Возвращение Безумного Бога. Том 14: Озеро Вечной Молодости

Глава 1. Всех не спасти

_____________________________________________________________

Читать первый том цикла: https://author.today/reader/350298

Обложку в 4к качестве, а также ее 18+ версию ищите на Бусти. Ссылка на Бусти в примечании к книге

Сад исчез, воспоминание растаяло, и я увидел перед собой новую сцену.

Храм Громовержца. Громадный зал, освещенный тысячами факелов. В центре — круглый алтарь из черного камня. Вокруг него фигуры в темных одеждах. Громовержец стоит напротив алтаря, держа в руках копье Айсштиль.

Лилия, облаченная в ритуальные одежды, приближается к алтарю. В ее руках — черная книга, страницы которой словно поглощают свет вокруг. Я с интересом заглянул в этот манускрипт и скривился как от зубной боли.

Ясно… книга полна разработанных мною заклинаний и печатей. В общем, значительная часть моих наработок по Бездне явно досталась Безумной Лилии.

— Начинаем, — произносит Громовержец, и зал заполняется низким гулом голосов, читающих заклинание.

На алтаре появляется разлом — черная трещина в ткани реальности. Копье в руках Верховного начинает светиться холодным голубым светом.

«Ясно… Громовержец уже тогда приглядывался к Бездне,» — нахмурился я, пытаясь разглядеть, что скрывается в разломе.

Лилия начала читать заклинание из своей черной книги. Разлом расширился, и из него показался темный сгусток, окутанный клубящимся мраком. Я не мог разглядеть его полностью, но ощущал исходящую от него мощь.

Громовержец направил копье Айсштиль на сгусток, и оружие вспыхнуло ослепительным светом. Бездна начала на глазах замерзать, черные щупальца покрывались инеем. В этом была вся мощь этого артефакта. На пике силы он был способен заморозить все, что угодно — даже Бездну.

Нечто издало пронзительный крик — настолько ужасный, что даже в видении я инстинктивно захотел закрыть уши.

А затем яркая вспышка поглотила всё.

Видение резко оборвалось, оставив меня с множеством вопросов и растущей тревогой. Что они, мать их за ногу, вытащили из Бездны?

Идей пока не было. Как и ответов.

Впрочем… я знал где их искать — у Безумной Лилии, конечно. Впрочем, она вряд ли будем со мной делится информацией, будучи запечатанной в глубинах разума… А выпускать я ее оттуда не собираюсь. По крайней мере, пока Лилия в… гм… интересном положении.

Думаю, нужно продолжать изучать кристалл. Если в нем нашлось одно хорошее воспоминание — найдутся и другие. Пока пора, пожалуй, баиньки. Завтра будет не менее трудный день.

Я вернул кристалл в шкатулку, защелкнул замок и спрятал ее в сейф. Позже продолжу исследования, но сейчас мой разум требовал отдыха. Слишком много информации, слишком много эмоций.

Неосознанно я коснулся груди, там, где сердце болезненно сжималось при мысли об Айсштиль. Столько лет прошло, а рана все еще кровоточит. И, судя по увиденному, Громовержец поступил с ней еще более жестоко, чем я предполагал.

— Ничего, — произнес я в пустоту комнаты, — я верну всё на свои места. И каждый получит по заслугам.

Часы показывали глубокую ночь — час волка, как говорили в старину. Пора было ложиться, если я хотел быть в форме для завтрашней миссии в Диких Землях.

Я стянул через голову рубашку, с некоторым удовлетворением отмечая, что тело уже полностью восстановилось после ритуала обмена. Никаких следов усталости — физической, по крайней мере.

— Смирись, Эстро, — сказал я своему отражению в зеркале. — Ты не сможешь спасти всех и сразу.

Отражение скептически изогнуло бровь, как бы говоря: «А ты всё равно попытаешься, не так ли?»

Конечно попытаюсь. Иначе какой смысл быть богом?

Плюхнувшись на кровать, я потянулся к книге на прикроватной тумбочке — старому недочитанному изданию «Записок о Галльской войне». Нашел месяц назад в архивах рода.

В последнее время я решил ознакомиться с историей Цезаря. Старик умел вести войну не хуже, чем толкать красивые цитаты. Не зря он так популярен даже в современном мире.

Но строчки расплывались перед глазами. Со вздохом я отложил книгу и выключил свет.

— Что ж, спокойной ночи, Синегорье, — пробормотал я, укладываясь поудобнее. — Надеюсь, завтра ты всё еще будешь стоять на месте.

И пусть Бездна хранит мои сны. В конце концов, кому как не ей…

Глаза закрылись сами собой, и темнота обняла меня, словно старая подруга. Последней мыслью перед погружением в сон было: «Нужно не забыть попросить Кристину Валерьевну собрать в дорогу побольше её фирменных пирожков. Спасение мира на голодный желудок — то еще удовольствие.»

Ребят, под первой книгой цикла скопилось многовато хейтерских комментов. Буду благодарен за ваши реальные комментарии настоящий читателей, хоть на пару слов. Как накопим 5 новых комментариев под первой книгой цикла, выложу бонусную главу в текущей 14 книге

https://author.today/work/350298

Глава 2. Древние не врали

В соседней комнате Айсштиль металась по кровати, как будто она лежала не на шелковых простынях, а на раскаленных углях. Богиня льда швырнула подушку через всю комнату и раздраженно застонала, запустив пальцы в длинные серебристые волосы.

«Что, во имя вечных льдов, со мной происходит?» — мысленно спросила она, разглядывая потолок, словно оттуда мог прийти ответ.

Обычно ее спальня была самым холодным местом в особняке Безумовых — настолько, что даже закаленным членам семьи требовалась теплая одежда для коротких визитов. Комната Айсштиль всегда напоминала ледяной грот, где зимой расцветают морозные цветы. Сейчас же комнатный термометр показывал вполне комфортные +15°C — для обычного человека, но не для ледяной богини, для которой такая температура была равносильна тропической жаре.

Она провела рукой по влажному лбу, убирая прядь волос, и замерла, глядя на собственные пальцы. По бледной, обычно кристально-сухой коже стекали крошечные капельки воды.

— Невозможно, — прошептала она, в ужасе разглядывая свою руку. — Я… таю? Как какое-то… мороженое?

Богиня вскочила с постели и бросилась к зеркалу в полированной ледяной раме. В отражении она увидела себя — обычно безупречные, словно высеченные из вечного льда черты лица теперь казались мягче, а на щеках играл легкий румянец. Кончики ее пальцев определенно подтаивали, оставляя влажные следы на зеркальной поверхности.

— Как у Вильды… Проклятая Никталия! — выругалась Айсштиль, со злостью ударив кулаком по туалетному столику, от чего ледяные флаконы на нем подпрыгнули. — Даже вернувшись в свое тело, я продолжаю ощущать последствия этого безумного обмена!

Она-то думала, что, оказавшись снова в родной ледяной оболочке, наконец избавится от эмоциональных американских горок, которые пришлось пережить в теле распутной богини ночных желаний. Как же она ошибалась! Вместо долгожданного облегчения и привычного ледяного спокойствия она получила полноценную эмоциональную лихорадку.

Айсштиль глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться и навести порядок в своих мыслях. С каждым выдохом она обычно создавала облачко морозного пара, но сейчас из ее губ вырывался лишь тёплый воздух. Перед глазами продолжали вспыхивать воспоминания — образ из растительной капсулы в Великом Древе. Где Эстро якобы планирует убийство Карнакса.

«Но это ложь, — твердо сказала она себе, сжимая кулаки. — Эти воспоминания были подделкой. Безумная Лилия… это она всё подстроила. Этого не было. Не могло быть».

И все же при одной мысли об этом глаза предательски защипало. За тысячелетия существования богиня льда никогда не плакала — физически не могла. Ее слезы мгновенно превращались в мельчайшие кристаллики льда еще до того, как успевали скатиться по щеке, образуя на ресницах изящную бриллиантовую пыль. Но сейчас… сейчас она с ужасом чувствовала, что еще немного, и из ее глаз польется настоящая вода. Как у смертной.

— Прекрати немедленно! — яростно приказала она своему отражению, стукнув кулаком по раме зеркала. По его поверхности побежали трещины. — Ты — Айсштиль, богиня льда, повелительница зимы, а не какая-нибудь слезливая смертная девица с расшатанными гормонами!

Отражение смотрело на нее растерянно и непривычно… чувственно. В его взгляде читалась почти человеческая уязвимость, которую Айсштиль не видела в себе со времен юности, когда мир был еще молод, а боги только учились владеть своими силами.

Чтобы успокоиться, она попыталась призвать привычный холод, сковать свои чувства льдом, как делала это тысячелетиями. Обычно для этого ей достаточно было мгновения концентрации, одной мысли — и ледяная корка покрывала любые эмоции, запечатывая их глубоко внутри. Но вместо холодного спокойствия ее наполнила такая всепоглощающая радость от воссоединения с собственным телом, что хотелось… танцевать?

«Серьезно? Танцевать?» — поразилась она собственным мыслям, едва сдерживая нервный смешок. — «Следующее, что я захочу — петь серенады под луной?»

Богиня льда не танцевала со времен победы над Титанами. Да и тогда это был чопорный придворный танец, исполненный с поистине ледяной грацией. А не то безумное кружение с взмахами рук, которого хотелось ей сейчас. Она поймала себя на том, что ее бедра уже начали покачиваться в такт неслышимой музыке.

Она прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. «Соберись, Айсштиль,» — мысленно приказала она себе тем же тоном, которым когда-то командовала армиями ледяных духов. — «Это просто последствия пребывания в чужом теле. Никталия всегда была эмоционально нестабильной. Ее тело — просто сосуд гормонов и неконтролируемых желаний. Это отголоски, отпечатки. Скоро все пройдет».

В попытке отвлечься от непрошеных эмоций, Айсштиль медленно подошла к окну, оставляя на деревянном полу мокрые следы — невиданное прежде явление. Полная луна висела низко над горизонтом, заливая парк особняка Безумовых серебристым светом. Богиня невольно залюбовалась игрой лунных бликов на росе — этот вид всегда успокаивал ее.

А ведь где-то там, всего в нескольких комнатах от нее, спал Эстро…

«Эстро…»

Одна только мысль о нем вызвала совершенно неожиданную и крайне неуместную реакцию. По телу пробежала горячая волна возбуждения, заставив Айсштиль прижать ледяные ладони к пылающим щекам. Они были теплыми — практически горячими по меркам вечно замороженной богини.

— Что за… безобразие? — пробормотала она, в ужасе чувствуя, как неуклонно повышается температура ее обычно ледяного тела. Под ногами начала образовываться маленькая лужица.

Перед мысленным взором возникла яркая картина: она бесшумно входит в комнату Эстро, видит его спящим, таким уязвимым и соблазнительным, склоняется над ним, касается его губ своими губами, а затем…

— Н-нет! — прошипела Айсштиль, яростно мотая головой так, что серебристые волосы хлестнули по зеркалу. — Я не какая-нибудь… одержимая вожделением… неконтролируемая… богиня ночных…

Она не закончила фразу, остановившись на полуслове и прикусив губу. Образы, возникавшие в ее сознании, были слишком яркими, слишком соблазнительными, слишком… детальными. Словно тысячелетия сдерживаемых желаний решили вырваться на свободу одновременно, сметая ледяную плотину ее самоконтроля.

«Я просто устала,» — убеждала она себя, массируя виски. — «Ритуал был… изнурительным даже для богини. И Эстро тоже устал. Завтра у него важный день, экспедиция в Дикие Земли, он должен отдохнуть… Ему нужен сон. Да, именно сон. А не… не…»

Но логические доводы разбивались о волны жара, накатывающие на нее подобно приливу. Айсштиль в ужасе почувствовала, как по ее бедру скатилась крупная капля растаявшего льда — ее собственная плоть начинала превращаться в воду.

