Возвращение Безумного Бога. Том 3: Синхронизация с Бездной

Глава 1. Уважение

Первую книгу цикла читать тут: https://author.today/reader/350298

На миг, на один лишь краткий миг, между мной и Вадимом промелькнуло что-то вроде взаимопонимания. Почти уважения от осознания общей победы.

А может быть мне показалось.

Мы стояли посреди руин, тяжело дыша и глядя друг на друга. Адреналин боя постепенно отпускал, в голове немного прояснялось.

— Знаешь, — медленно произнес Вадим, — Не знаю, кто ты… Но такого я не ожидал…

— Какого «такого»? — устало спросил я, утирая пот со лба.

— Ну, что ты полезешь спасать людей. Врагу руку помощи протянешь, — хмыкнул Вадим. — Ты из благородных?

Я невесело усмехнулся:

— Обязательно нужно быть благородным, чтобы кого-то спасти?

— Некоторые так и думают, — фыркнул Вадим. — Новое поколение больше любит работать кулаками, чем извилинами. А ты из него, судя по манере речи…

— Возможно, — я криво ухмыльнулся, разминая ноющие плечи. — Может быть, дворянам и правда стоит хоть иногда разговаривать, а не только морды друг другу бить. И нам с тобой в том числе.

Вадим озадаченно приподнял бровь:

— Ты сейчас серьезно? Предлагаешь типа перемирие, что ли?

— Ну, это громко сказано, — я неопределенно пожал плечами. — Скорее, небольшую передышку.

Тот задумчиво хмыкнул, разглядывая дымящиеся руины. Потер подбородок.

— Не буду врать, сам порядком заколебался, — пробурчал он нехотя. — Ты чертовски неудобный противник… Только вот долг мой велит немедленно схватить тебя и доставить перед очи светлейшего князя…

— Мы оба сейчас слишком слабы и не способны продолжать бой.

— Говори за себя!

На какое-то время возникла напряженная пауза. Мы с Вадимом внимательно смотрели друг другу в глаза, ведя дуэль взглядов.

Он скривился, будто раздумывая. Сплюнул под ноги и процедил:

— Хрен с тобой, допустим. Но это ничего не меняет, ясно? Мы по-прежнему враги. И будем ими, хоть тресни.

Я грустно улыбнулся и кивнул:

— Понимаю.

— Понимает он… — буркнул Вадим. Посмотрел на меня, прищурившись. Протянул руку: — Ну что, по рукам, что ли? На сегодня замиряемся.

Я ухмыльнулся и пожал протянутую ладонь. А левой рукой, будто невзначай, легонько ткнул несколько точек у него на предплечье.

Вадим охнул, его глаза расширились. Ноги подломились, и он рухнул на колени, судорожно царапая бетон.

— Ты… ты че творишь, гад?! — просипел он, тщетно пытаясь пошевелиться. Тело не слушалось, словно налившись свинцовой тяжестью.

Я сочувственно развел руками и ухмыльнулся:

— Прости, приятель. Ничего личного. Но сам понимаешь — не могу рисковать. Мало ли, что ты еще удумаешь. Слово аристо, оно такое — сам дал, сам забрал обратно…

— С-сука… — прохрипел Вадим, тщетно борясь с параличом. — Я так и знал, что ты че-нить выкинешь! Ни на миг нельзя тебе доверять!

Я только усмехнулся, разглядывая замысловатую печать, тускло мерцающую на его предплечье. Та самая хитрая закорючка, что я успел незаметно поставить, пока втирал Вадиму про наш план-капкан.

Древняя ментальная техника, позволяющая парализовать противника одним прикосновением. Конечно, если перед этим подготовить почву специальной печатью. Один из многих трюков, что я освоил за века скитаний в телах смертных.

— Считай это… ну, страховкой, — я с улыбкой развел руками. — Заодно наглядным уроком — никогда не поворачивайся спиной к врагу. Даже тому, с которым у тебя перемирие.

— Ах ты ж… гнида… — просипел Вадим, сверля меня яростным взглядом. — Ничего, я еще до тебя доберусь! Ты у меня кровью умоешься!

— Очень может быть, — легко согласился я. — Ты давай, поднатаскайся там, подкачайся. В следующий раз, глядишь, и устроим по-настоящему хороший бой.

Напоследок еще раз оскалившись, я резко крутанулся на месте, взметнув облако дыма и пыли. Закрутил вокруг себя потоки тумана, наведя непроглядной мглы. И бесшумно рванул прочь с руин Склада.

Вадим остался лежать на холодном полу, скрипя зубами от бессилия и злости. Паралич намертво сковал тело, не давая пошевелить и пальцем. Хоть кричи от унижения!

«Ну, погоди, ублюдок… — думал Вадим, прожигая взглядом пустоту, где только что растворился злоумышленник. — В следующий раз ты за все ответишь!»

Внезапно со стороны разрушенного коридора послышался быстрый цокот каблучков и звонкие вскрики. Кто-то приближался, спотыкаясь на обломках и звучно чертыхаясь.

— Вадим! Вадюш, ты где?! — разнесся по руинам пронзительный девичий голос. — Ау, отзовись!!!

«О, Рита, легка на помине!» — скривился Вадим. Узнал бы этот голосок из тысячи.

— Сюда… — попытался гаркнуть он, но из парализованного горла вырвалось лишь невнятное сипение.

Но для Риты и этого оказалось достаточно. Услышав хоть какой-то звук, гламурная блондинка стрелой метнулась на него, сшибая каблуками куски штукатурки.

— Вадим!!! — взвизгнула Рита, вылетая из-за угла. И застыла, вытаращив глаза при виде своего друга/напарника/хрен-знает-кого, распластанного на грязном полу.

— Вадик, золотко, что с тобой?! — всполошилась она, в два прыжка преодолевая разделяющее их расстояние. С размаху плюхнулась рядом на коленки, не заботясь о сохранности платья. — Ты как, ранен?! Умираешь, да?! Ты только не умирай, Вадюш, слышишь?!

Она лихорадочно ощупывала и осматривала безвольное тело, шаря руками везде, куда могла дотянуться. Вадим только закатывал глаза и мычал, тщетно пытаясь скинуть с себя нахальные конечности. Куда там — Рита вцепилась прямо-таки с энтузиазмом!

— Да что ж такое-то, а?! — надула она пухлые губки, не находя на драгоценном Вадике и царапинки. — Ты чего молчишь-то? Язык проглотил, что ли?

Вадим скрипнул зубами и с трудом просипел:

— Па…ра…лич…

— Чего?! — округлила идеально подведенные глазки Рита. В ее хорошенькой, но не особо умной головке начало со скрипом проклёвываться понимание. — Это что, типа тут Одаренный тебя так уделал? Вот же гад склизкий, а! Ну я ему еще устрою!

Безмозгл… бесстрашная блондинка вскочила на ноги, упираясь руками в бедра. Решительно тряхнула платиновыми локонами.

— Ну-ка, держись, Вадюш! Ща мы быстренько до медпункта добежим, там тебя живо в чувство приведут!

С этими словами Рита с кряхтением подхватила Вадима на руки. Еще бы — Одаренная как-никак, силушки немеряно! Правда, с координацией не очень…

— Ох, тяжеленький ты, Вадик! — пропыхтела красотка, делая первый шаг и тут же чуть не навернувшись на каблуках. — Вот как есть тяжеленький! Но ниче-ниче, до медпункта как-нить доволоку. Не впервой!

И бодро затопала по коридорам, бормоча что-то ободряющее вперемешку с руганью в адрес «коварного злоумышленника». Вадим в ее руках мрачно помалкивал, прикидывая, сколько еще унижений ему предстоит сегодня вытерпеть.

Внезапно что-то чувствительно ударило его по лбу, и перед глазами Вадима вспыхнули звезды. Рита, увлекшись трескотней, со всего маху впечатала его многострадальную голову в низкую притолоку.

— Ой, бли-и-ин! — сконфуженно протянула Одаренная блондинка, застывая на месте. — Прости, Вадюш, я не специально! Задумалась просто!

Хорошо хоть, регенерация и прочка у него на высоте — а то быть бы голове проломленной…

Вадим глухо зарычал, по инерции схватил Риту за шею в попытке задушить. Даром что был парализован!

— Ой, Вадюш, у тебя паралич проходит! — жизнерадостно обрадовалась Рита. Она отцепила от себя руки Вадима, с удвоенной осторожностью переступая порог. — Это ты так рад слышать мой голос? — ее щеки слегка покраснели. — Потерпи еще чуток, Вадик. Ща-а-ас мы уже почти на месте!

«Да чтоб тебя…» — обреченно подумал многострадальный Вадим, прикрывая глаза. Оставалось только стиснуть зубы и молиться, чтобы ненормальная девка поскорее дотащила его до медиков. А там — держись, гад, кем бы ты ни был! Хоть из Безумовых, хоть из Соколовых, хоть из Горовых! Да хоть самим Безумным богом!

…Я под шумок добрался до раздевалок для рабочих. На бегу сдирая с себя лохмотья одежды, я быстро нацепил робу, ботинки и каску. Смешался с толпой эвакуирующихся.

Отовсюду неслись крики, плач, подвывания сирен. Перепуганные люди метались туда-сюда, не разбирая дороги. Охрана тщетно пыталась навести хоть какой-то порядок. Куда там! Каждый спасался как мог.

Я старался не отсвечивать, втянув голову в плечи и низко надвинув каску на лоб. Просочился сквозь проходную вместе с гурьбой народа. И дал деру, петляя меж машин и автобусов.

Вскоре Склад остался далеко позади. Промзона сменилась неухоженными пустырями, а там и редколесьем на краю леса.

В голове было пусто и звонко. Лишь билась одна мысль: «Выжил, сволочь! Опять выжил!». Но сколько еще мне так везти будет?

Забежав поглубже меж деревьев, я наконец-то перевел дух и огляделся. Тишина, только ветер шумит в кронах, да птицы попискивают. Красотища!

Размеренно дыша, я опустился на траву, привалившись спиной к шершавому стволу. Проверил раны — вроде ничего серьезного, само заживет. И наконец-то позволил себе ненадолго расслабиться.

Это была ошибка. Стоило отпустить контроль, как меня накрыло по полной. Приход от голубой крови ящеров пошел на новый виток!

Сначала закружилась голова и помутилось в глазах. Сердце зачастило вдвое против прежнего, гулко ухая в ушах. Горло будто сдавило стальным обручем, стало нечем дышать.

Я судорожно рванул ворот робы, пытаясь глотнуть воздуха. Какое там! В глазах потемнело, рот наполнился вязкой слюной. Желудок скрутило спазмом, едва не выворачивая наизнанку.

Я со стоном рухнул на хвою. Перевернулся на спину, запрокинул голову, жадно глотая лесной воздух. Ох, ща набросятся на меня комары с клещами, насосутся божественной кровушки-и-и-и-и… покайфую-ю-ю-ю-ю-ю…

Из последних сил я попытался встать, опершись на дрожащие руки. Какое там! Мышцы будто превратились в желе, наливаясь ватной слабостью. А голова стала чугунной, неподъемной.

«Твою Бездну… Вот же влип!» — лихорадочно стучало в мозгу.

Сознание заволокло мутной пеленой, кромсая восприятие на лоскуты. Звуки и запахи леса обострились до предела, впиваясь в мозг раскаленными иглами. Каждый шорох, каждый писк, шелест травы и скрип ветвей — все резало барабанные перепонки.

Я глухо застонал, ткнувшись затылком в сырой мох. Мышцы налились чудовищной тяжестью, скручивая тело. Суставы вывернуло под немыслимыми углами, пальцы судорожно скребли землю.

А где-то на краю сознания мелькнуло: «Что-то не так. Это не просто приход. Тут что-то куда серьезнее…»

И тут в сгущающихся сумерках зажглись желтые огоньки. Десятки внимательных глаз, буравящих меня немигающим взглядом.

Кто-то шел ко мне сквозь чащу. Целая толпа!

Я из последних сил поднял голову, всматриваясь в темноту. Сердце колотилось уже где-то в глотке.

— Кто… к-кто вы?.. — просипел я пересохшими губами.

Ответом мне был лишь тихий смех. Множество голосов, шепчущих и хихикающих.

— Идем с нами… — произнес вкрадчивый голос у меня над ухом. Он имел странную низкую тональность. Я готов был поклясться, что голоса людей так не звучат. — Идем, мы все тебе покажем!

Чьи-то руки подхватили меня под локти, вздергивая на подламывающиеся ноги. Я застонал, пытаясь вырваться. Какое там! Тело не слушалось.

— Мужики… Не надо… Отпустите… — пробубнил я, мотая отяжелевшей головой. В теле разлилась свинцовая слабость. — Для вашей же безопасности…

Существа лишь засмеялись и поволокли меня прочь, вглубь чащи. Последнее, что я увидел, проваливаясь в беспамятство — мелькание черных стволов и пляску огоньков. А потом мрак поглотил меня целиком…

Окутанные покровом невидимости, Настя и Айсштиль брели по ночному лесу, спотыкаясь о коряги и путаясь в кустах. Волоча за собой бесценный бокс с голубой кровью, они тщательно оберегали его всеми возможными чарами, выжимая себя досуха. Пару раз им пришлось залечь на землю, пережидая, пока мимо с гулом пронесутся дроны-охотники. Но в целом погоня осталась далеко позади.

Айсштиль злилась и фыркала, проклиная подлость смертных людишек, подбивших их милого жучка-носильщика. Летун поймал в бок беспилотник-камикадзе, совершил вынужденную посадку и теперь мирно догорал где-то далеко позади. Это ж надо было так подставиться!

Настя лишь вздыхала и успокаивающе похлопывала богиню по плечу. У самой на душе скребли кошки за Костю. Они договорились встретиться на окраине Синегорья, в маленькой кафешке под вывеской «У Михалыча». Но кто знает, удалось ли Косте ускользнуть и сколько придется его ждать?

«Нет, костя же Безумный бог! — напомнила себе Настя. — В той записке из архива утверждалось, что он настоящий покровитель нашего рода. Он не может проиграть!»

Вымотанные, голодные, перепачканные в грязи, на рассвете девушки вывалились из леса у окраины городка. Кое-как отряхнувшись, они поплелись по пустынным улочкам в сторону заветной забегаловки. Редкие прохожие шарахались от двух чумазых девиц, тащивших за собой непонятный ящик на колесиках. Наконец на углу показалась знакомая покосившаяся вывеска. Настя с Айсштиль, спотыкаясь, ввалились внутрь, звякнув колокольчиком над дверью.

В кафешке царил унылый полумрак, пахло прогорклым маслом и пережаренным луком. За стойкой маялся от скуки щербатый бармен, меланхолично протирая стаканы. Пара гоблиноподобных завсегдатаев в углу лениво резалась в карты, сплевывая шелуху от семечек.

Девушки молча уселись за самый дальний столик, запихнув бокс под лавку. Подтянувшийся бармен без лишних слов шваркнул перед ними две миски с макаронами и две кружки пива.

— А можно воды? — попросила Настя.

— Воду отключили с утра, — последовал ответ.

Настя скривилась, но спорить не стала.

Какое-то время они просто ели, с остервенением работая ложками. Макароны оказались на уровне лапши быстрого приготовления, но сейчас годилось все, лишь бы набить ноющий желудок. Пиво было теплым и отвратительным, но хоть горло промочить.

Расправившись с завтраком, девушки откинулись на спинки скамьи, переводя дух. И принялись бросать на дверь тревожные взгляды. От Кости не было ни слуху ни духу.

Айсштиль закусила губу, отстукивая по столу нервную дробь. Ее прекрасное лицо, измазанное грязью, было непривычно хмурым, лоб прорезала морщинка. Айсштиль использовала маскировку, чтобы косить под человека, но все равно выглядела неестественно бледной.

Настя ерзала, комкая в пальцах салфетку. Глаза покраснели, то ли от усталости, то ли от сдерживаемых слез.

— Слушай, а это точно то самое место? — не выдержав, пробормотала Настя, покусывая губы. — Может, мы не там его ждем? Вдруг он это… ну…

— Цыц! — одернула ее Айсштиль. Голос богини дрогнул, в нем прорезались визгливые нотки. — Не смей даже думать! Эстро крепкий, живучий! Чтобы его какая-то кучка смертных слабаков одолела? Ха!

— Ну так, а где он тогда? — Настя шмыгнула носом. — Сколько можно ждать?

— Придет, куда денется, — процедила Айсштиль сквозь зубы. — Он… он всегда выкручивается. Сказал, что встретимся здесь — значит, будет здесь. Рано или поздно.

Голос снежной королевы звучал твердо, но в глазах плескалась тревога. Похоже, она и сама уже не знала, верить в лучшее или готовиться к худшему.

Настя тяжело вздохнула, нервно заправляя за ухо прядь волос. Какое-то время они обе молчали. Тишину нарушало лишь жужжание мух, шлепки карт и редкие комментарии двух «гоблинов». В кафешку постепенно заходили новые посетители, но Кости среди них не было.

И вдруг Айсштиль выпалила на одном выдохе:

— Знаешь, если бы не ты там, на складе… Короче, спасибо, что вытолкнула из-под выстрела. С этой голубой кровью совсем голову потеряла… Кажется, не все смертные бесполезны…

Последние слова она пробормотала еле слышно, скривившись так, будто ее заставляли жевать лимон. Видно, благодарить спасительницу-смертную для гордой богини было сущей мукой.

Настя моргнула. Один раз. Другой. И расплылась в неуверенной, но искренней улыбке:

— Да ладно тебе. Я привыкла уже. Знаешь, может я была не права, когда так подкалывала тебя и цеплялась. Извини, если обидела. Просто ты такая высокомерная, заносчивая иногда… А Костя от тебя без ума. Вот я и бесилась.

— Что? — округлила глаза Айсштиль. Кажется, до нее только начал доходить смысл Настиных слов. — Ты что, приревновала Эстро? Ко мне?! Какая же ты глупая!

Она звонко расхохоталась. Но как-то нервно, болезненно. Так, что Настя даже слегка отпрянула.

— Поверь, девочка, тебе нечего бояться, — отсмеявшись, покачала головой Айсштиль. В голосе богини лед мешался с горечью. — Отношения между богами на более высоком порядке, чем между смертными… А что касается Эстро… ох, я этому олуху устрою, когда он вернется!

Настя прыснула, прикрывая рот ладошкой. Подняла на богиню смеющиеся глаза.

— Ой, ну ты скажешь тоже! И чем же отношения между богами так особенны?

— Вечностью, — задумчиво произнесла Айсштиль. — Любят боги друг друга или ненавидят, не важно… все равно так или иначе друг от друга никуда не деться… Ну и да, боги-мужики используют эту вечность по полной… сама понимаешь, как именно. Им всегда мало женщин… Здесь уж только смириться.

Девушки дружно покачали головами, закатывая глаза. Мужики, что с них взять! Тут хоть богиня будь, хоть простая смертная — одинаково страдать приходится!

Но, кажется, лед между ними все же начал потихоньку таять. В глазах обеих появилась искорка смешливого взаимопонимания.

И в этот момент входная дверь с треском распахнулась!

На пороге возник чумазый, всклокоченный Костя. Один глаз заплыл фингалом. Скула рассечена, роба изодрана в клочья. Но при этом — горделивая ухмылка до ушей! В каждой руке он сжимал по отрубленной башке невообразимых монстров. С жутких морд капала черная слизь, застывшие глаза пучились. Карманы Кости топорщились и побрякивали, набитые до отказа трофейными духовными кристаллами. Парочка самоцветов вывалилась на пол, покатилась под ноги.

Костя шагнул внутрь, слегка подволакивая ногу и что-то недовольно бубня себе под нос:

— …долбаные гоблины малохольные, я же предупреждал по-хорошему меня не трогать… Так нет, давай покажем тебе то, покажем тебе сё… Это кто кому, дебилы, ещё показал…

Посетители кафе замерли, выпучив глаза и разинув рты. Бармен застыл с наполовину протертым стаканом. Даже «гоблины”-завсегдатаи выронили карты. Все таращились на Костю в ступоре, не в силах уложить в голове увиденное.

А тут еще две странные девицы с пронзительным визгом бросились ему навстречу. Налетели смерчем, чуть не сбив с ног, принялись тискать, тормошить и навзрыд причитать.

— Костя, миленький, ты живо-о-о-ой!!! — вопила Настя, повиснув на шее парня и осыпая его лицо поцелуями. — Мы так переживали, так боялись!

— Эстро, безмозглый кретин, как ты мог! — вторила ей Айсштиль, молотя Костю кулачками по груди. В уголках её глаз мерцали ледяные снежинки. — Думал, мы не будем ждать?! Да я тебя сама в лед вморожу, болван эдакий!

Костя растерянно вертел головой, силясь сообразить, что происходит. Монстрячьи башки выпали из его рук, глухо стукнувшись об пол. Настя с Айсштиль продолжали голосить и виснуть на нем. Ошарашенный парень попятился и с размаху грянулся задницей на пол, увлекая за собой девчонок. Обе расположились на нем в весьма пикантных позах, продолжая смеяться и плакать одновременно…

На какой-то миг воцарилась настороженная тишина. Первым не выдержал один из «гоблинов»:

— Ну ты даешь, пацан! — восхищенно присвистнул он, кося глазом на отрубленные головы. — Это где ж такую красоту откопал? И как уделал-то их?

— Да, парень, ты крут! — подхватил второй «гоблин», сверкнув золотым зубом. — Небось, не один десяток монстров на перо пустил. И девок вон каких отхватил — закачаешься!

Восторженный гогот двух завсегдатаев будто вывел всех из ступора. По кафе пронеслись смешки, свист, выкрики:

— Во дает! Одаренный?

— Вот это я понимаю, мужик!

— И правда, с такими трофеями любая краля твоя!

Костя, кряхтя, поднялся на ноги, потирая ушибленный зад. Настя с Айсштиль тут же подскочили, подхватив парня под руки. Он мягко, но решительно высвободился из их объятий.

— Так, девчонки, спокойно! — произнес Костя серьезным тоном, осматривая обеих с ног до головы. — Вы как, целы? Не ранены? Добрались без приключений?

В его голосе отчетливо слышалась тревога, несмотря на напускную строгость. Глаза пристально всматривались в лица подруг, выискивая малейшие признаки недомогания.

— Да что нам будет-то! — отмахнулась Настя, лучезарно улыбаясь. — Мы же не лыком шиты! Правда, Снежка?

Айсштиль фыркнула, скрестив руки на груди. Но в уголках ее губ притаилась ехидная усмешка.

— Не называй меня так, а то сосульку в глаз… — сказал она, но без злобы. Скорее как-то по инерции. После чего перевела взгляд на Костю. — Не сомневайся, Эстро. Справились, даже без твоей геройской помощи. Хотя и не без труда, признаю.

— Ну и слава богам! — хохотнул Костя, легонько щелкнув богиню по носу. Та грозно засверкала очами, но промолчала. — Молодцы, девахи! Горжусь вами.

Он дружески хлопнул обеих по плечам. Девушки просияли от скупой похвалы.

— Погодите-ка… — нахмурился вдруг Костя, оглядываясь по сторонам. — А где наш суперценный груз?

Настя закатила глаза и выудила из-под столешницы бокс с голубой кровью. Костя кинулся к нему, жадно ощупывая, проверяя печати и сохранность.

— Фух, на месте, родимый! — облегченно выдохнул он, прижимая бокс к груди. — Кровушка… Целехонька…

Обе девушки посмотрели на бокс с некоторой ревностью в глазах. Кажется, им хотелось чтобы Костя уделял все внимание исключительно им.

— Девчонки, вы просто сокровище! — Костя, словно уловив изменение атмосферы, поставил бокс на пол. — Не представляю, что бы я без вас делал.

— Ну, учитывая количество твоих подвигов, наверное, спас бы мир раза три, — хихикнула Настя.

— И как минимум дважды довел бы нас до инфаркта своими выходками, — проворчала Айсштиль, изо всех сил стараясь не улыбаться. Но уголки губ предательски подрагивали, нарушая серьезный настрой.

Костя расплылся в самодовольной ухмылке. Подмигнул девчонкам, одной рукой держа бокс, а другой подбирая с пола трофейные башки монстров.

— Ладно, подруги, шоу окончено, — сказал он уже серьезно. — Ценный груз у нас, приключения позади, монстры почиканы. Предлагаю отчаливать, пока сюда не нагрянули лишние глаза и уши. Нам еще много дел предстоит.

Девушки дружно кивнули и заторопились к выходу вслед за Костей. Им и правда было о чем поразмыслить и что обсудить после всех этих безумных событий.

Костя на ходу обернулся и небрежно бросил ошалевшим завсегдатаям:

— Бывайте, мужики! — свободной рукой он быстро сложил в воздухе какую-то печать. — Классная забегаловка, пожалуй, еще загляну на досуге. Привет Михалычу!

