Возвышение Меркурия. Книга 1

Глава I

Они восстали. Все те, кто когда-то склонил перед нами головы. Зря мы оставили им жизни. Стоило перебить их всех. Наполнить их земли своими храмами. Уничтожить саму память о других пантеонах.

Диана уже мертва. Её разорвали на части, сожрав всю божественную силу. Набросились, как изголодавшиеся дикие псы. Марс был убит во сне. Его разъярённый сын Квирин, желающий отомстить за отца, погиб у меня на глазах.

Сейчас я бился один. А они всё напирали. Ра, Арес, Афина с перепачканным божественной кровью копьём. Я никогда не доверял египтянам. Но как нас могли предать греки? Мы пощадили их и дали шанс остаться в строю. А хитрожопые эллины всадили кинжал в спину.

Я уклонился от выпада Ареса и рукой увёл в сторону копьё Афины. Рванулся вперёд. Выбросил клинок, достав греческую воительницу - по её прекрасной шее потекла кровь.

А потом пришла боль. Правый бок. Стрела Артемиды. Той самой красавицы, что когда-то соблазнила меня, лишь бы остаться среди старших богов.

Вторую я отбил своим клинком. От третьей ушёл в сторону. А потом в глазах потемнело. Отрава. Чем она смазала свои стрелы, что пробрало даже меня, великого Меркурия?

У меня вышло отразить ещё несколько ударов. Но затем в правый бок впилась ещё одна стрела. А через мгновение копьё Афины вонзилось в живот. Я попробовал отступить. Продолжить бой. Но клинок Ареса уже летел к моей шее. И на это раз я никак не успевал уйти из-под удара.

Тьма. Она окутала меня со всех сторон, затягивая в воронку. Вот сейчас я и узнаю, куда попадают погибшие боги. Или просто растворюсь в вечности.

Слепящая вспышка света заставила подумать, что настал момент окончательного прощания с жизнью. Но потом я увидел Юпитера. Он умирал. Сражённый стрелами и изрубленный врагами. И всё равно успел сделать это - пожертвовал остатками своей силы, чтобы дотянуться до каждого из погибших.

Воронка засверкала ярко-синим, а в моём сознании прозвучал тихий голос отца.

- Не упустите второй шанс.

Ещё мгновение и я рухнул вниз, устремившись ко дну воронки. Ожидал, что вот-вот перестану себя осознавать, но мой разум несло всё дальше и дальше. В какой-то момент всё вокруг засияло белым. А потом я почувствовал боль.

Через несколько секунд внезапно осознал простой факт - болело моё тело. То самое, которого только недавно не существовало. Юпитер вернул меня к жизни? Дал возможность отомстить?

Я открыл глаза, готовый ринуться в бой. Но неожиданно для себя понял, что не могу даже пошевелиться. Руки и ноги были чем-то привязаны. Да так, что я едва мог дёрнуться.

И это было не моё тело. Чужое. Человеческое. Моя сила текла сквозь него, почти не задерживаясь - оболочка не могла впитать всего. И мой клинок - я чувствовал его, но не мог призвать. Хотя это было первое, что я попробовал сделать. Сандалии вовсе пропали.

Слабая плоть билась в конвульсиях, не выдерживая натиска божественной мощи, а я пытался понять, где именно оказался? Мятежники точно почувствуют такой поток силы. И немедленно явятся за мной, чтобы убить.

Ещё одна волна боли - моя “искра” пыталась сродниться с новой оболочкой. Насколько я понимал, без особого успеха. В какой-то момент сердцевина божественной сущности разлетелась на сотни осколков, только один из которых остался в этом тщедушном куске мяса.

Боль ушла. Зато появилось понимание произошедшего - я только что стал в сотни раз слабее. С жалкими крохами силы и осколком “искры”, мне не одолеть даже младшего из богов. Этого хватит разве что на то, чтобы открутить голову сатиру. Да и то не факт.

- Вы это видите? Рана затянулась и он, вроде, до сих пор дышит.

Я повернул голову на звук голоса и увидел стоящего в паре метров от меня парня, поверх одежды которого была накинута какая-то чёрная тряпка.

- Может, какой-то артефакт вживлённый? Мы же его не осматривали.

Обладателя второго голоса я не видел, но, судя по всему, он тоже молод. А ещё теперь я понимал, что предыдущего владельца тела банально убили. Судя по тому, что его тело примотано верёвками - скорее всего, принесли в жертву. Что это за дикари такие, которые до сих пор такое практикуют? Кому они поклоняются? Кому-то из африканских божков? Может, Шиве?

- Эй, ты меня слышишь? Как ты излечился? Что это такое было?

Тот самый парень, что говорил первым, теперь задал вопрос мне. И я даже попытался ответить. Возможно, у меня бы это вышло, не будь рот заткнут кляпом.

- Слушайте, а может у нас получилось? Мы хотели призвать древнего бога. Что если всё вышло и сейчас он вселился в его тело?

Звонкий девичий голос, что наполнил комнату, дал мне ещё немного информации. Правда я не совсем понял, что она имела в виду. Какого древнего бога они пытались призвать? И почему вместо него в это тело попал я?

- Он должен был выбрать сосудом одного из нас, а не жертву. Это очевидно. Сейчас вскрою ему брюхо и посмотрим, что будет в этот раз.

Парень в чёрной тряпке вытащил нож и сделал шаг в мою сторону. Раньше я бы лишь посмеялся над такой угрозой. Но всё изменилось - эта человеческая оболочка может и не выдержать удара.

Тем не менее, какой-то объём божественной силы всё ещё был со мной. На то, чтобы спалить этих идиотов в очищающем пламени, не хватит. Зато вполне достаточно для усиления физической мощи тела. Надеюсь, оно это выдержит.

Как стало понятно через секунду, оболочка справилась. Божественная мощь временно преобразила плоть. Мышцы стали сильнее, а кожа похожа на камень. Расплатой же выступила боль, от которой хотелось скрипеть зубами. Но мне порой приходилось терпеть и не такое. Например, в день, когда при штурме Альтебурга на моего аватара вылили целый чан горючей жидкости. Вот тогда мне было действительно больно. А это так, мелочи.

Сначала я разорвал верёвки на руках. Потом выпрямился и освободил ноги. И в самом конце вытащил изо рта кляп. Развернувшись, уселся на кирпичное возвышение, к которому был привязан и осмотрелся.

Три фигуры, замотанные в чёрные тряпки. Лежащий на соседнем возвышении труп, чьи конечности тоже были примотаны верёвками к металлическим прутьям. Всё это - в просторном и тёмном помещении, по полу которого щедро разбросан какой-то мусор.

- И что дальше? Вы звали, я пришёл. Зачем я здесь?

Будь на моём месте Марс, он бы уже убил этих придурков. Вулкан сжёг бы заживо, а Вакх послал бы кого-то из троицы за выпивкой. Но я Меркурий, покровитель торговцев, путников и воров. Как бы ни хотелось свернуть шеи этим самонадеянным смертным, для начала стоит узнать, где я и кто они такие?

Тот, что стоял напротив меня, держа в руке нож, попятился назад. Второй, который до этого спокойно сидел на полу, подскочил и, наступив на полу длинной чёрной тряпки, в которую был укутан, неловко завалился на бок. А вот девушка осталась на месте. То ли окостенела от страха, то ли оказалась самой умной.

- Как? Почему в него? Ты должен был выбрать одного из нас!

В голосе их лидера звучала неподдельная обида, а я почувствовал, как меня начал разбирать смех. Трое смертных придурков, которые решили принести жертву, чтобы призвать божество. Почему меня вообще сюда притянуло? Надеюсь, они не мне посвятили этот ритуал?

- Для начала скажи, кого вы хотели тут увидеть?

Вот теперь он удивился. Настолько, что поднял кусок ткани, который до этого прикрывал большую часть лица. Задумчиво почесал щёку рукоятью ножа.

- Ну… Древнего бога!

Я с трудом удержался от смеха. Древнего, значит? Это какого? Одного из Титанов? Кроноса? Инкского Атагучу, проигравшего в конкуренции с молодыми божествами и сгинувшего много веков назад?

- А вышло так, что призвали одного из богов современности. Теперь расскажите, где я очутился и как далеко отсюда Парнас?

Толстяк, который уже поднялся на ноги, громко икнул и рухнул на задницу, удивлённо пялясь на меня. Да и на лице главного в этой троице тоже проскользнуло какое-то странное выражение.

- Современности? Но… Сейчас нет никаких богов. Давно уже.

Сначала я подумал, что он шутит. Но голос у этого идиота был вполне уверенным. А потом я осознал ещё один момент, на который сначала не обратил внимания. Хотя стоило бы. Язык, на которым мы общаемся. Это же одно из славянских наречий. Торговля требует знаний и я выучил практически все языки мира. Включая те, на которых говорили люди, поклоняющиеся Перуну. Но почему меня занесло так далеко от Рима? И что он имел в виду, когда сказал, что богов больше нет?

- Это с каких пор нас нет? Ты ничего не перепутал, смертный?

Тот сглотнул слюну, смешно дёргая кадыком, и почему-то посмотрел на толстяка, который всё-таки поднялся на ноги и теперь неуверенно мялся на месте.

- Надо убить его. Это не тот, кого мы звали.

Интересно, как он определил, что я не тот? Они же сами не в курсе, кого именно пытались притащить в это убогое место.

Возможно этот парень был туповат, но зато слова у него не расходились с делом - договорив, сразу двинулся ко мне, выставив вперёд руку с ножом. Хотя, чему я удивляюсь? Как правило, нерешительные люди не приносят человеческие жертвы. А тупость ещё никому не мешала убивать. Скорее, наоборот.

Я спрыгнул на пол и толстяк, что было двинулся на помощь своему лидеру, отшатнулся назад. А вот сам глава этой небольшой секты наоборот, бросился в атаку. И с размаху ударил меня ножом в живот.

Лезвие со звоном отлетело назад, а тот взвыл, тряся ушибленной рукой.

- Ты как? Не порезался?

Стоит признать, совсем тупым он не был - за момент до того, как я сломал ему шею, в глазах несчастного появился страх. Но оставлять в живых смертного, который поднял руку на римского бога - дурной тон. Поэтому я убил его.

Толстяк попытался убежать, но запутался в тряпке и снова рухнул на пол. Вот тут я всё-таки не выдержал и расхохотался - на этот раз бедолага упал лицом прямо на кирпич и проломил себе череп. Жаль этого не видит Немезида.

Я повернулся к девушке, которая тоже встала на ноги. А та сбросила с себя длинную чёрную тряпку, под которой неожиданно ничего не оказалось. Хотя нет, какая-то одежда у неё была. Или это такое украшение? Зачем ей этот крохотный кусочек прозрачной ткани? Он же ни от холода не защитит, ни от взглядов.

- Возьми меня, древний бог. Я принадлежу тебе полностью.

Лёгкое дуновение. Ушла душа первого погибшего. Правда, как-то странно - не степенно направилась к местному богу, что отвечает за мир мёртвых, а промчалась мимо меня с колоссальной скоростью. За ней унеслась и вторая. А я критично осмотрел тело смертной, которая поправила длинные чёрные волосы.

- Не в моём вкусе. Будь у тебя грудь чуть побольше, а задница чуть поменьше, можно было бы подумать.

Я сделал ещё один шаг к этой юной развратнице, чьи щёки полыхнули от возмущения, но та оказалась смышлёной и сразу сменила тактику.

- Сохрани мне жизнь и я буду поклоняться и служить тебе. Всегда. Сделаю всё, что ты попросишь.

А вот это предложение было уже куда более интересным. Какой бог откажется расширить свою паству? Смертная не слишком походила на торговца или вора. И уж тем более не была похожа на путника - только не с такой нежной кожей. Но никогда не поздно изменить её жизненный путь.

К тому же, я бы не отказался понять, где всё-таки нахожусь и как теперь добраться до Рима. Пусть человеческая плоть слаба, но даже осколок “искры” позволит найти выживших братьев и сестёр. Кто-то должен был уцелеть в этой бойне. А потом мы вместе вернём мои силы и отомстим мятежникам.

- Для начала прикройся. А потом расскажи, где я.

На лице девушки промелькнула обида и она, поджав губы, подняла с пола своё “одеяние”. Отряхнув его, замоталась в ткань, обхватив себя руками.

- В Петербурге. Где же ещё.

Я покрутил название на языке. Незнакомо. Хотя, я помнил все крупные города мира. А судя по тому, каким тоном она ответила, речь точно шла не о деревне.

- Где это? Что ещё есть рядом?

Она непонимающе уставилась на меня. Пожалуй, с таким видом греки смотрели на говорящего быка, что вломился во дворец и утащил на себе невесту, будучи неуязвим для их стрел.

- Рядом… Ну… Новгород тут недалеко. А с другой стороны Финляндия.

Новгород я знал. Неплохой город, где всегда полно торговцев. А Финляндия видимо была как-то связана с финскими племенами, с которыми иногда схлёстывались викинги. Помню, Тор жаловался, что вражеские боги всегда старались избежать прямого столкновения и бились только в телах аватаров.

- Почему тот смертный сказал, что богов больше нет?

Та замялась, мельком посмотрев на труп. Потом пожала плечами.

- Так их и нет. Остались только сказания, да некоторые книги. Но Хранители говорят, что это всё ложь и сказки.

Ойкнув, закрыла себе рот рукой, сделав испуганные глаза. Пожалуй, её умственные способности я всё же немного переоценил.

- Простите, пожалуйста. Я не это хотела сказать. Древние боги есть, конечно. Вот вы, например.

Эти её слова я пропустил мимо ушей. А вот упоминание таинственных Хранителей меня заинтриговало.

- Кто такие, эти Хранители? И куда исчезли боги?

Смертная переступила с ноги на ногу и поплотнее закуталась в ткань. Холодно, наверное, вот так стоять в какой-то драной тряпке на голое тело. Раз собирались звать сюда бога, могли бы одеться поприличнее.

- Хранители следят за Пробоями. Делают всё, чтобы те не превратились в Гнёзда. И собирают знания. А боги… Я же говорю, сейчас остались только легенды. Я не знаю, что с ними стало. С вами, то есть.

Жаль рядом не было никого из бессмертных. Хотя бы сатира или фавна. Я бы не отказался послушать историю о том, что произошло с десятками старших божеств и сотнями их отпрысков, наделёнными силой.

- Что за Пробои и Гнёзда?

Девушка посмотрела на меня так, как будто я спросил, почему вода мокрая, а соль солёная. Но, тем не менее, ответила.

- Из Пробоев лезет всякая нечисть. Если ей дать закрепиться, то появляется гнездо. Захваченная ими земля. Так было в Уральске. Сначала прямо в городе возник Пробой, а когда у Хранителей не вышло его закрыть, появилось Гнездо. Хорошо, что удалось остановить рост, а то так и пошло бы дальше во все стороны.

Для этого ответа она точно использовала чужие слова. Слишком уж отличались формулировки от всего, сказанного ранее.

Значит, богов тут нет, но зато есть загадочные Хранители. А ещё Пробои и Гнёзда, откуда рвётся что-то непонятное. Может просто дыры в Тартар, откуда лезет ослабевшее потомство титанов? Где-то там ведь должен быть и Кронос, всё ещё жаждущий мести.

Одно было понятно точно - я не в своём собственном мире. Либо в нём, но каким-то образом переместился во времени и оказался в будущем.

Снаружи послышались голоса и девушка скорчила испуганную гримасу.

- Надо бежать. Там городовые. Если меня арестуют, это конец!

Я не совсем понял, что она имела в виду, но, видимо, люди снаружи искали пропавших, которых эти трое принесли в жертву. Оставалось решить, как поступить дальше? Отпустить её или убить?

В голове всплыли фразы старинной клятвы, которую когда-то давали лучшие из лучших. Когда количество смертных превысило все мыслимые числа, мы отказались от подобной практики, чтобы не тратить лишнее время. К тому же, все и так уже давно в нас верили. Нужды в специфических ритуалах не было. Но сейчас это могло пригодиться.

- Ты согласна по доброй воле поклоняться и верить в меня, бога Меркурия?

Я увидел, как та с готовностью открыла рот и на всякий случай поспешил предупредить.

- Если ответ не будет искренним, ты умрёшь.

Теперь она задумалась. Правда ненадолго - начала говорить уже через пару мгновений.

- Я согласна поклоняться тебе и верить в тебя, бог Меркурий. По доброй воле.

Осколок “искры” ещё не улёгся в этом тщедушном теле. Но даже в таком состоянии, я всё равно смог поставить печать на её душе. Теперь этой пигалице никуда от меня не деться. Даже если спрячется так, что не смогу отыскать - дотянусь через сны.

- А теперь беги, раз так надо для спасения твоей жизни.

Дважды повторять не пришлось - она подняла с пола какую-то сумку и сразу же рванула к противоположной стене, где виднелся дверной проём.

Я же остался сидеть на том самом возвышении, где принесли в жертву предыдущего владельца тела и размышлял. А ещё ждал, когда сюда доберутся смертные, чьи голоса звучали всё ближе. Как их там назвала моя новоявленная служительница? Городовые?

Стоит сказать, они не торопились. Первая человеческая фигура появилась в моём поле зрения только минут через пять. В глаза сразу же ударил яркий луч света, а помещение заполнил хриплый и грубоватый голос.

- Сиди, где сидишь, сучонок. Только дёрнись, я тебя мигом свинцом нашпигую.

Глава II

Что такое свинец я знал. Значение слова “нашпигую” понял по контексту. Но вот с картиной в целом были проблемы. Из свинца не делали оружия - для такого он слишком мягок. Да и в руках у смертного не было ничего, напоминающего клинок или копьё. Только странная вещь, сделанная из металла. Что он с ней делать будет? Бросит в меня? И причём тут свинец?

Первый человек подвинулся в сторону и внутрь ввалились ещё двое. Остановившись, принялись осматриваться. Потом один подошёл поближе и вытащил из кармана смятый лист бумаги. Подняв его перед собой, вгляделся. Внимательно посмотрел на меня. И повернул голову назад.

- Опускай оружие. Студент это. Вон и верёвки у него на руках остались.

Третий, что всё это время стоял около прохода, опустил руку со странным металлическим предметом. Значит, это всё-таки оружие.

- Едрить тебя коромыслом. Ты как, паря? Они тебя порезать успели? Рубаха вон, вся в крови.

Я опустил взгляд на свою одежду. Действительно, ткань одеяния смертного была щедро пропитана красным. Правда, от раны не осталось и следа - поток божественной силы благополучно всё залечил. Неловко вышло. Осталось придумать объяснение, которые не будет выглядеть для них полным бредом.

- Они успели только напугать. Разрезали одежду, да испачкали в чужой крови. А потом начали драться между собой. Один испугался и хотел меня освободить, второй пытался помешать.

Стоящий напротив меня мужчина, с хмурым видом оглядел два лежащих на полу тела. Указал рукой на толстяка.

- Вон тот хотел освободить?

- Да. Он самый. Правда, потом запаниковал из-за того, что сделал со своим приятелем и хотел убежать. Но не вышло.

Третий из оказавшихся в помещении людей присел на корточки около упитанного трупа. Осторожно приподнял его голову.

- Упал и разбил голову о кусок кирпича. Насмерть.

Первый, судя по всему являющийся их лидером, непонимающе покрутил головой, ещё раз осматривая заваленную хламом комнату.

- Хочешь сказать, этот пухлый свернул шею второму, а потом споткнулся и ударился о кирпич? Да ещё так, что сразу сдох?

Я с невинным видом пожал плечами.

- Всех деталей я не видел. Но вроде всё так и было.

- И больше тут никого не было?

- Если кто и был, то я их не видел.

Среднего роста шатен с резкими чертами лица ещё раз внимательно посмотрел на меня. Насколько могу судить, в мои слова он поверил далеко не до конца. Но и крыть ему было нечем. Не обвинять же жертву в том, что она убила своих похитителей? Да ещё так ловко, что один самостоятельно раскроил себе череп?

- Ладно. Давай на выход, студент. Сейчас до общежития тебя довезём, а завтра со следователем побеседуешь.

Вздохнув, пнул носком ботинка труп лидера этой тройки.

- Хотя тут и так всё ясно. Какие-то больные на голову психи решили поиграть в призыв древнего бога. Третьи уже за этот месяц. И откуда они только берутся?

Я осторожно слез с возвышения и сдвинулся в сторону. Так-то, в этот раз у них всё получилось. Но, думаю, будет лучше, если мир узнает об этом чуть позже.

Пока же я воспользовался тем, что на меня никто не смотрит и поочерёдно разорвал верёвки на запястьях. Следом наклонился к ногам, делая вид, что поправляю потрёпанные ботинки и проделал то же самое с обрывками пут внизу.

Выпрямившись, прекратил воздействовать божественной мощью на плоть оболочки. А в следующую секунду перед глазами всё потемнело и я рухнул на пол.

- Эй? Ты меня слышишь? Да что за дерьмо у них тут творится? Сеня, дуй за доктором. Давай быстрее, пока он тут коней не двинул.

Голос глухо пробивался до ушей и был едва слышен. А потом я почувствовал, как по моим щекам хлещет чья-то ладонь. Что этот смертный себе позволяет? Я убивал и за куда меньшее.

Впрочем, вряд-ли у меня получилось бы что-то сделать с ним прямо сейчас. Такое ощущение, что Нептун снова пошутил, захлестнув меня водяным валом, и тело оказалось под водой. Только в этот раз у меня не было ни йоты божественной силы, чтобы ответить на его шутку.

Осколок “искры” пару раз полыхал так, что мне казалось - тело смертного не выдержит и просто разлетится в клочья. Но, к счастью, обошлось - плоть выстояла.

Правда, когда рядом появился доктор, что сразу начал совать под нос что-то дурно пахнущее, моих сил не хватило даже на то, чтобы встать на ноги. Поэтому к выходу меня потащили двое тех самых городовых, что напугали мою первую последовательницу. Её печать, кстати, была относительно рядом - девушка отошла максимум на пару сотен пассусов.

Оглядеться по сторонам у меня не вышло. Двое мужчин так и тащили меня дальше под руки, не давая времени на то, чтобы осмотреться. Всё, на что хватало возможностей смертного тела - перебирать ногами, стараясь не свалиться на землю.

Но одно было понятно точно - я появился в каких-то руинах. На что эти идиоты вообще рассчитывали, когда призывали бога в подобное место? В таких местах даже римские нищие брезгуют спать, а они притащили сюда божество.

- Давай, студент, тут уже немного осталось.

Смертный, что поддерживал моё человеческое тело справа, вдруг свернул в сторону, направляясь к странной конструкции. Коробка из металла, в которую врезано стекло, а внутри виднелась пара скамей.

Когда он потянулся к ней рукой и потянул на себя приличный по размерам кусок металла, я невольно подался назад.

- Ты чего, парень? Давай внутрь лезь. Сейчас домчим тебя до общежития с ветерком.

Внутрь? Я не знал, что такое общежитие, но, судя по всему, это было какое-то место в этом странном городе. Раз так, значит металлическая коробка являлась транспортом.

- Да у него просто шок. Я бы рекомендовал отвезти его в больницу, а не отправлять в университетское общежитие. Мало ли что может случиться по дороге.

Это уже был голос доктора, который звучал откуда-то сзади. Я же собрал волю в кулак. Пусть у меня только осколок “искры” и почти нет силы, но я всё ещё оставался Меркурием. Разве меня когда-то пугали новые открытия?

Внутри головы мелькнуло воспоминание о неудачной интрижке с прекрасной скандинавкой, которая, внезапно для меня, оказалась любимой внучкой Тора. Из тех, что были ещё живы на тот момент. Ох и долго он гонялся за мной с молотом.

Тогда я и выяснил, что некоторые открытия способны испугать даже меня. Например, новость о том, что внучка Тора беременна и мы можем породниться. К счастью, оказалось, что девушка весьма любвеобильна и ребёнок не мой, а кого-то из их местных героев. Так что разгневанный дед быстро нашёл себе новую цель, а я избежал возможной свадьбы.

Но сейчас передо мной была обычная стальная коробка. Дело рук смертных. И нигде не наблюдалось разъярённого скандинавского бога с его разящим Мьёльниром. Хотя, именно сейчас я бы от его компании не отказался.

Я рывком освободил руки и скрипнув зубами от боли, шагнув вперёд. Едва не упал на каменную дорогу, но меня поддержал один из смертных. А когда я устроился на скамейке сзади, тот повернулся к доктору.

- Мы тут намедни одного студента из университета отвезли в больницу. Так он, как ему помощь оказывать начали, огнём ударил. Всех спалил, к бесовой матери. И доктора, и сестричек, и уборщика, что мимо проходил. А знаешь, что самое интересное? Ему даже не будет ничего. Спонтанное использование магии из-за стресса. А что четыре человека сгинули - всем до одного места.

Выпалив всё это, смертный чуть успокоился и уже более ровным тоном заявил.

- До университета дотянет, а там пусть сами разбираются. У них не зря целый медицинский корпус отгрохали и печатей на него понакладывали кучу. Там он если кого и поджарит, то это уже будут их проблемы.

Информация. Один из основных товаров любой страны. Самые умные из моих последователей крали именно её. А потом продавали. При этом ещё и много путешествовали. Идеальная паства.

Мужчина с громким звуком вернул кусок металла на место, а сам отодвинул второй, забираясь вперёд. Тот, что сидел внутри коробки и до этого чем-то щёлкнул, после чего та затряслась и зарычала. Прямо как маленький дракон. Только тут не было ни хвоста, ни головы, ни пламени. А ещё внутри чем-то воняло. Странный резкий запах, который казался абсолютно незнакомым.

Я постарался собраться с мыслями. Меня точно забросило в чужой и незнакомый мир. Даже если это будущее, то более понятным оно из-за этого не стало - всё дивно и непонятно.

А ещё здесь существовала магия. Как люди научились использовать божественную силу? Откуда она вообще у них взялась?

Самый простой ответ - они убили всех богов и теперь просто пользовались их мощью. Но в моей голове не укладывалось, как эти несчастные и короткоживущие создания могли одолеть даже кого-то из сыновей Марса, не говоря уже о старших богах. Да Юпитер превратил бы этот город в пепел за одно только намерение сделать что-то подобное.

Но магия явно присутствовала. И судя по тому, что они говорили о печатях, смертные использовали, как минимум, один из принципов божественного влияния на мир.

За мыслями, я сам не заметил, как коробка, утробно урча, сдвинулась с места. Было немного не по себе, но стоит признать - у смертных вышло неплохое средство передвижения. Я не совсем понимал, как оно работало, но коробка без устали ехала вперёд. Пожалуй, на такой можно было бы посоревноваться и с породистыми скакунами.

- Ты как там, студент?

Сидящий впереди смертный повернул ко мне голову и постарался сделать взгляд участливым.

- Извини, что вспылил. Но ты пойми, в обычную больницу вашему брату правда нельзя. Понимаешь ведь?

Судя по тону, он ждал ответа, так что я кивнул. Этого оказалось достаточно - смертный отвернулся, потеряв ко мне интерес.

А вот я почувствовал, как что-то потянулось к осколку моей “искры”. Не успел удивиться, как ощутил лёгкий толчок. Нечто втянулось в осколок моей божественной сущности и, трепыхнувшись, замерло внутри.

Я прислушался к своим ощущениям. На части, вроде бы, не разрывало, пламенем изнутри не жгло, отравы тоже не чувствовалось. Поразмыслив, я решил отнести это к делам, которыми займусь чуть позже. Скорее всего это вовсе была какая-то крошечная часть “искры”, которая просто притянулась к куску покрупнее.

Пока же я принялся разглядывать дома мимо которых мы следовали. Архитектура была непривычной. На римскую походила слабо, да и чем-то знакомым не казалась. Когда я последний раз заглядывал в гости на восток, тут вроде строили совсем по-другому.

А ещё в голове крутились жалкие обрывки мыслей старого владельца тела. Скорее, даже не мыслей - отдельные непонятные слова и странные образы. Я попробовал охватить их все и впитать в свой разум - информация, особенно бесплатная, никогда не бывает лишней. Но это получилось лишь отчасти. Хотя, моя память всё равно обогатилась каким-то количеством новых терминов, так что усилие точно не было напрасным.

В какой-то момент стальная коробка остановилась перед массивными воротами, а сидящий впереди смертный высунулся в окно.

- Городовой старшего оклада, Семён Воронцов. Привезли вашего студента. Возможно, ранен.

Я не видел никого, к кому тут можно было бы обращаться, но створки начали расходиться в разные стороны. Хотя к ним никто не подходил. Та самая магия?

Стальная коробка двигалась дальше, а я крутил головой и осматривался. Аккуратные ряды высокого кустарника, ровно высаженные группы деревьев, высокие и вытянутые в длину здания.

Мы проехали мимо нескольких построек и остановились около одной из них. Тот смертный, что назвался странным именем Семён, снова повернулся ко мне.

- Ну всё, студент. Сначала в общежитие, а потом тебя свои уже сами распределят, куда нужно.

Мне показалось или в его словах сейчас промелькнуло что-то похожее на извиняющиеся нотки?

Он выбрался наружу и снова распахнул дверь - о назначении куска металла, который впускал и выпускал людей, я уже догадался. У нас были похожие на некоторых колесницах.

Человеческая плоть уже пришла в относительную норму, так что я выбрался на твёрдую поверхность самостоятельно. А как только оказался там, городовой запрыгнул назад в стальную коробку и та немедленно рванула вперёд, издавая утробное рычание.

Я перевёл взгляд на дверь, около которой меня высадили. Идти, видимо, нужно было туда. Сейчас бы напитать плоть божественной силой, чтобы быть готовым на случай неприятностей. Но прошлый опыт подсказывал, что откат может быть весьма болезненным. Да и последствия предыдущего ещё не прошли - сложно сказать, как тело смертного отреагирует на повторение такого же приёма.

Поэтому я просто побрёл вверх по ступенькам, постепенно приближаясь к двери. Странно, что меня никто не встречал. Насколько я понимал, похищение и попытка принесения в жертву точно не были рядовым событием. Иначе розыском не занимались бы вигилы, которых здесь звали городовыми.

