Врата Бронкса

Глава 1. Утраченное сокровище

Уэйн

Стремительно приближалась осень. Я уже ощущал ее запах в сырой траве, опавших листьях и тоске, которая так беспощадно накрывала меня с головой каждый год. Я вышел из своей сторожки и медленным уверенным шагом направился к могиле жены. Я скучал по Монике уже долгих двенадцать лет. Она была моей опорой, моей надеждой, желанием просыпаться по утрам. Даже когда тьма подбиралась ко мне все ближе и ближе так, что я чувствовал ее зловонное дыхание, моя супруга внушала мне непоколебимую веру в самого себя. Даже в молитве у священных икон перед самим Господом Богом я не испытывал большего вдохновения, чем тогда, когда моя любовь смотрела в мои глаза.

Самое тяжелое и тоскливое время для меня – период холодов. Осенью всё потихоньку умирает, а зимой ты в очередной раз сталкиваешься с лучшим другом – одиночеством. Я, честно говоря, спустя столько лет привык к нему. Мы подружились и нам было комфортно. Но иногда так хочется тепла. Чтобы рядом кто-то был, слушал и слышал, даже в полной тишине. «Кто знает, может завтрашний день принесет перемены, - размышлял я, вглядываясь в каменное надгробие. - Ведь пути Господни неисповедимы. А пока, родная, ты спишь спокойно, я продолжу служить Богу, людям и церкви».

- Сегодня сильный туман, преподобный Уэйн, не правда ли? Кажется первый этой осенью, - отвлек меня голос Сэмми - душевнобольного бедняги, который больше, чем я чувствовал приближение опасности. Весной, но чаще осенью, его болезнь обострялась, недуг усиливался, рассудок мутился с особенной силой. Я предполагал, что скорее всего, недели через две парнишка снова перестанет ходить ко мне на воскресную службу.

- Доброе утро, сын мой. Ты сегодня один или с тетей Кларой?

- Тетка в психбольнице, навещает свою сестру и готовит документы для моего осеннего отпуска, – усмехнулся Сэмми.

Большое горе приходило дважды в семью Сэмюеля. В первый раз, когда младшая из троих сестер встретилась с безумием. И второй, когда это самое безумие настигло сына старшей. Все трое в нашем городке были знамениты своей красотой и очарованием, но почему-то каждая так и не обзавелась выгодной и счастливой партией.

- Я рад, что ты в хорошем расположении духа. Так будет лучше, ты же знаешь. Сам не заметишь, как скоро вернешься в церковь благодарить Господа за Его милосердие к тебе и ко всем нам, – ответил я.

Сэмми как-то смутился, но промолчал и побрел в сторону ворот. Я тоже решил долго не задерживаться у надгробий и направился следом к выходу.

Кладбище прилегало к Римско-католической приходской церкви Святого Августина, в которой я был удостоен чести служить. В ней уже собирались люди. Их было немного, но они все-же пришли. Туман никого не смутил. Разве туман может стать преградой на пути в дом Божий? Думаю, лишь тогда, когда в нем прячутся тени. Они могут бродить сами по себе, а иногда с целью. Это осквернение чистой и незапятнанной души. Однажды в таком мраке я видел, как рыжий черт прыгнул на шею старой женщины. Вцепился в ее горло своими длинными когтями, впился острым хвостом в хребет, а задними лапами обвил грудь и копытами больно сдавил её ребра. О, как он вопил! Или это вопила она? Уже и не припомню. Если бы не мой прицельный арбалет, то скорее всего она бы умерла в тяжких муках. Я не смог ее спасти, но хотя бы смерть старухи была быстрой. Стрела проткнула не только эту хвостатую мразь, но и сердце доброго человека.

Мои размышления и воспоминания перебил звон колоколов. На мгновение я вздрогнул. Пора было начинать проповедь. Я повернулся лицом к жителям острова и произнес:

- Добро пожаловать и доброго утра, дети мои! Сегодня Врата Бронкса[1] предстали перед нами в своем истинном обличии. Так помолимся же Господу за наше спасение!

Служба окончилась где-то к девяти утра. Я, распрощавшись со всеми, направился в свою скромную обитель – ветхую сторожку неподалеку от церкви и кладбища. В ней было всего три комнатки. В одной я спал и ел, в другой – справлял нужду, а в третьей иногда готовил. Ну а зачем пожилому одинокому человеку много места? Все необходимое у меня было: еда, вода и крыша над головой. А больше ничего и не нужно.

На завтрак я планировал заварить себе крепкий кофе с капелькой бренди, а голод решил утолить душистым молочным омлетом. «Обязательно нужно не забыть завтра поприветствовать нашего молочника, а то скоро я останусь без завтраков. Молоко на исходе, а кроме омлета есть ничего не хочется», - подумал я уже у самой двери дома и тут мои мысли были прерваны. Я услышал, что звонит старый охотничий телефон. Я буквально замер. Он не звонил уже несколько месяцев. Лишь изредка я доставал его для подзарядки и не более того. Последний раз поступил звонок от старого охотника Робина Уолкера, и он сообщил ужасную весть о смерти моего лучшего друга. Поколебавшись немного, я отпер дверь, прошел к спальне, открыл шкаф и в старых коробках, набитых различного рода оружием, отыскал старый потертый мобильник, который звенел громче, чем церковный колокол.

По номеру на экране я понял, что звонок из Ватикана, а значит Орден Святого Михаила на связи. «Но что им нужно от меня? Я давно отошел от дел. Может ошибка?» Взяв волю в кулак, я ответил на звонок:

- Слушаю?

- Джонатан Уэйн? – громом донеслось до меня сквозь динамик.

- Верно, – молвил я.

- Надеюсь вы догадались, кто беспокоит вас в столь волнительный час?

- Почему волнительный?- непонимающе переспросил я.

- Разве до вас еще не дошли слухи от бывших коллег о краже в Ватикане, в столь священном месте?

- Дела Ордена и его охотников остались в прошлом для меня.

- Преподобный, мы ведь с вами оба знаем, что вы лукавите. Вы редко подаете запросы на приезд охотников или экзорцистов к вам на остров. А в то, что нечисть перевелась в таком месте я поверить, простите, не могу. Мы из уважения закрывали глаза на вашу самодеятельность…

- Только лишь из уважения? – перебил я. – И никудышные дела Ордена и нехватка охотников тут совсем ни при чем? Что украдено? И что вообще происходит?

- Не нервничайте, святой Отец. В вашем возрасте это непозволительно.

Голос моего собеседника, кем бы он не являлся по рангу в Ордене, был пропитан ядом.

– Однажды вы и ваш закадычный друг Майкл Райнер нашли священную реликвию из древних писаний – Книгу Судеб Людских. Так вот украли именно её. У нас есть все основания полагать, что её увезли снова на остров. Но кто и для чего – неизвестно. Наихудший вариант для всех нас, если это связано с пророчеством из «Откровения Иоанна Богослова[2]» и книга теперь у того, кого вы когда-то пощадили…

Я не верил своим ушам. Мысли табуном промчались в моей голове. Райнер покончил с собой несколько месяцев назад. А теперь и книга пропала из хранилища, в которое даже мелкая букашка пробраться, залететь, проползти не сможет. Мои нервы натянулись словно струны.

Тем временем голос продолжил:

- Ближайшим рейсом к вам прилетит молодой и амбициозный охотник, не так давно ставший членом Ордена, но уже отлично себя зарекомендовавший. Он будет помогать вам искать, расследовать и разнюхивать любую информацию о месте нахождения столь важной и опасной для всех нас реликвии. Никто кроме вас, к сожалению, не осведомлен больше об этом деле. Мы возлагаем надежды на ваш незаурядный ум. Это дело крайней важности. Можно часами рассказывать о том, как мы нуждаемся в вас, но к чему расходовать столь драгоценное время, если его можно потратить на дело. На ваш адрес заблаговременно была отправлена посылка с рекомендациями и деталями касательно следствия. А еще характеристики на вашего нового напарника. Ах да, пусть с опозданием, но мы выражаем вам соболезнования. Потерять единственного друга и последнего близкого человека в этом мире - очень страшно. Я даже не могу представить, как вы еще живы после стольких ударов судьбы, и даже не сошли с ума. Мистер Уэйн, вы еще на связи?

- Несомненно, – буркнул я. Желваки на моем лице почти пустились в пляс.

- Его зовут Джастин Мэттэрс. Пребывает в 10.45 утра по вашему времени. Встретьте и приютите, он введет вас в курс дела. И, Джонатан, люди Ордена, которые на данный момент задействованы к службе во Вратах Бронкса, незамедлительно откроют для вас тайный склад с оружием, амулетами и прочими приспособлениями, которые могут пригодиться в ходе расследования. Дело серьезное. На вашем пути скорее всего будет много препятствий и преград, но вы не одиноки. Орден всегда поблизости, всегда прикроет и подаст руку помощи. Прошу, не отталкивайте ее, не отказывайтесь. Все контакты наших людей прибудут в тех же документах, о которых я упомянул ранее. Не упустите шанс искупить свою вину, преподобный. Всего доброго. Будем на связи.

В трубке раздались гудки. Я еще несколько минут слушал их, не отрывая телефон от уха. Ярость бурлила в груди, кровь пульсировала в венах, стало жарко и перехотелось есть. Я плюхнулся в кресло и уставился на фотографию своей жены на полке напротив. Только ее глаза могли спасти меня от нервного срыва.

Сколько я так просидел не помню, как в дверь постучали.

- Срочное письмо, преподобный. Кажется из Италии. Марка красивая, - донеслось из-за двери.

Собравшись с силами, я встал и направился за корреспонденцией. Почтальон передал мне толстый конверт, в котором явно было по меньшей мере сто листов. И крепко запакованную коробку с пометкой «хрупкий груз». «Интересно, что в ней?» - тут же подумал я.

Распрощавшись с курьером, я направился к своему письменному столу, сгреб одним махом руки все, что валялось на нем, и стал распечатывать доставку. В конверте находились стандартные указания от Ордена, письмо с благодарностью от Папы, различного рода инструкции о безопасности в бою с демоническими отродьями и прочая дребедень, которую никто никогда не читает. Дальше отдельным листом была расписана характеристики на некоего Джастина Мэттэрса. Несколько строк о доблести и достижениях, о личных качествах, принесенной Ватикану пользе и т.д. Я разжег печь, быстро прочел в характеристике, что парню тридцать пять лет, скомкал листы и бросил в огонь. Так же поступил и с другими бумажками. Единственное, мне пришлось переписать контакты охотников, которые могли бы мне пригодиться в будущем. Пластик старого мобильника недовольно скрипел каждый раз, когда я вбивал в телефонную книгу очередной номер. Самое интересное было напоследок: описанный в подробностях случай пропажи. Как оказалось, чтиво было не столь занимательным, как того хотелось бы. Детали были расплывчаты: охранники замучены, камеры выключены. Ничего стоящего. Всё сводилось к тому, что нечистая сила прошлась по камерам хранения священного Ордена как у себя дома. Попахивало предательством и это был уже какой-никакой прогресс в деле.

В коробке я ожидал найти какую-нибудь улику. Но, увы, в ней лежал лишь серебряный крест размером с мою ладонь. Именно этим крестом была запечатана Книга Судеб Людских в хранилище. Потусторонней силе коснуться его – значило обрести мгновенную смерть. «Осталось выяснить, кто взломал эту печать. Плевое дело», -иронично размышлял я.

Незаметно наступил вечер. Я выглянул в окно и увидел, как понемногу в домах зажигаются огни. Церковь, кладбище и моя обитель находились на возвышении, поэтому моему взору открывалась достаточно обширная территория острова. И сейчас, глядя перед собой в вечернюю полудрему мрачного, тоскливого, но все еще живого города с его дерзкими, свободолюбивыми и преданными жителями, я в который раз осознавал, как сильно он дорог мне.

Продолжая любоваться просторами, я думал о том, что же мне теперь предстоит. Нужно было принять хоть какое-нибудь решение касательно дальнейших действий в вопросе поиска утерянного сокровища.

Перво-наперво я пришел к заключению не встречать молодого новобранца. Логика была проста: если он хочет стать настоящей демонской ищейкой, пусть для начала попробует отыскать меня самостоятельно. Уверен особого труда ему это не составит. Тем более, что я сжег документ, в котором указан его рейс. Селить парня у себя не было смысла, ибо в моем доме места хватало лишь на одного. «Как ни крути, охотнику придётся найти себе жилье. На первое время ему конечно средства выделили и естественно ежемесячно будут перечислять зарплату. Но, если он хочет стать настоящим охотником, а не просто рядовым экземпляром Ватикана, придётся подружиться со мной. А у меня крыша подтекает и под полом образуется гниль. А значит, большую часть средств парнишка непременно должен вложить в мой ремонт. И возможно, его пребывание здесь перестанет быть таким скверным. Причем для нас обоих». Эти мысли меня немного задобрили, и я слегка улыбнулся краешком рта. Охотники же, являющиеся членами Ордена, о которых так красиво мне недавно рассказывал мой телефонный собеседник, давным-давно не попадались на глаза. Я звал их «залетные», то есть те, кто приезжает на остров мимоходом или по моему запросу: разведать обстановку и расчистить местность от особо опасной чертовщины. Мои скудные запасы боеприпасов покрылись ржавчиной, пылью и паутиной, так что приезд этих ребят был бы очень кстати.

За окном совсем стемнело, пора было возвращаться в церковь. Я и так за день появился там всего один раз. Возможно, кто-то приходил побеседовать. Хотя в центре в супермаркетах распродажи, а значит вероятность наплыва людей (а это обычно два-три человека) была крайне мала.

Направляясь в дом Божий, я вдруг понял, что ни крохи не держал во рту со вчерашнего вечера. В животе заурчало, рот наполнился слюной. Я тут же сменил маршрут и направился вниз по склону в социальную столовую при женском монастыре. Кухарки сегодня должны были печь булочки с маком и сливой.

Массивный монастырь из темного камня, ныне служивший обителью одной из независимых конгрегаций монахинь-клариссинок[3], древнейшая постройка на острове. И находился он в паре сотен метров от моей церквушки. Изначально здание использовалось как место заключения преступников. Но в конце XIX века тюрьма пришла в упадок и её закрыли. Теперь же одно крыло здания занимали монахини, второе – пустовало, а небольшое здание-пристройка бывшей администрации колонии превратилось в бесплатную столовую для всех нуждающихся.

Будучи простым охотником, я частенько обращался к сестрам за помощью. Например, использовал старые сохранившиеся камеры по прямому назначению или для обряда экзорцизма. Так что у нас издавна были весьма доверительные отношения.

От предвкушения вкусной еды на душе стало немного теплее. Как все-таки удивителен мир! Одна средняя сдобная булочка с фруктами может принести некоторую радость и удовлетворение даже в тот момент, когда на душе совсем паршиво и тоскливо. И, откуда не возьмись, в голове возник образ маленькой светловолосой жующей девочки с пухлыми щечками. Я вдруг осознал, что на свете есть еще один человек, который любит эти булочки, и который так же, как и я, теперь невыносимо одинок.

[1]Врата Бронкса – вымышленный крупный остров-городок, расположенный в проливе Лонг-Айленд, к северо-востоку от Бронкса, и находящийся под юрисдикцией штата Нью-Йорк.

[2]Откровение Иоанна Богослова, также известное как «Апокалипсис»– последняя книга Нового завета в Библии.

[3]Клариссинки – женский монашеский орден Римско-католической церкви, основанный святой Кларой Ассизской в 1212 году. Термином так же именуют независимые монашеские конгрегации, так или иначе связанные со святой Кларой.

Глава 2. Силуэт в ночи

Самара

Сил моих больше не было терпеть свое бесполезное, депрессивное и до боли удручающее существование. Одиночество испепеляло меня, оставляя ожоги в душе. Отца не было уже почти год, а я все никак не могла совладать с собой и принять его кончину как неизбежность. Боль сдавливала виски. Или это были стены нашего дома? Я больше не могла в нем оставаться. «Нужно бежать отсюда, иначе я сойду с ума», - думала я ночами напролет. Бездействие и бесполезность – два слова, которые меня характеризовали на этот момент.

Я стала разговаривать сама с собой. Иногда просто что-то бурчала себе под нос, а иногда, глядя в свое отражение в зеркале, уговаривала себя, что так больше продолжаться не может, нужно действовать. И, однажды, я все же совладала с собственной ленью и эгоизмом, со своим страхом перед будущим.

К сожалению, радости не прибавилось, скорее наоборот. Вдобавок уровень тревожности зашкаливал, поглощая меня без остатка. Но, несмотря на это, я стала выглядеть куда лучше. Зеленым глазам вернулся блеск, щекам – румянец, фигуре - прежние очертания. Если есть цель — значит и смысл просыпаться по утрам.

Вещи были собраны, а мой автобус прибывал на остановку менее чем через час. Я должна была уехать к единственному человеку, который в силах помочь найти ответы на вопросы и отомстить за смерть отца. Всё было решено. Окончательно и бесповоротно.

Накинув на спину рюкзак и схватив в левую руку сумку, я стремительно направилась к выходу. Напоследок, окинув взглядом свой пустой дом, я мимолетно нарисовала в своем воображении картину любви. Папа и дочка. Жуют пиццу и запивают колой. Вместе на старом диване смотрят семейную рождественскую запись. И все у них хорошо. Просто замечательно…

Моя мечта растаяла в воздухе в момент, когда с обратной стороны двери раздался грохот мотоцикла. Я открыла дверь и увидела на пороге своего парня Саймона. Моих остатков жизненных ресурсов не хватило, чтобы расстаться с ним правильно. Хотя, если признаться самой себе честно и без уловок, - я просто бессовестно трусила.

Он, соображая, что я тупо убегаю, и недоумевая, как я могу с ним так поступить, грозно выдал:

- Куда собралась?

- И тебе привет. Прости, я уезжаю в Бронкс, - неловко замявшись, ответила я.

- А я? – не глядя мне в глаза, раздраженно спросил он.

Как же сильно мне хотелось увильнуть от этого вопроса. И я конечно бы его благополучно избежала, если бы Саймон приехал к моему дому хотя бы на пять минут позже. Несомненно, я поступала как трусиха, предавая и оставляя его в Техасе без объяснений и возможности оправдаться.

Словно большой шкаф, без пяти минут бывший бойфренд преграждал мне путь к отступлению. Саймон всегда выглядел как огромный буйвол, а его борода предавала ему еще большего устрашения. Гроза района, мечта тупоголовых барышень, красавчик, готовый снести башку любому, кто посмеет криво взглянуть в мою сторону. Но я не боялась его, в отличии от других. За всем этим байкерским пафосом я сумела разглядеть красоту и доброе сердце, в котором он нашел место для такой ненормальной, как я.

- Саймон, моя жизнь изменится. Она уже изменилась. И ты прекрасно знаешь почему. Я не могу оставаться здесь и ничего не делать. Туда, куда я отправляюсь, тебе нельзя. Просто поверь мне. Мой путь опасен.

- И где ты там остановишься?

- Там живет моя тетка по папиной линии со своим мужем. Я сообщила ей, и она согласилась приютить меня.

- То есть, ей ты сообщила. А я вот так случайно узнаю, что моя девушка бросает меня. Уже бросила.

Я пыталась держать себя в руках и не врезать ему. Я так злилась на его непонимание, но и сделать ничего не могла. Оставалось только оправдываться.

- Я знала, что ты не поймешь, поэтому решила не говорить. Думала, ты рассердишься и тебе будет проще ненавидеть меня и забыть.

Саймон молчал, потупившись в пол. А я продолжила:

– Мой автобус уходит через сорок минут. Я должна успеть. Мне пора. Прости.

В спешке закрыв дверь ключом и в последний раз взглянув на Саймона, я направилась к дороге. Не знаю, смотрел ли он мне вслед, но я не обернулась. Не хотела видеть свой дом, в котором больше нет моего папы, и Саймона, к которому я так и не испытала любви. Этот этап жизни закончился.

Весь путь в Бронкс меня занимали мысли об отце. А точнее о его смерти. Я пыталась вспомнить все до последней детали. Как мы вернулись с охоты, поставили машину в гараж, и я с полными пакетами продуктов из супермаркета направилась в дом. Папа решил остаться и поковыряться в машине. А затем все как в тумане. Я миллион раз уже пыталась восстановить в памяти тот вечер, но все тщетно. Я была как будто под гипнозом, а когда поняла, что ужин готов, а отец так и не вернулся, выбежала на улицу, но было слишком поздно. Он висел под потолком и его стеклянные глаза смотрели мне прямо в душу.

Я не закричала в тот момент, не пустилась бежать или звать на помощь. Я ощущала запах зловония вокруг и меня тошнило. Как вкопанная я не отрывала глаз. И очнулась лишь тогда, когда приехала полиция. По всей видимости, копов вызвали соседи или случайные прохожие.

Естественно дело закрыли с пометкой «самоубийство». Но лишь охотники знают, что запах гниющей плоти — это запах нечистой силы, дыхание дьявола. Так пахнут трупы. Зомби, вампиры и все, что было мертво, но поднято на ноги, источает самый мерзкий дух. Любое тяжелейшее злодеяние, совершенное нечистой силой, наполняет воздух вокруг себя токсичным ядом своего преступления. Кроме того, крест, висевший у входа и являющийся оберегом, был перевернут. И самое главное – у отца не было причин кончать с собой. Да, мама умерла при родах, он очень тосковал, но с тех пор прошло двадцать пять лет, он смог пережить. Да и меня он очень любил и не оставил бы по своей воле. Короче говоря, мозаика в моей голове под названием «самоубийство» не складывалась.

Первая верная мысль, которая посетила меня в те дни, была связана с мистером Джонатаном Уэйном, папиным бывшим напарником и лучшим другом. Ему нужно было срочно сообщить о смерти и моих подозрениях об убийстве. Вот только он давно отошел от дел, посвятив себя церкви, и отец велел звонить в экстренных ситуациях другому охотнику - Робину Уолкеру. Что я и сделала. Вот только с тех самых пор прошло восемь месяцев, а вестей о продвижении в деле смерти папы так и не было.

Дорога моя была довольно продолжительной, с несколькими пересадками. Нью-Йорк встретил меня прохладной неприветливой погодой.

Когда я заехала на мост через залив Лонг-Айленд, ведущий на остров с поэтичным названием «Врата Бронкса», в наушниках мне пела Мэг Майерс песню «Tourniquet». В уши врезались ее слова. Она пела мне про свою боль и желание поскорее убежать от нее. А еще о борьбе и белой полосе в жизни, которая непременно должна наступить с утренним лучом солнца, с рассветом. Так я понимала ее, так мне откликалась в сердце ее музыка. И слушая, я наблюдала, как изменился остров и его улицы с тех пор, когда я была здесь в последний раз.

Когда-то давно мне казалось, что Врата Бронкса – это весь мой мир. Мои друзья наполняли его своим присутствием. Когда мне исполнилось десять лет, я почти каждый год приезжала к тете на лето погостить и с удовольствием провести каникулы в кругу лучших друзей. А потом, в пятнадцать лет, мои каникулы перестали быть такими интересными. Постоянные тренировки в гараже у отца и на заднем дворе в тени деревьев за высоким забором занимали практически все мои дни. Я прыгала в длину, бегала стометровку и кросс, отжималась, молотила грушу и изучала различные виды боевых искусств. Папа не давал мне спуску, я не имела права на отдых. Сражения и борьба со злом – это было мое настоящее и будущее.

Вечерами я очень часто вспоминала улицы острова когда мы, вооружившись скейтами и роликами, а не арбалетом и кольями, гоняли по дорожкам и пели любимые хиты Бритни и Майкла с моими лучшими друзьями Джейд и Крофтом. Ели мороженое, пили лимонад и собирали фантики с различных шоколадных батончиков и жвачек. Такие счастливые и беззаботные… Мы были свободными, необремененными долгом и ответственностью.

Я скучала...

Какое-то время мы переписывались, но потом настала эра смс. Перекинулись раз в месяц парой фраз о том, как дела, и все. Время и расстояние сделали свое дело. Как ни крути, мы стали старше. Интересы, скорее всего, тоже поменялись и перестали быть одинаковыми. Я пропала в охоте, а Джейд и Крофт… О нем слышала недоброе, будто в криминале замешан. Информации было мало, а я собственно и не стремилась узнать больше. Что касается Джейд, то вроде бы они с братом совсем от рук отбились. Отец от них отрекся еще в раннем детстве, а мать всегда была пьянчугой и, возможно, уже спилась совсем. Подробности мне были не известны.

Показалась моя остановка, пора было выходить. Я надеялась, что тетя с дядей меня ждут и примут с радостью, а не потому, что я ворвусь в их жизнь как гром среди ясного неба.

Я сошла с автобуса, поймала такси и уже через пять минут была доставлена к месту назначения. Дом, в котором жили мои родственники, был многоквартирным, рассчитанным на пятерых владельцев. Ко входу к каждой квартире вела своя лестница, а сами они были двухэтажными. Тетя с дядей жили в середине дома. Как-то раз на Рождество мы с отцом приехали в гости на праздник. Я до сих пор помню, как мы тогда замерзли в дороге, и как у них было тепло и уютно у пахнущей хвоей елки. У тети с дядей было по-особенному хорошо, и я надеялась, что так оно и осталось.

Я тихонько подошла к двери и позвонила в звонок. Казалось, что дверь открылась в тот же момент, молниеносно, словно они все время мялись на пороге, считая секунды до моего появления. Дядя тут же закружил меня в объятиях, а тетя, поставив теплый вишневый пирог на стол, не сдержав эмоций, пустила слезу. Они были мне рады, они по-прежнему меня любили.

Когда мы расположились за чашечкой ароматного чая в кухне, водопад слов, льющийся из тети, было не остановить:

- Самара, детка, ты так похудела. Я всегда говорила своему брату, что тебе просто необходимо в модельное. О чем он только думал, ума не приложу. Все эти монстры, Орден. Это же не для женщин, и уж тем более не для девочки-подростка. Ты должна была гулять с мальчиками, ходить по клубам, пить пиво, в конце концов, или чего покрепче, а может даже попробовать марихуану. Короче говоря, делать все то, что делают обычные нормальные юноши и девушки.

Дядя как-то с ухмылкой покосился на нее и, кажется, хотел что-то вставить, но ее это не смущало.

- Ну и что, что ты была пышечкой. Фитнес и диета – вот что должно было стать приоритетом, а не лазанье по кладбищам и прыжки через могилы.

Пока она говорила, я рисовала в своем воображении картину, как рогатый козел прыгает через могилку и обратно. Странная ассоциация. По-видимому, тетя Бэт совершенно не имела представления о том, чем на самом деле занимаются охотники на демонов. Хотя наша семья издревле была потомственными членами Ордена Святого Михаила. «Великие защитники острова» – так когда-то величали наш род, очень и очень давно. Папа рассказывал, что эта земля была оскверненной, пропитанной неистовым злом, но годы шли, времена менялись и все забылось, как страшный сон. Но я верила в это. Мне всегда было важно понимать, что мы сражаемся со злом не зря. Что все испытания, отведенные нашему духу, телу и воле - не просто судьба, а предназначение. Великое и доблестное!

- Бетти, милая, – пытался вмешаться дядя, - оставь девочку в покое и дай спокойно поесть с дороги. В тишине и спокойствии. Или пусть уж лучше она нам расскажет что-нибудь о себе и своей жизни.

Я знала, что хочет услышать дядя Барни, и от этого у меня ком встал в горле. Я не могла сказать им истинную причину моего пребывания здесь, но что-то сказать стоило. Я замешкалась и откусила смачный кусок пирога.

- Ну, Барни, - возмущенно молвила тетя, - мне тоже есть, что сказать. Она все-таки моя родная племянница, а ты всего лишь мой муж. Мне решать, что обсуждать и о чем говорить.

Где-то еще двадцать минут она болтала без умолку, задавала риторические вопросы и возмущалась по поводу и без. Мы же с дядей Барни общались взглядом. Он подмигнул и улыбнулся, а это значило, что все хорошо и мне нечего обижаться на тетю, ведь она меня очень любит и причитает не со зла. Нас спас телефонный звонок. Тетя Бетти мгновенно переключилась на соседские сплетни.

Мы с дядей вышли на крылечко. Он закурил сигарету и предложил мне. Сделав первую затяжку, я начала говорить:

- Мне нужно кое с кем встретиться по одному очень важному делу. Если повезет, то я останусь тут надолго. Ну а если мое присутствие вам станет в тягость – сниму жилье. В конце концов, я не планирую сидеть на вашей шее. Мне просто нужно время, чтобы официально поступить на службу в Орден. Я справлюсь.

- Я знаю, что справишься, милая. Живи ровно столько, сколько хочешь. Можешь хоть навсегда остаться с нами. Для меня ты как дочка, – последнюю фразу он произнес с болью и это неудивительно, ведь своих детей они с тетей так и не смогли завести.

- Спасибо, дядя Барни. Я очень люблю вас обоих, вы же знаете.

- Твоя комната наверху, вторая ванная так же в твоем распоряжении. Будь как дома, - потушив бычок в самодельную пепельницу, дядя вопрошающе на меня посмотрел.

- Я не могу сказать по какому делу я приехала на остров. По крайней мере пока. Но вы не волнуйтесь, ничего страшного мне не грозит. Я уверена.

Возможно, тут я слегка покривила душой, ведь не знала наверняка, ждет меня что-то плохое в будущем или нет. А если учесть путь, по которому я хотела пройти достойной охотницей Ордена, то ответ был один: ждет.

- Вещие сны не снятся более? Майкл рассказывал когда-то, будто ты чувствуешь во снах приближение опасности или что-то вроде того, – спросил дядя и закурил еще одну.

- Да, именно поэтому я спокойна, сны не снились уже очень давно.

И это была правда. Я не видела никаких снов с похорон отца. Данная перемена во мне казалась странной и необычной. Но я особо не переживала по этому поводу, ибо беспокоиться было о чем и без этого.

- Ладно, будь, по-твоему, Самара. Обойдемся какое-то время без подробностей твоего визита.

Я была благодарна ему. Ведь несмотря на то, что мы с ним не являлись кровными родственниками, у нас был разный цвет кожи и совершенно непохожие представления о том, как я должна построить свою жизнь - мы все равно очень дорожили друг другом. Моя тетя была всей его жизнью, самым близким человеком. А у тетки кроме него и меня тоже на этой земле никого не осталось.

- Мы не выбросили твои вещи, которые ты оставила в последний год каникул, проведенных здесь. Они на чердаке, если ты вдруг захочешь вспомнить о прошлом.

- Спасибо, - сказала я и крепко обняла его.

Ночью, засыпая на новом старом месте, мне приснился неожиданный сон.

Я стояла у самого обрыва, а подо мной волновался океан. Моя светлая белая кожа выглядела бледнее обычного, словно из тела пыталась выпорхнуть жизнь. Где-то вдалеке я видела песочные пляжи острова, но чем сильнее я старалась разглядеть человека, стоявшего на берегу, тем мутнее становилось в глазах. Я слепну? Что со мной? Что происходит? Позади себя я услышала три звонких удара церковного колокола. Будто кто-то специально пытается обратить мое внимание в сторону звука. Мне стало страшно, но я собрала волю в кулак и обернулась. Пелена в глазах рассеялась, и я отчетливо увидела сухое мертвое дерево перед собой. Оно было выше меня всего на две или три головы. От края обрыва до него было всего метров пять. Но, о ужас! На ветке что-то сидело. Я видела только два ярко-голубых светящихся глаза с вертикальными зрачками. Сразу пришло в голову: это змея. Большая, жадная, и голодная.

Вдруг свет маяка блеснул как по волшебству, чтобы я смогла разобрать, кто или что это такое. И готова поклясться, оно в мгновение ока обернулось в исполинского размера птицу, похожую то ли на сову, то ли на филина. Было трудно разобрать. Мрак окутывал все вокруг. Ночь становилась темнее, луна спряталась за облаками, и только рев океана не давал закричать. Благодаря шуму волн я не теряла связи с реальностью. Стало совсем холодно, а тонкая шелковая ночная сорочка нисколечко не грела. Я понимала, что сплю, но проснуться никак не могла. Вдруг птица заговорила низким мужским бархатным голосом. От неожиданности я чуть не полетела вниз.

- Осторожно! Можно не успеть проснуться.

Я молчала. Между словами этого существа и мной будто пролегла целая вечность. Я понимала, что скрытый смысл у этих слов есть. Но догадаться в чем он было трудно. Не владея собственным телом и разумом, я вдруг произнесла:

- Желаю хоть раз в любовь окунуться, – и не дожидаясь ответа, бесстрашно сорвалась вниз.

Удар был безболезненным, будто чьи-то руки подхватили меня, увлекая в свои объятия. И, доверившись спасителю, я отбросила в сторону какие-либо попытки к сопротивлению. Глупость и безрассудство.

Свет маяка крутился, как белка в колесе, набирая темп все быстрее и быстрее. Я слышала чей-то душераздирающий вопль. Я слышала его раньше. Это отец сокрушается над больничной койкой матери, а я, розовощекий младенец, мирно лежу в люльке.

Вода постепенно заполняла мой рот и нос. Я захлебывалась в бушующей стихии. И последнее, что я успела увидеть перед смертью, лихорадочно ловя ртом воздух: силуэт, который прячется в ночи.

Глава 3. Предзнаменование

Уэйн

Сквозь сон я услышал напористый стук в дверь. «Кого нелегкая принесла в столь ранний час», - подумал я. За окном едва рассвело и я еле продрал глаза. После вчерашней бутылочки виски горло сушило, как солнце пустыню. Удивительно, но голова не болела. Я тяжело встал с кровати, потянулся, размял шею и направился открывать незваному гостю.

Открыв дверь, я немного прищурил глаза. Луч солнца ослепил мой левый глаз, но сквозь это лучезарное свечение я сумел распознать тонкий силуэт хрупкой светловолосой девушки, повисшей на моей шее. Она обнимала меня нежно, но крепко. Теперь я не видел ничего вовсе. Белый свет окутал меня полностью, затмил все остатки разума. Это точно был ангел. Или мне так казалось? Тепло струилось по телу от пят до кончиков ушей. Думалось, что Господь снизошел ко мне и опустил на плечо свою ладонь. Было тепло и мне не хотелось отпускать это чудо из рук ни на мгновение. «Если ангелы такие, то я непременно хочу в рай», - поймал я себя на мысли.

«Антихрист[4]! Антихрист!» Дикий вопль пронзил мой слух. Марево исчезло, любовь ушла, а птица счастья выскользнула из рук. Первобытный животный страх охватил меня.

БАМ. БАМ. БАМ. Кто-то неистово молотил во входные двери. Казалось всем телом, все сильнее и сильнее напирая на дверную ручку. Только сейчас я понял, что теперь окончательно проснулся, а все, что было ранее - не что иное, как сон во сне.

Я вскочил с кровати, смертельно уставший и безмерно злой. Страха больше не было, только непонимание. Сон с прекрасным ангелом упорхнул в ночь бесследно. Я в два шага добрался до двери и резко распахнул ее. В комнату ввалился сумасшедший Сэм, продолжая вопить:

- Антихрист! Антихрист на пороге! Он пришел, он грядет. Отче, спасите всех нас.

Я слегка оторопел. Это имя не давало мне спокойно спать многие и многие годы. Как и прежде, при каждом упоминании Антихриста меня бросало в дрожь, а кожа на шее покрывалась мелкой рябью красных пятен.

- Ты опять бредишь, сын мой, - спокойным голосом обратился я к Сэму. – Антихрист еще не явился на нашу землю.

Я нагло врал, пытаясь успокоить парнишку. Сэм замолчал и как-то разочарованно уставился на меня. Казалось, он меня раскусил.

- Не гоже, Отче, вам - сыну божьему, слуге Господа, врать мне - простому прихожанину. Я молюсь каждый вечер за вас и ваше здоровье, ибо вы один из немногих, кто добр ко мне.

Я пытался сохранить самообладание изо всех сил. Но его глаза, полные боли и разочарования, мешали мне быть стойким.

- Сэм, ты принимал таблетки?

- Конечно, - с возмущением воскликнул он. - Вы же знаете, я должен их пить. Ради блага, ради матушки и тетушки, ради всего святого!

Я его перебил:

- Так вот, друг мой, вы не в себе. Идите домой, приводите себя в порядок и вернитесь на утреннюю службу. Уверен, с утренней молитвой вы забудете про всю бесовщину, которая так разрывает вам душу.

Сэм потупился. Минута понадобилась ему на то, чтобы обмозговать, что ему делать дальше и как поступить. По истечению отведенного им на раздумья времени, Сэм поплелся на выход, но потом резко замер в самом проходе и, не оборачиваясь в мою сторону, сказал:

- Вы знаете, что он уже среди нас. Он идет, он совсем близко, но вот только в этот раз, соврав мне сегодня перед Всевышним, в наказание за грехи - вы не распознаете его.

Я дрогнул немного, но не растерялся:

- Да будет так!

Когда Сэм ушел, я еще долго смотрел ему вслед. Мысли галопом гонялись друг за другом в моей голове. Виски пульсировали. Я все еще дико хотел пить после вчерашнего залитого горя в бутылке. Спать больше не хотелось. «Неужели Антихрист нарушил клятву, данную мне, и вернулся на остров? – размышлял я. — Значит, кража книги вполне может быть его рук делом. А может в Сэма вселился демон? Или осеннее обострение заставляет его нести такую чушь? Или это я уже допился до белой горячки? Эх. Надо, наверное, завязывать».

Хотелось смачно плюнуть парню вслед, но во рту было сухо, как в летний изнуряющий жаркий день.

Закрыв дверь, я обратил свой взор на часы. Еще полчаса можно было поспать. Но мне уже глаз не сомкнуть.Придется собираться на утреннюю мессу.

С этим решением я поплелся в ванную комнату, как вдруг за окном ухнула сова. Я резко обернулся и выглянул в окно. В кустах под окном что-то зашевелилось. Свой пистолет с серебряными пулями я всегда держал под подушкой. Старая привычка. Достав ствол, я тихонько вышел на улицу. В воздухе пахло каким-то смрадом. Этот запах не спутать ни с чем. Запах смерти я учую за версту. Зловоние становилось все сильнее. Чем дальше я продвигался по тропке, тем сильнее оно становилось. Какая-то дьявольщина была совсем рядом, совсем близко. Нюх опытного охотника меня еще ни разу не подводил. Только настоящий охотник на нечисть распознает запах свершившегося злодеяния.

- Приветствую, мистер Уэйн.

Кто-то приближался ко мне справа, я медленно повернулся к идущему, не направляя пистолет, но по-прежнему крепко сжимая его в руке.

- Ну-ну, не надо трепета, это я, малыш Микки. Помните меня? Тут случайно один чокнутый придурок по имени Сэм не пробегал? Его мать очень волнуется. А я любезно согласился поискать недоумка.

С отвратительно слащавой улыбочкой эта тварь обращалась ко мне.

- Мик? Мик Кертис? - все еще не веря своим глазам и надеясь ошибиться, спросил я.

-Да, он самый, ваше святейшество.

- Издеваться вздумал?

- Ну что ты, что ты, всего лишь предупредить.

- О чем? Мне кажется, уже поздно о чем-то меня предупреждать. Твою проклятую душу уже не спасти.

- Что верно, то верно. Но, видишь ли, среди ведьм ходят слухи, что в Бронкс прошлым вечером прискакал молодой охотник. А нам, как ты сам понимаешь, это не нужно.

- Ты не за Сэмом пришел. Ты угрожать мне пришел?

- Нет, нисколько, мой седовласый господин. Ты нам более никакой опасности не представляешь, не так ли? И мы, в свою очередь, исключительно по доброте душевной, разрешаем тебе жить. И своими старенькими ножками бродить по этой земле.

- Прекрати, вампирское отродье! Как же так, Мик? Когда и, главное, как ты смог вылезти из опечатанной мною же могилы?

Мне было противно на него смотреть. Еще две недели назад я нашел его мертвым и выброшенным на обочине дороги. Осмотрев тело, я выяснил, что это вампирских рук дело. И вот он все-таки обратился в эту мерзопакостную тварь. Да еще и выбрался из собственноручно мною выкопанной и опечатанной наглухо могилы.

- Сэм лишь предлог. Я случайно услыхал, как мамаша этого парнишки орет на всю улицу о том, что ее пришибленный сынок то ли потерялся, то ли убежал. Но мой острый нюх как-то сразу вычислил его направление. И по совершенно счастливой случайности привел сюда.

- Я до сих пор не могу понять, наглая ты морда, как тебе удалось выбраться?

- У меня хорошие связи, старый ты хер. И большего тебе знать не положено.

Его елейный тон сменился, а лицо стало противной гримасой. Не раз мне доводилось видеть обращение вампиров, но эта морда была отвратительнее всех. Наверное, все потому, что я терпеть его не мог еще при жизни. Он продолжал:

- Убери нового охотника отсюда, дед. А то мы укокошим и тебя, и его.

- Бред, – ответил я. - Если сюда кто и приехал, то я об этом не знаю.

- Второй раз врешь за сегодня, Отче. Я, видишь ли, еще и слух хороший теперь имею. Слышал, что этот дурачок тебе тут рассказывал. Антихрист, антихрист, – передразнивал он Сэма. - Он на пороге… Это он обо мне?

- Не льсти себе, Мик. Скоро тебя своя же шайка забьет. В стае не любят слабаков.

Кажется, я его разозлил еще больше. Но новоиспеченный вампир не кинулся на меня несмотря на то, что молоденькие упырята плохо себя контролируют. Этот держался довольно стойко. Я начал смекать, что продолжать злить его не стоит, а то неизвестно, чем все это закончится. Я хоть и был уверен, что положу его в два счета, все равно пока рисковать не хотел.

- Я отошел от дел - так и передай своим братьям. Ничего не изменилось. Другие охотники не под моей юрисдикцией. Они вольны делать, что хотят, и находиться там, где хотят. Если встречу этого парня, то сразу ему передам от вас «привет», не сомневайся.

- Хм, парню? Кто сказал, что это парень? Это девчонка, вроде как прибывшая вечерним рейсом из Техаса.

- Из Техаса? Ты уверен? – я замешкался.

- Ба! Да ты явно ничего не знаешь, Отец. Ну что же, мне пора. Славно поговорили. И еще кое-что. Я не впился в твою глотку только потому, что ты не сказал о моей смерти моей сестре. Мы квиты. В следующий раз наша встреча может оказаться для тебя последней.

Снова ухнула сова. Когда я резко обернулся на звук, рядом со мной вампира уже не было.

На утренней проповеди я был мрачнее тучи. Мое препаскудное настроение распространялось, кажется, на всех присутствующих. Со вчерашнего вечера спокойное существование закончилось. Стали происходить слишком странные и с ног всё переворачивающие события. Вопросов становилось все больше и больше, а ответов я не находил. Читая проповедь, я обратил внимание, что Сэм так и не пришел. Отвлекшись от служения, я задумался вот о чем:

«Первое: действительно ли книга теперь у Антихриста?

Второе: если это так, то что он вообще собирается с ней делать? Неужели свершить пророчество? «Когда же окончится тысяча лет, сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы» (Откр.20:7). Разве может это нечистое создание как-либо взаимодействовать со святой книгой? К тому же, когда мы нашли её, в ней недоставало несколько страниц.

Третье: как этот белобрысый «Мик Джаггер» вылез из-под земли?

И четвертое, наверное, самое главное на сегодняшний час: неужели это она приехала, моя солнечная девочка с пухлыми щечками? На этот грязный, вонючий и ненавистный остров, заполненный всякой мразью?»

Эта жутчайшая мысль не давала мне покоя, будто назойливая муха, а я все никак не мог отогнать ее от себя. Нужно было действовать. Надо было срочно поехать навестить ее тетку. Я надеялся, что ошибаюсь, и это вовсе не она. Самара - последний близкий мне человек, к которому я испытывал только самые тёплые чувства. Я всегда относился к ней, как к дочери. Но Майкл Райнер умер, а я … «А вдруг она ненавидит меня за то, что я никак не решился ей помочь. Даже не навестил. Кто я такой для нее после этого?»

Резко захлопнув Библию, я резвым шагом направился к выходу под возмущенный взгляд прихожан. И вдруг, о Святой Боже, увидел у входа ее. Она стояла в легком черном платье с накинутой на плечи шалью, светлые волосы лежали красивыми волнами на плечах. И все в ней было как раньше, вот только в глазах я увидел не детскую наивность, а взрослый осознанный выбор. Все стало понятным и таким же непонятным одновременно. Я так и стоял, как вкопанный, не желая опустить глаза. Как старый пес, который ждал на вокзале своего хозяина. Я чувствовал себя жалким и одновременно счастливым, ведь моя крестная дочка абсолютно искренне, с теплотой и нежностью улыбалась мне.

По крайней мере, на последний вопрос мне больше не нужно было искать ответ.

[4]Антихрист (от греч. ἀντί – против, вместо и Χριστός – Помазанник, Христос; ἀντίχριστος) – согласно христианскому вероучению – главный и последний враг Христа, который явится перед концом света.

Глава 4. Долгожданная встреча

Самара

Чайник на плите усиленно загудел. Уэйн с поистине отцовской заботой ставил ко мне поближе печенье, конфеты и свежеиспеченный пирог. Так приятно было наблюдать, как он с юношеской резвостью бегал в столовую к сестрам, чтобы принести для меня по-настоящему вкусное воспоминание из детства. Откусив кусочек и запив его сладким чаем, я вдруг осознала, что люблю этого человека, всегда любила. По-детски, как дочь любит своего отца. Конечно, с нашей последней встречи он сильно изменился: прибавилось морщин, седых волос и какой-то старческой сгорбленности. Видимо груз, который он нес всю свою жизнь, все сильнее придавливал его, тянул к земле. Нет, он был еще совсем не старик и, если пришлось бы с ним сразиться один на один– уделал бы меня в два счета. Но некогда дерзкий взгляд серых глаз теперь выдавал в нем скорее уставшего и побитого жизнью человека, чем одного из сильнейших охотников. Сквозь эту оболочку с виду стойкого и крепкого мужчины, я отчетливо видела душу - измученную и изувеченную скорбью и печалью.

