Врачеватель. Универсал

Пролог

Константин Назимов

Врачеватель. Универсал

Том 4

Аннотация:

Становление врачевателя продолжается. Он уже ректор и клан усилился, однако, далеко не всем такое по нраву. Еще и происки врагов империи активизировались. Как не разорваться и со всеми бедами и проблемами справиться, да еще не забыть про обещания близким? Вот и крутится господин Воронов, участвует в стычках и заварушках, самостоятельно ищет врагов. При этом не думает о том, что его за это отблагодарят, но и цели свои преследует. Это получается, что чуть ли не на все руки мастер, а научного звания так и не получил. Да ему оно и без надобности! А еще и на личном фронте наметились серьезные изменения, о которых он не думал, не гадал. В общем, некогда ректору скучать…

ПРОЛОГ

Вот какого черта я согласился на работу ректора? Чем только думал?! Со стороны кажется, что главы университетов и различных школ все такие важные, представительные и недоступные. А на самом деле — несчастные люди, у которых в сутках намного больше двадцати четырех часов, а на сон остается всего несколько. Когда же приближается сессия, то и вовсе возникают проблемы. Несчастные студенты обивают порог кабинета и молят о снисхождении, преподаватели только и делают, что ругают своих подопечных и намекают, что почти всех пора отчислить. На столе стопки не разобранных документов и запросов из канцелярии императора и казначейства, а у меня еще десятки не проверенных работ по рунным связям. И ведь вчитываться в писанину подопечных нет ни малейшего желания. Они такого там напридумывали, что диву даешься. Особенно когда путают элементарные руны и получается ерунда. Ну, как ерунда, активируй такое заклинание и может мало никому не показаться. Вот и приходится все продумывать и дозировать знания, а то ведь, как на пороховой бочке с дикарем сидишь, у которого в руках огниво. Благо защита у университета отменная и несчастных случаев еще не случалось. Э-э-э, некие травмы не в счет, переломы и ожоги залечиваются быстро, главное, чтобы ноги-руки не оторвало, да мозги на месте остались.

— Но, надо признать, молодежь любознательна и деятельна, — буркнул себе под нос, прочтя вывод в курсовой, где, на первый взгляд, используются несовместимые связки рун.

Однако, если поразмыслить и создать противовесы магическим процессам, то заклинание вполне возможно. Мне даже не требуется уточнять, кто такое придумал. Стиль японской принцессы, она вечно забегает вперед и часто ошибается. Но, надо отдать должное, прилежна и ухажеров к себе не подпускает. Если же парни лезут нахрапом, то их выставляет на посмешище. В этом плане Софи ведет себя заметно тише, статус княжны не позволяет над однокурсниками издеваться. Правда, девушку защищают подруги, а упоминание имени брата отбивает у озабоченных все стремление сблизиться. На моих занятиях Софья ведет себя тихо, работы сдает вовремя и почти идеальные. Честно говоря, она меня избегает после случившегося на приеме в резиденции императора. Да, на дуэли я подкачал, напоролся на острие шпаги, на которую предварительно нанесли странный яд. Мое заклинание исцеления сработало, но несколько дней провалялся без сознания. Очень кто-то хорошо постарался, смешав несколько смертельных ингредиентов на основе темной магии. Если бы в моем источнике присутствовала только, так называемая, светлая сила, то ректора назначили нового.

Перевел взгляд на светильник и устало прикрыл глаза, а ладонь легла на доклад Софи. Даже бумага и та передает ауру княжны, заставляя будоражить кровь.

— Что за наваждение? — наверное в сотый раз сам себя спросил.

Словно магнитом к сестре наследника империи тянет! Перед мысленным взором ее улыбка и мягкие губы, каждый раз прикладываю усилия, чтобы казаться невозмутимым, когда с Софи сталкиваюсь. А девушка меня избегает, на занятиях держится отстраненно и холодно. При этом старательно поддерживает щиты и не позволяет считать ауру. Ну, это ее выбор, уже ей все сказал, когда очнулся после ранения. Наверное, был чуточку резковат, указав на наш с ней разный статус и заявив, что зря она глаз не сомкнула. Ведь на грани обморока находилась, а лицо припухло от слез! И куда мои слуги смотрели? А ведь еще и помощница в доме находилась, но баронессу из моих покоев выставила княжна, как потом поведал Михайло Петрович. Старый управляющий долго мне пенял, что так с дамами вести себя не следует. Нет, не прямо, но всем своим видом об этом говорил, а пару раз сокрушался, что Софью Степановну зазря обидел. А как бы на моем месте другой поступил? Я только в себя пришел, диагностику запустил и ужаснулся, что девушка мне чуть ли не всю жизненную силу передала! Вот чем она или каким местом думала?! Мало того, что выгореть могла, так еще бы чуть-чуть и запустила разрушающие организм процессы.

— И чем это вы барышня занимаетесь?! — хрипло поинтересовался я, когда обрел сознание и ощущая в плече дикую боль от ранения.

Чертов яд там имел большую концентрацию, стараясь проникнуть дальше, но мой источник купировал отравление. Ну, потом-то выяснил, что яд-таки успел по организму покурсировать. Не следовало тянуть и ждать оглашения окончания дуэли и себя подлечить, но пока сигнала не прозвучало, то магию не имел права применять, даже себе во благо. Таковы условия и нарушь их, то оказался проигравшим, даже если штабс-капитан уже до этого момента находился за гранью. Кстати, посмертно графа Минина осуждали за неэтичное поведение и грязные приемы, но мне до этого дела нет. Другой вопрос, кто все же за штабс-капитаном стоял? Если бы не яд на острие шпаги, то ничего не заподозрил. С учетом же темного заклинания все не так однозначно. Вряд ли сам офицер на такой поступок решился, в лучшем случае глаза закрыл или в сторону отвернуться. Но в тот момент было не до этих размышлений, следовало как можно быстрее разорвать с Софи связь и прервать впитывать ее жизненную силу.

— Саша! Александр Иванович, ты очнулся! — выдохнула княжна и склонилась надо мной, при этом две капельки слез из ее глаз упали на мою щеку.

— Разумеется, — чуть криво усмехнулся, мысленно надеясь, что получилось неплохо, а мой оскал никак не принять за резкую боль в плече, уходящую во все конечности. — Вопрос в том, что ты тут делаешь?

— Дежурю, — пожала плечиками девушка, а сама взгляд отвела.

— Немедленно прекрати вливать в меня силу из своего источника, — потребовал, а сам подавил желание провести пальцами по ее мокрым от слез щекам.

Княжна выглядит осунувшейся, губы искусаны, под глазами темные круги, но аура ликует. Приятно, что переживала и нервничала, вот только плохо, что довела себя до ручки. Уверен, ничего не ела пока я на кровати валялся. И ведь плохо, что ничего не запомнил, однако, быстро сопоставил — нахожусь тут не один день и, возможно, не два! А в университете уже занятия начались и как там дела понятия не имею. Справляется ли Штерн, слушаются ли студенты и придерживаются ли преподаватели плана обучения?

— А ты сознание не потеряешь? — настороженно уточнила Софи, дернув рукой, словно желая меня по голове погладить, но в последний момент порыв сдержав.

— Не переживай, все хорошо, — ответил и мысленно активировал руну преобразования чужеродной темной силы, находившуюся в моем организме.

Рунная связка состоит из трех узлов, относительно простых, но требующая повышенного контроля. Все получилось великолепно, правда, источник пополнился незначительно, но и этого хватит, для парочки заклинаний восстановления.

— Ты заставил поволноваться, — вздохнула Софи. — Неужели не мог не трепать нам нервы?! Почему не применил какую-нибудь боевую руну? Захотел со шпагой перед дамами покрасоваться? Что ж, своей цели добился и имеешь с десяток, если не больше, поклонниц! Некоторые даже в твое поместье проникнуть пытались, пока не узнали, что тут я с братом нахожусь.

— Чего ворчишь, как пожилая дама? — удивленно спросил у княжны, а потом непроизвольно стал оправдываться: — Не мог иначе действовать, таковы условия дуэли, магию никакую нельзя было применять. И не перед кем красоваться, как ты сказала, не помышлял.

— Прости, — неожиданно потупилась девушка, — я не права, сильно переживала и нервничала, накрутила себя, — она отвела взгляд, а сама теребит пододеяльник.

— Ничего страшного, — задумчиво произнес, пытаясь раскинуть сторожевую сеть и понять, что происходит в доме.

Сил хватило, чтобы узнать, за дверью в мои покои находятся двое, и они прислушиваются к происходящему в комнате, магией не пользуются и чего-то ждут. Удалось прочесть их ауры и оказалось, что это Михайло и баронесса. Удивительно, но Максимилиан не с Натали. И как княжич такой великолепный шанс упустил и не успокаивает ту, к которой неровно дышит? Уже потом узнал, что княжич пытался отыскать того, кто нанес яд на острие шпаги моего противника. Стража императора чуть ли землю носом не рыла, но виновника не отыскала. Да, у меня врагов становится с каждым днем, а то и часом все больше. Беда еще в том, что их имен не знаю. Разумеется, стремительное усиление моего клана высокосветскому обществу как кость поперек горла. Правда, с самим императором у меня почти нет контактов, но уже хватит того, что с наследником дружу, а его сестра у меня в ученицах.

— Что-то я отвлекся, — вздохнул и принялся изучать курсовую работу княжны.

Софи в очередной раз сумела удивить! Взяла за основу излечение с помощью рунных связок от заражения неизвестным ядом. Предлагается сразу несколько плетений, которые она рассматривает и просчитывает. Чувствуется, что не хватает опыта, но старание заметно. Вводные очень похожи на мое ранение на дуэли. Относительно точное описание яда и то, на основе чего тот создан. Вот только сразу же возникают вопросы, которые ставят всю работу под сомнение. Определить структуру вещества пострадавший сразу не в состоянии, как и целитель, применить предложенные методики вряд ли получится из-за большого расхода силы.

— Н-да, задачка, — потер я висок. — Зачесть работу нельзя, выводы и расчеты не выдерживают критики. Однако, подход основательный и потрачено много времени, княжна серьезно отнеслась к делу. Вызвать ее и указать на ошибки? — с трудом удержался от соблазна, чтобы не отправить весточку девушке.

Отложил ее работу и бегло просмотрел оставшиеся. Обнаружил два плагиата, еще три курсовые откровенно написаны на отшибись. Оставшиеся более-менее, но только у Софи все детально проработано. Ну, она явно опиралась на практику, где я являлся пострадавшим. Вот только любой другой, оказавшийся на моем месте, выжить бы не смог. И дело не в том, что в раненого следует немедленно вливать жизненную силу, тут уже главную роль играет источник и его умение бороться за жизнь хозяина.

