Эмилия Марр

Вот ты и попалась, девочка

Глава 1

Уже несколько дней Диана ходит сама не своя. А сегодня пришла ко мне, но мается, и ничего толком не рассказывает.

— В чем дело, Ди? Дэв тебя обидел? Что не так? Ты же знаешь, что можешь мне все рассказать!

Ее глаза наполняются слезами, и она бросается мне на шею.

Что же произошло? Неужели Дэв причинил ей боль? Опять? Но как же так?! Я точно знаю, что он любит ее очень. Недавно была годовщина их отношений, мы ее отметили с размахом… Что же произошло?

— Диана, скажи мне! Несмотря на то, что Дэв мой друг, я поддержу тебя и вставлю ему мозги на место!

Она вертит головой, отрицая мои предположения. Провожу рукой по ее волосам в успокаивающем жесте.

— Да что же случилось, Ди? Расскажешь мне? Или не хочешь делиться, все настолько плохо?

— Я не знаю, что мне делать? — наконец начинает вразумительную речь Диана.

— С чем?

Она хочет оттолкнуть меня, но я не отпускаю, а лишь чуть сильнее прижимаю к себе, давая понять, что не отступлю и не оставлю ее одну.

— У меня нет больше денег, — пыхтит мне в грудь.

Не понял, о чем она?!

— Ну, если тебе нужны деньги, почему не скажешь Дэву? Хочешь, я дам, сколько тебе нужно?

— Да нет, Саш! — бьет меня по груди со злости. — Папин стартап прекратил свое существование. Проект закрыт. И финансирование его — тоже. Теперь мне не будут поступать деньги, понимаешь, а значит, я не смогу оплачивать ипотеку для приюта, я же с них платила. Да что ипотека, теперь осталось только тратить накопленные деньги… Но это дорога в никуда, ведь и им придет скоро конец. Понимаешь?

— Понимаю, а еще понимаю, что ты себя накручиваешь… что Дэв все это поймет и придумает, что и куда отправлять, вместо тебя…

— Саш! — Диана возмущенно отталкивает меня. — Ты что, не понимаешь? Давид полюбил меня за мою независимость, а теперь я что, буду смотреть ему в рот и просить денежку? Да он через пару месяцев разлюбит меня…

Смотрю на свою подругу детства и думаю: «Она совсем мозги растеряла или просто от любви двинулась?»

— Мать, Аюнц двинутый на тебе, ты вообще о чем?! — искренне недоумеваю. — Или у тебя ПМС, что мысли глупые лезут?

В меня летит подушка с дивана, но я успеваю отмахнуться.

— Романов, ты дебил! Какой ПМС! — вдруг Ди останавливает свою бранную речь и задумывается.

— Ууу, — тяну издевательски, догадавшись, о чем она задумалась, — неужели маленькие чертята Аюнцы решили появиться на свет…

— Ладно, Сань, мне пора, — быстро проговаривает подруга и, схватив свою сумочку, спешит на выход.

И вдруг вновь останавливается.

— Ах, да. Я сегодня видела твою рыжую медсестру. Ну, ту, помнишь, что выхаживала тебя после аварии.

Сердце пропускает удар от одной лишь мысли о той, что исчезла так внезапно, как и появилась. Но где Диана могла ее встретить?

Не успеваю задать свой вопрос, как Ди продолжает:

— В ломбарде, возле универа. Она тоже что-то сдавала. И, кстати, теперь у нее розовые волосы, — Диана по-доброму улыбается, — ее трудно было не заметить, — пожимает плечами и выходит за порог моей квартиры.

А я уже знаю, куда мне ехать и чем я буду занят ближайшие час-полтора.

Продавец в ломбарде поначалу развел руками на мои вопросы о Лизе, но когда я упомянул цвет волос, сразу вспомнил ее. Она сдала цепочку с подвеской. И за двойную плату работник ломбарда согласился мне их продать, а также сообщить, когда хозяйка за ними придет.

Ну, что же, Лиза, вот ты и попалась.

Дав парню еще на лапу, чтобы он мне позвонил, когда девчонка точно объявится, выхожу из ломбарда. И вдыхаю кислород полной грудью. Неожиданно стало так хорошо на душе. Возбуждённое состояние перед ответственным событием. Да, мы обязательно встретимся вновь. И я выпытаю у нее, почему она пропала из моей жизни, как только мне стало лучше. Почему сменила номер и, что еще важнее, почему она подменяла студентку колледжа Лизу на практике? Ведь я впоследствии все же нашел эту Лизавету, и она вовсе не моя рыжуля, которая ухаживала за мной после аварии и разговаривала по душам. Да так разговорился, что я открылся ей в самом личном вопросе, рассказав, что произошло со мной, Дианой и Стасом в детстве и почему с тех пор мы с Ди действительно близки, почему заботимся и готовы на все ради друг друга.

Не заметил сам, как стал кружить вокруг ломбарда на машине. Черт! Я что, боюсь ее упустить?! Что за хрень? Сейчас выходной, в универе никого, да меня вообще не должно быть тут, но какого-то хрена я тут ошиваюсь уже битый час в ожидании звонка. Работник ломбарда сказал, что она обещала прийти сегодня, примерно в это время. Вот я, как чертов заклиненный дебил, кружу коршуном, наблюдая за дверью ломбарда, и жду звонка.

Проходит еще пол часа, я уже измотан ожиданием. Какого черта! Почему она не приходит?!

Замечаю яркое розовое пятно, появившееся из-за угла. Девушка спешит и заходит в ломбард. Ну наконец-то! Я не смог толком рассмотреть ее лицо, но если доверять словам Ди, то это должна быть она.

На мобильный поступает вызов с неизвестного номера.

— Да! — раздраженно кричу в трубку, меня отвлекать сейчас не надо.

— Она пришла, — тихо произносит собеседник, — нет, вы ошиблись номером, это ломбард, — а вот эта часть фразы звучит громко и явно с намерением, чтобы ее услышали рядом стоящие.

Выхожу из машины и перехожу дорогу, но в здание не захожу. Подожду ее на улице, мне не нужны лишние свидетели.

Проходит еще около десяти минут, девчонка выбегает и молнией проносится мимо меня, и я слышу крики преследователей, несущихся за ней из фойе.

Быстро оценив ситуацию, кидаюсь за ней, и, догнав, хватаю за руку, и тяну к своей машине. Она смотрит на меня изумленными глазами, но не кричит.

Сажаю ее на пассажирское сидение, а сам запрыгиваю в салон и давлю по газам.

Девчонка прижалась к дверям подальше от меня и смотрит волком.

— Что натворила, Лиза?

— Ты кто такой?! И почему посадил меня к себе? Куда везешь?

Ее тон далек от дружелюбного, а ведь я только что спас ее задницу от погони!

— Лиза, может, стоит сменить тон общения? Или мне отвезти тебя обратно? — подшучиваю над ней.

— Пошел ты, урод, останови машину, я выйду, — как ни в чем не бывало требует она.

Резко давлю на тормоза.

Урод?! Она обозвала меня уродом?! Меня?! Александра Романова?!

— Лиза, во-первых, перестань делать вид, что меня не знаешь, — цежу, еле сдерживаясь, — а во-вторых, какого хрена ты творишь?

— Какая я тебе Лиза, придурок! Выпусти меня из машины, это, вообще-то, похищение! — орет она на весь салон, не забывая при этом ударить со всей дури по двери.

Какого черта происходит? Почему она делает вид, что не знает меня?! Да, прошел почти год с нашей последней встречи, но, блин, разве можно было так забыть парня, за которым ухаживала, а после стала встречаться?

