Возвращение Дочери Зла

Глава 1. Побег из портового города

У тихого причала стояла грустная монашка. Четыре года монастырской жизни прошли незаметно из-за однообразной работы и недостатка впечатлений, а скорби о пожертвовавшем жизнью ради неё брате-близнеце ничуть не убавилось, зато исчезло чувство покаяния, и появилось желание мстить и всё вернуть. Все её слезы были израсходованы, поэтому она просто грустно смотрела в сторону родной земли.

И вот теперь ей восемнадцать лет. Жизнь в монастыре ей надоела и пребывала она там только из-за нужды крова и укрытия от обозленных на нее жителей Люцифении и Марлона, уверенных в ее смерти.

- Сбегу из монастыря — прошептала она уже продумывая план действий. Постояла еще минуту и побежала назад: завтра будет очередной тяжелый день и обнаружение её выхода из монастыря без разрешении главы было чревато строгим наказанием.

Солнечным днем несколько монахинь в капюшонах вышли на трущобные улицы города для помощи жителям. И тут одна из них, как бы невзначай, отстала и скрылась за углом. Скинув капюшон и раскинув свои черные, потерявшие роскошность за четыре года жизни в монастыре, волосы, она направилась в сторону громких голосов. Там сидели несколько бродяг, которые за самодельным алкоголем вели очередную беспутную, как их жизнь, беседу. Вдруг один повернулся в строну молодой девушки грубо спросив, своим пьяным и хриплым голосом:

— Тебе…чего надо?

— Я из того монастыря. — отвечала девушка показывая рукой в ту сторону, откуда пришла. — Помогаю людям, которые испытывают временные трудности.

— Ты не похожа на монашку. —заметил второй при этом делая большой глоток из глиняной бутылки с высокоградусным пойлом.

Девушка натянула капюшон и спрятала пряди жёстких волос.

— Ну давай, помогай нам. — сказал «первый», который грубо встретил её.

Монахиня молча дала им большие куски чёрного хлеба. Мужчины лишь послушно их взяли. Скорее всего этот хлеб единственная еда, которую они держали в руках за последние несколько дней.

— Всё таки кто-то верит, что наши трудности лишь временные. — печально усмехнулся ещё один бродяга — Мы то сами в это не верим.

— А можно все исправить. — мигнула монахиня и как можно дружелюбнее растянула уголки рта.

— Как? — изумился четвертый.

— Есть люди, у которых найдется подходящая для вас работа. — сказала она таинственным тоном.

— Найти бы только этих людей. — подал голос кто-то из толпы бродяг.

— Тебя как зовут-то? — спросил бугай, который, как показалось девушке, был у них за главного. По крайней мере внешний, довольно пугающий, вид напрямую говорил об этом.

— Рилиан — представилась монахиня поклонившись.

— По-моему, я уже слышал это имя. — бугай сделал задумчивое лицо — Ну присаживайся, Рилиан — предложил он похлопав рядом с собой.

Она не побрезговала предложением и присела обхватив коленки.

— Ты не выглядишь, как обычная девушка нашей местности. Откуда ты родом? — поинтересовался «первый» бродяга.

— Из центра Люцифении — ответила Рилианн.

— Что же тебя привело сюда? —продолжал допытываться пьяница.

— Я сбежала от смерти — охотно отвечала новая знакомая.

— Тебе наверно противно среди нас. — пробурчал чей-то голос.

— Ничуть. — отвечала беглянка — Я тоже пока не нашла монастырь была в таком же положении, что и вы.

— А ты говоришь, работа какая-то нужна. — ответил ей глава бродяжьей шайки.

— Думаешь, быть монахиней так легко? — обиженно надулась Рилиан — тем более такая работа действительно есть…

— И какая же?

—…но она опасна — завершила фразу собеседница.

Все замолчали, как будто обдумывая сказанное. Пусть деньги и нужны были, но всё-таки собственное здоровье важнее. Через минуту кто-то подал голос:

— А… насколько опасна?

— Вплоть до лишения жизни, но вам ведь терять нечего…

— Что есть, то есть — повесил голову бугай — ничего, но…

—…но есть, что приобретать, — продолжала монашка — а мне… что вернуть. — тихо завершила она.

— Ну так…что за дело? — спросил бугай спустя секунды молчания.

— Нужно минимум человек двадцать.

— Если убедить ещё бродяг с других улиц, нас двадцать точно наберётся. — ответил бугай окинув взглядом свою «банду» — И что нам делать?

— Для начала, сбежать в столицу — ответила Рилианн.

***

В порту Кларисса оглядела своих монахинь-помощниц, не хватало одной — Рилиан.

— «Должно быть сбежала, потеряться она не могла». — подумала главная монахиня…

Рилианн тем временем сидела в метрах десяти от неё, спрятавшись за сброшенными в кучу пустыми ящиками, обсуждая со своими новыми друзьями, расположившимися вокруг расстеленной на земле карте Люцифении, план своей авантюры.

— Сначала нужно захватить корабль — шептала она бугаю, который в этом деле стал её правой рукой — Нужен человек, способный зарезать тихо, не привлекая внимания.

— Лин с этим справится. — ответил бугай таким же шепотом отметив одного из своих подопечных подзатыльником — Он виртуоз в тихих убийствах.

— Ты снимешь вон того стражника — сказала Рилианн Лину показывая на воина, стоявшего у причала.

— Так точно, сниму. — ответил Лин чуть дрожащим голосом.

— Остальные врываемся на корабль и режем всех кроме рулевого, он нас довезет до сюда — тыкнула Рилианн пальцем в карту. Бугай посмотрел на палец, он указывал на какой-то фьорд близ столицы.

— Угу — кивнул головой бугай.

— Как доберёмся, сожжём корабль вместе с рулевым и продумаем продолжение плана. Так, все вооружены?

Банда достала из карманов ножи и кинжалы, единственное, что у них осталось от прошлой жизни. Как ни крути, не каждый может позволить себе личного телохранителя.

— Лин, спрячь кинжал обратно и выходи. Как корабль причалит, действуй. — распорядился бугай,

Лин спрятал кинжал и выпрыгнул из-под коробок, незаметно направившись к охраннику.

— Остальным ждать сигнала — скомандовала Рилианн.

***

Монахини уже направлялись назад, смирившись с пропажей Рилианн, тем более, если она потерялась, то сама вернется в свой монастырь. И тут со стороны причала послышался стон. Клариса оглянулась: там бродяга стоял над лежавшим портовым охранником, который бился в судорогах. В то же мгновение, в только что пришедший корабль, ворвалась банда бродяг, вооруженных ножами и кинжалами, среди них была и безоружная Рилиан.

— «Даже в стенах монастыря Дочь Зла не смогла побороть Демона Гордыни, а я ведь ей больше всех доверяла, зря!» — подумала Клариса нащупав в кармане кинжал — «Я ей помогу».

Пробежав через трюм, в котором теперь, помимо дешевых товаров и провизий, лежали немногочисленные окровавленные тела убитых матросов, бугай приставил острие ножа к горлу того, кто стоял у штурвала прошептав:

— Отчаливай, быстро.

Портовая охрана уже закинула на захваченную шхуну абордажные крюки, как корабль быстро поплыл прочь от берега затянув в воду всех солдат, которые все равно не отцеплялись.

— Бросайте весь товар им на головы! Провизию не трогать! — командовал помощник Рилиан — а ты, — обратился он к пленному рулевому — везешь нас в сторону столицы.

— До столицы?! — ужаснулся матрос — мы все утонем, прежде, чем доберёмся.

— Ты предпочитаешь умереть от кинжала? — послышался сзади голос Дочери Зла.

— Дьявольский цветок…она жива — в еще большем ужасе прошептал матрос.

— Ну так повезешь или умрешь? — спросил бандит матроса чуть поплотнее приставив нож

— Повезу!!! — крикнул напуганный матрос.

— Вот и хорошо — со спокойным коварством проговорила Рилиан разворачивая перед матросом карту — завези нас вот в этот фьорд.

— Но я не смогу так просто сориентироваться — проговорил бедный матрос дрожащим голосом.

— Я буду твоим штурманом — успокоила его Риллиан — плыви на северо-запад.

Матрос послушно повернул в указанное направление. Один из захватчиков подбежал к главарю-бугаю доложив:

— Лишний груз потоплен, портовые охранники отцепились!

— Отлично, всем отдыхать! — сказал главарь убрав нож от горла моряка.

Вся банда ушла в трюм, Рилиан и стоявший у штурвала остались на палубе. Она ненадолго оторвалась от карты и посмотрела на небо со слезами в голосе прошептав:

Если б родиться могла я опять.

