Возвращение Узурпатора 3

Глава 1

Руины замка стояли на обросшем деревьями холме. Потрескавшиеся стены покрылись мхом, башни обрушились, ржавая решётка ворот валялась в яме, которая раньше была защитным рвом.

В таком плачевном виде меня и встретил замок, когда-то принадлежавших Лефорту Де Грею.

Вообще-то обидно. Да, я сжёг его, но затем восстановил. Всё же через него протекала важная река, служившая торговым трактом. Сейчас она изменила русло и обогнула замок на полверсты в сторону, да ещё и скрылась за густой рощей. Раньше тут простирались плодородные пашни, а теперь только лес.

Кстати, плодородие не изменилось после расправы над лжебогами. Задарма людскую кровь жрали, гады.

Анелита ещё не было. Я успел раньше. Замок был заброшен, но не полностью — тут жили. В твердыне обустроили пару жилых комнат и приспособили приёмный зал под мастерскую, склад и, кажется, что-то вроде библиотеки. Вот только посмотреть записи и пергаменты не было возможным. Северянин закрыл всё защитными заклинаниями.

Ну, если быть точным, не получилось сразу. После того как я подготовил замок к прибытию его нынешнего хозяина, всё же удалось взломать пару заклинаний. Ну, и подорвать три сундука перед этим. Для тренировки. Не знаю, что Анелит там хранил, но теперь это лишь на удобрение пойдёт. Не представляю, как ещё использовать пепел.

Оказалось, этот подлец собирал не только Истоки, но и прочие записи Анны, связанные со всякими разными заклинаниями, рецептами и записками из путешествий. Один дневник я даже помнил из прошлой жизни. Время его знатно потрепало, и прочесть что-то было очень трудно, но чудо уже то, что он сохранился до нынешних дней.

Похоже, Анелит и правда был потомком Анны. Или потомком рода, уж не знаю. Это заставляло задуматься, хочу ли я его убить…

— Что бы ты посоветовала? — Я бегал глазами по потрёпанной книжке, которую сам и подарил ей. И ничего не понимал, кроме обрывков и отдельных слов. — Не знаю, поверит ли он мне. И станет вообще слушать?

А если он уже навредил Алексею и Злате…

От одной мысли пальцы сжались в кулак. Если бы не опомнился, превратил бы дневник в труху. Сделал бы то, что не смогли столетия.

Путь занял больше времени. Я старался найти правильное русло, но притоков оказалось довольно много, а следов Анелит не оставил. К тому же, не стоит недооценивать его. Лучше встретить в подготовленном месте, чем налететь случайно.

И, кажется, я оказался прав в своём решении.

Анна изучала пути развития Источников. И, судя по всему, вполне успешно. Некоторые посылы очень походили на то, что говорил нам Мудр.

Анелит собрал здесь сокровища, которые стоили больше, чем вся сокровищница кнезира Халада. Золото можно добыть или отнять, но знания… Знания можно только получить или передать. А тёплые воспоминания, от которых в душе скулила лёгкая печаль, и вовсе трудно заполучить.

Но одного я понять не мог. Если северянин собрал так много артефактов Анны, неужели он не понял, как было на самом деле?

И как раз с этой мыслью я перелистнул страницу. Она была почти на половине дневника, и записи сохранились немного лучше, чем на страницах перед ней. Но лучше бы её и вовсе не было.

«Свето…р был ….н….р… ужас… страшн… он …….. …..р…а…. тиран и … узурпи….л»

Демоны!

Время сохранило именно эти слова напротив моего имени. Не удивлюсь, если нынешние летописи в источниках имели нечто подобное, если поверили бредням моих бывших соратников-предателей. Не знаю, о чём именно писала Анна, но явно не поносила меня подобным способом.

Я читал почти все её записи во время путешествий. Писала она их то в седле, то в качке, то в тряске неровных дорог, поэтому почерк всегда получался кривоватым. Но всё равно читал, чтобы получше узнать её язык. И ничего подобного она не писала!

— Зараза! — прорычал я, подавливая желание спалить дневник магией огня.

Чтобы отвлечься, вышел на улицу. Подышать свежим воздухом. Руины навевали воспоминания о той ночи, когда Анну украли, а я начал новую войну, сам того не желая.

И почему-то улыбнулся.

Будучи императором, мне редко доводилось насладиться подобными приключениями. Я был уже настолько известен своей непобедимостью, что враги предпочитали сразу сдаваться, чтобы не терять время и собственные жизни. Одни только демоны плевали на опасность и бросались на меня, едва завидев. В какой-то момент я их даже полюбил.

Но потом закончились и они. А Бергир отправился в самоубийственную вылазку на мою столицу.

Не знаю, на что он надеялся. Я специально не трогал его, чтобы оставить в жизни хоть какой-то интерес, помимо женщин и пиров. Мы с ним встречались до этого лишь раз. Я тогда был слишком слаб, чтобы победить, и чудом остался жив. А потом, когда обрёл невиданное могущество, не стал самостоятельно искать Владыку Демонов. Не потому что боялся его. Скорее, не хотел огорчаться.

Ведь пока мы не встретились в решающей битве, надежда на достойное сопротивление теплилась в груди. А закончилось всё так быстро, что я даже не успел насладиться.

В глубине души, шагая по тронному залу и ловя похвалу подданных, мне хотелось уединиться в собственных покоях, сесть возле камина, смотреть на огонь и точить меч.

В смысле, действительно точить лезвие. И ничего больше, никаких пошлых аллегорий. Это успокаивало и позволяло уравновесить чувства.

— Хм…

Я вынул меч из ножен, достал точильный камень и принялся водить им по кромке. Шаркающий звон глухим коротким эхом разносился по залу. А в какой-то момент ему начала подпевать ласточка, обустроившая гнездо на потолке.

Это помогло. Стало спокойнее, появилась лёгкость. И я подумал, не заняться ли развитием Источника?

«Мир един…» — начал я проворачивать в голове откровение Мудра.

И почувствовал, как энергия забурлила внутри.

Духовные потоки всех стихий кружились в воздухе, словно тут, в этом замке, был их дом. Они обвивались вокруг тела, зарывались в волосы, ползали по рукам и ногам. Кажется, они меня помнили. Особенно духи огня. Их не обмануть другой внешностью и даже другим Источником. Они знали.

И помогли.

Духовные сосуды вдруг вздулись от избытка магии. Она хлынула мощным потоком, даже причиняла боль. Но я стиснул зубы и терпел, потому что Источник рос как на дрожжах.

Шурх — точильный камень прошёлся сверху вниз. Шурх — плавным движением поскрёб обратно.

Казалось, стихии соревнуются между собой, чтобы занять побольше места в моём Источнике. Даже те, которыми я не владел, но сейчас чувствовал как никогда лучше.

Сила закипала. Становилось всё сложнее сосредотачиваться. Хотелось вскочить, прыгать, бегать, махать клинком, разрубая всё вокруг, и швыряться огненными шарами, подгоняя их вихрями ветра, разбавляя разрядами молний. Устрой буйство! Хаос! Радость!

Вот бы мне противника, да поскорее!

Нет, стоп…

Вдох. Выдох.

Шурх. Шурх. Шурх. Шурх…

Понемногу удалось восстановить сосредоточение.

Удивительно, но мне не требовался духовный отвар. Сейчас его помощь казалось неправильной, он бы только помешал.

Ветер, огонь, молния, вода, земля…

Стихии не делили друг друга по группам, а резвились все вместе, словно единое…

Духовная сила хлынула бурлящим потоком, наполняя Источник. Духовные сосуды будто расширились, пропуская всё больше и больше магии. И это не было пределом их вместимости.

Неужели я что-то такое понял?

Стихии — единое целое. Одно не может без другого. Они дополняют и одновременно противопоставляют себя друг другу. Но не действуют, подобно людям. Нет…

Это и есть единство мира?

Ступени Бронзовой стадии формировались одна за другой. От такой скорости роста закружилась голова. Пришлось снова успокаиваться, возвращать сосредоточение, чтобы справиться с развитием.

Раньше я будто слушал и не слышал. Говорил, но молчал. Но сейчас в мыслях появлялся смысл, а слова наставника обретали куда большую мудрость.

Шурх. Шурх…

Я продолжал точить меч, уже не осознавая этого. Руки двигались сами, а разум находился в полёте. Впитывал новое понимание мира.

Я потерял счёт времени. И потому не сразу пришёл в себя, когда услышал хмурый раздражённый голос.

— Ты уже здесь…

Резко распахнул глаза, но первые секунды взгляд заполонила мутная пелена. Сознание ещё наполовину витало в сосредоточении, поэтому блеск взметнувшегося клинка заставил тело само по себе отпрыгнуть назад, уходя от удара.

Демоны! Чтоб они тебя разодрали, Анелит. Я же был совсем рядом!

Взгляд туманился, мысли путались. Я двигался, повинуясь рефлексам и чутью.

Наточенный до бритвенной остроты меч лязгнул о клинок северянина, затем разрезал надвое ледяное копью, раздвоив его прямо на острие.

Сработали заклинания-ловушки, которые я установил для Анелита.

Он удивился, но сумел избежать их.

Затем сработали ловушки, которые установил он. Почему я их не смог их обнаружить?!

В одном месте враждебная духовная сила попыталась ухватить меня за ноги. Я оторвался, но в том месте, куда приземлился следом, открылась новая ловушка. Избежать её было куда тяжелее. Затем третья. И так раз за разом, пока всё время не заняли попытки не попасться в магические капканы.

Да он же управляет ими на расстоянии!

Вот гад, и как только удалось?! Я пробовал такое провернуть, но каждый раз натыкался на неудачу. А ведь было бы так замечательно расставить, допустим, печати взрыва…

— Ты смеешь отвлекаться, пока сражаешься со мной?! — прорычал Анелит.

И обрушил на меня град ударов. Настоящий ураган меча, льда и воды. Несмотря на то, что я обладал тремя стихиями, а северянин использовал только одну, избежать сильного урона далось непросто.

Лёд я растоплял пламенем, воду сдувал ветром и бил молнией, пока потоки могли обернуться против своего хозяина.

А стихийные потоки, кружившие вокруг нас, веселились. Они радовались, играли то за меня, то за него. Разделились только потому, что наши стихии не совпадали. Для нас сейчас проходила смертельная схватка, а для них — дружеская игра.

И, казалось бы, три к одному, но нет… Стихия воды Анелита не уступала трём моим. Она была невероятно сильна. И если поначалу я чувствовал, как духовные потоки этой стихии иногда вставали на мою сторону, то теперь всё собралось вокруг него.

— Да кто ты такой?! — прокричал я, взорвавшись встречной атакой.

Магические заряды столкнулись и разлетелись со вспышкой, ударной волной сметая пыль, залетевшую снаружи листву и сухие ветки.

— Я — потомок Великой Анелии! — прорычал он, обрушив на меня дождь острых мелких льдин.

Они пронзали древний камень, которым был мощён пол замка, разрезали ткань и заставляли доспехи жалобно скрипеть.

— А ты! — Новый взмах меча, совмещённый с водным хлыстом отшвырнул меня к противоположной стене. — Держал её! — пол и стены зала покрылись толстым льдом, липнущим к сапогам и броне. — В страхе! — С потолка стремительно выросли сотни ледяных сталактитов. — Пока не сдох!

Лёд вокруг заковал в кандалы руки и ноги, обдавая жутким холодом.

Вздохнуть было трудно. В груди жгло.

— Так сдохни снова, Узурпатор!

Сталактиты разом устремились в меня со всех сторон.

Лязг, треск, звон, мороз пронизывал насквозь, а в глазах зарябило от преломляющих свет граней.

Смертельный ледяной капкан схлопывался.

Я недооценил Анелита. Нет, я не думал, что с ним будет легко. Ожидал худшего. Но он без труда обошёл мои заклинания-ловушки, а сам умудрился расставить такие, что я и не заметил, хотя обыскал тут всё до единого вершка.

Это и есть та сила, что он почерпнул из артефактов Старой империи?

От следующего вдоха сковало лёгкие. Я будто в замедленном времени видел, как ко мне приближаются острые колья льда.

Холодно.

Очень холодно.

Даже рук не чувствую…

Но тут вдруг осенило.

«Мир един».

Молния, огонь, воздух.

Под одному они уступали магии Анелита. И, даже работая сообща, едва равнялись на него.

Но что если всё вместе? Разом!

Вдох замер. Время замерло. Ближайшее острие уже почти коснулось носа.

А затем…

━─━────༺༻────━─━

Ублюдок сражался умело. Опыт, смелость, моментальные решения не позволяли его достать ни магией, ни ловушками.

Ха!

Он наверняка думал, что сможет устроить западню.

Ещё чего!

Анелит провёл здесь столько времени, изучая наследие Великой, что знал каждый камешек. Замок, положивший начало становлению Узурпатора, столь же великого, сколь и ужасного.

Предки передали легенду. Анелит слушал её ещё в детстве, но не думал, что первым достигнет успеха. Другие пытались, и у них ничего не вышло. Поэтому уже многие поколения легенда оставалась сказкой для малышни.

Но Анелит смог.

Он отыскал артефакты Великой. Собирал по кусочку, по осколкам. И накопил такие знания, что позволили ему достичь могущества, которого в его народе никогда не видели.

Но были и те, кто сильнее. И Узурпатор, который вернулся в наш мир, мог стать сильнее.

Но Анелит знал, по какому пути он пойдёт. И привёл его к себе. Было непросто остаться незамеченным. Было много риска, что его дневник не дойдёт до Узурпатора. Но всё получилось.

Это судьба. Не могло не получиться.

И Анелит успел в самый последний момент. Ещё немного, и Узурпатор стал бы сильнее него. Какова же его мощь, если на силу, которая потребовала многих лет странствий, у него ушло… Сколько — год? Два? Может, больше?

Нет, хватит себе лгать. Исток Сварга отреагировал на появление Светозара. Прошли только месяцы, прежде чем Анелиту удалось встретиться с ним.

И это злило.

Это нагоняло ужас.

Но скоро всё закончится.

Он успел.

Ледяной гроб уже сейчас разорвёт его на…

Почти схлопнувшиеся в одной точке ледяные колья вдруг засияли до боли ярким светом. А в следующий миг испарились, тут же заполнив зал горячим сверкающим от разрядов туманом. Клубы только-только высунулись наружу через голые окна и щели, но резко втянулись обратно и сгустились вокруг Анелита.

Разряды принялись непрерывно терзать его, не позволяя взять под контроль жгучий водяной пар. И тот душил, не позволял вздохнуть.

Всё вокруг превратилось в бесконечную муку. Боль, страдания, крики, застрявшие в горле. Лёгкие будто рвало от недостатка воздуха.

И только когда сознание начало неминуемо покидать Анелита, туман развеялся.

Северянин безвольно упал к ногам Светозара. Первого императора, выглядевшего сейчас как молодой юноша, но со взглядом того самого Великого и Ужасного Узурпатора. Всемогущего и безжалостного.

— Спасибо тебе, Анелит, — сказал он.

«Что? Спасибо? Н-не пойму… Что это значит…»

И Анелит погрузился во тьму.

━─━────༺༻────━─━

— Никого нет! — прорычал Сварри, разбивая кулаком толстую дубовую столешницу.

Доски треснули, разломились. Кувшины с пивом рухнули на пол и с дребезгом разбились, пролив содержимое на пол.

— Ты что творишь, подлец?! — воскликнул один из гостей таверны.

Толстый мужик с большим красным носом. От него уже несло перегаром, а одежду он, кажется, не менял уже несколько дней.

Пьяница схватился за голову и разве что волосы себе не рвал. Порывался припасть к полу и слизывать драгоценный напиток, но остатки благоразумия всё же останавливали его.

Подоспел и хозяин таверны. Ему явно не понравилась порча имущества. Но, взглянув на разъярённого асвана и кхазарина с леденящим душу взглядом, решил вернуться на кухню. Стол того не стоил. А пиво всё равно было разбавленным.

— Надо выдвигаться, — спокойно сказал Батур. — Ещё успеем нагнать.

— Как?! — гаркнул Сварри Кулак. — День потеряли, пока искали их. Никого нет. Ни северянина, ни его бабы!

Они нашли двор, о котором говорил Лют. Но там было пусто, причём давно. Жильцы явно знали, что за ними придут.

— Р-р-р-ра! — от бессильной злобы Сварри разломал скамью. — Нёрди их поглоти! Пошли!

И парочка покинула таверну. Посетители далеко не сразу повылезали из укрытий. На всякий случай. Вдруг вернутся?

Сварри не хотел брать заводных лошадей. На привязи они будут только тормозить. Но Батур настоял, что загонять скакунов не стоит. На полпути свалятся, и придётся тащиться пешком. Кхазарин явно больше понимал в лошадях, поэтому решение осталось за ним.

Добыча осталась на хранении в складе, оружие было при себе, но путь обещал быть длинным и тяжёлым, поэтому на подготовку ушло немало времени. Но выдвинулись, как только закончили. Не стали дожидаться утра. Следовали вдоль реки, как и говорил Лют. Оставалось надеяться, что не собьются с пути.

Однако на третий день этот вопрос отодвинулся на второй план. В тот момент, когда перед лицом Батура пролетела стрела.

Они не остановились, а наоборот прижались и рванули быстрее. Следом летели новые стрелы. Затем уже стреляли спереди, и пришлось тянуть поводья в стороны, чтобы не попасть под удар.

Стрел было много, и тот, кто посылал их, очень хорошо владел ветром. Перехватывать на скаку не получалось.

— Гони! Гони! — рычал Сварри.

Он не любил лес. Деревья и ветки мелькали перед глазами, мешали обзору. Приходилось петлять, чтобы не врезаться в ствол. Батур тоже до сих пор не привык к зарослям, рощам и закрытому небу. Но молчал, только стискивая зубы до скрежета. Он понимал — их куда-то вели.

И не прогадал.

Кони резко остановились, поднялись на дыбы и заржали перед невидимым препятствием духовной стены.

Сварри тут же спрыгнул, принял боевую стойку, перехватив секиру, а Батур успокоил коня и наложил сразу три стрелы на тетиву.

Их окружили. Лесовиков было видно не всех, но сомнений не оставалось. Однако ловушка состояла не в этом.

— Наконец-то мы нашли вас, — стальным голосом сказал Глор Добрый.

— Не сдавайтесь! — прорычал Свит Шарп, стоящий радом с ними и натянувший лук тоже с тремя стрелами. — Ну же, сопротивляйтесь! Дайте мне вас убить!

Глава 2

«Разящий» нашёлся там, где я и предполагал. На маленькой пристани, скрытой зарослями прибрежных деревьев. Анелит бережно сохранил всю нашу добычу, судя по уложенным тюкам, бочкам и сундукам. Видимо, собирался переносить в замок. А значит, где-то могло храниться и другое добро…

Надо ещё раз проверить, не пропустил ли я какой-нибудь потайной ход. Северянин задолжал мне моральную компенсацию.

Алексей со Златой валялись, прижатые между грузом с обеих сторон. И не шевелились, хотя связаны не были. Значит, Анелит отравил их. Хорошо, что я его не убил — подскажет противоядие.

Когда я ступил на палубу, они живо забегали глазами. Радовались, видимо.

— Ну что, бедовые? — хмыкнул я. — Дождались спасителя? Сейчас я вас вытащу.

Но только я потянулся ко Злате, как она вдруг испуганно ахнула, брови поднялись домиком, а лицо исказилось в ужасе.

— Эй, ты чего? — отпрянул я.

Неужели ловушка? Анелит, гадёныш, ну я тебя!..

— От… отойди! — через силу прорычал Алексей.

Язык его плохо слушался, челюсть тоже слабо двигалась. Сам он уже начал приходить в себя и даже сумел дёрнуться в сторону Златы, будто защищая её от чего-то.

Но ведь тут был только я…

— Что-то не так? — Я настороженно огляделся, попытался отыскать ловушки.

Но не похоже, чтобы северянин их устанавливал. Он ведь не ожидал, что я прибуду раньше.

— Ты! — прошипел, вздувая ноздри, Алексей.

— Я, я, — кивнул ему в ответ. — Кто ж ещё? Или вам зрение тоже отбило?

— Светозар!

Услышав своё настоящее имя, я замер на месте.

Воцарилось молчание. Ветел, шелест листьев будто специально усилились, а за бортом плескались рыбы. Любопытная синица приземлилась на мачту и с интересом наблюдала за нами.

— Я… — слова застряли в горле.

Что Анелит знал про меня, воспринялось более-менее спокойно. Надо полагать, Анна позаботилась, чтобы её потомки помогли мне возродиться, но что-то пошло не так, и их тоже поразила болезнь, которую распространили мои проклятые соратнички.

Чтоб им за кромкой вечно икалось…

Но почему-то я не подумал, что гадёныш осмелится рассказать обо мне Алексею и Злате.

Будь это Батур или Сварри, не так страшно. Но Алексей много натерпелся, будучи потомком моего рода, а Злата жила в Стариграде и отлично знала, кто такой Узурпатор. И они мне ближе остальных в нашей небольшой компании. А значит, эта тайна сильнее ударила по ним.

— Я…

Всё равно не нашёлся что ответить. Только вздохнул, махнул и закинул обоих на плечи.

Алексей пытался слабо брыкаться, но тело не слушалось. Он хрипел, но в таком положении даже сказать ничего не мог. Злата сжалась от страха. Как могла, конечно. Притаилась и даже зажмурила глаза.

Меч Сварри тоже решил прихватить. Лучше будет под рукой, а то снова куда-нибудь попадёт. Кулак не выдержит таких переживаний снова.

Анелит к нашему возвращению уже очнулся. Это ему не помогло, двигаться он тоже был не в состоянии. Правда, мне пришлось обойтись без яда. Связал покрепче, обложил заклинаниями. Испытательные образцы, на самом деле — работали, когда кто-то приближался на расстояние в один шаг.

Или не работали.

Опробовать так и не удалось. Анелит, кажется, и не пытался сбежать.

Запустив духовную силу, я отключил печати и положил своих друзей, если они всё ещё ими были, рядом с северянином.

— Так, ребятки… — Сам сел на основание разбитой колонны, напротив них. — Значит, вы теперь ведаете, кто я таков на самом деле.

— Я знал это с самого начала, — прорычал Анелит.

— Да понял уже. Лучше скажи, как из них яд вывести. Но потом.

— Боишься, что твои друзья обернутся против тебя?

Гадёныш так ухмыльнулся, что мне очень уж захотелось закончить начатое и снести его наглую голову с плеч. Но Анна вряд ли бы такое одобрила. Не для того она готовила для меня возвращение, чтобы я её кровь проливал. Пускай и дальнюю, да к тому же подпорченную всякой чепухой.

— Меня вообще мало что может испугать, — пожал я плечами и перевёл взгляд на Алексея: — А ты так быстро поверил незнакомцу? Может, я и ошибался в тебе…

Это задело Алексея. Но вместо раскаяния вызвало протест.

— Всё сходится! — натужившись, воскликнул он.

Даже смог немного пошевелить конечностями. Крепкий. Злата до сих пор не шевелилась, хотя, может, и пыталась скрыть, что может это сделать. Хитрая же.

— Что сходится?

— Ты не ведёшь себя как Лют… — Ему пришлось отдохнуть несколько секунд, чтобы продолжить. — Рецепты… боевой опыт… Ты умеешь куда больше, чем он, просто…

Пока Алексей снова прерывался на отдых, я решил продолжить за него:

— Просто ещё телом недостаточно силён? Это верно. Использую как могу, но до предела ещё далековато. Но знаешь, я размышлял и понял, что Лют был похож на меня. По крайней мере, он обладал куда большим умом, чем все Нелидовы. Чем любой в Стариграде. Потому что сумел отделить зерно от плевел.

Захотелось есть. Взмахом руки я поджёг костёр. Дым быстро устремился кверху, в дыру на потолке. Повеяло теплом, особо гревшим после морозной магии Анелита. Его лёд до сих пор держался на дальней стене, и оттуда веяло прохладой.

— Нет, Алексей. Я не про мою настоящую личность. Да и Люта ты практически не знал, так что сблизился именно со мной, а не с ним. Я про то, как весь род поверил, что их основатель — жесткий тиран и ужасный Узурпатор, захвативший власть.

— Разве не так? — хмыкнул Анелит.

Я призадумался, пожал плечами и подозвал Задора, который отдыхал во внутреннем саду. Притомился так, что проспал даже нашу битву, бедняга.

— Да, я жестоко обходился с врагами. Но с друзьями был щедр и добродушен. — Подумалось, это меня и сгубило, но вслух говорить не стал. — А власть… Она всегда бралась силой. Просто кому-то удавалось держать её так долго, чтобы остальные позабыли об этом. И в моё время это оказалось необходимо. Иначе бы всех истребили демоны.

— Демонов победили Великие Предки! — не очень уверенно возмутился Алексей.

— Ваши Великие Предки едва не обосрались, пока ждали меня, — фыркнул я.

Задор тоже фыркнул будто мне в поддержку, за что получил вялую морковку и с жадностью её слопал, обслюнявив мою ладонь.

Сначала нужно проверить, сыт ли конь, не мучает ли его жажда. И только потом самому приступать к трапезе.

— Лжёшь! — злобно прорычал Анелит. — Анелия поведала нам. Она…

— Анна и мне оставила послание, — перебил я.

Её имя на их языке звучало куда сложнее. Я стал называть её Анной, а через века, видимо, получилась Анелия. Почему-то это показалось интересным. Прочие имена передались в точности. Может, потому что ими обозвали государства и народы?

— И она сама повела меня по пути возрождения. Где Исток Сварга?

Анелит, конечно же, не ответил.

Ладно, попробуем по-хорошему.

— Бергира я уложил в одиночку. Подвиг ваших Хрéновых Предков состоял лишь в том, что они подержали его до моего прихода и не дали разрушить часть города.

— И где же ты был? — спросил Алексей.

На его лице и в голосе чувствовались сомнения. Он колебался, верить ли мне или нет. Ну, это уже неплохо.

— Я…

Тут мне вспомнилось, как я занимался утренним ничего не деланием и забыл, где находится собственный меч. Наверное, не стоит делиться этими подробностями в такой момент, поэтому решил ответить расплывчато.

— Я был императором, не забывай. У императора много важных дел, и присмотр за стенами в этот список не входит.

Голос удалось сделать стальным, так что Алексея проняло. Колебания склонялись в сторону меня. А вот насчёт Златы не уверен. Она мало что выражала и лежала спокойно.

Анелит же до сих пор сопротивлялся.

— И всё равно. Великие Предки тебя свергли, значит было за что! Хорошего правителя не свергают!

Надо признаться, его слова задели меня.

Хорошего правителя не свергают.

Но разве я был плохим? Я желал лучшего своим подданным. Жестоко карал за нарушение закона, и потому он работал во всех провинциях. Вельможи по струнке ходили, потому как знали, что мне, рождённому обычным охотником, совершенно наплевать на древность их крови.

Закон для всех. Он выше рода, выше любых авторитетов. Только император мог сравниться с законом.

— Моим советникам не нравилось, что я плевал на то, кто где и кем родился.

Костёр разгорелся достаточно, чтобы поджарить на нём пару куропаток, пристреленных вчера. Я принюхался — ещё не пропали. Затем посмотрел на глыбы льда в углу и подумал, что там можно будет некоторое время хранить мясо. Да и вообще место довольно уютное. Анелит не дурак, что обосновался здесь.

— Каждый хотел тянуть одеяло на себя… — вздохнул я.

Кажется, впервые с момента возрождения удалось поразмыслить над этим.

— Хочешь сказать, летописи лгут? Ты, весь такой хороший, был неправедно свергнут? — Голос Анелита отдавал ненавистью. Как я мог такое не почувствовать, когда встретился с ним впервые… — Я уже говорил, Светозар. Хороших правителей…

— Не свергают. Помню.

Ощипывать дичь не стал. Просто спалил перья, выпотрошил, промыл, насадил на вертел и принялся медленно вращать. Мясо быстро зарумянилось, выступил сок.

В животе заурчало.

— Я был строгим, да. Но не ужасным. — Поймал себя на мысли, будто сам перед собой оправдываюсь. Откуда-то вдруг появились сомнения. — Я сумел объединить человечество в борьбе с демонами. Мы загнали тварей в самые отдалённые уголки. Вглубь лесов, болот, в труднодоступные части гор. Они до сих пор там прячутся и лишь изредка осмеливаются высунуться. Это всё моя заслуга!

Аромат жареного мяса всё сильнее тревожил желудок. Краем глаза заметил, как Алексей сглотнул, и даже Анелит отвёл взгляд. Тоже голодные.

— Да, ты прав, — вдруг согласился северянин, всё ещё смотря куда-то в сторону. — Сражения с демонами у тебя никто и не отнимал. Но что было потом? Когда империя окрепла, ты начал притеснять народы, казнить людей сотнями, тысячами. Ты…

— Не я! Думаешь, император подписывает каждый указ в империи? Даже в какой-нибудь захудалой деревушке? Судьи начали карать, не разбираясь. Палачи работали, не думая. Кровь невинных…

— На твоих руках! — взорвался Анелит. — Даже до захудалых деревушек дошёл ужас перед тобой. Судьи под страхом смерти предпочитали казнить — так хоть никто не пожалуется. Палачи… палачи никогда не думали. Им что бездомного рубить, что честного горожанина. Думаешь, Анелия не защищала тебя в своих посланиях? Думаешь, я не знаю, что она была пленена тобой не телом, но душой?!

Куропатки почернели. Вертел я уже крутил, не задумываясь, но в душе будто узел скрутился.

— Лю… Светозар… — тихий голос Златы заставил всех обратить на неё внимание. — А ты уверен, что был хорошим императором?

Я не ответил.

Мясо напрочь сгорело, да и аппетит пропал. Махнул, выкинул вертел на улицу и подошёл сумке, которую оставил неподалёку.

— Анна так не думала… — пробормотал сам себе, доставая записку, оставленную в Истоке Стрига.

Кстати, об Истоках.

— Где Сварг? — обернулся я к Анелиту. — Говори, северянин. Сам же сказал, что я жесток и беспощаден.

Не ответил, засранец. Ну, ничего. Наверняка я его недостаточно тщательно осмотрел, пока связывал. Спешил забрать друзей, которые теперь нос от меня воротят.

Но ничего не нашлось и во второй раз.

И Анелит как-то спокойно отнёсся к моим попыткам отыскать Исток. Только стиснул зубы покрепче.

Хм…

— Открывай рот, — приказал я.

Опа, заволновался!

Эй, нет, нет, нет…

— Вот этого делать не стоит, — предупредил я. — Как ты думаешь, Исток в твоём брюхе без последствий пройдёт? И он большой… Да и Сваргу не понравится, как с ним какой-то человечишка обошёлся. Уверен, пустит всю силу своего осколка, чтобы поразить тебя яростным пламенем.

Задумался северянин. Сглотнул, но от нервов, а не чтобы проглотить Исток.

— Вот-вот. Умница. Открывай рот, — повторил я. — Ну, не хочешь как хочешь.

Терпение кончилось, поэтому вдарил ему по животу посильнее. Анелит свернулся, раскрыл пасть и выплюнул Исток, откашлявшись.

— А мог бы просто отдать, — вздохнул я.

Затем поднялся, вздохнул ещё раз, готовясь встретиться с довольно вредным богом огня. Перешагнул через Анелита, взял камень, приготовился…

И ничего.

Засранец не явился.

— Эй? Сва-арг! Ты где?

Потряс Исток, присмотрелся. Свет духовной силы переливался внутри. И её там явно хватало, чтобы поговорить со мной. Но ничего не происходило.

— Что ты делаешь? — нахмурился Анелит.

— Я хочу поговорить со Сваргом, но он почему-то молчит.

Снова потряс камень, постучал пальцем. Дома явно кто-то был, но отворять не хотели.

— Поговорить с… богом? — удивился Алексей.

— Ну, как с богом, — пожал я плечами. — Так, божок. Никогда не воспринимал его всерьёз и вообще не понимаю, почему его выбрали для…

— ТЫ СОВСЕМ СТРАХ ПОТЕРЯЛ, СВЕТОЗАР-Р-Р?!

Оглушительный рассерженный рёв раздался у меня в голове. А затем всё вокруг затмила алая горячая пелена с запахом гари. Замок исчез, и на его месте открылось тёмное звёздное небо.

━─━────༺༻────━─━

Кажется, это была кузница Сварга. Бог огня покровительствовал кузнецам и сам любил ковать оружие и доспехи. Мой меч выковал именно он. И при каждом удобном случае…

— Я ему такой чудный клинок подарил, а ты — «Божок»?! Жалкий человечишка! Да я тебя испепелю!

Коренастый, с широкими плечами и руками толщиной с мою ногу Сварг я гневным видом шагал прямо на меня.

— Не подарил, а проспорил! — возразил я. — Но меч и правда чудный. Правда, у меня сейчас другой…

Мои слова не понравились богу. Но он оглядел меня, хмыкнул и с нескрываемым удовольствием бросил:

— Ты сейчас мой меч и не поднимешь.

Спорно. Анна поднимала его, даже не будучи особо могущественным магом. Но спорить не хотелось, да и отчасти он был прав. Тот меч я разве что носить и мог. Использовать пока силёнок не хватило бы. Но это скоро изменится.

— Буду краток, засранец, — пробасил Сварг. — Мой Исток нужно нести дальше и хранить…

— До самого конца. Знаю уже.

Сварг нахмурился, но продолжил:

— А следующий — Исток Живы. Он находится…

— Я его уже отыскал.

Бог замолчал. Похлопал глазами, а затем взорвался:

— Тогда зачем ты меня спровоцировал, чёртов проказник?!

— Думал, ты чего дельного скажешь!

— Чего именно?!

Я не сразу додумался, но вдруг вспомнил.

— Куда вы пропали? Боги, в смысле. Что с вами случилось?

Жива ответила, но сделала это как-то размыто. Может, Сварг подробнее расскажет.

— Мы проиграли войну новой магии, — неожиданно ответил он. Думал, придётся уговаривать. Но, похоже, ему хотелось выговориться. — Кто-то научился пользоваться магией без помощи Истоков. Кажется, это случилось на Востоке, за Драконьими горами. Но эта отрава быстро перекинулась на всю твою империю, Светозар.

Последнее он сказал с укором.

— Отрава? Это не так уж плохо, как по мне… Мой Глас Богов чем-то похож на нынешнюю магию.

— Да. Мы даровали тебе силу. Но только тебе. А когда тысячи людей начали поглощать, использовать духовную силу, мы ослабли. Сначала это было незаметно, и никто не обратил внимание. Но потом стало слишком поздно.

Сварг посмурнел. Подошёл к наковальне, где лежал тяжёлый молот, взялся за него, вздохнул…

Это была иллюзия. Он не мог использовать своё орудие. Не мог разжечь горн до белого пламени и выбивать искры из раскалённой стали.

— Кто-то сгинул. Кто-то обратился в духов. Мы тоже, но частично. Оставили осколки в надежде, что ты исправишь, что натворил.

— Я натворил?!

Нет, ну, это уже наглость!

— А кто ж ещё? Империя позволила знания Запада перенести на Восток. А то, что получилось в итоге, распространить на весь Арахат. Ты создал империю, и она сожрала даже богов.

— И себя тоже… — вздохнул я.

Иллюзия была хорошей. Жар, запах заставляли потеть, хотя и тело у меня наверняка сейчас было духовное.

Сварг уселся на широкий пень, который предпочитал мягким креслам и прочим удобствам.

— Ладно, Светозар. Моё время на исходе. Помоги нам вернуться, прошу тебя.

Я даже удивился. Чтобы Сварг и просил?

— Жива сказала, не получится сделать, как было прежде. Перемены уже случились.

Сварг кивнул. Несколько секунд смотрел куда-то в сторону, а затем с грустью признался:

— Я надеюсь просто не потерять себя, Светозар. Другие… они перестали быть собой, растворившись в духовной силе. А я не хочу.

Бог огня снова повернулся ко мне. Во взгляде надежда боролась с отчаянием.

— Сделаю всё, что в моих силах, — пообещал я.

И пелена развеялась.

━─━────༺༻────━─━

Очнулся рядом с Анелитом. Северянин ёрзал, пытался освободиться. Я подскочил и заставил его успокоиться, пнув под бок.

— Что это было?! — процедил он. — Что с тобой…

— Лют! — перебил его Алексей. — Он проговорился. Сварри и Батур в опасности. Ублюдок натравил на них Глора.

Анелит рыкнул, попытался достать Алексея ногой, а затем со злобой глянул на меня. И я понял, что это правда.

Зараза! Надо скорее им помочь.

Надеюсь, я не опоздал.

Глава 3

Стрелы продолжали преследовать их. Лесовики забавлялись, стреляли из укрытий, из-за зарослей. Непривыкшие к лесу кхазарин и асван уже начинали нервничать. Они запыхались, покрылись мелкими ранами, но каким-то чудом удавалось отрываться от преследователей.

Хотя это было действительно чудо. Батур верил, что само Небо ему помогло, потому что случайно пущенная стрела угодила прямо в стрелу Шарпа, которая обещала разорвать их в клочья. Обе стрелы были начинены духовной силой, и потому случился взрыв.

Яркая вспышка, смесь стихий ветра и огня дали возможность сбежать. Сварри не сразу решился покинуть поле боя. Он жаждал крови, но всё же разум возобладал над эмоциями. И Шарп, и Глор были чрезвычайно сильными противниками, а с поддержкой сотни лучников, бьющих со всех сторон, у Батура со Сварри не было ни шанса.

Поэтому пришлось бежать. Бежать и надеяться, что Лют успеет вернуться. Он указал им путь вдоль реки, вот и последуют его указанию. Рано или поздно до чего-нибудь доберутся.

— Коней так загоним, — обеспокоился Батур, поглаживая Йеллу.

Красавица мчалась во весь опор, ни разу не оступилась, хотя тоже не была привычна к лесу. Это было единственное их преимущество — лошади. Лесовики двигались пеше, но лучше знали местность и успевали цапать исподтишка.

Ночь была очень трудной. Ещё одно чудо, что им удалось продержаться.

Или не чудо?

— Чагетер! — выругался Батур.

— Ты чего?

— Они не гонят нас. Они преследуют, чтобы узнать дорогу!

На лице Сварри плавно отразилось осознание. А затем гнев.

— Ну и пусть! Лют наверняка хотел бы с ними сразиться. И Алексей тоже. Догоним, и все вместе наваляем и похитителю, и лесовикам.

Это имело смысл. Батур кивнул, повёл Йеллу дальше, но уже куда спокойнее. Похоже, лесовики не знали, где прячется их подельник, и хотели за счёт Батура и Сварри отыскать путь. Это придавало немного уверенности и спокойствия.

Но только удалось приободриться, как перед ними возник Глор Добрый.

Предводитель разбойников только с первого взгляда смотрелся невзрачно. Небольшого роста, узкий в плечах — такого должны были зашибить и не заметить. Но лошади вдруг заартачились, поднялись на дыбы, заржали, отказываясь двигаться дальше.

От Глора несло смертельной опасностью. В этот раз по-настоящему, что было ещё одним подтверждением — предыдущая засада оказалась липовой.

— Вы нам больше не нужны, — со сталью в голосе сказал он.

Слева журчала река. Может, успеют сигануть в поток?

Хотя подождите-ка. Батур оглянулся, но не заметил ни Шарпа, ни остальных разбойников.

— Я отправил их вперёд, к замку, — Глор угадал его мысли. — И ты наверняка думаешь, что вдвоём вы со мной легко справитесь, верно?