И, помахав на прощание монстрячьей башкой, он гордо удалился, позвякивая трофеями. Девчонки, хихикая, семенили следом.

Какое-то время в кафе висела ошеломленная тишина.

— Охренеть, это че щас было вообще? — пробормотал кто-то из посетителей, ошалело тряся головой. — Глюки с похмелюги, что ли?

— Не, все взаправду было! — возбужденно затараторил один из «гоблинов». — Я такого отродясь не видал! Пацан реально крут! Тока что-то рожу его припомнить не могу… из головы выветривается словно сама собой…

— И голос вроде знакомый…, а как-то всё равно не запоминается… — пожаловался еще кто-то.

В кафе еще долго гудели возбужденные голоса, обсуждая невиданное зрелище. Такого эффектного появления и ухода здесь еще не видывали! Небось, каждый второй теперь локти кусал, что не успел взять у лихого парня автограф. Ну, или хотя бы на память сфоткаться рядом с отрубленной башкой монстра.

— Кажись, новая звезда народилась среди Истребителей! — почесал в затылке бармен, качая головой. — Прям Безумный бог какой-то, мать его так!

«Гоблины”-завсегдатаи дружно закивали, соглашаясь. Подозрительных личностей они навидались, но такой экземпляр — впервые! Этот… как его… Костя… или Миша?.. явно не лаптем щи хлебал. Того гляди, и впрямь какую-нибудь крупную заваруху устроит.

Так, в суматохе и смутных предчувствиях, кафе «У Михалыча» продолжало свою неспешную жизнь. Но каждый невольно то и дело косился на дверь — а ну как снова распахнется, впуская лихую троицу?..

Меж тем Костя, Настя и Айсштиль, посмеиваясь, удалялись по пыльной улочке прочь. Впереди у Безумного бога и его спутниц было еще немало приключений.

— Чем мы будем заниматься завтра, Костя? — спросила Настя, заглядывая ему в глаза.

— Тем же, чем и обычно, Насть, — сказал тот, пытаясь за шерсть удержать в руке сразу три головы монстров. — Попробуем покорить мир. А в частности — сделаем Красный Сгуститель. Его можно приготовить по самым разным рецептам, из разных ингредиентов, но Голубая кровь ящеров — идеальный компонент для него. Все остальные составляющие купим у Коляна.

— Неужели искусственная кровь титанов настолько опасна, как о ней говорят в легендах? — задумчиво произнесла Айсштиль. — Никогда лично с ней дел не имела.

— Более чем, — кивнул Костя. — Голубая кровь ящеров по сравнению с Красным Сгустителем — просто родниковая водичка. Даже я бы не рискнул хлестать Красный Сгуститель на пустой желудок… А я у нас, напоминаю, с недавних пор Безумный бог…

Девушки немного притихли, обдумывая его слова. Кажется, завтра они все ступят на поистине неизведанную и опасную территорию.

Нравится цикл? Буду благодарен за лайки книге, это поможет ее продвижению! Ну а если черканешь комментарий о своих впечатлениях под первой книгой цикла, то я даже сиськи выложу... нарисованные, на Бусти. Хотя я их так и так выложу, чего уж там...

(это для борьбы с хейтерами, они обычно под первыми книгами цикла пишут нехорошее. И вводят в заблуждение новых читателей)

Написать комментарий: https://author.today/work/350298

Глава 2. Жрать охотища!

Я резко проснулся от громкого урчания в животе. Желудок буквально сводило от голода.

«Ох, и когда это я успел так зверски проголодаться?» — подумал я, потягиваясь. Блин, жрать не просто охота — Охотища! Казалось, еще чуть-чуть и желудок начнет глодать свои же стенки.

Лениво перевернувшись на другой бок, я попытался воскресить в памяти события вчерашнего дня. Так, сначала была тренировка… Мы с Настей и Айсштиль гоняли до седьмого пота, оттачивая боевые навыки и духовные техники. Я учил девчонок новым приемам, а сам пытался совладать с техникой Перегруза…

Нет стоп, это же позавчера было! Вчера у нас был Склад, вылазка и мордобой, голубая кровь разумных ящеров… Или это сегодня было? Да, мы с девчонками прибыли в родовой особняк, протащили бокс с кровью. Я передал его Кристине. И я буквально на пять минут прилег на диван, подремать…

Тогда как я оказался в кровати? Загадка…

Духовные потоки вибрировали, отдаваясь неприятным ощущением по всему телу. Последствия употребления Голубой Крови… Ей нельзя злоупортреблять, это как мощный стимулятор. М-да, та еще была силища… Но и откат после нее — будь здоров! Все мышцы ломило, перед глазами то и дело вспыхивали разноцветные круги. Видимо, после всех этих передряг организм решил взять законный отгул и вырубил меня, как только мы добрались до фамильного особняка.

Я со стоном перевернулся на спину и уставился в потолок. И долго же я дрых? День, два? Судя по зверскому голоду — все трое суток минимум!

Словно в ответ на мои мысли, дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетела сияющая Настя.

— Костя, миленький, ты проснулся! — взвизгнула она, бросаясь мне на шею. — Мы так волновались! Ты почти сутки в отключке провалялся!

Ага, значит, всего одни сутки. Уже легче.

— Привет, радость моя, — улыбнулся я. — А как ты догадалась, что я проснулся?

— Так урчание твоего живота аж до первого этажа долетело, — засмеялась она.

Я обнял Настю в ответ, зарываясь лицом в ее мягкие волосы. М-м-м, от нее пахло сиренью и еще чем-то сладким, девичьим… Сердце тут же зачастило, в груди стало тесно.

— Прости, что напугал, — пробормотал я, нежно целуя ее в макушку. — Сам от себя такой подлянки не ожидал. Видать, переборщил я с этой голубой кровью…

— Ничего, мы все понимаем! — Настя ласково погладила меня по щеке. — Ты там такое вытворял… немудрено, что организм взбунтовался. Но ты главное — живой, а остальное приложится!

Я благодарно улыбнулся и притянул Настю к себе. Наши губы встретились в долгом, чувственном поцелуе. М-м-м, истосковался я по ней, по ощущению ее гибкого тела в своих руках, по вкусу ее губ…

Настя тоже вся будто растаяла, застонала, прильнув ко мне. Ее руки скользнули мне под рубашку, прохладными пальчиками пробежались по груди. Я судорожно вздохнул, чувствуя, как начинаю заводиться.

Но тут снизу донесся звон колокольчиков, и Настя с явной неохотой отстранилась.

— Ужин подан, — тяжело дыша, пробормотала она. — Идем, а то мама заругает. Она такой пир горой приготовила в честь нашего возвращения!

Я вздохнул, но внял голосу разума. В конце концов, жрать я сейчас хочу ничуть не меньше, чем Настю…

Спустившись в обеденный зал, я слегка опешил от количества народа и разнообразия яств на столе. Такое ощущение, что Кристина созвала весь род до седьмого колена и выставила на стол все запасы из кладовой!

Я плюхнулся на свое место во главе стола и с жадностью накинулся на еду. М-м-м, плотно пожаренное мясо с ароматными пряными травами, несколько видов свежайшего хлеба, горы печеной и тушеной картошки, на гарнир — маринованные огурчики-помидорчики, грибочки… Настоящий рай для голодного желудка! Уплетая за обе щеки, я с удовольствием наблюдал за собравшимися домочадцами. Близнецы Леша и Саша, как обычно, вовсю хулиганили, кидаясь друг в друга хлебными шариками и строя рожицы. Их нянька только и успевала сердито шикать на разошедшихся шалопаев.

Настя и Айсштиль сидели рядышком со мной, о чем-то мило щебеча друг с другом. Надо же, а ведь еще вчера готовы были в волосья друг дружке вцепиться! Похоже, пережитые приключения все же сблизили девчонок. Ну и слава богам, уже немного надоело постоянно купировать их ссоры на пустом месте.

Эмми сидела чуть в сторонке, задумчиво ковыряя вилкой картошку. На меня она поглядывала немного обиженно — очень настаивала, чтобы мы ее тоже взяли на вылазку. И расстроилась, когда я отказал. Она была одета в спортивную форму — видимо, всё утро посвятила тренировкам.

По другую сторону стола восседала Кристина. Облаченная в любимое алое платье, она сияла ослепительной улыбкой, с материнской нежностью оглядывая собравшееся семейство.

— Ах, родные мои! — проворковала она, всплеснув руками. — Наконец-то вы снова дома, в целости и сохранности! Я прямо места себе не находила, так переживала за вас! Спасибо Косте, что уберег вас, мои хорошие!

Настя просияла, бросив на меня полный обожания взгляд. Айсштиль лишь хмыкнула и независимо передернула плечами, всем своим видом показывая, что ей благодарности ни к чему. Я подавил усмешку. Гордячка!

— Да ладно тебе, Кристи, — небрежно отмахнулся я. — Девчонки и сами кому хочешь фору дадут. Знала бы ты, как они на складе зажигали! Настоящие валькирии!

Настя зарделась от удовольствия, а Айсштиль бросила на меня странный, непонятный взгляд. В нем будто мешались благодарность, раздражение и что-то еще, чему я пока не мог подобрать названия.

— Костя, миленький, ты уж их не перехваливай! — шутливо пожурила Кристина. — А то возгордятся, носы задирать начнут. Куда мне потом таких невест пристраивать?

Я подавился куском мяса и закашлялся. Невест?! Вот уж о чем точно думать пока рановато!

Но тут Леша с Сашей, видимо, решив, что взрослые слишком увлеклись сюсюканьем, с диким визгом принялись кидать друг в друга жареной картошкой. Один особенно меткий снаряд прилетел прямо в декольте Кристине, плюхнувшись в ложбинку между пышных упругих грудей.

— Ах вы, негодники! — ахнула Кристина, пытаясь выудить картофелину. Ее необъятный бюст заколыхался, норовя вывалиться из корсажа. — Ну-ка быстро прекратили!

Но близнецы лишь захохотали, швыряясь картохой с удвоенной силой. Вконец разозлившаяся Кристина вскочила, собираясь всыпать шалунам по первое число. Одновременно встал я, тоже желая навести порядок. Мы с Кристиной одновременно шагнули в сторону мелкого хулиганья. Но тут случилось непредвиденное.

Видимо, после отката я еще не полностью восстановил координацию. Я поскользнулся на раскатившейся по полу картошке и с размаху повалился на Кристину!

Вернее, на ее бюст. Моё лицо зарылось прямиком в необъятное декольте, готовое поглотить меня, словно трясина…

— Ой, госпожа! Ой, господин! — испуганно пискнула бедная нянька, не зная куда метаться — то ли к близнецам, то ли нас спасать.

Я тщетно пытался высвободить голову из плена обильных телес. Но куда там! Грудь Кристины буквально всосала меня и не желала отпускать.

— Задыхаюсь!.. — просипел я, отчаянно пытаясь высвободиться. — Спосите…

Воздуха стало критически не хватать, а тело еще не слушалось нормально. В такой опасности я давно не был! Какая позорная смерть для бога — быть удушенным огромными сиськами…

— Ах… ой… божечки, божечки! — испуганно ойкнула Кристина, пытаясь разжать свои могучие «тиски».

Айсштиль покатилась со смеху. Настя вскочила и, схватив меня за руки, принялась тянуть, как утопающего из трясины. Эмми испуганно прикрыла рот ладошками. Леша и Саша верещали от восторга.

Наконец моя голова с громким чпокающим звуком выскользнула на волю из сисечных тисков. Я, отчаянно хватая ртом воздух, помотал головой.

— Аха-ха, вот уж влип так влип… как мирмеция в мёд, — я смахнул выступившие от смеха слезы. — Прости, Кристи, я что-то сегодня как медведь косолапый…

— Ох, это всё я, неуклюжая… — Кристина выглядела очень виноватой. Она инстинктивно прикрыла свои огромные «барханы», опасаясь, как бы те не выскочили наружу из декольте. Но разве такое богатство спрячешь? — Прости, я наверное совсем не гожусь на роль Старшей Хранительницы Очага…

Я невольно вспомнил случай, когда Кристина и Настя под воздействием зелья пытались соблазнить меня в домашней лаборатории. Кажется, Кристина до сих пор чувствует себя виноватой после того случая. Но не решается поговорить об этом.

— Глупости, Кристи, лучше тебя никого нет и быть не может, — я подмигнул ей, желая подбодрить. Та несмело улыбнулась.

А близнецы, пользуясь моментом, с коварными ухмылками снова замахнулись картошкой, желая продолжение банкета. Но оба тут же взлетели в воздух, пища и размахивая руками и ногами. Раздались несколько звучных воздушных хлопков, и близнецы с воплями схватились за попы, словно по тем прилетела пара звучных шлепков.

— А ну угомонитесь, засранцы, — строго сказала Эмми. Она использовала Дар Воздуха для наведения порядка. И это у нее, как всегда, отлично получилось!

Когда веселье немного поутихло, Кристина с любопытством воззрилась на нас с девчонками.

— Ну-ка, ну-ка, Костенька, рассказывай! — потребовала она, поудобнее устраиваясь в кресле. — Что за подвиги вы там опять совершали? Настя и Эмми молчат, как воды в рот набрали!

Я поерзал и неопределенно пожал плечами.

— Да чего там рассказывать, все по плану прошло, — я попытался отмахнуться, не желая вдаваться в кровавые подробности. — На склад сходили, разобрались там с некоторыми… недоразумениями. Голубую кровь вот раздобыли. Кривотолковы нас не раскусили. Обошлось без последствий, в общем.

— А в новостях говорят, что тринадцатый Склад Кривотолковых полностью разгромлен после нападения Монстров, — удивленно произнесла Кристина. — Говорят, что нападение тварей координировали неизвестные люди… Но злоумышленников так и не поймали. Я решила, что это ваших рук дело.

— Преувеличивают, наверное, — улыбнулся я.

— Костенька, ну что ты так скромничаешь! — возмутилась Настя, сверкнув глазами. — Ты же просто герой! В одиночку против такой толпы выстоял! И управляющего складом уделал! И ещё кучу Одаренных!

— А еще небольшой Разлом закрыл на закуску и Кристаллы Духа добыл, — вставила свои пять копеек Айсштиль. Голос ее звучал ровно, но в глазах плясали лукавые искорки. — И нам с Настей подарил, чтобы мы силы восстановили. Кстати, мой — больше и лучше, чем у Настеньки. Сразу видно, кого Эстро ценит больше…

Она бросила на Настю хитренький взгляд. Та ощетинилась и гневно посмотрела на соперницу.

— Зато он меня от пули заслонил собой! — отчеканила она. Я приподнял бровь — это когда такое было? — И вообще, он обещал на мне жениться!!! Вот!

Я чуть не подавился индейкой. Что-то Настя сегодня прямо жжёт…

— Чего?! — взвилась Айсштиль, грозно нахмурившись. — Не было такого! Эстро мой суженый, так и знай! И женится он только на мне!

Девчонки вскочили, сверля друг друга яростными взглядами. По комнате будто пронесся ледяной ветер — от ауры Айсштиль. Настины духовные потоки тоже угрожающе засветились.

Да что с ними не так? То мимимишатся, то прибить друг друга готовы.

Эмми и Кристина ахнули, в шоке глядя то на меня, то на соперниц.

— Тихо, тихо, красавицы! — я примирительно вскинул руки. Мотнул головой, пытаясь сообразить, что им ответить. Блин, ну и подставила меня Настя! — Давайте мы как-нибудь потом это обсудим, идет? Без обид, девчонки! Сейчас есть дела поважнее. Например, эта божественная индейка…

Настя и Айсштиль недовольно засопели, но напряжение постепенно отпустило. И то хлеб. А то мало ли, что они тут могут устроить в пылу ссоры!

— Правильно говоришь, Костя! — мягко произнесла Эмми, глядя на меня с милой улыбкой. — Не суди строго девушек. Такой мужчина, как ты, любой барышне голову вскружит…

Она мечтательно закатила глаза, машинально поправляя декольте. Ее пышная грудь, лишь чуть меньше, чем у Кристины, заманчиво заколыхалась, едва прикрытая тонкой тканью.

Настя и Айсштиль синхронно зашипели, прожигая Эмми ревнивыми взглядами. Я закашлялся, проталкивая индейку по пищеводу. Что на них нашло с утра пораньше?

В этот момент слуги внесли роскошный многоярусный торт, украшенный сливками и фруктами. Ароматный чай дымился в изящных фарфоровых чашках.

Появление этого важного объекта немного разрядило обстановку. Слуги нарезали торт, каждый получил по своему куску вместе с ароматной чашей чая.

Я начал рассказывать о битве с монстрами в лесу, стараясь смягчить кровавые подробности ради самых младших слушателей.

–… И тогда я закрыл небольшой Разлом, ведущий в другой мир, откуда лезли все эти твари, — повествовал я, жестикулируя вилкой с наколотым куском торта. — Любители чего-то там показать… Вот оттуда и головы, которые я принес.

— Ух ты, круто! — выдохнул Леша, восхищенно глядя на меня. — А ты отрубил им головы мечом или оторвал голыми руками?

— Наверное, мечом удобнее, — задумчиво протянул Саша. — Потому что у некоторых монстров очень прочная шея, ее руками не возьмешь. Вот если перерубить сухожилия и хрящи, то другое дело…

— Тогда лучше сразу позвоночные столбы, — добавил Леша. — Монстры иногда укрепляют органы и кости своей энергией. Поэтому их только Одаренные и могут победить. Некоторые монстры настолько прочные, что нужно развить давление в минимум пару тонн на квадратный сантиметр, чтобы их пробить…

Все за столом изумленно уставились на близнецов. Вот это эрудиция у мальцов! Я даже слегка поперхнулся чаем.

— Это вы откуда такие познания взяли, а? — с подозрением прищурилась Настя. — По-моему, вам ещё рановато такими вещами интересоваться!

— Ну На-а-а-а-а-асть! — хором заныли Леша и Саша. — Мы уже не маленькие! Пора уже всякие взрослые штуки знать!

Настя только покачала головой и бросила на меня красноречивый взгляд — мол, ты посмотри, что творится!

— Так, молодые люди, — шутливо-строго произнес я. — Давайте-ка лучше о более приятных вещах поговорим. Вон, Кристину расспросите, из чего она такой потрясающий торт испекла!

— Ой, из самых обычных ингредиентов, — зарделась польщенная Кристина. Она любила готовить, хотя и была дворянкой. — Главное — готовить с любовью и не жалеть сливок для крема. Хотите, научу вас украшать торты?

Близнецов это предложение не так сильно заинтересовало, как разговоры о правильном истреблении монстров. Их лица стали чуть более кислыми. Тем не менее разговор перешел в более мирное русло. Настя с Айсштиль, забыв прежние обиды, увлеченно обсуждали, какую глазурь лучше использовать для росписи. Я облегченно выдохнул. Здорово, когда семья собирается вот так вместе, в добром согласии. Может, хоть теперь девчонки перестанут ревновать из-за всякой ерунды…

В этот момент Леша «случайно» мазнул Сашу кремом по носу.

— Ах ты!.. — возмутился тот, хватаясь за салфетки. Миг спустя братья уже самозабвенно обстреливали друг друга кусками торта, задорно хохоча.

— Ну все, ща я вам устрою! — пригрозила Эмми, поднимаясь из-за стола. В её глазах прыгали смешинки.

Близнецы с визгом бросились наутек. Эмми припустила за ними с шутливыми угрозами. Их смех и топот разносились по всему дому.

С трудом перемещая живот, раздувшийся после вкусной еды, я спустился в подвальную лабораторию в компании Айштиль, Насти и Эмми. Все мы надели специальную защитную одежду для работы с опасными элементами. Настя и Эмми о чем-то весело перешептывались и хихикали. Мы с Айштиль тем временем сосредоточенно обсуждали детали предстоящего ритуала.

В центре лаборатории ждал своего часа бокс с голубой кровью разумных ящеров. Айштиль взмахнула руками, и в воздухе возник сверкающий ледяной алтарь, покрытый затейливой вязью магических символов. С грохотом он опустился на пол в центре лаборатории.

Я тщательно нанес поверх льда новые руны в строго определенной последовательности, а Айштиль нарисовала в воздухе сияющие печати из ледяной энергии. Они сверкали вокруг алтаря, наполняя лабораторию загадочными синими бликами.

— А для чего нужна голубая кровь ящеров? — полюбопытствовала Настя, с интересом наблюдая за нашими манипуляциями.

— В современном мире ее часто используют как основу для мощных стимулирующих коктейлей, популярных среди Одаренных, — пояснил я. — Но мы с Айштиль попробуем создать нечто куда более впечатляющее…

Девушки переглянулись, заинтригованные туманным намеком. Мы тем временем приступили к самой ответственной части — выпариванию образцов крови в специальных укрепленных колбах. Работать приходилось крайне аккуратно и точно, ведь малейшая ошибка могла привести к непредсказуемым последствиям. Также требовалось добавить в кровь несколько других, менее опасных ингредиентов в строго отмеренных пропорциях.

Спустя полчаса кропотливой работы, четыре колбы на подставках с готовым зельем мерцали на алтаре, окутанные бледным маревом холода. Мы с Айштиль встали по обе стороны алтаря. Сосредоточенно нараспев произнесли длинное заклинание на древнем наречии.

Ну как на древнем… Для меня он был вполне себе молодым. В прошлом я сам вместе с Латоной придумал этот язык, предназначенный для манипуляций с энергией. И потом мы уже обучили смертных правильно его применять.

Печати на алтаре вспыхнули ослепительно-белым, руны налились голубым сиянием. Воздух задрожал от высвобожденной магической энергии.

Жидкость в колбах забурлила и запенилась, меняя цвет с лазурного на насыщенный сапфировый. От зелья повалил сизый дымок, по лаборатории поплыл странный пряный аромат, щекочущий ноздри.

— Готово! — выдохнула Айштиль, беря одну из колб. Ее глаза возбужденно сверкали. — Вижу, вижу, всё получилось!

— Не растеряли хватку, — ухмыльнулся я.

— Конечно, Эстро! — улыбнулась богиня.

Мы чокнулись колбами, словно бокалами с вином, и залпом выпили загадочный эликсир. Настя и Эмми, поколебавшись, последовали нашему примеру.

Несколько секунд ничего не происходило. Но вдруг я почувствовал, как по венам растекается обжигающий жидкий огонь, наполняя тело невероятной легкостью и силой. Посмотрев на девушек, я понял, что они испытывают схожие ощущения.

Впрочем, странные ощущения быстро прошли. Зелье быстро впиталось в наши жилы и растворилось в крови.

— Ну и? Что дальше? — нетерпеливо спросила Настя, силясь унять дрожь в руках.

Вместо ответа Айштиль молча подняла левую руку. А затем, сотворив острый ледяной клинок, без колебаний отсекла собственную кисть! Окровавленная ледяная плоть с жутким стуком рухнула на пол и рассыпалась сверкающими осколками. Серебристая жидкость, заменяющая богине кровь, быстро испарялась с пола.

Настя и Эмми вскрикнули от шока, побелели как мел. Айсштиль расхохоталась, наблюдая их реакцию.

Но не прошло и пары секунд, как на глазах изумленных зрительниц обрубок руки Айштиль начал стремительно регенерировать! Ледяные мышцы, сухожилия и кости на глазах отрастали заново, покрываясь сияющей хрустальной кожей. Богиня победно вскинула новехонькую конечность и несколько раз сжала пальцы в кулак, словно примеряясь.

— Ничего себе! — ахнула Эмми. — Настоящее исцеление! Как в компьютерной игре!

— Именно, — подтвердил я. — Зелье, которое мы выпили, наделило наши тела мощнейшим природным фактором регенерации. Теперь даже самые серьезные раны будут затягиваться почти мгновенно. Главное — беречь голову и не позволять запасу духовной энергии истощиться в ноль. Ведь она — топливо для этой суперспособности.

Настя с Эмми выглядели одновременно восхищенными и напуганными. Когда же Айштиль с ехидцей предложила им тоже что-нибудь отрубить для проверки, обе дружно замотали головами. Снежная королева только фыркнула в ответ и смерила их снисходительным взглядом. Всем своим видом она давала понять — эх вы, смертные хлюпики!

— Кстати, девчонки, — я посмотрел на Айштиль и Эмми. — А как вы себя чувствуете после того, как пару недель назад мы выпили кровь гигантского монстра? Никаких новых сверхспособностей за собой не замечаете?

Богиня лишь задумчиво покачала головой, а Эмми пожала плечами.

— Вроде бы нет, — сказала красноволоска. — Может прошло ещё слишком мало времени?

— Но у меня-то почти сразу началось, — заметила Настя. — Доппельгангера научилась создавать.