Быть может?..

— Ты не попадала в аварию и не теряла память случайно?

Она внимательно смотрит на меня, а после заявляет:

— Мне жаль, что я обидела тебя, когда назвала уродом и придурком. Я просто думала, что ты уже знаешь об этом. А теперь, малыш, сними замки с дверей и после обратись к врачу, по тебе дурка плачет.

Я нахожусь в некотором оцепенении от ее слов. Какого черта сейчас происходит?! Моя Лиза никогда бы не сказала мне такого.

Воспользовавшись моим замешательством, девчонка нажала на разблокировку и вышла из машины. От удара закрываемой двери я как будто бы очнулся. Что за…!? Резко выбежал вслед за ней, хватаю нахалку за руку и разворачиваю к себе.

— Значит, так! Я не понимаю, что ты задумала, но со мной это не прокатит, Лиза. Поняла?

Смотрю в ее глаза, лицо в целом и, если бы ее волосы были рыжего цвета, как у моей Лизы, сказал бы, что это копия она, вот только у этой язык слишком длинный, его бы укоротить.

— И перестань нести всякую ересь, меня этим не запутаешь. Я тебя узнал, и не только я. Поэтому перестань притворяться и начинай объяснять, куда ты пропала год назад и почему? И если причина будет действительно веской, я подумаю над тем, чтобы тебя простить.

Смотрю на ее манящие алые губы и хочу наклониться, и попробовать их на вкус, как она поняв мои намерения, делает взмах рукой, чтобы залепить мне пощечину. Но, успеваю перехватить ее ладонь

Она пытается вырвать свою руку из захвата, но я не позволяю. Ну уж нет! Не тогда, когда я наконец ее нашел!

— Слушай, парень…

Ее обращение ко мне, как к чужому начинают мне надоедать!

— Хочешь сказать, что и имени моего не знаешь?

— Да, не знаю! И знать не хочу. И, клянусь богом, если ты меня сейчас не отпустишь, я начну кричать и звать полицию…

— Ну давай, — едко советую ей, понимая, что она крепкий орешек и просто так не собирается сдаваться, — давай вызовем полицию и выясним, почему ты сбежала из ломбарда… а?

Вся ее решимость улетучивается вмиг, и она, успокоившись, серьезно начинает:

— Так, давай начистоту. Да, у меня косяк, но и ты не ангел, похитил меня, называешь Лизой... А меня, между прочим, не так зовут. И я тебя знать не знаю!

Я устал от такого неприкрытого обмана! Ну как она может меня не знать? Когда я прекрасно ее помню и, если по чесноку, скучал по ней, очень.

— И как же тебя зовут?

Девушка едко ухмыляется и с вызовом спрашивает:

— Это такой новый метод подката в столице?

Она что, хочет сказать, что недавно у нас в городе?

— А ты откуда?

— Не скажу, вдруг ты маньяк какой-то.

— Да блин! Ты запарила! — отпускаю ее руку и отворачиваюсь от нее, нервно проводя ладонями по волосам.

Она не собирается сдаваться и стоит на своем. Может, я ошибся?

Да нет, это она! Та самая медсестра, которая ухаживала за мной в больнице и буквально поставила меня на ноги!

— Эй, красавчик, — оборачиваюсь и вижу, что она уже в метрах десяти от меня стоит у такси, — увидимся в субботу, но, правда, не знаю в какую… — смеясь, заканчивает она свою речь и ныряет в тачку.

Я не бегу за ней, а лишь провожаю взглядом. Машина проезжает рядом, и мы через стекло смотрим друг на друга, и я голову даю на отсечение, что это та самая Лиза. Ведь у нее был точно такой же грустный, жалобный взгляд тогда в больнице, когда она смотрела на меня, думая, что я сплю. А сейчас эта девушка смотрит на меня так же из отъезжающего авто.

На ощупь нахожу ее подвеску у себя в кармане. Неужели я ее больше не увижу.

************

Приветствую всех в продолжении цикла "Дорога из Ада"

В первой книги изложена история Дианы и Давида, которая называется "Надменный индюк", а в этой будет рассказана жизнь о Саше Романове, их друге.

Очень надеюсь на вашу поддержку, а так же увидеть комментарии всех, кто ждал эту историю)))))))

Глава 2

Через две недели

Эти две недели на море кажутся мне настоящим адом. Дэв с Дианой счастливы, плавают, смеются, загорают...

А я поймал себя на мысли, что везде ищу девушку с розовыми волосами. И стоит кому-то с мало-мальски схожим цветом волос появиться на горизонте, сердце пускается вскачь и я до зуда в одном месте желаю увидеть лицо их обладательницы.

И, конечно, это каждый раз другая, не она. Чужие глаза смотрят на меня вопросительно и даже с долей какого-то страха. Прошу прощения и отхожу, проклиная себя за вспыльчивость и необдуманность действий.

Давид, если становится свидетелем подобной ситуации, поражается моим поступкам. Спрашивает, что со мной, а я, как чертов ссыкун, не могу ему сказать правды. Что какая-то девчонка продинамила меня и наотрез отказалась признаваться в том, что ухаживала за мной год назад в больнице, ни одну медсестричку не подпускала ко мне и делала все нужные процедуры (перевязки и обработку ран) сама.

А после двух недель знакомства жарко отвечала на мои поцелуи и прижималась ко мне в ответ девичьей грудью второго размера. Нет, между нами дело дальше поцелуев не зашло, но, блин, какие они были... У меня башню сносило тогда, и сносит сейчас от воспоминаний.

И я хочу испытывать эти чувства снова и снова. Сжимать ее в своих объятиях, чувствовать мягкость и податливость ее тела. Проводить ладонью по ее нежным округлостям и сжимать их в порыве страсти, срывая с ее губ глубокий стон...

Но что делает она сейчас?! Категорически не признает нашего прошлого! Ни в какую! Да еще и оплеуху мне почти зарядила, зараза, когда я ее решил поцеловать, насильно, дабы прервать поток лжи из ее уст, который ее сразу очернял в моих глазах.

Нет, я помню Лизу веселой и открытой девушкой, с огненно-рыжими волосами, которая всегда могла поддержать любую тему разговора, смеялась над моими шутками и могла съюморить или съязвить так, что даже страх боли от ран не сдерживал смеха, вырывающегося наружу.

А что теперь?!

Эта девчонка включила игнор и потерю памяти! Что для девчонок в моем окружении совсем не свойственно! Они, наоборот, подходят и заводят разговор на любую тему, вплоть до рассказов о том, что мы знакомы.

Но у меня отличная память на лица и ситуации в моей жизни, и я прекрасно знаю, где ложь и блеф, а где правда.

А вот сейчас, вспоминая ее глаза и стопроцентную самоотдачу в отрицании нашего знакомства, я засомневался...

Неужели я ее спутал с кем-то на нее очень похожим? Признаюсь, даже бывали мыслишки о сестре-близняшке.

Придурок! На мгновенье повелся на ее сказки!

Диана знала о моей ситуации, я сам ей тогда рассказал, после встречи в ломбарде с Лизой. Она тоже пыталась понять поведение девушки, но даже вместе мы не смогли найти логичное объяснение ее поведению. В больнице она ухаживала за мной, смеялась и разговаривала часами, когда у нее были ночные дежурства. А потом внезапно пропала и сейчас отрицает, что вообще была со мной знакома.

Я просто не понимаю, что с ней происходит.

Эти две недели отпуска в Турции наконец подошли к концу, и вот мы уже собираем чемоданы для возвращения домой. По пути в аэропорт размышляю, а не нанять ли мне детектива, чтобы он узнал, что это за девчонка, и объяснил мне причины ее поведения.

