Возрождение Альфарима: Новое Поколение

Глава один: Курсант

От Автора:

Книгу можно читать отдельно. Но некоторые момент будут больше понятны, если вы до этого читали о приключениях Волпера в оригинальном "Альфарим". Ссылка на первую серию: https://author.today/work/13219

********************************

Глава один: Курсант

В шесть утра звук будильника в очередной раз врезался прямо в мозг, резко выдергивая из сладкого сна, и мобилизуя весь организм. Резко перекатившись, свалился с койки, приземляясь на руки и еще не успев даже полностью проснуться начал отжиматься, ну или как говорил наш инструктор мастер-сержант, толкать пол пока тот не устанет пытаться приблизиться к грудной клетке.

Только на пятом отжимании будильник замолк. Плохо когда твой будильник встроен прям в мозг. Его не отключишь, пока не выполнишь заранее выставленную установку. У меня это пять отжиманий. Ну а дальше я уже продолжаю выполнять свою утреннюю норму на автомате: все равно ведь начал, так не обрывать же в самом начале толком даже не разогрев мышцы.

Приземлившись босыми ногами на холодный пол, перепрыгнувший меня Толик, спавший на верхнем ярусе прям надо мной, сразу же двинулся к шкафам за полотенцем. Ну да, у него прям заскок по поводу личной гигиены. Он при любой малейшей возможности сразу же бежит в душ мыться. Бывает, за день до пяти раз заскочит в душевую. Правда, мы за почти пять лет уже привыкли к особенностям друг друга.

Вон Кош тоже вскочил с нижней койки на противоположной стороне комнаты, он сразу начнет заправлять койку, а Сэм, спящий над ним, еще минут пять-семь будет крутиться на своем матрасе, стараясь поймать остатки уходящего сна. С будильником встроенным в интерфейс бороться бесполезно, будит на ура и без вариантов, но Сэм каждый день продолжает пытаться с ним морально сражаться и доспать хотя бы лишние пару минут.

- Сэм, едрить тебя за ногу! – не выдержал Толик, притормозив уже возле самой двери. – Сегодня контрольный зачет. Если Лом из-за тебя впаяет отделению выговор, то я лично заставлю тебя пинками всю неделю чистить амуницию за всей группой.

- Пля, «Пулик», - сонно пробормотал Сэм, обращаясь к Толику по позывному. – Ща, пару минут, и потом зашуршу как электровеник.

- Ты меня услышал! – надавил голосом Толик. После чего мазнул рукой по сенсорной панели и вышел из комнаты.

Что-то побурчав себе под нос, Сэм начал спускаться с койки. Ну да с Толиком не поспоришь: сто десять килограмм живого веса, в котором ни капли жира, а сплошные мышцы. Такой пнет, и полетишь как наскипидаренный. А ведь когда мы в четырнадцать лет только поступили в училище рядового и сержантского корпуса скурфайферов он был совсем щуплым пацаненком, который как загнанный в угол зверек постоянно крутил головой выискивая опасность. А когда ему какими-то вывертами судьбы и Сердца Альфарима по распределению достался тяжелый пехотный пулемет, который он не мог даже от пола оторвать, ржала вся учебная рота.

Но Толик, выходец с пятого уровня, куда переселились его родители одними из первых, после уничтожения Сервера, показал, что ему не зря достался пулемет. Парень буквально на третий день начал все свободное время проводить в тренажерном зале, и вот сейчас в девятнадцать лет это живой бронетранспортер, который оперирует своим тяжелым пехотным пулеметом, как пушинкой, небезосновательно носит титул лучшего пулеметчика всего училища, отчего и получил свой позывной «Пулик» сокращение от «Пулеметчик». Он умудряется в движении с рук, короткими очередями в тройку патронов поражать восемь-девять из десяти хаотично выскакивающих целей на полигоне. Да и в рукопашку с ним никто не желает сходиться без костюма с синтетическими мышцами, а лучше в полноценном экзоскелете.

- Блин, у Толяна с утра что, борзометр сломался? – начал возмущаться Сэм уже спустившийся на пол.

- Сэм уймись, Толик прав, сегодня слишком важный день, – оборвал его Кош. – Если «чисто» пройдем финальный зачет, то наконец-то закроем весь список нормативов и попадем в боевые части.

- Пля, и ты туда же… Парни, блин, ну я хоть раз подводил вас? – замер Сэм посреди небольшой комнаты, в которой мы вчетвером жили, переводя взгляд с Коша на меня и обратно.

- Семь! – коротко бросил я, экономя дыхание, когда закончил отжиматься, и перевернулся на спину, приступая к «прессу».

- Что семь?

- Семь выговоров… за почти пять лет… из-за твоей любви поспать.

- Крис и ты туда же? Да это когда было-то последний раз…

- Полгода назад, – продолжая методично делать упражнение, уточнил я.

Нет, я не злопамятный, да и «просто память» у меня не феноменальная. Просто мысленным усилием раскрыв интерфейс, глянул дату последней отметки о выговоре. Всего у меня их висело шестнадцать штук: семь из-за Сэма, залеты которого обычно отражались на всем отделении, три личных, еще с первого года обучения, и еще шесть за критические ошибки на боевой практике. Это еще немного. Но вообще я не слышал, чтобы кто-то выходил с училища меньше чем с пятеркой выговоров. Да что там переживать, если выпускникам, у которых меньше десяти выговоров, сразу предлагают перейти в академию специальных войск. Правда, переходят единицы, тут все в основном хотят в будущем стать скурфами. А туда не попасть не отслужив минимум три года контрактником скурфайферов, не получив хотя бы сержанта, и не имея за плечами минимум пяти боевых выходов.

- Да ну вас! – после небольшой паузы махнул рукой Сэм и, подхватив свои вещи, вышел из комнаты. А я вернулся к размышлениям: что же привело к такому изменению системы обучения? Причем уже не в первый раз пытаюсь понять задумку главнокомандующего.

После нападения Некроносов на единственную доступную нам планету, нашу подготовку, как по срокам, так и по уровню знаний главнокомандующий очень сильно ужесточил. В той бойне мы потеряли больше ста двадцати тысяч бойцов. Даже несмотря на репликации. Из-за того что после десяти подряд смертей практически без перерывов, отправляясь сразу в бой как на конвейере, некоторые бойцы начали реплицироваться в состоянии «овоща». Их сознание просто отказывалось полноценно переноситься в новое тело, и это еще самое мягкое из последствий от частых репликаций.

Куда страшнее выглядят вспышки необоснованной агрессии, галлюцинации, когда бойцы начинали в своих товарищах видеть тварей Некроносов, вал самоубийств, причем суицидники только-только выбравшись из репликатора, сразу накладывали на себя руки. Поэтому для страховки было принято решение, что каждый военнослужащий, неважно контрактник скурфайферов это, боец подразделения репликантов первой волны, боец СВФ… Да абсолютно у любого рода войск и подразделения, действует ограничение в пять репликаций подряд. Потом их отправляют в бой только спустя год от предыдущей репликации, не раньше. А после десятой репликации вообще списывают из боевых подразделений в тыловые, или на пенсию.

Отсюда и ужесточение курса подготовки у всех. Даже у самых обычных рядовых в ничем не примечательном пехотном подразделении которые в основном только и делают, что несут вахты и охраняют на планете важные, по мнению командования точки, практикуется двухлетнее обучение. Но у них без училища и потолок старший сержант – пятое по счету звание, с доступом к командованию расширенным взводом, ну или должность главного сержанта роты. А вот с училищем уже открывается весь блок мастер-сержантов, и штаб-сержантов. А там уже можно подать заявление на трехлетку в высшее военно учебное для открытия у себя возможности получения младшего офицерского звания, до капитана включительно. Ну и так далее. Дошел до потолка, еще раз обучение, уже для старшего офицерского блока, ну а финалом идет Академия с еще одной трехлеткой учебы для открытия себе дороги в высший командный состав.

Долго и муторно, но зато объем знаний у офицера просто поражает воображение. Однако есть и еще один путь. И тех, кто прошел этот путь уважают намного сильнее. Даже Сердце Альфарима в интерфейсе ставит приписку «боевой» к званию. Но это звание выдает только или Главнокомандующий Волпер лично, или Сердце. Причина такого уважения к «боевым» очень простая – его можно заработать, только если ты умудряешься регулярно выживать во множестве достаточно горячих боев. Это основное условие, а есть еще множество дополнительных переменных, которые оценивает Сердце Альфарима, но первое и самое главное – это не погибать.

На то чтобы вспомнить это все мне понадобилось всего лишь пару десятков секунд, пока не перешел к следующему упражнению. К моменту, когда я закончил весь комплекс упражнений, Кош успел уже полностью собраться и, надев курсантский легкий комбинезон, вместе с вернувшимся к тому моменту Толиком, нетерпеливо ждали меня в дверях, чтобы идти в столовую. Так что пришлось поспешно надеть комбинезон и чуть ли не галопом мчаться за ними.

- Парни, давайте сюда! – из середины длинной очереди замахал нам рукой Сэм, а присмотревшись, обнаружили, что больше половины отделения уже возле него.

У парня даже намека на обиду не было, да и успел я уже его изучить! А потому знаю, что он никогда не обижается на правду, может максимум пару минут подуться, но потом его неуемная натура снова вылезает наружу.

- Эй, вашу дивизию, какого фига без очереди влезаете? – начала возмущаться группа курсантов, которую мы подвинули чтобы встать возле Сэма.

- Слоняры, вам что хоботы на затылки завязать, или бульки запотели? Не видите, что дедушки завтракать изволят? – сразу наехал на них Сэм. А Толик медленно с хрустом потянул шею сначала в одну сторону потом в другую.

Самое смешное было в том, что практически во все войска «дедовщина» просочилась от репликантов первой волны. Вот только в подразделениях репликантов этой самой «дедовщины» нет, хоть у них и идут пополнения из тех, кого реплицировали из архивных слепков сознания. Кош практически перетек, занимая место слева от парней, а я быстрым шагом встал на свое обычное место справа. Замерев в напряжении готовый в любой момент показать этим салагам-первокурсникам, где их место в местной иерархии, краем глаза успел заметить, что остатки нашего отделения отработанным движением занимают свои места.

Впереди Толик, как самый массивный, и обычно оттягивающий урон противника на себя. Сразу за ним Сэм, который всегда страхует пулеметчика, да и таскает вместо него часть амуниции на учебных выходах. По бокам на удалении в пару шагов я и Кош – снайпер и разведка отделения. Сразу за спиной Сэма, командир нашего отделения Алекс, с позывным «Седой», у него какая-то генетическая мутация, из-за которой парень родился альбиносом. Страхуют его с боков два наших штурмовика: Леха «Небо» и Дэм «Птица». Ну а тылы прикрывает единственная девушка нашего отделения, занимающая две должности по совместительству – одновременно медик и связист.

Немного нестандартная схема из восьмерки бойцов. Но слава Сердцу, пока учимся, нам еще разрешают менять штат отделения, так что взяли схему одной из разведывательных групп, четвертого полка вооруженных сил контрактной службы скурфайферов. В той схеме, правда, положено еще два псионика, но в нашем училище они не обучаются, так что взять их не откуда. У нас вместо них в наборе гранатометчик и сапер, которые сейчас шляются непонятно где.

Первокурсники, сразу подались назад и, опустив голову, что-то извиняющееся забубнили себе под нос. Толик сдвинув брови, еще раз окинул этаким суровым взглядом молодежь и, хмыкнув, отвернулся. Вслед за ним и все остальное отделение вернулось к своему месту в очереди. Только Кош задержался на пару секунд, узнавая, из какого подразделения молодые да борзые курсанты.

- Представьте, у них Людоед взводником, – вернувшись к нам, поделился Кош информацией.

- Это который с третьего курса? – напряг я память вспоминая, кто у нас в училище ходит с таким позывным.

- Ага, я ему сообщение уже скинул, обещал прокачать парней сегодня ночью, и научить как нужно с дедушками себя вести.

- Уже конец первого курса, а бойцы у него вообще не соображают. Надо… - что надо, Толик так и не закончил, потому что нам пришло оповещение через интерфейс.

Внимание! Стартует контрольный зачет для выпускников четвертого курса. В течение двадцати минут прибыть в погрузочную зону с амуницией по норме четыре.

19:56

19:55

19:54

…

…

…

Четыре секунды на осознание небольшого текста, и еще пара чтобы окинуть взглядом столовую. Из-за столов то тут, то там начали вскакивать отдельные бойцы и целые отделения, так и оставляя на столах посуду с недоеденным завтраком, и в темпе вальса, то есть бегом рванули к своим казармам за амуницией.

- Соня в медчасть! Небо, Птица, Пулик на склад за рюкзаками, – уже на ходу начал раздавать команды Седой. – Крис, Кош… так, вы и сами знаете, что вам брать. Сэм, найди Леху и Гасту, и дуйте к продскладу! И чтобы вы там первыми оказались! А я пока на всех БК получу, точка встречи: оружейка отделения за пять минут до времени Ч. Все, погнали, лентяи!

Ну да, у нас всего двадцать минут, а снаряги нужно получить просто уйму. А учитывая, что получать нужно на разных складах, которые и не очень-то далеко друг от друга, но сейчас к ним несутся все выпускники четвертого курса, так что толкучка обеспечена. Поэтому каждый сейчас получает свой тип снаряжения на все отделение, хорошо хоть оружие и броня хранится в отдельном помещении между нашими кубриками. Вот туда я с Кошем и рванул, по пути чуть ли не сбивая более молодых курсантов. Хотя те уже поняли, что что-то случилось, раз весь четвертый курс носится по коридорам, как будто боевую тревогу объявили. Так что молодые сейчас перемещались, плотно прижавшись к стенам, оставляя центральную часть для несущихся на полной скорости выпускников.

Полторы минуты добраться до нашей оружейки и сразу вдвоем расходимся в противоположные стороны, активируя хранилища снаряжения выводя их в режим экипировки. Хорошо хоть стоящие по пять штук в ряд возле противоположных стен хранилища больше похожие на металлические гробы, поставленные вертикально, позволяют экипироваться буквально за десяток секунд, если не считать время на активацию, которая длиться чуть больше трех минут.

Пока хранилища раскрывали створки, разнося в стороны на манипуляторах элементы брони, чтобы потом за секунды зафиксировать их уже на бойце, я вскрыл контейнер с дополнительным оборудованием. Доставая и подготавливая дополнительные элементы снаряжения, я попутно косился на свое хранилище, ожидая, когда завершится его подготовка. Это у остальных вся броня в хранилище, а у меня и Коша достаточно много дополнительных элементов: накидка с функцией мимикрии, миниатюрные камеры с возможностью подключения напрямую к нейроинтерфейсу… короче до фига всего помимо стандарта.

На удивление сегодня я справился быстрее Коша, обычно он более моторный в этом плане. Да и все хранилища уже были в активном состоянии готовые принять бойцов. Так что не стал тянуть и, повернувшись спиной, вжался в ложе, выдвинувшееся из ящика, ноги уже были на ширине плеч, поставил их в специальные пазы и раскидываю руки в стороны, также размещая на своих местах. Автоматическая система среагировала сразу, как только я занял нужное положение, и начала навешивать на меня элементы брони сразу же соединяя их между собой.

За те секунды пока я экипировался в броню, успела прибежать Соня и, выудив десяток автодоков с тремя запасными картриджами к каждому, сразу же юркнула к своему хранилищу. Одиннадцать минут в запасе, вроде успеваем. Подхватив свое устройство экстренной медицины, подсоединил к специальному разъему на броне и, быстро вытащив свое оружие из ящика, проигнорировал всю дополнительную амуницию и автодок, выскочил из нашего склада. При крайней необходимости мы, конечно, можем там все одновременно поместиться, но это крайне неудобно, так что лучше подежурю снаружи. Все равно пока парни не вернуться со штатными рюкзаками, в которые встроена хоть и очень простенькая, но все же система миниатюризации, остальное свое снаряжение забирать смысла нет. Это только потеря времени на подгонку, лучше сделаю это все в транспорте.

Вот не понимаю я этот бюрократический аппарат! Оружие, броню и всякую технику хранить можно на складе отделения, а медицину и рюкзаки с дополнительным снаряжением почему-то нет. Ладно, с продуктовыми суточными рационами все понятно, они банально могут быть съедены некоторыми личностями ночью под одеялом. Ну хорошо, с натяжкой и медицина тоже понятна – есть уникумы увлекающиеся психотропными препаратами, и из автодока могут много чего выковырять и синтезировать. Блин, а ведь могут и из рюкзаков кучу всего выудить на продажу или просто на сувениры о службе в училище. Но почему тогда остальное спокойно храним на своем складе?

Не стал забивать себе голову этим вопросом. Быстренько пробежался по индикаторам готовности брони. Вроде все нормально, все датчики подтверждают, что сбоев нет, но я все же решил углубиться в себя, проверяя в нейроинтерфейсе свои характеристики. Помню, инструктор рассказывал, что неоднократно удавалось диагностировать поломку из-за неполного срабатывания бонусов от брони.

Статус Персонажа:

Имя: Крис Кей

Уровень: 19

Характеристики:

Сила – 8 (5+3)

Ловкость – 9 (6+3)

Выносливость – 9 (6+3)

Восприятие – 10 (9+1)

Интеллект – 6

Разум – 4

Удача – 6

Харизма – 7

Так, вроде все нормально, броня дает по тройке в Силу, Ловкость, Выносливость за счет мышечных усилителей и встроенной стабилизации, и единичку к Восприятию, благодаря усилителям звука. Хотел было еще и навыки проверить, но из-за поворота выскочил остатки нашего отделения, умудрившиеся справиться со своими задачами практически одновременно.

Как только я увидел несущихся во весь опор наших, загруженных по самое не могу, сразу юркнул на склад, где Кош каким-то чудом за эти пару минут уже успел навесить всю дополнительную амуницию на себя. Подхватив свою снарягу и один из автодоков, я снова выскочил в коридор, чуть не столкнувшись в дверях с Пуликом, который не растерялся и сунул мне в руки один из рюкзаков.

- Я в коридоре соберусь, – успел я поставить в известность командира, освобождая проход, на что он лишь коротко кивнул и отдал мне энергоячейки к оружию вместе с гранатными подсумками. Едва только я успел запихнуть все в рюкзак, понял, что чего-то не хватает.

- А моя пайка? – сунул я голову в склад отделения.

И чуть не получил прям в забрало шлема вакуумным пакетом характерного сероватого цвета с маркировкой «ИСВР-3». Индивидуальный суточный витаминизированный рацион третьей модели. Значит, забросят нас куда-то минимум на двое-трое суток, если вообще не на неделю, хотя…

- Сэм, тройка по разнарядке, или ты просто доппаек намутил?

- По разнарядке, – скривился Сэм, на котором уже было закреплена половина элементов брони. – Так что можешь не сомневаться, закинут нас куда-то в задницу!

- Скорее всего, на четвертый или третий, – буркнул Седой, когда я к нему повернул забрало шлема, даже не дал вопрос задать. – Говорят буквально пару дней назад, на четвертом в каком-то эксперименте загнулось сразу три группы. Причем вроде как даже без возможности на возрождение.

- Ого, это на что они там нарваться-то умудрились? – удивленно вскинул брови Гаста.

- Не знаю, мой брат, ну который связист, говорит, что там вообще сумбур гнали. То сначала нашли старую генную базу с кошкодевочками в стазисе…

- Кошко кто? – не поверил я своим ушам.

- Кошкодевочками, потом они вроде бы пытались гнать спирт из трупного яда, чуть не передрались между собой и куча другого бреда.

- Кхм… а твой брат случаем ничего не принимал?

- Клянется, что нет, но верится мне с трудом, – вздохнул Седой и оглядевшись, убедился что все готовы к движению. – Так все, нет времени болтать. В любом случае нас, скорее всего, бросят на нижние уровни, так что готовьтесь попотеть.

Ну да, четвертый пускай уже и освоен процентов на двадцать, но еще слишком много там крайне опасных территорий. Говорят, что когда я только родился, примерно в таком же состоянии был и пятый уровень. А вот с третьим уровнем Седой явно загнул. На нем пока только редкие форпосты, да и зачистки там проводят только достаточно опытные ветераны. Не думаю, что пока еще курсантов туда кинут.

Эти мысли не мешали мне пристроиться на свое место в колонне по два и по команде Седого побежать легкой трусцой. Время позволяет, у нас запас две-три минуты, так что можно и красиво всем отделением на посадочную площадку выбежать, а не в разнобой как будет у большинства. Глядишь, за это какие-то баллы в глазах экзаменаторов заработаем.

Добравшись до места построения и заняв положенное нам крайнее слева место во втором взводе, я облегченно вздохнул, увидев, что на таймере осталось еще полторы минуты, а наш Седой уже делает доклад взводнику. Ого! Как я погляжу, тут все глобально, в прошлом году такого не было. Тогда на зачеты отправляли ребят поротно, а сейчас в строю похоже весь выпускной курс. Ну, если считать по головам пока еще только половина собралась, но вот отдельные подразделения, а где и одиночные бойцы, уже занимают свои места от всех двенадцати учебных рот. А может Седой и прав был… такую толпу, могут и сразу на третий закинуть, чтобы посмотреть, кто выкарабкается.

И тут я попытался вжаться в строй, чтобы как можно быстрее затеряться с первой линии, где стоял. Но все ребята уже встали по стойке смирно и у меня ничего не получилось. Так Крис, успокойся! Может она не заметила и все обойдется? Фух… вроде развернулась в другую сторону и пошла к офицерам. Надеюсь, не заметила, но что блин происходит? Если она тут, значит, что-то явно нехорошее происходит.

- СМИР-Р-НО! – раздалась команда и я, выбросив все из головы, замер как истукан, сжимая прижатое к груди оружие.

Глава два: Выпускной экзамен

- РАВНЕНИЕ НА СЕРЕДИНУ! – очередная команда, и весь строй в одном порыве поворачивает забрала шлемов так, чтобы смотреть на центральное место перед строем.

Там, перед строем, сейчас собралось с десяток разнокалиберных офицеров, старшие преподаватели, командир училища и одна весьма фигуристая женщина, которой я крайне не хотел бы попасться на глаза. Так, нужно срочно что-то соображать. Она же благодаря интерфейсу видит все наши имена! Блин, во вторую шеренгу строя сейчас уже не перестроиться, да и не думаю, что это меня спасло бы. Свалить совсем из строя? Тогда можно нахвататься проблем еще больше, да и могут еще на второй год оставить, а это считай все – на карьере можно ставить большой жирный крест. Остается только молиться Сердцу, чтобы она не смотрела в эту сторону, а если и посмотрит, чтобы не вчитывалась в имена.

- Командор, по вашему приказу курсанты-выпускники четвертого курса построены. В строю присутствуют только допущенные к выпускному экзамену. Незаконно отсутствующих нет. Данная категория курсантов в наряды, на работы и на занятия не привлекалась. Докладывал командир специализированного военного училища, подполковник контрактной службы скурфайферов Стеценко.

Не знаю к чему, но после этого доклада мне почему-то вспомнилось, как отец рассказывал, что еще до моего рождения, когда только восстанавливали корпус скурфов, первые пару лет на контрактной службе у них нельзя было получить офицерское звание. Но к настоящему времени главнокомандующий немного изменил эту систему.

- Вольно! – скомандовала командор достаточно красивым голосом.

- Вольно! – продублировал командующий училищем.

Изредка, буквально несколько раз в год, мои родители брали меня и везли на большое мероприятие. Хотя нет, правильней будет сказать, встречу старых друзей. Собиралось там достаточно много людей вместе со своими детьми. И вот там поздно вечером я несколько раз слышал как она поет. Там не то, что взрослые, даже вся детвора и я в том числе, замирали, побросав свои игрушки, и боялись пошевелиться, чтобы не помешать. Те песни я в то время не понимал, даже когда она пела явно детские песенки специально для нас, но, уже повзрослев, я понял, что они, можно сказать, пришли из другого мира, пускай и оказавшимся виртуальным, но, я думаю, не менее живым, чем привычный нам Альфарим, а местами даже поболее.

Командор обвела взглядом выстроившихся перед ней курсантов и, тяжело вздохнув, прикрыла глаза, видно собираясь с мыслями. Ну да, она неоднократно негативно высказывалась о том, что курсанты сдают выпускные зачеты в реальных боевых условиях. А сейчас, похоже, лично будет выдавать нам экзаменационное задание. Вон даже стоит в боевой амуниции, только шлема не хватает. А вместо него бордовый берет с кокардой корпуса, которым она командует. Но волосы убрала назад, сплетя в двойную косу поверх свободно спадающих с затылка. Вся эта конструкция уходила под горжет комбинезона, не мешая быстро надеть шлем.

- Курсанты! Думаю, что все вы прекрасно осведомлены кто я и каким корпусом командую. В этом году в связи с рядом событий, ваш выпуск будет сдавать выпускной экзамен в совместной операции третьего корпуса, вашего специализированного училища и выпускников особой школы псиоников…

От такой новости я замер как парализованный, а когда увидел, что подполковник Стеценко нервно дернул щекой, у меня вообще мурашки по спине побежали. Третий корпус - это ликвидационно-разведывательное подразделение, в задачи которого входит нахождение, зачистка и уничтожение потенциально опасных для Альфарима объектов и существ. Особая школа псиоников выпускает боевиков с внешним проявлением псионики. Учитывая, что сейчас в Альфариме на отдыхе почти нет полноценных боевых подразделений, то похоже решили выпускников использовать как мясо. Я даже не представляю, что такое могло произойти, чтобы главнокомандующий дал добро на такое.

- … К каждому штатному отделению третьего корпуса будет придан взвод курсантов и отделение будущих боевых псиоников, – продолжала командор. – Если вы еще не прониклись всей серьезностью операции, могу добавить, что каждому участнику операции Сердце добавит по одной дополнительной репликации, отличившиеся по результатам операции получат звание капрала, особо отличившиеся - звание младшего сержанта. Детали операции поступят на ваш нейроинтерфейс во время транспортировки. Операция крайне опасная и серьезная, поэтому те, кто не желает принимать участие, должны подать электронный запрос на исключение из списков участников. Штрафные санкции на отказников накладываться не будут и через неделю им предоставят возможность пройти обычный экзамен…

Прервавшись, она еще раз обвела взглядом строй и из нее как будто стержень вынули.

- Детки… Там, скорее всего, будет ад и многие из вас могут погибнуть. Я понимаю, что вы не боитесь, особенно при условии, что вы очнетесь в репликаторах, но… учитывая проблемы частых репликаций, я просто не хочу вас заставлять. Поэтому хорошо подумайте, прежде чем грузиться в десботы. У вас на размышление пятнадцать минут. Через десять начинается погрузка, еще через пять десботы отправляются на задание… - Выговорившись, она поджала губы. – У меня все, разойдись!

