Воздушная кавалерия. Том 11

Глава 1

Зал для совещаний на Ореховской верфи меньше всего напоминал традиционные анфилады петербургских дворцов, где старая аристократия привыкла решать судьбы Империи. Здесь не было позолоченной лепнины, пыльных гобеленов или портретов суровых предков. Только холодный металл, бронированное стекло с видом на гудящие синим пламенем пылевых печей цеха и гигантский голографический стол по центру.

Сегодня состав присутствующих за этим столом ломал все мыслимые протоколы. Это походило не на плановую планерку, а на сходку очень разношерстных заговорщиков, решивших поделить мир.

По одну сторону расположились патриархи. Старый князь Игорь Николаевич Ростов, тяжело опирающийся на трость после недавней мясорубки, и генерал Александр Сергеевич Воронцов в безупречном мундире без единой складочки. Позади них переминались с ноги на ногу «пиджаки» — хваткие директора по продажам, снабженцы и логисты обоих родов, которых Строганов попросил выдернуть прямо из теплых столичных офисов. Эти господа то и дело нервно промокали лбы батистовыми платками, чувствуя себя неуютно под скрещенными взглядами инженеров.

Напротив сидел молодняк, на чьи плечи внезапно рухнула тяжесть промышленных империй. Четырнадцатилетний граф Илья Гончаров, вытянувшийся по струнке, лихорадочно делал пометки в кожаном блокноте. Рядом с ним, все еще носящая траур, сидела двадцатилетняя княгиня Анастасия Юсупова. На ее лацкане, прямо над сердцем, тускло поблескивало серебряное крыло. Старики-патриархи то и дело бросали на девушку косые, оценивающие взгляды, но Анастасия держалась с поистине ледяным достоинством, стараясь не выдавать знатный мандраж.

Фланги контролировали жены Имперского Аудитора. Елена, чья осанка могла бы служить эталоном устава, что-то тихо, но жестко выговаривала начальнику сборочного цеха. Наталья, раскачиваясь на задних ножках кресла, откровенно скучала, бросая насмешливые взгляды на коммерческих директоров Ростовых.

Но самым сюрреалистичным элементом этого собрания был человек, скромно устроившийся в самом дальнем углу зала, майор ИСБ Волков.

Особист закинул ногу на ногу, поставил на колено блюдце и с абсолютно умиротворенным видом, будто находился на террасе ялтинского санатория, прихлебывал горячий чай. Присутствие «смотрящего» от государственной безопасности действовало на коммерсантов двояко. С одной стороны, от куратора веяло могильным холодом подвалов Петропавловки. С другой — раз здесь сидит цепной пес Империи и пьет чай с лимоном, значит, дело пахнет не просто стандартным контрактом. Дело пахнет огромным баблом в проекте, под который казначейство выделит столько золота, что хватит купить небольшую европейскую страну.

Тишину, разбавляемую лишь глухим гулом вентиляции, разорвал лязг разошедшихся бронированных створок.

В конференц-зал быстрым шагом вошел Кирилл Строганов. В глазах Аудитора тлел тот самый характерный зеленоватый огонек, выдающий предельную концентрацию и активную интеграцию с Консолью.

— Прошу прощения за опоздание, — с ходу произнес Кирилл, бросая на стол пухлую папку с гербовыми печатями. — Возникли непредвиденные обстоятельства с отчетами по имперскому аудиту. Юсуповские архивы оказались теми еще авгиевыми конюшнями, пришлось лично вычищать пару схем, пока они не утекли навсегда.

Князь Ростов удивленно приподнял седые брови, переглянувшись с Воронцовым. Патриарх даже слегка подался вперед, опираясь на набалдашник трости.

— Надо же… — протянул старик с усмешкой. — Наш милый граф научился извиняться. Что-то новенькое в репертуаре. Кирилл Андреевич, признавайся, тебя там часом не подменили по дороге из Петербурга? Или вежливость нынче входит в базовую комплектацию имперских Аудиторов?

Наталья мгновенно перестала качаться на кресле. Ножки стула с громким стуком опустились на пол. Рыжая графиня смерила деда таким взглядом, от которого у сидевшего рядом коммерческого директора затрясся двойной подбородок.

— Дед, ты опять с утра таблетки от маразма с коньяком перепутал? — ядовито прошипела Наталья.

Генерал Воронцов не выдержал и откровенно заржал, оценив пикировку. Смех старого вояки гулким эхом отразился от металлических стен.

— Ох, Игорь Николаевич, доведете вы внучку, она вас в изолятор закатает для сохранности… — выдавил генерал сквозь смех, но осекся на полуслове.

Елена Воронцова даже не повернула головы. Она просто скосила на отца ледяной, немигающий взгляд своих серых глаз. В этом взгляде было столько тяжелого авторитета, что боевой генерал, командующий целыми армиями, поперхнулся воздухом.