Подъезжаем к аэропорту и катим перед собой один большой чемодан Дианы и два небольших для ручной клади — наши с Дэвом.

— Что-то наш Саня совсем загружен, не замечаешь, Ди?

Подруга заговорщически улыбается и просто ему отвечает:

— У каждого свои причины, Давид. — Мы уже подошли и встали в очередь, выстроившуюся при входе в аэропорт. Диана обнимает своего парня и, прижимаясь к нему сильнее, произносит: — Жаль, что отдых так быстро закончился! Две недели пролетели незаметно, и уже пора возвращаться.

Ну, кому как! Я, например, очень этому счастлив. Да и не уехал бы я никуда, а постарался бы узнать о лже-Лизе поподробнее, да только мы давно планировали вот так вместе куда-либо поехать, звезды наконец сошлись, и мы купили путёвки в отличный пятизвездочный отель ол инклюзив.

Давид целует ее в лоб и, обнимая за плечи, обещает:

— Мы скоро вернемся сюда, как только освободится хотя бы неделя для этого.

Очередь двигается, и мы вместе с ней медленно, но верно приближаемся к входу.

Говорим о каких-то мелочах и повседневной жизни, которая ожидает нас по приезде домой, как вдруг я чувствую прикосновение к своей руке. Не понял?

Оглядываюсь и вижу перед собой ту, которую искал глазами все это время, которую видел в других похожих девушках, которая забрала мои мысли и сожрала мои нервы своим абсурдным поведением!

— Привет, — невинно начинает она, как будто бы еще недели две назад не посылала меня чуть ли не матом, — ты меня помнишь? Ну... мы недавно встречались у лобмарда в Москве.

Помню?! Да я тебя забыть не могу, стерва! Ночами не сплю, пытаясь понять твое поведение! А ты в Турции отдыхаешь и вот так, столкнувшись со мной в аэропорту, просто подходишь и заговариваешь со мной?!

— Я таких, как ты, каждый день сотнями встречаю, — и с трудом заставляю себя отвернуться от ее невинных васильковых глаз, чтоб их!

Диана смотрит на меня удивленно, приподняв одну бровь, типа «Ты серьезно?! Это же она, та самая?».

Слегка киваю ей, давая понять, что именно та! Поэтому и отвечаю так грубо!

— Слушай... я... извини меня, в общем, — залпом выговаривает мне в спину, — но мне сейчас не до обид. Я... мне нужна помощь... а, кроме тебя, я тут никого и не вижу, к кому обратиться, — растерянно продолжает, — тебя я хоть видела... э-э-э... один раз в жизни, этих же всех людей — впервые... Да и в чужой стране мы, неужели не можем помочь друг другу как соотечественники... а?

Когда она сказала, что ей нужна помощь, я импульсивно обернулся, готовый разузнать о ее проблеме и постараться ее решить, но когда она не остановилась и продолжила вновь говорить, что не знала меня прежде, все мое желание резко улетучилось, и я вновь отвернулся.

— Саш, — зовет меня Диана, которая вместе с Дэвом наблюдала все со стороны.

Смотрю на нее, приподняв одну бровь. Я не знаю, что сейчас мною движет, но, определенно, горький ком в горле мешает мыслить здраво. Какого лешего она отрицает факт нашего знакомства?! А как отвечала мне на поцелуи! Как жарко прижималась в желании быть объятой мною!

— Ну, Саш, ну набрала девушка вещей... Многие приезжают сюда шопиться... Не удержалась и накупила всего, а теперь перевес… Я правильно понимаю вашу просьбу, Лиза? — как бы между прочим интересуется сама мать Тереза-Диана.

Дэв, как и я, закатывает глаза. Он уже привык к закидонам своей девушки. И вот вроде я ничего против слов Ди не имею, но эту лгунью наказать хочется!

— Хорошо, — резко соглашаюсь, не до конца обдумав свои действия, хватаю за ручку ее чемодан, — заберешь в Москве, и не мельтеши больше перед глазами.

Успеваю уловить грусть в ее глазах, пока она вновь не напустила на себя маску равнодушия.

Может, я перегнул? Может, не стоило столь грубо?

Провожаю ее стройную фигурку взглядом, она уходит в начало очереди, скоро ей проходить досмотр.

— Сань, ты чего? Я тебя не узнаю... — Дэв в шоке, впрочем, как и Диана, да что уж, я сам себя не понимаю, куда другим-то.

Розовая головка проходит досмотр и входит в аэропорт, я слежу за ней, стараясь уж слишком себя не выдавать, надел очки и будто бы смотрю в другую сторону, на самом же деле не отвожу от нее взгляда. Ненароком подмечаю, что она похудела, очень. И глаза уставшие, темные круги под ними выдают ее бессонные ночи. И чем же наша красавица занимается, интересно?

В голове промелькнула картинка, как она с парнем обнимается, и по спине прошел холодок. Я силком сжал ручку чемодана, желая им постучать по голове этого урода... И вдруг осознаю, что у этого чувака даже лица нет, и вообще, он плод моего воображения... И вообще, почему я так реагирую на ее возможного нового знакомого?!

— Все же она странная, — вдруг выдает Дэв, глядя на нее через впереди стоящую толпу.

— Согласен, — стремительно выдыхаю. — Какого черта! Дэв, ты ее тоже помнишь? — Спрашиваю, хотя прекрасно знаю ответ.

— Ну, я помню рыжую у твоей постели, но лица особо не припоминаю, — медленно, словно воскрешая в голове картинку, проговаривает друг.

— А что самое интересное, она не стала отрицать, что ее зовут Лиза, — вновь завожусь от ее лжи, — ведь Диана ее только что так назвала, помните? — на эмоциях, чуть ли не выкрикиваю это.

— Да, ты прав, — подхватывает мою мысль Ди, — я по привычке так сказала, потому что от тебя слышала это имя.

— Вот! — подтверждаю я.

— Ну-у, — тянет Дэв, — может, не захотела препираться, ей невыгодно было сейчас вас злить. — догадывается о ее истинных чувствах Аюнц.

— И то правда, — соглашаемся с ним и я, и Ди.

Смотрю на рядом стоящий, ничем не привлекательный, большой, серый чемодан. Чего она накупила, интересно? Шопоголик что ли?

Подходит наконец и наша очередь пройти контроль. Я пропускаю влюбленную парочку вперед и вслед за ними ставлю на ленту свои пожитки, да еще и чемодан лже-Лизы для прохождения проверки интроскопом, а сам прохожу металлодетектор.

Ди с Дэвом уже забрали свои вещи с ленты, а мои почему-то задерживаются. Смотрю на работника аэропорта, а он спрашивает на английском с сильнейшим турецким акцентом, для чего мне так много лекарств перевозить. Не понял!

— Пардон! — вновь начинает он и медленнее задает тот же вопрос, стараясь объяснить, что от меня хочет.

— В чем дело? — спрашивает вновь подошедший Дэв, а за ним и Ди.

За мной толпа желающий пройти досмотр начинает скапливаться и тем самым нервирует меня и работников аэропорта.

— В чемодане лекарства. — перевожу друзьям претензию проверяющего, —И их очень много, как я понял.

— Черт, — выпаливает Дэв, — то-то она так нервничала.

Да, я уже это понял, вот только поймали с этим чемоданом меня.

Чемодан снимают с ленты, но мне не отдают, а просят отойти и пропустить людей, а сам работник передает меня рядом стоящей сотруднице в форме полицейского, которая что-то говорит по рации.

