Восьмой глаз. Том 1

Глава 1. Редактор

«Ты лишь лживое настоящее своей прошлой жизни».

Только звук от будильника вынудил меня открыть глаза. Противная мелодия начала разноситься по всей квартире, заставляя и так больную голову раскалываться ещё сильнее. Телефон лежал с левой стороны от кровати на деревянном полу. Быстрым движением я поднял его и нажал на кнопку «выключить». Время 12:23. Тяжело вздохнул, ведь на экране уведомлений увидел сообщение:

Редактор Финг

03:45 Тириан, напоминаю о встрече.

Я слегка удивился времени отправки. Правда, долго об этом не думал. Зачем мне начинать размышлять о свободном и удобном времени чужого взрослого человека?

Больше сообщений от него не было, отчего я отложил телефон чуть дальше и вновь закрыл глаза. Сильно хотелось спать. Всё тело наполнила непонятная слабость, а глаза тяжело было продержать открытыми даже минуту. Так прошло какое-то время, пока я резко не дёрнулся. Тут же поднял голову и просто посмотрел в одну точку, будто пытаясь понять, где вообще нахожусь. После взглядом принялся искать хоть что-то напоминающее телефон. Оказывается, тот благополучно успел упасть с кровати. Повезло, что трещин не было. Работал телефон исправно.

Время на экране 13:47. Уведомлений новых нет, как и сообщений, что удивительно. Встреча с Фингом назначена на пять часов вечера. Обычно днём он ещё раз пишет или же звонит, чтобы убедиться, что вообще приду. Ведь об одной моей привычке ему известно лучше всех — многие свои черновики я писал глубокой ночью. Сам понимаю о вредности, но ничего поделать не могу. Днём нет того самого вдохновения и настроения писать. Видимо, ночью получается прочувствовать атмосферу нового романа лучше.

До сих пор моя любимая фраза: «Монстр всегда ищет тень, ведь среди дневного света он осознаёт, насколько грешна его душа».

Я сделал глубокий вдох, а после поднялся и несколько минут пытался избавиться от боли в теле. Повернул голову вперёд, назад, а после вправо и влево. Далее за спиной свёл лопатки. Почувствовал резкий укол. На этом решил закончить. Потому что до мистера Финга мог и не дойти.

Из-за того, что времени оставалось ещё много, решил вернуться к редактированию черновика. Подошёл к столу, который стоял параллельно кровати. На нём находилось три кружки. Одна с недопитым чаем, в другой только засохший чайный пакетик, а третья с яблочным соком. Рядом стоял книжный шкаф. В нём разная литература: начиная от обычной повседневной романтики, заканчивая мифами и легендами о «человеческой магии».

Нажал на кнопку включения компьютера, а после взял грязную посуду и пошёл в сторону кухни. Положив её в раковину, стал искать, куда бы налить кофе. Чистым оказался лишь один стакан. Именно в него я засыпал гранулы, а после налил кипячёную воду, но чуть выше середины. Оставшуюся часть заполнил холодным молоком.

В это время компьютер уже успел загрузиться. На рабочем столе виднелся простенький рисунок с чёрной кошкой. Было несколько папок: «Закончил», «Работаю», «Смысл?» В последней — работы, которые когда-то были чем-то значимым. Казалось, что именно эти идеи и смогут стать чем-то продаваемым, но по итогу надежд с каждой главой становилось всё меньше. Окончательно переставал писать на части девятой.

Многие из них я больше так и не открывал, оставив полностью в прошлом.

Я щёлкнул по папке «Работаю», а далее выбрал: «Монстр-р-р, глава 1-22». Именно её я должен сегодня обсудить с Фингом. Сделал первый глоток уже остывшего кофе и, пролистав до первой страницы, начал читать. В начале мне всё нравилось, но чем меньше страниц оставалось до конца, тем больше плохих мыслей проскальзывало в голову. Одна из них: «Как же всё плохо». Будто история не была тем форматом, который люблю. Здесь слишком много ненужной «воды», местами также превалировали бессмысленные страдания персонажей. Финг же говорил, что ему всё нравится. Так можно будет легко привлечь новых читателей. Я с этим был не согласен и только думал:

«Когда-нибудь мы сможем вернуться к чему-то осмысленному, но, видимо, не сегодня».

Ведь не каждый автор сможет бороться за индивидуальность своей истории, потому что всё решат деньги. Стать издаваемым намного приятнее, чем сидеть в маленькой комнате со своей идеей без возможности на существование.

Не мне кого-то критиковать. Ты можешь осуждать человека лишь тогда, когда и сам полностью придерживаешься своего мнения, что в реальности можно встретить достаточно редко. Часть может только лишь красивые слова говорить, тогда как на деле ничем не лучше.

В это время на часах уже 16:05. Пора начинать собираться. Практически пустой стакан я поставил на стол, а сам подошёл к деревянному шкафу в другом углу. Он был небольшим и наполовину заполненным разной одеждой. Сбоку висели три белые рубашки и две футболки: одна чёрная, а вторая с милым рисунком крысы. Сбоку сложены джинсы, спортивные штаны, также на полке выше отдельно нижнее белье.

Сбросил на пол домашнюю футболку и надел чёрную, а после натянул синие джинсы. Потянувшись ещё раз, направился в сторону двери. Там стояли две пары кроссовок. Одни совсем грязные, вторые же чуть чище, отчего именно их и решил надеть. Проверив, ничего ли не забыл, я потянулся одной рукой к ручке, а после с негромким звуком, отдавшимся в подъезд лёгким эхом, захлопнул дверь. Пройдя несколько лестничных пролётов, оказался уже на улице.

Несмотря на то что было достаточно тепло, само солнце успело скрыться за серыми облаками. Сразу отметил одежду на людях. Кто-то одет достаточно легко — майка да шорты. Другие же нацепили тёплые водолазки, а поверх них — шерстяные рубашки в клетку. Интересно, насколько им жарко?

Быстрыми шагами я шёл в сторону квартиры Финга. Он жил меньше чем через квартал от меня. Хотелось побыстрее выслушать его, один раз кивнуть, а после уйти всё доделывать либо утвердить день, когда приду для подписания договора. Пройдя через дворы, подошёл к нужному месту. Достал телефон и посмотрел. На часах 16:45. Только хотел уже подняться на пятый этаж, как до моего плеча кто-то дотронулся.

Резко обернулся и увидел — девушка со светлыми волосами чуть ниже ключиц. Они ровные и прямые, а лоб обрамляла такая же чёлка. Одета в чёрный брючный костюм, из-под верха которого торчит белая рубашка с чёрным галстуком. Девушка как-то странно улыбнулась и посмотрела на меня.

— Ты…

— Тириан Хейз, я права? — перебила меня незнакомка, не дав договорить.

— Да? — произнёс вопросительно, ведь не понимал, что происходит. — Кто ты?

— У тебя назначена встреча с Элиотом Фингом? — Она полностью проигнорировала мой вопрос.

Я почти был готов повернуться и уйти, но только одно предложение заставило меня застыть:

— Сегодня всё отменяется, потому что Элиот Финг найден мёртвым в своей квартире.

Глава 2. Следователь А1

Девушка и слова больше не сказала. Лишь продолжила молча смотреть точно мне в глаза, сохраняя наигранную улыбку. Выражение её лица не очень-то подходило той трагичной новости, которую пришлось сообщить.

В этот момент я просто стоял, не совсем понимая, как должен реагировать. Наверное, стоило начать хаотично говорить: «О чём ты?», «Ты ведь шутишь?» — дополняя всё дрожащим голосом и немного резкими движениями. Всё, что мог сказать:

— Вот как.

Придётся, значит, работать с новым редактором. Интересно, будет ли он таким же, как Финг? Может, с ним вновь смогу полюбить свои работы? В последнее время слишком утомительно писать по их желанию. Хотя сначала казалось, что в этом нет ничего такого. Главное — издательство вообще обратило на меня внимание, продолжая периодически успокаивать мыслями: главное — вообще платят.

Девушка удивилась, а после засмеялась. Вышло это сдержанно. Смех достаточно тихий, а губы она прикрыла правой кистью.

— Необычная реакция, однако.

Ответить нечего, отчего просто пожал плечами.

Как оказалось, я был прав. Ждали слёзы, крики, а после медленное смирение. Ничего подобного не чувствовал. Мистер Финг не был для меня человеком настолько близким, чтобы его смерть заставила вмиг показать все эмоции. Просто факт, который уже нельзя изменить. Оставалось, видимо, только подыграть:

— Жаль его. Он был…

— Давай без этого.

— А?

— Ты даже бровью не повёл, когда узнал о смерти, а сейчас пытаешь играть человека в печали. По-моему, глупо, тебе не кажется?

— Может, у меня так шок проявился?

Девушка вновь была готова засмеяться.

— Ты действительно хочешь об этом поговорить?

На самом деле нет. Сам не заметил, как разговор ушёл именно в эту сторону. Что я на самом деле хотел узнать, так это…

— Кто ты?

Мои слова удовлетворили её, будто бы она только этого момента и ждала.

— Моё имя Ариста Ламберт. Я следователь первого порядка, можно также А1, из «Восьмого глаза». Теперь моя очередь спрашивать.

Она вальяжно скрестила руки на груди.

— Ты, главное, не нервничай. По протоколу я обязана допросить тебя, а также нужно осмотреть твою квартиру. С этим же не будет проблем?

— Нет.

Мне нечего было скрывать. Я точно знал, что никак не причастен к смерти мистера Финга.

— Отлично.

Следователь повернулась и, даже не оглядываясь, начала куда-то идти. Думаю, что именно в сторону моего дома. Неудивительно. «Восьмой глаз» — одна из главных корпораций нашего города. Ей всё известно о тебе, и мало что могло скрыться от их глаз. Как в прямом, так и переносном смысле. Ведь благодаря такой вещи, как «человеческая магия», они чуть ли не всесильны. Всё из-за их необычного зрачка, от которого ты можешь полностью лишиться воли, даже не осознавая этого.

Шли мы в полной тишине. Она продолжала уверенно двигаться вперёд, даже на миг не сомневаясь. Единственное, что меня интересовало, — всё ли закончится после допроса? Думаю, есть тут скрытый помысел. Стало любопытно, потому что я даже подумать ранее не мог о разговоре с кем-то настолько важным. Возможно, в будущем смогу использовать подобный опыт для своего романа.

Достаточно быстро мы дошли до старенького здания. В некоторых местах облезла краска. По кирпичам медленно гуляли солнечные лучи, что на миг смогли выйти из сероватых туч. Во дворе никого из людей не было. Слышно только гавканье собак откуда-то издали. Незнакомка на миг изменилась в лице, но после вновь вернула свою дурацкую улыбку. Святая Габриэль, лучше бы она ходила хмурой, чем так.

— Ты ведь и так всё знаешь.

Вопроса не было, лишь утверждение.

— Тебе исполнилось двенадцать, когда ты жил тут?

Видимо, её удивила моя сентиментальность. Ведь даже при наличии денег я так и не смог оставить это место, храня в памяти детские воспоминания.

Мы быстро поднялись на четвёртый этаж, при этом Ариста Ламберт шла позади меня. Девушка не пыталась догнать или же перегнать. Будто даже заставляла вести себя так, словно я сам её привёл сюда.

Достав ключи из кармана, вставил в замочную скважину, провернул, а после зашёл внутрь. Следователь тут же сняла чёрные туфли с невысоким каблуком и прошла в спальню, в которой стоял компьютер. Она начала осматриваться и прошла в сторону книжного шкафа. Девушка с интересом рассматривала каждую из книг, пока не остановила свой взгляд на «Происхождении „человеческой магии“. От древних времён до настоящего времени».

— И в какую же версию ты веришь?

Из-за неожиданности вопроса я долго не мог ответить.

— Ни в одну, скорее всего?

Везде можно услышать три трактовки бытия, которые люди считали за истину. Первая — пробуждение магии через Великую королеву Габриэль, вторая — всесильные существа хайгеры, оставившие наш мир. В третью же мало кто верил, потому что гласила та о появлении способностей у людей как следствия развития наших организмов.

— В моей жизни и так мало времени, чтобы тратить его на нечто несуразное.

Молчание затянулось.

— Во что же верит «Восьмой глаз»?

— В праведность своих мыслей.

— Объяснишь?

— Защита людей стоит на первом месте, отчего твоя личная вера не имеет значения. Выполняй свою работу — и проблем не будет. — Слово «личная» она специально выделила.

После девушка на миг замолчала, пока не протянула мне какую-то то ли тетрадку, то ли брошюрку. Там было написано: «Для нового работника „Восьмого глаза“».

— А? — слегка усмехнулся.

— Подумала о том, что пора перейти к главной цели моего визита. Тириан Хейз, у «Восьмого глаза» есть все основания полагать, что вы владеете «человеческой магией».

Услышав это, я начал чуть ли не смеяться.

— Мне кажется, вы ошиблись.

Вся ситуация казалась лишь глупым сном, который никак не мог закончиться.

— На конференции от четырнадцатого июня двадцатого года во время представления книги «Тоска» вас не очень хорошо приняли. Пришло много людей, которые были недовольны вашей работой. Стоило вам только слово сказать, как их мнение тут же изменилось…

Тут мне стало не по себе.

— Если этого до сих пор недостаточно, то неоспоримое доказательство — изменение радужки и зрачка на видео.

— Что же со мной будет? — спросил я серьёзным голосом.

— У тебя есть два варианта. Первый — придётся работать в качестве следователя первого порядка в «Восьмом глазе». Два месяца будешь стажёром. После перейдёшь на полную ставку.

— А второй?

— Выплата штрафа в размере тридцати пяти тысяч такаров.

Хорошую квартиру можно за двадцать пять тысяч взять… В голове была пустота, а в горле будто бы ком застрял. Сердце постукивало в такт настенным часам, пока не начало их обгонять.

Девушка ждала моего ответа, пока в какой-то момент не произнесла:

— Тириан Хейз, твой ответ?

Глава 3. Правила «Восьмого глаза»

Её слова звучали так, будто у меня был выбор. Когда в реальности всё, что оставалось, — просто согласиться с условиями. Ведь даже будучи известным писателем, тяжело позволить потратить в один миг такую большую сумму. Если, конечно, я не рассчитываю оставшийся месяц жить на улице, вкушая только запах еды.

Следователь внимательно смотрела в мои глаза. С каждой секундой взгляд становился всё пристальнее. Атмосфера была гнетущей. Находиться рядом с ней оказалось тяжело. Самое подходящее описание — живая кукла. Внешность хорошая, но все эмоции неестественные, будто неживые.

— Ти-и-ир-ри-и-иа-а-ан? — протянула девушка.

Усмехнулся, а после ответил:

— Я согласен.

На секунду показалось, что Ариста будто бы выдохнула, а после она тихо произнесла:

— Рада слышать. Жду тебя завтра в восемь утра на улице Барнс, дом сорок пять.

Следователь быстро повернулась и покинула квартиру, оставив меня одного. Я ничего не понимал. В голове собралось слишком много мыслей, отчего я просто сел на кровать, снял очки и, закрыв глаза, принялся слушать окружающую тишину.

— Что делать?

После ещё раз повторил более громко:

— Что же мне делать?

Впервые за долгое время я оказался в смятении. Всё происходило как-то слишком резко. Сделал глубокий вдох и решил прочитать ту брошюрку, которую мне дала Ариста.

На обложке красовалась надпись: «Все о „человеческой магии“ и правила „Восьмого глаза“».

Интересно, насколько информация отличается от той, что нам рассказывали в школе? Будет забавно, если она идентична, потому что в учебном заведении этому посвящается всего лишь сорок пять минут. Тебя не будут учить управлять силами. Просто озвучат как факт, что в нашем мире действительно существуют такие уникумы. Хотя если смотреть на статистику, то многие обладали лишь силой небольшого уровня, практически незаметной. У большинства даже не получалось пробудить хоть какой-то дар, и они продолжали жить как обычные люди.

На следующей странице подпись: «Уровни магии глаз». Без лишних предисловий тут сразу была представлена таблица, поделённая на две колонки. Первая — уровень, вторая — проявление.

Первый уровень: Внушение происходит на десять секунд. Человек помнит об этом.

Второй: Позволяет подчинить человека на пять минут. Воспоминания об этом присутствуют. Вновь силы можно использовать только через тридцать минут, если нужно повторное внушение.

Четвёртый: Подчинение длится тридцать минут. Действует на нескольких людей. Повторно можно использовать через десять минут.

Восьмой: Подчинение людей в радиусе двадцати тысяч километров. Действие не ограничено.

К последнему было примечание: «Божественный уровень силы. НЕ ВСТРЕЧАЕТСЯ».

Оно и ожидаемо, потому что чем ты сильнее, тем больше страдает твоё тело. Человек в принципе не может развиться до этого уровня из-за риска вмиг оказаться слепым. В худшем случае его ждёт мучительная смерть, которая сопровождается сильнейшей агонией. Множество подобных историй можно найти на просторах интернета. Правда, до конца неизвестно, насколько это правда.

Дальше описывалась структура работы «Восьмого глаза». Большое значение имеют следователи. Они бывают первого, второго и третьего порядков. В их обязанности входит расследование дел, связанных с «человеческой магией». Следователь, после определения личности подозреваемого, должен об этом доложить закреплённому директору. В свою очередь тот должен дать приказ о дальнейших действиях. В скобках указывалось: «Разрешено применять силы, если субъект не хочет сотрудничать».

Внизу была надпись, написанная большими буквами и выделенная жирным:

«„ВОСЬМОЙ ГЛАЗ“ НЕ ПООЩРЯЕТ САМОВОЛЬНИЧЕСТВО!»

P. S. Просим придерживаться рабочих правил, изложенных на пятой странице.

Быстро перелистнув, действительно увидел свод правил.

1. Запрещено использовать силу вне рабочего времени. Исключение:

— На рабочего было совершено случайное покушение либо покушение с целью мести, личной выгоды.

— Если гражданину грозит опасность физического вреда, который может закончиться травмой средней, тяжёлой степени или летальным исходом.

— В случае, когда подозреваемый или свидетель отказывается давать показания.

Каждый случай будет отдельно рассматриваться директором, который решит, рационально ли применена магия. В случае нарушения — тюремное заключение с процедурой «ослепления» или штраф в пятьдесят тысяч такаров и «ослепление».

2. Каждый новый работник обязан пройти стажировку сроком в два месяца. Дальше — тестирование на должность следователя «Восьмого глаза».

Исход:

— Успешное завершение: принятие на должность следователя. Порядок определяется после тестирования. Рабочий график: 2/2 с 8:00 до 19:00. Настоятельно рекомендуем не пропускать без уважительной причины.

— Тестирование провалено: еженедельное посещение «Восьмого глаза» для определения уровня, роста силы. Контроль психологического состояния. В случае неявки — штраф в пять тысяч такаров. За каждый последующий — плюс пять тысяч такаров.

Штрафа не будет: травма средней, тяжёлой степени, кома и смерть.

P. S. Человек предварительно снимается с учёта, когда есть подтверждение угнетения силы, которая доказана на тестах и не появилась вновь, даже первого уровня, спустя год. По истечении этого времени личность окончательно снимается с учёта.

3. Если работник неэффективен, то у него есть месяц, чтобы доказать свою профпригодность. Дальше последует увольнение и постановка на учёт.