— Уже молчу, — Воронцов примирительно поднял обе руки ладонями вперед. — Был не прав. Впредь постараюсь быть более политкорректным и… не отсвечивать.

— Ну, вы поняли, — хмыкнул Кирилл, занимая место во главе стола и кивая своим женам в знак благодарности за огневую поддержку. Улыбка на его лице была усталой, но довольной.

— Дорогой хозяин, они такие милые, когда боятся твоих женщин больше, чем японской артиллерии, — прозвучал в интерфейсе голос Алисы. Виртуальная кошкодевочка, облаченная сегодня в строгий деловой костюм с крошечными очками на носу, деловито перебирала голографические графики. — Все пакеты данных готовы. Вывожу по твоей команде.

Илья Гончаров, дождавшись паузы, неуверенно поднялся со своего места. Подросток откашлялся, стараясь придать голосу солидности.

— Кирилл Андреевич… — начал молодой граф, — Я, признаться, не очень понимаю, чем именно мы с княгиней Юсуповой можем вам помочь еще на данном этапе. Мы успешно совместили производственные кластеры. Интеграция моих патентов на броню и юсуповских станкостроительных мощностей уже повысила общую выработку на сорок два процента. Мы вышли на работу в три смены. Но вот что дальше? Ради чего этот сбор?

Все в зале уставились на Строганова. Кирилл молчал несколько секунд, обводя присутствующих долгим, изучающим взглядом.

— А дальше, Илья Сергеевич, мы будем ломать правила игры, — тихо, но так, что слова разлетелись по углам зала, ответил Аудитор.

Кирилл хлопнул в ладоши. Свет в зале мгновенно приглушился. Голографический стол как будто вздрогнул, и над ним соткалась детализированная до последнего винтика объемная проекция. А рядом — еще несколько моделей поменьше.

Инженеры и патриархи подались вперед. Никаких привычных глазу накопительных сфер для левитационной Пыли, никаких пылевых контуров или артефактных теплообменников. Это были вытянутые, цилиндрические конструкции, ощетинившиеся десятками лопаток, хитросплетением трубок, массивными компрессорами и широкими соплами.

— А это… еще что за зверь? — протянул Воронцов, щурясь. Генерал привык к виду громоздких пылевых котлов, которые ставили на броненосцы и тяжелые дирижабли, но эта штука выглядела совершенно по-другому.

— Это новые варианты двигателей, Александр Сергеевич, — спокойно ответил Кирилл, опираясь кулаками на край стола. — В первую очередь — для воздушной техники. От легких штурмовых машин до тяжелых транспортных бортов.

Князь Ростов нахмурился, постукивая пальцами по трости.

— А чем тебя не устраивают те пылевые двигатели, которые ты используешь сейчас? — недоуменно спросил старик. — Твои машины и так рвут в клочья любую ПВО. Ты ведь сам мне месяц назад втирал, что там огромный задел для модернизации, минимум лет на десять. Концентрация Пыли растет, КПД можно увеличивать.

Кирилл усмехнулся. Ухмылка вышла кривой, с изрядной долей цинизма. Он посмотрел на старика так, словно тот предложил ему вооружиться луками против пулеметов.

— А кто сказал, что это пылевой движок? — спросил Кирилл.

В зале повисла тишина. Даже Волков в углу перестал размешивать сахар, застыв с ложечкой в руке. Звон металла о фарфор оборвался, словно кто-то перерезал струну.

— Повтори, — хрипло попросил Воронцов, подавшись грудью на стол.

— Это не пылевой двигатель, — громко произнес Строганов. Он взмахнул рукой, и голограмма пришла в движение. Ротор с лопатками начал бешено вращаться, внутри камер сгорания вспыхнуло виртуальное пламя. — Господа, перед вами двигатель внутреннего сгорания. Турбореактивная и турбовинтовая тяга. Он не жрет Пыль. Вообще! Эта штука работает на углеводородах. На керосине, на синтетическом топливе, да хоть на спирту, если нам совсем прижмет хвост.

Инженеры Ростовых и Гончаровых выглядели так, будто им только что сообщили, что земля плоская, а солнце вращается вокруг луны. Главный конструктор уральских заводов, дядька со впалыми щеками, нервно протер очки.

— Ваше сиятельство… — запинаясь, выдавил инженер. — Но это же архаика! Да, в конце девятнадцатого века были попытки создать нечто подобное на жидком топливе, но аномалии! Дикая Пыль в атмосфере забивала карбюраторы, меняла свойства горючего! Пылевые котлы доказали свою абсолютную эффективность! Зачем возвращаться к мертвым технологиям?!

