Возвращение Безумного Бога. Том 6. Плохой Парень

Глава 1. Штурм

Первую книгу цикла читать тут: https://author.today/reader/350298

Вооруженные люди крались в тенях деревьев, осторожно приближаясь к ограде. Стволы автоматов поблескивали в лунном свете, а из-под длинных плащей то и дело вспыхивали разноцветные всполохи — боевые маги готовили заклинания.

— Эй, Клык, ты уверен, что охранные печати сняты? — хрипло прошептал один из боевиков, нервно оглядывая ограду. В его руках угрожающе покачивался дробовик, а за поясом виднелись рукояти метательных ножей. — Не хотелось бы нарваться на сюрприз…

— Расслабься, Варан! — огрызнулся Клык, поправляя ремень на плече. — Я все отключил. Мой третий глаз легко справляется с подобным.

— Шеф, там точно никого нет из серьезных бойцов? — спросил один из рядовых бойцов.

— В особняке остались только бабы да прислуга. Так что не трусь, прорвемся!

Варан сделал знак рукой, и два десятка головорезов начали красться к воротам, держа оружие наизготовку. Остальные отряды заходили с других сторон.

«Авторитет нашей банды серьезно повысится в Диких Землях после рейда на княжеский особняк, — довольно подумал Варан. — Глядишь, удастся отжать остатки зоны влияния Черных Хирургов».

В особняке тем временем царила напряженная суета. Мирмеции под руководством Кристины лихорадочно сооружали баррикады из мебели и мешков с землей, оставшейся после раскопок. Некоторые уже вооружились — в их руках поблескивали мощные артефакты, извлеченные из тайников Безумовых.

— Так, девочки, по местам! — скомандовала Кристина, сжимая в руках массивный боевой жезл. Несмотря на страх, в глазах женщины горела решимость. Она уже давно отвыкла от сражений, но руки-то помнили, чему ее учили в юности… — Карамелька, Патока, встаньте у окон! Лютик, Ириска, охраняйте черный ход! Остальные держите периметр!

Муравьедевочки споро рассредоточились по дому, занимая огневые позиции. В воздухе явственно потрескивало напряжение, смешанное с едва уловимым запахом озона — верный признак готовых сорваться с пальцев боевых заклятий. Мирмеции без апгрейдов, может быть и не могли колдовать, но вот пользоваться артефактами — это пожалуйста.

— Ох, и зачем папенька нас покинул… — сокрушенно пробормотала одна мирмеций, нервно теребя четырьмя руками рукоять меча. — Такого бы не случилось, будь он здесь…

— Типун тебе на язык, Ириска! — шикнула на нее подруга, поудобнее перехватывая секиру. — Пепеньке сейчас не до нас, он Империю от Аномалий спасает. А мы тут сами справимся, ясно? Мы же Безумовых дочери, в конце концов!

В этот миг снаружи издалека послышались приглушенные голоса и лязг оружия. Кристина напряглась, вслушиваясь. Неужели уже?

Внезапно ночную тишину разорвал оглушительный взрыв. Стены особняка содрогнулись, с потолка посыпалась штукатурка. Это боевики с помощью направленного магического удара высадили ворота!

В тот же миг сработали охранные печати. Пространство вокруг ограды заволокло едким фиолетовым дымом, вспыхнули причудливые огненные всполохи. Несколько нападавших с воплями покатились по земле, объятые призрачным пламенем.

— Какого хрена?! — взвыл Варан, пытаясь сбить с себя разъедающие плоть чары. — Клык, ты говорил, что защиты нет!!!

— Да что за дела… — прорычал Клык, судорожно складывая печати. — Видимо, княжич перестраховался, оставив парочку сюрпризов для непрошенных гостей! Или Фридрих, сволочь, подставил нас!

— Да при чем тут Фридрих??? Это твой косяк!!!

— Я все делал как обычно!!!

Но времени на разборки не было. Проникнув через ограду, боевики ринулись штурмовать особняк. Над их головами засвистели пули, полыхнули боевые заклинания. Маги наемников с ходу принялись ломать уцелевшие защитные чары, расчищая путь бойцам.

— Так, ребятки, без фокусов! — рявкнул Варан, перекрикивая грохот взрывов. — Ломимся к дому, хватаем там всех — и деру! Малец, Дух, Гарри, Арчибальт! За мной!

Четверка головорезов, кивнув, устремилась за главарем. Остальные рассыпались по двору, нащупывая уязвимые места в обороне.

Тем временем в доме мирмеции сражались с отчаянной храбростью обреченных. Они встречали атакующих ливнем магических стрел и ударами клинков. Каждая из муравьедевочек понимала: отступать некуда, позади — королева и юные сестренки. Их во что бы то ни стало надо защищать!

— Получайте, ублюдки! — визжала Карамелька, посылая сгустки разъедающей кислоты из артефакта-распылителя. Двое боевиков с воем покатились по земле, корчась от боли. — Будете знать, как к порядочным девушкам вламываться!

Рядом с ней крутилась вихрем Патока, орудуя парными клинками. Тела нападавших со стонами оседали на пол, заливая его кровью.

Но и защитницы несли потери. Несколько мирмеуций пали, прошитые очередями. даже их хитин не выдержал пробивной пущи зачарованных пуль.

Все новые и новые наемники карабкались через ограду, усиливая натиск. Над крышей со зловещим гудением пронеслась магическая молния, снеся кусок стены и оглушив нескольких мирмеций.

— Ох, плохо дело… — процедила сквозь зубы Кристина, когда ее боевой жезл испепелил очередного стрелка. — Где же ты, Костя… без тебя нам долго не продержаться…

В этот миг за спиной раздался грохот. Женщина резко обернулась и похолодела. В дальнем конце холла, прямо из стены, будто чудовищное соцветие распускалось багровое сияние портала! Похоже, маги-боевики пробили таки защиту и открыли локальный портал внутрь дома!

— Всем приготовиться! — крикнула Кристина, вскидывая жезл. Мирмеции сбились в плотную группу, ощетинившись клинками. В их глазах плескалась решимость биться до последнего.

А в следующий миг из порталов хлынули враги. С десяток матерых головорезов, увешанных оружием и амулетами. Одного взгляда на их перекошенные злобой физиономии хватало, чтоб понять — пощады не будет.

— Режь их! — взревел Клык, открывая беглый огонь из автомата. Пули засвистели в воздухе, выбивая щепки из стен и мебели. Мирмеции с визгом попадали на пол, судорожно отползая за укрытия.

— Всем привет, дорогуши! — насмешливо осклабился один из боевиков, небрежным жестом сотворив файерболл.

Отряд магов-диверсантов грозил похоронить всю оборону до прибытия подкрепления.

Но тут со второго этажа раздался грохот тяжелых шагов. Бойцы недоуменно вскинули головы. И обомлели.

По ступеням, страшно скрипя хитином, с огромной скоростью сбежала исполинская закованная в броню фигура. Больше трех метров роста, литые мышцы и хитиновые пластины толщиной в палец! На груди и плечах фигуры переливались алым светом укрепляющие печати — их только что закончили наносить. Чудовищных размеров топор со свистом рассек воздух.

Вафелька пришла.

— Уроды, — произнесла она милым высоким голосом, с ненавистью глядя на оторопевших боевиков. — Вы убили младших сестренок!

И в тот же миг с яростным ревом обрушила топор на ближайшего громилу. Тот и пикнуть не успел, как стальное лезвие располовинило его напополам!

На секунду в холле воцарилась зловещая тишина. А затем началась форменная бойня.

С утробным рычанием Вафелька ворвалась в толпу врагов, сминая их, словно бумажные фигурки. Гигантский топор, зачарованный на предприятии Безумовых, крушил все на своем пути, разбрасывая вокруг ошметки тел и брызги крови. Не спасали ни бронежилеты, ни защитные артефакты — перед чудовищной мощью мирмеции-солдата все было бессильно!

Обретя второе дыхание, в атаку ринулись и остальные муравьедевочки. С визгом и улюлюканьем они набросились на шарахнувшихся от Вафельки боевиков, поливая их струями кислоты и огня из артефактов, размахивали клинками. Стоны и вопли корчащихся в муках бандитов заглушали даже грохот выстрелов.

— Жрите, выкормыши Бездны! — кричала Ириска, швыряя в гущу врагов склянки с алхимическими препаратами. Те с оглушительными хлопками лопались, выпуская наружу ядовитые облака, разъедающие плоть до костей. Сраженные чудовищным ядом головорезы кучами валились на пол.

Видя, что дело плохо, боевики дрогнули. Даже с учетом внезапности нападения, шансов против бешеной великанши у них не было. Плюнув на гордость, бандиты ломанулись врассыпную, пытаясь унести ноги.

Но не тут-то было! Вафелька с ликующим ревом погналась за улепетывающими врагами, на ходу сея разрушение и хаос. Даже магические атаки разбивались о её чудовищную броню, на которой сверкали укрепляющие печати.

— Уходим, уходим! — истошно верещал Клык, волоча за шкирку зазевавшегося дружка. — Ходу отсюда! К порталам, быстро!

Вот только порталов больше не было. Вафелька от души приложила кулачищами по стене, та рухнула. И пространственная дыра, крайне нестабильная, схлопнулась, словно ее и не бывало!

Оказавшись в ловушке, боевики заметались по холлу, словно тараканы. Они палили наугад из автоматов, пытаясь хоть как-то сдержать неумолимо надвигающуюся бронированную махину. Но куда там! Вафелька шла напролом, даже не замечая пуль и заклятий, градом сыплющихся на нее. А младшие мирмеции под ее прикрытием делали грязь, закидывая врагов убойными подачами из магических артефактов.

— Да чтоб тебя, тварь! — взвыл Клык, видя, что все пропало. — Да пропади оно все пропадом!

Его третий глаз широко распахнулся, на его белке на глазах вспучивались толстые красные вены. Внутри зрачка сформировался плотный сгусток энергии, озаряя все вокруг ярким светом, на который невозможно было смотреть.

Мирмеции с испуганным стрекотом бросились по укрытиям.

— Жри, тварь! — выплюнул Крык, красный импульс с огромной скоростью врезался в Вафельку. Прямое попадание!

Глухо бухнул взрыв, обдав все вокруг волной раскаленных осколков. Казалось бы, такой бадабум не пережить…

Как бы не так! Рассеявшийся дым явил совершенно невредимую Вафельку с дымящимися хитиновыми латами. Осколки просто отскочили от ее брони, не причинив ни малейшего вреда!

— Бесишь! — прорычала мирмеция и одним прыжком настигла опешившего Клыка. Исполинский кулак с хрустом впечатался в его череп, превращая третий глаз в кровавое месиво.

А затем Вафелька принялась методично и без затей избивать оставшихся бандитов. Она хватала их за руки, за ноги и просто сшибала лбами, круша кости. Или впечатывала с размаху в стены, будто кегли, превращая тела в бесформенные груды мяса. Те, кому повезло продержаться подольше, все равно недолго радовались жизни. Великанша в приступе ярости просто рвала их на части.

Спустя пару минут с боевиками было покончено. Пара уцелевших мелких сошек, хлюпая разбитыми носами, ползали в ногах у мирмеций, умоляя сохранить им жизнь.

Вафелька брезгливо пнула одного в живот, отшвырнув к стене.

— Добить бы вас …, но это пусть папа решает… — проворчала она, сплевывая кровавую слюну. — Ох… Что-то у меня голова кружится…

— Вафелька, с тобой всё хорошо? — испуганно пискнула одна из младших мирмеций.

Вместо ответа Вафелька пошатнулась, ее глаза закатились, и она с грохотом рухнула на пол… А натиск боевиков, рвущихся в дом, меж тем, не ослабевал…

Глава 2. Знак

Я мчался на монстромобиле, выжимая из него все возможное и невозможное. Педаль газа вдавлена в пол, двигатель ревет как раненый зверь. Я чувствовал, как от напряжения у меня пульсирует жилка на виске. Только бы успеть, только бы не опоздать!

В голове настойчиво билась одна мысль — добраться до особняка как можно скорее. Спасти родных, пока не поздно. Кристина, Лилия, мирмеции, даже мутный Менгелев — все они сейчас в смертельной опасности!

Сахаринка сидела рядом, вцепившись в ремень безопасности. Ее лицо посерело от страха и напряжения, но она стоически молчала, понимая всю серьезность ситуации.

Эмми, бледная как полотно, вжалась в сиденья заднего ряда. И только Настя, сидевшая рядом с Эмми, кажется, кайфовала от скорости.

— Вау, кайф, — с широкой, немного маньячной улыбкой произнесла она, глядя во все глаза на дорогу. Она открыла окно на полную, словно желая насладиться мощным потоком воздуха. — Вот это прём…

Девушки смотрели на меня широко раскрытыми глазами, в которых плескался ужас пополам с надеждой. Надеждой, что я смогу спасти положение. Не подведу. Успею.

Но я и сам не был уверен в этом…

Несясь на безумной скорости по пустынному шоссе, я лихорадочно снимал с монстромобиля все ограничители. К черту безопасность, к черту правила! Сейчас важна каждая секунда.

Я открыл свою Книгу Судьбы, влив в удачу львиную долю Энергии Бездны. Только удача сейчас нас и спасет от аварии…

Под моими пальцами панель управления будто ожила. Зловещая аура окутала салон, когда я влил в механизмы чистую энергию Бездны. Машина затряслась, заскрипела, будто снова перерождаясь в нечто иное. Более дикое, опасное, неудержимое.

И вдруг она рванула вперед с такой скоростью, что дух захватило! Стрелка спидометра бешено завертелась, зашкалила и отвалилась к чертям. За окнами все слилось в сплошные полосы.

— Ва-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — визжали три мои пассажирки. Сахаринка и Эмми от ужаса, Настя… ну одной Бездне ведомо, что там у нее в голове творилось.

БУМ!!!

Чудовищный грохот сотряс округу. Монстромобиль с ревом прорвал звуковой барьер, оставляя за собой взрывную волну. Крик девиц тут же унесло бешеным потоком воздуха.

Но вот впереди показалась жилая застройка — множество частных домов с узкими улочками, по которым особо не полавируешь.

Но машина стремительно неслась вперед, трансформируясь на ходу. Из днища и боков потекла черная маслянистая жидкость, собираясь в подобия лап.

Лязг, скрежет, и вот уже эти тянущиеся отростки вонзились в землю, с силой оттолкнулись от нее!

Монстромобиль сделал чудовищный прыжок, перемахнув разом целый сектор застройки. Совершил второй, третий — да так и понесся вперед исполинскими скачками!

На лицах девчонок застыло немое офигевание от происходящего. Я же сохранял ледяное спокойствие. Все мои мысли были сосредоточены на управлении этим взбесившимся механизмом. На то, чтобы максимально сократить путь и прибыть вовремя.

От скорости и напряжения у меня звенело в ушах, тошнота подкатывала к горлу. Но отступать некуда. Татуировка на руке налилась свинцовой тяжестью, раскаляясь добела. Будто торопила, подгоняла меня…

Что-то там с Лилией не то…

— Быстрее, еще быстрее! — сам не зная зачем, прошептал я, стиснув зубы.

Машина взревела, разгоняясь до немыслимой скорости. Мир вокруг смазался, превратившись в размытый калейдоскоп цветов.

После очередного прыжка под нами показалось поле для гольфа — тщательно подстриженный газон, идеальные лунки, флажки. И прямо посреди него — знакомые фигуры.

Император и князья! Похоже, проводят свой досуг за игрой.

Не сбавляя скорости, монстромобиль летел над полем, несясь на головокружительной высоте. Кажется, мы даже сбили пару беспилотников. Ну как сбили… их задело воздушным потоком, они потеряли управления и рухнули на землю.

Надеюсь, это не расценят как попытку покушения… в любом случае извиняться никогда, мы очень спешим!

Краем глаза я заметил, как Император замахивается клюшкой. Удар! Но что-то пошло не так. У Императора, кажется, дрогнула рука, мячик полетел совсем в другую сторону от лунки, взяв очень высоко. Более того, мячик оказался прямо на нашем пути!

Мячик с силой ударился о корпус нашей машины… и срикошетил точно в лунку!

Я не поверил своим глазам. Что это было? Невероятное везение? Случайность? Или случайный выброс удачи из Книги Судьбы?

Но размышлять об этом не было времени. Монстромобиль пронесся над полем и скрылся вдали, оставляя игроков позади.

Дальнейшее происходило как в тумане. Отчаянно пытаясь добраться до особняка, я не следил за временем. Мы мчались вперед, сметая все на своем пути.

Наконец, в ночной мгле замаячили знакомые очертания родового гнезда Безумовых. Ощерившийся ограда, мрачные стены, зловещая тишина вокруг…

И над всем этим — зарево пожара.

У меня внутри все похолодело. Неужели мы опоздали?!

Монстромобиль с ревом вломился во двор, круша и без того покореженные кованые ворота. Затормозил, взрыхлив шинами идеальный газон.

Не дожидаясь полной остановки, я выскочил наружу. Сердце бешено колотилось, в висках стучало.

Следом за мной вывалились на газон Настя, Эмми и Сахаринка, все с крайне зелеными лицами.

Дом! Наш дом пылал, объятый безжалостным огнем! Языки пламени лизали стены, из окон валил густой черный дым.

Но самое страшное — нигде не было видно защитников. Ни движения, ни звука, лишь жадное гудение пламени. На земле лежали тела каких-то мужиков с оружием…

О нет… Нет!!!

— Эмми! — крикнул я.

— Ох… поняла… — Эмми взяла себя в руки и начала складывать печати. Пламя, повинуясь дару Огня и Ветра начало утихать.

Я бросился вперед, не чуя под собой ног. Взлетел на крыльцо, распахнул обугленную дверь.

— Эй!!! Кто-нибудь!!! — что есть силы заорал я, вглядываясь в полумрак. Густой едкий дым тут же набился в легкие, вышибая слезы. — Лилия!!! Мелинта!!! Кристина!!! Где вы??!!?!

Ответом мне была зловещая тишина. Только жуткий треск пылающих перекрытий, да шорох оседающих балок.

Я продвигался вперед, шаг за шагом, ориентируясь на память. Если все прятались, то где? В подвале? В тайных ходах?

— Эй!!! Родные мои!!! Это я, Костя!!! Отзовитесь!!!

Внезапно на самом краю слуха я уловил слабый стон. Замер, прислушиваясь. Неужели?! Звук повторился вновь, и я уже без колебаний метнулся в его сторону.

Через несколько поворотов, сквозь обрушивающиеся стены и клубы дыма, я увидел страшную картину.

Вафелька!!! Лежит у стены, вся в копоти и крови, с чудовищной раной в животе…

— Папочка… это ты? — из последних сил прохрипела она, открывая глаза. Они уже мало что видели… — Я… пыталась их остановить… Но их было слишком много…

Я бросился к дочери, упал на колени рядом с ней. Начал складывать печати, вливая в нее живительную силу.

— Родная моя, потерпи! Сейчас я тебя вытащу, обязательно спасу!

Но моя храбрая дочь лишь слабо качнула головой:

— Поздно… — ее голос был едва слышен. — Они… все …

— Мертвы?! — мой голос сорвался на крик.

— Все… Все… — по щеке Вафельки скатилась одинокая слеза, прочертив дорожку в копоти. — Их увезли… Оставили только меня… я слишком тяжелая…

Мой разум отказывался воспринимать эти слова. Быть такого не может!

НЕТ!!!

Я заорал во всю глотку, срывая голос. Ярость, боль, отчаяние затопили меня с головой.

Я прижал к себе Вафельку… Я чувствовал, что ее сердце все еще бьется… Я не дам ему остановиться!!!

В этот момент еще одна балка с чудовищным грохотом обрушилась совсем рядом, взметнув целый сноп искр. Кажется, уже горел второй этаж… Эмми боролась с огнем, но лучше не рисковать.

Если я не встану сейчас — погибнем тут вдвоем

Из последних сил я поднялся, подняв огромное тело Вафельки на руках. Она надышалась угарным газом, и лишь ее могучее здоровье не дало ей умереть. Нужно срочно на воздух!

Словно в тумане побрел к выходу, ничего не видя перед собой.

Выбравшись из горящего дома, я упал на колени посреди двора и завыл. Завыл так, что, наверное, всполошил половину Синегорья.

Боль потери разрывала мне сердце. Я опоздал… Не сумел…

Злость перешла в истошный, полубезумный хохот:

— Где вы, ублюдки?! Где вы, гады??!! Я найду вас всех!!!

Впрочем, я как обычно быстро собрался с мыслями. Боль утраты сменилась холодной яростью. Передав Вафельку на попечение Насти и Сахаринки, я молча подошел к одному из лежащих на земле тел боевиков. Молча извлек его Книгу Судьбы и начал быстро листать страницы, бегая глазами по строчкам текста.

На поле для гольфа царил форменный переполох. Служба охраны императора металась туда-сюда, силясь понять, что это была за адская машина, только что пронесшаяся над их головами.

Звонили рации, взлетали вертолеты, суетились люди в черной униформе. В воздухе висело напряжение и растерянность. Такого никто не ожидал и не мог предположить.

Император же был само спокойствие. Он задумчиво смотрел вслед скрывшемуся монстромобилю, поглаживая ухоженные усы.

— Далеко пойдет… Ох, далеко… — негромко пробормотал он, скорее сам себе, чем окружающим.

Кривотолков нахмурился. Его цепкий взгляд впился в императора:

— Ваше величество… не кажется ли вам, что этот эпизод из ряда вон? Никакого уважения к закону и приличиям.

Бельский согласно закивал:

— Да-да, вопиющее хамство! Пронестись над головами высших лиц государства на этой… этой… адской колеснице! Нахальный мальчишка!

Но император лишь усмехнулся в усы:

— Не кипятитесь, друзья. Парень явно спешил по делу. Причем по очень важному и срочному… Бог весть, что там стряслось…

Кривотолков лишь покачал головой. Бельский молча переводил взгляд с одного на другого, ожидая продолжения.

— И потом… — император обвел взглядом притихших князей. На его устал мелькнула довольная улыбка. — Вы видели этот удар? Случайный рикошет мяча, влетевший точно в лунку. Такое и в лучшие дни не всегда получается.

Кривотолков закатил глаза:

— Полагаете, это знак свыше?

Император ничего не ответил. Лишь загадочно улыбнулся и отвернулся, вглядываясь в горизонт, где скрылась машина.

Кажется, эта безумная гонка Кости произвела на него впечатление. Что ж… возможно, над этим действительно стоит поразмыслить.

Глава 3. Забудь о кодексах!

Ледяной ветер, несущий вихри снежинок, ворвался во двор вокруг горящего особняка. Он закружился на месте, сжимаясь в плотный сверкающий сгусток. И через мгновение из него соткалась фигура прекрасной девы в белоснежных одеждах. В руках она сжимала копье. Айсштиль!

Её волосы в этот раз были ярко-синии — она перекрасила их пару дней назад, решив сменить имидж.

Она застыла, обводя пространство ошеломленным взглядом. Ее лицо исказил ужас, когда она увидела наш пылающий дом и распростертые на земле тела.

— Костя! — закричала она, кидаясь ко мне. — Что стряслось? Где все? Что это за бойня?

Ее голос дрожал от волнения, но в глазах уже вспыхивали опасные ледяные искры.

Я с трудом поднял на нее взгляд. Внутри меня клокотали боль и бешенство, но я держал себя в руках.

Я — опора для всех. Если я не буду как кремень, то на что надеяться остальным?

— Они… напали. Внезапно. Без предупреждения, — процедил я сквозь зубы. — Наемники. Вооруженные до зубов. Перебили охрану, вломились в дом. Кристину, Лилию, Мелинту и многих дочерей… похитили. Вафелька пыталась их остановить, но…

Я не договорил. Все было понятно без слов.

Айсштиль скрипнула зубами и сжала кулаки так, что костяшки побелели. Ее силуэт начал окутывать зловещий морозный туман.

— Кто? — прошипела она ледяным тоном, от которого кровь стыла в жилах. — Кто посмел?

— Банда. Из Диких Земель, — глухо отозвался я. — Судя по всему, работают на кого-то. У меня есть предположения на этот счет.

И я многозначительно указал взглядом на лежащие неподалеку тела боевиков с характерными татуировками.

Богиня проследила за моим взглядом и мрачно усмехнулась:

— Понятно. Будем выпытывать, на кого эти нелюди работают. А потом…

Она не договорила, но красноречивый жест рукой, рассекающий воздух, не оставил простора для фантазии.

Над головой раздался нарастающий гул. Я вскинул голову и увидел вертолет со знаком императорской полиции, заходящий на посадку. Вот и кавалерия пожаловала, запоздало и бестолково. Впрочем, сейчас мне любая помощь сгодится для поисков.

Тем временем Айсштиль обратила внимание на объятый пламенем особняк. Метнув на меня вопросительный взгляд и получив согласный кивок, она вскинула руки. Из ее ладоней вырвались ослепительно-белые потоки, окутавшие здание морозной дымкой.

Эмми, которая из последних сил боролась с пожаром, с облегчением выдохнула. Вместе с Айсштиль они обрушили на полыхающий дом всю мощь своих стихий — пронизывающий холод и ураганный ветер, сбивающий пламя.

Спустя пару минут огонь окончательно сдался. Над руинами особняка теперь клубились белесые клочья пара. Дом был безнадежно разрушен и нуждался в капитальном восстановлении, но хотя бы пожар нам удалось укротить.

Настя уже во всю беседовала с полицией, сыпля показаниями на ходу и размахивая руками, указывая на тела боевиков. Следователи деловито строчили в блокнотах, хмурили брови и кивали. Похоже, предстоит долгое и муторное разбирательство.

К нам подошел высокий мужчина лет сорока, в длинном сером плаще и шляпе. Его лицо показалось мне смутно знакомым. Ба, так это же Виталий Шельга, следак из местного убойного отдела! Тот самый, с которым мы беседовали на алхимическом предприятии, когда на него напали Черные Хирурги!

— Здорово, княжич, — кисло улыбнулся он, кивая мне. Цепкий взгляд быстро обшаривал место происшествия, подмечая мельчайшие детали. — Вот уж не думал, что снова свидимся при таких обстоятельствах.

— Взаимно, — вздохнул я, пожимая ему руку. Ладонь у него была жесткая, в мозолях. Видно, что человек привычен держать в ней оружие и не гнушается лично спускать курок. — Средь бела дня, как к себе домой вломились!

Я с ненавистью пнул распростертый труп налетчик.

Виталий понимающе кивнул.

— Банды из Диких Земель в последние годы действуют все наглее и наглее, — сказал следак. — Мы думали, что рейд Генерал-Губернатора на Черных Хирургов изменит ситуацию, припугнет бандитов… Но, кажется, стало только хуже.

Он склонился над мертвецом, придирчиво разглядывая его татуировки и шрамы.

— Знакомая малява, — протянул он задумчиво. — Банда отморозков из Диких Земель, Стервятники называются, промышляют разбоем и похищениями. Были мелочью, но после падения Черных Хирургов быстро поднялись. Их главарь — отпетый головорез по кличке Варан. Редкостный ублюдок. За ним числится столько висяков, что впору вешать по позорном столбе…

— Варан, говоришь… — произнес я, сверля глазами стылое небо. Я уже видел это имя в книге Судьбы. Но не думал, что он является главным в этой банде. — Ясно.

Следователь лишь скорбно качнул головой:

— Держи себя в руках, княжич. Мести потом предашься. А пока надо действовать строго по закону, дабы не накосячить еще больше.

— Да-да, разумеется, — отмахнулся я, лихорадочно размышляя.

Тут Ваталий замялся и неуверенно произнес:

— Я слышал, у них на вооружении есть хитрая магия порталов. Так что будь настороже. Эти твари могут выскочить откуда угодно… Они появляются быстро и также мгновенно исчезают.

Айсштиль, услышав последнюю фразу, холодно произнесла:

— Как крысы прячутся по щелям, в открытую боятся сразиться. Что ж, смертельный холод проникнет в любую щель…

Я с благодарностью стиснул ее руку. Хорошо, что Снежная Королева на моей стороне. С такой поддержкой мы непременно найдем похитителей.

Внезапно у Насти запищал телефон. Обеспокоенно нахмурившись, она поднесла его к уху и некоторое время слушала. Потом ее глаза расширились и она воскликнула:

— Костя! Внизу! У нас же там были потайные отсеки! Молодые мирмеции спрятались в них, их не обнаружили! И у них князь Иван!

У меня от сердца чуточку отлегло. Хвала Бездне, хоть кто-то уцелел! Из персонала особняка хоть кто-то жив!

Мы поспешили к руинам. Оказалось, что мирмеции храбро прятали юных сестренок, слуг и раненых аж на пятом уровне подземелий! Туда ублюдки не успели добраться, видать, действовали в спешке.

С трудом разобрав завалы, мы вытащили всех на поверхность. Девочки-мирмеции дрожали, прижимая к себе коконы, молодые мирмеции со светлым хитином растерянно хлопали глазами, явно не понимая что творится. Ну а Иван Безумов… Увы, он не смог ничего рассказать. Лежал на носилках, укрытый одеялом, глубоко в коме.

Подсчитав выживших, мы убедились — Кристина Валерьевна, Лилия, Мелинта и многие мирмеции похищены. Причем похитители с какой-то целью забрали и мертвых мимреций…

Впрочем, я догадывался, с какой.

От осознания потерь у меня подкосились ноги. Сколько девочек погибло, пытаясь защитить дом? Сколько искалечено? За что с ними так?

Я жестоко отомщу ублюдкам за каждую пролитую каплю крови. За каждую утраченную жизнь.

И ещё… Я не верю, что обычная банда способна взломать мою систему защиты, все печати, усиленные Красным Сгустителем. Им явно кто-то помог, кто-то снабдил заклинаниями и средствами…

— Костя, опомнись! — Настя с силой сжала мой локоть, возвращая к реальности. — У тебя такое лицо… как будто ты сейчас всех съешь живьем…

Я судорожно кивнул, стискивая зубы. Она права. Действовать надо быстро, пока похитители не ушли слишком далеко.

Сунув руку в карман, я выудил записную книжку бандита. Вдумчиво перелистал измятые странички. Вот оно! Координаты базы в Диких Землях! И еще пара интересных пометок…

— Пора наведаться в гости к этому вашему Варану, — процедил я. — И выбить из него всю дурь. А заодно забрать наших…

— Я с тобой, Эстро! — решительно заявила Айсштиль. — Не смей отказывать! Я должна быть там!

Я молча кивнул. Спорить с ней бесполезно, Снежная Королева — та еще упрямица. Да и без ее силы будет куда сложнее.

Подойдя к мирмециям, я тихонько сказал:

— Поплачьте, милые. Поплачьте как следует. А потом принимайтесь за работу. Нашим павшим дочерям нужно подготовить достойные похороны. И особняк… его тоже нужно будет отстраивать. Понадобятся все ваши силы. Простите, что снова вас покидаю…, но иначе никак…

Сахаринка и уцелевшие мирмеции разрыдались, утыкаясь мне в грудь. Растроганный, я крепко обнял своих девочек. Знаю, им сейчас тяжело как никогда. Но у нас еще есть шанс. Мы не должны его упустить.

Наскоро собрав припасы, я вместе с Айсштиль и Настей погрузился в монстромобиль. Тот, хоть и изрядно потрепанный бешенной гонкой, вполне еще мог ездить. И ездить быстро.

Шельга обещал помочь с охраной особняка, пока я буду отсутствовать. Добрый человек, за мной должок.

С решительным рыком мотора мы помчались в ночь. Держитесь, Кристина, Мелинта, Лилия! Держитесь, мои храбрые мирмеции! Папочка уже в пути…

Шелест листвы и ветра заполнял беседку в саду, укрытую со всех сторон высокими кустами сирени. Здесь, в этом небольшом оазисе уединения, любил проводить время князь Дмитрий Кривотолков, когда ему требовалось хорошенько обдумать сложные вопросы.

Вот и сейчас он расположился в плетеном кресле, задумчиво глядя перед собой. Легкий ветерок трепал его темные с проседью волосы. На лице застыло непроницаемое выражение, но взгляд оставался острым и пронизывающим, как обычно.

Звук шагов вырвал князя из задумчивости. Он поднял взгляд на вошедшего мужчину средних лет в строгом черном костюме. Начальник службы безопасности рода, Аристарх Велимирович, почтительно склонил голову.

— Ваша Светлость, — произнес он негромко. — Разрешите доложить.

Князь жестом предложил ему сесть. Аристарх опустился в кресло напротив и, помедлив, начал:

— Наш беспилотник запечатлел нападение на особняк Безумовых. Все произошло очень быстро. Крупный отряд наемников ворвался на территорию, сметая всё на своем пути. Охрана и прислуга не смогли долго сдерживать их натиск…

Он замолчал, словно подбирая слова. Князь нетерпеливо шевельнул бровью:

— Продолжайте. Что с Кристиной Валерьевной и с… мирмециями?

Аристарх вздохнул:

— Часть мутанток отбили атаку, но… потом бандиты перегруппировались и контратаковали. Видимо, у них были четкие инструкции. Вырубили почти всех защитников, многих просто похитили. В том числе Кристину Валерьевну и некоторых других женщин из семьи Безумова.

Дмитрий стиснул подлокотники кресла. На скулах заходили желваки.

— Но и это еще не всё, — продолжил Аристарх. — Когда все закончилось в особняк на полной скорости ворвался Константин Безумов на каком-то чудовищном драндулете. Разнес половину ограды в щепки. Узнав от выживших о том, что случилось, Безумов впал в ярость. Он забрал с собой свою ледяную подружку и ту черноволосую девицу, Настасью. Они определенно отправились в погоню за бандитами.

— В Дикие Земли? — полуутвердительно спросил князь.

— Очевидно, да, — кивнул Аристарх. — Осведомитель в полиции сообщил, что на месте происшествия полиция обнаружила трупы налетчиков со знаками банды «Стервятники». Думаю, Безумов сложил два и два. Скорее всего, сейчас он мчится прямиком в их логово.

Повисло тяжелое молчание. Дмитрий смотрел куда-то вдаль, машинально поглаживая подбородок. Аристарх терпеливо ждал.

Наконец, князь тряхнул головой и бросил на начальника службы безопасности пронзительный взгляд:

— Благодарю за службу, Аристарх Велимирович. Вы и ваши люди отлично сработали. Теперь оставьте меня. Мне нужно подумать.

Аристарх поднялся, отвесил поклон и бесшумно покинул беседку. Князь откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза.

Безумов, Безумов… Опять этот юнец вляпался в историю. Как и всё его семейство. Сколько лет их роды соперничали, сколько крови пролили… А теперь, значит, княжич помчался спасать своих женщин. Один, без оружия и толпы соратников. Совсем из ума выжил?

Впрочем… княжич уже совершал, казалось бы безумные поступки. И выходил сухим из воды. Сверходаренного недооценивать не стоит.

Дмитрий резко поднялся и начал расхаживать по беседке, заложив руки за спину. Его мысли лихорадочно метались, выстраивая причинно-следственные связи.

Братки из Диких Земель обнаглели вконец. Мало того, что средь бела дня напали на родовое поместье, так еще и княжеских особ похитили! Такое нельзя спускать на тормозах. Если закрыть глаза сейчас — завтра любой проходимец возомнит себя королем жизни. Непорядок.

Но с другой стороны — Безумовы. Давние враги и соперники. Стоит ли помогать им? Не лучше ли воспользоваться ситуацией? А с другой стороны — турнир. Князь уже знал расположение команд в верхней сетке. И Безумовы нужны ему там в полной силе — чтобы максимально ослабить своих противников.

Дмитрий остановился, сжав кулаки. Внутри него будто боролись два начала — расчетливый политик и человек чести. А, возможно, это была лишь видимость… Несколько минут он стоял неподвижно, о чем-то напряженно размышляя.

Внезапно его осенило. Губы князя растянулись в хищной усмешке. Ну конечно! Как он сразу не догадался? Это же идеальный шанс! Шанс решить сразу несколько проблем одним махом.

Он вернулся в кресло, небрежно смахнул с подлокотника сирень. Да, план дерзкий и рискованный. Но если все выгорит — выгода будет колоссальной. И не только для него лично.

Приняв решение, князь достал из кармана пиджака смартфон и нажал кнопку быстрого набора. После второго гудка на том конце ответил звонкий девичий голос:

— Да, дядя?

— Дарья, зайди ко мне. Срочно. Жду в беседке, — бросил Дмитрий и сбросил вызов, не дожидаясь ответа.

Он знал, что своенравная племянница не заставит себя ждать. Она всегда рвалась в бой, жаждала приключений и подвигов. Вот и посмотрим, на что она способна.

Спустя пару минут в проеме показалась гибкая фигура в обтягивающем тренировочном костюме. Дарья Кривотолкова, тяжело дыша, ворвалась в беседку. Ее лицо раскраснелось, на лбу блестели капельки пота.

— Дядя? Что-то случилось? — выпалила она, остановившись перед князем. У нее на поясе висел скрученный кнут, с которым она не расставалась, кажется, даже в душе…

Дмитрий окинул племянницу внимательным взглядом. Та явно прибежала прямо с полигона — еще не успела остыть после тренировки.

— Присаживайся, — князь указал на кресло. — Разговор есть.

Дарья послушно опустилась на краешек сиденья, не сводя с дяди вопросительного взгляда. Тот невольно залюбовался ее горящими глазами и взъерошенными смоляными кудрями. Порох-девка! Вся в него.

— Как продвигаются твои занятия перед турниром? — спросил Дмитрий, сцепив пальцы в замок. — Справляешься?

— Еще как! — с жаром заявила Дарья. — Сегодня на стрельбище всех в дно уделала! Инструктор сказал, что у меня талант. Чую, скоро я тебя, дядь, перещеголяю!

Она самодовольно хмыкнула. Князь усмехнулся в ответ:

— Ишь, какая шустрая. Ну-ну, посмотрим еще, кто кого.

Потом он посерьезнел и, помедлив, негромко произнес:

— У меня есть для тебя особое задание, Даша. Очень ответственное и секретное.

Брови девушки взметнулись вверх. В глазах вспыхнул неподдельный интерес.

— Ого! Вот это новости! — воскликнула она. — Рассказывай скорее, дядь! Что за дело?

Дмитрий набрал в грудь побольше воздуха и начал:

— Речь о Безумовых. Сегодня на них напали. Кристину Валерьевну, дочерей и слуг из особняка похитили. Константин помчался их спасать. Без охраны, просто с двумя подругами, представляешь?

Дарья слушала, приоткрыв рот. По мере рассказа ее глаза округлялись все сильнее.

— Ни хрена себе! — вырвалось у нее, когда князь закончил. — Этот дуралей в своем репертуаре!

— Думаю, это не очень то справедливо, — задумчиво произнес князь. — Мы не должны остаться в стороне.

— А мы-то тут при чем? Безумовы же наши враги!

Последнюю фразу она произнесла с толикой недоумения. Дмитрий смерил ее строгим взглядом и поднял бровь. Этого оказалось достаточно, чтобы девушка прикусила язык.

— При том, что это дело государственной важности, — веско произнес князь. — Если кучка отморозков безнаказанно похищает представителей Княжеских родов, это угрожает всему дворянству. На полицию, как обычно, надежды нет. Порядок нужно восстанавливать своими силами. И ты, Дарья, внесешь в это личный вклад.

— Я?! — потрясенно выдавила Дарья. — То есть… ты хочешь, чтобы я помогла Безумову? Отправилась с ним в Дикие Земли?

— Именно, — кивнул Дмитрий. — На кону честь и безопасность нашего сословия. Ты, как моя племянница и кандидатка в главу рода, не имеешь права остаться в стороне.

Дарья сидела, совершенно ошарашенная. Она пыталась осмыслить услышанное, но получалось плохо. Безумов, враг ее семьи, попал в беду. И дядя предлагает ей, Дарье, отправиться ему на выручку? Да он в своем уме?

И самое главное: дяденька назвал ее кандидаткой в главы рода! Впервые! Князь Кривотолков, человек, которого она безмерно уважала, человек, который по факту стал ей отцом после гибели родителей… признает ее достойной?

Словно прочитав ее мысли, князь проникновенно произнес:

— Дашенька, пойми. Это шанс не только утереть нос лихим людишкам, но и показать всему миру благородство и мощь нашего рода. Особенно Государю Императору, который сейчас в Синегорье и который видит все. Ты спасешь женщин Безумовых, встанешь плечом к плечу с их княжичем. И все увидят, что Кривотолковы способны подняться над личными распрями ради высшего блага. Это политика, дорогая. Искусство возможного.

Дарья судорожно сглотнула. В груди разливался холодок предвкушения и… страха? Словно она стояла на краю пропасти и вот-вот сделает шаг вперед.

— Но это еще не всё, — Дмитрий наклонился ближе и понизил голос. — У меня для тебя будет еще одно, особое поручение. О нем никто не должен знать. Даже Безумов.

Глаза Дарьи расширились. Ее вдруг прошиб холодный пот. Неужели дядя хочет, чтобы она… убила Константина? Прямо во время совместной операции?

Ну не-е-е-е-е-е-ет… у нее же на этого болвана свои планы!

Но следующие слова князя заставили ее похолодеть. Некоторое время он говорил, а Дарья слушала, чувствуя, как по спине бегут мурашки. То, что предлагал дядя, было… весьма неожиданно. Мягко говоря.

Когда Дмитрий закончил, в беседке повисла звенящая тишина. Дарья судорожно сглотнула и произнесла непослушными губами:

— Дядя, ты… ты уверен? Это же… Это против всех кодексов чести!

— Забудь о кодексах! — жестко бросил князь. — Ты сделаешь то, что нужно. Это приказ!

Дарья вздрогнула, низко опустив голову. Что ж… Ради шанса стать главой рода… она готова на многое. Дядя дал четкий намек. Она должна проявить себя.

— Если Безумов спросит, зачем ты ему помогаешь, скажешь — я отдаю долг, — добавил Дмитрий уже мягче. — За то, что он спас меня… там, на транспортной базе. Ты меня поняла?

— Да, дядя, — пролепетала Дарья, сжимая кулаки. — Я всё сделаю.

— Вот и славно, — князь удовлетворенно кивнул. — А теперь ступай к Аристарху, он снабдит тебя всем необходимым для миссии. Времени мало, действовать нужно быстро. Верю, ты не подведешь.

Дарья поднялась, поклонилась и быстро зашагала прочь. Ее сердце быстро колотилось от осознания всего того, что ей скоро предстоит совершить…

Глава 4. Сделаем все возможное!

После дерзкого захвата трех девушек из городка, Варан и его люди доставили пленниц в лагерь, расположенный в нескольких километрах от границы Синегорья и Диких Земель, глубоко в лесу. Девушек разместили в одной из деревянных хижин на краю лагеря. Два вооруженных до зубов бойца Стервятников встали на страже у дверей, еще двое снаружи хижины, внимательно следя за каждым движением в лагере.

Внутри тесной хижины пленницы сбились в кучку на старых соломенных матрасах. Кристина Валерьевна обняла двух других девушек, совсем еще юных мирмеций, у которых хитин потемнел лишь пару дней назад. Все три дрожали то ли от холода, то ли от страха, не понимая, где они, что задумали похитители и что с ними будет.

Рядом сопела Лилия — она так не проснулась, позволила взять себя без боя. Да что с ней такое? Какие-то проблемы со здоровьем? Ненормально так спать.

Другие выжившие мирмеции постарше оказывали друг другу первую помощь. У многих был расколот и вмят хитин.

Кристина также видела и мертвых мирмеций. Их тела похитители отнесли в другую лачугу… зачем они им?

Также Кристина видела доктора Менгелева. Предводители похитителей о чем-то разговаривал с ним. А после доктора куда-то ушли под конвоем.

Мелинту Кристина не видела, но подозревала, что Королеву Мирмеций также держат где-то неподалеку.

— Не бойтесь, девочки. Я уверена, Костя скоро придет за нами, — пыталась успокоить младших Кристина, хотя в ее голосе самой звучала неуверенность и плохо скрываемый страх.

Одна мирмеция всхлипывала, уткнувшись лицом в плечо Кристины, а другая сидела рядом, нахохлившись и обхватив себя четырьмя руками, и смотрела в одну точку остекленевшим взглядом.

В этот момент к хижине быстрым шагом, чеканя шаг тяжелыми армейскими ботинками, приближался Варан в сопровождении двух своих вооруженных головорезов. Его лицо было мрачнее тучи, а глаза горели яростным огнем. Весь его вид выражал крайнюю степень раздражения и едва сдерживаемый гнев.

Не обращая внимания на охрану у дверей хижины, Варан с силой распахнул дверь и шагнул внутрь. Пленницы испуганно сжались в комок на своих матрасах. Окинув их мимолетным взглядом, Варан процедил:

— Сидеть тихо!

После чего резко развернулся и вышел, с силой хлопнув дверью.

— Девок не трогать, — приказал он охране. — Ни одну. Узнаю, что попортили — лично шкуру спущу.

— Да ладно, босс! — воскликнул один из охранников — мутант, у которого вместо волос на голове росли щупальца. — Тут такая куча цыпочек! Вы всех себе забрать хотите?

— Ты новобранец, да? — спросил Варан как-то участливо, наклонив голову набок.

— Ага! — радостно сообщил мутант. — Неделю назад вступил в ряды Стервятников!

— Дай я тебе кое-что объясню, новичок… — Варан резко схватил охранника рукой за горло и легким движением приподнял над землей. — У Стервятников не принято обсуждать приказы. Если я сказал тебе прыгать — ты прыгаешь. Если я скажу тебе снять штаны и посрать — ты снимешь и посрешь. Это понятно?

— Хр-р-р… д-да-да… босс… — прохрипел мутант, выпучив глаза.

— Вот и чудно. Вливайся в коллектив, — Варан небрежно швырнул охранника на землю и зашагал прочь.

— Черт… — прохрипел мутант, держать за горло. Он просипел едва слышно: — Коз-зел… Не прощу…

Варан быстрым шагом двигался через поселение. Его целью был Фридрих. И Варан знал, где его искать. Быстрым шагом он направился к самой большой хижине в центре лагеря, где располагался штаб Фридриха и его ближайших соратников. Люди Варана следовали за ним на некотором отдалении, держа оружие наготове.

Ворвавшись без стука в штабную хижину, Варан застал там Фридриха, склонившегося над картой местности вместе с двумя своими лейтенантами. При виде Варана Фридрих выпрямился и невозмутимо посмотрел на вошедшего. Его люди напряглись, но он жестом приказал им оставаться на местах.

— Какого черта, Фридрих? Ты сказал, что печати вокруг особняка не доставят проблем, а внутри безобидные бабы! Наш лучший маг Клык, погиб из-за твоей дезы! — Варан буквально выплевывал слова, брызгая слюной от ярости.

От уважения к Фридриху, не осталось и следа. Да, Фридрих по прозвищу Богомол со своими наемниками считался в Диких Землях живой легендой, ему позволялось больше, чем остальным… Ходили слухи, что у Фридриха есть волосатая лапа даже среди власть имущих в Синегорье. Но и он, Варан, уже не мелкая сошка! Стервятники приняли в себя часть боевиков Черных Хирургов, и они уже не просто уличная банда, а сила, с которой надо считаться!

Стервятники впишут свое имя в список Легенд! А для этого нужно соответствующим образом поставить себя. Больше никаких «босс» по отношению к Фридриху и прочих заискиваний!

Фридрих оставался спокоен, лишь его глаза слегка сузились.

— Это что ещё за тон, Варан? Ты кем себя возомнил, чтобы разговаривать со мной в подобном ключе?

— Я тот, кто сделал всю грязную работу вместо тебя! — продолжал Варан. — Ты считаешь Стервятников мусором, о которых можно вытирать ноги?

— Я сожалею о гибели твоего парня, — уже мягче произнес Фридрих. — Но такова наша доля. Каждый из нас рискует жизнью, — ровным тоном произнес он.

— Да ты сам подставил нас под удар! Вместо тихой операции поднялся шум на всё Синегорье! Теперь там все вверх дном, ищут девок. И как, по-твоему, мы будем выходить на связь и передавать требования? Может, ты и план продумал, а, умник? — не унимался Варан, сжимая кулаки и делая шаг к Фридриху.

Рука одного из лейтенантов Фридриха дернулась к кобуре, но Фридрих остановил его резким взмахом руки. В хижину начали просачиваться другие бойцы Фридриха, окружая место конфликта и держа оружие наготове. В ответ люди Варана тоже стали стягиваться к хижине, беря ее в полукольцо.

— Варан, остынь. Мы на одной стороне. Я все продумал. У меня есть связной в городе, через него и выйдем на переговоры. Главное, девки у нас. Это наш козырь. Дальше действуем по плану. А насчет лишнего шума — так даже лучше. Пусть знают, что мы серьезно настроены. — Фридрих говорил медленно, с расстановкой, пытаясь утихомирить Варана. — А пока Безумовы собирают деньги — мои люди разгадают секрет создания мирмеций.

Но тот не желал успокаиваться. Сделав еще один шаг вперед, он ткнул пальцем в грудь Фридриху и прорычал:

— Еще одна такая выходка, и наши пути разойдутся, ясно? Я своих людей и пленниц заберу, а ты действуй, как знаешь! Мне плевать какие там у тебя связи! Здесь, в Диких Землях, закон один — закон Силы!

Несколько секунд Фридрих и Варан мерили друг друга тяжелыми взглядами. Воздух накалился от напряжения, казалось, еще чуть-чуть, и начнется перестрелка между их людьми. Бойцы обеих сторон стояли, направляя оружие друг на друга, ожидая малейшего толчка, чтобы открыть огонь.

Но Фридрих не поддался на провокацию. Примирительно подняв руки, он произнес:

— Ладно, Варан. Больше никаких подстав, обещаю. Мы же партнеры. Надо доверять друг другу. Давай лучше подумаем, что дальше делать.

Несколько бесконечно долгих секунд Варан испепелял Фридриха яростным взглядом. На его скулах ходили желваки, выдавая внутреннюю борьбу. Наконец он процедил сквозь зубы:

— Смотри у меня, Фридрих. Последний раз предупреждаю.

С этими словами он резко развернулся и вышел из хижины, кивком головы подзывая своих людей следовать за ним. Бойцы Фридриха расступились, давая им пройти, но напряжение никуда не делось. Расходились они медленно, не спуская друг с друга глаз и держа оружие наготове.

Варан держал рожу кирпичом, но внутри он ликовал. Как он уел самого Фридриха Богомола! А тот был вынужден терпеть и соглашаться! Это высшая лига, детка! Теперь больше никакой мелочевки, Стервятники работают только по крупному! И требуют к себе уважения!

Когда Варан со своими людьми скрылся из виду, Фридрих тяжело опустился на стул и потер переносицу.

— Захват пленниц прошел не так гладко, как хотелось бы, шеф, — сказал один из лейтенантов. — Слишком много шума, суеты, ненужный риск.

— И гибель Клыка — это серьезная потеря. — добавил второй. — Теперь Варан на взводе, он не простит смерть своего лучшего бойца.

— Да знаю я, — раздраженно произнес Фридрих. — Но пока придется потерпеть этого идиота. В любом случае скоро прибудет заказчик… он сказал, что лично хочет взглянуть на мирмеций.

— Заказчик прибудет лично? — тут уже настала очередь лейтенантов удивляться.

— Не распространяйтесь об этом, — сухо произнес Фридрих. — Все пройдет в обстановке повышенной секретности.

Отступать некуда. Колесо событий уже запущено. Они вынуждены действовать быстро, использовать создавшийся хаос. Только как удержать непредсказуемого Варана от опрометчивых шагов?

Размышляя над этим, Фридрих невидящим взглядом смотрел на разложенную на столе карту. Он знал, что ближайшие дни станут решающими. Нужно любой ценой погасить конфликт с Вараном и двигаться дальше четко по намеченному плану. Иначе все пойдет прахом — и захват пленниц, и месяцы подготовки, и договор с заказчиком. А платой за провал будут их собственные жизни.

С тяжелым вздохом Фридрих поднялся из-за стола. Пора поговорить с доктором. Он кивнул своим лейтенантам, безмолвно ожидающим распоряжений, и те двинулись за ним.

Дарья гнала машину по узкой лесной дороге, ведущей из владений Кривотолковых в Дикие земли. Её руки крепко сжимали руль, а в глазах отражалась целая буря противоречивых эмоций.

Девушка была взвинчена до предела, прокручивая в голове разговор с дядей. Его слова о том, что она — одна из кандидатов в главы рода, если выполнит миссию, не давали покоя. С одной стороны, приказ Дмитрия смутил Дарью до глубины души.

«Даже в страшном сне не могла представить, что соглашусь на ТАКОЕ…» — думала она, сжимая зубы. — " Я, конечно, та еще стерва, но не настолько же… Но с другой стороны, как отказать дяде?!»

Стать во главе клана Кривотолковых — заветная мечта Дарьи. Сколько лет она тренировалась, училась, совершенствовала свои навыки именно ради этого момента! И теперь цель так близка…

«Может, это и есть мое последнее испытание? Доказательство преданности клану? — нашептывал внутренний голос. — Ты ведь помнишь негласный девиз Кривотолковых: „Все средства хороши для победы и процветания рода“.

Но совесть не унималась, продолжая подкидывать сомнения и неудобные вопросы. Как она сможет смотреть в глаза другим после всего, что задумал дядя?

Воспоминания невольно унесли Дарью в детство — в один из редких моментов, когда им с Костей удалось пообщаться без присмотра родителей. Они оба тогда были еще совсем мелкими, Дарья немного постарше, их семьи собрались на какой-то приеме. Дети быстро соскучились от нудных взрослых разговоров и сбежали в сад. В то время отношения между Кривотолковыми и Безумовыми были вполне мирными, даже почти дружескими.

Первым делом Костя предложил забраться на высоченное дерево в самой гуще парка. Дарья сразу заявила, что девочкам на деревья лазить нельзя. «Еще чего! А вдруг юбка порвется!» — с важным видом заявляла маленькая княжна.

Костя тогда обозвал её трусихой и полез первым, ловко цепляясь за ветки. Дарья, пыхтя от возмущения, рванула за ним. Она ловко поднималась следом, мысленно благодаря няню, которая сегодня заставила её надеть шаровары под платье.

Разумеется, они не удержались на верхотуре — не рассчитали силы и рухнули вниз, переломав по дороге кучу веток. Хорошо хоть мягкий газон смягчил падение. Костя поднялся первым, с опаской глянул на Дарью и протянул ей руку: «Эй, ты как? Идти можешь?»

К его удивлению, Дарья не заплакала. Стиснув зубы, она оттолкнула его ладонь, встала сама и с достоинством произнесла: «Ерунда. Ты еще пожалеешь, что затащил меня на это дурацкое дерево!»

Костя в ответ нагло ухмыльнулся и бросился наутек, крича: «Догоняй, неумёха!» Взбешенная Дарья, позабыв про ушибы, ринулась за ним.

Как же они тогда носились по аллеям, словно два бесенка! С визгами, смехом, перебранками. Взрослые только диву давались, глядя на их догонялки. В итоге Дарья все же догнала Костю и со всей силы толкнула в фонтан. А когда он вынырнул, отфыркиваясь, и возмущенно заорал: «Ну ты и вредина!», Дарья с победоносным видом заявила: «Никогда не смей называть меня трусихой или неумёхой!»

Потом их, мокрых и перемазанных, няньки долго отчитывали. Но в тот миг все было неважно. Они обменялись быстрыми взглядами — мол, здорово повеселились! Будто не кровные враги, а лучшие друзья…

Казалось, они в то время и правда могли бы подружиться. Но судьба распорядилась иначе. С тех пор они больше не виделись, и Константин стал для нее совершенно чужим человеком. У Дарьи сохранились лишь смутные воспоминания, а Константин, кажется, вообще ничего не помнил из той поры… На Базе в Диких Землях он ее вообще не узнал.

Дарья тряхнула головой, прогоняя непрошенные воспоминания. Сейчас не время для сантиментов! Хватит мечтать о несбыточном. Их дружбе не суждено было случиться — слишком многое их разделяет. Вражда кланов, долг перед семьей, да и сама Дарья давно не та милая девочка с растрепанными косичками.

Она снова вспомнила их последнюю встречу на базе Черных Хирургов. Как Безумов дрался с ней, скованный ментальной магией. И как она, Дарья, дала слабину, хотя всегда гордилась своей железной волей. Его горящие пламенем глаза, мощная аура…

Она победила его в детстве из-за разницы в возрасте. Но сейчас, Константин, кажется, ушел далеко вперед…

«Даже без Дара, Безумов все равно умудрился выставить меня дурой. Никто и никогда так со мной не обращался! — Дарья закусила губу, чувствуя, как бешено заколотилось сердце. — Нет, я не успокоюсь, пока не подчиню его. Не заставлю ползать у моих ног! Он у меня еще попляшет…»

Уже знакомое темное желание снова шевельнулось внутри. Дарья прекрасно знала, что за глаза ее многие называют стервой, мучительницей и так далее… За пристрастие ломать волю тех, кто ей не покорился. Возможно, это ее главное сходство с дядей — они оба не терпят непослушания.

Впрочем, у Дарьи для Безумова особые планы. Она будет не просто его госпожой — она станет его единственной. Ее голос, ее мысли, ее тело — ему будет нужно только это. Он напрочь забудет про свой гарем, про этих мирмеций, станет ее верным щенком…

В этот миг пейзаж за окном резко сменился, выдергивая девушку из странных, опасных фантазий. Пошли настоящие чащобы — мрачные, древние леса, где Аномалии сильнее всего. Дикие Земли довольно-таки разнообразны на пейзажи — есть как пустынные, так и вполне себе зеленые биомы. Но все — неизменно опасные.

Дарья прибавила скорость, вглядываясь в начинающий темнеть горизонт. Где-то там, впереди, её уже ждут. Безумов и его девицы.

Дарья сжала руль до хруста. «Каков бы ни был план дяди… я исполню его. Но по-своему. Есть только одна цель, и сегодня я должна её достичь. Во что бы то ни стало!»

Решительно кивнув сама себе, девушка вдавила педаль газа в пол. Машина с ревом рванула вперед, с легкостью преодолевая кочки и ямы разбитой лесной дороги. А в душе Дарьи разгоралось темное пламя предвкушения. Скоро, совсем скоро…

Тем временем, Константин в бешенстве гнал свой измотанный монстромобиль по направлению к Диким землям. С ним в машине были Настя и Айсштиль, не менее хмурые и сосредоточенные.

Костя яростно сжимал руль, кроша его в крошки. В голове бился единственный вопрос: «Как я мог такое допустить?!» Они похитили его Кристину, его Лилию! Мелинту! Мирмеций! Осквернили неприкосновенность Безумовского особняка! Бессильная злоба сводила челюсти.

— Эй, Костик, остынь чутка, — попыталась разрядить обстановку Настя, хлопая его по плечу с заднего сидения. — Я прекрасно пойму, если ты отполируешь пару-тройку рож этим ублюдкам. Но руль-то машины тут при чем?

Она нервно хихикнула. Костя вздохнул и процедил:

— Не до шуток сейчас, Настюх.

— Да кто шутит-то? Мы все на взводе. Просто не хочу, чтоб ты себе кровоточащие язвы натер от этой нервотрепки.

Настя вздохнула и посерьезнела:

— Мы их найдем, Кость. Обязательно найдем. И устроим бандюганам веселую жизнь, чтоб думали в следующий раз, на кого нарываться!

Айсштиль, до того момента молчавшая, подала голос:

— Эстро, я знаю цену твоей боли. Они, считай, вырвали часть твоего сердца, посягнув на близких. Но помни — не теряй голову от жажды крови. Нам нужен четкий план, иначе можем больше навредить, чем помочь.

Костя метнул на нее косой взгляд. Айсштиль с кажущимся спокойствием смотрела на дорогу, но по ледяным нотам в ее голосе он понял — Снежная дева тоже на пределе. И сдерживается из последних сил, только бы не накрутить его еще больше.

— Я в норме, — отрывисто бросил Костя, хотя сам понимал, что это далеко от истины. — Просто хочу разорвать этих ублюдков на куски, пока они не добрались до девочек!

В его голосе прорезались рычащие нотки, выдававшие внутреннюю борьбу. Крошево из руля сыпалось все сильнее…

Айсштиль придвинулась ближе, ласково накрыла его напряженную руку на руле прохладной ладонью:

— Мы сделаем все возможное, Эстро. Ты только держи себя в руках, ладно? Ради них…

Костя заскрипел зубами, но все же постарался ослабить хватку. Айсштиль права. Его бессмысленная ярость сейчас не помощник. Поддаться гневу — значит подвести девочек. Хрен знает, что этим упырям из Стервятников от них нужно… Нет! Об этом лучше даже не думать!

Костя с усилием отогнал самые страшные мысли. Сосредоточился на главном. По Книге Судьбы ясно, где база ублюдков. Но в какой конкретно ее части держат пленниц, неизвестно. Нужна разведка, чтобы не вломиться к ним, как слон в посудную лавку.

Вдруг он резко крутанул руль, сворачивая с основной дороги на едва заметную колею в чаще. Машина запрыгала по кочкам и ямам, но Косте уже было плевать. Черная, давящая ненависть трансформировалась в ледяную, расчетливую решимость.

— Какого… Эй, ты куда? — вскинулась Настя, пытаясь удержаться на сиденье.

Костя на секунду обернулся, встретился с ней глазами и произнес:

— Мы будем действовать чуть иначе, чем обычно…

Глава 5. Ва банк

В лагере похитителей царила гнетущая, напряженная атмосфера, словно грозовой фронт нависал над лесной чащей. После ожесточенной ссоры между двумя главарями, Вараном и Фридрихом, каждый пребывал в крайне мрачном расположении духа. Бандиты прекрасно осознавали, что на кону стоит очень многое — шанс наконец-то сорвать по-настоящему большой куш. Но едкое взаимное недоверие и затаенные претензии друг к другу никуда не делись, отравляя воздух подозрительностью и враждебностью. Каждый в душе лихорадочно размышлял, прикидывал варианты, как бы извлечь максимальную выгоду для себя любимого и при этом обезопасить свою шкуру от любых непредсказуемых действий со стороны ненадежного напарника.

Атмосфера среди рядовых бандитов была наэлектризована, воздух буквально искрил от напряжения, будто в любую секунду готовый взорваться оглушительными раскатами грома. Все обитатели лагеря старались лишний раз не попадаться на глаза своим вожакам, понимая, что сейчас достаточно любой мелочи, чтобы вызвать взрыв ярости. Даже матерые, видавшие виды головорезы говорили только приглушенным шепотом, опасаясь привлечь к себе ненужное внимание не в меру нервных командиров.

Варан восседал в своей палатке, то и дело прикладываясь к фляге. Его налитые кровью глаза сверкали злобным огнем, а желваки ходили ходуном под обветренной кожей. Мысли Варана были мрачнее грозовой тучи. Он нутром чуял, что Фридрих что-то задумал. Что-то пакостное, что наверняка сильно не понравится Варану. Но что? Как, черт возьми, разгадать коварные планы этого хитрого лиса? Проломить ему башку и вытрясти правду? Или пока притвориться паинькой, выжидая момент для решающего удара?

Фридрих, тем временем решительно направился к неприметной покосившейся хижине, притулившейся на самой окраине лагеря. Именно там, под охраной двух мордоворотов с автоматами, содержался их самый ценный «гость» — профессор Валерий Менгелев, известный на всю империю светило науки. С весьма… неоднозначной репутацией.

Когда Фридрих вошел внутрь, профессор, ссутулившись, сидел за грубо сколоченным дощатым столом и что-то сосредоточенно строчил на пожелтевшем клочке бумаги огрызком карандаша. Менгелев настолько глубоко погрузился в свои мысли, что даже не сразу заметил вошедшего, продолжая быстро писать корявым почерком и иногда задумчиво покусывая кончик карандаша.

Фридрих, остановившись в дверях, внимательно оглядел профессора цепким, оценивающим взглядом, сразу подмечая мельчайшие детали его внешности. Сгорбленная, будто придавленная грузом лет и забот долговязая фигура. Всклокоченная шапка седых волос, спутанной паклей топорщащаяся в разные стороны. Морщинистое, изможденное лицо и покрасневшие от хронического недосыпа глаза, спрятанные за толстыми стеклами очков в роговой оправе. Но взгляд этих глаз оставался на удивление живым, ясным и острым, выдавая недюжинный ум и стойкость духа. Фридрих, сам того не желая, невольно проникся уважением к этому немолодому, но крепкому орешку. Он много слышал о достижениях и работах профессора Менгелева, считавшегося первым специалистом империи в области биологии, генетики и смежных наук. И теперь настало время для серьезного разговора.

— Профессор Менгелев? — вежливо поздоровался Фридрих, неспешно присаживаясь на колченогий табурет напротив ученого.

Менгелев вздрогнул всем телом от неожиданности и быстро вскинул голову, заполошно моргая. Его дыхание мигом сбилось и участилось, грудь начала тяжело вздыматься. Сразу стало заметно, что внезапный визит незнакомца заставил немолодого профессора изрядно занервничать. Судорожно стиснутые пальцы, побелевшие костяшки — всё выдавало сильное напряжение.

— Д-да? — нервно запинаясь, проговорил Менгелев и торопливо затолкал бумажку с записями в карман, будто боясь, что гость прочитает его мысли. — Чем обязан?

— Прошу меня извинить. Забыл представиться, — с вежливой улыбкой продолжил Фридрих, стряхивая с рукава пылинку. — Мое имя — Фридрих. Один из… гм… лидеров нашей небольшой, но гордой группировки. Прибыл к вам, чтобы побеседовать по ряду важных вопросов.

— Да-да, конечно. Я вас слушаю, — покорно кивнул профессор, поправляя на носу очки трясущимися пальцами. По его высокому лбу все быстрее струились капельки холодного пота.

— Итак, уважаемый господин Менгелев, — заговорил Фридрих проникновенным тоном, наклоняясь вперед и пристально глядя в глаза собеседнику. — Полагаю, в первую очередь стоит отметить, что теперь вы свободны от гнета и тирании господ Безумовых. Которые, как мне доподлинно известно, долгое время бессовестно держали вас, ученого с мировым именем, в затхлом подвале на положении раба и подневольного работника. Заставляли трудиться на себя денно и нощно, не щадя живота своего. Полагаю, это было крайне неприятно и унизительно. Бесчеловечно! Варварство!

Фридрих эмоционально взмахнул рукой, и на его лице отразилось искреннее негодование, почти гнев. Менгелев на миг опустил взгляд и тяжело вздохнул, явно вспоминая что-то крайне болезненное.

— Но теперь этот кошмар позади! — бодро продолжил Фридрих. — Ваши злоключения закончились. И отныне, как один из вариантов, вы вольны вернуться к клану Кривотолковых. И лично я не против. Насколько я знаю, раньше вы сотрудничали с ними много лет, а глава клана, старый князь Кривотолков, весьма благоволил к вам…

Менгелев вдруг издал странный звук, нечто среднее между нервным смешком и всхлипом. Его плечи поникли, морщинистое лицо исказила горькая гримаса.

— К Кривотолковым я тоже не особо хочу возвращаться, знаете ли, — глухо выдавил профессор и страдальчески скривился. — Они на меня сейчас… немного обижены. Мягко говоря.

— Вот как? — удивленно приподнял бровь Фридрих. — И что же стряслось? Из-за чего обиделись?

— Ну-у… Тут такое дело… В общем… Сами понимаете… — замямлил Менгелев, старательно пряча взгляд и теребя манжет засаленного халата. — Знаете что? А давайте-ка сменим скользкую тему! Неча старое ворошить, ей богу…

Фридрих несколько секунд помолчал, сверля профессора пытливым, рентгеновским взглядом, от которого тому явно стало неуютно. Затем неспешно откинулся на спинку стула и вкрадчиво произнес:

— А что, если я предложу вам иной путь, многоуважаемый профессор? Что, если вы начнете работать на нас — с достойным жалованием, уважением и ресурсами для исследований? Мне нужно, чтобы вы провели некоторые… хм… любопытные и многообещающие опыты. Изучили кое-какие феномены, материалы и образцы…

— И что же это за образцы такие? — опасливо сощурился Менгелев, весь подобравшись. По спине ученого пробежала нервная дрожь нехорошего предчувствия.

— Мирмеции, — коротко и веско бросил Фридрих, не сводя цепкого взгляда с лица собеседника. — У нас в распоряжении имеется энное количество этих поразительных существ, как живых, так и мертвых. Нужно тщательно исследовать их, выяснить природу и механизмы… воспроизводства. И главное — можно ли создавать мирмеций искусственно, в лабораторных условиях.

При слове «мирмеции» Менгелев заметно побледнел, его и без того бледное лицо сделалось белее мела. На высоком лбу мгновенно выступила холодная испарина крупными каплями. Руки ученого, лежавшие на столе, судорожно сжались в кулаки так, что хрустнули суставы, а костяшки пальцев побелели, напоминая обтянутые кожей кости скелета.

— Н-нет… Простите, но нет. Я не могу. Н-не стану этим заниматься, — сипло выдохнул профессор, часто сглатывая и прерывисто дыша. — Ни за что. Увольте.

— То есть как это — нет? — неподдельно изумился Фридрих, чуть прищурившись. Чтобы Менгелев да отказался от сеанса вивисекции? Судя по тем слухам, что ходили про Дока, это какой-то нонсенс. — Позвольте, но вы же всю жизнь только тем и занимались, что с энтузиазмом и придыханием изучали разные аномалии, мутации, отклонения! Ваша страсть к подобным вещам известна всем и каждому! И тут вдруг — отказ? Не понимаю… Вам что, внезапно разонравились редкие зверушки, м-м-м?

— Да я не самоубийца! — вдруг резко выпалил Менгелев, вскидывая на Фридриха горящий лихорадочным блеском взгляд. — Я пальцем не прикоснусь к ним, слышите?! Даже не уговаривайте! Мне, знаете ли, дорога собственная шкура. Дороже жизни и здоровья нет ничего!

Фридрих приподнял бровь. Профессор что, считает мирмеций настолько опасными? Судя по рассказам Варана мирмеции, конечно, опасны, но не прям чтобы настолько…

— Да что вы так переполошились то, право слово? — ухмыльнулся Фридрих, но внутренне ощутил, как под ложечкой засосало неприятное чувство. — Чего вы так боитесь? Ну зверушки и зверушки, делов-то… Ручные поди. Или клыкастенькие? Да не сожрут, не переживайте!

— Да плевать мне на их клыки… шипы! — сдавленно прохрипел Менгелев, и на его щеках заходили желваки. — Вам вообще известно, с чем вы связываетесь, а?! С кем?! Да вы… вы просто не понимаете… До вас еще не дошло…

Старый ученый зажмурился и несколько раз судорожно перевел дух, пытаясь взять себя в руки. Когда он вновь открыл глаза, в них плескалось неприкрытое отчаяние вперемешку с ужасом.

— ЭТО уже близко, — почти беззвучно прошептал профессор одними губами. — Я уверен, ОН на подходе. И он придет за этими полумертвыми тварями, как приходит волчица мстить за своих детенышей… Чует убийц, ищет… Жаждет… Я не хочу навлечь ЕГО гнев…

— Так, стоп. Погодите. Вы сейчас о ком вообще? — озадаченно нахмурился Фридрих, чувствуя, как по спине побежали мурашки нехорошего предчувствия. — Кто таков этот загадочный ОН? Уж не Константин ли часом, а? Который Безумов?

— Он, — одними губами выдохнул Менгелев, и его перекошенное лицо исказила мучительная гримаса первобытного, иррационального страха. — Костя. Этот… человек, если его вообще можно назвать человеком… Он намного страшнее и опаснее, чем вы можете себе представить в самых жутких кошмарах. Вам не спрятаться от него. Не скрыться. Он придет за своими тварями. И горе всем, кто встанет у него на пути…

Фридрих пристально посмотрел на профессора, внезапно ощутив, как внутри все похолодело от безотчетного, панического ужаса. Раньше он слышал о Константине лишь краем уха — обрывки каких-то диких, совершенно безумных слухов и историй. Жуткие байки, которые Фридрих всегда считал не более чем глупыми городскими легендами, страшилками для доверчивых малолеток. Но сейчас, глядя в эти полные неподдельного ужаса глаза Менгелева, слушая его сбивчивый шепот, Фридрих вдруг и сам ощутил, как волосы на загривке встают дыбом. Его посетило жуткое чувство, будто за окном, в сумерках, среди ветвей деревьев кто-то притаился. Кто-то голодный, безжалостный и смертельно опасный. Фридрих, усилием воли отогнав наваждение, тряхнул головой и хлопнул ладонью по столу так, что Менгелев вздрогнул всем телом.

— Так, бросьте каркать, профессор! — прорычал Фридрих с наигранной злостью в голосе, пытаясь скрыть растерянность. — Соберитесь! Что вы раскисли, ей богу! Предлагаю вам еще разок как следует поразмыслить над моим предложением. Не торопясь так, со всех сторон. И учтите — если не согласитесь сотрудничать по-хорошему, то отношение к вам в нашем лагере может очень даже ухудшиться. Вы меня поняли? То-то же. А теперь, уж не обессудьте, вынужден вас покинуть. Дела ждут-с!

Резко поднявшись, Фридрих круто развернулся на каблуках сапог и решительно зашагал к двери, только полы длинного плаща взметнулись за его спиной. Но возле самого порога вдруг замер, будто споткнувшись о невидимое препятствие. Обернулся и глянул на профессора через плечо. Менгелев, ссутулившись, сидел на табурете, тяжело привалившись к стене, и безучастно смотрел куда-то перед собой невидящим взглядом. Он казался разбитым, опустошенным, полностью раздавленным свалившимся на него невыносимым грузом. Фридрих почувствовал, как внутри шевельнулось что-то похожее на жалость пополам с раздражением.

— И вот еще что, профессор, — негромко произнес Фридрих, так и не повернувшись. — Вы все же подумайте над моими словами. Я ведь от чистого сердца предлагаю. Искренне. По-дружески. Ради вашего же блага. Нельзя век бегать от страхов. Наберитесь храбрости, старина! Неужто вам еще ни разу в жизни не приходилось брать себя за шкирку?

— Не недооценивайте этого парнишку, — сухо произнес Док. — Я уже пару раз недооценил… третий раз наступать на эти грабли я не хочу. Я месяц провел у Безумовых. И чем больше я узнаю о княжиче Константине… тем отчетливее осознаю, насколько он знает больше меня. Несравнимо больше! Я ученый и я не стыжусь расписаться в собственном невежестве. И это его глубокое понимание многих вещей… оно меня пугает. Человек… не может обладать такими знаниями. И у меня такое ощущение, что настоящий княжич давно умер там, на моем лабораторном столе. А его телом теперь заправляет нечто совсем иное… пришедшее из таких глубин древности, о которых мы даже и помыслить не можем.

Фридрих внутренне скривился. Кажется, докторишка окончателньо выжил из ума. Тем не менее… возможно, к его словам и впрямь стоит прислушаться.

— Профессор, — укоризненно произнес Фридрих. — Я профессионал. Я отношусь к своей работе максимально серьезно. Я слышал, как и все, о подвигах юного княжича. Я знаю, что он… далеко не прост. И я отнесусь к вашей безопасности максимально внимательно.

— Хорошо, — кивнул Док. — Я… подумаю над вашими словами.

— То-то же. Подумайте. А я пошел.

С этими словами Фридрих с силой распахнул скрипучую дверь и вышел из хижины, с грохотом захлопнув ее за собой. Несколько секунд постоял на крыльце, вдыхая свежий вечерний воздух и пытаясь унять бешеный стук сердца. Затем, передернув плечами, решительно зашагал прочь, грязно выругавшись сквозь зубы. Ему необходимо было подумать. Осмыслить услышанное. Понять, как действовать дальше.

Менгелев остался сидеть в душной, пропахшей потом и страхом хижине, низко опустив голову и уронив руки между колен. Когда за Фридрихом захлопнулась дверь, ученый вздрогнул, словно от удара, и медленно стянул с носа очки трясущимися пальцами. Уронил их на стол. Закрыл лицо ладонями. Его узкие плечи мелко дрожали.

Профессор не солгал. Ему и впрямь было страшно. Настолько, что хотелось завыть в голос длинно и тоскливо, будто подраненный зверь. До одури, до колик страшно. До спазмов в желудке, до сведенных судорогой икр.

Потому что он давно понял — грядет нечто ужасное. Чудовищное. То, с чем не совладать всем армиям мира. И ни Фридриху, ни Варану, ни всем их головорезам вместе взятым ничего не сделать, не остановить грядущий кошмар. Потому что ЭТО уже пробудилось. ОНО готовится, набирается сил, чтобы сделать рывок и подмять весь мир под себя…

Оно потянулось вслед за своими тварями, влекомое жаждой мести. А Костя, Константин Безумов… Он будет лишь орудием того существа, что заняло его тело.

Менгелев сгорбился еще сильнее, почти сложился пополам, упершись лбом в столешницу. Пальцы судорожно вцепились в спутанные седые волосы.

Менгелев долго копил стресс внутри себя, стараясь отвлечься работой, но теперь все вырвалось наружу…

Что же делать, что же делать?! Этот вопрос бился в гудящей голове, пульсировал в висках вместе с кровью. Мысль металась, словно зверь в клетке, в поисках выхода. Спастись. Сбежать. Исчезнуть с лица земли, раствориться без следа. Пока ОНО не пришло… Хотя… с подводной лодки не сбежать, даже если подлодка — вся планета.

Если ОНО захватит власть, таким людям, как профессору, по настоящему свободным, не скованным рамками, придется несладко… ОНО разрушит их прекрасный мир, который они так старательно строили…

И старый профессор понимал, что Фридрих в чем-то прав. От страха не убежать. Лучше сразиться с ним лицом к лицу, принять бой, обреченный изначально. И умереть с высоко поднятой головой, храбро глядя кошмару в глаза.

Но страх, липкий и холодный, сковывающий члены предательской слабостью, никуда не делся. Он рос, ширился, захлестывал с головой удушливой волной. Менгелев всхлипнул, зажимая рот рукой. Зажмурился до цветных кругов перед глазами.

Он ведь всегда просто хотел заниматься любимым делом — выращивать всяких жутких тварюк, опыты ставить. А тут он кажется единственный, кто раскусил секрет княжича… Что тот из себя на самом деле представляет.

Несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Разогнулся, шумно втягивая воздух сквозь стиснутые зубы.

Нужно взять себя в руки. Сосредоточиться. Подумать как следует. Еще есть время. Немного, но есть. Может быть, получится что-нибудь придумать. Найти выход. Путь к спасению.

Дрожащими руками Менгелев нацепил очки обратно на нос, поморгал, привыкая к резкости. Пошарил по карманам засаленного халата. Нащупал помятую пачку дешевых папирос, вытащил одну, сунул в угол рта. Чиркнул спичкой раз, другой. Руки ходили ходуном, никак не получалось прикурить.

Выругавшись, Менгелев со злостью швырнул спичку на пол, смял папиросу и запихал ее обратно в пачку. Закурить сейчас означало проявить слабость. А слабость недопустима. Только не сейчас.

Профессор решительно придвинул к себе клочок бумаги, схватил карандаш, заскрипел грифелем, быстро-быстро записывая хаотично роящиеся мысли. Нужно придумать что-то. Обязательно. Выход должен быть. Он всегда есть. Осталось только его найти.

Менгелев прикусил кончик карандаша, не замечая, что грызет дерево вместо графита. Нахмурился, собираясь с мыслями. Итак, что мы имеем? Мирмеции здесь, в лагере. Живые и мертвые. Костя где-то рядом, он придет за ними, это лишь вопрос времени. Варан с Фридрихом бесполезны, от них никакого толку. Разве что пушечное мясо. Сбежать? Исключено. Прятаться негде. Значит, остается лишь один выход.

Профессор стиснул зубы, чувствуя, как колотится сердце. Да, другого пути нет. Придется пойти ва-банк. Рискнуть всем. Но это лучше, чем сидеть и трястись в ожидании неминуемого конца. А значит, нужно действовать. Прямо сейчас.

Глава 6. И снова Кулебякин

В подземелье, больше напоминающем лабиринт из переплетенных тоннелей, уже целый месяц томился в плену старый изобретатель Архип Кулебякин. Его тюремщики — таинственная госпожа в черном плаще и ее приспешники — заставляли пленника день и ночь корпеть над созданием невиданного доселе оружия и диковинных артефактов.

Кулебякина поселили в отдельном помещении, больше напоминающем напоминающей мастерскую. Верстак, пара колченогих табуреток да продавленная койка — вот, пожалуй, и вся обстановка. Кормили неожиданно сытно, а временами и даже вкусно. Сытнее, чем Кулебякин питался до плена.

Он даже в глубине души начал радоваться, что его похитили — ест теперь сытно и временами даже вкусно. На свободе Архип временами недоедал…

Доступ к материалам Кулебякину предоставили знатный. Фактически, все, что бы он не попросил — ему доставляли в течении дня. Любые материалы, устройства и даже высокотехнологичные микросхемы. Хотя, конечно, Кулебякин бы предпочел обычный мусор с помойки — с ним как-то сподручнее работалось.

Выход из камеры круглые сутки стерегли двое вооруженных здоровяков, лениво перебрасывающихся в карты. Они скучающе зевали и всячески демонстрировали старику свое равнодушие.

Сам Кулебякин, впрочем, едва обращал внимание на стражу. Похитители, особенно их зловещая предводительница, в открытую грозили старику суровыми последствиями, если он вздумает ослушаться или выкинуть какой-нибудь фокус.

Так что приходилось Кулебякину скрипеть мозгами и ваять всякие техномагические чудеса на потребу своим тюремщикам. А уж идей у него всегда было — хоть отбавляй!

Например, однажды, после обеда, в голову старику пришла поистине гениальная мысль. А что, ежели собрать эдакий хитрый арбалет, стреляющий вантузами? Девайс простой, а эффект потрясающий — противник влип в резиновую присоску и обездвижен! Красота!

Кулебякин воодушевился и немедля кинулся претворять свою задумку в жизнь. До поздней ночи он пилил, строгал, паял, прикручивал пружины и шестеренки, насыщал их духовной силой. К утру уникальный арбалет-вантузомет был готов!

Довольный изобретатель вызвал стражу и с гордостью продемонстрировал свое детище. Реакция громил оказалась… предсказуемой.

— Чаво? Вантузы? Серьезно, что ли? — вытаращил глаза первый охранник, не веря своим глазам. — Совсем из ума выжил, старый хрен?

— Госпожа с тебя шкуру спустит за эдакое изделие! — поддакнул второй, со смесью страха и насмешки поглядывая на товарища. — Вантузомет, надо же! Ты ж боевое оружие мастерить должон, а не… это вот!

Кулебякин возмущенно засопел и прижал драгоценный арбалет к груди:

— Да вы что, ироды! Да это ж прорыв, я вам отвечаю! Сами поглядите!

С этими словами он торопливо зарядил вантуз в приемную камеру, прицелился в стену напротив, нажал на спусковой крючок и… с громким чпоком снаряд влип точнехонько в каменную кладку!

Громилы одарили Кулебякина кислыми взглядами:

— Это…, а ну вынь его оттедова! Расколошматишь казенное имущество!

— Ага, госпожа с тебя точно три шкуры сдерет! — обрадовался второй. — И с нас заодно, за недогляд.

Кулебякин несколько раз дернул вантуз, но куда там — тот прилив намертво. Оба охранника по очереди попытались его отодрать, но без результата…

Кулебякин самодовольно хмыкнул в бороду. Эффективность его изобретения наглядно доказана! То-то госпожа обрадуется, авось и поощрит…

Через пару часов прибежали техники, прихватив разнообразные клещи, зубила и кувалды. Битый час они пыхтели, отдирая зловредный вантуз от стены. Наконец, с громким чавканьем резина поддалась, явив миру глубокую выбоину в камне.

— Бред какой-то… — качал головой один из техников, с суеверным страхом косясь на залихватский арбалет, брошенный на верстаке. — С виду — смех, а по делу — жуть!

— Что ты сделал с этим вантузом? — спросил второй техник.

— Зарядил его «липкой» духовной силой, — с гордостью произнес изобретатель. — Правда, она работает только на вантузы, которыми выстрелили из арбалета. С чем-то другим такое не прокатит.

— Что за бред…

— Не бред, а научное изобретение!

Госпожа, узнав про «успех» отреагировала сдержанно. Внимательно выслушав восторженную реляцию Кулебякина и косноязычные пояснения охранников, она надолго замолчала. Изобретатель напряженно ждал вердикта, готовясь к любому исходу — от награды до расправы. Но предводительница, чье лицо попрежнему скрывала маска, лишь задумчиво кивнула.

— Идея с присосками любопытная, не спорю, — процедила она, в задумчивости поглаживая подбородок. — Хотя до боевого применения ей далеко. Что ж, продолжай работать, Кулебякин. Глядишь, и впрямь что путное изобретешь. Но помни — терпение мое не бесконечно.

Старик торопливо закивал, рассыпаясь в заверениях. Вот она, мотивация!

Следующим его творением стал самоходный горшок с цветочком, начиненный хитрыми приборчиками для скрытного проникновения на вражескую территорию. На сей раз изобретатель превзошел сам себя! Мало того, что горшок ходил сам собой, повинуясь дистанционному управлению, так еще и вмонтированные в цветочную композицию шпионские стекляшки позволяли подглядывать издалека!

Когда охранники вновь ввалились в мастерскую на очередную инспекцию, их хохоту не было предела. Приспешники тыкали пальцами в Кулебякина и его детище, сгибаясь в приступах гомерического веселья. Они хрюкали, икали и раскатисто ржали, дружно хлопая друг дружку по спинам. Слезы текли у них по щекам, и громилы то и дело утирали их рукавом.

— Ой, не могу! Кхе-кхе! Шпионская ваза! Умора! — сипел один, стараясь восстановить дыхание.

— Я щас лопну! Хи-хи! Стратегический ночной вазон! — вторил другой. — Дед наземный беспилотник изобрел, блин…

Но Архип лишь гордо задирал бороденку и щурился, словно сытый кот. Он обожал свои изобретения и твердо верил в их эффективность, невзирая ни на какие насмешки.

Даже брезгливая мина Госпожи не смогла поубавить его энтузиазма.

— Нелепица, согласна, — бросила она. — Однако… по твоим словам этот… «наземный беспилотник» почти не потребляет энергию, может работать автономно и нуждается исключительно в поливе и солнечном свете…

— Он черпает энергию из фотосинтеза, — с гордостью сообщил Кулебякин. — Экологически чистый продукт.

— Любопытно…

Архип расплылся в улыбке до ушей и отвесил госпоже подобострастный поклон. Слыханное ли дело — похвала от самой предводительницы!

Шли дни, и Архип продолжал творить. Выдумывал, конструировал, испытывал…

То ли от страха перед расправой, то ли от избытка свободного времени его гений буйно расцвел в неволе. Идеи сыпались из старика, как из прохудившегося мешка.

Особой гордостью изобретателя стали усилители для приспешников госпожи. Эдакие браслетики с черными кристаллами, многократно увеличивающие силу и выносливость владельца.

Добиться этого эффекта Кулебякину удалось ценой немалых трудов. Пробовал и пружины прикручивать, и какие-то взрывоопасные составы… Пару раз чуть не спалил собственные лохмы и не надышался ядовитыми испарениями. Но результат того стоил!

Бугаи-охранники, и без того отнюдь не хлипкие, с браслетами и вовсе уподобились древним богатырям. Ворочали тяжеленные камни, гнули подковы, одним ударом кулака проламывали стены. Причем даже особо не напрягались! А ведь обычные люди, даже не Одаренные!

Кулебякин сиял, не скрывая самодовольства. То-то госпожа обрадуется…

Однако венцом его творения стало кольцо с крупным черным алмазом, предназначенное специально для самой Госпожи. Этот девайс позволял своей хозяйке не только парить в воздухе, но и швыряться смертоносными энергетическими зарядами черного цвета! Кулебякин, правда, понятия не имел, что это за энергия такая… на духовную силу она не походила…, но жахала она мощно!

Правда, пока предводительница не торопилась примерять обновку. То ли сомневалась в ее эффективности, то ли попросту решила приберечь на крайний случай. Кулебякин не роптал и продолжал трудиться, хотя в душе его зрела тихая обида.

Так и текла его жизнь в подземной тюрьме — меж страхом и изобретательством.

Однако старик не терял надежды на спасение. Каждую ночь, лежа без сна на жесткой койке, он грезил о свободе. Прикидывал планы побега, рисовал в воображении чудесное избавление.

Особенно часто Архип вспоминал молодого княжича Безумова, некогда заинтересовавшегося его работами на Технологическом Соборе. Уж теперь-то Кулебякин тысячу раз пожалел, что не согласился сразу работать на такого видного и перспективного юношу. Эх, знал бы, где упадешь — соломки бы подстелил!

Старик в красках представлял, как Безумов является ему на выручку. Как легко разделывается с охраной, спасает гениального изобретателя и с распростертыми объятиями принимает его под свое крыло.

Однако здравый смысл подсказывал, что надеяться на подобный исход — все равно что ждать манны небесной. С какой стати молодому аристократу бросаться на поиски какого-то чудака-изобретателя? Скорее всего, Безумов давно позабыл и думать о нем, у него своих дел невпроворот…

Нет уж, понимал Архип, выбираться отсюда придется самому. Уповать остается лишь на собственные силы и смекалку. Рано или поздно он перехитрит своих тюремщиков. Сбежит любой ценой — хоть на летающем горшке с фикусом!

Впрочем, до осуществления этих дерзких замыслов было еще ой как далеко. А пока… пока Кулебякин послушно ваял очередную техномагическую диковинку и гадал — что на сей раз скажет грозная госпожа? Похвалит или отругает?

Эх, горька твоя доля, Архип Кулебякин! Ой горька…

Архип устало брел по узкому коридору своей подземной тюрьмы, волоча за собой здоровенный мешок, под завязку набитый разнообразным металлическим хламом. Старик тяжело вздыхал, останавливаясь время от времени, чтобы перевести дух и утереть пот со лба замусоленным рукавом.

Ему в последнее время дали немного больше воли. Разрешили выходить из комнаты и перемещаться по подземелью — но в строго оговоренных границах. За определенные двери, всегда закрыты, он выходить не мог.

Недавно он закончил работу над последним заказом своей строгой госпожи — компактным складным арбалетом, стреляющим не болтами, а длинными и тонкими спицами, смазанными каким-то жутко ядовитым составом. Мол, одного укола такой штуковиной достаточно, чтобы уложить даже мощного мутанта! А самое главное — штука совершенно бесшумная в отличие от огнестрела или боевой магии.

Кулебякин, признаться, сомневался в необходимости подобного девайса. Зачем вообще нужны спицы, когда у его тюремщиков целый арсенал мощнейших пушек, плюющихся магическим огнем и молниями? Но Госпожа настояла, а перечить грозной предводительнице было себе дороже.

Кажется, Госпожа питала любовь к арбалетам. Даже его вантузомет окончателньо не забраковала.

Так что изобретатель, скрепя сердце, корпел над заказом и вот наконец управился. А теперь можно было немного расслабиться, пошуршать в закромах и поискать что-нибудь любопытненькое для себя любимого. Авось найдутся какие завалявшиеся шестеренки или прочие полезные железяки.

Наконец, после третьей передышки Архип добрел до заветной подсобки. Кряхтя, толкнул тяжелую металлическую дверь и юркнул внутрь. Узкое тесное помещение встретило его затхлой полутьмой и спертым воздухом, смешанным с ароматом ржавчины и машинного масла.

Кулебякин смачно чихнул и принялся переворачивать содержимое мешка на широкий верстак. Всякие железки с веселым звоном посыпались на столешницу, и старик удовлетворенно крякнул, потирая ладони. Ну-с, и что тут у нас?

Несколько минут Архип увлеченно ковырялся в куче рухляди, то и дело извлекая на свет Божий то погнутую шестеренку, то покореженный кусок арматуры, то огрызок трубы. Все это богатство изобретатель споро рассовывал по многочисленным карманам своего засаленного комбинезона, довольно посвистывая. Ух, сколько применений найдет он этой драгоценной требухе!

Внезапно до слуха Кулебякина донесся приглушенный, но отчетливый звук шагов, раздавшийся откуда-то из коридора. Кто-то приближался к подсобке! Старик мгновенно напрягся и затравленно оглянулся на дверь. Неужто госпожа заявилась с очередной проверкой? Или кто из охранников припёрся поглазеть, чем это тут шебуршит пленный умелец?

Архип торопливо сгреб в кучу остатки железного хлама, расправил мешок и проворно нырнул под верстак, стараясь слиться с пыльными ящиками и ветошью. Затаил дыхание, сердце заполошно колотилось где-то в горле.

Шаги, меж тем, поравнялись с дверью и… прошли мимо. Двое, судя по всему. Вот они удаляются, звук становится глуше. Кулебякин выждал ещё пару секунд и осторожно высунул нос из своего укрытия. Принюхался, прислушался. Тишина.

Выдохнув, старик уже собрался было вылезать, как вдруг услышал голоса. Кто-то остановился неподалеку и вполголоса разговаривал. Судя по тембру, мужчина и женщина — его «любимая» госпожа.

Любопытство мгновенно взяло верх над страхом. Стараясь не шуметь, Архип подполз к двери и приник ухом к щели, жадно ловя каждое слово.

— …не могу больше! Ломка страшная! Вы обещали! — умоляюще скулил незнакомый голос. Похоже, один из охранников.

— Цыц, размазня! — раздраженно оборвала его Госпожа. — Нечего ныть. Сначала отчёт по «Чёрному Солнцу». Или забыл, зачем тебе вообще доверили дело?

«„Чёрное Солнце“? — мысленно удивился Кулебякин. — Это ещё что за новости? Первый раз слышу…»

— Да помню я, помню! — торопливо забубнил охранник. — Только толку-то? Хрен его знает, где эта цацка. Может, и вовсе у самого императора под замком. Тогда всё, кранты. Только турнир и остаётся…

— Не каркай! — осадила его Госпожа. — С нашей-то командой точно выиграем, особенно с новыми примочками от этого старого маразматика.

Изобретатель скрипнул зубами от обиды. «Старый маразматик», надо же! Вот ведь неблагодарная! Но тут его внимание привлекли слова про «турнир» и «выиграем». Неужто речь о том самом состязании Одаренных, про которое все трубили? И его, Кулебякина, изобретения помогут одержать верх? Во дела!

— Ладно, поглядим, как дальше пойдёт, — продолжала меж тем госпожа. — Но ты давай, не сачкуй. Продолжайте рыть носом землю. Где-то да всплывёт эта тайна…

Охранник что-то обиженно пробурчал себе под нос и, судя по звуку, шаркая ногами, удалился. Его собеседница тоже двинулась было прочь, но тут послышался топот ещё одной пары ног. Кто-то приближался бегом, тяжело дыша.

— Госпожа! Срочные новости! — выпалил запыхавшийся голос.

— Ну? Что там ещё стряслось? — с явным раздражением переспросила та.

— Беда! На поместье Безумовых напали!

— ЧТО??!

От этого вопля Кулебякин шарахнулся от двери и чуть не впечатался затылком в ножку верстака.

— Да-да! — частил меж тем гонец. — Наш «цветочек-шпион»… ну автономный дрон, который старикан смастерил и который вы пронесли в особняк, всё заснял! Короче, банда какая-то вломилась, давай всех крошить. Охрана, мирмеции, слуги — куча трупов. А потом…

Парень вдруг осёкся и замялся, будто не решаясь продолжать. Но госпожа не дала ему такой возможности:

— Ну?! Договаривай! — рявкнула она не своим голосом. Было слышно, как трещит от напряжения кожа ее перчаток.

— В общем… доктора Менгелева, ту волкодевочку-мутантку и Старшую Хранительницу Очага похитили. Вместе с остатками мирмеций. Сам Константин опоздал, прикатил, когда тех и след простыл. Короче, жесть полная…

Несколько секунд стояла звенящая тишина. Кулебякин затаил дыхание, сам не зная, чего ждать. Однако он точно не ожидал того, что произошло дальше.

БАХ! Громовой удар сотряс стены, посыпалась каменная крошка. Архип от неожиданности взвизгнул и шарахнулся в сторону, неловко взмахнув руками. Один из ящиков с грохотом опрокинулся, вывалив на пол ворох какого-то железного барахла.

— Вашу мать! — взвыл незадачливый изобретатель и испуганно прикусил язык, когда до него дошло, ЧТО он только что сморозил. И главное — в присутствии кого!

Но, как ни странно, на оплошность Кулебякина никто не обратил внимания. Судя по доносящемуся из коридора грохоту и скрежету, Госпожа в приступе ярости крушила стены голыми руками. А может, и не только руками…

— Ублюдки! Суки! — ревела она, словно раненая медведица. — Да я их на лоскуты порву! В порошок сотру! Умоются кровищей, падлы!!!

Архип, трясясь от страха, медленно отполз подальше от двери и сжался в комок за верстаком. Он ещё никогда не слышал, чтобы Госпожа так беспредельно беспределила. Неужто судьба дочерей и воспитанниц Безумовых настолько волновала эту грозную женщину? С чего бы? Загадка, однако…

Грохот и вопли тем временем стихли. Слышно было, как Госпожа шумно дышит, явно пытаясь взять себя в руки.

— Значит, так, — хрипло произнесла она спустя пару секунд. — Дуй к остальным, передай — собираемся. Выступаем немедля. Идём на подмогу Безумовым. И это… Я тот особый перстенёк прихвачу, ну, который Кулебякин смастерил. Пора опробовать, годится ли…

Гонец что-то невнятно пробормотал и, судя по звукам, торопливо ретировался. Госпожа тоже удалилась — величественной поступью, чеканя шаг. Коридор опустел.

Кулебякин, весь взмокший от пережитого, медленно отлепился от верстака и на подгибающихся ногах подошёл к двери. Осторожно выглянул в щёлку — пусто. Выдохнул, вытер пот со лба подрагивающей пятернёй.

Не-е-е-ет, с него хватит. Пора делать ноги из этого гадюшника, пока Госпожа со товарищи не вернулась. А то, неровён час, ещё прихватит с собой в эту спасательную экспедицию, вместо талисмана на удачу.

Шиш вам, а не Кулебякин! У старого пня ещё хватит пороху улизнуть!

Воровато оглянувшись по сторонам, изобретатель проскользнул за дверь и, изо всех сил стараясь не шуметь, засеменил по коридору в противоположную от удаляющихся шагов сторону. План побега медленно, но верно оформлялся в лихорадочно мечущейся мысли. Главное — добраться до мастерской и подхватить парочку особо удачных девайсов. А там — ищи ветра в поле, свищи дождь в пустыне!

Только бы успеть, только бы поспеть… А то ещё, чего доброго, поймают, шкуру спустят. Где наша не пропадала, в конце концов? Лучше уж рискнуть разок, но вырваться на свободу, чем до конца дней гнить в этих сырых казематах!

Воодушевлённый этой мыслью, Архип Кулебякин припустил вперёд с резвостью, неожиданной для его преклонных годов. Эх, держись, удача-лебёдушка! Не впервой старому рубаке с передрягами знаться, авось и теперь пронесёт!

На ходу привычно поглаживая бороду и бубня себе под нос ободряющие словечки, изобретатель скрылся за поворотом коридора. Подземелье вновь погрузилось в зловещую, давящую тишину…

Глава 7. Отважный и сексуальный разведчик

Сумерки уже опустились на лагерь, окутав его плотным туманом. Костры, разведенные по периметру, казались размытыми пятнами света в молочной пелене. Часовые на сторожевых вышках вглядывались в темноту, старательно всматриваясь в мутный горизонт. Воздух был наэлектризован напряжением, казалось, что даже ночные птицы притихли, боясь нарушить зловещую тишину.

Внезапно откуда-то издалека донесся нарастающий гул. Он становился все громче, заполняя собой все пространство. Звук был странным, чужеродным для этих мест — ни на рев мутанта, ни на грохот оползня он не походил. Часовые переглянулись и подняли оружие, готовясь к любым неожиданностям.

Через несколько секунд над верхушками деревьев показались яркие точки, стремительно приближающиеся к лагерю. Когда они подлетели ближе, стало ясно — это вертолеты, два массивных военных винтокрыла, выкрашенных в черный матовый цвет. Они зависли над лагерем, внушительные и зловещие, похожие на гигантских стрекоз.

Часовые, явно предупрежденные заранее, не стали стрелять. Вместо этого они вытянулись по струнке и замерли, всем своим видом выражая готовность повиноваться. В этот момент из самой большой палатки в центре лагеря стремительным шагом вышли двое — Фридрих и Варан.

Когда вертолеты, подняв тучи пыли и листьев, приземлились на небольшой площадке перед палаткой, Фридрих и Варан уже ждали, встав по обе стороны импровизированной посадочной площадки. Лица обоих выражали крайнюю степень почтения вперемешку с плохо скрываемым любопытством.

Моторы вертолетов заглохли, и на несколько секунд воцарилась оглушительная тишина. Затем дверь одного из винтокрылов с тихим шипением отъехала в сторону, и на землю ступил человек.

Это был мужчина невысокого роста, закутанный в длинный черный плащ с низко надвинутым на лицо капюшоном. Голову его венчала странная маска, больше похожая на птичий клюв чумного доктора из средневековых гравюр. Следом за ним показались еще четверо, все как один облаченные в похожие одеяния. Двигались они странно, с нечеловеческой плавностью и грацией, будто скользя над землей.

Главный, тот, что вышел первым, неторопливо оглядел встречающих, после чего взмахнул рукой. Его спутники мгновенно растеклись по сторонам, образовав защитный полукруг. Но Фридрих и Варан словно не заметили этих приготовлений. Они, не сговариваясь, склонились в низком поклоне, правая рука у сердца.

— Приветствую вас, господин, — церемонно произнес Фридрих, не поднимая головы. — Для нас большая честь принимать столь высокого гостя. Прошу, пройдемте, все уже готово.

Человек в маске едва заметно кивнул и оперся на массивную черную трость, верхушку которой венчал крупный серебряный набалдашник в виде орлиной головы с крупным рубином вместо глаза. Камень зловеще поблескивал в свете факелов.

Процессия медленно двинулась к центру лагеря. Фридрих почтительно вышагивал справа от гостя, Варан держался чуть позади. Наемники и бандиты расступались перед ними, низко опуская головы. Чувствовалось, что пришелец внушает им если не страх, то уж точно глубочайшее уважение.

Дойдя до самой большой хижины, процессия остановилась. Фридрих наклонился вперед и открыл дверь, приглашающе взмахнул рукой.

— Прошу вас, господин. Здесь вход в нижние уровни. Там нас не потревожат.

Человек в маске помедлил секунду, словно принюхиваясь. Затем кивнул и грузно ступил внутрь, тяжело опираясь на трость. Фридрих и Варан последовали за ним. Четверо телохранителей гостя остались снаружи, заняв позиции вокруг палатки.

Внутри царил полумрак, рассеиваемый лишь светом нескольких масляных ламп. В центре виднелся массивный люк, ведущий куда-то вниз. Фридрих быстро подошел к нему, откинул крышку и первым стал спускаться по узкой винтовой лестнице, ведя за собой остальных.

Чем глубже они опускались, тем холоднее и затхлее становился воздух. Стены здесь были выложены грубым камнем, местами покрытым потеками влаги и какой-то зеленоватой слизью. Факелы, закрепленные на стенах, горели тускло и неровно, отбрасывая причудливые тени.

Наконец, пройдя по длинному извилистому коридору, они оказались перед массивной стальной дверью с многочисленными замками и засовами. Фридрих, отперев ее специальным ключом, отступил в сторону, давая гостям пройти.

За дверью оказался длинный зал, тускло освещенный зеленоватым светом мерцающих кристаллов. Вдоль стен тянулись ряды деревянных столов, заваленных всевозможными склянками, ретортами и прочими атрибутами алхимической лаборатории. У дальней стены виднелось несколько больших стеклянных резервуаров, наполненных мутноватой жидкостью. В них, подвешенные на крюках, безжизненно покачивались человеческие тела.

Человек в маске застыл на пороге, сжимая набалдашник трости так, что побелели костяшки пальцев. Несколько долгих секунд он просто стоял, разглядывая лабораторию, и было слышно лишь его тяжелое дыхание, приглушенное маской.

— Это… это и есть ваша мастерская? — наконец, глухо спросил он, обращаясь к Фридриху. Голос гостя оказался низким, с хрипотцой, и отдавал какой-то старческой усталостью.

— Да, господин, — с готовностью кивнул наемник. — То, что осталось от Черных Хирургов, которые раньше владели этим местом. Сюда мы перевели нашего… гм… специалиста, профессора Менгелева. Под надежной охраной, разумеется.

— И как далеко он продвинулся? — взгляд из-под маски уперся в Фридриха, отчего тому стало не по себе. Но он сумел взять себя в руки.

— Увы, пока не слишком, — с сожалением признал наемник. — Профессор упрямится, не желает делиться своими знаниями. Боится мести Безумова. Мы, конечно, работаем над этим, но…

Человек в маске нетерпеливо взмахнул рукой, прерывая его.

— Я желаю поговорить с ним лично. Немедленно.

— Конечно, господин. Сию секунду! — Фридрих метнул взгляд на Варана, и тот поспешил куда-то вглубь лаборатории. Спустя минуту он вернулся, ведя перед собой долговязого старика в замызганном лабораторном халате.

Профессор Менгелев выглядел откровенно нездоровым. Спутанные седые волосы, ввалившиеся щеки, лихорадочно блестящие глаза за толстыми стеклами очков. Он зябко обхватил себя руками, затравленно озираясь по сторонам.

Гость придирчиво оглядел старика с ног до головы и процедил:

— Итак, профессор. Полагаю, вы уже в курсе, зачем вас сюда доставили?

Менгелев судорожно сглотнул и часто-часто закивал.

— Д-да, меня п-проинформировали, — сбивчиво забормотал он. — Вам нужно, чтобы я в-воссоздал мирмеций… или похожих существ. Но это невозможно! Поймите же, я не владею всеми секретами! Может быть я вам лучше других тварюшек сварганю, по проверенному рецепту?

— Однако же вы наблюдали за этими тварями. Ставили на них эксперименты. Изучали, — в голосе человека в маске явно зазвенел металл.

— Вообще-то нет…

— …И вы знаете Безумова. Вам известно, на что он способен. А значит — поможете нам. Или пеняйте на себя.

Менгелев затрясся, как лист на ветру, и часто-часто заморгал. На его лбу выступила испарина.

— Н-нет, вы не понимаете! Константин… Безумов… Он на самом деле не человек! Он чудовище! Его силы и возможности… Он просто пока слабый, набирается сил, но когда окрепнет…

— Вот поэтому мы и должны противопоставить ему адекватный ответ, — резко бросил гость, впившись в профессора немигающим взором. — Вы поможете нам создать собственную армию. Воинов не хуже его зверушек. И тогда все вернется на круги своя. Порядок восторжествует.

Менгелев затрясся еще сильнее и обессиленно привалился к стене. Похоже было, что его сейчас хватит удар.

— Вы… вы не представляете… с чем имеете дело, — просипел он. — Он придет за мной… за ними… и всех вас уничтожит… Безумов… он…

Договорить профессор не успел. Человек в маске вдруг резко вскинул руку с тростью, и в тот же миг из крупного рубина в набалдашнике вырвался ослепительно алый луч. Он ударил старика прямо в лоб, и тот, коротко вскрикнув, осел на пол бесформенной кучей.

Фридрих и Варан синхронно отшатнулись, непроизвольно хватаясь за оружие. Но гость уже опустил трость и невозмутимо повернулся к ним.

— Полагаю, теперь профессор будет куда сговорчивее, — ровным тоном произнес он. — Небольшая ментальная корректировка обычно действует безотказно.

Фридрих заставил себя расслабиться и убрать руку с рукояти пистолета. Так это было обычное ментальное воздействие… А он уж было решил, что все, хана четырехглазому…

— Э… да… уверен, теперь он охотно пойдет нам навстречу, — наемник старался, чтобы его голос звучал почтительно.

— Пусть пока придет в себя, — холодно произнес гость. — Разложит извилины по полочкам.

Он удовлетворенно кивнул и неторопливо двинулся вглубь лаборатории, внимательно разглядывая обстановку. Фридрих обменялся быстрым взглядом с Вараном и поспешил вслед за визитером.

Следующие полчаса прошли в напряженной беседе. Гость расспрашивал о всех подробностях текущих исследований, оставшихся после Черных Хирургов, вникал в мельчайшие детали. Фридрих охотно делился имеющейся информацией, то и дело поглядывая на по-прежнему безжизненно лежащего профессора.

В какой-то момент человек в маске вдруг замолчал и надолго застыл, о чем-то напряженно размышляя. Фридрих и Варан затаили дыхание, боясь потревожить его. Наконец, гость очнулся и произнес:

— У княжича Безумова есть одно уязвимое место. Его привязанность к созданным им тварям. Подозреваю, в том числе и к этой… королеве мирмеций, как ее там.

— Мелинта, — услужливо подсказал Фридрих.

— Вот-вот. Мелинта, — гость удовлетворенно кивнул. — Подозреваю, она ключ ко всему и самый ценный наш трофей. Вы уже исследовали образцы ее крови?

— Да, — кивнул Фридрих. — Она и Константин являются биологическими родителями для всех мирмеций, как вы и предполагали.

— Что? — вытаращил глаза Варан. — Так они что, того этого… трахались?

Фридрих толкнул его локтем, и обратился к гостю, желая замять неловкую тему:

— Я полагаю, это может быть не просто прихотью молодого дворянина или его… гм… особыми предпочтениями, — сказал Фридрих. — Возможно, в отцовстве Константина есть какое-то практическое зерно. Но пока не понятно какое…

— Что вы имеете в виду? — спросил гость.

— Как вы знаете, княжич константин сильно болел после ранения, — сказал Фридрих. — А потом резко начал демонстрировать невероятные результаты… Его многие даже называют сверходаренным, как княжну Соколову. Я лично в подобные совпадения не верю. Как по мне, Безумовы что-то сделали с мальчиком… использовали некое средство последнего шанса. Что-то такое, к чему прибегают лишь перед лицом неминуемого конца…

— Полагаете, создание мирмеций — это лишь некий побочный приятный эффект? — уточнил гость.

— Именно, — кивнул Фридрих. — Поэтому настоящий интерес для нас представляет скорее сам княжич. Мелинту можно использовать для шантажа. Уничтожь мы Мелинту — считай, вырвем сердце Безумову. Он пойдет на все, чтобы ее спасти. Вот уважаемый профессор насколько мне известно, уже имел честь работать с княжичем. И как с… гм… подопытным, так и с работодателем…

— Князь, — внезапно раздался голос Менгелева. Старик открыл глаза и приподнялся на локтях. — Можно мне поговорить с вами с глазу на глаз?

Все трое перевели взгляды на Дока. Особенно удивленным выглядел Варан. «Князь? у нас тут целый князь или дед просто забыл таблетки принять?» — говорил его взгляд.

Фридрих же нахмурился и обеспокоенно глянул в сторону гостя. Тот же внимательно смотрел на Менгелева, чуть склонив голову набок, что еще сильнее придавало ему сходство с большой черной птицей.

— Оставьте нас, — наконец произнес он.

— Но… — воспротивился было Фридрих.

— Живо, — коротко бросил гость таким тоном, что никто не посмел противиться.

Через полчаса, уже в кромешной темноте, монстромобиль остановился в небольшой ложбине меж холмов, укрытой со всех сторон буйной растительностью. Идеальное место, чтобы остаться незамеченными.

Костя первым выбрался из машины и направился к багажнику, на ходу бросив:

— Настя, готовься. Выдвигаешься через пять минут.

Девушка молча кивнула, поправляя свою черную униформу. Настя была одета в облегающий черный костюм из плотной, но эластичной ткани, обеспечивающей свободу движений. На ногах — мягкие кожаные сапожки на плоской подошве, идеальные для бесшумного передвижения. Волосы убраны под вязаную шапочку, чтобы не мешали обзору.

Они уже все обговорили в машине — ее задачей будет тайно пробраться в лагерь бандитов и разведать обстановку. Способностей менять облик у Насти хоть отбавляй, так что затеряться среди отморозков ей не составит труда. Ну а Костя с Айштиль пока начнут подготовку к их основному плану…

Костя тем временем достал из багажника внушительных размеров кейс. Щелкнув замками, он откинул крышку и принялся споро доставать и проверять свою амуницию: усиленный бронежилет, наручи и поножи, пояс с подсумками, набитыми разнообразным колюще-режущим. И, наконец, шлем-маску с устрашающим черепом, за которым скрывалось высокотехнологичное забрало.

Айсштиль тоже не теряла времени даром. Она материализовала вокруг себя ледяные доспехи, покрытые магическими рунами. Снежинки закружились вокруг нее небольшой миниатюрной метелью.

— Нам нужно будет действовать очень осторожно, Эстро, — сказала она. — Ворваться туда силой и навести суету — не проблема. Но нам нужно спасти заложниц…

— Положитесь на меня, — ухмыльнулась Настя, складывая иллюзорные печати. Пара секунд, и Настя исчезла, вместо нее говорило пусто место. — Я все разведаю, а может быть и вытащу кого-нибудь…

— Лучше лишний раз не рискуй, — попросил ее Костя. Его лицо было полностью сосредоточенным, но в глазах… в глубине его глаз Настя видела нечто. нечто, что ее очень пугало. Она чуть ли не физически чувствовала, что Костя изо всех сил сдерживается.

— Со мной все будет хорошо! Ты, главное, держи себя в руках, ладно? — невидимая Настя улыбнулась и привстав на носки, чмокнула Костю в уголок губ. Костя улыбнулся, жуткое нечто в его глазах как будто исчезло… или затаилось.

Айсштиль, видевшая все, нахмурилась, но ничего не сказала.

— Давай-ка я увеличу твою удачу, — сказал Костя, делая жесты, словно перелистывает страницы в книге. — Волью побольше Энергии Бездны… чтобы все точно было хорошо.

Из снаряжения при Насте были:

Пара метательных ножей на бедре. Легкие, идеально сбалансированные, с удобными рукоятками.

Набор отмычек в специальном чехле. Девушка, помимо обучению силам Бездны, также осваивала искусство вскрытия разнообразных замков.

Дымовые шашки и миниатюрные светошумовые гранаты. Для отвлечения внимания и быстрого отступления.

Аптечка первой помощи в поясной сумке. Бинты, антисептики, обезболивающие, стимуляторы — на случай ранений и прочих неприятностей.

Фляга с водой и несколько энергетических батончиков. Выносливость и силы нужно поддерживать во время долгих вылазок.

Вот с таким вот боевым комплектом Настя бесшумной тенью скользила между покосившимися хижинами бандитского лагеря. Полная луна то и дело ныряла за облака, то озаряя все вокруг мертвенно-бледным светом, то погружая пространство в непроглядный мрак. Настин опытный взгляд цепко выхватывал из темноты нужные детали: вот там притулилась сторожевая вышка, а вот там, за грудой бочек — тайник с оружием. Девушка мысленно составляла подробную карту лагеря.

Костя, конечно, мог бы послать и Слугу на разведку… Но Настя, умеющая становиться невидимой, как разведчик намного лучше. И она готова это подтвердить! Ради Безумного Бога!

В конце концов, она все еще хочет стать Королевой Тьмы… Девица довольно улыбнулась.

Поравнявшись с одной из лачуг, Настя вдруг услышала приближающиеся шаги и голоса. Не раздумывая ни секунды, она метнулась к стене и вжалась в неё, накладывая на себя дополнительную маскирующую иллюзию. Второй слой, на всякий случай.

Из-за угла вывернули двое головорезов, на ходу о чем-то ожесточенно споря.

–… да говорю тебе, дурень, нужно валить отсюда! — горячился один, нервно озираясь по сторонам. — Фридрих совсем голову потерял, не по масти играет. Сожрут его, а вместе с ним и всех нас. Не по себе мне от этого типа в маске, ох не по себе… хренов гость из столицы, мать его…

— Типун тебе на язык, Хрящ! — зашипел второй, пихая приятеля локтем под ребра. — Ишь, раскудахтался. Смотри, как бы Фридрих не услышал, а то живо язык укоротит. Или этот его хрен в маске…

— Думаешь, это реально кто-то из дворян?

— Да кто его знает… Оккультный хренила какой-то…

Бандиты как раз поравнялись с тем местом, где пряталась Настя. Девушка затаила дыхание и постаралась слиться с неровной деревянной поверхностью.

Один из головорезов вдруг остановился и принюхался, будто ищейка.

— Чуешь? Никак бабой потянуло, — задумчиво протянул он. — Ох уж эти пленницы, от них всегда одни проблемы…

Настя мысленно чертыхнулась. Ну конечно, у жителей Диких Земель больше мутаций, чем у обычных людей, из-за Аномалий… у этих уродов нюх как у диких зверей! Совсем забыла… Так, спокойно. Дыши ровно. Ты — стена, бездушная стена…

Бандит, крутя башкой, сделал еще шаг в её сторону. Настя вжалась в стену до боли в лопатках. Ещё мгновение, и он ее обнаружит…

— Да ну тебя, Хрящ, совсем крыша поехала на почве баб! — вдруг фыркнул его напарник. — Ты портки давно менял, мож это от тебя, ы?

— Да пошел ты! — оскорбился Хрящ. — Мож от тебя?

— Пошли давай, а то Варан три шкуры спустит за то, что посты побросали.

Хрящ недовольно заворчал, но послушно отвернулся и побрел вслед за приятелем. Через несколько секунд их шаги и голоса стихли в ночной тишине.

Настя перевела дух и осторожно отлепилась от стены. Фу-у-ух, пронесло… В этот раз она не станет недооценивать чутьё этих уродов. Надо действовать ещё осторожнее.

«Так, а эти-то о чем толковали? — пронеслось в голове у девушки. — Кто такой этот гость из столицы? Они имеют в виду областную столицу Синегорья или Империи? И, главное, зачем он здесь?»

Сведения определенно любопытные. Надо будет обязательно рассказать Косте.

Настя, пригибаясь, проскользнула вдоль стены хижины и свернула за угол. Замерла, внимательно оглядываясь и прислушиваясь. Вроде чисто…

Она уже собиралась двинуться дальше, как вдруг заметила в одном из окон мелькнувший огонек свечи. Любопытство мгновенно взяло верх, и Настя бесшумно подобралась поближе, осторожно заглянув внутрь.

То, что она увидела, заставило её вздрогнуть и стиснуть зубы. На шкурах вповалку лежали девушки-мирмеции, некоторые, судя по всему, ещё совсем юные. Вся их одежда была изорвана в клочья, обнажая покрытые кровоподтеками и синяками тела.

Настя стиснула кулаки с такой силой, что ногти до крови впились в ладони. Нет, ну какие же сволочи! Вот уроды! Ничего, они ещё пожалеют…

Усилием воли девушка взяла себя в руки и заставила отвернуться от страшного зрелища. Рано. Ещё рано мстить и спасать. Нужно сначала собрать как можно больше информации, иначе можно только навредить.

Нужно найти, где держат Мелинту, Кристину Валерьевну, Лилию и доктора Менгелева.

Перебежками Настя пробиралась от одной хижины к другой, стараясь держаться в тени и использовать любое укрытие. В голове у неё постепенно складывалась общая картина — вот там, в большой палатке в центре лагеря засел главный, Фридрих со своей бандой. Неподалеку — охраняемые склады с оружием и провизией. А дальше, ближе к окраине…

Стоп. А это ещё что такое?

Сквозь неплотно прикрытые ставни одного из домишек пробивался тусклый дрожащий свет, словно там что-то тлело и дымилось. До Насти донёсся странный, тошнотворно-приторный запах, от которого тут же засвербило в носу и защипало глаза. А также чьи-то громкие крики.

— Не иначе, курят какую-то дрянь, наркоши чёртовы, — поморщившись, решила она.

Но любопытство уже разгорелось и гнало вперёд. Осторожно, стараясь не шуметь, Настя подкралась к приоткрытому окну и одним глазком заглянула внутрь.

В первый момент увиденное показалось ей страшным, горячечным бредом воспалённого сознания. Посреди хижины на огне громадного очага что-то булькало и кипело в исполинском котле. Удушливые пары клубились над варевом, вырываясь через щели наружу.

А вокруг котла, словно исполняя причудливый ритуальный танец, кружили полуголые люди. Раскрашенные кроваво-красной и угольно-черной краской, увешанные костями и клыками, с перьями в волосах и звериными масками на лицах, они рычали, выли и завывали, словно исчадия ада.

Присмотревшись повнимательнее, Настя с содроганием поняла, что многие танцоры носят на себе части человеческих тел — ожерелья из зубов, нити из волос, пояса, сплетенные из пальцев…

В этот момент из котла с бульканьем всплыл блестящий человеческий череп…

У неё мороз пробежал по коже, а рука непроизвольно потянулась к ножу на поясе. Эти психи что, людей тут едят?!

— Эй, ты кто такая?! А ну, стой! — раздался за спиной голос.

Глава 8. Непростой союз

Грубый окрик за спиной заставил Настю похолодеть. Девушка резко обернулась, на ходу выхватывая клинок.

Позади неё, направив на неё арбалет, стоял давешний бандит по кличке Хрящ. Его маленькие поросячьи глазки удивленно таращились на Настю, явно пытаясь понять, как она тут оказалась.

Два слоя невидимости почему-то в этот раз не сработали. В этом и была опасность людей, живущих в Диких Землях — в непредсказуемости. Кто-то не отличался от обычного человека, а кто-то имел некоторый «бонусы».

— Ты че тут делаешь? Выглядываешь че? — пробасил он, угрожающе поигрывая желваками. — Ну-ка, живо отвечай!

Настя лихорадочно соображала. Бежать? Драться? В любом случае поднимется шум, сбегутся остальные. Надо что-то придумать, и побыстрее!

— Ой, извините, дяденька, я совсем не хотела вас напугать! — внезапно пролепетала она тонким девичьим голосом и театрально всплеснула руками. — Я просто новенькая тут, вот, Варан сам привел… Велел, значится, обслуживать господ, угощать да ублажать…

Хрящ на секунду опешил от столь резкой перемены, недоверчиво прищурился. Но похоть и алчность во взгляде уже вытеснили подозрительность.

— Чаво? Варан тебя привел? Ишь ты, старый пес, новых курочек раздобыл! — осклабился он, опуская арбалет. — И чой-то я тебя раньше не видал? Непорядок! Ну-ка, покажь товар лицом, красотка…

Он протянул лапищу, явно намереваясь ухватить Настю за подбородок. Но не тут-то было!

Резкий удар по запястью, бандит всхрюкнул от боли и выронил арбалет. Молниеносный выпад, и острие кинжала уже упирается Хрящу под подбородок, заставляя запрокинуть голову.

Ей повезло — этот крендель оказался не особо умен. Она быстро затащила его в узкий проход между двумя домами. К счастью, из-за громких звуков, которые издавали голые плясуны, никто ничего не заметил.

— Слышь, ты, урод! — прошипела Настя, в мгновение ока перевоплощаясь в ту, кем была на самом деле — хладнокровную и хорошо обученную Одаренную. — Сейчас ты мне быстренько расскажешь, где ваш главный прячет важных пленников. И учти — врать не советую, а то язык отрежу!

Хрящ испуганно сглотнул, покосившись на отточенное лезвие у своего горла. Похоже, до него начало доходить, что связался он не с робкой овечкой.

— Так это… это… — забормотал он. — Там Фридрих важных птиц держит, в подземельях которые… Под лагерем бункер целый, туда всех перевели, кто ценный…

Настя задумалась. Бункер… бункер это куда более опасно. Закрытые пространства, чтоб их…

— Слыш, а ты че? Из царской охранки что? — спросил Хрящ. — От тебя запах странный, не как от жителя Диких Земель… Пронюхиваете про нас?

— Ну даже если так, — неопределенно ответила Настя. — И что с того?

— Да я, короче, этого Варана на дух не переношу, — заявил Хрящ. — Обещали мне тут ништяки, баб сочных, а в первый день он меня лично избил, прикинь! Чуть не придушил, урод, ни за что… Просто за то, что я спросил, когда бабенок пленных можно будет натянуть! Я валить думаю уже на хрен от этих Стервятников… Как будто снова в армию попал…

— Короче, — цыкнула на болтливого охранника Настя. — Чего ты хочешь?

— Да ток рад буду, если вы их за жопы возьмете! — заявил Хрящ. — Эти Стервятники совсем конченные! Ты видела, как они вокруг котла пляшут? Людев жрут! Я, конечно, отбитый, но не настолько… Я тут пытался почву щупать, че они думают про это дерьмо, но их всё устраивает!

Настя приподняла брови. Хм, кажется, сработал бафф Удачи, наложенный на неё Костиком. Из всех бандитов ей попался единственный недовольный «режимом».

— Хочешь помочь — веди в бункер! — скомандовала Настя, ткнув кинжалом вперед. — Свою награду получишь, как операция закончится.

Бандит испуганно кивнул и, спотыкаясь, побрел вперед. Настя двинулась за ним, не сводя глаз со своего пленника и стараясь не выпускать его из поля зрения ни на секунду.

Она напоследок бросила взгляд в сторону дома, где проходил жуткий ритуал. Мде-е-е-е… вот и познакомилась с «культурой» Диких Земель. Оказывается, здесь такое в рамках нормы.

Спустя пару минут они вошли в самый большой дом и оказались у массивного люка, практически сливающегося с землей. Настя молча ткнула в него лезвием, выразительно глядя на Хряща. Бандит вздохнул, нагнулся и с кряхтением стал открывать тяжелую крышку.

Из темного зева на Настю пахнуло затхлостью и сыростью. Девушка поморщилась, но решительно шагнула вниз по ржавым скобам, не выпуская Хряща из виду.

— Сделай вид, что я пленница, — сказала она, пряча кинжал. — И ты меня сопровождаешь.

— Ага, как скажешь, подруга, — кивнул Хрящ.

Главное, теперь она знала куда идти. Важные пленники, значит… Нужно поторапливаться — все вызнать, вернуться и рассказать обо всем Косте! Они с Айсштиль наверняка уже заждались…

Дарья затаилась за деревьями, наблюдая за тем местом, где по её расчетам должен был находиться Константин с Айсштиль. Она выследила их благодаря беспилотнику, незаметно летевшему за монстромобилем Безумова от самого особняка. Служба безопасности рода Кривотолковых сработала, как всегда четко.

Когда Настя покинула группу и ушла в сторону лагеря, связь с беспилотником резко оборвалась, словно кто-то намеренно вывел его из строя. Но место Дарья запомнила.

Выждав для верности ещё минут пятнадцать, девушка выбралась из своего укрытия и осторожно двинулась вперёд, держа руку на рукояти хлыста. Она знала, что идёт на риск, раскрывая своё присутствие потенциальным… союзникам. Но выбора не было. Приказ дяди, князя Кривотолкова, не обсуждался. Придётся поговорить с Безумовым по-хорошему… или по-плохому.

Дарья вышла на небольшую поляну, окружённую плотным кольцом деревьев. Прищурилась, вглядываясь в вечерние сумерки. Странно, монстромобиль стоит, а Безумова с его ледяной подружкой что-то не видать. Неужто она ошиблась?

Но не успела эта мысль промелькнуть в голове, как вдруг земля под ногами Дарьи вспыхнула алым. С громким хлопком сработали хитроумно расставленные печати. Тело девушки окутали дымные щупальца, с чудовищной силой швырнули назад, впечатали спиной в жёсткую кору векового дуба. В то же мгновение на руки и ноги легли тяжелые ледяные оковы, намертво приковав к стволу.

— Ах ты ж…! — только и успела прохрипеть Дарья, силясь вырваться из пут. Но куда там! Лёд держал крепко.

— Ну привет, — раздался за спиной знакомый насмешливый голос. — Знакомые… гм… лица. А где же твоя свита?

От этого ехидного, такого знакомого тона у Дарьи зачесались кулаки. Вот ведь зараза!

— Безумов, какого чёрта? — процедила она сквозь зубы, пытаясь обернуться. — Ты совсем стыд потерял? Как ты смеешь так обращаться с дворянкой?!

Послышался тихий смешок. А в следующий миг из темноты выступила фигура. Сильные пальцы ухватили Дарью за подбородок, развернули голову, заставляя взглянуть на своего пленителя. Костя смотрел на неё в упор, улыбаясь… как-то невесело. Даже скорее грустно. .

— А ты чего ожидала, фуршета и стола на сто персон? — протянул он. — Ты все еще дуешься за то, на базе? Неужто явилась за реваншем?

Дарья скрипнула зубами, пытаясь совладать с острым приступом унижения от одного лишь воспоминания о том позорном поражении. Это надо же было так лохануться! Проиграть какому-то сопливому мальчишке, выскочке из вражеского клана! До сих пор при мысли об этом внутри всё переворачивалось от гнева и стыда.

И вот теперь этот нахал снова опрокинул все её планы, поймал в ловушку как последнюю дуру! От осознания собственной беспомощности щёки вспыхнули алым, дыхание сбилось. Дарья рванулась из пут, извиваясь всем телом, но ледяные оковы держали крепко.

Надо отдать Безумовым должное, ловушку они поставили очень качественную…, но это не может служить оправданием для нее, будущей княгини Кривотолковой, будущей главы рода

— Ну всё, вздумал поизмываться? — прорычала она, сверля Костю яростным взглядом. — Думаешь, раз поймал, так можно куражиться?

Но Безумов лишь снисходительно хмыкнул, глядя на её потуги. Он склонился ближе, Дарья ощутила на лице его горячее дыхание.

— Не трепыхайся зазря, — вкрадчиво произнёс он. — Лучше скажи, зачем явилась? Шпионить вздумала?

Где-то за спиной раздался лёгкий шорох, и в поле зрения возникла тонкая девичья фигурка в белоснежных доспехах из льда. Она остановилась рядом с Костей, с любопытством разглядывая пленницу. На её точёном личике застыло странное выражение — смесь снисходительности и лёгкой брезгливости. В руках она держала причудливое ледяное копье.

Айсштиль… та самая странная одаренная льда, взявшая себе имя древней богини…, а возможно, это лишь псевдоним. Это какое же ЧСВ нужно иметь, чтобы сравнивать себя с древним божеством?

— Может, просто прикончим её, Эстро? — холодно предложила девушка, ласково коснувшись локтя княжича. — Одной змеюкой меньше станет. Ты же знаешь, они не успокояться, пока не изведут тебя… Напитаем её кровью печати, ты же отлично владеешь магией крови…

На это Костя лишь вздохнул и покачал головой.

У Дарьи от возмущения аж дар речи пропал. Это кто тут ещё змеюка?! Ах ты ж ледышка подкостыльная!

Она с ненавистью воззрилась на парочку, чувствуя, как внутри поднимается зависть вперемешку с горечью. Ишь, повисла на нём, стерва белобрысая!

— Не нужно… меня убивать, — выдавила Дарья, из последних сил беря себя в руки. Нужно срочно сбавить обороты, пока эти двое и впрямь не вздумали пустить её на корм печатям! Может, просто пугают, но проверять не хотелось. — Я пришла с миром. По приказу дяди, князя Кривотолкова.

Костя поднял бровь, удивлённо воззрился на пленницу.

— Чего-чего? Это с каких это пор старина Кривотолков распоряжается моими делами? С чего бы вдруг такая забота?

Дарья стиснула зубы, пытаясь подобрать слова. Признаваться в собственной слабости и просить помощи у врага — на такое способен не каждый. А уж гордячке Кривотолковой это вообще не по нутру. Любой другой на её месте скорее откусил бы себе язык. Но не она.

— Слушай сюда, Безумов, — процедила Дарья. — Дядя Дмитрий в курсе, что случилось в вашем поместье. Про нападение, похищение твоих… девиц. И он решил, что это уже ни в какие ворота. Нужно показать ублюдкам, что бывает за такие фортели с дворянами. Даже если эти дворяне — наши давние недруги. Понимаешь?

Костя прищурился, обдумывая услышанное. Дарья отчетливо понимала, какие мысли крутятся у него в голове. Неужто и правда старый лис Кривотолков решил сыграть в благородство? С чего бы вдруг? Тут явно что-то нечисто…

— Положим, — медленно произнёс он. — И что же дядюшка твой удумал? Прислал тебя нянчиться со мной? Боится, как бы глупый мальчик не наделал делов?

Дарья возмущенно фыркнула.

— Не льсти себе, Безумов, — огрызнулась она. — Я здесь не из любви к твоей смазливой мордашке. Но раз уж дядя приказал помочь, деваться некуда. Считай это ответной любезностью за то, что спас дядю от покушения в Диких Землях месяц назад. Так что давай, колись уже, куда направляешься. Глядишь, сообразим чего толкового вместе.

Костя задумчиво побарабанил пальцами по шершавой коре дуба, к которой по-прежнему была прикована беспомощная Дарья. Перевёл взгляд на Айсштиль. Снежная дева лишь равнодушно пожала плечами — мол, тебе решать, Эстро. Я приму любой расклад.

Княжич протянул к голове Дари руку и сделал такое движение, словно что-то достал из ее головы, что-то невидимое. А затем принялся… листать страницы невидимой книги? А его глаза бегали из стороны в сторону так, словно он читал некий текст…

Дарья непонимающе смотрела на него. Это что еще за фокусы?

— Значит так, Кривотолкова, — проговорил Костя после долгой паузы. — Хочешь помочь — отлично, нам сейчас любая поддержка сгодится.

— Но учти: дёрнешься не в ту степь — мигом в ледышку превращу. И не посмотрю, что ты там княжеских кровей, — холодно произнесла Айсштиль.

— Договорились? — вздохнул Костя, укоризненно взглянув на Айсштиль.

Дарья сердито сверкнула глазами, но послушно кивнула. Деваться и впрямь было некуда. Зато появился отличный шанс проявить себя с лучшей стороны. Глядишь, Безумов ещё спасибо скажет за помощь. А там, гляди, и зауважает…

«Ага, как же, разбежался! — тут же одёрнула она себя. — Не будь дурой, Дашка. Этот хлыщ тебя и в грош не ставит. Думаешь, он вот так запросто откажется от своего курятника? Ха-ха три раза!»

Но вслух, разумеется, говорить ничего не стала. Лишь гордо вскинула подбородок и процедила:

— Не очень-то и хотелось, но раз надо — сделаю. Ради дяди и чести рода готова стерпеть даже твою компанию, Безумов. Слово Кривотолковой.

Костя скептически покачал головой, но спорить не стал. Посчитал, видимо, что овчинка выделки не стоит. Одним движением он развеял ледяные оковы на руках пленницы и небрежно махнул рукой в сторону монстромобиля.

— Там есть еще кое-какое снаряжение, можешь забрать. Настя уже должна была разведать обстановку в лагере. Как только вернётся — выдвигаемся. И любые косяки — на твоей совести, ясно?

Дарья молча кивнула, потирая затёкшие запястья. Вот ведь сволочь этот Безумов! Издевается, паскуда… Ну ничего, она ещё отыграется. Подождёт удобного момента и уж тогда…

А пока остаётся лишь смириться и принять правила игры. В конце концов, цель оправдывает средства. Дарья не сомневалась — рано или поздно представится шанс утереть нос зарвавшемуся выскочке. И заполучить его благодарность…, а там, глядишь, и его волю загнать под каблучок.

«Всему своё время, — мстительно думала Кривотолкова, открыв дверь монстромобиля. — Сейчас изобразим соратницу и помощницу, раз уж припёрло. А вот потом…»

Дальше платно)

Чибик Дарьи Кривотолковой за наградку 50р

100р