Поинтересовались в рамках приличия о здоровье друг друга. Уэйн перешел в наступление первым, задав вопрос, которого я надеялась избежать. Ну или по крайней мере отложить на потом, наивно предполагая, что первую встречу мы посвятим приятным и теплым воспоминаниям из прошлого. Но не тут-то было. Джон Уэйн своим принципам не изменял: сперва дело, а все остальное - никогда, ну или когда-нибудь потом.

- Я знаю, зачем ты приехала. Уолкер посвятил меня в твои подозрения, сказал, что ты просила о помощи в расследовании смерти Райнера. Подозреваю, ты совсем не задумывалась о последствиях своего пребывания здесь, а значит не надеялась на мою защиту. Последнее похвально, потому что даже если я и захочу тебя защитить, то не смогу. Я официально отошел от дел и принял сан священника. Мне не позволено заниматься охотой и прочими серьезными вещами как раньше. Я могу лишь сообщать в Орден о возможных делах для него. Мне даже бесов из несчастных нельзя самостоятельно изгонять. И ты, насколько мне известно, не имеешь права охотиться без наставника, пока не получишь одобрение Ордена на одиночную охоту. Более того…

- Джон, остановись, пожалуйста, – перебив его, я подняла обе руки вверх, словно хочу сдаться. - Ты прав, абсолютно прав. Вот только дай мне высказаться перед тем, как захлопнешь свои двери. Прошу…Просто выслушай. Пожалуйста! – умоляюще попросила я.

Немного поколебавшись, он молча кивнул в знак согласия.

И я начала говорить. Сначала я рассказала ему все, что произошло в день убийства отца, начиная с охоты и заканчивая перевернутым крестом. Затем - о полиции, которая, особо не заморачиваясь, закрыла дело с пометкой «самоубийство». И в конце концов я закончила тем, что имею некие догадки на счет того, кто и зачем убил моего папу. Весь мой рассказ Уэйн слушал, тупясь в пол и подперев подбородок кулаком. Он то хмурился, то сердился. По выражению лица я понимала, что он периодически погружается в свои мысли, пытаясь анализировать поступающую от меня информацию. Когда я замолкла, Джон по-прежнему хмурился. Я решила прервать его раздумья и обратить на себя внимание:

- Уэйн, его убили не просто так и не в качестве мести, я уверена. Кажется, ты тоже это уже прекрасно понял. Я не могу это все так оставить.

- Ты связывалась с Орденом? - подняв на меня строгий взгляд, спросил он.

Я знала, что не продвинусь и на шаг в своем расследовании, если Орден не даст мне разрешения на одиночную охоту. Отец с малых лет готовил меня к вступлению в этот Орден. Он верил, что я стану первой женщиной-охотником, которого в современном мире одобрит Ватикан. И больше всего на свете он хотел, чтобы я всегда могла сама себя защитить.

- Я звонила в Ватикан. Просила включить меня в Орден охотников. Но они отказали мне, так как отец не успел отправить рекомендации. А кроме него больше никто не мог подтвердить мой профессионализм и уровень моего боевого мастерства. Я знаю, что и ты не можешь больше, так как из Ордена тебя исключили. Но, возможно, ты подскажешь мне, к кому я могу обратиться? Надеюсь, среди твоих и папиных знакомых найдется кто-нибудь, кто будет не против женщины в знаменитом обществе воинов? Скажу сразу, Уолкер испугался, что и за ним придут, поэтому сразу отказал мне.

- Испугался говоришь?

- Да.

- Хм, а вот это странно….

- О чем ты?

- Пока не уверен, вернемся к этому позже. А теперь ты выслушай меня.

Я облокотилась на спинку стула, сложила руки на груди и принялась слушать со всей свойственной мне внимательностью, потому что от того, как я буду себя вести, сложится дальнейшее решение мое крестного отца.

- Как ты знаешь, Орден существует уже очень и очень давно. Все охотники — это мужчины, бойцы с высоким уровнем и подготовкой. Я не сомневаюсь, что отец вложил в твое обучение мастерству сражения все свои силы и душу, и более чем уверен, что ты изучила кучу летописей о демонах, их классификацию, мифологию, теорию оккультизма и прочую литературу, связанную так или иначе с борьбой против зла. Но тот мир, в который ты хочешь войти, очень опасен и безжалостен. Вот ты хоть знаешь, почему меня исключили, отец говорил тебе?

В глазах Уэйна явно читалась обида. Он так и не смог простить своего изгнания.

- Да, слышала, отец вскользь упоминал об этом, не желая вдаваться в подробности. Помню, что это было связано с Антихристом.

- Верно, - сказал Уэйн, - я не смог его убить. Вот просто взял и не смог. – Тональность его голоса повысилась. Он явно начинал злиться.

- Ты злишься?

- Да, я злюсь на себя каждый раз, предаваясь воспоминаниям о том злополучном дне.

- Но я могу понять тебя. Убить ребенка, пусть он и Антихрист - просто немыслимо. Мало кто на такое способен. Это же ужасно.

- Он был не просто ребенком. Это был взрослый мужчина в теле мальчика, жестокий и беспощадный, способный совершить злодеяния с катастрофическими последствиями. Я не остановил его, отпустил взамен на одно желание, которое оставил прозапас, на всякий случай. Двенадцать лет я живу с этим, не зная, скольких он погубил за все это время, ведь победить его так никто и не смог. А теперь он, возможно, собирается исполнить свою миссию – дать начало Апокалипсису.

- Что? О чем ты? – испуганно спросила я.

- Мне позвонили из Ватикана. Пропала книга, которую мы когда-то с твоим отцом нашли. Книга Судеб Людских, с помощью которой, согласно писаниям, был заперт в Аду Дьявол. Орден полагает, что это может быть дело рук Антихриста, и поручает мне разобраться с этим.

Я широко раскрыла глаза, моему удивлению и ужасу поразился даже Джон.

- Что такое? Что с тобой? -спросил он и вскочил со стула.

У меня волосы встали дыбом на руках. Я никак не могла привести дыхание в порядок, а сердце бешено колотилось в груди. Уэйн подошел ко мне и по-отечески взял за плечи.

- Самара, ответь мне!

- Страница из книги. Первая. Она у меня.

От этих слов Уэйн словно погрузился в шок, на лице читалась растерянность и на какое-то время он потерял дар речи. Вдруг кто-то закричал:

- Убийство! Убийство! Все сюда, паренек мертв! Смотрите! Все сюда!

Мы с Уэйном бегом бросились в сторону шума. На кладбище, откуда доносились вопли, столпилась над чем-то кучка людей. Уэйн бесцеремонно растолкал их и продвинулся вперед. В свежевскопанной могиле лежал труп какого-то паренька. Я подняла вопросительный взгляд на Джонатана. Какую-то секунду он осознавал произошедшее, потом обернулся ко всем и хладнокровно произнес:

- Да покоится с миром грешная душа. Нужно сообщить в полицию и матери Сэмьюэла. Кто-то обязательно прольет свет на это трагичное событие.

Одна женщина, едва сдерживая слезы, тут же набрала 911, другая побежала, по всей видимости, к матери погибшего. Остальные люди начали потихоньку расходиться, но пару зевак как будто приросли к земле и не двинулись с места. Я пошла вслед за крестным обратно к его сторожке.

- Кто это? Что случилось, ты что-нибудь или кого-нибудь подозреваешь? - спросила я.

— Это - Сэм, он был хорошим пареньком, хоть и душевнобольным. Сегодня утром он прибегал ко мне, молотил в дверь и кричал о том, что Антихрист на моем пороге.

- Возможно, он знал немножко больше нас, ведь у людей с психическими расстройствами иногда появляется расположение к ясновидению. Не у всех, конечно, но у многих.

- Вполне может быть. Я бы с легкостью списал все на обострение болезни, но он еще кое-что сказал, что я не мог пропустить мимо ушей и что заставляет меня во всем сомневаться.

- Что же?

- Он сказал, что я встречу Антихриста, но не смогу распознать. Смерть Сэма – это явный знак, специальное послание, адресованное мне. Я в этом не сомневаюсь. Слишком многое произошло за эти два дня, событий больше, чем за все годы с момента моей отставки. Остров оживает.

- Что ты имеешь в виду? Может дело в зловонии? Антихрист – человек. Не демон, не вампир и не оборотень. А значит, сложно заподозрить, что перед тобой стоит чудовище. И если он лично творит злодеяние, его не так-то просто учуять. Наверное, практически невозможно.

- Нет, - громко отрезал Уэйн, - дело не в этом. Не всегда все так, как нам кажется. Антихрист - монстр высокого ранга. Не падальщик, но если ему нужно что-то…

Мы присели на миловидную лавочку под елками в церковном саду. Мне становилось холодно, приближение настоящей осени ощущалось в воздухе. Солнце грело, но недостаточно. Я сильнее обернулась в шаль. За церковью, со стороны кладбища, стал доносится женский надрывный плач, который вскоре заглушила патрульная сирена. Дрожь пробежала по телу.

- Ты видела в какой позе лежал труп?

- Да. Руки и ноги были вывернуты. Кто-то снял их с суставов. Это похоже на какой-то колдовской знак.

- Верно, так сигнализируют либо ведьмы, либо демоны высшего ранга. Вряд ли это придурошный Кертис. У вампиров интеллекта, как у собаки. Хотя первый, о ком я подумал, был именно этот паразит.

- Кертис? - громко спросила я. - Мик Кертис, брат Джейд? Я не ослышалась? Или это какой-то другой Кертис?

- Увы, тот самый. Его сестра не в курсе его нового образа. Лучше бы он по-прежнему страдал розовыми волосами в стиле эмо, не так мерзко в сравнении с этим.

- Да, я помню, как в одно лето он заявил всем, что стал эмо-боем и окрасился в розовый. Мы смеялись с Джейд до слез. Но как все это вышло? Я поверить не могу.

- Как вышло... Как будто ты не знаешь, как обращаются в вампиров. Надо поразнюхать побольше про то, кто его обратил и зачем. Работы все больше и больше становится.

- Тебя теперь вернут в Орден?

- Да, скорее всего. Но об этом позже. Все потом. Мне нужно к матери Сэма. Я не могу оставить ее в такой трудный час. Сиди дома у тетки и не высовывайся. Наличие в твоих руках страницы полностью меняет дело. Мне нужно время. Я должен поднять свои старые записи, и кое-что восстановить в памяти. Подготовиться, так сказать, к новому разговору с тобой. Пока прошу тебя на это согласиться безоговорочно. Мик угрожал мне сегодня, вампиры знают, что в городе свеженький охотник, то есть ты. Это плохо и опасно. Я позвоню тебе завтра и договоримся о новой встрече.

- Но, Уэйн, я не смогу спать спокойно, мы не все обсудили, у меня столько вопросов! Скажи хотя бы, смерть отца как-то связана со всем этим? Это из-за страницы? Я правильно думаю? Все ведь сходится. Не может быть таких совпадений? Верно?

- Не может, это и предстоит узнать.

— Значит, я изначально была права. Я знала, что этот пергамент слишком ценный. Спасибо, что принял меня.

- Я наверняка пожалею об этом, - глубоко вздохнул Уэйн. - А тебе лучше еще раз хорошенько подумать, стоит ли во всё это ввязываться. Может будет лучше, если ты немедленно отдашь мне страницу и вернешься в Техас. Я пытаюсь донести до тебя, Самара, что раз я - мужчина с многолетним опытом убийства монстрятины, не справился в какой-то момент, не смог совладать со своими чувствами… А женское сердце …

- Я не сопливая и жалкая девчонка, которая не может паука замочить на стене в своей комнате! Я – воин, и докажу тебе это, во что бы то ни стало. Клянусь!

- Даже убить меня, если попрошу? Бросить в бою, если понадобится?

Я испугалась. Он задавал мне эти страшные вопросы так, что на какое-то мгновение я даже задержала дыхание, чтобы не сломаться под этим напором и достойно выйти из сложившейся ситуации.

- Да! Обещаю. Но только если ты попросишь и, если ничего уже нельзя будет сделать.

Мы поднялись с места, и я крепко обняла его. Джон по-доброму взглянул на меня и вскоре направился в сторону неутихающего плача.

Я поплелась прочь, шокированная от всего услышанного. Сменяя проулки, я пыталась вспомнить все детали из рассказов отца об острове, все, что было известно из летописей Ордена и библейских писаний. Я корила себя за невнимательность и не очень хорошую память. «Конспекты! – внезапно вспомнила я. - Многие тетради и блокноты были выброшены, но кое-что я ведь отсканировала и заархивировала».

Я остановилась, начав искать в карманах платья свой мобильник. Включила сеть, открыла почту, без труда откопала среди старых писем нужный мне архив с пометкой «История» и нажала заветную кнопку – «разблокировать». Руки мои дрожали в нетерпении, хотелось скорее перечитать свои заметки об острове и оживить воспоминания в памяти. Наконец, пролистав до нужной мне страницы, я двинулась дальше, не отрывая глаз от конспекта.

«Когда острова пролива Лонг Айленд начали заселять европейцы, то не обошли стороной и довольно крупный, ныне именуемый Вратами Бронкса. Но с самого начала переселенцы ощутили на себе дыхание зла. Многие даже стали покидать его, называя не иначе как «проклятая земля». А вот различные сверхъестественные существа, наоборот, особо активно стали прибывать на остров. Одним из таких был английский лорд, оказавшийся демоном. Он и дал острову его название, и лишь когда во Врата Бронкса прибыли служить охотники Ордена Святого Михаила, стало ясно, почему именно это название.

Допросы темных существ, которых словно магнитом тянуло на остров, поведали охотникам древнюю тайну. Этот остров, где грань между миром живых и мертвых истончена до предела, является тем самым местом, где, согласно писаниям, пробил Люцифер земную твердь, повергаясь в пучину Преисподней. Именно здесь были запечатаны Врата Ада. Но даже сквозь них дети ночи слышат зов своего господина».

Предки моей семьи были теми самыми охотниками, которых первыми прислали во Врата Бронкса. Дурная слава его дошла и до Ватикана. Дед, прадед, прапрадед – все они служили Ордену и острову. Орден Святого Михаила на тот момент существовал уже много лет, с 1099 года. Был основан бывшими крестоносцами при покровительстве Папы Урбана II, как главная сила для борьбы со злом. Эту информацию я вызубрила наизусть, так как отец при проверке моих знаний любил задавать именно вопросы с датами. «Но каким же чудом мне удавалось избегать монстров и чудовищ в те далекие дни детства, когда я гостила здесь? Может об этом и говорил Уэйн сегодня? Остров словно уснул, о бедах давно позабыли и все было хорошо, спокойно», - размышляла я. «Но почему же сейчас земля словно дрожит подо мной? Почему так страшно и тревожно в душе? Что если Антихрист и вправду вернулся? А если я встречусь с ним?»

Отгоняя волнительные вопросы из головы, я снова окунулась в свои конспекты. Когда переходила дорогу, мне кажется, посигналила машина. Водитель крикнул что-то, но я совершенно не обратила на него должного внимания.

«И был среди ангелов Господних самый прекрасный и любимый, считавший себя лучшим созданием творца – Люцифер. И возгордился он, возжелав славы и власти Творца. «Откажитесь от Бога и присягните мне», – главный посыл, подразумевающий под собой мятеж против Творца. Но не все ангелы подчинились Люциферу, и воинство Господне оказалось сильнее мятежников. И был низвергнут Люцифер со своими приспешниками с небес на землю.

И начал свои нечестивые деяния Дьявол на земле, искушая другое великое творение Господа – людей. Змием обернувшись, очаровал он своими гнилыми речами Еву, и изгнаны были люди из Райского сада. Даровал он многим искушенным грехом силу черную, превращая их в монстров. Искушал он Христа, и нашептывал Иуде.

И открыл Господь врата в Ад, и низверг архангел Михаил некогда самого прекрасного из ангелов в Геенну Огненную вместе с другими предателями небес. И запечатали их там, на веки вечные, печатью из святой Книги судеб людских».

Пока я ковырялась в недрах памяти и конспектах, то совсем не обратила внимания, что сбилась с пути.Оглядываясь и пытаясь сообразить, где приблизительно нахожусь, я совершенно не заметила выскочившего из-за угла велосипедиста. Он врезался в меня, и мы вместе покатились по асфальту. Приподнявшись, я услышала стон. Колени мои были разбиты в кровь, рука саднила. Я обернулась в сторону на виновника происшествия. Это была высокая худощавая брюнетка, в которой я сразу узнала свою подругу детства. Она грубо материлась, приподнимаясь на локте. Велосипед лежал рядом с ней.

- Ты совсем страх потеряла? Не видишь, что я тут еду? Тупая блондинка!

- Помнится мне, что именно ты из нас двоих не блистала большим умом, Джейд.

- Самара? - Её удивлению позавидовал бы даже Уэйн. – Это ты или я сильно ударилась головой?

— Это я. – Я подползла к ней поближе и крепко обняла. Так мы просидели минут пять, пока не начали подходить люди и предлагать нам свою помощь. Мы встали, отряхнулись, определили, что велосипед еще будет жить, и медленно поплелись по переулку. Джейд катила своего стального коня рядом с собой.

- Как ты здесь оказалась? Я уже и не думала, что ты когда-нибудь вернешься в наш город.

- Возникли срочные дела. К тому же хотелось повидать тетю с дядей.- Мне немного больно было смотреть на нее, ведь я знала, что сталось с Миком, ее братом, а она еще нет.

- Знаешь, все так изменилось с тех пор, как ты была здесь в последний раз. Мама умерла год назад, я вроде расправила крылья, решила пойти учиться, но потом выяснилось, что дом заложен и на нас висит огромный долг. Так что пришлось дальше работать, чтобы хоть как-то выжить.

Джейд с малых лет работала, ее мама сильно пила, а потом и вовсе села в инвалидную коляску. У Джейд не было нормального детства, как и у меня, впрочем. Но ей доставалось больше. Мик всегда был полным придурком, поэтому полагаться на него не стоило.Мне всегда было искренне жаль ее.Я и Крофт - единственные друзья, которые хоть как-то скрашивали кошмарное существование побитой жизнью девочки.

- И где ты сейчас работаешь? - поинтересовалась я.

- В забегаловке одной, тут недалеко. Моя смена сегодня начнется во второй половине дня, ближе к вечеру, но мы можем заскочить туда прямо сейчас. Пойдем со мной, обработаем твои раны. Я-то, как видишь, сильно не пострадала, только головой ушиблась.

- Извини, Джейд, но мне нужно домой. Я тут надолго, так что обязательно еще увидимся, и не раз. - ответила я. Через мгновение в голове пронеслось: «Особенно, когда твой братец захочет тебя съесть».

- А, ну тогда прощаться не будем. Мой номер прежний. Звони.

- Обязательно, - широко улыбнулась я. – Ты не подскажешь мне правильное направление к дому тети, а то я уже все позабыла?

Джейд расписала мне маршрут, мы переглянулись и пошли каждая в свою сторону. На душе было тревожно за нее, ведь Мик был теперь кровосос. «Скорее бы Уэйн поторопился со своими думами. Опять будет дотошно копошиться в своих записях и терять такое драгоценное время. Отец всегда раздражался его занудству. А если Мик убьет Джейд? Или того хуже – обратит ее? Ведь если она ничего не знает — значит он вылез из могилы совсем недавно», - тревожилась я.

Резко обернувшись, я крикнула Джейд вслед:

- Может сегодня сходим в клуб? Он ведь еще работает, ничего не изменилось?

- Давай, - радостно выкрикнула мне подруга и явно повеселела от моего предложения.

- Отлично, я наберу тебя ближе к восьми.

Я решила, что так будет лучше. В кафе Джейд проработает до позднего вечера, а после мы с ней отправимся в клуб, а это значит, что ее встреча с братцем откладывается. Довольная собой, я вдруг вспомнила про приказ Джона никуда не ходить, но тут же успокоила себя: «Вот блин. Значит, завтра придется выслушать злобную тираду в свой адрес о том, какая я непослушная, и что играю на его нервах и доверии. Но, во всяком случае, это меньшее из зол. Главное, что я сумею обеспечить безопасность Джейд хоть на какое-то время».

Глава 5. Записки охотника

Уэйн

— Это все, что я знаю, офицер. Ни больше, ни меньше. Сэм был у меня рано утром, но вскоре ушел. Куда он направился и с кем он мог встретиться на обратном пути, мне неизвестно. Если что, вызывайте меня в участок, я все повторю еще раз.

- Конечно. Нам нужны будут ваши показания. Возможно, вы еще что-либо вспомните, святой Отец. Всего доброго!

- Благословенного дня! И передавайте привет шефу Филлипсу, давно он ко мне не захаживал.

На этом мы попрощались. Патрульный отошел к напарнику, опрашивающему остальных, а затем оба сели в свою машину и уехали с места происшествия. Зеваки начали расходиться, тело увезли, шумиха стихла. Я медленно побрел домой. Очень хотелось есть, просто зверски.

Дома я переоделся в джинсы и рубашку, взял в охапку свою старую спортивную куртку, и решил направиться поужинать в кафе.Таким образом, я хотел избавить себя от животрепещущих бесед в столовой на тему смерти Сэмми. Достаточно было и того, что я наговорился за этот день больше, чем за месяц. Захлопнув дверь и провернув ключ, я огляделся по сторонам. Вечерело, становилось прохладнее. Кое-где в домах зажигались огни. Выйдя за калитку, я медленным шагом побрел в сторону ближайшего тихого кафе.

Шел я, как мне показалось, довольно долго, а может просто так сильно хотелось уже чего-нибудь поесть. В конце концов, ноги привели меня к японской кухне. Повертев носом и учуяв запах дохлой рыбы, мне стало не по себе. Пахло просто мерзко. «Давно пора бы закрыть это заведение, - возмутился в мыслях я, -как только люди тут питаются?» Мимо меня пробежала толстенная крыса. «Ну нет! При всем моем желании поесть, тут я это делать не намерен», - проговорил я вслух.

Хоть мне и не хотелось сталкиваться с Джейд Кертис, другого выбора не было. Все же она работала в неплохом по моим меркам заведении общественного питания. Покорившись судьбе и своему несчастному желудку, я поплелся в кафе-бар «Веселый Роджер».

Подходя к заветным дверям, в предвкушении горячего супа, я заметил, что на парковке происходит какая-то суматоха между несколькими парнями. Не услышать, о чем они разговаривают, было невозможно:

- Я ему бабки хорошие за товар предлагаю, а он валить. Видно, дерьмо нам впарить решил, а когда понял, кто мы такие, то зассал. Не, ну ты представляешь? – сказал один из чернокожих парней.

- Ну а что ты хотел, зеленый еще парнишка. Да? Новенький? - увалень номер два трусил за шкибитки какого-то белого паренька, обращаясь к первому.

Они явно затевали мордобой. Причем двое на одного. Грешники были все, учитывая их рыночные дела. Так просто в стороне я стоять не мог.

- И не стыдно тебе, Стивен, так некрасиво себя вести, причем у всех на виду? Раньше вы хоть прятались где-то в закоулках глубокой ночи. А теперь, видимо, совсем страх потеряли? – сказал я тому, кто все никак не хотел отпускать парнишку из своих огромных лап. – Что ж вы два черных брата обижаете ближнего своего?

- Отец Уэйн, простите, мы не заметили вас, – отпустив парня, сказал Стивен Мэтс. – Мы так…Решили…Ну, в профилактических целях.

- А матушка твоя знает, чем ты тут занимаешься?

- Что вы, Отче. Не говорите ей, прошу. Я знаю, что давно не заходил помолиться. Завтра приду.

Его товарищ явно начинал нервничать:

- Что ты унижаешься перед этим старым хрычом, Крофт? Шли его подальше и все, – отвратительно сплюнув, не унимался его друг. - Эй, старый, пошел отсюда, а то сейчас тоже получишь.

Реакция Стивена по прозвищу «Крофт» была молниеносной. Он одним ударом заставил своего товарища согнуться в дульку и закрыть свой поганый рот. Белый парень тоже не оплошал и тут же дал деру. Крофт размял кулак и подошел ко мне.

- Простите, преподобный. Мы и правда повели себя очень неблагоразумно.

Приоткрыв мне двери кафе, Крофт жестом предложил войти со словами:

- Я угощаю!

Расположившись за маленьким столиком в углу, мы смирно ожидали свой заказ. Первым заговорил Стивен:

- Кто-то новый начал толкать дурь на нашем острове. Причем паршивую. Мы ловили на живца. Это бизнес, падре. Понимаете? Ничего личного. Есть и зарабатывать хочется всем.

- Не мне тебя учить! Мамке своей сам будешь в глаза смотреть через решетку тюремной камеры.

- Да все в ажуре, клянусь. Просто это моя территория. Я все крышую. Всё и всех знаю, а тут такое.

- Да мне плевать, честно. Я сюда поесть пришел, а не покаяния твои выслушивать. Дело твое, я вот только все никак не могу понять. Твоя мама - главная сплетница вашего маленького черного квартала. Как все эти годы она не видит, чем ты занимаешься?

- У меня хорошее алиби, - усмехнулся Крофт.

- И какое же?

- Ремонт машин.

- Ха! – громко засмеялся я, да так, что все посетители обернулись в нашу сторону. – Нехило платят за ремонты нынче. Прям хоть самому иди в эту сферу. Глядишь, деньги с неба тоже сами собой начнут сыпаться.

- Что смешного, Отец? – тихо прошептал мне Крофт, чтобы никто не услышал.

Осознав, что мой тонкий юмор в эту голову не зашел, я сказал:

- У нас одна мастерская и она принадлежит местным белым, как снег, байкерам. Что, они в доле?

- Не смешно. У нас деловые отношения, - надул Крофт губы.

- Теперь понятно, чего моя колымага так хреново едет после ваших ремонтов. Ее ремонтируют через пень колоду! Действительно, зачем трудиться для горожан и добросовестно чинить их корыта, если обогачиваетесь вы иным способом.

- Вы чего такое злой сегодня? Какая муха вас укусила? - сложив руки, парень вперился в меня своим взглядом буйвола.

Прежде, чем ответить, я слегка поразмыслил о возможной выгоде в сложившейся ситуации.

- Эх…Ладно. Возможно, мне понадобится твоя помощь. Взамен я буду хранить дальше твои гангстерские секретики.

- Травка нужна? Не вопрос! Организую в лучшем виде.

- Да нет, тупая твоя башка. Ты со своими мутками совсем последние мозги потерял. А какие были перспективы и возможности выбиться в люди! Вот чего тебе не хватало, а? И учился хорошо, и работал. Помогал семье.

- Не догоняю. Что вам тогда надо?

- Ты с Миком Кертисом давно виделся?

- Да, давно. Пропал куда-то. На тусовки ходить перестал. В наших обычных местах дислокации я тоже его давненько не видел. Я даже думал, что он скололся уже где-нибудь под забором, или замочили дурачка. Он же всю жизнь нарывался. Ну, вы знаете. Да и повздорили мы слегка.

Официантка по имени Молли принесла нам заказ, и я набросился на него, как рыба на червя.

- Продолжай, пока я жую.

Крофт отпил колы из стакана и продолжил:

- Можно у Джейд спросить, где он. А что, срочно нужен? Украл у вас что-нибудь?

- Нет, Джейд ни слова пока. Ты можешь узнать для меня: с кем он тусуется, где бывает, чем занят? Только аккуратно, не светясь, через свои связи. А, парень?

- Могу, конечно. Для вас что угодно. А в чем все-таки дело?

- Без вопросов! Если посчитаю нужным посвятить тебя в подробности - расскажу.

- Ну окей, чего уж. Только матушке ни слова, прошу. Она все равно узнает когда-нибудь. Но к тому времени я смогу ей купить столько золотых побрякушек, что она мне все простит и отпустит с Богом.

- Ага, прямо в тюрьму!

- Ну, кончайте уже, мистер Уэйн. Я же не употребляю.

- Поэтому я еще пылаю к тебе какой-то любовью. Где-то там…. Глубоко-глубоко в душе.

Крофт засмеялся, и мы продолжили поглощать свой ужин в спокойной размеренной беседе, пока к нам вприпрыжку и с дикой радостью на лице не подбежала Джейд, только что заступившая на смену.

- Вы знаете, на кого я сегодня наехала днем? – громко захлопала она в ладоши.

Я подумал, что нахожусь в сумасшедшем доме.

- Никогда не догадаетесь! – продолжила девушка, но мы с Крофтом лишь переглянулись и продолжили смачно чавкать. - Ну же, неужели вам совсем не интересно?

— Вот этот кусочек стейка с кетчупом - очень даже интересный, - не подымая на нее взгляда и жуя дальше, отозвался я.

- Самара в городе! Самара Райнер. Вот так сюрприз, да?

Крофт поперхнулся, да так сильно, что мне пришлось похлопать его по спине.

- Какая радость! Я прям в восторге, даже не знаю, как теперь засну этой ночью, – саркастически и с долей иронии ответил я. Ночь и вправду обещала быть бессонной, столько надо было записей перелопатить, а ведь это еще были не все гости на данный момент. Я совсем забыл про посланца из Ордена, который должен был прибыть утром.

- Я вспомнил кое-что, и мне надо бежать. Спасибо за ужин. Джейд, посчитай сколько с меня.

- Не, не, не! Я плачу, падре. С уважением, прошу, - взмолился Крофт, ему нужно было задобрить меня хоть чем-то.

- Ладно, твоя взяла. Но я знаю, что платить ты будешь грязными деньгами. Еще и отмаливаться за это придется. Я беру на себя твой грех. Придешь на воскресную службу, понял?

- Обещаю.

- Но, святой Отец, вы же не попробовали наш фирменный пирог. Он сегодня с малиной. Вы его так любите, - непонимающе смотрела на меня Джейд. Ее наверняка удивило отсутствие моей радостной реакции на приезд Самары.

- Джейд, спасибо, но мне и правда пора, куча дел еще в…эээ… церкви. Отполировать иконы там, помыть пол, ну, в общем, завал. А про Самару я знаю. Она была у меня сегодня. Видимо, ты сбила ее как раз тогда, когда она покинула меня. Она цела?

- Да, ее поцарапало немного, но жить будет. Танцевать сегодня сможет, - усмехнулась она.

- Танцевать? - нахмурившись, переспросил я.

- Да, мы идем в клуб «Ловец душ». Все детство мечтали, что вырастем и обязательно туда сходим. Ура!

- Так ты там через день зависаешь, - ухмыльнулся Крофт.

- Я да, а она туда в первый раз придет. Представляю, как это будет круто и весело!

Я офигевал всё больше. Мало того, что эта строптивица меня ослушалась, она еще и в клуб собралась с возможной будущей жертвой. «Если Самара переживет эту ночь, то завтра я ее убью», - пронеслось в мыслях. Нужно было что-то придумать, срочно. Пока я собирался с мыслями, а Крофт с Джейд обсуждали прибытие старой подружки, меня осенило:

- Стивен?!

- Просто Крофт, мистер Уэйн, прошу. Я все-таки в статусе бандита, как никак. Нельзя терять марку.

Я пропустил эту смешную просьбу мимо ушей и продолжил:

- Ты пойди-ка с ними, хорошо? А еще псов своих захвати из банды, чтоб под присмотром девочки были, понимаешь?

- Да не вопрос, я и сам хочу пойти. Не могу пропустить встречу с блондой. А с чего это вы так переживаете?

- Ну, во-первых, девочка тут недавно, наша местная гопота ее не знает. Надо дать понять, что трогать ее не стоит. Твоя компания - лучшее тому подтверждение. А во-вторых, если с моей крестницей что-нибудь случится, я буду знать, с кого спустить шкурку, то есть с тебя. Ай, как славно все складывается, смекаешь?

Крофт ударил себя ладонью по лбу и сказал:

- Точняк, она же ваша крестница, я и забыл вовсе.

Тут же осекшись и заметив мой буравящий взгляд, он продолжил:

- Я ее в обиду не дам, клянусь, отче.

- Вот и славно!

Поцеловав ручку Джейд на прощание, и накинув куртку, я быстрым шагом пошел домой. В голове была одна мысль, затмевающая все остальные: «Где охотник?».

Где этот гад? Куда пропал? Неужели ведьмы уже все прознали? Может, его еще на въезде замочили? А что, если я его просто не заметил и он сидит там в ожидании, под моей дверью? Целый рой всевозможных мыслей о новоиспеченном напарнике бередил мою голову. Приближаясь к дверям своей сторожки, я услышал доносящийся звонок мобилки. Быстро вбежав в дом, я схватил телефон чуть ли не дрожащими руками.

- Джонатан Уэйн слушает.

- Мистер Уэйн, я - Джастин Мэттэрс, и я на острове.

- Очень рад, что вы в здравии. Как добрались? Я, знаете ли, немного волновался, - ответил я.

- Вы не подумайте ничего плохого. Я звонил вам сегодня раз пять в разное время, но вы не брали трубку. Хотел уведомить, что сегодня к вам не смогу приехать. Долгий перелет и нужно было где-то остановиться. Ну, вы понимаете.

Его спокойный голос начал меня раздражать. Каков наглец, уведомить меня он хотел. Поставить в известность. Как будто меня волновало на самом деле, где он остановился и как добирался?

- Несомненно, Джастин, у меня куча и без того важных дел, которые не требуют отлагательств. Не возомни себе, будто я ждал тебя с утра и до вечера, весь в трепетном нетерпении, - издевательски сказал я в трубку.

- Приятно слышать, что мы перешли от официоза к более легкому общению. Спасибо, Джонатан, что так откровенен. Не люблю лишней болтовни и неприкрытой лести. Когда мы сможем встретиться и где? - так же спокойно и явно улыбаясь (это просто нельзя было не ощутить), говорил Джастин.

Я просто закипал, как чайник, вот-вот и повалил бы пар из ушей. Пытаясь сохранить оставшиеся капли самообладания, я ответил:

- Рад, что мы так легко наладили взаимопонимание. И раз ты будешь под моим началом, завтра я ознакомлю тебя с правилами твоего пребывания здесь. Список будет большой, но ты справишься. Тебя хорошо успели нахвалить, - торжествовал я.

- Значит, завтра? В котором часу?

- Прямо с утра. Можем вместе позавтракать в общественной столовой. Завтрак в семь. Не рано для твоей молодой персоны?

- Ну я же не студент какой-нибудь. Не рано, буду к семи. С удовольствием позавтракаю с тобой, Уэйн.

- Тогда до завтра. У меня много дел еще. Надеюсь, на этом все?

- Да, конечно, не смею задерживать, - подытожил Джастин и на другом конце провода раздались гудки.

От усталости у меня разболелась голова. Боль давила на глаза. Я выпил аспирин и принял душ. Немного полегчало. Накинув свой любимый застиранный махровый халат, подаренный женой на пятую годовщину нашего венчания, я уселся за свой журнальный столик, достал из-под кровати большую коробку со старыми рабочими дневниками, и включил настольную лампу.

Приятный свет лампы и полумрак моей обители действовали на меня успокаивающе. Где-то за окном, со стороны кладбища, было слышно, как трудятся копачи. Видимо, семья Сэмми решила похоронить его здесь, а не на большом центральном кладбище.

Перебирая дневники один за другим, я размышлял: «Неплохой был парень Сэмми. Жаль, что пострадал зря и, скорее всего, из-за меня. Почему люди умирают из-за того, что живу я? А ведь завтра наверняка местная газетенка будет пестреть этой новостью на первой полосе. Я даже вижу этот заголовок: «Новый убийца на острове. Подробности страшного преступления». Раскупят прессу молниеносно, ведь очень давно тут не случалось ничего столь поганого. Да, здешние вампиры периодически бесоебят. Но это обращение Мика… Есть связь, несомненно. Сэм…Мик… И ведьмы как-то замешаны. Насколько мне известно, на острове настоящих ведьм всего две. По крайней мере тех, которых я знаю. Упыреныш сказал мне, что они пронюхали прибытие нового охотника, точнее, охотницы. Значит, ведьмы и вампиры в одной лодке. Вопрос: что их заставило объединиться?»

Часы пробили десять. Предстояло еще много работы. Нужно было начать с самого начала: с пропавшей книги и Ватикана, убийства Райнера и собственности Самары.

«Так, нужно найти запись того дня, когда мы нашли книгу и ее страницы, - проговорил я вслух. Если мне не изменяет память, оставались не найденными всего семь страниц».

Когда часы пробили одиннадцать, я весь был завален бумажками, книгами и тетрадками. Наконец, я нашел, что мне нужно и начал читать:

«Август, 1997 год.

Книгу в Ватикан повезет лично Райнер. Я ехать не хочу. На заброшенной могиле под старым дубом, куда Райнеру указала ведьма, кроме книги было найдено еще три вырванные из нее страницы. Не доставало еще семь и где искать их непонятно.

Похоже, это действительно та самая книга, Книга СУДЕБ ЛЮДСКИХ. Удивительно, что она выглядит как средневековая, хотя, судя по писаниям, ей намного больше лет.

Расшифровать что-либо кроме названия книги, которое написано на латыни, нам не удалось. Язык, коим написана книга, нам совершенно неизвестен. Как и то, что может быть на недостающих страницах и кто и зачем их вообще вырвал. Может тот, чьи останки покоятся в этой могиле?

Поиски решено остановить, спонсирования больше не будет. Эксгумации тела неизвестного, по всей видимости, тоже. Решение принимал лично Папа. Кажется, на этом все, самое скучное задание в моей жизни закончено».

Дочитав, я обнаружил в конце странички приписку, явно написанную не моим почерком:

«Мой дорогой друг, прости, я кое-что сделал без твоего на то одобрения. Если ты когда-нибудь откроешь эту страницу в поисках важной забытой информации и увидишь мое послание, значит, я поступил правильно. Объяснение ты найдешь в коробке под старым дубом. Я там все подробно объясняю. М.Р.»

Какое-то время я тупо пялился в дневник. Райнер что-то знал. Несколько раз перечитав приписку, я, наконец, облокотился на спинку кресла и прикрыл глаза. Справляясь с внутренней паникой, я пришел к прискорбному окончательному выводу, что тот, кто украл книгу, действительно хочет открыть Врата Ада. Был ли это Антихрист, я все же не был уверен.

Я вспомнил каждую из изученных мною строк из старых рукописей Ордена: «Люцифер же, ставший князем Ада, жаждал и ждал своего освобождения. Там, где были отворены врата, и он с мятежными ангелами пробил твердь земную, низвергаясь в Ад, там голос его остался силен. И оказался этим местом небольшой безлюдный остров в океане, названом Атлантическим. И даже племена дикие там жить не хотели, чуя дыхание зла. Но прибыли в Новый свет белые люди и населили остров. И была среди них нечисть, которая услышала глас повелителя. И стали стекаться на остров твари аки паломники к святым своим местам. И говорил с ними Дьявол, и научал, и приказывал, как его освободить».

Сердце мое заколотилось, стало немного тошнить. Это было ужасающей катастрофой. «Если всё случившееся это звенья одной цепи, ведущей нас к исполнению пророчества из «Откровения», то вскоре наш мир погрузится во тьму, за которой непременно последует кара Божья. А я…Я уже слишком стар для этого дерьма!»

Глава 6. Ловец душ

Самара

Я стояла перед крыльцом дома тетки и ждала, когда за мной приедет машина. Наручные часы показывали пять минут десятого. На улице было довольно темно, светило всего два фонаря, один из которых явно доживал свой век, периодически мигая и намереваясь вот-вот отключиться. Этим вечером стало совсем холодно. Я немного озябла и задрожала. «Ну, где же они, договаривались же, что заедут в девять», - возмутилась я про себя.

Прошло еще десять минут, а я все стояла в ожидании своих старых друзей. Внезапно я обратила внимание, что ветерок совсем стих и улица погрузилась в кромешную тишину. Затем я заметила, что даже звука машин, проезжающих где-то неподалеку, совсем не слышно. Тишина была странная, настораживающая. Ни человека вокруг, ни намека на движение или на еще чье-нибудь присутствие.

Слегка занервничав, я полезла в карман куртки за телефоном. Набрав номер Джейд, я начала звонить, но безрезультатно. Абонент был вне зоны действия сети.

«Да что такое», - проговорила я вслух. Мой смартфон почему-то показывал одну несчастную палочку связи. Теперь я уже не просто нервничала, а еще и паниковала. Происходило что-то непонятное. Промелькнула мысль зайти обратно в дом, погреться и успокоиться. Развернувшись и начав подыматься по ступенькам, я услышала в этой кромешной тишине, как ухнула сова. Подпрыгнув от неожиданности, я моментально схватилась за сумку. В ней я всегда носила с собой маленький заряженный пистолет. Самое то для одинокой девушки.

Оглядевшись по сторонам в поисках птицы, с правой стороны улицы, где еще мерцал легкий свет старого фонаря, я заметила движение и медленным шагом вышла на дорогу. То, что приближалось из темноты, казалось преследовало какую-то цель. Это пугало и настораживало.

Я продолжала твердо стоять на месте, стараясь разглядеть незнакомца сквозь мрак, холодный и пустой. И вдруг, я смогла узреть: на меня двигалась черная собака внушительных размеров. Это явно был породистый пес, более всего похожий на добермана. Он медленно подходил ко мне, крался на слегка согнутых лапах, не сводя взгляда. От удивления я даже приоткрыла рот. Расстояние уменьшалось, и судя по сконцентрированному взгляду, четырехлапая явно не намеревалась просто со мной поздороваться. Когда она была уже в пяти метрах от меня, я вдруг поразилась тому, что приросла ногами к земле и не могла двинуться с места. «Почему я не бегу? Почему мне не страшно, ведь должно быть?»

И тут произошло то, чего я вообще не ожидала: собака просто села напротив и продолжила пялиться на меня своими темными гипнотизирующими глазами. Я совершенно не понимала, чего она ждет и что ей нужно. Обрадовало лишь то, что я вдруг обнаружила, что снова могу идти, ноги послушались меня.

Я тихонько попробовала приблизиться к ней. Собака по-прежнему оставалась на месте. Когда я была уже на расстоянии вытянутой руки, мне показалось, будто в ее глазах мелькнул красный огонь. Животное оскалилось.

- Я тебя не обижу, - дрожащим голосом пообещала я. – Честно-честно, не заводись.

Доберман вдруг прекратил издавать звуки бешеного гризли и мягко заскулил, уперев свой мокрый нос в мою ладонь. Я опустилась перед ним на одно колено и почесала за ухом.

- Цербер! Цербер, где ты? – внезапно закричал вдалеке мужской голос. В такой темноте потерять из виду черную собаку, шерсть которой темнее ночи, очень просто.

- Так ты кабель? Грозный и такой красивый! – снова обратилась я к псу. - Ладно, беги к своему хозяину, у меня все равно нет для тебя ничего вкусненького. Ну, будем друзьями?

Пес как будто бы понял меня, и громко гавкнул в ответ.

- Да ты очень умный и воспитанный, да еще и дрессированный!

С левой стороны улицы показался огромный джип и ослепил меня фарами. Звуки города вернулись, закопошившись в ушах назойливым роем насекомых, белым шумом. Когда машина подъехала ближе, добермана и след простыл.

- Эй, ты что хочешь, чтобы я тебя сбил в первый же день моего дежурства? Да падре меня просто по стенке размажет! – заорал Крофт из окна машины.

- Да она, похоже, просто самоубийца. То мне под велик кидается, то тебе под машину, - открыв правую дверь салона и выйдя мне навстречу, смеялась Джейд.

- Вы видели? Видели, куда делся черный пес? - непонимающе спросила я у старых друзей.

- Да не было тут никакого пса, подруга, ты сама стояла в центре дороги, - еще более растерянно ответил Крофт. – Садись уже скорее, поехали.

Всё казалось до боли странным. Я вновь прокрутила в голове случившееся. И покоя не давала именно кличка собаки. «Цербер? Разве это не одно из самых известных воплощений так называемых «адских псов» - мифологических существ, связанных с загробным миром? Мне же просто показалось, что в его глазах мелькнул огонь, верно?»

- Ну, ты…эээ, идешь или как? – перебила мои мысли Джейд. – Извини за опоздание, шеф заставил кафе убрать начисто. Не поверил, что я ради этого приду пораньше завтра на смену. Самара?

- Да, - пришла в себя я. - Едем, все в порядке.

Усаживаясь в машину, я четко вспомнила еще одну вещь, от которой стало не менее жутко: в древних английских мифах об «адских псах» сказано, что огромная собака черной масти с горящими глазами непременно предвещает смерть. Я заподозрила одно - ночь будет неспокойная. Что-то случится в городке. Что-то, о чем меня, возможно, пытались только что предупредить.

До клуба мы добирались быстро. После долгой тишины, гангста рэп болезненно грохотал по ушам.

- Сделай потише, пожалуйста, - взмолилась я.

- Да мы уже почти приехали. Сейчас кладбище проедем - и на месте, - ответил мне Крофт, любезно убавив звук.

Мне стало немного не по себе. Решив не выглядывать в окно, дабы не лицезреть долину могил, я спросила:

- Что ты там говорил про Уэйна? Он что, уже знает о нашем ночном путешествии в мир танцев и алкоголя?

— Это долгая история, но в общем-то да. Повстречал я его тут накануне вечером, - запинаясь, ответил друг.

- Да не парься, все будет хорошо, что он тебе, папочка что ли? – ухмыльнулась Джейд, а потом осеклась. - Ой, прости. Я совсем не хотела. Я забыла, что твой папа… Прости меня, пожалуйста, - обернувшись ко мне, говорила она.

- Все в порядке. От кого вы узнали, что он умер?

- Да тетка твоя рассказала моей маман. Они вроде как близко общаются. Моя же мама разнесла эту весть по городу всем, даже тем, кто совершенно не имеет представления ничего о твоей семье. Ты же помнишь мою матушку, ничего на языке не держится. Вот так и узнали, - разъяснил Крофт.

Я молчала. Мне совершенно не хотелось вновь вспоминать висящего в петле отца. Сердце разрывалось на куски, стоило мне призвать к памяти потемневшее лицо мертвого родителя.

Неловкую тишину прервала Джейд:

- Он правда покончил с собой? Прости, если не хочешь об этом говорить, то не надо, - извиняющимся тоном говорила подруга.