— Может, у нас эффект проявится позднее? — неуверенно произнесла Эмми.

— Вполне вероятно, — согласился я. — Так или иначе, сегодня вечером нам предстоит важная поездка. Надо заглянуть на наше алхимическое предприятие и запустить производство Красного Сгустителя. Этой невероятно мощной штуки мне понадобится ОЧЕНЬ много. Даже не спрашивайте пока, для чего — всему свое время. Скажу лишь, что без нее мои дальнейшие замыслы не осуществить.

— Ты умеешь заинтриговать, Эстро, — улыбнулась Айсштиль. — Я в деле.

Настя и Эмми сразу же присоединились.

— И я!

— Я тоже!

Я предвкушающе улыбнулся. В голове уже выстраивались грандиозные планы, от которых захватывало дух.

Девчонки оживленно загалдели. Их глаза горели азартом и жаждой приключений — кажется, зелье и им ударило в голову, пробудив безбашенность и авантюризм.

— Так, не будем терять времени! — хлопнул я в ладоши. — У нас еще куча дел. Для начала вам надо хорошенько потренироваться, освоиться с новыми силами. А вечером, как стемнеет — выдвигаемся на предприятие. Порадуем Никодима нашими просветленными лицами.

Я бросил взгляд на бокс с голубой кровью. На первое время этих склянок хватит. Но в будущем надо будет также подумать о поставках других подходящих ингредиентов. Торговое эмбарго для Безумовых еще никто не отменял.

Все дружно закивали, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу. Я решительно направился к выходу из лаборатории, жестом поманив девушек за собой.

Интересно, как отреагирует Кристина, когда узнает о наших экспериментах? По идее, ей тоже нужно подарить исцеляющий фактор. На всякий случай, мало ли какое нападение?

Но согласится ли она? Кристина по моему ощущениям женщина куда более консервативная, чем Настя и Эмми.

«Ладно, об этом позже, — одернул я себя. — Сейчас надо сосредоточиться на главном. Миру нужен пинок, чтобы сдвинуться с мертвой точки. И я знаю, кто будет тем самым пинающим!»

Над Синегорьем сгущались тучи. Чувствовалось — грядет большая буря. И моя безумная команда собиралась исполнить в ее эпицентре отвязный рок-н-ролл!

Тьфу, опять дурацкий молодежный сленг…

Глава 3. Самая мерзкая тварь

Приемный зал князя Дмитрия Кривотолкова поражал роскошью. Дубовые панели на стенах, отполированные до благородного матового блеска. Тяжелые бархатные портьеры цвета бургундского вина. Паркет, инкрустированный замысловатым узором, сверкал как зеркало. Все дышало достатком и властью.

За массивным резным столом красного дерева восседал сам князь Дмитрий. Сегодня он облачился в безукоризненный темно-синий костюм-тройку в тонкую полоску. Шелковый платок на шее был приколот фамильной булавкой с крупным сапфиром. Взгляд стальных глаз был холоден и колюч.

Перед столом князя замерли двое посетителей — виконт Вадим Александрович и Маргарита Витальевна, она же просто Рита. Оба выглядели малость потрепанными после схватки на злополучном 13-м складе. Ссадины, наспех залепленные пластырями, синяки. Помятая, местами надорванная одежда. Особенно не повезло Вадиму — его голова напоминала спелую сливу, сплошь покрытую кровоподтеками и шишками. Создавалось впечатление, что беднягу долго и методично долбили башкой об стену.

При взгляде на многочисленные «украшения» Вадима, Рита опускала глаза и кусала губы. На её смазливом личике явственно читались вина и смущение.

Сама Рита смотрелась куда лучше напарника — возможно, замаскировала свои синяки под добрым сантиметром тонального крема. Возможно, использовала заклинание исцеления.

Вадим, хоть и едва стоял на ногах от боли, держался молодцом. Бравый вояка, что с него взять. Глядя прямо в глаза князю, отчитался по-военному чётко:

— Ваша Светлость! Докладываю: на складе 13 два часа назад произошло столкновение с неустановленным Одаренным, предположительно дворянином. Точно установить личность противника по стилю боя невозможно ввиду широкой распространенности применяемых им техник среди аристократии. Преследовать нарушителя я не смог по причине тяжести полученных в бою ранений. Готов продолжать расследование и найти виновных!

Князь слушал, откинувшись на спинку кресла и барабаня пальцами по подлокотнику. Прищурившись, бросил:

— Вольно, Вадим Александрович. Присядьте. В вашем состоянии только на плацу маршировать.

Вадим кивнул, осторожно опустился на краешек стула, придерживая раненый бок. Его лицо дернулось, но он старательно прятал гримасу боли.

Князь перевел взгляд на Риту, скучающе поигрывая массивной печаткой на пальце:

— Что скажете, Маргарита Витальевна? Вы тоже присутствовали при этом досадном инциденте, если мне не изменяет память.

Рита встрепенулась, захлопала длиннющими накладными ресницами. Затараторила сбивчиво, глотая окончания:

— Ой, Ваша Светлость, ну а что я могу сказать-то? Ну, короче, влетает этот хмырь на склад, начинает типа качать права. Мы такие: ты кто ваще, чувак? А он такой: не ваше, мол, собачье дело! И ка-а-ак жахнет! Без предупреждения, ваще! Ну, Вадик, понятно, в долгу не остался. Завязалась драчка. Я, типа, прикрывала. Но этот гад оказался тот еще хитрожо… То есть, гхм… в смысле, противник попался на редкость коварный и опасный. Сильный, зараза! Но мы с Вадиком его к хренам от… В смысле, хрен положили… Тьфу… короче, одолели мы его! Почти. Но он смылся. Оставил нам какую-то тварь на прощание. Мерзкую такую, вонючую. Вадик, если чё, больше пострадавший, подтвердит! Ой…

Бедная Рита осеклась, увидев вытянувшееся лицо князя. Дмитрий слушал ее сумбурный монолог, приподняв бровь и всем своим видом выражая недоумение.

На его лице так и читалось: И это элитный наемник, прошедший суровую школу?

Даже если ее сила велика, интеллект оставляет желать лучшего. Князь с трудом удержался от от того, чтобы не припечатать себя рукой по лицу.

— Благодарю за столь… хм… красочный и подробный доклад, Маргарита Витальевна, — ехидно процедил он. — Ваше умение выражать мысли поистине восхищает. Где вы нахватались столь изысканных речевых оборотов? В какой-нибудь сельской школе для умственно отсталых?

Рита пунцово покраснела и опустила глазки в пол. Вжала голову в плечи, словно ожидая подзатыльника.

— Простите, Ваша Светлость… — пролепетала она. — Я это… Немного волнуюсь… Первый раз удостоилась чести личной аудиенции у столь блистательной персоны… Вот и лезет всякая ерунда на язык…

Рита шмыгнула носом и еще больше сжалась. Того гляди, расплачется. Князь брезгливо поморщился.

— Довольно. Можете пока помолчать, Маргарита Витальевна. Сделайте милость.

Он перевел взгляд на Вадима, который сидел с непроницаемым лицом, невозмутимо взирая в пространство. Лишь желваки гуляли по скулам от сдерживаемой боли. Ну или неловкости за напарницу.

— Вадим Александрович, и все-таки, у вас есть версии, кто мог выступить против нас? — вкрадчиво спросил князь, наклоняясь вперед. — Может быть, Ларцовы снова качают права? Или кто-то из Мещерских подсуетился? У них ведь с нами давние терки, особенно после войны с Безумовыми.

Вадим, ненадолго задумавшись, покачал головой:

— Навряд ли, Ваша Светлость. У Ларцовых кишка тонка с нами тягаться после той истории с их младшеньким. А Мещерские сейчас увязли в своих внутриклановых дрязгах, им не до игр с Кривотолковыми.

— Хм-м… — протянул князь. — И все же, вы же лично с ним дрались. Неужели совсем никаких соображений?

Вадим слегка пожал плечами и поморщился от прострелившей бок боли:

— Увы, Ваша Светлость. Стиль боя у этого типа самый стандартный среди благородных. Поставленные удары, грамотная работа ног, классическая усиляющая телекинетика. Чуть ли не в каждом дворянском роду такому учат с детства. Без дополнительных улик вычислить конкретного бойца почти нереально. Единственное что…

Он умолк, словно раздумывая.

— Так-так? — поинтересовался князь.

— Мне показалось, что он не просто тренирован, но еще и молод, — сказал Вадим. — Лет двадцать или меньше. Легко двигается, нет зажатости, мышцы явно очень чистые. Ну и много сленга в речи, хотя это ни о чем не говорит… При этом он двигается, словно лет двадцать, а то и более изучал боевые искусства.

— Опытный боец в теле юнца? — князь приподнял бровь.

— Что-то вроде того, — кивнул Вадим.

После этого Вадим подробно рассказал о появлении ужасной твари. Упомянул о том, что таинственный налетчик его обездвижил, но не убил. И при этом спас кучу людей.

Князь откинулся на спинку кресла, барабаня пальцами по подлокотнику. На его точеном лице застыло задумчивое выражение.

— Что ж, полагаю, этот интригующий вопрос пока останется открытым, — изрек он наконец, обведя тяжелым взглядом присутствующих. И вдруг резко обернулся к неподвижной фигуре, скрючившейся в дальнем углу приемной: — А ваше мнение, Валентин Савельевич?

Раздался зловещий скрип, и из глубокого кожаного кресла, кряхтя и постанывая, поднялось долговязое худое существо, чем-то напоминающее огромную летучую мышь. Или труп анорексички, только-только восставший из могилы.

То был сам доктор Валентин Савельевич Менгелев — гений и безумец в одном флаконе. Вечно всклокоченные седые пегие космы, мертвенно-бледное лицо с ввалившимися щеками и лихорадочно горящими глазами, крючковатый нос, напоминающий клюв стервятника. На переносице его криво болтались очки в толстой оправе — правое стекло украшала паутина трещин. Поверх замызганного медицинского халата был небрежно наброшен не менее замызганный лабораторный фартук, покрытый бурыми пятнами неизвестного происхождения. Тощие ноги обтягивали драные линялые джинсы, на босых ступнях красовались растоптанные шлепанцы.

Широко ухмыляясь, Менгелев поковылял к княжескому столу. Каждый его шаг сопровождался громким кряхтением и щелканьем суставов, как у древней развалюхи.

Стычка с Вадимом Безумовым явно сказалась на здоровье доктора.

В руках доктор бережно сжимал пластиково-стеклянный контейнер со множеством мигающих лампочек, проводков и датчиков. На стенке контейнера мерцала светодиодная надпись «Образец 01Х».

— Взгляните-ка сюда, голубчики! — елейным голосом проворковал Менгелев, пристраивая загадочную хреновину на краешек стола.

С этими словами он дрожащими от нетерпения пальцами отодвинул пластину на боку контейнера, показывая его содержимое. Вадим с Ритой дружно сглотнули, когда увидели содержимое. Князь приподнял бровь.

За толстым стеклом, источая отвратную вонь, копошилась и пузырилась мерзостная слизистая субстанция чудовищного серо-буро-малинового цвета. Бесформенная туша непрерывно меняла очертания, выпуская жуткие псевдоподии, глазные яблоки, зубастые пасти. Колыхалась, будто желе, булькала, словно грязевой гейзер, брызгала на стекло протоплазмой.

Лицезреть такую мерзопакость — то еще удовольствие!

— Фу, гадость какая!!! — взвизгнула Рита, шарахнувшись от стола и прикрывая рот рукой. Ей явно стало дурно: бедняжка позеленела, глаза стали как плошки. Словно красавицу вот-вот стошнит. Или она хлопнется в обморок. Или все разом.

Даже непробиваемый Вадим скривился от омерзения и брезгливо отпрянул, прикрыв нос платком. Желваки яростно заходили на скулах, выдавая с трудом сдерживаемые эмоции. Впрочем, бравый вояка быстро взял себя в руки. Чай, не гимназистка какая, чтоб в лепешку от каждой бяки падать.

Один лишь князь Дмитрий сохранял завидное хладнокровие. Хотя и он явно слегка удивился при виде жуткого трофея.

А вот доктор Менгелев пребывал в состоянии экстаза. Восторженно сияя глазами, он буквально кудахтал над контейнером:

— Ути-пути, моя прелесть! Кто у нас тут самый хорошенький комочек протоплазмы, а? Белочка моя плотоядненькая! Прынцесса слизнявенькая! Сюси-пуси-муси-пусенька!

Прижимая стеклянный короб к тощей впалой груди, Менгелев гукал и сюсюкал с биомассой, как счастливый папаша с новорожденным дитятком. Или как долбанутая кошатница со своими драгоценными сфинксами.

А вот биомасса явно не разделяла его восторгов. Она свирепо шипела и бесновалась в своей стеклянной темнице, бросаясь на прозрачные стенки всеми своими бесчисленными глазками, зубками и присосочками. Билась в истерике так неистово, что контейнер заходил ходуном в трясущихся руках доктора.

— Ик! — булькнула Рита, прижимая ко рту кружевной платочек. Ее отчетливо затошнило от этой мерзкой сцены — щеки позеленели, глазки увлажнились. — Шеф, я щас!..

И бедняжка, зажав рот рукой, унеслась прочь из кабинета, цокая каблучками. Видать, не добежит до туалета, бедолага.

Князь проводил подчиненную снисходительной ухмылкой, но комментировать не стал. Лишь жестом поторопил Менгелева:

— Продолжайте, уважаемый, не томите. При чем здесь эта дрянь? Вы мне с самого утра ей все уши прожужжали по телефону…

— О-о-о, Ваша Светлость! — провыл доктор, едва не приплясывая от возбуждения. — Все дело в том, что перед вами — последний уцелевший фрагмент той самой твари, что принесла столько разрушений на склад номер 13!

— Вон оно что… — протянул князь, заинтересованно склоняя голову набок. — И как же удалось заполучить сей любопытный экземпляр?

— Мои верные ассистенты обнаружили этот бесценный образец среди руин, — с придыханием пояснил Менгелев. — И первым же делом доставили лично мне в лабораторию! Я сразу же принялся за исследования. Судя по всему, этот образец принадлежал существу, которое на много эволюционных порядков превосходит человека! И Одаренного! И даже Аномалии! Вы только вообразите — протоплазма с невероятными регенеративными и морфогенетическими способностями! Бесконечный потенциал для модификаций! Я бы даже сказал — если бы Бог существовал, это мог бы быть кусок его плоти! Ах, заполучить бы для опытов того человека, из которого эта прелесть вылупилась! Вот где сокрыта золотая жила для передовых генетических исследований! Ради такого можно и в могилку слазить, хе-хе!

Менгелев плотоядно захихикал, подергивая кустистыми бровями. В этот момент в комнату вернулась немного позеленевшая Рита. Прижимая к губам платок, она с подозрением уставилась на доктора.

— Благодаря образцу 01Х мои исследования рванут далеко вперед! — продолжал он, брызжа слюной от возбуждения. — Для начала я смогу, наконец, вывести для вас, Ваша Светлость, идеальных неуязвимых бойцов с силой Монстров из Разломов! Это как минимум! А уж как максимум… их-хи-хи… охо-хо-хо… аха-хаха… о-о-о-о-о, м-м-м-м…

Менгелев сладострастно застонал, закатив глаза. Похоже, прямо сейчас его накрыл мощнейший научный оргазм от собственных грандиозных замыслов. Рита на всякий случай отступила на пару шагов — а ну как брызнет ненароком своей протоплазмой, маньяк хренов?

А вот князь слушал пламенную тираду с непроницаемым лицом. Лишь подрагивающая жилка на виске выдавала его крайнюю заинтересованность. Наконец, он веско произнес:

— Что ж, Валентин Савельевич, признаться, звучит весьма многообещающе. И я, безусловно, надеюсь, что все вложенные в ваши исследования инвестиции сторицей окупятся. Все-таки вытащить вас из тюрьмы, куда вы попали после стычки с Безумовым, стоило немалых трудов даже мне. Не разочаруйте меня.

Менгелев поежился, сжавшись под тяжелым взглядом князя. Залебезил заискивающе, нервно поправляя очочки:

— Да что вы, Ваша Светлость, как можно! Ваше высочайшее доверие для меня — наивысшая честь и главный стимул! Торжественно клянусь: все оправдаю и даже перевыполню, будьте покойны! Мои гениальные мозги не подведут! Скоро ваши глаза узрят первые ошеломительные результаты нашего сотрудничества!

И будто в подтверждение своих слов Менгелев сграбастал несчастный контейнер в костлявые объятия. Прижал к груди с неистовым жаром — так, что оболочка жалобно хрустнула. Зажмурился в экстазе, разве что не постанывая от переизбытка чувств:

— О-о-о, моя драгоценная! Ты еще покажешь, на что способна! Зайка моя безмозглая!

И Менгелев, прижавшись лицом к контейнеру, смачно чмокнул стекло, оставив влажный след губами. Биомасса шарахнулась назад, словно ее сейчас стошнит, забилась в припадке, сотрясая проклятущий контейнер. Шарахнулась от ненормального в самый темный угол, стремясь увеличить дистанцию. Выпучила все свои многочисленные зенки в безмолвном вопле: «Спасите-помогите, люди добрые! Забирите меня от этого двинутого!»

Князь наконец сподобился скривиться от омерзения. Похоже, даже его поистине безграничное хладнокровие не выдержало экзальтированных выходок Менгелева. Эк его разобрало-то, словно старого извращенца на нудистском пляже!

— Довольно пошлостей, — осек князь исступленного гения, раздраженно барабаня пальцами по столешнице. — Имейте совесть, Валентин Савельевич. Здесь вам не дешевый бордель с шлюхами по вызову.

Менгелев стушевался, со стыдливым смешком отлепил от себя многострадальный контейнер. Спрятал под халат и зажал коленями, будто припертый к стенке эксгибиционист — свои причиндалы. Прокашлялся нервно:

— Ах, простите великодушно, Ваша Светлость! Увлекся малость, с кем не бывает.

— То-то же, — процедил князь, смерив прибабахнутого доктора тяжелым взглядом. — Увлекайтесь по делу. И не забывайте, кто вас из петли вынул, на которой вы бы уже заслуженно болтались.

Менгелев часто-часто закивал, вжимая голову в костлявые плечи. Испарина выступила на бледном высоком лбу.

Слушая это всё, Вадим мрачно усмехнулся. Рита всё еще глядела с отвращением.

Князь, похоже, тоже не особо впечатлился экзальтированными выкрутасами своего протеже. И, видимо, не особо верил его обещаниям. Плотно сжав тонкие бескровные губы, он некоторое время буравил профессора испепеляющим взглядом — таким, от которого у нормального человека мигом сфинктер судорогой сводит.

В приемной повисла гнетущая тишина. Наконец, князь веско произнес:

— Что ж, раз обсудили главное — пора закругляться. Отныне вы трое — особое научно-исследовательское подразделение «Неясыть», напрямую подчиненное мне. Валентин Савельевич возглавит исследования. Используйте весь свой научный гений, доктор. На кону стоит слишком многое.

Менгелев поправил очки и кивнул, его лицо оставалось непроницаемым. Но пальцы, сжимавшие подлокотники кресла, побелели от напряжения.

— Вадим Александрович, — князь перевел тяжелый взгляд на виконта, — вы займетесь охраной и оргвопросами. Обеспечьте безопасность лаборатории, контролируйте периметр. И проследите, чтобы у доктора было все необходимое для работы.

— Будет исполнено, — отчеканил Вадим, вытянувшись по стойке смирно. Но в его серых глазах промелькнуло раздражение.

Рита сидела чуть в стороне, комкая в руках краешек платья. Ее волосы растрепались, на щеках играл лихорадочный румянец.

— А какова моя роль? — спросила она, поднимая на князя взгляд огромных зеленых глаз.

— Вы, Маргарита Витальевна, будете ассистировать доктору Менгелеву, — бросил князь, махнув рукой.

Вадим с облегчением выдохнул.

— Или помогать Вадиму Александровичу, в зависимости от того, кому будет нужнее ваша помощь, — добавил князь.

Теперь с облегчением вздохнул уже Менгелев.

— Как только освоитесь на новом месте, получите от меня особое задание, — сказал князь. — А пока — на сегодня всё.

Менгелев и Вадим покосились друг на друга кисло. Доктор прекрасно понял, что виконта приставили над ним надзирателем, чтобы пресекать любые попытки отлынивать или саботировать. Вадиму же явно не улыбалось возиться со спятившим ученым и его зверинцем — тем более в компании бестолковой, но могучей девицы, совершенно не приспособленной к серьезной работе.

«Ну почему на меня всегда вешают самые неблагодарные задания?» — тоскливо размышлял виконт, представляя объем предстоящих проблем. Увы, вернуться управляющим на разрушенный склад не было возможности. Не скоро там закончат ремонт после загадочного инцидента.

«Только солдафона-надзирателя мне не хватало для полного счастья! — раздраженно думал Менгелев, нервно похрустывая пальцами. — Теперь он будет вечно маячить за спиной!»

Князь небрежно махнул рукой, отпуская подчиненных с аудиенции. На его лице застыла непроницаемая маска, словно вырезанная из слоновой кости. Но в стальных глазах плясали опасные искры — искры человека, привыкшего любыми средствами добиваться цели.

А за окном в небе уже загорались первые звезды — холодные и равнодушные к людским страстям и волнениям.

Глава 4. Иди один

Тренировочный зал особняка Безумовых наполнился звоном скрещивающихся клинков и всполохами магических атак. Айсштиль, Настя и Эмми самозабвенно отрабатывали приемы фехтования, то скользя в стремительных выпадах, то переходя в глухую защиту. Капельки пота блестели на их сосредоточенных лицах и упругих булк… кхм… телах.

Богиня льда двигалась с кошачьей грацией, ее морозный клинок распространял вокруг волны леденящего холода. Она на ходу давала советы смертным подругам:

— Представьте, что ваша энергия струится по клинку словно вода, от эфеса к острию. Не пережимайте поток, пусть течет естественно. Помните, холод — ваш союзник и проводник!

Айсштиль обучала их нескольким боевым техникам, основанным на энергии Льда. Она временно поделилась своей энергией с девушками, чтобы те могли опробовать ее и освоить. Настя и Эмми старательно кивали, пытаясь воспроизвести сложные пассы. У рыжеволосой Одаренной выходило чуть лучше — все-таки ледяная техника была ей чуть ближе по духу. Как никак тоже стихийная сила.

Я одобрительно наблюдал за тренировкой, прислонившись плечом к стене.

— Молодцы, девчонки. Продолжайте оттачивать навыки. Скоро вам предстоит применить их в настоящем деле, — подбодрил их я. — А мне пора заняться финансовыми делами рода. Ситуация определенно налаживается, но нужно закрепить успех.

— Конечно, Костя, — на ходу отозвалась Настя, ловко уворачиваясь от очередного ледяного выпада Айсштиль. — Удачи тебе с бумажками!

Одарив напоследок тренирующихся дам лучезарной улыбкой, я решительно направился в рабочий кабинет князя Ивана.

Устроившись в кожаном кресле за массивным столом красного дерева, я включил компьютер с головой погрузился в изучение многочисленных документов и графиков. Так-так, судя по всему, наши доходы и правда существенно выросли за последнее время.

Во многом это произошло благодаря магическим кристаллам, добытым в недавних стычках с монстрами. Эти невероятно ценные артефакты расходились, что твои горячие пирожки, в том числе и на черном рынке. Опасные ребята из криминальных кругов, понятное дело, жаждали заполучить столь редкие ингредиенты для своих темных делишек. У меня уже получилось наладить некоторые связи с этими опасными личностями, отчасти благодаря советам Горына.

Неплохие барыши капали и от продажи меда мирмеций. Пусть первые партии, отправленные графине Менгелевой, были не так велики, но эта была только разминка. Учитывая фантастическую скорость размножения моих подвальных полумуравьев-полулюдей, очень скоро производство волшебного меда выйдет на совершенно новый уровень. Десятки, а там и сотни умелых рук Сахаринки, Вафельки, Перчинки и их сестер днем и ночью будут трудиться, дабы род Безумовых процветал.

Конечно, на содержание мирмеций тоже уходило немало средств. Одних только мучных червей, сверчков и тараканов приходилось заказывать самосвалами — личинки муравьев жрали будь здоров! Чую, Синегорские фермы по производству этих кормовых насекомых озолотятся… Надо бы намекнуть им, чтобы расширяли производство, ведь скоро мне понадобится намного больше… Светлана Соколова уже полностью зачистила Полости Скитти, а значит гигантских насекомых больше брать неоткуда.

Но игра определенно стоит свеч. Совсем скоро у меня под рукой будет настоящая армия разумных муравьедевочек, покорно внимающих любому приказу. Преданные, не знающие усталости, готовые ради Повелителя на всё… О да, это окупит любые вложения сторицей!