Когда мне оставалось пройти всего несколько шагов, дверь внезапно распахнулась и на пороге появился седой старик, на чьём лице была странная конструкция - два кругляша из тонкого металла, в которые вставлено стекло.

- Привезли, значит? А Петрушев где?

Я подавил рвущийся наружу ответ. Смертный был дерзок, но он считал, что говорит с таким же человеком. Не стоило его за это убивать.

Петрушев, видимо, был вторым счастливчиком, что попал под жертвенный нож сектантов. Опять же, странно, что вигилы никому ничего толком не объяснили. Если подумать, их поспешное исчезновение и вовсе напоминало обычное бегство.

- Тебе там язык отрезали?

Я посмотрел на смертного и заставил себя улыбнуться.

- Петрушеву не повезло. Он мёртв.

Прозвучало, вроде бы, вполне нормально. Но высохший и чуть сгорбленный старец почему-то скривился, как будто съел гнилую оливку.

- Тебя там головой ударили? Или может наложили что? Давай-ка я посмотрю.

Я даже не успел толком понять о чём он говорит, как седой смертный взмахнув правой рукой, складывая пальцы вместе. В воздухе тотчас сверкнула тонкая дуга, которая впилась в мою грудь.

Печать! Этот старый смертный наложил печать. Правда, использовал технику жестов, как сатиры или полубоги, но он вообще не должен был такого уметь. Это же обычный человек!

Я едва успел укрыть осколок “искры”, окутав его своей силой. Её были крохи, но и жалкий кусочек моей прежней мощи не требовал многого для маскировки.

Сам факт наличия силы я тоже постарался укрыть. Конечно, смертный не должен был её заметить, но раз он успешно использовал божественную печать - можно предположить всякое.

Секунд пять я стоял на месте, чувствуя жжение, к которому добавлялось странное чувство - как будто меня перетряхивали изнутри.

Наконец, печать на моей груди погасла, а следом за ней исчезла и дуга. Старик же поправил странную конструкцию у себя на носу и упёрся в меня взглядом.

- Ядра у тебя нестабильны, Афеев. Одни как кисель, другие наоборот, уплотнились. Странно. Если к утру не стабилизируется, лекарь посмотрит. Коли доживёшь. А теперь давай к себе. Отдохни.

Я молча преодолел ступени. А когда оказался около дверного проёма, невольно задержался - на обеих створках двери ярко полыхнули золотистые печати.

- Чего застыл? Иди давай. Имей только в виду, что на третьем этаже снова гулянка. Лучше обойди через четвёртый.

Мне очень хотелось спросить, как им досталась наша сила? А ещё лучше, припечатать этого смертного к стене и выдавить из него всё, что тот знает. Но он только что спокойно использовал на мне печать. Что означало один простой факт - как бы это грустно не звучало, в случае противостояния старик, скорее всего, меня размажет.

Поэтому я молча пошёл дальше. Небольшой холл с кабинкой справа, где виднелось заспанное лицо мордатого мужчины. И уходящие вверх ступени лестницы.

Как он там сказал? Третий этаж? И обойти через четвёртый, потому что на самом третьем идёт гулянка. Если я всё помнил правильно, это значит, что славяне выпивали. Опасности я в этом особой не видел, но старик, вроде, советовал вполне искренне.

Первую передышку пришлось сделать уже на втором этаже - тело смертного всё ещё не отошло от накачки моей силой и к концу пролёта практически полностью выдохлось.

Когда я оказался на третьем, то снова прислонился спиной к стене и втянул ртом воздух, морщась от боли в мышцах. Не стоило, наверное, усиливать всю плоть. Хватило бы и одних рук, которыми я мог бы перехватить нож. Хотя, результат того стоил - когда вспоминал лицо того сектанта, что пытался вонзить мне сталь в живот, так настроение сразу немного улучшалось.

Я оторвал спину от стены и собрался подниматься по ступеням дальше. Но тут из коридора донеслись чьи-то приглушённые голоса. А сразу после этого, что-то попробовало вырваться из моего осколка “искры” наружу. Да так, что я рухнул на пол, оказавшись на четвереньках.

Мозг отчаянно пытался понять, что происходит. Но через секунду его отвлёк насмешливый голос.

- Афеев? Вернулся всё ж? А Петрушева где забыл? Или его персы в рабство забрали? А тобой, как всегда, побрезговали?

Глава III

Стоять на четвереньках было неудобно. А ещё постыдно - не пристало вот так показывать свою слабость перед смертными.

Я попытался принять вертикальное положение, но осколок “искры” снова содрогнулся. То, что ворвалось в него по пути сюда, теперь пыталось выбраться наружу. А я даже не знал, что это такое.

- Мне нравится, что ты валяешься у нас в ногах, как и подобает смерду. Но тебе стоит отвечать, когда с тобой говорит высшее сословие. Или хочешь получить плетей?

На этот раз голос был женским. Звонким и наполненным весельем. Смерд? Так у них вроде бы звали личную прислугу. Или подневольных крестьян. Они сейчас попытались меня оскорбить? Если да, то у них вполне получилось.

Новая попытка подняться на ноги, привела к неожиданному результату. Во-первых, я едва не впаялся лицом прямо в пол. А во-вторых, то что рвалось наружу, сумело отделиться от “искры”. И повисло в воздухе, совсем рядом со мной.

- Ты наказан, смерд.

Мелькнувшая в воздухе тонкая нить зелёного цвета. И жгучая боль в районе правого плеча, которая охватила солидный кусок тела. Эта грязная куртизанка ударила меня печатью? Меня?! Меркурия!

Ярость придала сил - я рывком поднялся на ноги, уставившись на презренную женщину. Стоит признать, выглядела она не так погано, как большинство работниц борделей Рима. Обтягивающее декольтированное платье, висящее на шее колье, поблёскивающие глаза. И завитые кудряшками светлые волосы, что спускались по плечам.

Вот смертный, что стоял рядом, был уже не так хорош. Ниже её ростом, с узким лбом и выдающимися вперёд надбровными дугами. Сейчас он смотрел на меня с выражением, которое толковалось вполне однозначно - презрение, смешанное со злостью.

Печать, что наложила его спутница, исчезла, как и нить силы, что её питала. А парень махнул рукой.

- Думаю, ему нужно что-то посильнее, Софочка. А я давно хотел опробовать одну родовую печать.

В том, что он сейчас ударит, сомнений у меня не было. И далеко не факт, что потрёпанная смертная плоть, в которой я оказался заключён, это выдержит.

Оставался только один вопрос - что делать? Я ещё не разобрался со своими возможностями. В голове крутились варианты божественных печатей, но все они были слишком масштабными. Лишить удачи торговый караван, ударить по торговле в целом городе, добавить сообразительности ворам, что возносили мне хвалу, отвести глаза разбойников и солдат от путников на тракте. И это лишь самые слабые, что приходили на ум. Хотя сейчас я бы сгорел от одной попытки их применить.

Взгляд сместился в сторону фигуры, что вырвалась из осколка “искры”. Что-то похожее на ястреба, только сотканного из призрачной энергии. Наверное сидел на крыше того здания, когда моя сила вошла в этот мир. Саму птицу, скорее всего, спалило, а жизненная сущность оказалась привязана к моей “искре”. Правда, процесс завершился слишком поздно, так что ему пришлось догонять.

Сверкнула дуга - не такая мощная, как у старца на крыльце, но куда толще, чем нить силы презренной куртизанки. И засияла печать, которую он, рисуясь, поставил прямо в центре моей груди.

На этот раз, это была не просто боль. Он буквально высасывал жизненные силы моей оболочки. И делал это весьма быстро.

Будь он из свиты Марса, я бы пожалуй похвалил парня. Вот только мы были не на Парнасе и даже не в Риме. Где-то далеко к востоку от него. И этот заносчивый уродливый человечишко вытягивал именно мои жизненные силы.

Через секунду я внезапно почувствовал злость. Не свою - чужую. Внутри меня тоже бушевала ярость, но конкретно эта шла откуда-то извне.

Ястреб? Призрачная птица злилась из-за атаки на меня? Я снова глянул на её воплощение и только сейчас увидел совсем тонкую, едва заметную нить, что была протянута между нами.

Попробовал мысленно отдать ястребу команду и тот внезапно сдвинулся со своего места. А что будет, если попробовать использовать его для нападения?

Тело смертного, в котором я оказался, мелко трясло из-за оттока жизненной энергии, а конечности постепенно холодели. Поэтому долго я не раздумывал.

Отдав первую команду, бросил ястреба вниз - прямо под платье девушки. А потом попробовал на момент его материализовать. Не всего, а только клюв и когти. Но этого хватило - лестницу моментально заполнил дикий визг грязной блудницы, которая бросилась в сторону.

Её спутник моментально прервал атаку и непонимающе повернулся к ней.

- Ты чего? Что случилось?

Та, не прекращая визжать, с трудом закатала разованный подол узкого платья, обнажая исцарапанные ястребом бёдра. Птица неплохо поработала - щедро прошлась когтями по внутренней поверхности ног. А вон то небольшое пятно крови, что расплывалось на кружевном белье, скорее всего след от удара клювом в лобок. К этому добавлялось ещё и несколько разрывов на платье.

Само призрачное создание висело в воздухе, прямо над головой второго смертного. Вполне прозрачно намекало на то, что пришло время ударить и по другому противнику.

В момент, когда девушка опустила голову, стараясь разглядеть свои раны, я именно так и сделал. На момент материализовавшиеся когти птицы пропахали левую щёку дерзкого смертного и тот заорал от неожиданности. Правда повёл себя совсем иначе - прижался спиной к стене и поднял правую руку, сложив пальцы в щепоть и озираясь по сторонам.

В следующее мгновение по лестнице взлетел тот самый старец, что встречал меня на крыльце. С такой скоростью, как будто был молодым Геркулесом, в его лучшие годы. Когда тот ещё не спился и не принялся ради забавы гонять по городу стражу.

Сначала старик внимательно оглядел куртизанку. Потом громко цокнул языком и повернулся к смертному, на щеке которого виднелись глубокие царапины.

- Что у вас происходит, Измайлов?

Тот отреагировал далеко не сразу - продолжал водить взглядом по сторонам, ожидая повторного нападения. Зря он так. Потому как меня озарила неплохая идея, после которой я немедленно включился в игру.

- Я поднимался по лестнице, когда увидел, как Измайлов домогается этой несчастной. Он уже порвал ей платье и лез между ног. Когда увидел меня, то сказал, что убьёт и ударил родовой печатью. Красной такой. Хотел высосать жизнь. И продолжил приставать. Видите, она ему всю щёку расцарапала. А он с ней что сделал? Вы посмотрите внимательнее.

Старичок громко цокнул языком и уставился на лобок куртизанки, прикрытый прозрачной тканью. Та ойкнула и поспешно опустила платье, закрываясь от чужого взгляда. А через мгновение в себя пришёл смертный, что пытался прикончить мою новую оболочку.

- Артур Григорьевич, он лжёт! Мы целовались в коридоре, а этот смерд хотел подсмотреть! И мы его немного наказали. На этом всё.

Старец повернулся к парню. Потом чуть сдвинулся с места, приблизившись к нему. И за какие-то доли секунды преобразился. Вместо высохшего и сгорбленного старика, рядом со мной стоял грозный и наполненный силой воин, что сверлил взглядом незадачливого смертного.

- Ты, должно быть, крепко выпил, Измайлов. Потому что другого объяснения твоему бреду я не вижу. Сначала один говорит, что ты напал на Ростовцеву. А теперь ты сам признаёшься, что с ней целовался. С той, что уже давно обручена и обещана другому.

Жалкий червяк вжался в стену и широко открытыми глазами уставился на старца, беспомощно открывая и закрывая рот. Тот же продолжил.

- Так что здесь произошло, Измайлов? Попытка изнасилования? Адюльтер? Недопонимание?

Не знаю зачем, но он отчаянно пытался вытащить этого жалкого червяка из ситуации, в которой тот оказался. Хотя, если подумать, то Афеев получил только предупреждение о гулянке на третьем этаже. Тогда как после вопля этой презренной распутницы, старик моментально примчался сюда, чтобы разобраться.

- Недопонимание, профессор. Мы случайно столкнулись и увидели этого смерда.

Голос Измайлова дрожал, а вот мужчина придвинулся ещё чуть ближе и пространство вокруг вдруг затопило холодом. Юноша икнул и, глянув на меня, поправился.

- Студента Афеева, конечно же. Он был на полу и мы решили ему помочь. Больше ничего не было.

Сверлящий его взглядом седой воин, которого тот назвал профессором, кивнул. Значит, это один из учителей. Который по какой-то причине лично меня встречал.

- А откуда царапины на твоей щеке и кровь в интимных местах Ростовцевой?

Парень покосился на девушку и шумно сглотнул слюну. Ненадолго задумался. Видимо понимал, что версия “что-то невидимое резануло меня по лицу”, будет выглядеть не слишком убедительно.

Наконец, выдал ответ.

- Мы компанией отмечали успешное начало обучения и я проиграл в карты желание. Пришлось подставить щёку под удар, профессор. Что до крови в интимных местах студентки Ростовцевой, не имею представления о чём идёт речь. Откуда мне знать?

Старец сразу же развернулся в сторону девушки и та принялась торопливо оправдываться.

- Я просто неудачно села на стул. Всё в полном порядке. А кричала от грусти. Такое красивое платье и теперь испорчено.

Ещё секунда и с профессором произошла обратная метаморфоза. Сейчас на лестничной площадке снова стоял тот самый сухонький старичок с непонятным приспособлением на глазах.

Чуть сгорбившись, отступил назад и развёл руками.

- Случайности случаются. Думаю, теперь вам лучше разойтись по своим комнатам. Звук отбой уже давно прозвучал, не стоит нарушать правила университета.

Степенно заложил руки за спину и развернулся лицом к ступенькам. Но сделав всего один шаг к ним, задержался и повернул голову ко мне.

- Красная, значит. Думаю скоро мы с вами увидимся на индивидуальном занятии, Афеев.

Не дав мне ответить, сразу же двинулся вниз по ступеням. А вот на лице Измайлова отразилось плохо скрываемое злорадство. Дождавшись, пока профессор спустится на пролёт вниз, парень тихо прошипел.

- Конец тебе, пентюх! У Корсакова каждый второй подыхает.

От висящего рядом с ним призрачного ястреба, до меня добралась вспышка ярости. Если я верно понял мыслеобраз, который он мне передал, птица предлагала разорвать наглецу глотку. Будь на моём месте Марс, он бы наверняка согласился. Хотя, нет. Боюсь, мой яростный брат вообще не добрался до этого места. Он наверняка попытался бы убить городовых. Более того, скорее всего благополучно провернул это и сейчас скитался бы по чужим улицам, обагрённый кровью.

Но я Меркурий. А значит поступлю иначе.

- На твоём месте, я бы задался вопросом о том, кем становятся те, кто выживает? И насколько жестоко они потом мстят своим врагам?

Тот уже открыл рот, чтобы выплюнуть новую порцию слов, но мои фразы заставили его осечься. Чуть поменявшись в лице, с каким-то странным выражением уставился на меня. Я же, наконец заставил слабую плоть двигаться и прошёл мимо него в полутёмный коридор.

Когда уже оказался там, за спиной послышался громкий шёпот Ростовцевой.

- Ты совсем идиот? Не слышал, что он сказал про цвет? Афеев видел расцветку твоей печати. Понимаешь, что это значит?

С этим я, похоже, прокололся. Хотел придать дополнительного веса своим словам, но на деле лишь попал в поле зрения одного из местных учителей.

Замедлив шаг, я отправил вперёд призрачного ястреба. Тот промчался на несколько десятков шагов дальше и быстро вернулся, зависнув в воздухе рядом со мной. А по связывающей нас нити силы пришла мысль о том, что врага не обнаружено.

Божественный спутник, возникший волей случая - такое бывало и раньше. Но если подумать, подобные ситуации можно пересчитать по пальцам одной руки. Этот же ещё и успел спасти мою жизнь.

Я на ходу повернул к нему голову. Стоило придумать ему имя. Только вот какое? На ум пришли пропавшие сандалии и я сразу же определился.

- Будешь Сандалом. Не самое плохое имя, согласись?

На мой тихий шёпот ястреб никак не отреагировал, продолжив тихо двигаться рядом. А спустя пару десятков шагов, я снова отправил его вперёд, разведать обстановку. На этот раз там виднелось что-то вроде освещённого холла, а снова сталкиваться с людьми в мои планы никак не входило.

Впрочем, там никого не оказалось. Если тут и отдыхали студенты, то шум и крики в районе лестницы заставили их разойтись.

Оставалась ещё одна проблема - я не понимал, куда идти дальше? Судя по всему, смертный жил на этом этаже. Но где именно? Дверей вокруг была масса и его комната могла оказаться за любой из них.

Решение оказалось неожиданно простым - когда я в очередной раз задумался о том, как бы отыскать место, где жил бедолага Афеев, Сандал внезапно устремился вперёд.

Через какое-то время от него поступил сигнал узнавания, а потом ястреб вернулся и начал настойчиво передавать мысль о том, чтобы я следовал за ним.

Интересно, как у него сформировалось сознание? Обрёл разум за счёт божественной силы? Или отголоски ритуала и сила Юпитера притянули чью- то душу, запихнув её в этот сгусток моей мощи, что обрёл форму призрачной птицы?

Когда я добрался до нужной двери, то внезапно обнаружил, что та заперта. К счастью, в кармане штанов нашёлся ключ и через пару секунд я оказался внутри.

Переступив порог, закрыл за собой дверь и осмотрелся. Крохотная комната, половину пространства которой занимали книги. Ими был полностью забит небольшой шкаф, стоящий около правой стены, плюс целые стопки лежали на полу. Основную массу оставшегося места занимали стол и кровать с комодом. Свободным оставался только узкий проход по центру комнаты.

Больше походило на жилище какого-то нищего плебея, чем на место, где жил студент. Хотя, кто знает, какие порядки у этих восточных варваров? Возможно, тут у каждого такой крохотный объём пространства для личных нужд. В конце концов, они даже нормальной одежды никогда не носили. Штаны да рубахи. Ни тебе туники, ни тоги.

Тело настойчиво требовало отдыха, но я решил, что для начала стоит изучить всё, что находится внутри комнаты. Информация - самый ценный товар в мире. А в моём случае она имела особенно критическое значение. Тем более, сейчас мне даже не надо было её воровать. Всё, что требовалось - потратить немного времени.

Отправив Сандала сторожить дверь, я принялся разгребать вещи, что лежали на столе. Тетради с записями, странное самопишущее перо, для которого не нужны чернила. Десяток разнообразных книг.

Ради интереса открыл одну и понял, что могу вполне свободно читать. Язык отличался, но не настолько, чтобы совсем ничего не понимать.

Ещё одна вещь, которая меня удивила - светильник. Металлическая конструкция стояла на углу стола и сначала показалась мне то ли странным украшением, то ли ритуальным предметом. Но стоило надавить на выпуклость в её основании, как комнату залил неяркий свет. Как быстро выяснилось, освещение можно было легко включать и выключать, а силу этой странной установке, скорее всего, давал трос, что тянулся к стене.

Находка была крайне интересная, но разобраться в её детальном устройстве я решил чуть позже. А пока же продолжил осматриваться.

В одном из ящиков стола нашлось и что-то вроде документа. Небольшая красная книжечка из плотной бумаги, внутри которой был чёрно-белый портрет моей оболочки и его фамилия. Василий Алексеевич Афеев, студент университета имени Оболенского. Второй курс.

Засунув документ в карман, я исследовал всю оставшуюся комнату, но больше не обнаружил ничего интересного. В комоде было немного одежды и белья, шкаф не содержал ничего, кроме книг, а больше в комнате ничего, по сути, и не было.

Закончив с общим исследованием, я переключился на работу с книгами. В основном здесь были учебники, но и среди них отыскалось что-то полезное - в первую очередь работы по истории и точным наукам. Мне нужно было понять, в какой стране я оказался и как стоит выстраивать своё поведение. А ещё следовало изучить хотя бы терминологию мер измерения. Боюсь, в противном случае, завтра мне не избежать конфуза. Внимание одного из местных патрициев я уже и так привлёк.

Втянулся я быстро - поглощал информацию, страницу за страницей, укладывая её в голове. Оторвался от чтения, только когда понял, что Сандал один за другим шлёт мне тревожные сигналы, которые уже превратились в настоящий поток.

Подняв голову, внезапно осознал, что за окном рассвет - уже наступило утро. А потом раздался громкий стук в дверь.

- Афеев, просыпайся! Следователь приехал. Требует тебя к себе.

Глава IV

Сначала я подавил глухое раздражение. В конце концов, этот смертный обращался не к Меркурию, а к студенту Афееву. Который, на фоне остальных, ничем особенным до этого момента не выделялся. Сейчас мне стоило вести себя так, как будто нахожусь в теле очередного аватара. Просто спустился на землю, чтобы развеяться и посмотреть, как живут люди. Главное не забывать, что в этот раз смерть оболочки окажется конечной и для меня. Крохотный осколок “искры” точно ничем не поможет.

- Иду. Подожди секунду.

Поднявшись с кровати, я потянулся и размял мышцы. Оглянулся на окно. Пожалуй, пару часов стоило отдохнуть - слабая человеческая плоть плохо переносила высокие нагрузки. Но зато я узнал немало нового и теперь чувствовал себя куда как увереннее.

Открыв дверь, я обнаружил за ней крепкого парня в форменной одежде, который с некоторым удивлением осмотрел меня.

- Э-э-э… Ты не переодевался что-ли? Афеев, какого беса? Надень уже что-то чистое и пошли. Сколько мне ждать?

Молча захлопнув дверь, я остановил ястреба, что рвался выколоть наглецу глаза, а потом вспороть брюхо. После чего критично оглядел себя. Действительно, с таким внешним видом в приличном обществе лучше не показываться.

В комоде нашёлся комплект точно такой же форменной одежды, как у парня в коридоре. Судя по тому, что размер подошёл практически идеально, он изначально принадлежал предыдущему владельцу этой оболочки.

Вновь распахнув дверь, я уверенно шагнул в коридор, остановившись рядом с явившимся провожатым. Тот же заглянул внутрь комнаты и удивлённо вздохнул.

- Снова всю ночь читал? И это после того, как тебя едва не принесли в жертву?

Я промолчал. Не объяснять же ему, что было необходимо немного погрузиться в реалии этого мира и понять, где именно я нахожусь.

Не дождавшись моей реакции, парень пошёл по коридору и я последовал за ним, на ходу прокручивая в голове всё, что узнал за прошедшую ночь.

Факт отсутствия на карте Римской империи стал для меня настоящим шоком. В этом мире Рим рухнул под натиском варваров больше, чем полторы тысячи лет назад. И насколько я понимал, никого из нас в тот момент уже не было рядом, чтобы дать отпор рвущимся в Вечный город любителям наживы.

Боги в их истории вовсе не упоминались. Только в качестве мифологических существ, которые, якобы, были придуманы самими людьми.

Зато отлично прослеживалась параллель с появлением магии. Первые известные маги вышли на страницы исторических книг ещё в то время, когда Рим существовал. И как я предполагал, приблизительно в тот же период пали все мои братья и сёстры.

Почему я так считал? Всё очень просто - для управления своей магической силой люди использовали те же самые инструменты, что были в нашем арсенале. Божественные печати, божественный алфавит, божественное песнопение - они позаимствовали всё это, адаптировав на свой лад.

Всё те же самые печати, руны и словесные заклинания - три столпа магии, на которых было выстроен весь их мир.

Правда, лет пятьсот назад, что-то пошло не так. Не знаю, что сделали эти идиоты, но именно тогда появились первые “пробои”. Дыры в пространстве, из которых лезли разнообразные чудовища. Детальной классификации я не нашёл, но, возможно, моя догадка с Тартаром, была не такой уж неверной.

Обычно “пробой” выглядел как дыра в земле, из которой карабкались монстры. Первые оказались совсем крохотными и с появляющимся оттуда противником было легко справиться. Тогда же появились и те, кто отвечал за закрытие пробоин, связывающих этот мир с каким-то другим. Те самые Хранители, о которых говорила моя последовательница.

По мере того, как рос масштаб “пробоев”, увеличивался и авторитет Хранителей. Сейчас они представляли собой влиятельных людей, с которыми считались в обществе.

Ещё один интересный момент - если “пробой” не удавалось закрыть, то он превращался в “гнездо”. Территорию, которую полностью контролировали выбравшиеся оттуда монстры. А люди, которым не повезло на ней остаться, видоизменялись, становясь похожими на них. В таком случае, Хранители лишь пытались сдержать натиск, выставляя вокруг что-то вроде барьера.

При первой возможности, мне нужно было добраться до “пробоя” и взглянуть на всё своими глазами. А ещё было бы неплохо пообщаться с одним из Хранителей. В идеале, вовсе допросить его. Эти люди точно должны что-то знать о судьбе богов этого мира. Правда, перед этим стоило отыскать хотя бы несколько осколков “искры” и усилить смертную плоть настолько, чтобы она без проблем выдержала их мощь.

Идущий впереди парень снова остановился, отвечая на вопрос очередного подошедшего студента. Если изначально я посчитал, что это какой-то служащий или приятель Афеева, то теперь понимал, что ошибся. Скорее всего, неизвестный был старостой группы, где училась моя оболочка. От того и занимался судьбой подопечного студента.

Ястреб послал мне гневный импульс и внезапно нырнул вправо, уйдя прямо в стену. Как оказалось, призрачная птица была способна на определённые самостоятельные действия.

Ещё мгновение и перед глазами появилась картинка, которую, видимо, прямо сейчас наблюдали глаза Сандала. Миловидная блондинка пыталась в одиночку застегнуть корсет. Процесс, само собой, шёл не очень ловко - застёжки скользили в её пальцах, из-за чего бельё сползало, а грудь выпадала наружу.

Но моё внимание привлекли не обнажённые прелести человеческой женщины, а лежащая на столе записка. Небольшой, я бы сказал, совсем крохотный конверт, на котором виднелась печать. Возможно, я ошибался, но единственной причиной ставить такую на послание, было желание скрыть его содержание от посторонних глаз. Стоило чужому человеку вскрыть этот конверт, как бумага внутри рассыпалась бы в прах. Либо, в более изящном варианте, изменилось бы содержание текста.

Я не знал, что в этом конверте и насколько он важен, но упускать случай было бы глупо. Поэтому я отдал Сандалу команду приблизиться к записке, после чего тот материализовал кончик одного когтя и вылетел вместе с ней в окно.

Местом для укрытия похищенного я выбрал крону высокого дерева, что росло рядом со зданием. Сомневаюсь, что туда полезет кто-то из студентов, а вот ястреб при необходимости быстро принесёт мне конверт.

Спустившись на два лестничных пролёта, мы снова оказались на первом этаже, где парень указал мне на дверь, что была расположена недалеко от входа.

- Тебе сюда. Как договоришь - иди на занятия. Первое, наверное, придётся пропустить, но это не страшно. Преподаватели уже в курсе.

Выпалив всё это, он сразу же умчался назад. На судьбу Афеева этому парню явно было плевать. Как только выполнил стоявшую перед ним задачу, то сразу потерял к студенту интерес. Хотя сейчас это, скорее, было мне на руку. Точно лучше, чем если бы моя оболочка оказалась популярной фигурой, что постоянно находится в центре внимания.

Первым я снова пустил вперёд Сандала. Раз выяснилось, что он может делиться со мной увиденным, было бы глупо это не использовать.

За дверью оказался небольшой скромно обставленный кабинет. Стол, пара стульев, пустой старый шкаф. И сидящий за столом мужчина, который отбивал пальцами ритм на столешнице. Перед ним лежала закрытая папка с бумагами, в которую я бы не отказался заглянуть. Но способа сделать это так, чтобы не переполошить следователя, я не видел. А открывать её самостоятельно он не спешил.

Поэтому я шагнул вперёд и открыв дверь, зашёл внутрь. Мужчина сразу же поднял глаза, присматриваясь к моему лицу. Я же опустился на второй стул, что стоял с другой стороны стола, и тоже уставился на него.

Тот на момент отвёл глаза в сторону, после чего начал говорить.

- Судебный следователь, Василий Ефимов. Как вы понимаете, мне нужно взять у вас показания о событиях прошлой ночи.

Судя по выражению лица, он ждал какого-то ответа, но я лишь молча кивнул. Чем меньше местные услышат от меня слов, тем лучше. Не хотелось бы вызвать подозрения из-за банальной оговорки.

Ещё чуть подождав, мужчина продолжил.

- Мы же с вами тёзки, Афеев. Давайте не будем всё усложнять. Рапорты городовых я уже прочитал. Только вот мне с трудом верится, что всё было именно так. Уверенные в себе сектанты, которые смогли похитить двух жертв и убить одну из них, внезапно ссорятся из-за судьбы второй. Да не просто ругаются, а затевают потасовку, в которой один из них гибнет.

На тот момент в мою голову не пришло ничего лучшего. Но этот мужчина прав - версия выглядела не до конца убедительной. На городовых, которые появились на месте событий по горячим следам, она сработала. А человеку, который профессионально занимается подобными делами, само собой, показалась подозрительной.

Определившись, я решил использовать старый, как мир аргумент. Даже сразу два.

- Они же не только из-за меня схлестнулись. Мне вообще показалось, что это только повод был.

В его глазах блеснул интерес и Ефимов чуть подался ко мне.

- И почему же всё произошло на самом деле?

Я чуть подождал, сделав вид, что старательно вспоминаю недавние события.

- Один упомянул какую-то девушку. Тот, что толстый. Говорил, что второй её у него увёл. Или что-то в таком духе. Я, знаете, дословно всё не запомнил, тогда не до того было.

Короткая пауза, во время которой я старательно морщил лоб.

- А тот, что был поглавнее, принялся на него кричать. Говорил, что толстый ему должен и, мол, пусть будет благодарен, что с него этот долг не спрашивают. По поводу девушки сказал, что она просто предпочла быть с настоящим мужчиной, а не с размазнёй.

