Война

Глава 1

У него опять разболелась поясница, и Ворд Стайт, комендант Нола-Тора, подумал, что было бы очень неплохо, если целительница, так удачно волей Единого оказавшаяся в его крепости, задержится здесь ещё хотя бы на пару-тройку дней, и тогда он сможет попросить и за себя.

- Это очень странно, Ворд, - задумчиво сказал Никтис, - У неё очень большой резерв, это так. Я вижу. И результаты её лечения, конечно же, должны быть впечатляющими. Но...но то, что уважаемая Эрна сделала за эти дни, это иначе как чудом не назовёшь. Здесь есть какая-то загадка. Просто чувствую, что что-то не так. Вот только, никак не могу сформулировать для себя, что именно. И вообще, я тебе скажу, странная, весьма странная компания. А в нашей службе ко всему странному....Впрочем, не мне тебя учить.

Капитан-маг задумчиво потеребил свою редкую козлиную бородку и посмотрел на коменданта.

Ворда и Никтиса за долгие годы совместной службы в этих беспокойных предгорьях северного Датора, когда не раз и не два им довелось, буквально, спасать друг другу жизни, отношения начальник - подчинённый ещё с их лейтенантских времён переросли в дружбу.

Оба главных офицера Нола-Тора сейчас вели беседу на верхней площадке Медвежьей, северной, башне твердыни, мало обращая внимания на почтительно замершего в пяти шагах от них постового.

Замок был построен в незапамятные времена, когда имели несколько иное представление на то, как должна быть устроена крепость. В Нола-Торе не было донжона - его роль играла выдвинутая к горам Медвежья, на добрых три-четыре человеческих роста выше трёх других башен, и с её вершины ничто не препятствовало видеть всю округу - и вздымавшиеся в пяти-шести лигах на севере горы, и притулившийся к замку в паре лиг на юге небольшой городок Нол, и три деревеньки сервов на востоке, и бескрайние сосновые леса вокруг.

- Соглашусь, Никтис. Даже больше скажу. Компания не просто странная - удивительная. А в наших местах, так и вовсе, казалось бы, невозможная. Свитки от короля и нашего герцога, которые они мне предъявили, только вызывают больше вопросов. Но, ты знаешь, даже из-за одного только Улага, для которого мы уже готовили погребальный костёр, я готов закрыть глаза на все их загадки и уважать все их секреты, раз уж уважаемая Эрна и её спутники не желают ими делиться.

- Это да, - кивнул капитан-маг.

Командир полусотни егерей капитан Улаг был их общим другом. Собственно, их отчаянная троица была хорошо известна во всём пограничье уже давно. И не только в Даторе, но и по ту сторону границ - во Фридленде и в Шройтене. А контрабандисты и разбойники рассказывали про них истории одну страшнее другой.

Девять дней назад их друга привезли с арбалетным болтом, всаженным в печень по самое оперение. Разбойника - мелкого зверёныша пятнадцати лет - сотворившего эту пакость, казнили самым жестоким способом - на границе мстить умели гораздо изощрённей, чем в центральных владениях - вот только, помочь Улагу это никак не могло.

Лекарь сумел извлечь болт и перемотать капитана егерей. Наложил какую-то жутко вонючую мазь. И всё. Ворд и Никтис могли лишь смотреть, как их старый друг угасает у них на глазах. Пока три дня назад с юга по Цевихскому тракту в Нола-Тор не прибыла кавалькада всадников - магиня-целительница Эрна и королевский учёный уважаемый Флемм Орваль со своими охранниками и слугами.

- Вот неугомонная, - улыбнулся в бородку Никтис, посмотрев вниз во двор крепости, где Вика, семнадцатилетняя начальница охраны гостей, опять о чём-то спорила с егерями, - Она уже всю крепость облазила, даже спускалась на нижние ярусы подземелий, где лет сто, наверное, никто уже не бывал. Смотри, куда это она собирается? Единый, зачем ей старый арсенал?

- Спроси, что-нибудь полегче, дружище, - тоже улыбнулся комендант, - Но я её понимаю. Хоть дядя и научил Вику сызмальства так удивительно мастерски владеть клинком, но много ли она видела в своей короткой жизни? А тут такая древняя крепость!

Вика покорила сердца, похоже, всего мужского населения замка, и полковника Ворда Стайта, в том числе. Не будь комендант женат более тридцати лет на самой прекрасной и лучшей женщине на свете, и имей он при этом возможность сбросить годков хотя бы двадцать со своих пятидесяти пяти, то наверняка бы попробовал приударить за этой мастер-мечницей.

Начальница охраны была красива, это бесспорно. Но если просто сравнить её с другими привлекательными девушками, то, на первый взгляд, Вика многих из них своей внешней привлекательностью особо-то и не превосходит.

Та же магиня Эрна на вкус Ворда выглядела симпатичней - и лицом, и крутыми бёдрами. Да что там говорить, даже рабыня магини, вертлявая девица, уже успевшая за эти дни тесно пообщаться и с десятником замковой сотни Бентом, и лейтенантом егерей Хорросом, и та выглядела не хуже. А разве в самой крепости мало имелось весьма симпатичных девушек и женщин?

Но это, именно что, на первый взгляд Вика не выделялась из ряда других красавиц. Стоило же вьёжской десятнице начать говорить - очень необычно строя фразы и используя интересные выражения, двигаться - плавно, словно лесная кошка отслеживающая добычу, и при этом удивительно энергично, улыбаться - всегда чуть иронично и задумчиво, задавать вопросы - вроде бы и простые, но часто ставящие в тупик, слушать - всегда внимательно и с искренним интересом, и смотреть - взглядом, в котором полковнику чудилась зрелая мудрость, как вдруг к ней начинало тянуть будто бы канатом.

Начальница охраны магини Эрны была самой главной загадкой всей этой компании, на счастье - спасибо Единому - заехавшей к ним в крепость проездом.

- Пойдём вниз, а то уже зябко, - полковник Ворд потёр поясницу, - Заодно спросим нашу гостью, зачем ей старый хлам.

Четвёртый раз за эту зиму выпал снег, но сейчас, к середине дня, он превратился в моросящий мелкий ледяной дождик, и стоять на вершине башни было зябко - на Медвежьей башне, в отличие от трёх остальных, крыши не было. Болты или стрелы на высоте более десятка человеческих ростов опасности не представляли.

- Я схожу к Эрне, - произнёс шедший сзади капитан-маг, - Узнаю, всем ли она довольна. Может ей ещё что-нибудь необходимо?

- Зайди тогда уж заодно и к учёному, - слегка повернул голову комендант, - Других книг, кроме тех двух, что мы ему дали, у нас нет, но он может в свитках покопаться. Вдруг отыщет там что-то интересное?

- Да он почти наверняка с ней, - хмыкнул Никтис, - Конечно, и ему скажу.

Комендант, главный маг, как и остальные обитатели Нола-Тора, уже просто не знали, чем бы ещё угодить своим гостям. Ведь магиня Эрна исцелила не только капитана егерей, но и больше десятка других раненых, двое из которых тяжело, и примерно такое же количество больных.

Никтис был прав, что даже для того огромного резерва, которым обладала целительница, результат для трёх дней её здесь пребывания был потрясающим. И очередь из желающих приобщиться к этой целительской мощи была ещё совсем не маленькой.

Ведь в замке, помимо сотни солдат крепостной стражи во главе с капитаном Лодвигом, полусотни егерей капитана Улага, на постоянной основе приданных гарнизону крепости для ведения разведки и контроля границы, проживали ещё и семьи многих из них, а также замковые ремесленники и рабы. Места эти на севере королевства были достаточно суровыми и опасными, так что шансы подорвать здоровье здесь были высоки.

Комендант вместе с магом вышли во двор как раз в тот момент, когда Вика через узкое оконце выпрыгнула к толпившимся во дворе егерям и двоим своим бойцам из охраны магини - двойняшкам Барку и Барке.

- Ну, кто спорил, что ничего не найду? - поинтересовалась она, демонстрируя старую, загрязнившуюся кольчугу, - Ты, Оникар? Жалко, что об заклад не побились.

- Да, Вика, - улыбнулся пожилой десятник, - Сейчас бы ты меня сделала беднее.

С тех пор, как два года назад Оникар потерял жену и двоих детей, убитых разбойниками Насмешника, его никто не видел улыбающимся. Но, то ли время подошло прийти в себя, то ли Вика знала какие-то волшебные слова, но всегда мрачный и озлобленный унтер-офицер егерей, вздумавший проучить молодую, дерзкую наёмницу в поединке и очень легко ею побеждённый, теперь с удовольствием старался везде Вику сопровождать, а узнав, что магине Эрне и её спутникам скоро потребуется проводник через леса и горы приграничья, стал настойчиво просить капитана Улага, чтобы тот назначил в сопровождение его десяток.