От ответа спас Крофт:

- Да отцепись ты от нее. Мы же развлекаться едем, веселиться. Потом все. Потом! Без меня как-нибудь. Я от этих душещипательных историй становлюсь слишком мягким.

- Ага, и потом тихонько плачешь ночами в свою розовую подушечку, - рассмеялась Джейд.

- Нет у меня розовой подушки!

- Есть, - в один голос отозвались мы и залились настоящим звонким смехом.

Крофт недовольно проворчал себе под нос какие-то гадости про то, что должно быть проклято то время, когда он пригласил нас в первый раз к себе в гости.

Припарковавшись возле клуба, наш надувший губы водитель заглушил мотор. Выбираясь из машины, мы с Джейд все еще предавались воспоминаниям далеких школьных каникул, когда втроем и каждый по отдельности искали повод, с чего бы еще посмеяться и над кем поприкалываться. Почему-то в нашей тройке именно Крофт был любимцем для подколов и стеба. Наконец, встретившись лицом к лицу спустя столько долгих лет, мой старый друг поднял меня на руки и закружил. Я обратила внимание, насколько он стал силен. Его объятия были уютными и теплыми.

- Отпусти, крепко сдавил, - засмеялась я. - Я тоже очень рада тебя видеть. Ты так возмужал, стал выше меня уже не на одну, а аж на две головы!

- Ты всегда была малявкой, Райнер, - улыбнулся он в ответ.

- Да ну тебя, я серьезно. Ты выглядишь очень круто и довольно внушительно. Просто красавец!

- Эй, подруга, он мой, - шутливо возмутилась Джейд, положив свою руку на мужское плече.

- Что, серьезно, вы вместе? – от удивления у меня даже дыхание сбилось.

- Да, уже два года, - гордо ответил Крофт, смешно задрав подбородок.

- Ребята, я так рада за вас. Это надо отметить! - подпрыгивая от радости, выкрикнула я.

- За этим мы и приехали, может пойдем уже? Опрокинем пару шотов за встречу. - приобняв обеих за талии, Крофт повел нас во внутрь клуба под названием «Ловец душ».

- Название не поменялось, - заметила я.

- Сначала нужно пройти охрану. Ты договорился? - поинтересовалась у своего парня Джейд.

- Нет. Пошел белобрысый к черту! Мне не нужно его разрешение. Возомнил из себя бог знает что, придурок. А ведь он мне еще бабки торчит.

- О ком вы? - недоумевала я.

- О Мике, он тут типа администратор, - грустно ответила мне подруга.

- Мик? Твой брат Мик? – не поверив своим ушам, переспросила я. Вот так отвела тело от дела. «Ну браво, Самара».

- Ну да, хоть когда-то же он должен был начать работать. С тех пор как мама умерла, я перестала ему помогать. Не маленький. Представляешь, сказал Крофту, что тот сможет зайти в клуб только с его разрешения. Ну, затеял мой бойфренд драку однажды… Так за дело же! Отметелил одного мудака за то, что он меня грязно домогался. За его ведь сестру заступился, а в благодарность такое!

- Ну дела. И где он?

- Понятия не имею. Шляется по притонам наверное, среди бездомных и обдолбанных. Я его недели две не видела.

Выдохнув, я сказала:

- Ладно, забудем о нем пока. Пора развлечься и отключить мозги. Идем скорее, а то Крофт из нас с тобой Кровавую Мери сделает, если ему никто прямо сейчас не нальет.

В клубе было круто. Полумрак, свет софитов и приятно мерцающий диско-шар создавали очень зажигательное настроение. Музыка в «Ловце душ» сильно отличалась от обыкновенного клубного плейлиста, к которому я привыкла. Разнообразие стилей было просто потрясающим, рассчитанным на любую, даже самую привередливую аудиторию. Страшно было представить, какая огромная толпа народу тусовалась здесь в выходные, если в обыкновенный четверг в его стенах собралось столько посетителей.

Мы с Джейд, Крофтом и его приятелями, которые присоединились к нам чуть позже, удобно расположились за дальним столиком. Друзья заказали море выпивки и большое количество вкуснейших закусок. Беседы вели непринужденные, но очень занимательные. Крофт неожиданно рассказал мне, чем на самом деле занимается. Я очень удивилась тому, что он не стал скрывать от меня всей правды о своем заработке. Я была благодарна ему за доверие, это сблизило нас, как будто и не было этих долгих лет разлуки. Конечно, я не поощряла его деятельность, но это его личный выбор, и я не в праве была указывать ему, что делать. Мы стали взрослыми, слишком взрослыми.

Приятели его оказались очень даже веселыми ребятами, я с ними сразу нашла общий язык и даже станцевала с каждым по медляку. Самым необычным из всего этого было наблюдать, как целуются мои друзья детства. Это было странно, но я была так счастлива за них, за их любовь, за то, что у них есть эта возможность. Мимолетно мне вспомнились наши отношения с Саймоном. Я ему ни разу не позвонила с тех самых пор, как мы расстались на пороге моего дома. Некрасиво получилось. Я даже толком не объяснилась с ним. От этого осознания стало стыдно и горько. Да, я никогда не смотрела на него так, как Джейд смотрит на Крофта. Я позволяла любить себя, не испытывая того же в ответ. Но как же я мечтала о любви, точнее о человеке, которому смогла бы отдать себя всю без остатка, до последней капли. И чтобы это было взаимно, по-настоящему и навсегда. Наверное, я просто хотела быть счастливой и защищенной, но пока на моем пути не повстречался тот, кто убережет от зла, боли и постоянной необходимости защищаться. Даже с папой я никогда не чувствовала себя спокойно, всегда как будто бы знала, что рано или поздно он меня покинет.

От грустных раздумий меня отвлекла Джейд:

- Извини, мы тут увлеклись. Понимаешь, не виделись практически неделю. Только созванивались. Соскучились, - припухлыми от поцелуев губами проговорила она.

- Все нормально, Джейд, я рада за вас. Ваш союз — это первая хорошая новость за последние месяцы.

- Но что-то явно не так. Тебя что-то расстроило? Ты какая-то задумчивая.

- Я просто слегка завидую. Мне в любви не везет. Каждый мой парень становится просто мимо проходящим. Ни чувств, ни хорошего секса. Хотя последний был довольно неплох. Его звали Саймоном, но я не испытывала к нему такой страсти, которую вы испытываете друг к другу. Понимаешь, о чем я?

- Да. Что с ним произошло? – с тревогой в голосе уточнила Джейд.

- Ничего. Я просто уехала, оставив его на пороге своего дома.

Спустя несколько секунд немного неловкой паузы, девушка продолжила:

- Самара, можно на чистоту?

- Да, конечно. О чем ты хочешь спросить? Не бойся, я не кусаюсь.

- Ты ничего не хочешь нам рассказать? Например, зачем ты здесь?

Я оглянулась на парней: они по-прежнему обсуждали что-то веселое, совершенно не обращая внимания на наш с Джейд разговор.

- Я тут по очень важному делу. Хотелось бы все рассказать до мельчайших подробностей, но я не могу. Это может быть опасно для вас. А я не желаю так рисковать.

- Мы догадываемся, что что-то происходит. Уэйн тоже ведет себя подозрительно. Не в монашки ли ты податься решила?

– О Господи, Джейд, нет! - засмеялась я. - Уж точно не это. Поверь. Слишком далеко от истины.

- Ну и славно. Хватит грустить. Пойдем танцевать, как раз началась моя любимая песня, - предложила подруга и потащила меня в центр танцпола.

Подчинившись желанию Джейд и пьянящему ощущению, ударившему в голову, я отдалась ритму музыки. Песню я узнала сразу, потому что тоже ее часто ставила на повтор: «All the good girls go to hell», Billie Eilish. Ощущения были потрясающими. На какое-то время я забыла обо всем на свете, закрыла глаза и просто наслаждалась басами и легкими покачиваниями тела, расслабленного и легкого.

Неожиданно и резко музыка оборвалась. Поднялся крик и шум. Люди в ужасе разбегались по сторонам, прятались, искали запасной выход. Я пыталась оглядеться, но сквозь напуганную толпу ничего нельзя было разобрать. Включили свет, и я на какое-то мгновение ослепла и быстро заморгала, чтобы глаза скорее смогли привыкнуть. Потом я заметила, что Джейд так и стоит рядом, не двигаясь с места. С другой стороны, Крофт и его дружки доставали припрятанные стволы. Где у них под столиком была схронка, стоило только догадываться. Происходящее повергло меня в замешательство, так как ничего хорошего не предвещало. И тут я увидела причину всего этого кипиша: с десяток людей в балаклавах стояли в дверях клуба, и намерения их явно были не дружественными.

Когда в клубе осталась только наша компания, новоприбывшие сняли свои маски. Перед нами в своей истинной сущности предстали вампиры. Естественно Джейд узнала среди незваных гостей своего брата. Я увидела запредельный ужас в ее глазах. Ясно было, что протрезвела она моментально. Вампиры обратились, совершенно не стараясь скрыть свой чудовищный истинный вид. Оскал клыков говорил о том, что они голодны и крайне жаждут поживиться.

Темные пульсирующие вены на лицах, глаза, налитые кровью – облик вампиров всегда наводил на меня неподдельную жуть. Возмущало то, что все это делалось демонстративно и открыто. Вампиры обычно так не поступали. А тут такое, у всех на виду, нарушая все законы и обычаи. Глупость, не иначе, на которую способен был только Мик Кертис.

Тишина стояла гробовая, дверь клуба захлопнули изнутри. Персонал, по всей видимости заранее предупрежденный и запуганный их клыкастым администратором, самоустранился. Зови на помощь, не зови - никто не услышит. Крофт и его ребята были так же шокированы. От страха руки у них дрожали. Тем не менее, оружие они не выпустили. Нужно было действовать. Но как верно поступить, я понятия не имела. В маскарад никто не поверит. Карты открыты. Мик скрываться не намерен. А значит, его морда будет последнее, что мы увидим. Они пришли убить нас. Иначе это было не объяснить.

- Ну вот и настал день твоей смерти, сестрица. Как давно я мечтал об этом! – наконец подал голос Мик. На его лице не было и доли иронии. Только ненависть и торжество в глазах. Теперь я точно понимала, что моя догадка о том, что он хочет убить сестру, оказалась правдивой. Вопрос заключался лишь в том, почему.

- Что я тебе сделала? Что с тобой такое? Что ты такое? - на глазах Джейд наворачивались слезы.

- Ты виновата в том, что отец ушел. В том, что мама умерла. Все твои друзья без исключения издевались надо мной, ненавидели меня. А теперь посмотри: я обошел вас всех. Я стал непобедимым. Мое время пришло. Я отомщу всем, кто смеялся надо мной.

- Ты не тронешь ее, – заорал Крофт. - Я не позволю. Моя пушка тебя остановит. Если хотя бы волос упадет...

- Ха. Эту пукалку можешь засунуть в свою черную жопу!

Я больше не могла молчать. Нужно было их отвлечь от первого рокового шага, за которым определенно последует чья-то смерть.

- Мик, не стоит этого делать. Ты совершаешь ошибку, огромную. Джейд не виновата ни в чем, уверена: она любит тебя, а ты ее. Назад дороги не будет, понимаешь? Ты раскрылся. На тебя объявят охоту.

- А это еще кто тут у нас? Тебя-то я сразу и не признал, блонда. Какими судьбами? Хотя не важно, зря ты приехала. Такое неудачное время выбрала, поляжешь вместе с ними.

- Хватит базарить, Кертис. Давай замочим их и досыта напьемся крови. Кто-то из сбежавшего персонала может вызвать копов, засветимся. И тех двоих охранников на входе еще обратить надо, ты же им обещал, - сказал один из вампиров Мику.

- Ладно, ты прав. Но дай ощутить момент.

Я не сразу обратила внимание на черную сумку, валяющуюся у ног Мика. Вампир с показной медлительностью опустил в нее руку и вытащил арбалет.

- Знаешь, что это, Джейд? – спросил он у сестры. - Это стрела с серебряным наконечником. То, что убивает таких, как я. Когда-нибудь меня наверняка прикончат, но пока я посмотрю, как от этого оружия сдохнешь ты. Хочу своими глазами увидеть, что меня может ждать в будущем. Тебя она наверняка пронзит насквозь. Ты испытаешь дикую боль до того, как испустишь последний вздох. Прочувствуй эту боль. Это малая доля того, что испытывал я всю свою жизнь. Вот здесь, - Мик указал пальцем на свое сердце.

Я понимала, что вампир быстрее человека, но на раздумья времени не было. Нужно было сконцентрироваться по максимуму. Я ближе придвинулась к Джейд.

И потасовка началась.

Выстрел. Потом второй. И вот уже моя рука схватила стрелу прямо перед грудью Джейд. Мик немного пошатнулся. Пуля Крофта попала ему в живот, но он продолжал стоять, будто и не заметил, что в него только что выстрелили. Он с непониманием смотрел на меня. И кажется, до него начало доходить.

- Ты! Ты - охотница, прибывшая два дня назад на остров! Это тебя предсказали ведьмы!

Все вокруг молчали. Кого-то из дружков Крофта стошнило. Вампиры занервничали и начали перешептываться. По их поведению можно было сделать вывод, что они намереваются бежать отсюда.

- Мик, твою мать, ну ты и придурок, привел нас прямо к охотнику. Ты хоть понимаешь, что теперь будет?

- Да закройтесь вы! Все равно, что уже будет. Совсем скоро мы – дети ночи, будем править здесь. Вот увидите, я знаю. Знаю больше вашего, понятно? Убьем их всех и дело с концом. Нас еще и наградят за это.

Джейд качнулась и начала терять сознание. Подхватив ее, я ослабила внимание и отвлеклась. На меня летело двое. Мик и остальные кинулись в схватку с Крофтом и его друзьями. И тут откуда ни возьмись появился он. Со скоростью дикого зверя, Цербер прыгнул на одного из вампиров, приближающегося к нам с Джейд и разорвал в клочья его шею. Голова упыря слетела и покатилась по танцполу. Оставив подругу лежать на полу, я быстро встала в стойку и приготовилась защищаться от второго нападающего. Отсутствие тренировок дало о себе знать, нанося удары один за другим, он побеждал. Цербер вцепился в ногу моего соперника и прокусил ее насквозь. Пока тот отшатнулся, отбивая от себя пса, я подбежала к нашему столу, схватила свою сумку и, вытащив из нее свой четырехствольный «дерринджер», заблаговременно заряженный серебряными пулями, выстрелила кровососу в голову. Он упал замертво.

Не теряя времени, я бросилась на помощь к остальным.

К сожалению, моим глазам открылось крайне отвратное и душераздирающее зрелище. Один паренек из банды моего друга был мертв. Клыкастые чудовища впивались в мертвую плоть своими зубами, наслаждаясь еще теплой кровью и неостывшим запахом человеческой плоти. Через мгновение, пока я пыталась выйти из оцепенения и хоть что-нибудь предпринять, они заметили, что двое из их стаи пали. Испугавшись того, что их может настигнуть та же участь, сытые и довольные, упыри дали деру. Только Крофт с Миком никак не хотели ослаблять своей хватки, молотя друг друга и катаясь по полу. Я посмотрела на пса в надежде на помощь, но он просто спокойно развернулся и убежал прочь.

Мик рвал кожу Крофта своими когтями, намертво прижав к полу. Силы моего друга были на исходе. Мне больше ничего не оставалось. Никаких иных вариантов не было. Выбор был очевиден. Я подняла арбалет, брошенный Миком у входа, уверенно прицелилась и выстрелила. Моя стрела попала вампиру в спину. Когда я подошла ближе, кровожадный братец еще был жив. Серебро, не пронзившее сердце, лишь парализовало его.

- Отвезите Крофта, Джейд и Билла в больницу… Билл? Убитого ведь так звали, да? Мне очень жаль, но вам нужно поторопиться. Скажите, что на них напал дикий зверь, а девушка потеряла сознание от испуга. И никому ни слова больше, хорошо? - приказала я раненым, но еще твердо стоявшим на ногах крепким ребятам.

Словно под гипнозом, выжившие молча кивнули мне и принялись выполнять распоряжение. Шок, боль и страх лишили их дара речи. Трудно осознать, а еще сложнее принять тот факт, что этот Мир населяют не только люди.

Мик корчился на полу в дикой агонии, серебряный наконечник вошел в плоть глубоко и достать его испытывая невыносимую боль, было совершенно невозможно. Я склонилась над ним и попыталась поймать взгляд. Выглядел он уже обыкновенно, как обычный парень, без вампирской морды. Ему было трудно дышать, и он дрожал, звонко стуча зубами. Я продолжала смотреть, как на заляпанном кровью танцполе агонизирует человек, которого я когда-то знала. И вдруг он тихо, почти шепотом произнес:

- Ты умрешь, Райнер. Вы все умрете. Мой новый и единственный настоящий друг прикончит вас в одно мгновение. Я тебе обещаю, что моя душа не успокоится, пока все вы не ляжете в гроб. Клянусь.

В арбалете оставалась еще одна стрела. Я перезарядила его.

- Мне жаль, что ты был несчастен, Мик. Но твоя сестра тоже страдала. Мир жесток и несправедлив. Но вместо того, чтобы таить в себе обиду и вынашивать план мести, стоило просто попросить помощи и поддержки, рассказать близким о своей боли. И простить всех в надежде на искупление и покой в душе. Кто бы ни был твой друг, он сделал только хуже. Знаешь, охотиться без наставника мне пока нельзя, так что я даже опасности вам никакой не несла. Понимаешь? Но ты не обольщайся. На защиту я имею право. Я не могу отпустить тебя. Может, ты хочешь что-нибудь сказать перед вечным покоем, покаяться?

- Иди к дьяволу, мерзкая грязная потаскуха. Будь проклята ты и…

Я выстрелила ему прямо в сердце.

Глава 7. Свежие ямы мертвой земли

Уэйн

На часах было без четверти два. Я прикорнул за столом где-то на полчаса, оставив бумаги разбросанными где попало. От резко зазвонившего телефона я вздрогнул и еще какие-то секунды пытался сообразить, что происходит. Видимо, сон был глубоким. Взглянув на экран телефона, я увидел, что звонит Самара.

- Алло? Самара? Что такое?

- Уэйн, на нас напали в клубе. У моих ног трое убитых вампиров и среди них Мик. Помоги, уже подъехали копы. Я заперлась изнутри и не знаю, что мне делать дальше.

- Оставайся там. Сейчас они уедут.

Я отключился от Самары и набрал номер шефа нашего полицейского департамента. Виски болели. Сердце колотилось. В голове крутились мысли о том, что же там у крестницы произошло. Наконец, долгие гудки кончились и на другом проводе мне ответили:

- Вы не вовремя, преподобный. У нас тут перестрелка в клубе.

- Я поэтому и звоню, Филлипс. Это по моей части. Прошу, уезжайте оттуда. Я сам.

- Вы серьезно?

- Более чем, капитан. Прошу, мой друг, я потом тебе все объясню.

- Ну знаешь…Ты же говорил, что острову ничего не угрожает, что всё «под контролем».

- Все изменилось. Ты это наверняка понял еще прошлым утром, когда узнал о смерти Сэма.

- Я этого боялся. Но да, мысли на этот счет были. Ты уверен, что моя помощь не понадобится сегодня?

- Уверен. Пусть твои ребята уезжают.

- Ладно. Поверю тебе на слово, как всегда. Днем поговорим.

Бросив телефон в сторону, я стал лихорадочно собираться. Наспех собрав все, что может пригодиться, я вылетел из своей сторожки. Мне очень повезло, что мой Понтиак завелся с первой попытки, и я на всех парах помчался в сторону «Ловца душ».

Когда я уже был на месте, копов поблизости не было. Выскочив из машины и достав из багажника три мешка для трупов и охотничий набор, я громко постучал в двери клуба.

- Самара, это я. Открывай.

Тишина стояла гробовая, так что она точно меня расслышала.

Двери отворились, и я вошел внутрь.

- Он мертв, Уэйн. Мик мертв. Я убила его.

- Я вижу, но все не так просто. А разве двое других не твоих рук дело? Господи! Что оторвало этому парню голову? - стараясь сохранить самообладание, глядя на упыря без головы, спросил я.

- О чем ты? Что не так просто? И куда делась полиция?

- Наш начальник полиции Филлипс знает о потустороннем. Обо всем, что скрыто от обычных людей. Однажды мне пришлось посвятить его в это, так как без поддержки стражей правопорядка иногда совершенно не обойтись. Как сегодня, например. На людях мы ведем себя обычно. Так, как будто между нами нет никакого крайне важного и тайного сговора. Это удобно. А пока я буду укладывать трупы в мешки, поведай мне, как все это произошло.

- И как он отреагировал? Как справился с такого масштаба знанием?

Самара явно не хотела рассказывать мне, что случилось. По всей видимости, она боялась моей реакции и не спешила делиться событиями этой ночи.

- Он пил беспросветно где-то недельку, потом пришел в себя и смирился с действительностью. И все-таки, Самара, выкладывай мне все с самого начала! Мое терпение на исходе. Я и так зол, не доводи до греха, - закрывая на замок мешок с телом Мика, произнес я.

- Давай я возьму за ноги, а ты за голову и потащим его в багажник?

- САМАРА!

- Ладно-ладно. Я все расскажу. Но давай сначала уедем отсюда, пожалуйста. Я боюсь, что сбежавшие вампиры могут вернуться, понимаешь?

- О, Господь милостивый, сколько же их тут было? Хорошо, я оттащу их к машине, а ты вытри пол от крови и прибери здесь. Ехать недалеко. Я уже копал Мику могилу на центральном кладбище, туда и положим. А с остальными придется попотеть. Но мой старый знакомый смотритель кладбища иногда подготавливает для меня свежие ямки. Так, на всякий случай. Так что возможно нам повезет и копать не придется. Только быстро давай здесь. Справишься с этим, я надеюсь? Потому что с прошлой моей просьбой ты не справилась. Я ведь велел сидеть дома. - От злости желваки заходили на моем лице.

- Если бы меня здесь не было, то Джейд была бы уже мертва. Так что я поступила правильно, просто ты пока этого не понимаешь, - сквозь зубы злобно процедила мне Самара.

- Поторопись, - буркнул я и потащил первого упыря в багажник.

Когда мы выехали на трассу по направлению к кладбищу, я молчал. Два тела, вальтом лежавшие на заднем сидении, жутко воняли. Самара не выдержала напряженной тишины в салоне и включила кассетник.

— Это «Nightwish»? «Sleeping Sun»? – спросила Самара. – Папа рассказывал, что благодаря тебе знал все эти песни наизусть, что ты фанат их репертуара. Чтобы окунуться в воспоминания ваших приключений, он иногда в гараже включал их альбомы.

- Да, я не изменяю своим предпочтениям. Всегда пью один и тот же сорт кофе, на завтраки предпочитаю молочные омлеты и слушаю только лучшие песни своего золотого времени, своей молодости. Это было лучшее время. Мы с Майклом думали, что нам все по плечу и мы способны даже горы свернуть, однако упустили, как оказалось, главное, - печально говорил я.

- И что же? - с любопытством посмотрела на меня крестница.

- Страницы. Их нужно было найти еще тогда. В лепешку разбиться, но найти. Но Ватикан решил заморозить эту операцию. Поиски зашли в тупик, никакой информации, которая могла бы нам помочь, не было. Да и мы с твоим отцом были заняты своей жизнью. Видимо, так и должно было быть, на то воля Божья.

- Ты что-нибудь нашел в своих дневниках?

Я решил пока не раскрывать Самаре информацию, которую оставил в моих записях ее отец. Сначала, я должен был сам найти и выкопать ту коробку с объяснениями от Райнера и убедиться, что полученная мной информация не несет в себе опасности для кого бы то ни было. Если Майкл так хорошо подготовился к сокрытию своей тайны и доверил ее только мне — это что-то да значило.

- Кое-какие незначительные сдвиги имеются, но сначала мы получим информацию от новоприбывшего охотника.

- Что? Какой еще новоприбывший охотник?

- Все потом, Самара. Мы приехали. Иди за мной, начнем хоронить и расскажешь мне занимательную историю про вашу бойню. Бери лопаты, а я потащу безголового.

То ли везение, то ли смотритель центрального кладбища давно ожидал от меня презентов, но ямы для захоронения были готовы. Выкопаны они были давно. На том самом участке земли, который был предназначен для моих трупов, то есть для тел всякой монстрятины. Пока я прикапывал первого усопшего, Самара закончила свой рассказ. Я ее ни разу не перебил, дабы она не упустила ни одной, даже мелкой детали.

- Так значит, Мик пришел отомстить за свое трудное детство? А ты повстречала адского пса, который по всей видимости тебя защищает? И парнишка Билл убит. Да уж. Ладно, я соглашусь с тем, что твое присутствие рядом с Джейд спасло ей жизнь. Но если бы не псина, вы все были бы мертвы, так что твой поступок все-таки если и не безрассуден, то все равно глуп. Из всего произошедшего я могу выделить два интересных момента. Первый - адский пес, прибытие которого не знаменует ничего хорошего. Такие псы не всегда просто предвестники. По некоторым легендам они охраняют врата в Преисподнюю. У меня есть предположение на этот счет, но о нем я расскажу вам с Джастином потом. Второе — это...

Самара резко перебила меня:

- Джастин - это новый охотник, о котором ты вскользь упомянул?

- Да. Джастин Мэттерс. Именно ему я должен помочь найти книгу, - усердно работая лопатой, говорил я.

- Разве не нужно прочитать молитву над трупом и окропить его святой водой?

- Нет. С оторванной головой он не проснется. Тем более, если эту голову оторвал адский пес.

- Я думала, только древним вампирам отрезают головы. Этот мне таким не показался. Они все вели себя глупо.

- Да, вампирчики свеженькие. Но есть в этом всем загадка. Понимаешь, перед тем как в первый раз захоронить Мика, я вбил ему осиновый кол в сердце, залил ведром святой воды, прочитал кучу молитв напоследок. И тем не менее он восстал, а ни один молодой вампир на это не способен. Поняла, в чем странность?

- Да. Но как такое возможно?

- Пока не знаю. Поэтому не уверен, что Мик не восстанет вновь.

- Я всадила ему стрелу в самое сердце. Вампир он совсем недавно...

- И, тем не менее, нужно будет проследить за его могилой. Ты как раз меня перебила на том моменте моего предположения, которое это возможно сможет объяснить.

- Ладно, извини, продолжай.

Мы приступили к захоронению тела номер два, и я продолжил говорить:

- Итак, первое интересное событие — это адский пес. Второе — это из неоткуда появившийся "новый лучший друг" Мика. Что-то подсказывает мне, что он не простой человек. Ведь если ты дословно пересказала мне слова Кертиса, Мик предсказал всем нам смерть от его руки. Этот кто-то очень способный и очень сильный. Антихрис или нет, пока непонятно.

- Да, ты все тонко подметил, Уэйн. Думаешь, он что-то сделал с Миком? Что-то магическое, что не позволяет ему умереть от стрелы в сердце или осинового кола?

- Смекаешь! Давай сюда второй труп, я на всякий случай отсеку и этому башку.

- Кошмарное зрелище. Но, наверное, так будет лучше, а то вдруг и этот не сдох от серебряной пули в лоб. Но почему нам тогда и Мику не снести голову с плеч?

- Горячий нрав тебе в наследство достался. Смотри на перспективу, Самара. Мик, если он жив, может стать нам отличным информатором. Мы вытрясем из него душонку, или что там от нее осталось, но многое узнаем. Поэтому я и просил Крофта разузнать, где он бывает и с кем.

- То есть, я зря его замочила? - с досадой в голосе спросила Самара.

- Нет. Мы выигрываем хоть так, хоть эдак. Если он все-таки воскреснет - у нас будет пленник с полезной информацией, а если нет, то видит Бог, на одного паразита стало меньше. Тем более что он представлял опасность для тебя и твоих друзей. Джейд нравится мне.Жаль, что в их семейке она одна заслуживает уважения.

- Мик говорил, что ведьмы предсказали мое прибытие сюда. Почему они сотрудничают с вампирами?

- Это я узнаю утром. Поеду в местную похоронку за венками и крестами для этих свежих могил, чтобы они не привлекали внимания. Свежие могилки без атрибутики могут вызвать подозрения, ну ты и так это знаешь. И как раз выясню ответ на твой вопрос у Миланы. Она там работает. Размалевывает и прихорашивает умерших. Она - ведьма, ровно, как и ее сестра Дана. Это единственные колдуньи на острове, о которых я знаю. Учатся на последнем курсе в местном колледже. Странные девахи, скажу я тебе.

- Разве не все ведьмы странные и с приветом? – ухмыльнувшись, спросила Самара.

- Что верно, то верно. Я пока в нейтральных отношениях с ними, они не представляли опасности, по крайней мере до всех этих событий. Ты пока закапывай этого второго, а я притащу Мика из багажника. Встретимся у его могилы. Вон там, за холмиком третий ряд, - приказал я и ткнул пальцем в сторону холма.

- Окей, - смиренно ответила мне Самара.

Когда мы прикапывали Мика со стрелой в сердце, я поймал дежавю. Второй раз закапывать парня уже было болезненно.

- Так, ничего с могилой делать больше не будем. Ни святой воды, ни молитв. Посмотрим следующей ночью, воскреснет ли. Пойдем, уже светает. Присоединишься к совместному завтраку с новобранцем.

- Уэйн, я подъеду к завтраку, но сначала мне нужно принять душ и переодеться. Хочу смыть с себя остатки этой кошмарной ночи. Нужно бы и в больницу заехать.

- В больнице тебе светиться не стоит. Я позвоню шефу Филлипсу и улажу с ним некоторые детали. Он все равно поедет туда за дачей показаний о напавшем звере и кучке бандитов в масках.

- Хорошо, тогда подбрось меня домой. Я приеду на такси, чтобы успеть к завтраку в столовой, хорошо?

- Да.

Когда мы покидали кладбище, я думал лишь о том, как все-таки зверски хочется спать. А впереди маячил долгий и тяжелый новый день...

Подремав каких-то полчаса, я привел себя в порядок и, переодевшись в рясу, вышел помолиться в сад. Опустившись на колени перед статуей девы Марии, я не заметил, как кто-то тихо подошел сзади. Лишь окончив молитву, я встал и обернулся. Передо мной стоял молодой темноволосый мужчина. Высокий, атлетичного телосложения, но без излишней мускулистости. Он заговорил первым:

- Доброе утро, Джон. Прекрасная погода сегодня, последние теплые деньки сентября.

- Ты должно быть Джастин?

- Верно. Рад видеть перед собой легенду. Я принес тебе кофе и свежую газету. Вот, держи. - Парень передал мне свои дары.

- Благодарю. Приятно, что ты не опоздал, - отхлебнув глоток, я удивился. - Мой любимый кофе, как узнал?

- Да никак, просто он тоже мой самый любимый, - с легкой улыбкой ответил он.

- Ладненько. Прогиб засчитан. Чем еще порадуешь? - нагло спросил я.

- Наверное, полезной информацией и всецелой преданностью делу, - продолжая миленько улыбаться, отвечал Джастин.

- Это мы посмотрим. А пока мы идем на завтрак, позволь спросить, какое у тебя жалование?

Джастин удивился этому вопросу, но ответил:

- Ты имеешь в виду мою зарплату в Ордене? Скажем так, достаточно. Еще и остается про запас. А что? Нужно крышу подлатать или побороться с плесенью, а может пожертвовать на храм?

У меня даже дар речи пропал. Этот парень был удивительно проницателен, а правильно поставленная речь и интеллигентность приятно очаровывали. Он явно был очень образован и создавал впечатление крайне солидного человека. Я слегка замялся. Парень уловил мое замешательство и продолжил:

- Я с радостью пожертвую на церковь и на все, что тебе нужно. Желаю, чтобы мое пребывание здесь стало для тебя чем-то приятным и не тягостным. Я очень хочу, чтобы мы подружились. Ты, Уэйн, мой кумир. Мне стоит поучиться твоему мастерству, если ты позволишь, конечно. Будет здорово, если наше дело станет неким интересным приключением, где каждый останется в выигрышном положении. Поэтому я сделаю все, что нужно. Даю слово.

Я все так же не мог найти, что ответить ему. Этот парень прям каким-то одним предложением нагло и бесповоротно заслужил мое расположение. Кофе, газетка, деньги и все, что я попрошу. Ну прям праздник какой-то! А еще он оказался приятен и довольно мил, не раздражал и обещал покоряться моим прихотям и закидонам. Ну я прям выиграл в джекпот!

- Ладно, Джастин, мы на месте. Присаживайся за столик у окошка, я принесу наш завтрак.

- Я помогу, с твоего разрешения.

- Да, пожалуй, на троих я все не унесу.

- На троих?

- К нам присоединится моя крестница.

- Ну что же, приятно будет познакомиться. Я не стану говорить о наших делах при ней.

- Она такая же охотница, как и ты, в курсе дела.

— Вот как...интересно.

Когда подносы с едой были на столе, и мы удобно расположились отобедать друг напротив друга, я развернул свежую газетку, так любезно доставленную мне Джастином. Как я и думал, первая страница пестрела заголовками о таинственном убийстве Сэма. «Завтра будут смаковать ночную заварушку в «Ловце душ» и нападение хищного зверя на окраинах острова, - подумал я. - Каждый день - новая сенсация. То ли еще будет».

- В газете фото мертвого парня по имени Сэм. Скажу так, расположение его тела меня удивило, - начал Джастин, ломая ломтик хлеба надвое.

- Да. Пока будем есть я тихонько и вкратце, чтобы нас никто не подслушал, расскажу тебе все, что произошло перед и после смерти Сэмьюэля. А ты скажешь мне, что думаешь по этому поводу. Договорились?

- Да, конечно, - глотая пережеванный хлеб, ответил он.

Кивнув в знак одобрения, я поведал ему все события утреннего убийства, не упустив рассказ о явлении вампира у стен нашей церкви. Охотник слушал меня очень внимательно и с глубоким интересом, не перебив ни разу, в отличии от Самары, которая постоянно вставляла свои пять копеек, когда я что-то ей рассказываю. Выслушав меня, Джастин сказал:

- Нужно понять, что означает его поза. Это знак. В городе есть ведьмы, они могут помочь?

- Ох да, спасибо, что напомнил. Мне нужно будет оставить тебя ненадолго после завтрака. Утренней мессы сегодня нет, поэтому у меня есть возможность съездить к одной ведьме и узнать у нее кое-что о вампирах. Подозреваю, что они в сговоре, вот только не знаю, что их смогло объединить.

- Объединить? - с какой-то настороженностью спросил у меня парень.

- Верно, моя крестница, где ее черти носят, расскажет тебе пока меня не будет о своем ночном приключении. Ты должен узнать о ней кое-что, перед тем как вы познакомитесь поближе.

- Я думаю, мы с ней поладим, и она с удовольствием мне все расскажет. Если ты сильно спешишь, я не смею тебя задерживать.

- Да, спасибо. К десяти я должен вернуться в церковь, сегодня день исповедей. Поэтому на все про все у меня есть два часа. Дождись эту клушу, которая долго принаряжается и видимо из-за этого опаздывает. Ты ее сразу узнаешь: блондинка метр с кепкой. Спасибо за компанию и за вкусный кофе. Ты вроде бы неплохой парень. Я освобожусь к обеду. Думаю, найдешь, чем заняться. Я бы оставил тебе ключи от своей сторожки, но мы еще не на столько близки и знакомы, чтобы я мог тебе так доверять, уж прости, - вставая из-за стола, сказал я.

- Ты можешь доверять мне, Уэйн, всецело. Я хороший парень, надежный, ты обязательно в этом убедишься. Но я дам тебе время это понять. Пойду поблагодарю сестер за вкуснейший завтрак.

С этими словами он встал и пошел в сторону кухни. Я еще с пол минуты с открытым ртом смотрел ему в след. «Ну и ну. Я, кажется, сплю».

Забежав в дом, наскоро переодевшись и захватив несколько денежных купюр, я направился к своей старенькой, но такой любимой машине. Завелась она с третьего раза, но и на том спасибо. Доехал до похоронного дома я за пять минут, он находился недалеко. Как раз подъезжая, я заметил, как Милана резвым шагом приближается к парадному входу своей любимой работы. Я окликнул ее из окна автомобиля:

- Эй, милая, не угостишь старого священника чашечкой нафталина?

- Джонатан Уэйн! Какими судьбами, Отче? - широко улыбаясь, спрашивала молодая ведьма.

- Разговор есть, серьезный. Пустишь?

- Эх, а я так надеялась на мелкую интрижку с преподобным занудным стариканом. Опять ты не клюешь на мою удочку, дорогой. Я не в твоем вкусе? - слащаво говорила молодая ведьма.

- Хватит дразнить меня. Я серьезно. А тебе все хиханьки да хаханьки. Ну что за зараза такая? - злился я.

- Ой, ну не кипятись, это же просто флирт. Ладно, заходи, что уж теперь. Хоть сладенького принес, сладенький?

Выйдя наспех из машины, я затолкал Милану в помещение. В похоронке было темно, хоть глаз выколи. Я почувствовал, что чьи-то руки схватили меня за зад.

- Прекрати, паршивка. Иначе я за себя не ручаюсь. Побойся Бога!

- Даже в темноте видно, как пылают твои щеки, охотник, - включив свет и направившись к холодильнику со свеженьким трупом, смеялась Милана.

- Так, давай к делу.

- Давай, только Сэма достану. А то он замерз совсем.

- Сэма? Ах да...Когда его хоронят? - растерялся я.

- Сегодня, надо успеть привести его в порядок. А потом заскочить на четвертую пару в колледж. Поэтому выкладывай скорее, чего тебе надо?

— Это ты просвещаешь вампиров о прибытии новых охотников в город?

- На сколько мне известно, мы не в столь близких отношениях, чтобы я рассказывала тебе наши тайны, - с недовольной гримасой, покрывая лицо Сэма пудрой, ответила Милана.

«Ладно, твоя взяла», - подумал я и скрепя зубами, выдавил из себя следующее:

- Милана, милая, пожалуйста. Расскажи мне, что происходит в вашем магическом мире. Я буду тебе очень признателен и за мной должок, договорились?

- Ну, это другое дело. Знаешь, Дана давно мне намекает, что связь с тобой не приведет меня ни к чему хорошему.

- Твоя сестра умна, не спорю, и более осторожна, чем ты. Поэтому я общаюсь исключительно с тобой.

- Это обидно, знаешь, - надув губы сказала она и перевернула Сэма на живот.

- Милана, чего ты хочешь за информацию?

- Свидания с тобой, - засмеялась ведьма.

Я начинал надуваться, как мыльный пузырь. Но тут она произнесла:

- Давай так, я расскажу тебе все, что знаю, а ты не откажешь мне в момент, когда мне нужно будет от тебя что-то в будущем. Пойдешь на это?

- Договорились. А теперь выкладывай, - с нетерпением буркнул я. Милана сделала глубокий вдох и начала рассказывать. Я мимолетно заметил, что сегодня она выглядит как никогда прекрасно: розовые щеки, светящиеся коварством голубые глаза и алые губы цвета вишни. Даже наспех зачесанные темно-русые локоны дополняли ее образ каким-то изяществом и прелестью. Ведьмы всегда обладали странным магическим очарованием и нисколько не были похожи на свое описание в древних учебниках о ведовстве. Даже лежащий труп Сэма не портил стоящую передо мной картину: молодая девушка с львиной грацией ловко управляющая моим вниманием. Но, видит Бог, даже если б я был моложе, никогда и не за какие деньги не связался бы с этой лисицей. Эта девка была хуже Дьявола.

- Вампиры во главе с Миком пришли к нам на прошлой неделе. Начали рассказывать, что скоро все изменится и мир перевернется с ног на голову. Мы удивились новому образу Кертиса, но виду не подали. Я велела им убираться восвояси, потому что нас не интересует никакая новая реальность. Вампиры ушли прочь, испугавшись моих проклятий. Но Мик остался, отвел Дану в сторону и они еще о чем-то беседовали с полчаса. Когда я спросила ее, в чем дело, она сказала, что он снова набивается в ее женихи, хотя они расстались еще месяц назад. После, он втирал ей о своем могуществе, о своих новообращенных приятелях и о том, как славно ему быть кровососом.

- То есть своих дружков Мик сам же и обратил? Сколько их было?

- Десять.

- Это кое-что объясняет. Что потом?

- Да ничего особенного. Дана ему по доброте душевной рассказала о прибытии на остров новой охотницы, чтобы он был осторожнее. Пожалела упыреныша, а потом послала к черту, сообщив, что не желает с ним более никаких романтических отношений. Я ее понимаю в какой-то мере, неприятно видеть ходячий труп того, с кем ты делила постель.

- Ох, избавь меня от таких подробностей, - с отвращением сказал я.

- Ну ты же сам просил тебе все выложить, пинай на себя. Мне продолжать?

- Да, конечно, - взяв себя в руки, сказал я. - Как вы вычислили прибытие охотника?

Уже одетого в парадный костюм Сэма Милана уложила на спину.

- Накануне вечером Дане все время в руки прыгали заколдованные карты. Вот она обедает, а они словно по одной в суп лезут. Вот она задумалась о чем-то, а карты раз – и уже в руках. Тогда мы смекнули – нужно сделать расклад. Мы часто пользуемся этим приемом, чтобы быть начеку. Когда охотники в городе – не высовываемся. Ну сам понимаешь, от греха подальше. Так вот, она воспользовалась нумерологией и незаурядным раскладом, и увидела дату и приблизительное время прибытия охотницы. То, что это женщина - не было никаких сомнений. Дама червей выпадала первой в каждом новом ряду, в любой колоде.

- Теперь понятно, как он узнал, откуда она приехала. В назначенное время, назначенный рейс. Понятно. А что скажешь мне по поводу своего клиента?

- Про парнишку на столе?

- Про него родимого.

- Ох, Уэйн, это не мы, честно. Мы с Даной не убиваем людей, только животных.

- Что ты там рассказывала мне о доброте душевной твоей сестры?

- Это другое. Не начинай!

- Ладно уж, так кто это мог сделать, если не ведьмы?

- Руки и ноги вывернуты из суставов. Это плохое предзнаменование. Лежал он в форме креста с перевернутыми неестественным образом конечностями. Если бы мы смотрели в зеркало с обратной стороны, с противоположной так сказать, о чем бы нам это говорило? - задумчиво спросила Милана.

- Это как бы вид с другой стороны, что ли?

- Это - знак дьявола, преподобный. Перевернутый крест.

- Так это послание все же. О чем? - с ужасом спросил я.

- Это не совсем послание, скорее предзнаменование чего-то. Какого-то страшного события или прибытия. Так в старину оставляли послания темным. То есть таким, как я. Поэтому ты и не распознал этот символ, не понял, что это еще один образ перевернутого креста. Это может означать что угодно. Если оно оставлено тебе, то просто кто-то хочет тебя напугать, либо же раззадорить. Скорее всего это враг. И учитывая его мощные знания о древних предзнаменованиях, враг не простой.

- Высший демон?

- Может демон, может ведьмак какой, мой сладкий, - закусив нижнюю губу, кокетливо рассуждала Милана.

- Ты опять за свое? Ух, твоя необузданная страсть до греха доведет. Я пошел, -развернувшись, я быстрым шагом направился к двери. Милана окликнула меня:

- Эй, Джон. Помни о договоре и береги себя. Не вздумай сдохнуть до того, как исполнишь данное мне обещание.

- Постараюсь.

Радуясь, что покидаю это место, я вдруг кое-что вспомнил.

- Ах, Милана, еще кое-что. Мне нужно два креста и пару венков.

- Да без проблем. Возьми в кладовке те, что на списании, я же понимаю, что деньги тебе тратить на мертвых вампиров ни к чему.

- Откуда знаешь, что это для вампиров?

- Ну я же ведьма, или как?

Загадочно улыбнувшись, Милана игриво помахала рукой мертвого Сэма мне вслед.

Глава 8. Глаза цвета неба

Самара

Когда я наконец-то добежала до столовой, то, к сожалению, с разбегу поцеловала лбом закрытую дверь. «Скорее всего будет шишка», - подумала я и разочарованно осела на ступеньках у входа. Решив закурить, я вспомнила, что оставила зажигалку в куртке, в которой ходила в клуб. С досадой взглянув на новенькую нераспечатанную коробку своих любимых сигарет, я услышала, как слева от меня кто-то чиркнул спичкой. Молодой высокий брюнет с очень короткой стрижкой стоял, облокотившись плечом о ствол дерева, и смотрел вдаль - на возвышающуюся на холме церковь.

- Огонька не найдется? - любезно поинтересовалась я.

Когда он обернулся в мою сторону, мое дыхание сбилось. Тяжелый взгляд слегка прищуренных голубых глаз почти что сразил меня наповал. Мужчина был не просто красив, он был чертовски привлекателен: высокие, резко очерченные скулы, прямые брови с едва заметным изломом и безупречная арка Купидона на губах. Идеальная осанка, горделивый вид - от него так и веяло сексуальностью и какой-то запретностью. «Что-то непостижимое», – подумала я и сделала вывод, что такие как я ему не ровня. Когда он подошел ближе, я почти забыла, что дышу.

- Пожалуйста, давай подкурю. Ты, наверное, и есть та блондинка метр с кепкой, - мило улыбнулся он. Его бархатный голос совершенно вогнал меня в ступор. Я молчала, до конца не веря в то, что этот сногсшибательный мужчина обращается именно ко мне.

- Как тебя зовут? Я - Джастин Мэттерс. Приятно познакомиться.

- Са..м..мара, - запинаясь, ответила я и позволила подкурить мою сигарету.

- Я не разобрал, ты не могла бы повторить? – без издевки переспросил он.

Я подобралась, взяла себя в руки и отчеканила:

- Самара Райнер. Это Уэйн меня так описал, да?

- Все верно. Он не со зла, думаю, просто слегка от недовольства, что ты опоздала на завтрак.

- Я уснула, совершенно случайно, клянусь! Ночь выдалась бессонной. А ты, наверное, тот самый охотник, присланный Орденом? - я занервничала, сама не зная почему, руки мои задрожали.