4. Работник не должен угрожать гражданам своим званием или силой. Последствия изложены в пункте 3.

При особо грубых нарушениях следует штраф в пятнадцать тысяч такаров и возможное тюремное заключение.

5. При неявном проявлении силе: стажёр обязан в нерабочее время развивать её. В худшем случае это будет достигнуто насильно. Ситуация при неявных, фантомных проявлениях.

Внизу сноска:

Фантомные проявления — сила, которую человек использует подсознательно, даже не подозревая этого. Тяжело определить уровень из-за нестабильности проявления.

6. Конфликты на рабочем месте решаются через директора.

7. В случае ссоры между отделами она также будет решаться через директора.

8. Следователи не должны использовать магию друг на друге, кроме экстренной ситуации, закончившейся «победой».

9. Использование «магии глаз» на других личностях с «человеческой магией» также карается штрафом.

В самом конце надпись: Каждая ситуация решается индивидуально. Здесь изложены лишь примеры того, что может случиться. Обвинения снимаются в том случае, если возможный работник не был осведомлён о них. Проводится расследование, по итогу которого выносится решение.

Правил действительно оказалось немало. При этом нарушение одного из них уже несло серьёзные последствия.

Резко почувствовал, как нечто начало сдавливать виски. Вновь вернулись головные боли. Я так надеялся, что получилось наконец-то от них избавиться. Тяжело вздохнул, скинул брошюрку вниз с кровати и пошёл на кухню. Там в верхнем ящике лежали таблетки от острой боли. Выпил сразу две и вернулся в комнату. Упал на кровать и не заметил, как глаза сами начали закрываться. Отдохнуть не получилось. Сны были беспокойными. Сочетанные образы из разных страхов, переживаний и, видимо, чувств.

Проснулся лишь тогда, когда начал звенеть будильник. Время показывало 6:50.

Глава 4. Договор

За окном медленно постукивали ветки деревьев. Их было не видно. Только силуэты, что сливались в одно большое темное пятно. Даже свет луны не проникал сквозь стволы. Вокруг была полнейшая темнота. Слышно только, как завывает ветер. Изредка слышались крики бездомных кошек. Подобный мрак сохранялся до момента, пока я не включил экран телефона. Свет позволил начать различать хоть какие-то предметы рядом, пусть сначала от него и сильно болели глаза. Несколько раз моргнул, а после приподнялся и, надев очки, которые положил рядом с кроватью, просмотрел уведомления.

AlgarSimor@lin.ky:

Добрый вечер, Тириан Хейз. Мое имя Алгар Симор. В связи с внезапной кончиной Элиота Финга издательством принято решение сменить вам редактора для возможного дальнейшего сотрудничества. Прошу ответить в ближайшее время на данное письмо.

Издательство Drinblack

Сообщение на почту пришло в 18:04. Прочитал его еще раз. Я сомневался, стоит ли вообще отвечать. Будто смерть Финга стала тем, что позволило начать жизнь с новой страницы. Удовольствия работать на «Восьмой глаз» я тоже не имел, но внутри испытывал любопытство. Мне хотелось побольше узнать про тайны нашего мира. Кто знает, но, может, «Восьмому глазу» уже давно известна истинная природа «человеческой магии»?

К тому же из этого может получиться хороший материал для новой рукописи, которую я буду писать только для себя. Тогда она сможет остаться именно в том виде, что нужен мне. Без насильственного изменения персонажей, сюжета, а иногда даже главной мысли всего романа. Первозданный вид, который является самым правильным и, как по мне, искренним. Конечно, когда дело не касается пунктуационных и грамматических ошибок.

Решил ответить ему вечером. После потянулся и, включив в комнате свет, пошел в сторону шкафа. Достал оттуда черный спортивный костюм и надел. Ариста не сказала, в чем мне следует прийти, а значит, беспокоиться насчет внешнего вида не стоит. Наверняка выдадут какую-нибудь униформу, по которой все и узнают работников «Восьмого глаза».

Время уже показывало 7:10. Оставалось всего лишь пятьдесят минут. Я уже начал опаздывать. Улица Барнс находилась далеко отсюда, поэтому стоило выходить. На какое-то время я застыл у двери. Сильно хотелось спать, а голова раскалывалась еще больше, чем вчера. После я все-таки нашел в себе силы, вышел на лестничную площадку и, закрыв входную дверь, спустился.

На улице до сих пор было темно. Ветер то становился сильнее, то вновь ослаблялся. Во дворе было пусто — ни одной живой души не смог увидеть. Даже бездомные кошки вели себя тихо. Будто где-то спрятались, боясь выдать свое местоположение. Медленно начал идти в сторону «Восьмого глаза». Дом мой находился в глубине двора, отчего я сначала вышел на центральную дорогу и постепенно увеличил темп.

Спустя какое-то время улицы начали наполняться людьми. Сначала — дворники, которые чистили улицы, после — офисные работники, школьники. Их становилось все больше и больше. Стало даже как-то тяжело пробираться сквозь толпы. Было так до того момента, пока я не оказался на Барнс, 45. Сразу в глаза попалось высокое здание, на крыше которого красовалась восьмерка. Края ее были заострены, а внутри располагались круги, напоминавшие зрачок. Во многих окнах уже можно заметить включенный свет.

Рядом с входом стояла чья-то фигура. Подойдя ближе, я понял — Ариста Ламберт. Девушка внимательно смотрела в телефон. В этот раз она не улыбалась. На миг мне показалось: ее лицо грустное. Она была уставшей. Девушка отличалась от себя вчерашней. Будто это два разных человека.

Оделась Ариста в этот раз не в костюм, а в черную юбку-карандаш, белую кофту и кожаную куртку сверху. Как только она заметила меня, выражение ее лица тут же изменилось. Глупая широкая улыбка вообще никак не сочеталась с сонными глазами.

— Тириан, доброе утро! — воскликнула девушка, а после протянула руку.

Тяжело вздохнул и произнес:

— Доброе…

Видя, что я не собираюсь здороваться с ней за руку, девушка резко ее отдернула.

— Выглядишь неважно.

Возможно, если бы не вечное притворство, общение между нами шло куда проще. Мне не нравилось, что я даже представить не могу, о чем она думала. Будь она более искренней, даже могла бы понравиться мне.

— В восемь утра лучше выглядеть невозможно.

После — секундная пауза.

— Так как у тебя сегодня первый рабочий день, перед тем, как показать кабинет, зайдем к директору Доновону.

— Директор Доновон?

— Да, именно он регулирует работу следователей первого порядка. Ты разве не читал оставленную мной брошюру?

Девушка чуть удивилась, но в лице практически не изменилась.

— Начал, но голова сильно разболелась, вот и лег спать.

Думается мне, что если бы не головная боль, то проснуться вовремя и не смог бы. Очень привык все-таки работать по ночам, и смерть редактора не причина, чтобы так резко менять свои привычки.

— У директора тебе предстоит подписать договор на стажировку.

Ариста мельком посмотрела на экран телефона и проговорила:

— Уже семь пятьдесят семь, нам пора.

Девушка быстрым шагом пошла в сторону входа. Мы прошли сначала через автоматические стеклянные двери. Тут же попали в белое просторное помещение. Стены и пол были даже не то что одного цвета — одного оттенка. Впереди заметил отдельную кабинку, над которой висела табличка: «Регистратура». Рядом со мной стояли красные длинные диванчики с низкими столиками. На одном из них лежала точно такая же брошюра, что вчера дала мне Ариста.

— Здесь мы принимаем людей для прохождения тестов, психолога, в иных случаях даже психиатра. Также на этом этаже находится медицинский пункт. Если спустимся чуть ниже, то попадем в морг.

— Морг? — Не ожидал, что произнесу настолько удивленно. — Зачем он нужен?

Вопрос глупый, но не мог же я напрямую спросить: «Вы там действительно трупы храните?»

— Работа следователя напрямую связана со смертью. Если боишься, то лучше сейчас уйди. Не…

— Мне правда не страшно. Просто удивился. Не более. — Во мне проснулось любопытство. — Значит, и Элиот Финг находится здесь?

— Конечно.

Она ни капли не смутилась после моего вопроса. Лицо, мимика, голос — все оставалось таким же. Интересно, она испытывает хоть немного грусти или ее сердце навсегда стало черствым?

Я еще некоторое время осматривался. Двери то открывались, то закрывались. Приходило все больше людей. Можно было увидеть как детей, так и людей в возрасте.

Девушка молча начала идти в сторону левого коридора. Там находилось много кабинетов: функциональной диагностики, терапевта, педиатра, гинеколога и так далее. Остальные продолжали тянуться вдаль, отчего их таблички я прочитать не смог. Видимо, на случай, если понадобится консультация специалиста. Повернув еще раз влево, мы оказались рядом с пассажирским лифтом.

— На втором этаже находится бухгалтерия, на третьем — наш отдел, четвертый предназначен для директоров.

— Тебе нравится тут? — резко решил спросить.

Девушка смотрела на меня какое-то время, пока не сказала:

— Приехал, проходи.

Внутри лифта тихо играла музыка, которая хоть как-то скрашивала тишину. Между нами повисло молчание. Видимо, мой вопрос задел ее?

Как только вышли, я увидел все то же светлое помещение. На четвертом этаже было несколько коридоров. Никаких указателей. Без Аристы я давно бы тут заблудился. Девушка продолжала вести меня в сторону кабинета директора, только вот делала она это в молчании. Мы остановились рядом с дверью, на которой весела табличка: «Директор первого порядка Льюис Доновон».

— Можешь проходить.

— А? Хорошо.

Постучался и зашел внутрь. Там за столом сидел полноватый мужчина, а рядом с ним — большая стопка самых разных документов. Доверия он не внушал. Лысый, вредный, с желанием отыгрываться на других — такое первое впечатление он произвел на меня. Лицо его было не очень располагающим. Брови не видны, а глаза словно змеиные. Несколько раз он успел вытереть какой-то тряпочкой потный лоб, будто игнорируя мое присутствие.

— Здравствуйте, меня зовут…

— Тириан Хейз, я в курсе. — Мужчина посмотрел точно мне в глаза и произнес: — Чего застыл, подходи ближе.

Жестом он указал на стул, который стоял напротив, и протянул мне несколько листков, при этом продолжая заниматься остальными бумагами.

— Пишешь свое имя с фамилией, дату рождения и подпись. Заполняешь таким образом все три бланка.

Первый — страхование. В случае травмы мне будет выплачено пять тысяч такаров. Второй — стажировка. Рабочий график: 2/2. Заработная плата: пятьдесят такаров в час. Начисляется один раз в конце месяца. Третий — что я ознакомлен со всеми условиями и полностью согласен.

Заметив, что я как-то долго читал бумажки, мужчина спросил:

— Что-то не устраивает?

Голос раздраженный. Взгляд презирающий.

— Нет, я…

— Тогда просто подписывай, а то…

Дальше тот что-то неразборчиво бормотал себе под нос ровно до того момента, пока я не вернул договор со своей подписью.

Он ехидно улыбнулся и произнес:

— Хорошей стажировки. Надеюсь, тебе тут понравится.

Глава 5. Тело

— У вас тут все со странностями? — спросил у Аристы, как только покинул кабинет.

— С чего бы?

— Вечно улыбающаяся девушка и недовольный директор заставляют меня так подумать. Ну серьезно, будто сам пришел слезно умолять взять на эту должность, а не кое-то заставил. — На «кое-кто» специально сделал акцент.

Наверное, во всем виноваты мои ожидания. То, какими «угрозами» пользовалась Ариста, заставило думать, что тут мне будут рады. Будут готовы исполнить все желания, даже если те в какой-то мере безумны. Как видно, ошибка, и не более.

— Потому что ты не первый, кто приходит на стажировку. Нет смысла каждому фальшивую улыбку показывать. Повторной встречи может и вообще не случиться. Как и везде, заставь себя ценить. Без этого никуда, и не забывай главного — тут главенствуют страдания… — Девушка на секунду замолчала, пока не добавила: — С мертвыми ты будешь встречаться очень часто. В большинстве случаев их тела могут быть сильно изуродованы. Справишься?

— Но при этом ты все равно настаивала прийти сюда? Смешно…

Ее вопрос я полностью проигнорировал. Хотел узнать, если тут так тяжело, зачем подвергать подобному стрессу и других? Разве, познав все на себе, не будешь, наоборот, отговаривать, стараясь сберечь других от того ужаса, который приходится наблюдать изо дня в день? Осознавая, что какая-то твоя часть так же давно умерла.

Девушка тяжело вздохнула.

— Я делала только то…

— Ариста.

Она вздрогнула, стоило только назвать ее по имени.

— Ответь мне: почему именно я? Отчего не прохожу формально тесты раз в неделю и подобную чепуху?

— Я тебе уже говорила. Ты вмиг смог подчинить своей воли нескольких людей. У тебя пусть и «фантомное проявление», но можно точно сказать одно — ты явно не первого уровня. Наша классификация расплывчата, но подразделяет на главные — первый, второй, четвертый, восьмой. Основа, потому что между уровнями слишком большая разница. Развить твои силы — большой успех для «Восьмого глаза».

Усмехнулся, а после скрестил руки на груди и сказал:

— А если буду неэффективным?

— Тириан. — Девушка смотрела пристальнее, чем обычно, и продолжала улыбаться. Картина, должен признаться, жуткая. — Не стоит испытывать судьбу. Сейчас к тебе добры, но стоит стать проблемой, как директора сразу найдут ей решение.

Что странно, от подобных угроз мне не стало страшно. В принципе ничего не испытал. Было все равно. Видимо, просто осознавал, что и в мыслях не было идти против «Восьмого глаза». Раз есть такие законы, то им и буду следовать, попутно собирая информацию, а иногда и вдохновение для нового черновика. Думаю, в какой-то момент они все равно осознают свою ошибку и отпустят меня.

— Поверь, мне жизнь дорога, поэтому буду очень добросовестно исполнять свои обязанности.

Девушка чуть усмехнулась.

— Хорошая позиция. Ее и придерживайся.

Посмотрев время на телефоне, Ариста произнесла:

— Так как все формальности соблюдены и ты теперь официально стажер, то время приступить непосредственно к работе.

Мы вернулись в сторону лифта. Здесь по-прежнему было тихо и пусто. Странное ощущение. Казалось, что в целом здании больше никого и нет. Резко почувствовал укол. С каждой секундой он становился сильнее. Рефлекторно потянулся в сторону кармана, чтобы достать таблетки, но осознал, что оставил их дома. Хорошее начало дня…

Стоило только об этом подумать, как двери тут же открылись. Зайти не получилось. Оттуда, словно ошпаренный, выскочил парень. Волосы зализаны назад, одет он в черный костюм. Правда, в районе груди я заметил небольшую вышивку с тремя полосками.

Посмотрев на нас, он фыркнул, а после пошел точно в сторону директора. Правда, не нашего, потому что шел в противоположном направлении от того коридора, из которого вышли мы. Видимо, он тоже следователь?

— И что это было?

— Один из следователей третьего порядка. Не обращай внимания. У нас есть свои дела.

«А вел себя так, будто директор», — подумал, но промолчал. Видимо, можно начинать подсчет странных и заносчивых людей, которые работают в «Восьмом глазе».

Заметив, что я чуть раздражен, девушка сказала:

— С коллективом у тебя проблем не будет. Там милые люди.

— Хорошо.

Достаточно быстро мы приехали на второй этаж. Там тут же встретили парня с темными волосами чуть ниже ушей, в круглых очках и таком же черном костюме. Правда, в отличие от того, здесь на пиджаке была вышита только одна полоска. Роста он низкого, и сам худоват. Он подошел к нам ближе, отчего я неосознанно отступил.

— Ариста, доброе утро. Ты уже ходила к директору?

Только сейчас заметил толстые папки, которые он держал в руках.

— Привет, да, мы только что от него. Тириан говорит, настроение у него, как обычно, скверное. Поэтому лучше после обеда подходи с недельным отчетом.

«Я не говорил такого…» — подумал, но вновь промолчал.

Девушка подмигнула незнакомцу.

— Так и поступлю.

Юноша успел уйти недалеко, пока резко не обернулся:

— Тириан?

Взгляды наши пересеклись.

— Ты, видимо, новый стажер, верно? Мое имя Натан Брэгг. Надеюсь, мы сможем найти общий язык.

Натан тут же протянул руку.

— Тириан Хейз, тоже на это надеюсь.

Мы пожали руки, а после Брэгг сказал:

— Я обязательно к вам с Аристой зайду чуть позже, а сейчас мне уже пора. Если будет нужна моя помощь, заходи в четвертый кабинет.

Парень успел запрыгнуть в лифт, прежде чем его двери закрылись.

Только сейчас, осмотревшись, я понял — у стен нет углов, они словно представляли собой окружность, в которой отчетливо различалось несколько дверей. Мы подошли к одной такой. Там была только цифра «1».

Внутри ничего удивительного не оказалось. Сбоку стояло два шкафа, там хранилось множество папок с документами. Небольшой свет проникал сквозь чуть приоткрытое окно. Девушка села за стол, который стоял поодаль. Я подошел ближе уже в предвкушении учиться заполнять их документацию, но Ариста резко встала:

— Тут не хватает вскрытия.

— А?

— В каждом протоколе нужно указывать, первое, все о пострадавшем: возраст, пол, работа, родственные связи. В случае смерти обязательно вскрытие, чтобы установить ее причину. Второе — подозреваемые. Тут без подробностей, главное — мотив. Третье — подведение итогов.

— А если человека подчинили и заставили спрыгнуть с крыши, допустим? На вскрытии же будет банальное самоубийство.

— Мы не опираемся на один факт. Всегда смотрим в совокупности. Проблемы в семье. Психическое состояние. Осмотр в квартире. Опрос родственников, близкого круга общения. Никогда не стоит спешить с выводами. — Девушка откашлялась, после добавила: — Но не об этом. Я бы попросила тебя спуститься в морг и взять заключение у Брауна, но так как сегодня твой первый день, то следует тебе все показать.

Покинув кабинет, мы пошли не в сторону лифта, а к самой дальней двери. Ариста отперла ее каким-то ключом, который достала из кармана, и мы, минуя несколько этажей, оказались, по всей видимости, в подвале.

Мигающий свет отдавал желтизной. При этом ближайшая лампа оказалась сломана. Видно, что разбили ее недавно, так как пыли на ней практически не было. В углу в это время сидело несколько крупных пауков на свисающей паутине. Готов поспорить, что их тут намного больше, чем я смог увидеть, отчего старался больше не всматриваться. Прошли вперед, и я заметил маленькие по диаметру трубы. Было слышно, как по ним быстро течет вода. Легкие мурашки пробежали по телу. Если сравнивать с температурой сверху, тут намного холоднее. В конце нас ожидала железная дверь. Ариста легким движением открыла ее.

Внутри стоял прямоугольный стол. На нем лежал мужчина лет сорока. Его суставы все до одного были вывернуты на сто восемьдесят градусов. Некоторые пальцы почернели, а на других, именно на ногтях, засохшая кровь успела смешаться с гноем. Кровеносные сосуды в глазах лопнули. Лицо полностью застыло в ужасе. В районе шеи, чуть ниже щитовидного хряща, кожа была неестественно натянута, будто даже сдавливая гортань. По всему телу было множество геморрагий. Фаланги на пальцах рук и ног сильно увеличены.