Значит, лесовики отыскали то место. Получается, Лют с остальными недалеко?

— Меня и одного хватит! — прорычал Сварри, спрыгивая с коня.

Верхом он бился хуже. И успел себе зад в седле отсидеть, что тот казался деревянным. Так что размяться уж очень хотелось.

— Глупец, — вздохнул Глор, вытаскивая длинный узкий меч.

Это было лёгкое обоюдоострое оружие для уколов, а не рубки. По сравнению с секирой Сварри оно казалось игрушечным, но он не терял бдительность. А Батур не собирался потакать асванскому самолюбию, и, когда тот сошёлся в Глором в ближнем бою, выпустил несколько стрел, чтобы создать помехи противнику.

Схватка озарилась вспышками магии, взмахами секиры и нитями духовных потоков, следующими за стрелами Батура.

На лице Глора появился оскал. Похоже, он недооценил своих противников и не ожидал такого сильного напора. Ему приходилось пятиться, уворачиваться, избегать опасных атак.

Но асван действовал хоть и грозно, однако в его движениях чувствовалась скованность. Что-то было не то. Слишком много лишних движений, неловкости и пустой траты сил. Конечно, компенсировал он это упорством, яростью и скоростью, но этого было мало.

А вот стрелы оказались куда опаснее. Глор усомнился, смог бы Шарп справиться с этим кхазарином в равных условиях.

Но хватит плясок.

Батур вот-вот должен был завершить ловушку. Выстрел за выстрелом он заставлял Глора реагировать на них именно так, как требовалось. Приучал к правильной реакции. И наконец-то две стрелы полетели, чтобы отвлечь, вторя движениям Сварри, а третья уже легла на тетиву…

С протяжным гулом волна духовной силы сбила их с ног. Узкий наконечник меча Глора угодил прямо в нагрудную броню Сварри, и тот, выронив секиру, замер, скорчившись от боли. А Йеллу снесло к берегу. Батур успел выскочить и потратить стрелу на то, чтобы загородить кобыле путь, воткнув её в землю в паре шагов от обрыва. Упругое древко изогнулось, но справилось, Йелла была спасена. А вот насчёт самого Батура ещё оставались вопросы.

Он выхватил саблю, рванул к Сварри, успел выставить клинок против нового укола. Новая сила, странная магия, отбросила обоих, и они кубарем прокатились по земле, врезавшись в ствол дерева.

— Неплохо, — хмыкнул Глор, шагая в их сторону. — Жаль, что нам не довелось сражаться бок о бок.

Он направил острие меча на своих жертв. Духовная сила вокруг главаря разбойников начала сгущаться, скручиваться в плотный жгут. От неё будто жгло, добавляя боли истерзанным телам кхазарина и асвана.

Сварри с хрипом задышал. Лицо побагровело, вены на лбу вздулись, но он поднялся на ноги, чтобы встретить смерть лицом к лицу.

Батур оглянулся, цыкнул, чтобы Йелла не приближалась. Жестом приказал уходить прочь, но послушная верная лошадь вдруг не последовала приказу, а только замерла на месте, недовольно фыркнув.

Сдаваться просто так никто из них не собирался, но осознание скорой смерти холодило разум.

А затем Глор нанёс удар.

━─━────༺༻────━─━

Странная магия.

Это был ни огонь, ни вода, ни молния — ничего из стихий. Я такую встречал впервые.

Узкий клинок Глора продолжался плотным магическим острием сконцентрированной духовной силы, которая отталкивала сама по себе. Не как ударная волна или удар молота, к примеру. Это была сама её природа. Она будто искажала, скручивала пространство и выдавливало им неугодных. Которым сейчас оказался я.

Мой меч еле сдерживал эту силу. Приходилось питать его собственной магией, и та будто исчезала в пропасти.

Но затем вдруг всё резко закончилось. Напор исчез, пространство вернулось в норму, а на меня с одной стороны смотрел удивлённый Глор Добрый, а с другой ещё более удивлённые Батур и Сварри.

— Успел!

Я едва не оборвал паруса, пока мчал «Разящего» навстречу своим соратникам. Всегда оставался шанс, что они свернули не туда, и я как раз добрался до одной такой развилки, как вдруг услышал шум битвы. Удивился — неужели они оказались так близко?

Настоящая удача!

— Что ты здесь делаешь?! — удивился Батур.

Ответить мне не удалось. Сварри, который несколько секунд назад выглядел так, будто вот-вот откинется, вдруг оживился, ахнул, высунулся вперёд и пробормотал:

— Это… это же… мой меч.

— Ага, держи. — Я кинул ему меч, и он ловко подхватил его за рукоять.

Не соврал. Узнал отцовское оружие по одному клинку, ведь рукоять, гарду, навершие Алексей грубо сколотил из того, что нашлось среди добычи. Но старался сохранить баланс, и это получилось, на мой взгляд.

Глор атаковал. Сделал резкий выпад, собрав немного той магии на острие. Я хотел парировать, но Сварри вдруг выскочил и сам встретил удар. Глор удивился, когда его духовная сила развеялась, словно волна, разбившаяся о скалы.

Сварри изменился. Его секира сейчас торчала из дерева неподалёку, погрузившись по самую рукоять. А с мечом в руке он обрёл нечто вроде равновесия.

— Батур, давай по новой, — прорычал он. — Надерём зад этому тощему ублюдку!

Глор насторожился. Кажется, он заметил, что и я — Сварри стал совсем другим.

Что ж, отлично. Посмотрим, на что они способны. Глор — серьёзный противник. Даже у меня возникли бы трудности в сражении с ним.

— Лют, Шарп с остальными двинулись дальше, к какому-то замку, — предупредил Батур.

— Иди, — кинул Сварри через плечо. — Теперь мы справимся.

Я на пару секунд призадумался. Асван изменился — в этом нет сомнений. Но хватит ли этого для победы? Я планировал присмотреть за ними, но раз Шарп ведёт свою свору в замок, лучше вернуться. На борту «Разящего» находились только Алексей, Злата и Анелит. Всё добро северянина пришлось оставить на месте, и не хотелось бы, чтобы лесовики испортили хоть что-то.

— Хорошо, — кивнул я. — Надеюсь на вас.

Затем направился к Задору, который уже обхаживал взволнованную Йеллу, как вдруг странная магия устремилась прямо в меня.

Развернулся, завязал духовные потоки в узел, чтобы тот встретил искажение Глора и развеял его. Получилось.

— Ты смеешь недооценивать меня, Лют Чёрный?! — прорычал главарь разбойников.

Ответом ему послужил выпад Сварри с поддержкой Батура. Они атаковали стремительно, вместе, словно один. И заставили Глора уйти в оборону.

— Нет, я не недооцениваю тебя, — покачал я головой. — Это ты недооцениваешь моих товарищей.

А затем прыгнул на Задора, завернул к берегу, где кренился на мели корабль и крикнул Алексею:

— Присматривай за северянином! Злата на тебе!

Он глянул на меня с удивлением и даже сумел приподнять голову, а на зубах застряло какое-то слово, наверняка хорошее. Анелит грозно зыркнул на него, весь связанный, со ртом, набитым тряпками. Ну, а я помчался обратно.

Пусть Алексей учится очищать кровь от яда с помощью духовных сосудов. Когда, если не сейчас, в рискованной и опасной ситуации, неподалёку от сражения не на жизнь, а на смерть. И рядом со связанным противником, который может освободиться. А он сможет, если не помешать. А планировал устроить Алексею испытание под собственным присмотром и ослабил пару собственных узлов. И несколько из них сделал специально так, как меня учила Анна — по-северному. Анелит наверняка уже начал освобождаться.

Так что Алексею придётся сделать то, что он по какой-то причине не сделал за два дня пути. Наверное, уши развесил, поник, испугался или чем он там занимался…

Мне нужны сильные соратники. Нянчиться с ними, как с прошлыми, я не собираюсь. Поэтому пускай учатся справляться сами.

А я пока разберусь со Свитом Шарпом.

━─━────༺༻────━─━

— А, проклятье! Здесь какой-то барьер!

— Скорее, лекаря!

Один из лесовиков отделался несколькими ожогами, но его дружок сейчас валялся бездыханным. Дураки полезли открывать сундуки, как только увидели их. Глаза загорелись, жажда наживы затмила разум и притупила осторожность.

Подоспевший лекарь склонился над погибшим и покачал головой. Мол, ничего уже не сделать.

Я успел увидеть это издалека и тут же ускорился, хотя и без того Задор нёсся, словно ветер. Если эти уроды так небрежно отнесутся к другим хранилищам, весь замок снесёт к демонам!

— А ну, все вон отсюда! — воскликнул я, врываясь в руины.

Меня почему-то не ждали. Слишком отвлеклись на сундуки, и это стоило жизни нескольким разбойникам. Промчавшись вдоль зала, я махнул мечом и снёс им головы.

А в конце моего кровавого пути, на платформе, на которой когда-то стоял трон, расположился Свит Шарп.

Наглец вальяжно развалился на обломках, но был готов — лук в руке, стрела на тетиве. Однако я не мог до конца понять… Это он хотел меня подловить или был уверен, что настолько превосходит меня в силе?

Что ж, была не была! Надо проверить.

— Я надеялся встретить тебя и показать… — начал свою надменную речь Шарп.

Что он там хотел показать, меня не интересовало. Нужно делать, а не говорить. Вот я делал. Оттолкнулся от седла и бросился на засранца с мечом наготове.

Огонь и ветер переплелись вокруг клинка, затянулись и продолжили острие, вылетая белым от жара лучом. Я подсмотрел принцип действия у Глора и решил применить его самому, но иначе.

Получилось отлично! И с первого раза. Кажется, мой контроль духовной силы возрос ещё сильнее с достижением границы между Бронзой и Серебром. Оставалось совсем немного, и ещё одна битва с сильным противником должна…

— Чего?!

Луч пронзил выставленный лук Шарпа и расколол его надвое, а самого гадёныша поразил в плечо, оставив сквозное отверстие. Он только хотел вскочить на ноги, но плюхнулся обратно, зажмурился от боли и скатился к подножию, держась за рану.

Кажется, остановились даже разбойники, стоявшие позади меня.

В зале воцарилось молчание, прервавшееся тихим стоном боли. Шарп, оскалившись, взглянул на меня и начал подниматься.

А я, признаться честно, стоял с мечом в руке и с раскрытым ртом наблюдал, как он неуклюже пытается принять боевую стойку.

— Это что, всё? — спросил я, немного оклемавшись. — И это могущественный Свит Шарп, что хотел сместить Глора Доброго?!

Меня прервали. Разбойники учуяли подходящий момент и решили меня атаковать. Но с досады выпустил такие жуткие разряды молнии, что покрыл весь зал. Те из лесовиков, что уцелели, не стали испытывать удачу и предпочли удрать, пока есть возможность. Правильное решение.

— А-ай! — Шарп позволил себе взвыть, когда остался один.

— Какого демона?!.. Так, постой. Ты почему такой слабый?! — возмутился я.

— Это ты сильный! — возразил Шарп. — Ты не был таким в прошлый раз!

— Но… Глор ведь… — Так, я уже совсем нить потерял. — Как ты вообще соревновался с Добрым, если он тебя одним махом может уложить?

Шарп приготовился погибнуть, но, кажется, разговоры придали ему надежду. Чуть смутившись, он признался:

— Ну… я… Я не совсем пытался…

— Чего ты мямлишь?! — рассердился я. — Выкладывай давай!

И пнул бедолагу в плечо. Думал, он снова упадёт, но выдержал. Однако принялся уверять, что всё расскажет, только, мол не убивай. Видимо, боялся не боли, а меня.

Короче говоря, Глор решил провести чистку в собственных рядах, выявить лазутчиков, сомневающихся и просто тех, кому нельзя доверять. А ещё он хотел пустить пыль в глаза уже известным врагам и успокоить власти Традбурга новостями и сумятице в стане разбойников.

Зачем?

Он хотел захватить город.

Да, Глору Доброму надоело якшаться по лесным рощам, спать в шатрах и ловить комаров по ночам. Он хотел получить сокровища Истока, храма Живы, и использовать его для подкупа горожан, стражи, городских бандитов. Когда всё было бы готово, он показательно победил бы Шарпа и под пламенную речь отправил своих головорезов прямо к городским стенам. Самого Шарпа за доблесть назначили бы главным советником нового властителя Традбурга. В качестве награды за хорошо сыгранное представление.

На полноценный штурм людей у Глора не хватало, но внезапное нападение с открытыми настежь воротами, беспорядками, которые устроили бы местные отщепенцы и внезапно ослепшая стража делали лесовиков силой, способной даже на взятие города.

— В Традбурге нет одного властителя, — пробурчал Шарп. — Всем заправляют крупные купцы, но у них свои склоки. Глор уже подкупил нескольких, обещал отдать рынки. Город готов к вторжению.

Вот подлец, этот Глор!

Решил, значит, собственным городом обзавестись. Неужели он думал продержаться достаточно долго, чтобы Эфленские войска не выбили его за стены?

Или уже придумал, как узаконить власть…

— Хм… — задумался я.

— Т-ты меня не убьёшь? — с надеждой спросил Шарп.

— Ах, да. Точно! Совсем забыл.

Взмах меча, и надежда навсегда застыла на лице бедолаги.

Если он оказался настолько слабым, оставлять в живых смысла нет. Батуру от него никакой пользы не будет. Крепкий, конечно, боец, но не более. Думаю, в лагере мы видели почти всю его силу.

Герой-пустышка, в общем. Жертва интриг Глора. Не удивлюсь, если Шарпа он и без меня планировал прикончить. Зачем ему тот, кто почти увёл половину людей, даже и следуя указаниям самого Глора?

— Что ж… Сильные враги на дороге не валяются, — заключил я, осматривая замок.

Придётся прорывать границу другим способом. Есть тут где-нибудь достойный демон…

Ах, зараза! У меня ж там соратники испытания проходят.

Интересно, как у них дела?

Глава 4

Звон металла разлетался по округе. Бешеные удары клинков выбивали искры, стрелы со свистом кусали Глора со всех сторон, мешая ему, отвлекая от рубки со Сварри.

Они сражались на равных. В смысле два против одного. Глор действительно оказался крепким орешком и не собирался принимать поражение, хотя дела его стали хуже некуда.

Я разобрался с Шарпом, отловил сбежавших разбойников и наблюдал, как мои соратники справляются без моей помощи.

На берегу пока было не очень понятно, кто выйдет победителем, а вот на корабле дело шло уже к кульминации. Анелит почти освободился, а Алексей, скрепя зубами, пытался очистить организм от яда. Кажется, получалось не очень хорошо.

— Сдохните, выродки! — рычал Глор, перехватив инициативу.

Он обрушил на Сварри град ударов, от которых пространство вокруг то и дело сворачивалось. Возможно, я понял, что за магия была у Доброго. И если догадки оказались верными, я бы хотел освоить её сам…

— Сдохнешь ты, эфленский ублюдок! — Сварри с толчком земли одновременно подлетел вверх и обдал Глора дробью мелких камней, чтобы ослепить.

Батур стрелами сбивал удары, прикрывая товарища, пока тот заряжал удар. А затем с размаху обрушил на Доброго объятый магической аурой клинок.

Земля содрогнулась. Глухой звук ударной волны разошёлся по земле, сотрясая деревья, а затем на месте удара образовалась глубокая впадина, которая норовила поглотить Глора. Но тот выскочил из расщелины прямо по воздуху и уже почти улизнул, как залп десятков стрел, несущих за собой остроту тысяч мелких ветряных лезвий.

Расщелина вытягивалась с диким рыком Сварри и, словно огромная пасть, захлопнулась, поглотив Глора с головой.

Магия асвана заставила рельеф округи серьёзно поменяться. Впадина, поглотившая Глора, превратилась в скалу высотой полсотни метров, а вокруг неё образовались овраги и каналы.

Берег, у которого стоял корабль, сдвинулся. Русло реки круто изменилось и потянуло судно ближе к новой скале. Анелит, котором оставалось пара движений, чтобы освободиться от пут, потерял равновесие, его отшвырнуло к карме, а затем прижало сдвинувшимся сундуком.

Алексей воспользовался ситуацией. Ему уже кое-как удавалось шевелить руками и схватиться за меч. Поэтому, когда его понесло следом за северянином, он умудрился выставить клинок острием вперёд и пронзил ему плечо.

Но тут случилось неожиданное. Пока Алексей боролся с Анелитом, борт тряхнуло о попавшийся по пути булыжник, корабль накренился, и Злата полетела в реку.

Алексей услышал только шум среди ещё большего шума ломающихся деревьев, бурлящей, шипящей воды, обрушивающихся камней. Поэтому не заметил пропажи сразу. А когда увидел, что девушка исчезла, совсем позабыл о борьбе.

Очень зря.

Теперь Анелит воспользовался случаем, собрал остатки своих сил и обдал Алексея ледяным ударом. Вырвал меч из плеча, заморозил его, сощурившись от боли, потянулся прочь.

Алексей ответил пламенным вихрем, разогнавшем ледяную хватку. Магия его ослабла так же, как и тело, но он уже был не беспомощен.

— Стоять, мразь! — выкрикнул он, пуская вслед Анелита огненный шар.

Попал, однако северянин прошмыгнул за борт и скрылся в бурлящем потоке изменяющейся реки. Он владел стихией воды, и огненному магу гоняться за ним было уже бесполезно.

Корабль прибило к берегу. Нос зацепился за упавшее дерево, а течением прижало к у отмели. Наконец-то дикая скачка остановилась, и Алексей, шатаясь, поднялся на ноги, перевесился за борт, в отчаянии выглядывая Злату.

Кричать было бесполезно. Наоборот, он прислушался — может, девушка позовёт на помощь.

Сердце бешено заколотилось. Страх, ужас — не за себя, а за друга — едва не сковали разум.

Он просто не знал, что делать.

— Так себе справился.

— А?! — Алексей обернулся на мой голос. — Лю… Светозар!

— Он самый. И не один.

— Злата!

Алексей на пару секунд получил всплеск энергии, когда увидел девушку у меня на руках. Промокшую до нитки, дрожащую, прижимающуюся к груди.

Я магией ветра и огня высушил её и обогрел, а затем положил на импровизированную постель из мягких шёлковых тюков.

Она слабо шевелилась и вялым языком поблагодарила меня:

— Спасибо… Лют.

Пауза была не от яда. Злата раздумывала, как стоит ко мне обращаться. И сделала правильный выбор.

— Светозар, — процедил Алексей, уперевшись о борт.

Я уселся на противоположный борт, улыбнулся и внимательно посмотрел на него.

— Ты хочешь мне что-то сказать?

— Ты… как ты мог обманывать нас?!

Он метался в душе. Не мог сопоставить, что человек, ставший ему другом, вдруг оказался Ужасным Узурпатором, из-за которого на роду Нелидовых до сих пор стояло клеймо отверженных.

— А ты бы стал всем рассказывать, что переродился спустя сотни лет? Сам бы мне поверил?

Осёкся. Дошло наконец.

Метания усилились. Теперь легенды, которые рассказывали старшие младшим на протяжении поколений, становились куда ближе и реальнее. Одна из них стояла прямо перед ним и усмехалась.

И ещё смела заявлять, что старцы врали. А Ужасный Узурпатор не такой уж ужасный, да и узурпатором его зря кличут.

— Зачем ты вернулся? — спросил Алексей.

И…

Этот вопрос неожиданно заставил меня задуматься.

— Я…

— Лют! Алексей! Злата! — звонкий голос Батура заставил нас прервать разговор.

Асван и кхазарин, уставшие, но довольные, скакали в нашу сторону, сияя победными ухмылками.

— Глор повержен! — прорычал Сварри. — Ублюдок задохнулся в собственном кургане!

И правда. Магия земли, поразившая могучего Глора, образовала остроконечную скалу, по гребню которой сползали каменистые зубья. Пасть Земли — так бы я назвал этот приём. Но у Сварри наверняка уже имелось название для собственной магии.

— Вы молодцы. Справились, — улыбнулся я, после чего обернулся к Алексею: — И ты справился. Хоть и допустил серьёзную ошибку. Запомни: если рядом товарищи, нельзя действовать, думая только о себе.

— Прости… — Алексей обращался не ко мне, а к Злате.

— Ты не виноват! — Она попыталась подняться, но это не удалось. — Я сама должна была позаботиться о себе.

— Нет, — покачал я головой. — В смысле, да — тебе стоит развить магию, чтобы ты могла позаботиться о себе. Но Алексей не должен был бросаться в бой, наплевав на остальных. У него было время. Примерно две-три секунды, прежде чем Анелит смог бы что-то предпринять.

— Ты видел! — возмутился Алексей. — Видел и не помог?!

Сварри с Батуром переглянулись. Их смутила враждебность, с которой он обращался ко мне, но встревать они не решались.

— Видел. И помог. Злате, — со сталью в голосе ответил я. — Или ты думал, я всегда буду рядом, чтобы выручать тебя?

Алексей покрылся румяной, оскалился и сжал кулаки. Он злился и стыдился одновременно. Общаться с ним в таком состоянии было бесполезно, поэтому я махнул Сварри и Батуру.

— Прыгайте на борт. Придётся потесниться, но до моря доберёмся без особых проблем, а там распродадим добычу, и место освободится.

Три лошади, добыча и пять человек на борту. Ну, когда-то на «Разящем» ходили полсотни асванов, так что ничего страшного. Вот только стоит ли возвращаться в замок?

— Он ушёл, — буркнул Алексей. — Северянин сбежал.

— И пусть, — махнул я.

Ребята с удивлением на меня уставились.

— Не хочу его убивать, — пояснил я. — Ради старого друга.

О чём именно идёт речь, не понял никто. Разве что Алексей со Златой догадывались. Но все приняли ответ и не стали задавать лишних вопросов.

Мы забрали Задора с пригорка, на котором я его оставил. Мой добрый конь сразу же кинулся к Йелле, задержавшись возле меня только ради морковки, и принялся обхаживать даму. Та никоим образом не возражала.

— В Традбург? — спросил Сварри.

— Нет, на Север. Поплывём к островам Асван.

Все удивились. А затем Алексей со Златой возразили:

— Надо забрать наших лошадей!

— И добычу от разбойников!

— Да и море там неспокойное, — добавил Сварри. — А в Традбурге можно продать часть добычи куда дороже. За те же клинки втрое возьмём.

— Стрелы на Севере есть? — поинтересовался Батур. — Нужны хорошие, кхазарские. Я видел одного торговца в Традбурге. Мой колчан опустел в битве.

Я глянул на них так мрачно, что заставил притихнуть. Даже Алексея, на лице которого до сих пор читалась растерянность. Ну, его-то понять можно. Узнать, что твой друг не тот, за кого себя выдавал — наверное, жутко неприятно.

Но так не хотелось возвращаться!

Полпути уже до северного берега преодолели. Это обратно три дня, потом с неделю плыть к Буйному морю…

— Демон с вами, — буркнул я, поворачивая рулевое весло. — Батур, наполняй паруса.

И «Разящий» на всех узлах отправился обратно в город, который мы невзначай спасли от захвата лесными разбойниками.

Правда, никто нам спасибо не скажет. И даже скидку не сделает. Потому что все улики мы уничтожили собственными руками.

━─━────༺༻────━─━

В Традбурге пришлось задержаться на пару дней. Сварри заказал себе подходящую рукоять на свой меч, Злата запаслась снедью в дорогу и по своим каналам разузнала, что стоит продать на месте, а что довести до северного побережья и сбыть в Норграде — главном торговом порту Буйного моря. Из числа Эфленских, разумеется.

Алексей с Батуром занимались торговлей одобренной для этого дела частью добычи, закупались вооружением и под присмотром Златы закупались другими товарами, которые можно было выгодно перепродать.

Короче говоря, я согласился вернуться только ради лошадей, но мои спутники решили развести полноценную деятельность. Куда складывать всё добро, вырученное со сделок, они не думали. Ну, я так считал поначалу.

Оказалось, Злата выкупила небольшой грузовой корабль, куда вместились почти все наши пожитки. Недооценил я её…

Не скажу, что меня это обрадовало. Не любил я никогда путешествовать с грузом. И вообще за добычей не особо гнался, предпочитая скорость и манёвренность.

Меч, конь и быстрый корабль с припасами на неделю вперёд — всё что мне нужно для счастья!

Но я не возражал. Несмотря на все заботы, настроение у меня оставалось приподнятым. Мне нравилась такая жизнь. Путешествовать, сражаться, отдыхать, заводить друзей и врагов.

А в парус дуть всё равно Батуру, так что ещё один корабль на привязи меня не особо заботил.

Пока соратники занимались своими делами, я заглянул во двор Анелита и застал его опустевшим. Похоже, северянин успел добраться до Традбурга раньше нас. Собрал вещички и скрылся в неизвестном направлении, наверняка захватив с собой жену и сокровища из замка.

Надеюсь, это так. Анелит до сих пор успешно справлялся с хранением наследия своего рода. Наследием Анны. И как бы мне не хотелось присвоить всё себе, у него было куда больше прав на её записи.

Хотя, признаюсь, кое-что я всё-таки прихватил.

Наступила ночь. Последняя в Традбурге. Утром мы отплывём на Север, а пока все отдыхали.

Я же забрался на крышу постоялого двора. Поудобнее разместился возле трубы, от которой ещё исходило тепло, зажёг на кончике пальца небольшое пламя и открыл книжку в кожаном переплёте. На котором удалось разобрать надпись «Последний».

Последний дневник Анны.

Пальцы почему-то задрожали. Первая страница оказалась без текста, на развороте была нарисована семья из пяти человек. Во взрослой женщине с тёплой улыбкой, обнимающей двух сыновей и дочку, я узнал Анну. Рядом стоял мужчина из северян. Рисунок сохранился с поразительной точностью. Наверное, чернила содержали магию, как и пергамент в переплёте.

В сердце почему-то защемило. Тени играли на мелких трещинах бумаги, и люди с рисунка иногда казались ожившими. А я всё никак не решался перевернуть страницу.

— Нам надо поговорить.

Голос Алексея оторвал меня от дневника. И, наверное, я в какой-то мере был ему за это благодарен.

— Давай поговорим. — Я аккуратно закрыл книгу.

Алексей уселся на коньке крыши, брякнув по черепице сапогом. Ночь была лунной, и я мог хорошо видеть очертания его задумчивого лица.

— Лют… Он ещё…

— Не знаю. Однажды мне явилось его воспоминание, но больше никаких следов его души не было.

— Это случилось в ту ночь?

— Да. Он призвал меня. Не уверен, знал ли он, что моя душа займёт его тело, но сделанного не вернуть. Судя по тому, что я понял, он всю сознательную жизнь стремился к чему-то… подобному.

Алексей кивнул, вздохнул, на пару секунд закрыл глаза, а затем пристально посмотрел на меня.

— Можешь рассказать свою историю?

— На это нам ночи не хватит, — ухмыльнулся я.

— Не всё.

Я замолчал. На душе стало как-то тяжеловато. Я до сих пор не раздумывал над ответом на вопрос, который Алексей задал тогда.

«Зачем ты вернулся?»

А я ведь и не возвращался. В смысле, это не моя заслуга. Но с того дня, как я перенёсся в это время, мне ни разу не приходило в голову подумать, зачем Анна это сделала.

— Я был героем, — Рассказ сам полился из моих уст. — Хорошим героем, надо полагать. Меня любил народ, боялись враги, а друзья готовы были отдать за меня жизни.

А ведь и правда… Велизар, Эфлен. Асван, Асмарида, Кхазар — все они хотя бы раз спасали мне жизнь, рискуя самим остаться без головы.

И я рисковал ради них.

Не будь это так, смогли бы мы одолеть демонов и основать империю?

Что же пошло не так?

— Тогда демоны были повсюду. И они были опаснее. Это длилось долго, наверное, с сотворения мира. Но, когда я был совсем юным, они стали действовать ещё яростнее. Демоны собирались в орды, рушили города, деревни, оставляли после себя выжженные земли, полные трупов невинных людей. Так случилось и с моей деревней. Мне удалось бежать и спасти часть жителей вместе с моим братом Нелидом.

Алексей дёрнул ухом, услышав это имя.

— Да, да… Ваш Великий Предок не я, а мой брат, судя по всему. У меня детей не было. Тех, о которых я знал.

Внизу улицу осветило из открывшейся двери таверны. Тень шатающегося человека выросла на заборе двора напротив, а ночную тишину заполонили звуки пьяного бормотания и заглушённые возгласы.

— Или отсюда, Митти! Иди, пока твоя жена не явилась сюда!

— Да чтоб вас всех! — заплетающимся языком бурчал Митти. — Жалкие трусы… ИК!

Дверь захлопнулась, гул утих. А мы дождались, пока пьяный бочонок скроется за поворотом.

— Я не знаю, почему меня сделали Узурпатором, Алексей, — признался я. — Я не ожидал предательства в день своего триумфа. Я только победил Бергира и праздновал победу, как они запечатали меня. Возможно, я и правда был плохим императором…

— А теперь? Что думаешь делать теперь?

— Сначала надо возродить богов и вернуть свою силу. Не знаю, насколько получится это сделать, но пока это единственный путь, который мне известен.

Алексей некоторое время молчал. Раздумывал. Я тоже пытался размышлять, но ничего не выходило. В груди билась буря из эмоций, в которых я ничего не смыслил.

Хотя нет. Кое-что уловить удалось.

Мне нравилось, что происходит.

Нравилось чувствовать опасность, напрягать смекалку, чтобы победить, исследовать этот мир. Тот же Арахат, но теперь немного новый. В нём таилось ещё столько интересного…

А ведь мир оказался куда больше, чем мы себе представляли.

— Ладно, Лют, — сказал наконец-то Алексей. — Я доверюсь тебе. Снова.

С этим он встал, улыбнулся и спрыгнул с крыши, оставив меня в одиночестве.

Я снова посмотрел на дневник, открыл первый разворот и снова не смог пролистнуть дальше.

— К демонам! — решил я.

И спустился вниз. Сварри боролся с кем-то на руках. Точнее, на одной руке. В другой он держал здоровенный рог с элем, который попутно опустошал.

Батур тоже не отказался от хмельного и теперь, пошатываясь, стрелял по яблоку на голове какого-то смельчака. Тот тоже шатался, подставляя под прицел зрителей, которые спешили убраться из поля зрения кхазарина.

Вшик!

Стрела пробила яблоко насквозь и воткнулась в балку. Само яблоко так и осталось на голове смельчака. Надо отдать ему должное — баланс он держал отличный.

Злата, похоже, ушла спать.

Я решил поступить так же. Мягкая постель нам ещё не скоро попадётся.

━─━────༺༻────━─━

— Грёбаный Нёрди!

Волна обрушилась на корабль, обдав нас холодной бурлящей пеной.

«Разящий» кренился из стороны в сторону. Он то вставал на дыбы, то клонился почти вертикально вниз. Доски трещали, ошалевшие лошади ржали, цепляясь копытами за доски, а мы с Батуром пытались выправить судно с помощью ветра.

Исток морского бога был близок как никогда. И этот гадёныш ещё ответит за препятствия, которые нам учинил!

Глава 5

— Лют, ты уверен, что мы правильно идём?! — обеспокоенно спросил Алексей.

Надо сказать, у него были вполне убедительные поводы для беспокойства. Всё же прямо по курсу нас ждал жуткий водоворот, а я даже не думал сворачивать в сторону.

Да и поздно было, на самом деле. Мы уже попали в такое сильное течение, что порвали бы парус, но не смогли бы выбраться. А магов воды у нас не было, однако.

Демоны… Может, стоило сначала таким обзавестись?

Ну да поздно горевать о несбывшемся.

— Приготовьтесь! Скоро нас будет трясти!

— И чего мне в Стариграде не сиделось?! — Алексей схватился за мачту, к которой привязал себя верёвкой.

— А-а-а! — Злата спряталась в трюме и тоже обвязалась верёвками.

— Аха-ха-ха! — весело воскликнул Сварри.

Батур молча закрепился к гребной скамье. Кажется, его начала одолевать морская болезнь, но кхазарин держался молодцом.

Корабль накренился, попав под волну, брызги оросили нас всех холодной водой. Хорошо, что Задора с остальными лошадьми тут не было. Их и почти весь груз мы оставили на хранение у дальних родственников Сварри. Оставили только провизию на неделю. Вяленое мясо, сыр, разбавленную вином воду.

Сварри ещё хотел захватить пару бочонков пива, но я не позволил. Не на прогулку собирались. И уж тем более после того, что нам рассказал Ирги Стальная Пятка — дядька Сварри, к которому мы и заявились несколько дней назад.

━─━────༺༻────━─━

— Сварри! Кулачонок ты мой!

Коренастый, широкий мужчина с густой и лохматой рыжей бородой раскинул толстенные руки и с широкой улыбкой направился к нам быстрым шагом.

— Дядя Ирги! — Сварри тоже раскинул руки и помчался навстречу.

И два здоровенных асвана с разбега столкнулись и ухватили друг друга в крепкие объятия. Кажется, я даже слышал скрип костей, но так и не понял, чьи именно это были рёбра.

Думаю, окажись на месте одного из них я или Батур с Алексеем, пришлось бы отлёживаться ещё неделю, чтобы поправить здоровье от таких горячих приветствий.

— Это мой дядя Ирги, по прозвищу Стальная Пятка, — Сварри, счастливый до безумия, представил нас друг другу. — А это мои друзья, дядя. Они помогли вернуть мне отцовский меч.

— Меч? — нахмурился Ирги. — А что случилось?

И Сварри мигом помрачнел.

— Да, верно ведь. Ты не знаешь, дядя… Отец погиб. Ублюдок Оге убил его ночью, нарушив…

— Погоди, погоди! — Ирги похлопал племянника по широкой груди с таким звуком, будто пытался выбить душу. — Пройдём в дом. Сирга уже готовит трапезу, на ней всё и расскажешь. И вас, друзья Сварри, приглашаю. Идёмте, идёмте.

Дом у Стальной Пятки был добротный. Длинный, тёплый, с очагом прямо по центру. Прямо на нём и жарили сразу трёх поросят, отчего душный воздух наполнялся ароматами трапезы.

Печальная новость была рассказана в кругу близких, но горевать долго не стали. Наоборот, закатили в честь отца Сварри знатную пирушку!

Пиво, мёд, вино лились рекой. Мясо, дичь, запечённые овощи, жаркое из утки! Жена Ирги — Сирга — невероятно быстро всё приготовила, загоняв при этом с десяток помощниц, среди которых были и прислужницы, и дочери, и невестки старших сыновей.

Собралось всё немалое семейство Стальной Пятки. Сварри назвал его дядей, хотя они были родственниками примерно пятиюродными. Или даже больше — я потерял связь на десятом родиче, которого описывал Сварри Кулак. Часть из них показались и на застолье.

Но не только семья. На шум, запах еды и бульканье бочонков с хмельным налетели ближайшие и не очень соседи. Они, конечно, приносили с собой угощения, ставили на стол пироги, свои собственные бочонки и прочие блюда суровой асванской кухни, но все признавались, что надеялись отведать стряпню Сирги. Особенно пиво, которое она варила сама, и жареные колбаски, так хорошо подходящие под упомянутое пиво.

К своему стыду признаюсь, что налопался в самом начале, а затем лениво наблюдал на происходящее вокруг веселье. Полный живот, тёплое удобное место — самое почётное, между прочим, — и куча блюд, которые мне предстояло отведать.

Да, это стоило долгого и нудного путешествия в страну асванов.

В моё время они славились как отъявленные морские разбойники, нападающие на всех, кто встречался по пути. В нынешнее время эта слава поутихла, но дух предков в этих крепких людях до сих пор был крепок. И я надеялся повстречать пару таких головорезов, чтобы скрасить путь развлечением.

Но никто не встретился.

Точнее, мимо проплывали асванские корабли. Но это были торговцы и грузовые поезда, не обратившие на нас никакого внимания.

Оставались надежды на морских демонов. Змеев длинною в сто, а то и двести шагов, с длинной пастью с зубами в несколько рядов. Но…

Опять мимо.

И это, называется, Буйное море?!

Мы добрались до Келью — главного острова асванов — жутким образом без единого происшествия. Это меня и утомило. Даже по пути в Традбург было веселее во время шторма, но тут всё будто подыгрывало Батуру, не любившему море, и Злате, у которой от прошлого перехода остались только мрачные воспоминания.

Однако в Келью задерживаться долго не пришлось. Нёрди не оставил подсказок, где находится его Исток, поэтому мы были вынуждены искать их сами. И слухи о бушующем водовороте привели нас на небольшой остров Нелью, где и жил Стальная Пятка. Только вот путь снова оказался до жути скучный. Я уж подумывал устроить шторм самому…

Чего делать всё же не стал. Однако время потратил на придумку новых печатей. Одна их них обещала быть особенно действенной и полезной. И довольно жуткой, если честно. Но об этом как-нибудь позже.

Не буду скрывать, печати Анелита произвели на меня впечатление, так что я научился парочке приёмов. Наверное. Проверить было не на кем и негде.

В общем, зашифровал в символы условия. Например, для одной печати я поставил такое условие, что на меня она не должна реагировать. Хотел попробовать, как работает, но опять соратники вмешались. Опасно, мол, на борту посреди моря опыты проводить.

Да море-то спокойнее некуда! Может, наоборот вызвал бы небольшой лёгенький штормик. Так, для разминки.

— Оге Могучий пал от руки моего друга, Люта Чёрного! — заявил Сварри. — Жаль, мне самому не удалось прикончить ублюдка, но… Лют, а расскажи ты!

Я лениво повернулся к нему с недоумённым взглядом. Мне даже головой сейчас было лень шевелить, какие, к демонам, рассказы?!

— Алексей… — повернулся я к моему всё-таки-другу.

Он с энтузиазмом перенял право голоса и принялся красочно, даже слишком, рассказывать всем о наших приключениях в Мадальтале и за его пределами. Причём начал задолго до прибытия в сам город, чтобы поведать, как в нашей компании оказался кхазарин.

Батура, кстати, уже обложили со всех сторон местные красотки. Черноволосый, черноглазый, смугловатый парень в странных одеждах, предпочитающий лук сабле, но умеющий в совершенстве владеть и тем, и другим. Он производил на девушек неизгладимое впечатление одним своим видом и загадочной улыбкой. Которую, впрочем, нацепил, потому что не понимал большей части творящегося вокруг.

В общем, на передаче слова Алексею моя активность закончилась. Ну, не считая трапезы. Как раз приготовились поросята, и миловидная служанка поднесла мне нежный поджаристый кусок, истекающий соком и пылающий душистым ароматом хлеб — только из печи. А с другой стороны, другая служанка, поднесла рог мёда.

Пришлось развязать шнурок на штанах, чтобы освободить место.

Хорошо, однако, быть желанным гостем.

Когда Алексей дошёл до нашей встречи с Оге, вокруг раздались непотребные ругательства. Причём хулили Могучего даже те, кто не знал ни его, ни того, чем он провинился. Только потом им нашёптывали суть дела.

Алексей мигом уловил настроение слушателей и ярко выделил Оге, как, алчного, бесчестного и недальновидного человека, каким-то чудом оказавшемся во главе полусотни отборных воинов. Однако силы его принижать не стал. Даже немного завысил — чтобы победа над ним выглядела ещё почётнее.

Что я успел подраться мечом Сварри, восприняли хорошо.

— В твоих руках клинок пел настоящую оду смерти! — заявил Сварри, ударив своим рогом о мой. — Уверен, дружище!