- Да. Это я. Джон просил тебя дождаться. Он обещал, что ты мне расскажешь все, чего я не знаю. И даже о приключениях этой ночи. Для меня стало неожиданностью то, что ты охотница. – Джастин словно пронизывал меня насквозь своими потрясающего цвета глазами.

- Ты наверняка должен был слышать про Майкла Райнера. Он мой отец.

- Тот самый Райнер, напарник Джона? Да, я читал о нем из досье. Он умер не так давно, мне очень жаль, – ковыряясь в недрах своей памяти, грустно и очень искренне, приносил свои соболезнования охотник. - Я присяду рядом, не против?

- Нет.

Я потушила наспех выкуренную сигарету и начала свой рассказ:

- Убийство отца связано с Книгой судеб людских. Я в этом нисколько не сомневаюсь. Джон еще, конечно, перестраховывается, но думаю, что он так же, как и я, все любые другие варианты смерти папы уже исключил. Кто совершил расправу нам неизвестно. Я приехала сюда за ответами, за шансом двигаться дальше, найти убийцу и отомстить. И представь, каково было мое удивление, когда я узнала, что книга пропала из хранилища в Ватикане, а вам с Джоном велено ее отыскать. Вчера утром мы нашли мертвого парня у церкви, в могиле на кладбище. Крестный думает, что это убийство не случайно, что это послание. Какое - мы должны выяснить.

- Про беднягу Сэмми я знаю, Уэйн рассказал мне про это кошмарное убийство, и о вампире, который приходил к нему.

- Вампира звали Мик Кертис. Он напал на моих друзей сегодня ночью в клубе. Хотел расквитаться со своей сестрой и по совместительству моей подругой детства Джейд.

- Вампиры, вот так не скрываясь, нагло ввалились в клуб ради мести? - недоверчиво спросил Джастин.

- Именно так все и было. Нас было семеро: Я, Джейд, ее парень Крофт и четверо его друзей. Одного из них убили, Крофту тоже досталось, а я отделалась парой царапин благодаря Церберу.

- Церберу? - в недоумении смотрел на меня мой собеседник.

- Да. Это адский пес. Я видела огонь в его глазах, и он огромен для своей породы. Ты не веришь мне? - пристально взглянув на охотника, поинтересовалась я.

- Нет, почему, верю, просто это очень неожиданно. Адские псы не защищают людей. Они их убивают. Поэтому поведение этой собаки, которую ты описываешь, не типично. Это странно, не находишь?

Мне стало немного не по себе. Неловкость, с которой я столкнулась, крайне била по моему самолюбию. «Неужто он думает, что я связана с чем-то темным и паранормальным, раз Цербер кинулся мне на защиту? – подумала я. Но я быстро отогнала от себя это предположение. Дело было в другом, я была почти уверена.

- Мне не нравится то, к чему ты клонишь, но я пропущу это мимо ушей и подытожу свой пересказ сегодняшней ночи, если ты не против. Так вот, собака загрызла одного, я прикончила двоих. Среди них был Мик.

- Ты убила брата своей подруги? - вызывающим и крайне удивленным тоном спросил Джастин.

- Я убила монстра! И сделала бы это еще раз, чтобы спасти своих друзей.

Я резко вскочила на ноги, от негодования все мое тело дрожало. Как ни крути, но даже тот факт, что Джастин был старше меня и опытнее, не давал ему права говорить мне такие вещи. Пусть он хоть сто раз целиком и полностью прав, я поступила верно.

- Не злись, прошу, я не хотел задеть твои чувства. Позволь мне объясниться, - пытаясь ретироваться, говорил он.

- Ты ничего не понимаешь и не знаешь, как тяжело мне от всего этого!

- Я стараюсь понять. Но, Самара, как ты смогла это сделать? Насколько мне известно, среди охотников нет женщин. И в списках Ордена ты не числишься.

Я боялась этого вопроса, но отвечать пришлось:

- Я не могу охотиться без наставника, но на защиту имею право. Ты должен об этом знать. Так прописано в правилах Ордена.

- Да, верно, допустим. И кто твой наставник?

- Он был убит, повешен в собственном гараже! - со злостью, срываясь на крик, выпалила я.

Джастин тоже поднялся на ноги. Он не был зол или надменен. Просто все его очарование куда-то улетучилось, и я осознала, что передо мной стоит человек, которого я совершенно не знаю: с каменным лицом, без жалостливых чувств и сочувствующего выражения. Еще один критик с моральными принципами и заученными наизусть правилами Ордена.

- Мне жаль, что ты столкнулась со столькими жизненными трудностями. Я с удовольствием приму у тебя тест по теории демонологии, истории и уставу Ордена, а также практический экзамен боевых искусств.

- Что, прости? Да кто ты такой, чтобы у меня еще экзамены принимать!? Что ты возомнил о себе? Да я с детства натаскана на демонов так, что тебе и не снилось. Нет у меня времени на твои глупые тесты, я нужна Уэйну здесь и сейчас, незамедлительно. Я буду иметь право на самостоятельную охоту без твоего на то одобрения.

Я уже не сдерживала себя, кричала и ругалась. Моему негодованию не было предела. Раздраженная, я сжала кулаки, готовая в любой момент врезать этому красавчику по его нахальной физиономии. Все мое очарование им и его персоной мгновенно превратилось в пыль. И я хотела как можно скорее смыть ее мокрой тряпкой. Кровь закипала в жилах.

- Насколько мне известно, новому охотнику, перед тем как вступить в Орден, нужны рекомендации. Разве тебе они без надобности?

Тон его спокойного голоса доводил меня до предела. Джастин был абсолютно уравновешен и нисколько не сражен моими криками. Еще немного, и я бы ему точно влепила пощечину. Свою агрессию к этому напыщенному слизню было сдерживать ой как не просто.

- Знаешь, что, а не пошел бы ты…

- Самара, Джастин, вижу, вы подружились. Слышно аж на соседней улице, как вы замечательно поладили. - К нам почти бегом приближался Уэйн.

– Вы что тут устроили? Совсем ополоумели, чего орете? Хотите, чтобы все в округе узнали, кто вы такие и чем тут занимаетесь? - Крестный был вне себя.

- Прошу заметить, Джонатан, я абсолютно спокоен и ни разу за всю нашу беседу не повысил голоса на вашу прелестную крестницу, - поспешил оправдаться Джастин.

- Уэйн, нам надо поговорить наедине. - пыхтя жаром, сказала я Джону. - Этот так называемый охотник - полный придурок!

- Самара! - грозно воскликнул Уэйн. - Прекрати! А ну быстро оба ко мне в сторожку и чтоб сидели тихо, ясно вам?

- Я с ним никуда не пойду, – сложив руки на груди, я не сдвинулась с места.

- Самара, будь благоразумна. Давай вместе зайдем в дом к Джону и начнем сначала? А святой отец пока выслушает исповеди своих прихожан, - снова мило улыбаясь говорил мне Джастин. Кажется, я его уже раскусила. Он всем своим нутром пытался подлизаться к Уэйну, поэтому и вел себя так доброжелательно при нем. «Еще немного времени, и я увижу, как он будет целовать Джона в зад», - пронеслось в голове.

Проигнорировав елейную просьбу подлизы, я повернулась к Уэйну и спросила:

- Могу я уже поехать в больницу и навестить Джейд с Кротфтом? Ты звонил капитану?

- Да, еще рано утром. Мы уладили все тонкости. Завтра в газетах напишут про обычную заварушку и дикого зверя. Ребята молчат о том, что произошло на самом деле, как в рот воды набрали. Так что все в порядке. Двое охранников клуба скорее всего в бегах. Или в канаве. Над Биллом еще проведут экспертизу, но там тоже все схвачено. Сэмюэля сегодня смогут придать земле. Его убийцу полиция будет искать, впрочем, как и мы. Джейд отпросилась у шефа, на работу не вышла, в больнице ее не держат, так что скорее всего она поехала домой. Так мне Филлипс сказал.

- Значит, я навещу ее. Счастливо оставаться с этим подхалимом, - демонстративно развернувшись, я направилась прочь, но Джастин схватил меня за руку и резко остановил.

- Убери от меня свои руки и не прикасайся ко мне больше никогда, понятно тебе? - от злости у меня задрожали губы.

- Погоди, ну не кипятись. Я думаю, ты немного нервная от усталости и перенесенного ночного стресса. Я искренне хочу помочь тебе, чем смогу, клянусь. Пожалуйста, давай обсудим все это еще раз, только теперь сдержанно, спокойно и взвешенно.

- Уэйн, ради всего святого, убери его от меня, - взмолилась я.

- Значит так, дорогие мои, - грозно начал Джон. - Сегодня ночью вы оба отправитесь следить за могилой Мика, проведете вместе время, ближе познакомитесь и исправите это утреннее недоразумение, которое произошло между вами. И не дай Бог вы не поладите. Пеняйте на себя, а я отосплюсь как следует за все эти дни. Я все сказал.

- Но, Уэйн, - обиженно посмотрела я на него.

- Никаких возражений!

Выдернув руку из цепких лап этого мерзкого и хитрого Джастина, я пошла прочь. Удаляясь, я слышала, как они с Уэйном условились встретиться в сторожке вечером, когда Джастин уладит кое-какие личные дела в городе.

Такой опустошенной и несчастной я не чувствовала себя со смерти папы. Ноги дрожали, в горле пересохло и жутко разболелась голова. Внутренне я ощущала себя маленькой девочкой, которую поставили в угол и обещали отшлепать, если не научусь слушаться и быть очаровашкой. А ведь мне двадцать пять, а в голове вообще все тридцать.

С болью в сердце, я размышляла о том, как со мной всё это могло произойти? И почему мой дорогой крестный целиком и полностью, всегда и везде, не на моей стороне? Я ведь так этого заслуживала! Было больно осознавать, что ничего в отношении меня у Уэйна не переменилось. Я все еще была для него ребенком: несмышленым, глупым, наивным.

До дома Джейд я добралась на такси. Несколько раз позвонив в дверной звонок, я услышала, как кто-то медленным шагом приближается к двери. Подруга открыла мне, глаза ее были заплаканы.

- Входи, Самара. Я надеялась, что ты приедешь.

- Ты как? - спросила я у нее. Джейд плюхнулась в кресло, я же аккуратно присела на диван напротив. Шторы в комнате были завешены. Дом явно давно не проветривался, пахло пылью и застоявшимся перегаром.

- Что с Миком, Самара?- вопрос в лоб сбил меня с толку. Я растерялась. Надо было что-то ответить. Но что? Отец учил меня, что, если не знаешь, что сказать – говори правду. Мне ничего не оставалось, кроме этого.

- Мик уже был как-бы мертв до того, как я выпустила в него стрелу. Где-то чуть больше двух недель назад его обратил вампир.

- Продолжай, я хочу все знать, - лицо Джейд не отражало ужаса, только нестерпимую боль утраты.

- Я надеюсь ты осознаешь, что я не могла поступить по-другому. Он мог убить Крофта и остальных. Вампиры существуют среди нас, их немного, но все же они зло, которое питается человеческой кровью. Билла, вашего знакомоко, которого загрызли этой ночью, уже не вернуть.

- Ты знала, что мой брат такой, что его настоящего больше нет. Знала все и не сказала мне. Кто ты такая? Как ты смогла остановить ту стрелу, которая чуть не пронзила меня насквозь? - тон ее голоса повысился, ничего хорошего это не предвещало.

- Я та, кто охотится за нечистью, в любом ее проявлении. Формально я, конечно, пока не могу охотиться самостоятельно, но это мало что меняет в данной ситуации. Он хотел убить тебя, всех нас. Нужно было защищаться, - почти оправдываясь, отвечала я. – Реальные вампиры, не книжные и не киношные, немного отличаются от придуманного литературного образа. Они живут обособленно, имеют кланы. Некоторые из них родились такими, а некоторые обратились, Мик тому пример. Чеснок им не страшен, церковь и распятие тоже, даже солнце не помеха. Если убить древнего вампира – он превратится в прах, молодого – свалится трупом. Степень разложения зависит от возраста.

Зачем я выдала ей всю эту информацию про вампиров было не ясно даже мне самой. Скорее всего, нервишки мои постепенно начали сдавать.

- Почему с ним это произошло, ты знаешь какой вампир и зачем с ним это сделал? - с дрожью в голосе спросила Джейд. Казалось, еще немного и она снова расплачется.

- Нет, этого я пока не знаю. Но мы точно выясним.

- Мы?

- Я и мистер Уэйн.

- Он тоже все знал? Все это время?

- Да, он не такой простой человек, как кажется. Но ты должна понимать, что потусторонний мир – это тайна, обыкновенные люди не знают о нем и должны жить обычной жизнью.

- Мы тоже жили обычной жизнью, да вот только теперь мой брат мертв. - Джейд вскочила на ноги и заметалась по комнате. - Я приехала домой сегодня утром и знаешь, что нашла в его комнате? Завещание с моей подделанной подписью. Он за дом хотел меня прибить. Ты осознаешь это, Самара? За дом, который я еще не выплатила.

- Джейд, успокойся пожалуйста, присядь, я разделяю твои чувства, но истерикой тут не поможешь.

Джейд словно и не слышала меня, ей нужно было высказаться.

- А к завещанию были приложены чеки из банка. Представляешь, кто-то дал ему денег погасить залог за дом!

- Есть информация на банковском чеке, кто этот благотворитель?

Джейд по-прежнему игнорировала мои слова.

- Знаешь, что мне Крофт сказал в больнице утром, когда очнулся? Он думал, что умрет, что это конец. Все! Баста! И последнее, о чем он мечтал, пока не отключился - услышать в последний раз запах моих духов. - Джейд кричала и рыдала. Мне хотелось обнять ее, но я чувствовала, что этого делать не стоит. Она продолжала:

- Вампиры! А моя подруга умеет стрелять и убивать. Господи! Это сон, страшный сон. – Она упала на колени и залилась диким плачем.

- Джейд, может мне стоит оставить тебя пока, а когда ты сможешь нормально воспринимать информацию, рассказать тебе больше. Теперь-то ты все знаешь, карты раскрыты.

- Где он? Где мой брат? - не подымая на меня взгляда и тупясь в пол, спросила она.

- В могиле.

Когда Джейд посмотрела на меня, я все поняла. За все, что произошло, она винит меня. Столько ненависти в свой адрес я в жизни не видела.

- Убирайся прочь, видеть тебя не могу! И никогда…Никогда, слышишь, не приходи в мой дом. Убийца! Лгунья! Ненавижу тебя и весь твой мир! – и она зарыдала пуще прежнего.

Оставаться рядом не было смысла.

Стараясь сохранить самообладание и не поддаться истерике, я отправилась в больницу к Крофту, в надежде, что, возможно, хотя бы он не прогонит меня прочь. Слезы наворачивались сами собой. Джейд не понимала, что я спасла положение, что по-другому никак нельзя было поступить. Я пыталась защитить ее, а в итоге все обернулось крахом. Я только приехала, а уже все разрушила. Я потеряла последний шанс на настоящую дружбу и наличие у себя хоть каких-то дорогих сердцу друзей. И поделиться своей болью мне было не с кем. А ведь если бы все было иначе, если бы сегодняшний исход ночи сложился не так, я бы сейчас рассказывала ей о ненавистных мною ярко-голубых глазах.

Мысли путались в голове, в горле стоял ком и трудно было дышать. Размышляя о своих неудачах и проблемах, я и не заметила, как быстро добралась до больницы. Когда я вошла в светлую палату, Крофт дремал. Присев рядышком, я нежно взяла его за руку.

- Привет, крепкий орешек. Снимаю шляпу, сражался ты как горец.

- Ээээй, пухляш, привет, - Крофт улыбался мне искренне и нежно. Я выдохнула, осознав, что он не держит зла. – Ну и наваляли мы этим зубастым, а?

- Не называй меня пухляшом, эта кличка уже неактуальна, – заулыбалась я.

- Я хорошо помню то лето, кода ты приехала и поразила нас своими габаритами.

- Прекрати, - звонко засмеялась я. Крофт тоже попытался засмеяться, но тут же взвыл от боли.

- Пару ребер сломано, но я в норме.

- Мне жаль, что все это произошло с вами, и Билл…

- Самара, я знал про вампиров.

Это признание крайне удивило меня, и я даже открыла рот от неожиданного заявления.

- Ты знал? Откуда?

- Ранее этой весной к нам в банду забрел один паренек, все пытался прицепиться к нам. У него это плохо получалось, поэтому я спросил его прямо о цели, которую он преследует. И тогда он начал рассказывать какую-то хрень про паранормальщину и прочую дребедень, что якобы его покровитель желает с нами сотрудничать, укрепить связь так сказать.

- Что за покровитель?

- Этого я так и не узнал. И даже ни разу его не видел. Он просто перечисляет бабки на мой счет и все.

- То есть ты все-таки сотрудничаешь с ним?

- Дело в том, что его не интересует наркота. Наш договор не об этом. Я сначала не поверил этому подсадному пареньку и послал его куда подальше. Ну кто в здравом уме поверит на слово про всю эту дьявольщину? Тогда, в тот же вечер, они и пришли. Пару вампиров, оборотней и еще каких-то демонов. Мы обделались, честно тебе скажу. Морды они нам не месили, но клянусь тебе, этого и не нужно было. Мы и так охренели.

- Как звали этого парня, что внедрялся к вам?

- Зовут его Змей. Погоняло такое. Настоящего имени я не знаю.

- О чем договор?

- Мы предоставляем инфу обо всем значимом, что происходит на острове. И о любых персонажах, на которых последует запрос. Короче, мы как крысы, Самара, но отказать я не смог, понимаешь почему. Но я так рад, что могу поделиться с кем-то этим, такой груз с плеч. Ты ведь не из них, да? Ты нормальная? Просто я видел, как ты дралась. Откуда все это?

- Я натаскана истреблять их, уничтожать или изгонять в потусторонний мир.

Крофт помолчал немного и понимающе кивнул.

- Это хорошо, это меня радует. Шокирует, конечно, но я приятно удивлен. Терпеть их не могу. Наглые, возомнили из себя богов. Противно, - состроив гримасу отвращения, говорил Крофт.

- Джейд ненавидит меня. Выгнала из дома, наговорила гадостей и винит за смерть Мика, – опустив глаза, виновато произнесла я.

Крофт болезненно на меня посмотрел, а потом крепче сжал мою ладонь и сказал:

- Пухляш, все наладится, перемелется. Ей просто нужно время. Она крепкая девчонка, справится с новой реальностью. Я поговорю с ней обязательно.

Слеза покатилась по моей щеке, но Крофт продолжал:

- Спасибо, что спасла мне жизнь. Я никогда этого не забуду.

- Спасибо, что не отталкиваешь, мой старый друг. Я признательна за это.

- Как же я могу так поступить с той, кто охотится на этих мерзких тварей? А на счет Мика…ну, среди тех, с кем мы сотрудничаем, его не было. По крайней мере среди них я его не видел ни разу.

- Его обратили совсем недавно, наверное, поэтому. Как думаешь, зачем он им?

- Все просто. Мик знаком со всей падалью этого города, в отличии от меня. Каждый вонючий бомжара знает его. А такие как они видят и слышат все. Знаешь, как говорят, будто у стен есть уши. Вот за этим, я думаю его и завербовали.

- То есть твоя теория заключается в том, что этот покровитель, кем бы он ни был, собирает нужных ему людей, чтобы следить за каждым шагом любого, кто живет на острове?

- Похоже на то. Ему нужны крепкие, надежные и корыстные связи.

- Кем он может быть?

- Ну…Это явно кто-то не местный, иначе мы бы об этом узнали и замыслы свои он проделывал бы раньше.

- А проследить через банк откуда поступают деньги возможно?

- Думаю да, но я этого делать не стану, не хочу рисковать.

- Я понимаю. Мику тоже кто-то деньжат навалил. Вряд ли это совпадение. Все сходится. Это орудует один и тот же человек.

- Или не человек, - тонко подметил Крофт.

Глава 9. Зов из прошлого

Уэйн

На часах было без четверти семь и церковь закрывалась для посетителей. Я, попрощавшись с последними уходящими прихожанами, заметил, что на остров опустился туман.

На улице было очень сыро, днем прошел мелкий дождь. Холод осеннего ветра ощущался настолько сурово, что сравнить его можно было разве что с ледяным дуновением декабря. И это было странно, ведь на календаре был всего-навсего первый месяц осени. А еще утром погода была замечательной, солнечной. Сейчас же - туман и ветер, холод и мрак. В какой-то степени такая погода была мне только на руку. «Остынут там на кладбище двое проказников от своих горячих страстей и помирятся», - подумал я. Еще не хватало мне стычек и ругани в нашем тесном кругу охотников. Зайдя в свою скромную обитель и подкинув пару дров в печь, я приятно задумался о том, как хорошо и тепло мне станет, как вдруг в дверь постучали.

- Входите, не заперто, - сказал я.

Дверь открылась и в дом вошел Джастин. Опрятный, одетый чисто и красиво, словно с иголочки.

- Ты же на кладбище идешь, не на свидание, - буркнул я.

Джастин улыбнулся, но на колкость мою не ответил.

- Чай будешь?

- Не откажусь, Джонатан.

- Присаживайся, а я чайник поставлю. Ну, рассказывай. С чем приехал? Что известно, какие дальнейшие планы и указания?

- Я бы хотел обсудить все это в присутствии Самары. Если она в деле, пусть знает все от и до.

- Похвально, но к чему такие перемены?

- Ни к чему, я сразу отнесся к ней почтительно, просто она немного была не в себе.

- Из-за чего сыр бор?

- Из-за рекомендаций. Я предложил ей свою помощь, но она наотрез отказалась.

- Странно, ведь этого-то она и добивается. Я не могу дать ей рекомендации, отстранен от дел Ордена, но тебе это и так известно, - выставив на стол карамельки и сахар, сказал я.

- Да, мне дано указание проверить тебя на дееспособность и таким образом похлопотать о твоем возвращении в ряды Ордена.

- Чего-чего? Дееспособность? Ты и Самаре это предложил? - покосился я на него.

- Ну почти. Тебя-то я тестировать и экзаменовать не стану.

- М-да, а что так? – саркастично засмеялся я.

- Уэйн, ты - легенда, живешь в самом эпицентре зла на планете, боролся с Антихристом, имеешь кучу наград и признаний. И кто я такой, чтобы сомневаться в твоих способностях?

- Ну допустим, но я все-таки уже не молод. Пятьдесят девять лет как-никак. Вдруг иссяк порох в пороховницах? – ухмыльнулся я.

- Не верю в это. И я не слепой, вижу, что этот самый порох есть. Ты - лучший из лучших, и всегда таким останешься.

- Да ты точно фанат! Этого мне только не хватало.

- Если тебя напрягают мои комплименты, я могу перестать.

- Нет, нет, не стоит. Я привыкну, - слегка покраснев, ответил я. Джастин счастливо и как-то коварно заулыбался.

- А вот улыбочку свою сладкую убери, - тут же запротестовал я. - Посмотрим на тебя в бою, оценим. Может тебя сильно перехвалили…

- Обязательно сражусь с тобой плечом к плечу.

— Вот твой чай, а теперь расскажи мне конкретно, что ты сказал Самаре. – Я поставил перед Джастином небольшую чашечку свежезаваренного чая и приготовился внимательно слушать.

- Я сказал, что с радостью приму у нее все тесты и экзамены, и помогу вступить тем самым в Орден. Но тут она взорвалась и осыпала меня оскорблениями. Не беспокойся об этом, Уэйн, я все улажу.

- Э, нет, дружочек. Легко у тебя ничего не получится. Одними извинениями тут не поможешь. Ты плохо ее знаешь.

- Я не собираюсь извиняться, я просто хочу ей объяснить свою позицию и ее рациональность.

- В этом твоя ошибка.Извиниться стоит в любом случае. Это же женщина. Даже если ты прав - всегда проси прощения.

- Но ты тоже считаешь, что я прав?

- Ну, наверное, да. Стоит ее немного приструнить, но не переусердствовать. Она строптива и горда. Будь поделикатнее, прошу как ее крестный отец.

- Не вопрос. Но прежде, чем отправить ее в свободное плавание, мне придётся удостовериться в том, что она готова. - Джастин немного замялся и виновато опустил глаза в пол. - Есть еще кое-что. Она убила брата своей подруги. Я немного перегнул палку, наверное. Сразу не понял, что она сильно переживает по этому поводу.

- Этот пацан гадит даже после своей смерти. Мик всегда портил жизнь себе и окружающим, такая у него порода. Хотя сестра у него совсем не такая. Мне всегда казалось, что она приемная.

- Джейд? Верно?

- Верно. Ну, может он и не подох окончательно, сегодня вы это узнаете.

- Так мы за ним следить идем?

- Да. Поэтому давай вернемся к вопросу, что ты с собой привез, где оружие?

- Вон там. - Джастин указал на большую темную сумку, брошенную у двери.

- Маловато будет, - оглядывая содержимое, заметил я.

-Это не все. Тут недалеко организован склад со всем необходимым. Орден позаботился об этом. Тебе наверняка сообщили.

- Хорошо. Обязательно в ближайшее время покажешь, где он. Еще стоит узнать про место дислокации «залетных» охотничков, я слишком давно о них ничего не слышал. Но это потом. Сегодня возьмете с собой пару арбалетов, несколько кольев, святую воду и, наверное, мой револьвер. Я его никому никогда не доверял, если честно, но ты берешь с собой кое-что подороже моего личного оружия. Улавливаешь ход моих мыслей?

- Да. Я беру с собой Самару.

- Верно. Ты должен понять, она — это все что осталось у меня от прошлой счастливой жизни. Я готов на все, чтобы защитить ее. Поэтому вот, - со скорбью в сердце, словно предавая старого друга, я отдал пушку парню. – Он меня ни разу не подводил.

- Спасибо, Уэйн. Это многое значит для меня.

- Очень в это верю. И не потеряй его. Завтра вернешь.

Без стука и приглашения, Самара резко распахнула входную дверь. Сидящего за стеной Джастина, она сразу не заметила.

- О, отлично, пока этого выпендрежника тут нет, мы поговорим. Ты даже не представляешь, что он о себе возомнил! - яростно закричала она.

- Представляю, и я с ним согласен. Тебе стоит пройти все экзамены.

Наконец, Самара его заметила, и ту же недовольно фыркнула.

- Добрый вечер, Самара, - спокойно и без намека на обиду, поздоровался Джастин.

- Он не добрый, как и весь это день!

Я не мог не вмешаться, пока не разразилась буря:

- Так-с, давайте-ка поговорим о нашем деле. Свои разборки будете оставлять за стенами моего дома. Я не хочу больше слушать ваши перепалки. Познакомитесь поближе, привыкнете друг к другу и все как-то само собой рассосется. Джастин, расскажи нам с Самарой все, что известно о Книге Судеб и ее пропаже, - удобно расположившись в своем кресле и пригласив Самару присесть за стол к Джастину, приказал я.

Каждый из них молчаливо согласился заключить временное перемирие. И молодой охотник начал свой рассказ:

- В 1997 году вы с Майклом Райнером передали книгу Ватикану. В ней не хватало семи вырванных кем-то ранее страниц. До недавнего времени книга находилась под присмотром и охраной в хранилище Ватикана, закованная в замки и цепи, под пуленепробиваемым стеклом. Сверху на книгу опустили тяжеленный серебряный крест Иисуса Христа, чтобы ни одно темное существо не могло к ней подойти, и тем более прибрать к рукам. Есть предположение, что книгу украл человек, ибо обойти все преграды на пути к краже данной реликвии нечисти не под силу. А вот под чьим покровительством он это сделал точно неизвестно. Руководство Ордена, в том числе Магистр, сразу подумали на Антихриста. Камеры были выключены. Следов и отпечатков тоже не осталось. Чистая работа. Как кто-либо выходил и заходил в хранилище тоже никто не видел. У охраны в то время происходила пересменка.

И тут я резко уставился на охотника недоуменным взглядом. В документах, присланных мне Орденом, было четко прописано, что охранники были замучены, а камеры выключены. А сейчас я слышал совершенно противоположное. Может это была ошибка или оговорка, или в Ватикане в очередной раз не договаривали всей правды, умалчивая действительность и снимая с себя ответственность за свой прокол. Перебивать и переспрашивать Джастина я не стал, но пометку об этой нестыковке в своем дневнике пообещал себе сделать.

- В книге со временем удалось расшифровать лишь некоторые символы–своеобразные магические печати, - продолжил охотник. - Они могут открывать входы в потусторонние миры, заклеймить человека или животное, запечатать проклятием и снять его. Подобными печатями, судя по библейским писаниям, как раз и был заперт Люцифер в Преисподней. Есть ли еще какие-то возможности у книги и какие они – загадка. Некоторые теологи предполагали, будто в книге прописаны человеческие судьбы, но прочесть их могут только высшие силы. Поэтому она и называется Книгой Судеб Людских. О людях и только о них.

- В книге можно прочесть любую судьбу и даже будущее человека? - перебила его Самара. В той самой любимой манере перебивать рассказчика, что и всегда.

- Да. Скорее всего даже демона или вампира, потому что душа еще при них. Она ни тут, ни там. Ни в раю и не в аду. А вот про таких существ как полтергейст или водяной, к примеру, она не поведает.

- Мне помнится, - перебил я, - что до того, как мы нашли книгу, ее часто отождествляли с той, что была описана в «Откровении» и ведала Иоанну о предстоящих ужасах Апокалипсиса…

- Да, но та книга была описана как древняя рукопись в виде свитков, запечатанная обычными печатями. А найденная вами книга Судеб оказалось не такой.

- Семью печатями, если быть точнее. И семь страниц не хватает в нашей книге. И обе книги так или иначе связаны с пророчествами и судьбой. Очередное совпадение? Что еще известно? - спросил я.

- Мы, к сожалению, не знаем, где искать остальные страницы. Весь Орден поднят на уши, все в курсе. И если каждый из нас поднапряжется, то, возможно, что-нибудь выяснится. То, что поможет напасть на след. Пока, увы, глухо. Охотникам дана команда пока не приезжать, ибо такое их нашествие на остров обязательно привлечет к себе внимание нечистых. Ведьмы вот в курсе Самары, теперь и я приехал. А ты,Уэйн, как вернешься в строй, совсем крышу снесешь потаенным обитателям укромных уголков города. Решение о твоем возвращении в Орден уже принято, мое письмо с одобрением в Ватикан станет лишь формальностью. Я здесь, ты и Самара. Пока Орден принял решение, что этого вполне достаточно для незаметных и тихих поисков страниц и книги. Нечего воду мутить и привлекать к себе лишнее внимание.

— Когда ты связывался с Орденом? Днем? Они еще что-нибудь стоящее сказали, кроме того, что отозвали необходимую нам подмогу?

— Это вроде бы все на сегодняшний день.

Я немного поразмыслил и решил добавить кое-что:

- У Самары есть одна страница из книги, первая. Райнер каким-то образом скрыл этот факт от Ватикана.

Самара прожигала меня взглядом, а Джастин смотрел с жадностью.

- У тебя есть одна из страниц книги? - до сих пор не веря своим ушам, проговорил охотник.

- Да, - с вызовом ответила Самара. – По этой причине убили моего папу. Они искали ее.

- Видимо, плохо искали, раз ты все еще жива, - остроумно подметил Джастин.

- А это действительно странно, - согласился я. - Почему они и тебя не убили, не перевернули дом вверх дном?

- Я не знаю. Мне тоже это непонятно, - отозвалась Самара.

- Могу я взглянуть на нее? - спросил охотник у моей крестницы.

- Нет, - твердо ответила та. - Она не со мной, и я никому ее не отдам, пока не буду уверена, что это безопасно.

- Глупо, ведь ее нужно надежно охранять. Ее в любой момент могут украсть. Где ты ее спрятала, под кроватью в своей спальне? - нетерпеливо и дерзко выпытывал парень.

- Ты меня еще и глупой считаешь? Ну знаешь ли, это уже ни в какие ворота! Что ты возомнил о себе вообще, а? Ты – чужак, кто дал тебе право указывать мне, что и как я должна делать? Даже если она и под кроватью, это не твое собачье дело!

- Прекратить! Я тут устанавливаю правила и я буду решать, что вам обоим делать, а что нет, - грозно заорал я. - А ну выметайтесь оба на патрулирование свежих могил. Вон отсюда!

Джастин наспех взял отданное мною оружие и вышел прочь. Самара обиженно посмотрела на меня, но ничего говорить не стала. Я, злой и нервный, захлопнул за ними дверь, не забыв при этом вручить Джастину пару бутылок водки для старого доброго смотрителя кладбища, в благодарность за выкопанные заранее могилки.

Как ни крути, мне еще предстояло путешествие в лес к старой могиле под древним дубом, а за окном солнце уже село за горизонт. «Выспаться так и не удастся», - подумал я.

В лесу было темно и глухо. Свой путь я освещал ручным фонариком. То тут, то там что-то шуршало в кустах, стволы деревьев потрескивали и внушали страх. Туман опускался все ниже, сырость покрыла землю. С прискорбием я подумал о том, что копать будет в два раза сложнее после дневного дождя. Запах хвои бодрил, но все равно жутко хотелось спать. Взятый в термосе кофе немного радовал. Так что, добравшись до нужного мне места, я устроил десятиминутный привал.

Отпив пару глотков, я устремил свой взор на океан и ярко светящий свет маяка. Дуб находился практически у самого обрыва, такой старый, но все еще такой могучий. С последнего моего пребывания здесь мало что изменилось, разве что земля немного усела и скос обрыва стал круче.

- Я легко нашел к тебе дорогу, старый знакомый. Как будто и не было этих долгих лет с нашего последнего свидания, - обратился я вслух к тому, кто мирно спал под этим деревом уже много-много лет. Мы с Райнером не стали беспокоить его и изымать скелет из земли, руководство Ордена дало четкий приказ этого не делать. Им нужна была лишь книга, а выяснять, кому она до недавних пор принадлежала, они не хотели. Как оказалось, зря.

- Кто же ты такой все-таки? Прошу прощения, что потревожу твой покой снова. Мой старый приятель оставил в этой земле на хранение кое-что важное. Я пришел забрать это. Забрать у тебя …опять.

Допив чашечку бодрящего кофе из своего походного термоса и помолившись над могилой безымянного усопшего, я принялся копать.

- Что-то я зачастил с копанием могил в последнее время, скоро они мне снится начнут, - промолвил я сам себе вслух и ненароком вспомнил сегодняшнее погребение Сэмми по полудню.

Копал я где-то с полчаса, с перерывами, тяжело было просто ужас. И пока рыхлил землю, заветной коробки так и не находил. Но наконец моя лопата уперлась во что-то твердое. На сколько я помнил, труп этого бедолаги был погребен без гроба. Мы тогда нашли его намертво прикипевшего к книге, а несколько страниц валялись в радиусе метра вокруг. И почему мы оставили его вот так здесь, ничего не предприняв? Какое-то безрассудство и наверняка огромный грех на наши головы. Кроме выполнения задания нас более ничего не волновало. Книгу нашли и на этом все. Можно спихнуть это на молодость, но и этот аргумент не избавляет от ответственности за свои поступки или бездействие.

Найденная коробка оказалась деревянной, прямоугольной и довольно небольшой. Сбив замочек острием лопаты, я наспех открыл ее. Кроме двух конвертов с письмами, внутри не было ничего. Посветив фонарем на письмо с надписью «Читать в первую очередь», я приготовился внимательно изучить написанные Райнером строки:

«Письмо №1

Мой дорогой друг, если ты читаешь мое письмо, значит я уже мертв.

Если помнишь, в ту неделю, когда мы нашли эту могилу и ее сокровища, должна была родиться Самара. Мелания была в критическом состоянии, врачи предвещали гибель и ее и ребенка, но я тебе об этом не рассказывал. Не хотел, чтобы ты переживал и тем самым постоянно напоминал мне о моей боли. А так мы справились с тобой на отлично, как и всегда.

В Ватикан я сразу не поехал. Я просто не мог бросить жену в столь трудный час.

Когда моя девочка родилась, ей пророчили от силы неделю жизни, максимум две. Я страшно скорбел по Мел, мое сердце было разбито, поэтому я не мог потерять еще и свою девочку. От отчаяния я уже подумывал заключить сделку с той самой ведьмой, которая указала мне путь к захороненной книге. «Какая удача», – думал я, что мне повстречалась колдунья, готовая сотрудничать с охотником. Помнишь, я упоминал ее? Если нет, то я напомню. Ее звали Маргарита. Я вышел на нее случайно, она естественно запросила не малую сумму за свое гадание, и я тогда сильно раскошелился. Она указала мне место, и я на всех парах бросился тебе о нем сообщить, но, видишь ли, в чем была моя ошибка, она предложила еще кое-что за отдельную плату. Информацию о самом погребенном под дубом. Но так как мне это было безразлично и больше терять свои кровно заработанные не хотелось, я отказался.

Уэйн, если бы я знал тогда, что это будет моя самая позорная и страшная ошибка. Ключ к страницам - этот несчастный под дубом. Ты должен узнать, кто он, и я уверен, все тайное станет явным.

Найди эту ведьму. Найди ее. Потому что, если ты сейчас в поисках ответов, а книга украдена, и кто-то ищет недостающие страницы, это значит, что моя дочь в большой опасности. И если ты не найдешь их первым, она скорее всего умрет.

Я не разбираюсь в магии, ты же знаешь, но то, что произошло со мной в больничной палате в день смерти моей любимой, просто повергло меня в шок. Я так и не смог разгадать эту загадку, как не старался. Я даже искал эту ведьму долгие годы, но так и не смог напасть на ее след. Я надеялся, что она сможет объяснить мне, что произошло. Другие ведьмы мне в помощи отказали.

Мне удалось выяснить лишь один факт про Маргариту - она является только тогда, когда этого пожелает. Это ведьма высшего ранга, могущественная колдунья. Будь осторожен.

Если ты не боишься и поклянешься прямо сейчас перед Богом, что сделаешь все, чтобы сохранить моей дочери и своей крестнице жизнь, распечатай письмо номер два.

М.Р.»

Не колебавшись ни минуты, я поклялся перед небом и Богом в том, что положу свое тело и душу за жизнь Самары и продолжил читать дальше:

«Письмо № 2

Когда я сокрушался об умершей жене рядом с блоком реанимации новорожденных, мой охотничий рюкзак с книгой был при мне. Я едва удерживал его одной рукой, обессилено рухнув на скамейку. Когда же слёз уже не осталось, я тихо подошел к стеклу, сквозь которое мог видеть мою Самару, лежавшую в кувезе и подключенную к различным аппаратам.

Внезапно я увидел, как из моего рюкзака просачивается чистый белый свет. Сначала я подумал, будто у меня галлюцинации от горя, но вскоре понял, что это не так. Открыв его, я увидел, что на странице номер один ярко сияет новый, не видимый нам ранее символ. Расшифровать его за все эти годы я так и не смог. Скорее всего, его может прочесть только высшее существо, а простому человеку это не по силам.

Я крепко держал страницу в руке не зная, что с ней делать. Но чем ближе я находился к Самаре, тем ярче горел этот огонек.

Когда я, нарушив все правила больницы, вошел в блок и подошел к Самаре вплотную, моя девочка закричала от боли. Книга заклеймила ее, а на правой пяточке ты теперь можешь увидеть еле заметный шрам в виде того самого знака, который появился тогда на чертовой первой странице.

Когда медперсонал ворвался, чтобы выпроводить меня, моя малышка уже мирно спала, а маленький шрам стал неприметен.Показатели были в норме и, как видишь, она живет уже больше отведенных ей двух недель. Волшебство в чистом виде.

Нет никаких сомнений, что Самара связана с книгой. Я подозреваю, если эта связь оборвется, она может умереть. Но это лишь мои догадки. Я ведь так и не узнал, что же это случилось с ней в ту ночь. Поэтому я сделал точную копию первого пергамента и подменил ею оригинал, оставив страницу Самаре. Дабы не дай бог не прервалась связь. В Ватикане, слава Богу, подмену не обнаружили. И это не иначе как чудо или большое везение. Поверь, я выложил огромную, просто колоссальную сумму создателю этой подделки.

С тех самых пор я поставил цель воспитать дочку достойным воином и непревзойденным охотником, чтобы она всегда могла себя защитить. И мне было абсолютно плевать, что женщин в составе Ордена не приемлют. Времена меняются, я надеялся на это.

Ты, наверное, подумаешь, что я обезумел. И ты будешь абсолютно прав, но скажи, разве ты не поступил бы так же для перестраховки, если бы от этого зависела жизнь того, кого ты любишь?

Мне жаль, что ты потерял все. Я знаю, что ты тоже очень мечтал о первенце, но Бог не дал. Поэтому прошу, Уэйн, Самара тебе как родная, сохрани ее, убереги мою дочь, умоляю!

Помни, мой дорогой друг, я всегда гордился тем, что ты мой напарник. И безмерно был рад, что именно ты шел со мной рядом плечом к плечу в наши самые светлые годы. Отпусти прошлое, если сможешь и найди в себе новые силы для великой борьбы со злом. И не печалься обо мне, я знал, что рано или поздно за страницей придут, но где-то в глубине души верил, что у Самары будет великое будущее и долгий жизненный путь, потому что никогда и ничего не происходит просто так.

М.Р.

P. S. Самара ни о чем не догадывается. Во всяком случае мне так кажется,».

Дочитав последнее письмо, я потушил фонарь, и не в силах более сдерживаться, горько заплакал.

Что есть необходимость взять себя в руки и успокоиться? Насколько в принципе человек способен совладать с самим собой? Я задавал себе этот вопрос не впервые. Каждый раз, когда кто-либо из прихожан поддавался унынию, я непременно говорил ему: «Так нельзя, это грех и все суета». Но сам-то я в это не верил. Поддаться унынию можно через утрату, горе, потерю работы и крова, любимой собаки. Человечество не способно не поддаваться искушениям, которые окружают его, подстерегают на каждом шагу и лезут в глаза, уши и рот. Мир слишком жесток, и мы звереем по отношению к нему, стараясь оправдаться и при этом не забыть поразмыслить о том, существует ли Господь Бог на самом деле.

Тем и великолепен человек в своей предсказуемости. Когда хорошо – мы благодарим Всевышнего, когда печалимся – ненавидим и проклинаем его, теряем веру. И все бы ничего, если буря вскоре в нас утихает. Намного хуже, когда мы не возвращаемся на круги своя: к себе, к Господу, к любви. Разве это не зовется единым именем – Антихрист? Не человек и не демон, неверующий, отвергающий все святое и внушающий людям страх. Страх – вот самое жестокое наказание. Парализующее, мучительное и разрушающее. Мы боимся всего, а от того и не живем вовсе. Отнять веру еще не так отвратительно, как то, что у тебя отнимают жизнь. И когда передо мной стоит выбор – поддаться страху и своим кошмарам или всеми силами совладать с ним, я выбираю вариант номер два. А тот, кто внушает страх, разрушает веру и топчет любовь, навсегда будет предан гиене огненной по окончанию своих мирских дней.

И я слышал голос острова. Так взывал он ко мне и несколько лет назад. Подкрадывался его дух через что-то близкое и знакомое, сокровенное и понятное каждому индивидуально. Сейчас я слышал его через строки, как мне казалось, знакомой песни, но искаженная реальность происходящего запутывала, одурачивала, обманывала. Это знак или предупреждение? Лес поет, а океан воет шумом волн в стенаниях и плаче, обрывками донося до моих ушей слова:

Когда на небесах и под землей идет война,

Только смерть собирает любви своей плоды.

Я продолжал сидеть у старого дуба, ловя каждой клеточкой дыхание ветра. Остров проснулся и пророчил беду. Так уже было раньше и происходило вновь.

Схватив фонарь, шкатулку и рюкзак, я направился обратно к своему Понтиаку. Путь к дороге должен был занять каких-то десять минут, если идти быстро и не оглядываться назад. Но я боялся, что если вдруг обернусь, то увижу его. Увижу, как тогда…

Образ маленького Антихриста снился мне по ночам. Я никогда не забуду его лицо и мой пистолет у его лба. Не было ничего святого в этих карих глазах, и страха в них не было. Я же, напротив, дрожал всем телом, покрываясь холодным потом с ног до ушей. Он почти совладал со мной, практически раскусил меня, а я сплоховал. Одно нажатие, одна пуля, один выстрел - и все бы закончилось. Но нет, я оставил проклятого мальчишку существовать на этой земле, как напоминание о том, что покоя мне не видать даже на том свете.

Пробираясь сквозь чащу леса, я слышал напевы любимой мелодии, и она устрашала меня. Ветер усиливался, но чем ближе я был к дороге, тем тише он становился. Все это представление было для меня одного. Кто связан с Богом – тот его голос на земле. И я нисколько не жалел о своем выборе, отдавши себя целиком и полностью служению ему, людям и церкви.

Когда солнце взойдет над твоим океаном,

В непроглядную тьму постучится рассвет…

Ступив на мокрый асфальт, я неожиданно вспомнил, что добрался сюда на попутке. Мой автомобиль забрали молодые охотники, когда отправились сторожить Кертиса на кладбище этой ночью. Я начал раздумывать, почему же память подвела меня: «Возможно, стоит пойти на зов и спуститься на пляж, к океану? Что ждет меня там, что увижу я и вернусь ли живым домой»? Вскоре меня бросило в дрожь от неожиданного озарения: «Кто был тот незнакомец, так любезно согласившийся в ночь везти меня к краю леса? Где лопата, которой я копал землю? Я ведь не брал ее с собой. Совсем забыл, как она оказалась в моих руках. Почему я отправился в лес налегке, прихватив с собой лишь термос с горячим кофе? Бессмысленность и явная чертовщина. Или я схожу с ума, или это остров играет со мной злую шутку. А может, я проклят? И мой рассудок мутится под действием злых чар? Чепуха какая-то, да и только».

В своих раздумьях я забылся как во сне, бесконтрольно обернулся назад и устремил свой взор во тьму одинокого ночного леса. Напротив меня стоял силуэт, лица его не было видно, а его рука указывала в сторону океана. «К воде», - пронеслось эхом в моей голове. Нужно было идти.

