Обложка Возьми мое сердце, красавица. П.С. Твое Чудовище

Возьми мое сердце, красавица. П.С. Твое Чудовище

Марина Дамич

0% прочитано
Стандартный
Марина Дамич

Возьми мое сердце, красавица. П.С. Твое Чудовище

Глава 21. Камилла

До этого дня я не думала, что такое возможно. И что я больше всего буду этого опасаться.

Но это случилось.

Диана вернулась.

Она и раньше, бывало, приезжала в гости. Раз в два года. Но я старалась с ней не пересекаться и жить в это время в городе у бабушки.

Но в этот раз отец потребовал, чтобы все члены семьи встретили Диану достойно и с почестями.

— У нее сложный период и мы должны ее поддержать, — отец вышагивает перед нами, как командир на построении. Правда, в светлом поло и брюках он выглядит чуть мягче. Обманчиво мягче. – И сделать все, чтобы она вернулась к мужу. Кроме финансовой стороны, есть публичная. Нашей семье не нужны скандалы.

Я не могу оторваться от его сцепленных в замок рук за спиной. Врет и сильно нервничает. Его бесит эта ситуация, но он сдерживает себя. Это меня можно ударить. Диана при любом раскладе останется любимой дочерью, что бы она ни натворила.

Бабушка сидит в кресле с ровной и напряженной спиной. Рената тоже нервничает, без остановки таращась в окно в ожидании. Все же это ее дочь и думаю, что за нее она переживает по-настоящему. И даже без бокала с вином в руке.

— Надеюсь, она вернулась не из-за Громова, — бормочет бабушка и тут же ловит на себе гневный взгляд главы семейства.

— Вы меня все довести хотите? Я закопаю этого гаденыша, если он хотя бы на шаг приблизится…

Я не слушаю дальше поток ругательств.

Снова и снова прокручиваю фразу Кирилла в голове.

«Я думал, меня ничего не держит в Москве, а оказалось все не так просто».

Почему его планы изменились? Из-за чего он решил остаться? Или Диана связалась с ним и попросила о встрече? Может… они захотели попробовать снова?

Кирилл не похож на того, кто с легкостью будет прощать прошлое и начинать отношения заново. Но вдруг их любовь до сих пор жива?

Громов учинил запоминающийся скандал на свадьбе Дианы. Ему было очень больно. Очень.

И это было… красиво. Слишком.

Он заменил музыканта за роялем и спел прощальную песню Диане, а затем пожелал новобрачным долгих и счастливых лет супружеской жизни. В своей манере – с сарказмом и матами. Кирилл был мертвецки пьян, но прекрасно соображал, что делал. Я до сих пор слышу эту песню у себя в голове. Его завораживающий голос царапал до мурашек и слез. Его прощальные слова всем разбили сердце в тот день.

Ноа сохранил в тот день лицо и сделал вид, что ничего не произошло. Даже не представляю, что происходило за дверьми супружеской спальни. Как Диана объяснила поведение своего бывшего парня? Если Ноа Лаваль хотя бы вполовину жесток, как мой отец, ей пришлось не сладко.

Не просто же так она сбежала из Франции и подала на развод?

И именно в тот момент, когда Кирилл вернулся и вступил в наследство. Теперь его возможности безграничны. Он быстро распродаст всю недвижимость и активы и станет баснословно богатым и завидным женихом.

Уже стал.

Интересно, Кирилл по-прежнему связан с музыкой или эта его часть давно в прошлом? Чем он будет заниматься, когда навсегда покинет Россию и вернется в любимую Америку?

Каков новый Кирилл не знает никто.

И нет никаких гарантий, что Диану не притянет к нему магнитом, даже если Кириллу она не нужна.

Точно также, как и меня тащит в его присутствии…

Кирилл жаждет мести, и теперь Диана, а не я – идеальная для этого кандидатура. Двойной удар. И Азаровым, и самой Диане.

Если они расстались с Ноа, она наверняка будет искать встречи с Кириллом даже вопреки отцовскому мнению. Это будет конец всему.

Я потираю озябшие плечи. Кондиционер слишком сильно холодит.

Зачем я думаю о ненужных мне вещах… Мне просто нужно набраться терпения. Но как же больно при одной только мысли, что Кириллу я не нужна…

Камилла, глупышка! Вспомни, что рассказывала бабушка!