Глава 2. Морские приключения

Бушевало море. По нему шла разбойничья шхуна, управляемая пленным матросом, которого потом следовало убить.

Корабль держал свой путь в центр Люцифении.

В этот день помимо сверженой принцессы из монастыря сбежала еще одна монашка. Пока Рилиан на захваченном корабле проходила половину морского пути, Кларисса украла из конюшни Жозефину и поскакала к столице. За четыре года лошадь не забыла свою последнюю дальнюю дорогу и доверчиво везла на себе ту, которая держав в руке кинжал острием вниз жалела, что не убила её хозяйку четыре года назад.

А море, между тем, не успокаивалось: надвигалась сильная буря, тяжелые волны все чаще и сильнее ударялись о борт небольшой шхуны. Намечался сильный шторм. Капитан заметив испуг рулевого крикнул: «Крути баранку, черт тебя побери, иначе я тебя на свинину пущу!». Затем подбежал к девушке с картой, облаянную в монашеский балахон, так легко завербовавшую его с двадцатью товарищами на это сомнительное дело:

— Что нам делать?!

— Вижу ты напуган. — с усмешкой глянула на капитана девушка, оторвавшись от карты.

— Я? Напуган?..

— Не переживай, до нужного фьорда осталось чуть меньше пятидесяти километров, — сказала девушка ткнув в карту.

— Ты сумасшедшая?! — запаниковал бугай, — видишь, вся команда переполошилась! Тут не только я напуган! Даже тот рулевой вот-вот в обморок упадет, хотя он не один шторм видел!

Тут девушка вспомнила, как когда-то была принцессой и, сделав величественный вид, гордо скомандовала, подняв указательный палец вперед:

— Поднять паруса и плыть в ту сторону! За рулевым следить, иначе он нас не ведомо куда завезет! И не паниковать, это еще не самое трудное, что нас ждет!

Голос её звучал твердо и убедительно, но одновременно

успокаивающе. Бугай тут же прокричал несколько команд и команда принялась за работу.

— Пни рулевого! — крикнула бывшая принцесса капитану неопытной команды. Бугай подбежал к рулевому и прорычал ему какую-то угрозу, что сильно взбодрило пленника. Маленький кораблик гордо пошел вперед.

И тут принцесса заметила гордо развевавшийся флаг принца, которого она когда-то любила и который был вторым лицом в революции, результатом которой стало свержение принцессы Рилиан и казнь её брата-близнеца.

Очнувшись от неприятных воспоминаний Рилиан подбежала к мачте и спустила флаг. И как только она взяла его в руки, чтоб выкинуть за борт, палубу окатила большая волна, которая смыла несколько новоявленных матросов.

Очнувшись девушка увидела пять склонившихся над ней голов

— Очухалась? — проговорила одна голова.

— А те четверо, которых смыло, уже никогда не очухаются, они на дне моря, — причитала другая.

— Так, всем отвалить! — взревел самый здоровый.

— Кто тебя главным назначил?! — рыкнул четвертый и получил мощный удар в нос, после чего тот пошатнувшись и злобно что-то пробурчав отошел от распластавшейся на палубе Рилианн.

— А остальные что?! Назад! Назад!

Трое, поворчав, отошли. Девушка, опираясь на локти, села, после чего разогнавший собравшуюся вокруг компанию поднял её на ноги.

— Четверых морской волной смыло. — мрачно сообщил он.

— Я ж предупреждала, что дело опасное. — спокойно ответила Рилианн, — К тому же вы сами сказали, что вам нечего терять.

— Кроме жизни… — ответил бугай.

— Ну, я предупреждала вас. — пожала плечами девушка и начала выжимать свои светлые длинные прямые волосы, которые до шторма были растрепаны и длинными не казались.

— А что за тряпка у ног монашки? — поинтересовался проходящий мимо член команды. Рилианн посмотрела под ноги: рядом лежал флаг, который она не успела выкинуть за борт. Затем она сильно схватила за горло моряка:

— Еще раз назовешь меня монашкой…

Но чей-то голос прервал ее злобную угрозу:

— У нас на корме два корабля с такими же флагами на мачтах.

Риллиан посмотрела назад: там действительно было два корабля, встречаться с которыми было не желательно.

Отпустив горло несчастной жертвы и бросив морячка в тяжёлой отдышке скомандовала:

— Поднять паруса, плыть быстрее! Тряпку выкинуть за борт! Пнуть рулевого! — сделав шаг в сторону входа в трюм осеклась: она и так четыре года пряталась.

Вокруг неё началась суета. Но она оглядывала палубу, с которой исчез мгновение назад лежавший вражий флаг. Где-то лежала карта Люцифении. Без этой карты всему путешествию конец. К великому счастью её не смыло волной: она, насквозь измокшая, лежала у кормы; рядом лежала закупоренная бутылка. К карте Рилиан притронуться не решилась, чтобы она не разорвалась в руках, но бутылка её заинтересовала. Девушка откупорила бутылку: в ней лежало послание. Рилианн развернула его: еще одна редкая удача. Содержание было таковым:

Мой единственный брат

Свою вину искупил

Тем, что за меня

Головой заплатил.

Хотя он не злодей,

Он все делал для защиты моей.

Он воплощал все мои мечты

Для улыбки моей красоты.

То, что он мой брат,

Знала я и до того,

Как он мне сказал

Для спасенья моего.

Душою он чист,

Его не карай.

Достойней он многих

Ступить ногой в рай.

А я тогда ведь что?

Я дьявольский цветок.

Приказами я многих убила,

Хоть и не ведала, что творила.

Из-за слепой гордыни своей,

Страдать я заставила многих людей.

Грехов моих признание

Не успокоят чужие страдания.

Многих я лишила сестер, братьев,

Отцов, матерей,

Дочерей, сыновей.

Теперь я плачу вечной скорбью своей.

От моего искреннего раскаяния,

Моего ныне благодеяния,

Не воскреснет истребленный народ,

Небом проклят мой несчастный род.

Как же хотела б родиться опять,

С братом своим в детстве играть,

Предотвратить ошибки свои

И чтоб благодарны были люди мои.

Как же хотела б, но

Переродиться с братом мне не суждено,

Остается вернуться к короне опять,

Чтобы грехи свои искупать.

Как же свернуть время назад.

Туда, где каждый человек

Был мне искренне рад,

Но вперед идет мой век.

Это был тот самый стих раскаяния. Девушка, словно в этот момент помнила, как опускала его в бутылку и закупорив пускала плыть за горизонт.

Реваншистка села на палубу припав спиной к корме, было о чем задуматься. Рядом с ней пристроился капитан-бугай.

— Теряю я авторитет у команды. — вздохнул он.

— И что же делать? — вопросом ответила девушка, которая только что хотела повесить вместо флага одного взбунтовавшегося матроса.

— А ты, как я вижу, приобретаешь.

— Я и должна им обладать, я вам как бы работу даю.

— Кстати, ни кто так и не понял, на какое дело ты нас повела?

— Никто и не должен ничего раньше времени понять. Как дела с вражескими кораблями?

— Кажется, они намеренно за нами гонятся, но мы все отрываемся.

— Отлично, что отрываемся. Запутайте их.

— Слушаюсь! — сказал капитан и пошел раздавать команды.

Рилиан потрогала карту, она хоть и была мокрой, но уже не рвалась в руках. Девушка осторожно развернула карту и попыталась определить, где они находятся.

А кораблик между тем лавировал оставляя все дальше на корме гонявшиеся корабли. Неожиданно носовой крикнул: «Берег!». Вся команда посмотрела вперед — и правда, виднелся берег. Рилиан подошла к носу и поняв, где сейчас находится корабль скомандовала: «Это не тот берег, сворачивайте на запад».

Глава 3 Прибытие

По живописному фьорду торопливо шел старенький кораблик. Он лавировал и петлял стремясь еще больше запутать погонщиков, которые даже не вошли в фьорд. Наконец-то он остановился у небольшого тернистого леса, из него выбежала ватага неотесанной внешности мужчин — один из которых тащил за шиворот пленного матроса — и беглая монашка, которая всей этой бандой руководила.

— Подожжем корабль и через этот лес бежим в город. — сказала она бугаю, который был у нее главным помощником.

— Поджечь шхуну! — прокричал бугай и выхватив у команды пленника спросил:

— А с этим что?

— Пусть идет с нами.

— Но ты ж хотела его убить.

Не смотря на напоминание о раскаянии, поданное принцессе Посейдоном, она помнила, что королевское слово — железный закон, который не в праве нарушить даже сам монарх.