Василий медленно кивнул. Задумчиво глянул на папку, что лежала на столе. Видимо, прикидывал в голове достоверность свежих данных. Но даже если эта версия покажется ему не полностью убедительной, она точно лучше прежней.

Женщины и деньги всегда были самыми мощными мотиваторами для мужского пола. А ещё власть, которая тоже оказалась вплетена в это несложное уравнение. Потому что если посмотреть на рассказанную историю под определённым углом, то именно из-за своего социального статуса и схватилась та парочка смертных.

- Хотите сказать, они поспорили из-за девушки и какого-то долга, после чего один убил второго. А дальше на самом деле споткнулся и упал так, что проломил себе голову.

Я снова кивнул, а следователь продолжил.

- А кто тебя тогда освободил? В рапорте указано, что городовые обнаружили тебя развязанным. Но ни слова о том, кто именно это сделал.

Удерживая на лице полностью невозмутимое выражение, я пожал плечами.

- Так тот самый толстый и освободил. Он ведь сначала не понял, что убил второго. Только потом дошло. Я пока руки и ноги растирал, он как раз тело осмотрел, да к выходу кинулся.

Ефимов неожиданно усмехается.

- Только немного не добежал, да? Ну хорошо. Предположим, всё так и было. Похитители погибли, предварительно вас освободив. А вы абсолютно не использовали магию, чтобы спасти свою жизнь. Но скажите мне, а не было там кого-то ещё? Третьего похитителя?

Я сделал максимально непонимающее лицо и пожал плечами.

- Откуда? Будь там третий, он бы тоже влез в схватку. И я не смог бы спокойно сидеть и ждать городовых.

Тот чуть-чуть наклонил голову, как будто имитируя согласный кивок. А потом открыл папку, что лежала перед ним на столе.

- Вот, посмотрите. Здесь у нас имеются показания свидетеля, который видел, как трое неизвестных вели двух связанных людей. Именно он обратился к городовым и направил их по вашему следу. Никаких резонов для лжи у этого человека нет.

Значит, всю эту компанию видели. А следователь элементарно подловил меня на нестыковке.

- Честно говоря, я плохо помню, как попал туда. Но уверен, что в помещении не было третьего человека. А если он всё же присутствовал, то молча сидел вне поля моего зрения. Уйдя ещё до начала конфликта между теми двумя, чьи тела там обнаружили городовые.

Следователь ещё какое-то время посверлил меня взглядом. Грустно вздохнул.

- Раз вы так говорите, значит, скорее всего, так и было, правильно? В конце концов, вы ведь тут жертва, а не наоборот.

Последние слова прозвучали со странной интонацией. Как будто он то ли на что-то намекал, то ли откровенно издевался. Сандал, что сейчас висел около его головы, придвинулся чуть ближе и с намёком махнул клювом около виска мужчины. Временами мой спутник больше напоминал мне одного из членов свиты Марса - такой же быстрый на расправу и жаждущий чужой крови.

Ястреб уловил мою мысль и отправив в ответ чувство возмущения, заложил крутой вираж, зависнув над головой следователя.

Сам мужчина достал из папки лист бумаги и принялся в него что-то быстро записывать. Уже через пару минут закончил и пододвинул бумагу ко мне.

- Подпишите, Афеев. И можете возвращаться к занятиям.

Я забрал у него ручку и пробежал глазами текст. Как оказалось, он просто описал мой рассказ. И, видимо, теперь предлагал завизировать его, чтобы подтвердить с моей стороны.

Как именно выглядела подпись смертного владельца этой оболочки я не знал. Поэтому изобразил что-то полностью непонятное. Если по этому поводу вдруг возникнут вопросы, всегда можно списать на волнение и стресс из-за случившегося.

Забрав лист бумаги, Ефимов кивнул на дверь.

- Идите, Афеев. С вами мы уже закончили.

В его словах снова прозвучал какой-то намёк. Как будто мужчина пытался сказать, что со мной-то он может и закончил, но вот с кем-то ещё ему только предстоит разобраться.

Впрочем, пытаться что-то прояснить точно не стало бы умным решением, поэтому я молча встал из-за стола и через несколько секунд уже стоял в коридоре.

Стоило мне направиться к лестнице, как из кабинки показалась морда того самого мужчины, что был здесь вчера вместе с Корсаковым.

- Ты какого лешего тут бродишь? На занятия, быстро!

Ястреб недовольно сделал круг над черепом смертного, а я уточнил.

- Какие именно занятия?

Вопрос был логичным - в комнате самого Афеева не было никаких указаний на то, куда и зачем идти.

Мужчина уставился на меня, как на полного идиота. Потом махнул рукой в сторону лестницы.

- На четвёртом этаже, около перехода висит расписание. Если совсем память отшибло, можешь там глянуть. А теперь иди отсюда, пока с меня денег из-за тебя не содрали.

Почему из-за моего присутствия с него могли взыскать деньги, я не слишком понимал. Но опасение на лице этого сторожа было вполне искренним - видимо, не врал.

Пока я поднимался по лестнице на четвёртый этаж, попытался ещё раз прогнать в голове все божественные печати и символы алфавита. Мы уже давно перестали использовать эти инструменты и в памяти сохранилось далеко не всё. А из того, что удалось вспомнить, применить я, пожалуй, мог только одну единственную печать. Ту самую, что мы чаще всего использовали для шуток. Но то, что было чуть неприятной проказой для бога, в случае со смертным, могло стать смертельным оружием.

А чуть позже, в голову пришла мысль ещё об одной. В качестве обычного оружия она бы не подошла, но зато могла оказаться полезной в массе других ситуаций.

Вот с алфавитом было сложнее. Никогда не увлекался этим видом управления силой. Поэтому и в памяти имелось не так много. Впрочем, это если говорить о божественных символах. Те, которые применялись героями или теми же сатирами, я помнил хорошо. Мои аватары проводили среди них немало времени, щедро впитывая знания.

Переход на четвёртом этаже действительно обнаружился. Подвешенный в воздухе тоннель, который тянулся к следующему зданию. А рядом имелось и расписание - большой лист бумаги, что был приколочен к деревянной доске.

Со структурой разбивки студентов я разобрался относительно быстро. Они все были поделены на группы, для каждой из которых был свой перечень занятий. Проблема заключалась в том, что я не имел никакого представления, в какую из них входил Афеев.

Пока я стоял и раздумывал, как поступить, сзади послышались весёлые женские голоса. Оглянувшись, я увидел двоих подходящих девушек, которые перешучивались между собой.

Замедлившись, обе перевели взгляды на меня.

- Снова не помнишь, куда идти?

- Забыл свои учебники, Афеев?

- Так страшно, что тебя снова похитят?

- Ты не бойся, видишь, даже психи такого калеку пожалели.

Они попеременно выдавали фразу за фразой, а потом одна из девушек внезапно сложила пальцы в щепоть и я увидел мелькнувшую в воздухе жёлтую дугу.

Глава V

Печать эта смертная поставила мне прямо на живот. Отпечаток силы был слабым и едва видимым, но вот давление на свой мочевой пузырь я почувствовал сразу же. Эта плебейская дочь собиралась опозорить бедолагу Афеева, заставив его непроизвольно намочить штаны?

Ответ сложился в голове практически сразу - я напитал соответствующий орган божественной мощью, буквально окружив его щитом и компенсировав внешнее воздействие. Этого оказалось более чем достаточно - атака не прошла.

На лице русоволосой девушки, одетой в лёгкое летнее платье, появилось искреннее недоумение.

- Что с тобой не так, Афеев? Обезвоживание?

Я посмотрел ей в глаза и усмехнулся. А потом использовал вторую из тех печатей, что до этого счёл пригодными для использования. Она и правда не подходила для открытой схватки. Зато представляла собой оружие иного рода - каждый попавший под её воздействие, говорил исключительно правду в своих трёх следующих высказываниях.

Печать не относилась к числу божественных - так чаще всего развлекалась свита Вакха, подкалывая друг друга. Порой они использовали её на ком-то из знати, когда те выступали перед аудиторией. Было смешно наблюдать, как патриций, который только что говорил о чести и достоинстве, внезапно начинал рассказывать правду. Что он занял должность ради того, чтобы насолить двоюродному брату и помочь с деньгами семье жены.

Теперь же, светло-синяя печать красовалась на правой щеке самой девушки. А я задал вопрос.

- Зачем ты это делаешь? Почему пытаешься унизить других?

Стоящая напротив студентка прищурилась и ещё раз повела в воздухе рукой, чьи пальцы были сложены щепотью. На моём животе возникла вторая жёлтая печать, тогда как сама девушка начала говорить.

- Мои родители уже год как спят в разных спальнях. На меня им плевать. Я как-то раз напилась и переспала с лакеем, но никто даже не заметил! Иногда мне кажется, что им нет никакой разницы, как я живу и чем занимаюсь!

Выпалив эти слова, она в буквальном смысле слова зажала себе рот руками. А обе печати на моём животе растворилась - сейчас у неё не хватало концентрации, чтобы поддерживать даже такое слабое воздействие.

Её подруга, с лица которой уже пропала улыбка, сделала шаг влево, отстраняясь от девушки.

- Ты же говорила, что девственница? И про родителей я первый раз слышу. Почему? Мы же подруги.

Та повернула к ней голову и убрав от губ руку, попыталась улыбнуться. Правда, озвучила явно совсем не то, что собиралась изначально.

- Если тебе рассказать, ты ведь сразу растреплешь всем на факультете. Не хочу, чтобы у меня за спиной шептались. Девственность я ещё давно потеряла. С твоим двоюродным братом. И какие мы подруги? Ты со мной общаешься, только потому что у отца есть связи в Третьем отделении!

Что такое Третье отделение я не знал. Зато смысл всего остального понял прекрасно. Как и вторая девушка, что сейчас сделала ещё один шаг назад и потрясённо смотрела на свою подругу. Судя по выражению лица, она пока не представляла, как ей реагировать на услышанное.

А я решил воспользоваться третьим вопросом, чтобы получить важную для себя информацию.

- В какой я группе?

Шатенка перевела на меня ошарашенный взгляд и смотря округлившимися глазами, ответила.

- В одиннадцатой.

Потом сразу же глянула на подругу.

- Не знаю, что на меня нашло, Лид. Извини, оно само как-то вырвалось.

Я развернулся к расписанию и нашёл нужную группу. А боковым зрением наблюдал за девушками.

- Вырвалось? Да ты вечно своё Третье отделение через слово вспоминаешь, как будто гордиться больше нечем. Забыла, из какого я рода? То, что у родителей временные проблемы, не значит, что я буду прогибаться под какую-то дурочку, только потому что у неё отец носит погоны нужного цвета!

Раскрасневшаяся девушка яростно выдохнула воздух и отбросила пальцами длинную прядь чёрных волос, которая упала на лицо. Сразу же продолжила.

- Ты ещё и с братом моим переспала! Когда, интересно знать? И с каким именно? Они оба на тебя глазели. Хотя нет, не говори. Детали твоей шлюшьей жизни меня уже не интересуют!

Договорив, отвернулась и, не глядя по сторонам, устремилась в тот самый переход, около входа в который всё это происходило. Я же бросил взгляд на шатенку, что пыталась опозорить Афеева, а в итоге сама получила печать правды.

Изначально я собирался сразу уйти, но сейчас подумал, что настал неплохой момент для налаживания контакта. Мне всё ещё была нужна информация. И проводники влияния. Люди, которых можно использовать для тех или иных задач. А ошеломлённая и шокированная девушка, явно была уязвима. Стояла и озиралась по сторонам, часто моргая глазами. Думаю, она сама не поняла, что произошло - печать срабатывала так, что вызывала острое желание озвучить абсолютную правду, которое казалось проявлением твоих внутренних чувств.

Меня же заподозрить в случившемся было сложно - эти варвары применяли печати, используя жестикуляцию. Даже вчерашний Корсаковский махнул рукой, чтобы продиагностировать моё состояние. Хотя он точно был на порядок сильнее и опытнее любого из студентов. Тогда как я за время нашей утончённой светской беседы, ни разу не шевельнул пальцами.

Я подошёл на пару шагов ближе к шатенке и осторожно поинтересовался.

- Ты как? В норме?

Та повернула в мою сторону искривлённое гримасой лицо.

- Она же теперь всем расскажет. Растреплет, что я спала с её братом. Эта сука такого не упустит.

Кивнув ей, сразу же забросил крючок.

- Но ведь на её слова всегда можно ответить своими.

Та непонимающе хлопнула ресницами.

- Какой смысл? Понятно, что я буду всё отрицать. Но кто мне поверит? Лидия всем проедется по ушам, какая я великосветская блудница. Хотя сама только плеву свою и бережёт. А в остальных отверстиях побывала уже половина Петербурга!

В конце голос девушки сорвался на крик. Я же перешёл к более прямолинейным действиям.

- Не обязательно уходить в глухую защиту. Можно атаковать. Тем более, у тебя есть один потенциальный свидетель.

Вот теперь её лицо стало задумчивым. А потом в глазах блеснула надежда. Девушка порывисто шагнула вперёд и, схватив меня за руку, приблизила лицо почти вплотную.

- Ты мне поможешь? Правда?

На её месте, я бы сейчас вспомнил про все унижения, что доставались Афееву и попробовал оценить вероятность того, что парень может искренне прийти на помощь. Но разум смертной сейчас явно был охвачен размышлениями совсем иного рода.

- Возможно, помогу. Но нам нужно где-то поговорить. В более укромном месте.

Лицо Ани неожиданно заалело, а сама она немного отодвинулась. Мою руку, правда, так и не выпустила.

- Если ты думаешь, что… Спать я с тобой не буду! Только не в университете!

Её логика удивляла. Сначала полное отрицание, за которым сразу следовало уточнение. Причём последнее подразумевало, что вне стен университета, она, возможно, и согласится.

Сандал сделал круг в воздухе, передав мне чувство глубокого возмущения нравами современной молодёжи. Может к нему правда притянуло чью-то душу? Когда отыщу ещё один осколок “искры” и поднатаскаю эту оболочку, надо будет проверить.

Пока же я выразительно оглядел фигуру девушки и цокнул языком.

- Меня в своей постели ещё надо заслужить. А пока веди туда, где можно нормально поговорить.

Словам она явно удивилась. Как и изменившемся тону. Всё время, пока мы добирались до нужного места, смертная удивлённо косилась на меня. А когда достигли цели, всё же не выдержала.

- Что с тобой случилось, Афеев? Ты как будто совсем другой стал.

Вместо ответа я осмотрел помещение, в которое она меня привела. Так себе, если откровенно говорить. Десяток столов, около которых стоят деревянные скамьи и пара окон, через которые падает свет. То ли такая комната отдыха для местных студентов, то ли ритуальное помещение. Хотя, нам они больше не поклонялись, так что этот вариант отпадал. Эх, сюда бы сейчас Перуна. Пусть бы напомнил им, что такое божественный гнев и воздал за забывчивость.

Наконец, я повернул голову к смертной. Вопрос был ожидаемым - даже будь у меня желание скопировать поведение старого Афеева всё равно бы не вышло. Хотя бы по той причине, что я не имел никакого представления о том, как тот себя вёл.

- Когда тебя пытаются зарезать, немного переосмысливаешь свои жизненные приоритеты.

Смертная чуть нахмурила брови, но потом внезапно слабо улыбнулась.

- Раньше ты бы никогда не пропустил занятие. И точно не решился бы заговорить со мной. А сейчас сам предложил поболтать, пока остальные занимаются.

Ястреб опустился на один из столов. Вернее, сделал вид, что опустился - в призрачном состоянии он не мог контактировать с физическими предметами. Но притворялся вполне умело - всего один коготь ушёл в дерево. Все остальные расположились точно над ним.

Не дождавшись, пока я отреагирую, девушка снова начала говорить.

- У тебя, вроде, была какая-то идея?

Глянув на неё, я прикрыл рукой рот и зевнул. Бессонная ночь не лучшим образом сказывалась на состоянии слабой плоти.

- Была. И даже есть. Лидия начнёт разносить о тебе слухи, но она пока ещё на занятии. Если и успела кому-то рассказать, то таких явно немного. И у тебя ещё есть время всё исправить.

Продолжив, изложил ей всю суть идеи и та, как мне кажется, прониклась. Правда, в самом конце снова напряглась и поджав губы, уточнила.

- А это не перебор? У её семьи сейчас проблемы, но если их такое зацепит… Тут и до кровной войны родов недалеко. Среди аристократии такое позёрство не принято.

Что именно означает термин “война родов”, я не знал. Но догадаться о чём шла речь, было несложно. В Риме тоже случались конфликты между семьями. Порой дело доходило до активного кровопролития, к которому подключались родственники, вольноотпущенники и граждане под покровительством. Видимо, у этих варваров были похожие обычаи.

- Если не хочешь, можешь ничего не делать. Решение только за тобой.

Девушка ненадолго задумалась и хмуро уточнила.

- А тебе какая выгода? Зачем ты всё это делаешь, Афеев?

- Предположим, что я так завожу друзей.

Ответ на пару секунд поставил её в тупик. Но уже через несколько секунд девушка тряхнула головой и уточнила.

- То есть мне прямо сейчас идти и… Сделать вот это всё?

Я кивнул.

- Да. Прямо сейчас. Пока все студенты на занятиях, а в коридорах никого.

Ещё какое-то время она постояла на месте. Потом всё же выдавила из себя.

- Спасибо, Василий. Если честно, никогда не думала, что такой, как ты, предложит руку помощи.

Договорив, она вышла из комнаты, а я раздражённо поморщился. “Такой, как ты”? Стоило в самое ближайшее время прояснить статус оболочки, в которой я оказался. А заодно выяснить, как у них тут обстоят дела с патрициями и плебсом.

Пока же я пошёл искать аудиторию, в которой шло занятие моей группы. Ну как, пошёл. Ходить своими ногами мне было лень. Поэтому на поиски я отправил Сандала, который и привёл меня к нужной двери.

Преподаватель оказался ещё одним старичком в годах, который раздражённо посетовал на то, что следователи смеют допрашивать студентов, отрывая их от занятий, после чего предложил мне выбирать место.

Когда я уверенно направился к одному из столов в дальнем конце помещения, то поймал на себе сразу несколько удивлённых взглядов. Видимо, раньше Афеев предпочитал усаживаться поближе к преподавателю. Что поделать, пусть привыкают к моему новому поведению. Скрыть его от остальных в любом случае бы не вышло.

Стоило мне занять своё место, как увалень, сидящий за столом справа чуть наклонился в мою сторону.

- Ты головой ударился, смерд? Сам ищешь боли на свою задницу?

Я поморщился, а Сандал немедленно оказался около головы студента и зависнув, покосился на меня.

В отличие от доброй половины моих братьев и сестёр, я не слишком кровожаден и предпочитал решить свои вопросы другими методами. Но порой смертные не оставляют иного выбора. По той простой причине, что отдельные из них понимают исключительно грубую силу.

Мы были за спинами всех остальных студентов и каждый сидел за своим столом в одиночестве. Слева оказался ещё один тощий и высокий студент с чёрными, как смоль, волосами. Но он чаще всего пялился в окно, не обращая никакого внимания на то, что происходило в аудитории.

Хотя, если признаться, старичка, что увлечённо рассказывал о шедеврах мировой литературы, в целом мало кто слушал. Большинство занималось своими делами или просто терпеливо ждали, пока истечёт время и можно будет уйти.

Дождавшись, пока преподаватель снова повернётся к группе спиной, начав что-то писать на доске, я отдал Сандалу новый приказ. Очень простой - сломать ножки стула, на котором сидел тот самый плебей.

Мгновение и справа раздался лёгкий крик, за которым последовал грохот падающего тела. Я повернул голову, рассматривая пытающегося подняться студента, на чьём лице застыло настоящее изумление.

А потом мой взгляд упал на стул и едва удержался от того, чтобы грязно выругаться. Ястреб немного перестарался. Вместо того, чтобы сломать металлические ножки около основания, где они крепились к дереву, он вырвал по куску стали. То-то я почувствовал, как на момент дрогнула связывающая нас нить и чуть полыхнул осколок “искры” внутри.

Я укоризненно глянул на Сандала, который радостно нарезал круги в воздухе. И сразу заметил нечто странное. Два небольших и полупрозрачных куска металла, что летали рядом с ним, сцеплённые тонкими нитями с ястребом.

Это что получается? Он вырвал по куску каждой ножки, а потом перевёл их в призрачное состояние? Интересно, обратно получится? Если да, то навсегда или временно?

Вставший на ноги студент, непонимающе пялился на стул, а половина группы откровенно потешалась, наблюдая за зрелищем. Не знаю, кем был этот увалень, но его явно не слишком любили. Сам здоровяк решил отыграться на мне. Приблизившись почти вплотную, уставился мне в глаза.

- А ты чего скалишься, кусок дерьма?

Выглядел он так, как будто уже готов ударить. Интересно, как тут поступят, если я в порядке самозащиты, оторву ему голову?

- Жизнь слишком коротка, чтобы быть мрачным. Хотя, судя по твоему лицу, доходит это далеко не до всех.

Тот вполне натурально рыкнул, а сидящая через пару столов от меня блондинка, ещё и подбодрила эту обезьяну.

- Вмажь ему уже, Скворцов! Напомни смерду его место!

Откуда у людей эта страсть к унижению себе подобных? Я понимаю, когда речь шла о мести врагу или ответе на чью-то агрессию либо предательство. Это логично и объяснимо. Но чаще всего они делали это просто ради того, чтобы потешить своё эго.

Я уже был готов напитать один кулак божественной силой, применив самый грубый способ успокоения буйного смертного, но тут на него прикрикнул тот самый старичок и верзила уселся за второй стул, что оставался целым.

Не успел я сделать вид, что слушаю преподавателя, как снова почувствовал колебание нити, вслед за которым уши уловили и грохот. Задиристый варвар опять лежал на полу, потирая ушибленную руку, а над его головой носился клекочущий Сандал.

Судя по тому, что реакция иных студентов отсутствовала, звуки, издаваемые ястребом, были слышны только мне. Хотя, пожалуй, было бы странно, начни смертные слышать божественных спутников в их призрачном состоянии.

Зато криками и матом рухнувшего верзилы, наслаждалась вся группа. Правда, преподаватель этого не оценил - на этот раз он вовсе вышел из себя и выставил парня из аудитории. Ещё и записал что-то в документ, который назвал журналом. То ли поставил отметку о плохом поведении, то ли что-то вроде этого.

Я же задумчиво рассматривал Сандала, который рассекал воздух под потолком. Второй раз птица атаковала без моей команды. А ещё меня здорово интересовал вопрос кусков металла, которых теперь стало четыре. Сможет он провернуть такой же фокус с чем-то ещё? Особенно, если просто коснётся определённой вещи, а не станет её перед этим ломать?

Через пару минут после того, как того дикого варвара выставили за дверь, группа полностью успокоилась и я получил возможность спокойно подумать. В речь преподавателя я не вслушивался. Безусловно, мне потребуется как-то интегрироваться в местное общество. Но что-то подсказывало, разбираться в том, что эти варвары называли “классической литературой”, для этого совсем не обязательно.

Случай поставить эксперимент представился уже скоро - дождавшись, пока группа начнёт что-то записывать, я послал Сандала к карандашу, который валялся на полу. Приказал коснуться его и попробовать перевести в призрачное состояние.

Когда у ястреба всё получилось, я довольно усмехнулся. Похоже, Сандал может служить не только оружием. С учётом талантов ястреба, ему можно найти массу вариантов применения.

Всё, чем я занимался до конца занятия - раздумывал о том, как отыскать ближайший осколок “искры” и подготовить оболочку к его поглощению. Прямо сейчас плоть смертного не смогла бы переварить ещё одну, даже крошечную, часть моей божественной сердцевины. Его следовало натренировать. Оставался только вопрос, как это сделать? Раньше я мог легко изменить под себя тело аватара, используя собственную мощь. Но теперь эта оболочка и была моей основной. Как превратить тело смертного в подходящий сосуд?

От мыслей отвлёк резкий звук, доносящийся из коридора. Как будто кто-то непрерывно и очень часто стучит крохотным молотком по металлической посуде.

Я глянул на дверь, ожидая, что сейчас что-то произойдёт. Например, нам объявят о вторжении циклопов или появлении на горизонте вырвавшегося титана. На худой конец сюда вломится пьяный герой, желающий драки, женщин и выпивки. Но судя по тому, что остальные поднялись со своих мест, это был просто сигнал к окончанию занятия. Скучная у них, надо сказать, жизнь.

Когда я встал на ноги, первые студенты уже вывалились в коридор. А пока дошёл до выхода, снаружи уже доносились удивлённые восклицания. И судя по их тональности, смертная, по имени Аня, всё же последовала моему совету.

Глава VI

Я вышел в коридор вслед за остальными. Чуть постояв, пошёл направо - туда, где находился источник шума. Собственно, именно туда стремились и все остальные студенты.

С трудом протолкался в холл около лестницы, который уже был забит смертными. Несколько раз приходилось использовать Сандала - как выяснилось, когда он в призрачном виде пролетал сквозь людей, у тех немедленно возникало желание отойти в сторону. Желательно, максимально далеко от того места, где произошёл контакт.

Расчистив себе путь при помощи ястреба, наконец, добрался до источника звука. А оказавшись около точки, с которой была видна боковая стена, понял, что Аня сделала всё не совсем так, как я себе представлял.

На выкрашенной в светло-жёлтый цвет поверхности, была написанная громадными буквами фраза “Восконова - шлюха”. А ниже, уже не так крупно, добавлена ещё одна “даёт за услуги и оценки”.

Формулировки не самые лучшие. К тому же я советовал ей подбросить эту идею более тонко, а не настолько топорно. Но не делать же всю работу за неё? Это итак была услуга авансом, с прицелом на будущее.

Обе девушки тоже были здесь. Яростно орали друг на друга, стоя недалеко от стены. Когда я оказался в холле, как раз кричала Лидия.

- Да ты сама сказала, что потеряла девственность с моим братом! Меньше часа назад это говорила! А теперь в чём-то обвиняешь меня? Да ты знаешь, что с твоей семьёй за это сделают?

- Это угроза? Уверена, что у тебя есть полномочия объявлять о войне родов? Не припомню, чтобы ты становилась даже главой отдельной семьи, не говоря уже о всём роде. Или ты говоришь от своего собственного лица? Хочешь добавить к длинному списку преступлений ещё одно?

Ответ заставил Восконову измениться в лице. На момент показалось, что сейчас она вцепится противнице в волосы или ударит печатью. Но девушка успешно сдержалась.

- Сейчас ты потеряла подругу и приобрела врага. Хорошо запомни этот момент, самка собаки.

Странное ругательство. Но судя по тому, как присвистнули некоторые студенты, здесь это считалось оскорблением за гранью приличий. Впрочем, слово “шлюха” тоже наверняка выходило за все допустимые рамки.

- Подругу? Не смеши меня. Ты использовала меня, чтобы добраться до моего отца. А попутно раздвигала ноги или открывала рот перед каждым, кто казался тебе достаточно влиятельным чтобы помочь.

Аня озвучила очередную порцию обвинений, а её соперница яростно раздула ноздри, испепеляя девушку взглядом.

- И у тебя есть доказательства? Хотя бы какие-то?

Вот и наступил тонкий момент. Теперь всё зависело от реакции атакуемой стороны.

Русоволосая, с которой мы недавно заключили договорённость, оглянулась по сторонам. Смотрела с некоторым волнением, но оно ушло из взгляда, как только смертная заметила меня. Тогда она снова вернула внимание на вторую студентку.

- Конечно. Масса доказательств. Ты хочешь, чтобы я озвучивала их прямо здесь? Поимённо назвала тех, с кем ты спала? Перед всеми?

Судя по тому, как разом стушевалась Восконова, определённый список персон, с которыми успела пошалить смертная, имелся. И это её выражение лица не ускользнуло от внимания толпы, которая сразу начала улюлюкать.

Я же поморщился и стал пробиваться к выходу. Если бы соперница Ани продолжила всё отрицать, то девушка позвала бы меня в качестве свидетеля. Но сейчас всё было кончено - она и так раздавила противницу. Наблюдать за тем, что будет происходить дальше, у меня не имелось никакого желания. Это смертные обожали такие игры и всегда стекались на зрелища. Мне же было банально скучно.

Оказавшись почти около выхода, я внезапно получил картинку от Сандала. Как и раньше - полупрозрачное изображение, которое я мог отчётливо рассмотреть и при этом оно не мешало видеть окружающую меня действительность.

В этот раз ястреб указывал на ту самую блондинку, что призывала верзилу ударить меня. Сейчас смертная пыталась протолкаться через плотную толпу, чтобы оказаться поближе к месту ссоры студенток.

Помимо изображения, птица послала и сигнал ярости. И, пожалуй, мой спутник был прав - не стоило оставлять безнаказанными тех, кто посмел выступить против Меркурия. Впрочем, и кара должна была соответствовать проступку.

Решение пришло в голову всего через мгновение. Немного позора - вполне достаточная расплата за её слова во время занятия.

Остановившись около дальней стены, где было относительно свободно, так как все ломились совсем в другую сторону, я отдал ястребу команду и тот разом спустился вниз. Мгновение повисел в воздухе, рядом со смертной, а потом принялся стремительно двигаться, облетая её со всех сторон. Та замерла, передёрнув плечами из-за близости призрачной птицы. А когда сделала ещё один шаг вперёд, с неё сразу же свалилось платье. Под которым не оказалось белья - полупрозрачный бюстгальтер и трусики сейчас неслись вслед за Сандалом. Как и молния, что была вшита в её платье.

Люди вокруг сразу же отхлынули в стороны и около блондинки, что уже подхватила свой единственный предмет одежды, которым пыталась прикрыться, возник новый центр внимания.

Я на мгновение задержался, наблюдая за лицами смертных, после чего снова зашагал вперёд. Уже спускаясь по ступеням, дал птице команду найти комнату Измайлова и оставить нижнее бельё у него. Только выбрать для этого какое-то укромное место. А вот молнию ястреб материализовал в перекрытии между этажами - там до неё точно никому было не добраться.