Это Элиот Финг, точнее то, что от него осталось.

Глава 6. Вскрытие

Я смотрел какое-то время на бездыханное тело редактора. Сердце не колотилось. Я был полностью спокоен. Единственное, о чем думал: «Интересно посмотреть на протокол вскрытия. Насколько он отличается от того, что я описывал в своих историях? Мне дано увидеть, как все происходит на самом деле, и это не может не радовать. Даже переживать не придется в таком случае о несостыковках».

Девушка вновь ждала от меня хоть какой-то реакции, в то время как я и сказать ничего не мог. Хотелось просто погрузиться в мысли для полного осознания: чего же еще не хватает для становления хорошим автором? Сюжет плох? Описаний маловато? Проработка хромает? Тут же, завидев пристальный взгляд, пришлось хоть что-то сказать:

— М-да… Беда…

Скрестил руки на груди, но долго так не простоял. Практически сразу я начал чесать левой кистью затылок. С каждой секундой легкая нервозность нарастала. Мне не нравилась оценивающая атмосфера. Так продолжалось бы и дальше, пока в какой-то момент в проеме впереди не появился мужчина, а за ним и девушка.

Мужчина был высокого роста и имел заостренные черты лица. Взгляд — хмурый, тяжелый — так и норовил пробраться внутрь и навсегда остаться напоминанием в душе. Седые волосы были аккуратно зачесаны назад. Из одежды — серый хирургический костюм без единой складочки. Смотрелся он на нем утонченно, будто мужчина — аристократ, сошедший со старой картины. Одним словом, классический граф. Девушка отличалась от него, как яркое солнце и от темной луны. Она имела короткие волосы красного цвета. Чуть ниже шеи, в районе ключицы, были еле заметны черные рисунки. Татуировки? Верно. По всей руке, вплоть до кисти, изображалось подобие лиан с острыми шипами. Думаю, сам цветок нарисован на плече, закрытом рукавом. В ярко-желтых глазах девушки так и горела жизнь, будто маленькие огоньки. От нее чувствовалось тепло, спокойствие и умиротворение. Одежда такая же, как и у мужчины, — хирургический костюм. Правда, казалось, что ее костюм — более новый. Ткань ярче и без катышек.

— Мистер Браун, доброе утро. Протокол вскрытия готов? — произнесла Ариста спокойно и чуть шагнула вперед.

Браун молча кивнул и вновь вернулся в комнату, из которой только вышел. Думаю, там находился их кабинет, а также место хранения документов.

Не успел даже и подумать, как услышал:

— Стажер? Приятно познакомиться, я Беатрис, можно просто Биа.

Девушка протянула руку.

— Тириан.

Беатрис чуть усмехнулась.

— А ты немногословен.

В этот же момент к нам вернулся мистер Браун. Мужчина протянул в мою сторону красную папку. Ее тут же перехватила Ариста. Она открыла ее и, быстро пробежавшись глазами, сказала:

— Угу-у-у… — После перевела свой взгляд на меня. — Тириан, хочешь взглянуть?

— Да! — чуть ли не крикнул, после откашлялся. — Да, было бы неплохо.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ПАТОЛОГОАНАТОМИЧЕСКОГО ВСКРЫТИЯ № 0093450

Дата вскрытия: 14.09.ХХ

Ф. И.: Финг Элиот

Пол: М

Обладает ЧМ: +

Возраст: 41 год

Дата смерти: 14.09.ХХ

Клинический диагноз: Т40 (отравление наркотиками)

Патологоанатомические диагнозы при вскрытии:

1. Отложение в суставах Tg (тигод);

2. Закупорка левой средней мозговой артерии;

3. Стеноз коронарных артерий без видимых признаков инфаркта миокарда.

Заключение по результатам вскрытия:

Вследствие увеличения в крови гормона MN3 (тримин) — 64,1 при норме 0,1 — произошло повышенное отложение Tg, впоследствии вызвавшее множественное увеличение суставов, появление геморрагий, множественных кровотечений из небольших ран, а также истончения кожи.

Внизу печать и подпись: «Джон Браун».

Заметив, что я закончил читать, Ариста тут же спросила:

— Что думаешь?

— Только один вопрос. Почему диагноз «отравление наркотиками»? Скорее всего, редактор Финг обладал «человеческой магией» и мог деформировать суставы, но как осложнение развилось «выкручивание».

Только эта мысль не давала мне покоя. «Человеческая магия» изменила наши тела и стала привычной частью жизни многих, отчего пришлось ее систематизировать. Выделили лишь три основных ее проявления в теле: глаза, подчиняющие своей воле, кости, извивающиеся, словно лианы, в любом направлении, и кожа, благодаря которой можно вмиг изменить свою внешность. С собой такие дары также принесли и печали. Из-за магии глаз человек постепенно либо же моментально слепнет. Суставы изменяют свою структуру и прокручиваются медленно, болезненно вокруг своей оси. Кожа становится дряблой, землистого оттенка и может сначала лишь чуть слезать, а после площадь становится все больше.

Подобные осложнения давно известны и купируются пожизненной заместительной терапией.

— Тримин не может равняться шестидесяти четырем целым одной десятой при «выкручивании», потому что летальность наступает уже при цифрах от десяти-пятнадцати. Такие значения могут быть достигнуты только наркотическими, непроверенными препаратами, которые дают лишь на время чувство благополучия, в то время как организм продолжает откладывать тигод, пока не произойдет тот самый переломный момент. Даже пяти минут хватит между приемом таблетки, — произнес мистер Браун спокойно, без хоть какой-то попытки задеть меня, словно учитель, объясняющий новую тему для ученика. Несмотря на это, Беатрис тут же сказала:

— Со временем ты привыкнешь к таким тонкостям.

Видимо, мое хмурое лицо заставило ее думать, что я расстроился, хоть это и не так. Наверное, над выражением лица придется еще поработать.

Девушка аккуратно похлопала меня по плечу и чуть улыбнулась. Это было нечто искреннее, отчего на душе стало как-то легко, но из-за этого и странно. Полностью незнакомый человек не мог вызвать такие эмоции. Даже натянутая улыбка Аристы для меня казалась более естественной.

«Не нравится мне все это».

Сзади себя тут же услышал:

— Мы узнали достаточно. Думаю, теперь следует посетить место преступления.

Глава 7. Ты счастлива?

Перед тем как уйти, мистер Браун чуть поклонился, а Беатрис пристально посмотрела и промолчала. Она будто изучала наши души, пытаясь наружу выпустить всю боль, которую храним где-то глубоко внутри себя, скрывая ее под глупыми улыбками, неловкими смешками, просто боясь довериться и рассказать кому-то о своей печали. Возможно, из-за простого понимания, что даже облегчения от этого не получим, а лишь лживое: «Действительно печально».

В голову лезли самые разные мысли. Уверен, что Ариста, в отличие от меня, думала лишь о деле: как найти убийцу, откуда у редактора наркотические препараты без рецепта? — в то время как мне просто хотелось понять суть этого места. Люди вообще счастливы работать на «Восьмой глаз»? Или им просто приходится здесь находиться из-за страха заключения?

«„Восьмой глаз“ не кажется чем-то плохим. Обычная корпорация, которая живет по своим правилам. Хотя о ней я много чего еще не знаю, возмо…»

— О чем думаешь?

— Тебе не понравится. — Единственное, что смог сказать. Хоть сейчас и сожалею. Надо было просто произнести: «О работе». Растерялся.

Девушка усмехнулась, а после наши взгляды встретились.

­­— Тириан, здесь есть люди с настолько мрачными мыслями, что ты и представить не сможешь. Несмотря на это, они будут и дальше продолжать работать, работать и только работать, ведь от былого пришлось просто отказаться. Забыть, как сон, которого никогда и не было.

Повисло молчание. Девушка стала какой-то нервной. Взгляд бегал из одного угла в другой. Возникло такое чувство, будто ее былая храбрость куда-то просто исчезла. Ариста говорила про себя, я уверен в этом.

— Так, если ты настолько несчастна, зачем продолжаешь жить?

Девушка от удивления чуть приоткрыла рот, продолжая при этом улыбаться. Уголки ее губ чуть вздрагивали, будто она просто боялась или банально не могла сказать даже слова.

— Ты ошибаешься.

Она скрестила руки на груди и ухмыльнулась.

— Ошибаюсь? — неосознанно повторил.

— Сейчас я счастлива.

— Значит…

Ариста тут же перебила меня, не дав мне и слова сказать:

— А что насчет тебя? Ты доволен своей жизнью?

— Конечно, что за вопросы? Почему я…

— Ты ведь уже несколько лет пишешь под руководством редактора, я права? Тебе говорят, что и как нужно сделать в сюжете и даже как написать. Разве ты этого хотел? При этом и уйти не можешь, ведь законченного образования не имеешь.

Слышать такое оказалось действительно неприятно. Но злость была не на Аристу. Ведь девушка просто рассказала факты из моей жизни. Я тот, кто променял самого себя на легкие деньги из-за обычного желания жить и не умереть на улице без еды и воды.

— Не злись на меня. Этими словами я хотела не унизить тебя, а лишь доказать одно — не пытайся быть умнее и проницательнее другого, потому что больнее в итоге будет самому.

Я сделал глубокий вдох, а после, улыбнувшись, поднял голову.

— Я не обижаюсь, ты лишь сказала правду.

Девушка посмотрела на меня с недоумением.

— Она не идет тебе.

— Как и тебе.

Усмехнувшись, Ариста произнесла:

— Тириан, а ты забавный.

Мы дошли до двери кабинета. Хотел уже открыть ее, но меня тут же остановила чужая рука.

— Тебе следует подождать, ведь, перед тем как покинуть «Восьмой глаз», мне нужно надеть рабочий костюм.

Недолго подумав, облокотился спиной о стену рядом и спросил:

— А когда мне выдадут? А он за счет компании? А если нет, то сколько заплатить придется? Ткань будет хорошая или как стажеру…

— Не все вопросы сразу.

Говорил быстро, даже в какой-то мере и не задумываясь о смысле. Наверное, продолжаться подобное могло и дальше, но уровень абсурда стал бы непозволительно высоким.

— Во-первых, твой будет готов завтра. Во-вторых, компания оплачивает подобные расходы. Ткань будет соответствовать твоему статусу. Стажеры такие же ценные сотрудники.

Увидев, что я молчу, Ариста быстро зашла в кабинет.

— Я скоро.

Тут же рядом стало тихо.

Я решил хоть как-то скоротать время, отчего достал из кармана телефон и зашел в заметки. Нажал на крестик и увидел перед собой белый лист. Сделал вдох и просто начал быстрыми движениями по экрану писать каждое слово, что успевало появиться в голове.

Чудна она

Мила она

Но как же далека

Улыбка будет врать

А голос правду

Ложью подменять

И пропасть между нами

С каждым словом

С каждым жестом

Будет только больше

И сильнее

Не давая и возможность

Хоть на миг понять

Кто же ты?

Впоследствии

А кто же я?

— Что это? — услышал я рядом, пока девушка пыталась прочитать буквы на экране.

— Ничего особенного, просто стихотворение.

Было видно, насколько ей стало интересно, и я спокойно протянул телефон. Ее взгляд бегал то вправо, то влево, медленно преодолевая одну строчку за другой, пока в какой-то момент она не произнесла лишь одну фразу:

— Ты действительно так думаешь?

Секунда — и ответ:

— Просто так чувствую… — Потом добавил: — Это сложно объяснить, понимаешь?

Ответила девушка очень тихо, практически беззвучно:

— Понимаю.

Чуть усмехнулся. Понимает? Странно это слышать, потому что самому сложно сказать, почему именно эти слова пришли в голову. Словно нечто, что родилось в самых задворках подсознания и теперь выжидает момента излиться в виде черных букв на экране и остаться навсегда, становясь в будущем возможностью вспомнить: а каким я был, а о чем мечтал? чего хотел и как добился?

Больше Ариста ничего не сказала, лишь молча пошла в сторону лифта.

Оказавшись рядом с ним, я спросил:

— Мы куда?

— На парковке рядом со зданием стоит черная машина. Именно на ней мы поедем на место смерти, чтобы поискать улики.

— «Восьмой глаз» даже такое предоставляет, — произнес лениво, без какого-то восторга.

На улице в этот момент уже светило солнце, но оно не согревало — всему виной холодный ветер, что умудрился проскользнуть даже сквозь мой теплый спортивный костюм. По телу пробежала легкая дрожь. Интересно, а ей не холодно?

Девушка достала из кармана черный брелок, а после раздался громкий звук, и двери открылись. Сначала хотел сесть на заднее сиденье, но после передумал и открыл переднюю дверь.

Пока мы ехали, я смог заметить, что на улице не так много людей. Большинство — мамочки с детьми или группки школьников, которые довольные шли домой. Вот бы тоже вновь стать ребенком, хотя бы на день. Ведь тогда сам мир казался ярче. Все проблемы заключались в том, что пропустил любимую серию мультика по телевизору или дворовый друг так и не пришел на площадку. Ты лишь счастливый ребенок, у которого вся жизнь впереди. Так и буду дальше думать. Даже если мое детство и отличалось, оно все равно было хорошим, пусть и не идеальным.

— Тебе не страшно? — вдруг спросила Ариста.

— А должно?

Девушка будто бы не решалась задать следующий вопрос, пока я наконец не услышал:

— Редактор Финг, каким он был человеком?

— Не знаю. — Теперь мне не хватало слов, чтобы описать свое состояние. — Мы с ним не настолько были близки. Нас связывали только рабочие отношения, и то мне кажется, что мое поведение его раздражало, да и в целом я. Поэтому, даже увидев его мертвое тело, ничего не почувствовал.

— Это хорошо.

— А?

— Ты понимаешь свои эмоции и честно о них говоришь. Как по мне, это лучше, нежели ходить с грустным лицом и повторять: «Как же жаль, мне так плохо».

— Многие скажут, что я просто черствый.

— Тогда они дураки, что живут в мире притворства.

«Но разве сама не так же делаешь?»

Но в итоге просто промолчал. Не хотелось лезть ей в душу. У нее есть свои причины, чтобы так себя вести, и когда-нибудь, возможно, я стану тем, с кем будет легко поделиться душевной болью.

Неожиданно машина остановилась.

— Приехали.

Двор был пустым, а рядом — ни единой души. Ветер будто бы стал еще сильнее. Интересно, а хоть кто-то из жильцов знал о произошедшем? Мы подошли к подъезду и быстро поднялись на нужный этаж. Девушка открыла дверь чьими-то ключами. Скорее всего, они принадлежали мистеру Фингу.

Уверенными шагами она зашла внутрь, в то время как я просто застыл. Словно невидимая сила сковала ноги, отчего я и шагу сделать не смог.

— Идешь?

Глава 8. Квартира

— А? Да… да… — сказал тихо, даже, можно сказать, пробубнил себе под нос.

Чего же боюсь? Я ведь действительно не сожалею о гибели редактора. Какой смысл грустить о том, кто даже не был мне товарищем? Коллега, и не более. Вся эта ситуация — словно просто прочитал новость о смерти «неизвестного» человека. Отчего-то сердце все равно на миг будто остановилось. Видимо, я не настолько хорошо себя понимаю, как думала Ариста. Даже стало как-то грустно от этого.

Усмехнулся, сделал глубокий вдох и шагнул вперед.

Свет в квартире был выключен. Размером она небольшая, даже, как показалось, меньше, чем моя. Вся площадь делилась на два помещения: спальня и кухня, как одна комната, а также ванная. Запах внутри стоял чудовищный. Мебели немного. Старый матрас в углу, на котором смешались разного рода биологические жидкости. При этом кровь уже успела свернуться и стала черной с небольшими вкраплениями то ли гноя, то ли еще чего-то. На нем лежал старый ноутбук и телефон c большими трещинами по всей площади экрана. Ел, видимо, редактор за небольшим столиком, который стоял рядом. Еды на нем не было, только потрепанная книга: «Как найти любовь». Уж не думал, что мистер Финг интересуется подобной литературой. Рядом с ножками находились осколки от белой кружки, а с ними и засохший чайный пакетик.

Отвратительный запах исходил от холодильника, что стоял в противоположном углу. Практически все продукты чуть ли не полностью покрылись плесенью либо же сгнили до такого состояния, что от былого яркого цвета не осталось ничего. Только чернота, вокруг которой летало множество мушек.

— Святая Габриэль… — неожиданно вырвалось.

На короткий миг почувствовал, как подступило чувство тошноты. Лицо неестественно скривилось. Удивительно, как тут еще тараканы не завелись.

— Как так можно жить?! — чуть ли не крикнул, а голос стал раздраженным, даже злым.

В отличие от меня, Ариста была спокойна. На ее лице и мускул не дернулся. Неужто только мне кажется, что здесь отвратительно?

— Я поражен… — единственное, что смог сказать, прежде чем прикрыть нос рукой.

— Бывали места и похуже. — После Ариста добавила: — Лучше скажи, у него всегда такой беспорядок?

— А мне откуда знать?

— Ты тут впервые, что ли? — Только сейчас девушка чуть удивилась, услышав мой ответ.

— Раньше он жил в другом районе. В этой квартире я никогда не был… — Ненадолго я замолк. — Обычно наши встречи проходили в людных местах, но бывали ситуации, когда их заменяли видеозвонки и сообщения. А к чему вопрос?

— Да так, есть у меня несколько предположений, почему тут все настолько запущено.

Было интересно наблюдать за опытным следователем за работой. Все мои варианты упирались в одну вещь — наркотический препарат купировал боль. Других мыслей нет.

— А какие?

Взгляд девушки стал хитрым, а сама она расплылась в улыбке.

— А сам как думаешь?

— Не знаю, — ответил кратко, ведь очень сильно хотелось уйти отсюда. Будто само это место давило на меня своей омерзительной атмосферой. Как он тут вообще жил?

— Тири-и-иан, — протянула девушка.

— Ари-и-иста? — неосознанно спародировал ее интонацию.

На миг даже стало чуть стыдно. Я просто не понимал, зачем тратить время на мою необразованность и глупость. Не проще все рассказать, а после вернуться в чистый офис?

Ариста смотрела на меня серьезно. Никогда не видел ее такой. Моя пародия оказалась настолько грубой?

— Ну что?

— Будет много дел, с которыми тебе придется разбираться самому. Как думаешь, сможешь справиться?

Конечно нет, но озвучить не смог. Через силу выдавил:

— Может, просто привык к запаху? Может, от боли не обращал внимания? — Тяжело вздохнул. — Без понятия…

— Неплохие варианты, но нет. Думаю, мы узнали все, что могли.

Девушка взяла телефон, а также старый ноутбук, которые лежали на матрасе, и направилась в сторону выхода. До самой машины мы и словом не обмолвились. Проще идти за ней, оставаться за спиной и быть неприметным. За столько лет я привык к такой роли. Зачем сейчас что-то менять? Просто следуй, изучай, а после уволят, так как поймут, насколько же ошиблись, когда позвали меня на эту должность.

Только спустя время Ариста спросила:

— Тебе неинтересно, почему квартира в таком состоянии?

— Можешь ответить на один вопрос?

— Какой?

— Ты уверена, что я нахожусь на своем месте?

Девушка продолжила следить за дорогой, но даже так я заметил, как в ее взгляде на секунду промелькнуло разочарование. Видимо, чтобы такое испытать, и смотреть в мою сторону не надо. Хватило лишь вопроса.

