Вранеслава: правила мира

Пролог

Крылатая тень, звонко рассекая сыроватый воздух, неслась над землёй. Была эта тень чёрной, как лежавшая вокруг тяжелой пеленой тьма. Мелькали внизу пустые равнины, аккуратно расчерченные квадратиками поля, непроходимые леса, вились узкими ленточками дороги, перемежаясь с тёмными венами рек. Тень двигалась на север. Достигнув края земли, где бурные воды бескрайней Волотвы с шумом и рёвом ударялись о бездушные камни, тень полетела вдоль берега. Вскоре она добралась до шпилей замка из серого камня, вонзавшихся в небо острыми шипами. Замок был высок и узок, словно сжался в едином порыве, чтобы достать до неба. Стоял он почти на самом берегу, и северная стена его побелела от солёных брызг, долетавших с Волотвы. Чёрная тень облетела тихий замок и уселась на вершине единственной башенки, в которой горел свет. Тень и чуралась огня, и тянулась к нему. Сложив крылья, она наклонилась, будто прислушиваясь к тому, что происходит внутри.

В узкой башенке было тепло, ярко бился запертый в каменном гнезде огонь, озаряя стены калейдоскопом красных и оранжевых пятен. На кровати с высоким балдахином, смяв вязаное шерстяное одеяло, лежала смуглая девчонка в ночной рубашке. Чёрные волосы раскинулись по плечам, губы шевелятся, будто в молитве. Она листала замусоленную старую книгу, переворачивая каждую страничку так бережно, будто та вот-вот рассыплется в прах. К страницам были прикреплены какие-то засушенные растения, цветы, ставшие плоскими от долгого хранения в книге. Девочка любовно поглаживала их стебельки и расправляла загнувшиеся веточки, что-то нашептывая сама себе. Компанию ей составлял огромный серый пес, уютно свернувшийся у огня. Он совсем не двигался, лишь поводил острыми ушами, прислушиваясь к шёпоту хозяйки и свисту ветра за окном. Вдруг он вскинул голову, услышав своё имя из уст девочки: - Влчек! Ах, милый Влчек, я так рада, что добыла дигиталис! Пан Тырх привёз из каких-то далёких стран. Там совсем не такие растения, как у нас. Как бы я хотела там побывать! Смотри, цветочки у дигиталиса похожи на напёрстки.

Пёс понял, что речь хозяйки не призывает его к действиям, и снова положил голову на лапы, а девочка продолжала рассказывать, откинувшись на спину и обратив свой взор к балдахину: "Это ужасная история. Одна злая мачеха задумала лишить бедную сиротку наследства, оставшегося от умершей маменьки, серебряных напёрстков. Мачеха закопала их в саду, а сиротка полила своими слезами, ведь это было единственное, что напоминало ей о маме. После этого в саду выросли удивительные цветы-напёрстки. Мачеха поела их и умерла в тот же день. Вот так. Это сильный яд, Влчек, и в то же время лекарство. Съешь крошку, и твоё сердце забьётся, съешь две - и оно умолкнет навсегда". Девочка перевернулась обратно на живот, аккуратно закрыла книгу и села, прижав её к груди.

- А ведь я та сиротка и есть, малыш, - сказала она, - хорошо хоть без мачехи.

Девочка встала и убрала книгу в громадный кованый сундук, располагавшийся у изножья кровати. Влчек вздохнул и откинулся на бок, очевидно принимая это, как негласный сигнал отхода ко сну. Его хозяйка, постояв пару минут у окна, залезла под одеяло и устроилась поудобнее.

- На пушечный выстрел не подпущу ни одну мачеху, - пробормотала она с закрытыми глазами. Огонь в камине уже только тлел, изредка потрескивая, комната постепенно погружалась во мрак. Чёрная тень на крыше башенки издала тихое карканье, подобралась и оторвалась от черепицы, глухо хлопая крыльями. Несколько тяжёлых взмахов, и она уже двигалась дальше вдоль побережья, оставляя позади островерхий замок, и наблюдая спящие городки вокруг, прямоугольные площади, расчерченные брусчаткой, и бесплотные дымки, вьющиеся над крышами. Тень чуяла приближение весны, которая будоражила простиравшиеся до горизонта воды Волотвы и пробуждала ото сна ростки всевозможных трав, выглядывающие из земли с любопытством. Дальше и дальше, вперёд и вперёд - скоро тень слилась с ночью, оставив в одиночестве побережье с его вечным прибоем и высокий замок, в котором наконец погасли все окна до единого.

Глава 1

Кветушка встала ни свет ни заря. Ей надо было забрать чистое платье и бельё у прачки, подогреть воду для умывания, взять с кухни свежее молоко и краюшку хлеба, чтобы шлехтичка перекусила до завтрака. Всё это горничная делала каждый день на протяжении десяти лет, с тех пор как поступила на службу совсем юной девушкой, уже привыкла так, что ноги сами несли, а руки сами платье гладили да снедь собирали. Оставалось только следить внимательно, чтобы прачка не перепутала бельё, а кухарка имела на кухне свежую, не вчерашнюю еду, да чтобы у мелких служанок котлы для воды уже были готовы. Шлехтичка любила поспать, частенько ночами засиживалась с книгами да перьями, жгла поленья в камине сотнями, но Кветушке всё равно вставать приходилось ранёшенько, иногда и побуживать девицу, чтобы завтрак не пропустила. Как и сейчас, зайдя в покой, увидела, что шлехтичка разметалась по постели, руки-ноги в разные стороны, как у морской звезды, одеяло сброшено, а в ногах спит серый косматый сердитый пёс. Вот и попробуй, подойди разбудить.

- Брысь! - шикнула Кветушка на пса. - А ну тикай, прицесне моей пора вставать уже.

Пёс мрачно посмотрел на девушку, но даже не подумал шевелиться. Тогда Кветушка решила не приближаться, а добудиться хозяйку звонким голосом.

- Вставайте, милая пани, солнышко на дворе! - пропела она, отойдя на благоразумное расстояние от угрюмой собаки.

Девица заворочалась и вздохнула. Пёс застучал хвостом по кровати.

Кветушка со стуком поставила кувшин с молоком на столик у окна и сказала ещё звонче:

- Пани Вранеслава! Покажите ваше славное личико! Выпейте холодненького молочка!

- Это ты, Кветушка? - донеслось с кровати.

- Я, милая пани, кто же ещё! Вставайте скорее, перекусите да освежитесь!

Девочка села и потянулась, убирая с лица сбившиеся за ночь пряди волос.

- Мне приснился странный сон, Кветушка. Ты можешь его объяснить? - сказала она.

- Конечно, дорогая моя. Вставайте, я всё вам объясню, - закивала Кветушка.

- Я в полной темноте, но вижу - горит костёр, - рассказывала шлехтичка между умываниями и переодеваниями. - Подхожу и смотрю в самую середину. Там, прямо в пекле, кто-то на меня смотрит в ответ, какая-то девочка. Я сую руки в костёр, мне горячо, но не больно, беру девочку и достаю. Она светлая, возраста моего, но маленькая, с ладошку, волосы такими пружинками, глядит на меня и улыбается.

- А это очень легко объясняется, - с видом знатока заявила Кветушка, дослушав сон, и подавая крынку молока.

- Правда? - удивилась девочка. - И как?

- Вам стало жарко под одеялом, и вы себя вытащили, то есть сбросили его. Вот и всё!

- Да ну тебя, - отмахнулась Вранеслава, - девочка совсем на меня не похожа, ни чуточки.

- А в снах всё бывает, - поставила точку в разговоре Кветушка. - Ну-ка жуйте побыстрее и отправляйте своего волка завтракать в псарню, а то он на меня такими глазами смотрит, будто съест сейчас!

Шлехтичка засмеялась, едва не подавившись куском хлеба, и встала, допивая молоко на ходу.

- А как твои руки, Кветушка, - спросила она на пороге, внезапно посерьёзнев, - помог подорожник?

Кветушка вопросительно посмотрела на свои красные, шелушащиеся руки, будто эти страдальцы сами должны были ей дать ответ.

- Похоже, что не очень, пани, - сокрушённо сказала она, - чешется всё так же.

- Эх, значит не помог, - вздохнула шлехтичка, - подумаю, чем ещё можно полечить.

Кветушка кивнула и поклонилась, заранее соглашаясь на всё, что придёт в голову юной пани.

- Пойдём, Влчек! - кликнула Вранеслава пса и выскочила за дверь.

В замке уже вовсю кипела жизнь. Слуги вставали засветло: убирали мусор, растапливали камины, выливали ночные горшки, закупали на рынке продукты и ставили кастрюли, чтобы наготовить еды на день. Псари и скотники обихаживали животных, прачки выдавали настиранное и наглаженное бельё, личные горничные будили и одевали членов семьи. В семье Черных было всего три человека: достойный шлехт Кркав и двое его малолетних детей. Обслуживал же их целый полк слуг, который тоже размещался в замке и занимал не меньше, а то и больше места, чем шлехты. Кркав слыл благородным и справедливым господином, поэтому слугам жилось неплохо. Много было у них свобод, неожиданных по тем временам, например, разрешалось заводить отношения с другими слугами и жить в замке с семьёй. Замок Черных был достаточно узок, но высок, поэтому внутренности его были заполнены различными лестницами, частенько винтовыми. Иногда, если двигаться с приличной скоростью, можно было неожиданно встретиться нос к носу со спешащей на всех парах служанкой или ватагой ребятишек, играющих в прятки. Верхние этажи предназначались только для членов семьи, но иногда туда пробирались дети слуг в поисках надёжного места для прятания.

Сегодня Вранеслава налетела на младшего брата, Хаврана или по-домашнему Хави.

- Ой! - от неожиданности произнесла она.

- Будь рада, - уныло произнёс мальчик и уставился на неё. Брат был похож на сестру, такой же смуглый и черноволосый, но гораздо худее, у него были тонкие запястья, острые коленки и выпирающие ключицы. Он плохо ел, и главная повариха, пани Бжизка, с ног сбивалась, пытаясь ему угодить. До пяти лет Хави жил в городе, в семье одного из слуг, поэтому Вранеслава не воспринимала его как родственника, не играла с ним и всегда старалась избежать встречи.

- Пока-пока, кушай хорошо, малыш! - крикнула она брату, убегая вниз по лестнице и не слушая его ответа.

В псарню девочка не пошла. Влчек никогда не слушался псарей и ходил к ним только за едой, поэтому считался у них избалованным. Псари часто посмеивались над его хозяйкой, мол, сделала из волка диванную собачку, поэтому Вранеслава просто выпустила Влчека наружу и погладила напоследок. Поёжившись от утреннего холода, она посмотрела вдаль: где же весна, когда же потеплеет? Зима здесь длилась недолго, но эти два месяца дождей и постоянной серости наводили такую тоску, хоть плачь. Вранеслава с надеждой подняла взгляд к небесам, вдруг покажется хоть одно маленькое голубое пятнышко, хоть один лучик солнца. Увы, небосвод был ещё по-зимнему мрачным и тусклым, а ветер дул всё так же уныло. Нет, весной даже не пахло. Девочка захлопнула тяжёлую дверь и направилась в главный зал, где должен был состояться завтрак.

Хала, как они называли зал, была обита яркими гобеленами и устлана мягкими коврами, так что зимой сюда не проникал холод, а летом здесь лучше всего было прятаться от удушающей жары. Вранеслава до сих пор помнила, как она, будучи маленькой, лежала около стены и глядела на маленьких человечков, изображенных на гобеленах, заставляя их оживать с помощью воображения. Человечки пасли скот, возделывали поля, готовили пищу и строили дома на глазах маленькой шлехтички. Она придумывала сказки про них и сама верила, что вышитые человечки оживают под её взглядом. Сейчас стены чуть поистёрлись и казались не такими яркими, как раньше, но так девочке нравилось даже больше.

За столом уже сидела группа монахов, которых семья Черных пустила к себе переночевать. Это были странствующие монахи, которые находили себе пристанище лишь милостью человеческой, скитаясь по свету и проповедуя свою истину. Кркав постоянно оставлял кого-нибудь ночевать в замке: каких-то друзей с семьями, нищих, дальних родственников, работников, прибывших издалека. Вранеславе это очень нравилось, она любила знакомиться с разными людьми и слушать их истории, порой страшные, порой весёлые или загадочные. Она вежливо поздоровалась с монахами и села за стол.

- Будь рада, дитя, - поздоровался с ней в ответ молодой монах, оказавшийся соседом по столу. - Как твое имя?

- Вранка. А ваше?

- Меня называют Весмир.

- Очень приятно, - кивнула девочка. - Кстати, наши имена начинаются на одну и ту же букву, В.

- Ты знаешь алфавит? - удивился монах. - Девочек обычно не учат этому.

- Не только алфавит, я умею читать и писать.

- Нечасто сейчас встретишь детей, знакомых с науками. Воистину, пан Кркав очень внимателен к своим отпрыскам!

- Папа очень хороший, - согласилась Вранка. - А вы научились читать и писать в монастыре?

- Да, я был ещё малышом, когда меня сдали бродячим монахам. Родители не могли меня прокормить, нас уже было двенадцать братьев и сестёр. Монахи учили и кормили меня на ходу – пока мы шли из одного городка в другой, с одной дороги на другую. Монастыря-то у нас нет, ведь наша истина и наши молитвы находятся прямо в нас.

- А вы далеко бывали? - заинтересовалась девочка, отщипывая кусок холодной курицы.

- Мы были в тех странах, где так жарко, что одежда разлагается прямо на глазах. Там один песок и скорпионы, больше ничего нет.

- Ни одного растения?

- Нет, там ничего не растёт.

- Не хотела бы я там оказаться, - сказала Вранка, подавая гостю блюдо с мясом.

- Не пугай девочку, Весмир, - улыбнулся самый главный монах. У него был ослепительный белый наряд, а у остальных более практичный - коричневый. Одежда монахов была изготовлена из плотного материала и представляла собой штаны, сшитые вместе с рубашкой. По легендам так одевался их мессия, Физик, который сотворил весь мир из темноты и пустоты, оставшихся после Катастрофы.

- А я не боюсь, - ответила Вранка, - мне интересно знать обо всем, что происходит и происходило на Земле.

- Тогда у меня для тебя есть подарок, - подмигнул Весмир и достал из кармана штанов маленькую потрепанную книжечку, - это история Физика. Мы с тобой – его потомки, поэтому обязаны всегда слушать его слова. Он говорит с нами через эту книгу.

- Спасибо! Я никогда не читала её, - обрадовалась девочка, - да и папа не очень много рассказывал мне о Физике и о том, что было после Катастрофы.

- А вот это не совсем правильно, - покачал головой Весмир, - даже самые маленькие дети всё должны знать о нашем первом отце.

- Я обязательно прочитаю эту книгу, - заверила его Вранеслава.

В этот момент вошли Кркав с Хави, и взоры всех присутствующих обратились к ним. Шлехт был высоким и стройным, не в пример соседям, которые словно колобки катались, разжирев на доступных харчах. У него был длинный острый нос, блестящие чёрные волосы, аккуратно собранные в хвостик и короткая борода, лицо было умным и приветливым. Сын выглядел его бледной копией, тоненькой и почти прозрачной. Отец и сын стояли рядом, но держались будто порознь, не касаясь друг друга, словно были совершенно чужими друг другу. В своё время Кркаву, как и Вранеславе, было тяжело принять этого мальчика в семью, уж слишком долго он находился в другом доме. До сих пор отец и сын почти не имели никаких отношений, лишь здороваясь да прощаясь друг с другом, как двое соседей, вынужденных делить жилище.

- Будьте рады, - приветствовал Кркав гостей, - и ешьте вдосталь.

Монахи ответили ему благодарными кивками, а белоснежный предводитель, привстав, сказал: “И вам того же, пане, будьте здравы!”.

Кркав с мальчиком сели за стол, постепенно включившись в беседу с главным монахом. Вернее, включился отец, а Хави просто слушал, кидая быстрые взгляды на продолжавших болтовню Вранку и Весмира. Девочка, насторожившись, спрятала подаренную книгу в складках платья, вдруг брат ещё будет просить почитать.

Среди разговоров отца о коровах и урожаях, Вранка уловила слова о приближении весны.

- Простите, что перебиваю, вы говорили о весне? - обратилась она к почтенному монаху в белом.

- Да, дитя моё. Я предсказываю её появление. В этом году она начнётся на следующей неделе.

- Ох, как я вам благодарна! И очень рада, - улыбнулась ему девочка. - А как вам удаётся так точно предсказывать весну?

Старик хитро посмотрел на Вранку и подмигнул.

- У меня коленки начинают болеть, - ответил он с улыбкой, и монахи беззлобно рассмеялись.

- Это совсем не романтично, пан Велкотшеск, - посмеиваясь сказал Кркав.

- Ну вас, - махнула рукой Вранка.

- Моя дочь увлекается сбором лекарственных трав, - пояснил шлехт, с любовью глядя на девочку, - именно поэтому она никак не может дождаться весны.

Монахи с интересом посмотрели на девочку, такое увлечение редко можно было встретить среди знати.

- Я начала собирать травы, когда умерла мама, - призналась девочка, - теперь иногда помогаю слугам справиться с болезнями.

- Это благородное дело, дитя, - тихо сказал ей Весмир.

- Сейчас ещё рановато, но через пять дней можешь сходить в лес, там зацветёт весенняя Примула, самый первый лекарственный цветок, - сказал Велкотшеск, поглаживая длинную серебряную бороду.

- Благодарю вас, но меня не пускают в лес, пока мне не исполнится пятнадцать, - с грустью сказала шлехтичка, подперев голову кулаком.

Монахи разом посмотрели на Кркава, а тот засмеялся, махнув рукой.

- Иди за своей примулой, разрешаю, - сказал он, весело глядя на дочь, - тебе пятнадцать уж этим летом будет.

Вранка ахнула, вскочила и побежала к отцу, а тот крепко обнял её, уткнувшись в густые волосы. Монахи потупились и принялись складывать тарелки, трапеза была закончена.

Девочка взлетела наверх, в свою башенку, быстрее птицы: наконец-то её отпустят в лес! Сколько лет она бродила вокруг замка, копалась в песке, лазила по камням, рискуя свалиться в воду, а добыча была небольшой - плакун-трава да стрелолист, мать-и-мачеха да подорожник. Лес же был полон несметных богатств: эхинацея, люпин, ортилия, полынь, зимолюбка, ятрышник. У Вранки от счастья перехватило дыхание и закружилась голова, даже пришлось прилечь на кровать. Девочка, закрыв глаза, вспомнила то страшное время, когда она начала интересоваться растениями, ей тогда было всего шесть лет. Мамина кровать, на которой та провела последние дни, стояла пустой, и никто не заходил в одинокую комнату. Окна там были занавешены, и ни один луч не проникал внутрь, будто в комнате умер даже свет. Мелкий пищащий кулёк с братцем отдали кормилице. Отец бродил по замку, бледный как привидение, слуги рыдали, а девочке каждую ночь снилась кровь, кровь, кровь, алые реки крови, стекающие с потолка и стен замка, каждую ночь она во сне бежала куда-то и искала любое средство, чтобы эту кровь остановить. Потом, пересилив свой страх, она зашла-таки в мамину комнату и обнаружила остатки кровоостанавливающих растений, которые приносил лекарь. Травки, как ей показалось, пахли мамой, и Вранка решила сохранить их. Тогда она выпросила у безучастного отца пустую книгу в твёрдой обложке и засунула туда сухие скелетки растений, по одному на страницу. Пока она, не зная букв и не умея писать, шептала знакомые имена: "Крапива", "Тысячелистник", к ней пришло умиротворение. Девочка стала засыпать со своей ароматной книжкой в руках, и кровь ушла из её снов, вернув коров c влажными добрыми глазами, игривых собак, пушистые облака и солнечные лучи. Теперь в моменты грусти или волнения Вранеслава брала в руки свою детскую книжицу, куда с тех пор вложила не один десяток полезных растений и трав благодаря отрывочным знаниям, полученным от торговцев и слуг. Книжка, благоухая сушёными травками и спокойствием, всегда лежала у девочки в сундуке, как самая драгоценная вещь в её владении.

- Примула весенняя, - торжественно произнесла Вранка, глядя на пустую страницу. - Осталось пять дней.

Глава 2

Весна в здешних краях наступала всегда внезапно, будто падала с неба. Вот ещё дует мерзкий ледяной ветер с севера, хмурится небо, и накрапывает мелкий дождик, наводя тоску на жителей, приканчивающих летние запасы, как вдруг одним днём небосвод светлеет, синеет и обращает к продрогшей Земле своё жаркое солнечное око. Разом стихает ветер, мигом нагреваются камни, а из земли лезут наружу крохотные свежие росточки. Замирает бескрайняя Волотва, всю зиму беснующаяся за своей каменной оградой. Весну ждут, ведь это краткая передышка между унылой зимой и страшным удушливым летом, когда всё живое замирает вновь в ожидании осени. Простой люд готовит заранее семена, чтобы высадить их в первые весенние дни, выпасает на свежей зелёной траве скот, занимается строительством и обустройством дома, молодежь гуляет допоздна с песнями, а священники проводят одно бракосочетание за другим.

Вранка никак не могла усидеть на месте в первый весенний день. Пану Смрку, её учителю, пришлось даже присесть и протереть глаза, чтобы перевести дух от неожиданности - с такой невнимательностью ученицы он ещё не сталкивался. Седые брови его были всегда приподняты, будто в удивлении, казалось Вранке, но в этот день, в отличие от остальных, удивление его было абсолютно законным. Недавно пана Смрка наняли для Хаврана, чтобы тот начал учиться читать и писать, а Вранка вдруг тоже попросилась в ученицы. Отец не стал запрещать, он не видел греха в науках, и пан Смрк с радостью взялся обучать девочку. Вранка же удивила всех, выучив буквы и цифры за два первых урока. Через две недели она начала читать и считать. Учитель был доволен, получив похвалу от пана Кркава, хотя понимал, что успех девочка заработала себе сама, своими любознательностью, трудолюбием и усидчивостью. Иногда она так донимала пана Смрка изощрёнными вопросами, что тот мечтал уже о перемене, чтобы немного прийти в себя. А сегодня ученицу нельзя было узнать, она улыбалась каким-то своим мыслям, читала невпопад, считала, как Бог на душу положит и всё время норовила глянуть в окно, где впервые за много-много дней показалось ласковое солнце.

- Вы свободны, пани Вранеслава, урок закончен, - сказал учитель скрипучим голосом на десять минут раньше положенного.

Девочка вскочила, кивнула и выбежала из класса, толком не попрощавшись, а пан Смрк, почёсывая лысоватую макушку, остался озадаченно сидеть в комнате, окружённый книгами и перьями.

Лестницы в тот день казались ей бесконечно длинными, всё вились и вились они вниз, никак не желая заканчиваться. Вранка скакала через две-три ступени, рискуя сломать себе шею, и только чудом никто не попался ей на пути. Наконец впереди осталась лишь желанная цель - огромная и тяжёлая входная дверь. Шлехтичка стала уже её открывать, как вдруг из ниоткуда выскочила растрёпанная Кветушка и писклявым голоском запричитала: "Ой-ёй-ёй, куда же вы без накидки, пани, простудитесь!".

- Кветушка, посмотри, там солнце, там тепло, - стала вразумлять её девочка.

- Сейчас солнце, а скоро тучка набежит, вы уж и наверное голодная, завтракали-то давненько, - продолжала бубнить Кветушка.

- А знаешь что, я наверное пропущу обед, соберёшь мне в дорогу что-нибудь? Я в лес иду, - радостно сообщила Вранеслава.

- В лес?! - изумилась Кветушка. - И вас пан шлехт отпустил?

- Да, он мне на прошлой неделе разрешил, при монахах, - сказала Вранка, с надеждой поглядывая на дверь.

- Так-так, - задумалась горничная. - Ну-ка сходите да ещё раз спросите у него, а я пока снеди соберу в дорогу, разрешит, так возьмёте.

Вранка тяжело вздохнула и поплелась опять наверх. Лестницы выглядели не то, что бесконечными, они как будто стали её обиталищем на всю оставшуюся жизнь, тёмные, холодные и твёрдые. Она брела, будто в лабиринте, который умышленно прятал от неё нужные повороты. У девочки возникла мысль разыграть Кветушку и сделать вид, что она сходила к отцу, но она отмела её как недостойную. Надо так надо.

Комната Кркава выглядела полупустой: кровать, огромный сундук с вещами да стол. Кровать была очень низкой, почти лежала на полу, потому что за время дальних походов со своими соратниками шлехт привык спать низко и на высоких кроватях да пуховых перинах никогда не мог заснуть. Никаких украшений и мелких вещиц в комнате не было, Кркав любил, когда в помещении чисто и пусто. Сейчас он стоял, глядя в окно, и даже не заметил, как в комнату вошла шлехтичка.

- Папа? - осторожно сказала Вранка.

- Да, дочь? - не поворачиваясь ответил Кркав.

- Сегодня первый день весны, и ты мне обещал, что разрешишь пойти в лес, - тихо сказала она.

- Хорошо, что ты спрашиваешь ещё раз, - наконец повернувшись, сказал отец, - а не убегаешь, позабыв обо всём на свете.

Вранка потупилась - если б не Кветушка, она именно так бы и поступила.

- Ну что ж, иди, - улыбнулся шлехт, - возьми только Влчека.

- Конечно! - воскликнула девочка, подбежала обнять отца и уже хотела рвануть к двери, но тот задержал её в объятиях.

- Будь осторожна и не торопись, прошу тебя, - тихо сказал он.

- Обязательно, - закивала головой Вранка, сжала его руки и пустилась бежать.

Кркав смотрел ей вслед, не мигая, а потом опять развернулся к окну. Начиналась яркая и солнечная весна, любимое время года всех от мала до велика, а его сердце вот уже много лет было словно сковано льдом.

Через пятнадцать минут Вранка и Влчек уже были на дороге к городу. За спиной у девочки болтался увесистый туесок с припасами, заботливо собранный Кветушкой. Дорога была недлинная, но лежала через город. Нужно было пройти его насквозь: по мосту, по центральной улице, через рынок и дальше мимо последних домишек, лепившихся к краю города на самой границе с полями и лесом. Город Устье Вранка исходила вдоль и поперёк как только ей разрешили покидать пределы замка. Тогда у неё как раз появился маленький и пушистый Влчек, привезённый знакомым Кркава, охотником с южных границ. С серым зубастым спутником можно было ходить куда угодно, никто в здравом уме не рисковал даже приблизиться к девочке. Сначала её восхищал ритм города, все эти звучные голоса продавцов, хлопанье ставень, шум в пивных и перебранки горожан. Девочка следила за работой пекаря, мясника, слушала говор фермеров, бывала в бродячем цирке и подсматривала за влюблёнными, но постепенно ей всё это приелось. Шумный разнородный город потерял новизну и стал просто обыденном местом жизни ничем не интересных людей. Теперь Вранку влекло то, что лежало дальше: эти росистые поля, цветущие луга и туманные леса, там было что-то, чего она ещё не видела.

Влчек, отрешенно глядя перед собой, протрусил через весь город. Он, как и его хозяйка, насмотрелся здесь всякого, а вот лесные запахи его взволновали. Входя в лес, пёс навострил уши и начал активно принюхиваться к разным ароматам, то склоняясь к земле, то приподнимая голову и ловя невидимый шлейф в воздухе.

- Смотрю, тебе тоже интересно, - с улыбкой сказала Вранка. - Проведём же время с пользой! Сегодня я надеюсь вернуться домой с примулой весенней.

Они вступили в лес, как в иной мир. Поначалу он сплетался с соседним миром дорожками, просеками, остатками наколотых дров и другими следами пребывания человека, но постепенно их становилось всё меньше и меньше, а лес представал в своём первоначальном обличье. Высокие деревья заслоняли небосвод, почти полностью скрадывая солнечные лучи, там и тут кустарники создавали неведомые невесомые сущности, полные резко снимавшихся с места мелких птичек, земля была полна удивительных в своём разнообразии вещей: хвоинок, безымянных бледных ростков, камушков, кусочков коры, продырявленных короедом, маленьких моховых мирков. Вранка носилась в упоении от одного к другому, заполняя туесок камнями и шишками. Влчек не отходил от неё, но исследовал что-то своё, незримое человеческому глазу. Так, восхищаясь всем вокруг, они продвигались вглубь леса и глубоко дышали непривычными запахами влажной земли, прелых останков растений. Внезапно девочка и пёс набрели на небольшую полянку, освещённую солнцем. Здесь прямо в земле была довольно широкая, но неглубокая ложбина, в которой кроме травы ничего не росло, а вокруг вздымались ввысь жёлтые шершавые сосны. Вранка присела отдохнуть и достала из туеска припасы: серый хлеб из грубой муки, пол-головки сыра и кувшин воды (добрая душа Кветушка положила ещё мешочек сушёной голубики, на сладкое). Девочка разделила трапезу с псом, тот отказался от хлеба, но взял погрызть кусок сыра.

- Как же тут чудесно, малыш! - блаженно прищурив глаза, сказала Вранка. - Я бы здесь жить хотела. Поставила бы маленький деревянный домик, завела бы кур, коров и каждый день собирала лесные травы.

Влчек, услышав мечтания хозяйки, привычно прикрыл глаза и склонил голову, он знал, что это надолго. Девочка частенько занималась тем, что выкладывала ему свои мысли или рассказывала о событиях, случившихся с нею.

Солнце стало уходить со своей самой высокой точки, а Вранка дошла уже до перечисления имён своих будущих собак, когда пёс вдруг вскинулся и заворчал.

- Что такое, чужой? - удивилась девочка и осмотрелась.

У деревьев она и вправду увидела женскую фигуру, полускрытую тенью. Незнакомка не подходила ближе, но явно интересовалась происходящим на полянке.

- Кто ты? Выходи! - бесстрашно крикнула Вранка.

Наконец незнакомка подошла ближе, оказавшись девочкой с веснушчатым лицом и копной кудрявых рыжих волос, будто горевших на солнце. Платье было ей давно мало, едва закрывало коленки, так что под юбкой она носила узкие мальчишечьи штанишки, оборванные по краю, ноги были босы и грязны.

- Ты кто? - повторила свой вопрос Вранка, строго глядя на незнакомку.

- Ярника. А ты? - спокойно сказала девочка низким голосом.

- Я Вранеслава, - ответила Вранка.

- Я слышала про тебя. Ты из дворца, - сказала девочка.

- Да, из замка. Я шлехтичка. А сколько тебе лет?

- Пятнадцать. А тебе?

- Мне будет летом, пока четырнадцать. Ты из города сюда пришла?

- Нет, я здесь живу, - сказала Ярника, обведя рукой деревья.

- В лесу? Одна? - удивилась Вранка.

- Почему одна? С мамой. А вот что ты здесь делаешь? Я тебя раньше тут не видела, - девочка не садилась, так и смотрела на собеседницу сверху вниз.

- Я собираю лекарственные травы. Пришла искать примулу, - с достоинством ответила Вранка.

- Ты? Собираешь травы? - усмехнулась Ярника. - Зачем это тебе?

- Не твоего ума дело, - вспыхнула Вранка, вставая и отряхивая юбку, так она и знала, что незнакомка будет её высмеивать.

- Ишь, какая гордая. Пойдём, покажу тебе примулу, - сказала рыжая девочка, протягивая шлехтичке руку.

- Нет нужды, - ответила Вранка, не обращая внимания на руку. - Вперёд, Влчек!

- Как хочешь, - улыбнулась её собеседница, пожимая плечами.

Уходя с лужайки и поправляя на спине туесок, Вранка чувствовала взгляд странной девочки, но не оборачивалась. Ещё чего, становиться посмешищем для местных лесных жителей, которые всё на свете про свой лес знают и показать желают. Она сама найдёт свою примулу, сама справится. “Из дворца”, передразнивала Вранка Ярнику, перешагивая через стволы лежащих на земле деревьев, “ещё скажи принцесса. Да я в лесу разбираюсь получше некоторых”.

Пробираться через чащобу стало тяжеловато. Вранка устала. Лес будто специально подсовывал под ноги коряги, расставлял ветки и выкатывал камни, не говоря уже о том, что он постоянно путал девочку, подсовывая вместо желанной примулы простую мать-и-мачеху. Влчек тоже уже не мотал мордой туда-сюда, а просто брёл рядом. Наконец Вранка стала думать о том, чтобы повернуть домой, но так не хотелось уступать грубой девчонке, которая думала, что только одна здесь всё знает.

- Зачем это тебе? - опять передразнила она Ярнику. - А вот затем. Чтобы ты спросила. Как будто только она имеет право собирать что-либо в этом лесу, ты подумай, Влчек! Да они все так ко мне относятся, будто я просто развлекаюсь, собирая цветочки. Они даже не думают, что мне это действительно интересно.

Влчек медленно трусил рядом, покачивая головой. Он был идеальным слушателем, а монологи своей хозяйки воспринимал как своеобразный ритуал.

- Наверное если я вылечу кого-нибудь от какой-нибудь страшной болезни, спасу его от смерти, только тогда они что-то поймут, - продолжала шлехтичка, - а я не буду их уже слушать. Построю свою хижину и буду работать лекарем, буду лечить людей, готовить настойки и отвары. Не нужна мне ничья помощь, пусть даже не просят. Я и сама...

Тут она застыла, увидев берег небольшой речушки. На склоне ковром пестрели желтоватые цветочки. Солнце уже клонилось к западу, тёмными коврами раскидывая тени, а цветочки светились, будто мелкие огоньки в траве. Склоны были довольно крутыми, а сама речушка хоть и узенькой, но глубокой и с сильным течением. Нарвать цветочков здесь было не таким простым делом.

- А вот и она! - торжественно объявила Вранка. - Примула весенняя. Обладает успокаивающими свойствами, лечит сердце, почки и кашель. Сейчас мы соберём несколько экземпляров.

С этими словами девочка подошла и ступила на пологий склон. Она стала осторожно спускаться вниз, а потом присела, покачиваясь, чтобы сорвать цветок. В этот момент она потеряла равновесие и, размахивая руками, чтобы его удержать, с громким всплеском съехала прямо в реку. Речка сразу же макнула её с головой, а потом потащила по течению. Влчек метался по берегу, остервенело лая. Вранка отчаянно махала руками, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь, и только начинала открывать рот, чтобы закричать, как его мгновенно заполняла вода. Она отчаянно боролась с рекой, словно с заклятым врагом, который желает ей погибели, и не слышала уже собачьего лая на берегу. Темнеющий лес оставался единственным безмолвным свидетелем этой схватки. Наконец ей удалось ухватиться за ветку упавшего дерева сначала одной рукой, а потом, подтянувшись, и второй. Вода в речушке, несмотря на тёплую погоду, была ещё по-зимнему ледяной, и пальцы у девочки почти не сгибались. Все силы вложила она в эту хватку, чтобы её не уволокло дальше, туда, где никто никогда её не найдёт, кричать сил уже не было. Она держалась и держалась, стиснув зубы и зажмурившись. Вранка открыла глаза, только почувствовав, что кто-то вытягивает её. Перед мутным взором её предстало серьёзное веснушчатое лицо и рыжие волосы пружинками. Ярника! Только в этот момент Вранка поняла, кого она увидела во сне той ночью. Вот эту кудрявую девочку она вынула из пламени.

- Это ты... это ты.., - только и могла повторять она, еле шевеля синими губами.

- Давай-давай, забирайся наверх, разговаривать будем потом, - командовала Ярника, помогая Вранке вскарабкаться на берег.

Влчек был вне себя от радости, когда мокрая насквозь хозяйка выбралась на берег. Он скакал, описывая круги вокруг девочек, и норовил лизнуть то одну, то другую, бешено стуча хвостом по косматым бокам.

- Если б не твой пёс, ты бы сейчас уже на всех парах вплывала в Волотву, - сказала Ярника, растирая шлехтичке руки, - он прибежал за мной и стал лаять как сумасшедший. Я сразу поняла, что случилась беда.

Вранка кивнула и вдруг неожиданно зарыдала, уткнувшись рыжей незнакомке в плечо.

- Ну что ты, не плачь, - сказала девочка, погладив её по голове, - пойдём переодеваться в сухое и пить чай, здесь рядом.

Пока они брели узкой тропинкой вдоль берега коварной речушки, наступили сумерки. Лес теперь выглядел чужим и враждебным, а Вранке было очень холодно, у неё зуб на зуб не попадал. К ней время от времени прижимался Влчек, пытаясь согреть хозяйку, да Ярника растирала её, подбадривая на пути. Наконец они добрались до большой поляны, на которой было расположено целое лесное хозяйство с амбаром, курятником, огородом и маленьким кирпичным домиком, в котором ярким светом горели окна, и вился дымок из трубы. Девочки поднялись на крыльцо, как вдруг дверь открылась сама. Из домика вышла ясноглазая рыжеволосая женщина в застиранном и залатанном платье.

- Ярка, что случилось?! - воскликнула она.

- Шлехтичка свалилась в Ледушку, - ответила Ярника.

- Ох ты ж, Физик её возьми, веди скорее девицу внутрь, её надо растереть и переодеть в тёплое, а внутрь согревицы принять, - засуетилась женщина.

С этими словами она обняла мокрую страдалицу и повела её в дом. Внутри было очень уютно: по стенам стояли деревянные лавки с мелкими подушечками, тут и там выглядывали столики и шкафчики, заставленные всякой всячиной, на стенах висели пучки разнообразных трав и странные разноцветные картины, в центре домика пыхтела жаром раскаленная печка, внутри которой что-то многообещающе булькало.

- Ярка, ставь согревицу! - крикнула женщина, проводя Вранку через комнату. - И беги отправь Ночку с сообщением в замок, пусть приходят за девочкой с утра.

Они прошли в заднюю часть домика, где стояли две пышные кровати, застеленные разноцветными ткаными одеялами. Здесь Вранка выбралась из тяжелого, ставшего ледяным платья. Женщина, очевидно мама Ярники, накинула на девочку огромную пушистую шкуру какого-то животного и принялась растирать её задубевшие конечности. Влчек, постояв немного и убедившись, что вреда хозяйке никто не причиняет, пошёл к печке. Там он лёг и вытянул усталые костистые лапы, изредка вскидывая голову и проверяя, всё ли в порядке.

Закутанная в шубу Вранка тоже села на скамейку около печки. Женщина сунула ей в руки забавную круглую чашку с нарисованными глазками, в которой исходил паром ароматный горячий напиток.

- Ох, - только и смогла сказать Вранка, после того как безобидный с виду напиток обжёг ей горло.

- Пей до дна, а потом сразу спать, - улыбнулась мама Ярники.

- А как вас зовут? - спросила Вранка, еле ворочая языком.

- Я Медена. А ты наверное Вранеслава? Я про тебя слышала, - улыбнулась женщина, прищурив глаза.

- Да, называйте меня Вранка, пожалуйста, - кивнула девочка.

В этот момент вернулась Ярника. Она тоже взяла чашку согревицы дрожащими от холода руками.

- Всё, улетело письмо твоему отцу. Завтра тебя заберут, - сказала она, усаживаясь рядом.

- Благодарю тебя, вы обе такие добрые, - умилилась сомлевшая Вранка, едва приподнимая тяжёлые веки, - и дома у вас так уютно. И мама у тебя такая красивая...

Ярника усмехнулась и повела спать сонную шлехтичку, заплетающуюся в огромной шубе.

В это время сквозь тёмный лес стрелой летела сова Ночка, неся письмо, привязанное к лапе. Долетев до замка, она стукнулась в окно комнаты, где горел свет. Окно открыл встревоженный пан Кркав, который готов был уже снаряжать армию для поисков дочери. Сова протиснулась в открытое окно и нагло уселась на спинке стула.

- Ш-ш-ш, ты что здесь делаешь? - удивился поначалу шлехт, но потом заметил письмо. Сова спокойно дала отвязать бумажку, а потом слетела на подоконник и стала стучаться наружу. Пан Кркав дал ей улететь, в нетерпении открывая письмо одной рукой.

- Уважаемый пан, - читал он, кусая губы, - ваша дочь упала в реку, сейчас в порядке. Проведет ночь в доме лесных лекарей. Забирайте утром.

Прочитав, Кркав упал на стул и схватился за голову. Надо было отзывать людей, собравшихся уже на поиски, утихомиривать слуг, укладываться самому, но тревога за дочь и жуткая новость полностью исчерпали его силы.

- Лазерная абляция! - хрипло выругался он и отправился вон из комнаты.

Глава 3

Проснувшись, Вранка сначала не поняла, где находится. Она давно не ночевала вне замка. После смерти мамы они никуда не ездили, а раньше часто проводили время в замке Охыб-на-Каменке. Там замок стоял среди полей и лесов, поэтому погода была более мягкой, чем в Устье, где мощные воды Волотвы частенько приносили сильные ветра и промозглые туманы. Однако городок Охыб был совсем крошечный, с тремя улицами, не в пример Устью, где можно было найти всё, что душе угодно на пёстром и кипучем базаре, расположившемся в центре широкой, вымощенной брусчаткой площади. Вранка иногда вспоминала прогулки вдоль сверкающей в лучах солнца речки Каменки и смеющуюся женщину, наверное маму.

Сейчас девочка очутилась в уютном тёплом домике, увешанном и заставленном всякими вещичками и мелочами. "Папе бы тут не очень понравилось", усмехнувшись, подумала Вранка. Она приподнялась на своём ложе. Рядом сидел Влчек и стучал хвостом, щурясь от удовольствия. Кто-то возился у печки.

- Проснулась? - раздался звонкий голос Ярники.

- Угадала, - отозвалась Вранка.

- Сейчас принесу тебе платье, - сказала Ярника, - к сожалению, твоё ещё влажное, но ты можешь надеть одно из маминых. Я ниже тебя, моя одежда тебе будет мала.

Вранка пожала плечами, платья её не особо интересовали. Ярка подошла, вытащила из-под кровати пыльный сундук с одеждой и принялась в нём рыться, поднимая в воздух клубы пыли.

- Это подойдёт. Оно старое, но зато тебе больше по размеру, - наконец сказала она.

Платье было выгоревшим, светло-голубым с белой оторочкой на воротнике и рукавах, а на подоле пряталась почти незаметная серая заплатка из другой ткани.

- Красивое! - воскликнула Вранка, хватая платье, чтобы примерить.

- Правда? - удивилась Ярника. - Я думала, ты вообще не захочешь надевать это старьё.

- Почему это? Я не брезгливая и люблю пробовать новое, - сказала шлехтичка, натягивая платье.

- Ну вот, тебе почти как раз, только чуть великовато, - сказала Ярника.

- До дома дойти подойдёт, - улыбнулась Вранка.

- Не торопись, поешь сначала, - Ярника уже тащила миску с кашей и деревянную ложку, - пёс твой уже позавтракал. За тобой должен прийти кто-то из замка, поэтому всё равно придётся ждать.

- Шпасибо, - сказала Вранка, уминая кашу, - что вы туда кладёте? Очень вкусно!

- Это по моему рецепту, - с гордостью сказала Ярника, - я добавила корицы и сушёной клюквы.

- Сама готовишь?! А могла бы меня научить? - спросила Вранка с набитым ртом.

- Приходи ещё, научим, - засмеялась Ярника. - Только в реку не падай больше.

- Больше не буду. А где твоя мама? Она наверное тоже хотела поесть, - сказала Вранка.

- Она работает здесь, в амбаре, и уже давно позавтракала, - сказала Ярника. - Мама продаёт людям порошки и травки, лечит.

- Ярка! Можно тебя так называть? Я к вам точно ещё приду, - Вранка от волнения даже вскочила, чуть не опрокинув стол. - Это же моя мечта - собирать лекарственные травы и лечить ими людей!

- Приходи, Вранка, - серьёзно ответила Ярка и взяла у неё из рук пустую миску.

В этот момент в домик без стука ввалился главарь псарей, Хумач, лохматый мужик с мятым лицом. Он лучше всех разбирал следы с помощью своей собаки Пеклы, поэтому его, видимо, и послали за Вранкой. Хумач был довольно неприятным типом, он часто злобно посмеивался над шлехтичкой из-за её привязанности к собаке. Для него собаки были лишь работой, которая его кормила.

- Вранка, идём, - бросил он ей, будто дал команду псу.

- Сейчас, - закатив глаза, сказала девочка, - я должна поблагодарить хозяев.

- Нам некогда, - сказал Хумач, открывая дверь и выпуская Влчека.

Не обращая на него внимания, Вранка взяла Ярнику за руку.

- Я очень тебе благодарна, - тихо сказала шлехтичка, - ты спасла мне жизнь, хотя я не очень хорошо повела себя при первой встрече. Прости меня! Наверное не зря мне недавно приснился сон, где я впервые увидела тебя. Это был знак, что я встречу тебя наяву.

- Оказывается, ты видишь вещие сны, - улыбнулась Ярника.

- Я и сама раньше не знала. До встречи!

- До встречи, Вранка!

Девочки разомкнули руки, и Хумач, хмыкнув, пропустил дочку хозяина вперёд, не удостоив Ярнику и взглядом.

Дорога их до дома была унылой. Вранка и Хумач молчали, лишь изредка подзывая собак, увлёкшихся лесными запахами. Лес был ещё влажным и прохладным после ночи, Вранка скрестила руки, пытаясь согреться в тоненьком заношенном платье. Хумач шагал слишком быстро, даже не оглядываясь, следует ли за ним девочка, видно, он и сам был не рад своему поручению.

Тем не менее Вранке сейчас и не хотелось говорить ни с кем, ей нужно было переварить события вчерашнего дня. Она неожиданно встретила таких интересных людей, что до сих пор не могла прийти в себя. Ярника оказалась очень милой и доброй. Вранка решила, что они обязательно должны подружиться, похоже их многое объединяет. А Медена, мама Ярники, была такая умная и красивая, жаль только, что у неё все платья старые и выцветшие, иначе она выглядела бы настоящей королевой. Удивительные люди живут в лесу, смелые, свободные и не похожие на остальных. Как Вранке хотелось бы стать такой! Бродить по лесу, зная каждую тропинку, каждый укромный уголок, собирать лесные плоды и использовать их во благо, общаться с животными и птицами, добывать нужное своим трудом.

- Пришли, - буркнул Хумач, открывая ворота. - Тебе сразу к отцу.

- Спасибо, - отрешенно сказала Вранка, она ещё была вся во власти своих мечтаний.

Хумач сплюнул на землю и отправился в псарню, свистнув за собой Пеклу. Вранка же еле успела открыть тяжелую входную дверь, как её чуть не снесла взволнованная Кветушка.

- Слава Физику! - истошно завопила она. - Явились!

- Ой, не кричи, пожалуйста, - попросила Вранка, закрывая уши.

- Вы сумасшедшая девочка! Куда пропадали? По каким рекам слонялись? - кричала Кветушка. - У меня была сестра сумасшедшая, так она хотя бы дома ночевала! Ой-ёй-ёй!

- Не говори чепухи и пусти меня в дом, - попросила Вранка.

- Ой-ёй-ёй, - всё причитала Кветушка, впуская её и вдруг осеклась. - А что... что за платье на вас?

- Это мне одолжили, моё ещё мокрое - вот, возьми, - сказала девочка, протягивая свёрнутое платье.

- Чужое старое платье? Что за термоядерный синтез, дитя моё! - схватилась за сердце Кветушка.

- Не ругайся, пожалуйста, Кветушка, - улыбнулась Вранка, - мне ещё папу выслушивать.

- Уж он вам задаст, это точно, задаст, - закивала головой горничная, унося мокрое платье.

- Кветушка? - позвала Вранка уже на лестнице.

- Да, пани? - отозвалась та.

- Прости, но твой туесок уплыл в Волотву, - сокрушённо сказала шлехтичка.

- Ох, - вздохнула Кветушка, - лучше он, чем вы.

Отец сидел у себя мрачнее тучи. Он разбирал сумку со своим охотничьим арбалетом и вычищал оружие специальной тряпочкой из кроличьей шкурки. Вранка осторожно подошла к нему и приобняла за плечи.

- Прости, папа, я больше никогда не буду пропадать без вести, - тихо сказала она.

Взгляд Кркава был таким жестким, что она поёжилась и убрала руки.

- Я-то думал, ты уже выросла. Думал, тебе можно доверять, - горько сказал шлехт, бросая арбалет обратно в сумку.

Вранка в этот момент подумала, что лучше пусть бы отец рвал и метал, чем вот так, тоскуя, взывал к её совести. Ей было очень стыдно.

- Завтра я даже подходить ни к каким речкам не буду! - заверила она.

- Завтра? Ты считаешь, что после произошедшего я тебя сразу выпущу гулять? - Кркав удивлённо посмотрел на дочь.

Вранка оторопела и не смогла ничего сказать кроме протяжного "но...".

- На этой неделе ты под домашним арестом. Никаких прогулок, - сказал Кркав, складывая руки на груди.

- Я просто.., - развела руками Вранка. - Там такие хорошие люди, мама с дочкой, они спасли меня, и я хотела...

- Я прикажу отвезти им три мешка зерна, - отрезал Кркав.

- Уж лучше платья. У них такая старая одежда, - сказала она, понурив голову и ковыряя заплатку на подоле. - Я отдам свои старые платья девочке, они ей будут в самый раз, она ниже меня. А женщине... можно отдать мамины?

Кркав посмотрел на дочь в задумчивости. Все эти девять лет он даже не заходил в комнату жены, а её одежда, обувь и украшения так и лежали нетронутыми на своих местах. Порой шлехт в минуты отчаяния порывался выбросить всё или сжечь, но потом останавливался, представляя что почувствует, лишь войдя в эту комнату и взяв в руки платье.

- Выбери сама, что хочешь, а я прикажу отвезти, - наконец сказал он, тяжело вздохнув.

- Спасибо! Я могу и отвезти помочь, - обрадовалась Вранка.

- Нет. Ты сидишь дома, помнишь? - сказал Кркав.

- Да, папа, - кивнула девочка.

- Иди, тебе Кветушка подогрела воду для ванны, надо хорошенько вымыться, - устало сказал отец, - и поесть. Обед уже готов.

Вранка пожала плечами и решительно вышла из комнаты, сложив руки на груди. Ей так не терпелось снова встретиться с Ярникой, но папино слово было твёрже стали, сказал нет, значит неделю не пустит никуда. Хорошо хоть разрешил поделиться одеждой вместо дурацких трёх мешков зерна.

Потянулась самая унылая неделя в жизни Вранки. Весна цвела и буйствовала за окном, распространяя безумные ароматы и раскрашивая серый берег в удивительные цвета, а девочка могла лишь безучастно наблюдать за этим из своей башенки, как за театральным представлением. Даже интересные гости как-то иссякли в их доме, видимо черпая радости где-то снаружи в весёлом угаре весны. Дома ей часто попадался бледный и тоненький Хави, который завидев сестру, краснел и, запинаясь, пытался что-то сказать. Вранка злилась и пряталась от него, лишь бы не участвовать в нелепых беседах. В один из таких дней она достала подаренную монахом книжку, чтобы скоротать время за чтением.