- Кто там? Отзовись! Я вижу тебя. Выйди на свет луны.

На всей скорости мимо пронеслась машина, ослепив меня фарами дальнего света. Тьма сгущалась и подкрадывалась все ближе. В горле я ощутил ком и все внутри меня сжалось. Придя в себя и стараясь разглядеть незнакомца в лесу, я естественно, по классике жанра, его не увидел. Ничего не оставалось. Нужно было спуститься к океану, на свет маяка.

Через пятнадцать – двадцать минут я добрался до ближайшего пляжа. Ноги болели, ладони саднило от мозолей. Я вдохнул свежий воздух полной грудью и осмотрелся вокруг. Мой самый жуткий кошмар, моё отчаяние и боль - Антихрист был где-то совсем близко от меня. А я совершенно об этом не знал.

Сладкой смерти глоток многолетним обманом,

Словно медом отравленным сократит век.

Песок, мокрый и влажный, холодный, не обжаренный солнцем. Я ощущал его на своих пальцах, присев на корточки и взяв горсть, как бы в надежде, что мне откроется секрет моего путешествия к берегу. Охотничье чутье не подвело, так как в трех метрах от меня действительно что-то было нарисовано на песке, доселе мне крайне ведомое и знакомое. Знак Антихриста не спутать ни с чем. Три цифры шесть. Приблизившись ближе, я постарался оценить его размеры и давность начертания. И как мне показалось, написан он был только что. Вывод напрашивался сам собой: он либо здесь, либо хочет поговорить. Через минуту знак исчез, его смыло пенной волной, словно и не было его здесь вовсе. А потом передо мной кто-то или что-то невидимым пальцем начертал: «Здравствуй, Джон Уэйн».

Я сразу смекнул, что этот кусочек берега – мини-портал для связи с тем существом, которое я ненавидел всем сердцем. Это значило, что на острове Антихриста не было, да и слова Райнера в письме окончательно убедили меня, что за пропажей книги стоит вовсе не дитя Дьявола.

Волны откуда-то издалека, принесли мне с ветром и плачем новые слова куплета:

…и кровавый свой след, среди выцветших душ.

Я понял, что нужно ответить, нужно написать ему что-то на песке, поговорить, всё выяснить. «Возможно ли, что он сам хочет исключить себя из списка подозреваемых? Что если за вопросами последуют ответы, которых я жажду», – подумал я.

И я начал писать…

Проснувшись поздним утром далеко не с первыми петухами, полный сил и заряженный энергией, я подумал, что умер. Выспавшийся целиком и полностью за все бессонные дни и ночи прошлых лет, я почувствовал себя моложе и свежее. Как добрался домой – не помнил, кто довез на попутке - тоже. Помогал мне остров или вредил, мне еще предстояло узнать. А пока я намеревался все записать в свой охотничий дневник, всё до последнего слова, впечатанного в памяти.

Нельзя было ни в коем случае забыть наш разговор - переписку старого охотника и Антихриста, которая была начертана на мокром песке и смыта океанской волной. Ничего нельзя было упустить! Это было определённо важно для будущих битв. А еще страшно было осознавать, что это наш не последний разговор. Ведь мы условились встретиться вновь, только теперь лицом к лицу. Я не мог поверить, что согласился на это, что поддался алчной возможности победить несмотря ни на что. А ведь мы заключили уговор, что он более никогда не ступит на остров. На какие жертвы готов пойти священник ради веры и преданности, ради общего дела и способности спасти человечество? Встретиться с Дьяволом – вот мой ответ. С легионом демонов в лице одного. И выглядит он как человек, и говорит как человек, но истинно им все-таки не является. Отродье Люцифера на Земле и мой извечный враг – Антихрист.

Глава 10. Один шаг

Самара

Выйдя из сторожки, я направилась следом за Джастином к машине Уэйна.

- Я поведу, - буркнула я и села на водительское сидение.

Ключи оказались спрятанными в козырьке, ровно там же, где их в своей тачке хранил отец. Поэтому их поиск у меня много времени не отнял. Пока новоприбывший охотник укладывал сумку с оружием в багажник, я тщетно пыталась завести эту колымагу.

Сев на пассажирское, Джастин издевательски протянул:

- С машиной нужно быть нежнее, ласковее, тогда она сразу тебя послушается.

- Иди в задницу, - парировала я, не оборачиваясь к нему.

Джастин глубоко вздохнул и устало посмотрел в окно:

- Может, разрешишь мне попробовать совладать с ней?

- Отвали.

С десятой попытки машина все-таки завелась, и мы тронулись.

- Для кого приготовлены эти два креста и венки? - спросил Джастин, указывая на заднее сидение.

- Их нужно вбить в могилы неизвестных вампиров, которых я прикончила прошлой ночью.

- Понятно.

- Мы из-за тебя так и не узнали, как Уэйн съездил в похоронку. Там работает ведьма, которая могла поделиться с ним нужной нам информацией про Мика и этих вампиров.

- Я-то тут при чем? Это ты начала. Если бы ты была вежливее и доброжелательнее, то мы бы цивилизованно побеседовали и всё узнали, а так ты только заставила старика понервничать.

- Не перекладывай с больной головы на здоровую! - взбесилась я.

- Давай прекратим препираться, а лучше послушаем музыку. Она успокаивает, - предложил охотник.

- Вряд ли такая музыка тебя успокоит, но валяй! - хмыкнула я. - Уэйн слушает исключительно рок, в основном Nightwish. Репертуар своеобразный, скажу я тебе. Но о вкусах не поспоришь.

- Давай познакомимся поближе. Возможно, если мы узнаем друг друга получше, пропасть из обид и непонимания между нами исчезнет сама собой. Расскажи о своей любимой музыке, например. Может, у нас есть что-то общее?

Мне совершенно не хотелось разговаривать о личном. Тем более с человеком, который мне противен. С малознакомыми людьми в принципе на подобные сокровенные темы не разговаривают. Все, чего я желала, - это отправить своего нового заносчивого напарника в преисподнюю, и чтобы он никогда оттуда не смог выбраться.

- С чего бы это мне делиться с тобой своими предпочтениями? Включай лучше кассетник. Я не желаю разговаривать ни о чем таком. И узнавать о тебе ничего не хочу. Нужные выводы о твоей персоне мною уже сделаны. Ты - придурок.

- Ну как скажешь. Хочешь обзываться - вперед, только помни, что настанет день, когда тебе придется взять свои слова обратно.

Его колоссальное спокойствие не просто злило, а буквально выводило меня из себя.

Джастин включил магнитолу и из динамиков раздались знакомые мне припевы. Молча мы ехали до конца песни.

- Кавер на классику. Красиво. У вокалистки прекрасный, просто потрясающий голос. Мне нравится. Обязательно послушаю их репертуар, – совершенно серьезно отозвался о композиции Джастин.

- Может, ты перестанешь подлизываться к Уэйну? Зачем тебе это? – прямо в лоб спросила я.

- Я очень уважаю его. Это не подхалимаж. Он действительно нравится мне, вот и все. Ты тоже мне симпатична, и я искренне жажду перемирия. Поэтому хочу извиниться за то, что произошло утром. Я сделал неосторожные выводы и был неправ.

- Серьезно? Вот так просто? Ну, хорошо. Допустим, я тебя прощаю, но при одном условии. Ты не станешь тестировать меня!

- Не могу. Это даже не обсуждается, - твердо ответил Джастин.

- В таком случае, пусть Уэйн отправит рекомендации, он все равно возвращается в ряды Ордена.

- Нет. Мы приняли решение, что экзамен тебе необходим, прости.

- Вы что уже сговорились против меня? Спелись, да?

- Самара, осторожней, следи за дорогой. Ты можешь не заметить поворота. Доедем до места и все тщательно обговорим.

- А мы уже приехали. Выметайся! И говорить тут больше не о чем.

Я заглушила мотор, вышла из машины и хлопнула дверью так сильно, словно в надежде, что эта развалюха сложится от удара, как карточный домик. Так я на своего крестного еще не обижалась. Ярость кипела в моей груди. Обида сжигала меня, вот-вот и из глаз покатились бы слезы.

Схватив кресты и молоток, я отправилась к могилам. Джастин, забрав сумку, смиренно поплелся за мной.

Вбивая первый крест в землю, я вкладывала в удар всю свою ненависть, так что он входил в почву, как нож в масло. Ненавистный мне человек, которого хотелось придушить, стоял рядом и просто наблюдал. Мне была противна одна лишь мысль о том, что я могу расплакаться при нем. Я не могла позволить себе этой слабости. Но предательский ком подступал к горлу все ближе. Я вспомнила отца, тот день, когда его гроб опустили в землю, а потом то мгновение, когда пришло осознание вечной утраты. Неестественная, гнусная пустота внутри…ее не спутать ни с чем. Боль потери и дикое отчаяние приступают к расчленению всего, что делало тебя целостным. И ничего не исправить. Человек исчезает, растворяется во времени прошлого. И в будущем для него места нет. А ты продолжаешь выживать с этим чувством, ведь ничего тебе более не остается. Рядом себя не закопаешь…

На второй могилке из моих глаз тихонько покатились слезы. Я вбивала крест сильнее. Била и била. От ударов молотком становилось легче, но хотелось разгромить все вокруг, выпустить пар. И все бы ничего, пока меня не дернул черт вспомнить последний разговор с Джейд. В этот момент мои руки неожиданно опустились, и я упала на колени. Больше сдерживать рыдания не было сил. Через пелену соленых слез я не видела ничего. И вдруг кто-то очень тихо сел напротив меня и нежно прижал к себе.

От Джастина пахло мелиссой и свежим дождем. Мимолетно мне даже почудилось, что я слышу запах любимых цветов. Буря и шторм постепенно затухали в груди. Прижавшись сильнее, я старалась не упустить того умиротворяющего чувства покоя, которое неожиданно ворвалось в мое сердце. Находясь в объятиях человека, с которым я знакома всего один день, я постепенно приходила в себя.

Так мы просидели минут десять, пока он не сказал:

- Нам пора, если не хотим упустить то, зачем приехали.

Я молча отстранилась и наши глаза встретились. Лазурь его глаз под луной была еще прекраснее.

- Я люблю музыку Meg Myers - неожиданно призналась я.

Джастин радостно улыбнулся. Это была улыбка победителя. Он помог мне встать, и мы направились за холмик к третьему ряду могил, где я надеялась мирно и навеки спит Мик Кертис.

У его могилы мы просидели часа два, каждый молча пялился в свой телефон, и никто не мог решиться заговорить первым. Туман рассеивался, а луна светила на чистом ясном небе так таинственно, как никогда прежде. Или мне так казалось?

- Странная погода сегодня, то дождь, то ясное небо, – не выдержала я молчания.

- Да, наверное, - не отрывая взгляда от экрана, ответил Джастин.

Я не сдавалась:

- Что читаешь?

- Я ищу подходящие вакансии для себя. Нужно устроиться куда-нибудь на подработку. Наши поиски будут скорее всего долгими, а зарплаты Ордена не хватит покрыть все капризы Джонатана.

Я улыбнулась впервые за эту ночь. Справедливость восторжествовала!

- Значит, он решил обобрать тебя, как липку?

- Похоже на то, - засмеялся Джастин и отложил телефон.

- Нашел что-нибудь?

- Да, есть вакансия преподавателя психологии на полставки в местном колледже. Корочка у меня имеется, стоит попробовать.

- Чем ты раньше занимался, кроме службы Ватикану? Какая у тебя гражданская профессия?

- Последнее время я всего себя посвящал Ордену, а до этого периодически подрабатывал репетитором и консультантом.

- Это интересно?

- Нет, если честно. У людей иногда такое происходит в головах... Скажем так, они не перестают меня удивлять и разочаровывать, - улыбнулся он. – Ну а на что живешь сейчас ты?

- На сбережения. Пока не устроюсь в Орден, мне хватит. Тем более сложно совмещать поиски ответов на мучающие вопросы и работу. Не представляю, как ты все будешь успевать.

- Расскажи мне об отце и о Уэйне. Истории их приключений мне крайне интересны, – попросил Джастин. Я ждала, что он добавит что-то вроде «если тебе не трудно или если тебе не больно говорить о папе». Но этого не последовало.

- Что рассказать? На пересказ их совместных вылазок за монстрами уйдет не одна ночь. И, возможно, будет лучше, если Джон сам распишет тебе в ярких красках лучшие события своей молодости. Я лишь могу сказать, что они с папой действительно были лучшими друзьями. Папа родился здесь. Весь мой род проживал на острове с самого его заселения европейцами. Папа был первым, кто покинул остров и переехал в Техас. Это произошло, конечно, из-за мамы, а не потому, что ему так вдруг вздумалось. Она была прекрасным талантливым архитектором. Ее ждали огромные перспективы и был большой заказ именно в Техасе. Она планировала и разрабатывала новый проект парка аттракционов. На это уходило много времени и сил. Папа рассказывал, что это было делом всей ее жизни. Но проект тормозили. То ли из-за спонсоров, то ли еще из-за чего-то. Не знаю конкретики. Джон же остался в Бронксе вместо папы. Принял ответственность за остров, выбрал себе судьбу Майкла Райнера. Отец всегда был искренне благодарен ему за это. Так Джон и прирос к своей лачужке. Помогал своему предшественнику на посту священника реставрировать церковь святого Августина. Копил средства на большой дом для своей семьи. Вкладывал все свои силы в охоту и службу Господу, пока…

Дальше продолжать не хотелось. От любого упоминания об Антихристе и Джоне мне становилось не по себе. Страшно было вспоминать его тогда: больного, измученного утратой супруги и полным провалом в уничтожении мелкого, гнусного и отвратительного паскудника. Джастин уловил мое замешательство. Но уточнять, чем оно вызвано, не стал, решив перевести разговор в другое русло.

- Чем планируешь заниматься завтра?

- Планирую выспаться. А потом навестить Джейд. Пока не поступит задач от Джона, наведаюсь к ней еще раз. Теперь уже отправлюсь в кафе, чтобы при свидетелях, если вдруг она все-таки решится меня придушить.

- Ты вроде ездила к ней сегодня. Не застала?

- Застала и с прискорбием сообщаю, что ты оказался прав в чем-то. Мне стоило сначала взвесить все за и против, прежде чем выпускать стрелу в сердце ее брата.

Я кратко пересказала Джастину весь наш разговор с Джейд. Выслушав меня, он предложил:

- Завтра пойдем туда вместе. Я попробую помочь. Возможно, взгляд со стороны немного протрезвит ее.

- Вряд ли, ты можешь сделать только хуже.

- Ну попробовать стоит. От твоего внутреннего благополучия будет зависеть наша дальнейшая работа над поисками. Ничего не должно мешать на пути к успеху.

- Все понятно. Ты хочешь помочь только из корысти, ничего более. А я уже наивно стала полагать, что ты нормальный человек, - сложив руки на груди, прошипела я.

- Ну не заводись опять. Да что же такое? Мы только научились ладить друг с другом, ну или хотя бы попытались. Прошу, не ищи подвоха во мне и моих словах. Я правда искренне хочу помочь, - умоляюще посмотрел он на меня.

Ответить я не успела. Могила Мика задрожала, как от землетрясения.

Мы оба вскочили на ноги. В моих руках был осиновый кол, а Джастин крепко сжимал револьвер. Я слегка удивилась тому, что Уэйн кому-то доверил его. Но для выяснения подробностей время было неподходящее.

Из земли появилась рука, Мик вырывался наружу. Зрелище было кошмарное, словно из фильма ужасов.

- Его нужно отключить и связать. Приготовься, - закричала я, но мое последнее слово получилось смазанным, потому что кто-то ударил меня в спину и повалил на землю. На нас напали.

Нападающих было двое, потому что я слышала, что Джастин тоже с кем-то сражается. Я набрала могильной земли в рот, было противно и мерзко. Раз, потом другой - кто-то бил меня ногами в живот. Боль была острой и невыносимой. Попробовать подняться совершенно не было сил. Потом я услышала долгожданный выстрел, и мой обидчик упал наземь. Когда я смогла разглядеть его, то подумала, что мне изменяет зрение. Обратившись гигантской змеей, он скрылся за могилами и исчез.

Мик тоже убегал прочь.

- Я догоню его, - крикнул охотник и помчался следом. Я обернулась в поисках второго нападающего, но его нигде не было. Где-то в деревьях громко ухнула сова.

Я кое-как встала, спина не хотела разгибаться. «Мы облажались, - подумала я, - если Джастин его не догонит – это будет полный провал».

Примерно через десять минут я увидела, как Джастин возвращается ко мне, волоча за собой шатающегося и изрядно отметеленного старшего брата Джейд.

- Слава Богу, я думала, что мы его упустили, - с облегчением выдавила я из себя, ведь говорить все еще было больно.

- Резвый малый. Я всадил ему в шею целых пять кубиков святой воды с серебром. Давай веревку, свяжем его и отвезем в подвал моего дома, - приказал запыхавшийся охотник.

- К тебе домой? - непонимающе уточнила я.

- Да, я снял дом на берегу. «Одинокий призрак». Слышала о нем? Куча жутких легенд по городу ходит об этом доме, - связывая Мика и засовывая ему кляп в рот, проговорил Джастин.

- Дом-одиночка? Стеклянный дом? Тот самый? Мы с Джейд и Крофтом одно лето туда сделали вылазку. Даже днем там было жутко и страшно. Полупустой, почти прозрачный из-за множества окон от пола до потолка. Очень необычная архитектура строения.

- Да. Он был построен с нуля, якобы кому-то в подарок. Но когда дом был готов и этот кто-то поселился в нем, его убили. Говорят, кровью были испачканы все двери и окна.

Пленник был готов к погрузке в тачку и Джастин повел его к машине. Я прихватила рюкзак, осмотрелась вокруг и, убедившись, что мы ничего не забыли, пошла следом.

До «Одинокого призрака» мы добрались быстро. На часах было около двух часов ночи. Хоть я и прикорнула немного днем, мне все равно хотелось прилечь. Живот болел и спину саднило.

Джастин отвел вампира в подвал и бросил его там.

- Тобой я займусь потом, - сказал он Мику и закрыл дверь снаружи. Мне от всего этого стало как-то не по себе.

- У тебя есть бинты и аптечка? - спросила я. - Мне нужно обработать раны. Да и у тебя из-под свитера сочится кровь, вот, посмотри. – Я указала ему на пропитанное кровью место ранения.

- Да, располагайся. Свет есть пока только в этой части дома. В ванной темно, поэтому возьми свечу на журнальном столе.

- Спасибо, - поблагодарила я и пошла в ванную комнату.

Когда я вернулась, аптечка, бинты и все нужные нам лекарства были разложены на полу. Джастин сидел рядом.

- Тебе бы диван сюда и телевизор. Спишь-то ты где?

- В спальне есть небольшая софа. Пока я справляюсь. Садись и приподними кофту. Я хочу посмотреть на место удара. Я видел, как ты держалась за живот. Он сильно побил тебя? - глядя на меня снизу вверх, спросил Джастин.

Я аккуратно опустилась на пол напротив него и приподняла кофту, оголив живот. Он весь был в синяках и ссадинах. Джастин с минуту смотрел на это и потом сказал:

- Я найду его и убью.

- Кто они, ты знаешь нападавших? Видел их раньше? - с надеждой спросила я.

- Нет, - выдавливая заживляющую мазь себе на руку, ответил охотник.

- Один из них обернулся змеей. Мне не показалось. Я отчетливо это видела.

- Разрешишь? - указывая на живот и проигнорировав мои слова, спросил Джастин.

Я покорно согласилась на его помощь.

Лекарство было холодным, но мне от этого становилось легче. Джастин нежно водил по животу своей рукой, стараясь по минимуму причинить мне хоть какой-либо новый дискомфорт. Потом он развернул меня к себе спиной, и я вздрогнула. Мне было больно и хорошо одновременно. Так ни один мужчина в жизни еще ко мне не прикасался. Хотелось стонать и рычать, и я всеми силами сдерживала свои порывы. От возбуждения кружилась голова. Я чувствовала его дыхание на своей спине и меня охватила мелкая дрожь.

- Ты замерзла? Я могу растопить камин.

- Да, немного, - солгала я и спустилась с небес на землю.

- Посиди так минут десять, пока мазь не впитается, а я пока наложу повязку на свою рану на плече и разожгу огонь.

Я смирно сидела на коленках и думала о том, что если сейчас не обернусь и не увижу его голый торс, то никогда не прощу себе. В глубине души я надеялась, что он отвратителен, ведь у этого парня должен был быть хоть какой-то изъян, чтобы я перестала так глупо себя вести.

Но я ошиблась. Картина явилась передо мной просто великолепная. Красивый мужчина после драки, полураздетый, стоял напротив, а за ним из хрустально чистых окон открывался вид на великолепные просторы океана, отражающие волнами холодные блики луны.

Я чуть не взвыла от желания, но этот человек был так далек от меня, так неприступен. Словно вершина горы Эверест, до которой мне было еще идти и идти. Да и наш огонь раздора еще не потух, но мысли в голову так и лезли: «Вряд ли я ему вообще могу понравится, ведь он старше меня и наверняка имеет семью и любимую женщину. Господи, я ведь совершенно о нем ничего не знаю. Он чужой мне. А я еще и веду себя как капризная и недалекая дура. И ненавижу… Ненавижу?»

- Мне пора, - встав на ноги и заправив кофту, сказала я.

- Уверена, что сама доберешься? Ты как вообще? Может, нужно в больницу, вдруг внутреннее кровотечение?

- Не стоит, со мной все в порядке. Со мной все будет прекрасно. Спасибо за помощь и за пойманного беглеца. И еще кое-что, - замялась я.

- Что, говори, я слушаю.

- Прости меня. Я вела себя очень глупо, как малолетка. Это не профессионально и не красиво. Я исправлюсь и сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь общему делу. - Я смотрела в его глаза, говоря искренне и виновато. Мне действительно было неловко за свое поведение.

- Самара, когда я увидел тебя впервые, мне сразу стало понятно, что будет непросто. Будет непросто заниматься поисками и сражаться с демонами рядом с тобой. Потому что ты прекрасна и светла в отличии от всего, что происходит вокруг. Ты не держишь эмоции в себе, бьешь наотмашь. Не скрываешь злости, боли, ярости и радости. Все на виду и это подкупает меня. Заслужить твое доверие мне будет куда сложнее, чем отыскать эту чертову книгу. Не знаю, почему так, но я вижу это яснее ясного. Скажу честно и открыто, если бы не работа, я бы, наверное, пригласил тебя на свидание. Но мне страшно, что это только помешает нам. Да и вряд ли бы ты согласилась, учитывая, как нехорошо мы начали. Тем более тебя, наверное, интересуют парни помоложе. Но и это не важно. Мне не стоит переступать эту черту, как бы соблазнительна ты не была. Надеюсь, мои откровения изменят твое мнение обо мне в лучшую сторону, и мы все-таки подружимся. Мне очень хотелось бы стать тебе настоящим и верным другом.

Я не знала, что ответить на эти откровения, они шокировали меня. Все, что могло быть таким простым, неотвратимо становилось сложным. Ведь я действительно могла влюбиться и это пугало меня больше, чем напавшая этой ночью гигантская змея.

- Нужно сообщить Уэйну обо всем, что произошло. Ты сможешь набрать его сейчас и перегнать Понтиак завтра? - все, что я смогла сказать.

- Да, конечно, - разочарованно улыбнулся Джастин, - езжай домой, я позвоню и верну ему машину. Не беспокойся об этом.

Не желая покидать этот дом, который казался теперь не страшным, а романтичным, я вызвала такси и уехала. На душе скребли кошки, и все вокруг казалось пустым и безнадежным. Ничего больше не являлось важным, кроме ярко-голубых глаз человека, в которого я так глупо и так безвозвратно могла влюбиться. Наконец, я смогла понять, в чем смысл выражения «От ненависти до любви один шаг». И что делать с этими чувствами дальше, я понятия не имела.

Глава 11. Нестандартные ведьмы

Самара

Утром за завтраком я очень сильно старалась скрыть от тети с дядей последствия ночи. Все тело ныло и саднило, и я пыталась не поддаться соблазну заскулить от боли при резких движениях.

- Ты выспалась? Во сколько ты приехала? - грозно спросила тетя, не скрывая недовольства от моих ночных похождений.

- Я хорошо спала, спасибо. Не думала, что разбудила вас ночью, извините. Я старалась быть тихой.

- Ничего страшного, все в порядке, - отозвался дядя. - Бэт просто волнуется за тебя, она привыкнет.

- Привыкнет, - возмутилась тетя, - еще чего!

- Прости, тетя Бэт, если вы не готовы с этим мириться, я съеду куда-нибудь. Мне жаль, но вот так я буду пропадать довольно часто. У нас с мистером Уэйном есть важное дело, которое требует от меня полной отдачи.

- Лучше бы ты себе жениха нашла! - взмолилась тетя, но обняла меня. От тупой, но пронизывающей боли я чуть не вскрикнула. - Никуда я тебя не отпущу.

- Ты уверена, что сможешь мириться с моей ночной жизнью, с демонами, вампирами и прочими аспектами моей жизни? – мягко отстранилась я.

- Куда деваться? Майкл всегда говорил, что пусть мы, непосвященные в дела Ордена, и принимаем пассивное участие в этом нелегком охотничьем деле, все-таки оно семейное. Держаться смирно в сторонке довольно непросто, - лукаво улыбнулась она и развернулась к плите.

Я выдохнула. Дядя придвинул ко мне поближе тарелку с блинчиками и джемом. Я кивком поблагодарила его.

- Чем собираешься заняться сегодня? – аккуратно поинтересовался он.

- Хочу заехать к Джейд в кафе. Нам есть что с ней обсудить.

- Как ее брат Мик? Кажется, так его зовут? Ходят слухи, что, когда они мать похоронили, он подсел на наркотики.

- Мику больше наркота не страшна. Она-то его точно не убьет. Он – вампир.

Я продолжала наслаждаться апельсиновым джемом, пока тетя с дядей переваривали услышанную информацию. Весь остаток времени за завтраком мы провели в полнейшем молчании.

Сделав последний глоток чая, я поцеловала обоих в щеки и направилась к выходу. На улице выл сильный ветер и было жутко холодно. Шерстяная кофта поверх свитера особо не спасала положение. Нужно было скорее добраться в теплое и уютное кафе.

Пока я шла, мне все время казалось, что кто-то идет по пятам, преследует меня. Но сколько бы я не оборачивалась назад, никого за мной не было. В такую погоду даже собаку на улицу не вытянешь. Мерзко, сыро и пасмурно. На минуточку я позавидовала людям, которые в это субботнее утро находились в своих теплых постелях, наслаждаясь ароматным кофе и присутствием кого-то близкого и родного рядом.

Через два квартала я уже была на месте. Первое, что бросилось в глаза - кислая мина молодого парня за барной стойкой. Он тихонько перебирал пальцами полотенце и устало пялился в окно. Посетителей было немного: всего две милые девушки, тихонько о чем-то перешептывающиеся у окна. Мне даже померещилось на мгновение, что они на меня как-то странно поглядывают.

- А в «Веселом Роджере» уже с утра наливают? – попыталась я как-то разрядить обстановку и отвлечь унылого парня от накрывшей его тоски.

- Я весь внимание, что будете заказывать? - грустно и протяжно вздохнув, отозвался тот.

- Вы, наверное, владелец? Очень приятно познакомиться. Я старая знакомая Джейд. Она здесь, кстати? Мне очень нужно с ней увидеться, - как-то неловко проговорила я.

- Нет, ее нет. Она в очередной раз не вышла на смену, а отец убьет меня, потому что я не могу заставить сотрудников подчиняться дисциплине. Рендал Джери - полный лузер и неудачник, к вашим услугам, - парень протянул мне руку, – Передай своей подружке, что она уволена.

Я слегка сконфужено протянула руку в ответ и, не придумав ничего лучше, предложила:

- Может, я могу подменить ее? Я уверена, что только крайне уважительная причина не позволила ей сегодня добраться до работы. Могу ли я попробовать перевоплотиться в официантку на один день и тем самым спасти твое положение? Возможно, если я справлюсь, ты не уволишь Джейд?

Зазвенел звоночек на входной двери, и новоприбывший посетитель присел за крайний столик.

- Это бы выручило меня, если честно. Кафе у нас небольшое, если ты заметила. Но сегодня выходной, посетителей должно быть много, а у меня одна официантка на смене. Поверь, людей, которые хотят выпить и закусить не остановит ни дождь, ни слякоть, ни землетрясение. Паршивую погоду заливают всем, что горит.

- Я справлюсь. Позволь помочь и тебе, и моей подруге.

- Идет. Как тебя хоть зовут-то? - с неприкрытой радостью спросил Рендал. Он явно повеселел.

- Самара Райнер. Я племянница Бэтти и Барни Форманов. И я рада, что отец тебя теперь не убьет.

Мы оба посмеялись над этим. Рендал отправился приготовить мне передник и бейдж. Я обернулась и наконец смогла увидеть, кто вошел в кафе пару минут назад. Это был Джастин, он мило улыбался мне.

- Джейд здесь нет, она не вышла сегодня. По всей видимости, ее еще не попустило, - пожаловалась я, подойдя к столику Джастина.

- Мне чашечку фруктового чая и сэндвич, пожалуйста, - наигранно ответил он.

Я закатила глаза, но послушно отправилась на кухню. Рендал вручил мне мой беленький передник и наспех от руки написанный бейдж. Я приступила к работе.

Немного волнуясь, дрожащими руками я все-таки донесла поднос до столика своего первого клиента и обслужив его, сказала:

- Кушай, не обляпайся, Джастин. Угощаю. Надеюсь, ты вспомнишь о моей любезности в тот момент, когда будешь принимать у меня первый экзамен.

Охотник искренне засмеялся, явно оценив мою добрую шутку.

- Не так быстро, хитрюга, я еще не попробовал сэндвич с сыром. Вдруг в нем таракан?

- Это уже к повару, а не ко мне! - засмеялась я в ответ и не заметила, как в кафе тихонько вошла Джейд.

То, что произошло дальше, испортило не только это доброе утро, но и весь будущий день. Джейд подошла ко мне и начала сыпать обвинениями:

- Братца моего пришибла, теперь еще и подсидеть решила? Быстро же ты освоилась, еще и мужика какого-то охмуряешь, глазки ему тут строишь? А ты не так проста и наивна, как казалось на первый взгляд!

Я растерялась. Ее глаза-молнии прожигали меня насквозь.

- Джейд...Я.…Все не так, прошу, давай поговорим, только будь тише, нас же все слышат.

- Боишься, что люди узнают какой ты монстр? Трусишь, что у всех падет пелена с глаз? Слетят розовые очки?Так пусть знают! Ты – убийца.

Из кухни вышел Рендал. По счастливой случайности, он не успел услышать ее последних слов.

- О, Джейд, ты пришла, какое снисхождение к нам! Где тебя носило? Я все ногти себе сгрыз! Ты опоздала!

- Знаешь, Джери, иди к черту, - Джейд резко развернулась и вышла, громко хлопнув дверью. Висящий на ней звоночек упал на пол.

- Я догоню ее, - сказал Джастин и выбежал следом.

В окно я увидела, как напарник догнал мою подругу у перекрестка, и как она резко отмахнулась, не желая, по всей видимости, ничего слушать. Но потом ее явно что-то зацепило. Слова, сказанные Джастином, заставили Джейд призадуматься и согласиться на переговоры. Еще минут пять они обсуждали что-то, а потом Джастин быстрым шагом вернулся в кафе. Я нетерпеливо ждала, заламывая пальцы рук.

- Мы с ней съездим ко мне домой. Я дам Джейд возможность поговорить с Миком, - сказал охотник.

- Ты уверен? Это может быть опасно, - забеспокоилась я.

- Я все время буду рядом, обещаю. Ничего с твоей неблагодарной подружкой не случится, - убедил Джастин.

- Ладно, как знаешь. Может, тогда она передумает травить меня. Ты Уэйну звонил? Рассказал про змею и все, что случилось?

- Да, все в подробностях, а он поведал мне информацию от ведьмы.

- Что она сказала, давай вкратце, - поторопила я.

- Сказала, что Мик обратил тех вампиров сам, а кто оставил послание в виде мертвого Сэма она не в курсе. Я позже поеду к нему, или, может, он захочет приехать ко мне пообщаться с нашим пленником. Составим вместе план действий по поиску книги и ее страниц.

- Хорошо, удачи. И спасибо!

Джастин ушел, так и не допив свой остывший чай. Я видела, как они с Джейд сели в такси и скрылись за поворотом. С неба пустился сильнейший ливень, как страшный знак, не сулящий ничего хорошего. Мои нервы были на пределе. Рендал с недовольным лицом протирал насухо и без того чистые стеклянные бокалы. А две девушки, сидящие у окна, продолжали не сводить с меня глаз. Я подошла к ним и спросила, не желают ли они еще чего-нибудь, но, как оказалось, ни пить, ни есть они больше не хотели. Им нужно было кое-что другое.

- Так ты и есть та самая охотница, прибывшая на остров несколько дней назад? – растягивая слова, спросила меня темноволосая девушка с немного уставшими карими глазами.

- Ее Самарой зовут, смотри - на бейдже написано, – отозвалась другая, на шее которой я разглядела кулон в виде ведьмовского знака.

Я сразу смекнула, кто передо мной, и, если честно, облегченно выдохнула.

- Вы, наверное, Дана и Милана? Знаменитые сестры-ведьмы острова, не так ли? – спросила я.

- Верно, я – Милана. Работаю в похоронном доме. Обожаю сладкое, пушистеньких заек и нашего местного святошу Джонатана Уэйна. А это – Дана, – указала она на свою сестру, - моя любимая зануда. Мы вместе учимся на последнем курсе в нашем местном колледже и обе жаждем смерти нашему общему знакомому вампирчику. Мы слышали, но не подслушивали. Ваш недавний разговор тихим не назовешь, – скрестив руки на груди, добавила она. Вызывающий тон ее голоса меня немного разозлил.

- Уэйн - мой крестный. Не знала, что ты проявляешь к нему такую симпатию. Он о тебе в подобном ключе ни разу не отзывался.

Я увидела, что это ее задело, впрочем, я этого и добивалась. Слишком нахальной уж она мне показалась.

Неловкую паузу перебила Дана. Её речь была странной и монотонной, тягучей:

- Мик - очень нехороший парень. Его нужно заколоть и разрубить на несколько частей. Или оторвать голову. Тогда он уснет навеки.

Ее кровожадность меня не испугала. Пусть я раньше ведьм и не встречала, но хорошо была подготовлена к "свиданию" с ними. Книги всегда описывали ведьм как прислужниц дьявола и всё, что их якобы интересовало – это смерть, золото и коварство. Проклясть они были горазды любого неугодного. А еще ходили слухи, что ведьмы жрут девичьи сердца. Так ли это, я не знала, как и того, почему этим двоим была так интересна моя персона.

Я обратила внимание, что Милана с Даной совершенно не были друг на дружку похожи. Разный цвет волос и разрез глаз, полная уверенность в себе и критическое ее отсутствие. Милана была ослепительно красива, в отличие от своей сестры. Идеально выведенные черным карандашом стрелки выгодно подчеркивали её огромные, широко распахнутые голубые глаза. На безупречной фарфорово-белой коже сочными бутонами выделялись яркие губы, а тщательно уложенные шелковистые волосы мягкими волнами обрамляли худое лицо с изящными, тонкими чертами.

Дана рядом с ней была просто серая мышь: абсолютное отсутствие макияжа, небрежно растрепанные, путающиеся темно-каштановые кудри. Её оливковая кожа была болезненного, землистого оттенка. Из-за чрезмерной худобы и миниатюрного роста девушка казалась не изящной, а какой-то угловатой и по-детски нескладной. Большие карие глаза, которые могли бы быть красивыми, прятались за хмурыми бровями, а столь же сочные губы как у сестры она словно неосознанно любила покусывать, отчего они выглядели болезненно припухлыми. Нетрудно было догадаться, кто старшая дочь в семье. Милана явно давила на сестру своим авторитетом и жгучей страстью контроля.

- Девушки, вы что-то знаете? Знаете, кто наложил чары на Мика Кертиса? Мы пытались умертвить его дважды и все тщетно, – мой подозрительный тон уловили обе.

В кафе вошла группа из трех посетителей.

- Он мой бывший, к сведению, - сказала Дана, - Наши отношения Милана не поддерживала, и была права. Теперь он в шайке головорезов. Мы кое-что разузнали про некоторых из них. Но загвоздка в том, зеленоглазка, что ведьмы не сотрудничают с охотниками. Связаться с Орденом – значит для нас предать свою веру.

От этого разговора мне становилось не комфортно. Еще и Рендал как-то странно вел себя у бара, дергался, нервничал. Что-то в новоприбывших посетителях было не так. Но так как мое внимание было приковано в большей степени к ведьмам, я особо не обращала на это внимания.

- Зачем вы завели со мной разговор, если не собираетесь помочь? И разве общение с Уэйном не считается сотрудничеством?

- Из двух зол нужно выбирать меньшее. Тот, кто заправляет этой шайкой, нам не друг. А Джону желает помочь еще кое-кто кроме нас. Старый знакомый. Он-то уж точно ведает, что делает. Нельзя позволить какому-то там магу захватить остров и нас вместе с ним.

- Магу? – громко спросила я, перебив Милану, и тут же осеклась, почувствовав затылком приближающуюся ко мне опасность.

Милана заметила это первой, так как сидела лицом к нападающим. Она резко оттолкнула меня, так что яд, выпущенный гигантской змеей, не попал мне в лицо, а растекся по стене.

- Он обратился в змею, - завопила она, указывая пальцем на существо, которое ползло по полу, приближаясь к нам все ближе и ближе. Внешне походившая на обычную кобру, но в несколько раз больше, змея пялилась на нас не естественными для своего вида серо-голубыми глазами. Я сразу их узнала. Образы из моего сна будто бы ожили и пришли по мою душу.

Дана перевернула на эту тварь стол, посуда разбилась вдребезги. От одного взмаха ее руки осколки впились в раздувшийся змеиный капюшон до крови. Пока ползучая ядовитая дрянь шипела и извивалась от боли, я успела подняться. Схватила бутылку с края барной стойки, в полной готовности сделать из нее розочку, и приготовилась защищаться.

Лицо второго мужчины, физически крепкого и атлетически сложенного, скрывал низко опущенный капюшон толстовки, которым он словно старался спрятать облик от лишних глаз. И только третьего нападавшего мне удалось хорошенько рассмотреть: это был высокий худощавый азиат со слегка оттопыренными ушами, одетый в классическую черную рубашку и брюки. Улыбнувшись мне одним уголком губ, он молниеносно превратился в огромного филина, размах крыльев которого доходил метров до трех. Оперение его было вполне обычным: рыжевато-бурое, с темными пестринами на спине и крыльях, а вот глаза были совершенно нехарактерны: темное-карие, почти черные. Они словно вбирали свет, в них чудилась бездонная пустота. Я осознала, что они остались такими же, какими были в его человеческом облике. Хищная птица готовилась к нападению, ее острые когти нацелились на Дану. Моя недавняя аналогия с мышью оказалась какой-то пророческой. Я истерически хохотнула и разбила бутылку об стол.

С размаху, в один прыжок я воткнула острие бутылки прямо в грудь этой пернатой твари. Хлынула кровь, филин упал, я распорола его грудину до мяса. Двое нападавших были повержены. Но то, что произошло потом, просто заставило мое сердце похолодеть от ужаса.

Передо мной открылось лицо человека, которого я совершенно не ожидала увидеть. Он опустил свой капюшон и устремил на меня взгляд жестокого убийцы.

- Саймон, – прошептала я, не помня себя от ужаса.

Поверженная, словно ударом молнии, я ощущала, как мой мир уходит из-под ног. Человек, с которым я когда-то делила постель и заваривала кофе по утрам, стал одним из них. Стал монстром.

А потом все стало происходить, как в тумане. Я понимала, что Саймон обращается в нечто, похожее на волка. Огромная мерзкая морда шакала явилась передо мной и забрюзжала слюной. Страшный голод и жажда крови в его звериных глазах говорили мне, что нам конец.

Рендал упал в обморок. Странно, что он еще столько продержался. Повара закрылись на кухне, кричали и плакали, а бедная официантка Мэгги, выносившая мусор в контейнер на задний двор, ничего не подозревая, спокойно зашла в зал.

- Уходи, - закричала ей Милана, но было слишком поздно. Змея, оправившись от потрясения, цапнула ее. Мэгги вскрикнула и упала. Казалось, будто яд парализовал ее. Тело девушки вытянулось от боли, ей не хватало воздуха, но умирающая тщетно старалась ловить его ртом, а глаза, полные ужаса и осознания неминуемой смерти, смотрели на меня в мольбе о помощи.

- Милана, вы можете помочь? Хоть что-нибудь сделать, умоляю, - взмолилась я.

- Прости, - слезы потекли по ее щекам, - наши противоядия нужно долго готовить. И мы не сталкивались с подобным. Мне жаль.

Я потеряла надежду. Милая официантка Мэгги, с которой я так и не успела познакомиться, умирала в муках на наших глазах, а мы ничего не могли сделать.

В кафе стояла странная тишина, будто все принялись слушать последний вздох девушки. Этот момент навсегда остался в моей памяти, как и безмерная благодарность Дане, которая не смогла просто стоять и смотреть. Она прошептала какое-то заклинание в сторону Саймона. И его шерсть вспыхнула алым пламенем. Заскулив от боли, он заметался из стороны в сторону. Три твари соединились в одно целое и исчезли у нас на глазах, словно растворились в воздухе. Это была огромная, просто колоссальных размеров магия, которую я не встречала раньше.

Эта битва закончилась. И мы явно её проиграли.

- Мэгги умерла, – тихонько произнесла Дана и взяла меня за руку.

Милана, завешивая шторы от зевак, добавила:

- Ливень очень даже кстати, на улице нет прохожих. Я постараюсь смазать память нашему барменчику чарующим заклятьем, будто это все ему привиделось, а Дана проделает то же с остальными. Самара, я, конечно, не вправе тобой командовать, но будет лучше, если ты закроешь на время кафе и приберешь следы. Копам расскажем, что в зал заползла ядовитая змея и мы упустили ее из виду. Джери при виде трупа несчастной жертвы - упал в обморок. Все поверят в это, потому что храбростью этот малыш не отличается. Прошу, шевелись, у нас мало времени.

План был хороший. Я взяла себя в руки и принялась помогать ведьмам, думая о том, что вторая профессия охотника – мусорщик. Не первый раз за три дня мне приходилось смывать, подметать и чистить следы злодеяний. Когда наши старания были окончены, я вызвала полицию.

К вечеру дождь стих. Копы уехали, поверив всему, что мы рассказали. Скорая увезла тело Мэгги, а Рендал Джери ушел на больничный, закрыв кафе на неопределенный срок.

Мы втроем: я, Дана и Милана, ответив на все вопросы полиции, были отпущены по домам. Девочки вызвались проводить меня. Вечерело. Пока мы шли по мокрым улочкам, каждый молчал о своем, не решаясь заговорить первым. У меня к ним была куча вопросов, поэтому, решив не упустить свой шанс, я настроилась получить ответы хоть на некоторые из них.

- Давайте-ка вернемся к нашему неоконченному разговору. Маг. Кто он?

- Мы не знаем кто он, Самара. Если бы знали, то рядом с тобой тут не топали бы, а лежали уже где-нибудь в канаве с перерезанными глотками. Этот человек, кем бы он ни был, не хочет обнаружить себя, – тихо ответила Милана.

— Это точно, - добавила Дана, - ты же сама успела заметить, кто находится в его свите. Змей, Филин и Шакал.

- Свите? У него есть свита?

- О Сатана, ты вообще не представляешь, о чем идет речь, да? – вызывающе спросила Милана.

- Если честно, то нет. Я многих изучала, но о таких ведьмаках информации в наших источниках нет, - устало ответила я.

- Похоже, что он ведьмак высшего ранга, маг. Он владеет силой, неведомой нам, – уточнила Дана.

- Например?

- Ну…Вот тебе пример: сегодняшнее исчезновение этой пресловутой тройки. Разве ты думаешь, простые оборотни на такое способны? Я всю жизнь мечтаю перемещаться с места на место, стать невидимкой и отвешивать всем обидчикам подзатыльники. Но честное слово, еще ни разу у меня это не вышло. Даже на секундочку, - зло выпалила Милана. Ей явно хотелось такого же могущества.

- Как вы узнали о нем? Вам ваш друг сказал?

- И да, и нет. Мы же не просто любительницы, мы настоящие ведьмы и чуем нутром сильную магию рядом. Поверь, эта мощь безгранична. Она витает по Вратам Бронкса как ураган, но вычислить ее мы не можем. Маг блокирует нас, – продолжила отвечать мне Дана.

- Короче, если я правильно поняла, вы выбрали нашу сторону и хотите помочь?

- Да, приходится делать этот отвратительный выбор. Варианта-то всего два и оба паскудные, - уныло простонала Милана.

- Мне нужно поговорить с Уэйном и Джастином об этом. Они должны решить, можно ли вам доверять.

- Они должны решить?- возмутилась Милана и чуть не прожгла меня взглядом.

- А этот Джастин кто вообще такой? Тот парень, что говорил с тобой утром в кафешке? – поинтересовалась Дана.- Он твой бойфренд?

Они обе перегородили мне дорогу, не давая проходу, явно не желая мирно, спокойно и непринужденно прогуливаться дальше.

- Джастин - новоприбывший из Ватикана по крайне важному заданию охотник Ордена. В отличии от меня. Он мне не бойфренд. И вряд ли им станет. А я тут нахожусь ради ответов. Моего папу убили, и это как-то связано со всей этой фигней, происходящей здесь. Если бы я была в составе Ордена охотников, то имела бы право голоса. Но пока это не так, то им решать - брать вас в клуб сыщиков или нет, - твердо заявила я.

- Что ищете? –задумчиво спросила Милана.