— «Восьмой глаз» никогда не ошибается…

После молчание.

— Неудачи бывают у каждого. Со временем ты освоишься, и будет намного проще.

Спорить с ней не хотелось. Пусть думает, что расстроился из-за неправильного ответа. Я не пойму ее. Она не поймет меня. Мы совершенно разные, начиная от того, в каких семьях выросли, заканчивая даже отношением к самой жизни. Единственное, чего хочу, — не чувствовать себя ошибкой. Спрóсите, как можно вообще такие мысли иметь? Да легко. За свои двадцать шесть лет ничего не достиг. Работаю в не самой лучшей редакции, и то для видимости, практически не стараясь во время написания новой книги. Будь вместо меня кто-то другой, ничего не изменилось бы. Законченного образования нет. Даже, как оказалось, люди, которые с горящими глазами восхищались мной, делали это из-за отголоска «человеческой магии»…

Устав, видимо, от моего молчания, девушка сказала:

— Будь внимательным и спрашивай все, что непонятно.

— Расскажешь, почему квартира в таком состоянии?

Мой вопрос как еще одно доказательство: с редактором мы не друзья. Ведь тогда бы я знал о его переживаниях, а не гадал о причинах, из-за которых пришлось переезжать и даже начать принимать такие препараты. Серьезнее я бы относился к работе в том случае, если бы пострадал по-настоящему дорогой для меня человек. На миг задумался: а такие есть? Наверное, родители, да и то по отношению к ним я испытывал только стыд за самого себя.

— Все очень просто…

Слова ее не слушал. Просто не мог. Они казались чем-то тихим, словно ветер в солнечную погоду. Незначительные и практически беззвучные.

В реальность я вернулся, когда услышал:

— Теперь стало понятно?

— А, да, как-то странно, что сам не смог прийти к этому.

В это время мы уже стояли у здания офиса.

— Что же дальше?

— Посмотрим, что он хранил на своих устройствах.

— А пароли?

— В этом случае есть человек, который поможет нам.

Глава 9. Любовные трудности

Мы вышли из машины, а после девушка уверенными шагами направилась в сторону входа. Там, облокотившись о стену, сидел мальчик. Ему исполнилось лет тринадцать, может, четырнадцать. Из-под аккуратно подстриженных коричневых волос виднелись закрытые глаза и небольшие капельки слез, которые становились мокрыми пятнами на школьной форме: белая рубашка и черные штаны. Он обхватывал свои ноги и тихо повторял:

— Не хочу сюда приходить… Почему именно я… Почему…

Отчетливо было слышно, как тот хлюпал носом.

— Простите… Мама… Папа…

От гнетущей атмосферы мне стало не по себе. Будто вновь смог ощутить, что значит безнадега. К горлу подступил ком. Только хотел подойти к мальчику, чтобы спросить, могу ли чем-то помочь, как услышал:

— Прости, я понимаю все, но… — Пауза. — Мы не можем ничего изменить.

Слов нет. Я просто стоял на месте, словно статуя, внимательно смотря на мальчика, продолжая надеяться, что хоть кто-нибудь подойдет к нему и скажет: «Тебе помочь?»

Ариста не выдержала, молча взяла меня за руку и потянула вперед. Я и не сопротивлялся, ведь, если сказали, что от наших действий ничего не изменится, значит, так и есть. Ей незачем врать. Хотя очень хочется прийти к осознанию: каждое слово — ложь.

Только оказавшись у лифта, я решился все-таки спросить:

— Почему?

В голосе не было злости или обвинений. Просто хотел узнать причину, по которой мы должны забыть о сострадании. Ведь даже мне казалось это странным, хоть и не могу назвать себя добряком. Осознавал: в «Восьмом глазе» ничего не бывает просто так. Есть истории, что навечно будут клеймом в виде правил. Поэтому не думаю, что Ариста сама рада такому решению. Выбор изначально просто отсутствовал.

— О чем ты?

— Наши действия бессмысленны.

— А, ты об этом… — немного устало проговорила девушка. — Мальчик обладает силой, от этого он и печален.

— Всего-то?

— Для тебя — да, но стоит другим узнать, и практически все под натиском страха отвернутся. Они постоянно будут задаваться вопросом: а истинны ли мои эмоции, или меня так заставили думать?

— Одному ведь тоже неплохо.

— Когда ты ребенок, кому в первую очередь расскажешь о своих переживаниях?

На миг задумался, но ответить не успел.

— Друзьям.

«Неужели дети могут быть настолько злыми? Неужели могут из-за такого пустяка избегать лучшего друга и даже полностью оборвать общение с ним?»

Хотя не мне о таком рассуждать. Все двадцать шесть лет только и делал, что отталкивал от себя других.

«Не нужен мне никто», — повторял каждый раз.

Об этом ни разу не пожалел. Просто сохранял свою зону комфорта, без наигранных эмоций и восхищений теми, с кем и разговора не могло быть. Ровесники казались какими-то глупыми… И так думал человек, который даже школу закончить не смог… Жалкий, но…

— Тириан? — произнесла девушка, внимательно смотря прямо в глаза.

Тут же вновь бросилась в глаза неуместная улыбка. Почему на время просто забыл про нее?

— Что?

От неожиданности сердце на миг ёкнуло. Даже забыл, что находился не один. Слишком тяжело возвращаться из мыслей в реальность и выдавливать из себя предложения, а иногда и просто слово.

— Ты нормально себя чувствуешь?

— Да.

Тут же начал ощущать, как головная боль, успевшая на некоторое время стихнуть, вновь вернулась. Самое ужасное, что, подобно зубной боли, она становилась невыносимой. Рефлекторно вновь потянулся к карманам, но резко отдернул руку, ведь вспомнил одно: «Они пусты, там ничего нет».

Даже сейчас чувствовал себя отвратительно, словно множество гвоздиков со всей силой вбивались в череп для одной цели — оставить в нем отверстия. По диаметру они небольшие, даже еле-еле заметные. Забыв таблетки, допустил лишь незначительную ошибку, которая будет всплывать вновь и вновь колющей болью, заставляя кричать на каждого, кто хоть слово скажет, и неважно, какое оно, — даже самое милое и приятное будет казаться хуже оскорбления.

— Уверен?

Видя на моем лице легкое недоумение, Ариста тут же добавила:

— Я несколько раз звала тебя, а ты лишь продолжал смотреть в одну точку. Даже как-то не по себе стало.

— О жути мне говорит вечно счастливый следователь?

Послышался звук лифта, чьи двери быстро открылись. Внутри оказался парень худощавого телосложения, одетый в белую рубашку и черные штаны от костюма следователя, — Натан Брэгг. Парень нервно потирал левой рукой переносицу, а в правой держал телефон.

— Если и сегодня не придешь, то я расскажу все директору! Я устал быть твоей игрушкой. Хватит! Будешь теперь сама со всем разбираться!

Он сделал шаг вперед и чуть не взрезался в Аристу.

— А?

— Какая удача. Мы как раз собирались к тебе за помощью.

Юноша явно не обрадовался, услышав это. В нем кипела ярость после не очень приятного разговора. Что-то сдерживало его от грубого ответа или саркастичной шутки. Возможно, отношение к Аристе?

— Подождешь. Я скоро вернусь.

Парень достал из кармана ключи и небрежно кинул в нашу сторону, а после молча ушел.

Несколько часов назад он показался мне совершенно другим человеком. Обычный добрый парень с наивной душой, который даже с самым злейшим врагом будет общаться как с товарищем. Сейчас я мог спокойно представить, как тот, покуривая сигареты, будет сидеть в старом прокуренном пабе и пить один стакан за другим, а утром и сожаления не испытает. Потому что даже голос стал другим. Спокойный и располагающий сменился на более низкий и грубый, что создало странное ощущение…

— Тириан? Ты опять?

Просто молча зашел внутрь. Практически все помещение тут же заполнила спокойная и неизвестная мне песня. Слов не было, но в ней чувствовалась некоторая тоска и даже боль, пусть и проявляющиеся в тихой фоновой игре на пианино. Словно разговор со счастливым человеком, о котором ты на самом деле знаешь правду — о его трудностях, переживаниях, получая в ответ лишь лживое: «Все хорошо».

— Ты всегда такой заторможенный или мне следует переживать? — произнесла девушка, как только мы оказались на нужном этаже, и тут же последовал легкий смешок.

— Удивился просто.

— Чему же?

В это время мы уже подходили к кабинету номер четыре.

— А, неужели ты из-за поведения Натана? Нам бояться нечего. Уверена, его вновь Нэнси разозлила.

— Нэнси?

Девушка вставила ключ в скважину и прокрутила два раз. Внутри кабинет выглядел так же, как и у Аристы. Сбоку, у левого угла, стоял большой деревянный шкаф, внутри которого находилось множество папок. На верхнем ряду они все были красного цвета, на среднем синего, а в самом низу черного. Ближе к нам расположился коричневый диван вместе со столиком. В противоположном углу от шкафа находился небольшого размера рабочий стол. По обе стороны от него стояли два стула. В самом помещении, должен заметить, было достаточно светло даже при выключенном свете: из-за белого окна, благодаря которому солнечные лучи проникали внутрь, создавая приятную атмосферу.

Ариста практически сразу присела на диван, а на столик положила старый, пыльный ноутбук.

— Нэнси — одна из следователей первого порядка. Она вместе со своим братом работает на «Восьмой глаз» уже около двух лет. Особых заслуг за ней не замечено. Даже наоборот. Из всех работников она наш рекордсмен по количеству выговоров и прогулов.

Подошел ближе и скрестил руки на груди.

— Так почему ее еще не уволили?

— Этим вопросом я очень долго и сама задавалась, пока не поняла одно — ее работу всегда делал кто-то другой. Самостоятельно Нэнси не закончила ни одного дела.

— Как понимаю, Натан стал ее частой жертвой?

— Именно, знаешь… — Девушка на миг замялась, а после все-таки осмелилась произнести: — Он ведь и правда к ней неровно дышит, но каждый раз попытка хоть как-то сблизиться заканчивается на работе «Восьмого глаза». Сегодня просто не выдержал.

Не хотел говорить, но сам думал о том же. Чтобы Ариста делала всю работу, а я, подобно тени, ходил за ней и просто кивал в нужный момент. Может, сможем найти с ней общий язык? Раз даже подход к работе схож.

— Главное — при Натане не говори про Нэнси. Не будем раздражать его еще сильнее.

Только девушка успела договорить фразу, как открылась дверь. Видимо, пришло время узнать, что же хранил на своих устройствах редактор.

Глава 10. Будь серьезнее

В проеме стоял Натан. В руках он держал небольшие пакеты, а изо рта торчала наполовину съеденная булка. Тут же, практически молниеносно, юноша оказался рядом со столом и поставил на него два тяжелых пакета — на белом непрозрачном целлофане виднелась надпись: «У тетушки Сандры». Внизу подпись: «Самые лучшие сладости во всем королевстве!»

Резко он повернулся в нашу сторону:

— Мгх?

Тут же девушка начала смеяться:

— Лучше сначала прожуй!

Аристу явно веселило поведение парня. Она мне напомнила маленького ребенка, которому включили любимое телешоу, и только смех и радость в ближайшие минуты будут слышны из комнаты. Жаль, что счастью быстро придет конец. Ведь настанет день, когда откроешь глаза и осознаешь одно: ты вырос. А вместе с этим поймешь, на какие же нелепые вещи раньше тратил время, при этом продолжая хранить теплые воспоминания, независимо от мнения других.

Натан на ее слова просто достал недоеденную булочку и проглотил за два укуса.

— Какая помощь вам от меня нужна?

Сейчас его голос звучал очень дружелюбно. Вновь вернулся тот самый добродушный и наивный парень, а тот, с кем мы пересеклись, казался лишь неудачной фантазией, и не более. Такая резкая перемена в отношении была очень странной. Ведь даже пока не знаю… а как с ним общаться? Не заденут ли его мои слова, как это происходит из-за той девушки… как ее зовут? Нэнси вроде?

— Нужно посмотреть, что находится на этих устройствах.

Жестом Ариста показала на телефон и ноутбук, что лежали рядом с нами. После она встала, подошла к покупкам Натана и мельком заглянула в пакет, как бы ища что-то. При этом так же быстро она вернулась обратно.

— Пароли стоят? — произнес парень и сел на место Аристы, которое она упустила, пока ходила из одной точки в другую.

— Не смотрела, но, думаю, да.

Юношу эти слова рассмешили, но виду он старался не подавать. Неужели она ему не в первый раз приносит полностью разблокированную технику?

— Почему мы действительно не проверили раньше? — решился узнать я, ведь и сам уверовал в мысль о наличии паролей. Мы ведь могли сами проверить. Зачем другого человека отрывать от работы?

— Просто чутье.

— Чутье? — переспросил, а сам находился в недоумении. Как можно такие решения принимать лишь по «кажется» и «чувствую»? — Как-то не очень профессионально, — добавил чуть тише.

Я чувствовал себя полным идиотом. Пора все-таки думать самостоятельно, а не рассчитывать на Аристу. Ведь от такого подхода столько лишней работы прибавится. Лучше сам потихоньку — и все сделано, чем вестись на такую вещь, как «чутье», а потом гадать, почему над одним убийством работаем больше месяца.

Увидев, насколько быстро эмоции сменились на моем лице (взгляд стал презирающим и будто насмехался над Аристой), девушка тут же произнесла:

— Тириан, не хмурься так. Тебе не идет. Нам все равно пришлось бы их принести в «Восьмой глаз» в качестве улик.

— Да я не поэ… — Тяжело вздохнул. — Забудь, ты лучше знаешь.

— В этом ты прав.

Девушка не восприняла мои слова как издевку, а подумала, что действительно хвалю ее. Хоть голос и был саркастичным. Неозвученным осталось одно: «Чего я вообще лезу? Просто молчи дальше. Зачем тебе ненужные ссоры?»

Больше раздражал не сам факт, что принесли технику, предварительно не проверив, а отношение к Натану. Ведь это такое неуважение по отношению к парню. Будь я на его месте, все закончилось бы по-другому. От меня услышали бы отказ со словами: «Не в моей компетенции», а после я бы ехидно смотрел и наслаждался их беспомощностью.

Тут же задумался. Хорошо, что я не на месте Натана, иначе пришлось бы тяжко. Точно знаю одно — извиняться и унижаться не стал бы.

— Ариста, мне кажется, что Тириан не хвалил тебя, — послышалось от Натана, а после он чуть усмехнулся.

— Хоть кто-то понял… — пробубнил под нос, а после заметил: девушка смотрела на меня пристальнее, чем обычно. Мурашки пробежали по коже. Словно монстр из древних преданий. — Извиняться не буду.

Ариста медленно подходила все ближе и ближе.

— Чего это… — успел сказать прежде, чем…

— Страшно! — со всей силы крикнула девушка, когда нас отделяли считанные сантиметры. Ее голос, будто эхо, начал разноситься по комнате. От неожиданности не смог удержаться на ногах, отчего тут же упал. К головной боли теперь добавились и неприятные ноющие ощущения в пояснице.

Она, видимо, и сама не ожидала, что я отскочу назад, поэтому услышал:

— Ой, ты в порядке? — Словно маленький невинный кролик, Ариста ждала, пока возьму ее за руку, чтобы подняться.

— Вечно улыбающаяся нечисть… — повторил несколько раз, а после увидел: девушка перестала улыбаться, при этом она как только могла отводила взгляд в сторону.

Обиделась, что ли? Вообще-то, я — тот, кто должен обиженное лицо строить. Надеюсь, не думает услышать от меня слова прощения именно сейчас? Как минимум я буду согласен простить только в том случае, если услышу искренние извинения.

Натан лишь украдкой посмотрел в нашу сторону, а после вновь вернулся к работе. Я обратил внимание на флешку, торчащую из одного дальнего разъема, — неужели она его? Когда он успел ее достать и откуда? В кармане прятал, что ли?

— Ариста, можешь ответить мне на один вопрос: тебе сколько лет?

Мой голос оставался спокойным, хоть внутри все полыхало от злости. Захотелось накричать, но пришлось сдерживаться. Неизвестно, сколько еще придется сюда ходить, поэтому не очень хочется портить с ней отношения. Кто знает, как она может повлиять на директора. Может, мой штраф еще и увеличится. Они ведь могут так?

— Двадцать четыре.

Она только на два года младше меня?! Мне казалось, ей восемнадцать, может, максимум двадцать лет.

— Вот видишь.

— А? — вырвалось у девушки от непонимания.

— Думаю, что в таком возрасте тебе следует сохранять серьезность, а не вести себя как ребенок. Это ведь…

Девушка сменилась в лице: улыбка появилась вновь, но Ариста явно была в бешенстве от моих слов. Тут же послышался смешок.

— Мне правда жаль, что ты упал из-за меня. Тут действительно я виновата. Думала, хоть так смогу сделать атмосферу менее напряженной. Ведь как общаться с тобой, Тириан? С моим секундным ребячеством проще жить, чем…

«Удивила», — подумал, а после закатил глаза. Она ведь не первая, кто говорит, что со мной тяжело общаться. С тем, кто практически никак не выражает свои эмоции. А зачем? Ради кого я должен плакать навзрыд или широко улыбаться? Видимо, еще и намекает на мою попытку узнать, счастлива ли вообще работать на «Восьмой глаз».

Девушка замолчала. После опустила голову и через секунду опять подняла, но выглядела уже привычно. Словно никакой ссоры и не было.

— Я сама решу, как мне следует себя вести, хорошо?

— Так, следуя твоей логике, я тоже говорю что хочу, не тебе ведь решать?

Мои слова никак не задели ее.

Тут же захотелось добавить: «Если мои слова задели тебя, то это не мои проблемы. Разберись сначала в своей голове и в том, как в обществе жить, а потом уже указывай». Но не успеваю и слова сказать, как слышу:

— За вашей ссорой, конечно, интересно наблюдать, но я тут кое-что интересное нашел. Вы должны это увидеть.

Глава 11. Сообщение

На миг повисла тишина, но ее тут же прервал вопрос:

— И что же там такого?

Голос у девушки стал дружелюбным и располагающим. Складывалось ощущение, что Натан просто прервал обычный разговор между друзьями. Хоть это и нет так. Стало даже интересно, насколько далеко мы смогли бы зайти с Аристой в оскорблениях друг друга. Я все это время просто стоял не двигаясь. Не сказать, что боялся, было лишь любопытно: а как она поступит дальше? Действительно вернется к делу с холодным разумом? Если так, то двадцать процентов своих претензий готов забрать. Хоть что-то тогда она делает как ответственный работник.

В это время девушка оказалась рядом с Натаном. Местами мне казалось, что я слишком часто ухожу в свои мысли. На секунду опешил, но понял: следует тоже подойти поближе и посмотреть. Хочется же все-таки узнать о секретах редактора. Кто знает, может, хоть так смогу понять, по какой причине следует скорбеть о нем?