Никтис при посторонних исполнял все формальности положенные подчинённому перед начальником. Он спросил разрешения у коменданта и отправился в гостевой дом.

- Эй, как тебя там - Зинис? - не в службу, а в дружбу почисти эту фигню, - Вика подозвала одного из дворовых, вручила ему кольчугу и повернулась к Ворду, - Добрый день, комендант. А мы с уважаемой Эрной рассчитывали подняться на Медвежью. Ты ведь обещал нам оттуда показать все окрестности. Мы опоздали?

Ещё одной странностью, подмеченной Вордом за молодой красавицей, являлось то, что она обращалась и с благородным, и с самым последним рабом, будто с равными. При том, что прекрасно различала, какое положение кто занимает и какими правами и обязанностями располагает.

Умудрённый жизнью полковник сделал для себя вывод, что девушка воспитывалась дядей в какой-нибудь жуткой глухомани, и кроме как мастерскому владению оружием старый наёмник её ничему не учил. Отсюда и такая любознательность, и своеобразная манера общения.

- Мы в любой момент, как пожелает уважаемая Эрна, можем вновь подняться на башню. Давай сейчас? Зови подругу и пошли.

В принципе, дружеские отношения между нанимателем и наёмником Ворд считал не правильным. Субординация всегда должна присутствовать. Вика же держала себя с Эрной так, что было совершенно не понятно, кто из них у кого на службе.

Полагая это личным делом самой целительницы, особенно с учётом того, что и сам полковник в отношениях с капитаном Улагом и капитаном-магом Никтисом вёл себя не многим правильнее Эрны, он даже намёком не стал её наставлять.

- Не. Куда ты такой, с больной-то спиной, собрался лазить туда-сюда? - отказалась Вика, - По тебе заметно, как ты мучаешься. Думаю, что у нашей уважаемой магини к вечеру восстановится достаточно энергии в резерве, чтобы тебе помочь.

- Вряд ли, - засомневался комендант, - Она с утра самого уже потратилась сильно. Но мне и не к спеху, Вика. Спасибо за моих бойцов. Хотя, скрывать не буду, эти боли меня давно изводят, и я буду искренне признателен, если целительница найдёт время и возможность до вашего отъезда поправить мне здоровье. Я бы ещё хотел попросить за Лиару. Жена хоть и не жалуется ни на что, но возраст....сама понимаешь.

Почтительно замершие вначале при появлении полковника егеря по команде своего десятника Оникара вернулись в здание казармы - длинный трёхэтажный корпус, в котором проживали и сами солдаты и их семьи - а рядом с Викой и комендантом остались только близнецы, которые, впрочем, к их разговору не прислушивались.

Вика, посмотрев на своих подчинённых, кивнула подбородком в сторону гостевого дома.

- Скажите Эрне, что я скоро буду, - сказала она им и вновь обратилась к полковнику, - Можешь не сомневаться, уважаемая найдёт время и для тебя, и для твоей замечательной супруги. Она мне сама об этом сказала. Эрна благодарна за такой тёплый приём.

- Не такой уж он бывает и тёплый, - усмехнулся Ворд, - Держу вот сейчас обворожительную красавицу под холодным дождиком. Пойдём ко мне в кабинет? Я распорядился насчёт карты, про которую ты спрашивала. Должны уже принести.

Ворд сам удивлялся тому, как легко у него получалось общаться с совсем не давно знакомой Викой. И почему-то ему с ней было интересно, несмотря на то, что гостья явно скрытничала.

Она много выспрашивала его о Фридландском и Шройтенском трактах, о тропах в горах, о племенах горцев, обитающих в приграничье, о тех герцогах соседних королевств, чьи владения располагались вблизи Датора, о поселениях в этих местах, о разбойниках и контрабандистах, о нравах и обычаях горцев, об истории Нола-Тора, о сведениях и слухах, что приносили с собой торговцы и путники с той стороны границ.

Полковник охотно отвечал и сам в свою очередь хотел бы узнать побольше о магине-целительнице и её спутниках. Но Эрна была всё время занята разговорами с уважаемым Флеммом, наёмники из её охраны общения избегали, а всегда открытая к беседам Вика так ловко их вела, что в итоге, оставаясь один, Ворд с досадой обнаруживал, что она из него вытянула всё, что ей было интересно, в ответ рассказав о себе, своей подруге-нанимательнице и их учёном спутнике очередную порцию мелких подробностей, ничего на раскрыв по существу.

- Спасибо, полковник, - Вика улыбнулась.

Они двинулись к зданию, которое выполняло одновременно функции штаба и жилья для семей старших офицеров крепости.

- А ты зачем в старый арсенал-то полезла? И кольчуга та тебе для чего сдалась?

После того, как почти десять лет назад построили новую казарму, в её подвалы переместили все запасы оружия из арсенала, а пристрой к стене, который использовали для этих целей до этого, просто замуровали, не найдя ему никакого применения. Но заделали только вход, на узкое же оконце, через которое и протиснулась гостья, махнули тогда рукой.

- Можешь не верить, но о кольчугах я только слышала от дяди, но ни разу не видела их своими глазами, а, тем более, не держала их в руках. Вот и полезла посмотреть, когда мне сказали, что их там бросили. Магически укреплённые кольчуги всё же должны быть крепче кожаных.

- Так и есть, Вика, - согласился полковник, кивая в ответ на приветствие караульного, стоявшего перед входом в штаб, - Но тяжелее. И почти все считают, что этот недостаток перевешивает преимущество в повышенной защите.

Ворд первым пошёл по лестнице на второй этаж, где в левом крыле располагались кабинеты должностных лиц гарнизона Нола-Тора, а в правом - жилые апартаменты.

Рабыне, как раз заканчивающей уборку коридора, он приказал принести в кабинет вина и сыра с фруктами и орехами, вываренными в меду - комендант приметил вкусовые пристрастия гостьи.

- До обеда ещё время есть. Вика, я хотел бы обсудить с тобой один важный вопрос. Ты отвечаешь за безопасность уважаемой Эрны.... Не желаешь присесть, где тебе будет удобней?

Легкомысленное отношение начальницы Эрниной охраны к возможным опасностям путешествия во Фридланд Ворда серьёзно беспокоило. Он был благодарен целительнице за всё то, что она сделала, да и Вика вызывала у него чувство искренней симпатии, поэтому коменданту совсем не хотелось, чтобы его временные гости влипли в какие-нибудь неприятности.

- Спасибо, но я пока лучше пешком постою, - Вика весьма непринуждённо подошла к высокому, но узкому зарешеченному окну и посмотрела во двор, - Полковник, - она говорила не оборачиваясь, - При всём уважении. Но, нет. Магиня не откажется от дальнейшего пути. Я догадываюсь...знаю, о чём ты хочешь предупредить. Только мы ведь к тебе не за этим пришли? Кажется, кто-то обещал мне показать карту. Нет?

Ворд Стайт усмехнулся и взял со стола в руки свернувшийся с двух сторон кусок пергамента, действительно уже принесённый адъютантом в его кабинет.

- На сегодняшний день это самая точная карта. Спасённый уважаемой Эрной капитан Улаг нанёс сюда все новые данные, что получилось собрать его людям. Смотреть кто-нибудь будет? Нет?

Он скопировал манеру общения Вики, и та это оценила, отвернувшись от окна и обнажив в улыбке ровные и удивительно белые зубки.

- Не беспокойся, уважаемый Стайт. Раз уж торговцы проезжают по трактам, то нам сам Единый велел. Есть у нас убедительные аргументы для тех, кто захочет нам чинить препятствия на пути. Открою секрет - моя нанимательница ещё и боевая магиня. Вряд ли в ваших местах найдётся кто-то, кто сможет с ней даже близко сравниться. За предложение дать нам десяток егерей в сопровождение Эрна благодарна. Но нам хватит и одного десятника Оникара в проводники. Впрочем, если ты сочтёшь возможным ещё отдать нам того браконьера с отрубленными пальцами, который сидит сейчас в подземелье со всяким сбродом, то будем тебе весьма признательны.

Через неделю наступал пик холодного периода, и перед началом празднования середины зимы Ворд планировал порадовать жителей замка, городка Нола и окрестностей казнями преступников.

Среди полутора десятков таковых действительно был и пойманный ещё четыре недели назад браконьер, которому уже отрубили пальцы на обеих руках и должны были по приказу коменданта четвертовать в Ноле.

- Смотрю, ты успела узнать в замке всё не хуже меня. Даже, какие негодяи сейчас содержатся в тюрьме. Ну, тогда ты, возможно, в курсе того, что их ожидает?