Затем он обнажил клинок и показал всем тот самый меч с новенькой блестящей рукоятью. Чем вызвал новую волну одобрительных возгласов, здравниц и осушенных чар.

Злата поначалу стеснялась шумной компании задорных и быстро опьяневших асванов. Но быстро вспомнила, что почти всю жизнь имела дело с отпетыми бандитами из трущоб Стариграда, и влилась в эту компанию, словно всегда была её частью.

Злата плясала, пела, пила, ела… Возможно, мне показалось, но делала она это даже больше меня.

Нет, так не пойдёт. Несите ещё кусок порося! А лучше два!

Наше знакомство со Сварри Алексей тоже преподал как надо. Выставил всех в таком славном свете, что непонятно как мы вообще не разнесли весь город, прежде чем утихомириться. Сварри утвердительно кивал и авторитетно заявлял, что так оно, мол, и было. Опустим тот момент, что сам он мало помнил нашу встречу. Это уже ненужные детали.

Третью порцию порося, сразу после тушёной с ягодами утки, я поглощал под рассказы о приключениях Алексея и Златы. Тут уже и мне стало интересно, потому что подробностей я не знал.

Как, однако, правдоподобно кажется рассказ, если сам не был его участником…

Если верить словам Алексея, они со Златой поставили на колени всё подполье Традбурга. Причём разом. Причём даже не запыхавшись. И знаете… Ему почти удалось убедить даже меня!

Однако героев сгубила любовь к выпечке.

Вспомнив о пирожках Элейн, у меня снова проснулся аппетит. Теперь моё обжорство пугало даже меня самого.

Надо бы остановиться…

Но Сирга вынесла свои пирожки. И пахли они так замечательно, что я позабыл… О чём это я позабыл? Ну, глупая мысль, видимо, была. И ненужная.

Однако всё когда-нибудь кончается. Вот и рассказ Алексея закончился. Причём он так успел выделить себя героем, что его тоже облепили асванские белокурые красотки. Некоторые даже отделились от Батура, что ему явно не понравилось. Язык асванов он мог и не знать, но язык тела… Точнее, тел — объёмных и упругих — понимал отлично.

Ему пришлось достать саблю, подкинуть кверху тушку запечённой куропатки и молниеносными движениями поделить её на тонкие куски. При этом упало всё на поднос не абы как, а красиво, ровненько, рядом с овощами и зеленью.

Не знаю, вернулись ли перебежчицы или это были уже другие мадамы, но компания у кхазарина увеличилась.

Меня тоже не обделили вниманием. Но из-за почётности места осмеливались подойти только самые благородные и богатые незамужние асванки. Но тут уж другой характер. Они не липли, а соревновались между собой. То кусок мяса поднесут, то рог с пивом, то…

Точно! Я ж хотел остановиться!

Тем более, мне нужно выяснить сведения насчёт водоворота.

— Ирги! — подозвал я охмелевшего хозяина дома.

— Лют! — Он тут же полез с рогом, неправильно восприняв мой зов.

— Погоди, погоди… У меня есть два очень важных вопроса. И хочу, чтобы ты ответил, прежде, чем хмель окончательно ударит тебя по голове.

— Это будет нескоро, Чёрный! — ухмыльнулся Ирги.

И в доказательство залпом осушил рог.

— Ну, чего надобно? Спрашивай!

— Первое… — Говорить с набитым животом оказалось тяжелее, чем я думал. — Почему тебя зовут Стальной Пяткой?

— О-о-о-о! — Ирги с довольной мордой откинулся на спину. — Люди, есть ещё в мире те, кто не знает, откуда у меня моё прозвище!

В ответ раздались подбодряющие возгласы, хотя не уверен, что люди услышали, что им говорили. Просто кричали, чтобы был лишний повод осушить очередную чару.

— Видел гору, что за нашей деревней? — спросил Ирги.

— Видел, — кивнул я.

Это была скалистая крутая возвышенность. Чем-то она даже напоминала хребет Драконьих гор.

— Так вот я однажды босым взобрался на неё и спустился с обратной стороны. И пока это делал, мои пятки так огрубели, что стали крепче любой подошвы. Я даже зимой по льду могу ходить без обуви!

Закончив рассказ, Ирги сделал ещё несколько глотков из только что наполненного рога и с рукавом вытер рыжие усы.

— Ты говорил, что вопроса два, Лют. Задавай второй!

— Мы слышали, неподалёку от Нелью есть какой-то водоворот. Говорят, он магический и пожирает любого, кто сунется слишком близко.

— Да… — Стальная Пятка нахмурился и, кажется, немного протрезвел. — Да, есть такой. Древний морской капкан. Много добрых людей сгинуло в его чреве. Даже за многие вёрсты вокруг к нему несут такие сильные течения, что корабли уносит с курса. А почему ты интересуешься, Лют?

— А где он находится? — пропустив мимо ушей вопрос, поинтересовался я.

А ещё невинно улыбнулся, стукнул своим рогом о его рог и сделал несколько глубоких глотков.

Рог тут же восполнился из рук белокурой синеглазой асванки. Вроде как дочери одного из соседей Ирги. Она в прямом смысле слова выбила себе это место и теперь единолично следила, чтобы мой рог был полон.

— В четырёх днях пути к Северу, — прищурившись, ответил Ирги. И повторил вопрос: — Зачем?

— Да так… — Я снова осушил рог, но на этот раз положил его на стол, чтобы не пришлось снова выпивать его до дна. Асванка рядом возмущённо хмыкнула, но не сдвинулась с места. — Хочу поглядеть на такое чудо.

— Да ты ополоумел! — ахнул Ирги.

— Иногда мне кажется, что это действительно так, — пожал я плечами.

— Это же верная погибель!

— Ну, не стоит спешить с выводами…

— Сотни… нет — тысячи смельчаков-дуралеев пытались обуздать это чудовище! — Ирги хлопнул по столу рукой с рогом, и содержимое с брызгами хлынуло на ближайших гостей. — Все погибли! Никому не удалось этот сделать! Никому!

Я расслабленно откинулся назад, глубоко вздохнул и улыбнулся.

— Это потому меня не было, Стальная Пятка. Я — не все!

Затем пир продолжился. Ирги ещё не скоро удалось успокоить, особенно когда он узнал, что со мной отправится и его племянник Сварри Кулак. Но куда держать курс, выяснить всё же удалось.

Ночью я отправился спать в конюшню. Дом был завален храпящими, бурчащими, воняющими перегаром людьми. Да и ложиться там, где упал, мне было не по нраву.

Задор уже спал. Я тихонько прилёг на стог сена и быстро заснул.

А уже через пять дней…

━─━────༺༻────━─━

— Грёбаный Нёрди!

Волна обрушилась на корабль, обдав нас холодной бурлящей пеной.

«Разящий» кренился из стороны в сторону. Он то вставал на дыбы, то клонился почти вертикально вниз. Доски трещали, ошалевшие лошади ржали, цепляясь копытами за доски, а мы с Батуром пытались выправить судно с помощью ветра.

Но нас вдруг прервали морские чудища. Ужасные огромные змеи бились о дно «Разящего», подбрасывая его ещё выше на волнах. Даже перелетали сверху, цепляя борта своей крепкой чешуёй.

Такое ощущение, что всё буйство Буйного моря забрал себе этот водоворот, краёв которого уже не удавалось разглядеть.

Вот же демоны! Сначала ничего, а тут всё сразу. И шторм, и морские твари… Только разбойников не хватало для полного счастья, но их тут вряд ли мы встретим.

Алексей обезглавил Змея, который норовил вцепиться в обшивку корабля. Сварри отбивался от нескольких мелких червей, выпрыгивающих на палубу. Эти скверные чудища имели круглый зубастый рот, но были без глаз. Как они так точно кидались на нас — одному Нёрди известно. Наверняка его проделки!

Но мы были уже близко к центру водоворота, который издали разглядеть никак не удавалось. Вверх тянулся стоящий на месте тайфун, вокруг которого сгущались почти чёрные тучи.

И тут я понял, что Нёрди имел в виду, когда сказал, что я должен знать, где его искать.

— Вот же злопамятный заср!..

Новая волна накрыла «Разящий». Доски так застонали, что я боялся, не треснет ли корабль в самое неподходящее время.

Но осталось совсем немного.

— Батур! Пора! — перекрикивал я шторм.

Кхазарин услышал.

Мы отрабатывали этот приём весь путь до водоворота. Сил он тратил много, поэтому пришлось выпить по лишней порции духовного отвара, чтобы восполнить потери.

На те несколько секунд, когда мы с Батуром ослабили контроль ветром, корабль сильно дёрнуло, Алексей сорвался с места и горизонтально повис на вытянутой верёвке.

— Скорее! Скорее! — заверещал он.

Верёвка растягивалась и понемногу начинала рваться.

— Ну же, чтоб вас!

И в следующий миг, прямо перед попаданием в жерло водоворота, «Разящего» окутал плотный воздушный шар, сквозь который не пробивалась ни одна волна. Мы бешено закрутились в тайфуне и с дикой скоростью погружались в чёрную непроглядную пучину.

И я очень надеялся, что моя догадка оказалась верна.

Глава 6

Воздушный шар поддерживал нас изо всех сил. Точнее, мы с Батуром поддерживали его, а он не позволял тёмной пучине проглотить нас и сплющить под своей холодной необъятной толщей.

Сверху не пробивался солнечный свет. Погрузились мы не так уж глубоко, но тучи и волны не пропускали лучи, отчего казалось, что мы вот-вот коснёмся морского дна.

Здесь было темно. Алексей держал огонёк в своих руках, чтобы освещать корабль, но вокруг — кромешная тьма. И только мелькали неподалёку хвосты морских чудовищ, которые нас почему-то не трогали.

— Нёрди нас побери… — вздохнул Сварри. — Не думал, что окажусь в таком месте… живым.

— Чудеса случаются, — ухмыльнулся я.

Пот уже стекал по носу и капал под ноги. Пучина сжималась всё сильнее, и поддерживать воздушный шар становилось тяжелее с каждым мгновением. Батур тоже начинал уставать и молчал. Закрыл глаза, нашёптывал что-то себе под нос. Злата заботливо вытирала нам лбы, чтобы пот не лез в глаза.

— И сколько ещё тонуть? — скучающим голосом спросил Алексей.

Я вдруг понял, что никто из них не боится. Все почему-то уверены, что я знаю, что делаю.

А ведь это не совсем так.

Серьёзно. Нёрди как-то заикался о подобной штуке вроде огромного водоворота, поэтому я и решил, что он спрятал свой Исток именно здесь.

А если я ошибся?

Взглянул наверх. Снова. Всепожирающая пучина заставляла где-то внутри содрогаться саму душу. Почему-то среди всех стихий водная пугала меня больше всего.

Море может быть спокойным. Вода — нести жизнь и плодородие. Но стоит ей разгневаться, как всё может сгинуть в пучине. Там, над толщей, над бушующими волнами я мог взмыть в небо и просто-напросто не дать себя сожрать. Но вот мы сами дали себя проглотить.

Сможем ли выбраться? С помощью ветра, потихоньку, проплыть за границы водоворота и всплыть в безопасном месте. Если хватит магии, конечно. И если начнём сейчас, потому что потом может быть поздно…

Нет, чего это я. Хватит! Мои соратники верят в меня. Да, они верят, и мне нельзя сомневаться. Лидер не имеет права на подобную слабость.

— Батур, — прорычал я, переправляя духовную силу, словно показывая невидимый жест.

Он понял. Тоже изменил течение духовных потоков, и воздушный шар ускорился, опускаясь ко дну.

Была не была!

Пучина сгущалась и сгущалась. Сжимала и сжимала. Она была холодной, словно сама зима, но нам было душно и жарко. Рубаха промокла, прилипала к телу. Мышцы напрягались до ноющей боли. Дышать становилось всё тяжелее.

— Скорее бы уже этот Исток, — вздохнул Сварри. — Нехорошее у меня предчувствие.

— Что, асван, моря испугался? — ухмыльнулся Алексей.

Но бросил в меня мимолётный взгляд. Тоже начал сомневаться. Нехорошо.

Пучина, пучина, пучина. Даже морские демоны уже пропали. Вокруг нас одна лишь тьма, и только огонёк Алексея мерцал в ней потерянно и одиноко.

Сердце забилось чаще. Неужто прогадал?

Если сейчас же не начнём подниматься…

Вдруг света стало больше.

Я понял это не сразу, задумавшись о своём, но точно — огонёк поблек на фоне голубоватых расплывчатых лучей, тянущихся снизу.

— Смотрите! — воскликнула Злата. — Какая красота!

Алексей и Сварри кинулись к бортам и склонились через них. Нам же с Батуром не стоило двигаться. Слишком уж тяжело было держать контроль.

Пучина расступалась, но не сразу. Поэтому приходилось постоянно менять скорость и направление духовных потоков, чтобы корабль не взмыл обратно во тьму или не рухнул вниз и не разбился неизвестно обо что. Мы не видели, что там, под нами. Только усиливалось свечение. Оно переливалось голубым, зеленоватым, перламутровым. Скоро расплывчатые лучи превратились в сияющие столбы света.

А затем показались острые вершины коралловых башен. Я подумал, что мы можем напороться на одну из таких, но воздушный шар подхватило течение настолько сильное, что сопротивляться ему было бесполезно. Да и не за чем. Оно винтовым спуском уносило нас куда-то, позволив нам с Батуром немного расслабиться.

Он даже открыл глаза и наконец-то увидел разноцветное сияние, обволакивающее изогнутые башни морского бога.

— Нёрди… — с придыханием сказал Сварри.

На его лице поселилась улыбка.

Скоро «Разящий» достиг чего-то твёрдого. Нас слегка тряхнуло, а затем мы остановились. По возросшему количеству духовных потоков ветра я понял, что держать воздушный шар нет смысла и прервал течение духовной силы. Батур последовал за мной.

Я перебрался к носу корабля, взобрался повыше и ахнул.

Перед нами стоял настоящий дворец. Блестящий от сияния вокруг, с остроконечными вершинами башен и высокими открытыми воротами, от которых тянулась мраморная дорога до порта, куда причалил «Разящий». Всё сияло, сверкало, кричало о своём великолепии и громаде. Тьма морской пучины наверху казалась ночным небом, с которого пропали звёзды.

Да. Нёрди всегда любил выделиться и похвастаться. Это ж сколько его сил уходило на поддержание такого места?

Вдруг пространство вокруг содрогнулось. Духовные потоки немного потрясло, но скоро они успокоились.

— Что это было? — забеспокоилась Злата.

— Нам лучше поспешить, — сказал я.

Запасы Истока подходили к концу. Кажется, мы успели к самому крайнему сроку.

Когда прошли через ворота, попали в просторный зал с множеством колонн, подпирающих потолочные своды, с которых свисали сталактиты. Длинная дорожка из позолоты вела высокой платформе с троном. Лестница издалека искажала взгляд, и дорога казалась ещё длиннее, чем она была на самом деле.

Но на троне сиял золотистый трезубец, вокруг которого вихрились духовные потоки воды. Наверняка это и был Исток Нёрди. Если он был таким большим и приметным только радо того, чтобы таким быть, я ещё очень сильно подумаю, стоит ли нам тащить его с собой!

— У меня уже глаза болят от этого света! — проворчал Сварри.

— Это твой бог. Тебе ли жаловаться? — заметил Батур.

— Кто бы говорил! Тебе наверняка ничего не мешает сквозь твои узкие щели, которые вы, кхазары, называете глазами!

Это была дружеская шутка. Батур не обиделся и наверняка уже придумывал остроту в ответ. Однако мы уже достигли подножия трона, и возле трезубца начал появляться гордый силуэт, который я никогда ни с кем бы не перепутал.

— Здра-а-авствуйте, пу-у-утники… — глубоким, неторопливым голосом протянул проявляющийся бог. — Я есть…

— Нёрди! — возмущённо воскликнул я. — какого хрена ты тут устроил?!

Медленное и торжественное появление в миг обратилось сверка сияющим образом Нёрди.

Крупный, с большими раздутыми мышцами, специально выставленными напоказ, но будто бы невзначай. С длинными чёрными волосами и такой же длинной бородой до пояса, он был одет в странную накидку через левое плечо с подолом в пол. Это хорошо что в пол, потому что засранец сделал себя высотой почти в пять метров и наверняка не носил нижнего белья. А тьмы я уже насмотрелся вдоволь.

— Любишь ты всё портить, Светозар!

Сварри с Батуром переглянулись. Им тоже пришлось поведать, кто я такой, но они восприняли всё довольно спокойно. Сварри вообще вздохнул с облегчением. Заявил, что когда впервые увидел меня, почему-то задрожал от одного взгляда. Тут же, конечно, взял себя в руки, но до того дня с ним ничего подобного не было. Поэтому-то он и заинтересовался нашей компанией.

Судя по всему, я собрал вокруг себя подходящих людей. Их совершенно не смущала компания Ужасного Узурпатора. Даже Алексей, и тот поначалу злился из-за обмана, а не из-за того, кем я был. Но всё же продолжали называть меня Лютом. Так было привычнее.

— А ты любишь излишнее хвастовство! Зачем такую махину отгрохал? Силёнок хватит удерживать, а?

Словно в подтверждение моих слов, снова пространство содрогнулось. А с потолка вдруг полетел вниз сталактит. Он с грохотом разбился, разлетелся на тысячи осколков. А эхо слишком медленно утихало среди высоченных колонн тронного зала.

Нёрди нервно оглянулся. Промолчал. А затем решил ответить на претензию претензией.

— А ты почему так долго не появлялся?! Мне пришлось ограничить своё царство этим мелким уголком, чтобы продержаться ещё пару сотен лет! Столько сил вложил в своё хранилище, и всё в пустую!

Мелкий уголок?

Пара сотен лет?

— Погоди… Нёрди-бог, — осторожно, с почтением, выступил вперёд Сварри. — Тут ещё что-то есть?

— Конечно! Это был целый город! Стены, здания, туннели, коралловые рощи и жемчужные озёра! Такое прекрасное место погибло!

— Ты велик… — склонился Сварри.

— Ой, дурак… — вздохнул я.

Снова содрогнулось. Где-то вдали, скрытые колоннами, упало ещё несколько сталактитов.

— Может, нам стоит вернуться? — пропищала Злата, ухватив меня за рукав.

Это она верно подметила.

— Это твой Исток? — гаркнул я, указывая на трезубец в руках Нёрди.

— Да! — Он снова заговорил величественным голосом. — Но прежде, чем я отдам его тебе, ты должен…

— Заткнись и отдавай железяку! — совсем уж разгневался я. Шагнул ближе, схватил толстое древко высотой с мачту «Разящего». Это точно будет несподручно таскать с собой. — Он хоть уменьшается? Если нет, останешься тут, в своём грёбаном подводном городе!

— Без моего Истока тебе не!.. — Тут Нёрди осёкся.

— Что «не»? — прищурился я.

— Неважно, — проворчал засранец.

И, чтобы отвлечь от вопросов, взмахнул трезубцем, и нас вдруг будто течением понесло прочь из дворца.

Всё закружилось, завихрилось. Духовная сила окутала нас так, что и сопротивляться не было возможности. Нёрди остановился у причалов, рядом с «Разящим» и довольно хмыкнул.

— Хороший корабль. Подойдёт.

А затем вытащил мачту, а на её место поставил своё трезубец. Древко тут же расширилось, чтобы плотно закрепиться на месте, сам трезубец вытянулся, сузился, став похожим на лист копья. Поперёк Нёрди установил перекладину и распустил парус. Канаты сами по себе переплелились заново, связались в нужные узлы и натянулись как нужно.

— Он уведёт вас отсюда.

— Уверен?

Дворец начал крушиться. Сияние содрогалось, а тьма — Пучина — пожирала величественный подводный город, в котором никогда никто не жил.

— Уверен, — серьёзно ответил Нёрди.

Он обернулся и печально вздохнул. На глазах скопилась влага. Мне даже стало его жалко. Совсем немного, но всё же.

— Не грустите. — Злата нежно коснулась мускулистого плеча морского бога. — Вы же верн1тесь, правда? И откроете город снова. Может, получится его поднять на поверхность…

Нёрди обернулся. Но теперь на его лице была лёгкая улыбка.

— Спасибо тебе.

И тут он коснулся Злату.

Глаза её расширились, когда синеватое свечение, сошедшее с бога, растворилось в ней. Девушка глубоко и жадно вздохнула, словно держалась под водой очень-очень долго, а сейчас вынырнула.

— Он твой, — объявил Нёрди. — Мой Исток теперь принадлежит тебе. Я вижу в тебе склонность к воде, красавица. — А затем бросил всем остальным: — Скорее на борт!

И мы прыгнули на палубу.

Нёрди в последний раз взглянул на свой дворец, улыбнулся, а затем рассеялся, унося всю свою силу в трезубец.

Я опомнился. Он же должен сказать, где мне искать последний Исток! Только хотел крикнуть, как часть духовной силы коснулась меня, и вопрос отпал сам собой.

Теперь я знал это место. И замер от волнения, потому что оно…

Тут «Разящий» взметнулся вверх, навстречу пожирающей свет Пучине.

Башни дворца упали. Крыша рушилась, а стены расходились трещинами. Лучи света бешено забегали за нами, словно пытались уцепиться за корму, но быстро угасли, поглощённые Тьмой.

А мы продолжали подниматься на поверхность.

━─━────༺༻────━─━

Корабль вынырнул из моря, скользнул по волне и пролетел метров двадцать, прежде чем с брызгами рухнуть обратно в воду.

В трюме сорвались с крепежей бочки и сундуки, мы едва не перелетели через борт, но сумели удержаться.

Новая волна подняла нос «Разящего», качка продолжилась. Но мы уже успели оправиться и привыкнуть к скупому свету, пробирающемуся сквозь тучи.

В море до сих пор бушевал шторм, и волны уносили нас к тайфуну. Но тут…

— Смотрите! — воскликнул Сварри. — Он успокаивается!

И правда. Тайфун рассеивался, шторм утихал. Тучи расходились, а солнечный свет яркими столбами дырявил тёмное небо.

Свежий солёный ветер бил в лицо. Как же свежо и приятно!

Новая мачта почернела, но золотое навершие трезубца оставалось золотым. Парус снова вздулся, я подошёл к рулевому веслу и взял курс обратно на Нелью.

— Демоны… — вздохнул Сварри, облокотившись на борт. — Я видел самого Нёрди!

Он от радости вынул меч из ножен и поднял его к небу, поймав луч света. Солнечный зайчик забегал по лицу Батура, который, кажется, собирался вздремнуть между скамей.

— Эй, убери это от меня! — проворчал он, загораживаясь рукой.

Сварри вернул меч в ножны и даже не стал отвечать остротой. Просто улыбался во все зубы и подпирал кулаками бока, осматривая мачту.

— Злата! — гаркнул он. — Что такое сделал морской бог? Он сказал, что теперь его Исток твой, это правда?

Злата тоже уставилась на мачту. Она молчала, не знала, что ответить. Я решил помочь.

— Он отдал тебе часть своих сил. Сосредоточься, ты чувствуешь духовные потоки ветра?

Злата закрыла глаза, выровняла дыхание. А затем сказала:

— Да! Кажется… кажется, мой Источник изменился…

— Алексей, прими. — Я передал рулевое весло и подошёл к ней. — Дай-ка посмотрю.

А затем коснулся груди.

Злата ахнула, зарумянилась, но не сдвинулась с места. Чёрт, и не подумал что её это может смутить.

Ну да ладно. Это неважно.

Мягко, упруго, довольно приятно, но… Неважно.

Я заглянул в Источник Златы и не без труда определил, что её развитие скакнуло до второй ступени Бронзы. Удивительно. Кажется, раньше она была где-то в середине Отрока, но теперь без единой проблемы прорвала границу. Всё же сила богов впечатляла даже сейчас.

— Продолжай тренироваться. — Я убрал руку, а Злата отвела смущённый взгляд. — Вторая ступень Бронзового воина — отличное начало. И сила Нёрди всё ещё в твоём Источнике. Я потом расскажу тебе нужные слова.

— Лют? — вклинился Алексей. — Это тайны нашего рода. Не думаю, что Мудр обрадуется, когда узнает.

Они со Златой встретились взглядами, и Алексей почувствовал себя неловко. Видно, преданность роду и преданность нашей славной компании разрывали его изнутри. И правда. Впервые они столкнулись в конфликте. Но он зря волновался.

— Алексей, дружище, — улыбнулся я, — разве ты забыл, кто наш Великий Предок?

Алексей набрал воздуха, чтобы ответить, но смысл сказанного всё же добрался до его головушки, и он задумчиво промолчал.

Уж кто-кто, а я могу распоряжаться тайнами рода. Даже если сейчас считаюсь изгоем.

Ах, точно же… Я взглянул на метку на предплечье. Уже успел и забыть, что она значила. И всё же это снова показалось забавным. Светозар Великий — изгой собственного клана. Смешно!

Я даже ухмыльнулся. И снова обратился к Злате.

— Чуть позже. Как доберёмся до острова и отдохнём.

— И объедимся! — громко добавил Сварри, который сунулся в трюм. — Я привык к походной кормёжке, но хотелось бы отведать чего пожирнее, посочнее и погорячее. Хочу нормального мяса! И пива! А ещё у нас разбились бочки с водой, так что стоит поторопиться.

Он вылез наружу, держа в зубах полоску вяленого мяса, а подмышкой треснутый булькающий бочонок. Надо полагать, наши последние запасы.

— А ты пить не захочешь после солёного-то? — с подозрением спросил Алексей.

— Захочу! — кивнул Сварри, сунув вторую полоску в рот.

— Отдай бочонок, прожорливый асван! — гаркнул Алексей, бросив рулевое весло и кинувшись на него.

Корабль дёрнулся, но Сварри не потерял равновесия ни на миг. Только ухмыльнулся и, расплёскивая воду, побежал прочь. Они принялись играть в догонялки, а мне пришлось снова идти на корму. За воду я не боялся — Злата теперь должна уметь ею управлять. Как раз будет практика, чтобы освоиться с новой силой и научиться отделять чистую воду от примесей. Или, например, делать морскую воду пресной. Очень полезно в море иметь стихийного мага в морском путешествии.

Этому же несложно научиться, надеюсь?

━─━────༺༻────━─━

— Вы вернулись! — ахнул Ирги Стальная Пятка, когда увидел наш корабль у собственного причала. — Вернулись! Я надеялся! Ждал! Верил, но…

— Воды! — Сварри со всей скоростью промчался мимо своего дяди, продолжая кричать: — Воды мне! Воды! Бочку! Огромную бочку воды!

— Нет мне! — Алексей мчался по пятам, норовя сбить его с ног. — Мне! Тебя ещё три дня к воде не подпускать, грёбаный ты засранец!

Ошеломлённый Ирги проводил его взглядом, а затем обернулся в нашу сторону.

Я, Злата и Батур, истощённые и раздражённые от жажды, шагали по упругим доскам причала.

— У вас… получилось? — с сомнением спросил Стальная Пятка.

— Получилось, — хрипнул я, срывая с его пояса кожаную флягу.

Вытянул крышку, поднёс к губам, но, подумав, передал Злате. Девушка жадно впилась в горлышко, но сделала всего пару глотков, а затем передала флягу Батуру. Тот тоже сдержался, чтобы не выдуть всё за раз, и вернул её мне.

Промочив горло, я продолжил говорить:

— У нас получилось. А водоворота больше нет.

Воды во фляге не осталось. Я вручил вновь ошеломлённому Ирги его флягу и направился к дому. Пить хотелось жутко. Оказывается, отделить чистую воду — это вообще никак не просто.

Демоны… Если подумать, Исток Нёрди достался нам не так уж сложно. В смысле, не пришлось долго скакать по степи или искать его по лесам, попутно сталкиваясь с кучей недоброжелателей.

Пришли, забрали, ушли.

Довольно неплохо, если опустить некоторые подробности.

Но вот следующий Исток…

Не знаю, что будет сложнее. Найти его, забрать или встретиться с богом, которому он принадлежит?

Думаю, всё сразу. И особенно последняя часть. Потому что следующей целью станет Перувит — бог молний и грома. Самый суровый, грозный, угрюмый и, наверное, могущественный бог из всех, кого я знаю.

И у нас с ним не самые лучшие отношения, честно говоря.

Но прежде придётся найти Исток громовержца, а это вряд ли будет легко. Потому что он находился в Велиграде — столице царства Велизар.

И метка изгоя там будет ой как не к месту…

Глава 7

Наш корабль пристал в речном порту Велиграда.

Это был богатый город. Красивый и величественный, с позолоченными крышами, высокой твердыней, построенной на вершине крутого холма, с крепкими стенами, обойти которые заняло бы целый день.

Был когда-то. А теперь же…

— Что они сделали с моим любимым Светозаром?! Где башни, где золото, где расписные здания и архитектурные чудеса?! Я выписывал самых лучших мастеров со всего света, чтобы превратить этот город в рай на земле! Что за выгребная яма?!

Я стоял на вороньем гнезде и крепко держался за мачту-трезубец, пока мы плыли по широкой реке Лучесе. И не мог поверить собственным глазам. А мои соратники — Алексей, Злата, Батур и Сварри — смотрели на меня удивлённо и совершенно не понимали претензий.

— Это он Велиград так назвал? — прошептал Алексей Злате.

— Ага, — тихо кивнула она.

— Один из самых богатых городов?

— Угу…

— Кто?! Кто сотворил это, ответьте!

— Да что не так, Лют?! — не сдержался Сварри. — Краше Велиграда во всём Арахате не найдёшь! Уж я-то знаю!

Как бы это иронично не звучало, но в нашей команде было три варгийца, а единственным, кто бывал здесь раньше в этом тысячелетии был асван Сварри Кулак.

Да и у меня складывалось ощущение, что нахожусь здесь впервые!

— Что не так?! Что не так, ты меня спрашиваешь?!

Я спрыгнул на палубу рядом со Сварри, схватил его за плечо и подвёл к правому борту.

— Вот тут, прямо тут, стояли общественные бани. Их проектировали совместно Ларкус Почитто и Доброгнев Строитель из рода Бобров. Два великих мастера своего времени, они сначала дрались друг с другом, потом напивались. Иногда наоборот, потому что Ларкус предпочитал драться пьяным, а Доброгнев трезвым. И всё это потому что только после драки и попойки они могли работать вместе. Ты знаешь, сколько здоровья эти два человека положили на строительство бань?

Я указал пальцем на огрызок каменного строения — единственного, что осталось от былого величия.

— Вот тут было разделение на женскую и мужскую половины бань. Ну, и моя личная купальня на третьем этаже…

— У тебя была личная купальня рядом с женской…

— Это сейчас неважно, Алексей! Важно, что осталось только два этажа крохотной части. Где бани?! Они были признаны самыми лучшими во всей империи самым компетентным человеком в империи!

— То есть, тобой?

— Именно, Злата!

Я снова схватил Сварри за плечи и насильно отвёл на левый борт, откуда открывался вид на жилые застройки с тесными улочками.

— А здесь располагались широкие улицы, торговые лавки, ярмарки, гостиницы, трактиры. А в самом центре стояло высокое здание для театральных постановок и цирковых выступлений. Крышу венчала позолота, свет от которой был ориентиром для всех! А вот…

Я уже потащил растерянного Сварри в сторону кормы, когда Алексей решил прояснить, в чём дело.

— Да, я читал про золотые крыши, серебряные узоры, множество дорогих зданий, которые простаивались месяцами…

— Это ты к чему? — прищурился я.

— Велизар приказал убрать все излишки. Мол, злато, да серебро лучше тратить на что-то полезное, а не на красивые виды. Велизар подлатал стены, укрепил твердыню… Лют, ты в порядке?

Ребята с беспокойством уставились на меня. Гнев так бурно кипел в груди, что в итоге превратился тягучий сгусток холодной, просто ледяной ярости и злости.

— Я его убью! — процедил я.

— Он уже мёртв, — напомнил Алексей.

— Наверняка специально это сделал, подлец.

— Умер?

— Город перестроил!

Гнев снова превращался в бурю и вспыхивал с новой силой.

— Ему всегда не нравились мои проекты. «Светозар, это дорого», «Светозар, у меня уже глаза слепнут от блеска», «Светозар…» Тьфу! Никакого чувства прекрасного!

Я замолчал, скрестил на груди руки и тяжело, часто задышал.

Из всего великолепия, созданного благодаря моим стараниям, осталась только твердыня. Былой блеск исчез, но Велизар действительно хорошо постарался, укрепив стены, башни, построив внешнюю линию малых стен.

Сейчас твердыня казалась гигантом, свысока следящим за городом. А у самой его головы, словно нос, торчала смотровая площадка, куда выходили мои покои.

Было приятно, знаете ли, с утреца выйти на свежий ветерок, попивать кофе и наслаждаться видами.

— Остыл? — Злата ласково коснулась моей руки.

— Немного…

— Мы уже прибываем в порт. Лучше подготовиться и придумать, что делать с твоей меткой.

Я глянул на предплечье, где тёмным пятном красовалась метка изгоя. Подарочек от благодарных потомков. За пределами Велизара она не сильно мешала мне, но теперь могли возникнуть проблемы. В приличное заведение, например, не пустят или сдерут второе, если заметят. Ну, и повышенное внимание стражей порядка обеспечено.

А мне ведь надо пробраться в самое сердце Светозара…

Нет. Велиграда. Похоже, Светозар остался там, полторы тысячи лет назад. Теперь от него остались только воспоминания.

— Кстати… — протянул Алексей. — Лют, а ты правда назвал город своим именем?

— Да, а что?

— Нет, ничего, ничего…

И он как-то странно повёл бровями.

— Эй, что за претензии?!

— Никаких претензий! Так ведь совершенно не поступают тираны и узурпаторы, верно же?

— Да! В моё время не поступали! Это уже потом, может, на меня равняться… Тьфу на вас!

Я развернулся и прыгнул обратно в воронье гнездо. Чтоб этих соратничков не видеть. А вместо них повнимательнее рассматривал твердыню. Надеюсь, Велизар не менял ничего внутри, потому что нам предстоит туда пробраться.

Исток Перувита находился именно там. В моей…

Демоны, почему-то даже подумать о таком было непросто…

В моей гробнице.

━─━────༺༻────━─━

— Добрый день, люди добрые, — совершенно не добрым голосом поприветствовал нас мытарь.

Это был тучный, высокий человек с тремя подбородками, нажитыми наверняка честным трудом. В кафтане из невероятно прочной ткани с намертво пришитыми пуговицами. Иначе не знаю, как они сдерживали его огромное пузо.

— И тебе здравствуй, мил человек, — хмуро ответил я.

Мытарь пришёл с тремя сопровождающими воинами в простеньких доспехах. Они были на полторы головы ниже, тощие, словно мытарь объедал их, и с глазами, постоянно высматривающими что-то незаконное.

— Разрешите зайти на борт. — И, не дожидаясь позволения, жирдяй прыгнул на палубу с удивительной лёгкостью.

Правда, эта самая лёгкость закончилась, как только он коснулся досок. Те заскрипели, корабль пошатнулся и мне даже почудилось, что выругался на своём, кораблином.

Никогда не любил мытарей.

Разве что когда сам стал пополнять казну всеми этими сборами и податями… Но я был честным правителем! Брал немного, три шкуры не драл. А мытарей этих в ежовых рукавицах держал!

Чтоб у меня появился такой пузан?

Да ни за что!

— Вот, всё готово, — выступил Сварри. — Ровно, даже считать не надо.

Он заранее приготовил часть наших запасов для уплаты налога. Сказал, сборы в Велиграде не менялись с тех времён, когда ещё его отец ходил торговать в эти земли.

Однако мытарь криво усмехнулся, окинул взглядом наши сундуки и кивнул своим бойцам, чтобы приступали к работе.

— Размер пошлины изменился. Отныне нужно платить десятину. Так что мне придётся всё пересчитать.

— Как десятину?! — воскликнул Сварри. — Это когда это начали брать десятину?! Втрое больше, чем…

— Приказ Первого царского советника! — звонко прервал его мытарь. — Вы как раз вовремя прибыли. Он вступил в силу этим утром.

И снова криво усмехнулся. Издевался, гадёныш.

Поборщики перетрясли весь трюм и выставили такой ценник, что Сварри едва удар не хватил. Но асван не поддался. Он принялся горячо доказывать, что наши пожитки стоят куда меньше. Да мы вообще не с торговыми целями прибыли!

Но в это было сложно поверить, потому что торговался он отменно. Я видел, как в глазах мытаря сверкнул азарт. Эти двое кричали, брызгали слюной друг на друга. Сварри доказывал, что вот эти вот куски железа, взятые в Келью, не могут стоить больше двух гривен серебром.

Мытарь возражал. Мол, сейчас железа не хватает, и цены поднялись, так как люд готовится к предстоящему турниру. А это кузнецам нагрузка великая оружие ковать, доспехи, подковы те же…

Но Сварри не сдавался. Авторитетно заявил, что качество у заготовок так себе. Это уже минус треть от цены. Сгодятся разве что на тесаки какие-нибудь. Или подковы те же. Да и вообще мы это железо взяли чуть ли не с уступкой, потому как у кельюнского торговца серебра не хватило на сдачу!

В общем, бодались они долго. Мы даже с помощниками мытаря немного сдружились. Накормили их, напоили. Злата сжалилась, наглядевшись на тощие лица.

Они оказались братьями. Старшего звали Первак, второго Вторяк, третьего Третьяк…

В общем, с воображением у родителей было не очень. Там в семье семь братьев, и всех просто пронумеровали. А вот младшую сестру назвали Ждана.

— Скоро намечается турнир? — спросил я Первака.

— Ага, — вздохнул он. — Так что вы лучше поспешите снять место в постоялом дворе. Скоро цены взвинтят до небес.

— А по какому поводу торжество?

— Дак ведь праздник в честь Великого Предка Велизара, ты чего?! — удивился Вторяк. — Каждые десять лет проводят. Ты ж вроде из наших!

— Ему память прошлым летом отбило, — подсказал Алексей. — Мало что помнит.

— А-а-а! Понимаю… У нас было такое однажды. Мельника лопастью по затылку долбануло. Так он жену родную не узнал.

— Ага, — хмыкнул Третьяк. — Это он отбрехаться так решил, потому как жёнка его на девке левой застала. Прямо на мельнице. Мол, не помнил, что женат.

— Так он же ж год вспоминал!

— Дак чтоб подозрений не вызвать. Притворялся.

Это всё, конечно, интересно и забавно, но меня больше интересовал другой вопрос.

— Расскажите-ка про турнир поподробнее. Я-то не притворяюсь.

И, пока Сварри с мытарем рвали друг на друга глотки, парни поведали мне о славной традиции, заведённой ещё самим Великим предком, чтоб его демоны жрали, Велизаром.

«Ибо после свержения Светозара Ужасного погибло много доблестных воев, и надобно было восполнять ряды царского воинства!», повторил слова одного из глашатаев Вторяк.

— Они эти сказы днями напролёт болтают, — пожаловался он. — На третий день уже голова начинает гундеть от них.

— Ага, — подтвердил Первак. — Но со временем бои остались так, для зрелищ. Дружины царю хватает.

— Но победителей он сам награждает! — вставил Третьяк. — И, говорят, может кого-то взять к себе. Ежели очень приглянулся богатырь.

— То есть, — заключил я, — победители могут попасть в замок, прямо в тронный зал царя?