Как он переживал и лично отвез меня в больницу! И потом… это хрустальное сердце…

Нет, я отказываюсь верить, что все это игра.

А может, все же начать бороться за себя?

Рената вскрикивает, заметив в окне подъехавшую к главному входу машину. Мы все, как послушные солдаты, идем в холл и, выстроившись в линию, ждем возвращения блудной дочери семейства Азаровых.

Я до боли кусаю нижнюю губу.

И да… то, что я вижу полностью оправдывает мои опасения.

Большая двустворчатая дверь открывается. Телохранитель пропускает внутрь мою сестру с ее сыном.

Диана роскошна. Как всегда.

Вся в белом. На ее лице сияет нежная и обманчиво милая улыбка. Светлые волосы уложены идеальными волнами и переливаются от утренних лучей солнца. Рядом с ней темноволосый мальчик, ее сын, маленький Даниэль. Он держит за руку маму и с любопытством таращится на странных взрослых.

— Дианочка, солнышко! Я так рада тебя видеть! – Рената сгребает в объятия Диану

— Ох, какой крепкий малыш! Наша надежда и гордость! — отец подхватывает Даниэля на руки и смеется.

Я никогда не видела отца таким – заботливым, участливым. И хоть он не в восторге от новости, что Диана хочет развестись, он умело это прячет в себе. Он сделает все ради того, чтоб его дочурке и внуку было хорошо.

Все, для того, чтобы создать видимость, что в нашей семье все хорошо.

Диана переходит от Ренаты к бабушке.

— Милая моя, какая же ты красавица! Ты цветешь и пахнешь. И дай я обниму своего правнука! – бабушка с любовью встречает их обоих. В ее сердце нет места злобе. Она любит всех. Это ее родные и семья.

Я стою на месте.

Во рту появляется горечь. Я смаргиваю слезы.

Меня никто никогда так не любил, кроме мамы. Я никогда не была им нужна по-настоящему. Даже бабушка любит Диану куда сильнее, чем меня.

И если меня насильно выдадут замуж за Егора, у меня никогда не будет любящей семьи.

Ни сильных и крепких рук мужа, ни красивых и непоседливых детей.

У меня нет будущего, кроме жалкой надежды на Кирилла.

Пора становиться сильнее, Ками. Пора обрезать эти связи. Даже если это твоя кровная родня.

— О, Ками, ты так выросла! Привет! – Диана снисходительно поцеловала меня в щеку, возвышаясь надо мной на целую голову на своих каблуках.

С Громовым они всегда смотрелись вместе роскошно. Они были яркой и заметной парой, все пророчили им любовь до гроба.

Нет, я не отдам Диане то, что теперь принадлежит мне. Пусть и в моем воображении. Я найду способ стать единственной для Кира. Даже если он будет сопротивляться. Заберу его сердце и взамен отдам свое. Пусть только попробует его разбить!

— А ты стала такой взрослой дамой, — едко отвечаю я сестре. Диана невесело смеется, но в ее взгляде я читаю напряжение.

Ну, что ж, с возвращением домой, сестра.

Или соперница?

Глава 22. Камилла

Я бегаю от одной аудитории к другой. Из-за своего отсутствия я не смогла выбрать организацию для прохождения практики. Теперь приходится искать своего декана по всему универу, чтобы забрать у нее направление и понять, как двигаться дальше.

Только это все равно бесполезно.

Отец дал ясно понять, что доучиться я смогу только в том случае, если мне позволит мой будущий муж. С каких это пор я оказалась в этой реальности? Неужели и правда все решено и мне придется выйти замуж за Курагина? Он мне даже не нравится! А уже считает, что я принадлежу ему.

Настаивает на встрече, названивает и написывает, но я исправно его игнорирую.

Я жду звонка от другого человека. Он обещал вернуться. Но время подходит к пяти, а от Кирилла по-прежнему нет новостей.

Потеряв всякую надежду найти декана, я возвращаюсь в деканат.

— Азарова? Где ты ходишь? Если сейчас не получишь распределение к руководителю практики, то будешь потом сама искать и уговаривать преподавателей, кто согласится тебя взять! – сходу меня ругает декан.

— Я искала вас, Антонина Дмитриевна! – пытаюсь оправдаться, но она с сомнением смотрит на меня поверх очков в ярко-красной оправе.

— Я что, похожа на единорога? Где можно найти декана, кроме деканата? – фыркает она. Секретарь хихикает, но тут же делает вид, что очень сильно занята важной работой и клацает ногтями по клавиатуре с громким ходом.