- Книгу Судеб Людских. Слыхали о такой? Кто-то похитил ее, чтобы скорее всего попытаться открыть с ее помощью Ад. А лучшего места, чем этот остров, нет. Именно здесь Люцифера низвергли и наложили книгой печать. Предполагалось, что это дело рук самого Антихриста. Но после ваших слов о маге всё переворачивается с ног на голову. Как видите, ведьмы, я очень откровенна с вами, и надеюсь на взаимность. Я буду только рада вашей помощи, потому что мы имеем дело с магией, а значит должны противопоставить ей то же самое. Клин клином, так сказать.

- Да, мы знаем про книгу и остров. Не верилось, что она существует на самом деле. Казалось, это лишь библейские байки или какая-то метафора. Но теперь все сходится: этот маг похоже нашел способ работать с книгой и открыть врата. И теперь ясно, почему наш друг не желает власти ему, - будто бы сама с собой рассуждала Дана.

- Благодаря вам я многое узнала. Это очень помогло, но есть еще пара вопросов.

Милана щелчком пальцев высушила мокрую лавочку в сквере у моего дома, и мы присели продолжить беседу.

- Про свиту мага? - спросила Дана.

- Да.

- Ну, хорошо, я расскажу тебе, что нам известно от нашего друга. Маг никогда не действует в одиночку. Как тебе известно, у ведьм и колдунов часто есть фамильяры – духи и существа, наделенные магией, которые служат и охраняют их. Чаще всего они принимают форму какого-либо животного. Так вот этот маг пошел дальше. Он вербует в качестве фамильяров людей, наделив их силой и способностью превращения в животных. Они его слуги и хранители на веки вечные или до конца своих дней. Они заключают пакт, приступая к службе, договор на крови. Главное условие - непрекословное подчинение и способность отдать жизнь за своего господина.

- Должно быть, ваш друг очень могущественен, раз столько смог узнать про этого мага и его свиту. Почему же он сам не прикончит его, пока тот не натворил непоправимых бед?

- Наш господин плевать хотел на простых людишек и их жизни. Ему не нужен тот, кто сможет его уничтожить и властвовать тут над всем. Вот и все. А приехать во Врата Бронкса он не имеет морального права, так как дал обещание кому-то из жителей острова никогда более не являться сюда. А обещания свои он держит.

Я вскочила на ноги вся вне себя от услышанного.

- Антихрист? Ваш тайный друг - Антихрист? Если да, то мораль – не про него.

Девушки впали в ступор. Я тут же смекнула, что не ошиблась.

- Как ты поняла? Что мы не так сказали? - дрожащим голосом спросила Дана.

- Господи боже! - не унималась я. - Я знаю, кому было дано это обещание. Не трудно было сложить два плюс два.

Милана явно не знала, что теперь делать. Прикончить меня на месте, или все-таки еще подождать? Пришлось разрядить обстановку:

- Милана, я не выдам вашей тайны. Это в моих же интересах. Человек, которому Антихрист дал сие обещание - твой любимый "старикашка" Джонатан Уэйн. Это убьет его. Если Джон узнает, мы никогда не сможем сотрудничать. А вы нужны нам. Мы нужны друг другу. Теперь у нас есть общий враг. И мы обязаны приложить все усилия, чтобы уничтожить его.

В глазах Миланы я увидела тревогу и покорное согласие. Видимо, мой крестный действительно был для нее чем-то большим, чем просто знакомым. Молчание нарушила Дана:

- Самара, пойми нас правильно. Если кто-то из свиты мага нарушит свой договор вечной службы, то умрет. Мы так же не можем поверить тебе на слово. Антихрист взял с нас слово и обещал, что мы лишимся своей силы, если проболтаемся кому-либо о том, что являемся его глазами и ушами в городе. Нам придется чистосердечно признаться ему, что девушка-охотник теперь в курсе. Но чтобы подстраховать себя и не лишиться голов, предлагаем тебе вот что: закрепить магией обещание не раскрывать никому личности нашего покровителя.

- Хорошо, - не раздумывая согласилась я. Мне нужны были эти ведьмы и их помощь. Как ни крути, они помогли мне спастись от оборотней и более того, намерены были дальше идти против течения, наперекор Дьяволу. «Наперекор Дьяволу», - меня вдруг осенило.

- Минуточку, - насторожилась я и пристально взглянула на ведьм. - Какого это черта вы с Антихристом вздумали вдруг пойти против освобождения Люцифера?

- Знаешь, Самара, ведьмами быть клево, но только в нормальном мире. Вокруг и так полно дерьма: войны, болезни и стихийные бедствия. Если еще и предводитель всей тьмы окажется на Земле, то нам и всем вокруг, от мала до велика, придет конец. Антихрист говорит, что, если его названный папочка вдруг вылезет, в мире начнется Апокалипсис. Сильнейшие будут давить слабейших. Старые, более могущественные ведьмы поработят нас, либо убьют. И так будет с каждой особью сил зла. Равновесие – вот что сдерживает нас всех от того, чтоб не перерезать друг другу глотки.

- Милана дело говорит, - начала поддакивать сестре Дана, - пока есть баланс между силами зла и добра, то все более-менее держится в одном ритме и тонусе. Но если ад откроется, то планете просто не хватит сил и средств противостоять бесовщине, которая выберется из него. Тогда уже никакой Орден охотников не поможет.

- Вы не совсем стандартные ведьмы, знаете ли. Либо просто красиво вешаете мне лапшу на уши. Но почему-то я вам верю.

- Тогда дай мне руку. Милана прочтет над нами заклинание о неразглашении.

- Что случится, если я случайно проболтаюсь? Умру?

- Нет, мы не настолько кровожадны и безумны. Ты будешь проклята и беды невиданной силы обрушатся на твою голову. Хотя кто знает, может смерть даже лучший исход...

«Как будто у меня и без того мало проблем», - подумала я, но руку протянула.

Когда девушки закончили свои нашептывания, мы попрощались и разошлись. Каждая из нас ясно понимала одно - сегодняшнее нападение не случайно. Маг знал, что мы копаем под него и разыскиваем книгу. Во всяком случае, врагов он себе уже обозначил. Противостояние началось.

Глава 12. Домовой

Уэйн

До воскресной службы еще оставалось время и я решил подстричь заросший куст у входа в дом. На зиму я всегда его немного облагораживал, благодаря чему по весне он расцветал пуще прежнего, здоровыми и крепкими цветами и листочками. Если бы за каждым человеком вот так кто-нибудь хоть один раз в год ухаживал, возможно, он и не болел бы совсем, а ждал с надеждой новой встречи и нового цветения. В заботе и любви.

Погода была холодная, октябрь ворвался с ветрами и дождями, поэтому о тепле оставалось только ностальгировать. Утро в принципе было добрым, за что я и поблагодарил Господа в утренней молитве.

Мик так и не раскололся, так что мы с Джейд наглухо заперли все двери в доме Джастина и разъехались по домам. Бедная девочка. С таким не каждый справиться. Хотя, должен отметить, держалась она довольно стойко. Я надеялся, что сегодня удастся собраться всем вместе и составить наконец-то необходимый план действий по поиску книги и ее страниц. Каждому нужно было поручить задание, над которым придется усердно потрудиться. Конечно же, Джейд в наш клуб ищеек не входила, но, если бы вдруг захотела чем-то нам помочь, я препятствовать бы не стал. Не каждый день дается возможность внести свой вклад в реальную борьбу против сил зла.

Взяв садовые ножницы, я вышел во дворик и глубоко вдохнул свежего холодного воздуха. А потом в моих глазах потемнело и то, что я увидел, привело меня в бешенство.

Милана сидела на капоте моего Понтиака и делала селфи, в то время как ее сестра, наблюдая за всем этим, что-то объясняла моей крестнице. И если мне не изменяло зрение, в руках у Даны было ни что иное, как кукла вуду.

- Надеюсь, этот кошмар мне только снится, иначе сейчас одна, а лучше две ведьмовские задницы, отведают пороха.

Так близко к церкви, распятиям, иконам и к святой воде ведьмы еще не подходили никогда. Сначала Кертис, теперь они. Вывод был один - святая земля более не защищалась. Что-то скверное произошло совсем рядом. Возможно, убийство Сэма сломало все запреты и то светлое, что я и сестры-монахини несли на этом острове. Страшно было представить - что еще имело возможность и силы шляться теперь здесь так свободно и безнаказанно.

- Доброе утро, Уэйн, – стала приближаться ко мне Самара, - есть разговор. Это важно. Это о том, что я тебе вчера рассказывала по телефону. Девочки пришли помочь. Я надеялась, вы с Джастином уже приняли решение по поводу ведьм и сотрудничества с ними.

- Хвала Господу, что ты осталась жива после встречи с этим зверьем.

- Это не Господь! – прервала меня Дана. — Это две маленькие ведьмы, которые по воле случая оказались в нужное время в нужном месте!

Милана уже слезла с капота моей машины и как-то незаметно подкралась сзади. Естественно, мои охотничьи навыки меня не подвели и садовые ножницы своим острием выбрали нужное направление. Одно неправильное движение адской колдуньи, и я бы воткнул ей их прямо в живот.

- Ну не ворчи, Джон. Мы правда можем дружить. Более того, у нас есть все шансы стать друг другу крайне полезными, – слащаво проговорила она.

- Ты проверила все защитные амулеты и надписи в квартире Бэт и Барни? – проигнорировал я ведьм, обращаясь к крестнице.

- Да, все на месте, как и раньше, как и всегда. Никто до меня не доберется. Кроме того, Милана и Дана любезно предложили добавить ко всему этому еще и ведьмовских чар, чтоб уж точно ни один фамильяр мага, демон или оборотень не смог проникнуть в дом.

- Какая великая милость с их стороны, - продолжал недовольно язвить и иронизировать я.

Дана начинала злиться, в то время как Милану, по всей видимости, моя реакция только забавляла.

- Зачем в твоих руках кукла вуду, исчадье ада? – спросил я у Даны.

- Не твое дело, охотник. Пока не подружимся – ничего не скажу.

- Джон, прошу тебя, хотя бы выслушай их. Нам нужна помощь, а благодаря им мы теперь знаем, с кем имеем дело. Это тяжелое решение для тебя, но давай хотя бы попытаемся наладить связи.

- Да, - заулыбалась Милана во все тридцать два, - наладить связь я точно не против.

- Ну вы же и так общались периодически, насколько мне известно, - настаивала Самара.

- У нас были торгово-рыночные отношения. Милана периодически докладывала мне нужную информацию, а я за это не преследовал их и не сдавал Ордену. Каждый раз, когда охотники связывались со мной, я отвечал им, что во Вратах Бронкса никаких ведьм нет. Считай, что жизнь спасал из года в год. Так что тут еще стоит хорошенько подумать, кто кому должен за все это время.

Я развернулся и недовольно побрел к кусту. Опять мне перебили все настроение и вдохновение поухаживать за ним. Нервно закинув за лесенку садовые ножницы, я открыл дверь своей сторожки, и с натянутой улыбкой предложил всем троим девицам войти в мой дом.

- Входите. Расскажете мне более подробно, что вчера произошло. А то капитан мне телефон уже оборвал, не верит, что обычная змея могла оставить такие следы на месте укуса несчастной Молли. Но время поджимает. Вам придется подождать меня. Через несколько минут начнется воскресная служба.

Когда их пересказ был окончен, я поразился тому, как много полезной и важной информации удалось выяснить. Благодаря их бесстрашию мы продвинулись не на один, а сразу на десять шагов вперед. Это радовало и воодушевляло на работу.

- Хорошо. Пока я буду в церкви, поищите в книгах Ордена любую информацию о свите, маге и способах противодействия им. Короче все, что сможете найти, станет полезным. Надеюсь, хоть какая-нибудь информация о них есть. Когда Джастин приедет, пусть позвонит в Ватикан, может Орден чем-нибудь поможет.

- Так это значит, что мы в деле? – переспросила Дана.

- Да, - устало вздохнул я, - новые реалии требуют от меня современных и нестандартных решений.

- Это твои слова? - недоверчиво переспросила Самара.

- Нет, – улыбнулся ей я. - Так мне вчера сказал Джастин.

Когда я вернулся со службы, молодого охотника в моей сторожке еще не было. В животе моем урчало и я понадеялся, что, заехав по пути за отравой для крыс, молодой охотник привезет с собой еще и чего-нибудь поесть. В столовую идти не хотелось. Сегодня там подавали самый отвратительный суп с фасолью, которую я ненавидел.

Стараясь переключить свои мысли от желания вкусить чего-нибудь вредного, я задумался про мага и его свиту, невольно вспомнив при этом моего злейшего врага. То, с чем нам предстояло столкнуться, скорее всего, во сто крат хуже, чем злобный мальчишка из моего прошлого. Но, несомненно, радовал тот факт, что все-таки бесоебит тут не Антихрист.

Так, собирая мысли в кучу, я просидел где-то с полчаса. Девушки все это время копались и рылись в книгах, пока не приехал Джастин с пакетами из местной пиццерии. В сторожке приятно запахло плавленым сыром и салями.

- Я готов съесть слона. Давай выкладывай, что принес.

- Дамы, прошу к столу. Пообедаем вместе, а потом сытые и довольные обсудим все то, ради чего тут в принципе собрались, – улыбаясь проговорил Джастин.

- Тебе бы прикупить домик побольше, Джонатан, – пытаясь втиснуться в проем между шкафом и столом пробурчала Милана. - Когда у нас появятся дети, нам тут совсем будет мало места.

Я подавился, а Самара нервно засмеялась. И только Дана с Джастином пялились на меня, ожидая извержения вулкана.

- На вот, запей колой. Еще не хватало, чтобы ты поперхнулся и умер от кусочка пиццы. Ну куда это годится? Такая нелепая смерть для охотника! - продолжала издеваться Милана.

Спасательный круг мне выкинул Джастин, решив, что сейчас самое время сменить разговор:

- Так, давайте поговорим обо всем, что нам известно и неизвестно. Сопоставим факты. Когда у нас появится общая картина, мы поймем, что нам делать дальше.

- Да, давайте, - подхватила Дана и каждый по очереди смог высказаться.

Когда вся еда была съедена и мы убрали со стола, наша необычная компания пришла к следующему:

- Подытожим. Дане и Милане нужно будет выяснить, как добраться до Маргариты - могущественной ведьмы, которую они ни разу не встречали, и которая наверняка способна на многое. Тебе, Джастин, необходимо принять у Самары экзамен и отправить на нее и на меня документы в Орден, дабы мы могли вступить в его ряды официально. А я постараюсь разузнать что-либо об усопшем под тем самым дубом на случай, если нам так и не удастся найти Маргариту.

- Думаешь, узнав, кто он, мы получим новую важную информацию? - спросила Самара.

- Да, я утаил от тебя кое-что. Это ведь догадка не моя, а твоего отца.

Я принял решение не открывать девочке всю правду. Необходимо выяснить, что означает шрам на ее ноге. Самара пока что не должна была узнать о своей связи с книгой, ведь это знание может быть опасно. Поэтому, я поделился толикой всей информации:

- Твой отец оставил коробку с посланием в могиле, в которой мы нашли книгу. В нем он прощается со мной и просит позаботиться о тебе. Кроме того, в письме он детально поведал, как подменил одну из страниц. Думаю, маг догадывается об этом.

- Считаешь, книгу все-таки украл он? - спросил Джастин.

- Вне сомнения, только не своими руками. Ему помог человек, как в Ордене и думали. Подозреваю, что в Ватикане есть предатель.

- Я могу прочесть письмо? - спросила Самара.

- Нет, я сжег его. Это правило Ордена. Такие послания нельзя хранить. Прочитал - сожги.

- И это все? Мне он ни строчки не написал?

- Прости, это все. О Маргарите вы знаете. Именно она навела Майкла на это захоронение.

- Нам с Миланой нужно хорошо подумать над тем, как заставить Маргариту пожелать явиться перед нами. Это сложная загадка, - томным голосом растягивая слова, размышляла будто сама с собой Дана.

- Да, это будет не просто.

- Ну тогда не будем терять времени, - сказала Милана, встала из-за стола и отправилась к выходу. Дана послушно пошла за ней.

- Я провожу вас, предложил Джастин и направился следом.

- Ты принимаешь их помощь, я правильно понимаю? Потому как это ведьмы, а не дилетантки. Я хочу знать, что это твое взвешенное решение, и что через время, если все обернется провалом, ты не обвинишь в этом меня, – упорно расспрашивала меня Самара, когда мы остались одни.

- У меня нет других вариантов, ты же и сама все прекрасно смекнула. Я еще вчера хорошо над этим подумал. Это единственные ведьмы в округе. Придется ее потерпеть ради общего дела.

- Ее? Я о сотрудничестве с ведьмами в принципе, а не с одной конкретной, - ехидно взглянув на меня, уточнила Самара.

- Да-да, - замялся я. – Самара, послушай еще кое-что. Спрячь страницу так надежно, как прятала бы свою душу. Это очень важно. Слишком многие уже в курсе, что она у тебя. Это опасно, как никогда. Никому не рассказывай, где спрячешь. Даже мне.

- Ладно, как скажешь.

- И ещё кое-что. Покажи мне свой шрам на пятке, но не задавай вопросов. Просто доверься мне.

- Это крайне странно, тебе не кажется? Не слишком ли многого ты просишь?

- Доверься мне и никому не рассказывай о моей просьбе, - нетерпеливо сказал я, опасаясь, что Джастин вот-вот вернется.

- Ладно. Вот, смотри.

Она сняла носок. Трудно было что-то разобрать, но я кое-как перерисовал шрам на листок бумаги.

- Я просто в детстве наступила на что-то горячее. Или нет? - грозно посмотрела на меня крестница. - Я же вижу, что на листе не просто очертания. Это что, какой-то знак?

- Никаких вопросов, забудь про это на время. Пообещай мне.

Самара надула губы, но промолчала. Я принял молчание, как согласие.

Когда Джастин вернулся, они с Самарой собрались и уехали. Я снова остался один. В одиночестве мне думалось куда легче.

Сев за свой журнальный стол и включив ноутбук, я невольно вспомнил про Мика и Джейд. «Надо бы ей, наверное, позвонить сегодня, - подумал я, - поинтересоваться, как она вообще».

Мы так и не решили, что делать с этим упырем дальше. И пока мы не приступили к пыткам этого белобрысого гада, я решил позвонить начальнику полиции и попытаться уговорить его об оказании помощи.

Через пару гудков Филлипс снял трубку:

- Я все ждал звонка. Уже подумывал арестовать всю вашу шайку к чертям собачим. Что это за змеи-гиганты в городе, а? Может пора уже людей эвакуировать?

- Ну не нападай ты так сразу, шеф. Арестовав нас, ты потеряешь единственную силу, способную хоть как-то придушить все это безобразие, – спокойно возразил я.

- Чего ты хочешь? Ты сам-то мне редко звонишь. Нужна моя помощь? Буду рад посодействовать. Эта чертовщина мне уже порядком надоела.

- Именно за этим я и звоню. Нам нужно выяснить, кто перечисляет деньги на счета Мика Кертиса и Стивена Мэтса.

- Напали на след преступника? - воодушевившись, уточнил Филлипс.

- Надеемся на это. Ну так что, сможешь?

- Да. Придется поднапрячься, конечно. Придумать, зачем я это выведываю. Но я справлюсь. Лишь бы все это скорее закончилось.

- Спасибо. До конца своих дней буду тебе признателен.

- Не стоит. Лучше скажи мне, насколько все плохо?

- Плохо, капитан. Боюсь тебя огорчить, но эта канитель надолго. Подробностей разглашать не буду ради твоей же безопасности.

- Как всегда… Ну ладно. Печально, конечно, но раз такие препаскудные дела, я все равно большим не помогу. Если что-нибудь еще понадобится – обращайся.

- Буду иметь в виду. И еще раз благодарю.

На этом мы распрощались. Разговор получился коротким, но цель достигнута. Зарывшись в учебники про ведовство и все, что с этим связано, я настроился найти хоть что-то полезное. К вечеру мои глаза совсем устали. Потерев их кончиками пальцев, я облокотился на спинку кресла. Суставы крутило, голова раскалывалась. За окном подул сильный ветер. Такой, что ставни на окнах начали стучать. Я вышел на улицу закрыть их, как вдруг дверь с внутренней стороны моего дома заперлась сама по себе.

«Так, - подумал я, - а вот это уже чертовщина». Одет я был слишком легко, и уже начинал дрожать. Дверь не поддавалась, будто кто-то крепко-накрепко держал ее с другой стороны. Обойдя дом, я решил влезть через окно. Но и тут меня ждал сюрприз. Ставни будто приклеили суперклеем. Раздвинуть их было просто невозможно.

«Полтергейст», – подумал я. «Но откуда ему вдруг тут взяться? Это территория Господа, сюда ни одно паранормальное существо по собственному желанию не явится. Если, конечно, не преследует какую-либо цель. А может, это создание высшего ранга»?

Я задумался о том, что могу предпринять, ведь становилось все холоднее и холоднее. Ветер пронизывал меня до костей. Вдруг меня посетила одна полезная идея. В колодце в саду была святая вода. Возможно, окропив двери и окна, я смог бы войти внутрь.

Набрав полное ведро из колодца, я направился ко входу в дом и выплеснул все содержимое ведра на дверь. И о, чудо, - они отворились. И вооружившись садовыми ножницами, брошенными мной утром в кусты под лесенкой у дома, я зашел внутрь.

В доме творилась какая-то бесовщина. Книги летали и врезались в стены. Все мои бумаги были разбросаны. Шторы сорваны, кран открыт, и вода уже стекала на пол. Свет мигал, а что-то или кто-то каталось на люстре.

- Господи милостивый, помилуй. Спаси и сохрани, - взмолился я.

Огонь в камине разгорелся со страшной силой. И я услышал смех, как будто детский, но злобный и злорадный. Это был не полтергейст, а самый настоящий домовой. Он явно прятался от меня, видеть его я не мог.

Эту тварь я уже встречал однажды, в далеком прошлом. Всего раз, но запомнил его повадки на всю жизнь. От этого гада избавиться невозможно, если только он сам не захочет.

- Зачем ты здесь? Я не боюсь тебя! Выходи, покажись! Говори со мной! – заорал я.

И вдруг свет потух. Из камина повалил дым. В полной темноте, не видя ничего вокруг, я услышал, как он обратился ко мне. Кровь застыла в моих жилах. Эта тварь заговорила голосом моей покойной жены:

- Помилуй нас, помилуй нас,

и не оставь нас в этот час.

Садовый гном и ветхий дом.

Мы поселились вместе в нем.

И на восьмой странице вдруг - сомкнется круг.

Сорвав крест с шеи, я выставил его перед собой на случай, если на меня готовится нападение.

- Хи-хи. Ха-ха.

Каков слепец! Каков глупец!

А ну-ка убери презренный крест!

Могу тебе не помогать,

А спрятаться и волновать.

Я совсем ослеп от темноты. И это было странно, ведь глаза должны были уже привыкнуть. Ничего не видя вокруг, я был совершенно беспомощен. Все, что оставалось делать – это читать молитвы. Что я и сделал. Эта демоническая сущность продолжала говорить. Голос Моники резал мне душу:

- Один плюс два, а два плюс три,

так мы дойдем и до семи.

Стучи в дома, копай, ищи.

Он спрятал семь страниц внутри.

Тут до меня дошло. Эта тварь знает, где страницы! Более того, кто-то их спрятал.

- Не говори загадками. Что ты хочешь за свои знания? – обращался я в пустоту.

- Ха-ха, хи-хи.

Ха-ха, хи-хи.

Освободи…

Освободи…

Что-то твердое врезалось мне в лоб. Поганец чем-то запустил в меня. Когда я схватился за лицо - включился свет. Кран закрылся, огонь в камине горел лишь легким пламенем. Все вокруг осталось перевернутым с ног на голову. На люстре больше никто не катался.

«Он убежал», - подумал я и поднял то, чем этот мракобес в меня запустил. Это была книга сказок. Точно не из моей библиотеки. На развороте я прочел: «Белоснежка и семь гномов братьев Гримм».

Вдруг кто-то замолотил кулаками в дверь. От неожиданности я подпрыгнул на месте. «Господи милостивый, за что мне все это»?

На пороге стояла Милана.

- Где он? Я тут у тебя забыла кое-кого сегодня. - Она стала рыскать вокруг в поисках, по всей видимости, моего недавнего посетителя.

- Это твой домовой?

- Да. Вижу, он поиграл уже с тобой в прятки. Весело было? - ведьма залезла под стол.

- Я сейчас метлой гнать начну тебя вместе со всей бесовщиной, тянущейся за тобой шлейфом. Зачем ты вообще его с собой таскаешь, - орал я.

- Ну не сердись. От того, что ты хмуришься, прибавляются морщины. А брала я его для заклинания-оберега. Он приманил своего друга. Мы поселили его в квартире Самары. Теперь он охраняет дом. Правда, не от всех бед. С высшими по рангу ему не тягаться. Но защита у нее теперь все равно неплохая.

От всего услышанного я даже заморгал быстрее. Не в силах справиться с нахлынувшим на меня чувством полного негодования, возмущенный до предела, я выпалил:

- Пошла вон!

- Не могу пока. Я должна его найти. – Милана принялась рыскать руками под кроватью.

- Ты бы хоть разрешения спросила. Вдруг у меня там личные вещи спрятаны? – не унимался я.

- Та погоди ты, кажется, я нащупала его ногу.

И вдруг хвать - Милана выдернула руку. На ее указательном пальце выступила кровь. Мелкий пакостник прокусил его. Я устало поплелся в ванную взять с полки аптечку.

- Ах ты гад, когда поймаю тебя – отшлепаю, - кричала девушка под кровать в пустоту.

- Не кричи, - приказал я, - а то всю руку откусит.

Протянув ей вату с пластырем и одарив ядовитым взглядом, я опустился на стул.

- Могу я поколдовать тут немного, чтобы поймать его? - состроив глазки, спросила ведьма.

- Нет, никакой ведьмовской магии у стен церкви не будет! - наотрез отказал я.

- Ну, пожалуйста, Уэйн. Ты же не хочешь, чтобы он остался у тебя навсегда?

- Откуда ты знаешь? Может, он будет мне полезен. Тем более, он поведал мне кое-что интересное, о чем ты в свою очередь умолчала.

- О чем ты?

- О страницах. Этот бес знает, где они.

Милана растерялась, но я сумел прочитать недоумение на ее лице. По всей видимости, она ничего не знала.

- Мой домовой знает где спрятаны страницы? Что, серьезно? - удивленно спросила она.

- Похоже на то. Более того, он почему-то решил сообщить мне об этом.

- Вот это да. Тогда нам тем более нужно его поймать.

- Я так не думаю. Он останется здесь. Возможно, я смогу узнать больше, если буду добр к нему.

— Значит, его ты тут в своей святой обители хочешь лицезреть, а меня нет? Несправедливенько и обидненько, прошу заметить, - надула губки ведьма, ядовито прищурив свои лисьи глазки.

- Я уже пожалел, что пустил тебя с сестрой в свой дом. Посмотри-ка вокруг, что из этого вышло.

- Ну похулиганил он у тебя немного, подумаешь. Или ты испугался?

- Он говорил голосом Моники.

- Кто такая Моника? - поставив руки в боки, спросила Милана.

- Моя покойная жена.

Пауза затянулась. Ведьма молчала, но лицо ее было грустным. Поразмыслив над чем-то немного, она молча развернулась и пошла прочь.

- Всего доброго, дочь моя. Да хранит тебя Господь, – кинул я вслед.

- Я еще вернусь, сладкий пирожочек, и никакой Господь тебе не поможет.

Глава 13. Храбрый вампир

Самара

Дни и недели пролетали незаметно. Джастин подрабатывал репетитором для студентов местного колледжа, в промежутках принимая у меня зачеты и экзамены. В свободное время Уэйн заставлял его ремонтировать сторожку и вкладывать в нее практически все заработанные деньги. В какой-то мере меня это раздражало. Дело в том, что я всеми силами старалась не вести себя агрессивно по отношению к молодому охотнику и, тем не менее то, как Уэйн не давал ему передышки, было совсем бесчеловечно. Джастин мало спал, редко ел, всего себя посвящая поиску страниц, разгадке тайн и моей аттестации.

Но, как бы то ни было, его заносчивость и дотошность к мелким деталям моего экзамена просто бесила. Иногда мне очень хотелось расцарапать его лицо, но понимая, что ему и так не сладко, я брала себя в руки, делая три глубоких вдоха. Рутинность и бессмысленная трата времени на тестирование вгоняли меня в депрессию.

Дана с Миланой не продвинулись в своих поисках ни на шаг. Достать Маргариту им так и не удавалось. От отчаяния они совсем обессилили и, чтобы окончательно не впасть в депрессию, переключились на подготовку к празднику Дня всех святых. Уэйн недовольно бухтел два дня, но ведьмы стояли на своем - им нужен был перерыв.

Мои тетя с дядей тоже очаровались приближением праздника и украсили дом в лучших традициях Хэллоуина. Дана приготовила магический отвар, который должен был защитить их от опасности. Подлить яд незаметно в чай было проще простого. Больше за них я не волновалась. Если бы им стала угрожать беда, я бы об этом сразу узнала, почувствовала, так сказать.

Домовой охранял дом, а с ним и обереги Ордена. Благодаря такой гремучей смеси стало ясно, что на домовых домашние обереги не действуют. Эти мелкие демонята не воспринимают как опасность защитные баночки-скляночки с сушеной травой. Впервые в жизни я не на шутку задумалась о том, что члены Ордена в этом плане мало отличаются от ведьм. У каждого есть свои защитные символы, побрякушки и настойки.

Никто из свиты за это время нам на глаза не попадался. Почему они притихли и не творили бед, у нас теорий не было. Лишь Уэйн предположил, что это скорее всего затишье перед бурей.

Мик продолжал быть пленником в подвале дома Джастина. Джейд перестала его навещать, потому что Крофта выписали из больницы. Все свое свободное от работы время она проводила с ним.

Когда терпение Уэйна лопнуло, он все-таки решился на пытки. Они мучали Мика до утра, но он продолжал молчать. Поэтому, было принято решение отрубить ему голову и придать земле в последний раз. Все равно толку от него никакого не было. Джейд протестовала и ненавидела нас еще больше. От этого мое сердце обливалось кровью.

За день до Хеллоуина я пришла к Джастину сдать последний практический экзамен.

- Документы уже готовы. Осталось последнее испытание и можно их отправлять. Кроме того, Уэйн только что звонил Филлипсу. Тот нашел отправителя денег на банковский счет Крофта. Я поеду в командировку в Калифорнию, попробую разузнать больше про этого щедрого дарителя. По сведениям капитана, деньги перечислялись именно оттуда, - сказал мне Джастин.

- Сам поедешь? Но это же небезопасно! Я поеду с тобой, - возмутилась я.

- Исключено. Орден еще не дал тебе разрешения на подобные действия. Если ты воспротивишься, тебя либо оштрафуют, либо посадят в тюрьму Ватикана. И в том, и в другом случае путь в ряды Ордена тебе будет перекрыт.

- А если они не узнают об этом? Тебе ведь не обязательно отчитываться о том, что ты путешествуешь не один?

- Не могу, прости. Если с тобой что-либо там случится, меня тоже исключат. А я всю жизнь положил на борьбу со злом. Пойми меня, - умоляющим тоном говорил он.

- Ладно, как знаешь. Но мне это не нравится, - сдавшись, сказала я. Любые новые аргументы против этой поездки ни к чему не приведут.

- Твой последний практический экзамен тебе не понравится больше, чем это.

- Что ты придумал?

- Ты должна спуститься в подвал и заставить Мика говорить.

- Ты с ума сошел? - оторопела я. Моему возмущению не было границ. - Вы с Уэйном пытали его до потери сознания, и он не раскололся, а что я должна сделать? Сиськи ему показать?

Джастин проигнорировал мой выпад и с прежней невозмутимостью продолжил копаться в своих бумажках. Меня словно горячим паром обдало. «Как он умеет так сохранять самообладание и не поддаваться провокациям, в то время как меня эмоции переполняют через край?» Он был холодным и неприступным, как сталь, которую мне все никак не удавалось раскалить. Я становилась одержима идеей сломать эту крепость во что бы то ни стало. Мне было все равно, лишь бы добиться желаемого. Ну не может человек так долго сохранять непоколебимое самообладание, у него просто обязана быть ахиллесова пята. Идеальных людей не существует!

Я, показав его спине средний палец, постаралась настроиться на заключенного вампира. И с полным непониманием, что буду делать, пошла в подвал.

Мик одиноко сидел на полу, закованный в цепи. Повсюду я увидела лужицы крови и потеки святой воды. Это было кошмарное и очень неприятное зрелище. Измученный, он невидящим взглядом смотрел на стену напротив. Мне безмерно стало жаль его.

- Ты ел сегодня? Джастин приносил тебе кровь? – заботливо поинтересовалась я.

Мик молчал.

- Может, ты все-таки перестанешь мучать и себя и нас, и расскажешь, наконец, кто властвует над тобой? Мы знаем, что он маг. Но было бы просто замечательно знать и как его зовут. Я с Джастином нашла и уничтожила всех тех вампиров, что ты обратил. Игра еще не окончена, твой начальник на свободе, наверняка творит безумные вещи. И как видишь, ты ему не нужен, раз он еще не пришел за тобой.

Вампир игнорировал меня, как и прежде.

- Я знаю, что ты хоть немного, но все-таки любишь Джейд. Никогда не поверю в обратное. Она страдает, а к тебе приближается неминуемая вечная смерть. Прошу, сделай хоть что-то хорошее напоследок. Скажи нам его имя, – умоляла я, но вампир продолжал хранить молчание.

Абсолютно не зная, как повлиять на этого упрямца, я просто села на пол напротив него и продолжила говорить:

- Прости за все, Мик. За эти пытки, за боль, причинённую тебе в детстве. Мы были молоды, наивны и глупы. А ты страдал, тебе было одиноко, но мы этого не замечали или не хотели замечать. В оправдание могу сказать, что каждый из нас несет свой крест. Мы расплачиваемся сполна. Джейд с детства пахала, чтобы прокормить вас, хотя ты старше на год. Она даже давала тебе деньги на наркоту, лишь бы ты ее не бил. Разве не так? Ты уже выплеснул на нее всю свою злость, может, пора остановиться? Крофт тоже не катается как сыр в масле. Эти бандитские дела рано или поздно приведут к пуле во лбу или к тюрьме. Что же тут хорошего и перспективного? Ну а я…Я потеряла отца. Только твой бросил тебя сам, по своему личному выбору, в то время как моему папе выбора не дали. И это сделал тот человек, имя которого ты так усердно скрываешь. Ты одинок, ну а на нас посмотри? Мы в принципе ничем не отличаемся. Я так же одинока на самом-то деле. Человек, который нравится, не видит меня в упор. Джейд ненавидит. Уэйн постоянно воспитывает и никогда не слушает, как будто боится, что мои откровения причинят ему дикую боль. Хотя я всего лишь хочу поговорить с ним, как дочь с отцом.

Я вдруг обратила внимание, что Мик смотрит на меня и очень внимательно слушает. Ему явно нравился тот факт, что я несчастлива. Я продолжала:

- Джастин думает, что я смогу заставить тебя говорить. Не знаешь, почему? Вот и я не знаю. Ну, видимо, делать нечего, придется отрубить тебе голову и на этом все закончится. Потому что он ошибся, и ты по-прежнему молчишь. А если мы отпустим тебя - ты продолжишь убивать.

Еще минут десять мы просидели в тишине. В конце концов, я не выдержала и пошла к выходу. Неожиданно за моей спиной раздался хриплый голос:

- Моя сестра станет его трофеем. Четвертый страж, какая прелесть. Он обратил меня за тем, чтобы я помогал ему, а потом решил, что использует, как приманку.

Я оторопела. Я смотрела в лицо Мика, слышала, что он говорит, но не хотела верить его словам. Это было слишком для меня. Такого поворота я вовсе не ожидала. Он продолжал:

- Я думал, что я кому-то нужен. Что я стал чем-то значимым, важным звеном в этой цепи. Но это оказалось обманом. Я даже поверил Змею, будто он хочет стать мне другом. Но этот козел - лживая, гнусная и мерзкая тварь, каких еще мир не видел.

Я тихо сползла по стене. Ноги перестали слушаться. Я боялась того, что он скажет дальше о Джейд.

- Я общался только со Змеем. Он привел ко мне вампира, который меня обратил. Я почувствовал себя невероятно сильным, властным и готовым сворачивать горы. Я хотел подарить это могущество всем несчастным нарикам, бомжам и прочей шушере, которая страдала от нелюбви так же, как и я. Чтобы они могли отомстить.

- Поэтому ты стольких обратил?

- Да.

- Значит, ты не знаком с остальными, не знаешь, кто ваш общий покровитель?

- Я его не видел. Да мне и не особо это было интересно. Все, чего я хотел - это убивать. Сначала Джейд, потом эту полоумную Дану.

- А Дану-то за что?

- Эта сука прогнала меня, когда узнала, кем я стал. Видите-ли ей противно. Хотя я стал куда лучше.

- Ты не стал лучше!

- Это уже не важно.

- Ты сказал, что стал приманкой для Джейд. О чем речь?

- А это вишенка на торте, Самара. Я надеялся, что взамен на мою жизнь, Джейд заключит сделку и станет новым фамильяром - пантерой. О, она ее заключила, но не так, как мне хотелось. Об этом она мне рассказала сегодня утром. Разве твой ненаглядный экзаменатор не сказал, что она приходила? По лицу вижу, что нет. Слух у меня отменный, вампирский. Я слышал, что она отказалась рассказывать ему о деталях нашего с ней разговора. Видимо, за этим он тебя сюда и послал. В надежде, что ты выведаешь все у меня.

- Я не совсем понимаю.

- Джейд сказала мне, что вчера заключила с магом договор. Я обрадовался, что взамен на ее вечную преданность, меня вытащат отсюда, верил, что эта дура хоть немного, но все-таки любит своего отвратительного братца. Я надеялся, что она спасет меня. А знаешь, что получил взамен? Ничего. Она просто пришла попрощаться, зная, что вы, в конце концов, уничтожите меня.

Внутри все похолодело. Джейд присоединилась к свите, я потеряла ее. Я облажалась. Это я виновата во всем, только я и никто больше. Слезы потекли по моим щекам, и я не в силах была их остановить.

- Плачь детка, плачь. А я пока буду торжествовать. Ведь теперь, так или иначе, тебе придется убить ее. А значит, эта гадина все равно сдохнет, и уже не важно, что не от моей руки.

- Что она попросила взамен?- захлебывалась слезами я. - Она сказала тебе?

- Он обещал ей заглушить боль. Больше она не страдает, и ей абсолютно плевать, что станет со мной. Я оказался сыром в мышеловке. Знаешь, если бы твой охотничек не вмешался, возможно, и не было бы всего этого. Я был бы на свободе, прикончил Джейд по-тихому, и она никогда бы не получила это место в свите.

- О, Господи, Мик! Тебя предали бы в любом случае, - плакала я. - Сначала Саймон, потом Джейд, это все для меня. Моя подруга и мой парень - лучшие кандидаты для манипуляции. Прости, все это случилось с тобой только потому, что я охотница, и мешаю им осуществить их замыслы.

- Возможно, ты права. Поэтому Джейд просила передать тебе кое-что. Даже если бы ты не пришла, я попросил бы встречи с тобой сам.

- Она попросила передать мне что-то? – не веря уточняла я.

- Это станет моим орудием мести. Хоть так я смогу насолить этим ублюдкам. Я назову тебе имя мага.

- Но, если он узнает, что она предала его, ей конец. В этом и есть смысл пакта.

- Верно. Но формально она не предает его, ведь это намереваюсь сделать я.

- Мик, когда они узнают, что ты раскрыл нам имя, быстрой смерти они тебе не подарят.

- Поэтому ты сегодня же отрубишь мне голову. Прикончите меня, как и планировали. И все для меня закончится. Я все равно не жилец. Я проиграл, поставив не на ту лошадку.

- Они догадаются о том, что это Джейд помогла, хоть и косвенно.

- Мне-то что? Сдохнет быстрее. Так ты готова услышать имя? Я порядком утомился от этой болтовни.

Я абсолютно не знала, как мне поступить. Узнав имя, мы бы выиграли. Но Джейд могла сильно пострадать. Выбор был жесток. Я молчала. Слез больше не было. Оставалась лишь адская боль в груди.

- Знаешь, я, пожалуй, освобожу тебя от принятия решения. Его зовут Алан Риган.

Глава 14. Зверь

Уэйн

Имя «Алан Риган» не давало мне покоя с того самого момента, как я его услышал. И чтобы я не делал, где бы не искал его упоминание: в охотничьих книгах, записях, газетах, истории Ордена – все было тщетно. Нигде и ничего не указывало на то, что этот человек вообще существует. И хотя в телефонном справочнике и социальных сетях однофамильцев нашлось довольно много, все они совершенно не подпадали под критерии разыскиваемого нами ведьмака. Некоторые проходили проверку ведьмовскими чарами по фотографиям личных аккаунтов. Я же посчитал это лишней тратой времени, ибо наши представления о нем могли совершенно разниться с реальностью. Дана продолжала настаивать на том, что маг блокирует любые ведьмовские чары сестер и вся их деятельность абсолютно бесполезна на данный момент. В этом я с ней был полностью согласен. Нам нужна была еще хоть какая-нибудь информация об этом человеке. Одного имени было недостаточно. Мы должны были копать глубже и стараться еще больше, отыскивая очевидцев и возможных существ, которые могли его встречать.

К одному из таких я как раз и направлялся. Мы условились, что встретимся поздним вечером в пятницу двадцать восьмого октября на мосту, который соединял остров с материковым Бронксом. Таким образом, он бы не пересек черту острова, а я не вышел за нее. Моральная подготовка к этой встрече заняла не один день. Но ждал я ее целых двенадцать лет. Или не ждал? Но уж надеялся точно, потому как бредил желанием получить шанс уничтожить его еще раз. Я глупо верил, что его смерть принесет мне облегчение и избавление от ноши, которую я тащил на своем горбу столько лет.

Пока я видел перед собой лишь пустую трассу и увядающие по осени деревья вдоль нее. Мне все казалось, что между их стволов кто-то перемещается, догоняя меня, стараясь обогнать. Это было похоже на сумеречные тени, слегка освещаемые светом фар моего Понтиака. Мне стало не по себе, но я знал, в чем причина, - прихвостни моего врага следят за мной, сопровождают к месту назначения, дабы я ни в коем случае не смог свернуть и отправиться прочь, подальше от этой безумной идеи встретиться.

Чтобы проверить достоверность своих рассуждений насчет темных слуг Антихриста, я решил включить радио. Если звук будет шипеть и искажаться — значит я прав. Белый шум очень часто выручает охотников в подобных ситуациях. Чем он сильнее, тем ближе к тебе враг. Поэтому, стараясь долго не раздумывать над тем, нужно мне это или нет, я нащупал нужную кнопку на магнитоле и включил первую попавшуюся радиостанцию.

С прискорбием пришлось констатировать – я ошибся. И все, что мерещилось за окном – не что иное, как плод моего воображения. Волна радиостанции нашлась с первой попытки, и я отчетливо расслышал слова глубоко любимой мною старой песни Beyond My Control – Mylène Farmer. «Какая удача, – подумал я, - возможно, красивая музыка немного успокоит и заставит отвлечься от тревожных мыслей. Хотя это сделать не так уж и просто, учитывая, что приятный женский голос пел мне о смерти, захоронении и мертвой любви, погружая в свойственную только ему особую меланхолию».

Меня всегда завораживала красота заката, последние сумерки, плавно переливающиеся в темноту ночи. Прекрасный момент, пробирающий до дрожи. Более всего он прекрасен весной, когда параллельно тому, что видят глаза, ты еще можешь ощутить запах приближающегося возрождения всего, что спало три холодных месяца зимы. Непередаваемое ощущение внутреннего одиночества человека и природы. Счастлив тот, кто хоть раз смог его ощутить. Уверен, каждого охотника охватывало это чувство. Общаясь с мистикой голых деревьев, вдыхая запах мокрой, недавно оттаявшей земли, мы находили свое личное волшебство, несхожее ни с чем на свете.

Я резко затормозил. Мои раздумья и любования окончила повторяющаяся снова и снова мелодия и строки песни. Я все-таки был прав - демон играет со мной очередную злую шутку. Не просто так на повторе один и тот же куплет. О, прекрасная Милен, её голос ранил меня, ведь слова, что она напевала, врезались мне в душу и напомнили о жене, которая умерла двенадцать лет назад.

Двенадцать лет назад…

Двенадцать…

Боже правый. Как же мой враг был чудовищен, и как безобразно схож со мной. Даты для него были так же символичны и важны. Зацикленный на своей боли совершенно слепо и преданно, как и я. Мы были не способны расстаться с ней, как садомазохисты, как прислужники и рабы. И его личная боль заключалась в том, что кроме злобы и ненависти в сердце не было ничего. Он не знал любви…

Черная тень сумерек заволокла пассажирское стекло с обратной стороны.

«Не собираюсь я поворачивать назад», – буркнул я неведомой темной твари в окно, желая всем сердцем выпустить в нее хоть стакан святой воды. Чтоб пошипела, покорежилась и вкусила глоток святого, чистого и необъятного добра. Но прежде, чем я смог в полной мере ощутить свою злость и ненависть, на дороге мелькнула табличка с надписью «Вы покидаете Врата Бронкса».

Я резко дал по тормозам прямо в конце моста. Еще немного и я бы пересек черту, а там…Смерть. Наверняка, он бы убил меня. Или я его. Ведь так огромен соблазн. Каждый из нас жаждал смерти друг друга. Уж я так точно.

Выйдя из машины и оглядевшись, я осознал, что был на мосту совершенно один. Всегда оживленное движение исчезло. Царила кромешная тишина, изредка разбавляемая шумом волн. Никого и ничего вокруг. Лишь беспросветная тьма впереди, будто и нет там огромного мегаполиса с миллионом людей. Даже фонари не освещали дороги. И продлится это до тех самых пор, пока мы не поговорим.

Наконец тьма начала расступаться. Мелкое демонье, состоящее лишь из плотного черного дыма, потихоньку начало расползаться по сторонам. Передо мной показался человек в черном плаще и накинутом капюшоне. Он скрывал свой облик, низко опустив голову.

- Здравствуй, Джонатан. Подойди ближе, я тебя не трону. Моя клятва все еще в силе, – спокойно молвил он. Его голос был твердым, но не резким.

Я спокойно захлопнул дверь машины и на всякий случай нащупал свой револьвер под курткой, чтобы еще раз убедиться, что он на месте. От этого мне стало немного спокойнее. Подойдя ближе на расстояние нескольких метров от него, я, собрав всю волю в кулак, выдавил из себя скромное приветствие:

- Здравствуй. Хотя здравия такому, как ты, желаю я не искренне.

- У меня была довольно нелегкая неделя, священник. Я крайне устал. Поэтому, если ты не против, давай перейдем к делу без обмена скользкими и неискренними любезностями.

Я слышал, как ему трудно говорить. Какой-то хрип отдаленно доносился до моих ушей.

- Почему не открываешь мне свое лицо, сын Тьмы?

- Боюсь, это зрелище не для слабонервных. А ты стар. Наверняка, нервишки шалят. Не хотелось бы загнать тебя в могилу раньше времени. Ведь как мы оба уже знаем, твоя роль в этом жутчайшем будущем столкновении не последняя.

- Ты все же стоишь на своем? Грядет Апокалипсис, и ты к этому точно не причастен? – прищурился я, недоверчиво задав свой вопрос.

- Ничего не изменилось с нашей последней встречи на пляже. Разве что теперь я стою перед тобой из плоти и крови. Мое мнение железно. Прежней стабильности и какого-то там мнимого благополучия в ближайшее время в мире не предвидится. Оглянись вокруг, загляни в экран телевизора. Все СМИ только и трубят о грядущих и нынешних войнах.С чего бы это?

- Дьявол ближе, чем мы думаем.

- Дьявол всегда с нами, в каждом из нас.

- И все же я хочу смотреть в твое лицо. За свою жизнь я повидал много ужасов. Ты меня ничем не сможешь удивить или шокировать. Встань передо мной и покажись, скинь капюшон.

- Ты сумасшедший, старик. Думаешь, не увидев лик десятилетнего мальчишки, твои кошмары исчезнут?

- Я хочу убедиться, что по-прежнему в твоем лице не увижу ничего святого.

Мой голос не дрожал. Зная его искусные речи, я подготовился. Ничто не могло вывести меня из себя, выбить из колеи, чего бы он мне не сказал. Я верил и надеялся на это.

- Ну что ж. Твое дело.

Когда он достал руку из кармана, чтобы явить мне свой лик, я заметил на ней кровь. Запястье было в царапинах и ссадинах. Он явно сражался с кем-то совсем недавно.

- Твои братья гоняют меня по свету. Охотятся и не знают покоя. Сколько охотников я перебил. И каждый из них имел семью и дом. Каким же сладким был их последний вдох…

Увидев его лицо, я на мгновение задержал дыхание. Беспросветная бездна, дыра во лбу, размером с крупное яйцо. Это темное колдовство, не иначе. И уши, и щеки в крови, разорванный рот. Из ушей сочилась сукровица. Великолепный образ, облаченный в кошмар – самое истинное описание Антихриста. Красивый мужчина с изуродованным сердцем и гнилой личиной. Убийца и насильник. Скрытый психопат.

- Этого не могли сотворить охотники. Мы на это не способны, – вынес я свой стопроцентный непоколебимый и неоспоримый вердикт.

- Верно, на этот раз это не они. Я столкнулся лицом к лицу с одной из трех верховных ведьм. Великих и ужасных.

- Не может быть. Последних из «Ковена Трех» казнили пару веков назад, и Ковен прекратил свое существование.

- Позволь я перебью тебя. Никогда не утверждай, что знаешь что-то до конца. Никогда не говори, что тебе, обыкновенному смертному, известно больше, чем такому темному, как я. Обожжешься в своей уверенности, а после сгоришь как спичка в огне гиены огненной. Потому как даже я не позволяю себе скоропостижных выводов и утверждений. Во тьме прячется куда больше загадок и тайн, чем ты и я можем себе представить. Ничему ты не учишься, Джон, твоя гордыня тебя же и погубит.

- Не ставь себя выше меня. Ты ничем не лучше, а даже хуже во сто крат. Зло твоих карих глаз уже ведает мне о тебе не мало. Хоть мальчишкой, хоть взрослым мужчиной, кем бы ты не предстал передо мной - все одно. И ждет тебя преисподняя с распростертыми объятиями. Когда-нибудь наши люди настигнут тебя и уничтожат.

- Наши люди? То есть, не ты? Уже не веришь, что спустишь курок? Уже не мечтаешь прикончить меня? Силы несоизмеримы?

- Ты испортил мне жизнь. Ты искалечил мою душу.

- Но не я стал смертью твоей супруги, Уэйн. Просто тебе повезло потерять все в один год, двенадцать лет назад. Беда, как известно, одна не приходит.

- Если это верховная ведьма, как ты утверждаешь, могу ли я услышать подробности вашей встречи? – сменил я тему, не желая обсуждать с этой тварью свою мертвую жену.

- Ее огромная сила и знания сказали мне о том, что она не просто верховная ведьма, а одна из первых.

- Как имя ее?

- Маргарита.

- Повтори, - приказал я, полагая, что ослышался. Сердце забилось быстрее.

- Маргарита Луантене. Ей сотни и сотни лет, даже страшно подумать, сколько. Ваш доблестный Орден упустил её из виду, ей удалось мастерски скрываться все эти годы. Она - единственное на данный момент живое доказательство того, что прямая связь с моим создателем поддерживается не с помощью почтовых голубей.

- Если она - наивысшая среди ведьм, одна из первых любовниц дьявола…Она же должно быть чудовищна? Ее сила просто огромна. Теперь я понимаю и вижу ее неоспоримую связь со всем, что творится на острове.

- Верно, Отче. Она имеет прямое отношение к волнениям, которые сейчас здесь происходят. Поэтому я ее искал. И, как видишь, нашел. Она оставила на моем лице дыру в портал, в бездну чернее ночи, дабы я помнил об истоках зла в своем естестве, о тьме преисподней. Через несколько дней заклятие утратит свою силу, и я снова смогу наслаждаться своим прекрасным отражением в зеркале, – улыбнулся он своей неискренней и лживой улыбкой. - Но до тех пор мои мысли и чувства будет переполнять пустота. Мне не больно и не страшно, если вдруг ты беспокоишься об этом.

- Нисколько. Жаль, что она не смогла найти сил и средств, чтобы прикончить тебя. Ведь, по всей видимости, вы с ней на разных берегах этого мракобесия.

- Она могла бы попытаться. Но я, как ты знаешь, прямой потомок самого Люцифера - ее покровителя и господина. Она никогда не стала бы так рисковать своей шкуркой. Но то, что она защищает, по всей видимости куда важнее моих амбиций и моего мнения на этот счет. Как я тебе и говорил ранее, в ночь, когда мы с тобой переписывались, я против того, чтобы кто-либо открыл эти чертовы врата.

- Я размышлял по этому поводу и нашел все же ответ на терзающий меня вопрос, почему ты не в одной шайке с теми, кто украл Книгу Судеб Людских.

- И до чего же додумалась твоя седая голова?

- Страх. Ты напуган. Ты боишься, словно дитя, ожидающее возвращения папаши-пьяницы домой. Прислушиваешься, не слышно ли где-то у входа приближающихся пьяных шагов. Ведь отец рано или поздно приползет и начнет буянить: бить посуду, колотить все и всех вокруг. И тебя в том числе. Ты боишься, что он когда-нибудь изобьет тебя до полусмерти. Ты - сын своего отца, но ты страшишься его и встречи с ним, потому как не знаешь его. Или, наоборот, знаешь и потому тебе от этого совсем жутко. Одно дело, когда ты совершенно один во всем этом человеческом мире и никто не властен над тобой, но совсем другое, когда здесь появится Люцифер и заставит тебя подчиняться.

- Не продолжай, - оскалился монстр и как-то болезненно захрипел. По всей видимости, ведьма выбила из него весь дух. Антихрист слегка прикоснулся к груди, но тут же одернул руку, дабы я этого не заметил. Но было поздно.

- Удар пришелся в грудь, она блокировала тебя? – спросил я.

- Ударная волна была большой. Во всяком случае достаточной для того, чтобы выбить из меня легкие. Но я, как видишь, нашел силы встретиться с тобой. Хочу еще раз напомнить, Джон, я все еще верен своему обещанию. Пока ты не позволишь, я не ступлю на остров. И за мной все еще осуществление любой твоей просьбы. Но если ты еще раз посмеешь назвать меня трусом, все мои демонята, так сладко облизывающиеся вокруг, будут спущены с цепи. Сначала они вытрясут из тебя всю душу, а потом я вырву твой поганый язык из твоего рта и скормлю его адскому псу, так любезно охраняющему по моей воле твою ненаглядную крестницу.

- Что ты сказал? - недоумевал я. Еще несколько минут назад мне казалось, что я не позволю ему тронуть меня никакими словами и признаниями, как вдруг все мое нутро сковалось цепями в один сплошной комок из грязи, пыли и камня.

- Ах, Джон, ты слепец. Я разочарован. Ты утратил свое чутье и охотничий нюх. Отставка дала о себе знать. На что ты должен был обратить особое внимание? На детали, конечно! Пересказывая мне смерть своего друга той ночью, оставляя следы на песке, ты ведь всего раз вскользь упомянул…

- Перевернутый крест, – дрогнул я.

- Верно. Это я убил твоего друга. Я повесил его в гараже. Я натравил пса на этих ублюдков, которые не смогли опередить меня и пришли вторыми в его дом. Я сделал так, чтобы девчонке ничего не угрожало, ведь именно у нее была страница. Майкл выдал мне свои тайны перед смертью и не сопротивлялся, зная, что я сдержу слово и не прикончу его отпрыска. А согласился я сберечь ей жизнь только потому, что мне, возможно, это выгодно. Я предположил, что она прибежит к тебе. И не ошибся. Все дорожки ведут во Врата Бронкса.

- Зачем ты убил его? – спросил я. Мои ноги почти подкашивались. Темные тени вокруг Антихриста пустились в пляс.

- Он нагнал меня. Наставил ловушек у моего дома, в котором мне долго удавалось скрываться, натравил охотников на мой след и практически добрался до меня, в надежде отомстить за тебя и твою искалеченную душу. Он глупо предполагал, что с моей смертью твои муки прекратятся и ты обретешь покой. В конце концов, покой обрел он.

- Ты, - произнес я и осекся, не сумев подобрать слов. Рука сама собой потянулась к револьверу и вот этот гадкий мальчишка снова был у меня на прицеле.

- Ты не выстрелишь, охотник. Мои прихвостни обезвредят тебя быстрее, чем ты спустишь курок. Мне чужда любовь, доброта и дружба. Ты знал, с кем имеешь дело и с кем идешь на встречу. Это не должно было тебя волновать. И я искренне советую тебе собраться. Ты измученный старикан, а не воин. Тебя уделают в два счета. Я здесь за тем, чтобы ты разозлился как следует и наконец перестал ныть о своей несправедливой судьбе. Соберись, заточи зубы и сражайся. Ведь то, что выйдет из ада, куда страшнее меня. В этом-то я думаю у тебя сомнений нет.

Я опустил револьвер и направился к машине. Более поддерживать разговор с этим исчадьем ада у меня не было сил. И пока я удалялся, он все еще продолжал говорить:

- Джон, ищи ответы в истории, далекой истории. В книгах старше нас на много веков. В них ты отыщешь подсказки, правду о том, что творится. О Маргарите, о Дьяволе и книге. Думай, священник. И главное, обрати внимание на меня. Я – главное и прямое доказательство твоих заблуждений и вселенского обмана. Если разгадаешь тайны – сможешь победить.

Я продолжал молчать, стараясь попасть ключом в замочную скважину двери Понтиака.

- Я знал бы больше, Джон, но главные источники пылятся в библиотеке Ватикана. И последнее…

Машина не заводилась, а я почти что колотил ногами по педалям. Антихрист повысил голос и стал кричать мне, чтобы я его обязательно расслышал:

- Если веришь в победу, не теряй со мной связь. Уверен, тебе еще придется обратиться ко мне, хочешь ты этого или нет. И если этот день и час настанет, найди место нечистое, пропитанное страхом и болью, и просто произнеси одно из моих имен, которым в том числе зовут меня святые. И я найду способ связаться с тобой.

Проклятая колымага, наконец, завелась. Я резко развернулся и дал газу, уносясь подальше от Антихриста. Радио жалобно завыло. Леденящий голос, смешивающийся со скрежетом, пронизывающий каждую клетку так, что по телу пробежала холодная дрожь, прошептал:

— Это имя – Зверь.

Глава 15. Невыносимая жажда

Самара

«Давно пора прикупить себе что-то теплее короткой весенней куртки. Пальто бы мне сейчас очень не помешало. Почему-то я взяла из дома только легкие вещи», - размышляла я, неспешно патрулируя могилки центрального кладбища. Осень была в самом своем разгаре, и я продрогла до нитки. Патрулирование всегда было мне ненавистно. Пустая и скучная трата времени, хотя папа со мной бы в очередной раз поспорил, добавив пару фраз о том, что убийцу нужно ловить на живца, еще тепленьким. Как мертвецы могут быть тепленькими – мне всегда было непонятно, но эта игра слов забавляла, и я просто улыбалась про себя в ответ. В такие ночные вылазки я все чаще стала ловить себя на мысли, что возможно было бы лучше, если бы я росла обыкновенным ребенком. Без демонов, вампиров и прочей нечисти.

Наконец, я увидела то, зачем пришла. Под спящей березой виднелись очертания свежей могилы, а над ней витал дух очередного не упокоившегося призрака. Это была женщина лет сорока, может и старше. Трудно было разобрать. Она аккуратно возлагала на камень невидимые цветы и напевала жуткую, как мне показалось на тот момент, колыбельную. К удивлению, меня не охватил ужас, хотя лучше бы это был он. Печаль и тоска - вот самое лучшее определение того, что я почувствовала. Мне стало так грустно и больно, словно я знала эту женщину раньше, словно горюю по ней, не в силах смириться с утратой. А может и не по ней, а по тому, кому теперь навечно пребывать под холодной землей.

Подойдя ближе, я попыталась найти контакт, подобрать нужные слова. Но этого делать не пришлось. Призрак сам заговорил со мной. И когда мертвая женщина взглянула на меня, я сразу ее узнала.

- Посмотри, что ты наделала, – сказала она мне, - мой сын мертв, а моя дочь…

Я взглянула на надпись в красивой гравировке, и земля как будто ушла из-под моих ног. «Джейд Кертис», - гласила надпись, а рядом с именем была дата рождения. Даты смерти на камне почему-то не было. До меня стало доходить, что на самом деле со мной происходит. Я сплю. Это сон. Очередной кошмар, которому как я очень надеялась, не суждено сбыться.

- Она еще жива. Жива!- попыталась оправдаться я в надежде, что покойная услышит меня и поймет правильно. Я не желала такой кончины Мику и уж тем более не хотела видеть смерть Джейд. Но чем больше я пыталась подобрать нужные слова, тем сильнее немел мой язык. Призрак обрел плоть и начал бить меня, колотить руками и ногами. Я сначала старалась сопротивляться, но потом решила, что так даже лучше. Чем больнее и страшнее мне будет, тем скорее я проснусь и все закончится. Даже если это видение было не настоящее, я запомнила его на всю жизнь. И страх за смерть близкой подруги навечно выскоблился в моем сердце. Когда я уже лежала на земле, готовая сама прыгнуть в могилу, разъярённая мать вознесла надо мной острый кровавый топор.

- Я отрублю тебе голову. Ровно так, как он поступил с моим мальчиком. С моим Миком. И ты отправишься к нам в ад, где мы обязательно приготовим для тебя местечко погорячее.

И вот сталь палача словно звенит в ушах, звенит во мне. И я, наконец, открываю глаза и просыпаюсь.

Часы на прикроватном столике показывали пять часов по полудню. Я проспала весь день после ночной охоты, но мне все еще было так паршиво, словно я и не спала вовсе. Этот кошмар закончился. Или нет? Ведь Джейд теперь была одна из них. Одна из моих врагов. Как же это все могло произойти?

Насколько трудно было Джастину убить слабого и беззащитного вампира? Мик не был ему знаком ранее, поэтому, наверное, это было не трудно. Как и мне не было трудно выпустить стрелу ему в сердце. Так почему же так хреново от этого? Почему после разговора в подвале мне стало его жаль? О чем он думал, прощаясь с жизнью в окровавленном и пустом подвале? Каждый вопрос, каждая мысль отдавали жгучей болью в висках, пульсируя и сдавливая череп.

Снова и снова я восстанавливала в памяти свой последний разговор с Миком и то, как поднявшись наверх, поведала Джастину все, что мне удалось выяснить. Каждый раз заканчивая вспоминать, я концентрировалась на одном единственном имени, чтобы вложить в него всю ту ненависть, которая копилась во мне с того самого дня, когда погиб мой отец. Алан Риган. Я размышляла над тем, кто он и где может быть, и твердо намеревалась воздать ему по заслугам. За все судьбы, которые искалечил. В том числе и за Мика - человека, который за все годы своего существования, так по-настоящему и не жил.

Да, я отчетливо понимала, что истинным монстром Мик стал не два месяца назад, а где-то в пятнадцать лет, а может и раньше. Но как бы там ни было, укусили его с подачи мага, жестокого и беспощадного. И сколько бы Уэйн не говорил мне о том, что вся семья Кертисов с ног до головы пропитана ядом, ничто не могло изменить моего мнения о том, что все они не заслужили того, что с ними произошло. На смертном одре, на судилище, каждому воздастся сполна. Только Господь вправе судить, кому отправиться в рай, а кому в ад. Все расплатятся за свои грехи на том свете. В этом была моя вера и моя истина.

Что-то надломилось во мне, что-то внутри перевернулось. Я узнала имя человека, который навсегда изменил мою жизнь. Имя, которое я возненавидела всем своим сердцем. Я должна была стать сильнее, не позволив себе отныне ни единой слабости. Я должна была добраться до него и сделать все, что потребуется, чтобы он расплатился за всю ту боль, которую причинил.

В стене раздался стук. Неуютно было осознавать, что по соседству с нами теперь живет еще одно отродье монстрятины. Но деваться было некуда. Домовой – еще одна маленькая возможность уберечь тетю с дядей от незваных гостей.

- Убирайся прочь, – сказала я вслух и услышала отдаленный звук спускающихся по ступеням на первый этаж маленьких ножек. Благо, от него можно было хоть ненадолго избавиться. Ведь мой невидимый мелкий пакостник, в отличии от своих сородичей, кое-как был способен выполнять мельчайшие просьбы своих домовладельцев. Но даже этот факт ни за что не заставил бы меня признаться в его существовании своим тете с дядей.

После контрастного душа и сушки волос горячим феном, я накинула любимый махровый халат моей тети и решила спуститься вниз на задний дворик покурить. Сигареты не были моей привычкой, но и отказываться от них я пока не собиралась. Иногда очень хотелось расслабиться, сделав несколько глубоких затяжек. Курение помогало мне собраться с мыслями. Поэтому, долго не раздумывая, прежде чем присоединиться к ужину, я отправилась слегка подпортить свое здоровье.

Спускаясь по лестнице, я искренне рассчитывала на то, что этот вечер будет спокойным и никаких новых открытий, кошмаров или волнующих событий не предвидится. Я была доведена до крайности преображением Саймона и Джейд, новостями о существовании волшебника, отравляющего мне жизнь, и совершенным отсутствием каких-либо идей, где нам искать эти чертовы страницы. Все это, если разобраться, приближало меня к нервному срыву.

К сожалению или к счастью, судьба распорядилась со мной и моими желаниями иначе. Войдя в гостиную, я на несколько коротких минут задержалась в проеме, поразившись картине, представшей перед моими глазами: дядя любезно беседует с Джастином об острове и его жителях, попивая ароматный фруктовый чаек, пока тетя впихивает в гостя кусок сливового пирога. Она буквально кормила его с рук. Вывод напрашивался сам собой: мой мир сошел с ума.

- Ну как пирог, дорогой? Сладкий? - широко улыбаясь и пожирая глазами Джастина в ожидании комплиментов, спрашивала тетя.

- Божественно, - еле прожёвывая впихнутый кусок, отвечал Джастин.

- Самара, милая, ты проснулась. А у нас в гостях твой друг. Очень приятный молодой человек, - обратился ко мне дядя, первым заметив мое присутствие.

- Какая прелесть, - буркнула я. - Какими судьбами, Джастин? Чем обязана визиту?

За него ответил дядя, так как Джастин все еще пытался проглотить угощение.

- Он любезно решил проведать тебя после сегодняшнего патрулирования. И как оказалось, наши опасения подтвердились. Ты все еще не имела права выходить в ночной город одна, но больше нас расстраивает тот факт, что ты нам лжешь или бережно не договариваешь.

- Не ворчи, дорогой. Давай займемся отчитыванием нашей строптивицы не при гостях, - вмешалась тетя и немного покраснела. Она всю жизнь создавала образ идеальной домохозяйки и ни в коем случае не допускала выноса семейных неурядиц за порог собственного дома. А вот тщательно перемыть соседские кости - было ее излюбленным занятием.

- Букет просто потрясающий, милая, скажи?!

Тетя выставила в центр стола свою самую роскошную вазу. В ней пестрели ярко-алым цветом великолепной красоты розы.

- Девятнадцать! – пересчитала она их и жадно причмокнула. - Я поставлю их в твоей спальне.

Широко улыбаясь, тётя Бет не помнила себя от счастья. Где-то лет с шестнадцати она уже мечтала выдать меня удачно замуж. А тут такой экспонат сам в капкан пожаловал.

- Спасибо, очень мило с твоей стороны. Ну ты пока ешь, не отвлекайся, - натянув вымученную улыбку, обратилась я к дарителю.

- Присоединяйся к нам. Ты, наверное, голодна. Еще бы, проспать весь день! Вернемся к нашему серьезному разговору позже, - серьезно сказал мне дядя, а потом спросил:

- В двух словах хотя-бы скажи, чтобы я не сходил с ума от волнения, у тебя все в порядке?

- Мм, как бы вам сказать помягче. Недавно в кафе заползла ядовитая змея и укусила Молли, вы наверняка ее знали. Она умерла. Я не смогла ее спасти. Рептилию пытались искать змееловы, спасатели, полиция, но все это пустая трата времени, так как это существо по нашей части. Кроме того, по городу бродит сумасшедший маг, наверняка желающий всем нам смерти. А Джейд Кертис, моя старая подруга детства, ненавидит мою персону всем сердцем и теперь тоже на стороне зла. И вишенка на торте: мой бывший - Саймон – шакал-мудень. Список моих разочарований можно продолжать бесконечно, но какой в этом толк, если седых волос у вас от этого не убавится, а скорее даже наоборот?

Помягче у меня явно не получилось.

У дяди выпала чашка из рук, а тетя сильно сдавила пальцами раненое плечо Джастина, так что он аж скривился от боли.

- Какой кошмар, - залилась рыданиями тетя и бегом схватила телефон. Началась процедура обзвона всех сплетниц этого острова. Обсмаковать таинственную смерть официантки, о которой ходило множество слухов, - святое дело. Кое в чем касательно тети Бет я была спокойна. Выдавать тайны семьи и рассказывать о том, что ее племянница охотница, она стопроцентно не станет.

- Если вы не против, мы поговорим с гостем наверху, - сказала я и, забрав вазу, пошла к себе. Джастин, поблагодарив за угощение и пожав руку дяде, направился следом за мной.

В комнате горел тусклый свет от настольной лампы, слегка освещая наспех заправленную постель. Букет я поставила на трюмо. Мне показалось, что его аромат тут же наполнил комнату цветочной свежестью. Я, предложив Джастину присесть на краешек кровати, открыла настежь окно и закурила крайне желанную на тот момент сигарету.Он замялся у входа, но послушно принял предложение.

- Спасибо за цветы. Они прекрасны, - выдыхая никотиновый дым, поблагодарила я.

- Мы с Уэйном беспокоились о тебе. Звонили несколько раз, но ты не брала трубку. Вот я и приехал к тебе домой. Твои документы в Ордене, но они все еще медлят с ответом. Твой дядя прав, ты не должна была одна слоняться по такому опасному острову. Это против правил, и чтобы тебя не выперли заочно – соблюдай их.

- Сдашь меня? Или уже поторопился наябедничать своему руководству? – сквозь зубы процедила я.

- Расскажи мне, что с тобой происходит, - устало выдохнул он.

- Ничего, - неуверенно соврала я.

- Самара, я хочу помочь. Не отталкивай того, кто протягивает руку помощи.

Выкинув окурок в окно, я собралась с духом и попыталась точно описать свои мысли, чтобы человек, сидящий напротив, все правильно понял.

- Я теряю контроль над происходящим. Я никого не спасла. Молли, Саймон, Мик, Джейд… Винить бы ведьмака за все это, но я тяну одеяло на свою сторону.

- Саймон - это твой бывший, как я понял? Как долго вы пробыли вместе, и что ты чувствуешь сейчас к нему?

- Это все, что тебя заинтересовало? А маг, бегающий в окрестностях Врат Бронкса, тебе не кажется проблемой побольше? - возмутилась я.

- Ну, это само собой. Просто любовные раны причиняют боль куда сильнее, чем враг, объявивший охоту на твою жизнь.

- Я не любила его по-настоящему. То есть, как бы это правильно сказать, он не был для меня тем самым. Понимаешь, о чем я? Просто мне кажется, что всё, что с ним произошло - моя вина. Как можно это еще объяснить? Почему именно он завербован в ряды свиты? Этот маг, кем бы он ни был, искусный мститель и невероятно страшный и жестокий человек, - нервно рассуждала я. Мне просто хотелось кричать от несправедливости.

- Да, это странно и обидно. Я, наверное, понимаю твои чувства. Тем более, когда ты ничего с этим уже поделать не можешь. Отпусти Саймона. Ведь если верить ведьмам, все члены свиты сами выбирают для себя такой путь.

- Нет, не думаю, что все так просто. Что-то тут не так. Вряд ли он сам бы вышел на этого ведьмака. Это подстава, способ травмировать меня, вывести из себя, выбить из седла.

- Скорее всего. Знаешь, что это означает? Что он считает тебя равной себе. Сильным противником, раз уж принимает такие меры по твоему устранению.

- Почему бы ему просто не убить меня в таком случае?

- Так он пытается, как видишь. Нападение в кафе тому явное подтверждение. Но ты, несмотря на это, безрассудно отправляешься одна в ночь искать приключений на свою пятую точку. Кому ты делаешь одолжение? Чем оправдан твой поступок? Самара, я человек выдержанный, стойкий, не поддающийся провокациям. Во всяком случае, стараюсь таким быть. Ты же, в свою очередь, полная моя противоположность. Я не говорю, что это плохо. Но на данный момент это всем нам только вредит.

- Да, ты прав, наверное, - неохотно согласилась я и всерьез призадумалась о сказанных Джастином словах. - Как ты узнал о том, что я выходила на патрулирование сегодня?

- Я не знал, но твой дядя проболтался Джону. Когда мы не дозвонились тебе, то позвонили ему.

После минутной паузы, я решила, что все-таки не стану извиняться.

- Знаешь, Джастин, я, конечно, благодарна вам за беспокойство, но это лишнее. Я не маленькая девчонка, а взрослая женщина. Кроме того, этой ночью я была не одна. Со мной любезно по пятам шагал адский пес. К моему счастью или, возможно, наоборот, он частенько появляется в поле моего зрения. Я отдавала себе отчет в том, что делаю. А если вы с Джоном никак не можете смириться с моей самостоятельностью, то это уж точно целиком и полностью ваша проблема. Одно могу сказать точно - все изменилось, я изменилась. Не знаю, что со мной произошло, но это случилось. Я словно собираю себя по кусочкам с тех самых пор, как мне приснился первый вещий сон здесь. С приездом на остров я утратила свою искру, свой мятежный дух и способность пробивать стены лбом. Я всегда старалась быть сильной, уравновешенной и несгибаемой. А теперь… Теперь у меня словно отобрали мою волю и уверенность в собственных возможностях. Но я обязательно продолжу работу над собой. У меня есть цель, и я определенно ее достигну.

- Тебе стоит отвлечься от грустных, терзающих душу мыслей и просто продолжить жить дальше, воевать за то, что еще можно спасти, и за тех, кто этого заслуживает. Твое состояние можно описать одним лишь словом – страх. Но бояться - нормально. Это наша защитная реакция. Обуздай свой страх, смирись с будущими и нынешними потерями. Знаю, как это нелегко, но ты еще спасешь множество невинных душ и предотвратишь огромное количество возможных смертей. Думай об этом, зациклись на этом, и ты вернешь свою веру в себя и в собственные силы.

Я слегка улыбнулась и на этот раз моя улыбка была искренней. Неожиданно для себя, я открыла в Джастине еще что-то доброе и хорошее, то, что привлекало меня и притягивало. И, как ни странно, его слова подействовали на меня крайне положительным образом.

- Пойду на чердак, откопаю коробку своих старых вещей и постараюсь отвлечься. Дядя сказал, что не выбросил их. Давно собиралась это сделать. Спасибо, что выслушал. Мне стало легче, правда.

- Прекрасная идея. Воспоминания лечат, если они оставили теплый след в душе, - заботливо говорил Джастин.

- Может, ты останешься ненадолго? Разделишь со мной воспоминания о детстве? - с надеждой спросила я, хоть и понимала, что переступаю черту. Но мне так не хотелось оставаться в одиночестве, хоть волком вой. Более того, мне крайне хотелось избежать будущего неприятного разговора с дядей.

- Честно говоря, я и сам искал подходящую причину, чтобы остаться, - виновато и слегка покраснев, ответил Джастин. Ямочки на его гладковыбритых щеках очаровывали.

Мы спустились в кухню. Я сгребла на стол все съестное, что было в холодильнике и предложила Джастину немного похозяйничать, пока я выясню у дяди, где конкретно лежит моя коробка со старыми вещами.

Джастин выложил на поднос свежие бутерброды с ветчиной и сыром, тосты с джемом, фрукты и виноград. От остатков пирога решил воздержаться.

Дядя достал из погреба бутылку сухого вина и, слегка замявшись, предложил ее мне. Молча подмигнув, они с тетей загадочные и слегка встревоженные, отправились к себе.

Я прихватила плед и мы, вооруженные всем необходимым, пошли на чердак.

Неловкое молчание заставляло нервничать. Я чувствовала себя какой-то глупой школьницей на первом свидании. Казалось, Джастин разделяет те же чувства, но мудро скрывает их за образом взрослого и уверенного в себе мужчины.

Поднявшись на чердак, я дернула нитку выключателя, и лампочка загорелась. Было прохладно и сыро, поэтому я наспех вытащила электрический обогреватель и подключила его к питанию. Становилось теплее. Укутавшись в плед на старом диванчике и налив вина, мы с Джастином приготовились вместе окунуться в мои воспоминания.

В коробке валялось куча старых кассет, дневники времен старшей школы, какие-то безделушки и огромное количество фотографий.

- Ну надо же! А ты была очень милой пышечкой, смею заметить, - улыбался Джастин, разглядывая мои старые детские фотки.

- Да, было одно такое лето. Крофт дал мне тогда прозвище «Пухляш», и я до сих пор бешусь, когда он меня так называет, – слегка сконфуженно ответила я.

- Ты очаровательна. А кассеты можно на чем-нибудь послушать?

- Где-то тут спрятан старый магнитофон, если дядя, конечно, его не продал. Сейчас поищу.

Я встала и приготовилась шерстить закрома этой пыльной комнатки.

- Очень вкусное вино. Твой дядя явно берег его для особого случая.

- Он очень любит меня, как родную. Я практически росла у него на глазах, поэтому он так заботится обо мне. И уж точно не жалеет для меня своих сокровищ.

- Нашла?

- Кажется, да. Давай какую-нибудь кассету.

Магнитофон, слегка зажевав первые строки песни, все-таки заработал, и мы услышали прекрасную мелодию прошлых лет.

-Это – «Coma white», Marilyn Manson?

- Верно. Мы с Джейд заслушивали его альбомы до дыр. Хорошее было время, - окунувшись в теплые воспоминания, сказала я.

Джастин не мешал мне вспоминать, оставив на какое-то время меня и мои собственные мечты о детстве наедине, но когда песня почти закончилась, он поставил свой бокал, встал и медленно подошел ко мне. Аккуратно приподняв мой подбородок кончиками пальцев, притянул мое лицо к себе. Какое-то мгновение он смотрел на мои губы, не решаясь сделать то, чего мы оба, сами того не осознавая, страстно желали. Я приоткрыла рот в легком нетерпении, но телефонный звонок, неожиданно раздавшийся из мобилки в его джинсах, оборвал это волшебное мгновение.

— Это, скорее всего, Уэйн. Мы совсем про него забыли. Он, наверное, вне себя от злости, - сказал Джастин и отстранился ответить. От негодования я до боли прикусила нижнюю губу. Момент был упущен. Все закончилось, не успев начаться.

Пока Джастин успокаивал разъярённого Джона, убеждая его, что с нами все в порядке, я залпом осушила свой бокал и разочарованно плюхнулась на диван. Мне показалось, что что-то тихонько звякнуло, осторожно упав на пол, но я не придала этому никакого значения.

- Уэйн, прости, мы завтра объяснимся с тобой. С ней все в порядке. Я останусь здесь на ночь, чтобы убедиться, что ей точно ничего не угрожает и она не намеревается снова сбежать. Да, я ее отчитал. Да, хорошо, я куплю. Все, до связи.

- Что, на новую кровлю тебя раскрутил? - усмехнулась я.

- Нет, за нее я уже договорился. Еще отравы для мышей велел купить. В столовой местный кот самостоятельно не справляется.

- Ты сказал ему, что останешься на ночь. Я что-то упустила?

- Прости, я не знал, как отделаться от него и его беспокойства. Сказал первое, что пришло в голову. Понимаю, что, если останусь, - это неправильно расценят твои родственники, - подлив нам в бокалы вина, оправдывался Джастин.

- Оставайся. Они будут только рады. Наверняка тетя в своем планшете уже подбирает мне свадебное платье, - расстроенно сказала я.

- Я тебя обидел чем-то? - Джастин присел рядом и озадаченно взглянул на меня.

- Нет, я просто задумалась о твоих словах и о том, что все-таки доставила вам с Уэйном неудобства.

Кассета закончилась и я встала сменить ее на другую.

- Можно я выберу музыку? - спросил Джастин. Я кивнула.

Пока он выбирал нужную ему кассету, я грустно пялилась в старый фотоальбом.

Когда заиграла приятная мелодия «Come undone» группы Duran Duran, я невольно вздрогнула. Это было так романтично, что мое сердце забилось в разы быстрее. Складывалось впечатление, что солист обращается сейчас именно ко мне, прося стать свободнее ветра и отпустив страх, открыть душу.

Джастин присел на корточки передо мной, а затем произнес:

- Давай рискнем и будь что будет. Пусть мы даже совершаем ошибку с возможностью сгореть до тла. Я хочу тебя. Я хочу быть с тобой. Я желаю, чтобы ты стала моей. Вся, полностью и без остатка. Я еще никогда в жизни так безрассудно, глупо и крайне быстро не влюблялся. Я думаю о тебе постоянно с тех самых пор, как впервые увидел. Ты снишься мне по ночам, и я осознанно ловлю легкий запах твоих духов в своем доме каждый раз, когда ты от меня уходишь. Я схожу с ума от невозможности прикоснуться к тебе и сделать что-то большее, чем просто сказать «привет». Я безумец, наверное, не испытывающий подобного влечения еще ни разу за свои тридцать пять лет. Самара...

- Не говори ничего больше, просто поцелуй меня. Просто будь рядом.

Когда наши губы соприкоснулись, я потеряла равновесие. Он прижал меня к себе так сильно и так властно, что даже боль, окутавшая мое тело, показалась приятной. Это был страстный и полный чувств поцелуй. Я никогда не испытывала подобного. Его запах, его руки, стук сердца - все в нем сводило меня с ума. Этот мужчина в одно мгновение стал всем: моим солнцем, моим воздухом, моей невыносимой жаждой. Я тонула в нем, сгорала без остатка. Все потеряло смысл. Все вокруг стало неважным. Только он и только я - это все, что имело значение.

Он поднял меня на руки и аккуратно отнес в спальню. Я была как в тумане, как не в себе, словно в бреду. Я обхватила его шею в надежде не отпускать больше никогда.

Одежда упала на пол. Наши горячие тела встретились, и я на мгновение будто бы потеряла сознание. Джастин покрывал мое тело нежными поцелуями, наши пальцы сомкнулись. Я еле сдерживала свой стон, хотя хотелось не просто стонать, а кричать от удовольствия и счастья. Когда мы слились в одно целое, я ясно поняла одно - этот человек станет всем для меня. И назад дороги уже нет и не будет. Я влюбилась так искренне, так безнадежно и так отчаянно, словно птичка, попавшая в клетку и не желающая покидать свой новый уютный дом. Птичка, которая навсегда отказывается от свободного полета.

Поймав на себе его пылкий взгляд, я окончательно убедилась в том, что мне это не снится. Ярко-голубые глаза, полные желания и страсти, навсегда впечатывались в мою память. Я тонула в них, захлебывалась и теряла воздух в легких. Это было что-то немыслимое, не поддающееся объяснению, нереальное, но такое необходимое. Словно глоток воды в жаркий день. И утоляя эту сумасшедшую жажду, я покорялась человеку, который был не похож ни на кого другого на свете. Единственный и такой настоящий. Несомненно, в этот час, в это мгновение…

Толчок раз, еще раз и еще - и вот, наконец, финал.

Финал, ознаменовавший начало чего-то большего.

Настоящей любви.

Некоторое время после мы лежали, прижавшись друг к другу своими нагими телами. Потом Джастин крепко уснул, оставив мне возможность любоваться тем, как он сладко спит. Я лежала бы так рядом с ним хоть целую вечность, если бы мне не пришло на телефон два совершенно неожиданных сообщения. Одно из них было от Рендала, а второе прислала тетя, явно боясь постучать в дверь моей спальни. Решив первым делом отдать свое предпочтение новому знакомому, я прочла следующее:

«Самара, привет. Обращаюсь к тебе с просьбой.

Видишь ли, я снова без одной официантки. На место Молли я пригласил свою бывшую девушку Лили… Да, согласен, я полный неудачник. Но взамен за теплое место под солнцем, она обещала ко мне вернуться.

Завтра Хеллоуин, и будет много народу. Джейд, не удостоив меня вниманием, оставила заявление об уходе без объяснений. Что у нее в жизни творится я ума не приложу, но ходят слухи, что ее брат пропал. И на этот раз, как мне кажется, все серьезно. Он и раньше терялся, но многие в округе утверждают, что Мик совершенно слетел с катушек. Но сейчас не об этом. Не могла бы ты выйти завтра и выручить меня еще раз? Это очень бы мне помогло справиться с предстоящим наплывом посетителей».

Я ответила коротко: «Хорошо» и принялась читать сообщение от тети Бет:

«На пороге тебя поджидает еще один посетитель. Все бы ничего, но это Саймон. Уходить не хочет, требует тебя, а мы с дядей в панике не знаем, что с этим наглецом делать. Милая, если он так опасен, как ты говорила, срочно сообщи мистеру Уэйну. Жду ответа и аккуратно выглядываю в окно».

У меня невольно затряслись руки. Это был уже перебор. Зачем он явился в столь поздний час, предстояло выяснить. Втягивать Уэйна было пока бессмысленно. Для начала стоило узнать, чего хочет мой озверевший бывший. Одно я предположила точно: если Саймон пришел открыто, не буянит и не вышибает ногой дверь, есть шанс, что этот визит дружественный.

Наспех натянув джинсы, майку и балахон, я тихонько вышла за дверь спальни. Я подумала, что если случайно разбужу Джастина, то он наверняка отправится на эту неприятную встречу со мной. А чутье мне подсказывало, что этого делать не стоит.

Спустившись вниз, я велела своим родственникам следующее:

- Продолжайте незаметно поглядывать на нас с незваным гостем сквозь щель задернутых штор. Так будет намного спокойнее и мне, и вам.

- Как будто мы собирались как-то вести себя по-другому, - недовольно возмутилась тетя.

- Если ваша беседа вдруг выйдет из-под контроля, какие наши действия? – серьезно спросил дядя.

- Разбудите Джастина.

Мои дорогие и любимые, вытаращившись на меня во все глаза, не знали на что реагировать более восторженно: на мое неожиданное признание в случившейся любовной связи, или на то, что я в принципе с ними об этом поделилась.

Не дожидаясь их расспросов и наставлений по поводу моей безопасности, я распахнула дверь и вышла на улицу.

Словно увидев призрака прошлого, я на мгновение вспомнила свой последний сон. Неожиданная мысль промелькнула в моей голове: «У Мика была семья. Какая никакая, но была. Более того, сестра любила его даже после всех тех ужасных поступков, которые он натворил. А сейчас передо мной человек, у которого есть только я». Как бы я не старалась отрицать свою привязанность к Саймону, все было тщетно.

Я не понимала, почему судьба так слепа и беспощадна к нему. За что, за какие такие грехи, он оступился в бездну тьмы и жестокости, в лапы к чудовищу, позволяющему себе вершить человеческие судьбы? С прискорбием мне пришлось подытожить, что всего этого не было бы, если бы Саймон не встретился со мной.

И пока мы некоторое время просто смотрели друг другу в глаза, я размышляла только об этом, не в силах справиться с охватившей меня грустью. И чтобы окончательно не поддаться слабости и жалости, я решила поздороваться первой. Но Саймон, почувствовав мое нетерпение и задуманный порыв, меня опередил:

- Привет, супердевушка.

Глава 16. Лысая гора

Уэйн

Апрель, 1996 год, область юго-восточной Виргинии, Грейт-Дисмал «Великое мрачное болото».

-В середине Грейт-Дисмал расположено естественное озеро Драммонд. Когда доберемся до нужного берега, попытаемся приманить эту тварь. Печальнее всего, что она утягивает на дно не только взрослых мужиков, но и совсем юных, еще неокрепших мальчиков.

- Какое официальное количество жертв на сегодняшний день? – спросил я у Майкла, аккуратно выкручивая руль своего Понтиака. Мой напарник все время копошился в картах, лишая меня своей помощи в трудном маневрировании автомобиля по пропитанной влагой бугристой дороге.

-Восемьдесят восемь. Люди ловили маньяка, не догадываясь, что это дело скользких рук проклятой русалки. Уже более семи лет она питается здесь. И аппетиты ее растут. Как думаешь, кто из нас слаще? Кого она захочет к себе на обед? – ухмыльнулся Райнер и попытался дотянуться рукой до заднего сидения.

-И мне сэндвич достань, - попросил я, - немного проголодался, а патрулирование скорее всего будет долгим. Такие твари, как эта, нутром чуят охотников и служителей Господа. А что касается цифры ее жертв, думаю, она была приукрашена. Скорее всего на нее решили повесить и все остальные нераскрытые дела и убийства.

-За поворотом должен быть берег, выход к озеру. Еще минут десять - и мы будем на месте.

-Сегодня не простая ночь. Я все же настаиваю на том, что зря мы приперлись сюда. Исчадья ада не любят, когда им портят праздник, - откусив кусок сэндвича, любезно предоставленного мне напарником, неразборчиво промямлил я.

-Ты веди-веди, не отвлекайся. Другим способом на Лысую гору не попасть, ты же знаешь, мы обязаны идентифицировать их всех. А Вальпургиева ночь - лучшая для этого дела.

- Но почему через русалку-то? Проще было бы нашим людям там осуществить эту задачу, на месте.

-Наши люди там и полягут. Эта гора кишит монстрятиной. Еще никто из охотников не возвращался оттуда. Так что идти в логово зверя на Лысую гору своим ходом – самоубийство.

-Не все так однозначно. Я не перестану настаивать на том, что это не что иное, как преувеличение.

- Джон, не занудствуй, умоляю. Иначе я помру прежде, чем увижу хвост русалки. И знаешь от чего? От скуки! Где твой запал? Где жажда страсти, боевой порыв и огонь в заднице? - начал очередное промывание моих мозгов Райнер. Я решил ничего ему на это не отвечать, тем более что мы прибыли в назначенное место.

-Мы на месте. Нужно осмотреться.

-Нечего тут осматриваться. Пока мы блуждали в окрестностях этих болот, солнце уже опустилось. Через час здесь будет кромешная тьма. Ты останешься здесь, на этой стороне, а я отправлюсь на противоположную. – Майкл пальцем указал мне на сторону левого берега. – Тебе чипсов прихватить?

-Нет, я лучше прихвачу с собой рыболовные сети и арбалет.

-Советую взять копье. Ее шкуру вряд ли возьмет обычная стрела. Чешуя плотная, как сталь, нам нужно что-то покрепче. К счастью, в нашем арсенале этого добра предостаточно. Вооружайся и вперед.

-Откуда такое рвение? – спросил я, вылезая я из машины.

- Хочу побыстрее справиться с этим заданием и поехать домой, к жене. Мы планируем завести ребенка.

- Поздравляю, – все, что ответил я, а затем взял оружие и направился к берегу. Райнер поступил также, отдаляясь от меня в противоположную сторону. Я ощущал его разочарование из-за отсутствия моего восторга по поводу их с женой планов. Но меня это сейчас мало заботило, так как на озверевшую русалку я шел впервые. Признаться честно, мне было немного не по себе в ночи, подобные этой. Ведь твари преисподней были еще более кровожадными и кошмарно сильными. В какой-то момент мне даже подумалось, что мы приехали за смертью. Ибо ночь ведьм приближалась с каждой минутой все ближе и ближе, а мы, как два дурака, по собственной воле стремились в ее лапы.

Расположившись на мягкой сырой земле в зарослях камыша, я принялся ждать, читая про себе мантру, способную призвать русалку на берег. Шансы, что она выберет нас, а не шабаш на Лысой горе, были ничтожно малы. Это в какой-то степени грело мне душу. Ведь, возможно, мы переживем эту ночь, просто отсидевшись на еще не прогретой до конца земле. Весной здесь и не пахло, но пахло тиной и водорослями. Я пожалел, что не взял с собой хотя-бы шоколадный батончик, который смог бы уберечь меня от приближающейся к горлу тошноты.

Вдруг я услышал глухой звук на противоположном берегу и еще некоторое время вслушивался в него, пытаясь сообразить, откуда он исходит и что его образует. Когда до меня дошло, что это странное потрескивание - звук челюсти, которая хрустит чипсами, я пришел в ярость. Нужно было соблюдать кромешную тишину, а не трескать чипсы, словно акула, лакомящаяся человеческими косточками. Мне уже не впервые приходилось делать вывод о том, что Майкл крайне беспечен в отличии от меня. Он просто нарывался на неприятности из-за своего безразличия к деталям. Но моя безмерная любовь к нему как к другу, и глубокое уважение как к напарнику, не давали выйти из себя. И я каждый раз проглатывал его выходки, закрывая на них глаза. Наша рыбалка закончилась бы, даже не успев начаться, выкрикни я громко и четко такое желанное в его сторону слово «Болван».

Спустя еще час глаза полностью застелила густая тьма ночи. Кое-где на небе проглядывались первые звездочки, а луна лукаво выглядывала сквозь проплывающие тучи. Становилось холоднее, но не настолько, чтобы впасть в зимнюю спячку. Глаза мои были широко открыты, и я старался не упустить из виду даже малейшего намека на необычное шевеление в воде. Хруст чипсов исчез еще пятнадцать минут назад, а значит, пачка кончилась, и мой друг скорее всего так же сконцентрирован на деле, как и я. Волноваться о том, что он заснет, было бессмысленно. Полностью отданный делу, он наверняка размышлял о том, что недостаточно заточил свой гарпун. Больше, чем свою жену, Майкл любил уничтожать нечисть, абсолютно безжалостно и иногда даже крайне жестоко. Беспощадность к монстрам - его главная отличительная черта. Мне же убийства давались нелегко. И не важно, что я уничтожаю нечистого. Никто не хочет умирать. Поэтому, каждый раз, спуская курок, я молился Богу и просил его дать мне сил, умом понимая, что тварь, которая испустит свой последний вздох, наверняка погубила множество невинных душ, и что самое страшное - нисколько не жалела об этом.

Еще спустя полчаса я услышал шевеление в тридцати метрах от себя. Пришлось тихонько обернуться, стараясь не выдать своего местоположения. Двухметровая омерзительная русалка ползла к берегу. Откуда ее принесло, мне было не ясно, но я догадывался. Слизью, в которой она скорее всего спала, было обмазано все ее тело. Я сделал вывод, что ее логово в ближайшей болотной тине, а в озеро она направляется, чтобы очиститься и подготовиться к встрече со своими собратьями на Лысой горе.

Руками она впилась в грязь и мокрый песок, стараясь скорее доползти и глотнуть воды. Ее хвост послушно волочился за ней, но его тяжесть на суше явно тормозила ее. Безобразность ее лица, была шокирующим и ужасным зрелищем. Глаза без зрачков, черные, внушали страх. На лице, словно углем, были нарисованы странные полоски и иероглифы, а длинный конский хвост зеленых, как шкура лягушки, волос, прилипал к спине, не давая в полной мере разобрать, с какой стороны у нее находятся жабры. Все это зрелище напомнило мне первый сеанс экзорцизма, который я увидел, еще будучи студентом семинарии. У одержимой бесом выламывались руки, а шея вращалась на сто восемьдесят градусов. Так это выглядело и сейчас с русалкой. Словно в ускоренном темпе, нечеловеческом и кошмарном.

Вдруг у берега она остановилась, явно заметив мою ловушку. Сгребая своими острыми когтями сеть, она пыталась сообразить, кто оставил ее здесь и что вообще происходит. Попятившись назад, ожидая молниеносного нападения русалки, я не заметил, как оголил свой серебряный крест, висевший на шее. Луна предательски осветила его так, что его отблеск не смогла не заметить страшная, как худший морской кошмар, русалка. На мгновение мне подумалось, что сейчас она раскроет свою клыкастую пасть и непременно вздумает напасть. Но к моему удивлению, этого не произошло. Все, что она сделала, - это в две секунды приблизилась ко мне в камыши и вонзила взгляд своих безумных глаз в мое перепуганное лицо.

«Слишком близко», – подумал я, стараясь сохранить самообладание и нащупывая рукой лежавшее рядом копье. Пока она всматривалась в мое лицо, не отводя глаз, почти дотрагиваясь своим носом до моего, я ощущал ее запах и полное отсутствие дыхания. Пахла русалка приятно, тем, что я любил более всего. Эту ловушку они используют, заманивая своих жертв в воду. Человек очаровывается, одурманивается и готовится прыгнуть в ее лапы на добровольных началах.

-Не целуешь, - прошипела она и приблизила свою голову к моему плечу. -Ты не обыкновенный, ты – охотник, мои чары на тебя не действуют. Святой… Носишь на себе поцелуй Господа. Как же мне поступить, ведь ты пришел убить меня?

Красивых речей и приятного бархатного голоса я не услышал. Эта рыбка поняла, с кем имеет дело, и не стала околдовывать меня своей магией. Но кое-что у нее вышло. Отвлекшись на ее стекающую слизь по моему плечу, я не заметил то, как аккуратно она своим здоровенным хвостом отбросила подальше в заросли мое заточенное оружие.

-Я все равно найду способ прибить тебя, чего бы мне это не стоило.

-Не нужно, Джон. Я могу исполнить любое твое желание, а взамен - ты отправишься восвояси, сохранив мою чешую в целости и сохранности, - произнесла русалка, убрав свою омерзительную пасть от моего уха.

- Откуда ты знаешь, как меня зовут?

- Ну я же русалочка, потустороннее сверхъестественное чудовище. Во мне много тайн и загадок.

-Ничего кроме жестокости и жажды человеческой плоти несчастных мужчин в тебе нет, - стараясь, чтобы мой голос не дрогнул, ответил я.

-Чего ты хочешь, охотник? С моей чешуи варят отменное зелье для мужской силы, не желаешь? А слюна лечит самые гнойные раны…

-Проведи меня на Лысую гору, – выпалил я, не раздумывая. -А по поводу слюны – не ври. В ней смертоносный яд.

Русалка оскалилась, оголив свои острые зубы. Такой просьбы она не ожидала, но ставки были высоки. Побороться со мной у нее сил хватит, а вот победить – нет. Ведь любое касание кожи охотника доставит этой твари смертельную боль.

-Обидно, наверное, что именно ваша раса так слаба в отношении слуг Господа? – улыбнулся я.

-Конечно. Это несправедливо, что ваша суть так ранит нас, обжигает и оставляет рубцы.

На некоторое время русалка задумалась о чем-то, а потом сказала:

- Моя жизнь мне важнее, чем что-либо на этом свете, поэтому я проведу тебя. Но ты должен поклясться, что не убьешь и никогда более не вернёшься на мое болото. Клятвы для вас имеют огромное значение, так что клянись собственной душой и тогда я покажу тебе портал, через который собираюсь отправиться на Великий шабаш Вальпургиевой ночи.

-Клянусь.

-Учти, Джон, отправить твою плоть на гору я не в силах. Но увидеть, что там происходит, ты сможешь моими глазами.

-Да будет так! Обманешь или вздумаешь утопить - жди беды. Охотники, которые придут по моим следам, радужной жизни тебе не подарят.

Мне ни в коем случае нельзя было выдать присутствие на озере Райнера. Потому что, если бы что-то пошло не так, он смог бы меня подстраховать. Оставалось надеяться, что он не заметил моей встречи с русалкой. А даже если заметил, то сидит в засаде, ожидая сигнала.

-Как жаль, я ведь так люблю переливы радуги, это моя любимая забава.

Голос ее менялся: от мужского низкого баса до тонкого писка молодой невинной девицы. Это заставляло испытывать легкий ужас, но стараясь держать себя в руках, я позволил ей аккуратно взять меня за плечи и призвать за собой в мутные воды.

Русалка, прикоснувшись к рукавам моей рубашки, явно почувствовала на себе языки пламени. Это проклятие, которым она и ее сородичи были наделены, имело огромную силу, так что даже сквозь одежду ее толстая шкура ощущала боль от прикосновения к служителю Господа на Земле.

Погружаясь глубже и глубже, я заметил, как от воды поднимается пар. Она становилась словно молочной, теплой и даже приятной. Последнее, что я увидел, прежде чем окунуться с головой, был недвусмысленный сигнал от моего друга. Выставив большой палец вверх, он показал мне «класс». Более о нем я не волновался. Водяное отродье его не заметило, а значит - мы на верном пути: я – под водой, он – на другом берегу, готовый в любой момент прийти мне на подмогу. Пока все складывалось как нельзя лучше.

Но моя радость продлилась недолго. Через пару минут я стал терять воздух в легких. Еще немного и вода заполнила бы их через рот и нос целиком. Русалка вилась вокруг, стараясь как можно чаще задевать меня своим хвостом. Ее темп и скорость увеличивались с каждой секундой. Наконец, я смекнул, в чем дело. Она мутила воду. Пузырьков и пены становилось вокруг все больше и больше, вода кипятилась под давлением, заглатывая меня в водную пучину. И этот бурлящий смерч тянул меня ко дну, засасывал, не давая возможности выплыть на поверхность.

Когда в глазах потемнело, я, кажется, отключился, но забвение было коротким. Легкий свет язычка пламени стал прорезываться сквозь застилавшую взор пелену, и я смог постепенно разобрать очертания окружающей меня местности.

Когда муть из глаз ушла полностью, я понял, что вижу мир вокруг себя глазами русалки. Подплыв ближе к берегу и людям, находившимся там, передо мной явилась картина из худших киноэкранизаций про шабаш и все, что с ним связано.

Пламя огромного костра возвышалось к черному беззвездному небу. Огромная луна освещала празднование нечистой силы так ясно и так реально, словно она присутствует лично на этом торжестве смерти и радуется ему. Вокруг меня в воде кого только не было: водяные, русалки, болотные твари, утопленники, сирены. Все они, улыбаясь, возносили свои руки, щупальца и клешни к чему-то высшему, верховному. К тому, кто еще не прибыл на столь важное для них торжество. Зазывали своего предводителя и другие, не менее мерзкие существа.

Вокруг костра водили хороводы ведьмы, лешие, сатиры с мордами козлов и мавки, лучезарно сияющие блеском своей лазурной кожи. У деревьев толпились оборотни с засаленной шерстью, вонючие, как мои недельные носки. Еще я смог разобрать среди всего этого бала-маскарада нечистой силы троллей, банш, призраков, различных ёкаев и джиннов, бесов и кикимору. А вишенкой на торте оказалась мантикора. Видит Бог, до того дня я все еще глупо верил, что хотя бы этой мрази в мире не существует. Мантикора считается среди охотников байкой, сказочной страшилкой для детишек, которым предстоит вступить в ряды Ордена по семейной традиции. Тем не менее, ее явное присутствие здесь говорило мне об обратном. Это была никакая не выдумка, а вполне себе реальное чудовище. Тварь с телом льва, крыльями и жалом скорпиона выплясывала в языках пламени, словно цыганка на своей долгожданной свадьбе.

Русалки завыли песнь, ее подхватили все остальные. И когда тьма от факелов немного расступилась, а за костром моему взору открылась еще одна поляна, я увидел избу из славянских сказаний, о которой среди охотников ходили разные легенды. И, о Всевышний, она двигалась на огромных куриных лапах, как живая. Простой смертный давно бы потерял сознание от увиденного. Признаться честно, атмосфера вокруг этому только способствовала. Лучше бы я ослеп, чем лицезреть все это, не имея возможности прекратить или уничтожить. А бесы все прибывали и прибывали. Откуда они вылазили, я понятия не имел, но то, что они ловко работали с порталами, сомнений не было. В книгах о фольклоре народов мира я часто читал о том, что в ночь с тридцатого апреля на первое мая ходы к месту, именуемому «Лысой горой» открываются сами собой, и каждый, кто желает побывать на празднике смерти, обязан незамедлительно на него явиться. Так было и сейчас. Границы между городами и континентами пали. Все темные силы планеты собирались здесь. Но для чего? Или для кого? Ответ был один - для самого властелина. Дьявола. «Но как это возможно, если он пребывает в аду с далеких-далеких времен»? – лихорадочно размышлял я.

Наконец, вой прекратился и среди прислужников тьмы воцарилась тишина. Но ее нарушил адский хохот. Из избы вышла, сопровождаемая парой чертей, женщина. Облаченная словно во тьму, она медленно ступала по раскаленным углям. Ее лица я не видел за шалью, которая его прикрывала. Тем не менее, ясно было одно – она ведьма и она здесь главная, и все с нетерпением ждут ее речи. Внезапно, в моих ушах раздался голос знакомой мне русалки:

-Не уверена, что такому, как ты, стоит присутствовать здесь и дальше. Еще немного и явится Вий, а за ним мы услышим голос самого прелестного из ангелов.

-Я остаюсь, - вымолвил я в ее голове и принялся ждать неизбежного. Над Лысой горой пролетел суккуб, и взмахи его крыльев встревожили и без того неспокойную воду. Вдруг главная ведьма заплакала. Причина такого поведения мне была совершенно не ясна, а то, что произошло далее, абсолютно не укладывалось в рамки понимания. Рыданиями завелись все, каждый оплакивал отсутствие на шабаше основного виновника торжества. Их стенания раздавались из каждого уголка, каждого куста и камня. Словно одержимые, бесы колотили и истязали себя розгами, а сатиры под все это дело жалостливо бренчали на арфах. Ужас, да и только.

- Дети ночи! - молвила ведьма бархатным голосом. Она говорила с небольшим французским акцентом. - Я обращаюсь к вам с призывом, с верой в нашего великого отца. Единственного и, несомненно, наивысшего среди нас. Люцифер - наш Бог, наш прародитель, которому мы обязаны всем. Он и никто другой приведет свою армию к победе, к власти над миром. Я неизменно, из года в год, не устаю просить вас об одном. И в этом моя истина: верьте в него! Восхваляйте и не теряйте надежду на скорейшее возвращение! Еще немного и дьявол явится нам. И тогда мы припадем к его ногам в молитве с просьбой о пощаде. Целуйте ему ноги, лобзайте руки и отдавайтесь без остатка. Ибо придёт он не один, а с подарком, с наивысшей благодатью для нас. Из тьмы выкует он ее и раздаст каждому. Слава ему!

Речь была на удивление короткой, но конкретной. Главную мысль она донесла и, как ни странно, этого для отродья было достаточно. Они словно сумасшедшие кричали и вопили, повторяя хором одно лишь слово - Миллениум. И я вдруг понял, что вот оно. То, зачем я сюда пришел. Миллениум. За ним скрыта главная тайна, главное пророчество и несомненно весь смысл. Естественно, его тайны мне еще предстояло узнать. А пока я постарался не двинуться умом от увиденного.

Барабаны забили, гитары заиграли, волынки и горны, арфы и флейты. Песни, пляски и сатанинские ритуалы - вот, что последовало далее. И где-то через полчаса два черта принесли в жертву своей ведьме молодого и резвого козла. Она насадила отрубленную голову одному из сатиров на рога и заставила плясать. Кровь лилась повсюду и достаточно было ее одной лишь капли, чтобы вода в реке стала алой. Мракобесы прыгали в нее, пили из нее и обливались ею. Зрелище было просто кошмарным. Я глупо надеялся, что на этом все закончится, но не тут-то было.

Ломая деревья огромными ручищами, появился Вий. Глаза на его огромной башке были закрыты. Четыре прелестные мавки, резво подбежав к чудовищу, помогли разомкнуть его веки. В этот момент я понял, что теперь видел в этой жизни все. Заколдовывая и гипнотизируя, Вий привлекал их к совокуплению. Смекнув, что сейчас начнется оргия, я пожелал удалиться. На это моей нервной системы стопроцентно бы не хватило. Но прежде, чем я воззвал к разуму русалки, меня остановило зрелище немыслимой жестокости и чудовищности. Звери желали совокупляться с людьми. Бесы вытащили в центр поляны с десяток живых и абсолютно нагих мужчин и женщин. Они плакали и молили о пощаде, а некоторым из них за молитвы к Богу отрезали языки. Самому страшному только предстояло случиться.

-Я думаю, ты не захочешь остаться на «шепот утренней звезды», который донесется до нас из «Врат Бронкса». В конце шабаша властелин должен прислать нам весточку из преисподней, наверняка там будет что-то важное. Но я вижу, как ты рвёшься в бой, как желаешь выпрыгнуть из воды и помешать тому, что неизбежно сейчас произойдет. Конечно, я не позволю этого сделать, Джон. Моими руками рвать и терзать моих братьев и сестер я тебе не дам. Да ты и не вправе распоряжаться моей волей. Все, что тебе остается - смириться. Я чувствуя твою боль и отчаяние, пощажу тебя. Мы вернемся на болота прямо сейчас. Хотя бы во снах, охотник, тебе не будет снова и снова сниться этот кошмар.

-Я не могу помочь им? - чуть не рыдал я.

-Нет.

Мне хотелось выколоть себе глаза и отключиться в бреду, как в беспамятстве. Русалка чувствовала это и уплывала прочь, разыскивая среди глубин воды нужный нам портал. И когда он наконец-то был найден, она нырнула в него, оставив после себя лишь бурлящую пену.

Когда ее скользкие руки вынесли меня на берег, я еще какое-то время тщетно старался прийти в себя. Наши сознания разъединились, и я снова был собой.

Русалка улыбнулась мне, но как-то неестественно для своей натуры, по-доброму, словно человек. Я поразился тому, насколько мы действительно заблуждаемся, когда утверждаем, что в монстрах не осталось ничего человеческого.

Удар.

Майкл пригвоздил к земле не опасную на тот момент русалку. Ее хвост все еще бултыхался в воде, а торс оставался на берегу, намертво прибитый острым гарпуном. Пошевелиться она не старалась, потому как каждое ее движение сопровождалось, по всей видимости, очень острой и невыносимой болью.

-Ты же обещал не убивать, - заплакала она, глядя своими черными глазами в мое лицо.

-Я и не убил, это сделал мой друг.

Майкл встал перед чудовищем, готовый пробить чешуйчатый лоб копьем, которое удалось отыскать в заросших камышом водах.

-Не будет тебе покоя, Майкл, - завела русалка песню. Райнер приблизился ближе, готовясь нанести роковой удар. Но прежде, чем ему удалось прицелиться, русалка схватила его за ногу, и он распластался прямо перед ней. Сорвав с охотника нужный оберег, который защищал от ее проклятия, водяная обитательница молвила следующее:

-Ты назовешь дочь моим именем и каждый раз, целуя ее, будешь вспоминать этот момент, слышать мой плачь, ощущать мою боль.

На этих словах Майкл вонзил острие туда, куда удобнее всего было попасть, валяясь на земле - прямо в сердце красивой и одновременно страшной болотной русалки. Она захрипела, а ее мелодия стихла. Какое-то время ее хвост все еще бился в конвульсиях и судорогах. Когда плеск прекратился, я спросил у своего друга:

-Как назовешь дочь, Майкл? Она напророчила тебе не мальчика.

-Я… Я….

-Говори! Амулет в воде, Райнер! Проклятие неизбежно. Я просто хочу знать, как ее звали. Как звали русалку, которая показала, открыла мне многое? И которой я по гроб жизни буду благодарен за то, что она не дала мне тронуться умом там, на Лысой горе.

Я злился на Майкла, спешившего прикончить моего проводника. Его жажда убийств монстров в моем понимании выходила за все рамки.

Он заикался. Ужас, охвативший его, не давал и слова вымолвить.

- Ну же, Майкл! – закричал я. - Соберись, ничего уже не исправить!

Наконец, тонкий шепот сорвался с его губ, и я услышал заветное имя:

- Самара.

Глава 17. День открытых дверей

Самара

- Привет, супердевушка, - произнес Саймон.

Я осторожно подошла ближе.

- Покурим? - предложил он. - Или ты бросила?

- Что тебе нужно?

- Хотел объясниться с тобой, если позволишь. Я думал пробраться в дом незаметно, через задний двор, чтобы не беспокоить твоих родственников, но что-то не пускает меня. Я почему-то не могу войти, - спокойно, словно оправдываясь, говорил он.

- И не сможешь, если я не приглашу, – с вызовом выпалила я. То, что он собирался тайком проникнуть в дом, выходило за все рамки приличия и какой-либо нормальности.

Саймон резко изменился в лице. На мгновение мне даже показалось, что его звериное нутро возжелало вылезти наружу.

- Так пригласи меня! Пройдем в твою спальню, покувыркаемся, - съязвил он. - Или сначала тебя на байке покатать?

Я не сразу узнала его байк, припаркованный неподалеку. Все мое внимание было приковано к телохранителю мага.

- Уходи, Саймон. Между нами, если ты вдруг забыл, все кончено.

- Ты его любишь?

Этого вопроса я совершенно не ожидала услышать.

- Не твое дело, - огрызнулась я.

- Ты вся провоняла его запахом. От тебя так и разит этим… Этим…

- Кем? Человеком, который старается спасти меня от отчаяния? Тем, кто в отличии от тебя сражается на правильной стороне? Или тем, кто желает собрать меня по кусочкам после того, как вы все предали меня и переметнулись к врагу?

- Не люби! Только не люби его по-настоящему, прошу тебя, - взмолился Саймон.

Саймон больше не выражал злости, а его агрессия резко куда-то улетучилась. Взамен показалась неприкрытая грусть, которую он даже не старался скрыть.

- Господи, Саймон. Это из-за ревности? Ты за этим сюда приперся? Отпусти и живи дальше. От меня одни проблемы. Из-за меня ты стал оборотнем! - я буквально выходила из себя.

- Когда готовился к этой встрече, я не знал, что ты теперь не одинока. Это совпадение. Позволь рассказать тебе, что произошло со мной на самом деле.

- Валяй! – махнула рукой я и, сев на ступени, закурила.

- Я приехал во Врата Бронкса желая вернуть тебя, поговорить. В «Веселом Роджере» для храбрости решил накатить стакан и встретил Змея. Слово за слово - и я не заметил, как напился. Он вывел меня на разговор о тебе. Я сначала жаловался ему, проклинал тебя, говорил, что отдал бы все, чтобы тебя забыть. А потом…

- Что потом? - с нетерпением ждала я продолжения рассказа.

- Он сказал, что все бабы суки, и что тебя надо просто убить. Обзывал, приговаривая, что женщины в принципе не заслуживают места в обществе. А потом вдруг встал и ушел. Разъярённый, не согласный с подобным мнением, я на пьяных ногах погнался за ним. На стоянке они меня и поймали. Он и Уджин.

- Уджин?

- Филин. Они обернулись передо мной в чудовищ, и я чуть не умер от страха.

- Надеюсь, ты в тот момент протрезвел и закодировался на всю жизнь, - издевалась я.

- Я начал просить их, умолять не трогать тебя, что я сделаю все, что они попросят.

- Они этого и добивались.

- Именно. Я понял это, когда уже заключил пакт.

- Значит, Змей и Филин не могут убить меня? Это было твое условие сделки?

- Никто из свиты не может тебя убить. Я подстраховался. Но покалечить могут, если ты будешь угрожать жизни нашему господину.

- Подстраховался? - возмутилась я. - Ну ты и придурок! Эта сделка сделала тебя рабом до конца твоих дней, а ради чего? Ради любви к девушке, которая не испытывает к тебе того же.

- Я думал, ты будешь благодарна.

Я была вне себя от злости. Мне стало очень жарко, сердце бешено колотилось в груди, а на лбу выступил пот.

- Ох, спасибо тебе, Саймон! Спасибо за то, что мне теперь еще и за тебя придётся чувствовать себя виноватой.

- Ну прости. Я облажался. Не стоило мне Змею столько рассказывать о тебе. Тогда бы он не узнал о нашей связи и не воспользовался этим.

- Что ты ему рассказал?

- Все. Вплоть до того, что ты охотница и ищешь убийцу своего отца.

- Какой же ты болван! Я же тебе говорила, что в мой мир тебе нельзя. А ты так бездарно в него вляпался.

- Я просто любил тебя. До сих пор люблю, - с отчаяньем произнес он.

- Не понимаю, почему им просто было тебя не убить.

- Я понимаю. Думаю, что и ты догадываешься. Джейд ведь тоже близка тебе?

- Да, - глубоко вдохнув носом воздух, ответила я.

- С ней все в порядке. Я присмотрю за ней. Из нас всех обидеть ее может только Змей. Он просто ублюдок.

- А маг? – резко спросила я.

- Я с ним говорил всего раз, когда клялся на крови. Он все время занят. Общение с нами ему не интересно. Мы просто охраняем его, когда это нужно. Всегда готовы прийти на помощь. Выполняем поручения, устраняем проблемы и неприятности, подчищаем за ним. Я не знаю его, не знаю, на что он способен.

- О, поверь, я знаю, на что он способен. Он убил папу.

- Это был не он. Это был Змей. Я в этом нисколько не сомневаюсь. Ведь как еще он мог понять, что ты та самая. Дочь Райнера.

Мое сердце ушло в пятки, как громом пораженная, я не знала, как на это реагировать.

- По приказу хозяина, - вспылила я.

Саймон молчал, усердно о чем-то размышляя.

- Почему Змей не убил меня тогда, когда пришел за отцом? – нарушила я молчание.

- Собака.

- Что собака?

- Цербер заступился, он не дал ему войти за тобой в дом. Поэтому они не нашли страницу и не убили тебя.

- Цербер? Адский пес? – я не скрывала своего удивления.

- Он же до сих пор охраняет тебя, да? Они знают об этом и не могут понять почему. Хозяин, на сколько мне известно, в ярости.

- Я тоже не знаю почему. И это пугает меня.

- Змей считает, что ты что-то скрываешь, что ты не охотница.

- И кто же я, по его мнению, – возмутилась я.

- Есть две более-менее правдоподобные версии. Либо ты помечена злом, либо проклята.

- Час от часу не легче.

Я задумалась. Защита адского пса никак не вписывалась в рамки моего понимания.

- Это пес мага? - спросила я.

- Насколько мне известно, нет. Если бы это был его пес, вряд ли бы он позволил ему так яростно защищать тебя.

Вдруг меня осенило:

- О, Святая Мария! Ну конечно! Уэйн был прав. Пес - страж адских врат. А маг хочет открыть их. Все сходится. Они хотят выпустить дьявола, верно? Мы с Уэйном догадывались об этом, но теперь можно в этом нисколечко не сомневаться.

- Самара, я и так слишком рискую, общаясь с тобой. Не проси говорить тебе лишнего. Я не имею права навредить хозяину.

- Целью моего приезда сюда был поиск виновника смерти отца. И вот я знаю ответ. За это я не могу не поблагодарить тебя.

- Но ты ведь все равно не уедешь? Все равно будешь дальше сражаться?

- Конечно. Я не брошу Уэйна и Джастина на растерзание вам.

- Уезжай, - с надеждой попросил Саймон. - Уезжай, прошу. Он победит! Он уже побеждает, просто ты этого не знаешь.

- Саймон, я не могу. Мой отец распрощался с жизнью из-за этой книги и ее страниц. Я должна отомстить. Мой долг – спасать человечество от зла.

- И тем не менее, ты дружишь с ведьмами, которые слишком много пронюхали, -злобно фыркнул он.

- Они не вредят обычным людям, в отличии от вас, - вновь закипала я. - За что мне их убивать?

Саймон пнул ногой стоявшую рядом тыкву, которую тетя вырезала весь вчерашний вечер.

- Завтра День всех святых. Ты ведь знаешь закон? - спросил он.

- Да. Он называется «Ночь перемирия». Время, когда зло не противостоит добру и наоборот. Единственная ночь в году, когда мы не сражаемся друг против друга. Не нападаем, - ответила я. - И что?

- Увидимся? Слышал в городе будет большое мероприятие. Вход свободный.

Я не успела ответить. К моему дому подъезжала машина сестер-ведьм. Дана на ходу выпрыгнула, готовая снова разжечь костер на голове Саймона. Я же подумала о том, что этот день просто безумен. Какой-то вселенский заговор. Столько посетителей для моей персоны – явный перебор. Сговорились они все что ли?

- Не надо, Дана. Все в порядке, - остановила я ведьму. - Он уже уходит.

Милана припарковалась и с лицом полным презрения, выйдя из машины, встала между мной и моим бывшим.

- Я поеду, - сказал Саймон. Его лицо было мрачным и болезненным. - Помни одно, Самара. Как бы я тебя не любил, своего хозяина я буду защищать до конца, до своего последнего вздоха.

Я смотрела ему вслед в полном отчаяньи и невыносимой безысходности. Мне было очень жаль, что я так и не смогла полюбить его. И помочь ему выкарабкаться из ловушки, в которую он сам себя по глупости загнал.

Ведьмы, не выдержав сопливой сцены, потащили меня к двери дома.

- Разреши войти, - язвительно сказала Милана, готовая начать глумиться надо мной из-за моей встречи с шакалом. – Ты же знаешь, без приглашения мы пересечь порог твоего дома не можем. Более того, выгонять домового было крайне глупо!

- Входите, – готовая к нападению, сказала я. - Одно только объясните, как вы узнали про домового? И я его не прогоняла, просто попросила не тарабанить по стенам и оставить меня в покое.

- Странно, - задумалась Милана, - обычно они не воспринимают все буквально. Хотя… Мы многого о них не знаем. И, Самара, вот неужели ты хоть на минуточку не задумалась о том, что стучать он может не просто так. Что если он пытался предупредить тебя об опасности? Саймон тому явное подтверждение.

- Дана достала из-за пазухи куклу вуду, которую тоскала с собой в день, когда мы дружно пришли уговаривать Джона о сотрудничестве.

- Это необычная кукла, - уточнила ведьма и протянула мне ее в руки. - Мы привязали ее к твоему домовому с помощью проекции. Так мы имеем возможность точно понимать, что с ним и где он находится. Более того, кукла оживает и предупреждает об опасности. Это крайне темная магия, но очень действенная. Если бы не ее сигнал, мы бы не выручили тебя от этого маньяка.

- Саймон просто хотел поговорить.

Девочки ввалились в дом, и чуть не сбив тетку с ног, направились на кухню заваривать чай.

- Какая молодежь наглая нынче пошла, – пожаловалась вслух тетя Бет и обиженно удалилась к себе в комнату.

Дядя, пожелав нам доброй ночи, отправился за ней следом.

- Ты чем вообще думаешь?Шакалюга проклятая могла тебя съесть! – зашипела на меня Дана, гремя чашками и сахарницей.

Я про себя обрадовалась, что Джастин все еще крепко спит.

- Ну ладно тебе, сестренка. Это было романтическое прощание с бывшим, - ухмылялась Милана.

Дана продолжала, не давая мне и слова вставить:

- Он наш враг! Вот зачем он приходил? Угрожать?

- Дана, не занудствуй. Ты просто жалеешь, что не смогла попрощаться с безголовым Миком. А Самаре этот шанс представился.

- Замолчите обе! – не выдержала я.

- Надо было и Саймону отрубить голову. От этих бывших одни неприятности! – не унималась Дана.

Я вопросительно посмотрела на Милану.

- Не обращай внимания. Она не чокнутая, просто ей, видимо, нравится такой притворяться, - ответила на мой безмолвный вопрос ведьма и плюхнулась на диван.

- Так, давайте успокоимся, - сказала я. – Он пришел не со злыми намерениями. К тому же мы очень даже продуктивно пообщались.

- О чем говорили? - рассматривая вышитые бисером теткины декоративные подушки, спросила Дана.

- Ни о чем, что показалось бы вам обеим интересным. Разве что оказалось, что моего отца убил Змей, а Саймон, заключив пакт, попросил взамен не убивать меня.

- Что-что? - глаза у Даны расширились от удивления.

- Да, никто из свиты не может убить меня, только покалечить.

- Ай да рыцарь на черном байке! – вскрикнула Милана.

- Милана, прекрати. Всему виной чувства ко мне. Иногда люди совершают безумные вещи из-за любви.

Каждая из нас задумалась о своем. В комнате повеяло грустью.

- Так, давайте забудем про Саймона, сменим тему. Пейте чай, угощайтесь конфетами и уезжайте домой. Как видите, мне ничего не угрожает. Ложная тревога. Можете рассказать мне, например, но только кратко, где собираетесь устраивать праздник.

- Как где? Джастин любезно предоставляет нам свой дом-призрак, - ответила Милана.

- Да, - подхватила Дана, - среди студентов давно ходят страшные истории. Люди стали замечать свет в особняке. Рассказывают, будто мертвый хозяин дома вернулся и бродит в нем по ночам, заманивает жертв в отместку за свое кровавое убийство.

- Обалдеть, - все, что смогла ответить я. Мою злую иронию они не оценили, продолжив воодушевленно рассказывать мне о своих планах.

- Вот мы и придумали Хэллоуин провести именно там. А так как дом теперь зачищен от вампирских останков, у Джастина не было причин отказать нам в этом удовольствии, -улыбнулась Милана.

- Очень мило с его стороны.

- Будет весело, - резюмировала Дана. – Мы каждый год устраиваем мега-крутую тусовку на Хэллоуин. В общем, после всеобщего празднования на площади, плавно перемещаемся на афтерпати к Джастину. Вход свободный, но только для совершеннолетних, конечно. И стариканам вход тоже воспрещен.

- Вот это Уэйн расстроится, – засмеялась я. - Он наверняка каждый год страшно жаждет попасть к вам на вечеринку.

Ведьмы залились хохотом.

- Ладно, Самара, отдай куклу и проводи нас. Но прежде, чем ляжешь спать, попроси домового обратно вернуться в дом. Если он обидится, то покинет его навсегда, а тебе это пока не нужно.

- Добрый вечер, дамы. Если вы не против, то подвезите и меня домой, - прервал нас спускающийся по ступеням Джастин.

- Ты уезжаешь? – расстроенно спросила я, но ответа не ждала. По выражению лица Джастина нетрудно было понять, что все это время он нисколечко не спал. А значит, о нашей встрече с Саймоном был осведомлен.

- Я думаю, тебе стоит отдохнуть в одиночестве. Сегодня слишком много посетителей в твоем доме, не находишь? У тебя будет время спокойно все обдумать и взвесить. Я дам тебе такую возможность.

Я чувствовала холод в его голосе, но старалась не поддаваться ему. Я не считала, что сделала что-то плохое или повела себя как-то не профессионально. Да, я вышла на встречу с Саймоном, но ничего ужасного не случилось.

Я отвела взгляд от Джастина и узрела совершенно ошарашенные лица своих новоиспеченных подруг. Каждая ждала подробностей наших любовных отношений с охотником и свежих сплетен.

- Закройте рты, девочки, забирайте попутчика и проваливайте, - по-доброму сказала я и выставила сестер за дверь. Джастин аккуратно и коротко поцеловал меня в щеку, и тоже последовал к машине. Его легкое прикосновение губ заставило мое сердце сделать лишний удар.

Проводив глазами удаляющуюся машину Миланы, я вышла на задний двор, позвала домового и пошла к себе.

Обычно перед сном я оставляла включенным ночник, привычка из детства. Свет успокаивал меня, словно охраняя от плохих снов, которые я так не хотела видеть. Ведь они по большей части были вещими. Но сегодня, эмоционально возбужденная насыщенными событиями ушедшего дня, я напрочь об этом забыла и уснула глубоким сном.

Когда в комнату тихонько постучали, я не сразу сообразила, что нужно встать и открыть дверь. Кое-как промямлив «Входите», я в полудрёме попыталась принять сидячее положение.

Дверь открыл мужчина лет семидесяти. В комнате моей было странно светло, хотя часы показывали час ночи. Значит, я заснула не так давно.

Я испугалась, но не могла пошевелиться. Он взял стул, сел напротив меня и сказал:

- Теперь ты знаешь, как меня зовут. Разве это что-то меняет? – тихим спокойным голосом проговорил мне, как я догадалась, маг.

Холодный пот выступил на моей спине, сердце провалилось в бездну страха и отчаяния. Я совершенно не могла управлять своим телом.

- Не бойся, дитя. Я не обижу. Просто прочту тебе сказку на ночь.

Я попыталась закричать, позвать на помощь, но из моего горла не доносилось ни звука. Я словно онемела. Постепенно до меня начало доходить - это очередной сон. Я сплю. А кричать не могу, потому что в мою голову пробрался домовой.

- Я выбираю к прочтению сказку братьев Гримм. Будь послушной девочкой, ложись на подушечку и внимательно слушай сказку, Белоснежка.

«Белоснежка? Опять упоминается эта сказка. С Уэйном было тоже самое», - подумала я, тщетно пытаясь прийти в себя. Я старалась очнуться, направить все свои силы на возвращение в реальность, но ничего не получалось.

- Сказка начинается. А ты так и не навострила ушки. Но я тебе помогу. Откушу их совсем! Ха-ха-ха.

Лицо старика исказилось, пасть расширилась, оголив острые, как ножи, клыки. Глаза налились кровью, слюна полилась по подбородку. Еще немного и я лишилась бы ушей.

Адреналин сделал свое дело и меня осенило. Нужно было прочитать про себя молитву. И как только я попыталась обратиться к Господу, сон покинул меня. Я проснулась.

Эта мерзкая, отвратительная мохнатая тварь сидела на мне и светила в глаза обесточенным ночником.

- А ну иди сюда, мелкий поганец, – сказала я негромко, дабы не разбудить тетю с дядей.

- Белоснежка-сладкоежка, любит мед и карамель.

Не успеет оглянуться - заметет ее метель.

Покусает и завьюжит, и ударит больно в нос,

Потому что, потому что - Риган сладости принес.

- Опять загадки. Какая я тебе Белоснежка? Какие сладости? - огрызалась я. - Иди сюда, негодник!

Я тщетно пыталась его поймать. Эта тварь передвигалась быстро. Его ловкости и прыткости можно было позавидовать.

- Почему ты явился мне? – спросила я.

Его морда была просто отвратительной. Выглядел он как маленький ребенок, только весь лохматый, с выражением лица взрослого человека. Широкая улыбка не предвещала ничего хорошего. Глаза горели жадным огнем. Казалось, он хочет меня сожрать.

- Было всего десять пальцев у Алана,

Три положил он на крест.

Семь остальных нам хранить было сказано

От полных злобы сердец.

- Твой дружок уже месяц морочит Уэйну голову, ни разу не явившись вновь. Почему ты помогаешь мне?

- Закормил, приютил, маслечком полил.

Радовался животик, словно дохлый котик.

Мышку проглотил, на небо свалил.

Наконец до меня дошло. Я поняла, что неправильно делал Уэйн все это время и почему прирученный домовой Миланы так ни разу к нему больше и не явился.

- Мы разгадаем ваши загадки. Что вы хотите взамен?

Его морда вытянулась, зубы оскалились, и улыбка исчезла с лица. У меня внутри все похолодело.

Сначала посыпались картины на пол, стулья взмыли вверх и закружились под потолком, ночник замигал. Тишина при этом всем была гробовая. Разбитые стекла в рамах не издали ни единого звука. Ваза с цветами от Джастина безжалостно рухнула на пол. Когда разбивать больше было нечего, он сказал всего одно слово:

- Освободи.

Что-то ударило меня по голове - и я потеряла сознание.

Следующее утро началось не с кофе. Я очнулась на полу и нащупала у себя громадную шишку на голове. Поднявшись на ноги, я оценила обстановку вокруг. Погром был колоссальных размеров. Стулья были сломаны, фоторамки разбиты, а теткины картины не подлежали восстановлению. Наспех убравшисьв комнате, я тщетно пыталась придумать, как объяснить все это тете с дядей. «Если я скажу им про домового, меня точно выселят отсюда, - подумала я, - придётся сказать, что хожу во сне».

Часы показывали семь утра. «Уэйн наверняка уже тоже не спит. Позавтракаю у него», - решила я, оделась и на цыпочках вышла из дома, прихватив с собой книгу братьев Гримм, которую так любезно читал мне ночью домовой.

Когда я зашла в сторожку, то просто не поверила своим глазам. Вокруг не было ни одного свободного места, все было заставлено разнообразного вида яствами: пироги, рогалики, конфеты, фрукты, печенье, стаканы с различными видами напитков и открытая бутылка бренди. На подушке лежал жирный кусок жареной куриной ножки.

- А, Самара, это ты, проходи, я тут масло разлил. Теперь не могу отмыть, - с тряпкой и обезжиривателем согнулся на полу Уэйн.

- Уэйн, ты с ума сошел?

- Я пытаюсь подобрать для этой твари подходящую для него жратву, дабы он наконец-то соизволил выйти на свет. Я же тебе говорил, домовых задабривать надо.

- Тебе не кажется, что это перебор?

- Я не чокнулся. Это стратегия, - с улыбкой безумца ответил он.

- Оно и видно. Я думаю, ты перестарался. Ты делаешь все неправильно. Сам подумай, зачем ему напрягаться и пугать тебя до чертиков, если он сытый, жирный и купается в масле в прямом смысле этого слова? Какой ему резон наводить шорох?

- К чему ты клонишь? - испачкавшись в масле с ног до головы, спросил Уэйн.

- Скажи, ваш кот сдох?

- Да, похоже наелся крысиной отравы, а откуда ты знаешь?

- Перескажу дословно:

«Закормил, приютил, маслечком полил.

Радуется животик, словно дохлый котик.

Мышку проглотил, на небо свалил».

Похоже, коту на облачке тепло и уютно.

- Ты разговаривала с домовым? – раздосадовано спросил Джон и поднялся с пола. Его явно расстраивало поражение на этом кулинарном поле боя.

- Да, с тем, которого поселили в теткином доме, - ткнула книгу Братьев Гримм в руки Уэйну я.

- Гадство! – выругался он.

- Не сквернословь. Я пока перекушу чем-нибудь, благо выбор огромен, и выпишу на листке бумаги все озвученные мне сегодня ночью загадки, а вы с Джастином попытаетесь их расшифровать.

- Разве ты не едешь к нему готовить праздник?

- Нет, я обещала Рендалу выручить его в кафе. Джейд уволилась.

- Да, с Джейд беда прям приключилась. Не уберегли, - раздосадовано произнес Уэйн.

- Джон, прибери тут и перестань его кормить, он обозлится и начнет трепать тебе нервы, возможно еще что-то полезное поведает.

- Я уже понял, - пробубнил он и устало сел на стул, прямиком в миску с кашей.

- И еще кое-что. Сегодня «Ночь перемирия».

- Да, я помню. Если встретишь кого-нибудь из шайки ведьмака, все равно будь осторожна. Милана рассказала мне о вашей встрече с Саймоном. Я в курсе про то, что четверка из свиты не может тебя убить, но это все равно не повод лезть на рожон.

- Когда она успела тебе позвонить? Они очень поздно уехали от меня.

- Успела, как видишь, и пригласила на праздник.

Я посмеялась про себя и сказала:

- Но ты, конечно же, на него не пойдешь.

В ответ Уэйн лишь многозначительно нахмурил брови.

Когда я добралась до кафе, оно было еще закрыто. Рендал и его девушка Лили украшали зал, персонал наводил порядок, а повар у входа расставлял свежие тыковки и насыпал в них конфеты для детишек. Картина была милейшая, я даже на какое-то время забыла, что нахожусь в этом проклятом городе.

Присоединившись к всеобщему праздничному помешательству, я настроила радио на волну «Хэллоуин» и приготовилась принимать первых посетителей.

- Так дело не пойдет, – сказал, глядя на меня, Рендал. - Где твой костюм?

- Костюм? Я же официантка, передник – мой костюм, тем более об этом в сообщении ты мне ничего не написал, - возмутилась я.

- Тут рядом, за углом, есть костюмерная. Мы с Ренди там и приоделись в Питера Пена и Венди Дарлинг. Если все не разобрали, ты еще можешь успеть, - писклявым голосом предложила Лили.

- Вот и славно. Считай, что это приказ руководства, иди и приоденься, – радостно завопил Рендал.

Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться, и я с большой неохотой поплелась за костюмом.

Когда я вошла в костюмерный магазин, на манекене висел всего один последний женский наряд - платье Белоснежки. Утро перестало быть интересным. «Таких совпадений просто не бывает», - пронеслось в голове.

Звякнув колокольчиком, стоявшим у кассы, я принялась ждать хозяйку магазина.

Ко мне вышла полная краснощекая женщина, одетая в костюм Капитана Джека-воробья. Этот образ меня развеселил.

- Добрый день, это платье все, что осталось?

- Боюсь, что так, деточка, но оно будет как раз тебе впору. Примерь.

«Кто бы сомневался», - подумала я и отправилась в примерочную. Платье, как и ожидалось, село идеально.

- Смотри, я и парик подходящий нашла, - радостно ворвалась женщина ко мне.

- Эм, пожалуй, я оставлю свой цвет.

- Ну тогда образ будет не полный, разве ты не хочешь повстречать своих домовых, ой, то есть гномов, - растерялась она.

- Что? Что вы сказали?

- А что я сказала? Я ничего не сказала.

Наспех бросив парик мне в руки, женщина быстрым шагом удалилась. Я так и осталась стоять в полном замешательстве. Потом мои извилины понемногу начали работать, и я вдруг сообразила: «Семь гномов. Семь страниц. Как же там было в загадке… Уэйн же мне рассказывал. О, вспомнила!

Помилуй нас. Помилуй нас.

И не оставь нас в это час.

Садовый гном и ветхий дом.

Мы поселились вместе в нем.

И на восьмой странице вдруг сомкнется круг».

Наконец-то я поняла, что домовой назвал меня ночью Белоснежкой не просто так, а потому что одна страница книги была у меня: «Страницы хранят семь домовых. На восьмой замыкается круг. Как же мы раньше до этого не додумались?»

Надо было срочно сообщить об этом Уэйну.