На самом экране ноутбука увидел только два элемента: фон голубого цвета, а также некая программа. Названия она не имела, только медленно двигающуюся полосу. Ожидал я совсем не этого. Женат редактор не был, поэтому я предполагал увидеть фотографии интимного характера в чатах с молодыми девушками. Ну или просто попытку начать с ними общение. Еще как вариант, при том самый реалистичный, — переписка с тем, кто снабжал его таблетками. Наверное, таблетками… Может, это была вообще другая лекарственная форма? Порошок, ампула с препаратом для инъекции. Хотя если это предназначалось для внутривенного введения, то в области локтевой ямки, скорее всего, остались бы ранки, но их не обнаружили. Такую деталь не могли пропустить.

Жаль, конечно, что про препарат так мало известно. Даже названия его не знаем. Он может относиться как к тем, что уже не выпускают, а их список огромный, так и к тем, что до сих пор можно найти в продаже. Правда, стоит заметить: они имеют слабый эффект, но все еще зависит от дозировки. Тут же в голове промелькнула мысль: «Может, Ариста хочет потом еще раз осмотреть место смерти?»

Полоска от программы все еще не дошла до конца, лишь зашла чуть дальше середины.

«Почему так долго? Быстрее никак нельзя, что ли?»

— Что это вообще такое? По твоим словам казалось, что все давно готово, — произнес я чуть с раздражением. Мне катастрофически не хватало хоть каких-то объяснений.

«Можно со мной будут, как с ребенком маленьким, вечно ходить рядом и про все рассказывать? Хотя бы первое время. А не с умными лицами просто стоять и молчать».

— Всего лишь программа. Она установлена на флешке и позволяет сохранить всю информацию с устройства даже в том случае, если хозяин этого не хочет. После отправим ее в архив.

Вторую часть вопроса парень проигнорировал. Ему надоело слушать нас, или он просто решил перевести внимание на кое-что поважнее, чем расхождение взглядов. В принципе, оно и к лучшему. Морально я не готов к подобным дебатам, да и не время. Может, в другой раз.

— «Восьмой глаз» и на такое способен?

— Не совсем, — послышалось от парня, а после тот откашлялся. — По правде, именно я создатель.

— Серьезно?

Юношу в этот момент я стал уважать намного больше. Тот, кто настолько хорошо разбирается в коде и способен на создание таких программ, явно неглупый человек и заслуживает моего как минимум одобрения — ведь занятие это затратное, и именно в плане времени и эмоций. Пытался как-то на готовом движке написать игровую новеллу, как итог: все закончилось через четыре часа, когда в сотый раз увидел перед глазами «ОШИБКА 505». Возможно, дело было именно во мне: не гожусь я для такой работы, где всегда приходится находиться в поисках ошибки. Проще и дальше писать тексты, и даже неважно, насколько они хороши по качеству. Тут будет играть главную роль сам факт, что текст на руках уже есть, а все остальное дело — в редактуре.

— Да. Первая версия появилась, еще когда заканчивал школу, а полностью получилось доработать спустя год работы здесь. У «Восьмого глаза» есть такая же программка, но, между нами, она много слабее.

— А по какому принципу работает?

— Все просто…

— Я рада, что вы смогли найти общий язык, но не думаете, что следует это обсудить?

Жестом девушка указала на ноутбук. На его экране виднелся привычный всем рабочий стол. В глаза сразу бросились две папки: «Работа», а следом за ней, чуть ниже, другая под названием «Работа (СРОЧНО!)». Остальные приложения относились к системным или предустановленным производителем. Вместо системных обоев у редактора стояли какие-то скучные цветы нежно-розового цвета. Держала пышный букет аккуратная женская рука. На безымянном пальце виднелось простое серебряное колечко. Выглядело оно, старое и все потертое, дешево. Пусть девушку и не было видно полностью, но даже так чувствовалась ее утонченность. Эта мысль становилась особенно сильнее после взгляда на прямые длинные пальцы белоснежного цвета. При этом, должен заметить, кожа не была болезненного цвета. Казалось, что смотрю на часть дорогой фарфоровой куклы. На заднем плане красовалась зеленая поляна и небольшого размера ручей. Правда, их было тяжело рассмотреть из-за расфокуса.

На мгновение мне показалось, что я уже где-то видел эту местность, но долго об этом думать не стал. Ведь все может оказаться намного прозаичнее — всего лишь спутал, и место с фотографии не имеет ничего общего с тем, что вспомнил. Должен также подметить еще один факт — фотография явно сделана непрофессионалом, хоть и хороша. Главная деталь, которая выделяла новичка, — плохая композиция кадра. Сами цветы выглядывали сбоку, отчего могло появиться чувство, что они лишь направляющая линия к чему-то важному на фоне. Эту ошибку автор попробовал исправить при помощи отделения переднего и заднего планов — использовал размытие и сместил фокус на сам букет и руки. Должен признать — неплохая идея.

На нижней панели находилось только два ярлыка: браузер и папка. Редактор, видимо, использовал его только для работы. Либо же в принципе жил ею, постоянно откладывая на потом отдых и поиск увлечений. Ведь сложно представить человека в возрасте сорока лет, у которого на устройстве ничего, кроме рабочих материалов, не будет. Словно и не жил. Только работал, работал и еще раз работал. Если это так, то мне его жаль. Такой человек просто не может быть счастлив, ведь вся его жизнь проходит в фиксированных задачах от начальства, без возможности понять: а чего сам хочу и к чему стремиться?

Девушка легким движением повернула ноутбук в свою сторону, и послышался характерный звук нажатия на тачпад. Несмотря на не очень хороший угол обзора, все равно заметил, что Ариста практически сразу зашла на почту. Тут же нас встретила надпись: «Добро пожаловать!» — а следом строки: «Логин», «Пароль».

Видимо, теперь у нас настоящие проблемы, ведь откуда взять данные для входа? Честно, даже и представить не могу. Придется, скорее всего, досконально проверить все файлы, чтобы хоть на долю приблизиться к разгадке. Одно движение — и тут же стало ясно, что редактор Финг позаботился о нашем удобстве, потому что пароль был заранее сохранен.

Девушке хватило буквально пары минут просмотра входящих сообщений, как тут же послышалось:

— Хах, а дело-то оказывается совсем простым.

— А? Что? О чем…

Не договорив фразу, сам начал изучать сообщения (ведь до этого лишь лениво смотрел в собственное отражение в плохой матрице экране), как тут же в множестве спама попалось одно:

OlivverGrahar109@lin.ky:

«Мистер Финг, учитывая ваше состояние, я решаюсь напомнить о нашей встрече семнадцатого числа. Очень надеюсь в скором времени получить ответ на свое письмо. Ведь у вас должно быть понимание, что только „Салвэйшен X-4“ может помочь избавиться от той боли, которую испытываете ежедневно. В случае, если сейчас нет возможности приобрести данный препарат, прошу заранее об этом написать и закончить наше сотрудничество. Компания ценит только тех, кто готов быть спасенным. Всего самого хорошего, с уважением Оливер Грахар».

— Оливер Грахар? Так, значит…

— Да, к этой смерти причастен директор недавно разорившейся компании «МедроИнт».

Глава 12. Можешь идти домой

Даже как-то не верилось, что у нас получилось так быстро выйти на «убийцу». Хотя можно ли его вообще таковым назвать? Что-то в этой истории мне все равно казалось неправильным.

— О чем же ты задумался, Тириан? — спросила девушка, как будто избегая моего взгляда.

Ариста переводила свой взгляд на разные вещи, но ни разу не посмотрела мне в глаза. При этом она не была смущенной, будто наоборот — осознавала, что лишь одного действия хватит для новой ссоры между нами. Если хочет начать игру «все нормально, работаем и дальше», то пожалуйста. От этого только ей хуже и будет.

«Странная она, конечно. Как же все это раздражает» — только такие мысли и лезли в уставшую голову. Может, все-таки сослаться на плохое самочувствие и уйти? При этом я же и не вру полностью. Лишь недоговариваю, потому что сильная головная боль всегда при мне.

— Сложно сказать… — пробубнил себе под нос, а после тяжело вздохнул. — Есть у меня несколько вопросов, в принципе, как и обычно.

После тут же замолчал, резко поднял голову и начал смотреть пристально на Аристу. В эту игру мы можем играть вместе. На миг даже стало смешно. Будто мы поменялись местами. Раньше она сводила своей «маниакальной» улыбкой, теперь эта почетная роль перешла ко мне. Посмотрим, насколько ее хватит.

— И какие же? — произнесла девушка незаинтересованным голосом, при этом смотря куда-то вдаль, как мне показалось, именно в сторону окна.

Казалось, что она специально выжидает, чтобы в какой-то момент сказать: «Отлично, теперь уйди, пожалуйста, и не мешай мне». Думается мне, что эти слова недалеки от правды. Если так случится и меня отпустят домой, то буду только рад. Даже какой-то интерес пропал к изучению «Восьмого глаза». Немного информации узнал — и хватит. Все равно новый редактор заставит все менять под современную норму, и даже если и захочу показать что-то шокирующие, то это волшебным образом просто исчезнет, даже без обсуждения.

— Хотел ли Оливер Грахар убить Финга?

Только этот вопрос и смог озвучить, несмотря на его примитивность и в какой-то мере очевидность.

— Нет. Смерть Элиота Финга лишь случайность, и не более.

— Но отпустить мы его все равно не сможем, верно?

— Да, — произнесла Ариста и направилась в сторону выхода.

Шла девушка уверенно, даже показалось, что она в принципе забыла про мое существование. Из-за этого пришлось быстро ее перегнать и встать между ней и дверью. Аристу это не смутило, и она потянула кисть к ручке. Практически сразу ее остановил.

— Что дальше? — спросил без какой-либо эмоциональной окраски в голосе, при этом продолжая смотреть точно Аристе в глаза. — Может, расскажешь?

За всем этим молча стоял и смотрел Натан. Парень вел себя не особо тихо. Периодически с его стороны можно было услышать, как шуршит пакет, из которого достается одна сладость за другой, а после так же быстро съедается (можно даже сказать, незаметно) под влиянием большого интереса. Такое чувство, что для Натана просто включили его любимую передачу, в которой герои выясняют отношения.

Чувствовал я себя не очень. Словно глупое неразумное существо, которое повстречалось с кем-то умнее — для него оно не более чем глупый зверек, за которым он внимательно наблюдает, а в мыслях посмеивается. Я не любил находиться в центре внимания, но по-другому было нельзя: если Ариста уйдет, то придется бежать за ней, и я выглядел бы еще более жалким. Все-таки бессмысленное ребячество ей присуще, отчего уйти в молчание для нее нормально. Подобная ситуация меня вообще не радовала. Не хочу ничего искать сам, к кому-то подходить и спрашивать, одним словом — унижаться. Какой смысл, если существует Ариста — работник, который и должен посвящать меня во все тонкости? Пусть официально об этом нигде и не говорилось, но должна же она нести ответственность как «следователь первого порядка»?

— Я думаю, на сегодня, Тириан, ты свободен. — Девушка сделала небольшую паузу, а после чуть ехидным голосом добавила: — Думаю, ты рад?

Ариста попыталась убрать мою руку, как я ей тут же вновь помешал.

«Странно, очень странно, почему?» — только эти мысли и беспокоили меня. Рад? Конечно, как еще может быть. Смогу наконец-то погрузиться в тишину собственной квартиры. Рядом, кроме трех любимых вещей, ничегошеньки и не будет. Лишь алкоголь, сигареты и новая рукопись. Звучит как мечта. В голове тут же представил, как сижу во дворе. Из звуков слышится только легкий ночной ветер. Я медленно прикладываю сигарету к губам и делаю небольшую затяжку. Никотин тут же с горечью разносится по всему организму, и вот я вновь живой. Я стал собой и наконец-то могу понять, куда вообще двигаться.

Даже такой мысли хватило для того, чтобы на душе стало спокойно. Я там, где должен быть, и это прекрасное чувство, которое никто не сможет забрать. Ведь как можно забрать дом из души человека? Правильно, никак. Человек физически может уничтожить все, что захочет, но не воспоминания. Они способны сохраняться даже после смерти так называемой оболочки.

Поведение Аристы казалось мне очень странным. Сначала по-нелепому, но пыталась помочь, просила потерпеть, говорила, что все у меня получится, но что же слышу сейчас? Можешь идти? Конечно, так и поступлю, а потом неожиданно узнаю о долге, который должен выплатить. Где-то в ее словах есть подвох, но где…

— Что ты задумала? — спросил серьезно, все так же продолжая держать ее за руку.

На лице девушки тут же появилась та самая глупая улыбочка, как и при первой встрече, а после она спокойным голосом сказала:

— Мне даже страшно представить, что ты там уже успел себе напридумывать, — тут же Ариста резким движением выдернула свою руку, и послышался легкий смешок, — но можешь быть спокоен: ничего плохого тебе я делать и не хотела. Лишь…

— Тогда почему так хочешь отправить меня домой?

Голос мой чуть задрожал, а сердце стало биться сильнее. Я пытался взять себя в руки, но не получалось. Просто не мог представить, что Ариста обладает такой силой. Хрупкая на вид девушка так умело смогла освободиться. Видимо, все-таки не зря она следователь… Возможно, просто я окончательно перестал понимать этот мир и пытался в каждом увидеть врага… Почему все так сложно? Ненавижу такое…

Тут же тяжело вздохнул.

— Ты хочешь несколько часов сидеть и смотреть, как я составляю и подготавливаю документы?

— Какие именно?

Может, хоть так у меня получится разговорить ее и узнать, как работаем дальше, а то в подобную молчанку так себе играть.

Тут же в голове промелькнула мысль: «Почему я такой глупый? Начнет в чем-то обвинять — просто выдвину ответную претензию. К тому же тут как свидетель есть Натан. Тот сможет подтвердить мою невиновность и тот факт, что девушка держала в тайне все дальнейшие действия по…»

— Сначала официальное обращение к Оливеру Грахару…

— Стой, — тут же перебил ее, — почему именно обращение? Разве мы не должны сразу поехать к нему и арестовать?

— Обращение — документ, который пишется в том случае, если человек имеет отношение к делу, но его вина не доказана.

— А если тот, например, откажется приходить?

— В этом случае мы имеем право задержать его и рассматривать как виновного. Пока от него нужны лишь показания.

Тут же усмехнулся:

— А начать с этого нельзя было?

Слова мои звучали не как издевка, а больше как нечто из уст человека, который потерял надежду.

— Тириан, ты слишком спешишь. Я хотела начать с тобой разговор про бумаги завтра. Для первого дня в качестве стажера ты сделал достаточно, поэтому и сказала, что можешь быть свободен.

Слишком милые слова, но в то же время такие фальшивые. Она просто не хочет со мной сегодня видеться дальше, это и так понятно. Либо сам не нравлюсь, либо же комфортнее одной, нежели с тем, кому, как маленькому ребенку, придется все заново рассказывать. Возможно, она просто устала. Сначала все, чем ни займись, кажется забавным, но потом будешь испытывать от такого прицепа, как я, только ненужную головную боль. Что ж, остается дождаться завтра, и тогда станет ясно, собиралась ли она вообще осуществлять сказанное.

Ариста уже собиралась уходить, но в этот раз сама остановилась и сказала лишь одно:

— Завтра в то же время.

Как только мы с Натаном остались наедине, неосознанно сказал:

— Она всегда такая?

— О чем ты? — произнес он с легким недоумением в голосе.

— То холодная и обидчивая, то вновь как будто дружелюбная.

— Думаю, вам просто стоит поговорить начистоту. Скорее всего, она просто не хочет перекладывать личные эмоции на работу, оттого и кажется, что быстро меняется. Проще иногда действительно нелепо улыбнуться, чем вернуться к ненужным ссорам. — Натан откашлялся, а после добавил: — Главное, сам не пытайся искать в ней врага. Попробуй ко всему относиться чуть проще, и заметишь, как на душе сразу становится легче.

Глава 13. Мама

В словах парня, естественно, был смысл. Возможно, нам действительно следовало бы найти где-нибудь уединённое место и обсудить всё, что думаем друг о друге. Тогда, может, и работать получится легче. Ведь каждый снимет ту самую маску и будет спокойно говорить о собственных мыслях, без доли желания вмиг уйти в размышления о правильности выбора человека, которого только что погрузил в свой внутренний мир. Хотя если так подумать, то я с ней был более честным. Ариста же сама начала странную игру с очень непонятными правилами, где победителя, возможно, и не окажется. Остаётся только надеяться, что когда-нибудь я смогу понять мысли этой чудаковатой девушки.

— А если не согласится? — спросил я у Натана спокойным голосом, продолжая смотреть на закрытую дверь.

Ответ мне был не нужен. Просто хотелось узнать, как он бы действовал в такой ситуации. Настаивать на разговоре и вечной дружбе? Увольте, но подобное вообще не по мне. Пусть и дальше презирает или же вообще ненавидит. Это уже её проблемы как более опытного сотрудника, который не смог найти подход к новичку.

— Смириться, — задумчиво протянул Натан.

— Смириться? — неосознанно повторил за ним.

Ожидал я любого ответа, но не такого. Почему-то казалось, что такой «дружелюбный» работник будет пытаться понравиться каждому, чтобы не находиться с кем-то в конфликте. Хотя он же вроде с сегодняшнего дня в ссоре с Нэнси? Может, она исключение? Глупо в принципе делать какие-то выводы. С Аристой я и то больше времени провёл. Пока про него мне известно только два факта: он любит сладкое и хорошо разбирается в компьютерных программах. Всё остальное — догадки, исходящие из его поведения и поступков.

— Именно. Раз не можешь поговорить и выяснить причину неприязни — прими как факт, живи и работай дальше. В первую очередь мы следователи. Вы спокойно можете ненавидеть друг друга, но на работе становитесь самыми лучшими друзьями, теми, кого должны защищать и кому обязаны помогать.

— И не поспоришь.

Натан после моих слов подошёл ко мне поближе, хлопнул по плечу и весёлым голосом сказал:

— Чего это ты загрустил?

При том, что выглядел я обычно, как и всегда. Возможно, чуть безэмоциональным, но уж явно не грустным. Почему людям так нравится задавать подобные вопросы? Чуть задумался — и тебя сразу спросят: «Всё хорошо?» Когда-нибудь, надеюсь, они поймут, что не надо пытаться навязывать мне свои бессмысленные переживания. Ведь будь я и правда в печали, вам об этом не скажу. Зачем?

— Я так всегда выгляжу.

— Да? Прости, не обратил сразу внимания. — Секундная пауза, а после Натан добавил: — Подумал, вдруг всё-таки расстроился из-за Аристы. Вот и…

— С чего бы? — перебил я, даже не дав ему возможности закончить, а после повернулся в его сторону.

Натан посмотрел на меня с лёгким удивлением, а затем рассмеялся.

— Ну, вы точно нашли друг друга.

После этих слов уже я стоял и ничего не понимал. К чему это вообще сказано? Считает, что мы с Аристой похожи? Если так, то его логику мне совершенно не понять. Уже сейчас видно, насколько мы разные. Для неё идеальное описание — девушка из высшего общества. Словно яркая звезда на светском вечере. Ей дано одно — сиять и пленять своей красотой парней. Я же самый настоящий домосед, а самый верный мне друг — одиночество, от которого, должен заметить, я не страдаю. Когда остаёшься наедине с самим собой, многое становится понятным. После этого в общении уже не видишь смысла. Ведь оно и не особо нужно. От него только головная боль.

— Свою точку зрения вы любите отстаивать, вот что я имел в виду, — произнёс Натан с улыбкой на устах.

— Вот как, а подробнее?