«Это уже слишком! Я так растаю до рассвета!»

Решительно прошагав в ванную комнату, она с силой крутанула кран и включила ледяную воду в душе. Самую холодную, какую только могла выдать сантехника особняка. Она встала под струи, не снимая тонкую ночную рубашку, расшитую снежинками. Обычно холодный душ для Айсштиль был бы все равно что попытка потушить лесной пожар одной снежинкой, но сейчас, в ее нынешнем странном состоянии, это должно было помочь остудить разгоряченное тело.

Не помогло. Совершенно.

Вода, касаясь ее кожи, буквально превращалась в пар с легким шипением. Мысли о том, чтобы сию же минуту отправиться в комнату Эстро, только усилились, обретая всё более конкретные и соблазнительные детали.

— Я богиня льда, мать твою Бездну! — процедила Айсштиль сквозь зубы, выключая абсолютно бесполезный душ и с силой выкручивая кран, от чего он жалобно скрипнул. — У меня безупречный контроль над собой! Бывали времена, когда я жила тысячелетия без… без…

«Без хорошего, качественного секса?» — услужливо подсказал внутренний голос, удивительно похожий на самодовольный тон Никталии с ее фирменным смешком в конце.

— Без физической близости, — строго поправила она голос, словно учительница непослушного ученика. — И я прекрасно справлялась!

Айсштиль вернулась в спальню, оставляя за собой дорожку из мокрых следов, словно таящий снеговик. Ее взгляд упал на кровать с примятыми шелковыми простынями, и это почему-то вызвало новую волну совершенно непрошеных мыслей и образов.

Эстро, его сильные руки на ее теле, его губы, касающиеся ее шеи, его дыхание, обжигающее кожу…

— Хватит! — выкрикнула она, с такой силой зажмурившись, что перед глазами поплыли разноцветные пятна. — Прекрати сейчас же, Айсштиль!

Но закрытые глаза только усилили яркость воображаемых картин, придав им почти реалистичную четкость. Айсштиль беспомощно застонала, впиваясь ногтями в ладони. Снова взглянув на свои руки, она с нарастающим ужасом обнаружила, что теперь таяли уже не только кончики пальцев — по всей ладони стекали мелкие капельки воды, а кожа приобрела почти человеческий оттенок.

«Так больше не может продолжаться,» — подумала Айсштиль, осознавая весь трагикомизм ситуации. Если она не найдет выход этой бушующей энергии, то к утру от гордой богини льда может остаться лишь лужица на полу и набор мокрых шелковых одежд. Весьма недостойный конец для древнего божества.

Богиня льда никогда не считала себя ханжой или пуританкой. За тысячи лет существования она видела слишком много проявлений страсти среди богов и смертных, чтобы смущаться естественных потребностей тела. Она знала о физиологии все. Но одно дело — теоретические знания, и совсем другое — применять их к себе… самой…

«Насколько я помню из мудрых трактатов о телесном здоровье, это даже полезно,» — вспомнила она, наконец принимая решение и медленно опускаясь на кровать.

Айсштиль закрыла глаза. Преодолевая последние барьеры стыда, позволила себе представить, что это не ее собственные пальцы скользят по телу, а руки Эстро. Теплые, уверенные, знающие. Руки, которые она помнила даже сквозь толщу тысячелетий. Руки, прикосновения которых она хранила в памяти, как драгоценные реликвии.

«В конце концов,» — убеждала она себя, — «это всего лишь временная мера. Чисто практическое решение проблемы. Ничего личного или эмоционального».

Нежные прикосновения постепенно сменились более настойчивыми, и вскоре Айсштиль полностью потеряла счет времени, отдавшись ощущениям, которые не испытывала так давно, что почти забыла их вкус. Тело, веками скованное льдом самоконтроля, отзывалось на каждое движение с неожиданной чувствительностью.

Когда наконец волна удовольствия накрыла ее, Айсштиль прикусила губу, чтобы не закричать. Последняя ее связная мысль была о том, что стоило, вероятно, наложить заклинание тишины на комнату.

Постепенно возвращаясь к реальности, она с некоторым смущением обнаружила, что результатом ее… «таяния» оказалась не влага, как она опасалась, а россыпь мелких ледяных кристаллов на простынях. Они мерцали в лунном свете, словно крошечные звезды.

— О Великий Рок, — пробормотала Айсштиль, чувствуя, как к щекам приливает румянец.

Собрав кристаллы трясущимися руками, она отнесла их в ванную и смыла в раковине, стараясь не думать о том, что только что произошло. И уж точно не думать о том, что это были первые ледяные кристаллы такого… происхождения… со времен ее юности, когда мир был еще молод.

Вернувшись в постель, Айсштиль с удивлением заметила, что жар и беспокойство отступили. Ее тело снова стало привычно прохладным, а мысли — ясными. Даже таяние прекратилось.

«Древние трактаты не врали», — подумала Айсштиль, чувствуя подступающую сонливость.

Впервые за много часов она ощутила себя собой — спокойной, собранной богиней льда, а не эмоциональной, таящей лужицей.

«Завтра все будет в порядке, — обещала она себе, засыпая. — Это просто временные последствия обмена душами. Скоро они пройдут полностью».

А если нет… что ж, теперь она знала действенный способ справиться с ними.

Последней мыслью перед тем, как погрузиться в глубокий сон, была: «Интересно, а Эстро тоже испытывает нечто подобное? Или это только моя проблема?»

Но эта мысль быстро растворилась в темноте сна, и Айсштиль наконец обрела покой — до следующего дня, новых испытаний и, возможно, новых чувственных бурь.

Ребят, отличная работа, спасибо за 3 новых коммента под первой книгой цикла! Вы большие молодцы! Давайте дожмем еще 2 коммента до красивого числа 5 и после этого сразу выкладываю новую проду.

https://author.today/work/350298

Глава 3. Не моё, а наше!

Спасибо)

Утро началось слишком рано даже по моим меркам. Спал я от силы часа четыре. Будильник не понадобился — в голове сработал внутренний таймер, установленный тысячи лет назад и до сих пор не сбившийся ни на секунду.

За окном едва начало светать. Небо на востоке окрасилось в нежно-розовые тона, постепенно переходящие в тёмно-фиолетовый. Красиво и зловеще — идеальное начало для дня, который обещает быть непростым.

Я потянулся, чувствуя приятную боль в мышцах. Моё собственное тело снова казалось родным и удобным, как старый кожаный плащ, который идеально сидит на плечах. После ритуала обмена душами я по-новому ценил такие простые вещи, как дыхание, биение сердца. И возможность почесать нос, когда он чешется, не задумываясь о координации.

И как здорово, что нет больше этого хвоста, который живет своей жизнью и постоянно лупит по заднице.

— Так-с, сегодня у нас в программе полёт на вертолётах в Дикие Земли, миссия по извлечению кое-чего большого и, возможно, разборки с иностранными шпионами, — пробормотал я, натягивая брюки. — Обычный вторник.

Не успел я застегнуть рубашку, как в дверь тихо постучали.

— Войдите.

На пороге появилась Перчинка. В утреннем свете она выглядела иначе — серьёзной, собранной, но в то же время какой-то… мечтательной? Настолько нехарактерно для моей суровой дочери, что я даже моргнул пару раз, проверяя, не мерещится ли мне.

— Доброе утро, папа — она сделала шаг в комнату, чётко выговаривая слова. — Прошу прощения за раннее вторжение.

— Какое вторжение, солнце, — я махнул рукой, застёгивая последние пуговицы. — Ты чего-то хотела?

— Вот, взгляни…

Перчинка кивнула и протянула мне тонкую папку. Я открыл её, а она тем временем приблизилась к окну и замерла, разглядывая парк.

— Данные по Диким Землям и они… весьма тревожные, — начала она, не оборачиваясь. — За последний месяц произошло увеличение энергетических колебаний на 73%. Концентрация частиц Бездны в воздухе возросла почти вдвое.

Я просматривал графики, и с каждой страницей хмурился все сильнее. Перчинка была права — ситуация выглядела не просто тревожной, а откровенно угрожающей.

— Взгляни на седьмую страницу, — предложила она. — Там сравнительный анализ за последние три года.

Я перевернул страницу и присвистнул. График напоминал кардиограмму человека, внезапно испытавшего сердечный приступ — резкий, почти вертикальный скачок вверх после долгого периода относительно спокойных волн.

— Когда именно начался этот скачок?

— Примерно тридцать дней назад, — Перчинка наконец повернулась ко мне. — Примерно тогда, когда вы с Айсштиль отправились в экспедицию.

Я задумчиво потёр подбородок.

— Совпадение? Не думаю.

— И я не думаю, — согласилась Перчинка. — Моя теория: Бездна чувствует угрозу. Возвращение богов, твоё возрождение, очищение ряда божественных измерений от Бездны…

— Проницательно, — я кивнул. — Я не уверен на все сто, но Бездна может быть подобна иммунной системе мироздания. Если она ощущает нечто, что считает чужеродным, то активизируется, пытаясь уничтожить угрозу.

— А боги определённо чужеродны для нынешнего состояния мира, — закончила она мою мысль.

Я перевернул страницу и нахмурился, увидев карту Диких Земель с отмеченными на ней очагами аномальной активности.

— Здесь тоже есть закономерность?

— Да, — Перчинка подошла и указала на несколько точек, формировавших почти идеальный круг. — Эпицентр активности находится здесь, в старых руинах.

— Интересно, — протянул я, вглядываясь в схему. — Возможно стоит посетить это место…

— Ты уже сталкивался с подобным? — Перчинка подняла на меня взгляд, в котором читалось неподдельное любопытство.

Я отложил папку и подошёл к шкафу, доставая оттуда походную куртку.

— Давным-давно, когда мир был моложе, а я глупее, мы с Ноктусом обнаружили нечто похожее. Тогда это был не круг, а спираль. И в её центре мы нашли… — я замолчал, вспоминая те дни.

— Что вы нашли? — теперь Перчинка казалась по-настоящему заинтригованной.

— Первый Разлом, ведущий в Бездну, — я накинул куртку. — Тогда энергетические потоки по всему миру тоже начали сходить с ума. И я надеюсь, что сегодня история не повторится.

Перчинка не стала допытываться подробностей. Это было одно из многих её качеств, которые я ценил — она знала, когда остановиться.

Мы вышли из комнаты в тихий коридор особняка. Большинство обитателей ещё спали, но до нас доносились приглушённые звуки из кухни — Кристина Валерьевна уже колдовала над завтраком.

Мама Насти просто обожала готовить. И не могла уступить это даже даже профессиональным поварам.

— Кстати, — как бы между прочим спросил я, глядя на дочь боковым зрением. — Майор Волков благополучно добрался до города?

Перчинка споткнулась на ровном месте — впервые на моей памяти. Её антенны задрожали, а на щеках появился лёгкий румянец.

— Я… полагаю, да, — произнесла она с деланным безразличием. — Мы не… Я не интересовалась.

— Вот как, — я едва сдержал улыбку. — Просто показалось, что вы неплохо поладили.

— Наши взаимодействия носили исключительно деловой характер, — отрезала Перчинка, но её антенны продолжали нервно подрагивать.

— Как скажешь.

Мы спустились на первый этаж, и я уже приготовился повернуть в сторону кухни, когда странный звук из гостиной привлёк моё внимание. Жестом показав Перчинке следовать за мной, я осторожно приблизился к приоткрытой двери.

Странная картина предстала перед нами. Посреди гостиной стояли Вильда и Безумная Лилия, обе в ночных сорочках, и смотрели друг на друга с выражениями, которые я бы описал как смесь любопытства и опаски.