— Закрутилась, запамятовала; спасибо, что напомнил. — тихо проговорила Рилиан, — Режь его.

Матрос начал с криком вырываться, но помощник Рилиан придушил его, поставил на колени и перерезал ему горло. Бугай отпустил мертвеца, который тут же безвольно упал, Рилиан оставалось лишь грустно смотреть на бледное, судорожное тело.

— Как тебя там. Ролла, Рила, Реолан… — окликнул ее голос помощника.

— Рилиан. — поправила главнокомандующая этой шайкой.

— Рилиан, пора бежать.

— Ты прав, бежим в лес! — ответила девушка чуть подняв глаза от трупа.

— Все в лес! — скомандовал помощник и вся команда включая Рилиан с помощником скрылась в темном лесу.

Забежав поглубже в лес Рилиан остановила свою команду и достав из широкого кармана карту показала в сторону севера: «Нам туда!». Команда начала пробираться сквозь тернистый лес с царапающими деревьями.

— Как бы еще и не заблудиться! — простонал кто-то.

— Только этого и не хватало… — добавил еще один голос

— А…мы…не заблудимся. — отвечала Рилиан пытаясь лавировать между колючими деревьями и смотреть в карту, — Мы сейчас идем к единственной тропинке в этом лесу, она выведет нас в город.

Через несколько минут вся команда с исцарапанными лицами и ладонями стояла на широкой тропе, которой едва не доставала до полноценной дороги.

— Теперь нам куда? — лениво протянул самый здоровый член команды.

— Просто идите за мной. — ответила Рилиан и пошла вперед по тропинке. За ней пошла и вся команда.

— «Наверно ввязать в это дело толпу бродяг было лишним». — подумала Рилиан сворачивая карту. — «Я вполне могла справиться и сама». — Но сейчас ничего не поделаешь, придется вести за собой ватагу бездомных, зато в случае чего будут те, кто ее защитит или уберет того, кто будет для нее препятствием на пути к цели.

Лес был небольшой, поэтому к городу они вышли быстро, но девушка встала в недоумении: родной город, бывший кода-то столицей Люцифении и, соответственно, самым крупным и развитым сейчас напоминал глухую и заброшенную провинцию.

— Почему мы тут стоим? — осведомился самый крупный спутник Рилиан.

— Я…хотела бы погулять по городу. — ответила девушка очнувшись от впечатления.

— Достаем ножи! — крикнул бугай товарищам. — В этом городе явно без оружия в руках опасно.

И Рилиан с ватагой телохранителей отправилась ходить по городу: везде тихие и грязные улочки, отовсюду льются помои и бросается разной степени мусор, полупрогнившие дома, мало людей на улице, над всем городом развевался флаг Марлона. Люцифения, видно, не просто распалась, она была захвачена. Бывшая принцесса направилась в сторону, где раньше стоял ее замок, по дороге она успела поймать на себе несколько хищных взглядов, которые быстро осекались увидев рядом толпу защитников.

— «Все таки я не зря взяла с собой парочку спутников». — подумала Рилиан.

Замок сгорел четыре года назад, а было ощущение, будто он горел только вчера. Перед глазами у принцессы промелькнула тысяча неприятных воспоминаний. Оглядевшись, Рилиан отправилась гулять по бывшему королевскому двору, который, по всей видимости, был заброшен. Местность украшал ряд виселиц, над которым возвышалась Янтарная Гильотина, которая, как не трудно догадаться, еще работала. Все остальное было уничтожено. Вдруг к ней подбежала лошадь прижавшись мордой к ее груди. Рилиан посмотрев на нее прошептала:

— Жозефина! — и обняла ее за шею, — Но как ты нашла меня? — обратилась она к лошади, будто она ее понимает.

А получилось это так: лошадь везя на себе Клариссу доскакала до самых развалин, после чего монашка отпустила ее и хотела было начать бродить по городу в бесплодных поисках, как Жозефина внезапно куда-то побежала.

— Ты куда?! Стой! — неожиданно для себя самой сказала Клариса и побежала за лошадью. И вот мстительная монахиня сидела за развалинами наблюдая за внезапной встречей лошади и хозяйки трясясь от злобы, что не может напасть на вероломную Рилиан из-за взвода телохранителей.

Оглядев и оценив обстановку молодой революционерке надо было приступить к следующему шагу: поиску сторонников, число которых после четырех лет удвоенного гнета должно было увеличиться. Но лучше сначала было отыскать ветеранов королевской армии, которые присягали на верность принцессе. Но где они сейчас? С этим вопросом сверженная принцесса решила обратиться к местным жителям.

Так она и сделала: выйдя из развалин она со своими товарищами преградила путь первому же случайному прохожему, тот побледнел замерев в ужасе увидев перед собой толпу маргиналов с ножами и кинжалами, но тут из толпы вышла девушка в монашьем облачении и представилась:

— Приветствую, я — странствующая монашка и впервые в вашем городе, а эти славные мужчины — мои телохранители; согласен ли ты мне помочь, как местный житель?

Мужчина кивнул, он успокоился, потому что понял, что его не грабят, но выражение ужаса оставалось на его лице; появилось так же в эмоциях малая толика подозрительности: монашка явно либо бесстыдно врала, либо что-то недоговаривала, к тому же ее чуть закрыто капюшоном лицо казалось смутно знакомым.

— Ох, как же я благодарна тебе! — перекрестила она его средним и указательным пальцами. — Я тут ищу ветеранов королевской стражи, которые служили еще Рилиан Люцифен д’Отриш, не знаешь ли куда они делись?

— Одни… на службу к Проклятому Принцу ушли, д-другие…по подпольным организациям разбежались… — ответил прохожий со страхом и недоумением на лице и в голосе. Такое же выражение появилось на лицах «славных мужчин».

— Знаешь ли ты, уважаемый человек, как найти одну такую организацию?

— Я не знаю, но знаю того, кто знает. — прошептал информатор по неволе ей на ухо. — На конце этой улицы живет участник «Сопротивления Люцифении», но ты сама должна понять, какие чувства он к ним испытывает.

— Об этом не беспокойся, я умею убеждать. Спасибо. — прервала монашка информатора и он побежал прочь.

— Напомни, как тебя звать? — обратился к девушке самый здоровый и сильный «телохранитель».

Та отпрыгнула на три метра и сказала:

— Да, я и есть та самая Рилиан Люцифен д’Отриш

— Значит, ты все это время нас просто использовала? — сказал кто-то из толпы.

— Вы с самого начала должны были это понять. — самодовольно ответила бывшая тиранша.

— Я же участвовал в мятеже! — кто-то подал голос.

— И я… Я тоже… И я — начала колыхаться толпа.

— Надеюсь, вы стали жить лучше. — высокомерно молвила сверженная принцесса.

На секунду все замолчали, потом несколько голосов крикнули: «Хуже!».

— Я с самого начала никого не держала, — продолжала свою речь Рилианн Люцифен д’Отриш. — но если вы хотите поменять что-то в своей жизни и жизни Люцифении, то добро пожаловать! Если же хотите дальше бродяжничать и наблюдая рост нищебродских кварталов — ваше право! Я ни кого у себя не держу!

Тут в толпе послышались аплодисменты и половина, в том числе и главный помощник, вышла со словами «Мы с тобой, принцесса!» Другая же со злобой ушла ворча под нос «Лучше умереть, чем служить тирану».

Потеряв таким образом еще половину соратников Рилианн пошла в конец улицы.

Глава 4. В Поисках

Два имперских офицера стояли на берегу в ожидании вестей от солдат, посланных обыскивать лес, в котором по предположению, скрылся экипаж подозрительного небольшого корабля без флага.

— Может ну его, одной шхуной без флага меньше, одной больше, не все ли равно? — стонал уставший офицер.

— Нет. — отвечал сослуживец. — Наша задача стеречь мир и покой Империи, а экипаж этого корабля мало того, что удирал от нас, так еще сжег корабль вместе с уликами, убрав того, кто мог быть свидетелем, так что мы обязаны их найти.

— Да, но это Люцифения, этот народ геноцид устроил! Пусть режут друг друга сколько хотят, только мир чище сделают.

— Я бы рад, но напомню: в Люцифении с каждым днем все больше растут мятежные, антиимперские и сепаратистские настроения, так же растет и число подпольных организаций, мы не вправе дать хоть одной из них спокойно вести подрывную деятельность.

— Да, ты прав…

Через несколько минут к ним подбежал солдат:

— Мы нашли тропинку, все следы ведут в одну сторону!