— А что тут ещё можно сказать? Свои действия, мнения и, возможно, даже видение мира вы готовы отстаивать, несмотря на чужие слова. Словно изолировались в вакууме, где есть только вы.

Чуть усмехнулся.

— По-моему, звучит не очень хорошо. Тебе так не кажется?

— Главное, не перебейте друг друга, а то кому работать? У нас и так сильная нехватка кадров.

Сказав это, Натан присел на диван и вновь взял в руки ноутбук редактора. Он нажал лишь на одну клавишу, а после, глядя на меня, произнёс:

— Я хочу ещё посмотреть, что получится найти. Ты со мной? — Натан чуть хитро улыбнулся. — Или же всё-таки домой хочешь?

— Домой, — ответил я практически не задумываясь. Если что-то найдут, то Ариста обязательно расскажет про это завтра, а иных причин оставаться сегодня в этом «цирке» я не видел. Свободное время лучше провести дома, вдали от такого места и таких людей — шумных и непонятных.

— Так и думал. Тогда до завтра, Тириан.

Натан слегка помахал мне рукой в знак прощания, а после с серьёзным лицом продолжил смотреть на экран и что-то печатать.

— Пока. — Единственное, что я смог сказать, а после вышел из кабинета.

Быстрыми шагами направился в сторону лифта, и в какой-то момент мне показалось, что я начал бежать — настолько сильно хотелось уйти. Здесь стояла тишина, но она другая. В какой-то мере неловкая, а в иных ситуациях — давящая. Она не была спокойной, как, например, когда сидишь дома после тяжёлого рабочего дня и понимаешь: вот что значит отдых и покой, о котором мечтал весь день. Поэтому лучше оказаться на шумных улицах города.

Пока ехал в лифте, заметил одну деталь. Музыка в этот раз звучала весёлая. Она словно описывала то самое солнечное и приятное школьное лето. Каждый день — это новое приключение, начиная обычной прогулкой и заканчивая изучением старых, заброшенных домов. Можно провести весь день на ближайшей речке в компании близких друзей. Каждый волен делать, что хочет. Человек по-настоящему свободен. Правда, как и все в этом мире, лето конечно — из-за этого последние аккорды музыки, играющей в лифте, медленно становились грустными и лично для меня звучали как: «Через год мы вновь встретимся».

Как только я всё-таки оказался на первом этаже, тут же уверенно пошёл в сторону выхода. Погода оставалась такой же: холодное солнце, яркое лишь на вид, неспособное своими лучами даже на миг согреть человека, погружая его и дальше в обманчивые мысли о тепле. Единственное изменение — ветер, который немного ослаб. Он перестал своими порывами пытаться проникнуть под одежду, останавливаясь лишь на обнажённых участках тела. Меня это чуть-чуть порадовало. Ненавижу сильные ветра.

Только сейчас увидел напротив «Восьмого глаза» магазинчик с названием «У тётушки Сандры». Теперь понятно, почему Натан так быстро вернулся. С его любовью к сладкому, он, должно быть, рад, что в любое время может отлучиться за чем-нибудь сладким.

Пока шёл в сторону дома, решил достать из кармана телефон и посмотреть, может, кто-нибудь написал. На часах было 16:32, а чуть ниже на строке уведомлений светилось сообщение:

Мама:

12:04 Как ты?

На миг я остановился. В голове тут же пронеслось: «Когда же в последний раз мы списывались?» Вопрос, когда я в последний раз приезжал, уже не стоял, ведь, казалось, было это очень давно. Мы не ссорились, нет. Отношения с родителями у меня были хорошие, просто иногда начатая новая жизнь слишком сильно затягивает. Можно даже сказать, полностью отдаёшься этому потоку, оставляя всё, что есть, где-то позади, живя лишь мыслями о завтрашнем дне.

Постепенно шаг мой становился быстрее. Несколько раз чуть не столкнулся с прохожими, пока в какой-то момент, будто нарочно, женщина с криком: «Постой!» — не врезалась точно в плечо. Телефон, который до сих пор находился в руках, тут же упал. Незнакомку это ничуть не смутило, и она продолжила бежать за кем-то. Как понял: пыталась догнать своего сына, который с каждой секундой становился всё дальше и дальше, словно птенец, познавший вкус полётов, улетает всё дальше и дальше от родного гнезда. Казалось, вся эта сцена лишь аллюзия на мою собственную жизнь: любящая семья, которая тратит все свои силы, время, деньги, любовь, нервы только для того, чтобы их ребёнок был счастлив. Самое забавное в том, что не каждый сможет в полной мере оценить их заслуги, вечно плавая в переживаниях, постоянно задаваясь вопросом: «Почему же я чувствую себя чужим?»

— С вами всё хорошо? — спросила маленькая девочка, обращая внимание на тот факт, что я продолжаю смотреть вслед исчезающему силуэту.

— Ага… — пробубнил себе под нос и, не проверив повреждения на экране, поднял телефон и продолжил идти вперёд.

Пройдя несколько метров, решился посмотреть на экран. Появилась небольшая трещина сбоку. Вроде и незаметная, но как начинаешь осознавать её, то и настроение становится хуже. Ведь незаметной она в любом случае не останется, будет напоминанием в виде маленьких осколков стекла на кончиках пальцев.

«Главное — чтобы не стала больше…» — подумал, а после тут же вновь посмотрел на сообщение.

Набрал сначала: «Хорошо», после стёр и тут же написал: «Нормально». По итогу осознал, что самый лучший вариант — позвонить. Ведь в глубине души понимал: я сам скучал, пусть и старался об этом не думать. Родную кровь очень тяжело забыть, если жить лишь ложью и обманом самого себя. Во многих случаях, даже если к тебе плохо относились, твоя жизнь будет состоять именно из зависимости и вечных оправданий. Ты сам верить не захочешь, что мама или папа могут быть жестокими. Вины их нет, во всём виноват кто-то другой — таков твой новый девиз.

Нажал на кнопку вызова. Сначала прозвучал один гудок, потом второй.

«Видимо, занята». — Только успел подумать, как после третьего гудка на той стороне услышал:

— Алло, сынок?

Голос женщины был звонким и радостным. Казалось, она сама ждала того самого момента, когда вновь сможет услышать голос такого дорогого для неё ребёнка.

— Привет, вы как там с отцом поживаете?

Наверное, мне просто хочется услышать: «У нас всё хорошо, не переживай», чтобы хоть на чуть-чуть снять с себя ответственность. Хотелось верить, что и без меня в их жизни всё протекает без трудностей и внезапных болезней.

— У нас всё потихоньку, лучше скажи: ты там как? Не болеешь? Как твоя новая книга? — Мама продолжала и дальше задавать самые разные вопросы. Её уже было не остановить. Она просто беспокоилась за сына, даже если тот и не ребёнок уже вовсе.

— Трудности есть, но в целом всё очень даже неплохо.

— Точно? — спросила она с тревогой.

— Да.

Я всё смогу решить сам, поэтому сейчас грузить их своими проблемами было просто бессмысленно. Хотелось, наоборот, про всё забыть.

— Мне бы хотелось побольше от вас услышать, расскажешь?

— Конечно, — произнесла она с теплотой в голосе. — У нас вот…

Разговор наш длился ещё очень долго. Мама поведала мне множество историй. Все они были простые, с таким сталкивается каждый человек на протяжении дня, но слушать было интересно. В груди всё время чувствовал приятное тепло. Я действительно скучал. Я осознал, что счастлив, ну или же был, по крайней мере, до того момента, пока нашу беседу не прервал звук открывающейся двери квартиры. Всё закончилось одной фразой: «Мы очень хотим тебя увидеть, сынок».

Глава 14. Одинокий, тихий вечер

Сделал глубокий вдох, а после выдохнул. Наконец-то я дома. Уголки губ медленно расплылись в улыбке. Мне казалось, что за весь день это произошло впервые. Душа будто пела от нахождения вдали от бессмысленного шума. Тут же взял телефон в руки и решил выключить его. Хотелось полностью уйти от реального мира. Всё равно искать никто не будет. С родителями уже говорил, а друзей и так не было.

«Надо будет с утра ответить на письмо от нового редактора… как там его имя? Не помню». — Только эта мысль промелькнула в голове, пока смотрел на быстро затухающий экран.

Как только он погас окончательно, я быстрым движением снял кроссовки и по тёмному коридору пошёл точно в спальню. Практически сразу упал на кровать и закрыл глаза. Заснуть не получалось. Происходило это не из-за головной боли, а из-за моего собственного «беспокойства». Казалось, слишком много вопросов сейчас волновало. Даже стало жалко, что нельзя отключить мозг подобно компьютеру или иному электронному прибору. Переживаешь из-за чего-то? Нажимаешь на одну кнопочку — и всё. Конец твоим проблемам и страхам, по крайней мере до следующего дня или того момента, когда осознаешь свою готовность к тому, чтобы вновь просто жить. По-моему, это та самая мечта, которая вряд ли сможет осуществиться. Такая функция была бы очень полезной с учётом моих частых головных болей. Хочется иногда проснуться и осознать: «Я не чувствую дискомфорта, а от былых страданий ничего не осталось».

Какое-то время ещё полежал, пока не нашёл в себе силы открыть глаза. Во всей этой тьме практически ничего нельзя было различить. На секунду даже задумался: «Может, и не открывал их вовсе? Или же просто сам перестал различать краски мира и смирился с одной мыслью — ничего не достигну, так зачем вообще хоть что-то пытаться делать?»

После разговора с мамой на душе пусть и возникла лёгкость, но она так же быстро исчезла. Взамен пришло одно — тревога. Та не была наростом на душе, причиняющим каждодневное неудобство, медленно развивающейся паранойей, наоборот: лишь в её отсутствии я чувствовал странность и вечно задавался вопросом: «Почему же мир ощущается как-то по-другому?»

Проблема, как обычно, была во мне. Я вновь не знал, к чему вообще стремлюсь. Видимо, с одной стороны, ничего и не хотел. Писательство? Мне оно определённо нравилось. Сидеть, придумывать сюжет, разбираться в разных мифах нашего королевства, продумывать героев — это занимательно и интересно, по крайней мере было. Сейчас же единственное, что осталось, — ощущение усталости: всё какое-то однообразное, не приносит той самой радости. Возможно, я просто повзрослел и такого задора теперь и вовсе испытать не смогу.

При этом должен отметить: наблюдать за работой «Восьмого глаза» действительно любопытно. Хоть что-то новое и не состоящее из вечных вычёркиваний моих мыслей. Я тот, кто есть, и не следует думать, что, переписав мои фразы, измените и моё отношение к этому миру. Уж лучше сразу избавьтесь от такого «работника», чем и дальше урезайте его творчество, прикрываясь фразой: «Не пропустят дальше». Почему-то от этого мне намного больнее, чем от осознания: «Популярен лишь благодаря „человеческой магии“». Она не может действовать на человека вечно, а значит, кому-то действительно понравился тот смысл, который я вложил в каждую букву и строчку, — и этого вполне достаточно. О большем когда-то и мечтать не мог, а значит, смог добиться того, чего хотел. Даже один читатель очень важен, ведь он может стать тем, благодаря кому о тебе сначала просто заговорят, а уже через столетия — вспомнят.

Если смотреть дальше, то, кроме рукописей, я ничем и не занимался. Было просто неинтересно. В какой-то мере даже казалось бессмысленным. Я пытался познать себя во многом, от рисования до создания игр, но ничем больше года так и не смог прозаниматься. Не моё. Из-за этого всегда задавался вопросом: «Так чего же я хочу?» А после закономерно следовало: «Может, хватит искать оправдания? Просто займись уже в жизни хоть чем-нибудь!» Логично, тут и добавить нечего. Ведь только я виновник всех своих неудач. В моей жизни было много моментов, когда она спокойно могла стать лучше, но всё заканчивалось лишь самобичеванием и мыслями: «Да не виноват я… Уж точно не я!» — при том, что и семья у меня хорошая, и образование неплохое мог бы иметь. Просто в какой-то момент слишком увлёкся мечтами, за которые теперь повзрослевшему мне приходится платить. Ведь кто же мог подумать, что текст, написанный школьником, который ничего в этой жизни не понимает, будет никому не интересен? Глупость же? Жаль, тогда думал, что я самый лучший и любой редактор, только увидев мою рукопись, сразу захочет её издать. Ох уж эти фантазии… а такие приятные и воодушевляющие, жаль, полностью лживые и лишённые хоть какой-то критики со стороны логики.

Тут же со стороны окна послышался непонятный шум. Скорее всего, вновь дикие кошки, дерущиеся за территорию у самой тёплой водосточной трубы. В комнате всё так же было темно, но не так сильно, как казалось раньше: теперь темнота больше напоминала тень, которая легко покрыла каждый из предметов, нежели тьму, желающую поглотить всё, что есть на пути. Видимо, доля детского воображения до сих пор оставалась при мне, раз такое смог придумать. Мрачности также добавляли плотные шторы, благодаря которым свет не мог протиснуться внутрь комнаты.

«Сейчас уже и смысла нет их открывать. Всё равно скоро стемнеет», — промелькнула мысль, а после я вновь взял телефон и решился включить. Лёгкий перерыв от всех, сделанный мной, пора заканчивать. Нельзя же быть маленьким ребёнком и дальше пытаться сбежать. Сначала отвечу редактору, а после продолжу писать. Моя жизнь именно такая, и хватит пытаться и дальше убеждать себя, что я «страдаю». Я вполне счастлив, поэтому и следует дальше идти с таким настроем. Перестать жить прошлым и просто пытаться строить дорогу в будущее, а не искать проблемы, которые в любом случае не исправишь.

«Просто смирись уже и живи дальше!»

В этот же момент комната чуть озарилась небольшим светом. Не успел телефон загрузиться, как тут же начал вибрировать, а в строке уведомлений сразу высветилось два сообщения:

Неизвестный

17:22 Скоро главный праздник нашего города, поэтому будь готов к тому, что нам придётся идти на приём к семье Люксфор.

Во-первых, как она вообще достала мой номер? Даже без подписи было понятно — Ариста. Сообщение звучало так, будто это некая издёвка и девушка с той же злорадной улыбкой сидит в ожидании ответа. Хотя, чувствую, именно так и будет на самой встрече. Приём у королевской семьи будет шумным и с большим скоплением незнакомых людей. Я уже представлял, как захочу найти уединённое место, но не получится, а за этой картиной с наслаждением будет наблюдать Ариста, — этого хватило, чтобы головная боль, которая успела чуть стихнуть, тут же вернулась с новой силой.

Во-вторых, как же я мог забыть, что подобные праздники всегда находятся вблизи семьи Люксфор и следователи обязаны их посещать. «Восьмой глаз» защищает не их, а самого себя. Люксфор лишь символ нашего королевства, красивое украшение, которое, правда, сделано из самого дешёвого материала. Они ничего не решают и по большей части нужны лишь для одного — не показывать, насколько «Восьмой глаз» проник глубоко в жизнь каждого. Мало кто об этом задумывался. Правитель есть — значит, всё в порядке. Значит, и «человеческая магия» не настолько сильна — уж их-то она точно не коснётся.

Исчезнет подобный символ — и тут же, практически сразу, последуют людские волнения. Почему же какая-то корпорация решает, что нам делать, и следит за нами? Подобное никто терпеть не захочет, боясь раскрытия собственных тайн. Их короля нет, он свержен, а значит, скоро и их судьба будет решена. Возможно, не самым лучшим образом.

«Мне обязательно там быть?»

Только хотел отправить это сообщение, как практически сразу пришло:

Неизвестный

17:25 Да.

«Серьёзно? Видимо, уже и за мной установила слежку».

Я чуть усмехнулся. Скорее всего, просто угадала, что именно захочу спросить. В принципе, это и не особо сложно, должен признать. Хотя даже если действительно следят, то не страшно. Чего мне бояться? Закон-то не нарушаю. Если интересно наблюдать за человеком, который весь день сидит за компьютером, изредка делая перерывы на сигареты и еду, то удачи. Ведь это достаточно скучное зрелище.

«Всё равно не пойду», — тут же отправил я, а после решился посмотреть, что именно пришло мне на почту. Как оказалось — утреннее сообщение от редактора, которое уже видел. Просто по какой-то причине уведомление высветилось повторно. Видимо, чтобы точно не забыл ответить.

TiriaannHeizz@lin.ky:

Действительно грустно, что так произошло с Элиотом Фингом. Мне очень жаль. Сотрудничество хотел бы продолжить и дальше.

В этот же момент пришёл ответ от Аристы:

Неизвестный

17:29 Не пойдёшь? Хорошо. Увольнение. Штраф.

Хах? И вот она опять давила на больное. Хотя было ожидаемо, что уж тут ещё сказать. Видимо, придётся начать откладывать такары для того самого момента и тех самых слов: «Прощайте! Рад больше никогда не видеть вас всех!» Теперь хоть появилась цель — уже радует. Хотелось написать: «Хорошо», но я резко отбросил эту мысль. Всерьёз же воспримет, а потом и не объяснишь, что просто решил пошутить и ничего такого, по крайней мере сейчас, не думаю.

Долго продолжать и дальше ничего не делать было нельзя, стоило использовать вечер так, чтобы не пришлось завтра думать о вещах, которые так и не успел. Поэтому я быстро встал, но на миг остановился. Начала кружиться голова. Комната тут же медленно расплылась перед глазами. Надо было вставать не так резко. Только подумал, как тут начал урчать живот. Точно… я же сегодня и не ел ничего. Видимо, скоро с таким режимом дня мне грозит голодный обморок. Не самая приятная вещь, конечно.

Как только пришёл в себя, тут же направился в сторону кухни — небольшой комнаты, которая состояла из нескольких вещей — маленького столика, холодильника, а также нескольких шкафчиков. В них практически не осталось тарелок и приборов, потому что все, ну или большая часть, находились в раковине. Примерно там же, рядышком, лежали и кружки со стаканами. Сил наводить хоть какой-то порядок не было. Решил оставить это на выходные. Надеюсь, хоть тогда никаких оправданий найти не смогу и уберусь. С другой стороны, подумаешь — грязная посуда. Сама кухня выглядела нормально, из общего вида выбивалась именно раковина. Столик был чистый, без грязных пятен или же крошек и остатков от еды.

«Хотя…» — пронеслось в голове, и я тут же подошёл к холодильнику — практически пустому. На нижней полке можно было заметить несколько ещё свежих яблок и одну уже старую морковку. Она вся была какой-то скукоженной и будто высушенной. Как мне показалось, за это время она уже успела покрыться плесенью. Чуть выше стояла тарелка с недоеденной лапшой, кажется позавчерашней… В дверце сбоку стояло несколько железных баночек алкоголя. Рука машинально потянулась к одной из них, но я тут же одёрнул себя. Завтра рано вставать, а градус именно у этой марки достаточно высокий: даже половины хватит, чтобы я проснулся к обеду, и то в лучшем случае. Обычно после таких вечеров, на следующий день, чувствовал себя так, будто ударили по голове чем-то тяжёлым. Работать в таком состоянии очень нелегко: постоянная тошнота и просто неприятные ощущения в районе висков. Лучше оставлю их на потом, когда точно буду уверен, что никуда не придётся идти. Не хотелось в таком состоянии провести весь день с Аристой. Мне кажется, я захочу её убить уже после первых тридцати минут. Согласен, может, преувеличиваю, но на практике проверять не хочу. Пусть это и дальше останется лишь моим предположением.

Больше внутри ничего не было, отчего пришлось доставать оставленную ранее лапшу. «Святая Габриэла, пусть она будет свежей». Чуть принюхавшись, я понял, что запах у неё нормальный, и быстро поставил её на столик, а после руки потянулись к сигаретам рядом. Как же я мечтал об этом весь день. Быстрым движением поднёс к концу сигареты пламя и сделал первую затяжку. Как же хорошо! Какое приятное чувство. Настроение определённо улучшилось, даже появилась непонятная бодрость во всём теле. В это время вся комната уже успела заполниться дымом, отчего пришлось открыть форточку.

Несколько минут — и от первой сигареты ничего не осталось. Только я потянулся за второй, как услышал звук сообщения. Мельком взглянул — и оцепенел.

Редактор Финг

17:35 Тириан, напоминаю о встрече.

Глава 15. Шутка?

Какое-то время я просто стоял в недоумении. Звук сердца с каждой минутой становился всё сильнее в ушах. Холодный пот медленно, неравномерно стекал по лбу, спрятанному под чёрной чёлкой. Я нервно перечитал сообщение ещё раз, будучи не в состоянии поверить. Всё выглядело как чья-то злая и не очень уместная шутка.

Пролистал вверх, и все сообщения дали понять одно — точно контакт редактора.

«Как такое вообще может быть?» — повторил про себя несколько раз, боясь сделать даже малейшее движение.

Дыхание стало поверхностным, отчего я с жадностью проглатывал каждый новый вдох. Руки с разной периодичностью вздрагивали от страха уставшего разума, ведь, несмотря на «человеческую магию», даже для нашего мира это дикость. Может, его телефон взломали, но кто… Неосознанно начал смотреть по сторонам, но в комнате ничего не поменялось, всё было точно так же, вплоть до расположения пылинок или маленькой паутины в углу. Только воздух стал давящим и неприятным, будто острыми когтями проходился по изгибам души, заставляя даже в собственном доме чувствовать себя неуютно.

«А если…» В голову тут же пришло самое логичное объяснение, словно ниточка, за которую попытался ухватиться, отчего руки машинально набрали один знакомый номер — Аристы.

17:41 Смешно тебе?

Телефон тут же полетел в сторону стола, упал корпусом на твёрдую поверхность и чуть отлетел вверх, пока с характерным грохотом не ударился. Я сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. Призраков не существует. Мёртвый человек навсегда останется в могиле, и никакие слёзы и мольбы не смогут этого изменить, отчего напрашивается вывод — глупый розыгрыш от Аристы. Правда, не думал, что она может опуститься настолько низко, чтобы использовать чью-то смерть для моего запугивания.

Как следователь А1, она имеет доступ к устройству редактора, а также является последней, с кем я общался (Натана даже не рассматривал — не подходит он на эту роль), а кому-то другому, вне «Восьмого глаза», смысла нет такое вытворять. Надеюсь, хоть сейчас она почувствует стыд, а если нет, то заставлю. Подобное поведение выходит за все рамки дозволенного и не может оставаться безнаказанным.

Неизвестный

17:43 О чём ты?

17:44 Почему молчишь?

17:46 Тириан!

Как будто не понимает. Решила до самого конца играть невиновную? Пусть так, но я ей не верю — это точно её рук дел. Месть за дневную ссору, и не более. Только хотел написать сообщение и высказать всё, что думаю, как тут же с этого номера раздался звонок. Я только принял вызов и сразу услышал:

— Ну и? — Голос спокойный, но с небольшой долей раздражения. Словно именно я отвлекаю её от работы.

— Что «и»? Тебе виднее, разве нет?

Сейчас желал услышать одно: «Это шутка!» — а после увидеть раздражающую улыбочку, растянутую во всё лицо, ведь не хотелось участвовать в очередных играх.

— Ты определённо пугаешь меня. Можешь сказать, что случилось, по-нормальному? — На слове «по-нормальному» был сделан акцент.

— Не знаешь? Правда? — произнёс с сарказмом в голосе, а после закатил глаза.

— Тириан.

Аристе хватило лишь произнести моё имя, чтобы я наконец понял — она не отправляла то злополучное сообщение, но кто же тогда? Ситуация вмиг стала намного сложнее. Быстро посмотрел на время — 17:48, поэтому следующий мой вопрос звучал так:

— Ты до сих пор в «Восьмом глазе»?

— Да, — ответила Ариста, не задавая лишних вопросов. Скорее всего, ей самой не терпелось узнать, что за странное событие вновь связало нас.

— Телефон Элиота Финга рядом с тобой?

— В моём кабинете.

— Точно?

В голове же постоянно прокручивал одну и ту же мысль: «Пусть его там не будет», ведь тогда хоть на долю процента, но начнёт складываться пазл — телефон украли, тот, кто это сделал, и отравил сообщение, а дальше нужно найти виновного. Всё линейно и понятно, хоть и без ответа на вопрос: «А какой во всём этом смысл?»

— Подожди минуту.

На фоне послышался чей-то голос — скорее всего, тот принадлежал Натану. Как мне показалось, парень сказал: «Что случилось?» — но не уверен, потому что чётко расслышать не смог, а лишь уловил знакомую манеру.

Буквально минут через пять послышалось:

— Он у меня в руках.

Не успел я и слова сказать, как Ариста продолжила:

— Может, наконец объяснишь, что происходит?

Я усмехнулся, а после озвучил:

— Мне с него сообщение пришло.

Несмотря на переживания в душе, звучал я уж слишком спокойно, будто и правда ничего не случилось, отчего слегка поёжился. «А зачем я пытаюсь быть храбрее в глазах Аристы, что на меня вообще нашло? Неужто боюсь подорвать свой авторитет? Святая Габриэла, надеюсь, нет. Не хочу быть зависимым от её мнения». Практически сразу начал оправдывать себя лишь одним — «случайность».

— И ты сразу подумал на меня? — спросила девушка, будто еле сдерживая смех.

— Да, — ответил невозмутимо, хоть сейчас и начал думать о своих поспешных выводах, но так не хотелось оправдываться, словно даже сил не было на подобное.

После на той стороне действительно послышался звонкий женский смех, который, как казалось, длился больше пяти минут.

— Прости, ты, видимо, действительно испугался, раз решил написать. — После Ариста добавила: — Натан сейчас всё решит, можешь не переживать.

— Значит, не ошибся, — проговорил быстро и не очень чётко.

— В чём? — тут же услышал я и понял одно: «Надо было вообще молчать».

— Когда только позвонил, то услышал чей-то голос. Подумал, может, Натан. Оказался по итогу прав, — рассказал нехотя, будто прожёвывая некоторые слова.

— Не ревнуй, Тириан. Ты мне нравишься больше.

Такого и вовсе не ожидал. Итак, понятно — она играет со мной. Видимо, ждёт какой-то бурной реакции и заиканий в трубке, когда на деле единственное, что я испытывал, — желание смеяться. А после телефон чуть отдалился, и я услышал, как Ариста произнесла только два слова: «Не так», а далее: «Сообщение».

— Не туда тебя потянуло, Ариста, ой не туда.

Мне захотелось смутить её, пусть знает: чарам я не намерен поддаваться, да и нетрудно такое произнести, когда в действительности никак не относишься к человеку. Она симпатичная, а более ничем и не привлекает, поэтому и приятных слов намного проще наговорить, нежели если бы в сердце теплилась надежда на совместное будущее.

— А кажется, что именно туда. — Ариста вмиг зазвучала заигрывающе.

Тут же откашлялся и сказал:

— Может, поговорим лучше о деле?

Очень хотелось встревожить её сердце, но сейчас не время. Душу волновал лишь интерес, от кого те сообщения, поэтому наши перепалки могли и подождать. Главное — не забыть. Нельзя же ей вечно возвышаться надо мной и занимать главенствующую роль. Иногда полезно побыть и тем, кого, как в танцах, будут направлять, стараясь держать полный контроль за действиями.

— Какой же ты скучный, Тириан. — Она замолчала на секунду и добавила: — Сейчас передам трубку Натану.

«А ему зачем?» — подумал, но так и не озвучил.

Видимо, моя персона для неё существует, лишь когда нужно пошутить или попытаться взять подобие контроля. Жаль её расстраивать, но старания будут тщетны, ведь, как и сказал Натан ещё днем, — мы две сильных личности, которые останутся при своём мнении. Не беру в расчёт, конечно, свои рукописи, потому что отстоять своё мнение в такой ситуации достаточно сложно и даже невозможно. Ведь итог один — тебя просто перестают печатать, а кушать-то хочется. Просто нужно понимать, когда и в какой ситуации можно показать характер. Как мне кажется, наши отношения с Аристой для этого идеально подходят.

— Тириан? Ты меня слышишь? — Голос Натана прозвучал энергично и бодро.

Странный он. Я, например, чувствовал себя уставшим и вымотанным, несмотря на полное своё бездействие сегодня, когда я просто ходил и пытался сделать заинтересованное лицо. При этом многие действительно поверили, думая, что расстроен из-за непонимания некоторых вещей в устройстве их системы, но ведь в действительности мне все равно… Может, пора задуматься о профессии актёра? Чувствуется, в будущем придётся много раз переступать через свои идеалы, хотя с другой стороны — не впервой…

— Да, — ответил коротко, в какой-то мере не задумываясь.

— Ариста попросила посмотреть, что за странности с телефон, и всё оказалась достаточно просто и забавно.

Натан будто специально выдерживал паузу.

— Расскажи, тоже хочется посмеяться, — произнёс полностью равнодушным голосом. Устал я от общения уже.

— Здесь настроена автоотправка, то есть он заранее написал текст и выставил нужное время. Видимо, последние дни и правда были тяжёлыми, раз прибёг к такому.

Только сейчас понял: «Так вот почему сообщения резко стали безграмотными и в какой-то мере лишёнными хотя бы малейшей логики. Думал, может, выпил, а тут вот оно как оказалось».

— Серьёзно? Ну и дурак я… — вырвалось неосознанно. Я мог провести вечер как угодно, но вместо этого, как маленький ребёнок, испугался какого-то сообщения. Видимо, отдых в самом деле не помешает, раз уже и мыслить разучился, и верю в «сообщение с того света».

— Ты так не расстраива…

— Раз страшного ничего не случилось, то мне уже пора, — перебил Натана, не дав даже закончить предложение, а после тут же и отключился.

Тяжело выдохнул и сразу потянулся за сигаретой. Ещё одна затяжка — и тут же стало лучше. Почувствовал лёгкую горечь, а после то, как никотин заполняет каждую частичку лёгкого, и вот вновь ощутил себя живым. Стало так наплевать на всё. Выставил себя дураком? Пле-ва-а-ать, как же всё равно! Пусть смеются надо мной и считают глупым. Наверное, так даже лучше будет, ведь и ожиданий никаких нет. Тут на секунду экран от телефона загорелся.

«Опять?» — пронеслось в голове с долей раздражённости.

Неизвестный

17:57 Ты только не грусти, родной

У Аристы явно много свободного времени, раз успевает и меня достать, и с Натаном посидеть. Ну хоть работу выполняет, верно же?

17:58 Ха-ха

После выключил телефон. Хватит на сегодня социума. Для своего же блага уж лучше завтра вернусь в него, иначе кому-то явно испорчу настроение, ведь сейчас так хотелось кого-нибудь унизить. Пусть моим лекарством станет тишина. Я тут же достал одну из чистых вилок, наложил себе немного лапши, а остальную часть всё-таки решил выкинуть — слишком её много, мне столько сейчас и не съесть. Быстро вернулся в комнату и сел за компьютер.

Пока система медленно прогружалась, половина от наложенной порции уже исчезла, отчего почувствовал лёгкое насыщение. Значит, я действительно был голодным, раз желудок радовался еде такого качества. Стоит об этом задуматься. Тут же перед глазами появился рабочий стол. Зашёл в одну из папок и создал новый документ, дав ему название: «Следователь». Пусть те небольшие знания, которые успел приобрести в «Восьмом глазе», не пропадут зря, а помогут мне в достоверном изображении наших реалий, для передачи настоящих проблем существующего общества. Хоть и понимаю: такую работу никогда не издадут.

Долгое время так и сидел, скрючившись за монитором, пока не заметил: уже 2:23. Нехотя (ведь столько разных идей ещё было), медленно поковылял к кровати, и стоило только закрыть глаза, как я тут же заснул. Снов не было, лишь тот покой, который требовало тело, истощённое новой и непривычной работой. Глаза же в следующий раз пришлось открыть, когда услышал самый противный звук, что есть в мире, — будильник.

Время показывало 6:30.

Глава 16. Новый день

Я продолжал смотреть на телефон, не шевелясь, даже не моргая, будто надеясь, что это шутка и я могу обратно лечь в кровать и продолжить спать. Жаль, что всё оказалось не так, из-за чего настроение вмиг испортилось. Мне не хотелось идти в «Восьмой глаз», единственное, чего жаждала душа, — просто лечь обратно в кровать, а потом проснуться в районе двенадцати часов, может, около часа, приготовить поесть и вновь работать над черновиком. Звучит как обычный день, но не теперь. Сейчас моя рутина заключалась в том, чтобы весь день находиться с людьми и делать вид, что они меня не бесят.

Тут же обмотал одеяло вокруг себя подобно кокону.

— Не хочу… не хочу… не хочу… — проговорил много раз, словно тихую молитву, в надежде на звонок от Аристы или сообщение со словами: «У тебя выходной».

Тут же телефон завибрировал, и от Аристы действительно пришло сообщение, жаль, что его содержание, наоборот, заставило тяжело выдохнуть и наконец-то встать с кровати.

Неизвестный

6:35 Доброе утро, Тириан. Ты уже проснулся? Если в течение десяти минут не ответишь, то буду звонить.

«Вот теперь утро стало добрым, аж улыбаться захотелось», — подумал про себя, после чего сразу же закатил глаза.

6:37 Чего?

Коротко, но, как по мне, сразу даёт понять, что я сейчас настроен только на сладкий-сладкий сон, без которого остался, а не на какие-то разговоры. Может, хоть завтра смогу отдохнуть, ведь по документам должен быть выходной? Надо будет уточнить этот момент.

6:38 Молодец, что сразу ответил. Прости, что раньше не сказала, но тебе придется сегодня чуть-чуть пораньше прийти. Ничего же страшного?

Сделал глубокий вдох, ненадолго отложил телефон, а после взял его обратно в руки и набрал номер Аристы. Буквально двух гудков хватило, чтобы с той стороны послышалось:

— Тириан? — Голос девушки звучал чуть сонным, хоть по сообщениям казалось, что сама она проснулась уже давно.

— Почему. Узнаю. Только. Сейчас?

— Забыла вчера сказать. — Послышался зевок, а затем Ариста продолжила: — Хотела еще вечером предупредить, но после твоего звонка уже как будто и не до этого стало.

— Я обожаю тебя. Ариста, ты лу-учшая. — «Лучшая» специально растянул — вот насколько много во мне было радости от услышанного.

Раздражало всё. Хотелось оказаться где-нибудь на уединённом островке без таких людей… Да нет, в принципе без людей. Только нервы зря тратят. Надоели уже все…

— Голос у тебя больно сонный и намного злее, чем вчера. Не спал, что ли? — спросила Ариста и практически сразу добавила: — Моя вина, понимаю, поэтому и сегодня, и завтра можешь на час позже прийти, разрешаю.

Даже если и не спал — её это не касалось.

— Просто лёг поздно, лучше скажи, а почему это я должен завтра приходить? По правилам же выходной, нет?

Легче было просто тему перевести, чтобы меньше вопросов возникло. Не тот Ариста человек, которому я готов рассказывать про свою жизнь и усталость. Может, пока не готов.

— Тириан, Тириан, ты ведь стажёр, а значит, твои силы только предстоит развить до нужного уровня.

— А дома нельзя? Может, лучше это будет моим «домашним заданием»?

— Нет, — произнесла девушка быстро и чётко, так, словно вся её усталость вмиг исчезла. — До встречи на работе.

После послышались характерные гудки. Ариста повесила трубку.

— И что это было?

С непониманием продолжил смотреть на экран телефона. Видимо, ей просто не хотелось и дальше спорить со мной. Но не с тем связалась. Обязательно запомню всё, что хотел сказать, и выскажу при встрече. Может, хоть так почувствую себя лучше. Время же на часах уже показывало 6:52.

«Святая Габриэла… — пронеслось в голове. Времени практически не осталось ни на сборы, ни на комфортную дорогу. — Её определённо будет ждать гневная тирада от меня».

После этих мыслей тут же поднялся и без раздумий надел тот же чёрный спортивный костюм, в котором ходил вчера. Даже не стал проверять, есть ли на нем пятна или иная грязь, — времени уже не было. По крайней мере, такое оправдание меня полностью устроило — я был готов спихнуть всю вину на такого дорогого сердцу следователя первого порядка. Через минуты три я стоял в коридоре и пытался натянуть на ноги кроссовки, в которые, как назло, нога с каким-то непонятным упорством не хотела залазить, а через пять бежал — если, конечно, уже не летел — вниз по лестнице, продолжая держать в голове все обидные слова в адрес Аристы. Сейчас меня очень радовал факт, что тёмные улицы ранним утром пустовали, ведь никто не мешал на дороге и не надо было подстраиваться под скорость другого человека — можно просто бежать вперёд, периодически останавливаясь на переходах, проверяя, нет ли впереди машины или иного транспорта.

Как только преодолел половину пути, остановился и попытался восстановить дыхание. Казалось, что пробежал целый марафон. Вид у меня был жалкий (чёрные волосы стали чуть мокрыми от пота, ранее бледные щеки стали, подобно молодым яблочкам, ярко-красными, взгляд бегал и не мог долго сосредоточиться на одном предмете), и успокаивало только понимание: тут никого нет, а значит, и смеяться некому.

Какое-то время просто стоял, скрючившись, опираясь руками на коленки, и пытался дышать. Время словно пошло быстрее, будто один вдох стал равняться десяти минутам реального времени, а их уже было сделано очень много. Жадно проглотил ещё неопределённое количество воздуха и с новой силой побежал вперёд. Очередные пятьсот метров остались позади, когда начал чувствовать небольшие уколы где-то сбоку, в районе живота. Как оказалось, моё тело не очень подходит для таких «приключений». Ненависть закипала с каждой минутой всё сильнее, и я еле сдерживал себя в порывах накричать на кого-нибудь.

Бежал долго, бежал мучительно, пока в какой-то момент не увидел силуэт «Восьмого глаза»: там уже рядом со входом стояла девушка — Ариста. Она быстро заметила меня и вперилась взглядом, ожидая, пока не окажусь рядом. Одета она была точно так же, как и вчера, словно мы оба просто зациклились в одном и том же утре, за исключением одной детали — чёрного портфеля на спине. Я же напоминал побитую собаку: злой взгляд, чуть приоткрытый рот, которым жадно хватал воздух, при этом походка чуть шатающаяся, оттого что ноги стали ватными после такой пробежки и с каждым новым шагом казалось, что они слушаются меня всё меньше и меньше, заставляя прилагать всё больше усилий, чтобы ступить дальше.

— Ты в порядке? — послышалось от Аристы, стило мне только подойти, а следом раздался лёгкий смешок.