— Ага! — кивнул Вторяк. — Чтобы при боярах и дворянах, независимо от роду-племени, получить из рук Велизара награду.

— Эх, хотел бы я так… — мечтательно вздохнул Третьяк.

— Ага! Тебе б с отборочных не вылететь, братишка!

Я же немного завис. Может, послышалось? Поэтому переспросил удивлённо:

— Велизара? Это царя так зовут что ли?

Братья переглянулись, подозрительно замолчали. Правда, их молчание перебивали крики Сварри и мытаря. Но затем они хором воскликнули:

— Эко тебя пришибло!

— Уж царя-то нашего, батюшку, надо знать! — заявил Первак.

— Надо, надо! — поддакивал Вторяк.

— Тут никакой отшиб памяти не спасёт, если ты такое ляпнешь, где не надо, — прошептал Третьяк.

— Кстати… — Первак нахмурился и покосился на Батура.

Наш кхазарский друг сидел себе спокойно в углу и караулил свои лук, стрелы и тетиву, которые держал в отдельном мешочке. Ему явно не нравилась суматоха, связанная с мытарством. А когда Вторяк полез считать стрелы в связках, перегородил путь и не дал подойти ни на шаг.

— Этот ваш кхазарин, он по-варгийски говорит?

— Говорит, — кивнул я.

— А чего ж он молчит?

— Так нечего говорить, видимо. Он вообще не особо разговорчив.

Но подозрения были не без оснований. Мытарь направился к стойлам, и Батур хищно уставился ему вслед. Правда, с места не сдвинулся. И с таким же спокойствием наблюдал, как мытарь тянется заглянуть Йелле в зубы, а потом с грохотом катится назад от пинка Задора.

Задор презрительно фыркнул и повернулся задом. Угрожая, мол, в следующий раз простым пинком не отделается наглый жирдяй.

Мытарь взбеленился. Вскочил, начал ругаться, порывался дать сдачи Задору, но Сварри его остановил и как-то заговорил, переведя тему на ящик с моржовыми бивнями.

Батур успокоился и принялся точить саблю.

Но скоро споры закончились. Сварри с мытарем, запыхавшиеся, но довольные, причём оба, ударили по рукам. Сварри добавил к подготовленному ранее ещё железо, тюки шкур и пригоршню золотых, а мытарь махнул братьям, чтобы те забирали пошлину и покинули корабль.

Мы попрощались, даже пожали руки. Алексей, с тоской глядя, как поборщики перетаскивают уже-не-наше добро по деревянному трапу, спросил:

— Гляжу, ты доволен, Кулак?

Сварри гордо приосанился.

— А то! Я впятеро пошлину сбил. — И тише, шёпотом, добавил: — И сбагрил ненужное. Железом заманил, но невелика потеря. Зато от других товаров отвлёк. Эх, и наторгуемся!

Перспективы стать ещё богаче Алексея приободрили. И Злата сверкнула довольной ухмылкой, осматривая оставшееся добро. А я окликнул Первака, который уже тащил на плече последнюю связку со шкурами.

— Эй, а где записываться на турнир?

Алексей со Сварри тоже прислушались. Похоже, их заинтересовала возможность хорошо подраться. Аж загорелись.

— Да вон, у арены, — Первак махнул в сторону выглядывающего над крышами домов серого здания.

Причём я помнил его. Хорошо сохранился. Но вид у меня стал кислее некуда.

— Что-то не так? — спросила Злата, заметив это.

— Да нет, ничего, просто…

— Ну, не томи! — воскликнул Алексей.

— Просто… почему это арена? Это же были конюшни!

━─━────༺༻────━─━

Да, братья-поборщики были правы. Цены на жильё уже подняли так высоко, что пришлось платить золотом за три комнаты в единственном подходящем постоялом дворе неподалёку от арены, торговой площади и твердыни. И ещё за места в конюшнях отвалили немалые деньги. Так что настроение у Алексея и Сварри было не очень хорошее.

И оно ещё больше портилось из-за толкучки возле приёмной арены. Само здание было высоким, в виде огромного колодца, выстроенного вокруг широкой площади, покрытой плотным песком. Хотя давным-давно это было зелёное поле, где резвились скакуны императорской гвардии…

— А зрительские места — это бывшие стойла, — рассказывал я ребятам, пока мы ждали своей очереди. — Даже перегородки остались. В пять этажей по кругу стояли. Это один эфленский строитель придумал. Так мы разместили всех лошадей, да ещё с места их хватало, воздуха, солнца опять же. А под стойлами сбрую всякую хранили, да кормёжку. И на поле было удобно тренировать всадников и отрабатывать манёвры.

Ребята удивлённо оглядывались. Особенно Сварри, который бывал тут уже пару раз и наблюдал за играми. И он задал самый правильный вопрос:

— А навоз лошадиный куда девали?

— Вообще, собирали вон там, — я указал в сторону ворот под зрительской трибуной, выделенной, похоже, для особых гостей. Там даже место для трона имелось. — А потом вывозили, на удобрения… Ты чего так смотришь?

Сварри немного побледнел, или мне показалось?

— Оттуда участники выходят на арену, — вздохнул он. — И ждут там своей очереди…

Алексей тоже теперь выглядел не настолько восторженным. Ко всему прочему, от толпы вокруг разило отнюдь не цветочками, что придавало их воображению особые оттенки.

— Ещё одна группа, и мы! — радостно воскликнула Злата.

Ей настолько хотелось убраться отсюда поскорее, что она уже сама рвалась записаться в участники. Хотя была очень против такого решения. Но я был непреклонен. Нет лучшего способа развить свои навыки, чем, собственно, во время боя. Тем более, это не настоящая война, а потешные сражения. Настоящей опасности быть не должно.

Принимали желающих выступить на турнире в палатках, расставленных на песке. Перед нами оформлялись пятеро бойцов в старой изношенной броне. Они как раз заканчивали и обсуждали, как отправятся в ближайшую корчму, чтобы отпраздновать начало, как им казалось, славной недели. Полной побед, денег, выпивки и доступных женщин.

— В каких соревнованиях будем участвовать? — спросил Сварри. — Там и вместе можно, и врозь. И на мечах, и на луках. — Батур навострил уши, услышав это. — Но самое почётное, конечно, выступать в главном турнире. Один, тело всяких ограничений!

— Посмотрим, — ответил я. — Наша цель не почёт, а победа. Чтобы попасть в замок. Не забывай.

Наконец-то настала наша очередь. Мы уже шагнули вперёд, чтобы самими наконец-то отдохнуть после долгого пути, как вдруг за спинами раздалось:

— А ну, всем разойтись! Прочь, прочь!

Гулкий хрипловатый голос принадлежал бывалому вояке со шрамом от левого виска до правой щеки. Его сопровождали несколько дружинников в богатой броне, которые распихивали всех на своём пути и стремительно приближались к нам.

Очередь из головорезов недовольно рычала, но расступалась. А тех, кто пытался возражать, оттаскивали свои же.

— Вы! — Шрам указал прям на нас. — Прочь с дороги!

— Лют… — испуганно прошептала Злата.

Опасность повисла в воздухе и сгущалась все сильнее, пока они приближались.

Однако я не сдвинулся с места и продиктовал чиновнику из палатки своё имя:

— Лют Чёрный. Через «ё», не через «о». А то знаю вас, грамотеев…

— Эй ты! — громом прогремело прямо за мной. — Прочь, кому говорят!

Я неспешно повернулся, окинул взглядом грозного вояку с золотой гривной на шее и глянул через его плечо на воина значительно моложе. Тот носил самые дорогие доспехи, смотрел не то что свысока — просто отказывался снисходить до взгляда на тех, кого потеснил. Он носил серебряную гривну, украшенную драгоценными камнями.

— Чегось? А, мы скоро закончим. Вы пока постойте.

И повернулся обратно.

Повисла тишина. Шрам даже растерялся, а по невольным зрителям прокатилась волна «У-у-у-у…».

Дружинники огораживали господина по бокам и сзади. Шрам стоял прямо напротив меня, а мои соратники, мрачно оглядываясь, расположились по сторонам, заняв удобные позиции. Молодцы, не струхнули.

— Ты что, бессмертный? — процедил Шрам.

Я услышал, как хрустят костяшки его пальцев под латными рукавицами.

— Не мешайся на пути у боярина Ведивоя Рацкого! Уйди, или тебя будут выносить по частям!

Снова молчание. Толпа зароптала. Мои соратники были готовы сражаться, но эта схватка дорого бы нам обошлась.

Мы со шрамом мерили друг друга глазами. Я хотел преподать урок ему и его бояришке, а он жаждал наказать безродного наглеца, которого во мне видел.

Мы оба хотели начать драку, но обоих сдерживали обстоятельства. Наверняка шумиха не пойдёт на пользу молодому Ведивою, да и кто знает, как отреагируют те, кого он потеснил?

Боярин привёл сильный отряд. Но они в меньшинстве.

— Лют… — прошипел Алексей.

Шрам медленно потянулся к мечу.

— Ах, сам боярин Рацкий! Простите, простите. — Я редко нацепил дружелюбную улыбку и шагнул в сторону, приглашая их к палатке.

В толпе раздались расстроенные возгласы, а Злата вздохнула с явным облегчением.

Шрам же фыркнул, убрал руку от меча и уступил дорогу Ведивою.

А боярин-таки удостоил меня взглядом. Презрительным и надменным.

Мы терпеливо подождали, пока они закончат и удалятся, а затем сами подошли к чиновнику.

— Я уж думал, ты начнёшь бойню, — нервно хмыкнул Алексей. — Даже удивлён, что сдержался. Там дружина из десяти Серебряных…

— Нас, пожалуйста, запишите туда же, куда записался боярин Рацкий, — склонился я над чиновником с такой улыбкой, что тот невольно сглотнул.

А Алексей пробормотал что-то невнятное. Наверное, радовался, что у нас появилась ещё одна цель.

Глава 8

— Мы отвалили кошель золота за ночлег, кормёжку и стойла, чтобы ночевать под открытым небом? — вздыхал Алексей.

— Где оно открытое? Над нами одна грёбаная листва! — проворчал Сварри. — Снова демонов лес! Да ещё и варгийский, что хуже втрое.

Алексея душила жаба, Сварри плевался от еловых шишек, Батур просто вёл себя так, словно за нами наблюдали даже тени. И только Злата, больше привыкшая к городским трущобам, узким улочкам и толпам народа, чувствовала себя просто не очень уютно.

А вот я будто снова оказался дома. Влажный прохладный воздух, Тени под могучими кронами, грибы под ногами, шелест листвы, хруст мелких веток под ногами, пение птиц, демоны потрошат лося…

Демоны?!

— Осторожно! — Я направил на стаю Чернобурых волков вихрь ветряных лезвий.

Демоны уже бросились в нашу сторону, но за мной подоспели и соратники. Батур выпустил свои стрелы, Алексей кинул несколько огненных шаров, даже Злата швырнула ледяные колья. Только Сварри с радостным кличем бросился врукопашную. Но когда он добрался до цели, от демонов только духовная сила и осталась.

— Ну вас! — Сварри обиженно сунул меч обратно в ножны. — Дали бы повеселиться хоть. Весь день шастаем в этих проклятых дебрях…

— Не волнуйся, скоро повеселимся, — ухмыльнулся я, продолжив путь по кривой заячьей тропе.

— Ты бы хоть сказал, куда мы идём, — пробурчал Алексей.

— Если бы я сам знал, дружище, если бы я знал…

— Чего?! — воскликнули на это все четверо. Даже Батур.

— О! Нашёл!

В конце рощи наконец-то показалось то, что я весь день искал. Я помчался, чтобы не потерять это из виду, потому что Мерцающие колокольчики имели очень противное свойство затухать и исчезать из виду.

— Куда ты… Ай, к демонам! Подожди нас! — Алексей и остальные последовали за мной.

Мерцающий колокольчик — маленький фиолетовый цветок, растущий в глубине местных лесов. Найти его на так уж просто. Даже сложно. Потому что появляется он только днём, когда мерцание не очень заметно, да и то ненадолго. Раскрылся, померцал, закрылся и исчез. Причём прямо взял и исчез — именно так! Эти проворные, шустрые растения очень не любят, когда их срывают или вырывают с корнем. А сколько некоторые маги не пытались вырастить такие в тепличных условиях, ничего не выходило.

Поэтому я и не сомневался, что они пережили полторы тысячи лет моего отсутствия.

— Оп, один есть! — осклабился я, зажав тонкий стебель в пальцах. — Ну-ка, веди меня к остальным.

И отпустил. А через пару секунд краем глаза заметил новое мерцание. Колокольчики начали играть со мной в догонялки — единственная их слабость перед людьми. Забавные растения. Пугливые, но азартные. Стоит поймать одного из них, повылезают остальные.

— С кем он разговаривает? — на бегу спросила Злата, глядя, как я срываюсь с места.

— Сам с собой? — предположил Алексей.

— Да он умом поехал! — воскликнул Сварри.

И только Батур бежал молча. Ему было очень непривычно преодолевать такие расстояния пешком. Да ещё и в варгийском лесу, где можно заплутать уже в ста шагах от опушки. Так что наш кхазарин просто старался не отставать от остальных и пыхтел, чтобы выровнять дыхание.

— Подожди нас, Лют, мать твою за ногу!

— Не могу! Поспевайте! Оп! — Я перемахнул через выводок Краснобивневых Боровов — довольно живучих и свирепых демонов. — И позаботьтесь об этих ребятах!

— Лют! — прорычал Алексей!

— Аха-ха! — радостно воскликнул Сварри.

А затем позади раздались звуки битвы, свист меча и поросячий вой.

Я же продолжал преследовать Колокольчики. Никогда не любил догонялки, но, похоже, за ними давно никто не гонялся. Прямо разошлись, появились сразу несколько мерцаний, и каждый пытался заманить меня к себе.

Значит, я близко. Ещё совсем чуть-чуть.

Мерцающие колокольчики не были моей целью, на самом деле. Но они водились в тех местах, где обитали Фиалковые Древа — довольно скрытные и могущественные демоны. Собственно, поэтому с мало кто играл в догонялки с Колокольчиками…

А я собирался их выиграть.

— Злата, Батур, заходите слева! Сварри, справа! Алексей, обходи с тыла!

— За кем мы гонимся?! — вопрошал Алексей, продолжая выполнять мою команду.

Они только-только разобрались с Боровами, и тут же помчались за новой целью, даже если не видели её. А первой всё-таки заметила Злата.

— Это же… цветочки? — удивлённо воскликнула она.

— И они перемещаются! — Сварри как-то по-детски улыбнулся во все зубы.

Батур молчал. Ему в принципе не нравилось находиться в лесу, а находиться в лесу с передвигающимися растениями тем более.

Наверное, ему ещё меньше придётся по вкусу, что будет дальше.

Мы загнали Мерцающие колокольчики на небольшую поляну с торчащим по центру толстым пнём и окружили их. Загнанные в угол цветки запрыгали, словно живые, занервничали и наконец-то раздался мелодичный звон десятков колокольчиков.

И тогда я остановился сам и остановил ребят.

— А теперь приготовьтесь, — ухмыльнулся я, обнажая меч.

— К чему? — настороженно спросил Сварри.

— Не нравится мне это… — пробормотал Батур, оглядываясь в сторону зарослей.

Поляна стояла, окружённая вековыми дубами. Широкие кроны уже склонялись к земле, а в тенях казалось, что на стволах вырезаны кривые злобные усмешки, которые сейчас спали.

Усмешки становились всё отчётливее, кроны шевелились, хотя ветер утих. Шелест, обычный шелест перерастал в гремучее, рассерженное ворчание, словно сам лес недовольно бурчал на нас.

— Ой как не нравится… — прошептала Злата, покрепче сжимая трезубец.

Дубы уже откровенно затрещали. Тяжёлые ветви зашевелились, сбрасывая многолетнюю труху, а кроны начали расцветать розовыми цветками, похожими на фиалки. Эти цветки излучали слабый свет, от которого плясали тени на морщинистой коре. Довольно красивое зрелище, если не знать, что за ним последует.

— Кто это?! — воскликнул Алексей.

Он сгущал вокруг себя огненные духовные потоки, которых тут было чрезвычайно много. Сварри собирал силу земли, а Батур накапливал духовные потоки ветра, размышляя, что его стрелы могут сделать ожившим деревьям. Наверное, стоило бы задуматься, из чего эти стрелы сделаны…

— Так, друзья, сейчас нам надо продержаться совсем немного. Пока не явится главный.

— Главный? А это кто?!

— Это… — Я нахмурился, потому что по моим воспоминаниям Древа были помоложе. Их что, с моего исчезновения никто не навещал? — Это подручные…

— Нехилые такие подручные… — вздохнул Алексей.

Он уже приготовился жечь и пылать. Духовные потоки крутились возле него, словно маленькая огненная буря. Все, даже Злата сконцентрировались, чтобы дать отпор изо всех сил, пока кольцо из Древ сжималось вокруг нас.

— Ах, да… — протянул я. — Ребят, тут такое дело…

Духовные потоки рассеялись практически мгновенно. Они даже понять ничего не успели, как оказались, по сути, «голыми» перед лицом врагов.

— В этом месте придётся обходиться без магии.

— В смысле?!

Алексей хотел возмутиться, но ему не позволило Древо, взмахнувшее своими корягами, выросшими прямо на глазах. Острые ветви едва не вспороли лицо, царапнули панцирь и уже хотели связать его, но Алексей смог увернуться и даже вскочить на крону.

Сварри пришлось тяжелее. Его-таки умудрилось обхватить Древо с другой стороны, но силушки хватало, чтобы разорвать путы. Древо ответило жутким треском, напоминающим то ли рычание, то ли рокот, но наверняка что-то злобное и ужасающееся.

— Ты ведь об этом знал! — Алексей спрыгнул рядом со мной, когда его попытались нашпиговать шипами.

— Знал.

— Почему не сказал?!

— Так на.. — Я пригнулся, пропуская над собой коряжистую лапу. — Так надо!

— Но зачем? — Злата ловко ныряла, прыгала и выкручивалась.

— Это тот же вопрос, Злата! — усмехнулся я.

— Это же весело! — загоготал Сварри.

— Вот! Дело говорит! — Мне удалось пробежать по растущим, перевивающимся ветвям до середины, но затем пришлось прыгать на землю.

Однако обрубить ветви я успел, и Древо, сверкнув фиалками, изогнулось от боли.

— Батур, а ты чего молчишь?

А Батур, покрасневший от гнева, так быстро махал саблей, что вокруг него вздымался вихрь из щепок, листьев и трухи. Будто ему и правда удалось вернуть контроль над магией ветра. А ведь это и было нашей целью.

— Послушайте все! — воскликнул я.

— А, теперь ты решил поделиться с нами чем-то?! — прорычал Алексей.

— Заткнись и слушай. Это древние демоны, которые даже Берниру не подчинялись!

Мне пришлось прерваться, чтобы два Древа, решившие атаковать меня вместе, врезались друг в друга и запутались в ветвях.

— Гр-р-р-р-р-ро-о-оу-у-у… — трещали они на своём, древесном.

А я тем временем подобрался к корням одного из них и оказался в относительной безопасности от других Древ. Только это принялось свободными ветвями пытаться меня проткнуть.

— Тот Владыка Демонов, которого Предки… То есть, ты уничтожил?! — Сварри попался-таки под удар, но врезался в другое Древо с мечом перед собой, и то на треть вошло в ствол.

Он рычанием вырвал клинок, оттолкнулся и зарылся в крону, попутно обстригая её изо всех сил.

— Это неважно… Сейчас не важно! Не пытайтесь их уничтожить. Нам нужно продержаться до появления Главного Древа, и я постараюсь с ним договориться!

— О чём? — Рыкнул Алексей.

— Зачем? — Взвизгнула Злата.

— Договориться с чагетером?! — удивился Батур.

— В смысле не уничтожать! — возмутился Сварри.

Схватка превратилась в хаос. Ветви были повсюду, а листва уже попала за воротник, как и мелкая труха, которая сыпалась с древних дремучих коряг.

Однако же нам повезло. Похоже, Древа никто не тревожил так долго, что они умерли разрастись и состариться. Их движения были медленные, неуклюжие. Опасности особой не представляли, однако сами они были до ужаса живучими. То Древо, что Сварри остриг практически налысо, уже гонялось за ним с молодыми ростками на макушке.

— Это древние создания, их магия была сильнее даже магии Истоков. Первородная магия.

— Поэтому духовные потоки и рассеялись? — догадалась Злата.

— Именно. Они просто растворились, превратились в единую первородную энергию.

Древа продолжали мешать друг другу, а мы уже приноровились уклоняться. Но скорости были высокие, а риск постоянный. Слишком долго держаться не выйдет.

— Главное Древо поможет нам стать сильнее. Без этого турнир не выиграть.

— И почему ты нам сразу не сказал?! — снова потребовал ответов Алексей.

Вот неугомонный, а!

Ну, ладно. Скажу.

— Вы бы видели свои лица! Я этого целый день ждал!

В голове всплыла картина удивлённых физиономий, и меня едва не пробрало на смех.

Нет, на самом деле я проверял, как они среагируют на внезапную смену обстановки. Но хотелось снова увидеть удивлённые лица…

Да, иногда моё чувство юмора сложно назвать хорошим.

Но сердиться было некогда. Древа вдруг остановились, завертелись, будто оглядываясь, а затем рассыпались во все стороны.

— Что происходит?

Мы сблизились, чтобы прикрывать спины друг друга. То, что было густой дубовой рощей, теперь превратилось в широкую поляну с единственным пнём, у которого мы поймали Колокольчиков.

— Мы выдержали, — усмехнулся я. — Теперь осталось договориться с главным.

— И почему ты уверен, что он послушает? — взволнованно спросил Батур.

— Потому что у него передо мной должок.

Земля задрожала, покрылась трещинами, изошлась волнами, будто под нами забурлило море. Но самое интересное, что такого не должно быть. Я подозрительно прищурился, гадая, что это вообще такое происходит.

— Лют? — Злата заметила моё беспокойство. — Что-то не так?

— Не уверен… Но в прошлый раз такого не было…

Поле вздулось, сбрасывая дёрн, валежники и следы минувшей битвы. Перед нами вырастал массивный рычащий холм, обросший шерстью из почерневших корней. На макушке торчал тот самый пень, возле которого мы не так давно стояли.

— Дуб… Дубыч?.. — неуверенно проговорил я.

Холм осыпался, открывая нам огромное переплетение корней. В лицо прилетало мелкими клочками земли, от утробного рычания содрогался воздух. И когда наконец эта махина высотой в пять человеческих ростов склонилась над нами, рычание переросло в протяжное, басовитое:

— Све-е-е-ето-о-о-оза-а-а-ар-р-р…

— Узнал! — радостно воскликнул я.

— Оно… разговаривает? — нервно сглотнул Батур.

— Хотя теперь тебя надо называть Корнем Дубычем. Или Корнем Корнычем… Что лучилось, дружище?

— Све-е-е-ето-о-о-оза-а-а-ар-р-р-р-р-р! — Вместо ответа Дуб Корныч выбросил в нас все свои корни, обхватил с такой силой, что вырвать не было возможности даже могучему Сварри.

Холодные влажные грязные объятья сдавливали рёбра, земля сверху сыпалась на голову и попадала на зубы. Из кривых зарослей, погружённые в темноту, показались маленькие злые щели-глаза и огромный рот с сучьями-зубами.

— Д-да что с тобой случил… Агрх! — выдавил я из себя.

— Ве-е-елиза-а-ар-р-р! — И рыком на нас снова посыпалась земля вперемешку с камнями, мелкими корешками.

Он взметнул меня вверх, поднял над собой и взболтал, словно куклу, яростно что-то ворча.

— Это он так тебя укоротил?! — догадался я, когда пришёл в себя.

— Га-а-а-а-а-а-а-ад!

И резко взмахнул мной вниз.

— Что происходит?! — Батур пытался вырваться, но безуспешно.

Сварри удавалось чуть лучше… Пока Корень Корныч его не сжал с новой силой, отчего обветренная рожа асвана сначала покраснела, а потом побледнела.

Неприятная ситуация. Что там натворил этот грёбаный Велизар?!

— Знаю! — завопил Алексей. — Я знаю!

Его тоже сжимали толстенные корни, но Бездуб Дубыч немного ослабил хватку, позволяя говорить. Видимо, у него самого с этим были проблему.

Ну, неудивительно. Дерево всё же… Почти.

— В летописи была заметка, — выдохнул Алексей. — Велизар решил строить большой флот, отправил лесорубов, но тех выгнали демоны. Я ещё удивлялся, что рядом со столицей набралось столько демонов. Велизар отправился с войском, чтобы разобраться. И вернулся с победой, но…

— Что «но»? — процедил я.

Меня-то Дуб Гадыч не ослабил!

— Но «погибло много добрый воев…», — процитировал он строку из летописи.

— Теперь понятно, откуда нехватка в армии взялась, — оскалился я. — Там следующей страницей про турнир не написано?

Алексей призадумался, а потом нахмурился.

— Кажется, где-то там, да…

— Слышь, Дуб Дубыч! — воскликнул я. — Я тут ни причём! Он меня тоже предал, гад такой! А-а-а-а!

Корни сжали меня ещё сильнее. Думал, глаза из глазниц повылезают — аж потемнело. Лёгкие сковала боль, живот скрутило, сознание замерцало, прямо как те грёбаные Колокольчики.

— Это правда! — воскликнула Злата. — Полторы тысячи лет прошло, Светозар переродился!

— Да, да! — подмахивал Алексей. — Он — хороший! Это всё Велик… Велизар!

— У-у-у-у-у-у-у? — приподнялся Дуб Неверич.

— П… п… п-правда… — прохрипел я.

Без магии, в нынешних условиях, у нас не было шанса против Великого Древа. А и в прошлый-то раз справился с ним только благодаря отварам и Гласу Богов, который немного продолжал действовать. Магия практически иссякла, как только передо мной появилось огромное дерево, окружённое ожившими дубами. Но у него были проблемы с засевшими неподалёку демонами Бергира, которые рыли норы, жрали кору и всячески не давали спокойно жить древним созданиям.

Так что наша короткая схватка закончилась тем, что я помог избавиться от вредителей.

Корень Дубыч медленно ослабил хватку.

— Све-е-ето-о-озар-р-р… — пророкотал он уже куда более дружелюбно.

— Он самый, — попытался я улыбнуться.

— Сла-а-абы-ы-ый… — заметил Корень Дубыч, ставя меня и ребят на землю.

Как же приятно было встать на мягкую рыхлую землю и полной грудью вздохнуть влажный воздух. И хотя лёгкие и рёбра отозвались болью, наслаждение их заметно перекрыло.

— Слабый, да, — кивнул я, глядя куда-то в тёмную дыру между корнями. — Собственно, по этому поводу я и пришёл. Пора вернуть должок, дружище! И надо бы придумать, как помочь тебе снова… Выглядишь, конечно…

Великий Пень снова склонился, недовольно протрещал, так что я не стал договаривать. Не стоило сыпать соль на рану, даже если ей полторы тысячи лет.

— И у меня есть идея. Но без твоей помощи не справимся!

Идея у меня и правда была. И она как раз отлично ложилась на нашу основную цель.

Так что Пню Дубычу (О! Наконец-то придумал. Так и буду называть!) придётся довериться мне снова.

Глава 9

— Вдох. Выдох. И поглубже, поглубже. Вдыхайте здешний воздух полной грудью, друзья. Чувствуете, как духовные потоки наполняют вас, бегут по венам?

Ребята не ответили, но слушали и прислушивались. Каждый разместился на ветвях одного из дубов покрупнее. Их всего было девять — самые старые деревья из рощи Пня Дубыча. Я сидел на старейшем дубе, который, как оказалось, видел меня из прошлой жизни. Он тогда был молодым побегом.

— Гр-р-р-ра-а-а-ау-у-у-у-у, — важным треском протрещал Пень Дубыч из-под земли.

— Говорит, собирайте как можно больше духовной силы под Источником, — перевёл я. — И обратите внимание, какая стихия больше остальных прилипает. Вот на ней и сконцентрируйтесь.

— Р-р-р-р-ра-а-а-ар-р-р-ри-и-и-ру-у-рх.

— Говорит, сжимайте посильнее, чтобы больше уместилось. В этой роще намного легче призвать духов, но это потребует немалых усилий!

— Грэ-э-э-эр-р-р-р-р-р.

— Будь здоров.

Возле Пня Дубыча что полторы тысячи лет назад, что сейчас сгущалась магия. Причём магия даже более древняя, чем боги, судя по всему. Я не знаю, что за сила это была, но к ней прямо-таки тянулись духи стихий. Ну, это я уже сейчас понял, что это были именно духи. Тогда я посчитал, что Ещё-не-Пень Дубыч может управлять чужой магией. Но теперь понял, что его защищали.

Однако духи — странные существа. Чтобы их призвать, придётся постараться. А чтобы загнать в свой Источник и приручить, придётся постараться ещё больше.

Я сосредоточил в себе дикий буйный комок духовной силы, готовый разорвать Источник и самого меня в любой момент, стоит только потерять над ним контроль.

Как и ожидалось, моей основной стихией оказалась молния. Почти весь ветер утекал к Батуру, а огонь лип к Алексею, словно это была Роксана после долгой разлуки.

Злата ещё не достигла Серебра, но Трезубец таил в себе нечто особенное, и я решил допустить её к сосредоточению. Но сначала предупредил, чтобы не спешила, освоилась и постаралась поднять стадию развития.

В общем, духовные потоки со всей ближайшей округи уже крутились в этой роще. Но этого всё равно не хватало, чтобы призвать духа. Точнее, чтобы заставить его заглянуть в мой Источник.

Гады вертелись вокруг, но не хотели сотрудничать!

— Гр-р-р-р-р-р-р-р-р…

— Да знаю! — процедил я сквозь зубы. — Пень Дубыч… Не отвлекай!

Демоны вас раздери! Держать эту энергию становилось всё тяжелее. Мне досталась молния — самая нестабильная стихия. Её и так было нелегко контролировать, но теперь в моей утробе бушевали тысячи гроз — на сто штормов хватит! Вот Пень Дубыч и переживал, что я разгромлю всю рощу. Деревья, даже магические, не очень дружат с высокими температурами.

Но вот огню это не помешало первым явиться на зов.

— Ха-а… — коротко вздохнул Алексей, выгнувшись в спине.

Его окутала жаркая аура, марево, Дуб, на котором он сидел, испуганно засуетился и забавно начал прыгать на корнях. Остановился, только когда Пень Дубыч гаркнул на него. Но всё равно беспокойно следил за своей кроной.

Когда Алексей пришёл в себя, он глубоко задышал, выдыхая дым. Открыл глаза, огляделся потерянными глазами. Но потом сознание плавно пришло в норму, и он закричал:

— Да! Ура! У меня получилось, ха-ха!

А я продолжал концентрироваться на Источнике.

Представьте себе замершую во времени молнию. Здоровенную такую, от неба до земли! Теперь мысленно скрутите её в клубок, словно моток ниток. Шар такой яркий получился, верно? Вот, а теперь сожмите его, как снежок, да покрепче. В такую твёрдую штуковину, что если играть с ним в снежки, для вашего оппонента эта игра станет последней. Так, получилось? А теперь ещё тысячу раз повторите с тысячью других молний, но теперь сожмите эти комки вместе до размера небольшого шарика.

Если такая дура бомбанёт, мне не поздоровится. Возможно, даже очень. Не хотелось бы проверять.

А тем временем дух посетил Батура.

Сильный резкий вихрь закружил вокруг дуба, взбаломошив листву. Он подхватил спокойно сидящего Батура и поднял кверху, над стремительно лысеющей кроной.

А затем плавно опустил обратно на ветку, скрывшись внутри кхазарина и отпустив выдранные листья. Батур через несколько секунд открыл глаза и огляделся. Дуб под ним почти облысел, а тот, на котором сидел Алексей, коряжисто поскрипывал смехом.

— Апчхи! — Алексей вдруг чихнул пламенем и спалил часть кроны до голых веток.

Теперь смеялся лысый дуб Батура.

Сгусток молний продолжал вырываться. Мои мышцы напряглись практически до спазма вместе с духовными сосудами. Вся сила, что имелась, была направлена на сдерживание этой дикой огромной энергии.

Дуб Сварри, кажется, заснул. Слишком уж спокойно было вокруг асвана. Но в какой-то момент он начал медленно погружаться в землю. Очнулся, когда уже зарылся на половину ствола. Не сразу, но довольно быстро понял, что что-то не так и начал лихорадочно вырываться. Затрясся весь, взъерошился, истерично зарокотал от страха.

А затем разом нырнул почти до макушки.

Сварри очнулся, обнаружив себя у самой земли. Ветви тряслись, махали изо всех сил и требовали свободы.

— Э? Что произошло? — помотал головой Сварри.

— Ты обрёл духа, дурень! — весело воскликнул Алексей.

Его уже сбросили с кроны, чтоб чихал где-нибудь в другом месте, так что Алексей расхаживал по роще, привыкая к новой силе.

— Это… это я понял. Почему мой дуб стал короче?

— А, это? — Алексей постучал по земле. — Ты его сожрал.

— Чего?!

Сварри подскочил, схватился за ветки, начал их тащить изо всех сил.

— Дурень, используй духа! — подсказал Батур.

Его тоже с веток попросили убраться подальше. А облысевший дуб печально смотрел на кучку опавших листьев.

А Сварри услышал. Взмахнул рукой, и дуб вылетел наружу, словно здоровенная толстая стрела. Благо корни отрастил глубокие, и не поднялся слишком высоко. Но зато плюхнулся на соседа, которому Алексей макушку прожёг.

И Алексей, и Сварри благоразумно предпочли отойти подальше, пока древние дубы не начали мстить за неприятности.

Мой Источник начал трястись. Молния вырывалась из моей власти, но до сих пор никакой, демон его прокляни, дух не соизволил посетить мою нескромную персону!

Злата продолжала сосредотачиваться, повторяя слова, что я ей поведал. Она держала в руках трезубец, и тот вдруг засиял голубоватым светом, а затем на пару мгновений вспыхнул. Вместе с ним крона дуба под девушкой резко позеленела и распушилась и зацвела. Ну, точнее она и была зелёной, но вдруг стала ещё зеленее и пышнее. Дерево, кажется, даже зарумянилось, а над верхушкой появилась небольшая радуга.

Злата пробилась на несколько ступеней выше, но ещё не достигла Серебра. Дух воды вселился в трезубец, и тот наполнился магией.

А я до сих пор не мог призвать грёбаного духа молний!

— Ра-а-а-а-а-а-а-а!

С диким рёвом я выпустил всю накопившуюся духовную силу вверх, к небу. Над лесом вырос плотный столб сияющей молнии. Она разверзла облака, разорвала их, словно пуховые подушки. Молния держалась несколько секунд, вырываясь из моего Источника на долгожданную свободу, а я изо всех сил направлял её по духовным сосудам, чтобы она меня не разорвала.

Молния испарилась. Я тяжело задышал. Источник опустел, и сил хватало только чтобы не упасть.

— Да чтоб тебя…

Мне призвать духа молнии так и не удалось.

━─━────༺༻────━─━

— Лучшие места на предстоящий турнир! Третий ряд! Третий ряд! Берите, пока места не закончились!

Перекупщик забрался на деревянный ящик посреди площади и горланил во все стороны, завлекая народ. Он держал в руке небольшую крытую корзину, в которой, видимо, и находились билеты.

Почти все обходили его стороной, но один мужичок подобрался поближе.

— Сколько стоит?!

— О! Настоящий ценитель! — обрадовался перекупщик. — Всего две серебряные гривны! Малая цена за…

— Сколько?! — закричал мужичок. — Это грабёж! Обдиралово! Наглость!

Люди начали оборачиваться, замедлять шаг, присматриваясь к развернувшейся сцене.

— Это справедливая цена! — возразил перекупщик. — Билеты на эти места закончились ещё три дня назад!

— Да это ж такие как ты, вурдалаки, и поскупали всё! — зарычал мужичок.

Он схватил перекупщика за грудки, потянул на себя и повалил на землю. Ящик со скрипом перекатился, перекупщик шмякнулся о мощёную площадь, хрипнул, попытался вырваться, но корзина с билетами отлетела в сторону, и он испуганно потянулся за ней.

Зря.

Мужичок не обратил внимание на корзину. Он принялся старательно охаживать перекупщика по морде, особенное внимание уделяя носу, по ушам и животу.

— Помогите! Убивают! — завопил перекупщик. — Убива!..

Тут один из прохожих зевак подхватил корзину, и он завопил ещё сильнее:

— Грабят! Грабят! Люди добрые, ловите вора!

Спохватилась престарелая дама:

— Стража! Где вы, ленивые лодыри! Тут ужас и кошмар! Беспорядок! Стража! Стража!

Добры молодцы появились будто бы из ниоткуда. Но я-то заметил, как они выжидали за колонной у многоэтажного здания, где арендовали места всякие-разные торговцы.

Первым повязали вора. Мужичок уже успел так разукрасить морду перекупщика, что того мама родная вряд ли бы узнала. Затем стражники оттянули мужичка. Но так вроде бы нехотя. Мне показалось, что они специально позволили нанести ещё пару ударов в живот, прежде чем скрутить бедолагу.

— Ох! Помираю! Верните мне мои билеты, умоляю! — завопил перекупщик.

Когда стражник с отобранной корзиной подошёл поближе, перекупщик рванул к нему и попытался забрать её. Причём так резво, будто и не исткал кровью. Но его задержал другой стражник.

— А ну, смирно! Ждать до выяснения обстоятельств!

— Но как же!..

— Цыц! — И повернулся к товарищу. — Ну, шо там, Митька?

Стражник порылся в корзине, проверил на свету бумажки и заявил:

— Подделка.

Перекупщик пискнул, попытался сбежать, но его подхватили под руки и не дали даже пары шагов сделать.

— Ещё и обманщик! — хныкнул мужичок.

— Вот падла! — выругался вор.

— Тащите всех в тюрьму, — приказал старший из стражников. — Только в одну темницу не бросайте, а то до суда не доживёт.

Мы с ребятами наблюдали за этой картиной, сидя на открытой террасе и поедая вкуснейшую штуку! Уверен, это лучшее, что придумали за все полторы, мать их, тысячи лет, пока меня не было. Причём всё гениальное оказалось просто.

Мясо пожарили, нарезали небольшими кусками, добавили всяких-разных овощей, какой-то соус, завернули всё это в лепёшку и поджарили с двух сторон.

Я хомячил уже третью порцию и запивал ядрёным хлебно-клюквенным квасом.

— Не расстраивайся, Лют. — Злата погладила меня по плечу.

— Да, не расстраивайся, — усмехнулся Сварри. — Ты и так сильный.

— Или удачливый? — задумался Алексей.

— Проворный, — серьёзно заявил Батур.

— Да идите вы! — воскликнул я сгоряча.

— Ещё шаварму? — милым голосом спросила Злата.

— Нет, хватит, — покачал я головой.

Мужичка, мошенника и вора увели с площади. А я стал раздумывать, как мне быть.

Конечно, я и ранее справлялся с противниками выше по развитию. Даже с Серебрянными Воинами, заполучившими духа. Но это были бои на смерть. И мои методы, скажем так, не всегда воспринялись бы на турнире с восторгом.

К тому же, на турнире имелись определённые правила, причём для разных дисциплин своя. Мы выбрали несколько.

Первая была командной. Пять человек сражались бок о бок в обычной турнирной сетке. Сначала будет несколько схваток с кучей команд на одном поле, и победители уже начнут биться друг против друга попарно, пока не останется только команда чемпионов.