— Простите…

— Где пропадала всю прошлую неделю? У нас экзамены и зачеты вовсю, а ты…

— Я справку отдала секретарю. У меня сотрясение было. В больнице лежала.

Антонина Дмитриевна закатывает глаза, не веря мне.

И правда, что стоило мне, дочери Азарова, добыть справку из частной клиники Княжинского?

— Завтра утром принеси курсовую по формированию бренда. Я поговорю с Козловской, чтобы ты защитилась завтра.

— Утром?

— Да, в десять.

Курсовая у меня почти готова, но мне осталось лишь оформить ее, внести правки, распечатать и красиво подшить. С неуверенностью смотрю на часы.

— Что такое, Азарова? Козловская будет твоим научным руководителем по производственной практике. Ей нужно понять твое мышление. А если ты не готова…

— Я готова! – выпаливаю, сжимая ремешок рюкзака. Ноут у меня с собой. Правда, я не ела еще ничего с самого утра. Устроюсь где-нибудь в кафе и поработаю.

— Давай. Не опаздывай!

— А направление на практику и задание…

— Я пока еще не распределила тебя. Завтра после защиты курсовой все выдам тебе. Все, Азарова, время!

Антонина Дмитриевна пальцем указывает на часы на запястье. Ясно. Рабочий день закончился.

У меня он, похоже, продолжится. Надеюсь, успею до утра.

Зато у меня прекрасный повод остаться сегодня в Москве у бабушки в квартире.

Я не хочу возвращаться в дом, где все носятся вокруг Дианы и ее сына. А еще она узнала, что Кирилл был у меня на дне рождения, и не только… Пыталась вывести меня на разговор, но я ее полностью проигнорировала. И каждую секунду рядом с ней я чувствую, как она прожигает взглядом дыру во мне. И ненавидит. Совершенно точно.

Сказать, что мне некомфортно в поместье Азаровых – ничего не сказать. Рената, отец, Диана – просто комбо! Странно, что на воскресный ужин Егора не пригласили, чтобы окончательном меня с ума свести.

Бабушка все время ворчит, что я веду себя неправильно, ведь Диана моя сестра, и она так редко приезжает. Нужно быть добрее и гостеприимнее. Ну, вот и буду. Подальше от всех.

Звоню отцу, чтобы предупредить его о навалившейся учебе после пропуска, но он рявкает на меня, чтобы я не отвлекала его по пустякам. У него полно работы.

Я так понимаю, что, в целом, ему, как и раньше, глубоко плевать на меня и мое местонахождение. Выхожу на улицу и улыбаюсь мягкому вечернему солнышку. Может его угрозы выдать меня замуж и вообще вся эта ситуация – беспочвенны?

Нет, самая большая ошибка – недооценивать Альберта Азарова. Лучше пользоваться моментом здесь и сейчас. Отзваниваюсь бабушке и предупреждаю, что останусь в городе.

— Камилла, ты мне как раз очень нужна. Звони Егору и договорись с ним о встрече, — запыхавшись, лепечет бабушка.

— Ба, ну, хотя бы ты не начинай! – мое хорошее настроение вмиг улетучивается.

— Договорись с ним о встрече в кафе.

— В каком?

— Я не знаю! Ками, ты раньше часто за Дианой таскалась, и наверняка помнишь, где они собирались компанией после учебы. Ты же в университете сейчас?

— Только вышла, — вздыхаю. – Ба, что случилось? Ты можешь объяснить?

— У Дианы свидание там с Кириллом! – истерично шепчет бабушка в трубку.

Телефон выскальзывает из рук. Я едва успеваю его поймать, взмахивая руками.

— Ба! Ты шутишь?

— Нет! Я слышала, как они договаривались по телефону. Я просила Диану остановиться!

— Надо было сказать отцу, и она бы осталась дома.

— Тогда и тебя он посадит на цепь. Вместе со своей любимицей. Ты разве не видишь, что он проецирует на тебя все, что творила Диана?

Это очень странное проявление заботы. Но я больше ничему не удивляюсь. Ведь сейчас бабушка просит меня подставиться, чтобы уберечь Диану от необдуманных действий. А что произойдет потом с Камиллой – неважно.

И позвать на это веселье неуравновешенного Егора? Что он со мной сделает в приступе ревности?

Супер, ба. Спасибо.