- Да ладно, - Вика, развернув карту, всё же прошла к дивану и села, - Одной казнью больше, одной меньше....Не сильно-то нам этой преступник и нужен. Подумала, что за спрос денег не берут. Но раз нет, то и не надо. А что вот эта загогулина означает? - гостья ткнула пальчиком в карту, - И вот ещё такие же.

Ворд подсел к ней и увидел, что её ноготок, который, похоже, был не обгрызен, а необычно аккуратно срезан чем-то острым, указывал на один из значков костра.

- Здесь были обнаруженные егерями стоянки банд, - пояснил он, - Я отдам вам браконьера. Можете делать с ним, что хотите.

Мелочиться в отношениях с целительницей и её спутниками полковник не собирался.

- Благодарю, - вновь сверкнула зубками красавица, - Со своей стороны обещаю, что больше он тут никого не побеспокоит.

Кухарка догадалась вручить рабыне кувшин самого лучшего вина. Ворд дождался, когда служанка расставит всё принесённое на столе и предложил Вике жестом пересесть.

- Могу всё же я узнать, когда точно уважаемая Эрна собирается покинуть Нола-Тор?

Вика свернула карту и удивлённо посмотрела на него.

- А она разве ещё тебе не сообщила? Завтра. В первой половине дня.

Глава 2

Вика проснулась очень рано - рассвет ещё только начал пробиваться сквозь щели в ставнях узкого оконца её комнаты - но вставать не спешила. Это была её последняя ночь в гостеприимном Нола-Торе, и она не могла предположить, когда в следующий раз ей придётся поспать хотя бы в такой довольно убогой постели с набитыми соломой подушками, матрасом и одеялом.

Комендант им оказал большую честь, позволив поселиться в самом замке, а не в ближайшем вонючем городке Ноле. Хотя, тут ещё надо разобраться, кто кому оказал больше чести. Если по существу, то они с Эрной пришлись Ворду Стайту и всему гарнизону северной крепости как нельзя кстати.

Попаданка потянулась и не могла сдержать улыбки. Пусть этот мир был для неё ужасен в плане комфорта и обычных бытовых условий, пусть здесь не было ни её байка, ни её ноутбука с доступом в интернет, зато она теперь выступала в роли могущественной волшебницы, и - что Вику особенно радовало - чаще волшебницей доброй.

Хотя Эрна для максимального исцеления раненых и больных в Нола-Торе выкладывалась полностью, но главную лямку в этом благом деле, находясь в тени своей подруги, всё же вытянула сама Вика, так что результат оказался впечатляющим.

Командование и население замка готово было носить магиню-целительницу на руках, а весьма импозантный комендант изъявил готовность оказать любую возможную помощь в их дальнейшем путешествии.

Хорошим дядькой этот полковник Ворд оказался, Вика не пожалела вчера инкогнито исцелить и его самого, и его замечательную супругу, которую в дополнение одарила ещё и Омоложением. Пусть незаметно, года на два-три всего, но всё же сделала. Почему бы не помочь хорошим-то людям?

- Ты не спишь, хозяйка? - шёпотом задала риторический вопрос просочившаяся в комнату рабыня, увидев, что Вика уже скинула с себя одеяло и лежит с открытыми глазами, заложив руки за голову, - Я не опоздала?

Юнта выглядела растрёпанной, довольной и пахла блудом.

- Нет, даже рано, я ещё не собираюсь вставать, - благожелательно улыбнулась попаданка, - Как развлеклась, не спрашиваю - у тебя на лице всё написано. Интересное что-нибудь ещё выведала?

После того, как с Викиного разрешения, её магистр науки выкупил своих слуг - а ботаны, оказывается, тоже могут быть хитрецами, и Флемм Орваль верно рассудил, что начальница не откажется омолодить его старую верную Зуру - и коварная интрига попаданки по подталкиванию своих магистров к близости дала свои плоды, Юнта официально была передана в собственность от Эрны к Вике. Впрочем, рабыня давно не испытывала иллюзий, кто реально ею руководит.

- Никтис, главный маг, считает, что госпожа Эрна пользуется не обычным исцелением, а каким-то другим заклинанием, - Юнта уселась перед кроватью хозяйки прямо на дубовый пол, ковры тут были большой редкостью и ценностью, в Нола-Торе Вика видела пока только один - в кабинете коменданта, - Соболь слышал, как тот рассказывал об этом лейтенанту-магу егерей. Но им всё равно, на самом-то деле, хозяйка. Никто ни о чём госпожу Эрну выспрашивать не собирался. Боятся хоть чем-нибудь обидеть или расстроить. А Оникару все егеря завидуют. Каждый хотел бы сейчас оказаться на месте десятника и пойти с вами. Надоело в крепости сидеть и по ближайшей округе патрулировать, а комендант, после гибели четверых егерей и ранения капитана Улага, временно запретил углубляться в леса небольшими отрядами, чтобы вновь в засаду не угодили. Да и очень стремятся вам чем-нибудь помочь.

Подход, известный Вике из прошлой своей жизни и заключающийся в том, что если пьянку нельзя предотвратить, её необходимо возглавить, она решила использовать и в отношении своей служанки.

Нет, конечно местные порядки давали Вике широкий набор средств по воспитанию у Юнты высоких стандартов нравственности, но заниматься наказаниями или истязаниями подневольной девушки попаданке хотелось меньше всего. К тому же, в отличие от свободных жителей этого мира, считающих людей подобных Юнте чем-то вроде скота, Вика смотрела на них совершенно по другому и легко придумала, как извлечь пользу даже из того обстоятельства, что её рабыня была банальной, как говорили на Руси, шалавой.

Любвеобильная Юнта теперь эффективно работала ещё и Викиной доносчицей. Или разведчицей. Тут кому как нравится называть.

Именно она, начинающая шпионка, разведала все обстоятельства жизни угрюмого десятника Оникара, того самого, что в день прибытия их отряда в Нола-Тор решил сбить спесь с молодой десятницы, обронив при этом фразу, сразу Вику заинтересовавшую. Насчёт того, что у него бы дочери могли такими же вырасти, но быть наглыми он им бы не позволил.

Вика в тот день не стала унижать боевыми издёвками пожилого серьёзного мужика, в чьих глазах, казалось, навечно поселилась боль. Она быстро и эффективно десятника обезоружила, под удивлённый дружный выдох огромного числа зрителей - Оникар был мечником первоклассным.

Юнта от очередного постельного партнёра узнала и главную мечту всей жизни этого десятника егерей - однажды лично встретиться с Насмешником и спросить с него за свою семью.

Вика три дня назад нашла возможность ему это гарантированно пообещать. И, похоже, обзавелась ещё одним преданным соратником.

- Никтис - умный мужчина, быстро сообразил, - попаданка встала с постели и прошлёпала босыми ногами до ванной комнатки, - Пусть думает, что хочет, и голову себе ломает. Не знаю, заскочим ли мы ещё раз сюда на обратном пути, да и не будут ли они к тому времени уже сидеть в осаде.

- А вы не станете им помогать? Они ведь сдаваться не станут, даже если сама уродина Жагета их станет просить, - полюбопытствовала Юнта, наполняя кувшин водой из принесённой дворовым накануне вечером бадьи, - Ох, сейчас я полотенце возьму.

- С какой стати? - пожала плечами Вика, скидывая с себя нательную рубашку и вешая её на деревянный крюк, - Это не наша война. Давай лей. И это, если ты ещё раз так уничижительно и оскорбительно выразишься о герцогине Жагете, я тебе рот зашью. Поняла?

- Да, хозяйка, - кивнула рабыня, - А ещё Дубок сидит перед крыльцом гостевого дома. Я сейчас видела, когда возвращалась.

Хорошо это или плохо - Вика не определилась - но Юнта перестала воспринимать угрозы хозяйки буквально. Вику она опасалась, уважала, но не боялась. Попаданка это чувствовала, и на данный момент её это устраивало.

- Какой ещё Дубок? - Вика с досадой посмотрелась в бронзовое зеркальце размером с тарелку - много ли там разглядишь? - и вздохнула, - Ты яснее можешь выражаться?

Юнта протянула полотенце - обычную льняную полосу ткани, даже без всякой вышивки.

- Так браконьер тот, - пояснила она, - С отрубленными пальцами. Которого ты у господина Ворда попросила тебе отдать. С утра пораньше привели. Сидит в цепях. Пахнет, как ты не любишь.

- А ты, значит, любишь? - хохотнула попаданка и пошла одеваться, - Есть, спать хочешь?

- Хочу, - кивнула Юнта, - И спать, и есть.

Вика показала глазами на стол, где со вчерашнего вечера остались разложены фрукты, ветчина и сыр и стоял нетронутый кувшинчик вина.

- Пару гонгов у тебя есть, и можешь в моей постели поваляться, мне уж больше не судьба, кажется, в неё вернуться.