Были, правда, еще заморочки с налогами и пошлинами на торговлю магическими ингредиентами, а ещё налоги на землю и недвижимость, заполнение отчетности… Вечно эти бюрократы лезут со своими идиотскими правилами, будь они неладны! Двадцать первый век на дворе, почему это все давно не автоматизировали? Почему вместо работы я должен заниматься тупым крючкотворством? Даже у меня, древнего ископаемого, состояние налоговой системы вызывало вопросы.

Ну да ладно, с этим можно разобраться позднее. А сейчас стоит проведать мою дорогую Мелинту и ее трудолюбивое семейство, узнать как продвигаются дела.

Миновав анфиладу залов, я спустился по грязноватой мраморной лестнице в просторный подвал особняка. Шагнув за массивную дверь, я сразу окунулся в атмосферу непрестанного труда и роевой деятельности. Огромный муравей Федор и юные принцессы Вафелька с Перчинкой, вооружившись мощными клешнями (муравей) и лопатками (девицы), самозабвенно рыли новые тоннели в толще земли. Комья чернозема так и летели во все стороны!

Не прекращая работы, мои верные помощники на ходу укрепляли своды тоннелей специальной смесью, приготовленной из мёда и воска. Получалось нечто среднее между сотами и бетонными балками — прочность потрясающая! Умение мирмеций смешивать органику и магию для усиления конструкций не переставало меня восхищать. Не иначе как Лилия поработала…

В дальнем конце подвала, в огромной общей спальне, утопая в мягком тепле заклинаний Айсштиль и Эмми, дремали бесчисленные гигантские личинки. Здесь поддерживался идеальный микроклимат — температура и влажность были отрегулированы с ювелирной точностью, чтобы юные мирмеции росли большими и сильными. Судя по тому, как лихо они наращивали жирок, мои личинусы явно не питали никаких поводов для беспокойства.

Царица всей этой роющей и жующей братвы, Мелинта, как раз заканчивала утреннюю чистку хитинового панциря Сахаринки. Завидев меня, королева мирмеций приветственно взмахнула всеми четырьмя руками разом:

— Ой, привет, хозяин! Вижу, Вы решили почтить своим присутствием наши скромные владения?

— И тебе не хворать, Мелинта, — улыбнулся я. — Гляжу, вкалываете без устали?

— Так точно, о величайший! — гордо подтвердила мирмеция, шевеля в воздухе антенами. — Мы с Федором и девочками трудимся денно и нощно, не покладая рук и клешней.

Я с одобрением кивнул и перевел взгляд на зардевшуюся от смущения Сахаринку:

— Растешь не по дням, а по часам, красавица.

— Мирмеции после рождения не растут, хозяин…, но хитин уже потемнел, да, — с материнской нежностью подтвердила Мелинта и погладила Сахаринку по голове. — Наша девочка уже совсем взрослая стала. Боевая и находчивая — хоть сейчас в огонь, в воду и медные трубы!

Звучит многообещающе. Пора вводить юных мирмеций в курс дела?

— Слушай, Мелинта, тут такое дело… — я чуть понизил голос. — Не желаешь отпустить дочурок со мной сегодня на алхимическую фабрику? Пора уже им большой мир повидать, к семейному бизнесу приобщиться.

По тому, как загорелись глаза царицы муравьев, я понял — она в восторге от идеи.

— О, хозяин, Вы так мудры! — восхищенно произнесла она. — Конечно же девочкам нужно развиваться, расти над собой! И увидеть внешний мир! Уверена, они будут на седьмом небе от счастья!

И ведь не обманула, чертовка — стоило только обмолвиться Сахаринке, Вафельке и Перчинке о грядущей поездке, как юные мирмечихи просто пришли в неистовство.

— Папа! Ура! Гулять! — наперебой застрекотали девочки, смешно подпрыгивая на месте. Вафелька от избытка чувств аж влетела в потолок, оставив там головой глубокую вмятину…

Речевые навыки у них пока были не ахти — мозг-то совсем свежий, неразработанный. Сложным нейронным связям еще предстоит сформироваться. Зато энтузиазма и любопытства природа явно не пожалела. И, конечно же, богатырской силушки…

Кто рождается после союза богов и смертных? Правильно, герои. А это те еще балбесы бестолковые, скажу я вам по своему опыту.

— Вот и славно, ближе к вечеру выдвигаемся! — скомандовал я.

До самого вечера я упорно тренировался, доводя тело и разум до совершенства. Новые техники давались на удивление легко — видать, духовные потоки разошлись после голубой крови ящеров. Жаль, все никак не получается доломать тот крупный тромб в районе таза… Мы с Настей регулярно делаем попытки каждую ночь, но пока увы…

Когда за окном сгустились сумерки, настал час икс. Настя, Эмми и Айсштиль уже заждались у парадного, возбужденно переговариваясь о предстоящей вылазке. При виде семенящих за мной мирмечих они расплылись в улыбках.

— Ну надо же, малышня, вы тоже увязались? — обрадовалась Эмми, глядя на сестричек очень тепло. — Круто!

Муравьишки восторженно закивали, во все свои огромные глаза разглядывая непривычную обстановку. Еще бы, ведь на белый свет они появились совсем недавно!

Мы вышли к парковке, где нас дожидалось несколкьо машин. Одна из них была Монстром-Слугой, тем самым, который так лихо помог нам в стычке с Гигантским Монстром.

— Ого, железюка! Дерево! Трава! — взахлеб галдели сестрички вперемешку, иногда издавая забавное стрекотание. Антенны на головках смешно подрагивали, не в силах справиться с потоком новых ощущений.

Ранее я купил Мелинте букварь и несколько книг с детскими раскрасками. Так что-то кой-какое начальное образование и представление о мире у сестричек было…

Перчинка, заприметив на дорожке жука, и вовсе задумчиво застыла, позабыв обо всем на свете. Она глядела на жука, распахнув глаза и приоткрыв рот, словно на величайшее чудо. Энтомологические замашки фиг скроешь!

Рассадив всю честную компанию по тачкам, я лихо крутанул ключ зажигания. Поехали, ребятки! Мирмеций я взял с собой. Настя, Эмми и Айсштиль поехали на другой машине.

Ночная столица края встретила нас океаном неоновых огней и рекламных вывесок. Сахаринка, Перчинка и Вафелька, едва дыша от волнения, жадно прилипли к окнам, стараясь не упустить ни единой мелочи — витрины, прохожие, шум проспектов, все было им в новинку и дико интересно.

Я предвкушающе ухмыльнулся. Никодим точно обалдеет от такого десанта юных дарований! Мало того, что генетически одаренные, так еще и не по годам развитые. Таланты прям хлещут через край.

Вон, та же Мелинта уже извелась, так жаждет обустроить для дочек навороченную лабораторию-училище на нижних ярусах особняка. Типа, пусть девочки с младых когтей познают силу разума, упиваются дивной алхимической премудростью. И я ее полностью поддерживаю!

Очертания предприятия уже виднелись на горизонте. Ну, держись Никодим! Сегодня твое предприятие ждет серьезная встряска. Пришла пора вплотную заняться массовым производством легендарного Красного Сгустителя. И девочки-мирмеции станут моим главным козырем на пути покорения алхимического Олимпа.

Стоило приблизиться к алхимическому предприятию Безумовых, как я сразу почувствовал неладное. Над корпусами лабораторий и производственных цехов клубился подозрительный сизый дым, и это совсем не походило на безобидные испарения от очередного научного эксперимента. Нет, тут явно что-то пошло не по плану.

Лишь бы никто не пострадал.

— Папа, там что-то нехорошее творится! — встревоженно застрекотала Сахаринка, высовывая свои тонкие антенны в приоткрытое окно машины и принюхиваясь. Ее милое личико сморщилось от неприятных ощущений. — Фу, какая мерзкая едкая вонь! Прямо усики режет!

Я чертыхнулся и попытался в очередной раз набрать номер Никодима, но старый алхимик упорно не отвечал. Мы с Настей обменялись тревожными взглядами через стекла наших автомобилей — похоже, неприятности поджидали нас прямо на пороге.

По телефону я быстро связался с соседней машиной с девушками.

— Не нравится мне все это, — пробормотала Настя, сдувая со лба непослушную прядь волос. — Уж больно подозрительно смотрится. Надеюсь, наши работяги целы.

— Будем надеяться на лучшее, — процедила сквозь зубы Айсштиль, явно готовясь к неожиданностям. — Но чует мое сердце, легкой прогулки не выйдет.

Монстр-Слуга, за чьим рулем я сидел, согласно бибикнул.

Стоило нашим машинам въехать на территорию завода, как глазам предстало весьма удручающее зрелище. Повсюду валялись обломки, куски арматуры, осколки стекла и прочий мусор. Складское помещение, где хранились ценные ингредиенты и готовая продукция, полыхало как факел, и едкий черный дым застилал некогда безоблачное небо.

— Твою ж дивизию, приплыли, мать их так! — не сдержался я. Разгром производства в мои планы точно не входил. — Эмми, возьми под контроль огонь! Пока он на другие корпуса не перекинулся!

Эмми споро выбралась из машины и с решительным видом направилась к бушующему пламени, на ходу призывая свой огненный Дар.

— Сейчас всё будет! — крикнула она, сосредотачиваясь и складывая печати одну за другой.

Айсштиль, недолго думая, ринулась ей на подмогу. Ее ледяные потоки умело остужали уже прогоревшие места, не давая пламени распространяться дальше.

Мы с Настей и мирмециями поспешили в главный производственный цех, чтобы оценить масштаб трагедии. И тут нас поджидал очередной неприятный сюрприз — стоило переступить порог, как в нос ударил резкий запах крови вперемешку с лекарствами.

На заляпанном кровью полу вповалку лежали стонущие мастера-алхимики — видать, знатно огребли от непрошенных гостей, судя по разбитым лицам и многочисленным кровоподтекам. Никодим, шатаясь и охая, пытался оказывать несчастным посильную медицинскую помощь. А в стороне мрачной грудой восседал Гарын, сосредоточенно зализывая впечатляющие раны и трещины на своем хитиновом панцире.

Ещё совсем недавно здесь было очень жарко.

Юные мирмеции, ничуть не напуганные зрелищем, с радостным стрекотанием ринулись изучать пострадавших. Особенно их заинтересовал помятый Гарын. Тот рыкнул на них и начал отмахиваться, словно от надоедливых мух.

Перчинка с любопытством ткнула его пальчиком, восторженно приговаривая:

— Ух ты, дядя, какой ты большой! А почему у тебя так много глазиков? И твой панцирь такой твердый и блестящий, прямо как у меня! Ты солдат или матка?

Гарын от удивления аж поперхнулся и затряс головой, пытаясь отмахнуться от надоедливой малявки:

— Ты че такое мелкое вообще? Я те не дядя, я Гарын! И нет у меня никакого панциря, че ты глюки ловишь, карапузина?

Он с недоумением осмотрел себя и горестно застонал. Хлопнул себя лапой по морде:

— Ах да, точно… Вот же жизнь моя собачья… Моя ж белка никуда не делась… — он тоже потыкал пальцем в свой панцирь. — Докатился, алкаш несчастный. До зеленых змиев допился, мать твою… Ну ничего, щас маленько похмелюсь и глюки сами собой рассосутся… наверное…

Гарын все еще считал себя обычным человеком. А свой внешний облик списывал на белую горячку.

Его слова потонули в радостном стрекоте Вафельки и Сахаринки, которые уже вовсю изучали пострадавших алхимиков, с любопытством трогая их антенами. Бедолаги лишь слабо отмахивались, жалобно постанывая. М-да уж, не так я представлял нашу торжественную встречу.

Я подошел к понурому Никодиму, который выглядел чуть лучше остальных.

— Что тут произошло, старина? Выглядите так, будто у вас стая бешеных вампиров поураганила.

Никодим утер разбитый нос грязным обрывком робы и прохрипел:

— Ох, ваша светлость, тут такое было — жуть! Налетели, понимаешь, какие-то ряженые уроды в масках и давай крушить все подряд да народ мутузить! Полсклада спалили, ироды окаянные! Хорошо хоть Гарын вовремя нарисовался и от души всыпал супостатам по первое число…

Я задумчиво кивнул, прикидывая возможные последствия. Плохи наши дела, ой плохи. Если недоброжелатели всерьез вознамерились вставлять нам палки в колеса, нужно срочно укреплять охрану. Причем не только физически, но и магически. Благо теперь-то я вполне могу сваять защитные печати весьма высокого уровня.

Как раз в этот момент в пострадавший цех вошли Настя и Эмми, закончившие тушить дымящийся склад. При виде израненных мастеров их глаза полыхнули гневом пополам с состраданием, и девушки без лишних слов бросились оказывать ребятам первую помощь с помощью исцеляющей магии.

Алхимики сперва стеснительно отнекивались, бормоча, что негоже благородным дамам марать руки о простолюдинов. Но стоило мне сверкнуть на них суровым взглядом, как ребятки мигом заткнулись и с облегчением подставили свои синяки-гематомы под нежные девичьи пассы.

Неторопливо обойдя разгромленный цех, Айсштиль задумчиво произнесла:

— Судя по всему, среди нападавших не было Одаренных. Уж больно топорно сработано, никаких следов духовной силы. Скорее всего, обычная шпана, нанятая за звонкую монету.

Я кивнул, придя к аналогичным выводам.

Слова богини только подстегнули панику среди алхимиков. Парни испуганно зашушукались, бросая на меня опасливые взгляды исподлобья. Наконец, один из них, дюжий детина с кустистой бородой и пятнами чернил на ручищах, выступил вперед и смущенно забубнил:

— Эм… Ваша светлость, тут такое дело… В общем, работнички ваши малость очканули опосля всего этого… Ну и это… Короче, мы тово… Увольняемся. С завтрева, стало быть, более не слуги милости вашей. Не серчайте, боярин, дело житейское…

Я со вздохом прикрыл глаза, мысленно считая до десяти. Только массового исхода перепуганных мастеров мне для полного счастья и не хватало! Ладно хоть обошлось без трупов, и на том спасибо.

— Я понял, мужики. Поступайте как знаете, расчет получите в конторе, — устало отмахнулся я.

Помятые работяги засобирались, то и дело испуганно озираясь. Самых пострадавших увезла вовремя подоспевшая неотложка, вызванная Настей. Вскоре в разгромленном цехе остались только наша команда, Никодим да Гарын. Ну и неугомонные мирмеции радостно перекидывали друг другу вместо мячика огромную бетонную плиту. Причем на этой самой плите с ошарашенным видом восседал наш мутировавший приятель Гарын.

— Вы чё творите малявки! — заорал он, очухавшись. — Ну-ка быра поставили на место меня!

— Уи-и-и-и-и! — с веселым визгом Вафелька отправила «снаряд» Сахаринке. Та ловко поймала плиту с рассерженным Гарыном и перебросила ее Перчинке.

«Ничего себе у девчонок силища, мама дорогая! — восхищенно присвистнул я про себя, наблюдая за их игрищами. — Папкины гены пропасть не дадут!»

Никодим меж тем приложился к внушительной фляжке, от души хлебнул забористого пойла и смачно скривился. Поймав мой вопросительный взгляд, он лишь грустно ухмыльнулся и пояснил:

— Почитай полвека уж на этом заводе ишачу, ваша светлость. Зеленым юнцом сюда попал по молодости, дык Безумовы вон как обласкали, всему ремеслу научили, в люди вывели. Куда ж я теперь без вас-то? Никак себе не хозяин, век вам служить обязан…

Растроганный, я хлопнул старика по костлявому плечу и проникновенно пообещал:

— Не грусти, старина, все образуется. Алхимичку нашу подлатаем, производство на новый лад поставим. У меня на этот счет грандиозные планы, сам увидишь. Ты тока не раскисай, держись бодрячком!

Старый умелец лишь скептически хмыкнул в усы, явно не веря в затею. Тогда я по-быстрому сходил к припаркованной машине и вернулся, бережно катя перед собой бесценный бокс с голубой кровью древних ящеров. У Никодима аж челюсть отвисла от изумления, когда я показал ему одну склянку.

— Ваша милость, это же… Да откудова?! Не, лучше не отвечайте, мое дело маленькое. Но с энтим-то ингредиентом мы такого Красного Сгустителя забабахаем — всё Сообщество Алхимиков от зависти пупком наизнанку вывернется!

По мере осознания открывающихся перспектив его глаза вспыхнули азартным огоньком, а морщинистое лицо посветлело. Я же лишь загадочно ухмыльнулся и принялся неспешно закатывать рукава, внутренне настраиваясь на ударный труд. Работка предстояла — мама не горюй!

Следующие несколько часов пролетели в круговерти уборки, расчистки завалов и ремонта того, что еще можно было спасти. Все, даже девушки и юные мирмечихи, трудились не покладая рук. В процессе Гарын с Никодимом умудрились провести мелюзге краткий курс техники безопасности на производстве.

Сахаринка и Перчинка слушали, благоговейно раскрыв рты, а вот Вафелька откровенно маялась от скуки и ковырялась в носу, то и дело метко выстреливая козявками в стену напротив. За что огребла от меня воспитательный подзатыльник и грозное папино «а ремня?».

Конечно, мирмеции намного крепче обычного человека. Вряд ли их смутит кирпич, упавший на голову. Они скорее засмеются и по дружески засандялят его в любимую сестренку, забавы ради. Но всё равно на душе как-то неспокойно за них было.

Пока народ трудился, мы с девчонками тоже не теряли времени даром и тщательно расставили по периметру завода разнокалиберные магические ловушки-печати собственного изготовления. Теперь любой «борец за экологию», рискнувший сунуться на охраняемое алхимическое предприятие без спросу, огребет такой многоходовочки, что костей не соберет.

К глубокой ночи мы так умотались, что хватило сил лишь доползти до живописной лужайки неподалеку и повалиться вповалку вокруг весело потрескивающего походного костерка. Можно было, конечно, остаться на предприятии, но там уж слишком воняло после пожара… Так что пришлось устроить импровизированный походный лагерь.

Сонные Настя, Эмми, Айсштиль и мирмечихи дружно пристроились поближе ко мне, прижались с бочков, приобняли за руки и даже за ноги, инстинктивно ища защиты и тепла. Я приобнял своих боевых подруг, невольно умиляясь этой идиллической картине.

Чуть поодаль беззастенчиво храпели Никодим с Гарыном в обнимку с булькающими флягами — эти два сапога пара умудрились сдружиться за время работы. Со стороны прямо осязалась некая суровая мужская романтика — этакое боевое братство двух прожженных жизнью алкашей.

Убаюканный мерным посапыванием боевых подруг, я и сам задремал, изрядно вымотанный насыщенным денечком. Грядущие испытания никто не отменял, а значит силы еще ой как понадобятся. Но это все будет завтра. А сейчас можно расслабиться в компании самых близких и родных, ни о чем не тревожась.

Увы, моя идиллия продлилась недолго. На рассвете, едва небо начало розоветь, меня разбудил странный шорох, неприятно царапнувший слух. Я резко распахнул глаза, силясь понять, откуда исходит звук. И почти сразу меня осенило — это невидимое «перо судьбы» торопливо скрипело по страницам моей сокровенной Книги Судьбы, вычерчивая строчку за строчкой!

Пророчество?

Осторожно высвободившись из объятий своих боевых подруг, я вытащил древний талмуд и поспешно пролистал на свежеиспещренную страницу. То, что я там вычитал, заставило меня нервно ухмыльнуться. Если верить всезнающей Книге, совсем рядом с нашей живописной полянкой, буквально в паре сот метров, открылся абсолютно новый Разлом!

Иди в Разлом один

Такая вот лаконичная рекомендация последовала от книги в финале.

Немного о производстве мирмеций) Фулл на Бусти

Глава 5. Забытое заклинание

Похоже, на сегодня нам всем уготована увесистая порция потрясений и приключений на любой вкус и цвет. Определенно, расслабляться и почивать на лаврах еще рановато.

Стараясь не шуметь, я ласково пригладил растрепанные волосы Насти, легонько коснулся губами точеного плечика Айсштиль, нежно щелкнул по носу сладко посапывающую Эмми. Девчонки заворочались во сне, но глаз не открыли. Ну и славно, пусть хоть они еще немного понежатся.

Бросив умиленный взгляд на трогательно сплетенные во сне многочисленные руки мирмеций, я решительно поднялся и принялся складывать нехитрые пожитки. Разведаю обстановку в одиночку, прежде чем будить остальных.

Достав из рюкзака потрепанную тетрадочку, я быстро накидал записку с примерным планом действий, благо мозги уже были на взводе и генерили идеи со скоростью пулеметной очереди. Список вышел внушительный:

Доброго утречка, барышни. Рядом открылся Разлом, я иду на разведку. Мои задачи таковы:

1. Разузнать что за Разлом такой открылся и с чем его едят.

2. Прикинуть устраивает ли нас такое межпространственное окошко под боком.

3. Если нет, прикрыть лавочку к чертовой бабушке.Если да, застолбить местечко, шоб другие обормоты не позарились.

4. Вернуться на предприятие, растолкать ваше спящее царство, если еще не проснулись.

5. Перекусить и выдвигаться всем скопом. Бодрым шагом и с песней.

6. Проверить, не пожаловал ли кто из Разлома, пока вы дрыхли.

7. Если пожаловал, дать просраться. Аккуратно, но мощно.

8. Замаскировать Разлом, шоб не отсвечивал.

9. Сообразить, как бы половчее использовать межмировую флуктуацию в интересах рода. Глядишь, и в конкурентной борьбе сгодится. Если нет — просто заархивирую.

Удовлетворенно кивнув своим записям, я вырвал лист с запиской и положил на то место, где ранее спал. Окинул прощальным взглядом безмятежно спящий лагерь. Ничего, ребятки, скоро увидимся. Надеюсь, я управлюсь быстро. А вы пока набирайтесь сил.

Сделав короткую разминку, я решительно зашагал навстречу дивному новому миру, мысленно готовясь к любым неожиданностям. Чай не привыкать.

И алое рассветное светило медленно карабкалось по небосклону, готовясь стать безмолвным свидетелем новых сумасшедших похождений Безумного Бога.

Я неспешно брёл по лесу, внимательно оглядываясь по сторонам и пытаясь почувствовать исходящую от Разлома энергию. Свежий утренний воздух бодрил, наполняя лёгкие терпким ароматом хвои и прелой листвы. В ветвях деревьев щебетали ранние пташки, приветствуя рассвет. Роса мерцала в траве, словно рассыпанный жемчуг.

Странно… обычно живность боится Бездны. А тут пичуги порхают себе как ни в чем ни бывало.

Несмотря на все старания, обнаружить искомое никак не удавалось. Энергетические потоки Разлома будто нарочно ускользали, не давая ухватить себя. Я закрыл глаза, сосредотачиваясь и пытаясь расширить область восприятия. Вдруг меня словно что-то толкнуло изнутри — я почувствовал присутствие тёмной и злобной энергии. Энергии Бездны, совсем рядом!

Краем глаза я заметил какое-то движение в кустах. Оттуда стремительно, словно пушечное ядро, вылетел небольшой косматый монстр и с рычанием кинулся на меня, растопырив когтистые лапы. Выглядел он нелепо — помесь недокормленного медвежонка и бешеного суслика — но явно был настроен весьма агрессивно. Видать, не слишком большим умом природа его наградила.

Я ловко увернулся от неуклюжего выпада и, не особо церемонясь, отвесил монстру пару воспитательных затрещин. Обиженно заскулив, незадачливый агрессор дал деру, петляя меж деревьев. Желая выследить, куда он так резво припустил, я не мешкая устремился за ним.

Монстр довольно слабенький. Кажется, и Разлом будет не особо сильным. Эт хорошо!

Погоня привела меня на небольшую поляну, в центре которой в воздухе мерцала и переливалась трещина во времени-пространстве. Разлом сиял ослепительно ярко, источая мощные волны энергии Бездны, от которых у меня аж волосы зашевелились на загривке. Всё вокруг — и флора, и фауна, выглядело дико извращенным, подвергшимся чудовищным мутациям.

Деревья вокруг приобрели причудливые, совершенно немыслимые формы — ветви закручивались спиралями, стволы покрывали разноцветные наросты, а вместо листьев колыхались длинные лохмотья мха. Трава тоже выглядела весьма необычно, отливая всеми цветами радуги. В воздухе порхали невообразимые насекомые, больше похожие на сюрреалистические кляксы с крыльями.

Мохнатый монстросуслик подскочил к Разлому и с писком нырнул в слепящее марево. Я прищурился, оценивая уровень бьющей оттуда силы. Хм, ну надо же, похоже Разлом где-то пятнадцатого уровня будет. Что ж, для моего текущего уровня это вполне по зубам. Можно зачистить его в одиночку, как рекомендовала Книга.