***

Офицер «Сопротивления Люцифении» Фтюин сидел за своим столом раздумывая дальнейшие планы действия. Презрительное и предвзятое отношение империи к захваченной Люцифении и ее жителям двинуло бывших лидеров мятежа на возрождение «Сопротивления», только теперь оно работало против оккупационной власти за установление в Люцифении республиканского строя; Фтюин стал одним из основателей нового «Сопротивления». Представляло оно из себя сеть подпольных и партизанских организаций, и от одной из них пришла не утешительная весть об обыске в лесу, который устроили имперские солдаты. Нужные приказы уже отданы, партизаны наверняка уже убрали нескольких солдат, но что же стоит за этим?

Внезапно послышался стук в дверь.

— Кто там? — осведомился Фтюин не сомневаясь, что это партизан с очередным докладом, но вместо него послышался голос молоденькой девушки:

— Я странствующая монашка, я по поводу Сопротивления.

— В-войдите — ответил Фтюин с сомнением подумав, — «Какое дело монашке до Сопротивления?».

Дверь открылась и монашка спросила:

— Ты не против, что я привела парочку друзей?

Не дождавшись ответа она вошла введя с собой нескольких мужчин с ножами.

— Надолго ли вы ко мне? — поинтересовался Фтюин встав на ноги.

— Это уж от тебя зависит .— ответил самый крепкий из незваных гостей, которые его незаметно окружили.

— Так вы по каким вопросам? — приступил к делу хозяин дома.

— Вопрос один… — отвечала монашка. — Где обычно собираются ветераны армии Рилиан?

— З-зачем вам?

— Для дела нужно. — тон собеседницы подчеркивал, что его не касается.

— У меня приказ не говорить! — ответил Фтюин поймав на себе косые взгляды «парочки друзей».

— Сделай для нас исключение. — вступил в дело самый сильный из пришедших.

— Не могу.

— Можешь… — толкнули в бок Фтюина.

— И скажешь. — толкнули в спину так сильно, что Фтюин упал.

Он было пытался подняться, но резкий удар ногой в лицо помешал ему.

— Подумай, такая ли эта тайна, чтобы из-за нее страдать, ты ж врагов своих укрываешь. — обратилась к Фтюину монашка.

— Хорошо, я скажу! — ответил Фтюин.

— Так бы и сразу. — поднял Фтюина с пола бугай, который по видимому был главным помощником неожиданной гостьи. — А еще мы будем рады, если ты нас проводишь.

Фтюин молча вывел гостей из дома, внезапно уткнувшись носом с еще одной монашкой в таком же облачении, которая тут же дала деру.

— Поймай ее. — тихо приказала первая монашка своему главному помощнику, который сию же секунду погнался за второй.

Фтюин, как и все остальные, стоял в полном недоумении. Через несколько минут бугай привел трепыхавшуюся в руках монашку и поставил ее на колени сняв капюшон.

— Клара? — изумилась первая. — Что ты здесь делаешь?.. Так, втолкните сопротивленца назад в дом и заткните ему уши.

Спутники первой монашки втолкнули Фтюина в дом, на улице остались только две девушки и атаман всей шайки.

Кларисса подняла глаза, злобно сказав:

— Вижу ты не раскаялась, Рин. Да ты прирожденная актриса, а мы все укрывали тебя, преступление совершали, знаешь ли.

На что принцесса ответила:

— Я раскаялась, только мои грехи стыдом и осознанием не смыть, их нельзя загладить, зато можно искупить, поэтому я возвращаюсь к короне.

— Врешь, мы все знали, что ты хочешь вернуться в прежнюю жизнь.

— Но как это мне помешает искупить мой грех?

Кларисса замолчала:

— Твое дело, Рилиан…

— Вот что я у нее нашел. — вступил в разговор державший Клариссу доставая кинжал.

— Так ты хотела еще и убить меня? — улыбнулась Рилиан, — Преследовала меня, на моей лошади наверно сюда добиралась, ты не устала, Кларочка? — ее тон все больше переходил в язвительный.

— Вероломная тиранша… — сквозь зубы пробормотала Кларисса, опустив глаза

— Прикажешь убрать ее? Она еще не раз тебя убить попытается. — вмешался помощник.

Кларисса побледнела.

— Нет, пускай живет. — ответила Рилиан.

Бугай отпустил Клариссу, которая упав на локти торопливо поднялась и спустя мгновение ее и след простыл.

— Тебя как зовут то? — обратилась Рилиан к помощнику.

— Тагитуонисасагеру, можешь называть меня просто Таги.

— Тогда ты можешь называть меня просто Рин. — улыбнулась Рилиан и крикнула. — Вывести проводника!

Солдаты еле отбившиеся от атак партизанов выбежали из леса, треть войска было потерянно, один из командиров серьезно ранен и вынесен на носилках.

— Всем построиться! — крикнул относительно уцелевший командир закрывая рукой рану от стрелы, которую сам только что достал. — Сейчас как обыскивали лес, обыщем и город.

Глава 5 Подполье

Храбрый воин, четыре года назад воевавший в Эльфеготе, оборонявший дворец, не раз на деле доказавший свою верность принцессе и королевскому двору сторожил вход в штаб контрреволюционной организации выступавшей за освобождение Люцифении из-под ига Марлона. Как всегда все тихо и скучно, как вдруг на улице появилась группа людей, которая направлялась прямо на него.

— Стой! Кто идет? — крикнул он обнажив меч.

Подойдя ближе толпа остановилась, человек в балахоне вышел к нему и, сняв капюшон, ответил:

— Свои.

Страж вложил меч в ножны и начал потирать глаза: Неужели он не спит! Неужели это сама принцесса стоит напротив него?

Принцесса легонько оттолкнула воина и открыв дверь крикнула сидящим за столом: «Привет всем! Мы тут пленника привели!». Спутники сверженной принцессы втолкнули несчастного сопротивленца в дом и он тут же упал на пол. Страж, придя в себя, закрыл за ними дверь, а все остальные с удивлением разглядывали лицо нежданной соратницы. Затем пленник попытался подняться, но сидевший во главе стола ударил его ногой между лопаток «Лежать!». Остальные сидевшие встали и подошли к принцессе и остановившись в метре от нее склонились перед ней, затем бухнулись на колени и не поднимая головы приставили руки к ногам. Посмотрев на полный снеди стол девушка сказала:

— Ах, настало время пить чай.

Солдаты улыбнувшись, узнав ее часто произносимую фразу, встали с колен и расступились перед , принцессой, всем видом показывая, что она может выбрать место, которое ей заблагорассудится. Рилианн села на месте рядом с главным, напротив нее сел один из спутников:

— Тагитуонисасагеру, — представила она его главному. — мой главный помощник.

— Акитамитарисихай, — представился главный. — а вам, дорогая Принцесса, представляться не нужно.

Несколько секунд помолчав крикнул:

— Ну что вы у порога стоите?! Рассаживайтесь!

Стульев хватило на всех.

Изголодавшаяся за день Рилиан сразу принялась за еду, за ней последовал Акитамитарисихай, за ним Тагитуонисасагеру, затем ветераны, а за ними телохранители Рилиан.

После ужина главный встал и начал речь:

— Уважаемые гости, вы привели нам двух дельных личностей, а именно…

— …а именно нашу Принцессу Рилиан Люцифен д’Отриш, которая судя по всему все эти четыре года скрыалась в монастыре, и этого грязного пса, чью кличку я не хочу называть.

Вокруг первой мы сплотим все контрреволюционные организации, вокруг которых мы сплотим подконтрольные им народные отряды, вокруг которых мы сплотим народ на борьбу за свободу родной Люцифении. Надо только дать весть в нужных кругах.

А этот грязный пес выдаст нам все известные ему тайны позорного сопротивления, что б мы смогли предотвратить попытку еще одного позорного мятежа.

Рилиан грустно молчала, ведь она на данный момент прекрасно понимала участников того «позорного мятежа», ведь она сама лишилась единственного родного человека — брата, всего имущества кроме Жозефины, которая сейчас забыта и потерянная бегала по улицам этого проклятого города, а также она потеряла четыре года свободы, укрываясь в монастыре. Того же ранее лишались участники мятежа при казнях, изъятиях, запираний в тюрьмах.

Так же она понимала, что Акитамитарисихай просто хочет управлять страной ее руками, если не полностью отстранить ее от руководства.

Сейчас она думала, как будет замаливать свои преступления перед народом и как бы так сыграть, что бы в итоге править Люцифенией поставив Акитамитарисихая на положенное ему место.

Внезапно в дом влетел часовой резко захлопнув ее за собой:

— В городе обыск!

— Обыск - это плохо. — проговорил главный. — Уж не связанно ли это с прибытием сюда Принцессы Рилиан?