Ночью опять шёл снег. Вика каждый раз, обнаружив на улице его белый покров, радовалась в душе словно родному. Правда, выпадало его пока с гулькин нос. Так что, даже пожелай она слепить снеговика, как в детстве, настоящего, с морковкой в качестве носа, со старым ведром на голове, то ничего бы не получилось.

- Ты, что ли, Дубок? - Вика не смогла сдержаться, чтобы не поморщиться - Юнта была права на все сто - от браконьера даже не пахло, а смердело. В спёртом воздухе подземелий, как ни странно, смрад меньше ощущался, чем на свежем морозном воздухе, - Давно тут сидишь?

Браконьеру было лет тридцать - сорок, точнее пока было сложно сказать, настолько он оброс и покрылся грязью. Одежда его, хоть и довольно тёплая - из кожи и меха - изорвалась и истёрлась.

- Тебе-то чего, наёмница? Сижу и сижу. Да и не Дубок я больше, а Обрубок, - он поднял руки, продемонстрировав отсутствующие пальцы, - Мешаю, что ли? Так это не ко мне вопросы.

Во дворе в такую рань сновали только слуги. За браконьером никто и не присматривал, что в общем-то было понятно - его ноги были закованы в тяжёлые кандалы на очень короткой цепи, не набегаешься. Да и как из крепости бежать увечному?

- Вообще-то, я не наёмница, Дубок - или и правда дать тебе погоняло Обрубок? - а твоя нанимательница. Только я заказывала себе знатока леса, гор и звериных троп, а не опустившегося, вонючего, но дерзкого нахала. Я не пойму, тебе что, в самом деле хочется быть разрубленным на куски на потеху толпе? Скажи, если так. Я ведь мигом скажу, чтобы тебя вернули туда, откуда привели. Ну?

Умирать мучительной смертью браконьер явно не хотел и отвёл глаза.

- Прости, - буркнул он, - Не знал. Мне вообще ничего не сказали. Выволокли из тюрьмы ещё до рассвета и пригнали сюда. Вот и сижу, мёрзну, - браконьер вновь посмотрел на Вику, - Не покормили.

"А в тюрьме сейчас ужин. Макароны," - вспомнилось попаданке и она усмехнулась.

- Эй, иди сюда, - Вика позвала пожилую кухонную рабыню, выносившую в кучу мусора ворох каких-то старых тряпок.

К тому времени, когда "принцесса" Эрна, вместе со своим коллегой, другом, наставником и любовником Флеммом соизволили проснуться, попаданка уже организовала помывку и питание своего нового служащего, потренировалась со своими бойцами и ребятами из дежурной смены замковых стражников, а заодно переговорила с десятником Оникаром насчёт выезда.

Всё необходимое для дальнейшего путешествия было сложено во вьюки ещё вчера вечером, и сегодня оставалось только навьючить лошадей, и можно будет трогаться.

- Давно? - уточнила Вика у Торика, нашедшего её у кузни, где заканчивали перековку Эрниной лошади, и сообщившего, что его хозяин с госпожой магиней проснулись и ищут свою охранницу, - Из номера-то хоть вышли или ещё нежатся в постельке?

- Не вышли, но воду я им уже принёс, - улыбнулся раб.

Тарику не было ещё и четырнадцати, когда его купил Флемм. И с тех пор он служил бывшему декану, выполняя практически все работы по дому и во дворе - рабыня Зура до Омоложения Викой была так стара, что годилась только на то, чтобы бурчать на хозяина и ругать молодого слугу.

Познакомившись с этими рабами Флемма Орваля, Вика поняла его столь настойчивое стремление их себе вернуть - очень неплохие люди.

Сейчас Тарику было уже двадцать три года. Он был умён, приветлив, умел и расторопен. Да и внешне весьма привлекателен. Вике он понравился. Ну, не в смысле, как парень девушке, а как человек.

Она уже заметила по себе, что хоть и не считает подневольных людей вещами или скотиной, да и в прошлой своей жизни никогда снобкой не была, но, видимо, и в самом деле, власть меняет любого. Теперь смотреть как на мужчину даже на такого привлекательного парня, как Тарик, она уже не могла. Ей виконта теперь подавай. Не меньше. И, желательно, чтобы тот был из Глена, и чтобы звали его Дебор.

- Ну, тогда пошли к нашим магистрам.

Вика приветливо попрощалась с кузнецом и его помощником и пошла к гостевому дому рядом с рабом.

- Вика, а зачем нам ещё этот беспалый браконьер? - спросила Эрна за завтраком, - С нами ведь десятник егерей пойдёт?

Стол на троих им накрыла Зура в комнате, где проживали оба магистра - Эрна и Флемм своих отношений уже не скрывали. Да и перед кем? Перед начальницей своей таиться что ли? Так она раньше них самих об этом узнала.

В своём номере попаданка давала возможность подольше поспать Юнте, та заслужила, а от любезного приглашения коменданта позавтракать в штабе с офицерами крепости Эрна, с подачи Вики, отказалась, сославшись на необходимость обсудить свои дела в узком кругу.

- Да просто, чтобы был, - пожала плечами Вика, - К тому же, считай, нас трое, наши слуги - тоже трое, четвёрка Миоки и десятник Оникар. Что получается? Одиннадцать. А счастливое число - двенадцать. Дюжина. Вот и взяла этого бродягу.

- Прости, госпожа Вика, - уставился на неё Флемм, - Это по каким поверьям двенадцать - счастливое число? Я не ...

- Тебе надо чувство юмора прокачать, Флемм, - попаданка двузубой не удобной вилкой взяла с тарелки из-под носа Эрны приглянувшийся кусок буженины и с удовольствием откусила, - В моей...нашей команде ещё нет ни одного знатока дикой природы. Ты сам ещё не раз к нему с вопросами обратишься. Гарантирую. И потом, я котёнка хочу. Дубок поможет мне в поимке.

- Кого?

Магистр науки и магистр магии спросили одновременно. Эрна, та, вообще, чуть не подавилась.

- Котёнка, - повторила Вика, - Желательно пушистого. Но сойдёт любой. Ладно, не к спеху. Флемм, ты карту посмотрел? Понял, как я хочу пройти к Адаю?

Целью этого Викиного похода являлось граничившее с Датором Адайское герцогство королевства Фридленд. То самое, где второй год герцогиней была восемнадцатилетняя Жагета, дочь герцога Янинского, плод кровосмесительной связи - её родители были двоюродными братом и сестрой.

Даже на Земле в средневековую эпоху, где священники категорически возражали против браков между близкими родственниками, подобное в среде высшей аристократии порой случалось. А уж в этом-то мире, где церковь Единого вообще не вмешивалась в этот вопрос, как и в дела политики, подобные семейные узы возникали очень часто. С соответствующими рисками при деторождениях.

Несчастная Жагета родилась кривобокой и с наполовину парализованным лицом. Собственно, это уродство молодой владетельницы и легло в основании плана попаданки по расширению влияния Ордена за пределы Датора и основанию одного из значимых комтурств практически в самом центре Алернии.

- Да, я понял уже, - кивнул Флемм, - Мы и в самом деле так срежем путь и заодно обойдём места боевых стычек герцогских отрядов. Только тропы в обход тракта несут не меньше опасности.

- Ах, Флемм, нам ли быть в печали по этому поводу? Наоборот, встречи с Насмешником мы сами будем искать. Я пообещала Оникару.

Магистры ещё были не в курсе печальной истории семьи десятника егерей, но сейчас Вика сочла нужным обоих в неё вкратце посвятить.

В этом мире не додумались с детства уродовать людей ради развлечения. В земном средневековье детей специально подолгу держали в маленьких ящиках, чтобы они не вырастали и становились горбатыми, или связывали ножки в обхват толстых чурбаков, чтобы сделать их кривыми, или разрезали рты до ушей, создавая "смеющихся мальчиков" и "смеющихся девочек".

Но мысли и идеи человеческие, особенно, мерзкие, похоже, могли передаваться между мирами и без помощи какой-либо сверх могущественной Сущности.

Вот и в густых горных лесах границ Датора, Фридленда и Шройтена самому известному и жестокому главарю крупнейшей банды пришла в голову весёлая идея перед убийством своих жертв делать из них "смеющихся" людей, разрезая рты.

Из-за этой его весёлой придумки, он и получил прозвище Насмешник.

Жестокая истина заключалась в том, что те банды, которые не оставляли свидетелей живыми, убивая подряд всех попавших к ним в руки, существовали и вели свою грабительскую деятельность намного дольше, чем те, кто проявлял хоть какую-то человечность.

Это все понимали хорошо. Поэтому, мало кто из разбойников отпускал своих жертв. Но даже в таком, отнюдь не гуманном, мире различали жестокость по необходимости и изуверство ради удовольствия.

- А я заметила, что с Оникаром что-то не так, - Эрна глубоко вздохнула, - Слишком уж мрачный.