Оружие и снаряжение допускается своё. Насчёт магии тоже особых запретов не было, однако за смерть придётся платить огромный штраф. А ещё нужно предъявить броню на осмотр, чтобы нас допустили до соревнований. Если она покажется недостаточной, развернут. Ну, или предложат арендовать подходящий доспех со склада.

Так что возможностей много. Думаю, это самый верный способ оказаться на первом месте и получить доступ в замок царя. Однако придётся осторожничать.

Батур заявился на соревнования стрелков. Оно, как и другие соревнования, касающиеся конкретного мастерства, будут проходить перед основными дисциплинами. Так сказать, затравка для зрителей. Но победители тоже допускаются в замок после турнира.

Сварри решил попробовать себя в искусстве владения мечом. Это не поединки и ничего в таком роде — просто нужно будет разрубить или заколоть различные снаряды в различных обстоятельствах. Удалось выяснить, что в прошлый раз, например, одним из испытаний было разрубить падающие овощи и фрукты, пока они не коснулись земли.

Алексей вызвался на владение копьём. Там вроде и метание, и удары по мишеням верхом, и так далее, и тому подобное.

Злата решила воздержаться, а мне подобные штуки просто неинтересны, так что я тоже не стал никуда записываться. К тому же, не хотелось бы раскрывать свои способности перед основными схватками.

Ещё одно соревнование, на которое я записался по другой причине, нежели доступ в замок, был Лабиринт Демонов. Просто туда записался боярин Ведивой Рацкий. Тот самый, что решил поставить себя выше остальных и нагло нарушил очередь.

Не люблю таких подлюк. Особенно, если это не я. И особеннее, если пытаются подвинуть меня!

Устраивать разборки прямо там я посчитал нежелательным. Так можно было и до турнира не допуститься. Всё же боярин был местный, со связями, а я и так ходил с меткой изгоя под повязкой. Взгляды она так не привлекала, но сильные маги могли её почувствовать, если бы захотели. Поэтому пришлось отложить месть на потом. Как раз пусть охладится.

И Ведивой не подкачал! Выбрал жуткое, опасное соревнование, во время которого может произойти сто-о-олько несчастных случаев!..

Это был лабиринт в местечке, расположенном в десятках вёрст от столицы. Чистое поле, которое маги земли каждый турнир превращали в огромный лабиринт, запускали туда всяких разных демонов и загоняли по несколько команд в разные входы. Целью было добраться до центра лабиринта и забрать здоровенный кубок. Вроде как он ещё пылал каким-то огнём или был с огненным артефактом — не важно. Это всего лишь слухи, которые меня не особо волновали. Меня интересовал только Рацкий. Наблюдателей в лабиринте не было, так что устроить несчастный случай было совсем легко. А наказать гадёныша очень уж хотелось.

Сварри, кстати, посетовал, что лучше бы кубок оказался ледяным. Тогда можно было бы пить из него пиво, и оно всегда оставалось бы холодным.

Но да ладно. Последним, и самым главным соревнованием были, конечно, личные поединки. Каждый выступающий сражался сам за себя. Его поставили в самый конец не только как венец турнира, но ещё для того, чтобы проредить желающих. Заявок подали много, но почти все участвовали в других соревнованиях и могли не дотянуть до поединков по состоянию здоровья.

Тут уж отказалась Злата. Что вполне благоразумно. У неё оказалась водная магия исцеления, не особо подходящая для подобных схваток.

Как позже объяснил Алексей, водная стихия разделялась на боевую и поддерживающую. Это отличалось от лечебной магии, которой владели Елена и Аня, например, но была очень похожей. Надо будет познакомить Злату с Еленой, когда вернёмся в Стариград. Думаю, она обрадуется новой ученице.

К тому же, Злата ещё не успела освоиться с новыми силами. Но дух воды, засевший в трезубце, понемногу открывал ей особенности своей магии. Надеюсь, он не станет тянуть, потому что поддержка нам может пригодиться уже скоро.

Так вот, поединки. Для уравнивания шансов, всем участникам будет выдано стандартное снаряжение. Оружие на выбор и доспехи. Протащить туда свои бомбы и прочие печати не получится. Я рассчитывал участвовать уже с духом в Источнике, но придётся справляться как-то без него.

Но как? В поединках будут участвовать сильные маги благородных кровей. Наверняка у большинства из них будут иметься духи. Таких союзников, конечно, непросто заполучить, но всё же…

Ладно. Прорвёмся. Раз уж не получилось этим путём укрепить свои силы, будем действовать иначе.

Я разом проглотил шаварму, залпом допил квас и с грохотом поставил кружку на стол. А затем встал.

— Лют, ты куда? — удивился Алексей.

— Готовиться.

— А?

— И вы не просиживайте штаны.

Я оглядел своих соратников слева направо. Сварри пил из двух кружек, причём не квас. Батур ограничился одной чарой разбавленного и неспешно попивал его, поедая шаварму. Алексей слишком уж заигрался с духом огня и первые две порции спалил, пытаясь поджарить чуточку посильнее, поэтому с урчащим животом ждал третью. Да, когда мне принесли третью, я не стал с ним делиться. В воспитательных целях, конечно же.

А Злата заказала какой-то салат и почему-то наелась им вдоволь.

— Завтра начало турнира. Подготовьтесь, хорошенько отдохните и отоспитесь. Злата, — повернулся я к девушке, — у нас с тобой будет день в запасе. Подними свой уровень настолько, насколько возможно. И выведай у духа побольше приёмов.

Злата кивнула с серьёзным лицом.

— А я… — Я задумался.

Первый день — испытания мастеров. Второй — лабиринт. Третий выделили на командные схватки. Четвёртый уже завершающий.

— А я придумаю, как мне компенсировать неудачу, — кивнул я.

А после развернулся и ушёл.

Идей пока никаких не появилось.

Глава 10

Горны трубили во всю мочь! Барабаны били непрестанно, над ареной пролетали зрелищные огненные фигуры. А по центру арены стояло нечто большое, высотой с двадцать человеческих ростов минимум, накрытое невероятно огромным полотном.

Зрители уже шумели, требовали начать турнир. Между рядами скакали скоморохи, музыканты, продавцы съестного, гулко зазывающие покупателей. В воздухе мерцали искры, созданные магией.

— Что это они поставили такое? — поинтересовался один из бойцов.

Мы уже разместились в бывшем… В общем, в том, из чего сделали зал ожидания. Здесь было темновато, от входа вёл довольно крутой склон, переделанный в лестницу, а вдоль стен торчали скамейки. Решётчатые окна стояли высоко, но перед ними имелись выступы, и желающие могли поглазеть, что творится снаружи.

Я предпочитал держаться как раз ближе к окнам. Неуютно мне сидеть на самом дне выгребной… Лучше об этом не думать.

— Ты что, не слышал? — удивился товарищ бойца. — Они отрыли древние катакомбы под замком и нашли там статую Велизара. Говорят, Великий Предок убрал её, потому что был скромен и честен. Не желал почтения к себе пуще необходимого.

— А… Ну, это да… — Боец шмыгнул и утёр нос волосатой рукой. — Великий Предок всё-таки!

— Ну, так я о чём! Вот, решил царь-батюшка, всё же поставить статую. Говорят, сейчас всем покажут, а потом на площади установят.

Настроение снова похерилось. Что-то неудачно начались мои поиски последнего Истока. Сначала пришлось лицезреть испорченный Светоз… Нет, уж не буду называть эту пародию её прежним именем. Велиград, в общем, заставил нервишки пошалить.

Затем узнал, что Дуб Дубыч превратился в Пня Дубыча. Надо выручать ведь старого знакомца… Потом сам не смог призвать духа молнии, хотя все остальные справились вполне себе отлично. Теперь вот статуя. Это мне ещё лицезреть щи Велизара придётся что ли?

Вообще всё как-то выходило не очень. Вот и соревнования поменяли местами. Сегодня должен был быть Лабиринт, но его не успели подготовить, поэтому всех завели на конюшни-арену. Полный беспорядок. Меня на них нет!

Статую они, значит, успели приволочь, а…

Ладно. Вдох, выдох…

Ещё и вчера не удалось занять ни одного победного места!

Батура одолел местный стрелок. Некий Шустрик Синица, охотник из деревни неподалёку. Правда, дело случая. Соревновались на одинаковых выданных луках и стрелах, а Шустрик к таким оказался привычнее. Это позволило ему в итоговом соревновании выбить на одну мишень больше. Причём, Батур тоже по ней попал, но на секунду позже. Сейчас он стоял угрюмый и погружённый в собственные мысли.

Шустрик забрал свою награду и удалился в свою деревню. Шанса на реванш он давать не собирался.

А вот Сварри и Алексея одолели вполне обоснованно и чётко. Тоже с небольшим отрывом. Но было два утешения.

Первое — подкачали навыки, скорее, эффектные, нежели эффективные. Алексей провалился в умении крутить копьё в каком-то странном танце, а Сварри не очень удачно метнул меч, в мишень.

Не, серьёзно. Я сам удивился, когда услышал. Зачем танцевать с палкой? Это же опасно, там на конце вообще-то острая штуковина торчит!

И какой дурак будет кидаться мечами?! Они вообще не так используются, между прочим.

Второе утешение касалось соперников. Они не смотали к себе в какую-нибудь деревню, а продолжили выступление на турнире. Один из них, боярский дружинник Маревой, сейчас сидел в тёмном углу зала и размеренно проверял снаряжение. Сварри то и дело бросал в него взгляды, явно желая проверить, кто из них лучший, в нормальном бою. А соперник Алексея заявился на участие в поединках. Но там уж повезёт или нет встретиться с ним один на один.

В общем, я нисколько не расстроился, что не попал на первый день турнира. Моя подготовка оказалась куда полезнее. Пришлось пораскинуть мозгами, но шансы на победу я увеличил.

Однако скоро нас ждала жаркая рубка. И вероятность победы казалась мне всё же не такой большой, как хотелось бы.

Ребята смогли призвать духов, но вскрылась одна проблемка…

Контролировать их ещё не получалось.

Духи обладали могущественной силой. И, в отличие от духовных потоков, имели нечто вроде собственного сознания. Нужно время, чтобы Источники носителей привыкли к «соседям». А вместе с этим ухудшился и контроль над Источниками.

Только Злату миновала эта проблема. Её дух засел в трезубце, и это позволяло не терять контроль над собственной магией. Ничего не мешалось.

— Жители и гости Велиграда! — раздался громогласный, явно усиленный магией, голос.

На песок арены вышел глашатай в ярких цветастых одеждах. Он одним своим появлением заставил большинство зрителей замолчать. Горны и барабаны тоже замолкли.

— Вы этого ждали! Вы этого требовали! Вы этого жаждали! И мы… — Барабаны снова застучали, тихо и быстро. — Мы открываем основную часть турнира в честь Великого Предка Велизара!

Подключились горны, заиграла торжественная музыка. Зрители снова ликовали. Глашатай дал им накричаться, махнул рукой, приказывая музыкантам утихнуть, и продолжил:

— Как вы наверняка наслышаны, в древних катакомбах нашли статую Великого Предка времён Старой империи! И сегодня вы увидите её воочию, дорогие зрители! — Музыканты снова начали подыгрывать. — Узрите символ нашего турнира! Символ величия и скромности Великого Предка, чья кровь течёт в нашем царе!

Он указал на место, где сидел царь, видимо. Но я не имел возможности разглядеть. Обзор из ям… Из зала ожиданий так себе.

— Велизар, первый своего имени и основатель нашего государства!

Загремели горны и барабаны, закричали люди, вновь в небо взлетели искры и эффектные взрывы. А с огромной статуи плавно начала спадать ещё более огромная тряпка.

И когда она упала к основанию этого истукана, когда люди ахнули, все вместе, восторженно, когда многие бойцы прилипли к окнам, желая рассмотреть сие чудо и даже чуть не начали драку ещё до выступлений, тогда я…

Захохотал!

— А-аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ой, боги! Уга-га-ха-ха-ха!

От приступа дикого смеха я откатился назад, пропуская к окну других людей. Затем согнулся по полам, сел на колени и принялся колотить по сырому грязному полу.

— Л-Лют? — Злата тоже оторвалась от сгрудившейся толпы. — Ты чего?

— Ой, не могу!

Серьёзно. Не мог. Воздух в лёгких кончался, даже жгло от недостатка кислорода. Но остановить хохот было не в моих силах.

— Он головой поехал, — заключил Алексей. — Точно говорю.

— Может, просто перенервничал? — предположил Сварри.

— Или чагетер вселился, — процедил Батур, потянувшись к сабле.

— Статуя! — выдавил я. — Она!..

И снова захохотал.

— Да что статуя-то?! — воскликнул Алексей.

— Это не… не!.. Аха-ха!.. Не Велизар!

— А кто? — нахмурился Алексей.

А затем до него начало доходить…

— Это… — ахнула Злата, — неужели?

— Да!

Они откопали мою статую! Мою! Статую! И собираются установить её на главной площади! Прямо туда, где она стояла полторы тысячи лет назад!

Если бы прямо сейчас началась схватка, мы бы проиграли. Я не мог сражаться. Я не мог даже на ноги подняться. Вся обида, злость и гнев за предательство соратников, очернение моего имени, гнусная ложь в летописях — всё разбилось о проклятую статую меня самого.

А настроение улучшилось. Может, началось всё не так уж хорошо, как хотелось бы, но теперь уж выхода нет — мы добьёмся цели!

━─━────༺༻────━─━

— Злата, твой выход!

Трезубец засиял, и сияние перекинулось на Батура, овеяло его синеватой аурой. И в тот же миг дух ветра разразился грозным вихрем, разметавшим противников, которые нас окружили.

Это были какие-то залётные, то ли с Юга, то ли с Эфлена. Рожи вроде смугловатые, но бронь из земель поближе. Они почему-то решили напасть на нас, сговорившись с командой асванов и каких-то местных вояк, больше похожих на разбойников.

Зря они так.

Первые ряды откинуло на вторые, а те как раз собирались атаковать нас залпами магии. Три асвана и четыре южанина остались валяться на песке, а мы разом кинулись на оставшихся, вдогонку за вихрем.

Я набросился на здоровенного бойца с тяжёлой двуручной секирой. Он был высокий, грозный, мускулистый — отличная мишень! Промахнуться очень трудно.

И я не промазал. Меч ударился прямо по плечевой пластине, промяв металл. Звон, вибрация отдалась в руке, но я мгновенно продолжил атаку, попутно уклоняясь от секиры, нырнул под руку и подрезал правую ногу.

— Уа-а-а-а! — взвыл громила.

— Ага! — согласился я с ним.

И тут же нырнул под новый взмах, с силой врезал оголовьем меча по носу, добавил коленом под кольчужную юбку…

Эх, дурачок!

Верзила от боли выбросил секиру, скривил рожу и согнулся в три погибели.

— Самое важное не защитил! — удивился я. — Во дурень!

И направился к следующему сопернику.

Сварри тем временем схлестнулся со своими земляками, и они встретили его со всей асванской гостеприимностью. То есть сходу попытались сунуть копьём в глаз!

Вот гады! Убивать-то нельзя, а вот калечить никто не запрещал. Ну, ничего. На выручку подоспел Алексей. Он не стал калечить, но разрубил древко копья, пыхнул в лицо огнём, дав достаточно времени Сварри вернуться в строй, а затем они вдвоём добили оставшихся.

Мы же с Батуром, с поддержкой Златы, встретили новых соперников.

Водная магия Златы окутывала наши тела и наполняла Источники энергией. Это было похоже на продолжительный всплеск сил.

Я одним махом сдул ближайшего противника, отправив его в сторону горячей потасовки между отрядом боярских отпрысков и налетевшего на них союза из трёх отрядов крайне неблагородного вида. Пускай повеселится.

Итак, мы довольно быстро разобрались с очередной порцией соперников. Честно говоря, было скучновато. Народу вывели кучу, но реальных противников вышло маловато.

Я встал, огляделся. Пригнулся от стрелы, объятой магией огня, вскинул руку, чтобы солнце не слепило глаза.

Ага. Боярские отпрыски уже почти разобрались с триумвиратом противников. В нашем это были единственные серьёзные ребята. Другие команды тоже это поняли, поэтому начали объединяться и наваливаться все вместе. Примерно половина попёрла на нас, другая на них. Хоть и слабаки, но это могло доставить проблем, ведь раскрывать свои способности в первой же схватке мы не собирались.

Однако возиться слишком долго всё же не хотелось. Поскорее бы перейти к следующему этапу, победить вообще всех и преспокойно готовиться к проникновению в царскую твердыню.

Поэтому я пораскинул мозгами, дал ещё пару тумаков нарвавшимся противникам и придумал!

— Так, ребятки, все за мной! — воскликнул я. — Сварри, бросай этого гада! Батур, утихомирь, духа, Алексей!..

А Алексей в одиночку ворвался пятёрку храбрецов. Причём одетых добротно, с закрытыми забрала и на шлемах.

Первого он сбил с ног сразу, второму так саданул по голове, что тот рухнул на месте. Третий уже начал догадываться, что идея напасть на нас была не слишком удачной.

Он попытался отбиться от Алексея, даже парировал пару выпадов. Но Алексей просто взял его за грудки и швырнул в сторону.

Бедолага пролетел шагов десять и головой приземлился в песок прямо у моих ног. Шлем не выдержал, треснул. Забрало отворилось. И я его узнал.

— Первак! Здарова, как жизнь?!

— Э-э-э… — простонал он в ответ.

— Ну, да. Согласен. День у тебя не задался… Ну, бывай. Может, свидимся ещё!

Я перешагнул через Первака, пока Алексей разбирался с Вторяком и Третьяком. А затем мне всё же удалось собрать всех вместе и повести прямиком в сторону боярских отпрысков.

А за нами устремилась наша половина слабаков.

Бояричей уже окружили. Они героически расправлялись каждый с несколькими противниками за раз. Хорошо так справлялись, надо сказать!

Особенно один. Весь в позолоте, в крепких доспехах, с личиной на шлеме во всё лицо. Он орудовал тяжёлым щитом и мечом. Бил мощно, жёстко, но тоже сдерживался — не хотел раскрывать карты.

Вся пятёрка действовала слаженно. Отборные воины, потомственные. На них кидались гурьбой, швыряли всеми стихиями магии, обстреливали, но слаженный строй, отточенные удары и железная дисциплина выдерживала натиск.

Молодцы. Гордость варгийской молодёжи!

Пусть ещё и наших противников скорее возьмут, раз так хорошо справляются.

— Батур, давай! — крикнул я, когда мы почти добрались до них.

И ветер подхватил нас, поднял вверх, попутно толкая бегущую вооружённую толпу прямиком к бояричам.

Те ещё не успели разобраться с прежними противниками, как увидели новую толпу. Кажется, мне даже почудилось, что личина на шлеме того воина изменилась в лице.

Но, верно, только почудилось.

— И… Что мы теперь будем делать? — спросил Сварри.

— Ждать.

— Просто стоять и ждать? — проворчал Алексей.

Ему хотелось драки, и совершенно не нравилось наблюдать, как наши противники бьются друг с другом.

— Просто стоять и ждать, — кивнул я.

Либо бояричей одолеют ценой больших потерь, либо они выстоят, но ослабнут достаточно, чтобы расправиться с ними не составляло труда.

Разве это не здорово!

Хотя Сварри с Алексеем так не считали. Зрители, кстати, тоже. Даже начали освистывать. Но идти на поводу общественности не в моих привычках, так что пусть свистят хоть до хрипоты.

Толпа тем временем накинулась на бояричей. И какими бы умелыми они ни были, пришлось вовсю применять магию.

Воин с личиной поднял меч кверху, и с неба обрушилась здоровенная молния, разметавшая в стороны десяток ближайших врагов.

— А он недурён, — хмыкнул Сварри. — Хочу ним сразиться!

— Нет, этот мой, — твёрдо ответил я.

И Сварри не стал возражать. Потому что я перестал ухмыляться и принялся за дело всерьёз.

Воин с личиной принял на себя больше противников, чем любой из его команды. В хаосе битвы начались потери. Один из пятёрки боярских отпрысков отвлёкся на бойца, орудующего копьём. Принял удар на щит, затем слишком увлёкся, пытаясь зацепить копейщика в ответ, и поймал удар второго противника, который налетел неожиданно быстро.

Боярич, стоявший рядом с ним, среагировал хорошо. Оттащил товарища, отбил атаку и отшвырнул сразу нескольких, налетевших как саранча, противников магией земли. Раненого оставили внутри маленького квадратного строя, а остальным всё же пришлось показать свою магию на всеобщее обозрение.

Ветер и огонь заставили толпу слабаков отпрянуть. Некоторые даже начали подозревать, что хорошим дело не кончится, и уже посматривали в сторону бегства. Земляной маг поднял песок арены и соорудил небольшую крепость, усилив защиту строя.

Знатно поредевшая толпа слабаков поникла.

— Лют, может… — с надеждой спросил Алексей.

— Да. Ты и Батур разберётесь с мелочью. Злата, Сварри, на вас трое оставшихся бояричей. А я возьму того, что в личине.

На том и порешили. Батур подкинул нас к крепости, а затем они с Алексеем устроили огненный вихрь, разгоняя слабаков во все стороны. Некоторые сразу начали бросать оружие и сдавать, но находились и храбрецы. Один такой хотел затушить пламя водой, но только попытался это сделать, как его же атака мигом обратилась в горячий пар. Батур ветром направил его прямиком на храбреца, и тот заорал, что есть мочи.

А Сварри с грохотом приземлился прямо на крепостицу, попутно развалив её на части. Это создало помехи, и мне удалось выцепить своего противника, оторвать его от строя и заставить сражаться в поединке.

А он не дурён!

В суматохе смог отбиться от моих атак мечом, увернулся от пламени и ветра, обрушил на меня град ударов, попеременно беря на таран своим тяжёлым щитом и пытаясь достать меня молнией.

Вот оно — молния!

То, что я искал.

Боярич не только хорошо владел ею. Он сумел захомутать духа молнии! Я чувствовал его присутствие. Чувствовал, как духовные потоки молнии собираются вокруг этого парня. У меня вряд ли получится использовать эту стихию в полную силу. Хорошо, что у меня есть ещё ветер и огонь, иначе пришлось бы совсем худо.

Придётся раскрыть и свои карты, чтобы…

Главный Боярич резко сорвался с места.

— Да отвали! — зарычал он, снова обрушив на меня град ударов и бурю магии.

Мне удалось отогнать его от его товарищей, а у тех дела были плохи. Мои соратники владели духами стихий. Им приходилось сдерживаться, чтобы не покончить со всем слишком быстро. Алексей с Батуром почти расправились с мелочью, Сварри отобрал у одного из бояричей стихию земли, и с поддержкой Златы загонял остальных в угол. При этом дико хохотал, наслаждаясь хорошей рубкой. Как бы не заигрался…

— Подлец! Ты не сражаешься честно! — прорычал мой противник.

— А зачем мне это надо? — не понял я претензий.

Кажется, ответ его несколько удивил. Это хорошо. Он отвлёкся, и я подловил его, врезал по ободу щита, открыв бок, и с разворота ударил ногой. А затем уже на него обрушился град ударов, пламя, ветряные лезвия, пинки, тычки и всё остальное, чем я мог пользоваться, чтобы не раскрывать пределы своих возможностей.

Но добивать его я не собирался. Нет, он мне нужен для другого.

Пока мы обменивались ударами, я концентрировал в Источнике те остатки духовных потоков молнии, что только мог. Сжимал их в как можно сильнее, копил, собирал по крупицам.

Передо мной находился настоящий дух молнии, но парнишка был ещё слишком неопытен, чтобы раскрыть его потенциал. Не знаю, каким образом ему достался этот дух, но он будет моим!

— Р-р-ра-а-а-а! — от злости и ярости кричал Боярич, размахивая мечом.

Его товарищи терпели поражение за поражением. Краем глаза я следил за тем, что происходит позади. Батур и Алексей уже присоединились к Сварри и Злате. Бояричи оказались в очень незавидном положении.

А мой Боярич за них переживал, и очень сильно. Эмоции взяли верх над ним. И начались ошибки.

Очередная молния прошлась рядом со мной, но мимо. Однако она оказалась мощной, и светом скрыла мои же движения. Блеск электрического разряда сменился блеском стали моего меча. Тяжёлый щит уже тяготил руку Боярича, и он слишком опустил верхний край, когда замахнулся для нового удара. Слишком сильно и медленно замахнулся.

Это было просто. Клинком я ткнул прямо в личину, слегка оглушив и дезориентировав парня. От его удара просто уклонился, подшагнув ближе, вдарил по щиту кулаком сверху вниз, а затем закрутил подсечку, добавив небольшой сосредоточенный вихрь ветра, чтобы он потерял равновесие.

Духовные потоки молнии уже давили на Источник. Я чувствовал, как внешние духовные потоки уже задерживаются или даже прилипают ко мне. Немалое количество энергии будто растерялось, не зная куда отправиться. Кого выбрать — меня или Боярича.

Это идеальный момент. Я чувствовал присутствие духа. Чувствовал его дрожь, ярость и злобу, идущую из Источника моего соперника.

Остался последний манёвр. Я завершил всё ещё одним ударом меча по шлему. Получилось очень сильно — даже какое-то крепление лопнуло, судя по звуку. Затем приготовился тянуть на себя духа, пока Боярич падал на песок…

Но вдруг личина слетела со шлема.

Я остановился. Замер, занеся для удара меч. И совсем позабыл про сгусток духовных потоков возле своего Источника.

— Ты же… — прошептал я, не веря своим глазам.

— ВЕЛИЗАР! — громогласно, звонко пронеслось вдруг по всей арене.

Я почувствовал опасность, машинально среагировал, выпустив всю энергию накопленной молнии в её сторону.

Мощный разряд вспыхнул, ослепив зрителей ярким светом, но вдруг затух так же быстро, как появился. Мою атаку просто поглотили.

Это был десяток вооружённых боярских гридней. Они вдруг оказались передо мной, клинками заставили отступить от поверженного Боярича. Сварри, Алексей, Батур и Злата тут же присоединились ко мне и собрались в защитный строй, но гридни не стали лишь загородили нас и не стали преследовать.

— Что происходит? — процедил Алексей.

— Это… он же… — Я понимал, что поступил глупо, но сам не смог совладать с эмоциями.

Может, почудилось?

За спинами гридней показался высокий человек в очень богатой одежде, с короной на голове. Сам царь собственной персоной. Он встал над пареньком, глядя на него с жутким недовольством. Но меня беспокоил не царь.

Тот парнишка…

Он был вылитый Велизар в молодости. Мой Велизар. Тот, что жил полторы тысячи лет назад.

Глава 11

— Он близко. Тихо, брат, не то спугнём.

— Спугнём?! Мы его не испугаем, Светозар. Если он нас заметит, нам конец!

— Вот и не шуми, Нелид. Двигай молча.

Пламенный Медведь. Жуткий демон. Один из тех, кто разрушил нашу деревню. Гадёныш решил оторваться от своей своры и пустился по следу. Если не остановим его, быть беде. В караване женщины, дети, раненые и старики. Только мы с братом могли держать оружие.

Но справиться с демоном?

Ноги тряслись от одной только мысли, что мне придётся с ним сражаться.

— Я боюсь, брат, — дрожащим голосом прошептал Нелид.

— Не бойся, — усмехнулся я. — Я ж тут. В обиду не дам.

Похлопал его по плечу, чтоб взбодрить. Было непросто держать уверенное лицо, но младшему братишке нужная уверенность, иначе ничего не получится.

Мы подготовились. Вырыли огромную яму, начинили её кольями и смазали их ядом Жгучего корня. Кожа на пальцах местами слезла, пока рыли его в таких количествах. Все беженцы внесли свой вклад, перекопали целое поле. Зарица, деревенская травница, руководила этим. Потом готовила яд. Те из мужчин, что могли работать, копали яму и рубили колья. Каждый внёс посильный вклад в общее дело.

Но охотниками были только мы с братом. И только мы могли убить демона.

Медведь фыркнул, пыхнул пламенем из пасти и низко, протяжно зарычал. Он чувствовал опасность.

— Давай, дальше. Пока всё как надо, — прошептал я.

Мы медленно, бесшумно отползли назад, оставив в кустарнике, где прятались, вонючую приманку. Она скрывала наш запах, но привлекала внимание демонов. Три таких мы уже расставили по тропе, чтобы увести Медведя со следа беженцев. Ещё два осталось.

Демон направился в нашу сторону. На миг показалось, что он посмотрел прямо мне в глаза. От этого сразу перехватило дыхание. Я замер в страхе. Чувствовал, как часто и сильно бьётся сердце. Казалось, оно перебивает шелест листвы и шум ветра. Даже рык демона.

— Брат… — тихо позвал Нелид.

Я пришёл в себя. Нервно сглотнул и пополз дальше. Как вдруг…

— Брат! — закричал Нелид.

А затем я услышал шум. Бросок мягких лап, переломивших сухую ветку, и хрипловатый волчий рык.

Успел перевернуться, перехватить хищника. Вонючая зубастая пасть клацнула прямо перед носом. Когти вцепились в одежду, волк озлобленно остервенело продолжал попытки меня загрызть. Но недолго. Пара сердцебиений — и из пасти вылезло острие копья, а рык прервался жалобным скулежом.

Отшвырнул его в сторону и вскочил на ноги. Нелид выхватил окровавленное копьё и испуганными глазами посмотрел на меня.

Волк оказался тощим, с торчащими рёбрами и облезлой шерстью. Не демон — обычный зверь. Изголодавшийся настолько, что рискнул подойти так близко к Пламенному Медведю. Который уже…

— Бежим! — крикнул я. — Бежим, бежим, бежим!

Медведь с диким рёвом понёсся в нашу сторону. А мы ринулись так быстро, как только могли. До ловушки оставалось не меньше полверсты, а эти громадные чудища бегали очень быстро.

Приходилось петлять между деревьями, перепрыгивать овраги, валежники и болотистые лужи. Мы слышали, как шумно, тяжело роют землю громадные ламы Пламенного Медведя. Как он свирепо рычит, как вздувается его огненная грива.

— Р-р-р-р-ра-а-а-а-а!

Он приближался. Быстро, очень быстро. Я мог бежать быстрее, но Нелид не поспевал. Приходилось держаться позади, чтобы прикрыть его, если вдруг…

Нет, нельзя сейчас о таком думать. Всё получится. Получится!

Надо только бежать. Бежать быстрее, даже если в груди режет от боли, даже если воздух пронзает глотку с каждым вдохом.

Бежать!

— Гр-р-р-р-ра-а-а-а-ар-р-рх-х-х!

Раздался удар, дикий пронзительный треск. Высокое дерево со стоном потянулось к земле, ломая кору, волокна, ветки — свои и соседних деревьев, что попадались по пути. И Медведь. Он зарычал ещё яростнее, перекусил дерево и ринулся дальше.

Я не видел этого, потому что не оборачивался. Но слышал. И знал, что это чудо. Удача, которая прошляпила долбанного волка-одиночку, который наверняка не жрал уже недели три.

— Р-р-р-р-ра-а-а-а-а!

Пламенный Медведь снова приближался. Казалось, я уже чувствовал, как его клыки разрывают меня, а пламя жарит мясо живьём и сворачивает кровь. В носу появился отвратная вонь палёной плоти.

— Брат! — воскликнул Нелид.

Да, мы успели!

Промчались по упругой подложке из ветвей, закрытых дёрном. Наш вес она выдержала, но демон провалится, как только ступит на неё. Но теперь нужно было сделать самое страшное, ужасное, рискованное, что только можно было сейчас представить.

Остановиться.

Я силой воли заставил себя это сделать. Дыхание вновь перехватило от страха, а разум будто покинул меня. Всё вокруг потеряло осмысленность — так, наверное, голова пыталась избавиться от страха.

Но нет. Нужно быть сосредоточенным. Ноги ослабли от дрожи, но я собрал волю в кулак, сбросил пелену и посмотрел вперёд.

Пламенный Медведь, пыхтя огнём, был в полусотне шагов от нас. Маленькие алые глазки сверкали в тени крон, земля клочьями разлеталась в стороны, вырванная длинными острыми когтями, а деревья и кустарники сотрясались от поступи. Сам воздух дрожал от пронзительного:

— Р-р-р-ру-у-у-у-а-а-а-а-р-р-р-р!

— Брат, — тихо сказал я.

Нелид не ответил. Он, как и я, стоял на самом краю ямы, выставив вперёд рогатину с покрасневшим острием. Яд Жгучего корня наверняка остался на нём, но волк забрал слишком много.

Это плохо. Не хотелось об этом думать, но пришлось. Что делать, если не хватит яда?

Нельзя отступать. Охота на крупного демона опасна, даже если всё прошло как надо. Если он угодил в ловушку, наткнулся на колья. Даже тогда ему хватит злости и сил вырваться наружу, чтобы отомстить обидчикам. Поэтому бежать нельзя. Нужно держаться рядом и нанести решающий удар.

— Р-р-р-р-р-р-р-р-ра-а-а-а!

Медведь прыгнул. Из пасти повалил дым с искрами пламени, чей отблеск мелькнул на растопыренных когтях. На мгновение я подумал, не перемахнут ли он яму. Не сделали ли мы её слишком короткой?

Но нет. Огромная туша приземлилась в шаге от нас. Ветви затрещали, сломались, и Медведь нырнул в ловушку.

— Р-р-р-ра-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Пронзительный вопль боли раздался по всему лесу. Звук оглушил, снова сбил с толку. Я резко вздохнул, перехватил древко и закричал:

— Бей!

Крик растворился в рёве, Нелид вряд ли его услышал, но сделал всё правильно. Как только Пламенный Медведь высунул разинутую пасть в нашу сторону, мы встретили его двумя последовательными ударами. Нелид вонзил рогатину в глотку, а я, чуть позже, ударив навстречу, воткнул острие под ключицу демона.

Древко едва не вырвалось из рук. Острие скрылось шкуре чудовища, древко скрылось на треть и…

Застряло.

Я почувствовал, как лезвие скребнуло по кости ребра, а затем Медведь махнул головой, и отбросил Нелида в сторону вместе с рогатиной, словно тряпичную куклу.

— Нелид! — закричал я.

Брат врезался в сосну и рухнул на землю, прямо на корень. Медведь же обернулся ко мне.

Лицо обдало жаром. С новым рёвом пламя ринулось мне в лицо, а жгучая чёрная кровь брызгали разлетелась в стороны. Мне пришлось выпустить копьё и отпрыгнуть, чтобы не сгореть заживо, но это наверняка был конец.

Медведь, весь израненный и ослабший, выкарабкался из ямы. Рыл когтями землю, яростно пыхтел, истекая дымящейся тёмной кровью.

Нам не хватило совсем чуть-чуть! Если бы не волк, который забрал почти весь яд с рогатины Нелида. Если бы я не промазал, и добрался до сердца!

— Иди сюда, тварь! — прорычал я.

Страх смерти сменился необъяснимым подъёмом, даже радостью. Азартом. Внутри закипела сила, разум прояснился как никогда.

Нет, ещё не закончено дело. Нужно отвести Медведя от Нелида. Чтобы брат выжил. А я…

Может, получится тоже выжить. Если нет, он справится.

— Светозар! — тихо воскликнул Нелид.

Я не слышал его, но смог уловить движение губ. Он пришёл в себя и мог двигаться. Хорошо. Надеюсь, он не будет дураком и уберётся подальше.

— Давай, давай, демоново отродье!

Я прыжком подобрался ближе, врезал по носу и тут же отпрянул, почувствовав жжение на костяшках.

И побежал.

Медведь ринулся за мной. Он тоже, кажется, набрался сил перед последним рывком, потому что сразу начал догонять.

Я добрался до опушки. Неподалёку кривилась дорога, ведущая в другую сторону от той, куда направились жители моей погибшей деревни. И достаточно далеко, чтобы Нелид…

Копьё воткнулось демону в спину и застряло в толстой шкуре. Но демону это явно не понравилось.

— Дурак! — прорычал я.

Нелид поплёлся за нами. Он спас мне жизнь, остановив Медведя за мгновение до того, как тот разорвал бы меня.

Но это ненадолго.

— Беги! — крикнул я.

— Сдохни! — прорычал брат, бросаясь на Медведя в отчаянном порыве.

Неужели мы погибнем?

Вот так прервётся наш род? Ни следа. Ни единого упоминания. Исчезнем бесследно…

— Посторонись! — прогремел голос.

Незнакомый голос.

Медведь смотрел на меня, уже готовый разорвать на части, как вдруг его сбило с места ударом тяжёлого копья. А я почувствовал, как рядом со мной пронеслась лошадь.

— Подохни, демон! — Снова голос.

Всадник спрыгнул с седла, накинулся на Медведя, но не ударил, я всем весом навалился на копьё, которое я оставил в ключице.

Древко вошло наполовину. Медведь зарычал, вскинул лапы, отшвырнув всадника. Издал дикий, пронзительный вопль. Последний вопль.

И рухнул наземь прямо передо мной.

Страшные маленькие глаза в такой близи оказались огромными. В них таяло затухающее пламя.

— Вы целы, а?

Я поднял взгляд и увидел воина, облачённого в доспехи. Русые волосы, слегка крючковатый нос и яркие синие глаза, словно само небо отражалось в них.

━─━────༺༻────━─━

— Велизар… — прошептал я, не веря самому себе.

Но пришлось быстро прийти в себя. Арену быстро заняла царская дружина. Не меньше сотни облачённых в доспехи воинов распределились по всей площади, контролируя каждое движение участников схватки.

Большинство, правда, были оглушены или ранены, поэтому просим всё внимание досталось нам.

Хотя один недобиток нашёлся. Он очнулся, но не успел прийти в себя, и тут же бросился в слепую атаку. Не уверен, что он хотя бы понимал, на кого собирался напасть, но дружинник в остроконечном шлеме стукнул его латной перчаткой по макушке и отправил обратно в бессознательное состояние.

— Отец! — рявкнул царевич Велизар. — Что ты!..

— Сын! — прогремел царь Велизар.

Голос получился таким жёстким и строгим, что Велизар Велизарыч тут же умолк.

— Сын, я запретил тебе участвовать в турнире, но ты меня ослушался. И более того, проиграл какому-то изгою!

Царевич глянул в мою сторону.

— Да ладно, он сражался вполне достойно! — возразил я.

Теперь в мою сторону обернулись все остальные. И царь, и его бравые вояки, что хуже.

Все они были серьёзными противниками. На шеях золотые гривны, морды суровые, мечи, копья и топоры в руках тонко намекали, что шутить с ними не стоило.

И вдруг царь, сверкнул лёгким оскалом, направился ко мне.

— Лют, что нам делать? — обеспокоенно прошептала Злата.

— Не бойся, всё хорошо будет, — ответил я с ухмылкой.

Царь или нет, но ребят вытащу из передряги. Пусть хоть всё войско Велиграда сюда притащит.

— Ты, изгой… — скривив рот, начал Велизар-старший.

— Лют меня зовут! — Я вышел вперёд, оставив ребят позади. — Лют Чёрный!

Алексей хотел было двинуться следом за мной, но его остановил Батур. Он понял мою затею.

А вот дружинники заволновались. Сразу несколько брякнули железом, шагая на меня, но царь махнул им расслабиться. Видно, не замечал во мне угрозы.

— Ты смеешь перебивать меня? — протяжно, звонко процедил царь. — Смело.