Если сейчас не решу, могут на границе задержать, черт! Ну, Лиза, или как тебя там! Проблемы мне создаешь? Подставить хочешь?

Дэв хочет помочь, но я его торможу.

— Сам решу, подождите меня. — твердо заявляю, что бы он не лез.

Подхожу к сотруднице и, выдавив из себя самую красивую и милую улыбку на какую только способен, спрашиваю, говорит ли девушка на английском. И когда она отвечает согласием, произношу четко, чтобы она поняла:

— У меня два дедушки и две бабушки, а еще мать приболела. Позвонила и попросила для себя и родни подвезти лекарства. Это не первая моя поездка в вашу страну, и не последняя, я надеюсь, — намекаю ей, что намереваюсь вернуться. — Я не думал, что много набрал. Просто не смог отказать родне, поймите и простите на первый раз, хорошо?

Она с сомнением смотрит на меня, а после спрашивает:

— Вы работаете в аптеке? Для чего вам столько лекарств?

— Нет, нет. Я студент. Я же вам говорю, это для родни и родителей. Ничего криминального, клянусь! — уж крест на себе я показывать не стал, все же страна другой религии, но для правдоподобности руку все же поднял и к сердцу приложил.

Она внимательно смотрит на меня, пытаясь определить вру я или нет, а у меня сердце заходится в бешеном ритме, сейчас я или очень сильно встряну, или же меня пронесет...

— Хорошо, но учтите, для перевозки между странами такое количество лекарств недопустимо. В следующий раз изымем их у вас. И запишем ваши паспортные данные, и приехать к нам у вас больше не получится.

«Слава богу, адекватная попалась», — с облегчением выдыхаю.

— Спасибо вам! — искренне благодарю ее, хватаю чемодан и иду к своим, которые стоят и смотрят на меня с беспокойством.

Да, черт побери! Я чуть конкретно не встрял из-за этой девчонки!

Глаза блуждают по залу, уверен, она тоже где-то за мной наблюдает. Не могла же она уйти, должна же быть уверена, что ее товар прошел. И да, конечно! Я вижу розовую макушку. За искусственной пальмой стоит и смотрит на нас. Ну, Лизка, ты мне за это ответишь!

— Что будешь с ней делать теперь? — серьезно интересуется Дэв.

Сейчас мы идем на регистрацию. До вылета осталось не так много времени. Друг тоже заметил розовое пятно вдалеке, которое сейчас стремительно от нас удалялось.

— Придушить, прикончить, убить. Твои варианты? — интересуюсь просто так, в голове вырисовывая все круги ада, через которые пропущу эту девчонку.

— Солидарен, — просто отвечает он мне, на что мы слышим от Дианы:

— Насколько я всегда хочу понять людей, поставить себя на их место, настолько мне сейчас непонятно, что она творит. На тебя же могли и дело завести, да, Саш? Или я неправильно понимаю? Как можно так подставлять человека?! — искренне возмущается подруга детства. И она права. — Я сама готова сейчас ей волосы повыдергивать! — и как будто в подтверждение своих слов прибавляет шаг, надеясь догнать Лизу.

— Все, все, зловещая Тереза, — положив Диане на плечи руку и удерживая, целует свою девушку в лоб на ходу, — а то разойдешься, тогда мы точно не сможем улететь. Давай окажемся на своей земле, там и сочтемся.

Быстро сдав вещи в багаж, я забежал в магазин аэропорта, купил коробку вкусных конфет и отнёс девушке, которая меня пропустила на рейс. Я всегда благодарю людей, которые отнеслись ко мне по-человечески. Хорошие поступки следует помнить.

Возвращаемся домой, у нас билеты в бизнесе. А вот у лже-Лизы — в экономе, и рядом негде яблоку упасть, поэтому принимаю решение разговор перенести, когда будем твердо стоять на земле двумя ногами.

Сижу в удобном кресле и злюсь на самого себя! Черт побери, почему мне обидно и больно? Сердце ноет от разочарования, от ненависти за ее выходку. Как она могла так со мной?! Ну как?!

От обиды мысли лихорадочно ищут возможности отыграться, нанести ей такой же удар в спину. Использовать и подставить. Но совесть и холодный разум моментально говорят «стоп». Нельзя. Она девушка. Слабый пол. И, возможно, она и не Лиза вовсе! А я хочу на ней отыграться. Она меня не знает и поэтому так легко подставила! Ну не могла моя Лиза так со мной поступить, не могла, и все!

Пытаюсь успокоить самого себя, но это просто невозможно, я буквально закипаю внутри от негодования на нее, на ситуацию в целом.

Бьюсь затылком о подголовник кресла, черт! Я не хочу ей делать больно! Я не должен опускаться до такого уровня мести. Терять чувство собственного достоинства. Я не настолько никчёмный человек. Но, блин, как же трудно удержаться от мысли наказать ее, заставить пожалеть о том, что хотела подставить меня под такой удар.

Проходим все стадии осмотра в аэропорту, и, когда уже наконец выходим в свободную зону, влюбленная парочка идет к выходу впереди меня. А я торможу. Мне надо завершить все свои дела с этой девушкой.

— ДиДэ, — с усмешкой произношу кликуху этой парочки, которую они терпеть не могут, — я должен вернуть чемодан.

Давид бросает быстрый взгляд на Диану, а после, что-то тихо ей сказав, идет ко мне.

— Сань, может, ну ее, а? Давай кинем ее, подставим, как она тебя. Чтобы неповадно было. Уверен, там товар на кругленькую сумму, пусть прочувствует, каково это, когда предают твое доверие, — предлагает друг.

Я бы и рад, да не могу.

— А что ты от Терезы своей отошел, она не поддерживает твою идею? — сразу понимаю я его действия.

— Ну ты же знаешь, не зря я ее Терезой обозвал. Уже остыла за время перелета и хочет ей помочь, — друг смешно закатывает глаза.

Но, я знаю, как бы он ни отзывался о доброте Дианы, о ее поведении и мировоззрении в целом, именно за это он ее и полюбил. Была бы она как он, не стояла бы эта парочка сейчас тут рядом.

Усмехаюсь и несильно бью его по плечу, чтобы не слишком увлекался своим сарказмом.

— Давай, бро. Встретимся в универе или у нас. Ди! — обхожу Давида и подхожу к подруге детства. — Пока, мне тут дела надо завершить.

Она понимающе кивает и обнимает меня в ответ.

— Если что, пиши, звони. Всегда на связи.

— Ок. Давайте, счастливого пути, — говорю обоим.

Мы прощаемся, и я, проводив парочку взглядом до выхода, иду в кафешку, расположенную рядом. Если лже-Лиза захочет вернуть свое имущество, она точно меня найдет.

Заказываю чай и сажусь так, чтобы видеть всех вышедших из зоны прилёта, и, хоть обзор закрывает огромное количество водителей такси, все же не заметить розовую головку, спешащую на выход, просто невозможно.

Когда она выходит из окружения таксистов, ее взгляд блуждает в поисках, и я прекрасно понимаю, кого именно она ищет. И когда наконец мы встречаемся взглядами, она прикусывает губу и нерешительно, медленно, словно на эшафот, идет ко мне, садится на стул напротив меня и смотрит в пол.

Я молчу, так же, как лжеЛиза. Не хочу ей упрощать дилемму.

— Прости, — негромко начинает она, — но у меня не было другого выхода.

Выдерживаю паузу, чтобы девчонка до конца прониклась чувством вины.

Она мельком бросает на меня взгляд, чтобы убедиться, что я слушаю, а после вновь опускает глаза в пол.

