но категорично произнес:

— Ты возвращаешься. И если бы не своевременное заступничество Повелительницы, сейчас Теворы здесь бы не было. Для всех, кто наблюдал за разговором Фионы с Т’маром, осталось неизвестным, каким образом и какие слова она нашла, чтобы неуступчивый всадник изменил своё решение, что, к слову сказать, происходило крайне редко. А если начистоту, практически никогда. С замиранием сердца Тевора следила за выражением лица Предводителя. И чем дольше говорила Фиона, изредка позволяя себе непринуждённую и яркую улыбку, тем менее суровым становилось выражение лица бронзового всадника. Единожды обернувшись в её сторону и смерив её с головы до ног заинтересованным взглядом, Т’мар кивнул подруге. Потом, развернувшись в сторону напряжённо застывшей на берегу одинокой драконьей паре, произнёс:

— Можешь возвращаться, Ж’нос. Девушка остаётся… Когда Предводитель оказался вне видимости, Фиона подошла к несмело улыбнувшейся Теворе. — Постарайся быть как можно менее заметной, – произнесла она с довольно блестевшими глазами. – Недолго. Только до Запечатления. — А потом? – с тревогой спросила Тевора. — А потом... дорогая моя Госпожа, – склонилась к её уху так близко, как позволяло ей её состояние, всадница шепнула, – ты Запечатлишь… королеву. От невозможности того, что обещала ей Госпожа Вейра, Тевора отшатнулась. Мягко рассмеявшись, Фиона приложила палец к губам.

— Пока… это наш с тобой секрет. – И уже разворачиваясь, чтобы уйти, добавила:

— Но именно этого я от тебя и жду… Фиона. Госпожа Вейра. Всадница золотой Талент’ы. Эта юная женщина и Госпожа была не похожа ни на одну из Повелительниц, которых Тевора знала. Её яркая красота и обходительность манер вводили в заблуждение всех, кто сталкивался с ней впервые. Под столь женственной внешностью скрывались острый прихотливый ум, умение добиваться необходимых ей результатов, сила воли, которой позавидовали бы иные Предводители. А о верности драконьему роду и преданности в дружбе и любви впору было складывать баллады… Уже ни для кого в Телгар Вейре не было секретом, что удерживало Предводителя рядом со столь юной девушкой и заставляло его быть таким… сдержанным в отношениях с другими женщинами. И… что так притягивало к ней арфиста… С того момента, как Повелительница озвучила ей своё желание, произнесённые ею слова застряли в мозгу Теворы, как ноющая заноза.

Драконы. Какой мальчишка на Перне не мечтал Запечатлеть мощного и преданного друга, позволяющего забыть об одиночестве! А ей... ей не просто предоставили шанс Запечатлеть дракона, но прямо-таки указали на необходимость Запечатления драконьей королевы. Королевы! Детская, давно забытая и похороненная в глубинах души мечта, никогда не имевшая возможности быть исполненной. «Девочки не могут быть всадницами, кроме как всадницей золотого дракона, – часто повторяла ей мать, улыбаясь с горькой печалью. – ...Но это не для тебя, а для той, что родилась и выросла в Вейре». Мечта, оживлённая словами Повелительницы, волновала душу, вызывая головокружительный восторг и обостряя чувства гордости, долга и верности. Несмелая улыбка замерла на губах… … в душу вползал противно липкий… страх. Страх от того, что драконьей королеве она может не понравиться и королева выберет не её, отдав предпочтение любой другой девушке. Ведь их так много… Претенденток для Запечатления. «Всадника выбирает дракон», – качала головой мама, когда слышала досужие рассуждения обитателей Телгар Холда, восхваляющие или осуждающие конкретного всадника и его зверя. «В основном осуждающие, – Тевора сурово сжала губы. – Потому что этим всадником всегда оказывался Предводитель Телгар Вейра… Д’ган». Прикрыв глаза, она заставила себя отрешиться от неприятных мыслей о… бронзовом всаднике Д’гане! Во имя одной только призрачной надежды и предоставленной ей возможности выйти на горячий песок Площадки Рождений Тевора была готова на всё, ради столь... щедрой Госпожи Вейра. Зажмурившись, она улыбнулась, усмиряя громко и часто бьющееся сердце. Диора сыто отвалилась и засопела. Сменив мокрые пелёнки, девушка с нежностью опустила малышку в корзинку и по приближающимся оживлённым девичьим голосам поняла, что любопытные Претендентки возвращаются. Из обрывочных разговоров стало понятно, что яйца им так и не удалось увидеть. Талент’а, перекопав всю Площадку, слишком глубоко зарылась в песок.

Подхватив корзинку, Тевора, не задумываясь, направилась к костру, что горел далеко от основного лагеря.

1.9 ЧТО-ТО ПОШЛО НЕ ТАК

9. ЧТО-ТО ПОШЛО НЕ ТАК — И это тоже мальчик, Фиона, – утомлённо улыбнулась Подмастерье Бэкка и, прежде чем передать его на руки стоящей наготове Джависсе, несильно шлёпнула младенца по голой попке. Малыш обиженно сморщил тёмные бровки и вдохнул, расправляя лёгкие. Ярко очерченный маленький ротик раскрылся в неизбежном плаче... — Он меньше Фалломара, – обеспокоенно шепнула Фиона, на локтях приподнимаясь с неудобного ложа. — Он же младший, – принимая младенца на руки, возразила довольная Джависса. – И как ты назовёшь своего второго сына, Госпожа? — Может... Фаллотар, – не сразу ответила Фиона. – Я думала... что если их у меня будет двое... то хотя бы один из малышей будет... девочкой. — А как бы ты хотела назвать дочь? – без любопытства, только чтобы отвлечь, спросила её Бэкка, вновь опускаясь на колени рядом с подругой. Проворные горячие пальцы быстро, не пропуская ни сантиметра, ощупывали опавшее тело Фионы.

Морщась под болезненными прикосновениями, она, улыбнувшись, ответила: — Таллиона. Красивое имя. И Т’мару нравится... — Серра, стетоскоп, – требовательно обратилась к помощнице Бэкка. Девушка замешкалась на долю секунды только чтобы взглянуть в замкнувшееся, сосредоточенное лицо юной целительницы. Уже понимая, что ещё ничего не закончилось. Подчиняясь повелительному требованию, Серра протянула нетерпеливо вздохнувшей лекарке деревянный двухконечный раструб. Блондинка склонилась над старшей подругой. — У нас будет третий, – выпрямилась она, с трудом скрывая овладевшее ею беспокойство. Серра недоверчиво качнула головой. — Хорошо прослушивается ясное и ритмичное, но не сильное, сердцебиение, – невесело усмехнулась Бэкка. – Придержи её голову, пожалуйста.

— Фиона, разогни колени… В этот раз сильные руки Бэкки ощупывали тело подруги неторопливо и тщательно. — Плод пойдёт ножками, – через томительно долгий промежуток времени поднялась целительница. – А это… нехорошо, – тоскливо выдохнув, лекарка устало повела плечами. — Серра, у тебя есть время выпить кла… — Отдохни, Фиона. Тебе будут нужны все силы, что у тебя остались… — Бэкка, – попыталась остановить Госпожа Вейра решительно шагнувшую за порог подругу. – Бэкка… — Кто-нибудь, мне будут нужны комплекты номером «2» и «3». Лучше всё же «2». И горячая вода… Много горячей воды… – прикрыла за собой полог из древесных плетей Подмастерье Бэкка. — Я принесу, Леди, – поднялась от костра Тевора с тревожно забившимся сердцем. Она лучше других знала, что комплекты «2» и «3», помимо шовного материала и шипов (использующихся для венных уколов), включают пару остро заточенных ножей, прокипячённое масло, обеззараживающий раствор рэдворта, простыни, бальзам холодилки, сок кошачьей травы (феллис) и кровоостанавливающие средства… Подхватив корзинку с дочерью, Тевора опустила её у ног зелёных всадниц, что вот уже третий час сидели возле ярко пылавшего костра. — Присмотрите за ней, ладно? – попросила она, мягко разворачиваясь в направлении основного лагеря. — Что-то пошло не так, – произнесла старшая из близнецов, поднимая корзинку на спил бревна и ставя её рядом с собой. — Ты права, – не отрывая взгляда изумрудных глаз от завораживающей игры языков пламени, откликнулась Риган. – Только вот что... Неужели?.. – побледнев, повернулась она к сестре. — Не смей даже думать об этом, – шикнула на неё Дария. – С Госпожой Фионой всё будет хорошо… С ней же Леди Бэкка… Дождавшись ответа на свою просьбу, Бэкка утомлённо прикрыла глаза и потёрла виски. Пошёл десятый час трудной работы. Светало… А ей… ей нужно было подумать. Подумать!!! Причём думать нужно было быстро! О! Как же сейчас она жалела о своих Записях, что остались в лагере в кожаном мешке… Так... что она знает о таких сложных родах, как рождение младенца ножками вперёд… Думай, думай, Бэкка. Мама что-то и когда-то о таких случаях говорила… О нет! – девушка задохнулась – Мама говорила, что такие роды, как правило, заканчиваются... смертью и младенца, и … роженицы. Что?! Что она должна сделать, чтобы сохранить жизнь Фионе? В первую очередь Фионе… А младенец... Что ж, если получится, то она попытается не дать ему умереть. «Это же надо! Третий младенец у одной матери… – фыркнула Бэкка. Вся проблема в том, – продолжала размышлять она, – что этот третий слишком слаб, и, скорее всего, мал...» Если не справится она, Подмастерье Цеха Целителей, то не справиться никто! А если она не справится, то Фиона… роды не переживёт. А если Вейр потеряет Госпожу, то и Талент’у, ничего не удержит. Золотой дракон мгновенно уйдёт в Промежуток, едва только почувствует, что её всадницы… больше нет. И, что будет с Зирент’ом, после ухода в Промежуток Талент’ы, тот ещё вопрос… Заставив себя открыть глаза, Бэкка глубоко задышала, очищая сознание и разум. Она справится... Она должна…

— Бэкка… – это звала её Фиона. И ей было больно и страшно. — Придется потрудиться, милая моя Госпожа Вейра, – возвращаясь в убежище, произнесла лекарка и опустилась перед измученной подругой на колени. — Что не так?! – спросила Фиона, крепко сжимая запястье Бэкки. — Всё не так, – качнула головой целительница, откидывая с её лба, потемневший от усилий и пота локон. – Ты,Фиона Телгарская, умудрилась выносить тройню. Чего не было никогда ни у одной женщины Перна... – невесело усмехнулась подруга. И продолжила:

— Плод пойдёт ножками… Фиона вздрогнула, она, выросшая в Холде, знала, чем это может ей грозить.

— Ты права. Это опасно, – кивнула Бэкка. – И в первую очередь – для тебя. Если ты не сможешь разродиться, ты… знаешь, что будет. Фиона кивнула, закусив губу. — Поэтому слушаешь меня внимательно и делаешь всё, что я буду тебе говорить. Последний малыш слишком мал и слаб. Но ты соберёшь все силы, что у тебя остались. Соберёшь в кулак всю волю, которой у тебя хватит на десятерых, и ты вытолкнешь его из себя. А я… Я помогу тебе… Я сделаю всё, чтобы ты осталась жива. Ты поняла меня, Госпожа Вейра?! — Да, – едва слышно выдохнула Фиона. – Она поняла даже то, чего ей не сказала Целительница. — Лежи смирно. Я должна осмотреть тебя. – Выпрямившись, Бэкка обернулась к выходу из укрытия. Первые лучи поднимавшегося солнца осветили край едва видимого из убежища неба в бледно-розовые тона. — Серра. Ты нам нужна, – позвала помощницу лекарка.

Судорожно вцепившись в края матраца, Фиона протяжно застонала… — Где комплекты?! – не сдержав раздражения, больше похожего на панику, через плечо нетерпеливо спросила Бэкка. — Здесь, Леди, – тонкая девичья рука протянула ей тщательно запакованный свёрток. — Вскрывай, – с видимым облегчением выдохнула лекарка. – Мне нужны простыни. И будь рядом... Стоя за спиной Целительницы, Тевора слышала и видела всё, что говорила и делала хрупкая блондинка. — Потуга, Фиона. Кричи… Выдыхай так, чтобы его выдавливать… Вдох, Фиона, выдох… Ещё… И Госпожа Вейра кричала. Кричала с натугой и надрывом. А Бэкка, став безжалостной, требовала и требовала, чтобы она дышала… Глубоко и с усилием… В какой-то момент… … появились маленькие ножки. Две сразу… — Умница, Фиона. Умница, – отерев со лба заливавший глаза пот, ласково и с облегчением выдохнула лекарка, накрывая родовые пути подруги простынёю. Наложив сверху на простынь ладонь и приложив усилие, Бэкка придержала рождение малыша. — Со следующей потугой кричи изо всех сил, выдыхай... — Какое-то время будет больно… Очень больно… Но ты должна дышать и толкать… — У… меня… нет… сил… — Есть! – с ожесточением, не соглашаясь, возразила целительница. – Есть. Со мной же ты споришь… А должна дышать… Серра, дай ей попить и оботри лицо… — А-а-а, – кричала Фиона минутой позже… …а Бэкка рукой чувствовала, как малыш всё сильнее и настойчивее упирается ножками в её ладонь… – Ещё, Фиона. Ещё… Он должен присесть… должен раздвинуть тебя так, чтобы его плечики и головка вышли из тебя… без повреждений… «Так вот, что делала Бэкка», – поняла Тевора, с жалостью смотря на покрасневшее и отёкшее от усилий лицо Госпожи. Не давая малышу выйти, Бэкка добивалась того, чтобы он сел внутри родовых путей матери на корточки, подготавливая тем самым более щадящий выход для крупных частей своего тела. Если Целительнице удастся, малыш родиться живым и, несмотря на то что Госпожа Фиона сильно… разорвется… она тоже будет… жить... «Нужна холодилка, – сообразила Тевора. – И феллис…» — Ещё немножко, Фиона! И я позволю ему выйти… Некогда белоснежная простынь превратилась в окровавленный кусок тряпки…

— Я… больше… не… могу… – неразборчиво хрипела Фиона, цепляясь побелевшими пальцами за руки Серры. — Приведи её в чувство. Живо, – рявкнула рассвирепевшая Бэкка помощнице. – Нужно последнее усилие… Он почти готов выйти… я его едва держу… Если она его не подтолкнёт, он задохнется… — Что мне сделать, Леди?! – сдерживая слёзы, вскричала потрясённая Серра. — Пощечина! И подними её выше… — Я… сама… – слабо воспротивилась Фиона. И с криком:

— Ненавижу тебя, Бэкка… … младенец стремительно вышел в руки целительницы, едва та отняла ладонь от тела его матери… — Девочка, – счастливо шепнула лекарка, заглядывая в маленькое отёкшее личико. – Хвала Золотому Яйцу...

1.10 ПУСТЬ СПЯТ

10. ПУСТЬ СПЯТ Последний хриплый крик Фионы наложился на торжествующий рёв золотой и бронзового драконов. Последнее яйцо Кладки легло на песок. Сжав кулаки и сцепив до боли зубы, Т’мар вскочил на ноги.

Это невыносимо!!! Как долго… всё это… будет продолжаться!!! «У нас два золотых яйца из двадцати двух», – толкнулся головой в плечо всадника Зирент’. «Ты не зря старался в последний раз, дружище…» – сдерживая не столько радость, сколько тревогу, произнёс Т’мар. «Ты… тоже.. – чуть помедлив, откликнулся его дракон. – У тебя – трое...» «Что, прости?!» – до сознания Т’мара, измученного страхом неизвестности, ожиданием окончания затянувшихся родов и терзавшегося сомнениями, не сразу дошёл смысл последнего замечания его бронзового. «Талент’а говорит, что Фиона только что вытолкнула из себя самого маленького, третьего человечка. И ещё она говорит, что для вас, людей, это… много... и такого никто раньше не делал… » — Трр...третьего?! – задохнулся от обрушившегося на него понимания, что Фиона жива, хрипло переспросил Т’мар. – Что ещё говорит Талент’а?! – с лихорадочным нетерпением заглянул всадник в опалово мерцающий глаз дракона. «Что для её всадницы всё закончилось… хорошо. Хотя перед тем как появиться третьему малышу, Бэкка опасалась… худшего. Сейчас Госпожа Вейра спит… И теперь Талент’а тоже хочет… заснуть…» «Пусть… спят…» – с неимоверным облегчением выдохнул Т’мар и от избытка чувств уткнулся в тёплую и мягкую бронзовую шкуру. — Извини, друг… Я оценю Кладку Талент’ы чуть позже… Я… должен… Мне… нужно… к Фионе… – через какое-то время отступил всадник от своего зверя. «Лорана. Стоит за твоей спиной…» – ободряюще рыкнул бронзовый. Заглянув в кружащиеся зеленые фасетки огромных глаз дракона, Т’мар в каждой из них увидел отражающуюся высокую фигуру молодой женщины. Ласкающим жестом огладив выпирающую скулу зверя, он повернулся к Лоране…

ГЛАВА ВТОРАЯ. 2.1 ВОТ ЭТО КСТАТИ

505-й Оборот, 6-й месяц. 2-й день Спустя семидневку

1.ВОТ ЭТО КСТАТИ Ловко скатившись по любезно вытянутой передней лапе Зирент’а, Т’мар привычно, чуть согнув в коленях ноги, спрыгнул. Прикрывая глаза рукой, он наблюдал, как тринадцать драконьих пар ровным и четким клином садятся на горячий песок. Они вернулись с охоты. Сегодня утром, как только лучи Ракбета окрасили в оранжево-желтые цвета спокойную гладь океана, те из них, кто достаточно хорошо восстановились, отправились к Малой Скальной Гряде. Мяукающие хищные твари настолько обнаглели и, судя по результатам сегодняшней охоты, расплодились, что превратились в реальную угрозу. Два дня назад, среди белого дня, во время кормления молодняка, неожиданно вынырнувшая из недалекого пышного подлеска группа рыжих пятнистых тварей напала на маленького синего дракончика. Эта пара, Б’карран и Майорт’ припозднилась с обязательным купанием, поэтому и остались на Площадке Кормлений в одиночестве, когда весь остальной молодняк, закончив с полуденным кормлением, потянулся в основной прибрежный лагерь. Мясо животных, так похожих на верров, стадо которых обнаружили Ж’керан и П’гел совсем недавно на равнинах за рекой, было немного жестковатым, но молодой синий, хватая крупно порубленные куски из рук своего друга, урчал от удовольствия. Какой бы вкусной ни была пестрорыба, она уже порядком надоела, и не лезла ни в человеческое, ни в драконье горло. Обнаруженное коричневыми всадниками стадо насчитывало не меньше сотни особей. Поэтому все обитатели островного Вейра решили побаловать и себя, и своих соскучившихся по привычной пище зверей мясом этих неповоротливых, больших животных. То, что Площадку Кормлений устроили в непосредственной близости от густого подлеска, незаметно переходящего в высокоствольный лес, как показали дальнейшие события, оказалось ошибкой. Молодой Б’карран и его синий были настолько поглощены общением друг с другом, что не сразу обнаружили подкрадывающихся к ним хищников, которые не преминули воспользоваться беспечностью юной синей пары. Хорошо уже то, что Майорт’ успел позвать на помощь прежде, чем его достала одна из матёрых прыгающих тварей.

Метнувшийся на перехват одному их зверей Б’карран получил глубокие и множественные рваные раны бёдер, предплечий и спины. Бэкка и Джасси потом долго и кропотливо складывали и сшивали плоть мальчишки. Какое-то время парень не сможет ходить, но по большому счету ему повезло, так как ни один жизненно важный орган задет не был. И это несмотря на то, что довольно щуплый подросток, которому едва сравнялось четырнадцать Оборотов, в обнимку с хищным зверем намного тяжелее себя боролся в одиночку долгих семь минут. Когда Талент’а, подцепив когтями передних лап, отшвырнула навалившегося на Б’каррана Мяучела, выяснилось, что, к счастью хищной твари, так и не удалось добраться ни до шеи парня, ни до его довольно привлекательного лица.

Молодому Майорт’у досталось больше. Второй прыгнувший зверь попытался вскочить на спину синего. Но, взмахнув крыльями, дракончик отскочил. Тем самым избежав первого смертельного кошачьего прыжка. Зверюга промахнулась и, падая, смяла ближайшее к себе крыло дракончика, своим телом прижав его к земле. Вскочив на лапы и выпустив когти, Мяучело принялось рвать легко травмируемую мембрану крыла мощными острыми когтями. Хрипло крича от боли из последних сил, дракончик отбивался хвостом и вторым свободным крылом от наскакивающих со второго бока двух более мелких кошачьих особей... И продолжалось это до тех пор, пока не подоспела помощь четырёх разъяренных коричневых во главе с Зирент’ом.

Карлит’, Ревут’, Гарат’ и Бут’, стремительно свалившиеся на головы хищников, молниеносно расправились с остервенело кидающимися на синего малыша кошками. Зирент’ с трудом отшвырнул от жалобно ревущего и обессиленного дракончика ту тварь, что когтями лап рвала его крыло. При первом осмотре раны малыша вызвали шок и жалостливое сочувствие опытных всадников. От правого крыла молодого дракончика остались лохмотья. Мембрана едва ли не полностью была отделена от кости. Направляющая кость левого сломана в двух местах сразу. Фиона на пару с Серрой по кусочку, по лоскутку собирали крылья Майорт’а десять томительных часов подряд. Когда они обе, шатаясь, поднялись, по щекам Серры катились слёзы. Фиона на мрачные и встревоженные взгляды старших всадников отрицательно качнула головой. Проходя мимо Т’мара, она едва слышно шепнула:

— Я не уверена, что малыш когда-нибудь… сможет подняться в небо. В тот недоброй памяти вечер, когда жизни Б’каррана и Майорт’а уже ничего не угрожало и оба, опоенные феллисом и густо смазанные холодилкой, уснули, Т’мару, Х’рулину, П’гелу, Д’реку и М’рину под руководством Колфета пришлось вспомнить… давно позабытые навыки свежевания туш. Т’мар, как и Фиона, считал, что закапывать в песок столько свежего мяса просто глупо, тем более что взрослые драконы давно позабыли его вкус. Да и шкуры, если их не повредить при свежевании больше, чем они уже повреждены, могут быть использованы в качестве оплаты при сделках между Вейром и торговцами.

Для обеспечения относительно сносной жизни на острове им так много всего ещё было нужно... Уже в сумерках полакомившись мясом дикой кошки, довольный Зирент’ высказался, что неплохо бы почаще питаться именно так, а не иначе. Поздним вечером того же дня, когда младшее население Вейра всё же удалось отправить спать, Киндан, задержавшийся у костра вместе с Т’маром, высказал опасение, что сегодняшнее нападение кошек, скорее всего, будет не последним. Ненадолго задумавшись, Предводитель согласно кивнул, отчётливо понимая, что арфист прав. Обдумывая сложившуюся ситуацию, Т’мар провел без сна большую часть ночи, привалившись к тёплому боку своего дракона. Зирент’ чутко дремал в круге двенадцати больших костров, разжигаемых каждый вечер вокруг Площадки Рождений, в песках которой зрели яйца Талент’ы. Единственная взрослая королева Вейра крайне редко покидала вырытую ею яму (даже еду ей приносил если не Зирент’, то уж Джериз обязательно), трепетно охраняла своё будущее потомство, особенно два драгоценных золотых яйца. «Чтобы защититься от бесстрашно наглых четвероногих тварей, – думал бронзовый всадник, – придётся либо строить защитную стену, отгораживая Вейр от бескрайнего леса, что, во-первых, абсолютно невозможно, а во-вторых, не станет непреодолимой преградой для коварных прыгучих тварей, в-третьих, возведение стены потребует от каждого обитателя Вейра не только колоссального физического напряжения, но и времени. И, это не считая необходимого строительного леса, который добыть здесь, во влажных тропических лесах, было делом весьма и весьма нелегким. Либо... – всадник даже вскинулся в предвкушении, – ... можно сделать что-то куда более интересное и не столь... утомительное.

Да! Вот оно! Единственно верным решением будет очистить пещеры Скальной Гряды от четвероногих обитателей. Даже если их там будет несколько десятков, при должной подготовке и всадника, и дракона с ними можно будет справиться. Может, и не за один раз. Разъяренные нападением на синего Майорт’а драконы были готовы рвать коварных Хурак и Мяучел на куски. И неплохо с этим справлялись. Это лучшее подтверждение успеха, задуманного мероприятия. И если...

Нет, – сам себя поправил Т’мар, – когда у нас получится, то Вейр останется только в выигрыше. У всех появится привычное жильё и относительная безопасность». И с этой мыслью Т’мар не заметил, как провалился в тревожный сон.

Сейчас, наблюдая за тем, как половина Крыла правильным строем («С достоинством», – улыбнулся Т’мар) садится на горячий прибрежный песок, его переполнило чувство удовлетворения от хорошо сделанной работы. Каждый всадник снимал с крюков упряжи (предназначенной для крепления мешков с огненным камнем) по одной разделанной шкуре. Две шкуры были у него. И как ни удивительно, у Д’река, всадника синего Тарот’а, их оказалось три, хотя на охоту он отправился только с клинками, отрицательно покачав головой в ответ на предложение К’лира одолжить ему одну из своих веревок. — Мне сподручней с клинками, – произнёс всадник, убирая в чехлы на спине только что отточенную пару. — Ю’вин, Кс’лерин, – услышал Т’мар голос Фионы, – несите эти две туши к кухонным котлам. И передайте Теворе, что сегодня на ужин мы ждём тушеное мясо. Широко улыбнувшись, Т’мар развернулся.

Она шла к нему неспеша. Легкое платье свободно обвивалось вокруг лодыжек. Выцветшие волосы, небрежно собранные в узел, обрамляли красивое лицо. Некогда стройное тело, ещё не полностью восстановившееся после тяжёлой беременности и родов, приобрело плавную округлость. И втайне от подруги, он надеялся, что появившаяся у неё восхитительная женственность линий груди и бёдер всё же останется, не исчезнув. — Удачна ли была ваша охота, мой лорд? – спросила она с волнующе заблестевшими глазами и нежно коснулась его щеки пальцами. — Более чем, – поймав её руку, ответил он. – Тринадцать всадников, шестнадцать кошек. Не считая двух моих. Это... Это было... Занимательно, – на загоревшем до смуглости лице сверкнула яркая белозубая улыбка. – Чем занималась ты, моя Госпожа, пока мы... — Не думаю, что тебе будет интересно слушать весь перечень скучных дел, которыми нам, всадницам королев, пришлось заниматься, пока вы развлекались, – смеясь, перебила она его. – Хвала Золотому Яйцу, что хоть Киндан всегда на месте и всегда при молодняке. Иначе, если бы мне пришлось смотреть ещё и за более, чем ста пятьюдесятью своенравными подростками и их прожорливыми драконами, я бы сошла с ума... — Как чувствуешь себя ты и... наши дети? – запнувшись, спросил он, поднося её ладонь к губам. И недоумевал, как он умудрился за столь короткое время стать отцом сразу троих младенцев. Пятерых, если считать и тех двоих, что остались в Телгар Вейре. Но о них он подумает позже. Время у него ещё будет. Когда они вернутся, им не исполнится и семидневки. — Таллиона уснула последней, – откинув с его лба тёмную прядь, с нежностью ответила Фиона. – И сейчас у меня есть пара часов, чтобы вернуться к прерванным твоим возвращением скучным делам... — Дела, дела, – фыркнул всадник с лёгким раздражением. – Они накатываются, как волны на пляж. Чем больше делаешь, тем больше их становится. — Предводитель! Повелительница! – остановилась в пяти шагах от них Ксинна. – Леди Лорана попросила меня сообщить вам, что Г’мунд обнаружил обещанные суда в условленном месте... — Вот это кстати, – обрадовано воскликнул Т’мар, увлекая подругу в направлении основного лагеря. — Ты уже думал, на каком месте побережья мы их установим?.. – приноравливаясь к его широкому шагу, улыбнулась Фиона, с удовольствием предвкушая переезд. — В зависимости от того, сколько судов мы получим… – вновь белозубо улыбнулся Т’мар. – А вот и Г’мунд, – закинув голову вверх, произнёс бронзовый всадник. – Сейчас мы всё и выясним. Я так понимаю, что, торопясь поделиться хорошими новостями, Г’мунд решил вернуться в Вейр через Промежуток. Коричневая пара шумно приземлилась на непросохшем от недавнего отлива песке. — Ну, Г’мунд, что скажешь? Сколько судов предоставил нам Мастер Валодага?! – с очевидным нетерпением поинтересовался Т’мар. — Десять, Предводитель. И пять из них большие… – коричневый всадник от избытка переполнявшей его радости даже развёл руки в стороны, жестом пытаясь объяснить, насколько суда большие. — Тогда не будем мешкать. Попроси своего Ревут’а, Г’мунд, передать координаты Зирент’у. И отдыхайте. Фиона, душа моя, а ты, попроси Лорану сообщить коричневым зверям Д’зера и Ж’керана, что я жду их всадников. — Я с вами, – воскликнула Госпожа Вейра, полная решимости настоять на своём. — Даже если бы я сказал «нет», ты всё равно сделала бы так, как посчитала бы нужным, – усмехнулся Т’мар, заправляя за её ухо выбившийся и выгоревший на ярком солнце локон. — На твоём драконе. – Уточнила девушка, с лёгкой улыбкой взглянув в лицо Предводителя. — Разумеется, – кивнул он. – Ведь твоя королева не оставит… драгоценную Кладку, – и его красивый рот дрогнул в чувственной обещающей полуулыбке. Она будет в его объятиях…

2.2 ЙОКОГАМА

2. ЙОКОГАМА С высоты драконьего полёта глядя на суда, непривычно накренившиеся в разные стороны на широкой и мокрой полосе песка, Фиона в полной мере ощутила либо щедрость Мастера Валодага, либо желание торговцев получить за сделку как можно большую благодарность в виде звенящих марок. Неравномерно удалённые друг от друга, разные по длине, ширине и количеству мачт десять вполне крепких и добротных судов выстроились в неровный ряд.Удивлённо охнув, Фиона, чуть повернув голову к Т’мару, указывала ему на огромное пятимачтовое трехпалубное судно. — Я и не предполагала, что Морской Цех имеет столь… странное сооружения… — Судя по его размерам, – внимательно вглядываясь в трёхъярусную постройку, отозвался всадник, – в недрах этого чудовища с лёгкостью можно будет разместить всех юных всадников молодняка. Повинуясь безмолвной просьбе, по крутой спирали Зирент’ устремился вниз. Вимарт’ и Карлит’, отстав от бронзового точно на половину его длины, неукоснительно следовали за ним с правой и левой стороны, синхронно повторяя все маневры, что он совершал. — А вот и ты, Предводитель Т’мар! – широко раскинув руки в стороны, выступил из тени трехпалубной громадины высокий, широкоплечий и мощный мужчина.

На нём была легкая мантия торговца пустыни, а головной платок полностью скрывал лицо, оставляя открытыми только яркие глаза изумрудного цвета. — Азииз! – неприлично взвизгнула Фиона и, стремительно скатившись по любезно вытянутой лапе Зирент’а, подбежала к торговцу и неожиданно для последнего повисла у него на шее. — Госпожа… – опешив от так наглядно демонстрируемой радости, растерялся торговец. — Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! – не смущаясь, отступила от него юная женщина. — Теперь… Представляю, – хмыкнул Азииз, откидывая с лица платок. Не сдерживая радости и широко улыбаясь, Т’мар протянул ему руку. — Здравствуй, торговец. Я рад нашей встречи не меньше, чем моя Госпожа. Движение за спиной кочевника привлекло внимание всадников. — Капитан Таннер, Предводитель, – усмехнулся Азииз, представляя Предводителям высокого стройного мужчину тридцати трёх – тридцати восьми Оборотов со строгими серо-голубыми глазами. – Мастер Морского Цеха. Стоя за штурвалом «Йокогамы», именно он провел нашу небольшую флотилию к берегам этих никому не известных Островов. Капитан Таннер с достоинством кивнул и протянул натруженную мозолистую ладонь Т’мару. — Для меня это было честью, всадник! — Т’мар, всадник бронзового Зирент’а, – крепко пожав протянутую руку, представился Т’мар. – Предводитель Телгар Вейра.

— И Вейра Великий, я полагаю… – сверкнув белизной зубов, дополнил Таннер. — Повелительница Вейра Фиона, всадница золотой Талент’ы, – легко коснувшись губами кончиков пальцев девушки, представил мореходу подругу всадник. — Госпожа… – с видимым уважением склонил перед ней голову мужчина. — Таннер?! – напрягшись, переспросила Фиона. – Капитан?.. Э-э-э… «Всадник Ветра»! – воскликнула она, вспоминая, откуда знает его имя. – И это значит, что… Моряк кивнул и, не выпуская девичьей руки, ответил:

— Для меня, Леди, как и для тебя, Третье Прохождение началось одиннадцать месяцев назад. В фиалковых глазах застыл немой вопрос. — Леди Лорана, – произнес имя подруги Фионы Таннер, едва заметно усмехнувшись. – Она умеет убеждать даже Главных Мастеров Цеха. — Вот, оказывается, что!.. – хмыкнул Азииз. – А я-то удивлялся, насколько легко была совершена сделка. — Отец, – раздался от берега сдержанный юношеский голос. – Вино и мясо готовы… — Мой сын. Таннелби. Таннелби оказался высоким и скуластым молодым человеком, возраст которого Фиона определила девятнадцатью Оборотами. Больше всего девушку поразил необычно чистый бирюзовый цвет глаз юноши. Она никогда прежде нигде и ни у кого никогда не видела столь странного оттенка синего. Юноша был немногословен, сдержан и скуп на движения. Но это не помешало ему быстро наполнить глиняные чашки восхитительным кла и с достоинством предложить бодрящий напиток всем без исключения: всадникам, торговцу, отцу. Во время краткой беседы за чашкой горячего и подслащённого напитка выяснилось, что в действительности судов было двенадцать. Последние два, после швартовки необходимых торговцам десяти, забрали на свои борта членов команд, остающихся на берегу острова посудин и, не задерживаясь, отчалили, взяв курс на Тиллек Холд. На вопрос Т’мара, каким образом собираются вернуться в Морской Цех сам капитан и его сын, Таннер, пожав плечами, ответил, что ни он, ни Таннелби возвращаться не собираются. С разрешения Предводителя они хотели бы остаться в островном Вейре, зная, что две умелые пары рук всадникам лишними не будут. Т’мар, вприщур взглянув на капитана и оценив бесстрастное выражение лица морехода, с которым тот ожидал его ответа, перевёл взгляд на юношу, что ни взглядом, ни движением не проявил ни волнения, ни нетерпения… Задумчиво покручивая в руках чашку, бронзовый всадник прикинул, что от присутствия этих двоих может приобрести Вейр и утвердительно кивнул. — Хорошо. Теперь о делах. Основной лагерь располагается во-о-он на том далеком мысе, – кивнул Т’мар в сторону едва видимого, выдающегося далеко в океан «языка» суши. Проследив за движением всадника взглядом, Таннер, усмехнувшись, уточнил:

— Попросив пришвартовать суда именно в этом пустынном месте, вы хотели избежать неудобных и ненужных вопросов? — Точно так, капитан. Но судя по тому, какое количество человек участвовало в этом… м-м-м… мероприятии, нежелательных разговоров избежать всё же не удастся. — Думаю, что… удастся, – не согласился Таннер. – Главный Мастер Валодага был крайне щепетилен, подбирая людей для этого… мероприятия. И основным условием, которое выдвигал Мастер, было условие молчания о существовании этого Континента. Азииз скептически хмыкнул, но промолчал. — Позволь спросить, Предводитель, – обратил взгляд серо-голубых глаз на Т’мара капитан, – каким образом вы собирались доставить суда отсюда, – ткнул он себе пальцем под ноги, – до того мыса, – указал мореход в сторону выдающегося в океан «языка» суши. — По воздуху, – растягивая слова, ответил всадник и остро взглянул в лицо Таннера. Мореход изумлённо выдохнул. — Наши драконы могут поднять груз много больше своего веса и перенести его куда угодно за неполные восемь секунд. — И «Йокогаму» тоже?! – не поверил Таннер. — А вот с «Йокогамой», думаю… – вприщур оглядывая трехпалубную громадину, произнёс бронзовый всадник, – могут возникнут проблемы. Слишком большой. Слишком массивный. И вообще, откуда такое странное название – «Йокогама»? Что означает это слово? Откуда в Морском Цехе взялось столь странное сооружение? – не сдержал любопытства Т’мар. — Этот вопрос, Предводитель, если верить Главному Мастеру моего Цеха, задают все, кто впервые её видит. На протяжении всей его жизни. — Ты хочешь сказать, Лорд, что этому судну больше пятидесяти Оборотов? – не сдержала любопытства Фиона. — Думаю, много больше, Леди. Это судно существовало ещё до рождения будущего Мастера Валодага. — Как же оно сохранилось?! – недоверчиво качнул головой Д’зер. — Каждый Мастер, становясь Главой Цеха, считал своей традиционной обязанностью провести капитальный ремонт «Йокогамы». И хотя бы один раз за время своего руководства Цехом вывести её в море. Но с каждым Оборотом ремонт требовал всё больших и больших вложений. Азииз, слушая Таннера, критическим взглядом обшаривал обводы «Йокогамы» и с лёгкой ироничной полуулыбкой понимающе кивал. — …Я думаю, что в преддверии наступающего Третьего Прохождения, Мастер, взвесив все «за» и «против», – с сожалением вздохнул мореход, – решил сократить расточительные расходы на содержание непрактичного судна. — В течение последующих пятидесяти Оборотов у Цеха просто может не оказаться лишних средств, чтобы поддерживать «Йокогаму» на плаву. Допустить её затопление в акватории гавани было нельзя. Слишком массивная посудина. Да и глубины не позволяют. Дать команду на затопление вне бухты не повернётся язык. Ведь это гордость и узнаваемый символ Морского Цеха. — Видимо, когда торговец Азииз предложил Мастеру Валодага «Йокогаму» выкупить, Главный Мастер в некоторой степени испытал облегчение. — За «Йокогаму» была предложена действительно достойная цена, – подтвердил Азииз, устремляя взгляд изумрудно-зелёных глаз сначала в лицо Таннера, а потом и в лицо Т’мара. Всадник кивнул, принимая сказанное торговцем к сведению. — Имея на руках те марки, что были выручены за «Йокогаму», и владея той информацией, что сочла возможным сообщить Главному Мастеру Леди Лорана, Мастер Валодага решил в ближайшем будущем заложить строительство трёх новых быстроходных судов, технические характеристики которых позволят ходить быстрее, чем падают Нити. — Всё это… хорошо, – поднялся Т’мар. – Но не решает проблемы, как нам доставить «Йокогаму» к побережью Вейра. – Ещё раз окинув взглядом массивный корпус судна и представив, что им сулит его приобретение, всадник спросил, блеснув зубами:

— Её трюмы загружены? — Как и трюмы всех доставленных на Великий судов. Всем тем, на чём настаивал уважаемый Азииз. Заинтригованный, Т’мар искоса взглянул на довольно улыбнувшегося кочевника, но ни о чём не стал его спрашивать.

Успеется. — Это несколько осложняет дело. – Качнулся с пятки на носок бронзовый всадник. — Ничуть, Предводитель, – закинув голову высоко вверх, чтобы видеть капитанский мостик «Йокогамы», произнёс Таннер. – У тебя в Вейре есть люди, которые хоть мало-мальски разбираются в мореходстве? — И не один. – С интересом взглянув на напряжённую высокую фигуру капитана, ответил Т’мар. – Среди нас много истанцев. — Это хорошо. А у меня есть Таннелби. – Обшаривая скользяще тоскливым взглядом крутые борта «Йокогамы», говорил капитан с очевидным сожалением в голосе. – При помощи твоих людей мы доставим эту красавицу к берегам твоего Вейра, всадник. — Ещё раз. В последний раз, – горько усмехнулся мореход, – ощутить мощь и величие этой красавицы, держа в руках штурвал. – Но развернувшись к Т’мару, ни во взгляде, ни в движениях, капитан не выказал ни намёка на только что владевшие им чувства. Только решимость и предельная собранность. — Приливы здесь высоки, а твои драконы, Предводитель, сильны, чтобы «Йокогама» могла сняться с мели. И то, что с неё не сняли паруса, только упрощает дело. Но мы должны торопиться, если хотим закончить всё сегодня. — Капитан здесь ты, – не стал спорить Т’мар и развернулся к Ж;керану. — Отправляйтесь в Вейр. Крыло должно быть здесь через пять минут после вашего с Карлит;ом отлёта. — Мы будем раньше, Предводитель, – понимающе усмехнулся коричневый всадник, подзывая своего зверя.

2.3 КАЗАРМА

3. КАЗАРМА Через три дня после прибытия судов, события в Вейре стали разворачиваться с молниеносной быстротой, что позволило Великому рассчитаться с торговцами пустыни за большую часть доставленных товаров и приведенную Таннером флотилию. Перечень того, что невольные островитяне обнаружили в трюмах «Йокогамы» и девяти остальных малых судов, привел в восторг всех без исключения жителей. Кроме бесценной парусины, при помощи которой всадники и Претенденты в течение двух дней сооружали защитные купола для драконов, флотилия доставила на остров великолепно обработанную древесину, так необходимую для постройки защищающих от солнца и ветров домиков. Бессчетное количество легкоразборных айгенских тентов, тюки с лёгкой истанской и айгенской одеждой, предназначенной для носки в тропическом и влажном, и жарком климате, широкополые шляпы и панамы всевозможных размеров и форм. Колфет, Джасси, Д’зер, Г’лив и юные всадники из Вейра Иста (бронзовые Р’бад и Ф’нер, коричневый Б’ран, синие Т’лон и ’Рой) особо радовались садкам, бредням, мережам, многокрючковым снастям, сачкам... А качество радующих глаз, свернутых в объемные бухты многометровых сетей, вызвало у истанцев прямо-таки неконтролируемый восторг. Но когда из необъятных недр «Йокогамы» при помощи бронзовых зверей Р’бада и Ф’нера были выволочены на песок две лодки, молодые истанцы пришли в бурное неистовство! Ведь это именно они, юные всадники Исты под руководством иногда Д’зера, а иногда и Г’лива, отвечали за снабжение Вейра свежей рыбой и всем тем, что можно было извлечь из морских вод. Тевора и Веста с особой осторожностью рассортировывали и раскладывали на уже истрепавшейся ветоши вощённые пергаментные пакетики со всевозможными специями и приправами. Рядом с девушками на одном из одеял возвышалась внушительная гора как глиняной, так и медной посуды. Тарелки, чашки, ложки, ножи, предназначенные для разнообразных хозяйственных нужд. Сковороды, кастрюли, кувшины, крынки всевозможных форм и размеров. И всему этому обильному кухонному разнообразию будет нужно найти место на обширном камбузе «Йокогамы». Мешки с мукой и крупами, бочонки с солью… Корзинки, плотно набитые светящимся в темноте мхом… Тщательно упакованные свертки с шахтерским инструментом: кирками, лопатами, кайлами, обушками, поддирами. Но всеобщее ликование и радость вызвали одеяла и матрацы, которые присутствовали на всех без исключения спальных полках всех пришедших на острова судов. А также тщательно упакованные тюки с постельным бельём. Ведь это означало, что покос травы для набивных самодельных мешков, что использовались в качестве лежаков, можно будет сократить, вдвое, освобождая руки для более насущных и первоочередных дел. Но то, что получил Киндан, поразило всех, кто в эту минуту был рядом с ним.

Луки!

Настоящие. Боевые. Утяжелённые луки, что использовались дружинами холдеров в недавних междоусобных стычках их Лордов за права владения. И пять мешков длинных, с острыми металлическими наконечниками красиво оперенных стрел. — Зачем это, Киндан?! – с некоторой тревогой не сдержал удивления Т’мар, беря в руки великолепно сбалансированное оружие. «Один из тридцати», – навскидку прикинул Предводитель, оглядывая шесть связок, извлеченных арфистом из двух мешков. — Кошки, мой лорд! – односложно ответил парень, любуясь грозно-плавными изгибами дерева. – На них сподручней охотиться с луками, нежели с веревками или даже клинками. — Твоих рук дело?! – сведя к переносице брови, развернулся Т’мар к сияющей глазами Лоране. — В Записях Лорда Малона, мой лорд, – лучезарно улыбнулась молодая женщина, – подробно был описан именно этот способ охоты на диких зверей. А также и некоторые приемы овладения искусством стрельбы… — …которые, без сомнения, вы с Кинданом не преминули скопировать… – глубоко выдохнул Т’мар, не без сожаления, возвращая, столь удобно лежащий в руке лук, в груду остальных тридцати. В последних разобранных тюках обнаружилась кожаная амуниция всадников, драконья упряжь и масло для растирания драконьей шкуры, лекарские комплекты, как для людей, так и для зверей, некоторые особо необходимые для лечения сборы, настойки и микстуры, струны, пергамент, перья и несколько плотно упакованных баночек с тушью… …от чего и без того счастливо блестевшие глаза Лораны подёрнулись мечтательной влажной дымкой. Вечером, в свете дежурных костров, Предводители, посоветовавшись со старшим населением Вейра, объявили, что трюмы «Йокогамы» станут жилыми вейрами для будущих драконят. А для всадников и Претендентов на Запечатление жилыми помещениями послужат каюты. Судя по их количеству на всех трёх палубах, «Йокогама» могла вместить до трёхсот человек. — Таким образом, – подвёл итог Т’мар, – «Йокогама» официально становиться «казармой».

2.4 ЛЁД

4. ЛЁД Проклиная вездесущий песок, Фиона едва ли не на четвереньках карабкалась по высоким зыбким склонам ямы, в которой Талент’а прятала от любопытных глаз свою драгоценную Кладку. Последние два часа она холила и лелеяла свою королеву, одновременно восхищаясь и любуясь сразу двумя королевскими яйцами, которые Талент’а настороженно и бережно прикрывала крылом. Уже в тысячу пятый раз заверив свою золотую подругу в том, что она самый восхитительный дракон на всём белом свете, девушка услышала зовущий её извне голос Т’мара. «Иди, – великодушно разрешила ей королева. – Зирент’ говорит, это срочно!» «Спасибо, золото моего сердца, – рассмеялась Фиона, почесывая чувствительные драконьи надбровья. – И помни, что я с нетерпением жду Рождения твоих малышей. Мне тебя не хватает!» «Скорлупа твердеет. – Прижмуривая ярко блестевшие фасетки глаз, произнесла Талент’а.– Уже скоро всё случится. Ты и я снова будем вместе». «Я так люблю тебя, малышка. И всё же было бы лучше, если бы ты выкопалась из этой груды песка». «Иди, иди, – проворчала королева. – Зирент’ говорит, что его всадник… проявляет нетерпение». «Тухлая Скорлупа! Что ещё могло случиться?..» — Беги, – крикнул ей Т’мар, высоко задирая голову вверх, едва только Фиона достигла высокого песчаного гребня. – Я поймаю тебя. — Что случилось, мой лорд? – запыхавшись, спросила всадница, оказавшись в его крепких и любимых объятиях. — Идём. Ты должна это видеть. И думаю, что нам стоит пригласить не только Тевору, но и того парнишку-кузнеца, которого с таким трудом отпустил наш Мастер Ставер. Приблизившись к общему трапезному столу, который с приходом судов разбирать не стали, Госпожа Вейра с изумлением увидела, что он весь завален сверкающими, неровно обломанными толстенными сосульками, глыбами, глыбками и радужно переливающейся ледяной крошкой. — Что происходит, Т’мар? – спросила она, недоуменно нахмуриваясь. – Зачем лёд высыпали… здесь?! Его надо было сразу отправить туда, где его ждут. – От него же на такой жаре сейчас ничего не останется. — Не торопись, – дёрнул углами губ всадник. И в этой сдержанной торопливой улыбке сквозило тщательно скрываемое торжество. — Вглядись внимательнее. Что ты видишь? И тут же повернулся к темноволосому парнишке шестнадцати Оборотов, что шагнул под навес. – Где Рифаней, Ю’вин?! – в движении Т’мар Фиона ощутила лихорадочное нетерпение. «Что происходит?!» – рассердилась Госпожа Вейра, обходя четверых рослых всадников. — Обещал быть сию минуту, Предводитель, – кивнул юный всадник бронзового Друт’а, вытягивая шею в направлении холодной сверкающей ледяной массы. — А что скажешь ты, Азииз?! – подхватив заскользивший к краю деревянной столешнице кусок льда, обратился к торговцу Т’мар. — Если ты прав, Предводитель Т’мар... – блеснул зеленью глаз кочевник, внимательно вглядываясь в ледяную глубину сломаной у основания сосульки, – ...и если там, откуда это доставили твои люди, этого много, то тебя можно будет по праву назвать самым удачливым Предводителем самого удачливого Вейра Перна! Чтобы понять, о чём же всё-таки идёт речь, Фиона шагнула к столу и как можно ближе склонилась над сверкающими ледяными осколками, что дарили благословенную прохладу. Ю’вин, осторожно дотронувшись до её руки, указал ей подбородком на массивный, играющий нежно-голубым цветом льдистый обломок. Присмотревшись, Госпожа Вейра поняла, на что указывал ей подросток. В глубинах сверкающего холодного куска отчётливо просматривались зеленовато-синие включения причудливой древовидной формы. В другом таком же обломке, что был от неё чуть дальше, те же зеленовато-синие включения имели вид сплющенных пластинчатых мелких «лепешек», собранных в грозди и розетки.

— Неужели это то, о чём я думаю? – спросила она, поднимая ошеломлённый взгляд на подростка.

— Скорее да, нежели нет, – кивнул Т’мар, оглядывая площадь лагеря, ограниченную полукругом выстроившихся судов, недавно и надёжно вкопанных в песок. – Но я хочу услышать, что мне скажет один из лучших учеников Мастера Ставера, и я хочу знать, послали ли за Теворой?! — Она на «Тессине», – заражаясь нетерпением своего всадника, отозвалась Фиона. – Присматривает за детьми. «Тессиной» называлось, не так давно бывшее двухмачтовым, судно размером чуть больше двенадцати метров с четырьмя не большими, но очень удобными каютами и камбузом. Кают-компания при необходимости вмещала в себя до десяти человек, что особенно нравилось Т’мару. Для Фионы решающим оказалось то, что на носу судна с достаточной легкостью можно было обустроить просторную детскую игровую площадку. Два дня назад, когда окончательно стало ясно, что обязанности Фионы как Госпожи Вейра не позволят ей уделять своим новорождёнными малышам слишком много времени, она предложила Теворе до момента Запечатления взять на себя столь хлопотную обязанность. В обмен на одну из малых боковых кают. Девушка согласилась с подкупающей благодарностью, и в качестве своей добровольной помощницы тут же представила Госпоже, довольно улыбающуюся Джирану. — Ю’вин, – развернулся Т’мар к внимательно прислушивающемуся ко всему парню. – Найди Дарию и Риган и отправь их на «Тессину». Теворе же скажи, что мы ждём её здесь. — Постой… Зирент’ говорит, что всадниц ты найдёшь на пляже, далеко за Площадкой Рождений. Те из вас, кто не занят на хозяйственных работах, сейчас там. Вместе с Наставником Кинданом… – усмехнулся Предводитель.

После того как в руки Мастера Арфиста Киндана попали луки и стрелы, он без устали по скопированным Записям Лорда Малона упражнялся в стрельбе сам и с азартом (как однажды заметил синий всадник Д’рек) обучал этому искусству всех желающих. А желающих было намного больше, чем луков. Кивнув, молодой бронзовый всадник торопливо вышел из-под навеса общего стола и отправился на побережье. Он знал, в каком месте нужно искать зелёных всадниц-близнецов. Потому что сам являлся одним из учеников Наставника Киндана. — И, Ю’вин, попроси своего Наставника и Леди Лорану составить нам компанию, – уже вслед юноше крикнул Т’мар. — Мой Лорд, – произнёс Рифаней, осторожно возвращая на стол изрядно подтаявший кусок льда, который до этого с таким интересом рассматривала Фиона, – учитывая форму вмерзших самородков и характерный наружный налёт, можно предположить, что это медь… Но чтобы в этом убедиться, нужно подождать, пока они, оттают и попробовать распилить один из камней. Юноша окинул любопытным взглядом быстро тающий лёд. — Я полагаю, Предводитель… Что этот кусок здесь такой не один?! — Не один, – кивнул Т’мар и перевёл тёмный, пытливый взгляд с лица Рифанея на бледное красивое лицо стоящей рядом с ним светловолосой высокой девушки. — Ученик Мастера Ставера, – сильно нервничая, произнесла Тевора, – прав. Это очень похоже на самородную медь, мой… Лорд. И судя по размерам камней, там, где её нашли… Её много… Должно быть много… — П’гел, Х’рулин, идёмте со мной, – удовлетворённый ответами разбирающихся в кузнечном ремесле юноши и девушки, произнёс Т’мар. – Ж’керан, ждёшь особого приглашения?

Сегодня утром синие всадники (Х’рулин, П’гел и Х’риз) под началом коричневого всадника Ж’керана и во главе юношей из Вейра Плоскогорье отправились по указанным Лораной координатам к замёрзшему водопаду, что располагался с восточной стороны Большого Горного Хребта. Азииз в качестве оплаты за часть доставленных товаров попросил всадников доставить в указанное им место значительный запас льда. Основательно вооружившись топорами, кайлами, кирками и лопатами, пять драконов (в последнюю минуту к ним примкнул зелёный всадник К’лир) с пассажирами отправились выполнять данное Предводителем поручение. То, что они увидели по прибытии на место, поражало не только своим искрящимся розово-голубым великолепием, но и мощью. Спрыгнув с Брант’а, закинув голову высоко вверх, Х’риз долго и мрачно вглядывался в грозно застывшие в неподвижности воды. Высота ледопада по самым приблизительным подсчетам равнялась восьмистам – девятистам метрам. Сорок драконьих длин в высоту, десять – в ширину, холодного гладкого необъятного ледяного столпа, раскинувшего в обе стороны ненадежно ажурные льдистые крылья. — Здесь опасно, Ж’керан. Кожей чувствую! – обратился синий всадник к командиру группы. – Но раз уж мы здесь… — Разреши подняться выше… этого… чуда природы, – с трудом нашёл определение Х’риз. – Хочу посмотреть, что там… наверху, – указал всадник синего Брант’а на отвесно вздымающуюся ледяную стену. – И не свалится ли нам на головы… какая-нибудь пакость… Ж’керан, разрешая, махнул рукой, хорошо понимая, что сверкающая многотонная стена не то место, с которым стоит шутить. Тщательно закрепив ремни упряжи, Х’риз поднял своего зверя в воздух. Коричневый всадник жестом попросил всех оставаться на спинах настороженно фыркающих драконов. Проводив взглядом взлетевшую пару, он развернулся к хрустальным, играющим разнообразными оттенками зеленого каскадам, аркам и колоннам, причудливую архитектуру которых образовывали огромные, иногда гигантские сосули, что слились меж собой в непрерываемый занавес. Ближайший широкий обледенелый карниз находился на высоте примерно тридцати метров от них с Карлит’ом. Под лапами зверей, судя по ломкому хрусту мелкой ледяной крошки, лежало замёрзшее неровными возвышенностями и вздымающимися высоко вверх ледяными глыбами озеро. И всю поверхность озера покрывали многочисленные разбившиеся острые льдистые обломки и искрящиеся в лучах высоко поднявшего Ракбета неровно обломанные куски льда. «Нависшие над и под карнизом массивные сосули, – размышлял бронзовый всадник, – с одной стороны, существенно бы упростили поставленную перед нами задачу, если обрушить вон ту, не столь грандиозную группу длинных, острых, низко спускающихся ледяных наростов. С другой, могли запросто всех их похоронить под своей тяжестью, если в момент падения ледяной глыбы не поспешить прижаться к обнажённому горному боку, над которым и нависал ледяной сверкающий занавес».

Самым безопасным и относительно легким, а потому и более предпочтительным способом было бы добыть так необходимый им лед прямо под ногами, выломав кайлом и киркой бугрящиеся его куски из тела замерзшего озера. Окинув взглядом неровно раскинувшуюся поверхность и утвердившись в своем решении, Ж’керан вскинул руку, готовый дать разрешение своим людям спускаться с драконьих спин… …но торопливый, тревожный ментальный вопль Брант’а:

«В Промежуток! Все в… Промежуток! Немедленно!!» …остановил его. Реакция драконов по сравнению с реакцией их всадников была молниеносной. Два синих и один зелёный без взлёта и набора высоты, с места, на котором стояли, мгновенно как один… Исчезли. С протяжным, закладывающим уши ревом Карлит’ взмахнул крыльями. И Ж’керана… охватил мрак Промежутка. Паника захлестнула сознание. Его дракон без координат ринулся в мертвящее холодное Ничто. Усилием воли он заставил себя вспомнить накрепко «вбитые» в него правила безопасности полетов. Выстроив перед мысленным взором яркую картинку противоположного заснеженного берега озера, Ж’керан передал её своему зверю.

Из Промежутка они вынырнули... ...в тот момент времени, когда находящийся перед основной ледовой завесой коричневый дракон взлетал, чтобы… исчезнуть. И исчезли они, как понимал Ж’керан сейчас, очень вовремя. Так как невероятных размеров кусок льда уже падал... …падал с недосягаемой вершины ледопада. И падал именно туда, где секундой раньше находились Ж’керан и Карлит’. Ледяная глыба с протяжным воем неслась к заснеженной поверхности озера, на своём пути ломая и ломаясь сама, сбивала, раскалывала и рассеивала в мелкую колючую крошку недавнее хрустально-звенящее великолепие ледопада. С оглушающим грохотом глыба рухнула, подняв вокруг себя не столько снежные, сколько колюче-режущие ледяные клубы. Вихревые порывы после удара махины о застывшую поверхность озера не успели рассеяться, а Ж’керан, не до конца доверяя своим ощущениям, с изумлением понял, что это ещё не конец… …ледопад будто ожил. Сначала медленно, а потом всё быстрее, ледяные террасы покрылись паутиной трещин, и, ломаясь, стали осыпаться. Сверкающие ледяные обломки занавеса потекли, ссыпаясь вниз голубовато-розовым дождём. Карлит’ протестующе рявкнул, забирая круто вверх. Поднявшись к вершине горы, с которой брал своё начало внезапно оживший ледопад, к своему огромному облегчению коричневый всадник в небе над собой увидел парящего синего. «Х’риз спрашивает, где остальные?!» – передал ему вопрос Брант’а Карлит’. Похолодев от ужаса очередной оплошности, Ж’керан тут же откликнулся: «А ты? Ты их слышишь, Карлит’? Ты слышишь Феронт’а? Хват’а? Сурт’у? » Минутное молчание, а потом уверенный «кивок» коричневого: «Да». От облегчения и радости Ж’керан едва не разрыдался. «Они в Промежутке, им нужны координаты…» «Сейчас… Сейчас они у них будут». С тысячеметровой высоты оценив перспективу масштабных разрушений некогда величественного ледопада, обозначив над вершиной горы расположение Карлит’а и Брант’а, Ж’керан передал получившуюся картинку своему зверю. Мгновение… И два синих и зеленый возникли выше Х’риза с Брант’ом. А под ними с Карлит’ом нависшие над краем пропасти «языки» широко раскинувшегося по склонам горы ледника угрожающе трещали…

— А потом под своей тяжестью рухнули и те «языки» ледника, что свесились, – закончил доклад Ж’керан. – То, что мы привезли, было собрано по самому краю озера. Теперь озера нет… Его покрывают сплошные обломки колотого льда… — И как много вы видели обломков с… сюрпризом?! – оглядел всех собравшихся в кают-компании участников вылазки Т’мар. — Практически каждый обломок имеет включения, Предводитель, – криво усмехнулся Х’рулин. – Того или иного размера. А та махина, что рухнула первой, кажется мне, является одним здоровенным куском меди. Если это действительно медь. — Х’рулин прав, – поддержал синего всадника П’гел. – Тот обломок скорее металл, чем лёд... — Летим, – поднялся Т’мар. – Ж’керан и Х’рулин, вы сопровождаете…

2.5 ЗНАЧИТ, КОРОВА

5. ЗНАЧИТ, КОРОВА Наслаждаясь кратким покоем в обществе своих новорождённых детей, Фиона, устало прислонившись к спинке широкой кровати, с нежностью любовалась Таллионой, которую кормила последней. Оба сына, туго спеленатые, крепко спали. Фалломар, приоткрыв во сне ярко очерченный ротик, безмятежно посапывал. Фаллотар беспокойно хмурился, так знакомо сводя к переносице маленькие тёмные бровки. Оба были как две капли воды похожи друг на друга и на своего отца. Таллиона была другой. Ни на кого не похожей. Судя по мягкому тёмному пушку на головке, девочка обещала быть темноволосой. А неяркий серо-голубой цвет глаз мог и поменяться в течение последующих шести месяцев. — Вот ты где! – заглянув в каюту, улыбнулась Бэкка. — За мной пришла Тевора, – кивнула Госпожа Вейра, не отрывая взгляда от личика дочери, засыпающей по мере насыщения. — … И напомнила тебе, что пришло время кормления, – хихикнула всегда серьёзная лекарка.

— Угу, – не стала спорить Фиона. — Молоко. Тебе его хватает, чтобы накормить их всех? – кивнула подруга на тройняшек. В её голосе слышалось некоторое беспокойство. — Что-то не так? – тут же вскинулась Фиона. — Очень скоро ты поймёшь, что только твоего молока им будет недостаточно. – Бэкка осторожно отняла от груди Повелительницы посапывающую Таллиону. И, положив её рядом со спящими на широкой кровати мальчишками, произнесла: — Несмотря на то что они родились недоношенными, все трое быстро набирают вес. Особенно эта малышка, – прикоснулась Бэкка к нежной и гладкой щечке девочки. — Совсем скоро, Фиона, нам понадобиться молоко… коровы, козы или любого другого домашнего животного, дающего это самое молоко. И это, не считая малышки Диоры, которую, по большому счёту, уже необходимо начинать прикармливать. Госпожа Вейра поднялась. — Значит, корова... – произнесла она с непонятными интонациями и вышла, оставив младенцев на попечение Бэкки.

2.6 НЕПОНЯТЬЧТОРЫБА

6. НЕПОНЯТЬЧТОРЫБА —Хвала Золотому Яйцу, Госпожа! – наскочила на неё запыхавшаяся Гарра, младшая Госпожа Форт Вейра, всадница золотой Нилот’ы. – Капитан Таннер со своей командой добыли сегодня только жирорыбу и ещё... не понять что… И теперь никто не знает, что с этой «непонятьчторыбой» делать. — Так, – положив руки на плечи девушки, произнесла Фиона, – теперь ещё раз и медленней. Что ты имеешь в виду под «непонятьчторыбой»? — Гладкокожая, длинная, метров пятнадцать в длину, узкая, сантиметров тридцать в ширину, серебристо-белая, как Нити… – гадливо передёрнула плечами Гарра. — Оче-е-е-нь интересно. – Произнесла Фиона, представив по лаконичному описанию девушки это жуткое создание. – Пойдем посмотрим?