— А я и есть смелый, — ухмыльнулся ему в ответ.

Глаза Велизара на пару мгновений заблестели интересом.

— Из какого рода тебя изгнали, Лют Чёрный?

А вот здесь я даже ненадолго задумался, стоит ли говорить. Хотя… За метке изгоя были знаки. Совру, так могут проверить. Эх, была не была!

— Из рода Нелидовых Стариградских! — со всей возможной уверенностью воскликнул я.

Громко, чётко. Чтобы все слышали.

И тут в глазах царя промелькнула уже ненависть. Гридни вновь навострили оружие, а по зрительским трибунам пронеслась волна перешёптываний, ахов и освистывания.

— Нелидовы… — прорычал Велизар-старший. — Род Светозара Узурпатора.

— Верно. Светозара, — кивнул я, невольно глянув на собственную статую.

Довольно иронично.

— Это что ж нужно сотворить, чтобы из такого поганого рода изгнали? — пробасил дружинник, стоявший по левую руку от Велизара.

— Это что ж нужно сожрать, чтобы из пасти так воняло? — огрызнулся я, сбросив ухмылку.

Дружинник тут же отреагировал всплеском духовных потоков. Воздух будто сгустился, и между нами выросло незримое, но такое знакомое напряжение.

И я расплылся в улыбке. Потому что…

— Ты, изгой, что ты о себе возомнил?! — прорычал он.

— Лют! — разозлился Алексей.

Он снова порывался ринуться ко мне, но я остановил его жестом. Наверняка Алексею стоило многих усилий стоять на месте, когда роду нанесли такое оскорбление. Но с этим лучше разобраться мне.

В голове возник план, пришедший случайно. Я хотел просто отвести внимание от ребят, потому что к изгою всё равно возникли бы вопросы, раз уж я напал на царевича и посмел его одолеть. Но тут случилось то, что могло исправить неудачу. Точнее, случился он…

— Тебе бы язык отрезать! — Дружинник жутко хотел подойти ко мне и наказать за наглость, но перед ним стоял царь.

Велизар-старший снова с интересом наблюдал за происходящим. А Велизар-младший стоял на месте, красный, словно варёный рак.

— Что-то не нравится? — дерзко ответил я. — Можешь попробовать. Только учти, что сам можешь оказаться без языка. Хотя, думаю, тебе так будет намного лучше.

— Ах, ты!..

— Тихо, Ведигор! — оборвал его Велизар. А затем обратился ко мне: — Хотя он прав. Язык у тебя слишком длинный. Но ты совершил куда более суровый проступок, Лют Чёрный. Ты поднял руку на царевича.

— Отец! — воскликнул Велизар-младший. — Не надо!

— Тихо! — громогласно приказал царь, обращаясь к сыну.

Видно, царевич очень боялся своего отца, потому что замер, словно вкопанный. Он пыхтел, злился, но не смел перечить.

— Я не знал, что он царевич, — пожал я плечами. — В чём моя вина?

— А это не твоя вина… — тихо сказал Велизар-старший. После чего добавил громче: — Ты пытался украсть духа стихий, служащего царскому роду. А это требует самого сурового наказания.

Дружинники вдруг разом направили на меня оружие. Но секундой позже рядом со мной очутились Алексей, Батур, Сварри и Злата.

— Что вы творите?! — прошипел я.

— Заткнись уже, Лют, — напряжённо процедил Сварри.

— Думаешь, мы позволим разбираться с этим одному? — злобно прорычал Алексей.

Я на пару секунд замер, не зная, что думать. Но затем ухмыльнулся и протянул:

— Дураки.

— Твои друзья глупее, чем я думал, — сказал царь. — Раз так, они тоже…

— Отец! — прогремел вдруг голос царевича.

Он прорвался сквозь ряды дружинников, промчался мимо Ведигора и вдруг встал между мной и царём.

— Что ты вздумал?

— Ты убивай их, отец! — потребовал Велизар-младший. — Я виноват, что ослушался тебя. Меня и наказывай!

— Тебя?

Внимание царя мигом обратилось к сыну. К нам он будто потерял интерес. Видимо, получил, что хотел. А вот Ведигор пялился на меня чуть не забывал моргать.

— И как же мне наказать тебя, сын? — спросил Велизар-старший. — Может, отрезать тебе язык? Ведигор, займёшься?

Это заставило дружинника отвлечься от гнева. Он встрепенулся и сбивчивым голосом промямлил:

— Батька, да как же… да я ж не…

Царь махнул рукой, приказывая молчать. Царевич продолжал стоять передо мной. Он будто кипел от страха, который пришёл следом за волной необычайной храбрости. Но боролся, держался. Думаю, именно этого его отец и добивался.

Ага, понятно. Мы угодили в воспитательный момент царской особы. Замечательно, если я всё правильно понял. Просто отлично.

— Ты не будешь участвовать в турнире. И для тебя, Лют Чёрный — он посмотрел на меня, — турнир тоже закончился.

— Что?! — возмутился я. — Как так?!

И тут уже Алексею пришлось удерживать меня.

— Молчи, Лют, а не то нам и правда языки повырывают!

— Или головы! — добавил Сварри, который держал меня с другой стороны.

— Ты недоволен? — ледяным голосом спросил царь.

Так, так, так. Нужно что-то думать. А не то совсем ни с чем окажусь!

— Кое-чем недоволен, Ваше Величество! — уняв ярость, выдал я. — Но не твоим… мудрым решением.

Очень хотелось сказать по-другому, но тогда действительно ничего не получу.

— А чем же? — чуть прищурился Велизар.

— Он! — Я указал на дружинника. — Ведигор, да? Ты оскорбил моих предков. Я требую поединка.

Теперь удивились все. Кроме Ведигора — этот довольно осклабился.

— Батька, дай я ему шею сверну. Хоть и изгой он, очень уж хочется поганую кровь пустить.

— И для этого ты решил свернуть шею? — хмыкнул я. — Ума в тебе кот наплакал, погляжу?

Ведигор так покраснел от злости, что готов был взорваться прямо на месте. До побелевших пальцев сжал рукоять меча.

— Решай сам, боярин, — махнул царь. Он, кажется, совсем потерял интерес к нам. — Гоже ли Рацкому с изгоем в поединке стоять. Но не во время турнира. Не позволю портить праздник.

Рацкий? Этот тоже Рацкий?

Царь ушёл, а с некоторым недоумением взглянул на Ведигора и только сейчас постарался рассмотреть лицо. Ничего общего с Ведивоем я не заметил. Ни по внешности, ни по повадкам или поведению. Разве что имя созвучное.

— Готовься, поганец, — прорычал Ведигор. — Отпразднуй последние дни своей жизни как следует. Она скоро закончится.

И он ушёл следом за остальными гриднями.

А я провожал его взглядом, пока на лице кривился хищный оскал. У него было то, чего мне сейчас жутко не хватало.

Дух стихии молнии.

Глава 12

Корчма пустовала, ведь большая часть жителей и гостей Велиграда собрались на арене, откуда нас прогнали. Даже сам хозяин постоялого двора отсутствовал. За всё хозяйство, включая корчму, отвечала его старшая дочка — полненькая девушка с покрасневшим от печного жара круглым лицом по имени Чудка. Она даже обрадовалась, когда мы зашли. Но аппетита, честно говоря, не было никакого.

Поэтому Сварри заказал только тушку свиньи с яблоками, пару буханок ржаного хлеба и бочонок мёда.

— А вы что будете? — спросил он нас угрюмо.

В общем, сидели тихо. Я хлебал прохладную воду, размышляя, что нам делать дальше. Царь дал мне понять, что к турниру меня не подпустит. Но по поводу остальных ребят ничего подобного не упоминалось. Значит, мне придётся пробираться в замок скрытно. И будет куда проще, если там окажется кто-то из ребят.

Вдруг молчание прервал Алексей. Громко, резко и возмущённо:

— Да чтоб его! — Он с грохотом ударил кулаком по столу. — Царь, называется! Сам за своим отпрыском усмотреть не смог, а виноваты мы! Да чтоб ему провалиться! Ему и этому грёбаному царевичу!..

Тут дверь в корчму распахнулась, заставив всех нас отвлечься. И в проходе показался…

— …Велизару, — тихо закончил Алексей.

Мы переглянулись, но затем снова уставились на царевича.

Он стоял в проходе и будто бы решался переступить порог. Выглядел взволнованно, оделся в плащ с капюшоном, который, видимо, только что снял. И смотрел прямо мне в глаза.

Чудка пискнула и спряталась в кухне. А Велизар Велизарыч младший всё же решился и пошагал к нам. В его глазах бурлила ярость, грудь тяжело вздымалась, под плащом показалась богато украшенная рукоять меча.

Что он задумал?

Сварри потянулся к своему мечу, который лежал на столе, но Алексей остановил его. Для асвана, быть может, оказаться вне закона в нашем царстве было не так уж страшно. Но Алексей не собирался покидать свою Родину из-за дурости молодого царевича.

— Лют Чёрный, я… — процедил царевич, нависнув над нами. — Я пришёл, чтобы извиниться.

Мы замерли от удивления. Даже я, признаюсь, растерялся. Не ожидал такого заявления. И всё же общую реакцию чуть позже выдал Алексей:

— Едрёны кочерыжки…

Велизар сел напротив, сурово уставился на меня.

— Ну… извиняйся, — протянул я.

Теперь растерялся царевич. Он похлопал глазами, будто не понимая, что от него требуют.

— Так я же… только что, в смысле!

— Не, ты сказал, что хочешь извиниться, но не извинился. Согласись, разные вещи всё-таки.

Царевич раскрывал и закрывал рот, словно рыба, попавшая на берег. Похоже, не привык к подобному обращению.

Ребята тоже напряглись. Злата тихо прошептала:

— Лют, это же…

— Ты прав! — вдруг воскликнул Велизар. — Прошу прощения. И у тебя, Лют Чёрный, и у твоих соратников. Из-за меня вас сняли с соревнований.

— Меня сняли с турнира, — хмуро прорычал я, скрестив руки на груди.

— Да…

— И, согласись, извинениями тут делу не поможешь.

Велизар слегка прищурился. Наверное, гадал, не обнаглел ли я.

А вот мои спутники не гадали, а были вполне уверены. Теперь уже Алексей чуть пнул меня ногой под столом и процедил еле слышно:

— Лю-у-ут…

Но Велизар снова согласился со мной.

— Ты прав. Проси, чего хочешь, и я постараюсь это исполнить. В пределах разумного, конечно же!

Вот теперь можно работать!

Я ухмыльнулся, сверкнул оскалом и махнул Чудке:

— Неси самое дорогое вино и самое лучшее мясо с овощами! Царевич угощает! Угощаешь ведь? — повернулся к нему снова.

— Ну… ну, да, — кивнул он настороженно. — Только ты уверен, что этого…

— Не, не, не, ты неправильно понял! Это чтоб на пустой желудок не сидеть, пока будем желания наши обсуждать.

— Желания?! — возмутился Велизар.

— Пустой желудок? — переспросила Злата, глядя на свиные обглоданные косточки.

— Баранины! — крикнул Сварри Чудке, пока та не убежала. — И пива! Бочонок! Лучшего!

Велизар вздохнул, окинул нас взглядом и потянулся к поясу…

Батур, сидевший всё это время совершенно спокойно, бросил мимолётный взгляд. Видно, был готов отразить угрозу в любой момент.

— Пёс с вами! — гаркнул царевич, грохнув кошелем по столешнице. — И рыбы мне, Чудка! На углях, да с лимоном!

— Да, Ваше Величество! — пискнула девушка и окончательно скрылась на кухне.

Не знаю, как она одна справится с таким заказом. Надо будет ей накинуть монет что ли…

Ребята представились. Сварри так сильно похлопал царевича по спине, что тот с удивлением едва не врезался о край столешницы.

— Велизар, я погляжу, у тебя непростые отношения с отцом? — начал я разговор.

Вопрос сильно смутил его, но от ответа спасла Злата:

— Лют! — тут же осекла меня она. — Нельзя так обращаться к царевичу! Простите, Ваше Высочество.

— И когда ты стала знатоком этикета? — ухмыльнулся я.

Воровка из трущоб Стариграда учит меня, Первого Императора, обращению с высокопоставленными людьми? Это даже звучало забавно, особенно если учесть, что она знала мою тайну.

И, видимо, Злата это поняла, потому что залилась румянцем, надулась И смущённо опустила взгляд.

— Ничего страшного, — успокоил её Велизар. — Не стоит беспокоиться, Злата. Я сейчас здесь… как бы сказать… приватно.

— Потому что с батей у тебя не лады, — продолжил я под новый возмущённый взгляд Златы, — и он не позволяет тебе проявить себя. Верно?

Велизар нахмурился и промолчал. Но в молчании этом таилось куда больше смысла, чем в любых словах.

— Злата! — весело обратился я. — Чего ты хочешь, что может дать сам царевич?

— Я? — немного растерялась девушка. — Я… Да ничего…

— Может, золото? — с надеждой спросил Велизар.

— Золота у нас хватает, — хмыкнул Алексей.

— Его никогда не хватает! — возразил Сварри.

— Но вряд ли царевич может распоряжаться такими суммами, чтобы утолить твой голод, Сварри, — заметил я.

— Это да…

Кажется, Велизар начал понимать, куда он попал, так что нужно быть осторожным. А то ещё сорвётся рыбёшка.

— Мне… ничего не надо, Ваше Высочество, — тихо ответила Злата.

Я удивился. Но не стал заострять внимание и кивнул Алексею. Но тот помотал головой.

— Моё желание сейчас не исполнить. Вот когда царевич станет царём… Хотя это тоже не…

— Я и сейчас имею власть! — возразил Велизар. — Чего ты желаешь?!

Кажется, понимать он стал, но всё ещё легко поддавался на эмоции. Интересно, интересно… Это тоже как-то связанно с отцом?

— Верни роду Нелидовых прежнее величие, — хмуро заявил Алексей.

И наткнулся на молчание. Даже Сварри немного посмурнел, принялся разглядывать пустую кружку.

— Вот и я о том же, — пожал плечами Алексей после недолгой паузы.

— Тогда мне зол!.. — тут же воскликнул Сварри. Но осёкся, поймав на себе мой мимолётный взгляд.

Мол, не спеши. Тут рыба покрупнее наклёвывается.

— …лота тоже не надо, — выправился он. — Всё равно у тебя же столько нет пока…

Велизар глянул на Батура, но тот просто помотал головой, не издав ни звука.

— Значит, я не могу вам ничем помочь? — удивился собственным словам царевич.

Ну, а теперь, когда он понял всю величину своей обязанности нам. Когда его гордость задета, а непростые отношения с отцом, уже побудившие пойти против его воли, снова забурлили в душе, настала моя очередь.

— У меня есть желание, царевич Велизар, — сказал я серьёзным тоном. — Я хочу попасть во дворец.

━─━────༺༻────━─━

— Ваша баранина! — запыхавшаяся Чудка с подносом выбежала из кухни. — И пиво!

Она грохнула всё это на стол, что остальные блюда аж подскочили. И как девчушка так ловко таскала всё, ума не приложу? Но на столе развернулась настоящая пирушка, от которой у всех снова проснулся голод. Даже у Златы.

А Чудка получила несколько золотых в качестве благодарности. Она так заворожённо уставилась на монеты, что не сразу догадалась их забрать.

— Во папка обрадуется! — с придыханием сказала она.

— Ты себе-то оставь хоть один золотой, — ухмыльнулся я и подбросил монету в воздух.

Девчушка ловко поймала её, спрятала в отдельный карман и, заговорщически улыбнувшись, кивнула.

А я вернулся к трапезе и обсуждению своего желания.

— Попасть во дворец… — протянул Велизар, покосившись на меня с подозрением. — И зачем тебе это?

— Не волнуйся, я не враг, — угадал я. — Скорее, любопытный авантюрист. Меня интересуют места, в которые пускают далеко не всех.

— Вот оно как? — нахмурился царевич.

— Ага.

Сварри громко, с чавканьем принялся поглощать баранину и не менее увлечённо запивать её тёмным пивом. Хлебный запах доходил и до меня. Да что уж там, даже Злата нашла место в животе, чтобы набить его запечёнными перепелами, свежей зеленью, хрустящими огурчиками, грибочками…

Что-то я тоже есть захотел, хотя не планировал отвлекаться от разговора с Велизаром.

Кажется, попался в собственную ловушку.

— Я не смогу пустить тебя во дворец, Лют Чёрный.

— Не можешь или не хочешь?

— Не доверяю тебе настолько, чтобы рисковать безопасностью собственного дома.

— Понимаю…

Я присматривался к отбивной из говядины, от которой исходил чесночный аромат. А рядом как раз стояла тарелка с нарезанным ржаным хлебом, только из печи.

Чудке бы не в корчме пропадать, а в царскую кухню податься… Такой талант пропадает!

— Но ведь я бы и так попал во дворец, не попадись ты мне на пути.

— Не слишком ли самонадеянно? — прищурился Велизар. — У нас много сильных воинов. Сильнее тебя.

— Я удачлив, царевич. Вот видишь, мог долго и тяжело пробираться по турнирной лестнице, чтобы наконец-то посмотреть на дворец своего предка, а встретил тебя, кто может помочь мне и избавить от ненужных стараний.

— Согласия тебе никто не давал, — возразил Велизар. — И что значит, дворец твоего предка?!

Теперь он злился. Вина, смущение, расслабление, настороженность, злость… Я раскачивал эмоции царевича как на качелях, чтобы в нужный момент добиться своего. А он доброжелательно подмахивал ногами, будто стараясь закрутить «солнышко».

— Светозар… Узурпатор, — Мне непросто далось сказать это вслух, но раз уж для дела надо… Так тому и быть. — Он ведь когда-то здесь правил, верно? И ваша твердыня принадлежала ему.

Велизар почему-то глянул на моё запястье, прикрытое рукавом, и клеймо изгоя у меня будто зачесалось.

— Так ты хочешь взглянуть на наследие своего Великого Предка? — успокоился вроде бы царевич.

— Не думал, что услышу от вас это слово, — с печальной ухмылкой подметил Алексей.

Но Велизар лишь пожал плечами, зацепил ножом кусок сочной поджаристой утки и, прежде чем вцепиться в мясо, пояснил:

— Светозар был великим человеком, как ни крути. Его при жизни так и звали, между прочим. Он мог быть Ужасным, как мы называем его сейчас, но… великим он быть не перестал.

И принялся жевать, активно двигая челюстью, как ни в чём ни бывало.

А вот я замер. Ребята невольно повернулись в мою сторону с удивлённо-растерянными взглядами. Кажется, у меня вот-вот проступит скупая мужская слеза.

Этот парень мне определённо нравился. Вот что значит — образованный человек! Хоть и стоило бы выкинуть все эти бредни по поводу «Ужасный и Узурпатор», но это куда лучше, чем даже мой собственный род Нелидовых.

Интересно, это влияние моего младшего братишки сказалось на них? Точно его кровь. Моя бы такого не допустила!

— Наконец-то мы встретили здравомыслящего человека, — улыбнулся я искренне. — И, думаю, вы отлично понимаете моё желание приобщиться к наследию предка, Ваше Высочество. Особенно, если учесть природное любопытство, которым, уверен, и вы не обделены.

Велизар проглотил кусок и заметил:

— Но во дворце ничего, что принадлежало бы Светозару. После его свержения цари старались избавиться от всего, что напоминало бы о нём.

Ага, и теперь поставили мою статую на главной площади Велиграда. Это до сих пор заставляло меня веселиться от души.

— Поэтому я хочу не просто попасть во дворец, Ваше Высочество… — Я сделал театральную паузу, чтобы нагнать нужной атмосферы.

И это подействовало. Прислушались все. И Велизар, и ребята. Даже Сварри сделал невозможное — оторвался от пива. Но тянуть не стоило, потому что он мог нарушить момент одним громким глотком.

— Я прошу вас, царевич, провести меня в подземелье, что таится под твердыней. Так наверняка осталось что-то от Светозара.

И вдруг Велизар вскочил с места, прыгнул на несколько шагов назад, едва не опрокинув брякнувшие тарелки, а затем обнажил меч.

— Ты! Что ты смеешь мне предлагать, изгой?!

Ребята едва не похватались за оружие, а Чудка вновь пискнула и громыхнула упавшим подносом. Судя по звуку разбитого кувшина и пролитой жидкости, это был мой квас…

Но всё же ребята сдержались, заметив мой безмятежный вид. И вообще я присматривался к говяжьей котлете. Её бы с чем-нибудь жареным, да ещё б салатику и хлебушка ржаного, с семечками. Горячего, только из печи…

Так, о чём это я?

А!

— Ничего такого, — ответил я спокойно. — Просто мне присуще любопытство. Но если это настолько запретная тема, быть может, ты хоть расскажешь, что там находится? Воображение у меня тоже довольно неплохое.

Вдруг Велизар потупился. Смущённо опустил взгляд и тихо пробурчал:

— Я… я там тоже никогда не был.

— Это как?! — громко удивился Сварри.

— В собственном доме? — поддержала Злата.

— Как-то это… неправильно, я считаю, — помотал головой Алексей.

Батур просто язвительно хмыкнул.

А я радовался. Мои соратники поняли, чего я добиваюсь! И, более того, смогли поддержать!

— Отец запрещает туда спускаться, — снова пробурчал царевич, опустив меч.

— Это как он запретил тебе участвовать в турнире? — усмехнулся я, накладывая котлет.

Огурчики были в самый раз, ржаной хлеб тоже на месте. Вот только чего положить для гарнира?

— На что ты намекаешь? — буркнул Велизар.

Моё увлечение едой совсем расслабило его. Я был почти у цели.

— Да ни на что. Ну… — вздохнул я, выбрав жаренную с травами брюкву, — давай тогда золото. Сколько тебе там на карман дают?

И начал безмятежно поедать готовое блюдо. Брюква с хрустящей корочкой, нежная внутри, хорошо смягчала яркий вкус говяжьей котлеты. Горячий сок рубленого мяса наполнял рот, но овощи придавали прохлады и свежести.

— В-ваш квас… — подоспела Чудка, после чего поспешила убраться обратно.

Как раз вовремя!

Идеально.

А тем временем наступило чавкающее молчание. Алексей потягивал вино, Злата, при всём богатстве стола, почему-то навалила себе салата. Сварри поставил кружку и догадался, что из бочонка пить куда удобнее — не нужно постоянно его наполнять. Ну, а Батур довольствовался уткой с яблоками.

Мы старательно делали вид, что царевич нас уже не волнует.

И это сработало.

— Ладно… — процедил он. — Я помогу тебе. Но только тебе!

Я аж прервался от поедания уже второй котлеты. Это требовало недюжинной силы воли, надо отметить.

— Ну…

— Это не обсуждается! — отрезал Велизар. — Тебя одного я смогу остановить, если задумаешь что-то недоброе. Да и пробраться вдвоём будет куда проще.

Вообще-то я и не планировал брать остальных. Пусть пробираются через турнир — полезнее будет.

Да и насчёт «смогу остановить» царевич очень уж много о себе возомнил.

Поэтому…

— Идёт! — воскликнул я. — Начнём во время торжественного приёма победителей. Как раз всё внимание стражи будет на награждении. Вот мы и проскочим.

Ну, а ребятам придётся действовать более открыто. С этим я им помогу.

В глазах Велизара горели огоньки. Он хоть и убеждал нас, — а, может, и себя, — что решился на всё ради оплаты долга, но… Дело было не в этом. Ему самому нужно спуститься в катакомбы.

Чтобы доказать. Чтобы протестовать.

Эх, Велизар-старший, потомок Того-Самого-Велизара в пёс знает каком колене. Спасибо тебе за сына, демоны тебя раздери!

━─━────༺༻────━─━

И почему я должен сам заниматься чисткой доспехов?!

В смысле, искать мастера, который отполирует, поправит и почистит моё снаряжение…

В походе я и сам этим занимаюсь, но всё же довериться тому, кто оттаивал ремесло годами, будет лучше. И результат должен сильно отличаться.

Но всё же прислугу мы не нанимали, а гонять соратников по личным поручениям как-то нехорошо. Да и прогуляться тоже неплохо. Поэтому я отправился в ремесленный квартал Велиграда.

Тут было куда больше лавок, мастерских, целых улиц, которыми заправляли сообщества мастеров. От выбора разбегались глаза, такого даже в Традбурге не встречалось.

Кого же выбрать?

— Слыхал? Появился новый кузнец, — послышался голос проходящего мимо человека. — Он на окраине встал, в Ничейном конце.

— Кто такой? — спросил его спутник.

— Да, говорят, деревенский какой-то. Но руки золотые! И берёт недорого.

— Этот пока, — махнул второй. — Как эти коршуны налетят, заставят его брать как все.

— Ну, пока не налетели! Надо успеть обратиться. Хотел как раз шлем поправить. А то погнулся после прошлой схватки.

— Это где тебя в самом начале вырубили? — хихикнул спутник.

— Да ну тебя!

Парочка удалилась, их голоса смешались с гулом толпы, а я решил, что судьба подкинула мне решение в выборе и свернул в сторону Ничейного конца.

Там, как мне удалось узнать, стояли лавки и мастерские приезжих ремесленников или тех, кто не принадлежал ни к какому сообществу. В общем, всякий сброд, причём без определённого направления. Там и портных можно найти, и плотников, и кузнецов, конечно же. Цена меня не интересовала, но разговор двух прохожих стал единственным направлением.

И, как оказалось, я сделал невероятно правильный выбор.

— Лют? — хмуро пробасил кузнец, когда я встал напротив него.

— Окула! — воскликнул я.

Сельский кузнец, чей меч висел у меня на поясе. Вот уж кого не думал встретить в самом Велиграде!

Глава 13

Окула обустроился скромно, но со знанием дела. Небольшая кузница была снабжена многими приспособами в виде блочных систем, верёвок, железных механизмов, которыми он заменял себе подмастерье.

Их было куда больше, чем в деревушке неподалёку от Стариграда, где он жил раньше. Того гляди, кузница сама начнёт всё делать, а Окуле останется только за верёвочки дёргать и квас попивать, пока работа кипит.

— Хорошо ухаживал, смотрю, — нахмурив брови, заметил Окула. — Клинок как новенький, только пара небольших зазубрин. Но я поправлю.

Он внимательно осматривал меч, который сам же выковал для меня.

— Уж старался, — кивнул в ответ. — Возьмёшься снаряжение поправить?

— Возьмусь, — хмыкнул он. — Десять золотых рублей.

— Сколько?! — воскликнул я. — Окула, ты чего земляков обдираешь?! Я слышал, ты немного берёшь!

— Ну, так это чтоб постоянных клиентов набрать, — довольно заулыбался кузнец. — А ты и так знаешь, чего я стою. Ну, по рукам?

— По рукам, — буркнул я в ответ. — Только нужно быстро, вне очереди.

— Тогда тринадцать, — ухмыльнулся Окула.

— Ах, ты!.. Изменился ты. Друзей обдираешь!

— Если ты друг, почему бы не заплатить побольше, а? — задал он вполне резонный вопрос.

— Ну… И то верно.

Всё же тут не придётся гадать, каков мастер на деле. Всё и так отлично известно. И не убежит с добром куда-нибудь, а сделает всё честно и по высшему качеству.

— Держи авансом, — протянул ему пятнадцать золотых монет.

Окула приподнял бровь, одобрительно кивнул и кинул деньги в сумку. Проверять на зуб не стал, а сразу вернулся к осмотру клинка. Длинный мозолистый палец с глухим звоном скользил по лезвию, будто наждачный лист. Казалось, он мог и голыми руками точить мечи.

— Как дела в Стариграде? Чего решил сюда заявиться?

Кузнец вдруг остановился. Звон прекратился. Впалые глаза, скрытые под густыми бровями, пристально уставились на меня.

— Коваль добился моего изгнания из города. Выжил. Затравил мытарями, всякими проверяльщиками… Елизаровы, будь они неладны, тоже постарались. Подослали нескольких заказчиков, чтобы те нагрузили меня работой, а сами перекрыли поставки сырья. Мне не удалось сделать всё в срок.

Окула говорил спокойно, будто и не с ним всё это происходило. Нет, он был мрачен, но, казалось, не из-за этой истории.

— Их ублюдки кричали по всем улицам, какой я обманщик, — продолжал кузнец. — И я плюнул на всё, собрал всё, что успел заработать и двинулся сюда, в Велиград. Тут непросто, меня мало кто знает, но потихоньку обрету известность, получу признание. Может, подамся в содружество ремесленников. Если примут.

— Неужто тебе никто не помог? — спросил я.

— Я просил помощи у старосты и городских, но все отворачивались.

Окула вдруг развернулся, уводя меч за собой, к точильному кругу. Примерился, сощурив глаз, приложил клинок…

— А Нелидовы? — спросил я.

Слова почему-то неохотно вылетали изо рта. Чувствовал, что ответ мне не понравится. К тому же, Окула не ответил на первый вопрос, а сразу перешёл ко второму, который должен был для него быть куда более неприятным, судя по услышанному.

— Нелидовы, — вздохнул Окула. — Нелидовы, они…

И он рассказал.

Ответ мне действительно не понравился. Очень.

━─━────༺༻────━─━

— Так, все готовы? Помните, Рацкий будет под охраной. Если встретитесь, просто заберите на себя всех, кроме мужика со шрамом. Только самого барина придержите. Вместе ему наваляем.

Сварри довольно хмыкнул и проверил на палец остроту меча.

Алексей усмехнулся, потянулся, разминая плечо.

Злата с серьёзным видом кивнула, сжала покрепче свой трезубец.

Велизар посмотрел на меня с сомнением и произнёс:

— Я уже сомневаюсь, что связался с вами.

— Зря, очень зря! — хмыкнул я. — Ты ведь хочешь принять участие в турнире, Урф Дуболом?

— Хочу, — буркнул царевич в ответ. — Но мне не нравится моё прозвище.

— Почему? — искренне удивился Сварри. — Это же великое имя!

— Асванское имя. И что за Дуболом такой?!

Мы собрались в комнате на втором этаже постоялого двора. Стены здесь были достаточно толстыми, чтобы скрывать от посторонних ушей приватные разговоры, но я всё же добавил по периметру помещения несколько новых печатей, которые как раз хотел опробовать. Получилось отлично, и нас теперь никто не мог подслушать. Даже невольно.

Но зачем тут находился царевич? Чтобы ребята могли участвовать в испытании Лабиринта, пришлось включить в поредевшую команду нового участника. Но у нас было не так уж много знакомых в Велиграде, так что эту честь мы предложили Велизару, который не оставил желания сражаться на турнире даже после своего разоблачения.

Я ему объяснил, что напялить дорогущие доспехи, которые просто скрывают лицо бессмысленно. Нужно менять стиль боя, полностью вжиться в роль, чтобы получить шанс остаться неузнанным. Ну, или царь просто подумает, что сынок считает его полным дураком!

Уверен, Велизар-старший вычислил своего отпрыска куда раньше, чем я его прижучил. Просто решил преподать наглядный урок.

Который, впрочем, не прошёл зря, но подействовал иначе, чем предполагалось.

— Урф Дуболом! — торжественно воскликнул я. — Произноси это имя с гордостью! Ну-ка, повтори, что мы с тобой учили!

Царевич насупился, принялся натягивать с помощью Златы грубоватый кожаный доспех обшитый корой Корня Дубыча, которой он поделился вполне себе почти добровольно. Хотя сначала, когда я рассказал, для кого она предназначена, старый пень взъерепенился, разозлился и едва не потянул в меня своими длинными влажными от земли и кишащие червяками корни.

С великим трудом и жарким пламенем в качестве гаранта безопасных переговоров мне удалось убедить его, что потомок Велизара Гадкого просто обязан посодействовать возрождению Корня Дубыча. И вообще парень вроде бы нормальный оказался.

Короче, мне это удалось. Кора была особо крепкой, имела свою магическую ауру, чтобы скрыть царевича от довольно сильного отца, и. в конце-то концов, выглядела просто бесподобно в качестве доспеха! Демоны его раздери, я даже сам захотел примерить его.

— Я — Урф Дуболом… — вздохнув, начал рассказывать царевич. — Потомок великого героя, что овладел древесной магией и подчинил Лес Великанов на северных окраинах ледяного острова Сёлью. И, когда захватчики под предводительством Арна Златовласа высадились там с огромным флотом, в одиночку разгромил всех… э…

— Козлорождённых ублюдков, появившихся на свет от богопротивной связи их жалких предков с низменными блеющими демонами, — вкрадчиво напомнил Сварри, словно профессор, помогающий ученику с небольшим пробелом в выступлении.

Интересно, сейчас ещё есть профессора? Даже в моей империи таких было немного.

— Эм, да, — кивнул Велизар. — Вот их он и разгромил, подняв в бой весь Лес Великанов. Деревья, кусты, даже буреломы вытянули свои корни из-под земли и встретили захватчиков в великом сражении, которое длилось три дня и три ночи. Вот этого славного героя я потомком и… являюсь.

Злата как раз затянула последний ремешок и отошла на пару шагов назад, чтобы полюбоваться своим творением.

Получилось очешуительно!

Тёмная кожа выглядывала из кривых щелей между бурых толстых деревянных пластин, покрытых неровными слоями дубовой коры, по которой местами торчали сучки и даже короткие веточки, создавая впечатление этаких шипов.

А простой стальной шлем накрыли двумя изогнутыми фрагментами коры и прицепили личину с прорезями для глаз и рта. На этот раз Злата закрепила её действительно крепко, чтобы ни шлем, ни личина не слетела с головы царевича. Разве что только с самой головой.

Знатная бронь! Я даже пробовал её поддеть своим мечом, но ничего не получилось.

— Как-то ты без особой гордости произнёс часть про потомка, — возмутился Сварри. — Это великая честь! Все хотели бы иметь такого славного человека среди предков!

— Да ладно? — улыбнувшись, хмыкнул Велизар. — Вот прям все, да?

— Э-э… — Сварри смущённо почесал затылок, — ну, если кто-то не ведёт свой род от Великого Предка, конечно…

До него наконец дошло, что царевича великими героями в родословной не удивить.

— Кстати, Сварри, — задумался я. — А нахрена этот Златоваска попёр на какой-то остров у демона на куличках, да ещё и покрытый снегом и льдом?

— Как зачем?! — с возмущением ахнул он. — Там же Лес Великанов! Там великанские деревья, из которых можно сделать великанские корабли!

— А откуда лес, да ещё и великанский, в таком холодном месте? — добавил сомнений Алексей.

— Да, да! — закивал я. — Мы, варгийцы в лесах смыслим. Да и на далёком Севере я бывал. Там никаких лесов нет.

— Да вы!.. Да… Я… — запыхтел Кулак от переизбытка возмущения. — У нас, асванов, бывает! Наши, асванские, деревья прорастут даже по голому льду, понятно?!

Мы с Алексеем переглянулись, не особо старательно сдерживая смех на лицах.

— Да идите вы! — гаркнул Сварри, лязгнув ножнами. — Вот как-нибудь найду этот Сёлью и докажу, понятно?!

— То есть, ты даже не видел этот остров? — неожиданно включился Батур спокойным безучастным голосом. — Интересно…

Он также спокойно продолжил перебирать набор тетивы и править стрелы, обозначая их разноцветными лентами под опереньем.

Сварри покраснел от злости, чуть не начал пар из ушей валить, словно кипящий чайник. Но затем махнул, что-то пробурчал и покинул комнату, громко хлопнув дверью.

— Кажется, он обиделся, — с беспокойством произнесла Злата.

Но я её успокоил:

— Не, он просто искал повода переждать нашу подготовку в компании пары бочонков пива.

Сварри очень не любил долгую подготовку, но тут без неё никуда. А для него в данном случае было всё просто, так что я не стал останавливать.

— А чем вам не угодил Рацкий? — спросил вдруг Велизар. — Он, конечно, тот ещё… дуболом. Но всё же?

В ответ я хищно ухмыльнулся и вкрадчиво, чуть понизив голос, произнёс:

— Он не соблюдал свою очередь.

━─━────༺༻────━─━

Лабиринт Демонов действительно поражал воображение. Он раскинулся так далеко, что, казалось, простирается далеко за горизонтом. И был довольно высоким, мне даже пришлось поднять себя магией воздуха, чтобы разглядеть, что к чему.

— М-да… — вздохнул я.

Над стенами лабиринта блекло мерцал магический купол. Я заметил по ближайшим краям каменные башни-маяки, в которых сиял свет. Кажется, это были источники купола и одновременно ориентиры для тех, кто входил в лабиринт.

Моя команда ждала начала испытания у одних из ворот с южной стороны. Мне же пришлось использовать печать невидимости, чтобы не попадаться на глаза устроителям соревнований. Зрителей тут не было, потому что смотреть на громоздкие стены охотников не нашлось.

Кто вообще придумал такое «зрелище», интересно? Внутри, быть может, и грянет веселье, но снаружи это просто… лабиринт. Не, выглядел он впечатляюще, ничего не скажешь. Но уже через пару минут начинал вызывать скуку.

Кстати, царь тоже не посетил сие развлекалово, так что мы, возможно, зря старались с новым облачением царевича.

Свет на маяках коротко вспыхнул, и это стало сигналом для привратников. Двое дружинников с помощью магии раздвинули высокие тяжёлые ворота из камня, отчего земля под ногами задрожала. А невысокий сутулый мужичок кивнул и торжественно объявил нам:

— В путь, смельчаки! Найдите Кубок Повелителя Демонов и одержите победу! Но будьте осторожны, Лабиринт таит в себе бесчисленное множество опасностей!

Чей-чей кубок, простите?!

Вы что, потомки, совсем с дубу рухнули?! Бергир не пил из кубков! И вообще, возможно не пил ни из чего.

А если даже и так… Вы хоть знаете, каких размеров был этот засранец? Кубок должен быть подстать, а мы такую махину не унесём.

Да и откуда у них мог заваляться подобный артефакт…

Но, несмотря на все несостыковки, мы двинулись в путь. И только перешагнули довольно длинный порог, как за спинами громыхнули захлопнувшиеся ворота, а впереди показался длинный неприветливый коридор, заканчивающийся тупиком. Мы пошагали вперёд мимо множества разветвлений. И примерно на середине пути Злата вдруг спросила:

— Лют, ты здесь?

— Да, — отозвался я. — А что такое?

— Да нет, просто вдруг не успел пройти… Мы двигаемся к тупику, верно?

— Да.

— Но зачем? — спросил Велизар.

Ох, царевич, царевич… Ты ещё привыкнешь доверять мне без лишних вопросов.

— Потому что этот коридор ведёт к центру лабиринта, конечно, — ответил я.

— Но там же тупик! — не унимался Велизар.

Он мне всё больше напоминал своего треклятого предка. Тот тоже любил сомневаться в моих решениях и постоянно пытался выпытать, зачем и почему я что-то делаю.

Вылечилось всё одним случаем. Он так меня задолбал по пути в логово Кротольвов, что я не выдержал и сел прямо на месте, объясняя ему суть задачи. Кротольвы — это такие жутковатые, обладающие отличным зрением демоны с когтями, клыками, гривой и способностью рыть огромные туннели, в которых и жили.

Нам надо было перебить колонию этих тварей, которые понемногу подбирались к нашему городу и грозили обрушить новенькие стены. Мы тогда только основали будущий Светозар, он же Велиград, на месте одного небольшого поселения.