Подрубаем Перегруз!

Настроив духовные потоки, я решительно шагнул прямиком в сияющее нутро межмирового прохода. Мир вокруг на миг ослепил вспышкой, скрутился невообразимой воронкой и вдруг резко обрел новые очертания, моментально сменив пейзаж.

Я оказался в огромной пещере, чьи стены покрывала россыпь светящихся кристаллических наростов. Они словно были подсвечены изнутри мягким золотистым свечением. Меж сталактитов и сталагмитов словно змеились ручейки расплавленного золота.

В дальнем конце пещеры я заметил целую рощу диковинных деревьев, чьи узловатые стволы и ветви сияли в полумраке, словно неоновые лампы. Под их кронами россыпями росли крупные фосфоресцирующие грибы.

Засмотревшись, я не сразу осознал, что местность мне смутно знакома. Точно, это же часть Зеленого мира, в котором мне уже доводилось ранее бывать! Самый первый Разлом, закрытый на территории училища!

Интересно, как Лилия там, где носит её теперь? Эх, перекинуться бы с богиней природы парой слов о былом, да видать, опять не судьба.

Встряхнувшись, я решительно направился вглубь пещеры. Если всё пойдет по классическому сценарию, надо будет отыскать Ядро этого осколка и впитать себя его силу. Ну или заархивировать. Тропа, петляя меж сталагмитов, постепенно вывела меня в окружение буйной лесной зелени.

Деревья смыкались над головой, перешептываясь густой листвой. В ветвях порхали существа, похожие на птицы с длинными хвостами и гребнями на головах. В траве то и дело мелькали цветные вспышки — это носились, гоняясь друг за другом, забавные шустрые зверьки, отдаленно напоминающие то ли бурундуков, то ли белок. Всюду царила безмятежная, умиротворяющая атмосфера дикой природы.

Я отметил, что эти мелкие существа не были заражены Бездной. Значит, в этом осколке каким-то образом уцелела экосистема.

Но вот впереди меж зарослей папоротников неожиданно показались очертания деревянных строений. Приблизившись, я с удивлением понял, что набрел на руины какой-то деревни, окруженной полуразвалившимся забором из подгнивших бревен-кольев.

Большинство домов представляло собой жалкие остовы с провалившимися крышами и выбитыми окнами, сквозь которые наружу пробивались молодые деревца. Судя по всему, поселение было заброшено уже очень давно. Природа без труда брала своё, захватывая руины буйными зелеными побегами. Словно стремилась стереть следы человеческого присутствия.

Внимательно приглядевшись, я обнаружил на некоторых стенах изображены странные символы и схематичные рисунки, изображавшие деревья, цветы, зверей и птиц. На входах в покосившиеся дома висели пучки засохших трав, перевитые разноцветными лентами. В центре деревни обнаружился просевший земляной холмик, в котором безошибочно угадывался жертвенник.

Всё это наводило на мысль, что здесь некогда жили почитатели природы, скорее всего, жрецы древнего культа, поклонявшиеся Лилии. Разглядывая скудные пожитки и утварь, брошенные в покинутых жилищах впопыхах, я размышлял о судьбе этих людей. Скорее всего, после распада Зеленого мира они еще какое-то время пытались выживать, ведя нелегкую борьбу с расплодившимися монстрами.

Рано или поздно замкнутая экосистема должна была дать сбой — слабое генетическое разнообразие, болезни и истощение ресурсов не оставляли поселенцам шансов. И вот теперь лишь руины напоминают об их существовании.

Я присмотрелся к многочисленным звериным следам, покрывавшим почву вокруг — от крошечных птичьих до размашистых медвежьих. Я неожиданно различил среди этой мешанины отпечатки человеческих ног. Причем явно женских, судя по миниатюрному размеру и форме ступни. И, что самое любопытное, оставленных совсем недавно, не более пары дней назад.

Присев на корточки, я начал изучать эти следы. Неужто кто-то еще умудрился выжить? Или это очередная шутка межмировых аномалий? Размышляя над увиденным, я вдруг ощутил спиной пристальный взгляд, от которого мурашки побежали по коже. Воздух наполнился отчетливым присутствием мощной духовной силы.

Рефлексы сработали быстрее мозга — я интуитивно пригнулся, уходя в перекат. И вовремя — над головой со зловещим гулом пронесся смертоносный сгусток энергии и врезался в покосившуюся хибару. Затрещали, вспыхивая, подгнившие доски и солома.

Я молниеносно вскочил на ноги, готовый ко всему и напряженно оглядываясь. Но густая листва безмолствовала, скрывая нападавшего. Я был уверен, что тот притаился где-то поблизости, приглушив ауру.

Бить наугад по зарослям я не спешил. Ведь если неизвестный противник хотел моей смерти, у него был отличный шанс ударить чем-то более смертоносным. Однако он этого не сделал. Да и ару усвою он проявил перед ударом, дав себя обнаружить. Значит, конфликт, скорее всего, можно уладить миром.

Энергии Бездны я поблизости не чувствовал.

Я медленно распрямился и громко крикнул, стараясь, чтобы голос звучал как можно более миролюбиво:

— Эй, друг, давай выходи, потолкуем! Незачем в прятки играть. Я пришел с миром!

Ответом мне было красноречивое молчание. Я ждал, напрягая слух и зрение, готовый уклониться от нового удара в любой миг. Но ничего не происходило. Только ветер шелестел кронами да птицы заливались безмятежными трелями. Кто бы ни прятался в зарослях, отвечать на моё дружелюбное предложение он явно не собирался. Что ж, настаивать я не стал — захочет пообщаться, сам выйдет.

Пожав плечами, я неторопливо зашагал прочь от руин, продолжая исследовать загадочное место. Быть может, этот недружелюбный снайпер еще передумает и пожалует на огонёк в более подходящий момент. А пока стоит сосредоточиться на поиске Ядра.

Углубляясь все дальше в дебри диковинного леса, я размышлял о превратностях судьбы и непредсказуемости Разломов. Кто бы мог подумать, что мне доведется побывать в осколке измерения старой знакомой. Жаль, духу её здесь не ощущается — похоже, после распада родного мира Лилия перебралась в какие-то иные края. Могла ли она оказаться в плену, как Айсштиль?

Размышляя так, я неожиданно вышел на небольшую прогалину, посреди которой мирно журчал меж замшелых валунов чистый ручеек. Решив передохнуть, я присел на трухлявый пень и потянулся к живительной влаге, чтобы утолить жажду. И вдруг замер — на мягкой почве возле ручья отчетливо виднелись свежие следы босых человеческих ног. Тех самых, женских. Буквально несколько минут назад здесь кто-то был!

Неизвестная посетительница явно заметила меня, когда я приблизился, и поспешно скрылась в зарослях, не желая встречи. Но убегала в спешке, не особо заботясь о маскировке. Я задумчиво проследил взглядом змеящуюся меж кустов и папоротников цепочку следов, уводящую в сумрачную лесную чащу.

— Ну давай, Маугли, показывай, чё тут у тебя и как… — я двинулся по следу.

Биом вокруг меня продолжал жить своей жизнью. Мелкие птахи, разнообразные зверьки и насекомые. Почти идиллия, даже угрожающее присутствие Бездны почти не ощущалось.

Я неспешно брел по лесу, внимательно глядя под ноги и размышляя вслух:

— Любопытно, весьма любопытно… Этот лесной биом явно занимает приличную площадь. Я уже порядочно времени здесь кружу, но до сих пор, если не считать того стрелка-недоучку из кустов, не встретил ни одной серьезной угрозы. Ни тебе жутких монстров, ни Аномалий. Прямо аномалия какая-то, сорян за каламбур!

Едва эти слова сорвались с моих губ, как густые заросли папоротника на обочине звериной тропы неожиданно взорвались фонтаном изумрудных брызг. Прямо на меня, грозно рыча, устремились три массивные белые тени. Это были гигантские волки размером с добрую лошадь, с густой снежно-белой шерстью и светящимися в полумраке глазами. Красивые, но явно очень опасные твари!

Я невольно присвистнул — вот это встреча! Волчары были мне знакомы, я уже ранее сталкивался с похожими монстрами. Как их там Книга Судьбы обозвала… зубастые… клыкастые… Короче, посмотрим, насколько эти ребята прокачались со времени нашей последней стычки.

Первый волк, видимо, вожак, с угрожающим рыком кинулся на меня, целясь клыками в горло. Но я лишь ухмыльнулся и ловко увернулся, пропуская массивное тело над собой.

— Эй, полегче, Белоснежка! — насмешливо бросил я. — Вам братюни про меня не рассказывали?

Два других волка тем временем попытались взять меня в клещи — укусить за бочок, так сказать. Я резко присел, уходя от их клыков, и с силой ударил кулаками снизу вверх, отправляя монстров в красивый полет до ближайших деревьев. Волки с жалобным визгом впечатались в стволы, посыпалась кора и щепки.

— Что, ребятки, не выходит научить меня хорошим манерам? — усмехнулся я, поигрывая сгустком Энергии Бездны на ладони. — Давайте-ка я вам устрою экспресс-курс по этикету!

Я метнул темно-фиолетовый сгусток в распластавшихся волков. Тех мгновенно окутало удушливое марево Бездны, полностью скрыло их тела. Через миг марево спало, монстры вернулись, но их глаза уже заслонила чернильная пленка Бездны. Добро пожаловать в команду, верные Слуги.

Я удовлетворенно кивнул — мои навыки в обращении с Энергией Бездны явно возросли. Мне больше не нужно избивать слабых монстров до полусмерти, чтобы сделать их своими.

Я подошел к обезвреженным тварям и властным жестом вытащил Книги Судьбы новых миньонов, узнать побольше об этом Зеленом осколке. Увы, ничего особо интересного не обнаружилось. Монстры влачили довольно примитивное и однообразное существование — охотились, жрали, сражались за территорию, плодились. Обычные звериные будни.

— Ладненько, парни. — подытожил я, потрепав волков по загривкам. — Получите первое ответственное задание. Будете моими глазами и ушами в этих краях. Рассредоточьтесь по лесу и ищите всё необычное, любопытное.

Волки понятливо тявкнули и резво умчались в разные стороны, только белые хвосты замелькали меж деревьев.

Я прикрыл глаза, сосредотачиваясь и настраиваясь на чувства волчьих Слуг, желая увидеть окрестности их глазами. Потоки мысленных образом от разведчиков хлынули в мой мозг, позволили примерно представить масштабы и структуру здешнего биома.

Не открывая глаз, я призвал Книгу Судьбы, и, окунув палец в сгусток Энергии Бездны вместо чернил, принялся споро набрасывать на пустых страницах примерную карту этих мест. Линии словно сами собой бежали по бумаге, отмечая ключевые приметы — руины деревни, ручей, гигантские деревья-светляки, россыпи грибов, топкие низины, овраги.

При этом я не забывал следить за обстановкой вокруг — не хватало еще словить в спину внезапный заряд дружбы. Неизвестный снайпер никуда не делся. И может в любой момент проявить себя.

Шло время. Пока я был занят черчением карты, один из волков-разведчиков вдруг послал мне отчаянный мысленный вопль. Я торопливо переключился на его зрение и увидел, как на бедолагу набросилась целая свора огромных жутких монстров, похожих на помесь волка, медведя и дикобраза. Судя по размерам и оскаленным пастям, ребятки были явно не вегетарианцы.

Мой волк отчаянно отбивался, но силы были слишком неравны. Пушистый разведчик явно проигрывал этот бой. «Отступай, живо!» — мысленно скомандовал я Слуге, но тот смог лишь жалобно тявкнуть напоследок. В следующий миг мохнатое тело с противным хрустом разодрали огромные клыки…

Вы потеряли одного Слугу

Я разорвал ментальную связь и задумчиво уставился в пространство перед собой. Кажется, беднягу занесло в область, кишащую очень опасными и сильными монстрами. Не иначе как в окрестности Ядра. Обычно именно оно притягивает подобную агрессивную шушеру.

Что ж, прискорбно, но неизбежно. Волк погиб за правое дело, отдав жизнь ради важных разведданных. Подвиг рядового Мохнатого не будет забыт.

Теперь я знаю, куда двигаться дальше. Закончив набросок карты, я решительно зашагал в том направлении, откуда в последний раз вышел на связь погибший разведчик.

По мере приближения к условной границе гиблого места лес начал меняться. Все реже попадались мирные зверушки и птахи, зато нарастало ощущение какой-то неправильности, извращения. Стволы деревьев приобрели нездоровый багровый оттенок, листва пожухла и скрючилась. То тут, то там землю покрывала приметная черная слизь. В воздухе отчетливо тянуло миазмами Бездны.

Даже сами звуки стали тревожными и зловещими — далекий вой, утробное ворчание, клекот и скрежет. Казалось, сам лес недоволен моим вторжением и недвусмысленно советует убраться восвояси. Но меня этой дешевой театральщиной было не пронять — я лишь ухмылялся.

Пока я пробирался сквозь извращенные Бездной дебри, ко мне вернулись два оставшихся волка-разведчика. Верные слуги, призванные ментальным приказом, рысцой подбежали ко мне, виляя хвостами. Сейчас хоть какая-то поддержка будет не лишней.

Внезапно из зарослей искореженного кустарника с угрожающим рыком вывалились несколько жутких монстров — помесь медведя и дикобраза, только раз в пять крупнее и злее. Твари скалили внушительные клыки и грозно щелкали челюстями, их спины ощетинились длинными иглами.

— Ну привет, красавцы! Кто из вас самый смелый, резвый и вкусный? — насмешливо крикнул я, натягивая свои потоки духовной силы словно тетиву лука.

Я тут же выпустил разряд в ближайшую тварь. Та страдальчески взревела и отшатнулась, но устояла на ногах. Шкура у дикобразомедведя прочная, на таких нужен калибр поболее!

Тем временем мои верные волки молнией метнулись вперед. Более крупные монстры не пугали их, Слуги стараясь вцепиться клыками в мохнатые глотки. Пусть отвлекут маленько, пока я соображу что-нибудь позаковыристей!

Слуги вертелись вокруг тяжеловесных медведей, рыча и скаля зубы. Иногда совершали короткие ложные броски, не подпуская их ко мне. А я меж тем сотворил меч, выкованный из чистейшей духовной силы. Клинок засиял призрачным золотым светом, выпуская небольшие протуберанцы.

Один из волков вцепился громиле в хвость, тот с рычание резко развернулся в его сторону, открыв мне бок. Отлично! Сейчас я покажу настоящее искусство рубки капусты!

— Йар-р-р-р! — воинственно взревел я и ринулся в гущу битвы.

Волки тут же расступились, пропуская меня к медведю. Я молниеносно нанес несколько стремительных ударов, метя точно в уязвимые точки на теле монстра — живот, суставы лап, основание шеи. Духовная сталь с легкостью рассекала грубую шкуру и плоть, оставляя за собой дымящиеся раны. Но толстяк, даже получив несколько серьезных ран, продолжал яростно сражаться.

— Кто-то тут слишком упертый! Придется повозиться… — пробормотал я сквозь зубы, уклоняясь от загнутых когтей. Они со свистом взъерошили мне волосы над ухом.

Чтобы добить медведя, пришлось изрядно попотеть. Я метался вокруг монстра вихрем, то и дело оставляя на его шкуре кровоточащие порезы. Постепенно движения зверя замедлились, он начал спотыкаться на подкашивающихся лапах. Я воспользовался моментом и всадил меч прямо в распахнутую пасть, пробивая клинком мозг.

Туша грузно осела на землю. В этот же миг я влил в поверженного зверя всю мощь Энергии Бездны, подчиняя его сущность. Медведь содрогнулся, вяло дернул лапами и притих. Его глаза полыхнули яркой фиолетовой вспышкой, а раны начали заполняться черной субстанцией — всё, принял он мою власть!

Волки тем временем как раз закончили рвать в лоскуты второго монстра. Тот был чуть поменьше и слабее моего противника. Волчары неплохо справились и без моей помощи. Мне осталось лишь влить немного Бездны в нового Слугу.

Кровь пузырилась и чернела на их окрасившихся алым клыках, шерсть стояла дыбом, придавая разведчикам совсем уж инфернальный вид. Красавцы!

Пока я любовался своими питомцами, второй медведь-дикобраз неуклюже поднялся на лапы и покорно затрусил ко мне.

— Молодчина, Миша! — одобрил я. — А теперь будь добр, позови своих дружков на поклон к новому Повелителю!

Медведь утробно рыкнул, вскинул лобастую башку и издал оглушительный рев, от которого содрогнулся лес. Я услышал вдалеке топот массивных ног. Жуткие звуки приближались со всех сторон…

Я поудобнее перехватил меч. Пора подчинить максимально возможное количество Слуг и нарастить свою силу до максимума.

Вскоре меня окружала небольшая армия рогатых, клыкастых и когтистых тварей. около двух десяток разнообразных зверюг, от массивных дикобразо-медведей до летучих юрких птеродактилей… или каки-то похожих тварюг.

— Ну вот, уже совсем другое дело! — удовлетворенно хмыкнул я, оглядывая свои новые войска.

Дальше мы двинулись уже куда увереннее, я шел впереди, а вокруг грозно ворчала и порыкивала моя свежеиспеченная свита. Под ногами то и дело чавкала мерзкая черная жижа, воздух сгустился и потяжелел, с трудом втягиваясь в легкие. Но мы упрямо пёрли напролом, ведомые отчетливым зовом Ядра.

И тут я краем глаза заметил легкое движение меж стволов — будто белая тень промелькнула и тут же растворилась в зелени. Я замедлил шаг и напряг зрение. Точно, вон опять, только ближе! Похоже, у нас завелась молчаливая провожатая.

Неужели та самая снайперша вернулась? По какой-то причине, моя звериная армия на нее совсем не реагировала. Словно для них гостьи вообще не существовало.

— Выходи, не бойся! — ласково позвал я, всматриваясь под сень деревьев. — Я не обижу.

Сперва ничего не происходило, но вдруг ветки дрогнули, и ко мне вышла девочка лет десяти на вид. Призрачно-белая кожа, спутанные темные волосы, огромные печальные глаза. Одета малышка была в какое-то подобие ритуальных одежд — длинную тунику с капюшоном и множеством странных символов. Все говорило о её принадлежности к древнему и давно исчезнувшему культу.

— Здравствуй, кроха. Ты кто? — мягко спросил я, стараясь не спугнуть это хрупкое создание.

Деваха несколько долгих мгновений молча изучала меня жутковатым взглядом, не мигая. Потом её бескровные губы дрогнули, и раздался слабый, едва различимый шепот:

— Не ходи туда. Там резвится Зло…

И, договорив это загадочное предупреждение, девочка так же неожиданно растаяла в воздухе, будто её и не было. Только легкая рябь да холодок по спине напоминали о странной встрече.

— Надо же, мистика какая, — хмыкнул я, в задумчивости почесывая подбородок.

Я сразу понял, что имею дело с призраком. Душа малышки по какой-то причине не обрела покой и застряла в этой глуши. Возможно, что её здесь удерживает та самая жуткая хрень, к которой я так целенаправленно пёр. А может быть что-то иное…

На всякий случай я попытался призвать беспокойную душу обратно — начертил в воздухе несколько быстрых Знаков Призыва, влил в них изрядную долю духовной энергии. Увы, не подействовало! Призрак и не подумал являться на беседу. Похоже, я все же изрядно сноровку подрастерял, пока отдыхал в Бездне. Работа с тонкими материями требует ювелирной точности и особого настроя, тут грубой силой не пробиться.

И да, я уверен, что снайперша — это не она. У призрака не было столько силы, чтобы воздействовать на материальный мир. И уж тем более швыряться фаерболами.

Я вздохнул и махнул рукой. Ладно, разберемся с душой позже, если будет нужно. Не знаю, что там впереди за Зло резвится…, но я теперь хочу порезвиться вместе с ним!

— Двигаем дальше, ребятки! — скомандовал я, решительно разворачиваясь и ускоряя шаг. — Враг не дремлет, а у нас еще дел невпроворот!

Армия монстров продолжила путь, разноголосо ворча и скрипя клыками. На душе было неспокойно после визита призрака, но я старательно гнал от себя мрачные мысли. Чему быть, того не миновать. Скоро я встречусь с этим Злом лицом к лицу и проверю, кто из нас круче!

Погруженный в свои мысли, я и не заметил, как мир вокруг резко преобразился, будто кто-то щелкнул переключателем. Залитый неестественно-зеленым сиянием лес расступился, и я вышел на край обширной поляны, больше похожей на гигантскую язву на теле измерения.

В самом центре этого нездорового пятна, источая ядовитые испарения, пульсировало, переливалось всеми оттенками Бездны огромное Ядро. От одного его вида меня замутило, почему-то захотелось кого-нибудь убить.

Ого, какая едкая здесь Бездна! Неудивительно, что все вокруг было пронизано такой тлетворной аурой!

Но я тут же взял себя в руки. Поддаваться на провокации вредоносной хреновины в моем положении было бы форменным самоубийством. Я пригляделся и отметил, что Ядро не единое целое, а словно состоит из хаотично движущихся осколков и обломков. Эдакая помойка межреальности, свалка всевозможных мутаций и аномалий.

Прищурившись, я попытался просканировать Ядро своим внутренним взором. Любопытно, вдруг в этой куче межпространственного мусора завалялось что-то ценное?

Едва я успел как следует рассмотреть пульсирующее Ядро, как от него неожиданно донесся жуткий вибрирующий звук, пробирающий до самых костей. Казалось, само пространство содрогнулось от этой чудовищной ноты. Звери вокруг меня заскулили и прижали уши, а птеродактили захлопали крыльями, пытаясь удержаться в воздухе.

В следующий миг из-за зарослей за Ядром выскочила целая орда невообразимых монстров. Они были еще более изуродованы Энергией Бездны, чем все, что я видел прежде — бесформенные, асимметричные, все в язвах и наростах, со множеством конечностей, щупалец и зубастых пастей.

Хищно взревев, эта жуткая армия ринулась в атаку. Мои звери тут же сомкнули ряды, ощетинившись клыками и когтями. Они героически встретили первый удар, сцепившись со врагом в жестокой схватке не на жизнь, а на смерть.

Я быстро сориентировался и начал руководить боем, зычным голосом отдавая команды своим бойцам:

— Волки, заходите слева! Медведи, бейте по центру! Летуны, цельтесь в глаза и глотки!

Животные с удвоенным рвением кинулись выполнять приказы. Завязалась ожесточенная битва — лязг зубов, скрежет когтей, хруст костей и предсмертные вопли смешались в чудовищную какофонию.

Мои храбрые слуги не щадили себя, отчаянно сражаясь с превосходящими силами противника. Особенно свирепо дрались медведи-дикобразы — они без устали молотили врага мощными лапами, а их острые иглы так и мелькали, пронзая бесформенные туши.

Но и монстры Ядра не уступали в свирепости. Обезумев от боли и ярости, они лезли напролом, стремясь смять наши порядки, добраться до меня. Я видел, как один за другим падают мои бойцы, получив слишком тяжелые раны.

Почему-то каждая такая потеря отзывалась горечью в душе, хотя казалось бы… Сейчас не время для сантиментов!

Вступив в бой, я призвал на помощь всю свою силу и начал швырять в гущу врагов сгустки Энергии Бездны вперемешку с боевыми печатями.

Получившиеся комбинации буквально выжигали монстров изнутри, превращая их в облака вонючего дыма. Разряды так и сверкали вокруг, превращая поляну в филиал преисподней. Краем глаза я заметил, как мои медведи-дикобразы, уже залитые черной кровью, из последних сил пытаются удержать строй.

Я кинулся к ним и, собрав остатки духовной силы, влил ее в своих воинов, вдобавок к Энергии Бездны. Медведи взревели и с новым рвением ринулись на врага, прокладывая мне дорогу к Ядру.

Добравшись до своего полуживого монстра, я без колебаний вырвал из него сгусток Энергии Бездны и швырнул им в ближайшую вражескую тварь. Та содрогнулась, забилась в конвульсиях и вдруг развернулась к своим бывшим соратникам, яростно атакуя их. Получилось! Даже таких мутантов я теперь могу подчинять!

Моя сила растет…

Воодушевленный успехом, я пошел на прорыв, на ходу подчиняя все новых и новых монстров. Они тут же вливались в ряды моей армии, обращая свою ярость против прежних хозяев. Энергии Бездны вокруг было пруд проду, черпай не хочу!

Силы Ядра стремительно таяли под нашим неистовым напором.

Наконец, я вплотную приблизился к Ядру. Оно пульсировало и сверкало, источая волны ядовитой ауры. Я ринулся вперед, желая покончить с этой дрянью раз и навсегда, но Ядро будто почуяло угрозу. Из него ударили кроваво-красные молнии, норовя испепелить меня на месте.