На серой обложке книжечки не было ни рисунков, ни надписей, а страницы были желтоватыми и не очень чистыми, всё-таки монахи много путешествовали и часто читали книжку во время стоянок на природе. Поначалу шли какие-то непонятные записи с цифрами и буквами, Вранка пыталась в них вникнуть, но никакого смысла не нашла, к тому же там присутствовали ещё и непонятные значки. При взгляде на них возникало опасение, что многочисленные и многолетние переписывания книги вручную сильно видоизменили те значки, которые туда изначально поместил Физик. Следующие страницы были отведены под картинки, снабженные мелкими буквами и стрелочками. Некоторые картинки были довольно понятными, например шарики, которые толкали друг друга, а иные, вроде увеличивающихся кругов одного в другом, вызывали только вопросы. Пока никто из пытавшихся не смог разгадать эти символы и значки, так что Вранке наверное и пробовать не стоило. Дальше в книжечке шла информация в виде текста, и многое было уже Вранке знакомо, благодаря занятиям с паном Смрком: "Вы живёте на планете Земля. Планета - это круглый камень, внутри которого тлеет огонь. Все планеты висят в бесконечном пространстве, которое называется космос. В космосе нет воздуха, то, чем вы дышите, - лишь тонкая прослойка вокруг Земли. В космосе много разных планет. Также там есть звёзды - огненные шары, астероиды, кометы. Ближайшие планеты никем не населены, и вы там выжить не сможете. Остальной космос нами ещё не исследован". Дальше шла глава про какую-то гравитацию, следующая про элементарные частицы, затем про электромагнетизм. Вранка несколько раз их прочитала, но никак не могла постичь. Вроде бы вот-вот что-то начинало проясняться, но тотчас же её разум заволакивало опять. Физик был человеком другого мира и говорил будто бы на другом языке. К тому же, по словам монахов, он был создателем этого мира, поэтому наверняка знал вещи, недоступные для понимания другим людям.

В конце книжечки он написал воззвание, которое было вполне доходчивым: "Будущие племена Земли, живите и размножайтесь, будьте рады! Те, кто жили до вас, почти полностью исчезли, оставив вам истерзанную, изрытую бомбами землю, загрязнённый воздух, ядовитую воду. Простите нас. Мы были глупы и безответственны. Вам придётся выживать и строить всё заново. Живите! Любите! Не воюйте друг с другом! Оставьте лесу лес, а морю море, не забирайте у Земли землю. Живите в одном ритме с планетой, дышите вместе с ней. Будьте добры! Не мстите! Не изобретайте злых веществ и машин! Прощайте и просите прощения, как мы просим прощения у вас! Не губите животных! Не губите свои тела! Любая жизнь ценна. Жизнь вашей планеты ценнее всего. Она была нашим домом, но нам пришлось уйти. Теперь это ваш дом. Не совершайте наших ошибок!". Вранка поёжилась, письмо было как будто проникнуто паникой. Интересно, в какие минуты написал Физик это послание? Что творилось вокруг? Вранка мало знала о том, как началась их цивилизация. Вроде как древние люди все поумирали, оставив в живых лишь всемогущего Физика, а он уж на развалинах прежнего мира создал мир нынешний. Такими были исторические сведения, записанные в книгах, и вряд ли кто-то из исследователей прошлого знал больше.

Последние страницы в книжечке были посвящены созданию разных полезных вещей. Похоже было, как будто здесь Физик собрал рецепты всяких изобретений, но написаны они были довольно невнятно, так что пока разобрали только про всякие строительные механизмы и изготовление ткани, стёкол и зеркал. Вранка подумала, что стоит показать книжечку Ярнике, вдруг той будет интересно. Тут девочка, бросив книжку на пол, загрустила. Оставалось ещё несколько дней до того, как истечёт неделя. Ожидание было ужасно мучительным, даже более мучительным, чем купание в речке Ледушке.

Недавно она собрала свои старые платья, остававшиеся ещё в хорошем состоянии, и наведалась в мамину комнату за платьями для Медены. Заходить туда было страшновато, руки у Вранки покрылись гусиной кожей. Последний раз она была там, когда подбирала увядшие цветочки после маминой смерти. Теперь в мрачной и затхлой комнате всё выглядело так же, лишь кровать была застелена идеально ровно и покрыта слоем пыли, на ней никто с тех пор никогда не лежал. Мамины платья были очень красивы: с тонким кружевом, изящными лентами и затейливыми узорами. Вранке очень понравилось перебирать, нюхать их и прикладывать к груди, как будто обнимая маму. Мама носила неяркие цвета: серый, коричневый, тёмно-синий и розовый, будто не позволяла себе веселиться, зная, что её ждёт. Вранка подумала, что платья будут немного великоваты Медене, уж очень худенькой она была, но по длине они точно должны были ей подойти. Когда вся одежда была аккуратно сложена в один огромный мешок, его передали посланцу пану Швабу, и тот потащился на своём осле. Вранка надеялась, что мама с дочкой не откажутся принять этот дар.

Однажды за обедом девочка от скуки решила завести разговор о монашеской книжице, ведь остальные члены семьи постоянно молчали за едой, а это выглядело как-то уныло.

- Папа, а ты читал книгу Физика? - спросила она.

- Да, как-то прочитал в юности, - сказал Кркав, тщетно тыкая вилкой в картошинку, которая крутилась и не давала себя наколоть.

- Как думаешь, что там зашифровано в начале? - спросила Вранка.

- Наверное какие-то важные сведения, которые он хотел нам передать, - предположил Кркав.

- А почему их до сих пор не расшифровали, раз они такие важные? - продолжала девочка.

- Не всё так просто, дочь моя. До многого мы ещё не дошли, - пожал плечами отец.

- Я бы мог попробовать, - вдруг подал голос Хави, робко глядя на отца с сестрой.

Они посмотрели на него с удивлением, ведь обычно за совместными трапезами мальчик всегда молчал.

- Ты? - удивилась Вранка. - Ты же только читать научился.

- Ну и что, мне бы только одним глазком глянуть, - сказал Хави, заливаясь краской до самых ушей.

"Вот оно что, он всё-таки хотел у меня её попросить", подумала его сестра.

- Ты ещё не дорос до неё, - фыркнув, сказала она.

- А ты-то доросла, - улыбнулся Кркав, - покорительница рек? Я найду тебе этот труд Физика, сын, будешь изучать.

- Спасибо, - сказал Хави и кинул быстрый взгляд на Вранку.

- Думаю, что стоит показать книгу моей новой подруге, она такая умная, - не смутившись сказала та.

- Ты опять пойдёшь к ним? - спросил Кркав.

- Конечно! Мне там так понравилось! - воскликнула Вранка. - У них уютный дом, много собранных растений, а мама занимается добрым делом, она лечит горожан.

- Уж слишком небезопасно в этом лесу, - сказал шлехт.

- Ну что за глупости, - закатила глаза Вранка, - там ничего страшного нет, просто надо смотреть под ноги.

- Я тебя предупредил. Пойдёшь, будь осторожна. Не вернёшься вовремя, больше никуда не выйдешь, - Кркав вдруг стал очень жёстким.

- Я помню, - посерьёзнев, ответила его дочь.

Обед был закончен, и члены семьи начали расходиться. Кркав любил после обеда набить трубку табаком и посидеть в одиночестве на свежем воздухе. Хави отправился в свою комнату, размахивая руками и перешагивая через одну ступеньку, очевидно воодушевлённый своим выступлением на семейном обеде, а Вранка пошла искать Кветушку, чтобы сделать ей компресс на больные руки. Оказалось, что горничная занята мытьём поверхностей в комнатах. Камины сильно коптили, зачерняя всё вокруг.

- Кветушка, я же тебе говорила не мочить руки, - возмутилась Вранка.

- Ах, шлехтичка, да как же не мочить, - вздохнула горничная, с трудом распрямив спину, - здесь видите, как грязно.

- Ничего, это же комната для гостей, - махнула рукой девочка, плюхаясь на крохотный диванчик, обтянутый кожей.

- Так как раз здесь и надо чистоту наводить! Приедут гости и потом всем расскажут, какие вы грязнули, - усмехнулась Кветушка.

- Пусть рассказывают, нам всё равно, - улыбнулась Вранка. - Давай я тебе сделаю компресс с тысячелистником.

- Хорошо, конечно, пани, мне только домыть осталось, - закивала Кветушка.

- Ладно. Скоро я отправлюсь в гости к своей новой подруге, - сказала Вранка, - они с мамой лечат травами людей. Принесу и тебе что-нибудь.

- Это к ведьме-то? - продолжив работу, спросила горничная.

- Почему ведьме? - удивилась девочка. - Они не колдовством занимаются.

- Я давеча ходила в деревню, в харчевне выпить пива да на людей посмотреть, - продолжала Кветушка, - там как раз обсуждали. Говорят, она человека разрезала.

- И что, убила? - насмешливо спросила Вранка.

- Да нет, даже, говорят, прошло у него всё, - сказала Кветушка, яростно орудуя тряпкой, - но всё равно, ты подумай, зачем резать? Наверняка что-то у него вынула, чтобы потом использовать. Может потом будет превращаться в этого доходягу. Или он станет её послушной куклой - куда ведьма скажет, туда и пойдёт.

- Ой, это всё бабкины бредни, Кветушка, - засмеялась Вранка, - он же выздоровел, это самое главное!

- Иногда лучше помереть, чем в колдовских обрядах участвовать, - сказала Кветушка, наконец поднимаясь.

- Какие глупости! - воскликнула девочка.

- А вот и не глупости. Подите, отдохните чуток, я пока закончу, - прогнала её горничная.

Вранка скорчила рожицу и вышла из комнаты. При выходе она столкнулась с Хави, который вздрогнул от неожиданности.

- Ты что здесь делаешь? - спросила Вранка, строго уставившись на брата.

Хави уставился в пол и покраснел.

- Книгу тебе не дам, даже не мечтай, - сказала девочка и отправилась в свою комнату.

Вечером, уже лёжа в кровати, она стала перебирать в голове эти городские слухи. Почему горожане называют Медену ведьмой, ведь она стольким людям ежедневно помогает? Наверное причина в том, что она очень красивая, а люди этого не любят. Красивыми положено быть королям или шлехтичам, их жёнам и детям, а простые люди должны быть обычными. Хотя теперь в новых платьях Медена сама будет как королева.

"Надеюсь, это не повредит ей ещё больше ", с тревогой подумала Вранка. В этот момент кто-то постучал снаружи в её окно. Девочка замерла, а потом подбежала и распахнула ставни. За стеклом сидела серая пушистая сова с огромными глазищами и жёлтым клювом.

- Ой, - только и смогла сказать Вранка.

Сова влетела в комнату и села на столбик у изножья кровати. К ножке у неё был привязана маленькая бумажка, свёрнутая в трубочку. Девочка осторожно отвязала и развернула её.

- Привет Вранка! Спасибо за платья. Всё подошло. Ждём в гости. Ярка, - прочитала она вслух.

- Ура! Им всё понравилось, - добавила она сове. Та будто кивнула, щёлкнула клювом и одним взмахом крыльев бросилась в ночь.

Вранка подошла к окну и вдохнула тёплый ночной воздух. Пахло солёной водой с Волотвы и затянувшимися ряской озерцами, из хлева приятно тянуло сеном, а в воздухе витал пряный травяной дух. Девочка оставила окно открытым и забралась в постель, натянув одеяло до подбородка. Влчек с готовностью запрыгнул к ней и устроился поудобнее. Сон к этим двоим пришёл очень быстро.

Глава 4

Наконец этот день настал. Как выпускают голубей из голубятни на волю в первый день весны, когда они белыми шариками рисуют спирали в ярко-голубом небе, так выпустили на волю и Вранку. Она побежала прочь, хохоча во всё горло, а Влчек, проникнувшись радостью хозяйки, начал скакать, как щенок. Позади остались томительные разговоры с отцом, который давал множество наставлений, с Кветушкой, которая делала большие глаза и заклинала не поддаваться ведьминским чарам, попутно заполняя новый туесок всяческой снедью, одеялами, тёплыми вязаными носками и свечками. Позади осталась круговерть бесконечных лестниц и затхлый запах большого дома. Позади остались неразгаданные загадки, незаданные вопросы, недодуманные мысли. Впереди были свобода, и солнце, и свежий воздух.

Вранка сама не заметила, как вприпрыжку добежала до домика в лесу. Теперь она могла его найти без труда, хотя если не знала бы, что он там, ни за что бы не нашла. Лес, будто смилостившись после проказы с примулой, довёл девочку до дома протоптанными дорожками, которые вели только в правильную сторону. Домик лесных лекарок выглядел так же, как и неделю назад. По дворику бегали куры, склевывая выползших на солнце насекомых, дым шёл из трубы, наверное Ярника готовила завтрак.

Вранка, на минуту оробев, постучала в дверь.

- Входите! - крикнули откуда-то из глубины дома.

- Это я, Вранка, - сказала девочка, заходя внутрь.

Наконец показалась Ярника в старом голубом платье, которое передавала ей Вранка, она несла в руке тонкую коричневую палочку.

- Ты вовремя, - улыбнулась она, - я как раз готовлю твою любимую кашу. Хочешь, покажу, как её надо готовить?

- Конечно, давай! - обрадовалась Вранка. - Что это у тебя за палочка?

- Эта палочка - очень вкусная специя. Сейчас увидишь, что из неё выйдет, - сказала Ярника, направляясь к столу.

Днём в домике было не менее уютно, чем вечером: яркими пятнами пестрели разноцветные коврики, солнечные лучи укладывали мозаику на стенах, бросая блики на стеклянные кувшинчики и засушенные шарики ягод, приятно пахло деревом и лавандой. Влчек привычно улёгся около печки, а Вранка присела у стола и стала наблюдать за приготовлением каши. Ярника достала ступку, наломала туда куски палочки и принялась измельчать её пестиком.

- Прости, что неделю не приходила, меня наказали, - сказала Вранка, чихнув.

- Я поняла, - вздохнула Ярника, - меня мама за такое тоже бы неделю не пускала дальше сарая.

- Здорово, что вам подошли присланные платья, - сказала шлехтичка, - думала, вдруг обидитесь.

- Да ну, кто же обижается на подарки? - фыркнула Ярника.

- Просто платья старые, и я подумала, что.., - извиняющимся тоном продолжала Вранка.

- А мы новых и не носим. Зато испачкать не жалко, - засмеялась Ярника. - Смотри, получается порошок. Понюхай, он очень ароматный.

Вранка наклонила лицо к ступке. Пахло очень приятно.

- Теперь вынимаю из печки горшок с кашей, - сказала Ярника. - Ты же кашу умеешь готовить?

- Нет, не умею, - сокрушенно ответила Вранка.

- Ну вот, надо начинать всё сначала, - вздохнула Ярника, - придётся тебе завтра прийти пораньше, будем кашу вместе делать.

- Постараюсь, - сказала Вранка.

Ярника насыпала в кашу сушёных ягод и пару ложек коричневого порошка, а потом разложила в две миски. Каша пахла так вкусно, что Влчек влез под стол и застучал хвостом. Девочки засмеялись, а Вранка достала ему кусок сыра из туеска.

- А твоя мама будет завтракать? - спросила она, уплетая кашу за обе щёки.

- Она очень рано встаёт и уже поела, - сказала Ярника, - к тому же она кашу не любит и всегда завтракает только яйцами.

- Она уже на работе? Мы можем к ней зайти? Хотелось бы посмотреть на её лекарское царство, - воодушевилась Вранка.

- Скажешь тоже, лекарское царство, - усмехнулась Ярника, - просто амбар. Сейчас доедим и сходим. Если никого из больных пока нет, она тебе всё покажет.

Девочки доели и сложили миски в огромный таз, там Ярника два раза в день мыла всю посуду. Влчек аккуратно подобрал языком все крошки сыра с пола. Когда Вранка подходила к двери, ей показалось какое-то движение за окном, будто человек метнулся в сторону, стараясь спрятаться. Поспешив выйти наружу, она никого не заметила.

- Как вам тут жить одним, не опасно? - спросила она подругу, пока они шли к амбару.

- Нет, совсем не опасно, - заверила её та, - люди нас побаиваются, а звери привыкли.

Амбар был довольно высоким и шатким зданием, кое-как сложенным из посеревших от непогоды и времени досок. Вдоль его стен буйствовали крапива и лебеда, старавшиеся одолеть и дорожки, которые, видимо, часто выкашивались внимательными хозяйками. Когда девочки подошли, дверь открылась, и перед ними оказался низенький мужичонка с белым, как луна, лицом и вытаращенными глазами. Пробурчав что-то под свой синеватый бугристый нос, он покатился прочь, в сторону деревни. Вранка прыснула, глядя ему вслед.

- Это пан Комар, - объяснила Ярника, - мама его лечит от пьянства, но надолго лечения не хватает.

- Жутко смешной! - хихикнула Вранка.

Ярника пожала плечами, будто обидевшись за своего пациента.

- У нас разные бывают, - расплывчато сказала она, открывая дверь амбара.

Вранка от удивления широко раскрыла глаза, тут же забыв про пана Комара и его несчастья. Внутри было одно большое пространство, в котором из мебели были лишь несколько ветхих кроватей и кривоногих шкафчиков, забитых всякой всячиной. Свет в амбаре был тусклым, лишь висели в воздухе ровными полосками пробившиеся сквозь дощатые стены яркие лучики света. Медена поднялась со своего стула и подошла к девочкам. У Вранки опять перехватило дыхание при встрече с мамой Ярники, такой она была красивой. В неровном свете амбара волосы её светились, словно раскалённые угольки костра, подёрнутые пеплом – сединой, а в глазах, будто в драгоценных каменьях из старого сундука, плясали искорки.

- Будьте рады, девочки! У меня как раз перерыв, - улыбнулась она.

- Будьте рады, - шёпотом сказала Вранка и больше ничего не смогла произнести, глядя на Медену с неподдельным восхищением.

- Мама, шлехтичка хочет посмотреть на твою лечебницу, она мечтает тоже лечить людей травами и растениями, - объяснила Ярника.

- Правда? - удивилась Медена. - Тогда я тебе всё покажу, пока нет новых больных. Гляди, здесь я держу порошки, в этих маленьких коробочках. Порошки заранее делаю из сушёных растений. Некоторые надо насыпать в рану, иные - глотать с жидкостью, а другие даже вдыхать носом. Здесь у меня лежат корни, для приготовления настоек.

- А чем вы их заливаете?

- Спиртом. Приходится покупать сразу несколько кувшинов и готовить тоже на несколько человек. Хранятся настойки очень долго.

- А это что за изогнутая штуковина?

- Это редкая вещица. Знакомый стеклодув выдул. В ней я делаю экстракты, то есть собираю всё самое ценное, что есть в растении в жидкость. Экстракты заливаю в маленькие бутылочки, так и хранить удобнее и унести больному сподручнее.

- И вы сама во всём этом разобрались? - удивилась Вранка.

- Нет, конечно не сама, - улыбнулась Медена, - у меня был учитель, старик Воус. Я помогала ему с больными, а он за это научил меня обращению с травами. Его самого когда-то взял в ученики пан Дэх, а того я не знаю, кто учил, это было слишком давно.

Ярника которая бесцельно бродила по амбару, сдувая пыль с баночек и коробков, подняла небольшой чемоданчик и передала его Медене.

- Покажи Вранке, - подмигнула она.

- Вот это принадлежало моему учителю, - сказала Медена, открывая чемоданчик, - но ему самому перешло в наследство.

Вранка ахнула. Внутри чемоданчика в специальных углублениях лежали странные заострённые палочки из неведомого блестящего материала.

- Из чего они сделаны? - спросила она, нагибаясь пониже, чтобы получше рассмотреть.

- Какое-то железо, вероятно, - пожала плечами Медена, - и скорее всего они сделаны очень-очень давно.

- При тех, кто жил до? Во времена Физика? - спросила Вранка.

- Я думаю, да, - Медена подняла глаза на девочку, - это инструменты для лечения больных.

- Инструменты?

- Да, ими пользовались, чтобы обрабатывать тело в сложных случаях, когда одни травы не могут помочь.

Вранка как зачарованная смотрела на палочки. Неужели эти маленькие штучки могут вылечить человека, если не справляются могущественные экстракты, настойки и компрессы? Как нужно ими управлять? Неужели и правда можно ими разрезать тело, чтобы вылечить больного?

Внезапно кто-то довольно быстро прошёл мимо стены амбара, так что полосочки света на секунду поочередно пропали. Медена прислушалась, чуть опустив крышку чемоданчика.

- Наверное, кто-то из больных пришёл ко мне, - сказала она, - идите, дети, остальное покажу в следующий раз.

- Спасибо вам большое! - восхищенно сказала Вранка, сжав руки у груди. - Как же у вас интересно, я обязательно приду ещё!

- Приходи, - приобняв её, просто сказала Медена.

От неё приятно пахло соломой и мятой, а руки её были хоть и грубыми, но тёплыми, с редкими золотистыми веснушками. Новое, серое платье из тонкой ткани с еле видимым узором очень ей шло, оно делало её ещё более прекрасной. Вранка прикрыла глаза и на секундочку представила, что её обнимает мама.

Девочки вышли на порог амбара, но там никого не было. Лес был тих и пуст. Влчек встревоженно поводил носом из стороны в сторону и глухо гавкнул, но больше для виду, чем всерьёз, очевидно, что кто-то просто прошёл мимо.

- Наверное больной передумал, - пожала плечами Ярника, - и убежал.

- Скорее всего. А тебя твоя мама лечила когда-нибудь?

- Конечно, я много болела в детстве. Мама очень заботливая и делает свою работу на совесть.

- Ты права, я и сама поняла это после падения в вашу речку, - вздохнула Вранка.

- А это не наша речка. И лес не наш, и небо не наше, всё общее, - засмеялась Ярника, пока они брели, прогуливаясь по лесной тропинке.

- Всего этого не было, пока это не создал Физик, - задумчиво сказала Вранка, - так монахи говорят. Кстати, у меня есть его книжка. Хочешь, покажу тебе?

- Давай, - согласилась Ярника, - я слышала про неё, но никогда не видела.

Девочки сели на поваленное дерево, увитое настырными лианами, и Вранка достала книгу из туеска. Влчек прилёг рядом, уткнувшись носом в передние лапы.

- Здесь в самом начале какие-то значки, как думаешь, что это? - спросила Вранка.

- С виду совсем неясно, - задумавшись ответила Ярника, - может он здесь зашифровал историю своего мира? Чтобы мы знали, что произошло?

- А почему тогда не написал словами? Зачем это зашифровывать?

- Наверное чтобы не разгадали плохие люди. Может это не история совсем, а какие-то правила, по которым надо жить.

- Так если мы их не знаем, значит наш мир летит в тартарары?

- Те, кто жил до нас, явно знали всё это, но их мир всё равно улетел в тартарары.

- Да, им это не сильно помогло.

- Мне нравится, как мы живём, может и не нужны эти правила, - Ярника задрала голову, подставляя лицо свету солнца, и зажмурилась.

- А вдруг там зашифрованы рецепты новых лекарств! - воскликнула Вранка.

- Тогда они нам всё-таки нужны, - вздохнула Ярника, - но пока нет того, кто расшифрует эти значки.

Влчек, услышав какой-то лесной звук, коротко и глухо залаял, прервав разговор. Девочки глянули на небо, чтобы определить время. Солнце стояло совсем высоко и заливало землю жаркими лучами.

- Ох, наверное мне уже стоит идти, я обещала папе вернуться к обеду, - тоскливо сказала Вранка.

- Беги, а то опоздаешь, и он тебя больше никуда не отпустит, - подтолкнула её Ярника.

- Я приду ещё, если ты не против.

- Конечно, кашу-то мы так и не сварили! - засмеялась Ярника. - Ты помнишь, в какую сторону идти? Выйди на тропинку и двигайся налево.

- Спасибо, Ярка! - сказала Вранка, взяв девочку за руку. - Я так рада, что мы познакомились. У меня ещё никогда не было такой хорошей подруги, как ты.

- У меня тоже, - улыбнулась Ярника. - Ну а теперь беги, не опаздывай!

Вранка, хихикая, пронеслась сквозь кустарник и выскочила на дорожку, а за ней последовал утомлённый сидением на одном месте Влчек.

- Налево, - сказала девочка самой себе и двинулась в сторону дома.

Солнце достигло своей наивысшей точки, а значит они как раз успевали к обеду. При каждом шаге Вранки в стороны рассыпались какие-то мелкие то ли зверьки то ли насекомые, возмущённо стрекоча. Головокружительно пахло соснами. Скоро солнце разогреет их до такой степени, что они будут лить повсюду свою липкую и пахучую смолу. Влчек весело скакал по дороге, то и дело кидаясь в сторону за очередным запахом, как вдруг он насторожился и остановился совсем.

- Ну что такое, Влчек, идём! - крикнула ему Вранка, она боялась опоздать.

Влчек оглянулся на неё, вильнул хвостом, а потом бросился назад. Он явно увидел кого-то среди деревьев. Кто-то, увидев погоню, попытался влезть в кусты, подняв небольшую стайку птичек, чирикавших писклявыми голосками.

- Влчек! - позвала девочка и побежала за собакой.

Пёс держал подозрительное лицо за край штанины зубами. Подозрительное лицо, покраснев от натуги, пыталось выдернуть штанину, но при виде Вранки бросило попытки.

- Ты?! - удивилась она.

- Прикажи ему отпустить, - сказал раскрасневшийся Хави.

- Отпусти уже, - коротко бросила она Влчеку. - Что ты здесь делаешь?! Как ты здесь оказался?!

- Пойдём вместе, расскажу, - вздохнул брат.

- Ты следил за мной, - догадалась Вранка, - там, у дома, и у амбара. Зачем?

- Хотел узнать, разгадаете вы книгу или нет, - уныло ответил мальчик, рассматривая свои туфли.

Теперь они двигались по дороге вместе, а Влчек всё так же деловито бежал сбоку, поглядывая на ребят.

- Ты с ума сошёл? Ради этого побежал в лес?! - раздражённо воскликнула Вранка.

- Я здесь не первый раз, уже всё знаю, - сказал Хави, по-прежнему глядя куда угодно, только не на сестру.

- Да разве тебя кто-то отпускал?

- А я и не спрашивал.

- Что будет, если тебя хватятся?

- Не хватятся. Вы меня оба не замечаете, - Хави подобрал палку и принялся подсекать траву по обочине дороги. - Главное посидеть на уроках и присутствовать на обеде и ужине.

- И давно ты так гуляешь сам по себе?

- Последний год. Правда, к домику твоей подруги ещё не ходил, не знал дороги.

- А теперь выведал?

- Больше не буду ходить, всё равно у вас неинтересные разговоры.

- Что ты привязался к этой книге? Думаешь, сможешь расшифровать что ли?

- Не знаю. Но ты сказала, что твоя подруга сможет, а она не смогла, - с этими словами Хави срубил внушительный стебель крапивы.

- А не было ли тебя тут в первый день весны, когда я упала в реку? - с подозрением спросила у него Вранка.

- Был, но я не дождался, пока ты туда пойдёшь, - сказал Хави, - увидел, что солнце скоро сядет и отправился домой.

- Да, если папа узнает, что ты гуляешь один в лесу, - протянула Вранка, - он тебе такое устроит.

- Ты же ему не скажешь? - Хави даже остановился и с мольбой посмотрел на сестру.

- Наверное надо сказать, я не хочу участвовать во лжи, - пожала плечами Вранка.

- Вы меня все ненавидите, - мрачно сказал мальчик, насупившись, и всю остальную дорогу они прошагали молча, обдумывая свои дальнейшие действия.

Подходя к замку, Вранка заметила, что двор выглядит совсем не так, как обычно. На лужайке у ворот раскинулся какой-то пёстрый караван из металлических тележек, тентов, флагов и дорожных сумок. Караван стерегли привязанные к тележкам мелкие собачонки, которые подняли дикий вой, завидев Влчека.

- Это ещё что такое? - удивилась Вранка.

- Наверное, новые гости, - предположил Хави.

Сестра не отвечала, она, рванув с места, уже мчалась к двери в замок, давненько не было у них новых гостей, да ещё каких – бродящих по всему свету. Мальчик уныло вздохнул и пошёл вслед за ней. Влчек же оставил этих двоих и отправился получать свой заслуженный обед в псарне.

Замок был наполнен суетой: горничные сновали туда и сюда с кувшинами воды и полотенцами, бегали поварята, гремя мисками и ложками, с огромными от восторга глазами носились дети слуг, сшибая всех вышеперечисленных. Вранке удалось выхватить какого-то мелкого поварёнка, который всё порывался бежать дальше, суча ножками на весу.

- А кто приехал? Почему все бегают? - спросила она.

- Приехали эти... ямокопцы... нет, лезодырцы... ну как их.., - отвечая, поварёнок аж покраснел от натуги. - Ой, пустите!

- Путешествующие по далёким странам?

- Да-да-да, - закивал головой поварёнок и, выкрутившись из захвата, ринулся прочь.

Вранка задумалась. Она слышала о людях, которые странствуют по свету, отыскивая свидетельства существования Физика. Неужели они пожаловали к ним домой? Она двинулась ко входу в халу, чтобы скорее посмотреть на удивительных гостей, поднявших такой переполох, но не тут-то было. Их вместе с Хави, который всё так и ходил вместе с ней, поймала запыхавшаяся Кветушка.

- И вы в таком виде собираетесь на обед? - спросила она, отдуваясь и подпирая кулаками крутые бока.

- О-о-о, Физик! - простонала Вранка. - С нами всё хорошо, Кветушка.

- Умываться и переодеваться, без разговоров, - отрезала та.

- Я обещала не опаздывать на обед! - взмолилась девочка.

- Я передам пану, что вы готовитесь, - важно сказала горничная, - а теперь шу! Бегите!

Дети побежали вверх по лестнице, отталкивая друг друга. Вранка даже не знала, где находится комната брата, но теперь поняла, что она всего лишь на пару лестниц выше первого этажа, а ей каждый день приходится взмывать на самый верх. Наскоро сняв дорожное платье и умывшись, она опять понеслась вниз. При входе в халу она поняла, что Хави конечно же спустился раньше неё.

- А это моя дочь Вранеслава, - громогласно объявил Кркав, и все, сидящие в хале за столом, захлопали. Вранка впервые видела столько народу в одной, пусть и огромной, комнате: яркие, не похожие друг на друга, разновозрастные и шумные люди смотрели на неё. На минуту она даже оробела, хотя это было совсем не в её характере, а потом улыбнулась и легонько поклонилась. Люди по-доброму засмеялись и продолжили трапезу. Пробираясь к своему месту, девочка во все глаза рассматривала новых гостей, стараясь запомнить побольше, чтобы потом рассказать Ярнике. Здесь были рыжий длиннобородый мужчина роста такого маленького, что едва доставал до стола, высокая темнокожая женщина, вся увешанная серьгами и браслетами, два абсолютно одинаковых человека с рисунками на теле, девочка с множеством длинных косичек, украшенных золотыми колечками, седобородый старец в ярко-голубых одеждах и с палкой, увенчанной змеиной головой. Люди чувствовали себя свободно и нисколько не стеснялись, видимо привыкли к разнообразным приёмам за время путешествий. Они передавали друг другу еду, делились из своей тарелки, прихлёбывая, пили из кубков, перекрикивали друг друга через стол, в общем вели себя так, как запрещалось Вранке и её брату. Пахло от них неизвестными специями, травами, потом, шерстью, коврами и песком, а ещё морским ветром и дымом костров.

Девочка уже предвкушала разговоры, которые услышит сегодня за этим столом. Хоть она возможно никогда не доберётся до дальних стран, сегодня эти страны сами пришли к ней и будут говорить. Пробравшись через ряды пёстро одетых и незнакомых людей, она наконец села рядом с отцом и братом. Около них сидели седобородый и девочка с косичками, а напротив Вранки оказался самый необычный человек, которого она только видела. Это был юноша с кожей тёмного цвета и очень яркими голубыми глазами, которые будто сияли из-за контраста с кожей. Волосы у него были такие кудрявые, что даже не ложились на плечи, а стояли облаком вокруг головы. На нём была довольно грязная выцветшая красноватая рубаха, на шее висел кулон в виде огромного звериного клыка, а в ухе светилась яркой звёздочкой прозрачная серьга. Он улыбнулся, показав белые зубы, и сказал: "Будь рада, Вранеслава! Я – Витрош".

Глава 5

Вранке очень не хватало общения со сверстниками. У неё совсем не было друзей в городе, а дети слуг её сторонились, боясь ненароком обидеть или поранить. Иногда к семейству Черных приезжали гости с детьми, но у них часто не совпадали интересы, девочки её круга увлекались вышивкой и танцами, а когда она говорила о том, что мечтает научиться читать и писать, только смеялись. С мальчиками Вранке почти не доводилось общаться, но она всегда мечтала о старшем брате, которого никогда не имела. Он бы рассказывал ей всякие истории, придумывал приключения и выручал её в любой жизненной ситуации. Увидев Витроша, она подумала, что именно так и должен был бы выглядеть её выдуманный старший брат.

- Будь рад, Витрош! - улыбнулась она в ответ.

Вранка смотрела ему прямо в глаза, наполняясь внутри как будто маленькими пузырьками радости, как молодое вино только что налитое в кувшин. Витрош тоже спокойно разглядывал её, ничуть не смущаясь. Лишь Кркав, решив заполнить паузу за этим концом стола, спросил у старца: - Пан Ясан, напомните мне, как следует называть вас, исследующих недра земные. Люди вас зовут ямолезцами, а вы себя называете как-то иначе, если мне не изменяет память.

- Да, ямолезцы - это с народа пошло, - прокряхтел старик, оглядывая сидящих за столом, - сами мы себя называем просто Племя, ведь нас так много. Полностью Племя не вошло бы в этот зал. Часть от нас недавно откололась и отправилась в более опасное путешествие в южные земли. Было это два года назад. Повёл их Камсин, отец Витроша и Азуры.

- Почему же он не взял детей с собой? - спросил Кркав.

- Они были ещё недостаточно зрелыми, - покачал головой старик. - Витрошу тогда только исполнилось четырнадцать, а Азуре было двенадцать. Южные земли очень опасны, работать там очень тяжело даже взрослым, не говоря уж про детей.

- А в чём заключается ваша работа? Чего вы хотите достигнуть? Ради чего копаете землю? - начала наступление Вранка.

- Наша цель – сведения о былом. Мы копаем землю ради ответов на вопросы. Земля может многое рассказать, - строго ответил старик.

- А вы что-то уже нашли?

- Конечно, мы многое находим. Но не всё даёт нам ответы.

- Вы можете рассказать, как жили люди во времена Физика?

- Мы знаем не всё. Многое противоречиво. Знаем, что они были полны силами, которых нет у нас, - важно ответил Ясан, чуть откидываясь назад.

- А также полны злобой и жадностью, - дополнил Витрош, сверкая глазами.

- Точно, об этом писал Физик в своей книге, - закивала Вранка.

- Подожди, ты читала книгу Физика? Ты читаешь? - удивился юноша.

- Да и да, - засмеялась Вранка.

- С твоим любопытством и тягой к наукам, ты могла бы стать отличным ямолезцем, - сказал Витрош, подмигнув девочке.

Хавран, сидящий рядом, демонстративно закатил глаза, а девочка с косичками прыснула в ладошку.

- Работа Племени очень тяжела, - снова заговорил Ясан, нахмурив брови, - мы не имеем дома, не имеем очага, куда возвращаешься каждый день. Мы бредём по жаркому солнцу, ночуем, дрожа от холода, копаем, разбивая руки в кровь. Мы пролезаем в узкие дыры, теряемся в подземных лабиринтах, навсегда остаёмся запертыми под землёй. То, что движет нами, не может остановиться, осёдлость и праздность чужды нам. Наша семья - Племя, наш дом - земля, наша работа - истина.

В этот момент старик стукнул посохом о каменный пол, и все собравшиеся зааплодировали и засвистели на разные лады.

- Мне кажется, вы все такие жизнерадостные и весёлые, - осторожно сказала Вранка, поглядывая на посох.

- Да, помимо того, что перечислил Ясан, мы ещё пьём пиво, танцуем у костра до зари, поём громкие песни, встречаем рассветы вместе с дикими зверями и находим удивительные вещи, - улыбнулся Витрош.

- Я бы хотела стать ямолезцем, - мечтательно произнесла девочка.

Кркав многозначительно кашлянул и посмотрел на неё, он ещё не до конца отошёл от истории с рекой.

- Кто-то должен ждать их дома, - успокаивающим тоном сказал он дочери, - слушать их рассказы, удивляться и провожать их в новый путь.

- Правду говорите. У всех своя роль в этой жизни, - многозначительно добавил Ясан.

- Я знаю, какую мне приготовили роль в этой жизни - быть послушной и никуда не лезть, - сказала Вранка, скривив губы, - что безумно интересно. Кстати, мой брат...

Тут она хотела рассказать, как Хави, с виду такой тихий и смирный, гуляет один по лесу без разрешения, но осеклась. Выглядеть ябедой при Витроше и остальных совсем не хотелось.

- Мой брат Хавран гораздо послушней меня, - наконец нашлась девочка.

Хави уже было склонивший голову в ожидании отцовского гнева, с удивлением поднял глаза на сестру.

- Твой брат не говорит много, - в упор глядя на Вранку, сказал старец, - а это признак большого ума.

Девочка чуть не подавилась куском хлеба, а Хави громко фыркнул.

- Не принимай всерьёз, - подмигнув ей через стол, громко прошептал Витрош.

Трапеза подходила к концу. Многие ямолезцы, закончив пиршество, облокотились на стол и повернулись к соседям, чтобы продолжить интересные разговоры, где-то слышны были тихие песни, дети клевали носами.

- Где вы будете ночевать? Вам показали гостевые комнаты? - спросила Вранка Витроша, осторожно косясь на Ясана, поглаживающего свою длинную бороду.

- Мы всегда спим в своём лагере. Сегодня мы разбили его прямо в вашем дворе, а завтра переедем ближе к городу. У вас мы останемся на несколько дней, если ничего интересного не найдём, - ответил тот.

- Так мало, - протянула Вранка.

- Что делать, нам надо двигаться, пока погода позволяет.

- А можно вас навестить в лагере? Я бы хотела прийти с подругой.

- Конечно приходите. Покажу свои сокровища.

- Я бы тоже хотел прийти, - внезапно сказал Хави.

- Тебе нельзя, ты ещё маленький, - одёрнула его Вранка.

- Пусть приходит, ты что! - махнул рукой Витрош. - У нас такие маленькие пролезают в самые узкие ходы и достают всякие невероятные вещи.

- Я бы тоже мог, - тихо сказал Хави.

Вранка закатила глаза и поймала на себе взгляд девочки с косичками. Вроде это была сестра Витроша, Азура. У неё были такие же ярко-голубые глаза, как два кристально чистых озера в тёмном лесу. Азура внимательно рассматривала Вранку, а потом, спохватившись, уткнулась в тарелку.

- Благодарю вас, дорогие гости, - зычно объявил Кркав, привстав за столом, - вы одарили нас сегодня радостью своего присутствия. Знайте, что здесь вы всегда найдёте друзей и тёплый очаг, когда бы вы ни постучались в двери этого замка. Спите спокойно под защитой наших стражей и будьте рады!

Гости захлопали в ладоши, задвигались, встали, а потом постепенно зал опустел, как будто здесь никого и не было. Кркав всё ещё сидел, сложив руки перед собой, и думал о чём-то.

- Отец, - позвала Вранка.

- Вы ещё здесь? А ну-ка прочь! - замахал он руками на детей, как на надоедливых птиц.

Хави мгновенно вскочил и умчался наверх, а Вранка ещё медлила.

- Отец, можно мне зайти в лагерь к ямолезцам? Они же прямо здесь, у ворот.

- Не стоит. Дай им отдохнуть после трапезы. У них была долгая дорога. Вечером они так же соберутся у нас на ужин.

- Хорошо. Буду ждать вечера, - угрюмо ответила дочь и вышла из зала.

По контрасту с гомонящей и пестрой толпой ямолезцев пустой замок выглядел непривычно тихим и гулким. Постояв около лестницы, Вранка отправилась искать Кветушку. Утомлённые заботами слуги мыли и убирали посуду, другие прибирали следы пребывания большого количества людей. Кветушка, как оказалось, прикорнула у себя в коморке. Вранка давно не бывала в этом тёмной и тесной комнатке с узким оконцем-бойницей под потолком. Здесь помещались только узенькая кровать и сундук с Кветушкиными вещами, на котором восседала она сама с закрытыми глазами. Так она отдыхала в течение дня, когда на перерыв было всего-то минут десять. Лицо её было безмятежно, словно она впала в глубокий сон, руки были скрещены на груди, спиной же она облокотилась на каменную стену. Вранку поразила её молодость и даже некая детсткость во сне, как будто вечное кудахтанье и суетливые движения делали горничную гораздо старше.

- Кветушка, - позвала девочка шёпотом, - дай на руки взглянуть.

- Пойди прычь, не до тебя мне сейчас, - сонно пробормотала Кветушка.

- Кветушка, - снова позвала Вранка.

Горничная открыла глаза и вздрогнула, увидев шлехтичку.

- Физиков нос! - воскликнула она. - Что вы здесь, паничка, делаете?!

- Пришла руки посмотреть, как заживает, - объяснила девочка. - Я не знала, что ты спишь.

- Ничего-ничего, - быстро протирая глаза кулачками, сказала Кветушка, - руки уже намного лучше, вот, смотрите.

Она вытянула руки перед собой - краснота немного спала, а волдыри чуть подсохли.

- Уж так я благодарна вашим компрессам, прямо чудо сотворили! - воскликнула Кветушка.

- Это не чудо, это травы, - улыбнулась Вранка.

- Как бы травы мне ещё пару часов в сутках дали на поспать, - потянувшись и вставая, сказала Кветушка, - цены бы им не было.

- Хочешь, я попрошу папу тебе завтра выходной дать? - спросила Вранка, обеспокоенно заглядывая в лицо своей горничной. - Спать будешь целый день! Я завтра всё равно буду в городе, в лагере ямолезцев.

- Нет уж, пани, кто вас дома будет ждать с горячим обедом и водичкой для умывания? - сказала Кветушка, протирая глаза. - После таких приключений обязательно надо, чтобы кто-то о вас позаботился.

- Да я же и холодной водой могу умыться и пообедать тем, что осталось.

- Никакой холодной воды! Кто вас лечить будет, если занеможете?

- Подругу позову и маму её, - улыбнулась Вранка, - они вылечат.

- Не выдумывайте, только ведьм нам тут не хватало, - сказала Кветушка, резко открывая дверь из комнаты.

- Опять ты за своё! - поморщилась Вранка.

- Подите отдохните, пани, вечером опять толпа явится, никакого покою, - Кветушка поправила юбки и косынку.

- Я уже жду опять эту толпу, - усмехнулась шлехтичка.

Горничная покачала головой и удалилась в коридоры, предназначенные для слуг. Девочка же направилась обратно наверх. Шагая по одной из лестниц, она вспомнила, что так и не рассказала никому про самовольство брата. А нужно ли было рассказывать? Если он гулял сам по себе уже давно, и ничего с ним не случилось, значит он уже дорос до таких прогулок. Интересно, что он ещё скрывал от отца? Вранка никогда не была в комнате брата, не знала, чем он увлекается, какие книги читает, во что играет. Его забрали совсем крошкой, а привезли пятилетним, поэтому она не имела ни малейшего понятия, как он жил всё это время, когда научился ходить, говорить, как называл людей, с которыми жил. Девочка привыкла не замечать брата, не обращать на него внимания, но вдруг он-то как раз и замечал, и следил, и думал себе что-то тихонько. Вранка решила впервые навестить Хави и посмотреть на его комнату.

Она спустилась на одну лестницу вниз и пошла по коридору. Окна здесь были довольно низкими и широкими, так что можно было рассматривать двор через окно, сидя на полу. Вранка услышала тихие звуки какой-то мелодии, и та привела её к двери в комнату, которая легко открылась, потому что на ней не было замка. Комната была большой и светлой: в центре лежал огромный плетеный ковер, у окна стояла кровать с балдахином и подушками, рядом - несколько сундуков и письменный стол, на полу игрушки, включая деревянную лошадку-качалку и выстроенную из кубиков крепость. Сам хозяин комнаты сидел прямо на ковре с лютней в руках, склонив голову и медленно перебирая струны. Заметив сестру, он удивленно вскинул голову.

- Зачем ты пришла? - спросил он, откладывая инструмент.

- Так, посмотреть, где ты обитаешь, - ответила Вранка.

- Проходи. Можешь сесть на ковёр, - сказал Хави, с опаской глядя на сестру.

- Благодарю, - кивнула Вранка. - У тебя комната больше, чем моя.

- Я же мальчик, - сказал он, снова дотягиваясь до лютни.

- Кстати, я никому так и не сказала, что ты гуляешь один и без спроса, - сказала девочка.

- Расскажешь?

- Наверное нет. Тебя только зря накажут. Смысла нет.

- Спасибо. Это благородно.

- Я просто никогда не делаю то, в чём не вижу смысла.

- А в собирании цветочков?

- Конечно вижу. Сейчас я ходила проверять раны у своей горничной, они зажили. Это и есть смысл.

- А в ямолезцах?

- Я пока не поняла, - пожала плечами Вранка. - Наверное смысл - найти что-то интересное.

- Мне кажется, их смысл в том, чтобы выяснить, что случилось до нас, - сказал Хави.

- А может быть вообще - жить вне правил, не иметь никаких обязательств, путешествовать и веселиться каждый вечер, вот их смысл, - улыбнулась Вранка, вспомнив слова Витроша.

- Ага, особенно этот Ясан повеселиться любит, - хмыкнул Хави.

- Ты что, не уважаешь старших? - грозным голосом спросила девочка. - Сейчас я тебя покараю.

Сделав страшное лицо, она потянулась, чтобы схватить брата, но увидев, как он со страхом отшатнулся, остановилась.

- Ты что, боишься меня? - спросила она удивлённо. - Я же просто играю.

- Я просто не привык, чтобы меня кто-то трогал, - пожал плечами Хави, опять уткнувшись в свою лютню, - особенно вы с папой.

- Он тебя что, ни разу не обнимал? - спросила Вранка.

- Нет, - покачал головой её брат, - да не очень-то и хотелось. Я сам по себе.

- Я всегда думала, что ты какой-то противный, - задумчиво сказала Вранка.

- Так и знал, что ты так думаешь.

- Но теперь я поняла, в чём дело, - сказала она, вставая.

- И в чём же? - он поднял на сестру глаза.

- Тебя просто никто никогда не обнимал, - сказала она и выскочила за дверь. Там она постояла, сглотнув предательски подступающие слёзы, и побежала к себе, наверх. Брат был как щенок, брошенный своими сородичами и обиженный людьми - он не брал еду из рук, не давался гладить, только смотрел исподлобья. А она-то поначалу и не подозревала, в чём дело…

Тем временем приближалось время ужина, и люди из лагеря, сначала утомлённые дорогой, а затем разморённые непривычно сытным обедом, понемногу начали выползать из палаток и обмениваться ленивыми фразами, а слуги стали готовить зал к ужину. Сами шлехтичи ели немного, в основном предпочитая крупы и овощи, но ради гостей держали засоленное в бочках мясо и вяленые окорока, а также доброе вино и пиво, которые хранились в тёмном подвале. Теперь слуги были заняты извлечением этих яств из недр подвала. От входной двери к залу они растянули ковровые дорожки, которые должны были вести гостей к столу, зажгли свечи в светильниках на стенах и столе, поставили лавки, чтобы сесть у стола могли все ямолезцы до единого. Наверху в башенке Вранка распахнула окно и присела на подоконник. Она слушала голоса из лагеря, пытаясь угадать, кому они принадлежат. Кто-то смеялся, кто-то наигрывал мелодию на дудочке, кто-то говорил громким театральным шёпотом. Девочка уже предвкушала тот момент, когда снова встретит этих людей. Они были такими, какой всегда мечтала быть она: весёлыми, свободными, жаждущими познания. Вранка прикрыла глаза и попыталась представить свою жизнь в таком вот лагере. Какой бы она была? Наверняка она могла бы стать походным лекарем, носила бы с собой пузырьки и порошки в кожаном чемоданчике. При любом недомогании ямолезцы шли бы к ней за помощью. Она бы и Ярнику взяла с собой, они бы вместе помогали людям в их работе. А Витрош наверняка признал бы, что она стала для них незаменимой. Незаменимой. Вранка улыбнулась, произнеся это слово про себя, и вздохнула. В этот момент прозвонил колокольчик к ужину, и девочка соскочила с подоконника, оставив окно открытым.

Хала была снова полным-полна. Веселящийся в ней народ был ещё более шумным и воодушевлённым, чем днём. Племя отдохнуло, отлежалось и поправило силы вкусным обедом. Многоголосье эхом отражалось от стен и снова возвращалось к столу, глаза горели в свете свечей. Тёплая весенняя ночь присутствовала в зале трепетом крыльев ночных бабочек и стрекотанием сверчков. Вранка смотрела во все глаза и слушала во все уши. Она теперь села рядом с Витрошем и ощущала плечом его тепло.

- Расскажи какую-нибудь историю, - попросила девочка.

- Страшную или весёлую? - уточнил юноша, глядя на неё сверху вниз.

- Интересную, - улыбнулась Вранка.

- Однажды мы раскапывали погребённый под песками город в дальней стране, где уже никто не живёт, - начал Витрош, обхватив руками плечи, -была зима, поэтому там можно было хоть как-то выдерживать жару. Выходили на вылазки мы ночью, днём отдыхали. Звёзды там висели так низко, будто были подвешены у нас над головой. Мы копали, пели песни, как обычно, пока я не наткнулся на что-то твёрдое. Я измерил глубину пальцами и стал осторожно подкапывать, предупредив друзей. Они стали мне помогать. Откапывая, я понял, что стою на твёрдой металлической поверхности жёлтого цвета, которая светилась, отражая свет звёзд.

- Золото? - ахнула Вранка.

- Да, это было золото, - кивнул Витрош, - огромная изогнутая поверхность с вытисненными на ней линиями. Мы очистили её от песка и поняли, что стоим в яме, а под ногами лишь эта неровная золотая поверхность. Я пошёл вдоль одной линии и вдруг, увидев некий золотой горб, понял, что это. Мы стояли на огромном золотом лице. Глаза, рот, нос, брови - всё это было изящно сделано из золота. В полном восхищении мы поднялись из ямы и посмотрели на лицо, а лицо посмотрело на нас. Оно гневалось, брови были стиснуты к переносице, а уголки рта опущены. В один момент лицо как бы вздохнуло и с усталым выражением упало вниз, в глубочайший колодец. Тогда мы поняли, что можем последовать за ним, если не уберёмся оттуда.

- Красивая история. Что это было за лицо?

- Не знаю, может изображение какого-то старого короля. Но теперь уже не узнать, мы обходим это место стороной, там слишком ненадёжна земля.

Хави с сожалением вздохнул. Он сидел рядом с ними и молча слушал истории ямолезца, забывая жевать свой ужин. Сестра Витроша, Азура, теперь сидела напротив них, и золотые колечки в её косичках поблёскивали в свете свечей. Она редко говорила, но Вранка то и дело встречалась с ней глазами.

Витрош не только рассказывал о своих приключениях, но и расспрашивал шлехтичку о её жизни, увлечениях. Она рассказала ему о встрече с новой подругой и о жизни в лесу. Юного ямолезца очень заинтересовал рассказ о медицинских инструментах.

Наконец, когда у всех уже начали закрываться глаза, а некоторые стали даже клевать носами, попадая ими в тарелку, Ясан встал и, поблагодарив хозяина, сказал: "Перед тем, как уйти, мы бы хотели подарить вам песню. Исполнять будут брат и сестра, дорогие нашему Племени. Слушайте и пусть ваше сердце успокоится перед ночным отдыхом!". Ясан сел, а Витрош с Азурой, наоборот, встали из-за стола и отошли в сторону. Юноша достал небольшой барабан с туго натянутой кожей, который, оказывается, висел у него за спиной на ремне, и начал глухо отбивать ритм. Азура подняла голову, закрыла глаза и запела. При первых звуках этой песни кожа Вранки покрылась мурашками. Девочка поёжилась и нащупала ступнями тёплое пушистое тело под собой - Влчек уже давно спал крепким сном, лежа на полу под лавкой. Хави тоже сидел, покачиваясь, и хлопал веками, как совёнок. Кркав скрестил руки перед собой и опустил на них подбородок, глаза его блестели. Песня была очень красивой, со сложной, но воодушевляющей мелодией. Звучала она так:

О чём гласят преданья старины

Глубокой и далёкой, но прекрасной,

Где чувства добела раскалены,

Где жизнь была не менее опасной?

В чьих жилах кровь твоя текла тогда?

Чьи песни пели от зари до ночи?

Всё это сможешь ты узнать всегда.

Раскрой пошире голубые очи,

Пройди слепую даль немых дорог,

Услышь глухих рогов и бубнов пенье.

Ты только выйди, выйди за порог,

Не запирайся в затемнённой келье.

Когда-то было всё не как сейчас,

И мир горел беспечною звездою,

И много-много-много тысяч раз

Встречались и прощались мы с тобою.

Не забывай, что мир уже не тот,

Звук лютни стал другой, пчелы гуденье.

Ты только выйди, выйди за порог,

Иди на запад за звездой весенней.

Глава 6

Утром Вранка едва разлепила глаза, так поздно она легла вчера. Вечером она даже не стала умываться, потому что пока заползла наверх по бесконечным лестницам, сил осталось только на то, чтобы раздеться и упасть в кровать. Зато какой вышел насыщенный день: прогулка с Ярникой, секретный амбар Медены, неожиданная встреча в лесу с Хави и, наконец, приезд удивительных ямолезцев!

Девочка встала с кровати и, потянувшись, подошла к окну. Влчек лишь поднял голову и покрутил ушами, он тоже вчера утомился. Лагерь ямолезцев так и стоял на месте, яркое пятно посреди двора. Жители его уже проснулись - в нескольких местах вились дымки, а собаки, толпясь, лакомились кашей из большого котла. Вранка поняла, что тоже проголодалась, и стала собираться на завтрак, приглаживая рукой вчерашнее мятое платье. Спускаясь по бесчисленным лестницам, она раздумывала, какими историями удивить Витроша, ведь он столько всего повидал сам, однако в зале был только Хави, который кромсал хлеб, катал из него шарики и закидывал их себе в рот.

- А Племя? - разочарованно спросила Вранка. Хави не успел ответить, потому что в залу вошёл Кркав.

- Они завтракают своим, - сказал тот, потирая лоб, - и собираются двигаться.

- А ведь у нас такой вкусный завтрак! - сказала девочка, цокнув языком.

- Они не хотят злоупотреблять нашим гостеприимством, - развёл руками Кркав.

- Наверняка у них завтрак не хуже, - сказал Хави.

- Вот бы его попробовать, - согласилась Вранка, принимаясь за еду. - Отец, можно мне отправиться с ними до города? Я так хотела бы познакомить с ними мою подругу из леса!

- У вас занятия после завтрака, - напомнил Кркав, - а после них - пожалуйста, если вовремя вернёшься.

- А я? - спросил Хави, и отец с дочкой посмотрели на него. - Я тоже хотел бы пойти.

Кркав задумчиво разглядывал сына, словно прикидывая его степень разумности.

- Я разрешу тебе пойти, если не будешь отставать от сестры, - наконец сказал он.

Хавран посмотрел на Вранку, и та кивнула, подтверждая договорённость.

- Когда я был таким, как вы, - сказал Кркав, барабаня по тарелке пальцами, - к нам часто заезжал бродячий цирк, и я всегда бегал смотреть.

- Ты не рассказывал об этом раньше! - воскликнула Вранка с упрёком.

- Вспомнил сейчас. Только бегал без разрешения, поэтому однажды меня поймали и выпороли. После этого всегда ходил со стражниками.

- Спасибо, что отпускаешь нас без стражников, - сказал Хави.

- Уповаю на ваш разум, - просто сказал Кркав и криво усмехнулся.

- Жаль, в твоём детстве не было ямолезцев, - сказала Вранка.

- Племя и тогда существовало конечно же, - сказал Кркав, - но встретиться с ними до вчерашнего дня мне не доводилось, в дом к нам их бы не пустили. Хотя я знал маму Витроша и Азуры, она в том цирке была гимнасткой.

- А что с ней случилось? - спросила Вранка. - Про папу их нам рассказали, а про маму нет.

- Захотела спокойной жизни и осела в одном из городков, - пожал плечами Кркав, - дети её навещают. Хотя, готов поспорить, у неё уже другая семья и новые дети.

- Как можно хотеть спокойной жизни, когда рядом путешествия и всякие тайны?! - возмутилась Вранка.

- Наверное они ей надоели, - предположил Хави.

- Точно, - добавил отец, улыбнувшись.

- А почему ты ничего не ешь? - вдруг спросила Вранка.

- Что-то аппетита нет, наверное вчера объелся, - сказал Кркав, отодвигая тарелку, - а вы бегите заниматься, раз поели.

- Хорошо, - кивнула дочь и, запихнув оставшийся кусок в рот, понеслась наверх.

Пан Смрк сегодня казался уж слишком медленным. Он рассказывал ученице про виды предложений заунывным голосом и писал на дощечке скучные примеры про какого-то фермера. Девочка чуть не сломала перо, торопясь всё это записать, ведь чем быстрее закончится урок, тем быстрее сможет она отправиться в город с ямолезцами. Наконец, закончив с предложениями, пан Смрк, кхекая и подкручивая обвисшие усы, задал ей несколько задачек для самостоятельной работы, а сам отправился к Хави. Задачки опять описывали жизнь некоего излишне активного фермера, который постоянно покупал и продавал мешки с зерном, то просыпая часть по дороге, то досыпая к зерну кукурузу, то меняя мешки на двух овец и козу. Под конец Вранка настолько запуталась в мешках и скоте, что ответы написала от балды, какие придётся. В этот день цифры никак не хотели выстраиваться ровными рядочками, а содержимое мешков отказывалось представать в виде уравнений. Когда она наконец дождалась пана Смрка, её перо уже превратилось в какую-то лохматую палочку, так она вертела и крутила его от нетерпения. Учитель качал головой, проверяя работу Вранки.

- Да что с вами сегодня такое, - цокнув языком, сказал он, - вы совсем не поняли задач.

- Простите, пан учитель, - сказала Вранка, - сегодня я сама не своя. Попробую переделать эти задачи завтра.

- Хорошо, придётся их отложить. К следующему уроку я попрошу ещё сочинить текст с предложениями всех видов, которые мы сегодня изучили, - почесав голову пером, строго сказал учитель.

- Конечно, пан Смрк! - вскакивая со стула, выкрикнула Вранка.

- На этом всё, бегите, куда хотите, - вздохнул пан Смрк.

- Спасибо, пан учитель, - кивнула ему ученица и пронеслась мимо него, едва не сбив с ног. Опасаясь встретить где-нибудь Кветушку, которая непременно заставит умываться, переодеваться, собирать с собой еду или ещё чего-нибудь, Вранка мигом проскочила коридоры, свистнув Влчека из зала, где он лежал, вытянувшись вдоль прохладной каменной стены. Пёс сразу же вскочил и побежал к хозяйке.

На улице царила суета. Многочисленное и разнообразное Племя складывало свои палатки и собирало вещи. Плакали малыши, лаяли собаки, тренькали и бренькали скидываемые в рюкзаки кастрюли с ложками. Виляя в стороны среди этого хаоса, Вранка добралась до палатки Витроша. Он уже почти всё сложил в тележку на колёсиках, сделанную из металлических прутьев. Тут же крутился и взволнованный Хави, который раньше сестры разделался с учителем.

- Будь рад, Витрош! А где твоя сестра? - спросила Вранка лучезарно улыбавшегося юношу.

- Она живёт в другой палатке, с девочками, - ответил тот, стягивая верёвками какой-то тюк, - всегда возятся слишком долго. Зато у них уютно. Как поселимся, приходи посмотреть.

- Обязательно! - воскликнула Вранка. - Нам с братом разрешили проводить вас до новой стоянки. Так что будем знать, где вы обитаете.

Суматоха постепенно обретала чёткие формы, в то время как обитатели лагеря складывали свои пожитки и выстраивались в длинную очередь, готовые к передвижению. Собаки ямолезцев рвались в путь, некоторые от волнения пытались задирать Влчека, но быстро отстали, получив мощный отпор. Дети были посажены в тележки вместе со скарбом, ребятишки, которые могли ходить на долгие расстояния, держали родителей за полы одежды. Наконец Ясан дал сигнал к отправлению, постучав своей палкой по тележке, и весь караван медленно двинулся со двора. Их провожало почти всё население замка: дети прыгали и махали руками, взрослые наблюдали, сложив руки на груди или опершись об изгородь. Приезд Племени стал знаменательным событием в тихой жизни замка.

Толкать тележку по грунтовой дороге было сложно: попадались камни, слои глубокого песка, корни деревьев, но ямолезцы привычно катили свои пожитки, напевая песни, переговариваясь и срывая попутно то травинку, то листик. Витрош расспрашивал Вранку про обучение наукам. Сам он научился читать благодаря отцу, а вот Азура ни читать, ни писать так и не умела.

- Я с радостью научу её, если она захочет, - предложила Вранка.

- Я спрошу её. Она очень гордая, может отказаться, чтобы не выглядеть посмешищем, - сказал Витрош.

- Ох, я согласна, это самое неприятное в учёбе, - вздохнула девочка. - Сегодня, например, я ни одной задачи не смогла решить правильно.

- Зато какой мир открывается, когда умеешь читать, да? Ты говорила, что читала книгу Физика.

- Да, вернее пыталась понять, что там написано. И конечно не смогла.

- Это почти невозможно. Однако, я считаю, что нам необходимо найти первоисточник, написанный Физиком, чтобы разобраться.

- Первоисточник? Ты думаешь, он уцелел? - спросил Хави, заглядывая Витрошу в глаза.

- Надеюсь, - сказал Витрош, - с него должна была быть переписана известная нам версия. Первоисточник мог содержать больше сведений и быть более правильным.

- Его наверное не надо раскапывать? - спросила Вранка. - Он ведь появился уже в нашем мире.

- Как знать. Мы почти ничего не знаем о том времени, когда он появился, - пожал плечами Витрош, - даже у монахов версии какие-то противоречивые.

- Вполне вероятно, что он остался в каком-то укрытии или тайном месте, где его спрятали, - стала размышлять Вранка.

- Зачем им прятать первоисточник? - удивился Хави. - Они же специально размножили его.

- Во-первых, мы не знаем, кто это "они", а во-вторых, они могли его изменить специально, - назидательно сказала Вранка.

- Монахи плохо говорят о тех людях, кто жил до. Говорят, они были олицетворением зла. Но ведь Физик не взялся из ниоткуда, он есть порождение тех людей, - сказал Витрош.

- Да, он их сородич, - согласилась Вранка, - но монахи так же говорят, что Физик был великим, не таким, как остальные древние люди.

- Интересно, почему? - спросил Витрош. - Что сделало его таким особенным?

- Может быть то, что он знал, как этот мир устроен? - предположил Хави.

- То есть по-твоему тот, кто знает, как устроен мир, становится могущественным волшебником? - фыркнула Вранка.

- А что, он прав, - сказал Витрош. - Физик точно больше знал об этом мире, чем наши современники, и мог как-то его изменять.

- Я думаю, если он мог менять мир, то предотвратил бы беду, случившуюся с людьми, однако он этого не сделал, - парировала Вранка.

- Так много вопросов, и ни одного ответа, - улыбнулся Витрош, - поэтому-то нам и надо найти первую книгу Физика.

- Я бы тоже хотел её увидеть, - вздохнул Хави, - но мне даже ту, что у Вранеславы, не дают почитать.

- Почему? - удивился Витрош.

- Отец обещал ему достать вторую, - раздражённо сказала Вранка, - осталось чуть-чуть подождать.

Витрош посмотрел на Хави и скорчил смешную рожицу, пародируя шлехтичку, мальчик же тихонько засмеялся, прикрыв рот ладошкой. Вранка этого не заметила, она наслаждалась прекрасной погодой и смотрела вдаль, глубоко вдыхая ароматный воздух.

Стоял чудесный погожий весенний денёк: на небе сияло солнце, колосья в поле едва колыхались под порывами ветерка, а с Волотвы тянуло свежестью и солью. Караван растянулся на многие сотни метров, бренча поклажей и оживляя путь шумным разноголосьем. Ямолезцы с радостью шагали по дороге, подставляя лицо солнечным лучам и улыбаясь друг другу. Вранке было приятно так идти, ощущая общность с множеством других людей, чувствуя себя не ниже их, и не выше. Она точно так же щурилась на солнце и улыбалась идущим рядом. Вскоре дорога пошла в гору, и улыбок стало меньше, члены Племени следили, чтобы ни одна тележка не скатилась обратно, чтобы все могли подняться наверх.

- Скоро опять равнина, - сказала Витрошу Вранка, которая наизусть знала эту дорогу.

- Нам не привыкать к перепадам, в южных странах есть горные дороги, где постоянно приходится подниматься наверх, рискуя свалиться в пропасть, - ответил он.

- Тогда для вас эта дорога просто как увеселительная прогулка.

- Даже проще, - засмеялся юноша.

Наконец они вошли в город, и тележки застучали по брусчатке улиц. Горожане, привлечённые шумом и дребезжанием, выглядывали в окна и выходили из дверей, с интересом рассматривая пёструю толпу. Постепенно вдоль улицы образовался целый коридор из зрителей, провожающих караван. Некоторые, завидев в толпе Вранку и Хави, неодобрительно качали головами. Народ не любил, когда шлехтичи отходили от установленных ранее традиций и ритуалов, по их мнению это грозило опасностью и самим жителям, и городу. Постепенно караван покинул черту города и двинулся дальше по дороге. Их целью была огромная лужайка у леса, где часто останавливался бродячий цирк, когда приезжал в Устье. Здесь Племя собиралось разбить лагерь и обосноваться на некоторое время. Добравшись до лужайки, ямолезцы с радостью ставили свои тележки то тут, то там, а дети сразу же начинали носиться кругами, будто прибыли на давно знакомую и родную землю. Как Витрош объяснил Вранке, так они относились к каждому новому месту стоянки, ведь рано или поздно Племя всегда возвращается в одни и те же уголки этого света.

Ярника в тот день занималась своими обычными вещами: приготовила завтрак, помыла посуду, прибрала в доме, покормила кур и набрала свежих яиц, достала нужные банки для матери и помыла их от пыли, потом поставила в печку обед и села вязать, время от времени проверяя сочное рагу. Новую подругу в гости Ярника сегодня не ждала, предполагая, что та захочет отдохнуть после вчерашнего визита, поэтому очень удивилась, когда услышала стук в дверь и увидела в окно две чернявые головы.

- Будьте рады, шлехтичи! - с улыбкой сказала она, открыв перед ними дверь.

- Будь рада, Ярка! - ответила Вранка, - это мой брат, Хавран.

- Заходите, - кивнула Ярника и отправилась убирать вязание, чтобы друзья могли сесть.

- Погоди, - сказала Вранка, - мы пришли за тобой. Хотим познакомить тебя кое с кем. Это недалеко.

- Ой, а я тут делами занята, у меня обед - вздохнула Ярника, - не смогу его бросить.

- Иди-иди, - раздался из сада голос Медены. Стоя на коленях, она срезала листья какого-то растения, низко наклоняясь и прищуриваясь.

- А как же обед? - спросила Ярника, всё ещё не веря своей свободе.

- Я присмотрю за ним, - пообещала мама.

- Спасибо вам, - радостно крикнула Вранка, - мы совсем ненадолго!

- Не торопитесь, возьмите с собой по краюшке хлеба, - сказала женщина, отряхивая руки от земли. - Ярка, ну-ка, собери еду!

Ярника быстро исчезла в доме, вернувшись с туеском за плечами и голубой лентой в волосах.

По лесу дети не шли, а почти бежали, подстраиваясь под быстрый темп Вранки, спешившей познакомить Ярнику с ямолезцами. Хави то и дело отставал, и девочкам приходилось останавливаться, чтобы он мог их догнать. Вранка пока рассказывала подруге о том, как прошли вчерашние обед и ужин, что рассказывали Витрош и Ясан, как пела Азура, и как выглядели остальные ямолезцы.

- Я слышала про них, - кивнула Ярника, - но никогда не видела.

- А их стоит увидеть! - воскликнула Вранка. - Они такие разные, но все удивительные.

- К нам как-то приходил лечиться старик, который раньше путешествовал с ямолезцами. Он рассказывал всякое, а я не верила, думала, он уже от старости всё путает и придумывает небылицы.

- Скорее всего он говорил правду, такая уж у них работа, - важно сказала шлехтичка.

- Не хотела бы я быть ямолезцем, - поёжилась Ярника.

- Да ты что?! Это же приключения, свобода, песни у костра, неожиданные открытия!

- А так же дикая жара, скорпионы, постоянная дорога, ночёвки где попало и опасные вылазки.

- Ты говоришь, как взрослая, - фыркнула Вранка, - вон даже Хави мечтает стать ямолезцем.

Мальчик в этот момент как раз догнал их в очередной раз. Услышав слова сестры, он кивнул.

- И всё равно, не так всё просто, - пожала плечами Ярника.

Вскоре дети подошли к лужайке, на которой пёстрым ковром раскинулись шатры ямолезцев. Толпа суетилась, разжигала костры, привязывала собак, доставала припасы, видно было, что устроились они совсем недавно. В поисках Витроша Вранка двинулась вглубь лагеря, но юношу не нашла. Зато она увидела Азуру, которая, взмахнув косичками, юркнула в один из шатров. Недолго думая, девочка зашла вслед за сестрой Витроша. Шатёр был совсем небольшим, и внутри всё казалось красным из-за проникавшего сквозь красные стенки света. Повсюду были раскиданы маленькие подушки с вышивкой, свёрнутые в рулоны яркие одеяла, разворошенные тюки с одеждой. Азура находилась там в компании ещё двух девочек чуть помладше, которые раскатывали свои матрасы на земле. Одна из девочек была тоненькой, как тростинка и со светлыми длинными волосами, струившимися по плечам, а у второй были короткие каштановые кудряшки и нос картошкой. Увидев пришелицу, девочки переглянулись и тихо захихикали.

- Будьте рады, - сказала Вранка, помахивая ладонью в воздухе. - Как вы обосновались?

- Хорошо, - коротко ответила Азура.

- Я хотела тебе сказать, что мне очень понравилось твоё пение вчера, - горячо сказала Вранка, - я сама петь совсем не умею и не играю ни на каком инструменте, но от вашей с братом песни у меня мурашки побежали по всему телу.

Азура пожала плечами.

- Спасибо, - наконец сказала она.

- Надеюсь, что нам удастся ещё услышать ваши песни, пока вы будете здесь, - сказала Вранка.

- Приходите к вечеру, - сказала каштановая девочка, - Азура перед сном поёт, пока не упадёт и не заснёт.

- Тише ты, - добродушно шикнула Азура.

- Я бы так хотела, чтобы моя подруга услышала твоё пение, - сказала Вранка, - она там снаружи. Ой, кстати, я ищу палатку Витроша, не знаешь, где он?

- Знаю, - сказала Азура, направляясь к выходу, - пойдём покажу.

- Приходите ещё, - прошелестела беленькая девочка, когда Вранка стала с ними прощаться.

Когда они вышли из шатра, Ярника и Хави стояли рядом и молчали, не зная, о чём говорить друг с другом.

- Это моя подруга Ярника, а брата ты уже видела у нас в замке, - представила Вранка своих спутников.

Ярника улыбнулась девочке и протянула руку, но та только слегка кивнула и показала жестом, что надо идти. Они стали продвигаться через суету и толкотню лагеря, вдыхая аромат разгорающихся костров и слушая болтовню, крики и песни окружающих. Азура двигалась довольно быстро, поэтому Вранка старалась ориентироваться на мелькание множества её косичек, сверкающих на солнце, благодаря вплетённым колечкам, и надеяться, что Хави не отстанет и не потеряется в толпе. Наконец они остановились рядом с огромной разноцветной палаткой, сшитой сикось-накось из тканей разного сорта. Из этого нескладного аляповатого жилища доносился гомон голосов, а сверху тоненький дымок выпускал струился завитками в ярко-голубое небо.

- Вам сюда, - сказала Азура и, круто повернувшись, опять исчезла среди шатров. Не успев поблагодарить девочку, Вранка пожала плечами и вместе со своими спутниками вошла под полог.

Глава 7

Шатёр мальчиков был полон барахла. Куда ни глянь, валялись холщовые сумки, утварь, инструменты, запасы еды в промасленной бумаге, мелкие вещицы и сундучки, а в центре стояла длинная металлическая труба, выходившая через отверстие в верхней части шатра. Это, очевидно, была печка. Группа мальчиков примерно одного возраста как раз начала разводить в ней огонь, чтобы приготовить пищу. Помимо Витроша, здесь были ещё высокий парень с выбритыми висками и длинной светлой чёлкой, худенький кудрявый паренёк и коренастый юноша с густыми бровями.

- О, смотрите, кто к нам пожаловал! - громогласно воскликнул Витрош, увидев гостей.

- Будьте рады, - сказала Вранка, улыбаясь хозяевам шатра, - я привела свою подругу, Ярнику. Она живёт в лесу с мамой и помогает ей лечить людей травами. А моего брата вы уже видели.

Мальчики обратили свой взор на Ярнику, а та, смутившись, опустила глаза и только кивнула.

- Я Витрош, - сказал хозяин палатки, улыбнувшись, - а это мои друзья: Лишек, Вржесс и Броук.

Ребята по очереди поклонились, приложив руки к груди, а Вранка хихикнула, так важно они выглядели, будто послы-торговцы из далёких городов.

- Готовите еду? - спросила она. - Значит мы как раз вовремя!

Все рассмеялись, разрядив обстановку. Хави подошёл к мальчикам и стал помогать им, кидая щепочки в костёр. Девочки стали разбирать принесённую с собой еду, при этом потихоньку сдвигая раскиданные вещи подальше к стенам, чтобы можно было ходить, не рискуя наступить на что-то ценное. Наконец в печку отправился котелок с душистым картофелем, в который кинули и куски ветчины, принесённой Вранкой. Ярника раздала всем по варёному яйцу и краюшке хлеба.

- Соль! - крикнул Витрош, и остальные мальчики подхватили его крик. - Соль! Соль!

Вржесс, тот самый кудрявый паренёк, вскочил и побежал куда-то в угол палатки. Вернулся он с огромным голубоватым камнем в руках.

- Вот наши запасы, - похвалился он.

- Что, это соль? - удивилась Вранка. - Как же мы будем её есть?

Вржесс подмигнул, достал другой камень поменьше и начал высекать из большого камня мелкие крупинки соли. Крупинки он затем смахнул в мелкую миску и поставил к печке, на импровизированный стол из крышки большого сундука. Котелок с картошкой уже начал распространять изумительный аромат, когда в шатёр неожиданно зашли ещё гости. Это были Азура и одна из её подруг, с длинными светлыми волосами.

- Учуяли обед? - поинтересовался Витрош, поворачиваясь от печки.

- А то! - кивнула Азура, садясь среди хаоса.

- С моей сестрой вы знакомы, - сказал Витрош Вранке и Ярнике, - а это её подруга, Янтара.

Янтара смущённо улыбнулась и, подняв глаза на Вранку, кивнула. Ярника выдала новоприбывшим оставшийся хлеб и яйца.

- Я Вранка, это Хави, а это Ярника, - сказала Вранка, - пообедаем все вместе? Вот будет здорово!

Дети сели вокруг печки - кто просто на пол, кто на уголок чужого матраса, кто на сундук. И хотя день был достаточно жарким, Вранке было приятно чувствовать ровное тепло от печки и ловить отсветы огня на лицах друзей. Витрош поднялся, достал котелок из печи и дал каждому по ложке. Приборы были все разномастные: кому-то достались грубо вырезанные деревянные, другим тоненькие металлические, третьим похожие на костяные с узорчатой резьбой. Ребята ели из общего котелка, закусывая хлебом и яйцами. Вранке показалось, что она в своей жизни ничего вкуснее не пробовала. Она оглядела своих сотрапезников - Витрош ел очень быстро, улыбаясь при этом и подталкивая сидящих рядом, светловолосый Лишек сидел, поджав колени, Вржесс отщипывал кусочки хлеба и, зачерпывая ими картошку из ложки, закидывал в рот, Янтара сосредоточенно жевала, Броук крутил котелок, чтобы зачерпнуть побольше, Азура чистила яйцо, Хави, как и она, осматривал всех сидящих, а Ярника, скромно потупившись, грызла ложку. Наконец все насытились, и темп поглощения пищи замедлился, ребята сели чуть подальше от котелка. Влчек развалился у выхода из шатра, объевшись ветчины.

- Отличный получился обед, - сказал Витрош, - спасибо всем.

- Обед гораздо лучше, чем дома, - кивнул Хави.

- Сбрендил? У вас такие яства, - пробасил Броук, еле дыша.

- Он их не ест, - фыркнула Вранка, - все уже бьются, не знают, что с ним делать.

- Теперь понятно, что, - сказал Витрош, - кормить по-нашему!

Все, включая Хави, громко рассмеялись, а Вржесс даже чуть не уронил пустой котелок, откинувшись назад.

- Вы с мамой совсем одни живёте? - спросил Витрош у Ярники, когда веселье наконец закончилось.

- Угу, - пробормотала она.

- Не одиноко вам? - спросил Витрош. - Нас вон какая большая компания, всегда можно найти с кем поговорить, попросить помощи или поругаться.

- Для этого у меня есть мама, - тихо сказала девочка.

- Пока мы стоим здесь лагерем, приходи. Вечером будут песни и танцы.

Ярника кивнула.

- Кстати, Вранка сказала, что ты лечишь людей, - обратился к ней Вржесс, - можешь посмотреть Лишка?

- Да брось ты, само заживёт, - прошипел Лишек, пряча лицо.

- А что случилось? - спросила Вранка.

- Ему на прошлой неделе ветка распорола лоб, чуть глаз не выколола, никак не заживает, - объяснил Вржесс, не обращая внимания на пунцовое лицо товарища.

- Я могу посмотреть, - вдруг громко сказала Ярника, - пойдём на свет.

Лишек поднялся, громко вздохнув, бросил грозный взгляд на Вржесса и поплёлся к выходу вслед за девочкой. Мальчики, переглянувшись, низко загудели, будто рой диких пчёл.

- Ну всё, он вам потом припомнит, - ухмыльнулась Азура.

- Потом снимемся с места, и Лишек обо всём забудет, - махнул рукой Витрош.

- А сколько вы здесь простоите? - спросил Хави Витроша.

- Зависит от разных обстоятельств, - ответил тот, - может несколько дней, а может и несколько недель.

- Я бы хотел приходить к вам, - сказал Хави.

- Конечно приходи, - улыбнулся Витрош, приобняв его за плечи.

Хави вздрогнул и осторожно отстранился.

- Боишься меня? - удивился Витрош.

- Я просто не привык, чтобы меня кто-то трогал, - сказал Хави, нахмурившись.

- Разве твой папа никогда тебя не обнимает? - спросил Витрош. - Мой любил высоко подбрасывать меня, когда я был в твоём возрасте. Я всегда боялся, что он меня уронит, но продолжал смеяться.

- Нет, меня никто не обнимает, я сам по себе, - сказал Хави и подозрительно заморгал, ковыряя палочкой пол.

Витрош внимательно посмотрел на Вранку.

- Когда он родился, умерла наша мама, - сказала та, глядя наверх и часто моргая, чтобы выступившие слёзы предательски не вылились наружу, - поэтому папа отдал его другим людям, а в возрасте пяти лет взял обратно.

- “Отдал-взял”, - нахмурился Витрош. - Он же не вещь, а человек.

- Ничего, - сказал Хави, - ко мне все добры, всё хорошо.

- У всех нас свой путь на земле, - осторожно обратился Витрош к Вранке, - но тебе придётся частично или полностью пройти его вместе с братом. Так почему бы теперь не наладить отношения?

Вранка молчала, погрузившись в размышления. Она никогда раньше не задумывалась о том, что чувствует её брат, и чувствует ли он вообще что-то. Для неё он всегда был не только тем, из-за кого не стало её матери, но и вредным, писклявым, вечно насупленным мальчишкой, который отказывался есть. Она никогда не думала, что он страдает и тоже несёт на себе груз потери. Она не думала о том времени, что он провёл после рождения и до приезда в замок. Любили ли его те люди? Или просто кормили и следили, чтобы он не покалечился? Вранка решила при случае расспросить Хави о его прошлой жизни.

- А у меня вообще нет братьев и сестёр, - прошелестела Янтара, - мой папа умер, когда я была ещё маленькой.

Все помолчали.

- Говорят, те, кто умер, покидают своё тело и отправляются в неведомый край. Оттуда они могут следить за нами, оставшимися на Земле, - сказала Азура, поглаживая руку подруги.

- Физик не писал об этом в своей книге, - с сомнением произнесла Вранка.

- Вот почему мы должны найти оригинал, - сказал Витрош, - может быть там остались разные интересные сведения, подобные этим.

В этот момент в шатёр вернулись Ярника и Лишек, девочка в руках держала букетик разных растений. Чёлка у Лишека была зачёсана назад, открывая его узкие зеленовато-серые глаза.

- Лиш, ты подарил девушке цветы? - делая большие глаза, спросил Броук.

- Остынь, - сказал Лишек, садясь на место, - девушка нарвала лекарственных трав.

- Ярника, что там у тебя? - спросила Вранка, поднимаясь со своего места.

- Ромашка для промывания и кора можжевельника для присыпки, - тихо сказала Ярника.

- Ребята, нам нужна горячая вода, - крикнула Вранка, - и ступка с пестиком.

- Вода сейчас будет, - вскочил с места Вржесс, схватил котелок и выбежал наружу.

- А вот последнего наверное у нас нет, - задумчиво сказал Витрош, - хотя надо сначала пошарить в вещах. Пойдёшь со мной?

Вранка поймала его взгляд и не смогла сдержать широкую улыбку.

- С удовольствием, - ответила она.

Они вышли из шалаша и направились к одной из тележек, стоящих неподалёку. Влчек неохотно поплёлся за ребятами. Началась вторая половина дня, солнце жарило не так сильно, и трава стала наливаться свежестью. Из леса тянуло ароматом цветущих деревьев. Вранка запрокинула голову и глубоко вдохнула наполненный благоуханием воздух, такой счастливой она никогда раньше не была.

- Я тоже люблю весну, - усмехнулся Витрош, доставая тяжёлый дорожный сундук с огромным висячим замком. Ключ от сундука висел у юноши на запястье.

- Ох ты ж Физик, сколько тут всего! - удивилась Вранка, осматривая богатства Витроша.

Здесь были какие-то мелкие картинки из непонятного материала с неизвестными изображениями, загадочные инструменты, ножи в твёрдых ножнах, смотанные куски ткани удивительных расцветок, бусины и пуговицы всех размеров и видов, а также совсем странные вещицы, назначение которых невозможно было определить.

- Это только часть, - горделиво ответил Витрош, - давай попробуем найти тут что-то похожее на ступку.

Вранка полезла в сундук, и пока она ворошила различные предметы, настолько увлеклась, что забыла зачем вообще стала это делать. Тем временем Витрош отложил несколько вещиц, которые могли пригодиться, и, когда он увидел, что девочка в очередной раз крутит в руках какие-то металлические пружинки или серебристые пирамидки, тихонько позвал: "Вранеслава!".

- Ой, - вздрогнула та, - не называй меня так, только Вранкой, пожалуйста.

- Смотри, что я подобрал, - улыбнулся он, щурясь на солнце.

Из всего, что он отложил, Вранка взяла квадратную металлическую коробочку без крышки и непонятный белый параллелепипед, из которого с одной стороны торчали два металлических штыря, а с другой тоненькая медная проволока.

- Будем толочь этим, - заключила она. - Ярника там насобирала можжевеловой коры, она не очень прочная.

- Тогда пойдём толочь, - кивнул Витрош, - надо вылечить Лиша.

Когда они вернулись в палатку, Азура и Янтара уже ушли, перед этим перемыв всю посуду, а мальчики, включая Хави, сидели в углу и играли во что-то, время от времени хохоча и вскрикивая. Ярника же склонилась над Лишком, который прилёг на один из матрасов. Она промывала его рану настоем ромашки, вся в ароматных парах, раскрасневшаяся и закудрявившаяся ещё мельче, чем обычно.

- А, пришли, - сказала она, не посмотрев в их сторону. - Натолки мне коры, Вранка, я сразу и засыплю.

- Что там, плохо дело? - спросила шлехтичка, подходя к больному.

- Да, рана загноилась, - сказала Ярника, - ещё и волосы туда попадали.

- Чёлку стричь не буду, - угрюмо пробормотал Лишек, не открывая глаз.

- Придётся её убрать, пока рана заживает, - мягко сказала Ярника, аккуратными движениями зачёсывая его волосы назад, - а как заживёт, сразу выпустишь.

Лишек тяжело вздохнул. Вранка загляделась на свою подругу, такой взрослой и нежной она выглядела, ухаживая за больным. Возможно она повторяла манеры матери, а может и сама была идеальной лекаркой, какой Вранке наверное никогда не удалось бы стать.

- Кора, - напомнила Ярника сквозь зубы.

- Да, бегу, - сказала Вранка, шмыгая носом: с карьерой лекарки так сразу прощаться не хотелось.

Девочка взяла металлическую коробочку, найденную Витрошем, наломала туда коры и стала долбить её белой штукой, держась за штыри. Высушенная весенним солнцем кора легко рассыпалась в порошок. Наконец Вранка поднесла Ярнике целую коробочку мелкой коричневой пудры.

- Здорово! - оценила та и предупредила пациента. - Сейчас будет немного больно.

Не успев среагировать на её слова, Лишек выпучил глаза и застонал, Ярника щедро засыпала его рану измельчённой корой.

- Больно, да, - сочувственно сказала девочка, - зато пройдёт в два счёта.

- Оно бы и так прошло, - выдохнул Лишек, сам не особенно в это веря.

- Сейчас заплету тебе чёлку и пойду домой, - сказала Ярника, - а завтра приду посмотреть, как заживает.

Она склонилась над парнем и быстро заплела ему косичку набок, капнув воском от свечки, которую носила в кармане.

- Красавец! - воскликнул Витрош и мальчики облегченно засмеялись. Вранка чувствовала, что они переживали из-за лечения друга, но теперь всё было позади, можно было веселиться дальше.

- Брат, нам тоже пора идти, если хотим вернуться до ужина, - сказала она Хави, положив ему руку на плечо.

Тот насупился, но встал. Его партнёры по игре тоже поднялись и принялись пожимать ему руки на прощание.

- Завтра придёшь? - спросил Хави Вржесс.

- Если отпустят, - пожал плечами тот.

- Конечно, мы придём! У вас тут так здорово, - сказала Вранка.

Когда они собирались выйти из палатки, Витрош протянул ей руку и при ответном пожатии вложил что-то ей в ладонь. Вранка взглянула - это была металлическая стрекоза с прозрачными зеленоватыми крылышками.

- Подарок, - улыбнулся юноша, а шлехтичка улыбнулась ему в ответ.

- Спасибо, - прошептала она и вышла из шатра.

Снаружи Племя уже готовилось к ужину, зажигая костры и натягивая ряды светильничков из стеклянных банок и свечей между палатками. Пахло дымом, луком, печёной картошкой, пивом, где-то уже настраивали свои инструменты местные музыканты, соперничая треньканьем со стрёкотом цикад. Дети прошли через весь лагерь и остановились на границе с городом.

- Ну, мне пора домой, - устало сказала Ярника, - спасибо, что познакомила с ямолезцами, они и правда удивительные.

- Ты не боишься идти одна? - спросила Вранка. - Уже темнеет.

- Нет, я ходила по этой дороге в разное время суток и во всякую погоду уже много лет, не боюсь.

- Надеюсь, мы завтра встретимся, - сказала Вранка, взяв подругу за руку.

- Я тоже надеюсь, - улыбнулась та. - До встречи, Хави.

Мальчик только что-то буркнул в ответ. Друзья распрощались и отправились по дороге домой. Солнце уже клонилось к горизонту, но воздух был всё ещё тёплым, предвещая скорое наступление безжалостного лета.

- Ну как тебе лагерь ямолезцев? - спросила Вранка брата. - Мне очень понравилось.

- Мне тоже, - ответил Хави, - и еда у них гораздо лучше.

- Да, как им удаётся? Наверное в походном котелке всё получается вкуснее.

- А ты влюбилась в этого парня, Витроша? - внезапно спросил Хави.

- С чего ты взял? - спросила Вранка, радуясь, что в свете заката не видно, как она густо краснеет.

- Глупо хихикаешь при виде него и пялишься постоянно, - усмехнулся её брат.

- Да, он мне нравится, как и все ямолезцы, - невозмутимо сказала девочка, в голове у которой без конца звенело глупое "влюбилась-влюбилась-влюбилась-влюбилась".

- Послушай, Хави, - сказала она, чтобы сменить тему, - ты никогда не рассказывал, как тебе жилось до переезда в замок.

- Вы не спрашивали, - холодно сказал он, пиная камушек.

- Я бы хотела это узнать, - осторожно сказала Вранка.

- Первые годы я не помню, был мелким, - начал Хави, - наверное меня кормили и заботились, но, знаешь, особо не нянчили. Потому что вырос я на полу и потом на улице со старшими.

- Как это, на полу?

- А просто, ползал там, подбирал что-то, играл щепочками, прятался под столом. Няньке особо не до меня было, у неё своих семеро и ещё один, ровесник мой.

- Они не обижали тебя?

- Нет, никто не обижал. Но и не возились как с хозяйским сыном. Нянька убеждалась, что я сыт, и смотрела, чтобы не убился раньше времени.

- Может она не хотела к тебе привязываться, потому что знала, что потом придётся тебя отдавать?

- Может быть, но я думаю, что им было просто не до этого. Семья большая, всех надо кормить.

- А ты думал о маме с папой?

- Да я и не знал, что у меня какая-то другая семья есть. Это потом уже мне старшие рассказали. Видишь, мол, замок на утёсе, там твой папка живёт, а мамка померла. До этого-то я няньку мамой звал, как и остальные.

- Ты не обиделся, когда узнал?

- Нет, просто удивился. Мне стало любопытно в замке побывать.

- Мне грустно, что с тобой так обошлись, - тихо сказала Вранка.

- Ничего, это всё прошло, - пожал плечами Хави.

Вранка опустила голову. Она была совсем маленькой девочкой, когда её брата, пищащего розового кроху, отдали в другую семью на кормление. Сейчас бы она ни за что не сделала так. Вранка вспомнила, как мама нежно заплетала ей волосы, пела вечером колыбельные, укачивала на руках и целовала в ушко, а у брата, страшно подумать, ничего этого не было. Никто не дул на его болячки, никто не прижимал до боли к груди, никто не радовался его первым неловким шагам и словам. Думать об этом было больно.

Тем временем они подошли к воротам. Солнце почти совсем уже село, осталась только узкая красная полоска над горизонтом.

В замке было пусто, и ужин был накрыт только на двоих. Влчек тоже испарился, отправившись за ужином на псарню. Во время трапезы в зал зашла Кветушка.

- Пан шлехтич, пани шлехтичка, пан Кркав сегодня ужинать не будет, не ждите его, - сказала она, обеспокоенно прижимая руки к груди.

- А что случилось? - удивилась Вранка. - Он ведь и не завтракал.

- Говорит, решил пораньше лечь, - ответила Кветушка, - но вид у него нездоровый, будто болит что-то.

- Мне надо срочно его навестить, - сказала девочка, отодвигая тарелку.

- Бесполезно, - покачала головой Кветушка, - он попросил его не беспокоить. Завтра встанете и навестите. Глядишь, ему к тому времени получше станет.

Дети переглянулись. Такое с отцом было впервые.

- Пойду вам постелю и умыться поставлю, - сказала Кветушка и раскланялась.

Перед сном Вранка долго вспоминала события дня и крутила в руках изящную серебристую стрекозу, которую ей подарил Витрош. Девочка разглядела на обороте небольшую заколку, и убрала ею прядь волос со лба. Стрекоза переливалась в свете свечей голубовато-зеленоватым светом. Рядом с девочкой шумно храпел Влчек. Перебирая в памяти события прошедшего дня, Вранка незаметно уснула и сама.

Глава 8

Клац! Вранка вскочила в кровати от резкого звука. Оказалось, это заколка в виде стрекозы соскочила с волос и ударилась о каменный пол, громко звякнув. Влчек, не поднимая головы, издал глухое ворчание.

За окном было уже совсем светло, в солнечных лучах танцевали и парили беззаботные пылинки.

- А Кветушки всё нет, - удивилась девочка, поднимая заколку.

Пришлось умываться холодной водой и одеваться во вчерашнее платье, но Вранка об этом не задумывалась, ей очень хотелось позавтракать и снова отправиться в лагерь к друзьям. Всю ночь она видела сны о том, как сидит в кругу ребят перед костром и слушает их увлекательные рассказы.

- Идём, - сказала Вранка псу, и тот, потягиваясь, отправился вслед за ней.

На пути вниз девочка обратила внимание на то, как тихо в замке, будто все слуги вместе со своими детьми куда-то исчезли. Это было довольно непривычно, их замок редко проводил дни в такой тишине. Вранка спускалась по лестнице, прислушиваясь и пытаясь угадать причину отсутствия каких-либо звуков. Вдруг она услышала голоса из папиной комнаты, кто-то громко о чём-то вещал. Девочка подошла узнать, что там происходит, и куда все пропали.

Среди комнаты пана Кркава стоял лекарь пан Плак и, театрально размахивая руками, вёл путаный рассказ, в котором постоянно повторялись слова "новейшие методы лечения". На кровати, поджав колени к животу, лежал отец Вранки и внимательно слушал слова пана Плака. Лицо шлехта было бледным и встревоженным.

- Папа, что случилось? - девочка кинулась к отцу, даже не поздоровавшись с лекарем.

- Не беспокойтесь, пани, мы поставим его на ноги, - возвысив голос, воззвал пан Плак.

- Ничего страшного, просто приболел, - успокоил Вранку Кркав, гладя её по голове.

- Что у тебя болит? - встревоженно спросила она.

- Живот, - нехотя ответил отец.

- Где? - не отставала дочь.

- Здесь, - он показал на правый бок.

- И что тебе дал пан Плак? - понизив голос, спросила Вранка.

- Заставил принять горячую ванну с семенем фенхеля, - признался Кркав, - а потом собирается пустить кровь, говорит, что это может быть отравление.

- Что за нуклеосинтез! Зачем кровь?

- Не ругайся, дочь моя.

- Дитя, перед вами будущее покрыто мраком, - снисходительно усмехнулся пан Плак, подойдя поближе, - вы спрашиваете, зачем кровь. А я прекрасно вижу всё, что будет впереди. Всё лечение будет построено только на крови!

- Вы же видите, он слаб, - возмутилась Вранка, - от пускания крови ему будет ещё хуже.

- О, неужели перед нами великий лекарь, - деланно засмеялся пан Плак, - пан Кркав, я польщён, что ваша дочь идёт по моим стопам. Сейчас я всё подготовлю, а после операции мы посмотрим, кто из нас был прав.

- Иди, дочь, - сказал Кркав, смежив веки, - он лекарь, знает, что делать.

- Я пока соберу тебе трав, сделаю чай, - прикусывая губу от волнения, прошептала Вранка.

Отец кивнул, и она побежала прочь, всё слыша позади противный голос Плака, который становился всё выше и выше в превозношении своего могущества.

В зале уже сидел Хави, с унынием глядя на тарелку с остывшим завтраком. Он чуть приободрился, увидев сестру.

- А куда все подевались? Почему никого нет? - спросил он сестру.

- Папа заболел, - сказала она, садясь рядом, - с ним лекарь. Остальные попрятались, не хотят тревожить больного.

- Он умрёт? - быстро спросил Хави.

- Не говори глупостей, - уверенно сказала Вранка, - его лечат. Я собираюсь тоже пойти и набрать для него лекарственных трав.

- Я пойду с тобой, - сказал мальчик с надеждой глядя на сестру.

- Ты надеешься опять побывать у ямолезцев? - усмехнулась Вранка.- Я бы тоже хотела, но мы к ним не пойдём, соберём трав и быстро назад. Только Ярнику вытащу, она мне поможет.

- Всё равно пойду с вами, здесь так тихо, что даже страшно.

- Ладно, уговорил, но чтобы не упасть по дороге, нужно хорошенько позавтракать, - сказала она, откусывая огромный кусок от круглого серого хлеба.

Хави кивнул и тоже нехотя принялся за еду.

Когда дети заканчивали завтрак, в зал вошла Кветушка, которая беспрестанно почёсывала покрасневшие руки.

- О, хорошо, что ты здесь, - воскликнула Вранка с набитым ртом, - соберёшь нам еды в дорогу?

- Какую дорогу, Физик правый? Куда вы собрались? - охнула горничная.

- Нам нужно набрать лечебных трав для папы, - объяснила девочка.

- Какие травы ещё, - отмахнулась Кветушка, - там пан Плак, он его в два счёта вылечит.

- Травы всё равно не помешают, - возразила Вранка. - Мы пойдём.

- Ох, ну если вернётесь к обеду, - заколебалась Кветушка, - то Физик с вами.

- А почему вы все спрятались? - внезапно спросил Хави.

- Ну как почему, чтобы не шуметь и не мешать пану, когда он себя плохо чувствует!

- Кветушка, пока нас не будет, не оставляйте его одного с лекарем, - попросила Вранка, - заходите проверить.

- Конечно, бульончику ему принесём, - кивнула горничная, - а сейчас пойду вам соберу.

Через некоторое время они стояли уже у порога с собранной в дорогу провизией. Хави напялил свою дурацкую шапку от солнца, потому что оно уже стало нещадно жарить землю, напоминая о приближении лета. Об этом говорило и то, что травы и цветы пустились в максимальный рост, чтобы успеть отцвести до засушливого периода. Весна была в полном разгаре, но не все могли ею насладиться, корчась в муках наедине с безумным лекарем.

- Идти будем быстро, - предупредила Вранка брата.

- С удовольствием, - ответил тот, и, действительно, не отставал всю дорогу.

В городе царила какая-то суматоха, народ бегал туда-сюда, какие-то девицы хихикали группками, видно всех взбудоражил приезд ямолезцев. А вот их самих в лагере не было, остались только стар да млад, и костры были потушены. Брат с сестрой лишь окинули взглядом ряды опустевших палаток и редкие дымки костров.

- Наверное, они ушли копать, - предположила Вранка.

- Эх, я бы до них быстро добежал, - протянул Хави.

- Нет, я не могу тебя отпустить одного, - твёрдо сказала сестра, - придётся сегодня побыть без ямолезцев.

Дети прошли мимо лагеря и отправились вглубь леса, чтобы добраться до Ярники, а за ними следовал Влчек, прекрасно уже изучивший эту лесную дорогу.

Лес шумел свежей листвой и пел на все птичьи голоса, будто единый живой организм. В гуще его, как и в городе, царила суета: быстро перебегали от норки к норке какие-то существа, по ветвям деревьев лихо скакали рыжие белки, с одного ствола на другой перелетали птицы с веточками в клювах. Всё кипело, бурлило и пело. Казалось, что каждая веточка настолько напоена эликсиром жизни, что буквально дрожит от напряжения. Вранка почувствовала себя частью всеобщего возбуждения. Ею тоже овладело радостное волнение, какое случается солнечным утром, когда кажется, что в этот день непременно случится что-то невероятно прекрасное и удивительное. Даже Хави, обычно скептически настроенный, улыбался каким-то своим мыслям и активно шагал, не отставая от сестры, а Влчек задрал хвост, будто вернулся в детство и снова стал маленьким кругленьким пушистым щенком.

Ярника как всегда оставалась дома одна, но не сидела без дела: подметала пол, изредка бегая к печке, помешивая в котелке и закидывая туда какую-нибудь травку.

- Маме пришлось уйти в город, у дочки булочника роды, да такие, что городской лекарь справиться не может, - сказала она, присев на минуточку.

- Думаешь, у Медены получится? - спросила Вранка.

- Конечно! Если ей дадут это сделать, - снова вскочив к забулькавшему котелку, крикнула Ярника.

- Мне тоже понадобится помощь, нужно собрать травы для папы, у него боль в животе, - объяснила Вранка.

- Боль? А где болит? Есть жар? - спросила Ярника, бросая веник.

- В правом боку. Он весь скрючен. Жара нет вроде.

- Звучит плоховато.

- Наш лекарь, пан Плак, считает, что это отравление, - пожала плечами Вранка.

- Отравление да без выворота наизнанку? Что-то странное, - заметила Ярника. - Ну да ладно, что тебе нужно? Мята?

- Мята у нас около конюшни растёт, я там нарву, - сказала Вранка, - мне нужен чистотел и ещё что-нибудь.

- Цветы боярышника могут помочь, я как раз знаю одно дерево неподалёку. Чистотела там по дороге - на весь город хватит, ещё и ямолезцам останется.

- Кстати, ты не была у них сегодня?

- Нет, потом зайду, надо промыть рану этому.., - тут Ярника немного замялась, - больному.

- Хорошо, тогда сначала за травами!

Ярника кивнула, достала из печки клокотавший котелок, попробовала из огромной ложки, сняла фартук и открыла дверь.

Они пошли в сторону той зловредной речушки, которая пыталась утащить Вранку. Ярника показала им, где можно перейти на ту сторону по упавшему дереву. Речушка была теперь гораздо спокойнее и не торопилась достичь большой воды, пенясь и бурля. Осторожно перейдя по стволу на другой берег, ребята пошли вдоль реки, по дороге срывая стебельки чистотела, который пока не цвел, но уже завязал бутоны.

- Ну что, всё ещё не хочешь отправиться странствовать по свету с ямолезцами после вчерашнего обеда? - с улыбкой спросила Ярнику Вранка.

- Всё ещё не хочу, - твёрдо ответила Ярника, - они очень хорошие и весёлые, но спать каждый раз в новом месте я не готова.

- Ну они не сразу переезжают, - пожала плечами Вранка, - в одном месте могут даже несколько недель провести.

- И только привыкнув, съезжают! - воскликнула Ярника. - Нет уж, спасибо. Я люблю свой дом и свой лес и переберусь отсюда только один раз, чтобы полюбить какое-то другое место.

- Ты домоседка! А я иногда вижу дорогу, упирающуюся в горизонт, и мне кажется, она меня куда-то зовёт.

- Если будешь разговаривать с дорогой, придётся из тебя изгонять злых духов, - страшным голосом сказал Хави, и девочки засмеялись.

- Нет, правда, - сказала Вранка, - иногда хочется идти и идти, чтобы солнце светило сначала в лицо, потом в спину, а потом вышла луна тебя провожать.

- А потом ставить лагерь совсем без сил и думать, где бы раздобыть ужин, - покачала головой Ярника.

- С друзьями - запросто! - задорно сказала Вранка.

- Это ты сейчас так говоришь, - поддержал Ярнику Хави, - а вот попробуешь сама, и передумаешь.

- Да ну вас! Вы совсем не романтичные, - фыркнула Вранка.

- Так ведь хорошо, что все люди разные, - сказала Ярника, - и внешне, и внутренне, мы все непохожи друг на друга, поэтому невозможно, чтобы все любили одно и то же. К примеру, тот же булочник и его жена. Мама рассказывала, что он такой толстый и любит дома сидеть, печь пироги. А жена его тощая и бегает постоянно по городу от одной подруги к другой. Зато вечером жена пересказывает булочнику все сплетни, а он её угощает пирогами.

- Всё равно буду считать, что если бы они сидели дома и вместе пекли пироги, а потом вместе шли гулять - было бы намного лучше! - воскликнула Вранка.

- Лучше чем лучше не бывает, - засмеялась Ярника. - Вот мы и пришли.

Перед ними было высокое дерево с резными листочками, всё покрытое белыми тугими бутончиками. Корни дерева утопали в густом кустарнике, который уже цвёл и благоухал во всю мочь.

- Эх, жаль, что боярышник пока не цветёт, - сказала Вранка, - значит будем собирать листья и бутоны.

- Я могу попробовать залезть, - сказала Ярника, - мы же не дотянемся до нижних веток.

- Давай я залезу, - предложил Хави и, не дожидаясь ответа, подбежал к дереву. Маленький, но ловкий, мальчик лихо подтянулся на суку, перелез ногами на первую ветку, а потом закинул туда всё тело.

- Вот это да, братец, - присвистнула Вранка, - тебе бы в цирке выступать.

- Угу, - буркнули с ветки, - ловите листочки.

Хави вытянулся, лёжа на ветке и стал срывать листья с бутонами, кидая их вниз.

- Хватит, - наконец крикнула Вранка, - спускайся!

Мальчик сполз обратно на сук и спрыгнул на землю, отряхивая руки.

- Ты молодец, - сказала Ярника, подбирая листья, - здорово лазаешь.

- Спасибо, - сказал Хави. - Научился, пока гулял в одиночестве.

- Всё, боярышник собран, осталась мята, - объявила Вранка, - и пойдём варить чай.

По дороге обратно Хави гонял с Влчеком наперегонки, а Вранка рассказывала подруге о том времени, когда стала собирать лекарственные травы.

- Это очень печальная история, - сказала Ярника, - лишиться мамы - самое страшное горе.

- Да, сейчас я просто с грустью вспоминаю об этом, а тогда было страшно, - кивнула Вранка.

- И как вы смогли отдать новорождённого ребёнка? Я бы ни за что не отдала.

- Это ты сейчас так говоришь, будучи взрослой. Мне было шесть лет, я про него даже не думала.

- А папа?

- А папа так сильно горевал, что других чувств у него просто не оставалось. И, мне кажется, он не хотел дома слышать детский плач, - вздохнула Вранка.

- Это напоминало бы ему о потере? - тихо спросила Ярника.

- Вот именно. Не очень хорошо, что Хави рос в другой семье, но теперь он с нами, - сказала Вранка, наблюдая, как мальчик бежит вприпрыжку.

- Тебе повезло, что у тебя есть брат, - сказала Ярника.

- Да чем же? Мы с ним и не дружим почти, - удивилась Вранка.

- В нём осталась частичка твоей мамы, - ответила Ярника, заглядывая подруге в глаза.

После этих слов Ярники Вранка задумалась. Брат действительно был последним, что сделала мама, но глядя на него, можно было её вспоминать. У него была такая же улыбка, как у мамы, с ямочкой на щеке. Но кто, как не он, стал причиной маминой смерти? Была бы мама здесь, если бы не захотела родить второго ребёнка? Кто знает.

Наконец они вышли к лагерю ямолезцев. Там вроде бы прибыло народу: сновали туда-сюда дети с пустыми мисками, вовсю горели костры, тянуло жареным мясом и луком.

- Ты пойдёшь? - спросила Ярнику подруга.

- Да, нужно посмотреть рану, может опять придётся промывать, - смущённо ответила Ярника.

- Вот Лишек обрадуется, - с ухмылкой добавил Хави.

- Сходим вместе? - спросила Ярника.

- Надо спешить к папе, - развела руками Вранка, - можем только быстренько зайти поздороваться, оставаться уж не будем.

Так и поступили. Палатка Витроша опять была полна народу, все суетились, что-то шумно обсуждали, Азура негромко напевала.

- Ой, будьте рады, девушки! - поприветствовал их Вржесс, когда они зашли. - Лишек, прячься!

Хмурый Лишек с кокетливо заплетённой набок чёлкой тут же возник рядом.

- Не говори ерунды, - шикнул он на Вржесса. - Пойдём, лекарка, покажу тебе рану.

Ярника вручила Вранке охапку чистотела и отправилась вглубь палатки за своим пациентом.

- Будьте рады, ямолезцы! - крикнула Вранка в толпу. - Как сегодняшний улов?

Все зааплодировали, а Янтара с Броуком, сидевшие ближе всех к выходу, стали пытаться усадить девочку, чтобы угостить обедом, да так рьяно, что даже Влчек заворчал.

- К сожалению, мне нужно бежать лечить папу, и остаться я не могу! - качая головой, сказала она.

- Сочувствую, - состроив грустную гримасу произнёс Витрош, пробравшийся сквозь толпу. - Это что-то серьёзное?

- Надеюсь, что нет, - обеспокоенно вздохнула Вранка.

- Мне жаль, что ты не останешься, - сказал Витрош.

- Мне тоже. Удалось сегодня выкопать что-то? - спросила она юношу.

- Так скоро это не делается, - объяснил тот, - сначала мы ходим на разведку, изучаем местность, потом Ясан осматривает наиболее перспективные места. Там мы делаем пробные небольшие ямы, и тогда решаем, продолжать или нет.

- Как всё сложно, целая наука, - удивился Хави.

- Да, я даже думаю написать книгу о том, как правильно проводить раскопки, - сказал Витрош.

- Обязательно напиши, - воскликнула Вранка, - это будет очень интересно!

- Пойдёмте, я вас провожу, а по дороге расскажу ещё всякого, - предложил Витрош.

- А как же твой обед? - спросила Вранка.

- Тот, кто обед готовил, уже немного перекусил, - подмигнул Витрош. - Вернусь и поем как следует.

- Тогда пошли, - обрадовалась Вранка.

- С тобой будет гораздо веселее, - кивнул Хави.

- Скоро приду! - крикнул Витрош друзьям, махнув рукой, когда они выходили из палатки.

Ребята двинулись знакомой дорогой в сторону дома, а Влчек трусил вслед за ними. Пройдя сквозь занятый обедом лагерь ямолезцев, они подошли к черте города и зашагали мимо бесконечных лавочек, домиков и проулков, где вечно что-то покупали, продавали, крали и ели. Витрош рассказывал увлекательные истории о раскопках, о своей мечте - найти оригинал книги Физика и о том, каким будет планируемый учебник по ямолезскому мастерству. Хави и Вранка жадно внимали его рассказам, то и дело переспрашивая и пытаясь вникнуть во все детали. Однако как бы им ни хотелось продолжить разговор - они подошли к замку. Солнце уже катилось к западному горизонту, рисуя длинные фиолетовые тени на земле, дети были голодными и уставшими, а собранные растения печально поникли.

- Мы тебе очень благодарны, - сказала Вранка, - за то, что скрасил нам дорогу домой.

- Не стоит, - ответил Витрош, - мне было приятно с вами поболтать. Кстати, тебе очень идёт мой подарок.

- Правда? - заулыбалась Вранка.

- Ой, ну хватит, - заныл Хави, - я всё слышу, перестаньте кокетничать.

- Вот и шёл бы уже домой, - раздражённо сказала девочка, - раз неприятно слушать.

- Не ругай его, - взял её за руку Витрош, - мне уже пора. Скоро увидимся снова!

- Обязательно, - сказала Вранка, ответив на его пожатие, - до завтра!

Хави только угрюмо кивнул и направился к дому. Сестра пошла за ним, держа в руках букет собранных ими трав.

Детей в дверях встречала Кветушка, которая выглядела встревоженной и теребила уголок передника.

- Как он? - сходу спросила Вранка.

- Так же, - вздохнула Кветушка, - а ещё у нас гости.

- Какие гости, когда хозяин болен? - удивилась Вранка, - поставь, пожалуйста, воды, я заварю цветы на чай для папы.

- Конечно, пани, - устало кивнула Кветушка и направилась в сторону кухни.

- Пойду его проведаю, - сказала Вранка брату.

- Я с тобой, - ответил тот.

Кркав так и лежал в той же позе на боку, но что-то в нём ужасающе изменилось. Лицо его было жутко бледным, а взгляд словно потух. Вранка подбежала к отцу, а Хави так и остался у дверей, поражённый видом всегда такого бодрого и энергичного шлехта.

- Он все-таки пускал тебе кровь? - спросила Вранка со слезами на глазах.

Отец, не поворачивая головы, прикрыл глаза в знак согласия.

- Физик с ним! - плюнула в сторону девочка. - Я тебе нарвала цветов для чая, может быть чуть полегчает.

Кркав опять прикрыл глаза.

В этот момент Вранка вдруг поняла, что за травами они ходили зря - во взгляде папы было то, что она увидела, когда прощалась с мамой девять лет назад. Это была покорность смерти. Его конец был близок.

- Я... я придумаю что-нибудь, обещаю, - сдерживая рыдания, сказала она.

Не отводя глаз от кровати она встала и направилась к выходу из комнаты. Ноги её были будто ватными и совсем не хотели слушаться свою хозяйку, а руки тряслись мелкой дрожью.

- Что с ним? Что ты будешь делать? - шёпотом спросил Хави, от ужаса широко раскрывший глаза.

- Он умрёт, если мы ничего не придумаем, - ответила Вранка сдавленным голосом.

Глава 9

Пока Вранка стояла у дверей папиной комнаты, покачиваясь и ощущая, как желудок её пытается от ужаса сжаться в бесконечно малую точку, к ней бесшумно подошла Кветушка. Горничная с волнением оглядела испуганных детей и шумно сглотнула.

- Вода готова, пани, будете ставить чай? - вкрадчивым шёпотом спросила она.

- Кветушка, скажи, где этот проклятый лекарь? - вдруг с яростью перебила девочка. Глаза её засверкали, а губы побелели, так сильно она их сжала.

- Ох, да внизу он, отобедать изволил, - опешила горничная.

- Ну всё, - многозначительно сказала Вранка и побежала по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньки.

- Я с тобой, - визгливо крикнул Хави, пытаясь угнаться за сестрой.

После стремительного спуска девочка влетела в халу, где старательно обставленный всевозможными блюдами и винами сидел лекарь в компании ещё двух людей: толстой насупленной старухи и огромного рыхлого мужика с редкой бородёнкой. Вранка сразу узнала их - это был то ли троюродный племянник, то ли внучатый кузен Кркава, Вепшемысл, со своей матушкой Клиштемирой. Они почти не появлялись в гостях у Черных, а жили где-то в далёком имении, но когда приезжали, всегда приносили с собой раздоры, вопли, обиды и бесконечные потоки недовольства. Кркав каждый раз во время их приезда старался побыстрее от них отделаться, а Вранка пряталась, пугаясь их грозного вида и громких сердитых голосов. Сейчас девочка даже не поздоровалась с родственниками, сразу обратившись к лекарю.

- Пан Плак, вы наслаждаетесь обильным обедом, пока ваш больной умирает?! - повысив голос и уперев руки в бока сказала она. Хави встал рядом и спрятал руки за спину, будто боясь, что Вепшемысл откусит их вместе с куском огромного окорока.

- Увы, есть материи, над которыми я не властен, - сделав печальное лицо и надкусив румяный пирожок с рыбой, сказал пан Плак.

- Как это не властен?! Кто вы, если не лекарь?! - воскликнула Вранка, подойдя ближе и заглядывая лекарю в лицо.

- Я лекарь, а не Физик. Возвращать с того света - не моя профессия, - унылым тоном ответил Плак и склонил голову.

- Мы будем молиться за него, - зычно хрюкнув, сказал Вепшемысл.

Вранка внимательно посмотрела в его красное мосластое лицо и вспомнила разговор, который однажды случайно подслушала. Его вёл пан Кркав со своим душеприказчиком. Тот объяснял, что сын – самый первый наследник всего состояния Черных, но шлехту надо быть очень и очень осторожным, следить за своим здоровьем и не пускаться в рискованные путешествия. Ведь пока Хави не достигнет восемнадцати лет, наследником всего имущества Кркава будет именно Вепшемысл. Когда Вранка воссоздала в памяти слова душеприказчика, страшное подозрение зародилось в её мозгу.

- Плак, не ты ли позвал этого борова, чтобы отпраздновать смерть моего папы? - ледяным тоном спросила она.

Пауза и оторопевшие лица собеседников были ей красноречивым ответом. Клиштемира стала понемногу наливаться красным, как поспевающий на грядке томат.

- Сколько он тебе обещал отдать? Восьмую часть? Шестнадцатую? - снова спросила девочка.

- Возьми себя в руки, девчонка, - вдруг подала голос старуха. - Когда мой сын получит тебя в наследство, ты у нас быстро научишься послушанию.

- Только попробуйте, - вдруг подал голос Хави, незаметно подошедший к сестре, сжимая кулаки.

- А тебя отдадут в удалённую школу, на Адских болотах, - прохрипела ему в лицо Клиштемира, изо рта которой вылетали кусочки еды, - там ты белого света не увидишь. Будешь только на праздники в подарок просить, чтобы тебя не били слишком сильно.

- Да, слушайтесь нас, - поддакнул Вепшемысл, вытирая сальный рот, - а не то худо будет.

- Вашему отцу, к сожалению, никто помочь уже не может, - печально обмакивая картофелину в подливку, заключил Плак.

Никто не может помочь? Никто? И тут Вранку осенило. Решение проблемы прямо лежало на поверхности, но лишь благодаря реплике лекаря, девочка сообразила, что нужно делать. Однако времени было в обрез. Она молча схватила брата за руку, и они побежали по лестнице наверх. Хави пару раз спотыкался о ступеньки, но старался не отставать от сестры.

В своей комнате Вранка сразу же схватила огрызок бумаги и стала скрипеть по нему пером.

- Что ты пишешь? - взволнованно спросил Хави, усаживаясь на кровать и оглядывая комнату.

- Подожди, - кратко сказала Вранка, сложила бумажку и подозвала Влчека. Письмо она свернула трубочкой, привязала на шнурок, повесила псу на шею и чётко сказала: "Ярника! Ярника!", Влчек повернулся, махнув хвостом, и бросился бежать.

- Так вот, - поворачиваясь к брату, начала она. - Я надеюсь, в скором времени к нам доберётся Медена. Она - наша последняя надежда. Те, кто сидят внизу, не должны ей помешать.

- Я могу их отвлечь, - предложил Хави.

- Да, как раз это и нужно сделать, - сказала Вранка. - Посиди там с ними, послушай их речи, прикажи принести им ещё побольше вина, сделай вид, что согласен на их условия, расскажи какие-нибудь гадости про меня. Пусть только не выходят из-за стола.

- Понял, - сказал мальчик, поднимаясь. - Разве что гадостей не смогу рассказать никаких. Ты хорошая.

Вранка так удивилась, услышав это, что не смогла ничего придумать в ответ, а Хави уже отправился отвлекать безумную компанию. Теперь у них был какой-никакой план, и оставалась небольшая надежда, что всё так или иначе образумится.

Пока Вранка сидела у отца, время тянулось медленно-медленно, даже воск на свечке сползал почти незаметно. Кркав часто дышал и постанывал, видно у него был жар. Девочка безумно боялась, что Медена не успеет, и кусала себе губы. Живот у Вранки периодически громко урчал, она так и не успела пообедать. Время, до этого летевшее буйным весенним ветром, будто застыло, как неподвижная рыба, вмёрзшая в лёд. Когда же? Когда? Наконец, как только Вранка уже совсем потеряла надежду, послышался шум шагов на лестнице. Это были Кветушка и раскрасневшаяся растрёпанная Медена. Последняя держала в руках чемоданчик с инструментами.

- Пани, она сказала, что вы позвали её, - недоверчиво глядя на гостью, сказала горничная.

- Да-да, Кветушка, всё хорошо, иди, - сказала Вранка, вскакивая и подбегая к Медене.

- Будь рада, Вранка, - сказала та, осторожно укладывая чемоданчик на землю. - Давай я осмотрю твоего папу.

- Конечно, - закивала девочка.

Медена пригладила волосы, чтобы не падали на лицо, и подошла к больному. Тот даже не повернул головы. Женщина нагнулась над ним, приложила ладонь ко лбу, подняла одеяло, аккуратными движениями прощупала живот и попробовала разогнуть ноги. В этот момент Кркав застонал. Медена вздохнула и подошла к Вранке.

- Очень плохо, - сказала она, решительно сжав губы, - придётся скорее резать. Иначе он умрёт.

Вранку обдало холодом от страха, и она просто кивнула. Медена открыла чемоданчик и стала доставать свои ножи, а также банку с прозрачной жидкостью и букетик трав, перевязанный ленточкой.

- Вот эту траву пока измельчи и дай ему пожевать щепотку, - сказала Медена. - Он заснёт, тогда начнём резать. Ты заметишь, когда он расслабится.

- Мы будем резать вместе? - с ужасом спросила Вранка, перетирая травки в ладонях.

- Буду резать я, но ты должна мне помогать, - сказала Медена. Она доставала инструменты и протирала их прозрачной жидкостью из баночки. Запах у жидкости был резкий и неприятный, но Вранка знала, что так нужно.

Она вложила порошок в рот отцу и проследила, чтобы он проглотил. Девочка еле владела своим телом, от страха оно одеревенело. Рука, лежащая на волосах Кркава, казалась отдельной и чужой. Наконец она заметила, что папино тело расслабилось, руки разжались, а дыхание стало более спокойным.

- Он спит, - шёпотом сказала она Медене.

- Хорошо, разворачиваем его на спину, рубашку можно просто закатать, - ответила та, ставя чемоданчик с инструментами прямо на кровать.

Вранка села у изголовья, чтобы следить за отцом, жалость и любовь к нему перебили страх. Он был таким беззащитным и худым, на волоске от гибели. Часто вздымалась его грудь, по лбу бежали капельки пота.

- Можно я не буду смотреть? - спросила Вранка Медену.

- Нужно, - кратко ответила та, - ты мне понадобишься в сознании. Кстати, там внизу собралась весёлая компания, надеюсь, она сюда не заявится раньше времени.

- Хави постарается их задержать, - вздохнув, сказала Вранка. - Они приехали на поминки, не дождавшись смерти.

- Ох, а ещё благородные люди, - удивилась Медена.

- Да, благородство это не то, что приходит с состоянием, - кивнула девочка.

При движении острого и тонкого ножа Кркав тихо застонал сквозь забытьё. Вранка погладила его по руке. Вот и всё, что она могла сделать для него в тот момент.

Медена всё резала, поругиваясь шёпотом. Вранка видела боковым зрением развёрстый папин живот и старалась думать о чём-нибудь другом.

- А что случилось с папой Ярники? - спросила она.

- Наверное жив-здоров, - ответила Медена сквозь зубы.

- Он даже не приходит к вам? Не навещает свою дочь?- удивилась девочка.

- Он даже не знает, что у него есть дочь, - усмехнулась Медена, - и лучше ему не знать и дальше.

- Он плохой человек?

- Не плохой. Просто не отец и не муж по призванию.

- А кто же?

- Бродячий бард. Перемещается по миру с песнями, сегодня здесь, завтра там. Никаких обязательств, никаких семей.

- Ох, это так романтично!

- Ну-ну, - фыркнула Медена и воскликнула. - Готово!

- Что ты сделала? Мне можно смотреть? - с волнением спросила девочка.

- Не смотри пока, - покачала головой лекарка, - я отрезала ему тупиковую кишку.

- Физик ты мой, что это ещё такое?! - воскликнула Вранка.

- Тупиковая кишка никуда не ведёт, поэтому часто засоряется и воспаляется, - объяснила Медена, - если не отрезать, человек может умереть.

- О, - только и смогла произнести Вранка.

- Солдатики, - вдруг отчётливо сказал Кркав высоким голосом.

- Вот беватрон! - выругалась Медена. - Просыпаться начинает. Сейчас постараюсь быстренько зашить.

Она вынула из-за пояса катушку ниток и длинную иголку.

- Обмакни иголку в спирт, быстро! - крикнула она Вранке.

- Вот в эту прозрачную жидкость? - спросила Вранка, а Медена лишь энергично закивала головой.

- Где мои солдатики? - пискляво спросил Кркав, не открывая глаз.

Вранка подала иголку Медене, а та вдела в ушко чёрную нитку, как будто просто собиралась подшивать занавески.

- А зачем спирт? - спросила Вранка.

- Зачем? Ну без него есть риск, что через рану попадёт какая-нибудь болезнь, например чернокровие, - объяснила Медена. - Спирт очищает инструменты.

Она ловко орудовала иголкой, придерживая кожу, чтобы шов получался ровным и аккуратным.

- Это всё? Он спасён? - спросила девочка, снова садясь в изголовье.

- Зависит от того, всё ли я отрезала, не попало ли чего лишнего внутрь и как заживёт шов, - сказала Медена, - а ещё от того, как он перенесёт этот усыпляющий порошок. Некоторым он не совсем подходит.

- А что это за растение? - спросила Вранка, разглядывая свои руки, в которых перетирала траву.

- Это я достала на рынке, привезли из южных стран, у нас не растёт. Называется шокра, - объяснила Медена, - страшная штука, лучше больше одного раза не употреблять.

- А то что? - спросила Вранка.

В этот момент раздался топот ног по лестнице, дверь распахнулась, и в комнату вломилась целая толпа. Первым был краснолицый Вепшемысл, готовый разнести в клочья любого, кто встанет у него на пути. Однако когда его взору предстала картина зашивания шлехта чёрными нитками, он зажал рот руками и тут же выбежал из комнаты, а за ним выскочила Кветушка, также внезапно передумавшая входить. Злобная Клиштемира с налитыми кровью глазами и почти не державшийся на ногах пан Плак уходить не спешили. Хави тоже остался и разводил руками, виновато глядя на сестру. Какое-то время все молчали и смотрели друг на друга, будто высеченные из камня идолы, только Медена продолжала стягивать рану нитками, как будто ничего не случилось.

- Что это ещё такое? - скрипуче начала выяснять старуха.

- Моего папу вылечили, - спокойно объяснила Вранка, - теперь он пойдёт на поправку.

- Она что, резала его, - повысила голос Клиштемира, - эта мерзавка?

- В нашем доме так не выражаются, - сказала Вранка, заметив, что Медена начала торопиться, - поэтому лучше вам отправиться домой.

- Ты видишь, что они сделали, лекарь? Ты считаешь это нормальным? Это вообще правильно - резать людей ножом, как свиней? - возопила старуха.

Пан Плак, не совсем вникнув в суть разговора, довольно кивнул, но тут же, уловив адское пламя во взгляде собеседницы, живо помотал головой из стороны в сторону.

- Я прошу вас уйти, - сказала Вранка, руки у неё дрожали, а в горле пересохло, - больному потребуется отдых.

- А жив ли вообще там больной? Может она ему все кишки вырезала? - вскричала старуха и решительно двинулась к кровати, размахивая руками.

- Влчек, - коротко сказала Вранка, и пёс тут же направился в сторону угрозы, утробно ворча.

Клиштемира, не ожидавшая такой атаки, попятилась назад и толкнула пана Плака, который от удара не устоял на ногах, выписал необычный пируэт и присел на корточки, только так удержав равновесие. Пан Кркав отчётливо фыркнул. Клиштемира удивлённо посмотрела на него, вспыхнула, сжав рот в тонкую ниточку, одёрнула складки платья и посмотрела на девочку.

- Ну ладно, ваша взяла, - сказала она Вранке, вращая глазами, - но вы ещё пожалеете. И очень скоро!

С этими словами она резко повернулась и вышла из комнаты, чуть не сбив с ног вовремя отскочившего Хави. За ней, покачиваясь, как берёза на ветру, вышел горемычный пан Плак.

- Вот это изоэнтропийное расширение! - выдыхая и откидываясь назад, сказала Медена. - В таких условиях ещё не приходилось работать.

- Прости, я даже не знаю, кто впустил их к нам в дом, - сказала Вранка, едва не плача.

- Как он? - спросил Хави, осторожно подходя к кровати.

- Скоро должен выйти из наркоза, - сказала Медена, - я его зашила, хотя это было непросто. Зайду к вам завтра проверить шов. А сейчас давайте его подвинем с края, а то ещё упадёт.

Дети помогли Медене приподнять и переложить Кркава. Тот немного приоткрыл глаза и произнёс, еле шевеля губами и глядя на Медену: "Мамочка, я не могу найти своих солдатиков!".

Хави удивлённо посмотрел на отца, а Вранка хихикнула.

- Спи, малыш, завтра я помогу тебе их найти, - ласково сказала Медена и погладила больного по голове. Кркав довольно улыбнулся и снова закрыл глаза, громко причмокнув.

- Пойдём вниз, я тебя хорошенько накормлю, мне и самой надо поесть, - сказала Вранка.

- Поесть я с удовольствием, - засмеялась Медена.

- Я могу остаться, присмотреть за ним, - сказал Хави, кивая в сторону Кркава, - а то опять своих солдатиков потеряет.

- Посиди конечно, - радостно откликнулась Вранка, - я к тебе присоединюсь после обеда.

Медена подхватила чемоданчик, и они спустились вниз. Гостей уже и в помине не было, зал был пуст и чист. Вранка позвала Кветушку, чтобы та приготовила им обед. Та прибежала сонная, видимо только прилегла отдохнуть.

- Что там с паном? - спросила она шёпотом, испуганно косясь в сторону Медены. - Надеюсь, живой остался.

- С ним всё хорошо, - громко сказала Вранка. - Он жив только благодаря Медене, она спасла его. Теперь она будет приходить каждый день, проверять, как он выздоравливает.

- Ой, - смутилась Кветушка, - только бы не было неприятностей.

- Кветушка, знаешь что, - возмутилась девочка, - мы очень голодны и устали. Прикажи принести нам обед, если там что осталось после этих свиней!

Горничная вздохнула, покачала головой и отправилась командовать поварятами. Медена, упав на стул, уронила голову на руки. Вранка отметила, какими тонкими и грубыми они были, её руки, на пальцах царапины, на запястьях синяки. Видно было, что эта женщина не только работает, не жалея сил, но и ведёт хозяйство, следит за домом, готовит пищу. По первому зову она прибежала спасать неизвестного ей человека в непонятном состоянии. И спасла! Если так в её жизни происходит постоянно, то о ней надо писать книги и слагать легенды, а не объявлять ведьмой и бояться.

- Медена, я так тебе благодарна, - сказала девочка лекарке, - даже не знаю, как выразить это.

- Не переживай, я понимаю, что ты чувствуешь, - кивнула женщина, устало потирая виски.

- Мне стыдно, что тебя принимают за ведьму и боятся твоего лечения.

- Люди часто боятся того, чего не понимают. Называют это колдовством, ересью, бредом. Я уже привыкла.

- Вы с Ярникой самые лучшие люди, которых я когда-либо встречала, - сказала Вранка и добавила, подумав, - ну и ещё некоторые ямолезцы.

- Ты тоже молодец, Вранеслава, - улыбнулась Медена, - не испугалась операции, очень мне помогла. Из тебя выйдет прекрасная лекарка, если тебе конечно захочется этим заниматься.

- Я просто рада, что удалось справиться со страхом. У меня руки дрожали, как камыш на Волотве, - вздохнула Вранка.

- Страх, как и болезнь, может прийти ко всем, но не все могут его победить, - сказала Медена и положила девочке руку на плечо.

Наконец принесли обед, и разговор прекратился, собеседницы были слишком голодны, чтобы его продолжать.

После обеда Вранка проводила Медену, пообещав следить за больным, и поднялась наверх. В углах лестниц начал сгущаться мрак, солнце близилось к горизонту. Шлехтичка устала так, что, казалось с тех пор, как они ушли с братом собирать травы, прошло несколько дней. С трудом поднимала она ноги и ставила их на ступеньки, а за ней следовал верный Влчек. Что теперь будет с папой? Скоро ли он встанет на ноги? Заживёт ли шрам? При входе в комнату девочка увидела, что Хави принёс свою лютню и, сидя на кровати, перебирает пальцами струны.

- Не разбудишь? - спросила она брата.

- А он не спит, - ответил тот, - сначала что-то про солдатиков нёс, потом пришёл в себя.

- Папа? - спросила Вранка, осторожно присаживаясь на кровать с другой стороны.

Кркав открыл глаза и повернул голову в её сторону.

- Что здесь произошло? - медленно спросил он, поморщившись.

- Тебе было очень плохо, и я позвала на помощь маму моей подруги, - объяснила Вранка. - Ей пришлось разрезать тебя, чтобы спасти.

- Что на это сказал Плак? - подумав немного, спросил Кркав.

- Да ничего особенного, я тебе потом расскажу, - пообещала дочь. - Завтра она опять придёт, нужно проверить шов на животе.

- Кто придёт?

- Та лекарка, Медена.

Кркав молча кивнул и откинулся на подушки. Хави молча встал и пошёл относить назад лютню.

- Может поспишь ещё? - спросила Вранка.

- Знаешь, чего бы мне сейчас хотелось? - Кркав улыбнулся уголком рта.

- Чего? - нагнувшись к нему и внимательно слушая, спросила дочь.

- Горячего бульона с сельдереем, - мечтательно протянул отец.

Вранка радостно кивнула и, резко вскочив, выбежала из комнаты.

Глава 10

Утром Вранка еле разлепила глаза, таким насыщенным был её вчерашний день: поиски трав утром, спасение отца и битва с ушлыми родственниками, а весь вечер она просидела у больного, развлекая его разговорами и угощая всякими вкусностями. Кркав выглядел довольно бодро и даже пытался встать, но Вранка настрого запретила - Медена объясняла, что шов мог снова разойтись. Девочка была рада, что отец снова стал самим собой, не страдал от боли и не бредил солдатиками.

- Вот и утёрли мы нос этим жадным свиньям, - весело сказала Вранка Влчеку, - а они ещё смели угрожать. Пусть только сунутся теперь!

Влчек был согласен со всем, что говорила его хозяйка, поэтому он несколько раз ударил по кровати хвостом и мотнул головой. Осторожно зашла Кветушка с тёплой водой и чистым платьем. Вранка встала с кровати и скривилась, мышцы во всём теле болели после вчерашних подвигов.

- Вроде пан себя чувствует получше, - сказала горничная, поприветствовав подопечную.

- Конечно, Кветушка! - воскликнула Вранка, подходя к окну. - Теперь с ним всё будет в полном порядке.

- А эта... придёт сегодня? - спросила Кветушка.

- Кто "эта"? - делая вид, что не понимает, переспросила Вранка.

- Ну... лекарка, - выдавила Кветушка.

- Придёт-придёт, - сказала девочка, натягивая платье, - папу теперь надо будет каждый день проверять.

- Физиком заклинаю, паничка, - вдруг зашептала Кветушка, схватив Вранку за руки, - следите за ней, чтобы чары не напустила на пана Кркава! Она вам специально может такой бедненькой да скромненькой казаться, а на самом деле планы чёрные плести.

- Ну-ка хватит глупости говорить, - разозлилась девочка, - какие ещё чары! Если бы не она, в замке уже давно Вепшемысл бы командовал с маменькой. Тебе бы это ой как не понравилось.

- Да я что, - склонила голову горничная, - лишь бы худа не было.

- Не будет ничего, - уверенно ответила Вранка. - А теперь я пойду завтракать и отнесу поесть папе.

Она заранее договорилась с поварятами о сладкой жидкой каше на завтрак, чтобы отец мог питаться без опасений. Медена посоветовала пока не давать ему твёрдую и жареную пищу, и девочка строго соблюдала все рекомендации. Хотя это было непросто, ведь после пары дней голодания у отца проснулся просто зверский аппетит. Он просил мясных блюд, а Вранка, мягко отказывая больному, всё равно радовалась, ведь это означало только одно - выздоровление.

Когда она пришла к отцу после завтрака, там уже был Хави и играл на лютне. Мальчик не любил много разговаривать, поэтому брал с собой инструмент, надо же было как-то развлекать пациента.

- Счастливого утра! - сказала девочка, входя в комнату с миской каши в руках.

- И тебе, дочь моя, - улыбнулся Кркав. Он лежал, чуть приподнявшись на подушках, подложенных к изголовью, и слушал бесконечные заунывные мелодии сына.

Вранка подсела к отцу и вручила ему завтрак.

- Вот это делает утро особенно счастливым, - кивнув, сказал Кркав, - горячая еда!

- Хорошо, что ты про солдатиков больше не вспоминаешь, - пробормотал Хави.

- Что? Какие солдатики? - заинтересовался отец.

- Нет-нет, ничего, - быстро сказала Вранка. - Кстати, ты знаешь, что тут было, пока ты был в отключке?

- Что же? - с полным ртом каши спросил Кркав .

- Приезжал Вепшемысл с матушкой, съели гору еды, выпили несколько бутылок вина и бочонок пива. Им пан Плак помог с этим управиться, - объяснила Вранка. - Мне кажется, именно он им подсказал, что дело близится к наследству, поэтому они и приехали. Нам с Хави грубили, как будто уже хозяевами заделались.

- Так-так, - протянул Кркав, отставив миску, - они сидели и ждали, пока я помру что ли?

- Определённо, - сказал Хави. - Они уже обсуждали, что будут делать с замком и деньгами. Меня обещали в школу на Адских болотах отдать.

- Брат очень помогал мне, отвлекал Вепшемысла и Клиштемиру, пока шла операция, - сказала девочка.

- И как же вы их вытурили? - спросил отец, внимательно разглядывая своих детей.

- Не очень изобретательно - натравили Влчека, - вздохнула Вранка.

- Ну и дела, - сказал Кркав. - Как жаль, что я этого не видел. Но чувствую теперь, что могу положиться на своих детей.

- Конечно, папочка, - сказала дочь, прильнув к отцу. Тот с нежностью обнял её одной рукой.

- А Хави ты не обнимешь? - спросила она, увидев, что брат отвернулся и смотрит в сторону. - Он так нам помог, ты не представляешь.

Кркав молча поднял руку, а Хави подсел ближе и осторожно наклонился к отцу, всё ещё держа в руках лютню.

В такой позе и застала всё семейство Медена. Она зашла в комнату вместе со встревоженной Кветушкой, угрюмо смотрящей на гостью.

- Лекарка пришла, - объявила горничная, махнув рукой в сторону Медены, и сразу же удалилась.

Кркав поднял голову и впервые посмотрел на ту, что вытащила его из объятий смерти. Он улыбнулся уголком рта и кивнул.

- Я вам очень благодарен за то, что могу жить дальше, - сказал он тихим голосом, всё ещё прижимая детей к себе.

Медена кашлянула и пожала плечами, не глядя на шлехта.

- Такая уж у меня работа, - сказала она, - чем больше людей отвоюю у смерти, тем лучше. Хотя самую главную работу проделала ваша дочь, её и благодарите, она вас спасла на самом деле.

- Я вам двоим обязан, - кивнул Кркав.

- Ну а теперь, дети, отползайте, - скомандовала Медена, - буду осматривать вашего папу.

Хави вскочил и, схватив лютню, торопливо вышел из комнаты, ему хватило той сцены, которую он увидел в этой комнате вчера, пытаясь остановить разъярённых гостей. Вранка просто отсела на кресло и стала наблюдать за действиями лекарки. В комнате появилась Кветушка, она принесла заранее заваренные Меденой ароматные травы. Поклонившись пану шлехту и передав котелок с травами, она быстро исчезла.

- Приподнимите рубашку, пан, - сказала Медена, засучивая рукава, - гляну, как там ваш шов.

Кркав обнажил живот и сам смотрел, пока лекарка снимала повязки.

- Удивительно, как ровно вы зашили человека, - сказал он, - будто дыру в одеяле.

- Я старалась, - кратко ответила Медена, - вам потом с ним всю жизнь ходить.

- Ну как там? - спросила Вранка, привставая от нетерпения.

- Шов выглядит хорошо, - сказала лекарка, - давайте ему дышать время от времени, чтобы он не мок под повязками. Сейчас ничего с ним делать не буду, пусть заживает. А вот чаю надо бы выпить.

С этими словами она налила отвара из котелка в чашку и протянула Кркаву. Тот улыбнулся, принимая горячий напиток из её рук.

- Что это за чай? - спросил он, принюхиваясь к чашке с видом знатока.

- Помогает излечиться от воспаления, придаёт сил, успокаивает, - сказала Медена, - там целый букет разных трав.

- Очень вкусно, - сказал Кркав, - такого я бы от пана Плака никогда не дождался.

Медена присела на кровать и с улыбкой смотрела, как её пациент мелкими глотками пьёт горячий чай, а тот глядел на свою спасительницу поверх чашки. Вранке было очень приятно, что эти двое поладили, ведь она любила и уважала обоих. К тому же, теперь, когда отец познакомился с Меденой, он наверное начнёт более охотно отпускать дочь на прогулки с Ярникой. Вранка поджала ноги и стала представлять, куда они ещё сходят, перед тем, как начнётся лето.

- Ну, теперь мне пора домой, - сказала Медена, поднимаясь с кровати, - приду завтра.

- Подождите, - сказал Кркав, - я бы хотел вам предложить остаться на обед, так я отблагодарю вас за помощь.

- Спасибо вам, - сказала Медена, - но моей дочери тогда придётся обедать в одиночестве, а я и так её часто оставляю одну.

- Приходите завтра вместе с дочкой, - попросил больной, - пообедайте с нами. Я думаю, завтра мне уже можно будет вставать.

- И не надейтесь, - усмехнулась Медена, - полежать придётся ещё пару дней. Однако прийти вдвоём мы можем, девочки наверняка будут в восторге.

- Ну конечно! - воскликнула Вранка. - Ярника меня не раз уже кормила у себя, а я её ещё нет.

- Видите, мы столько должны вашей семье, - улыбнулся Кркав, глядя на Медену.

Та только кивнула, опустив глаза, взяла чемоданчик и отправилась к выходу.

Через некоторое время Вранка с тяжёлым туеском за спиной уже направлялась в сторону леса, по дороге, которой незадолго до этого прошла Медена. Девочке удалось отделаться от брата, который всё равно пригрозил, что придёт к ямолезцам сам, без неё. Она хотела немного пройтись в одиночестве после тревог, пережитых в последние дни, подумать обо всём, подышать спокойно свежим воздухом. Хотя свежим его назвать было сложно, вот-вот должно было наступить лето, и жара уже начинала подтягивать свои резервы. Пока было жарко только около полудня, когда солнце стояло высоко в небе, но скоро придётся выходить на улицу лишь ночью, чтобы не зажариться, как поросёнок на вертеле. Несмотря на это, Вранка пребывала в чудесном настроении: папа выздоравливал, они с Меденой подружились, злобные гости отправились восвояси, а скоро и подруга окажется у неё с визитом. Ещё одна мысль грела девочку - сегодня она снова увидит Витроша, по которому уже успела соскучиться. Она даже заколола прядь у лица золотой стрекозой, хотя та всё время норовила съехать с гладких и прямых волос. Раньше Вранка никогда особо не задумывалась о своей внешности, ей всегда казалось, что она идеальная красавица, но с недавних пор она стала гадать, какой её видят собеседники. Вдруг Витрош подумал, что она слишком лохмата, и поэтому подарил заколку?

Из оцепенения этих страшных мыслей её вывело неожиданное появление Ярники среди стволов деревьев.

- Ой! - вздрогнула Вранка от неожиданности и сразу же засмеялась, заражая смехом подругу.

- Вот уж не думала, что напугаю тебя, - сказала Ярника. - Мама сказала, что ты пойдёшь следом, и я вышла тебя встречать.

- Ты просто как-то слишком внезапно появилась, - объяснила Вранка, - как будто из ниоткуда.

- Всё мои магические способности виноваты, - засмеялась Ярника.

- Вот не смешно, - сказала Вранка, беря подругу под локоток, - мне тут пришлось твою маму оборонять от противников магии. Такую она операцию провернула, просто невероятно!

- Это она может, - кивнула Ярника, - хотя я сама ещё ни разу не видела.

- Надо тебе попроситься, очень интересно, хотя и страшно. Особенно когда твоего папу режут.

- Могу себе представить.

Девочки пошли краем леса, держа друг друга под ручку. За ними следовал верный пёс, то и дело отлучавшийся обнюхать какую-нибудь травинку или кустик. Вранка наслаждалась беседой с Ярникой. Раньше ей постоянно не хватало родственной души, с которой можно обсудить всё, что наболело, но она даже представить не могла того наслаждения, которое приносили ей встречи с подругой. Ради этого точно стоило поплавать в Ледушке, думала Вранка.

- А ты когда-нибудь влюблялась? - вдруг спросила она подругу.

- Только в героев из легенд, - покраснев, сказала Ярника, - не в реальных людей. Ты знаешь, у нас в лесу не очень большой выбор.

- А в нашем замке много народу, но мне тоже никто никогда не нравился так, чтобы прямо мурашки по коже, - сказала Вранка, срывая листок с ольхи.

- Откуда тогда про мурашки знаешь? - прищурившись, спросила Ярника.

- Потому что по-моему это со мной произошло, - скручивая листок в трубочку, призналась Вранка.

- Влюбилась? - улыбнувшись, спросила Ярника. - Только не говори, в кого, я и так догадалась.

- Как думаешь, я ему хоть немного могу понравится? - задала Вранка свой самый животрепещущий вопрос.

- Я абсолютно уверена, что ты ему нравишься, - кивнула Ярника.

Вранка прижала ладонь ко рту, чтобы скрыть улыбку, и посмотрела на подругу светящимися от радости глазами.

- Тем не менее я бы на твоём месте так не радовалась, - сказала Ярника, - они же скоро уедут.

- Пока не уехали, - ответила Вранка, - а там я что-нибудь придумаю.

Тем временем девочки подошли к лагерю ямолезцев, в котором, очевидно, опять никого не было, Племя опять занималось раскопками. Вранка предложила подруге поискать кого-нибудь, кто может отвести их на место раскопок, и они обратились к какой-то пожилой женщине. У неё были длинные распущенные седые волосы и шерстяной балахон, украшенный яркой вышивкой. На шее у ямолезки болталась целая куча ожерелий с разноцветными камешками и бусинками, переливающимися в солнечном свете. Когда девочки подошли к ней, она сидела у большого котла, время от времени помешивая его содержимое.

- Будьте рады! - осторожно сказала Вранка. - Мы хотели бы посмотреть раскопки, но не знаем, куда идти. Вы не могли бы нам помочь?

Женщина бросила на них тяжёлый взгляд из-под косматых бровей и закатила глаза.

- Рамус! - зычно крикнула она. - Сюда!

К удивлению девочек из шатра неподалёку выскочил увесистый трёхцветный кот с кисточками на ушах и подбежал к женщине. Влчек было вскинулся, но Вранка легко усмирила его, положив руку ему на морду и немного сжав её.

- Отведи девчонок к папе, - попросила женщина кота так невозмутимо, будто обращалась к человеку, - и потом сразу возвращайся обратно, а то супа тебе не достанется!

Кот вежливо обнюхал ноги девочек и потрусил вдаль, демонстрируя прекрасные пушистые штаны и аккуратные белые пяточки.

- Шу, - махнула рукой женщина у котла, - бегом за Рамусом!

- Спасибо большое! - на бегу крикнула Вранка. Они немного опешили, ознакомившись с личностью проводника, поэтому не нашлись, что ещё сказать пожилой ямолезке.

Рамус уверенно бежал вперёд, быстро перебирая лапками, так что девочки тоже почти бежали. Кот и правда знал, куда вёл, потому что скоро они подошли к полю, которое было окружено толпой ямолезцев с разными инструментами: лопатами, кирками, ломами. Они не копали, просто стояли и о чём-то переговаривались. Тут же бегали с воплями и хохотом стаи детей, расталкивая взрослых. Рамус обнюхал нескольких, пробежал вокруг стоящих людей, и, завидев приземистого мужчину с киркой, запрыгнул ему прямо на шею сзади.

- Физик тебя подери, Рамус! - вскричал мужчина, присев от неожиданности. - Испугал меня до смерти!

- Пойдём-ка лучше найдём наших, - тихо сказала Вранка подруге.

Они двинулись мимо рядов ямолезцев, вглядываясь в их лица и вслушиваясь в голоса. Люди были возбуждены и радостны, видно было, что они любили свою работу. Многие что-то напевали или пританцовывали. Наконец Вранка увидела знакомую фигуру и очень удивилась, узнав своего брата. Мальчик стоял, держа в руке лопату, и болтал с юными ямолезцами, ставшими его друзьями: Броуком, Вржессом и Лишеком. Рядом с ними Вранка наконец увидела и Витроша с сестрой, те были веселы и о чём-то тоже оживлённо разговаривали.

- Вранка! Ярника! - раздалось несколько радостных голосов при их появлении.

Ярника сразу подошла к Лишеку, они подружились на почве лечения его раны и вели какие-то свои беседы, а Вранка заговорила с Витрошем.

- Вот мы и пришли! Что у вас здесь происходит? - спросила она, поправив стрекозу на голове.

- Ясан исследует землю, а потом скажет нам, где и как копать, - объяснил Витрош, широко улыбаясь.

По полю действительно ходил белобородый старик в компании нескольких человек и тыкал в разные места своим посохом.

- Откуда он знает, где копать? -удивилась Вранка.

- У него большой опыт и живой ум, - ответил Витрош.

- И волшебный посох, - добавила Азура, фыркнув.

- Никакого волшебства, - сказал Витрош, - ему просто известны все малейшие признаки того, что и где может скрываться под землёй, он её буквально видит насквозь.

- Удивительно! - воскликнула Вранка.

- Это ещё что, - улыбнулся юноша, - он может столько рассказать о том, как этот мир выглядел раньше. Многого мы не понимаем конечно, но внешний вид городов представить себе можно.

- Я бы тоже так хотела это узнать, - вздохнула Вранка.

- Потом обязательно расскажу тебе, - сказал Витрош, кладя руку ей на плечо.

Тут Ясан обратился к ямолезцам, и они затихли. Он стал называть имена и каждой пятёрке подошедших к нему людей объяснял, где нужно копать. Из знакомых Вранки старик вызвал Витроша, Броука и мужчину, ради которого кот Рамус пришёл на раскопки. Их компанию вместе с парой крепких женщин он разместил недалеко от края поля, так что остальные ребята могли сидеть рядом и наблюдать.

- Что вы теперь должны делать? - спросила Вранка у Витроша, который стоял, опершись о лопату.

- Ясан подаст сигнал, и будем копать, - сказал он, - на этом этапе ничего интересного не будет, он просто проверит свои догадки, стоит ли продолжать.

- Можно вам помочь? - с надеждой спросил Хави.

- Пока нет, - ответил Витрош, - Ясан сам выбирает, кто будет копать. Сейчас нужны те, кто раскопает быстро и много.

Хави пожал плечами и сел на землю, отойдя в сторону. Здесь уже сидели Лишек и Вржесс, а Ярника, уперев руки в бока, стояла рядом. Вранка заметила, что рана на лбу у Лишека почти зажила, а в чёлку, заплетённую косичкой, воткнута маргаритка.

- Когда же будет сигнал? - спросила Вранка и вздрогнула, услышав всеобщий гул голосов. Люди загудели, настраиваясь на одну ноту, а потом дружно запели:

Чтобы не заснуть,

Чтобы не забыть,

Выберем мы путь,

Будем землю рыть.

Шагом в шаг идём,

Буря в шляпы бьёт.

Мы забудем дом,

Мы забудем гнёт.

Сбросим кандалы,

Цепи разберём,

Чтобы на балы

Царь ходил пешком.

Такая сила была в их голосах, такое единодушие, что Вранке тоже захотелось запеть, и она не стала себя сдерживать. Её наполняло чувство близости со всеми этими людьми: большими и маленькими, худыми и толстыми, чёрными и белыми. Она посмотрела на Витроша, который распевал во всё горло, и на Хави, который глупо улыбался, не понимая, что происходит, и на Ярнику, которая тоже пела, только тихо, покачивая головой из стороны в сторону. На бескрайних просторах полей людям вторили весёлые жаворонки, дружно стрекочущие кузнечики, в такт колыхалось море колосьев, туда-сюда, будто весь мир жил в согласии с ямолезцами, которые, раскачиваясь, обратили свои взоры к небесам. Вранка тоже посмотрела наверх и зажмурилась, сочная лазурь так и кипела над её головой, ни одного даже самого маленького облачка не было видно в обозримом пространстве. Наконец песня умолкла, и люди одновременно хлопнули в ладоши. Раскопки начались.

Глава 11

Люди работали очень быстро и слаженно, как единый механизм. Вранка глаз не могла отвести от этой картины. Каждая группа копала отдельно, но старалась при этом не мешать ни соседям ни себе. Только мужчина с котом, которой всё так же сидел у него на шее, пока они ждали сигнала Ясана, стряхнул его в самом начале раскопок.

- Пойди прочь, жирная колбаса, - сказал он, поводя плечами, - не понимаю, зачем ты вообще сюда пришёл!

- Это наверное я виновата, - сказала Вранка мужчине.

- Что? Как? - удивился тот.

- Попросила женщину в лагере указать нам место раскопок, а она послала кота, чтобы он нас сюда привёл, - объяснила Вранка.

- А, женщина - это Пунча, должно быть, моя жена, - сказал мужчина, без всякого уважения к роскошным пушистым штанам подталкивая кота прочь.

- Давайте его сюда, он может с нами посидеть, - сказала Вранка, пытаясь взять Рамуса на руки.

- Пусть посидит, - сказал хозяин кота, - если твой волк не надумает его сожрать.

Мужчина уже был покрыт капельками пота, хотя раскопки ещё не начались, так что с бороды его, уложенной маленькими хвостиками и закреплённой с помощью малахитовых бусин, капало на свободную рубашку с затейливо вышитым воротником. Кот лениво прошёл по земле, попеременно отряхивая лапки, мрачно посмотрел на Влчека и отправился дальше, видимо в сторону дома. Его хозяин выдохнул, вытер рукавом пот на лбу и вместе со всеми приступил к работе.

Оставшиеся без дела негромко переговаривались между собой. Вржесс, Лишек и Хави снова достали свою игру. Ярника сидела рядом с ними и плела венок из луговых травок, периодически сдувая с лица озорную кудрявую прядь. Азура болтала со своей подругой Янтарой. Вранка присела рядом с подругой, морщась и кряхтя, потому что трава ужасно кололась.

- Как думаешь, выкопают они что-нибудь? - спросила она Ярнику.

- Скорее всего, - меланхолично ответила девочка, - только не сегодня. Витрош же сказал, что они просто проверяют догадки Ясана.

- Эх, столько нужно ждать, пока хоть что-то покажется из земли, - вздохнула Вранка.

- И возможно это что-то будет не то, что нужно, - заметила Ярника.

- Я думаю, им нужно и интересно всё, - возразила Вранка. - Конечно, есть вещи прямо-таки сакральные, но и любая мелочь может пригодиться.

- Остаётся только подождать, - улыбнулась Ярника.

- Вот теперь я поняла, что самое сложное в работе ямолезца - ждать! - воскликнула Вранка.

- Не стоит многого ожидать от находок, - сказала Азура, услышав их беседу, - и тогда ожидание не будет таким мучительным.

- Наверное вы уже привыкли не ждать многого, - вздохнула Вранка, - а я как подумаю о том, что здесь происходило когда-то, о том, что может лежать под нашими ногами...

- Или бегать, - усмехнулась Азура.

- Бегать? - переспросила Вранка.

- Ну да, не слышала легенду про Подземных Горожан?

- Нет.

- Говорят, что где-то есть подземный город, прямо в недрах земли, глубоко-глубоко. Там-то и обитают Подземные Горожане. Они говорят на другом наречии и иногда, под покровом ночи, выходят, чтобы утащить курицу или поросёнка или зазевавшуюся девчонку.

- А вы их встречали?

- Пока нет, и не знаю, хотелось бы мне вообще этого или нет.

- Наверное всё-таки стоит выяснить, кто они такие и откуда взялись.

- Пока это просто легенда, - рассмеялась Азура, - может там и нет никого.

Ярника и Вранка тревожно посмотрели на копающих мужчин, вдруг из-под земли кто-нибудь выскочит? До этого они рассматривали раскопки как развлекательное и просвещающее мероприятие, а теперь начали представлять всевозможные опасности, таившиеся под землёй. Когда девочки напридумывали уже целую кучу ужасов, вдруг раздался выкрик кого-то из ямолезцев, работающих поодаль от группы Витроша. Вранка вскочила, а Ярника ойкнула и закрыла рот руками. Ямолезцы остановили раскопки и остались наблюдать за происходящим. К крикнувшему мужчине поспешил Ясан, который всё это время с важным видом ходил от одной ямы к другой. Теперь он наклонился, похлопал мужчину по плечу и махнул рукой. Поднялся радостный гомон, и мужчины покинули свои посты с лопатами и кирками наперевес.

- Что случилось? Что теперь будет? - забросала Вранка вопросами подошедшего Витроша.

- Теперь будет обед! - радостно воскликнул хозяин Рамуса, помахивая натёртыми руками.

- Всё оказалось так, как Ясан и предполагал, - объяснил Витрош, - пока будет перерыв, а потом раскопки продолжатся, но участвовать будут все.

- А я уж подумала, что нашли что-то, - разочарованно протянула Вранка.

- Нет, что ты, - усмехнулся Витрош, - это так быстро не происходит.

В это время к ним подошли остальные ребята. Броук закатывал рукава и демонстрировал мускулы, но восхищался им, похоже, лишь один Хави, который всё волочил за собой принесённую лопату. Девочки потягивались и зевали, разморённые ярким солнцем.

- Пойдём обедать? - спросил Вржесс. Все восторженно поддержали это предложение и двинулись по направлению к лагерю. Витрош скинул рубашку, и Вранка любовалась тем, как солнце блестит на его плечах. Лишек запел только что сочинённую песню, прославляющую обед, и она вдруг вспомнила.

- Ярника, вы придёте с мамой к нам на обед? - спросила она подругу. - Папа вас звал, чтобы отблагодарить за спасение его жизни.

- Я бы хотела побывать у тебя в гостях, - кивнула Ярника, - но сначала нужно посоветоваться с мамой.

- Я думаю, она разрешит, - махнула рукой Вранка, - вроде они с папой нашли общий язык.

- Было бы здорово, - кивнула Ярника, поправляя на голове только что законченный венок.

- Приходите, как только сможете, - сказала Вранка, она была рада, что подруга не против встречи в замке.

Наконец друзья дошли до шатра, где мальчики быстро растопили печку, а девочки подготовили еду. Все были очень голодны, так что горячим пили просто травяной чай из котелка, а вся еда была холодной: вяленое мясо, хлеб, сыр. Ярника от еды отказалась, потому что уже обедала с мамой. Вранка же упивалась этим обедом на скорую руку, этой весёлой компанией и особенно Витрошем, этой тёплой, но пока ещё не угрожающе жаркой погодой. Всё, ей казалось, шло, как и должно идти. Она отказывалась думать о том, что будет, когда ямолезцы уедут, ведь раскопки в этом месте должны были закончиться ещё нескоро. Поэтому она смеялась и веселилась так, как никогда в жизни.

После обеда у ямолезцев Вранка с Хави отправились домой, одна с пустым туеском, другой - нагруженный лопатой. Мальчик решительно хотел участвовать в массовых раскопках на следующий день. Вранка не стала высмеивать его, она сама мечтала побывать в шкуре настоящего ямолезца.

Перед сном Вранка испугалась, увидев неожиданно влетевшую в комнату сову. Влчек залаял и вскочил, стащив всё одеяло на пол. Оказалось, это была сова Медены и Ярники, Ночка. К ножке её было привязано короткое письмо, которое гласило "Мы придём завтра". Вранка закружилась по комнате от радости, сунула сове припасённый сухарик, выпустила её в окно и запрыгнула в кровать. Вытянув по очереди руки и ноги до боли , она блаженно расслабилась, всё складывалось как нельзя лучше.

Кветушка как обычно встала спозаранку и сразу принялась за работу. Солнышко в эти дни просыпалось тоже рано, и горничной было сподручнее выполнять дела. Проходя коридорами замка, она мычала себе под нос какую-то мелодию и отбивала ритм каблуками, которые громко стучали по каменным плитам замка. Собрав чистое платье и взяв кувшин горячей воды, Кветушка как обычно отправилась будить шлехтичку. Каково же было её удивление, когда девочки не оказалось в комнате! Постель была вся смята, будто на ней всю ночь ворочались, окно распахнуто, а Вранеславы - ни следа. Кветушка в смятении положила платье на кровать, поставила кувшин на столик у окна и отправилась на этаж ниже, чтобы заглянуть в комнату пана Кркава. Однако и там девчонки не было, а шлехт ещё спал.

- Совсем с ума посходила со своими ямолезцами, - покачала головой горничная, - нет бы отдохнуть, как полагается.

Кветушка решила спуститься вниз, чтобы проверить зал, она, уже не напевая и не постукивая каблуками, осторожно шагала по лестнице. И действительно, Вранка в пыльном вчерашнем платье сидела за столом и уминала завтрак. Рядом сидел взъерошенный брат, который тоже встал ни свет ни заря, перед ним как всегда стояла нетронутая тарелка, полная еды.

- Ну что же это за люминесценция, - воскликнула горничная, - я уж вас потеряла!

- Решила сегодня встать пораньше, - запихивая яйцо в рот, промычала Вранка.

- Что? Пораньше? - удивилась Кветушка. - Вам отдохнуть бы как следует после шатания по лесам да полям!

- Сегодня придёт её подруга, - флегматично заметил Хави и добавил, - с мамой.

- Куда придут? Сюда придут? - встревоженно спросила Кветушка.

- Конечно, - сказала Вранка, - к нам в гости. Поэтому я уже заказала кухарке побольше всего на обед.

- На обед?

- Они у нас будут обедать, - кивнул Хави.

- Это какая подруга, из леса которая? - уточнила горничная.

- Угу, - кивнула Вранка.

Горничная сложила руки на груди и задумалась на какое-то время. В замке часто бывали сомнительные личности, многие даже оставались на ночь, но пан Кркав был в полном здравии, да и одобрение шло первым делом от него, а не от непослушной девчонки, которая зла от добра отличить не сможет. Хоть шлехтичка и уверяла, что лесные лекарки совершенно безобидны и даже спасли пана, Кветушка сомневалась в их невинности и бескорыстности. Наверняка они что-то задумали, и если никто в них ничего не видит, придётся ей, простой горничной, отстаивать честь своего хозяина.

- Ну что ты насупилась? - спросила Вранка, которая закончила завтрак и забралась с ногами на стул.

- Если будете встречать гостей, переоденьтесь в чистое платье, - сказала Кветушка девочке и отправилась восвояси.

Всё остальное время она была занята починкой платьев и рубашек шлехтички, только разок вышла во двор проверить, не соберётся ли гроза, надеялась, что это отпугнёт гостей. Однако воздух был по-летнему сухим и душным, на небе не проплывало ни малюсенького облачка, а солнце старательно жарило землю. Кветушка зашла в дом и стала готовиться к встрече гостей.

Они же не заставили себя долго ждать, явились вовремя, как будто заранее знали, когда шлехтичи садятся обедать. Кветушка с готовностью открыла им двери и внимательно оглядела. Девчонка была поменьше Вранки и бледная, как поганка, волосы её торчали вокруг головы смешными спиральками. Маму её горничная уже видела в тот суматошный день, когда шлехт был на грани жизни и смерти, да не успела рассмотреть особо. Теперь рассмотрела да ужаснулась, женщина эта была невозможно красива и с виду благородна, хотя Кветушка с радостью отметила мешки под глазами, неопрятные руки и истоптанную обувь. Горничная ни взглядом ни жестом не показала, что не одобряет их прихода, встретила, проводила, объяснила, куда идти, но решила держать ухо востро.

Обед решили устроить в комнате у пана, он хоть и вставал понемногу, но вниз пока не спускался. Ему приготовили изящный деревянный лакированный поднос, а гостям и детям накрыли рядом с кроватью низенький столик и положили ковры, чтобы они ели, сидя на полу. Кухарка расстаралась, чтобы угодить шлехтичке, поэтому блюд было несметное количество и даже несколько десертов на выбор, кувшины были полны сладкой водой и вином. Кветушка вызвалась сама обслуживать гостей, чтобы ничего не упустить, потому что и сам пан, и юная шлехтичка были будто очарованы лесными дикарками. Разговаривали с ними, как с благородными дамами, потчевали и постоянно благодарили за спасение. Гости ели и пили мало, это Кветушке показалось очень подозрительным. Не боятся ли они отяжелеть и опьянеть от сытной еды и вина? Не задумали ли они чего-то? Горничная подкладывала и подкладывала им куски повкуснее, а они отщипывали по чуть-чуть и всё. Так ли должны себя вести те, кто впроголодь живёт в лесу, надеясь лишь на людскую милость и жалкие подаяния? А может они живут совсем не так, как кажется?

- Кветушка, не будь такой угрюмой, - засмеялась Вранка, когда горничная зашла в комнату в очередной раз, - хватит злиться.

- Я совсем не злюсь, пани, - скромно ответила Кветушка, ругая себя за отражение мыслей на лице.

В этот момент она случайно перехватила взгляд, которым пан Кркав обменялся с лекаркой. Они оба переглянулись и расплылись в улыбке. Это была не просто усмешка над злобной горничной, а нечто иное, какая-то общая эмоция, и эта эмоция Кветушке сильно не понравилась.

После обеда Вранка вызвалась показать подруге замок, и они, прихватив Хави, отправились бродить по лестницам и хихикать. Горничная с помощью поварят начала уносить грязную посуду и остатки еды. Пан Кркав и дикарка остались в комнате вдвоём. Когда Кветушка зашла туда в последний раз, они всё так же сидели на своих местах, но что-то между ними изменилось, в комнате чувствовалось какое-то напряжение. Они улыбались друг другу и тихо вели беседу, и Кветушке показалось, что тон их голосов звучал уж слишком нежно. Горничная давно не слышала таких ноток в голосе хозяина, с тех пор, как умерла его жена. Вот так-так, думала она по дороге на кухню, вот дела. В кухне от внезапно пришедшей в голову страшной мысли Кветушка так сильно сжала ложку, что ложка немного погнулась. Ведьма околдовала и приворожила пана! Теперь нужно было найти и привести помощь.

Тем временем, никого не спросив, на цветущую и поющую землю мягко наступало лето. Днём всё чаще замолкали птицы в чаще, горячий воздух дрожал над дорогой, цветы заканчивали самый яркий период своей жизни, а трава сохла и вяла. Люди стремились сделать свои дела до полудня, а продолжали их уже вечером, после захода солнца, когда открывались городские лавчонки, увешанные фонариками, вокруг которых вились ночные бабочки. Живущие в замке тоже понемногу меняли расписание, до заката никто не стремился выходить наружу, выполняя внутренние поручения, а всё, что надо было делать снаружи, оставляли на раннее утро и ночную пору. Вранка и Хави перестали навещать ямолезцев во время обеда, это было опасно из-за продолжительного пешего пути под активным солнцем. Теперь брат и сестра выходили на рассвете и возвращались домой задолго до полудня, в темноте ходить им запрещал отец. Сами ямолезцы копали теперь ранним утром до рассвета, потом прятались в шатры, а вечером устраивали песнопения у костров. Раскопки в месте, найденном Ясаном, продолжались. Мужчины выкопали уже огромную и глубокую яму в виде прямоугольника.

Однажды Вранка и Хави стали свидетелями появления из-под песка силуэта одной из находок ямолезцев. Это была гигантская повозка на шести мощных металлических колёсах, от которой остался только остов. Вранка задохнулась от восторга, таких громадных штуковин она раньше не видела. Стоящие вокруг были тоже поражены, повозка, хоть и сгнила, но сохранила свои прежние очертания благодаря плотному песку.

- За дело берутся метёлки! - объявил Ясан. - Всё, что найдёте, несите пану Костре.

Отступили мускулистые мужчины с лопатами, пришли женщины и подростки с небольшими щётками и метёлками в руках, ведь теперь требовалась мелкая и кропотливая работа. Найденные вещички несли мужчине, к которому тогда привёл девочек кот Рамус, его звали пан Костра, и он отделял человеческие кости от механизмов и других материалов. Вранка тоже попробовала поработать метёлкой, но ей, в отличие от Хави, не хватило усидчивости, поэтому она взялась носить мелкие предметы Костре.

- Не тряси, не кидай, - учил он её, - клади аккуратно, чтобы ничего не сломать.

- Зачем? Это же просто кости, - пожимала плечами Вранка.

- Кости очень важны, они могут многое рассказать, - вглядываясь в обломки, говорил пан Костра.

В один день какая-то ямолезка раскопала целый череп, и все сгрудились посмотреть. Череп был маленьким, ровным и белым, лишь с одной стороны была пробоина, как будто третий глаз.

- Красота, - заключил пан Костра, - года четыре было мальчику.

- Это детский череп? - удивилась Вранка.

- Конечно, - кивнул пан Костра, - здесь всё сплошняком детские кости, посмотри, какие есть маленькие, меньше года. А вот эти - подростки типа тебя. Но взрослых пока не было совсем.

- Они ехали в этой повозке? - спросила Вранка.

- Очевидно, - сказал подошедший к ней Витрош, - целая повозка детей.

- Куда же они ехали без взрослых? И что с ними случилось? - спросила Вранка. Ей сложно было даже представить такую ситуацию.

- Случилось что-то нехорошее, - мрачно проговорил Витрош, - а насчёт взрослых... Сейчас ребята раскапывают переднее сиденье, возможно там будет кто-то. Тот, кто их вёз.

Они помолчали, полные грустными мыслями. Солнце, только недавно поднявшееся с горизонта, уже вовсю жарило землю, отбрасывая причудливые тени от людей и деревьев. Вранка почувствовала, что пора собираться домой.

- Пойду разыщу брата, - вздохнула она.

- Вам пора? - спросил Витрош.

- Да, становится жарко, нужно успеть добраться до дома, - сказала Вранка, - заодно захвачу Ярку, а то она тоже у вас засидится.

- Не разлучай её с Лишеком, - засмеялся Витрош, - он будет грустить.

- Он больше будет грустить, если она зажарится, как колбаска, - подмигнула Вранка и отправилась на поиски Хави. Долго искать не пришлось, он как раз вылезал из ямы, весь покрытый пылью, как будто сто лет пролежал в сундуке.

- Уже? - протянул он.

- Солнце, - лаконично заметила Вранка.

Дети нехотя начали собираться в дорогу, Хави отряхивался, как собачонка, вылезшая из воды. Неожиданно среди ямолезцев поднялся шум, несколько человек выбежали на дорогу. Там какой-то человек, весь потный и покрытый дорожной пылью, остановился и переводил дух. Видно было, что он очень спешил сюда добраться откуда-то издалека. Вранка и Хави, не сговариваясь, побежали смотреть. Это был худой мужчина небольшого роста, голова его была обрита, только узкая бородка выдавалась вперёд, носил он обтягивающие одежды цвета охры. Мужчина, видно знал многих ямолезцев, он приветствовал их и каждому говорил несколько слов. Наконец он обнял подошедшего Витроша, что-то сказал ему и передал свёрнутый в свиток листок бумаги. Толпа не двигалась, внимательно изучая лицо парня, как будто на нём должно было отразиться содержимое письма. Витрош дочитал и обратился к толпе.

- Это Камсин, мой отец, - удивлённо сказал он, - просит быстрее воссоединиться с ними.

Толпа загудела, как улей набитый пчёлами, и только Вранка, возмущённая посланием, громко выкрикнула: "Почему?!".

- Это странно, - Витрош обвёл глазами поле раскопок и толпу, - он пишет "мы нашли других". И всё.

Глава 12

У Вранки мурашки по спине побежали, когда она услышала слова Витроша. "Мы нашли других". Тех ли Подземных Горожан, про которых говорила Азура? Добрые они или всё-таки нет? Почему Камсин требует помощь? От мысли, что ямолезцы соберут свои пожитки и отправятся восвояси, сердце Вранки на секунду сжалось до боли. Что же она без них будет делать? Как проживёт без улыбки Витроша, без разговоров с паном Кострой и Азурой, без всей этой гомонящей и такой уже родной толпы? Неужели ей придётся остаться в скучной неизвестности, когда Племя уйдёт в дальние дали, чтобы раскрыть тайну “других”? Вранка печально вздохнула.

Витрошу теперь было не до неё, он повёл гонца к Ясану, всё ещё держа в руке письмо. Взбудораженная поначалу толпа теперь стала расходиться, огибая стоящих столбами брата и сестру.

- Пойдём искать Ярку, - сказала Вранка брату, которого до сих пор крепко держала за руку.

- Ты слышала? - спросил Хави, пока они пробирались через толпу. - Кого это они нашли?

- Я потом узнаю у Витроша, - сказала она, - он должен знать.

- Что это за “другие” такие? - продолжал выпытывать у сестры Хави.

Вранка пожала плечами, но рассказала ему легенду о Подземных Горожанах.

- Может это их встретил отряд Камсина, - предположила она.

Наконец дети подошли к шатру, который ямолезцы поставили, чтобы можно было отдохнуть и перекусить, здесь Вранка рассчитывала встретить подругу. И действительно, девочка наматывала холодное полотенце на голову какой-то женщине, изнурённой зноем. Женщина сидела, обмякнув, на земле, а Ярника крутилась вокруг.

- Мы уже уходим, - сказала Вранка, - пойдёшь с нами?

- Да, я уже собиралась, как тут привели эту пани, - объяснила запыхавшаяся Ярника.

- Хорошо, тогда мы пойдём, - грустно кивнула Вранка, ей очень хотелось пройтись с подругой, пока не начался скучный и жаркий день, который придётся провести дома.

- Идите, я вас догоню, - сказала Ярника, наливая женщине воды в глиняную кружку.

Брат и сестра почти поравнялись с лагерем ямолезцев, когда девочка их наконец догнала.

- Оставила ту пани на местную лекарку, пани Занетту, - запыхавшись сказала она, - думаю, с ней всё будет в порядке.

- Ты сама настоящая лекарка, - улыбнувшись сказала Вранка.

- Ты знаешь, у мамы тут что-то случилось, - вдруг сказала Ярника, всё ещё пытаясь отдышаться, - она ходила навещать больного, а её даже в дом не пустили.

- Почему? - удивилась Вранка.

- Всякие глупости говорили, даже повторять не хочу, - фыркнула Ярника.

- Какие? - заинтересовался Хави.

- Ну... сказали, что она околдовала шлехта, вашего папу, приворожила его, - наконец выговорила Ярника и пнула камешек, - и так в нескольких домах. А из таверны в неё плеснули кислым молоком и назвали ведьмой.

- Что за ерунда? - нахмурилась Вранка. - Околдовала, приворожила? Что они имеют в виду?

- Понимаешь, - смутилась Ярника, - моя мама и твой папа... Они действительно как-то... Подружились.

- Влюбились друг в друга? - удивилась Вранка.

- Похоже, - кивнула юная лекарка.

Хави со знанием дела присвистнул. Шлехтичка задумалась. Медена и правда начала бывать у них почти каждый день, но Вранка связывала это с папиным восстановлением после операции. Они вдвоём выходили гулять, и Медена осторожно поддерживала его под руку, чтобы он не споткнулся, а Кркав иногда задумчиво улыбался и с нежностью разглядывал свою спасительницу, но Вранка не ставила под вопрос природу их отношений. Она просто радовалась, что они хорошо ладят друг с другом и постоянно находят темы для разговоров. Теперь она стала припоминать и нежные улыбки, и тихие разговоры, и то, каким отец стал радостным, и теплота, с которой Медена смотрела на своего бывшего пациента. Раньше Вранка никогда не задумывалась о том, захочет ли папа жениться ещё раз. А если и приходили иной раз такие мысли, то только в сказочном контексте, где мачеха всегда была жадной злой старой тёткой. Что если Медена станет её мачехой? Каково будет Вранке?

Так, в тишине, ребята прошли мимо лагеря ямолезцев и приблизились к городу. Погружённая в обилие разнообразных мыслей, Вранка даже не заметила суеты в лагере, толпы, окружившей шатёр Ясана, где ныне привечали гонца, и шума взволнованных голосов.

- Пойду домой, - наконец грустно сказала Ярника, - увидимся завтра.

- Увидимся, - кивнула Вранка, - пока они не уехали.

- Ты же пропустила письмо, - сказал Хави, пытаясь сбить палкой самую высокую крапивину, растущую у дороги.

- Какое письмо? - удивилась Ярника.

- Отец Витроша написал, - объяснила Вранка, - они нашли каких-то других и зовут к себе.

- Странно, - нахмурилась Ярника, - кого он имел в виду?

- Без малейшего понятия, - покачала головой шлехтичка, - спросим завтра у Витроша, может он знает.

- Тогда до завтра, - кивнула Ярника.

- Подожди, - Вранка тронула её за руку. - Я была бы очень рада, если бы Медена стала и моей мамой тоже.

Брат удивлённо посмотрел на неё, а Ярника улыбнулась, сжала руку девочки в ответ и направилась под сень густых крон деревьев, шагая по дороге к маленькому лесному дому.

- Мамой? - спросил Хави сестру, когда они пошли дальше.

- А что? - пожала плечами Вранка. - Она умная, добрая и красивая. Что ещё надо?

Хави фыркнул и продолжил сбивать палкой растения, пока Вранка, вечная защитница всего цветущего, не отняла и не сломала его оружие.

Город уже затихал перед апогеем дневного зноя, все ставни были закрыты, лавочки сворачивали деятельность, дети заканчивали игры, неохотно покидая на улице палки, камни и прочие игровые предметы, которые приобретали всевозможные чудесные свойства исключительно благодаря детскому воображению. Хоть на улицах и становилось всё тише, Вранке казалось, что многие люди не спешат спрятаться в свои дома и показывают на неё пальцами, а некоторые шушукаются и посмеиваются.

- Ты это тоже видел? - спросила она брата, не поворачивая головы в его сторону. - Или мне кажется?

- На нас все смотрят, - согласился он.

На городской площади Вранку и Хави взяли в кольцо несколько ребят, которые хихикая и показывая рожицы пели занудную песенку собственного сочинения: "Ворожила-ворожила, принцесну в жабу превратила!", но достаточно было Влчеку по приказу хозяйки выйти вперёд, как детвору тут же смыло в подворотню.

- Давай скорее домой, - тревожно сказала Вранка брату, и он ускорил шаг.

Дети выдохнули с облегчением, лишь когда за ними закрылась тяжёлая дверь замка и их объяло привычной прохладой. Они поспешили переодеться и умыться, им казалось, что недобрые взгляды взрослых и ехидные песни детей осели на них, будто грязь. Когда они спустились к обеду, их уже ждал сияющий и бодрый отец, наваливший себе на тарелку целую гору еды.

- Ну что, как там Племя? - спросил он, потрепав сына по голове. - Какие новости?

- Такие новости, - угрюмо проворчала Вранка, - уезжают они.

- Уже снимаются? - спросил Кркав. - Как жаль, вроде совсем недавно начали раскопки.

- Их вызвал отец Витроша, - сказала Вранка, усаживаясь за стол, - ему, видимо, нужна помощь.

- Что поделаешь, - вздохнул Кркав, откусывая от куриной ножки, - такая у них жизнь кочевая: сегодня тут, завтра там...

- Сегодня Медена приходила? - осторожно начала Вранка, и Хави сразу посмотрел на неё, сделав большие глаза.

- Нет, она придёт завтра, сегодня у неё другие больные, - объяснил Кркав, - а что? Ты хотела с ней встретиться?

- Нет, просто я за неё беспокоюсь, - сказала Вранка, - ходить сюда не совсем безопасно.

- Почему же это? - Кркав удивлённо откинулся на стуле и посмотрел на дочь.

Хави помотал головой, уставившись на сестру, но она не обращала на него внимания.

- В городе ходят слухи, что она тебя околдовала, - сказала Вранка, - и несколько больных уже не пустили её на порог, из таверны плеснули кислым молоком, а на нас с Хави все пальцем показывали.

Кркав, услышав её слова, застыл на месте с косточкой в руке, проделавшей лишь полпути до его рта, только мизинец правой руки слегка подрагивал.

- Слухи, - утвердительно сказал он, не выходя из задумчивости. - Слухи, значит.

- Наверное кто-то просто заметил, что она часто ходит к нам, - заметил Хави.

- К нам ходит целая куча народу, - возразила Вранка, - и похуже, чем лесная лекарка.

- Правда, - сказал Кркав, отодвигая недоеденный обед в сторону, - дело не в этом. Наверное это кто-то из слуг, но теперь уже не важно. Дети...

Он помолчал, и Вранка с Хави тоже молчали, ожидая продолжения.

- Дети мои, Медена и правда околдовала меня, - признался Кркав, сложив руки перед собой, - но не с помощью заклинаний или приворотного зелья. Просто своим теплом, своей добротой и мудростью, своей красотой. Мне с ней хорошо и приятно. Я хотел бы всё время быть с ней рядом и всегда буду искать такую возможность.

- Вы поженитесь? - спросила Вранка.

- Я бы очень хотел этого, - признался Кркав, - и если Медена ответит согласием, мы будем искать способы это сделать.

- А почему нужно искать какие-то способы? - спросила Вранка. - У нас в городе каждый месяц по свадьбе, а то и две.

- Городской глава вряд ли поженит меня с простолюдинкой, - вздохнул Кркав, - нужно будет искать нейтрального посредника.

- Который не будет связан с городом? - спросил Хави.

- Именно, - кивнул шлехт, - вы, я так вижу, не против?

- Конечно, папа, - воскликнула Вранка, - я бы мечтала о такой маме и сестре!

- А я просто не против, - сказал Хави, пожав плечами.

- Тогда побегу отправлять письмо, - сказал Кркав, вскакивая, - позову их с дочкой вечером для беседы.

Не дожидаясь ответа или реакции, он быстрым шагом вышел из зала. Дети некоторое время помолчали, обдумывая происходящее.

- Есть не хочется, - сказал Хави, вставая.

- Ты как всегда, - упрекнула его Вранка, - хоть и бегаешь по раскопкам всё утро, а всё равно не голодный.

Мальчик развёл руками и отправился восвояси. Вранка осталась одна, не считая лежащего под столом Влчека. Она думала о том, идти ли ей вечером на раскопки или остаться и послушать, как папа будет делать предложение Медене. Ямолезцы собираются уходить, и она вряд ли скоро встретится с Витрошем ещё раз. Однако если Медена согласится с предложением Кркава, нужно будет сразу же обсудить свадьбу и решить, в какой комнате будет спать Ярника. Не будут же они продолжать жить в лесу, если станут частью их семьи. Да и посмотреть, как всё это будет происходить, очень хочется. Обрадуется ли Медена? Или возмутится превратному пониманию их с отцом дружбы? Вдруг она вообще обидится?

В залу неожиданно вошла Кветушка и сказала: "Вас уже ждёт наверху пан Смрк". В последнее время она стала какой-то угрюмой и неразговорчивой, что было на неё совсем непохоже.

- Что с тобой, Кветушка? Заболела? - спросила Вранка, вставая из-за стола.

Горничная испуганно вскинула на неё глаза, как будто ожидая удара, и сложила руки за спиной.

- Нет-нет, всё хорошо, паничка, - пробормотала она.

Шлехтичка пожала плечами и побежала наверх. Заниматься чтением и арифметикой в такую жару, когда все остальные развлечения становились недоступны, было лучшим способом убить время. Пан Смрк клевал носом, сидя в кресле, когда она поднялась к себе, и вздрогнул, услышав её шаги.

- Это я, - с улыбкой возвестила девочка, - давайте заниматься.

- Давайте, пани, - кивнул старый учитель, - сегодня мы будем читать известный трактат монаха Гагата Белого. Он описывает мироустройство и человеческую сущность века третьего от Великого Возрождения.

Человеческая сущность Вранеславы Черной безумно желала присоединиться к ямолезцам или побродить в лесу со своей подругой, но делать было нечего, пришлось читать трактат. Он, хоть и был жутко многословным и велеречивым, но содержал довольно интересные сведения про то, как строилось новое общество на останках былой цивилизации. Вранка даже встретила там упоминание о ямолезцах как о "славном бродячем народце, хвалящемся наукою во всякие дыры влезать и старости, в прах рассыпающиеся, наружу извлекать".

Время с рассудительным монахом Гагатом пролетело незаметно. Вранка сама пропустила момент, когда солнце стало светить с другой стороны. Пока она дочитала первую главу трактата, пан Смрк заснул, опершись на согнутую руку, на него всегда так влиял летний зной. Девочка некоторое время понаблюдала за его безмятежным сном и тихо встала, оставив учителя в кресле. У него должно было быть занятие с Хави, но Вранка решила, что ему не помешает сначала немного поспать.

Она спустилась вниз, там было тихо и пусто. Солнце начинало клониться к горизонту, но снаружи пока было светло и очень жарко. Вранка по старой памяти села у гобелена и стала рассматривать любимые картинки. Все истории, которые теперь приходили ей в голову, были связаны с ямолезцами или лесными лекарками. Вот эти два человечка рядом с хижиной - она и Витрош, разговаривают о какой-то ерунде и смеются, там, дальше, где костёр и котелок над ним - Ярника помогает приготовить обед Лишеку, Вржессу и Броуку, в хороводе девиц с яркими платьями Азура, она наверняка поёт во весь голос.

Пока Вранка рассказывала сама себе истории, стало темнеть. Человечки на гобеленах превратились в размытые силуэты, потемнели и замолчали. Наконец один из слуг пришёл, чтобы зажечь свечи в зале. В этот миг в дверь постучали. Вранка сорвалась с места и побежала открывать. Это были Медена и Ярника. Они выглядели усталыми, но весёлыми, в руках у Медены был её лекарский чемоданчик, который она всегда носила с собой на всякий случай. Девочки сразу же крепко обнялись, и Вранка побежала просить ужин, пока гостьи располагались в зале. Теперь не было нужды устраивать застолье в комнате Кркава, он уже уверенно спускался и поднимался по лестницам. Вот и сейчас он появился в зале вместе с Хави, который немного стеснялся Медены. Вся компания расселась за столом, освещённом длинными свечами в резных подсвечниках, и стала ждать ужина, лениво переговариваясь. Когда еду принесли, Вранка сама помогла разложить по тарелкам аппетитных запечённых перепёлок с дикой спаржей.

- Прежде, чем мы начнём ужин, - внезапно сказал Кркав, поднимаясь из-за стола, - я хотел бы кое-что сказать.

Все замерли, обратив на него свой взгляд: Медена и Ярника с недоумением, Вранка с улыбкой, а Хави с тревогой.

- Я.., - начал шлехт, кашлянув, но не закончил предложения, прерванный внезапным стуком в окно.

Все посмотрели друг на друга. Только Кркав решил заговорить снова, как звук повторился.

- Что это там? - спросил он гостей, как будто они могли знать.

Хави подбежал к окну и открыл его, впустив крылатый серый комочек, сову Ночку. Медена и Ярника вскочили, ловя её в руки. У неё не было никаких записок и сообщений на лапке, но сама она была довольно красноречивым сообщением - её перья с одной стороны были сильно обожжены. Вранка принюхалась - маленькая перепуганная совушка отчётливо пахла гарью.

- Пожар, - тихо сказала девочка.

- Каскад бифуркаций! - воскликнула Медена, хватаясь за голову. - Наш дом!

Она кинулась к выходу, но Кркав остановил её, схватив за плечи.

- Ты уже не успеешь, - тихо сказал он, - лето на дворе.

Все помолчали, а Медена, уже не пытающаяся вырваться из рук шлехта, опустила голову. Наконец он выпустил её из объятий, обведя глазами притихших и испуганных детей.

- У меня есть идея, - сказал он, - идите за мной.

Все потянулись за Кркавом по многочисленным кривым и тёмным лестницам, на самый верх, в одну из старых комнат, выходящих окнами на город и поля. Шлехт с силой распахнул тяжёлые шторы и с трудом открыл скрипящее иссохшимися рамами окно. Плотный и жаркий воздух был наполнен треском цикад, в темноте носились шустрые летучие мыши.

- Смотрите, - сказал он, вытягивая вперёд руку и прищурившись, - там.

Вранка посмотрела и увидела в темноте яркое мигающее пятнышко, загорающееся то оранжевым, то жёлтым.

- Это правда наш дом, - еле шевеля губами произнесла Ярника.

Никто не мог больше сказать ни слова. Они молча стояли у раскрытого окна, опустив руки. Что тут ещё можно было сделать?

- А это что ещё? - наконец нарушил тишину Хави.

В темноте, то появляясь, то пропадая, одно за другим потянулись цепочкой из города яркие пятнышки. Вереница огоньков поползла по дороге, кидая отблески на маленькие фигурки, марширующие вперёд неровным строем, словно длинная колонна муравьёв с крошечными факелами в лапках.

- Это они, - вздохнула Медена.

- Они движутся к нам! - в ужасе воскликнула Вранка.

Кркав закрыл окно и задёрнул шторы, подняв в воздух облако густой серой пыли.

- Вот что, идёмте в другую комнату, - решительно сказал он, - я узнаю, зачем они пришли и чего хотят.

- Они пришли за нами, - твёрдо сказала Медена, высоко подняв голову, - поэтому дай нам уйти. Вы ни в чём не виноваты.

- Медена, - мягко сказал шлехт, взяв за руки лесную лекарку, - я не могу дать вам уйти. Сегодня за ужином я хотел предложить, чтобы вы стали частью нашей семьи. Ты - моей женой, твоя дочь - моей дочерью.

Медена испуганно вскинула на него глаза, будто зайчонок пойманный в капкан.

- Я... женой? - ошарашенно переспросила она.

- Вот именно, - кивнул он. - Ты бы согласилась?

Дети замерли в ожидании. Вранка нервно кусала губы: неизвестные люди собирались с факелами у замка, а отец вздумал как-то неуклюже делать предложение. “Скорее, скорее”, думала она.

Медена посмотрела прямо в глаза Кркаву, словно искала там какой-то ответ, и, как будто найдя его, кивнула. Ярника тихо всхлипнула.

- Да, - сказала её мама, сжав руки шлехта. - Да, я бы согласилась.

- Теперь вы - часть моей семьи, - широко улыбаясь, сказал Кркав, - и я не могу отдать вас на растерзание. Идём!

Он взял за руку невесту и широкими шагами отправился вниз по лестнице, которая стонала и скрипела, словно не желая видеть в доме новую хозяйку. Встревоженные неожиданным поворотом событий, дети кубарем повалили вслед за взрослыми, а замыкал процессию угрюмый Влчек, который ненавидел бегать по лестницам, но не мог бросить хозяйку.

- Что-то будет, - мрачно пробормотал Хави, крепко держась за перила, чтобы не свалиться в суматохе.

Глава 13

Кркав с детьми и Медена с дочкой шумно прошли коридором и ещё парой лестниц в комнату с балконом, который выходил прямо на двор перед входной дверью. Влчек заразился всеобщим беспокойством и тревожно поводил ушами из стороны в сторону. Кркав тоже прислушивался к происходящему снаружи. У Ярники внезапно закружилась голова, она села прямо на пол, съехав по стене.

- Ты просто пока не привыкла к беготне по нашим лестницам, - сказала Вранка, присаживаясь рядом и вытаскивая из кармана пучок мяты.

- Слишком много всего происходит, - еле дыша, сказала Ярника, - такое со мной впервые.

Кркав наконец осторожно выглянул в окно. Медена и Хави отрешённо стояли посреди комнаты, не зная, куда приткнуться.

- Присаживайтесь на кресла, - сказал им шлехт, - или вот на этот диван. Там уже собирается толпа с факелами. Я выйду на балкон, чтобы узнать, чего они от нас хотят.

- Я с тобой, - кинулась к нему Вранка.

- Подожди... Хотя ладно, - махнул рукой Кркав, - не думаю, что они будут кидаться камнями.

Он открыл украшенную разноцветными витражами дверь, и они вдвоём вышли на балкон, оставив встревоженную компанию позади. Ночь здесь была шумной и яркой от света факелов. За гомоном толпы и стуком инструментов не было слышно ни цикад, ни летучих мышей. Оглядывая злобно настроенный народ, Вранка узнала многих горожан. Тех, кто желал ей хорошего утра, тех, кто продавал булочки или шил платья. Тех, кто так внезапно изменился, будто с приходом ночи претерпел метаморфозы, подобные тем, от которых в полнолуние страдают оборотни.

- Смотри, кто там в стороне, - шепнула девочка отцу, - это же Вепшемысл с мамулей.

- Ждут, что меня будут убивать, - фыркнул Кркав, - чтобы добраться до наследства наконец.

- Может натравить на них Влчека? - спросила Вранка.

- Не стоит злить толпу, - благоразумно заметил Кркав.

Наконец он спокойным шагом подошёл к самому ограждению балкона, со скучающим видом оглядел бушующий народ и обратился к нему мягко и со всей вежливостью, на которую был способен в такой ситуации.

- Уважаемые горожане, - начал он, - я вижу вас здесь во всеоружии, с огнём и мечом, у врат моего мирного дома. Что привело вас сюда?

Толпа зашумела: затрясли лопатами и кочергами мужчины, затопали каблуками женщины.

- Слышали, что тебя заколдовала ведьма, - наконец выкрикнул мясник, когда остальные чуть успокоились, - и собирается стать госпожой в этом замке.

Народ живо закивал, поддакивая мяснику, и только Вепшемысл с маменькой мрачно смотрели на действо, как грифы, ожидающие скорой кончины раненого животного.

- Ведьма? - с неприкрытым удивлением спросил Кркав. - Что за ведьма?

- Лекарка из леса! - раздражённо крикнул пекарь. - С кудрявой дочкой.

- Она тебя напоила приворотным зельем, - опять забасил мясник.

- Зашила в живот лягушку, - пискляво добавила швея.

- Эта лекарка просто лечит людей, - сказал Кркав, - она не умеет колдовать.

- Докажи! Докажи! - послышались крики из толпы.

- Выдай её нам, мы проверим, спасётся ли она от огня, - плотоядно усмехнувшись, сказал мясник.

- В огонь! В огонь! В огонь! - стала скандировать толпа.

- Может у вас есть другое предложение? - спокойно спросил Кркав. Вранка видела, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих ограждение балкона.

- Есть! - заорал мясник. - Подпалим твой замок и посмотрим, кто там из вас умеет колдовать!

- Подпалим! Подпалим! В огонь! - заорала толпа.

Вранке вдруг стало страшно. Она увидела в глазах людей дикую одержимость, которая превращала их в голодных зверей, жаждущих крови. Она представила, как они закидывают факелами её дом, и огонь начинает жадно пожирать картины, игрушки, кровати и прячущихся в нём людей. Так они сделали с домом Медены и Ярники, превратили в прах все дорогие вещи, безделушки, пучки сушёных трав и пузырьки с настойками. Так они поступят и сейчас. Кркав положил ей руку на плечо, будто почувствовав её страх.

- Хорошо, - сказал он, обращаясь к толпе, - я вас выслушал. У меня тоже есть, что вам сказать.

Он замолчал, дожидаясь, пока замолкнут отдельные личности. Народ постепенно обращался в слух, казалось, что даже цикады затихают, готовясь слушать его слова.

- Медена, эта лесная лекарка, - начал он ровным тоном, - была с нами с самого своего рождения. Будучи молодой девушкой, она начала лечить нас, пользуясь научными знаниями, которые передали ей предки. Помните, как она исправила руку сыну кузнеца, и он снова смог работать в кузнице? Помните, как она спасла маленького внука бакалейщицы, который вздумал утопиться в утином пруду? Помните, как она вытащила застрявших тройняшек из жены сапожника, одного за другим, и теперь они бегают и смеются на воле? Многие, благодаря ей, всё ещё имеют детей, мужей и внуков, здоровых и счастливых.

Вранка с радостью заметила, как люди в толпе, слушая эту речь, кивают и оглядываются друг на друга. Она ликовала: отец здорово придумал напомнить о заслугах Медены перед городом, теперь она наверняка будет спасена. Однако внезапно речь Кркава приняла неожиданный поворот.

- Вы и правда хотите убить ту, которая так помогала вам, не жалея собственных сил? - спросил он. - Моё предложение таково - мы прогоним лекарку и её дочь из города, пусть никогда они больше не возвращаются и живут себе где-нибудь в другом месте. Обещаю вам, что до рассвета я посажу их на повозку и отправлю в далёкие края. Тем же из вас, кто пожелает остаться и убедиться в честном исполнении этого приказа, я выделю вина, хлеба и одеял, чтобы они могли провести ночь у стен замка.

Люди в раздумьях зашевелились и начали обсуждать предложение Кркава между собой. Многие опустили или бросили на пол садовые инструменты, принесённые в качестве оружия. Вранка заметила, как исказилось лицо Клиштемиры, кончики её презрительно сжатого рта опустились ещё ниже, а брови сурово встретились на переносице. Отъезд лекарки был ей явно не по вкусу. Что же до Вранки - она была просто убита. Отправить в далёкие края Медену с Ярникой? После того, как отец объявил их своей семьёй? Просто из-за волеизъявления пьяной толпы? Почему нельзя было прогнать горожан? Почему нельзя было драться и защищать свою семью? Вранка не могла понять, что двигало её отцом. Тем временем из толпы вышел мясник и встал, сложив руки на груди.

- Мы принимаем твоё предложение, - грозно сказал он, - и останемся тут, чтобы убедиться в его исполнении.

- Как скажете, - кивнул Кркав. - Я велю выдать вам еды и одеял, а также подготовлю повозку. До рассвета лекарки покинут город.

На этом он развернулся и прошёл обратно в комнату, а Вранка поспешила за ним.

- Папа! Папа! - громко шептала она. - Что ты наделал?!

- Не волнуйся, - кратко сказал он, - я всё улажу.

Когда балконная дверь была закрыта, взоры всех присутствующих обратились на отца и дочь. Всё это время Медена и Хави с Ярникой еле могли дождаться исхода дела. Неожиданно, перед тем, как Кркав промолвил хоть слово, в дверь кто-то громко постучал. Все переглянулись, и шлехт кивнул. Хави открыл дверь, впустив растрёпанную всхлипывающую Кветушку, неистово теребившую фартук.

- Что ещё случилось? - раздражённо спросил Кркав горничную.

- Это я! - с рыданиями воскликнула та. - Я во всём виновата!

Выкрикнув это, она повалилась на пол, закрыв лицо руками. Все уставились на эту сцену в непонимании, лишь Медена подсела к горничной, и, приобняв, стала успокаивать.

- Не плачьте, лучше объясните, в чём дело, - говорила она Кветушке.

- Я рассказала всё пани Клиштемире, - выдавила та, без остановки шмыгая носом, - а она поведала всему городу.

- Что ты ей рассказала? - удивлённо спросил Кркав.

- Что вас приворожила лекарка, - икая, объяснила Кветушка. - Я не хотела вам зла, хотела вас защитить!

Последнюю фразу она провыла и опять закрыла лицо ладонями. Все переглянулись.

- Не расстраивайтесь так, - мягко сказала Медена, гладя горничную по голове, как маленькую девочку, - сейчас вам станет получше.

Она достала из кармана какой-то мешочек, развязала его и дала понюхать Кветушке. Та сунула нос, сморщилась, чихнула и шумно выдохнула воздух.

- Теперь уже поздно что-то делать с этим, Кветушка, - устало сказал Кркав.

- Да, - с упрёком добавила Вранка, - теперь им придётся уехать навсегда!

Все присутствующие обернулись на неё с удивлением, а горничная едва смогла поднять глаза на свою паничку, так стыдно ей было.

- Уехать? - переспросила Медена, ловя взгляд шлехта.

- Я тебе всё сейчас объясню, - быстро сказал Кркав, помогая встать немного успокоившейся горничной, - но сначала нужно отправить детей спать, уже глубокая ночь.

Кветушка поклонилась шлехту с лекаркой, всхлипнула последний раз и, еле переставляя ноги, повела детей спать.

- Можно Ярка ляжет со мной? - попросила Вранка. - Я боюсь спать одна сегодня.

- Конечно, пани, - сказала Кветушка, всё ещё дрожа после плача, - если она сама захочет.

- Хочу, - тихо сказала Ярника, - тем более если нам придётся расстаться.

- Я так не думаю, - внезапно горячо ответил Хави, - папа наверняка что-то придумает, вот увидите!

Девочки посмотрели на него и молча поднялись наверх, а Хави отправился спать в свою комнату. Кветушка расстелила им кровать и зажгла свечи.

- Иди, - устало сказала ей Вранка, - умываться уже не буду, слишком поздно.

Горничная кивнула и молча удалилась, что было совсем не в её характере. Хотя Вранку такие мелочи волновали мало, она больше беспокоилась о том, что станет с Меденой и Ярникой, куда их отправят, и успеют ли они попрощаться. Девочки забрались в кровать, рядом с ними улёгся Влчек и свернулся калачиком. Пока они лежали, дрожа от пережитых событий, Вранка рассказывала подруге, как прошла встреча с горожанами, хотя некоторые кровожадные подробности ей пришлось опустить, чтобы не испугать Ярнику ещё больше.

- У нас теперь ничего нет, даже нашего дома нет, - тихо сказала Ярника. - Уехать - не такая уж и плохая идея.

- А как же я? Как папа? - спросила Вранка. - Как же мы будем без вас?

- Я придумаю, как можно послать тебе весточку, - сказала лесная лекарка, утешая подругу, у которой щёки блестели от слёз.

- Это какой-то страшный сон, - рыдала шлехтичка. - Сначала мама, потом та, кто могла бы стать моей мамой!

Ярника обнимала её и молчала, у неё на сердце как будто навалился булыжник и заблокировал любые эмоции. Она непроизвольно покачивалась, успокаивая Вранку, как будто усыпляла плачущего младенца. Наконец Вранка затихла. Ярника осторожно погладила её по голове и сама заснула, подложив руки под подушку.

Ночь, разогретая было топотом ног, криками и отблесками факелов, снова была ночью - стихией цикад, летучих мышей, сов и разных загадочных существ, выползающих только в темноте. Редкие шорохи и стуки лишь дополняли ночную тишину. Вранке снилась погоня: она, привстав, неслась на каком-то огромном мохнатом животном, а впереди, далеко-далеко, шёл некий человек, которого ей нужно было во что бы то ни стало догнать, но она никак не могла, хотя человек, казалось, совсем не двигался, а мохнатый зверь нёсся во всю мочь. Ярнике снился полёт: она невесомо парила над лесом в каком-то лёгком розоватом тумане, осматривая знакомые тропки и лужайки, и если ей хотелось, могла легко приблизиться к любому месту в лесу так, чтобы рассмотреть микроскопический грибочек, выросший в моховом мирке, или хвоинку, застрявшую в паутине. Влчеку снилось детство: он снова был мелким пушистым комком, ощущал на своей нежной шкурке жёсткую человеческую руку, которая переносила его с одного места на другое, лапки его сучили в воздухе, и он с удивлением их рассматривал, такие они были короткие, пухлые и неуклюжие. Внезапно он резко выскочил из своего странного сна - в коридоре кто-то ходил. Запах был знакомым, поэтому Влчек не стал кидаться к двери с лаем. Он встал с кровати и подошёл к двери. Незнакомец шёл осторожно, стараясь не шуметь, что звучало подозрительно, поэтому Влчек глухо заворчал. Вранка в этот момент свалилась со своего зверя и сразу проснулась.

- Кто там? - спросила она шёпотом. Влчек вильнул хвостом и посмотрел на дверь. Рычать больше не требовалось - хозяйка сама разберётся со своими странными знакомыми, бродящими в темноте по замку. Тем более, что пока человек подходил всё ближе и ближе по коридору, запах становился всё более безопасным, и когда хозяйка начала осторожно открывать дверь, пёс уже знал, кого он там увидит.

Человек был абсолютно чёрным в ночной тьме, лишь в ухе яркой звёздочкой горела маленькая серьга. Вранка радостно выдохнула и бросилась ему на шею. Витрош, а это был именно он, не ожидая нападения, отшатнулся, но потом, узнав подругу, тоже обхватил её руками.