- Говорят, что месть - плохое дело, - Вика закончила завтрак и поднялась из-за стола, - Но, мне почему-то кажется, что нашему егерю встреча с подонком, жестоко поглумившемся над его женой и детьми, будет благом. Так, Миока с Клойком вчера под вечер из Нола привели недостающих вьючных лошадок, а заодно подкупили тёплых вещей. И комендант в очередной раз проявил любезность, выделил нам пару отличных шатров. Небольшие, правда, но, как говорится, в тесноте, да не в обиде.

- Ты думаешь, нам пяти вьючных хватит, Вика? - с сомнением спросил Флемм.

- За глаза, мой друг. Скачки нам не устраивать, так что и своих лошадок нагрузим. А уж подбадривать их магией мы с Эрной будем на пару. Всё, собирайтесь. Через гонг отчаливаем.

Глава 3

Вика чувствовала себя безжалостной и бессердечной стервой, когда сдёргивала дурацкое соломенное одеяло со своей сладко разоспавшейся рабыни.

- Юнта, вставай, пора в путь дорогу. Я, что ли, вещи укладывать все буду?

Служанка вскочила довольно резко, но со сна начала производить довольно суматошные бестолковые движения, пока Вика её не успокоила и не отправила умываться.

Складывать какие-то предметы гардероба и вещи предстояло Юнте, но свой Пространственный Карман попаданка заполняла, разумеется, сама.

Кроме денег, а их Вика при себе имела больше одиннадцати тысяч лир - сумма по местным меркам просто огромная - в её магическом хранилище имелись и запасы продовольствия, и дорогого вина, кое-что из одежды, и даже второй комплект оружия - меч, пара кинжалов, метательные ножи и сюрикены. Мало ли что может с носимым на виду и в поклаже случиться? Вдруг потеряется?

- Хозяйка, а ещё одна твоя нательная рубашка, не знаешь, куда делась?

- Выкинула, - соврала Вика растерянной девушке, - Всё сложила? Оставляй тут, Тарик вынесет. Сбегай в дворовую и приведи Дубка. Только смотри, не соврати мне его по дороге.

- Вот ещё, - хмыкнула Юнта, - Нужен мне такой увечный.

- Ну, для тебя-то он не такой уж и калека. Не всё же ему отрубили.

Поняв, на что намекает хозяйка, служанка хихикнула и побежала выполнять распоряжение.

Вика подошла к окну и посмотрела на внутренний двор крепости, где четвёрка её бойцов вместе с десятником егерей Оникаром в окружении большого числа жителей замка, среди которых она разглядела и коменданта с главным магом и спасённым ею капитаном егерей, уже вьючили заводных коней. Им помогали и замковые слуги - полковник Ворд продолжал расплачиваться, чем мог.

Снег уже весь стаял, даже вдоль накрывавших землю тенью стен. Нола-Тор находился на самом севере Датора, но и здесь зима была крайне мягкой.

В детстве Вика очень любила русскую зиму - катание на санках, Новогодние праздники, игра в снежки, лепка снеговиков.

Морозы? Попаданка немного с грустью усмехнулась, вспомнив, как бывало ждала похолодания, которое отменит занятия в школе, чтобы можно было с самого утра отправиться на горку.

Став старше, уже в одиннадцатом классе, свои восторги по поводу зимы она поуменьшила. Может, свою роль тут сыграл появившийся у неё к тому времени мопед?

Да, наверное так. Мчаться по морозному воздуху было не очень приятно даже такой неофитки мотогонок, как Вика.

А скоро ей предстоит встреча с настоящей зимой. Крепость Нола-Тор находилась в месте встречи двух трактов - Фридландского и Шройтенского, первый из которых шёл с севера, а второй - с северо-востока, оба пересекая горы, покрытые в это время снегом.

Движение по ним сейчас было крайне ограниченным - перевалы переметались снегом так, что пробиться там могли верховые, но никак не телеги или фургоны обозов.

До саней здесь ещё не додумались, и у Вики было мелькнула мысль выдать очередную прогрессорскую новинку - а то слишком уж мало толка этому миру от пришелицы из другой вселенной - сделать обычные полозья. Благо, ума на это много не надо. Но, подумав, она от идеи отказалась.

Ну, преодолеешь на санях перевалы. А дальше что? Спустишься с гор, а снега нет. И куда на санях этих деваться?

Попаданка засмеялась, вспомнив известную ей с детства шутку: "Стою на асфальте я, в лыжи обутый. То ли лыжи не едут, то ли я чеканутый".

Хорошо, что никто в тени комнаты её с улицы не видит, иначе подумали бы, что начальница охраны выдающейся целительницы Эрны поехала крышей.

- Хозяйка, привела, - бодро доложила вернувшаяся рабыня.

Вика отвернулась от окна, изменив выражение лица на серьёзно-деловое.

- И где он?

- За дверью.

Юнта, чуть не ударившись о косяк, выскочила в коридор и затащила браконьера в номер.

Отмытый, в вычищенной и подлатанной одежде Дубок выглядел всё же тридцатилетним, а не сорокалетним, как подумалось Вике при её первой встрече с ним.

Это был рыжеватый, крепкий и рослый мужчина с коротко стриженной бородой, высоким лбом, прямым римским носом и настороженными глазами.

- Давай уточнимся, разбойник, - Вика, хоть и была почти на голову его ниже, но за время своей новой жизни вполне научилась при необходимости смотреть свысока, - ты всё же Дубок, или Обрубок?

- Ну, раз это ты решила, что я ещё могу пожить, так сама и назови, как хочешь. Мне всё равно, наёмница. Только не понятно, какого волка я тебе понадобился?

- Волка? - улыбнулась Вика, - Я слышала другое слово в подобном контексте. Садись на стул. Поговорим. Слышала я, что в этих местах охотники и браконьеры используют собак, волчьих родственников. И что эти животные могут быть очень полезными и преданными. Ты как себя в этой роли видишь?

От приглашения сесть Дубок не отказался, но слова девушки его разозлили.

- Ты на мне видишь ошейник, наёмница? За предложение жизни благодарю, но рабом быть я не собираюсь. Можешь отсылать меня обратно. А за кормёжку спасибо.

Попаданка села на другой стул напротив браконьера.

- Тебя покормили. А как насчёт вина? - она посмотрела на Юнту, - Налей ему. И помоги выпить.

- Выпить я и сам могу.

Он обхватил жутковато смотревшимися с ещё не зажившими обрубками пальцев ладонями медный кубок, который рабыня наполнила до самых краёв, и начал пить большими глотками.

- Да ты не сердись, браконьер, - попаданка дождалась, пока Дубок допьёт вино, - Это я образно. Насчёт собаки-то. Хотя, кто знает, глядишь, и напрашиваться будешь. А я ещё поторгуюсь. Семья есть?

Дубок на её привычку резко менять темы разговоров отреагировал ничем не лучше других обитателей этого мира и растерялся.

Семья у него была - жена и двое сыновей-погодков, семи и шести лет. Проживал он в небольшом хуторе на землях барона, чей замок Вика со своей компанией проезжала утром дня прибытия в Нола-Тор.

Видимо, сознание жительницы развитого технологического мира позволяло Вике и без всяких подарков от Сущности довольно ловко и быстро разговорить любого на интересующую её тему.

Попаданка понимала, что причина очередного её внепланового умения проста - она ведь любопытствовала в основном про то, что её собеседник хорошо знал и испытал на своём собственном опыте. А что может быть для человека интересней в беседе, чем разговор о нём самом и его проблемах? Особенно, если он чувствовал, что слушают его внимательно и искренне?

Барон, у которого Дубок был свободным арендатором, к поимке браконьера оказался непричастен. Хитрый хуторянин, что тот лис, стрелял дичь за пределами баронских владений, сокращая поголовье благородных животных в лесах герцогов Цевихского и горных долинах герцога Адайского.

Вика ещё в дороге от Милонега немало изумилась, когда узнала от Флемма, что в здешних местах водятся и олени, и лоси. Насколько она помнила, в родном мире эти виды животных имели разные ареалы обитания. Хотя, разве это самое сильное отличие, которое она узнала?

Охота, сама по себе, в этих краях не была запрещена. Можно было стрелять птиц, зайцев и прочую мелочь. А вот из крупных зверей разрешали охотиться только на волков и медведей. Лоси, олени и кабаны - дичь исключительно для владетелей, их уполномоченных людей и благородных. Дубок ни к одной из этой категорий людей не относился.

- Вот ты сохранила мне жизнь, но, честно, я не знаю теперь, как мне быть дальше, - Дубок мрачно посмотрел на свои руки, - Даже если ты меня отпустишь, не представляю, как работать на хуторе и содержать семью. И..., - он вновь бросил настороженный взгляд на Вику, - а ты ведь мне так и не сказала, зачем...