— Я знаю это кафе. Я как раз собиралась туда пойти поесть и поработать над курсовой. Завтра защита, — холодно отвечаю. – Справлюсь без Егора.

— Позвони мне потом. Я переживаю. Как только закончите, Сергей отвезет вас домой.

— Диану. Я останусь в Москве. Отец в курсе, если что.

— Хорошо. Главное, спаси Дианочку.

Конечно, она переживает за свою любимую внучку, которую еще помнит с младенчества. А я так…

Впрочем, неудивительно, что от меня пытаются избавиться, пристроив в семью Курагиных. Свою совесть они все очистили, вырастив и обеспечив меня. Чувства и любовь в списке не значились. Даже Ба, стоило появиться Диане, в значительной степени охладела ко мне.

Да и плевать.

Какого черта Кирилл встречается с Дианой?

И мне даже не позвонил и не сказал, что приехал!

А может, он, как и Азаровы – перестал меня замечать, как только на горизонте замаячила моя старшая сестра?

Ни один из предполагаемых ответов в моей голове мне не нравятся.

Глава 23. Камилла

Я излишне сильно хлопаю дверьми, ввалившись в кафе. Хостес сразу же обращает внимание на меня.

— Здравствуйте! Вы бронировали столик? – спрашивает у меня девушка в форменном зеленом фартуке и с тугим узлом из волос на голове.

— Нет, — холодно отвечаю и осматриваю зал в поисках Кирилла и Дианы. Вдруг я неправильно поняла, и они встречаются в другом месте?

— К сожалению, у нас все столики заняты… — виновато хлопает глазами хостест.

В этот момент спотыкаюсь взглядом за парочку, занявшую столик с диванами у окна. Отлично! Места много и розетки есть.

— Меня ждут, — растягиваю губы в улыбке кровопийцы.

Чувствую себя ревнивой женой.

Кирилл мне ничего не обещал. Почему себя так веду?

Нет, а к чему тогда роскошные букеты, сердца хрустальные с сертификатом на что угодно?

У Дианы был шанс быть с Киром! Она сама его упустила! Сама виновата!

Кира я ей не отдам! Пусть катится обратно в свою Францию!

Хостес нервно оглядывается на парочку. Диана сидит лицом ко мне, а Кир напротив нее, спиной ко входу. Поэтому меня физически не может заметить.

Именно в этот момент Диана тянется через стол и касается руки Кира.

У меня сейчас дым из ушей повалит!

Вот же! Ба! Раньше позвонить не могла?

Кирилл руку не торопится убирать.

— Принесите меню за тот столик у окна. Я ужасно голодна, — прошу хостес и, обойдя девушку, широкими уверенными шагами дохожу до своей цели.

Останавливаюсь возле Кирилла.

Он еще не замечает меня, но снимает с себя руку Дианы.

Какой умничка! А то его кола со льдом оказалась бы у него на голове примерно через секунду.

— Камилла? – замечает меня Диана. – Что ты здесь делаешь?

Кирилл резко оборачивается и с интересом разглядывает меня. Похотливо оценивает с ног до головы. Бессовестный! Негодяй! Чудовище!

Как на эту ситуацию не посмотри – ужасно. И перед любовью всей его жизни ему должно быть максимально стремно оценивать другую девушку.

И передо мной. Он выбрал встречу с Дианой, а не со мной, и позволяет себе такие взгляды?

Закопаю!

Уф! Не думала, что гены моего отца рано или поздно дадут о себе знать.

— Привет! Есть хочу. Столики заняты, — бросаю сестре. – Вы продолжайте, я вам не помешаю. Двигайся, Кир.

Да, я нарочно выбираю место рядом с ним.

Диана заживо сожгла бы меня, если бы умела испепелять взглядом.

Кирилл двигается, но не так, чтобы сильно. И делает это нарочно. Места мне хватает, но наши бедра соприкасаются. Эта скотина специально широко расставляет ноги, чтобы я себя чувствовала неловко.

Не позволяю себе рассматривать его. Я и так понимаю, что выглядит он потрясающе и сногсшибательно. И пахнет от него до умопомрачения космически.

Как же жарко рядом с ним!

Снимаю с себя короткую джинсовку, оставшись в одном топе. Специально толкаюсь локтями и задеваю Кирилла.

— Камилла, ты сейчас серьезно? – наконец-то вспыхивает Диана. Ее резкие истеричные нотки режут слух. Мы с Киром переглядываемся и оба морщимся.