Хорошо, что среди книг Афеева были не только учебники. Ночью под руку попалась тонкое издание в мягком переплёте, где давались советы по ухаживанию за женщинами. В основном я использовал его, чтобы отвлечься и немного посмеяться. Но некоторые мелочи оказались полезными. Не прочти я ту тонкую книженцию, смертная получила бы не так много позора, потому что осталась бы в белье. А сейчас я чувствовал себя полностью отомщённым за сказанную ею фразу.

До аудитории, где должно было проходить следующее занятие, я добрался в числе первых. И сразу услышал новость - преподаватель отбыл по срочным делам, поэтому урок отменяется. Как и следующий - он должен был провести с нами сразу два семинара.

Жаль. Предмет многообещающе назывался “Основы боевой магии” и, как я предполагал, должен был пролить свет на то, как смертные использовали божественную силу.

Поняв, что у меня образовалось практически два часа свободного времени, я было направился в комнату Афеева. Но быстро передумал и двинулся к лестнице. Хотелось своими глазами взглянуть на город, в который я попал. А ещё поесть - человеческая плоть настоятельно требовала еды. Вчерашнее использование божественной силы само по себе создало жуткое ощущение голода. Ночью я справился за счёт силы воли. Но фокусы Сандала обеспечили дополнительную нагрузку. А зачем терпеть и мучать оболочку, когда можно просто поесть?

Ястреб летел впереди, указывая путь к переходу, что вёл в общежитие, когда из бокового прохода, внезапно, вывалился тот самый верзила, что стараниями птицы дважды оказывался на полу.

- Попался, пёсий выкормыш! Теперь тут нет добренького дяди, который тебя спасёт. Посмотри по сторонам, здесь вообще никого нет. Тебе кобздец!

Я было подумал о том, чтобы ударить печатью. Но быстро понял, что это будет слишком заметно. К тому же, вероятность его гибели, в таком случае, оказалась бы довольно велика. А сейчас мне совсем не нужен ещё один труп, который могут связать с Афеевым.

Поэтому, я просто напитал божественной силой правую руку и когда смертный плебей попытался ударить меня в лицо, ловко ушёл в сторону, после чего воткнул кулак ему в солнечное сплетение.

На этот раз я использовал куда меньший объём божественной мощи. Отчасти, потому что был голоден и не хотел, чтобы это состояние ещё больше ухудшалось. А частично, чтобы уменьшить воздействие отката, который неминуемо наступит следом.

Как выяснилось, этого вполне хватило - мой противник отлетел к стене, врезавшись в неё спиной и согнулся пополам. Я же ощутил острую боль в желудке, после которой у меня ещё и закололо в правом боку. Человеческая плоть слаба. И, судя по моим ощущениям, при использовании божественной силы ей требовалось обильное питание.

- Ты как это сделал? Что за артефакт? А ну говори!

Смертный не хотел успокаиваться. Более того - начал складывать пальцы правой руки в щепоть, чтобы использовать печать. Поэтому я не стал рисковать и просто ударил его в челюсть. Простой прямой удар, который не стал от этого менее эффективным - того отбросило назад и он медленно сполз по стенке на пол.

Я рассеял концентрацию силы в правой руке оболочки и зашагал дальше, стараясь игнорировать боль в мышцах. Одолеть его в обычной схватке, без использования божественной мощи, я бы тоже наверняка смог. Если ты с детства спарринговал с кем-то вроде Марса или Дианы, то точно уложишь на лопатки смертного, который не слишком хорошо знаком с рукопашным боем.

Но я не хотел тратить время. Как и получать какие-то повреждения этого тела. А в случае схватки только при помощи его собственных мышц, это было бы неминуемо.

Сандал вынырнул из стены, когда я уже отошёл метров на десять. Покружился около лежащего на полу тела и немедленно послал мне мысль с предложением добить его. Даже воображаемую картинку нарисовал - как пробивает голову студента своим клювом. Но я сразу же отозвал птицу. И на всякий случай запретил убивать кого-то без моей команды. Ещё и суток не прошло, а он уже демонстрирует признаки самостоятельности.

Около выхода из общежития меня встретил всё тот же мордатый плебей, который сразу же загородил путь, уперев руки в бока.

- Куда? Занятия же, Афеев. Давай назад гони.

Я остановился и, игнорируя просьбы ястреба вырвать ему глотку когтями, посмотрел в глаза сторожа. Если отталкиваться от прочитанных мною книг, скорее всего именно так называлась его должность.

- У нас нет двух занятий подряд. Я обязан находиться здесь всё своё свободное время?

Тот на секунду задумался и потом махнул головой.

- Нет. В свободное время гуляй, где хочешь. До отбоя только вернись. Но куда ты сейчас пойдёшь? И зачем?

Большого смысла скрывать цель своего похода не видел, так что ответил вполне честно.

- Поесть. Тут же рядом есть заведения, где подают еду?

На лице сторожа отразилось недоумение. А потом он оскалил зубы в ухмылке.

- Конечно есть. Мы всё же в Петербурге, а не в глухой тайге. Ну…. Иди, ищи тогда, где поесть. Только на занятия не опоздай.

Не понимая, почему он внезапно стал приторно-довольным, я прошёл мимо. Ожидая какого-то подвоха, потянул на себя дверь. Открылась, вроде, нормально. Да и снаружи был тот же самый вид. Был у нас такой случай - во время одной встречи Локки взял и подшутил над Вахом. Заставил его проходить через бесконечную вереницу дверей, из которой было невозможно выбраться.

Брат тогда был здорово пьян, но в конце концов всё же понял, что происходящее выглядит немного странным. И ударил своей силой, разнеся иллюзию в пыль. А Локки повезло, что он выбрал объектом шутки именно Вакха - спустя пару бочонков вина, тот уже не злился, а к вечеру и вовсе обо всём забыл. Хотя, если подумать - именно поэтому викинг и остановился на его персоне.

К воротам, через которые меня привезли прошлой ночью, я вышел спустя пять минут. Если не петлять, объезжая корпуса и отдельно стоящие здания, а идти по пешеходной дорожке, то путь до выхода значительно сокращался.

Предполагал, что возникнет какая-то заминка с теми самыми створками, но они разошлись в стороны, как только я оказался рядом. Всё, что от меня требовалось - пройти через них.

Странно - я не видел ни одной печати, которыми тут были усыпаны все здания. Те же двери общежития, когда я выходил, снова полыхнули золотистым. А вот на воротах ничего подобного не обнаружилось. Тем не менее, они работали сами по себе.

Желудок снова свело от голода. Да так, что мне пришлось использовать свою силу, чтобы остановить боль. Пожалуй, загадку ворот я отложу на потом. Когда это смертное тело не будет порываться начать распад на части из-за недостатка пищи.

Оказавшись за ограждением, я сразу обратил внимание, что вплотную к стене университета не было построено ни одного здания. Этакая полоса пустыря, шириной в два десятка пассусов. Сразу же одёрнул себя. Тридцать метров, а не двадцать пассусов. Надо привыкать к единицам измерения нового мира.

Зато дальше начиналась густая застройка. А умчавшийся на разведку Сандал сообщил хорошие вести - заведения, где можно поесть, тут тоже имелись. Даже не одно.

Самое первое из них я, несмотря на доносящиеся запахи, прошёл. Слишком много людей. Сидеть среди большого количества шумных смертных мне сейчас не хотелось. К тому же, некоторые из них уже пили. Причём не вино, которое всегда было напитком истинных римлян, а варварское пиво. И это практически утром. Думаю, в этом мире Вакх быстро бы стал одним из самых популярных богов. Ему даже не приходилось бы напрягаться, чтобы расширять паству.

Вот во второе заведение с красивой деревянной вывеской я зашёл. Людей здесь было куда меньше, а вот запахи с кухни доносились крайне приятные.

Внутри тоже оказалось уютно. Деревянные столы к которым были приставлены удобные кожаные диваны, резные украшения, висящие на стенах картины.

Впрочем, сейчас меня больше всего интересовала еда. Рухнув на один из таких диванов, я дождался официанта и когда смертный наконец приблизился, поинтересовался.

- Что вы можете предложить из еды?

Мужчина в форменной одежде, поверх которой был надет фартук, как-то странно посмотрел на меня.

- Юному господину нужны рекомендации из какой-то конкретной области? Если он желает ознакомиться с полным списком блюд, то может посмотреть меню. А я всегда буду рад что-то подсказать.

Я сразу же подтянул к себе что-то вроде большой, но относительно тонкой книжки в кожаной обложке, на которую он указывал. Как через секунду выяснилось, под обложкой скрывались листы с множеством названий блюд. В животе снова заурчало, а мои глаза пробежались по перечню доступных яств.

- Постойте. Я готов сделать заказ.

Уже собравшийся уходить официант, моментально развернулся и достал небольшую записную книжку с карандашом. Я же попытался прикинуть, сколько еды может переварить это тело. Судя по ощущениям, сейчас я съел бы и зажаренного молодого бычка, но это могло быть самообманом.

Тут мне в голову пришёл случай с одним из аватаров Марса. В тот раз брат сильно разозлился на кого-то из смертных полководцев. Но напрямую его карать не стал. Вместо этого вселился в тело аватара и щедро использовал божественную силу, чтобы превратить его в настоящую машину смерти. Одинокий воин всегда шёл на остриё атаки, каждый раз прорывая строй противника и ломая его стену щитов. Он стал героем, которого носили на руках. А сразу после битвы, сожрал почти целого дикого кабана, зажаренного на костре.

Случай был не совсем таким же, но максимально похожим.

- Вот этот суп с копчёностями, запечённую утку и молочного поросёнка. Ещё тушёных грибов. И какое-то блюдо, которое можно съесть прямо сейчас.

Если мужчина и удивился, то не подал ни малейшего виду. С невозмутимым лицом записал всё в блокнот, после чего снова посмотрел на меня.

- Юный господин желает чем-то это всё запить? Может быть, пива?

Я страдальчески поморщился, а Сандал возмущённо заклетокал, размахивая призрачными крыльями около головы официанта.

- Бокал хорошего вина. Только приличного, а не какой-то дряни.

Работник заведения уважительно кивнул и, что-то черкнув себе в блокнот, удалился.

Первым мне принесли блюдо с крохотными ломтями хлеба, намазанными маслом, поверх которых были уложены куски копчёного лосося. Я смёл их за считанные секунды и переключился на большую тарелку с чем-то вроде копчёного мяса. Хотя, это было не совсем то. Пожалуй, позже стоило уточнить, как именно это называется.

Запив всё это парой глотков неплохого вина, нашёл в себе достаточно сил, чтобы дождаться первого из основных блюд - глубокой тарелки супа, который местные называли гороховым.

Официант поставил блюдо на стол и отошёл к одному из ближайших декоративных столбов, каменным изваянием замерев рядом. Но я прекрасно понимал, что сейчас он наблюдает за мной. Видимо, мужчине было интересно, смогу ли я съесть такой объём.

Его ожиданий я отнюдь не обманул - стоило взять в руки ложку и попробовать эту чудесную мясную похлёбку на вкус, как тело стало машиной по перерабатыванию еды. Весьма быстрой - по ощущениям, я опустошил громадную тарелку за какие-то несколько минут.

Куда всё это пропадало в желудке, я не знал. Но он наконец прекратил сжиматься от боли и сейчас был крайне признателен за такое количество пищи. Интересно, еда просто расщеплялась? Что вообще происходило с ней внутри этого смертного тела? Если сравнить объём супа, который был в тарелке с предполагаемым размером желудка Афеева, то сейчас я должен был чувствовать себя полностью сытым. Более того - вряд ли бы студент мог съесть что-то ещё после такой порции. А вот я ещё как мог.

С поросёнком я расправился жестоко и безжалостно. Когда разделался с последним куском сочного мяса и принялся обгрызать кости, принесли утку. Вместе с ней грибы и запечённый картофель.

В глазах вышколенного официанта было хорошо заметно удивление, что заставило меня немного напрячься. Пожалуй, стоило придумать какую-то легенду, которая бы всё объясняла. И невзначай о ней рассказать. Это не уберёт слухи полностью, но снизит их количество.

Утку я доедал уже не спеша - организм почти насытился, так что я лениво отрывал куски мяса, медленно их пережёвывая, и заодно наслаждался вкусом вина. За то время, что я потратил на поедание птицы, бокал мне наполняли ещё трижды.

Наконец я сыто выдохнул и откинулся назад. А через несколько секунд рядом оказался всё тот же официант.

- Может быть юный господин желает десерт? Или чашечку бодрящего кофе?

Я отрицательно махнул головой и тогда тот ловко выудил из кармана книжечку, похожую по внешнему виду на меню, только намного меньше.

- Тогда ваш счёт, юный господин. Надеюсь, вам всё понравилось.

Мою голову царапнула неприятная мысль об отсутствии денег. Если подумать, я даже не видел их в комнате Афеева. Хотя и не искал специально. Как-то привык, что если я использую аватара, то всегда могу подправить его материальное положение при помощи своей силы. Да и требовалось это не так часто - обычно сосуды, над которыми я, с их согласия, устанавливал контроль, были богаты.

Я поднял взгляд на официанта.

- А знаете, всё-таки принесите мне десерт. Что-нибудь на ваш выбор. И чашечку того самого напитка, что должен бодрить.

В глазах на момент появилась тень сомнения, но он всё же кивнул и, забрав счёт, зашагал в направлении кухни. Я же проводил его взглядом и огляделся вокруг. Проблема возникла весьма неожиданно. И решить её нужно было прямо здесь и сейчас, в буквальном смысле слова, не сходя с места.

Глава VII

Деньги. Сколько я себя помню, люди всегда гонялись за презренным металлом. Как я мог забыть об этой мелочи?

Сандал передал мне наполненный агрессией импульс - возмущённый спутник хотел догнать официанта и вскрыть ему череп, сожрав мозги. Более того, ястреб даже сорвался с места, отправившись в погоню. Пришлось окликнуть его и влить немного своей силы, заставив вернуться.

Изящные способы относительно быстрого обогащения сейчас были мне недоступны. Поэтому я прибегнул к самому простому и примитивному - воровству. Судя по внешнему виду ресторана и относительной малолюдности, здесь собирались далеко не бедные люди. Как мне казалось, пары позаимствованных кошельков будет вполне достаточно, чтобы оплатить еду и оставить что-то на потом.

Посмотрев, как расплачивается толстый мужчина через пару столиков от меня, я определился с тактикой и отправил Сандала прямо за ним. Идеальная жертва - он только что заплатил и в следующий раз оценит объём своих финансов уже далеко от заведения. Как минимум, не внутри.

Ястребу пришлось постараться, чтобы незаметно добраться своей когтистой лапой до бумажника, в котором хранились деньги. Или он просто придуривался - я так и не понял. В любом случае, с четвёртого раза мой спутник добрался до цели и вернулся ко мне, таща за собой приличную пачку купюр. Вроде бы так эти варвары называли свои куски бумаги, которыми расплачивались за вещи и услуги. Нет бы, как нормальные люди, чеканить монеты из золота. Ну вот что им мешает?

Опустившись на диван, Сандал материализовал деньги обратно и я сразу же сгрёб их в карман, мельком глянув на цифры. В счёте, который мне принесли, стояла сумма в девяносто шесть рублей. А ястреб за один подход добыл не меньше пятисот.

На этом можно было остановиться, но я решил испытать возможности птицы и отправил его на поиски очередной цели. На этот раз ей стал молодой парень, одетый в украшенную серебряными нитями одежду, что вёл к выходу симпатичную девушку.

Правда, внешность оказалась обманчивой - ястреб притащил мне меньше сотни рублей. Всё, что нашлось в кошельке этого плебея, который выдавал себя, как минимум, за полноценного младшего патриция.

К столику вернулся официант, на лице которого легко читалось опасение. Видимо у них уже бывали прецеденты, когда клиент уходил не заплатив, а моё поведение натолкнуло его на печальные мысли.

Поэтому, когда он поставил на стол тарелку с куском теста, сверху политого чем-то красным и опустил рядом чашку чёрного напитка, я сразу же сам напомнил об оплате.

- Могу я теперь расплатиться?

Тот удивлённо глянул на меня и молча вытянул из кармана фартука всё ту же небольшую книжечку. Положил на столешницу.

Открыв её, я понял, что счёт вырос до ста двадцати рублей. Но с учётом моего финансового положения, это было совсем не критично.

Достав из кармана пачку купюр, выудил оттуда три по пятьдесят рублей и положил сверху бумаги с написанными на ней цифрами. А дальше произнёс фразу, которой воспользовался тот самый толстяк, чьи деньги я забрал первым.

- Сдачи не надо.

Вот теперь его брови слегка полезли вверх. Но натренированный мужчина сразу погасил удивление, после чего склонил голову.

- Благодарю, молодой господин. Надеюсь, вам у нас всё понравилось.

Я расплылся в улыбке.

- Очень. Обязательно зайду ещё. А не подскажете, что это?

Мой палец указывал на десерт, который он принёс, а официант сразу же оттарабанил.

- Наш фирменный пирог от шеф-повара с малиновым джемом. Думаю, вам придётся по вкусу.

Снова отвесив небольшой поклон, удалился. Я же с интересом рассматривал непонятное изделие из теста. Значит, пирог? Странное название.

Первый кусочек я попробовал с некоторой опаской. Зато дальше поглощал его без малейшей передышки, пока от порции ничего не осталось. Взявшись за чашку кофе, понюхал напиток. Пахло приятно. Но вот когда я сделал глоток, во рту сразу же появился горький вкус.

Причём люди, за которыми я наблюдал, пили его с явным удовольствием на лице. Варварская специфика? Или я чего-то не понимал?

Решив дать ему второй шанс, сделал ещё пару мелких глотков. А потом осознал, что голова чуть прояснилась и заработала лучше. Тогда как по телу разлилось приятное ощущение. До амброзии этому напитку далеко. Приблизительно, как местной аристократии до патрицианских родов, чьи древа восходили к Ромулу. Но пить чёрную жидкость, было вполне возможно.

Сандал наметил ещё одну цель, которая собиралась покинуть ресторан, но я скомандовал отбой. Заведение слишком близко к университету, где учился Афеев. А мой визит получился заметным. Несложно соотнести факт наличия нового гостя и пропажу денег сразу у массы человек. Вот если пострадавших так и останется двое, то не факт, что кражу вообще каким-то образом привяжут к этому месту.

Поэтому я оставил ястреба около себя, а сам набросал список задач на ближайшее будущее. Осколок “искры” и усиление смертного тела, само собой, были на первом плане. Но помимо этого нужно было озаботиться и другими вещами. Например, стоило выяснить, из какой семьи происходил этот самый Афеев и почему солидная часть студентов относилась к нему настолько презрительно?

Многие мои братья и сёстры посчитали бы это незначительным моментом. Какая разница, в чьём теле ты очутился, если ты можешь сделать с ним всё, что захочешь?

Но сейчас ситуация не была похожа ни на один из предыдущих случаев. Скорее всего, мне придётся задержаться здесь надолго. А в мире смертных ценятся три вещи - статус, реальная власть и деньги. Чтобы добиться успеха, мне понадобится обеспечить свою оболочку всем этим.

Поморщившись, я поправился. Не оболочку, а себя. Надо привыкать, что этот кусок смертной плоти с крохой божественной силы внутри и есть я, Меркурий. Один из старших богов Рима, когда-то простиравший свою власть над всеми провинциями империи.

Параллельно предстояло разобраться со всеми возможностями этого тела. Тот старичок-воин говорил о каких-то ядрах, но сколько бы раз я не обращался к ощущениям нового тела, всё равно не смог обнаружить ничего подобного. Осколок “искры” был. Толика божественной силы, которая им же и подпитывалась - тоже. Но никаких ядер или чего-то на них похожего.

С этим я предполагал разобраться, как только смогу пообщаться с кем-то из так называемых магов, что преподавали в университете. Раз они обучали управлять силой, то могут проверить и те самые ядра. Заодно я бы и сам разобрался, как тут всё устроено в этом плане.

Если подумать, то по поводу положения в обществе, у меня тоже появились первые намётки. Для начала стоило обеспечить себя деньгами на ежедневные расходы, отдельным жильём и приличной одеждой. Как-то я не заметил, чтобы все студенты щеголяли в форме. Судя по тому, что так ходило не больше десятой части учеников, положенную одежду носили только те, у кого не было денег на что-то получше.

И третий пункт этого короткого начального списка - контакт с родственниками Афеева. Или хотя бы прояснение его положения в социальной иерархии сообщества. Я уже и так понимал, что мне, скорее всего, досталась оболочка плебея. Но если я хочу превратить его в патриция, стоит выяснить всё возможное об окружающем социуме.

Допив кофе, я поднялся на ноги и направился на улицу, перед этим поблагодарив официанта за обслуживание и вставив между фраз слова о том, что я три дня почти ничего не ел. Мол, было не до того из-за учёбы. Зато сейчас вышло отыграться по полной. Тот сделал участливое лицо и порекомендовал заходить к ним каждый день, на что получил моё согласие и сразу же рассыпался в благодарностях за чаевые. Я же небрежно махнул рукой, двинувшись к выходу.

За то время, что я провёл в университете и ресторане, подметил тот факт, что у многих местных есть небольшие часы, которые те носят в карманах или на руках. Я мог определить время и так - пожалуй даже вечно пьяный Вакх с таким бы справился. Но если я верно оценил выражения лиц некоторых смертных, что демонстрировали свои часы, те явно служили инструментом для демонстрации социального статуса. Пожалуй, стоило приобрести такие и себе.

Ястреб внезапно рванул куда-то вперёд. И на этот раз отказался слушать мою команду о возвращении. Принялся кружить неподалёку, растянув нить связи. Сначала я хотел его вернуть силой, но в голову пришла мысль, что если внутри призрачной птицы и правда находятся чья-то душа, то так поступать точно не стоит. Возможно я и заставлю его подчиняться за счёт прямых приказов и воздействия силой. Но вместе с тем могу вынудить спутника ненавидеть того, кому служит. Очень опасное сочетание. Особенно, если вспомнить, что мы с ним связаны моей собственной мощью.

Вернулся Сандал спустя пять минут моей неторопливой прогулки по городу. Прилетел, радостно хлопая крыльями и таща в клюве полупрозрачные часы. Попытался отдать их мне в руку, а получив мысль о том, что мы у всех на виду, материализовал в правом кармане форменного пиджака.

Я удивился тому, что он, оказывается, может и так. А потом решил, что такой талант стоит использовать. Когда через пару сотен шагов, попался магазин мужской обуви и сумок, я незамедлительно туда зашёл и приобрёл одну из последних. Милая девушка, что работала в заведении поначалу морщила носик, но увидев стопку банкнот, сразу сменила тон и начала наперебой предлагать варианты. Вот, вроде, восточные варвары, а повадки у них порой такие же, как в Риме.

В итоге я купил сумку, которую работница назвала чудным словом саквояж и отправился гулять по городу дальше. Заодно рассматривал местную архитектуру, людей и их образ жизни.

Стоит признать, дома они научились строить весьма неплохо. Я прошёл мимо множества многоэтажных построек, которые здесь, похоже, были обычным делом. В Риме такое если и возводили, то в исключительных случаях. И обходилось это смертным весьма недёшево.

Да и автомобили, которые активно использовали в качестве средства передвижения, производили серьёзное впечатление. В остальном же, люди не поменялись. Всё тот же набор вариантов выражений на лицах - кто-то старался произвести впечатление на окружающих, другие натягивали деланно безразличные маски, третьи озлобленно рассматривали всех, кто был чуть получше одет. Всё, как всегда. Скучно.

Свою прогулку я закончил в небольшом заведении, что располагалось на крупном оживлённом перекрёстке. Судя по названию, здесь должны подавать кофе, который я себе и заказал, взяв к нему какое-то пирожное с вишней.

Когда официант принёс заказ, поставив его на столик, что располагался на небольшой террасе заведения, я поставил Сандалу новую задачу. На самом деле она была весьма простой - оценивать количество денег у людей и забирать около половины из них, материализуя добычу внутри саквояжа.

Ещё намекнул ему на то, что неплохо бы избавиться от четырёх кусков металла, которые ястреб так и таскал с собой в призрачном состоянии. Но тут птица меня полностью проигнорировала. Повезло ему, что я не Юпитер или Марс. И уж тем более не Юнона. Эта не стала бы действовать силой, но прополоскала бы мозги так, что Сандал сам бы полетел искать обо что тут можно самоубиться. Или превратился бы в мрачного и угрюмого спутника, что всегда следует правилам. Абсолютно точно не мой случай.

Поэтому я просто сидел за столом, наслаждался вкусом пирожного и наблюдал за ястребом. Помимо исключительно практической задачи по наполнению своих карманов, хотелось посмотреть, как поведёт себя Сандал, если предоставить ему определённую автономию.

Сначала спутник действовал строго согласно указаниям - делал пару кругов над перекрёстком, пикировал на цель и если сумма превосходила обозначенную мной минимальную границу в триста рублей, тащил половину внутрь саквояжа.

Всё шло настолько гладко, что я даже немного отвлёкся, переключившись на свои мысли. А снова обратил внимание на ястреба только после того, как в сумке что-то звякнуло.

Открывать саквояж и проверять его содержимое, было бы не слишком верным решением. Так что я снова устремил взгляд на Сандала. И очень скоро обнаружил, что он возвращается ко мне, таща в клюве золотую цепочку.

Я сразу же послал мысль “Что это такое?”, на что неожиданно получил весьма чёткий ответ “Золото”. Похоже, нечёткое следование приказу ястреба мало интересовало.

Ради интереса, я решил понаблюдать ещё какой-то промежуток времени. Но птица упорно таскала всё, что придётся. Ещё пару карманных часов, несколько цепочек, серёжки, чьё-то кольцо. Между всем этим, конечно, бывала и наличность. Но её доля постепенно снижалась, тогда как количество приносимых драгоценностей постоянно росло.

Дав сигнал остановиться, я подозвал официанта, попросив счёт. Снова увидел ястреба, который пёр сюда очередную цепочку. Продублировал приказ прекратить обогащение, на этот раз подкрепив его толикой божественной силы. Всё же рамки дозволенного, порой, обозначать требовалось.

Вроде бы, понял. Уже принесённое украшение закинул к остальным, но за новыми не лез. Правда, так и продолжал кружить над перекрёстком, разглядывая людей внизу.

Когда я уже расплатился с официантом и поднялся на ноги, рядом внезапно оказалась девушка, которая только что пила кофе за соседним столиком.

- Вы не поможете бедной приезжей найти дорогу в этом большом городе?

Я скептически посмотрел на неё. Смертная не выглядела бедной - на пальцах было несколько колец, шею обвивала цепочка, а рубашка, обтягивающая грудь так, что кажется сейчас лопнет, не казалась дешёвой. Да и туфли выглядели вполне прилично. За свою недолгую прогулку по городу я видел и хуже.

Насчёт помощи она тоже лгала - люди, которые ищут дорогу, обычно не выглядит настолько уверенными в себе и собранными.

- Извините, но мне нужно возвращаться к занятиям.

Правой рукой поднял с брусчатки саквояж, но она внезапно обхватила пальцами моё запястье и приблизила своё лицо к моему.

- Ну пожалуйста, господин студент… Как вас, кстати, зовут?

У меня промелькнула мысль, что это может быть слежкой. Или подставой. Что, если кто-то из преподавателей университета обнаружил Сандала и решил разоблачить меня? Или понял, что перед ним теперь отнюдь не Афеев, а могущественное римское божество.

Но потом она облизнула свои губы и я взглянул на ситуацию под иным углом. Её поза, декольте, умоляющее выражение лица. И глаза, которые говорили совсем об ином виде помощи. Она пыталась либо заманить студента в укромное место, чтобы обчистить, либо просто продать своё тело. Скорее второе - слишком уж старательно выгибалась, чтобы я мог рассмотреть её округлости. Видимо, увидела, как я доставал из кармана пачку денег. Бедная шлюха. Знала бы она, что находится в саквояже - принялась бы раздеваться прямо на улице.

- Извините, но я действительно спешу.

Повторив те же самые фразы, я хотел отправиться в путь, но она крепко вцепилась в меня пальцами, пытаясь удержать на месте.

- Мне правда нужна помощь. Ну пожалуйста.

Подняв свободную руку, потеребила кулон, который висел на той самой цепочке, что она набросила себе на шею. Видимо, пыталась привлечь внимание к глубокому декольте.

На момент захотелось применить грубую силу, оттолкнув её в сторону. Но я пошёл другим путём.

- Если вам действительно нужна помощь, я могу позвать ближайшего городового и он с радостью подскажет куда нужно идти. Или доведёт вас сам.

На симпатичном лице отразилась гримаса лёгкого презрения и она, наконец, разжала пальцы. Сделав шаг в сторону, шёпотом бросила одно слово.

- Импотент!

Сразу же устремилась на тротуар, заполненный людьми, а рядом со мной почти мгновенно объявился переполненный яростью Сандал. И я его прекрасно понимал. Чтобы какая-то уличная лупа, продающая своё тело, называла Меркурия импотентом?

С колоссальным трудом развернулся и тоже отправился в путь, чтобы не торчать около столика с сумкой в руках, привлекая внимание. Даже попытался выбросить из головы мысль о произошедшем. В конце концов, это лишь смертная, которая не знала, кто перед ней.

Но долго продержаться не вышло. Неписаные правила Парнаса гласили, что нападение на божество или его оскорбление, должны караться пропорционально вине смертного. Пусть так и будет.

Глянув на летящего в воздухе Сандала, я одними губами прошептал.

- Накажи так же, как ту смертную в университете.

Ястреб немедленно рванул назад. А спустя секунд двадцать уши уловили звучный женский крик. Жаль, я не видел её лица, когда всё случилось. Хотя, возможно наказание было слишком мягким? Какое ей дело до публичного оголения, если она и так продавала своё тело всем, у кого были деньги?

Вопрос на момент поставил меня в тупик. Потом сзади раздался ещё один крик. Второй. Третий. Не знаю, что там творил Сандал, но смертные кричали одна за другой. Я даже оглянулся, как и большинство людей, что шли в противоположную перекрёстку сторону. И увидел одну из визжащих девушек, которая с виду была полностью одета.