- Сам что ли не сообразишь? - хмыкнула попаданка, - Мы едем в Адай. Через захваченный форт на тракте мы не попрёмся, сойдём в сторону. С нами ещё десятник егерей будет. Человек очень достойный и опытный. Но сомневаюсь, что он хорошо знает тропы и леса по ту сторону границы. А ты там часто бывал, как я понимаю. Для вас ведь, негодяев-браконьеров, семь вёрст не крюк. Ты мне подходишь, Дубок. Обрубком я тебя звать не буду, потому как есть намерение тебе помочь. Но учти, отплатишь истовой службой.

Браконьер недоверчиво посмотрел на попаданку.

- В дворовой только и разговоров, что о твоей нанимательнице. Рассказывают о чудесах исцеления. Вот только, думаю, что это..., - он поднял свои обрубленные ладони, - Никто...

- А ты не думай, Дубок. Много думать вредно, - Вика поднялась и сурово посмотрела на развесившую уши Юнту, - Рот закрой, - посоветовала она ей, - Отведи нашего лесничего к Тарику. Скажешь рабу Флемма, что на нём ещё и забота о нём, - попаданка мотнула подбородком в сторону браконьера, - И пусть не забудет забрать мои вещи, когда стаскает во двор барахло хозяина и Эрны.

Как ни удивительно, но начавшиеся боевые действия - пока формально они велись только между фридландским герцогом Гертером Адайским и даторским герцогом Лероном Цивихским - не препятствовали перемещению товаров и людей через границу, по сути, уже больше семи недель ставшей линией фронта. Слишком много было у обоих герцогов завязано на эту торговлю.

Но ехать мимо захваченного адайцами цивихского форта Вика не хотела - для их кавалькады без повозок имелся более короткий путь, ну и главное, попаданка, узнав чудовищную историю про развлечения Насмешника, твёрдо решила, что этот разбойник - её клиент. В плохом смысле.

Помочь десятнику Оникару она захотела искренне. От всей своей души. Мразей она не любила в обоих своих ипостасях, и раз уж судьба наградила её огромными возможностями, то грех было ими не пользоваться, чтобы хоть иногда вершить заслуженное подонками возмездие.

Провожать магиню-целительницу Эрну, красавицу-наёмницу Вику и их спутников высыпало всё население замка. Что Вику удивило, так это совершенно искренняя доброжелательность со стороны женской части замковых обитателей. Обычно женщины к очевидному превосходству своих соперниц за внимание мужчин относятся весьма ревниво, но тут был явно другой случай.

- Вика, возьми с собой, - к попаданке подошла и протянула свёрнутый в рулон кусок отлично выделанной медвежьей шкуры лейтенант егерей Лериса, молодая, двадцатипятилетняя женщина, из семьи не титульных дворян, привлекательная, но крайне суровая - она лично, когда её отряд поймал Дубка, рубила браконьеру пальцы и прижигала обрубки, - В походе вещь незаменимая, особенно в это время и в тех краях.

- Да куда, Лериса? - Вика показала на тюк за своим седлом, - И так загрузились чрезмерно, что, боюсь, еле двигаться будем. Просто, кто-то слишком до чужого добра жадный, - это она сказала в адрес находившегося рядом и слышавшего разговор Клойка, но тот и ухом не повёл, - Спасибо, конечно, но...

- Перед собой положи, - лейтенант, чью дочь Эрна исцелила от кори - была и здесь эта болезнь известна, не слушая возражений Вики, положила рулон на холку её лошади, - Ей и укутываться хорошо, и на привале под себя подстелить. Твоей нанимательнице я точно такую же передала. И береги уважаемую Эрну. Ты, конечно, воин, каких ещё никто не видел, но иногда численное превосходство значит больше боевых умений.

- Спасибо, кэп, - улыбнулась попаданка.

Лейтенант не видела даже и четверти реальных боевых - без учёта всякой магии - возможностей Вики, но всё равно, как и остальные, была впечатлена.

Дальше отказываться попаданка не стала. Да и, чего уж говорить, такая забота ей была приятна.

Посмотрев, как комендант со своими ближайшими соратниками, окружив Эрну, изливаются соловьями, Вика решила прекратит это гадство. Иначе они тут прирастут к почве копытами.

- Уважаемая, - подъехав, обратилась она к Эрне, впрочем, её внешняя почтительность никого из офицеров не обманула - не дураки, ещё в первый день определили, что отношения магини и начальницы её охраны дружеские, да и с Флеммом всем было всё ясно, - Мы готовы ехать. Лошади уже застоялись.

"Товарищ, вы в аэропорт не опоздаете?" - у немного раздражённой задержкой отъезда Вики эта фраза буквально висела на кончике языка. Но сдержалась.

Из Нола-Тора они выехали на четвёртый гонг с рассвета.

Лес вокруг замка был вырублен и выкорчеван примерно на триста-четыреста шагов, так что, едва оставив позади гостеприимную для них крепость, они въехали в густой сосновый лес, через который шёл Фридландский тракт.

- Эрна, задержись. Дело есть, - сказала Вика, - И ты притормози, - обратилась она к Дубку.

Исцеление браконьера попаданка решила не откладывать в долгий ящик. Как и отбросить уже всякую скрытность насчёт своих целительских способностей перед близкими людьми. На Дубка у неё были определённые виды, поэтому в это число она его условно уже включила.

- Вика, - окликнул её Оникар, заметив, как она остановилась.

- Мы догоним.

Дав знак десятнику егерей, возглавляющему их кавалькаду, ехать дальше, попаданка с подругой и браконьером остались на месте.

Дубок, несмотря на своё выраженное недоверие к способности Эрны восстановить ему утраченные пальцы, всё же заметно волновался и смотрел на магиню с надеждой. А та была, что называется, ни сном, ни духом. Свои целительские возможности девушка достаточно хорошо изучила и не видела, чем она может помочь браконьеру. Хотя, наверняка начала догадываться, что задумала подруга-начальница.

- Фокус-покус тебе сейчас покажу, - не обманула её ожиданий попаданка, - Который ты так хотела увидеть. Не передумала ещё?

- Это то, о чём я думаю?

Третий раз Вика могла наблюдать действие своего заклинания Абсолютное Исцеление. И вновь оно привело её в восторг. Что уж говорить об Эрне.

- Это чудо! - пискнула магиня.

Дубок, на мгновение немного дезориентированный фразами подруг, едва почувствовав на себе мощь Викиной магии, сразу же ощутил и понял то, что с ним произошло. Как и сообразил, кто является автором случившегося чуда. Попаданка это ясно определила по направленному на неё взгляду.

Она, не церемонясь, схватила поднявшего свои ладони к глазам браконьера за воротник.

- Даже не вздумай сейчас валиться с седла и месить грязь под копытами моего коня, - настойчиво посоветовала Вика, - Это самое не нужное, что ты можешь сделать. Видала? - спросила она у Эрны, по прежнему сдерживая порыв Дубка соскочить с лошади, - Учись, студент.

- Госпожа..., - прохрипел браконьер.

- Не поняла, - удивилась Вика, - Это что, такой побочный эффект, что ли? Пальцы отрастают, а в горле хрипы появляются? Да не дёргайся же, Дубок. Всё, проехали. Нет и не было никогда Обрубка. Забудь. Понял? Не заставляй меня жалеть о своей доброте. Сейчас догоняем наших, и ты молчишь о том, кто и как тебя исцелил, как рыба об лёд. Кивни, если мозги уже начали соображать. Молодец.

Суровость и даже некоторую досаду Вика лишь изображала. В душе же попаданка ликовала. Понятно, что когда-нибудь она привыкнет к результатам своих целительских воздействий, но пока эмоционально испытывала огромное удовольствие.

- Вика, - выдохнула восторженно подруга, - Я буду учиться...

- А куда ты денешься? - попаданка, увидев некоторую успокоенность в глазах браконьера и ощутив прекращение его порывов, руку от воротника убрала, - Поехали. Дубок, веди себя прилично. О размерах твоего долга передо мной мы ещё поговорим. И чем расплачиваться будешь, тоже расскажу. Ты не переживай, я не альтруистка.

Исцеление Дубка времени заняло совсем немного, и отстали от своих они не сильно. Так что, Клойка, ехавшего в колонне замыкающим, подруги с возвращённым к полноценной жизни браконьером догнали через четверть гонга, пустив коней неспешной рысью.

- Всё нормально? - поинтересовался тридцатипятилетний наёмник.

- Отлично, - улыбнулась Вика, - Момент милости прошёл, впереди момент гнева. Я к десятнику, - сообщила она Эрне.

Оставив подругу и браконьера, Вика ускорила лошадь и догнала ехавших в голове Оникара и Миоку.