— Это правда. Поверь, — жалобно заканчивает она.

— Кто ты? — задаю единственный интересующий меня вопрос.

Глава 3

Она кусает губу и отводит взгляд в сторону.

Не хочет отвечать и бубнит себе под нос:

— Я хочу, чтобы ты знал, я бы никогда не подставила тебя или кого-то еще, если бы не была уверена, что дело не заведут. Но если бы оба чемодана были у меня, я бы не смогла довезти лекарства нуждающимся в них людям. Поэтому считай, что сделала людям добро и...

Но меня не трогают ее слова, поэтому перебиваю ее речь:

— Учти, я тебе не верну чемодан, даже если будешь кричать «Насилуют, помогите!», — твердо и с нажимом сразу очерчиваю я границы. — На нем стоит бирка с моим именем.

Она смотрит на чемодан некоторое время, а после, тяжело выдохнув, говорит:

— Хорошо. Я отвечу на два твоих вопроса, и ты отдашь мне мое имущество.

Кивком соглашаюсь на ее условия.

— Как тебя зовут?

— Полина.

— А это имя настоящее? — с подозрением спрашиваю, стараясь по ее лицу, малейшей легкой мимике понять, скажет она правду или нет.

— Тебе паспорт показать? — дерзко, подняв одну бровку, уточняет.

— Было бы неплохо.

Ухмыляется, отводит взгляд, а после, подвинув ко мне свою сумку, показывает бирку, как и у меня, которую ей прикрепили в аэропорту.

Фамилию она прикрыла, а вот имя я разобрал — Polina.

Ну хоть тут не обманула.

— Хорошо. Верю. Теперь второй. Это ты ухаживала за мной в больнице?

Хитро улыбнувшись, она встает из-за стола, подходит ко мне, сжимает ручку чемодана и, наклонившись к моему уху, отвечает:

— Это уже третий вопрос, красавчик. А мы договаривались на два.

Выпрямляется, подмигивает и делает шаг в сторону, чтобы уйти.

Подрываюсь с места за ней. Первое мое желание — схватить нахалку и не отпускать, заставить говорить правду. Но! Сдерживаю себя и присаживаюсь обратно.

Если это не Лиза, то она мне и не нужна, наглая и эгоистичная! Пусть валит, а я найду... я найду свою Лизу и все выясню сам. И если она не захочет меня видеть — отпущу.

Глава 4

Две недели спустя.

Стоим с парнями на парковке. Давно не виделись из-за дел. Да вот только учеба началась, и тут уж без вариантов, теперь приходится ходить в Универ каждый день.

— Кстати, слышали новости? — спрашивает один из парней. — Медиков перевели в наш корпус, пока у них будут делать капремонт. Теперь будем с ними делить аудитории.

— О, свежая кровь, — потирает руки один из донжуанов нашего потока, который ни одной юбки не пропускает.

Мы с Дэвом переглядываемся и усмехаемся. Похоже, он еще не вырос и бегает за количеством, не выбирая качество.

Мой же друг, с тех самых пор как ввязался в отношения с Дианой, стал самым спокойным, психически уравновешенным и не по годам рассудительным человеком.

К Диане он внимательно относится, заботится, проявляет неведомую мне ранее нежность.

Он стал с недовольством относиться к пацанам, которые регулярно меняют девушек. И порой, даже говорит им это в лицо, что порядком сократило количество наших друзей.

Никогда бы не подумал, что Дэв может быть романтичным, но он постоянно делает какие-то приятные подарки Ди. Не всегда дорогие, но всегда от души и искренне.

Единственный раз, когда я видел Диану не довольной, так это из-за не желания Дэва признаваться каждый раз ей в любви. Но он показывает ей свои чувства делами и поступками.

Необязательно каждый раз произносить слова, в этом я солидарен со своим другом. Не стоит бросать пафосных речей на ветер.

Да, он, как и все нормальные мужчины, может реагировать на симпатичных девушек, но при этом никогда не позволяет себе задержать на них взгляд дольше положенного при встрече.

С тех пор как парочка «Ди-Дэ» объявила о своем союзе, они постоянно вместе. Отдых — вместе, посиделки с друзьями — обязательно вместе. Прийти к нам в гости — опять тут как тут эти двое.

А один раз мама в порыве чувств мне сказала:

— Милый, надеюсь и у тебя появиться такая же хорошая девушка, как Диана. И вы будете вот такими – неразлучными.

Да, в принципе, я и не против. Осталось ее найти.

Был курьезный случай: однажды Ди приболела и не пускала любимого к себе, дабы он не заразился, так Дэв все равно пробрался к ней в квартиру. В итоге возлюбленные были на карантине еще две недели, так как и Дэв тоже заболел.

Тогда-то мне и пришлось самому позаботиться о нашем совместном бизнесе.

Наш клуб мы переделали под ресторан, и теперь все праздники проводим там. Благодаря хорошему пиарщику и слаженности команды наше заведение одно из самых посещаемых ресторанов города, с живой музыкой, а порой и аниматорами для маленьких гостей.

— О, кажется, это медики, не видел этих цыпочек раньше, — отрывает меня от размышлений все тот же любитель прекрасного пола.

Мне неприятно такое обращение, поэтому никак не реагирую и все так же пялюсь в свой телефон. И только когда, ненароком подняв взгляд, мельком замечаю реакцию Дэва, решаю повернуться. Мне не нравится, как друг смотрит за мою спину. Уж не угрожает ли их отношениям с Ди какая-то новенькая?

Полина

Иду вперед в страхе, что встречу Его!

Только отошла от двух предыдущих встреч, привела чувства в порядок — и тут новость: наш факультет переводят в его корпус!

Ну как так-то?!

Когда наконец мечта всей моей жизни исполнилась, я поступила в медицинский, в один из самых сильных универов, как мне это теперь бросить?

Знаю, что я по-любому буду с ним сталкиваться, ведь наши встречи неминуемы в одном-то здании!

Год, целый год я запрещала себе о нем думать! Мечтать о случайной встрече с ним.

Училась днем и работала по ночам, чтобы собрать нужную сумму, а еще…

Еще я хотела выбить все мечты о нем из сердца и головы! С глаз долой — из сердца вон! Это действительно работает!

И вот теперь, когда первая часть плана выполнена и я так близка к мечте всей своей жизни, второй пункт полностью летит к чертям!

Я сталкиваюсь лицом к лицу с Ним! Ну как так?! За что?!

Чем я так провинилась перед Всевышним, что он вновь посылает мне испытания?

Как же трудно смотреть в любимые глаза и делать вид, что не знаешь его.

Что впервые видишь и вообще не заинтересована в нем?!

А самое больное — что ему нравится Лиза, рыжая девчонка, медсестра, которая ухаживала за ним в больнице, смеялась над его шутками и всегда была ласковой и милой, так старалась ему понравиться, что сама не заметила, как влюбилась…

И вот тогда все наставления полетели крахом… И вообще вся моя жизнь пошла кувырком!

Ссоры, скандалы в семье, и, как итог, теперь я живу одна, зарабатываю сама и пытаюсь выжить всеми честными и не очень способами.

Даже мой цвет волос — это своего рода протест против планов моей семьи относительно моей скромной персоны.

Но это все в прошлом. Я смогу, выстою, и не такое проходили. Но! Что мне делать с Романовым?

Я выбрала самый простой способ — сказать, что он ошибается и я не Лиза. Но он не поверил…

Я надеялась, моя выходка в аэропорту убедит его, что я не та девчонка, которая была влюблена в него, и вроде бы это возымело свое действие. Саша явно был разочарован в «Лизе», но(!), когда он меня не остановил в кафе, не стал допытываться подробностей, внезапно вместо облегчения я почувствовала пустоту и боль в сердце.