- Все слышали командора? РАЗОЙДИСЬ! – продублировал команду Стеценко.

Не знаю как остальные, но я даже размышлять не буду, тут и так все ясно. Пришла «жопа». Даже не так, пришла большая, вонючая «ЖОПА!!!». Да-да, именно так. Большими буквами и с кучей восклицательных знаков в конце. Так что после команды «разойдись», когда ошарашенные новостью ребята и девчата только начали двигаться, чтобы скучковаться по интересам и обсудить ситуацию да принять решение. Я уже скинул с плеч рюкзак и начал восстанавливать дополнительную амуницию из миниатюризации, чтобы как можно быстрее разместить всю навеску на броне, а то потом может времени и не хватить.

- Курсант Кей, ко мне! – раздался хрипловатый голос из-за спины еще до того, как я успел восстановить хоть один подсумок.

- Пи****! – замерев и согнувшись над рюкзаком, шепотом выдал я. Чуть даже не сплюнул прям в шлем. Но сдержался, подхватил обратно рюкзак и, закидывая его за спину во время разворота, выровнялся по стойке смирно. – Так точно, господин майор!

Пяток обычных шагов, три строевых, и я вскидываю руку в воинском приветствии. Даже несмотря на то, что позвавший был в тяжелом роботизированном экзоскелете без знаков различия, только эмблема подразделения на плече. Я сразу понял, что за жопа подобралась ко мне со спины. Ну да. Если она тут, то и этот качок должен быть недалеко. Как-то упустил я этот момент.

- Господин майор! Курсант Кей по вашему приказу прибыл!

- За мной! – и развернувшись, едва слышно зажужжав при этом сервоприводами, он двинулся к ангарам.

- Крис, – по внутренней связи отделения сразу же вышел Седой с паникой в голосе, – что случилось? Куда тебя?

- Седой, все нормально, я разберусь. Оставьте мне место в десботе! – и, отключив связь, зашагал за экзоскелетом майора.

Ну не хотел я раскрывать перед своими товарищами настоящую подоплеку ситуации. Они ведь даже не в курсе, чей я сын, и кто у меня крестный отец с крестной мамой. Хотя вот тоже интересный момент: в Альфариме практика крестных крайне редкая и буквально единичная. Как мне папа объяснял, даже у них там, на Земле, когда они еще думали, что там настоящий реальный мир, не везде была эта практика. Вроде это с древних времен пришло, когда детей «крестили» каким-то ритуалом, и у них появлялись крестные родители. Но в последние пару сотен лет, это была просто дань традициям. А вот в Альфариме главнокомандующий как-то смог продавить в алгоритмы Сердца возможность сделать неродных родителей из самых близких людей, настоящих кровных родителей, и они становились «крестными», так сказать запасными, вдруг что-то случится с настоящими…

Я сначала думал, что меня ведут в один из ангаров, где взмыленные техники проводили последние предполетные тесты. Но протиснувшись между ангарами, точнее это майор протиснулся, мне-то ширина прохода в несколько метров ни капли не затрудняла движение, мы вышли на небольшой пятачок позади зданий, где не было лишних глаз.

- Ну, привет, малой! – развернулся ко мне экзоскелет, открывая бронеколпак, откуда сразу же на бетон выскочил пилот, сжимая меня в тисках своих лап.

Да-да, именно лап! Он и так-то никогда не отличался мелкими размерами, а последние лет десять вообще крепко подсел на тренажерные залы, стараясь максимально нарастить мышечную массу. Вот честно, я не уверен, что у меня кости останутся целыми, если он обнимет меня со всей силы. Даже бронекостюм, думаю, не спасет.

- Вот надо было сразу понять, что если она тут появилась, то и ты тут как тут, – снимая шлем, я сделал вид, что не рад его видеть, но не сдержался и, улыбнувшись, попытался стиснуть в ответ эту гору мышц. – Только не говори, что будешь меня отговаривать.

- Я? Как ты мог подумать? Конечно же, не буду, – сделал он честные глаза и замотал головой, а потом кивком головы указал чуть в сторону. – Это будет она делать.

- КРИСИК!!! Уиии… !!! – меня схватили и попытались вжать лицом между достаточно немаленьких грудей, вот только броня, надетая на нее, не дала это сделать.

- Угм… - я чуть нос не разбил и, едва справившись с давлением, чуть отстранился. – Крестная, ты же в броне!..

- Ой… - меня сразу же немного отпустили. – Прости, Крис, забыла. Ну рассказывай, как ты тут? А то твоя мама мне уже весь мозг съела. Ты же игнорируешь ее письма.

- А не надо было пытаться через крестного на меня давить. Ладно, папа всегда идет у нее на поводу, но это же не значит, что я по его примеру буду соглашаться со всеми ее капризами!

- Но все же ты бы помирился с ней, она ведь волнуется, – продолжила крестная гнуть свою линию, причем уже не в первый раз. – Пойми, ты первый ребенок из нового поколения! Знал бы, что пришлось нам все вынести, чтобы ты не погиб еще в утробе, тогда понял бы, почему она так за тебя переживает.

- Я знаю… - опустил я глаза. – Крестный рассказал мне в прошлом году. И про свадьбу перед восстанием, и про то, что ты, крестная, вместо мамы умерла замаскировавшись под нее. Да так, что даже папа реально думал, что противник держит маму в заложниках, и даже то, что мама самая первая забеременела среди репликантов… Но это не значит, что я должен расти как комнатный цветок, на который даже чихнуть страшно!

- Сини… - попытался что-то сказать Слон, но крестная сразу огрызнулась:

- Что Сини? Я уже двадцать лет как Синиами…

- Таааак… - протянул я, переводя взгляд с крестной на ее мужа. – Что происходит?

- Она обещала Кастре, что ты не полетишь на это задание, пусть даже ей придется воспользоваться должностными полномочиями, чтобы силком тебя оставить.

- ЧТО?.. Крестная, как ты могла маме обещать подобное? Вот от тебя я такого не ожидал…

Я сделал пару шагов назад, вырываясь из объятий крестной, а по совместительству командора третьего ликвидационно–разведывательного корпуса «Центурионы». Подумать только, они даже не оставляют мне выбора! Если раньше меня могли уговаривать, пытаться подкупить или еще как-то заставить изменить свое решение, но никто и никогда не использовал свое служебное положение, чтобы надавить на меня. Даже мой крестный дядя Вова, больше известный всему Альфариму как главнокомандующий Волпер.

- Но… - Синиами попыталась что-то мне возразить, но я уже прям кипел от злости за такую подлость.

- Крестная, если ты посмеешь такое сделать, – практически сквозь зубы процедил я, – то я всеми способами добьюсь, чтобы отправиться во внешний патруль космодесанта, у которых и месяца не проходит, чтобы не столкнуться с поисковиками Некроносов.

Высказав это все, я сжал зубы так, что аж скулы свело, при этом поджав губы и надвинув на переносицу брови, показывая максимальную серьезность своих слов. Надо сказать, что внешний патруль – это серьезно, туда попадают либо совсем отбитые на голову, либо штрафники. Что не удивительно, потому что внешники свой лимит на репликации обнуляют буквально за год, максимум два, и очень часто они вообще пропадают без вести. И Сердце не может их восстановить из-за базовых алгоритмов, запрещающих делать репликацию, если есть шанс, что предыдущее тело еще живо.

- Ехтендритский боевой крейсер мне в ухо! – выдала Синиами заворот, которым любил пользоваться дядя Вова. – Ладно, пускай меня твоя мама возможно и не простит, но если ты станешь внешником, то я уже сама себе не прощу. Хорошо, иди на это задание, но… только не рассказывай никому. На втором уровне мы обнаружили улей Некроносов, похоже они как-то умудрились просочиться сквозь портал. Есть подозрение, что кто-то из бойцов подцепил паразита, взявшего его под контроль и заставившего пронести биокомпьютер матки, да и обеспечить первым необходимым объемом биоматериала.

- Охренеть… - я сразу же забыл о своих обидах. – Но… откуда? Ведь даже не планете все улья вычистили.

- Не все, а только те, которые на поверхности, – призналась крестная. – Иногда мы их еще находим в разных пещерах или труднодоступных местах. Но суть в другом: всем, кроме Центурионов, будет это подано как одна из старых лабораторий Администратора.

- Но ведь подделки Администратора были в десятки раз слабее настоящих Некроносов… - снова не удержался я.

Учитывая, что мои родители весьма известные Кварц и Кастра, взявшие фамилию Кей. Да и в гостях у нас частенько бывали крайне известные личности: главнокомандующий Волпер, который относится к моим родителям, как к своим детям; его жена Ведьма, а для меня просто тетя Алена; Тилорн – старый друг всех этих людей, а также, как он говорит: «личный доктор семьи» что бы это ни значило. Еще Саргос, который с ними прошел огонь, воду и медные трубы. Дядя Карфаер, один из советников, Саныч, ДиЛайн…

Короче, учитывая, что я воспитывался людьми, считающимися живыми легендами Альфарима, то хочешь - не хочешь, а достаточно осведомишься о том, что и как в действительности, а не как подается общественности. Ну не виноват я, что эти большие дяди и тети без задней мысли обсуждают столь важные вещи, не стесняясь собственных детей, среди толпы которых я самый старший. Вот и наслушался, пока игрался с остальными мелкими.

- Да, поэтому и поднимаем всех, до кого можем дотянуться, пока не поздно.

- А СВФ? Корпус псиоников с дядей Криллом? Да в Альфариме же куча войск!..

- Почти все сейчас на планете да на космических кораблях. Телепорт сможем отрыть только через восемь часов, чтобы подтянуть подкрепление. Волпер хотел стянуть тех скурфов, которые сейчас в Альфариме, и лично рвануть на зачистку, но Совет ему «добро» не дал. В общем, там сейчас на верхах кипит такой ад из-за этого, что уверена, многие лишатся погон и должностей, а некоторые и голов. Никто не был готов к тому, что опасность вылезет изнутри. А те силы, которые сейчас есть в Альфариме, просто не подготовлены для такого. Они все равно стягиваются, но как вторая и третья линия. Так что, мальчик мой, единственное, что попрошу - будь осторожней.

- Буду! Стисну покрепче булки, чтобы всякие паразиты не домогались, – со всей серьезностью произнес я, надевая шлем.

- Ох, и в кого же ты такой пошел? – покачала головой крестная.

- В маму! – уверено заявил Слон. – Она в свое время той еще оторвой была. Волпер вроде даже ремень разок порвал в момент воспитания Кастры.

- Да не, это вроде всего один раз было. Пару раз приложил по мягкому месту и все… - неуверенно сказала Синиами

- Ну не знаю, что слышал, то и сказал, – пожал плечами Слон.

- Ладно, контрольное время почти подошло, – прервал я их рассуждения. – Передавайте маме привет…

- Сам бы связался с ней.

- Вот пока не извинится, первым ей писать не буду, – и, вскинув руку в воинском приветствии, добавил старый девиз, с которым девятнадцать лет назад штурмовали верхние уровни: – Смерти нет!

Резко захлопнув забрало шлема, сразу развернулся и со всех ног бросился к своему десантному боту, куда уже успел погрузиться мой взвод. Только и успел едва разобрать последние два предложения, долетевшие до меня со спины.

- Повзрослел пацан! – Слон.

- Неужели и наша дочка будет такой же оторвой? – Синиами.

- Скорей всего, ведь она в этого парня в…. – конец фразы заглушил рев двигателей десантных ботов, которые практически одновременно запустились, готовясь к старту.

Чего там Анька? Блин, не смог разобрать. Их дочка на полтора года младше меня, и мы с ней практически с пеленок дружили, так что мне действительно было интересно, что там с ней. Мы уже года три не виделись, подросла наверное, пацанами крутит как хочет… Эх, не о том думаю, ускориться надо, вон уже первые десботы на взлет пошли.

Блин-блин-блин! Транспорт с моим взводом начал отрыв. Практически не задумываясь, мазнул взглядом по иконке «рывка», отдавая управление ногами пиконитам, которые есть в каждом из нас. А они уже по давно изученной схеме простимулировав каким-то своим способом мышечные волокна ног, ускорили меня, позволив буквально в последний момент вцепиться в край десантной аппарели.

В мои предплечья сразу же вцепилось несколько пар рук, рывком затягивая внутрь транспорта. Хорошо хоть закрытие аппарели у десботов конструктивно не предусмотрено. А то, несмотря на все препирательства с крестной и положительное окончание разговора, мог банально опоздать. Хотя стоит подумать над тем, что она специально затягивала разговор.

- Ну ты, братишка, даешь! Мы уже думали, без тебя полетим, – проорал через внешнюю связь Сэм.

- Не дождетесь!

Перекатившись набок и помогая себе руками, занял место в транспортном кресле. Ноги едва слушались, умение я не развивал. При моей специализации оно не особо-то и нужно, вот и приходится расплачиваться за короткое ускорение перегруженными мышцами.

- Связь включи! – проорал Седой, стуча пальцем себе по шлему в районе уха.

Блин, точно! Я же отключил внутреннюю связь отделения. Небольшая манипуляция, и в мои уши из динамиков шлема врываются голоса товарищей, которые сейчас по внутренней связи строили теории, куда нас везут.

- Крис, ты куда пропал? Я уже думал, что схему работы придется менять, – убедившись, что я включил связь, сразу же, приглушив остальных, задал волнующий его вопрос Седой.

- Да так, нужно было срочно с друзьями… точнее родней пообщаться. Чуть увлекся и не уследил за временем, – отмазался я и, попутно сняв рюкзак, начал доставать все приблуды и навешивать на себя.

- Семья - это святое! Ладно, бойцы, командование хоть и будет на других, но стараемся остаться в одной группе! У нас отделение уже сработанное, поэтому давим на то, что эффективность будет больше.

- Лучше не выеживаться и слушать более опытных командиров, тогда будет хоть какой-то шанс, – ляпнул я и тут же мысленно прикусил язык.

- Ты что-то знаешь? – сразу сделал стойку Седой. Да и остальные притихли, ожидая подробностей.

- Откуда? Просто в третьем корпусе не бывает неопытных, их не берут в «Центурионы», – попытался я съехать с темы.

- Ну да… это же «Центурионы»! Конечно, до скурфов им, как до пятнадцатого уровня пешком, но согласен, там очень толковые ребята, – нехотя согласился Седой. – Но все же стоит хоть попробовать остаться одной группой.

- Ну это само собой! - сразу же поддержал я его. Фухх… вроде прокатило. Неприятно что-то скрывать от остальных, но лучше так, чем у них паника начнется раньше времени. Да и крестная просила не распространяться.

- О! Парни, нам задача пришла, – Толик первым заметил сообщение в интерфейсе.

БОЕВАЯ ЗАДАЧА! Вы согласились на замену экзаменационной задачи на боевую! Положительная отметка занесена в служебное дело. Начислена дополнительная репликация. При любом исходе задания будет зачтен выпускной экзамен, присвоено звание рядового, и открыт доступ для вступления в подразделения контрактной службы скурфайферов! В случае удачного завершения задания, всем выжившим будет присвоено звание капрала! Выжившим и отличившимся во время выполнения задание будет присвоено звание младшего сержанта!

ЗАДАЧА: на втором уровне была обнаружена действующая лаборатория Администратора по производству биологических существ. В связи с тем, что лабораторию длительное время не могли обнаружить, на подступах к ней накопилось большое количество монстров. Необходимо прибыть в место десантирования, соединиться с действующим в том районе третьим корпусом «Центурионы» и поступить в распоряжение командира первого отделения, третьего взвода, первой роты, второго батальона сержанта Лавида. Обеспечить огневую поддержку отделению для выполнения поставленного им задания. Неукоснительно выполнять приказы сержанта Лавида!

Ну да, просто монстры и просто обеспечить огневую поддержку… После этого сообщения мне аж засвербело рассказать своим правду о задании. Но нельзя. Ладно, можно плюнуть на то, что крестная попросила, но еще есть внутренняя безопасность, которые обязательно промониторит все наши разговоры, и если меня и отмажут от разглашения секретной информации, то остальным может сильно достаться, вплоть до испорченного личного дела… Эх, придется промолчать и очень сильно постараться, чтобы прикрыть своих…

Глава три: Первый бой – он трудный самый

Чем ближе подлетали к месту десантирования, тем сильнее парней и девчонок нашего взвода пробирал мандраж. Не скажу, что мы прям уж необстрелянные птенцы. У нас происходили и тренировочные бои друг против друга, максимально приближенные к боевым условиям, и множество виртуальных симуляций боев с разными исчадиями некроносов, и просто с всевозможными мутантами и, конечно же, с больной фантазией программистов, проектирующих противников для симуляций. Но вот реальный бой, где на кону стоит твоя репликация, количество которых крайне ограниченно, вызывает мандраж и небольшую панику.

С накатывающим волнением каждый справлялся, как мог. Вон боец с третьего отделения «заедает» свои страхи, впихивая в себя уже четвертый энергетический батончик, один из саперов уже бог его знает какой раз перетасовывает размещение гранат и взрывчатки по подсумкам. А я, проверив все снаряжение, откинулся назад и попытался отрешиться от окружающих и заняться дыхательной гимнастикой для успокоения, а то пальцы трясутся.

- Говорит командир десантного бота, старший сержант Джонсон, – ожили динамики в транспортном отсеке. - Планы резко поменялись. Мутанты вырвались из лаборатории, и перешли в атаку. Так что придется десантироваться прямо посреди поля боя. Курсанты, слушай мою команду! Активировать боевую модификацию интерфейса. Под креслами есть желейка, в случае моей команды, хватаем их и со скоростью свиста выпрыгиваем с десбота.

«Желейки»? Ого! Специальные устройства для десантирования: этакая пушка с большим раструбом, из которой десантники выстреливают в землю при прыжке. При столкновении заряда с твердой поверхностью он раскрывается, формируя желейный куб три на три метра, попадая в который десантник тормозит, чтобы не разбиться о твердую поверхность. Сложность в том, чтобы правильно рассчитать, когда выстрелить. «Желейка» держится всего лишь три секунды, потом распадается, выпуская бойца, плюс полторы секунды на развертывание состава.

Рано выстрелишь «желейкой», можешь попасть уже в момент распада состава, и он тебя не затормозит, поздно выстрелишь, он не успеет раскрыться, а тебя размажет по твердой поверхности. Так еще не стоит забывать, что пока ты внутри этого состава ни защищаться, ни стрелять нет никакой возможности, так что самые виртуозы умудряются подгадать так выстрел, что после приземления «желейка» распадается через доли секунды. Хорошо хоть у нас есть за плечами десяток тренировочных прыжков с ними. Хоть сильно грубых ошибок не допустим.

Пока в сознании проносились данные по «желейке», мысленным усилием, при этом помогая себе движением глаз, активировал в интерфейсе вкладку «Боевой режим», доступный только действующим военнослужащим. Ничего особо серьезного это не дает, но зато все владельцы нейроинтерфейсов сразу начинают для нас подсвечиваться разными цветами. Синий - это гражданское население, желтый – потенциально опасные личности, красный – враг, но про красный я только из инструкции знаю, говорят, его уже много лет не видели. Ну и финальный зеленый контур - это другой военнослужащий, плюс над головой зарегистрированный позывной или фамилия, а рядом погон с его званием, чтобы все могли ориентироваться в уровне подчиненности.

Знаю, многие репликанты в свое время жаловались, что им пришлось переучивать все звания. Еще лет пятнадцать назад до ввода новой системы, и звания частично были другими, и текущие погоны означали другое звание. А как по мне, так сейчас все предельно логично: «пустой» погон без отметок - это новобранец (я их вообще за военных не считаю), который не прошел никакого обучения. Чаще всего это всякий обслуживающий персонал или те, кто пришел служить в армию по контракту всего лишь на пару лет, ну или первый год обучения тоже ходишь с «лысым» погоном. Таких к боевым операциям вообще не допускают. Одна галочка, выглядящая как перевернутая буква «V» - это курсанты, если сверху буква «К», ну или солдат, если всего лишь годовые курсы прошел. Две галочки – рядовой, боец который обучен ряду тактических приемов, владению несколькими видами оружия, и имеющий определенную военную специальность – таких основная масса в войсках. Следом идут капралы, эти имеют три галочки, бойцы уже успевшие повоевать или отличившиеся чем-то другим. Они являются чаще всего командирами групп от трех до пяти бойцов, иногда замами командира отделения, ну если не считать спец войска, где обычные солдаты в звании капралов. А вот дальше идет уже низший сержантский блок – звания с добавлением полукруга внизу, смотрящего краями вверх, как улыбка на смайлике, ну и сверху галочки: одна, две, три. Младший сержант, сержант и старший сержант соответственно. Этот блок закрывает главный сержант: полукруг внизу, три галочки сверху и между галочками и полукругом как будто в специальной нише, девяти лучевая звезда в круге, символизирующая колыбель человечества – Солнечную систему с девятью планетами и астероидный пояс. Дальше уже блок мастер-сержантов, вот только их разметку мне не дала вспомнить резкая встряска нашего транспорта и замигавшее красное аварийное освещение.

- По нам ведут огонь! – раздалось в динамиках. – Хватаем желейки и готовимся к прыжку, подлетное время полторы минуты. И это… кхм… мальцы, осторожней там! Я зависну над нужным вам взводом, дам пять секунд, потом увожу транспорт, постарайтесь все успеть и учтите: третий взвод сейчас почти в полном окружении.

- Да кто вообще может по нам стрелять? – ошарашено спросил кто-то в глубине транспорта, когда динамики замолчали.

Но ответить ему никто не успел. Резкий маневр десбота и мимо открытой аппарели буквально в паре метров пролетает ядовито зеленый сгусток, который врезается недалеко от нас в здание и взрывается энергетическим всплеском.

- Не знаю, кто стреляет, но это явно не люди, - сквозь стиснутые зубы выдавил из себя Седой, не отводя забрала шлема от выплавленной полусферы в боку высотки.

А потом наш транспорт начало бросать из стороны в сторону. Мы даже пару раз кувыркнулись вокруг своей оси, уходя из-под выстрелов неизвестной нам системы противовоздушной обороны, или ПВО в простонародье. Послышались панические нотки и вскрики, вот и показало себя попадание в настоящие боевые условия. Ни одна симуляция не сравнится!

- Сердце наше, что смотрит за нами. Пусть святится твой бинарный код, пусть прибудет электронная воля твоя, как на уровнях, так и вне их. Избавь меня от лукавого да подлости Администраторской….

Один из бойцов начал молиться Сердцу, и еще парочка подхватила за ним. Блин, это задница! Взводник молчит… а нет, тоже читает молитву. Командиры отделения кто в шоке вжался в кресло, а кто вообще потеряно проводит взглядом каждый залп, пропущенный мимо нашего борта. Меня и самого начало трясти не по-детски. Но надо что-то делать, иначе, высадится лишь половина, да и та в состоянии паникующего мяса. Так еще и маты из кабины пилотов доносятся, видно забыли отключить динамики или во время одного из маневров случайно зацепили кнопку включения.

Рука вниз, выдергиваю «желейку» и лишь со второго раза удается прицепить ее к поясу, на случай если не удержусь, и меня выкинет при очередном кульбите. Рывок за кольцо быстрого сброса страховочных ремней транспортного кресла, и резко встаю, хватаясь руками за круглые поручни, наваренные под потолком, перебрасывая почти всю энергию бронекостюма на мышечные усилители рук, чтобы точно удержаться.

- Что за паника, мать вашу? – заорал я через внешние динамики. – Вы, су**, будущая гордость войск контрактной, мать вашу, службы скурфайферов! Еб****, выпускники специального, су**, училища имени Карфаера! А ну бегом, ган**** штопаные! Включили боевой режим интерфейса, пока я вам анус на голову не натянул, и прекратили сраться с перепугу!!!

Наступившая буквально на секунду тишина дала мне возможность набрать побольше воздуха в легкие, чтобы выдать новую порцию:

- Оружие, су**, в боевое положение! Схватили «желейку», как мамкину сиську, настолько же крепко, и бл*** нежно, да приготовились к десантированию!

О, зашевелились и, несмотря на то, что наш транспорт продолжал дергаться из стороны в сторону, бойцы начали выполнять команды. Но, блин, не все. Нужно еще чуток простимулировать, пускай потом могут и дружно морду лица набить, но сейчас не до сантиментов.

- Я СКАЗАЛ: «ОРУЖИЕ В БОЕВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ!» – пяток шагов в глубину транспорта и я, нависнув над еще не пришедшим в себя бойцом и слегка подтянувшись на руках, врезал с ноги ему в грудную пластину. Зато это сработало, и боец что-то зло на меня зашипел, но схватился за оружие, да и остальные сильнее оживились.

- Сброс через пять…

- Отстегнуться, отрыжки мясоеда! – сразу сориентировался я на команды пилота.

- Четыре…

- За мной! – с максимально доступной мне скоростью двинулся к десантной аппарели.

- Три…

- Покажем, су**, чего стоят… - продолжал я орать, не прекращая движения.

- Два…

- … курсанты нашего училища… - на миг остановился на краю и слегка согнул ноги, готовясь к прыжку.

- Один. Начать десантирование!

- Смерти нет! Уйдем лишь на репликацию! – срывающимся голосом ору я уже в прыжке.

До поверхности метров семьсот. Пилоты, похоже, не смогли подвести десбот ближе, что не удивительно: метрах на пятистах не только противник плевался непонятными сгустками, но и шальные выстрелы наших бойцов заполонили пространство. Да-да! Противник именно плевался. Длинное тело с множеством ног и просто огромной задницей, внутри которой сквозь кожу просматривалось зеленоватое свечение, да еще и раздавшаяся вширь морда, из которой с перерывом в пару секунд, как плевки, вылетали сгустки, пытавшиеся нас сбить.

Выбросить руку вбок, создавая дополнительное сопротивление с одной стороны, меняю траекторию движения, уходя чуть в сторону от здания, в которое я вот-вот должен был врезаться головой. Едва разминаюсь с одним из «плевков», на чистом везенье, и успеваю, крутнув головой, заметить, как этот плевок напрочь растворяет кого-то из моего взвода. Не повезло бойцу, даже не приземлился, но радует другое, судя по количеству несущихся за мной точек, в темноте разбавленной редкими сохранившимися осветителями, десантировался если и не весь взвод, то как минимум больше трех четвертей состава.

Сдернув с пояса «желейку», проходящую по документам как устройство для десантирования УДНП -17, но которую никто кроме как «желейкой» не называет и, выставив устройство перед собой, начал выцеливать точку моего приземления, пытаясь поймать правильный момент выстрела.