Глава 4

Оба даторских приграничных форта, контролировавшие северные тракты, были захвачены. Причём, во внезапных штурмах участвовали ситгардские наёмники, что недвусмысленно указывало на поддержку Гертера Адайского монархами граничивших с Цевихским герцогством королевств.

- Говоря по правде, я запуталась, - Вика приняла от Юнты кружку горячего чая и вопросительно посмотрела на Флемма, - Объясни хоть бестолковой, кто на ком стоял?

До наступления темноты было ещё, как минимум, два гонга, но вся орденская компания остановилась на ночлег.

Как Вика и говорила раньше своему магистру магии, ехать дальше по Фридлендскому тракту к захваченному форту они не стали и разбили лагерь на лесной поляне, от которой на запад отходила тропа, ведущая по горным склонам к Адаю, столице герцогства.

Этот путь был малохоженым по причинам опасности этих мест из-за обилия тут разбойных банд и невозможности движения повозок по узким, петляющим вдоль деревьев, то поднимающихся круто вверх, то спускающихся резко вниз тропам.

Но для неприхотливых лошадок выбранная дорога была вполне проходима, а риски от встречи с разбойниками Вику совсем не страшили.

Более того, она сама рассчитывала на скорую встречу с одним из самых известных лесных атаманов - Насмешником, по сведениям Нола-Торских егерей, чувствующим себя в Куньем ущелье в полной безопасности. А зря.

Сибаритствовать путники не стали и разбили на всех два шатра. Один для женщин - Вики, Эрны, Миоки, Барки и Юнты с Зурой, другой для мужчин - Флемма, Оникара, Клойка, Барка и Дубка с Тариком.

Оставлять слуг и браконьера ночевать под открытым небом Вика посчитала не правильным решением - как говорится, не май месяц - и Эрна с Флеммом с ней полностью согласились. Добрые и душевные люди.

Разожгли большой костёр для обогрева - Поиск Жизни Эрны и Дальновидение Вики определили, что никаких гостей им в ближайшее время ждать не нужно - и, чуть в стороне, костерок, на котором рабыня Флемма Зура приготовила обедо-ужин.

Вообще, за весь день их недолгого сегодняшнего похода они встретили только два небольших вьючных каравана янинских и авелирских торговцев и четвёрку верховых молодых гронских дворян в сопровождении мальчишки-раба, совершающих поездку в Цинарскую империю.

В долгие разговоры Вика и её орденцы со встречными не вступали, ограничиваясь обычными приветствиями. Тем не менее, насчёт гронских благородных Флемм был абсолютно уверен, что это очередная группа политических эмигрантов.

В Гронской империи уже десяток лет шла вялотекущая гражданская смута, и проигравшие в ней предпочитали на время находить убежище в Цинаре. Там их привечали с распростёртыми объятиями - император Федистол пытался за счёт найма на службу большого числа иноземцев выстроить противовес своим усилившимся сатрапам провинций.

Грузить всю работу по обустройству лагеря на Тарика и Дубка разумеется не стали, как и в разведении костров и готовке пищи.

Зура действительно оказалась настоящим мастером-поваром. Казалось бы, дело не хитрое - приготовить из крупы, похожей на рис, мяса, соли, масла и овощей подобие плова. Но Вика, однажды, ещё в своей прошлой жизни, сама крайне неудачно попробовавшая себя в кулинарном искусстве готовки на костре, старание и умение рабыни оценила.

К тому же, приготовила Зура на хлопковом масле, а именно на нём, как в теории знала попаданка, готовился настоящий узбекский плов.

После ужина командование похода, в лице Вики, Эрны и Флемма, отделилось от основного коллектива и уселось на перекрещенных брёвнах возле Зуриного костерка, где Юнта стала поить их чаем.

- Да суть конфликта между герцогами понятна, - Флемм, в отличие от девушек, от чая отказался, предпочтя вино, - Ты же понимаешь, что Гертер Адайский согласился взять в жёны виконтессу Жагету Янинскую только по сугубо меркантильным причинам.

- Да, - кивнула Вика, грея ладони поданной рабыней кружкой, - О любви тут говорить не приходится. Юнта, иди помоги Зуре и Тарику с мытьём посуды, - сказала она своей блудливой кошке, - Только смотри не испорти господину Флемму этого замечательного парня. Считай, что он для тебя табу. Поняла? А то выдеру, как сидорову козу.

Температура воздуха была плюсовая, градусов около пяти, но ощущалась некоторая зябкость, и Вика мысленно поблагодарила лейтенанта егерей за медвежьи шкуры. Сейчас подругам они пришлись как нельзя кстати.

Эрна их разговор почти не слушала, блаженствуя и глядя задумчиво в костёр. Уж на что попаданке было интересно путешествовать по новому для себя миру в компании своих людей и реализовывать намеченные планы, а бывшая крепостная, похоже, испытывала настоящий восторг от всего, что стало с ней происходить после того, как Единый послал ей Вику.

- Дело в том, что герцог Янинский, в качестве приданого своей дочери, обещал взять на себя откуп у Цивихского владетеля доходов с Нола на двадцать лет.

- С Нола? С этого мелкого, зачуханного городишки?

- Городишко мелкий, это верно, - усмехнулся уважаемый Орваль, - Вот только, именно там платится налог с фридландских товаров, прежде всего, шерсти и шерстяных тканей, главной статьи доходов горных владетелей. Герцог Цивихский женат на родной тётке Жагеты, и никто не сомневался, что вопрос с откупом будет решён довольно легко. Но, между двумя даторскими владетелями что-то не заладилось, и воз и ныне там. Жагета уж скоро два года как герцогиня Адайская, а обещанного приданого так и нет.

- Не заладилось у бирманских герцогов, или свояки просто решили кинуть своего зятя?

Представительница иного, гораздо более продвинутого мира знала просто огромное количество возможностей обмана одних людей другими. Поэтому, Вика обосновано засомневалась в версии Жагетиного папы.

- Кинуть? Интересное слово, - усмехнулся Флемм, - Может, да, а, может, и нет. Я не знаю. Но герцог Гертер решил не разбираться, насколько правдивы объяснения тестя, а самому забрать то, что ему было обещано. Тут ещё совпало....понимаешь, наш добрый король Кальвин, он ... как бы тебе сказать ...

- Да говори уж, как есть, - усмехнулась Вика, - Флемм, дорогой ты мой магистр науки, постарайся, пожалуйста, сделать так, чтобы я никогда из тебя слова клещами не тянула. Хорошо? Режь всегда мне в глаза любую правду-матку. Даже если ты мне сейчас скажешь, что наш добрый король жаден и лжив, я постараюсь это пережить. Честное пионерское.

Она догадалась уже, что дальше скажет Флемм. И тот действительно сказал то, что Вика предполагала:

- Кальвин увеличил таможенные сборы не только на товары, продаваемые из горных королевств в Датор, но и на те, которые по Вене отправляются во Вьежский порт для вывоза в другие страны. Короче говоря, притязания герцога Адайского, похоже, если верить тому, о чём все говорят последнее время, поддержали короли Фридленда и Шройтена. И, мне кажется, их аппетиты одним только Нолом не ограничатся.

В этот момент Эрна отлипла от разглядывания пламени костра.

- Вика, мы ведь ... наш Орден ... мы поможем королевству? - спросила она.

- Какому из трёх, сестра?

Две пары глаз с укоризной посмотрели на попаданку.

- Нашему, конечно, - сказала Эрна.

Её коллега, наставник, друг и любовник поддержал магистра магии энергичным кивком.

- Наше - это которое из них? - с любопытством глядя на подругу поинтересовалась Вика - Это то, где тебя считали скотом, хотели изнасиловать, ободрали плетьми и бросили подыхать в вонючую, заполненную мочёй и дерьмом яму? Или то, где заслуженного учёного, выдающегося мыслителя современности и лучшего наставника молодёжи по гнилому доносу завистников уволили с работы и оставили умирать в нищете? Мы про Датор ведь сейчас говорим?

Рассматривать под таким углом отношение к родному королевству явно никому не приходило в голову.

Выдающийся мыслитель современности даже поперхнулся вином.

- Э-э, госпожа...

- Ну что "госпожа"? И потом, мы же уже договорились - зови меня Викой. Можешь, шефом. Я возражать не буду. Мне этот Датор ничего в жизни хорошего не дал, - Вика, разумеется, в этот момент имела в виду Неллу и её тяжёлую судьбу, - Вы что, оба думаете, что я с серебряной ложкой во рту родилась? Ага. В общем, для меня нет ни эллина, ни иудея, в смысле, ни бирманца, ни фридландца. Да и чивирцев со шройтенцами или ещё кого. В моём, в нашем Ордене все равны в своих возможностях. Ты другу своему, обиженному императором, тоже послал весточку в Цинар, чтобы он приезжал в Акулий Зуб? - уточнила она у Флемма и дождалась его утвердительного кивка, - Вот видишь. Ну и, если он начнёт просить за империю? Нам что, теряя тапки бежать на помощь императору?