Неужели я добилась желаемого и теперь он поверил в мою ложь? Мы с ним больше не увидимся?

От этой мысли мне плохо на физическом уровне.

Просто видеть его, ощущать рядом или хотя бы знать, где он сейчас, — это уже приносит больное, но удовольствие. И как мне от этого избавиться теперь?

Я понимаю, что система «с глаз долой…» должна мне помочь, но я совершенно не хочу уезжать вновь. Меня ломает только от одной мысли об отъезде. Я хочу убиваться от своей больной любви здесь, нежели сходить с ума за тысячи километров от него.

Романов — парень мечты для любой девочки, в том числе и меня. Высокий, красивый, светловолосый, добрый, хороший. Таких, как он, уже не существует в мире. И даже его друг – тот еще гад!

Для меня все еще остается загадкой, как Саша мог пожертвовать своей жизнью ради спасения своего друга! Ведь именно из-за Давида он попал в больницу. Накосячил этот Аюнц, а расхлебывал все Саша!

Ну где еще найти такого?!

Но мне нельзя быть с ним. Я ему не пара! Вот ну никак! И поэтому я должна всегда держать дистанцию между нами!

Глава 5

Иду прямо, не оглядываясь по сторонам. Очень надеюсь, что первый день пройдет без эксцессов.

Толпа студентов спешит к центральному входу, я же еле перебираю ногами, то ли от страха встретить Его, то ли просто охватил мандраж перед первым днем занятий.

Я так долго шла к своей мечте, что не верится, что я уже студентка медицинского.

Бросила колледж, потому что поняла: медсестра — это не мое. Я хочу стать врачом.

Год потратила на подготовку, и мои старания окупились!

Но теперь надо решить проблему с Романовым.

Ощущаю пристальный взгляд, и, не осознав еще до конца, что делаю, перевожу свой взор в его направлении, и... вижу, что на меня смотрит Давид, а после ко мне оборачивается и Саша.

Наши взгляды сталкиваются, и меня всю прошибает ток, и в душе поднимается паника. Что делать? Поздороваться? Отвернуться? Поднять руку в знак приветствия или просто пройти мимо?

Пока я раздумывала, Сашин взгляд поменялся и вдруг стал пустым, а после... после он и вовсе отвернулся... а вслед за ним так же поступил и Давид.

Боль, разочарование, обида одновременно охватили меня. На себя и на него. Все чувства смешались внутри. Он просто сделал вид, что мы не знакомы?! Проигнорировал? Это я должна была сделать, дура! Почему замешкалась?! Зачем вглядывалась в его глаза? Впитывала каждую черточку на его лице, как будто бы скучала... Идиотка!

Терзаемая чувством обиды и злости на саму себя, прибавила шаг. Вошла в здание и, отыскав нужную аудиторию, заняла свободное место. И закопалась в учебниках. Выбить все мысли о нем! «Он мне не нужен», — твержу сама себе. Но сердце не слушается разума и продолжает терзать меня.

Все буквы расплываются перед глазами, и только теперь я понимаю, что плачу.

Черт!

Проходит четыре пары, и за все это время я больше не встречаюсь с Сашей, что одновременно и радует, и огорчает меня. Ну точно сдвиг по фазе.

После занятий староста группы неожиданно объявляет о сборе всех медиков в лектории.

Собираю свои вещи и вслед за сокурсниками иду в указанное место.

Захожу в лекторий и в шоке осматриваюсь… Это огромный зал с креслами, ряды которых ступенеобразно возвышаются, как в амфитеатре. Я такое только в американских фильмах видела! В самом низу на подиуме стоит большой стол, на котором расположен микрофон для профессора-лектора. А за ним на стене разместился огромный проекционный экран с интерактивной доской в придачу, на котором большими буквами написано название нашего вуза.

А для студентов установлены длинные полукруглые деревянные столы, под которыми есть небольшие полки для книг или сумок, и, конечно, деревянные кресла с откидными сиденьями.

Дыхание перехватывает от этого вида и факта того, что я теперь тут учусь!

Окрыленная этим пониманием, прохожу вдоль рядов и присаживаюсь на свободное место.

Достаю блокнот и ручку и оглядываюсь вокруг. В этом лектории шесть входов, и из каждого из них пребывает все больше и больше студентов.

Вижу пару человек со своего потока, но людей уже так много, что не разберу, кто с какого факультета или курса. Слышу шушуканье девчонок на ряд выше моего, оборачиваюсь к ним, чтобы понять, что вызвало такую реакцию. А проследив за их взглядами, натыкаюсь на Романова, Давида и Диану, его девушку.

«Эта троица совершенно неразлучна», — мысленно произношу, и в это же время одна из девушек по соседству проговаривает это вслух.

— Давид уже занят, говорят, у них с этой Дианой все серьезно. А вот этот блондинчик свободен. Эх, было бы классно с ним потусить… — мечтательно вздыхает вторая.

«Можешь и не мечтать, — зло проговариваю про себя, — Сашке нравятся рыжие девушки, а ты брюнетка, так что ты в пролете. Ха!»

Отворачиваюсь от девчонок, но невольно продолжаю прислушиваться к их разговору.

— Может, позовешь его на вечеринку? Вся наша группа идет в клуб, вдруг и он согласится?

— Думаешь? — всерьез уточняет брюнетка. — Было бы круто, если бы он пошел со мной. Он же выпускник в этом году. Я бы затусила с таким.

— Говорят, у него папаша депутат. Прикинь, какие возможности бы у тебя появились! Деньги твоего отца и власть Романова… У-у-у, да вы идеальная пара, — восклицает ее подружка.

Слышу эти глупые предположения и искренне хочу ввязаться с этими сплетницами в потасовку и повыдергивать их волосы! Курицы! Куда лапки свои тянете!

— Эй, Пятый элемент, подвинься на два места! — вдруг слышу со стороны.

Сначала не поняла, к кому обращаются, а когда сообразила, удивленно посмотрела на парня, который это сказал.

— Да-да, ты, глаза закати и сдвинься на пару мест.

Этот козел ко мне обращается так?

— У Пятого элемента волосы были оранжевые, ты что, дальтоник? – в такой же грубой форме отвечаю ему.

— Ты! — вдруг как заорет этот идиот и начал пробираться ближе ко мне.

Он псих какой-то?! Черт, кажется, я встряла в свой первый день!

— Итак, господа студенты, присаживаемся, и давайте начнем… — вдруг слышится из динамиков. Оказывается кто-то из ректората вуза уже пришел.

Выдохнула. Препод, кем бы он ни являлся, меня сейчас спас.

Смотрю на этого придурка, который уже вплотную подошел ко мне с бычьей мордой, и по выражению его лица понимаю, что на открытый конфликт он сейчас не пойдет. И, скорее всего, сделает мне подлянку позже.

И, раз уж нас прервали, надо хоть сейчас воспользоваться положением.

— Сказал бы нормально — отсела бы сразу, — шепотом говорю этому борзому.

И, пропустив два кресла, присаживаюсь на третье. Как раз оно и оставалось последним пустым, так как и с противоположной стороны ряда другие студенты заняли себе места.

Этот гад присаживается рядом, а за ним все его друзья. И пока препод говорит, он, наклонившись к моему уху, шипит:

— Ты мне еще за свой базар ответишь, крашеная, и чтобы завтра пришла с оранжевыми волосами, поняла? Иначе сделаю так, что еще долго не сможешь сидеть на своей заднице, — с ехидными нотками заканчивает этот озабоченный.