Стоя над сваленными в серебристую кучу рыбинами, тела которых имели вид широких полос, Госпожа Вейра испытывала довольно смешанные чувства. И удивлялась их привлекательной яркой окраске (плавники, особенно головные лучи, имели оранжевые и ярко-красные оттенки) и одновременно старалась подавить дрожь ужаса и отвращения (вываленный на песок неожиданный улов, действительно, как две капли воды был похож на Нити, что успели зарыться в почву). — Что скажешь, Капитан? – обратилась девушка к Таннеру, присевшему рядом со странными рыбинами. – Ты знаешь, что это вообще такое?! И что нам с этим делать?! — Впервые вижу, Госпожа! – снизу вверх задумчиво глянул в лицо Фионы Таннер. – Сегодня наши паруса легко ловили попутный ветер, а «морские спутники» будто знали, что мы ищем. Косяк был огромным. Этих… – кивнул капитан на ярких рыбин, – мы заметили только во второй сети. — Сколько их здесь? – осторожно коснулась Фиона носком сандалии тупорылой безжизненной морды одного из чудовищ. — Не меньше десятка. — Отец, – дотронулся до плеча Таннера высокий стройный юноша, – выкидывать сто килограмм мяса неразумно. Нам нужно найти кого-то, кто мог бы… Это… Попробовать...

— Спасибо, Таннелби, – лучезарно улыбнулась парню Госпожа Вейра. – Д’сом, – развернувшись лицом к недалёкому побережью, выхватила Фиона взглядом первого кого увидела. Д’сом и молодые истанские всадники вытягивали на берег вторую из двух тяжело груженых лодок. Его коричневый Гарат’ (что лежал на песке), подняв голову, с любопытством рявкнул. Всадник ласково ему кивнул, и дракон резво поднялся на лапы. — Д’сом, – снова окликнула парня Госпожа Вейра, – мне нужен ты и твой дракон.

2.7 НЕ МОЖЕТ БЫТЬ

7.

НЕ МОЖЕТ БЫТЬ

«Мы на месте, – деликатно сообщил своему седоку Гарат’. – Талент’а желает нам удачи!»

«Ор’с и Шкорт’, где они?»

«Шкорт’ в Чаше. Они сели».

Спрыгивая со спины своего зверя на ещё не успевший остыть песок, Д’сом со странным чувством тоски оглядел высокие стены Айген Вейра, что едва угадывались в плотной ночной темноте.

Три Оборота.

И он, и Гарат’ именно здесь выросли и возмужали.

Д’сом каждой клеточкой своего тела наслаждался ощущением покоя, что дарили окружающие его высокие каменные стены Вейра.

Вейр!

Привычная каменная армада защищала и убаюкивала своей безопасностью. Безопасностью, которой так не хватало на Островах.

«Если уж нам обязательно здесь ночевать, – зевнул коричневый, – то я хочу в свой вейр», –выгнул он длинную шею навстречу всаднику.

Многофасеточные глаза зверя кружились и переливались всеми оттенками зеленого, что для его всадника являлось лучшим доказательством полного довольства и удовлетворения.

«Я хочу того же, – откликнулся, нежно почесывая чувствительные надбровья друга, Д’сом. – Предупреди Шкорт’а, что мы с тобой заночуем на восьмом ярусе».

«Шкорт’ тоже собирается подняться на восьмой». – Хмыкнул Гарат’.

«Зачем, интересно?» – удивился Д’сом и даже в темноте ловко вскочил на педупредительно вытянутую вперёд лапу коричневого.

Едва ступив на карниз когда-то принадлежащего им вейра, и всадник, и дракон ощутили толкающий их вперёд порыв воздуха. Д’сом обернулся.

Над карнизом в свете двух лун чётко выделялся силуэт Шкорт’а. Чтобы уступить место намеревающемуся приземлиться на неширокий карниз бронзовому, Гарат’у пришлось буквально ввалиться в огромное просторное логово.

— Что вы здесь делаете? – спрыгивая со спины своего зверя, недовольно воскликнул Ор’с.

И через минуту недоверчиво уточнил:

— Неужели этот вейр был вашим, так же как и нашим?!

— Ты не поверишь… – с хорошо замаскированным сарказмом произнёс Д’сом.

— А может, так оно даже и лучше, – усмехнулся бронзовый всадник. – В темноте в компании веселее. В этом вейре с лёгкостью могла бы разместиться и королева. Так что, думаю, моему бронзовому и твоему коричневому места хватит. Тем более, что нам со Шкорт’ом не привыкать делить наши жилища на двоих. Как ты смотришь, дружище, на то, чтобы провести эту ночь в компании с Гарат’ом?! – вслух обратился парень к своему зверю.

И тут же весело рассмеялся.

— Шкорт’ говорит, что места хватит и на троих. Вот и ладненько, – довольно потёр ладонь о ладонь бронзовый всадник.

Ужиная при неярком свете светильника, который предусмотрительный Д’сом прихватил из Вейра Великого, Ор’с неожиданно спросил:

— Как думаешь, почему старшая Госпожа Вейра отправила с этим поручением нас? – намеренно игнорируя высокий титул Фионы, спросил Ор’с.

— Другие были заняты, – пожал плечами Д’сом, с неодобрением покосившись на нежданного соседа. – Нас мало. Работы в Вейре много. Да ещё и молодняк… А найти диких верров и одичавших коров, коз и лошадей, это совсем несложно..

— … если не пользоваться временным Промежутком, – скептически хмыкнул всадник Шкорт’а.

— Талент’а дала очень точные координаты. И они вместе с Леди Лораной всё время за нами присматривали.

— Даже если мы и найдём бегающих птиц и одичавший скот… – не смущаясь поправками Д’сома, продолжал говорит Ор’с.

— ...когда найдём... – вновь невозмутимо поправил Ор’са Д’сом.

— …Только вдвоём нам не удастся переместить их всех…

— Наше дело найти, запомнить координаты и передать их Леди Лоране. А помощь будет. Ведь найденную нами живность придётся перемещать много раньше того Оборота, в котором находится Великий.

— И об этом тебе сказала твоя Госпожа. – Саркастически ухмыльнулся бронзовый.

— Повелительница Вейра Великого , – с некоторым раздражением ответил Д’сом, неприятно задетый пренебрежением бенденца к Фионе, – и она мне этого не говорила. Но это очевидно. Скоро Рождение. Только что вылупившиеся дракончики капризны и прожорливы. Одной только рыбой прокормить их будет трудно. А Острова богаты всем, кроме привычного нам мяса. Кроме одного единственного стада верров.

— Ты видел на нём ещё хоть кого-то отдалённо на них похожих?! Да и нам, всадникам, не помешает разнообразить рацион.

— ...Остальное додумаешь сам или нужно разжевать?.. – тон Д’сома был резким и осуждающим.

— Ооо, – с непонятным для коричневого всадника значением протянул Ор’с, возвращаясь к холодным мясным колобкам.

И оба замолчали, думая каждый о своём.

— Она… Ваша Госпожа Вейра Фиона… Не похожа ни на кого… – первым заговорил Ор’с. – У нас, в Бендене, всегда так много говорили… О вашем Телгаре… Разумеется, когда не слышала Повелительница Туллеа…

— Хорошего? Или всё же плохого было больше? – усмехнулся Д’сом, припоминая всё, чему был свидетелем. Повелительница Бенден Вейра Туллеа вызывала у него чувство острого неприятия. Но Ор’су он этого говорить не собирался.

— Чудного, – удивил его бенденец. – То, что происходило у вас в Телгаре было невозможно ни в одном Вейре Перна.

— А ваша королева. Талент’а. Это же надо!!! Два золотых яйца в Кладке! Ни я, ни кто-либо другой никогда о таком не слышали. А Госпожа. Она. Странная!!! Зачем, спрашивается, тащить с собой столько девчонок?! Неужели её золотой дракон так привередлив в выборе!

Д’сом тяжело вздохнул.

— Девушки не для золотых дракончиков Талент’ы, – произнёс он с некоторой долей сомнения. Стоит ли посвящать в планы Предводителей бенденца? Но если посмотреть с другой стороны, он здесь, а значит, через две, самое большое – три семидневки Ор’с всё равно всё узнает.

Ходившие среди старших всадников разговоры уже давно заставили его сделать некогда шокировавший его вывод: Госпожа Вейра собиралась дать девушкам шанс запечатлеть зелёных самок.

— Тухлая Скорлупа!!! – неприятно рассмеялся бронзовый всадник. – Неужели для зелёных?! – пошутил он.

— Ты сам это сказал, – не то подтвердил, не то констатировал Д’сом.

— Смысл?! – вскричал оскорблённый в лучших своих чувствах Ор’с. – Зелёные – хорошие бойцы, великолепные, быстрые, проворные. Как, скажи мне, они будут сражаться с Нитями, если их всадниками будут… девчонки?!!

— Те зелёные, что вылупятся из нынешней Кладки Талент’ы, сражаться с Нитями не будут, – удивляясь недальновидности бронзового всадника, с тяжёлым вдохом ответил Д’сом.

— Что за бред!!! – подскочил от негодования бенденец. – Зачем тогда вообще они будут нужны?!

— А для чего нужны самки, Ор’с? – тихо поинтересовался у нежданного соседа телгарец. – И какая разница, какого цвета самка. Она ведь – самка.

— Не может быть. – Шумно выдохнул от невероятного кощунственного открытия Ор’с.

— Уже очень поздно. – Доставая из заплечного мешка одеяла, примирительно произнёс коричневый всадник. – Надо укладываться. Завтра будет трудный день. Держи. Перед вылетом я прихватил из Вейра несколько штук. Ночи здесь хоть и тёплые, но под утро часто бываю туманы.

— Да знаю я, – с обидой и раздражением буркнул Ор’с, заворачиваясь в два одеяла сразу.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. 3.1 УКУСИЛА ЗМЕЯ

505-й Оборот. 6-й месяц. 25-й день Две семидневки спустя

1. УКУСИЛА ЗМЕЯ Утро, в которое ожидалось Рождение, для всего Вейра началось с неприятности. Разъярённый голос Колфета, раздавшийся из недр «Истанской Жатвы», заставил проходившего мимо Киндана, не раздумывая, кинуться в трюм судна, которое использовалось как основной склад продовольствия. Вдвоём, под взволнованный возглас Индиры, всадницы золотой Морут’ы младшей (второй) Госпожи Вейра Плоскогорья, Киндан и Колфет, выволокли на песок двухметровое, блестящее, упругое, шикарной зеленовато-коричневой окраски обезглавленное тело туннельной змеи. — Ничего не скажешь, – с досадой плюнул себе под ноги Колфет, – хорошее местечко выбрала «мамаша» для гнезда. Этих прожорливых, опасных тварей Наставник Киндан насчитал не меньше пяти штук, – произнёс Колфет, обращаясь к молодежи Плоскогорья, что успели собраться вокруг. — Ооо, – заволновалась Индира. – Как много продуктов они успели испортить, дядька Колфет?! – в вопросе девушки явно слышались виноватые нотки. Сегодня была её очередь исполнять обязанности «старшей» Госпожи Вейра. Такую занимательную игру придумала Повелительница Фиона, таким образом решив сразу несколько задач. Разделив свои многочисленные и требующие постоянного внимания обязанности между шестью золотыми всадницами, она ненавязчиво старалась внушить им чувство ответственности за всё, что будет происходить в их Вейре... когда они вернутся. Давала возможность раскрыть, выяснить и на собственных ошибках понять, на что способна каждая из них. Помогала, советовала, заставляла думать и предлагала неожиданные решения, которые почему-то всегда приводили к желаемым результатам. — Не знаю, – пожал широкими плечами мореход. – Надо выяснять… Но это потом. Сейчас нужно избавиться от её ядовитых отпрысков. Что, Наставник, поможешь?! – повернулся в сторону Киндана Колфет. Киндан молча шагнул к люку, который в течении двух дней неторопливо и очень тщательно выпиливали Д’зер и Г’лив, когда стало очевидно, что трюмы «Истанской Жатввы» будут в основном использоваться как складское помещение.

О том, что Киндана укусила туннельная змея, Лорана с Фионой узнали от Джираны. Запыхавшаяся от стремительного бега по горячему песку и под палящими лучами солнца, девочка смогла говорить только после охлаждённого стакана сока, который её заставила выпить Лорана. — Целительница Бэкка просила прислать ей в помощь… Тевору. Сейчас. Говорит, что только она сможет быстро найти то, что ей необходимо. — Что же необходимо Целительнице Бэкке, с чем не может справиться Целительница Серра? – улыбнулась Фиона, бережно опуская на широкую кровать, изготовленную Колфетом по её личной просьбе, сытую Таллиону. Обложенная с двух сторон подушками, неуверенно сидящая Диора с видимым удовольствием сосала палец и, явно заинтересованная разговором, переводила взгляд с одной женщины на другую. — Только Тевора сможет быстро найти лекарский комплект № 3 и быстро доставить его на «Истанскую Жатву». После тяжёлых родов Фионы, получив своевременную помощь из рук сдержанной, немногословной Теворы, Бэкка всё чаще и чаще стала привлекать её в качестве своей помощницы, когда им с Серрой не хватало собственных рук. — Комплект номером три? – мгновенно став серьёзной, развернулась к девочке Фиона. – Что случилось, Джирана? — Киндана укусила туннельная змея. – Сообщила она, покачивая стаканом, в котором остались лишь не до конца растаявшие кусочки колотого льда. — Змея?! – побледнела Лорана, передавая на руки Фионы только что переодетого Фаллотара. – Но откуда?! Где?! — Дядька Колфет по просьбе Госпожи Индиры сегодня утром осматривал трюм «Истанской Жатвы». И обнаружил в проходе, между мешками с крупой и мукой, большое змеиное гнездо... – торопясь поделиться сведениями, услышанными как от всадницы золотой Морут’ы, так и от группы молодых Претендентов Плоскогорья, быстро говорила Джирана. — И когда они с Наставником Кинданом ловили расползающийся выводок, один из пойманных змеёнышей, вывернувшись, успел укусить Наставника за плечо… — Змеёныш. – Охнула Лорана. Уже давно, на собственном опыте, островные обитатели выяснили, что укус живущих здесь, на Великом, туннельных змей тем ядовитей, чем меньше по размеру особь. — Госпожа! Фиона! – обернулась молодая женщина к подруге. – Я должна… быть.. рядом с ним… — Беги уже... – взволнованно воскликнула Госпожа Вейра и махнула рукой. – Я приду, как только найду с кем оставить детей. И удобнее перехватив Фалломара, она поспешно передала его в руки Джираны. — Я позабочусь о них… Госпожа Фиона, – тяжело вздохнув, произнесла девочка уже вслед выскочившей в люк Повелительнице.

3.2 ДРАГОЦЕННЫЕ ЯЙЦА

2. ДРАГОЦЕННЫЕ ЯЙЦА

Но добежать до «Истанской Жатвы», расположенной на правой дуге раскинувшегося по незамкнутому полукругу Вейра, Фиона не успела.

Её остановил требовательный рёв Зирент’а и зовущий ментальный возглас Талент’ы.

«Мне нужна твоя помощь!» – звала её королева.

И тут же всадница получила мысленную картинку того, как её золотая сквозь широко отрытый проход высокого песчаного гребня выкатывает из своего убежища одно из пятнистых яиц.

«Уже?!» – охнула Фиона, круто меняя направление движения.

«Скоро!» – самодовольно рявкнула Талент’а, бережно толкая носом удлиненное овальное яйцо.

Подбегая к Площадке Рождений, девушка поняла, что Т’мар успел первым.

Они на пару со своим бронзовым бережно устанавливали конической вершиной вверх одно из крапчатых яиц.

— Присоединяйся... – обернулся к ней всадник, и в его голосе и жестах, очевидно, сквозило возбуждение. Широкая белозубая улыбка, мелькнувшая на его загорелом до черноты лице, ясно давала понять, насколько он доволен.

— Осколки!!! – ошарашено произнесла Фиона. – Т’мар, никто и никогда этого не делал.

— Но тебе же не в первый раз нарушать все писанные и неписанные правила, – усмехнулся всадник, принимая в широкие объятия очередное яйцо, которое толкнул ему бронзовый.

«Будь любезна, Фиона! – деловито вторглась в мысли своей всадницы Талент’а. – Придержи это. Я выкачу следующее».

И девушке ничего не оставалось, как, раскинув руки, принять в свои любящие объятия драгоценную поклажу.

«Хламиды!.. – обдала её жаром неожиданная мысль. – У нас нет традиционного облачения для Претендентов!»

«Подойдет что-нибудь длинное и белое». – С усилием пропыхтела её королева, бережно обхватывая когтями передних лап одно из королевских яиц.

«Золото моего сердца, – с переполнявшей её нежностью обратилась к ненаглядной подруге Фиона, – попроси Куринт’у передать её всаднице просьбу. Пусть Терин срочно займётся хламидами».

«Всадница малышки Куринт’ы уже занимается... этим», – мотнула головой золотая, не спуская, переливающихся всеми оттенками зеленого, глаз с королевского, искрящегося золотом яйца, которое обеими руками бережно придерживала девушка.

«И, дорогая, попроси Зирент’а напомнить его всаднику, что запасов свежего мяса у нас в Вейре практически не осталось. А драконят после выхода из скорлупы нужно будет хорошенько накормить». – Едва сдерживая дрожащую счастливую улыбку, продолжала распоряжаться Фиона.

«Т’мар говорит, что ты самая предусмотрительная Госпожа Вейра». – Хохотнул бронзовый здоровяк, напрямую обращаясь к всаднице своей подруги.

«А ещё, бронзовый, ты красавец, – лучезарно улыбнулась Фиона, прекрасно сознавая, что следующие её слова не вызовут радости на лице его всадника, – напомни своему другу, что тем, кто сейчас отправился на охоту, по возвращении придётся разделать ту добычу, которую они привезут».

«Ооо!» – будто подавился Зирент’ и мгновенно исчез из её сознания.

«Т’мар говорит, что ты... Ты... Самый очаровательный... Тиран, которого он знает», – в этот раз бронзовому дракону удалось передать даже едва уловимые интонации ответа своего всадника.

И в этом ответе Фиона ясно услышала тяжёлый выдох, нетерпеливое ожидание и неизбежно предстоящие трудности.

«Т’мар спрашивает, будут ли у тебя, Повелительница, ещё какие нибудь… пожелания?!» – снова вторгся в её мысли Зирент’.

Обернувшись к бронзовой паре, она, заметив устремлённый в свою сторону взгляд всадника, отрицательно качнула головой, а потом неожиданно для себя самой показала ему… язык.

Т’мар рассмеялся. Заразительно. Весело.

3.3 БИТВА ЗА ЖИЗНЬ!

3. БИТВА ЗА ЖИЗНЬ! Рифаней, недавно вернувшийся с командой телгарских сверстников на крыльях зелёных Багот’ы и Сурт’ы от той реки, что брала своё начало из разрушенного теперь уже ледопада (в Вейре после случившегося его стали называть Ломанным), стоя спиной к Предводительской «Тессине», с интересом, наблюдал за бронзово-золотой парой, что лежала на обжигающе горячем песке крыло к крылу. В передних лапах Т’марова Зирент’а, как и в лапах Талент’ы Фионы, под бдительной драконьей охраной находилось по одному золотому яйцу. Глаза обоих зверей были прикрыты прозрачными внутренними веками, чем пользовались все незанятые на работах обитатели. Не исключая и старших всадников. Ведь так близко два королевских яйца, о которых так много велось разговоров, можно было рассмотреть во всём их великолепии только сейчас, когда Талент’а в преддверии близкого Рождения соизволила извлечь их из песчаной толщи своего недавнего убежища. Парень, поводя затёкшими плечами (ему, как и другим, пришлось не только ползать по горным склонам, набирая чистую и пресную воду, но и таскать на плечах тяжелые, набранные под самую пробку, бурдюки), смотрел на мощных, завораживающе красивых зверей так долго, что ему стало казаться, будто песок вокруг выставленной на обозрение Кладки начал слегка шевелиться. Два золотых яйца у одной королевы! Это было невероятно! Неправдоподобно!!! Но это было!! Большие округлые золотистые овалы тускло поблёскивали под ярким полуденным солнцем меж длинных острых когтей драконов. Взгляд Рифанея скользнул вдоль крапчатых яиц несколько меньших размеров. За всё время существования драконьего рода ещё никому и никогда не удавалось определить тот единственно верный признак, по которому можно было бы угадать, в каком из яиц находится дракончик того или иного цвета, кроме королевских, разумеется. А так хотелось… Хотелось знать – во всяком случае, ему, Рифанею – под скорлупой какого из яиц скрывается бронзовый. Нет! Нет! – неприятно вздрогнул недавний кузнец. Он будет рад любому дракончику, какого бы цвета тот ни был! И то, что он Запечатлит именно из этой Кладки Талент’ы, Рифаней не сомневался ни капли. Но бронзовый!!! Мощь и сила которого манили, заставляя тяжело дышать от восторга. Заставляя сердце биться быстрее в безумном восхищении… Даже полёт на зелёной вызывал у него ни с чем не сравнимое чувство безграничной свободы и радости, такой острой, что казалось, будто эта несдерживаемая, необъятная радость сейчас же разорвёт его на куски. А песок вокруг Кладки продолжал шевелиться. Едва уловимо для глаз. Но… Всё ближе придвигаясь к выставленным под палящие лучи Ракбета крапчатым островерхим овалам. «Змеи! – обожгла сознание парня страшная мысль. – Туннельные змеи!!» – узнал он вкрадчивые, неспешные движения шестилапых ненасытных хищных тварей, которые те производили, находясь близко к мягкой податливой поверхности земли. Не раздумывая, Риф привычно уже потянулся за луком.

Торопясь полюбоваться Кладкой старшей королевы, он не стал разыскивать Наставника Киндана, чтобы сдать ему лук сразу же по прибытии, как было заведено. Хвостовик легко упёрся в «седло» тетивы, стрела скользнула в направляющий паз.

...Прицеливание… Осторожный выдох… Дотяг… Касание тетивы подбородка… И… Выстрел... Вонзившись в только что шевелящийся песок, стрела дёрнулась и замерла. Не долетев до ближайшего к нему яйца трёх метров. Талент’а вскинулась с яростным шипением. Зирент’ взревел. Не обращая внимания на беснующихся драконов, Рифаней потянул из заплечного мешка вторую стрелу. Коварные твари, будто почуяв угрозу, задвигались быстрее. … Наложить… Прицелиться… Дотянуть… Спустить… … Наложить… Прицелиться… Дотянуть… Спустить… — Что ты делаешь?! – до боли сжав оттянувшую тетиву руку парня, хрипло и гневно, сквозь зубы, свистящим шёпотом едва не рычал… Предводитель. — Туннельные змеи, мой Лорд, – не отрывая прищуренных глаз от песка, шевелящегося уже не только в опасной близости от яиц, но и везде, куда падал взгляд, произнёс парень. – Посмотри сам. Т’мар перевёл напряжённый взгляд с лица юноши на Кладку. Низкий вибрирующий звук, раздавшийся из глоток всех драконов Вейра, заставил вздрогнуть не только бронзового всадника, но и Рифанея. Фиона, застывшая подле разъярённой Талент’ы, побледнела. — Началось! – спешно развернулся Т’мар лицом к своему бронзовому. – Зирент’, всех Претендентов, что находятся сейчас в Вейре – срочно к Площадке Рождений. И найди мне Киндана и его лучников. Тухлая Скорлупа!!! — Риф, делай, что можешь. Мы не должны, не имеем права потерять ни одного!!! Ты меня понял? — Да! – сквозь стиснутые зубы выдохнул парень, спуская очередную безжалостную стрелу. То, что началось чуть позже, можно было охарактеризовать лишь тремя ёмкими словами. Битва за жизнь!!! За каждую новую драконью жизнь!! Туннельных змей оказалось неожиданно много. Они будто специально сползлись со всех концов Острова в надежде на лёгкую и обильную поживу. Если бы Талент’а так своевременно не покинула своё убежище, змеиное нападение могло бы остаться незамеченным, что для Вейра и для них всех оказалось бы катастрофой. Непоправимой!! Обидной. Катастрофой!!! Из полусотни Претендентов на момент Рождения в Вейре набралось всего лишь тридцать. И Рифаней много позже будет горячо благодарить судьбу за то, что в этот момент оказался в лагере. Многие из юношей, обступая раскачивающиеся яйца, были вооружены. И не только луками, но и ножами, которые в подоле своего широкого платья принесла Лорана. Киндан, кривя губы от боли в укушенном плече, начал стрелять ещё только подбегая к Площадке Рождений. Змеиные, блестящие коричневые тела мелькали тут и там, то появляясь, то вновь исчезая под песком, поднимая в воздух тучи мелкой песчаной взвеси. Полная решимости Фиона, с усилием выдернув из песка выпачканные в змеином ихоре первые стрелы Рифанея, поняла, что парень не промахнулся. Со всё возрастающей яростью вглядывалась она в песок вокруг королевских яиц. Плохо было то, что стояли они далеко друг от друга. Первой из девушек, кого увидела Повелительница Вейра, оказалась Тевора. Взгляд её грифельно-серых глаз лихорадочно ощупал сначала одно, потом другое золотое яйцо, что начали едва-едва раскачиваться. Заметив у дальнего яйца Фиону, она сделала ей торопливый знак, что позаботится о ближнем сама. Талент’а, полурасправив крылья, длинными скользящими скачками описывала вокруг своей подвергнувшейся неожиданному нападению Кладки, широкие круги, издавая яростные гортанные звуки, и норовя подцепить и когтями, и зубами выпячивающиеся из песка тёмно-коричневые лоснящиеся тела. Зирент’, наступив на шею одной вынырнувшей у его ног хищной твари, с остервенением рвал её мелко-чешуйчатое тело острыми клыками. Как треснуло одно из пятнистых, ближайшее к ней яйцо, Фиона не видела. Успела только зацепить взглядом, что Галисан, черноволосый юноша восемнадцати Оборотов, так часто помогавший Бэкке в уходе за раненными Б’карраном и Майорт’ом, упав подле скорлупы на колени, с ожесточенно перекошенным лицом вонзает в песок длинный разделочный нож. Не до конца выбравшийся из осколков, коричневый дракончик верещал от… боли, сообразила Фиона. Галисан, обернувшись к малышу, чтобы наскоро его успокоить, неожиданно… Замер. Яркая. Недоверчивая улыбка осветила его лицо. «Говоришь, хвост, Виккит’?!» – стремительно поднялся на ноги парень и, вклинив в самую большую трещину скорлупы нож, тёмный от змеиного ихора, резким и поспешным движением разломил её до конца. Обхватив тельце жалобно рыдающего коричневого дракончика обеими руками, с немалым усилием дёрнул его на себя. Уже отводя взгляд, Фиона успела увидеть, как Г’лис (или Г’сан?) отсёк клиновидную змеиную голову. И торопливо всё тем же ножом разжал змеиную пасть с острыми в два ряда зубами, освобождая треугольный кончик хвоста коричневого Виккит’а. «Талент’а, – позвала свою распалённую жаждой мести королеву, всадница. – Первое Запечатление свершилось. Коричневый малыш. Вытащи его из этой свалки. Неси к казарме. Там Бэкка. Она о нём позаботится. Пока его всадник. Занят». Согласно рявкнув, золотая подпрыгнула. Обшаривая взглядом Площадку, Госпожа Вейра лихорадочно выискивала в сумятице борьбы девушек. И видела только пятерых. Мало! Очень мало! Её усилия, её надежды могут рухнуть! А допустить этого она не могла. Им нужны зелёные. Все зеленые, которые есть в Кладке. И выбрать они должны девочек. «Лорана!!!» «Я здесь. Позади тебя». – С тяжёлым выдохом откликнулась подруга. Внимательно осмотрев пространство вокруг драгоценного королевского яйца и не обнаружив угрозы, Фиона развернулась. Лорану она увидела возле одного из яиц, находящегося несколько дальше, чем все остальные. Навалившись всем телом на черенок рогатины, молодая женщина всё глубже вгоняла её в податливый песок. Меж двух вил, широко раздвинув зубастую пасть и устрашающе демонстрируя двадцатисантиметровые клыки верхней челюсти, упираясь в землю всеми шестью лапами, извивалась, закручивая кольцами хвост, двухметровая хищница. — Нож. – Выдохнула молодая женщина, бледно улыбнувшись, когда Фиона оказалась рядом. — Отойди, Госпожа! – нетерпеливо отпихнул её в сторону непонятно откуда взявшийся Киндан. Мгновение, и оперённая длинная стрела вонзилась между больших выпуклых глаз змеищи. — Лорана, нам на Площадке нужны девушки. Собери, кого сможешь. И Бэкку, обязательно найди Бэкку. Боюсь, что королевское яйцо не будет ждать её долго. — Значит, Бэкка, – зрачки миндалевидных глаз дрогнули. – Хороший выбор, Госпожа! – кивнула подруга. – Я найду предлог, чтобы прислать её к тебе. – Госпожа!!! Фиона!! – потрясённый крик Теворы заставил всадницу обернуться. – Яйцо, Фиона! Яйцо! – отчаянно жестикулируя, кричала блондинка. — Тварь! Тварь! Тварь! – с воплем кинулась к золотому сокровищу Госпожа Вейра. Широкая, проворная, шустрая змея на глазах потрясённых Киндана и Фионы вонзила в скорлупу яйца сочащиеся прозрачно-жёлтым ядом все четыре острых клыка. «Талент’а!!! – обмерла всадница. – Талент’а! Королевское яйцо, его нужно вскрыть. И немедленно! Малышке нужна помощь!» Стрела Киндана оказалась быстрее. Когда Фиона подбежала к тускло поблёскивавшему яйцу, глаза хищницы затягивались молочно-белой непрозрачной плёнкой. — Тевора!!! – надрывая голосовые связки, обернулась всадница к светловолосой девушке. – Ты нужна здесь. Оно твоё. – И давясь слезами, совсем тихо добавила:

— Если успеем спасти. — Успеем. Должны успеть. – Задыхаясь, упала на колени рядом с Фионой Тевора. Золотая свалилась откуда-то сверху буквально им на головы. Принюхавшись, она бережно обхватила яйцо передними лапами, широко распахнула пасть... …скорлупа треснула, и обе девушки услышали тонкий, протяжный, жалобный вой юной королевы. — Ты моя! – выдохнула Тевора, с неожиданной силой ломая золотые осколки и ногти. Одним взмахом короткого ножа вскрыла защитную внутреннюю оболочку. — Бэкка!! – от того, что младшая подруга наконец появилась, на глаза Фионы навернулись слезы. Теперь, когда девушка рядом, с юной малышкой... — Как её зовут?! – через плечо спросила Госпожа, не спуская тревожных фиалковых глаз с быстро приближающейся Целительницы. Судя по тишине, что внезапно наступила за её спиной, Фиона поняла: Запечатление свершилось. — … Ринлат’а, – с хриплым всхлипом ответила Тевора, оглушённая любовью и обожанием, излучаемыми юной королевой. – И ей больно. О-о-о, Фиона! Ей больно! — Бэкка уже здесь, – развернулась к золотой паре Повелительница. – Сейчас всё наладится. – Склонилась она к начавшей вновь тихонько поскуливать Ринлат’е. — Фиона. Госпожа, – опуская на песок тяжёлую сумку, произнесла Бэкка, присаживаясь перед юной золотой, – ты нужна Лоране. Она вон там, у непроклюнувшегося золотого яйца. — Разумеется, – качнула головой Фиона. – Бэкка! – схватила она Целительницу за запястья. – Ты же понимаешь, что мы не можем потерять её. – Взглянула Госпожа Вейра на жалобно заглядывающую в глаза своей новообретенной подруги Ринлат’у. — Больше, чем кто-либо. – Процедила сквозь зубы Бэкка, поднимая на Фиону глаза серо-серебристого цвета. – Иди. Ты нужна Лоране. — Да. Уже иду. – Но отступив на два шага, Фиона осталась стоять за спиной напряженно сосредоточенной лекарки.

«Времени мало, – неслышно произнесла Лорана, прижимая к трещавшей скорлупе ладони. – Очень мало. Малышка изо всех сил старается выбраться». «Если не успеет Бэкка, это сделаешь ты». – Решительно развернулась в сторону старшей подруги Фиона. «Нет!!!» – вскричала потрясённая Лорана. «Да! – упрямо вздёрнула подбородок Госпожа Вейра. – Если этого не сделаешь ты. Ты знаешь, что может случиться»ю «Я не могу, Фиона». – Даже на расстоянии всадница видела, как побледнела молодая женщина.

«Прости, – прижала сложенные шалашиком кончики пальцев к лицу Фиона. – Мы не имеем права потерять ее. Выбор за тобой». Чтобы не смотреть на поникшую молодую женщину, Фиона отвернулась. Сейчас она по отношению к ней поступала не просто жестко, откровенно жестоко. Лорана! Милая, родная Лорана!! Лорана!!! Она любила её больше чем сестру, и была так многим ей обязана. Обводя затуманенным слезами взглядом место, которое ещё так недавно гордо именовалось Площадкой Рождений, а сейчас напоминало перепаханное как попало поле, Фиона поняла, что основная опасность миновала. Крыло взрослых драконов, парящее буквально над головами, и подросший молодняк полным составом – все были здесь. Все, кто с воздуха, кто непосредственно вблизи ещё непроклюнувшихся яиц и потрепанных, но решительных Претендентов… Все были настороже и на страже. Всадники уже старшего молодняка командами, в которых привыкли работать друг с другом, без лишней суеты и слов стаскивали обездвиженные тела туннельных змей в кучу за пределы Площадки. Непроклюнувшимися оставались ещё двенадцать яиц. Неподвижные двенадцать яиц. «Талент’а, жизнь моя, – позвала свою королеву Фиона. – Скольких мы имеем? И, в каком… состоянии?» В ожидании ответа, сердце Повелительницы от тревоги и страха за новорожденных дракончиков было готово выскочить из груди. «Десять. Золотая малышка Ринлат’а, два бронзовых». «Кто?! Кто всадники?!» «Тебе понравится. – Хмыкнула Талент’а. – Лурент’ и К’дан» «Лурент’ понятно. А К’дан?!» «Наставник. – Ощутила Фиона недоуменное пожатие плеч своей королевы, – друг Лораны», – всё же снизошла золотая до объяснения. «Киндан?!! – чуть не взвизгнула от облегчения и восторга девушка. – Ему, наконец, удалось...» «Ещё как удалось, – фыркнула Талент’а. – Если бы не он, Лурент’ мог погибнуть». «Об этом потом. Кто второй?» «Юноша, что недавно появился в Вейре. Коссарт’ выбрал его. ’Би». «’Би?! – не сразу поняла всадница, что королева назвала ей имя всадника. – Во имя Первого Яйца Фарант’ы, Талент’а, назови мне его другое имя». – Рассердилась Фиона. «Не знаю я другого имени. – Обиделась золотая. – Коссарт’ зовет его ’Би. Он моряк, как и его отец». «Таннелби?! – от невероятности произошедшего поперхнулась именем парня Фиона. – Он-то как?» Всё ещё недоумевая, Госпожа продолжила расспросы: «Кто коричневые? И, пожалуйста, только имена». «Как хочешь. Садвит’ – Н’гой». – Фиона поняла, о ком говорит её королева. Этого юношу семнадцати Оборотов, Нергоя, она знала. Исполнительный. Ответственный. Немногословный. И что-то в нём такое было, что заставило её его запомнить, когда она только знакомилась с теми, кого посчитали достойными стать Претендентами. «Виккит’ – Г’лис». «Всё-таки Г’лис, – улыбнулась Фиона. – Это Запечатление я видела». «Ты просила назвать всех». «Хорошо, хорошо, – покладисто согласилась всадница со своей королевой. – Кто третий?» «Квинт’ – Дж’риз.» «Дж’риз?!» «Только не говори, что не знаешь зеленоглазого мальчишку, что жил в нашем вейре, – раздражённо рявкнула Талент’а и, сорвавшись с места, кинулась к золотому яйцу, которое стало раскачиваться сильнее. – Я должна ей помочь». «Значит, Дж’риз». – Не в силах сдержать не к месту широкой улыбки, ликовала Фиона. Бледная и дрожащая Лорана только охнула, когда Талент’а, примерившись, осторожно надкусила верхушку яйца. Неровно надломанная часть скорлупы, отделившись, сначала подпрыгнула, а потом, под ударами золотой головки, отлетела далеко в сторону. Малышка просунулась в образовавшуюся дыру и с любопытством обвела оранжево-желтыми фасетками бегущих к ней людей. — Бэ-э-э-ка-а-а-а!! – с истеричными нотками вдруг закричала молодая женщина. «Лорана!!! – укорила её Фиона, ускоряя бег. – Что ты делаешь?!!» «Как же больно!» – со счастливым облегчением шепнула подруга и, упала без сознания подле разлетевшейся в разные стороны скорлупы. Следом за Лораной взвыла и Талент’а: «Убью». – Шипела королева, взбивая песок когтями передних лап в опасной близости от не до конца стряхнувшей с себя осколки малышки королевы. Торжествующий яростью рёв огласил Площадку. Талент’а, отхватывая от тёмно-коричневого тела туннельной змеи рваные куски, приглушённо ворчала. Золотая малышка царственно стряхнула последние остатки скорлупы с хвоста и задних лап и с растерянным курлыканьем сверху вниз заглянула в бледное и осунувшиеся лицо лежащей у её лап девушки. — Бэкка!!! – в панике кричала Фиона, понимая, что возле новорожденной королевы нет никого, на кого она могла бы обратить внимание. – Бэкка!! — Не кричи. Я уже здесь. – Замерла на полуслове блондинка, встречаясь с заинтересованным взглядом крошки-королевы. — Не переживай, милая Пинорт’а. – Одними губами не сразу произнесла лекарка, не отводя взволнованно счастливых глаз от золотого дракончика. – С ней всё будет хорошо! Я помогу ей. Сейчас. — Ей помогут. – Обессилено от паники и тревоги, от того, что всё едва не сорвалось, произнесла Фиона. – Я и… Т’мар, – увидела она остановившегося за спиной золотой малышки бронзового всадника. – Мы поможем ей. А ты веди свою… Пинорт’у к… Казарме, там… Ты сможешь как следует накормить её. — Фиона! – едва не плакала от счастья младшая подруга. – Ты, самая замечательная… Фиона! — Её плечи. Придержи. – Откидывая испачканный кровью и ихором подол широкого легкого платья Лораны, произнёс Т’мар. – Проклятье! – тут же выругался он, увидев полуразодранное тело змеи успевшей вцепившейся в ногу девушки. Острые, чуть загнутые внутрь клыки уже мёртвой твари безжалостными тисками сжали незащищённое сапогами девичье бедро. — Придержи её, если она придёт в себя. Пока я… – с усилием разжимая зубастую пасть, произнёс Т’мар, – не избавлюсь… от твари.

3.4 ЗАПЕЧАТЛЕНИЕ

4.ЗАПЕЧАТЛЕНИЕ Своего бронзового Рифаней получил, защищая зелёную самочку, яйцо которой раскачивалось так сильно, что ему даже пришлось некоторое время его придерживать.

Когда сглаженный конус скорлупы отлетел, и малышка всё же опрокинула пошедшие трещинами осколки, к ней метнулись сразу два змеиных детёныша. Одного, не поднимаясь с колен, Рифаней догнал на четвереньках и, наступив коленом на спину, с холодной яростью крутанул шею. Вторую когтями подцепил Зирент’, вовремя пришедший на помощь, и с силой откинул змеёныша далеко за пределы Площадки. — Сп… Сппасибо, – не сразу произнес Рифаней, переводя дыхание. Бронзовый глянул на парня сверху вниз бешено кружащимися кроваво-красными фасетками глаз и… ...надкусив скорлупу яйца, возле которого в погоне за змеёнышем оказался Рифаней, повернулся к нему спиной. «Этот должен быть твоим. – Услышал Риф легко узнаваемый голос Предводителя. – Не мешкай. Времени мало». Не сейчас и не сразу понял Рифаней, кто с ним говорил. Времени на раздумья действительно не было. Надкушенное Зирент’ом яйцо упало на его колени… Запечатление свершилось тогда, когда парень помогал тихо пищащему малышу избавиться от осколков. «Жокат’е нужна помощь, – произнёс бронзовый малыш, с обожанием заглядывая в глаза своего обретённого друга. – Она не видит ни одного… Претендента. Она голодна, как и я. Ей плохо». – Ёжась под ласковыми руками Р’нея, попискивал Шаллит’. — Помощь? Кому нужна помощь? – ещё не до конца осознавая, что этот бронзовый малыш его, с неясным надрывом переспросил Р’ней. «Жокат’е. Ей плохо. Она должна уйти». – Всё сильнее волновался Шаллит’. Оторвавшись от созерцания своего дракончика, всадник поднял голову. Монотонно рыдая и прихрамывая на одну лапу, к счастливой паре ковыляла… зелёная самочка. «Это... Она – Жокат’а?» – одними губами спросил Р’ней, предчувствуя беду. «Да. – Заверещал Шаллит’. – Жокат’а должна уйти». — Куда уйти?! – опешил Р’ней. «В…. Промежуток…» – плакал маленький дракон. И вот самочка замерла, разводя в стороны полупрозрачные крылышки… Завертела головкой и, радостно курлыкнув, кинулась в объятья крепкой высокой шатенки, что с разбегу упала перед ней на колени, в волнении раскинув руки. Веста. Узнал её Р’ней, судорожно переводя затаённое дыхание. Хвала Первому Золотому Яйцу!!! За спиной Весты, блаженно и широко улыбаясь, стояла Ксинна. — Леди Лорана, – поверх головы ни на что не обращающей внимания Весты, произнесла она. – Сказала, что Жокат’а… несчастна. Что ей нужна помощь. — Ты не представляешь, насколько ей нужна была помощь, – вслед за Ксинной растягивая рот в счастливой улыбке, кивнул Р’ней, видя, с какой благоговейной нежностью протянула руку к маленьким надбровьям дракончика смятенно оглушенная шатенка. — Её зовут Жокат’а, – невнятно произнесла Веста, поднимая блестевшими слезами огромные и счастливые глаза на Р’нея. — Да, – кивнул парень. – Жокат’а. И, она… Искала тебя. — Прими мои поздравления, зелёная всадница! – опустила руку на плечо старшей девушки Ксинна. — И ты, бронзовый всадник, прими поздравления! – перевела взгляд ярко-синих глаз подруга Тизит’а на смущённого своим успехом Р’нея. – Как его зовут? – с любопытством рассматривая дракончика, поинтересовалась синяя всадница. — Шаллит’, – с понятным волнением впервые произнёс вслух имя своего дракона Р’ней. И зажмурился от восторга Как же красиво оно звучит. «Малышка счастлива. Она нашла своего человека!!! Талент’а тоже счастлива. Зирент’ доволен. – Забил в воздухе крыльями тёмного золота Шаллит’. – А я хочу есть! Ты должен меня накормить». «Да. Да, Шаллит’. Обязательно. Идём».

3.5 И СНОВА ЗАПЕЧАТЛЕНИЕ

5. И СНОВА ЗАПЕЧАТЛЕНИЕ Вечер неимоверно длинного и тяжёлого дня закончился ещё не скоро. Сначала Предводители пообщались и поздравили всех вновь Запечатлевших всадников и всадниц. Поговорили с каждым. Справились о состоянии здоровья каждого новорождённого дракончика, уделив особое внимание тем, кто пострадал. Утешили тех, кого волею судеб в Вейре на момент Запечатления не оказалось, и пообещали, что уж в следующий раз, они обязательно первыми выйдут на Площадку Рождений. Покидая огромный борт казармы, которая с лихвой вместила в себя все вновь сложившиеся драконьи пары, Т’мар, бережно прижав к губам ладони Фионы, не спуская с осунувшегося лица подруги утомлённого и любящего взгляда, проникновенно поинтересовался: — Как скоро моя Госпожа, великолепная Талент’а, захочет подняться в брачный полёт?! Всадница, одарив спутника долгим и нежным взглядом, пожала плечами и с интригующе заблестевшими глазами выскользнула из люка в легкие сгущающиеся сумерки. Ежевечерние костры ярко освещали общий трапезный стол. Кто по одному, кто небольшими компаниями по два-три человека, в предвкушении традиционного чествования вновь Запечатлевших молодых всадников, начали собираться возле большого центрального костра. Девушки, которым сегодня не повезло, под руководством Ивины, рыжеволосой и кареглазой травницы (в Телгар Вейре она отвечала за хранение, а когда было необходимо – и за приготовление лекарственных микстур и сборов по прописям, которые составляли для неё Бирентир или Линдром), уже накрыли и украсили стол к Праздничному Ужину. С момента Запечатления Теворы именно Ивина с ироничным вздохом и мягкой полуулыбкой приняла на себя все бывшие обязанности всадницы золотой Ринлат’ы. И именно она у кухонного очага, когда Фиона помогала ей наполнять тарелки готовым крупно рубленным тушёным мясом и цельно отваренными в мясном бульоне красно-розовыми клубнями, рассказала Повелительнице Вейра, как Таннелби, «ну-у, тот высокий мореход, сын Капитана Таннера», Запечатлел своего бронзового Коссарт’а. Уловив тоскливо мечтательные интонации в голосе Ивины, которые девушка не смогла скрыть, Фиона удивлённо вскинулась, но чтобы не смущать её ещё больше, тут же поспешно опустила взгляд, сделав вид, что ничего не заметила. Госпожа Вейра, не прерывая разговорившуюся Ивину, с определённой сноровкой раскладывала по глиняным чашам дразняще пахнущее угощение и внимательно слушала грустный рассказ травницы.

Именно Запечатление Таннелби интересовало Фиону больше всего. И внимательно слушая, Госпожа пыталась понять, почему и как парню, настолько далёкому от Вейра и драконов, удалось получить бронзового. Ни синего, ни коричневого, а именно бронзового. Впервые его увидев, Фиоа была уверенна, что кроме бескрайних морских просторов и больших кораблей Таннелби не помышлял ни о чём больше. Она помнила, с каким трепетом и тщательно сдерживаемым восторгом парень положил руки на штурвал «Йокогамы» , когда под руководством отца вёл её к Вейру. — ...видимо, Зирент’ Предводителя приказал всем зверям Вейра немедленно возвращаться, – говорила Ивина, смотря исключительно на свои руки. – Так как драконы, казалось, только взлетевшие, вновь появились в небесах, и каждый из них нёс сеть с тушей того или иного животного… — Думаю, что и Фалт’а Госпожи Джасси незамедлительно передала это повеление Предводителя своей всаднице, потому что «Жемчужная Леди», всё ещё бывшая в пределах видимости, тоже сразу повернула к берегу… — И Таннелби, и Госпожа Джасси, – голос девушки заметно дрогнул, – спрыгнули в воду, не дожидаясь окончательной швартовки. Таннелби помог Госпоже выбраться на берег. И они вместе кинулись к Площадке Рождений… — Я это знаю, потому что, находилась на верхней палубе казармы. Когда взревели драконы и на Площадке началось... нечто невообразимое. Сначала никто ничего не понял, а потом… Твоя королева, Повелительница, так категорично рявкнула, что все, кто её слышал, кинулись со всех ног к Кладке. — Когда подбежала я, Таннелби крючковатым топориком на длинной рукояти отмахивался от туннельных змей, что норовили вцепиться в хвост и задние лапы Фалт’ы Госпожи Джасси. Госпожа со своей королевой не давали приблизиться огромной змеище к зелёной малышке, только что выбравшейся из скорлупы. – Порывисто выдохнула Ивина, обращая взгляд к громадине «Йокогамы», что отчетливым силуэтом виднелась на фоне бескрайних вод побережья. — Зелёный дракончик, наступив на кончик своего же крыла, плакал, не имея возможности увидеть хоть кого-то, с кем можно было бы свершить Запечатление. – Продолжала Ивина, не поднимая глаз на Повелительницу. — А ты?! Почему этого не сделала ты?! – воскликнула Фиона, едва удержав в руках тарелку, которую собиралась вместить на и без того перегруженный разнос. — Я не успела. – Грустно улыбнулась Ивина, впервые за всё время разговора поднимая на Госпожу виноватый взгляд шоколадно-карих тёмных глаз. – Сель оказалась достойней и быстрее. — Уворачиваясь от более мелких и шустрых особей, по головам тех, кто уже был обездвижен, перепрыгнув через хвост Фалт’ы и обогнув Таннелби, она добралась до дракончика первой. – Тяжело выдохнула Ивина. — У тебя будет свой дракон, – легко коснувшись кистей девушки, мягко улыбнулась Фиона, хорошо представляя её разочарование и обиду. – Поверь мне, жизнь очень м-м-м… непредсказуема и интересна. — Спасибо, Госпожа Вейра. – Блеснули слезами глаза Ивины. – Как бронзовый дракончик вдребезги расколол скорлупу своего яйца, Таннелби не видел. Потому что в этот момент был занят тем, что помогал Сель вывести из общей свалки зелёную малышку… — Но дракончик, обиженно пища и едва расправив влажные крылышки, устремился ему вслед. Разумеется, я знала, что всадника выбирает дракон, – прижала ладони к груди Ивина. – Об этом всегда говорили все всадники Вейра. Но чтобы так, воочию. Я впервые видела, чтобы дракончик так нетерпеливо хотел Запечатлеть… определённого… Претендента. — Хотя, если подумать, Таннелби Претендентом ведь не был?! – широко распахнутыми глазами взглянула она в лицо Фионы. — Не… не был, – отрицательно качнула головой Госпожа Вейра. — … не был, – как эхо повторила вслед за всадницей Ивина. – А это значит, что у каждого из нас… есть свой… шанс. — Есть, – согласилась с ней Фиона. — Так вот, – продолжила рассказ Ивина, – бронзовому, чтобы обратить на себя внимание, пришлось укусить зубами и вцепиться когтями в бедро морехода. — А Таннелби?! – охнула Фиона, поражаясь тому, чего ещё она не знает о Запечатлении. — О! Таннелби. – Усмехнулась Ивина. – Думая, что на него напала змея, он уже занёс для удара топориком, руку, но, когда... – невольно сглотнула травница. – Он понял, что это дракон… — Ты не видела его лица, Госпожа. – Не сдержав болезненной гримасы, сорвавшимся голосом вскрикнула Ивина. — Я… знаю… это… выражение лица. – Шепнула Фиона, сочувственно сжимая в своих ладонях руки девушки.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ. 4.1 ВОСПОМИНАНИЯ И ПЛАНЫ

В небе бескрайнем сплетают Души, сердца и тела Крылатые пёстрые пары Полные страсти... огня...

505-й Оборот. 7-й месяц.15-й день.

1. ВОСПОМИНАНИЯ И ПЛАНЫ Задумавшись над очередным предложением, Фиона не заметила, как чернильная капля, собравшись на кончике остро очиненного пера, капнула на едва начатый лист, быстро впитываясь в тонко выделанную поверхность кожи. В своих Записях, которые она прилежно вела с момента их прибытия на Острова, Госпожа Вейра дошла до описания событий, которые заставили Предводителя искать помощи не только в Вейрах Форт, Плоскогорье и Иста, но в Телгар и Форт Холдах. Нечаянно обнаруженное Д’сомом и Ор’сом Соляное Озеро не столько обрадовало Т’мара, сколько вызвало раздражённое неудовольствие. Несмотря на это, он заставил юношей к нему вернуться, но уже вместе с Лораной. Леди предстояло нанести озеро на карту, которую она по мере того как остров вольно или невольно обследовался, составляла по просьбе предусмотрительного Предводителя. Ещё больше бронзовый всадник Зирент’а рассвирепел, узнав причину, по которой неразлучная парочка оказалась за Малой Скальной Грядой. С недавнего времени прилегающие к Скальной Гряде территории находились под официальным запретом. Рост численности кошачьих особей, несмотря на периодически устраиваемые Предводителем охотничьи вылазки, не удавалось сократить. Наоборот, казалось, что вездесущих Мяучел и Хурак становилось только больше. Мальчишки были отправлены в помощь Х’ризу за девушками Ивины, которые вот уже вторые сутки подряд на лугах Кошачьей Реки собирали, варили и готовили концентрированный раствор рэдворта и микстуру феллиса. Бронзовым всадником Ор’сом и коричневым Д’сомом Предводитель решил заменить сопровождающих девушек М’рина, К’лира и П’гела, чьё присутствие в Вейре стало для него необходимым. Мало того что мальчишки, вопреки здравому смыслу и приказу Т’мара, не сразу отправились в указанную точку прибытия, они ещё и умудрились до отвала накормить своих драконов вблизи запретной Скалы, к которой примыкало это самое Соляное Озеро. Пока их драконы соперничали за самого большого и жирного буйвола, всадники с упоением, пренебрегая нешуточной опасностью, выламывали из странно отражающего свет озера большие белые куски, оказавшиеся на вкус (Ор’с сначала понюхал, а потом и лизнул) самой обычной… солью. Солью, которой они пользовались ежедневно. Когда мальчишки рассказали о своей находке старшим товарищам, всё же добравшись до стана на Кошечьей Реке, девушки подвергли один из кусков всестороннему осмотру и, недолго думая, растворили часть его в кипящей воде, тем самым подтвердив правильность их первоначальных выводов. Ивина улыбнулась: — Благодаря вам теперь мы сможем сохранять продукты намного дольше. Ни Ор’с, ни Д’сом даже не предполагали, что по возвращении в Вейр их проклятущая любознательность испортит им жизнь на все последующие Обороты их жизни на Островах. Предводитель в наказание за недисциплинированность и разгильдяйство обязал друзей заниматься не только разделкой, но и заготовкой, выловленной командой капитана Таннера, рыбы впрок. Таким образом, молодые всадники в свободное от обязательных тренировок и учёбы время в совершенстве овладели технологией засолки различных пород рыбы. Вспомнив сожаление Д’сома и выражение лица опешившего Ор’са, Фиона усмехнулась и, окунув перо в чернила, принялась красочно живописать случившееся. Закончив описывать злоключения закадычных друзей, Госпожа Вейра, прикусив мягкие волосинки пера, задумалась вновь... Остров, который они избрали местом своего временного пребывания, оказался неимоверно, сказочно богат. И эти богатства лежали на поверхности. Под ногами. Но взять их всадники не могли. Слишком малочисленным было их поселение. Рук катастрофически не хватало даже для решения первоочередных насущных проблем. А с рождением ещё двадцати двух драконят проблема усугубилась. Из пятидесяти молодых и сильных людей, на плечах которых лежала вся тяжесть работ по обслуживанию Вейра, остались тридцать. И это без учёта борьбы с досаждавшими им кошками и туннельными змеями. Последние после трудного Запечатления избрали Вейр местом своего постоянного проживания и кормления. Теперь вероятность встречи с шестилапыми переростками возросла многократно. Причём в самых неожиданных местах. Семидневку назад Т’мар, вернувшись со старшими всадниками из очередного истребительного рейда к Скалистой Гряде, мрачно наблюдал за тем, как разгружаются донельзя довольные драконы. Со спины каждого были сброшены если не две, то уж точно одна мёртвая кошка. Одну получал поймавший её дракон, вторая шла для кормёжки вновь вылупившегося молодняка. Госпожа Вейра хорошо помнила, как тогда, легко коснувшись её руки, он произнёс:

— Лететь всё же придётся, моя Госпожа. — Куда направишься? – самой себе кивнула Фиона, понимая, что он уже принял решение. — Для начала в Вейр, – удивил её Т’мар. – Думаю, Х’нез... два-три дня обойдется без Мастера Ставера. — Кузнец?! Зачем тебе нужен кузнец? — Ж’керан и П’гел сегодня охотились у самого подножия Скалы. – Провожая взглядом каждого из своих людей, говорил Т’мар. – Знаешь, что они обнаружили на дне реки, когда спрыгнули за Хурак, оставшимися лежать в её водах после более чем удачных выстрелов? — ?! – пожала плечами Госпожа, не желая гадать. — Золото. – Протянул он ей раскрытую ладонь. В широкой натруженной ладони под полуденными горячими лучами Ракбета искрились золотые самородки причудливых форм. — Ты самый удачливый Предводитель. – Мягко улыбаясь, произнесла Фиона, вспоминая слова Азииза. — Если у нас будет кузнец, – растягивая слова, ответил Т’мар, – мы сможем сплавлять намытое золото в слитки. — Намытое?! – вскинула она удивлённый взгляд на спутника. — Да! – белозубо улыбнулся Т’мар. – Если дно Кошачьей Реки усыпано самородками, то… — … и золотых крупиц, – блеснула девушка синевой глаз, – будет не меньше. — Верно! – прижался губами к её макушке всадник. – И чтобы добыть их, нам нужен прииск. — Самородки. Ты же не собираешься сплавлять их?! – уточнила Фиона. – Было бы жаль потерять такую красоту. — Нет. Самородное золото ценно само по себе, – мотнул головой Т’мар и тут же продолжил. – Кроме золота, мы имеем ещё и медь... — … и соль, и шкуры кошек и туннельных змей, лёд, фрукты в изобилии, рыбу и клешнезубов, яйца крытоживов и твёрдоплоды… — Поэтому, нам нужны люди. Много людей, Госпожа Вейра. — И ты хочешь… – обхватывая его за талию, сделала Фиона вывод. – Всё это, обменять на рабочие руки. — И эти самые руки нам надо искать не в… Вейрах, – думал вслух Т’мар. — Холдах, – согласилась Фиона, – наиболее лояльных Вейрам. И один такой Холд я знаю. — Форт Холд, – развеселился бронзовый всадник. – Да уж, лояльней некуда. Иди ко мне, душа моя! – поймал он её за руку. – А в Форт Холде, как известно, расположены Главные Цеха Арфистов и Целителей, – продолжал смеяться Т’мар, не выпуская подругу из крепких и нежно-ласковых объятий. — Думаю, К’лиор и Сайска будут рады тебя видеть, – прильнула к его груди девушка. – И возьми с собой Бэкку. — ?! — ...нам необходимо частично пополнить запасы перевязки и некоторых лекарственных сборов и трав. – Пояснила Фиона, заметив вопросительно-прищуренный взгляд Предводителя. – Целительница Тинтовал, из Форт Вейра и Несли, экономка Форт Холда и моя няня, предоставят ей всё, что нам нужно, и даже больше. Кроме того, в преддверии будущих брачных полётов и Запечатлений нам будут нужны… Претенденты. Тёмные глаза Т’мара остро блеснули. — Что?! – удивилась Фиона. – Дракончикам из Кладок зелёных, так же, как и дракончикам из золотых Кладок, будут нужны партнёры! А, после Мора, Несли с разрешения отца, приняла в Форте столько сирот, что, того и гляди, Холд треснет пополам. Мой отец будет тебе благодарен. — Счастье ты моё… упрямое, – от избытка чувств, ни на кого не обращая внимания, Т’мар подхватил девушку на руки. — А к Главному Мастеру Зисту ты отправишь Лорану. – Смеясь, продолжала говорить Фиона. – Так же как к Главному Мастеру Бетрони… — … я отправлю твою ненаглядную Бэкку. — Всё верно, мой лорд, – прищурившись, произнесла Фиона, когда Т’мар поставил её на ноги.

4.2 ПОРУЧЕНИЕ

2. ПОРУЧЕНИЕ — Госпожа. Фиона, – раздалось от входа мягкое контральто Лораны. – Я войду? — Во имя Первого Золотого Яйца, Лори. – Укоризненно откликнулась девушка, откладывая перо. – Тебе не нужно моё разрешение. — Т’мар ещё не вернулся? – спросила подруга, усаживаясь напротив Повелительницы. — Ты знаешь это лучше меня. – Прищурилась Фиона. Т’мар, Ор’с и все всадники коричневых драконов сегодня с утра отправились в Форт Холд. Лорд Бемин при последнем посещении Т’маром Форт Холда три дня назад нашёл доводы Предводителя Телгар Вейра разумными. И, приняв в дар два крупных золотых самородка (самолично отобранных Фионой для подарка), разрешил всем желающим молодым людям в возрасте от 15 до 20 Оборотов перебраться на новое место жительства. «Для работ по обслуживанию Вейра» – такова была официальная версия. Истинная цель, как и название Вейра, само собой, вслух не произносилась. Тех, кого Лорд не удерживал, набралось не меньше пяти десятков. В основном это были юноши и девушки, не связанные с жителями Холда никакими обязательствами, из числа тех, кто оказался в Холде, как и говорила Фиона, в результате Мора, несшего с собой холод, голод, сиротство и угрозу гибели.

Особое внимание всадники уделили тем, кто обладал каким-нибудь ремеслом. Внимательно присмотрелись к тем, к кому не остался равнодушен бронзовый Зирент’ Предводителя... — Я от Терин, – опуская взгляд янтарных миндалевидных глаз на руки, тоскливо произнесла подруга. — Чт… что с ней?! – вскинулась Фиона, накрывая своими ладонями, тонкие кисти рук Лораны. — Как давно ты у неё была?! – спросила молодая женщина. – Не просила о чём-то?! Не приказывала. А, говорила. По душам. Как с подругой? Как раньше?! — Она… до сих пор, не смирилась. – Не то спросила, не то сделала вывод Фиона и упёрлась подбородком в переплетённые пальцы рук. — Да, – кивнула Лорана, поймав печальный взгляд потемневших фиалковых глаз. – Даже присутствие Джериз… Дж’риза и Бэкки, не всегда помогает. Её Куринт’а несчастна, Госпожа Вейра. И я… не знаю, что делать. — Сколько месяцев старшему молодняку? – после довольно продолжительной паузы спросила всадница, не отрывая задумчивого взгляда от лица подруги. — Старшему молодняку?! – изумилась Лорана, не понимая хода мыслей Фионы. — Семь с половиной. – Продолжила говорить Госпожа Вейра. – Значит, они уже достаточно взрослые для того, чтобы переместиться в Айген. — Айген?!! Осколки, Фиона! Причём здесь Айген? — Я найду ей такую работу, что ей придётся забыть о том, о чём она так упорно… помнит. — И ты думаешь, что Айген – это именно то место, которое ей нужно? – поднимаясь, с нажимом поинтересовалась Лорана. — Подожди. – Остановила Повелительница уже готовую выйти молодую женщину. — ?! – с немым вопросам в глазах повернулась к ней Лорана. — Могу я попросить тебя и Кинда… К’дана нанести визит в Наталон холд?! Раз уж Айген Вейр неподходящее для Терин место. – Неловко улыбнулась Фиона. — Наталон холд?! – опешила молодая женщина. — На моей королеве. – Блеснула глазами в её сторону Госпожа Вейра. — Кто говорит о Наталон холде?! – шумно ввалился в кают-компанию жизнерадостный К’дан. От него ощутимо пахло маслом, что использовали всадники для натирания чувствительно растягивающейся шкуры быстро растущих дракончиков, потом, и ни с чём не сравнимым драконьим запахом. — Я из казармы, – своеобразно извинился всадник, не в силах согнать с лица широкой счастливой улыбки. – Младшая группа молодняка только что плотно закусила и отправилась спать. И я имею в виду не только драконов. — Так что в Наталон холде, Госпожа? – залпом осушив уже успевший нагреться сок, заинтересованно переспросил К’дан. — Скажи мне, бронзовый всадник, – лучезарно улыбаясь, произнесла Фиона, – как давно ты виделся с Делором и Ренной? — В Бендене, – чуть помедлив, ответил К’дан, – когда расчищали завал, перекрывший доступ в Учебные Классы. Чего ты от меня хочешь, Повелительница? — От вас. – Указав на Лорану, произнесла Госпожа Вейра. – Предводитель уже достаточно давно задумывается над тем, о чём ещё до Запечатления говорила твоя подруга. В скором времени нам предстоит восстановить Айгенскую фосфиновую шахту. — Так. – Понимающе кивнул К’дан, опускаясь за стол. – И ты хочешь, что бы я и Лорана предварительно переговорили с Мастером Наталоном? — Я знаю, что вы оба – прекрасные переговорщики. – Кивнула Фиона, переводя взгляд требовательных глаз с Лораны на К’дана и обратно. — Предводитель… знает? – попытался избежать поручения Госпожи Вейра всадник. — Он узнает. И уже сегодня вечером, как только вернётся из Форт Холда, – твёрдо пообещала ему Фиона. — Но Лурент’… — В добровольных помощниках, желающих обиходить бронзового, я уверена, недостатка не будет. К тому же я поручу Терин присмотреть за ним в ваше отсутствие.