Оказывается, у первостатейной красавицы есть недостатки. Она трясет своей гривой и откидывает волосы одним изящным движением за спину.

— А что не так? – делаю вид, что не понимаю, о чем она спрашивает. Копошусь в рюкзаке и достаю из него ноутбук и ставлю на стол перед собой. Черт, я забыла его подзарядить. Но провод у меня с собой.

— Мы вообще-то с Кириллом разговариваем.

Прозвучало, конечно, как «ваааапщетааа».

Уф, так бы и ткнула ее пальцем в глаз, чтобы в себя пришла.

Но она наклоняется и вываливает содержимое декольте своего молочного платья на стол. Прямо напротив Кирилла.

Я равнодушно разматываю зарядку от ноута и перетягиваюсь через Кира, уперевшись ладонью о его бедро. Не могу попасть в розетку под столом. Приходится наклониться чуть ниже.

Кир явно устает от моих попыток и перехватывает руку вместе с вилкой от зарядки и четко направляет в розетку.

— Вставилось? – уточняет он меня где-то над ухом.

— Угу, — бормочу, краснея, как помидор.

Надеюсь, он имел в виду розетку. И провод. Что еще и куда можно вставить?

— Что-то ты разрумянилась, — усмехается он, заметив мою реакцию.

— Жарко. И мне нельзя так низко наклоняться после сотрясения. Я совсем забыла.

В голове и правда звездочки летают.

Кир вмиг становится серьезным.

— Тебе плохо?

— Не парься, — отмахиваюсь, вводя пароль от входа в системное меню. – Вы не отвлекайтесь. Представьте, что я элемент декора, — говорю сестре. – Как вот эти цветы, — указываю на ромашки в тонкой вазочке на клетчатой скатерти.

У Дианы кривится лицо и отвисает челюсть, а я, тем временем, погружаюсь в курсовую.

Кир вытягивает руку поверх спинки дивана позади меня и принимает обманчиво расслабленную позу.

— Ну, так что ты хотела мне сказать? – возвращается к теме их разговора Кирилл. – Мы закончили на том, что ты разводишься и твой брак был ошибкой. И ты очень скучала по мне. Я ничего не напутал?

Диана ловит ртом воздух, но продолжает сидеть на месте. Гордость не позволит ей соскочить первой и убежать, поджав хвост.

— Ваше меню, — очень вовремя подходит ко мне официант. – Когда вы будете готовы сделать заказ?

— Сразу! Я хочу суп! Какой у вас самый свежий?

— Ну, у нас есть куриный…

— Принесите. Положите в него зелени. Побольше. И хочу пасту с креветками. Как она у вас там называется…

— «Ди маре», — умничает официант.

— Точно. Но ее после супа. А чай и пирожное принесите сейчас.

— Какое пирожное хотите?

— Медовик, — улыбаюсь Диане.

Специально заказываю все аллергены, которые ей противопоказаны. Не знаю, зачем. Испытываю какое-то особенное удовлетворение и превосходство.

Я могу есть медовик, а она нет.

Я могу щупать за коленку Кирилла, и мне ничего за это не будет.

А она — нет.

— Что-нибудь еще?

— Мне тоже чай и медовик принесите, — просит Кирилл.

Официант все послушно записывает и оставляет наше трио от греха. Любой человек, глядя на нас, неминуемо почувствовал бы приближение бури.

— Кирилл, может, поговорим в другой раз? – спрашивает Диана, зыркая на меня.

Я же в это время очень увлеченно переписываю один абзац во введении, с излишним энтузиазмом клацая по клавиатуре ноутбука.

— Нет. Я предупредил тебя сразу, что встречусь с тобой только один раз. Если ты хочешь что-то сказать – говори сейчас.

Кирилл тоже над ней издевается?

Украдкой смотрю на него.

Создает видимость, что спокоен. На деле – челюсти сжаты, взгляд исподлобья тяжелый. В его стиле, как он может. Фирменный такой взгляд Кирилла Громова, от которого хочется спрятаться.

Диана ерзает и накидывает на плечи белый пиджак.

— Неужели все то, что было между нами – ложь? – всхлипывает Диана.

Я удивляюсь, с какой скоростью ее глаза наполняются слезами. Восхитительное актерское мастерство.

Продолжаю клацать по клавиатуре полную абракадабру.