Так вот, я описал, как далеко нам предстоит шагать, что плутать по туннелям тоже не самое лучшее времяпрепровождение, в подробностях описал, кто такие эти Кротольвы, потому что Велизар раньше с ними не встречался, а закончил я свою речь так:

— И с восходом солнца демоны просыпаются, хотя всю ночь дрыхнут мёртвым сном. Не знаю, как они понимают, что уже восход, не спрашивай.

Велизар посмотрел на меня. Затем на небо. Затем снова на меня.

— Так это… Восход же скоро…

— Знаю, — кивнул я.

— Так почему мы сидим?!

— Потому что ты задолбал осыпать меня глупыми вопросами!

Короче, мы не успели. Совсем немного, как раз примерно на время нашего разговора. Поэтому сначала пришлось разбираться с разъярёнными спросонья демонами, затем отлавливать тех, кто решил удрать, когда довольно кровопролитная битва подошла к концу. Но оно того стоило, и Велизар Засранец перестал сомневаться в моих решениях.

Но с его потомком я пока обойдусь проще. Не хотелось бы затягивать образовательный процесс.

— Знаю, что тупик, царевич, — буркнул я в ответ.

Он, правда, смотрел мимо меня, и это показалось довольно забавным.

— Но я не люблю длинные пути. Предпочитаю короткие и прямые.

— В смысле — прямые?

— В прямом смысле. Прямые.

Мы как раз остановились возле тупика. Каменная стена, обросшая плющом, смотрела на нас мрачно и свысока. Казалось, плющ вот-вот зашевелится, словно тысячи змей, облепивших гнездо.

Не лучшее сравнение, с учётом того, что я протянул руку, протиснулся сквозь влажные шершавые заросли, пока не коснулся холодной сырой стены, нащупав небольшую трещину. А затем сосредоточенным разрядом молнии ударил в неё, приложив ощутимое количество магии.

Вспышка на мгновение осветила белым светом округу, пустив повсюду тени, проступившие от плюща. Но растения быстро обратились в пепел, громкий рокочущий треск разнёсся по коридорам, а на перед нами появился узкий проход в голой обожжённой стене.

— А что… так можно было? — тихо протянул Велизар.

— Ну, как видишь, — пожал я плечами, хотя никто этого не увидел, и протиснулся через расщелину.

Ребята последовали за мной.

На той мы стороне обнаружил несколько обгорелых тушек каких-то демонов, такой же коридор, только поперёк предыдущему, с плющом, только по направлению моего разряда молнии стена уже обуглилась, и растения услужливо открыли для нас голую высохшую стену. Если так и дальше пойдёт, не придётся больше протискиваться через заросли. Я, конечно, не брезгливый, но всё же…

— Лют, можно вопрос? — заговорил Алексей, когда я уже прислонил руку к стене для нового разряда.

— Валяй.

— А зачем ты держишь невидимость? Мы ж тут одни…

От удивления я даже оторвался от камня и повернулся к нему, попутно сбрасывая действие печати.

— А ты прав, друг! Что-то я не подумал. Увлёкся, видимо.

Велизар, когда я проявился, резко дёрнул головой, потому что до этого он смотрел куда-то мне подмышку. Он запомнил меня таким низким?

— Спасибо! — воскликнул я проделывая новую расщелину под грохот лопнувшего камня.

Да, силы надо поберечь. Разряды молнии такой силы забирают немало магии, а второй проход опять привёл в коридор, протянувшийся поперёк прямому пути.

Но ничего. Справимся.

С этими мыслями я проделал новую дыру в лабиринте.

━─━────༺༻────━─━

Южная часть Лабиринта Демонов.

Ведивой Рацкий шагал по длинным извилистым коридорам, окружённый со всех сторон дружинниками личной гвардией. Проверенных в многочисленных боях ветеранов вёл самый грозный из них.

Он как раз сейчас рассекал брюхо налетевшего из-за угла Песчаного Грауса. Эту бронированную тварь, похожую на здоровенную клыкастую гусеницу привезли из южных пустынь, где он зарывался в песок и атаковал резкими выпадами. Челюсть была способна прокусить даже хороший доспех. И хоть в лабиринте не было песка, демон всё ещё был очень опасен.

Вдруг неподалёку раздался громкий треск, земля задрожала, а над стеной лабиринта прошла волна мерцающего купола.

— Крут, что это было? — спросил Ведивой.

— Не знаю, господин, — буркнул тот, вытирая тёмную слизь с клинка.

Ведивой нахмурился. А затем, когда грохот повторился, приказал:

— Следуем за шумом.

— Как скажите, господин, — кивнул Крут, и они продолжили путь.

Глава 14

Ох, демоны и вся ваша кодла во главе с Бергиром! А это оказалось не так просто, как я думал. Стены лабиринта довольно крепкие, и мне немало сил стоило пробивать прямой путь к центру.

А пока я это делал, мои компаньоны отбивались от здешних тварей.

— Лют, ты скоро?! — прорычал Алексей, отсекая голову Гарломскому Криту, привезённому с одного из Эфлена.

Это такая жуткая зараза с кучей хитиновых остроконечных ног, длинная и вёрткая. И кусачая. Даже поцарапала доспех Алексея, прежде чем он сумел её порешить.

— Дайте дух-то перевести! — возмутился я. — Это вы там веселитесь, а мне со стеной сражаться приходится!

— Веселимся?! — огрызнулся Алексей, схватившись со вторым Критом.

Кажется, это был парень предыдущей, уж больно яростно он атаковал. Ну, или девушкой… кто их разберёт?

— Веселимся!!! — прогорланил Сварри.

Асван сплющил каменными плитами сразу двух Ангаралов, тоже эфленских демонов, смахивающих на огромных пауков. Которые, слава богам, не плюются паутиной. Но тоже способны пробивать своими остроконечными лапами даже крепкую броню.

Только вот что странно, в моей прошлой жизни они были чуть ли не главными врагами Критов. Мы даже облегчали себе задачу при возможности навести стаю одних тварей на стаю других. А тут они, поглядите-ка, работают сообща!

Вот парочка Крит-Ангарал добралась и до меня, за что получили каждый по порции стали прямо в глотку. От переизбытка подохли оба.

— И плохо справляетесь со своей задачей! — проворчал я, пинком отшвырнув тушки подальше. — Мне нужно уединение, между прочим!

— А ничего, что я — царевич… — хотел было возразить Велизар, но его прервали сразу трое Ангаралов.

Он неплохо справлялся. Одному сразу разрубил разинутую пасть размашистым ударом топора, второму другим топором переломал сразу три лапы, а третьего нашинковал деревянными кольями, выросшими из земли. Он довольно хорошо маскировал свой стиль ведения боя на древесный.

— Вот, как царевич, и защищай подданных своего царства! — ухмыльнулся я.

Мои соратники становились всё сильнее с каждой битвой. Это хорошо. Но всё ещё медленно. Я уже догадывался, что нас ждёт в катакомбах Велиграда, и для этого может понадобиться куда большая сила. Но не только для них. Мне самому надо стать сильнее.

Но пока что пускай духовную силу демонов осваивают они. Мой Источник крепче, да и опыта больше. Справлюсь, если не успеем подготовиться основательно. А времени у нас действительно немного. Нужно поскорее тут заканчивать и возвращаться в Стариград. У Нелидовых большие проблемы, не знаю, сколько они продержатся без нашей помощи.

Но с другой стороны, пока не наберём силу, возвращаться нет смысла. Поэтому я не говорил Алексею о том, что мне поведал Окула. Если мой первый в этом мире друг узнает, что его род в опасности… И что случилось с Роксаной…

В общем, он точно плюнет на всё и помчится домой, где ни на что повлиять не сможет.

Тяжёлое решение и тяжёлое знание. Но лучше это бремя буду нести я.

— Готово, — с тяжёлым вздохом объявил Батур, когда его стрела прошла сквозь последнего Гарломского Крита вдоль и вылетела с…

Ну, с того самого места.

— Кто-нибудь раненый есть? — воскликнула Злата. — Нужна помощь?

Она стремительно осваивала магию восстановления. Похоже, трезубец с заключённым в нём отпечатком Нёрди вовсю помогал ей. А это ведь только отпечаток, а не сам бог. Он даже позволил ей объединиться с духом воды, хоть и не напрямую.

Кстати, о духе…

— Урф, вопрос есть, — окликнул я Дуболома, но тот стоял спиной ко мне и никак не отреагировал. — У-урф… УРФ!!!

— А?! — подскочил наконец-то царевич. — А? Что?! Тьфу ты, Лют! Я уж думал, случилось чего!

— Случилось, — кивнул я. — Ты опять забыл своё имя.

— Да ладно, это ж мелочи, — с недовольным видом отмахнулся он.

— Не мелочи. Сейчас имя забыл, а потом маскировку забудешь и молниями швыряться начнёшь.

Я сделал небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями, а затем всё-таки спросил:

— Скажи-ка, Урф, откуда у тебя дух молнии?

Царевич нахмурился, немного подумал, но ответил:

— Вообще-то, мой дух молнии передавался в роду из поколения в поколение. Тем из нас, кто первой стихией открыл для себя молнию. Это очень сильный дух, он покоряется далеко не всем магам. Предыдущим его хозяином был мой прапрадед.

— Тоже Велизар? — хмыкнул я.

— Ну, да, — ответил мне, не понимая усмешки.

Я огляделся. Злата помогала Батуру и Алексею восстанавливать силы. Время для разговора ещё было, да и мне, честно говоря, следовало немного отдохнуть. Поэтому я спросил ещё кое-что:

— Слушай, ты сказал, это непокорный дух, который даётся не всем магам. Это только с ним или вообще духи молнии такие строптивые? Не было проблем его захомутать?

Меня интересовало, только ли у меня появились проблемы с этой стрекочущей заразой? Ведь тогда, в роще Корня Дубыча, сам воздух был пропитан духовными потоками. Лучшего места, чтобы заполучить духа, я и придумать не мог. А что, если дело не во мне, а в принципе в этих духах молнии? Я надеялся завладеть одним таким, победив Рацкого, но нельзя отрицать, что с этим тоже могут возникнуть проблемы. Не в смысле победы над этим грёбаным боярином. Нет, тут я был себе уверен. Но вот дух… Если с ним ничего не получится, я просто потеряю время.

— Да, Лют, так оно и есть, — сказал Урф. — Завладеть Духом Молнии сложнее, чем даже Духом Огня. Хотя мой отец говорил, что это тоже не просто. Не знаю, в чём причина. Говорят, что виноват во всём виноват древний Бог молнии и грома Перувит. Мол, он передал духам молнии свой сварливый нрав.

— Да, это на него похоже, — вздохнул я, пробормотав себе под нос.

— А? Чего? — нахмурился Урф.

— Не-не, ничего, — отмахнулся я. Вот же ушастый, блин! — Злата, всё готово?

— Да, — кивнула девушка.

Алексей, Сварри и Батур выглядели жаждущими битвы. Они только что поглотили немалое количество духовной силы демонов, и с помощью магии Златы освоить её получилось намного проще и быстрее. Я даже подумал задержаться в этом лабиринте. Раз уж организаторы соблаговолили привезти сюда кучу всяких разных тварей со всех уголков света, почему бы не воспользоваться случаем. Интересно, что они подумают, когда увидят, что лабиринт опустел… Хотел бы я увидеть их лица, особенно Велизара Старшего. А может и погляжу где-нибудь неподалёку, под прикрытием печати.

— Ну, тогда пошли дальше, — сказал я.

Чуйка подсказала мне активировать печать невидимости. Кажется, я услышал с той стороны стены какой-то шум. Может быть, это демон, а может быть, и другие участники турнира. Мы должны же когда-то с ними встретиться, верно? Я активировал печать и приложил руку к стене.

Бах! Треск! — и перед нами образовался обугленный проход.

Ну, это было не только. В этом проходе, на противоположной и, к счастью, дальней стеной — мы наконец-то не упирались в параллельный коридор — я увидел дымящегося воина в богатых доспехах, а затем в дыру заглянули ещё двое. Их удивлённые глаза я заметил даже сквозь забрала на шлемах.

— Ты кто, мать его, мать твою за ногу? — спросил один из них, прежде чем ему прямо в лицо ударил тяжёлый деревянный столб, выросший из земли

Второго же подхватили путы из плюща, и он с визгом скрылся за стеной.

— Прочь! — раздалось позади.

Я шмыгнул в сторону и увидел, как в проход устремился Урф Велизарович, а за ним тут же последовали Сварри, Алексей и Батур. Злата тоже хотела присоединиться к битве, но я её остановил и прошептал:

— Нет, подожди. Там тесно, ты будешь только мешаться.

— Хорошо, — кивнула она немного забавно, нахмурив брови.

А сам я прошмыгнул следом за ребятами, чтобы помочь при необходимости. Нам наконец-то встретились другие участники. Только это были не люди Рацкого, а просто какие-то южане. Их главаря взял на себя Алексей. Это был здоровенный, смуглый воин, орудующий двуручным клинком, который изгибался, словно серп.

Он явно хотел навеять на своих врагов трепещущий ужас, и даже нацепил на шлем забрало с изображением какого-то страшного демона

Что самое удивительное, я не мог припомнить, чтобы повстречал кого-то похожего в прошлой жизни.

Велиз… то есть, Урф, Сварри и Батур взяли на себя трёх оставшихся. Те двое, которых Урф выбил в самом начале, смогли прийти в себя и вернуться в бой.

Противники оказались непростыми. Поняв, что их зажимают, они рассвирепели и принялись сражаться, будто не на жизнь, а на смерть. Чем, кстати, зарядили ребят, которые тоже перестали сдерживаться, позабыв, что мы, вообще-то на турнире.

Мне пришлось вмешаться и оглушить одного из южан прежде, чем Сварри снёс бы ему голову.

— Эй, я хотел прибить его сам! — возмутился Сварри.

— Вот-вот — прибить, — заметил я, — а убивать нам здесь никого нельзя, забыл?

— А, точно, — потупился он. — Ну, спасибо тогда…

С тремя южанами мы уже разобрались, а вот Алексей до сих пор возился с их главарём. Я уже подозвал Злату, чтобы она осмотрела и нас, и соперников. Вдруг того чувака, которого я прибил молнией, ударило слишком сильно!

— Алексей! — проворчал Сварри. — Ты это, давай быстрее, а то у меня терпение лопнет!

— Да отстань ты! — отбивая удар за ударом, отвечал Алексей. — Этот зараза — крепкий гад!

— Ну так давай я…

— Иди нахрен!

С этим возгласом, обращённым не то к Сварри, не то к противнику, Алексей разразился жарким пламенем, которое объяло его клинок, и нанёс сокрушительный удар, разбивший доспехи южанина. Того сильно оглушило, он пошатнулся и попятился назад.

Алексей не стал давать ему шанс оправиться, поэтому добил, но уже не клинком, а просто зарядил с ноги по шлему. Личина отлетела, показав нам перекошенную носатую морду с закатившимися глазами.

— Черт, эти личины чертовски ненадёжны, — вздохнул я. — Отлетают только так!

Южанин, однако, не разжал пальцев даже оглушённый. Он отлетел вместе со своим двуручным мечом дальше по коридору и скрылся за углом.

— Фух, — облегчённо вздохнул Алексей.

Он, довольно улыбнувшись, повернулся к нам и как раз хотел что-то сказать, как вдруг южанин прилетел обратно. Причём, быстрее, чем улетал от его удара. Только, видно, не сам.

Южанин тряпичной куклой врезался в спину Алексея, повалил того на живот, а затем из-за поворота показался грозный воин без шлема, со шрамом на лице от левого виска до правой щеки.

О! Да это был тот самый мужик, который охранял Рацкого!

А значит, где-то должен быть и сам боярин….

— Прочь с дороги! — А вот и он собственной персоной. — Или мои люди вас всех прибьют!

Вот ссыкливый гадёныш! Этот, с позволения сказать, боярин спрятался за спинами четырёх своих сопровождающих. Все были серьёзными воинами. Самым сильным, конечно, был Шрам. Пока Батур подхватывал Алексея, Шрам оценивал ситуацию. Он заподозрил неладное и что-то сказал своему господину. Сказанное засранцу не понравилось:

— Ты с ума сошёл! — завопил тот. — Покончи с ними сейчас же!

Не, а к чему тогда было предупреждение, если этот гадёныш всё равно собирался нас всех устранить?

Ответить самому себе на этот вопрос не получилось.

Шрам, будто цепной пёс, отпущенный с поводка, ринулся прямо на нас. Трое остальных двинулись за ним. Сварри, Батур и Урф Дуболом кинулись наперерез. Пока Злата занималась немного потрёпанным Алексеем, завязалась серьёзная схватка. Злате пришлось раньше времени отпускать Алексея в бой и самой присоединяться к битве в качестве поддержки.

Я оценил ситуацию и понял, что они должны продержаться достаточно долго. Возможно, даже победят. Это же мои соратники, верно? Они должны побеждать!

Урф Дуболом, он же Велизар Велизарович, первым делом взял на себя Шрама. Алексей и Сварри схватились с остальными вплотную, на пару отбиваясь от троих противников, а Батур на расстоянии сыпал стрелами, усиленными магией Златы.

Ну, пусть тренируются, подумал я и ринулся прямиком к боярину Рацкому. Может, мне показалось, но Шрам ненадолго отвлёкся, взглянув в мою сторону. Неужели он почувствовал?

Но за это ему пришлось поплатиться. Урф Дуболом дубанул ему прямо по макушке. И бравый воин, думаю, понял, для чего остальные носили шлема. Я же сбил боярина с ног и скрылся с ним за углом.

— А?! Что?! — Он хотел закричать, но мне пришлось врезать ему по подбородку.

Однако получилось немного неудачно, засранец прикусил язык и заорал ещё громче. Ох, ля-я-я, и что же мне с тобой делать-то?

С места битвы раздался рык. Человеческий. Скорее всего, это был Шрам — он понял, что его господин в опасности, и попытался удрать с поля боя. Однако ему, видимо, никто этого не позволил это сделать.

Я стоял над валяющимся на земле Рацким и гадал, как же мне его наказать. Может, защекотать или потыкать остриём меча? Пущай потом гадает, откуда его атаковали и что это были за чудища. Вот уж задача, блин… До цели добрался, но что с ней делать как-то не продумал.

Но в итоге сама судьба преподнесла мне подарок и указала путь.

Раздался рокот демонической твари. Неподалёку, в одном из проходов, показалась громадная морда Каракалуского Гурлана. Довольно устрашающая тварь с телом, похожим на обезьянье, но кожа будто обтягивала скелет и шевелящиеся при каждом движении жилы. Длинные когтистые руки, которыми монстр цеплялся за землю и даже мог лазать по стенам. А морда… У-ух! Пасть от уха до уха, с торчащими клыками, большой нос, раскосые белёсые глаза и длинные заострённые уши.

Организаторы действительно молодцы! Эта тварь даже в моё время находилась в глухих джунглях, в такой заднице мира, что там людей-то практически не было, чтобы их спасать. Поэтому я и в прошлой жизни не часто с ними сталкивался.

— П-помогите! — сквозь боль прикушенного языка заверещал Рацкий.

Да он совсем ничтожный! Мне, честно говоря, даже перехотелось мстить, потому что я увидел, как под этим болваном растекается лужа.

Вдруг из-за угла раздался грохот. Я обернулся и увидел окровавленного Шрама, который, оскалившись, прорывался к своему господину.

Неужели он разобрался с моими ребятами?

На пару мгновений я даже испугался за них, но затем Шрама схватили десятки деревянных плетей.

— Гр-р-р-ра-а-а-а-а! — зарычал он, когда плети утащили его обратно, и грозный воин скрылся за стеной лабиринта.

Хм… Кажется, это была необычная земляная магия. Неужто царевич так быстро освоился?

Может, мне показалось, но будто от них повеяло аурой, схожей с Корнем Дубычем. Но, наверное, просто показалось.

Впрочем, размышлять об этом мне было некогда. Гурлан кинулся на боярина, и мне пришлось преградить ему путь.

— Аа-а-а-а-а! — тонким голосом запищал от страха этот ссыкун.

Словно девица, ей-боги…

Гурлан не понял, что произошло, когда пустое пространство врезалось ему в довольно чувствительный нос.

Когтистые пальцы сверкнули в воздухе, он крутанулся, но приземлился на задние лапы, отпружинил, с ещё большим усердием ринулся на свою жертву…

И снова врезался в неведомую преграду, которая на этот раз ударила не прямо, а хлопнула по оттопыренным заострённым ушам.

— Р-р-ря-я-я-я-я! — заверещала тварь, хватаясь за больную морду.

Демон забавно скакал по кругу, пытаясь прийти в себя. Первый мой удар лишил его чувствительного нюха, а второй оглушил и дезориентировал из-за подбитого слуха, который был не менее чувствительным.

— Ч-что это такое? — дрожащим голосом пролепетал Ведивой, пока поднимался на ноги, опираясь на стену.

Теперь Гурлан не стал сразу бросаться в бой, а пытался высмотреть, что же с его жертвой не так. Да и Рацкий с неверием осмотрел себя, глянул на руки, затем на демона. Глаза удивлённые ещё такие, да лыба на лице появилась.

В себя что ли поверил?

Вообще-то я просто осторожничал. Применять магию или доставать меч не хотелось, чтобы не раскрыть себя. А Гурланов, если бить точно и осторожно, можно было уничтожить довольно легко. При должной сноровке, конечно.

А так… можно списать на причуды лабиринта. Да и кто поверит, что демон разбился о воздух? Если этот идиот начнёт трепаться о некоем духе, который его снёс с места и врезал по морде, покрутят у виска и махнут рукой. А вот если к этой картине прибавится магия или разрезы, подозрительно похожие на удары меча — возникнут неприятные вопросы. А нам в Велиграде ещё какое-то время придётся побывать.

Но Рацкий слишком уж быстро возомнил о себе невесть что. Сжал кулаки, даже оружие не доставал. И с вызовом крикнул и без того раздосадованной твари:

— Ну, давай! Нападай, демон!

То есть, про духа, который врезал ему по морде, боярин уже забыл?

Так не пойдёт…

О! А у меня есть идея! Проверенный, так сказать, способ.

На третий раз Гурлан не наткнулся ни на какую преграду. И было забавно наблюдать, как параллельно меняются выражения на их мордах.

У Гурлана от радости расширились глаза, а на зубастой пасти появилось что-то напоминающее широкую улыбку, когда он приблизился к своей жертве на расстояние вытянутой руки.

В вот с Ведивоя резко эта самая лыба спала, когда он понял, что пасточка твари вот-вот захлопнется на его голове.

— Йа-а-я-я-я-я-я! — взвизгнул боярин.

Однако этого не случилось. Потому что демон вдруг резко завис в воздухе, с клацнул прямо под носом своей неудавшейся жертвы и так удивился, что не сразу заметил, как его же собственные длиннющие лапы держат его на месте, охваченные невидимыми путами.

Ведивой медленно раскрыл глаза и с ужасом смотрел на страшную тварь прямо перед собой. Кажется, он до сих пор был слишком сбит с толку, чтобы хотя бы пошевелиться.

А я, держа демона за эти самые лапы, поднатужился, набрал воздуха и низким протяжным голосом воскликнул:

— Ты-ы-ы… Нечестивый потомок!.. Я — дух твоего Предка! Внемли мне, иначе твой жизненный путь закончится прямо сейча-а-а-ас!..

Если этот трюк сработал с жестоким разбойником из трущоб Стариграда, почему бы не попробовать с боярином?

Вдруг выйдет что-то путное, не правда ли?

Глава 15

Велизар узнал его сразу же, как только увидел. Это был Крут из рода Рацких — бастард прежнего главы рода, зачатый от какой-то деревенской девки и обретший невиданную силу. Единокровный брат Ведигора, он завоевал немалое уважение в дружине рода. Многие злые языки перешёптывались, что Крут, несмотря на своё происхождение, был более достоин занять место главы рода, чем нынешний его глава.

Однако Крут был также силён, как и предан своему господину и племяннику Ведивою. По официальной версии, у парня был другой пестун, тоже брат Ведигора, но тот постоянно был занят делами рода и не уделял должного внимания своему подопечному. А вот Крут всегда находился рядом.

«Хотя, как многие опять же шептались, мальчишке это нисколько не помогло», — усмехнулся про себя Велизар.

Ведивой был его ровесником, но сильно отставал в мастерстве и магии. Несмотря на это, он постоянно пытался казаться лучше, чем был на самом деле.

Так что, если с кем-то и хотел Велизар схватиться из рода Рацких, то это был Крут.

— Р-р-р-а-а! — прорычал тот.

Жестокий воин отвел удар топора голой рукой, перехватил древко, резко сократил дистанцию и едва не задел Велизара взмахом меча. Но царевич тоже был не пальцем деланный — он сумел увернуться, метнуть в ответ удар вторым топором, добавить пинок и отскочить назад, разорвав дистанцию.

Затем Урф Велизарович устремил в противника всю мощь магии земли.

Чёрт, как же это было непривычно!

К своим годам Велизар открыл все стихии, но молния нравилась ему больше всего, хоть поначалу и давалась тяжелее. Он принял это за вызов и освоил её на высоком уровне.

Ну… он так думал, пока не повстречал Люта Чёрного.

Тот изгой из презренного рода оказался намного сильнее наследника царской крови и победил его, даже не имея духа стихии. Более того, он едва не перетянул родового духа самого Велизара!

А ещё напялил на царевича деревянный доспех, обозвал Дуболомом и закинул в Лабиринт Демонов…

Но почему-то возмущение быстро сменялось на восхищение и даже благодарность, когда Велизар думал об этом.

Вообще-то, когда он пришёл в корчму извиняться, то надеялся откупиться золотом. Но вместо этого Лютый дал возможность вернуться на турнир и проверить силы в схватке с серьёзным противником.

Удар.

Ещё удар.

Топоры становились привычнее, битва превращалась в танец, унося разум в поток боевой ярости. Однако Крут был слишком хорошим воином, чтобы увлекаться. Он сохранял рассудок холодным, иначе любая ошибка могла привести к поражению.

— Рр-ра! — рычал Крут с каждым взмахом, будто пытаясь отмахнуться от надоедливого противника.

Хотя нет — он действительно хотел этого, потому что его господин, боярин Ведивой, исчез в лабиринте и до сих пор не появился.

Это отвлекало матёрого воина, и Велизар нашёл брешь, в которую ударил. Топоры царапнули по доспеху. Корни, выросшие из земли, на долю секунды сковали Крута и расшатали его равновесие.

— Ещё чуть-чуть… — прошептал Велизар, пытаясь развить успех, но наткнулся на каменный щит, появившийся из ниоткуда.

— Р-ра! — вспыхнуло пламя, и щит разлетелся на осколки, заставив Велизара отступить.

— Не мешайся у меня под ногами, тварь! — прорычал Крут. — Или я тебя просто убью!

Кажется, он не лгал. На турнире убивать как бы нельзя, но у Рацких хватило бы влияния, чтобы замять это дело.

Однако это не испугало Велизара.

Он снова ринулся в бой, но вдруг отлетел назад — на этот раз не по своей воле. Крута охватило почти чёрное пламя, жар от которого заставил всех отступить.

— Я тебя предупреждал, — зло процедил Крут. — Ты сам виноват…

Велизар вдруг понял, что может погибнуть прямо сейчас — магия противника оказалась намного выше, чем он предполагал.

Но страх сменился решительностью и даже злостью. Источник внутри забурлил, завихрился, будто рвался в бой вместе с хозяином.

— Что происходит?..

Велизар не сразу заметил, что доспех ожил, начал жрать духовную его силу, а затем обрастать растущими ветвями дерева.

Когда Крут рванул на него с намерением убить, Велизар вскочил и устремился навстречу. Они сошлись встречными ударами, и магическая энергия схлопнулась, чтобы тут же разорваться. Ударная волна разошлась вокруг, вызвав порывы ветра и шелест листьев плюща на стенах.

— Угрх… — Велизар на пару секунд будто отключился, но очнулся и увидел, что противник прибит к стене сотнями деревянных прутьев, некоторые из которых ещё тлели. — Это что вообще такое?!

Он ещё не понимал, что происходит, но эта странная магия приняла на себя почти весь удар Крута.

— Это… Охренеть, — протянул Сварри. — Дуболом… Как есть Урф Дуболом…

Велизар не понял, что имелось в виду, но осознал: его сила перешла на новый уровень.

Однако это не остановило Крута. Опомнившись, он высвободился и ринулся прочь — к своему господину.

— Не уйдёшь! — воскликнул Велизар и захватил противника за пятки своими извивающимися деревянными щупальцами.

Это была очень странная магия. Доспех действительно как будто ожил, но при этом стал частью самого Велизара. Это было одновременно и похоже на обычную магию земли, и чем-то от неё отличалось. Вот только чем — он ещё пока не мог понять. Ему будто требовалось распробовать новую силу. Потребуется время, чтобы распознать и раскрыть.

Битва продолжилась. Крут, словно израненный пёс, зло рыча, отбивался от деревянных щупалец, поливался огнём, махал мечом. Но теперь они сражались на равных, и схватка завязла.

Велизар не понимал, сколько прошло времени. Он упивался своей новой силой. Похожее чувство он, наверное, испытывал в детстве, когда получал какую-нибудь новую игрушку и вовсю испытывал, на что она способна.

— «Только вот эта новая игрушка ещё раскроет свой потенциал», — подумал он.

Поэтому грудь Велизара наполнилась радостью. Он едва не хохотал, обмениваясь ударами с грозным и опытным воином Крутом.

Сварри, Батур, Алексей и Злата тоже продолжали свою битву. Они сражались с тремя воинами рода Рацких. Не такими сильными, как Крут, но тоже хорошими бойцами. Поэтому битва шла ожесточённая. Но, кажется, пёстрая команда Лютого Чёрного начала одерживать верх и теснила своих соперников.

Но вдруг появился сам Ведивой, и громким, поистине сильным командным голосом приказал:

— Стоп. Хватит сражаться! Крут, назад!

И битва прекратилась в тот же миг. Злоба и ярость мигом слетели с лица Крута, сменившись облегчением и радостью. Он ринулся обратно к своему господину, а трое других организовали круговую оборону вокруг него.

— Это что ещё значит? — возмутился Сварри. — Как это — «стоп»? Как это — битва окончена? А ну, идите сюда, поганые трусы!

— Нет, — отмахнулся Рацкий. — Мы прекращаем своё участие в этом турнире. Поздравляю, господа, вы победили!

Велизар чуть не упал от удивления. Он даже присмотрелся, не перепутал ли этого человека с кем-то другим. Но нет — это точно был Ведивой Рацкий, непутёвый сынишка Ведигора.

Но сейчас на нём был этот восторженно-сильный взгляд и неподдельная аристократическая осанка. От него даже будто исходила иная аура. Поэтому Велизар кивнул своим товарищам, чтобы те остановились.

— Демоны вас дери! — рявкнул Сварри. — Я надеялся на настоящую драку с настоящими мужиками!

Тем не менее он сунул свой меч обратно в ножны и обиженно, словно ребёнок, надулся, скрестив на груди руки.

Ведивой кивнул, махнул своим людям и отправился прочь к проделанной в стене дыре. Он, видимо, догадался, что она вела к выходу.

Крут, когда проходил мимо Велизара, оглянулся и кивнул, как бы признавая в нём достойного соперника.

И, сложно признаться, но Велизар был очень горд собой. Ведь если быть уж откровенным, когда он увидел Крута, то подумал, что их миссии пришёл конец. Хотя и знал, что они должны были с ним столкнуться, но ведь знать о чём-то не то же самое, что пережить это.

Но теперь… Теперь он полностью уверен в своих силах.

Быть может, снова сойтись в битве с Лютом? Интересно, кто одержит верх на этот раз…

━─━────༺༻────━─━

Ха, это реально сработало! Не, я не удивлён. Я, конечно, великий мотиватор и мастер убеждения, но, чёрт возьми… это же сработало!

При этом мне не пришлось уделывать этого ссыкуна, и моя маскировка оказалась в полной безопасности.

Жаль, конечно, что месть не удалась, как я хотел с самого начала. Но, с другой стороны, быть может, Велиград теперь немного окрепнет, когда в его стенах будет не трусливый мальчишка, а парень, которому вставил люлей настоящий, в кавычках, предок рода.

Глядишь, встанет на верный путь и перестанет двигать очередь… Особенно когда в ней нахожусь я.

Когда Рацкий со своими людьми ушли достаточно далеко, я вернулся к соратникам и убрал действие печати невидимости.

— Лют, что там произошло? — с возмущением в голосе затребовал объяснений Сварри. — Ты должен был поколотить его, а вместо этого он перестал сражаться. Как это вообще понимать?!

— Да как тебе сказать, Сварри, — хмыкнул я. — Просто я познал глубокую истину, что месть не утолит жажды моей души. Не залатает ту глубокую рану, понимаешь? Это способно лишь всепрощение и милосердие…

Я театрально прикрыл глаза и склонил голову, вызвав ещё большее удивление у этого асванского парня, рубаку и вообще человека суровой души.

— Я… это… ты что, прикалываешься надо мной?! — выдавил он наконец.

— Да успокойся, — похлопал я его по плечу. — Пошли дальше.

— Куда дальше-то? — спросил Алексей. — Я думал, мы как раз за Рацким и пришли. А он ведь ушёл.

— Да, это так. Но планы поменялись, — улыбнулся я. — Здесь, как оказалось, очень хорошее место, чтобы прокачаться. Так что у нас новая задача.

— Какая же? — спросил Батур.

— Сейчас мы идём к центру, становимся возле Кубка Владыки Демонов и уничтожаем всех тварей, которые ринутся на нас в тот же миг.

— Думаешь, они это и сделают? — с надеждой спросил Сварри.

— Думаю, именно это они и сделают, друг мой. Так что драки тебе будет предостаточно. Да и прокачаем доспех нашего Урфа Дуболома. Интересный эффект…

В глазах Велизара даже не промелькнуло возмущение — видимо, он слишком обрадовался своей новой способности.

Я, призадумавшись, оглядел изменённую сбрую царевича, потрогал её, ощутил духовные потоки, схожие с теми, что исходили от Корня Дубыча.

Честно говоря, даже не знаю, что именно это было. Но, кажется, догадываюсь. И если мои догадки верны, то обещание Корню Добычу получится исполнить намного раньше.

Хотя я уж точно не ожидал, что это произойдёт именно таким способом.

— Похоже, магия Великого Древа очень хорошо сошлась с твоим Источником, царевич, — задумчиво протянул я. — Так что доспех стал буквально частью твоего Источника.

Он, кажется, чуть опомнился, осмотрелся повнимательнее и потянул панцирь вверх. Однако тот плотно сидел на теле.

— Интересно… А его это… получится снять-то? — обеспокоенно спросил Велизар Дуболом.

— Ну, об этом подумаем потом, когда вернёмся из Лабиринта Демонов, — улыбнулся я, стараясь чуть приободрить парня.

В любом случае… Это довольно забавно, что потомок Велизара, который превратил Дуб Дубыча в Корня Дубыча, вернёт всё взад. И, возможно, даже усилит этого самого старого хрыча, когда всё получится.

— Иронично. Однако очень иронично…

— О чём это ты? — нахмурился Велизар.

— Да так, о своём, — махнул я. — Не парься.

Похоже, мне снова улыбнулась удача.

━─━────༺༻────━─━

Это было, конечно, весело!.. Хотел бы я сказать. Но нет. Это было не весело от слова совсем.

Это была рутинная битва, долгая и скучная.

Похоже, мы добрались до кубка слишком рано. Все остальные команды заплутали, либо находились ещё далеко, поэтому на нас хлынули, кажется, все твари Лабиринта.

Нет, вы не подумайте, я люблю сражаться. Но это было… ну, слишком долго.

Мы убивали одну тварь за другой. Удар. Удар. Молния. Удар. Удар. Огненный шар. Удар. Удар. Ветряной серп…. И так раз за разом.

Хорошо, что рядом с нами была Злата. А то, мне кажется, ребята истощились бы ещё на середине.

Перламутровые тараканы. Гарлаутовые Броненосцы. Крылатые Носороги, которых иногда почему-то путали с единорогами и пегасами одновременно. Змееголовые Львы — это такие твари, у которых вместо гривы кишит полчище змей.

Если раньше я восхищался организаторами этого лабиринта, то теперь я хотел их только проклинать. Мы так обожрались демонической духовной силой, что у меня внутри началась жёсткая изжога, и, кажется, немного подташнивало.

Я не уверен, что даже мне получится переварить всю эту духовную силу и обратить себе на пользу. Но что было ещё неприятно, так это…

Нам не следовало брать этот грёбаный кубок, чтобы не вызывать лишние вопросы. К победителям будет повышенное внимание, а команда, в которой на прошлом этапе изгнали одного из участников, наверняка попадёт под особый надзор, и укрыть царевича не выйдет.

К тому же, его нужно было ещё вытащить из лабиринта! Кто вообще придумал это задание?!

Думаю, если бы мы не пробивались напрямик, оно бы заняло дня три, а то и всю неделю. Разве следующий этап не должен был начаться завтра? Странно это всё…

В любом случае, привлекать слишком много внимания нам не стоило. Поэтому, когда мы перебили большую часть тварей и обнаружили одну из чужих команд, поспешили убраться подальше, чтобы они захватили этот грёбаный трофей.

Хорошо хоть, им ума хватило пройти по проторённой мною дорожке через пробитые сквозь стены проходы. Во рады были удачливые засранцы, а! Всё на блюдечке получили, демоны их раздери.

В общем, скоро испытание Лабиринта Демонов закончилось. Победителей, которые просто охренели от своей удачи, поздравили, а мы, уставшие, грязные, покрытые кровью, кишками и копотью демонов, разлеглись на полянке и где-то часа два просто лежали, глядя в небо.

Почему-то я заметил, что организаторы были немного взволнованы. Похоже, всё пошло не так, как они планировали.

Но это уже не моя проблема. Моя проблема сейчас помыться, освежиться и пожрать.

Именно пожрать, потому что сейчас я наверное, был готов проглотить Крылатого Носорога вместе с его крыльями! Даже несмотря на изжогу от демонической духовной силы.

━─━────༺༻────━─━

Мы вернулись в постоялый двор, привели себя в порядок, набивали животы, после чего планировали ложиться спать, как вдруг в корчму ворвались четверо боярских дружинников с хмурыми рожами.

И один из них, кажется, старший, громко объявил:

— Лют Чёрный!

И… тишина.

— Лют Чёрный!! — повторил дружинник.

Ребята обернулись на меня, а я же не отвлекался от поедания свиных рёбрышек, обжаренных в медово-чесночном маринаде.

Алексей нахмурился, и даже Сварри отвлёкся от своего бочонка с пивом. Да, именно бочонка! Он понял, что хлебать кружками — это пустое дело, просто отнимающее лишние силы и время, за которое он мог выпить ещё больше пива.

— Лют, — прошептала Злата, — кажется, они хотят видеть тебя.

— Угу, — кивнул я с набитым ртом. — Пусть подождут.

Обглодал последнюю косточку, запил это квасом, зажевал хлебом, счастливо вздохнул и откинулся на спинку скамьи.

— Лют!.. — уже со злостью в голосе закричал дружинник.

— Да я это, я! — прервал его. — Чего тебе надобно, воин? — спросил я, блаженно улыбаясь в его сторону.

Дружинники разом посмотрели на меня и тут же направились к нам. Остановились возле стола и показательно положили руки на эфесы мечей.

— Ты пройдёшь с нами!

Я сделал вид, что раздумываю, затем подтянул тарелку с тушёной бараниной. Такой мягкой, что она просто растворялась во рту, и ароматно пахло травами.