— Александр Иванович, разрешите? — появился на пороге кабинета профессор Штерн.

— Филипп Генрихович, проходите, — предложил я и уточнил: — Что-то случилось?

— Ну, не то, чтобы случилось, — усмехнулся профессор, — но вы должны об этом знать.

Профессор устроился в кресле и выжидательно на меня посмотрел.

— Вы про предстоящие состязания? — осторожно у него уточнил. — Ваше отношение мне хорошо известно, но отказываться не имею права, и так соревнования император перенес на поздний срок из-за моего ранения.

— Угу, к этому руки приложили ваши друзья, — хмыкнул Штерн. — Ходят слухи, что Софья Степановна несколько раз по этому поводу с родителем ссорилась и даже ему чем-то грозилась.

— Неужели? — чуть улыбнулся, прекрасно зная от Максимилиана, каких трудов ему с сестрой стоило сдвинуть начало состязаний.

— Слухи, — развел руками профессор, но продолжать тему не стал. — Впрочем, не по этому поводу к вам зашел, — он нахмурился, вздохнул и продолжил: — Студенчество начинает волноваться из-за происходящего, боятся, что их призовут под ружье и отправят на войну.

— И с кем мы воюем? — поинтересовался я.

— Господин Воронов, империя на пороге боевых действий, на границе не проходит дня, чтобы не случились стычки с противником. Вопрос времени, когда Германия объявит нам войну, ну, или мы ей, — отмахнулся Штерн, как о чем-то решенном.

И вновь не могу с ним спорить, сам к этому склоняюсь и, честно говоря, удивлен, что император медлит и дает врагам выиграть время.

— Пусть перечитают устав университета, — спокойно ответил я.

— На защиту Отечества большинство сорвется не смотря ни на какие условия, — возразил профессор.

— Хм, Филипп Генрихович, так вы переживаете, что студенты разбегутся? А не вы ли недавно говорили, что большинство следует гнать взашей? Насколько помню, то эпитетами награждали различными, из которых приличными были: бездари, лентяи, тунеядцы и глупцы.

— Все так, но есть и те, из которых получатся уникумы, — парировал Штерн. — Необходимо что-то предпринять, дабы самородков не упустить! Одна из наших студенток активно ищет таланты и пудрит молодежи мозги, — начиная закипать, продолжил профессор. — А еще появляются листовки с воззваниями о том, что император и его окружение ведет империю к пропасти.

— Принцесса никак не угомонится? — усмехнулся я.

— Да, госпожа Минако проявляет активность, — вздохнул профессор. — Флиртует со всеми направо и налево, моего ученика и того стороной не обошла. Иван-то подает надежды, очень перспективный молодой человек и упускать такого никак нельзя.

— Насколько знаю, Степной проявлял знаки внимания к графине Кощеевой, — осторожно заметил я.

Филипп Генрихович на меня в немом изумлении уставился и нахмурился. Таких слов он никак не ожидал. Если же посмотреть на молодых людей со стороны, то покажется, что враждуют и друг друга задирают, при этом старательно скрывая некие всполохи в ауре.

— Простите, Александр Иванович, а вы ничего не попутали? — осторожно уточнил мой собеседник. — Они же как кошка с собакой, вечно ссорятся и друг над другом подтрунивают. Анна не упускает случая указать Ивану, что тот не знаком с элементарными правилами этикета.

— С Минако переговорю, — ответил Штерну, не став вдаваться в подробности, — предупрежу, чтобы не вздумала переманивать студентов. А то наобещает им злотые горы и укатит к себе на родину.

— Хорошо, — удовлетворенно покивал Филипп Генрихович. — Уже имеются некие группы студентов, старающиеся возвыситься над остальными. Некоторые пристают к девушкам, пытаясь затащить тех к себе в постель. До разврата пока не дошло, но пара драк случилась. Подозреваю, не за горами и первые дуэли, сразу после сессии.

— Знаю, — коротко кивнул и прищурился. — Не переживайте, никого в обиду не дам.

— У Софьи Степановны тоже имеются поклонники и она к ним в последнее время благосклонна, — подумав, произнес мой собеседник и сразу же перешел на другую тему: — Ваша помощница, госпожа Сухарева, делает определенные успехи и если бы являлась студенткой, то была одной из первых. Наталью Андреевну стараются молодые повесы обходить стороной, боясь гнева наследника империи.

— И почему я не удивлен? — буркнул, а у самого на душе стало тяжело от поведения княжны.

— Если же вкратце, то в университете все нормально. Больница готова к приему пациентов, моя лаборатория полностью оборудована и способна выполнять небольшие заказы по изготовлению артефактов, — улыбнулся Штерн, явно посчитав свой визит завершенным.

— Как насчет обучить меня магии времени? — поинтересовался я.

— Господин Воронов, так буду только рад. Неужели отыскали свободное время? — встал со своего места профессор и кивнул на кипы бумаг передо мной: — Вам еще с документами разбираться пару дней.

Эх, хотелось бы в это верить, но уже завтра вновь появится ворох бумаг, которые необходимо прочесть, а на некоторые дать официальные ответы. Чертова бюрократия! А баронесса так и спихивает на меня все подряд. Натали как раз недавно с усмешкой заявила, что не вправе от моего имени решать большинство вопросов. И так мол взяла на себя все приглашения на званные обеды и ужины, отписывается с извинениями и обещает, что обязательно прибуду, как только с делами разгребусь. Ну, не в такой форме, все вежливо и учтиво. Честно говоря, со мной желают близко познакомиться многие главы кланов. Насколько знаю, даже отправляли своих людей в Петербург, чтобы узнать, чем там занимался. В высшее общество придется совершать визиты, от этого никуда не деться, но спешить не желаю.

— Филипп Генрихович, вам же известно, что магия времени меня сильно интересует. В ближайшем будущем обязательно отыщу возможность и поучусь у вас, — медленно произнес, мысленно составляя план на пару дней.

Похоже, предстоит скорректировать отдых и ото сна еще минут тридцать урвать. Благо зелья бодрости господин Вертлугин поставляет исправно. Другой вопрос, что случается некачественным, когда на утро голова болит. Все же, студенты допускают ошибки, а преподаватель зельеварения не упускает шанса на мне проверить, что сварили его подопечные. И ведь аргументирует-то как! Мол сам он с моими потребностями не справляется, а дочка занята. И чем это позвольте узнать Мария Валерьевна так озадачена? Насколько знаю, большей частью развлекается. Ну, со мной пару раз встречалась и про Островскую рассказывала. У моей бывшей подруги все вроде бы неплохо, в том числе и на личном фронте. Вот только мы с Кати не переписываемся и даже не перезваниваемся, разошлись окончательно и бесповоротно. Ладно, предаваться воспоминаниям нет смысла, как и ворошить прошлое. Решила, что я не ее мужчина, так тому и быть. И все же, нет-нет, да толика сожаления у меня проскакивает и на душе становится муторно. Сейчас больше беспокоит так и не исчезнувшая связь с княжной. Как мне Софи обучать? А ведь ошибки в ее курсовой работе предстоит разъяснить. Пожалуй, следует девушку найти, желательно в обществе Минако и с последней побеседовать насчет поведения. Конечно, в общем и целом, все налаживается, но работы невпроворот и часть дел все время откладывается. Профессор Штерн уже давно ушел, я же погрузился в изучение бумаг, отложив общение с княжной. Однако, поработать толком не успел, в кабинет вбежала встревоженная Софья. Раз она решилась не избегать со мной общения, в том числе и наедине, значит случилось что-то неожиданное. А встревоженная и мечущая аура у девушки тому подтверждение.

Глава 1. КУРСОВАЯ КНЯЖНЫ

Глава 1. КУРСОВАЯ КНЯЖНЫ

Княжна сбилась с шага и в ожидании на меня уставилась, своими бездонными глазами, в которых легко утонуть. Воздух в кабинете мгновенно стал наэлектризованным от концентрации магии. Откуда тут взялось столько энергии? Еще недавно ничего и в помине не замечал! Да и парочка уловителей силы имеются. На всякий случай их проверил и убедился, что работают исправно.

— Здравствуй, — улыбнулся княжне и уточнил: — Что-то случилось?

— Добрый день, — выдавила Софи, подозрительно на меня посмотрела, после чего осторожно спросила: — Все нормально?

— А разве что-то не так? — немного с облегчением уточнил, осознав, что проблему напридумывал.

— Господин ректор, но вас же посещал профессор Штерн, — выдавила милая студенточка, закусив краешек нижней губы.

— И? Разве Филипп Генрихович не имеет на это право?

Княжна явно замялась, взгляд испуганно метнулся по кабинету. Вот Софи глубоко вздохнула, а потом задала странный вопрос:

— Саша, ты не сердишься?

— А должен? — поинтересовался, догадавшись, что профессор сказал далеко не все.

— Наверное, нет, — замотала головой девушка. — Могу идти?

— Успеешь, — хмыкнул я, активируя сразу несколько рун.

Дверь в кабинет чуть слышно хлопнула закрывшись, скрежет замка заставил княжну вздрогнуть. Разумеет, полог тишины постоянно используется, но сейчас его усилил и активировал диагностику, чтобы сработала сигнализация, вздумай наш разговор кто-нибудь подслушать.

— Ты меня задерживаешь? — чуточку нервно, но и одновременно с облегчением, поинтересовалась Софи.

— Нам есть о чем поговорить, — изрек, постаравшись выглядеть мрачно. — Не находишь?

— О чем? — вскинула голову девушка и в ее взгляде появилась твердость.

Хм, быстро в себя пришла! Чувствуется школа императора. А может это гены? Максимилиан тоже не прост, мгновенно реагирует, правда, не всегда верные решения принимает, но это придет с опытом.

— Хотя бы о твоей курсовой, — достал из стопки работу девушки и положил ее на стол.

— Для этого следовало запирать дверь? — приподняла она левую бровь, показывая всем своим видом изумление.

— А ты разве не этого желала? — хмыкнул я и стал медленно к Софи подходить.

Девушка даже немного попятилась, но нашла в себе силы остановиться.

— С чего такой вывод? — княжна чуть хрипло прошептала, а у самой зрачки расширились и аура, словно зверек мечется.

Эмоции странные, там гремучий состав всего намешан. Испуг, затаенная радость, боль, страх… чего только нет! А вообще, весь свой боевой дух княжна растеряла. Словно кролик перед удавом стоим и ждет своей участи. Медленно приблизил свое лицо к девушке, между нашими глазами около десяти сантиметров, еще чуть-чуть и носами соприкоснемся, ну, или губами. Однако, мне требуется узнать, почему Софи так спешила и хотела убедиться, что я не принял какое-то скоропалительное решение. Судя по всему, замешан какой-то парень, оказывающей ей знаки внимания. Или не прав? Но если подозрения подтвердятся, то с чего это она так разволновалась? Хм, а неужто у меня ревность взыграла? Ведь готов наглеца порвать!