— Затем, что ваша «абсолютная эффективность» — это поводок, который скоро затянется на шее всей Империи! — ответил Кирилл, ударив ладонью по столу. Проекция мигнула.

Строганов выпрямился, обводя зал потемневшим взглядом.

— Вы все привыкли к Пыли. Привыкли, что Пыль решает все проблемы. Тяжело? Добавим левитационной Пыли. Не пробивает броня? Накачаем боевой сверх меры. Но вы забываете одну критическую деталь! Пыль не бесконечна. Ее источник — аномалии. А мы не контролируем все аномалии на планете!

— Забивают карбюраторы? — повернулся снова к инженеру Кирилл, — а вы давно проверяли концентрацию Пыли? Да хоть в той же столице? Знаете, какие есть изменения и в какую сторону.

— У меня нет таких данных, — честно признался уралец.

— Ни у кого нет, - криво усмехнулся Строганов, — на протяжении последних двадцати лет все исследования саботировались на разных уровнях! И не только в Империи. Но! Даже без фундаментальных исследований есть информация в открытом доступе, которая позволит в целом понять, как обстоят дела с Пылью.

— Очень хочу услышать, что же это, — негромко ответил ему Волков, хотя и все остальные тоже были заинтригованы.

— Сразу зацепим смежную тему, — кивнул Кирилл, обращаясь к Воронцову, — скажите генерал, почему так мало использовались воздушные машины небольшого класса?

— Аномалии, — коротко ответил патриарх.

— Точнее!

— Множественные аномалии, над которыми клубилась Пыль в большом радиусе, при этом мог высунуться натуральный «язык», который тянулся за пролетающей техникой. Я читал в архивах, бывали случаи, когда Пыль из аномалий атаковала поезда. Из таких вот облаков, могли образовываться спонтанные небольшие аномалии в ближайшей округе. Ну как ближайшей… до пятисот километров бывало. Особенно проблемными такие аномалии были, если образовывались над городами. Плюс не меньше хлопот доставляли мутированное зверье и птицы, которые запросто могли косяком влететь в воздушный транспорт и свалить его, попав в двигатель. Поэтому все дружно перешли на большие размеры, а малый воздушный транспорт двигается строго по безопасным маршрутам.

— Воздушным пиратам это расскажи, — буркнул Ростов, — особенно самому Кириллу…

— И как часто армия и Особый Корпус ликвидирует спонтанные аномалии в городах? — поинтересовался Строганов. — Как часто мы наблюдаем статьи в периодических изданиях, как раньше? Тысяча погибших от «дикой» Пыли, две, три…

Все дружно переглянулись, понимая, что таких новостей нет и не было очень давно.

— А это значит… — задумчиво протянул Волков.

— Четкая взаимосвязь, — продолжил Кирилл, — добыча Пыли в аномалиях для нужд государств решила смежные проблемы с безопасностью. Вот только и самих аномалий стало в разы меньше, многие были изначально конечны. Лишь после определенного размера занятой территории, Пыль в аномалии возобновляется. Но потребление растет с каждым годом, я вижу это в статистике. При этом добыча не растет ударными темпами, так как проникновение в самые большие аномалии, причем на приличную глубину это стопроцентный риск для личного состава и техники. Примерно через шесть лет, Империя упрется в потолок добычи, а многие наши соседи уже сделали это, хоть и молчат.

— Мы может не дожить до этого потолка не успеем, — заметил Воронцов, — сам знаешь почему.

— В этом еще одна проблема, Александр Сергеевич, мы пока что не перешли на военные рельсы, вы даже не представляете, какие нас ждут затраты.

— А часть Пыли мы покупаем, — хмуро добавил Ростов, глядя в планшет, который ему протянул один из его подчиненных.

— Именно! — кивнул Строганов, — это тут же скажется на нашем производстве. А нарастить добычу нужной Пыли можно только в очень крупных аномалиях, причем только в трех на всю страну, по крайней мере, в этих точно есть нужный сорт. И затраты будут просто космос.

— Хотите заместить технику на Пыли вот этим? — кивнул в сторону проекции Волков.

— Хочу, — кивнул граф.

— Что требуется от нас? — уточнил безопасник, подразумевая за собой госаппрат.

— Право на выкуп земли у Империи, в том числе под нефте и газопроводы по все Империи.

— Это еще зачем? — удивился Ростов.

— Затем, что я продам тот же котел отопления на газу и сам газ в пять раз дешевле пылевого и самой пресловутой Пыли… — ответил Кирилл.

— И скупите рухнувшую в цене определенную Пыль за копейки, которая выпадет из оборота использования за ненадобностью — закончил за него Волков, — однако, ваше сиятельство, вы чудовище! Представляете сколько дворян пойдет по миру, когда не смогут продавать Пыль втридорога?? Мне уже нравится…