- Это ты, - шептала она. - А я так испугалась!

- Это я, это я, - говорил он, гладя её по голове.

- Я так рада, что это ты, - говорила Вранка, - я думала, это кто-то чужой.

- Нет, это я, - снова повторял Витрош.

Наконец они отстранились, и Вранка, схватив его за руку, повела в комнату. Здесь тоже было темно, но светлее, чем в коридоре, благодаря окнам. Они отпечатывались светлыми прямоугольниками на полу, и прямо по ним провела Вранка этого ночного пришельца.

- Только тихо, здесь спит Ярка, - предупредила она.

- Я мастер бесшумного передвижения, - шепнул ей Витрош.

Они сели подальше, чтобы не разбудить спящую, у дальнего окна, которое освещало их лица холодными лучами далёких звёзд. Они выглядели старше, чем обычно, потому что были непривычно серьёзны. Вранка разглядывала Витроша, как будто впервые, ведь ей казалось, что после последней их встречи прошло ужасно много времени. Витрош тоже внимательно рассматривал её, будто не узнавая.

- Как ты здесь оказался? - наконец спросила девочка.

- Сегодня мы все обратили внимание на суету в городе, - рассказал Витрош, - а вечером горожане прямо с ума посходили, похватали рабочие инструменты, факелы, сбились в толпу. Я решил узнать, куда они идут, и с удивлением услышал, что эти одержимые собираются штурмовать замок. Тогда я подумал, что лучше мне отправиться с ними, чтобы как-то помочь вам: предупредить или защитить, может тайно увести из замка через потайной ход. Но твой отец с ними ловко разделался, поэтому я просто подождал, пока все утихнут, и отправился искать тебя.

- Как тебе удалось проникнуть в замок посреди ночи? - удивилась Вранка. - Двери обычно запирают.

- А окна нет, - улыбнулся Витрош, - или по крайней мере не всегда.

- Вообще я безумно рада, что ты здесь, - сказала Вранка, коснувшись его руки, - мне так грустно, так страшно.

- Я слышал, они хотели убить твоих друзей или поджечь замок, - кивнул Витрош.

- В конце концов папе придётся прогнать Медену и Ярнику! - всхлипнула Вранка.

- Это невозможно, - покачал головой Витрош, - мне кажется, он сказал это для отвода глаз. Наверняка он что-то придумал.

- Ты думаешь? - с надеждой спросила шлехтичка. - Я бы так хотела, чтобы они остались.

- Я уверен, - решительно сказал Витрош, - он не стал бы их прогонять.

- Ох, как здорово, что ты пришёл! - выдохнула Вранка.

- Я пришёл не только за этим, - сказал Витрош, - хотел передать тебе, что завтра мы уходим.

- Уже завтра? Так скоро! Я обязательно приду попрощаться, - вздохнув, сказала Вранка. - Куда вы пойдёте? На встречу с группой твоего отца?

- Да, двигаться будем к нему, но по дороге зайдём ещё кое-куда, - подмигнув, сказал Витрош. - Мы нашли что-то в этой повозке, у возницы.

- Что же? - заинтересовалась Вранка.

- Это плоская вещица вроде карты, - объяснил Витрош. - Она твёрдая, так что сохранилась прекрасно. Мы бы ничего на ней не поняли, если бы не Ясан, он знает, как выглядели тогда наши края.

- И зачем же она нужна, эта карта?

- Мы думаем, что там изображено место, куда двигалась повозка.

- Там должно быть что-то важное?

- Скорее всего.

- Вот бы мне тоже там побывать. Интересно, куда везли этих детей?

- Я надеюсь, нам удастся это выяснить. Или хотя бы найти новую подсказку.

- А что написал твой отец, кто эти "другие"?

- Мы не совсем поняли, кого он имел в виду, и у каждого из Племени своя версия.

- А ты как думаешь?

- Мне кажется, он имел в виду какой-то народ, не похожий на нас. Может они живут совсем по-другому или выглядят иначе, а раньше мы о них не знали.

- Интересно, что он на самом деле хотел сказать?

Вранка вздохнула и подперла голову рукой. Пряди распущенных волос падали ей на лицо, создавая причудливые тени, а веки её начали тяжелеть, призывая скорее отправиться ко сну.

- Я постараюсь прислать тебе весточку, - сказал Витрош, заглядывая ей в глаза, - сообщу тебе обо всём, что мы найдём.

- Буду ждать, - устало кивнула Вранка.

- Да ты уже почти спишь, - тихо засмеялся Витрош, - ложись. Встретимся на рассвете у лагеря, попрощаемся как следует.

- Я приду, - сказала Вранка, беря его за руку, - а ты иди осторожнее, там всё сидят эти мужики.

- Они уже упились и заснули, - фыркнул Витрош, - но не волнуйся, меня никто не увидит и не услышит.

Он беззвучно вышел в коридор и улыбнулся, так что зубы сверкнули в темноте. Вранка улыбнулась в ответ, прижала палец к губам и осторожно закрыла дверь. Она очень надеялась, что Витрош спокойно доберётся до лагеря.

Когда она забиралась в кровать, спящая Ярника пробормотала: "Сколько там листьев, сколько там листьев! Ничего не жжётся, я сейчас нарву". Вранка с любовью посмотрела на подругу и откинулась на подушку. Мир её опять шатало и трясло: привычное и спокойное обратилось вспять, против неё, а ставшее родным исчезало в далёких краях. Она никак не могла заснуть, перебирая в уме события недавнего сна, где ей нужно было кого-то догнать. Долго мучаясь с глазами, будто засыпанными песком, она наконец выбрала самое приятное воспоминание дня, прокручивая которое, легко и крепко заснула. Это воспоминание касалось неожиданной ночной встречи с юным ямолезцем.

Глава 14

Вранка спала без снов, будто мозг её, обессилев от постоянных переживаний, отключился вместе с телом, и проснулась, когда услышала, как скулит за дверью Влчек. Она села на кровати, щурясь и пытаясь сообразить, что из последних воспоминаний было сном, а что явью. Мог ли здесь быть Витрош? Наверняка он ей просто приснился. Грозились ли сжечь их замок разгневанные горожане? Вот это точно было наяву, у неё до сих пор стояли перед глазами озлобленные лица в свете факелов. И Влчек, упорно царапавший дверь в спальню, явно был настоящим. Вранка встала и впустила его в комнату. Пёс сразу же начал беспокойно обнюхивать хозяйку, словно убеждаясь, что она никуда не уехала. А вот Ярника... Шлехтичка вспомнила, что подруга спала вместе с ней этой ночью, и бросила взгляд на кровать. Там конечно же никого не было. Кровать была пуста, остались лишь два смятых одеяла.

- Может быть она просто завтракает внизу? - встревоженно спросила Вранка у пса. Тот повилял хвостом, но продолжал настороженно смотреть на хозяйку.

В этот момент в комнату тихо вошла Кветушка. Лицо её было ужасно: красное, опухшее, залитое слезами, а нос был похож на гигантскую перезревшую сливу.

- Паничка! - хрипло позвала она девочку. - Простите меня, это я во всём виновата.

Вранка протянула было руку, чтобы утешить горничную, но вдруг внезапная мысль остановила её. Она стрелой кинулась к окну. Из её комнаты был виден всего лишь кусочек дороги, идущей по высокому берегу. Вранка вперила взгляд в этот кусочек, но он был безлюден. Она с облегчением хотела уже отойти от окна, как вдруг в поле зрения показалась повозка, запряжённая ослом. Там сидели двое, две женщины, судя по нарядам. И обе - рыжеголовые.

- Он что, - с ужасом обратилась Вранка к Кветушке, - прогнал их?!

- Да, паничка, - рыдая, сказала Кветушка, - ему пришлось, чтобы люди не сотворили зла против них и против вас.

- Как он мог?! - вскричала девочка, со всей силы стукнув кулаком в стену. - Он же признал их своей семьёй, клялся всегда защищать. Даже не дал мне попрощаться!

Кветушка всё плакала, тихонько подвывая, Влчек же опасливо смотрел на неё, прижав уши.

- Оставь меня одну, - резко сказала Вранка, - мне надо подумать.

Горничная с готовностью кивнула и испарилась, видимо, она больше всего боялась, что в случившемся будут винить её. Девочка же бросилась на кровать с желанием оплакать свою беду, но слёзы идти совсем не желали, слишком силён был гнев на отца. Вранка старалась, но никак не могла заплакать. Вместо этого она лишь несколько раз сильно стукнула подушку.

- Как он мог?! Как он мог?! - повторяла она.

Влчек прилёг рядом с кроватью на полу, выше забираться он не рискнул, видя гнев хозяйки. Та же затихла, обдумывая своё положение. Сердце её колотилось об рёбра, будто пытаясь выпрыгнуть из груди, чтобы догнать подругу.

- Ты как знаешь, - сказала Вранка псу, внезапно вставая, - а я не желаю здесь больше оставаться.

Девочка схватила свою сумку, кинула в неё подготовленные Кветушкой платье и булочку, добавила книгу Физика и свою коллекцию лекарственных трав. Затем она наскоро умылась и переоделась во вчерашнее платье. Постояв немного и оглядев на прощание свою комнату, она махнула рукой Влчеку и отправилась на дальнюю лестницу, которой пользовались слуги. Затем она прошла следующим этажом на другую лестницу, та вывела её ещё ниже к третьей лестнице, которая выходила прямо на задний двор. Почти никого не встретив по пути, Вранка вышла наружу и отправилась по дороге к лагерю ямолезцев, а за ней следом послушно трусил пёс. Кроваво-красное огромное солнце как раз начинало подниматься над горизонтом, пронизывая утренний туман своими настойчивыми лучами, воздух пока был чист и свеж.

Шагая по дороге, Вранка непрерывно думала о том, что сделал отец. Быстро ли он забыл о своём предложении руки и сердца? Легко ли ему было посадить любимую женщину в повозку? Сильно ли он боялся гнева горожан? Будут ли его теперь мучить угрызения совести? Или он просто забудет о происшедшем, как будто его не было? Что ему сказали горожане?

- Надеюсь, теперь они довольны, - сказала Вранка в воздух, - отправили восвояси единственную хорошую лекарку. Скоро начнут умирать по очереди от травм и болезней. Так им и надо!

Город был немноголюден, видимо основная часть горожан, побузив ночью, отсыпалась с утра. Только кое-где начинали уже открываться лавки да ходили туда-сюда разносчики, они всегда вставали раньше всех. На Вранку особо внимания не обращали, поэтому она прошла по улицам без происшествий. Все знакомые лавочки и вывески, все скамеечки да фонтанчики выглядели для неё теперь не милыми деталями родного города, а пристанищем заклятых врагов. Она шла, гордо подняв голову, и старалась не смотреть вокруг.

Подходя к лагерю ямолезцев, она его не узнала. Все палатки и шатры были собраны, свёрнуты и сложены, тележки стояли в ряд, наполненные пожитками, утварь гремела, покачиваясь, люди укладывали последние вещи и перекрикивались между собой. Вранка не сразу увидела Витроша и компанию его друзей, которые были уже готовы к отъезду.

- Вранка! - радостно крикнул Витрош, помахав ей рукой. - Я знал, что ты придёшь.

- Ты мне приснился сегодня, - кивнула девочка, поправляя сумку на плече.

- Это был не сон, - рассмеялся Витрош, - я и правда приходил тебя проведать. Тогда и рассказал, что мы сегодня уходим.

- Так вот откуда я это знаю, - задумчиво сказала Вранка. - В любом случае я иду с вами.

- Что? - удивился Витрош. - С нами?

- Хочешь нас проводить? - спросил Вржесс.

- Надеюсь, ты взяла той сочной ветчины, - подмигнул Броук, - я по ней буду скучать.

- Не проводить, - покачала головой Вранка, - я буду теперь с вами. С отцом жить не желаю, он совершил ужасный поступок.

- Так он всё-таки.., - начал Витрош.

- Да, он прогнал Медену и Ярнику, - гневно сказала Вранка, - посадил на телегу и отправил в далёкие края!

- Так вот почему она не пришла, - грустно произнёс Лишек, который всё высматривал подругу на границе леса.

Все помолчали, сочувствуя изгнанным лекаркам и потерявшим их друзьям.

- Ничего, - утешающе сказала Азура, - пойдёшь с нами, может и встретишь её где-нибудь на другом конце земли.

- Буду искать её, пока не найду, - решительно сказала Вранка.

- Хорошо, - медленно сказал Витрош, - только старайся не попадаться на глаза Ясану. Он не захочет противоборства с твоим отцом и запросто вернёт тебя домой.

- Понимаю, - кивнула Вранка.

- Вставай сюда, к нам, - сказал Броук, - я тебя прикрою. Скоро будем выходить.

Вранка встала в образованный ребятам круг и снова поправила ремень сумки. Ей было страшно покидать родной дом, где столько игр было сыграно, столько фантазий было придумано, столько вечеров проведено с книгой растений. Тем не менее, как бы страшно ни было уходить, оставаться было совсем невыносимо. Без Витроша, без Ярники с Меденой Вранка не могла уже представить своей жизни. Пусть отец безрезультатно ищет свою дочь, пусть думает над своим поступком, пусть тоскует по Медене, так ему и надо. Вранка погладила по голове Влчека, который сел, прислонившись к хозяйке, он был единственным старым другом, оставшимся с ней и хранившим их совместные детские воспоминания. Витрош осторожно погладил её по плечу и участливо заглянул в лицо - видимо она выглядела совсем уныло. Вранка улыбнулась и смахнула слезинки с щёк, пора было перестать грустить. Скоро они двинутся в путь, и печаль останется позади, как вырытая чужими людьми чёрная яма, заполненная холодной дождевой водой.

Прозвучал сигнал к отправлению, и Племя двинулось в путь. Собаки радостно рвались в дорогу, дети веселились и бегали наперегонки, взрослые оживлённо переговаривались и запевали песни. Видно было, что ямолезцы ужасно любят сниматься с места, и больше всего на свете их манит дорога. Вранка заразилась их весельем и стала с надеждой смотреть вперёд, на путь, который им придётся пройти. Кто знает, что ждёт её впереди? Может она где-то встретит Ярнику? Рядом шагал Витрош и широко улыбался, подставляя зажмуренные глаза первым солнечным лучам. С ним Вранке нипочём были предстоящие тяготы пути и опасности, поджидающие под землёй.

Когда ямолезцы организованной колонной прошли мимо полей и двинулись дальше по песчаной дороге, Вранка с Витрошем завели тихую беседу о том, каким мир был раньше. Витрош многое знал, благодаря Ясану, тот часто рассказывал детям истории о деяниях прошлого.

- Они были гораздо умнее нас и умели то, чего не умеем мы, - сказал Витрош, - например, подчинять себе силы природы, изготавливать любые материалы, лечить людей с их помощью.

- А как они лечили людей? - спросила Вранка.

- Подробностей мы к сожалению пока не выяснили, - ответил Витрош, - но, к примеру, мы часто находим скелеты, у которых кость или часть черепа не природные, а сделаны искусственно.

- Интересно, как они соединяли эти искусственные кости с настоящими в живом человеке? - задумалась шлехтичка. - А вообще интереснее даже, из чего эти кости делали, и как?

- Ясан говорил, раньше были целые города, где люди только тем и занимались, что придумывали всякое. Если работать целым городом, наверняка можно что-то придумать.

- Ага, и умереть от голода. Кто будет собирать урожай и печь хлеб, пока горожане придумывают новые кости?

- Скорее всего эту проблему они тоже как-то решили.

- Ну не вырастала же еда у них из тарелки?! - воскликнула Вранка.

- А почему нет? - засмеялся Витрош. - Вполне возможно, что нечто подобное и было в те времена.

Девочка хотела было возмутиться, что, мол, совсем уже сказочки пошли, как вдруг её толкнул локтем Вржесс и тихо сказал: "Ясан сюда идёт". Она быстро склонилась над тележкой, как будто что-то оттуда вынимая. Старик медленно прошёл в конец колонны, чтобы кому-то что-то сказать.

- Спасибо, - прошептала Вранка Вржессу, не поднимая головы.

- Ерунда, - ответил тот, - только долго ты так не продержишься.

- Постараюсь, сколько смогу, - пожала плечами девочка.

- У Ясана глаза острее его лопаты, - улыбнулся Витрош, - ты не смотри, что он седой весь.

- А давно он стал вашим предводителем? Кто был до него? - спросила Вранка, оглядываясь и позволяя себе вернуться к обычной позе.

- Был дед Цыпришь, но я его не застал, - ответил Витрош.

- Тот тоже был внимательнейшим человеком, - сказал Вржесс. - Мама мне рассказывала, что у них в детстве ходила поговорка "Не схитришь - идёт Цыпришь".

- А что с ним стало? - спросила Вранка.

- Умер он от старости, - ответил Витрош, - был таким старым, что уже ничего не видел и не слышал, но по шагам мог предсказать, кто подходит, и материалы наощупь мог опознать.

- Как же он по шагам предсказывал, если не слышал? - спросила девочка.

- По колебаниям земли, - сказал Вржесс.

- Это такие люди, - объяснил Витрош, - которых редко встретишь в обычной жизни. А если встретишь - не забудешь.

- Интересно, а у Ясана есть семья среди ямолезцев? - спросила Вранка.

- Его семья это Племя, - ответил Витрош, - мы его дети, жёны, братья и сёстры.

- А главная жена - его работа, - усмехнулся Вржесс, - только и думает о том, где чего лежит под грудами земли, и как это достать.

Так, беседуя о том о сём с ребятами и время от времени прячась от Ясана, Вранка прошла долгую дорогу. Её глазам представали новые места: возделанные поля, мелкие городки и поселения, зеленеющие леса, рощи и извилистые речки, которых она никогда раньше не видела. Постепенно ходьба из увлекательной прогулки превратилась в тяжёлую работу, ноги двигались с трудом, по спине катились капли пота, а мелкие прядки волос у лица намокли и лезли в глаза. Вранка замолчала и сосредоточилась на движении, перестав оглядываться кругом. Солнце поднималось всё выше, а значит пора было искать укрытие. Вранка понимала, что ямолезцы не сумасшедшие и не продолжат путь в самую жару.

Наконец колонна свернула в небольшую рощицу, где ветви деревьев сверху сплетались вместе, образуя надёжную защиту от солнца, а в глубине рядов деревьев протекал ручеёк, дающий прохладу и свежесть желающим напиться чистой воды. Желающих нашлось много, поэтому Вранке пришлось ждать своей очереди. Пока она сидела на огромном валуне и с завистью наблюдала за напившимися мокрыми людьми, подошла Азура и накинула ей на голову лёгкий платок лимонного цвета с шёлковыми кисточками по бокам и бирюзовым рисунком в виде треугольничков.

- Здесь много любопытных глаз, - тихо сказала она, - лучше спрячься, пока мы не ушли достаточно далеко.

- Спасибо, - кивнула Вранка и обмотала платок вокруг головы, спрятав лоб и щёки.

Девочки помолчали, сидя на валуне.

- Витрош сказал, ты умеешь читать, - медленно сказала Азура.

- Да, упросила отца разделить учителя с братом, - вздохнув, ответила Вранка.

- А ты могла бы и меня научить? - спросила Азура.

- Конечно, - сказала Вранка, - с удовольствием.

- Правда у меня нет ни одной книги, - смущённо сказала сестра Витроша, теребя в руках стебелёк пастушьей сумки.

- Зато я одну взяла с собой, - сказала Вранка.

- Правда? - обрадовалась Азура.

- Конечно, - устало улыбнулась Вранка, - она у меня в сумке. Можем начать хоть сегодня.

Азура шустро поднялась и подала руку Вранке. Девочки обменялись рукопожатием и спустились к ручью, где уже стало довольно малолюдно.

После умывания ямолезцы принялись доставать припасы, оказалось, они многое заготовили заранее, чтобы в походе меньше возиться с котелками. Вранке пришлось съесть пищу, которой поделились с ней друзья, хотя она чувствовала себя неловко, ведь ей и в голову не пришло взять с собой хоть что-нибудь из еды.

- Ешь-ешь, - всё говорил ей Витрош, - по правилу Племени сегодня ты берёшь, а завтра отдаёшь.

- Так и запиши, - смеялся Броук, - "вернуть Броуку долг устьевской ветчиной"!

Вранке хоть и было не по себе, но она смеялась вместе со всеми. Ей было приятно, что вокруг - друзья, пусть и не все, которые могли бы здесь находится. Она понимала, что будучи одной, не смогла бы сбежать из дома, обеспечить себе жильё и питание, подумать обо всех трудностях и опасностях. Пока она оставалась с ямолезцами, ей не о чем было беспокоиться.

Племя с радостью отдыхало в тени деревьев, а дальнейшая дорога была запланирована на вечер после захода солнца. Вранка сидела, поджав ноги, закрыв глаза и спрятав нос в новый платок, как задремавший Влчек, который уткнул морду в хвост. Она тоже пыталась поспать, но самые разные мысли непрерывно крутились в её голове. Где-то сейчас Ярника? Грустит ли она так же о потерянной подруге? Вранка тяжело вздыхала. Неожиданно её кто-то тронул за плечо. Это была Азура, а рядом её подруга, Янтара. Азура наклонилась над Вранкой, и её косички свешивались вниз, покачиваясь.

- Покажешь книгу? - спросила она.

- Конечно, - ответила Вранка, вставая, - давайте позанимаемся.

Она достала из сумки потёртую и поблёкшую книгу Физика, которую зачем-то прихватила из дома, и позвала девочек присесть рядом. Вдалеке от дома, находясь в абсолютно неизвестном доселе месте, Вранка стала вспоминать, как проводил свои уроки пан Смрк, но в памяти вставало только то, как он подкручивал усы и кхекал, а ученица его то лепила ошибки, то побеждала очередную задачку. Единственное, что запомнилось хорошо - начинали они с букв.

- Книгу не прочитать без знания букв, - важно сказала Вранка, - они как кирпичики, из которых состоит дом, а в нашем случае книга. Поэтому вам придётся их все выучить.

- Как же, - воскликнула удивлённая Янтара, - они же все одинаковые!

- Так может казаться, пока не запомнишь, как они выглядят, - кивнула Вранка, раскрывая книгу. - Стоит тебе приглядеться, и ты поймёшь, что ошибалась, они абсолютно разные.

- Мы будем учиться по книге Физика? - с удивлением спросила Азура.

- Да, это всё, что у меня есть, - сказала Вранка. - Первое задание для вас будет - найти все буквы "а". Они могут быть большими, вот такими, или маленькими, как здесь.

Девочки склонились над книгой и начали увлекательный поиск, так радуясь каждой находке, словно за каждую им платили мешком золота. Вранка же заражалась их восторгом и с удовлетворением понимала, что этот восторг вызван её работой. На этом энтузиазме они за пару часов выучили ещё четыре буквы и научились различать их в словах.

- Вот видите, они совсем разные, - наконец сказала Вранка.

- И правда, - кивнула Янтара, - будто маленькие существа: кто с ножками, кто с рожками.

- А вот это наверное буква "о", - вдруг сказала Азура, показав пальцем на странице.

- Правда! Какая ты молодец! - воскликнула Вранка. - А как ты догадалась?

- Потому что когда её говоришь, твой рот так и выглядит, - засмеялась Азура, изобразив ртом букву "о".

Время в весёлой компании шло незаметно, приближался вечер. Ямолезцы прилегли отдохнуть, кто где, перед дальнейшей дорогой. Вранка залезла на плакучую иву, росшую у ручья, и разлеглась на толстой и прочной ветке, как пантера. Скоро к ней присоединился Витрош, который со всего размаху запрыгнул, ухватившись руками за ветку пониже.

- Пытался поспать, но не смог, - признался он.

- Мы будем идти ночью? - спросила Вранка, которая меланхолично отщипывала кусочки коры и кидала их в воду.

- Частично, - сказал Витрош, усаживаясь поудобнее, - пройдём, сколько сможем, а потом заляжем. Ясан знает, где можно остановиться.

- Вы всегда спите на свежем воздухе? Не останавливаетесь на постоялых дворах? - спросила Вранка.

- Да какой же постоялый двор разместит такую ораву! - улыбнулся Витрош. - Ну и любим мы свободу больше крыши над головой.

- Я ещё никогда не спала снаружи, - призналась Вранка.

- Я думаю, тебе понравится, - уверенно сказал Витрош, - во всяком случае с нами бояться тебе нечего.

- Бояться не буду, - подмигнула Вранка и откинулась назад, изучая узор узких колышущихся листьев над головой.

Витрош с нежностью посмотрел на неё и откинулся тоже, прикрыв глаза.

Глава 15

За один день ямолезцы делали два перехода - утренний и вечерний, днём пережидали жару, а часть ночи спали. Вечерний переход давался Вранке тяжелее всего: к концу дня уже не хотелось вставать и тащиться дальше. Она заставляла себя подниматься и двигаться, но ноги шевелились еле-еле, будто к ним были привязаны чугунные гири. Вранка часто вспоминала слова Ярники о том, что путешествия ямолезцев на самом деле не такие-то и простые. Подруга была, конечно, права. Это бесконечное и, казалось, бесцельное передвижение без привязки к какому-то месту здорово угнетало. Всё постоянно выглядело новым и чужим для Вранки: каждый день новые дороги, другие города, чужие враждебные леса и пригорки, скрывающие за собой неизвестность. Она с тоской думала о своей хале, где знала каждую трещинку в стене и каждого человечка на гобелене. Как приятно было возвращаться домой, зная, что там тебя ждёт то, что ты оставила! Иногда в мечтах Вранка представляла, как возвращается домой: проходит незаметно в халу, потом поднимается по лестнице и ложится на кровать, мягкую и чистую, с толстым и уютным одеялом. Последнее время ночевать приходилось то на валежнике, то на кучке песка, то на копне сена, не говоря уже о том, чтобы помыться или сменить одежду. С этим удавалось справиться, лишь когда они останавливались около водоёмов. Витрош иногда хватал шишку, катал её в руках, а потом звонко хлопал себя по шее ладонями.

- Чтобы пахнуть повкуснее, - подмигивал он Вранке.

И она действительно любила этот запах хвои на нём, хотя на её собственном теле фокус почему-то не работал, смола пахла на ней горько и кисло. Каждый день Вранка думала только о том моменте, когда сможет снова окунуться в чистую воду, и особенно омыть уставшие и натёртые ноги, которые больше всего страдали от длинных пеших переходов. Вечерами ей уже совсем не хотелось плясать у костров, распевая весёлые песни, а хотелось только лежать, чувствуя, как ноет тело, и растирать одеревенелые мышцы. Немного отвлекали от тягот пути разговоры с Витрошем и обучение его сестры с подругой чтению, которое проходило довольно успешно.

Во время одной из стоянок Вранка обратила внимание на то, что многие ямолезцы внимательно разглядывают и перетряхивают свои вещи в сумках и баулах, отставляя некоторые из них прочь. Витрош объяснил ей, что скоро дорога пойдёт по глухим местам, где долго не будет деревень и городов, поэтому надо запастись провизией, а для этого придётся продать всякие древние штучки в ближайшем городке. Он сам сидел, обложенный своими сокровищами, и решал, что будет продаваться, а что нет.

- А что это за город? - спросила Вранка.

- Морушице, - сказал Витрош, - не такой большой, как Устье, но всё же город. С местом, предназначенным для торговли.

- И долго после него нам идти по диким местам?

- Несколько дней. Но ты не волнуйся, нам хватит запасов, идём не впервой.

- За сколько думаешь продать свои вещи?

- Да хоть бы за сколько-нибудь. Интерес у людей к старине невелик.

- Я бы хотела пойти с тобой, - мечтательно сказала Вранка, - ни разу ничего не продавала.

- Отчего же нет, пойдём! - воскликнул Витрош. - Ещё и считать мне будешь помогать, а то я часто получаю разный результат при пересчёте.

- С удовольствием, - кивнула девочка, - люблю задачки на устный счёт.

- Выбери себе что-нибудь из этого, будешь продавать, - сказал Витрош, широким жестом обводя раскиданные вокруг сокровища.

Вранка выбрала пару металлических коробочек, которые закрывались и открывались с помощью маленькой кнопки в корпусе, а ещё браслет из отдельных звеньев, сцепленных между собой, и большого круглого звена посередине. На браслете тоже были две крутящиеся кнопочки, но сколько Вранка их ни крутила, ничего не происходило. Тем не менее браслет был красивым и здорово блестел на солнце, как и коробочки, одна из которых была немного погнута.

Огромное оранжевое солнце нехотя упало за горизонт, и тогда ямолезцы, собрав свои товары и привязав взволнованных собак к тележкам, двинулись в город. Ясан заранее договорился с городским старостой, и им предоставили два длинных деревянных стола с прилавками на одной из городских улиц. Сверху болтались стеклянные фонари, горящие мутным желтоватым светом. Они помогали покупателям получше рассмотреть и выбрать товар, а продавцам - пересчитать деньги. Вранка и Витрош встали с краю, рядом с семьёй Вржесса, которые шумно раскладывали вещи, переругиваясь и пересмеиваясь.

Покупателей сначала было немного, люди, наконец-то вышедшие на улицы после дневной духоты, неспешно прогуливались, равнодушно посматривая на прилавки, но постепенно то один, то другой стали подходить, рассматривая побрякушки, блестевшие в неровном свете фонарей. Вранка подумала, что Влчек может испугать покупателей, поэтому привязала его к толстой ножке стола, на которую опирался прилавок. Огромный пёс недоумённо посмотрел на хозяйку, он не привык быть на привязи. Тем не менее он покорно лёг у столба и положил голову на перекрещённые лапы. Надо так надо.

К прилавку Вранки и Витроша сначала подошли две крепкие девушки с длинными косами. Они рассматривали сокровища и тихонько переговаривались. Не задав ни одного вопроса, девушки двинулись дальше, видимо ничего из предложенного их не заинтересовало. Следом подошёл вразвалку бородатый мужик в засаленной рубашке.

- Дорогие табакерки? - спросил он, указывая на коробочки, и хмыкнул, когда Витрош назвал цену.

- Многовато, - прохрипел он.

- За предметы из прошлого, которыми пользовались люди времён Физика? - спросил Витрош, пожимая плечами. - Вполне достаточно.

- Скинешь, возьму, - кивнул мужик.

Витрош глубоко вздохнул, погладил коробочку по гладкому боку и назвал цену немного поменьше прежней.

- А что так мало скинул? - удивился мужик.

- Вы обещали взять, если он скинет, - вмешалась Вранка.

- Обещал, - со вздохом признался мужик, вытягивая кошель. Он отсчитал несколько монет и положил их в руку Витрошу.

- Тебе повезло, что у тебя подруга такая хорошенькая, - сказал наконец мужик, погрозив Витрошу кулаком, - а то б я тебя...

Когда он ушёл, продавцы дружно рассмеялись. Вранка поняла, как нужно торговаться, и стала для каждого предмета придумывать историю, которая доказывала бы его ценность в глазах покупателя. Люди шли и шли мимо, некоторые подходили лишь для того, чтобы посмотреть, а тех, кто действительно собирался что-то купить, Вранка видела издалека. Это были люди, не чуждые авантюризму, ведь Витрош с подругой продавали не предметы первой необходимости типа метлы или котелка, а затейливые непонятные вещицы, не особо-то и нужные в быту.

Женщину, которая купила браслет, Вранка тоже заметила сразу. У неё были седые волосы, уложенные ровным шаром на затылке у шеи, и корзинка в руке. Женщина сразу заметила браслет и спросила, что это такое. Вранка начала рассказывать историю о том, как этот браслет носила древняя королева, и как ей нравилось каждое утро рассматривать на нём отблески солнца.

- А зачем нужны эти две кнопочки здесь? - спросила женщина, крутившая браслет в руках.

- Они нужны были для того, чтобы напоминать королеве о её двух сыновьях, которые жили далеко от дома, - продолжала историю Вранка, устремив взгляд в небеса. Витрош посмотрел на подругу скептически, но женщина неожиданно охнула.

- У меня тоже двое сыновей, которые живут далеко от дома, - воскликнула она, - мне так нужен этот браслет!

Вранка помогла женщине застегнуть браслет, а та оплатила всю сумму полностью, даже не став торговаться, и ушла со счастливой улыбкой на устах. Вранка подмигнула обалдевшему Витрошу, а тот показал ей огромную золотую монету и сделал большие глаза.

Через некоторое время, когда вечер двинулся в сторону ночи, и друзья решили сворачивать торговлю, к ним подошёл высокий и мрачный человек в сапогах до колена. Он быстро окинул взглядом товар на прилавке и зацепился взглядом за украшение в волосах Вранки в виде стрекозы.

- Почём это? - спросил он без всяких предисловий.

- Извините, но это не продаётся, - сказала Вранка, покачав головой.

- У нас есть похожие украшения, - сказал Витрош, указывая на прилавок, - посмотрите здесь.

- Мне не нужны похожие, я хочу это, - продолжал мужчина в сапогах, - сколько вы возьмёте за него?

- Нисколько, - улыбнулся Витрош, - потому что это подарок, его нельзя продать.

- Всё можно продать и купить, мальчишка, - тихо сказал мужчина, придвинувшись ближе к Витрошу, - беру за сто монет.

Казалось, что все ямолезцы, стоявшие неподалёку, остановили торговлю и прислушиваются. Даже Влчек, почуяв общее недовольство, сел и начал принюхиваться. Племя не любило влезать в конфликты с местным населением, потому что имея врагов в каком-нибудь поселении, потом не встанешь там лагерем, к тому же дурная слава будет идти вперёд тебя. Поэтому никто не вмешивался, но и не оставлял происходящее без внимания, неизвестно, что ещё выкинет этот странный человек.

- Нет, - покачал головой Витрош.

- Двести, - глухо сказал мужчина.

- Нет, - сказал Витрош.

- Тогда возьму даром, - прорычал человек и потянулся костлявой рукой к волосам Вранки, которая тут же отшатнулась назад.

Влчек встал и негромко заворчал, готовый броситься в бой, Витрош же резко схватил человека за руку и громко сказал: "Убирайтесь отсюда прочь!". Тот сделал шаг назад, но не уходил, смотря на ямолезца исподлобья.

- Сейчас ты пожалеешь о том, что сделал, щенок, - сказал он наконец, - ты и твоя подруга расплатитесь мне за всё!

С этими словами незнакомец развернулся и зашагал куда-то быстрым шагом, его сапоги блестели в свете фонарей.

- Бегите! - крикнул Вржесс, который стоял рядом. - Он сейчас приведёт городового, и вам не поздоровится. Бегите!

Вранка с Витрошем разом выскочили из прилавка, готовые бежать, но тут девочка вспомнила о привязанном Влчеке и бросилась обратно.

- Беги! Я за ним присмотрю, встретитесь в лагере, - крикнул Вржесс, махнув рукой, и двое друзей бросились подальше от освещённых фонариками прилавков.

- Давай руку! - обернувшись на бегу, выкрикнул Витрош. - Оббежим городок по кругу и вернёмся в лагерь.

Вранка молча подала ему руку, и они рванули дальше. Витрош был очень быстрым, он будто летел, резко сворачивая в переулки, так что девочка чуть не впечатывалась в стены. Вскоре она уже еле дышала, а ноги у неё дрожали. Внезапно они очутились в каком-то дворике, где целая толпа плясала в тусклом свете фонарей под весёлые треньканья на лютне. Толпа двигалась так энергично, что несколько людей в избытке веселья подпрыгнули, случайно толкнув Вранку с Витрошем, и их руки расцепились, но ямолезец видимо не заметил этого и продолжил продвигаться сквозь толпу.

- Стой! - крикнула Вранка, - Витрош!

Бесполезно, он не слышал её. Вранке пришлось влезть в гущу танцующего народа, чтобы догнать ямолезца. Люди покачивались, скакали с ноги на ногу и двигали локтями туда-сюда, мешая девочке пробираться вперёд.

- Физика на вас нет, - ворчала Вранка, высоко поднимая голову, чтобы увидеть Витроша. Наконец она вылезла из толпы с другого конца дворика и побежала вслед за другом, который так и нёсся вперёд.

- Стой! - крикнула она, - Стой!

Ей пришлось пробежать всю улицу, свернуть в пару переулков и пересечь какую-то речку по мостику, прежде чем он её услышал.

- Да стой же! - задыхаясь, выкрикнула девочка.

Витрош остановился и повернул к ней голову. Вранка на минуту оторопела, ведь это был совсем другой человек. Он был загорелым, с длинным носом и коротенькими усиками, голова его была замотана чёрной тряпкой.

- Чего надо? - резко спросил он, сунув руки в карманы. - Я опаздываю.

- Ой, простите, я обозналась, - сказала Вранка, отступая на шаг.

Парень сплюнул себе под ноги и помчался дальше. Девочка осмотрелась вокруг. Это был тёмный и узкий переулок с нависавшими вокруг каменными домами, рядом текли густые и вонючие сточные воды. Вранка прислушалась, но было тихо, никакой музыки, так что в какой стороне находился дворик, в котором они разошлись с Витрошем, она не знала. Она постояла, решая, что ей делать: заплакать, выкрикнуть его имя, вернуться или пойти вперёд. Самым разумным выглядело возвращение, возможно Витрош ждёт её около того дворика с пляшущим народом, поэтому Вранка повернула в обратную сторону. Она перешла мостик, обрадовавшись, что запомнила это место, потом свернула в один переулок, а из того - в следующий, но переулки опять выглядели совершенно незнакомыми.

- Витрош! - крикнула девочка, но её голос прозвучал тоненько и фальшиво, к тому же его быстро поглотила ночная тишина, а где-то неподалёку в доме резко закрылись ставни. Оставаться в переулке одной Вранке совсем не хотелось, поэтому она двинулась вперёд, всё равно, куда. У каждого фонаря вились роем насекомые, судорожно стучась в стекло, чтобы добраться до источника света и сгореть. Дома выглядели заспанными и нежилыми, город совсем одолела ночь. Девочка шагала и шагала, пока не набрела на какую-то харчевню, где ещё теплилась жизнь. В харчевне оказалось полно народу, люди пили, ели, играли в карты. Никто не обратил внимания на пришелицу, вошедшую в зал. Вранка направилась к печи, где орудовал огромный хозяин харчевни, крутивший блестящего от жира поросёнка на вертеле.

- Скажите, как мне добраться до лагеря ямолезцев? - крикнула Вранка в согнутую спину хозяина.

- Или не до лагеря, - продолжала она, не получив ответа, - а хотя бы до площади, где люди продают разные вещи. Там стоят такие прилавки...

Мужик, вытирая локтем потоки пота со лба, так и не замечал её присутствия, он был целиком поглощён приготовлением пищи.

- Вы меня слышите? - в бессилии крикнула Вранка.

- Что у тебя за беда, красотка? - отозвалась какая-то пожилая женщина за соседним столиком. Девочка обернулась. Женщина выглядела жутковато: у неё было исчерченное морщинами темнокожее лицо и яркий макияж, а дополнял картину длинный крючковатый нос с огромной бородавкой.

- Я потерялась, - печально сказала Вранка.

- Присаживайся ко мне, - прохрипела женщина, отодвигая стул, - что будешь пить?

- Ничего, спасибо, - сказала Вранка, - мне нужно просто найти моих друзей.

- На, хлебни моего пойла, - сказала женщина, двигая кружку по столу, - немного успокоишься.

Вранка понюхала сомнительную жидкость в щербатой кружке и поморщилась, но заметив внимательный взгляд старухи, сделала вид, что пьёт.

- Вот умничка, - сказала старуха, тоже прикладываясь к кружке, - а теперь скажи, куда тебя отвести.

- Мне нужно найти площадь, - оживилась Вранка, - там стоят прилавки, наверное для ярмарки. В общем туда приходят люди что-то продать или купить.

- Угу, поняла, - пробасила старуха, - пойдём.

С этими словами она большими глотками допила из кружки, шумно поставила её на стол и взяла Вранку под руку.

- Сейчас мигом тебя приведу, милая, - ощерив чёрные зубы, сказала старуха, - уж ты моя красавица.

Девочке показалось, что она заметила какое-то знакомое лицо среди играющих в карты, но они со старухой уже вышли на улицу и направились дальше. Старуха цепко держала Вранку за руку, и, казалось, будто мяла и ощупывала её когтистыми пальцами. Девочка попыталась освободиться, но женщина вцепилась ещё крепче.

- Не вырывайся, - сказала она, - опять потеряешься.

Они шли всё дальше и дальше, как вдруг кто-то, вышедший из харчевни, окликнул их. Старуха обернулась и что-то прошипела сквозь зубы, ускорив шаг. Некто решительно зашагал вслед за ними, и вскоре Вранке удалось разобрать, что он кричит.

- Эй, карга старая, оставь девчонку!

Вранка мигом узнала и человека, и низкий грудной голос. Это была ямолезка Пунча, которая отправила кота показывать им с Ярникой дорогу до поля. Вранка тут же остановилась и еле вырвала руку из клешней сопротивлявшейся старухи.

- Иди ты в параллакс, - плюнула старуха и мгновенно растворилась в темноте.

В это время к Вранке подошла румяная после жаркой атмосферы харчевни Пунча. Девочка сначала смутилась, ведь ямолезка наверняка её узнала, но Пунча ничего не сказала по этому поводу и не выглядела удивлённой, видимо, приняла шлехтичку за одну из загорелых и растрёпанных ямолезских девчонок.

- Ну ты нашла с кем дружбу водить! - воскликнула она. - Давай-ка поспешим в лагерь, пока ещё кого-нибудь не встретили.

- А кто эта женщина? - потирая руку, которую намяла старуха, спросила Вранка.

- Лучше тебе не знать, - вздохнула Пунча, - но не одна девушка пожалела, что встретила её на своём пути.

Вранка пожала плечами и двинулась вслед за ямолезкой. Ей уже всё равно было, куда идти, хотелось просто лечь и уснуть, пусть даже на полу той харчевни.

- А вы там что, в карты играли, пани Пунча? - спросила она ямолезку.

- Играла, да, - ответила та, - поэтому мне тоже пора было убираться, пока карты в руку шли.

- А почему вы не занимаетесь продажей, как и все? - спросила Вранка.

- У кого что лучше получается, - глубокомысленно заметила Пунча, - тот тем и занимается.

Они прошли совсем недолго, буквально парой тихих улочек, как вдруг оказались у лагеря ямолезцев. Вранка не ожидала, что он окажется так близко. Оказывается, за то время, что Вранка отсутствовала, Племя закончило торговлю, обменяло деньги на продукты и стало готовиться ко сну. Только Витрош всё это время бегал по городу с бешеными глазами и искал потерянную подругу.

- Где ты была?! - закричал он, схватив её за плечи.

- Сама не знаю, - устало сказала Вранка. Услышав её голос, залаял Влчек, привязанный к тележке Вржесса, и попытался броситься к хозяйке, чуть не опрокинув весь лагерь. Вржесс резво подскочил и отвязал пса от греха подальше.

- Я весь город оббегал, - сказал Витрош, после того, как Вранка закончила обниматься с собакой, - уже волосы стал на голове рвать, ведь это я виноват, что не заметил, как ты отстала.

- Ты совсем не виноват, - заверила его Вранка, - так бывает, что события сами идут не в ту сторону.

- Завтра обязательно расскажешь мне, как было дело, - сказал Витрош, тяжело вздыхая, - теперь пора спать.

- С радостью, - кивнула Вранка и ещё раз погладила ликующего Влчека по голове.

Глава 16

Чем дальше двигались они от лихого города Морушице, тем легче становилось на душе у Вранки. Тёмный город, полный опасностей и запутанных улиц, совсем ей не понравился. В начале путешествия она представляла себе всякие опасности, которые могут встретиться на пути: изнуряющий зной, покорение недоступных горных вершин, дикие звери, голод, но совсем забыла о том, что люди тоже могут быть опасны. Хороший же урок ей преподала жуткая бабка из Морушице, и если бы не Пунча, он стал бы её последним уроком. Витрош тоже с облегчением покидал город, хоть он и не успел закупиться продуктами из-за того, что бегал в отчаянных поисках подруги.

- А тот мужик так и не пришёл, - рассказывал Вржесс, - видно, просто припугнуть вас хотел.

- Надеюсь, судьба над ним посмеётся, - говорил Витрош, - и его самого кто-нибудь припугнёт.

- Мужик-то ладно, - возражала Вранка, - вот старуха из харчевни - это и правда было страшно.

Она рассказала друзьям о том, что произошло, когда Витрош пропал из виду, но тут же пожалела, потому что он пришёл в ужас от услышанного, и его опять закрутило в цикл самообвинений.

- Не надо было брать тебя на ярмарку! - восклицал Витрош каждый раз в конце этого цикла.

- Ты не мог знать, что произойдёт нечто подобное, - утешала его Вранка.

Вржесс и его семья продали Витрошу и Вранке часть продуктов, чтобы они могли протянуть до ближайшей деревни. Вранке было жутко стыдно, что из-за неё пришлось обделять таких добрых и душевных людей, но делать было нечего. Хлеб, сыр и сушёное мясо они сложили вглубь повозки, а бурдюки с водой и кислым молоком повесили с боков.

Ямолезцы, как обычно с радостью и весёлым гомоном, снялись с места. До рассвета нужно было успеть пройти большой путь, до речки Тмавинки, которая даст и прохладу, и тень, и воду, пригодную для питья. Поэтому Племя не теряло времени зря: взрослые толкали тележки, поправляя ремешки сумок, чтобы ничего не свалилось по дороге, дети скакали вокруг них, подхватывая палочки да камушки, которые могли скрасить дорогу, а собаки бешено виляли хвостами и подлаивали от нетерпения.

Каждый раз во время отрезка пути, проходившего до рассвета, Вранка и Витрош были молчаливы и погружены в свои мысли, им обоим тяжело давались ранние подъёмы. Пока Вранка брела и рассматривала узор лёгких облачков на начавшем заниматься зарёй небе, она внезапно поняла, что уже через несколько дней ей станет пятнадцать. В полном тягот и опасностей пути она совсем не вела счёт дням и забыла о своём празднике. Дома Вранка почему-то всегда очень ждала этого дня, она готовилась за месяц, составляла список подарков и гостей, заказывала особые кушанья у поваров. Отец всегда в день её рождения будил дочь раньше всех и дарил букетик диких цветов, а она просыпалась заранее и, делая вид, что спит, ждала, когда он придёт. В этот раз всё будет иначе. Кто знает, как вообще она проведёт этот день, скорее всего в дороге, проходящей по диким и безлюдным местам. "Как хорошо было бы всё-таки остановиться", подумала Вранка, "хоть на немного, хоть на пару дней. Пожить в каком-нибудь уютном и благоустроенном месте. Хотя бы просто с кроватью и подушкой". Но дорога шла, и шла, и шла, и так же шли люди, не оставляя никакого шанса мечтам усталой шлехтички.

Леса становились гуще, тропинка ýже, и наконец Вранка заметила, что Племя движется прямо по лесу, касаясь папоротников и задевая паутинки. Деревья здесь были огромными, будто подпирали небо макушками, натягивая на ветки облака. Они скрипуче покачивались туда-сюда, словно в вечном тысячелетнем танце. Вранка в который раз вспомнила Ярнику и её лес. Он был немного другим, более низким и светлым. Здесь было слишком тихо и пусто, как будто все птицы и звери попрятались от ямолезцев.

- Синее Урочище, - сказал Витрош, обводя рукой обозримое пространство. - Скоро будет привал.

- Почему Синее? - спросила Вранка.

- Не знаю, - пожал плечами Витрош, - может лес слишком густой.

- Это единственная дорога в нужном нам направлении?

- Да, здесь люди особо не ходят туда-сюда между городами, только кочевой народ типа нас, ну и всякие бродячие барды.

- У Ярки отец был бродячим бардом, - вспомнила Вранка.

- Сожалею, - грустно сказал Витрош, - их нечасто можно поймать, а поймал - долго не удержать.

- Может так и лучше терять родителей, - вздохнула Вранка, - когда они просто уходят в дальние страны с котомкой за плечами. Моя мама умерла, и хуже этого я не знаю, что может быть.

- Но ты хранишь воспоминания о ней и знаешь, что она тебя любила, - Витрош погладил подругу по руке, утешая. - Моя мама жива. Правда, я не уверен, каковы её чувства к своим первым детям.

- Почему первым?

- Потому что с новым мужем и в другом доме она родила вторых детей.

- Ты не сердишься на неё?

- Нет, я справился со своими чувствами. Я понимаю, что наша жизнь подходит не всем, многие, походив несколько лет, потом оседают где-нибудь, обретают свой дом. Племя - моя семья, они и поддержат меня, и проследят, чтобы я не делал никаких глупостей.

- А ты увидишься с ней ещё?

- Если будем проходить в тех местах. Но я не очень люблю её тревожить, у неё там другая жизнь.

- Азура тоже не скучает по маме? - удивилась Вранка.

- Азура пока не справилась со своими чувствами, в отличие от меня, - сказал Витрош, - поэтому при ней эту тему лучше не поднимать.

В это время ямолезцы подошли к широкой поляне, которая примыкала к дороге, и сразу начали закатывать на траву свои тележки. Вранка поняла, что будет привал. Собаки тут же улеглись под кустами, где было больше всего тени, а люди начали натягивать тенты. Они не раскидывали большие шатры, как в Устье, где они располагались на продолжительное время, а устраивали лишь временное жильё, чтобы скорее сняться с места, как только спрячется солнце.

Вскоре Витрош и Вранка присоединились к своим друзьям, чтобы пообедать. Еда опять была поровну поделена между всеми, и каждый вовсю наслаждался трапезой. Ребята стали делиться воспоминаниями о самых любимых блюдах, и Вранка, поддерживая тему, рассказала о своих ритуалах в день рождения.

- О, твой день рождения совсем скоро, - обрадовался Витрош, - значит встречать ты его будешь по-нашему.

- У нас тоже есть свои ритуалы, - кивнул Лишек.

- Надеюсь, ничего ужасного, типа выпивания крови змеи? - спросила Вранка, деланно поёжившись.

- Нет, - успокоила её Азура, - мы устраиваем Гон-Закон.

- За кем гон? - удивилась Вранка.

- Это ловят именинника все желающие, - объяснил Броук, кровожадно изображая, как он хватает Янтару.

- И кто поймает, обязан весь следующий год быть имениннику личной поддержкой, давать советы, помогать с разными проблемами, - сказал Витрош.

- А подарки? - спросила Вранка.

- Так поддержка - это самый лучший подарок и есть, - тихо сказал Вржесс.

Сегодня он был на себя не похож, молчаливый и унылый. Сидел и бесконечно теребил непослушные волосы, начёсывая их рукой на лицо.

- Что сегодня грустный такой? - спросил его Броук, по-дружески пихнув плечом в плечо.

- Да малявка разболелся что-то, - вздохнул Вржесс, - ещё не дошли до привала, а он свалился, горячий как уголёк.

- Кто такой малявка? - тихо спросила Вранка Витроша.

- Это его младший братик, Ружек, - ответил Витрош.

- Пани Занетта уже занялась им, - продолжал Вржесс, - но пока ничего не помогает.