Еще чуть-чуть, еще немного… и тут я понимаю, что забыл подать световой сигнал, положенный при десантировании посреди дружественных сил. Но или у них кто-то заметил наше падение, или кто-то из командиров отделения или взводник достаточно пришли в себя и подали положенный сигнал. Но нам уже расчищали место для посадки, ужесточив огонь по противнику, формируя кольцо, внутрь которого нам нужно было приземлиться. Даже успел заметить, как один из щитовиков, резко ускорившись, нарастил энергетические шипы на передней стороне ростового щита и просто смял в одну кучу пяток монстров.

В следующий миг я врезался в куб фиолетового желе, которое погасило инерцию падения, и намертво застрял там на две секунды. Как только субстанция резко в один миг распалась невесомыми хлопьями, одной рукой выхватил импульсный пистолет, выдающий остроконечные конусы, а второй рукой потянул из ножен клинок, подаренный мне отцом. Поворот двумя пальцами набалдашника рукояти до щелчка, и так сверхпрочный сплав лезвия, с молекулярной заточкой, покрывается синим, едва заметным слоем энергии. Первый раз за много лет привел его в полное боевое положение.

Ну а что? Тут без вариантов слишком близкая для меня дистанция, не мои условия для боя, мне хотя бы на сотню-другую метров разорвать дистанцию, и там смогу показать все, чему научился, не только в училище, но и от друзей папы с мамой.

- Млять, парни, нам сосунков прислали! – рыкнул один из бойцов, меняющий энергоячейку на автоматической винтовке.

- Курсантов! – огрызнулся я, сдвигаясь в сторону и давая пространство для десантирования следующей волны, сюда же еще два взвода курсантов должно прибыть и взвод псиоников.

- Да хоть иснтитутки, мать вашу. Командование обещало тяжелую пехоту в экзах, а прислали желторотиков… - начал распалятся боец.

- Шаля, пасть заткни! Держи лучше свой сектор, – осадил его не замеченный мной ранее старший сержант – командир этого взвода Центурионов.

- Да су**, держу! – огрызнулся боец, действительно уже продолжая вести огонь скупыми очередями в своем секторе стрельбы. – Ствол уже плавится, а энергоячеек еще минут на десять осталось.

- Так, вы, – повернулся к нам старший сержант и начал сразу раздавать указания, для понятливости указывая скупыми движениями, попутно подсоединив к боевому каналу связи. -Стрелки! Укрепляем отделение сержанта Лавиды. По два-три стрелка на одного центуриона; пулеметчики, по флангам отделения; саперы и прочие подрывники, к капралу Сулима и чтобы через семь минут был готов второй рубеж; разведка, в те два здания, нижние этажи на вас; снайпера, туда же только на третий этаж, поступаете под командование находящихся там наших снайперов. Чего застыли? БЕГОМ МАРШ!

Практически с каждым произнесенным указанием тактическая карта расцвечивалась цветными зонами с пометкой, какие бойцы, куда должны следовать. А когда он в конце рыкнул, мы сразу же дернулись мчаться в указанную точку. Я едва в последний момент успел заметить, что высоко над нами отваливается в сторону еще один десбот, немного поискав глазами, все же смог заметить россыпь точек десантировавшихся бойцов. Причем их было явно побольше нас, похоже, сразу два учебных взвода пошли на высадку.

Я так засмотрелся, что едва успел среагировать на резкое покраснение территории впереди, по пути к уже существенно разрушенному зданию. А вслед за изменением цветовой гаммы на этот участок выскочило несколько дальних родичей мясоеда, только раза в полтора крупнее и имеющих костяной панцирь с множеством острых шипов-отростков. Вот тебе и разница между тварями Администратора и настоящими творениями Некроносов.

- Четвертый пулеметный расчет в минус! – орет какой-то боец в эфире.

- Тертый, Лякуш, закройте брешь! – сразу же реагирует командир. – Сизый, прикрой птенцов!

Резко меняю направление, сдвигаясь вбок, попутно пытаясь из пистолета перебить лапы хоть одному из несущихся в мою сторону монстров. Но мои потуги бессмысленны, броня у них хоть и покрывается трещинами, но существенного урона не наношу. Едва успеваю уйти перекатом из-под прыжка одного монстра, как практически впритык ко мне приземляется второй, я даже встать не успеваю. Извернувшись, вгоняю лезвие клинка под нижнюю челюсть, и оно, словно горячий нож в масло, входит практически без сопротивления.

Вот только это мне не особо помогает. Новый противник, сбивая плечом уже агонизирующее тело, уносит вместе с трупом и клинок, который у меня просто вырвало из рук, и на меня наваливается новый противник. Я не стал бороться за оружие или пытаться вернуть себе его, а бросив все, успеваю схватить его за две передние лапы и попытаться не дать когтям и пасти добраться до меня.

Несмотря на переброшенную дополнительную энергию на мышечные усилители рук, пасть постепенно начала приближаться ко мне, все сильнее при этом вжимая спиной в покрытие дороги. Когда оставалась буквально пара сантиметров, голову монстра разнесло в мелкие клочья. Это было так неожиданно, что я замер на пару секунд, не веря своим глазам. И тут металлическая перчатка вцепилась мне в горжет и рывком поставила на ноги.

- Не спи, малец, не на пляже! – выдал спасший меня боец невнятным голосом из-за зажатого в зубах огрызка синтетической сигары.

Псих какой-то! Без шлема в одном лишь берете с эмблемой странного шлема с гребнем, отличительный знак «Центурионов», и с зажатым в одной руке дробовиком. Разрядив заряд плазменной картечи в дернувшегося возле нас недобитого монстра, отпустил меня и освободившейся рукой передернул затвор, попутно сплевывая через уголок рта, противоположный тому, в котором была зажата давно потухшая сигара.

- Давай ходу, – махнул он рукой в сторону здания, куда я до этого и направлялся. – Я прикрою!

- С-сейчас, – немного заикаясь, ответил я и, нагнувшись, извлек свой клинок из трупа, попутно подбирая и пистолет.

- Хороший режик! – уважительно кивнул боец на мой клинок. – Жаль у того пацана такого не было.

Проследив за кивком спасшего бойца, оказавшегося «Сизым» с лычками капрала, я чуть не выпустил из себя утренний завтрак. Спасло меня только то, что нас сорвали прямо перед столовой, так что блевать было нечем. В паре метров от меня лежали останки Старта – снайпера из соседнего отделения. Но опознал я его лишь по специфичной лазерной винтовке. Шлем на месте забрала был вскрыт одним ударом когтистой лапы, превращая лицо в мешанину мяса и бронепластика. А грудная клетка вообще вскрыта от шеи до паха. По ней явно хорошо успели пройтись и когтями, и клыками, попутно разбрасывая вокруг внутренности.

- Угумк… - едва смог я сглотнуть подступивший комок и следом выдавить из себя. – Иду.

На полной скорости бросившись ко входу в здание, я только и мог реагировать на тяжелые шаги Сизого за моей спиной да на пару выстрелов его дробовика. Перед проходом центурион поймал меня рукой за плечо и, придержав, первым сунулся в здание. Два выстрела из дробовика, и только после этого высунулась физиономия с сигарой.

- Чисто! Дальше по коридору окопались разведчики, тебе по лестнице наверх. Все, чеши, малец, и не подставляйся больше.

В коридоре с потолка свисали останки монстра с длинным телом и множеством ножек, частью из которых тварь даже после смерти продолжала держаться за потолок. А разведчики уже вынырнули из своего укрытия и, перебросившись парой фраз с капралом, начали минировать проходы и окна с этой стороны, пока капрал снаружи крепил маячки-предупреждения для своих. Когда я выскочил на третий этаж, где заняли позицию два снайпера, корректировщик и боец прикрытия, с улицы донесся голос Сизого:

- Пернатые, ловите БК!

И в окно залетел рюкзак с пристегнутыми к нему подсумками, сорванными с кого-то впопыхах. А ведь, похоже, я знаю с кого! Рюкзак весь в крови, а на подсумках вообще куски внутренностей. Я опять чуть не блеванул, едва справившись с комком желчи, поступившим к горлу. Вот она - правда настоящего боя: кровь, кишки, грязь и твой товарищ даже после смерти помогает тебе тем, что с него можно снять запасные энергоячейки.

- Кей! - вернул меня к реальности окрик корректировщика. – Четвертое окно, работаешь по целеуказанию, доклад о БК после каждой цели.

- Принял!

- В жопу твое принял, желторотик, плюснул и бегом выполнять!

- Плюс! – бросился я к указанной позиции.

На ходу возвращаю пистолет и клинок на их места. Уже когда звякнул грудной пластиной о бетон, занимая позицию лежа возле остатков четвертого окна, потянул винтовку из магнитных захватов на спине, молясь Сердцу, чтобы оптика от моих падений не повредилась. Но все обошлось, оптика целая, только пара царапин на прикладе.

- Готов работать по целеуказанию! – докладываю я и, сверившись с показаниями индикатора на винтовке, продолжаю: – Пятнадцать запасных ячеек, двенадцать выстрелов с заряженной.

- Птенцы, б**, все доклады сокращай. Готов! Полторашка яков, двенадцать в стволе.

- Плюс, – вовремя вспомнил предыдущую команду по ответам, откидывая сошки на винтовке и занимая удобную позицию для стрельбы. Мы, конечно, изучали все эти сокращения и условные названия, но не привыкли ими полноценно пользоваться.

- Коршун, желтый, одиннадцать, удаление пять, – дал целеуказание корректировщик.

- Плюс! – спокойный голос в ответ, я бы даже сказал: с некой ленцой.

Пара секунд задержки, во время которых корректировщик успевает дать цель второму снайперу, девушке с позывным «Ласточка», и тугой лазерный луч врезается в крупного монстра по направлению на одиннадцать часов от нас, подсвеченный желтым маркером, на удалении около пятисот метров. Луч срезает переднюю опорную ногу и монстр заваливается вперед, вот только ему перед самым падением кто-то успевает из подствольника закинуть плазменную гранату под брюхо. Как итог - минус сильный, но неповоротливый противник.

Ожидая цель для себя, рискнул немного отвлечься и глянуть, что происходит вокруг, и немного пришалел. Боец прикрытия без лишней брезгливости потрошил рюкзак и подсумки Старта, распределяя БК между снайперами и собой. Ячейки для лазерной винтовки всунул в пустые подсумки Коршуна. Импульсные блоки отошли Ласточке, себе он забрал все гранаты и энергетические батончики. Последними, кстати, сразу открыв забрало, начал хрустеть. Остальное, не пригодившееся, просто откинул в дальний угол, бросив сверху маячок для трофейной команды, которая будет тут все обыскивать после боя.

Как? Вот как он так спокойно может сидеть и жрать?! Меня мутит от одной только мысли о еде, а этот, как ни в чем не бывало… А Ласточка, та вообще лежа на пузе болтает ногами и какую-то мелодию мурлыкает себе под нос, замирая лишь на секунду в момент выстрела. У них не все в порядке с головой? Хотя нет… скорее это привычка. Привычка человека, который постоянно живет рядом со смертью и практически ходит под ней. Человека, который знает, что вот сейчас он живой, а через пару минут может отправиться на репликацию, и нет гарантии, что это не последняя разрешенная.

- Кей, не спи! Бордовый, полтора, удаление три и два, работай по глазам. Дай парням заскочить на него.

- Плюс, – прижимаюсь к прикладу, выискивая промаркированную цель через оптику в направлении на полвторого, сразу же вводя поправки в прицельный комплекс, для работы на дистанции триста двадцать метров.

Теперь я понимаю, почему дядя Вова почти в любых ситуациях крайне спокоен. Если у этих железные нервы, то у него они вообще должны быть алмазные. Неужели и я когда-то стану таким, и буду с равнодушием смотреть на смерти товарищей?..

От Автора:

Пока ждете новую главу, есть возможность познакомиться с серией Дигворд (ну если вдруг еще не в курсе) https://author.today/work/82505

Глава четыре: Нам бы только выстоять

Выстрел, а корректировщик уже орет новые вводные! Движением плеча перевожу прицел левее и ловлю на цветное перекрестие очередного монстра, на этот раз не крупный, но как-то умудрившийся зайти за спину группе из трех бойцов и уже вот-вот будет готов к прыжку, а парни его до сих пор не видят. Есть! Успеваю снять тварь до того, как он кинется на спины занятых сдерживанием монстров бойцов.

А следом скриплю зубами в бессильной ярости, прекрасно видя в прицел, как бронированная туша врезается в парней с другого фланга. Я без команды попытался остановить эту тварь, но она даже не заметила заряды моей винтовки, врезавшиеся в ее защищенную голову, и, раскидав группу бойцов, ринулась дальше, оставляя более мелким сподвижникам докончить начатое. Три секунды и интерфейс перестает подсвечивать контуры ребят, ясно показывая, что спасать там уже некого.

- Кей, что за стрельба без команды?

- Там бойцы… - попытался я оправдаться.

- Я видел! Но эту тварь не взять с наших винтовок, там крупняк нужен… не трать заряды без команды, а то может не хватить тем, кого наша поддержка действительно может помочь.

- Плюс, – сквозь скрип зубов ответил я, понимая, что корректировщик прав.

Не будет согласованного огня и поддержки на самых важных направлениях, и монстры быстро продавят дыры в обороне, а вся линия обороны развалится на мелкие огневые точки, которые противник легко подавит, атакуя со всех сторон одновременно. Из-за этого-то и важна координация и связь между всеми подразделениями, чтобы не допускать прорывов или достаточно быстро их ликвидировать, если все же возникли.

Но, черт возьми! Как же это тяжело – видеть в прицел, что вот сейчас конкретно этому боевому товарищу ты одним лишь выстрелом можешь спасти жизнь, но приходится скользить перекрестием прицела дальше, наводясь именно на отмеченную цель. Понимая при этом, что задержись ты на секунду для выстрела и спасения жизни бойца, не успеешь уничтожить более важную цель, и она положит целую группу, а то и отделение.

Это я вижу поле боя через узкий угол прицельного комплекса. А корректировщик, кроме того что контролирует большой кусок поля боя через бинокль с широким углом обзора, видя намного больше, чем я, но еще и успевает обрабатывать присылаемые данные из штаба аналитики хода боя, который явно у нас за спинами занял позицию недалеко от линии боестолкновения.

Спустя еще пять минут, когда уже сжег почти половину своего боекомплекта, наконец-то отлипнул от прицела. Я, конечно, устал, но не это было причиной: прям под нами прошла серия взрывов и сразу за ней, судя по звукам, завязался жаркий бой. Если судить по ним, разведка, прикрывающая нас на первом этаже, не жалела боеприпасов, заливая кого-то очень плотным огнем.

- Глаз, внизу жопа, твари прорвались на стыке взводов, и вышли прямо на нас, – подхватив автомат, боец прикрытия прижался к косяку двери, беря лестницу на прицел, слегка наклонив голову, как будто к чему-то прислушивается. – Первый этаж уже за тварями, остатки прикрытия отошли на второй.

Корректировщик, который и носил позывной «Глаз», сразу же немного высунувшись, осмотрелся и буквально на секунду подвис, похоже размышляя, что в этой ситуации лучше сделать. Приняв решение, слегка кивнул сам себе и сразу же выдал пачку команд:

- Разведке медленно отходить к запасному пути эвакуации. Ласточка, бери малого и отходите к аналитикам. Коршун, прикрой пехоту, они сейчас будут отходить.

- Не выйдем, – флегматично заметил Коршун, даже не поднимая головы от винтовки.

- Знаю, работаем по красному варианту.

- Блин, а я только вчера снарягу почистил…

- Вы охренели? – возмутилась Ласточка, но при этом вскакивает, закидывая винтовку в захваты на спине и беря вместо нее короткоствольный автомат. – Опять я первая отхожу, а вы остаетесь без шансов на выход?!

- Ты лучше нас на ближних дистанциях работаешь, так что очевидно кому пацана выводить. Может хоть не сдохнет в первый же свой бой.

- Чего разлегся? Бегом за мной! – не стала спорить с корректировщиком Ласточка, а вместо этого наехала на меня.

Я подскочил как ужаленный и бросился вслед за снайпершей, на ходу меняя оружие и проскакивая мимо нашего бойца прикрытия, который уже устанавливал небольшие заряды на стену возле лестницы, собираясь завалить ее, максимально усложняя возможность монстрам забраться на наш этаж. Думал, что боец выжидает, чтобы мы спустились, но Ласточка, круто развернувшись, на пределе сил понеслась по коридорам и комнатам в дальнюю часть здания.

Я едва поспевал за девушкой. Она явно знала все эти повороты и проходы, а мне приходилось притормаживать, стараясь не споткнуться о завалы мусора и куски стен, валяющиеся на пути движения. С противоположной стороны здания оказалась большая дыра, наверху которой закреплен крюк с накинутой петлей троса, остаток которого спускался вниз в полуметре от фасада.

- Не отставай! – на бегу скомандовала Ласточка.

В прыжке вцепившись в трос, использовала инерцию, чтобы закинуть ноги вверх и повисла на нем, перевернувшись вниз головой.Вращательное движение ногой и трос в пару витков захлестывается вокруг нее. Прижала второй ногой трос, зафиксировав себя таким способом на одной высоте и начала водить стволом из стороны в сторону, держа на прицеле прилегающую к дому территорию, попутно ожидая, когда я ее догоню.

Когда Ласточка увидела, что мне осталось всего пяток метров, немного отпустив ногой зажатый трос, быстро заскользила вниз, продолжая держать на прицеле подходы к дому. Добежав до края и глянув вниз, успел заметить, как практически возле поверхности дороги она резко кувыркнулась, высвобождая при этом ноги от троса, без проблем приземлилась на полусогнутые ноги и, сделав пару шагов, оказалась чуть в стороне от места приземления. Там, припав на колено, крепче прижала к плечу автомат, ожидая, когда я спущусь. Я такие кульбиты выполнять не умел, по-простому вцепившись руками и ногами за трос, заскользил вниз.

Не успел я добраться до поверхности, как взрыв на первом этаже здания сорвал меня с троса и вместе с кусками бетона отбросил в сторону. Хорошо хоть броня погасила удар, а то меньше чем сломанными ребрами я не отделался бы. С той стороны, где я последний раз видел Ласточку, застрочил автомат короткими очередями по три-пять зарядов, судя по звуку, еще и смещался чуть в сторону, сближаясь со мной.

Едва собрал глаза в кучу, резко мотнув головой, в паре метров от себя увидел бойца с оторванной ногой по самые ягодицы. Наши костюмы на такие раны не рассчитаны, автоматический медицинский турникет, встроенный в броню, находился на сантиметр-два ниже раны и сейчас остался на втором куске брони, как и система подачи кровоостанавливающей пены.

Вот только боец плевать хотел на то, что ему осталось жить от силы полминуты, пока не истечет кровью. С трудом приподнявшись, опираясь на одну руку, второй выдернул из полимерного подсумка плазменную гранату, судя по красной кайме возле предохранительного колпачка над кнопкой активации. Щелчком большого пальца он скинул колпачок и сразу же резкий удар кнопкой гранаты по шлему. В обычных условиях по кнопке мы бьем ладонью второй руки, вдавливая тугую кнопку, заодно ломая встроенную от случайного нажатия пластиковую чеку. Но вместо того чтобы сразу метнуть гранату, он всунул ее обратно в подсумок и, сорвав уже весь подсумок с крепления на поясе, метнул в дыру, образовавшуюся в стене.

А ведь в подсумке по стандартной комплектации шло четыре гранаты, каждая находилась в своей ячейке подсумка, и кольцо таймера в нижней части гранаты по умолчанию установлено на пять секунд. Только убедившись, что весь подсумок залетел в проем, боец обессилено рухнул обратно, с глухим звуком уткнувшись в пол и так уже серьезно потрескавшимся забралом.

Все это заняло не больше двух-трех секунд, во время которых я пытался собрать свое сознание в кучу после удара, и только тут до меня дошло, что мне показывает интерфейс об этом бойце. Как был, практически на четвереньках, рванул к раненому, каким-то чудом умудрившись шевелить ногами быстрее, чем руками из-за чего ноги занесло вперед, и тормозил я возле раненого уже на боку, попутно пытаясь нащупать баллон кровоостанавливающей пены в специально встроенном в костюм зажиме на левой голени.

- Держись, Кош! Держись, братишка! – забубнил я, не обращая внимания на раздавшийся в здании взрыв гранат.

Адреналин стучал в висках и чуть ли не вытекал из всех природных щелей. Едва справившись трясущимися руками с баллоном, все же смог направить струю пены на остатки ноги товарища, пытаясь задуть всю рану целиком, чтобы он не истек кровью.

- Сейчас, братишка, кровь остановим, и оттащу тебя к медикам, а там регенерационная капсула все поправит. Будешь потом перед девками хвастаться боевым ранением... – продолжал я бубнить, успокаивая то ли товарища, то ли себя, нанося уже второй слой пены поверх раны.

- ХВАТИТ! – дернули меня за плечо.

- Сейчас-сейчас - торопливо забормотал я. – Еще секунду, только кровь остановлю…

- КЕЙ, ОЧНИСЬ, МАТЬ ТВОЮ! – заорала на меня Ласточка, двинув бронированным кулаком мне по шлему, и намного тише, даже можно сказать с сожалением, она добавила: – Он уже умер, ему не помочь… так что шевелись, пока и нас не отправили на репликацию.

Только после ее удара у меня наконец-то включились мозги. Еще раз глянув на тело Коша, понял, что пытаюсь оказать помощь трупу. Прости, брат! Я не успел… Да, я понимал, что Кош отправился на репликацию, и буквально завтра, ну максимум через пару дней, я снова увижу друга. Вот только сейчас, когда перед моими глазами лежит его тело, мне от этого понимания не фига не было легче.

Ласточка видно решила, что до меня ее слова не доходят и, вцепившись одной рукой прям стальной хваткой в горжет, без лишних слов потащила, при этом продолжая второй рукой сжимать свой короткоствольный автомат и вести огонь от бедра короткими очередями по пролому в стене. Гранаты, которые в последние секунды жизни метнул Кош, выжгли монстров, которые пытались выскочить в тот момент через пролом. Но это был далеко не последний противник, так что только что подоспевшие твари сейчас по одной-две выскакивали из пролома. Вот их и пыталась отстреливать Ласточка.

Да как же так, с***? Откуда их столько? Сколько же лет скрывался этот улей, что смог наплодить такое количество тварей? Куда вообще смотрела разведка, внутренняя безопасность… Да даже дядя Вова! Со всех сторон сейчас идет бой, пытаясь даже не уничтожить противника, а просто не дать ему вырваться из окружения, чтобы эти твари не разошлись по всему Альфариму. Парни и девушки прям в эту секунду гибнут сотнями, если вообще не тысячами вокруг этого гнойника, превратившегося в мясорубку. И каждую секунду в неё все больше подкидывают свежего мяса. Прошло уже минут сорок с нашего десантирования, а десботы все продолжают пролетать над нами, высаживая новые порции подкрепления, едва успевая покрывать количество гибнущих бойцов... Нахрен! Не позволю! ТВАРИ!!!

- Пусти! – сквозь сжатые зубы цежу я, дергаясь вперед. - Я в норме!

- Уверен? – практически на рефлексах спросила Ласточка, но сразу же, выпустив из цепкой хватки мой горжет и перехватив автомат двумя руками, начала вести уже прицельный огонь. И тут же удивленно дернулась за мной. – Куда б***?

- Ствол Коша! С ним от меня сейчас больше толку, – и подскочив к телу, отщелкнул ремень от его пистолет-пулемета, вместе с ним слишком долго снимать, второй рукой выдернув пару энергоячеек из подсумка, сразу же вернулся к Ласточке.

- Плюс! – поняла она, что я действительно в адеквате… ну… почти. – Стандартный отход двойкой под огнем.

- Плюс, – скольжу мимо нее, на ходу проверяя индикатор питания – восемьдесят три заряда, сойдет. Метра через три резко торможу и, разворачиваясь, припадаю на колено, открывая огонь. – Крою!

- Иду! – теперь она, развернувшись к противнику спиной, под огнем моего прикрытия пробежала на пару метров за меня. – Крою!

Пара перемен такой карусели и она командует остановиться и вести плотный огонь по монстрам, появляющимся из пролома. Дистанция в полсотни метров позволяет нам вовремя среагировать. Если начнем не справляться с потоком, а это скоро случится, ведь пока только малая часть рвется через пролом в стене, остальные пытаются прорваться на третий этаж к оставшимся там ребятам.

Левее между зданиями показались первые отступающие. В основном раненые бойцы, которые не могли полноценно вести бой. Уходить на репликацию последнее дело, и если есть возможность обойтись регенерационной капсулой, то стараются всеми силами добраться до зоны эвакуации. Пусть даже в состоянии куска мяса без рук и ног - главное, чтобы живой. Ведь регенерация не бьет по мозгам так, как репликация. Хоть иногда восстановление бойцов и затратней по ресурсам, но если есть хоть мизерный шанс - всех стараются не доводить до репликации.

Скидываю оставшуюся энергоячейку Ласточке, а сам выхватываю из захватов винтовку. Дистанция минимальная, но уже могу работать. Тем более на прицел беру проход, через который отходят бойцы, там дистанция еще больше, почти сто метров, а это уже достаточно комфортно даже с моей оптикой на минимальном увеличении. Согнувшись в пояснице, упираюсь локтем в плечо Ласточки, делая из собственной руки упор для винтовки.

Ласточка одобрительно хмыкает и больше никак не комментирует мои действия. А я в прицел уже вижу, что бойцы, пускай и раненые, но как могут сразу же открывают фланговый огонь по тварям. Они при поддержке автомата Ласточки спокойно справляются с потоком монстров, так что могу не отвлекаться.

Вот показались уже более целые бойцы: уставшие, грязные, местами в крови, но явно не своей. Они сразу же меняют раненых на огневом рубеже флангового огня и занимают позиции под прикрытием здания, помогая огнем куда-то назад, где осталась группа прикрытия, обеспечивающая отход остальных.

В проходе мелькнула юркая тень, которую не успевают срезать автоматной очередью. Она прыгает на стену и делает несколько скачков по ней, осыпая остатки отделочных материалов стены. Я успеваю перехватить ее и сбиваю со стены, попадание не смертельно, но упав и замешкавшись буквально на секунду, тварь получает очередь сразу от нескольких бойцов и затихает.

Последними сквозь проход потянулись пулеметчики и остатки щитоносцев. Вот только это все оставшиеся из взвода Центурионов, трех взводов курсантов и отделения псиоников. И это только те, о ком я знаю! А ведь был еще десант на наш участок обороны. И из всей этой толпы осталось человек двадцать, половина из которых ранены. Псионик, так вообще остался один но, судя по тому, как он передвигался, тоже находился уже на грани истощения. Однако все же умудряется еще раз развернуться и выдать полупрозрачный серп по наступающим монстрам, перерубая сразу пару десятков тварей, после чего делает два шага и заваливается вперед, но не успевает достигнуть пола, как его ловят руки бойцов и оттягивают назад.