— По любому именно с этим и связанно. — вмешался Тагитуонисасагеру. — Монашка, наверное, стукнула куда не нужно.

— Клара тут ни при чем, Таги, — вступилась за бывшую подругу Рилианн. — Это скорее всего экипажи кораблей, которые нас преследовали.

— Как знаешь, Рин. — сдался Таги. — Ты ж у нас принцесса.

— Кто бы это ни был, надо немедленно выбираться отсюда, здесь не безопасно! -- сказал Аки

— А где безопасно? — спросил Таги.

— Я знаю место, но главное - это выбраться отсюда.

Часовой приоткрыл дверь:

— Имперский отряд прошел.

— Выбегаем по одному. — скомандовал главный, после чего все побежали за дом с грязными улицами, по сравнению с которыми любая помойка могла показаться культурным местом, выбежали за город и пробежав через поле добежали до заброшенной тюрьмы.

— Стой, кто идет? — внезапно послышалось из темноты.

— Революционный отряд Акитамитарисихая. — ответил командир.

— Проходите.

Команда вошла.

— Видно, кроме нас тут полно воинов уже собралось. Тебе нужно только всем показаться и армия, считай, уже готова. — обратился командир к принцессе.

— Но как я всем сразу покажусь?

— В столовой есть раздача, там очень высокая ступень, высотой с мои ноги. — Акитамитарисихай был высок. — Заберешься на нее, а я тебя представлю, после чего через несколько дней Люцифения снова ваша.

Идти по коридорам старой тюрьмы было жутко, но другого укрытия на было. Через несколько поворотов главный открыл дверь и за руку ввел туда Рилианн, за ними последовал и весь отряд.

— Мы на этом столе. — обратился Таги к принцессе и главному занимая место. Главный кивнул, мол, мы поняли, и отпустив руку Рилиан, он пошел к бывшей раздаче. Рилиан последовала за ним.

Рилиан с главным забрались на ступень и поймали на себе сотни удивленных взглядов.

— Нет, вас не обманывают глаза, перед вами…

— …перед вами Принцесса Рилиан Люцифен д’Отриш, которя с Божьей помощью сбежала с эшафота и укрыться в монастыре, четыре года она служила Господу, и теперь она вернулась к нам, дабы вернуть мир и покой в наши дома и свободу Люцифении, одним своим явлением она сплотила все наши отряды и народ вокруг них, имперцы допустили серьезную ошибку принудив нас собраться в этом известном для всех нас месте, империя тем самым лишь расторопила свой конец.

Революция уже началась!

После того, как Акитамитарисихай окончил свою речь столовая взорвалась аплодисментами.

Глава 6. Революция

Стояло раннее утро. Над фьордом стояла тишь. На берегу два военных корабля готовились к отплытию.

Два раненых партизанами капитана стояли наблюдая за подготовкой.

— Эх, не повезло, только две гражданские организации задержали: одна численностью в два, другая в три человека. — обронил первый зажимая рану от стрелы в боку.

— Даа… — отвечал товарищ, которого только что на носилках носили. — Но это явно не все, надо бы вернуться с повторным обыском, заодно и рейд в лесу провести.

Через несколько минут награбленное добро, пленников, оружие, солдат, командиров погрузили и корабли тронулись.

В это время в заброшенной тюрьме, ставшей штабом и крепостью революции, Принцесса, Главный и Телохранитель спрыгнули с нар и пошли в столовую, пошли они не есть, а обсуждать план революции.

Усевшись за стол три наизначимейшие лица революции начали диалог:

— Сначала нужно дать знак всем народным отрядам сопротивления, которые управляют контрреволюционными организациями, которые вчера находились тут и слушали нашу речь. — начал Главный.

— Ну этим они и займутся. — ответил Таги. — Это ж их организации, пусть тайком проберутся в город и сообщат, что надо делать.

— Ну дали весть, и что дальше? — сонно сказала Принцесса.

— У них же есть самодельные оружия? — спросил Таги.

— Есть. — ответил главный. — Но даже если мы с ними возьмем Йокеин (что, скорее всего, и случится) мы долго против имперской армии не продержимся.

— Йокеин? — усмехнулась Рилиан. — Чем вам помешал этот город нищебродов и пьяниц?

— Туда перенесли столицу, теперь оттуда правят Люцифенией.

Рилиан ударила кулаком по столу:

— Принц Кайл здорово поиздевался над моей страной! — проговорила она сквозь зубы. — Я поиздеваюсь над его трупом и его гнилым, раболепным народцем.

— Я понимаю ваши эмоции, — обратился к ней главный. — но успокойтесь, нервы ничего не дадут.

— А я спокойна. — гордо ответила принцесса. — Я лишь сказала, что намерена сделать, а королевское слово это закон, который я и сама не имею права нарушить.

— Ну и хорошо. — выдохнул Главный.

— Так, нет оружия? В настоящей столице остались оружейные склады? — приступила к делу Рилиан.

— Да… есть… — ответил главный, немного ошеломленный тем, в кого превратилась четырнадцатилетняя принцесса.

— Значит штурмуем их, если на Йокеин сил хватит, то на них и подавно.

— Но Йокеин нужно сразу штурмовать. — вставил Таги.

— Если народные отряды умеют ими пользоваться, то да. Аки, они ведь умеют? — обратилась Рилиан к Главному.

— Умеют… мы их обучали… — ответил Главный продолжая ошеломляться сильному характеру Рилианн.

— Отлично, теперь перейдем к стратегии. — распорядилась Принцесса достав из кармана балахона карту и расстелив ее на столе. — Доложите состав нашей армии.

— Не знаю, до вашего появления мы особо не взаимодействовали.

Принцесса вздохнула положив ладонь на глаза.

— Но мы можем узнать, собрав всех здесь.

— На это уйдет весь день. — прорычала Рилиан. — Иди буди всех прямо сейчас!

Аки не смел возразить. Через час все обитатели крепости сидели за столами сонно смотря в сторону ступенчатой раздачи, на которой стоял Главный.

— Главам революционных организаций немедленно встать в очередь перед столом телохранителя Принцессы Тагитуонисасагеру и доложить о составе своих отрядов, и о численности подвластных им народных отрядов! — объявил он.

***

Клариса ехала на Жозефине обратно к своему монастырю, нужно было обсудить с сестрами этот случай. По пути она старалась подавлять в себе злобу на беглянку Рин, которая пощадила ее, когда Клара попалась ей в лапы.

— «Но если она меня отпустила, то она не считает меня за врага, — думала Кларисса. — Хотя я хотела ее убить…о Боже…убить Рин». — Злоба перешла в стыд. Клара пришпорила Жозефину, действовать надо было как можно скорее.

Через некоторое время количество войска было установлено и принцесса с главным и телохранителем вновь сидели, но уже за картой города обсуждая план мятежа.

— Народ соберем на Главной Площади. — сказал главный. — При незамедлительном нападении это идеальная позиция.

— Вот бы только организовать это незамедлительное нападение. — вступила принцесса.

— Я об этом позабочусь. — ответил главный.

— Попробуй. — сказала принцесса.

— Когда мы захватим оружейные склады нужно будет направить их на Йокеин. — продолжал главный.

— Что?! — встрял телохранитель. — Имперцы ворвутся в наш город прежде, чем наши ребята снарягу на себя наденут! Я эту шваль по себе знаю!

— Тогда нужно будет построить баррикады и сопротивляться.

— Ну это можно, там столько разного оружия, полк на войну отправить можно, катапульты, кстати, там тоже есть. — согласился Телохранитель.

— Я знаю, — ответил главный. — но нужна стратегия, без нее нас раскидают, даже если мы будем воевать верхом на драконах.

— Ну, они первым делом попытаются нас окружить. — сообщил телохранитель.

— Значит сформируем защитное кольцо. — ответил Главный.

— Поверьте моему опыту, им лучше вообще не дать себя окружить.

— Может попробовать сбежать до штурма? — предложила принцесса

— Это сложно. — смутился главный. — Но выполнимо, если кому не удастся, пусть их освободит другой отряд.

— Бои будут прямо на улице. — задумался телохранитель

— Много ли имперских солдат будет? — осведомился Главный, поняв, что Таги от куда-то точно знает тактику имперцев при подавлению городского мятежа.

— Нет, не очень. — ответил Таги. — Наша армия спокойно сможет разбить имперцев, но перед штурмом нужно зализать раны.

— Значит разобрались. — подвел итог главный. — Осталось только раздать нужные распоряжения и дать весточку народным отрядом.

Главный пошел раздавать приказания.