— Через час Талент’а будет вас ждать возле бывшей Площадки Рождений. – Уже совсем другим, не терпящим возражений тоном, закончила разговор Госпожа Вейра.

4.3 ФОСФИНОВАЯ ШАХТА

3. ФОСФИНОВАЯ ШАХТА С возвращением Т’мара, ближе к скорым сумеркам, жизнь в лагере будто взорвалась. Вновь прибывших нужно было не только разместить, обустроить и накормить, но и, успокоить, доступно разъяснив существующее положение и ситуацию, в которой они оказались, прибыв в Вейр. Только одного не сказала им Фиона. Того, что находятся они совсем в другом времени, отстоящем от их собственного, на три Оборота. На три Оборота в прошлое. Но с этим можно будет разобраться и позже.

Когда придёт время возвращаться… домой. А сейчас… Сейчас Повелительница Вейра твёрдо заверила прибывших в том, что если кто-то из них по тем или иным причинам не захочет в течение последующих трёх Оборотов остаться в Вейре, он всегда, в любую минуту сможет уйти, и не с пустыми руками. Вейр может позволить себе заплатить им и за работу, и за проведённое в Вейре время. Ей верили… Ведь с некоторыми из тех, кто решился оставить Холд её отца, она выросла; другие, кто не знал её лично, были много о ней наслышаны. — Зирент’ обеспокоен и спрашивает, где Талент’а. – Не переставая жевать, произнёс Т’мар, наслаждаясь овсяными лепешками, горячими рыбными колобками и... вином. — Я отослала Леди Лорану и бронзового всадника К’дана в Наталон холд. – Не спуская фиалковых глаз со своего ужинающего мужчины, безмятежно ответила Фиона. Глаза Т’мара блеснули. — Для предварительных переговоров с Мастером Наталоном. — Торопишься, Леди. – Усмехнулся Предводитель, дотягиваясь до кончиков её пальцев. – А может, оно и к лучшему. – Тут же улыбнулся он. – Завтра устроим… э-э-э… осмотр всех зверей из группы старшего молодняка. Если физическое состояние драконов не будет вызывать опасений, можно будет постепенно и осторожно начать обучать их воздушным полётам. Я понимаю, что рано, душа моя! – воскликнул он, неправильно истолковав прищуренный взгляд своей Госпожи, – но, что ещё нам остаётся делать?! Драконов по-прежнему слишком мало. И как бы странно это ни звучало, даже этих трех Оборотов, что мы проведём здесь. Нам может не хватить и их. — Погоди. – Остановила его Фиона. – Я думала, вместе с горняками Наталона отправить к Айгенской фосфиновой шахте, для начала, наших телгарских молодых. Во главе с Терин. Её необходимо занять делом. Пусть помогут горнякам не только обустроиться, но и всем, чем смогут. — Кроме того, вокруг шахты полно вполне приличных вершин, которые можно использовать для… — … воздушных упражнений, – одновременно, голос в голос произнесли Госпожа и Предводитель. — И, милый, – вскинула Фиона на Т’мара вопрошающе-строгий взгляд, – старшей группе молодняка нужен Наставник. — Тухлая Скорлупа!! – выругался Т’мар, не донеся до рта ложку. – К’дан, Запечатлевшей бронзового, должен оставаться с младшей группой, к которой и принадлежит его Лурент’. Я подумаю над этим. – Пообещал Госпоже Предводитель. – Старшая группа без опытного Наставника к шахте не отправится.

— Как обычно, попробуем решить несколько проблем сразу? – вздёрнула подбородок Фиона. — Иди ко мне. – Отодвигая от себя бокал, протянул к ней руки Т’мар. — Госпожа Фиона. – Распахнула дверь кают-компании Джависса. – Время кормления. С момента Запечатления Теворой золотой Ринлат’ы, Джависса, а вместе с ней и Джирана, добровольно возложили на себя обязанности нянек. И не только тройни Фионы. Под их опеку попала и Диора. Став всадницей, Тевора, как и Фиона, оказалась лишена возможности проводить возле дочери столько времени, сколько ей бы хотелось. — О! – воскликнула молодая мать, устремляясь к выходу. Т’мару осталось только глубоко выдохнуть. И он, с сожалением, вновь придвинул бокал к себе.

4.4 КУПАНИЕ

4. КУПАНИЕ Оживление, лихорадочной волной охватившее казарму молодняка ранним утром следующего дня, чувствовалось во всём: в вопросах, задаваемых друг другу с очевидным нетерпением, слегка раздражённых ответах, порывистых и импульсивных движениях всадников старшей группы молодых драконов, приступивших к ежедневному уходу за своими зверями, в глазах, тревожно и вопрошающе обращавшихся на всех старших всадников, оказывающихся в непосредственной близости от казармы по тем или иным причинам. Больше всех волновался Б’карран, Майорт’ которого после тяжёлых травм, нанесенных кошками, восстанавливался медленно и трудно. Целительницы Бэкка и Серра с Повелительницей Фионой, вместе или по очереди, навещали раненую пару ежедневно. Однажды, во время очередного осмотра, Целительницы после недолгого совещания (больше всего Госпожу Вейра беспокоила сухость медленно нараставшей мембраны крыльев Майорт’а) решились на прямое венное вливание ихора (здесь возникли некоторые разногласия, но Госпожа Фиона настояла), в качестве донора решили привлечь золотую Фалт’у, вылупившуюся, как и Майорт’, из Кладки Бидент’ы (старшей королевы Вейра Иста). Введённый ихор должен был улучшить выделение сукровицы, которая, орошая кожу мембраны крыльев, существенно ускорила бы естественное заживление тонкой кожистой перепонки.

Напряжение, витавшее в воздухе, мало-помалу передавалось и драконам, заставляя последних, особенно наиболее возбудимых зелёных, проявлять некоторую несдержанность. Чтобы избавиться от всё более ощутимо нарастающей нервозности, Дария, оставив на койке Риган наскоро нацарапанную карандашом записку, отправилась к побережью. В течение последней семидневки её заметно подросшая Сарт’а, отказывалась от своего места в трюме казармы, предпочитая проводить тёплые летние ночи на песке, под натянутым лёгким тентом. «Казарма – для молодняка», – с непревзойдённым чувством превосходства ответила ей зелёная, когда девушка впервые, не обнаружив её на отведённом месте, в панике принялась взывать к ней. «Там душно, шумно и тесно», – с сожалением вздыхал дракон, когда взволнованная растрёпанная всадница, заглядывая в обожаемые глаза, пеняла ей за своевольность поступка. «А здесь?! Разве здесь лучше?» – не зная, то ли радоваться, то ли смеяться, всплеснула руками Дария. «Здесь красиво. – Не сразу, задумчиво отозвалась Сарт’а. – Особенно когда солнце опускается в воду». «Милая». – Помнится, это единственное, что она смогла произнести, поражённая высказыванием подруги. Обогнув огромную гору песка, некогда бывшего Площадкой Рождений, Дария не сразу обнаружила свою зелёную. Только одинокая фигура парня, сидевшего рядом с маленьким бронзово-золотым дракончиком, что мирно похрапывал у его бока, отчётливо выделялась на фоне посветлевшего бескрайнего неба. Сарт’а, отдалившись от берега на три длины собственно размера, с блаженством погрузившись в теплые солёные воды по самые глаза, пофыркивала от видимого удовольствия. Не дойдя десятка метров до бронзовой пары (Дарии не хотелось нарушать их единение), всадница остановилась. «Выбирайся, детка! – с безграничной нежностью обратилась к своей зелёной подруге девушка. – Нам нужно быть в Вейре. Что-то… должно произойти! И я не хочу это что-то пропустить». Не двигаясь с места, Сарт’а непокорно фыркнула. «Давай, малышка. У тебя ещё будет время». – Тяжело вздохнула всадница, понимая, что сегодня ей с зелёной будет непросто. Нервозность, царившая в казарме, заставляла её дракона проявлять упрямство. Уже очень давно Дария поняла, что характер её Сарт’ы покладистостью не отличается. – Что, упрямится? – с сочувствием развернулся в её сторону парень. Волевой подбородок. Необычный цвет глаз. «Таннелби», – узнала его всадница. И кивнула. «Осколки! До чего же красив этот ’Би». – Мелькнула непрошенная мысль. «Полностью с тобой, согласна, – неожиданно вмешалась в мысли девушки Сарт’а. – А Коссарт’ будет тот ещё бронзовый!» – отчётливо обозначенное кокетство окрасило мысленный голос зелёной. «Не может быть!» – испуганно замерев, Дария перевела напряжённый взгляд на неохотно выбирающегося из воды дракона. «Держи хвост выше, дорогая!» – вперяя беспокойный взгляд в блестевшую от воды шкуру подруги, не удержалась от замечания всадница. — Коссарт’ говорит, что цвет шкуры… твоей подруги очень красив. – Не спуская глаз с высоко держащей хвост Сарт’ы, усмехнулся бронзовый всадник ’Би. – И не жёлтый, и не зелёный. Что-то между. А смотрится… просто замечательно. Шкура Сарт’ы, действительно, имела весьма примечательный оттенок. Яркий светло-зелёный с неявной примесью жёлто-коричневого. Шикарный окрас! «И этот туда же!» – внутренне охнула девушка, не спуская глаз со стряхивающей воду подруги. — Спасибо, – неизвестно от чего смутившись, едва пролепетала Дария. «Ты говорила, что мы должны быть в Вейре! – выворачивая шею, с капризно нетерпеливыми нотками в голосе обратилась к Дарии Сарт’а. – Ты говорила, срочно! Сирт’а сообщает, что нас ищут. О! Через час мы вылетаем в Айген!» – с неожиданным воодушевлением воскликнула зелёная и, не дожидаясь всадницы, едва не вприпрыжку поспешно потопала к лагерю. — Я должна идти, – с сожалением повернулась к бронзовому всаднику Дария. – Сарт’а говорит, что через час… мы вылетаем. — Что ж! Удачного полёта! – кивнул всадник бронзового Коссарт’а. И, закинув за голову руки, опрокинулся на спину. — До встречи, зелёная всадница, – уже тише добавил он, устремляя взгляд бирюзовых глаз в высокое прозрачно-синее небо.

4.5 СМОТР

5. СМОТР Выйдя из кают-компании Предводительской «Тессины», Терин полной грудью вдохнула ещё не успевший раскалиться воздух. «Куринт’а, любовь моя! – позвала она золотую. – Попроси Кайвит’а Кс’лерина и Друт’а Ю’вина собрать свои полуКрылья на берегу, за Площадкой Рождений. Нам предстоит смотр и, возможно… м-м-м… перемещение». В ментальном отклике младшей телгарской королевы девушка уловила недоверчивое любопытство. «Нам разрешат летать?!» «Я бы не назвала это полётом, милая!» – ласково ответила Терин, безошибочно узнавая своего золотого дракона, отделившегося от группы королев и вразвалку направившегося в её сторону. Молодая Куринт’а за прошедшие чуть больше чем полОборота, выросла до девятнадцати метров. Размах её крыльев уже сейчас достигал двадцати восьми. И это в неполные восемь месяцев! Но вследствие своего стремительного роста, к которому молодой королеве приходилось приноравливаться изо в день, она выглядела несколько неуклюжей и неповоротливой. «Красавица! – восхищенная розовато-золотым отливом шкуры своей подруги выдохнула Терин. – Какая же ты у меня красавица!!» — Здравствуй, Госпожа Вейра! – подошел к трапу «Тессины» коричневый всадник Г’мунд. — Здравствуй, всадник! – приветливо улыбнулась девушка. – Значит, Наставником нашей группы теперь будешь ты?! — Видимо, – кивнул Г’мунд, разворачиваясь к приближающейся королеве. – До чего же она… великолепна, – откровенно заулыбался всадник. – Думаю, тебе приходится с ней нелегко. Содержать такую красоту в надлежащем порядке… это не в носу ковыряться, – усмехнулся Г’мунд. — У меня обычно бывает много… помощников, – слегка покраснев, запнулась на последнем слове Терин. — А бывает, что и не бывает. – Кивнул сам себе всадник, неслышно для стоящей на палубе девушки заканчивая фразу вместо неё: – А, вот и Предводитель. — Ты выстроила своё Крыло, Госпожа Вейра Терин? – церемонно обратился Т’мар к всаднице младшего золотого дракона. — Ага, вижу, что выстроила, – белозубо улыбнулся он, переводя взгляд ближе к кромке прибоя. – Идёмте. Не будем заставлять их ждать дольше чем они уже ждут. Зирент’ и так без конца меня поторапливает. А королева Повелительницы… – махнул он рукой, обрывая себя на полуслове. И вновь белозубая, особенно яркая на загорелом до черноты лице, мгновенная улыбка смягчила черты его сурового лица. Он вспомнил, как нетерпеливо-настойчива была Талент’а, через довольно короткие промежутки времени то и дело с намёком (на ум приходило именно это определение) сообщая ему о настроениях, царящих в казарме. Первой не выдержала Фиона. Госпожа Вейра буквально вытолкала его из-за стола.

Проходя вдоль выстроившегося строя из сорока двух телгарских молодых драконов, Т’мар с удовольствием отмечал шкуры то блестевшие серебрящимся золотом, то отдававшие коричневыми, синими, голубыми и всевозможными разнообразными оттенками зеленого. Опалесцирующие многофасеточные глаза, кружащиеся и мерцающие, смотрели на него бледно-лиловыми взглядами (бледно-лиловый у драконов всегда был цветом ожидания и волнения). Сорок два повзрослевших дракона!! Мощные, грозные, красивые. Золотая. Два бронзовых. Кс’лерин. Этому невысокому русоголовому юноше семнадцати Оборотов на роду было написано стать всадником. Его отец, К’сив, был Командиром одного из Телгарских Крыльев Д’гана. И, судя по разговорам обитателей Вейра, парнишка унаследовал от отца уравновешенный, неторопливо-вдумчивый характер. Ю’вин. Тоже из телгарцев. Его мать пришла в Вейр уже будучи беременной. И если верить Шаннииз, парнишка как две капли воды походил на одного молодого синего всадника, безрассудного и горячего, из-за своей бравады погибшего на одной из тренировок, что так любил устраивать Д’ган в преддверии Весенних Игр. Семнадцать коричневых. Из них, десятеро молодых людей ещё недавно были холдерами. Семь – выходцами из Нижних Пещер Телгар Вейра. Среди коричневых всадников особо выделялся Ар’сей, Запечатлевший самого разборчивого и самого крупного коричневого дракончика. Высокий. Тонкокостный. Сероглазый. Сам себе на уме. Фиона говорила, что частенько сталкивалась с ним в коридорах, ведущих в Архив. Тринадцать синих. Всадницей одного – была Ксинна. Он помнил её невзрачной и неуверенной. Но сейчас рядом с Тизит’ом стояла красивая жгучая брюнетка пятнадцати Оборотов с неправдоподобно длинными черными ресницами, обрамлявшими яркие тёмно-синие глаза, не уступавшие окрасу шкуры её дракона. Кинда… К’дан отзывался о ней уважительно и всегда, когда в разговорах всплывало имя девушки, указывал на её несомненные задатки лидера. Особенно хорошо, говорил он, у неё получается управляться с наименее дисциплинированными всадниками зеленых драконов. Особенно всадниками, подчёркивал К’дан. К’шан и Л’ваш. Кто бы мог подумать, что этим двоим сорви-головам Запечатление удастся с первого раза. У них были разные матери, но один отец. И тоже всадник. И тоже синий. Он обожал сыновей, и большую часть времени мальчишки проводили не с матерями, а в вейре отца. Так что оба хорошо знали, что значит быть всадником. Десять зелёных, нетерпеливо переминающихся с лапы на лапу. И всё разных оттенков. От сливочно-зелёного до насыщенного тёмного. Глаз радовался, глядя на не столь массивных зверей, как бронзовые и коричневые. Ладные, подвижные, изящные. Красавицы! И три девичьи пары. Н-да! Надо думать, что хлопот у него с ними будет… немерено. Тария. Застенчивая. Большеглазая. Молчунья. Как же умудряется она, такая уступчиво мягкая, справляться со своенравной Корант’ой. А о том, что Корант’а своенравна, в Вейре не говорил лишь ленивый. Но ведь справляется!!! Дария и Риган. Вот уж совсем! неожиданное пополнение. Глаза цвета чистого изумруда, в глубинах которых таиться нечто такое, что наводит на мысль о сильных, волевых характерах обеих девушек. Дария, менее терпеливая и не столь деликатная, как сестра. Порывистая и вспыльчивая. Риган, более сдержанная, несколько замкнутая, целеустремлённая. Но обе умеют достигать поставленных перед собой целей. И, что немаловажно, преданы Фионе до… умопомрачения. Л’вин, Ш’кол, П’русс. Эти оказались самыми младшими из всех Запечатлевших всадников (четырнадцати Оборотов). И появились они в Вейре благодаря стараниям Х’рулина вследствие традиционно проведённого Поиска в холдах Телгар и Южный Телгар, Поле Кемпбелла, Шахтерском и Балан холде. Подростков синий Хват’ Х’рулина «вынюхал» в Цехе Горняков Шахтёрского холда, где мальчишки были учениками, и постигали азы рудничного ремесла. — Кс’лерин, – обойдя строй, вернулся Предводитель в начало выстроившегося для смотра Крыла. – Начнём с тебя и твоего полуКрыла. — Каждый из вас, – уже обращаясь ко всем, продолжил Т’мар, – выходите вперёд вместе со своим зверем. Просите его посидеть смирно на задних лапах, развернув крылья. Мы с коричневым всадником Г’мундом осматриваем вашего друга и решаем, допускать вас к тренировочным полётам или… дать время вашему дракону окрепнуть, с сегодняшнего дня и до вашего возвращения… Строй охнул одновременно. Т’мар усмехнулся, хорошо расслышав в этом хоровом восклицании удивление, радость, облегчение. — ...через две семидневки, – как ни в чём не бывало, продолжил он, – всадник коричневого Ревут’а будет вашим Наставником и нянькой. Не надо думать, что эту половину месяца, что вы проведёте вне Вейра, вы будете отдыхать. Нет. Отдыхать будет некогда. Тарот’, Феронт’ и Брант’ доставили горняков Мастера Наталона к фосфиновой шахте три часа назад. — Помимо предстоящих вам тренировок, пока ваши драконы после них будут набираться сил, вы, всадники и всадницы, будете помогать Мастеру Далору и его людям. — И не только с обустройством лагеря, но и в шахте. На тех работах, что не требуют определённых знаний и навыков. Не обращая внимания на протяжные тяжелые стоны, Предводитель продолжил: — Так что, советую прихватить с собой всё, что вы посчитаете необходимым, не особо утруждая своих драконов, – предостерегающе повысил голос Т’мар, – и, сбор здесь же. Через час после того, как мы закончим с осмотром. Всё остальное вам скажет ваш Наставник.

4.6 ОТКРОВЕНИЯ

6. ОТКРОВЕНИЯ После того как телгарские звери старшей группы молодняка… не сходя с места подпрыгнув, ушли в Промежуток, Т’мар, улыбнувшись Фионе с высокой спины своего бронзового, вскинул руку. «Мы только убедимся, что с молодыми всё как надо». – Услышала девушка мысленный голос Зирент’а. И не утруждаясь с подъёмом на безопасную высоту, здоровяк незамедлительно последовал за Крылом Терин. Фиона знала: по ту сторону Промежутка молодых драконов и их всадников будут встречать Г’мунд и Лорана, отправившиеся к Айгенской шахте за десять минут до того, как дракон Т’мара передал координаты этой самой шахты Крылу Терин. Повелительница Вейра и Лорана сегодня рано утром, до восхода Ракбета (чтобы свести риск к минимуму), уже посетили подножие Центрального Отрога Северного Барьерного Хребта, в одном из ущелий которого и находилась заброшенная шахта огненного камня. Предусмотрительность оказалась нелишней. Те координаты, которые помнила Фиона (в свою бытность Госпожой Вейра Айген) несколько отличались от действительности. Им с Лораной пришлось облазить не одно и не два ущелья, пока они нашли фосфиновую шахту. А когда всё же нашли, не сговариваясь кто быстрей, забрались на одну из близлежащих легкодоступных вершин, покрытую толстым слоем нежного ломко-мягкого лишайника. — Красота-то какая! – восхищённо выдохнула Фиона, обводя взглядом лежащую несколько ниже зелёную долину, среди высокой упругой травы которой пробивались ещё более высокие нежно-розовые, розовые и белые, с едва уловимым фиолетовым отливом, соцветия. Жёлтый диск Ракбета, всё выше поднимавшийся с противоположной стороны Отрога (за спинами девушек), постепенно окрашивал долину и противоположные склоны высоких заснеженных крутых вершин в ярко-жёлтые и пылающие красно-оранжевые оттенки. — У нас есть время?! – обеспокоенно спросила Лорана, пытаясь на ощупь найти в поясной сумке карандаш. — Ты лучше меня знаешь, что при желании, мы можем чуть-чуть… задержаться. – Понимающе кивнула Фиона. — Такая красота, – мягко улыбнувшись, произнесла на распев Лорана, – не должна остаться незамеченной. – И, зажав карандаш зубами, расправила на коленях пергамент, сложенный небольшими квадратами. —А цвет? Как ты передашь цвет? – с любопытством заглянув через её плечо, спросила Фиона. — Я... запомню. – Невнятно ответила подруга. Карандаш, что она легко удерживала кончиками пальцев, быстро заскользил по пергаменту. – А потом, допишу. – Едва слышно всё же закончила ответ Лорана.

«Они добрались», – ткнувшись головой в плечо своей всадницы, беззвучно сообщила Талент’а. «Спасибо, любовь моего сердца, – нежно огладив выпирающую скулу зверя, отозвалась Фиона. – Пока твой бронзовый занят делами, а тройняшки спят, может, навестим дракончиков из последней Кладки?» – почему-то совсем невесело предложила девушка, дотягиваясь до чувствительных надбровий королевы. Будто к чему-то прислушавшись, золотая отрицательно мотнула головой. «Они… тоже спят». Фиона тяжело вздохнула.

«Кинда… А К’дан. Что делает он?» «Бронзовый всадник Лурент’а и зелёный всадник Нелит’ы с большим человеком, – глубокомысленно ответила Талент’а, – отправились на охоту». «На туннельных змей, я полагаю?» – с неудовольствием от затеи арфиста уточнила Фиона, сообразив, что под «большим человеком» Талент’а подразумевала Колфета. Утренний переполох в казарме молодняка они с Лораной пропустили ввиду отсутствия в Вейре. Но Т’мар, за завтраком, живописал его так эмоционально и гневно, что она достаточно хорошо прочувствовала негодование и злость Наставника. Благодарение Первому Золотому Яйцу, всё обошлось сравнительно легко. У Г’жува, всадника зелёной Нелит’ы, оказалась отменная реакция и чуткий сон. Уловив едва слышное характерное шипение приготовившейся к нападению змеи рядом с лежанкой своего дракона, парень, схватив первое, что попалось ему под руку (а попался его собственный сапог) с силой метнул его в сторону источника звука. Больше всего на свете он боялся промахнуться. Если туннельную змею не остановить сразу, она приходит в неописуемую ярость и становится смертельно опасной. В этом случае её яд не только обездвиживает, но и убивает. Мгновенно! Неизвестно, как подействовал бы яд на столь большую добычу, как дракон. Но то, что зверь пострадал бы, сомнений не вызывало. И всадник не промахнулся. Сапог, угодив в голову твари, сбил её и оглушил. Хищница осталась лежать на палубе недвижимо. Выхватив из-под подушки короткий засапожный нож (с тех пор как туннельные змеи неимоверно расплодились, все всадники, не исключая и вновь Запечатлевших, стали носить их с собой постоянно), Г’жув, ни минуты не сомневаясь, вогнал его по самую рукоять меж шейных позвонков змеи в основании черепа. И только тогда понял, что её размеры приближаются к двум метрам, не меньше.

Вот, как такой монстр смог остаться незамеченным? Т’мару, а с ним и К’дану, в обязанности которого входило обеспечение безопасности молодняка, ещё предстояло долгое и неприятное разбирательство столь вопиющего разгильдяйства. «Да, – ответила королева, – когда всадник Лурент’а узнал о том, что одна из глазастых тварей едва не укусила спящую малышку Нелит’у, пришёл в ярость. И заставил всех своих подопечных обшарить каждый угол казармы вплоть до верхних палуб». Фиона, продолжая ласкать надбровья подруги, по наитию, вдруг! задала разомлевшей от удовольствия Талент’е вопрос, который не давал ей покоя с момента последнего Запечатления. «Скажи, любовь моего сердца, ты видела, как К’дан получил своего Лурент’а?!» Золотая мгновенно перестала урчать и скосила радужно переливающийся глаз на девушку. «Т’мар тебе не рассказал…», – недоумённо моргнула золотая. «А он видел?!» – вскинулась Фиона. «Он помогал», – видимо вздохнула Талент’а, и в её ментальном посыле всадница ощутила виноватое недоумение. «О!..» – растерялась Фиона. Касаясь песка брюхом и аккуратно вытягиваясь, королева приглашающе раскрыла пятипалые передние лапы. «Устраивайся, Фиона моей жизни. Я тебе покажу», – прижмуривая опалесцирующие фасетки глаз, ласково заворчала она. Плотнее вжимаясь в большое, уютно-родное тело королевы, Фиона прикрыла глаза. Перед мысленным взором замелькали смутные и неясные картинки. Вот…многоликие образы слились в один чёткий и ясный эпизод, заставивший её с новой силой пережить всё то, что она испытала во время последнего Рождения.

Киндан с перекошенным от ярости лицом, только что спустивший стрелу, что убила змею, вонзившую клыки в скорлупу яйца малышки Ринлат’ы… …яйцо, от удара хвоста извивающейся в агонии шестилапой твари, упавшее и странно покатившееся в сторону от Площадки… …упругие лоснящиеся тела, толкающие начавший трескаться крапчатый овал…

…золотисто-бронзовое, неподвижное тельце дракончика, кувыркающегося в разламывающихся осколках… …две мелкие хищные твари, в погоне за добычей вцепившиеся в глотки друг друга… …третья, когтями передних лап дотянувшаяся до бронзового малыша… …дракончик, беспомощно вращающий бешено кружащимися красными фасетками перед распахнутой зубастой пастью туннельной змеи… …Киндан, ринувшейся ей наперехват с зажатой в руке стрелой… … Зирент’, свалившийся сверху и наступивший на прожорливую тварь лапой… …полутораметровая змея со сломанной стрелой в пасти, с маниакальным упорством пытающаяся дотянуться до вожделенной добычи… «Это арфист позвал Зирент’а на помощь, – сказала Талент’а. – Ты знала, Фиона моей жизни, что их связь с бронзовым не прервалась после нашего первого с ним брачного полёта?» — ?! Ещё долго, обняв руками колени, лежала Фиона в лапах своего дракона.

4.7 ТРЕТИЙ

505-й Оборот. 8-й месяц. 1-й день.

7. ТРЕТИЙ

Стараясь казаться как можно более незаметной, Лорана осторожно спускалась по скрипящим ступеням внутреннего трапа «Тессины», спеша укрыться в своей каюте. Путешествие с бенденским Крылом Лани к айгенской шахте огненного камня напугало её так сильно, как никогда до этого ранее. Голос в Промежутке, который она впервые услышала после своего безумного прыжка в будущее, стал настойчиво преследовать её всегда, когда она пользовалась этим самым Промежутком, лишая сил, уверенности и душевного покоя. Она знала этот голос и знала того, кто с мучительным надрывом кричал последние свои слова в мрачное пустое ничто, пытаясь предостеречь Вейры, пытаясь предотвратить неминуемую катастрофу. «Вейры! Их надо предупредить!!» Это был голос Д’гана, Предводителя Телгар Вейра, из-за своих амбиций вместе со всеми своими людьми (которых возглавлял) бесславно канувшего в Промежутке. Но до дрожи, до судорог, сегодня её напугало другое! Впервые услышанный ею женский голос. Голос, который, вторя Д’гану, молил её, Лорану, сохранить детей. «Ты должна сохранить моих детей!!! Ты обещала, что всегда! будешь с ними рядом!» И этот голос она знала тоже. Она слышала его, когда просыпалась. Она слышала его в течение дня. И засыпая, они с обладательницей притягательного сопрано частенько перед сном шептались, обсуждая события уходящего дня. Фиона. Это был голос Фионы. Что? Что должно случиться, что она, Фиона, будет умолять её позаботиться о детях?!! Голова шла кругом. Уже давно, очень давно Лорана пыталась поговорить с Фионой о… преследующем её голосе Д’гана. Но всегда! Всегда что-то мешало! Или, что-то случалось! Или присутствие Госпожи Вейра срочно кому-то требовалось, и именно тогда, когда она была готова открыть подруге душу. Но теперь... Теперь, видимо, с разговором придётся… повременить. Она, Лорана, должна понять, какая опасность может грозить Фионе… и Вейру. — Леди! Леди Лорана! – раздавшийся позади неё высокий детский голосок заставил молодую женщину вздрогнуть. Съёжившись и приклеив к губам неестественную улыбку, Лорана повернулась. Перед ней в полутёмном и узком коридоре стояла Джирана. — Леди Лорана, – чуть присела перед ней в приветствии девочка, а потом неожиданно и без смущения задала молодой женщине вопрос, который застал её врасплох и привёл в трепет:

— Через семидневку… когда на королеве Госпожи Фионы ты отправишься к шахте, ты возьмёшь меня с собой? — Чч...тто? – не сразу поняла Лорана, о чём спрашивает её стоящий перед ней ребёнок. – С… с чего ты решила, Джи, что я туда отправлюсь?! — Я хочу увидеть могилу отца, – слишком серьезно (на взгляд Лораны) произнесла Джирана, не опуская глаз. – Мы будем должны… посетить подножие Красной Скалы. Обещаю, я не задержу тебя надолго, – так знакомо вскинула девочка голову (немного по-своему копируя движение Фионы), полная решимости настоять на своём. — Лит’а Бенденской Госпожи Лани на одной из тренировок перестарается и повредит крыло.

— Нет! – тут же вскричала Джирана, увидев, как стремительно бледнеет загоревшее лицо молодой женщины. – Ничего страшного! Но на какое-то время ты запретишь ей летать… — Я?!. — …и поэтому, – не обращая внимания на хрипло вопрошающее восклицание и прикрыв глаза, продолжала говорить Джирана. – Бенденское Крыло возвращать в Вейр придётся тебе… Уронив руки, Лорана бессильно прислонилась к переборке. — Чудно! — Так возьмёшь? Настойчивость Джираны… м-м-м… несколько раздражала. — Скорее «да», чем «нет», – не чувствуя уверенности в словах, с тяжёлым вздохом ответила молодая женщина. – Но тогда… Тогда, вероятно, нам нужно будет спросить у твоей матери разрешение. Думаю, и она захочет увидеть… э-э-э… увидеть… это место. — Нет! – категоричность девочки неприятно удивила Лорану. — Нет?! — В последний раз, когда я видела отца, – влажно блеснув глазами в полутьме коридора, пояснила Джирана, – он сказал мне… что я не должна… причинять маме боль. Никогда! А то место, где ты его… оставила, моя леди… сильно её расстроит. — Ты… его видела?! – от невероятности услышанного Лорана растерялась и, присев перед удивительным ребёнком на корточки, заглянула в странного цвета глаза. – И, когда это было, малышка?! Ведь он умер до… твоего рождения. — Да, – не споря, кивнула Джирана. – Но в день, когда мне исполнилось семь, – подняла она на Лорану дрожащие слезами глаза, – отец пришёл меня поздравить. Это был… последний раз, когда мы его видели. — Именно в этот раз он и взял с мамы обещание… что как только Джеризу исполниться десять, она должна будет найти способ отправить его в Телгар Вейр. Бережно накрыв своими ладонями холодные ладошки девочки, Лорана очень осторожно спросила: — Ты говоришь «последний», а по счёту… какой это раз был по счёту. Первый, второй, третий. Сколько раз ты помнишь?! – старательно скрывая охватившее её лихорадочное волнение, спросила Лорана. — Я помню… только этот раз, – виновато опустила Джирана голову. – Но мама… – тут же вскинулась она, – мама говорит, что этот последний, третий, раз был самым лучшим. — Третий. – Одними губами повторила Лорана. — Джирана, – окликнула Джависса с верхней ступени лестницы дочь. – С кем ты говоришь? — С Леди Лораной, мама, – чуть повернув голову в направлении спускавшейся по ступеням матери, отступила от молодой женщины девочка. — Разреши, я помогу тебе, Джависса, – подхватывая корзину, полную высушенного детского белья, произнесла Лорана. — Спасибо, – благодарно улыбнулась миниатюрная брюнетка, ступая на нижнюю палубу. — Ну, и как у нас дела? – кивнув в сторону открытых дверей каюты, приспособленной под детскую, поинтересовалась Джависса. — Диора играет, тройняшки спят. Они всегда спят… или едят… или пачкают пелёнки… – с явным недовольством в голосе уже чуть тише добавила Джирана. — Ах, милая, – звонко рассмеялась Джависса, – они ведь всё ещё младенцы. Чем же ещё они могут заниматься? Ты устала, малышка! – ласково взлохматив отросшую чёлку дочери, понимающе кивнула женщина. — Если хочешь навестить брата, я возражать не буду. Кстати, сейчас, он занят кормлением Квинт’а.

— О, мама! – и в этом простом восклицании было столько чувств! Благодарность, восторг, восхищение, нетерпение и… любовь. — Только одно слово, милая. Повелительница Фиона и Госпожа Тевора. Где они? – удержала Джависса в своей ладони руку дочери, уже устремившейся вверх по лестнице. — Госпожу Тевору позвала её проснувшаяся королева. А Повелительница отправилась к «Истанской Жатве» посмотреть, хватит ли на сегодня оставшегося у нас молока.

Глупая скотина, всё-таки позволила себя сожрать рыскающим вокруг Вейра кошкам, несмотря на принятые меры предосторожности и приставленную к ней охрану. Узнав о бесславной кончине коровы, Предводитель лишь скупо улыбнулся и с видимым облегчением произнёс:

— Хорошо уже то, что никто не пострадал. А у нас высвободятся пять пар рук, которым найдется более достойное применение. — И трём драконьим парам больше не придется вылетать на ежедневный покос, чтобы прокормить эту ненасытную животину. И чтобы успокоить свою Госпожу, упрямо вскинувшую голову, тут же быстро добавил:

— Молоко будем покупать у Дизаллера. В Тиллек Холде. — Ежедневно, – уточнила Фиона твёрдо. — Ежедневно, – согласился Предводитель с усмешкой.

4.8 КАК И МНОГИМ ИЗ НАС

8. КАК И МНОГИМ ИЗ НАС На ужин снова была рыба. Ароматное рагу из жирорыбы, рыбные колобки из пестрорыбы под острым соусом и запечённая на углях до хрустящей корочки белорыба с пряными специями. С аппетитом, отдавая должное великолепной стряпне Ивины, ели только вновь прибывшие в Вейр обитатели и Мастер Кузнец Ставер со своим помощником, молодым широкоплечим и угрюмым парнем, то ли восемнадцати-девятнадцати Оборотов, то ли много старше. С момента прибытия Риз, так звали помощника Мастера Ставера, ни с кем не произнёс и двух слов. Единственное, чем окружающие объяснили такое отчуждение парня, – это его увечье. Одна нога Риза была значительно короче другой. Истанские всадники старшей группы молодняка не столько ели, сколько развлекали новичков рассказами о занятном поведении «морских спутников», что неизбежно с каждым выходом в море сопровождали судно. Больше всех и с удовольствием говорил синий всадник ’Рой, не только рассказывая, но и сопровождая рассказ жестами, которыми пытался наглядно показать, как и что вытворяли эти чудесные игривые морские животные. — А самое главное, что им нравятся драконы, – серьёзно утверждал ’Рой, – а драконам нравятся спутники. Вот сегодня, например, мой Барат’, который всегда нас сопровождает, когда мы выходим в море… — Не только тебя, – возразил Т’лон, всадник синего Рубат’а, – мой дракон тоже всегда рядом. — Рядом-то рядом, – кивнул ’Рой, – но он никогда не решается на водные игры со спутниками.

— Осколки! Рубат’у всегда нравились спутники. — А говорил ли твой Рубат’ хоть с одним из них?! Вот мой сегодня это делал. И самка-спутник, что назвалась старшей, ему отвечала. – Ха! И ещё три раза ха-ха! – рассмеялся Т’лон. – Драконы – единственные разумные существа, что умеют мысленно общаться с выбранным ими человеком. – Есть ещё файры, – напомнил об изгнанных огненных ящерицах, усаживающийся за стол вновь Запечатлевший бронзовый всадник ’Би. Едва не уронив скамью с пятью сидевшими на ней новыми обитателями Вейра, Риз шумно вскочил. Удержавшись на ногах... только благодаря своему самолюбию и гневу, что проявился на его лице восковой бледностью. Хромая так сильно, что на многих лицах непроизвольно отразилась жалость, он, не оборачиваясь, неровной походкой торопливо то ли пошёл, то ли запрыгал к тому месту, где недавно возвели кузню. — У него что, был файр? – недоуменно вскинулся ’Би, обводя взглядом лица потрясенных сотрапезников. — Королева файров, – веско подтвердил Кузнец Ставер. И с сожалением, тяжело поднимаясь, добавил.

— И ему пришлось... с ней расстаться. Как и многим из нас, у кого они были. — Однако. – Задумчиво обернулся в сторону кузни Таннелби.

4.9 У НАС РАНЕННЫЕ

9. У НАС РАНЕННЫЕ Когда Фиона услышала неясный ментальный голос Зирент’а, обратившегося к ней напрямую, а не как обычно, через Талент’у, она находилась в детской, играя в «Ку-ку» с малышкой Диорой. Её тройняшки, только что накормленные и переодетые, тихонько посапывали, уложенные рядом друг с другом на широкой кровати. Тевора и Джависса за небольшим квадратным столом, прочно закреплённым под иллюминатором, кроили из старых простыней будущие распашонки и платьица для подрастающей детворы. — Что ещё можно сделать из этих обрезков? – задумалась Джависса, придирчиво перебирая ворох лоскутов. — Может, попробовать собрать вот из этих, – выхватила из обрезков несколько приличных кусков Тевора, – пару коротких штанишек? Скоро детской смены белья нам понадобится… несколько больше. — Уж не про Целительницу ли Серру ты говоришь, Госпожа? – рассмеявшись над недоумением Теворы грудным смехом, спросила Джависса. — Про неё, – чуть смутилась Тевора. – Срок её беременности, по расчетам Леди Бэкки, приближается к шестнадцати неделям. — Неужели?! – удивилась Фиона, впервые услышав о состоянии девушки. – И, кто счастливый отец? – с понятным любопытством прищурилась она. Тевора пожала плечами. Джависса, внимательно взглянув в лицо Повелительницы Вейра, опустила глаза. — Серра, никогда, о нём не упоминала. И в этот момент Фиона услышала голос Зирент’а. «Вылетаем из Форт Вейра. С нами раненые. Приготовьте место». «Почему из Вейра? Вы должны быть в Цехе Арфистов», – недоумённо вскинула голову Повелительница. Вопрос остался без ответа. — Что? – с тревогой повернулась к Фионе Джависса. – Что на этот раз?! — У нас будут раненые из Форта, – вскочила Фиона на ноги, устремляясь к открытым дверям каюты. – Тевора. – Уже от входа обернулась она к младшей телгарской Госпоже. — Талент’а, сколько раненных? Количество. И тяжесть их состояния. Я должна знать. Спроси у Т’мара. – В голос обратилась всадница к своей королеве, торопливо сбегая по трапу «Тессины». — И Бэкку. Обязательно предупреди Бэкку.

Раненных оказалось много. И практически всех она знала. Как людей, так и зверей. Первым, кого Фиона приняла на руки, оказался В’лекс, всадник зелёной Саринт’ы. Саринт’а была цела, а вот руки В’лекса до локтей белели тугими повязками. Следующим стал синий всадник С’ган, дракон которого тоже был цел. Помогая корчащемуся от боли мужчине скинуть с плеч меховое одеяло, в которое он был закутан, Фиона поняла: у всадника обожжена большая часть спины. И повязку должно поменять уже сейчас. — Разреши, Госпожа. – Подхватил, подныривая под плечо мужчины, незнакомый ей молодой человек двадцати Оборотов. — Веди его к «Жемчужной Леди», – произнесла Фиона, оглядывая импровизированную Чашу Вейра. – Лекарские Залы находятся на её борту. — Понял, – кивнул парень, через плечо которого тянулся шнур с узлом Подмастерья Цеха Арфистов. Оглядевшись, Повелительница увидела среди помогавших, не только обитателей своего Вейра, но и многих из тех, кого, как она предположила, Т’мар с десятью старшими всадниками, летавшими в Форт Холд, привезли из Цехов Целителей и Арфистов. — М’кури, – охнула Госпожа, выхватив взглядом бронзовую пару, и поспешила к распластанному на песке дракону, возле которого, поникший и изрядно похудевший, сидел никогда не унывающий бронзовый всадник. — Мой Буринт’, – вскинул он на Фиону поблёкшие глаза. – К’лиор, отправляя нас сюда, сказал мне, что ты сможешь вернуть ему способность летать. — Кто его штопал? – обходя кругом потускневшее тёмно-бронзовое крыло, спросила всадница, придирчиво осматривая аккуратно сложенные и сшитые мелкими стежками куски кожистой мембраны. — Целительница Тинтовал. — И сделала она это, очень хорошо, – с чувством гордости за Подмастерье произнесла Фиона, удовлетворённая осмотром. Зияющих дыр в мембране не было. Тинтовал удалось полностью собрать крыло Буринт’а. — Твой дракон будет летать, – уверенно произнесла она, чем вызвала слабую, недоверчиво несмелую улыбку на давно небритом лице всадника. – Сейчас, пока для вас приготовят место, над ним, – кивнула Фиона на страдающего дракона, – растянут тент. А тебе, всадник, принесут феллис. Ведро воды и холодилку для твоего дракона. Пока его не осмотрят Целители, заставляй Буринт’а пить. У нас здесь пекло. А для заживления мембраны необходима жидкость. Много жидкости. «Что же заставило Т’мара привести раненых, – напряженно размышляла Фиона, переходя от одной вновь прибывшей драконьей пары к другой. – Ведь решили же, что ранеными займемся к концу нынешнего Оборота. Когда достаточно подрастёт и одна, и другая группа молодняка. Когда старшие начнут летать». — Эй, красавица, – обхватили её со спины за плечи мужские руки. – Рад тебя видеть. Гневно обернувшись, Госпожа Вейра поняла, что это… не Т’мар. — П’даар, – растерялась Фиона, мгновенно выхватывая глазами белеющую повязку на его левой ноге и костыль, на который он опирался. – Что такого произошло в Форте, что у вас так много раненых… П’даар?! А твой дракон?! Что с ним? — Ваша блондинка Целительница уже осмотрела его. Говорит, что с… – коричневый всадник трудно сглотнул, – …с Вилент’ом всё… будет хорошо… Правда, не так быстро, как этого хотелось бы и ему, и мне. О! Из… извини… – с трудом подавил надрывный хриплый всхлип П’даар.

— У Вилент’а поврежден ведущий край крыла.

— Ох!.. – не сразу справилась с новостью всадница. Повреждение ведущей части крыла (предплечья) всегда являлось наиболее тяжелой травмой. Именно от предплечья расходились четыре более тонкие кости, между которыми располагалась мембрана (кожистая перепонка), позволяющая драконам летать. — Я должна посмотреть сама! – обернулась девушка в сторону несчастного коричневого, над которым уже разворачивали плотный парусиновый тент. — А что с ногой? – приближаясь вплотную к дрожащему всей шкурой дракону, через плечо спросила Фиона коричневого всадника.

— Ну-ну, хороший. – Склонилась она к жёстко фиксированному краю его крыла. — Глупость, – скривился П’даар, отвечая Фионе на вопрос о повреждённой ноге. – Я сломал её, прыгая с шеи Вилент’а, после того… – трудно сглотнул всадник. – …после того последнего сражения. — Крыло фиксировали в Форте? Тинтовал? — Да, Госпожа. — Что же, красавец. Как же ты умудрился? – осторожно прикасаясь к коричневой шкуре, ворковала Фиона. Вилент’, с трудом приподняв иссохшее! прозрачное внутреннее веко, взглянул в лицо всадницы побелевшими от боли фасетками. — Холодилки! Немедленно! – вскричала потрясённая Фиона. – И воды!!! Он высох от жары! Да что с тобой, П’даар?! Неужели ты не чувствуешь, как страдает твой дракон? Он же сейчас потеряет сознание… от боли и обезвоживания!! Ещё час, ползая вокруг крыла Вилент’а на коленях, и она, и тот юноша, что помог ей со С’ганом, втирали в кожистую мембрану вокруг повреждённой кости обезболивающий бальзам. Под мучительно виноватым взглядом П’даара, не спускавшего глаз с рук целителей.

4.10 ЗНАКОМСТВО

10. ЗНАКОМСТВО – Почему сейчас, Т’мар? – прихватив рукав туники Предводителя, свистящим гневным шепотом поинтересовалась Фиона, отводя бронзового всадника в сторону от стола, за которым рассаживались прибывшие из Форта. Это не без их помощи в Вейр Великий были перемещены особо тяжелые раненые, как люди, так и драконы. — Потому что К’лиор и Сайска были достаточно… ммм… убедительны. – Столь же нетерпеливо и гневно отозвался Т’мар. – Ты хочешь, поговорить об этом, сейчас? Или мы всё же проводим наших… любезных гостей?! Агрессивность тона и явно ощущаемое беспокойство в жестах, удержали девушку от дальнейших расспросов. — Думаю, наши гости не будут возражать, если я… если меня… за столом не будет. – Одарив спутника посветлевшим гневным взглядом фиалковых глаз, медленно произнесла Фиона. — Ошибаешься, – свистящим шёпотом возразил Т’мар и, прижав ладонью её руку, лежавшую на его локте, повёл её к столу. — Госпожа Фиона! Детка! – поднялся из-за стола К’ролл, едва Предводители Великого устроились во главе стола. Густой бас бронзового всадника заставил оглянуться на них всех, даже не столько гостей из Форта, сколько островных обитателей. — Как же я рад тебя видеть!! Господа! Поднимем бокалы за самую очаровательную Повелительницу, которую я знаю.

Чуть склонив голову, Фиона улыбнулась мужчине, которому она была небезразлична и знала это, самой лучезарной улыбкой. Одновременно с удовлетворением отметив, насколько надменным стало выражение лица Т’мара. — Предводитель! – следом за первым вновь поднял бокал К’ролл. – Прими мою благодарность за то, что ты делаешь.

Обустройство десятка раненых и вновь прибывших в Вейр арфистов и целителей потребовало от Фионы, Лораны, Бэкки, Джависсы и всех всадниц золотых драконов не только определённых усилий, но и терпения и выдержки, а в некоторых случаях и компромиссных решений. За последние три дня численность Вейра Великий выросла в полтора раза. И Фиона уже затруднялась сказать, хорошо это или плохо. Прибытие большого количества людей, никогда не живших в Вейре и плохо знакомых с обычаями и нравами всадников, заставляло задуматься. И искать необходимые рычаги давления и управления теми, кто ещё так недавно был холдером. «С арфистами и целителями проще». – Думала Повелительница Вейра, неторопливо переодеваясь в ночную рубашку. – В силу своего ремесла, предполагающего живость мысли, и большого объема знаний эта группа прибывших, скорее всего, наиболее быстро и безболезненно приспособится к образу жизни драконьего племени. А за холдерами придется… присматривать. И найти такую работу, которая позволила бы им не только делать то, зачем их сюда привезли, но и заставила бы их принять и полюбить те правила и обычаи, какими живут все драконьи всадники. Завтра… Завтра она должна найти время познакомиться если не со всеми, то со многими из тех, кто её волей оказался в Вейре. Закинув руки за голову, Фиона собралась вынуть из волос зашлифованные деревянные палочки, удерживавшие её волосы в узле на затылке. — Разреши, я помогу тебе. – Коснулись её рук руки Т’мара. — Я сержусь на тебя, – качнув головой, слабо улыбнулась Фиона. — Я знаю, – не стал он с ней спорить. – Я сам… на себя сержусь. – По одной, бережно вынимал Т’мар палочки из пшенично-золотистых волос Фионы, – за то, что не смог отказать ни Сайске, ни К’лиору. Тухлая Скорлупа! Как настойчивы они были. — Особенно Сайска, я полагаю! – развернулась лицом к своему всаднику Фиона. Последняя палочка упала к её ногам, и волосы цвета шкуры Талент’ы водопадом окутали фигуру девушки до колен. — Особенно… – выдохнул Т’мар, с силой сжимая её плечи. – Когда мы прибыли в Цех, там был… В’жер. Видимо, его Жанорт’ и сообщил Предводителям о нашем… — Заткнись, – коснувшись указательным пальцев его губ, шепнула Фиона. – Всё ещё любишь её? – с затаённым чувством горечи, не спуская требовательных глаз с его лица, спросила она замолчавшего на полуслове Т’мара. – Нет! – отрицательно и решительно качнул он головой. – Только тебя! – дрогнул в чувственной улыбке красиво очерченный рот. – Только ты…

От тяжелого сна, полного смутного беспокойства, жарких объятий, горячечной погони и головокружительного падения… Фиона очнулась не сразу. Только увидев над собой встревоженное лицо Т’мара с плотно сжатыми губами и посуровевшими чертами, она поняла, что проснулась. — Хочу тебя… – шепнула девушка спёкшимися губами и, удивившись силе своих чувств, прильнула к его обнажённой груди. — Очнись! – грубо встряхнул её всадник. – Твоя королева… С минуту Фиона непонимающе смотрела в бездонно чёрные глаза. Одним невероятным рывком перекатившись через его большое тело, она стремительно выскочила из каюты и… застыв у лееров на носу «Тессины», замерла. Предрассветный сумрак внезапно наполнился шумом крыльев, появившихся из ниоткуда драконов, голосами дурно орущих верров, которых, не церемонясь, три бронзовых (Зирент’, Шкорт’ и Сейорт’ К’ролла – всадники Форта собирались покинуть островной Вейр сегодня, ближе к полудню), пять коричневых (Вимарт’, Карлит’, Гарат’, Нардит’ и Сокит’– последние двое тоже были из Форта) стали скидывать нелетающих птиц в загон, сооружённый Колфетом для несчастной коровы. Кружась над беснующимися, беспорядочно бегающими и топчущими друг друга птицами, бронзовые взревели. Вынырнувшие из Промежутка синие внесли в общий гвалт ещё большую сумятицу, скинув каждый в тесный (тридцать на тридцать) квадрат ещё по одной орущей птице. Бронзовые ревели, коричневые им вторили. Синие, рассевшись вдоль вытянувшихся длинным полукругом судов, не переставая, гудели. Зелёные возбуждённо хлопали крыльями. Лагерь пришёл в движение. И только Талент’а невозмутимо и сладко дремала, свернувшись возле крутого обвода Предводительской шхуны. Её шкура, цвета тёмного текучего золота, ярко выделялась рядом с тёмным пятном судна и начинала искриться в первых лучах медленно поднимающегося из-за гор Ракбета. Первым к придушенно заверещавшей птице устремился Зирент’. Следом за ним на загон обрушился… Шкорт’, от которого коричневый Гарат’ отстал буквально на долю секунды. Бронзовые и коричневые… начали пить кровь!

Нарастающее чувственное волнение золотого дракона Повелительницы Вейра, Риз ощутил задолго до того, как бронзовые, сорвавшись со своих лежанок, взмыли в ещё тёмное небо. Зная, какими сладостно-жестокими муками отразится полёт старшей королевы Вейра на нём, парень, с ожесточением загнав свою изувеченную ногу в костыль, стиснул зубы и шагнул к мехам горна. Он научился разбираться в неявных признаках близкого брачного полёта рядом с повзрослевшей и однажды поднявшейся в такой полёт Форой, своей золотой малышкой-королевой. Тот безумный полёт он не забудет никогда.

И не только потому, что в Телгаре файры практически отсутствовали (на весь Вейр их приходилось всего две, не считая его королевы, Предводитель Д’ган в своём Вейре не терпел никого, кто не относился бы к роду драконов), а еще и потому… что его, задыхающегося, изнемогающего и корчащегося от захлестнувших чувств, владеющих его ящерицей (но до сих пор неизвестных ему!) избавила Риган, обладательница коричневого файра (второй файр, синий, был у её сестры). До изгнания ящериц на Южный Континент Фора поднималась в полёт ещё три раза. И все три раза рядом была Риган. Единственная девушка, которую не пугало его увечье и его… непривлекательная внешность. И даже то, что после завершения всего, они расходились каждый на свой ярус и при встрече делали вид, что друг друга не знают, не мешало ему испытывать к ней… нежность? «Нежность?! – испугался он слова, которое так ёмко и полно отражало его чувства.

Что ж, значит… нежность» – кивнул он сам себе, с ожесточением швыряя в бак с водой только что испорченную заготовку. — И тем хуже для тебя. – Со злой иронией вслух произнёс парень. То, что Риган Запечатлела, стало для него ударом. А то, что она Запечатлела зелёную самку, было… плохо вдвойне. Возбудимость и капризность зелёных драконов стала притчей во языцех. Всадники зелёных драконов, как и сами драконы, отличались большей недисциплинированностью, чем даже синие. И несмотря на то, что храбрости и отваги зелёным было не занимать, несдержанность и горячий нрав, граничащие с ненужной бравадой, риском и похвальбой, часто приводили к нелепым и трагичным случайностям. И ещё... зелёные были любвеобильны. Любвеобильны настолько, что их неуёмного и страстного желания хватало не только на коричневых и синих, не имеющих шанса в брачном полёте с королевой, но и на бронзовых, которым не повезло обзавестись постоянной золотой подругой. Облокотившись о дверной косяк кузни, с мучительной гримасой боли на лице Риз закинул голову вверх. В высоком, сине-голубом небе с рассеянными легкими перистыми облаками едва видимые с земли, стремительные и быстрые, обгоняя друг друга и стремясь первым добраться до сверкающей золотом самки, метались два бронзовых дракона, жаждущих соития. И уже после изгнания файров, – с трудом справляясь с желанием, лихорадящим его тело, вернулся он мыслями к образу Риган, – когда в Телгар Вейре Предводителями стали Фиона и Т’мар, она приходила к нему всякий раз, как только королева Повелительницы поднималась в свой страстно-обжигающий полёт. Страстно… Обжигающий… Одним рывком он сдёрнул с себя фартук…

Волны. Тёплые и ласкающие. Едва заметно двигающиеся под распластанным на них телом, расслабляли. Оживляя онемевшие мышцы. Возвращая чувствительность рукам, ногам. Возвращая способность разумно мыслить и действовать. Перевернувшись на живот, Риз усмехнулся. Течение и отлив сыграли с ним злую шутку. Берег был едва виден.

Выбравшись из воды, он без сил рухнул на мокрый песок. — Уверен, что стало легче? С трудом заставив себя сесть, Риз, мгновенно замкнувшись, обратил холодный взгляд на спросившего. — Таннелби. Старший Подмастерье Морского Цеха, – представился стоящий над ним всадник. – Хорошо плаваешь, Риз. – Непринуждённо опустился он рядом. — Я думал, «’Би» тебе нравится больше, – сдерживая рвущееся из груди тяжёлое дыхание, ответил Риз. – ’Би, всадник бронзового Коссарт’а ,звучит так… внушительно. — Если ты так считаешь. – Пожал плечами Таннелби. — Никогда не думал, что брачные полёты так… изнуряют. – Закидывая за голову руки и откидываясь на спину, устало произнёс всадник, вперяя чудного цвета глаза в ставшее безоблачным синее небо. — Если бы ты только знал... насколько ты прав. – С мучительным стоном отозвался Риз и последовал примеру нового знакомца. — Кто у нас Предводителем сейчас? – выделяя последнее слово, всё же не удержался от вопроса кузнец, прикрывая глаза. — Т’мар, – усмехнулся Таннелби. – Его Зирент’, после довольно продолжительного соперничества с Сейорт’ом К’ролла, всё же сплёл свою шею с шеей великолепной Талент’ы. – С некоторой иронией в двух словах описал не так давно произошедшее в небесах Вейра Великий событие Таннелби.

ГЛАВА ПЯТАЯ. 5.1 МЫСЛИ

505-й Оборот. 8-й месяц. 24-й день Через семидневку после брачного полёта Талент’ы

1. МЫСЛИ

Обходя лагерь, Фиона понимала, что жилых мест нет не только в каютах на судах, не хватает даже тех спальных мест, что были оборудованы много раньше, до прибытия флотилии капитана Таннера. Пять старших первых групп молодняка, которых и молодняком-то уже было трудно назвать, месяц как покинули трюм казармы, обосновавшись чуть дальше от основного лагеря ближе к кромке прибоя. Сегодня все они, обитатели Вейра Великий, ожидали возвращения Крыла Гарры. Молодые всадники Форт Вейра были последней группой, которая провела семидневные тренировки в предгорьях Центрального Отрога Северного Барьерного Хребта, вблизи Айгенской фосфиновой шахты. Они же должны были помочь горнякам Мастера Наталона свернуть законченные восстановительные работы в шахте. Поэтому-то Т’мара, как и еще десятка старших всадников, в Вейре не было. ПолуКрыло Предводителя отправилось в предгорья Отрога, чтобы вернуть домой Крыло Гарры и доставить гостей из Наталон холда на прощальный благодарственный ужин в их островной Вейр. В честь горняков на ужин Ивина обещала приготовить мясо (непозволительная роскошь в их положении) по рецепту Матери Карины. Терин с удовольствием и охотой вызвалась ей помогать. Тем более что до сих пор Ивина только слышала, но никогда сама не готовила столь необычного кушанья. Почувствовав, как в предвкушении вечерней трапезы рот наполняется слюной, Фиона поспешила переключить свои мысли на более существенные и прагматичные вещи.

В общем тренировки малыми группами вдали от суеты и толкотни Вейра дали довольно неплохие результаты. Повзрослевшие драконы, грамотно используя воздушные потоки и собственные мышцы, уверенно держались в воздухе. Со знанием дела, привычно жевали фосфиновый минерал и выдыхали устойчивое пламя ровно столько времени, сколько необходимо для уничтожения Нитей. …И если бы Лит’а, королева Лани, младшей Бенденской Госпожи, переусердствовав, не потянула сухожилие крыла, всё было бы просто замечательно. Лорана, отправившаяся на выручку бенденцам, перед тем как возвращать Крыло домой строго-настрого запретила ей полёты, из-за чего Лит’е, к огорчению Лани, пришлось провести в Айгене одну лишнюю семидневку. Этот урок не прошёл даром. И не только для золотой пары и всего бенденского молодняка, но и для сменившей их группы истанцев, за тренировками которых и Лит’а, и Лань с грустью наблюдали с земли, не имея возможности подняться в воздух.

Мысли текли свободно… …и Фиона не заметила, что вновь начала думать о Лоране. Тем более что сегодня подруга, выпросив у неё Талент’у (чему золотая явно обрадовалась и с энтузиазмом согласилась), ни словом не обмолвившись, куда и зачем собралась, с лёгкой грустной улыбкой покинула Вейр. — О! Как же ты вовремя, Повелительница! – воскликнула осторожно спускавшаяся по трапу «Жемчужной Леди» Серра. Помня о разговоре месячной давности, Фиона внимательно всмотрелась в лицо девушки. Сияющие глаза, белозубая улыбка, загорелое до приятной смуглости лицо. Её беременность не была ещё столь очевидной, но уже наводила сведущего человека именно на эту мысль. С радостным оживлением Подмастерье протянула Фионе руки. — Госпожа Вейра Бэкка, – с удовольствием произнесла Серра новое звание подруги Фионы, – если не увидит тебя, Повелительница, просила меня попросить тебя осмотреть крыло Вилент’а. За состояние его всадника оснований волноваться нет, но вот его дракон… — Я посмотрю, – улыбнулась Фиона в ответ, с удовольствием понимая, что для Серры её беременность является больше чем желанной.

5.2 ДОЛГ

2. ДОЛГ 501-й Оборот. 5-й месяц. 22-й день «Садимся у ворот или на Гостевой Площадке?» – с любопытством спросила Талент’а, по крутой спирали снижаясь к горной громадине Вейра Айген.