- Глаз, отходите, мы прикрываем! – вышла на связь Ласточка.

- Прости, пернатая… кхе-кхе… - раздался из динамиков хриплый кашель Глаза. – Я ранен… Тяжело… Остальные уже погибли, так что дальше пока сама…

Как к этому отнеслась Ласточка, было не понять. Она ничего не сказала, а просто добила остатки энергоячейки для автомата, тоже взяла в руки винтовку и продолжила отстреливать тварей сидя, используя собственное колено в качестве подставки под руку. А вот я ощутил лишь грусть… не знаю, надломилось что-то во мне, или я просто начал привыкать к смерти вокруг. А может это вообще включился защитный механизм моего сознания, но их смерти уже не вызывали столь яркой реакции, как смерть Старта или тем более Коша.

Вторая линия обороны оказалась метрах в ста у нас за спиной. Встречал нас десяток инженеров, успевших за время боя установить пару минных полос и полтора десятка автоматических турелей. Справа и слева от нашего участка инженеры успели тоже подготовиться, и если слева остатки группы тоже отступали, то справа это было уже некому делать.

Устало стянув с себя шлем, зарядил последнюю энергоячейку в винтовку и обвел взглядом остатки бойцов. Из моего отделения выжил только Пулик, который сейчас срочно менял ствол пулемета, пока турели удерживают поток монстров, давая нам пару минут перерыва. Да еще Седой, правда, тяжелораненый и уже не способный вести бой. Сложно это делать, когда одной руки по плечо нет, а от второй откушена кисть. Но ему успели остановить кровотечение, благодаря чему и выжил. И все равно, даже если бы руки были на месте, сейчас он не боец.

Парень сидел, облокотившись на остатки стены, и плакал. Без всхлипов, стонов… вообще без звука и с пустым взглядом. Но слезы текли по его щекам, не останавливаясь, да еще Седой слегка подергивался во время вдохов. Оглянувшись на монстров, гинувших под огнем турелей, и понимая, что время еще есть, присел рядом с командиром.

- Как ты, братишка?

- Она умерла… - невпопад ответил он. – Умерла прямо у меня на руках… закрыв меня собой…

- Седой, ты о чем? – попытался растормошить я белобрысого.

- Ты не понимаешь… - покачал он головой. – Меня ранило… Соня остановила кровь… Попыталась оттащить меня… Но откуда-то выскочила эта тварь… И она закрыла меня собой… Она умерла из-за меня… СЛЫШИШЬ! ИЗ-ЗА МЕНЯ!

Резко заорав, Седой повернул ко мне лицо, и от его взгляда у меня мурашки по спине побежали. Нет, там была не пустота, там было подступающее безумие! Подскочил кто-то из Центурионов и резким движением вогнал в шею Седого тюбик экспресс-шприца. Командира моего отделения сразу повело, и он начал отключаться.

- Из-за меня… понимаешь… если бы она меня не закрыла… - окончательно затих Седой.

Подняв голову, встретился взглядом с Сизым, он и оказался тем бойцом, который сделал укол Седому.

- Не ссы, малой, он отойдет… может не сразу, но отойдет! Увидит ту девчонку, когда она вернется после репликации, поговорят, успокоятся, и отойдет, – с уверенностью в голосе заверил меня Сизый. Вот только почему он отводит взгляд при этом?

Как бы мы ни храбрились, сколько бы мы ни тренировались, но жестокая правда жизни показала, что морально мы еще не готовы к этому дерьму. Сейчас без фильтров шлема дыша окружающим нас воздухом, могу точно сказать, что настоящий бой действительно пахнет дерьмом… А еще кровью, грязью, страхом. Непередаваемый букет запаха, от которого хочется блевать.

От мрачных мыслей оторвал звук взрыва. Быстрый взгляд в сторону монстров, и понимаю, что турели уже не справляются, первые монстры начали прорываться дальше, подрываясь на минной полосе. Пора готовиться ко второму раунду!

Отцепив рюкзак у Седого, ему он уже не понадобится, вывел голограмму хранящихся там вещей и, найдя гранаты да энергоячейки под автомат, поставил их на восстановление. Хм… похоже я уже начинаю привыкать пополнять патроны от своих же товарищей. А ведь меньше часа назад возмущался от подобного. Так, теперь бы у кого-то из раненых одолжить автомат, и я почти готов. Сначала винтовка, там всего двенадцать выстрелов, а потом автомат. У Седого оказалось два десятка энергоячеек, а это две с половиной сотни выстрелов для автомата с каждой ячейки. Еще, мать вашу, повоюем! Тем более вон вдалеке летят десботы, везут новую порцию мяса для этой мясорубки…

- Слава Сердцу, дождались! – радостно выдохнул Сизый. – Вот и кавалерия подтянулась.

Еще один взгляд в сторону десботов, даже винтовку вскинул, чтобы рассмотреть через оптику. Нет, ошибся я! Это не десантные боты, это тяжелые транспортники. У каждого под днищем в специальных захватах восемь тяжелых роботизированных экзоскелетов сразу со своими пилотами, а в десантном отсеке вмещается еще восемь бронетранспортеров с экипажем. Один из транспортников, делая маневр, на секунду показал свой бок, но мне этого хватило, чтобы различить эмблему. Летучая мышь, держащая в лапах череп.

- Мертвые тени… - вырвалось у меня.

- Понятно, почему они так долго. Они же на той стороне телепорта были. Еще неделю назад отбыли на погрузку. А говорили, тяжелая пехота должна подойти, а оказывается, бронедесант нам прислали, – просветил меня Сизый и, повысив голос, обратился к остальным. – Все, парни! Нам осталось пару минут продержаться, бронедесант на подходе!

Глава пять: Ветеран

Лежа на груде битого бетона, оставшегося от стоявшей тут когда-то многоэтажки, между торчащей то тут то там арматуры, я медленно вел перекрестие прицела, внимательно осматривая каждую складку местности, каждую нишу, дыру, да и оконные с дверными проемы. Дойдя до конца сектора своей ответственности, с той же скоростью повел прицелом обратно, прощупывая взглядом все те же места которые с момента занятия этой позиции уже пару десятков раз осмотрел.

С момента прибытия «Мертвых Теней» прошло уже восемь часов, но мы пока даже на метр не сдвинулись с тех позиций, где были, когда к нам подошла помощь. Первые полтора часа парни просто укрепляли оборону интенсивным огнем, перемалывая все новые партии монстров, и только потом наступило относительное затишье, но никто не расслаблялся, а инженерные подразделения спешно наращивали оборону и заграждения.

На втором часу начало прибывать все больше подкреплений. Оказывается, как только стало известно про местный улей, сразу же в срочном порядке начали выдергивать все ближайшие подразделения. Изначально планировалось нарастить оборону, и только после этого силами Центурионов начать планомерную зачистку, но как обычно что-то пошло не так. Буквально через полчаса после того как Центурионы встали в первичное оцепление, на них неожиданно хлынул вал монстров. Ну а нам, курсантам, просто не повезло оказаться ближайшим подразделением, и соответственно прибывшим самыми первыми, прям посреди начавшейся мясорубки.

А ведь если бы все пошло по плану, для нас это могло стать просто увеселительной прогулкой: прибыли бы к центурионам, помогли организовать оборону и, дождавшись остальные подразделения, приняли бы у Центурионов позиции. Так и просидели бы в оцеплении, чтобы никакая тварь не прорвалась наружу пока идет зачистка. Пострелять, скорее всего, пришлось бы, но уже по мелким группам или одиночным монстрам.

- Шевеление на полпервого, ориентир четыре, вправо пятьдесят, второй этаж, – отвлек меня от мыслей голос наблюдателя приданного мне вторым номером.

Резко доворачиваю прицел на четвертый ориентир и скользнул перекрестием вправо на пятьдесят метров, теперь вверх до второго этажа и замираю, пытаясь рассмотреть движение замеченное наблюдателем. Несколько секунд не могу понять, что же он заметил, но в левом оконном проеме, из тех двух которые попадали в прицел, слегка шевельнулась тень. Довожу прицел, зафиксировав перекрестие там, где уже и я заметил движение, задерживаю дыхание и потихоньку стравливаю воздух из легких, чтобы резкий вдох или выдох не сбил мне прицел.

Ну же, гаденыш, еще разок шевельнись, чтобы я засек контур твоего тела. Ждать пришлось недолго, всего лишь секунд двадцать, и снова слабое шевеление. Похоже, тварь уже далеко не первый десяток минут преодолевает этот проем, пытаясь воспользоваться плохим освещением и преодолеть открытое пространство. Надо сказать, что ему это почти удалось, тело уже на четверть было прикрыто стеной, хорошо, что наблюдатель вовремя заметил. Вот только он не на того нарвался! Активация умения «Поиск уязвимости» и после едва заметной заминки монстр, а в этом у мня теперь нет сомнений, раскрашивается палитрой цветов от едва заметного желтого до насыщенного красного. Да еще и вокруг возникает целое облако цифр показывающих процентное значение шанса на критическое попадание.

Ох я и намучился в свое время, чтобы Сердце закрепило это умение! Детальное изучение уязвимых точек известных противников, уязвимые части брони и прочее. Вообще-то это умение нужно для поражения тяжело бронированных целей по уязвимым точкам. Но можно как сейчас если плохо видно цель, точно навестись на нее и подсветить. Этакая небольшая хитрость и нецелевое использование умения. Довожу прицел на небольшую темно красную точку, чуть ниже грудной пластины, и плавно тяну спусковой крючок. Легкая отдача в плечо, и вижу в прицел, как тварь заваливается вперед.

- Есть, ушла тварь в минус, – подтвердил второй номер.

- Не отвлекайся, ищи дальше, – недовольно дергаю щекой.

- А смысл? Вон уже смена идет.

Сконцентрировавшись на карте, вынужден был признать, что он прав – три метки союзников были уже метрах в пятидесяти. Снайпер, наблюдатель и прикрытие, точно такой же комплект, как и у нас. Подцепив винтовку, отполз метров на пять назад и там уже спустился чуть ниже, к нашему бойцу прикрытия. По идее я должен передать новой группе обстановку, ориентиры и тому подобное. Но вместо меня справится наблюдатель, он мне и так за время дежурства вынес мозг, пускай теперь поработает.

Успокаивающе махнул рукой прикрытию, чтобы парень не напрягался, нашел небольшую площадку, и устроился так, чтобы меня не было видно со стороны, где шляются монстры. Достав набор для чистки начал разбирать винтовку. Это конечно не огнестрельная винтовка, в которой нужно вычищать пороховые газы, и даже не кинетическая где есть необходимость вычищать нарезы от остатков оболочки пуль. Вот только любое оружие нужно регулярно чистить – пыль, грязь, подгоревшие контакты, все это может не дать выстрелить импульсной винтовке в важный момент, или дать не ту мощность что выставлял.

Да, можно конечно винтовку сдать технику на обслуживание после боя, большинство так и делает, но я привык сам обслуживать по максимуму свое оружие и амуницию. Ведь не всегда будет доступ к техникам и обслуживающему персоналу, так что лучше приучать себя с самого начала не надеяться на других.

- … Да, минус семь сделали. Последнего Крис так вообще считай, в слепую положил… - прислушался я к достаточно громким словам приданного ко мне наблюдателя. - … Я думал мне показалось, мол, сейчас начнет меня троллить, что каждой тени боюсь, а он навелся, замер секунд на двадцать, и лупанул вроде как в пустоту. Смотрю, а тварь из окна падает…

Меня этот диалог заставил скривиться, как будто что-то кислое съел, нашел блин, чем хвастаться – семь убитых тварей. А то что еще утром тут мясорубка была, парня, похоже, не волновало. Хотя, чего я придираюсь? Парень-то новобранец, да еще и с полка охраны, присланный сюда буквально часа четыре назад на усиление, ему сейчас все происходящее вокруг не больше чем на веселое приключение смахивает.

Мазнув взглядом по бойцу прикрытия, практически в последний момент успел жестом остановить его и покачать головой. В прикрытии у меня был рядовой из центурионов, который вместе с нами пережил тот бой, и его, похоже, болтливый наблюдатель уже успел выбесить. Перейдя на канал группы, в которой сейчас состояли я и эти двое, сделал замечание наблюдателю.

- Штеф, тебя оставили не языком чесать, а передать обстановку. Еще одно слово не по делу и у тебя возникнут проблемы!

Ответ я не слушал, сразу отключив связь группы. Листик, боец прикрытия, благодарно кивнул мне. Он вообще как бы старший нашей группы, учитывая, что звание его выше, но это только по документам, по факту же парень отдал все управление в мои руки. Пока Штеф заканчивал передачу обстановки, я успел дочистить винтовку и, собрав ее, закрепил за спиной возле рюкзака, а как только наблюдатель спустился к нам, сразу же встав, молча двинулся к расположению подразделения. Листик же пристроился сбоку от меня, контролируя подходы. И получилось, что мы наблюдателя просто бросили одного.

- Оу, парни, подождите! – через внешние динамики позвал Штеф, похоже, Листик тоже отключил групповую связь. Хотя у него, как у старшего, есть еще и удаленное принудительное ее включение. – Ну вы чего? Я просто парням рассказал, как круто мы отдежурили. Да вы прикиньте! Вернемся наверх, все же девки наши будут, как только узнают, что мы реальных монстров убивали и вообще… - договорить ему не дали.

Листик в развороте сделал подсечку и в пару движений заломал ошарашенного Штефа, почти воткнув нож ему в лицо, благодаря тому, что наблюдатель вечно ходил с откинутым забралом.

- Реальных монстров убивал? – аж прошипел Листик. – Где ж ты сука был, когда наших парней эти твари на куски рвали? Когда каждый выстрел считали, и боеприпасы подбирали с останков товарищей, с которыми ты пару часов назад за одним столом ел…

- Листик, успокойся! – положил я руку на плечо бойца. – Он не виноват, что их подразделение прибыло намного позже. Да и, наверное, лучше будет, если это для него останется просто приключением.

Долгие двадцать секунд Листик молчал, не реагируя на мои слова, но все же убрал нож и отпустил Штефа. Поднявшись, боец открыл забрало и показательно сплюнул в сторону, показывая все, что думает о нашем наблюдателе.

- Псих! – поднялся Штеф. – Крис ты видел? Не ну ты видел? Он же совсем с головой не дружит!

- Если не заткнешься, то я тебе зубы выбью, – спокойно даже без злости сказал я.

- Два психа!... – он что-то там дальше бурчал, но я уже не слушал.

Догнав Листика, пристроился справа от него и, не убирая руку с пистолета, взял под контроль подходы со своей стороны. В отличие от Листика я за прошедшее время успел успокоиться, и на меня наоборот навалилась этакая апатия. Помню психологи вроде говорят, что есть несколько стадий, вроде как страх, агрессия, апатия, осознание, принятие… не уверен что в таком порядке и там не было еще чего-то, как-то психология, преподаваемая на курсах лидерства, мне не особо далась. Но сейчас я похоже на стадии апатии, слишком уж отрешился от всего, как будто все вокруг происходит не со мной.

Добравшись до позиций и кратко доложив о своем прибытии, с неким облегчением разошлись с Штефом в разные стороны, отправляясь к своим. Нас на удивление не перекинули на соединение с остатками групп курсантов. Как и выживших Центурионов, оставили на месте. Вроде по слухам ждем своих с репликации, и только потом нам поставят новую задачу, так что пока остается только отдыхать и ходить на посты, к дежурству на которых нас практически сразу и привлекли. Правд,а всего по паре часов, пока остальные прибывшие разбираются с рекогносцировкой стягиваемых войск.

- О, парни, вы вовремя! – махнул нам рукой Сизый, не выпуская из зубов огрызок сигары. – Я тут уже почти закончил обед готовить. Подсаживайтесь, давайте.

Вокруг этого колоритного Центуриона уже и так сидело большинство выживших в мясорубке бойцов, и не получивших настолько серьезных ран, чтобы отправиться в регенерационные капсулы. Курсантов кстати было всего четверо, если считать меня – парень и девчонка из других училищ, ну и я с Пуликом. А, ну да, забыл еще про получившего истощение псиона. Сейчас он вроде уже восстанавливается, но когда я уходил на пост, был еще в отключке.

Сизый тем временем успел из остатков чьей-то брони соорудить подставку, в которую по мере необходимости щепотками подбрасывал щепотки химического порошка из раскуроченных систем саморазогревания пайков. А сверху водрузил вогнутую круглую посудину на глаз литров шести, и помешивал в ней какое-то варево. Вокруг же расставил вскрытую тару из-под сухих пайков. Даже не задумываясь, умостился на обломке стены и, отстегнув рюкзак и винтовку, поставил рядом с собой, чтобы в любой момент можно было подхватить их. Только убедившись, что все под рукой, разблокировал фиксаторы шлема и тут же стянул его, положив с другой стороны от себя.

- А это что? – киваю в сторону посудины, из какого-то черного металла в которой булькало варево с аппетитным запахом. – У нас же вроде пайки есть.

- Да ну на фиг этот сублимат, – поморщился Сизый. – Я сейчас такую полевую кашу забабахаю, вместе с языком проглотишь!

- Крис, не напрягайся, – поддержал Сизого еще один Центурион с позывным «Леви», точнее полностью «Левиафан», но это слишком долго и неудобно, так что все сокращали до «Леви». – Тем более там натуральное мясо, а не наша синтетика.

- Мясо? – выпучил я глаза. – Натуральное? Откуда такие деликатесы?

- Да какие деликатесы… - отмахнулся большой ложкой Сизый. – Вон сколько его в округе валяется, бери и вырезай самые вкусные куски.

- Валяется?.. – начал я оглядываться по сторонам, не понимая… и только через пару секунд, до меня дошло. – Вы что монстров на мясо пустили? А как же тесты на съедобность, ядовитость… и прочая чепуха?

- Ой, да я за двадцать лет уже столько их съел, что почти все съедобные разновидности наизусть помню, так что не парься по такой мелочи, – снова отмахнулся Сизый.

- Двадцать лет? – встрепенулась девчонка из курсантов. – Вы получается и в отражении нападения Некроносов участвовали?

Сизый так и замер, не донеся большую ложку до посудины на химическом огне, и перекатив огрызок сигары из одного уголка губ в другой, уставился на синий огонь, исторгаемый порошковой смесью. Явно неосознанно попытался пару раз затянуться сигарой, а потом, разочарованно глянув на измочаленный кончик сигары, с горьким выдохом подтвердил:

- Был… - сразу отмерев, он начал рассыпать получившуюся кашу с крупными кусками мяса в тару из-под пайков и передавать бойцам, попутно с грустью в голосе рассказывая. – Репликант я, еще из первого состава Центурионов. Сначала как все пятый уровень зачищал, а потом все так закрутилось и завертелось… Седьмой уровень штурмовал, вторая волна лифтового десанта, потом бои на канализационных уровнях, минусовые, зачистка основных скоплений тварей Администратора, а потом… Потом планета, поиск и зачистка ульев «детей некроносов».

В то время казалось, что ульи – это самое страшное, с чем мы столкнулись, но через восемь лет как был обнаружен телепорт на планету, которую местные называют «Кратос», мы поняли, как ошибались. Что есть противник намного страшнее и тяжелее. Детки по сравнению с полноценными Некроносами, считай младенцы в сравнении с тяжелым дестантом. Единственное что нас, наверное, спасло, это то, что наши яйцеголовые к тому времени успели установить на планете репликаторы и сделать центральную базу данных с предоставленным Сердцем исходным кодом. Так что первые дня три получалось удерживать города только за счет постоянно возрождающихся бойцов.

Замолчав, Сизый вынул огрызок сигары из зубов, сунул за ухо и, достав уже нормальную ложку, механически начал есть, продолжая гипнотизировать взглядом остатки синего пламени которое постепенно затухало. Все налегли на свои порции, давая ветерану спокойно поесть, но заинтересованные историей бойцы нет-нет да бросали взгляд на Сизого, ожидая продолжение его истории. Все, даже выжившие бойцы из Центурионов. А я, несмотря на манящий запах, все не мог приступить к еде, размышляя над тем, что же такого пережил Сизый, если не унывающий боец, с лица которого все время не сходила кривоватая ухмылка, сейчас сидит белый как мел без единого намека не то, что на ухмылку, а даже на хоть какую-нибудь эмоцию.

Подобное лицо я видел пару раз у дяди Вовы, когда разговор заходил о некоторых его операциях еще «там», когда он знать не знал про Альфарим. А один раз одновременно с дядей Вовой нечто похожее было и у мамы, когда вспомнили о каком-то «Рауте». Только у мамы тогда еще и слезы текли. Нет, она не плакала, сидела с таким же белым окаменевшим лицом, какое я сейчас наблюдал, а по щекам сами собой текли слезы. И тут меня как разрядом поразила догадка.

- Сколько?... – дождавшись пока он доест, спросил я, но осознав как двояко прозвучало, решил уточнить. Сглотнув, севшим голосом повторил. – Сколько не смогло выдержать репликации?

Сизый поднял на меня тяжелый взгляд, выудил из-за уха огрызок сигары, немного помял его пальцами и всунул в уголок рта, опять попытавшись затянуться, и снова покосился на огрызок сигары как на предательницу. Только после этого с тяжелым вздохом ответил.

- Двадцать шесть. Нас из всего взвода осталось только четверо… - а после небольшой паузы дополнил ответ. – Я почти вдвое превысил порог репликаций и только благодаря боевым заслугам до сих пор служу. Но у меня больше их не осталось, так что сохранения закончились и это моя последняя жизнь. А значит только хардкор!

Кивком поблагодарил за ответ и сам приступил к обеду. Никому из нас его не понять, мы привыкли, что смерть это далеко не конец. Даже я, в свое время наслушавшись историй о военных, которые шли в бой вообще даже не подозревая о существовании такой вещи как репликация, имея одну единственную жизнь, не могу его полностью понять. И даже пережитое сегодня ни капли не приближает к пониманию вот такого ветерана. А ведь в старых подразделениях, до сих пор есть те, кто не согласился идти на списание из войск. Добровольно отказываются от льгот, наград, званий… да почти от всего, только ради того чтобы остаться в войсках. Зато понятно, почему Сизый имея такой боевой опыт, ходит всего лишь в звании капрала.

- Может вам огоньку дать? – не выдержал курсант, наблюдая как Сизый, откинувшись спиной на остатки стены, гоняет огрызок сигары из одного уголка губ в другой, иногда пытаясь затянуться.

- Эта сигара за все время своего существования ни разу не прикуривалась, – взяв сигару двумя пальцами и слегка ее приподняв, заявил Сизый. – Двадцать лет уже не курю, а вот привычка осталась с «того мира»

- А правда что во время атаки некроносов мы чуть было не проиграли, потому что они едва не захватили телепорт связывающий планету и Альфарим? – не удержалась еще от одного вопроса девушка-курсант. Только все на нее так уставились, что она аж поежилась. – Ну а что? На курсах истории так говорят…

- Правда, малышка, правда! – не обратил на остальных внимание Сизый, решив ответить на этот вопрос. – Мы к тому времени потеряли уже третий город. Некроносов было слишком много, наши системы ПВО уже дня два как молчали, Матка зависла на геостационарной орбите, их десантные корабли курсировали практически не опасаясь, что их подобьют. А в одном десантном корабле, чтобы вы понимали, под три тысячи разнокалиберных тварей и один офицер который ментально управляет всей этой кодлой. На тот момент нас выручало только то, что эти офицеры крайне недолюбливают друг друга, стараясь урвать кусок пожирнее для себя любимого и своей карманной армии, вот и взаимодействие между ними было на уровне близком к нулю.

Нет, если бы кого-то из старших перекинули бы к нам, то он быстро бы приструнил офицеров и заставил работать их совместно. Но к тому моменту на всю планету осталось всего лишь пятеро старших, которые пытались добить остатки обороны сопротивляющихся на последнем издыхании нескольких еще не уничтоженных городов. Я тогда со сводным штурмовым корпусом, который буквально пару часов как сформировали из тех, кто успел вылезти из репликаторов, установленных возле телепорта, держал оборону на высоте недалеко от входа к телепорту.

Этим тварям только подошел десантный корабль с биологической артиллерией, так что пришлось вкапываться метра на два. Ребята, добровольно вызывавшиеся в качестве наблюдателей, умирали как мухи, но успели засечь подход их пехоты под прикрытием артиллерии. А те потрошили наши позиции еще минут пять, после того как первые ряды тварей уже ворвались в наши укрепления. Абсолютно не жалея союзных тварей.

Если честно я тогда раз пять попрощался с жизнью. Почти на всем протяжении укреплений на высоте, бои перешли врукопашную. Спасал только дробовик и небольшой топорик с лазерной кромкой. Отступая по траншее, мое отделение едва успевало справляться с наплывом, но нас зажали в тупиковом окопе, заряды к оружию подходили к концу, больше половины противников перемахнули через наши укрепления и уже успели прорваться в тыл нашей обороны.

Мы едва держались на ногах. То один, то другой бросались в ближний бой, когда стрелять уже было нечем. Нас осталось всего лишь трое, и у меня закончились патроны. Перехватив поудобней топор, я врубился в шевелящуюся массу тварей, успел штук пять зарубить, но мне откусили тогда ногу и как-то так получилось, что одна тварь придавила меня к земле, я едва успел вогнать топор ей в бошку, а вот выбраться не могу.

Я слышал еще как ребята отстреливались, как вдруг все резко поменялось. Твари как будто в ступор впали, а некоторые вообще забились в конвульсиях. Я только потом узнал, что командор специально отправил подальше от планеты целый космический флот, и вот когда мы уже почти сдали последние позиции, флот наконец-то вернулся, оказавшись в тылу у корабля Матки некроносов. Бортовые орудия Матку практически не брали, и адмирал, командующий этим флотом, отдал команду всем кораблям идти на таран, попутно выпуская все десантные шатлы.

Большинство шатлов было сбито на подлете к Матке, а вот таранный удар принес свои плоды. Практически половина кораблей смогла собой пробить бреши в корабле некроносов, да еще и сами хоть и стали больше походить на куски металлолома, но вот экипажи почти не пострадали, а там не только флотские, но и не успевшие вылететь десантники находились, часть абордажников… Короче куча народа, и все они сразу же пошли на абордаж Матки.

Не знаю как, но ребята все же смогли прорваться в центральный зал управления, где был их главный компьютер и патриарх. Вот только этот патриарх – настоящей машиной смерти оказался, пару сотен человек перемолов в считанные секунды и возможно сам лично вырезал бы всех, кто высадился, когда кто-то из флотских, перегрузив свое оружие и броню, как камикадзе бросился к патриарху и взорвался впритык к нему.