— Ты правда совсем ничего не помнишь? — спрашивала Вильда, осторожно обходя Безумную Лилию по кругу. — Ни Великого Древа, ни Сада?

Беременная волкодевочка покачала головой, поглаживая свой большой живот.

— Лилия помнить… другое, — проговорила она. — Лилия помнить… звёзды. Много звёзд. И золотое небо.

— Да! — оживилась Вильда. — Это одна из областей Небесного Чертога! Ты помнишь богов? Помнишь Громовержца?

Лицо Безумной Лилии исказилось гримасой отвращения.

— Громовержец… плохой, — прошипела она. — Забрал… силу. Забрал… Айси.

Я напрягся. Этот разговор становился всё интереснее.

Вильда сделала осторожный шаг к Безумной Лилии и мягко коснулась её руки.

— Я думаю, тебе стоит побывать в Великом Древе, — сказала она. — Возможно, ты вспомнишь больше. Поймёшь, кто ты на самом деле.

— Лилия знать, кто она, — с неожиданной твёрдостью ответила волкодевочка. — Лилия — мать детей Эстро. Лилия — защитница. Лилия не нуждаться в… древе. Их много… вокруг особняка.

Я прокашлялся, решив обозначить своё присутствие. Обе женщины резко обернулись.

— Эстро! — радостно воскликнула Безумная Лилия и бросилась ко мне, обвивая руками шею. — Я-ар-р-р-р!

Я осторожно обнял её в ответ, стараясь не давить на живот.

— Доброе утро, солнышко, — я улыбнулся, глядя на её счастливое лицо. Затем перевёл взгляд на Вильду: — Интересный разговор у вас.

Вильда опустила глаза.

— Я просто пытаюсь понять… — она запнулась, подбирая слова. — Мы ведь обе связаны с ней, с изначальной богиней природы. Я хочу знать больше.

Я мягко отстранил Безумную Лилию и подошёл к Вильде.

— Ты когда-нибудь думала об объединении? — прямо спросил я. — Вас сейчас трое — ты, Пугливая и Безумная. В теории, вы могли бы слиться обратно в одно целое. Стать сильнее.

Вильда вздрогнула, а Безумная Лилия глухо зарычала.

— Нет, — резко ответила волкодевочка. — Не хотеть обратно. Лилия хотеть быть… собой. Лилия хотеть бегать четвереньки и делать кусь!

Вильда выглядела более задумчивой.

— Я… не знаю, — призналась она. — Мне нужно поговорить с Пугливой. Мы должны решить вместе.

— Понимаю, — я положил руку ей на плечо, — не торопись с этим решением. Лилия сейчас в особом положении, — я кивнул на её живот. — К тому же, нам нужно сначала найти способ излечить её от безумия.

— Именно так я и подумала, — кивнула Вильда. — Но всё-таки… мне кажется, ей стоит посетить Великое Древо. Вдруг это поможет ей вспомнить.

— Лилия не знать никакого древа! — упрямо повторила Безумная Лилия, скрещивая руки на груди. Хвост нервно хлестал из стороны в сторону, выдавая её волнение.

Я бросил взгляд на Перчинку, которая молча наблюдала за сценой, шевеля антенами. А затем снова посмотрел на Вильду.

— Возможно, ты права. После того как вернёмся из сегодняшней экспедиции, можем свозить Лилию в Сад.

Резкий грохот со стороны кухни заставил всех нас вздрогнуть. За ним последовали приглушённые ругательства и звонкий смех, который я безошибочно определил как принадлежащий Никталии.

— Ну надеюсь там ничего серьезного… — пробормотал я, направляясь к кухне.

Картина, представшая перед нами, была достойна кисти сюрреалиста. Посреди кухни стояла Никталия, с ног до головы покрытая мукой, словно привидение в фильме ужасов. Рядом с ней Кристина Валерьевна тщетно пыталась спасти опрокинутую банку с ягодным вареньем, содержимое которой красными ручейками растекалось по полу. Вокруг них в ужасе бегали слуги, заламывая руки. А между ними на столе красовалось… я даже не сразу понял что это.

— Это должен был быть торт? — осторожно спросил я, разглядывая бесформенную массу.

— Не торт, а кекс! — оскорблённо возразила Никталия, отряхивая муку с волос. — Кекс с начинкой! Я хотела приготовить его для всех как сюрприз!

— Сюрприз однозначно удался, — хмыкнула Перчинка, оглядывая разгром на кухне.

Кристина Валерьевна закатила глаза:

— Я пыталась объяснить, что в миксер нельзя закладывать все ингредиенты сразу, включая яйца в скорлупе, но…

— Скорлупа полезная! — отмахнулась Никталия. — В ней много… как их там… минералов! Кальций! Магний! Всё для растущего организма!

Я провёл рукой по лицу, сдерживая смех.

— Никталия, может, в следующий раз начнёшь с чего-нибудь попроще? Например, с бутербродов?

— Как скучно, — надула губы богиня ночных желаний. — Я десять тысяч лет спала и проснулась в эпоху кулинарных чудес! А вы хотите ограничить меня бутербродами! Это всё равно что дать богу огня спички и запретить разжигать костёр!

— Для начала ей стоит освоить микроволновку, — пробормотала Кристина Валерьевна, продолжая вытирать пол. — А то запихнула туда вчера алюминиевую посуду… Такой фейерверк был, эта кухня второй раз чудом не сгорела.

Я вздохнул. Просто удивительно, насколько опасным может быть древнее божество, вооружённое современными бытовыми приборами. И полным отсутствием здравого смысла.

— Ладно, у нас нет времени на кулинарные эксперименты, — я посмотрел на часы.

— Как это нет? — возмутилась Никталия, украдкой слизывая немного муки с ладони. — У меня планов громадье! Я хочу наготовить еды на целый пир!

У Кристины Валерьевны от таких откровений глаза полезли на лоб.

— Да? Ну ладно, — неожиданно я не стал отговаривать Никталию. — А мы как раз отправляемся назад в Дикие Земли… Большой экспедицией. Хотел тебя позвать с нами, но раз ты занята…

— Что-что-что? — Никталия аж подскочила. — Я с тобой и это даже не обсуждается!

Я улыбнулся. Иногда Никталией было довольно легко управлять…

Кристина Валерьевна украдкой перекрестилась и посмотрела на меня с благодарностью.

— Сахаринка должна уже ждать у вертолётов, — я повернулся к средней дочери. — Перчинка, ты с нами?

— Нет, у меня… другие планы на сегодня, — ответила она, и её антенны снова странно дёрнулись.

В этот момент в кухню вошла Айсштиль. Тоже видимо услышала этот грохот. Я не сразу понял, что с ней не так. Вроде та же идеальная осанка, те же серебристо-белые волосы, то же безупречное лицо… Но что-то неуловимо изменилось. Какая-то мягкость появилась в её чертах, лёгкий румянец на щеках, словно она…

— Доброе утро всем, — произнесла она мелодичным голосом, который показался мне непривычно тёплым.

— Айси! — Никталия просияла, но тут же запнулась, глядя на богиню льда с удивлением. — Ты… хорошо спала?

— Превосходно, — Айсштиль улыбнулась уголками губ. — Как никогда.

Она подошла к столу и налила себе чай, как ни в чём не бывало, словно не замечая всеобщего изумления.

— Что-то не так? — спросила она, поймав мой взгляд.

— Ты… выглядишь иначе, — осторожно ответил я.

— Неужели? — она приподняла бровь, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на смущение. — Не замечаю никаких изменений.

Никталия фыркнула, едва сдерживая смех:

— Да ладно! Ты сияешь как рождественская ёлка! Даже льдинки на твоей одежде и то блестят ярче обычного!

— Не преувеличивай, — холодно ответила Айсштиль, но в её голосе не было привычного ледяного тона. — Я просто хорошо отдохнула.

— О-о-очень хорошо, судя по всему, — протянула Никталия с намёком, многозначительно подмигивая.

Бог знает, чем бы закончился этот разговор, но меня спас звук телефона. Я выудил его из кармана и увидел сообщение от Сахаринки: «Всё готово, ждём тебя. Вертолёты заправлены, монстромобили накормлены, контейнер установлен.»

— Вынужден вас покинуть, — объявил я, допивая чай. — Даже боги не должны опаздывать на собственные миссии.

— А позавтракать? — испугалась Кристина Валерьевна.

Но я покачал головой.

— В дороге. Ситуация весьма… деликатная и нудно спешить. Мы и так, возможно, потратили больше времени на отдых, чем следовало.

Хранительница Очага выглядела расстроенной, но тут уж ничего не поделать…

Айсштиль сделала шаг ко мне.

— Я отправлюсь с тобой, — заявила она тоном, не терпящим возражений. — Судя по тому, что мы видели в Диких Землях в последний раз, моя мощь тебе понадобится.

Я внимательно посмотрел на неё. Что-то в её поведении было… не так. Теплая, почти мягкая — это не та Айсштиль, к которой я привык за тысячелетия.

— Ты уверена, что всё в порядке? — спросил я, понизив голос. — Ты выглядишь… иначе. Может, тебе стоит отдохнуть еще немного после вчерашнего ритуала?

Айсштиль выпрямилась и нахмурилась, явно стараясь выглядеть привычно суровой:

— Со мной всё зашибись, Эстро, — произнесла она с такой неожиданной вульгарной интонацией, что я чуть не поперхнулся. — Просто замечательно. Я готова ко всему.

Мне даже показалось, что изначально Айси хотела сказать другое слово, не «зашибись»…, а пожестче. И сдержалась лишь в последний момент.

Никталия покатилась со смеху, разметав вокруг себя облачко муки:

— «Зашибись»?! Айси только что сказала «зашибись»?! О боги, воздух Бездны, я задыхаюсь!

Айсштиль смерила богиню ночных желаний таким взглядом, что та моментально затихла.

— Хорошо, — я кивнул, решив не комментировать странное поведение богини льда. — Сбор через десять минут у вертолётов.

В этот момент Безумная Лилия вдруг прильнула ко мне и крепко обняла, прижав голову к моей груди.

— Костя… только приехал… и уже уезжает… — грустно произнесла она. — Лилия… скучает…

Я с улыбкой погладил её по волчьим ушам, прижатым к голове.

— В этот раз я вернусь быстро, пушистик, — сказал я. — Обещаю. И побуду с вами всеми подольше.

Она шмыгнула носом и прижалась ко мне еще крепче. А потом повернула голову, окинув внимательным взглядом Кристину Валерьевну, Никталию, Айсштиль и Вильду. После чего положила руку мне на грудь и обиженным голосом произнесла:

— Моё…

Я невольно улыбнулся. Характер собственницы у Лилии проявился во всей красе.

Никталия ухмыльнулась и дерзко заявила:

— Не моё, а наше!

Лилия зарычала на нее и щелкнула резко удлинившимися клыками. Никталия так быстро сорвалась с места, что там, где она стояла мгновение назад, остался ее контур из муки. Пару секунд он стоял неподвижно, радуя пикантными формами, после чего осыпался на пол.

Никталии уже и след простыл.

Рука Айси на мгновение коснулась моей, и я почувствовал удивительное тепло там, где обычно ощущался только холод.

— Будь осторожен, — последние слова богиня льда произнесла так тихо, что я едва расслышал. — После вчерашнего случая с Аномалией… мы не знаем, чего ожидать.

— Обязательно, — пообещал я и, подмигнув всем присутствующим, направился к выходу. Айси и Вильда последовали за мной.

Утренний воздух был свеж и прохладен. Меня ждал новый день, полный опасностей и открытий. И я был готов встретить его во всеоружии, с верными союзниками рядом.