- Нет, Вика, - замотала головой Эрна, - Он очень плохой. Я слышала, он двух своих сыновей отравил, а дочь ...

- Перестань, - прервала подругу попаданка, - Я вообще не о том, кто плохой, а кто хороший. Ты мозги включи. Мы. Вмешиваться. В дела. Владетелей. Не. Будем. Кальвин, если ему помочь, будет нам безмерно благодарен. Год. Может, два. Но и он, и остальные монархи и владетели, будут абсолютно точно знать, что Орден Тени - это не нейтральная организация, ставящая своей целью просвещение и познание науки и магии. А значит что? Правильно. Начнут исподтишка ставить нам препоны. А воевать и враждовать со всеми сильными мира сего - плохая идея.

Некоторое время все трое сидели задумавшись. Уважаемый Орваль шевелил губами, как семидесяти двух летний старик, а не крепкий импозантный сорокалетний учёный муж.

- Шеф, а ты ведь в первых наших беседах немного другое толковала? - наконец сформулировал он вопрос.

- Да всё тоже самое, уважаемый магистр науки - раз уж ты выбрал официальное обращение ко мне, то, позволь, и я тогда к тебе не по имени, - съязвила Вика, - Для того, чтобы на кого-то или на что-то влиять и воздействовать, вовсе не обязательно ввязываться в драки и быть в каждой бочке затычкой.

Они втроём засиделись допоздна. И Вике показалось, что до магистров магии и науки дошёл замысел шефа. Значит, не жирафы.

Их люди старались своему начальству не мешать, лишь Миока подходила уточнить, как будет организовано ночное дежурство.

Конечно, Вика могла дать команду всем отдыхать - она и в одиночку легко могла заменить и часовых, и сигнальные заклинания, но, как всегда, попаданка не собиралась мешать людям работать. Но, всё же, и тиранить своих людей Вика не стремилась. Поэтому, отдала распоряжение на поочерёдное парное дежурство.

Дежурный боец должен был ночью патрулировать стоянку, а один из слуг, в число которых пока включили и исцелённого браконьера, подкладывать в жаровни, установленные в шатрах, угли.

Дубок чувствовал себя на седьмом небе от счастья, с радостью демонстрировал свои пальцы и вызывался дежурить на всю ночь. Его энтузиазм Вика похвалила, но не поддержала.

Десятник егерей Оникар и бывший браконьер были людьми местными и опытными, поэтому ночлег организовали достаточно комфортный.

Вика, войдя в шатёр, почувствовала под ногами не только войлочное покрытие, но и лапник, который её люди собирали, пока она беседовала с магистрами.

В шатре было на удивление достаточно тепло от жаровен, а спальные места оборудованы из набитых шерстью подстилок.

Разумеется, раздеваться до нижнего белья она не стала, но ботфорты сняла и улеглась между Эрной и Юнтой, накрывшись вместо припасённого шерстяного одеяла подаренной медвежей шкурой.

Перед тем, как отправиться спать, попаданка вместе с подругой одарили всех своих спутников, включая и слуг, толиками целительской магии, что было воспринято с благодарностью.

По идее, Вика могла вообще не спать, но решила дать сознанию отдохнуть и погрузилась в сон.

Ей хватило пяти гонгов, чтобы полностью выспаться. Скажи ей кто-нибудь в прошлой жизни, что такое возможно, она бы не поверила.

- Иди, отдохни ещё немного, - предложила она Барку, выбираясь из шатра, - Я всё равно уже не усну. Подежурю вместо тебя. Пару гонгов у тебя ещё есть.

Наёмник упрямиться не стал и быстро скрылся в мужском шатре.

- Госпожа, я вёл себя дерзко и глупо, - воспользовавшись тем, что они остались вдвоём, Дубок решил наконец-то высказать свою благодарность и встал на колено рядом с сидящей у костра на бревне Викой, - Наверное, те, кто говорят, что нет никакого Единого, правы. Ты ведь одна из Семи?

Вика хмыкнула и посмотрела на браконьера. Нет, этот чудак, кажется, не использовал образное сравнение, а, судя по фанатичному взгляду, реально считал её кем-то из мифических семи божественных сущностей.

- Дубок, не сходи с ума, - попросила она, - Я просто сильная, очень сильная магиня. То, что ты не слышал о подобных случаях исцеления, вовсе не означает, что это невозможно. Понимаешь? Есть многое на свете, друг Дубок, что не доступно нашим мудрецам. Так что, отслужишь мне в этом походе проводником и будем считать, что мы в расчёте.

Браконьера её слова не убедили, он преклонил и второе колено.

- Я никогда не буду считать себя перед тобой в оплаченном долгу, - он всё пытался заглянуть ей в глаза, но не мог - Вика вяло ворошила веткой угли и смотрела на язычки пламени, - Если есть такое, что я могу ...

- Котёнка.

-Э-э ... что? - растерялся, сбитый с пафоса Дубок.

- Ты глухой? Котёнка, говорю, мне найди. Пушистого. Можно кошечку. Киску - будет даже лучше.

Получение конкретной задачи подействовало на браконьера отрезвляюще.

- Госпожа...

- Вика, зови меня Вика.

- Вика, но их нет.

- Да ты гонишь, Дубок, - возмутилась попаданка, также в пол-голоса, как они и вели разговор, - Как это нет, когда все говорят, что есть?

Браконьер истово, словно на исповеди, ударил себя кулаком в грудь.

- Врут, госпожа ... Вика, как есть врут. Поверь опытному леснику. Только через восемь или девять недель появятся!

Попаданка чуть не постучала себя по лбу. Ведь и в самом деле здешние кошачьи в дикой природе имеют свои периоды размножения.

Получается, что она сейчас вела себя, как та самодурка-принцесска из сказки "Двенадцать месяцев", требовавшая подснежников в декабре.

- Всё, Дубок. Я поняла. Выполнение задачи откладывается. Зато появляется новая, но не для тебя, а для всех нас - кому-то не спится, как и мне. Встали с утра пораньше. И, чую, не с добрыми намерениями идут к Фридландскому тракту.

Вика посмотрела на насторожившегося браконьера и улыбнулась.

- Как думаешь, - спросила она, - Что для наших без пяти минут героев лучше - поспать подольше или идти в бой сытыми? Дубок, я серьёзно, без шуток спрашиваю. Ты бы что выбрал?

Тот размышлял не долго.

- Я бы лучше пожрал.

- Не пожрал, а поел, - поправила его Вика, - Научись выражаться прилично. В моей команде право говорить грубости, глупости, пошлости и непонятные слова и выражения имею только я. Уяснил? Тогда пошли поднимать личный состав.

Попаданка поднялась с бревна и отправилась к шатру, на котором вчера угольком ради шутки нарисовала букву Ж, в пику букве М, которую она же намалевала там, где ночевали мужчины.

Сильный пол на то и сильный, что быстро среагировал на громкий голос Дубка, объявившего побудку.

Даже ботан Флемм, и тот, хоть и показался из шатра последним, но одевался на ходу. Под каблуками сапог раздавался треск замёрзшей пожухлой травы.

Снега этой ночью не выпало, но температура упала ниже ноля, и изо ртов людей шёл пар.

Вика, откинув полу женского шатра с иронией наблюдала на царившей в нём суматохой.

Только Миока и Барка - что естественно - быстро вскочили, натянули сапоги и, схватив свои меховые куртки, оказались рядом с Викой. Уважаемая магистр магии и обе рабыни - Юнта и Зура - бестолково суетились, мешая друг другу собраться.

Ну, на последних попаданке было начихать, а вот боевой подготовкой своей подруги, она наметила заняться, как только представится такая возможность.

- Что случилось?

Вопрос Флемма читался во всех одиннадцати парах устремлённых на Вику глаз.

- С запада приближается группа людей - двадцать три человека, из которых двое слабенькие маги, - не стала никого интриговать и томить Вика, понимая, что раскрывается сейчас как магиня перед всеми своими людьми и десятником Оникаром, - Идут по нашей тропе в восьми-девяти лигах отсюда. Сильно не торопятся, так что почти два гонга у нас есть. Предлагаю организовать завтрак. Как на это смотришь, уважаемая? - спросила она растрёпанную со сна Эрну.

- Что? Ах, да. Конечно.

Единственным человеком, удивившимся магическим способностям Вики, оказался Оникар. Остальные, как теперь точно уяснила Вика, давно уже её раскусили. Ну, не хочет начальница раскрываться, что она магиня - её дело. Мало ли, у кого какие тараканы в голове бегают? Главное, что с ней надёжно, как за каменной стеной.

Именно так Вика поняла их реакцию на её слова.