«У ворот», – откликнулась Лорана со странным чувством. То же место. Другое время. Караван Матери Карины ворот Вейра должен был достичь часа через три. Она ещё успеет развести очаг и сварить кла при условии наличия коры в запасниках Гостевого Кухонного Зала. Добираясь до Вейра, караван торговцев пустыни в предутренних сумерках даже с высоты драконьего полёта на самом высоком эшелоне (на котором летели они с Талент’ой) был как на ладони среди песков Айгенской Пустоши. Шесть («в последний раз их было пять», – усмехнулась Лорана) широких и добротных фургонов, медленно двигающихся среди непостоянных песков. И каждый запряжен двумя тяжеловесными буйволами, выносливость и неприхотливость которых заставляла мириться с их чрезвычайным упрямством и медлительностью. Самый широкий и большой фургон тащили сразу три неторопливых, массивных животных. Как и в прошлый раз… Лорана шагнула навстречу головной повозке из-под стены Вейра. Как и в прошлый раз, на ней была белая, прихотливо вышитая мантия. Как и в прошлый раз, глубокий капюшон скрывал не только голову, но и лицо. — Здравствуй, Азииз, – певуче произнесла Лорана, скидывая с темных волос невесомую материю. — Здравствуй... Маяк!! – несколько оторопел торговец, резко, прилагая немалые усилия, натягивая поводья упряжи. Буйволы протестующе взревели и не сразу остановились. — Прошу, – умоляюще выставила перед собой раскрытую ладонь молодая женщина, – не надо. Зови меня по имени. Спрыгнув с передка повозки, торговец откинул с лица платок. — Зачем ты здесь?! – с настороженным любопытством спросил он. — Джависса. Я должна поговорить с ней. И… – пытливо взглянув в лицо Азииза, Лорана тихо добавила. – Долг платежом красен. — Тенниз?.. – вскинул на стоящую перед ним худощавую девушку невероятно яркие зелёные глаза торговец. Лорана молча кивнула. — Он… нездоров. И с каждым днём ему становиться только хуже, – кивнул головой в сторону хвоста каравана ведущий. — Я знаю, – бледно улыбнулась Лорана. – И, выздоровления не будет. А я должна успеть. Для него... всё очень скоро закончится. – Встретилась печальными миндалевидными янтарными глазами с глазами Азииза молодая женщина. — Когда? – хмуро и не сразу спросил кочевник. — Через три дня. Услышав, как шумно выдохнул Азииз, Лорана отрицательно покачала головой и медленно закончила:

— И, он покинет караван. Торговец прикрыл глаза. Молодая женщина видела, как заходили желваки на его лице. — Прости. – Виновато шепнула она. — Мать спрашивает… – подходя на достаточно близкое расстояние, произнес Аббаб, спрыгнувший с погонного места третьего по счету фургона, – с кем ты говоришь, ведущий?! — Здравствуй, торговец! – прижимая к груди руки, чуть склонила в приветственном поклоне голову Лорана. — Здравствуй… Маяк! – сверкнув глазами в сторону Азииза, быстро справился с удивлением Аббаб. – И Мать просила узнать, не заглянет ли ненадолго наша гостья в её фургон? Проклятье! А я всё гадал, о ком она спрашивает. Что ж, рад видеть тебя, Хранительница! – протянул Аббаб молодой женщине руку. — Спасибо, – принимая мозолистую, широкую ладонь торговца, улыбнулась Лорана. – И я с удовольствием вместе с Матерью Кариной выпью кла. Только захвачу кувшин. – Развернулась она к приоткрытым створкам ворот. – За то время, что мы вас ждали, пришлось дважды разводить огонь. Так что, думаю, кла всё ещё горяч. — Разрешишь, – кивнул Азииз на ворота Вейра, – воспользоваться гостеприимством… — Он снова ваш, – повела рукой в направлении тяжёлых створок молодая женщина. – И пуст. Командир Т’мар и Госпожа Вейра Фиона покинули его два месяца назад. Следующими прибудут всадники Плоскогорья… на следующее утро после того, как вы его покинете. Переведя взгляд невероятно зелёных глаз выше её головы, к недосягаемым зубчато сглаженным вершинам горы, в чаше которой непосредственно и располагался Вейр, Азииз медленно кивнул. — Мне… нам, – тут же быстро поправился кочевник, – будет их не хватать. Как же быстро привыкаешь к присутствию всадников, – усмехнулся он, и через коротенькую паузу добавил:

— Из них получилась бы… эээ… более чем удачная пара.

— Они и есть пара, Азииз. По-другому быть просто не могло. – Мягко улыбнулась Лорана. — ?! — Правда, ни он, ни она об этом ещё не догадываются, – произнесла девушка, накидывая на голову невесомый капюшон мантии. – Ведь Д’ган, как и его Вейр, ещё живы… Стремительно преодолев расстояние, отделяющее его от всадницы, кочевник жестко прихватил пальцами её подбородок. — И это значит… – не отводя от её чуть побледневшего лица требовательных глаз, начал говорить Азииз, но не нашёл слов, чтобы закончить вертевшийся на языке страшный вопрос. — Что Предводителями Телгар Вейра станут бронзовый всадник Т’мар и всадница золотой Талент’ы Фиона, – дёрнула в мимолётной усмешке губами Лорана. — И… Азииз, – придержала она мужчину за рукав мантии, когда, отпустив её, он развернулся в сторону приоткрытых створок ворот Вейра, – …не испугай моего дракона. Мужчина изумлённо обернулся, но сообразив, что всадница шутит, кивнул с кривой ухмылкой.

— Иди, детка, – кивнула седой головой Мать в направлении открытой двери фургона. – И пусть всё, что ты делаешь, будет… благословенно. – Влажно блеснули блёклые глаза Главы Клана. – Больше мы с тобой не увидимся. Коснувшись губами морщинистой щеки старухи, Лорана поднялась. — Джависса. Постарайся не тревожить её ненужными… словами. Её беременность и без того даётся ей, ой как нелегко. Отпуская Лорану, Мать Карина с ласковой нежность похлопала тыльную сторону её ладони. – Иди. Она уже ждёт. Спрыгнув с высокой ступени повозки и подняв взгляд, Лорана увидела в десяти шагах от повозки Матери Карины, безмолвно поджидающую её Джависсу. Её оплывшая и раздавшаяся фигура лучше всяких слов говорила о том, что молодая женщина находится на последних месяцах беременности. — Отец сказал, ты хочешь говорить со мной, – произнесла Джависса, одной рукой придерживая живот, а вторую протягивая Лоране. — Я хотела попросить твоего разрешения ненадолго забрать твоего мужа. – С чувством щемящей нежности и печальной радости обняла Лорану кочевницу. — Ненадолго, – тут же добавила она, почувствовав, как Джависса напряглась. – И верну его, когда ты скажешь. — Он должен, кое с кем встретиться. Вернее, я хочу… чтобы он встретился с теми, с кем при других обстоятельствах он не сможет встретиться никогда, – ещё неявная морщинка легла меж красивых тёмных бровей молодой женщины. — И спросить, кто эти люди, я… не могу? – несмело поинтересовалась Джависса. Лорана отрицательно качнула головой:

— Не можешь. — Я разбудила мужа час назад. – Упавшим от волнения голосом едва слышно произнесла Джависса. – Он… он нездоров. И с каждым днём для того, чтобы после сна прийти в себя, ему нужно всё больше и больше времени. Его кашель. Он его… изнуряет. О Лорана! – едва не всхлипнула в голос Джависса. – И я не знаю, что могу для него сделать. — Только одно, – приобнимая молодую женщину за плечи, шепнула ей Лорана, – пока он с тобой… люби его!!! — Джависса, – послышался напряжённо хриплый голос из одной из повозок, уже загнанных на Гостевую Площадку Вейра и приготовленных для дневного отдыха, – милая. — Тенниз, – быстро смахнув с глаз предательские слёзы, откликнулась молодая женщина, – у нас гости. И она пришла за тобой. — Неужели это та, о ком я думаю?! – спрыгивая на песок, спросил Тенниз, тяжело переводя дыхание. — Здравствуй, Провидец! – шагнула к нему Лорана. – Летал когда-нибудь на королеве драконов? – повела она рукой в направлении разлёгшейся у стены Талент’ы. — Я и на драконе-то никогда не летал. – Оглянулся на золотую Тенниз. – А почему ты спрашиваешь? — Хочу кое с кем тебя познакомить, – улыбнулась всадница. – И кое-что показать. Джависса, твоя супруга, не возражает. Впрочем, как и Азииз. И Мать Карина. — Ты говорила со всеми? – усмехнулся мужчина. — Твой сон был глубок, – пожала плечами Лорана. – Идём, – протянула она ему руку. – И прихвати одеяло. В Промежутке… холодно. Не переживай, Джасс. Мы вернёмся вовремя. Сложив ладони лодочкой, Лорана помогла Теннизу вскарабкаться на вытянутую Талент’ой лапу. — Это не та королева, что была с тобой в прошлый раз, – устроившись меж спинных гребней золотой, с придыханием произнёс Тенниз. — Нет, – спокойно подтвердила всадница. – Это Талент’а, королева Госпожи Фионы. И будущей Повелительницы Телгар Вейра. Торговец едва не вывихнул шею, пытаясь заглянуть в её лицо. — Жди нас через час, Джасс. – Уже со спины золотой обратилась к молодой женщине всадница. – И нам обоим будет нужен бодрящий напиток. — Ты готов, мой лорд? – тронула Лорана провидца за плечо. — К чему, Хранительница? – устало поинтересовался Тенниз. — К встрече… со своей дочерью. – Усмехнулась всадница, отдавая мысленный приказ на взлёт великолепному золотому дракону. — Моей… дочерью?! – вздрогнул кочевник, всем телом пытаясь развернуться к сидевшей позади него молодой женщине. Королева ушла в Промежуток, не утруждаясь обязательным набором высоты.

Караванный путь между Угольной шахтой Телгара и холдом Южный Телгар

501-й Оборот. 7-й месяц. 16-й день Талент’а бесшумно приземлилась позади беспорядочно и бестолково раскиданных среди песков фургонов. В свете единственного небольшого костра, разведённого между повозками, торопливо сновали две женские фигуры. Мужчины, тихо переговариваясь, впрягали в упряжь упрямо мотающих головами буйволов, самые крупные из которых строптиво фыркали и не желали надевать ярмо. Тёмное, звёздное небо… Совершенно невозможное для торговцев время отдыха.

Именно ночами кочевники совершали свои длительные переходы, предпочитая в невыносимо жаркие и знойные часы отсыпаться в тени и прохладе фургонов. — Где мы? – недоумённо озираясь, произнёс Тенниз, неуклюже спускаясь по вытянутой драконьей лапе на уже остывший песок. — День Рождения твоей дочери, – сдёргивая с головы шлем, коротко улыбнулась Лорана. – Вернее… ночь её Рождения. Иди же… Времени у нас не много! – пихнула она в спину растерявшегося кочевника. Из одного из фургонов раздался режущий душу женский крик. Сорвавшись с места, Тенниз в несколько шагов достиг открытых настежь дверей фургона и с надрывом, так знакомо Лоране, закашлялся... – Хранительница. От неожиданности раздавшегося за её спиной голоса (прислонившись к золотому боку и поглаживая чувствительные драконьи надбровья, всадница задумалась) молодая женщина вздрогнула и медленно развернулась к говорящему. Перед ней стоял… Азииз. — Спасибо, Хранительница! – учтиво склонил перед ней голову торговец. – Моей дочери ты сделала… бесценный подарок. Благодарю! — Это… – облизнула пересохшие губы всадница, – самое малое, что я могла для них сделать.

Спустя час Тенниз вышел. С блуждающей и странной улыбкой на бледном лице. —Это… это… — …та малость, что я тебе должна, – взмахом руки оборвала его Лорана. – Усаживайся. Это ещё не всё. И снова Талент’а без всякого предупреждения нырнула в Промежуток.

Караванный путь из Лемос Холда в холд Зелёных Равнин

503 Оборот. 5-й месяц. 24-й день И снова, вырвавшись из неприветливо-мрачного ничто, опустилась на песок вблизи каравана… фургоны которого в этот раз были выстроены безупречно правильным кругом. Ласковый ветерок приятно нежил обнажённую кожу рук и шелестел высокой, сочной зеленью равнины. — Это… это мой… караван, – произнёс кочевник, не торопясь спускаться. – Где мы? Вернее, когда? – тут же поправился Тенниз. – И что я увижу здесь? — С рождения твоей дочери прошло почти два Оборота. Я подумала, что тебе будет интересно поговорить с детьми и… супругой. — Откуда ты?.. — Звёзды, – указала рукой в сияющее лазурью небо Лорана. – Перед тем как окончательно покинуть караван, ты научишь Госпожу Айген Вейра Фиону выстраивать звёздные карты. И научишь Предводителей Вейра ими пользоваться. А она, в свою очередь, научит меня. — Наши благодеяния всегда воздаются нам… – с некоторой тоской и явно слышимыми нотками самоиронии произнёс Тенниз, скатываясь по лапе золотого дракона. — Забавно. – Едва слышно шепнул торговец себе под нос, торопливо направляясь к фургону, разрисованному смешными рожицами. Его не было так долго, что Лорана, укрывшись в тени большого тела королевы, не удержалась и, опустившись на травяной ковёр, смежила веки. Очнуться от дрёмы её заставила рука Тенниза, бережно сжавшая её плечо. — Освежись, леди. – Протянул ей торговец небольшой бурдючок с водой. Ополоснув лицо, руки и шею, всадница с немым вопросом вскинула на него глаза. — Она, Джирана… говорила со мной. И Джериз. И Джависса. Лорана кивнула. — Теперь мы возвращаемся?! – в голосе кочевника слышался не столько вопрос, сколько… сожаление и горечь. — Один мой друг, – мягко улыбнулась Лорана, – говорил, что третий раз всегда самый лучший. — Твой друг, как мне кажется, хороший человек. — Ты прав, – кивнула девушка и дрогнувшим голосом добавила:

— Он… замечательный человек.

507-й Оборот. 7-й месяц В следующий, третий, раз королева коснулась песка лапами под утро зарождающегося нового дня. Впереди них, на расстоянии в две драконьих длины, виднелись фургоны, двигающиеся неспешной цепью через бесконечную Западную часть Айгенской Пустоши к лежащему на северо-западе Южному Телгар холду. — Позови их, милая, – с безграничной нежностью в голос обратилась Лорана к Талент’е. – Они должны остановиться. Талент’а, послушная просьбе всадницы, требовательно взревела. — Знаешь ли ты, леди, что я увижу? – с физически ощутимой неуверенностью совсем тихо спросил Тенниз. Караван остановился. — Джеризу десять, – привычно скатываясь по вытянутой вперёд лапе, ответила молодая женщина. – Джиране семь. — Всё остальное… ты скажешь мне когда вернёшься. Чуть помедлив, кочевник, подражая примеру Лораны, последовал за ней. Увидев, как невысокая и тонкая женская фигурка, обогнув последний, замыкающий фургон, остановилась… Тенниз, не мешкая, с застывшей гримасой боли на лице рванулся ей навстречу. — Как долго её муж будет возвращаться? – спросил Азииз, устало опустившуюся у передних лап дракона, молодую женщину. Лорана снизу вверх вскинула на возвышавшегося над ней мужчину взгляд влажно блеснувших в свете двух лун янтарно прозрачных глаз. — Этот раз последний. И хочется верить, что самый лучший. – Шепнула она, с благодарностью принимая из рук присевшего рядом с ней торговца чашку горячего кла. Густого и вязкого. Вкус которого был необычно сладким и необычно бодрящим. — Ты устала. Я подумал, что это поможет. — Благодарю, – кивнула всадница, утомлённо откидывая с глаз длинную тёмную прядь волос. – Извини, если наши… визиты… тревожат твою дочь. Но и мне, и ему, – кивнула молодая женщина в сторону застывшего среди песков каравана (в одном из фургонов которого сейчас были Тенниз и Джависса), – это было жизненно необходимо. — Ему – чтобы ни о чём не сожалеть. Мне – чтобы отблагодарить его за всё, что он для меня сделает… в свои... три последних дня. – Сглотнула Лорана вставший в горле ком и, подтянув к подбородку колени, уткнулась в них лицом, скрывая побежавшие по щекам слёзы. – Если ты не против, – коснулся её сложенных рук Азииз, – я побуду с тобой. Тенниз вернулся через три часа. Утомлённый. Умиротворённый. — Как только доберётесь до Южного Телгара, – произнёс он, обращаясь к поднявшемуся ему навстречу тестю, – нужно будет найти возможность отправить Джериза в Телгар Вейр. Азииз внимательно и долго смотрел в спокойно уверенные глаза мужа своей дочери. — Там, воспитываясь среди всадников и рядом с драконами, – продолжил провидец, – он станет… —… одним из них, – выдохнул Азииз, мгновенно вспоминая разговор, что не давал ему покоя в течение последних шести Оборотов, застрявший в памяти ноющей и бередящей душу занозой. — Да, – подтвердил Тенниз. – И, случится это уже скоро. — Что ж, – с кривой улыбкой, скрывающей всколыхнувшееся беспокойство, произнёс Азииз, – будет неплохо иметь всадником, связанного с нами кровными узами, родственника. Я сделаю всё, что будет нужно. – Уже серьёзно, пожимая протянутую Теннизом руку, пообещал Глава Клана. — Мы возвращаемся, – произнесла Лорана, как только страховочные ремни были закреплены на плечах и бёдрах. — Я знаю, – кивнул Тенниз. – И теперь могу с лёгким сердцем сделать то, что собирался. Талент’а, предупреждающе рявкнув, ушла в Промежуток. Оставшийся на земле Азииз видел, как в одно мгновение дракон исчез… не оставив на начавшем светлеть небе после себя ничего. — Прощай, Тенниз! – вслух произнёс кочевник и печально, но с явным облегчением улыбнулся, и направился к фургону, разрисованному счастливыми мордашками.

501-й Оборот. 5-й месяц. 22-й день Золотая, шкура которой поблекла, приобретя очевидно желтоватый оттенок, вернулась в лагерь кочевников на исходе отведённого Джависсой часа. Торговец, уже с некоторой приобретённой сноровкой, спустился с высокой драконьей спины и, молча притянув к себе взволнованно шагнувшую ему навстречу жену, крепко её обнял. Вскинув руку в прощальном жесте, всадница без слов подняла Талент’у в воздух. И обе… исчезли, нырнув в неприветливый и обжигающе холодный Промежуток. И вновь на Лорану обрушились обречённо молящие голоса: «Вейры! Их надо предупредить!!» «Ты должна сохранить моих детей!!! Ты обещала, что всегда! будешь с ними рядом!..» И вновь усилием воли она толкала растерянно недоумевающую королеву вперёд… Вперёд! К цели, которой являлся островной Вейр. К К’дану, который всё-таки, получил своего вожделенного дракона. К Фионе, которую любила больше, чем сестру, и которую не могла, не имела права, подвести. «Твоя всадница ничего не должна знать», – восстановив самообладание, обратилась молодая женщина к нервно подрагивающему дракону. «Я не скажу», – немногословно и не сразу откликнулась, соглашаясь, Талент’а. «Спасибо», – благодарно выдохнула Лорана.

5.3 ПОВЕРЬ МНЕ, ОНИ БУДУТ РАДЫ

3. ПОВЕРЬ МНЕ, ОНИ БУДУТ РАДЫ

505-й Оборот. 9-й месяц. 21-й день

Не спуская глаз с тренировки старшей группы молодых всадников Вейра Плоскогорье, Лорана рисовала. Плавными, округло длинными линиями перенося на плотный пергамент застывших в неподвижности драконов, с острым любопытством наблюдающих за тренировкой своих всадников. Внимательно-сосредоточенные лица и движения двадцати двух молодых горцев, не исключая и всадницу золотой Морут’ы, которые старательно и серьёзно выполняли команды придирчивого и требовательного Наставника – Бронзового всадника К’дана. Юноши и девушка, широко раскинув в стороны руки, отрабатывали на земле приемы и манёвры боя, которые им предстояло совершать в воздухе, на спинах драконов… когда придёт их время. Горяне учились перестраиваться, уворачиваться, уходить с линии сстолкновения… Огромные звери, сверкая радужными фасетками глаз, то одобрительно пофыркивали, то осуждающе рявкали. Особым нетерпением отличались зелёная Балонет’а и синий Каймит’. Зелёная в большей степени, нежели синий, неспокойно переминалась с лапы на лапу, периодически подёргивала треугольным кончиком хвоста и, вытягивая шею в направлении своего напарника Н’ада, вопросительно порыкивала. Сосредоточенная на своём занятии, стараясь не вслушиваться, Лорана с лёгкостью и помимо воли улавливала практически все диалоги, что вели драконы как между собой, так и со своими друзьями-напарниками. Голос зелёной Балонет’ы молодая женщина ощущала как раздражающий и прилипчивый припев скучной и нескладной мелодии. Зелёная выражала недовольство затянувшейся тренировкой, бесконечно интересовалась, смогут ли они попробовать только что отработанные её всадником манёвры в воздухе, когда им разрешат летать вместе. И когда им это разрешат?!. И как она будет счастлива, когда им, наконец, позволят подняться в небо. Вдвоём… К великому облегчению уже терявшей терпение Лоране, легко узнаваемым голосом Предводителя, Зирент’ недвусмысленно приказал несдержанной Балонет’е замолчать. И не отвлекать своего всадника от тренировки. Болтовня зелёной оборвалась на полуслове и моментально. Лорана физически ощутила, как все звери, что присутствовали на Тренировочной Площадке, мгновенно успокоились и расслабились. Обернувшись к Предводительской шхуне, возле которой вальяжно развалился здоровяк, Лорана улыбнулась. «Спасибо», – мысленно поблагодарила она бронзового. «За этой парой нужно присматривать. Балонет’а молода и излишне возбудима. Даже для зелёной», – неожиданно рассудительно ответил ей Зирент’, поворачивая в сторону молодой женщины голову. Лорана, соглашаясь, кивнула. А переведя взгляд на тренирующуюся группу, поняла, что К’дан выстроил своих подопечных ровной шеренгой. И взгляды горцев обращены к приближающемуся Предводителю. Т’мар шагал широко и уверенно. На его загорелом лице отчётливо виднелась яркая, белозубая улыбка.

Вот… он встал перед молодёжью. Качнулся с пятки на носок раз, второй и, вскинув руку в направлении сидящих на задних лапах драконов, что-то, смеясь, произнёс. Один за другим звери неспешно поднялись и подтянулись к напарникам. Лорана, торопясь запечатлеть на пергаменте скоротечные и наиболее интересные моменты, старалась ничего не упустить, но сообразив, что будет дальше, иронично усмехнулась краешком рта. …Перед тем как позволить молодым всадникам летать верхом на драконах, Т’мар при помощи мешков с песком решил выяснить крепость драконьих мускулов и готовность самих зверей подняться в воздух с дополнительным весом… …вес мешков, которые сегодня будут катать драконы, равнялся трети от веса взрослого человека… …через семидневку мешки будут весить ровно половину от веса всадника… …ещё семидневку драконы будут таскать на своих спинах мешки весом семьдесят пять – восемьдесят килограмм… …и только через три, а то и четыре, семидневки Предводитель разрешит всадникам молодых драконов Плоскогорья взобраться на спины своих зверей. Горяне были последними, кто приступил к такому виду тренировок. Первыми были телгарцы. —Леди Лорана! – с явным восхищением от увиденных рисунков несмело окликнула её из-за спины одна из помощниц Ивины. — Да, Гирина! – не оборачиваясь отозвалась молодая женщина, по голосу узнав говорящую. Гирина, как и её брат Нигрин, были из числа тех, кто прибыл в Вейр из Форт Холда. В Форте она работала в Кожевенной Мастерской швеёй, создавая из кож довольно искусную, отличающуюся не только простотой и удобством, но и изысканной красотой, нарядную одежду. Особенно ценимую всадниками Форт Вейра. Брат девушки, Нигрин, был лучшим кожевником Холда. Выходящие из-под его рук шкуры, чьими бы они ни были (кроличьими, коровьими или овечьими или кожей туннельных змей), отличались особой мягкостью, тонкой выделкой и пластичностью. — Повелительница просила меня узнать, сможешь ли ты, моя леди, доставить на рабочие участки приготовленную для рабониковх еду? Королева Повелительницы на данный момент единственный взрослый дракон, оставшийся в Вейре, который… которая…. – смешалась и замолчала на полуслове Гирина. — Которая может сделать то, о чём меня просит Повелительница, – легко рассмеялась Лорана. – В самом деле, не можем же мы заставить Зирент’а Предводителя развозить по участкам горячие обеды… Вопросительно рыкнув, Т’маров бронзовый сверкнул в сторону девушек жёлто-оранжевыми фасетками. — И… что он сказал, моя леди?! – с любопытством перевела Гирина взгляд серовато-голубых глаз на Лорану. Подруга бронзового всадника К’дана мягко рассмеялась, отмахиваясь от недоумевающего гиганта. — Он выражается в том смысле, что если его всадник не будет возражать, то он вовсе не прочь составить компанию Талент’е. А чтобы сделать приятное мне, готов лететь с К’даном в качестве всадника. — Но ведь… Наставник К’дан, – не совсем уверенно произнесла Гирина, – всадник бронзового Лурент’а. — Идём, – бережно закрывая баночку с тушью и пряча в поясную сумку аккуратно сложенный квадратами пергамент, подхватила Лорана девушку под руку. – Не будем заставлять Повелительницу ждать. А если ты захочешь знать больше, чем знаешь сейчас… – приближая губы вплотную к уху Гирины, шепнула Лорана, – то тебе… стоит перебраться жить в Телгар Вейр.

— А мы и собираемся. – Широко распахнув глаза, одними губами произнесла Гирина. – Нам ведь разрешат?! Не отправят в Форт Холд? — Если вы с братом захотите последовать вслед за Предводителем Т’маром и Повелительницей Фионой, когда им придёт время возвращаться, поверь мне, они будут рады.

5.4 ДОСТАВКА

4. ДОСТАВКА

Закутанные в тёплые полушубки, три из шести вместительных кастрюль уже ожидали погрузки. Чуть раздавшаяся в боках Талент’а величественно возлежала в непосредственной близости от двух больших Кухонных Очагов.

Один из котлов, подхватив когтями передних лап, Саринт’а В’лекса (зелёную пару выделили в помощь девушкам Ивины) отнесла на побережье для мытья. Второй, предназначенный для постоянных обитателей Вейра, бурлил, пузырился и исходил ароматными запахами.

Увидев направляющуюся к Очагам Лорану, Ивина улыбнулась:

— Леди Лорана, – обратилась она к молодой женщине, указывая на укутанные шубами и обмотанные сетями кастрюли, – в первую очередь эти три фляги нужно доставить на Соляные Озера, Ломаный Водопад и к стоянке старателей на Кошачьей Реке.

На Соляных Озерах горняки из Иста Холда занимались добычей обнаруженной Ор’сом и Д’сомом соли. А всадники, обеспечивающие безопасность, не только помогали горнякам, но и попутно истребляли любопытно-хищных Хурак (пятнистые, угольно-черные шкуры которых отличались красотой и необычной мягкостью).

То количество молодых холдеров, целителей и арфистов, что недавно прибыли в Вейр, Предводители рассредоточили по наиболее значимым для Вейра Великого рабочим участкам. Так, около двадцати вновь прибывших под руководством Мастера Кузнеца Ставера на озере Ломаного Водопада и близлежащих «языках» ледника ломали лёд, что наряду с солью и металлами шёл в оплату поставляемых Кланом Азииза товаров, добывали драгоценную медь и сопутствующие ей железо, никель и малахит.

Ещё двадцать были отправлены к Кошачье Реке. Именно стоянка старателей на берегу небольшой золотоносной речушки, в непосредственной близости от Малой Скальной Гряды, оказалась наиболее опасной и требующей присутствия большего количества всадников.

— Ведь именно пещеры Гряды в качестве своего дома облюбовали полосатые черно-коричневые Мяучела.

Несмотря на свои размеры, дно речушки таило россыпи не только золота, но и серебра. Затейливые перистые дендриты, тонкие неправильной формы листочки и пластины, овальные матово-тусклые зёрна каплевидных форм буквально лежали под ногами.

— Судя по флягам, – неприятно вздрогнула Лорана – нам с Талент’ой придётся изрядно потрудиться.

Несмотря на то что в последнее время она перестала слышать тревожащие её в Промежутке голоса, Лорана ни на мгновение о них не забывала.

— Да, моя леди!, – подтвердила Ивина, решительно кивнув. – Ребятам, что сейчас находятся на Круглом Острове, собирая фрукты и яйца крытоживов, кажется мне… эти самые фрукты и яйца изрядно осточертели.

— Как и нашим рыбосолам – рыба, – заставила себя улыбнуться молодая женщина, разворачиваясь в сторону сладко зевнувшей Талент’ы.

Рыбосолами в Вейре называли молодых людей, занятых на разделке и засолке рыбы. И старшим этой группы Предводитель назначил не кого-нибудь, а Ор’са. Всадника бронзового Шкорт’а.

Состав группы рыбосолов не менялся, всё время оставаясь постоянным. Рыбу, выловленную экипажем «Бегущей», после весьма долгих споров решили разделывать вне пределов Великого, дабы не только не привлекать в Вейр коварных кошек, охочих до легкой добычи, но и избавиться от туч многочисленных летающих насекомых и непереносимой вони быстро гниющих на солнцепёке остатков разделанных рыбьих туш. Местом, ставшим для рыбосолов лагерем, было выбрано то, куда Капитан Таннер впервые пришвартовал суда приведённой им флотилии.

Артель Ор’са отбывала на работу, когда синий Барат’ ’Роя сообщал бронзовому Шкорт’у, что «Бегущая», полная улова, идёт к рыбному стану.

— Думаю, мне стоит поторопиться. Иначе как бы королева Госпожи Фионы от безделья не заснула. И что тогда мы будем делать?.. – пошутила Лорана, возвращая на блюдо жёлто-красный плод, который до этого собиралась надкусить. Но, вдохнув приторно сладкий, уже опостылевший запах, передумала.

Не отвлекаясь от выпечки тонких блинов пресного хлеба, Ивина лишь уголками губ обозначила вежливую полуулыбку.

— Что ж, красавица, пора за работу, – глубоко вдохнув, обратилась бывшая всадница к заскучавшей Талент’е.

Вытянув вперёд лапу, золотая дождавшись, когда молодая женщина усядется, не дожидаясь команды на взлёт, подпрыгнула и расправила крылья, легко подхватив передними когтями сетку, опутывавшую поклажу, и величественно, и неторопливо стала набирать высоту.

5.5 Я ЭТО ЗНАЮ

5. Я ЭТО ЗНАЮ

505-й Оборот. 10-й месяц. 19-й день

Медно-оранжевый Ракбет медленно и неуклонно опускался к водной глади горизонта. Повелительницу, игравшую с детьми на детской площадке верхней палубы шхуны, что она в течение трёх семидневок обустраивала с такой любовью (не без помощи незаменимого Колфета), хорошо видели все обитатели Вейра. А те, кто находились к «Тессине» ближе всего, слышали и счастливый женский смех, и нескрываемую нежность в голосе, и капризную возню едва начавшей ходить Диоры, которой через месяц должен был исполниться один Оборот, и неразборчивое агуканье тройняшек, что уже довольно шустро передвигались на четвереньках в пределах деревянного вольера. — Через две-три семидневки, – щурясь на опускающийся в воду Ракбет произнесла Бэкка, удобно устроившись на брошенном на палубе одеяле, – детей в Вейре станет на одного больше. — И кто это будет? – улыбнулась Тевора, вытаскивая из вольера настырно топчущуюся у бортика дочь. – Девочка? Мальчик? Ты уже знаешь, как Серра назовёт младенца? — Может, хоть по начальным буквам имени ребёнка мы сможем узнать, кто является отцом?! — Она так и не назвала имени отца?! – удивилась Фиона, сразу вспомнив о Шаннииз. Управляющая до последнего скрывала имя Т’мара. — Значит… – размышляя вслух, произнесла всадница старшей королевы, – это тот, кого хорошо знают в Вейре. – Высказала она невероятное предположение. – И именно поэтому, не желая испортить его репутацию, Серра молчит. — Ох, Фиона! – вздохну – вздохнула Тевора, целуя макушку затихшей у неё на руках дочери. – Ты слишком… м-м-м… подозрительна. Может, Серра молчит потому, что… –запнулась она на полуслове, а потом совсем тихо закончила, – не хочет, чтобы окружающие узнали его имя. — Как этого не хотела ты. И как этого не хотела… Шаннииз. – Коснувшись, обнимавших Диору рук, мягко произнесла Фиона, поднимаясь. — Имя ребёнка нам ничего не даст, – отозвалась Бэкка. – Серра решила назвать дочь Серриной. И как тут угадать, кто отец?! — Осколки! – выругалась Фиона, тщательно встряхивая легкий подол платья. – А ты уверена, что это будет девочка? Может, всё же… мальчик? — Не говори глупостей, Госпожа Фиона, – рассердилась лекарка. – Серра родит девочку. Это же… очевидно. — Что ж, не буду спорить, – вздохнула Фиона, – тебе видней. — Именно! – хмыкнула всадница золотой Пинорт’ы. – И давай я помогу тебе отнести близнецов в каюту. Им уже давно пора есть и спать. –Склонилась Бэкка над вольером, выхватывая из него недовольную и норовившую вывернуться из рук Таллиону. — Я возьму их, душа моя, – услышала Фиона за своей спиной любимый голос. Т’мар легко подхватил сначала одного, а потом и второго сына на руки. Обернувшись и впервые увидев их вместе так близко, Фиона поразилась очевидному и безусловному сходству всех троих. И Фалломар, и Фаллотар были точными копиями своего отца. — Ого! – восхищённо обронила Бэкка. – Нет, разумеется, я знала, что они похожи на тебя, Предводитель! Но чтобы так… Т’мар лишь самодовольно ухмыльнулся, пропуская вперёд сначала Фиону, а потом и Тевору с Бэккой. — Ты голоден? – на ходу поинтересовалась старшая Госпожа Вейра у бронзового всадника. — Поел на берегу, – ответил он, плечом толкая дверь в детскую каюту. — Тогда я приду, как только уложу малышей. – Произнесла Фиона, протягивая руки к старшему сыну, Фалломару. – Девочки поужинают без меня. — Мой лорд, разреши я всё же войду… – певуче произнесла следом за Т’маром спустившаяся по лестнице Джависса. – Чем быстрее твои сыновья и дочь получат своё ежевечернее молоко, тем быстрее твоя леди к тебе вернется. — Прошу извинить, дамы, – поспешил отступить вглубь коридора Т’мар.

— Насколько хороши старшие группы молодняка? – спросила Фиона Т’мара, наблюдая за ним в зеркало, сидя перед которым, прядь за прядью расчёсывала, ставшие под палящими лучами Ракбета, еще более светлыми, волосы. — Настолько, – любуясь ею, улыбнулся всадник, – что через пару семидневок, я думаю, можно будет начинать тренировки с перемещением по контрольным точкам. — Значит, – развернулась она к нему, – в намеченные тобой две семидневки, мы должны не только переместить тяжёлых раненых Форт Вейра в Айген. Но, ещё и привести на Великий наших раненых телгарцев. Думается мне, что трёх оставшихся месяцев до конца Оборота им должно хватить. — О чём ты, душа моя? – приподнялся в постели на локтях, недоумевающий Т’мар. — О том, что очередная Кладка Талент’ы не за горами, – чуть помедлив, произнесла Фиона не совсем то, что хотел услышать от неё бронзовый всадник. – Через две семидневки моя королева откажется от любых полетов. А мы с тобой знаем, что это именно я руководила организацией перемещения пострадавших боевых пар из Форта. — Знаем, – согласился с ней Т’мар, удобнее усаживаясь в постели. — Значит, пока я буду занята в Форте, тебе, милый, придется заняться тем же самым, но… в Телгаре. – А так как драконы, которых мы имеем здесь, – не спуская смеющихся глаз с подруги, продолжил её мысль бронзовый всадник, – будут с тобой, то я… задействую тех, что сейчас находятся в Телгар Вейре. — Но уверена ли ты, что мы не торопимся? – дотянувшись до кувшина с кла, плеснул он себе на самое дно кружки уже остывший, но ароматный напиток. – Совсем недавно ты, душа моя, говорила мне, что лагерь трещит по швам. — Говорила, – соглашаясь, кивнула Фиона, опускаясь перед сидевшим на кровати мужчиной на колени. – Но… скорые брачные полёты… — Опять?! – в изнеможении простонал Т’мар. — Зелёных, милый, зелёных. – Развеселилась Фиона. – Да уж, в последний раз вам с Зирент’ом, действительно, досталось. Что, Сейорт’ К’ролла оказался… трудным соперником?. «Ничуть, – неожиданно вмешался в беседу всадников полный достоинства Зирент’. – Я не торопился, позволив ему увлечься. И дождавшись, когда Сейорт’ почувствует себя победителем, получил то, что всегда принадлежало мне». «Ты получил это только потому, что этого хотела я», – с едва уловимой долей превосходства фыркнула Талент’а. Ошеломлённые вмешательством, Т’мар и Фиона переглянулись. — Позволь спросить, дружище, – деланно откашлявшись, произнёс всадник, – вы всегда… э-э-э… слышите то, о чём мы говорим? «Иногда, – вместо бронзового ответила Талент’а. – И только тогда, когда ваши мысли и чувства совпадают». — Спасибо, родная, – чуть помедлив, произнесла Фиона, не совсем довольная тем, что её королева открыла Т’мару то, что она хотела бы от него скрыть. – Но, мы хотели бы поговорить наедине. Если вы не возражаете! «Говорите», – «пожала» плечами золотая. — А вы не будете слушать, – строго добавила в потолок всадница. «Не будем», – легко согласилась подруга. «Ха!» – хмыкнул напоследок бронзовый и, всадники ощутили, что ментальная связь с драконами прервалась. — Как думаешь, мы действительно остались одни?! – прислушиваясь, поинтересовалась Фиона. — Я бы на это не рассчитывал, – усмехнулся Т’мар, вслед за Фионой обегая взглядом все углы каюты. — Так что там о брачных полетах?! – поднялся он и шагнул к одной из верхних полок. Отодвинув в сторону две пухлые, исписанные его разборчивым каллиграфическим почерком кожаные тетради, Т’мар извлёк из-за них початую, плотно укупоренную пузатую бутылку тёмно-зелёного стекла. — Это… бенденское?! – восхищённо выдохнула девушка. — Белое, – подтвердил всадник, следом за бутылкой выставляя на столик и две широкие низкие чашки. — Я внимательно тебя слушаю, Фиона! – протянул он ей искрящийся напиток. — Я говорила… – многозначительно возвела Фиона взгляд в подволок каюты, но, не получив никакого подтверждения присутствия драконов, продолжила уже тише обычным тоном, – о скорых брачных полётах Сарт’ы и Сирт’ы. Остановив раскрытой ладонью готового возразить Т’мара, она продолжила: — Пока мы говорим лишь о них, и то потому, что девушки, их подруги, много старше Тарии, Запечатлевшей Корант’у. А значит, эмоциональная и сексуальная зрелость сестер, хотим мы этого или нет, влияет на развитие драконов, с которыми они связаны. — Наставник К’дан буквально день назад доложил мне, что обе зелёные самки с некоторых пор проявляют повышенный интерес ко всем взрослым самцам Вейра вне зависимости от их цвета и ранговой принадлежности. Вновь выставив вперёд руки, Фиона во второй раз остановила все возражения и вопросы Т’мара. — С девушками сегодня днём я поговорила, попросив их быть… в отношениях с молодыми людьми… э-э-э …осторожными и осмотрительными настолько, насколько это возможно. Попутно объяснив, почему я от них этого требую. Близнецы умны. Благо, есть в кого, – попутно отметила Фиона. – И сразу оценили всю серьёзность ситуации. — И одна, и вторая пообещали не давать воли чувствам. — Я понял, – хмуро кивнул Т’мар, наполняя вином свою чашку. – Я только не понимаю, зачем ты хочешь привести наших телгарских раненых сейчас. И о каких трёх месяцах нынешнего Оборота ты вела речь. — Я надеюсь, по крайней мере ещё два-три месяца у нас есть. И зелёные до конца Оборота всё же не поднимутся. — Как ни крути, Сарт’е и Сирт’е всего по десять с небольшим месяцев. Слишком маленький срок даже для быстро взрослеющих драконов. А когда они поднимутся, хочется верить, это будут наши, телгарские драконы. Восстановившиеся и окрепшие. — И, кроме того, есть ещё одна причина, не такая важная, но достаточно существенная, почему я настаиваю на скорейшем перемещении наших раненых. — Ну-ка… – ухмыльнулся Т’мар, упираясь спиной в переборку каюты. — Безопасность. Безопасность, которую мы, всадники, обязаны обеспечить всем тем, кто откликнулся на нашу просьбу о помощи. — Мы им платим. – Иронично дёрнул губами бронзовый всадник. — Это не говорит ни о чем, – с горячим протестом воскликнула Фиона. – Пять веков назад, мы, люди драконов, принесли Цехам, Мастерским и Холдам клятву. Мы поклялись защищать их… ценой своей жизни. И ценой жизни своих драконов. — Скажи мне, Повелительница Вейра, – поймал Т’мар её за руки. – Когда ты обо всём этом думаешь?! – прижал он её руки к своим губам. – Откуда в столь юной головке столь… м-м-м… зрелые мысли?! — Я, – знакомо надменным жестом вскинула голову стоящая перед ним Фиона, – дочь Лорда Владетеля! И Госпожа Вейра!! И обязана всеми доступными и недоступными мне средствами… служить во благо Перна и… своего Вейра! Во имя сохранения жизни тех, кто доверился нам, всадникам! И во имя… приумножения племени драконов!!! — Я это знаю, милая! – подхватил он её на руки. – И все это знают!.. – с чувством произнёс он, накрывая её губы своими.

5.6 ТЫ СПИ

6. ТЫ СПИ

Уютно устроившись в передних лапах своей неожиданно повзрослевшей подруги, Дария зябко повела плечами, сожалея о том, что не прихватила с собой покрывало. В последний месяц одуряющая жара спала, сменившись более комфортной двадцатиградусной температурой. Но привыкшее к более жаркой погоде за последних пол Оборота тело не желало с этим мириться и воспринимало наступившую прохладу как наказание. Отблески дежурных костров, что горели в центре и на обеих дугах раскинувшегося широким полукругом лагеря, практически не достигали побережья, на котором устроилась зелёная пара. Под монотонный шорох волн и неяркое свечение обеих лун. Дария незаметно для себя сомкнула ресницы. Прислушалась к ровному и мощному дыханию Сарт’ы, потянулась к ней, и осознала, что подруга спит. Глубоко и спокойно.

Близкий перекат волн успокаивал. Большое тело дракона согревало... Проснулась Дария неожиданно, от прикосновения шерстяного покрывала к голым рукам. Вздрогнув, испуганно распахнула глаза. — Коссарт’ сказал, что ты мёрзнешь, – услышала она тихий и извиняющийся голос Таннелби. И почувствовала, как парень очень осторожно подоткнул под неё покрывало. — Тан… ’Би, что ты здесь делаешь?! – охрипшим от неожиданности и изумления голосом не сразу смогла спросить девушка. — Ищу уединения. – Смутился он. – Впрочем, как и ты, наверное. – Не очень уверенно добавил всадник и усмехнулся. – Ты спи, мы не будем тебе мешать. – Отошёл он от неё. Хорошенькое дело – спи! Как она может спать, когда рядом… тот, чей остановившейся на себе взгляд она ловила так часто. То ли сочувствующий, то ли сожалеющий, но такой… чудесный взгляд таких чудных глаз. — Спасибо, – неуверенно пролепетала Дария, помимо воли покорно смыкая ресницы. А сердце в груди колотилось как бешеное.

5.7 Я ЗА ТЕБЯ БЕЗУМНО ВОЛНОВАЛСЯ

7. Я ЗА ТЕБЯ БЕЗУМНО ВОЛНОВАЛСЯ

10-й месяц. 23-й день

Нежно коснувшись лица Фионы ладонью, Т’мар развернулся и, не оборачиваясь, стремительно направился к ожидающему его бронзовому. Едва приподняв уголки губ в невесёлой улыбке, шепотом ему в след Госпожа Вейра произнесла: «До встречи…» Всё, что можно было обговорить, они обсудили за прошедшие три дня. Т’мар, а с ним и Ор’с (которого с ней в Форте не было), отправлялись в Телгар. Она и все взрослые всадники, кроме последней прибывшей группы раненых, отбывали в Форт Вейр 498-го Оборота. Лоране была нужна их помощь. Джер… нет, теперь уже коричневый всадник Дж’риз, которого она не видела целую вечность и по которому, оказывается, успела соскучиться, тоже был здесь. – Доброго полета, Повелительница Вейра, – взобравшись на приглашающе вытянутую Талент’ой лапу, пожелал ей удачи паренёк. — Когда я вернусь, – взлохматила она его чёрные кудри, – обещай, что расскажешь историю своего Запечатления. И, плут этакий, ты до сих пор не познакомил меня со своим Квинт’ом. – Укоризненно поводила она пальцем перед носом мальчишки. — Найди для нас время, Госпожа, – нахально улыбнулся ей всадник, спрыгивая с высокой лапы королевы. – Даже не будучи с тобой знаком, Квинт’ тебя обожает. Впрочем, как и любой дракон твоего Вейра. – вскинул руку в прощальном жесте подросток. — Что ж, удачи нам всем. – Кивнула Фиона и покрутила раскрытой ладонью над головой. Её дракон первым стремительно поднялся в воздух. На носу «Тессины», замерев у самых лееров, Лорана, напряжённая, как натянутая струна, с силой сжала в кулаке медальон Тенниза, выполненный в форме безлапой и странной змеи. – Сегодня. Ты вернёшься. – Шепнула она вслед Фионе, исчезнувшей в Промежутке на спине своей королевы. Первым вернулся Т’мар с Крылом К’това. Звери и всадники его Крыла, насколько возможно осторожно, помогли приземлиться тем, кто добрался до Великого сам, и более чем аккуратно опустили на расстеленную парусину тех, чьи ранения не позволяли передвигаться самостоятельно.

Сдёрнув с головы шлем, К’тов с видимым облегчением улыбнулся и поспешил распахнуть лётную куртку. — Киндан! – вскинул в традиционном приветствии руку всадник, мгновенно выхватывая взглядом фигуру друга в деловито суетящийся группе встречающих. — Наставник К’дан, пожалуйста. – С непонятным для К’това смешком, поправила его миловидная блондинка, мимоходом сунувшая ему в руки не только кружку с холодным фруктовым соком, но и набитую до отказа сумку с лекарскими принадлежностями. — Прошу за мной, всадник! – повелительно дёрнула она плечом. – Госпожа Фиона, – на ходу говорила девушка с узлом Подмастерья Цеха Целителей на плече, – просила меня в первую очередь осмотреть Ж’герда и его Винурт;а. Где они? — Его доставили коричневые Бут’ Ж’носа и Спарт’ Н’вина. –Подчиняясь напору целительницы ответил всадник. – Они чуть дальше, Леди. — Я вижу их, – кивнула девушка, увлекая его за собой. — Бэкка?! – наконец узнал блондинку К’тов и придержал её за локоть. — Госпожа Вейра Бэкка, пожалуйста, – поправила она, сдувая с лица выбившуюся из-под косынки прядь. – За Оборот, что прошёл для нас, бронзовый всадник, всё… несколько изменилось. Не правда ли? – скупо улыбнулась она ему, подбирая подол длинного лёгкого платья. — В...ввесьма, – согласился всадник. – Особенно для тебя, я полагаю… Госпожа… – ошарашено добавил К’тов. — Как и для К’дана… — К’дана?! — Всадника бронзового Лурент’а… — Хвала Золотому Яйцу!!! – с неподдельной радостью выдохнул К’тов. – Было бы жаль, если бы ему это не удалось. — Госпожи Вейра Теворы, – продолжала перечислять знакомых ему людей Бэкка. – Синих всадников К’шана и Л’ваша. Да многих из нас. — К’шан? Л’ваш? Обормоты получили синих? Рад за них. Нет, Бэкка, правда, рад!!! – тронул он за плечо лекарку. — Мне будет нужна твоя помощь, всадник! – обернулась она к нему и заглянула в его лицо строгими огромными бархатно-серыми глазами. — Всё… что захочешь… – не сразу кивнул К’тов, будто впервые её увидев. — Здравствуй, Ж’герд! – прибавив шаг, устремилась к коричневой раненой паре девушка. — Здравствуй, целительница! – не узнавая её, сделал Ж’герд попытку встать.

Т’мар услышал Талент’у за пять минут до приземления, когда Крыло, возглавляемое королевой, возникло в прозрачно голубом небе и пологой спиралью стало спускаться к островному Вейру. «Фионе нужна помощь, Т’мар! – тревожно взывала к нему золотая. – Она едва держится в седле...» Всадник, в это время говоривший с К’товом, оборвал себя на полуслове. «Где собираетесь сесть?» – обратил он взгляд чёрных глаз в высокое небо. «У песчаного гребня Площадки Рождений». — Через минуту я там буду. –Вслух произнёс Т’мар, разворачиваясь спиной к заинтересованно наблюдавшему за ним Командиру Крыла. Едва перекинув ногу через луку седла, Фиона обессилено скатилась по лапе своего дракона прямо в бережные объятия Предводителя. — Я устала, – шепнула она, с благодарностью прижимаясь к его груди. – Было бы странно, если бы ты чувствовала себя по-другому, – кивнул он, подхватывая её на руки. – Скажи мне, – обеспокоенно заглянул он в любимое лицо, – ты не встретилась со своей более юной копией? — Нет, – отрицательно качнула головой девушка. – Только с Лораной. И она была такой уставшей и… красивой… — Она уже с нами, любо… душа моя. И, благодарение Золотому Яйцу, что вернулась ты! – слабо улыбнулся Т’мар. – А теперь, упрямое ты моё счастье, – коснулся он губами её макушки, – ты отдохнёшь… И будешь спать, не спорь, до завтрашнего утра, – строго блеснул глазами всадник. – За те десять часов, что остались до начала следующего дня, в Вейре не произойдёт ничего, что потребовало бы твоего деятельного участия. — Уверен? – не поверила ему Фиона. — Более чем, – решительно ответил он. – Ты воспитала неплохую смену… – усмехнулся Т’мар, вспомнив, сколько времени проводила его леди рядом с каждой из пяти золотых всадниц. Ступив на первую ступеньку трапа «Тессины», бронзовый всадник так сильно сжал её в объятиях, что Фиона тихонько застонала. — Прости, душа моя! – покаянно вздохнул он. – Я за тебя… безумно волновался…

5.8 ПЕРВАЯ СЕГОДНЯ НЕ ВЕРНЁТСЯ

8. ПЕРВАЯ СЕГОДНЯ НЕ ВЕРНЁТСЯ

505-й Оборот. 11-й месяц.13-й день

Привалившись спиной к той стене кузни, от которой можно было, не скрываясь, наблюдать за вновь Запечатлевшими всадниками и их недавно вылупившимися драконятами, Риз думал о черноволосой и невысокой девушке. Тем более что держал в руках бережно замотанный в тряпицу законченный вчера поздно вечером браслет. Решится ли он подарить его Риган или нет – это был вопрос. Но ему нравилось о ней думать, глядя на массивный, светло-жёлтый кусок золота с несимметрично вытянутыми и закруглёнными в виде отчётливых шариков язычками, представлять, как роскошно будет смотреться на тонкой загорелой руке столь необычное украшение. Переведя взгляд на неутомимо плетущихся на мелководье зверей, Риз, вопреки здравому смыслу, хотел увидеть среди группы молодняка её зелёную Сирт’у. Иронично скривив губы в усмешке, парень обругал себя идиотом и встал… Он знал, что старшая группа молодых телгарских всадников ещё утром отправилась в совершенно другое место и… время. Две семидневки назад Предводитель разрешил повзрослевшим зверям и их всадникам впервые подняться в небо вместе. Отложив все дела, Подмастерье Кузнец присутствовал на том первом и трепетно волнующем взлёте и видел, как, взбираясь на спину своего дракона, Риган, до крови закусив нижнюю губу, решительно ступила на вытянутую вперёд лапу Сирт’ы. Сегодня утром Риз специально вышел на побережье раньше обычного, чтобы не пропустить отлет телгарцев, что первыми отправлялись в до сих пор пустующий Айген Вейр их родного 508-го Оборота.

После обеда ненадолго заглянувший к нему в кузню Таннелби (пока его Коссарт’ сладко дремал в казарме после более чем плотной трапезы) в своей иронично-отстраненной манере сообщил, что старшая группа телгарцев, которую для простоты общения стали называть Первой, или Крылом Терин, отправились в Айген для тренировок по перемещению по контрольным точкам.

И не только… — Неужели? – без особого интереса хмыкнул Риз. – Для чего ещё? — Вспомнить вкус мяса, неприхотливый ты мой друг. И разнообразить рацион своих зверей, – хохотнул ’Би. – Ведь бесконечные рыбные блюда Ивины вызывают не столько аппетит, сколько… желание этой самой рыбой отравиться. — А бедолаги драконы уже вторую семидневку подряд воротят нос не только от клешнезубов и рыбы, но и от монстрообразных крытоживов. — Значит, сегодня Первая не вернётся? – сам того не желая, расстроился Риз. — Ни сегодня. Ни завтра, дружище, – подтвердил ’Би. – Ты же знаешь, драконов с брюхом, полным горячего мяса, в Промежуток не посылают. — Знаю, – кивнул Риз, через голову накидывая на оголённый торс плотный кожаный фартук. До возвращения Мастера Ставера со стоянки старателей на Кошачьей Реке ему сегодня ещё нужно было успеть сплавить в слитки тот золотой песок, что вчера привезли в Вейр Ж’керан с Х’рулином.

5.9 ВСЁ БУДЕТ ТАК, КАК ТЫ ХОТЕЛА

9. ВСЁ БУДЕТ ТАК, КАК ТЫ ХОТЕЛА

11-й месяц. 16-й день

Крыло Терин, возглавляемое Предводителем, вернулось в Вейр в полдень, в тот момент, когда Талент’а, ворча от удовольствия, сообщила своей всаднице об очередном отложенном крапчатом яйце. — Ты опоздал, – не оборачиваясь на стремительно подошедшего к ней со спины Т’мара, произнесла Фиона. — И сожалею об этом. – Виновато кивнул он, бережно сжимая плечи девушки. – Это яйцо, какое оно по счету?! – с понятным волнением спросил бронзовый всадник, закидывая голову вверх в тщетной попытке увидеть Кладку. — Двадцатое, – вздохнула Госпожа Вейра, не удивляясь его вопросу. – И хочется верить, что не последнее. Ворочаясь на вновь собранной за последнюю семидневку огромной куче песка, Талент’а вывернула шею в направлении своей спутницы.

«Последнее, Фиона моей жизни», – опровергла старшая золотая Вейра слова Фионы с благодушным умиротворением. — О Фиона, – мягко рассмеялась Лорана, стоящая к Площадке чуть ближе, чем Повелительница. – Ты что же, рассчитывала на Золотое Яйцо?! Госпожа Вейра неопределенно пожала плечами. — Что, рассчитывала?! – изумлённо развернулась Лорана к подруге. — Ну-у-у… — А ты жадина, – приподнимая в насмешливой полуулыбке уголки губ, произнесла старшая подруга. – Вот скажи, зачем Телгар Вейру ещё одна королева? С учётом Пинорт’ы и Ринлат’ы, Телгар уже имеет пять золотых. Это больше, чем в любом Вейре Перна. — Хоть на миг ты задумывалась о том, что мы будем делать, когда все наши королевы, став взрослыми, начнут одна за другой подниматься в брачные полёты?!.

— А ведь, повзрослеют они быстро. Принимая во внимание то обстоятельство, зачем мы здесь... — Ох! – выдохнула Фиона, прижав к губам пыльцы рук. «Для моего Вейра пять королев – много!» – с едва заметным неудовольствием поставила в известность свою всадницу Талент’а. Лорана лишь едва кивнула, принимая поддержку старшей золотой Вейра. «Не вредничай, малышка! Мы справимся…» – развеселившись, рыкнул бронзовый Зирент’. Обмен любезностями бронзово-золотой пары услышали все трое и одновременно. Лорана усмехнулась. Т’мар демонстративно пожал плечами, всем своим видом показывая, что высказывание его дракона – это самостоятельное мнение самого дракона. Фиона, уронив руки, обреченно закатила глаза. Любопытные обитатели Вейра, тем более те, особенно те, кто прибыл в Вейр недавно, ещё долго толкались на прибрежном песке. И с чувством неудовлетворенного любопытства и разочарования разошлись лишь тогда, когда поняли, что увидеть вожделенные яйца им так и не удастся. Как и в прошлый раз, Талент’а сосредоточенно и деловито прикрыла каждое яйцо небольшим слоем песка. Сооружая Площадку Рождений во второй раз, всадники были более осмотрительны, помня о неизбежном нашествии пещерных змей. Если ранее куча была необъятно высокой, то в этот раз песка накидали втрое меньше. Голову, плечи и спину золотой, бдительно охраняющей свои драгоценные яйца, мог видеть каждый желающий островного Вейра.

— Итак, – говорил Т’мар в их с Фионой каюте вечером, с усилием стягивая высокие сапоги, – у нас двадцать яиц. Скольких девушек-Претенденток, ты, душа моя, хочешь вывести на Площадку Рождений? – прищурился Предводитель.т — Всех, кто захочет выйти. – Ярко улыбнулась Фиона, опускаясь перед всадником на колени. — Не понял… – настороженно, врастяжку произнося слова, приподнял он пальцами девичий подбородок. — О, лорд, – легко рассмеялась Фиона, не отводя от его лица бедовых, завораживающих и задорно блестящих глаз. – Мы, – выделила она последнее слово, – выведем с тобой на Площадку всех желающих Запечатлеть, – схватилась она за второй его сапог. — Это практически весь Вейр. – Всё ещё не понимая, куда клонит его Госпожа, перехватил Т’мар её руки. — Ну и пусть, – нетерпеливо сдула Фиона с лица выбившуюся прядь. – Запечатлеют лишь двадцать. Юноши ли, девушки. Теперь это уже не столь важно. — Неважно?! – откидываясь на переборку каюты спиной, переспросил он, начиная понимать, о чём идёт речь. – Ты хочешь сказать, что и юноши, и девушки будут находиться в равном положении? — Да. Если кому-то из девчонок удастся Запечатлеть зелёную… м-м-м... будет неплохо. Одной больше, одной меньше. Тех зелёных самочек, что мы получили при втором Рождении, нам хватит с лихвой. Учитывая их неумную любвеобильность. — То есть… – аккуратно подбирая слова, говорил Т’мар, – ты хочешь сказать, что зелёные, которых мы получим в нынешнее Рождение, будут жевать огненный камень?!! — Да, милый, – кивнула Фиона, откинув в угол каюты его второй сапог. – Ну сколько зелёных, исходя из твоего и моего опыта, могут вылупиться из такой… э-э-э… немногочисленной Кладки? – вовремя вспомнив о том, что их драконы могут слышать всё, о чём они говорят, осторожно закончила она вопрос. — Пять или шесть, не больше, – тут же ответил Т’мар. – Один или два бронзовых, чуть больше коричневых. И минус, пусть даже шесть зелёных, восемь-девять синих. — И не все зелёные, заметь, захотят себе в партнёры девочек. – Вскинула голову Фиона. – Вспомни, как я ни старалась в прошлый раз, но две зелёные самочки выбрали себе в напарники юношей. Всадника всегда выбирает… — … дракон, – расхохотался Т’мар. — … дракон, – поддаваясь его заразительному смеху, заулыбалась Фиона. – Иди же ко мне, милый мой стратег. – Поймал он её за руки. – Знать бы только, когда мы сможем оценить плоды твоих трудов и материнские качества зелёных… м-м-м… драконов, – едва заметно запнулся Т’мар, видимо, тоже вовремя вспомнив о безграничной любознательности обоих зверей. И оказался прав. «Зелёная Сарт’а быстро взрослеет, – произнесла озабоченно Талент’а. – Чувственный интерес её всадницы к всаднику молодого бронзового Коссарт’а будоражит чувства зелёной, заставляя проявлять интерес ко всем драконам Вейра». — Тухлая Скорлупа!!! – выругался Т’мар. — Осколки!!! – застонала Фиона. – Я же их… предупреждала. Когда это случится, милая? – не спуская тревожно расширившихся глаз с лица Т’мара, не на шутку испугавшись, спросила всадница свою ненаглядную королеву. «Скоро!» – не сразу ответила Талент’а. — Сарт’е… Ей нет ещё и Оборота… – одними губами, произнесла Госпожа Вейра. – Как же она сможет выносить яйца?! — Ещё ничего ни случилось, милая! – посадив взволнованную девушки к себе на колени, утешающе произнёс Т’мар и коснулся губами её шеи. – И мы постараемся как можно дольше оттягивать то, что… неизбежно произойдёт… когда-нибудь… — Ох, милый! – уткнулась в его плечо Фиона. – Я же хотела как лучше. — Всё будет так, как ты хотела. – Проникновенно произнёс Т’мар, вынимая тонко отшлифованные палочки из её волос...

5.10 ДВОЙНОЙ БРАЧНЫЙ ПОЛЁТ ЗЕЛЁНЫХ

10. ДВОЙНОЙ БРАЧНЫЙ ПОЛЁТ ЗЕЛЁНЫХ

505-й Оборот. 12-й месяц. 25-й день Через 5 семидневок после памятного разговора

Уткнув в тарелку с рыбными колобками невидящий взгляд, Дария, кусая губы от накатывающего волнами раздражения, слушала набившие оскомину разговоры всадников своего Крыла. Мальчишки, не забывая отдавать должное обеду, с азартом заключали пари… ...на количество бронзовых, что должны вылупиться со дня на день… …на день и час долгожданного Рождения... …на имена Претендентов, что станут счастливчиками и Запечатлеют того или иного дракона... ...пытались угадать, кому из девчонок повезёт… …и будут ли это девушки, выросшие в Вейре, или всадницами станут те, кого недавно они сами привезли из Форт Холда… Сморщившись от очередного нелепого предположения, произнесённого вслух П’руссом, Дария едва не заскрипела зубами. Ощутив на своём колене легкое прикосновение ладони Риган, девушка, нервно вздрогнув, подняла на сестру глаза. — Что происходит, Дар? – склонилась та к её уху. — Ннии...ниичего… – дёрнула плечом Дария, избегая вопрошающе-тревожного взгляда сестры. Предводитель Вейра возник за спиной Кс’лерина неожиданно, во всяком случае для всадницы зелёной Сарт’ы. На появление бронзового всадника Т’мара, Дария неожиданное для себя, отреагировала вызывающе капризной улыбкой и пришедшим из вне пониманием, насколько привлекателен этот высокий, темноволосый мужчина. Бездонно черные глаза, прихотливо и ярко очерченные губы, рельефный нос. Бронзовый. Его бронзовый был не менее красив. Налитые силой мускулы крыльев и широкая грудная клетка. Мощный размах темно-медных, отдающих золотым налётом крыльев. Легкость и скрытая грация, с какой он взлетал и парил в огромно бескрайних небесах.

Выносливость… Хвалёная выносливость Зирент’а. Что ж, она не прочь проверить его выносливость… когда поднимется… к вершинам тех гор, что так призывно манят недосягаемо-белыми снежными шапками… Т’мар шёл к столу, за которым в свою очередь обедали молодые всадники Телгарского Крыла, с намерением распорядиться о том, что после трапезы полуКрыло Кс’лерина отправляется сопровождающими на луга Кошачьей Реки с группой девушек, которым Фиона поручила сбор этой самой травы и съедобных плодов кустарника. ПолуКрылу Ю’вина предстояло менее приятное занятие. Т’мар хотел, чтобы всадники Ю’вина доставили с Круглого Острова в Вейр собранные накануне мешки с твёрдоплодами, которым вчера не хватило места на драконьих спинах. Но подойдя к столу, где молодые люди развлекались, заключая всевозможных пари, произнести ничего не успел. Дария вскинула на него взгляд. Странный? Интригующий?! Тухлая Скорлупа!!! Бессовестно провоцирующий. Всадник оторопел. От силы тех чувств, что сверкала в изумрудно-зеленых глазах девушки. И пришло понимание. И по позвоночнику, поползла дрожь тревоги и страха. Её зелёная была готова подняться. Подняться в свой первый брачный полёт. И сила эмоций, что проецировала Сарт’а на свою всадницу, была... огромной. Зашкаливающий сексуальный азарт зелёной заставил бы подняться вслед за ней всех самцов Вейра. И молодые не исключение. Но, неокрепшие и неготовые к столь стремительным полётам драконы, ещё так недавно называвшиеся молодняком, могут, не рассчитав своих сил, навредить себе и надорваться… «Зирент’, – с трудом отведя взгляд от высокомерно усмехнувшейся ему Дарии, поспешно обратился Т’мар к своему бронзовому. – Поднимай всех старших зелёных, что находятся сейчас в Вейре, и прикажи их всадникам немедленно убираться из Вейра. В любое место Острова. Сарт’а готова подняться. Я не вижу её. Ты можешь сказать мне, где она?!» «Рядом с отдыхающим Крылом Исты. Обольщает всех истанских драконов, не пропуская ни синих, ни коричневых. Особенно… ей нравятся бронзовые, – хохотнул, развлекаясь, здоровяк. – О, теперь она обратила своё внимание на коричневого Райт’а… Наставник К’дан, что сейчас находится с истанцами, беспокоится. Шкура зелёной искрится ярче обычного». Легкомысленный тон сообщений Зирент’а сменился на озабоченный. «Передай К’дану приказ: отправить истанское Крыло обследовать те песчаные пляжи, на которых Д’рек с Тарот’ом насобирали два ведра янтаря. И… пусть не торопятся!» «К’дан удивился, – через минуту откликнулся Зирент’, – но он их отправил. Сарт’а злится...» «Ещё бы! – хмыкнул Т’мар, кладя на плечо вопрошающе смотрящего в его лицо Кс’лерина руку. – Предупреди Фиону!» «Госпожа Вейра уже знает. И королевы. И их всадницы». — Итак, господа! – старательно не замечая жгучего взгляда изумрудных глаз, произнёс Т’мар, обращаясь к молодежи своего Вейра. – У меня для вас есть несколько поручений…

— Ты… останешься! – поймал Предводитель дрожащую и горячую руку Дарии, когда она проходила мимо него, не торопясь догонять последнего из всадников своего Крыла, что направились к своим драконам. «Т’мар, Талент’а настаивает на том, чтобы ты не отсылал из Вейра и Сирт’у». – Торопливо передал Зирент’ всаднику просьбу своей королевы. И голос бронзового был полон недоуменного сомнения. «Она тоже?!.» – вскинулся Т’мар. «Не знаю, – «пожал плечами» бронзовый. – Но Талент’а весьма решительна в своём желании». «Что говорит Фиона?!» «Госпожа Вейра с ней согласна», – насмешливо фыркнул дракон. — Идём, – подтолкнул Т’мар в спину зелёную всадницу. — Куда пожелаешь, – с вызовом прищурилась Дария. «Форт, Плоскогорье и Бенден. Где они?» – ничего не выражающим взглядом окинул Т’мар девичью фигурку. «Форт Госпожа Фиона отправила на охоту к Скалистой Гряде. Бенден – к Холодному Ручью за свежей водой. А Плоскогорье – к Рыбозасолочному Стану. Горцы должны доставить в Вейр все бочонки, которые не удавалось вывезти раньше. Не хватало ни рук, ни крыльев, ни времени». Иронично дёрнув углами губ, Т’мар кивнул. «Укрытие. Нам нужно укрытие для...» «Большой человек, мореход и К’дан уже занимаются этим, – успокаивающе рыкнул бронзовый. – И Хранительница удержала Сирт’у в Вейре…» — Знать бы ещё зачем, – проворчал Т’мар вслух, понимая, что укрытие, так необходимое для всадницы поднявшейся зелёной и всадника догнавшего её дракона, готовят Колфет, капитан Таннер и Наставник молодых зверей К’дан. «Талент’а считает, что эмоции, испытываемые Сарт’ой, неизбежно передадутся и Сирт’е. Вероятнее всего, говорит она, нас ожидает двойной брачный полёт…» Т’мар едва сдержал стон. Брачный полёт. Двойной. Опять!!! «Бронзовые Вейра с ней согласны», – то ли удовлетворённо хмыкнув, то ли хрюкнув закончил говорить Зирент’. Но, не удержавшись, всё же добавил:

«Коричневые и синие в восторге!». — Ещё бы… – невесело усмехнулся всадник. – Когда ещё они смогут так… развлечься! — Куда ты меня привёл, бронзовый… – высокомерно вздёрнув бровь, поинтересовалась Дария, не дойдя до трапа «Тессины» пятидесяти метров. — … всадник! – закончила она странно севшим голосом. – Я думала… … О, моя девочка!!! Скользящая по песку Вейра тень от парящего в воздухе дракона, накрыла зелёную всадницу. Замершие на десятой ступени трапа Фиона и Лорана, приобнявшая за плечи побледневшую Риган, Бэкка, и Тевора одновременно запрокинули головы вверх. Крылья изящно парившей в небесах Сарт’ы искрились невероятной яркой зеленью.

Остолбенело наблюдавшие, за взволнованно кружащейся зеленой, восхищённые зрители (те из обитателей, что остались в Вейре), захваченные несдерживаемой силой её чувств, не могли оторвать от неё глаз. Издав низкий, гортанно-вибрирующий звук, зелёная крутанулась вокруг себя и стремительно взмыла в бескрайнее прозрачно-высокое небо. Дразнящий клич зелёной самки синими и коричневыми самцами был воспринят как нетерпеливое приглашение. И… все звери старших всадников одновременно взмыли вслед за стремительно рвущейся ввысь подругой…

Кипевшая, бурлящая в жилах кровь заставила Дарию вскрикнуть. Прижав к горлу руки, она замерла с болезненно искажённой гримасой на лице.

Неизвестно откуда взявшаяся, опьяняюще мощная энергия толкала вперёд. Обтекающий её ловкое и легкое тело ветер срывался с кончиков крыльев. Нетерпеливое волнение, азарт, скорость, жажда состязания и бьющее через край желание воссоединения жгли разум. А пытавшиеся догнать её самцы всё ещё были далеко позади… Чуть развернув крылья навстречу бьющему в грудь воздуху, Сарт’а резко затормозила. И, обернув крылья вокруг себя, стремительно провалилась вниз… оказавшись на несколько своих длин ниже отставшего от основной группы синего…

Дария, захваченная эмоциями своего дракона, язвительно рассмеялась в лица окруживших её мужчин. Но ни она, ни всадники этого не заметили. Они, все они сейчас были… …драконами, что в яростном соперничестве за желанную подругу кружились над заснеженными вершинами крутых гор Восточного Хребта...

Пристроившись в хвост синего Слент’а, дракона из Форт Вейра, только недавно оправившегося от ран, Сарт’а какое-то время летела за ним, повторяя все его манёвры. Но скоро ей это надоело и, обиженная его невнимательностью, она рявкнула. Не ожидавший обнаружить так близко от себя зелёную, Слент’ шарахнулся. И разочарованно взвыв, ушёл резко вниз, прекратив погоню…

Если бы драконы могли смеяться как люди, Сарт’а зашлась бы в безудержном хохоте. А Дария… внизу, на горячем песке, хохотала… истерично… обиженно… зло. Один из потенциальных партнёров не выдержал, сбежал… Вскинув голову, зелёная, к своему изумлению, увидела, как в лучах Ракбета тусклым тёмным золотом блеснуло крыло бронзового… Бронзового? Не может быть… Кто?! Кто он? Единственный бронзовый, которого она хотела ощущать за своим плечом, ещё слишком мал… Тогда кто это?! Нет! Нет!! Нет!!! Только не Шкорт’. – С раздражённым шипением мотнула головой Сарт’а. – Заносчивый, самовлюблённый юнец. Вот он точно её не получит! А коричневые и синие под предводительством сообразительного Шкорт’а, приближались стремительно… Взбивая воздух и вкладывая в каждый взмах кураж и превосходство от нерасторопности преследующих её самцов, дрожащая от пьянящей свободы и неиссякаемой силы, Сарт’а поднималась всё выше и выше. Безудержная мощь, таившаяся в каждом взмахе её крыла, горячила и без того бурлящую кровь. А того, с кем она хотела бы разделить страсть и азарт, горячей волной толкающиеся в её жилах, всё не было! Был только Шкорт’. И был близко… Неприязнь к молодому и настойчивому бронзовому гнала её вперёд, туда, за толщу облаков! Вывернув шею, Сарт’а глянула чуть вниз и назад… …с изумлением услышав, а потом и увидев, что Шкорт’, взревев с протестующим негодованием, отвернул резко в сторону… В сторону искрящегося тёмной зеленью… стремительного силуэта… Сирт’а!!! Вынырнувший из клубящегося покрывала облаков коричневый, стремительно свалившийся ей на спину, смял крылья… …обвил хвостом хвост…

— Это же Шкорт’ Ор’са! – развернулся в сторону взволнованной Фионы Т’мар, когда увидел, как два дракона, один бронзовый, другой медно-коричневый, торопливо ссаживают своих всадников на песок. — … И Гарат’ Д’сома! – подтвердила с очаровательной улыбкой Повелительница Вейра. — Откуда они здесь?! – с подозрительным неудовольствием взглянул на девушку бронзовый всадник. – Их не должно быть в Вейре! — Не должно… – ещё обаятельней улыбнулась Фиона. – Но их... позвали… — И кто, позволь спросить? – неприятно сузил глаза Т’мар. — Лорана. – Прижимая ладони к его груди, ответила Госпожа Вейра. – Не сердись. Её об этом попросил… Таннелби. — Таннелби?! – изумлённо вскинулся Предводитель. – ’Би?! Какое отношение бронзовый всадник ’Би имеет к… зелёной всаднице?! — Тише! – мягко произнесла, приложив указательный палец к губам Т’мара, Фиона. – Не думай о них как о бронзовом всаднике и зеленой всаднице. Он – обыкновенный молодой человек, она – красивая, юная девушка. Что может их связывать?

— Таннелби и Дария?! И... они... – целуя кончики её пальцев, осторожно подбирая слова, спросил Т’мар. — Нет! – отрицательно качнула головой Фиона. – Между ними ничего ещё не было. Но… то, что он для неё делает, и то, что он так о ней заботится… говорит о многом. Вчера, поздно вечером, Таннелби пришёл к Лоране с просьбой вызвать в Вейр коричневого всадника Д’сома и его дракона. — Д’сома? – недоуменно выгнул бровь Т’мар. – Я думал, мы говорим об Ор’се… — Нет, – улыбнулась Фиона. – Таннелби, на момент брачного полёта Сарт’ы, настаивал на присутствии в Вейре Гарат’а. Именно Гарат’а, не Шкорт’а, – веско подчеркнула Фиона. – Потому что в первую очередь думал о всаднице, а не о её драконе. А для Дарии, по мнению Таннелби, наиболее приемлемым партнером является… Д’сом.

— Это… это… это чёрт знает что… – раздраженно прошипел Предводитель, помня о том, что на них устремлены взгляды собравшихся перед «Тессиной» зрителей. – Мальчишка, ставший всадником меньше половины Оборота назад, будет… будет… в моем Вейре распоряжаться кому и с кем… летать… – возмущённо дёрнул плечом всадник. — Для юной девушки, чей дракон впервые поднимается в такой полёт, очень важно оказаться если не в любящих руках… – едва обозначив улыбку уголками губ, произнесла Фиона, – то хотя бы… м-м-м… с деликатным и бережным партнером, который… э-э-э… способен контролировать как своего зверя, так и свои чувства. — И всеми этими качествами, по мнению ’Би, обладает только Д’сом? – с хриплым сарказмом поинтересовался Т’мар.

Предпочитая не замечать ядовитой иронии, Фиона кивнула. — Только Д’сом, и никто больше?.. – ярился Т’мар. – Ни Г’мунд, ни Ж’керан, ни Д’рек и не Х’риз, драконы которых догнали не одну зеленую? И прекрасно знают, что и как нужно делать?.. — В этом-то всё и дело, Т’мар! – всплеснула руками девушка. – Неужели ты не понимаешь?! Смотря в его склоненное к ней лицо, она поняла, что он действительно не понимает. — Не понимаешь, – с мягкой и бледной улыбкой кивнула она ему. – Ладно. Тогда так. Ответь мне: зачем и почему пять Оборотов назад к тебе пришла я? Тогда, когда… когда стала понимать, что моя Талент’а вот-вот должна подняться… — Ты… – растерялся Т’мар. – Ты… была… э-э-э… юна и… и неопытна, – с трудом подбирал он слова. — Я пришла к тебе потому, – тяжело вздохнув, вновь прижала пальцы к его губам Фиона, – что… что не знала, какой из бронзовых Вейра догонит мою впервые поднявшуюся королеву. — Я пришла к тебе потому, что мне было страшно. Страшно… оказаться в нетерпеливых жадных и чужих руках. Ты лучше меня знаешь, что делают с человеком драконьи инстинкты в таком… возбуждённом неконтролируемом состоянии… А тебе… Тебе я доверяла… Я знала, что ты не причинишь мне боли… – Т’мар смотрел в расширившиеся и потемневшие фиалковые глаза Фионы, только сейчас начиная понимать истинные мотивы её поступка, когда больше четырёх Оборотов назад она глубокой ночью ступила на порог его вейра и откровенно предложила ему себя. — Но… но ты же не думаешь, что… Дария… – судорожно выдохнул всадник, – находится в том же положении, что и ты… тогда? — Не знаю, – пожала плечами Фиона. – И Таннелби не знает. Вот поэтому-то он и пришёл к Лоране… со столь… м-м-м… странной просьбой. — Более чем странной. – Согласился Т’мар, приподнимая подбородок Госпожи Вейра пальцами. – И подозреваю, что парень больше старается для себя, чем для… неё. – Дрогнули в чувственной усмешке ярко очерченные губы. – И это ещё более странно… — Что ты имеешь в виду? – непонимающе вскинулась в его руках Фиона. — Любой всадник бронзового дракона, – тяжело вздохнул мужчина, недовольный тем, что вынужден объяснять прописные истины Повелительнице Вейра, – в любой момент может стать Предводителем Вейра. И что тогда?! Что он будет делать с… со своей привязанностью к… всаднице зеленого зверя?! Не каждая Повелительница захочет… э-э-э… находиться в обременительно двусмысленном положении. — Особенно, – с намёком на саму Фиону ухмыльнулся Т’мар, – если и со своей стороны будет испытывать к Предводителю… м-м-м…определённую симпатию. — Об этом… будет думать уже сам ’Би. Если станет Предводителем. – Вывернулась из его рук девушка. – А сейчас. Сейчас у нас другая проблема! – устремила она взгляд в сторону молодой зелёной, что беспокойно взрёвывала и хлопала крыльями. – Лорана сообщает, что Сирт’а становится всё более неуправляемой и её шкура с каждой минутой искриться всё ярче. – Я сойду с ума, если каждый полёт зеленой будет требовать от меня таких усилий. – Простонал Т’мар.

5.11 ПОСЛЕ ПОЛЁТА

11. ПОСЛЕ ПОЛЁТА — Тан… – не открывая глаз, с блуждающей улыбкой на припухших губах произнесла Дария, ощущая под своей ладонью горячую кожу, упругие мышцы и сильное, ритмично бьющееся сердце. — Д’сом. – осторожно поправил её коричневый всадник. — Спас… Спасибо, Д’сом, – сглотнув, едва слышно шепнула всадница, сделав слабую попытку отстраниться. И ощутила, как кольцо обнимавших её рук тут же разжалось. — Пожалуйста, – со вздохом откровенного сожаления откатился Д’сом в сторону. — Твоя одежда, – некоторое время спустя, уже полностью одетый, присел он возле неё на колени. – Не переживай и не сердись. – Глядя в широко распахнутые, дрожащие, готовыми брызнуть слезами, изумрудные глаза, серьёзно произнёс Д’сом. – В том, что произошло, нет ни твоей, ни моей вины. Мы всадники. А это значит, что периодически нам приходится расплачиваться своими желаниями и чувствами взамен на… мощь, безграничную свободу, преданность, и бескорыстную любовь, которой мы обладаем. Которой одаривают нас наши драконы. Друзья. Напарники. Партнеры. Называй как хочешь… Бережно поднеся дрожащие пальцы рук девушки к губам, прежде чем подняться, Д’сом вдруг неожиданно подмигнул ей и, улыбнувшись, произнёс:

— Выше нос, всадница! Всё будет хорошо. И, отдернув легкий парусиновый тент, вышел. — Ну... вот и полетали… – едва слышно, с тяжёлым вздохом произнесла Дария, потянувшись к сложенному в ногах платью. «Оче-е-нь хорошо полетали!» – услышала она ментальный, сонный, полный довольства, не то мурлыкающий, не то мечтательный выдох Сарт’ы и, против воли, улыбнусь. Её зелёная. Её Сарт’а. Самое бесценное сокровище, которым она обладала!

5.12 ТАЙНЫ И ЧАЯНИЯ

12. ТАЙНЫ И ЧАЯНИЯ — Я ненавижу… брачные полёты, – сжимая кулаки, трудно и с надрывом, выговорил Риз, опрокидываясь на спину, чтобы скрыть от Таннелби ползущие по щекам скупые обидные и злые слезы. Всадник промолчал, не отрывая напряжённого взгляда от плотных облаков, серой пеленой затянувших небо. Три часа назад, как только пять старших групп молодых драконов поднялись в воздух, оба парня покинули Вейр. Неторопливо и молча, куда глядят глаза, они направились вдоль кромки прибоя, на песок которого монотонно, мерно то наползали, то отступали белые барашки невысоких волн. Маленький бронзовый дракончик, ощущая, сбивающие с толка, чувства своего всадника, потерянно плёлся сзади. Остановились они только тогда, когда Риз, судорожно выдохнув, опустился на песок. — Я ненавижу брачные полёты! – вновь невнятно повторил парень. — Потому что сейчас там… – кивнул, опустившийся на колени рядом с другом всадник, – летает… Сирт’а Риган?! — А она… летает?! – не желая верить в то, о чём спрашивал, произнёс Риз. — Коссарт’ говорит, что да, – без каких-либо эмоций подтвердил Таннелби. — Сирт’а Риган поднялась через час после Сарт’ы Дарии.

Вздрогнув, Риз перевёл на ’Би потерянно-тоскливый взгляд очень тёмных серых глаз. — Риган… Как ты узнал о ней? – не договорив, кузнец махнул рукой. — Это очевидно, – пожал плечами ’Би. – Во всяком случае для меня. Та брошь… фигурка зеленого дракончика… из чудного зеленоватого куска золота, что ты выменял у Ж’керана… — А... – как можно безразличней кивнул Риз. – Красивая получилась вещица. — В самый раз для зелёной всадницы, – усмехнулся ’Би. – Особенно учитывая насыщенно малахитовый цвет шкуры ее Сирт’ы. — Уверен?.. – приподнялся на локтях парень. — Абсолютно. И это уж точно поможет тебе с ней… сблизиться. — Если бы она не… Запечатлела. – Со стоном произнёс Риз, – у меня, возможно, и было бы больше шансов... стать ей… стать для неё… – смешался парень, но потом всё же продолжил:

— Тем более что… Предводитель Д’ган… давноканул в Промежутке. Если бы только наши файры всё ещё были с нами! – ударил кулаком о раскрытую ладонь кузнец. – У Риган тоже был файр?! – вскинулся Таннелби, понимая, что многое из жизни Вейра ему ещё не ведомо. Особенно всадника заинтересовало высказывание друга о Предводителе Д’гане, разговоры о котором периодически заводили в казарме молодняка вновь Запечатлевшие всадники. И чего только о нем не говорили! ’Би, до случившегося с ним Запечатления никогда не бывавший ни в одном Вейре и плохо знавший обычаи и уклад жизни драконьих всадников, наслушавшись небылиц (именно так он относился к досужей болтовне в казарме), не придавал им особого значения. А здесь разговор о Д’гане завёл друг, которому он верил. — Коричневый маленький красавец! Настоящий дракон в миниатюре. – Не замечая задумчиво прищуренного взгляда Таннелби, оживлённо говорил Риз. – Когда они, моя Фора и её Вер, поднимались в брачном полёте… Услышав о брачном полёте файров, всадник изумился, но кивнул (с непроницаемо бесстрастным выражением лица). Вот, значит, чем вызваны столь сильные чувства Риза. Отношения между обитателями Вейра, несмотря на кажущуюся свободу, были не так просты, как представлялось на первой взгляд. (...Это недавний мореход уже усвоил...). Через мгновение, сообразив, что сказал лишнее, Риз оборвал себя на полуслове. — Скажи, – сделав вид, что не заметил нечаянную оговорку друга, и приобняв бронзовую шею устроившегося у него под боком Коссарт’а, спросил ’Би, – как тебе удалось Запечатлеть маленькую королеву? — Я получил яйцо из рук Госпожи Телгар Вейра Лины, – озарилось краткой счастливой улыбкой лицо Риза. – В благодарность за клинок, что я сделал для Предводителя Д’гана. Подарок Леди на День его Запечатления. – Тут же недобро усмехнулся кузнец. – Откуда взялись яйца файров в Вейре, я не могу тебе ответить. Не знаю. — Знаю только, что в этот же день ещё два яйца Д’ган отдал своим дочерям. Что его побудило так одарить девчонок, мне непонятно, ведь большую часть своей жизни он к ним относился, как… как к грязи на своих сапогах. — Погоди, – остановил ’Би Риза открытой ладонью. – Ты хочешь сказать, что… Дария… дочь... бывшего Предводителя Телгар Вейра?! – ошарашено произнёс он, вперяя недоверчивый взгляд бирюзовых глаз в лицо друга. — Так же, как и Риган, – кивнул Риз. — Предводителя Д’гана?! – всё ещё сомневаясь, уточнил Таннелби. — Ты что, не знал?! – искренне удивился Подмастерье кузнец. ’Би отрицательно качнул головой: — Нет. А ведь это очень интересно, Риз. – Вдруг неожиданно и широко улыбнулся всадник. — Кроме твоего интереса к… Дарии, – от неожиданно пришедшей догадки с лёгкой иронией откликнулся Риз, – других интересных моментов я не вижу. С очевидной нежностью почесывая надбровные дуги умиротворенно засопевшего дракончика, Таннелби произнёс: — Не знаю, сколько раз до полного взросления Коссарт’а успеет подняться Сарт’а. Но когда мой бронзовый повзрослеет, и всадница, и её дракон будут… принадлежат нам. Верно, малыш? – обратился к своему дракончику ’Би. — Блажен, кто верует. – Отозвался Риз, прикрывая глаза. Услышав, как друг тихонько засмеялся, Подмастерье кузнечных дел, не удержавшись, спросил:

— И что тебе ответил Коссарт’? — Он пообещал мне догнать зелёную, если мне нравится её девушка. — Ну да… – тяжело сглотнул кузнец. — Как думаешь, – через некоторое время, справившись со сковавшей его горечью, поинтересовался Риз, – драконы... закончили… свои игры? — Коссарт’ утверждает, что да. Ещё час назад, – отозвался Таннелби, поднимаясь. – Как и долгожданное Рождение. Вейр стараниями Талент’ы и Зирент’а в очередной раз пополнился двадцатью вновь вылупившимися драконятами. — Осколки!!! – в сильнейшем волнении вскочил на ноги Риз. – Как я мог забыть?!! ’Би, я баран!!! – бессильно уронил парень руки. — Ты… что, в момент Рождения хотел быть на Площадке?! В качестве Претендента?! – озадаченно охнул Таннелби. — Теперь, – исподлобья сверкнул глазами Риз, – это… уже не имеет значения. — Семнадцать семидневок, друг, – утешающе дотронулся до плеча Риза всадник. – Всего семнадцать семидневок. И может быть… ты получишь своего дракона. — Те Кладки, о которых ты говоришь, – потеряно возразил Риз, – будут… зелёными. И ещё неизвестно, смогут ли Сарт’а или Сирт’а отложить… хотя бы одно яйцо! А если и отложат, то боюсь, что из таких яиц вылупятся только зелёные… самочки. – Раздражённо отмахнулся от утешений Риз. – Повелительница, – выделил интонацией титул Фионы Таннелби, – не согласна с этим утверждением. Она считает, что зеленые обладают теми же способностями, что и золотые драконы. А зелёные, избравшие в брачном полёте своими партнерами коричневых или бронзовых, в Кладках могут иметь яйца, из которых появятся драконята любого цвета, кроме бронзовых и золотых соответственно. — И она сама об этом тебе сказала. – Со злой иронией хохотнул Риз. – Ты не можешь знать об этом наверняка. — Мне об этом сказала не она. Об этом мне сказал коричневый всадник Дж’риз. Забавный, между прочим, мальчишка. – ухмыльнулся Таннелби. — Дж’риз?! – как-то вдруг подобрался парень, его острый, заинтересованный взгляд встретился с глазами друга. – Воспитанник… Повелительницы? — О ком ты?! – начал раздражаться ’Би от обилия известий, о которых ещё четыре часа назад не имел ни малейшего понятия. — Дж’риз. Всадник коричневого Квинт’а. До того как стать всадником, просто пришлый в Вейр мальчишка, вечно отирающийся в казармах молодняка, ставший незаменимым после того, как Госпожа Телгар Вейра Фиона приютила его на своём ярусе. Говорили даже о том, что какое-то время он жил в покоях Повелительницы. Таннелби присвистнул. — К тому, что говорит Дж’риз, а говорит он не много, люди, умеющие слышать, прислушиваются. Во всяком случае, благодаря именно ему, хорошо нам с тобой известные всадницы, пользуются благосклонностью Повелительницы. — Даже так?! — Именно так, – серьёзно кивнул Риз. – Тан.. – придержал он за рукав свободной туники Таннелби, – Сирт’а… Кто её догнал?! — А вот это – самое интересное! – не сдерживая веселья рассмеялся всадник. – Не знаю, обрадуешься ты или… наоборот, но… зелёная Сирт’а предпочла бронзового. — Бронзового?! – оторопел Риз, останавливаясь от неожиданности услышанного. – Ты же не хочешь сказать… что это был… Предводительский Зирент’?! — Очумел?! – тут же воскликнул Таннелби, поражённый столь кощунственным предположением. – Зирент’ летает с Талент’ой. Ему не нужна зелёная. Нет, друг. Это был Шкорт’ Ор’са. — Бенденца?! Вот так сюрприз. – Развёл руками Риз. — Но для задуманного тобой, дружище, Кладка Сирт’ы будет более предпочтительной. По сравнению с Кладкой Сарт’ы. — Потому, – невозмутимо продолжал говорить Таннелби, упреждая готовый сорваться с губ Риза вопрос, – что Сарт’у догнал коричневый Гарат’ Д’сома. Взглянув в лицо бронзового всадника, Риз осознал, что Таннелби крайне доволен таким исходом дела.

В Вейр друзья вернулись уже в сумерках. И не потому, что не торопились, а потому, что сильная хромота Риза не позволяла им идти достаточно быстро. До кузни Таннелби пришлось буквально тащить друга на себе. Увечную ногу парня, натруженную длительным переходом, свело сильнейшей судорогой. Шипя от боли и ненавидя себя за слабость, Риз был вынужден принять его помощь. Всадник, одним взмахом руки отметая все возражения, опустился на колени перед сидящем на чурбаке другом, и принялся сильными безжалостными руками разминать неподатливо твёрдую, ставшую комом мышцу. Маленький Коссарт’, тихонько поскуливая, ненавязчиво и ласково лизал руки и лицо готового умерить от стыда и благодарности Риза. Так что когда Таннелби вышел к празднично накрытому столу, пиршество приближалось к завершению. За длинным столом и возле, на брёвнах и чурках, а то и просто на расстеленной на песка парусине, в свете пяти больших костров расположилось практически всё население Великого. Вновь Запечатлевшие со счастливо недоверчивыми улыбками и робкой гордостью принимали горячие поздравления старших всадников и всадниц. Вежливо кивали тем, кому не посчастливилось обрести друга, а некоторые, как например рыжеволосая Ивина и совсем молоденькая девочка (прибывшая из Форт Холда, не больше 12–13 Оборотов, темноволосая и коротко стриженая), ещё и находили слова ободряющей поддержки и силы для утешения менее удачливых Претендентов. — Сын, – легла на плечо Таннелби тяжелая рука Таннера. – Я искал тебя. — Меня не было в Вейре, – развернулся к отцу всадник. – Мне нужно было… подумать. — Идём. Я приберёг для тебя… угощение. И, как здоровье бронзового Коссарт’а? – спросил с затаённой гордостью и любовью Таннер. — Малыш чувствует себя отменно. Спит, ест и растёт, – рассмеялся Таннелби. – Отец, лучше расскажи мне, как прошло Запечатление. И очень хочется знать, сколько и каких дракончиков вылупились? – попросил ’Би, напрягаясь. В поле его зрения попала Дария, осторожно обходящая вольготно устроившихся на ещё не успевшем остыть песке и наслаждающихся праздничным бездельем обитателей Вейра. На большом блюде, что девушка держала в руках, красовались нарезанные крупными ломтями куски ярко-жёлтых плодов феллиса. Проследив за взглядом сына, Таннер усмехнулся:

— Красивая девушка, не находишь? ’Би молча кивнул. — Полёт её малышки, по словам всадников, был необычайно высок для зелёной. И для многих синих стал невыносимо стремительным. — Я знаю, – стараясь не выдавать своих чувств, вновь кивнул Таннелби. – Коссарт’… сказал мне. — Осколки! – качая головой, произнёс Таннер. – Никак не могу к этому привыкнуть. Твои мысли – его мысли. Как, наверное, удобно. — С этим можно поспорить. – Пожал плечами всадник. – Но, ты прав, это здорово. — А что другая зелёная? Подруга её сестры? – кивнул головой в сторону смущающейся девушки Таннелби. Заступивший Дарии дорогу Ж’керан что-то шептал ей на ухо с озорной и широкой улыбкой на лице. От его слов зелёная всадница зарделась, а потом, чуть приподнявшись на цыпочки, что-то шепнула ему в ответ. Вид озадаченного Ж’керана немало позабавил Таннелби. А Дария, звонко рассмеявшись, продолжила свой путь. — Полёт второй зелёной был не менее впечатляющим. – Усмехнулся Таннер, для которого эта мимолётная сцена не осталась незамеченной, как и интерес сына к всаднице зелёного дракона. – Теперь у девушек не будет отбоя от кавалеров. — Почему? – провожая взглядом удаляющуюся по направлению к центру лагеря Дарию рассеяно поинтересовался Таннелби. — Потому, – запнувшись, не сразу ответил Таннер, – что их драконы выросли. И подниматься в брачные полёты они начнут регулярно. И негласный запрет Предводителя и Повелительницы Вейра, касающийся взрослеющих зелёных, на них уже… э-э-э… распространяться не будет. — Что ещё за запрет?! – удивился всадник бронзового малыша. – Я ничего подобного не знаю. — Это потому, что твой Коссарт’ слишком мал. А круг твоих интересов в данный момент сосредоточен лишь на должном за ним уходе. И если ты проявляешь интерес к противоположному полу, то твоему дракончику думать об этом… ещё слишком рано. Приобняв за плечи задумавшегося сына, Таннер повёл его к дальнему костру, возле которого расположилась бригада Рыбосолов (Крыло Лани, младшей Бенденской Госпожи) и экипаж «Бегущей», включая Истанское Крыло Джасси. У этого костра подобралась чисто мужская компания, и здесь не столько праздновали Рождение, сколько чествовали бронзового и коричневого всадников, чьи драконы победили в двойной брачной гонке. — Сын, – придержал Таннер руку Таннелби, – если тебе нравится Дария, не теряй времени. В этом Вейре очень много молодых людей. Больше, чем в любом другом. — Я понял, отец! – ожесточенно тряхнул головой всадник. – Но… услышать хотел другое. — Идём, – кивнул капитан «Бегущей». – Сейчас ты услышишь всё. И не только о Рождении.

— Что это? – вскинул Таннелби голову. – Оркестр?! Но… откуда?! Над раскинувшимся на побережье Вейром раздались нестройные звуки настраиваемых инструментов. — Ты слишком много времени проводишь в казарме, – усмехнулся мореход. – Или… в кузне. — Отец… – укоризненно произнёс Таннелби. — Ты хоть помнишь, что последняя группа переселенцев прибыла на Остров из Цеха Арфистов? — Полным оркестровым составом? – пошутил всадник. — Рад, что тебя это забавляет, – скупо улыбнулся Таннер. – Подмастерье Костан обещал нам сегодня музыкальный вечер. И первым номером собирается представить нам «Сказание о синей всаднице» в сольном исполнении Милуоки. «Сказание…» как нельзя кстати придется сегодня и к месту, и ко времени. Учитывая недавно произошедшие события.

— Милуоки? – непонимающе свёл к переносице тёмные брови Таннелби. Он не помнил девушки по имени Милуока. – Не пойму, о ком ты говоришь. — Теперь уже о зелёной всаднице, – блеснул в свете костра улыбкой Таннер. – Та девочка, что сидела за столом рядом с Ивиной. Черноволосая и стриженая. Она арфистка. По словам Костана, одна из лучших учениц Мастера Голоса Нонналы. — «Сказание о синей всаднице»?! – заинтересовался бронзовый всадник. Он помнил эту песню, удивительно лиричную и одновременно щемящую до слёз. В первый и единственный раз парень слышал её на станции скороходов в Тиллек Холде, куда по просьбе отца заходил договориться о доставке в Руат Холд письма к Руатанскому Лорду о сроках прибытия заказанных им товаров. Запавшую в душу Таннелби песню исполнял тогда арфист, по поручению своего Цеха направляющийся на служение в холд Туманный. Видимо, перед дальней дорогой Подмастерье решил скоротать вечер в обществе общительных скороходов. А за оказанное гостеприимство арфист расплатился новостями и новыми песнями, записями которых не в единственном экземпляре его щедро снабдили в Цехе. — Отец, пожалуй, я вернусь к столу. – Радуясь, что нашёлся достаточно весомый повод не появляться в кругу молодых истанцев и бенденцев, произнёс юноша. – Хочу послушать «Сказание…»

ГЛАВА ШЕСТАЯ. 6.1 ПЛАНЫ НА ВОЗВРАЩЕНИЯ

В страсти огненной Взмывайте Вы к высоким облакам. Силу Вейров умножайте, Дав волю безумную резвым крылам!!!

507-й Оборот. 2-й месяц. 16-й день

1. ПЛАНЫ НА ВОЗВРАЩЕНИЕ Т’мар поднял голову от мелко исписанного каллиграфическим почерком пергамента, когда в кают-компанию одна за другой вошли сначала Лорана, а следом за ней и Фиона. Повелительница Вейра, поймав взглядом фиалковых глаз вопрошающий взгляд Т’мара, присела напротив него и, с прищурено задумчивым видом закусив губу, скинула с выгоревших до белизны волос широкополую шляпу. — Чем занят, милый? – непринуждённо спросила она, разворачивая к себе исписанные его рукой листы. — Драконов, как и всадников, с каждым брачным полётом становится всё больше… леди, – улыбнулся Предводитель, закидывая за голову руки.– И я уже не говорю о людях, обслуживающих Вейр и тех раненых, которые по тем или иным причинам пожелали остаться на Великом после выздоровления. — А ещё о тех подростках, юношах и девушках, – серьёзно взглянув в лицо Т’мара, дополнила Лорана, – которых мы привозим сами в качестве Претендентов. Ведь ни один из несостоявшихся Претендентов Вейр не покинул. — Да-да, я знаю, – выставила перед всадником раскрытую ладонь молодая женщина, – им всем есть чем заняться. Ни один не болтается без дела, но… — … но Вейр переполнен, – веско произнесла Фиона, продолжив мысль подруги. – Затраты на содержание такого количества людей, я уже молчу о драконах и тем более не говорю о драконятах, становятся всё более обременительными. Я знаю, – интонацией голоса остановила Фиона готового возразить Т’мара, – что Клан Азииза по-прежнему будет поставлять нам продовольствие и всё, о чём мы его попросим. И чем больше мы будем его просить, тем охотней он будет это делать. — Ведь его услуги оплачиваются не только чистейшим золотом и медью, которые, кстати, мы отдаём ему практически даром, потому что не имеем возможности должным образом их обработать… — Но и услугами наших зверей, которые скоро превратятся в бессловесных вьючных животных. Я понимаю, что перемещение по контрольным точкам – вещь абсолютно важная и, безусловно, основополагающая. Но наши драконы настолько часто таскают на своих спинах не столько своих всадников, сколько людей Азииза и перемещаемые по его просьбе габаритные грузы, что скоро смогут летать от одного торгового склада до другого без обязательных координат. – Прости, Лорана, я знаю, как трепетно ты относишься к Клану торговцев пустыни. – Обернулась с виноватой полуулыбкой Фиона к внимательно слушавшей её молодой женщине. — Нужно что-то решать, милый! – дотянулась Госпожа Вейра до руки Предводителя. – Иначе мы скоро по уши увязнем не только в драконах, но и… – По моим скромным подсчётам, получается вот что… – целуя кончики пальцев Фионы, дерзко усмехнулся Т’мар, – …леди. Старшая группа молодых драконов насчитывает сто сорок шесть зверей, включая семь королев. — Бенден, Форт и Плоскогорье имеют по одной королеве. Исте и Телгару повезло больше. Каждый из них имеет по две повзрослевших золотых. – Дополняя, кивнула Лорана. — Спасибо, – обаятельно улыбнулся молодой женщине Т’мар. – Вследствие двух золотых Кладок Талент’ы в пятьсот пятом Обороте мы получили сорока двух драконов, плюс сорок два в пятьсот шестом.

– Что в общей сложности составляет восемьдесят четыре зверя за два Оборота, – вновь кивнула Лорана, сосредоточенно и серьёзно записывая названную цифру в аккуратно сшитые между собой пергаментные листочки. — Что радует, душа моя! – широко улыбнулся Т’мар Фионе. – Но, помимо золотых Кладок, в пятьсот пятом Обороте мы получили ещё и четыре полноценные зелёные Кладки. Семьдесят семь драконят. От двух старших зелёных, Сарт’ы и Сирт’ы. И тридцать восемь от достигнувших половой зрелости и поднявшихся в конце пятьсот шестого Оборота Жокат’ы и Шивит’ы. Восемьдесят четыре плюс сто пятнадцать… — Сто девяносто девять молодых драконов. – Кивнула Лорана, обмакивая огрызок своего пера в чернильницу Т’мара. — К этим ста девяноста девяти, Лорана, не забудь приплюсовать и первых шестерых, – напомнил молодой женщине Т’мар, на мгновение сурово сжав губы. — Ах да! – печально качнула головой Лорана. – Таким образом, если сложить численность старшей группы с вновь рождёнными за два прошедших Оборота, получим цифру. Триста пятьдесят один дракон. Двенадцать полноценных Крыльев!!! – сияя янтарными глазами, удовлетворённо выдохнула молодая женщина. – Я… даже не смела об этом мечтать! — Ну… – насмешливо протянул бронзовый всадник, откидываясь спиной на переборку каюты, – до полноценных им ещё далеко. А вот старших, тренировавшихся пару семидневок в условиях реального Нитепада, можно будет возвращать домой… в… Вейры… — Погоди, что… ты задумал?! – всполошилась Фиона. — Об этом потом! И то, что я задумал, случится не завтра. – Усмехнулся Т’мар. – Об этом мы поговорить ещё успеем. Сейчас о другом. Когда намечается Рождение последних двух Кладок от Сарт’ы и Сирт’ы? Под последними Кладками Т’мар имел ввиду сорок одно яйцо, всё ещё вызревающее в песке Площадки Рождений: двадцать одно, густо покрытое крупными крапинами, уже пять с половиной семидневок назад отложенное Сарт’ой, и двадцать таких же, принадлежащих Сирт’е. Помимо самих зелёных драконов, за Кладками, учитывая горький опыт первых, предыдущих зелёных Кладок (когда они потеряли практически все – двадцать шесть яиц, высосанных туннельными змеями задолго до Срока Рождения, из тридцати двух), бдительно, наблюдала не только Талент’а, но и все взрослые золотые и бронзовые Вейра. — По моим подсчётам, – свела к переносице выгоревшие на солнце и посветлевшие брови Фиона, – дракончики должны были вылупиться ещё три дня назад. — С Кладками всё в порядке! – в голос поспешили успокоить сумрачно взглянувшего на них Предводителя обе молодые женщины. — Мы с Фионой, как обычно, проверили их сегодня утром. Яйца тяжелы и скорлупа твердая. – Сверкнула глазами Лорана. – Настолько твердая, что Рождение может начаться в любую минуту. — Зная о… э-э-э… некоторой необязательности зелёных драконов, – скользнула по губам Фионы печальная полуулыбка, – Талент’а и старшие золотые по очереди приглядывают за их Кладками. Так вот, Талент’а уверяет, что находящиеся внутри яиц малыши живы. — То же самое говорит мне Зирент’, – очевидно расслабился Т’мар. – Благодарение Фарант’е! Теперь, милые леди, я хотел бы услышать от вас результат подсчета количества обитающих в Вейре людей. Количество всадников можете опустить… Не зря же вы сегодня целый день мотались по всем рабочим участкам. – С лёгкой иронией понимающе усмехнулся Т’мар. — Численность молодых людей, занятых на тех или иных работах, по нашим с Лораной подсчетам, приблизительно равняется шестистам человекам. Это половина населения полноценного Вейра… такого как Телгар, например, – вернув спутнику менее ироничную, но более ядовитую усмешку начала отчёт Фиона. – Наиболее многочисленными группами являются группы старателей, ледолазов, рыбаков-мореходов и артель рыбосолов Ор’са. Именно их трудами Вейр себя и обеспечивает, – сделала многозначительную паузу Госпожа Вейра. — Я понял! – кивнул Т’мар, быстро сделав пометку на одной из табличек, что, помимо пергаментных листов, были разложены перед ним на столе. — Количество молодых людей занятых только на этих участках в общей сложности составляет примерно двести пятьдесят – двести восемьдесят человек. Артель Ор’са насчитывает сто человек, половина из них – молодые всадники Бендена и Исты. — Но, – обратила Госпожа Вейра взгляд своих чудесных глаз на Т’мара, – так как всадников мы не считаем, то получаем цифру триста тридцать – триста сорок человек. — Это те, от кого зависит благополучие Вейра, так? – прищурившись, взглянул на свою спутницу Т’мар. — Верно, – кивнула Фиона. – Ещё полсотни нашли своё место в кожевенной мастерской Нигрина и Гирины. — Триста девяносто плюс-минус десять, – быстро откликнулась Лорана. – Так как Мастер Кузнец после Запечатления своего Подмастерья Риза с бронзовым Сават’ом из последней Кладки Талент’ы остался совсем без помощников, он взял себе в ученики сразу трёх подростков из горняцкого цеха Исты Холда. — Тех, что в Поиске высмотрел ты, милый. – Легко улыбнулась Фиона, – для двух предыдущих зелёных Кладок. — Мальчишкам не повезло? – расстроился Т’мар. – Жаль. Я был уверен, что у них получится. Зирент’ на всех троих среагировал так шустро. — Мы всё ещё считаем, Предводители… – напомнила о цели собрания Лорана. — Так, теперь девушки… – ненадолго задумалась Фиона. – Тех, что сегодня остались дежурить в Кухнях, я насчитала до полусотни. Ещё сорок во главе с Индирой, которой сегодня выпали обязанности старшей прачки, отправились к пристани «Бегущей». Пять учениц Целителей и двенадцать добровольных помощниц плюс Дж’риз, под руководством Теворы и Серры, занимаются в Лекарских Залах. — Подмастерья Бэкка и Костан с ещё пятнадцатью любознательными и проявляющими интерес к лекарскому делу юношами и девушками отправились в предгорья Восточного Хребта. Предводитель недоуменно вопрошающе изогнул бровь. — На сбор опавших шипов иглошипа, – позволила себе насмешливую легкую полуулыбку Фиона. – Пока их ещё можно собирать безопасно, милый. Уже скоро мы должны будем вернуться… – вскинула Фиона то ли вопрошающий, то ли утверждающий взгляд чудесных глаз в лицо спутника. — И отправились они на крыльях... кого, Госпожа Вейра?! – свёл к переносице густые брови бронзовый всадник. – Трое зверей из Крыла Р’нея и пятеро из Крыла ’Би, Предводитель. И не смотри на меня так грозно, Т’мар. Ты сам разрешил Целительнице этот полёт. – Рассердилась Фиона. — Бронзовый всадник К’дан, – раздражённо смахнув с лица выбившийся локон, продолжила отчёт Фиона, – со своим полуКрылом и десятком несостоявшихся Претендентов отправились в Айгенскую фосфиновую шахту. И я начинаю догадываться, зачем… Т’мар неопределённо хмыкнул, жестом попросив её продолжать. Об этом полёте он не забыл. К’дан отправился к шахте с его приказом привезти столько огненного камня, сколько смогут поднять драконы. — Ещё две, самые младшие девочки, вместе с Джираной присматривают за детьми. Кроме Диоры, дочери золотой всадницы Теворы и тройняшек Фионы, в Вейре появились ещё Серрина, дочь Целительницы Серры, Веран, сын Ж’керана и Весты (как результат первого брачного полёта Жокат’ы и догнавшего её Карлит’а) и Селлулина, дочь зелёной всадницы Сель и синего всадника Х’рулина. Рождение малышки, к удивлению Фионы, заметно изменило поведение синего всадника и, судя по всему, придало новый смысл его жизни. Его, так часто искавшего острые ощущения как в небе, так и в Вейре, стали частенько замечать с младенцем на руках не только на верхней палубе «Тессины», где Фиона обустроила детскую площадку, но и возле своего дракона. Удобно устроившись в передних лапах Хват’а, всадник что-то тихонько и нежно напевал своей малышке-дочери, пока та не засыпала. — Ещё тридцать несостоявшихся Претендентов, на крыльях, – интонацией выделила Фиона специально для Т’мара, – Карлит’а, Садвит’а, Виккит’а, Шалтит’а и Тройт’а – я отправила на Круглый Остров. Запасы яиц крытоживов и орехи твердоплодов подошли к концу. — Значит, – поймав всё ещё рассерженный взгляд подруги, примирительно произнес бронзовый всадник, – коричневые Ж’керан, Н’гой, Г’лис, Вин’ и Т’рис отправились на Круглый Остров… — Ар’сей со своим полуКрылом, – не обращая внимания на предложенное перемирие, продолжила Фиона, – и остальными незанятыми девушками отправились на Кошачий Луг за плодами феллиса. — Нет, – застонал Т’мар. – Видеть их больше не могу. — Тогда красноплоды. – Безжалостно парировала Фиона. – И жареная пёстрорыба. — Скорлупа и Осколки!!! — Это всё, Т’мар, – подавила злорадную усмешку Фиона. – Вроде все при деле. И всё же нас много. — Будет намного меньше. – Невесело усмехнулся Т’мар. – Крыло старших всадников, как и тех, из Форт Вейра, кто ещё оставался, я уже отправил. Обе молодые женщины кивнули. И Фиона, и Лорана получили соответствующий отчёт от Талент’ы и знали об отбытии Старшего Крыла. — Как только повзрослевшие золотые отлетают свой первый брачный сезон. Золотые Кладки проклюнутся. А Запечатления свершатся… – не договорил Т’мар, с острой тоской прикрывая глаза. — Ещё пять месяцев, Т’мар? Пять месяцев и мы… будем свободны?! – не сдержала откровенной радости Фиона, мгновенно догадавшись, о чём говорит её всадник. — Кто останется здесь?! – с тревогой и беспокойством взглянула Лорана сначала в сияющее лицо подруги, а затем и на задумавшегося Т’мара. — Пока… не прибудут Джейла и Х’нез, за всем, что здесь будет происходить, присмотрите вы с К’даном. – Вперил взгляд требовательных тёмных глаз Т’мар в лицо бывшей всадницы золотого дракона. – На ваших руках останутся драконята из последней Кладки Талент’ы, Сарт’ы и Сирт’ы. Это, между прочим… — Шестьдесят два подрастающих дракона, – мягко улыбнулась Лорана. – Я поняла, Т’мар. — Будет нелегко, учитывая вновь вылупившихся. – С понятным беспокойством негромко продолжил всадник. – И, Лорана, я бы рекомендовал вам с К’даном не увлекаться Поиском, а использовать тех Претендентов, что уже находятся в лагере. — Уверен, их будет более чем достаточно, – сделал паузу Т’мар. – И ещё, перед отбытием… я подумаю, какое из Крыльев в помощь Крылу К’дана вам оставить. – Глядя в глаза молодой женщине, произнёс Предводитель Вейра. – В любом случае, на помощь Телгара вы можете рассчитывать. Меньше, чем через Оборот начнут падать Нити… — Тогда, на Великом не сможет выжить никто. Но ваша главная обязанность и задача, милая Лорана, продержаться. Продержаться столько, сколько возможно, – дотянулся до запястья руки молодой женщины Т’мар. – Чем старше будет подрастающий молодняк, тем проще придется нам с ними в Телгар Вейре, когда вы вернётесь. Тем меньше времени будет им нужно для… взросления. — Предводитель… – громко стуча каблуками сапог по лестнице, через минуту буквально ввалился в каюту Д’ран, молодой зелёный всадник. – Корант’а… она поднялась. — Тария?! – выдохнула Фиона, прижимая к груди до боли в суставах сжатые кулаки. – Наконец-то! — Давно пора, – удовлетворённо проворчал, поднимаясь, Т’мар. – Она последняя из старших зелёных, кто делает это впервые. Удержав за локоть соскочившую со скамьи Лорану, тихо, чтоб слышала только она, Т’мар произнёс: – Шестьдесят два плюс восемнадцать, Леди! Вам будем трудно и сложно. — Мы справимся, Т’мар! – с благодарностью, уголками губ улыбнулась Лорана и поспешила следом за сбегавшей по трапу Фионой. «Госпожа Вейра, – обратился к всаднице своей подруги бронзовый Зирент’, – Т’мар просит тебя немедленно вернуть в Вейр тех коричневых, что сейчас находятся на Круглом Острове. Всех остальных, находящихся вне Вейра, я уже оповестил».

6.2 ОБЛЁТ

2. ОБЛЁТ Известие о том, что Корант’а поднялась, застало Ксинну далеко от Восточного (Великого) острова. С сожалением выдохнув и с минуту подумав, всадница всё же решила не прерывать свой разведывательный полёт. Сегодня они с Тизит’ом забрались так далеко, как никогда раньше. И как бы ей ни хотелось присутствовать при первом брачном полёте подруги, сейчас больше всего она желала увидеть то, что лежит за большой рекой. Вопреки запрету Предводителя, на свой страх и риск синяя всадница в течение последнего месяца регулярно и упорно облетала ту часть острова, которую за прошедшие два с половиной Оборота всадники Великого не посещали никогда. Зачем она это делала, Ксинна не смогла бы ответить. Но то, что это было не просто любопытство, девушка понимала. Как понимала и то, что время возвращения на Северный Континент приближается. Об этом ещё не говорили в открытую, но… с нетерпением ждали. Ждали, когда Предводители назовут месяц и день. О грядущем отлёте свидетельствовали свозимые и тщательно упаковываемые мешки, тюки, бочонки и корзины (что с таким мастерством и сноровкой плёл дядька Колфет), мешки с солью, тюки с выделанными шкурами Мяучел и Хурак, корзины с пленяющим своим разнообразием и красотой янтарём, медными, золотыми и серебряными слитками, что день и ночь сплавляли Мастер Ставер и ставший бронзовым всадником Риз. В помощь кузнецам Предводитель отрядил и Р’нея, всадника бронзового Шаллит’а, и это не считая трёх не прошедших Запечатления новых учеников Мастера. Бочонки с солониной, которые после каждой рабочей смены Крыло Ор’са теперь сгружало под натянутыми тентами возле «Истанской Жатвы». Сети, уже не пригодные для добычи рыбы, загружали твёрдоплодами и фруктами, для сбора которых приходилось отправляться всё дальше (либо к подножию Хребта, либо за Кошачью Реку), так как вблизи Вейра их практически не осталось… А ещё, вчера вечером Ксинна стала свидетельницей того, как Тевора с Серрой добавили к приготовленному для отправки грузу две увесистые корзины, тщательно обмотанные длинными, ветвистыми стеблями местного ползучего древесного растения, название которого синяя всадница не знала. Именно вопрос Теворы, обращенный к Серре, дал ей ясно понять, что груз… предназначен вовсе не для торговцев Азииза, как она тогда думала. — Ты пометила корзины, Серра, как хотела Бэкка? – спросила Тевора, бережно натягивая на обе один из углов тента. — Да. На ручках каждой из них закреплены названия Вейров, для которых они предназначены. Очень надеюсь, что М’кури не перепутает. А сегодня утром… весь груз исчез. Как и Крыло старших всадников под командованием коричневого Ж’керана. Как и четыре драконьи пары, что ещё оставались на Великом, чьи всадники принадлежали Форт Вейру. Тряхнув головой, Ксинна отвлеклась от роившихся в её сознании мыслей. Прожив два с половиной Оборота в островном Вейре, всадница буквально влюбилась в это странное и чудесное место. В безбрежное море, что вечерами убаюкивало её в лапах Тизит’а. В высокое небо, поднимаясь в которое ощущала мощь и восторг. В пески, которые были несколько иными, чем на Телгарской Площадке Рождений или вообще где-либо на Северном Континенте. В безграничное пространство, что окружало её с утра и до вечера, не стесненное никакими каменными стенами… Она не хотела уходить, – наконец поняла причину своих тайных вылазок Ксинна. Она хотела остаться здесь. Как надолго? Она не знала.

«Как получится», – вздохнула всадница, переводя взгляд под правое крыло дракона. Тизит’, экономя силы, ловил нисходящие потоки воздуха. Поэтому, не напрягая глаз, девушка хорошо различила под крылом своего синего заметно изменившийся рельеф той местности, над которой они неспешно летели. Над поверхностью водной глади реки (?!) (ничем иным это быть просто не могло) сплошным мясисто-зелёным ковром, заметно отдающая ненавязчивой бледной синевой, раскинулась пышная растительность. – Ты видишь это? – в голос спросила недоумевающая Ксинна. «Да», – односложно ответил Тизит’, спускаясь ниже. — Но ведь этого, не может быть! – выдохнула всадница, склоняясь так низко, что страховочные ремни больно впились в тело. Под ними, насколько хватало глаз, широкой полосой, где уже, где шире, петляла маняще причудливая зелень, полностью повторяющая прихотливые изгибы реки. Зелень, гордо возносящая свои кроны над поверхностью глади воды, что мягко поблескивала в лучах низко опустившегося к горизонту Ракбета. «Но так есть, – бесстрастно ответил дракон, мерно вздымая и опуская крылья. – Мы должны вернуться. Я голоден и устал». – Возвращаемся, – тут же откликнулась всадница, ощущая нарастающую усталость зверя. Мысленно представив раскинувшийся на прибрежных песках широким полукругом Вейр, точно в середине которого щеголяла крутыми обводами боков изящная красавица «Тессина», Ксинна передала координаты довольно рыкнувшему зверю.

6.3 Я САЛЬВАТТ

3. Я САЛЬВАТТ’ Снижаясь пологой спиралью к привычному для них месту посадки и взлёта (возле пятака вешал, предназначенных для просушки сетей), Ксинна мгновенно поняла, что они с Тизит’ом пропустили не только первый брачный полёт Корант’ы, но и опоздали на Рождение. Сосредоточенная и целенаправленная суета на Площадке Рождений подходила к концу. На песке, прикрывающем плоские камни Площадки (после трагической потери двух первых зелёных Кладок пространство, ограничивающее Площадку, выложили большими, относительно плоскими камнями, отшлифованными океаном), оставалось всего два раскачивающихся и готовых треснуть крапчатых яйца. «Корант’у догнал бронзовый Шаллит’», – с отчётливым сожалением сообщил своей всаднице Тизит’. – О!! – тут же, с непонятным для Ксинны волнением рявкнул синий. «Прости!» – покаянно произнесла Ксинна, с нежностью прижимаясь к мягкой драконьей шкуре. «Мы не опоздали», – утешил подругу Тизит’, прикрывая внутренними прозрачными веками фасетки глаз, замерцавших сине-зелёными, с проблеском бледно-лиловых оттенков, цветами. «Ты ждёшь...», – ощущая неявное волнение и смутное томление зверя, догадалась всадница. «Да», – бесстрастно ответил Тизит’. «Чего?» – забеспокоилась Ксинна. «Охоты». – Непонятно ответил дракон. «Охоты, – повторила в раздумье девушка. – А на кого?!» «Саринт’а. Она готова подняться». Саринт’а! – ахнула Ксинна. – В’лекс! И её Тизит’ полон решимости, не пропустить эту гонку. Что ж, когда-нибудь… это должно было случиться. – Зябко обхватила себя руками Ксинна. – И если… Тизит’ догонит Саринт’у… ведь Ж’керана в Вейре нет… В’лекс не худшее, что может с ней случиться. «Ж’керана в Вейре нет, – всё так же бесстрастно подтвердил дракон. – Саринт’а быстра. Но я быстрее». – А бронзовые?! – всплеснула руками девушка. «Саринт’а им не нужна. Она стерильна». – Глубокомысленно заключил синий, вальяжно растягиваясь здесь же, под сетями, лениво колыхавшимися под дуновением приходящего со стороны океана бриза. — А коричневые? – не унималась Ксинна. – В Вейре много достойных коричневых зверей. «Я быстрее любого из коричневых здоровяков», – с нерушимой уверенностью заверил всадницу синий зверь, прикрывая глаза второй парой век. И замер в терпеливом ожидании предстоящей восхитительно горячечной погони. А на Площадке проклюнулось последнее яйцо и, ломая скорлупу, нервно и тонко попискивая, из осколков появилась маленькая… бронзовая головка. Бронзовая?!! – Не сразу поверила своим глазам Ксинна, когда в смятении остановилась за спиной одного из неудачливых Претендентов. – Этого не может быть!! Потому что этого не может быть никогда!!! Из зелёных Кладок всегда! выходили только синие и зелёные дракончики. Если рождался коричневый, это считалось неимоверной удачей. А если коричневых было больше чем один, то такое Рождение, по распоряжению Предводителя Т’мара, отмечали всем Вейром. А здесь… бронзовый!!! Появление бронзового малыша от зелёной самки повергло в шок не только всадницу синего дракона!!! Всех, кто толпился рядом с Площадкой!!! Предводитель от неожиданности произошедшего, прищурившись, недоверчиво качнул головой. Фиона от избытка чувств с силой вцепилась в руку ошеломлённой Лораны…

Риган, упав на колени рядом с триумфально вздёрнувшей голову Сирт’ой, не стесняясь катившихся по щекам слёз, боялась отвести от малыша взгляд. А дракончик, выбравшись из ломкой скорлупы, сиротливо сложив крылышки, стоял среди замерших в недоумении людей и жалобно скулил… Нигрин, будто очнувшись, выдохнул и, осторожно ступая, шагнул навстречу малышу… «Тебя не ждали, – опускаясь перед бронзовым крохой на колени, смятенно думал парень. – Но я так тебе рад!!.» «Я голоден, Н’грин, – доверчиво заглядывая в глаза Нигрина опалово мерцающими фасетками, всхлипнул дракончик. – Я так долго был в яйце». «Идём. Я тебя накормлю, малыш», – неуклюже поднялся с колен Нигрин, всё ещё не веря в свою счастливую, неожиданную звёздную удачу. «Я Сальватт’, – смешно фыркнул дракончик. – И я очень, очень голоден».

6.4 АЛЛЕЛИ ГЕНОВ

4. АЛЛЕЛИ ГЕНОВ — Итак, – оглядел Предводитель собравшихся в кают-компании Командиров Крыльев странно задумчивым взглядом, – после сегодняшнего Запечатления мы имеем двести сорок шесть молодых драконов. Старшую группу всадников, прибывших на острова первыми, я не считаю. — Две юные королевы, четырнадцать плюс вылупившийся сегодня Сальватт’ – пятнадцать бронзовых, – на мгновение опустил на свои руки взгляд Т’мар. Удивляясь и совершенно не понимая, как мог появиться бронзовый из зелёной Кладки. Но с этим он попробует разобраться позже. Сейчас. Сейчас же он должен донести до молодых Командиров вновь сформированных Крыльев те первоочередные задачи, которые реализовывать предстоит уже им. Особенно тем, чьи звери вылупились здесь, на Великом. — Сорок два коричневых, – собравшись, продолжил Предводитель, – девяносто три синих и девяносто четыре зелёных. И это – весьма достойное пополнение! – заставил себя широко улыбнуться всадник, понимая, что два с половиной Оборота, проведённых на Острове, были прожиты им не зря. — Но… – чуть повысил голос Предводитель, перекрывая радостные шепотки и восторженные восклицания, – драконята должны ещё вырасти. А золотые драконы, – наступившая вдруг тишина позабавила Т’мара, – подняться в брачных полётах и отложить Кладки. И только тогда, убедившись, что все дракончики всех девяти золотых Кладок нашли своих партнёров, часть тех всадников, чьи звери стали достаточно взрослыми, покинут Остров. После последних его слов в кают-компании воцарилась абсолютная, мертвенная тишина. Все отчётливо поняли, что срок пребывания на Великом… истекает. — Почему, Предводитель, ты сказал о девяти Кладках? – через минуту, откашлявшись, уточнил М’них. – Ведь у нас семь старших королев. – Взглянул в посуровевшее лицо Т’мара коричневый всадник, со вчерашнего дня ставший Командиром вновь сформированного Крыла. — Потому, что королев у нас девять, – с едва заметной иронией дёрнул уголком губ Т’мар. – семь старших и две вылупившиеся уже здесь в Вейре Великом. И обеим через три месяца исполнится по два полных Оборота. — В Записях, что хранятся в Архиве Телгар Вейра, мне приходилось читать, – поочерёдно вглядываясь в лица всех тринадцати молодых Командиров продолжил Т’мар, – что золотые драконы могут и частенько поднимались в первые брачные полёты не только на третий, но и на второй Оборот после выхода из яйца. Если Ринлат’а Теворы или же Пинорт’а Бэкки поднимутся в этом Обороте, от этого… выиграют все Вейры Перна. — Кстати, – коварно блеснул глазами Предводитель, – если в Кладках этих золотых окажется по королевскому яйцу, то маленькая королева достанется тому Вейру, чей дракон сплетет свою шею с шеей золотого дракона. — Ух ты! – выдохнул бронзовый бенденский всадник Л’ейк. – Вот это щедрость! — Это не щедрость, – чуть раздвинул в улыбке губы ’Би. – Это здравый смысл. Вейр Телгар уже имеет пять королев. Этого более чем достаточно… для одного Вейра. — Ты прав, всадник, – серьёзно и с уважением, как равному, кивнул Т’мар юноше. – И не забывайте, господа, что… Нити начнут падать уже через одиннадцать месяцев. Дождавшись, когда молодежь покинет борт «Тессины», Фиона улыбнулась остающейся с оравой детей Джависсе и поспешила в кают-компанию. — Раздаешь золотые яйца, ещё даже не зная, когда юные королевы поднимутся? – переступая комингс, спросила она. — Скажи мне, Повелительница Вейра, – поднимая голову со сложенных на столе рук, вопросом на вопрос ответил Т’мар, – каким образом из зелёной Кладки Сирт’ы мог появиться бронзовый Сальватт’?! Я должен… должен понять… – с тоскливой мукой произнёс всадник. – И, понимаю, что… ничего не понимаю. — Ни о чём подобном я никогда не слышала. И не читала. Но… – с нежностью откинула Фиона с его лба упрямо падавшую на глаза прядь, – пожалуй, нам поможет в этом разобраться… — Кто?! – с жадным нетерпением воскликнул Т’мар. — Подмастерье арфист Костан! – негромко рассмеялась Фиона. – К’дан говорит, что у него есть интересные… данные. — Я пошлю за ним, – оживился Предводитель. — Я сама, – мягко нажав ладонями на плечи мужчины на полголовы выше неё, она заставила его вновь опуститься на скамью. — Талент’а, девочка, – в голос обратилась всадница к своему дракону, – пригласи к нам, пожалуйста, бронзового всадника К’дана и Подмастерье арфиста Костана. А ещё предупреди Лорану, что мы с Предводителем ждём её на борту «Тессины». «Хранительница и бронзовой всадник ждали приглашения в жилище второго арфиста», – через минуту доложила королева. И в её тоне Фиона различила явный интерес и любопытство. – Как интересно-о-о. И чем же они занимались в ожидании приглашения? – заинтригованная ответом дракона уточнила всадница. «Спорили…» — Что?! – с плохо скрываемым нетерпением и некоторой долей раздражения воскликнул Т’мар. — Талент’а говорит, что и Лорана, и К’дан уже некоторое время горячо и долго что-то обсуждали с Костаном в его жилище.

— Зная Лорану и К’дана… – сверкнул глазами Т’мар, – могу поспорить, что они обсуждали вставшую перед нами проблему. «Все трое поднимаются», – предупредила свою подругу золотая. «Спасибо, милая!» – с благодарностью и любовью кивнула Фиона, ощутив, что оба дракона, золотая и бронзовый, улеглись перед трапом шхуны, крыло к крылу, и приготовились внимательно слушать. — Что? – усмехнулся Т’мар, кивнув на иллюминатор. – Наши звери решили разобраться в этом вопросе так же, как и мы? — Они… любознательны, – с нежностью откликнулась девушка, распахивая дверь перед вновь прибывшими. — Зная интерес Кин… прошу прощения, – видимо смутился арфист Костан, искоса бросив взгляд на ободряюще кивнувшего ему К’дана, – бронзового всадника Лурент’а к вопросу, касающемуся численности и размножения драконов…

— Мастер Верилан попытался снабдить меня…э-э-э… всеми данными, что ему удалось раскопать в Архивах нашего Цеха. Э-э-э… Вы даже не представляете, до каких Оборотов он добрался в своих изысканиях. Главный Мастер Арфист Зист также приложил немало усилий, что бы вручить мне… э-э-э… те… самые сведения, которые… я надеюсь, и помогут внести ясность в то, что произошло сегодня на… э-э-э… Площадке Рождений. — Разрешите, – потянулся арфист к туго набитому и, судя по всему, тяжеленному мешку, что с таким удовольствием К’дан плюхнул на стол перед Фионой. – Здесь… э-э-э… – бережно, но деловито извлекал из мешка Костан всевозможные пергаментные свитки сложенные вчетверо, а то и в шесть раз, скрупулёзно переписанные рукой Верилана, кожи (крупный и разборчивый почерк друга К’дан узнал мгновенно). По мере опустошения мешка перед Предводителями на стол ложились и немногочисленные прозрачные бумажные листы (некоторые из которых были сильно потрепанными и находились внутри внешней твердой оболочки) и исписанные не совсем понятными символами и беглыми, иногда незаконченными, рисунками, хрупкие от ветхости бамбуковые манускрипты… Объединяло все эти Записи одно – присутствие отчётливых, реалистичных, с любовью прорисованных изображений драконов. Рисунки золотых и зелёных, бронзовых, коричневых и синих были на каждой странице, в начале или в конце каждого листа, на полях. А в некоторых случаях с изображения драконов начинались первые строки Записей. — Многие сведения с трудом читаются, – говорил арфист. – Некоторые настолько непонятны и кажутся сущей галиматьёй, что просто хочется всё это… э-э-э… выбросить. Но Главный Мастер Зист и Мастер Верилан, отправляя меня сюда, предупредили, что… э-э-э… в первую очередь я должен показать всё это Леди Лоране и Мастеру Арфисту Киндану. Ведь они… м-м-м… – постучал себя по груди, чтобы откашляться Костан, – как известно всем на Перне, прошли обучение в Сокрытых Учебных Классах Бенден Вейра. —Главный Мастер Арфист Зист, вручая мне… э-э-э… эту Запись сказал: «Если в этом, не сможет разобраться Лорана, то уже никто и никогда этого сделать не сможет». — Не прибедняйся, Подмастерье, – непривычно резко оборвала разговорившегося арфиста молодая женщина. – В существе вопроса ты, по большому счёту, разобрался самостоятельно, и думаю, что более чем успешно. Без твоих соображений и черновиков… мне разобраться в записях Бэй было бы намного сложнее. И заняло бы это много больше времени. А времени, как оказывается, у нас было… э-э-э… немного. — Но чего мне это стоило. – Благодарно блеснул глазами в сторону Лораны Костан. – Бессонные ночи. Головные боли. Потеря аппетита… — Костан!!! – голос в голос, нетерпеливо и возмущённо воскликнули и К’дан, и Лорана. — Нам… Предводители… э-э-э… осталось самое сложное. – Произнёс арфист, проигнорировав возглас обоих, и особо бережно извлёк из бездонного мешка папку с прозрачными листами небольшого формата. Прозрачные и твёрдые листы были соединены между собой металлическими кольцами, – сделать правильные выводы. – Опустил перед Фионой драгоценность Костан. — Это… это похоже на… – чуть заикаясь и не решаясь коснуться завораживающе твёрдой и гладкой обложки, пролепетала Фиона. — На «Хроники…», что ты не выпускала из рук всё последнее время перед отлётом из Телгара, – с глубоким удовлетворением откинулся спиной о переборку каюты Т’мар. – Но это не «Хроники…», не так ли, арфист?! – вперил напряжённый взгляд в лицо Подмастерья Предводитель. — Своего рода Хроники, мой лорд! – с почтением, едва касаясь пальцами плотных листов, ответил парень. – Хроники того, как и какими трудами были выведены… э-э-э… драконы Перна. Но к этому… – вновь запустил Костан руку в мешок, – прилагается ключ.

— Ключ?!. – изумилась Фиона, энергично вскинув голову на возвышавшегося над ней арфиста. — Да, – легла поверх прозрачной обложки Записей металлическая серебристая пластина с четко выдавленными на ней буквами и символами. – Это из личного Архива Главного Мастера Арфиста, – с теплотой и уважением произнёс Костан. – Боюсь даже представить, сколько времени у него ушло на то, чтобы разобрать все те Записи, доставшиеся от его… э-э-э… предшественников. При упоминании личного Архива Зиста по губам Лораны скользнула мимолётная и лёгкая улыбка. Трепетно и осторожно Фиона взяла в руки металлическую табличку. — Я… ничего… не понимаю, – вскинула она на Т’мара беспомощный взгляд. – Только… отдельные слова. — Разрешишь?.. – протянул к табличке руку всадник, глаза его лихорадочно блестели. Шесть слов и множество непонятных символов, прочитать которые не представлялось возможным. XGXgRr (+ BB или Bb или bb) – Золотая, XGXgRR+; XGXgrr +; XgXgRR +; XgXgRr +; XgXgrr +; – Зеленые + (BB или Bb или bb) аллели 3-го гена, для самок значения не имеют, XgYRrBb (или bb) – Бронзовый, XGYRR+; XGYRr+; XGYrr+; XgYRR+; XgYrr+; – для Коричневых, аллели 3-го гена только ВВ, XGYRR+; XGYRr+; XGYrr+; XgYRR+; XgYrr+; – для Синих, аллели 3-го гена только Bb или bb. — Что это?! – недоумённо, с раздражением спросил Т’мар, по очереди вперяя взгляд чёрных глаз в лица сначала Лораны и К’дана, а затем и Костана. — Т’мар… Предводитель, – тут же поправилась бывшая всадница золотой Арит’ы, – послушай… – она неторопливо придвинула к себе прозрачные бумажные листы и папку. – В записях Бэй Харкенон… – найдя нужную закладку, раскрыла Лорана папку. — Бэй Харкенон?! — Да, Госпожа. Она, как и Пол Ниитро, как и многие другие наши предки, под руководством Китти Пинг Янг и её внучки Цветка Ветра участвовали в выведении драконов. — Именно Бэй и Пол, после Цветка Ветра, были наиболее квал… квалифиц…

квалифицированными, – старательно произнесла незнакомое слово Лорана, – био… биогенетиками, которые и закончили начатое Китти Пинг дело после её смерти. И это, – приподняла над столом пухлую папку молодая женщина, – ежедневный отчёт Бэй.

Вынув из рук Т’мара табличку, Лорана мягко улыбнулась, пробежав глазами чётко выдавленные слова. — Когда арфист Костан впервые, больше Оборота назад, выложил это передо мной, я… растерялась. Но слова «третий ген» и «аллели» заставили меня задуматься и вспомнить. Вспомнить всё, чему Эморра, дочь Цветка Ветра, учила нас в Учебных Классах. — Внимательно изучив Запись Бэй, дата окончания которой помечена десятым месяцем восьмого года после высадки. — Года? — Так называли Оборот первые перниты, – вскинула ясные янтарные глаза Лорана на подругу. – Я не сразу, но… всё же разобралась… с помощью Костана и К’дана… что речь идёт о половых признаках, присущих нашим драконам. И это, – с любовью провела по серебристой поверхности таблички кончиками пальцев молодая женщина, – краткая запись того, о чем Бэй писала в своём отчёте. — И ты, можешь расшифровать всё это для нас?.. – вопрошающе развернулся к молодой женщине Т’мар. — Да, – уверенно ответила Лорана. – Не так и не теми словами, что употребляла в отчёте Бэй… Но так, как это поняла я. Вы готовы, мои господа… слушать? — С нетерпением, – хмыкнул Т’мар. Фиона лишь кивнула, плотнее придвинувшись к столу. К’дан и Костан сдвинулись ближе, чтобы не выпускать из поля зрения надписи на табличке. — Хорошо. Тогда начнём. Итак… … первая строка… — XGXgRrBB или XGXgRrBb или XGXgRrbb, – быстро и без ошибок писала на графитовой дощечке уже ставшие знакомыми для неё сочетания букв Лорана. – Все три записи означают, что это – самка. Золотая самка, – сделала ударение на слове «золотая» молодая женщина. Об этом говорят аллели первого гена, вот эти «XG» и «Xg». — Аллели?! — Да. Гены, или… ну, чтобы было понятно… кубики, из которых строятся живые организмы. Все организмы. И мы, и драконы, и туннельные змеи… Все. Из таких «кубиков» состоят наши тела. Именно благодаря определённому сочетанию таких «кубиков» мы от своих родителей наследуем цвет глаз, волос, форму носа, ушей и… – легко рассмеялась Лорана, блеснув глазами в сторону Фионы. – …характер. — Так вот, исходя из Записи Бэй, «кубики», правильнее будет называть – генами, состоят из двух половинок. Такие половинки Бэй называет «аллелями». И эти половинки – аллели – могут как различаться между собой, так и быть одинаковыми. В данном случае две половинки одного гена, аллели, различаются между собой, и именно это различие… м-м-м… обусловливает рождение королевы. — Если бы ген складывался из двух одинаковых половинок «Xg», то был бы не золотой, а зелёный дракон. Смотрите, – быстро принялась переписывать на дощечку вторую строку таблички Лорана. – Видите, первый ген зелёных… — …совпадает… с тем, что ты говорила о… королевах… – растерялась Фиона, ткнув пальцем в первые два слова, – «XGXgRR+», «XGXgrr+», видишь?

— Да, – улыбнувшись, тряхнула чёрными кудрями подруга. – Но обрати внимание на второй ген, – обвела Лорана последние две буквы в каждом слове. – У королев он складывается из аллелей «R» и «r». Именно этот ген обусловливает высокий ранг дракона. А у зелёных? У зелёных такого сочетания аллелей нет. Поэтому они – зелёные. — Для того чтобы из яйца вылупилась королева, ее генотип, так Бэй называет определённое сочетание аллелей в гене, – мимолётно пояснила для слушателей Лорана незнакомое слово и, заправив тёмный выбившийся локон за ухо, продолжила, – должен содержать именно аллель «XG» первого гена и второй ген, складывающийся из строгого сочетания аллелей «R» и «r». — А вот это? Что означают эти… м-м-м… буквы?! – указала Фиона на сочетание BB или Bb или bb, помеченные словами «аллели 3-го гена, для самок значения не имеют». — Это сочетание аллелей третьего гена… — Ещё одного? – развернул дощечку, на которой писала Лорана, ближе к себе Т’мар. — Да, мой лорд, – кивнула молодая женщина. – Генотип драконов складывается не из двух «кубиков», как у нас, людей, а из трёх. И если для самок, как золотой, так и зелёной, он большого значения не имеет, то для самцов является определяющим. В зависимости от того, сочетание каких аллелей после спаривания взрослых драконов получит будущий дракончик, будет определяться его ранговая принадлежность и цвет. — Вот как! – хмыкнул Предводитель. — Для того, чтобы из яйца вылупился бронзовый дракон, его генотип должен содержать гены XgYRrBb или bb. — Вторая Аллель Y в первом гене XgY – показатель того, что это самец. Для коричневых и синих, – увлечённо продолжала Лорана, – сочетания первых двух генов одинаковы за исключением аллелей третьего гена. — Видите? – старательно переписала на дощечку следующие четвёртую и пятую строки таблички молодая женщина. – Для того, чтобы шкура дракона приобрела явный коричневый цвет, в генотипе, – с удовольствием произнесла новое слово Лорана, – должны присутствовать только одинаковые аллели третьего гена BB. Для синих сочетания аллелей могут быть различными… как «Bb», так и «bb». Но ни в коем случае не BB. — Это если вкратце и самую суть. – отложила Лорана мел. — Если захотите узнать больше, то Записи Бэй содержат объяснения, почему шкуры драконов имеют именно те цвета…. которые мы у них наблюдаем. Кроме того, Запись Бэй содержит подробные рисунки драконьего скелета, мышц и, что особенно важно, строение крыла дракона. И всё с подробными пояснениями. Т’мар отрицательно качнул головой, не отрывая глаз от записей: — Дай разобраться с этим, Лорана. Фиона, оторвавшись от таблички и дощечек, задержав на подруге внимательный, заинтересованный взгляд, кивнула, приняв к сведению столь своевременное предложение. Дождавшись, когда Предводители и оба арфиста (что особенно позабавило молодую женщину) внимательно сравнят сделанные ею в ходе пояснения записи и Записи, выдавленные на металлической табличке Бэй, Лорана, сияя янтарным блеском глаз, спросила: — Теперь вам понятно, как из Кладки зелёного дракона мог появиться бронзовый дракончик? — Нет! – дружно и в голос ответили Т’мар и Фиона. — Нет? – изумилась Лорана. — Нет, – подтвердил Предводитель. — Не совсем, – уточнила Госпожа Вейра. Глубоко выдохнув, молодая женщина уже открыла было рот, чтобы начать объяснять, но... её опередил К’дан. — Скажи, Предводитель, сколько раз за два прошедших Оборота зелёная Сирт’а поднималась в брачный полёт? — Пять, – быстро ответила Фиона. — А какой из драконов все пять раза её догонял? – дерзко усмехнулся К’дан. — Бронзовый… Шкорт’. – С запоздалым пониманием выдохнула Повелительница. — Значит… — …нам крупно, сказочно… повезло, – шумно отодвинулся от стола Костан. – У коричнево-золотой пары шансов отложить королевское яйцо больше, чем заиметь бронзовое яйцо у бронзово-зелёной. Единственным объяснением того, что случилось, может быть только одно: удачное расхождение столь необходимых для бронзового малыша аллелей генов, усиленное многократным влиянием одного и того же бронзового партнёра. — Не горячись, друг, – вскинул на Костана ярко-синие глаза К’дан. – То, что случилось один раз, может ведь и… повториться. Я в это верю! Ты согласна со мной, моя леди? – коснулся руки Лораны бронзовый всадник. — То, что возможно в… теории, – едва заметно запнулась бывшая всадница, – возможно и… на практике. – Тепло улыбнулась она своему спутнику. — Н-да. – Потянулся за кувшином с остывшим кла, Предводитель. – Это была… занятная беседа. — Арфист, – тут же остановил Т’мар Костана, принявшегося столь же бережно, как и выкладывал, собирать в мешок разложенные по всему столу Записи. — ?! – вопрошающе посмотрел в глаза Предводителя арфист. — А что ты говорил о коричнево-золотых парах?!.. Приложив палец к губам К’дана, Лорана призвала его к тишине и обратила внимательно-серьёзный взгляд на Предводителя и Подмастерье. — Скрещивание коричневого и золотой может произвести все, – подчеркнул Костан, – сочетания аллелей. Получившиеся в результате такого скрещивания звери ничем не будут уступать зверям, образовавшимся от скрещивания бронзового и золотой. А в некоторых случаях могут и улучшить… породу. — Я понял, – размышляя, кивнул Т’мар. – Только, пожалуйста, Костан… в следующий раз, когда будешь говорить о драконах, выбирай выражения. Это всё же драконы… м-м-м… не племенной скот. – Усмехнулся, поднимаясь, Предводитель. Одобрительный рёв золотой и двух бронзовых, раздавшийся снаружи, подтвердил справедливое пожелание Т’мара. — Э-э-э… я постараюсь, мой лорд, – смутился арфист, сообразив, что говорил о благородных, мощных зверях, как о стаде племенных буйволов, да ещё в присутствии их всадников. Предводитель только собрался покинут кают-компанию, когда услышал, что над Вейром разнёсся призывно-дразнящий и возбуждённо нетерпеливый зов поднявшегося в брачном полёте дракона. «Кто, Зирент’?» – оторопело, не зная, радоваться или огорчаться, мысленно воззвал к своему дракону всадник.

— Зелёная Саринт’а, – пришёл ответ сразу и от весело взрыкивающего бронзового, и от Лораны, не скрывавшей иронично-насмешливой интонации. — Саринт’а? В’лекс!! Его зелёная стерильна… Благодарение Фарант’е! – и такое облегчение слышалось в голосе Т’мара, что и Фиона, и Лорана, и К’дан с Костаном, не удержавшись, рассмеялись. Весело. Звонко. Беззаботно и радостно.

6.5 КРЫЛО ЗОЛОТЫХ

5. КРЫЛО ЗОЛОТЫХ Поздно вечером в свете трёх больших костров, разведённых вокруг общего трапезного стола и разросшихся кухонь, в ожидании музыкального выступления, обещанного арфистами К’даном и Костаном, которое должно было завершить Праздничный Ужин в честь более чем успешного Рождения (помимо бронзового Сальватт’а, Вейр получил девять коричневых, двадцать синих и одиннадцать зелёных), Т’мар, склонившись к уху Фионы, прошептал: — Чем ты меня отблагодаришь, Госпожа, если с завтрашнего дня я разрешу тебе и всем всадницам золотых драконов принимать участие в тренировках вместе с боевыми крыльями Вейра?! На миг замерев… не ослышались ли она? Фиона недоверчиво взглянула в лицо Предводителя. — Ты серьёзно?! Ты действительно мне… нам… – тут же поправилась всадница, – позволишь это? — Боюсь, – притворно вздохнул бронзовый всадник, – что если не начать ваши тренировки сейчас, то через месяц-два это может оказаться рискованным… для… многих из королев. – д

дрогнули губы Т’мара в откровенно чувственной улыбке. — Ты… ты думаешь, что… что золотые брачные полёты… начнутся… так скоро? – ощущая, как бешено заколотилось в груди сердце, и сдерживая неуёмную радость от сделанного им предложения, осторожно спросила Фиона. — Зелёные поднимаются одна за другой. И Зирент’ говорит, что в течение последующих двух-трёх семидневок нас ожидают ещё как минимум три зелёные гонки. А зелёные в своём брачном безумии так горячи…

— По моим предположениям, эмоции, излучаемые зелёными самками, не должны оставить золотых…м-м-м… равнодушными. — Кто? – не удержалась от жадного любопытства Фиона. — Вирут’а Л’вина. — Его зелёная стерильна, – тут же прокомментировала всадница. – Это не имеет большого значения для нас, только для него самого. Кто ещё? — Полвет’а Оверы и Сентит’а Ирам. – Усмехнулся Т’мар. – Все трое, не исключая и Вирут’ы Л’вина… полетят в первый раз. — Полвет’а и Сентит’а. Так, обе из второй Кладки Талент’ы. И обе не жуют фосфиновый минерал. — Т’мар! – вскинула обеспокоенный взгляд на спутника Госпожа Вейра. – С каждым брачным полётом численность Кладок будет расти. Ты уверен, что К’дан и Лорана справятся?! Правильно ли мы поступаем, собираясь их оставить?.. — Тише, душа моя! – прижал пальцы рук возлюбленной к своим губам Предводитель. – Они не будут одни… Х’нез и Джейла, помнишь? С Х’незом мы отправим и его Крыло. — А теперь давай послушаем, что приготовил для нас оркестр Костана. — Кстати, как понравился твоей подруге, синей всаднице, её первый брачный полёт?! – не сдержал ехидства Т’мар. — Синяя всадница Ксинна, – очень серьёзно ответила Фиона, игнорируя насмешку, – была… весьма сдержанна… в оценке своих эмоций. — Ещё бы. Ведь её эмоции… м-м-м… должны несколько отличаться от эмоций, что испытывают всадницы… э-э-э… самок. Какого бы цвета эти самки ни были, – хмыкнул Т’мар, торопливо перенося внимание на начавших играть арфистов, дабы избежать испепеляющего взгляда своей подруги. «Моря кипят, горы трясутся и стонут, Пески пылают, и подтверждают драконы: Алая Звезда проходить!..» – торжественно и звучно запел Костан балладу, недавно обнаруженную Мастером Зистом в запылившихся Хрониках времён Второго Прохождения. «Костры горят, камни свалены в груды. Перн – к оружию! Зелень вянет повсюду…» – тревожно и грозно плыли над прибрежными песками слова Баллады. – «Стерегите проходы! Стражники Звёздной Скалы, за небом следите…» Порывисто выдохнув, Фиона прижала руки к горлу! Как же давно она не видела Звёздных Скал! Надёжных и верных указателей… что с такой точностью предсказывали приближение смертоносной Алой Звезды. Ясно и без недомолвок, очень точно, обозначив начало Третьего Прохождения!.. «Всадники – вверх! Вейры готовьте к защите – Алая Звезда проходит!...» Где-то там, на Оборот вперёд… – зажмурилась Фиона. – Нити уже Падают! Алая Звезда начала свое… злое Прохождение!!

На следующее утро первая совместная тренировка боевых Крыльев с Крылом Золотых напоминала форменную воздушную вакханалию и истеричное веселье. Золотые пары, дорвавшись до ранее недоступной им возможности, усердно и бестолково гонялись за падающими учебными «нитями», скорее соревнуясь друг с другом, нежели работая одной командой. Коричневые, синие и зелёные боевые драконы, ломая строй и игнорируя, пытающихся навести порядок бронзовых, также суматошно и бестолково пытались предотвратить неизбежно грозящие золотым столкновения. К концу трёхчасового полёта Т’мар, как и семь Командиров, чьи Крылья должны были отражать учебную атаку «нитей» (разрезанные и вышедшие из употребления сети и нарезанные веревки различных длин, беспорядочно сбрасываемые на головы тренирующихся четырьмя Крыльями «нитебросов»), сорвали голоса и потеряли терпение. Разозлённый и окончательно вышедший из себя Предводитель пообещал… всем, кто попался ему под руку… множество самых неприятных занятий на земле, а всадницам золотых с едва сдерживаемой яростью посулил многочасовые и изнуряющие тренировки как отдельно от Вейра, так и в его составе. Досталось даже тем десяти зелёным (никогда не жевавшим горючий минерал), которых Т’мар включил в состав Золотого Крыла, несмотря на то, что именно зелёные пары отловили большую часть всех учебных «нитей». Зато все зрители, что наблюдали полёт сразу девяти золотых с земли, получили ни с чем не сравнимое удовольствие и незабываемые впечатления… — Хвала Золотому Яйцу, Леди, что я догадался дать вам в руки сачки, а не огнеметы, – раскачиваясь с пятки на носок, и едва сдерживая клокочущий гнев, говорил Предводитель, не поворачиваясь лицом к Госпоже своего Вейра. — Вини себя, мой лорд! – непокорно вздёрнув подбородок, парировала Фиона. – За то, что ни разу… ни разу за два с половиной Оборота ты не нашёл времени для полноценного обучения золотых в составе Вейра. Да, с ними занимались. Да, их учили летать и пользоваться огнемётами. Каждая из них знает, что должна и не должна делать Госпожа Вейра. Набрав воздуха в грудь, Фиона поспешно продолжила, не дав Т’мару себя перебить. — Но они понятия не имеют, как работать в составе одного Крыла, где каждая из них равна другой. У нас, – интонацией выделила Фиона последнее слово, – никогда не было столько королев, чтобы из них можно было составить Крыло. — Единственное, что знаю об этом я… Это то, что Крыло золотых идёт много ниже боевых Крыльев. С огнемётами. И уничтожает те Нити, что были пропущены двумя верхними эшелонами. — Тогда так, – смиряя гнев, с ожесточением потёр подбородок Т’мар, – Через два часа здесь собираются все всадницы не только золотых, но и тех зелёных, что я закрепил за вашим Крылом. Я и бронзовый всадник К’дан преподаём вам основы взаимодействия. Сегодня до вечера и завтра целый день отрабатываете на земле всё то, чему научитесь. — Дальше… – Тряхнул головой всадник. – Дальше будет видно.

6.6 МОРЯ КИПЯТ, ГОРЫ ТРЯСУТСЯ И СТОНУТ

6. МОРЯ КИПЯТ, ГОРЫ ТРЯСУТСЯ И СТОНУТ

Много позже

В ожидании Риза Таннелби задумчиво и не торопясь, крепил на нетерпеливо пофыркивающего Коссарт’а второй комплект страховочных ремней, когда краем глаза выхватил, спустившегося с трапа казармы, Кс’лерина. Сдержанно кивнув ’Би, всадник бронзового Кайвит’а подозвал своего зверя и стал неторопливо и основательно готовить его к вылету. Сегодня Таннелби было непросто убедить Предводителя, взвинченного неудачной утренней тренировкой золотых, взять с собой в очередной наблюдательный полёт к Ломаному Водопаду всадника бронзового Сават’а. Т’мар настаивал на полёте как минимум двух драконов. Таннелби и не спорил, но в отношении Риза проявил настойчивость. Одарив парня раздраженно-мрачным взглядом, в конце концов, Предводитель согласно махнул рукой. Хвала Первому Золотому Яйцу! Кс’лерин не стал задавать ненужных вопросов, когда понял, чем занимается Таннелби. Лишь ободряюще кивнул и, закончив проверять упряжь своего зверя, присел на переднюю лапу бронзового. По большому счёту, Т’маровым выбором компаньона для разведывательного полёта Таннелби остался доволен. Именно всадник Кайвит’а импонировал ’Би больше всех остальных бронзовых Вейра. Лаская чувствительные надбровья Коссарт’а, краем глаза Таннелби наблюдал за Кс’лерином. Всадник, обняв ладонями выступающие скулы зверя, немыслимым образом вывернувшего ему навстречу шею, что-то безмолвно ему говорил. Фасетки Кайвит’а медленно меняли цвет с безмятежно зеленого на тревожные оранжево-красные. «Умный. Расчётливый и выносливый. А жаль», – вторгся в мысли Таннелби полный уважения голос Коссарт’а. «И всё же он тебе нравится!» – усмехнулся бронзовый всадник ’Би. Он понял, о чём сожалеет его друг. «Может быть!» – не стал возражать дракон. Три семидневки назад, когда поднялась великолепная Фалт’а, финальная борьба за обладание истанской королевой развернулась именно между Кайвит’ом и Коссарт’ом. Победителем оказался Кайвит’. И не только благодаря своей выносливости… Уже в открытую взглянув на Кс’лерина, Таннелби понял, что его привлекает в этом немногословном и невысоком парне. Рассудительность, спокойная уверенность в себе, основательность во всем, что бы он ни делал и… надёжность. Безоговорочная и нерушимая. Каков всадник, таков дракон, – всплыла в памяти Таннелби незыблемая истина Вейра. Риз появился в тот момент, когда ’Би в последний раз проверил крепость страховочных ремней. Уже со спины Коссарт’а бронзовый всадник взглянул по сторонам и вверх. Убедившись в отсутствии помех, вскинул над собой руку. Покрутив над головой раскрытой ладонью, отдал безмолвную команду на взлёт. Пока Коссарт’ набирал высоту, мысли Таннелби закружились вокруг горы и Ледопада. В течение последнего месяца гора вела себя более чем странно. И странности эти рудокопы заметили не сразу. А когда заметили, Предводитель распорядился свернуть все работы сразу и немедленно. Ещё пара дней потребовалось Вейру для того, чтобы вывезти уже приготовленный к отправке лёд и металл. Теперь всадники наведывались к горе раз в два, а то и три дня. И с каждым разом гора как-то неуловимо менялась. Казалось, будто она живёт собственной, неведомой людям, жизнью. … Казалось, будто она дышит… …Казалось, будто в её недрах что-то движется и ворочается… Одним из постоянных наблюдателей как раз и был Таннелби. Это был уже десятый его вылет с момента окончания работ. Потворствуя Коссарт’у, желавшему размять крылья, ’Би не торопился отправлять его в Промежуток. «Я готов, – пришёл мысленный посыл дракона. – Ныряем?» «Да», – встряхнулся Таннелби, передавая Коссарт’у картинку высокой и острой ледяной скалы. …Из Промежутка они вынырнули много ниже некогда величественного Ледопада, у треугольно скошенной скалы, которую ’Би приметил ещё в начале своих посещений. Так было безопасней. Всадник не доверял, ставшей изменчиво капризной, горе. И не желал в один из дней, вынырнув из мрачного ничто, оказаться не в том времени и месте. В потоках холодного, разреженного воздуха драконьи крылья заработали чаще. И очень скоро пара бронзовых достигла неровной, развороченной руками рудокопов поверхности озера. Зависнув над застывшими льдами, всадник замер…

...вслушиваясь. Гора определенно… дышала… …урчала… «Коссарт’, дружочек, спустись так низко, как сможешь», – попросил своего дракона ’Би. «Мне здесь не нравиться. И с каждым разом всё больше», – фыркнул бронзовый, спускаясь. «Ниже. Ниже. Ещё ниже, пожалуйста», – стягивая зубами лётную перчатку, просил своего дракона всадник. «Опустись так низко, чтобы я мог спрыгнуть», – лихорадочно расстегивая пряжку упряжи, говорил Таннелби. «Нет!» – воспротивился дракон. «Да! – перекидывая ногу через луку седла, неуступчиво возразил ’Би. – Как только я скажу, будь готов меня подхватить». — Что ты собираешься делать, Тан… – не успел остановить друга, встревоженный его действиями Риз. А Таннелби уже прыгнул. Чуть согнув в коленях ноги, мягко спружинил. Замер. Не торопясь разгибаться. И вот здесь-то и ощутил… едва различимый деликатный… толчок?! Осторожно опустившись на застывшую поверхность озера коленями, всадник упёрся в лёд обеими ладонями. Тишина… тишина… тишина… Есть! Едва ощутимый, далёкий, но отчётливый толчок. Ещё один. И ещё. Выпрямился. Оглянулся. Тухлая Скорлупа!!! Ледопад восстанавливался!! Медленно, незаметно. Но… ломанные, краеугольные сосули и сосульки уже не были столь остроугольными. А самые тонкие и маленькие успели приобрести легко узнаваемые капельные формы.

«Что же здесь всё-таки происходит». – Недоумённо крутя головой во все стороны, думал парень, испытывая только одно желание… ...как можно быстрее оказаться на спине своего дракона… ...и как можно дальше убраться от внушавшей страх горы… Коссарт’, чувствуя смятение и страх своего всадника, поспешно опустился рядом. «Домой?» – односложно поинтересовался бронзовый, мощно отталкиваясь задними лапами для первого прыжка.

«Нет! Хочу подняться к вершине, – качнул головой Таннелби. – Нужно посмотреть, что происходит… там… откуда он… падает. Падал». «Это больше моей длины раз в тридцать», – ворчливо отозвался Коссарт’, недовольный безрассудством своего всадника. «Я знаю, дружок, – кивнул с виноватым вздохом ’Би. – Но так надо». Чем выше поднимался бронзовый, тем труднее становилось дышать. Таннелби отчётливо слышал за спиной участившееся дыхание Риза. — Что ты хочешь увидеть? – тронув друга за плечо, прокричал он свой вопрос. — Не знаю. – Пожал плечами ’Би. «Кайвит’ спрашивает… что ты хочешь увидеть?» – передал Коссарт’ вопрос Кс’лерина своему всаднику. С досадой дёрнув плечом, Таннелби ответил: «Передай Кайвит’у, пусть следуют за нами».

— Итак, ’Би, что наша гора? – спросил Т’мар, приглашающим жестом пропуская вперёд себя обоих бронзовых всадников. — Ледопад восстанавливается, – сумрачно произнёс Таннелби. – Гора затаилась, и… — И… – поторопил юношу Предводитель. — И… готовит нам пакость. — Всё-таки готовит… – откинулся спиной на переборку Предводитель. Таннелби кивнул. — Что скажешь ты, Кс’лерин? – перевёл взгляд тёмных глаз Т’мар на второго молодого человека. — Находясь над вершиной, Предводитель, Кайвит’… заметно нервничал. – Открыто встретил взгляд Т’мара Кс’лерин. — Сейчас вам принесут свежесваренный кла, – поднялся из-за стола Т’мар, – и вы пообщаетесь с Леди Лораной. С вашими драконами она уже переговорила. Посмотрите рисунки, что сделала Леди и, если есть уточнения, дополните их. Мне же нужно встретить Ар’сея. – с этими словами Предводитель вышел. — Ар’сей, Ксинна и В’лекс сегодня вылетали к Круглому Острову, – произнёс Кс’лерин, провожая взглядом скрывшегося в полутьме коридора «Тессины» Предводителя. — Знаю, – кивнул Таннелби, с удовольствием вытягивая под столом ноги. — Ты не знаешь другого… – хмуро возразил Кс’лерин. – На расстоянии в пятьдесят драконьих длин от Круглого Острова из вод океана поднялся… остров. — В каком смысле поднялся? – не понял Таннелби, рука которого, не дотянувшись до кувшина с остывшим кла, повисла в воздухе. — В прямом, – хмыкнул Кс’лерин. – Пять дней назад этого дымящегося куска суши размером километр на полтора не было и в помине. А вчера вечером вернувшиеся с ориентирования по контрольным точкам Ор’с и Д’сом, тренировавшие третью группу молодняка в районе Круглого Острова, доложили Предводителю о том, что недалеко от Острова появился дымящийся кусок суши, которого быть там не должно… — А семидневку назад, – принялся вслух размышлять Таннелби, – Крыло Л’ейка, сопровождавшего девчонок на Остров за орехами и яйцами, говорил, что Остров… оказался подозрительно пустынным. Ни одного крытожива на берегу. И ни одного монстра ночью. Ни один не выполз на берег, чтобы отложить кладку. — Точно. Я помню, как недовольна была Мигресс. – Кивнул Кс’лерин. – Она потом целый день сокрушалась, что ей нечем будет накормить Вейр, будто позабыв, что Крыло Л’ейка приволокло пять сетей клешнезубов и десять сетей орехов. — Клешнезубы, как я слышал от В’лекса, сами с радостью лезли в сети. А твердоплоды, как мне известно, девчонки собирали в песке. – Обняв ладонями глиняную кружку, всё так же смотря в стену, произнёс Таннелби. – А ведь орехи сами по себе не падают. Чтобы их снять, приходится либо самому карабкаться вверх, либо просить дракона изрядно… потрясти дерево. — О, ’Би! – обеспокоенно воскликнула застывшая в дверях кают-компании Лорана. – Ты думаешь, что… недавнее волнение земли и высокие приливные волны могут быть как-то связаны с… поднявшимся из океана островом?! — Это не был прилив, Леди! – с горячностью возразил мореход, два Оборота назад ставший всадником. – И да, я уверен, что все происходящие сейчас события связаны друг с другом… тем или иным образом. Вспомни слова «Баллады…», Леди. — Моря кипят, горы трясутся и стонут. Пески пылают, и подтверждают драконы… — Алая Звезда проходит!.. – негромко, скорее для себя закончила начатую Таннелби строку новой Баллады Лорана.

6.7 ИЗВЕРЖЕНИЕ

7. ИЗВЕРЖЕНИЕ — Что заставляет тебя, милая моя девочка, – склонился к уху Лораны, неслышно поднявшийся с постели К’дан, – сидеть так поздно за полночь за всеми этими Записями?! — Слова бронзового всадника ’Би, – устало потягивая спину, с готовностью ответила Лорана, – который считает, что именно благодаря поднятию со дна моря Безымянного Острова мы обязаны тому сотрясению земли и высоким волнам, что заставили нас изрядно понервничать семидневку назад. Помнишь? — Разумеется, милая! – опустился на палубу рядом с подругой К’дан. – Никогда не думал, что двухметровые волны могут нагнать такого страха. — Что это? – разложил перед собой её рисунки всадник. – Только не говори мне, что ты вычерчиваешь звездные карты… м-м-м… Хотя именно этим ты и занимаешься. – Понял К’дан, с грустной полуулыбкой взглянув в лицо Лораны. – И, когда ты хотела попробовать?! К чему-то прислушавшись, бывшая всадница, легко коснулась щеки возлюбленного. — Твой Лурент’… он говорит… — Осколки! – застонал К’дан. – Мой дракон готов служить тебе в любое время дня и ночи. И даже невзирая на страх и гнев, что я испытываю… когда… когда ты что-нибудь вобьешь в свою упрямую голову. Помолчав, парень угрюмо продолжил: — Ты когда-нибудь научишься мне доверять, Лори?! Я едва не свихнулся от горя и боли… в тот прошлый раз. Когда ты… когда… думал, что… потерял тебя. Так почему же ты сначала не поговоришь со мной? Лурент’, устроившийся снаружи под иллюминатором их каюты, успокаивающе заурчал.

«Ты мой всадник. Я твой дракон. Мы всегда будем вместе». — Дан, милый, неужели ты думал, что Лурент’ поднимется в воздух без тебя?! – обомлела Лорана. – Неужели ты думал, что я… я… захочу лететь на нём… одна?.. – тут же рассердилась молодая женщина, сводя к переносице красиво изогнутые брови. – Ох, Дан…

Бронзовый Лурент’ поднялся в небо в предрассветных сумерках, обменявшись коротким и негромким рыком с приоткрывшим глаза Зирент’ом. Торопливо успокоив бдительного здоровяка, Лорана наскоро объяснила, куда и зачем они так рано отправляются. «Будь осторожна, Хранительница!» – пожелал удачи Зирент’, вновь прикрывая внешними веками опалесцирующие фасетки. Пока Лурент’ по пологой спирали набирал безопасную для ухода в Промежуток высоту, молодая женщина ещё раз тщательно сверилась с картой, над которой просидела большую часть ночи. Всё верно! Используя расположения звёзд в качестве ориентира, в волнении сжав пальцы спутника, чьи руки обнимали её сзади за талию, молодая женщина послала бронзового в безмолвное ничто… …на семидневку назад. К острову, что загадочно появился там, где его не должно было быть. Вынырнувших из Промежутка всадников… оглушил… страшный гул и грохот. Намного более мощный, чем гром ураганов, что так часто им приходилось переживать на Великом.

Тревожно взревев, Лурент’ стал круто набирать высоту. – Там, – вскинул руку К’дан, – туда. Смотри туда. Проследив за направлением руки возлюбленного к юго-западу от Круглого Острова, вздрогнув… Лорана увидела… … завораживающий своей мощью и высотой… серый… нет, тёмный и светлый, одновременно, фонтан…

…столп…

…необъятный колосс… бьющей вверх воды, что стремительно грязным пятном разрастался среди зеленовато-синей поверхности океана. — Чтобы понять, что это, мы должны находиться ближе, – повернув голову к К’дану, перекрикивая ветер и грохот заявила она. — Ты сумасшедшая. – Скрипнул зубами всадник, передавая просьбу подруги своему зверю. «Это опасно», – рыкнул Лурент’, взмахивая крыльями. «Знаю, – хмуро отозвался К’дан, отплевываясь от забивающей рот вонючей пыли. – Выбери безопасную дистанцию». Таковой, по мнению дракона, оказалось расстояние в двадцать драконьих длин. – Ты что, собралась… рисовать?! – в сильнейшем недоумении воскликнул К’дан, когда понял, что Лорана торопливо достаёт из поясной сумки сложенный вчетверо квадрат пергамента. – Боюсь, что не смогу запомнить всё. – Виновато кивнула Лорана. – А мы должны об этом знать… как можно больше. Под ними воды океана кипели, пузырились и выбрасывали высоко вверх фонтаны раскаленной воды, пара и пепла. Особенно неприятным был обжигающий пепел. Всё, что имело тёмно-грязный цвет, понял К’дан, оказывается, было мелким, очень мелким пеплом. Липким, удушающим и… вонючим. Вонь была всюду. Воняло тухлыми яйцами и гниющими, разлагающимися водорослями, одновременно. «Я поднимаюсь выше, – предупредил всадников умница Лурент’. – Здесь становиться опасно. Плохой воздух. Трудно дышать». «Давай, друг!» Некоторое время назад откуда-то снизу поднимающийся гул мгновенно! вдруг! сменился оглушительным, больно ударившим по ушам взрывом. Раскаленный и огромный фонтанище грязной вскипевшей воды поднялся на высоту, многократно превышающую длину его дракона!!! Клубы тёмно-серого пара окутали поднявшийся гигантский столб воды непроницаемой завесой. На мгновение задержавшись над тяжелой верхушкой, клубы пара медленно и лениво начали подниматься ввысь, формируя серые облака. Ещё взрыв! И ещё! Град мелких камней и… булыжников!! — Лурент’! – завопил К’дан, когда понял, что на них летит… вырвавшись из непроглядно-черной и непредсказуемо разрастающейся, клубящейся тучи. Только отменная реакция бронзового, не раздумывая, рванувшегося в Промежуток, спасла их от разлетающихся во все стороны огромных кусков твёрдой породы, выброшенных на многокилометровую высоту неведомой силы мощным… очень мощным! взрывом. — Ог...го! – придя в себя, произнёс К’дан, когда несколькими секундами позже Лурент’ вернул их к беснующемуся океану. — Остров… Безымянный Остров видишь?! – повиснув на ремнях упряжи так низко, как позволила страховка, склонилась Лорана вниз, наблюдая, как некогда безупречно-красивые воды постепенно мутнеют, приобретая яркую ядовито-зелёную окраску. Неестественно зелёное пятно расширялось… расширялось… расширялось…

И чем дальше, тем больше… Новая серия взрывов, не столь грандиозных как предыдущие, последовавших один за другим, увеличили и без того величественный, грозный, и необъятный пыльно-водяной столб… — Уходим отсюда, – обернулась Лорана к спутнику. — Хвала Золотому Яйцу! Лурент’, идём домой, – выдохнул К’дан. — Нет! – помотала головой молодая женщина. – Сначала… сюда… – Передала она очередную картинку тех же самых звезд, но с некоторым смещением. … И, под драконьим крылом вновь кипела вода океана, но уже не так неистово, можно сказать, лениво колыхая над своей бурлящей поверхностью рваные клубы пара, что не торопились подниматься выше… — Где мы? – тронул всадник за плечо подругу. — Спустя три дня от начала… извержения, – ответила Лорана. – Лурент’, зависни ненадолго. – Попросила она вытянувшего вниз шею любопытного бронзового.

И достала… пергамент. — Ты неисправима. – Застонал всадник. — Что-нибудь видишь? – торопясь запечатлеть как можно больше подробностей, на мгновение оторвалась от наброска молодая женщина. — Нет, – качнул головой К’дан. – Хотя. Подожди. Там, под водой, что-то есть… — И это что-то… ещё не поднявшийся… Безымянный Остров. – Уверенно качнула головой бывшая всадница. – Можем двигаться дальше… – сунула она за ухо карандаш. — Вот теперь домой, дружочек, – ласково похлопала бронзовую шею зверя молодая женщина.

6.8 ОБМАНУТЬ ВРЕМЯ

8. ОБМАНУТЬ ВРЕМЯ Вейр пробуждался медленно и постепенно от… вибрирующего навязчивого гула, что издавали все бронзовые звери. – Осколки!!! – сел в постели Т’мар, с трудом стряхивая с себя остатки тяжёлого ночного сна. – Кто на этот раз?… – Скоро узнаем. – Плотнее смежая веки, произнесла Фиона, ни в коем случае не желая просыпаться в такую рань. За три прошедших месяца брачные полёты стали обычным явлением. Обычным, достаточно нервным и утомительным явлением. «Зирент’, – спуская ноги на палубу, позвал своего бронзового всадник. – Кто?» Ответ дракона заставил Т’мара… онеметь. Медленно повернувшись к Фионе, спрятавшей голову под подушку, мужчина недоверчивым взглядом окинул её стройное тело. «Не может быть!» – обратился к выжидающе замершему, на достаточно безопасном расстоянии от золотой Талент’ы, другу всадник. «Когда она проснется… – необычно мягко, без привычного будоражащего нетерпения, произнёс Зирент’, – она будет очееень голодна». — Верры?! – вскинулся Т’мар. «Глупых птиц в загоне достаточно, – «отмахнулся» от вопроса всадника дракон. – В последнее время туннельных змей в Вейре нет. Как и Мяучел вокруг». Это потому, что нет Кладок, – мимолётно отметил Т’мар. «Срочно! Отправляй из Вейра всех золотых, – играя желваками, распорядился Предводитель, накидывая на себя прихотливо расшитую тунику. – Поднимай же их, Зирент’». Стоя у открытого иллюминатора, Т’мар наблюдал, как торопливо всадницы золотых драконов взбираются на шеи своих подруг. Как поднимаются в воздух. И как бесследно исчезают в начавшем светлеть небе. «Но Фиона… почему она так… безмятежна?» – натянув до колена второй высокий сапог, распрямился Т’мар. «Талент’а спит». – Пожал плечами бронзовый. — Душа моя, – склонился над спящей девушкой мужчина. — М-м-м… – сонно откликнулась она. — Талент’а. – невесомо касаясь её щеки ладонью, произнёс Т’мар. – Скажи мне, как она?! — Талент’а? О-о-о, она… – не открывая глаз, начала отвечать Фиона. – Она… В ярости… – распахнула бездонные глаза всадница. – Она… готова подняться… – тут же села в постели Фиона. — Т’мар! – вскинула девушка на спутника тревожно заблестевшие глаза. – Она… снова готова подняться. — Да, милая, – тихо рассмеялся бронзовый всадник. – Она готова подняться. И нам с Зирент’ом снова придётся доказывать своё право на… тебя, неё и… Вейр. — Сколько у нас бронзовых?! – лихорадочно сворачивая волосы в тугой жгут, спросила Госпожа Вейра. — Взрослых? – насмешливо уточнил вопрос Предводитель. — Угу, – кивнула Фиона, в раздражении вонзая в непослушные волосы острые палочки. — Десять, – с лёгкой иронией прищурился Т’мар. – И все молодые и сильные. — Несмешно, – фыркнула Госпожа Вейра. – Мне нужен ты. А Талент’е – Зирент’. Бронзовый гулко «хохотнул». — Зирент’ благодарит тебя за комплимент, – уже не столь легкомысленно дёрнул углом губ Т’мар. — О-о-о! Моя королева! Она просыпается, Т’мар!! — Так иди к ней. – Распахнул перед Фионой бронзовый всадник дверь каюты. Но, прежде чем она устремилась к выходу, он удержал её руку. Приподняв двумя пальцами девичий подбородок, всадник приник к её губам. Поцелуй получился… ожесточенно… чувственным. — Это, чтобы не забыла, что ты… моя!! — Всегда, – несколько рассеяно улыбнулась она ему и вихрем выскочила на верхнюю палубу. Снаружи раздался яростно-гневный крик королевы. «Лурент’ и К’дан… где они?» – чуть поколебавшись, с затаённой тоской обратился к Зирент’у всадник. «Скоро будут». – Не отвлекаясь от своей жертвы, невнятно ответил бронзовый. «Я не хочу… уступать её… никому. Тем более… ему!» «Талент’а моя!!!» – протестующе рявкнул бронзовый, и Т’мар понял, что его дракон только что откинул в сторону досуха выпитую им птицу.

Талент’а взвилась ввысь золотистой молниеносной стрелой. Только что она, непокорная воле всадницы, склонялась над терзаемым ею третьим верром. И вот, уже блистая крыльями цвета расплавленного золота, стремительно набирает высоту…

«Мы должны немедленно вернуться в Вейр». – Оглушительно ревел Лурент’, широкими взмахами крыльев поднимаясь на минимальный эшелон высоты. — Талент’а! – закричала, оборачиваясь к К’дану, Лорана. – Она... Поднялась. Бронзовые… уже устремились за ней в погоню. Сердце всадника глухо ударилось раз… другой… третий. Он… всем своим существом желал немедленно и сейчас оказаться в Вейре! Его дракон рвался быть рядом, с взмывшей к бесконечным небесам, королевой. А он сам, рядом с её всадницей!! Воспоминая о том, первом и единственном, полёте, когда всадником Зирент’а был он, время от времени давали о себе знать. Жгучей болезненной волной чувственного наслаждения и безграничного обессиливающего умиротворения… — Не торопись, дружок, – сквозь зубы прошипела Лорана, обращаясь к Лурент’у. – Мы успеем. И обернулась к К’дану. Лицо возлюбленного… было искажено предвкушением ожидания безумной гонки.

С трудом проглотив захлестнувшие её ожесточение и боль, едва совладав с голосом, Лорана произнесла: — Куринт’а! Она поднялась! Тоже! — Что?! – мгновенно побледнел К’дан. Ужас, страх, растерянность, вот что испытывал сейчас всадник! — Но… — Мы успеем! – хрипло выдохнула его спутница и Лурент’… нырнул в Промежуток.

С оглушающим ревом бронзовые один за другим бросали свои бездыханные жертвы и устремлялись следом за дразняще кричащей подругой. Сверкающая в лучах поднимающегося Ракбета, Талент’а звала… игриво покачивая крыльями. «Мои! Они мои!!» – яростный, звенящий крик второй золотой отчетливо услышал весь Вейр. На мгновение Т’мар замер в ступоре. Этого не может быть!!! Сейчас в Вейре кроме Талент’ы не должно было быть никакой другой золотой самки! Он позаботился об этом. Отшвырнув с дороги попавшую по ноги скамеечку, всадник устремился к трапу. Молодая золотая, чья шкура начинала светлеть на глазах, а потом и зазолотилась розоватым отливом, с неутолённой… злобной жадностью обрушивалась на загон. — Куринт’а?!! — Она слишком агрессивна, – на мгновение обернулась к собравшимся за её спиной всадникам Фиона. – Её никто не контролирует!! — Я разберусь. – Сквозь зубы прошипел Предводитель, понимая, что сегодня, сейчас всё летит в тартары. Он оглянулся. Все. Все всадники молодых бронзовых драконов были здесь. И все они… жаждали победы!! Он может потерять всё, если прервёт эмоционально-ментальную связь, что спаивала его с Зирент’ом!.. Но если не прервёт, Вейр потеряет двух королев сразу!!! Двух!! И это будет катастрофа!! Тухлая Скорлупа!!! – застонал Предводитель. – Единственное что ему остается… Положиться на резвость крыльев своего зверя, что уже не раз обуздывал страстные порывы великолепной Талент’ы и, на благоразумие её всадницы. При условии, что в гонке не будет участвовать Лурент’, к всаднику которого его Фиона испытывала глубокую и давнюю привязанность. Кстати, где он? Где К’дан?! Где, в конце концов, Лорана, помощь которой сейчас была бы более чем своевременной?! Высоко в небе неистовствовала Талент’а, оскорблённая невесть откуда взявшейся соперницей! В загоне Куринт’а с остервенением рвала на куски первого своего верра и с жадностью заглатывала парное мясо! Удерживая готовую оборваться связь, Т’мар быстро обежал взглядом расположенную перед «Тессиной» песчаную площадку. Терин, всадницы Куринт’ы, нигде не было. — Положись на нас, Т’мар! – неожиданно коснулась его плеча жесткая ладонь. Рядом, слегка подвинув плечом ничего не видящего друга, стоял Д’сом. — Найди Терин, – отрывисто, но с неимоверным облегчением и благодарностью выдохнул Т’мар. – Она должна… начать контролировать… свою королеву. С Талент’ой справлюсь сам…

Телгар Вейр 508-й Оборот. 7-й месяц Ночь с 19-го на 20-й день

К’дан с изумлением увидел раскинувшуюся под ними Чашу Телгар Вейра. – Лори… – потрясённо выдохнул он. – Тише, – шикнула на него молодая женщина. – Мне и так стоило большого труда заставить молчать Багот’у М’рина. Переведя взгляд на Звездную Скалу, всадник кивнул, сообразив, о чём говорит его подруга. Зелёная, приподнявшись на передних лапах и вытянув в их сторону шею, безмолвно приветствовала появление бронзового в стенах Вейра. Направляемый твердой волей Лораны Лурент’ устремился к карнизам вейров, расположенных над Площадкой Кормления. – Ты хочешь… – отрывисто рассмеялся К’дан, – изменить время… – Обмануть время, – поправила его подруга. – Избежать катастрофы. Куринт’а в небе, и Талент’а готова вцепиться ей в глотку. В битве за своих бронзовых. Лурент’, цепляясь когтями за надежный камень скального козырька, приземлился на карнизе вейра Ладирт’а. — Пока я говорю с Ф’жианом, – развернулась Лорана к К’дану, – попроси своего бронзового разбудить Ладирт’а. Он должен понять, зачем и куда ему предстоит идти. Кивнуть К’дан не успел. Стремительно прижавшись к его груди, Лорана, прежде чем спуститься по предупредительно вытянутой вперёд бронзовой лапе, прильнула к губам возлюбленного.

*** Свалившись на нижнюю палубу «Жемчужной Леди», Д’сом с силой рванул дверь. На кровати, вжавшись в угол и уткнувшись лицом в колени, с истеричными всхлипываниями рыдала Терин. Медно-рыжие волосы спутанными прядями покрывали её шею, плечи и руки. Не соизмеряя силы, с гневом, клокотавшим внутри него, он рванул её за плечо. — Очнись! – охрипшим от стремительного бега голосом крикнул ей в лицо коричневый всадник. – Твоя королева. Ты должна взять её под контроль. Мы не можем, не имеем права… потерять их обеих. — Нет! – с ненавистью выкрикнула Терин, безумно хохоча. – Она! – со злостью выплевывала слова молодая девушка. – Она пытается меня остановить! Она думает, что это её драконы. Ха-ха-ха! Сейчас. Сейчас она узнает, кто законная королева этого Вейра. – С лихорадочной мстительностью Терин выставила перед собой руки, пальцы которых были скрючены наподобие драконьих когтей. Всадница во власти эмоций своего зверя! – с дрожью страха понял Д’сом. – И не всадница управляет драконом, инстинкты зверя руководят всадницей. И сейчас обе королевы начнут рвать друг друга на куски… Отшвырнув от своего лица готовые вцепиться в него скрюченные пальцы, Д’сом хлёстко, в последний момент всё же сдержав руку, закатил Терин пощёчину. Моргнув, пытаясь осмыслить произошедшее, она с изумлением взглянула в лицо коричневого всадника золотисто-карими, омытыми слезами глазами. — Что ты… — Твоя королева. Ты должна найти в себе силы и увести её. – Сам не веря тому, о чём говорил, произнес Д’сом. — Ф’жиан. Где он? – шмыгнув носом, жалобно спросила девушка. — Ф’жиан? – не сразу понял Д’сом, о чём она его спрашивает. – Причём тут Ф’жиан?! А Терин, цепляясь за ворот его расшитой туники, шептала: — Ведь это неправильно. Куринт’а поднялась… а его, его рядом нет. А он мне обещал… Обещал, что всегда будет рядом, когда… Уж не сошла ли она с ума, – отстранено и холодно смотрел на всадницу парень. – Как вообще эта ненормальная могла Запечатлеть?! —… когда будет мне нужен! Сейчас он мне нужен. А его нет. – Качнула головой Терин, никого перед собой не видя. – Нет! – шептала она. – Его не-е-ет!! И, вскинув голову в подволок каюты, Терин закричала. Тоскливо. Безответно.

Страшно… — Помоги мне, Ф’жиан!!

Телгар Вейр 508-й Оборот. 7-й месяц. 20-й день Полночь

Лорана, не шевелясь, стояла над спящими молодыми людьми. Терин, обняв Ф’жиана руками и ногами, положив голову на грудь возлюбленного, едва слышно посапывала. Парень, зарывшись лицом в волосы девушки, безостановочно постанывал, сведя к переносице густые брови. Что же тебе снится, Ф’жиан, что даже рядом с ней ты не находишь покоя. – Качнула головой Лорана и осторожно откинула с его лица медно-рыжие длинные пряди девушки. Всадник открыл глаза мгновенно и… неожиданно. — Какого?.. — Тише. – Накрыла ладонью его губы молодая женщина. – Вставай. Идём. Настороженно оглядываясь на стоящую в проходе вейра Лорану, Ф’жиан, выбравшись из объятий Терин, бесшумно поднялся. Прихватив его висящую на спинке стула тунику и кожаную полётную куртку, Лорана исчезла в логове Ладирт’а. — Какого чёрта здесь происходит? – одними губами ругался Ф’жиан, на ходу подхватывая стоящие у порога сапоги. — Киндан?! – опешил парень, входя в вейр своего зверя и видя, с каким удовольствием Ладирт’ поставляет под руки арфиста выпуклые надбровья. — Здравствуй! – протянул ему руку, радостно улыбнувшись, К’дан. – Если бы ты знал, как здорово видеть тебя живы… — Одевайся и забирайся на своего дракона, всадник. У нас мало времени, – протянула Лорана Ф’жиану тунику и куртку. – Куринт’а поднялась… — Как и Талент’а Повелительницы, – тут же погасла улыбка К’дана. – С минуты на минуту они вцепятся друг другу в глотки… — Но Куринт’а, она ведь… – обернулся на вход своего жилища парень. И замолчал, захваченный передаваемыми оживлённым Ладирт’ом видениями. ...Куринт’а, сверкающая в лучах восходящего Ракбета, склонившаяся над шеей верра... Бронзовые, один за другим стремительно взмывающие в предрассветное небо… — Выросла. И поднялась в свой первый брачный полёт. – Жёстко оборвала его Лорана, передавая Ладирт’у картинку, на которой Терин верхом на розовато-золотистой королеве с огнемётом в руках азартно сжигала учебные «нити». — Это… – с расширившимися от волнения глазами начал говорить Ф’жиан, – … случилось… не здесь… и не сейчас… — …И вообще… ещё не случилось... Лорана кивнула. — Битая Скорлупа!!! – не выдержал К’дан. – Ты любишь её?! — Больше жизни. – Вскинулся Ф’жиан. — И там, где это сейчас происходит… Ты ей нужен. Боюсь, без тебя, всадник, ей не справиться. — Идём, – шагнул Ф’жиан к нетерпеливо выглядывающему наружу Ладирт’у. — Минуту. – Удержала его руку Лорана, лицо которой приобрело отсутствующе-сосредоточенное выражение. – Координаты… — Есть! Они у меня есть… – повернувшись спиной к обоим мужчинам через мгновение произнесла молодая женщина и привычно вскочила на бронзовую лапу Лурент’а. *** А неистовствовавшая в небе Талент’а, чуть не вертикально вывернув крылья, изо всех сил гасила скорость. Она должна. Должна успеть развернуться, чтобы когтями и грудью встретить посмевшую оспаривать у неё самцов нахалку. Ну погоди же, сейчас… сейчас ты узнаешь весь гнев и всю мощь истинной королевы Вейра. Бронзовые. Где, где эти предатели… А, вот они… Нерасторопные, унизившие её предатели, кружащиеся вокруг более молодой соперницы… Ну, держитесь… Ни один из вас не уйдет от наказания… повелительницы Вейра… Предатели, предатели, предатели… Горячая ярость, бушевавшая в крови Талент’ы, требовала немедленного выхода.

Ослепляющая ярость и злая обида застилали разум оскорблённой королевы…

Жутко взревев, Талент’а раскинула крылья…

Оглушённая и захваченная раскаленно-белой яростью подруги, на палубе «Тессины» Фиона рухнула на колени.

— Не могу… – хрипела она. – Не могу держать её. Она жаждет мести. «Фиона! – ворвался в сознание девушки такой родной и так необходимый ей сейчас голос Лораны. – Координаты! Мне нужны координаты. Оглянись вокруг, посмотри, что ты видишь?» «Где ты, Лори?!» – вскинула голову Фиона, обводя вокруг себя затуманенным взглядом. Молодые всадники с ожесточённо сосредоточенными лицами. Т’мар, отстранено собранный, стоящий заметно отдельно от молодых людей. Жители Вейра, притихшие, закинувшие головы вверх. Две королевы в безоблачном утреннем небе, готовые схватиться друг с другом. Бронзовые и коричневые безуспешно пытающиеся не допустить смертельной схватки. «Помощь идёт. Скоро будем. Верни контроль над Талент’ой! Верни контроль!» – пропала Лорана так же неожиданно, как и появилась. В окружении самцов, так близко кружащихся вокруг неё двойной спиралью, Куринт’а ревела от бессильного гнева. Эти предатели не давали ей возможности подняться выше, к сопернице, изготовившейся к схватке… Предатели! Предатели!! Предатели!!! Выставив вперед когти всех четырёх лап, Куринт’а с мстительной злобой кинулась к ближайшему бронзовому… — А-а-а! – вскричал от разорвавшей плечо боли Ю’вин. – Моё Крыло. Не могу держаться. Падддаааюю!… Обитатели Вейра, что стали свидетелями разыгравшейся в небе трагедии, застыв в отчаянии, не отводили глаз от пытающегося погасить скорость падающего бронзового. «Сарт’а!!! – безмолвно вскричала Дария, рванувшись к своей заходящейся в плаче зеленой подруге. – Мы должны ему помочь». Босиком, как была, девушка вскочила на торопливо вытянутую ей навстречу лапу. — Риган! Сель! Веста! Овера! Ирам! – звала, надрывая голосовые связки, Дария. – Мы нужны ему… — Д’жен! Г’жув! – будто очнувшись, звала зелёных всадников Риган. Вейр пришёл в движение. Синие под предводительством Ксинны, как и зелёные, руководимые Дарией… поднялись в воздух сплошным двухцветным ковром. Выстраиваясь по два, а то и по три зверя вряд, драконы образовали своеобразную лестницу… по которой, как по горке, с крыла на крыло поднявшихся ему навстречу драконов Друт’ скатился на песок. Джирана, прижимая к груди горшок с холодилкой, наперегонки с Серрой уже мчались от «Жемчужной Леди» к бессильно замершему бронзовому.

Т’мар глазами своего зверя видел, с какой несдерживаемой яростью кинулась Куринт’а к не успевшему уклониться от её когтей Друт’у. Видел, как, взревев от боли, с располосованным крылом, бронзовый завалился набок и начал… падать… на крылья пришедших ему на помощь зелёных и синих драконов. А под ним, на расстоянии двух его длин, Талент’а, не видевшая никого, кроме ненавистной соперницы, разинула пасть… «Т’мар! Твой Зирент’». – Не сразу понял всадник, кто обращается к нему полным тревоги голосом. Лорана! «Вы не должны допустить… Вы должны удержать Талент’у! Помощь рядом. О Куринт’е не беспокойся!» Его бронзовый… Сжав кулаки, боясь потерять непрочную ментальную связь со своим зверем, человеческой составляющей сознания Т’мар понимал, что не имеет права допустить схватки между королевами. «Зирент’, дружище! Твоя королева! Ты… Мы… не можем потерять их». И было не совсем понятно, кого же всадник имеет в виду… Талент’у и Фиону?! Или Талент’у и Куринт’у?! Беззвучно мотая головой, бронзовый завис над подругой на расстоянии одной своей длины. Всадник чувствовал, знал… что его зверь готов сложить крылья в любое мгновение… ...готов свалиться на спину ярившейся Талент’е… ...готов спеленать её своими крыльями и провалиться с ней так низко… ...выводя её из-под удара… ...желая получить её любой, самой невероятной, ценой… — Сделай же что-нибудь, Д’сом! – от распахнутых дверей в отчаянии вскричал М’них, с грохотом ввалившийся в каюту Терин. – Приведи её в чувство!.. — Как?! – бледный как полотно, развернулся в сторону М’ниха Д’сом. – Она… меня не слышит… Я не знаю, как заставить её… очнуться! – вскочил на ноги коричневый всадник, своим телом преграждая путь решительно шагнувшему к Терин М’ниху. — Я заставлю её. Я приведу её в чувство. Раз уж этого не можешь сделать ты! – со злостью сквозь зубы цедил всадник, с ненавистью смотря на сжавшуюся в углу кровати девичью фигурку. – Заставлю. Отойди, Д’сом. — Нет! – упрямо мотнул головой юноша, зная несдержанный и вспыльчивый характер всадника коричневого Пиринт’а. — Ты чистоплюй и идиот! – рванул М’них тунику Д’сома у самого горла. – И ты, как и она… – кивнул он за спину Д’сома, – погубите всё, что так трудно нам досталось. — Ты не тронешь её и пальцем! – свистящим шёпотом ответил Д’сом и, как железными тисками, сжал запястья М’ниха. — Он прав. Ты не прикоснёшься к ней и пальцем… всадник!! – раздался от дверей напряженный от едва сдерживаемого гнева голос… Ф’жиана. — Ты?! – не поверил своим глазам Д’сом. – Эттого… Ты! Не может быть!! — Оставьте нас, – опускаясь перед кроватью возлюбленной на колени, произнёс всадник бронзового Ладирт’а. Сквозь горькое безразличие и обессиливающую опустошённость, сковавшие её разум, Терин слышала ласковый, но одновременно и настойчивый шёпот. — Тери! Милая, родная. Любимая! Очнись, детка. Ты нужна мне. Нам! Ты нужна мне и Ладирт ’у! Ты нужна своей королеве. Детка?! Кто смеет называть её деткой?! Это было позволено только одному человеку…который оставил её одну, уже целую вечность назад!!! Горячие губы. Нежно-бережные руки… гладили плечи, спутанные волосы, колени...

— Посмотри на меня, милая! Открой глаза. Голос. Любимый голос, который она желала слышать больше всего на свете, молил её… И она открыла глаза... Осунувшееся лицо. Прозрачно зелёные глаза, окружённые светло-коричневыми обводами. Обветренные, улыбающиеся губы. — Ф’жиан?! – задохнулась от счастья плачущая девушка. – Ты здесь!!! Ты жив!! Ты здоров!.. Ф’жиан!.. — Куринт’а. – Устало улыбнулся парень. – Милая, твоя королева. Ей нужно твоё присутствие. — А… Ладирт’?! — Он здесь. Ждёт её. А я… жду тебя.

«Сейчас!!!» – хлестнул Т’мара резкий, как звук плети, голос Лораны. «Падай!!» – беспощадный приказ всадника заставил его дракона камнем ринуться вниз. Мгновение, и распалённая неуёмным гневом золотая оказалась меж бронзовых крыльев… Взревев от неожиданности и боли, Талент’а всё же извернулась... Зирент’… Зирент’… Зирент’… Фиона смогла восстановить контроль над Талент’ой именно в тот момент, когда Т’маров бронзовый обрушился на спину её королевы… И первое, что ощутила всадница… бешеное совместное падение… Бескрайние воды океана стремительно приближались… приближались… приближались… И когда до поверхности воды оставалось не больше двух её длин… Зирент’ раскинул громадные крылья, побуждая подругу последовать его примеру... …И в следующее мгновение... золотая, торжествующе взревев… раскинула свои… искрящие, на полтора метра больше бронзовых, крылья… Драконы, сверкая золотисто блестящими шкурами, едва не касаясь водной глади треугольными кончиками хвостов, стремительно, практически вертикально взмыли вверх... Бронзовый, триумфально и раскатисто рявкнув, сплёл со своенравной королевой не только гибкую длинную шею, но и сильный, цепкий хвост…

Терин, не выпуская из рук пальцы Ф’жиана, с неожиданно мощной силой потянулась к своей пышущей гневом и злостью королеве… И, под влиянием непривычно жесткой воли всадницы Куринт’а, яростно замотав головой, прислушалась к… ...зовущему и нетерпеливому рёву ещё одного бронзового, что находился чуть выше и в стороне от двойного кольца кружащихся вокруг неё драконов. «Вот это, действительно… интересно...» – качнула крыльями золотая, оглядывая небеса в поисках вдруг исчезнувшей соперницы. Обида и ярость, ещё так недавно владевшие ею, затухали, вытесняемые совсем другими желаниями… Игриво рявкнув на настойчивых бронзовых, что всё ещё продолжали кружить вокруг неё, она внезапно сложила крылья, проваливаясь далеко вниз… Затем, оглянувшись на опоздавшего к началу игр бронзового, протяжно закричала и стремительно рванулась вверх… Выше… выше… выше… Великолепный бронзовый зверь, будто пожав плечами, не раздумывая кинулся следом… ...не уступая ей ни в скорости, ни в выносливости…

Осторожно заглянув в каюту Терин (семь часов спустя после драматичного и напряжённого полёта), Лорана обнаружила, что бронзовый всадник не только пришёл в себя, но и готов покинуть спящую подругу. Увидев молодую женщину, он приложил к губам палец, умоляя её не шуметь. — Сколько у меня времени? – поднявшись на верхнюю палубу «Жемчужной Леди», мрачно спросил всадник. — Немного, – не отводя взгляда от его посуровевшего лица, честно призналась Лорана. — А как я… погибну… ты знаешь?! — Да. Спасая Т’мара, – не опустила глаз молодая женщина. – При следующем Падении над Нижним Кромом. — Так скоро?! – влажно блеснул глазами всадник. — Мне жаль. – Опустила глаза Лорана, вспомнив коричневого всадника K’тана, которому говорила те же слова. При столь же трагичных обстоятельствах. — Терин… Я увижу… Увижу ли я её ещё раз, перед… Перед тем как мне... – не закончил фразы Ф’жиан. — Да. Всегда, когда ты будешь нужен ей, ты будешь… рядом. Правда, – с едва сдерживаемым сожалением коснулась она его руки, – я пока не знаю, сколько раз… Это может случиться… — Думаю, мне пора… – отшатнулся от неё всадник. И в голос позвал своего не столько утомлённого, сколько довольного исходом полёта, зверя. — Я провожу. – Вздрогнув, произнесла Лорана. — У тебя нет дракона, – не сдержал колкости Ф’жиан. – Координат будет достаточно. — Да, – понимающе кивнула бывшая всадница. – Но есть Лурент К’дана. И ни он, ни его всадник мне не откажут. — Значит… К’дан. И тот бронзовый, что вёл меня сюда, был… его?! — Мне жаль. – поспешно потупилась Лорана, старательно скрывая выступившие на глазах слёзы. – Мне так жаль… — Разреши, я помогу тебе, – складывая руки в замок, произнёс Ф’жиан, когда К’дан с высоты спины Лурент’а протянул ей руки. – Это единственное, чем я могу отблагодарить тебя за то, что… дала нам с Терин возможность… испытать… такие чувства. Судорожно всхлипнув, Лорана ступила на его сложенные руки.

6.9 БРОНЗОВО-ЗЕЛЁНЫЙ СОЮЗ

9. БРОНЗОВО-ЗЕЛЁНЫЙ СОЮЗ

507-й Оборот. 6-й месяц. 5-й день

Проводив взглядом двух золотых, что последними покидали Вейр, Лорана скинула с головы широкополую шляпу. Этими золотыми были Талент’а Фионы и Пинорт’а Бэкки. Перед Повелительницей надёжно пристёгнутая ремнями сидела Таллиона. Близнецы попали под опеку Целительницы, у которой получалось справляться с озорниками лучше, чем у вечно занятой матери. Прикрыв рукой глаза от немилосердно палившего солнца, она взглянула в направлении «Жемчужной Леди». Под одним из тентов, растянутых с обеих сторон трапа, медленно просыпалась, беспокойно шевелящая хвостом, Ринлат’а. Шкура золотого дракона с каждой минутой становилась всё ярче. Сон – всё более зыбким. Желания – всё более острыми. Нарастающее томление молодой королевы, готовой подняться в свой первый брачный полет, Лорана ощущала каждой клеткой тела. И порадовалась тому, что К’дан с Лурент’ом во главе Крыла час назад отправились к Кошачьей Реке. Уже в который раз благодаря стечению обстоятельств… или, может быть, благоразумию возлюбленного, его дракон в моменты брачных золотых игр неизменно оказывался далеко от Вейра. Вибрирующий звук, издаваемый всеми бронзовыми Вейра, нарастал. И вот первый и самый нетерпеливый зверь взмыл над загоном. И этим зверем оказался коричневый Пиринт’ М’ниха. М’них! Вот уж, действительно, головная боль всего Вейра! Мало того что коричневый всадник обладал взрывным и вспыльчивым характером, так парень был ещё и крайне невоздержан по отношению к любой представительнице женского пола. Месяц назад за благосклонность всадника (внешность которого отличалась невероятной красотой и мужественностью) соперничали Еона, всадница золотой Ниит’ы, и зелёная всадница Милуока, которой едва исполнилось четырнадцать. Чувствами обеих, всадник манипулировал без зазрения совести и с циничной легкостью. Больше всего претило Лоране в этой ситуации, что М’них, пренебрегая запретом Т’мара в отношении зелёных, ни разу не поднимавшихся в брачный полёт, этот самый полёт и спровоцировал… Милорт’а Милуоки поднялась… …румянец гнева окрасил щёки молодой женщины при воспоминании о том, что пришлось пережить юной девочке, вдруг! оказавшейся в окружении большого количества молодых людей, от неожиданности происходящего и страха, утратившей контроль над своим зверем. И если бы не Г’лис, испытывающий к зелёной всаднице определённые чувства, ещё неизвестно, чем бы закончился для неё этот полёт. А М’них… с лёгкостью, переключился на поднявшуюся следом за Милорт’ой Ниит’у (полёт зеленой спровоцировал золотую) и, благодарение Фарант’е! потерпел неудачу. Золотая Ниит’а досталась бронзовому Матет’у Р’бада, молодому истанскому дракону. Рассвирепевший Т’мар, не дав своевольному и невоздержанному М’ниху опомниться от двойной брачной погони, под угрозой изгнания из Вейра принудил всадника клятвенно обещать держаться подальше от любой юной девушки Вейра. Тем более… всадниц. Тем более зелёных. Запрет не распространялся лишь… на всадниц старших королев. А учитывая, что Пиринт’ М’ниха имел коричневый цвет, обещание, услышанное и засвидетельствованное всеми всадниками Вейра, предполагало… бессрочное воздержание! Когда Лорана услышала вердикт Предводителя, она едва сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши!.. Торопливо взмывшая вверх бронзово-зелёная пара прервала размышления молодой женщины. «Коссарт’ и Сарт’а! – мгновенно узнала кружащихся над Вейром драконов Лорана. – Таннелби и Дария. Вот и сложился ещё один союз», – скользнула по губам Лораны мягкая полуулыбка. Она хорошо помнила тот зелёный брачный полёт. Шестой для Сарт’ы и первый для возмужавшего Коссарт’а. Зелёная Сарт’а, как и её всадница Дария, отличались завидным постоянством. И неизменным партнёром зелёной на протяжении двух последних Оборотов был коричневый Гарат’ Д’сома. Но семь месяцев назад в головокружительном соперничестве с коричневым (не желавшем уступать подругу) бронзовый всё же оказался… удачливей. И не потому, что Гарат’ уступал Коссарт’у в выносливости, скорости или сообразительности, а потому, что зелёная явно предпочла коричневому Гарат’у бронзового Коссарт’а. В Вейре уже давно говорили о том, что красавчик Таннелби положил глаз на скромницу Дарию и только и ждёт, когда его молодой дракон подрастёт настолько, чтобы в брачной гонке доказать своё неоспоримое право на её дракона, а значит, и на неё саму. Для многих всадников, как и для обитателей Вейра, такая щепетильность бывшего морехода казалась блажью. Ведь Сарт’а не золотая, а всего лишь одна из зелёных. Но для Таннелби брачный союз драконов, вершившийся в небесах, был сродни клятве верности. А на следующий день молодые люди пришли в вейр Предводителей с настолько необычной просьбой, что и Т’мар, и Фиона, сначала не могли взять в толк, чего же они от них хотят. А хотели они официального признания своих отношений. На вопрос Т’мара, понимает ли бронзовый всадник, что связывая себя узами любви с всадницей зеленого дракона он тем самым лишает себя возможности когда-нибудь стать во главе Вейра, Таннелби, блистая белозубой улыбкой, просто ответил, что он никогда и не собирался становиться Предводителем и счастлив уже тем, что и так является лучшим Командиром Крыла. А если сможет с полным правом назвать супругой присутствующую здесь Дарию, то будет счастлив вдвойне. Иронично дёрнув углом рта на самоуверенное утверждение всадника о том, что он лучший Командир Крыла, Т’мар, тем не менее, ответом удовлетворился. И они с Фионой в присутствии Лораны и К’дана с особым чувством и удовольствием официально подтвердили сложившийся союз. Что и отметили восхитительным бенденским вином. Вибрирующий гул бронзовых стал громче и нетерпеливей, заставив Лорану отвлечься от приятных воспоминаний. Над загоном для животных кружились все семь бронзовых и десять наиболее уверенных в себе коричневых. Бедолага Друт’, пострадавший от когтей разъяренной Куринт’ы полтора месяца назад, обиженно и жалобно кричал, наполовину высунувшись из-под тента, натянутого лекарями специально для него. И вот Ринлат’а проснулась…

6.10 СЕКРЕТЫ ДЖꞌРИЗА

10. СЕКРЕТЫ ДЖꞌРИЗА Торопясь покинуть Вейр, в котором с минуты на минуту развернется нешуточная борьба за обладание взмывшей к горным вершинам королевой, бронзовый Коссарт’ нетерпеливо рявкнул. Мгновение, и к кружащейся над Вейром паре драконов присоединился ещё один. После чего все трое, не мешкая, нырнули в Промежуток. «Прости, ’Би! Еле отделался от Мигресс. Она хотела заслать меня на Побережье». – Безмолвно сообщил Коссарт’ своему напарнику извинения Дж’риза, переданные парнем через Квинт’а. Таннелби кивнул. Сейчас работы на Побережье, как и на Кошачьей Реке, считались основными. Т’мар основательно готовился к грядущему отбытию в Телгар Вейр и поэтому старался получить от Острова как можно больше… янтаря, шкур, рыбы, металлов. Всего того, что так или иначе Вейру может пригодиться. Тем более что Мастеру Ставеру удалось-таки найти наиболее удачное процентное соотношение меди к олову, кремнию и бериллию, необходимое для сплава таких удачных, по мнению кузнеца, бронз.

Через три вдоха, как и положено, драконы вынырнули над… ...удивительным редколесьем. В паре километров от Большой Реки в высокое безоблачное небо гигантскими колоссами вздымались причудливые деревья. Высота многих превышала тридцать, а то и все сорок метров. Особо выделялись одиночно стоящие исполины, вздымавшие свои кроны до высоты пятидесяти метров. Стволы таких колоссов напоминали крутобокие бутыли. Стволы остальных были более пузатыми, неравномерно утолщёнными и… какими угодно. Кроны, где скудные, с узко-лопастными листами, не дающие тени, а где пышно-мясистые, сочного, насыщенного зелёного цвета, удивляли. Бледно-фиолетовые соцветия, собранные в гроздья, придавали зелени деревьев удивительную живописность. — Всегда мечтал побывать там, куда синяя всадница Ксинна каждый раз отправляется с… таким удовольствием. – Хмыкнул Дж’риз, спрыгивая с шеи своего коричневого друга на податливо мягкую землю, покрытую густым высокотравьем. – И как это она решилась привести сюда В’сана и П’наллу. – Недоумённо дёрнул плечом парнишка. — Удивительное место. – Согласился с Дж’ризом Таннелби, ловко подхватывая в объятия прыгнувшую с высоты своей зелёной подруги Дарию. – Вот только верров, которых они вчера добыли в свободном поиске, я пока не вижу. — Координаты верны, – задирая голову вверх, ухмыльнулся младший всадник, любуясь причудливой формой ствола дерева, возле которого приземлились их драконы. — Только откуда они у тебя? Вот вопрос. – Обернулся к мальчишке Таннелби. – Синяя всадница на вопрос Дарии так и не ответила…

— …мастерски изобразив, что умирает от жажды, – рассмеялась девушка. Дж’риз кивнул. Вчера вечером, когда с охоты вернулись Ксинна, синий всадник В’сан и зеленая всадница П’налла (лучшая лучница Вейра), он, как и Дария, находился на территории Кухонь. И добытые троицей верры (крупные, отменно упитанные) привели его в не меньший восторг, чем подругу бронзового всадника. Мигресс, довольно охая и ахая, тут же поручила ощипать столь роскошных особей трём юношам, закрепленным сегодня за её хозяйством. — Эдакие красавцы, – ухмыльнулся Дж’риз, пересчитывая птиц в трёх больших сетках, что В’сан и П’налла опустили возле дежурного очага. – Такие впору на ужин Вейру. — Скоро Рождение, коричневый всадник, – фыркнула в его сторону Мигресс. – А сколько едят новорожденные драконята, ты знаешь много лучше меня. Предводитель приказал приготовить нарубленного мяса столько, чтобы его хватило на восемнадцать вёдер. Хвала Первому Золотому Яйцу, что Кладка зелёная. – Ворчала кухарка (не так давно прибывшая в Вейр в качестве наставницы Джипеллы, старшей дочери Лорда Пеллара и Леди Халлы из Огненного холда), пробуя, а потом и добавляя в закипевший кла ещё горсть коры. — Ксинна, – задорно блеснула глазами в сторону синей всадницы Дария, – где ты нашла таких великолепных птиц? — Там, – очевидно смутившись от простого вопроса, неопределённо махнула рукой в сторону океана девушка и торопливо потянулась за чистой чашкой из стоявших аккуратной пирамидой на одном из разносов. — Побольше бы нам такой дичи. – Разочарованно вздохнула Дария, понимая, что больше Ксинна ничего ей не скажет. Наполнив три чашки кла, синяя всадница, согласно кивнув, молча отошла. — Я получил координаты от Квинт’а. – Не поворачиваясь, медленно ответил Дж’риз Таннелби, – который, в свою очередь, узнал их у Тизит’а Ксинны. Дракон, в отличие от своей всадницы, не стал их скрывать, когда коричневый по моей просьбе спросил его, где они сегодня так удачно поохотились. – Пожал плечами юный драконий всадник. — Ты попросил своего дракона поговорить с драконом другого всадника без ведома этого самого всадника?! Я правильно тебя понял? – требовательно вскинул голову Таннелби. — Тизит’ умирал от желания поболтать, – копируя движения Т’мара, дёрнул углом губ мальчишка. – Если я скажу тебе, Тан… что слышу, о чём говорят драконы между собой, ты мне поверишь? – напряжённо развернулся к бронзовому всаднику Дж’риз. — А ты… слышишь?! – очень серьёзно взглянул в сумасшедше яркие глаза парня Таннелби. — Слышу, – односложно подтвердил Дж’риз. – С тех самых пор как попал в Вейр. И знает об этом только Повелительница Телгар Вейра Фиона. Теперь, знаешь и ты. Если бы не Дария, – улыбнулся охнувшей девушке парень, –… ты никогда бы об этом не узнал. — Джер. – Взлохматила его давно не стриженные волосы подружка. – Ох, Джер! Мы догадывались. Я и Риган, мы… догадывались. — Почему же, ты тогда подошёл со своим предложением ко мне, а не к Дарии? – скрывая сарказм, поинтересовался бронзовый всадник. И более пристально взглянул на мальчишку. С интересом и… уважением. – Потому что ты… честен с друзьями и не способен на подлость, – разворачивая плечи и вскидывая голову, откровенно произнёс подросток. И пока Таннелби переваривал свою столь блестящую характеристику, Дж’риз добавил:

— К тому же мне страсть как захотелось увидеть это место. Скажи, к кому ещё я мог с этим обратиться? — Ну, например к Кс’лерину или Д’сому. – Чуть запинаясь, ответил Таннелби. – Они тоже… достаточно опытные всадники. — Ор’с. Друг Д’сома. Он не очень мне нравится, – возразил парнишка. – А они всё и всегда делают вместе. Кс’лерин. По мне, он слишком рассудителен. Твой друг Риз. Тоже неплохой вариант, но его бронзовый слишком молод. — Н-да, Джер. Занимательный ты, оказывается, собеседник. – Подвёл итог беседе Таннелби. – Что ж, мы здесь с определённой целью. Летим.

Верров они нашли. Причём сразу две многочисленные стаи. Но, кроме самих верров, Сарт’е Дарии посчастливилось обнаружить и кладку одной из самок. Случайно. В ходе азартной охоты, когда и бронзовый, и коричневый увлечённо гоняли по равнине перепуганных, истошно вопящих птиц, выбирая наиболее матёрых из всей стаи, Сарт’а заинтересовалась оставшимся без присмотра скоплением крупных белых, овально-заострённых сфер, что с небольшой высоты были отчётливо видны в пестрой траве равнины. «Яйца безмозглых куриц», – с великолепным презрением произнесла зелёная, продублировав картинку для своей всадницы. — Спускаемся, – возбуждённо воскликнула Дария, радуясь своему везению. Яйца верров, да ещё в таком количестве!.. Это удача!! Если в кладке их будет больше тридцати, учитывая численность стаи, можно будет накормить половину Вейра. Яиц оказалось больше. В два раза больше. Чтобы достать из глубоко выкопанной ямы все шестьдесят четыре яйца и переместить их в сеть, Дарии понадобилась помощь Дж’риза. Мальчишка так откровенно радовался её находке, что девушке стало не по себе. — Джер, это не я её нашла. – Старалась соблюсти справедливость Дария. – Если бы не Сарт’а... — Сарт’а – твоя, значит нашла кладку ты. – Не соглашался мальчишка. – Хвала Золотому Яйцу, сегодня на ужин у нас будет нормальный человеческий омлет. Не знаю, как тебе, а мне яйца крытоживов вот уже где. – Эмоционально приставил он к своему горлу ладонь. Вернувшись в Вейр, всадники с изумлением узнали, что золотую Ринлат’у Теворы догнал коричневый Гарат’ Д’сома. Предводитель, как и Повелительница, с великолепной выдержкой и явно довольные, к вечеру велели организовать Праздничный Ужин.

6.11 ТЕПЕРЬ ТЫ ЗНАЕШЬ ТО, ЧТО ДОЛЖНА ЗНАТЬ

11. ТЕПЕРЬ ТЫ ЗНАЕШЬ ТО, ЧТО ДОЛЖНА ЗНАТЬ

6-й месяц. 10-й день

Присматривавшая за плещущейся в прибрежном мелководье детворой, Джирана, услышав приближающее гулкое драконье фырканье, резво развернулась. – О Госпожа! – воскликнула девочка, с восхищением протягивая руку, чтобы коснуться выступающих золотых надбровий Талент’ы. – Какая же она у тебя… холёная! – заглянув в радужные глаза старшей королевы Вейра, шепнула Джирана. Талент’а, благосклонно изогнув шею, мигнула. — Она говорит, что я ей нравлюсь. – От удовольствия щёки девочки покрылись густым румянцем. — Ты не можешь не нравиться, – хмыкнул Колфет, тут же, на песке, чинивший сеть. – Ты нравишься всем. И их, – не поднимая головы от работы, кивнул он на разновозрастную ребятню, – пора вытаскивать. Увидев мать, первой выбралась из воды Таллиона. — Мама, – крикнула она, устремляясь в объятия Фионы. – Смотри, что я нашла. В раскрытых ладошках дочери Фиона увидела неравностворчатую пёстро-радужную раковину с ушками. Раковина, лежащая на ладошке Таллионы, отливала радужным перламутром, сиренево-розоватыми, нежно-голубыми и нежно-зелёными оттенками одновременно. — Эти створчатые так похоже на моллюсков, что в большом количестве водятся в прибрежных водах Исты. – Улыбнулась Фиона дочери, присаживаясь перед ней на корточки, чтобы лучше рассмотреть пятнистое чудо. – Только твои, малышка, намного, намного красивее. Где ты нашла их?! — В море. Их там много. Всяких. Эта самая лучшая. – Обрадовалась девочка. — А есть их можно, мама?

— Эти? – задумалась Фиона. – Не знаю. Знаю, что мясо истанских чудо-ракушек очень вкусное. Нежное и слегка сладковатое. А почему ты спросила? – предчувствуя неприятность, насторожилась Фиона. — Мар и Тар, – кивнула на братьев Таллиона, – вместе с Орой, одну разбили и съели всё, что было внутри. – Коварно улыбнулась девочка. — С ума сойти! – всполошилась молодая мать, бегом направляясь к шумно резвящимся сыновьям и их старшей подружке. – Тар. Мар. Диора. – На бегу кричала Фиона, – немедленно выплюньте эту… эту… дрянь. — Пойдём, Джи, вытащим проказников из воды, – обратился к Джиране Колфет, аккуратно откладывая в сторону сеть. И довольный проделками близнецов бывалый мореход поднялся с песка. Бэкка с Пинорт’ой появились на берегу в тот момент, когда Фиона, натянув на мокрые ноги Фалломара короткие штанишки, передавала старшего сына в бережные, сильные руки Колфета. Закусив губу, с сияющими глазами и мягкой улыбкой Бэкка смотрела, как Повелительница Вейра с трудом управляется с тремя своими отпрысками. — Я пришла сказать тебе, – задумчивым взглядом провожая Колфета с тройняшками на плечах и руках, произнесла Бэкка, – что Терин… беременна. — Не может быть, – ахнула Фиона. — Этого ещё никто не видит, – продолжала младшая подруга, – но скоро начнут замечать. Срок её беременности равняется… м-м-м… не полным шести семидневкам. — Именно столько времени прошло с момента брачного полёта её Куринт’ы. – Опустилась на песок Фиона. — Что ж, теперь ты знаешь то, что должна знать. – Кивнула Бэкка, стягивая через голову лёгкое платье. Подхватив с песка щётку на длинной ручке, всадница направилась к своей королеве, что с блаженством погрузилась в теплые воды довольно далеко от берега. «Ты обещала, – капризно напомнила о себе Талент’а, – хорошенько меня почистить». «Разумеется, дорогая», – рассеяно кивнула Фиона, мысли которой были заняты совсем другим.

6.12 НА ЧТО СТАВЯТ

12. НА ЧТО СТАВЯТ

6-й месяц. 14-й день

С тревожно бьющимся сердцем, Таннелби с силой затянул страховочные ремни, кляня себя и свою забывчивость. Брачный полёт Ринлат’ы с его непредсказуемым и невероятным финалом, последовавшее затем через четыре дня Рождение драконят из Кладки зелёной Корант’ы заставили его напрочь забыть о возложенной на него Предводителем обязанности наблюдать за своенравной горой Ломаного Ледопада. Десять дней. Он не навещал Ледопад десять дней. Когда он в последний раз слушал гору, её активность значительно возросла. Толчки уже не были столь отдалёнными и деликатными. Казалось, что гора вот-вот встанет на дыбы. Что же они с Дарией увидят сегодня?! Улыбнувшись, готовой к взлёту супруге, Таннелби вскинул руку. И попросил своего дракона передать Сарт’е, что к горе они полетят не пользуясь Промежутком. Бело-ледяное царство Ледопада встретило их… настораживающей тишиной. «Садимся?» – передала вопрос своей подруги зеленая Сарт’а. «Нет». – Не сразу ответил бронзовый всадник. Он не доверял окружающему их безмолвию и кажущемуся спокойствию. «Дружище, давай туда… к ледяной завесе». – Попросил Таннелби Коссарт’а приблизиться к хрустально искрящейся паутине тонких и ломких сосулек, что вновь плотным пологом нависли над карнизом круто обрывающейся вниз скалы. «Тухлая Скорлупа!! – сквозь зубы ругнулся Таннелби. – Меня не было всего десять дней». — Озеро, Тан. – Крикнула ему Дария, указывая на влажно блестевшую поверхность Ледяного Озера. – Разве оно не должно быть замерзшим?! — Осколки!!! Летим дальше. – Направил своего зверя всадник вдоль северо-западного склона Хребтины. — Тан! – Утонул голос девушки в неожиданно раздавшемся громком треске ломающегося ледника. — Тан! На глазах изумлённых всадников лёд, крошась и ломаясь, стал ссыпаться в образовывавшуюся трещину… ...трещину без конца и начала… ...трещину шириной не менее пяти драконьих длин... ...трещину с ровными отвесными стеклянно гладкими боками… — Коссарт’, приказ Сарт’е. Поднимаемся выше. – Мгновением позже среагировал Таннелби.

Чтобы поговорить с Т’маром, Таннелби и Дарии по возвращении в Вейр, пришлось ждать долгих три часа. Предводители, как и Лорана с К’даном, Джависсой и Бэккой, вместе и порознь долго поздравляли Джасси (младшую истанскую Госпожу) с первой Кладкой её королевы. В сутолоке у Площадки Рождений, где практически всё население Вейра любовалось уже отложенными яйцами и с восторгом считало каждое откладываемое Фалт’ой крапчатые яйцо, бронзовый всадник ’Би счёл разговор невозможным. М’них, донельзя собой довольный, тронул Таннелби за плечо: — А на что поставишь ты, всадник?! – с азартно горящими глазами спросил он. — А на что ставят? – без интереса, вопросом на вопрос ответил Тан. — На количество яиц в Кладке, – с готовностью стал перечислять М’них, – на то, будет или не будет в Кладке золотое яйцо, на количество бронзовых и коричневых дракончиков… — Так Рождение только через пять семидневок. – Усмехнулся Таннелби. — От этого ставки становятся только интересней, бронзовый! – достал из-за пазухи замусоленную книжицу М’них. – Так на что ставишь? — На то, что через пару месяцев нас здесь не будет, – разозлился на раздражающую настойчивость коричневого всадника ’Би. — Ну, ты даёшь, – хохотнул М’них. – Такой ставки у меня ещё не было. Дёрнув плечом, Таннелби развернулся к коричневому спиной. Таннелби не был противником ни пари, ни ставок, он сам иногда был не прочь сорвать куш. Но М’них, по мнению парня, слишком уж напористо вовлекал в эту азартную игру всех, кто проявлял хоть малейших интерес к теме, на которую принимались ставки вне зависимости от осведомленности участника. И всегда к своей немалой выгоде. А если учесть, что это была уже четвёртая Кладка с начала Оборота, то М’них… — ’Би, – легла на плечо бронзового всадника рука Предводителя, – что гора?! Лорана только что переговорила с вашими драконами. И весьма... встревожилась.

— Осколки!! – хмыкнул Таннелби. – Всегда забываю, что кроме самих всадников за драконами присматривает ещё и Леди… — И для меня, – жёстко выделил интонацией последнее слово Т’мар, – это весьма удобно. Так что с горой?! — С ней неладно, – понизил голос всадник. – Ледопад быстро восстанавливается. Озеро, которое должно быть замёрзшим, сейчас покрылось водой. И, на наших с Дарией глазах, самый длинный ледяной «язык», лежащий на западном склоне горы несколькими километрами севернее Озера, треснул. Да так, что заложило в ушах. — Летим. Зирент’… – в голос позвал своего дракона Предводитель. – Найди всадника Лурент’а. И пусть К’дан прихватит с собой арфиста Костана. Передай Гарат’у Д’сома, что я жду их на побережье напротив Площадки Рождений.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. 7.1 НАЧАЛО ИСХОДА

1. НАЧАЛО ИСХОДА

Вечер того же дня

— Присаживайтесь, – кивнул Т’мар появившимся в дверях последними Лоране и К’дану. – Итак, господа… – обратился он к Командирам Крыльев, что тесно сгрудились вокруг стола в кают-компании «Тессины». – Леди Лорана с нами, давайте её выслушаем и уже тогда примем решение. Прошу, Леди… Лорана кивнула, дав понять, что услышала. С минуту подумала, собираясь с мыслями, и вскинула глаза на ободряюще улыбнувшуюся ей Фиону. — Некоторое время назад, а именно с момента брачного полёта зелёной Корант’ы, Предводитель озадачил меня ведением… вот этих Записей, – продемонстрировала она сумрачно смотревшим на неё молодым людям аккуратно скрепленные между собой широкие пергаментные листы. – Здесь записаны все четырнадцать брачных полётов, что мы пережили с начала нынешнего Оборота. — Всего четырнадцать?! – не поверил Л’ор, бронзовый всадник Форта. – А чувство такое, будто мы только и делали, что гонялись то за золотыми, то за зелёными. Губы Т’мара дрогнули в понимающей усмешке. Парень прав. Пять прошедших месяцев многим стоили нервов и изматывающих усилий. — Четырнадцать значимых для Вейра, Л’ор. – Уточнила Лорана. В действительности то, полётов было много больше... — Чем интересны твои Записи, Леди? – привлекая внимание к своему вопросу, вскинул руку Ор’с. — Тем, – благодарно улыбнулась ему Лорана, – что Записи содержат не только очередность и имена всех участников, но и примерные сроки Кладок и Рождений. — А так как, судя по всему, – кивнула Лорана на К’дана и Таннелби, – времени у нас осталось в обрез, сейчас нам предстоит решить, что делать с теми Кладками, которые мы уже имеем, и с теми, что только ещё должны появиться. Молодая женщина знала, что в их с К’даном отсутствие Предводитель в мельчайших подробностях обрисовал молодым Командирам Крыльев сложившуюся в горах ситуацию. — Сейчас, как вы знаете, у нас на песке Площадки три Кладки: две зелёные и одна золотая, среди яиц которой есть королевское яйцо. Благодарение Фарант’е, яйца из Кладки зелёной Корант’ы уже и благополучно проклюнулись. — Кладка Полвет’ы проклюнется двадцать пятого числа этого месяца. Кладка Сентит’ы – четвертого числа следующего месяца. Золотая Кладка Фалт’ы – восемнадцатого. Это те, за драконят из которых если и придётся переживать, то только в том случае, если они будут вынуждены идти через Промежуток. Хочется надеяться, что делать им этого не придётся ещё… м-м-м… достаточно длительное время. — Промежуток?! – ахнул Б’хан, всадник коричневого Болет’а. Кивнув, молодая женщина тут же припомнила, что Б’хан Запечатлел своего коричневого уже здесь, на Великом, и не знает, что драконята уже через месяц после выхода из скорлупы могут перемещаться через безжизненно-мертвенное ничто. — Да. Но разговор не о них. Разговор о… – вскинула Лорана пристальный взгляд янтарных глаз на Предводителя, – …последующих золотых Кладках Морут’ы, Куринт’ы и Талент’ы. Им нельзя позволить откладывать здесь, на Великом. Срок Рождения драконят из этих трёх золотых Кладок придётся на восьмой месяц нынешнего Оборота. Что может случиться за последующие месяц, два, три… или сколько их там у нас осталось… я не знаю. – Сжала кисти рук молодая женщина. – Риск слишком велик. – Нашла она виноватым взглядом широко распахнутые от неожиданности глаза Фионы. — Но гора Ломаного Ледопада, она ведь... далеко. – Не сдержал раздражения М’них. – В чём проблема?! Какое отношение эти чертовы высоты, находящиеся от нас за тысячу километров, могут иметь к Вейру?!! — Этого не знает никто, – сдерживая неприязнь, пожала плечами Лорана. – Но рисковать… было бы... м-м-м… крайне неразумно. — Продолжай, – пресекая препирательства, мрачно кивнул Т’мар молодой женщине. — То же самое касается золотых Нилот’ы, Лит’ы и Ринлат’ы. Зелёных Шивит’ы и Фандит’ы. — Ты ничего не сказала о Ниит’е и Милорт’е, Леди. – Вновь подал голос М’них. — Здесь не о чем говорить, – резче, чем хотела, ответила Лорана. – Ниит’а уже отложила третье своё яйцо… Взгляд Т’мара «поплыл». — Зирент’ говорит, что и малышка Милорт’а... также направилась на Площадку… — Значит, – невесело усмехнулся Таннелби, – у нас не три, а пять Кладок. Скажи, Леди, Рождение драконят из Кладок Ниит’ы и Милорт’ы произойдёт одновременно с драконятами из Кладки Фалт’ы? — Теоретически – да. А как будет на самом деле… – пожала плечами Лорана. – Я боюсь даже думать о том, что мы можем не успеть. — Ваши предложения, Командиры. – Обвёл Т’мар всех присутствующих тяжёлым взглядом. — Леди, Срок Кладок каких драконов наиболее близок? – вскинул голову Д’сом. — Двадцать третьего, уже через десять дней, золотая Нилот’а Гарры из Форта, ориентировочно, должна начать откладывать, – нервно перевернула пергаментный лист Лорана. – Зелёная Шивит’а Сель – второго. И четвертого следующего месяца – золотая Морут’а Индиры из Плоскогорья.

— Предводитель! – после нескольких минут раздумья приподнялся со своего места Ю’вин. – Я считаю, будет правильным как можно быстрее отослать три эти пары каждую в свой Вейр. И хорошо бы вместе с ними переправить в те же Вейры тех Претендентов, что были выбраны для Запечатления. — Что ж, это разумно. – Сложив шалашиком пальцы рук, согласился Т;мар. – Тем более что и в Форте и в Плоскогорье не так много юношей и… девушек, необходимого для Запечатления возраста – это один момент. И второй, не менее важный. В случае неблагоприятного для нас развития событий нам, всадникам, было бы намного проще и, безопаснее для людей, нам доверившихся, вывозить меньшее количество человек, чем мы имеем на сегодняшний день. — Так что скажете, Л’ор, Д’ан? – нашёл Предводитель взглядом сумрачных глаз напарников бронзовых драконов из Форта и Плоскогорья. Молодые люди не сразу, но поочередно кивнули. — Л’ор, с тобой я отправлю Крыло синих и зелёных. Две из зелёных, Изот’а Рии и Рилот’а Анни, никогда не жевали фосфинового минерала. Обе должны подняться к концу этого месяца или же в начале следующего, – ожесточённо потёр подбородок Предводитель Вейра Великий. – Чуть позже получишь соответствующие письмо для К’лиора. — Д’ан, – тут же, без перехода обратился Т’мар к всаднику Плоскогорья, – ты тоже получишь письмо для Д’вина, и с тобой, как и с Л’ором, также отправится Крыло сине-зелёных. Тирет’а Вивелы, по моим подсчётам, а они совпадают с записями Леди Лораны, также должна подняться через пару семидневок. — И К’лиор, и Д’вин, – продолжал Т’мар, не спуская с молодых людей непроницаемо черных глаз, – достаточно гибки, чтобы понять, что зелёные девичьи пары – довольно выгодное приобретение для Вейров. — Вас я больше не задерживаю, всадники! – приподнял Предводитель ладонь. – Готовьте Крылья к отбытию. Соответствующие распоряжения всадницам ваших королев передаст Повелительница Фиона. Уходите с рассветом. — А мы продолжим, господа! – проводив задумчивым взглядом вышедших Командиров Форта и Плоскогорья, обратился Т’мар к оставшимся. – Кто следующий, Леди? — Талент’а и Куринт’а, Предводитель! Несмотря на то, что обе королевы поднялись одновременно, это вовсе не означает, что и откладывать они начнут тоже одновременно. Ты же знаешь, Лорд, Кладки Талент’ы бывают… м-м-м… несколько преждевременными. — Я понял! – одним словом остановил молодую женщину Т’мар. – Дальше… — Дальше. Дальше бенденская королева Лит’а и зелёная Фандит’а. Срок их Кладок, по моим расчётам, совпадает. Это десятое число восьмого месяца. — Уже хорошо! – довольно кивнул Л’ейк. — Ну, и Ринлат’а Теворы. Она – последняя, – перекинула ещё один пергаментный лист Лорана. – Срок её Кладки наступит после двадцатых чисел восьмого месяца. Скупо улыбнувшись, Д’сом опустил внимательный взгляд тёмно-карих, с оранжевыми крапинками, глаз на свои руки. — Спасибо, Леди Лорана, – коснулся запястья молодой женщины Т’мар. – Что думаете, всадники? – обежал он взглядом обращённые к нему лица. — Королеву Госпожи Терин, Предводитель, я бы отправил в Телгар не задумываясь, – произнёс К’дан. – Она уже и так тяжелее, чем Талент’а. Две-три семидневки, и она вовсе станет неподъемной. — В отношении королевы Повелительницы, – пожал плечами бронзовый всадник Лурент’а, – решать тебе. – Проигнорировал гневно суженные глаза Фионы К’дан. – С золотыми Лит’ой и Ринлат’ой, так же как и с зелёной Фандит’ой, я бы не торопился. Чем дольше они находятся здесь, тем короче ожидание Кладки будет… там. — Что ж, арфист, – усмехнулся Т’мар, – хватки тебе по-прежнему не занимать. — На этом и остановимся. – Через пять томительных минут вскинул голову Предводитель. – Отдыхать некогда, всадники. С рассветом королевы, телгарская зелёная и три Крыла сопровождения с Претендентами должны покинуть Великий. Разминая затекшие ноги, Командиры поднялись. — Ор’с, Д’сом, – окликнул готовых покинуть кают-компанию Командиров Крыльев Предводитель, – займитесь первоочередными грузами, ожидающими отправки. — К’дан, на тебе, формирование сине-зелёных Крыльев, что отправятся в Вейры. И не забудь про девичьи пары, чьи имена были названы. И не жадничай. В Вейр Плоскогорье должно отбыть большее количество пар, чем предполагает полноценное Крыло. — Лорана, – поймал руку молодой женщины Т’мар. – Могу я попросить тебя заняться теми Претендентами что должны быть… — Претендентами займутся Тевора и всадницы тех королев, мой лорд, в чьи Вейры мы собираемся отправить этих самых Претендентов. – Накрыла Фиона своими ладонями кисти рук Т’мара. – Ты обещал мальчишкам письма. Может, займёшься ими? – мягко улыбнулась она и откинула с его лба тёмную непокорную прядь. – Лоране нужно отдохнуть. Ведь ей придется сопровождать до места каждое Крыло. — Да? – целуя кончики пальцев своей леди, усмехнулся Т’мар. – И чей дракон окажет ей эту любезность?! — Мой! – отозвался с лестницы К’дан, последним покинувший кают-компанию. – Ведь своего ты ей не уступишь. А Талент’а, насколько я знаю, уже не столь охотно поднимается в небо. Т’мар скрипнул зубами. К’дан продолжил: — Лурент’, в отличие от меня, уже видит десятый сон. И к рассвету будет полон сил и энергии. — Чем быстрее ты, всадник, сделаешь то, что я тебе поручил, – не остался в долгу Предводитель, – тем быстрее сможешь присоединиться к своему бронзовому. — Ха-ха-ха... – взбежал по ступеням на верхнюю палубу К’дан. — Мальчишки, – улыбнувшись Фионе, произнесла Лорана и, прижимая к груди крупно нарезанные листы пергамента, последовала за возлюбленным.

7.2 НАЧАЛО КОНЦА

2. НАЧАЛО КОНЦА

6-ой месяц. 18-й день

— Фиона! Повелительница! – заступила Бэкка дорогу разъярённой Фионе. Госпоже Вейра только что пришлось выдержать трудный разговор с Терин, упрямо не желавшей покидать Вейр. Ни уговоры, ни убеждения, ни прямые угрозы Терин не слышала. Единственное, что беспокоило девушку в момент разговора, – это самочувствие её заметно отяжелевшей, раздражительно-обидчивой Куринт’ы. Настроение и поведение самой Терин ничем не отличалось от настроения и поведения королевы, с досадой отметила Фиона, понимая, что её долготерпению приходит конец. — Через три часа, – приподняв подбородок подруги, жёстко произнесла она перед тем как уйти, – ты и твоя королева отправляетесь в Телгар. Если через час ты не будешь готова… твою королеву... в Телгар… поведёт… Лорана. А тебя, безвольную куклу, просто и без затей закинут на шею Лурент’а и, спеленав ремнями, доставят туда же, хочешь ты того или нет. — А ты… злая… – без каких-либо эмоций произнесла в спину выходящей Фионы Терин и снова уткнулась головой в подушку. — Что?! – всё ещё находясь под впечатлением от последних слов младшей подруги вскинула Фиона глаза на Целительницу.

И обомлела. Бэкка, та Бэкка, которую она так хорошо знала как маленькую неугомонную подружку, неожиданно для Фионы… выросла. И сейчас смотрела в её лицо взрослыми и серьёзными печальными серыми глазами. — Я хотела просить твоего разрешения, Фиона, – кривились губы Бэкки не то в гримасе, не то в несмелой полуулыбке, – вернуться в Телгар Вейр. Там Терин я буду нужна больше, чем тебе… здесь. — Уверена? – уронила руки Госпожа Вейра. — Да. К тому же… Пинорт’а… — Что Пинорт’а?! – не сдержав тревоги воскликнула Фиона. — Должна подняться со дня на день, – невнятно произнесла девушка. – Это чувствую я. И об этом меня предупредила Джирана. Я хочу, чтобы это случилось в Вейре. В Телгар Вейре. — Там у Пинорт’ы не будет выбора. – Мягко возразила всадница Талент’ы. — Выбор будет у меня, – упрямо мотнула головой девушка. – У меня! К тому же я соскучилась по… отцу и… маме. Опять же… Терин. — Собирайся. – Тяжело выдохнула Фиона. – Это даже кстати, что рядом с ней будешь ты! — И за зелёными малышками, пока тебя не будет, я присмотрю, – невесело кивнула Бэкка. – Х’нез… он… хороший, но откладывающие яйца зелёные, для него это будет… потрясение. — Собирайся! – решительно подтвердила своё согласие Фиона. – И спасибо тебе. Смотря вслед торопливо поднимавшейся на борт «Жемчужной Леди» так быстро повзрослевшей девушке, Фиона недоумённо дёрнула плечом. Кроме Гинирт’а Х’неза и Серет’а К’това на данный момент в Телгар Вейре бронзовых больше не было. «Возможно, на примере золотой Ринлат’ы и коричневого Гарат’а Бэкку привлекает кто-то из старших коричневых всадников? – пыталась угадать Фиона. – Но кто?! Г’мунд? Ж’герд? Ж’керан? П’риг? Ж’нос? Н’вин? Кто?!!»

Крыло сине-зелёных драконов во главе с Лурент’ом К’дана и двумя золотыми, Куринт’ой и Пинорт’ой, величественно взмыло на безопасную для ухода в Промежуток высоту. Мгновение, и все пары как одна исчезли.

— Т’мар! – едва не кувырком, Таннелби скатился с крыла своего приземлившегося бронзового. Парень был бледен и нетерпелив. Бледность проглядывала даже сквозь едко-вонючую сажу, что покрывала и лицо, и полётное снаряжение. Шумно отфыркивающийся и кашляющий рядом Коссарт’ был скорее пятнисто-черным, нежели золотисто-бронзовым. — Т’мар! Послушай!! Гора!!! Эта стерва всё же... Взорвалась!!! Или нет… Не знаю. Но из той трещины, что мы видели накануне, по всей длине вырываются клубы пара и течёт… Чёрт его знает, что течёт. Жидкий огонь, грязь и что-то ещё, я не понял… И налёт, везде чёрный налёт! — Льда и снега из-под… этого… странного налёта на много драконьих длин не видно. — Что?! – стремительно развернулся к всаднику Т’мар. – Когда?! Когда это случилось? – сузились глаза Предводителя. — Не знаю. Мы с Коссарт’ом вылетели к Ледопаду на рассвете. Промежутком, Хвала Золотому Яйцу! пользоваться не стали. — Вплотную к горе не подлететь. Кроме огня, что медленно стекает по склонам, гора извергает и какую-то жуткую отраву. Вблизи горы дышать невозможно. Пришлось забираться на самый крайний эшелон высоты, чтобы увидеть хоть что-то… – на ходу, бессвязно, но кратко и полно докладывал Таннелби. — Летим.

— Фиона, – развернулся всадник к спутнице, что широко открытыми глазами смотрела на испещрённую следами мелких раскалённых частиц амуницию Таннелби, – ты знаешь, что должна делать. Госпожа Вейра лишь молча кивнула, решив не спорить сейчас. Они успеют поговорить, когда он вернется. Торопливо натягивая на ходу лётные куртки, к месту, откуда несколько минут назад взлетело Крыло сине-зелёных, спешили Ор’с, Кс’лерин, Д’сом и Ар’сей.

7.3 ГОЛОСА. И, ДЕЛАЕМ НОГИ

3. ГОЛОСА. И, ДЕЛАЕМ НОГИ Воспользовавшись переполохом, что возник после известий, принесённых Таннелби на крыльях своего бронзового, Ксинна, не таясь, прошла к Кухонным Очагам. «Тизит’, – позвала она синего, одновременно находя взглядом куски вяленого мяса, что приготовила Мигресс для нарезки, – хочешь узнать, что находится за Большим Проливом?» «Да, – пришёл немногословный ментальный ответ дракона. – Когда летим?» «Через несколько минут. Нас не хватятся ещё долго». «Талент’а велела всем нам, – имея ввиду драконов, с некоторой долей неуверенности произнёс Тизит’, – быть в Вейре. Пока не вернётся Зирент’». «О том, что мы отлучались, никто не узнает, – самоуверенно заверила синего красавца Ксинна. – Жду тебя у вешал». — Спорим, ты не ожидала увидеть нас здесь? – мастерски копируя ироничный прищур Т’мара, нахально поинтересовался Дж’риз со спины своего Квинт’а, когда Ксинна подошла к пятаку вешал. — Понятия не имею, о чём ты! – вскочила на синюю лапу своего дракона Ксинна. — Как хочешь! – пожал плечами парень. – Но тогда и Талент’а, и Фиона узнают… – сделал многозначительную паузу Дж’риз, – нечаянно узнают, где были вы, когда старшая королева велела всем, – выделил интонацией последнее слово Дж’риз, – всем драконам находиться в Вейре. — Хорошо, – раздраженно и грубовато, через плечо, произнесла Ксинна. – Можешь лететь с нами. Но если отстанешь… это будут исключительно ваши с Квинт’ом проблемы. — Смешно, – фыркнул коричневый всадник, первым давая своему дракону команду на взлёт. Набрав безопасную высоту, синяя всадница, злорадно усмехнувшись и будто забыв, что должна передать координаты Квинт’у, без предупреждения ушла в Промежуток. Смех Дж’риза был до обидного заразителен и весел.

И это первое, что девушка услышала, вынырнув из густого мрака ничто. — Что ж, К’инна, – непривычно сокращая её имя, произнёс парень, – это было… неожиданно и… коварно. Ах ты, Скорлупа и Осколки!! – тут же выдохнул Дж’риз, обозревая спокойную гладь зелёно-синего пролива, разделяющего противоположные берега двух соседствующих островов. — Здесь же расстояние – всего ничего. – Присвистнул парень. – Каких-нибудь сорок драконьих длин.

— Тридцать три с половиной, – недовольно проворчала Ксинна, уже в двадцать пятый раз про себя повторяя сокращённый вариант своего имени, которым назвал её зеленоглазый мальчишка. «Если тебе нравиться, – вторгся в мысли девушки синий Тизит’, – я буду называть тебя К’инной. Так удобней». «Ты моё чудо!» – с благодарностью отозвалась Ксинна, ласково поглаживая синюю шею. — Ну так что, летим дальше?! – азартно воскликнул Дж’риз, направляя своего зверя вперёд, к отчётливо видимому побережью Западного Острова. — Летим! – поддаваясь обаянию нежданного спутника, рассмеялась Ксинна. Настроение всадницы улучшалось с каждой минутой.

— Что это было? – требовательно развернул лицом к себе подругу бледный до синевы К’дан, едва Лурент’ коснулся лапами горячего песка островного побережья. — Что?! Что. Это. Было. Там… – ткнул он в небо пальцем. – Когда… когда мы... и все, кто был с нами… направлялись в Телгар?!! Находясь в Промежутке, К’дан впервые отчётливо услышал… голоса. Тревожно молящие голоса. А когда сообразил, что это и кому принадлежат, похолодел... ….ощутив, как липкая испарина ползёт вдоль позвоночника… как бешено застучавшее сердце сковывает страх… как разум теряет способность мыслить… Едва справившись с оглушающей паникой, К’дан не сразу, но понял, что для Лораны столь… жуткие явления Промежутка не новость. Неимоверным усилием воли подруга заставляла смятенного и растерявшегося дракона продираться сквозь, опутывающую их и лишающую сил, безысходность вперёд.

К Вейру, картинку которого проецировала так ярко… что даже К’дан без усилий различал мельчайшие детали Телгарской Чаши… …провалы входов над карнизами драконьих вейров…

… гостеприимно распахнутые створки огромных ворот Нижних Пещер... — Голоса, – обессилено, соскользнув с лапы бронзового, прошептала Лорана. И в изнеможении опустилась на мелкий, мягкий песок, – с момента, когда я слышала их в последний раз, они… стали сильнее. И держат крепче. – Вскинула девушка на возлюбленного испуганный взгляд. – Я уже... очень давно, слышу их… Эти голоса. — Особенно трудно возвращаться домой. В Телгар... 508-го Оборота. Межвременным прыжком. Мне так страшно, Дан! – прижала она к груди руки. – И сказать Фионе об этом… тоже... очень страшно!! — Значит... об этом скажу ей я! Как и Т’мару! – решительно развернулся в сторону Предводительской шхуны бронзовый всадник с намерением немедленно поставить Предводителей Вейра в известность о смертельно опасной ловушке, что невесть откуда возникла в... Промежутке. — Не понял. Что здесь происходит?! – оторопел К’дан, оглядываясь, и подавая спутнице руку. Все девятнадцать, семидневку назад, вышедших из скорлупы драконят вместе со своими вновь Запечатлевшими всадниками расположились на площадке перед казармой в тревожном ожидании. Аккуратно сложенные в одну стопку дорожные мешки и тюки красноречиво говорили о том, что молодняк собирается в дорогу. Здесь же, те из Претендентов, кто ещё оставался в лагере, под руководством Р’нея, бронзового всадника Шаллит’а, деловито упаковывали в сети… короба с живой, ещё трепыхающейся, рыбой и бочонки с солониной, полотняные мешки, туго набитые кожей и мехом, что требовали дальнейшей обработки, корзины, полные экзотичных яиц крытоживов, и сети, под завязку заполненные орехами твердоплодных дерев… Специально сколоченные ящики, гружённые необработанными самоцветами и металлами, к месту сбора доставляли зелёные Нелит’а и Болент’а, синие Даритат’ и Сайват’, коричневые Садвит’, Шалтит’, Виккит’ и Тройт’. — Что случилось?! Пока нас не было. – Коснулся К’дан плеча Г’лиса, спрыгнувшего со спины своего коричневого. — Гора! – односложно ответил парень, разворачиваясь к арфисту. – А, Дан! Привет! Что нового в Телгар Вейре?! — Не знаю! – пожал плечами К’дан. – Мы с Лораной даже с дракона не сошли. Передали пополнение с рук на руки Х’незу. И снова в Промежуток. Так что с горой? — ’Би говорит, что из той трещины, что образовалась недавно, изливается жидкий огонь. Бьёт раскалённый фонтан пара и сыпется... пепел. — Пепел?! – переспросила Лорана глухо и напряженно. — Лёд плавится, Леди, – кивнул Г’лис. – Вокруг горы нечем дышать. В общем, жуть! К’дан кивнул, на терпеливо ожидающий команды молодняк. — А… Им приказали быть готовыми к отбытию в любую минуту. Как только Госпожа Тевора сформирует Крылья, станет понятно, кто возвращается, а кто сопровождает. – Склонился над узлом сети Г’лис. – Даже два Крыла сине-зелёных не смогут забрать всех и всё. — Молодняк, как и их всадников, придётся перемещать на крыльях более старших. – Глянул на разомлевших под жарким солнцем драконят коричневый всадник и улыбнулся. — Кто поведёт? – непривычно резко спросила его Лорана. — Нн… не знаю, – озадаченный тоном вопроса, пожал плечами парень. – Ждём.

Вернувшиеся Т’мар и пять бронзово-коричневых пар были немногословны, опалены огнем и вымазаны сажей. Зирент’ Предводителя, как и звери пяти Командиров Крыльев, едва ссадив всадников, потопали к мирно плещущимся на побережье волнам. — Неужели всё так плохо? – осторожно поинтересовалась Фиона, помогая Т’мару снять пропитавшуюся отвратительно-резким запахом полётную куртку. — Лурент’? – благодарно кивая, спросил он только одно слово. — Вернулись час назад. — Зови, – велел Т’мар, ожесточенно намыливая воздушно невесомым песком руки. – Всем остальным – пятнадцатиминутная готовность. Кто летит Командиром коричневых? – сквозь мутное зеркало взглянул всадник на подругу. — Ты хотел, что бы это был Д’сом, – подала ему Госпожа Вейра полотенце. — Д’сом. Хотелось бы, чтобы это действительно был Д’сом. Но… — Тогда… Я и Тевора считаем, что с обязанностями Командира лучше всех справится Г’лис. — Г’лис! – задумался Т’мар. – Что ж, хороший выбор, милые мои всадницы! – скупо улыбнулся он. – Приглашай. — Минуту. Сейчас я разбужу их. – Толкнула дверь кают-компании Фиона. — Они на борту «Тессины»? – вскинулся Т’мар. — В каюте Лораны. – Кивнула, выходя, Фиона. – Видел бы ты их...

— В общем, картина такая, – хмуро вгляделся в осунувшиеся лица друзей Предводитель. – Гора непредсказуема. Трясется, вздыхает и изрыгает. Теперь, – с нажимом произнёс Т’мар, – огонь и черт его знает что ещё, извергаются уже из двух трещин. Вторая образовалась на северо-восточном склоне, километрах в тридцати-тридцати пяти ниже первой. Направление разлома прослеживается до того места, откуда берёт своё начало Холодный Ручей. — Тухлая Скорлупа! – сквозь зубы процедил К’дан. —… Это ещё не всё, – потянулся за кувшином с водой Т’мар. – Пеплово-паровое облако что над одной, что над другой расщелиной висит на высоте…м-м-м… примерно одного километра. Самое неприятное, что Ледопад превратился в отвратительно воняющий Водопад. И на месте Озера булькает грязно-бурая жижа размерами три на четыре километра, и уровень этой жижи… медленно, но всё же поднимается. И ещё, жидкий огонь, что выбрасывает гора, распространяется довольно быстро, выжигая на своём пути всё без остатка. Поэтому… — … Молодняк сажаем в сети. Сети вешаем на старших драконов. Хватаем пожитки и делаем ноги… – невесело пошутил К’дан. — Примерно так, – ответил ему столь же невеселой полуулыбкой Т’мар. – Только одно… уточнение. Ноги делают не все. — Это-то понятно! – поднялся из-за стола арфист. – Ту часть работы, которую нужно сделать сейчас, мы сделаем.

— Надеюсь на вас. В добрый час…

7.4 НЕСУСВЕТНОЕ КОЩУНСТВО

4. НЕСУСВЕТНОЕ КОЩУНСТВО

Телгар Вейр 508-й Оборот. 8-й месяц. 16-й день

Когда в полдень на Сторожевой Скале оглушительно взревел синий Х’риза, Джейла, с досадой дёрнув плечом, продолжила осторожно сцеживать только что вываренные листья холодилки. Это был последний десятилитровый чан, завершавший трудоёмкий и длительный процесс приготовления обезболивающего бальзама. Вот уже третьи сутки подряд Вейр страдал от неизбежной, напрочь отбивающей обоняние вони, что непременно сопровождала процесс варки столь бесценного лекарства. В отличие от всадников, покинувших Телгар под всевозможными благовидными и надуманными предлогами, людям, обслуживающим Вейр, деваться было некуда… «Толарт’а, милая, кто это к нам?!» – не отвлекаясь, спросила золотую подругу всадница. «Хранительница! – с ликованием ответила королева и издала такой радостный рёв, что его подхватили все драконы Вейра. – И молодняк! Целое Крыло! Сине-зелёное Крыло!!» Мгновением позже Джейла поняла, что её ненаглядная королева, расправив крылья, покинула карниз своего вейра. — Хранительница. – Недоумённо хмыкнула всадница и, осторожно отступив от стола, на котором в два ровных длинных ряда выстроились глиняные горшочки с отцеженной холодилкой, позволила себе расслабиться. — Славно поработали, Госпожа! – погружая руки в мыльный раствор, произнесла Шаннииз, оглядывая плоды трёхдневных усилий. — А драконы? Почему они ревут так оглушительно?! У нас гости?! — Толарт’а говорит, Хранительница! Хранительница!! – осенило Джейлу. – Шаннииз! Это же Фиона!.. – выхватила Госпожа Вейра из рук Деборы приготовленную ветошь. — Крыло сине-зелёных. Значит… им удалось! Удалось! – подхватив юбку, уже на бегу кричала Джейла. — Это не Фиона, – протягивая отмытые от масла и рэдворта руки за полотенцем, усмехнулась помощнице Шаннииз. – Это Лорана… наконец решила к нам вернуться. В Чашу Джейла выскочила, когда незнакомый ей бронзовый, расправив крылья, шагнул в пустоту под собой с вершины Сторожевой Скалы. — Кто это был?! – схватила девушка за рукав туники Х’неза. — К’дан и… Лорана… на Лурент’е. Арфист всё же получил своего дракона. Молодой бронзовый, сделав прощальный круг над Чашей, внезапно исчез. — И всё так же своеволен. – Усмехнулся всадник. — Лорана?!. Она жива? Она вернулась?! Осколки!!! Х’нез, Фиона оказалась права. — Повелительница Вейра… всегда права, – вновь, но уже мягче, согласился со своей подругой Х’нез и направился к вновь прибывшему пополнению. Это были не юные мальчишки, каких ожидал увидеть Х’нез. Это оказались зрелые молодые люди. Как парни, так и… девушки?! Двадцати и двадцати с небольшим Оборотов. Девушки… всадницы зелёных драконов… – сжимая кулаки, плевался в душе Х’нез. И одна из зелёных самок явно вынашивала… яйца!!