- Он у тебя такой прыткий, наверняка завтра встанет здоровым, - успокоила его Азура.

Тем не менее, пока Вранка занималась с девочками чтением и отдыхала перед дальнейшим путём, лучше малявке Ружеку не стало. Более того, заболели ещё два малыша, точно так же как и Ружек, полегли от высочайшего жара. Племя долго совещалось, но решило продолжать двигаться, ведь так часто бывает, что кто-то болеет в пути, особенно малыши. Больных уложили прямо в тележки на груды вещей, соорудив для них гнёзда из одеял, и ямолезцы снова отправились в путь.

- Как ты думашь, может мне стоит помочь пани Занетте? - спросила Вранка Витроша во время их ночного перехода.

- Боюсь, что ты тогда не останешься незамеченной, и тебя выдадут отцу, - сказал Витрош. - Не переживай, у нас всё время есть больные, а малыши бегают, наматывая сопли себе на уши.

Вранка пожала плечами. Ей бы очень хотелось помочь несчастным детям, которые тихо похныкивали, лежа в своих тележках во время передвижения по лесу. Вранка, пока шла, выискивала глазами разные травы, которые славятся противолихорадочными свойствами и прикидывала, какой объём отвара можно дать совсем маленькому ребёнку. Вржесс ещё больше погрустнел, он сильно тревожился за своего братика, и Вранка всё бы отдала, лишь бы сделать его опять весёлым, лишь бы его малявка снова прыгал вдоль дороги да заливисто хохотал.

Вечерний привал разместили прямо у высокой скалы, которая жадной пастью вгрызалась в лес. Каждый, напившись и наевшись, устроился на каменной ступеньке, в нише, пещерке или на выступе, который, пролетая со свистом мимо, задевали крыльями летучие мыши. Вранка с Витрошем залезли на самый верх, где звёзды казались ближе всего, но даже оттуда можно было слышать тихую песню Азуры.

- Кто её учил петь? - спросила Вранка, наслаждаясь приятной мелодией.

- Никто, - засмеялся Витрош, - разве учит кто-то дышать, бегать и плакать? Она просто поёт и всё.

- В моём мире, чтобы петь песни, обязательно надо учиться, - сказала Вранка.

- Я думаю, если песня идёт из души, то и так получится хорошо, - сказал Витрош, - а если нет, то зачем её петь?

- Не знаю, - пожала плечами Вранка, - вот Хави тоже с учителем занимался. Видимо, не очень-то у него из души это шло.

- Душу открывать надо уметь, - сказал Витрош, плетя какой-то хлыстик из гибкой лозы, - а твоему брату какое-то время было очень больно, и он перестал это делать.

- Представляешь, я сейчас вспомнила его, и поняла, что по нему скучаю, - удивлённо сказала Вранка.

- Ну конечно, ты же его любишь на самом деле, - уверенно заявил Витрош.

В этот момент песня Азуры прервалась, и снизу донёсся какой-то гомон. Витрош и Вранка тут же решили спуститься, чтобы узнать, в чём там дело. Слезать со скалы было тяжелее, чем забираться наверх: ноги уходили вниз на сыпучих мелких камушках, рукам было не за что ухватиться, тело неудержимо тянуло вниз, и Вранка чуть не скатилась по склону.

Внизу, под скалой, стояли родители Вржесса, Ясан и ещё несколько человек, бурно что-то обсуждая.

- Это эпидемия, - горячо убеждала Ясана какая-то молодая женщина, чуть ли не тыкая пальцем ему в грудь.

- И что вы предлагаете? - невозмутимо спрашивал старец.

- Задержаться здесь, - твёрдо отвечала женщина.

- Хотя бы до следующего вечернего перехода, - робко просил отец Вржесса.

К невольно ставшими участниками разговора ребятам тихо подошла Азура.

- Ещё несколько малышей заболели, - объяснила она Вранке и Витрошу, - а малявка и двое других, наоборот, встали на ноги. Правда, их жутко обсыпало какими-то волдырями.

- Ох, пойду разыщу Вржесса, - сказала Вранка, - возможно им понадобится моя помощь.

Палатку семьи Вржесса она нашла по плачу малявки, тот прямо заходился до икания. Вранка решительно зашла внутрь и увидела насупленного Вржесса, который связывал полотенцем руки стоящему перед ним маленькому рыдающему мальчику. Малыш был весь усыпан крупными волдырями, заполненными жидкостью, некоторые прорвались и выглядели, как маленькие кровавые ранки. Сердце у девочки защемило, когда она увидела эту сцену, таким был малявка крошечным, худеньким и несчастным.

- Зачем ты связываешь ему руки? - строго спросила она у друга.

- Ох, это невозможно, - отозвался тот с раздражением, - он расчёсывает свои волдыри до крови, и они болят ещё сильнее, чем прежде.

- Привет, Ружек! - ласково сказала Вранка малышу, присев рядом на корточки. - Чешется у тебя?

Мальчик всхлипнул и кивнул, переступая с ноги на ногу, пытаясь перетерпеть зуд.

- Я знаю, что может тебе помочь, - продолжала девочка, - есть одна травка, вероника. Я схожу за ней, ладно? Намажу тебя, и всё быстро пройдёт.

Малыш опять кивнул и потянулся почесаться, опасливо глядя на брата.

- Не смей! - крикнул Вржесс, схватив полотенце.

- Стой, - сказала ему Вранка, - я сейчас принесу лекарство, и ему станет намного легче.

Она выбежала из палатки на поиски травы и столкнулась с пани Занеттой, которая неслась ей навстречу.

- Ему нужна вероника, - сказала ей Вранка, схватив женщину за руку.

- А кто это? - удивилась лекарка.

- Ну трава же, - сказала девочка, - от зуда. Её здесь полно!

- А ведь ты права, - кивнула Занетта, задумавшись, - я-то всё жаром занимаюсь, и про волдыри не подумала.

- Надо срочно её собрать, скоро таких чешущихся малышей будет целая толпа, - крикнула Вранка, удаляясь в лес.

Когда они двигались с ямолезцами по этим местам, вдоль лесной дорожки, она видела множество кустиков растения, но тогда необходимости в нём не было, а сейчас ей, как назло, не попадалось ни одного стебелька, всё только усыпанный иголками мох да кусты черники. Пришлось отойти чуть назад, там, где Племя уже проходило. Кустики вероники были совсем неприметными, ведь она уже отцвела, но благодаря пушистым листочкам можно было распознать её среди других растений. Здесь, в удалении от того места, где Племя разбило лагерь, вероника росла плотно, будто кто-то намеренно рассадил полезный цветок вдоль дороги. Вранка срывала все стебельки, до которых могла дотянуться. Скоро ей пришлось снять свой жёлтый платок и сделать из него сумку, чтобы складывать сорванные растения, об инкогнито она уже и думать забыла. Когда Вранка набила все карманы, заняла все руки и превратила платочную сумочку в колючий шар, она двинулась обратно, в сторону лагеря.

Там, в палатке семьи Вржесса, её уже ждала пани Занетта.

- Вот, держи ступку и пестик, - сказала она, - сможешь растереть мелко?

- Да, я не первый раз это делаю, - живо закивала девочка.

- Хорошо, - уважительно посмотрела на неё лекарка, - а я тогда побегу к остальным.

Пани Занетта довольно шустро собрала свои вещи и выбежала из палатки, но Вранка даже не посмотрела ей вслед, она спешила нанести лекарство на кожу малыша и облегчить его страдания. Девочка старалась всё делать быстро и чётко, а так же не терять листья, чтобы остальные малыши тоже получили лечение вовремя. Ружек сидел на полу, на одеяле и похныкивал, выкручивая сам себе пальцы, так ему хотелось почесаться.

- Всё готово, - сказала ему Вранка, - сейчас буду тебя мазать.

- Скорее, - прошептал малыш, зажмурившись.

Девочка засунула пальцы в ступку и стала равномерно наносить мазь на кожу малыша. Волдыри у него были даже на голове, так что Вржесс помогал ей, убирая волосы. Постепенно Ружек становился нежно-зелёного цвета, точно маленький болотный упырёнок, сбежавший от родителей на сушу.

- Теперь чуть-чуть потерпи, - сказала она, - и всё пройдёт.

- Уже немножко помогает, - медленно сказал малыш, прислушиваясь к ощущениям и морща усыпанный веснушками носик.

В этот момент в палатку зашли родители ребят и очень удивились, увидев своего малыша, обмазанного зелёной кашицей. Мама Вржесса и Ружека, Смулла, была низенькой, смуглой, с длинными тёмно-каштановыми волосами и зелёными глазами. Она сразу же опустилась на пол рядом со своим малышом и стала осматривать его тело. Отец, Гумр, строго смотрел на Вранку из-под нахмуренных рыжих бровей, будто она сделала с Ружеком что-то плохое.

- Будьте рады, - смущённо произнесла Вранка, складывая траву и инструменты в сумку.

- Мам, пап, всё в порядке, - сказал радостный Вржесс, - он перестал чесаться.

- Ох, Физик, - выдохнула Смулла, - наконец-то.

- Это всё Вра.., - запнулся Вржесс. - Вероника, трава такая.

- Ты догадалась её применить? - удивлённо спросил Гумр у Вранки, заметив в руках у той ступку с пестиком.

- Нет, я просто помогла нанести, - ответила Вранка, - это была идея пани Занетты. Я вообще в лекарственных травах ничего не смыслю.

- Спасибо тебе большое, - сердечно сказала Смулла, - теперь Ружек точно пойдёт на поправку.

- Выздоравливай, - подмигнула девочка малышу и вышла из палатки, повесив сумку на плечо.

Теперь ей предстояло приготовить ещё мази, чтобы облегчить страдания ещё нескольких малышей. Пани Занетте пришлось присоединиться к ней, потому что те малыши, у которых пропадал жар, сразу покрывались жутко зудящей сыпью. Ночью Вранке так и не удалось заснуть, она бегала из одной палатки в другую, и скоро у неё в глазах стало темнеть от суеты, постоянного измельчения полезной травы руками и количества голеньких плачущих малышей. Витрош поймал её на пути, скормил ей одну печёную картофелину с солью и дал выпить кислого молока.

- Тебя наверняка узнали, - обеспокоенно сказал он ей.

- Ну и пусть, - махнула девочка рукой, - зато малыши будут в порядке.

К утру Ружек перестал чесаться совсем вместе с другими малышами, которые заболели первыми, их волдыри подсохли и стянулись. Ямолезцы решили выдвигаться в путь, но перед этим дали поспать неутомимым лекаркам.

- Разбудите меня перед выходом, - пробормотала Вранка и отключилась, положив под голову свою сумку с книгами.

Глава 17

Вранка еле проснулась, её то и дело затягивало в липкий, словно гигантская паутина, сон. Во сне она стояла у окна своей комнаты и смотрела вдаль, на дорогу у берега Волотвы. По дороге задом наперёд пятились со всем своим скарбом ямолезцы, умоляя её о чём-то, взывая и заламывая руки. Их рты беззвучно открывались и закрывались, а ноги двигались неестественным образом. Где-то вдалеке слышна была грустная музыка, которая тоже шла задом наперёд, вызывая неприятные и даже мучительные ощущения. По спине у Вранки бежали мурашки, но она продолжала стоять и смотреть на эту странную процессию, в ужасе не имея сил отвести от неё глаз.

Наконец девочка усилием воли вынырнула наружу, в реальность, и долго не могла понять, где она и что здесь делает. За плотным полотном палатки слышались какие-то шаги, голоса, побрякивание и постукивание, видно лагерь готовился к следующему переходу. Влчек сидел у выхода и что-то жадно вынюхивал через щёлочку, но увидев, что хозяйка проснулась, радостно бросился к ней и принялся лизать её в ухо.

- Сегодня мой день рождения, - шепнула ему Вранка, обнимая и тормоша развеселившегося пса.

Она встала, скривилась от боли в уставших вчера мышцах, подобрала засохший кусочек картофелины, который завалялся после вчерашнего ужина, и, щурясь от яркого света, вышла наружу.

При виде неё все ямолезцы, оказавшиеся вокруг, замерли и с хитрыми улыбками уставились на девочку. Кто-то нёс тарелку с горячей едой, да не донёс, кто-то оторвался от умывания детей, которые сразу же удрали, получив передышку, кто-то ломал ветки для костра, да перестал. Девочка стояла и непонимающе обводила окружающих взглядом. Что случилось?

- Гон-Закон, - проскрипела какая-то бабулька, сидящая на мшистом бревне неподалёку, и подмигнула морщинистым глазом.

- Что? - переспросила Вранка, не успевшая прийти в себя после сна.

- Беги, - шепнула бабулька и улыбнулась, демонстрируя прекрасный ряд золотых зубов, сверкающих на солнце.

В этот момент до шлехтички наконец дошло, и она рванула с места. За ней с весёлым гиканьем понеслась орава ямолезцев. Тут и там на неё кидались новые преследователи, выскакивая из-за кустов и деревьев. Влчек поначалу был весьма обеспокоен, но потом понял, что люди хотят поиграть, и стал радостно участвовать в беготне, щёлкая пастью. Не все хотели по-настоящему догонять Вранку, некоторые лишь делали вид, что ловят её, и это было понятно, поддерживать кого-то целый год - непростая задача. Быстрее всех бежал Витрош, несколько раз ему почти удавалось поймать подругу, но она ловко проскакивала между деревьями, уворачивалась от тележек и перепрыгивала костры.

- Сдавайся уже! - наконец весело крикнул Витрош.

- А вот и нет! - обернувшись к нему, с азартом ответила Вранка.

В этот момент она неожиданно угодила прямо в руки маме Вржесса, Смулле.

- Попалась, - улыбнулась женщина, крепко сжимая девочку в объятиях.

- Ну вот, - выдохнул Витрош, останавливаясь рядом.

- Теперь я - твой подарок на год, - сказала Смулла, отпуская Вранку, - и мне будет очень приятно тебе во всём помогать. Без тебя наши малыши не справились бы так быстро с болезнью, и Племя долго ещё не смогло бы продолжать путь.

- Спасибо, - еле дыша, сказала Вранка, - но я всего лишь исполняла указания пани Занетты. А вообще я тоже рада, что вы будете моим подарком!

Они ещё раз обнялись, и к ним шутливо присоединился Витрош, обняв обеих.

- Это всё, мне нужно ещё что-то сделать? - шёпотом спросила Вранка у него.

- Нет, больше ничего, - ответил тот, - дальше просто наслаждайся жизнью.

- Можешь на меня рассчитывать, - подмигнула Смулла девочке и отправилась дальше по делам.

- А когда будет твой Гон-Закон? - спросила Вранка у Витроша.

- Мой был весной, - сказал он, - я носился как бешеный олень, никто не мог поймать. Пока один парень, оказавшийся выносливее, не подловил меня у угла палатки. Это был Лишек. Оказалось, он давно хотел со мной дружить, но не знал, как ко мне подступиться.

- А я думала, вы давно знакомы, - удивилась Вранка.

- Нет, у нас же народу много, не все даже знают друг друга по именам, - ответил Витрош, оглядывая ямолезцев, которые вернулись к прерванным ранее делам.

- А ты был когда-нибудь подарком на Гон-Закон? - спросила Вранка.

- Да, пару раз, - признался Витрош, - но это дело сложное, не всех легко поддержать.

- Это точно, - засмеялась девочка, - я бы побоялась какие-то советы давать Пунче или Ясану.

Так, беседуя и смеясь, друзья дошли обратно до лагеря, где почти сложены были вещи и собраны палатки. Племя готово было выдвигаться дальше, тем более что солнце стало клониться к горизонту, а воздух стал чуточку посвежее. Внезапно Вранка увидела мелькнувшую в толпе пани Занетту, которая как обычно неслась куда-то, будто собака за зайцем, и поспешила догнать лекарку.

- Пани Занетта! - крикнула Вранка. - Как там малыши?

Ямолезка, услышав вопрос, остановилась и попыталась отдышаться.

- Ух, моя милая, лучше, - сказала она, радостно улыбаясь, - у Ружека за ночь подсохли все волдыри, ничего уже не чешется. Остальные тоже в порядке: часть в зелёной кашице с волдырями, а другие после жара, ждём волдырей. Я уже сделала запас вероники, будем их мазать на следующей остановке.

- Как же здорово, что они выздоравливают! - восторженно воскликнула Вранка.

- Это точно, - вздохнула с облегчением пани Занетта, - а я всё хотела спросить, как тебя зовут. Уж такая ты мне помощница!

- Я.., - начала Вранка, - я забыла кое-что сложить, мне нужно срочно бежать.

С этими словами она мило улыбнулась и кинулась прочь, мало-мальски приличное имя она придумать от неожиданности не смогла.

Ямолезцы в который раз с песнями и шутками вставали в строй. Караван подбирал свои бока, растягивался по длине и начинал еле-еле ползти вперёд. Скоро каждый член его поймает темп, вольётся в строй, и караван, словно гигантская змея начнёт двигаться, слегка извиваясь.

Вранка как всегда шагала с удовольствием, хотя голову немного кружило после вчерашнего суматошного дня и сегодняшней пробежки. Рядом бежал верный Влчек, который на вольных хлебах немного усох и стал больше походить на дикого зверя. Воздух в лесу был таким ароматным, что Вранка то и дело закрывала глаза, как будто запахи деревьев и цветов могли вести её вперёд. Стояла середина лета, время, когда растения оживали лишь во влажной предрассветной полумгле и прятали свои нежные лепестки, когда выходило на свой дозор солнце. Солнце было безжалостным. Днём оно проникало даже сквозь густую кровлю деревьев, пекло кожу и нагревало воздух до предела. Во время жизни в замке Вранка редко бывала снаружи в середине лета, а во время путешествия с ямолезцами ей приходилось испытывать все капризы природы на себе. Теперь она поняла, почему многие женщины и девочки из Племени предпочитают заплетать волосы в косички, так можно было реже их мыть, и голове было не так жарко. Вранке приходилось закручивать волосы наверх и подвязывать, чтобы они не упали, потому что на жаре они быстро превращались в горячие сосульки, облеплявшие шею, спину и плечи.

- Хочешь причёску, как у меня? - шутил Витрош, глядя на мучения подруги.

- Нет уж, - смеялась Вранка. Она догадывалась, что его шапка кудрей прилично грела голову.

Когда солнце совсем село, а луна ещё не взошла на небосклон, позволяя ямолезцам двигаться с прежней скоростью, колонна по приказу Ясана остановилась. Вранка подумала, что пришло время ставить лагерь, но ямолезцы не спешили покидать строй. Ясан с группой других мужчин отделились от колонны и отправились в лес. Что они там надеялись увидеть в темноте, было непонятно.

- Похоже, здесь мы будем копать, - задумчиво сказал Витрош, усаживаясь на обочину дороги, поджав ноги.

- Правда? Это то место, которое было указано на карте? - оживилась Вранка.

- Скоро узнаем, - ответил Витрош. - Если это оно, будем ставить лагерь побольше.

Вранка очень удивилась, когда почувствовала облегчение, услышав эти слова. В начале путешествия она жаждала дороги и с радостью встречала каждое новое место, но чем дальше уходила, тем сильнее ей хотелось остаться где-нибудь хоть на неделю или две. Разве этого она ждала от жизни? Осесть и каждый день видеть из окна одно и то же, ходить по одним и тем же дорожкам, здороваться с людьми, про которых знаешь каждую мелочь? Впервые Вранка не могла понять саму себя.

Наконец Ясан вернулся в строй, что-то сказал и ямолезцы начали расползаться в разные стороны. Дети тут же залезли на деревья и начали устраивать уютные гнёздышки.

- Достаём палатку, - кивнул Витрош своей подруге, - это оно.

Вранка широко улыбнулась и вскочила на ноги. У неё словно открылся новый запас сил, да и ради долгого лагеря хотелось постараться. Люди вокруг сновали с тюками и баулами, заражая своей суетой даже самых ленивых и неповоротливых. Собаки визжали, путаясь под ногами, тут и там запевались весёлые песни, слышались радостные возгласы обнаруживших ручей или куст с ягодами или забытый кем-то ржавый котелок. Вскоре лагерь был установлен, и ямолезцы затихли, готовясь к спокойному вечеру и крепкому сну.

Вскоре в палатку Витроша влез один из мужчин, ходивших в лес вместе с Ясаном. Он весь был серый, как мышь, с кожей странного бронзового оттенка. Волосы его падали гладкими прядями на лицо, а борода струилась по груди, как серебро.

- Витрош, - сказал мужчина, кивнув присутствующим, - на совет.

- Пойдём, Поткан, - вздохнув, ответил парень, он только прилёг вздремнуть.

- Будьте рады, - скороговоркой произнёс Поткан и выскользнул из палатки, увлекая за собой Витроша.

- А чем вообще Витрош может помочь совету? - спросила Вранка у насупленного Лишка, который тоже рассчитывал на крепкий сон.

- Ты думаешь, он здесь простой паренёк? - раздражённо ответил Лишек. - Просто гуляет по полям, по лесам? Его отец - преемник Ясана, тот его обучал всяким премудростям. Та же наука скоро ожидает и твоего Витроша, так что в будущем Племя поведёт он.

Вранка промолчала. Она не обиделась на сонного друга, а задумалась о том, что, оказывается, ожидает Витроша. В своём мире он тоже был своего рода шлехтичем. Ей сложно было себе представить, как Витрош поведёт за собой всё Племя. Ему столько предстояло выучить: все эти невесомые, неуловимые знаки, оставленные прежними людьми, их буквы, слова, кусочки истории, дошедшие до нынешнего поколения, непонятные карты и еле заметные намёки среди листвы и камней. Это казалось гораздо сложнее чтения и примеров, которые решала Вранка у себя дома.

Ожидая Витроша, она заснула, а разбудил её запах костра и вкусного ужина. Палатка была полна друзей, и Вранка, едва приоткрыв глаза, наблюдала за каждым. Ребята накладывали еду в миски, резали хлеб и перекидывались смешками. Витрош сидел молча и задумчиво перемешивал ароматное варево в своей миске.

- Вранка, тебе наливать? - спросила Азура, сразу же раскусив её секретное наблюдение.

- Огромную тарелку, - с готовностью откликнулась девочка, и все засмеялись.

- Сегодня у нас картофельный суп или, скорее, рагу, - задумчиво проговорила Азура, разглядывая миску, которую протягивала Вранке.

- Давай всё, что есть, - поторопила её Вранка, она была очень голодна.

Когда все наконец насытились и застучали пустыми мисками, складывая их в пирамиду, Азура достала мешок чёрных ягод и предложила каждому по горстке. Ребята с радостью потянулись за свежим лакомством.

Каким блаженством было лопать во рту терпкие кислые ягодки после обжигающего и сытного супа-рагу!

- Ну, как совет? - спросила Вранка Витроша, когда все наконец наелись и отставили прочь миски, ложки и кружки.

- Совет сказал, завтра копаем, - просто ответил Витрош, улыбнувшись и обведя глазами друзей.

- Ур-р-р-ра! - завопил Вржесс, вскакивая с места.

- Наконец-то, - пробурчал Броук.

Остальные тоже стали с облегчением переговариваться, как будто они не жили, не копая.

- Территория большая, - продолжал Витрош, - потому что Ясан не совсем уверен. Так что нас разобьют по парам и расставят по лесу на значительном расстоянии. Поткан с остальными будут целый день обходить копающих, чтобы понять, где цель.

- Ой, я тогда на костре останусь, - протянула Янтара. - А ты, Азура?

- Давай, - кивнула девочка, качнув косичками, - лучше потом присоединимся к раскопкам, когда цель будет найдена.

- А я хотела бы попробовать копать уже завтра, - решительно сказала Вранка.

- Беру тебя в напарники, - Витрош протянул ей свою широкую руку.

Вранка крепко пожала её, с благодарностью глядя в глаза товарищу и не обращая внимания на снисходительные смешки ребят. Она не верила своему счастью – настоящие раскопки да ещё и в компании Витроша!

Скоро и ловко убрали они всю грязную посуду, мытьё которой взяла на себя Вранка, и остались жечь вечерний костёр. Здесь, в долгом лагере, можно было хорошо посидеть вечером: послушать древние легенды от старших, спеть песни или потанцевать, поиграть в карты или другие загадочные игры. Вранка предвкушала весёлый и тёплый вечер, пока полоскала тарелки в мелком ручье, но как ни любила она часы отдыха с ямолезцами, мысли её постоянно возвращались к завтрашним раскопкам. Наверняка их с Витрошем будет ждать что-то увлекательное, какое-то приключение.

- Будь рада, - тихо сказала Смулла, неожиданно подошедшая к ручью. - Можно я тоже сяду тут со своими тарелками?

- Да, конечно, - оживилась девочка, - это же общий ручей.

- Давно ты с нами бродишь? - спросила мама Вржесса. - Твоё лицо кажется знакомым, но я не помню твоих родителей.

- Моя мама давно умерла, - спокойно сказала Вранка, - а папа далеко. Я не могла остаться с ним.

- Как тебя зовут? - продолжала распросы Смулла. - Я уверена, что пани Занетта говорила мне, но как-то вылетело из головы.

- Я Веверка, - сказала Вранка, назвав глупое имя, придуманное на всякий случай для пани Занетты.

- Веверка, - улыбнулась Смулла. - Бегаешь ты и правда, как белка.

- Как там Ружек? - спросила Вранка, чтобы сменить тему.

- Гораздо лучше, - сказала Смулла, ополаскивая тарелки, - он почти здоров. Волдыри уже отпадают, на их местах остаются шрамики. Но уж пусть будут, ничего страшного.

- Останутся на память, - сказала Вранка. - Пусть помнит, что победил болезнь.

- Спасибо тебе большое, - сказала Смулла и вытерла руки о подол платья, - я же понимаю, что про веронику ты сообразила.

- Ну что вы, - засмущалась Вранка, складывая чистые тарелки стопкой, - я даже не знала, сработает ли.

- Значит, ты не только добрая, но и смелая, - улыбнулась Смулла. - Будь рада, Веверка.

Вранка улыбнулась женщине и отправилась к палатке, погромыхивая мокрой посудой. Мама Вржесса выглядела хорошим партнёром для поддержки на весь год. Вранка была рада, что не попалась какой-нибудь Пунче. Хотя та и спасла её от непонятной бабки в Морушице, но всё равно она была какой-то не очень доброй. В который раз Вранка вспомнила Ярнику и Медену. Где-то они сейчас? Неужели так же скитаются по свету и бродят с места на место? Даже котелка у них нет, всё сгорело в доме. Как же хотелось Вранке, чтобы можно было вот так по душам поговорить с Меденой, она была такой мудрой. А уж про Ярнику и говорить нечего, с ней Вранка была бы полностью счастлива.

Окидывая взглядом расцветший лагерь ямолезцев, Вранка представляла среди этих людей Медену и Ярнику. Что бы они делали? Как бы вели себя? Ей показалось, что они немного чураются людского общества, предпочитают жить вдалеке от городского шума и толпы. Наверное здесь бы они ощущали себя чужими, к тому же Ярника сказала, что не хочет скитаться по свету с одного места на другое.

- Эх, - с тоской вздохнула девочка, ставя чистую посуду на заранее расстеленное полотенце.

- Чего вздыхаем? - спросил Витрош, который раскладывал припасы по местам, чтобы с утра можно было быстро позавтракать.

- Грущу по подруге, - ответила Вранка, - боюсь, что больше никогда её не увижу.

- Я уверен, что вы встретитесь ещё, - сказал Витрош, - наш мир не так уж велик, чтобы навсегда в нём затеряться.

- И всё равно, весь мир мне не обойти, - сокрушенно сказала Вранка.

- Жизнь штука непредсказуемая, - пожал плечами Витрош, - может твоя подруга сама тебя найдёт.

- Хорошо хоть ты рядом, - сказала Вранка, - с тобой мне не так грустно.

Эти слова как будто испугали Витроша, он потупился и начал спешно что-то куда-то запихивать, насвистывая какую-то мелодию. Вранку удивила такая реакция, ведь её друг всегда был непоколебимым и уверенным в себе. Когда она стала уже задумываться о приличности своих слов, то поняла - Витрош просто смутился.

- Не стесняйся, - улыбнулась она ему, - пойдём лучше посмотрим на костры и послушаем песни твоей сестрицы.

- Пойдём, - улыбнулся он ей в ответ и приподнял полог палатки, чтобы она прошла первой.

Вечер был наполнен множеством звуков: шумели дети, громко выкрикивая какие-то считалки, что-то горячо обсуждали женщины, мужчины смеялись и настраивали музыкальные инструменты. Жар летней ночи сливался с пылким пламенем костров, разведённых у каждой палатки. Вранка счастливо вздохнула. Как ни тяжела была дорога, вечер с кострами и песнями всегда был большой наградой. Постепенно набегаются и упадут спать дети, приготовятся закуски, зазвучат и забренчат то там, то тут музыканты, запоют сладкоголосые певцы, вызывая в душе слушателей то тихую грусть, то невыразимый восторг. Постепенно вечер разойдётся, распляшется и рассыпется мелкими каплями из кружек веселящихся людей, а потом вдруг закончится, заставив этих людей заползти в свои палатки и закрыть до утра глаза. В который раз Вранка с радостью подумала о том, что на следующий день не надо будет никуда идти. По этому поводу она решила посидеть подольше, и они с Витрошем даже сплясали несколько раз под весёлые синкопы чьей-то мандолины.

- До завтра, - шепнул он перед сном, когда они уже укладывались каждый на свою лежанку.

- До завтра, - сонно ответила девочка, опуская тяжёлые веки.

- Жди чего-то интересного, - произнёс Витрош, устраиваясь поудобнее.

Вранка, путаясь в объятиях сна, ничего ответить не смогла, просто кивнула, не подумав, что никто не увидит в темноте её кивок.

Глава 18

Утро до рассвета было совершенно обычным для середины лета: ясным, тёплым и сухим. Благоухало пёстрое разнотравье с ближайших полей да исчезали над головой понемногу ночные гости – звёздочки, пропадая по одной в светлеющих небесах. Потягиваясь, вылезали ямолезцы из палаток, разминали затёкшие конечности и протирали глаза, хозяйки шуршали в запасах, доставая продукты для быстрого завтрака, дети начинали посмеиваться то тут то там и затевали весёлую возню в ожидании приготовленной родителями еды. Вранке есть не хотелось, она сильно волновалась из-за начала раскопок и непрерывно кусала пересохшие губы. Ребята наперебой успокаивали её.

- Да вы может пару раз копнёте, - басил Броук, колупая варёное яйцо, - и окажется, что место не то.

- Тогда придётся всё бросать и идти на другой участок, - кивал Лишек, отщипывая куски от краюхи хлеба.

- А может, два часа будете копать и ничего не найдёте, - разводил руками Вржесс.

- Да, это бывает нудным делом, - соглашался Витрош, передавая девочке сушёные ягоды.

- Я волнуюсь не потому, что жду чего-то особого, - сказала она, пытаясь осознать свои ощущения, - а потому что для меня это будет впервые. Я никогда ещё не копала сама.

- Всё когда-то бывает в первый раз, - глубокомысленно заметила Азура.

В этот момент прозвучал рог, и ямолезцы стали спешно собираться, запихивая в рот остатки еды. Витрош взял увесистую сумку с продовольствием, водой и длинной трубкой-пищалкой, в которую нужно было дудеть, чтобы дать сигнал советникам Ясана.

Постепенно люди выстроились парами и по команде Поткана медленно двинулись вперёд, постукивая лопатами и кирками. Вранка пару раз задела Витроша и других ямолезцев, пытаясь совладать со своим инструментом, но соратники лишь посмеялись и не стали возмущаться. Мало-помалу строй выровнялся и ускорил шаг, пока ещё не сходя с дороги. Когда отряд прошёл значительное расстояние, людей стали разбивать на группы. Сначала по команде одного из советников половина отряда отделилась и отошла в сторону, в лес, затем, когда оставшийся отряд прошёл ещё немного вперёд, его опять поделили пополам. Таким образом осталось только шесть человек парами вместе с Вранкой и Витрошем, которых Поткан увёл в сторону сквозь бурелом. Первую пару он оставил около зарослей осины, рядом с небольшим оврагом, потом на лесной поляне, окружённой поваленными стволами, осталась вторая пара. Вранке и Витрошу пришлось ещё пройти со своими лопатами через редкую рощицу и узкий ручеек, а затем перебраться через каменистую насыпь. С другой стороны этой насыпи они остановились. Позади зелёной стеной стоял лес, а впереди глазу открывались бескрайние степи, ловящие своей угрюмой поверхностью первые лучики солнца.

- Вот ваше место, - сказал Поткан. - Как солнце взойдёт, можно сделать перерыв и отдохнуть в роще. Если до обеда ничего не найдёте, возвращайтесь.

- Мы всё поняли, - кивнул Витрош, скидывая с себя тяжёлую сумку с припасами.

- Если что, зовите в пищалку, - бросил на прощание Поткан, повернулся и полез обратно на насыпь.

- Где будем копать? - взволнованно спросила Вранка друга.

- Где тебе больше нравится, - улыбнулся Витрош. - На самом деле разница невелика. Если здесь что-то есть, мы это узнаем, где бы ни копали.

Вранка отошла на пару шагов от насыпи.

- Давай здесь? - спросила она.

- Хорошо. Тут меньше камней, будет легче начать, - сказал Витрош, поудобнее ухватывая лопату.

Он сделал первый удар в почву, она оказалась довольно сыпучей и лёгкой, так что Вранка с удовольствием подключилась и принялась активно работать лопатой. Земля здесь представляла собой смесь сухого песка с мелкими камешками, которые скатывались в постепенно углубляющуюся воронку. Вырытую землю ребята относили подальше, чтобы она не засыпалась обратно при расширении ямы. Воздух был достаточно прохладным, сил у ребят было ещё много, так что работа шла быстро, и вскоре они стояли по колено в широкой равномерно круглой впадине.

- Ну что, не очень интересно? - спросил Витрош через некоторое время.

- Пока не очень, но надеюсь, мы что-нибудь найдём, - задумчиво сказала Вранка, не отрывая взгляда от раскопок.

Когда на горизонте начало показываться солнце, они присели выпить воды и немного отдохнуть. Поверхность равнины удивительно меняла цвета при восходе, как будто двигались мышцы под шкурой какого-то огромного животного. Друзья сидели и завороженно следили за этим зрелищем, но начатая яма звала к себе, притягивая ямолезцев будто магнитом.

- Что ж, - наконец сказал Витрош, - пора продолжать.

- У нас уже огромный ров получился, - довольно сказала Вранка, рассматривая результат своей работы.

- Да, быстро пошли, - кивнул Витрош, - теперь спустимся вниз и будем копать в центре, таким образом у нас получатся вроде как ступеньки.

- Я думаю, мы уже близки к находке, - с восторгом заявила девочка, прыгая в яму первой.

Они начали раскопки изнутри ямы, делая вторую ýже первой, чтобы можно было легко вылезти наружу. Влчек не очень интересовался раскопками, поэтому остался сторожить припасы и следить за тем, что происходит вокруг, вздрагивая при внезапных резких криках каких-то хищных птиц на просторе степи. Ребята резво продолжали работу, как вдруг лопата Витроша звонко ударила по чему-то твёрдому.

- Ой! - воскликнула Вранка.

В этот момент грунт под ними вздрогнул, охнул и начал медленно оседать вниз. Обе ямы сложились в одну огромную, ребята покатились куда-то вниз, а где-то сверху истошно залаял Влчек. Настала полная темнота. Вранка попыталась оглядеться, но поморщилась от боли, видимо упала прямо на жёсткий черенок лопаты.

- Ты цела? - глухо спросил Витрош. Вранка уже немного различала его очертания, благодаря свету, исходившему из образовавшейся сверху дыры.

- Вроде да, - сказала Вранка. - А ты?

- В порядке, - отозвался Витрош.

- Я сейчас отправлю Влчека за помощью, - торопливо сказала Вранка, вставая прямо под отверстием.

- Подожди, - воскликнул Витрош, но Вранка его не слушала.

- Влчек! - крикнула она. - Лагерь!

Пёс наверху в панике заскулил, подбежал к краю обрыва, потом дёрнулся назад, но было поздно, злосчастные камешки уже несли его вниз. Громко взвизгнув, Влчек рухнул прямо в яму. Вранка оцепенела от страха, а Витрош подскочил и сумел поймать пса, после чего они оба упали, покатившись на землю. Влчек тут же вскочил, злобно огрызнувшись на своего спасителя.

- Вот это благодарность, - усмехнулся Витрош.

- Прости, - грустно сказала Вранка, поглаживая испуганного пса, - не надо было его звать.

- Ничего, - сказал Витрош, - это было первое, что могло прийти на ум.

- Что же мы будем делать? - спросила Вранка, усаживаясь на землю и щурясь в темноту.

- Когда не придём к обеду, нас будут искать, - сказал Витрош, - только вылезти отсюда будет не так просто.

- Почему? - спросила Вранка, обнимая пса, который уже уселся рядом со своей хозяйкой.

- Сыпучка, - сокрушённо сказал Витрош, указывая наверх. - Надо было мне сразу догадаться, это плохой знак.

- Ох ты ж, Физик.., - вздохнула Вранка.

- Погоди-ка, - сказал Витрош и встал, вглядываясь в потолок.

Вранка тоже перевела свой взгляд наверх и увидела мощные деревянные балки, которыми удерживался свод потолка. Часть свода была разрушена, видимо из-за многолетних зимних дождей, которые заставляли дерево гнить, да и друзья наверняка повредили балки своими лопатами.

- Это что? - удивлённо спросила она.

- Мы что-то нашли, - оглядываясь вокруг, сказал Витрош, - как ты и предсказывала.

- Я ожидала, что будет хотя бы золотая голова или какие-то другие интересные предметы, - печально ответила девочка, - но не пустота.

- Предметы где-то рядом, - сказал Витрош, обходя по периметру яму, в которой они находились. Влчек со скуки подключился к его игре и поскакал обнюхивать песчаные стены, будто предполагая наличие здесь подземных собак, которые могли оставить пахучую подземную метку. Вранка, сидя на земле, наблюдала, как мальчик и собака шаг за шагом исследуют их темницу.

- Кстати, ты знала, что раньше в мире было гораздо больше разных видов животных, чем сейчас? - спросил Витрош, чтобы её отвлечь.

- Это Ясан тебе рассказывал? - спросила Вранка.

- Да, он сам видел старые изображения, а потом и подтверждения в виде костей, - сказал Витрош. - Одно бы тебе точно понравилось. Высокое и стройное копытное с сильным крупом и гибкой шеей, на которой развевалась длинная гладкая грива. А ещё у него были огромные и умные глаза.

- Такое правда могло существовать?

- Конечно, их использовали, как транспорт. Очевидно, эти животные могли очень быстро передвигаться.

- Жаль, что таких теперь нет. Я бы хотела на нём прокатиться. А ещё кто был?

- Один из них был ростом, как дом, с огромными ушами и мягким носом в виде трубки длиной с дерево. Ступня у него была примерно как наша яма.

- Вот это уродец, - усмехнулась Вранка.

- А ещё было животное с длиннющей шеей, с помощью которой мы бы легко выбрались отсюда, - продолжал Витрош. - Ясан сказал, что возможно такая шея нужна была ему, чтобы срывать и есть листья с деревьев.

- И кто же их создал этих животных? Физик? - спросила Вранка.

- На этот вопрос у нас ответа нет, - сказал Витрош и взял лопату. Он начал постукивать по стенам, вкапывая её то туда то сюда, пока не услышал лязгающий звук в одном из углов.

- Что там? - Вранка встрепенулась и наконец подошла поближе. Витрош, держа лопату вертикально, снял слой песка и камней с широкой облезлой металлической трубы, которая шла вдоль дна ямы.

- Похоже на какую-то трубу, - сказал он, - давай проверим, что там.

Он встал на колени и приложил ухо к трубе. Вранка и Влчек застыли в ожидании, глядя на него.

- Ничего, - сказал Витрош, поднимаясь, - тихо.

- Там точно нет воды или огня? - обеспокоенно спросила Вранка.

- По звуку там пусто, - уверенно ответил Витрош.

- Интересно, куда она ведёт, - сказала Вранка, оглядывая стены.

- Есть только один способ узнать, - сказал Витрош и с силой стукнул лопатой по трубе. Металл слегка погнулся, но оставался целым. Тогда Витрош ударил в это место ещё несколько раз, и к нему присоединилась Вранка, которая снова почуяла азарт раскопок. Вскоре в трубе зияла значительная дыра. Витрош немного отогнул края руками и расширил отверстие с помощью лопаты, так чтобы внутрь можно было просунуть голову.

- Если я позову оттуда, - сказал он, - значит, всё благополучно, можно лезть.

- А если не позовёшь? - с беспокойством спросила Вранка.

- Тогда не лезь, просто жди, - сказал он, подмигнул и влез в трубу.

Влчек очень заволновался, когда услышал, как гремит в трубе стучащий коленками и лопатой Витрош. Сначала ямолезец, судя по звукам, двинулся влево, но дойдя до какого-то места, повернул обратно и направился вправо. Вскоре его стук затих в отдалении, послышался далёкий удар об металл и возглас: "Лезь, Вранка!".

Девочка секунду поколебалась, потом пропихнула в щель лопату и влезла сама, а за ней следом пролез беспокойно тыкавшийся носом то тут то там Влчек. Труба была достаточно широкой, чтобы лезть на четвереньках. Внутри было чисто и пусто, ничем не пахло. Вранка двигалась вправо и вскоре увидела впереди тусклый зеленоватый свет. Труба заканчивалась окошком в какую-то небольшую комнату, по стенам которой еле светились три круглые лампы. Витрош помог девочке спрыгнуть и вынуть лопату, Влчек же, грозно посмотрев на парня, спрыгнул сам.

Вранка оглядела комнату. Пол был каменным, но без единого стыка, будто из целый плиты, и гладкий, как зеркало. Стены были металлическими, они мягко сияли в тусклом освещении. У одной из стен стоял большой белый стол, заваленный какими-то бумагами, и такой же белый стул. В другой стене находилась огромная дверь с кучей рычажков и задвижек, она была чуть приоткрыта. На полу валялась слегка погнутая металлическая решётка.

- Это закрывало вход в трубу, - объяснил Витрош, - пришлось выбить, чтобы вылезти.

Вранка собиралась что-то сказать, как вдруг неожиданно ребята услышали из-за двери дикий истошный визг, будто стадо поросят резали заживо. Звук приближался с удивительной скоростью. Витрош бросился закрывать дверь, но не успел. В маленькую комнату влетело полчище каких-то маленьких белёсых существ с выпученными глазками. Они вопили, как сумасшедшие, и бросались на пришельцев, ощерив мелкие зубы. Вранке и Витрошу пришлось взять лопаты, чтобы защищаться от нападавших. Влчек яростно драл существ одного за другим, хотя они впились ему в ноги и рядком повисли на шее. Жуткие существа, застигшие врасплох ямолезцев, уже одерживали верх, когда Вранка ударом лопаты сняла десяток впившихся в пса карликов и крикнула во всё горло: “А ну, шуруйте отсюда, шмакодявки чёртовы!". Звук человеческого голоса подействовал на существ, словно удар кнута. Они подхватились и стаей унеслись обратно за дверь, так же истошно подвывая по дороге. Витрош сразу же захлопнул тугую дверь и опёрся об неё, переводя дух.

- Благодарю, - сказал он, утирая пот со лба, - если бы не ты, пришлось бы устроить тут настоящую бойню. Как ты догадалась их прогнать?

- Не знаю, - сказала Вранка, - просто рассердилась.

- У тебя нет ранений? - спросил Витрош, разглядывая собственное тело.

- Вроде нет, - ответила девочка, - только несколько царапин да порван подол у платья.

- И откуда только взялись эти пучеглазики? - фыркнул Витрош.

- Странные они. Надеюсь, тут не бродит тот громадный, с длинным носом, про которого ты рассказывал, - поёжившись, сказала Вранка.

Она присела, чтобы рассмотреть трупик одного из загадочных животных. На первый взгляд оно выглядело, как маленькое чудовище из страшных сказок. Но вглядявшись чуть внимательнее, Вранка с ужасом поняла, что существо похоже на собаку. Только пропорции у него были диковинными, будто нормальную собаку какой-то великан сжал огромной рукой, и получились коротенькие лапки, поросячий хвостик, приплюснутая мордочка с высунутым языком и кривыми зубами, вывалившиеся наружу глазёнки.

- Это собаки, - наконец сказала Вранка.

- Разве такими бывают собаки? - удивился Витрош. - Зато в трубе я встретил вполне нормальных летучих мышей.

- Хорошо бы никто нас больше тут не потревожил, - вздохнула девочка.

- Никто не придёт, - уверил её Витрош. - Давай обыщем стол, вдруг найдём что-то поесть.

- Это вряд ли, - сказала Вранка, - посмотри, как здесь пыльно. Сомневаюсь, что кто-то был тут недавно.

Стол действительно выглядел абсолютно заброшенным. Листы бумаги, лежащие на нём, пожелтели и обтрепались, а сверху лежал густой слой пыли. Витрош взял несколько страниц.

- Не понимаю, что тут написано, - сказал он растерянно, - похоже на язык каких-то дальних народов.

- Дай посмотреть, - сказала Вранка, вглядываясь в текст на листе.- Буквы как будто наши, а слова совершенно незнакомы.

- Просмотри все бумаги, вдруг будет что-то ценное, - предложил Витрош, - а я пройдусь по ящикам стола.

Некоторое время они занимались каждый своим делом, время от времени громко чихая. Влчек сидел с важным видом, будто охраняя ребят от лежавших на полу мёртвых собачонок. В тишине Вранка неожиданно услышала какой-то тихий писк и с тревогой огляделась вокруг.

- А теперь-то что? - раздражённо произнесла она.

- А, - улыбнулся Витрош, - это мой новый друг.

С этими словами он достал из кармана маленького тёмно-коричневого летучего мыша. Тот пищал, разевая розовый ротик, и сучил лапками. Влчек подошёл и заинтересованно обнюхал малыша, но сразу же снова занял своё место у двери, предпочитая не связываться с настолько писклявыми существами.

- Где ты его взял? - спросила Вранка.

- Нашёл в трубе, - сказал Витрош, доставая из другого кармана сухую муху, - был жутко голодный, и ни следа родителей. Думаю, их сожрали эти мелкие пучеглазики.

- Ты что, возьмёшь его себе? - спросила девочка.

- А почему нет? Будет моим маленьким крылатым другом, - сказал Витрош с нежностью глядя на мыша, - всё равно у него никого здесь не осталось.

- Как назовёшь? - улыбнулась Вранка.

- Пусть будет Мрачек, - сказал Витрош, почёсывая за ухом малыша, который дожёвывал муху.

- Хорошее имя, ему подходит, - сказала Вранка и громко чихнула.

- Не болей! - воскликнул Витрош.

Бумаги были такими пыльными, что у девочки ужасно свербило в носу, и стали слезиться глаза, к тому же ничего интересного или хотя бы понятного в них не было. Витрош же быстро осмотрел ящики, которые тоже оказались абсолютно пустыми.

- Я думаю, здесь кто-то уже побывал до нас, очень давно, - сказал он, - и всё ценное вынес. Посмотри пока оставшееся, а я опять пролезу в яму, подумаю, как можно будет выбраться.

- Как тебе кажется, здесь безопасно оставаться? - спросила Вранка.

- Дверь прочно закрыта, с тобой Влчек, - сказал Витрош, подставляя стул, чтобы влезть в трубу, - а я буду с той стороны, только позови, услышу.

- Хорошо, - сказала Вранка, - только будь осторожен, прошу тебя.

Витрош подмигнул, встал на стул и исчез в трубе, погромыхивая по мере продвижения. Вранка продолжила своё занятие. Часть бумаг она столкнула на пол, чтобы легче было перебирать остальные. Время от времени она прислушивалась, не лезут ли через дверь пучеглазики или ещё какие-нибудь неведомые существа, но было тихо. Оставалось лишь надеяться, что эти мелкие уродцы ничего не замышляют. Когда Витрош захлопнул дверь, Вранка едва рассмотрела то, что было за ней, какой-то длинный коридор, освещённый теми же зеленоватыми лампочками. Кто же жил здесь раньше, неужели прежние люди? Или Подземные Горожане?

Бумаги на столе убывали, а яснее не становилось. Вранка только нашла прозрачную палочку, в которой, как в смоле застыла совсем тонкая синяя веточка. Сверху палочка была увенчана кнопкой, нажав на которую можно было выдавить кусок веточки наружу, а потом убрать вовнутрь. Вранка некоторое время покликала кнопкой, но ничего не произошло, поэтому она убрала палочку себе в карман.

Когда почти все бумаги переместились на пол у стола, ей наконец встретилось нечто новое - рукописная книга с потрёпанными страницами и бумагой, расчерченной в квадратики. Вранка встрепенулась, потому что взгляд её ухватил слова на родном языке. Наконец-то что-то, что можно прочитать!

"11 февраля", прочитала Вранка, "не уверен, стоит ли писать дату. Будут ли важны эти даты там, куда мы идём. Не знаю, что происходит снаружи, и действительно ли сейчас 11 февраля, а не, скажем, 22 июля. Здесь, под землёй время идёт совсем по-другому. Сколько нам ещё сидеть? Годы? Выживем ли мы? И если да, останемся ли теми же? Нет ответов.

230 детей(последняя сотня видимо доехать не успела), животные и я. Главный вопрос, почему я? Они спросили: “Если не ты, то кто?”. Да мало ли учёных, мало ли физиков, я же не один. Они даже не слушали, это был приказ. Но почему я? Почему я? Нет ответов".

Вранка медленно сглотнула слюну в пересохшем горле и опустилась на пол.

- Витрош! - неожиданно высоким голосом закричала она, чувствуя, как холодеет всё внутри. - Витрош!

Глава 19

Громадное старое красное солнце достигло уже наивысшей своей точки и снова покатилось вниз, к горизонту. Трава в степи понемногу начала оживать в ожидании вечерней прохлады. Тут и там по одному застрекотали невидимые музыканты, кузнечики, но в миг затихли – на степной дороге кто-то шумел гораздо громче их. Длинная тень ползла вдоль дороги, плавно изгибаясь на камнях да травах, это двигалась крепкая деревянная повозка, запряжённая волом, а на облучке сидели два пассажира. Старший был средних лет черноволосый и статный мужчина с выдающимся носом, а рядом с ним сидел такой же черноволосый мальчишка, жмурившийся от летевшей в глаза пыли. Мужчина, управляя повозкой, одной рукой придерживал и мальчика, да так аккуратно, словно вёз самую большую свою драгоценность. Ни слова не говорили они друг другу, будто полностью поглотила их цель, ради которой они погнали вола по такой жаре. Повозка была набита дорожными сумками и бурдюками с водой, значит дом свой путешественники оставили далеко позади.