Двинувшись дальше, послал ястребу мысль возвращаться, но он уже стремительно пролетел мимо меня, барражируя над головами пешеходов. А позади него развевался длинный шлейф из полупрозрачных женских трусиков.

Что не так с этой птицей? Зачем ему столько женского белья?

Глава VIII

Пока я возвращался назад, было время немного подумать. Дома вокруг были те же самые, к автомобилям я уже привык, да и снующие вокруг смертные оказались такими же, как везде. Так что ничего не отвлекало от мыслей.

В основном меня интересовала гибель всех богов и получение их силы человечеством. Но этот вопрос стоило оставить на потом - сейчас всё равно не существовало варианта получить какой-то ответ.

А вот человеческая магия была куда ближе. В книгах, которые нашлись в комнате Афеева, говорилось о печатях, рунах и чём-то, вроде словесных заклинаний. Но если подумать, у нас было ещё множество вариантов использования божественной силы. Да, некоторые считались грязными и неприемлемыми, другие порицались за их однобокость. Тем не менее, они существовали. Здесь же я пока ни о чём подобном не слышал.

Вариантов было всего два - либо люди смогли освоить только фундаментальные принципы управления божественной мощью, либо у Афеева банально не нашлось нужных книг. Он ведь был всего лишь учеником, причём, точно не из числа патрициев.

Я разминулся с мужчиной, который презрительно махнул тростью, едва не попав мне по ноге. Если бы я заранее не просчитал траекторию и не изменил положение тела, массивная палка врезалась бы точно в колено, наверняка раздробив кость.

Промахнувшись, тот угрюмо что-то пробурчал, а я послал вслед Сандала. Не люблю людей, которые готовы на ровном месте искалечить тех, кто слабее.

Наполненный праведным гневом ястреб помчался следом за рослым смертным, одетым не по погоде тепло и моментально обчистил его карманы. Хотя, если судить по тому, что в саквояже пару раз ощутимо звякнуло, может быть снял и часы.

Когда спутник уже собирался возвращаться, я почувствовал ещё кое-что. Божественную силу, запечатанную внутри предмета. А вот это уже было интересно. Настолько, что я попросил Сандала передать мне изображение.

Тот выполнил команду и перед моими глазами оказались пальцы мужчины. Те самые, что обхватывали набалдашник трости. Божественной мощью тянуло от кольца, которое было на одном из них. Было бы неплохо забрать его и изучить. Но уж слишком много внутри было силы. Имелись неплохие шансы, что тихо перевести его в призрачное состояние не получится. А на что был способен человек, который носит на пальце такой сгусток мощи, замурованный внутрь куска металла, я пока не представлял.

Мне хотелось догнать этого смертного, прижать к стене и по капле выдавить из него всё, что тот знал. Но вспышка ярости прошла так же быстро, как началась. Я отозвал ястреба и, улыбаясь, пошёл дальше по улице. Для начала стоило решить основные вопросы - получить информацию, разобраться с социальным статусом и начать тренировки этого тела. А потом отыскать ближайший осколок “искры”. Их было множество, какой-то, да должен был оказаться поблизости.

Так я и подошёл ко входу в университет - с улыбкой на лице и насвистывая одну из од Горация. А зайдя внутрь, столкнулся с недовольным сторожем.

- До занятий всего…

Заметив саквояж, он запнулся, оборвав фразу на середине и непонимающе скривил лицо.

- А это ты откуда взял?

- Купил. Тут недалеко есть отличный магазин, где продают мужские сумки. Рекомендую.

На лице мужчины отобразилась усиленная работа мысли. Он почесал своё брюхо, прикрытое рубашкой с многочисленными пятнами и наконец задал вопрос.

- На какие деньги, Афеев? Откуда?

Ох уж это удивление плебеев, когда кто-то из них внезапно богатеет за счёт своего ума. Сразу начинают выстраивать теории по поводу того, чем он ради этого пожертвовал, в чью постель забрался или кого обворовал. Хотя последнее, в данном случае, верно. Но я Меркурий, покровитель воров. Если не мне, то кому ещё забирать деньги у смертных?

- Ну не на дороге же нашёл. Кстати, когда я могу съездить домой?

Тот ошарашенно выпучил на меня глаза. У них тут что, запрещено общение с родственниками? Или Афеева выкинули из собственного дома? Если так, то это мы исправим. Конечно, если его семья того стоит.

- А зачем тебе домой?

В другой интонации слова могли бы звучать оскорбительно. Но, похоже, смертный интересовался вопросом вполне искренне.

- Хочу увидеться с родными.

Его лицо стало совсем растерянным. А потом он ещё раз глянул на саквояж и внезапно разочарованно протянул.

- Вот откуда деньги, получается… Вымолил прощение значит? Эх ты, Афеев…

В голосе было столько неприкрытого презрения, что меня внутренне перекорёжило. Похоже, с семьёй бедолаги студента всё было отнюдь не так просто. Скорее наоборот.

Зато тон сторожа натолкнул меня на мысли в нужном направлении. И когда он начал разворачиваться, чтобы вернуться в свою кабинку, я решил осторожно прощупать почву.

- Наоборот, хочу вернуть своё. С чего мне у кого-то вымаливать прощение?

Полный сторож оглянулся на меня и недоверчиво прищурился.

- Говорить все горазды, Афеев. Только вот я помню, как ты на этом самом месте стоял и слова вымолвить не мог. Так что поверю, когда сам увижу обратное.

Договорив, всё же забрался в свою кабинку, а я приказал Сандалу отстать от его головы, вокруг которой тот кружил и начал подниматься наверх.

Ястреб неожиданно куда-то улетел, так и таща за собой вереницу женских трусиков. А я раздумывал над тем, как и у кого можно выяснить детали семейных отношений Афеева. Спрашивать напрямую было бы странно - пожалуй, тут потребуется кто-то, с кем можно обсудить семейную ситуацию и вытянуть данные постепенно.

На ум сразу пришла смертная, с которой мы заключили договор. Анна, вроде бы. Как мне казалось, она для роли подобного собеседника вполне подходила.

Поднявшись на третий этаж, я остановился в коридоре. Нужно было что-то придумать с саквояжем. Взять его с собой на последнее сегодняшнее занятие или отнести в комнату? Каждый из вариантов подразумевал определённые риски.

Правда, определиться мне не дали - за спиной внезапно послышался скрипучий старческий голос.

- Афеев? Вот это я удачно на вас наткнулся. Идём-ка голубчик ко мне, как раз сейчас время освободилось.

Я развернулся на месте и столкнулся взглядом с вчерашним стариком-воином. Корсаков, кажется. А Измайлов звал его Артуром Григорьевичем.

- У меня ещё одно занятие сегодня.

Тот небрежно махнул рукой, отвергая моё возражение.

- Это ты про историю музыки? Кому она в наше время нужна, Афеев. А преподавателю я сообщу, что тебя забрал.

Говоря, он уже шагал к ступеням на четвёртый этаж, так что мне не оставалось ничего иного, как последовать за ним. Вместе с подозрительно позвякивающим саквояжем в правой руке.

Я ожидал, что мы направимся всё к тому же переходу, но вместо этого старик повёл меня совсем в другую сторону. Когда мы оказались перед висящим в воздухе тоннелем, что вёл ещё к одному зданию, он сложил пальцы в щепоть и поставил крохотную золотистую печать на металлическую дверь, которая закрывала проход.

Та с лязгом отошла в сторону, а Корсаков оглянулся на меня.

- Первый раз здесь, да?

Вопрос, вроде, не содержал подвоха, но на всякий случай я изобразил смущение и пожал плечами. Кто знает, вдруг Афеев здесь уже бывал?

К счастью, профессор сразу же отвернулся и резво помчался вперёд, не обращая внимания на мою реакцию. А я призвал назад Сандала, который уже порядком где-то задерживался и зашагал следом.

Интерьер здания, в которое меня привёл Корсаков, заметно отличался от всего, что я видел в университете до этого. Паркетные полы, выкрашенные в серый цвет мощные стены, запертые металлические двери. Больше напоминало дорогую тюрьму в варварском стиле, чем постройку, которая относится к учебному заведению.

Ястреб вынырнул из стены минуты через две после того, как мы оказались в здании. Без вереницы женских трусиков и крайне довольный собой. О, вы поглядите - он и от тех четырёх кусков металла избавился. Знать бы ещё, куда птица всё это свалила.

Как только этот вопрос промелькнул в голове, пришёл ответ от Сандала - звук мысленного смеха, которым тот буквально заливался. Нет, в нём точно оказалась чья-то душа. Не могла птица за пару дней научиться смеяться и обрести чувство юмора.

Я задал этот вопрос напрямую, но спутник его проигнорировал. Вместо того, чтобы отвечать, полетел вперёд, периодически ныряя за стены.

Корсаков остановился перед одной из дверей и снова сложил пальцы, поставив на неё печать. Та с лёгким скрипом открылась и старичок сразу шагнул внутрь. Я же неожиданно получил картинку от Сандала, вместе с которой он передавал своё искреннее недоумение.

И там было чему удивляться. Пятеро девушек, на которых из одежды имелись только тонкие золотые цепочки, сидели кругом вокруг массивной статуи, с виду тоже сделанной из золота. Образовали этакий круг из недвижимых живых поклонниц.

Ястреб немедленно спустился к статуе, начав присматриваться, как бы откусить её нос. После моего оклика, снова поднялся под потолок, но из комнаты так и не убрался.

- Не бойся, Афеев. О моих индивидуальных занятиях ходит много слухов, но, ради справедливости, обычно тут не происходит ничего страшного. А если кто и умирает, так только по собственной глупости.

Когда я зашёл внутрь и, осмотревшись, устроился в кресле, которое стояло около левой стены, рядом с громадным аквариумом, брови старичка изумлённо поползли вверх. Потом он посмотрел на простенький деревянный стул, что стоял в другом конце комнаты и я понял, что допустил некоторую оплошность.

- Ладно. Будем считать, что ты под влиянием стресса.

Профессор успокоил самого себя фразой и снова наложил печать на дверь, которая немедленно захлопнулась. После чего расположился в другом кресле, стоявшем около окна. Как раз между двух небольших развесистых деревьев в кадках. Стоит признать - кабинет он обставил со вкусом.

Наличию у меня саквояжа Корсаков тоже удивился. Даже задержал на нём взгляд, о чём-то задумавшись. А я в тот момент читал табличку, которая стояла у него на столе. Крупными буквами были написаны его имя и фамилия, а вот ниже имелась ещё одна надпись - “кафедра побочных магических дисциплин”.

Я задумался над тем, что это может означать, а сам профессор кашлянул и вкрадчиво задал вопрос.

- Вчера ты сказал, что Измайлов поставил тебе красную печать. Как именно ты её рассмотрел?

Повернувшись к нему, я пожал плечами.

- Глазами. Прямо в тот момент, когда он её и поставил.

Тот чуть прищурился и сразу уточнил.

- Увидел только саму печать? Или что-то ещё?

Я уже прокручивал варианты этого разговора в своей голове, так что ответил сразу же.

- Саму печать. В тот момент, когда она на мне возникла. Хотя, полностью не уверен - состояние тогда было не самым лучшим.

Корсаков внимательно посмотрел на меня и вдруг очень по-доброму предложил.

- А давай-ка я тебя ещё разок проверю. До доктора ты же так и не добрался сегодня, да?

Ответить я не успел - он уже взмахнул рукой и в воздухе сверкнула зелёная дуга, а на моём теле возникла солидных размеров печать. Объём силы у этого старика был неплохой. Не каждый герой мог таким похвастаться.

- Да что такое с твоими ядрами, Афеев? Почему они, как будто…

Не договорив, он снова махнул рукой и ко мне протянулась ещё одна толстая нить силы. Не слишком это приятное ощущение - когда какой-то смертный ставит на тебе печати, а тебе остаётся лишь наблюдать. Да ещё Сандал воспользовался тем, что я отвлёкся и только что спёр ухо той золотой статуи. Вот же скотина крылатая! Я ведь отдал чёткую команду - ничего не воровать в этом здании.

Попытался продублировать ему приказ, но тут старик выставил третью печать и мне пришлось сосредоточиться на осколке “искры”. Он хоть и был укрыт остатками моей божественной мощи, но сейчас внутри всё бурлило от потоков энергии - как мне казалось, профессор вполне мог его обнаружить.

- Да они же у тебя поплыли, Афеев. Как будто их что-то вытеснило. Может среди той пары сектантов были Одарённые? Хотя, какая разница. Сейчас я всё поправлю.

Ответа он от меня явно не ждал. По крайней мере, времени на то, чтобы что-то сказать, точно не оставил. Уже через секунду тело окутала боль, а воздух перед глазами подёрнулся маревом.

Что это? Такое ощущение, будто я оказался на поле битвы, где Марс схлестнулся с Плутоном и оба бьются в полную мощь, не сдерживая своих сил. Тогда как я между ними и получаю удары с обеих сторон.

Внутри появилось странное чувство - как будто из глубины моего тела вытаскивали какую-то конструкцию, протискивая её через плоть. Осколок “искры” вовсю вибрировал и полыхал. Настолько, что я едва справлялся с маскировкой.

Всё изменилось одномоментно. Только что внутри был полноценный хаос и меня раздирало на части, а в следующее мгновение появилось ощущение покоя. Вместе с которым возникло и кое-что ещё. Пять небольших шариков, что находились внутри меня, связанные нитями. Да лёгкая аура силы, которая растекалась вокруг них.

Не успел я свыкнуться с этим ощущением, как навалилась масса других. Например, давящая аура Корсакова, внутри которого полыхали объёмные шары концентрированной силы. На фоне этой мощи, Афеев казался маленьким и бессильным ребёнком. А ещё энергия печатей, которыми были покрыты стены и дверь кабинета. Десятки оттисков, связанных между собой многочисленными нитями. Мощная защитная система, питающаяся от целого набора встроенных артефактов.

С трудом втянув в себя воздух, я постарался отвлечься. Теперь я понимал, что сейчас сделал старик-воин. Он вернул работоспособность старому источнику силы Афеева. Который совместился с тем, что привнёс в эту оболочку я. Как итог, только что образовалось нечто абсолютно новое для этого мира. Конечно, если божества не заглядывают к ним каждую пятницу.

- Ты в порядке? Извини, наверное, это было болезненно.

Судя по довольной ухмылке, Корсаков не сомневался в том, что это на самом деле было ОЧЕНЬ больно. Но я не стал давать ему дополнительный повод для радости.

- Достаточно неприятно.

Тот прищурился и, улыбнувшись, кивнул. Потом провёл пальцами по своей бороде.

- А мои печати ты видел?

- Нет. Момент их установки был ощутим, но в этот раз я ничего не заметил.

Старичок довольно оскалился.

- Хорошо. А то я уж было подумал, что у нас тут очередной потенциальный Видящий нарисовался. Но если я сделаю вот так, то ты всё же видишь печать, правильно?

Озвучивая последнюю фразу, он взмахнул рукой и в воздухе прочертилась тонкая нить, которая упёрлась в мой корпус и на её окончании сразу же появилась маленькая клякса печати.

Вопрос был с подвохом. Возможно он просто убавил используемую силу и теперь я на самом деле должен был что-то рассмотреть. Но вполне могло оказаться так, что дело совсем не в используемой мощи для конкретной печати, а в ядрах, что находятся внутри каждого смертного.

От Сандала пришёл импульс радостного удовлетворения - ястреб уже лишил статую обоих ушей, носа и куска лба, теперь нацелившись на плечо. Тот факт, что я сейчас оказался в щекотливом положении, его, похоже, не волновал.

В ответ, от спутника неожиданно пришла вполне чёткая мысль “ты же бог, ты разберёшься”. Отправил ему в ответ обещание посадить на жёсткий поводок и не отпускать дальше десяти метров без прямого приказа. Тот немедленно обиделся и выразил свой протест, изъяв у статуи три золотых пальца.

Я же, наконец, определился с ответом.

- На самом деле не видел. Что-то почувствовал мельком, но не более того.

Профессор нахмурился и пустил в дело ещё одну печать. Снова затребовал результата. Поставил следующую. Потом принялся экспериментировать с предметами интерьера, выставляя печати куда придётся. Столь бестолковое использование божественной мощи немного раздражало. Хотя, судя по тому, сколько силы было в его ядрах, Корсаков являлся весьма могущественным магом. Или, как он сам выразился, Одарённым - этот термин в книгах Афеева тоже встречался, но использовался, почему-то, не слишком часто.

Через полчаса, когда у него закончились идеи, а Сандал успел произвести разведку практически всего этажа, несколько раз передав мне радостные импульсы, я получил короткую передышку.

Сам Корсаков, встав на ноги, несколько раз прошёлся из стороны в сторону по кабинету. Результат его явно не устраивал. Но при этом ещё и интриговал.

- Значит ты не видишь ни одной моей печати, но при этом различил ту, что поставил Измайлов. Странно, очень странно, Афеев. Возможно дело в стрессе? Тогда тебя бы к Защитникам на стажировку. Но для такого ты слабоват. Сдохнешь ведь сразу. А старику потом бумажки заполнять. Что же с тобой делать, Афеев?

Старик явно говорил всё это самому себе, так что я тихо сидел в кресле и впитывал новую информацию. Сейчас мелькнуло ещё два термина - Защитники и Видящие. Потом надо выяснить, кто это такие.

Хозяин кабинета остановился и развернулся ко мне, озадаченно хмурясь.

- Ладно. Пока можешь идти. Если вдруг появятся какие-то изменения - сразу сообщи. Например, если будешь видеть печати преподавателей или ещё что-то странное начнёт происходить. Те сектанты точно с тобой что-то сделали. Жалко, их уже нельзя допросить и всё узнать. Могло бы пригодиться.

Почти шёпотом озвучив последние слова, недоумённо глянул на меня.

- Ты почему ещё здесь?

Впрочем, сразу же покосился на дверь и раздражённо поморщившись, взмахнул рукой, ставя на неё печать.

- Дорогу обратно помнишь ведь? Вот и отлично. Дверь на выход сама сработает. Ты, главное, по дороге никуда не заглядывай и всё будет хорошо. Разочаровал ты меня, Афеев, сильно разочаровал. Живи теперь с этим.

Подняв саквояж я чуть быстрее, чем надо, вылетел из комнаты и за спиной грохнула металлическая дверь. Разочаровал я его, значит. Меркурий разочаровал смертного. Я жил среди этих варваров всего второй день, а они меня уже изрядно раздражали.

Зато Сандала, который мчался за мной по коридору, всё устраивало. Он нырнул в саквояж, который сразу же солидно потяжелел, а потом сразу умчался обратно. Откуда у него такая тяга к клептомании? Или попавшая в птицу душа при жизни очень любила золото? Откуда она вообще взялась, если всех местных моментально засасывает в какое-то непонятное место?

Влив в связывающую нас нить немного божественной силы, я отозвал спутника обратно. Нечего носиться по зданию, где полно печатей. Неизвестно, до чего могли додуматься смертные за то время, что обладают силой. А я пока слишком слаб, чтобы вот так глупо себя обнаружить.

Ястреб возмутился, но всё же полетел рядом. Хотя, как только мы преодолели тот кусок металла, что закрывал проход в воздушный тоннель, я выдал ему новое задание. Найти документы, в которых говорилось бы о том, кто такой Афеев и принести мне. Заодно и проверю, насколько он грамотен. В том, что призрачным телом ястреба управляет чья-то душа, я уже не сомневался. Вопрос только в том, кто это и откуда взялся?

Вернулся Сандал только через десять минут. Уже после того, как я зашёл в комнату и поставил тяжёлый саквояж на пол. Спутник притащил целую пачку документов, которые сбросил на кровать. А дополнительно к этому, скинул на стол несколько толстых пачек купюр, перетянутых резинками.

Деньги я смёл в ящик стола. Не знаю, где их взял ястреб, но наличность пригодится. Это не украшения и не куски золота, которые ещё нужно как-то продать. Так что в этот раз выказывать своё недовольство я не стал.

Когда принялся собирать рассыпавшиеся по одеялу бумаги, оттуда выпал конверт с письмом. Я уже находил здесь подобные и знал, что это такое - Афеев переписывался с каким-то студентом из Баварии - обоих интересовала возможность приручения при помощи печатей животных.

Подняв конверт, вчитался в кривые надписи, сделанные чернилами. Адресовано Василию Афееву. Только вот дата не совпадает с той, что я видел сегодня в аудитории. Там, вроде, был сентябрь. Тогда как письмо датировано августом.

Вскрыв конверт, достал лист бумаги и погрузился в чтение. Закончив, какое-то время подумал. Поднял глаза на зависшего под потолком Сандала.

- Вот скажи, почему стоит зайти речи о деньгах, как люди забывают о всякой чести?

Тот сделал круг и, приземлившись рядом с саквояжем, ткнул в него клювом. Я согласно кивнул.

- Да, это тоже всё наворовано, не спорю. Но ты забирал только у тех, кто мог позволить себе такие потери. И то, половину. А не выкидывал никого на улицу.

Ястреб перелетел на стол и отвернулся, делая вид, что смотрит в окно.

- Та-а-ак. Ничего не хочешь сказать?

Сандал меня упорно игнорировал. Делал вид, что слеп, глух и вообще сделан из камня.

- Ладно, Кронос с тобой. Поехали, нанесём визит вежливости одному смертному.

Встав на ноги, я вспомнил ещё кое-что и глянув на радостно хлопнувшую крыльями птицу, уточнил.

- Кстати, зачем тебе понадобилось столько женских трусов? И куда ты их все спрятал?

Глава IX

На этот вопрос ястреб не ответил - предпочёл снова уйти в глухое игнорирование. Зато среагировал на второй - откуда он взял те деньги, что притащил, когда я уже был в комнате. Показал мне воспоминание о мужчине, который засовывал в сейф стопку банкнот, приговаривая что-то вроде “вы все рано или поздно платите, сукины дети”.

Из этого самого сейфа, спрятанного за шкафом его кабинета, Сандал и умыкнул все имеющиеся деньги. Достаточно солидную сумму, надо сказать - точно я пересчитывать не стал, но навскидку в пачках было не меньше двадцати тысяч рублей. Ещё около трёх тысяч он добыл за то время, пока я пил кофе на перекрёстке. Пожалуй, по местным меркам, я теперь считался относительно богатым студентом.

Вот что делать с украшениями, я не знал. Цепочки, кольца, серёжки, части золотой статуи. Достав из саквояжа ухо, я покрутил его в руках. Никакой силы внутри или других намёков на его связь с божественной мощью. Зачем они тогда проводили тот странный ритуал? На что рассчитывали?

Увидев, что я разглядываю кусок статуи, ястреб снова отвернулся, смотря в окно. Я же забросил золото обратно. Скорее всего, драгоценности тоже тянули на изрядную сумму. Но пока я не знал, кому всё это можно продать. А ещё не совсем понимал, что с ними делать прямо сейчас? Просто оставить в комнате, казалось не слишком разумной идеей. Дверь хлипкая, замок простой - при желании сюда может вломиться кто угодно. Не говоря о том, что у сторожа, скорее всего, были ключи.

Подняв голову к потолку, покосился на Сандала.

- Давай, отрабатывай свою промашку со статуей. Перетащи всё это наверх и оставь между перекрытиями.

Спутник прислал импульс возмущения. Мол, он итак старался, пока всё это воровал. А теперь его же заставляют выступать в роли грузчика. Но поняв, что я никак не реагирую, всё-таки принялся за дело.

Думаю, основную роль тут сыграла поездка - Сандалу было интересно, куда мы направимся и зачем. А пока вопрос с украшениями не будет решён, с места мы точно не сдвинемся.

Подождав, пока негодующий ястреб перетащит всё в укромное место, я взял в руки саквояж и двинулся к выходу. Да, впереди ждало важное дело, но никогда не знаешь, когда перед глазами окажется что-то действительно ценное.

Спустившись вниз, сразу двинулся к кабинке сторожа. Но передо мной вклинилась ещё одна фигура - крепкий студент в костюме с зализанными волосами. С размаху бахнул ключи в окошко зарешёченной кабины, сопроводив действие словами.

- Митрофаныч, подержи пока у себя. В ночи вернусь.

Проводив его глазами, я решил провести испытания интеллектуальной мощи Сандала и отдал тому команду подпортить борзому смертному жизнь. Единственное условие - без членовредительства. А потом подошёл к кабинке с мрачным мужчиной внутри.

- Можно как-то вызвать сюда машину? Мне нужно съездить в одно место.

Тот хмуро глянул на меня и скривился в гримасе.

- Куда? Ежели за город, это рублей в тридцать встанет, а то и больше.

Намёк на отсутствие денег был слегка оскорбителен, но я сдержался. К тому же, если отталкиваться от его предыдущих слов, этот смертный пусть и немного, но переживал за честь Афеева.

Я продолжал молча смотреть на него и мужчина пожал плечами.

- Дело твоё, Афеев. Будет тебе машина.

Взявшись рукой за какой-то предмет внизу, с иронией уточнил.

- Может княжеский класс вызвать? Раз кататься, то с роскошью.

Если он надеялся пробить броню моей невозмутимости, то это зря.

- Полностью согласен. Вызывайте.

Тот на мгновение замер, но потом поднёс к уху странный предмет, к которому тянулась извивающаяся верёвка, что тут, вроде бы, называли шнуром. И принялся проделывать какие-то манипуляции внизу.

О том, что это какое-то средство связи, я догадался. Но только после того, как смертный заговорил, обращаясь к другому человеку, понял, как оно работало. Что-то вроде раковин Нептуна, которые он выдавал своим приближённым. Те могли быть на разных концах света, но всё равно слышали друг друга. Конечно, если находились в воде - на суше эти артефакты работать сразу переставали.

Договорившись о “подаче автомобиля княжеского класса к воротам университета имени Оболенского”, Митрофаныч вернул странный предмет на место и испытующе глянул на меня.

- Через пять минут будет, стоянка у них тут совсем рядом. Как раз дойти успеешь.

Скорее всего, он предполагал, что сейчас я сдам назад и откажусь, либо попрошу другую машину. Вместо этого я развернулся и спокойно пошёл к выходу. Князьями титуловали некоторых восточных варваров. Так что машина там, видимо, будет немного получше остальных. Но я не думал, что она пробьёт дыру в моей казне. Денег должно хватить.

Когда я неспешно подошёл к воротам, то увидел сразу два автомобиля. Один - роскошный, чёрного цвета, с затейливым дизайном, явно предназначался мне. Второй выглядел поменьше, а под его капотом сейчас копался шофёр. Проказа явно была делом рук ястреба. Или его когтей. А может клюва.

Глянув на торжествующе клекочащего Сандала, который нарезал круги над машиной, я двинулся к своему автомобилю, из которого немедленно выскочил мужчина в форменной одежде и предупредительно распахнул заднюю дверь. Когда я почти забрался внутрь, из второй машины внезапно вылез тот самый парень, который грохнул ключи на стойку Митрофаныча.

- Афеев? Откуда у тебя… А, ладно! Подвезёшь? Этот кусок дерьма сломался, а тупой смерд не может ничего сделать. Опаздываю уже.

Первым и искренним порывом было оставить его здесь. Пусть этот смертный знает, где его место. Но потом я переключился на логику. Информация никогда не бывает лишней. Связи тоже могут пригодиться. А этот студент, если и не входил в местное высшее общество, то как минимум, относился к какой-то его средней прослойке.

Переборов себя, я махнул рукой, указывая на вторую дверь. Но сразу обозначил условие.

- Только если недалеко. Самому нужно успеть в одно место.

Тот радостно кинулся к машине, даже не подумав поблагодарить. Подбежав, гневно глянул на шофёра, который пока ещё держал мою дверь. Но всё же залез внутрь сам - возможно, в случае с его душой, ещё не всё потеряно.

Ястреб протестующе заклетокал, после чего залетел внутрь салона и возмущённо нахохлился, усевшись на приборную доску. У Афеева была книжка, посвящённая истории появления машин. В основном, с картинками, но общие знания я оттуда почерпнул и мог оперировать хотя бы основными терминами.

Смертный назвал адрес, куда ему было нужно - если верить комментарию водителя, это было максимум в пятнадцати минутах отсюда. А когда мы отъехали от ворот, всё же не сдержался.

- Откуда у тебя деньги-то взялись, Афеев? Да ещё на такую машину.

Я ожидал, что услышав такие слова, шофёр напряжётся, но тот как ни в чём не бывало, ехал дальше. А я глянул на своего попутчика и небрежно усмехнулся.

- Заработал. В этом мире полно денег. Нужно только наклониться и подобрать их.

Сандал на момент повернул ко мне голову, смотря одним глазом и намекнул, что деньги вместе со всем остальным вообще-то “подбирал” он. Тогда как я сидел за столиком кафе и прохлаждался. В ответ я снова напомнил про женские трусики и ястреб моментально потерял ко мне интерес.

Вот студент неожиданно задумался.

- Слушай, если речь о карточной игре, то могу порекомендовать пару неплохих мест, где делают нормальные ставки. Только без шулерства, само собой. За такое там сразу и на месте голову открутят.

Карточная игра? Что-то такое я по-моему видел в книгах, правда, совсем мельком. Состязание между людьми, где всё зависит от кусочков бумаги, что попадут тебе в руки. Они, оказывается, ещё и ставки на это делают.

Хотя, сама идея была неплоха. У меня есть Сандал, а значит карты соперников будут на виду. Если я правильно понимал, это уже обеспечивало половину успеха. А с правилами я разберусь. Уж что-что, а азартные игры были по душе каждому третьему моему последователю.

- Буду признателен. Нормальные ставки - это сколько? От тысячи рублей?

Лицо смертного перекосила кривая усмешка.

- Ты скажешь тоже, от тысячи. Сотни по две обычно ставят, не больше. Бывает такое, что совсем разойдутся и тогда в дело идёт всё, что есть. Но такое редко случается.

Двести рублей - это мало. С другой стороны, если такие ставки сделает сразу десяток человек, то речь пойдёт уже о двух тысячах. Да и азартные игры - дело такое, далеко не всегда вопрос исчерпывается деньгами. Отличный способ находить слабые души, которые, в моём случае, способны стать источниками информации. А возможно, и инструментами влияния.