— Ты от куда так хорошо тактику имперцев знаешь? — спросила Принцесса у Телохранителя.

— Думаешь я сразу нищебродом стал? — начал рассказ телохранитель — Нет. Просто городу, откуда я родом, надоела тирания Проклятого Принца, и мы восстали и отделились от Империи, но война длилась несколько часов, народную армию быстро разгромили, над мятежниками начались расправы, мне чудом удалось сбежать.

Через несколько секунд молчания Таги добавил:

— Я участвовал в этом бунте

— Понятно.— положила Рилиан руку на плечо Таги.

— Я участвовал еще в нескольких бунтах и отлично знаю тактику имперцев. — добавил Таги.

В три дня город трясла армия мятежников: они рвали на куски всех встречных солдат, рубили висельницы и флаги, врывались в дома участников «Сопротивления Люцифении» и семей видных военных деятелей вырезая всех обитателей до последнего ребенка, оружейки были захвачены быстро и уже через пятнадцать минут после начала мятежа толпы оборванцев превратились в военные отряды, попытка ввести имперские войска в город ни чего не дали: отряды имперцев были скошены разгневанной толпой. Мятежа явно никто не ожидал.

Через несколько часов побоища, превратившего город в кровавое полотно, большая часть войска выстроилась на главной площади, остальная сторожила границы.

— Все прошло лучше, чем мы планировали. — констатировал Аки.

— Да уж… — ответила принцесса глядя на обилие крови и мертвых тел.

— Йокеин нужно штурмовать немедленно, пока у резиденции войск мало. — решительно сказал Таги.

***

— В центре Люцифении бунт, говорите? — говорил принц Кайл пронзая взглядом смущенного военного министра.— Так там, на сколько я знаю, обыск вчера был, и… сегодня продолжался. Почему вы привели жалких пять человек, когда там готовилась целая армия!!!?

— Я спрошу тех, кто этим занимался. — ответил министр.

— Это дела не изменит. — холодно ответил принц убрав руки за спину и отвернувшись к окну.

Кабинет был небольшим, только пыльный стол и старый стул, но из него решались все важнейшие вопросы Империи. Кайл опять бросил холодный взгляд на министра дав просто звучащий, но трудно выполнимый приказ:

— Мятеж подавить, организаторов наказать.

— Кстати, есть важная информация по поводу организаторов… — торопливо сказал министр.

— Говори! — сказал принц усаживаясь.

— Рилиан Люцифен д’Отриш стала одним из организаторов! Да-да… Она каким-то чудом сбежала с эшафота…

***

А между тем мятежные вооруженные отряды быстро преодолев нищенские улицы Йокейна громили охранный отряд резиденции, который оказался и вправду небольшим. После разгрома мятежники заняли все коридоры здания, марионеточному правительству было некуда бежать. Правительством оказалась кучка послушных пьяниц и Жермен Авадония, она же Алая Дева, которая четыре года назад повела за собой злую на Рилиан толпу. И вот теперь она была поставлена на колени перед вернувшейся Рилиан Люцифен д’Отриш, которая даже не взглянув на нее выплюнула: «На гильотину».

На через неделю под руководством Акитамитарисихая была сформирована Королевская Армия д'Отриш. Главы регионов и местные войска с удовольствием сдавались армии Рилиан. Империи удалось занять и удержать лишь треть территории.

Резиденция Жермен хорошо подошла под дворец, в котором и жила принцесса Рилиан Люцифен д’Отриш. Столица осталась в Йокейне, в стране было введено особое положение, готовилась война с Проклятым Принцем.

Глава 7 Война

— Ну и аппетиты были у Авадонии. — хмыкнула Рилиан, захлопнув дверь комнаты, которая до недавней революции была отдана под гардероб марионеточной правительницы, получившей прозвище Алая Дева, теперь это все принадлежало Рилиан; та, конечно, сменила монашеский балахон на пристойное платье, но в роскошную одежду не лезла - отвыкла. Сейчас ей надо было выйти к народу, что бы произнести речь о начале войны с Империей. Выйдя на балкон она встретила восторженные, но все же сдержанные возгласы — народ пока не доверял вернувшейся принцессе и та все еще не потеряла прозвище Дочь Зла.

— Народ Люцифении, — начала она свою речь. — недавно вы поднялись с колен и прогнали тех, кто обманом взял власть над вами и продал вас в руки врагам. Но это только начало всей истории, следующий этап нашего пути это освобождение остальных территорий нашей страны и сокрушение Империи освободив кроме себя еще несколько народов. Нам предстоит тяжелый путь войны, многим придется пожертвовать жизнью во имя нашей победы, но я знаю — мы увидим тот светлый день, когда Проклятый Принц ляжет на Янтарную Гильотину и мы с процентами заберем все, что уплыло за море во время цепей имперского рабства!

Народ возликовал, принцесса одной своей пафосной речью смогла вселить в людей боевой дух, а возможность отомстить и разграбить богатства империи еще больше предавала энтузиазму…

***

Военный министр ворвался в кабинет бухнувшись на колени. Вид у него как минимум был взволнованный.

— У меня для Вас неутешительные известия!

— Говори. — холодно-озлобленным голосом сказал Принц

— Недавно армия Рилиан атаковала наши позиции в Люцифении, мы не успели подготовиться к обороне.

— Делай, приложи всю мощь нашей армии и нашего флота, но подави восстание в Люцифении!

— Слушаюсь…— тихо пролепетал министр и встав с колен выбежал из кабинета.

Он вышел из дворца и шел в штаб опустив голову: он прекрасно понимал, что возвращение, скорее даже воскрешение, Дочери Зла и внезапное восстание были крайней неожиданностью и могли привести не только к потери одной из провинций, но и к крушению Империи в принципе, это понимал и хладнокровный Принц. Зайдя в штаб он с порога же от офицера услышал неприятные известия об успехах армии Рилиан, которая легко громила небольшие патрульные отряды от ста до семиста человек. Пройдя вместе с отрапортовавшим офицером в конец пустого коридора он открыл дверь увидев, что четверо стоявших над расстеленной на столе картой генералов в полном беспокойстве.

— Только вас ждали! — крикнул один из них.

— Нужно срочно отправлять туда войска, мелкими отрядами мы их армию не остановим. — сказал министр закрыв дверь и подойдя к карте.

— Вы правы. — ответил один из стоящих над картой. — Кого прикажете отправлять?

— Задействовать крепости в других провинциях мы не можем. — рассуждал главнокомандующий. — При малейшем послаблении контроля над теми землями вдохновлённые Люцифенией оппозиционеры поднимут восстание и там, придется снимать флот

— Но это единственная наша защита с моря, если мы снимем его, то любая группа шхун сможет успешно атаковать нас! Подумайте о защите! — возразил генерал, который по совместительству был адмиралом королевского флота.

— Боюсь, у нас нет другого выхода… — констатировал министр — Снять флот!..

***

Тем временем в штабе Королевской Армии д'Отриш было не меньше напряжения: война началась в пользу Люцифении, за короткий промежуток времени территория, контролируемая Империей сократилась с трети до четверти всех земель Люцифении, но стоило только Проклятому Принцу начать действовать в полную силу — что произойдет неминуемо — ситуация резко изменится.

— Что с кораблями? — осведомился главнокомандующий Королевским Флотом д'Отриш у окружающих.

— Благополучно, — ответила Рилиан. — Насколько я знаю, на постройку весь лес вокруг пригородов спилили, несколько кораблей уже спущены на воду.

— Вот и решили вопрос с сопротивленскими партизанами. — улыбнулся Тагитуонисасагеру, который был главнокомандующим Королевской Охраны д'Отриш.

— Да. — начал главнокомандующий Королевской Армии д'Отриш Акитамитарисихай Айкок. — Но как увеличить численность войска Люцифении, хоть мы и хорошо начали, но на нас могут скинуть войска всей Империи…

— Не скинут, — перебила Рилиан. — Мне министр иностранных дел на аудиенции докладывал, что в провинциях Империи ситуация в полном напряжении, оппозиция ждет любого шанса поднять восстание, кстати, из тех оппозиционных группировок мы можем сформировать иностранные группировки нашей армии, за счет чего и увеличим численность нашей армии.

— А так же сформируем другие армии, — подметил Айкок. — Только их снабжать надо, орудием, обмундированием…

— У них все есть. — перебила Принцесса. — Нет только подходящего момента и единого организатора, что мы можем им предоставить.

— Хорошо, но что делать, когда Империя подключит свои основные силы? — вмешался Таги.

— У нашей армии хватит сил, что бы противостоять им! — уверил его Акитамитарисихай

— Может отправить наш флот в их столицу? Она близко от моря, на сколько я знаю. — предположила Рилиан.

— Это бесполезно. — ответил главнокомандующий флотом. — Там сосредоточен весь флот Империи.

— Тогда просто отправьте их в открытое море на пятьдесят километров от фьорда, пусть ждут сигнала.

***

На следующий день Йокеин, который так и остался столицей Люцифении, был полон иностранными революционерами в разных формах, которые становясь под знамена Рилиан прямо с улиц отправлялись в зоны боевых действий; фьорд был полон кораблей, которые только построенные вставали на воду и отправлялись в открытое море. Принцесса воодушевленная стояла на балкон с удовольствием наблюдая за колоннами своих и иностранных добровольцев.

— Не смотря на то, что вы видите перед собой, — услышала она голос главнокомандующего флотом. — положение неутешительно: разведчики доложили, что Империя сняла весь свой флот, первые матросы уже в Люцифении и громят наши войска. Но это известие только больше развеселило принцессу:

— Я ждала этого! — кричала она хлопая в ладоши и смеясь, как ненормальная.

— Принцесса, вы в порядке? — осведомился командир.

— Не волнуйтесь, я не сошла с ума. — ответила принцесса. — Просто теперь мы можем ударить по столице своим флотом.

— Как же я не додумался! — хлопнул себя по голове командир.

— Вероятно, вы немного растерялись.

— Наверно… — торопливо сказал командир и побежал раздавать команды

Через минуту к ней подбежал Акитамитарисихай:

— Принцесса…

— Знаю, громят нас. — спокойно прервала его Рилиан.

— Не думаю, что иностранные отряды нас спасут…

— Приказываю не паниковать! — твердо сказала принцесса. — Империя падет в этот же день.

Командир вопросительно посмотрел на нее.

— Мерзкий принц допустил грандиозную ошибку. — смеясь, объясняла Рилиан. — Снял весь свой флот открыв удар по столице.

— Прекрасно, но что делать с группировкой матросов, которые об этом не узнают

— Они не будут представлять угрозы для страны.

— Ошибаетесь, будут.

— Вы смеете мне перечить? — бросила она на него надменный взгляд.

— Я солдат и служу Родине. — выпрямился Аки.

— А я не служу Родине… — ответила она с дьявольской улыбкой отвернувшись от него. — Но я ей владею.

— Но…о…в смысле?

— В том смысле, мой верный солдатик, что твоя страна это моя собственность, я хозяйка Люцифении, я ей не управляю, я ей… — и тут она с наслаждением вздохнула. — …владею, для вас не я должна быть второй после Бога, а Бог вторым после меня, и это единственная правильная система.

Аки смотрел на нее, как на сумасшедшую.

— Поэтому я решаю, что для нее угрозы, а что прекрасные розы. — перешла она на деловой тон. — Иди, а то Янтарную Гильотину еще не спилили, и распространи приказ, чтоб принца взяли живьем.

Аки ушел закатив глаза.

Столица Марлона полыхала в огне, вечный снег растаял, по земле текли ручьи кровавых луж, на земле лежали тела воинов, мирных жителей, женщин, детей; солдаты Дочери Зла рубили без разбору, и только во дворец еще не ворвались оклейменые местью воины.

— Военный министр! — со злостью в голосе сказал принц.

— Я… — начал он было оправдываться, но голос оборвался от смертельного взмаха меча.

Принц вышел из кабинета и побежал на балкон: город превратился в кровавую массу, солдаты из последних сил отбивали дворец, но силы все истощались. Тогда принц побежал к окну на противоположной стороне - там солдат не было видно. Он выпрыгнул из окна и подвернув ногу захромал в сторону, но там его встретили два мечника, принц было уже обнажил свой меч, но один из них вырубил его ударом рукоятью по голове и сказал товарищу:

— Взвали его на себя и тащи к кораблям.

— Слушаюсь! — ответил тот, который оказался довольно-таки крупным, и взвалив на себя пленника побежал в сторону моря.

— Куда так бежишь, Таги? — кричал ему вслед еле настигающий его товарищ.

— Это ты ползешь, как черепаха, Аки! — ответил Таги и оба мелкими переулками добежали до кораблей и кинули его в трюм к награбленному барахлу.

А между тем имперские матросы рвались к столице громя отряды Королевской Армии д'Отриш, Рилиан получала все новые и новые неутешительные известия.

— «Зря я Аки не послушала» — подумала Принцесса. Отряды Королевской Охраны д'Отриш с самой высадки имперских моряков бегали по улицам силой затаскивая в ряды Королевской Армии всех случайных прохожих от стариков до четырнадцатилетних детей, но это мало удерживало и не могло остановить профессиональных солдат Империи.

К ее трону подбежал главнокомандующий флотом.

— Ну что там еще?! — заистерила Рилиан.

— У нас есть шанс склонить преимущество в нашу сторону. — доложил адмирал.

— Какой? — спросила Рилиан чуть успокоившись.

— Если вы разрешите мне встать на корабль и отплыть дать приказ о том, что бы корабли направились не во фьорд, а в тыл имперским матросам, а их корабли сжечь, ударив им в спину мы затянем их действия ослабив группировку.

— Приступайте! — приказала принцесса и главнокомандующий флотом выбежал из зала.

Ситуацию удалось улучшить за несколько часов: имперские матросы опасаясь окружения побежали к западу и дисциплина взаимодействия в их рядах сильно шатнулась, теперь эта армия без страны отступала к границе оставляя кровавые следы отчаянного сопротивления.

Стояла ночь, Рилиан не спала в ожидании доставки пленного принца у Янтарной Гильотины. Где-то в час к ней подъехали два всадника один из них бросил на землю какой-то мешок.

— Все! — сказал другой. — Принц доставлен.

Мешок на половину согнулся.

— Кладите на гильотину, — со вздохом сказала Рилиан.

Всадники спрыгнули с лошадей и, распаковав мешок, достали оттуда связанного принца. Потом один всадник положил врага на гильотину, другой подал принцессе меч. Рилиан срубила канат и голова принца отлетела на три метра. Стоявшие внизу зрители казни радостно заулюкали.

Глава 8 После войны

Фьорд был полон доставленными гражданскими матросами на половину ушедшими в воду кораблями (к тому же, не все корабли в него поместились), трюмы ломились от награбленных богатств, 75% которых было решено отдать под распоряжение Принцессы, остальные же разделить между участниками войны. Вокруг фьорда по приказу Принцессы строился портовый городок, который она сначала хотела назвать в честь главнокомандующего Королевской Охраны д'Отриш и своего Телохранителя, но тот в смущении отказался от такой чести, тогда у будущего города было утверждено название «Фьорд Прибытия».

В это время во дворце, в тронном зале Принцесса Рилианн д’Отриш обсуждала с главнокомандующим Королевской Армии Акитамитарисихаем Айкоком последствия войны:

— Как я наблюдаю, — начала Принцесса стоя лицом к окну в своей гордой осанке, убрав руки за спину. — война нам принесла больше пользы, чем вреда, к тому же судя по докладам министра экономики изъятого у павшей империи хватит, чтобы восстановить мою страну.

— Половина на оплату народного труда уйдет. — пробормотал стоявший за спиной Айкок.

— Ты примитивно рассуждаешь. — ответила Принцесса, повернувшись к нему лицом. — Мы изъяли достаточно, на оплату уйдет только треть, к тому же, у нас есть несколько потенциальных экономических партнеров.

— И…кто же это? — спросил военный слегка потерявшись в этих делах.

— Страны, которые тоже страдали под имперским игом, мы ж их, так сказать, освободили, и армии помогли сформировать (после крушения империи иностранные подразделения были отправлены на родину служить своей стране) не очень перспективно, но на первое время хватит.

— Ясно. — ответил военный едва что-то поняв. — Только есть еще проблема: имперские моряки отказались сдаваться, к тому же они еще захватили город превратив его в свой военный лагерь.

— А что с тамошними жителями? — спросила Принцесса опять отвернувшись к окну.

— Поддержали, — с печалью в голосе ответил генерал. — у них было много связей с Эльфеготом, они любили его больше, чем Люцифению, поэтому они Вас ненавидят.

— Мы столкнулись с явлением ксенопатриотизма. — улыбнулась Рилианн.

— Так точно, связи с этим мы собираемся устроить зачистку и начать действовать жестче.

— Правильно, их стоит воспринимать, как врагов и предателей, отправь туда достаточное количество осадно-штурмовых орудий что бы сравнять с землей все, от здания управления до последнего сарая, сотрите с лица земли этот поганый город! — приказала Принцесса.

— Есть! — ответил генерал и побежал раздавать приказы,— «Все-таки я зря ему про экономику рассказывала, все равно ничего не понял». — подумала Рилианн усаживаясь на трон. На против трона висели часы, которые пробили восемь.

— «Ах, настало время перекусить!» — сказала она мысли вслух.

Во главе стола сидела Рилианн, по левую руку сидел Телохранитель, стул по правую руку был пуст: там должен был сидеть главнокомандующий Королевской Армией, но он разрабатывал план штурма мятежного города. За Телохранителем сидела наемная придворная прислуга, на против них на кануне награжденный из рук Принцессы главнокомандующий Королевским Флотом и министры, выбранные лично Принцессой из числа глав революционных отрядов, которые вернули ей власть. Завтрак был скромен: овсяная каша, кусок белого хлеба и чай, Рилианн за годы монастырской жизни отвыкла от изысканной пищи, к тому же ей было совестно тратить казну на дорогие завтраки. Позже присоединился и Акитамитарисихай.

— План разработан, сепаратисты будут уничтожены. — доложил он выпрямившись перед Принцессой.

— Прекрасно. — отвечала Принцесса. — Если поганые мятежники и вправду будут уничтожены, получишь медаль с моих рук, садись.

Далее завтрак проходил в тишине.

После завтрака Принцесса изъявила желание осмотреть окрестности. Пока конюх готовил лошадь для Принцессы и двух для телохранителей, Рилианн стояла у караульного помещения, оттуда доносился ленивый и непринужденный разговор, вдруг принцесса услышала свое имя, Рилианн прислушалась:

— Для того ли я в это дело вляпался, что бы потом охранником быть?

— Ну, быть охранником торговых лавок и охранником Принцессы - вещи разные, стать может не каждый; к тому же, тебе бродяжничать лучше было?

— Может ты и прав. — последовал ленивый ответ.

— «Оой», — вздохнула принцесса.

— Госпожа д'Отриш, кони готовы!» — послышалось со стороны конюшни.

Принцесса и два вышедших из караульного помещения телохранителя пошли на голос: там стояли два гнедых и…

— Жозефина! — в восторге крикнула Рилианн.

— Таги решил, что будет не плохо в твой монастырь к Клариссе наведаться. — объяснял один из охранников.

Рилианн улыбнулась и залезла на лошадь, затем и телохранители залезли на своих гнедых.

— Та, кстати, в слезах умоляла о твоем прощении. — продолжал охранник.

— Если бы я ее не простила, она бы на гильотину легла. — легко ответила Рилианн и пришпорила Жозефину. Вся троица отправилась осматривать город.

Жермен ничего не сделала для столицы: Йокеин так и остался городом бродяг и пьяниц. В голове у Принцессы уже появлялись мысли о переустройстве столицы: думала, где построить больницы, школы, библиотеки, театры, а в будущем возможен и университет.

Все утро Янтарная Гильотина клацала лезвием, устававшие палачи сменяли друг-друга, на кануне Королевским Судом многие были приговорены к казни: пленные имперцы, пойманные сопротивленцы, а так же крупные фигуры прошлой революции, которая установила тиранию Алой (в народе прозванной Кровавой) Девы и оккупацию Люцифении Империей. Со ступень тек кровавый ручеек.

Вернувшись во дворец Принцесса позвала руководителя инфраструктуры и расстелив перед ним лист А1 начала рисовать перед ним план переустройства Йокеина. К вечеру пришел главнокомандующий Королевской Армией:

— Все пригороды вырезаны до последнего ребенка, город разрушен, мятежники убиты, жители на коленях молили о пощаде.

Принцесса демонически захохотала.

Глава 9 Возвращение к миру

Объятый пламенем и хаосом город не сдавался, его жители и солдаты мертвой империи мужественно сражались против солдат Дочери Зла не взирая на раны и врезавшиеся в дома смоляные бочки над их головами. Каждый смело дрался защищая каждый дом и каждое знамя веющее над гордым, но погибающим городом. От пылающих пожарищ на улицах было светло и жарко, как летним днем.

Оставляя кровавые следы на земле, а вместе с ними мертвые тела и разруху отряды армии Рилианн преодолевая упорное сопротивление двигались к резиденции, круг вокруг нее сужался и сужался пока последние повстанцы не были загнаны в нее. Мятежники из последних сил защищали резиденцию и три последних флага: города, Изумрудной страны и Империи; в здание уже готовы были пустить смоляные бочки, те, кто там находился были обреченны сгореть заживо. Но вдруг прям перед окнами поднялись алые знамена, это было «Сопротивление Люцифении», союз левой оппозиции, те, кто был против Империи и ее сторонников жертвуя жизнями шли им на помощь. Было захвачено большинство катапульт, остальные удалось откатить, но поставить резиденцию погибшего города уже не удастся. Основные силы штурмующей армии пришлось направить против сплотившегося Сопротивления, спрятавшиеся в резиденции почувствовав возможность вырваться сняли три последних в своем роде флага и пошли в атаку.

Последней сотне защитников города удалось вырваться, но продолжать уже проигранную битву было бессмысленно, сопротивленцы отступили забрав с собой имперцев и непримиримых горожан. Пленным жителям мертвого города ни чего не оставалось, как молить о пощаде.

Среди сожженых домов, мертвых тел, телег-труповозок, стона и плача шла сопровождаемая отрядом мечников молодая девушка с георгиной в руке и в алой парандже на лице, накрыв голову капюшоном переступая и отпихивая ногами лежащие на земле тела убитых карателями жителей мятежного города: мужчин и подростков, погибших с самодельным оружием в руке защищая свой дом, подвернувшихся перед смертью надругательствам женщин, детей с застывшими на лицах ужасом. Шла она в конец заваленных мертвыми телами развалин, где располагались вырытые выжившими в этой тяжелой битве товарищами братские могилы погибших воинов Королевской Армии. Дойдя до креста, под которым лежали пятнадцать солдат, в скорбном молчании она нагнулась положив на могилу цветок и выпрямившись глазами полными грусти и благодарности долго смотрела на место захоронения своих солдат. Статус гордой Принцессы не позволял ей упасть на колени и расплакаться.

Вернувшись в свой дворец прямо на пороге она встретилась с замечаниями Аки и Таги, которые посчитали безрассудством ехать туда, где ее хочет убить каждый куст, пусть даже с прикрытием лицом и отрядом телохранителей. Молча все выслушав она пошла в спальню, где встав перед зеркалом сорвала с себя паранджу и капюшон впервые за пять лет она уложила волосы в пучок. Потом подошла к кровати и вытащила из нее флягу с сакэ, открутила пристегнутую цепочкой крышку и сделав несколько глотков закрыла флягу и положила обратно. Она давно втайне от всех пила, с тех пор, как один из получивших от нее во время очередной раздачи хлеб бродяг, видя состояние печальной монашки предложил ей немного глотнуть, сначала она пила только что бы заглушить скорбь о брате, потом это вошло в привычку, с тех пор она никак не могла отказаться от горького пойла, хоть и выпивала понемногу и никогда не была пьяна. Потянувшись Рилианн упала на кровать и уснула.

Когда она проснулась на часах было половина двенадцатого, на улице ночь, продолжать спать ей абсолютно не хотелось, поэтому она решила собрать совещание, которое собиралась устроить еще накануне. Она подошла к двери спальни и открыв ее обратилась к дежурившему солдату Королевской Охраны:

— Разбуди слуг и прикажи от моего имени поставить перед троном прямоугольный стол, и вызови всех министров и главнокомандующих Армией и Охраной.

Через десять минут Принцесса восседала на троне во главе стола, за которым расположились сонные министры и главнокомандующие Армией и Охраной, которые несмотря на то, что были ниже по иерархии, но ближе к Принцессе, чем все министры.

— И так, — начала Рилианн. — из-за сложной ситуации нам пришлось постановить порядок, который, мягко говоря, отличался от порядка, который был до имперской оккупации, теперь Люцифения не нуждается в этом, настало время возвращаться к мирной жизни. Необходимо реформировать все. Все должно вернуться к тому, как было пять лет назад, за исключением Охраны, задачи которой, напомню, охранять дворец и лично монарха, а так же физическое устранение любой оппозиции. Так же прошу ряды Охраны пополнить самыми подготовленными и отличившимися в боях за Люцифению солдатами Королевской Армии.

Когда будут составлены нужные указы и предоставлены мне на подпись?

Министры двадцать минут совещались после чего военный министр поднялся:

— Через шесть месяцев.

— Отлично, ровно через шесть месяцев все указы и остальные документы должны лежать передо мной.