Патриарху ущерба это почти не нанесло, буквально тоненькая трещина в его хитиновой или какая там у него природная броня, но это было больше, чем до этого смогли ему нанести синхронным залпом несколько сотен стволов. Парни, недолго думая начали один за другим играть в камикадзе, подрывая самих себя возле патриарха, по одному, двое, а потом и десятками подрывались в последней атаке, но все же смогли уничтожить эту тварь, и центральный компьютер, что ударило по мозгам всех некроносов. Именно это и спасло нас от полного разгрома.

- А кто-то из флотских тогда выжил? – с замиранием в голосе спросила все та же девушка.

- Нет, – покачал головой Сизый. – Весь флот тогда погиб, и мы потом еще полгода посылали штурмовые группы зачищать корабль Матку. Но главное парни сделали – уничтожили главный центр управления некроносов, из-за чего те стали пускай и мощными, но достаточно тупыми тварями.

- Так вот значит, почему некроносы сделали оплоты на планете! – с умным видом выдал Толик, как будто раскрыл главную тайну вселенной.

- Ну да, – кивнул Сизый. – Высшие, поняв, что патриарха не стало, начали стягивать всех тварей и офицеров к себе. Плюс у них началась грызня за власть над оставшимися силами. Я так думаю, каждый из них пытался стать новым патриархом, чтобы взять власть над Маткой, но в итоге ничего у них не получилось… Так, ладно, хватит на сегодня сказок! Всем отдыхать. А то часов через шесть наших возродившихся товарищей уже доставят сюда, и думаю, начнется следующая фаза чистки. Так что попытайтесь поспать, ну кому не надо на пост идти. Или как минимум дайте мне это сделать.

Ухмыльнувшись, Сизый сунул в зубы огрызок сигары и, поднявшись, двинулся к спальным местам. Вот только в глазах у него так и остался белесый туман боли, несмотря на кривую улыбку, которой он пытался показать, что все в порядке.

Глава шесть: Откровенный разговор

С возвращением основной массы погибших начались боевые действия. На Центурионов взвалили первичную разведку и оттягивание на себя скоплений монстров. По первому же сигналу любого подразделения Центурионов, сразу же на помощь приходила тяжелая пехота, а при надобности и легкая артиллерия. Чуть в отдалении над всем кольцом оцепления в воздухе дежурили десботы, заполненные десантом. Каждые три часа у десботов происходила пересменка, чтобы дать десантникам, как и пилотам, отдохнуть и размять ноги, ну и заодно вспомогательным отрядам провести смену элементов питания в технике.

Несмотря на проблемы в самом начале, из-за которых шестеренки военной машины едва смогли набрать ход, машина под названием «армия» набрала разгон и сейчас представляла из себя крайне грозную технику, идущую на всех парах. Кольцо окружения постепенно сужалось, уже почти без проблем перемалывая противника и заливая массированным огнем любые попытки сопротивления противника.

А нам, курсантам, осталось то, для чего изначально нас сюда и прислали. Патрули территории между передовой линией войск и рубежом обороны, за которым разместились вспомогательные войска. Причем нам запретили без крайней необходимости вступать в бой. Крайней, как мы поняли, была ситуация лишь когда на нас напали. Во всех остальных случаях мы при малейшем подозрении на наличие монстров должны были вызывать группу быстрого реагирования и продолжать наблюдение до их прибытия.

Часто были ложные вызовы. Но даже парни из группы реагирования с улыбкой отмахивались и говорили, что в таком деле лучше десять раз вызвать вхолостую, чем один раз пропустить спрятавшегося противника. Из-за этого наше отделение, которое, кстати, сформировали в привычном нам учебном составе, было усилено псионом с проявлением подходящим для поисков и, к моему удивлению, бойцом из кинологической службы с двухлеткой шитаку.

Мое удивление было вызвано тем, что шитаку крайне капризны в выборе человека-спутника. Учитывая, что все кошки, как их называли среди солдат, по своей сути эмпаты, то малейший страх, отвращение, сомнение… В общем, любая тень эмоции, что не понравится детенышу при знакомстве и все - тебя шитаку не принимает. А без эмпатической связи тебе не выдрессировать столь опасного хищника. Усугубляется ситуация тем, что крайне редко не псионы могут наладить с ними эмпатическую связь.

Хотя есть единичный пример, когда один человек может приручить сразу нескольких шитаку. Главный разведчик кинологических служб, если мне не изменяет память, его вроде Раста зовут. Папа рассказывал, что в свое время этот счастливчик умудрился заполучить сразу несколько диких детенышей шитаку, в итоге выкормив и обучив их, по сути, стал первым среди дрессировщиков, заодно и единственным у кого сразу несколько этих кошек в подчинении были.

Я даже пару раз видел его со своим зверинцем, они с моим отцом что-то мудрили с обвесом для шитаку, да так увлеченно, что он пару раз приходил к нам домой, когда папа в домашней мастерской какие-то доделки проводил. Но мне тогда было всего лишь пять лет, и одна из этих кошек, которая подобралась ко мне сзади и издала рыкочащий звук, до жути меня напугала. Хотя мне потом и объяснили, что это она просто муркнула мне, но все знакомство с шитаку было испорчено моим испугом. Так что все остальные появления Расты в нашем доме были либо в мое отсутствие, либо оставляли меня в своей комнате.

Кстати, я вот только сейчас, смотря на питомца приданного нам бойца, поймал себя на мысли, что не понимаю, почему Раста в итоге так и не стал главой кинологической службы. У него же все условия для этого были: первый дрессировщик, единственный у кого в питомцах сразу несколько шитаку, а точнее аж целых три, да и боевых заслуг у него немеряно… Я и так мысль крутил в голове, и этак… И в итоге, не выдержал и решил спросить у дрессировщика. Он же по идее должен быть в курсе легендарной личности своей службы. Так что, дождавшись, когда проверим очередные развалины, и у нас появилась пару спокойных минут, задал вопрос в лоб:

- Он сам отказался, – на ходу поглаживая между ушами своего питомца, ответил мне боец. – Ты же в курсе, что шитаку эмпаты?

- Да, – подтвердил я.

- Эмпатия – это наша сила, но она же и наша слабость, – грустно вздохнул дрессировщик. – Чем дольше мы с нашими питомцами вместе, тем сильнее наша эмпатическая связь. Лет за пять мы уже не можем без дискомфорта подолгу находиться вне зоны ощущения друг друга. Лет через десять мы вообще становимся чуть ли не частичкой друг друга. И чем дальше, тем сильнее мы связаны между собой. Проблема в том, что если кто-то из пары умирает окончательно, хоть шитаку, хоть человек, второй чаще всего просто уходит в депрессивную кому. Жизнь в нем, конечно, можно искусственно поддерживать, но толку от этого – ноль. Считай, что при смерти одного из пары - второй это просто ходячий труп, который рано или поздно или затухнет, или покончит с собой…

- Подожди, но это же получается, что дрессировщикам репликация бессмысленна? Ведь шитаку и так раньше умрут от банальной старости? – влез Пулик, который тоже слушал наш разговор.

- Поводыри! – поправил его дрессировщик. – Мы их не дрессируем - мы их ведем в мире людей, пока шитаку не научится правильно воспринимать окружающий мир. Но суть не в этом, биологический период жизни у наших питомцев порядка трех сотен лет. Так что репликация - это наоборот возможность шитаку не потерять своего поводыря из-за старости.

- Я понял, но при чем тут то, что Раста не стал командиром всех дресси… поводырей? – попытался я вернуть нить разговора к изначальному вопросу.

- Самое прямое, – грустно ухмыльнулся поводырь. – Сердце до сих пор не дает возможности снять слепки с шитаку для их репликации. Так вот, к чему я это все рассказываю? У Расты изначально было пять котят и двоих он потерял во время войны с некроносами… С тех пор он очень сильно изменился, и напрочь отказывается командовать хоть одним поводырем. Потому что в любой момент может возникнуть ситуация, когда придется отдать приказ, который может привести к смерти одного из пары.

- Жесть! – передернула плечами Соня, оказывается наш разговор, внимательно слушало все отделение. – Как он вообще справился с такой потерей? Если я правильно поняла твои объяснения, то это как потерять частичку самого себя.

- Да, ты правильно поняла, но у него остались еще три шитаку. Видимо эмоционально поддерживали друг друга и как-то смогли смириться с потерей, – пожал плечами боец. – У нас пока так не получается, так что для каждого поводыря жизнь его питомца важнее собственной. У нас хоть репликации есть, а вот у шитаку жизнь всего одна.

- Уррргх… - издав урчащий звук, кошка ткнулась лбом в ногу поводыря.

- Да-да, я знаю, что ты меня любишь и не дашь мне умереть, пускай и временно, – с улыбкой ответил боец и, присев, обхватил шею питомца. Но тут же замер, как и его шитаку, которая еще и мордой повела, как будто принюхиваясь. – Цили заметила слабый след эмоции вон в том здании!

Мы все напряглись и скосили взгляд на Толика, который был временно назначен командиром отделения в связи с тем, что Седой пока еще в регенерационной капсуле, да и похоже ему придется еще и психологическую реабилитацию проходить. Пулик задумался буквально на пару секунд, наверное, взвешивая несколько вариантов действий, и начал раздавать ценные указания:

- Соня, вызывай подкрепление, остальные парами расходимся полукругом и пытаемся оцепить здание. Вовнутрь никому не лезть, стрелять на поражение по любой тени, даже если показалось, – повернувшись ко мне, он указал на развалины метрах в двухстах. – Крис, займи там позицию и постарайся достать тварь издалека. Прикроет тебя…

Толик явно замялся, пытаясь подобрать кандидатуру, которая ему не сильно нужна в оцеплении, но и чтобы я был надежно прикрыт.

- Цили готова с ним пойти, – на пару секунд замерев, видно общаясь с шитаку, а потом, странно прищурившись и посмотрев на меня, добавил для остальных: – Да, я и Цили прикроем его.

- Плохой вариант, – судя по голосу, Толик сейчас скривился. В отличие от поводыря наш Пулик носил шлем, и мимики видно не было. – Нужно убедиться, что в здании действительно кто-то есть.

- Так у нас есть второй сенс, на ближних дистанциях он намного лучше меня с Цили. Тем более она решила так, ее теперь тяжело будет переубедить, а давить приказом это только на крайний случай.

- Ладно, вы прикрываете его, – поколебавшись немного, все же согласился Толик. – Остальные согласно плана. Дин, на тебе подтверждение наличия объекта.

- Принял, – ответил псион.

Оторвавшись от группы, я под прикрытием Джека и его питомца Цили отправился к указанным развалинам, внимательно осматривая округу и попутно размышляя над поведением поводыря, который практически напросился со мной… да и тот его взгляд… Неужели у меня начинается старая добрая, всем известнаяизвестная паранойя?

К тому моменту, как я занял удобную позицию, а точку пришлось несколько раз менять, ибо то обзор был плохой, то место неудобное, в общем, оцепление мое отделение уже успело выставить, а я только нашел себе подходящее место. Только я начал было просматривать в прицел этаж за этажом здания, в котором по идее спрятался какой-то монстр, как возле меня с одной стороны плюхнулась шитаку, а со второй Джек. Так поводырь, еще и заметив, что я отвлекся, просигналил жестом просьбу отключить микрофон.

- Чего тебе? – после секундного колебания я все же выполнил его просьбу и обратно приник к оптике.

- Да вот пытаюсь понять, как так получилось, что сын героических людей умудрился оказаться в такой заднице!

- Ты о чем? – напрягся я, начиная хаотически соображать как отмазаться от подозрений.

- Расслабься! Я никому из твоих не скажу, ради этого и напросился с тобой в прикрытие.

- Кто тебя прислал? – расслабляться я и не думал, мысли еще более хаотически начали скакать. Крилл? Хотя нет, он бы так не поступил… Элли? Или все же мама через отца попросила Расту?

- Да говорю же, успокойся! – поежился Джек. – Не забывай, что я с Цили эмпаты, и хаос в твоих эмоциях весьма неприятно ощущать. Никто нас не посылал, просто Цили еще перед выходом почувствовала в тебе знакомые отголоски… эм… ну это можно назвать запахом крови. И мы только что смогли разобраться, что же это такое. Да и ты своей реакцией сам подтвердил наши догадки.

- Не понял! – честно выдал я.

- Ты, скорее всего, не знал, но все шитаку, стоящие сейчас на службе Альфарима, это либо дети той первой пятерки, либо ими воспитаны с очень маленького возраста. Так вот эта пятерка для них «Старшие». А как в начале нашего выхода сказала мне Цили, у «Старших» есть долг крови перед твоими «Старшими». Ну а дальше только логика и соотношение наших ощущений. Первую пятерку шитаку в свое время Раста нашел не в одиночку, а с командой Волпера и еще парой десятков бойцов. Все они подкармливали слепых тогда еще котят собственной кровью. Отсюда и долг крови, как ко всему составу той группы, так и к их детям. Детишек-то немало, вот только все они младше должны быть. И только два кандидата относительно подходили по возрасту, но, судя по тому, как ты отреагировал на мой вопрос, с большей долей вероятности могу предположить, что ты сын Кварца и Кастры. Потому что второй ребенок - сын обычных бойцов, участвовавших в том рейде.

- Что ты в армии забыл? Тебе прямая дорога в детективы, блин, – сквозь зубы процедил я не от злости, а от обиды на себя, что так легко меня раскусил первый же встречный.

- Не расстраивайся, – похлопал он меня по плечу, а со второй стороны шитаку мягко боднула меня в бок. – Ни один шитаку, ну кроме разве что диких, и ни один поводырь специально тебе плохого не сделает. Но все же держись подальше от наших товарищей, они просто по незнанию могут раскрыть твой секрет. Хотя я и не понимаю, зачем ты это скрываешь, тебе же могут предоставить все условия для карьерного роста, лучшие должности и лучших инструкторов! Не думаю, что у твоего семейства есть проблема в деньгах или связях.

- В этом-то и проблема… – я тяжело выдохнул и отвлекся от прицела.

Я не видел смысла скрывать мысли от парня, который так просто меня раскусил, да и все, что он сказал, очень похоже на правду. Плюс ту историю я частично помнил, да и мне теперь понятно, почему та кошка, которая приходила с Растой, подкралась ко мне тогда. И еще более понятно стало, почему, когда я испугался, шитаку вжалась в пол, прижав уши, и чуть было не заскулила, как побитая. Она, скорее всего, хотела просто поиграться с детенышем тех, кто ее в свое время спас, а детеныш перепугался, что шитаку прекрасно и почувствовала как эмпат. Мда… некрасиво получилось тогда. Но надо вернуться к теме разговора, а то и так пауза подзатянулась.

- В этом и проблема… - повторил я еще раз. – Я благодаря связям, деньгам и статусу родителей действительно могу получить почти всё, что угодно. Но в этом случае, чтобы я ни делал, всегда буду лишь их тенью. Все будут смотреть на мои достижения как минимум через призму сравнения с папой или мамой, а в худшем случае, воспринимать как норму, считая, что это все благодаря лишь им. Сразу могу предположить, что будут шептаться у меня за спиной: «Ну да, при связях его родителей странно, как он этого раньше-то не достиг», - или вообще: «При их-то деньгах могли бы договориться и на лучшую должность для ребенка».

- Мда… с такой стороны я на ситуацию-то и не смотрел, – признался Джек. – Но все равно не пойму, зачем в курсанты идти? Есть же множество более безопасных профессий, мог и там себя показать.

- Ага, стать легендарным бухгалтером или кризис-менеджером? Что ты знаешь о команде Волпера до момента уничтожения Сервера?

- Ну вроде что они вместе практически с первых дней проекта репликантов… - прервавшись, он задумался. – А знаешь, оказывается почти ничего, только общая информация! Ну там, когда родились, где, как попали в команду с Волпером, да пару исторических очерков об успешных операциях.

- Тогда дам тебе немного вводных, чтобы тебе было более понятно. До встречи с Волпером они были никто! Психически искалеченные дети. И только благодаря дяде Вове… то есть Волперу, они, переступая через самих себя, смогли научиться воевать, прорвались через превосходящие силы недружелюбных кланов и спасли Иралу. Поднялись с пятого на десятый уровень, практически без денег и без связей помогли Волперу возродить скурфайферов, и это на фоне того, что ряд корпораций активно им мешала. Затем спустились к псионам на нижние уровни, спасли Ведьму и в итоге смогли добраться до нулевого горизонта – последней действующей базы скурфайферов. Узнали там правду, подняли восстание против Сервера и в итоге уничтожили его. А как вишенка на торте - прорвались сквозь толпы монстров на минусовые уровни и в итоге смогли противостоять Администратору. А теперь на секунду представь – я первый ребенок у репликантов, выросший на подробных историях этих героических похождений. Каждый вечер с замиранием слушал, как это все было от непосредственных участников событий, изменивших весь Альфарим. Не только от мамы и папы, от Саргоса и Тилорна, советников Крилла и Карфаера, да я от дяди Вовы и тети Алены эти истории слушал не один десяток раз. Вот как мне после этого всего идти каким-то офисным работником? Как мне после этого всего доказать, что я настоящий сын своих родителей и не опозорить их имена и то, что они сделали для Альфарима? Как мне, в конце концов, показать, что на их поколении ничего не закончилось, и у них растут действительно достойные приемники?!.

Под конец я завелся и шептал с давлением на каждое слово. В самом конце только спохватился, заметив, что у меня уже сердце гулко стучит, и скулы аж свело. Глубоко вдохнув, я на пару секунд прикрыл глаза, успокаиваясь, и медленно выдохнул. Только когда успокоился, я снова прижался к прикладу винтовки и продолжил наблюдение через оптику.

- Хоть я и не уверен, что ты меня поймешь, но я хочу добиться всего сам! Стать сначала тем, кого люди будут уважать за его поступки и достижения, и только потом перестать скрывать, что я сын Кварца и Кастры.

- Знаешь… - Джек, перекатившись на спину, уставился вверх, рассматривая виднеющееся вдали темно-серое покрытие межуровневого перекрытия с редкими остатками едва работающих осветителей. – Другие может быть и не поняли, но мы с Цили ясно почувствовали тот ураган, что у тебя в душе и ту решимость добиться всего озвученного тобой. Если честно, я сначала думал, что это просто очередная придурь еще одного богатенького мальчика. Но теперь… Теперь я тебя реально уважаю, и неважно получится у тебя то, что ты хочешь или нет, как минимум ты не один из этих придурков, из так называемой «золотой молодежи».

- Пфф… Дядя Вова, ну в смысле Волпер, еще в раннем детстве ремнем выбил всю эту дурь из моей головы, – ухмыльнулся я. – Поверь, никто из семейства Игнатенко или тех, кто близок к этому семейству, никогда не вырастет «Мажором». Он сам говорит, что уже однажды пару раз упустил это и теперь не допустит, чтобы его ошибки воспитания повторились.

- Блин, даже не представляю, как это расти рядом с Главнокомандующим.

- Тяжело… Весело… Интересно… Занудно… По-разному! – попытался я подобрать определение, но не смог. – У него есть ряд принципов и идеалов. Как он говорит: «Присущие настоящему боевому офицеру, а не этому тыловому пиджачному отребью». И эти принципы он пытается привить тем, кто вокруг него. Хотя нет, не пытается, у него это как-то само собой выходит.

- О, а вот и группа быстрого реагирования! – подлетающий десбот оборвал наш разговор, правда, Джек все же добавил, прежде чем включил микрофон связи: – Не волнуйся, остальные ничего не узнают. От меня, по крайней мере. Ну и хочу пожелать удачи на выбранной тобой дороге. Она явно не из легких!

Я ничего не ответил, а просто вернул все настройки связи на исходные, так и не оторвавшись от прицела. Дорога впереди меня ждет действительно трудная, и единственное, чего я сейчас боюсь, это как бы на распределении не попасть куда-то в войска прикрытия или вообще в снабжение корпуса. Там практически нереально чего-то достичь. Нет, карьерный рост и там отличный, но в десятки раз сложнее добиться уважения или стать достаточно известным своими поступками и достижениями.

Зачистка прошла на удивление крайне быстро. Высадившаяся группа имела собственного сенсора, да и какое-то устройство, настроенное на поиск живых образцов. Так что, получив первичную информацию от Толика, развернули кипучую деятельность и, разделившись на три отряда, проникли в здание с разных сторон. Судя по звукам, минут через пять они нашли лежку твари и в ходе скоротечного боя уничтожили его. Как парни из группы потом обмолвились, эта тварь охраняла трех личинок, и хорошо, что мы их обнаружили.

Хотя зная планы по зачистке, ну да, успел связаться с Крестной и по так сказать родственному, выудить кусочек информации, то эту территорию ожидает еще четыре волны зачистки, и с каждым разом будет все более детальная. Жаль, что на весь патруль это была единственная ситуация, развеявшая монотонность передвижения по развалинам.

А когда мы вернулись, нас ждала просто великолепная новость - через четыре часа должна прибыть пехота СВФ, которая и возьмет на себя оцепление вместо курсантов, а мы наконец-то отправимся к себе получать звания и выпускные поздравления. Ну и самое главное - назначение на первое место службы.

Глава семь: Раздача слонов

Десбот еще даже не успел коснуться взлетной площадки, а бойцы моего взвода уже выпрыгивали на идеально ровную бетонную площадку, собираясь сразу же рвануть на полной скорости в расположение. Таймер в интерфейсе неумолимо отсчитывал оставшиеся часы и минуты до общего построения, и за оставшееся время надо было успеть привести броню, оружие и прочее снаряжение в полный порядок, да и самим хорошенько помыться не мешало бы.

Только я и Пулик не спешили. Со мной-то все понятно, после разговоров с тем поводырем я все время размышлял и пытался выудить из памяти разные моменты связанные с шитаку. И вот одного я понять никак не мог, вроде папа говорил, что Раста сделал слепки своих котят, а тут я узнаю, что он двоих потерял… Что-то здесь не сходится…

Так ладно, с этим разберусь чуть позже. Сейчас мое внимание переключилось на Толика, он же обычно крайне чистоплотный, но в отличие от остальных сейчас почему-то не спешит в расположение, а вцепившись в свой потрепанный в боях пулемет, задержался вместе со мной, ожидая пока остальные высадятся.

- Толя, все в порядке? – навис я над сослуживцем, когда большая часть взвода уже выгрузилась.

- А?.. – встрепенулся Пулик и, отстегнув перчатку, растер лицо. – Да дружище, все в норме! Просто навалилось что-то. «Там», как-то даже времени не было, а тут пока летели, мысли всякие в голову полезли… В общем не обращай внимания.

- Уверен? – не дал я ему так просто отмахнуться от себя.

- Да, Крис, уверен… Не волнуйся я не сорвусь как Седой.

Только после его слов, я понял, что действительно боюсь как бы и Толик не «потек крышей», как наш взводник. Я даже отступил на шаг, а Толик, подхватив пулемет и воспользовавшись моей секундной растерянностью, направился к аппарели. А ведь буквально пару дней назад мы были другими. Но стоило вживую хлебнуть дерьма реальной войны, как стало понятно, до этого мы просто играли в солдатиков, и только сейчас начали настоящий путь военного.

Выходя последним из десантного бота, я удивленно уставился на спины ребят из нашего взвода. И только привстав на носках чтобы взглянуть поверх голов, понял, из-за чего пробка образовалась. Нас встречали! Тут, такое впечатление, все курсы собрались, да и какие-то шишки при больших погонах, похоже, приехали, вон как бегают наши офицеры-преподаватели, как будто им кто-то реактивную турбину в задний разъем вставил.

Покрутив головой я нашел и виновника пригорающих пятых точек преподов. К нам заявился сам Альфред Рокфорд – глава всех скурфайферов, в чьей юрисдикции вообще-то и находилось наше учебное заведение. А вон и Синиами с мужем рядом с ним, и судя по жестикуляции, они сейчас не стеснялись в выражениях, высказываясь друг другу.

Ох уж эти проблемы подчиненности, у третьего, восьмого… да у всех семи разведывательных корпусов, независимо от их специализации и принадлежности к тому или иному типу войск не было своих училищ! Лагерь дополнительной подготовки был, своя отдельная академия была, но вот самого базового: школы-разведчиков или разведывательного училища не существовало. Вот поэтому и было у них право в первичных военных учреждениях набирать себе бойцов из отличившихся выпускников, ну и частично командовать.

Естественно это не нравилось командующим того рода войск к которому относились военные школы и училища, отсюда и постоянные конфликты среди командующих, с перетягиванием самых перспективных выпускников. Я долго не мог понять, почему при таком большом количестве разных родов войск, так ограничено количество учебных заведений. Пока дядя Вова не объяснил, что чем тяжелее достаются командирам нормально подготовленные бойцы, тем больше их ценят.

Поначалу было ведь как? Загулял боец, или вообще уволился, а командиру пофиг, спишет и не задумается, ему же всё равно выдадут нового! А сейчас наоборот небольшой дефицит из-за чего командиры стараются удержать бойцов на местах. Усложняется все тем, что множество должностей доступно только тем, кто прошел специализированные курсы, нельзя просто взять и поставить на должность первого попавшегося солдата. И это на фоне того что подразделения укомплектованные меньше чем на семьдесят процентов состава выводятся на доукомплектование, а если меньше сорока процентов так вообще расформировываются.

Вот в итоге и получается, что если командир где-то расслабился, не уследил за личным составом или дал подчиненным расслабиться и растерять навыки, то и сам может лишиться должности. Учитывая, что инициировать «выговор» бойцу может любой другой вышестоящий офицер, подав заявление Сердцу на расследование поступка солдата, или же Сердце само наказать если проступок серьезный, то командиры не расслабляются, а строго следят, чтобы его подчиненные максимально хорошо выполняли свои должностные обязанности.

Но это все так, общие мысли и имеют только частичное отношение к тому, из-за чего сейчас ругаются Синиами и Альфред. Ведь крестная, воспользовавшись своей должностью и дополнительными правами, пока Альфреда не было на месте, задействовала курсантов в слишком сложной для них миссии. Которая еще к тому же оказалась и намного более тяжелой, чем предполагалось. А отвечать, возможно, придется Альфреду, у которого наше училище в подчинении. Далеко не факт, что это к нему будут какие-то претензии, а не к Синиами, но даже мелкий призрачный шанс на это не добавляет настроения, так еще и его курсантами командовали совсем левые личности… Короче чувствую ближайшие пару месяцев, будут сильные терки между скурфами и центурионами.