- Тоже неплохо. Оставишь адрес?

Тот странно глянул на меня и после недолгой заминки полез в карман. Достал оттуда прямоугольный тонкий брусок, на котором горела синяя печать. Несколько раз ткнул в него пальцами. Печать завибрировала, а сам студент начал говорить.

- Приветствую, Лев. У меня тут человек на игру хочет. Когда следующая?

Чуть помолчав, добавил.

- Да, надёжный. Учится на одном курсе со мной. Деньги? Ну, вроде, есть.

Вздохнув, покосился на меня. Осмотрел салон машины.

- Точно есть.

Выслушав ответ, слова которого смутно доносились и до меня, убрал тонкий брусок от уха и снова тыкнул в него пальцем.

- У тебя свой дарфон есть? Могу прямо туда скинуть адрес и дату.

Я отрицательно покачал головой и тот разочарованно цокнув языком, полез в карман. Значит, этот артефакт, по которому он общался с неизвестным, назывался дарфоном. Надо будет запомнить. И купить себе такой. Судя по всему, удобная вещь.

Достав блокнот и ручку, записал данные, а потом вырвал листок, отдав его мне. Вот и первая небольшая польза от моего согласия его подвезти.

Когда я просмотрел адрес и спрятал листок в карман, юноша снова проявил интерес.

- А ты куда вообще на такой машине едешь? Приём чтоли какой?

Озвучивая последнюю фразу, смертный задумчиво разглядывал мою одежду. Видимо, с его точки зрения она отнюдь не подходила для торжественного мероприятия. Тут я был согласен - гардероб следовало обновить. Но прямо сейчас необходимости в этом не было.

- Нужно решить кое-какие семейные дела.

Его брови удивлённо взлетели вверх - парень точно собирался мне что-то сказать. Но быстро передумал. Видимо решил, что рвущиеся с языка слова будут не слишком приятны. А я, в конце концов, оказывал ему услугу.

Он, к слову, был не таким уж сильным Одарённым. Тоже пять ядер, как и у Афеева. Да ещё и не слишком сильных. Тогда как у некоторых студентов я видел и по семь, и по десять сгустков силы. Причём куда более концентрированных. А если вспомнить Корсакова, то у того ядер было сразу шестнадцать. И по своей мощи каждое превосходило десяток студентов вместе взятых.

Когда мы остановились около небольшого особняка, который стоял в окружении похожих на него домов, парень поблагодарил за помощь и устремился к воротам. Я же приказал Сандалу слетать и разведать обстановку. Нечего всё время прохлаждаться на приборной доске. Птица он, в конце концов, или кто?

Ястреб передал картинку, когда я уже назвал требуемый адрес и машина снова тронулась с места. В доме планировалось небольшое пиршество. Восемь студентов мужского пола, вино, закуски и продажные женщины.

Зашедший сразу принялся рассказывать всем об Афееве, который “разъезжает на крутой машине и начал играть”. Основной массе на такие новости было наплевать, но вот реакция хозяина дома мне не понравилась. Я даже не стал запоминать те фразы, которыми он выразился - уж больно оскорбительно они звучали. Поэтому Сандал пролетел по всему их дому, разворошив родительскую постель в запертой спальне и опустошив шкатулку с женскими драгоценностями. Юнец сам напросился на последствия.

Ястреб вернулся к машине, летя рядом с ней. А я достал из саквояжа пачку бумаг, которые он притащил вместе с письмом из канцелярии университета. Если верить им, Афеев относился к нетитулованному дворянскому роду. Я не был уверен, что именно это означает, но, скорее всего, что-то вроде младших патрицианских фамилий.

Вот только, судя по отметкам в документах, родителей у него уже не было. Умерли. Опекуном до момента восемнадцатилетия был двоюродный дядя - единственная кровная родня, что нашлась. А в университет Афеев попал сразу на второй курс, поступив после окончания гимназии.

Больше ничего ценного в этих бумагах не нашлось. Зато содержимое письма оказалось куда более интересным. Это был официальный запрос от того самого дяди - Романа Афеева. Он извещал своего племянника, что начал процедуру официального оформления дома под Петербургом и всей остальной собственности на своё имя. А вместе с тем подал заявку на утверждение себя главой рода, ввиду отсутствия иных кандидатов. В случае, если у Афеева имелись какие-то возражения, он мог озвучить их лично, явившись в тот самый дом, или отправить письмом.

Правда, канцелярия университета не оставила смертному ни единого шанса - пусть на конверте и красовалась печать “вручено”, но он был не распечатан и пылился среди прочих бумаг. Могу поспорить, без руки этого самого Романа тут не обошлось.

Но ему не повезло - Сандал принёс письмо мне. И теперь я считал этот дом, да и всё остальное, что принадлежало Афееву, своим. В конце концов, Меркурию точно положена отдельная спальня. Желательно, с примыкающим бассейном и полусотней смертных дев поблизости. Хотя, с таким огрызком “искры” внутри, мне, пожалуй, хватило бы и одной. Нужно только найти ту, которая окажется в моём вкусе.

Машина катила по полупустым дорогам, я а разглядывал вывески. Книжный магазин - сюда надо будет заехать на обратной дороге. Конечно, можно послать и Сандала, но боюсь, это окажется слишком заметным. А вот тут, судя по надписи над входом, продают те самые дарфоны. Тоже нужно будет заскочить - узнать, как это работает и купить себе один экземпляр.

Автомобиль выехал за пределы города - теперь справа и слева от нас была стена зелёных деревьев. Сандал внезапно рванул в их сторону и через мгновение я почувствовал его удовлетворение - ястреб поймал дятла.

Не успел я поинтересоваться, за каким титаном ему понадобилась несчастная лесная птица, как почувствовал всплеск энергии в соединяющей нас нити. А потом она же едва заметно толкнула мои ядра. Да её даже осколок “искры” ощутил. Как так? Он поглотил душу бедолаги-дятла? Вернее, его жизненную силу? Впервые наблюдаю такой результат. Хотя, мира в котором была бы свободно распылена божественная мощь, я тоже раньше не встречал.

Будь здесь Феб или кто-то из его отпрысков, они бы наверняка набросали массу вариантов. А у меня он был всего один - когда боги этого мира погибли, их сила выплеснулась в окружающее пространство, пропитав всё вокруг. Кому-то из смертных повезло больше и они получили ядра, в которых та собралась. Другим меньше и они уловили только её часть. Животные, скорее всего, тоже попали под удар.

Был, правда, один момент, который меня здорово смущал - для такого требовалось, чтобы моих братьев и сестёр не просто убило. А скорее, разорвало на мельчайшие частицы. Да ещё и одновременно, чтобы никто не смог впитать мощь павших. Что такого сделали эти смертные? Или это не они? Может, Локки? Решил вселенски пошутить, да шалость вышла из-под контроля?

По нити снова прокатилась слабая волна силы - Сандал снова поймал в лесу какую-то живность. Заметного эффекта приходящая энергия пока не оказывала, но что произойдёт, если её станет больше? Например, если ястреб убьёт человека?

Хотя, стоп. Я ведь уже убивал одного смертного. Своими собственными руками. Его душа немедленно куда-то умчалась, а вот жизненной силы я не получил ни капли. Хотя тогда я только прибыл в этот мир и внутри был полный хаос. Да и ядер тогда не чувствовал.

- Вас ожидать?

Ровный голос шофёра отвлёк от размышлений и я повернул к нему голову. Вопрос был к месту - мы уже сворачивали с основной дороги, направляясь к особняку, что виднелся вдали.

- Да. Не уверен, сколько это займёт времени, но точно нужно подождать.

Тот ответил коротким “Будет сделано” и я понял, что неплохо было бы ещё иметь такую машину, за рулём которой будет хороший водитель. Но всё по порядку - для начала стоит выдвинуть свои претензии Роману Афееву. А потом переходить к следующим пунктам.

Автомобиль въехал в открытые ворота и остановился в заросшем травой дворе, а я ещё несколько секунд посидел внутри, принимая картинку от Сандала. Двоюродный дядя Афеева был здесь. Причём не один - прямо сейчас он разговаривал с гостями. И если я верно понимал контекст, то эти люди хотели купить МОЙ дом.

Открыв дверь, я выбрался наружу и поправил пиджак. Заткнул обратно в карман вылезшую оттуда стопку банкнот. И уверенно направился к ступенькам крыльца. Пришла пора преподать небольшой урок этим наглым смертным.

Глава X

Открыть дверь самому мне не дали - её предупредительно распахнул затянутый в ливрею слуга. Не знаю, кого он ожидал увидеть на пороге, но уж точно не меня - смертный так и застыл на месте, не зная, что ему делать. Только переводил взгляд с моего лица на стоящий около дома автомобиль и обратно.

Помимо машины на которой я приехал, тут было ещё две. Одна вытянутая, с двумя удобными пассажирскими сидениями внутри, около которой ждали шофёр и телохранитель. Вторая же пустовала и, скорее всего, принадлежала Роману Афееву. Но обе стояли на заднем дворе, который, в отличие от основного, был очищен от травы.

Я прошёл мимо остолбеневшего слуги и пересёк прихожую. Рядом появился выскочивший из стены Сандал, который уловил мой настрой, и пристроился за правым плечом, двигаясь в такт со мной.

А вот и зал, в котором происходила беседа. Зайдя внутрь, я остановился и обвёл присутствующих взглядом. Пузатенький мужик в костюме, который держал в руках кружку чая - Роман Афеев. Тоже Одарённый - внутри организма крутится семь слабеньких ядер. Посильнее, чем у меня сейчас, но на фоне Корсакова он просто ничтожен.

Вот седой мужчина, который сейчас с интересом меня рассматривал, куда сильнее. Тоже семь ядер, но намного крупнее. Да и сила более концентрирована. Плюс связывающая их система нитей выглядела намного более мощной.

Сидевшая рядом женщина выглядела самой обычной - два слабеньких ядра, каждое из которых едва светилось, да пара тонких нитей связи.

На девушке мой взгляд задержался. Блондинка со строгими чертами лица и почти идеальной фигурой. Но моё внимание было приковано не к груди, что рвалась из декольте, а к её внутреннему миру - трём массивным белым ядрам, что равномерно вращались по одной и той же траектории.

- Василий? Что ты здесь делаешь?

Двоюродный дядя Афеева наконец подал голос и я перевёл взгляд на него.

- Решил заскочить, проверить как тут дела. И внезапно обнаружил, что ты пытаешься продать мой дом. Разве так поступают родственники, дядя?

Смертный на момент смешался, покосившись в сторону седого мужчины. А тот в свою очередь нахмурился, теперь куда более внимательно разглядывая меня.

Что интересно, в первую очередь, пузатый аферист решил обратиться не ко мне, а к покупателю.

- Ваша Светлость, вы уж простите. Племянник сам не свой после того, как потерял родителей. Я о нём забочусь, как могу. В университет вот даже пристроил. Но видать он там…

Засунув руки в карманы форменных брюк я усмехнулся и начал говорить, заставив смертного прерваться.

- Пристроил в университет? Каким это образом, дядя? Всё, что ты сделал в университете, так это заплатил кому надо в канцелярии, чтобы мне не доставили письмо, при этом отметив его как дошедшее до адресата. Но сегодня оно, наконец, попало ко мне в руки. Аккурат в последний день истечения срока.

Родственник Афеева открыл было рот, но я не собирался давать ему возможность ответить.

- Я заявляю свои права на этот дом и всю собственность рода Афеевых. Это всё принадлежит мне. Ты не сможешь продать даже крохотного кусочка земли, дядя.

Несколько секунд тот молчал. Ошарашенно пялился на меня, не понимая, как реагировать. Наконец заговорил.

- Для оспаривания решения, тебе нужно подать официальную бумагу, идиот. А канцелярия суда закрывается уже через час.

Этого момента я не учёл - сказывались громадные пробелы в информации об окружающем мире. Но на помощь пришёл тот самый седой мужчина, к которому перед этим обращался Роман.

- Господин Афеев, при всём уважении, его обращение соответствует нормам права. Устное заявление в присутствии двух аристократов. Всё, что требуется - на протяжении ближайших суток дополнить его соответствующей бумагой.

Подвоха с этой стороны, смертный точно не ожидал - скривился так, как будто ему дали под дых.

- Но Ваше Сиятельство, мы ведь практически договорились. Вы же не думаете, что этот юнец на самом деле сможет начать тяжбу? Да у него даже на пошлину денег не найдётся!

Теперь на лице потенциального покупателя появилось лёгкое презрение. До этого он, скорее всего, не до конца понимал, что происходит. Но фраза про тяжбу окончательно убедила патриция, что я в своём праве.

- Боюсь, нам пора. Эмили, Софи - мы возвращаемся в Петербург.

Глаза Романа Афеева источали вселенскую обиду и непонимание, что здорово грело мне душу. Сандал, тоже почуявший вкус победы, сделал круг в воздухе и радостно заклетокал. После чего предложил мне расправиться с родственником, как только покупатели покинут дом.

Не скрою, предложение было отчасти заманчивым. Не люблю настолько жадных и тупых людей. Но просто убить его было бы слишком скучно. К тому же, этот Роман вёл себя настолько глупо, что невольно возник вопрос, как у него в целом получилось всё провернуть? Или настоящий Василий Афеев был ещё более глуп?

Трое гостей дома поднялись на ноги, собираясь отправиться к выходу. Я же решил не упускать шанса завести связи среди местных патрициев. Нормы этикета пока оставались такой же тайной, как личная жизнь Плутона, но кое-что я уже почерпнул у окружающих.

- Ваше Сиятельство, прошу извинить, я не представился. Василий Афеев. Будущий владелец этого дома и глава рода Афеевых.

Седой мужчина, который стоял ко мне вполоборота, повернул голову и после секундного раздумья развернулся полностью.

- Маркграф Альбрехт Вельф, господин Афеев. Присматриваем с семьёй собственность в окрестностях Петербурга. Будем рады приобрести этот особняк, после того, как всё закончится.

А забавно сейчас надулись щёки у пузана, который думал, что уже обвёл вокруг пальца Локки и соблазнил Венеру. Того и гляди, разорвёт на куски от сдерживаемой злости.

- Не хочу начинать наши отношения с плохой ноты, но боюсь, этот дом я оставлю себе. Вокруг природа, дорога сюда ведёт отличная и до университета ехать недалеко.

Патриций, который, судя по фамилии, вёл происхождение от немецких варваров, умело замаскировал лёгкую усмешку под покашливание. А вот его дочь, в отличие от отца, ничего скрывать не собиралась. Широко улыбнувшись, прошлась выразительным взглядом по моей одежде.

О чём они думали, мне было понятно - содержать патрицианские поместья всегда было не самым дешёвым удовольствием. А в этом конкретном случае, ещё и требовался серьёзный ремонт. Но деньги - это лишь звонкая монета. Хотя, в случае с этим миром, правильнее было бы сказать, хрустящие банкноты. В любом случае, достать их не слишком тяжело.

Маркграф и его семья направились к выходу, сопровождаемые Романом, что отчаянно сыпал словами и пытался убедить покупателей, что всё будет хорошо. Мол, он уже сегодня решит эту неожиданную проблему и племянник больше никого не побеспокоит.

Когда я понял, что летящий рядом Сандал не услышит ничего интересного, то отправил его осмотреть дом. Хотелось понять, в каком состоянии находятся мои владения. Как быстро выяснилось, ситуация была плачевна. Поместье требовало не просто мелкого ремонта - в большинстве комнат требовалось полностью перестилать пол и красить стены. А крышу, по-моему, вовсе проще было заменить, чем ремонтировать то, что сейчас имелось.

Стоило ястребу залететь в подвал, как я почувствовал ещё кое-что. Остатки силы. Когда-то здесь применили такую мощь, что фон остался до сих пор. Да такой, что я смог почувствовать его даже с маленьким осколком “искры” внутри.

Правда, детально изучить это место мне не дали - комнату заполнил срывающийся голос Романа Афеева.

- Да что же ты творишь, скотина? За каким бесом сюда припёрся? Какая ещё тяжба? Какие претензии? Денег тебе надо? Так давай отступные заплачу. Ты скажи, сколько? Тысячу рублей? Две?

Я полез в карман и достал оттуда толстую пачку банкнот, которые были перетянуты резинкой. Смотря на смертного, насмешливо поинтересовался.

- Может это тебе отступные заплатить, дядя? Я не жадный, могу и десять тысяч оставить. Или ты хочешь двадцать?

Тот задохнулся от возмущения, уставившись на деньги. Лицо покраснело так, что казалось вот-вот лопнет от натуги.

- Ты! Да как ты смеешь! Убирайся отсюда! Не знаю, кто тебя надоумил, но вам не видать земель рода!

Как он интересно запел. Слегка обидно, что смертный посчитал всё это делом рук кого-то ещё. С другой стороны, пусть лучше так - потратит больше времени, чтобы выяснить, кто именно стоит за моей спиной.

Пройдя вперёд, я остановился позади кресла, на котором только что сидел немецкий варвар.

- Может быть договоримся, дядя? Ты уступишь мне все права без тяжбы, а я, так и быть, заплачу тебе отступные?

Лицо пузатого смертного искривилось, на момент напомнив крысиную морду и он злобно оскалился.

- Отступные? Если у тебя где-то завалялась пара миллионов рублей, племянничек, то я согласен. Подпишу бумаги прямо здесь. Только вот деньги ты тоже отдашь мне немедленно.

Сандал возмущённо заклектокал, снова предлагая оторвать его голову. Я же холодно улыбнулся. Не люблю таких людей. Пусть я покровитель воров, но те, кто стремятся заработать на несчастье своих же близких - совсем не моя паства. Их подбирают только отчаявшиеся, которым остро не хватает поклоняющихся для поддержания собственной силы. Этим, к слову, тоже надо будет заняться. Пока у меня только одна единственная последовательница, которая как-то не горит верой. По крайней мере, я не чувствую от неё серьёзной отдачи.

- То есть мне ты предлагал пару тысяч, а для себя просишь два миллиона? Не видишь тут проблемы, дядя?

Интересно, если я побеседую с ним ещё минут десять, он помрёт от инфаркта или нет?

От ястреба пришло предложение поспорить на этот счёт - в случае выигрыша он хотел получить сутки полной свободы. Но перед этим спутник случайно отправил мне соображения на этот счёт - Сандал собирался отвлечь моё внимание, а потом засунуть внутрь сердца этого пузатого плебея какую-то безделушку. Крылатый явно быстро у меня учился. И в основном плохому.

- Выметайся! Можешь подавать свою тяжбу и вообще делать всё, что хочешь. Всё одно - ни рожна не получишь! Понял? Крысёныш!

Я пожал плечами и, напевая, направился к выходу. Этот дом точно будет моим. Как и всё остальное. Смертный очень интересно высказался про все остальные земли рода. Сделал на этом такой акцент, что даже самый пропитый сатир обратил бы внимание. Вполне возможно, что загородный особняк, не самая большая ценность Афеевых. Остаётся только выяснить масштаб владений рода - не хотелось бы упустить что-то из своей собственности.

Подойдя к машине, я сообщил шофёру, что мы возвращаемся в Петербург и предупредил, что потребуется сделать несколько дополнительных остановок. Для начала нужно было заехать в магазины, которые я заметил по дороге сюда. А потом отыскать человека, специализирующегося на судебных делах. Где искать последнего, я не знал. Но предполагал, что водитель может подсказать самых известных адвокатов. В Риме было достаточно задать вопрос любому приличному человеку, чтобы сразу получить несколько имён. Но возничие во все времена знали куда больше остальных.

Водитель обошёл автомобиль и занял своё место, заведя двигатель. Я же отправил Сандала обратно в особняк - хотелось посмотреть, как дядя Афеева будет реагировать на появление племянника и перспективу судебной тяжбы.

Тот полностью оправдывал ожидания - метался по дому, орал на слугу и что-то тыкал в своём дарфоне. Ястреб попытался подлететь ближе, чтобы рассмотреть, но ничего не смог понять. На чуть светящемся и отполированном куске кристалла однозначно отображался текст, но вот рассмотреть его не получалось. Стоило Сандалу присмотреться, как буквы расплывались в одно неразборчивое пятно.

Обиженный спутник ещё раз облетел дом, ища как бы отомстить за такое разочарование. Но так и не нашёл подходящего способа. Ломать свою будущую собственность, я запретил, а ничего ценного дядя Афеева там не держал.

Первую остановку мы сделали около магазина дарфонов. Но тут внезапно выяснилось, что я сильно переоценил свои возможности. Самый дешёвый дарфон стоил сорок тысяч рублей. Можно было выплачивать частями или, как сказал тот варвар, что стоял за прилавком “в рассрочку”, но для такого нужно было подтвердить платёжеспособность. Как вариант, предоставить документы на право владения домом - этого было бы достаточно.

Вышел я с чувством лёгкого разочарования. Неприятно ощущать себя бедным. Особенно, если ты Меркурий, который никогда не знал недостатка в деньгах.

Зато получил массу полезной информации. Как выяснилось, при помощи дарфона можно было разговаривать голосом и обмениваться текстовыми сообщениями между адресатами. Чтобы оставить данные своего аппарата другому человеку, было достаточно поднести дарфоны друг к другу и нажать соответствующую кнопку. Да, этот термин я тоже выучил. А вот что такое “управляющая система” понял только в общих чертах. Но, по-моему, продавец сам не разбирался в этом до конца, а использовал заученные фразы. По крайней мере, ни на один из моих уточняющих вопросов, он не ответил.

Был и ещё один способ передачи контактов - при помощи специальных карточек, которые можно было носить с собой и передавать кому угодно. Стоило приложить такую к своему дарфону и подтвердить согласие, как у тебя появлялся новый адресат.

Дарфонами могли пользоваться только Одарённые. Правда, особенной мощи для этого не требовалось - лишь наличие хотя бы одного ядра. А тем, кому не повезло, оставались устройства, которые местные называли телефонами. Вроде того, по которому сегодня звонил сторож. По ним только говорили голосом, а носить с собой было невозможно - связь осуществлялась по проводам. Зато для использования не нужно было обладать силой Одарённого. Правда, позвонить с обычного телефона на дарфон или наоборот было нельзя. Эти системы связи работали абсолютно по разным принципам.

Следующей остановкой стал книжный магазин, где я отыгрался за предыдущий провал - набрал почти три десятка книг, которые касались магии, истории, современной политики и вооружения. Отдельно выбрал пару монографий, посвящённых Пробоям и Гнёздам. Среди литературы Афеева о них почти ничего не говорилось.

В процессе пролистал почти каждую из покупаемых книг, чтобы быстро оценить её содержание. И наконец понял, почему в литературе, которую я нашёл в комнате общежития, так часто использовалось слово “магия” и так редко упоминался термин “Одарённые”. Судя по всему, смертный, в чьё тело я попал, был приверженцем какого-то узконаправленного течения, последователи которого считали, что управление силой - это магия, и ей может обучиться каждый. А отнюдь не Дар, полученный при рождении.

Вот бы они удивились, узнав, что на самом деле это пропитавшая весь мир божественная мощь, которая открыла перед ними массу новых возможностей.

Загрузив книги в автомобиль, я поинтересовался у водителя, где можно отыскать человека, способного взяться за судебную тяжбу и сразу же получил набор из пяти кусочков плотной бумаги, на которых были выбиты адреса и названия. Последние оказались наименованиями компаний, которыми владели эти люди и от имени которых работали. Напоминало римские сообщества публиканов, только в их варварском варианте.

При этом на каждой “визитной карточке”, как их назвал шофёр, был небольшой квадратик чёрного материала, содержащий данные адресата дарфона. Будь у меня устройство, можно было бы немедленно связаться с любым из предложенных юристов - этот термин я тоже почерпнул из слов водителя.

Перебирая в руках кусочки картона, я задал логичный вопрос.

- Какой из них лучший?

Шофёр, раньше отвечавший без малейшей запинки, на этот раз слегка замялся.

- Они все хороши, иначе наша служба бы их не рекомендовала. Но если вам нужно именно моё частное мнение, то стоит выбрать Бельского. Запросит он наверняка много, но и работу свою сделает идеально.

Я сразу вытащил нужную визитную карточку. Александр Бельский. Глава дома Бельских, потомственный юрист в пятом поколении и граф. Для смертного набор характеристик выглядел внушительно.

- Тогда заедем в университет, а потом сразу к нему.

Шофёр бросил взгляд на приборную доску и сразу же обозначил проблему.

- Там может никого не быть. Юристы иногда задерживаются в офисе до самой ночи, но это происходит не каждый день.

Я задумался. Терять время впустую не хотелось. Как и откладывать на завтра решение вопроса с тяжбой. Германский маркграф сказал, что необходимо подать жалобу в течение суток. То есть у меня было время только до завтрашнего вечера.

- Они далеко от университета?

Если шофёр и удивился моему вопросу, то не подал виду. Хотя, вдруг я никогда раньше не жил в Петербурге и просто не знаю, где находится адрес, указанный на визитной карточке?

- Минут десять езды, не больше.

- Вот и отлично. Тогда всё по плану. Сначала завезём книги, а потом к ним в офис. Оттуда я уже пройдусь пешком.

На мой взгляд, план был неплох. Купленную литературу я оставлю у сторожа или подниму к себе в комнату. Потом прокачусь и, если всё сложится удачно, переговорю с Бельским или его помощником. А затем вернусь в университет, по пути пополнив запас наличности и оценив вечерние нравы этого города. Заодно можно было немного проветрить голову и подумать над планами на следующий день.

Сказать, что встретивший меня сторож удивился - значит ничего не сказать. Особенно изумился после слов о том, что меня ждёт машина и поэтому я немного спешу. Но присмотреть за книгами согласился - это ему как раз странным не показалось.

Когда мы остановились около красивого здания, облицованного белым мрамором, я понял причину его поведения. Вся сегодняшняя поездка обошлась мне в триста рублей, к которым я, подумав, оставил ещё и двадцать чаевыми.

На прощание водитель вручил мне уже свою визитную карточку и попросил называть его имя при вызове автомобиля через службу. Конечно, в том случае, если меня всё устроило.

Я заверил его, что поездка прошла отлично. Если подумать, так и было на самом деле - я не только предотвратил продажу своего дома, но ещё и получил массу полезной информации.

Выбравшись наружу, проводил взглядом отъезжающую машину и потом покосился на заскучавшего Сандала, который медленно нарезал круги в воздухе.

- Идём. Посмотрим, как у них обстоят дела с адвокатами.

К сожалению, выяснить специфику варварской юридической практики, не вышло - внутри здания никого не оказалось. Когда мне не ответили на громкий стук в дверь, я послал внутрь ястреба, но он не обнаружил ни единого человека.

Разочарованно вздохнув, снова глянул на Сандала и демонстративно приподнял пустой саквояж.

- Время поработать, птица. Казна сама себя не пополнит.

Тот возмущённо заклетокал и попытался спрятаться за каменной колонной, передав мне мысль о том, что в лесу было куда лучше. А ещё там имелся простор для охоты.

Влив немного божественной мощи в связывающую нас нить, я притянул его обратно.

- В лес мы ещё не раз заедем. В конце концов, там находится мой дом. А пока проверь-ка бумажник вон того солидного господина, что шагает под руку с молодой смертной.

***

Роман Афеев не считал себя очень умным человеком. Или везучим. Он, в принципе, думал, что ничем не выделяется на фоне остальных. Особенно,если сравнивать с двоюродным братом, который всегда был баловнем судьбы. Когда произошёл тот случай в Индии, где погибли все остальные члены рода, именно ему досталось всё. Земля, имения, книги и записи, родовой алтарь. По завещанию он получил всё, а Роман остался с носом. Только тот жалкий домишко на берегу Балтийского моря, в котором он влачил своё существование.

Когда ушла жена, забравшая сына, он даже не удивился. Да и внезапная гибель двоюродного брата сначала не вызвала эмоций. Ну погиб вместе с женой, когда сунулся к новому Пробою, так и бес с ним. Осторожнее надо быть.

О наследстве он тогда даже не подумал - был уверен, что всё записано на племянника, коему и отойдёт. А потом внезапно появился этот человек. Показал фамильный перстень рода, которому служит, а когда изумлённый Роман рухнул перед ним на колени, приободрил и поднял. Объяснил, что теперь начнётся новая жизнь. Нужно лишь грамотно всё обставить, подождать и вступить в права. Потом продать сибирские земли рода. Официально и за большие деньги. Всё остальное он мог оставить себе.

А теперь этот мелкий паршивец, который последний год даже не заикался о делах рода, посмел заявиться сюда и опозорить его перед маркграфом. Кем он себя возомнил? Защитником первого класса? Светлейшим князем? Любовником императрицы?

На последней мысли, Афеев прикусил язык и огляделся. Вслух он это сказал или подумал про себя? Лакей в доме всего один, но всё равно надо быть осторожнее. Попадешь под следствие Третьего отделения и мигом окажешься на каторге.

Роман покрутил в руках дарфон. Проблему надо было решать и быстро. Наниматели оставили ему контакт, через который можно было обратиться в самом крайнем случае. Но мужчина не был уверен, что это именно он. Ситуация не выглядела запредельно опасной. К тому же, он не должен был продавать ничего из имущества рода, пока официально не займёт место главы. На его взгляд, это было глупое требование. Тем более, что авансом заплатили совсем немного. Конечно, тогда эти пятьдесят тысяч показались большими деньгами. Но сейчас-то он понимал, что это мелочь. Один этот дом можно было продать тысяч за триста.

Решившись, открыл адресную книгу и выбрал номер. Этот паршивец узнает, как лезть во взрослые дела. Сдохнет, как только сунется искать хорошего стряпчего. Может, даже сегодня.

Внутри на момент появилось нехорошее ощущение - пусть племянник был двоюродный, но всё же родня. Роман даже на момент остановил палец, зависший над плоским кристаллом. Но потом вспомнил про обещанные три миллиона рублей и решительно клацнул по контакту. До беса эту кровь. Ради таких денег можно прикончить и родного племяша, а тут всего лишь двоюродный.