Вот же придурок! Повезло так повезло! В первый же день заиметь себе антифаната.

Это не лекция, а приветственное слово в начале учебного года, и длилось оно минут двадцать. И все это время я получала от соседа то локтем в бок, то коленом по ноге.

Придурок не мог и секунды просидеть, чтобы не задеть меня. Я уже максимально отклонилась от него к соседке справа, но его длинные лапищи все равно умудрялись меня доставать.

Соседка вначале не поняла, почему я к ней так прижалась, но когда увидела его, тоже слегка отклонилась к своей подруге, чтобы у меня было больше места. За что я ее искренне поблагодарила.

Когда приветствие закончилось, она с подружками встала, и я вслед за ней, чтобы уже убраться подальше от этого идиота, но он схватил меня за руку и прошипел:

— Куда собралась? Мы еще не договорили!

Страх, липкий и тошнотворный, сковал мое тело. Все неожиданно приняло серьезный поворот. Он действительно хочет мне навредить? Отомстить? Но ведь изначально он был неправ!

Неожиданно меня кто-то схватил за правую руку и дернул в противоположную от этого придурка сторону, и я, как, впрочем, и он, очень удивилась. А когда обернулась, изумилась вдвойне, ведь за руку меня тянула моя соседка, что только что сидела рядом.

Она смотрела только на меня и серьезно произнесла:

— Pink lily, can you come with me.

Моих скудных знаний английского хватило, чтобы понять, что она зовет меня пойти с ней, а по факту — буквально спасает. Это придало мне уверенности, и я резко освободила свою левую руку от захвата этого наглого типа.

— Мне с тобой не о чем больше говорить, — бросила я ему и поспешно вышла из-за стола, вслед за своей спасительницей.

И, больше не оборачиваясь ни на секунду, я, она и ее подружка покинули лекторий.

Уже на улице мы остановились, чтобы отдышаться и оглянуться, не идет ли за нами этот мудак.

К счастью, не обнаружив слежки, мы все одновременно выдохнули, а после посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Спасибо вам, девчонки… Если бы не вы, даже не представляю, что бы со мной было…

— Держись от этого придурка подальше! — советует моя соседка. — Он всех достает. Второкурсник, а мнит себя пупом земли, — недовольно произносит она.

— Буду знать, спасибо еще раз. Меня зовут Полина, а вас? — желаю я познакомиться со своими спасительницами.

— Камилла, — произносит моя соседка.

— Марианна, — вторит ей другая девушка.

И только сейчас я понимаю, что девчонки похожи.

— Вы сестры?! — неожиданно с восторгом вырывается из меня.

— Да, разнояйцовые близнецы.

Как интересно! Близняшки! Обе светловолосые, светлоглазые, вот только оттенок отличается. У одной радужки зеленые, а у второй — голубые.

— А вы на каком курсе?

— На первом. Но ходили на подготовительные курсы сюда и поэтому многих знаем.

— А с какого факультета? Стоп, дайте угадаю! С иностранных языков?

— Да, — весело отвечает Камилла.

— Как догадалась? — интересуется Марианна.

— Ну кто б еще со мной на английском заговорил, — с улыбкой отвечаю.

— Pink lily, — произносит Камилла.

— Розовая лилия, — перевожу ее обращение ко мне, — а мне нравится! Девчонки, — задорно предлагаю им, — если ваши пары закончились, может, прогуляемся?

Наша прогулка продлилась до вечера. Девочки оказались открытыми и добродушными. Я узнала, что живут они в общаге, потому что приехали из глубинки. Уже неделю у них не получается выспаться, так как молодежь гудит по ночам, все празднуют свое зачисление.

Камилла и Марианна хотят стать переводчиками и много путешествовать. Подрабатывают бариста в кофейне недалеко от нашего вуза. Сменяют друг друга там, но им бы не помешала еще одна девочка на замену. Втроем было бы проще. Я пообещала им подумать, ведь мою подработку в ночную смену в аптеке никак нельзя совместить с нынешней учёбой.

Разошлись с девочками на хорошей ноте, и я поехала домой.

Несмотря на сильные переживания и стычку с этим второкурсником, первый день учебы прошел хорошо.

И я уснула в хорошем расположении духа.

Ночью неожиданно телефон ожил, я, будто бы во сне его разблокировав, прочла: «Я все еще жду тебя...».

Я не хочу видеть этого, порой я начинаю сама его бояться из-за его таких вот напоминалок о себе. Убираю телефон на столик, и, укрывшись одеялом, прогоняю сознание, и снова засыпаю.

Утром, собравшись, еду на учебу. На всякий случай прихватила с собой баллончик. Ну, кто его знает, всякое может случиться.

Подходя к универу, вновь встречаюсь взглядом с Романовым. В этот раз он стоит лицом к дороге, а Давид — спиной.

Но Саша, скользнув по мне безучастным взглядом, отводит его, и больше я его не чувствую.

«Неужели так быстро забыл? Уже совсем ему все равно на меня?» — с щемящей грустью осознаю сей факт.

Вот как, оказывается, он любил меня. Как, однако, быстротечны его чувства! «А может, и хорошо, что так я узнала об этом, — утешаю сама себя, — что он мне это сейчас показал. Чтобы я не тешила себя надеждами на будущее с ним! Все же он козел, как меня и предупреждали!»

Стараюсь разозлиться на Сашку, а в итоге все равно всхлипываю, еле сдерживая слезы горечи.

Черт! И когда я успела стать такой слабой!

Первая пара проходит без эксцессов.

А вот физкультуру нам совместили со вторым курсом. И как это принято по классическим законам жанра, конечно, это группа с тем придурком во главе.

Преподаватель провел перекличку, познакомился с нами всеми, естественно, выделив меня из-за цвета волос. Я лишь демонстративно закатила глаза на это. А дальше он отпустил всех просто поиграть, кто во что хочет.

Все время занятий я ждала от придурка-второкурсника какой-нибудь выходки, чтобы задеть меня, ведь я не выполнила его требования об оранжевых волосах.

Но только ловила его злой взгляд. Парень смотрел на меня исподлобья, пыхтел, но близко не подходил.

Я его взбесила чем-то однозначно! Но он держится молодцом. Не кидается на меня, не вылавливает в темном коридоре. Может, зря я так о нем думала плохо? Возможно, он адекватный человек, понял, осознал, что сам был неправ?

Расслабившись, перестала смотреть в его сторону и пошла с девочками из группы поиграть в волейбол, тогда как парни вместе со вторым курсом стали играть в баскетбол.

Близится окончание пары.

Вмиг время застывает, и я ощущаю сильную боль с левой стороны. Лица девчонок расплываются, а дальше доли секунды — и острая боль пронзает правую руку и плечо. Я уже ничего не вижу и не слышу, все перед глазами тускнеет, я проваливаюсь во тьму.

Как будто издалека слышу, как меня зовут. И голос такой раздражающий, проходит по моим нервным окончаниям. Ощущаю прикосновения к лицу. Резкие, хлесткие. Что происходит?! Хочу руками закрыться от ударов, но не получается, пытаюсь глаза открыть — не могу. Веки отяжелели, будто свинцовые, и не поддаются моей воле.

Я вновь проваливаюсь в темноту.

Глава 6

Тишина. Желанное умиротворение.

— Скоро она придет в себя, я вколола ей лекарства, — неожиданно слышу женский голос.

— Хорошо, я дождусь и тогда только пойду на занятие, — а это уже мужской.