Я лихорадочно усилил покров, но удар был столь силен, что пробил его, отшвырнув меня на добрый десяток метров. Алый разряд чиркнул меня по боку, оставив кровоточащий рубец. Кувыркнувшись по земле, я с трудом поднялся на ноги, хрипя и отплевываясь кровью.

Ярость вскипела во мне с новой силой. Я оскалился и зарычал, снова ринулся в атаку, на ходу сплетая одно заклятье за другим. Духовная сила, Энергия Бездны — все смешалось в безумном хороводе. Ядро отвечало своими злобными сполохами, нещадно обжигая меня. Но я упрямо шел вперед, не обращая внимания на боль.

В какой-то момент я все же смог добраться до пульсирующей поверхности Ядра. С яростным воплем я вонзил в него пылающие руки, вкачивая всю свою силу, стремясь подчинить эту дрянь своей воле.

Книга Судьбы что-то лихорадочно шуршала своим пером, но я не обращал внимания. Потом, всё потом!

Ядро завибрировало, замерцало всеми оттенками алого и черного, а потом вдруг ослепительно вспыхнуло. Земля содрогнулась и разверзлась у меня под ногами. Все вокруг стремительно обрушилось куда-то вниз, увлекая за собой меня, обломки Ядра, живых и мертвых монстров.

Мы летели сквозь непроглядную тьму, кувыркаясь в невесомости, словно в чудовищном калейдоскопе… Так, концентрация! Сложив печать, я создал вокруг себя воздушную подушку. Это несколько смягчило удар о поверхность, когда мы наконец приземлились. Но все равно меня основательно приложило, аж искры из глаз посыпались.

С трудом проморгавшись, я осмотрелся и невольно присвистнул. Я с выжившими Слугами угодили в какой-то огромный подземный комплекс. Судя по затхлому воздуху и абсолютному мраку вокруг — давным-давно заброшенный. Лишь тускло светящиеся осколки Ядра немного разгоняли темноту. Оно лежало на полу неподалеку, сильно поврежденное. Алый свет внутри него погас…

Я различил явно искусственные своды, колонны и арки из камня, испещренные древними письменами. Это явно было творением разумных существ, причем обладавших немалым мастерством.

Сделав несколько шагов, я с размаху наступил на что-то хрусткое. Опустив взгляд, я увидел под ногами россыпь человеческих костей. Целые скелеты в полуистлевших одеждах лежали тут и там, безмолвно взирая на меня пустыми глазницами. Похоже, здешние обитатели приняли свой последний бой очень-очень давно.

Я снова вгляделся в письмена на стенах, и меня вдруг озарило. Эти символы были мне смутно знакомы — это древние письма, посвященные Лилии и её культу. Неужели это руины одного из её тайных храмов?

Выходит, деревня на поверхности — это лишь преддверие чего-то более величественного.

Внезапно я ощутил стремительное приближение Энергии Бездны. Причем крайне высококонцентрированной! Это была не просто очередная волна тьмы, а самый настоящий живой поток первородного мрака. Такой мощи, такой чистоты и концентрации мне еще не доводилось встречать. Даже когда я мариновался в Бездне…

Я мгновенно насторожился и вскинул руку, призывая своих Слуг:

— Ко мне! В боевой порядок, живо!

Монстры беспрекословно повиновались, мигом образовав плотное кольцо обороны. От них исходили волны первобытного страха — они тоже почуяли надвигающуюся угрозу. Но моя воля удерживали их подле хозяина.

Я торопливо принялся плести новые защитные печати, усиливая свой покров до предела, вплоть до видимого уплотнения воздуха вокруг меня. Давненько мне не приходилось настолько серьезно готовиться к столкновению. Что бы там ни неслось на всех парах, оно явно не просто так пожаловало.

Закончив с защитой, я бросил быстрый взгляд на Ядро. Оно сильно ослабло после моей атаки, но все еще подавало признаки жизни. Если мне удастся поглотить его до прибытия незваных гостей, это даст огромное преимущество. Решение созрело мгновенно:

— Слуги, держать оборону до последнего! Я постараюсь побыстрее!

И я со всех ног рванул к трепыхающейся дряни, на ходу вытягивая вперед руки и готовясь впитать остатки ее силы.

Но опоздал.

Не успел я преодолеть и нескольких шагов, как пространство рядом с Ядром пошло рябью, замерцало и вдруг разверзлось, словно от сильнейшего удара изнутри. Из образовавшейся дыры плеснуло зловещим черным — так, что на миг у меня потемнело в глазах. А в следующее мгновение прямо из воздуха потоком хлынула вязкая маслянистая жидкость глубокого чернильного оттенка с лиловыми всполохами.

Я инстинктивно отпрянул, глядя во все глаза. Вот это концентрация… Энергия Бездны обрела материальность! Чистая, незамутненная, первозданная стихия междумирья.

А жидкость все прибывала, стремительно заполняя углубление в полу подле Ядра. От нее исходил отчетливый могильный холод и вязкие волны подавляющей силы. Когда темное озерцо достигло почти метра в диаметре, поток резко иссяк. Поверхность Бездны пошла рябью, забурлила и начала стремительно подниматься вверх.

Прямо на моих глазах из океана тьмы всплыла и обрела форму человекоподобная фигура. Изящная, гибкая, с текучими, постоянно меняющимися очертаниями — словно сотканная из полуматериальных сгустков мрака и тумана. На лысой голове угадывались грубые очертания лица. Нечто явно обладало развитым интеллектом, раз смогло принять столь сложную форму. Обычные твари Бездны на такое не способны.

Фигура застыла в десятке шагов от меня, преграждая путь к Ядру. Голова ее была низко опущена, руки безвольно повисли вдоль туловища, ноги широко расставлены. Поза смирения и покорности, совершенно не вяжущаяся с пугающей аурой существа.

Я замер, не сводя глаз с явления. От него буквально несло смертью — не той липкой, трупной вонью, что исходит от низших созданий Бездны, а чистым, холодным дыханием небытия…

Нечто вдруг шевельнулось и плавным, нечеловечески грациозным движением подняло голову. Прямо на меня уставились огромные светящиеся фиолетовые глаза с чернильной сеткой прожилок — словно миниатюрные окна в саму Бездну. На долю секунды мне почудилось в их глубине нечто знакомое, едва уловимое.

Миг спустя существо распахнуло зубастую пасть, растянув «губы» в жуткой улыбке. Зубы и язык существа тоже будто состояли из обсидианово-черной смолы. Клыки влажно блестели, источая тьму.

И тут оно издало Звук.

Невыносимо высокий, пронзительный, на грани ультразвука. Мои Слуги взвыли и попадали на пол, корчась в мучениях. Да и сам я с огромным трудом устоял на ногах — мозг словно пронзили раскаленным штырем, уши заложило, а внутренности скрутило в узел. Если бы не защита, меня бы просто размазало по стенам.

И тут меня будто громом поразило.

Этот Звук. Этот чудовищный, выворачивающий душу наизнанку вой. Он был мне знаком до боли. До последней ноты и обертона. Ведь я сам слышал его сотни раз!

Вопль Бездны!

То самое заклятье, что давным давно сотворил я сам, сплетя воедино чистейшую энергию междумирья, мои знания и частицу собственной сути! Враги корчились и выли под его натиском, лопались мозги и рвались барабанные перепонки! Никто во всем мироздании не мог совладать с этим чудовищным колдовством.

Кроме меня одного.

У меня от изумления чуть глаза на лоб не полезли.

— Откуда… откуда ты знаешь это заклинание? — прохрипел я.

Существо прекратило выть и издало странный скрипучий звук. Кажется, это был смех. Жуткий, зловещий, безумный — но определенно смех… Или даже хихиканье…

Глава 6. Ушей много не бывает

Я внимательно оценивал застывшее напротив существо. Его аура просто пылала дикой, необузданной мощью. Она многократно превосходила всё, что я когда-либо видел. Даже Бездна внутри меня казалась лишь слабой тенью по сравнению с беснующейся тьмой, клубящейся в недрах этой твари. Её мышцы то и дело бугрились и перекатывались под блестящей смолянистой шкурой, а по всему телу змеились ослепительно-фиолетовые всполохи, словно разряды молний. Духовные потоки чудовища пульсировали так, что казалось, будто воздух вокруг него вот-вот вспыхнет.

Однако при всей своей чудовищной силе существо держалось несколько неуклюже, словно ещё не вполне освоилось в физическом теле. Его движения были резкими и судорожными, а поза больше напоминала зверя, готового в любой момент прыгнуть на добычу.

Окей попробуем поговорить. Как-никак, существо явно разумно, раз сумело воспроизвести моё собственное заклинание.

— Эй, приятель, может для начала перетрем? — начал я, показав ему открытые ладони. — Давай лучше поговорим, как цивилизованные…

Договорить я не успел. Тварь издала хриплое рычание, больше похожее на скрежет, и стремительным движением провела длинным изогнутым когтем по собственному горлу. Жест вышел настолько красноречивым, что слова были излишни. Похоже, любезная беседа не входила в планы моего визави.

Вдруг чудовище резко развернулось и уставилось на полуразрушенное Ядро, тускло мерцающее неподалеку. В следующий миг оно сорвалось с места. Нечеловечески длинные руки твари выстрелили вперёд, словно щупальца. Они обвились вокруг Ядра и резко дёрнули его на себя. Не успел я и глазом моргнуть, как полыхающая тьмой пасть существа широко распахнулась, обнажив частокол иссиня-чёрных игольчатых зубов. Тварь с хрустом впилась в Ядро и начала жадно заглатывать его, словно леденец. Пара судорожных движений — и Ядро уже проходит через горло твари, проваливаясь в ее бездонный желудок…

…В мгновение ока преодолев разделяющее нас расстояние, я с размаху всадил правую руку прямо в глотку чудовищу по самый локоть. Моя ладонь нащупала пульсирующую плоть Ядра и вцепилась в неё мёртвой хваткой. Левой рукой я сформировал печать, вливая в нее одновременно свою духовную энергию и разъярённо клокочущую Бездну.

Получившаяся гремучая смесь хлынула по моим венам, прожигая ткани раскалённым потоком. Боль была чудовищной, но я только стиснул зубы и продолжил накачивать Ядро своей силой. Ещё чуть-чуть… ещё самую малость…

БА-БАХ!

Мощнейший взрыв потряс подземелье, швырнув нас с монстром в разные стороны. Мы с грохотом впечатались в стены, сверху посыпался град каменных обломков. Меня спасла только чудом уцелевшая защита покрова — и то на ней живого места не осталось. Уши заложило, рот наполнился привкусом крови, всё тело ныло от чудовищного удара.

С трудом разлепив веки, я увидел, что тварь уже поднялась на ноги. Или, вернее, на лапы — она застыла на четвереньках, плотоядно скалясь и исходя клубами чёрного дыма. Казалось, безумный взрыв Ядра в её чреве нисколько её не потревожил, лишь раззадорил ещё больше. Неестественно длинный фиолетовый язык облизнул обсидиановые клыки, а затем существо издало омерзительное хихиканье. Низкое, утробное, полное злобного веселья.

Интересно, ей понравился вкус моего фирменного коктейля? Что ж, сейчас я устрою этой хохотушке настоящий праздник живота!

Правда, измерению без Ядра скоро настанет полная жо… Кхм, к слову о Ядре.

Его обломки всё ещё валялись вокруг, источая терпкую ауру междумирной энергии. Такую чистую Энергию Бездны можно поглотить и попробовать переработать в обычную духовную силу. Если вобрать её в себя, можно получить серьёзную прибавку!

Конечно, акция будет однократной — такая грубая подпитка быстро иссякнет. Да и духовные потоки рискуют лопнуть от перенапряжения. Но сейчас выбирать не приходится. Или пан, или пропал!

Усилием воли я потянулся сознанием к ближайшему сгустку пульсирующей тьмы. Плотно сомкнул ментальные «челюсти» на податливой субстанции и жадно впился, высасывая энергию Ядра до капли. По моим внутренним каналам словно пропустили расплавленный металл — казалось, плоть вот-вот расползётся дымящимся месивом.

Но я упрямо втягивал в себя всё новые и новые порции обжигающей силы, не обращая внимания на боль. Ещё чуть-чуть… Ещё самую малость…

Когда с Ядром было покончено, я ощутил себя бурдюком, раздутым до предела. Под кожей бешено пульсировали разбухшие вены, грозя прорвать тонкую преграду. Одно неловкое движение — и меня разорвёт в клочья от переизбытка силы.

Я ощутил себя так, словно готов потягаться с сильным Истребителем!

Но сейчас не время размышлять о последствиях. Надо действовать, пока чудовищная подпитка не иссякла!

Ухмыльнувшись, я рывком поднялся на ноги и призвал свою армию Слуг. Те немедленно сомкнули ряды вокруг меня, ощетинившись когтями и клыками. В их глазах плескался животный ужас вперемешку с неистовой жаждой убийства. Тварь Бездны явно пришлась Слугам не по нутру.

— Порвите её, ребятки! — рявкнул я, вскидывая руки и призывая Энергию Бездны. — Не жалеть!

Вы потратили 10 Единиц Энергии Бездны и усилил Своих Слуг. Теперь им во всем сопутствует удача!

Монстры сорвались с места, ринувшись на врага сплошной лавиной разъярённой плоти и костей. Они со всех сторон накинулись на чудовище, вгрызаясь в его скользкую шкуру. На долю секунды тварь скрылась в месиве рычащих и визжащих тел.

Но вдруг над общей свалкой взвился сгусток абсолютной тьмы. Это существо взмыло в воздух, стряхнув с себя истекающих чёрной кровью Слуг, словно надоедливых блох. Когтистые лапы молниеносно заплясали, разрывая плоть и ломая кости. Вопли боли и предсмертные хрипы слились в жуткую какофонию.

В считанные мгновения от моей гордой армии не осталось и мокрого места. Обезображенные трупы устилали пол, дёргаясь в конвульсиях и заливая камни чёрной маслянистой кровью. Тварь застыла посреди этого побоища, сотрясаясь от утробного хохота. Всё её тело было покрыто кровоточащими ранами, но это лишь раззадоривало монстра. Они затягивались на глазах, черные лохмотья сплетались друг с другом, образуя блестящую иссиня-черную поверхность.

А затем тварь обратила взгляд на меня. Бездонные провалы глаз вспыхнули нестерпимо ярким фиолетовым светом, прожигая до самых костей. Я ощутил, как невидимая сила сдавила горло стальными тисками — теперь тварь всерьез вознамерилась заполучить мою голову.

Ну уж дудки! Зарычав от боли и ярости, я резко взмахнул руками, вплетая духовную силу в защитные печати и отбрасывая удушающую хватку.

Вдруг тварь зашипела, и все ее стройное изящное тело выгнулось дугой. Ощеренная пасть распахнулась невероятно широко, словно монстр вознамерился проглотить меня целиком. На кончике языка стремительно закручивался вихрь Энергии Бездны, слепяще-яркий и невыносимо плотный.

Похолодев, я осознал, что тварь готовит одно из сильнейших известных мне атакующих заклинаний — Бомба Бездны. Эта чудовищная техника способна без труда стереть с лица земли небольшую гору. Оказаться на пути этого разрушительного потока — верная смерть.

Воздух задрожал, насыщаясь тьмой и инфразвуковым гулом. Вихрь на языке монстра сжался в крохотную точку и вдруг взорвался ослепительной вспышкой. Чудовищный луч чернильно-фиолетовой энергии, окутанный сетью молний, с рёвом вырвался из пасти и ударил точно туда, где я стоял мгновение назад.

По счастью, мои рефлексы оказались быстрее. Усилием воли отшвырнув себя в сторону, я грохнулся на пол и откатился за ближайший обломок колонны. Однако даже там лежал, распластавшись и закрыв голову руками, ощущая, как волны чудовищной энергии проносятся в считанных сантиметрах надо мной.

Чудовищный взрыв сотряс древний комплекс до самого основания. Колонны и своды с оглушительным грохотом рушились, во все стороны летели каменные глыбы и клубы удушливой пыли. Я инстинктивно вжался в пол, ожидая, что вот-вот тонны камня погребут меня заживо.

Но вдруг сквозь грохот и скрежет пробился ещё один звук. Странное негромкое шипение, словно от закипающего чайника. Я с трудом разлепил залитые по́том глаза и потрясённо уставился вверх.

Прямо надо мной, сквозь огромный пролом в потолке, виднелось ночное небо. Яркие звёзды подмигивали с бархатно-чёрной высоты, безразличные к творящемуся внизу хаосу. Взрыв с лёгкостью уничтожил добрую половину подземных сооружений, пробив идеально круглую дыру наружу.

Вот это мощь. Уровень Истребителя, не иначе…

А ещё до меня дошло, откуда этот странный звук. Края пролома стремительно оплавлялись, словно под воздействием невидимого паяльника. Камень пузырился, шипел и стекал вниз дымящимися струйками. Через несколько мгновений можно было даже не пытаться определить, где кончаются полуразрушенные стены и начинается выжженная воронка.

Из оцепенения меня вывел торжествующий визг. Тварь, вывернув шею под немыслимым углом, с безумным весельем взирала на учинённый разгром. И аж подпрыгивала на месте от восторга. Длинный язык судорожно облизывал морду, словно монстр предвкушал изысканное лакомство.

— Ну ты даешь, зараза…! — прохрипел я, сплёвывая кровь. — Ну погоди у меня!

Воспользуюсь моментом, пока она отдыхает после залпа.

В следующий миг я ринулся в атаку, на ходу призывая Клинок Бездны. Лезвие с жадным гудением рассекло тьму.

Тварь взревела и тоже сорвалась с места, ее когти замелькали с нечеловеческой скоростью. Её движения были резкими, хаотичными, непредсказуемыми — так дерётся загнанный в угол хищник. Каждый удар сотрясал всё моё существо, норовя размазать в кровавую кашу. Ни о какой технике или стратегии речи не шло — только грубая, первобытная сила, помноженная на неукротимую свирепость.

Стиснув зубы, я сражался, уворачиваясь от атак монстра и нанося ответные удары мечом. Вспышки тьмы, снопы искр и фонтаны крови — всё смешалось в безумный хоровод. Несколько раз я почти достал гадину, но та с поразительной гибкостью уклонялась в последний момент.

Мой расчет оказался верным — тварь не умела нормально пользоваться своей огромной силой. И это давало мне преимущество. Я отбивал ее удары, перенаправлял их, уклонялся и бил в ответ. Но не смотря на это, парочку чувствительных подач я пропустил.

— Ах ты ж зараза! — прохрипел я, сплёвывая кровь. — Ну погоди у меня!

Я вложил всю свою силу и ярость в один сокрушительный удар. Лезвие с торжествующим воплем вонзилось в плечо чудовища, отсекая конечность по самое основание. Чёрная кровь фонтаном ударила в потолок, окатив меня с ног до головы.

Монстр пронзительно взвизгнул — и вдруг с невероятной скоростью метнулся ко мне, змеёй проскальзывая под защиту и сбивая с ног. Когтистая лапа сомкнулась на моём горле, накрепко припечатав к полу. Разъярённая морда с ощеренной пастью нависла сверху, обдав смрадным дыханием.

И тут я понял, что проиграл.

Увернуться из этой жёсткой хватки не было никакой возможности. Сдавленно захрипев, я попытался воззвать к Энергии Бездны — но тщетно. Боль и изнеможение полностью истощили мои силы. Чёрные искры заплясали перед глазами, тьма начала заволакивать сознание.

Резким движением я вогнал в тварь Клинок Бездны, пронзив ее насквозь. Глаза твари широко распахнулись от боли, она пронзительно заверещала…

Из последних сил я вгляделся в бездонные воронки глаз монстра. И вдруг в самой их глубине мне почудился слабый, давно забытый отблеск…

В этот миг избитое тело пронзила острейшая боль. Сознание окончательно померкло, увлекая меня в беспамятство.

Я пришел в себя, лежа на жесткой деревянной лежанке, застеленной выделанными шкурами. Первое, что ощутил — запах. Воздух был густо пропитан ароматом сушеных трав и цветов, древесной смолы и чего-то неуловимо древнего, первозданного. Так мог пахнуть только очень старый храм времен моей молодости

С трудом разлепив глаза, я обвел мутным взглядом помещение, в котором оказался. Это была небольшая комната с низким потолком и стенами из грубо отесанных бревен. Щели меж ними были старательно законопачены мхом. Свет проникал через узкие прорези окон, затянутых бычьими пузырями… или чем-то похожим.

Обстановка была до аскетизма простой, но в ней чувствовалась любовная забота хозяев. Грубо сколоченный стол, пара колченогих табуретов, сундук в углу. На стенах — связки сушеных грибов и трав, какие-то амулеты из костей и разноцветных камушков. На полках — глиняные горшки, пучки засушенных цветов, коренья. В очаге мирно потрескивали березовые поленья.

Да, вне всякого сомнения, я попал в жилище какого-то жреца богини Лилии. Сама атмосфера, царящая здесь, недвусмысленно намекала на это. Вот только кто притащил меня сюда и зачем?

Я осторожно пошевелился и охнул сквозь зубы от прострелившей тело боли. Все мышцы ныли и гудели, словно после знатной взбучки. Что, в общем-то, было недалеко от истины — схватка с черной Тварью Бездны вымотала меня до предела. Последнее, что я помнил — сверкающие фиолетовым безумием глаза монстра, намертво впившиеся в мое горло когти и ослепительная вспышка боли. Дальше — темнота.

Но я и сам хорошо достал эту тварь. Клинок Бездны прошил ее насквозь. Жаль только, энергия Ядра кончилась. А это означает, что этому миру без подпитки скоро придет конец. Надо отсюда выбираться…

Я с опаской приподнял край шкуры, служившей мне одеялом — и поразился еще больше. Мои раны были старательно промыты и перевязаны чистыми льняными бинтами, от которых исходил сильный травяной дух. Сквозь ткань проступали бурые пятна засохшей крови и какой-то зеленоватой мази. Принюхавшись, я сумел разобрать ее состав — экстракт бадана, медвежья желчь, сок подорожника и еще какие-то компоненты, названий которых я не знал. Но, судя по самочувствию, эти снадобья действовали просто волшебно! Кто бы ни лечил меня — он был весьма искусен в целительстве.

Я осторожно спустил ноги с лежанки, стараясь не делать резких движений. Перед глазами тут же заплясали черные мушки, в ушах зазвенело. Пришлось несколько минут просто сидеть, привалившись к стене и часто моргая, чтобы прийти в себя. Меня мутило, раны противно ныли, но в целом ситуация не казалась критической. Бывало и похуже, чего уж там.

Рядом с лежанкой обнаружилась грубая деревянная плошка, до краев наполненная чистейшей водой. Я с жадностью припал к ней, стараясь не расплескать драгоценную влагу. Хрустальные струи, казалось, смывали не только грязь и запекшуюся кровь, но и остатки дурмана беспамятства. В голове начало проясняться.

Надо бы поблагодарить моего загадочного спасителя за гостеприимство. Ну и разузнать кое-какие детали, а то провалы в памяти — последнее дело для Безумного Бога… Эх, все никак не привыкну к этому новому имени.

Если совсем манеры растерять, потом замучаешься авторитет восстанавливать.

Хозяин или хозяйка жилища, похоже, ненадолго отлучились. Самое время осмотреться и плотнее познакомиться с обстановкой.

Кряхтя и постанывая, я встал и, слегка пошатываясь, побрел обследовать закуток. Хижина и впрямь была крохотной — всего одна комната, она же кухня, она же мастерская и кладовая. Зато каждый ее уголок, каждая вещь просто дышали аурой любви, покоя и умиротворения. Даже моя душа невольно оттаивала в этом уюте.

Мой взгляд упал на стоящий в углу массивный дубовый комод. Из-за него торчало что-то большое белое и пушистое. Сперва я даже не понял, что это — но спустя миг сообразил: конечно, волчьи уши! Или может быть лисьи? Видать, хозяин жилища сделал себе шапку или типа того из волчьего скальпа. Забавно.

Я хмыкнул и, прихрамывая, направился к комоду — проверить, не туда ли сложили мои манатки. Но стоило сделать пару шагов, как пушистые уши встрепенулись, шевельнулись и вдруг приподнялись над крышкой комода. А затем показалось и все остальное — и у меня натурально отвисла челюсть.

Из-за комода с опаской выглядывала стройная девичья фигурка. Длинные белоснежные волосы до пояса, огромные серебристо-голубые глаза, бледная, почти прозрачная кожа. Девица была облачена в короткий топ из грубой ткани и юбочку из невыделанных волчьих шкур. Хрупкие плечи прикрывала меховая накидка.