Глава XI

Прогулка по улицам вечернего города вышла продуктивной - на этот раз Сандал почти не срывался и саквояж в основном пополнялся банкнотами. Хотя, возможно хитрая птица просто не хотела снова курсировать между сумкой и потолком, перетаскивая честно награбленное золото.

Неожиданность произошла, когда я уже приближался к университету - ястреб внезапно продемонстрировал мне картинку хорошо одетого мужчины, который сидел на летней террасе кафе и пил кофе. А параллельно поглядывал в мою сторону.

Это можно было бы списать на простое любопытство, если бы не одно “но” - в какой-то момент тот убрал руку под стол и сложил пальцы в щепоть. А потом в воздухе мелькнула тонкая нить силы - смертный поставил на меня печать.

Подавив в себе порыв немедленно растворить её при помощи своей божественной мощи, я внимательно присмотрелся к оставленному оттиску. После манипуляций Корсакова, моё видение чужих печатей изменилось. Если раньше я видел только общую структуру, то теперь оказались доступны мельчайшие детали. Благодаря чему я отлично мог разобрать их устройство и проанализировать воздействие.

Например, вот эта предназначалась для того, чтобы следить за целью. Не требовала постоянной подпитки и, скорее всего, со временем рассасывалась. А ещё наверняка не была заметна сторонним наблюдателям. Каким бы тупым ни был этот смертный, он не стал бы ставить легко обнаруживаемую печать на студента, который будет в постоянном контакте с сильными Одарёнными.

Я отозвал Сандала, который настойчиво вился возле головы мужчины, и улыбнулся. Не знаю, для чего именно этот смертный хотел проследить за мной, но, пожалуй, я облегчу ему задачу.

Остановившись прямо посреди улицы сделал вид, как будто вспомнил что-то важное и, развернувшись, зашагал в обратном направлении. А через пару минут Сандал просигналил, что мужчина поднялся из-за своего столика и направился следом.

Пока шёл, ещё раз, только куда более внимательно, присмотрелся к печати. Она отличалась от тех, что использовали мы. Не только тем, что была рассчитана совсем под другой объём энергии, но и своей структурой. В качестве основы использовали не только компоненты божественных печатей, но и такие, которых я раньше не видел. Скорее всего, придуманные людьми.

Функционал у неё был совсем простой - в зависимости от объёма влитой силы, печать держалась определённый промежуток времени и постоянно сигналила владельцу, обозначая положение цели.

Сейчас она тоже работала, подавая сигнал смертному, что преследовал меня. Я мог заблокировать её божественной мощью или вовсе растворить, но в этом не было смысла. Надо было заставить преследователя раскрыть свои намерения.

Сандал, который летел прямо над головой мужчины, с возмущённым клекотом опустился ниже, погрузив призрачные когти в его череп. Поднялся наверх только после моей прямой команды - ястребу не терпелось разобраться с угрозой.

Спустя четверть часа я добрался до квартала старой застройки с множеством переулков, который был недалеко от офиса адвокатской корпорации. Или как их тут эти варвары называют? Компании, вроде бы. Совсем недавно Сандал дал краем глаза взглянуть на него, когда обчищал карманы очередной жертвы. Какая-то девушка увлекла туда парня и пока тот лапал её зад, филигранно обчистила его карманы. Правда, она ещё не в курсе, что бумажник ей достался пустой - ястреб вытащил оттуда почти всё содержимое, оставив только пару монеток.

Именно сюда я и свернул. Сумерки, узкие проходы между зданиями, задние стены домов, на которых почти нет окон. Если смертный собирался напасть - то это было идеальное место. В противном случае, я просто вернусь в университет и посмотрю, к чему всё это приведёт.

Сначала мне показалось, что преследующий меня человек, не собирается ничего делать. Несколько минут он просто шёл, держась метрах в ста позади. Я уже, было, разочаровался, но тут преследователь ускорился, став быстро сокращать дистанцию. Тогда как я наоборот замедлил шаг.

Только показавшись из-за угла, смертный снова поставил печать. На этот раз нить силы была толще и грязно-красного цвета. А я сразу заблокировал её при помощи своего осколка “искры”. Иногда очень полезно быть богом, пусть даже и потерявшим почти все свои способности.

Например, в такой ситуации - когда тебе на спину ставят отравляющий оттиск, который постепенно накачивает давление в сосудах головного мозга. А останавливается только, когда лопнет самый слабый из них. Это они ловко придумали - воздействие слабое и если тело не будут детально исследовать на факт остаточной магии, то никто и не заметит. Обычная смерть от инсульта. Да, у молодого совсем парня, но и такое случается.

Само собой, на меня эта печать сейчас не действовала - я продолжал бродить узкими улочками, наворачивая круг за кругом. Мой преследователь дважды повышал объём силы, прокачиваемой через нить, что, естественно, ни к чему не привело.

Поняв, что больше он делать ничего не собирается, я оторвал печать слежения от своего тела и отправил её вперёд, заставив плыть по воздуху. А сам остановился за очередным поворотом.

Когда мужчина, над головой которого так и парил Сандал, вынырнул из-за угла, то внезапно смешался и попытался просто пройти дальше. Какие робкие у них тут убийцы. Чуть что не так - пытаются сделать вид, что они тут ни при чём и просто мимо шли.

Сместившись вправо, преградил ему путь. И без долгих предисловий, поставил единственную боевую печать, что была в моём арсенале.

Да, раньше её использовали исключительно для детских шуток между богами. Ведь смешно, когда у молодого божества начинает хлестать вода из глотки, а сам он не может ничего сказать? Да и привкус во рту потом оставался такой, что его даже амброзия не смывала.

Смертный отшатнулся, смотря на меня расширенными глазами. А потом согнулся пополам, выплёвывая на брусчатку поток воды. Силы я приложил совсем немного, чтобы ненароком его сразу не убить, но мужчине хватило.

Хотя нет, вы посмотрите - он пытается сложить пальцы, чтобы чем-то ударить. Какой упорный.

На этот раз пришлось задействовать Сандала, который лишил его сразу двух пальцев. После такого преследователь рухнул на мостовую, обхватив раненную руку целой и продолжив извергать воду. Я же подождал ещё пару секунд и растворил свою печать. Присел на корточки рядом с ним.

- Зачем ты пытался меня убить?

Незадачливый убийца, тяжело дыша, баюкал раненую руку из которой щедро текла кровь. И, как мне кажется, искал глазами свои пальцы, которые ястреб перевёл в призрачное состояние, забрав с собой.

Наконец преследователь повернул голову в мою сторону.

- Да кто ты такой? Что это вообще за…

Договорить он не успел - я снова поставил печать. На этот раз отвёл водным процедурам около двадцати секунд и повторил свой вопрос. Возможно он и в этот раз стал бы препираться, но тут сверху упали два оторванных пальца, что неожиданно окончательно его сломало. Задрав голову, уставился на пустое пространство, откуда те вывалились, а потом снова глянул на меня.

- Я просто выполнял работу. Сказали, нужно срочно и тихо убрать пацана. А я оказался на месте. Вот и всё.

Пусть это наёмный убийца, но пыток, пожалуй, хватит. Смотря ему в глаза, поставил печать правды и удовлетворённо кивнул.

- Ты бы лучше выдавал всю информацию сразу, а не маленькими порциями. Смерть будет не такой болезненной. Кто отдал приказ?

Глаза мужчины чуть расширились. Жаль, я не чувствую ни единой его эмоции - с одним осколком “искры” это невозможно.

- Я работаю с Бульдогом. А кто именно ему спустил заказ, не знаю.

Жаль. Я бы подумал, что это дядя Афеева, но для него это было бы слишком быстро. Мы столкнулись только сегодня днём, а уже вечером появляется наёмный убийца. Да и не походил Роман на человека, у которого есть деньги на такое.

- А сам Бульдог на кого работает?

Тот шмыгнул носом и отвёл взгляд в сторону.

- На кого-то с самого верха. Его потому и не трогают. Но кто именно над ним стоит - не знаю. Ты понимаешь, что меня теперь убьют? Зачем я вообще всё это тебе рассказал…

Секунду посмотрев на него, я расхохотался.

- Ты поднял руку на Меркурия. Тебе итак не жить. Разница лишь в том, насколько мучительной будет смерть.

Убийца застыл, вытаращив на меня глаза.

- Меркурия… Не слышал такого погоняла раньше. Но ты же это… В курсе, что тут отморозков не любят? Да и вообще, завалишь человека Бульдога - получишь во враги его самого. Не знаю, кто ты такой, пацан, но одно дело со мной разобраться, а совсем другое с Бульдогом.

Зависший напротив его лица Сандал захлопал призрачными крыльями и вопросительно скосил на меня правый глаз. Интересовался, не стоит ли лишить этого наглеца носа?

- Где этот твой Бульдог обитает? Сколько у него людей? Кто может отдавать ему приказы?

Смертный успел немного прийти в себя - дополз до стены, прислонившись к ней спиной. Даже постарался зажать рану на своей руке. И, видимо, поэтому заартачился.

- Ты слышал, что я сказал, пацан? То, что ты знаешь пару фокусов, никак не…

Действительно, три ответа уже прошли. А повторное применение могло спалить его разум, вынудив нести несусветную чушь вместо ответов.

Поэтому я вернулся к прежнему методу - наложил печать и на брусчатку сразу же хлынул поток воды. В этот раз дождался момента, когда он начал прикрывать глаза и заваливаться вбок. Тогда я снял оттиск, а Сандал с удовольствием прочертил когтями кровавые полосы на его щеке, приводя в чувство.

Выждав несколько секунд, убедился, что смертный очнулся и напомнил ему о своём вопросе.

- Где найти Бульдога? И кто мог спустить ему заказ?

Теперь тяжело дышащий мужчина смотрел на меня с некоторым страхом. Уже что-то.

- У него пивная на Невской. Так и зовётся “Бульдожья”. Но он бывший Защитник. И бойцов у него полно. Тебе не по силам будет.

Я снова рассмеялся. Искренне и с чувством. Какой же он забавный.

Чуть приблизив лицо, выпускаю наружу силу осколка “искры”, что внутри меня. Чувствую, как проявляется божественная мощь, что разливается внутри. Для меня прежнего это крохотная капля, но нетренированному телу хватило - глаза наливаются оранжевым цветом, а черты лица как будто подсвечиваются изнутри.

Смертный отодвигается чуть назад.

- Ты кто такой? Что за фокусы?

Улыбаюсь. Напоминаю ему об очевидном факте.

- Я ведь представился с самого начала. Меркурий. Покровитель путников, торговцев и воров. Проводник в царство мёртвых и защитник учёных. Да и вообще, чем я только не занимался. Но знаешь, кто мне всегда не нравился?

Делаю паузу, давая ему прочувствовать момент.

- Те, кто льют кровь ради денег и власти.

Ответить тот уже не успел - я ударил его же собственной печатью. Только влил в неё куда больше силы - смертного корёжило совсем недолго. Десяток секунд и тело замерло.

Когда оттуда вынырнула душа, я попытался её придержать рядом. Но у меня вышло только на какие-то секунды затормозить процесс. А потом душа убийцы с безумной скоростью помчалась вдаль. Моё касание он почувствовать успел и здорово этому удивился. Правда, что-то мне подсказывает - в конце пути этого варвара ждёт ещё более сильное удивление.

Интересно, куда они все так неслись? С одним кусочком “искры” я не мог принять свою божественную форму и исследовать невидимые части этого мира. Но сомневаюсь, что тут сохранилось царство мёртвых. А даже если так, его ворота должны быть давно заперты. Без проводника и своего повелителя, эта призрачная земля не примет никого из умерших. Куда тогда пропадают души?

Над головой раздался клёкот Сандала, который не понимал, почему я сижу на одном месте. И то верно - не время сейчас размышлять о вселенском. Надо заниматься делами.

Отправив ястреба наблюдать за округой, я обшарил труп. Из интересного попался только дарфон. Поцарапанный и явно старый, но работающий. Проблема была только в том, что я не мог получить доступ без живого владельца. И “обнулить” аппарат, сделав его доступным для повторной активации, тоже было невозможно.

Жаль. Можно было бы сэкономить неплохую сумму денег. Если в следующий раз дело дойдёт до такого, надо будет сразу проверить наличие у смертного дарфона.

Я снова запетлял по узким проулкам, выбираясь к широкой улице, а Сандал рассекал воздух, порой пролетая через чужие квартиры. Пару раз напугал ни в чём неповинных людей. Потом наткнулся на мужчину, который орал на женщину. А после того, как тот ударил её по лицу, изъял у него по куску мышечной ткани из каждой руки. Зарастёт, само собой, но на ближайшие десять дней его верхние конечности точно окажутся неработоспособны.

Вернувшись в университет, столкнулся с Измайловым, который покидал здание вместе с Ростовцевой. Сын плебея неприязненно глянул на меня, а дочь распутной женщины наморщила носик. Я же спокойно прошёл мимо, неся изрядно потяжелевший саквояж.

Пока я забирал книги, Сандал успел куда-то улететь. Вернулся только в момент, когда я уже поднимался по ступенькам, теперь ещё и таща пару тяжеленных сумок.

Почувствовав хороший настрой ястреба, я сразу уточнил в чём дело, но тот лишь прислал мысль о том, что этот вечер у Измайлова точно сложится не так, как он того хочет.

В детали я вдаваться не стал. Вместо этого дотащил груз до комнаты Афеева и принялся разбираться с делами. Слабая человеческая плоть умоляла об отдыхе. Но я всё же заставил свою оболочку продержаться ещё какое-то время.

Сандал сразу начал сновать между потолком и саквояжем, перетаскивая те украшения, от кражи которых птица всё же не сдержалась. Заодно перенёс туда же трофейный дарфон. Я не был уверен, что его вообще можно обнулить без наличия живого владельца, но пусть пока полежит. Хуже от этого быть не должно.

Сам же я погрузился в изучение книг. Первым под руку попался манускрипт о Пробоях, после первых страниц которого стало понятно, что Афеев и правда был приверженцем какого-то мистического течения. В его книгах Пробои описывались, как банальные дыры в земле, откуда лезли чудовища. На деле же всё было куда сложнее.

Авторы купленной мной книги, которых насчитывалось сразу трое, сами толком не знали, чем являются Пробои. Версий было много - от проходов в другие миры до тоннелей, что вели на условный “тот свет”. В последней концепции все монстры, что вылезали на свет, были переродившимися душами мёртвых.

Ты погляди. Богов они перебили, но вот идея наличия человеческой души, у смертных всё же сохранилась.

Если не вдаваться в детали, то Пробои чаще всего возникали спонтанно. Просто появлялся какой-то проход, из которого начинали валить разнообразные монстры. Обычно это фиксировала артефактная сеть Хранителей и к нужному месту немедленно подтягивались Защитники.

Про первых в книге было не так много информации. Мол, это искусные Одарённые, которые посвятили свою жизнь изучению Пробоев и пытаются найти способ от них избавиться. А пока же, лишь стараются сдержать натиск неведомой грязной силы, что рвётся в этот мир.

О Защитниках было написано куда больше, но в основном это было описание деятельности каких-то отдельных Одарённых, которые успешно боролись против чудовищ. Если отбросить в сторону всю словесную шелуху, то выходит, Защитником мог попробовать стать каждый владеющий силой. Одни сбивались в организованные отряды, третьи действовали в рамках армии или подчинялись местным патрициям, а четвёртые предпочитали одиночную охоту.

Занятие было крайне рискованным - две трети искателей приключений погибали в первые полгода. Но при этом весьма привлекательным с точки зрения роста своих возможностей и прибыли.

Дойдя до этого момента, я был вынужден остановиться. Человеческое тело начало в буквально смысле отказывать - буквы перед глазами расплывались, а конечности с трудом меня слушались.

Пришлось закрыть книгу и улечься в постель. А пока оболочка наслаждалась полученным долгожданным отдыхом, я принялся за работу с внутренней структурой.

Для начала использовал божественную мощь осколка “искры”, чтобы слегка напитать ядра. Добавил самую чуть, но едва не произошёл конфуз - их так перекорёжило, что казалось вот-вот разорвёт в клочья. Эффект прошёл так же быстро, как появился, но выводы я сделал. Смешивать чистую божественную мощь и силу, которую используют смертные, пока не стоит. Вторая происходит от первой, но она очень сильно изменилась. И пока я не понимал, как заставить всё это работать в симбиозе.

Сейчас у меня было сразу два разных источника потенциальной силы. Кусочек моей “искры”, который генерировал божественную мощь, и ядра Афеева. Единственное, в чём их удалось “свести” - совместное вливание энергии в печати. Плюс, я видел количество ядер и их мощь у людей, которые находились в поле зрения. Но вот добиться внутренней синергии, как бы я ни старался, не получалось - ядра смертного не были способны переварить даже тот крошечный объём божественной силы, который я мог им дать.

Тогда я начал с них самих. Расширил каналы, которые связывали всю систему между собой. Покопался во внутренней структуре, постаравшись оптимизировать всё, что возможно. Заодно выкинул оттуда бесполезные вкрапления пустого пространства, которые каким-то образом оказались внутри. Возможно попали во время формирования этих самых ядер.

Для последней задачи пришлось использовать божественную силу - самую кроху, которая позволила бы проникнуть внутрь сгустков мощи смертного и привести их в порядок.

Потом принялся за сам осколок “искры”. Все последние сутки его приходилось прятать, поэтому я изготовил что-то вроде постоянного полога, под которым тот будет надёжно укрыт от чужого внимания. А при необходимости я смогу легко до него дотянуться и сразу же пустить в дело.

Разобравшись и с этим, я наконец позволил своему сознанию провалиться в объятия Морфея. Хотя, здесь он уже давно мёртв. Как и Гипнос, Фантаз или Икел.

Мысль о том, что кто-то истребил не только старших богов, но и тысячи их отпрысков, а вместе с ними и массу разумных рас - от тритонов и дриад до грифонов и гарпий на момент заставила испытать глухое раздражение. Но потом я всё же заснул.

***

Открыв глаза, уставился в потолок. Как я и думал - никаких сновидений. Все отвечающие за них божества мертвы. Кроме них никто не может влезть в мой разум, чтобы показать сны. Разве что я сам обеспечу себе такое веселье.

Выпрямившись, понял, что голоден. А ещё нужно было что-то сделать с этим ужасным ощущением внутри собственного рта. Когда я раньше использовал аватаров, то либо отключался на время утренних процедур, либо использовал божественную силу, чтобы разобраться с этими мелочами. Но сейчас был не тот случай.

В коридоре раздался возмущённый крик, а потом я сквозь стену заметил мелькнувшую в воздухе нить силы. И ещё одну. А вот теперь сразу три. Сразу за которыми послышались новые крики.

Стоп. А где Сандал? И почему я сейчас слышу мысленный хохот этого неугомонного ястреба?

Глава XII

С первого раза Сандал отвечать не захотел и я это стерпел. Но когда ястреб проигнорировал меня повторно, то не выдержал и влил в канал связи немного божественной силы. Судя по тому, что осколок “искры” был слегка разогрет, птица и так потихоньку тащила из меня энергию во время сна.

Метод подействовал - на этот раз спутник продемонстрировал мне занятную картинку. Лежащий на полу Измайлов, около которого сгрудилась целая стая девушек прикрытых лишь полотенцами. Часть непрерывно била по нему печатями, а оставшиеся просто громко возмущались.

Застегнув рубашку, я открыл дверь и через несколько секунд оказался около входа в один из небольших дополнительных холлов этажа, где всё и происходило.

Остановившись, оценил ситуацию. Стонущий плебей, который извивался на полу. Двенадцать юных дев, чью наготу скрывали только полотенца. Правда у некоторых они сбились настолько, что уже не справлялись с этой функцией. Например вон у той брюнетки с неплохой фигурой, внутри которой полыхало целых одиннадцать мощных ядер. Прямо сейчас она наклонилась к Измайлову, добавив к наложенной печати сильный удар ногой и яростно крича.

- Я будущая Защитница! Как ты посмел, жалкий червяк! Теперь мой муж будет вторым, кто увидит меня обнажённой! Ты заплатишь за это, барон!

Сандал заливисто клекотал, транслируя своё отличное настроение. А я с наслаждением потянулся. Глянув на разъярённую брюнетку, которая стояла ко мне левой стороной, тогда как полотенце болталось справа, придерживаемое одной рукой, громко заметил.

- Если уж совсем начистоту, то третьим.

Та подняла лицо и столкнувшись со мной взглядом, замерла. Потом опустила глаза ниже и немедленно поправила полотенце. Следом то же самое сделала добрая половина девушек вокруг, а сама брюнетка, без лишних слов, ударила печатью.

Широкий канал силы, мощная оранжевая печать, затейливая вязь оттиска - скорее всего, я должен был рухнуть на пол, как и Измайлов. Но вместо этого лишь вопросительно поднял бровь?

- Будущая Защитница, говоришь? Уверена, что справишься?

Её глаза удивлённо расширились - патрицианка явно не понимала в чём дело. Пару секунд помедлив, ударила второй раз. Той же самой печатью. Последняя, к слову, была весьма эффективной - сводила судорогой мышцы смертного, не давая ему двигаться.

Но сейчас оба оттиска полностью блокировались божественной мощью. При желании я мог сбросить их или уничтожить. Но пока не видел такой необходимости.

- Как ты это делаешь? Откуда ты вылез, смерд?

И вот снова. Что у них за дурная привычка обзывать людей? А ведь эта дева ещё не из самых худших.

- Это Афеев. Сирота, без родителей. После гимназии на второй курс перешёл.

Брюнетка повернула голову к фигуристой невысокой девушке и вопросительно подняла брови.

- И что? Он обучался у гения? Как этот беспородный щенок держит мои удары?

Я понимал, что она была в состоянии стресса. Но у всего есть предел. Особенно у моего терпения, которого никогда не хватало надолго. Так что после её последней фразы, я все же решил ответить.

- Может я и беспородный, но точно не щенок. И уж точно смогу выдержать пару печатей голой породистой кобылки.

Теперь во взгляде брюнетки, который был снова направлен на меня, была только ярость. Ничем не сдерживаемый гнев, что просил выхода наружу.

- Ты хотя бы представляешь, кого оскорбляешь, дворняга? Вы оба сдохнете!

Я равнодушно пожал плечами, проигнорировав её третью печать. А вот валяющийся на полу Измайлов пробормотал что-то в духе “я не виноват”.

Насколько я понимаю, девушка не только бросалась угрозами на будущее, но и собиралась попытаться претворить их в жизнь прямо сейчас. Этому помешал Митрофаныч, который медленно вышел из коридора и потребовал “прекратить балаган”. При виде пузатого сторожа половина девушек с визгом рванули обратно, огибая его, как морская волна трезубец Нептуна. А следом за ними ретировались и остальные. Брюнетка уходила последней - перед тем, как убраться, ещё раз глянула на меня и одними губами прошептала “ты сдохнешь, дворняга”.

По губам я речь не разбирал, поэтому её слова мне передал Сандал, который завис рядом со студенткой. Он же порывался разодрать на ней полотенце, а потом вырвать печень. Никак, возомнил себя одним из орлов, что мучали Прометея. Но подобные действия я запретил.

Вот брюнетка привлекла моё внимание. Одиннадцать ядер, стройная система связи между ними, неплохая мощь. К тому же, она явно из старшего патрицианского рода, раз так уверенно разбрасывается угрозами. Осталось только выяснить из какого и подготовиться к беседе. Сначала они, само собой, попробуют меня убить. Скорее всего, дважды. Возможно, трижды - всё зависит от упорства. А после того, как это не выйдет, неминуемо заинтересуются фигурой странного студента.

Зачем всё это? Во-первых, немного развеять скуку. Бытовые задачи понятны и просты, но они не вызывают интереса. Ну а во-вторых, такие связи всегда могут пригодиться.

Конечно, был ещё вариант, в котором её род будет убиваться об меня до конца, объявив войну до последнего солдата. Но тут они будут сами виноваты. Тогда как я развлекусь. И как знать - возможно, разбогатею.

Когда сторож медленно зашагал обратно, с пола донёсся слабый голос Измайлова.

- Ты идиот, Афеев? У меня родители хотя бы откупиться могут. А тебя ведь и правда убьют. Даже войну объявлять не надо.

Я перевёл взгляд на него и вспомнив всё, что слышал или читал про их конфликты между семьями, уточнил.

- Почему не надо?

На лице плебея, что безуспешно пытался подняться с пола, появилась кривая усмешка.

- Главы же нет. У тебя совсем всё из головы вылетело?

Как мало надо смертному, чтобы тот начал вести себя относительно прилично. Пара десятков болезненных печатей и порция боли от женского пола.

Открывать свои планы противнику, это глупо. Но какой из этого юнца противник?

- Глава рода скоро появится. А если они хотят меня убить - им никто не мешает попробовать. Посмотрим, что из этого получится.

Теперь он смотрел на меня, как на полноценного безумца, который лезет в пасть к морскому дракону, уверяя всех, что собирается лишь прогуляться.

Оставив смертного валяться на полу, я посетил общую ванную, где ещё раз убедился, что проблему отдельного жилья надо решать как можно быстрее. Чистить зубы, даже в одиночестве - не очень весёлое занятие. А когда рядом с тобой это делает ещё два десятка студентов, становится совсем изматывающим.

Что именно произошло с Измайловым, оставалось до конца непонятным. Сандал прислал мне несколько образов на этот счёт, но рассказывать всё целиком не хотел. Если в общих чертах, он то ли каким-то образом заманил самого студента в женскую душевую, то ли наоборот, заставил девушек выскочить к нему в коридор. После чего тот поспешил ретироваться, чем только подтвердил их догадку о своей виновности.

По идее, сейчас мне нужно было к Бельскому. Но занятия в университете никто не отменял, а на входе всё ещё дежурил штатный цербер, мимо которого не вышло бы проскользнуть незамеченным. Поэтому пришлось вместе со всеми плестись на учёбу.

Две лекции, что проходили в больших аудиториях, я благополучно посвятил чтению. Защитники, Пробои, юриспруденция, ранги Одарённых, политическое устройство варварских стран - отдохнувший разум впитывал массу информации, заодно обогащая словарный запас. Тем более, слушать было не интересно. Ну чего я не знаю о греческой и римской философии? Или теории конфликтов?

Саквояж я, к слову, тоже прихватил. Исключительно на всякий случай. Правда, Сандал воспринял это, как руководство к действию и за время первых двух занятий уже успел туда что-то набросать.

Третьим в расписании стоял предмет “Личная сила Одарённого” и там я надеялся, наконец, услышать что-то интересное. Но преподаватель меня разочаровал - потратить час времени на рассказ о том, как важна чистота ядер и пропускная способность энергетических каналов, при этом не сказав ничего конкретного - это, своего рода, искусство.

Тот факт, что у ядер есть процент “чистоты” и он важен для некоторых специализированных печатей, был интересен. Но я и так видел, что сгустки силы внутри всех студентов отличаются по своему цвету. Да и свои собственные ядра тоже успел изучить.

Ещё меня расстраивало, что нельзя было вернуться к чтению - на занятии была только наша группа, а выступавший мужчина весьма нервно реагировал на каждого, кто пытался отвлечься.

Стоит отметить - в этот раз меня не пытались задеть. Верзила вообще пересел за один из передних столов, бросая на меня оттуда косые взгляды, блондинка старалась не встречаться ни с кем взглядом, а остальным, видимо, было просто не до Афеева.

Четвёртым занятием стояла “Физическая практика” и от него я не ждал ничего интересного. Но когда подходил к месту занятий, Сандал внезапно показал картинку приличного размера зала, где были десятки площадок для поединков и большой стенд с оружием. Не тем, что тут носят городовые, а настоящим. Мечи, секиры, копья и кинжалы на любой вкус. Марсу бы точно понравилось. А Тор бы возмутился отсутствием здесь молотов. Ну правда - могли ведь положить хотя бы один?

На занятии снова была только наша группа. В этот раз из студентов образовали что-то вроде строя. Перед которым остановился преподаватель, на чьей левой руке красовался массивный браслет, а средний палец правой руки был занят кольцом.

Первое означало, что он был из Защитников. Правда, класс оценить не вышло - встроенный в браслет кусок изменённого магией хрусталя оказался прикрыт куском чёрной кожи. Если о браслетах Защитников я уже читал, то вот что означает такая “маскировка”, не знал.

С кольцом всё было проще - оно указывало, что этот человек относился к одному из патрицианских родов, Полный справочник варварской знати у меня тоже имелся, но пока я не успел его даже пролистать, не говоря уже о том, чтобы всё запомнить.

- Каждый из вас мечтает научиться управлять силой и стать великим одарённым. Возможно, даже добраться до уровня силы Великого Мастера. Правильно я говорю?

Он остановился, пройдясь взглядом по ряду студентов и с десяток глоток немедленно крикнули “да”. Остальные благоразумно промолчали, не совсем понимая к чему клонит их наставник по физической подготовке.

Но если смертные были не в курсе, то вот я уже смотрел на картинку, которую передавал Сандал. Соседнее помещение было заставлено клетками с разнообразной живностью. Даже не знаю, как ещё это назвать. Громадные крысы, синеглазые кролики, чьи шкуры были усыпаны шипами, а зубы явно предназначались не для поедания растительности. Пара зверей, напоминающих шакалов, одна черепаха и несколько прыгучих грызунов, которых я не мог отнести к какому-то конкретному виду.

- Кто-то из вас скажет, какое условие необходимо для каждого, кто хочет подняться выше Тысячника?

По строю прошёл негромкий гул и студенты начали переглядываться. Я даже без полноценной “искры” ощутил, что большинство из них изрядно напряглось. Впрочем, это не помешало одной из девушек дать ответ.

- Нужно охотиться на монстров из Пробоев.

Преподаватель с довольной миной кивнул.

- Всё верно. Много и упорно охотиться. Во-первых, так вы защищаете человечество и отдаёте свой долг Одарённого. А во-вторых, убивая тварь, что выползает из Пробоя, вы забираете его силу. Очищаете свои ядра и становитесь сильнее.