Равнина сменилась холмистой местностью, где прочь от повозки скакали мелкие зайчишки, а затем перед глазами путников выросла стена густого леса. Мужчина кивнул и натянул поводья. Уставший вол с готовностью замедлил свой ход, а мужчина и мальчик стали во все глаза рассматривать лесные угодья, будто искали что-то. Затем путешественники начали переговариваться вполголоса, очевидно при виде леса их стало одолевать некое волнение. Вскоре мальчик первым заметил цель поездки: разноцветные и разновеликие шатры и палатки ямолезцев. Лагерь был пустоват, лишь дети носились туда-сюда, да женщины собирали миски с тарелками, видно только что закончился обед.

- Приехали! - радостно воскликнул мальчик, спрыгивая с облучка.

- Теперь задача её найти, - сказал мужчина, привязывая поводья к ветке дерева, - пойдём разузнаем.

Они направились прямиком к ближайшей группе женщин, встревоженно смотревших на пришельцев.

- Будьте рады, - ласково сказал мужчина, кланяясь ямолезкам, - я пан Кркав, прибыл издалека и ищу свою дочь. Мне очень нужна помощь пана Ясана. Не могли бы вы проводить меня к нему или сказать, где его найти?

Ямолезки оглядывали путешественников, не спеша отвечать, видно, они совсем не ожидали встретить в этом лесу чужаков. Наконец одна из них, улыбнувшись, обратилась к незнакомцам.

- Останьтесь и передохните, - сказала она, - Ясана сейчас нет здесь. Вы можете подождать его, а мы пока вас накормим.

- Куда же он поехал? - спросил Кркав.

- Двое наших соплеменников попали в беду, - объяснила вторая ямолезка, - не пришли на обед. Ясан и остальные отправились их вызволять.

- Витрошу вечно везёт на неприятности, - усмехнулась третья.

- Витрош? А кто второй? - встревожился Кркав. - Кто попал с ним в беду?

- Девчонка, - ответила первая, - имени я не помню, чёрненькая такая.

- Веверка или как-то так, - подсказала вторая, с удивлением наблюдая, как благородный пан падает на колени в траву.

- Папа, вставай, - тронул его за плечо мальчик, переступавший с ноги на ногу от нетерпения, - поехали же скорее!

- Благодарю вас, - сказал пан Кркав, поднимаясь и приглаживая рассыпавшиеся по лицу волосы, - но остаться на обед я не могу. Как нам добраться до этого места?

Правая труба открывалась в комнату, а левая уходила ввысь и шла далеко вперёд. Витрош потратил много усилий, чтобы забраться по ней. Судя по её направлению, она проходила прямо сквозь земляную насыпь, которую они видели снаружи. Была ли это на самом деле насыпь или под песком и камнями скрывалось нечто необыкновенное? Чтобы выяснить это, нужно было дождаться подмоги, а это был всего лишь вопрос времени. Витрош решил рассчитать, где лучше будет проделать ход ямолезцам, чтобы их с Вранкой могли вытащить. Для этого он попытался вспомнить ландшафт, который находился над его головой. Витрош закрыл глаза и опустил голову на руки. В этот момент до него донёсся писклявый вопль Вранки, звонко разнесённый металлической трубой в разные её концы.

- Пентакварк! - выругался Витрош и со всей возможной скоростью пополз обратно, придерживая полы рубашки, чтобы не повредить Мрачека. Юноша рухнул по трубе вниз, сшибая углы, проехался до входа в комнату и выскочил в маленькое окошко.

- Что случилось? - выпалил он, озираясь. - Где они?

- Я нашла его, - странным голосом сказала Вранка, сидя на полу и протягивая ему какую-то засаленную книжицу.

- Что это? Почему ты кричала? - удивился Витрош.

- Это оригинал книги Физика, - сказала Вранка, глаза её блестели в неярком свете лампочек.

- Дай посмотрю, - Витрош пробежал взглядом несколько страниц, - а почему оторвано в конце?

- Это не я, - ответила Вранка, пожимая плечами, - может быть там было написано то, что потом распространили, как целую книгу Физика. А это оставили за ненадобностью.

- Здесь и правда нет ничего ценного? - спросил Витрош, вертя книжицу в руках.

- Надо читать, - сказала Вранка. - Он описывает события... как всё было, когда они здесь оказались.

- Они? - удивился Витрош.

- Он и двести детей, которые были нашими предками, - сказала Вранка, забирая рукопись назад и опять усаживаясь на пол.

Витрош в задумчивости заложил руки за голову.

- Предлагаю залезть обратно в провал, - сказал он, - скоро за нами придут. Книгу возьми с собой, будем изучать.

Вранка вздохнула, но послушалась и подозвала Влчека, которого нужно было поднять и запихнуть в трубу. Помощь Витроша гордый пёс принять отказался, показав клыки, как только юноша к нему приблизился. Пришлось Вранке, пыхтя и краснея от натуги, запихивать огромного пса в трубу. Сама она подтянулась наверх и схватилась за руку Витроша, переживая, как бы не выпала ценная книга. Тем не менее всё прошло удачно, и вскоре троица снова сидела на дне созданного сыпучей землёй колодца, ожидая скорого спасения. Солнце наверху явно начало клониться к горизонту, судя по тому, какие косые лучи бросало оно на стены провала.

- Я изучил эту трубу, - сказал Витрош, - она идёт наверх к той насыпи, помнишь? Возможно, нам удастся выкопать там путь наружу.

- Подожди, послушай вот это, - Вранка не видела ничего, кроме книги. - "Помню тот день, когда перестали отвечать все наземные радиопередатчики. Я ощутил невероятный ужас, понять который могли только остальные подземные станции. Однако вскоре замолчали Апгар и Дарвин, но это и неудивительно, между нами - океан. От Аль-Идриси шли одни помехи, слышал ли он нас – неизвестно. Кюри долго оставалась на связи. Это было единственное, что поддерживало меня. Потом и она затихла. Не знаю, что произошло, но надеюсь, что план по воссоединению всё ещё в силе. Теперь нам остался только наш Ньютон".

- Не совсем понял, - признался Витрош, - это были его друзья?

- Подземные станции, Витрош, - закатила глаза Вранка, - подземные станции! Это - одна из них.

- И правда, - согласился Витрош, а Вранка читала дальше вслух: "Сначала я благодарил Бога, что живы эти дети, но потом постепенно я их возненавидел. На Ньютон не пустили мою Терезу! Она отнимет место у будущих колонистов, бла-бла-бла. Колонистов! Так они назвали тех, кто ездит мне по мозгам и пропускает образовательные видео. Теперь всё это уже не кажется мне такой хорошей идеей. И знаете, как эти колонисты называют меня? Физик! Даже имя своё я оставил наверху, с прежним миром. Не знаю, для кого пишу это всё. Неужели эти шалопаи, которые увлечены только играми и отношениями друг с другом, а полезные сведения об устройстве Вселенной склонны игнорировать, произведут на свет кого-то любознательного, кого-то, кто захочет докопаться до истины".

- В его голосе звучит.., - Витрош задумался, пытаясь подобрать подходящее слово, - раздражение.

- Да, - сказала Вранка, - и горечь, и злость, и обида.

- Похоже, что мы совсем не дети Физика, - сказал Витрош, - как нам рассказывали.

- И кто-то явно хотел скрыть правду, - кивнула Вранка.

В этот момент откуда-то сверху раздался знакомый голос.

- Эй, вы там, - проскрипел голос, - нашли что-то?

- Лишек! - обрадованно воскликнул Витрош.

- Точно, я, - донеслось сверху.

- Тебя отправили, как самого лёгкого? - спросил Витрош.

- Конечно, тут такая сыпучка, - фыркнул Лишек, - лихие вы ребята.

- Не лезь к краю! - предупредил Витрош.

- И так уж, - сказал Лишек, - держите!

С этими словами он скинул в провал круглый бурдюк с холодной водой. Ребята по очереди напились, не забыв угостить и собаку.

- Мы нашли кое-что! - не смогла не поделиться Вранка.

- Отлично, - крикнул Лишек, - но сначала нужно вас как-то достать.

- Видишь каменистую насыпь? - спросил Витрош.

- Позади? Вижу, - отозвался Лишек.

- Туда ведёт металлическая труба, в которую мы можем пролезть изнутри, - сказал Витрош, размахивая руками, будто друг мог его видеть, - если я правильно помню, там растёт пара таких хилых осинок, рядом друг с другом, как будто за ручки взялись. Примерно там, под ними, проходит труба. Я возьму лопату и буду стучать, а вы слушайте. Саму трубу легко перебить лопатой или киркой.

- Понял, - сказал Лишек, - пополз передавать.

Несколько камешков скатилось сверху, и снова воцарилась тишина.

- Здесь много воспоминаний, - продолжала Вранка, не отрываясь от книги, - а в конце ещё изобретения. Почему же они не вошли в ту книгу Физика, которую мы знаем?

- Может что-то опасное или слишком сложное? - пожал плечами Витрош.

В этот момент в провал ссыпалась ещё горстка земли, и Влчек опасливо отошёл подальше.

- Давай, лезь туда и стучи, - крикнул Лишек, - услышишь ответ, срочно двигай назад, будем откапывать твою трубу.

- Полез, - с готовностью ответил Витрош и подхватил лопату.

Он подошёл к пробитой трубе и встал на четвереньки, пропихивая внутрь лопату.

- Подождёшь меня тут? - спросил он Вранку, но та в ответ только кивнула, полностью захваченная книгой.

"Дети повсюду", писал Физик, "никогда не хотел работать преподавателем и вот на тебе, такой сюрприз. Хорошо хоть старшие помогают, вытирают им носы и задницы, а так никакого порядка, никакой тишины. Мир погиб, а им и дела нет. Поначалу конечно мелкие выли, мамочки-то остались снаружи, но потом, куда деваться, привыкли. Я им рассказывал сказки про планеты и звёзды, это им вроде нравилось. Каждую среду мы собирались все вместе и обсуждали прежнее время. Потом мы стали путаться в днях недели, и среда стала приходить всё реже, а потом они совсем потеряли интерес к тому, что было раньше. Похоже, дети, как кометы, несутся в будущее, не видя того, что оставляют позади". Вранка задумалась. Ей тяжело было представить Физика в таком отчаянии и одиночестве. Оказывается, он был простым человеком, никаким не создателем мира, никаким не правителем и не властителем всех явлений и событий. Он боялся, он ругался, он исполнял чей-то приказ. Вот об этом была книга Физика.

Вранка вздрогнула, когда чья-то рука тронула её за плечо.

- Идёшь? - спросил Витрош, весь белый из-за песка и пыли.

Вранка кивнула и аккуратно засунула книгу за пояс, примотав её для верности лентами к талии.

- Влчек, вперёд, - сказала она псу, показывая на трубу.

- Там придётся его порядочно пропихнуть наверх, - сказал Витрош, - надеюсь, он мне руки не отгрызёт.

- Пусть только попробует, - сказала Вранка, - иначе останется здесь жить с пучеглазиками.

Идущие вверх почти вертикально участки трубы действительно давались ребятам нелегко. Вранка постоянно следила за тем, чтобы не выронить книгу, Влчек лаял и огрызался, а Витрош подталкивал его вверх, громко чертыхаясь. Обувь ребятам пришлось скинуть и оставить в трубе, так как она скользила по стенкам и не давала крепкой опоры. Пройдены были вертикальный и горизонтальный отрезки пути, когда среди полной темноты ребята наконец увидели свет. Влчек выскочил первым, с радостью отряхиваясь и бегая кругами вокруг людей. Вторым вылез Витрош, чтобы помочь Вранке. Ямолезцы выкопали приличную яму, чтобы добраться до нужного места в трубе. Теперь они стояли вокруг, сверкая улыбками и пожимая руки Витрошу. Вранка жмурила глаза от света костров и глубоко дышала свежим вечерним воздухом.

Неожиданно Влчек громко залаял, увидев две тёмные фигуры, отделившиеся от костра, и, что ещё больше удивило Вранку, он повизгивал и крутил хвостом.

- Влчек! - подозвала она пса. Две фигуры двинулись вместе с ним. Пока они приближались, девочка пыталась угадать, кому так обрадовался Влчек, но сумерки и толпа народу, шумно радующаяся вызволению ребят, делали эту задачу слишком сложной.

- Вранеслава, - позвал один из подошедших людей, и она вздрогнула.

- Отец? - вглядываясь, спросила она.

Это и правда был Кркав, а рядом с ним тощий и лохматый Хави. Вранка неожиданно всхлипнула и бросилась навстречу отцу. Тот с силой прижал девочку к себе и зарылся лицом в её волосы. Хави широко улыбаясь, наглаживал Влчека.

- Прости меня, дочь, - шептал Кркав, всё ещё держа Вранку в объятиях, - прости.

- Это я бросила тебя, - вздрагивая от слёз, говорила Вранка, - убежала и ничего не сказала.

- Я не прогонял их, - сказал Кркав, отстраняя её и глядя ей в глаза, - я обманул горожан, но не предупредил тебя. Вы спали, и мы с Меденой решили не будить тебя, сообщить тебе утром, когда проснётесь.

- Что? - удивилась Вранка. - Я сама видела, как они уезжали в повозке.

- Я приказал отвезти их в нужное место, - сказал Кркав, - а через несколько дней к ним присоединились и мы с Хавраном.

- Папа и Медена поженились, - добавил Хави, - тайно.

- Поженились! - воскликнула Вранка.

- Да, помнишь Охыб-на Каменке? - спросил отец. - Там мы теперь и живём, все вместе!

- Но почему же ты не предупредил меня? - с отчаянием произнесла девочка.

- Прости, - опустил голову Кркав, - я сделал большую ошибку. Подумал, что ты встанешь утром, и я всё расскажу. Не ожидал, что ты упорхнёшь до рассвета со своими друзьями. Я долго искал тебя, ездил то туда, то сюда, расспрашивал людей.

Вранка оглянулась: ямолезцы отошли от раскопанной ямы и сели у костров, давая семье Черных необходимое пространство для важного разговора. Только Витрош то и дело поглядывал на неё, будто проверяя, всё ли в порядке.

- Но как ты узнал, где мы? - спросила Вранка.

- Одна ямолезка узнала тебя, когда ты потерялась в какой-то деревне. Она сообщила Ясану, а тот передал письмо для меня. Я бы приехал раньше, если бы так долго не шли письма! - воскликнул Кркав.

- Понятно, это была Пунча, она спасла меня в Морушице, - сказала Вранка. - Вы приехали вдвоём? Не взяли Медену с Ярникой?

- Нет, они остались дома и ждут, что мы привезём тебя, - радостно сообщил Кркав.

Вранка сначала улыбнулась ему в ответ, а потом задумалась. Ей придётся уехать и бросить ямолезцев? Никогда больше не увидеть Витроша? Не попытаться разгадать загадки подземных станций? Но как же не поехать с отцом в свою новую семью, где лучшая подруга будет сестрой? Где будет настоящая мама?

- Теперь я понял, что ты стала совсем взрослой, и можешь сама решать, что для тебя важнее, - сказал Кркав, видя, что дочь колеблется. - Я не буду заставлять тебя поехать с нами. У тебя есть время подумать до завтра, а сейчас пойдём скорее к кострам, тебе срочно надо поесть.

Вранка кивнула, и они направились к группе ямолезцев, которые уже стучали ложками по мискам и булькали кувшинами с вином. Девочка села рядом с Витрошем, а Кркав с Хави устроились неподалёку. Витрош передал ей миску с тушёной капустой и ложку, голодного Влчека уже ждала сочная косточка из огромного котелка.

- Самая вкусная капуста, которую я когда-либо ела, - улыбнулась Вранка.

- Поголодать - полезно, - сказал Витрош, подмигивая. - Только почему ты такая грустная?

- Папа зовёт уехать с ним, - призналась девочка, - он женился, и у меня теперь будет мама.

Витрош помолчал, задумчиво измельчая ложкой капусту в миске.

- Ну что ж, надо ехать, - вздохнув, сказал он, - семья - это самое главное.

- Но вы все, - Вранка, часто моргая, обвела глазами шумную компанию у костра, - вы все уже тоже моя семья.

- Тебе придётся выбрать, - мягко сказал Витрош.

- Это невозможно, - ответила девочка, покачав головой.

- Сестра, я хотел тебя спросить кое о чём, - раздался рядом голос Хави.

- Спрашивай, конечно, - сказала Вранка, незаметно смахивая слезинки с ресниц.

Хави кивнул Витрошу и аккуратно сел рядом, обхватив руками острые коленки.

- Здесь под землёй ведь есть что-то, - осторожно начал он, - вы видели это?

- Видели совсем чуть-чуть, - сказала Вранка, - а узнали достаточно много.

- Ты можешь мне рассказать? - спросил Хави, глаза его горели любопытством.

- Не то, что рассказать, я тебе покажу, - усмехнулась Вранка, доставая из-за ремешка книгу.

- Что это? - спросил Хави.

Оставив его без ответа, девочка начала читать. Витрош и Хави замерли, вслушиваясь в её речь, словно каждое слово являлось ответом на любой вопрос. Поначалу Вранка читала еле слышно, но потом голос её обрёл силу, она старалась понять, какую интонацию имел голос Физика, как бы он произнёс то, что записал. Витрош слушал, склонив голову, а Хави - широко раскрыв глаза. Вскоре к их узкому кругу по одному присоединились сидящие рядом ямолезцы. Наконец дочитывала книгу Вранка в полный голос, чтобы слышали все, сидящие у костров, включая Ясана. Слова Физика были полны боли и тоски по ушедшему миру, поэтому у многих глаза начали блестеть, а другие шмыгали носом. Последние слова в рукописи звучали так: "Пишу дневник всё реже и реже, болят суставы во всём теле. Больно писать и ходить, так что всем заправляют старшие, они же приносят пищу. Не хотелось бы умирать под землёй, но видимо выбора мне не останется. Далее напишу подробную инструкцию к Земле для будущих поколений, эдакие правила мира. Пусть сразу знают, как всё здесь устроено. После воссоединения с Кюри их знания только умножатся. Ведь вы не забудете про Кюри, черти? Я и не удивлюсь. Про жизнь снаружи никто из нас уже почти и не помнит, особенно младшие. Конечно им и вспомнить нечего. А я бы погулял с Терезой по бульвару под шумящими на ветру тополями тёплым весенним вечером, когда ветерок так игриво перебирает её локоны. Я бы полежал на нагретой солнцем траве, пусть до головокружения пахнет лавандой и стрекочут кузнечики. Я бы с головой нырнул в холодную солёную воду, ощущая чудесную невесомость и непривычную грацию своего тела. Я бы прошёлся вечером в Сочельник по хрустящему свежему снегу, выдыхая морозный пар в воздух. Вот, что я вспомню перед смертью. А пока жди, Тереза".

Когда Вранка закончила читать, все молчали некоторое время, видно, каждый думал о своём.

- На последних страницах чертежи и описание некоторых изобретений, - сказала Вранка, - я не совсем поняла, но похоже это что-то ценное.

С этими словами она встала и, обойдя боком костры, подошла к Ясану.

- Возьмите, - сказала она, протягивая ему книгу, - изучите её, вы наверняка поймёте там больше, чем я.

Ясан встал и поклонился девочке, принимая книгу из её рук. Ямолезцы зашептались, обсуждая прочитанное. Вранка повернулась и прошла на своё место.

- Давайте ляжем спать, я так устала, - сказала она, потирая глаза.

Глава 20

Стоило только Вранке чуть приоткрыть глаза утром, как она почувствовала - что-то давит на неё, какое-то несделанное дело или трудная задача. Уже одно это чувство заставило девочку снова закрыть глаза и попытаться уйти обратно в сон, где было так спокойно и хорошо. Но разум наотрез отказывался снова отправляться в небытие. Поход по лесу организованной группой, раскопки и падение, атака пучеглазиков, книга, отец и брат, чтение у костра - все события вчерашнего дня прошли у Вранки перед глазами. И вот она, муха, мучительно бьющаяся об стекло - принятие решения. Остаться путешествовать с друзьями или отправиться с отцом домой? Что выбрать?

Снаружи ямолезцы явно собирали вещи и складывали палатки, пора было двигаться обратно в лагерь. Место раскопок советники Ясана уже обозначили на карте, теперь они вернутся сюда после встречи с группой отца Витроша и Азуры. Тем помощь требовалась незамедлительно, поэтому оставаться на раскопках времени не было.

Вранка решилась встать, чтобы не задерживать друзей. Рядом в палатке, кроме Влчека, никого не было, видно, осторожно вышли, чтобы дать ей поспать. На выходе из палатки ей встретился возбуждённый Хави.

- Ты представляешь, - воскликнул он, хватая её за руку, - в книге Физика есть схема самоходной повозки!

- Это ты сам видел? - спросила Вранка, сонно потирая глаза.

- Нет, это понял Ясан и рассказал Витрошу, а Витрош сообщил мне, - сказал Хави.

- Интересно, - хмуро сказала Вранка.

- Очень! - воскликнул брат, не замечая её мрачного вида. - Самоходная повозка! Это же волшебство! Едет сама, а ты знай печку топи!

- Знаешь, что, - вдруг вспомнила Вранка, - я тебе кое-что подарю, раз тебе нравятся всякие непонятные штуки.

С этими словами она протянула брату ту прозрачную веточку, которую нашла в подземной комнате.

- Вот это да! - восхищённо воскликнул Хави, с любопытством разглядывая подарок. - А что это?

- Не имею ни малейшего понятия, - пожала плечами девочка, - попробуй сам догадаться.

- Уже рассказал тебе про самоходную повозку? - спросил неожиданно появившийся Витрош.

- Да уж, наслышана теперь, - усмехнулась Вранка.

Витрош внимательно посмотрел на её плечо и легонько ущипнул за оборку платья.

- Ой, ты что? - удивилась девочка.

- У тебя там кто-то ползал, - сказал Витрош, засовывая руку в карман, - а мне ребёнка кормить надо.

- Он днём и ночью в кармане сидит? - спросила девочка.

- Ну а что, он ещё маленький, - объяснил Витрош, - летать пока не может, да и не видит особо.

- Кто там у тебя? - спросил Хави, пытаясь заглянуть в карман.

- Летучий мышонок, - шёпотом сказал Витрош, - потом покажу.

- И зовут его Мрачек, - добавила Вранка.

- Решила уже? - спросил Витрош, внезапно делаясь серьёзным.

- Пока нет, - погрустнела и Вранка, - не могу подступиться никак.

- Так воспользуйся своим подарком, - сказал Витрош, начиная складывать палатку.

- Каким? - спросила девочка.

- Поддержкой друга, - сказал Витрош. - Поговори со Смулой, пусть она поможет тебе принять решение.

- И правда! - воскликнула Вранка. - Спасибо тебе, Витрош! Обязательно с ней поговорю, когда вернёмся в лагерь.

Ямолезцы шустро складывали временную стоянку, время от времени поглядывая на насыпь и провал, устроенный Вранкой с Витрошем. Что лежало внизу дальше комнаты со столом? Жил ли там кто-то помимо пучеглазиков и летучих мышей? Какие ещё откровения хранились в недрах подземной станции? Как бы ни хотелось им выяснить это, первоочередной задачей была встреча с Камсином и остальной частью племени, а значит нужно было двигаться дальше.

Кркав предложил Вранке руку, чтобы пройти до основного лагеря Племени.

- Держись за меня, тут столько корней и острые камни по пути, - сказал он.

- Меня это не пугает, отец, - покачала головой девочка.

- Да, конечно, ты теперь и сама как ямолезка, - усмехнулся отец. - Наверное хочешь идти с Витрошем?

- Да нет, - отмахнулась Вранка. - Знаешь что, я бы хотела идти поодаль и в одиночестве, мне надо подумать.

- Да ради Физика, - сказал Кркав, - конечно, иди.

Вранка кивнула ему, потрепала по голове Хави и двинулась вперёд, пока ямолезцы только вставали в строй. Витрош сначала хотел её догнать, но потом, видимо, всё понял и остался со всей группой. Вскоре Вранка оставила позади и насыпь, и рощицу, и ручей, и ямолезцев. Солнце только поднималось над горизонтом, проглядывая сквозь лесную листву. Вранка отпустила все свои мысли и просто наслаждалась ритмичным шагом и лёгким ветерком, запутавшимся в волосах. Как же было приятно прогуляться вот так одной в старом и густом лесу, где бурная растительность спешила встречать новый летний день. Будет ли ещё такой день когда-нибудь? Будет ли решение Вранки правильным? Сможет ли она потом не мучить себя раздумьями “а что было бы, если”. Вранка надеялась, что Смулла сможет ответить на эти вопросы, хотя бы частично.

В лагере совсем не ожидали прибытия одинокого пешего странника, поэтому никто не встречал девочку у палаток. Вранка прошла в шатёр Витроша и застала там всех друзей, которые уже готовили завтрак. Азура, Янтара, Вржесс и Броук, не раздумывая, бросились к Вранке и засыпали её вопросами. Девочка кратко рассказала им про подземные приключения и найденную книгу.

- У тебя она с собой? - спросил Вржесс.

- Нет, отдала Ясану, - сказала Вранка, разводя руками, - у него она и останется.

- Неужели это сам Физик написал? - спросила Азура.

- Похоже на то, - кивнула Вранка. - Я могу вам потом рассказать подробнее о том, что там было написано, но сейчас мне надо срочно поговорить со Смуллой.

- Конечно, иди, - сказал Вржесс, - она сейчас в палатке с Ружеком. Вот у того дерева.

- Спасибо, - сказала Вранка и побежала к указанному месту.

Внутри приятно пахло сушёной мятой и полынью, были ещё разостланы одеяла, и в них, устроив уютную норку, сладко спал маленький румяный мальчик. Его мама сидела рядом и поглаживала ручку малыша, что-то тихо напевая. Увидев вошедшую девочку, она улыбнулась.

- Будь рада, Веверка, - сказала она, - присядь.

- Как Ружек? - спросила Вранка.

- Хорошо. Болезнь отступила, - сказала Смулла. - Осталось только несколько маленьких шрамиков на теле. Да и вот добудиться по утрам не могу. После болезни он первым засыпает и последним встаёт.

- Это пройдёт, - сказала Вранка. - Наверное он ещё слабенький.

- Да конечно, - сказала Смулла, - спасибо тебе, Веверка.

- Я хотела кое в чём признаться, - сказала Вранка, покусывая губу, - я совсем не Веверка.

- Да? - удивилась Смулла.

- Я Вранеслава, дочка шлехта, у которого вы останавливались в Устье, - сказала девочка, ощущая, как жар приливает к лицу, - мне очень не хотелось врать, но я боялась, что меня найдёт отец.

- Да что ты, не расстраивайся, - обескураженно сказала Смулла, присаживаясь рядом, - я понимаю, сама от своих родителей ушла гулять по лесам и горам. Конечно, родители всё равно должны знать, где бродит их ребёнок и жив ли он.

- Я расскажу свою историю, если ты не против, - сказала Вранка и, получив кивок от Смуллы, начала рассказывать. Когда дошла до смерти мамы, не смогла сдержать слёз, и Смулла приобняла её, утешая. Рассказала и про Хави, которого в маленьком одеяльце унесли из дома, а привезли уже пятилетним. Потом упомянула о своих увлечениях, мечтах и думах, о встрече с Ярникой, о приезде ямолезцев и обо всех последующих событиях. Во время её рассказа проснулся Ружек. Смулла взяла его на руки и прижала к груди, он вяло пытался следить за происходящим, а потом опять как будто задремал.

- И теперь я не знаю, что мне выбрать, - сказала Вранка, заламывая руки. - Конечно я хочу пожить в нормальной семье, с сестрой и мамой, но и друзей терять я не хочу, тем более, что здесь будут приключения, а там тихая и спокойная жизнь.

- Это действительно сложный выбор, - сказала Смулла, перебирая пальцами локоны малыша, - но я готова помочь тебе принять решение.

- Прошу тебя, - сказала Вранка, умоляюще глядя на женщину.

- Ты ещё дитя, хоть и умна не по годам, - мягко сказала Смулла, - скоро придёт то время, когда ты вылетишь из дома навстречу своей судьбе. Но пока дай шанс семье, попробуй, что это такое - иметь дома маму. Я думаю, что у вас с Витрошем будет возможность передавать друг другу сообщения, и вы обязательно ещё встретитесь, а возможность побыть маленькой девочкой, дочкой у тебя рано или поздно исчезнет.

Вранка повесила голову. Процесс принятия решения был сложным, но ещё сложнее оказалось окончательно принять его и осознать бесповоротность своих действий. Что сделано, того не воротишь.

- Не грусти, - сказала Смулла с улыбкой, спуская на пол окончательно проснувшегося Ружека, - жизнь такая удивительная, не знаешь, чем обернётся дальше. Может и белка в ворону превратится.

- Я тебе так благодарна, - улыбнулась Вранка, пожимая её руку. - Ты конечно права, я так и сделаю.

- А я всегда буду тебя помнить, как спасительницу наших малышей, - подмигнула Смулла.

Вранка потрепала по голове Ружека, кивнула Смулле и вышла из палатки.

Все ямолезцы уже были в сборе, в котлах кипел завтрак, туда-сюда носились дети, лаяли собаки. Кркав и Хави завтракали своими припасами, сидя у одного из раскидистых деревьев. Отец встревоженно смотрел на дочь, пока она приближалась, гадал, какое решение приняла.

- Будешь завтракать? - спросил он её, хотя задать хотел явно другой вопрос.

- Я поем со своими друзьями, - сказала Вранка, - попрощаюсь с ними. Неизвестно, когда ещё увидимся.

- Это значит, что ты.., - начал Кркав, не договорив.

- Она поедет с нами! - воскликнул Хави.

- Я поеду с вами, - сказала Вранка, - но прошу отсрочку на прощание с друзьями.

- Конечно, иди, - поспешно сказал Кркав, - мы пока накормим вола и соберём повозку.

Вранка повернула в сторону палатки Витроша. Теперь ей предстояло самое сложное - попрощаться с другом. Как не расплакаться? Как объяснить ему всё? Как не допустить, чтобы сердце порвалось на мелкие клочки? Это Вранка забыла спросить у Смуллы, пришлось искать выход самостоятельно.

В палатке Витроша было, как обычно, полно народу. Лишек рассказывал о том, как он и другие ямолезцы спасали упавших в провал ребят, а все слушали, затаив дыхание. Витрош тем временем раскладывал угощение по мискам, сегодня девочки приготовили сладкие лепёшки.

- Садись, сейчас и тебе положу, - сказал Вранке Витрош, весь красный от жара костра.

- Хорошо, что вы выбрались из той ямы, - сказала Азура, - мы жутко переживали.

- Хотели все бежать вас доставать, - подхватил Вржесс, - а они взяли только Лишека.

- Как будто он самый умный, - хмыкнул Броук.

- Я просто самый лёгкий, - улыбнулся Лишек.

- Ты на что намекаешь? - грозно уставился на него Броук.

- Не спорьте, мы всё равно уже снаружи, - засмеялся Витрош, обнимая друзей.

Вранка смотрела на них, жевала лепёшку, а на глазах её вскипали подступающие слёзы.

- Ты что? - спросила её Янтара, - не вкусно?

- Вкусно, - сказала Вранка, криво улыбаясь.

- Решила поехать домой, да? - глухо спросил Витрош, и внезапно все затихли.

- Я поговорила со Смуллой, - сказала Вранка, - и она посоветовала мне попробовать пожить в семье, с мамой.

- Это очень важно, - кивнул Вржесс, а Азура сердито посмотрела на него.

- Я всё понимаю, - сказал Витрош, - не расстраивайся.

В этот момент Вранка поняла, что совсем не сможет сдержать слёз, и громко всхлипнула. Азура знаками показала всем, что надо выйти, и они оставили Витроша и Вранку наедине. Юноша присел рядом и приобнял её, крепко прижав к себе. Девочка уткнулась ему в плечо и дала волю слезам, всхлипывая и вытирая глаза тыльной стороной ладони.

- Не грусти, - говорил Витрош ей на ухо, - мы обязательно встретимся. Я тебе буду писать письма и отправлять их с людьми, идущими в вашу сторону. Далеко мы пока уходить не будем, встретимся с моим отцом и его людьми, узнаем, что там стряслось, а потом вернёмся сюда. И я пошлю тебе весточку.

- Это будет так нескоро, - простонала Вранка ему в плечо.

- Я умею ждать, а ты? - спросил Витрош. - Если нет, придётся научиться. Ждать несложно, а предвкушать даже весело.

- Я буду ждать, буду ждать, - повторяла девочка, постепенно успокаиваясь.

- И я буду, - сказал Витрош.

Потом они просто сидели, обнявшись, и молчали. Вранке казалось, что при соприкосновении их тел возникают какие-то невидимые нити, которые связывают их друг с другом, но когда они с Витрошем наконец разомкнули объятия, нити никуда не делись. Они крепко держали её сердце, привязанное навсегда к сердцу Витроша.

Когда Вранка вышла из палатки, она уже не плакала. Ещё красны были глаза, и пошмыгивал нос, но к девочке вернулась её жизнерадостность. Друзья окружили Вранку, каждый хотел сказать что-то хорошее или забавное, чтобы запомнилось надолго. Она засунула руку в сумку и достала книгу Физика, по которой учила читать Азуру и Янтару.

- Это вам, - протянула она книгу девочкам. - Дальше вы уже справитесь без меня, и может даже поймёте то, чего не поняли люди до вас.

- Это вряд ли, - засмущалась Янтара.

- Спасибо тебе, - улыбнулась Азура, качнув косичками, и крепко обняла Вранку.

- Буду скучать без твоего пения, - призналась Вранка.

- А без моего что ли не будешь? - деланно изумился Броук и залихватски изобразил какую-то руладу.

Все засмеялись и начали восхвалять его волшебный голос.

- Тебе, Витрош, я дарю эту книгу, - наконец сказала Вранка, протягивая другу свой лекарственный справочник, - вдруг заболеет кто, а тут можно найти сведения про разные травки.

- А как же ты? Тебе не пригодится? - спросил Витрош, осторожно принимая в дар потёртую пухлую книгу.

- Не пригодится, - улыбнулась Вранка. - Мне будет приятно знать, что она у тебя.

Друзья проводили Вранку к повозке, а там уже ждали девочку два путешественника, готовые выезжать домой. В последний раз обняла она своих друзей, всхлипнула и влезла внутрь. За ней последовал Влчек, который был очень рад воссоединению семьи.

- Я всех вас люблю! - громко крикнула Вранка ямолезцам, а те захлопали в ладоши и засвистели. Кркав и Хави переглянулись. Их твердолобый вол нехотя тронулся в путь, а за ним двинулась скрипящая колёсами повозка. Шумный и яркий лагерь ямолезцев удалялся и удалялся, пока не скрылся полностью за лесной чащобой. У Вранки по лицу катились слёзы. Она лишь устало смахивала их со щёк. Отец и Хави молчали, сопереживая её расставанию с друзьями, с весёлой кочевой жизнью и приключениями.

Впереди ждала бескрайняя равнина, и путешественники готовились к непрерывной езде, чтобы скорее пересечь открытую местность. Им только нужно было где-то переждать полуденный зной, а лучше какой-нибудь лесной полянки или укрытия за скалами не было ничего. Так что Кркав во время передвижения постоянно сверялся со своей картой, а Хави вставал во весь рост на облучке и разглядывал окрестности. Вранка находилась в каком-то оцепенении. Ей вдруг стало казаться, что эти приключения с ямолезцами ей просто приснились, что ничего этого никогда не было. Она даже обернулась назад, вдруг мелькнёт среди деревьев вдалеке лагерь ямолезцев, чтобы проверить, случилось ли это всё по-настоящему, но конечно уже и самих деревьев видно не было. Она понурила голову и время от времени лишь трогала свои волосы, удостоверяясь, что заколка-стрекоза, подаренная Витрошем, на месте.

- Впереди какой-то караван, - внезапно сказал Хави, который видел дальше всех.

- Кто это? Торговцы? - спросил Кркав, тоже вглядываясь вдаль.

- Может отряд Камсина? - вслух подумала Вранка. Ей так хотелось, чтобы ямолезцы не уходили из её жизни.

- Они все в одинаковых тёмных одеяниях, - сказал, жмурясь, Хави. - А нет, один светлый. И без поклажи.

- Тогда это монахи, - сказал Кркав, - подъедем побеседуем с ними.

- Интересно, куда они идут? - спросила Вранка.

- Только не упоминай ямолезцев, прошу тебя, - сказал Кркав, оборачиваясь к дочери.

- Почему? - удивилась та.

- У них напряжённые отношения, - кратко пояснил шлехт.

По мере езды пеший караван всё приближался и приближался. Вранка теперь ясно видела фигуры в коричневых одеждах и одну в белой. Монахи брели, согнув головы, чтобы солнце не било в глаза. Затем один из них заметил повозку с пассажирами и сообщил об этом главному. Тогда монахи остановились, видимо стали решать, что делать.

- Будьте рады, - степенно приветствовал их Кркав.

- И вы рады будьте, - поклонился монах в белом.

- Это же пан Кркав! - неожиданно воскликнул один из них, в нём Вранка сразу же узнала подарившего ей книгу Физика монаха Весмира.

- И правда, вы у меня зимой гостили, - закивал шлехт. - Пан Велкотшеск, я вас поначалу не признал.

- Внезапная встреча, - пожал плечами монах в белом, видимо расстроенный, что не был первым, кто узнал всадников.

- Куда вы направляетесь? Достаточно ли у вас воды? - спросил Кркав.

- У нас всего хватает, - поклонился Велкотшеск, - а идём в Морушице с нашей миссией. Вы-то тоже далеко от дома забрались.

- Да, мы как раз ездили в Морушице, - соврал Кркав, - на рынок. Живём тоже теперь в другом месте, в Охыбе-на-Каменке. Так что будете проездом, заходите.

Велкотшеск солидно кивнул.

- Не будет ли здесь скоро места, чтобы переждать жар? Я знаю лесок у Подмеди, но это ещё полдня пути, - сказал Кркав.

- Поезжайте дальше, после огромного валуна у дороги будет съезд на северо-запад, - сказал Весмир, весело поглядывая на Вранку, - там пара холмов, покрытых лесом, под горочкой можно отдохнуть.

- Благодарю тебя, - поклонился Кркав.

- А я благодарю за книгу, которую ты мне подарил зимой, - встряла Вранка, - я столько нового узнала про Физика.

- Не стоит благодарности, - кивнул Весмир, - знание это радость.

- Ты прав, - сказала Вранка. - Как жаль, что остальная часть книги так долго лежала под землёй.

Эти слова произвели эффект ледяного душа. Монахи все застыли, широко раскрыв глаза и глядя на Вранку, а Велкотшеск схватился за сердце. Кркав же метнул на дочь сердитый взгляд и сжал губы.

- Не принимайте всерьёз, - сказал он со смешком, - моей дочери недавно приснился странный сон, и она приняла его за правду.

Монахи заговорили все разом, неодобрительно поглядывая на девочку. У Весмира же взгляд был испуганным. Велкотшеск подал им знак, и они снова двинулись в путь, осторожно обходя Кркава и его детей.

- А ты дитя, не говори всего, что в голову приходит, - покачивая головой сказал Велкотшеск Вранке, когда приходил мимо, - можешь навлечь на себя гнев людской.

Вранка кивнула ему, прикусив губу. Хави наблюдал за этой сценой с высоко поднятыми бровями.

- Ну сестра, вот это ты дала, - фыркнул он, когда монахи удалились на достаточное расстояние.

- А что такого, я же не знала, что это их так заденет, - сердито ответила Вранка.

- Я же просил тебя не упоминать ямолезцев, - простонал Кркав.

- Так я и не упоминала, - сказала Вранка, - просто хотела поделиться с ними новостями о той части книги, которую писал Физик давным-давно. Разве им не важно узнать, что его заботило в те времена? Они же его последователи!

- Понимаешь, есть два противоборствующих лагеря, - вздохнув, начал Кркав, - ямолезцы, которые хотят докопаться до правды, и монахи, которые хотят, чтобы ничего не менялось.

- Но почему? - удивилась Вранка. - Правда же важнее всего.

- В твоём мире - может быть, - развел руками шлехт, - но не в их мире.

Девочка задумалась и оставшуюся дорогу до убежища провела в молчании. Во время передышки путешественники напились воды, закусили и подремали, Влчек пробежался по окрестным кустикам, кого-то вынюхивая. У Вранки никак не получалось заснуть, сказалось напряжение последних дней, а Кркав с Хави лежали рядом и сопели. Вранка долго сидела и с удивлением разглядывала отца с сыном. Похоже пока её не было дома, им удалось найти общий язык. Хави выглядел совсем иначе, чем весной, он был более уверенным, весёлым и спокойным, хоть и по-прежнему очень худым. Кркав во сне приобнимал сына одной рукой и дышал ему в макушку. Вранка с любовью смотрела на спящих. Как же она по ним скучала! А ещё по Медене и Ярке. Скорее бы их увидеть! В нетерпении девочка стала представлять, как она обнимает свою новую маму и сестрёнку, как они болтают с Ярникой до поздней ночи, как гуляют вместе каждый день по лесам и полям, как приезжает Витрош и живёт в замке вместе с ними, как они сидят на крыше вдвоём с Витрошем и разглядывают звёзды... Незаметно для самой себя задремала и Вранка.

Они выехали ночью, когда стало прохладней. Дорога была тряской, повозка качалась и подпрыгивала. Вранка большую часть времени лежала и рассматривала далёкие звёзды, которые, казалось, подмигивали ей с высоты. Ещё она рассказала брату о своих приключениях с ямолезцами: о том, как учила читать Азуру и Янтару, как потерялась в Морушице, как заболели малыши, как встретила день рождения и упала с Витрошем в провал. Хави слушал молча, лишь глаза, полные восхищения, блестели в темноте. Когда стало совсем темно вокруг, она, как умела, спела ему песню, которую частенько исполняла вечерами Азура:

Забыв дела, забыв осла,

Шел человек один.

Он слушал лес и хор небес,

Забыв, что он один.

Но помнил он, что с ним друзья:

Река, и лес, и тишина,

И ветер – добрый дуралей,

И луч, и тень, и темнота.

Тот человек бродягой был,

Он с трубкой пел перед костром

О сказках западных племён,

Коими сам он был пленён.

Он пел, и слушали друзья:

Задорный ветер, лес и я.

Потом брат с сестрой заснули, убаюканные дорогой, а Кркав управлял повозкой один.

Оказалось, что он не спал всю ночь, стремясь как можно быстрее добраться до дома, и утром, когда занимался рассвет, Вранка начала узнавать места вокруг. Когда-то давно она уже бывала здесь с мамой.

- Долго нам ещё? - спросила она отца, усаживаясь рядом с ним на облучке.

- Подъезжаем к самой деревеньке, а замок наш ты увидишь сразу на холме, - сказал Кркав.

Вранка пробегала глазами по кровлям домиков, по спинам людей, работающих в поле, по связкам сена и цветущим кустам, ей нетерпелось увидеть свой новый дом и свою новую семью.

Замок в Охыбе был не так высок, как предыдущий, у берега Волотвы, зато посветлее, с большими окнами и широкими башнями. Вокруг него водили хоровод приземистые хозяйственные постройки, псарня и хлев. Вол, везущий телегу, радостно замычал, приветствуя родные пенаты. Ему гулко ответили из хлева. Хави, весело взвизгнув, внезапно соскочил с телеги и бросился к дому.

- Надоело в телеге трястись! - крикнул он на бегу.

Вранка прыснула и бросилась следом. Поначалу ноги зудели - затекли от долгого сидения, но потом разбежались, и девочка радостно летела навстречу новой жизни, следуя за шустрым братцем.

Когда они с Хави, хохоча и подталкивая друг друга, поднялись на холм к стенам замка, вдруг открылась дверь и на пороге дома оказалась Ярника. Она выглядела встревоженной, но увидев ребят, расплылась в улыбке и шагнула им навстречу.

- Ты всё-таки вернулась! - воскликнула она, бросаясь к Вранке.

- Сестричка моя! - ответила та, обнимая подругу.

Так они стояли некоторое время и молчали. Хави деликатно проскользнул внутрь, неосознанно продолжая улыбаться.

- Я так рада, что ты здесь, - наконец сказала Ярника.

- Я тоже, - сказала Вранка, шмыгая носом. - Хотя с ямолезцами мне тоже понравилось путешествовать. Мне столько тебе надо рассказать! Столько!

- Пойдём, расскажешь за обедом, - сказала Ярка, взяв её за руку.

Только они прошли в светлый и просторный каменный зал, как Вранку кто-то схватил за подол платья. Девочка ойкнула, но поняла, что это всего лишь Кветушка, которая зачем-то упала на колени.

- Паничка, простите меня заради Физику, чтоб его покарали атомы! - возопила горничная. - Это я во всём виновата одна, казните меня сию минуту!

- Кветушка, ты что, встань, - засмеялась Вранка, - поднимись скорее, что ты такое говоришь!

- Я рассказала Вепшемыслу и его маменьке про пани Медену, и в городе слухи навела, - простонала Кветушка, всё так же сидя на полу, - боялась, что ведьма нашего пана околдует совсем. Хотела, чтобы его спасли, а вот оно как всё оказалось. Моя вы паничка хорошенькая, добренькая, убежали в далёкие земли с чужими людьми, голодать да скитаться!

- Да брось, Кветушка, здесь твоей вины нет, - твёрдо сказала Вранка, - и я надеюсь, что ты теперь подружилась с Меденой и Ярникой.

- Я им служу, - закивала Кветушка, вставая, - они теперь мои госпожи, слова про них плохого не скажу. Даже наоборот, вылечила пани Медена мои руки, вот так. Походила со мной, порасспрашивала и спасла мою жалкую жизнь, хотя я ей перед этим зло сотворила.

- Правда? Как она это сделала? - спросила Вранка у Ярники.

- Оказалось, что у Кветушки тело не переносит шерсти, - кивнула Ярника. - Стоит ей шерстяное одеяло потрогать, руки начинают чесаться, болеть и облезать. Мама такое уже видела и быстро разобралась, в чём причина.

- А я никак не могла, - сокрушённо вздохнула Вранка, - не быть мне лекаркой.

- Да ты что, - сказала Ярника, - выучишься ещё.

- Нет, правда, - стала объяснять Вранка, - я поняла, что у меня лучше всего получается. Травы это...

В этот момент в зал вошла Медена. Она очень сильно изменилась с причёской, положенной знатным дамам, и красивым платьем, сшитым специально для неё. Ещё Вранка отметила её взгляд, он был не угрюмым, из-под низко нависших бровей, как раньше, а тёплым и открытым.

- Медена! - бросилась к ней девочка. Женщина заключила её в объятия и прижала к себе.

- Ну ты и путешественница, - тихо сказала Медена ей на ухо.

- Вдохнула вольной жизни, - улыбнулась Вранка, - и вернулась к вам. Узнать, что такое мама.

В этот момент все затихли, даже всхлипывавшая до этого Кветушка, которая уже поднялась с пола, и вытирала слёзы подолом передника. Ярника улыбалась во весь рот и незаметным движением смахивала слезинки со щёк.

- Я надеюсь, у нас получится стать настоящими мамой и дочкой, - наконец сказала Медена, гладя девочку по смотанным в узел волосам.

- Я тоже, - кивнула Вранка.

- Ой, вы же наверное, голодные все, - вскинулась Кветушка, заметив входящих Кркава и Хави.

- Угу, особенно я, - пробормотал последний.

- Бегу за угощениями, - подхватила полы юбки Кветушка.

- Обязательно сядь поесть с нами, - крикнула Медена ей вдогонку, - тебе надо хорошо питаться.

Через несколько минут стол был накрыт. Пан Кркав, который был весел и игрив, как никогда, сидел рядом с женой, а по обе стороны от них сидели девочки. Рядом с ними - Хави и Кветушка. В ногах у Вранки лежал довольный Влчек, который уже успел наесться в псарне. Стол ломился от угощений: здесь были свежая жареная рыба, обваленная в муке, рагу со свининой и грибами, печёная в кожуре картошка, солёные огурцы с ярко-зелёными стрелками чеснока, аппетитные ломти пышного хлеба и разные виды сыров, красиво разложенные веером. Перед Вранкой стояла миска дымящейся сладкой каши с коричневым порошком и ягодами, её наверняка стряпала Ярника. Однако Вранка даже не замечала всего этого изобилия, её взгляд блуждал от одного лица к другому. Неужели у неё теперь нормальная семья, где стул рядом с отцом не пустует? Где у детей есть любящая и заботливая мать? Где все собираются вместе и радостно проводят время? Где отец не боится обнять своего сына? Неужели это и правда случилось? Вранка думала и улыбалась, забывая жевать. Теперь жизнь должна была стать совсем другой.

Эпилог

Медена только что отпустила из своей импровизированной лечебницы в одном из покоев замка старика Кожеша, который служил Кркаву без малого тридцать лет. У старика разболелся живот, так что он ходил, согнувшись. Медена быстро разобралась, что проблема не в животе, а в спине, она вся была у старика зажата и скрючена. Помяв Кожеша, Медена отпустила его с маленьким пузырьком, полным пахучей зеленоватой мази. Мазать спину наказала трижды в день, а ещё отдыхать лёжа. Когда старик, рассыпаясь в благодарностях и покряхтывая, ушёл, Медена поднялась и направилась к окну. Двигаться ей было уже тяжеловато, а стоять мучительно. Но снаружи стояла такая тихая и прекрасная осень с яркими красками листьев и маленькими паутинками, полными жемчужных капель, что Медена старалась чаще выходить на воздух или просто смотреть из окна.

Сейчас она заметила, как Вранка с Ярникой сидят внизу на каменных порталах и вдохновенно болтают о чём-то. Девочки! Когда-то и она была такой, лёгкой, беззаботной и полной волшебных предчувствий. Вдруг Вранка вскочила и, путаясь в платье, рванула вниз с холма. Точно, там какой-то пришлый торговец. Вот тянет девочку на разнообразные приключения, чуть что новое – не может усидеть на месте. Медена наблюдала, как торговец передал Вранке конвертик, получил золотую монету, кивнул и отправился обратно, а девочка, подскакивая, как горная козочка, побежала обратно к подруге. Письмо!

Медена отошла от окна и направилась к лестнице вниз. Интересно, каковы новости от Витроша. Прошло больше года с тех пор, как Вранеслава вернулась домой из путешествия с ямолезцами. Всё это время она, конечно, дико скучала по друзьям и таинству раскопок. Спускаться по лестнице, неся перед собой такой большой живот, было непросто, но Медена справилась. До появления наследника или наследницы оставалось совсем немного. “Пусть родится в эту благостную мягкую осень”, думала Медена, поглаживая живот одной рукой.

Ветер обнял её, когда она вышла наружу. Каменные порталы, естественно, были совсем пусты, девчонки наверняка убежали в своё секретное убежище читать письмо. Медена постояла, глядя вдаль, на покрытые туманной дымкой леса, а потом решила возвращаться, как вдруг взгляд её поймал оставленный девочками распечатанный конвертик. Сложен он был довольно неумело, видно по многу раз, сикось-накось, зато печать была большая, красная, с узорным рисунком. Медена заново сложила конверт и улыбнулась. На печати красовалась изящная летучая мышь с раскинутыми в стороны крыльями.