Глава 4. И снова в Дикие Земли

Рассвет только-только золотил верхушки деревьев, когда четыре массивных военных вертолета с ревом поднялись над особняком Безумовых. Техника, еще недавно гордо носившая символику Кривотолковых, теперь щеголяла гербами рода Безумовых.

Кристина Валерьевна, закутавшись в шаль, провожала экспедицию с террасы. Она стояла неподвижно, с плотно сжатыми губами, и только когда вертолеты скрылись из виду, позволила себе тихо вздохнуть.

— Опять улетел. И опять неизвестно, вернется ли, — прошептала она, смахивая непрошеную слезу.

Эмми и Настя, тоже вышедшие проводить экспедицию, стояли рядом.

— Конечно вернется, — уверенно заявила Эмми, обнимая Кристину Валерьевну за плечи. — Он же… он. Что ему какие-то бандиты?

— Да, мамуль! Костик скорее сам Дикие Земли напугает, чем наоборот, — добавила Настя с натянутой улыбкой, пытаясь разрядить обстановку.

Кристина Валерьевна промолчала, глядя вслед исчезающим точкам вертолетов. Слишком много странностей было в этой миссии. Слишком много вопросов…

С земли процессия выглядела впечатляюще. Четыре вертолета летели ромбом, соединенные прочными тросами с громадным контейнером, который покачивался между ними, как исполинский маятник. Над вертолетами, описывая широкие круги, патрулировали мирмеции из летучих отрядов — наездницы на гигантских летающих муравьях. Это было еще одно новое творение Мелинты, усилившее боевую мощь рода.

Внизу, на земле, двигалась не менее внушительная часть каравана. Возглавлял колонну причудливый монстромобиль, похожий на помесь внедорожника с гигантским паукообразным существом — Дребезг, любимчик Кости. Его механические ноги-опоры при каждом шаге поднимали клубы пыли.

За Дребезгом ехали, катились, ползли и прыгали транспортные средства всевозможных форм и размеров. Одни напоминали огромных муравьев со странными механическими приспособлениями на спинах, другие — металлические коконы на колесах, а третьи казались просто большими шарами, перекатывающимися за счет смещения центра тяжести.

Автопарк монстромобилей поражал разнообразием.

Завершала процессию ледяная платформа, парящая в полуметре над землей. На возвышении стояла Айсштиль, прямая и величественная, как древняя статуя. Её серебристо-белые волосы развевались на ветру, а глаза цвета арктических льдов невозмутимо взирали на дорогу. Рядом с ней, развалившись на ледяном диване и болтая ногами, устроилась Никталия — полная противоположность чопорной богине.

— Скучна-а-а-а-а, — протянула Никталия, перевернувшись на живот и подперев голову руками. — Айси… ты бы хоть разок мне замечание что ли сделала… А то полчаса прошло и ни одного слова критики… Мне даже не холодно от твоей ауры…. Что-то с тобой сегодня определенно не так…

Айсштиль бросила на неё холодный взгляд, но промолчала, лишь чуть заметно поджав губы. Никталия, заметив эту реакцию, довольно ухмыльнулась и начала болтать ногами еще быстрее. Дразнить богиню льда было одним из немногих развлечений в этом путешествии.

Внутри кабины Дребезга, за рулем, сидела Сахаринка. Её четыре руки порхали над рычагами и кнопками, тонкие пальцы били по клавишам странного интерфейса, отдавая команды механическому монстру. На заднем сидении расположился Костя.

— Как дела у нашей ледяной парочки? — спросил он, поворачиваясь к экрану заднего вида.

— Богиня ночных желаний продолжает делать все, чтобы вывести из себя богиню льда, — отрапортовала Сахаринка, глянув на экраны. — У мирмеций все в порядке. Небесный эскорт докладывает, что дорога чиста, но… — она помедлила, поморщившись, — они видели что-то… странное в лесу справа. Возможно, обычные звери.

— А возможно, и нет, — задумчиво произнес Костя. — Дикие Земли… они не просто так получили это название. Здесь все дикое — от природы до человеческих инстинктов.

Сахаринка покосилась на отца, ее антенны чуть напряглись.

— Ждешь неприятностей?

— Я всегда их жду, — с невеселой усмешкой ответил Костя. — Особенно когда действительно хочется верить, что их не будет.

Он провел рукой над пультом управления, и из панели выдвинулась странная конструкция, напоминающая перископ с множеством линз вместо одной. Костя приложил глаз к окуляру и начал медленно сканировать местность.

— Чисто… вроде бы, — пробормотал он, продолжая вглядываться в линзы. — Но что-то все равно не дает мне покоя.

Он отстранился от аппарата и взглянул на Сахаринку:

— Свяжись с Айсштиль. Пусть опустит температуру вокруг конвоя еще сильнее. Если кто-то прячется с тепловизорами, это усложнит им задачу.

Сахаринка кивнула и потянулась к коммуникатору, но вдруг застыла, глядя на мигающий индикатор на панели.

— Отец, мы приближаемся к контрольно-пропускному пункту. КПП «Северная застава».

Костя посмотрел вперед. Действительно, на горизонте уже можно было различить массивные смотровые башни, отмечающие границу между относительно безопасными территориями и Дикими Землями.

По правилам, крупные отряды и конвои должны были проходить через такие крупные пропускные пункты. Груз должен был досматриваться. В отличие от обычных застав они располагались на самых… проблемных участках. Поэтому к безопасности здесь подходили куда серьезнее.

— Отлично, — кивнул Костя. — Тогда выйдем на связь с пограничниками. Надеюсь, генерал-губернатор уже отправил им соответствующие уведомления.

КПП «Северная застава» представлял собой внушительное сооружение — бетонные стены высотой до десяти метров, увенчанные колючей проволокой и мерцающими защитными печатями. По периметру стояли сторожевые башни, на которых дежурили стрелки с крупнокалиберными винтовками и боевые маги. Массивные ворота были сделаны из особой стали, способной выдержать удар даже крупной аномалии.

Перед воротами выстроился отряд пограничников. Угрюмые, обветренные лица, глаза, привыкшие всматриваться в темноту в поисках опасности, и руки, постоянно готовые схватиться за оружие.

Капитан Сергеев, командир заставы, нервно постукивал пальцами по кобуре. Он получил сообщение о приближающемся конвое, но масштаб и странный вид процессии превзошли все его ожидания.

— Мать моя… — пробормотал он, глядя на приближающиеся вертолеты и причудливую сухопутную технику. — Что за цирк?

Он невольно провел рукой по своим старомодным, закрученным вверх усам. Рядом с ним стоял молодой лейтенант Смирнов, его заместитель. Глаза лейтенанта расширились от изумления.

— Это что за техника? — прошептал он. — Никогда такой не видел.

— Это род Безумовых, — ответил капитан, чуть понизив голос. — Их старший, княжич, говорят, с аномалиями заигрывает. Вот и результат…

Монстромобиль Дребезг первым приблизился к КПП и остановился перед шлагбаумом, подняв клубы пыли. Его стрекочущие механические конечности замерли, но продолжали слегка покачиваться, словно в ожидании. Люк наверху кабины с шипением открылся, и оттуда показалась фигура Кости.

Он спрыгнул на землю с нечеловеческой грацией, выпрямился и улыбнулся пограничникам. Вблизи княжич Безумов выглядел одновременно и обычным молодым мужчиной, и чем-то… иным. В его глазах иногда вспыхивали странные фиолетовые искры, а движения казались почти гипнотическими в своей плавности.

Пограничники не знали, но Костя в последнее время… по особому тренировал Синхронизацию Бездны. Она была практически активирована — но все же не до конца. В подобном состоянии Костя старался находится как можно дольше, чтобы увеличить свою выносливость. И оно накладывало свой отпечаток на его поведение и внешность.

— Капитан Сергеев? — обратился он к командиру заставы. — Константин Безумов. Думаю, вас должны были предупредить о нашем прибытии.

Капитан отдал честь и кивнул:

— Так точно, княжич. Генерал-губернатор Горовой лично связывался с нами. Ваши документы в полном порядке, — он украдкой бросил взгляд на огромный контейнер, висящий между вертолетами. — Хотя о… масштабах вашей экспедиции нас не предупреждали. Если бы не знал, что вы на нашей стороне, решил бы, что началось вторжение.

Костя улыбнулся шире:

— Как говорится, если уж открываешь банку с соленьями, бери самую большую ложку. Как обстановка в Диких Землях? Что-нибудь необычное в последнее время?

Капитан нахмурился, словно сомневаясь, стоит ли делиться информацией.

— Говорят, активизировались «Серые Волки», — наконец сказал он. — Одни из последышей «Черных Хирургов». Раньше промышляли мелким грабежом, но в последнее время стали… амбициознее. Есть слухи, что у них появились новые покровители.

— Вот как? — заинтересовался Костя. — И кто же это?

— Точно не знаем, — пожал плечами Сергеев. — Но снаряжение у них стало лучше. Да и действуют они теперь организованнее, прямо как военные.

В этот момент подъехала ледяная платформа с Айсштиль и Никталией. Температура вокруг заметно упала, и пограничники невольно поежились. Заместитель капитана, молодой лейтенант, уставился на богинь с открытым ртом.

— Мать честна… — прошептал он. — Это же те самые…

Айсштиль проигнорировала его взгляд, сохраняя ледяное спокойствие, а вот Никталия подмигнула ошарашенному офицеру и послала ему воздушный поцелуй.

Лейтенант густо покраснел и отвел глаза. Никталия хихикнула и спрыгнула с платформы, с интересом оглядываясь по сторонам.

— Как уныло, — громко заявила она. — Неужели здесь никто не умеет веселиться?

— Никталия, — предупреждающим тоном произнес Костя.

— Да-да, знаю, — легкомысленно отмахнулась она. — «Веди себя прилично». Скукота-а-а-а-а-а!

Она отошла в сторону, делая вид, что обиделась, но на самом деле внимательно разглядывая пограничников. В ее глазах мелькнули странные огоньки. Она незаметно погрузилась в тени, которых здесь было в избытке. И начала скользить между солдатами, с любопытством осматриваясь и оставаясь при этом невидимой для большинства глаз.

Только Костя и Айсштиль, казалось, замечали ее перемещения. Богиня льда поморщилась, наблюдая за выходками Никталии.

— Она неисправима, — тихо произнесла Айсштиль, подходя к Косте.

Тот лишь вздохнул:

— Десять тысяч лет сна не изменили ее ни на йоту.

Тем временем среди пограничников начала происходить странная неразбериха. Один из солдат вдруг подпрыгнул и обернулся, словно кто-то ущипнул его. Другой заворожено уставился в свое отражение в луже, где вместо его лица мелькало что-то совсем иное. Третий начал нервно оглядываться, уверяя, что слышит женский шепот прямо у своего уха.

Костя и Айсштиль обменялись понимающими взглядами.

— Никталия! — громко и строго позвал Костя, чем вызвал удивленные взгляды. — Немедленно прекрати!

Богиня ночных желаний материализовалась рядом с ним, надув губы, как обиженный ребенок.

— А я что, я ничего, — проворчала она. — Они все такие напряженные, им бы не помешало немного расслабиться.

— Люди на службе, — терпеливо объяснил Костя. — Они охраняют границу от монстров и бандитов. Если они расслабятся, кто-то может умереть.

Никталия вздохнула и закатила глаза, но кивнула:

— Ладно-ладно. Но учти, это ты виноват, что мне скучно! — она театрально надула губы. — Ты обещал приключения и опасности, а пока самое страшное, что я видела — это усы капитана. Вот это действительно настоящий ужас.

Капитан Сергеев с подозрением наблюдал за этой сценой. В его глазах читалось плохо скрываемое беспокойство. Он нервно поправил кобуру и сделал шаг вперед.