Надо признаться, о таком я не читал. Хотя сам наставник вполне мог служить примером - девять ярких разноцветных ядер, которые были окутаны многоцветной дымкой. Не знаю, что это означало в их градации рангов, но этот смертный был силён.

- Я достал для вас один учебный браслет Защитника. Так что сегодня вы испытаете это на себе. Выберите оружие, которым будете сражаться и готовьтесь.

После этих слов гомон студентов разом стих. А потом послышался осторожный голос одного из них.

- Но мы ведь только начали второй курс. Даже толком не начали изучать боевые печати.

Наставник прищурился и перевёл взгляд на говорившего.

- Чтобы биться с пробойниками, вам не нужны печати. Нужно лишь уметь наполнять оружие силой и обращаться с ним. Или вы думаете, что каждый из Защитников только и делает, что накладывает на врагов печати?

Звук его смеха гулко разнёсся по просторному залу, а отсмеявшись, мужчина продолжил.

- Я не спорю, иногда печати полезны. Но помимо них есть масса вариантов применения силы. Некоторым из них вас научат здесь. А большинство придётся осваивать в реальном мире. Если окажетесь достойны этого.

Студенты молчали. Я же осваивал новую информацию. Мы сейчас, вроде, итак были в одном из лучших университетов для Одарённых. Не совсем понятно, почему здесь могли научить только части из того, что требовалось? Или он намекает на то, что определёнными секретами владеют лишь Защитники? Тоже не слишком логично - учитывая их количество, любые тайны уже должны были давно выплыть наружу.

Преподаватель пошёл к той самой комнате, где стояли клетки с монстрами, а студенты сразу же принялись шептаться. Насколько я понимал, большинство было напугано. Даже тем, кто храбрился, было не по себе из-за грядущей схватки с тварями, которых наставник назвал пробойниками. Я же присматривался к клеткам, которые мужчина одну за другой вытаскивал из помещения.

Прутья каждой были наполнены энергией. Своего рода артефакты, которые не давали монстрам выбраться наружу. А сами пробойники выглядели слабыми и измотанными. Они даже толком не озирались вокруг. Только один кролик зыркал туда-сюда взглядом, периодически скрежеща зубами.

Зато теперь я понимал о какой силе говорил преподаватель - тело каждого пробойника было наполнено дымкой скрываемой мощи. Более того, у них имелась и своя аура. Точно так же, как у Одарённых из числа смертных. Только если у последних она была очень слабо выражена, то монстры излучали её непрерывно.

Хотя, у наставника аура наверняка должна быть мощной. Только он её грамотно скрывает. Хороший воин. Не знаю, как насчёт Марса, но Квирин точно бы взял его под своё покровительство. А может и в свиту.

- Что встали? Я же сказал, выбирайте оружие. Или будете сражаться голыми руками?

Несколько студентов неуверенно направились к стенду, но основная масса пока оставалась на месте, перетаптываясь с ноги на ногу. Когда преподаватель окинул их вопросительным взглядом, один выразил общее мнение.

- Но там же нет огнестрела. Даже револьверов.

Мужчина нахмурился.

- Конечно, нет. Защитник должен уметь сражаться холодным оружием. От этого часто зависит его жизнь.

Паренёк, к его чести, выдержал взгляд наставника. И даже ответил.

- Я понимаю, что холодное оружие в чести и это традиция. Но есть же целые группы и отряды, которые используют огнестрельное оружие.

Вот теперь преподаватель не просто нахмурился - его лицо аж перекосило.

- Есть. Те же военные, например, постоянно суются туда со своими ручными пулемётами, да артефактными гранатами. Только скажи мне, Ладожский, какой у них процент потерь? А ещё расскажи, как ты убьёшь кого-то вроде Чёрной Змеи огнестрелом?

Худощавый смертный на момент замялся.

- Я ничего не знаю о потерях среди военных. А Чёрной Змее… Ну, гранату ей в глотку закинуть. Или забросать динамитом.

Зал залил звук искреннего хохота.

- Гранату значит? В глотку? Надо будет запомнить, Ладожский. Отличная шутка. А динамит твой её максимум поцарапает и разозлит. Понимаешь? Там не обойтись без применения Дара и старого доброго меча.

Мне показалось, что на этом диалог закончен. Но студент неожиданно для всех решил продолжить.

- А если артефактный штуцер? С нужными патронами? Один выстрел и дело сделано.

Взгляд наставника сразу помрачнел.

- Если предположить, что у тебя есть такой штуцер и тебе не жалко расходовать ресурс его ствола на Чёрную Змею, то можно и так. Только вот сколько такое ружьё стоит? И когда последний раз было в свободной продаже? Не знаешь? А я тебе скажу - ровно тридцать лет назад такую винтовку выставили на открытый аукцион. Ресурс ствола составлял пятьдесят шесть выстрелов. Плюс, прилагалось двенадцать патронов. А купили её за полтора миллиона рублей. Прикинь сколько будет стоить один выстрел, а потом посчитай стоимость ингредиентов Чёрной Змеи. И подумай, что будет, если ты её не завалишь первой пулей.

Паренёк наконец замолчал. Зато оживилась та самая блондинка, с которой Сандал сбросил платье.

- А девушкам это тоже обязательно? Мы же хранительницы очага, а не воины.

На лице преподавателя появляется лёгкая улыбка, которая внезапно исчезает спустя секунду, сменившись едва ли не злостью.

- Равноправие. Слышали о таком? Вы все - в первую очередь Одарённые. А теперь пошли разбирать оружие. Все желающие могут отказаться и получить за это занятие “неудовлетворительно”. Те, кто пойдут в бой и выживут - получат высший балл независимо от того, какую технику показали.

Мне было очевидно, что он их пугает. Монстры, сидевшие в клетках, совсем не выглядели опасными. Скорее, истощёнными настолько, что едва могли двигаться. С ними бы справилась даже вечно пьяная вакханка, если дать ей меч. Или хотя бы дубину.

Я вспомнил о своём клинке, который был где-то здесь. Казалось, что совсем рядом - стоит протянуть руку, как получится привычным движением выхватить его из воздуха и начать рубить врагов. Отчасти это даже было правдой - будь у меня достаточно силы, я бы достал оружие, находясь в любой части этого мира. Но до этого момента ещё далеко. Пока я лишь смутно ощущал его присутствие.

Сандал спустился ниже и уселся на пол напротив клетки с одним из кроликов и тот неожиданно клацнув зубами, рванул к прутьям. Несколько студентов сразу шарахнулись назад, а преподаватель непонимающе оглянулся на пробойника.

Я же быстро зашагал вперёд, отвлекая на себя внимание наставника. Как этот слабый монстр почувствовал моего ястреба? Это же призрачный божественный спутник, который должен быть невидим для всех.

Подойдя к стенду, я быстро пробежался взглядом по оружию и выбрал один из мечей. Они тут все были одинаково плохими, так что большого смысла перебирать не было.

Следом за мной потянулось ещё десятка полтора человек включая нескольких девушек. А вот все остальные предпочли отказаться и были немедленно выставлены из зала.

Первым на бой отправился большой, но неуклюжий парень, выбравший в качестве оружия топор. Наставник поставил внутрь арены клетку с одной из гигантских крыс, потом туда зашёл сам студент, а следом преподаватель заставил дверцу узилища распахнуться, одновременно активировав защитный купол. Последний работал за счёт трёх вмурованных в пол артефактов и не позволял ни одной из сторон покинуть поле боя. Одновременно с этим не пуская к ним никого снаружи.

Студент возился минут пять. Бестолково размахивал топором, топал ногами и пробовал поставить на крысу печать. В конце концов, ему повезло и он вогнал топор в хребет едва передвигающегося по арене монстра.

А вот сейчас я не понял. Где его жизненная энергия? То подобие души, что есть у каждого живого существа. Не может выйти из-за купола? Или что-то не так с самим зверем?

Я повернулся к клеткам, присматриваясь к другим пробойникам. Если не считать того, что они были напитаны силой, а внутри некоторых были даже небольшие сгустки, в остальном казались нормальными животными. Да, с искажённым внешним видом и, скорее всего, весьма странными вкусовыми предпочтениями. Вроде смертной плоти и обрывков чужой души на завтрак. Но собственная жизненная сила у них должна была быть.

Когда купол упал и увалень гордо покинул площадку, неся на плече топор, я всё-таки ощутил душу этого зверя. Вернее, что-то на это очень сильно похожее и стремительно рванувшее в неизвестном направлении.

- Афеев, следующий. Выбрал себе противника?

Я повернул голову к наставнику, а тот расплылся в усмешке.

- Ну я же вижу, как ты на клетки пялишься. Выбирай.

Судя по выражению лица, мужчина шутил. А вот я указал пальцем на клетку с самым бодрым кроликом и направился к арене, на ходу забрав у здоровяка браслет Защитника. Сзади донёсся голос наставника.

- Уверен?

Я молча шагал дальше и мужчина, хмыкнув, пошёл за клеткой. А вот вся остальная группа наблюдала за мной с выражением полного шока на лицах. Странные. В этом кролике больше всего энергии. Которую я сейчас отберу у кого-то из них. Да и проверить с его помощью, что происходит после убийства пробойника тоже будет проще, чем на одной из ослабленных тварей.

Под потолком заклектокал Сандал. Ястреб уловил концепцию с отбором силы и предлагал распахнуть все клетки, после чего перебить монстров. И расстроился после того, как я отказал. Правда ненадолго - почти сразу рванул в сторону и исчез за боковой стеной, как будто что-то там почувствовав.

Вот тебе и спутник, называется. Даже не будет смотреть на бой своего хозяина. Хотя, может, и правильно - честным боем такой поединок назвать сложно. Будь здесь сотня таких кроликов, а у меня только короткий кинжал - тогда, возможно, да.

Когда клетка открылась, а монстр выскочил наружу, я ожидал немедленной атаки. Но вместо этого пробойник замер на месте, принюхиваясь к воздуху. Потом принялся осторожно обходить меня по кругу.

Я поворачивался за ним следом, держа меч опущенным и в какой-то момент заметил лица других студентов. Половина явно считала меня безумцем. Хотя нет, ошибаюсь - судя по их глазами, они все считают, что я психопат, которого вот-вот порвут в клочья.

Наконец пробойник решился и с места прыгнул вперёд, оттолкнувшись мощными задними лапами.

Прогудел рассекаемый мечом воздух и через секунду на пол шмякнулись уже две части кролика. Голова - отдельно, тушка отдельно. Одновременно я почувствовал поглощаемую силу, которая скользнула по металлу клинка, вливаясь в тело

По ядрам прошла едва заметная вибрация, а я ощутил странно знакомое чувство. И удивлённо уставился на труп странного кролика из Пробоя. Не понимаю. Как такое возможно?

Глава XIII

До конца занятия я просидел на скамейке, делая вид, что наблюдаю за поединками одногруппников. На самом же деле, голова была занята только одной мыслью. Откуда в том пробойнике взялась частица божественной силы?

В теории, божественная мощь послужила основой для всей их магической системы. Будь мои братья и сёстры живы - никаких Одарённых бы не существовало. Но внутри них была изменённая энергия. Практически не совместимая с моим осколком “искры”. А вот из пробойника в меня скользнула частица чистой божественной силы. Причём она не прошла через браслет - впиталась напрямую, притянутая тем крошечным кусочком божественной сущности, что у меня остался.

По мере того, как студенты один за другим выходили на арену, увеличивалось и количество косых взглядом, бросаемых в мою сторону. Почему? Да всё просто - ни один не смог показать техники, которая была близкой по классу к моей. Даже тот патриций, что тоже попросил себе в противники шипастого кролика, а зайдя на арену, сразу принял красивую боевую стойку.

С этим он справился на отлично. А вот убить пробойника смог далеко не сразу - несмотря на истощение зверь дважды зацепил его ногу, так что аристократ сразу же поковылял в медицинской корпус.

Что удивительно, никто, кроме того первого увальня, не пробовал использовать печати. Скорее всего, в этом была какая-то логика. Причём общеизвестная, раз никто не задавал вопросов. Надо будет выяснить.

Хотя, к Кроносу всё это. Сегодня я посещу Бельского и договорюсь о ведении дела. Потом найду себе дом, который можно снять - повторно ночевать в общежитии я не собирался. А сразу после этого поищу ближайший Пробой и разведаю, что там к чему. Меркурий я или нет, в конце концов?

Когда последний из студентов под презрительный клёкот Сандала наконец прикончил едва передвигавшую лапы крысу, наставник объявил, что занятие окончено. Толкнул короткую пафосную речь о том, что убивать Пробойников и защищать человечество - это долг каждого аристократа, после чего отпустил студентов ещё до сигнала об официальном окончании занятия.

Подождав, пока остальные окажутся в коридоре, я направился к преподавателю. Тот, правда, заговорил первым, как только я оказался рядом.

- Кто тебя обучал? Удар был мастерским.

Я вспомнил Марса, постоянно находившегося в поиске соперника для поединка и усмехнулся.

- Тот, кто всегда считал свой уровень мастерства недостаточным.

Теперь улыбка появилась уже на его лице. Правда, она пропала, как только я задал свой вопрос.

- Кто и как может попасть в ряды Защитников? Что для этого нужно?

Разом посерьёзневший мужчина вздохнул.

- Для аристократов, что идут туда добровольно, есть два основных варианта. Первый - прийти, купить браслет и отправиться к Пробою. Обычно так делают те, кто прошёл предварительное обучение дома или в специализированном заведении. Второй - записаться на курсы при штабе корпуса Защитников и получить браслет после выпуска.

Чуть помолчав, добавил.

- Во втором случае тебе сразу предложат штатную должность с жалованием и дополнительными наградами за всё, что получится добыть. А в первом, ты сможешь получить постоянное место только по прошествию времени.

Настолько просто? Всё, что мне нужно сделать - это куда-то явиться и купить артефактный браслет? Должен же быть какой-то подвох.

- Это может сделать любой Одарённый? Сколько стоит браслет?

Во взгляде наставника появилось лёгкое удивление.

- Любой. У армии постоянно не хватает людей для защиты границ Пробоев. Так что туда открыта дорога всем, кто в ладах с законом и старше восемнадцати лет. Браслет стоит триста рублей. Не так дёшево, но почти вся стоимость и так субсидируется имперской казной.

Я кивнул и, поблагодарив его, пошёл к выходу. В момент, когда был недалеко от дверей, сзади снова послышался голос преподавателя.

- Ещё неплохо иметь при себе дарфон, чтобы была связь, пока бегаешь рядом с Пробоем. Да и команду собрать тоже не помешает.

Повторно поблагодарив преподавателя, я выскочил в коридор. Команда мне точно ни к чему - не думаю, что им стоит смотреть, как именно я буду расправляться с монстрами. А вот какое-то оружие понадобится.

Рядом расстроенно проклекотал Сандал и я непонимающе глянул на ястреба. С этим-то что? Не хочет идти к Пробою?

Не с первой попытки, но спутник объяснился при помощи мыслей. Оказывается, он придумал гениальную шутку и всего лишь хотел про неё рассказать. Ожидал, что я поинтересуюсь, где он пропадал во время моего поединка и получится всё выложить. А вместо этого я хмуро просидел весь остаток занятия, наблюдая за ареной.

В итоге всё-таки выложил свой секрет. Ночью ястреб летал по территории университета и забрался в то здание, где находится кабинет Корсакова. И обнаружил, что около золотой статуи проходит настоящий научный диспут. Две группы Одарённых спорили о том, сработал их ритуал или нет. Одни утверждали, что всё получилось, пусть и с весьма странным результатом. А другие напирали на полное отсутствие следов магии. Мол, статуя как была, так и осталась обычным куском металла. А то, что её часть отсутствует, ещё ничего не доказывает.

Моей первой мыслью было, что за время моей учебной схватки он разобрал статую по частям и перетащил к остальному золоту. Но, как внезапно оказалось, мой спутник поступил иначе. Ястреб оставил там метку, которая передавала информацию о местонахождении рядом людей. И как только кабинет покинул Одарённый, что просидел там всю ночь и половину дня, Сандал немедленно рванул к куску золота. И раздолбив одну кисть статуи до состояния крупного песка, оставил на полу надпись. Какую именно, он так и не признался. Но был весьма горд собой.

А когда мы добрались до комнаты и я напомнил ястребу про запрет на любые действия внутри того здания, он сразу же рванул наверх и, вернувшись, вывалил на стол несколько пачек купюр.

Как оказалось, ночью спутник не только развлекался и бесцельно летал по окрестностям. Ещё он проследил за нечистым на руку преподавателем, в сейфе которого нашлось двадцать тысяч рублей. И полностью обчистил его дом, вынеся всю наличность, что отыскал в трёх тайниках.

Я попросил спустить его вниз всё, что нашлось и через пару минут стол оказался буквально завален купюрами. Даже навскидку, тут было не меньше ста тысяч рублей. Неплохо. И на дарфон хватит, и на мелкие расходы останется. Прощение себе он всё же выторговал.

Упаковав наличность в саквояж, я снова спустился вниз и попросил Митрофаныча вызвать машину, сразу сунув тому визитку шофёра, которую он мне оставил.

Просьба ввергла сторожа в лёгкую задумчивость, но он её всё же выполнил. Правда, старый водитель оказался занят и мне прислали другого, но этот оказался не менее вышколенным.

Сначала я заехал в ресторан - после ночной работы с ядрами, смертная плоть снова просила пищи. На этот раз ограничился одним громадным стейком - полностью голод не утолил, но хотя бы на несколько часов организму этого хватит.

Следующий визит состоялся в магазин дарфонов, где я приобрёл себе устройство и здесь же, на месте, активировал его. Как выяснилось, помимо функций общения голосом и текстовых сообщений, с его помощью ещё и можно было получить информацию. Всё через те же сообщения - оплачиваешь специальную подписку в редакции газеты, оставив им свой адрес, а они каждый день присылают тебе свежий номер, который можно прочитать прямо там.

Выходя из магазина, едва не столкнулся с девушкой, которую сопровождала пара телохранителей. Та что-то злобно прошипела, пролетая рядом, но у меня было слишком хорошее настроение, чтобы портить его такой мелочью, так что я просто пошёл к машине. А когда мы тронулись, обнаружил рядом с окном Сандала, сзади которого реял комплект женского белья в призрачном состоянии.

Не успел я выругаться на слишком самостоятельного ястреба, как он стремительно развернулся назад. И скоро показал мне картинку из магазина, где красная, как варёный рак, патрицианка орала на своих охранников, которые упорно не понимали в чём дело.

Впрочем, самое интересное началось, когда один из них засунул руку в карман и вытащил оттуда чёрные кружевные трусики, на которые уставился с искренним недоумением. Если честно, я даже не думал, что варварские девы могут настолько грязно и в то же время изящно ругаться. С Вахком эта девица точно бы сошлась характерами.

Очередным пунктом в списке было посещение конторы Бельского. Изначально я думал над тем, чтобы ещё заскочить в магазин одежды, но потом решил, что явиться в форме студента университета будет даже лучше.

Попросив водителя остановиться около соседнего здания, пешком дошёл до офиса адвокатов и отправил внутрь Сандала. Через минуту стало понятно, что в здании работает несколько десятков человек. Впрочем, определить самого Бельского было несложно - он занимал самый солидный по виду кабинет на третьем этаже.

Внутри я сразу же столкнулся с массивной женщиной, которая восседала за не менее внушительной стойкой. Устремив на меня холодный взгляд, прошлась им по университетской форме и сразу уточнила.

- Вы по делу или ошиблись, юноша?

Тон был ледяным. Да и слова не слишком вежливые. Сандал заклетокал, предлагая научить её манерам, а внутри на момент шевельнулась ярость. Но я лишь улыбнулся. Воспринимай мир проще и жизнь сразу станет приятнее - кажется Вакх сказал это Диане, когда та обнаружила, что пьяные сатиры подглядывали за ней во время купания. Их это, правда, не спасло - в конце концов богиня выманила их на живца и наказала так, что остальные сатиры ещё долго прятались по углам при её виде. Но сама фраза для текущей ситуации подходила, как нельзя лучше.

- Я к Бельскому.

Короткая фраза заставила её задуматься и опустить взгляд на большую открытую тетрадь, которая лежала на столе. Зависший за её плечом Сандал передавал мне изображение.

- А вам назначено? У Андрей Степановича плотный график.

На самом деле, прямо сейчас владелец этой компании читал какую-то книгу и пил кофе, приготовленный куда более миловидной секретаршей, чем эта стражница царства мёртвых. Но, понятное дело, говорить об этом не стоило.

- Мне рекомендовали воспользоваться его услугами. Что до потраченного времени, то я готов его оплатить.

По лицу этой громадной воительницы скользнула едва заметная усмешка.

- Хорошо. Три тысячи рублей и вы можете подняться немедленно.

Наверняка, сумма была безумно завышена. Более того - сомневаюсь, что такое тут вообще практиковалось. Даже если так, то подобное предложение мне могли сделать только после разговора с самим Бельским. Так что расчёт был очевиден - заставить студента убраться из здания, либо вынудить его более здраво оценить свои возможности.

Долго ждать она не стала - прошла буквально пара секунд, а женщина уже озвучила альтернативное предложение.

- Либо я могу направить вас к одному из свободных помощников. Все присяжные поверенные заняты, но у нас есть пара стажёров, которые…

Не дав ей договорить, я протестующе махнул рукой.

- О чём вы? Я согласен.

Сандал издал возмущённый клёкот мысленно передав мне, что он не для того старался и добывал деньги, чтобы дарить их всем подряд. Сразу же предложил альтернативный план - залететь в соседнюю комнату, где стояло несколько десятков старинных ваз и начать разбивать их по одной, пока женщина не отвлечётся. А я тем временем поднимусь наверх.

Отсчитывая банкноты из толстой пачки, я покосился на ястреба. Такое впечатление, что он умнеет с каждым днём. А то и с часом. Да и следящие метки он раньше ставить не умел.

Уловив отголоски моих мыслей Сандал уселся на стойку, обиженно развернувшись ко мне хвостом. А я положил рядом с ним стопку купюр и, смотря на секретаршу, вопросительно поднял брови.

- Теперь я могу подняться?

Та ошарашенно посмотрела на деньги. Потом на меня. Снова на деньги. Наконец, неуверенно кивнула.

- Думаю, да. Подождите секунду.

Как выяснилось, ожидание потребовалось для звонка по телефону, после которого она уже более уверенно махнула в сторону лестницы.

- Третий этаж, потом направо и прямо.

- Да, я знаю. Благодарю.

Ещё один удивлённый взгляд. Ну а что? Не надо поднимать свою самооценку за счёт римского божества.

Добравшись до нужной двери я осторожно постучал и столкнулся взглядом с милой девушкой, которая молча показала на второй вход, что уже вёл в кабинет самого Бельского.

Когда я опустился в одно из его кресел, предназначенных для клиентов, адвокат тихо цокнул языком.

- Студент? Даже не буду спрашивать, как вы прошли мимо Маргариты Григорьевны без записи и оказались здесь. Боюсь, эта тайна слишком повредит моим нервам.

Вроде бы, он шутил. Хотя, доля правды в его словах тоже могла быть.

- А это настолько сложно?

Смертный, которому на вид было около пятидесяти лет, пожал плечами.

- Как-то раз она остановила Светлейшего князя в ранге Мастера.

Неожиданно. Особенно, если вспомнить, что сама женщина вовсе не была Одарённой. Вот у Бельского ядра присутствовали - пять плавающих внутри сгустков энергии. Не слишком мощных, но тем не менее.

Я промолчал, не желая выдавать, что секретарша попалась на собственную же уловку, недооценив соперника. И спустя пару мгновений юрист поинтересовался.

- Может быть расскажете, что вас ко мне привело?

Следующие пять минут я излагал суть дела, а Бельский иногда задавал наводящие вопросы. Когда я закончил, тот ненадолго задумался.

- Значит, вы хотите вернуть себе всю собственность рода и стать его главой? Но при этом не принимали никакого участия в его делах после гибели родителей. И даже не знаете, что конкретно относится к вашим потенциальным владениям?

Согласен - картина выглядела не очень приглядно. Но это лишь потому, что тут всё это время был настоящий Василий Афеев. И он оказался совсем не бойцом. Настолько, что у троицы идиотов вышло его скрутить, а потом и зарезать.

- Я был под влиянием дяди, который не допускал меня до дел, уверяя, что всё нормально. А после нападения сектантов, что пытались принести меня в жертву, прозрел. Теперь, пытаюсь исправить ситуацию.

Адвокат задумчиво посмотрел на меня и закинул в рот кусочек дроблёного шоколада, полная ваза которого стояла на столе.

- Раз вы настаивали на встрече со мной, то, наверное, захотите, чтобы я лично вёл это дело?

Я утвердительно кивнул и приказал Сандалу немедленно убраться от сейфа, в который он совался уже в третий раз. Не стоит давать повод заподозрить меня в краже денег или документов у своего же адвоката.

Бельский хмыкнул.

- Боюсь, одной смекалки тут будет мало. Я могу передать ваше дело одному из поверенных и тогда сумма начального гонорара составит всего десять тысяч рублей. Поверьте, каждый из них тоже отлично разбирается в нюансах законодательства.

Посмотрев на моё лицо, вздохнул.

- Если я буду заниматься всем сам, стоимость начального гонорара возрастёт в пять раз.

После покупки дарфона, в саквояже оставалось ещё около семидесяти тысяч рублей, так что мне хватало.

- Я согласен. В какие сроки всё получится сделать?

На лице Бельского появилась усмешка.

- Обычно люди спрашивают, насколько большой окажется конечная сумма и что на это повлияет. А только потом интересуются сроками.

Судя по его взгляду, адвоката разбирало любопытство. Мне бы, на его месте, тоже было интересно, что это за такой студент, готовый, не поморщившись, выложить солидную, по варварским меркам, сумму.

Само собой, он поинтересуется моей персоной. И это привлечёт определённое внимание. Скорее всего, не слишком пристальное, но всё равно неприятное. С другой стороны - а как иначе? Я всё равно бы выделялся. Единственный вариант оставаться незаметным - жить в нищете и продолжать спокойно учиться, не занимаясь поисками осколков “искры”. А заодно забыв о судьбе братьев и сестёр. Но такого я себе даже представить не могу. Не говоря уже о том, что это было бы слишком скучно.

Поняв, что я не собираюсь реагировать на реплику, адвокат всё же решил ответить на вопрос.

- Все бумаги я подам в суд сегодня же. Завтра у меня будет полная информация о собственности вашего рода и других возможных претендентах на место главы. А дальше всё зависит от позиции вашего оппонента и даты на которое будет назначено первое слушание.

Я прикрикнул на Сандала, который в этот раз заинтересовался инструктированной изумрудами серебряной лягушкой, что стояла на полке за спиной адвоката, и снова открыл саквояж, доставая деньги.

Расстались мы через десять минут, обменявшись контактами дарфонов. Плюс, я уносил в саквояже подписанную копию договора об оказании услуг, а Бельский получил бумагу, дающую право представлять меня в суде.

Проходя мимо стойки я кивнул его ручному церберу, но тут же услышал её скрежечущий голос.

- Заберите ваши деньги, юноша. Это была лишь шутка.

Оглянувшись на неё, усмехнулся.

- Оставьте. Или поделите между теми в этом здании, кого считаете достойными и выпейте хорошего вина.

Едва не добавил “восславив Меркурия”, но всё же сдержался. И пока ошеломлённая женщина не ответила, вышел на улицу. Забрать деньги, которые я уже заплатил? За кого она меня принимает? Меркурий всегда следует условиям сделки. Ну, хорошо, почти всегда.

Оставалось отыскать подходящее жильё, которое будет стоить не дороже двадцати тысяч, а потом можно отправляться на изучение ближайшего Пробоя. Надо будет только выяснить, где точно он находится. В книге, которую я читал, было написано, что Пробои возникают повсюду, в том числе рядом со столицей. Но не было никаких указаний на конкретное местоположение.

Насвистывая оду Горация, я шагал к машине, отправив ястреба проверить, как дела у шофёра, когда сзади внезапно послышался мужской голос.

- Василий Афеев?

Я обернулся и увидел человека в пиджаке, рядом с которым стояли двое городовых. Кивнул.

- Да, я Василий Афеев. С кем имею честь говорить и по какому поводу?

Встретившаяся в одной из книг фраза сама слетела с языка, а вот мужчина внезапно усмехнулся.

- Штабс-капитан Фелатин, сыскная полиция. Вы задержаны по подозрению в организации ритуала и убийстве троих человек.

Моментально вернувшийся Сандал взмыл в воздух и резко спикировал вниз, затормозив около самой макушки офицера. А сбоку раздался звонкий мужской голос.

- Вам придётся подождать, штабс-капитан. Я вызываю его на дуэль за оскорбление чести невесты! Этот смерд должен умереть!

***

Кирякин долгие пять лет занимался работой с предметами, найденными в древней сокровищнице Тибета. Пять лет упорного кропотливого труда, который никак не хотел давать результат. То, что казалось отличной ступенькой для рывка вверх по карьерной лестнице, грозило стать трясиной, из которой уже не выбраться.

Но потом случилось ЭТО. Прорыв! Да, статуя даже не сдвинулась с места, но у неё исчезли отдельные части. А у девушек, которых он привлёк для этого старинного ритуала медитации, пропали золотые цепочки. Не могло же всё это само взять и исчезнуть из закрытого кабинета? Который ещё и находился внутри одного из самых защищённых университетских корпусов.

Но комиссия всё равно отвергла все его доводы. Ещё и посмеялись. Почти в лицо сказали, что заставлять голых женщин часами сидеть вокруг статуи, а самому наблюдать за процессом, это не совсем то, чем занимаются научные работники. А он ещё не сдержался, начал оправдываться, дурак. Сказал, что делал так всего несколько раз, когда думал, что результат будет получен немедленно.

Но теперь они не отвертятся. Потому что вот она, надпись на полу, сделанная золотой крошкой. Всё, как он и думал. В той сокровищнице заточили могучую сущность, которая не растворилась до конца. И теперь пытается выйти на связь.

Оставалось только понять, что именно имел в виду абонент “на другом конце провода”, оставляя подобное послание. И как ему ответить?