— Не желаешь рассказать, кто он? — вкрадчиво спрашиваю и убеждаюсь, что попал в точку.

Зрачки у девушки резко сузились, а потом максимально расширились.

— А тебе есть до этого дело? — испуганно интересуется княжна.

— Думаешь, что нет? Забыла, перед тобой ректор, отвечающий за студентов и студенток.

— Но у каждого есть личная жизнь, — возражает Софи, начиная выводить меня из себя.

Медленно отвел назад свое лицо, кивнул, и отвернувшись произнес:

— Да, ты права, прости, что напугал, но не переживай ничего твоим поклонникам не сделаю. Тем более, ты так за кого-то переживаешь. Давай вернемся к твоей курсовой, — указал в сторону письменного стола. — Работа хорошая, но есть некоторые неучтенные моменты, которые ставят под сомнение выводы.

— Думаю, мою работу следует обсудить на одной из пар, — произнесла княжна. — Уверена, многим будет полезно, в том числе Минако.

— Ты и сама ей сможешь рассказать, — парировал я, а потом добавил: — Дело в том, что мы знаем, о каком объекте упоминается в курсовой. Какие потребовались вливания жизненных сил, а наложить плетения рунных связей ты в тот момент не могла. Однако, даже сейчас ты себя переоцениваешь и не учитываешь ряд факторов. Окажись на твоем месте кто-нибудь другой и мой источник стал бы сопротивляться, не приняв помощь. Тем самым ослабла бы внутренняя защита от яда и последствия оказались печальны. А вот если вместо твоего ректора оказался другой человек, то его защита не выдержала и пяти секунд. За такое время ты не могла построить плетения такой сложности и их активировать. Понимаешь, о чем говорю?

— Выходит, случись такое повторно, и я бы тебе лучше помогла? — сделала девушка совершенно не тот вывод, которого от нее ждал.

— Гм, признаю, толика правды в твоих словах есть, — вынуждено согласился.

— Тогда все правильно! Если яд такой быстродействующий и человек умирает, то оказывать помощь уже некому. Однако, сомневаюсь, что твой источник не принял бы помощь от той же госпожи Сухаревой или моего брата. Скажи, я не права?

— Не защищай работу, — покачал головой. — Отлично ты все равно заслужила, а к комментариям прислушайся и проанализируй, — взял в руки курсовую и протянул девушке.

Та засопела и некоторое время вчитывалась в мои пометки, оставленные в тексте работы.

— Господин Воронов, но ты почти все перечеркал и поставил с ног на голову! — возмутилась Софи, дойдя до последней страницы.

— Желаешь оспорить? — хмыкнул я. — Учти, если не докажешь свою точку зрения, то курсовик не зачту и заставлю переделать.

— Ну и ладно, ну и переделаю! — с вызовом ответила девушка. — Подумаешь, еще пару ночей не посплю!

А ведь она опять находится на грани эмоционального истощения. На сон отводит мало времени, зато наверняка бегает на свидания! Кто же этот счастливчик, от кого она ухаживания принимает? Посмотреть в охранной сети универа, а потом наглеца на место поставить? Додумать не успел, раздалась трель телефонного звонка, заставив меня вздрогнуть.

— Слушаю! Ректор Рунно-целительского Московского университета, — произнес в трубку, а потом уточнил: — Кто беспокоит?

Дело в том, что мой номер знает энное количество человек, дозвониться далеко не каждый сумеет.

— Александр Иванович! Это Максимилиан! Ты не мог бы отправиться на военный завод, находящийся на окраине столицы? — голос княжича напряжен, в интонациях повелительные нотки.

Не знай я, что он не правитель империи, то принял приказ не раздумывая.

— И что там произошло? — поинтересовался я, не спеша отвечать на вопрос приятеля.

— Покушение, взрыв, пострадало, как минимум, двадцать человек, некоторые мертвы, — сухо произнес Максимилиан.

— Целители? — коротко спрашиваю, подозревая, что не все так просто.

— В императора стреляли, пуля прошла по касательной, но оказалась ядовита, а после взрыва еще и несколько осколков в его теле застряли. У тебя в конюшне есть скакуны, проезжай как можно быстрее, — сказал парень и скрипнул зубами.

— Ты сам как? — коротко уточнил, доставая с полки саквояж и лихорадочно соображая, кого взять с собой.

Если император ранен схожим ядом, которым меня пытались отравить, то его источник не примет моего вмешательства. Очень вовремя Софи свою работу предоставила. Хм, а вот если его дочь будет лечить, то проблем вряд ли возникнет. Ну, под моим, разумеется, руководством.

— Нормально, — хрипло выдохнул Максимилиан, — не волнуйся я крепкий.

— Ранен? — уточняю, стараясь не смотреть на притихшую Софи, которая ладошку ко рту приложила.

— Царапина, — ответил парень.

— Яд?

— Не уверен, — осторожно ответил мой собеседник.

— Жди, скоро будем, — сказал и уже хотел положить трубку, но потом спохватился: — Адрес какой?

— Литейный переулок, дом 3, — устало ответил Максимилиан, а потом попросил: — Александр Иванович, поспеши, отец плох.

— Уже бегу, — ответил и швырнул телефонную трубку на рычаг аппарата, а потом глянул на Софи: — Возникла проблема, взрыв, есть раненые, отправляешься со мной.

— Отец пострадал? — напряженно уточнила девушка.

— Его задело, — подтвердил я, не собираясь раньше времени вгонять княжну в печаль.

Кабинет покинули быстрым шагом, при этом я буквально тащил Софи за собой, взяв ту за руку. Девушка впала в некую прострацию и не понимала, что ей следует делать. До кабинета баронессы рукой подать, та оказалась на месте. Пила кофе и изучала какой-то документ.

— Александр… — начала было Сухарева, но я ее перебил:

— На выход! Вещи не брать, у меня все с собой, — приподнял саквояж, а потом зачем-то руку, которой держу запястье Софи.

— Это уже поняла, — усмехнулась баронесса, почему-то лукаво глядя на подругу.

— Шевелись! — рыкнул на Натали, а потом добавил: — Макса тоже задело!

Вот с чего следовало начинать! Баронессу подбросило на кресле, словно разжалась пружина.

— Что с ним?! — хором спросили девушки.

Хорошо, что княжна обрела способность говорить, а то все никак из шокового состояния не могла выйти. Впрочем, понять ее могу. На императора множество раз покушались, но все попытки он с легкостью пресекал. Почему же в этот раз все пошло наперекосяк? Почему не сработала его интуиция и сторожевые щиты. Кстати, через последние даже я побаивался пробиваться, дабы не оказаться пойманным. Источник у правителя очень мощный, а сам Коршунов-старший магией владеет отменно. Правда, против моих рун он вряд ли что противопоставит, если только древние артефакты, которых у него хоть отбавляй.

— Надеюсь, что просто царапина, так он мне сказал, — ответил девушкам и поторопил их: — Быстрее идем, у нас мало времени.

— Отпусти, — дернула рукой княжна.

— И не подумаю, — буркнул я и предупредил: — Слушаться меня беспрекословно! Учтите, любое ваше действие способно принести не только пользу, но и вред.

Девушки в ответ что-то неразборчиво пробурчали, но их уже не слушаю, быстро спускаемся по лестнице. На наше счастье, у крыльца университета остановилась пролетка, из которой выбирались две преподавательницы с какими-то бумажными свертками. За покупками ездили? Это их право! Правда, время неурочное, но какое мое дело. Другой вопрос, что Эмма Эдуардовна явно на меня глаз положила и замыслила в постель затащить, в которой господа надолго не задерживаются. Она красива, благо преподает вокал и игру на музыкальных инструментах. Уже неоднократно намекала, что готова продемонстрировать мне свои умения, чтобы оценил ее способности. При этом все обставляет очень интеллигентно, но двусмысленно. Пару раз хотел ее попросить уволиться, но, признаю, она мастер своего дела, а студентам необходимо познавать разные науки.

— Александр Иванович, вы куда-то торопитесь? — с придыханием поинтересовалась Эмма.

— Да, — коротко ответил ей и кивнул своим спутницам на пролетку: — Забирайтесь!

— Господин, заказы не принимаю, рабочий день закончен, — хмуро произнес возница, но под моим взглядом осекся и буркнул: — Еже ли только последний на сегодня возьму.

Княжна и баронесса уже устроились в пролетке, к ним присоединился и я. Велел извозчику гнать во весь опор и подкрепил свои слова тремя рублями. Лошадка сразу набрала высокий темп и уже спустя двадцать минут мы подъехали к проходной, у которой от стражей и гвардейцев императора не протолкнуться. Удивительно, присутствуют журналисты, каким-то образом прознав про случившееся.

— Это чегой-то тута произошло? — задался вопросом возница, подозрительно на меня глянув.

— Не твоего ума дело, — буркнул я, помогая своим спутницам покинуть пролетку.

До проходной оказалось не так просто пробиться, пришлось выставить защитную сферу, а воздушную стену использовать в качестве тарана. Растерявшийся поручик не сразу признал Софью Степановну, отказавшись нас пропускать. Княжна вспылила и пообещала служивого сослать в дальний гарнизон, тогда-то нас пропустили и даже выделили в сопровождение троих служивых.

— Где правитель? Ведите к нему! — потребовала Софья.

— Его императорское величество в административном здании, — буркнул пожилой полицейский, имеющий нижний чин.

— Пошли, — кивнул я и обратился сразу ко всем нашим сопровождающим: — В двух словах расскажите, что произошло.

— Гхм, — кашлянул в кулак все тот же полицейский, — правитель осматривал мортиры и заряды к ним. Раздался взрыв, его отбросило воздушной волной, а один из рабочих пару раз в него выстрелил из револьвера. Максимилиан Степанович отреагировал быстрее всех, молнией ударил и нападавшего на месте убил.

— Он ранен? — с дрожью в голосе спросила баронесса.

Что ей ответил полицейский я не расслышал. Мы как раз проходили мимо навеса, где находились три пушки или гаубицы, внушающих уважение своими габаритами. У одной краска облупилась, мелкие царапины, колесо спущено, а рядом небольшая воронка. Хуже всего, имеются остаточные следы заклинаний. К сожалению, часть из них окрашена в темные цвета. Анализировать нет времени, но что-то мне подсказывает, с чем-то похожим уже сталкивался.

— Простите, но у правителя и его наследника находятся целители и они строго-настрого запретили кого-либо пускать, — твердо заявил полковник, перегородив нам путь в кабинет директора завода.

— Вот как? — прищурилась Софи, взмахом руки показав мне, чтобы не вмешивался. — Вы собираетесь запретить мне посетить раненого отца и брата? Уверены? — в голосе великой княжны такой холод прозвучал, что даже у меня пара мурашек по спине пробежала, а в приемной заметно похолодало.

Того и гляди пойдет снег, уже пар из ноздрей моей студентки идет. Или это готов вырваться огонь и спалить тут все к чертям? Полковник побледнел, он никогда не видел дочь императора в ярости. Военный шумно сглотнул и медленно попятился, освобождаю проход к двери. Княжна на него даже не посмотрела, проследовала в кабинет, а я с баронессой поспешил за ней.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы оценить состояние пострадавших. Император лежит на диване, китель на груди разодран, дышит с трудом, лицо серое, на лбу капли пота. Максимилиан находится и вовсе на полу, состояние парня не лучше. Правда, у княжича нет осколочных ранений, но жизнь под угрозой.

— Софья Степановна! Вы нам помешаете! — подскочил к нам один из троих целителей.

Они при нашем появлении что-то обсуждали, выставив на столе несколько склянок с зельями.

— Противоядие дали? — коротко спросила Софи, замерев на середине кабинета и не отводя взгляда от отца.

— Две дозы влили, универсальный антидот, но пока никакой реакции, — чуть нервно ответил целитель.

— Что с Максимилианом? — срывающимся голосом задала вопрос Натали.

— Он тоже отравлен, — спокойно произнес я и потер висок. — Если не ошибаюсь, — посмотрел на княжну, — то все симптомы напоминают те, которые недавно испытал на себе. Софья Степановна, похоже, сейчас самое время проверить на практике вашу курсовую.

— Господин Воронов, не следует так шутить, — перевела на меня взгляд моя студентка.

В ее глазах и ауре полыхнула паника и страх. Она отлично поработала и знает, чем грозит такое отравление. Мало того, если источники пострадавших не справятся с темным заклинанием, то родным девушки жить от силы пару часов.

— Только не говори, что диагностику еще не запустила, — мрачно сказал я, глядя на Софи.

— Александр Иванович, а что делать-то?! Почему ты не вмешиваешься?! — с вопросами обратилась ко мне Натали и для убедительности подергала за рукав пиджака.

— Вряд ли источники пострадавших примут мои плетения, — отрицательно качнул головой, потер скулу и продолжил: — Сейчас любое зелье, кроме бодрящего и поддержания жизненной силы — вредно! Источники пострадавших с ними борются и расходуется магическая энергия. Мои заклинания император точно воспримет, как недружественные. С Максимилианом еще есть варианты, мы с ним давно знакомы, но не настолько близко. Одного не пойму, почему не вытащили осколки из Степана Васильевича? — перевел взгляд на целителя, а сам пытаюсь решить, как помочь раненым и следует ли положиться на девушек, доверив им создать рунные плетения для борьбы с темным заклинанием и ядом.

— Нас больше беспокоит пуля, — мрачно изрек целитель, — остальные ранения не угрожают жизни.

— Но почему ничего не извлекли?! — возмутилась Софья, подходя к отцу.

— Слишком близко от сердца и малейшая ошибка приведет к трагедии, — ответил целитель, а один из его коллег продолжил:

— Поймите, тут необходим хирург, за ним уже послали. Императора побоялись отправлять в больницу, сюда-то занесли с риском для его жизни.

— Тянуть нельзя, — покачал я головой и поставил на одно из кресел свой саквояж. — Натали, ты читала курсовую госпожи Коршуновой? — задал вопрос своей незаменимой помощнице, будучи уверенным в ее ответе.

Не могла княжна с баронессой не посоветоваться, прежде чем мне работу сдать! Наверняка еще и вместе над плетениями размышляли и спорили. Или Софи советовалась с Минако? Хм, нет, прототипом послужило мое ранение, а с принцессой Японии такое обсуждать княжна не стала бы.

— Да, я в курсе, — подтвердила Натали. — С выводами согласна.

— Тогда на тебе Максимилиан, — хмыкнул я. — С плетениями справишься, а если понадобится помощь, то обращайся. Кстати, зельями можешь воспользоваться, — стал выставлять из саквояжа склянки.

— Саша, мне страшно, — прошептала Натали, постаравшись, чтобы слышал только я.

— Вариантов нет, — отрицательно покачал головой и достал жестяную коробку с медицинскими инструментами. — Буду тебя подстраховывать, но сосредоточусь на правителе.

— Понимаю, — кивнула Сухарева и с шумом выдохнула.

Баронесса осознает, что сейчас спорить бесполезно, каждая секунда на счету. Я боялся, что предстоит долго уговаривать Софи, но та даже ни единого возражения не высказала. Княжна сосредоточена и напряжена, а вот целители шушукаются и явно недовольны происходящим. Этак они нам помешают, а помощи от них ждать не приходится. Уж с моими-то методами они никогда не согласятся.

— Господа целители, попрошу вас покинуть кабинет, вы нам помешаете, — сказал я.

— Господин ректор, вы берете на себя ответственность? — задал вопрос главный в троице и почему-то посмотрел на Софи.

— Да, — кивнул ему и развел руками: — Других вариантов нет.

— Прошу, оставьте нас, — произнесла княжна, подумала и добавила: — Никого сюда не пускать пока не позову, — вновь в ее голосе стальные нотки, девушка открывается с неожиданной стороны.

Впрочем, удивляться нечему, она дочь своего отца, в экстренной ситуации не теряется и проявляет твердость. Как только мы остались втроем, если не считать двоих раненых, то сразу же приступили к оказанию помощи. Первым делом я срезал с императора китель и нательную рубаху. Следом вытащил осколки, которые действительно не представляют угрозы, но на эти незначительные ранения тратятся силы из источника правителя. Софи сидит на коленях возле отца и прикрыв глаза выстраивает заклинание с использованием рун.

— Черти символы на груди императора, — подсказал я и оглянулся на Натали.

Баронесса действует быстрее, откуда-то достала губную помаду и сейчас наносит на щеку Максимилиана последнюю руну. Уловив мой взгляд, помощница уточняет:

— Все правильно?

— Не перестарайся с вливанием силы, — предупредил я, подумал и добавил: — Процентов тридцать из своего источника задействуй, этого вполне хватит.

— Уверен? — нахмурилась Натали.

— Если потребуется потом добавишь, — утвердительно кивнул и отвернулся, размышляя, как достать пулю, имеющую вокруг себя темную полусферу.

Понятно, что это ядовитое заклинание обволакивает свинец и устремляется внутрь организма императора. Без слаженной работы с Софи я ничего не сумею сделать. При попытке извлечь пулю произойдет отток яда, и он точно разрушит защитный барьер, выставленный источником правителя. Дело в том, что на мое вмешательство магия отца Софи отреагирует мгновенно, попытается залечить и вытолкнуть щипцы, тем самым потратив остатки сил из источника.

— Саша, мы их спасем? — задала вопрос княжна, осторожно вычерчивая на груди правителя очередную руну.

— У нас нет выбора, — пожал плечами и обнадежил: — Не переживай, ты отлично с теорией справилась, чем меня удивила и порадовала. Сейчас применим это на практике и убедимся в твоей правоте. Тогда-то ты успокоишься, что оценку за курсовую получила честную.

— А может ты сам рунную связь выстроишь? — с надеждой в голосе спросила Софи.

— Не получится, — коротко ответил и поторопил: — Давай быстрее! Время дорого!

Княжна с шумом выдохнула и влила в руны силу из своего источника, а потом активировала связи. Я невольно поморщился, мысленно себя отругав. Софи перестаралась и теперь с трудом сумеет контролировать процесс. А моя рука со скальпелем застыла над входным отверстием от пули. Сейчас потребуется точность движений и быстрота, боюсь, предстоит извлечь пулю с одной попытки, иначе даже думать не хочется, что произойдет. Меня точно обвинят, что зарезал императора, и даже наследник не спасет, когда оправится от яда. Максимилиан уже точно вне опасности, краем сознания отметил, что его источник не стал сопротивляться заклинанию баронессы. Ну, в этом мало сомневался, зная, как парень относится к Натали.

Глава 2. ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЗНАНИЯ

Глава 2. ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЗНАНИЯ

***

События глазами Софьи Коршуновой.

Княжна нанесла последние символы на груди отца и на какое-то мгновение замешкалась. Это господину Воронову легко говорить, что все получится, а каково ей?! Конечно, когда Саша рядом, то одним своим присутствием внушает уверенность. Она даже сама от себя не ожидала, когда жестко разговаривала с полковником, пытающимся им в кабинет путь преградить. Да и с целителями твердость проявила, да так, что вместе с ними чуть не выбежала. Нет, у нее сильная воля и уже ее проявляла, но не в такой степени. Тут же даже сама прониклась от повелительного посыла. И все же, что если она ошиблась в расчетах? С рунами имеет дело всего ничего и могла что-нибудь перепутать! Предварительно советовалась с Минако и Натали. Но принцессе показывала только неполные расчеты на черновике, не пожелав передавать той свои знания.

— Софи, идея понятна, но необходимо точно все просчитать, в том числе и побочные явления. Своим заклинанием ты на какой-то миг заставляешь все органы пострадавшего работать на износ, в том числе и его магический источник. Следовательно, произойдет откат, а пережить его не каждый сумеет, — задумчиво сказала княжне подруга, изучив наброски рунных связей между символами.

— Я взяла за основу ситуацию с господином Вороновым, — пожала плечиками Софи. — Подозреваю, что это крайняя мера, когда нет другого выхода и необходимо рисковать.

— Но он должен быть оправдан, — покачала головой принцесса, подумала и добавила: — Точнее, шанс на выздоровление. А в этом нет уверенности. Или забыла одно из основных правил, что не следует пытаться зажечь магией свечу, если не уверена в результате?

— Ты утрируешь, — хмыкнула княжна. — Бытовое заклинание всегда можно заменить на обычное действие и добыть огонь. Когда же наступает отчаянный момент и на кону жизнь человека, то любой целитель всегда пойдет на риск.

— Особенно если он тебе близок, — хмыкнула Минако. — Не поэтому ли ты так стараешься анализировать отравление Александра Ивановича? Ой, гляньте, покраснела! А ну-ка колись! Что между вами двумя? Как он отреагировал, когда очнулся и тебя подле себя увидел?

— Ругался, — печально признала Софи. — Как ребенка отчитал, что потратила чуть ли не все жизненные силы из источника.

— А ты их действительно ему передала? — прищурилась японочка. — Неужели источник господина Воронова принял помощь?

— Он находился на грани между жизнью и смертью, — пожала плечиками княжна. — Любой бы схватился за предоставленную возможность.

— Не скажи, — задумчиво покачала головой Минако. — Скорее всего у вас осталась привязка.

— Но связующие нити уничтожены, — печально возразила Софи.

— А ты об этом жалеешь?

Княжна задумалась, она уже не раз об этом размышляла, но к однозначному ответу не пришла. Японочке не стала открывать душу, хоть и считает ее подругой, но зачастую взгляды расходятся. Не забыла и то, что Минако подданная другой империи, а давать кому-либо козыри против самой себя Софи не желает. Кто знает, как оно в будущем повернется. Что если союз распадется, и Япония перейдет в стан врага? Такие прецеденты между разными странами случались. Казалось бы, еще недавний друг вдруг бьет тебе в спину. Поэтому и пошла с почти готовым курсовиком к баронессе. Вот только и Натали ничего вразумительного не сказала. Нет, посмотрела работу, дала парочку идей, но не обнадежила, что ректор ее зачтет.

— Прости, но моих знаний не хватает, как и практики, — призналась Натали, когда они вдвоем сидели в ресторане и пили кофе. — Хоть и сталкивалась с отравлениями и ядами, но там не имелось темного заклинания. А в твоей работе все построено вокруг неизлечимого плетения, разрушающего не только органы, но и вытягивающего силу из источника пострадавшего. Думаю, тебе виднее, ты же с Сашей сидела, после того как его на дуэли ранили.

— Сомневаюсь в правильности, — признала Софи.

— В том, что его выхаживала или в расчетах? — уточнила Натали и указала чашкой на лежащий на столе курсовик.

— Разумеется в последнем, — фыркнула княжна.

— Вы старательно друг друга избегаете, — медленно произнесла Сухарева. — Это напоминает мне, как я бегала от твоего брата. Правда, сейчас у вас желание обоюдное. Не подскажешь почему?

— Ну не мне же за господином Вороновым увиваться, — дернула плечиком княжна.

— Надеешься, что он одумается и за тобой начнет ухаживать? — со скепсисом в голосе уточнила баронесса.

— Не думаю, — со вздохом произнесла Софи.

— А что, если тебе с воздыхателями проявить некую мягкость и начать принимать их ухаживания? — задала вопрос компаньонка врачевателя и поспешно добавила: — Разумеется, в рамках приличий и держа молодых людей на расстоянии. Меня вот все стороной обходят, а если тот, кто не знает моего поклонника начинает оказывать знаки внимания, то чуть ли не мгновенно испаряется с горизонта. Находятся доброжелатели, объяснив, что так себя вести со мной нельзя.

— Ну, ухажеров у меня достаточно, записки получаю стопками. Чего там только нет, начиная от прошений и заканчивая признаниями в любви. А уж про назначенные свидания и говорить не хочу, — задумчиво произнесла Софи. — Думаешь, у господина Воронова проснется ревность?

— Этого не говорила! — открестилась Натали и оглянулась по сторонам, боясь, что изречение подруги кто-нибудь услышал. — У тебя и так есть брат, который защитит, а если Александр Иванович что-то себе напридумывает, то, допускаю, опустит руки и предоставит тебе самой решать.

— И для чего тогда мне проявлять благосклонность к ухажерам? — озадачилась княжна.

— Вызвать чувство собственности.

— И как оно от ревности отличается? — уточнила Софи.

— Понятия не имею, — призналась Натали. — Знаю одно, что с Сашей обычные ухищрения бесполезны.

И ведь Софи не стала с подругой спорить, признав правоту последней! Из чего сама себе сделала неожиданное признание, что господин Воронов, гад этакий, запал ей в душу. Вот только неясно как к нему подступиться. В университете он ректор, а она обычная студентка. Ну, не совсем обычная, но и Александр Иванович не прост. Мигом даст кучу заданий и пригрозит отчислением, чтобы, как он выражается, вся дурь из головы вылетела. Лично слышала, как ее одногруппнице грозил, когда та решилась преподнести конфеты и небольшую мягкую игрушку господину ректору. Кстати, в тот момент она нахалке хотела все космы выдрать! Не ударить магией или не обидеть словом, а банально опуститься до безобразной драки. И ведь такого за ней даже в детстве не водилось, а тут раз и в ладонях зуд.

— Чего застыла?! — вернул княжну к действительности голос господина Воронова. — Долго мне еще со скальпелем так стоять? Активируй уже плетение и медленно его внедри в организм отца. Не бойся, мы справимся!

Княжна прищурилась и отрешилась от воспоминаний. Действительно, сейчас необходимо действовать. Вот руны налились энергией из ее источника, а потом стали исчезать. Поспешно добавила жизненных сил и стала подпитывать энергией свое заклинание. Тем временем, Александр Иванович сделал два разреза и взялся за щипцы. Ловким и уверенным движением он с первой попытки извлек пулю, осторожно положил ее на край столешницы и чему-то довольно улыбнулся. Дыхание отца так и не выровнялось, а отток силы из источника княжны все ускоряется. Резерв магии тает на глазах, но она продолжает передавать правителю жизненную силу, понимая, что уже сама в любой момент готова к худшему исходу. Необходимо, чтобы отец встал на ноги, а Сашу она после случившегося точно не отпустит. Если потребуется, то начнет за ним бегать, на шею вешаться и надоедать! А что скажет окружение ей плевать! Ну, такие мысли в голове, главное, набраться храбрости, собраться с духом и решиться на их воплощение. Это сейчас она в себе уверена, но пройдет какое-то время и начнет смущаться.

***

Повествование от лица господина Воронова.

Удача от нас не отвернулась! Просто несказанно повезло несколькими движениями извлечь пулю. А еще мне понравились действия Софи. Ее заклинание сработало отлично и практически мгновенно купировало распространение яда, а потом и вовсе его ликвидировало, в том числе и последствия. Мне оставалась рутинная и привычная работа по врачеванию ран. Источник правителя не стал сопротивляться целительским заклинаниям, и угроза жизни отступила. Правда, слаб император, но это дело наживное.

— Черт! Ты чего?! — воскликнул я и подхватил оседающую на пол княжну.

— Все нормально, — слабым голосом прошептала та. — Как отец?

— Он-то в порядке, — мрачно изрек я, оценивая состояние своей высокопоставленной студентки. — Ты же все силы из своего источника вычерпала! Чему тебя учил?!

— Не ругайся, лучше поцелуй, — чуть слышно ответила Софи и прикрыла глаза.

Она действительно ждет от меня такой глупости?! А не думает, что ремнем по мягкому месту получит?! Ведь ослушалась, наплевала на разум и знания, переборщила с жизненной энергией и теперь за эту дурочку приходится переживать. Выгореть же может! А стоит мне из своего источника подпитать, так вновь образуется связь между нами.

— Выпей, — взял со столика одну из склянок с бодрящим зельем и поднес к губам Софи.

— Не хочу, — капризно ответила та.

— Это необходимо, — произнес и убрал с ее лица локоны, закрывающие глаза.

— Сам же знаешь, что не поможет, — неожиданно хмыкнула княжна и схватила меня за руку. — Мне необходимо пополнить источник, а энергию забрать из окружающего пространства не получается. Точнее, отток больше, чем приход. Саша, прошу, не дай мне себя до дна вычерпать, поделись жизненной силой.

Вот же плутовка! Она пытается поставить меня в безвыходное положение и установить привязку. Уверен, второй раз откажется рвать образовавшуюся связь. И чего добивается? К нашему разговору уже император прислушивается, хотя и делает вид, что находится без сознания. Оглянулся на Натали, та что-то на ушко Максимилиану шепчет и, если не ошибаюсь, ругается. Согласен с ней, парень глупо подставился, не озаботившись о своем состоянии, когда получил от пули царапину. Если бы сразу продиагностировал рану и блокировал яд, то не оказался в таком положении. Правда, на его месте я бы так же себя повел. Подумаешь, царапину заработал! Не мог он знать, что выпущенные заряды из обычного револьвера имели магическую составляющую, основанную на темной магии, да еще и пропитанные странным ядовитым составом. Когда же он разобрался, то уже ничего не мог поделать. Получается, вновь кто-то постарался и все замешал на аурных слепках! Впрочем, покушение производилось целенаправленное, в этом нет ничего удивительного.

— Максимилиан, помоги сестре, — обратился я к великому княжичу, заметив краем глаза мелькнувшую улыбку на губах императора.

— Он же еще слаб, — недовольно буркнула Софи. — Александр Иванович, мне еще предстоит свои плетения в организме отца уничтожить. Боюсь, сама не справлюсь, проконтролируй.

— Софья Степановна, голубушка, вы уж постарайтесь сами справиться, — ответил девушке, продолжая ту придерживать за талию. — Развеять рунную связку заклинаний не так сложно, и вы обязаны это сделать. Учтите, промахи не допускаются, иначе заставлю пересдавать базовые знания.

— Господин ректор, а почему перешел на вы? — задумчиво поинтересовалась княжна.

Я чуть ли не вплотную прижался губами к ушку девушки и шепнул:

— Чтобы дурь из головы выкинула. Пойми, сейчас не то место и не время для флирта.

— Прости, — потупилась та, а потом вздохнула и призналась: — У меня и правда нет сил.

— Максимилиан, ты, как смотрю, уже в полном порядке, помоги сестре, — попросил я княжича и вновь поднес к губам Софи склянку с бодрящим зельем.

На этот раз княжна не стала капризничать, а Максимилиан к нам подошел и поделился с княжной жизненной силой. Я же наконец смог выдохнуть и сосредоточиться на полученных диагностических данных. Очень надеялся, что сумел снять слепки аур, кто поработал с пулей. На той еще есть яд и, если правильно подойти, то имеется большая вероятность найти не только того, кто его нанес, но и создателя. Сомневаюсь, что темный маг предпринял меры предосторожности и себя обезопасил. Он использовал свою силу, ее частички присутствуют и есть вероятность отыскать этого человека.

— Что тут происходит? — задал вопрос император и попытался приподняться на диване, но его движение остановила Софья:

— Отец, ты ранен и не делай резких движений! Твои раны еще плохо затянулись и требуется покой!

— На том свете отдохну, — проворчал правитель, но дочь послушался, однако, решил у меня поинтересоваться: — Господин Воронов, что скажите?

— Попытайтесь пару часов отлежаться, — подумав, ответил я. — Вам ничего не угрожает, если не усугубите ситуацию. Поберегите нервы и пополните свой источник, у вас в нем крохи магии.

— Хорошо, — буркнул правитель и прикрыл глаза.

— Александр Иванович, я убрала рунное плетение, проверьте, — робко произнесла Софи, у которой щеки полыхают.

Княжна смущена и смотрит в пол, наверняка гадает, когда отец очнулся и что он слышал из разговора между нами. Хм, вполне возможно, мне теперь не грозят ее приставания. Уверен, император проведет с дочерью разъяснительную беседу. Не исключаю и того, что девушка покинет университет и перестанет являться моей студенткой. Наверняка и наше общение ограничится. Это правильнее всего, но почему-то на душе какая-то грусть.

— Все хорошо, — удовлетворенно кивнул, получив данные о состоянии Степана Васильевича, — ты хорошо поработала, заслужила отдых и автоматом зачет и экзамен по теории рунных плетений.

— Спасибо, — искоса посмотрела на меня княжна, но без радости, — лучше откажусь, чтобы не прослыть той, которой ставят оценки из-за высокого положения.

— А разве к этому есть предпосылки? — задумчиво уточнил я, сосредоточившись на аурных слепках, полученных от яда, присутствующего на пуле.

— Нет, но слухи обязательно пойдут, — пожала плечиками Софи.

— Верно, — коротко произнес правитель, а потом добавил: — Лучше закреплять знания, если к этому есть способности.

— Саша, ой, простите, господин Воронов, а вы не продиагностируете Максимилиана Степановича, а то переживаю, полностью ли яд из его организма вывела, — обратилась ко мне Натали.

— Госпожа Сухарева, вы отлично справились, — успокоил я свою компаньонку. — Думаю, нам следует посмотреть, не нуждается ли кто еще в нашей помощи. Насколько понимаю, от взрыва кто-то еще пострадал.

— Да, владелец завода и его помощник, несколько рабочих и двое телохранителей, — подтвердил Максимилиан, но потом поспешно добавил: — Им наверняка уже оказали помощь.

Ну, судя по поведению целителей, находившихся при правителе и его сыне, то о других раненых они думали в последнюю очередь. Сомневаюсь, что когда их из директорского кабинета выдворил, то они бросились к пострадавшим. Молча собрал саквояж, пожелал императору быстрее восстановиться и кивнул Натали на выход. К этому моменту атмосфера в кабинете оказалась натянутой. Софи сама не своя и себя накручивает, Максимилиан почему-то тоже нервничает, даже баронесса и та не в своей тарелке. Только я, да император спокойны, но последний демонстративно сопит, выражая свое недовольство, как понимаю, поведением детей. Хотя, наследник и княжна уже давно выросли, но для отца они еще несмышленые малыши.

— Полковник, кто еще пострадал? — спросил я, выйдя в приемную.

Целители при моем появлении с кресел подскочили и чуть ли не хором выкрикнули:

— Как правитель?! Вы сумели остановить распространение яда и какие ему следует принимать зелья?

— Со Степаном Васильевичем все хорошо, — улыбнулась Натали, а потом втянула голову в плечи, потому что раздался рык правителя:

— Макс, как ты мог себя так вести?! С ума сошел?!

— Отец, ставлю сферу тишины! — донесся невозмутимый голос княжича.

Судя же по ауре моей компаньонки и смущенному виду, то я что-то пропустил, а вот от императора это не укрылось. Ничего, потом с Натали поговорю и все узнаю.

— Правитель чувствует себя неплохо, — выдохнул полковник и провел ладонью по глазам.

— Что насчет пострадавших? — повторил я свой вопрос.

— Господина директора и его помощника отправили в целительскую больницу. Получивших ранение стражей в госпиталь, — ответил поручик, стоящий у окна.

— А рабочие? — нахмурился я.

— В заводскую больницу? — задумчиво произнес полковник и посмотрел на целителей, но те синхронно пожали плечами.

— Мы готовы оказать помощь раненым, — мрачно произнес я. — Кто нас к ним сумеет проводить?

— К господину директору или телохранителям императора? — уточнил полковник.

Мне захотелось ему по-русски объяснить, но сдержался, а вот Натали сказала:

— Мы уверены, что им ничего не грозит, а вот рабочим требуется помощь.

Нас не сразу поняли, но, потом к четверым работягам, проводили. Тех разместили в небольшой комнатенке, где за ними пытается ухаживать доктор. Увы, у врача нет целительского дара, при этом имеется источник, но не действующий. Когда-то его Глеб Семенович, так врач представился, вычерпал до дна, а пополнить не сумел. И ведь он еще молод, ему порядка тридцати лет, если не меньше. Удивительно, как только не спился? Кстати, это меньшее из бед, подстерегающих тех, кто любит свое дело, но выгорает. Сталкивался с теми, кто сходил с ума или накладывал на себя руки.

— Под магическое воздействие кто-нибудь попал? — задал я вопрос доктору, а сам оглянулся на баронессу: — Натали, продиагностируй двоих, тех кто справа.

— Поняла, — кивнула моя компаньонка и подошла к молодому пареньку, с восхищением, смотрящим на девушку.

— Господин врачеватель, уж простите, но на ваш вопрос ответить не могу, — с тоской в голосе, произнес Глеб Семенович.

— Странных симптомов не наблюдали? — уточнил я, а сам запустил диагностику.

Пожилой мужик тяжело дышит, рубаха на его груди порвана, проглядывает окровавленный бинт. Второй мой пациент морщится от боли в ноге и баюкает правую руку. В глазах рабочих непонимание от происходящего, они никак не ожидали, что их судьбой кто-то заинтересуется. В лучшем случае, рассчитывали на небольшую выплату, да и то не факт, что ее бы получили. Это мне по дороге к раненым поведал разговорчивый поручик, вызвавшийся нас сопровождать. Кстати, сейчас Игорь Матвеевич за дверью и продумывает «план атаки» на Натали. Он успел перед моей компаньонкой «распушить перья», надеясь на легкую победу. Бедолага не знает, что играет с огнем и если о его поведении узнает княжич, то парню светит длительная служба у черта на рогах. Максимилиан рьяно оберегает мою компаньонку. Удивительно, что поручик не понял, с кем столкнулся, уж при императорском дворе каких только слухов про княжича и Натали не ходит. Минако иногда со смехом делится и одна из последних сплетен касается тайного венчания двух влюбленных. Поразительно, но даже называлось время и церковь, где прошел обряд.

— Все стандартно, как при обычных травмах, — пожал плечами врач.

— Александр Иванович, а тут у нас проблема, — неожиданно произнесла Натали.

— Что такое? — обернулся я к своей компаньонке.

— У молодого человека пулевое ранение ноги, — медленно произнесла баронесса. — Аккурат в месте перелома.

— Вот как? — прищурился я.

Действительно, компаньонка права, вот только удивительно другое, организм парня умудрился яд нейтрализовать. Что из этого следует? Судя по слепку ауры, он имеет какое-то отношение к магу, создавшему темное заклинание. Родственник или просто знакомый?

— Хм, думаю, его потребуется перевезти в больницу при университете, — потер я подбородок. — Угрозы жизни не вижу, но операция потребуется.

— У меня нет денег, — нахмурился парень.

— Не переживай, лично тебя врачевать буду, боюсь никто больше не справится, а денег не возьму, — успокоил будущего пациента.

— Тогда ладно, — как-то равнодушно ответил тот и широко зевнул.

Хм, а ведь у него неплохие щиты! Имеется и источник, но его тщательно замаскировали. Что если это подельник стрелка? Такой вариант возможен, в аурном слепке чего только не намешано.

— Поручик! — крикнул я.

— Слушаю, — появился служивый, но все внимание сосредоточил на Натали, залечивающий рваную рану на боку у второго своего пациента.

— Организуй перевозку пострадавшего в больницу университета, — указал на молодого человека. — И чтобы волосок с его головы не упал! Госпожа Сухарева подскажет, куда ехать, — я посмотрел на Натали, которую следует от Максимилиана подальше отправить, а то княжич может наделать глупостей.

Хватит с него того, что умудрился поцеловать баронессу! Это мне компаньонка успела шепнуть, когда я у нее уточнил, с чего это император так разгневался. И чем Макс думал, когда при отце так вольно себя повел? Нет, он понимал, что мы с Софи заняты, но мог бы проявить уважение к родителю, прикидывающемуся без сознания. Ну, подставился княжич, впрочем, еще неизвестно, с чего так заволновалась его сестра, когда поняла, что отец давно очнулся и за происходящим наблюдал. Но, вроде бы, буря ее миновала, если только при мне Степан Васильевич не захотел дочурку отчитывать. Ладно, все это вскоре прояснится, а у меня появились реальные ниточки выйти на след тех, кто причастен к покушению не только на меня, но и на императора. Другой вопрос, почему я в одном ряду с правителем! Есть о чем поразмышлять. Надеюсь, вскоре ответ получу, но действовать предстоит осторожно. А вообще, порадовала меня Софи, хорошо справилась со сложным рунным плетением. Чуточку перестаралась, выплеснув из своего источника много силы, но тут вопрос практики, уверен она научится, очень способная и красивая девушка. Черт, вот опять мысли не в то русло уходят! Сейчас другим следует озаботиться.

Глава 3. В ГОСТЯХ У ЦЕЛИТЕЛЬНИЦЫ

Глава 3. В ГОСТЯХ У ЦЕЛИТЕЛЬНИЦЫ

Удивительно, но раненый парень, отказывался отправляться в больницу. Но кто бы его стал слушать? Поручик рыкнул, доктор и тот стал уговаривать не дурить, а вот остальные рабочие помалкивали, смотря настороженно. В дело вступила Натали, поинтересовавшись:

— Ты дурак? Планируешь потерять ногу, а потом расстаться с жизнью?

— С чего бы это? — возразил ей парень. — Ерундовая травма, за пару дней заживет.

— И господин врачеватель, являющийся ректором университета, — баронесса кивнула в мою сторону, — почему-то собрался тратить на тебя силы и время?

— Это и пугает, — буркнул парень. — Заберете к себе, а потом мои ноги и руки окажутся у тех, кто больше заплатит.

— Что ты несешь? Да тебе место в доме для душевнобольных! — возмутилась моя компаньонка. — Начитаются всякой ерунды и верят в нее словно детишки несмышленые!

— Сейчас солдат крикну, перенесут его в телегу, а потом под конвоем к вам в больницу доставим. Не сбежит, не волнуйтесь, — обратился ко мне поручик.

— Нам бы пролетку, — отмахнулся я, — да в помощь двух бойцов. Не на себе же его тащить.

Нет, долго уговаривать раненого, как и спорить с ним и что-то доказывать в мои планы не входило. В раздражении руну сна начертал и у парня мгновенно глаза закрылись. Присутствующие, кроме Натали, испуганно заохали, работяги стали креститься. Подумали, что я парня убил?

— Он спит! — повысив голос, произнесла моя компаньонка.

В подтверждении ее слов, раненый всхрапнул. А уже через час мы разместили парня в больнице, и я давал указания госпоже Лисициной, которая ей руководит и отвечает за лазарет:

— Оксана Игоревна, к пациенту никого не пускать. Лечение без меня не проводить, обезболивающее не давать.

— Александр Иванович, но это жестоко, — покачала головой целительница. — Парень будет от боли страдать.

— Зато дурь из головы уйдет, когда на ноги встанет, — хмыкнул я, а потом успокоил свою собеседницу: — Не переживайте, он проспит до утра, после чего проведем операцию. Пуля находится в неудобном месте, вы вольны продиагностировать пациента и сами в этом убедиться.

— Так зачем тянуть? — пожала плечиками Лисицина. — Не вы ли говорили, что медицинскую помощь следует оказывать как можно быстрее? Тогда и восстановление происходит лучше.

— Не будем спорить, — устало отмахнулся я, не собираясь что-то доказывать. — К восьми утра подготовьте операционную.

— Как скажите, — поджав губы ответила Оксана, а потом неожиданно уточнила: — Это из-за того, что потратили много сил, а еще желаете понаблюдать, как отреагирует источник парня на магию? Если правильно поняла, то на него обычное воздействие не оказывает влияния. Даже диагностику и ту с трудом провела. Удивительно, как вы его в сон погрузили.

— Быстро учишься, — усмехнулся я, переходя на ты.

С целительницей мы общий язык нашли и, как говорится, сработались. Но, молодая женщина все же ко мне настороженно относится. В особенности из-за сестры, продолжает за Марию переживать, правда, не понимаю почему. Или это из-за нашего с ней специфического общения? Я над Лисициной частенько подтруниваю и делаю неоднозначные намеки. Чем-то она мне нравится и давно мог бы сделать ее своей любовницей, но уважаю как специалиста и не хочу рисковать зарождающейся дружбой. Ну, если разобраться, то наши отношения просты и понятны, за определенную грань заходить не желаем.

— Стараюсь, — улыбнулась Оксана. — Господин Воронов, так как насчет тех заданий по рунным связям, которые задали? Готова ответить, все изучила, но есть несколько вопросов. Как насчет сегодня вечером?

Что-то в ауре целительницы много возбуждения и ожидания. Рунный алфавит она уже освоила, а элементарные связки для лечения несложных заболеваний для нее не должны вызвать затруднений. Но, согласен, проверить знания следует, чтобы помогала людям. В университете этого делать не хочу, все же она не студентка.

— Когда освободишься? — потер я висок, прикидывая предстоящие дела.

— Через пару часов, — подумав ответила Лисицина. — Буду ждать дома и приготовлю ужин. Хорошо?

— Договорились, — помедлив, кивнул ей, но потом добавил: — Насколько понимаю, хочешь получить разрядку, если попросишь, то готов.

— Тебе она тоже необходима, — чуть слышно ответила та, намекая на один из старых разговоров.

Тогда ей сказал, что она сама попросит разделить со мной ложе. Мои слова ее возмутили и разгневали, Оксана заявила, что такому никогда не бывать. Однако, напряжение и физиология требует своего. Насколько знаю, она так пока ни с кем и не завела близких отношений. Или это мое воображение сейчас разыгралось? Ну, посмотрим, если Мария окажется дома, то значит не прав.

— Тогда до вечера, вопросы уже подготовила, надеюсь удастся позаниматься, — сказала целительница и провела ладонью по волосам.

Дразнит или дает прозрачный намек? Хм, наша с ней игра во флирт готова прерваться и перейти в другую плоскость.

— Александр Иванович, но ты же понимаешь, что наши занятия должны остаться от всех в тайне? — задала вопрос госпожа Лисицина, когда я уже собрался уходить.

— Разумеется, — утвердительно кивнул ей, — как можно поставить под сомнение твои целительские навыки!

Похоже, мы друг друга отлично поняли. Конечно, у Оксаны есть свои скелеты в шкафу, о которых она не желает распространяться. В том числе и ничего не говорит про мужа, от которого сбежала и прячется. Кстати, защиту ей пообещал, в том числе и в ее договор о найме на работу добавил несколько пунктов. Никто молодую женщину не обидит, ну, в частности муж не заявит на нее права. И чего не желает развестись? Оказалась бы свободна и могла устроить личную жизнь. Думаю, есть у нее какие-то опасения, что развод принесет проблем. А еще давно хочу попытаться перестать думать о Софи. Поможет ли в этом целительница? Честно говоря, сомневаюсь, но попытаться необходимо.

Вернулся в свой кабинет, по пути встретив посыльного, передавшего мне куцую папку с данными на рабочего завода. Поручик выполнил поручение и предоставил личное дело паренька, изъяв его из заводского отдела кадров.

— Итак, кто ты у нас? — задался вопросом, устроившись за письменным столом и открывая папку, в которой всего-то два листа. — Макар Сиднев, семнадцати лет, житель столицы, происхождение — рабочее, образование — семь классов приходской школы, — прочел я и хмыкнул: — Не густо.

Ни особых примет, ни каких-либо поощрений или наказаний, а на втором листе перечень выплат с того момента, как он устроился на завод. Трудится с шестнадцати лет, зарабатывает немного. В самом низу листа кто-то приписал: «Бригадира отыскать не удалось. Попытаюсь завтра получить характеристику на заинтересовавшего вас человека. Поручик Фадей Белов».

— Молодец поручик, — хмыкнул я, — соображает, но зря старается, с Натали у него нет и мизерного шанса. Ладно, сейчас другие дела имеются, — отложил в сторону личное дело раненого и достал из кармана склянку, в которой находится пуля, вытащенная из императора.

Следует торопиться, неизвестно насколько устойчиво темное заклинание. Впрочем, аурные слепки сняты, всех кто с пулей контактировал за последние дни попытаюсь отыскать. Другой вопрос, что поисковое заклинание потребует большого количества магии, которого у меня в источнике нет. Поэтому необходимы накопители или десяток магов с уровнем не ниже моего, чтобы собрать так называемый круг силы и сообща создать заклинание. Ну, последний вариант нет смысла рассматривать, он мог бы пройти в моем прежнем мире, но не здесь. Накопители же такой емкости ценны и в моем распоряжении их мало. Опять-таки, все они задействованы на обеспечение безопасности университета. Вот и получается, что предстоит придумать третий вариант, но в голову ничего не лезет.

— А не озадачить ли мне господина Вертлугина? — сам себя спросил, не имея желания разбираться с составляющими яда, нанесенного на пулю. — Что мне дадут знания о ингредиентах, которые использовал враг? — поморщился, осознав, что собираюсь от работы отделаться и как можно быстрее оказаться в гостях у целительницы.

Кстати, к Оксане с пустыми руками идти как-то неправильно. Но не с букетом же цветов! Подношения какие-нибудь делать нельзя, неправильно поймет. Вот же еще задача! Хотя, как ни банально звучит, но в данной ситуации лучше всего вручить ей какую-нибудь книгу. Сразу все вопросы сниму! Поэтому, по пути в лабораторию осмотрел полки в кабинете, а потом порылся в шкафу. Мне, как ректору, часто пытаются преподнести презенты. Ото всего отказываюсь, но тот или иной древний фолиант принимаю. Взятка? Можно как угодно расценивать, но я честно за книгу плачу, пусть и далеко не полную сумму. Все делают вид, что соблюли рамки приличий, а за его отпрыском будет в университете индивидуальный присмотр. Ну, в какой-то мере это так и есть, но мешать жить молодым людям не собираюсь. Правда, есть исключения, если это касается моих близких.

— Лекарственные травы, заклинания и способы варки зелья, — прочел заглавие на древней книге.

Пару страниц изучил и пришел к выводу, что для Лисициной этот фолиант будет полезен. Дело в том, что сразу же нашлось аж пять рецептов для изменения внешности и отвода глаз. Для того, кто желает скрыться от поиска это то, что нужно.

В лаборатории удалось получить несколько частиц яда, который еще не распался. Увы, кроме темного магического воздействия на неизвестные составляющие, так ничего и не выяснил. Конечно, для задуманного поискового заклинания этого вполне достаточно. Однако, нет решения, где взять такую прорву магической энергии. Что если враг покинул столицу? Впрочем, всю Москву мне не накрыть поиском, скорее всего придется обследовать квартал за кварталом, а на это уйдет ни один день. Н-да, как ни крути, а предстоит создать артефакт, с помощью которого и отыщу недругов.

— Можно? — постучал в дверь домика, где проживает целительница с сестрой.

— Открыто! Заходи! — прозвучал крик Лисициной.

Марии дома нет, Оксана Игоревна куда-то ее отправила, явно решившись скоротать вечер со мной. Хм, возможно и ночь вместе проведем, очень уж целительница нервно себя ведет, расстаралась, стол накрыла отменный, а сама сменила халат на элегантное платье, сделала прическу и накрасилась.

— Изумительно выглядишь, — улыбнулся я молодой женщине. — Дозволь поцеловать ручку.

— Господин ректор, заставляешь смущаться, — чуть кокетливо ответила Оксана, но ладошку протянула.

Мой подарок ей понравился, чуть ли не сразу загорелась его изучить, а не будь меня рядом, то и попробовала бы приготовить простенькое зелье.

— Странные какие-то используются заклинания при варке, — задумчиво произнесла целительница, изучая рецепт, а потом резко втянула воздух и спохватившись подскочила: — Какая же я бестолковая! Утка подгорает! — она рванула, да так, что подол платья взметнулся.

Странно, я паленого ничего не унюхал, пахнет вкусно и пробуждается аппетит. Оксана расстаралась, к ужину подготовилась, но заметно нервничает, пытается со мной взглядом не встречаться. Эх, жаль, но боюсь она не решится довести дело до логического окончания, когда в доме мужчина и женщина ужинают наедине.

— Александр Иванович, как насчет выпить за встречу? — задала вопрос целительница, когда утка с яблоками заняла почетное место на столе. — Бокалы не ставила, побоялась, что не так поймете.

— Оксана, ты меня обижаешь, — покачал я головой. — Пойми, ты вольна распоряжаться своей жизнью.

— Мы все от кого-то или чего-то зависим, в том числе и от обстоятельств, — выставляя на стол бокалы и пузатую бутылку с янтарной жидкостью, ответила молодая женщина.

— Но выбираем путь самостоятельно, — кивнул ей, а потом спросил: — Это вино или что-то крепкое?