— Княжич Безумов, — произнес он, стараясь сохранять официальный тон, — должен предупредить, что за пределами заставы мы не сможем гарантировать вашу безопасность. Дикие Земли живут по своим законам, — он понизил голос. — Позвольте говорить прямо, сударь. Что бы вы ни везли в этом контейнере, оно привлечет внимание. И не только бандитов.

Костя повернулся к нему, и на мгновение его глаза полыхнули фиолетовым огнем.

— Не беспокойтесь о нас, капитан, — улыбнулся он. — Мы хорошо подготовились.

Сергеев кивнул, хотя в его взгляде все еще читалось сомнение.

— В таком случае, желаю удачи, — он отдал честь и подал знак подчиненным.

Массивные ворота КПП с лязгом и скрежетом начали раскрываться, обнажая дорогу, уходящую вглубь Диких Земель. Вдалеке виднелись темные силуэты леса, окутанные странной дымкой.

Костя вернулся в кабину Дребезга, где его ждала Сахаринка. Он опустился в кресло, в задумчивости постукивая пальцами по подлокотнику.

— Что-то не так, — произнес он, глядя на дорогу перед ними. — Слишком все… гладко. Как отполированное стекло.

— Разве это плохо? — удивилась Сахаринка, ее антенны слегка дрогнули.

— В Диких Землях — да, — кивнул Костя. — Здесь ничего не бывает гладко. Никогда. Если что-то кажется слишком хорошим, значит, это ловушка. Если же ловушка кажется слишком очевидной… — он усмехнулся, — значит, это двойная ловушка.

Он активировал связь с вертолетами и остальной колонной:

— Внимание всем. Выходим за периметр КПП. Будьте начеку. Возможны… сюрпризы.

Он провел рукой по контейнеру, где находилось причудливо устройство. То самое, которое осталось после змеи.

Процессия двинулась вперед. Вертолеты с контейнером пролетели над КПП, а наземная колонна прошла через ворота. Когда последний транспорт мирмеций миновал шлагбаум, капитан Сергеев приказал закрыть ворота.

— Странный народ, — заметил лейтенант, глядя вслед удаляющейся процессии. — Мирмеции эти… Вроде очень похожи на людей, но эти их четыре руки и антенны….

— И не говори, — кивнул капитан. — Но знаешь что? Я бы не хотел оказаться на пути у этого Безумова. Что-то в его глазах… — он поежился, не закончив фразу.

Лейтенант кивнул, продолжая смотреть на горизонт.

— А женщины какие с ним! Особенно та, с фиолетовыми волосами… — он мечтательно вздохнул.

Капитан усмехнулся и хлопнул его по плечу:

— Эх, лейтенант… твоя любовь к опасным женщинам тебя погубит. Советую выбросить ее из головы. Такие дамочки не для простых смертных вроде нас.

Лейтенант вздохнул еще раз и неохотно кивнул, провожая взглядом исчезающую вдали процессию.

За пределами КПП местность постепенно менялась. Если вблизи заставы еще можно было увидеть следы цивилизации — деревья, обрезанные для хорошего обзора, просеки для патрулирования, опоры ЛЭП, — то чем дальше они продвигались, тем более дикой становилась природа.

Деревья здесь росли гуще и выше, с причудливо изогнутыми стволами и ветвями, растопыренными, словно пальцы хватающих рук. Кое-где на полянах виднелись странные каменные образования, похожие на древние менгиры, покрытые непонятными символами. Порой среди листвы мелькали глаза наблюдавших за ними существ — слишком разумные для обычных животных.

В воздухе витал легкий туман, придававший всему окружающему призрачный, нереальный вид. Иногда в тумане проступали странные световые узоры, напоминающие северное сияние, но в миниатюре. Временами они складывались в почти различимые фигуры — то ли силуэты существ, то ли фрагменты письмен на неизвестном языке, исчезающие прежде, чем глаз успевал сфокусироваться.

— Каждый раз в Диких Землях — как в первый раз, — вздохнула Сахаринка.

— Граница реальностей здесь истончена, — объяснил Костя, заметив, как дочь с любопытством разглядывает эти явления. — Дикие Земли — это область, где наш мир соприкасается с другими измерениями. Иногда слишком близко.

Сахаринка кивнула, ее антенны чуть подрагивали — признак напряженного внимания.

— А там, куда мы направляемся… еще тоньше?

— Гораздо, — серьезно ответил Костя. — Там находился настоящий разлом в Мир-Заповедник. Не просто истончение границы, а полноценная брешь между мирами. Там даже некоторые законы физики чуть иначе работают. Лилия использовала это, чтобы вырастить Великое Древо и сад вокруг него.

— И что мы будем делать, когда доберемся туда?

Костя посмотрел на монитор, где отображалась карта их маршрута.

— Найдем кое-что важное, — уклончиво ответил он. — Нечто, что поможет нам в будущем.

Сахаринка хотела спросить еще что-то, но внезапно ее прервал сигнал тревоги. Один из экранов замигал красным.

— Воздушный патруль сообщает о движении в лесу, — быстро сказала она, считывая поступающие данные. — Множественные цели, двигаются параллельно нашему маршруту. По характеру передвижения — не животные.

Костя нахмурился и активировал связь с вертолетами:

— Всем группам, внимание. Возможная засада. Приготовиться к обороне.

Он переключился на канал связи с Айсштиль:

— Айси, у нас компания. Можешь проверить?

— Уже, — отозвался холодный голос богини льда. — Они прячутся в чаще. Минимум тридцать человек. Хорошо вооружены. Возможно, их на самом деле больше…

— Бандиты?

— Похоже на то. Но двигаются слишком организованно для обычных мародеров.

Костя кивнул сам себе. Подтверждение его подозрений.

— Готовьтесь. Скоро они сделают свой ход.

Он посмотрел вперед, на дорогу. Впереди виднелся узкий проход между скальными выступами — почти каньон, с высокими стенами по обеим сторонам.

— Идеальное место для засады, — пробормотал он. — Слишком идеальное…

Караван продолжал движение, и напряжение нарастало с каждой минутой. Вскоре они вошли в узкий проход. Скалы по обеим сторонам были покрыты редкой растительностью — карликовыми деревьями и кустарниками, прекрасно подходящими для укрытия.

Костя внимательно вглядывался в каждый куст, каждый выступ скалы. Его чувства, обостренные многовековым опытом, улавливали малейшие признаки опасности. А ее здесь было предостаточно.

Перед самым входом в каньон он заметил странное — птицы перестали петь, насекомые замолчали. Даже ветер, кажется, прекратил шелестеть листвой. Природа словно затаила дыхание перед бурей, и эта неестественная тишина кричала об опасности громче любой сирены.

— Они здесь, — тихо произнес Костя. — Прямо сейчас, прямо…

Его слова прервал оглушительный взрыв. Скала впереди раскололась, и огромные камни обрушились на дорогу, перегораживая путь.

Второй взрыв прогремел позади них, и путь к отступлению тоже оказался завален.

— Ловушка! — воскликнула Сахаринка, ее антенны встали торчком от тревоги.

Из-за скал и кустов показались вооруженные люди в серой форме без опознавательных знаков. Их лица были скрыты под масками и визорами, но даже так чувствовалась их холодная профессиональная решимость. В руках они держали оружие, слишком современное для обычных бандитов — штурмовые винтовки с тактическими прицелами и странными модификациями, излучающими слабое голубое свечение.

— Серые Волки, — прокомментировал Костя, наблюдая за ними. — Но кто-то умело дергает их за поводок. И явно снабжает игрушками не по размеру.

Один из нападавших вышел вперед и поднял громкоговоритель:

— Внимание, конвой! Вы окружены! Сдайтесь, и никто не пострадает! Нам нужен только контейнер со Светочем!

— Светочем? — моргнула Сахаринка. — О чем они?

Костя усмехнулся и переключился на общую частоту:

— Всем группам, приготовиться к бою. Начинаем операцию… «Дрожь земли».

В ответ на его команду раздались подтверждения от всех командиров подразделений.

— Группа «Альфа» готова, папа.

— Группа «Бета» на позиции.

— Воздушное прикрытие ждет команды.

Костя повернулся к Сахаринке, в его глазах плясали фиолетовые искры:

— Ну что ж, дочка, повеселимся?

Следующая глава выйдет в понедельник (она будет большая)

Глава 5. Светоч и Света

— Я уже не в том возрасте для этого дерьма, Брайан, — вздохнул Джеффри Хиггинс, поправляя оптический прицел своей винтовки.

Двое оперативников МИ-6 расположились на скалистом выступе, откуда открывался идеальный обзор на узкий каньон. Позиция была выбрана еще до рассвета — именно отсюда они должны были координировать действия «Серых Волков», фактически руководя всей операцией.

— Как думаешь, нас действительно не заметят? — сказал Брайан Финч, молодой светловолосый агент с нездоровой любовью к высокотехнологичным гаджетам. Он нервно поглядывал на планшет с тепловыми сигнатурами приближающегося конвоя.

— Не с этой маскировкой, — Джеффри постучал по небольшому устройству, закрепленному на их снаряжении. — Русские не единственные, кто умеет работать с аномалиями. Эта штука скрывает наши тепловые, магические и электромагнитные следы. Даже эти… так называемые боги будут видеть только пустое место.

— Надеюсь, ты прав, — Брайан нервно сглотнул. — Потому что если этот Безумов нас заметит…

— То нас ждет участь похуже, чем простое увольнение, — мрачно закончил Джеффри. — Хотя после провала команды Светоча нам в любом случае крышка. Русские нашу сеть скоро раскроют так и так. Выбора особого нет…

Он повернулся к панораме внизу. Вдалеке показалась странная процессия — военные вертолеты тащили огромный контейнер, а по земле двигалась колонна причудливых механических монстров.

— Вот они, — Джеффри прильнул к прицелу. — Проверь «Волков».

Брайан быстро защелкал по планшету, активируя защищенный канал связи:

— Стая, это Куратор. Цель в зоне операции. Подтвердите готовность.

— Куратор, это Альфа-лидер, — раздался в наушнике хриплый голос командира «Серых Волков». — Мы на позиции. Лучшие бойцы, как договаривались. Взрывчатка установлена. Оружие заряжено. Ждем сигнала.

— Принято, Альфа-лидер. Ждите моей команды, — Брайан переключил связь и повернулся к Джеффри. — Как думаешь, этих головорезов хватит?

Джеффри мрачно усмехнулся:

— Их задача просто отвлечь внимание. Пока Безумов, ледяная стерва и их миньоны будут заняты, наши спецы должны добраться до контейнера и забрать Светоч.

— А если «Волкам» все-таки удастся захватить контейнер?

— Тогда они получат деньги и оружие, как договаривались. Мы заберем устройство и исчезнем. Далее Волки будут проблемой русских, — Джеффри пожал плечами. — Кого волнует судьба банды головорезов? Пусть и дальше грабят, насилуют и убивают.

Лицо Брайана потемнело. Кажется, ему не понравились слова лидера.

— Тебе стоит сменить профессию, парень, — отрезал Джеффри, от которого не укрылась реакция коллеги. — Они ублюдки, но… сейчас это наши ублюдки.

Брайан ничего не ответил, вновь погрузившись в наблюдение за конвоем на экране своего планшета.

— Черт возьми! — внезапно воскликнул он. — Джефф, ты видишь это?

Хиггинс взглянул в бинокль и тихо присвистнул. Над колонной парила ледяная платформа, где стояла женщина с серебристо-белыми волосами — та самая богиня льда, о которой их предупреждали. Но рядом с ней находилась еще одна фигура — молодая женщина с фиолетовыми волосами, которой не было в базе данных.

— Кто это с ней? — пробормотал Джеффри. — В досье не было информации о второй женщине-боге.

— Может, родственница? Или… подруга? — неуверенно предположил Брайан. — А может она вообще не из богов…

— Не знаю, но мне это не нравится, — Джеффри нахмурился. — Похоже, Безумов собрал больше союзников, чем мы предполагали. Передай «Волкам» — нужно действовать немедленно. Как только колонна войдет в узкую часть каньона, детонируйте заряды.

— А как же оперативная группа? — забеспокоился Брайан. — Они еще не заняли свои позиции для захвата контейнера.

— У нас нет времени ждать! — отрезал Джеффри. — Безумов может что-то заподозрить. Эти люди не просто так называются богами. Давай, начинаем!

— Нас хотят убить, так ведь? — весело поинтересовалась Никталия, развалившись на ледяном диване.

Айсштиль даже не повернула головы:

— Очевидно. Засада готовилась давно и тщательно. Я ощущаю тепло почти шестидесяти человеческих тел поблизости.

— А может быть, они хотят нас пригласить на чай? — продолжала Никталия, подбрасывая в воздух маленький фиолетовый шарик энергии и ловя его. — Знаешь, у этих пограничников такие страсти бурлили… Особенно у капитана, с жуткими усами. Прикинь, глубоко внутри он мечтает открыть кондитерскую.

— Тебе не стоит так беспечно относиться к опасности, — холодно заметила Айсштиль. — Мы не знаем, с чем столкнемся.

— Пф-ф-ф! — Никталия закатила глаза. — Опасность? Айси, дорогуша, мы боги! Нам десятки тысяч лет! Что могут сделать какие-то смертные с попукивающими палками?

— Не недооценивай людей, — Айсштиль сжала пальцы на рукояти своего ледяного копья. — Особенно когда ты еще не до конца восстановила силы. И я… — она запнулась, — тоже не в лучшей форме.

Никталия вдруг села ровно, ее обычно легкомысленное выражение сменилось внимательным взглядом:

— Так вот в чем дело! Ты все еще чувствуешь последствия обмена телами, верно? — она хихикнула. — Полагаю, твоей ледяной плоти нужно время, чтобы вытеснить все мои яркие чувства и вернуться к привычному… «Айси-режиму».

— Я в порядке, — отрезала богиня льда, но ее щеки едва заметно порозовели.

— Конечно-конечно, — подмигнула Никталия. — Только объясни, почему от тебя сегодня исходит жар, а не холод? И почему твои льдинки… тают?

Айсштиль собиралась ответить, но ее прервал сигнал тревоги. Рация на ледяной платформе затрещала, и раздался голос Кости:

— Всем группам, приготовиться к бою. Начинаем операцию… «Дрожь земли».

— Наконец-то! — подпрыгнула Никталия, потирая руки. — Я уже думала, мы так и будем скучно ползти весь день!

Арсений Волков, он же Волк, лидер банды «Серые Волки», нервно поглаживал странное оружие, которое ему выдали англичане. Автомат выглядел почти как стандартный, но с модификациями, источающими слабое голубое свечение.

— Это действительно сработает против них? — спросил он своего заместителя, Бледного, кивая на оружие.

— Англичане клянутся, что эти штуки способны ранить даже богов, — Бледный пожал плечами. — И пробить любой покров. Что-то связанное с аномальными частицами и квантовыми флуктуациями… Я не понял ни слова из их объяснений.

— Надеюсь, они не лгут, — проворчал Волк. — Иначе нам всем конец.

— А почему ты согласился на это дело? — тихо спросил Бледный. — Безумов — не тот человек, с которым стоит связываться.

Волк мрачно усмехнулся:

— Потому что деньги, которые предложили англичане, позволят нам выбраться из этой дыры. Купить настоящую защиту, может, даже построить свой собственный бункер с ракетами. Ты помнишь, что случилось с Черными Хирургами? Разгромленная база и обезображенные тела. Я не хочу закончить как они.

Бледный неуверенно кивнул:

— И все же… что-то мне не нравится в этих иностранцах. Уверен, что они нас не бросят?

— Никто никого не бросит, — раздался резкий голос на чистом русском языке с легким акцентом.

К ним приблизился высокий мужчина в тактической экипировке без опознавательных знаков. Его лицо скрывал визор с продвинутой системой дополненной реальности. На нагрудной броне виднелся серийный номер: «Омега-1».

— Операция простая, — продолжил мужчина. — Вы отвлекаете внимание. Мы забираем контейнер. Все получают свое. Только не геройствуйте — ваша задача создать максимальный шум, а не победить их.

— Легко говорить, — пробурчал Волк. — Не тебе лезть под пули и заклинания.

Омега-1 усмехнулся:

— Не переживай. У вас есть наше оружие. Оно способно ранить даже Безумова. Оно разработано специально для…

Его прервал треск в наушнике:

— Волки, это Куратор. Цель в зоне. Детонируйте заряды немедленно!

— Сейчас?! — удивился Арсений. — Но мы же договаривались…

— Действуйте! — отрезал Омега-1. — Ситуация изменилась.

Волк раздраженно выругался, но потянулся к детонатору:

— Все на позиции! По моему сигналу — огонь на поражение! Три, два…

В тот момент, когда первые взрывы расщепили скалы, превращая узкий каньон в ловушку, никто из «Серых Волков» еще не подозревал, насколько трагично для них обернется эта засада. Они ждали паники, суматохи, беспорядочной стрельбы — всего того хаоса, который обычно сопровождает успешную атаку.

Вместо этого они увидели улыбку.

Широкую, почти мечтательную улыбку на лице главы рода Безумовых, который, казалось, только и ждал этого момента. Костя медленно вышел из своего монстромобиля, и вокруг его фигуры начал сгущаться едва заметный фиолетовый туман.

— Папа сегодня в настроении повеселиться, — прокомментировала Сахаринка по общей связи, и все мирмеции одновременно приготовили оружие, словно гигантский многорукий организм.

Свинцовый дождь обрушился на каньон. «Серые Волки» открыли огонь из всех стволов, их модифицированное оружие выплевывало пули со слабым голубым свечением, оставляя в воздухе световые трассы.

Первая волна мирмеций выдвинулась вперед. Их панцирь сверкал металлическим блеском — результат эволюционной адаптации и усовершенствований Мелинты. Пули рикошетили от них, как горох от стены.

— Ух, как же круто быть частью семьи Безумовых! — восхищенно воскликнула одна из юных мирмеций, когда пуля отлетела от ее предплечья, не оставив даже царапины.

— Сосредоточься, Зернышко! — отрезала старшая воительница, метнув сразу три боевых диска. Те со свистом рассекли воздух, срезая нападавших, словно колосья.

Вторая линия мирмеций выстрелила из специальных ружей, заряженных клейкой биомассой. Снаряды прилипали к бандитам, обволакивая их и заставляя в панике сбрасывать снаряжение. Один из «Волков» попытался убрать быстро твердеющую массу и в ужасе обнаружил, что его пальцы намертво прилипли к груди.

— А это что за дрянь?! — в ужасе завопил он, неуклюже кружась на месте.

Он не знал, что Мелинта просто решила перепрофилировать детский воск для лепки. И превратить его в оружие.

А в центре всего этого хаоса был Костя. С каждым шагом фиолетовая дымка вокруг него становилась плотнее, глаза сияли неестественным светом. Он двигался с нечеловеческой грацией и скоростью, словно в каждом жесте была заключена мощь и точность хищника.

Первые бандиты, попытавшиеся остановить его, даже не поняли, что произошло. Он просто оказался между ними, едва заметное движение — и трое мужчин с удивлением обнаружили, что их оружие превратилось в бесполезный металлолом в их руках.

А они сами, обливаясь кровью, рухнули на землю…

— Синхронизация Бездны, — произнес Костя, и его голос, казалось, доносился одновременно отовсюду. — Вы не первые, кто думает, что загнал меня в ловушку.

Жуткое черное сияние вспыхнуло вокруг него. С каждым его движением в воздухе возникали крошечные искажения, словно маленькие разрывы в ткани реальности. Странные, тонкие щупальца тьмы мелькали то тут, то там, хватая оружие, амуницию, иногда — руки или ноги нападавших, которые в панике отбивались от невидимых врагов.

Тем временем с ледяной платформы, парящей над полем боя, сошла Айсштиль. Ее эмоциональное состояние, так беспокоившее ее утром, сейчас, похоже, стало ее силой. Айсштиль, привыкшая к холодному расчету и отстраненности, теперь горела неожиданно яркими чувствами, и ее магия отражала эту трансформацию.

Вместо привычных острых ледяных копий и стрел, которые она обычно использовала, из-под ее ног растекалась волна сверкающего инея, красивого и смертоносного одновременно. Лед формировал удивительные узоры, напоминающие цветы и листья — словно Вильда временно поделилась с ней своими силами.

Ну или Айси попробовала немного иной подход в управлении льдом. То время, когда они в параллельном мире изучали силу друг друга, не прошло даром.

— Что это? Новый год? — изумленно пробормотал один из «Волков», глядя на приближающуюся кружевную красоту.

Секунду спустя он понял, что эти узоры — последнее, что он видит. Ледяные узоры мгновенно обвили его и еще десяток боевиков, превратив их в прекрасные статуи с выражением удивления на лицах.

— Новая коллекция «Зимнее вдохновение», — невозмутимо прокомментировала Айсштиль, создавая новую волну ледяных узоров. — Специально для тех, кто не ценит истинную красоту.

Но если Костя и Айсштиль демонстрировали свою мощь открыто, то Никталия выбрала иной подход. Она просто исчезла, растворившись в тенях, чтобы появиться в самых неожиданных местах.

Никто из «Серых Волков» не заметил момент, когда в их рядах началась странная неразбериха. Внезапно один из бандитов увидел в своем товарище монстра и открыл огонь. Другой обнаружил, что его винтовка — это извивающаяся змея. Третий уставился на привлекательную фигуру в тени скалы и, зачарованный, пошел прямо под огонь собственных соратников.

— Тени, желания, тайные страхи… — шептала Никталия, скользя между рядами противников, незаметная и оттого еще более опасная. — Скажите, милые мальчики, чего вы боитесь? О чем мечтаете по ночам?

Казалось, что исход битвы уже предрешен в пользу экспедиции Безумовых, когда воздух внезапно разрезал резкий звук — совсем не похожий на грохот перестрелки и крики раненых.

Один из бандитов — рослый мужчина с длинным шрамом через всё лицо — упорно удерживал позицию на высоком скалистом выступе. В руках он сжимал нечто похожее на переносной ракетный комплекс, только заряд в нём светился странным голубоватым светом.

— Волк, что за идиот там торчит? — прорычал Бледный в рацию, заметив соратника на опасно открытой позиции.

— Это Сыч, — ответил Арсений Волков, прижимаясь к почти развалившемуся укрытию. — Британцы дали ему что-то особенное перед операцией…

В этот момент Сыч нажал на спусковой крючок. Вместо привычной реактивной струи из установки вырвался сгусток пульсирующей энергии. Вместо того чтобы лететь по баллистической траектории, он зигзагом по причудливой траектории устремился к одному из вертолётов, удерживающих контейнер.

К нему со всех сторон рванули черные щупальца, пытаясь перехватить, но снаряд петлял, уклоняясь даже от живых теней.

— Что за… — только и успел произнести Костя. — Оно чувствует Бездну?

Сгусток изменил направление в последний момент, ускользая от ледяного копья, брошенного Айсштиль, и попал точно в хвостовую часть вертолёта.

Вместо взрыва произошло нечто странное — металл в месте попадания начал мгновенно чернеть и осыпаться, словно превращаясь в пыль. Вертолёт вошёл в неконтролируемый штопор.

У самой земли его перехватили черные щупальца, смягчив падение.