Пока, суть да дело, наш взвод успел построиться и двинуться в расположение. Толпа встречающих курсантов расступалась в стороны буквально в паре метров от впередиидущего командира взвода, из-за чего ему приходилось сдерживать шаг, чтобы не врезаться в не успевших отойти курсантов. Вот и ползла вся коробочка нашего взвода как «убоны», этакие медлительные белесые черви, обитающие на всех уровнях канализации, размером с половину моего мизинца.

Парни и девчата шли гордо расправив плечи, стараясь максимально держать строй и даже шагать идеально нога в ногу. Так, чтобы каждый элемент движения был синхронным. А самое главное, в полном молчании полностью игнорируя поздравления толпы, выкрики, вопросы и прочий гам. Хотя кого я обманываю! У всех нас сейчас были закрыты шлемы, и хоть ни одного звука наружу не просачивалось, на частоте взвода стоял гам не меньше чем вокруг нас. Народ сейчас упивался известностью, бурно обсуждая некоторые достаточно фривольные выкрики из толпы.

- Ты глянь как вон та блондиночка с третьим размером мне маячит!

- То она не тебе, а Лане. Это же Элька, все училище давно знает, что она предпочитает горячую женскую дружбу, желательно каждый вечер, да еще и минимум по паре часиков, – гоготнули в ответ.

- Стэн, ты все равно запомни, в каком кубрике она живет, – влезла Лана. – А то может мне наши мальчики приедятся, и захочется новых ощущений…

Оборвал ее дружный смех, который сменила новая тема: всем было интересно, кому какое звание дадут по итогам экзамена. Вот так веселясь и обсуждая что попало, наш взвод и добрался до корпуса, где располагались казармы.

На самом подходе к зданию, у меня сердце чуть в пятки не ушло. Альфред заметив наш взвод дернулся было в нашу сторону, а как известно от внимания начальства ничего хорошего ждать не стоит, но его затормозил один из преподавателей каким-то вопросом, что позволило нам юркнуть в здание долой с глаз начальства. А то знаю я такое внимание! Сейчас час-другой промурыжит нам мозг или нарежет задач, и все – ни помыться, ни отдохнуть до построения не удастся.

Добравшись до секции нашего взвода, раскрывающейся четырьмя параллельными коридорами, три из которых были отданы под отделения, а четвертый считался штабным для подразделения, большинство сразу же сбросило оружие и снарягу пойманным по дороге молодым бойцам, мол, пускай позаботятся о дедушках, почистив все за нас. Только я не стал отдавать оружие молодым на чистку. Я, добравшись до оружейки, аккуратно сложил возле боксов-приемников для костюмов. Позволив автоматике снять с меня броню и попутно поморщившись от запаха, запустил программу чистки.

Выщелкнув в нижней части бокса специальную ступеньку, которая прекрасно могла служить лавочкой, уселся на нее и принялся разбирать винтовку на составные части. Настрел хоть и не сильно большой, да и небольшую чистку я ей все же устраивал, но вся эта грязь, кровь, микроскопические куски тварей, могли забиться в самые мелкие зазоры. А значит нужно полностью зачистить контакты, которые могли начать подгорать, проверить защелки фиксирующие элементы питания, полностью прочистить стрелковые сопла, а при надобности так и заменить.

Любой заусенец, скол или застрявшая частичка инородного тела может потом сказаться на точности выстрела. Микронный сдвиг края выстрела на сотне метров может увести точку попадания на сантиметр другой, а на дистанции свыше шестьсот-восемьсот метров, уже заставить промахнуть лишь ранив а не поразив цель.

Раньше я заботу об оружии воспринимал лишь как показатель профессионализма военного, но после нашего «экзамена» у меня аж мурашки по спине пробегают, как представлю, что оружие могло меня подвести в любой из моментов, особенно когда времени на второй выстрел просто не было. Даже несмотря на то, что я и раньше уделял внимание оружию не только для галочки, то теперь это стало вопросом выживания, и пофиг что уже сегодня, максимум завтра я все свое снаряжение оставлю тут в училище, а на новом месте получу совершенно другой комплект.

А вот Толик снова меня удивил и, к сожалению, только укрепил подозрения, что с ним не все в порядке. Вместо того чтобы как обычно сразу бежать в душевую, а потом попытаться сплавить чистку на кого-то из молодых он уселся возле своего бокса и тоже принялся чистить оружие.

- Может, все же поговорим? – отвлекся я на пару секунд, когда мы в оружейке остались только вдвоем.

- Мужик, серьезно, я в норме! – потом видно поняв, что же меня смущает, он решил немного добавить: – Просто я наконец-то осознал некоторые вещи, которые нам говорили инструктора. Раньше я как-то это все воспринимал… ну знаешь, просто как свод правил, который тупо придумали лишь бы задолбать молодых курсантов. А теперь, когда я смог выжить в той мясорубке, лишь благодаря тому, что придерживался парочке наставлений, я просто начинаю переосмысливать по новой все то чему нас учили.

- Ты хочешь сказать… - вскинул я удивленно брови.

- Да дружище, эта пара дней открыла мне глаза на очень многое, и если я хочу продолжить военную карьеру, а главное действительно чего-то добиться, то мне нужно менять свои приоритеты и отношение. Не уверен что получится, как бы тяжело себя менять, но если не пытаться тогда точно ничего не получится.

Подумав пару секунд, я медленно кивнул на его слова и вернулся к чистке оружия. Дай Сердце все действительно так, как оно говорит, если же он решил мне соврать, чтобы я перестал его дергать, то лезть к нему в душу все равно не получится. Когда я закончил с винтовкой, что заняло не так уж и много времени, и поставил ее в стойку, решил отправиться в душ, но в дверях тормознул на пару секунд.

- В любом случае, не забывай, что у тебя всегда есть к кому обратиться за поддержкой, – вполоборота глянул я на Толика и, не задерживаясь, вышел.

Хоть и остался на душе какой-то непонятный груз, но в данной ситуации я сделал все что мог. В любом случае у нас у всех есть идентификаторы друг друга, так что, даже несмотря на то, что уже сегодня мы получим свои назначения и возможно в ближайшие годы больше не пересечемся, любой из нашей учебной группы может связаться с остальными и попросить помощи, и я сомневаюсь что кто-то откажет. Пока остается только выкинуть это все из головы и идти наконец-то в душевую.

Хорошо хоть догадался кроме банных принадлежностей сразу захватить с собой и парадную форму, чтобы два раза не переодеваться. А то, вернувшись к нашему кубрику, застал Хана, усиленно подпирающего стену собственной спиной, видать, чтобы не упала. На плече полотенце, в руках подсумок с мыльно-рыльными принадлежностями, а на лице вселенская скука.

Мазнув взглядом по двери нашего кубрика, и сразу сообразил, в чем причина. В верхнем краю двери был вставлен маленький кусок гибкого цветного пластика, этакий маячок, что комната занята с интимными целями. Учитывая, что Толик в душевую зашел, когда я оттуда выходил, а Хан подпирает стенку, остается только Сэм…

- Наш языкастый друг решил забить на свою Таньку? – кивнул я на двери, тормозя возле Хана.

- Не поверишь… - медленно покачал головой Хан.

- Серьезно? – округлил я глаза, высоко вскинув брови. – Она же его, считай, не замечала!

- Ну, знаешь ли… Настоящий боец вернувшийся с опасной операции где героически уничтожал толпы противников… Ну и так далее…

- Кхм… - сквозь улыбку хмыкнул я. – Ага, он ***ал он воевал, танки грыз как барбарис, и вообще с одним ножом половину монстров вырезал, при этом спасая задницу центурионам, вынося их раненных по пачке за раз.

- Не совсем так, но достаточно близко, – ухмыльнулся в ответ Хан.

- Ясно! Ты смотри, если что не стесняйся поторапливать этого героя любовника, а то на построение опоздаете, – похлопал я Хана по плечу.

Хан только руку вскинул, показывая, что все под контролем, а я двинулся в спортзал, раз уж комната занята, а времени в запасе еще куча. Дойдя то зала обложенного матами даже на потолке, пройдя его насквозь, попал в комнату симуляции невесомости, и прям с дверного проема, слегка оттолкнувшись, взмыл под потолок комнаты, где сплошной бронированный экран симулировал звездное небо, как оно выглядит из космоса.

Крутнувшись немного, выровнялся параллельно экрану и мягко затормозил руками об него. Убедившись что все мое тело замерло, и у меня не осталось остаточной инерции, а значит не отнесет от стен, очень мягко убрал руки и, заложив их за голову, уставился в глубокую тьму с россыпью ярких огоньков. Да, я понимаю, что это компьютерная симуляция, которая, скорее всего, не соответствует реальной звездной карте, но меня не это интересует, просто мне всегда казалось, что эта картинка какая-то умиротворенная, и она всегда меня успокаивала и помогала собраться с мыслями.

Минут через десять созерцания космоса услышал, как за спиной открылась дверь, и спустя секунд десять возле меня замер еще один силуэт, также вглядываясь в черноту космоса, хотя тут правильней сказать псевдо космоса. Мне дали пару минут еще понаблюдать, прежде чем начали диалог.

- Могу устроить, чтобы тебе не пришлось служить минимальный контракт, за обучение.

- Не надо, – помолчав еще секунд пять все же ответил я.

- Уверен? Если волнуешься про штрафы от Сердца, то тебя изначально оформили так, чтобы их не было.

- Нет, вопрос не в этом, – замялся я, пытаясь сформулировать свои чувства в слова. – Если раньше я просто мечтал о героизме, поступках о которых потом с уважением будет помнить весь Альфарим… Ну как у дяди Вовы. То теперь… Теперь я просто не смогу сидеть в тылу, когда боевые товарищи раз за разом рискуют собой чтобы гражданские в Альфариме могли спать спокойно.

- Ты изменился!

- Возможно, но теперь я начал хоть немного понимать то, что вы мне все говорили. Самую малость, но и Альфарим строился не за один день.

- Не скажу что рад твоему выбору, но Волпер постоянно пресекает все попытки Кастры на нас надавить… да и сделал очень серьезное предупреждение, что тому, кто вмешается в твою службу, сильно не понравятся последствия.

- Мальчик должен наконец-то стать мужчиной и набить собственные шишки… – с улыбкой процитировал я дядю Вову.

- И неважно, правильно ли он выбрал свою дорогу или нет, но это его дорога и его шишки, теперь осталось только смотреть и надеяться, что его правильно воспитали в детстве, – закончили фразу вместо меня, которую дядя Вова сказал Кастре пять лет назад. – И знаешь… наверное, поддержу я Волпера, и не буду давать тебе послабления. Так что, несмотря на то, что тебя представили на младшего сержанта, я отклоню прошение, так что послужишь еще капралом.

- Капралом так капралом, – пожал я плечами, спокойно восприняв, что мне только что подрезали серьезный карьерный прыжок.

Воцарившаяся тишина продлилась с полминуты, пока я не выдержал и все же отвел взгляд от космоса и взглянул в сторону собеседника. Вот только того на месте уже не оказалось, а звук открываемой двери, указал мне где его искать.

- Ты действительно сильно изменился… а учитывая что ты решил не менять свой выбор, то, увы, это только начало, – не оборачиваясь сказал он, и собрался уже уйти, но мой вопрос остановил его.

- Дядя Альфред! Надеюсь, Вы ответите мне на один вопрос, а то не хочется дергать дядю Вову.

- Спрашивай.

- Почему все уверены, что шитаку нельзя сделать слепок для репликации? Я пускай был и маленьким, но хорошо помню, как при мне разговаривали про то, что дядя Раста сделал слепки своим шитаку.

- Эм… это очень личный вопрос, лучше задай его Расте напрямую. Я тебе отправил его контакты и нынешний адрес. Если захочет, то сам тебе расскажет… Начиная с завтрашнего дня, у вас будет три дня увольнительных, до прибытия на новое место службы, так что сможешь сходить к нему в гости, он еще неделю в отпуске будет.

- Спасибо!

- Смотри не опоздай на построение!

Альфред ушел, а я вернулся к созерцанию звезд. Ну не дали мне младшего сержанта, ну и фиг с ним, и так через звание перепрыгну. Зато потом никто не скажет, что я продвигаюсь по службе лишь благодаря связям и тому, что мне повезло с родителями. Хотя херня это все! Еще неделю назад я мечтал о продвижении по службе, высоком чине и так далее, но столкнувшись с суровой реальностью, понял, что это все хорошо, но далеко не главное. Ладно, действительно пора выдвигаться, а то придется бежать, чтобы не опоздать.

Прогулочным шагом я добрался до своей роты, попутно успев устать от известности в училище. Все парни младших курсов, наверное, считали своей обязанностью пожать руку, или сказать пару слов, а многие девчонки просили сделать сэлфи на портативные видеодроны. Если меня на середине пути это уже стало напрягать, то некоторые выпускники наоборот кайфовали от такого количества внимания. Ну да, это первый выпуск, который за последние лет десять экзамен закрыли реальным боевым столкновением. Но, черт возьми, как же это напрягает!

- О Крис! Где твои соседи? – отыскал меня ротный, когда мы начали выстраиваться, чтобы двинуться на плац.

- Да хрен его знает. А что?

- Нам через три минуты на плац, а из твоего кубрика только ты на месте.

- Блин!

Я сразу полез в нейроинтерфейс, чтобы написать сообщение парням, но не успел, в распахнувшиеся двери вылетел Сэм, едва успевая перебирать ногами, чтобы не упасть. Китель нараспашку, пояс не застегнутый, а берет вообще в руках Толика, который, похоже, пинком и решил подогнать Сэма. Но, тем не менее, морда парня так и расплывалась в довольной улыбке. Ну все понятно, парням пришлось, похоже, все же вломиться в комнату в самый пикантный момент.

- Фух, блин! – выдохнул ротный и, выждав пару секунд, начал командовать. – РОТА ВСТАВАЙ! ОПРАВИТЬСЯ! – дождавшись пока все приведут парадную форму в порядок и поправят береты, подал следующие команды. – РАВНЯЙСЬ! СМИРНО! НАПРА-А-А-ВО! НА ПЛАЦ ШАГО-О-О-О-М МАРШ!

Открывшиеся двери выпустили нашу колонну на центральный плац училища, куда уже начинали стекаться все курсы, выстраиваясь буквой «П» где вершиной у двух ножек было оставлено место для выпускников. Как обычно построение началось с небольшим опозданием. Кто-то что-то перепутал, где-то молодежь не там построилась, в общем, все как обычно.

Мало того что у нас выпуск отличился, так еще и глава скурфайферов взял слово и начал по одному вызывать и поздравлять с получением звания, или нагрудного знака окончания обучения «С Отличием». Как итог, в этом году из нашего училища выпустилось три младших сержанта, одним из которых оказался наш Толик, и чуть больше десятка капралов, в список которых попал уже и я. Вот только подлянку все же мне сделали, хотя, похоже, это не Альфред, а все же Сердце решило снизойти до меня.

- Рекрут Крис Кей!

- Я!

- Выйти из строя!

Хлопок по плечу стоящего передо мной Хана, и он освобождает мне выход, сдвигаясь вперед и вправо. Выход, подход, три строевых, воинское приветствие и доклад о прибытии. Волнения ноль, я и так уже знаю, какое звание меня ждет. А на нагрудный знак «С Отличием», я не рассчитываю, по балам не вытягивал. Альфред выдал стандартное поздравление с окончанием, что, мол, за высокую боевую эффективность и бла-бла-бла, мне присваивается внеочередное звание капрала досрочно. И тут секундная заминка, короткая, но на фоне тишины на плацу, весьма заметная.

- Так же, за морально-психологичную стабилизацию подразделения в критической ситуации и возвращение его в боевое состояние…. – Перечислял он заслуги, которые в моем сознании отпечатывались лишь кусками. - … а так же за личные боевые заслуги во время боев, капрал Крис Кей награждается медалью «За Боевые Заслуги» третьей степени.

Блин! Да я, получив не то, что младшего, полноценного сержанта, меньше бы выделился, чем единственный обладатель боевой медали, пускай и самой низкой третьей степени!

Глава восемь: Лучше бы я умер вчера

Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох… задержать дыхание и погнали! Как я вообще на это согласился? Хотя… если серьезно, то у меня и выбора-то особого не было. Но это реально подстава из всех подстав. Так еще и на меня сейчас пялится человек триста, именно столько набилось в помещение. Ну уж нет, не дождетесь… Я не опозорю свой выпуск! ПОГНАЛИ!

- ДО ДНА!

- ДО ДНА!

- ДО ДНА!

…

Скандировала толпа пока я пытался осушить поллитровый бокал какой-то высокоградусной дряни, так еще и нужно было поймать зубами одновременно и лычку и награду. Награда-то хорошо пошла, а вот лычка чуть было не проскочила мне в горло. Справился буквально из последних сил и, врезав бокалом по столу, выдернул свободной рукой из зубов все пойманное, и тут же вскинул её вверх, показывая, что справился. При этом согнувшись в три погибели тяжело дыша и едва сдерживая рвотный позыв. Слезы сдержать уже не получилось, уж больно ядреная, блин, смесь оказалась в бокале.

- ДА-А-А-А! – заревела толпа, когда кто-то из добровольных помощников перевернул бокал, показывая, что там ничего не осталось.

- КА-ЧАЙ! – крикнул кто-то, подозрительно похожим на Сэма голосом.

- КА-ЧАЙ! – подхватила толпа, как клич, так и меня множеством рук и начала подбрасывать практически до самого потолка, едва успел свободной рукой прижать берет к голове, чтобы его не унесло.

Мда… с одной стороны зря я согласился на уговоры парней пойти в бар «пятьсот три», но с другой стороны я реально выкинул из головы все, что меня грызло. Кстати бар специфичный, и если бы сегодня у нас не был выпускной, фиг бы сюда пустили. Местный бармен сразу так и сказал когда мы только зашли: «Молокососов не обслуживаю!». Но Сэм, который и повел толпу выпускников сюда, быстро начал объяснять, что мы выпускники училища и мы, мол, только на один вечер обмыть свой выпуск.

Бармен, который, похоже, был заодно и владельцем бара, практически зарычал о сраных малолетках, не понимающих с первого раза. А десяток местных завсегдатаев начали подниматься из-за столов, явно намереваясь выкинуть нас отсюда, несмотря на то, что нас на тот момент было под сотню рыл. Хотя это, скорее всего, не стало бы им помехой, учитывая, что мужики двигались как опытные бойцы, да и мускулатуры у многих хватало. Но из дальнего угла донеслось «Лютый, эта пацанва слилась на последней ликвидации почти в ноль, но периметр удержали. Так что уважь парней, тем более некоторые из них лично мне жопу прикрывали».

Бармен, подвиснув на секунду, а потом, прищурившись, осмотрел нашу толпу на этот раз видно уже через интерфейс и, хмыкнув «Два младших, тройка капралов и даже медалист… Ладно, сегодня таможня дает добро, можете и остальной выпуск звать». Вот так и получилось, что тут собралось больше половины курса. Как оказалось, Сэм притащил нас в бар десантников, и если бы не парочка центурионов отдыхавших тут, то все могло закончиться мордобоем. И не удивительно – приперлись салаги в бар для ветеранов. А распознавательные знаки о наградах и званиях мы на форму-то еще не повесили, и понять, что к чему можно было только через интерфейс, где это все дублировалось.

Вот теперь я и мучаюсь из-за того что нам разрешили тут праздновать. Оказывается, по армейской традиции звание обмывают стаканом в четверть литра, и награды также. А у меня два в одном. Едва, блин, справился. А все бармен, ветеран десантник, который посмеиваясь, рассказал о парочке традиций. Что-то в училище нам про это не рассказывали, но судя по лицам завсегдатаев, нас не обманули, и такие традиции действительно имеют место быть.

Когда меня перестали подкидывать и вернули в стоячее положение, градус пойла уже разошелся по телу и меня слегка повело. Спасибо Толику – подставил свое крепкое плечо, чтобы я не завалился на пол. Хотя и его уже хорошенько пошатывало, но парными зигзагами даже несмотря на толпу, мы все же добрались до барной стойки, где я и попросил меня оставить, пытаясь удержать желудок от его решения выйти погулять.

- Уверен? – уточнил Толик.

- Да, сейчас болтанка внутри успокоится, и я вернусь к вам.

- Добро! Смотри не пропадай! – хлопнув меня по спине, Толик пьяным зигзагом снова скрылся в толпе.

- Держи, поможет! – пододвинул ко мне полимерный стакан бармен.

- Если я сейчас что-то в себя впихну… - попытался я отрицательно махнуть головой, но весь бар вокруг меня начал резко крутиться и улетать.

- Это влезет, поверь моему опыту.

Хм… логично, он же не первый год тут работает и должен иметь определенный опыт, ну я по крайне мере надеюсь на это, а то не хочется опозориться и оттирать потом барную стойку. Пересилив себя и чуть не расплескав содержимое стакана, пока донес его до рта, хотя там и было-то всего половина, маленькими глотками начал впихивать в себя содержимое… Очишуеть… Мне не то что не пришлось через силу это пить, наоборот! С первых же капель жгучее чувство во рту и горле начало отступать, а как только кисло-сладкая жидкость со странным привкусом добралась до желудка он начал прекращать свой бунт.

- Фух… хорошо! – поставив пустую тару на стойку, я аж зажмурился от облегчения. Хоть опьянение и набирало обороты, но теперь это все не просилось назад.

- Я же говорил, – ухмыльнулся бармен, попутно наливая в высокие бокалы пиво, заказанное подошедшими парнями.

- Я вот одного понять не могу… - начал вылезать из моей головы вопрос раньше, чем я вообще осознал его. – Нам пять лет вдалбливали, что алкоголь это плохо, а тут оказывается, что есть куча тради… традиу… трамдиу… тьфу ты.

- Куча военных традиций, связанных с алкоголем? – понял меня бармен.

- Угу, – кивнул я, попутно понимая, что язык и мысли мои уже начали заплетаться.

- Все правильно вдалбливали! Алкоголь или препараты, влияющие на сознание, для любого бойца – зло, – не отвлекаясь от наполнения все новых бокалов всевозможными спиртосодержащими напитками, начал просвещать меня бармен. – Но если обратишь внимание, то поймёшь, что все традиции связанные с алкоголем завязаны на период когда бойцы вернулись с задания и только начали отдых.

- Эмм… - промычал я, покрутив рукой в воздухе, пытаясь сформулировать вопрос.

- Зачем? Чтобы мы с катушек не съехали, – покрутил он пальцем у виска. – Посмотри на всю эту пацанву. Пару дней назад их рвали на части, жрали заживо, у них на глазах умирали боевые товарищи и подруги, причем не самыми приятными способами. Уверен, многие по возвращению, либо стали крайне задумчивыми уйдя в себя, либо вообще ржали над любой мелочью. Или так и сыпали плоскими шутками, от которых сами же и смеялись. А сейчас чем больше пьянеют, тем сильнее расплываются эти воспоминания, сознание становится более раскрепощенным и они начинают оживать, а главное реально веселиться, пусть всего лишь на вечер, но забыв о тех ужасах. Ну и главное именно сейчас в состоянии средней тяжести опьянения они могут под новым углом взглянуть на все произошедшее, и намного легче это для себя принять. Что немаловажно для нас, в свете того что самая большая опасность для бойцов – это сойти с ума.

- Эээ… - ошарашенно уставился я на бармена, пытаясь осознать то, что он сказал.

- О, похоже, большинство дошло до кондиции, – глянув на мою ошарашенную пошатывающуюся физиономию, только уже без постоянной улыбки, и с какой-то тоской в глазах.

Движение руки под барной стойкой и музыка, игравшая до этого в баре, резко оборвалась. А из-под стойки высунулся длиннющий разнос, по краям зафиксированный специальным механизмом и, сделав почти полный круг, замер над её поверхностью. На всем разносе в ячейках стояли маленькие стеклянные рюмки грамм на пятьдесят. Наверное, это была первая стеклянная тара, увиденная мной за вечер. Все рюмки были заполнены и накрыты прозрачным пластиком как крышкой. Даже несмотря на мое пьяное состояние, я обратил внимание, что рюмок намного больше, чем народу в зале, но похоже разнос изначально был заполнен независимо от того сколько нас пришло.

- МОЛЧАТЬ! – гаркнул бармен на начавших возмущаться выпускников, из-за пропавшей музыки. – Эту традицию думаю, вам даже в вашем училище объяснили. За тех, кто не смог!

Вот после этих слов даже самые пьяные парни и девчата не решились возмущаться. Говорят, раньше и тост был другой и пили вроде бы то ли за него, то ли на третьем, то ли на четвертом подходе. Но в наше время, когда смерть это лишь временное явление и самое страшное это когда боец не смог сохранить свое сознание или ясность рассудка после репликации, мы поминаем не погибших, а «тех, кто не смог» сохранить свой разум. К сожалению и в нашем выпуске нашлись такие. Седой, которого все же списали медики из-за психологического расстройства, и еще двое ребят, тела которых в репликаторе так и остались в состоянии овоща.

Почти в полной тишине были разобраны рюмки, переданы даже в самые дальние уголки бара, чтобы ни один из присутствующих не остался без тары. Когда все замерли, опустив голову и держа на уровне груди наполненную рюмку, бармен тихим голосом повторил «За тех, кто не смог». Но его услышали все, и в тишине как волна покатился шепоток, повторяющий эти слова. Полными остались лишь те рюмки, которые находились на том механическом разносе, и от этого было намного тяжелее на них смотреть, они сейчас были как молчаливое напоминание о тех, кого с нами больше никогда не будет.

Потом снова зазвучала прерванная музыка, механический разнос снова занял свое место под барной стойкой, только теперь часть рюмок была пустая. Еще минут двадцать некоторые ребята и девчата приходили в себя, но рано или поздно все проходит, как и грусть, вызванная этим тостом. Снова началось веселье, местами танцы. А я наконец-то понял о чем говорил бармен, ну или мне показалось что понял, в любом случае плюнув на все, и подхватив пару бокалов не пойми с чем, пробился к столику где сидело, и не совсем сидело, наше отделение и присоединился к общему веселью. Пускай и один лишь вечер, но нужно все отпустить да расслабиться, а то так недолго и перегореть…

Пришел я в себя рывком и сразу же пожалел, что вчера не умер. Голова раскалывалась, во рту как будто мясоеды несколько суток испражнялись. Не открывая глаз, я первым делом полез в интерфейс, и едва удалось сконцентрироваться и разобрать, пытающиеся разбежаться закорючки, я застонал еще больше. «Похмелье», «Интоксикация», «Частичное легкое опьянение», были еще понятны хоть и крайне неприятными последствиями пьянки, от которой я еще не полностью протрезвел. А вот «Ушиб ребер», «Легкое сотрясение мозга» и еще с десяток разных ссадин и ушибов как-то не вписывались в эту картину.

Так мало того! Все эти негативные эффекты понижали основные характеристики, что еще больше показывало глубину проблемы. «Ловкость» упала на три пункта, по минус два висело в «Интеллекте», «Харизме» и «Выносливости». А «Восприятие» вообще просело на пять пунктов. Если перевести эти цифры на состояние тела, то получится, что соображаю я туго, координация движений сильно нарушена, то ли меня будет еще шатать, то ли еще чего, от меня либо несет плохо, либо выгляжу близко к состоянию полу бомжа, а скорее всего и то и другое сразу. С выносливостью понятно – ушибы, синяки и прочее, значит состояния тела далеко до идеала. А вот с восприятием вообще беда, скорее всего, я плохо вижу, слышу и прочее. Даже представить себе не могу, что могло вызвать такое! Глаза вроде на месте, барабанные перепонки тоже, про вкусовые рецепторы и запах вообще молчу… Ладно, позже разберусь.

Из-за заторможенности разбирался я с интерфейсом и делал выводы аж секунд десять, хотя на оценку ситуации обычно у меня должно было уходить не больше двух-трех секунд. Непростительная беспечность! Ведь если вокруг опасность, то нужно максимально быстро собраться и хоть частично привести себя в чувство. А судя по многочисленным ссадинам и ушибам, опасность моего положения откидывать не стоит. В самом лучшем случае нас загребли военная полиция или обычные правоохранители. Тогда отделаемся штрафом, ну максимум отметкой в личное дело.

Вот только не стоит забывать, что несмотря на постоянные чистки, намного более выросший уровень жизни благодаря политике и командованию Волпера, всё равно хватает всяких бандитов, черных хирургов охотящихся за биоматериалом для незаконных стимуляторов, пересадок и прочего. Так еще и различные мутные типы, которым не нравится современный строй правления, откуда-то выползают. Или вообще худший вариант – фанатики. Неважно от науки или от религии, с этими вообще никогда не угадаешь что у них на уме.

Так, переключимся на собственные ощущения, чтобы не показывать, что я очнулся. Руки онемели, и чем-то придавлены, значит, вариант с правоохранительными органами отбрасываем, эти не будут фиксировать в горизонтальном положении. Еще, похоже, я полностью голый. Черт, точно! Можно ведь через интерфейс глянуть… мда, точно голый, даже трусов сволочи, не оставили. Ситуация все хуже и хуже, на слух надеяться нет смысла, в ушах как будто затычки, с запахом все тоже плохо, есть какие-то резкие, но хоть убей разобрать чем пахнет не могу. Похоже, пора бить тревогу, но, черт возьми, как понять где я нахожусь, и передать сообщение? Эти гады же обычно блокируют все входящие и исходящие сигналы интерфейса. А в том, что где-то рядом какие-то гады, раздевшие меня и приковавшие к койке, я уже не сомневался.

Стоп! У меня мигает конверт непрочитанных сообщений в самом углу зрения. Ха-ха-ха! Эти идиоты не заблокировали интерфейс! Ну все, теперь погодите у меня! Сейчас разберусь где я, и вам не поздоровится, тут скоро будет не протолкнуться от спецназа, вояк и прочего вооруженного люда. Первым делом карта, чтобы снять координаты где я нахожусь, а потом просто решить кому написать о ситуации, или может вообще дядя Вове сразу… Хотя нет, это я погорячился, дяде Вове писать не стоит.

Ну что у нас тут? Восьмой уровень, высоко гады забрались, я думал подобные асоциальные элементы в основном стараются прятаться пониже, на слабо контролируемых уровнях. Угу, кольцо, сектор, квартал… не понял. БЛИИИИИН! Я у себя дома… Точнее на квартире, которую мне в четырнадцать подарили ко дню активации нейроинтерфейса. Вот тут я уже не выдержал и открыл глаза, чтобы осмотреться.

Вот я лопух! Я оказался в собственной квартире, порядок в которой все эти годы поддерживала автоматизированная система контроля чистоты. В собственной кровати, вокруг которой были разбросаны вещи, причем не только мои. Ну не ношу я кружевных наношелковых стрингов, да и лифчик мне некуда надевать. Ну не на голову же. Расплывшимся слегка мутноватым взглядом посмотрев по сторонам, понял и чем меня «приковали». На правой руке посапывала милая мордашка с кудрявыми зелеными волосами, а на левой не менее милая, но синеволосая. Ох уж эта любовь девушек красить волосы в неестественные цвета…

В этот момент в мое сознание наконец-то постучались воспоминания. Нет не все сразу, а пока что вспышками-обрывками, что привело к очередной порции головной боли. Но теперь я вспомнил, что наша попойка закончилась абсолютно в другом баре, где я и подцепил этих двух девчонок. На данный момент последнее, что я помню, это как Толик усаживал меня в роботакси, а я, прищурив один глаз, пытаюсь попасть в экран ввода адреса. Блин, а ведь я уже напридумывал себе похищение, фанатиков и прочую чепуху.

Аккуратно выбравшись из плена, попутно нечаянно скинув одеяло и немного подвиснув от открывшихся прелестей… А у меня черт возьми даже в пьяном состоянии отличный вкус! Так, отставить! Укрыть обратно одеялом, чтобы не отвлекаться, и ползем в ванную. Нет, если честно, я хотел пойти, но штормило меня так, что это движением на своих двоих никак не назовешь. Так что надо в склерозник записать, больше так не бухать, ну их нафиг подобные последствия.

О, автодоктор! Пусть Сердце благословит того кто обязал поставить этот волшебный аппарат в каждой квартире. Руку на сенсор… Чего, мать его? Семьсот кредитов за таблетку? Да пофиг что она содержит в себе весь необходимый курс, да я погулял-то всего на тысченку, а тут семьсот… а я точно на тысячу погулял? Вроде же столько себе ставил лимит. Забравшись в интерфейс, я только присвистнул… Почти двадцать тысяч как шитаку языком слизала. Я короче все боевые выплаты за один вечер спустил. Теперь понятно с чего мне так хреново. Хорошо хоть в деньгах особо не нуждаюсь. Несмотря на мой конфликт с мамой, тем не менее, она регулярно мне десять тысяч в месяц на карманные присылает, да и папа еще двадцаточку, тысяч естественно, подкидывает. А тратить особо некуда было, так что накопилось за пять лет немного.

Раскошелился, получил свою таблетку и, закинувшись, полез в душ. Через двадцать минут я выбрался уже совсем другим человеком и без единого симптома похмелья. Добравшись до кухни, дал задачу домашним роботам собрать вещи и разложить их, заодно произвести уборку, заказал и доставку завтрака на троих. Подумав, увеличил заказ вдвое, а то неуверен, что в синтезаторе у меня загружен хоть один нормальный рецепт. Ну, разве что кроме энергетика «Кофе». Хотя многие мои знакомые, из тех, что репликанты, плюются на него с криком «Синтетическая бурда, хуже растворимого», но все равно пьют. Под чашечку кофе… ну ладно под пластиковый одноразовый стаканчик, я сел разбирать сообщения.

Так, ворох поздравлений, пара приятных теплых писем – от папы, дяди Вовы, Тилорна… А вот от мамы ни одного. Блин, когда она уже успокоится? Пять лет одно и то же! Дуется, обижается, периодически пишет и просит бросить эту свою затею, но в итоге переписка опять сходит на небольшой скандал, после чего как минимум на пару месяцев наступает тишина. Так, а это что?

Отправитель: Отдел кадров службы Скурфайферов.

Текст письма: Доброго времени суток! Согласно условиям контракта, за обучение в училище имени Карфаера, вы обязаны минимум пять лет прослужить согласно распределению в военизированных подразделениях. Обычно мы отправляем выпускникам весь список поступивших на него заявок, чтобы он выбрал подразделение. Но в Вашем случае поступила заявка закрепленная Сердцем. Такая пометка аннулирует остальные шестнадцать заявок и нам остается только уведомить Вас, что по распределению Вы попали в 133 (сто тридцать третий) скурфайферский отдельный батальон охраны и сопровождения п/с А4817. К служебным обязанностям вы должны приступить не позднее восьми утра двадцать седьмого числа этого месяца.

С Уважением отдел кадров службы Скурфайферов.

Ссылка с координатами отдела кадров п/с А4817

Я трижды перечитал письмо, после чего от злости сжал пластиковый стаканчик, так что его смяло в комок и остатки горячего кофе выплеснулось мне на руку. Нет смысла орать благим матом или пытаться писать ответ с возмущениями, тем более просьбами пересмотреть решение, может ошибка там или еще чего. Пометка от Сердца… Такие решения не отменяются. А я знаю только несколько человек, которые могут повлиять на появление такой метки. И только одну женщину, которая своим нытьем могла их уговорить это сделать. Ну, мама, я тебе такой подставы не забуду! Загнать меня в тыловое подразделение охраны – это поставить жирный крест на всей моей карьере. Это же считай ссылка без возможности расти в званиях на весь срок контракта!

Звонок доставки отвлек меня от мрачных мыслей, пришлось срочно мыть руки и идти забирать завтрак. Получив заказ и сбросив десятку курьеру на чай, я едва успел разложить все на столе в кухне, едва не уронив половину завтрака на пол, когда две мои гостьи, залетев на кухню, чмокнули меня в щеки с двух сторон и упорхнули в ванную. А они ведь даже не удосужились нижнее белье надеть. В чем мать их родила, в том и пронеслись ураганом.

Еще один дверной звонок застал меня под конец сервировки. Хм, странно я больше ничего вроде не заказывал… и отдали вроде весь заказ. Развернув голографический экран с камер перед дверью, тихонько ругнулся. Так, вдох-выдох, нужно успокоиться, перед дверью стояла женщина в легком боевом комплекте. Серый материал наподобие гладкой кожи, укрепленный армированным полимером в местах, где костюм не сгибался, на предплечьях наручи с гарпунной системой, и парочка полуавтоматических пистолетов. Кастра – высококлассный шпион-диверсант, гордость подразделений контрактной службы скурфайферов. Ну да, у нее ведь подписан контракт еще в те времена, когда был только один вариант – пожизненно.

- Привет мам! Какими судьбами? - открыв дверь, с сарказмом поинтересовался я.

- Привет Крис, не поверишь сынок, но я пришла мириться, – с грустью в голосе сказала мама.

- Мириться? После такой подставы с местом службы… - начал закипать я.

- С местом службы? – похоже, она реально удивилась и, выставив перед собой руки, быстро затараторила: – Так, я не знаю, что случилось и в чем ты меня подозреваешь, но давай сначала поговорим. А для этого может, пустишь в квартиру?

- Так… - прикрыв глаза, я постарался опять успокоиться. Наверное, стоит действительно сначала поговорить, а то у нас за пять лет и так образовалась куча недомолвок. – Прости, конечно, заходи.

-Понимаешь, Криси, ты ведь для меня всегда будешь ребенком, и так тяжело было принять, что ты повзрослел… - запнулась мама на середине фразы, а заодно и застыла посреди прихожей. – Мда… действительно повзрослел…

Выглянув из-за плеча мамы, обнаружил двух моих гостей уже сидящих за столом и завтракавших, на этот раз они хоть были замотанными в полотенца.

- Мам, это не то, что ты подумала... – начал я рефлекторно оправдываться, но быстро себя мысленно одернул. – Хотя, что тут можно не так подумать?

Мда… ситуация однако. А самое главное, что я так до сих пор и не вспомнил, как же этих двух красоток зовут. О точно, интерфейс! Надеюсь, они не скрыли свои имена. Таша и Кристи, ну хоть мордой в грязь не упаду и смогу их представить маме. А вот что дальше будет, я не берусь прогнозировать.

Глава девять: Примирение и шок

Спасибо маме за тактичность, девушек даже знакомить с ней не пришлось. Как-то странно хмыкнув, сказала, что будет ждать меня в зале, и сразу же свернула в вышеуказанную комнату. Девчонок я еле смог выпроводить после быстрого завтрака. Они, конечно же, узнали мою маму. А как тут не узнать, если она успела несколько раз сняться в вербовочных роликах! Это если не считать и так немаленькую известность команды Волпера времен уничтожения Сервера.

Так вот, к чему я вообще – как только девчонки поняли чей я сын, их поведение резко приобрело хищные нотки. Неприятно это осознавать, но если вчера меня расценивали только со стороны весело провести ночь, то сейчас я превратился в крайне перспективную цель для женитьбы. Хорошо хоть я предохранялся, а то не удивился бы, если б через пару недель, максимум месяц, мне заявили о беременности… Эм… А я предохранялся? Фух, память услужливо высветила в мутных воспоминаниях нужный момент, от чего я с облегчением вздохнул. Точно знаю, что с этой стороны проблем не будет.

Закрыв двери за девчонками, я замялся в прихожей. Теперь предстоит самое тяжелое – разговор с мамой. Судя по ее реакции, она не поняла, почему я разозлился. Сейчас я немного остыл и более трезво смотрю на ситуацию. Так, надо уточнить этот момент, но постараться при этом не поругаться. Зайдя в комнату, где ждала мама, увидел ее стоящей возле окна, уже без костюма и оружия, которые были аккуратно сложены на столе. Теперь она была в шортах и майке с распущенными волосами, как и ходила обычно дома. Хотя и странно, обычно она нигде кроме как дома не ходит без снаряжения.

- Это твои постоянные подружки? – повернувшись, снова сбила меня с толку мама.

- Нет, я только вчера с ними позна… - рефлекторно начал я оправдываться. – Мам!

- Все-все, прости, – подняла она руки в защитном жесте. – Это твоя личная жизнь и я постараюсь не лезть. Просто если у тебя появится девушка, с которой ты решишь связать свою жизнь… ну или две, хотелось бы заранее познакомиться с ними, а не когда я неожиданно стану бабушкой.

- Ты только ради этого приехала? – поджал я губы, снова начиная сердиться из-за того, что мама опять пытается контролировать мою жизнь.

- Нет… - начала она нервно ходить по комнате не зная, куда деть руки. – Я приехала мириться, но даже не знаю с чего начать. Да, я понимаю,что пять лет назад поступила как эгоистка, да и все последующие годы всеми способами пыталась не дать тебе закончить это училище, чтобы аннулировать твой контракт. Но пойми, мы с твоим отцом столько пережили, лишь бы ты только появился на свет. А тут твое любимое чадо само пытается засунуть голову в самое пекло!

- Мам… - попытался я влезть в ее поток, но мне не дали.

- Согласна, по сравнению с тем нападением некроносов, сейчас это всё так… цветочки. Но все равно, служба и сейчас крайне опасна. У меня же есть доступ к статистике, а там ужасные цифры, ежегодно десятки тысяч бойцов не справляются с психологическими нагрузками. И меня это пугает. Но все мои попытки тебя оградить от этого привели лишь к тому, что мы практически перестали общаться, а это еще хуже. Вот я и пришла извиниться, ведь теперь несмотря на все мои старания, у тебя появились обязательства от которых ты не сможешь отказаться минимум до конца первого контракта.

- Мам… - снова попытался я влезть, но маму уже как говориться понесло.

- Да… да… я понимаю что, скорее всего, на первом контракте ты не остановишься и в этом есть часть моей вины, я же сама тебе рассказывала истории о наших приключениях в Альфариме, надеясь воспитать в тебе правильны взгляды на жизнь… и довоспитывалась, блин. А когда я узнала, с чем пришлось столкнуться вашему выпуску, так чуть не вырвала все волосы этой крашеной сучке – твоей крестной. Может и удалось бы, но вмешался Волпер и нам обеим от него досталось. Хотя там очень много кому досталось, он прям таки взбешен был тем, что допустили такую ситуацию в принципе, а особенно, что в ту мясорубку бросили неопытных детей…

Я еще минут пять стоял как пришибленный, слушая, как мама пытается оправдаться передо мной. Еще пару раз я попытался влезть в ее практически монолог, но понял что это бесполезно. Но одно я понял очень хорошо: она не хотела, чтобы мы так сильно отдалились друг от друга, просто она слишком сильно меня любит, и считала, что делает лучше для меня, как могла. Да иди оно все в черту! Сделав пару быстрых шагов, я обнял маму и прижался к ней.

- Все мам, давай не будем… я тебя тоже очень сильно люблю!

Только так я смог остановить ее поток этакого самоистязания. Да, я до сих пор подозреваю, что это мама подстроила мое назначение, но, увы, пока что изменить место службы я не могу. Поэтому остается единственный вариант – это уже на месте попытаться перевестись. Но это все не стоит того чтобы снова ссориться с мамой, тем более когда она сама пришла вот так излить душу собственному сыну. Это раньше я бы уперся, но все меняется. Да и с опасностями службы, никогда не знаешь, когда в последний раз видишь собственную семью. Это я как-то в охранку попал, а мама и папа до сих в пор служат в боевых подразделениях скурфайферов.

А мама… она плакала, еще сильнее прижав меня к себе, но одновременно с этим и улыбалась. Дикое сочетание, улыбка и слезы. А дальше… дальше нас обоих как прорвало! Сразу захотелось столько всего рассказать, столько всего наверстать за упущенные года... Когда через два часа мама, вздрогнув, начала снова натягивать снаряжение, даже недопив чай, я с какой-то грустью осознал, что ее вызывают по службе, а мы так мало успели обсудить.

- Так, Криси, смотри мне, чтобы в следующий раз, когда загляну к тебе в гости, у тебя был нормальный синтезатор пищи, а то этот заказной фастфуд есть невозможно!

- Ну, ма-а-ам… - протянул я.

- Не мамкай! Раз с твоей службой ничего не поделаешь, то хоть питайся нормально. А то воспользуюсь своим более высоким званием и в приказном порядке позабочусь о тебе, – улыбнулась она и, чмокнув меня в темечко, для чего ей пришлось привстать на носках и слегка наклонить мою голову, продолжила. – Все я убежала на службу. Не забудь, в первый же увольнительный жду тебя в гости!

- Хорошо, мамуля.

Я так и остался стоять в дверях, смотря как, пробежавшись до посадочной площадки, она запрыгнула в ждущий ее там военный транспорт на гравитационных подушках. Хоть какой-то плюс сорокового этажа – есть своя посадочная площадка. Тьфу ты, какие глупые мысли, главное, что с мамой я вроде помирился. Взглянув на часы в интерфейсе, я бросился назад в квартиру, собираться.

Завтра нужно уже заступить на службу, а у меня есть еще одно незаконченное дело. Зарывшись в шкаф, обнаружил, что у меня совершенно не осталось вещей подходящих мне по размеру. Хорошо хоть транспортная сумка, отправленная курьерской доставкой перед пьянкой, ждет меня в ближайшем отделении. Точнее не меня, а моего звонка с сообщением, что я готов принять посылку. Пришлось потратить еще двадцать минут: пять на то чтобы созвониться с курьером через домашний сервер, и еще пятнадцать минут подождать доставку.

Дело близилось к вечеру, и мчаться к межуровневому лифту было бессмысленно. На подъездах к нему сейчас должна была быть жуткая пробка, из-за спешащего на третью смену народа, да и частично от тех, кто наоборот возвращается домой. Ладно, придется в кои-то веки воспользоваться своими небольшими семейными бонусами. Подхватив баул с вещами, куда засунул и форму, выбросил мусор в переработку и поставил дом на автоматическое обслуживание, а то скорей всего опять долго не смогу появиться в нём. Заскочив в вызванное роботизированное такси, ввел адрес.

Двери сразу же заблокировались, и салон наполнился красным тревожным светом. Вот почему большинство предпочитает живых таксистов. Роботизированное, в отличие от управляемых живым человеком, под полным, можно сказать тотальным контролем. И из-за введенного адреса такси заблокировало, превратив в миниатюрную тюрьму, а сигнал ушел на ближайший пост скурфайферов. Но все равно так будет быстрее.

- Представьтесь и назовите причину следования до введенного в навигатор адреса, – выехавшая панель засветилась эмблемой скурфов, а из динамика раздался голос дежурного.

- Капрал Крис Кей, направляюсь к телепортационной станции.

- Вы в курсе, что телепортационную станцию можно использовать только в служебных целях либо в случае экстренной необходимости?

- Не лимитированное разрешение на использование, код доступа «сальфор сорок семь тринадцать» с привязкой к личному идентификатору.

- Минутку, проверяю информацию.

В этот момент дежурный должен был отключить микрофон, но то ли кто-то из новеньких был за пультом, то ли просто обленились, но я спокойно услышал дальнейший разговор.

- Серый, ты глянь на это! – удивленно позвал кого-то тот же голос, что со мной общался.

- Охренеть! – ответил видимо тот самый «Серый». – Разрешение подписано и закреплено самим Волпером… Первый раз такое вижу.

- Идиоты! Вы гляньте на информацию по его родителям! – вмешался третий голос. – Это же сын Кварца и Кастры…

- Кхм… - кашлянул я, скривившись. Вот из-за таких ситуаций и не люблю я пользоваться своим положением. – Вы микрофон не отключили и я все слышу.

Резко наступила тишина, а спустя пару секунд донесся тихий, но отчетливый звук удара. Похоже, оператору, который со мной общался, прилетело от кого-то из товарищей или вообще от командира.

- Доступ к полету разрешен, счастливого вам следования! – раздался уже совсем другой голос, и такси было разблокировано. После чего дежурные отключились.

Вероятно, кого-то сегодня ждет пара нарядов вне очереди как минимум. Прости дружище, но я и так практически спас вашу задницу! Ведь разговор записывается, а наговорить вы сейчас могли слишком много. Если мне не изменяет память, то озвучивать в эфире информацию из базы данных скурфов строжайше запрещено. А именно это они и начали делать, хорошо хоть я вовремя их прервал.

Но с другой стороны удивление парня мне понятно. Система телепортов, найденная на минусовых этажах, крайне сложна в производстве. Даже сейчас, спустя двадцать лет, на каждом уровне всего лишь по десятку-полтора станций, и энергии они жрут прорву. Вот поэтому местонахождение станций телепортов засекречено, и любое передвижение достаточно близкое к ним тщательно отслеживается. Ну и естественно информацией о них обладает ограниченное количество людей, имеющих допуск достаточного уровня.

Ну а мне как обычно просто повезло родиться в нужной семье, и естественно заиметь такого классного крестного, который мне и подарил пропуск к телепортам на двенадцатилетие. Классно иногда быть мажором, хотя и пользуюсь я телепортом всего лишь третий раз. Увы, мне сегодня и завтра еще придется им воспользоваться, иначе не успею решить последний вопрос, который меня волнует.

Местоположение моего нового места службы не оставляло мне вариантов. Если передвигаться обычным транспортом, то чтобы успеть к завтрашнему утру мне нужно часов двенадцать, а это значит нужно прям сейчас собирать вещи и отправляться. Хотя и странно, что охранка расположена на минусовых уровнях. Но уверен и там хватает мест, которые нужно охранять. Но если подумать, то там их даже больше чем тут, а в идеале так возможно объекты находятся на поверхности планеты. Тогда вообще считай курорт.

Добравшись до телепорта, прошел идентификацию и проверку разрешения, проигнорировал бурчание про «понаехало всяких мажоров» и в три телепортации оказался в нужном мне месте. Четырнадцатый уровень, седьмая телепортационная станция. А вот тут, увы, такси не закажешь. На этом уровне все, в основном, передвигаются либо на служебном, либо на собственном транспорте.

Пришлось полчасика прогуляться пешком, любуясь местной архитектурой. Каждый дом был неповторим, что естественно, когда каждый владелец пытался выделиться на фоне других. Нет, в отличие от пятнадцатого уровня тут не было всяких усадебных домиков и прочего. Застройка хоть и была плотная, но здания были высотой в основном от пяти до десяти этажей, что на фоне остального Альфарима, уже выделялось.

Ну да, вспомнить хотя бы тот же пятый или шестой уровень, где самое маленькое здание имело двести-триста этажей, пытаясь максимально заполнить все свободное пространство, а большинство вообще строилось от одного перекрытия между этажами до другого. А на четырнадцатом живет так сказать элита, причем вперемешку, как просто богачи, которые смогли накопить достаточно денег, чтобы прикупить себе домик по местным ценам, так и те, кто сделал достаточно много для Альфарима, чтобы получить тут недвижимость в подарок.

Если верить истории, и тому, что мне рассказывали дома, а не верить этому у меня не было оснований, то получать в награду недвижимость на этом уровне стали только последние двадцать лет. А раньше тут могли себе позволить жить только богачи. Отсюда и растут ноги у недовольных взглядов на меня некоторых «аристократов», как эти ходячие кошельки сами себя называют. Ну да, на мне обычная дешевая одежда, слегка истоптанные ботинки и армейская сумка-баул, закинутая за плечо. Слишком сильно выделяюсь на фоне большинства, а тех, кто меня может легко узнать, в этом квартале вроде бы нет.

Добравшись до серой непримечательной коробки пятиэтажного здания и еще раз перепроверив адрес, приложил руку к дисплею звонка. Звука я не услышал, но судя по шуму за дверями, хозяева его прекрасно слышали. Подождав пару минут, я хотел было снова дать о себе знать, но дернувшаяся камера над входом показала, что все же на меня обратили внимание.

- Кого там мясоеды принесли? – раздалось из динамика над входом.

- Привет! – улыбнулся я в камеру. – Это я, Крис. Вот решил заглянуть на огонек, да извиниться за то, что начудил в детстве.

- Крис? Крис Кей? Администратор меня подери, малой! Ни фига себе ты вымахал! Сейчас открою… а нет, стоп, у тебя же панические атаки, так что подожди пока я зверинец свой разгоню по комнатам…

- Не надо дядя Раста, во-первых я это перерос, а во-вторых… - замялся я. – Во-вторых, о ваших питомцах я и пришел поговорить.

- Эм… ну ладно, заходи, – отъехала в сторону дверь. – Поднимайся сразу наверх, я на третьем этаже. Сумку бросай у входа, и это… не удивляйся, я как-то не ожидал гостей, так что у меня немного беспорядок.

Немного? Ну это он крайне приуменьшил. Буквально с порога меня встретил огромный такой бардак. Причем в доме было весьма чисто, на удивление. Раньше я думал, что такое сочетание невозможно, но теперь убедился в обратном. В видимой мне части дома не было ни грязи, ни пыли, но присутствовал глобальный беспорядок в вещах. Куски каких-то одеял, валяющиеся, где попало, элементы интерьера, лежащие явно не там где планировалось.

Но я быстро понял, почему так: вылетевший комок из двух сцепившихся друг с другом маленьких шитаку, добавили немного беспорядка и, развалившись, оказались двумя мелкими тельцами, которые умчались в другую комнату. А третья мордашка с зажатым в зубах маленьким одеяльцем любопытно уставилась на меня из-за косяка двери. Хмыкнув себе под нос, я сбросил сумку возле входа и поднялся к Расте.

- Еще раз прости за бардак, – встретил меня крепким рукопожатием Раста. – Так получилось, что у меня сейчас сразу четыре приплода подрастают. А мои старшенькие учат их как нужно вести себя… хотя, по-моему, ни я, ни они с таким количеством за раз не справляемся.

- Уррр… - грустно протянула одна из крупных кошек, крутящаяся возле Расты и, улегшись, накрыла морду лапами, как бы показывая какой ужас творится в доме.

- Но ты не волнуйся, даже котята тебя не тронут. Твоя мамка в свое время подкармливала этих засранцев своей кровью, пока те еще совсем слепышами были. Хотя Волпер тогда и запретил, но многие, пока он не видит, продолжали кормить до тех пор, пока мы полностью не подобрали рацион.

- Я это уже знаю, – пояснил я и, присев возле лежачей кошки протянул чуть вперед руку, но не трогал пока ее. – Прости, что я тогда вас испугался, мелкий был совсем, еще ничего не понимал.

Шитаку уставилась на меня умными глазами и спустя пару секунд осторожно ткнулась носом в руку. Видя, а точнее чувствуя, что я ни капли не боюсь, шитаку осмелела и, приподнявшись, сунула голову под руку, намекая, чтобы я почесал за ухом между чешуйками. Ого, странное ощущение, когда понимаешь, что от тебя что-то хотят, и при этом осознаешь что это не твои собственные ощущения.

- Дядя Раста, тут такое дело… - снова замялся я. – Я в детстве несколько раз слышал и даже запомнил, что вы сделали для шитаку слепки за счет собственных воскрешений. А буквально на днях один из поводырей сказал, что их репликация невозможна.

Шитаку у меня под рукой резко напряглась, превращаясь в каменную на ощупь статую, а подняв взгляд, я увидел, как скривился Раста.

- Эм… простите, если обидел, просто мне не дает покоя эта ситуация. Я хоть и не ляпнул тогда ничего поводырю, но мне по службе, думаю, еще придется с ними сталкиваться, и не хотелось бы неосознанно что-то не то ляпнуть.

- Ты что-то перепутал, или в детстве недопонял, – отведя взгляд, практически сквозь зубы сказал Раста, но не зло, а как-то… сквозь боль что ли

- Рррааауу! – снова ожила шитаку у меня под рукой.

- Нет! – резко повернулся к ней Раста.

Я не понимал что происходит, Раста и шитаку как будто вели беззвучный разговор, оставалось только с удивлением переводить взгляд с одной на другого. В итоге как я понял они пришли к какому-то взаимопониманию.

- Ладно, иди за мной, – сказал Раста и, протиснувшись мимо меня, пошел по лестнице наверх.

Я немного растерялся, но шитаку, боднув головой, поторопила меня. Поднявшись вслед за Растой на пятый этаж, прошел в крайнюю комнату, и едва успел переступить порог, как сразу же отшатнулся. Ко мне с рычанием метнулись две кошки, но на полпути врезались в энергетический барьер, который пошел волнами и помехами, но выдержал. Безумные глаза, капающая из пасти слюна и исходящая от них дикая жажда убивать, которая прям захлестнула меня.

- Знакомься, это Лили и Паулюс. Те два шитаку которые погибли, прикрывая меня собой, – с грустью в голосе указал Раста на беснующихся шитаку. – Вот только после репликации они все эти годы так и не признают ни меня, ни своих сородичей.

Как подтверждение, шитаку которая нас сопровождала, подошла к барьеру и положила на него лапу, но сразу же убрала ее когда запертые питомцы попытались ее атаковать и снова врезались в препятствие. А наша шитаку, посмотрев на меня грустными глазами, улеглась где сидела и прикрыла глаза, а я ощутил как накатывается спокойствие и умиротворение.

- Сати пытается их успокоить, – пояснил Раста, – но это редко удается. Однако мы все же пытаемся хоть как-то вернуть их.

Ну да, комната напоминала тюрьму, совмещенную с лабораторией. А Раста, похоже, проводит тут очень много времени. «Но что же могло произойти такого, что шитаку взбесились и атакуют своего же поводыря?» – этот вопрос я и озвучил.

- Не знаю… Никто не знает! Даже Сердце в этом не помощник. Когда Лили первая выбралась из репликатора, она чуть не задрала меня, а персоналу, прибежавшему мне на помощь, не повезло больше. Одиннадцать трупов буквально минут за пять. К появлению Паулюса мы уже успели подготовиться, но и то он едва не вырвался на волю. Такое ощущение, как будто слепок просто не загрузился в их сознание и это пустая агрессивная оболочка.

- Так может действительно что-то не так пошло при загрузке слепка?

- Согласно данным Сердца, все прошло штатно. Да и потом через пару лет было еще несколько подобных инцидентов среди первых поводырей. Слепок сознания грузится в мозг штатно, но я бы сказал, не приживается. Хуже всего, что у поводырей просто не поднимается рука на своих напарников, из-за этого прошла куча глупых смертей, пока не было принято решение о запрете слепков для шитаку.

- А все слепки не прижились или были исключения? – с надеждой спросил я.

- К сожалению, без исключений, – устало опустился на стул Раста. – Я уже много лет бьюсь над этой проблемой, но ничего не выходит.

Теперь я сожалею о том, что сунул свой нос в эту проблему. Если поводыри в большинстве своем не могут эмоционально пережить потерю своего напарника, то даже представить не могу, что пришлось вытерпеть Расте, когда его кошки вообще сошли с ума. Не знаю, что даже было бы правильней – давать пустую надежду остальным поводырям или продолжать их обманывать о невозможности сделать слепок. Это как с теми, кто психологически не выдержал, и выходят из репликатора, считай «овощем», родные и бросить не могут, потому что любят, оттого и ухаживают за ним, но при этом заодно и мучаются, потому что разума там уже не осталось…

- Пошли, угощу тебя хоть чаем. А то гости у меня бывают редко, а котятам полезно учиться сдерживать себя в присутствии посторонних людей. Заодно поболтаем за жизнь.

Глава десять: Новое место службы

Прибыв на минусовые уровни и сделав около трех десятков прыжков через телепорты, снова воспользовавшись личным пропуском, я завис на долгие десять минут, рассматривая открывшийся моему взгляду зеленый простор. Нам, конечно, показывали картинки искусственных полей и лесов минусовых уровней. Но одно дело видеть это все на голодисплее, а совсем другое наблюдать это все собственными глазами. А ведь на планете судя по урокам буйство растительности намного сильнее.

Я может стоял бы и дольше, но кожу на лице начало припекать под светом местных ламп, которые излучали не только обычный теплый свет верхних уровней, но и ультрафиолет так необходимый зеленой растительности для фотосинтеза. Мы хоть и получаем витаминный комплекс, содержащий в себе в том числе и витамин Д, но это не формирует привыкание самой кожи к ультрафиолетовому излучению.

Так что осталось свериться с навигатором и двинуться по одной из грунтовых дорог к части, где мне предстоит нести службу. Останавливаться приходилось каждые минут десять, пытаясь определить: какая из дорожек ведет в нужную сторону. Да пару раз пропускал проносящиеся мимо крупные агрегаты местных фермерских хозяйств.

По моим прикидкам мне топать было еще с час, и если придется так же часто останавливаться, то рискую, несмотря на хитрость с телепортами, все же опоздать в первый же день службы. Но, к счастью, очередное пылевое облако, догнавшее меня, оказалось не очередной фермерской техникой, а вполне знакомым и можно даже сказать родным бронетранспортером, на броне которого сидели бойцы в полной боевой выкладке и гермошлемах. Сойдя с дороги в траву, чтобы пропустить технику, я остановился на месте, наблюдая за их приближением, благодаря чему с легкостью заметил, как боец в передней части бронетранспортера постучал кулаком по шлему механа и, указав на меня, дал сигнал остановить машину.

- Прыгай, подвезем! – разблокировав забрало шлема и откинув его вверх, по-доброму улыбнулся мне командир группы.

Ну точнее я думаю, что командир, ведь сидит он согласно стандартному расположению пехоты в положении «На броне» на командирском месте, да и сигналы механу подавал именно он. Странно только, что жестами, не пользуясь внутриотрядной связью. Но вариантов может быть масса, может, отрабатывают передвижение в режиме полной тишины, может учения какие с массой ограничений. Ну или просто не хочет оставлять в записи переговоров команду о остановке брони.

- Я бы с удовольствием, но не уверен, что вы довезете меня до нужного места, – ага, тут бы самому не запутаться в этой куче переплетающихся дорожек.

- Не ссы, боец, доставим куда следует, – ухмыльнулся он. – В этом направлении только две части: охранка и через пару километров бригада планетарной пехоты. А ты, судя по форме, явно в одну из них направляешься.

- Ну, да не поспоришь!

Закинув сумку наверх, которую бойцы сразу переправили через люк в нутро бронетранспортера, ухватившись за транспортную скобу и протянутую мне для помощи руку, одним рывком забрался на броню.

- Спасибо, парни, думал, опоздаю, а тут вас как будто само Сердце в помощь послало. Мне, кстати, в охранку, если что.

- Ну так, брат, своих не бросаем, нам не тяжело, а тебе избавление от залета, минут за десять домчим до твоей охранки, нам еще пару петель поисковых сделать и тоже к себе на базу, вот мимо твоей охранки и идти будем, там и притормозим.

- Еще раз спасибо, парни!

- Да пустяк, ты только это, в броню лезь, а то весь серый от пыли приедешь.

Махнув рукой, показывая, что понял, нырнул ногами вперед в люк брони, где оказалось на удивление мало места. Весь десантный отсек тоже был забит бойцами. Кое-как уместившись на собственной вещевой сумке, попутно стукнув в несколько приветственно протянутых кулаков, что в армейской среде часто заменяло рукопожатие, практически сразу почувствовал, как техника покачнулась, поднимаясь на гравитационной подушке, из-за которой, собственно, и стояла такая пыль вокруг техники.

Вроде бы, в теории, гравитационная подушка не должна поднимать мелкие частицы в воздух, это же не воздушная турбина под днищем. Так оно, собственно, и было непосредственно под днищем техники. Вот только выходя из гравитационного колодца сразу за краем техники, из-за резкого скачка разницы гравитации между формируемой техникой и постоянной Альфаримской, мелкие легкие частицы подпрыгивали как бешеные, заряженные обратным коэффициентом гравитации, за счет которого техника и держалась в воздухе, это как два магнита одной полярности попытаться прислонить друг к другу. Буквально за доли секунды этот заряд развеивался, но этого времени хватало, чтобы подбросить пыль вверх, а вот объекты чуть более крупней за время прохождения техники не успевали набрать в себя достаточного заряда, так что оставались на месте.

- Ночные учения? – чуть повысив голос, перекрикивая гул генераторов, поинтересовался я.

- Не, патруль, – ответил рядом сидящий боец. – Вроде, вычистили весь уровень от всяких мутантов, но нет-нет, да вылавливаем тварь или парочку раз в несколько месяцев. Вот и приходится дежурным боевым группам патрулировать обжитую часть уровня…

Так слово за слово разговорились немного. Оказывается, парни из планетарной пехоты, а тут они проходят акклиматизацию перед или после отправки на планету. Учитывая, что их в бригаде четыре батальона, у них и получается, что пока один батальон на планете несет службу, другой тут на акклиматизации после планеты, третий отдыхает наверху, а четвертый тоже на акклиматизации, но перед отправкой.

Да и на планете у парней служба была не сахар, и даже не его заменитель, тоже постоянные патрули по выявлению и ликвидации пропущенных тварей некроносов, которые частенько выбирались из своих убежищ в поисках пропитания. Хорошо хоть обнаруженные матки вырезали все под корень, но те тоже хитрые создания, вон полгода назад нашли улей, который умудрился скрываться от поисковиков больше десяти лет. Так что ничего не стоило нарваться на одиночную мощную тварь, которая могла раскидать такой патруль минут за пять, особо не запыхавшись. Правда, и она не сильно дольше парней жила, туда сразу все тревожные группы стягивались. Но тем не менее рисков хватало.

Короче, когда парни меня высадили возле унылого контрольно-пропускного пункта в часть, огороженного обычным серым трехметровым забором, я чуть не завыл от досады, даже реально пару секунд глядя вслед удаляющемуся бронетранспортеру, раздумывал броситься за ними с криком: «Заберите меня к себе!». Пускай это и не фронтовая планетарная пехота, которая высаживается на подготовленные десантниками плацдармы, чтобы вступить в бой уже при поддержке легкой бронетехники. Но все же намного интересней, чем ходить в караулы по охране важных объектов.

Но это была лишь секундная слабость, а потом пришло понимание, что ближайшие полгода мне точно ничего не светит, это минимальный срок, после которого можно подавать рапорт о переводе. Редко, конечно, такие рапорта подписывают. Но тем не менее через шесть месяцев уже можно будет пытаться что-то изменить. Так что, закинув сумку на плечо и поправив общевойсковой скурфайферский берет, шагнул к дежурному, который уже не только успел меня заметить, а стоял прям в дверях, рассматривая меня.

- Капрал Крис Кей прибыл для дальнейшего прохождения службы, – представился я, разворачивая из интерфейса и делая видимым для посторонних свое предписание.

- Дежурный по КПП, сержант Бегма, – представился он в ответ. – Минутку, уточню по поводу вас.

Отступив вглубь КПП, открывая сектор стрельбы по мне двум бойцам, которых до этого не было видно за ним. Ого, а у них тут, похоже, строгий командир, даже в нормальных боевых частях редко увидишь, чтобы бойцы на пропускном пункте дежурили с оружием, тем более держали его так, чтобы в любой момент можно было одним движением взять меня на прицел. Ну, по уставу так и положено, но чаще всего бойцы на территории Альфарима просто забивают на это, да и офицеры не дергают их по этому поводу.

- Пухлый, проводи капрала Кея в строевую, – спустя десяток секунд распорядился дежурный.

Ну а мне оставалось только двинуться за отступившим чуть назад, открывая мне проход, бойцом ну и проследовать в местную строевую часть. Стоило мне только пересечь КПП, как уши слегка заложило, из-за чего я чуть не замер на месте. Такой эффект вызывает поле шумоподавления, крайне прожорливое в плане потребления энергии устройство, которое не выпускает звуки за территорию действия поля.

Блин, чем дальше в лес, тем больше странностей. Я даже не буду пытаться продолжать искать себе какие-то логические объяснения всему этому. Глухой забор, крайне бдительные бойцы, на КПП, которые в пункте постоянной дислокации, несут службу по всем статутам, рассчитанным на службу в боевых условиях, так еще и поле шумоподавления, попав во внутрь которого, я так и не услышал каких-то слишком выделяющихся звуков, чтобы было что гасить. Как любит изредка поговаривать мой крестный, подрабатывающий по совместительству верховным главнокомандующим: «Чем дальше, тем страньше».

В странности можно дополнительно записать еще и то, что помощниками дежурного по КПП стоит два капрала, да и за всю дорогу к строевой я не увидел ни одного рядового, только от капрала и выше. Не хотелось бы потом узнать, что я заблуждаюсь, но ощущение, что в этом батальоне нет никого ниже моего звания. А такое, насколько мне известно, практикуется только в специализированных подразделениях. Но, блин, каким нафиг специализированным подразделением может быть батальон охраны?

Хотя есть еще один вариант — это крайне «теплое» местечко, куда попадают только бойцы, имеющие неплохие связи или знающие «нужных» людей, которым можно «дать на лапу». Тогда да, командир может просто протаскивать звания при любой малейшей возможности. Только это фарс для богатеньких. Если копнуть чуть глубже под звания, что доступно достаточно большому количеству офицерских должностей, то сразу становится видно: кто тебе присвоил звание, командир какой части, вышестоящее командование или вообще непосредственно само Сердце. Ну и отношение к тебе и твоему званию становится соответствующее.

За небольшую прогулку по территории части склониться к одному из двух вариантов я так и не смог. Ну а как тут что-то можно понять, если увидел только плац чуть в стороне да пару десятков военнослужащих, а потом бетонная коробка модульного здания, и ожидание в коридоре, пока в строевой освободятся, чтобы меня принять. Хотя небольшая странность и тут умудрилась вылезти, обычно сопровождающий, доведя до нужного места, удалялся к себе на пост, но боец, который привел меня сюда, так и остался стоять возле дверей строевой.

Нет, он не вытянулся по стойке смирно, а занял расслабленно-скучающую позу, вот только рук с оружия не убирал, и нет-нет, да окидывал меня цепким взглядом, задерживая его на разных элементах одежды и моей сумке. Хорошо хоть ждать пришлось недолго, буквально через пять минут меня пригласили в кабинет, а бойца отпустили.

В строевой меня промурыжили чуть больше часа: оформление документов, пропусков, нахождение распорядка дня подразделения, к которому я приписан, а потом пошел ворох файлов, требующие моей цифровой подписи перед тем, как я приступлю к своим непосредственным обязанностям. Больше всего меня удивило подписание допусков к третьему уровню секретной информации, но зато я хоть узнал, что меня ставят на должность штатного снайпера второго отделения, первого взвода, второй роты.

Но всему рано или поздно приходит конец, как и пришел конец бюрократии в строевой. Мне выдали маршрут к расположению моего взвода и практически силком выпихали из кабинета. Это все при том, что все мои вопросы упорно игнорировали, ссылаясь, что во взводе мне все доведут. Ладно, Сердце с ними, пойду тогда знакомиться со своим новым командиром и уже его задалбывать накопившимися вопросами.

Немного попетляв по территории, я остановился перед крупным корпусом, ожидая увидеть казармы как минимум роты, а то и всего батальона, но, судя по голографической вывеске, все это здание выделялось под один лишь взвод. Шикарно живут, ничего не скажешь. Приложив руку к сканеру, взмолился Сердцу, чтобы строевая успела внести мои данные в базу части, и мне не пришлось стоять как дураку перед автоматическими дверями. И с облегчением выдохнул, когда сенсорное табло, мигнув зеленым, активировало открытие двери.

Сразу за дверью обнаружился тамбур с лестницами по обеим сторонам, ведущими на второй и третий этаж. Замерев на секунду, пытаясь сообразить: куда мне лучше дальше двигаться, все же решил идти дальше по первому, тем более судя по азартным выкрикам большого количества голосов, львиная доля собралось где-то впереди, там как минимум смогу уточнить, где тут обитает командир взвода.

Здание было спроектировано по типичной армейской схеме. Сразу за тамбуром большое общее помещение, рассеченное пополам центральным проходом из темно-бордового пластика, левая половина зала отдана под прием пищи, а в правой обычно стояли столы, наподобие парт, и стулья без спинки для свободного времяпрепровождения, ну и заодно занятий. Только в этом взводе их заменяли мягкие диванчики на трех человек каждый с небольшими низенькими столиками перед ними.

На этих диванчиках сейчас и расположилось пять человек, все внимание которых было сейчас поглощено трехмерной проекцией развернувшейся баталии «воздушного боя», тактической игры, партию которой сейчас и разыгрывали двое из этой пятерки.

- А… Простите, а где найти старшего лейтенанта Келчи, командира первого взвода.

На меня даже не посмотрели, просто махнули рукой вглубь этажа, откуда и доносились азартные выкрики. Ну и где за перестенком и собрались, похоже, все остальные, раз я даже отсюда вижу с пяток спин, видно, не поместившихся в кубрике зрителей. А то, что это были зрители, а заодно и группа поддержки, не оставалось сомнений. Подойдя ближе, обнаружил во втором кубрике небольшой тренажерный зал, где сейчас на одной паре брусьев лицом друг к другу отжималась некрупная девушка с стальным тросом, натянутых мышц, которые сейчас проступали от напряжения, и здоровяк под сотню килограмм живого веса, которого можно было охарактеризовать двумя словами: «Гора мышц».

- Раз! Два! Раз! Два! – задавал ритм щуплый низенький паренек, с бегающим взглядом.

На каждый счет девушка и бугай синхронно опускались и поднимались, делая очередной жим. Судя по напряжению, обильно текущему поту и трясущимся рукам обоих, они на брусьях уже давно и вот-вот кто-то из них первым сдастся. Хм… я, если честно, приятно удивлен, если тут народ следит за своей физической формой, то это в моих глазах большой плюс всему подразделению, в целом, и командиру, в частности.

- Ты что тут забыл, малец? – обратила на меня внимания одна из немногочисленных девушек, собравшихся тут.

- Ищу старшего лейтенанта Келчи.

- Кел, тебя тут какой-то малец спрашивает, – бросила она в сторону брусьев, даже не отводя от меня взгляда, только чуть голову повернув.

- Лиса, мясоеда тебе в постель! Не отвлекай командира, тут буквально пара подходов до победы осталось, – огрызнулся кто-то из толпы.

- Раз! Ииии…. – второго счета не прозвучало, бугай не смог выдавить свой вес наверх, так и рухнул на маты под брусьями.

А вот девушка, закончив подход, легко соскочила на ноги и, в несколько движение растерев мышцы на руках, которые, похоже, почти свело от напряжения, помогла подняться здоровяку.

- Иии… в очередной раз побеждает наш командир. А весь взвод радостно ликует в ожидании вечернего торта, который выиграла наша непревзойденная Кел. Кто забыл, напоминаю, на кону стоял пятикилограммовый красавец, приготовленный нашим главным батальонным поваром собственными руками, пускай и из продуктов, полученных из синтезатора пищи…

Старлей уже не обращала внимание на разошедшегося паренька, а, поймав брошенное ей полотенце, на ходу вытирая пот, двинулась ко мне. Кхм… не смотреть на сиськи… не смотреть на сиськи… да блин, они как будто примагничивают мой взгляд, я едва справился с тем, чтобы перевести взгляд выше на лицо своего нового командира.

- Тебе чего, парень? – подойдя ближе, спросила Келчи.

- Капрал Крис Кей прибыл под ваше командование для дальнейшего несения службы. – отрапортовал как положено я.

Командир как стояла, чуть склонив голову, растирая полотенцем шею, так и замерла, только зрачки забегали похоже в поисках файла в интерфейсе, который ей должны были скинуть из строевой. Следя за ее зрачками, я практически проследил весь путь ее взаимодействия с интерфейсом, вот она нашла нужный файл, и зрачки замерли в одном положении в ожидании, пока файл развернется, а потом забегали слева направо с умопомрачительной скоростью.

- Пи****! – практически сразу выдала она, из-за чего в кубрике резко наступила гробовая тишина.

Похоже, командир матом ругалась крайне редко, иначе я не могу объяснить, почему все замерли с крайне удивленными выражениями лица. А лица всех мне были прекрасно видны, ведь каждый боец сейчас пялился в нашу сторону, хотя буквально секунду назад сюда никто даже не косился.

- Так ты за мной, – ткнула Кел в меня пальцем. – Остальные по местам согласно графика занятий.

Не дожидаясь ответа, старлей развернулась и широким шагом пошла в глубь здания. Где в самом конце напротив оружейки обнаружился кабинет командира взвода. Указав мне на стул и скомандовав «Сядь», командир уселась напротив за свой стол и, сцепив пальцы в замок прям перед собственным лицом, уставилась поверх них на меня. Но видела она сейчас, похоже, не меня, а мое досье, которое она на этот раз изучала очень медленно и крайне внимательно.

- Фух… - тяжело выдохнула она. – Слушай сюда, парень, и очень внимательно, два раза повторять не буду. Если ты думал, что попал в тепленькое местечко, ты глубоко заблуждаешься, хотя учитывая твою «за боевые», для тебя это не станет трагедией века. Но тем не менее у меня крайне жесткие требования к каждому бойцу, из-за чего твоя должность вакантной провисела почти год, несмотря на то, что комплектация нашего штата идет по категории А, и сюда попадают только бойцы с большим боевым опытом. Я понятия не имею, почему Сердце решило, что ты подходишь, но мне это безразлично. Один косяк с твоей стороны, или мне не понравится уровень твоей подготовки, и вылетишь из взвода со скоростью лазерного выстрела. Я доходчиво объясняю?

- Так точно! – моментально отозвался я.

- Девяносто процентов того, чему тебя обучали в училище, можешь смело забыть! Не потому, что там учат плохо или неправильно, просто эти знания не подходят под задачи, которое ставит перед нами командование. Первые пару месяцев будешь работать в паре с Шаксом, снайпером из третьего отделения. Второе обходилось без снайпера почти год и еще пару месяцев потерпит. Считай, у тебя испытательный срок, честно, я бы вообще выпнула бы тебя из подразделения прям сейчас, но даже с моей шириной полномочий не могу игнорировать прямой приказ Сердца. Но говорю сразу в глаза, я ухвачусь за любой повод от тебя избавиться, мне не нужны вчерашние студенты, которые знают только как мамку звать в первой же серьезной заварушке.

- Разрешите… - решил я вмешаться в ее монолог.

- Что? – и так глянула на меня, что мне захотелось добровольно облиться плазмой, чтобы даже пепла не осталось.

- То, что вы не простая охранка, я уже понял, но хотелось бы понять, чем же реально занимается наш батальон? – озвучил я свои подозрения.

- После испытательного срока узнаешь, ну либо на первом реальном задании, а пока веры тебе нет, особенно на фоне того, что у тебя часть информации в личном деле под грифами секретности, которая даже с моим допуском не раскрывается.

- Командир вызывали? – в открывшуюся дверь заглянула та девушка, которую назвали Лисой.

- Да, принимай пополнение в свое отделение на вакантную должность снайпера. Но он пока на испытательном будет под присмотром Шакса. Но койку выделить, в распорядок поставить, снаряжение согласно полной норме на него получить. Ну и, естественно, ввести в курс дела по минимальной схеме.

- Командир за что? Чем я так согрешила? Он же пацан еще, что он там пороху-то понюхал…

- Хуже Лиса, все намного хуже. Он вчера только из училища выпустился.

- Но… Эм… Это ведь… Командир, КАК? – выражение офигивания на лице Лисы я даже не берусь описать словами.

- А вот так! – развела руками Кел. – Но не все так плохо, в личном деле отметка о совместной операции с Центурионами, датированная последней ликвидацией, и на груди болтается «За боевые» по результатам операции.

- Хм… - Лиса, прищурившись, окинула меня новым взглядом. – Ну тогда пощупаем за мягкое место, из чего сделан нынче молодняк.

- Всё, забирай подчиненного, как разместишь, ко мне на совещание и захвати Лето с Тифом, а я пока созвонюсь кое с кем, и возможно еще кое-кому набью наглую рожу за такие подставы.

Охренеть, мало того, что я попал в какое-то совершенно непонятное подразделение, из которого меня с удовольствием вытурят при первой же возможности, так еще оба непосредственных командира — девушки, которых на весь взвод, если я правильно подсчитал, всего пятеро. Блин…