— Нет, я так не думаю, — отмахнулся я. — Тут как-то интересней.

Вообще, когда эти четверо заявились в корчму, все посетители резко замолчали. Даже самые пьяные из них. А музыканты мигом прекратили играть на своих инструментах.

Что мне очень понравилось, потому что играли они отвратительно.

— Ты что, смеешь нам перечить?! — процедил сквозь зубы главный дружинник.

— Кому? — спросил я, откусив от пирога добрую половину. — Вы, собственно, кто такие будете, а?

Да, это было божественно вкусно!

— Да как ты смеешь?! — снова прорычал дружинник, выхватывая из ножен меч.

Мелодичный смех вдруг раздался у него позади, и теперь посетители прервали молчание, но только затем, чтобы вздохнуть от удивления и прошептать:

— Это же царевич!

— Правда, он?

— Точно он, говорю же!

— Ваше высочество, — обернулся дружинник, тут же сбавив тон. — Что вы здесь делаете?

— Я… — Велизар усмехнулся, оглядывая корчму, — кажется, спасаю это заведение от разрушения. Очень постоялый двор, смею заметить. Милош, позволь это сделать мне.

— Но…

— Ваше высочество…

— Милош, — стальным голосом отрезал царевич.

— Да… хорошо, — кивнул дружинник и отошёл в сторону.

— Привет! — радостно воскликнул я. — Присаживайся, тут всё очень вкусно.

— Да, верю, верю, — улыбнулся Велизар. — Вставай, Лют. Тебя хочет видеть мой отец.

Вот это новости!

Я даже перестал жевать пирог.

— Ого… Интересно, чего же хочет от меня сам Варгийский царь?

Глава 16

— Интересно, чего же хочет от меня сам Варгийский царь?

И это был не риторический вопрос. Я задал его напрямую Велизару-младшему.

— В смысле? — нахмурился тот. — Какая разница? Он хочет тебя видеть. Давай, пошли.

Я тяжело вздохнул, взглянул на недоеденную баранину и покачал головой:

— Не-е…

И продолжил ужинать.

Наступила гробовая тишина, которую я также нагло нарушил, пережёвывая мягкое мясо. Даже причмокивал от удовольствия и громко запивал квасом.

Лепота!

— Эм... — прошептал Велизар. — Лют, ты в своём уме?

— Я-то в своём, — хмыкнул я с набитым ртом, затем проглотил и двузубой вилкой указал на дружинников. — А вот эти ребята меня хотели схватить, как какого-то преступника. С какого перепугу? Чувствую, разговор с твоим папашей будет не очень приятным.

Дружинники напряглись, посетители вообще охренели. Сварри предвкушающе осклабился, взглядом оценивая предстоящую драку.

Не хотелось мне тащиться к царю — я вообще-то устал. Поддерживать печать невидимости, столько времени пробивать прямой путь к центру лабиринта, затем защищать его от демонов… А перевоспитывать грёбаного боярина Рацкого? Вы думаете, это так просто? Ремесло лицедеев явно недооценивают — сил оно требует прорву.

Я что, бесконечными силами обладаю? Нет. Я вот сейчас уже почти наелся… Ну, точнее, ещё примерно полкилограммчика баранины, и наемся.

Хотя и десерта, конечно, хотелось бы… Интересно, тут есть что-нибудь шоколадное?

Ну, в общем, не суть. Мои планы включали в себя плотный ужин и крепкий сон, чтобы завтра быть бодрым и весёлым. А разговор с властителем всея царства явно затянется надолго.

Но тут меня осенило.

— Погоди! — сказал я, отрываясь от очередной порции мяса.

Велизар Велизарович, который взглядом пытался утихомирить дружинников, взглянул на меня с надеждой.

— Только не говори, что ты проболтался!

— Ну... как бы тебе сказать... — смутился он. — Вот зараза... Ну, я не виноват, уж поверь. В общем, Лют, давай за нами. Дело серьёзное, и, поверь, тебе ничего не угрожает.

— Это если ты сейчас же поднимешь свой зад и... — прорычал Милош.

— Думаешь, вам хватит силёнок, чтобы меня остановить? — со сталью в голосе бросил я.

Эти гады вторглись в мои планы, нарушили покой и сейчас угрожали. Это меня, если честно, серьёзно разозлило. Я знал, что рискую навлечь на себя гнев царя и поднять в Велиграде большую бучу, но…

Ко всем демонам! Быть может, оно и того стоило? Закусимся с этой стражей, прорвёмся в твердыню, по-быстрому доберёмся в катакомбы, сделаем все дела и отправимся в Стариград. Весёлая была бы ночка, а!

Но Велизар Велизарович смотрел на меня какими-то чуть ли не щенячьими глазами, будто умолял послушаться его. И вроде бы рожа моего давнего предателя-соратника должна меня злить ещё больше, но... Кажется, я стал слишком сентиментальным.

— Ладно, не рычи, — махнул я рассвирепевшему дружиннику. — Пошли.

Сам встал, тоскливо глянул на тарелку с бараниной, затем подумал и взял её с собой, а кружку передал Велизару.

— Это зачем? — удивился он.

— Ну, я же не могу есть мясо насухую, правильно? Ну, наверное... Ну вот, будешь подавать мне квас!

Кажется, кто-то за спиной грязно, но очень тихо выругался. От скрипа зубов главного дружинника у меня даже слегка дёрнулось ухо. Ну, зато было весело наблюдать за всем этим. Что уж, вы бы видели их рожи. Особенно царевича, который и вовсе охренел от такого заявления.

Вообще-то я надеялся, что царь будет ждать меня в твердыне — возможно, это даже способствовало бы моему проникновению в катакомбы. Но нет, удача не настолько повернулась ко мне лицом. Царь ждал меня в дорогой карете, запряжённой тремя парами породистых лошадей, и в сопровождении малой дружины — почти ста человек. Они будто специально пытались надавить на меня своей духовной аурой. Было на самом деле не так уж просто шагать весело и ухмыляться, наблюдая их удивлённые взгляды.

— Лют, — тихо сказал мне Велизар незадолго до того, как мы подошли к повозке. — Чувствую, у тебя очень игривое настроение. Давай-ка ты с моим отцом не будешь разговаривать подобным тоном.

— Почему? — спросил я. — И что с моим тоном не так?

— Ты издеваешься?!

— Вот скажи мне, царевич… Если бы тебя после тяжёлого рабочего дня оторвали от долгожданной пирушки в компании близких друзей, в тёплом, уютном, пропахшем жареным мясом местечке, и потащили бы на улицу потому, что какому-то высокопоставленному... лицу захотелось с тобой поболтать, — я уж не стал слишком зарываться. Не потому что боялся царя — просто не хотел ставить Велизарыча в неловкое положение. — Так вот, поставь себя на моё место и подумай, как сильно я хочу видеть твоего дражайшего батюшку. И ещё подумай, что именно я хочу ему сказать, Велизар Велизарович.

Кажется, он подумал. И выводы ему очень не понравились.

— Лют, прошу...

— Ладно, — махнул я.

Мы оторвались от дружинников, поэтому я мог говорить тихо, так, чтобы они не услышали.

— Что он знает? Выкладывай. Быстро.

— Ну... знает, что ты потащил меня в лабиринт и наградил вот этим доспехом. — Велизар откинул плащ, которым он до всего этого момента скрывался. Там до сих пор держался деревянный доспех.

— Который нихрена не хочет с тебя сниматься, верно? — догадался я.

— Ага. Ну, ещё мне пришлось поведать ему о наших приключениях в лабиринте… без лишних подробностей, но всё же.

— О катакомбах он не знает?

— Нет, — помотал головой Велизар. — Но у нас всё в силе. Я держу своё слово!

— Хорошо, — кивнул я.

К этому моменту мы уже стояли возле повозки. Дружинник, окинув меня гневным взглядом, открыл перед нами дверцу, и изнутри раздался величественный голос:

— Залезайте!

Как только мы разместились внутри, повозка тронулась. Затопали копыта лошадей, заскрипели поводья и направляющие, а по щелчку пальцев вокруг вспыхнул свет. По маленьким прозрачным трубкам забежал огонь, который так и остался держаться, открыв нам суровое лицо царя Велизара Хрен-Его-Знает-Какого-По-Счёту.

— Доброй ночи, Ваше Величество, — улыбнулся я. — Решили прокатиться по ночному городу, да?

Царь вопросительно посмотрел на своего сына. Тот лишь смущённо ухмыльнулся.

— Как ты думаешь, зачем я тебя позвал, Лют Чёрный? — вкрадчиво и холодно проговорил царь.

— Не знаю, — пожал я плечами. — И гадать не собираюсь, Ваше Величество. Вы, конечно, уважаемый человек, и не хотелось бы с вами ссориться. Но я уже объяснил вашему сыну, что вы выдернули меня в самый неподходящий момент. Поэтому прошу — не надо загадок. Говорите прямо, что нужно, и закончим с этим побыстрее.

Я ткнул вилкой в последний кусок баранины и кинул его в рот, смачно пережёвывая. Царь на это нахмурился, затем перевёл взгляд опять на сына и на кружку, которую тот до сих пор держал в руке. Велизарыч вдруг опомнился, резко пхнул меня этой же кружкой в бок, чуть пролив квасу.

Хорошо, что я хотя бы ополовинил кружку, и иначе совсем бы весь вымок. Но ничего, места мне уже хватало, да и, сидя, удобнее было самому принимать пищу без посторонней помощи.

— Может, мне просто испепелить тебя? — задумчиво проговорил царь.

Да, я охренел. Признаю. Но, честно говоря, это был единственный способ начать наш разговор более-менее на равных. Я знал, что меня не накажут — и царь, и его сын были слишком заинтересованы моей персоной. И, кажется, очень озадачены новоприобретением Велизара-младшего, которое я ему подарил. Когда ещё представится такая возможность поиздеваться с самим царём? Ну, только когда мои силы вернутся на прежний уровень. А это как минимум не… Сейчас.

Так зачем откладывать веселье на потом?

Если честно, ещё недавно я сам был очень озадачен действием доспеха. Я-то подозревал, что дело обойдётся обычной маскировкой, а тут Дух Великого Древа решил сплести себя с молодым царевичем и, кажется, не хотел его отпускать.

— Вообще-то я должен тебя обезглавить, — снова принялся кидаться угрозами царь. — Ты нарушил моё слово, принял участие в турнире, хотя я запретил тебе этого делать. И подбил на это же моего сына.

Повозка наткнулась на какую-то кочку, и нас немного тряхнуло. Я как раз в это время подносил кружку ко рту, и квас опасно булькнул рядом с губами. Но обошлось. Поэтому, когда всё выровнялось, я сделал смачный глоток и с удовольствием выдохнул.

Всё же царская повозка была чрезвычайно комфортабельной. Очень удобные, мягкие сиденья были приятнее, чем постель в постоялом дворе. В очень дорогом постоялом дворе, надо заметить.

Нечто подобное последний раз моя задница видела только в прошлой жизни, когда я ещё был императором. Ах, да, точно! Эта, нынешняя, моя задница ничего похожего до сих пор не ощущала.

Царь мерил меня взглядом, а я не обращал на него внимания и делал вид, что пустая тарелка меня интересует куда больше. В принципе, там остался небольшой кусок хлеба, который я собирался макнуть в соусе и быстренько отправить в рот,

— Но я не буду этого делать, — будто давая одолжение, продолжил царь. — Если ты скажешь, что за доспех на моём сыне...

— Кора Великого Древа, — пожал я плечами и исполнил задуманное.

Ну, а что таиться-то? Мне она ни к чему. Собственно, я не собирался сливаться с Корнем Дубычем. Стихия земли меня, если честно, не очень прельщает. Даже в прошлой жизни я не особо любил ею пользоваться, больше предпочитая скорость, лёгкость и разящую силу удара. А земля — она хоть и сильная стихия, но относительно неповоротливая.

— И как её снять?

— Договориться с Великим Древом, конечно.

Они что, идиоты? Это же очевидно! Но зато я понял такую невероятную сдержанность царя при виде такого наглого меня.

Признаюсь, я, наверное, слишком перебарщивал — уж настроение у меня было такое острое. Последние новости меня нервировали, так что неудивительно. Я хоть и не Алексей, который всю жизнь прожил в Стариграде и рос среди Нелидовых, но всё же это мои потомки. И не хотелось бы, чтобы их встретил бесславный конец. Особенно, так сказать, в мою смену.

Да ещё цель моего путешествия находилась так близко и... в то же время так далеко. А помимо всего этого были некоторые внутренние терзания, которые я ещё не совсем понимал.

Короче, царь Велизар просто появился в неподходящее время, когда усталость выпячивала все мои нервные мысли наружу и превращала это вот в такие остроты. Но рядом никого из моих соратников нету, так что я могу дерзить даже самому царю. Победить его не факт, что получится, но и ему меня убить не удастся.

В общем, царь проявлял такую сдержанность, потому что боялся за сына. И думал, что только я могу освободить его. Это типа, я так шантаж применил? Не, ребята, вы меня не за того приняли.

— Да, после турнира его отведу в одно место. Порешаем, — заявил я.

Сын с отцом удивлённо переглянулись.

— И что... ты даже не будешь просить награды?

Я немного печально ухмыльнулся.

— То, что я хочу, вы исполнить не в состоянии, Ваше Величество. Поэтому мне от вас ничего не надо.

В катакомбы меня царь не проведёт. Он не допустит такого нарушения безопасности в собственной твердыне. Я это прекрасно понимал.

В то же время Велизар-младший мне доверял, хотя природу этого доверия я тоже не до конца мог объяснить. Кажется, от того, прежнего Велизара ему досталось немного больше, чем просто внешность. И с царевичем у нас очень быстро выстроилась некоторая связь, не очень объяснимая.

Наверное, шутки богов, существуй они до сих пор. Или он тоже реинкарнация своего Великого Предка, но ещё не пробудившийся. Или никогда не пробудится… Ну, в общем, что-то очень близкое с тем — ещё не предателем, а молодым моим соратником и другом, — у царевича точно было.

— И что же это такое? — ухмыльнулся царь.

Кажется, ему понравился наш разговор. По крайней мере, я вёл себя не так, как обычно ведут себя с ним остальные люди.

— Верните Нелидовым честное имя, Ваше Величество, — ухмыльнулся я.

И при этих словах царь скривился.

— Ты же понимаешь, что это невозможно.

— Ну, с этим я бы поспорил. Возможно, возможно. Но это не в ваших силах, Ваше Величество. Честное имя нельзя даровать. Его можно потерять, его можно отобрать... Но даже все цари мира не способны вернуть его приказом или законом. Честное имя можно только забрать собственными силами.

Хотелось бы, конечно, сделать всё легко и просто... Я даже подумывал — может, стоило попросить царя помочь в ситуации, которая развернулась в Стариграде? Или хотя бы денег?

Столько денег, чтобы Нелидовым хватило расплатиться со всеми долгами и жить припеваючи?

Но нет — это была бы помощь сиюминутная, быстрая и бесполезная. Если Нелидовы действительно хотят возвыситься и скинуть с себя бремя прокажённых, им придётся сделать это самим. Я, конечно, помогу. Но я однажды уже возвысил свой род до небывалых пределов, а они всё проспали. Не буду же я перерождаться каждые полторы тысячи лет, чтобы подтирать жопки своим потомкам. Пусть учатся справляться самостоятельно!

И это, кстати, было частью моих размышлений, которые не давали мне заснуть ночами. Хотя сегодня, надеюсь, я вырублюсь, как только коснусь подушки.

— Я хочу, чтобы ты помог моему сыну сейчас. Всё, что понадобится, я предоставлю, — вернулся к теме Велизар-старший.

— Не-не-не, — помотал головой. — Так нельзя.

— Почему? Этот доспех…

— Он не угрожает Велизару. Ты же это чувствуешь, а, царевич? Он наполняет тебя силой, верно?

— Да, — с лёгким трепетом ответил Велизар-младший.

— Ему нужно привыкнуть к этому доспеху, чтобы получилось его снять, — сказал я. — Сработаться, так сказать.

Если честно, я не был уверен, что задумал Корень Дубыч, но кое-что предполагал. Хотя, возможно, это была даже не его идея — просто частичка души Великого Древа так хорошо спелась с душой царевича.

Однако это должно было помочь мне исполнить своё обещание по восстановлению рощи и самого Дуба Дубыча. Я, конечно, думал сделать это иным способом, более сложным, но всё так хорошо обернулось, что нельзя просрать этот шанс.

— И ещё, — добавил я. — Никакой помощи! Мы разберёмся с этим делом сами. Верно, Велизар?

— Да, отец. Я хочу сам, — с нажимом сказал царевич.

Велизар-старший нахмурился. Он старался не выказывать эмоций, но я видел, как в нём борются сомнения, страх за собственного сына и, кажется, желание отрубить мне голову. Или вырвать язык — не знаю. Он какое-то время молчал, осматривая то сына, то меня, то пустую тарелку.

И в конце концов морозным — настолько ледяным, что даже у меня чутка мурашки пробежали по спине — голосом он обещал:

— Лют Чёрный, если с моим сыном что-то случится, весь твой род Нелидовых, о которых ты так печёшься, будет уничтожен. И нет, о нём не забудут. Я лично позабочусь, чтобы все будущие поколения знали их как жалких, трусливых и подлых потомков Узурпатора. Надеюсь, что метка изгоя... — он кинул взгляд на моё запястье, которое было, вообще-то, скрыто рукавом. — не думай, что метка сможет меня обмануть. Я хорошо вижу людей, Лют Чёрный. Тебе не наплевать на свой род и не наплевать на друзей, которые сейчас наверняка пытаются следить за нами. Их тоже ждёт тяжёлая участь, если ты не сдержишь своего слова.

Я молча выслушал это. И, признаюсь, не знал, что чувствую. С одной стороны, можно было понять — всё-таки он очень беспокоился о своём сыне. С другой стороны… Какого ляда он вообще себе позволяет?!

Очень хотелось обострить обстановку. Заявить, что в таких условиях вообще отказываюсь помогать! Но я снова посмотрел на Велизара-младшего…

Чёрт, и почему он мне кажется таким близким и родным? Я вдруг понял, что не могу по-настоящему злиться даже на его Великого, чтоб его, предка!

Странные ощущения…

Или это у меня изжога от переедания?

В общем, я не стал накалять ситуацию.

— Без вопросов, Ваше Величество, — улыбнулся я. — Всё будет в порядке. Обещаю.

— Тогда на этом наш разговор окончен, — процедил царь.

Он высунул руку наружу и хлопнул по крыше повозки. Та вмиг остановилась. Дверца открылась, и царь кивком обозначил, что мне стоит поскорее убраться подальше. Кажется, его терпение начинало подходить к концу.

Что ж, не будем испытывать судьбу. Я попрощался, оставил тарелку с кружкой на этом чертовски мягком сидении и выскользнул наружу.

— Вот демоны… — проговорил я, оглядевшись. — Вы куда меня вообще привезли?

Но царский кортеж уже сдвинулся с места. Они в ускоренном темпе убрались дальше по дороге. Один из дружинников — тот самый, что заявился в корчму, — окинул меня недобрым взглядом, фыркнул и убрался подальше.

Я огляделся и понял, что не могу вспомнить этот район. Его просто не было, когда Велиград ещё был Светозаром.

— Что ж, надеюсь, я не заблужусь, — хмыкнул я.

И быстро понял, что я точно этого не сделаю.

Ведь статуя с моей благородной императорской физиономией возвышалась над зданиями впереди и служила ориентиром по всему городу.

При взгляде на неё настроение сразу же поднялось.

Глава 17

Они все это время сидели в грёбаной корчме! Даже не шевельнулись, не пошли проверить, как там я, все ли со мной в порядке, не посадил ли меня царь Велизар в колодки!

Может, меня уже четвертовали или, чего хуже, заставили всех Велизаров в царской династии!

— Да вы охренели! — воскликнул я, врываясь в корчму и проносясь сквозь засаленные, забитые гостями столы.

Сварри как ни в чем не бывало сидел и хлестал пиво. Батур и Алексей о чем-то спорили. Злата где-то раздобыла бумагу и теперь пыталась сложить из неё какие-то фигуры. Где только этому набралась?

— О-о, Лют! — воскликнул Алексей. — Слушай, ну хоть ты скажи этому кхазарину, что варгийские скакуны лучше их степных пони! Ну серьёзно, твой Задор уделывает весь их табун. Как и мой…

— Неправда! — стукнул кулаком о стол Батур. — Йелла просто не хочет уязвлять этого непослушного жеребца, так бы она его в миг!..

— Да вы чё?! — ахнул я. — Вы вообще ничего не делали?! Всё это время сидели здесь, жрали и спорили о какой-то херне?!!!!

Тут громоздкая конструкция Златы вдруг развалилась, разбросав во все стороны сложенные по несколько раз бумажки.

— Ой! — подскочила она. И только затем перевела взгляд на меня и с удивлением спросила: — О, Лют, ты уже вернулся?

Я молчал. Я просто не знал, что на это ответить. Не моргая, переводя глаза от одного к другому, я медленно сел за стол и как-то растерянно захлопал глазами.

— Ребята... Велизар… Царь, который отправил сюда отряд дружинников и увёз меня в неизвестном направлении… он же мог…

— Ну, это проблемы самого Велизара, — пожал плечами Сварри.

— О нём есть кому позаботиться, — хмыкнул Алексей.

— Да, Лют, он сам виноват, что решил связаться с тобой, — кивнула Злата.

— Степные кони — лучшие во всём Арахате! — заявил Батур. Кажется, он немного перебрал, и его взгляд чуть поплыл.

— Ну ничего ж себе, — вздохнул я. — Даже не знаю, мне обижаться или принять за комплимент.

— Тебе, дружище, стоит принять ванну, — заявил Алексей. — Слышал, наверху можно за пару монет подготовить. А затем нам всем пора на боковую. Нас завтра ждёт начало следующего этапа турнира. Будет жеребьёвка.

— Знайте заранее! — Сварри указал пальцем вверх, гаркнув так громко, что запах пива ударил мне в нос. — Если кто-то из вас попадётся мне в качестве соперника, я жалеть не буду.

— Ты будешь жалеть, что тебе так не повезло связаться со мной, — весело заявил Алексей. — И не забывай, что победитель только один. Мы ДОЛЖНЫ встретиться друг с другом.

— Ой, а я беспокоюсь, — поджала губы Злата. — Я бы, наверное, с первого поединка вылетела.

Я краем зрения заметил, что на нас пялятся прочие посетители. Видимо, часть из них помнила, кто за мной явился, и сейчас они обсуждали, как же мне удалось вернуться, да ещё в целости и сохранности.

Даже хозяин корчмы нет-нет да поглядывал в нашу сторону. Затем он зачем-то подозвал одну из служанок, шепнул ей что-то, и та убежала, явно спеша.

— Не волнуйся, — вздохнул я, решив успокоиться. — Ты сильнее, чем думаешь, и тем более у тебя есть такое замечательное оружие.

— Кстати, об этом, — встрял Алексей. — Ты по поводу оружия правила читал?

— В смысле? — нахмурился я.

— Ну, тут люди говорят… — он кивнул в сторону стола с какими-то вельможами средней руки, — Что царь разрешил-таки использовать своё оружие. Мол, его просьбами от влиятельных родов, что своих отпрысков выставляют, убедили. Он согласился, но наказал, что в случае поражения победитель имеет право забрать себе оружие проигравшего. Можно, конечно, откупиться, но если только победитель согласится на выкуп.

Услышав это, Злата прижала трезубец к себе поближе и даже обняла его, поглаживая древко, словно утешая «спящего» там Нёрди.

— Ты же не участвуешь, чего напряглась?

— Я просто как представила… — она нахмурилась. — Не отдам!

— Да и я не хочу лишаться своего лука, — протянул Батур.

— Мой меч так и вовсе отцовский! — гаркнул Сварри.

— Я тоже не собираюсь отдавать свой меч, — хмыкнул

Ребята немного заволновались, поэтому я решил их подбодрить:

— Ну, тогда не надо проигрывать. Всё проще простого!

— Угу… — задумчиво произнёс Алексей.

Тут к нам подошли сразу две девушки с крытыми подносами, одна из которых была Чудкой, дочкой хозяина постоялого двора. Девушки были наряжены в свежие платья, наверняка лучшие из доступных.

А вместе с ними стоял и сам хозяин. Это был высокий и широкий человек с заметным животом. Но видно, что отъел он его не так уж давно, а прежняя сила никуда ещё не ушла.

— Господа! — воскликнул он. — Смею предложить таким дорогим гостям особенное угощение!.. Разумеется, за мой счёт, не волнуйтесь!

Девушки поставили на наш стол подносы, открыли их, и воздух резко наполнился ароматами жареного мяса и печкных овощей. Взглянув на ровно нарезанные куски, я ахнул:

— Это же!..

— Да, да, господин, — улыбнулся мужчина. — Мраморная говядина из мяса альгийских коров, которые питаются лишь отборным кормом и травой, что растут на лучезарных полях Альгии. Я заплатил немалую сумму, чтобы её привезли в Велиград, соблюдая необходимый холод. И продолжаю платить одному магу, владеющему льдом, чтобы в погребе мясо сохраняло свой вкус.

Такое раньше я пробовал, только став императором. Неужели Альгия до сих пор славится своими коровами?

— Премного благодарны, — искренне поблагодарил я. — Но чем же мы обязаны такой щедрости?

— Ничем, господин. Ничем… — он при этих словах так улыбнулся, что стало ясно сразу — врёт. — Просто… Если ещё раз встретите царевича Велиазара, передайте, что ему здесь всегда рады.

━─━────༺༻────━─━

— Жители и гости Велиграда! Важное сообщение! Важное сообщение, жители и гости Велиграда! Внимание! Внимание!

Все собрались на главной площади Велиграда, неподалёку от постоялого двора, где остановились. Здесь столпилось множество народу — не протолкнуться. И это утром, когда нормальные люди вообще спать должны!

Мы дрыхли в своих постелях, когда на улице начался шум и гам, разбудивший нас всех. Помню, меня бесил петух, который постоянно будил своим ором. Но ему хотя бы голову можно было открутить. А с глашатаем будут проблемы…

— Жители и гости Велиграда, глашатай сейчас будет объявлять важную новость! Всем слушать внимательно!

— Интересно, чего это с утра пораньше-то орёт? — недовольно пробурчал Алексей.

— Эх, не стоило оставлять окно открытым. Хотел свежего воздуха — нате вам свежий воздух! Ээ-э-эх, — зевнул Сварри, подёргивая бровью при каждом возгласе глашатого. — Если этот засранец не прекратит кричать, я ему бошку-то и откручу!

О! У гениев и мысли сходятся.

— Что, — хмыкнул Алексей. — Пиво в голову отдаёт?

Сварри на это лишь что-то пробурчал себе под нос и отмахнулся. Он нахлебался столько пива, что всю ночь бегал из комнаты, которая располагалась на втором этаже, в уборную на первом этаже. Так что сейчас его опухшая рожа подсказывала, что он вообще не выспался. Но немного похудел.

— Внимание! Внимание! — в который раз повторил глашатай. — Указом Его Величества царя Велизара, третий этап турнира переносится на три дня, считая с текущего!

И вдруг глашатого заглушил гомон толпы.

— Чего?! — возмутился Сварри, добавляя гулу. — Нёрди их поглоти! Этот хренов царь что, совсем голову потерял?!

— Лют, — нахмурился Алексей. — Ты что с ним вчера сделал?

— А... а я тут причём?! Вы за кого меня вообще принимаете вообще?

— Лю-ют? — протянула Злата, коснувшись моего плеча. — Ты уверен, что ничего такого не было?

— Приносим извинения за оказанные неудобства! — продолжал глашатай, пытаясь перекричать толпу. — На этом всё!

Глашатай в сопровождении стражников сел в карету и умчался по направлению к другой улице. На площади едва не начались беспорядки, что служивым людям пришлось нагонять сюда больше вояк. Особенно возмущались участники турнира. Сварри, правда, долго не стал ворчать. Он, как только крикнул, сразу же скривился из-за головной боли, а затем прикрыл уши, потому что вокруг стоял такой гвалт, что и своего голоса не слышно.

Мы вернулись на постоялый двор. Я первым делом пошёл в конюшню покормить Задора. Мой жеребец ещё недавно спал, а теперь сонно шевелил челюстью и глядел на меня чуть прикрытыми глазами. Однако, когда на шум и на мой запах из соседнего стойла показалась Йелла, Задор тут же оживился и взбодрился, даже возмущённо заржал, будто бы требуя его покормить.

— Тише, тише, дамский угодник, — хмыкнул я. — Будет тебе пожрать.

Следом за мной зашёл Батур — он тоже ухаживал за своей кобылой. Алексей, Сварри и Злата задержались, за что каждый получил от своей лошади недовольные фырки в лицо. Задор будто засмеялся, глядя на всё это.

— Так... И что же мы будем делать, Лют? — спросил Алексей. — Три дня сидеть на попе ровно?

— Не знаю, — хмуро ответил я. — Думаю.

— Да ладно уж, посидим, — мрачно пробурчал Сварри.

А он молодец — сам страдает, но за конём в первую очередь ухаживает. Сейчас он стоял с мокрой головой, капли поблёскивали и стекали по длинным волосам. Видно, окунулся в бочку, чтобы немного прийти в себя.

— Ну, тоже верно, — кивнул Алексей. — И потренироваться можно будет. Там вроде как серьёзные противники собираются. Хотя я слышал, особо могущественные воины обычно в таких турнирах не участвуют.

— А почему? — спросила Злата.

— Ну... — хмыкнул Алексей. — Тогда весь турнир будет, считай, бессмысленным. Вот в Велиграде самый сильный — царь Влизар, все это знают. Поэтому участвуй он в турнире, и можно сразу отдавать ему приз и закругляться на этом. Какой прок? Так что здесь участвуют те, кто хочет нажиться или заработать славу. А военачальникам не по чину сражаться со своими подчинёнными. Да и некоторые обладают такой силой, что возьмись я не за дело всерьёз, так зрителей пришлось бы уводить от греха подальше.

— Правда? — округлила глаза Злата. — Лют, царь Велизар действительно такой сильный?

— Ага, — кивнул я.

И до неё начало доходить. Наконец-то..

— Тогда почему вы так спокойно вчера сидели и меня оставили?! Сказали "не волнуйся"! Он же мог навредить Люту!

Сварри, Батур и Алексей переглянулись, посмотрели на Злату, потом на меня — точнее, на мою хмурую рожу, — а затем засмеялись.

— Хорошая шутка! — воскликнул Сварри, который, кажется, чуть-чуть ожил.

— Но в любом случае всё обошлось, — добавил Алексей. — Так что переживать не о чем.

— Да ладно тебе, — заметил он моё паршивое настроение. — Лют, хватит обижаться. Мы действительно просто верим в твои невероятные возможности. Может, ты Велизара побить и не смог бы, но уж точно не дал бы себя захватить.

— Ага, — кивнул я, заканчивая ухаживать за Задором. — Так оно и есть.

Голос мой звучал грубовато и задумчиво. Он заставил ребят немного смутиться — наверное, они подумали, что я действительно обижаюсь.

Однако это было не так. Я надеялся как можно скорее покинуть Велиград и отправиться в Стариград на помощь Нелидовым. У нас действительно может быть не так уж и много времени. Всё же я беспокоился за них — даже за столь короткое время они стали мне близкими.

Елена, и Анна, и Милуша, да, чёрт возьми, даже эта стерва Ольга, сестра Алексея. И остальные, конечно…

Когда мы уходили, военная сила рода Нелидовых не могла противостоять даже Елизаровым. А теперь? Эх, зараза... Если мы опоздаем, я буду винить себя. Не знаю, отстали ли от них прежние враги, но если нет... то весь род окажется между молотом и наковальней.

Вы только продержитесь, засранцы… Дождитесь нас, и тогда всё будет хорошо!

Я взглянул на Алексея, который снова о чём-то спорил с Батуром. Наверное, о лошадях, хотя я даже из не слышал — слишком уж погрузился в собственные мысли. Очень хотелось ему сказать, предупредить... Но пусть этот груз ответственности остаётся на моих плечах. Алексею нужно стать сильнее. Будущее рода — не за мной. А за ним.

━─━────༺༻────━─━

Город Велиград, Царская твердыня, тронный зал.

— Народ недоволен, Ваше Величество, — смиренным голосом сказал престарелый мужчина в богатом одеянии боярина, шитом золотым узором. — Недовольны, но они смирятся. Должны смириться. Обязаны. Ведь такова ваша воля.

— Это не моя воля, — раздражённо ответил Велизар. — Это кто-то не выполнил свою задачу и не задержал этап Лабиринта на три дня.

Ведигор Рацкий насупился, услышав укор в свою сторону. Это он занимался организацией Лабиринта Владыки демонов. Велизар знал, что боярин поднял все свои связи, чтобы нагнать туда как можно больше тварей со всех концов света. Он действительно старался. Вот только не помогло, так что неважно.

Лабиринт должен был занять участников турнира минимум на три дня — те три дня, которые требовались царству для подготовки к заключительному этапу. Ведь королева Эфлена, Лагерта Мудрая, прибудет только к тому времени. Её корабль задержался из-за шторма и болезни мага воды, который должен был позаботиться о нём. Вот уж подумать — отравиться рыбой в море!

Но Велизару требовалось встретить королеву как подобает. Не потому что Варгии следовало опасаться Эфлена, нет. Скорее, наоборот. Он хотел сделать это для поддержания крепкой дружбы между государствами. И укрепления этой дружбы, ведь королева должна прибыть не одна, а со своей дочерью.

И на это было потрачено столько денег! Причём не только казённых, а личных, взятых из запасов рода Рацких. Задержка последнего этапа турнира была не единственной целью Ведигора. Он хотел, чтобы его сын Ведивой наконец-то набрался настоящего боевого опыта. Этот малец был слишком разбалован силой своего рода, и Ведигор надеялся образумить его, приставив к нему Круто — бастарда и единокровного брата. Но тот, несмотря на всю свою суровость и жестокость, почему-то слишком привязался к мальчишке и, кажется, только усугубил положение.

Ну, кажется, последнее сработало. Велизар слышал, что Ведивой вернулся из лабиринта другим. Никто не знал, что там случилось, даже Круто не мог ничего объяснить. А сам Ведивой просто отказывался говорить.

В тот день, когда он вернулся и заявил, что самолично покинул этап турнира, тут же взял с собой Круто, пару близких дружинников и отправился в лес, чтобы улучшить свои умения.

Изменения были неполными, конечно, но хотя бы начало положено. Будь всё так, как хотел бы Ведигор, его сынишка додумался бы тренироваться в Лабиринте. Ведь чтобы устроить такой полигон без посторонней помощи, Рацким пришлось бы опустошить всю сокровищницу, а тут немалую часть компенсировала казна. Конечно, была и конкуренция, но на это ведь Ведигор также хотел вызвать у сына соревновательный дух, желание стать лучше остальных.

Да, Велизар отлично знал, что происходит у его подданных. Хотя в случае с Рацкими это было несложно. Полоовину всего Ведигор рассказал ему сам, хотя царь и не просил.

— Делать нечего, — продолжал царь. — Мы не можем начать раньше, чем прибудет королева Лагерта.

Теперь царь посмотрел на Велизара-младшего. Вообще-то совсем неплохо, что сынок набрался дерзости и смелости. Царь боялся, что он слишком слаб, а ведь для царской особы проиграть подданному — это большой удар по репутации. Если бы это случилось на глазах у делегации королевства Эфлен, кто знает, не сорвалась ли бы помолвка? Но теперь... теперь ситуация резко изменилась, и царь раздумывал, как ему поступить. Он молчал, чем заставил молчать остальных. Никто не смел заговорить первым.

И когда наконец мысль сформировалась в голове, он поднял руку над подлокотником трона, привлекая к себе внимание, затем махнул сыну чтобы тот подошёл. И Ведигору тоже приказал встать поближе.

— Да, отец, — поклонился Велизар-младший.

— Ваше Величество, — пробасил Ведигор.

— Я решил! — громко огласил царь. — Сын мой, ты допускаешься к третьему этапу турнира. Посмотрим, на что способен этот твой доспех. Быть может, он и правда будет полезен?

В глазах сына засияла радость, настоящее счастье — он сверкнул этим взглядом, но тут же постарался его прикрыть, хотя видно было, что хотел чуть ли не прыгать от радости. И внутри именно это и делает.

— Благодарю, отец! — воскликнул он так, что эхо расползлось по залу.

— А теперь... — Царь забарабанил пальцами по подлокотнику, глядя на Ведигора. — Раз уж турнир нам следует отложить турнир, твой поединок с этим Лютом Чёрным, изгоем рода Нелидовых, пройдёт завтра.

Ведигор нахмурился. Ему явно это не очень понравилось. Да и в принципе, дуэль с каким-то мальчишкой-изгоем не принесёт ему никакой славы. В тот момент, когда был брошен вызов, Ведигор просто поддался эмоциям и хотел выместить на ком-нибудь раздражение. Вот и подвернулся этот Чёрный. Однако боярин только и мог, что ответить:

— Повинуюсь, ваше величество.

— Объявите об этом по всему городу, — кивнул царь своему советнику, а затем снова обратился к Видеору: — Ты должен преподать этому Чёрному урок. Понимаешь меня?

Ведигор снова нахмурился. На самом деле он не был уверен, правильно ли понял царя, однако побоялся в этом признаться и лишь снова поклонился.

— Конечно, Ваше Величество. Будет исполнено в лучшем виде.

— Отец, — заволновался Велизар младший. — За что так с Лютом? Он же ничего…

— Он слишком дерзок, — отрезал царь. — Ни мне, ни тебе ни с руки преподать ему урок. Слишком велика честь. Но Ведигор для этого вполне сгодится. Лют Чёрный должен знать своё место! И должен понять, что живёт и здравствует исключительно по моей милости.

— Д-да, отец, — понуро кивнул сын.

— Но не убивай его, Ведигор, — решил царь на всякий случай предупредить. — Он ещё нужен. Просто усмири наглеца, чтобы он стал шёлковым.

— Будет сделано, ваше величество! — обрадовался Ведигор.

Теперь ему стало куда понятнее, что именно значило "преподать урок".

━─━────༺༻────━─━

Я сидел у себя в комнате и готовил печати. Вот печать для взрыва, а это — пламенная ловушка, здесь — дым, а ещё — молния. Стоит попасть в её действие, и оцепенеешь, не сможешь даже шелохнуться, не говоря уже о жуткой боли.

Ещё до этого я успел приготовить отвары и пополнил запасы, которые были изрядно исчерпаны. Хорошо хоть рядом с Велиградом раскинулся лес, где нужных трав росло вдоволь. В общем, занимался подготовкой. Увеличить духовную силу или подняться на следующую стадию за один день у меня не получилось бы, поэтому придётся пользоваться подручными средствами.

Я как раз заканчивал одну новую печать, которую планировал опробовать как раз в грядущей схватке, когда в дверь постучали.

— Входите, — окликнул я.

И в комнату вошёл царевич Велизар. Он выглядел слегка удручённо и взволнованно. Не знал, как сказать мне новость, как передать приказ батюшки-царя.

— Здравствуй, дружище, — улыбнулся я. — Проходи, не стесняйся. Говори, что случилось.

Собственно, я и так уже догадывался, что задумал царь. На его месте я бы, наверное, поступил примерно так же… будь я когда-то обычным царём, а не императором, конечно.