— Это было пять лет назад. И это ты бросила меня. Какие могут быть чувства? Очнись! — бросает он ей. Но я вижу, как он напряжен. Кир убирает руку со спинки дивана и наклоняется ближе к Диане. – Я очень благодарен твоему французику за то, что уберег меня от родства с вашей семейкой, особенно твоим папашкой.

— Ты и раньше был козлом, а сейчас превратился…

— В чудовище? – очень жестко ухмыляется Кир. – Диана, как только тебе предстанет такой случай, посмотри на себя в зеркало. И вдруг окажется, что ты простая блядь, сбежавшая от мужа к бывшему любовнику, на которого внезапно свалились несметные богатства. И с которым, как ты посчитала своим скудным умишкой, можно будет строить дальнейшую жизнь и не зависеть от папочки-тирана.

Диана резко соскакивает с места, заливая свое платье черными от косметики слезами. Не видя перед собой ничего, бежит к выходу, где ее уже ждет автомобиль класса люкс семьи Азаровых.

Любая статуя в греческом зале Эрмитажа позавидовала бы моему умению сидеть неподвижно. Даже не дышать. Вот бы еще сделать вид, что меня здесь нет.

— Слишком много «ж» в слове «жубражабржужа», — мрачно комментирует Кирилл мои потуги в учебе, заглянув в экран ноутбука.

Фух, наконец-то можно сделать вдох.

Я захлопываю крышку ноута и разворачиваюсь к Кириллу всем корпусом.

— Это было жестоко! – ругаюсь. Мне по-настоящему жаль Диану. Не умею я быть холодной и равнодушной. Везде и всюду нужно засунуть свой нос. Хотя всем остальным плевать на мои чувства.

— Правда всегда жестока, Мышь. Просто люди не любят смотреть ей в глаза. И потом обижаются. А обижаться нужно на себя, в первую очередь, — Кирилл устало откидывает голову на спинку дивана и смотрит в потолок. Он ведь и сам не рад, что обидел и унизил мою сестру.

— Я для тебя – такая же, как Диана? Выродок Азарова? Блядь, которая хочет свободы от папашки-тирана? – сама не понимаю, почему злюсь на эти слова.

Но чем я лучше Дианы?

— Все так, кроме блядства, — равнодушно отвечает он. Поворачивает голову и смотрит мне прямо в глаза. – С одним лишь маленьким, но очень важным исключением.

— Каким же? – уточняю, но не уверена, хочу ли знать правду.

— Ты мне нравишься, — утешил, так утешил!

— Диана тоже симпатичная.

— Не в этом смысле, хотя, черт, и в этом тоже. Ками! – психует он и выпрямляется, развернувшись ко мне.

— Что? – я, в отличие от Дианы, его не боюсь. Прекрасно знаю, что он ничего плохого мне не сделает, какого бы монстра из себя не строил.

— Я с тобой другим становлюсь… будто это…

— Внимание, объявляется тревога. Кирилл Громов не может придумать саркастичный ответ и подобрать слова, — делаю шутливый рупор из рук и кричу ему прямо в лицо.

— Тише ты! – внезапно смеется он, перехватывает меня за запястья и тянет к себе. – Видишь, что ты делаешь?

— Что? – не понимаю, но он прикладывает мою левую ладонь к своей груди. Даже сквозь футболку я ощущаю жар его тела и четкий ритм сердца. У меня у самой пульс бешено подскакивает.

— Живым меня делаешь. Я думал, у меня лицо треснет, когда впервые улыбнулся тебе. Ведь я уже забыл, когда в последний раз смеялся, Ками. А когда я с тобой вижусь или просто по телефону говорю – мне очень хорошо становится. Черт, лишнее говорю, да?

Я это мгновение продлила бы навечно.

И смотрела бы в его бездонные серые глаза тоже… бесконечно.

— Я принес ваш чай, два медовика и суп, как вы просили, — разрушает магию официант, принесший заказ. Кириллу достаточно одного взгляда, тарелки, чашки и чайник мгновенно оказались на столе, а сам официант растворился в воздухе.

Где Кир этому научился? Даже немного завидую.

— Приятного аппетита, Ками, — отпускает мои руки Кирилл и взмахивает мне своим чаем в шутливом тосте.

А меня неприятно сверлит одна мысль.

Делаю живым его я.

Но почему-то первым делом он захотел встретиться с Дианой, а не со мной.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге