Возвращение Безумного Бога. Том 13: Светоч из Диких Земель

Глава 1. Живи!

_____________________________________________________________

Читать первый том цикла: https://author.today/reader/350298

Обложку в 4к качестве, а также ее 18+ версию ищите на Бусти. Ссылка на Бусти в примечании к книге

— Боюсь, вам стоит стать более конкретным, мистер Радклифф, — холодно произнес князь Кривотолков. — Тарелка с этой отвратительной перловкой сейчас интересует меня больше, чем туманные предложения.

Собеседник на мгновение замер, затем кивнул с пониманием.

— Как скажете, князь. Тогда позвольте перейти сразу к сути.

Радклифф начал говорить с плохо скрываемым энтузиазмом, словно произносил давно заготовленную речь:

— Россия исторически склонна к диктатуре. Думаю, вы, как человек, пострадавший от режима, знаете об этом не понаслышке.

Кривотолков невозмутимо зачерпнул ложкой перловку и отправил в рот. Радклифф воспринял это как знак продолжать.

— Появление богов в современном мире грозит необратимыми тектоническими сдвигами. Грядут серьезные перемены, — он понизил голос почти до шепота, — и всем нам предстоит выбрать: остаться в стороне либо принять активное участие в грядущих событиях.

Кривотолков неторопливо жевал, сохраняя абсолютно непроницаемое выражение лица. Казалось, эмоциональная речь собеседника совершенно его не впечатлила.

— С чего вдруг какие-то древние рухляди вызовут глобальные перемены во всем мире? — спросил он наконец, проглотив перловку. — Я лично командовал их Осколками, когда был… гостем Организации. И, знаете, они меня не особо впечатлили. Сильные, конечно, намного сильнее среднего Одаренного, но до тех же Истребителей не дотягивают.

Радклифф наклонился ближе, понизив голос до едва различимого шепота:

— Богов не стоит недооценивать, князь. Есть теория, что они могут как подчинить себе Бездну, так и уничтожить её. И оба этих варианта одинаково плохи… — он сделал многозначительную паузу, — для людей, облечённых властью в нашем мире. Они очень не хотят… перемен.

Кривотолков замер с ложкой на полпути ко рту. Затем медленно кивнул:

— Понимаю. Выходит, Государь и юный Безумов скоро станут целями. Раз уж они поддерживают богов.

— Верно, — подтвердил Радклифф с нескрываемым удовлетворением. — Если русский Император примет неправильное решение, у вашей страны начнутся серьезные проблемы. Такие проблемы, которые вам никогда и не снились. — Его тон стал пренебрежительным. — И поверьте, когда за Россию возьмутся всерьез, русским мало не покажется.

Кривотолков отложил ложку, впервые полностью сосредоточившись на собеседнике.

— От меня вы что хотите? Я простой заключённый, отбываю срок, выполняю задания. Мой княжеский титул — теперь просто набор слов.

Радклифф оживился, почувствовав, что наконец зацепил внимание князя:

— Ну, тут есть разные опции. Мы могли бы выменять вас на кого-то, вывести вас в Лондон. Дать вам как минимум достойные условия существования, а не этот крысятник. — Он обвел рукой столовую с нескрываемым презрением. — А взамен вы просто будете делать то, что вам скажут кураторы. А когда в России начнутся серьёзные перемены, вы сможете подняться так высоко, как никогда и не мечтали. При определённых обстоятельствах, конечно.

Кривотолков молча жевал перловку, погрузившись в размышления. Радклифф наблюдал за ним, как коммивояжер, ожидающий решения клиента о крупной покупке.

— Отказываюсь, — наконец произнес князь.

Радклифф нахмурился:

— Почему?

Кривотолков отодвинул тарелку и посмотрел прямо в глаза собеседнику, отчего тот невольно поежился.

— Скажи-ка мне, Радклифф… Тебя же отправили сюда за торговлю наркотиками, верно?

— А какое это имеет значение? — растерянно произнес тот.

— Примерно 10 лет назад ты получил гражданство Российской Империи, приехал сюда для ведения бизнеса, — неторопливо продолжил Кривотолков, словно перечитывая невидимое досье. — Ты казался вполне благополучным человеком. Успешным бизнесменом с хорошим будущим.

— Вы на удивление хорошо осведомлены для заключённого, — сухо заметил Радклифф.

— И в какой-то момент всплыла вот эта жуткая история с наркотиками, — невозмутимо продолжал князь. — Ты оказался замешан в поставках нехороших веществ на рынок Империи. За это тебя загребли, и каким-то образом ты оказался здесь. На дальней базе, в Богом забытом углу Диких Земель.

Кривотолков сделал паузу, наслаждаясь нарастающим беспокойством на лице собеседника.

— Полагаю, тут не обошлось без чьей-то помощи сверху. Возможно, какой-то высокопоставленный человек из Министерства Обороны Империи тайком сотрудничает с твоими хозяевами. Он и обеспечил тебе путевку именно сюда, для встречи со мной.

Радклифф заметно изменился в лице.

— Я не понимаю, к чему вы клоните. Зачем всё это?

Он начал оглядываться по сторонам, словно боясь, что их могут подслушать через защитную магию князя.

— Короче говоря, как-то уж слишком много ресурсов задействовала МИ-6, чтобы заполучить себе очередную говорящую голову, — сухо произнёс князь Кривотолков. — Это можно сделать намного проще и намного дешевле. Да и куча ряженых клоунов сразу согласится на эту роль. Куда более харизматичных, чем я.

Князь наклонился вперед, ледяным тоном добавив:

— Полагаю, что твои хозяева, Радклифф, не торопятся раскрывать мне все свои карты. Равно как и тебе.

Радклифф нервно сглотнул под пристальным взглядом князя. Он чувствовал себя очень неуютно, как кролик перед удавом. Внезапно вся его уверенность испарилась. Он беспомощно забормотал, пытаясь сохранить лицо:

— Н-ну… я всегда буду рядом, здесь. Если вы вдруг передумаете, то обращайтесь. Мы… мы никуда не торопимся, времени у нас много.

Он поспешно поднялся и, бормоча извинения, направился к выходу.

— Радклифф, — сухо произнес Кривотолков.

Тот вздрогнул и замер. После чего медленно обернулся.

— Что у них на тебя есть? — поинтересовался князь. — Из-за чего ты отказался от сытой и благополучной жизни с семьей и влез сюда работать посыльным, в эту дыру на долгие годы?

Того аж затрясло. Казалось он сейчас потеряет сознание.

— Я-я-я… я-я…

— Да можешь не говорить, мне в целом плевать, — хмыкнул князь. — Пусть скажут, зачем я им нужен на самом деле. Тогда и поговорим.

Радклифф нервно кивнул и ускорил шаг, стремясь поскорее исчезнуть из поля зрения князя.

Кривотолков проводил его задумчивым взглядом. Затем аккуратно сложил салфетку, положил ее рядом.

Шахматная партия становилась всё интереснее.

Патруль прошел мимо камеры, стуча тяжелыми ботинками по металлическому полу коридора. Князь лежал на своей узкой кровати, глядя в потолок. День выдался насыщенным.

Сначала эта стычка с монстром… Он обычно каждый день прогуливался по определенному маршруту вокруг лагеря во время вылазок. Но что-то заставило его немного изменить обычный маршрут и в итоге он услышал крики. И появился очень своевременно.

В противном случае, если бы он не успел… разговора с Радклиффом сегодня попросту бы не было.

Может, это было предчувствие? Или какой-то скрытый план Судьбы? Не то чтобы князь был суеверным, но… Босс Организации кое-что рассказал ему о Книге Судьбы и о том, как она воздействует на реальность.

Может ли МИ-6 располагать похожими… хм-м-м-м… технологиями? Или у него просто воображение разыгралось?

Он усмехнулся собственным мыслям. Интуиция никогда не была его сильной стороной. Ему ближе была математика вероятностей, расчет рисков, планирование на десять шагов вперед.

Кривотолков потер подбородок. Если письмо Илоны и намеки англичанина сложить вместе, картина вырисовывалась занятная. Что-то серьезное сдвинулось на мировой сцене, что-то настолько важное, что даже опальный князь в ссылке становится потенциальным активом.

Возможно, это связано с Бездной? Или с Безумовым и его странными исследованиями? Князь уже давным давно понял, что мальчишка не просто удачливый аристократ, а нечто гораздо более сложное и опасное.

Например… переродившееся божество.

Он коснулся ошейника. Инженеры, создавшие его, были умны, но не всезнающи. Они рассчитывали, что сила удачи не поможет ему избавиться от этих оков. Возможно, они правы…, а возможно, и нет.

Расслабившись, Кривотолков позволил своему Дару течь свободнее. По металлу ошейника пробежала едва заметная рябь.

Да, он ошибся, недооценив Безумова. Да, его семья неожиданно справилась без него даже лучше, чем с ним. Да, его империя почти разрушена.

Но ключевое слово — «почти».

Он улыбнулся в темноту. Может, это и к лучшему. Поражение освежает взгляд. Делает сильнее. Заставляет пересмотреть стратегию.

А стратегия — это то, что князь Дмитрий Кривотолков умел выстраивать лучше всех.

В конце концов, даже в ссылке он оставался тем, кем был всегда — хищником, выжидающим своего часа.

И, возможно, этот час скоро настанет.

Слова Никталии упали как камень в озеро, вызвав волну оцепенения. Какое-то время все просто молчали, переваривая сказанное. А затем…

— Что? — первой отмерла Айсштиль, её глаза в теле Никталии расширились так, словно увидела привидение. — Ты хочешь сказать, что я… навечно… в теле этой… — она окинула себя взглядом и не смогла закончить фразу, только беспомощно взмахнула руками и застыла в нелепой позе.

Пугливая Лилия в теле Карнакса издала звук, похожий на писк мыши, придавленной веником, и плюхнулась на задницу. Её мужественное лицо исказилось в такой забавной гримасе ужаса, что в другой ситуации это вызвало бы взрыв хохота.

Вильда просто открыла рот, закрыла, снова открыла, напоминая выброшенную на берег рыбу. Её ледяные пальцы дрожали, а из уголка глаза скатилась слезинка, мгновенно превратившаяся в бусинку льда.

Клон Карнакса в теле Лилии сначала нервно хохотнул, потом схватился за волчьи уши на голове, дёрнул их так, словно пытался проверить, не приклеены ли они, и наконец выдал:

— Я… в этом хлипком бабском тельце… НАВСЕГДА?! — его вопль эхом отразился от стен пещеры.

Никталия стояла, виновато теребя полу рукава Эстро, в чьём теле она теперь, похоже, застряла.

— Ну… может, есть другой способ? — она робко улыбнулась, глядя на застывшие лица. — Мы же боги, в конце концов!

Эстро тем временем пытался осмыслить ситуацию. Он молча разглядывал свои — точнее, Вильдины — руки, затем провёл ладонью по волчьим ушам на голове, задумчиво потрогал пушистый хвост и, наконец, выдал:

— Ну… в принци…

Договорить он не успел, потому что в этот момент волна слабости накрыла его с головой, глаза закатились, и он рухнул на пол без сознания, подняв облачко пыли.

Повисла новая пауза, во время которой все смотрели на бесчувственного Эстро. Затем Карнакс нервно хихикнул:

— И что теперь? Эстро похоже того… — он попытался сделать грациозный взмах рукой, но случайно задел небольшой сталагмит, который с грохотом обрушился на пол. — Упс…

— Я не могу остаться в теле этой… этой… — Айсштиль обвела себя рукой, явно подбирая цензурное слово.

— Эй! Моё тело, между прочим, совершенно роскошное! — надулась Никталия. — Все мужики штабелями укладываются!

— Вот именно! — фыркнула Айсштиль. — Я не собираюсь… штабелями… и вообще!

Вильда наконец отмерла и, всхлипнув, бросилась к бесчувственному Эстро. Обхватила его за плечи и приподняла, вглядываясь в бледное лицо.

— Он же не умер? Скажите, что он не умер в моём теле! Я ещё хочу вернуться в него когда-нибудь! Эстро? Эстро! Живи-и-и-и-и-и-и-и…

Глава 2. Проблемы с Садом

Вильда бережно уложила бессознательное тело Эстро на кровать. Точнее, своё собственное тело, в котором сейчас находился бог. Ситуация была настолько абсурдной, что даже в голове не укладывалась.

— Я должна быть в этом теле, — пробормотала она, укрывая его одеялом. — А не ты. И уж точно не в таком состоянии.

Она осторожно пригладила белые волосы и поправила волчьи ушки, которые обмякли и печально свисали.

— Эй, ты ведь не умрёшь в моём теле? — с надеждой спросила она у бессознательного Эстро. — Мне бы очень не хотелось остаться в этом хоть и милом, но таком холодном теле. Понимаешь?

Эстро, разумеется, не ответил. Его дыхание было поверхностным, а лицо бледным. На губах запеклась кровь, а под глазами залегли тёмные круги.

— Он просто истощён, — сказала Айсштиль, входя в комнату с подносом. На нём дымилась чашка с дымящимся синеватым отваром. — Не физически, а энергетически. Вырвать четыре страницы из собственной Книги Судьбы, использовать Синхронизацию второго уровня, да ещё и в чужом теле… Я удивлена, что он вообще жив.

— Он выкарабкается? — с тревогой спросила Вильда.

— Это же Эстро, — Айсштиль фыркнула. Её мимика в теле Никталии выглядела при этом очень странно. Айси то принимала невозмутимый вид, то на нее словно набрасывалась цела гамма чувств. — Конечно, выкарабкается. Вот, — она протянула чашку, — я приготовила восстанавливающий настой.

— Ты умеешь готовить лечебные отвары? — удивилась Вильда.

— Я существую многие тысячи лет, — холодно ответила Айсштиль. — За это время я научилась многому. В отличие от некоторых, — добавила она, явно намекая на настоящую владелицу тела, в котором оказалась.

Никталия, которая как раз вошла в комнату, надулась.

— Эй! Я, между прочим, могу приготовить самую вкусную пиццу во всех известных мирах! Просто так случилось, что мои таланты лежат в других сферах.

— В каких именно? — ядовито уточнила Айсштиль. — В профессиональном загуле и разрушении государств? И когда это ты научилась готовить пиццу, если проснулась всего пару дней назад?

— Ну, знаешь… Я на самом деле всегда умела, просто осознала это лишь недавно.

— Тихо вы! — прошипела Вильда, поглаживая лоб Эстро. — Дайте раненому немного тишины!

Айсштиль поджала губы, но промолчала. Никталия скорчила рожицу, но тоже не стала спорить. Глядя на них, Вильда подумала, насколько странно выглядит эта сцена со стороны — Айсштиль с мимикой и манерами ледяной королевы, но в теле жизнерадостной богини ночных желаний, и Никталия, пытающаяся быть собой в теле серьёзного Эстро.

— Он без сознания, — мрачно сказала Вильда. — И ему нужен покой. Давайте все на выход! Прогуляйтесь что ли… Проверьте сад в конце концов! У нас же теперь нет доступа к энергии божественного измерения, если кто вдруг забыл…

Сад вокруг Великого Древа представлял собой картину странную и сюрреалистичную. Никталия в теле Эстро расхаживала взад-вперёд, размахивая руками и яростно ругаясь себе под нос. Время от времени она останавливалась, закрывала глаза и пыталась сконцентрироваться, но через несколько секунд снова начинала метаться и бормотать проклятия. Иногда косилась на заросли, в которых, как ей казалось, могли скрываться озабоченные лианы…

Неподалёку клон Карнакса в теле Лилии то ли отрабатывал движения, то ли пытался освоиться в своей новой физической оболочке. Он неуклюже прыгал, пытаясь сгруппироваться для боевого удара, но постоянно путался в собственных ногах и хвосте. После очередного падения он разразился потоком отборной брани, которая звучала особенно нелепо из уст хрупкой волкодевочки.

— Чёртов хвост! — зарычал он, поднимаясь на ноги. — Как эта тварь вообще ходит с таким балластом? Я всё время спотыкаюсь о него!

Погружённый в свои проблемы, он не заметил, как сзади к нему подкралась Пугливая Лилия в теле Карнакса. Она легонько постучала его по плечу, и клон с воплем подпрыгнул на месте, резко развернувшись.

— Извини! — пискнула Пугливая Лилия непривычно низким голосом. — Я хотела спросить…

— Никогда! — рявкнул клон, прижимая руку к груди. — Никогда так не подкрадывайся! Ты меня чуть до сердечника не довела!

— Но это же ты обычно так подкрадываешься к другим, — робко заметила Пугливая Лилия. — А потом их убиваешь…

— Это другое! Я бог войны, это тактика! — клон скрестил руки на груди, но вместо грозного вида получился какой-то нелепый жест. Подражать оригиналу, да еще и в таком теле, у него не всегда получалось. — Чего тебе?

— Я хотела показать тебе, как правильно управлять хвостом, — сказала Пугливая Лилия. — Это моё тело, я в нём прожила целую жизнь. Может быть, я смогу помочь?

Клон хотел было огрызнуться, но вместо этого задумался. Затем неохотно кивнул:

— Ладно. Показывай.

Пугливая Лилия улыбнулась — улыбка выглядела странно на суровом лице бога войны — и начала объяснять, как работают мышцы хвоста и ушей, как их контролировать и как использовать для баланса.

Тем временем Никталия, раздражённо пнув камень, уселась на скамейку и закрыла глаза. Она в очередной раз пыталась призвать силу теней, но в теле Эстро это давалось с трудом. Ловушка обмена телами оказалась куда серьёзнее, чем казалось поначалу.

— Проблемы? — спросила Айсштиль, подходя к ней.

Никталия открыла глаза и удивлённо моргнула. Видеть свое собственное лицо, но с совершенно другим, холодным и сдержанным выражением, было более чем странно. Привыкнуть решительно невозможно.

— Не могу привыкнуть, что ты теперь выглядишь как я, — призналась она. — И да, проблемы. Не могу дотянуться до своих сил. Как будто между мной и моей божественной сущностью стоит стеклянная стена. Я вижу свои способности, но не могу их использовать.

— Именно этого я и боялась, — мрачно кивнула Айсштиль. — Мы застряли в этих телах на неопределенный срок.

— Ну, а ты как? — спросила Никталия, переводя тему. — Получается использовать лёд?

— Минимально, — неохотно призналась Айсштиль. — Могу охладить напиток или заморозить небольшую лужу. Но о серьёзных боевых техниках речи не идёт.

— Значит, мы все в заднице, — подытожила Никталия. — Эстро без сознания, мы все застряли в чужих телах и потеряли большую часть сил. А вокруг нас сад, лишившийся подпитки Божественного измерения, четыре гигантских монстра в пещере, которых нужно как-то кормить и выводить наружу, и вдобавок где-то пропала настоящая Лилия. Отлично, просто отлично.

— Если вспомнить слова Пугливой Лилии, у нас ещё и месяц прошёл в реальном мире, пока мы там возились, — добавила Айсштиль. — Чую, в роду Безумовых все основательно переполошились…

Никталия открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент из леса донёсся громкий треск, а затем звук падающего дерева. Обе богини резко повернулись в ту сторону.

— Что это было? — спросила Никталия, вскакивая.

— Не знаю, но точно ничего хорошего, — мрачно ответила Айсштиль.

Клон Карнакса, который всё ещё пытался совладать с хвостом тела Лилии, повернулся в сторону шума, инстинктивно принимая боевую стойку.

— Надо проверить, — сказал он, и его волчьи уши встали торчком. — Звучало так, будто целое дерево рухнуло.

— Именно так оно и звучало, — кивнула Пугливая Лилия, неловко двигая широкими плечами тела Карнакса. — Пойдёмте посмотрим?

Айсштиль кивнула, и все четверо направились в сторону звука. Никталия в теле Эстро шла впереди, стараясь выглядеть уверенно, хотя в её глазах читалось беспокойство. Айсштиль в теле Никталии следовала за ней с холодным выражением лица, которое совершенно не вязалось с обычно игривой внешностью богини ночных желаний. Клон Карнакса замыкал процессию, ругаясь на свой хвост, а Пугливая Лилия осторожно ступала, словно боялась, что мощное тело бога войны раздавит всё на своём пути.

Когда они приблизились к источнику шума, перед ними открылась удручающая картина: огромное серебристое дерево с листьями, похожими на зеркальные осколки, лежало на земле. Его могучий ствол словно высох и сломался у основания. Вокруг него рассыпались сотни сверкающих листьев, которые медленно тускнели, теряя свой волшебный блеск.

— Серебряный ксифилиум, — прошептала Пугливая Лилия, подходя ближе. — Ему было больше тысячи лет, если верить записям…

Она наклонилась и подняла один из листьев. Тот рассыпался в её пальцах, превращаясь в серую пыль.

— Что с ним случилось? — спросил клон Карнакса, осматривая корни дерева. — Выглядит так, будто оно просто… сдалось и упало.

Пугливая Лилия огляделась вокруг, и её лицо становилось всё мрачнее.

— Посмотрите внимательнее, — сказала она, указывая на окружающие растения. — Это происходит не только с ксифилиумом.

И действительно, теперь, когда они обратили внимание, признаки увядания были заметны повсюду. Яркие цветы, которые ещё недавно пылали всеми оттенками радуги, теперь выглядели приглушённо. Листва на деревьях начала желтеть по краям, некоторые ветви казались сухими и ломкими. Трава под ногами, обычно сочная и упругая, местами пожелтела и полегла.

— Сад умирает, — тихо произнесла Айсштиль, обводя взглядом окрестности. — Без энергии Ядра в Божественном измерении ему не хватает подпитки.

— Это… как осень, — заметила Никталия, поднимая охапку разноцветных листьев. — Всё увядает, но так красиво.

И действительно, несмотря на признаки умирания, Сад был все еще прекрасен — может быть, даже более прекрасен, чем обычно. Цвета стали более глубокими, насыщенными. Лепестки цветов, хоть и начали сворачиваться, приобрели оттенки заката. Многие растения испускали мягкое сияние, словно стремились отдать последние силы, прежде чем угаснуть навсегда.

— Сад всегда был живым организмом, — сказала Пугливая Лилия. — Он чувствует нас, знает нас. И сейчас… сейчас он словно пытается сказать, что всё ещё здесь, всё ещё борется.

— И надолго ли его хватит? — спросил клон Карнакса, постукивая по стволу ближайшего дерева и прислушиваясь к звуку. — Звучит пустотно. Внутри уже начался процесс разложения.

— Без Ядра… — Лилия покачала головой. — Думаю, у нас есть несколько недель, может быть, месяц или два, прежде чем Сад полностью погибнет.

— Надо найти способ восстановить Ядро, — решительно сказала Никталия. — Или создать новый источник энергии.

— Легче сказать, чем сделать, — хмыкнул клон. — Особенно когда мы застряли в чужих телах и потеряли большую часть своих сил.

Они молча двинулись дальше, осматривая Сад. Чем дальше они уходили от Великого Древа, тем явственнее становились признаки увядания. На дальних окраинах Сада некоторые растения уже полностью высохли, превратившись в изящные скульптуры из сухих веток и лепестков.

Когда они повернули обратно к Великому Древу, солнце уже клонилось к закату, окрашивая Сад в золотистые тона, которые только усиливали ощущение осени.

— Знаете, я давно уже хотела вам сказать… — неожиданно сказала Пугливая Лилия, — И сейчас вроде подходящий момент. Пока вы все были в Божественном измерении, я провела в подземельях целый месяц.

— Месяц?! — воскликнула Никталия, останавливаясь так резко, что клон Карнакса чуть не врезался в неё. — О чём ты говоришь? Нас не было всего пару дней!

— Для вас — да, — кивнула Пугливая Лилия. — Но в реальном мире прошёл месяц.

— Время в Божественном измерении течёт иначе? — Айси приподняла бровь.

— Но… как ты выжила здесь одна? — спросил клон, с новым интересом глядя на свое тело.

Пугливая Лилия вздохнула, и на её лице, обычно таком грозном в облике Карнакса, появилось задумчивое выражение.

— Это было… непросто, — сказала она. — Великое Древо больше не признавало меня хозяйкой в этом теле. Я осталась предоставлена сама себе.

— И что ты делала? — спросила Айсштиль.

— Для начала мне нужно было найти убежище, — начала рассказывать Пугливая Лилия. — Я не могла выбраться из того чертового подземелья. И я боялась хищников, которые там… ну сами понимаете…

Она несколько секунд помолчала, собираясь с мыслями.

— В итоге нашла небольшую пещеру. Я обустроила её как могла. Натаскала мягких волокон для постели, соорудила что-то вроде очага из камней.

— А еда? — тут же заинтересовалась Никталия. — Что ты ела?

— Поначалу я пыталась собирать съедобные коренья, как делала всегда, — усмехнулась Пугливая Лилия. — Но этому… мощному телу нужно гораздо больше пищи. Пришлось учиться охотиться.

— Ты? Охотиться? — недоверчиво переспросил клон. — Ты же боишься даже громких звуков!

— Когда выбор стоит между страхом и голодом, страх отступает, — просто ответила Пугливая Лилия. — Я сделала копьё из палки и хитиновой клешни. Соорудила несколько ловушек для мелких многоножек. Но самой удачной добычей оказались гигантские многоножки в Нижнем гроте.

— О! Я обожаю многоножек! — оживилась Никталия. — Они так прикольно хрустят, а самые сочных у нас во Дворце Ночи… Как ты их готовила?

— Сначала нужно оторвать голову и удалить ядовитые железы, — начала объяснять Пугливая Лилия с неожиданным энтузиазмом. — Потом разрезать панцирь вдоль хребта и вычистить внутренности. Если оставить их на горячих камнях на несколько часов, они становятся хрустящими снаружи и сочными внутри. А если добавить немного сока кислолиста…

Айси слушала эти гастрономические откровения с самым кислыми выражением лица.”Куда я папала… в компанию многоножкоедок…» — пробурчала она.

— Звучит восхитительно, — мечтательно протянула Никталия. — Я бы сейчас не отказалась от жареной многоножки с кислолистом.

— Ничто не сравнится с мясом титана, убитого собственными руками, — высокомерно заявил клон Карнакса. — Вот это настоящий деликатес!

— Конечно-конечно, — насмешливо протянула Айсштиль. — Я как сейчас помню, когда ты сначала час гонялся за Зеленым Аспидом, потом полдня жарил и в итоге всё равно отравился.

— Это было всего раз! — возмутился клон. — И я не отравился, а просто… временно ослаб от избытка белка.

Пугливая Лилия тихо рассмеялась, и это был странный звук — низкий, раскатистый смех из горла Карнакса.

— Я также сделала себе доспехи, — продолжила она свой рассказ. — Из коры твердодрева и высушенных лиан. Они не очень прочные, но защищали от мелких хищников и шипов.

— А как ты добывала огонь? — спросил клон.

— Кремень и огниво, — пожала плечами Пугливая Лилия. — Я нашла подходящие камни у Южного ручья.

По мере того как они приближались к Великому Древу, её тон становился всё более задумчивым.

— Знаете, что было самым сложным? — спросила она внезапно. — Одиночество. Я провела месяц, не зная, вернётесь ли вы вообще. Не зная, что случилось, живы ли вы. Каждый день я приходила к порталу и проверяла, не открылся ли он. И каждый день уходила ни с чем.

В её голосе прозвучала горечь.

— И что самое забавное — для вас прошло всего пара дней. Вы сражались, решали судьбы миров, а обо мне даже не вспомнили.

Наступила неловкая тишина. Никталия виновато опустила взгляд, а Айсштиль нахмурилась.

— Подождите, — сказала она, останавливаясь. — Если в реальном мире прошёл месяц, а в Божественном измерении — всего пара дней…

— …то время течёт с разной скоростью, — закончил за неё клон. — Примерно в пятнадцать раз быстрее здесь, чем там.

— Это значит, что мир снаружи… — начала Никталия.

— …думает, что мы пропали уже целый месяц, — мрачно кивнула Айсштиль. — Интересно, что там сейчас происходит?

Все замолчали, обдумывая это открытие. Месяц отсутствия для мира снаружи — это достаточно долго, чтобы началась тревога, поиски, возможно, даже официальное расследование. Особенно если речь идёт о таких важных фигурах, как княжич Константин Безумов.

— Надо вернутся как можно скорее, — решительно сказала Айсштиль. — И для этого нам нужен Эстро. В реальном теле. Только он может помочь нам вернуться в свои тела.

— И спасти Сад, — добавила Пугливая Лилия, бросая тревожный взгляд на желтеющие кроны деревьев.

Когда они вернулись к Великому Древу, уже почти стемнело. Отблески заката окрашивали листву в глубокие пурпурные тона, и на фоне этого царственного великолепия особенно остро ощущалась неотвратимость увядания. Сад всё ещё был прекрасен — может быть, даже прекраснее, чем обычно — но это была красота угасания, последний яркий всплеск перед долгой ночью.

Глава 3. Козел-манипулятор

Комната, где лежал Эстро, постепенно погружалась в вечерние сумерки. Вильда сидела у его кровати, держа руку бога в своих холодных пальцах. Она неотрывно смотрела на своё собственное лицо, пытаясь уловить малейшие признаки улучшения.

— Ты ведь справишься, правда? — тихо спросила она. — У нас тут всё разваливается без тебя. Сад увядает, все потеряли свои силы, эти гигантские создания заперты в пещере… И я понятия не имею, что делать. Никто не знает.

Эстро не отвечал. Его дыхание стало ровнее, а цвет лица немного улучшился после того, как Айсштиль влила в него целебный отвар, но он всё ещё был без сознания.

— Знаешь, — продолжила Вильда, — я никогда не думала, что скажу это, но… мне было лучше, когда я не знала, кто я такая. Когда я просто жила в Саду, ухаживала за растениями и думала, что я настоящая Лилия. Было… проще.

Она вздохнула и посмотрела в окно, за которым сгущались тени.

— Но я не жалею, что встретила тебя. Даже если… даже если я навсегда останусь в этом теле.

В этот момент рука Эстро слегка дрогнула, и его веки затрепетали. Вильда замерла, не веря своим глазам.

— Эстро? — прошептала она. — Ты меня слышишь?

Глаза Эстро медленно открылись. В них было замешательство, но постепенно взгляд прояснялся.

— Вильда? — хрипло спросил он. — Что… что случилось?

— Ты потерял сознание, — ответила она, сжимая его руку. — После того как мы вернулись из измерения. Тебе стало плохо, когда Никталия сказала, что мы не сможем вернуться в свои тела без кристаллов-ловушек.

Эстро на секунду нахмурился, затем его лицо прояснилось.

— А, да, — он попытался сесть, и Вильда помогла ему, подложив подушку под спину. — Сколько я был без сознания?

— Почти сутки, — ответила Вильда. — Все очень волновались.

Эстро огляделся, словно только сейчас полностью осознал, где находится.

— А остальные? Как они?

— Айсштиль готовит лечебные отвары, пытается вернуть хоть немного своей силы льда. Никталия злится, что не может использовать свои божественные способности. Клон Карнакса учится ходить с хвостом, а Пугливая Лилия пытается ему помочь…

— А терракровные? — обеспокоенно спросил Эстро. — Как они?

— Сидят в пещере, — вздохнула Вильда. — Они слишком большие, чтобы выйти через обычный вход. Кархаад пытался расширить проход, но тут же начались обвалы. Магмар сдержал их своим телом, но долго он не продержится. И они голодные…

Эстро задумчиво потёр подбородок.

— А Сад? Как он?

— Умирает, — тихо ответила Вильда. — Без энергии Ядра Великое Древо не может поддерживать всю экосистему. Листья желтеют, цветы вянут… А деревья начали падать.

Эстро откинулся на подушку и закрыл глаза. На его лице появилось странное выражение — смесь усталости и… улыбки?

— Что ж, — сказал он, открывая глаза, — кажется, у нас проблемы.

— Это преуменьшение века, — фыркнула Вильда. — У нас не просто проблемы, у нас…

— Ерунда, — перебил её Эстро. — На самом деле всё решаемо. И довольно быстро.

Вильда уставилась на него, не веря своим ушам.

— Ты шутишь? Как всё это, — она широко развела руками, словно пытаясь объять весь масштаб катастрофы, — можно назвать ерундой?

— Прости, но… я знаю как всё исправить, — Эстро улыбнулся шире, и в его глазах появился знакомый озорной огонёк. — Обмен телами, умирающий Сад, гиганты в пещере… Всё это можно решить.

— Как? — недоверчиво спросила Вильда.

— Дай мне пару дней, — ответил Эстро, пытаясь подняться с кровати. — И я всё исправлю. Надо только…

— Стой! — Вильда удержала его за плечи. — Ты всё ещё слишком слаб!

— Я в порядке, — возразил Эстро. — Просто немного… потрёпан. Но у меня есть идеи.

— Какие идеи? — в дверях появилась Айсштиль с новой порцией целебного отвара. — Эстро! Ты очнулся!

— И готов действовать, — кивнул тот. — Созывай всех, Айси. Нужно обсудить план.

Вечерний воздух наполнился ароматами готовящейся пищи. Никталия, несмотря на своё раздражение и тревогу, обнаружила, что чувствует неконтролируемый голод. Тело Эстро, ослабленное недавними событиями, требовало энергии. Да остальных следовало подкормить.

В Великом древе оказалась комната, напоминающая кухню, где Никталия и трудилась. Она стояла у «плиты», помешивая содержимое большой кастрюли. Готовить в незнакомом теле оказалось неожиданно сложно — руки не слушались так, как обычно, и она уже дважды роняла половник.

— Проклятье, — пробормотала она, когда кипящий бульон выплеснулся на столешницу. — Как мужики вообще живут с такими кривыми руками?

Никталия яростно уставилась на большие ладони Эстро. Только что она уронила целую связку каких-то лесных корешков. Пугливая Лилия утверждала, что они съедобные… Как теперь спасти ужин?

— Никакой координации! — проворчала она, размешивая густеющий бульон. — Как этими лапами вообще можно что-то делать? Они размером с лодочные весла!

Она так увлеклась своими гневными монологами, что не сразу заметила, как поверхность бульона в кастрюле начала странно мерцать. Затем жидкость потемнела, стала глубокого фиолетового оттенка, и в ней замерцали звезды…

— Э-э-э… — Никталия озадаченно уставилась на бульён. — Я, конечно, такая себе кухарка, но разве все настолько плохо?

Внезапно в контурах кипящего супа сформировалось знакомое лицо!

— Привет, малышка Ники! — весело произнес Ноктус. Его улыбка, сформированная булькающим кипятком, выглядела еще насмешливее. — В прошлый раз не спросил… Как тебе новое тело? Выглядишь… внушительно.

Никталия от неожиданности отпрянула и чуть не перевернула кастрюлю.

— Ты?! — воскликнула она, и ее голос — низкий голос Эстро — прозвучал непривычно грозно. — Ах ты… ты… — она запнулась, подбирая слова, а потом разразилась настоящим потоком ругательств: — Ты двуличный, лживый, козёл-манипулятор! Сраный засранец! Как ты посмел контролировать меня?! Заставил меня напасть на Эстро, когда он был на грани! Он мог погибнуть, а я бы стала… я бы…

Ноктус в кастрюле поморщился, когда она стукнула половником о край, расплескав несколько капель супа.

— Эй, осторожнее! Я, между прочим, сейчас в довольно уязвимом положении. Хотя, должен признать, сердитый Эстро выглядит устрашающе.

— Да какая разница, как я выгляжу! — рявкнула Никталия. — Знаешь что? Я ухожу. Да-да, всё кончено! Забудь об уборке во Дворце Вечной Ночи! Забудь о своей «маленькой богине ночных желаний»! Я больше не работаю на тебя! С этого момента я сама по себе. И можешь идти прямиком в Бездну жопы со своими планами и манипуляциями!

Она резко развернулась, чуть не сбив кастрюлю, но тут же вернулась придержать ее. Потому что суп был единственной едой на сегодня.

Ноктус, вместо того чтобы разозлиться, рассмеялся.

— Знаешь, Ники, ты всегда была моей любимицей именно из-за такого характера. Но, может, хватит драмы? Я тебе кое-что скажу, что, вероятно, изменит твое мнение.

— Ничто не изменит моего мнения! — фыркнула она, помешивая суп и невольно искажая его лицо. Но оно как назло тут же восстанавливалось.

— Даже то, что Эстро сам попросил меня об этом? — невозмутимо произнес Ноктус.

Никталия застыла с половником в руке.

— Что?

— Много, много тысяч лет назад, — начал Ноктус, его лицо в кастрюле стало задумчивым, — Эстро и я заключили пакт. Он сказал мне, что если он когда-нибудь окажется на грани проигрыша, я должен попросить тебя активировать твою особую силу. Пробудить его темные желания. Заставить его ощутить самые глубокие, самые искренние стремления, которые он подавлял. Это один из немногих способов противостоять Бездне.

— Не верю, — отрезала Никталия, но в ее голосе появилось сомнение. — Эстро никогда бы не подверг себя такому риску.

— О, поверь мне, Ники, — усмехнулся Ноктус. — Эстро — самый рисковый парень из всех, кого я знаю. Как ты думаешь, откуда у него вся эта ерунда с той невероятной фиолетовой формой и прочими трюками? Он всю жизнь проводит на грани между гениальностью и безумием.

Никталия помрачнела, вспоминая их с Эстро приключения в перевернутой пирамиде.

— Даже если это правда, ты мог бы просто сказать мне!

— А ты бы сделала это добровольно? — Ноктус приподнял бровь. — Применила бы свою силу на Эстро, рискуя превратить его в безумца, жаждущего власти? Или в чудовище Бездны?

Никталия открыла рот, но не нашла, что возразить, и обиженно отвернулась.

— Кстати, — продолжил Ноктус уже более мягким тоном, — я хотел сказать, что ты справилась блестяще. Даже сопротивлялась моему внушению, показала настоящий характер. Я очень горжусь тобой, Ники.

— Прекрати называть меня «Ники», — проворчала она, но уже без прежней ярости.

— И, как я и обещал… — Ноктус поднял руку, и в его пальцах появился сверкающий новенький смартфон. — Премиальная модель. С безлимитным тарифом на все сервисы и прочая, прочая, прочая… Думаю, даже в Бездне будет ловить.

Никталия попыталась сохранить равнодушное выражение лица, но ее глаза невольно загорелись при виде гаджета.

— Не нужен мне твой смартфон, — буркнула она, хотя ее взгляд был прикован к сияющему экрану. — Оставь себе.

— Ну, как знаешь, — пожал плечами Ноктус. — Положу его на твою подушку во Дворце Вечной Ночи. Когда вернешься… для следующего задания.

— Следующего задания? — переспросила Никталия. — Никакого следующего задания не будет! Я теперь волк-одиночка!

— Разумеется, — кивнул Ноктус с хитрой ухмылкой. — Но ты знаешь, где меня найти… и где найти свой смартфон.

Прежде чем Никталия успела ответить, его изображение подернулось рябью и исчезло, оставив ее наедине с обычным, хоть и слегка подгоревшим супом.

— Козёл пупырчатый, — проворчала Никталия, но уже без прежнего запала.

С подозрительным видом она рассматривала кастрюлю, затем схватила губку и начала энергично оттирать половник, как будто само соприкосновение с Ноктусом могло оставить магический след.

— Надо же, внедрился прямо в кастрюлю. И даже на кипяток этому засранцу всё равно… — она бросила взгляд на кипящий суп. — Не-е-е-е, эту гадость, где побывала рожа Ноктуса, я точно есть не буду… Лучше новый сварю… А эту порцию отдам Аське и Карнаксу… Всё равно выбрасывать.

Она продолжала бурчать, перебирая в голове весь разговор с Ноктусом. Его объяснение звучало правдоподобно… и это был именно тот безумный план, который Эстро вполне мог придумать.

В глубине души она понимала, что, скорее всего, вернется во Дворец Вечной Ночи. В конце концов, ей действительно хотелось получить этот смартфон.

Но сначала нужно разобраться с текущими проблемами — вернуться в свое тело, спасти Сад и выручить терракровных. А потом уже можно будет подумать о будущем.

И, возможно, задать Эстро пару очень неудобных вопросов.

— А эти руки! — она снова вернулась к своей первоначальной жалобе. — Как мужики вообще живут с такими неуклюжими граблями? Чайную ложку не могу нормально держать!

— У меня прекрасные руки, — раздался голос с порога. — Просто ты ими пользоваться не умеешь.

Никталия резко обернулась и увидела самую странную картину — саму себя, точнее, своё тело с Айсштиль внутри, поддерживающую под руку тело Вильду, в котором находился Эстро.

— Ты очнулся! — воскликнула она, бросаясь к ним. — Мой Эстрочка! Как ты себя чувствуешь?

— Не называй его так, — фыркнула Айси. — Аж уши в трубочку…

— Сносно. Бывало и хуже, — усмехнулся Эстро. — Что готовим?

— Суп, — пожала плечами Никталия. — Или пытаюсь готовить. Твоё тело ужасно неуклюжее.

— Неправда, — возразил Эстро. — Просто нужно к нему привыкнуть. Кстати, об этом, — Эстро с помощью Айсштиль добрался до стула и осторожно сел. — У меня есть план.

— План? — Никталия скептически изогнула бровь. — Какой ещё план? Мы застряли в чужих телах, теряем свои силы, гиганты заперты в пещере, а Сад умирает. Какой план может всё это исправить?

Про Ноктуса и его откровения она пока решила не говорить… И если честно Никталия вообще не была уверена, что хочет об этом разговаривать с Эстро.

— Для начала, — сказал Эстро, — я могу вырастить новые кристаллы-ловушки. Я помню, как их создавать.

— Серьёзно? — лицо Никталии просветлело. — То есть, мы сможем вернуться в свои тела?

— Да, но на это нужно время, — кивнул Эстро. — А пока у нас есть более насущные проблемы.

— Например, умирающий Сад? — спросила Айсштиль.

— И это тоже, — согласился Эстро. — Но сначала нужно решить вопрос с терракровными. Они не могут вечно оставаться в пещере.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Все смотрели на Эстро с разной степенью недоверия и беспокойства. Наконец, Айси нарушила молчание.

— Ну, если кто-то и может вытащить нас из этой перегдряги, то только ты, — неохотно признала она.

— Договорились, — улыбнулся Эстро. — А теперь давайте поужинаем. Мне нужны силы для завтрашнего дня.

В этот момент суп на плите опасно забулькал и начал выплёскиваться через край кастрюли. Никталия с воплем бросилась к плите, пытаясь спасти ужин, но поскользнулась на мокром полу и чуть не впечаталась лицом прямо в шкаф.

— Вот это да, — произнёс Эстро, наблюдая за происходящим хаосом. — А я думал, что самое худшее уже позади.

Кухня превратилась в импровизированный военный штаб. После ужина (суп Никталии оказался на удивление вкусным, хотя и слегка подгоревшим) все расселись вокруг стола. Эстро, уже чувствовавший себя лучше, восседал во главе стола, сложив пальцы домиком.

— Итак, у нас три основные проблемы, — начал он. — Во-первых, обмен телами и потеря большей части наших сил. Во-вторых, терракровные, запертые в пещере. В-третьих, умирающий Сад и Великое Древо.

— И исчезновение настоящей Лилии, — добавила Айсштиль.

— Точно, — кивнул Эстро. — Четыре проблемы. Я предлагаю решать их по порядку.

— И с чего начнём? — спросила Никталия.

— С терракровных, — ответил Эстро. — Они самые уязвимые. Им нужна пища, пространство, уход.

— И как ты собираешься вытащить четыре живые горы из пещеры? — скептически спросил клон. — Они слишком велики для прохода.

— Мы не будем их вытаскивать, — сказал Эстро. — Мы расширим пещеру.

— И вызовем обвал? — Вильда покачала головой. — Это слишком опасно.

— Не обязательно, — Эстро поднял палец. — Если сделать всё правильно, мы сможем укрепить своды и расширить пространство без риска обрушения.

— Даже если у нас получится, — вмешалась Айсштиль, — они всё равно будут заперты под землёй. А им нужен солнечный свет, свежий воздух…

— Создадим выход наружу, — пожал плечами Эстро, как будто речь шла о мелочи. — Это я беру на себя. Но мне нужно будет вернуться в особняк Безумовых и… кое-что там прихватить. Небольшую мелочь.

— К слову об изначальной Лилии, — подал голос клон Карнакса. — Она… как бы это сказать… в общем, можете ее вычеркивать из списка проблем.

На нем сошлись все удивленные взгляды.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Эстро.

— Я знаю, что с ней произошло, — ответил клон. — Я видел это своими глазами и… в общем, с ней все хорошо… в каком-то смысле.

Глава 4. Альфа-хищник

Вся наша компания смотрела на клона Карнакса, который нервно переминался с ноги на ногу, явно не готовый к такому скоплению внимания.

— Что значит, ты знаешь, что произошло с настоящей Лилией? — спросил я.

— Она… — клон Карнакса в теле Лилии замялся, что выглядело совершенно несвойственно для обычно безжалостного бога войны. — Я честно, даже не знаю, как объяснить… Вы можете быть не готовы.

— О, мы определённо готовы, — фыркнула Айсштиль в теле Никталии, скрестив руки на груди. — После того, что мы пережили за последние дни, нас сложно чем-то удивить.

— Полагаю, ты думал, что Лилия угодила в ловушку кристаллов после перехода через портал? — спросил клон меня.

— Ну да, — кивнул я. — Мы нашли на подходе к порталу ее волосы.

— В принципе, ты угодал. Лилия действительно угодила в ловушку. Но дальше с ней произошло нечто… странное…

— Ты что был там? — перебила его Никталия. — Откуда тебе знать все это?

— Ядро наблюдало за Лилией через кристаллы-наблюдатели. А всё, что знало Ядро, знали и клоны, которых оно создавало.

— Не слушай ее, — подтолкнула его Айси. — Давай к сути.

— Лилии было не с кем поменяться. Рядом не было даже клонов, — продолжил он, переводя взгляд с одного лица на другое. — Её душа в итоге была расщеплена на две части и угодила в систему Великого Древа. Ядро решило создать себе двух послушных клонов, но… что-то пошло не так. Обе получившиеся Лилии сохранили самосознание. И были выброшены в Сад. Ну а дальше вы все знаете.

Реакция не заставила себя ждать. Выражение лица Пугливой Лилии в теле Карнакса сменилось целой гаммой эмоций — от недоверия до ужаса. Её глаза расширились, рот приоткрылся, а руки начали дрожать.

— Хочешь сказать… — она сделала шаг назад, и сильное тело бога войны под её контролем вдруг показалось особенно неуклюжим. — Я… это часть… я — это она?

Вильда застыла как статуя. На её лице — или, точнее, на лице Айсштиль, в котором она находилась — отразился такой чистый, незамутнённый шок, что, казалось, она перестала дышать.

— Выходит, — прошептала она наконец, — изначальная Лилия была всё это время с нами… только в двух ипостасях?

Я нахмурился, и мои волчьи уши непроизвольно встали торчком.

— Ловушка не должна была работать подобным образом… — произнёс я задумчиво. — Я вообще делал её с целью вырубить потенциальных гостей и сделать их беспомощными, чтобы потом с ними спокойно разобраться. А не для… расщепления душ.

— Я не в курсе, почему так вышло, — пожал плечами клон Карнакса. — Но весь мир заражен Бездной, она могла повлиять на работу системы.

— Ты знал всё это время… и не говорил? — возмутилась Айсштиль, её глаза сверкнули, несмотря на то, что она была в теле Никталии.

— А вы не спрашивали! — огрызнулся клон. — Мы, между прочим, дрались с Ядром, мне было не до историй.

Я лишь покачал головой. Вот оно как… Это многое объясняет. В частности, почему Вильда и Лилия такие эмоциональные и живые. В них частицы полноценной души.

Значит, в теории, есть способ извлечь их Книгу или Книги Судьбы. Но это будет явно не просто.

— А можно… можно ли вернуть теперь изначальную Лилию? — спросила Вильда дрожащим голосом. — И если две половинки души сольются… не пропадем ли мы с Пугливой Лилией?

Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и неприятный. Я открыл рот, но обнаружил, что у меня нет чёткого ответа. А я ненавижу ситуации, когда у меня нет ответов.

— Если честно, не знаю, — признался я наконец. — Теоретически, если душа была расщеплена, её части должны стремиться к воссоединению. Но то, что произошло с вами… это не просто разделение. Вы развились в отдельные личности.

Пугливая Лилия и Вильда переглянулись, их лица выглядели крайне тревожно.

— Но давайте решать проблемы по мере их поступления! — я хлопнул в ладоши, стараясь разрядить гнетущую атмосферу. — У нас и так забот полон рот.

— Согласна, — кивнула Айсштиль. — Сначала вернёмся в свои тела, спасем сад, а потом будем разбираться с душами.

— Отлично! — я попытался встать, но тело Вильды всё ещё было слабым, и мне пришлось опереться на стол. — Итак, вот план. Я, Айси, Никталия и Вильда отправимся в поместье Безумовых. Пугливая Лилия и клон Карнакса останутся здесь следить за садом и Великим Древом.

— Эй, меня ты не спросил! — возмутилась Никталия в моём теле.

— А что спрашивать? Ты в моём теле, так что придётся поиграть роль княжича Безумова, — я улыбнулся. — Лучше тебя с этим никто не справится.

Она на мгновение задумалась.

— О, точно… я в теле княжича… ой, я буду командовать… — её губы раздвинулись в широкой улыбке. — Клаааааас… ой, я такого наприказываю… Для начала прикажу всем горничным ходить топлес…

Айсштиль тут же наградила её лёгким подзатыльником.

— Даже не думай делать глупости, — предупредила она. — Я за тобой слежу.

— Бука ты… — надулась Никталия.

Хм… идея на счет горничных не так уж и плоха…

— А я зачем нужна? — спросила Вильда неуверенно.

— У Безумовых в лаборатории есть специальные составы, которые могут стабилизировать твоё состояние, — объяснил я. — Ты ведь ещё не очень хорошо контролируешь ледяное тело Айси, постоянно подтаиваешь. Кроме того, я бы хотел, чтобы ты взглянула на Безумную Лилию.

Вильда заметно напряглась.

— А она не нападёт?

— Максимум оближет, — успокоил я.

— Оближет? — озадаченно переспросила Вильда.

— Ну или обнюхает…

Айсштиль хмыкнула.

— Тебя ждёт сюрприз.

— Карнакс и Пугливая Лилия, — продолжил я, обращаясь к ним, — вам придётся позаботиться о терракровных, пока нас не будет. Им нужна специальная диета.

Я объяснил, что им нужно скармливать определённые коренья и добавлять минералы, чтобы они не ослабли.

— На этой диете они продержутся достаточно времени. А ещё, — добавил я как бы между прочим, — их навоз используйте в качестве удобрения для Сада.

— Что? — клон Карнакса скривился. — Ты хочешь, чтобы мы собирали дерьмо?

— Не просто дерьмо, — поправил я. — Их навоз содержит столько энергии, что может заменить Саду Ядро как источник питания. По крайней мере, временно. До тех пор пока мы не найдем альтернативу.

— Не верю, — фыркнул клон. — Какая глупость. Как навоз может…

— Карнакс. Помолчи, — сухо сказал я. — Не до споров.

Тот что-то пробурчал под нос, но тему развивать не стал.

— Ладно, — кивнул клон напоследок. — Будем собирать дерьмо. Но только потому, что нам нужно сохранить Сад.

— Так тебе сад все-таки понравился? — обрадованно спросила Лилия. — Может быть ты не такой злой?

— Мне просто нужно где-то жить, женщина! — огрызнулся клон. — И я никогда не был злым. Я тот еще добряк — всегда убивал своих врагов быстро и без мучений.

— Тогда решено, — подытожил я. — Выдвигаемся завтра на рассвете.

Утро встретило нас прохладным ветром и неожиданно ярким солнцем, которое, казалось, насмехалось над мрачностью нашей ситуации. Я вышел из Великого Древа, опираясь на руку Вильды. Моё временное тело — волкодевочка-клон — всё ещё было слабым после энергетического истощения. С нами были Айси и Никталия.

— Итак, — сказала Никталия в моём теле, осматриваясь вокруг, — как мы доберёмся до поместья Безумовых? Пешком? Потому что, если честно, я не горю желанием топать через Дикие Земли.

Я ухмыльнулся. Вильда, Айсштиль и Никталия при этом мило заулыбались, глядя в мою сторону. Кажется, моя волкодевичья физиономия приняла довольно комичное выражение.

— Конечно, нет. У нас есть транспорт.

— Какой? — заинтересовалась Вильда.

— Увидишь, — я загадочно подмигнул и повёл их к небольшому подлеску, расположенному недалеко от Великого Древа.

Пробираясь сквозь густую растительность, я внимательно осматривал местность. Прошёл месяц с тех пор, как мы оставили его здесь, и я не был уверен, что наш транспорт всё ещё ждёт нас.

— Мы ищем какое-то животное? — спросила Вильда, отодвигая ветку с дороги.

— Не совсем животное, — уклончиво ответил я. — Скорее… эксперимент.

— О нет, — ужаснулась Никталия. — Только не говори, что мы ищем одно из сумасшедших изобретений Великого Эстро!

— Эй! — я притворно обиделся. — Мои изобретения не сумасшедшие. Они просто… творчески нестандартные.

— Так вот как теперь это называется, — хмыкнула она.

Мы вышли на небольшую поляну, где я остановился и прислушался. Что-то было не так. Лес казался слишком тихим.

— Что-то случилось? — встревожилась Вильда.

— Тихо, — прошептал я. — Здесь что-то не то.

И тут я заметил следы. Огромные, необычной формы отпечатки, похожие на смесь автомобильных шин и когтистых лап. Они вели к большому холму на краю поляны, который при ближайшем рассмотрении оказался не холмом вовсе, а…

— Это нора? — недоверчиво спросила Никталия.

— Похоже на то, — кивнул я, подходя ближе. — И довольно большая.

— Похоже, он одичал за месяц, — вздохнула Айси.

— Кто? — опасливо спросила Вильда.

Вход в нору представлял собой зияющее отверстие, достаточно широкое, чтобы в него мог въехать небольшой автомобиль. Вокруг валялись кости различных лесных монстров, некоторые из них были весьма внушительных размеров.

— Мне это не нравится, — пробормотала Вильда, крепче прижимаясь к Айсштиль.

— А мне очень даже нравится, — возразил я с улыбкой. — Это значит, что наш друг не только выжил, но и прекрасно адаптировался к местной экосистеме.

Я сделал шаг к норе и громко свистнул. Звук эхом отразился от стенок подземного жилища.

— Эй, Дребезг! Ты там? Это я, Эстро!

В ответ из глубины норы раздалось низкое, вибрирующее рычание, от которого земля под ногами слегка задрожала.

— Дребезг? — переспросила Айси. — Так у него еще и имя есть? Сколько я на нем ездила и не знала…

— Это подходящее имя, — пожал я плечами. — Я почти всем своим творениям его даю. И даже записываю, чтобы не забыть.

— А почему именно Дребезг? — уточнила Вильда.

— Поверь мне, когда он разгоняется, ты поймёшь, почему.

Рычание стало громче, и в темноте норы показались два ярко-красных глаза, светящихся, как фары автомобиля. А затем… из тьмы выехало нечто.

Никталия ахнула, Вильда тихо вскрикнула, а даже невозмутимая Айсштиль сделала шаг назад.

Монстромобиль выглядел, как всегда отлично. Из-под колес выступали огромные паучьи ноги, покрытые хитиновыми пластинами. По бокам извивались механические щупальца, заканчивающиеся чем-то вроде клешней. А на месте багажника располагалась огромная зубастая пасть.

— Бедняжка, — Айси ласково провела рукой по корпусу. — Ты наверное оголодал без бензина… на одном-то мясе далеко не уедешь…

— Что… это… такое? — выдавила из себя Вильда.

— Часть моего автопарка, — с гордостью ответил я. — Дребезг, познакомься с моими друзьями. Друзья, это Дребезг.

Монстромобиль издал низкий, урчащий звук и проехал вперёд, выбираясь полностью из норы. В дневном свете стало заметно, что его корпус покрыт не только металлическими пластинами, но и чем-то похожим на чешую, переливающуюся на солнце всеми оттенками радуги.

— Ты скрестил машину с монстром? — недоверчиво уточнила Никталия.

Мне показалось, что она смотрит на монстромобиль как-то слишком спокойно. Словно его уже видела. Но не хочет себя выдавать.

— Технически, я интегрировал живые ткани и механизмы самовосстановления в механическую основу с помощью энергии Бездны, — поправил я. — Но твоя версия тоже подойдёт.

Дребезг тем временем приблизился ко мне, принюхиваясь. Его металлические ноздри расширились, а красные глаза-фары сузились, словно в замешательстве.

— Да, дружище, это я, — сказал я, протягивая руку. — Просто в другом теле.

Монстромобиль замер на мгновение, затем издал радостный рёв и ткнулся в меня своей металлической мордой, чуть не сбив с ног.

— Эй, осторожнее! — рассмеялся я, похлопывая его по капоту. — Я сейчас не такой крепкий, как обычно.

— Он тебя узнал, — удивлённо заметила Вильда. — Даже в другом теле.

— Конечно, узнал, — кивнул я. — Дребезг чувствует не внешность, а… гммм… духовную подпись. А моя душа, даже в этом теле, остаётся моей.

Я обошёл монстромобиль, внимательно его осматривая. За месяц, проведённый на свободе, Дребезг заметно изменился. Его металлический панцирь стал толще, кое-где появились новые шипы и наросты. Паучьи ноги удлинились и стали более гибкими. А щупальца, казалось, стали не только длиннее, но и обзавелись дополнительными суставами.

— Ты хорошо кушал, да? — пробормотал я, заметив остатки какого-то крупного хищника возле норы. — Стал альфой в этих краях, а?

Дребезг в ответ гордо выпрямился и издал звук, похожий на тарахтение мощного двигателя.

— Гляньте-ка! — воскликнула вдруг Никталия, указывая на что-то за норой. — Там ещё один!

И действительно, из-за холма показалась вторая механическая фигура. Она была меньше Дребезга, изящнее, с более тонкими ногами и… явно «женского» дизайна. В отличие от угловатых, агрессивных форм Дребезга, новая машина-монстр имела обтекаемые, плавные линии. Её корпус напоминал спортивный автомобиль, а металлическая шкура переливалась нежными перламутровыми оттенками.

— Ты с ума сошёл? — выдохнула Айсштиль. — Ты создал ему пару? Когда?

— Вообще-то, нет, — честно признался я, с неподдельным удивлением рассматривая второй монстромобиль. — Это… неожиданность.

Женский монстромобиль осторожно приблизилась к нам, держась позади Дребезга. Она издала тихий, мелодичный звук, словно механическое мурлыканье.

— Похоже, наш друг не терял времени даром, — хмыкнул я. — Нашёл себе самку из местных монстров и… усовершенствовал её. Я чувствую в ней Бездну…

— Ты хочешь сказать, что он… — начала Никталия.

— Передал свои модификации, — кивнул я. — Интересно. Я не закладывал такой функционал, но, видимо, Дребезг оказался изобретательнее, чем я ожидал.

«Либо же… Бездна продолжает развиваться», — мелькнула тревожная мысль. Но вслух я ничего не сказал.

Дребезг гордо подъехал к своей спутнице и ласково потёрся о неё капотом. Та ответила тихим урчанием.

— Ну что…, а потом у них родятся маленькие мотоциклики? — хихикнула Никталия.

— Ну что ж, — я хлопнул в ладоши, — похоже, теперь у нас есть не один, а два транспортных средства. Но для начала нужно убедиться, что Дребезг всё ещё готов нам служить.

Я подошёл к монстромобилю и положил руку на его капот.

— Дребезг, дружище, нам нужно добраться до особняка Безумовых. Ты же готов нас отвезти?

Я конечно мог бы ему и напрямую приказать, ведь он оставался моим Слугой… Но мне стала интересна его реакция.

Монстромобиль издал утвердительный рёв и распахнул двери-крылья, приглашая нас внутрь.

— Вы хотите, чтобы мы сели… в это? — с сомнением спросила Вильда.

— А у нас есть выбор? — вздохнула Никталия.

— Не волнуйтесь, — успокоил я их. — Дребезг хоть и выглядит устрашающе, но он очень надёжный. И невероятно быстрый.

— А что насчёт его… подруги? — спросила Никталия, с интересом разглядывая женский монстромобиль.

— Полагаю, она тоже поедет с нами, — пожал я плечами. — Дребезг вряд ли оставит её.

И действительно, когда мы приблизились к монстромобилям, самка Дребезга тоже распахнула свои двери, предлагая кому-то из нас сесть внутрь.

— Я с Дребезгом, — заявил я, забираясь на переднее сиденье. — Кто со мной?

Никталия, к моему удивлению, без колебаний забралась в Дребезга на соседнее сиденье.

— Не доверяю незнакомцам, — пояснила она, заметив мой взгляд. — А с этим ты уже ездил.

Айсштиль и Вильда переглянулись, затем подошли к самке Дребезга.

— Ну, значит, мы с тобой, — сказала Айсштиль, обращаясь к машине-монстру.

— Как её зовут? — спросила Вильда, осторожно касаясь блестящего бока.

Я задумался.

— Хороший вопрос. Дребезг, как зовут твою подругу?

Монстромобиль издал серию странных звуков, похожих на смесь рычания и скрежета металла.

— Э-э… может, придумаем что-то более произносимое? — предложила Никталия. — Как насчёт… Зеркалы? Раз уж она такая блестящая.

Самка Дребезга издала мелодичное урчание, которое можно было принять за одобрение.

— Зеркала так Зеркала, — согласился я. — Теперь, когда мы все познакомились, давайте отправляться. У нас много дел в особняке Безумовых.

Дребезг издал рёв, который сотряс всю поляну, и его мощный двигатель ожил. Внутри салона загорелись причудливые био-люминесцентные лампы, а приборная панель заполнилась странными символами.

— Держитесь крепче, — предупредил я, хватаясь за что-то вроде руля. За месяц Дребезг даже внутри неплохо так мутировал. — Будет быстро.

Айсштиль и Вильда едва успели устроиться в Зеркале, когда Дребезг рванул с места. Его паучьи ноги начали быстро перебирать по земле, а колёса завертелись с невероятной скоростью.

— Вааааа! — закричала Никталия, хватаясь за сиденье. — Это потрясающе!

За нами, не отставая, мчалась Зеркала. Её более изящные ноги-колёса, казалось, едва касались земли, а корпус словно парил над поверхностью.

Мы неслись через лес, огибая деревья и преодолевая овраги с невероятной лёгкостью. Дребезг, как оказалось, не только стал сильнее за прошедший месяц, но и приобрёл новые навыки. Когда мы столкнулись с особенно плотным участком леса, он не стал замедляться, а вместо этого выпустил свои щупальца с клешнями. Они с огромной скоростью принялись кромсать заросли, создавая впереди корпуса проход.

— Как он это делает? — крикнула Никталия, перекрывая шум двигателя.

— Адаптируется! — ответил я, с гордостью глядя на своё создание. — Я проектировал его с возможностью самообучения и эволюции. Но должен признать, он превзошёл мои ожидания! Кажется, это все воздух Диких Земель.

— Ужас какой… — буркнула Никталия, но в её голосе слышалось скорее восхищение, чем недовольство.

Когда мы выехали на открытую местность, Дребезг полностью перешёл в режим автомобиля. Его паучьи ноги и щупальца втянулись под корпус, и мы понеслись ещё быстрее. Ветер свистел в ушах, пейзаж за окном сливался в размытое пятно.

Я наблюдал за Зеркалой через зеркало заднего вида. Она не отставала, двигаясь с удивительной грацией для машины своих размеров. Айсштиль, судя по её лицу, была не в восторге от скорости, а вот Вильда… к моему удивлению аж высунулась из окна. Она широко улыбалась, ловя ветер своими длинными волосами.

— Как думаешь, что скажут в особняке, когда увидят нас? — спросила Никталия, перекрикивая шум.

— Думаю, все будут в восторге! — хмыкнул я. — Особенно когда я объясню, что их княжич застрял в теле волкодевочки, а его тело заняла богиня ночных желаний.

— Звучит как отличное начало анекдота: «Заходят в бар княжич в теле волкодевочки, богиня ночных желаний в теле княжича и богиня льда в теле богини ночных желаний…», — хихикнула Никталия.

— А ещё у них есть два монстромобиля! — добавил я. — Один из которых размножился!

Мы расхохотались, и даже Дребезг, казалось, подхватил наше веселье, издав серию коротких гудков, похожих на смех.

Да, проблем в последнее время навалилось с горой. Но прямо сейчас, мчась по дикой местности на своём верном монстромобиле, я чувствовал себя почти счастливым. В конце концов, даже в самой безнадёжной ситуации можно найти что-то хорошее.

Например, открыть, что твой экспериментальный транспорт не только выжил в дикой природе, но и нашёл себе спутницу жизни. И улучшил её… Если это не повод для оптимизма, то я не знаю, что им может быть.

Надо проверить, можно ли таким способом немного расширить автопарк рода. Поймать симпатичного монстра или монстриху, запереть ее с монстромобилями в гараже… и посмотреть, что будет.

Бездна не перестает удивлять, даже спустя тысячелетия.

«Кто знает, — подумал я, — может, и с нашими собственными проблемами мы справимся так же неожиданно легко».

Конечно, я не особо в это верил. Но надежда — штука упрямая, особенно когда ты древний бог в теле волкодевочки, мчащийся на монстромобиле навстречу неизвестности.

Глава 5. Натуральный княжич

Ветер со свистом бил в лобовое стекло. Мы неслись по бездорожью Диких Земель, преодолевая ухабы и рытвины так, словно их не существовало. Система амортизации — нечто среднее между гидравликой и живыми мышцами — работала безупречно. За месяц, проведённый на свободе, мой монстромобиль не только не деградировал, но даже эволюционировал. Интересно, сколько местных хищников пополнили его рацион?

Я посмотрел в зеркало заднего вида. Зеркала, самка монстромобиля, элегантно скользила позади нас. Айсштиль и Вильда, судя по их жестикуляции, о чём-то оживлённо беседовали. Отлично, хоть познакомятся поближе. А то в Мире-Заповеднике мы были больше сосредоточены на выживании, чем на общении. Им это не помешает, учитывая нашу общую ситуацию.

— Держись крепче, — предупредил я Никталию, которая вцепилась в приборную панель, когда мы перепрыгнули через особенно глубокий овраг. — И не нажми случайно на красную кнопку слева.

— А что будет, если нажать? — её глаза загорелись любопытством.

— Дребезг перейдёт в боевой режим и начнёт кромсать всё живое в радиусе пятидесяти метров.

— Ты серьёзно? Нужно обязательно попробовать!

— Только не сейчас, — я шлёпнул её по руке, тянущейся к кнопке. — Подожди до встречи с чем-нибудь действительно опасным. К тому же, упрапвление монстромобилем — это не то, с чем стоит экспериментировать новичку.

Никталия надулась, но руку убрала. Интересно, как она ухитряется выглядеть надутым ребёнком, находясь в моём теле? Эта мимика абсолютно нехарактерна для княжича Безумова.

Мы мчались уже около часа, и я позволил себе немного расслабиться, отдавшись размышлениям о недавних событиях. Второй уровень Синхронизации с Бездной — это было что-то невероятное. Чистая, необузданная мощь, превосходящая всё, что я испытывал ранее. Момент полного единения с самыми тёмными глубинами реальности.

Но какая цена… После всего нескольких минут использования я был абсолютно выжат, буквально неспособен двигаться. Если бы не Никталия с Карнаксом, которые вытащили меня, я мог бы там и остаться.

Первый уровень хоть и давал меньше сил, но был куда практичнее — можно использовать дольше, меньше откат… Но и у него есть свои проблемы. Сил он дает заметно меньше, будущее можно видеть лишь на пару мгновений вперед. Кроме того его еще и противник перегрузить может, если наводнит пространство вокруг кучей мелких объектов…

Ещё меня не оставляла мысль о третьем уровне. Он должен существовать, просто обязан. И, скорее всего, он лишён недостатков и первого, и второго — та же мощь, но без чудовищной расплаты. Вопрос в том, как до него добраться? Что нужно сделать, чтобы…

— О чём задумался с таким сосредоточенным лицом? — прервала мои размышления Никталия, толкнув меня локтем, пока я крутил руль.

— А? — я рассеянно моргнул. — Да всё о том же… про сиськи.

— Надеюсь, про мои? — она игриво подмигнула и, видимо, по привычке выпятила грудь. Что в моём мужском теле выглядело, мягко говоря, странно.

— Разумеется, — хмыкнул я. — О чём ещё может думать древний бог в теле волкодевочки, мчащийся по Диким Землям на монстромобиле?

— Эстро, — вдруг серьёзно сказала Никталия. — А что происходит вокруг?

Я наконец обратил внимание на окружающий пейзаж, который изменился прямо на глазах… И тут же сбросил скорость, осторожно нажав на тормоз.

То, что я увидел, заставило меня усомниться в собственных глазах. Дикие Земли всегда были, ну… дикими. Но не такими. Привычные серо-зелёные равнины сменились чем-то, напоминающим сюрреалистическую картину безумного художника.

Растительность приобрела невероятные оттенки — от ядовито-фиолетового до золотисто-красного. Некоторые деревья, если их можно было так назвать, изгибались под физически невозможными углами, уходя в небо спиралями. Почва под колёсами Дребезга местами становилась полупрозрачной, и сквозь неё виднелись пульсирующие вены, наполненные чем-то похожим на светящуюся плазму.

Пару минут назад все было нормально! Изменения произошли прямо сейчас, на наших глазах, в ходе разговора!

— Чёрт, — пробормотал я. — Это не похоже на обычные аномалии Диких Земель.

— А мне нравится! — восторженно воскликнула Никталия, прижавшись к стеклу. — Смотри, какие красивые цветы! Они как будто танцуют!

И действительно, вдоль дороги росли странные растения с лепестками, которые двигались в каком-то гипнотическом ритме, совершенно не совпадающем с дуновениями ветра.

— Не открывай окно, — предупредил я, когда Никталия потянулась к кнопке стеклоподъёмника. — Всё, что в Диких Землях выглядит красиво, обычно смертельно опасно.

— Как и в Бездне, да? — задумчиво произнесла она.

— Именно.

— Расскажи, как там? Ты ж единственный, кто смог оттуда вернуться?

— Может, как-нибудь позже…

Дребезг замедлился до скорости обычного автомобиля, явно настороженно относясь к изменившейся местности. Я погладил приборную панель, успокаивая его.

— Такое иногда случается в Диких Землях, — объяснил я Никталии. — Внезапные изменения ландшафта, необычные погодные явления. Но никогда не видел настолько масштабных перемен. Дорога совершенно не похожа на ту, по которой мы ехали в Сад.

— Это так прекрасно, — выдохнула Никталия, не отрывая взгляда от окна. — Как произведение искусства.

— Бездна похожа на огонь, — задумчиво сказал я. — Пламя прекрасно… и в то же время смертоносно. В своё время оно покорилось воле человека. Возможно, когда-нибудь то же произойдёт и с Бездной.

— И ты будешь тем, кто её приручит? — Никталия посмотрела на меня с любопытством.

Я не ответил. Честно говоря, я сам не знал ответа на этот вопрос. Могу ли я приручить то, что давно является частью меня самого?

Дребезг вдруг резко остановился, издав предупреждающий рык.

— Что такое? — я подался вперёд, вглядываясь в пространство перед нами. — Ох…

Прямо впереди над дорогой извивалось нечто, напоминающее огромную змею, только… эта змея состояла, казалось, из чистого света, переливающегося всеми цветами радуги. Она не касалась земли, а словно плыла над ней, оставляя за собой тающий след.

— Это ещё что за хрень? — произнес я. Существо не походило ни на одного из известных людям монстров. Новый вид?

Штука выглядела не агрессивно. И тем не менее…

Никталия издала восхищённый вздох.

— Как думаешь, она опасна?

— А ты как считаешь? — скептически посмотрел я на неё. — Светящаяся змея размером с автобус посреди Диких Земель. Конечно, она опасна!

Я коснулся рукой приемника, связываясь с Зеркалой.

— Айси, Вильда, видите это?

— Трудно не заметить, — донёсся до нас голос Айсштиль из динамика. — Что будем делать?

— У нас два варианта, — я задумчиво постучал пальцами по рулю. — Объехать по широкой дуге или… прорваться.

— А нельзя просто подождать, пока она уползёт? — предложила Вильда.

— Кто знает, сколько она тут пробудет, — возразил я. — А у нас мало времени.

Я внимательно наблюдал за светящейся змеёй. Она, казалось, не проявляла агрессии, просто медленно двигалась поперёк дороги, не обращая на нас внимания.

Мне если честно, не хотелось тратить время на разборки с непонятным противником. От которого неизвестно чего ожидать. Объезжать по широкой дуге, по мутировавшей земле… тоже не хотелось.

— Я предлагаю проскочить, — решил я. — Она двигается медленно. Если разогнаться, мы проедем до того, как она успеет среагировать.

— А если она плюётся кислотой или стреляет молниями? — спросила Никталия, и это был на удивление разумный вопрос.

— Полагаю, мы об этом быстро узнаем, — пожал я плечами. — Готовы?

— Ты в своём уме? — возмутилась Айсштиль из Зеркалы. — Мы не знаем, что это за существо!

— Я не чувствую от нее энергии, — сказал Вильда.

— Она могла ее просто приглушить… — сказала Айси. — Твари Бездны, способные использовать духовную силу, встречаются все чаще…

— Именно поэтому нам лучше проехать мимо, а не пытаться его объехать и заблудиться в этом сюрреалистическом кошмаре, — парировал я. — Держитесь крепче. Зеркала, давай за Дребезгом! На счёт три. Раз… два… три!

Дребезг рванул с места, его двигатель взревел с такой силой, что земля задрожала. Мы неслись прямо к светящейся змее, которая наконец заметила нас и повернула свою огромную голову в нашу сторону. У неё не было глаз — только светящиеся впадины, испускающие ослепительное сияние.

— Быстрее! — крикнул я, когда змея начала разворачиваться к нам.

Дребезг понял команду без слов. Его ноги-колёса завертелись с невероятной скоростью, а из-под капота выдвинулись два дополнительных турбинных двигателя, о существовании которых я даже не подозревал. Похоже, мой верный транспорт серьёзно усовершенствовался за время, проведённое на свободе.

Мы пронеслись мимо головы змеи в тот момент, когда она открыла пасть, обнажив ряды светящихся клыков. Что-то просвистело над крышей — возможно, её атака, — но Дребезг был слишком быстр. Я ощутил всплеск энергии со стороны существа… Ох ничего себе…

Зеркала следовала за нами по пятам, и вдвоём мы проскочили мимо монстра прежде, чем он успел среагировать. Оглянувшись, я увидел, как змея бешено извивается, пытаясь развернуться, но мы уже были далеко.

— Вот это был адреналин! — восторженно закричала Никталия, подпрыгивая на сиденье. — Давай ещё раз!

— В другой раз, — усмехнулся я, глядя как сюрреалистический пейзаж постепенно сменяется более привычными видами Диких Земель. — Похоже, мы проехали аномальную зону.

Действительно, через несколько минут всё вернулось к относительной норме — обычные серо-зелёные равнины, редкие скрюченные деревья и традиционно мрачное небо Диких Земель. Дребезг и Зеркала снизили скорость до комфортной.

— Что это, чёрт возьми, было? — донёсся до нас возмущённый голос Айсштиль. — Эстро, ты тоже почувствовал эту энергию? Тварь опасна! Если она вдруг решит приползти в Синегорье…

— Понятия не имею, что это, — честно ответил я. — Никогда такого не видел. Похоже за месяц, пока мы были в измерении-заповеднике, Дикие Земли немного… изменились.

— А раньше они так цвели? — спросила Никталия.

— Никогда, — помрачнел я. — Вообще никогда. Скорее всего, Бездна продолжает изменять наш мир, просачиваясь в него все обильнее… Придётся разбираться, когда вернёмся в свои тела.

Мы продолжили путь в относительной тишине. Я снова погрузился в размышления, на этот раз о записях Безумной Лилии, найденных в перевёрнутой пирамиде. Эта надпись — «УСПЕХ» — не давала мне покоя. Если речь не шла о втором уровне Синхронизации, то о чём? Безумная Лилия определённо открыла что-то важное, и это не был второй уровень — иначе она использовала бы его в нашей прошлой схватке. Значит, что-то другое…, но что?

Вся пирамида теперь уничтожена, и вместе с ней все остальные записи. У меня остался лишь кристалл, сейчас пульсирующий во внутреннем кармане. Я чувствовал его энергию даже сквозь ткань — тихую, ровную пульсацию, словно сердцебиение.

Я настолько углубился в размышления, что даже не заметил, как мы подъехали к границе Диких Земель. Дребезг слегка притормозил и подал сигнал, возвращая меня в реальность.

— Приехали? — я огляделся и увидел впереди пропускной пункт на границе Диких Земель и Синегорской области.

— Ага, — кивнула Никталия. — И что теперь?

— Теперь тебе придётся сыграть роль княжича Безумова, — сказал я, доставая из бардачка Дребезга документы. Удивительно, но они сохранились в идеальном состоянии, несмотря на то, что провели месяц внутри одичавшего автомобиля.

— Я? Играть тебя? — Никталия растерянно моргнула. — Но я не знаю, как ведут себя современные княжичи!

— Тебе придётся, — настаивал я, протягивая ей документы. — По бумагам выходит, что в Дикие Земли заехали княжич Безумов и его спутница Айсштиль. А сейчас нас четверо, плюс лишнее транспортное средство. Нужно как-то объяснить это пограничникам.

— И как мне себя вести? — паниковала Никталия. — Что говорить? Как обращаться к этим людям? Я не разбираюсь в вашей современной жизни!

Я вздохнул и кратко пояснил:

— Будь тупым, наглым и с ЧСВ.

— А? — она недоуменно наклонила голову.

— Веди себя как высокомерная задница, которая считает, что весь мир существует для её удобства, — перефразировал я.

— Ааааа, — протянула Никталия, и её лицо озарило понимание. — Так бы сразу и сказал! А что такое ЧСВ?

— Чувство собственной важности.

— Ох, классно! — восторженно воскликнула она. — Я ещё не все эти новомодные словечки смертных выучила, но они мне так нравятся!

— Отлично, — кивнул я. — А теперь вот что: Дребезг и Зеркала сейчас изменят свой облик, чтобы выглядеть как обычные автомобили. Мы не хотим пугать пограничников.

Как по команде, оба монстромобиля начали трансформироваться. Их паучьи ноги и щупальца втянулись под корпус, хищные элементы дизайна сгладились, а цвет стал более нейтральным. В результате Дребезг стал похож на странный, но вполне обычный внедорожник, а Зеркала — на элегантный спорткар.

— Вау, — выдохнула Никталия. — Как быстро…

— Ещё бы, — гордо усмехнулся я. — А теперь давай отшлифуем твой образ…

К сожалению, времени на полноценную подготовку у нас не осталось. Мы подъехали к КПП, где нас уже ждали двое хмурых пограничников с автоматами наперевес.

— Сержант Колыванов. Документы, — потребовал один из них, подходя к Дребезгу.

Я опустил стекло. Никталия с пассажирского сидения протянула бумаги с таким видом, будто делала огромное одолжение.

— Мы торопимся, — заявила она, стараясь имитировать мои интонации, но получалось не очень. — Так что давайте побыстрее.

Пограничник, не впечатлённый её тоном, внимательно изучил документы.

— Княжич Безумов, — он посмотрел на неё, потом на меня и Айсштиль в Зеркале. — А это кто с вами? В документах значится только одна сопровождающая — Айсштиль.

— Это мои новые… эээ… — Никталия запнулась, явно не зная, что сказать.

— Мы проводники, — пришёл я ей на помощь. — Княжич со спутницей заблудились бы без нас в Диких Землях.

— А документы у вас есть? — сержант перевёл взгляд на меня.

— Нет, — честно ответил я. — Не все жители Диких Земель имеют документы, знаете ли. То бандиты, то аномалии, то монстры… сами понимаете.

— И откуда второй автомобиль? — он подозрительно осмотрел Зеркалу. — По записям, вы въезжали на одной машине.

— Нашли по дороге, — нагло заявила Никталия, выдвинув вперед нижнюю челюсть и играя бровями. — Там были… ганджуджумбы, которые… эээ… наступали и мы… добыли эту повозку!

Я мысленно застонал. «Ганджуджумбы»? Она это серьёзно?

Колыванов нахмурился ещё сильнее.

— Княжич, вы в порядке? — он обеспокоенно взглянул на лицо моего тела. — Может, вас до медпункта проводить?

Никталия явно переборщила с мимикой…

— Со мной всё отлично! — возмутилась Никталия. — Просто я… очень устал от приключений и хочу домой.

— Он выпил немного местного… отвара, — вмешался я снова. — Для храбрости. В Диких Землях сейчас не очень безопасно.

— Ага! — с энтузиазмом подхватила Никталия. — Я много выпил! И теперь хочу поспать.

Пограничник переглянулся с коллегой, грузным мужиком с красным лицом. Я увидел, как тот едва заметно покрутил пальцем у виска.

— Ясно, — вздохнул первый. — Но у нас всё ещё проблема с документами для ваших… проводников. И с регистрацией второго транспортного средства.

— Да вы только посмотрите, какая она миленькая! — Никталия погладила меня по ушам. — Уши, лапки и хвост — вот документы волкодевочки!

— Э-э-э… княжич, это конечно, все замечательно, но по закону мы не может принять… уши в качестве документов… И вообще у вашей… э-э-э, волкодевочки права есть?

— Она дрессированная!

— Послушайте, — я решил перейти в наступление. — Княжич Безумов только что вернулся из опасной экспедиции. Он устал, немного не в себе от увиденного. Если мы сейчас же не доставим его домой, род Безумовых будет очень недоволен. А знаете, что бывает, когда недовольны Одарённые аристократы?

Пограничник побледнел.

— Э-э-э, но по регламенту…

— К чёрту правила! — неожиданно рявкнула Никталия, вживаясь в роль. — Я княжич Константин Безумов, и я требую, чтобы нас немедленно пропустили! Какие к черту документы в Диких землях? У кого их получать, у монстров? К Аномалии на прием записаться, чтобы она печать по жопе шлепнула? Ты меня за дурака держишь? Или ты хочешь, чтобы твой начальник получил уведомление о препятствовании моему возвращению?

«Уведомление»? Ну, не так уж плохо для экспромта.

Пограничники явно колебались. С одной стороны, они должны были соблюдать протокол. С другой — никому не хотелось связываться с разозлённым Одарённым аристократом.

— Можем мы хотя бы досмотреть ваш багаж? — попытался настоять второй пограничник.

— Нет, — отрезала Никталия. — Там… очень секретные вещи. Для Истребителей. Совершенно секретные. Личные дела рода!

Я снова мысленно застонал. Она явно перегибала палку.

— Послушайте, — я снова вмешался, стараясь выглядеть дружелюбно. — Мы понимаем, что вы просто выполняете свою работу. Но княжич действительно не в форме после путешествия. Вы ведь знаете, какие странные вещи творятся сейчас в Диких Землях? — я многозначительно кивнул в сторону, откуда мы приехали. — Мы видели светящуюся змею размером с автобус. И не только её.

Пограничники переглянулись, и я заметил в их глазах проблеск понимания.

— Мы тоже кое-что видели, — неохотно признал первый. — Странные огни в небе, необычные звуки…

— Слишком необычно… даже для Диких Земель, — согласился второй.

— Вот видите, — я кивнул. — Лучше всего будет, если мы как можно скорее доберёмся до Синегорья и сообщим обо всём увиденном соответствующим службам. А вы составите отчёт для своего начальства. Уверен, они поймут.

— Все под мою личную ответственность, так и запишите! — заявила Никталия. — Слово аристо!

Пограничник колебался ещё несколько секунд, затем вздохнул и протянул документы обратно Никталии.

— Хорошо, проезжайте. Но на будущее, княжич: для проводников тоже нужны документы, как минимум временный пропуск.

— Как я сказал… сказала, в Диких Землях с документами трудно, — заметил я.

— И дополнительные транспортные средства должны быть зарегистрированы, — пограничник меня нагло игнорировал.

— Обязательно учту, — кивнула Никталия с наигранной серьёзностью, но тут же не удержалась и добавила: — И больше не буду пить странные отвары от…эээ… от лобсеков и галясиков!

Я закрыл глаза, моля всех известных мне богов о терпении. Откуда она вообще берёт эти слова?

— Мы поехали, — я быстро поднял стекло. — Большое спасибо за понимание!

Пограничник махнул рукой, и шлагбаум поднялся, пропуская нас в Синегорскую область.

— Будьте осторожны! — крикнула им напоследок Никталия. — Змеюка может и к вам приползти!

— Не беспокойтесь, княжич, — ответил сержант. — Системы оповещения и обнаружения работают в штатном режиме. На случай вторжения есть рабочие протоколы и связь с Истребителями.

Когда мы отъехали на достаточное расстояние, я наконец позволил себе рассмеяться.

— «Ганджуджумбы»? «Лобсеки и галясики»? Серьёзно?

— А что? — искренне удивилась Никталия. — Мне показалось, это звучит достаточно страшно!

— Ты чуть не провалила всю операцию, — я покачал головой. — Хорошо, что эти парни решили, что ты просто пьяна.

— Эй, я сделала всё, что могла! — возмутилась она. — Не так-то просто изображать напыщенного наглого и коварного аристократа!

— Я не напыщенный, — автоматически возразил я.

— А с остальным согласен? — хмыкнула она. — «Я княжич Константин Безумов, последний из древнего рода, повелитель Бездны и у меня гарем богинь! Сосите, неудачники!»

— Я никогда такого не говорил.

— Но думал, — уверенно заявила она. — Я богиня ночных желаний, забыл? Я чувствую такие вещи.

Я хотел возразить, но вместо этого просто рассмеялся.

— Ладно, теперь дорога свободна, — сказал я, переводя тему и плавно набирая скорость. — До особняка Безумовых осталось всего пара часов езды. Ты готова к встрече с моей семьёй?

— Не знаю, — вдруг серьёзно ответила Никталия. — Это странно — встречать чью-то семью, будучи в теле их сына.

— Добро пожаловать в мой мир, — хмыкнул я, умело объезжая выбоину на дороге. — Скажем так: это будет для тебя… незабываемый опыт.

на воскресенье беру выходной. Следующая глава в понедельник

Глава 6. Последняя смена

Сержант Колыванов уселся на скрипучий стул в дежурке пограничного поста, бросив форменную фуражку на стол. Нашарил в кармане пачку сигарет, закурил, выпуская сизое облако дыма к потолку.

— Я тебе говорю, Петрович, он был пьяный, — Колыванов понизил голос до заговорщического шёпота. — Княжич Безумов. В дымину пьяный.

Старший прапорщик Петрович, грузный мужчина с усталыми глазами и вечно красным лицом, оторвался от кроссворда и недоверчиво посмотрел на коллегу.

— Да ладно, — он почесал седеющий затылок. — Чего ты выдумываешь?

— А ты сам не видел? — Колыванов фыркнул, стряхивая пепел в металлическую банку из-под консервов. — «Эти… как их… ганджуджумбы»! И что-то ещё про лобсеков и галясиков плёл! Глаза мутные, речь бессвязная. Это тебе не простые пьяницы из деревни, это благородный дворянский запой.

Петрович отложил ручку и призадумался, вспоминая странную компанию, проехавшую через КПП час назад.

— Ну, Дикие Земли… — пожал плечами он. — Кто знает, что он там видел или нюхал. Помнишь, тот белый цветок, который Светка из медчасти нашла?

— Ага, — хмыкнул Колыванов. — Поставила в горшок на подоконник… Пах еще так вкусно.

— Я как его понюхал, так потом два дня кошмары снились и мерещилось всякое. Круги цветные перед глазами и разговаривающие деревья.

— А Светка неделю потом в карантине отлеживалась, — хохотнул Колыванов, вспомнив прошлогоднюю историю. — Доктор Ламеко ей всё мозги промывал: «Это галлюцинации, Светонька! Тут нет никаких фиолетовых ежей с человеческими лицами! А под койкой не живут маленькие человечки, которые заставляют тебя есть шнурки».

Они синхронно рассмеялись, вспоминая злоключения бедной медсестры.

— Но всё-таки, — продолжил Колыванов, возвращаясь к теме, — странно это всё. Месяц княжич числился пропавшим. Везде его рожи развешаны, награду за информацию обещали. И тут он появляется… Сам! С какими-то левыми девицами.

— Левые эт не то слово, — согласился Петрович, снова берясь за кроссворд и вписывая «эскалоп» в клетки. — Особенно эта, с волчьими ушами. Слишком борзая для простой проводницы. Как она с тобой разговаривала, а? Помнишь? Будто она главнее княжича.

— А та во второй машине? Холодная, высокомерная, с фиолетовыми волосами и глазами? — добавил Колыванов. — Смотрела на меня так, будто я грязь на её сапогах. Видал я гордых аристократок, но эта просто… бррр. Мутанты сраные…

— Зато третья ничего так, — мечтательно протянул Петрович. — Стройная, фигуристая.

— Ты женатый человек, Петрович, — попенял ему Колыванов. — И вообще, она синяя какая-то… вдруг она вообще мертвая?

— Зато грудь какая…

Колыванов ухмыльнулся.

— Ну тут сложно спорить. Я тоже загляделся.

— И машины у них — огонь! — Петрович оживился, меняя тему. — Особенно та серебристая. Дизайн какой-то… инопланетный. И мотор! Ты слышал, как она урчала? Как кошка, мурлыкала прямо!

— Тебе-то какая разница? — Колыванов хохотнул, туша окурок. — На нашу зарплату и «Жигули» не потянешь, не то что такое чудо техники. Небось, эксклюзивная модель. Зарубежная.

— Может, из Япошки? — предположил Петрович. — Они любят странный дизайн.

— Не-е-е, — протянул Колыванов. — Что-то было в ней… неправильное. Я таких машин нигде не видел. Ни в журналах, ни по телевизору.

Дверь резко распахнулась, впустив в помещение порыв холодного ветра и капитана Дроздова с его сменой. Пятеро пограничников вошли следом, громко переговариваясь и стуча сапогами по бетонному полу.

— Ну что, орлы? — бодро спросил Дроздов, снимая шинель и отряхивая с неё невидимые пылинки. — Как служба? Всё спокойно на границе?

Капитану Дроздову было чуть за сорок, но выглядел он моложе — подтянутый, энергичный, с острым взглядом и стальными нотками в голосе. Бывший спецназовец, переведённый на границу после какого-то скандала в части. О том случае ходили разные слухи, но никто не знал правды.

— Без происшествий, товарищ капитан, — официально отрапортовал Колыванов, вставая и принимая служебный вид. — Ну, почти. Княжич Безумов появился. Тот самый, который месяц как пропал.

— Что? — капитан Дроздов замер на полпути к своему столу. — Тот самый, который пропал месяц назад? И по которому с ума сходит половина города? Он жив?

— Ещё как жив, — хмыкнул Колыванов. — И, судя по всему, месяц хорошо отдыхал и развлекался. Если вы понимаете, о чём я. — Он многозначительно подмигнул.

— Ничего не понимаю, — отрезал Дроздов. — Выражайтесь яснее, сержант.

— Да пьяный он был, товарищ капитан, — вздохнул Колыванов. — Или под какой-то дурью. Нёс всякую чушь про несуществующих существ. И девицы с ним странные.

— С девицами или без, меня это не интересует, — отмахнулся Дроздов. — Где он сейчас?

— Направляется в город, к своему особняку, полагаю, — ответил Колыванов. — Мы их пропустили около часа назад.

— Почему не сообщили сразу? — нахмурился капитан. — Это же важная информация! Его ищут спецслужбы, его род, полиция…

— Связи не было, — вмешался Петрович. — Опять эти перебои. Уже третий день сотовая вышка барахлит. Тут дозвониться никуда невозможно.

— Ладно, — капитан хлопнул в ладоши, — вы свободны, парни. Мы заступаем. Я сам сообщу куда следует.

Петрович кивнул, поднялся и, собрав свои вещи — кроссворд, термос и бутерброд в вощёной бумаге — направился к выходу. Колыванов же замялся, будто что-то забыл.

— Товарищ капитан, — он подошёл к Дроздову, — можно доложить ещё одну деталь? Наедине.

Дроздов внимательно посмотрел на сержанта, затем кивнул.

— Остальным подготовиться к смене! — скомандовал он, а потом указал Колыванову на маленькую дверь, ведущую в кабинет начальника поста. — Пройдёмте.

Когда дверь за ними закрылась, Колыванов выдержал паузу, а затем произнёс:

— Княжич был не один. С ним были три спутницы, одна из которых… не совсем человек. У неё были волчьи уши и хвост. Либо мутант, либо… Одарённая со странным Даром.

— Вы уверены? — Дроздов напрягся.

— Абсолютно. Она и не скрывала.

— Это плохо, — пробормотал капитан. — Очень плохо.

— Но мы ведь пропускаем Одарённых, — удивился Колыванов. — Даже из Диких Земель. В чём проблема?

— Проблема в том, сержант, — Дроздов понизил голос, — что в последнее время на пограничных постах участились… странные инциденты. И мне бы не хотелось, чтобы с нами произошло что-то похожее.

— Что вы имеете в виду? — растерялся Колыванов.

— Неважно. Просто будьте осторожны. Вы свободны, сержант, — вдруг резко сменил тон Дроздов. — Забудьте о нашем разговоре. И не распространяйтесь о том, что видели. Это приказ.

— Есть, товарищ капитан, — Колыванов вытянулся по стойке «смирно», козырнул и вышел из кабинета.

Когда остальные разошлись по постам, а время его смены окончилось, Колыванов не пошёл к выходу. Вместо этого он быстро, стараясь не привлекать внимания, прошёл за здание КПП, где располагались складские помещения. Там, между двумя контейнерами, он огляделся по сторонам и, убедившись, что за ним никто не следит, достал из внутреннего кармана небольшую чёрную рацию — не армейского образца, а какую-то более компактную и технологичную.

— Агент Ключ вызывает Центр. Приём, — тихо сказал он, поднеся устройство к губам.

Из рации донёсся треск статики, затем еле слышный голос — настолько искажённый, что понять, мужской он или женский, было невозможно.

— Здесь Центр. Говори, — произнёс голос.

— Объект «Наследник» обнаружен, — быстро проговорил Колыванов, стараясь при этом говорить чётко. — Жив, здоров, движется в сторону родового особняка.

Треск из рации, неразборчивые слова.

— Да, точно он, — подтвердил Колыванов. — С ним три спутницы, одна из которых проявляет явные признаки мутации — волчьи уши и хвост. Возможно, мутант из Диких Земель или Одарённая неизвестного типа. Другая — Одаренная Айсштиль, третья — неизвестная девица с фиолетовыми волосами.

Новый треск и неразборчивый вопрос. Но сержант все понял.

— Нет, я не контактировал напрямую. Осмотрел документы, задал стандартные вопросы. Не стал рисковать раскрытием. Объект вел себя… странно. Возможно, находился под воздействием психотропных веществ или испытывал последствия магического воздействия.

Треск, более длинная фраза.

— Так точно. Транспортное средство — два автомобиля необычной конструкции. Я не смог идентифицировать ни марку, ни модель. Они выглядели… нестандартно. Один серебристый, другой тёмно-серый с металлическими элементами.

Рация снова затрещала, задавая новый вопрос.

— Жду перевода вознаграждения, как договаривались, — Колыванов улыбнулся. — Полная сумма, как обещано. Всё-таки месяц слежки, и информация подтвердилась.

Рация невнятно затрещала.

— Что? — улыбка сержанта сползла с лица. — Половина? Мы договаривались о полной сумме! Это была ценная информация, я рисковал!

Колыванов заметно побледнел, выслушивая ответ.

— Как это «указания изменились»?! У нас был договор! Я месяц торчал на этом богом забытом посту, следил за каждой машиной, ставил на уши местных…

Лицо пограничника покраснело от возмущения, он начал расхаживать между контейнерами.

— Послушайте, вы не можете так поступать! Я следил за этим чёртовым постом целый месяц, терпел этих идиотов-сослуживцев и вонючие бараки, я первый сообщил, что…

Из рации донеслось ещё несколько фраз, которые, казалось, ещё больше разозлили Колыванова.

— Что значит немедленно уходить? Вы меня обманули! — теперь Колыванов почти кричал. — Я требую полную оплату! Иначе я…

Кто знает, что хотел сказать или пригрозить пограничник, но внезапно рация издала пронзительный визг, от которого Колыванов вздрогнул и чуть не выронил её. Звук был настолько острым и неприятным, что у Колыванова зазвенело в ушах. В следующий момент визг сменился тишиной — абсолютной, мёртвой тишиной.

— Алло? — Колыванов потряс рацию. — Алло?! Центр? Вы меня слышите?

Рация молчала. Ни треска, ни шипения — ничего.

— Чёрт! — Колыванов в сердцах треснул рацией о контейнер, но она не разбилась, только слабо звякнула. — Дерьмо!

Он в ярости пнул контейнер, поморщился от боли в ушибленном носке, затем глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Нельзя терять голову. Наверное, опять перебои со связью. Центр может перезвонить. Или он сам попробует связаться позже, с другой точки.

Колыванов уже собирался уходить с территории КПП, как вдруг услышал крики со стороны главного здания. Резкие, паникующие голоса, которые заглушил внезапный сигнал тревоги.

Забыв о своей злости, он рванул обратно к посту и застыл в дверях, не веря своим глазам.

Весь пост словно сошёл с ума. Приборы мигали разноцветными огнями — не красными, как должны были при тревоге, а всеми цветами радуги, как новогодняя гирлянда. Компьютеры показывали на мониторах какие-то психоделические узоры, а не обычные рабочие экраны. Где-то завыла сирена, но не низким тревожным звуком, а высоким, мелодичным, почти музыкальным.

Но не это было самым странным. Стены — обычные серые бетонные стены пограничного поста — медленно меняли свою структуру. Бетон становился похожим на какую-то органическую субстанцию, пульсирующую, с прожилками, как у листьев. В некоторых местах проступали яркие пятна, похожие на цветы или грибы.

— Что за чертовщина? — выдохнул Колыванов, не в силах поверить своим глазам.

Внутри царил хаос. Пограничники бегали, кричали, пытались связаться с внешним миром или хотя бы понять, что происходит.

— Связи нет! Вообще нигде! — кричал молодой лейтенант, отчаянно пытаясь дозвониться по стационарному телефону. — Ни мобильной, ни проводной!

— Приборы показывают какую-то дичь! — вторил ему другой пограничник, лихорадочно проверяя показания датчиков. — Уровень радиации зашкаливает, но дозиметры молчат! Температура то минус пятьдесят, то плюс сто!

— Капитан! Капитан Дроздов! Что происходит?! — кричал кто-то ещё, явно в панике.

Колыванов увидел, как капитан лихорадочно щёлкает тумблерами на радиостанции, пытаясь настроиться хоть на какую-то частоту.

— Не работает! Ничего, чёрт побери, не работает! — его обычно невозмутимое лицо выглядело растерянным.

Пол под ногами вдруг странно задрожал. Колыванов опустил взгляд и отшатнулся — бетонные плиты превращались в нечто похожее на стеклянную мозаику, переливающуюся всеми цветами радуги.

— Смотрите! — закричал знакомый голос. Колыванов повернулся и увидел Петровича, который всё ещё был на посту. Прапорщик указывал в окно. — Что это за хрень?!

Все бросились к окнам. За ними творилось нечто невообразимое. Привычный пейзаж исчезал на глазах — деревья превращались в причудливые кристаллические структуры, горящие изнутри фиолетовым светом. Дорога извивалась, как живая, меняя не только форму, но и фактуру, становясь то красной, как кровь, то переливчато-синей, как вода. А небо… небо стало фиолетовым, с зелёными разводами, как в калейдоскопе. По нему плыли облака невероятных форм, напоминающие то животных, то лица, то странные геометрические фигуры.

— Мама дорогая, — прошептал кто-то рядом с Колывановым.

— Это всё из-за Диких Земель, — пробормотал другой пограничник. — Началось… Они наступают…

— Оружие к бою! — внезапно скомандовал капитан Дроздов, выхватывая из кобуры табельный пистолет. — Что бы это ни было, мы должны…

Договорить он не успел. Земля содрогнулась так сильно, что некоторые пограничники не удержались на ногах. Раздался звук, похожий одновременно на рёв зверя и скрежет металла, такой громкий, что заложило уши.

И прямо перед зданием КПП, прорвав асфальт, как бумагу, поднялась огромная, исполинская голова змеи — та самая, с которой чуть не столкнулся княжич Безумова. Светящаяся, переливающаяся всеми цветами радуги. С глазами, похожими на звёзды, и чешуёй, которая казалась сделанной из чистого света.

— Это же… княжич не врал… — пролепетал Петрович, бледнея на глазах. — Она реальна…

Змея полностью выбралась из-под земли, и теперь перед пограничным постом возвышалось существо длиной с железнодорожный состав и толщиной с небольшой дом. Оно извивалось, словно в танце, поднимая голову всё выше и выше.

— Огонь! — закричал капитан Дроздов, первым выйдя из оцепенения. Он поднял пистолет — специальная модель, заряженная духовной силой Истребителей. Несколько недель назад Дроздов лично положил из нее целую группу гигантских горбачей — огромных монстров, похожих на горбатых мамонтов. Размеры и толщина шкуры их не спасла.

Прицелившись, он выстрелил в змею.

Вместо пули из ствола вылетел яркий цветок, сотканный из света — красная роза. Она медленно поплыла к змее и растаяла в воздухе, не долетев до цели.

— Какого… — капитан в шоке посмотрел на своё оружие.

Оно обычно стреляло энергетическими разрядами, а не светящимися цветочками.

Другие пограничники тоже открыли огонь, но происходило что-то невероятное — вместо пуль из стволов автоматов вылетали яркие бутоны цветов, разноцветные бабочки, мотыльки и искры, похожие на крошечные фейерверки.

— Бежим! — заорал Колыванов, первым осознав безнадёжность ситуации. — На выход! Быстро!

Но было поздно. Змея разинула пасть — огромную, способную проглотить грузовик целиком — и мир вокруг погрузился в ослепительное сияние.

Колыванов почувствовал, как его ноги отрываются от земли. Он пытался ухватиться за что-нибудь, но тело не слушалось, словно утратило вес. Он увидел, как остальные пограничники тоже поднимаются в воздух, словно отключили гравитацию. Кто-то кричал, кто-то молился, кто-то просто смотрел с изумлением и странным восторгом.

Его тело словно распадалось на атомы, но странным образом это не было больно. Скорее, похоже на погружение в тёплую ванну. Колыванов видел, как его руки становятся прозрачными, как сквозь них просвечивает свет. Он хотел закричать, но из горла вырвался лишь слабый выдох.

«Как красиво,» — подумал он в последний момент, глядя, как всё вокруг превращается в световые точки, в танец блёсток, в симфонию цвета и света. А потом не стало ничего.

Через полчаса после нападения пограничный пост выглядел абсолютно нормально. Бетонные стены, асфальт, стандартное оборудование — всё было на месте, даже следов разрушений не осталось.

В дежурке чисто, аккуратно, всё расставлено по местам. На столе в дежурке лежал недоеденный бутерброд — тот самый, который Петрович достал перед самым появлением змеи. Рядом стояла чашка с ещё тёплым чаем. Работал телевизор, показывая прогноз погоды. На мониторе компьютера мигал курсор в недописанном отчёте. В углу тикали часы, отмеряя секунды, как и всегда.

Из открытого окна доносился свежий ветерок, шевеля занавеску. Где-то на территории поста щебетали птицы. Над пропускным пунктом гордо развевался имперский флаг, слегка колыхаемый ветром.

Всё было как обычно, будто ничего не произошло.

Только людей не было. Ни одной живой души. Никто не ходил по коридорам, никто не сидел за компьютерами, никто не проверял документы проезжающих.

Пограничный пост, всегда полный жизни и движения, теперь был пуст и безмолвен, словно призрак самого себя.

…Лейтенант Ковальчук, прибывший с проверкой на пограничный пост спустя два часа, был сбит с толку. На посту всё выглядело нормально, но никто не отвечал на вызовы. Его группа осторожно обошла все помещения, но не нашла ни одного человека.

— Может, они все разом в самоволку ушли? — предположил один из солдат.

— Не говори глупостей, — огрызнулся Ковальчук. — Пост бросить — это трибунал.

— Но их же нет, товарищ лейтенант, — пожал плечами солдат. — А вещи все на месте. Даже чай горячий.

Лейтенант задумчиво посмотрел на дорогу, ведущую в город. Что-то странное было в воздухе, какое-то напряжение, которое он не мог объяснить. Словно надвигалась гроза, но небо было ясным.

— Доложите в штаб, — приказал он. — И выставьте временный караул. А я пока позвоню в городское отделение.

Лейтенант отошёл в сторону, достал телефон и набрал номер. Потом ещё раз, и ещё.

— Связи нет, — пробормотал он. — Проклятые вышки… в последнее время постоянно какие-то проблемы.

Он подошёл к краю дороги, пытаясь поймать сигнал, и заметил что-то странное на асфальте. Присмотревшись, Ковальчук увидел слабое, почти незаметное свечение, полосой уходящее вдаль.

— Что за… — он нагнулся, пытаясь рассмотреть поближе, и протянул руку, чтобы коснуться странного следа.

На дороге, ведущей в город, блестела странная, почти незаметная светящаяся дорожка — словно след гигантской улитки или влажная полоса от ползущей змеи.

Она вела прямо к Синегорью, туда, куда час назад направился княжич Безумов со своими странными спутницами.

следующая глава выйдет утром

Глава 7. Внимание! Пропал княжич!

Дорога с каждым километром становилась всё более ухоженной. Зеркала следовала за нами, не отставая. Мы уже покинули территорию Диких Земель и направлялись к Синегорью.

Внезапно мой карман разразился целой симфонией звуков — писк, вибрация, цифровой перезвон, всё смешалось в один непрерывный шум. Никталия подпрыгнула на сиденье.

— Что это? Нас атакуют?

— Хуже, — мрачно сказал я, пытаясь одной рукой достать телефон, не отрываясь от вождения. — Мы въехали в зону покрытия мобильной сети.

Я вытащил смартфон, который продолжал вибрировать с такой интенсивностью, что, казалось, вот-вот взорвётся. Экран был полностью заполнен уведомлениями, которые всё продолжали прибывать.

— Дай-ка посмотреть! — Никталия выхватила у меня телефон. — Ого! Тут… — она начала прокручивать экран, — 347 пропущенных вызовов, 842 сообщения, 189 уведомлений из разных мессенджеров… Ты популярен!

— Популярен — не то слово, — вздохнул я. — Скорее, меня хотят убить за то, что я пропал на месяц.

Никталия начала бесцеремонно читать сообщения вслух:

— От Вольдемара: «Княжич, где вы? Ситуация критическая. Перезвоните немедленно.» Ещё от него: «По периметру особняка обнаружены следы проникновения. Никодим в панике. Срочно нужны указания.» И ещё: «Achtung! Если вы получаете эти сообщения, ответьте. Прошло уже две недели.» И финальное: «Княжич, с должным уважением, но КАКОГО ЧЁРТА ВЫ ПРОПАЛИ?» — Никталия хихикнула. — Мне нравится этот Вольдемар. Прямолинеен.

— Он мой новый начальник службы безопасности, — пояснил я, лавируя между двумя грузовиками. — И да, он не из тех, кто ходит вокруг да около.

— О! А вот эти интересные, — продолжила Никталия. — От «Кристина Валерьевна»: «Костик, родной, где ты?», «Мы все волнуемся», «Настя плачет каждый день», «Если ты не вернёшься в течение трёх дней, я лично возглавлю поисковую экспедицию», «Я уже организовала поисковые отряды», «Костик… родной, прости, но если ты жив, клянусь, я тебя сама прибью за такое исчезновение!»

— Мило, — проворчал я. — Даже добрая и мягкая Кристина Валерьевна не выдержала… Что ещё?

— От Никодима Алхимика: «Княжич, запасы голубой крови ящеров на исходе», «Нужны новые формулы», «Монахи из Суровой Обители имени Сергия Радонежского интересуются партией антидемонических мазей», «Новый состав душистого мыла вышел из-под контроля и сбежал в канализацию», «Мыло мутировало и захватило восточное крыло фабрики», «Вольдемар не может с вами связаться, ответьте!», «Кажется, мыло заражено Бездной!», «Не беспокойтесь, мы справились. Большинство сотрудников уцелело. Но остальные настолько отмыты и душисты, что массово ушли на больничный…», «Гарын в депрессии, каждый день как свинья валяется в луже, но грязь к нему просто перестала липнуть… Ходит чистый и блестящий, очень страдает.»

Я резко нажал на тормоз.

— Что?! Дай сюда! — я выхватил телефон и пробежался глазами по сообщениям от Никодима. — Чёрт! Это уже третий случай с мылом! Я же говорил ему не экспериментировать с голубой кровью!

— Мыло может мутировать? — с восхищением спросила Никталия.

— Только если в него добавить определённые ингредиенты, — проворчал я, снова трогаясь с места. — Обычно мы производим безопасную продукцию.

— Ага, конечно, — хмыкнула она, снова забирая телефон. — Ой, тут ещё от княжны Светланы Соколовой! Это же та самая, да? Мне Аська рассказывала! Сильная смертная, которую ты…

— Просто читай сообщения, — перебил я её.

— «Безумов, ты где?», «Ты обещал спарринг!», «Если ты прячешься, это низко», «Ты боишься?», «Я серьёзно начинаю беспокоиться, Костя», «Мы с отцом присоединились к поискам, хотя у рода Соколовых сейчас не все гладко…», «Пожалуйста, будь живой», — Никталия подняла бровь. — Ого, она за тебя переживает. И не просто переживает… — она сделала паузу, вчитываясь в следующее сообщение. — «Когда ты вернёшься, я лично надеру тебе задницу за то, что заставил меня волноваться». Оу… Это… любовь?

— Без комментариев, — буркнул я.

— А ушки-то волчьи торчком встали! — заулыбалась Никталия, глядя на мою макушку.

— Они своей жизнью живут, я тут не при чем.

— О, вот это интересно! От «Князь Григорий Соколов»: «Уважаемый княжич Безумов, в связи с вашим исчезновением вынужден сообщить, что разрываю нашу предварительную договорённость о возможном союзе наших родов. А также вашем браке с моей дочерью». Хм, а в следующем: «Если вы всё же объявитесь, готов пересмотреть своё решение. Но вам придётся объясниться».

— Чудесно, — я закатил глаза. — Чую, на уши они мне все присядут капитально…

— А вот целая куча от какого-то Научного Бюро, — продолжила Никталия. — Они все о каком-то Чёрном Солнце спрашивают. «Результаты последних исследований», «Требуется ваша консультация», «Обнаружены новые свойства», «Тревожные колебания в духовном поле», «Срочно свяжитесь с нами»… Что-то серьёзное?

— Может быть, — задумчиво сказал я. — Чёрное Солнце — это артефакт невероятной силы. Если с ним что-то происходит…

Телефон внезапно зазвонил прямо в руках Никталии, и она с визгом чуть не выронила его.

— Как громко! — воскликнула она, держа телефон на расстоянии вытянутой руки, словно он мог укусить. — И вибрирует! Я даже не думала, что настолько мощно…

Её голос стал задумчивым. А на экране высветилось «Кристина Валерьевна».

— Ответь, — сказал я. — Только не говори, что ты — это не я. Скажи, что я цел, возвращаюсь домой и объясню всё при встрече.

— Я должна притвориться тобой? — Никталия выглядела испуганной. — Но я не знаю, как ты разговариваешь со своей мамой!

— Она не моя мама. Просто скажи, что сигнал плохой, и ты едешь домой. И что всё объяснишь при встрече.

Никталия нерешительно нажала кнопку ответа и поднесла телефон к уху.

— Алло? — произнесла она, пытаясь сделать голос ниже и грубее, что в моём теле звучало особенно комично.

Я не слышал, что говорила Кристина Валерьевна, но судя по выражению лица Никталии, там было много эмоций.

— Да, мама, это я, твой… э-э-э… княжич, — неуверенно произнесла она.

Я закатил глаза.

— Она не мама мне. Она… Старшая Хранительница Очага Безумовых… — прошептал я. — Ну типа приемная. Но я ее мамой никогда не называю.

— Я… эм… в порядке, мамуль. Еду домой. Сигнал очень плохой… хр-р-р… не слышу тебя… хр-р-р-р… объясню всё при встрече… хр-р-р… — она сделала несколько дурацких звуков, имитируя помехи, и быстро сбросила вызов.

— Серьёзно? — я посмотрел на неё с укором. — «Хр-р-р»? Это твоя имитация помех?

— А что? — возмутилась она. — Я никогда раньше не разговаривала по этим вашим смертным устройствам! Ноктус так мне и не подарил смартфон… Откуда мне знать, как имитировать плохую связь?

Телефон снова зазвонил.

— Опять она, — простонала Никталия, показывая экран. — Что мне делать?

— Не отвечай. Кажется, твоя актёрская карьера подошла к концу, — я забрал телефон и выключил его. — Всё равно мы уже почти приехали. Лучше поговорить лично, чем пытаться что-то объяснить по телефону.

Я посмотрел на дорожный указатель. До Синегорья оставалось меньше двадцати километров.

— Кстати, — сказала Никталия, указывая на что-то за окном, — это нормально?

Я повернул голову и увидел большой плакат на обочине дороги. На нём было моё фото и крупная надпись: «ВНИМАНИЕ! ПРОПАЛ КНЯЖИЧ КОНСТАНТИН БЕЗУМОВ. ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ ЗА ИНФОРМАЦИЮ ГАРАНТИРОВАННО.»

— О, они даже плакаты развесили, — вздохнул я. — Теперь я чувствую себя действительно любимым.

— Это так мило, — с энтузиазмом сказала Никталия. — Тебя правда все любят!

— Скорее, я нужен им для решения их проблем, — мрачно заметил я. — Никодиму для его экспериментов, Научному Бюро для исследований Чёрного Солнца, Вольдемару для безопасности…

— И твоей маме, потому что она волнуется, — мягко добавила Никталия. — И княжне, потому что она… ну… хочет надрать тебе задницу.

Я не смог сдержать улыбку.

— Да, пожалуй. Кстати о княжне… Как думаешь, она сильно разозлится, когда узнает, что я застрял в теле волкодевочки?

— А она склонна к ксенофобии? — деловито спросила Никталия.

— Монстров и Аномалии она сильно недолюбливает. Но вообще не думаю. Просто… это довольно необычная ситуация.

— Поверь мне, я видела и не такое, — отмахнулась Никталия. — В конце концов, я богиня ночных желаний. Ты даже не представляешь, какие фантазии бывают у смертных. Один раз был случай с тремя пастухами, козой и…

— Я не хочу это слышать! — быстро перебил я.

Никталия пожала плечами.

— Как скажешь. Но знай: по сравнению с этим, обмен душами — просто детская забава.

Я увидел плакат «Добро пожаловать в Синегорье» и слегка сбавил скорость.

— Ну что ж, скоро нам предстоит объяснить всю эту «детскую забаву» очень обеспокоенным людям. И я даже не знаю, с чего начать.

— Можно я расскажу? — с энтузиазмом спросила Никталия. — У меня хорошо получается рассказывать истории!

— Нет! — синхронно воскликнули мы с Айсштиль. Её голос донесся из переговорного устройства. Видимо, подключилась к внутренней связи между монстромобилями.

— Эх, скучные вы, — надулась Никталия и отвернулась к окну.

— Айси, ты что, подслушивала? — укоризненно произнес я.

— Э-э-э… Эстро, я просто… только что подключилась, потому что хотела уточнить… кое-что… — донесся смущенный голос из динамика.

Мы въехали в город, и я направил Дребезга в сторону особняка Безумовых. Мозг лихорадочно работал, пытаясь придумать, как объяснить своё месячное отсутствие, обмен телами и двух монстромобилей (один из которых даже не был моим).

Одно я знал точно: это будет долгий, очень долгий разговор.

Дальше платно. Чибик 50р Аймос

Чибик 100р Эгилия