Но куда сильнее заинтриговали меня белоснежные звериные уши, венчавшие голову незнакомки, и пушистый белый хвост, выглядывающий из-под юбки. Полукровка? Как любопытно… При этом у девицы были и обычные человеческие уши.

Все правильно, ушей много не бывает.

Заметив мой ошарашенный взгляд, лисодевочка… или волкодевочка?.. смущенно покраснела и спряталась за комод. Впрочем, любопытство быстро взяло верх над застенчивостью — спустя пару секунд любопытная мордашка вновь высунулась из укрытия и обворожительно сморщила носик, принюхиваясь ко мне.

Я нутром чуял — моя таинственная спасительница и робкая лисичка-полукровка — одно лицо. И если я еще хоть что-то понимал в следопытстве, именно ее крохотные ножки оставили те самые следы, что я видел в лесу. Она наблюдала за мной с самого начала!

Глава 7. Нити Судьбы тесно переплетены

Кажется, именно она жахнула по мне предупредительным сгустком духовной силы… Хотела, чтобы я ушел и не вляпывался в неприятности?

От этого озарения я расплылся в широкой ухмылке. Ай да красавица, ай да храбрая дочь леса! Не зассала сунуться в пекло схватки, вытащила мою израненную тушку и выходила! Истинное дитя богини, ничего не скажешь.

— Эй, красотка! — окликнул я лисичку, стараясь, чтобы голос звучал как можно более дружелюбно. — Не бойся, выходи. Я не кусаюсь… ну, почти. Хочу поблагодарить тебя за спасение моей никчемной жизни!

Лисичка в ответ лишь сильнее вжалась в стену и прижала уши. В огромных глазищах плескался дикий, первобытный ужас. Неудивительно — я представлял собой еще то зрелище. Огромный, перемазанный черной кровью и копотью парень с безумным взглядом. От меня за милю разило Бездной и смертью. Тут кто угодно хвост поджал бы и дал деру.

Но лисодевочка, как ни странно, не убегала. Она медленно, словно завороженная, выбралась из-за комода и сделала несколько шажков в мою сторону. Любопытство в ней боролось со страхом — и пока побеждало. Блин, как есть дикий зверек! Того и гляди, с перепугу цапнет. Надо действовать помягче…

— Значит, ты и есть моя чудесная избавительница? — мягко произнес я, осторожно протягивая к ней руку. — Позволь от всей души поблагодарить за доброту и заботу! Меня зовут…

Но волчица-лисица и слушать не стала. Метнув на меня взгляд, полный первобытного ужаса, она резким движением развернулась и опрометью выскочила из хижины так, что только пятки засверкали. Длинные волосы и хвост развевались за ней серебристым знаменем. Я только рот раскрыть успел.

— Эй, стой, погоди! Да куда ж ты… — растерянно пробормотал я, глядя на покачивающуюся дверь. — Вот ведь юркая, зараза!

Спохватившись, я заковылял к выходу. Ну уж нет, голубушка, ты от меня так просто не отделаешься! Мне позарез нужна информация, а ты, походу, единственное разумное существо на много миль вокруг.

Я с трудом протиснулся в узкий дверной проем и оказался на крохотном дворике, заросшем чахлой травкой и одуванчиками. Неподалеку виднелись огороженные жердями грядки, на которых зеленели незнакомые мне растения. Чуть поодаль располагался небольшой загон, внутри которого мирно жевали траву несколько разномастных коз. За оградой шумел все тот же дремучий первобытный лес, откуда я начал свой путь.

Лисодевочки и след простыл. Только примятая трава да цепочка крохотных следов, ведущая в чащу, напоминали о ее недавнем присутствии. Я уже собрался было ломануться следом, но вовремя спохватился. Куда я попрусь в одной набедренной повязке? Это ж надо додуматься — голым задом по крапиве шариться! Бездна с ней, с девчонкой, никуда не денется. А мне сейчас одеться не помешает. Да и вооружиться чем-нибудь посерьезнее собственных зубов тоже.

От моих духовных потоков сейчас толку ноль, им восстановиться надо. Да и Энергия Бездны на нуле. Я всё отдал в ту битву.

Вздохнув, я развернулся и побрел обратно в хижину. Медленно, осторожно переставляя ноги и баюкая раненый бок. По пути я продолжал размышлять над своими злоключениями и странной полузверушкой-полудевчонкой, так самоотверженно спасавшей мою шкуру. Уверен, эта встреча не была случайной. И не сомневаюсь, судьба еще сведет нас.

Единственное, что не давало покоя — жива ли еще та чернильная Дрянь из Бездны? Я не чувствовал её поблизости, но это еще ничего не означало… Успел ли я серьезно ранить ее перед тем, как вырубился, или она просто сбежала от греха подальше?

Самое скверное — я понятия не имел, с чем я таким столкнулся. Никогда подобного не видел. Обычные твари Бездны отличались от этого существа. И почему оно использовало мои заклинания?

Как бы там ни было, а расслабляться не стоит. Такие твари просто так своих жертв не упускают. А уж если я ей приглянулся…

— Чую я, еще свидимся мы, голуба. — пробормотал я, перешагивая порог хижины. — Потолкуем по душам, глаза в глаза…

Ещё раз осмотрев хижину, но не обнаружив внутри ничего примечательного, я решил выйти наружу и оглядеться. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багряно-золотистые тона. Вдалеке, на склоне холма, угадывались очертания заброшенной деревни жрецов, где я уже побывал ранее. Отсюда до злополучного Разлома довольно близко! Но вот переть через лес, кишащий Аномалиями, в таком состоянии мне не особо улыбается.

Прикрыв глаза, я сосредоточился на духовных потоках, пронизывающих этот мир. Сквозь почву, воздух, саму ткань реальности струилась темная, могильно-холодная энергия Бездны. Она не собиралась иссякать, наоборот, казалось, лишь набирала силу.

Странно… По ощущениям я провалялся без сознания никак не меньше суток! Мир без Ядра уже давно должен был начать разрушаться.

А ведь где-то там, по ту сторону, меня заждались друзья — Настя, Айштиль и остальные. Не дай Бездна, они сунутся следом за мной через Разлом! Или того хуже — само чудовище проникнет в наш мир… От этой мысли по спине побежал холодок…

Так, надо срочно возвращаться. Вот только в моем нынешнем состоянии переться через кишащий злобными Тварями лес — чистейшей воды самоубийство. Сперва нужно хоть немного восстановить силы.

И тут я краем глаза уловил какое-то движение. Знакомая белая мордочка с любопытством выглядывала из-за ствола дерева. Ага, лисо-волкодевочка пожаловала! Небось, следила за мной всё это время. Одно радует — не боится больше, любопытство пересилило. Эй, а ведь она наверняка знает здешний лес как свои пять пальцев! Уж все тропки-лазейки разведала. Может, сумеет вывести меня к Разлому по безопасному пути?

Исполненный решимости, я двинулся к своей пушистой спасительнице. Та моментально оскалилась, сжалась в комок и развернулась, готовая дать деру. Только не это!

— Погоди, красавица! — крикнул я, выставив вперед руки. — Мне очень нужна твоя помощь!

Лисодевочка недоверчиво наклонила голову, продолжая держаться на расстоянии. Приоткрыла рот, продемонстрировав мне длинные острые клычки. И зарычала, как самый настоящий волк.

— Не враг я тебе, — ласково произнес я. Интересно понимает ли она мои слова? — Помоги мне и я тебе подарок сделаю… э-э-э… хочешь, говорящего муравья подарю?

Лисичка скептически сморщила носик. Похоже, перспектива обзавестись говорящими зверушками ее не особо впечатлила.

Пока я судорожно соображал, чем еще соблазнить лесную дочь, та сделала стремительный рывок в сторону и со всех лап припустила прочь. Только пятки засверкали! Да что ж такое-то, а?!

— Нет, стой! — взвыл я, кидаясь вдогонку. — Куда же ты? А как же вечная дружба, взаимовыручка и все такое? Ты меня спасла, чтобы в лесу бросить?

Лисодевочка оглянулась на бегу и, кажется, звонко рассмеялась. Вот ведь несносное создание! И откуда только силы берутся?

А я, между прочим, еще не до конца оправился! Куда мне за ней угнаться?

Спотыкаясь и чертыхаясь, я упрямо ломился сквозь заросли вслед за мелькающим вдалеке белым хвостом. Ветки так и норовили хлестнуть по лицу, корни так и стремились подставить подножку. В боку противно закололо, дыхание со свистом вырывалось из груди. Ну все, стоп, баста! Так недолго и концы отдать.

Остановившись, чтобы перевести дух, я потрясенно огляделся. Лисичка-полукровка и след простыл.

Внезапно совсем рядом раздался шорох, заставив меня резко повернуться на звук. Из кустов поодаль высунулась любопытная острая мордочка. Голубые глаза смотрели с откровенным весельем и озорством.

Я задумчиво поскреб подбородок. Похоже, игра в догонялки пришлась моей новой знакомой по вкусу. Ну что ж, будем действовать хитростью!

Делано застонав, я рухнул на землю и принял позу умирающего лебедя:

— О, горе мне! Никак помру тут в одиночестве, стану добычей лесных Тварей. А все из-за бессердечной красы! Как подло бросила меня она, раненого, на произвол судьбы. А я ведь всего лишь спросил, как пройти в библиотеку…

Захрипев, я застыл неподвижно.

Лисодевочка нахмурилась, явно раздосадованная тем, что веселье закончилось. Осторожно, словно крадучись, она выбралась из своего укрытия. Приблизилась, недоверчиво косясь на мою распростертую тушку. Взяла с земли веточку и осторожно потыкала ей меня в бедро. И недовольно фыркнула.

Типа, чего разлегся, умирающий лебедь? Давай, развлекай меня дальше!

Выждав момент, когда она склонится надо мной, я резко распахнул глаза.

— Ага, попалась!

От неожиданности волкодевочка взвизгнула, шарахнувшись в сторону, но я ловко сцапал ее за лодыжку. Правда, в следующий миг получил пушистым хвостом по физиономии и вынужден был разжать пальцы.

План не сработал.

Волкодевочка отпрыгнула от меня метров на пять, задорно хихикая. Потирая ушибленную скулу, я с возмущением воззрился на лукаво ухмыляющуюся проказницу:

— Ну и манеры у тебя, дитя леса! Как есть дикарка. Разве так обращаются со своими гостями?

В ответ девчонка лишь фыркнула и показала мне язык. Хм… она как будто бы понимает смысл сказанного. Но сама до сих пор не произнесла ни слова.

Ладно… поиграем еще немного в эту игру.

Я с утробным рыком вскочил и вновь ринулся в погоню. На этот раз лисичка не стала убегать, а резво отпрыгнула в сторону. Завязалась шутливая потасовка — белокурая бестия носилась вокруг меня кругами, молниеносно меняя направление, а я тщетно пытался ее ухватить.

Смеясь и задыхаясь от азарта, мы носились друг за дружкой по полянке, распугивая мелких зверушек и лесных птиц. Хвостатая плутовка виртуозно ускользала из моих загребущих лап, откровенно наслаждаясь процессом.

Но и я был не так прост.

Обманным маневром я загнал ее в ловушку между толстым стволом векового дуба и колючими зарослями шиповника. Лисодевица взвизгнула и метнулась вбок, но было поздно — мои руки сомкнулись на ее талии, прижав спиной к моей груди.

Несколько долгих мгновений мы просто стояли, часто и хрипло дыша. Я чувствовал, как бешено колотится сердечко пойманной нимфы, ощущал жар ее тела сквозь тонкую тунику. Постепенно напряжение в худеньком теле спало — видимо, лесная красотка признавала мою победу.

— Ну все, все, т-ты поймал меня, о великий охотник! — пролепетала она со смешком, запрокидывая голову и лукаво заглядывая мне в глаза. — Убедился, что я не такая уж пугливая дикарка?

О-о-о-о, всё-таки она умеет говорить?

— Еще какая пугливая! — хмыкнул я, неохотно разжимая объятья. — И наглая вдобавок. Ишь как лихо от меня улепетывала! Гордишься небось?

Пользуясь моментов, я внимательно разглядывал ее духовные потоки… И я сразу понял передо мной однозначно не простая смертная. Особенность строение духовных потоков намекала на особое происхождение девицы.

Лисичка... или волчица игриво повела плечиком и отступила на шаг, с интересом меня разглядывая.

— Есть немного, — кокетливо призналась она. — Не каждый день в моем лесу такие колоритные пришельцы объявляются. Уж больно занятно было поглядеть, как ты, такой большой и страшный, за мной гоняешься! Ой, не могу!

И она вновь залилась звонким смехом, весело сверкая глазами. Я невольно залюбовался озорной улыбкой, играющей на ее устах, золотистыми искорками, пляшущими в серебристых прядях волос. От прежнего страха и недоверия не осталось и следа.

— А еще полностью двинутые на голову, — заявила она. — Ты зачем полез к Ядру? Тебе вроде бы однозначно дали понять — нечего тебе там делать!

Я неопределенно пожал плечами. Девица явно не торопится раскрывать передо мной все карты. Ну и я тоже не буду спешить.

— Ладно, мир? — улыбнулся я, протягивая ладонь для рукопожатия. — Обещаю больше за тобой не гоняться. Если, конечно, ты тоже не будешь от меня удирать.

— Мир! — охотно согласилась лисо-волчица, без колебаний вкладывая свою маленькую ручку в мою лапищу. — Не такой уж ты и жуткий, как я сперва подумала. Просто дурак скорее!

— Ну спасибо, утешила, — проворчал я с притворной обидой. — Я, между прочим, великий и ужасный… кхм… темный маг! Гроза демонов и воплощенный кошмар смертных!

— Я наблюдала за тобой… что-то ты действительно умеешь, — неохотно признала она. — Но не особо ты похож на воплощенный кошмар, — хихикнула проказница, с веселым изумлением разглядывая мои покрытые листьями и пылью лохмотья. — Скорее уж на чучело огородное. Самое странное чучело, которое я видела!

Я только вздохнул. Вот ведь язва лесная! Сама вырядилась как дикарка, а туда же, критикует. Ну да ладно, сейчас не до того. Надо действовать, пока девчонка в благодушном настроении.

Я продолжал разглядывать ее духовные потоки. Да, она определенно не простая смертная. Более того, мне кажется мы были знакомы в прошлом… Очень знакомая структура духовных потоков.

У меня аж голова заболела от попыток вспомнить. Воспоминания тяжело ворочались на самой кромке сознания, отказываясь повиноваться. Но я упорно тянул их на свет, словно полное ведро воды со дна темного колодца…

Четыре уха, два человеческих и два звериных… пушистый белоснежный хвост… острые клыки в человеческом облике… дерзкий и игривый нрав…, но при этом добрая и милосердная натура… Я же ведь знаю тебя, девочка… мы были хорошо знакомы в прошлом…

Острая боль пронзила голову. Но я упорно продолжал тянуть воспоминания на свет. Десять тысяч лет я провел в Бездне и не позволю моей личности, моим воспоминаниям, моей самости так просто угаснуть!

— Что с тобой? — лисодевчока схватила меня за плечо, не дав упасть. — Ты что так резко сбледнул, приятель? Ты один в один мой старый знакомый… тоже иногда зависал посреди разговора… И манера речи у вас даже похожа…

И эта ее последняя фраза стала триггером в моей голове, вызвав яркую вспышку…

— Ты не переносим! Я тебе говорю, а ты не слушаешь! — сказал кто-то с длинным пушистым хвостом. Я не мог разглядеть ее лица. Я видел лишь ослепительный свет повсюду, в котором угадывались очертания двух фигур. Кажется, мужчина и женщина. Их со всех сторон окружало нечто, похожее на золотистые облака. Вокруг было много света… я чувствовал приятные умиротворяющие запахи благовоний или чего-то похожего.

— Прости… — с улыбкой ответил тот, что с мужской фигурой.

— Ты столько времени тратишь на эту Бездну… Не удивительно, что Айсштиль ушла от тебя…

Мужчина лишь покачал головой и вздохнул.

— А эта твоя новенькая Латона, — девица взмахнула пушистым хвостом. — Не поторопился ли ты, возвысив ее из младших богинь? Думаю, ей еще рановато восседать с нами наравне и пить амброзию…

Мужчина лишь отмахнулся.

— Латона разделяет мои убеждения, — сказал он. Он отщипнул кусок от облака и начал его жевать, словно сахарную вату. — А это в таком деликатном деле самое главное.

— Ты знаешь, что Верховный Громовержец думает про Безду…

— Да к черту его! — в сердцах воскликнул мужчина. — Мы не сможем одолеть Бездну так, как одолели в свое время Титанов! Тут нужен совсем иной подход. Мы должны нырнуть в Бездну, чтобы постичь и укротить её!

— Тс-с-с-с-с, Эстро, тише! Тебя могут услышать!

Но мужчина, кажется, слишком распалился.

— Он лишь переживает за свою власть, Лилия! Он думает, что, постигнув Бездну, я стану сильнее его! Лишь по этой причине он запретил изучать Бездну!

— Эстро, умоляю, тише! Я чувствую чужое присутствие… Нас кто-то подслушивает!

…Рывком из воспоминаний меня вышвырнуло в реальный мир. Я тяжело вздохнул, успокаивая бешено колотящееся сердце, и с улыбкой взглянул на ту, что стояла передо мной.

Волкодевочка смотрела меня, наклонив голову набок. Ее пушистый хвост ходил из стороны в сторону. Одно волчье ухо согнулось пополам.

И как я мог сразу не узнать её? Старею, кажись.

— Привет, Лилия, — ласково произнес я, глядя на волчицу. — Мы с тобой встретились после стольких лет… Воистину правду говорят — нити судьбы богов тесно переплетены. И притягивают нас друг к другу…

Она аж отшатнулась, словно от удара. Некоторое время смотрела на меня, словно в немом шоке. А потом…

— Ар-р-р-р-р-рх-х-х-х! — взревела она раненым зверем, оскалив клыки. Ее глаза вспыхнули красным, ногти на руках заострились до состояние острых звериных когтей.

Прежде, чем я что-либо сделал, она набросилась на меня! Звериная ярости исказила милое девичье лицо. Острые зубы клацнули у самого моего лица, алкая моей плоти…

Лилия с яростным рыком повалила меня на землю. Ее глаза пылали алым безумием, острые клыки метили прямо в горло. Но даже в этот миг, глядя в искаженное бешенством лицо, я не мог заставить себя причинить ей вред.

— Лилия, остановись! — прохрипел я, пытаясь достучаться до крох разума в затуманенном рассудке. — Это же я, Эстро! Неужели ты меня совсем не помнишь, подруга?

Но мои слова лишь подстегнули обезумевшую богиню. Когтистые пальцы с нечеловеческой силой сдавили мое горло, мгновенно перекрыв доступ воздуха. Я захрипел, чувствуя, как легкие наполняются жидким огнем.

Бездна… духовные силы… ничто из этого я использовать не могу. Пальцы зачерпывают лишь пустоту.

Из последних сил, больше инстинктивно, я потянулся к напряженной спине Лилии, нащупывая нужные точки. Даже сквозь алую пелену боли я отчетливо помнил расположение ее духовных потоков.

Как никак мы… были хорошо знакомы тысячи лет. И я хорошо знал, как там у нее что устроено.

Несколько точных надавливаний — и по телу богини пробежала судорога. Я перенаправил несколько потоков, повышая девушке чувствительность по всему телу.

Лилия раздраженно заворчала. Смертоносная хватка на миг ослабла. Мгновенно воспользовавшись передышкой, я осторожно, но решительно отстранил Лилию и принялся нежно почесывать ее за ухом. Как раз так, как она всегда любила в прошлом.

Эффект превзошел все ожидания. Лилия застыла в полном ошеломлении, словно пораженная небесным громом. Безумие в пылающих глазах мигнуло, затрепетало…, а потом ее длинный хвост начал мерно постукивать по земле в такт поглаживаниям. Прямо как в старые добрые времена!

— Ах ты моя пушистая жоп. кхм… красавица, — приговаривал я ласково, почесывая другой рукой богиню под подбородком. Лилия довольно заурчала, сладко жмурясь. — Неужто не признаешь старого закадычного друга?

В ответ волчица неразборчиво фыркнула и бесцеремонно повалилась на спину, подставляя мягкое белое пузико. Мол, давай, чеши дальше, раз такой смелый! Нашел ее слабое место, ничего не скажешь.

Я тихо рассмеялся и с готовностью продолжил свои нехитрые манипуляции, чувствуя, как исходящее от Лилии напряжение постепенно уходит. Богиня блаженно растеклась по траве, временами довольно повизгивая и дергая ногой, совсем как обычная собака. Прямо сама невинность и безмятежность!

Однако мысли мои были далеки от безмятежности. Я лихорадочно размышлял над странным поведением лесной подруги, пытаясь сопоставить факты. Похоже, ее сознание и божественная сущность оказались расщеплены на части, прямо как у Айсштиль… Ну ладно, Айштиль была вполне адекватна. А вот Лилии похоже досталось посильнее.

Та Лилия, что покоилась сейчас у моих ног, являлась лишь осколком прежнего величия — по разуму словно дитя малое или зверушка лесная. Тот короткий проблеск, когда она заговорила, быстро закончился…

Интересно, а обратное превращение вообще возможно? Сумеет ли Лилия когда-нибудь вновь обрести себя, стать такой, какой была раньше? Или расщепление божественной сути необратимо, и теперь мне предстоит опекать эту не в меру игривую хвостатую девчушку? Перспектива, конечно, занятная, но как-то не слишком…

По идее, объединение с другими осколками должно помочь.

От невеселых дум меня отвлек внезапный грохот, раздавшийся где-то вдалеке. Земля под ногами ощутимо дрогнула. Лилия мгновенно вскочила, настороженно поводя ушами. Потом решительно опустилась на четвереньки и стрелой помчалась на звук, только белый хвост мелькнул меж деревьев. Скорость она развила такую, что мама не горюй!

— Эй, погоди! — закричал я, бросаясь вдогонку. — Куда ты?! А как же я?

Но лесная дева и не подумала останавливаться. Пришлось мне, чертыхаясь сквозь зубы, припустить следом, стараясь не отставать. Я отчетливо понимал — замешкаюсь, потеряю Лилию из виду, и все, конец мне. В моем нынешнем состоянии, ослабленному и раненому, против полчищ обитающих в лесу Тварей не выстоять. Враз в клочки разорвут и косточек не оставят!

Вскоре мы достигли Разлома — вернее, того кошмарного месива, в которое он превратился. Уродливый пульсирующий рубец, словно незаживающая рана на теле реальности, исторгал жуткий утробный рев вперемешку с оглушительным грохотом. На нем разбухал чудовищный сгусток Бездны, похожий на черную дыру. Извивающиеся щупальца тьмы хлестали во все стороны, словно жалящие хвосты скорпионов. Одно из них просвистело в сантиметре от моей головы.

— Вот дрянь какая! — прорычал я, выращивая из ладони Клинок Бездны. Тускло мерцающее лезвие со свистом рассекло воздух. Слабость слабостью, а такие выходки спускать нельзя. Благо, я успел немного восстановиться.

Переглянувшись, мы с Лилией без лишних слов ринулись в бой. Богиня молнией металась меж щупалец, полосуя их своими острыми когтями. Я же размахивал клинком, пытаясь пробиться к средоточию Бездны. Однако сил у обоих катастрофически не хватало. Пространственная Тварь, выросшая из Разлома, мало-помалу теснила нас, загоняя в ловушку. Я пропустил несколько весьма чувствительных ударов, и только чудом успел откатиться от особенно мощного щупальца. То жахнуло в землю, оставив внушительную вмятину.

Краем глаза я заметил, что Лилии тоже приходится несладко. Лесная дева огрызалась, шипела и рычала, но черные щупальца окружали ее со всех сторон.

— Лилия! — я рванулся к ней, но черные щупальца преградили мне дорогу.

И тут Лилия внезапно вскинула руки, сплетая странный узор, похожий на печать…, но не печать! Ее уста зашевелились в незнакомом мне речитативе. От богини волнами исходила аура мощнейшего заклинания, в котором безошибочно угадывалась Энергия Бездны.

Ого… А Лилия не сидела на месте, пока я отдыхал в Бездне. Кажется, она тоже освоила ее Энергию. Что это за заклинание она использует? Оно мне не знакомо… Неужели… своя разработка?

— Ар-р-р-р-р-р-р-ря-я-я-я-я-я-я-я! — взревела она.

Глаза богини вспыхнули ослепительно-белым, а вокруг нее заклубился зловещий черный туман. Казалось, сама Бездна откликнулась на зов. Однако, вопреки моим ожиданиям, Лилия не направила смертоносные потоки на тварь. Вместо этого она сосредоточенно прижала руки к груди и начала что-то быстро нашептывать, будто читая давно забытую молитву.