Не знаю, что мне вкололи, но я действительно разлепляю веки и будто сквозь туман рассматриваю потолок.

— Она пришла в себя! — уже отчетливо слышу взволнованный голос физрука, а после вижу его лицо прямо перед глазами. — Константинова, ты как? Что-то чувствуешь? Скорую вызвать?

К физиономии препода добавляется более симпатичное лицо — молодой женщины.

— Полина? Как вы себя чувствуете?

Я уже в медпункте, что ли? И что? Сколько же, интересно, я была без сознания?

— Голова готова взорваться, — еле произношу в ответ.

Поднимаю руку, хочу отодвинуть фейс препода подальше, он меня еще больше пугает, но неожиданно острая, режущая боль пронзает руку и заставляет взвизгнуть от боли.

— Вам в голову попали баскетбольным мячом, — объясняет женщина, осторожно укладывая мою руку обратно на кушетку. — Удар был такой силы, что вас снесло в сторону, вы упали и еще раз ударились правой стороной и головой. Скорее всего, у вас сотрясение мозга. Я советую вам обратиться к врачу и пробыть дома минимум неделю. Постельный режим обязателен.

— Нет, — выдавливаю из себя силком, — я в порядке.

Хоть на самом деле и чувствуется ужасная слабость в организме, в больницу я не пойду. Ни за что!

Медсестра тяжело вздыхает и более мягко произносит:

— Сегодня следите за собой особенно тщательно. Если будет тошнота или рвота — обязательно к врачу. Это не шутки, это мозг. Понимаете?

О, еще как!

— Спасибо большое. Помогите встать.

— Глеб! — вдруг кричит физрук, что болью отдаётся у меня в висках, и я морщусь от неприятных ощущений, — Глеб, гад ты эдакий, ты где?

— Не кричите, пожалуйста, в медпункте пострадавший человек, — укоризненно выговаривает ему медсестра.

— Прости, я сейчас, — тушуется перед ее взглядом физрук и исчезает за дверью.

Мы с медработницей остались одни, и я пробую присесть на кушетке.

— Когда я проверяла твою голову на предмет ушиба, то увидела шрамы и места прежней травмы. Ты не думаешь, что тебе надо обратиться к лечащему врачу?

Отворачиваюсь от ее укоризненного взгляда, решая оставить ее вопрос без ответа.

— Если будут проблемы, пойду, — бурчу себе под нос.

Я устала от больниц, не хочу туда. По крайней мере, в качестве пациента.

— Полин, ты как? — вдруг вихрем в медпункт влетают взволнованные Камилла и Марианна. — Физрук выскочил как ошпаренный за твоим обидчиком, — нетерпеливо высказывается Ками.

— Да, — перебивает сестру Марианна, — кто-то сказал, что Глеб нарочно кинул в тебя баскетбольный мяч, но он все отрицает, говорит, что отбивал мяч от кольца. А ты помнишь, как все произошло?

Изумленно слушаю подруг и не могу поверить в их слова. Специально целился в меня?! Неужели я кого-то уже так разозлила? И кто такой этот Глеб?!

— А он что, уже сбежал? Почему Федор Иванович не смог его найти? — интересуется медсестра.

— Ну, его старшекурсники увели. Вместе с Макаром, — тихо отвечают девочки. — Он же его шестерка.

— Какие еще старшекурсники? — не унимается медсестра.

— Ну, мы их имен не знаем, — чересчур резво отвечает Ками, — мы же первокурсницы, откуда нам их знать.

Медсестра подозрительно щурится, но допрос свой прерывает.

Я задаю девочкам немой вопрос, мол, кто такие? И они отмахиваются, скашивая взгляды на медсестру, типа «потом расскажем, тут лишние уши». Ну ладно, потом так потом.

В этот же момент в медкабинет возвращается физрук.

— Нигде его нет, — недовольно оглашает нам всем, а после, бросив взгляд на девочек, продолжает, обращаясь ко мне: — Так, Константинова, давай я помогу тебе дойти до остановки, езжай домой и лежи, поняла? Покой нужен тебе.

А потом, посмотрев на девочек, произносит:

— Девочки, вы подруги? До дома ее довести сможете?

Девчонки соглашаются.

— Ну хорошо тогда. Еще раз, Константинова, если вдруг что, вот мой номер, — быстро строчит цифры у себя в маленьком блокноте и отрывает листок, — звони, хорошо?

Киваю ему в ответ, хотя прекрасно знаю, что воспользуюсь этим номером, возможно… никогда.

Подруги помогли мне встать на ноги и, взяв меня под руки с обеих сторон, вывели из медпункта. Камилла побежала за моими вещами, а мы с Марианной медленно бредем к выходу.

— Ну так кто такие Глеб и Макар? — интересуюсь у нее.

— Макар — это тот второкурсник с лекции, помнишь?

Да блин, как его забыть-то! Значит, всё-таки решил отомстить. Ладно, ладно…

— А Глеб, стало быть?.. — начала догадываться я.

— Его правая рука, — отвечает на мой вопрос Марианна. — Они всегда с толпой друзей тусуются. — А после, будто вспомнив, восклицает: — И, кстати, знаешь, что пацаны сказали, когда забирали с медпункта Макара с Глебом?

— Стоп, какие пацаны? — останавливаюсь и смотрю прямо на подружку.

— Ну, старшекурсники… Блондин и брюнет. Одного Давид зовут, а второго, блондина, — Саша Романов.

Я замерла на месте. Кто?

— Ты что встала? Ты их знаешь? — И, увидев мое изумленное выражение лица, воскликнула: — Вот я так и думала! Я так и сказала Ками, что они тебя знают! Иначе зачем им вписываться за тебя перед этими придурками.

Марианна рассуждает о своей сообразительности и интуиции, а я умираю от любопытства. Значит, Саша на самом деле замолвил за меня словечко…

— Рианна, давай рассказывай, что сказали Саша с Давидом?

— А! — будто очнувшись, Марианна стала вспоминать. — Давид схватил Глеба, чтобы тот не вмешивался, а Саша, подойдя вплотную к Макару, схватил его за футболку и спросил: «Ты что, вчера не понял? Я тебе не доходчиво объяснил?! Девчонку с розовыми волосами обходи стороной, не смотри на нее и не дыши в ее сторону. Макар, отбитых почек тебе мало? Надо и физиономию разукрасить?», — восхищенно пересказывает это все Марианна. А у меня невольно закрадывается мысль, а не понравился ли ей Романов?

— Я не услышала ответ Макара, — продолжает она, — но Саша его перебил, обвинив в том, что Глеб по наводке Макара кинул тебе мяч в голову. А после они вытащили этих козлов на улицу... И дальше не знаю что.

Ничего себе! Вот это новости!

— Кстати, а как вы узнали, что я в медпункте? Что-то быстро информация распространилась по универу.

— Да ты что! — возмущается Марианна. — Весь универ видел, как тебя по коридору нес препод физры. Твою розовую головку трудно было с кем-то перепутать, — подмигивает мне подружка.

Вот и дела... Теперь меня знает не только моя группа, а как минимум весь корпус универа.

Девочки привезли меня домой, уложили на кровать. Приготовили мне поесть из того, что нашли в кухонном шкафу, — из чечевицы. Купила ее потому, что была хорошая скидка в магазине, но так ничего и не приготовила. А девочки сварили из нее супчик.

Мне кажется, что им было больше неловко, чем мне, из-за отсутствия нормальных продуктов питания в моей квартире. Да, мне немного стыдно из-за этого, но что поделать… я экономлю на всем, чём только могу. Главное, есть крыша над головой, остальное приложится.

Глава 7