Три оставшихся пытались компенсировать отсутствие сбитой машины. Тросы натянулись, угрожая оборваться. Пилоты включили аварийный режим, пытаясь мягко опустить контейнер, но вес был слишком велик.

— Всем отойти от зоны падения! — скомандовал Костя, видя, что катастрофа неизбежна.

Лицо Арсения Волкова озарила торжествующая улыбка — но лишь на мгновение. Потому что никто не предупредил его о том, что находилось в контейнере.

С оглушительным грохотом гигантский ящик рухнул на землю, поднимая облако пыли и каменной крошки. Тросы лопнули один за другим, а вертолёты спешно набрали высоту, чтобы избежать столкновения.

— Папочка, — обеспокоенно произнесла Сахаринка, — похоже, механизмы блокировки контейнера повреждены при падении!

— Я знаю, — неожиданно спокойно ответил Костя. Его губы медленно растянулись в улыбке, которая заставила бы содрогнуться даже самых отважных. — Пожалуй, время для плана Б.

Стальные стенки контейнера натужно заскрипели, изгибаясь наружу, словно под давлением чего-то невероятно сильного внутри.

— Что происходит? — Арсений Волков поднялся из-за укрытия, не в силах оторвать взгляд от разваливающегося контейнера.

— Вы хотели Светоча? — Костя широко развёл руки в стороны. — У нас есть кое-что получше! Мы прозвали ее Светой…

Стальная стенка контейнера с оглушительным треском вылетела наружу, и из тёмного чрева появилось нечто настолько чудовищное, что несколько бандитов бросили оружие и бросились бежать, не разбирая дороги.

Гигантская медведка — насекомое, разросшееся до невероятных размеров — выползла из контейнера, шевеля усами-антеннами толщиной с телеграфный столб. Тридцать метров бронированного хитина переливались в солнечном свете радужным отливом. Множество лапок, каждая размером с взрослого человека, двигались с гипнотической синхронностью.

— Матерь божья, — прошептал Бледный, крестясь. — Что это за ужас?

А на голове чудовища, прямо между подрагивающих антенн, стояла хрупкая фигурка мирмеции. Она выглядела бы как обычная представительница своего народа, если бы не одна деталь — её руки и ноги были сделаны явно не из плоти. Черные конечности с фиолетовым свечением в суставах ловко управляли гигантской медведкой, дёргая за антенны, словно за поводья.

— Йо-хо-хо, засранцы! — голос Медовики разнёсся над полем боя через громкоговоритель на её шлеме. — Кажется, вы забыли прочитать инструкцию перед тем, как открывать чужие посылки!

Рядом с ней, удерживая равновесие на покачивающейся голове монстра, стояла Вильда. Её стройная фигура была окружена зелёным сиянием — защитный барьер из природной энергии надёжно прикрывал и саму богиню природы, и Медовику.

— Бандиты всегда были туповаты, — заметила Вильда, легко отбивая несколько пуль, выпущенных ошеломлёнными бандитами. — Но нападать на Эстро? Это новый уровень глупости даже для вас.

Света издала звук, похожий на скрежет металла по стеклу, и из её огромной пасти вырвался ослепительный луч энергии, мгновенно испаряя скалу, за которой прятались нападавшие.

— Бластер заряжен и готов! — весело отрапортовала Медовика, поглаживая насекомое по хитиновой голове. — Знаете, сударыня Вильда, я скучала по полевой работе. Сидеть в лаборатории целыми днями и осваивать протезы из Бездны так утомительно…

Один из бандитов, более отважный или более безумный, чем остальные, выскочил из укрытия и выпустил целую обойму в голову монстра. Пули отскакивали от защитного барьера Вильды, словно горошины.

— Сейчас покажу тебе мой любимый приём, — подмигнула Медовика, дёргая за левую антенну.

Света мгновенно отреагировала — её передние лапы поднялись, а затем с невероятной силой ударили в землю. Волна вибрации пронеслась по каньону, опрокидывая людей и технику. Несколько скальных выступов обрушились, погребая под собой укрывшихся там стрелков.

— «Дрожь земли»! — радостно пояснила Медовика. — Отсюда и название операции!

Вильда, с трудом удерживая равновесие на трясущейся голове монстра, покачала головой:

— Я так и не поняла, зачем Эстро вообще оставил этого монстра в живых… Он способен сожрать целый город!

— Папочка никогда не упускает возможности превратить опасность в инструмент, — Медовика любовно похлопала гигантское насекомое по панцирю своей искусственной рукой из Бездны. — Кроме того, посмотри на её милые глазки!

«Милые глазки» Светы — фасеточные, размером с автомобильные фары — светились зловещим красным светом, а из пасти капала едкая слюна, прожигая каменистую почву.

Тем временем Арсений Волков понял, что ситуация стала абсолютно безнадёжной. Он попытался собрать остатки своего отряда для отступления, но путь был отрезан потоком жидкого льда, образовавшимся после атаки Айси.

— Вильда, я вижу их командира! — Медовика указала своей черной рукой на Волкова.

— Его надо брать живым, дитя.

— Можно я его немножко припугну? Ну пожалуйста!

Богиня природы вздохнула, как мать, уступающая капризам ребёнка:

— Только без лишних жертв. Просто… обезвредь их.

Медовика издала боевой клич и резко дёрнула обе антенны. Света мгновенно сорвалась с места, на удивление быстро для своих размеров, и устремилась прямо к группе Волкова. Каждый шаг огромного насекомого сотрясал землю, создавая миниатюрное землетрясение.

— Отступаем! — заорал Волков, но было уже поздно.

Света нависала над ними, как живая гора. Медовика на его голове выглядела миниатюрным всадником апокалипсиса, а Вильда — прекрасным и смертоносным украшением этой кошмарной картины.

— Знаешь, Волчара, — громко произнесла Медовика через динамик, — Света очень любит человечинку. Особенно предателей и наёмников.

Лицо у Вильды вытянулось.

— Шучу, раньше любила, щас она у нас на диете из насекомых, — шепнула ей Медовика. А потом грозно продолжила в полный голос: — Они у него в желудке дольше перевариваются — видимо, из-за повышенной концентрации дерьма в их организмах.

Арсений Волков медленно поднял руки:

— Мы сдаёмся! — выкрикнул он, и остатки его отряда последовали его примеру, бросая оружие.

— Разумное решение, — одобрительно кивнула Вильда. — Возможно, вы не такие идиоты, как я думала.

Медовика выглядела слегка разочарованной:

— А можно хотя бы напоследок…

— Нет, — твёрдо сказала Вильда.

— Ну хоть малюсенький бластик? Вон в ту скалу? — Медовика жалобно посмотрела на богиню.

Вильда закатила глаза:

— Ладно, только в скалу. И чтобы никого не задело!

— Не волнуйтесь, сударыня богиня, всё будет чики-пики!

Лицо Медовики озарилось счастливой улыбкой, она дёрнула антенну особым образом, и из пасти Светы вырвался ещё один луч энергии, превращая выступ позади бандитов в облако пыли и осколков.

— Боже, как я скучала по этому, — мечтательно произнесла Медовика, поглаживая свою руку. — Лабораторная работа важна, но нет ничего лучше, чем хорошая битва верхом на гигантском монст…

Огромная скала рядом с местом попадания вздрогнула, с грохотом просела и развалилась на обломки, которые с грохотом полетели вниз. Мирмеции и бандиты с криком бросились в стороны, спасаясь из-под гигантского обвала. Тут же из воздуха появились черные щупальца, хватая крупные куски породы. Айсштиль создала ледяной купол, который принял на себя мелкие обломки.

— Отставить пальбу! — разнесся по громкоговорителю голос Кости. — Скалы ненадежны после взрывов!

Медовика смотрела на результат своего выстрела с легкой офигевающей улыбкой на лице. Кажется, не такие «чики-пики» она ожидала.

Вильда снова вздохнула, но на этот раз с лёгкой улыбкой:

— Чувствуется кровь Эстро…

Тем временем Костя подошёл к пленным, его фиолетовые глаза светились в тени, отбрасываемой Светой-медведкой:

— Итак, господа, — произнёс он с той же зловещей улыбкой, — кажется, у нас будет очень, очень интересный разговор. Надеюсь, вы не против рассказать нам всё о своих британских друзьях и о том, почему они так заинтересовались моей скромной экспедицией?

Операция «Дрожь земли» завершилась полным успехом. И, как обычно бывает с планами Кости Безумова, она пошла именно по тому сценарию, который он задумал с самого нача…

Испуганный визг Никталии разнесся по каньону, заставив мирмеций испуганно оглядываться по сторонам. Звук был настолько неожиданным и нехарактерным для происходящего, что все на мгновение замерли.

Костя резко обернулся, его глаза расширились от узнавания.

— Никталия!

Крик донёсся из-за выступа скалы, в стороне от основного поля боя. Туда, куда богиня ночных желаний отправилась несколько минут назад, преследуя убегающих бандитов.

Айсштиль стремительно направила свою ледяную платформу в сторону источника звука, а Костя в одно движение преодолел расстояние, которое обычному человеку потребовало бы не менее минуты бега.

За скальным выступом их встретила картина, заставившая даже видавшего виды бога на мгновение застыть.

Никталия — всегда самоуверенная, дерзкая богиня ночных желаний — была прижата к земле тремя фигурами в тактическом снаряжении с маркировкой «Омега-1», «Омега-2» и «Омега-3». Её руки были скованы странными наручниками, испускающими тусклое голубое свечение.

Длинные фиолетовые волосы разметались по камням, а на лице застыло выражение искреннего ужаса.

— Мамочки! — выкрикнула она, увидев Костю. — Эти браслетики… они мою силу блокируют! Я как… как смертная!

Оперативники действовали с пугающей слаженностью. В то время как Омега-1 и Омега-2 удерживали Никталию, Омега-3 активировал какое-то устройство, похожее на портативный генератор, которое создавало вокруг них едва заметное пульсирующее поле.

— Ни с места, Безумов! — холодно скомандовал Омега-1, прижимая к шее Никталии что-то похожее на шприц-инъектор. — Ещё шаг, и я введу ей нейтрализатор. Ты знаешь, что это такое?

Айсштиль, подлетевшая на своей платформе, сжала ледяное копьё с такой силой, что на его поверхности появились трещины.

— Отпустите её, — голос богини льда был подобен арктическому ветру.

— Не раньше, чем мы получим то, за чем пришли, — ответил Омега-2, не выказывая ни малейшего признака страха. — Светоч. Отдайте его нам, и богиня останется невредимой.

Глава 6. Умирающий сад

Крик Никталии резанул по ушам хуже, чем скрежет когтей Светы по скалам. Я резко обернулся. Звук был полон неподдельного ужаса, а это совершенно не вязалось с образом самоуверенной богини ночных желаний.

Мое сердце на миг пропустило удар. Никталия!

Тело среагировало быстрее разума. Я метнулся к выступу скалы, откуда донесся крик. Айсштиль на своей ледяной платформе последовала за мной почти мгновенно, ее лицо превратилось в непроницаемую маску холодной ярости.

Картина за скалой заставила меня застыть на долю секунды. Этого хватило, чтобы оценить ситуацию. Никталия, моя вечно дерзкая и неунывающая богиня ночных желаний, была прижата к земле. Трое типов в одинаковой тактической броне без опознавательных знаков, только с маркировкой «Омега» и цифрами от одного до трех. Профессионалы, действуют слаженно.

Ее руки были скованы наручниками, которые тускло светились голубым. Знакомое свечение — явно технология, предназначенная для подавления божественных сил. Фиолетовые волосы разметались по пыльным камням, а в широко раскрытых глазах плескался неприкрытый страх.