— Настойка, — пожала та плечами. — Градусов меньше, чем у коньяка. Думаю, мне следует раскрепоститься, — она выжидательно на меня посмотрела.

— И расслабиться, — кивнул ей и взял бутылку.

— Но прежде, мы покушаем, а потом я расскажу историю своей жизни, ту, которую ото всех скрываю. Даже Мария и та не все знает. После этого ты уже сам решишь, как поступить, — она отвела взгляд и передернула плечами, а в ауре появились всполохи боли.

Нет, не физической, а моральной, как когда идут воспоминания о каком-то горестном и тяжелом событии.

— Оксана, давай выпьем за удачу, она всем необходима и, надеюсь, у тебя она поселилась и не покинет, — предложил я тост.

— Хорошие слова, — кивнула молодая женщина и чокнулась со мной.

Напиток и в самом деле отменный, с какими-то фруктовыми нотками и в нем совершенно не чувствуется алкоголя. Мы неспешно кушаем и ведем чуть ли не светскую беседу. Затронули погоду и проблемы в университете, и даже обсудили дела в медицине. Госпожа Лисицина сильно удивлена тому, как все организовал в больнице и что там любому необходимо оказать помощь.

— Почему-то нам не верят и на прием идут неохотно. Почти как те, у кого денег много, толстосумы предпочитают целительские клиники, чтобы в палатах обстановка была шикарной, — усмехнулась Оксана, а потом добавила: — Но поток пациентов увеличивается, больных начинают приводить студенты.

— Молва быстро разнесется, — отмахнулся я. — Сестру-то оставила дежурить, она домой не вернется?

— Заночует в больнице, — покачала головой молодая женщина. — Мария знает о твоем визите, и что собираюсь открыться, — она закусила губу и постучала указательным пальцем по краю бокала: — Налей.

— Как скажешь, — подбадривающе улыбнулся и просьбу выполнил.

— До края, чего ты на дно-то плеснул! — попросила Оксана.

Не стал спорить, понимая, что ей не так-то просто решиться на откровенный разговор, который непонятно к чему приведет. Она точно боится моей реакции, но надеется на лучшее. Похоже, крайняя мера — соблазнение, именно для этого она в таком наряде и пытается флиртовать. Хм, получается у нее не очень хорошо, опыта мало, но попытки не оставляет. Все же, женщины по природе своей интуитивно знают, как себя с сильным полом вести. Когда следует глазками стрельнуть, незаметно поправить платье, чтобы вырез на бедре или груди бросился в глаза тому, к кому неровно дышат.

— Семь лет назад, будучи ученицей одного целителя, я по уши влюбилась. Он был старше меня на семь лет, красавец и балагур, блистал знаниями, говорил стихами, водил в ресторан и оказывал знаки внимания. Хотя, нет, это была не любовь, даже не влюбленность, а восхищение и в какой-то степени гордость, что выбор такого господина пал на меня. Правда, он меня научил одеваться и отводил в дамские салоны, где учили как держать губную помаду и убеждали, что удел женщины подчиняться, — начала рассказ хозяйка дома.

— Что за бред? — покачал я головой.

— Они очень убедительно выглядели, — криво усмехнулась Оксана. — Правда, когда тебе сулят злотые горы и говорят, что готовы носить на руках и сдувать пылинки, то поверишь и в еще большую чушь.

— Не все одинаковы, — возразил ей.

— Возможно, — не стала она со мной спорить, жестом попросив вновь наполнить бокал. — Прости, воспоминания нелегко даются, особенно, если сама во всем виновата.

— Это уже в прошлом, — попытался ее ободрить, но Лисицина отрицательно качнула головой:

— Не делай поспешные выводы, моя глупость оказалась еще более несусветной. Забыла уточнить, что действовала по собственно воле, хотя и под давлением отца с матерью. Очень им клан моего будущего жениха приглянулся, да и сам сумел пыль в глаза пустить, при этом в кармане ветер гулял. Нет, он умудрялся дарить подарки, но частенько за них мне приходилось расплачиваться, очень он был в такие моменты рассеян. То отойдет по каким-то делам, а лавка уже закрывается, то забудет чековую книжку, то еще какая-то причина возникнет. Разумеется, делал попытки деньги вернуть, да только так подводил, что отказывалась. И как оказалась такой слепой дурой? Всегда действовала рассудительно, подруг предостерегала, а сама попала.

— Что-то меня сомнения берут, — хмыкнул я, — не могла ты так измениться.

— В одночасье вся пелена спала, когда так называемый муженек пытался изнасиловать Мари на нашей с ним кровати, в моем родовом поместье. Подсвечником его приложила, связала и в ту же ночь отправилась в бега, — она искоса на меня взглянула и вновь выпила настойку.

— А почему в полицию не обратилась? — поинтересовался я.

— Там, где в начальниках его приятель является напарником по карточному столу и похождениям в дома удовольствий? — ответила вопросом на вопрос целительница. — Я же грех на душу взяла, оставила графа истекать кровью и не применила свое умение. Нет, он не умер, чему бы я оказалась рада, хотя и сдалась бы за убийство. Но этой твари, моему мужу, ничего-то не сделается. Он когда связанный очнулся, то такого мне наговорил, что не понимаю, почему не поседела. А вот убить его не смогла, он выставил какой-то темный щит, пожирающий мою силу и если бы Мария волоком меня из спальни не выволокла, то, скорее всего, там бы осталась.

— Получается, ты вышла замуж по собственной воле, но он оказался не тем, кем представлялся, — попытался подытожить.

— Да всегда он таким был, это в моих глазах являлся идеальным, — отмахнулась Оксана. — Меня подруги предупреждали, даже Мари и та что-то схожее говорила. Никого ни я, ни отец, ни мать слушать не желали. Как наваждение какое-то на нас обрушилось.

— Наваждение? — хмыкнул я, но развивать тему не стал. — Честно говоря, пока ничего не понимаю, чего так переживаешь. Подумаешь — замужество! Разведись и дело с концом.

— Сестра сразу отправится к нему, в том числе и я, по бумагам он наш опекун, который обязан заботиться до скончания наших дней. Батюшка с матушкой, вместе со мной подписали брачный договор, который, как женишок убеждал, защитит будущую жену ото всех неприятностей.

— Продала себя в рабство? — прищурился я, осознав к чему госпожа Лисицина ведет.

— Не продала, подарила, в том числе и все свое имущество, — горько усмехнулась молодая женщина. — Мы прожили в браке три года, при том, что через полгода совместной жизни в одночасье скончался отец, а через полгода мама на себя руки наложила. Вот после этого и началась, как говорится, веселая жизнь. Муж заявил, что с душевнобольными он церемониться не станет. Часто меня насиловал, приводил падших женщин, но хотя бы от оргий оградил, ему была неинтересна в тот момент. Разумеется, руки распускал и часто бил, если не так посмотрю или осмелюсь слово поперек сказать, — она помолчала, виновато на меня посмотрела и сказала: — Прости, как-то сумбурно все рассказала, хотя планировала все детально и обстоятельно поведать.

— В общем и целом все понятно, — ответил ей и пригубил настойку. — Попав под определенное воздействие, скорее всего наведенное, ты подписала рабскую бумагу и теперь ни на что не имеешь прав. Точнее, — я хищно улыбнулся, — не имела. Но так как он права не предъявил и нарушил договор, то последний считается ничтожным. Ты теперь под моей защитой и пора твоего муженька навестить и призвать к справедливости. Завтра заверим у нотариуса бумаги, что права на тебя и сестру перешли ко мне, как ректору университета.

Госпожа Лисицина вскочила, в ужасе отшатнулась в сторону выхода, но выпитое вино сыграло с ней злую шутку. Ноги заплелись, и она упала на пол, я в последний момент успел выставить воздушный щит, а то бы колени свои точно разбила. А так она плавно приземлилась, но на бок завалилась, показав свои стройные и точеные ножки. Эх, жаль, но вечер точно пошел не по плану. Оксана Игоревна перебрала, да еще себе чего-то навоображала и сейчас загнанным зверьком смотрит. Даже пытается какое-то атакующее заклинание создать, при этом понимая, что мне не соперница.

— И чего опять за паника? — подошел к женщине и помог ей подняться, точнее, просто взял за талию и поставил на ноги. — Понятия не имею, как твоего мужа зовут, но рабство мне претит. В том числе и крепостные даром не нужны. Хотел им вольную дать, да сопротивляются ироды. Тебе же помогу и ничего взамен просить не стану. За такой-то ужин не рассчитаюсь ни в жизнь!

— Шутишь? — выдавила целительница.

— Чуточку, — убрал ей за ухо выбившийся локон, а потом щелкнул по носу: — Не дури, не ровняй всех по одному придурку. Кстати, как его имя?

— Богдан Александрович, — произнесла Оксана, в глазах которой появился лучик надежды.

— А предварительно тебе напишу расписку, которую заверю магией собственного источника и печатью клана, что за освобождение заплатишь еще одним ужином и не более того. Ну, прости, сформулировать точнее сейчас не возьмусь, настоечка-то оказалась хороша! — произнес, ощущая, что немного голову кружит, алкоголь как-то незаметно стал действовать, а щиты и мой источник это пропустили.

Если уж я оказался опьянен, то что говорить про Лисицину! Та и вовсе как-то резко обмякла, ни руки ни ноги ее не слушаются, язык и тот заплетается, но тем не менее, пыталась на моей рубахе пуговицы расстегнуть, да штаны спустить. Да только мгновенно уснула, когда я, признаюсь, пошатываясь, донес ее до кровати. Кстати, постель оказалась заправлена новой шелковой простыней, пододеяльником и наволочками. Нет, если целительница рассчитывала провести со мной ночь, то этому был бы рад, да только теперь ей спать в платье, а мне мучиться в кресле! Не могу же ее в таком состоянии бросить, а утром за ее проблему следует всерьез взяться. А то отыщет сбежавшую жену муженек и, боюсь, окажется не так-то просто ее защитить, если он заявится с полицией и имея на руках бумаги о полном и безоговорочном подчинении. Чем она и ее родители думали, когда такой договор подписывали?! Даже если находились под наваждением, то доказать такое сложно, как и обвинить в смерти родителей госпожи Лисициной. Впрочем, уже имеется у меня практика по защите дам, правда, там Анну спасал от замужество. Та хоть никаких бумаг не подписывала, но за своих работниц поборюсь, а если понадобится, то и на крайние меры пойду. Незаметно сон меня сморил, очень уж Оксана Игоревна мерно сопела. И все же, не так рассчитывал провести эту ночь, но зачастую воспоминания все портят и планы сбивают.