Я застыл, не в силах отвести взгляд от разворачивающегося действа. Тело Лилии вдруг окутало мерцающее черное сияние, словно вторая кожа. Богиня двигалась так, будто каждый ее жест, каждый вздох был заранее прописан в некоем безупречном танце. В то же время дева оставалась совершенно неподвижной, позволяя Бездне течь сквозь нее.

Тварь, почуяв неладное, заревела и обрушила на богиню град стремительных ударов. Разрывные заклятья и бритвенно-острые щупальца, способные пробить насквозь даже божественную броню, понеслись к своей цели… Но так ее и не достигли!

Лилия скользила меж атак с неземной грацией, уворачиваясь от смертоносных щупалец в последний момент. Ее тело, окутанное едва заметным черным маревом, двигалось словно само по себе, повинуясь неведомым потокам. Щупальца твари проносились в миллиметрах от девы, шевеля волосы и одежду, но так и не причиняли вреда.

В какой-то момент Лилия и вовсе прикрыла глаза, целиком отдавшись безумному танцу. Она словно парила, позволяя древней стихии направлять свои движения. Уклонялась, приседала, скользила, пропуская удары мимо себя. Словно вода, что обтекает камни, не замечая преград.

Я наблюдал за магическим танцем, боясь даже дышать. В голове будто щелкнул тумблер, и меня озарило. Так вот чем Лилия занималась все это время! Дева леса, как и я в свое время, изучала природу Бездны и, похоже, достигла в этом немалых успехов.

Лилия, умница моя! Она прониклась моими идеями и, кажется, сумела найти свой подход к Бездне!

Тварь взревела особенно громко, закрутив всеми щупальцами разом. Черные жгуты хлестнули со всех сторон, пытаясь смять неуловимую богиню в смертельных объятьях. Но Лилия, даже не открывая глаз, подпрыгнула высоко в воздух, раскручиваясь вокруг своей оси. Разъяренные плети просвистели мимо ее тела… и полетели назад, к хозяину!

Чудовище взвыло, корчась от боли. Его собственные удары, многократно усиленные магией Бездны, впивались в бесформенную плоть, прорывая глубокие раны. Черная кровь брызнула во все стороны.

Пошатываясь, Лилия шагнула к обезумевшей от ран и ярости твари. Руки богиня вскинула в повелительном жесте, глаза ярко вспыхнули.

Энергия Бездны вокруг Лилии взревела и обрушилась на монстра всей своей изначальной мощью. Тот заверещал, забился, пытаясь вырваться из убийственных объятий. Темные потоки опутывали чудовище, вливались в раны, растворяли плоть и кости.

Спустя несколько секунд от исполинской твари остался лишь крохотный черный комочек, похожий на обугленный уголек. А потом и он растворился в затихающих вихрях Бездны.

Лилия покачнулась и медленно осела на землю. С губ ее сорвался тихий смешок, полный усталого торжества. Я кинулся к богине, подхватил на руки.

— Лилия, ну ты даешь! — выдохнул я, прижимая бесценную ношу к груди. — Удивила, так удивила! Колись, что это за трюк был?

Лилия приоткрыла один глаз и хитро улыбнулась уголком рта. Не скажу, мол!

Я ухмыльнулся, Лилия в своем репертуаре. Но я хочу освоить это заклинание! Очень хочу!

И в этот момент рубец Разлома, пульсирующий рядом с остатками твари, заколыхался, стремительно уменьшаясь в размерах. А потом с громким хлопком исчез, словно его и не было.

Чего? Так эта тварь была связана с Разломом? Он самоуничтожился вместе с ней?

Несколько секунд я стоял, тяжело дыша и пытаясь осознать произошедшее. Как же теперь вернуться, если Разлома больше нет?

У меня пока нет таких сил, чтобы самому открывать проходы между мирами… И частичную архивацию мне не сделать — Ядро-то уничтожено!

Я снова посмотрел на Лилию.

— Впечатляет! — выдохнул я. — Это что еще за новая разработка, подруга? Сама придумала?

Богиня что-то недовольно буркнула. Лишь устало прислонилась ко мне, позволяя себя поддерживать.

А я лихорадочно размышлял, машинально поглаживая Лилию по спине. Значит, Разлом окончательно запечатан, и путь в родной мир отрезан… как минимум пока я что-нибудь не придумаю. По идее, меня должен охватить ужас или хотя бы уныние. Однако вместо этого я ощущал странное спокойствие. Более того, держа в объятьях полубессознательную Лилию, вдыхая травяной запах ее волос, я чувствовал себя… умиротворенным? Впервые за долгое время сердце мое пело от умиротворения. Будто я наконец-то вернулся домой после долгого-долгого отсутствия.

— Не грусти, милая, — прошептал я, целуя Лилию в белоснежную макушку. — Прорвемся как-нибудь. Что-нибудь придумаем. Недаром же мы с тобой пережили столько невзгод. Помнишь, как мы вместе лупили титанов в хвост и гриву?

Богиня что-то неразборчиво промычала в ответ, но губы ее дрогнули в легкой улыбке. А потом вдруг ловко обвила меня своим длинным хвостом, словно опутывая шелковым арканом. Потерлась об меня щекой и со странным выражением на моське посмотрела на меня снизу вверх. Мол, куда ты теперь денешься от меня, глупый. Хочешь ты того или нет, но теперь мы повязаны. Заодно, так сказать!

Я невольно фыркнул и покрепче прижал к себе драгоценную ношу. Что ж, искать приключений на пушистый хвост я вроде не напрашивался, но от судьбы не уйдешь. А если такова ее воля, что я застрял в этом диком мире не один, а в компании своенравной подруги детства… то так тому и быть! Буду считать это… хм, вызовом и шансом. Да, точно! Шансом все исправить и докопаться до истины.

Надо найти второй источник силы этого мира… и с его помощью, возможно, получится снова открыть Разлом.

Словно в насмешку над важностью момента, в небе вдруг оглушительно громыхнуло. Я невольно поежился. Будь я параноиком, я бы решил, что это Громовержец пытается меня достать даже здесь. Или просто непогода собирается? А, неважно! Чему бывать, того не миновать.

Я незаметно вытащил из девушки Книг Судьбы, начал листать. Но меня ждало разочарование! Страницы Книги были девственно чисты! Словно кто-то вымел из них всю информацию…

Странно… Ну ладно.

Решительно поднявшись на ноги, я подхватил Лилию на руки. Та недовольно запыхтела и задергала хвостом, обдавая меня градом мелких духовных искр. Но послушно обвила шею ручками и устроила голову на плече. Уступила, надо же! Никак устала сильнее, чем показывает, сильная и независимая волчица.

И ни слова до сих пор не сказала.

— Что ж, — пробормотал я, целеустремленно направляясь прочь. — Полагаю, пришла пора нам приниматься за работу, милая! Аномалии эти сами себя не исследуют, верно? А расколотые божественные осколки сами не отыщутся.

Лилия фыркнула и легонько боднула меня лбом в плечо. Мол, вот еще, придумал тоже! Ее взгляд словно говорил — нечего нам, богам, о всяких исследованиях думать, когда такая дивная полянка под боком! И солнышко припекает, и птички чирикают, и травка зеленая шелестит… Поймать кого-нить можно! И ка-а-а-а-а-к кусь его!

Я хмыкнул. Беззаботное дикое дитя природы, что с нее взять. Но ничего. Вот оклемается немного, наберется сил, тогда я ей быстро объясню, что теперь она мой боевой товарищ! Соратник, можно сказать. А боевым товарищам лениться не положено.

Ведь в конце концов, вдвоем-то у нас точно все получится. А потом, пожалуй, можно и поваляться на травке, побездельничать чуток. Заслужили, однозначно…

Глава 8. Тебе не стоило сюда приходить

Разлом был закрыт окончательно. Я несколько раз его проверил — своими силами мне его заново не открыть. Можно проводить частичную или полную архивацию измерения. Но без Ядра это невозможно!

И в итоге я застрял здесь. Надолго. Настолько, что через пару месяцев потерял счет времени.

Годы неслись как речная вода сквозь пальцы. Дни сменялись ночами, времена года приходили друг другу на смену. А я все никак не мог отыскать путь наружу из этого странного измерения. Как ни старался, как ни бился — второй источник энергии, питающий этот карманный мирок, оставался для меня тайной за семью печатями.

Я исследовал работу местных духовных потоков, по которым струилась Энергия Бездны. С огромным трудом сумел составить примерную карту их движения. Но система оказалась замкнутой, без малейшего намека на внешнее вмешательство. Я не представлял, откуда в нее поступает свежая порция Энергии.

Я много размышлял о структуре и происхождении этого измерения-кармана. Очевидно, оно зародилось естественным путем — как побочный эффект прорыва Бездны в наш мир. Однако затем локация явно подверглась сознательным изменениям. Кто-то очень могущественный и искусный в магии перекроил законы этой реальности, превратив ее в ловушку для незваных гостей. Вот только кто? И главное — зачем?!

Пока я предавался этим бесплодным раздумьям, жизнь вокруг шла своим чередом. Мы с Лилией обустроились в ее лесном убежище — скорее берлоге, чем доме. Но довольно уютной берлоге. Богиня, опять утратив дар речи, оставалась неизменно дружелюбной и ласковой. Она повсюду следовала за мной тенью, охотно помогала в быту и в исследованиях.

Жуткая чернильная Тварь больше не объявлялась, затаившись невесть в каких дебрях. Видимо, получив получив от меня клинок Бездны в брюхо, монстр решил не искушать судьбу. Это несказанно меня радовало. Одной головной болью меньше!

Впрочем, хватало и других чудовищ, рыскавших вокруг в поисках добычи. Одни больше походили на животных, другие являли собой причудливые смеси разных существ. Мы с Лилией частенько охотились на этих уродцев. Из некоторых тварей получалось неплохое мясо, что весьма разнообразило наш скудный рацион.

Забавно, но готовкой всегда занималась Лилия, ловко орудуя самодельными инструментами. Я же был способен лишь неуклюже нанизать куски мяса на прутики и подпалить на костре. Кулинар из меня был так себе, на троечку.

Увы, шить приличную одежду я тоже не умел. Спасибо хоть Лилия и тут пришла на выручку, показав, как правильно обрабатывать волчьи шкуры. Получались весьма недурственные накидки и штаны. Сама богиня щеголяла в похожих одеяниях, лишь немного более искусных.

Вдобавок мы освоили собирательство и земледелие. Вернее, этим занималась Лилия, направляемая древними инстинктами и обрывками воспоминаний. Я поначалу лишь неловко ей помогал, но со временем тоже втянулся. В конце концов, нам ведь нужно было на что-то жить!

В свободное время я продолжал тренировки. К сожалению, без достойных противников и мощных тварей Бездны мой прогресс замедлился…

Я также пытался освоить Синхронизацию Бездны (так я назвал это заклинание), подсмотренную у Лилии. Увы, все мои потуги не приносили и малейших плодов. Я часами медитировал, обращался мыслями к Бездне, призывал ее, пытался с ней слиться. Но разверзшаяся Тьма в моей душе оставалась чужеродной и неподатливой. Она не желала становиться со мной единым целым.

Мне что-то мешало…, но я не мог понять что.

Лилия всеми силами пыталась мне помочь, направить и научить. Но увы, без слов, одними жестами и порыкиванием, она не могла объяснить самую суть процесса. Я видел отчаяние в ее глазах и лишь сильнее стискивал зубы, удваивая усилия. Не привык сдаваться без боя! Пусть даже противник неосязаем и не обращает на меня ровным счетом никакого внимания.

А по ночам мы с Лилией любили друг друга — самозабвенно, неистово, будто в последний раз. В эти мгновения я забывал обо всем — и о неподатливой Бездне, и о загадочном втором Источнике, и о возможности навеки застрять в этом первобытном мире. Все мысли и чувства обращались к белокурой богине, льнувшей ко мне всем телом. И я точно знал, что не отступлюсь, не сдамся. Ради нее, ради нас я выберусь отсюда. Обязательно. Чего бы мне это ни стоило!

Но время шло, а путь наружу так и оставался закрыт. Я по привычке отправлялся в долгие одиночные вылазки, прочесывал окрестности в надежде наткнуться хоть на какую-то подсказку. Лилия смотрела мне вслед молча, но в небесно-серебристых глазах плескалась тоска. Она-то уже смирилась с нашим положением! Но я не мог, не имел права опускать руки. Ведь там, за гранью этой иллюзорной реальности, у меня остались друзья. Близкие, родные люди, которым я был нужен. Айсштиль, Настя, Эмми, Мелинта, дочери-мирмеции и другие… они ждут меня! Целый мир ждет, который я хочу спасти от Бездны! И я клялся себе, что вернусь к ним, чего бы мне это ни стоило.

Постепенно мои скитания уводили меня все дальше от убежища. Я все глубже погружался в размышления, прокручивая в голове тысячи безумных планов и теорий.

Я и сам не заметил, как отрастил окладистую бороду, как у настоящего боярина — здесь, в глуши, особо не побреешься. Да и волосы спутались в неопрятную гриву. Робинзон, мать его, Крузо.

Лишь одно я знал твердо — сдаваться нельзя. Ни за что и никогда. Пока я жив и способен мыслить, надежда не умрет.

Так я утешал себя весьма долго. До одной странной, поистине невероятной встречи…

Я брел по извилистой тропе меж могучих древесных стволов, бездумно глядя себе под ноги. Как вдруг краем глаза уловил впереди смутное движение. Вскинул голову и застыл как громом пораженный.

В нескольких шагах от меня, меж изумрудных папоротников, стояла маленькая девочка. Совсем кроха, лет пяти-шести на вид. Однако одета она была по меньшей мере странно. На худеньких плечиках красовалось длинное белое одеяние, расшитое затейливыми узорами и бахромой. Ткань как будто светилась изнутри призрачным сиянием.

Но самым поразительным было другое. Незнакомка казалась полупрозрачной, размытой по краям. Словно соткалась из тумана и лунного света. Призрак? Дух? Галлюцинация? Но почему в облике ребенка?

Стопэ-э-э! Я ж видел ее! Давным давно, когда только попал в это измерение…

Девочка стояла неподвижно и пристально смотрела на меня огромными глазами. В ее взгляде не было ни капли страха, лишь бесконечная, всепоглощающая печаль. И почему-то немой укор, от которого мое сердце пронзила острая боль.

Язык будто прилип к гортани. Казалось, если что-то произнесу, спугну ее, и она больше никогда не появится.

Спустя несколько бесконечно долгих мгновений призрак шевельнулся. Губы девочки дрогнули, будто в попытке что-то сказать. Однако с них не сорвалось ни звука. Лишь в моей голове вдруг отчетливо зазвучал тоненький детский голосок:

«Здравствуй. Прости, что долго не появлялась… это… это очень сложно».

— Кто… кто ты? — сорвалось с моих губ хриплым шепотом. — Откуда?..

Ответом мне был лишь грустный вздох, прозвучавший, казалось, в самой моей душе. А потом призрачная фигурка стала медленно таять, растворяясь в воздухе.

— Подожди! — крикнул я, кидаясь вперед. — Не уходи!

Я сотворил печать усиления, стараясь поддержать маленькую жрицу в нашем мире.

Её контуры снова обрели четкость. Она вздохнула и благодарно кивнула. После чего призрачная девочка скользнула вперед по дороге, маня за собой. Ее полупрозрачный силуэт то и дело терялся среди густых зарослей, но я упорно шел следом. Привык доверять своим инстинктам, а сейчас они буквально вопили, что нужно держаться поближе к проводнику. Даже если проводник — всего лишь бестелесный дух.

— Пожалуйста, поторопись, — донесся до меня слабый, дрожащий голосок. Девочка оглянулась через плечо, в синих глазах плескалась мольба. — У меня совсем мало времени. Я слишком слаба, чтобы задержаться в этом мире надолго.

Я кивнул и ускорил шаг. Вопросы рвались с языка, но я решительно загнал их поглубже. Успеется. Кажется, девчине даже говорить трудновато. Сейчас главное — не потерять хрупкую ниточку, связывающую меня с потусторонним проводником. Кто знает, что за тайны хранит эта лесная крошка?

Спустя примерно час быстрой ходьбы мы вышли к подножию высокой скалы. Я озадаченно уставился на сплошную каменную стену, невольно хмыкнув. И что дальше? Наверх полезем?

Но девочка и не думала карабкаться наверх. Вместо этого она подплыла к самой скале и указала полупрозрачным пальчиком на едва заметную расщелину среди нагромождений камня. Я протер глаза и недоверчиво уставился на неприметный лаз. Надо же, а ведь мог запросто пройти мимо и не заметить! Неудивительно — вход почти сливался с окружающим камнем по цвету и фактуре.

Призрачная девочка без колебаний просочилась внутрь. Я на миг заколебался — уж больно узкой выглядела щель. Мысль о том, чтобы протискиваться туда всем телом, вызывала легкую дрожь. Но лишь на миг. В конце концов, не в первый раз лазать по всяким туннелям и пещерам! Зажмурившись и стиснув зубы, я решительно полез в расщелину.

Чертыхаясь сквозь зубы, протиснулся в узкий лаз, едва не ободрав плечи. Камень противно скрипел и крошился, острые края то и дело царапали кожу даже сквозь одежду. Пару раз я всерьез испугался, что застряну намертво. Мысленно проклял все на свете, но упорно полз вперед. Назад пути все равно не было.

Наконец, впереди забрезжил слабый свет. С облегчением выдохнув, я рывком преодолел последние метры и вывалился из лаза, неловко приземлившись на четвереньки. Не медля вскочил на ноги, окидывая цепким взглядом открывшуюся картину.

Небольшая пещера, освещенная призрачным желтоватым светом, была несомненно естественного происхождения. Но вот следы деятельности разумных существ виднелись повсюду. В первую очередь бросались в глаза многочисленные скелеты в истлевших одеждах, до боли напоминающих жреческие рясы. Причем, судя по изломанным костям и раскрошенным черепам, умирали эти бедолаги явно не своей смертью.

Еще меня насторожили длинные борозды от когтей на стенах и даже потолке пещеры. Я машинально провел пальцами по глубоким царапинам — не иначе как здесь буйствовала какая-то тварь устрашающих размеров. Кое-где на каменном полу виднелись клочки спутанной белой шерсти. Или это волосы?

Углубившись в пещеру, я обнаружил и другие зловещие следы. Несколько угасших пентаграмм, начертанных прямо на камне чем-то подозрительно напоминающим кровь. Обугленные кости и оплавленные магические кристаллы внутри колдовских кругов. Остатки алхимической лаборатории с разбитыми колбами и реторами. Ржавые цепи и обрывки истлевших веревок. Все говорило о том, что здесь когда-то давно проводили ритуалы и эксперименты.

Но самое жуткое зрелище ожидало меня впереди. Я застыл как громом пораженный, глядя на груду костей в просторной естественной нише. Кто-то собрал здесь останки десятков, если не сотен разумных существ, сваливая их как попало. Причем кости были явно нечеловеческого происхождения — вытянутые конечности, увенчанные острыми когтями, массивные челюсти, утыканные игольчато-тонкими зубами. Я также заметил несколько высушенных остовов, напоминающих экзоскелеты мирмеций…

Создавалось впечатление, что кто-то намеренно скрещивал людей с неведомыми тварями… или вызывал у живых людей искусственные мутации, превращая их в нечто…

Желудок свело спазмом, но я усилием воли подавил рвотный позыв. В конце концов, мне не привыкать к жутким зрелищам. Однако мысль о том, что все эти несчастные погибли в чудовищных муках от рук безумного экспериментатора, вызывала глухую ярость. Кулаки сами собой сжались, потянувшись к несуществующей рукояти меча.

Жуткая картина дополнялась десятками просевших клеток вдоль стены. Внутри виднелись истлевшие лохмотья и обглоданные кости. Я заметил миски с затвердевшими остатками какой-то бурой массы. Судя по всему, пленников кормили отбросами вперемешку с собственной кровью.

Из горького транса меня вывел тихий всхлип за спиной. Я резко обернулся, инстинктивно призвав Силу. Но это была всего лишь моя призрачная проводница. Девочка застыла посреди пещеры, безмолвно заламывая руки. По ее щекам струились слезы, оставляя за собой серебристый след.

— Они все здесь погибли, да? — негромко спросил я, кивнув на горы костей. — Эти бедняги, которых использовали для чудовищных опытов. Кто это сделал?

Девочка лишь безмолвно покачала головой и поманила меня за собой. Я торопливо зашагал следом, лихорадочно размышляя. Судя по ауре застарелого ужаса и боли, витавшей в пещере, все случилось очень давно. Сотни, а то и тысячи лет назад. Но кто мог пойти на подобное зверство? И, главное, зачем?

Призрачная девочка уверенно скользила вперед, лавируя меж обломков и завалов. Наконец она привела меня в просторный грот — видимо, сердце всей пещерной системы. И сердце кошмара, творившегося здесь в незапамятные времена.

Грот освещало мертвенно-синее пламя, пляшущее на массивном каменном алтаре посередине. Оно почему-то не гасло, хотя на алтаре не было ни дров, ни иного топлива. Мерцающие блики падали на стены, покрытые магическими письменами и схемами. Я разглядел несколько знаков, разработанных мною в прошлом для призыва Энергии Бездны. Значит, мои худшие опасения оправдались. Кто-то проводил здесь чудовищные ритуалы, привлекая силу извечного Врага.

Едкий запах разложения и застарелой крови бил в ноздри, вызывая тошноту. Я зажал рот и нос ладонью, с трудом сдерживая рвотные позывы. Черная Энергия, разлитая в воздухе, ощущалась почти физически. Будто миллионы ледяных игл впивались в кожу.

Призрачная девочка подплыла к жертвенному алтарю и застыла, сложив руки на груди. Ее глаза остекленели, наполнились вселенской скорбью.

— Я умерла здесь, — еле слышно прошелестел бестелесный голос. — Меня принесли в жертву прямо на этом алтаре. А потом…

Девочка всхлипнула и указала на крошечный скелет, лежавший у подножия алтаря. Сердце мое болезненно сжалось. Вот, значит, как. Ребенок, невинное дитя, убитое по чей-то прихоти… Впервые за долгое время меня охватил настоящий, первобытный гнев.

Я шагнул к алтарю, протянул руку, пытаясь коснуться праха несчастной жертвы. Но пальцы схватили лишь пустоту. От движения воздуха скелет рассыпался прахом.

— За что? — сорвалось с моих губ хриплым шепотом. — За что с вами так поступили? И кто?

Девочка покачала головой. Ее силуэт начал стремительно таять, теряя очертания. Я сотворил новую усиливающую печать, но эффект был уже намного слабее.

— Мы все были лишь жертвами, — донесся до меня прерывающийся шепот. — Жрецы… дети… невинные… Нас похитили, заточили здесь… И обрекли на ужасную смерть… Кошмар… Кровь и резня… Спасения нет… Бездна разъедает разум…

Призрак таял все быстрее, сливаясь с клубящейся по углам тьмой. Напоследок до меня донеслось лишь несколько невнятных фраз:

— Та, кого мы любили больше всего… она обратилась к Бездне… Мы были преданы… Наши души осквернены… Умоляю… Уничтожь это страшное место!.. Дай нам обрести покой…

Девочка-призрак исчезла без следа. Ее последний вздох эхом прокатился под сводами зловещего грота, затихая вдали. Словно сама Бездна на миг всколыхнулась — и снова погрузилась в беспробудный сон.

Я застыл в полумраке, бессильно уронив руки. В голове метались обрывки безумных мыслей и образов. Кто мог пойти на такое чудовищное злодеяние? И, главное, кто был той таинственной сущностью, которую жрецы «любили больше всего»? Тот, кто обратился в монстра и предал их всех? Неужели…

Внезапно я уловил за спиной легчайшее движение. Развернулся всем телом, непроизвольно призывая покров. И похолодел, разглядев в полумраке знакомый силуэт.

На пороге грота стояла Лилия — неподвижная и безмолвная, как изваяние. Ее лицо скрывала непроницаемая тень, лишь серебристо-голубые глаза мерцали двумя огнями.

Медленно, будто сквозь сон, богиня шагнула вперед. Призрачное пламя алтаря на миг высветило ее фигуру. Я оцепенел, не веря своим глазам.

Некогда чистые белые одежды Лилии были забрызганы кровью. На руках богини алели глубокие порезы, будто она рвала кого-то голыми руками. Охотилась?

Босые ноги по щиколотку покрывала черно-бурая грязь. Но самым страшным было лицо лесной девы — застывшее, неживое. И светящиеся в полумраке глаза...

— Тебе не стоило сюда приходить, — произнесла она мертвенно-спокойным голосом. И от этих слов веяло вечной стужей, могильным холодом.

Дальше платно. Чибики)

50р

100р