— Мамочки! — выкрикнула она, увидев меня. Голос дрожал. — Эти браслетики… они мою силу блокируют! Я как… как смертная!

Один из них, видимо, главный — Омега-1 — держал у ее шеи шприц-инъектор. Другой, Омега-3, возился с портативным генератором, создавая вокруг них мерцающее поле. Похоже на какой-то силовой барьер или подавитель способностей.

— Ни с места, Безумов! — голос Омеги-1 был холодным и ровным, как сталь. Никаких эмоций. — Шаг вперед — и богиня получит дозу нейтрализатора. Думаю, тебе не нужно объяснять, что это такое.

Ох, как же не нужно. Я уже успел просканировать состав. Судя по всему — гадость редкая. Не убивает, но надолго, если не навсегда, лишает божественной искры. Превращает бога в пустую оболочку. Я почувствовал, как внутри закипает холодная ярость.

Рядом бесшумно зависла платформа Айсштиль. Богиня льда сжала свое копье так, что оно затрещало. Похоже, утреннее «потепление» сменилось арктической бурей.

— Отпустите её, — процедила Айси. Температура вокруг нас резко упала. Камни покрылись инеем.

— Мы получим то, за чем пришли, — ответил Омега-2, его голос был таким же безжизненным. Страха в нем не было ни грамма. Либо фанатики, либо накачаны чем-то. — Светоч. Отдайте контейнер, и она останется цела.

Я медленно поднял руки, показывая, что не собираюсь нападать. Мозг лихорадочно просчитывал варианты. Прямая атака рискованна — шприц слишком близко к шее Никталии. Силовое поле тоже проблема. Но у меня был козырь. Вернее, козыриха.

— Контейнер? — я изобразил удивление, а затем… махнул рукой с деланым безразличием. — Да забирайте эту истеричку. Честно говоря, она мне уже порядком надоела. Вечно путается под ногами, создает проблемы на ровном месте. Увозите прям в вашу Британию на опыты, пусть лордам по мозгам ездит.

Секундная тишина повисла в воздухе. Омеги явно не ожидали такого ответа. Их скрытые визорами лица, я уверен, выражали крайнее недоумение. Даже Омега-1 чуть ослабил хватку на шприце.

Никталия же… О, ее реакцию стоило записать на видео. Сначала шок, потом неверие, а затем ее лицо исказилось таким возмущением, что, казалось, наручники сейчас расплавятся от исходящего жара.

— ЧТО?! — взвизгнула она, пытаясь вырваться. Наручники вспыхнули ярче, подавляя ее силу. — Эстро, гад! Предатель! Ты… ты козел-манипулятор хуже Ноктуса! Я тебя собственными руками!.. Да как ты смеешь?! После всего, что между нами было! Ах ты… ты… неблагодарная сволочь!

Она извивалась, брыкалась и сыпала проклятиями с такой скоростью, что я едва успевал следить за полетом ее мысли. Честно говоря, это могло бы выглядеть даже забавно. И, что самое главное, очень убедительно.

Айсштиль рядом со мной тоже выглядела ошарашенной. Она бросила на меня быстрый взгляд, полный смеси недоумения и… чего-то еще? Может, даже легкого восхищения моей наглостью? Или она просто думала, что я окончательно спятил.

— Видите? — я развел руками, обращаясь к Омегам. — Совершенно неуправляемая особа. Может, у вас получится ее перевоспитать? Чай научите пить, в гольф играть… Берите, дарю.

Омега-1 колебался. Его напарники переглянулись.

— Ну так что, берете? — спросил я Омег, делая вид, что теряю терпение. — Или мне вам ее упаковать? Бантик привязать?

В этот момент по земле прошла сильнейшая вибрация! Не такая мощная, как во время «Дрожи земли», но достаточная, чтобы ощутимо встряхнуть всё вокруг.

Оперативники Омега инстинктивно качнулись, пытаясь удержать равновесие. Омега-3 отвлекся на показания своего генератора поля. Омега-1 на долю секунды сместил шприц от шеи Никталии.

Этого было достаточно.

Тень под моими ногами ожила. Несколько тонких, почти невидимых щупалец Бездны метнулись вперед с невероятной скоростью. Одно обвило руку Омеги-1 со шприцем, с хрустом ломая кости запястья. Другое ударило по генератору поля, который держал Омега-3, разбив его вдребезги. Третье и четвертое щупальца с лязгом разорвали светящиеся наручники на запястьях Никталии.

Все произошло за мгновение.

Одновременно с моей атакой Айсштиль направила на оперативников волну ледяного тумана. Он не заморозил их насмерть, но мгновенно сковал движения, покрыв броню толстым слоем льда. Они превратились в неуклюжие ледяные статуи.

Никталия, освободившись, вскочила на ноги. Ее глаза метали молнии. Первым делом она развернулась не к врагам, а ко мне.

— Ах ты!.. — прошипела она и замахнулась для пощечины.

Я легко увернулся. Обиженная богиня ночных желаний — это, конечно, страшно, но сейчас были дела поважнее.

Никталия тут же снова бросилась на меня, кровожадно размахивая ногтями. Из земли выросло щупальце и деликатно перехватило богиню земли за талию. Идеально. До меня она теперь не доберется, и свое возмущение сможет высказывать сколько угодно.

Послышались грохочущие шаги, и к нам приблизилась медведка с Медовикой и Вильдой. Мирмеция радостно замахала мне своей Безна-бионической рукой. Вильда рядом с ней неодобрительно покачала головой, но в глазах ее плясали смешинки. Даже Айсштиль, кажется, позволила себе легкую тень улыбки. Я показал им оттопыренный большой палец.

— Отличная работа, девчонки! — похвалил я. — Сработали идеально!

— Спасибо, папуля! — заулыбалась Медовика. — Светка говорит, что где-то скалах еще снайпера прячутся! Она чувствует их антеннами!

Айси тем временем приблизилась к возмущенной Никталии, которая продолжала брыкаться.

— Успокойся уже. Не позорься перед смертными.

— Никталия, прости, но ничего лучше я не придумал, — с улыбкой произнес я, указывая на обездвиженных Омег. — Сначала допрос. Кто такие, откуда, зачем им «Светоч»?

— А я тогда займусь снайперами, — платформа Айси взлетела, поднимая богиню повыше — туда, где возможно прятались оставшиеся британцы.

Никталия фыркнула, но ярость в ее глазах сменилась привычным озорным блеском. Кажется, она быстро сообразила, что мой выпад был частью плана. Хотя, думаю, оплеуху я все равно еще заслужу. Может, даже две.

— Ладно, — она потерла запястья, где остались красные следы от наручников. — Но учти, Эстро, ты мне должен. Очень. Много. И я придумаю, как взыскать долг. С процентами.

Она стрельнула глазками в сторону пленных Омег, и на ее губах появилась хищная улыбка.

— А теперь… Повеселимся? Кажется, эти мальчики знают что-то интересное. И я умею быть очень убедительной, когда хочу что-то узнать… особенно когда меня только что назвали «истеричкой» и «неуправляемой особой».

Я усмехнулся. Похоже, операция «Дрожь земли» перешла в новую фазу. Фазу допроса с пристрастием в стиле Никталии. Бедные Омеги. Им можно только посочувствовать. Хотя нет, нельзя. Сами напросились.

Ну что ж, план сработал. Заложница спасена. Враги захвачены. Время получать ответы. И, возможно, готовиться к визиту вежливости к нашим британским «партнерам». Они явно задолжали мне объяснений. И компенсацию за моральный ущерб моей богине ночных желаний. А уж она-то своего не упустит.

Допрос пленных прошел… эффективно. Особенно после того, как Никталия продемонстрировала Омегам пару своих фирменных фокусов с ночными кошмарами наяву. Британские спецагенты оказались на удивление стойкими, но даже их выдержка дала трещину, когда богиня ночных желаний начала воплощать их самые потаенные страхи прямо перед их глазами. Лидер бандитов, Арсений Волков, раскололся гораздо быстрее, особенно после того, как Медовика продемонстрировала ему пищеварительные возможности Светы на примере крупного валуна.

Параллельно с допросом от Никталии, я листал Книги Судьбы этих ребят. Так сказать две параллельные линии сбора информации, дополняющие друг друга. Узнал некоторые интересные подробности, которыми позже можно будет поделиться с Государем при личной встрече…

Я вызвал пограничников с ближайшего крупного поста. Передали им пленных, оружие и обломки британской техники. Капитан Сергеев, прибывший с подкреплением, смотрел на меня с плохо скрываемым ужасом и уважением. Думаю, слухи о «странном княжиче Безумове» теперь получат новое, весьма живописное подтверждение.

— Удачи вам, княжич, — сказал он на прощание, нервно теребя усы. — И… постарайтесь больше не попадать в неприятности. У нас тут в Диких Землях… порой не только дикие британцы бегают…, а что-то поопаснее… — Постараюсь, капитан, — улыбнулся я. — Но обещать не могу.

Экспедиция продолжила путь. Поврежденный вертолет пришлось оставить, его груз распределили между остальными машинами мирмеций. Контейнер со Светой, точнее то, что от него осталось, был нами брошен. Сама медведка теперь просто шагала своим ходом под управлением Медовики и под защитой Вильды.

Путь до Живого Сада занял еще несколько часов. Чем ближе мы подбирались к цели, тем ощутимее менялась атмосфера. Воздух становился плотнее, насыщеннее странными запахами — смесью озона, прелой листвы и чего-то неуловимо… чужого. Тишина здесь была почти абсолютной, нарушаемая лишь стрекотом механических конечностей Дребезга и шагами гигантской медведки.

Наконец, сквозь редеющий туман показались знакомые очертания. Великое Древо, исполинское, уходящее кроной в низкие серые облака. И окружающий его Сад. Но что-то было не так.

Раньше Сад сиял мириадами биолюминесцентных огней, переливался всеми цветами радуги. Сейчас же он выглядел… тусклым. Огоньки горели слабо, многие растения поникли, их листья приобрели сероватый оттенок. Зеленые лианы, обычно живые и подвижные, безвольно свисали с ветвей. Даже воздух здесь казался застывшим, лишенным той живой энергии, что наполняла Сад раньше.

Одна из лиан внезапно приподнялась и… слабо помахала Никталии, словно старой знакомой.

Богиня Ночных Желаний фыркнула и демонстративно отвернулась.

— О нет… — Вильда встревоженно огляделась, спрыгнув с головы Светы. — Сад… всё еще умирает? — Похоже на то, — подтвердил я, выходя из Дребезга. Я чувствовал это — слабеющее биение сердца Сада. — Связь с божественным измерением, откуда он черпал энергию, прервана.

Мы осторожно вошли под сень гигантских деревьев. Тишина давила на уши. Сад болел, и это ощущалось почти физически.

— Жутковато тут стало, — пробормотала Никталия, поежившись. Даже ее неуемная энергия, казалось, слегка померкла в этой атмосфере увядания. Айсштиль молча шла рядом, ее лицо было непроницаемо, но я видел, как она внимательно осматривает поникшие растения.

Внезапно из-за поворота тропы вышли две фигуры. Одна — высокая, закованная в красную бронзу с черными рунами, с золотым механическим глазом — клон Карнакса. Вторая — хрупкая девушка с белыми волчьими ушками и хвостом — Пугливая Лилия.

Пугливая Лилия мгновенно оценила нашу группу. Её глаза остановился на мне, и я почувствовал волну знакомой враждебности. Пусть это и клон, но инстинкты оригинала никуда не делись.

И да, эти двое все еще в чужих телах.

— Эстро, — голос Пугливой Лилии… точнее, Карнакса… был ровным, механическим, лишенным интонаций. — Твое присутствие здесь… нежелательно.

Дальше платно. Чибик 50р

Чибик 100р