Кощунство!! Несусветное кощунство!.. — Т’мар сошёл с ума! – горько качал головой бронзовый всадник, вглядываясь в лица уверенных в себе молодых людей, что, не смущаясь, встречали его взгляд.

Ни одного знакомого лица. Где? Где те, что первыми ушли на неизведанные Острова?! Где Кс’лерин? Ю’вин? Ар’сей? Где, наконец, Ксинна, всадница синего дракона?..

Хотя именно её он хотел видеть меньше всего!.. А с карнизов вейров, из широких дверей Нижних Пещер… спешили и всадники, и обитатели…

Через пятнадцать минут

…Вновь раздавшийся приветственный рёв синего Брант’а заставил всех, кто был в Чаше, задрать головы. Две золотые!! Бронзовый! И ещё одно сине-зелёное Крыло!!

Х’нез… резко выдохнул!

Отчётливо понимая, какая ответственность свалилась на его плечи только что. Но сразу две королевы!! — Та, что массивней и тяжелей, это Куринт’а! – воскликнула Джейла. – Вторую, более молодую, Толарт’а не знает. — Х’нез, милый, – вцепилась в руку спутника эмоциональная подруга, – Куринт’а! Ей в пору обустраиваться на Площадке Рождений, а не путешествовать через Промежуток. Толарт’а говорит, что меньше чем через месяц… Куринт’а отложит Кладку! Что же у них там случилось?.. что Т’мар рискнул королевой… – в тревоге обратила вторая Госпожа Вейра тёмные глаза на тяжело снижающуюся Куринт’у. — Во имя Первого Яйца! Сколько же она собирается отложить?! – ахнула за спиной Джейлы неслышно подошедшая Шаннииз. — Толарт’а, милая, помоги ей. – Развернулась к своей королеве, поднявшей голову вверх, Джейла.

Но помощь Толарт’ы не понадобилась. Под Куринт’у, будто услышав просьбу всадницы, поднырнула вторая, более молодая королева. — Бэкка! – расталкивая столпившихся в воротах Нижних Пещер работников, рванулась к приземлившимся золотым драконам Мерика. — Бэкка! – раскинув руки, воскликнул сияющий от гордости бывший синий всадник Себан. – Малышка!.. Возникшие ниоткуда два разноцветных Крыла молодых и сильных драконов вновь заставили взреветь всех зверей Вейра. От многоголосого драконьего рева, огласившего Чашу, многие вздрогнули и поспешили прикрыть уши руками. Великолепные драконы снижались двумя безукоризненно ровными боевыми клиньями. Крыло сине-зелёных! И крыло более крупных коричневых! И в лапах каждого из коричневых зверей поклажа. Раскинув крылья, коричневые звери осторожно маневрировали в незнакомых воздушных потоках Вейра. Медленно, очень медленно спускались они всё ниже и ниже, пока те, кто были на земле, не разглядели, что же за груз несут они так осторожно… Вдох изумления, а потом… и восторженного восхищения вырвался одновременно у всех, кто стал свидетелем происходящего. Один за другим мягко опускали коричневые драконы сети, из которых с жалобно-голодными криками выбирались маленькие дракончики. — Семидневки! – ахнул Себан, отстраняя от себя дочь. — Их не должно быть здесь. – Мертвенно побледнела Бэкка. – Т’мар не собирался возвращать их так скоро. — Не паникуй, – сжал плечи дочери Себан. – Думаю, скоро всё проясниться. — Иди ко мне, родная! – уткнулась в плечо Бэкки Мерика. – Какая же ты стала… красавица. — Ох, мама... Коричневые зависали над Чашей лишь для того, чтобы ссадить на песок новоявленных всадников молодых дракончиков и вновь, не касаясь лапами земли, поднимались в небо, выстраивая за единственным бронзовым безукоризненно ровный клин. — К’тов! – придя в себя, тремя минутами позже развернулся Х’нез в сторону Площадки Кормления, где бронзовый Серет’ с аппетитом поглощал уже третью птицу. – Нам нужна кормёжка для… для… «Для вновь прибывших!.. – услышал Х’нез бронзового Серет’а, что с точностью передал интонации и чувства своего всадника. – Организуем!»

Тем временем...

…зелёная Шивит’а, высоко задрав хвост и довольно порыкивая, в сопровождении Сель, своей всадницы, и Х’рулина, бережно подхватившего дочь на руки, направились на телгарскую Площадку Рождений...

7.5 ВЗБЕСИВШАЯСЯ ГОРА

5. ВЗБЕСИВШАЯСЯ ГОРА

Вейр Великий

507-й Оборот. 6-й месяц. 25-й день

Обходя обезлюдевший больше чем на половину Вейр, Т’мар испытывал чувства сожаления и опустошённости. Благодатный климат, щедрая земля… ...и всё это погибнет под ударами беспощадных Нитей, когда… когда последний дракон покинет Остов.

— Если, – дрогнули в прихотливо-ироничной гримасе губы всадника. – Если горы, громоздящиеся на восточном побережье, не разрушат здесь всё ещё до прихода Нитей. Горы! Впервые увидев со спины своего дракона фонтанирующий жёлто-оранжево-красный… кроваво-алый огонь, что, невзирая на препятствия, снег и лёд, широким прожорливым языком расползался по окрестностям, Т’мар ужаснулся, предполагая, какие страшные беды могут обрушиться на Вейр. И, пришёл в восторг… от пугающей мощи и грозной красоты ярящейся природы. С началом извержения на горе Ломаного Ледопада, чтобы занять делом всё ещё остающихся в Вейре всадников и обитателей, он усилил старательные бригады, что мыли золото и добывали другие сопутствующие ему металлы, на Кошачьей Реке. Молодые люди, что ждали своей очереди на Запечатление, тоже не остались без работы. Целыми днями юноши и девушки пропадали на бескрайних пляжах побережья, собирая янтарь и красивые пестрые перламутровые ракушки, содержимое которых на себе опробовали его сыновья и их своенравная подружка. Благодарение Фарант’е, что после столь опрометчивой дегустации с мальчишками и Диорой ничего не случилось! Фиона ещё долгих два дня не находила себе места от беспокойства за состояние их здоровья и при малейшем намёке на недомогание хваталась за пузырьки с лекарственными настоями… Но худа без добра не бывает! Благодаря его отпрыскам Вейр получил изумительно вкусный, питательный и полезный продукт, прекрасно дополняющий основные блюда. А ракушки, пленившие неповторяющимися расцветками и красотой всё женское население Вейра, по настоянию Фионы, Лораны и Теворы тщательно очищались, мылись, сушились и складывались в высокие корзины. На вопрос Т’мара, не собирается ли Госпожа Вейра тащить столь сомнительные сокровища в Телгар, Фиона, недоуменно взглянув на него, серьёзно ответила, что именно с этой целью они и собираются. И раковины, и ракушки, сказала она, можно использовать как товар, за который заплатят те, кому они нужны, истанские мастера например, которые используют раковины для изготовления чудесных украшений… или как средство оплаты при расчётах с тем же Азиизом, который уж точно знает им цену. От Соляного Озера Т’мар также не хотел отказываться. Желая наломать соли столько, сколько успеет. Поэтому и увеличил, количество работающих на Озере людей, вдвое. Жаль, что Мастера Кузнеца Ставера пришлось отправить в Телгар. Р’нею и Р’изу, отказавшимся возвращаться на материк вместе с Мастером, даже при помощи неразлучной троицы, было не справиться с тем количеством металла, что в последнее время доставляли в Вейр с Кошачьей Реки. Тем более что у обоих всадников были и другие обязательства, которыми пренебречь было невозможно. Дойдя до импровизированной Площадки Рождений, Т’мар остановился. Костров было всего три, и не столь высоких как хотелось бы. Количество древесины на побережье за три Оборота существования Вейра заметно сократилось, впрочем, как и рабочих рук в самом Вейре. Два золотых и три зелёных дракона с трудом разместились на Площадке. Золотые Фалт’а и Ниит’а при появлении Т’мара одновременно приоткрыли внешние веки. Зелёная Полвет’а, судорожно зевнув, поднялась, пристально взглянув в лицо всадника опалесцирующе-оранжевыми фасетками, моргнула… «Зеленая просит у тебя помощи, – пришло Т’мару окрашенное юмором сообщение его бронзового. – Её яйца готовы треснуть». «Вот те на… – усмехнулся Т’мар, раздвигая невысокие камни, что символически огораживали Площадку от общего побережья. – Буди Фиону, дружище. И Оверу, зелёную всадницу. И Претендентов, желающих получить своего дракона. И кухарку, нам будет нужно мясо. И…» «Я понял, – хмыкнул бронзовый здоровяк. – Нужно разбудить весь Вейр». И взревел так оглушительно, что золотые, неодобрительно заворчав, тут же прикрыли крыльями свои драгоценные крапчатые яйца.

В полдень, когда удовлетворённая Запечатлением Полвет’а безмятежно заснула, за Оверой пришёл Костан. — Предводитель хочет с тобой поговорить, – коснулся арфист плеча всадницы, задремавшей в лапах своей зелёной. — О чём, не знаешь? – обеспокоенно спросила девушка, торопливо приводя в порядок одежду. — Нет, – качнул головой парень. – И, прими мои поздравления! Достойное пополнение! Два коричневых, восемь синих и десять зелёных. Жаль, – вздохнул он, – что традиционного Ужина в этот раз не будет. — Кос, а ты правда не знаешь, зачем зовёт меня Т’мар? Арфист лишь улыбнулся, слегка пожав плечами. — Что за срочность. – С досадой тряхнула головой всадница, от чего мелкие каштановые кудри рассыпались по плечам. — ’Би и Дария, – тихо произнёс арфист, – всё утро провели в горах. Овера медленно развернулась к парню. — Но… уже семидневка, как активность горы… снижается. – Произнесла она, сворачивая кудряшки в жгут. — Снижалась, – поправил её Костан. – До сегодняшнего утра. Ледник тает слишком быстро. Почему-то мне кажется, что тебе и твоей подруге, – кивнул он на дремлющую Полвет’у, – как и многим из нас, предстоит скорое возвращение в Телгар. — Но, – вздрогнула девушка, – драконята едва вылупились… — … и до отвала наелись! – усмехнулся Костан. – С полным пузом горячего мяса их в Промежуток не отправят. Не переживай. Идём, – подхватил арфист её под руку, – Зирент’ велит нам поторапливаться. — Ты говоришь с драконом Предводителя?! – изумилась всадница. — Скорее... он говорит со мной. – Улыбнулся Костан. – И знаешь, мне это нравится!

— А… Овера! – приветливо кивнул ей Предводитель. – Твоя подруга, Полвет’а, её ведь догнал коричневый Райт’? — Да, – слегка охрипшим от волнения голосом ответила девушка, обводя встревоженным взглядом лица всех бронзовых всадников Вейра, что находились в кают-компании. — А Райт’, если я не ошибаюсь, принадлежит Вейру Иста. – Как будто сделав для себя пометку, в полголоса произнёс Т’мар. – Вопрос вот в чём, Овера. Твоя Полвет’а – зелёная из Телгара. Райт’ Б’рана – коричневый из Исты. Уже решено, что драконята из Кладки твоей зелёной отправятся в Исту. А куда хотела бы отправиться ты? Взгляд девушки «поплыл».

Т’мар терпеливо ждал. — Полвет’а хотела бы назвать своим Вейром… Телгар, – смущаясь, ответила Овера. – Она говорит, что теперь ответственность за драконят несут их… напарники. — К’дан, сколько девичьих пар мы получили в этом Запечатлении? – одними глазами улыбнувшись зелёной всаднице, спросил старшего Наставника молодняка Т’мар. — Пять. — Уже неплохо. Если Далия и Ж’лиан отнесутся к ним с должным вниманием, то через два Оборота получат первое существенное пополнение. Спасибо, Овера, зелёная всадница. Больше мы тебя не задерживаем.

Выходя, девушка ещё успела услышать, как Предводитель, обращаясь к всаднику одного из истанских бронзовых, сказал:

— Та’ко, готовь своё Крыло к отбытию. Полетите налегке. За вновь вылупившихся ответишь головой. К’дан, ты и Лорана, как обычно, сопровождаете.

Вечером того же дня

— Как только свершится Запечатление дракончиков из Кладки Сентит’ы, – говорил Т’мар, наблюдая, как Фиона перед сном неторопливо заплетает в косу длинные светлые локоны, – ты со своей королевой отправишься в Телгар! — Но… – хотела возразить Госпожа Вейра. — Без «но», – непримиримо сверкнул в её сторону глазами Т’мар. – Я всегда верил в твоё благоразумие. Ты не хуже меня знаешь, что тянуть больше нельзя. Тянуть, действительно, больше было нельзя. Кладка Сентит’ы, по расчётам Лораны, должна проклюнуться через десять дней. А ещё через десять дней Талент’а должна отложить свою собственную королевскую Кладку. Если вовремя не попасть на Телгарскую Площадку Рождений… похолодела Фиона. Она, понимая, что не может рисковать благополучием Талент’ы, и уж тем более не может рисковать долгожданным выводком. Сжав плотнее зубы, в знак согласия, Госпожа Вейра прикрыла глаза. — Что это?! – тут же стремительно вскочила она на ноги, почувствовав, что стул под ней закачался. Вейр немедленно огласился многоголосым ревом всех драконов. Когда в двери их каюты без стука ввалился сначала Ар’сей, а следом за ним и Р’ней (которые должны были сейчас вместе со своими полуКрыльями находиться в лагере, разбитом вблизи Соленого Озера), Т’мар испытал облегчение оттого, что до сих пор оставался и в штанах, и в сапогах. — Т’мар! – возбужденно воскликнул Ар’сей. – Гора! Она... взорвалась! Опять!!

Лицо Предводителя Вейра побледнело, а потом черты приобрели неуступчиво-упрямое выражение. — А теперь по порядку!

Полночь

Сквозь плотные, подсвеченные изливающимся огнём грязно-красные лохмотья пара, окутавшие большую часть горы (по привычке называемую Горой Ломаного Ледопада), ничего толком ни Т’мару, ни вылетевшим вместе с ним всадникам, рассмотреть так и не удалось. И это несмотря на то, что вокруг было светло… от выбросов красно-оранжево-желтого огня, щедро фонтанирующего из основных и дополнительно открывшихся более мелких трещин. Зирент’, проявляя упрямую осторожность, наотрез отказывался приближаться к продолжающей плеваться огнём и раскалённой мелкокапельной водной взвесью горе. Т’мару с трудом удалось уговорить бронзового гиганта облететь кругом колоссальные паровые выбросы. А гора продолжала взрываться… Языки разогретого сверху и снизу ледника необъятными глыбами и кусками сваливались в две основные, без конца и края, трещины, сочившиеся жидким огнём. И при каждом таком сходе звучали оглушающие взрывы. Выше поднимались столпы обжигающего пара. Быстрее текли по склонам гор огненные, широкие и прожорливые реки. Лава идёт со скоростью в пять раз большей, чем обычные пять километров. – отметил Т’мар, охватывая взглядом сразу все отчётливо видимые в багровых сумерках потоки опасно алых, с рыжими подпалинами огненных рек. «Зирент’, команда всем: возвращаемся!» Пока его бронзовый, а за ним и все пять драконьих пар, по пологой спирали спускались к месту посадки (как можно дальше от Площадки Рождений), Т’мар напряжённо размышлял. Через десять, нет, уже девять дней, должна проклюнуться Кладка зелёной Сентит’ы. Её яйца ни при каких обстоятельствах перемещать нельзя! Придётся ждать… Через две семидневки после Рождения драконят из Кладки Сентит’ы, наступит черёд золотой Фалт’ы. По сути, яйца золотых Кладок более ценны, чем… зелёных, как бы кощунственно это ни звучало!

Дело в другом. Он, Т’мар, не собирался терять ни одного драконьего яйца и ни одного новорождённого дракончика. Для него жизнь драконят, из какой бы Кладки они ни появлялись, являлась… бесценной!! Фалт’а! Вторая истанская королева. Ему до зубного скрежета не хотелось отправлять её тяжёлую! в Вейр Иста до Срока. К тому же! Для её Кладки они с Фионой тщательно подобрали тех Кандидатов, которые наиболее полно соответствовали их требованиям… То, что он видел сегодня, – вернулся мыслями Т’мар к взбесившейся горе, – несмотря на пугающие взрывы и грандиозные выбросы пара, на данный момент серьёзной опасности для Вейра не представляло. Шлак, огонь, горные породы, стекавшие со склонов сплошной огненной лавой…

Да. Всё это было…

Но… Но навряд ли текучий огонь доберется до побережья… Тем более что Скалистая Гряда, расположенная поперёк далеко вдающегося в океан мыса, на котором раскинулся Вейр, являлась естественной и существенной преградой. Что ж, решено. Кладка Фалт’ы, как и Кладки Ниит’ы и Милорт’ы, остаются в Вейре Великом! Золотые Лит’а и Ринлат’а, как и зелёная Фандит’а, тоже ожидают своего Срока здесь. А дальше!..

Дальше будет видно… Зирент’ коснулся песка лапами.

7.6 Я ПОПРОБУЮ

6. Я ПОПРОБУЮ

507-й Оборот. 7-й месяц. 3-й день

Неожиданный брачный полёт Сарт’ы (основательно взбаламутивший Вейр) по времени совпал и с серией ставших привычными подземных толчков, и с очередным, с нетерпением ожидаемым Рождением. Т’мар, накануне близкого Рождения дракончиков из Кладки Сентит’ы, приказал выкатить за ограждение, её двадцать одно пёстрое яйцо. Пока Претенденты на Запечатление с величайшей осторожностью перемещали яйца зелёной Сентит’ы, Фалт’а, выкидывая раздвоенный язык далеко вперёд, прикрывала свою драгоценную Кладку прозрачно-золотыми крыльями. Ниит’а раздраженно ворчала, угрожающе мотая головой из стороны в сторону, и время от времени раскрывала зубастую пасть. Милорт’а, обернувшись кольцом вокруг своих более мелких яиц, недобро сверкала оранжево-красными фасетками в сторону любого, кто приближался к ней слишком близко… Как только поднялась зелёная Сарт’а, Лорана как была, босиком выскочила на верхнюю палубу «Тессины» и замерла, ощущая, как едва заметно колеблется под бортом шхуны земля. И поняла, что именно поэтому так беспокойны драконьи самки на Площадке Рождений…

А в небе над Вейром разворачивались нешуточные страсти. – Закинула молодая женщина голову вверх. – Сарт’а Дарии, как и всегда до этого, поднялась неожиданно-буднично. Только сегодня, в отличии от всегда, зелёная проявила невиданную ранее капризность и упрямство, до изнеможения выматывая ринувшихся следом за ней самцов.

Коссарт’, сверкая тёмным золотом крыльев (на фоне коричневых и синих), не торопился поймать резвящуюся подругу, всё время оставаясь позади молодого, изо всех сил старающегося нагнать резвую Сарт’у, Жукрат’а.

С мимолётной улыбкой бывшая всадница отметила похвальное отсутствие Гарат’а Д’сома.

И, мягкая улыбка начала с её губ медленно… сползать.

Обиженная несправедливым невниманием людей, запричитала оскорблённая Сентит’а. Мелкие крапчатые яйца начали потихоньку раскачиваться...

Захваченные творящимся в небесах таинством, Предводители, всадники, Претенденты и те из обитателей, кто ещё оставался, совсем забыли о другом таинстве, что с минуты на минуту должно было начаться на раскалённом песке… Вот Талент’а одновременно с Зирент’ом рявкнули!!

Лорана ясно уловила «громкий» недвусмысленный приказ старшей золотой, обращённый ко всем сразу! Люди будто очнулись… Т’мар и Фиона, сцепив руки, бегом направились к Ирам, в отчаянии пытавшейся утихомирить разозлённую подругу. Сентит’а в ярости сверкала нестерпимо красными фасетками глаз, взрыкивая и глухо урча... Торопливо выбежав от «Жемчужной Леди» с белыми ворохами одежды в руках, Тевора и Джирана устремились к Претендентам. Без лишних слов накидывали они просторные, не по размеру, Хламиды на плечи будущих всадников, что с одинаковым чувством настороженного ожидания, выстраивались вокруг мелких и пестрых яиц... Бронзовые настойчиво и вибрирующее гудели, рассевшись широким кругом за спинами Претендентов. Внимание обитателей Вейра мало-помалу переключалось с брачного полёта на предстоящее Рождение…

Стоя за спиной Ирам, Т’мар улыбался, глядя, как при каждом свершившемся Запечатлении Фиона эмоционально хлопает в ладоши и с заразительной радостью приветствует каждого вновь Запечатлевшего. И, провожая взглядом очередную сложившуюся пару, направляющуюся к Площадке Кормления, где новорождённых драконят ждали заранее приготовленные ведра с мелко нарубленным мясом, Т’мар думал о том, что в результате сегодняшнего Рождения они получили весьма достойное пополнение.

Два коричневых. Одиннадцать синих. И восемь зелёных. Что особенно нравилось ему, так это то, что пять зелёных выбрали себе во всадницы девушек. И то, что как минимум четверо (это он знал наверняка!) хотели стать всадницами боевых драконов, радовало его ещё больше. На примере зелёных всадниц П’наллы, Ш’таллы, Л’нассы и синей всадницы Ксинны (которая с недавних пор предпочитала, чтобы её называли К’инной) Т’мар пришёл к выводу, что наличие девушек в боевых Крыльях стимулирует и дисциплинирует всадников-мужчин лучше любых его взысканий и поощрений.

Рождение подходило к концу. Из осколков яйца выбралась последняя зелёная самочка и с громким, жалобно-тонким писком, неуклюже распустив ещё влажные крылья, кинулась в ноги... ближе всех стоявшей к ней девушке.

Сваланна! Тут же узнал её Т’мар. Одна из учениц Целительницы Серры!

К услугам Сваланны, помимо Теворы и Серры, частенько и с удовольствием прибегала и Бэкка. А Целительница Бэкка, и это было общеизвестно, была крайне щепетильна и избирательна... в отношении своих помощниц. Засмотревшись на пополнение, Т’мар не сразу заметил, что на него направлены сразу два взгляда: фиалковый яркий Фионы и янтарно-золотой Лораны. И оба таких разных взгляда выражали одно… озабоченность и тревогу! — Что сейчас-то не так?! – нахмурившись спросил он, когда обе девушки остановились рядом с ним. — Нам нужно поговорить. – Не вполне уверенно произнесла темноволосая Лорана. – И это… серьёзно! Ты ведь захочешь, не сегодня-завтра отправить молодняк в Телгар. Т’мар осторожно кивнул. — А вместе с молодняком должна отправиться и Талент’а, ведь Срок её Кладки приближается. — Верно! – не спуская тёмных глаз не столько с лица Лораны, сколько с лица Фиона, вновь кивнул всадник. — Идём, – подхватила его под локоть Фиона. – Это действительно требует твоего внимания. И Т’мару совсем не понравился тон, каким говорила девушка. Её голос откровенно дрожал. А ладонь, что легла на сгиб его локтя, судорожно смяла рукав его туники.

— И, как долго ты слышишь эти голоса? – мрачно спросил Т’мар, переводя тяжёлый взгляд с бледно-возбуждённого лица замолчавшего К’дана на подвижно-нервное лицо Лораны. — Уже… давно. – Сжала тонкие кисти рук молодая женщина. – Но только сейчас, когда нам с К’даном приходится так часто перемещаться через межвременной Промежуток, это действительно… м-м-м... стало… проблемой. И не спрашивай меня, почем. Я… я не знаю. – Бледно улыбнулась она. — Что думаешь ты? – минуту спустя спросил Т’мар арфиста. — До определенного момента... именно Д’ган был Предводителем Телгар Вейра. – С силой потирая переносицу, начал размышлять вслух К’дан. – И именно он повёл Вейр на то, роковое для Телгара Падение. Было бы логично предположить… что причина в этом. Но, я не уверен… — Возможно… ты прав. – Растягивая слова, согласился с молодым бронзовым всадником Т’мар. – Но что делать нам? – задумался он. — Что нам делать… – минуту спустя поднялся Т’мар из-за стола, но сообразив, что для движения места в кают-компании слишком мало, вновь опустился на скамью. Сплетя пальцы рук, Предводитель Вейра опустил на сложившийся замок подбородок и прикрыл глаза. — Вы провожали Крылья в четыре из пяти Вейров, – не размыкая ресниц, начал говорить всадник. — Во все, кроме Бендена, – подтвердила молодая женщина. — И из четырёх… труднее всего было попасть в Телгар. – Продолжал думать вслух Т’мар. — Да. – кивнул К’дан. – Если бы с нами не было… Лораны, мы все… – внутренне содрогнувшись, выдохнул арфист, – …застряли бы в Промежутке. Как… как Д’ган. — Как Д’ган… – не спуская с лица арфиста напряженного взгляда, повторил Т’мар. – Как Д’ган?! – вскинулся он. – Ты думаешь, что они… Все они, всадники Телгара, живы? — И, как бы невероятно это ни звучало, не сгинули, а… застряли в Промежутке?! И при определённом стечении обстоятельств их… Их можно вернуть?! – сам не веря тому, о чём говорил, воскликнул Т’мар. — Неужели… это возможно?!. – одними губами, переводя сомневающийся взгляд с одного лица на другое, переспросила Лорана. – Неужели, они… действительно живы?! – заблестели живым теплом янтарные глаза бывшей всадницы. — После шести месяцев проведенных в Промежутке?! – ожесточённо, сквозь зубы процедил К’дан, догадываясь о том, какие мысли возникли в голове подруги. – По времени 508-го Оборота? – уточнил он, с силой сжимая кисть её руки. — Больно, Дан! – исказились черты лица Лораны. — Приди в себя, Лори!! – с болью в голосе, очень тихо произнёс К’дан. – Даже не думай… Их нет! Их нет уже очень давно. – Шептал он, кончиками пальцев касаясь щеки подруги. – А здесь… Сейчас… У нас другие, более насущные вопросы. И чтобы сохранить всё то, над чем нам пришлось так долго работать… — Мы должны подумать, что и как мы должны сделать, Лори. — Да, да. Я понимаю. – Кивала Лорана, выражение глаз которой постепенно приобретало осмысленное выражение. Фиона, взволнованно наблюдавшая за друзьями, и Т’мар, не спускавший с молодых людей внимательных глаз, терпеливо дождались, когда К’дан и Лорана несколько успокоятся. — В который из Вейров было попасть легче всего?.. – некоторое время спустя требовательно спросил Лорану Т’мар. — Плоскогорье, – не задумываясь ответила бывшая всадница. – Легче всего было попасть в Плоскогорье. — Плоскогорье. – Следом за молодой женщиной повторил Т’мар. – Наиболее удалённый от Телгара Вейр. Оч-чень интересно. Знать бы ещё насколько легко мы… м-м-м… можем попасть в Бенден. Наиболее удалённый от Телгара на восток. — Ты собрался отослать Лань?! – вскинула Фиона тёмно-фиалковый взгляд на своего всадника. — Не сейчас, – дёрнул в ответ плечом Т’мар. – Просчитываю возможности. Сейчас меня занимает другое… — ?! – не отвела Фиона вопрошающего взгляда от лица Предводителя. — Отправлять ли молодняк или... подождать? – невесело усмехнулся Т’мар. — А, если всё же... придётся отправлять? – обеспокоенно полюбопытствовал К’дан. – Куда ты их отправишь?! — В Форт, – прищурился Т’мар. – Скажи, Лорана, ты сможешь провести молодняк в Форт Вейр? Молодая женщина медленно кивнула: — В последний раз в Форт… попасть было несложно. — Значит, в Форт, – решил Т’мар. – И только тогда, когда другого выхода не останется. Теперь, о… – его голос дрогнул. – Почему, Фиона?! – в упор взглянул Предводитель в лицо бывшей всадницы золотого дракона. – И как скоро это может случиться?! — Значит, в том, что это случится… ты не сомневаешься. – Не отвела взгляда Лорана. — Как и ты. – Качнул головой Т’мар. – Срок Кладки Талент’ы всё ближе… — Уже меньше чем через две семидневки, – массируя виски, подтвердила бледная, как полотно, Фиона. — И если то, о чём мы говорим, случилось во время… их с Талент’ой возвращения в Телгар, я не позволю им возвращаться. Ни я, ни Зирент’, мы не можем потерять их обеих, чего бы нам это ни стоило. – Громыхнул кулаком по столу Т’мар. И золотая Фионы, и бронзовый Т’мара одновременно и дружно взревели, поддерживая своих напарников. Лорана обреченно прикрыла глаза. — Ты же понимаешь, Т’мар, – шепнула она, не размыкая ресниц, – что не можешь изменить того, что уже случилось. — Я попробую! – несговорчиво тряхнул головой всадник бронзового Зирент’а.

7.7 ИСХОД

7. ИСХОД Череде уже ставших привычными толчков в готовящемся к ночному отдыху Вейре никто не придал особого значения. Люди, эмоционально истощённые событиями прошедшего дня, медленно и расслабленно погружались в сон. Лишь два зверя, бронзовый и зелёная, под внимательно-бдительным взглядом двух пар опалесцирующих ярко-оранжевых глаз драконов Предводителей поднялись в тёмное небо. А на следующее утро с неба посыпался… пепел. Недовольные пофыркивания и всё усиливающийся… кашель драконов подняли на ноги не только всадников, но и всех обитателей. Кашель!! Драконий кашель!! Слишком свежи были воспоминания всадников о Драконьем Море разразившемся в Вейрах больше трёх Оборотов назад!!! Встретившись с остановившимся взглядом Фионы, и внутренне похолодев, Т’мар спешно натянул сапоги… …и выскочил на верхнюю палубу шхуны. — Тухлая Скорлупа!!! – темпераментно выругался он, когда понял, что падает на него с затянутого серой пеленой неба. Тончайший слой тёмно-серого и рыхлого флёра медленно, но неумолимо, покрывал купола растянутых тентов, крыши навесов, палубы всех вкопанных в песок судов. На всем, что имело хоть какую-то горизонтальную поверхность, везде… везде! скапливался сумрачно-серый мелкозернистый налёт. — Что это?! – изумлённо ахнула подоспевшая Фиона. – Дети… – с неприкрытым испугом тут же развернулась она к лестнице, ведущей на нижнюю палубу. — Они всё ещё спят, – откликнулась Джависса, остановившаяся за её спиной. — Диора?! – смятенно развернулась к ней Повелительница Вейра, зная о несносном характере подружки своих сыновей. — И она, и твои сорванцы, – кивнула Джависса. – Лучше скажите, что это?! — Один из сюрпризов… горы, я полагаю! – играя желваками, мрачно оглядывал Т’мар сереющий на глазах Вейр. – Зирент’, узнай, где Коссарт’. «И он, и его зелёная всё ещё на горе, – мгновением позже доложил бронзовый. – О! Они возвращаются. Будут нескоро». «?!» «Летят маховым полётом, – пожал плечами Зирент’. – Теми ориентирами, что у них есть, пользоваться нельзя», – пояснил дракон в ответ на недоуменное восклицание своего всадника. «Благодарение Фарант’е, что ’Би предусмотрителен и осторожен», – кивнул Т’мар. «Умён», – поправил его бронзовый. «Умён», – не стал спорить Т’мар. Дышать становилось всё труднее. Вонючий пепел забивал ноздри, раздражал горло… — Зирент’, приказ всадникам всех драконов. Из всего, из чего можно, немедленно сделать защищающие лица и… морды платки. Такие, как носят торговцы Азииза! Иначе все мы к чертям задохнёмся. Чёрно-серый флёр густой пеленой медленно обезличивал всё, насколько хватал взора. Спустя четверть часа Лорана, облачённая в полётный костюм, решительно поднялась на борт Предводительской шхуны. — Т’мар, – от комингса позвала молодая женщина бронзового всадника, что стоял у открытого иллюминатора, невозмутимо наблюдая за тем, как готовится к отбытию очередное сине-зеленое Крыло. Едва вылупившийся молодняк и его вновь обретённые напарники толпились у широко прорубленных ворот казармы. — Да! – повернулся к Лоране Предводитель. — Т’мар, – приблизившись, проникновенно заглянула в его тёмные глаза девушка. – Дождись нас. Не торопись… пользоваться межвременным Промежутком! Мы с К’даном вернёмся очень быстро! — Я не идиот, Лори, – впервые назвал он её уменьшительно-ласковым именем, которым пользовались только Фиона и К’дан. – Я не рискну ни одним всадником и ни одним драконом. Поэтому Ор’с и Д’сом… вылетели на юго-запад Острова. Разведать, насколько далеко распространяется это чертово облако удушающей пыли. — Предводитель. – Стукнул костяшками пальцев в косяк двери Кс’лерин, – площадка Рождений защищена. Тенты мы растянули. — Всем Командирам Крыльев через десять минут собраться в кают-компании. – Кивнул молодому бронзовому всаднику Т’мар. – Удачного полета, Лори! – взглянул на молодую женщину Предводитель. — Талент’а, Т’мар. Где она?! – перед тем как выйти с тревогой спросила Лорана, понимая, что поднимаясь по трапу не увидела золотую подругу Фионы на её привычном месте, рядом с бронзовым Зирент’ом. — Обживает Площадку. – Мрачно усмехнулся Т’мар. – И если она начнёт откладывать раньше Срока, я впервые буду от этого счастлив.

Дж’риз нашёл Ксинну в казарме. Синяя всадница, переходя от одного вновь Запечатлевшего юноши или девушки к другому или другой, помогала им правильно уложить вещи в дорожные мешки, одновременно и подробно объясняя всем сразу, что они должны сделать, чтобы подготовить к переходу своих ещё совсем юных, сутки назад обретенных друзей. Особенно нервничала Сваланна, чья зелёная малышка, тихонько поскуливая, изводила её жалобами на нестерпимый голод. Эмоциональные причитания самочки, жавшейся к ногам девушки, удручающе действовали на всех новоявленных всадников, чьи едва вышедшие из скорлупы драконята испытывали не менее острые приступы голода. Но, несмотря на то что малышей в первый и последний раз накормили до отвала (сразу после Рождения), всадники строго блюли одно из основных правил безопасности: дракона с полным брюхом горячего мяса в Промежуток не посылают. Поймав молящий взгляд Сваланны, Дж’риз, не выдержав… (к изумлению не только К’инны, но и всех молодых всадников, находящихся в трюме казармы), опустился перед самочкой на корточки. Вперив в жёлто-оранжевые беспокойно вращающиеся фасетки Кратт’ы взгляд своих изумрудно блестящих глаз, юноша замер с отрешённым выражением лица. «Перестань хныкать, – строго произнёс Дж’риз, с лёгкостью проникая в сознание малышки. – Если чуть-чуть потерпишь и сделаешь всё, что тебе скажет твоя всадница, через четверть часа получишь не одно, а два ведёрка тёплого живого и настоящего мяса». Дж’риз так отчётливо представил мелко нарезанные сочные кусочки мяса, до краёв заполняющие ведёрко, что для кормежки совсем ещё молодого Квинт’а готовили в Телгар Вейре на задних дворах Площадки Кормления, что его коричневый… озадаченно и мечтательно хмыкнул. Не говоря уже о зелёном дракончике, пасть которого звучно чмокнула. «Она тебя слышит, Дж’риз, – деликатно вклинился в мысли своего всадника Квинт’. – И от этого ей немного страшно и крайне… любопытно». «И будешь получать его всегда и… по первому требованию!» – не отвлекаясь, продолжал увещевать малышку Дж’риз. Фасетки глаз Кратт’ы замедлили бешеное вращение, приобретая зелёный оттенок.

— Итак, мы готовы, всадники! – серая от сажи и пыли, появилась в дверях казармы Лорана. – Каждый удобно устраивает своего подопечного в разложенной на песке сети и, не мешкая, взбирается на спину того дракона, который через Промежуток переместит вас обоих в… безопасное место.

— Сваланна, ты и твоя Кратт’а первые. И живее. У нас мало времени. Дж’ризу, как и Ксинне, ещё долгих полчаса пришлось помогать Р’нею и Р’баду – бронзовым всадникам, отвечающим за погрузку молодняка и отправку Крыла Б’хана. Когда в серо-сумрачное небо поднялся последний из двадцати двух тяжелогружёных зверей, Дж’риз, всадник коричневого Квинт’а коснулся плеча девушки рукой:

— Ор’с и Д’сом отправились на запад острова к Большой Реке. — И?! – резко развернулась лицом к нему К’инна. — Т’мар отправил их выяснить, как далеко распространилось это пепловое облако. – п

Произнёс юноша, вскидывая в лицо синей всадницы вопрошающий взгляд, – и найти такое место куда можно было бы временно перенести лагерь… — И?! – напряжённо и с нажимом вновь спросила К’инна. — Мы должны рассказать Предводителям о Западном Острове. И о тех террасах Лунных Деревьев, что обнаружили в последний раз. Ответить К’инна не успела. С Площадки Рождений раздался пугающий вопль Талент’ы, следом за которой не менее тревожно откликнулся Т’маров Зирент’… …дальше, режущий уши рёв подхватили все королевы, а за ними и все драконы Вейра… ...Коссарт’ и Сарт’а, возникшие в небе над Вейром, покрытые с головы до ног и до кончиков хвоста толстым слоем пепла, трубно и призывно ревели… Дж’риз, ошарашенный передаваемыми картинками вернувшихся драконов, замер в ступоре. Гора, объятая оранжево-красным заревом не от одного, а сразу от нескольких огненно- раскалённых столпов… …Мощные колоссы бьющего вверх огня, упирающиеся раскаленными добела вершинами в огромное, стремительно расползающееся по небосводу невероятного диаметра и высоты тёмное грязно-бордово-зелёное с бело-фиолетовыми подпалинами грибовидное облако… Бледно-голубые и яркие розовато-сиреневые молнии, вырывающиеся из серо-черной воронки облака, мечущиеся среди разъяренного пламени… Страшно…

Красиво… В какой-то момент облако пепла сгустилось, став абсолютно непроницаемым… …Мрак, клубящейся непроглядной завесой окутывающий большую часть Хребта… …Прожорливые огненные реки, оранжево-алыми широкими рукавами стекающие по некогда сверкающим ледяным склонам, воспламеняющие на своем пути… всё!!! …Ледники, резво сползающие в распадки и долины, при соприкосновении с движущейся огненной лавиной мгновенно превращающиеся в пар и грязевые потоки, с устрашающей скоростью устремляющиеся вниз… Смертельная, вновь образовавшаяся, рвущаяся к подножию бурлящая грязно-бурая река, воды которой превращались в грохочущие валы, поднимавшиеся тем выше, чем ниже скатывался свирепствующий раскалённый поток грязи, камней, вывороченных с корнем деревьев…

— Т’мар! – хрипло вскричал Таннелби. Едва расстегнув упряжь, всадник свалился к лапам своего ставшего от чада и сажи черным дракона. – Т’мар!!! — Говори!.. – ловко подхватывая парня, с посеревшим от надвигающейся трагедии лицом выдохнул Т’мар. — Ты видел?! Я попросил Коссарт’а и Сарт’у передать всё… что нам удалось узнать всем драконам Вейра… – говорил Таннелби запекшимися черными губами, тяжело опираясь на руку всадника. — Мы видели. – Кивнул Предводитель. — Отсюда… нужно уходить. Волны… чёрт знает откуда они взялись… Но движутся очч…ччень быстро. — Фиона, – обернулся к возлюбленной Т’мар. – Попроси Талент’у связаться с Гарат’ом и Шкорт’ом. — Минуту, – откликнулась Фиона, разрезая своим засапожным ножом упряжь Дарии, серебряная пряжка которой оплавилась от жара. – Талент’а сообщает, что пока! они не нашли ничего… подходящего. — И… это… плохо… – Очевидно шевельнулись на посуровевшем лице Т’мара желваки.

— Джер, – коснулась рукой кисти брата Джирана. — Что? – не сразу перевёл потрясённый Дж’риз взгляд на девочку. – Что?! – тут же испугался он, увидев расширенные зрачки зеленовато-карих глаз сестры. — Горы. Они взорвутся… Ещё два раза. – С отрешённым спокойствием произнесла Джирана. — К’инна, – с силой сжимая ладонь сестры, чуть повернул к синей всаднице голову Дж’риз, – ты должна поговорить с Фионой… — А ты?! Что собираешься делать ты?! – в спину шагнувшему от неё подростку смятенно спросила синяя всадница. – Я к Т’мару. – Отплевываясь от забивающей рот и нос пыли, ответил Дж’риз.

— Извергающая огонь Гора только первая, мой добрый лорд, – говорила Джирана, не отводя от бездонно черных глаз Предводителя своего немигающего взгляда гипнотических коричнево-зеленоватых глаз. – Горы взорвутся ещё… И ещё раз. Огонь и жар… и кипящие реки… будут везде. Дышать будет нечем. Пепел… плотным ковром… будет лежать всюду. И день надолго превратится в ночь. Дождь, горячий, обжигающий и такой же смертельный, как Нити… пройдёт над Вейром… И дальше. — Хватит. Хватит! – с плачем, упала Джависса на колени перед дочерью. – Остановись, Джи… Родная моя! – прижала она к себе Джирану. – Что за ужасы ты говоришь… — Так будет, мама. Я видела. – Прежде чем уткнуться лицом в плечо матери, серьёзно взглянула девочка в её глаза. — Джасс, – осторожно коснувшись плеча Джависсы произнесла Фиона. – Пожалуйста… начни собирать детей. Женщина подняла на побледневшую всадницу заплаканное лицо. — И Серрина… – внешне спокойно продолжала говорить Фиона. – Её надо забрать с «Жемчужной Леди». Лучше, если все дети будут в одном месте. Здесь. На борту Шхуны. Джависса поднялась, не выпуская из ладони руки дочери. — Что ж. Ты знаешь, что ты должна делать, Госпожа Вейра. – Произнёс Т’мар, на мгновение задержавшись в дверях кают-компании. – Мы… Возвращаемся!!! — Зирент’, возвращай Шкорт’а и Гарат’а. Времени что-либо искать у нас уже нет, – с лестницы, ведущей на верхнюю палубу, распорядился Т’мар. – Да, и попроси бронзового Данит’а передать своему всаднику распоряжение собрать всех своих бенденцев возле Шхуны. Всех! – уточнил Т’мар, – включая и Лит’у Лани. Они первыми… покидают Остров. «Я попрошу Талент’у передать твой приказ Лит’е», – дипломатично отозвался бронзовый на последнее уточнение своего напарника. «Ну-ну! – соглашаясь, хмыкнул Т’мар. – Раз так, пусть Талент’а переговорит и с Ринлат’ой Теворы. Она уходит с бенденцами». И тут же всадник ощутил некое мысленное движение своего зверя, похожее на то, как если бы Зирент’ недоуменно и двусмысленно дёрнул плечом. «Что?!» – спросил его Т’мар. «Ты отправишь телгарскую королеву в Бенден?» – удивился дракон. «Только до тех пор, пока мы сами не вернёмся в Телгар. Мне это нравится не больше, чем тебе, дружище! Но… рисковать королевой?!» «Если ты считаешь… это правильным», – не согласился Зирент’. «Только вот кого поставить во главе Крыла?» – задумался Т’мар, вспоминая о том, что ни Лорана, ни К’дан ещё не вернулись. И их отсутствие… подозрительно затягивалось…

Тревога шевельнулась в душе всадника. «Лучше всего с этим справится бронзовый Шкорт’», – невозмутимо произнёс Зирент’. «Шкорт’? – удивился Т’мар. – Не думал, что Ор’с решит вернуться в Бенден». «Это решил ты, отправляя в Бенден телгарскую золотую», – с явным неодобрением фыркнул дракон. «Шкорт’, и Гарат’ вернулись. Сейчас с ними говорит Повелительница». Задумавшись над предыдущими словами своего зверя, Т’мар понял, что имел в виду его бронзовый. Если он отправляет в Бенден Вейр золотую Ринлат’у, наверняка, за ней последует и коричневый Гарат’. Привязанность молодых людей друг к другу, как и их драконов, ни для кого в островном Вейре секретом не была. А за Д’сомом, всадником Гарат’а, скорее всего, отправится и его лучший друг Ор’с, всадник Шкорт’а. Дружба Д’сома и Ор’са, вызывала недоумение не только у него, Предводителя Вейра, у многих… но столь разные между собой мальчишки прекрасно ладили. И главенствующая роль в этом коричнево-бронзовом тандеме неявно, но несомненно, принадлежала предусмотрительно-осторожному, вдумчивому и рассудительному Д’сому. Парень отличался крепостью нервов и недюжинной выдержкой. Ор’с же был отважен, смел, находчив… м-м-м… чуточку нетерпелив, импульсивен и несколько высокомерен. Что ж, в качестве Командира Крыла Т’мара больше бы устроил Д’сом, но Ор’с и Д’сом вместе – это лучшее, что он мог получить. Так, одна проблема решена. Но… …что же делать с яйцами, находящимися на Площадке Рождений?! Не в Промежуток же их тащить, в самом деле. Это даже не восемь привычных секунд, а… несколько дольше… да ещё и недавно возникшая ловушка. Будь проклят Д’ган вместе со своими амбициями и самодурством!!! – зло сплюнул Т’мар вонючий пепел, что, не смотря на платок, прикрывающий лицо, проникал и в рот, и в нос. Две золотые Кладки! Два королевских яйца!! И это… не считая девятнадцати яиц из Кладки зелёной Милорт’ы. Шестьдесят пять Драконов!!! Шестьдесят пять!!

Два полноценных Крыла! «Всадник бронзового Друт’а сообщает, что команда «Бегущей» благополучно доставлена в Вейр, – вклинился в мысли Т’мара Зирент’. – ПолуКрыло Друт’а высадило их возле «Жемчужной Леди». Команда Капитана помогает Целителям со сборами». — Даже и не знаю, насколько важны для нас теперь все эти сборы, – осторожно выдохнул Т’мар, отмечая, что пепел стал падать едва ли не сплошной стеной. Л’ейк появился из сумрака пеплопада неожиданно. — Предводитель! — Тухлая Скорлупа! – сквозь зубы невольно выругался всадник. – Я здесь. – Вскинул он руку. – Своих собрал всех? — Все двадцать три пары. — Лань? Она с вами? — Да, – выступила из-за спины молодого бронзового всадника хрупкая и невысокая девичья фигурка. — Зирент’, поторопи Тевору, – вслух обратился к своему зверю Т’мар. «Да-да. Они уже рядом», – сварливо отозвался здоровяк. Три серых драконьих пары бесшумными тенями обогнули корму «Тессины». Т’мар усмехнулся с горькой иронией. Он оказался прав. А… жаль! — Мы… – чуть запнувшись, произнесла Тевора, – готовы, Предводитель! И, Т’мар, я считаю, что Ивине с её Фандит’ой будет лучше, если они отправятся с нами. — Хорошо, – бесстрастно кивнул Т’мар, с сожалением взглянув в лицо сначала коричневого, а потом и бронзового всадников. Тевора энергично кивнула, и ещё одна засыпанная серым пеплом пара присоединилась к строю бенденцев. — Присмотри… за ними, – обратился Предводитель к всаднице телгарской королевы, имея в виду парней. — Раз уж решились, – тут же перевёл сумрачный взгляд черных глаз Т’мар на Д’сома, – то… поторопитесь! Притихшая на руках Д’сома Диора, с ног до головы закутанная в простынь, звонко чихнула и плотнее вжалась в его широкое плечо. Улыбнувшись девочке одними глазами, Т’мар произнёс: — Расположение звёзд над Бенден Вейром в тот день, в который вы должны попасть… помните? — Госпожа Фиона заставила нас их выучить. – Произнесла Тевора, виновато улыбнувшись. Дождавшись утвердительного ответа и от обоих всадников, Т’мар закончил: — Ор’с, Крыло – твоё! Командуй. Д’сома же придержал за плечо: — Туллеа. Повелительница Бенден Вейра. Она… м-м-м… странная. И вряд ли обрадуется телгарской золотой, как и зелёной, откладывающей яйца на Бенденской Площадке Рождений. Будь осторожен в отношениях с ней. Ор’с – он ведь бенденец. Так что, если вдруг что, вопросы относительно и Ринлат’ы, и Фандит’ы, решать тебе и только с Предводителем Б’ником. — Я понял, Т’мар! – кивнул Д’сом, крепко пожимая протянутую ему бронзовым всадником руку. Провожая осторожно взлетающих крыло к крылу зверей, Т’мар насчитал двадцать восемь драконьих пар, но особого значения этому не придал…

— Госпожа! Госпожа Фиона! – дождавшись, когда выйдут сестра и мама, дотронулся до рукава её платья Дж’риз. — Минуту, всадник! – мимолетно скользнула она взглядом по его фигуре. – Сейчас мне нужно отдать кое-какие распоряжения. Кстати, Целительнице Серре нужна помощь. Даже со всеми своими помощницами они могут не успеть, – говорила Фиона, собирая в узел папки с Записями, что лежали на самодельных полках, обственноручно прибитых Т’маром к переборкам каюты. – А потерять весь лекарский запас, мы не можем. Неизвестно, что ещё… может случиться. Заодно доставишь на Шхуну малышку Серрину. Я могу на тебя положиться? – взглянула она на него серьёзно-строго. Тяжело вздохнув, Дж’риз кивнул. Что ж, он сделает то, о чем она его просит. Очень быстро сделает. И тогда… Если о Западном Острове ей не расскажет К’инна, то расскажет он. Развернувшись, Дж’риз резво выскочил из кают-компании. Столкнувшись на лестнице с синей всадницей, что в раздражении стряхивала с полётного костюма серый налёт. – Уф!!! – облегченно выдохнул мальчишка, ступая на верхнюю палубу. Ноги мгновенно по щиколотку утонули в сером рыхлом пепле, что нескончаемым «дождём» сыпался с такого же серо-хмурого неба.

Остановившись в замешательстве, Дж’риз вытянул руку вперед. «Тухлая Скорлупа!! Видимость, как при густом тумане. До «Жемчужной Леди» будет добраться не просто. Нужна верёвка… – потянулся за своим заплечным мешком мальчишка, – …только хватит ли её длины» – испугался он. Но, делать нечего… Привязав конец верёвки «хитрым» узлом (вязать которые его учил дядька Колфет) к нижней ступени трапа Предводительской Шхуны, Дж’риз, накинув на лицо платок, на ощупь двинулся в направлении «Леди…». «Квинт’, – позвал коричневого друга всадник, – я иду к «Жемчужной Леди», можешь меня найти? Хочу, чтобы ты был рядом». «Пыль. Мешает смотреть. Но я знаю, где ты». «Спасибо. Ты лучший!» – с чувством благодарности и горячей любви шепнул Дж’риз. Мурчащее рычание впереди заставило его остановиться. Кошка?! Неужели опять?! С момента первого земного сотрясения в Вейре о кошках забыли. Они исчезли, будто их никогда и не было. Как и туннельных змей. – С широко распахнутыми глазами, напрягая слух, Дж’риз потянул с плеча лук, из короба заплечного мешка – стрелу. Порыв воздуха, создавший непроглядный пепловый вихрь… шорох крыльев… драконий рев, смешанный с хлёстким ударом… затихающий визг… … и над Дж’ризом нависла клиновидная голова его дракона, чья морда, замотанная куском ткани, производила жуткое впечатление. Вращающиеся фасетки глаз Квинт’а медленно меняли цвет с опасно алого на оранжево-желтый, а потом… на насыщенно зелёный. «Зачем мы идём к целителям?» – с любопытством спросил дракон, из-под лап которого поднимались огромные клубы пепла. «Забрать маленькую девочку, дочь целительницы Серры, – проходя мимо располосованной острыми когтями Квинт’а серо-пятнистой туши Мяучела, медленно ответил Дж’риз. – И помочь лекаркам со сборами. Думаю, Госпожа Фиона права, стремясь сохранить все целительские запасы и заготовки». «О! – оживился Квинт’, – Кайвит’, Друт’ и Матет’ доставили к лекаркам команду Капитана». «Тем легче будет нам. Заберем девчонку – и назад. – Охнул Дж’риз, увидев, что конец верёвки выпал из его рук. – Подожди, нужно её закрепить». – Огляделся он и случайно увидел прислоненную к борту одного из судов тяжёлую деревянную скамью.

— Это же «Истанская Жатва», – обрадовался он, затягивая хитроумный узел на распорке «ног» скамьи. – Считай, почти пришли.

— К’инна! –воскликнула Фиона, затягивая концы узла. – А я собиралась просить Талент’у позвать тебя. Ты же летаешь в полуКрыле Р’нея? — Да, – откашлявшись, ответила всадница. — Сколько вас? — Двадцать. Послушай, Фиона… — Минуту… – выражение лица Госпожи Вейра стало отрешённым. – Готово. Я отправила их в помощь истанцам Р’бада. Они сейчас заняты тем, что собирают в каютах казармы всё, что может нам понадобиться. Р’нея я предупредила, что ты нужна мне здесь. На мгновение остановившись, Фиона взглянула в лицо подруги: — За детьми присмотришь?! Если... вдруг! что-то пойдёт не так… Т изит’. Он сможет поднять семерых? — Семерых?! – ужаснулась Ксинна. — Пятеро из них… дети?! — Дети. – Задумалась К’инна. – Двое взрослых и пятеро детей. Сможет! – уверенно кивнула синяя всадница. – Т изит’ сможет. Только мне нужно подготовить дополнительную упряжь. — Всё, что тебе нужно... найдёшь в нашей с Т’маром каюте. Талент’а! Она зовет меня. Если королевы сохраняют хоть какую-то видимость спокойствия, то Милорт’а, как и её всадница… сходят с ума. — Яйца! – Охнула К’инна. — Твоя забота, – жестко оборвала её Фиона, – дети. И не только мои. Джависса тебе поможет. Да, и не забудьте прихватить этот узел. — Фиона! Я должна кое-что тебе… сказать. – В спину стремительно взбежавшей по ступеням лестницы подруге, безнадёжно махнула рукой девушка. — Талент’а! Пришли в каюту Лораны арфиста Костана. Её архивы, рисунки, записи. Ничего не должно пропасть. Терпенье, моя дорогая! Я уже бегу к тебе…

— Семерых!.. – призадумалась К’инна. Несмотря на уверенность тона, которым она говорила с Фионой, этой самой уверенности в действительности она не чувствовала. — А может, и восьмерых!! Или девятерых! Если брать в расчёт арфиста… с мешками Записей. Тизит’ик, милый, зови, Корант’у с Тарией. Нам будет нужна помощь.

На Площадке Рождений кипела торопливо-лихорадочная деятельность. Сквозь мутный свет большого количества светильников Фиона с трудом различала, как возле яиц каждой из трёх Кладок одна за другой расстилаются сети или парусиновые полотнища, что ранее использовались для защиты от солнца. Поверх, в центр, накидываются одеяла и всевозможные покрывала… …как бережно вдвоем, а то и втроем те из Претендентов, кто ещё не получил своих драконов, закатывают яйца на получившуюся мягкую подстилку, укутывают и соединяют концы сети наподобие люльки… «Фиона… моей жизни…» Неуверенный голос Талент’ы заставил всадницу развернуться к королеве. «Не волнуйся, моя любовь, – огладила она короткие уши дракона. – У нас всё получиться. Мы успеем». Ушедшая из-под ног земля… …на одно короткое мгновение заставила людей замереть… — Продолжаем!.. – спокойный голос Т’мара, отчётливо прозвучавший в наступившей тишине, вернул уверенность в смятенные души и всадников, и обитателей Вейра. Работа закипела с удвоенной энергией. «Фиона…» – вновь позвала Талент’а подругу, помогавшую Милуоке, всаднице зелёной Милорт’ы, уложить в люльку седьмое по счету пятнистое яйцо. «Сейчас, милая! – ломая ногти, намертво затянула узел сети Фиона. – Пожалуйста, передай Лагнот’у В’сана и Гамбат’у С’ива… что для Кладки Милорт’ы нам нужны ещё и сети, и одеяла». – Госпожа Вейра знала, что именно их синим поручена переброска тёплых вещей из кают казармы на Площадку Рождений.

Т’мар всё же решился на переброску Кладок через Промежуток в… Айген Вейр! «Я передала, – спустя некоторое время жалобно отчиталась золотая. – Фиона…» Пришедший со стороны Горного Хребта звук взрыва… услышали все. «Мяучелы!!! – голосом бронзового всадника ’Би громко ревел его дракон. – Два десятка особей. Они бегут от… … Т’мар!!! Волны!! Высота в несколько длин дракона… Несутся с бешеной скоростью!..» «Всем Крыльям! В воздух!» – голос Предводителя был тверд и спокоен. Милуока взвыла… Милорт’а взревела… С лихорадочной поспешностью всадница и те из Претендентов, кого отобрали для зелёной Кладки, принялись растягивать только что скинутые сверху В’саном парусиновые полотнища… Фиона, закашлявшись от поднявшегося с земли облака пепла, запнулась, резко остановившись. Нащупав под ногами, в пыли мелкоячеистое плетение, потянула его на себя. Сеть. Ещё одна. Обрадовавшись, она принялась метр за метром вытягивать сеть из-под слоя песка и рыхлого смрадного налёта. «Талент’а, милая, мне нужна помощь». «Прости! – расстроенно-жалобно отозвалась золотая, не двигаясь с места. – Яйцо. Оно… сейчас выйдет». «Нет!» – оторопела Фиона, судорожно вспоминая, какое сегодня число. «Прости!» – с натугой выдохнув, вновь жалобно излучила Талент’а. К ногам всадницы, пачкая искристо-золотые бока мягкой скорлупы прилипчивой серой пылью, подкатилось золотое яйцо!!! Выйдя из ступора, Фиона оглянулась… Крыло истанских всадников, дракон за драконом, снижаясь над безлико-серым песком Площадки, хватали передними лапами каждый по две готовые люльки. Их всадники, подбадривая Претендентов нелестными шуточками, втягивали последних на шеи и спины готовых к взлёту зверей… «Не вздумай сейчас отложить следующее». – С холодной яростью шикнула на свою королеву Фиона. «Не буду». – Горестно охнула подруга, подвигаясь ближе к драгоценному яйцу. «Фиона, – Зирент’ с нечеловеческой точностью, выдерживая даже самые мягкие интонации голоса своего всадника, обратился к ней бархатным баритоном, – я увожу королев и телгарские Крылья в Айген. Истанцы с яйцами Кладок ждут вас на эшелоне трёхсот метров. Поторопись, родная! До встречи!!» «Т’мар!! Нет! Талент’а. Кладка. Королевское яйцо… – глотая злые слёзы, Фиона обшаривала взглядом Площадку в поисках чего-нибудь жёсткого… во что можно было бы положить яйцо со слишком! мягкой скорлупой. – Почему же ты не предупредила меня раньше, малышка?! Пока не стало слишком… поздно!» «Ты меня не слышала! – обиженно пыхтела Талент’а. – Поторопись! Я не смогу терпеть долго…» «Поторопись… Поторопись… Скоро нам вообще не придётся торопиться… – в бессильной ярости хватала всадница любой предмет, мало-мальски отвечающий её надобности. Но всё было не то…

И везде… толстым слоем, искажая истинные размеры и формы… лежал проклятущий пепел.

— Пропади всё пропадом! – смаргивая злые слёзы, сквозь зубы ругалась Фиона. — Госпожа Фиона! Берегись! – скатился по передней лапе своего зависшего над землей зверя Дж’риз. – Отпускай, Квинт’и… Подняв облако рыхлой взвеси, перед Фионой упал деревянный ящик, ранее предназначавшийся для транспортировки необработанного янтаря. — Поторопись, Госпожа!.. — Дж’риз! Откуда?! – не сдержав чувств, всхлипнула Госпожа Вейра. — Я умею слышать драконов, помнишь?! – кинулся к Талент’е мальчишка, держа в руках что-то объемное и серое. — Помогай, Госпожа! – сунул он ей в руки конец плотного покрывала. — Не может быть! – едва не разрыдалась от облегчения и счастья Фиона, с превеликой осторожностью закутывая податливо-мягкое яйцо. С таким же тщанием Дж’риз и Фиона уложили одеяло в короб. — Сарт’а! – крикнул мальчишка вверх. – Готово! – и высоко вверх поднял хитроумно затянутый узел. «Зачем ты кричишь? – удивилась зелёная. – Я всегда хорошо тебя слышу». И не успела Фиона ойкнуть, как короб, подхваченный драконом, отделился от земли. — Твоя королева, Госпожа! – придержал её коричневый всадник за рукав вымазанного платья. – Она сможет… лететь? — Всегда! – дёрнула углами губ Фиона и развернулась в сторону растерянно притихших Претендентов, только сейчас закончивших погрузку последних яиц из Кладки Милорт’ы. Милуока, размазывая по лицу слёзы, смешанные с сажей и пеплом, голосом, полным отчаяния, произнесла: — Госпожа! Я не уверена, что моя… моя Милорт’а сможет забрать всех. И… яйца. — Бери пятерых! И… в Воздух! Остальных заберу я. Дж’риз медленно качнул головой. — Их девять! Твоя королева… «Остальных возьму я! – между Фионой и Милуокой упала ещё одна сеть. – И яйца тоже!» Откашливаясь и отплевываясь, молодые люди недоумённо переглянулись. — Живее полезайте в сеть… холдеры! – это был голос бронзового всадника ’Би. Нетерпеливо-резкий и… раздражённый.

— Кошки рядом! Как и большая горячая вода. Скалистая Гряда не совсем та преграда, что может сдержать… такие волны! — Джер, скажи им, чтобы подняли концы сети вверх. И узел… узел… люльки. Отходи. Взлетаем… — Госпожа! Почему ты до сих пор не в Воздухе?! – вскричал Дж’риз, вскакивая на вытянутую коричневую лапу своего друга. — Сейчас… Сейчас… – шептала Фиона, оглаживая шею дрожащей королевы. – Ну давай, лапушка! Постарайся, милая. «Да. Да», – тяжело оттолкнулась Талент’а от неприятно рыхлого пепла, смешанного с песком. Судорожно взмахивая крыльями, королева угрюмо произнесла: «Я не смогу… уйти в Промежуток!» «А на восемь секунд?» – голосом К’инны спросил Тизит’.

Талент’а задумалась: «Не больше…» «Тогда летим! Фиона, прими координаты. Если ты приведешь нас туда, драконята… несомненно вылупятся!! И мы будем в безопасности… ещё три Оборота». Картинка, переданная Тизит’ом Талент’е, Фиону очаровала. Высокое лазурно-прозрачное небо. Насыщенная зелень, с уже привычным едва синеватым оттенком, перемежающаяся ярко цветущими незнакомыми растениями обширной равнины.

О!

Лунные Деревья, поднимающиеся плотными террасами по склонам возвышающегося величественного холма… «Фиона!» – жалобно излучила Талент’а одно лишь слово. «Координаты! – понимая, что другого, лучшего решения у неё нет, решилась Госпожа Вейра. – Передавай их». «Фиона!» – благодарно выдохнула золотая. «Ныряем!.. – произнесла всадница и по привычке, «вбитой» в неё Т’маром, продублировала мысленный приказ поднятым вверх кулаком.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Материал, касающийся генетического строения драконов, взят на сайте http://peoplepern.narod.ru. Раздел: драконы и файры. Подраздел: Дракогенетика.

© Copyright: Хельга Вокк, 2021. Первая публикация.

Электронная площадка: Проза.ру Свидетельство о публикации №221051100579