— Молчи, вперёд…

Я жестом указал на вход и медленно пошёл в его направлении.

— Как скажешь… — проговорила девушка, а затем начала внимательно всматриваться, оценивая каждое моё действие, до того момента, пока всё-таки не выдержала: — Ты лучше постой хоть минутку.

Она тут же схватила меня за руку и попыталась мило улыбнуться — так, как улыбаются только близким друзьям.

«Пусть и миленько, но как же глупо, что ли? Неужели действительно думает, что такой трюк пройдёт?»

— Давай без такой «заботы», — на слове «забота» специально сделал акцент, — лучше приступим побыстрее к работе.

Ариста медленно отпустила мою руку и, устремив взгляд в землю, словно виноватый щенок, достала из портфеля за спиной что-то в белом пакете с надписью «От тётушки Сандры».

— Это в качестве извинений, не знаю, нравятся ли тебе сладости. — Она откашлялась и добавила: — Натан посоветовал.

Вот теперь уже я почувствовал себя виноватым и в какой-то мере резким. Слова про Натана так вообще оказались заключительным ударом мечом в сердце. Сейчас почему-то даже нашёл сходства между собой и Аристой: мы оба в какой-то степени не знали, как правильно общаться с людьми, вечно то использовали более добрую часть своего характера, то отстранялись в надежде вернуться к одиночеству, просто боясь непонимания и некоего осуждения.

— Глупо, про…

— Я возьму, спасибо.

Между нами повисла долгая пауза. Ариста явно не ожидала, что я всё-таки приму её подарок. Должен сам признаться: слова вырвались неосознанно. Либо я решил и правда довериться и принять её в качестве… друга? Либо же просто захотелось узнать, насколько её поступок искренний, в надежде что Ариста наконец-то отказалась от своего притворства и в какой-то мере понимания: теперь он точно будет делать так, как я велю.

— Ариста. — Первым, кто нарушил молчание, стал я. Нельзя было и дальше всё это затягивать — в нас, может быть, действительно есть что-то общее, и мне, честно, хотелось узнать, насколько сильно я в ней ошибался, но…

— Тириан, я понимаю: сейчас просто не то время для таких жестов. — Секундная пауза. — Давай это будет первым шагом в попытке ужиться друг с другом? Согласен?

Она выглядела настоящей, немного смущённой и точно осознавала, зачем это было сделано. Я впервые смог увидеть её именно такой, отчего стало как-то непривычно и даже в таких словах захотелось найти подвох.

— Давай попробуем… — проговорил с неохотой, ведь отношения наши стали намного сложнее: теперь тихо ненавидеть её не получится, потому что буду смотреть и видеть другого человека.

От незнания, как именно вести диалог дальше, быстро проговорил:

— Видимо, общение с Натаном пошло нам на пользу. — А после по-глупому засмеялся, в какой-то мере надеясь, что она не обратит внимания на это, ведь смех вырвался совершенно случайно.

— Так и есть.

Ариста слегка улыбнулась, пожала плечами, а затем уверенным, широким шагом направилась в сторону дверей.

— Нам предстоит ещё много работы, Тириан.

Глава 17. Коэффициент «надёжности»

Как только мы оказались внутри, я тут же заметил: людей стало намного больше по сравнению со вчерашним днём. На креслах сбоку сидели люди совершенно разных возрастов, например полноватая старушка, которая читала тоненькую книжку с очень яркой обложкой. На её лице виднелась лёгкая улыбка, будто она и вовсе не испытывала страха. Возможно, за долгие годы уже успела привыкнуть к такой жизни, видя в ней лишь одно — обыденность — и спокойно доживая последние годы своей жизни среди стен одинокой квартиры. Почему же так решил? На пальцах руки так и не смог увидеть кольца или хотя бы следа от него. При этом женщина не выглядела несчастной.

В противовес ее осознанности можно поставить ребячество девочки, которая пришла вместе с отцом. Мужчина внимательно изучал брошюрку, в то время как его дочка бегала из стороны в сторону с какой-то куклой. Радовалась, смеялась и с интересом рассказывала игрушке о месте, где они находятся, видимо не понимая, что за собой может повлечь наличие в семье человека с «человеческой магией». Мужчина периодически смотрел на дочку взглядом, в котором читалось опасение. Он глядел сначала на брошюрку, потом на девочку — и так несколько раз подряд. Видимо, сегодня пришло её время стать частью системы.

К стойке регистрации уже выстроилась огромная очередь. Кто-то с раздражением посматривал в телефон в ожидании, когда можно будет вернуться обратно к своей обычной жизни. Другие просто пытались не уснуть. Стоило им только закрыть глаза, как они тут же вздрагивали и начинали смотреть куда-то вдаль, пытаясь бороться с сильным желанием уснуть. Как же я их понимал.

На нас с Аристой мельком поглядывали, но большую массу людей мы никак не интересовали, ровно до того момента, пока не начали идти в сторону лифта на третий этаж. После этого послышался шёпот. Кого-то интересовало: «Следователи?» — другие же терзались иными вопросами: «Какого они порядка?» Чувствовалось, как многие стали переживать, видимо вспоминая, как такие же обычные на вид люди изначально и заставили их встать на учёт, и понимая, что ничего уже не будет как раньше.

Казалось, я даже когда-то слышал новости: «Что же скрывает от нас „Восьмой глаз“? Новости о вскрытии людей с „человеческой магией“». Стоило только открыть одну из таких статей, как сразу становилось понятно — враньё. Ведь, кроме непроверенных слухов, домыслов, а иногда и прямой клеветы, там ничего не было. Завершались все статьи рекламой сомнительных средств, которые обязательно помогут при серьёзных патологиях у носителей «человеческой магии». И некоторые верили в это, продолжая искать спасение по всему интернету, каким бы сомнительным ни был источник.

Возможно, никто бы и не хотел отказываться от сил, если бы не один факт: они уничтожают организм изнутри, заставляя человека страдать и проклинать тот день, когда он увидел следователя и услышал его слова: «Вам нужно проехать с нами до «Восьмого глаза». Тогда у многих жизнь проносилась перед глазами, и в этот самый момент появлялось осознание: ничего уже не будет как раньше. Начнёшь испытывать жуткую боль в костях, увидишь изменения кожи или же станешь медленно слепнуть, прокручивая в голове, как пластинку, — лечения не существует. Словно получаешь не силу, а настоящее раковое образование, которое, повторюсь, даже прооперировать нельзя, ведь источник «человеческой магии» так и не выяснен.

Как только мы с Аристой скрылись за дверьми лифта, люди потихоньку стали терять интерес к нашим личностям, и все вновь занялись своими делами. Как по мне, их реакция была слишком бурной, ведь мы по-прежнему остаёмся людьми — со своими странностями, мыслями, поступками. Бояться стоит только тех, кто, мягко говоря, не самым лучшим образом относится к другим, — такой сможет даже в самом злом правителе найти плюсы для себя и своей жалкой жизни, что печально.

— Надеюсь, тебя не слишком смутили, — прошептала Ариста и тихо засмеялась.

— А разве должно? — ответил спокойно, при этом продолжая смотреть на закрытые двери лифта в ожидании, когда же тот наконец приедет.

Решил пока вести себя с Аристой как раньше. Сохранять вокруг себя некий ореол загадочности… Хотя мы же в «Восьмом глазе». Она, скорее всего, уже всё знает и про мою жизнь, и про семью — и при том даже лучше меня самого. Стоило пока просто легко острить и иногда помалкивать.

Ариста будто хотела парировать мой ответ, но в этот момент двери лифта открылись с характерным сигналом.

— Пойдём, — вырвалось из меня резко, отчего на секунду опешил.

Ариста не стала спорить, а лишь молча пошла вперёд. Оказывается, приятно, когда такой «непостоянный» человек слушается тебя.

— Ты, главное, нос не задирай высоко, — произнесла она с лёгким ехидством в голосе.

— Чего? — Я постарался держать себя в руках — нельзя выдать, что я действительно подумал о подобном.

— У тебя… — Ариста замолчала.

Она явно умела читать мысли. Мимика моего лица уж точно никак не менялась, равно как и жесты. Видимо, решила поддразнить? Ну точно «нечисть». Я шёл позади неё, ожидая продолжения фразы, но оно так и не последовало. Сейчас почему-то на такое её поведение реагировал намного спокойнее. Неужели я потихоньку привыкаю к этому месту? От такой мысли стало страшно, ведь, как мне казалось, такая жизнь мне совершенно не нужна. Не моё это — ездить по квартирам или иным местам и искать убийцу, зато по мне тихо сидеть дома и, никого не трогая, заниматься очередной рукописью. Надеюсь, настанет день тренировки сил и меня отпустят домой окончательно, потому что осознают, насколько изначально были неправы в своём выборе.

Я остановился и, смотря прямо в глаза, серьёзно спросил:

— Ариста, можешь ответить на один вопрос, только честно?

— Настолько честно, насколько могу.

— «Восьмой глаз» не боится каждый раз брать на работу неизвестно кого в качестве стажёра? Ладно я, у меня хоть что-то в жизни есть, а если это окажется преступник или же просто человек без дома?

— Ты привёл две разные ситуации. В первом случае надо смотреть, насколько страшное преступление совершил человек, обстоятельства его совершения и так далее. В зависимости от различных факторов существует множество исходов. Во втором случае человек получит небольшую сумму денег на несколько месяцев по программе «Новая жизнь».

— Странно… — Всё, что смог ответить, ведь такой подход к работе выглядел несуразно и непрофессионально.

— Понимаешь, жизнь намного сложнее, чем кажется поначалу. В ней всё индивидуально. Иногда и преступника могут освободить, если кто-то сможет получить от его личности выгоду. То есть…

— Будущее зависит от моей ценности. Интересно, конечно, — пробубнил себе под нос.

Я никак не мог понять, как можно строить рабочий коллектив из убийц и им подобных. Проще найти нормальных людей среди среднестатистических горожан.

— Всё равно не укладывается в голове.

— Как-нибудь объясню подробнее. Сейчас запомни одно: коэффициент «надёжности» — это отношение силы к психическому состоянию, но «психическое состояние» должно быть более двадцати трёх процентов. Его выясняем по тесту — он специально составлен из противоречивых тем, которые помогут на записи определить, какой ответ ложен или же над каким вопросом человек думал дольше, — а далее анализируем итоговый результат.

— Как действовать, если, во-первых, набрано менее двадцати трёх процентов, а во-вторых, если преступник специально даёт ложные ответы для своего освобождения, чтобы и дальше творить бесчинства?

— Если человек с проблемами оказывается психически абсолютно здоровым, это видно. «Восьмой глаз» может взять ответственность, но слежка за ним будет намного сильнее, нежели за обычным гражданином. После нескольких таких дней многие сами просятся обратно. Во многих случаях к таким приставляют следователя на двадцать четыре часа и на семь дней в неделю.

— Не было такого, что кто-то начинал сотрудничать с преступником для какой-то своей выгоды? — В какой-то мере я и так знал ответ, просто решил убедиться.

— Наказание от «Восьмого глаза» будет в таком случае намного страшнее. Может дойти и до смертной казни, если вследствие совместных действий пострадало, — «пострадало» Ариста специально заключила в воздушные кавычки, намекая на одно — умирали люди, — более тысячи человек.

В этот момент мы с ней оказались рядом с кабинетом. Вокруг стояла тишина. Казалось, что мы одни сейчас присутствуем на своих местах. Хотя надо брать в расчёт один момент: пришли мы на полчаса раньше от официального начала рабочего дня. Остальные — везунчики, тут и сказать нечего.

Ариста достала ключи, и послышался характерный щелчок, после которого дверь открылась. Вспомнив вчерашний день, внутрь даже зайти не пытался, а просто продолжил стоять на месте. Ариста быстро это заметила, поэтому пришлось пояснить:

— Тебе ведь переодеться надо, я подожду снаружи.

— Тириан, а ты, оказывается, джентльмен.

Послышался лёгкий смешок, и фигура девушки скрылась за стенами комнаты.

Я был рад, что между мной и Аристой отношения остались такими же, ведь очень не хотелось, чтобы обоюдное раздражение сменилось на нечто напоминающее смущение. В таком случае исход каждой новый встречи был бы один — вечные вопросы: «А правильно ли вообще себя повёл? Может, следовало сделать всё наоборот?»

Тишина полностью захватила всё окружающее пространство, и я достал из кармана телефон, решив вновь поискать в интернете лечение «человеческой магии». Как и ожидалось, ссылки, которые я находил, вели лишь на рекламу, которая продвигала «волшебное спасение» от участи быть обладателем «человеческой магии», созданное, конечно же, лишь чтобы нажиться на отчаявшихся и забрать последние деньги из их кошельков. Чего-то другого не увидел, даже банальная информация про вскрытия, проведённые «Восьмым глазом», была недоступна. Видимо, успели удалить.

— Пора нам углубиться в тему нормативных актов. Готов? — послышалось от Аристы, которая очень неожиданно и беззвучно появилась рядом.

— Ага… — протянул с неохотой, а после перешагнул порог кабинета.

Глава 18. Кодекс жизни

Оказавшись внутри, не успел даже куда-нибудь присесть, как Ариста тут же достала папку голубого цвета. В изящных руках та выглядела слишком инородно: большая, неспособная поместиться нигде, кроме лап гигантов. Девушка некоторое время листала ее, пытаясь найти нужный документ, пока не вытащила лишь один листок. Практически сразу он оказался на низком деревянном столике, который стоял рядом с диванчиком.

— Присаживайся, Тириан, нас ждет долгая работа.

Стоило только словам сорваться с тонких губ, как я ощутил легкое похлопывание по плечу.

— Сама хорошо знаешь законы? — поинтересовался перед тем, как все-таки исполнить волю старшего по званию.

В вопросе не было насмешки или желания подловить на незнании простейших статей. Лишь обычное любопытство — хотелось понять, насколько сильно придется менять свой привычный уклад жизни, снова, в попытках соответствовать хоть каким-то стандартам следователя А1. Хоть я и осознавал, что, если встанет выбор между тем, чтобы выучить несколько пунктов статьи или же написать главу, выберу второе. Тут ответ очевиден, по крайней мере для меня.

Пусть я и относился к новой работе скептично и в какой-то мере с безразличием, но раздражения стал испытывать меньше, намного. Словно я привык быть тем самым человеком из «Восьмого глаза», который не гонится за похвалой от руководства и умеет отлично имитировать деятельность. Будь один, без более «опытного» работника, то остался бы в офисе, за закрытыми дверьми кабинета, пока не выбрал, на кого лучше перекинуть все обязанности…

На секунду задумался, а после в мыслях всплыло имя — Натан. Думаю, смог бы найти к нему подход, но лучше не слишком наглеть, пытаясь больше давить на жалость и ссылаясь на трудности в адаптации к новому коллективу.

Конечно, не очень хорошо с моей стороны, но как еще? Без моего согласия меня заставили работать на людей, во-первых, которых не знаю, а во-вторых, не особо мне импонирующих. Личности, что быстро забудутся, стоит только уволиться, перевестись в другой отдел или же переехать в новый город… верно?

— Все помнить невозможно. Если сомневаешься в выборе статьи или же части закона, то идешь к директору своего отдела. Он скажет, что следует оставить.

Услышав от меня смешок, Ариста с недоумением спросила:

— Я что-то смешное сказала?

На ее лице красовалась слегка зловещая улыбка.

— Просто представил, как подхожу к директору, а в руках тысяча версий — и, скорее всего, ни одной правильной. Как думаешь, через сколько секунд выгонит меня с криками?

Тут уже и она не смогла сдержать смеха.

— Минута — и покойник! — выкрикнула Ариста, продолжая смеяться.

— Я говорил — очень смешно.

— Ситуация прям в твоем стиле, Тириан.

На ее лице вновь расцвела улыбка, но в этот раз другая. Не та, что пугает до мурашек и полностью поглощает твою волю, а, наоборот, в какой-то мере нежная и даже… обычная? На мгновение мне стало не по себе. Редко с Аристой можно почувствовать себя… по-простому, как если бы смог увидеть в ней настоящего человека, а не шестеренку нашей странной системы.

— В каком смысле? — спросил больше из-за желания узнать, что же я за личность в ее глазах.

— А ты сам подумай.

Ариста внимательно просматривала листок со статьями и о чем-то думала.

— Не уме-ею-ю, — протянул с издевкой в голосе, продолжая изображать из себя клоуна.

— Ха-ха.

Этот смех можно было описать так — пропитанный иронией, но какой-то фальшивый. Словно я смотрел на актера, который в мастерстве овладел собственными эмоциями и отлично умеет их показывать, но в его игре есть деталь, которая раскрывает весь этот обман. В случае Аристы — сам факт, что она не заинтересована в разговоре. Девушка явно думала о чем-то своем. Значит, надо это исправить. Я не хотел сейчас слушать нудную лекцию по праву.

— Да я серьезно, опять возвышаешь меня до уровня гения, а я же обычный парень. Попытайся войти в мое положение, ведь одного утра хватило, чтобы жизнь кардинально изменилась…

Только игра. В словах не было истинной грусти о собственной судьбе. Увидит ли она это или же действительно поверит в страдание души?

— Серьезно? — спросила Ариста, вновь еле-еле сдерживая смех.

«Не поверила?» — только успел подумать, как она тут же добавила, все так же не обращая на меня внимания:

— Взгляд у тебя больно хитрый.

— Но…

— Хватит, пора заняться делом, а если о пустом хочешь поговорить, то номер мой есть и желательно вне рабочих часов.

— Жаль, еще не заблокировал… — произнес тихо, но так, чтобы все равно услышала.

— Смотри…

«ОСНОВНЫЕ СТАТЬИ КОДЕКСА ЖИЗНИ КОРОЛЕВСТВА ЛЮКСФОР»

Лицо невольно скривилось от осознания скукоты ближайшего часа. Болтать ни о чем мне нравилась больше, нежели сидеть и перебирать каждую часть, каждый закон.

— Первое, о чем хочу с тобой поговорить, — «Кодекс жизни по уголовным правонарушениям». Как ты знаешь, в себя он включает законы, не связанные с «человеческой магией», как, например, ограбление, убийство, денежные махинации. Подобные статьи в нашей работе не нужны, ведь мы не полиция.

Возникло ощущение, что в ее глазах я выглядел как маленький ребенок, которому самые простые истины приходится разжевывать.

— Я тебя удивлю, но также есть «Кодекс жизни по административным правонарушениям», из него мы также берем статьи, которые связаны только с «человеческой магией».

— Но…

— А также, — перебил я Аристу, чтобы она наконец-то поняла: я не маленький ребенок, можно со мной и более сложные вещи обсуждать, — есть такое понятие, как дисциплинарная ответственность. Ее используем только при работе с детьми. Определяется штраф, который должен выплатить родитель или законный опекун, и делается постановка на учет.

— Я даже удивлена, откуда такие познания? — спросила она с легким удивлением в голосе.

— Могу сказать одно — личный интерес.

Девушка ухмыльнулась:

— Хочешь, угадаю?

— Нет.

— Один из твоих романов был про организацию, которая по своей структуре напоминала «Восьмой глаз», и ты, будучи человеком дотошным, стал изучать отрасль права, чтобы история получилась более живой? — Ариста говорила с непонятным воодушевлением.

— Так, какие именно статьи для нас важны?

Я выхватил листок из ее рук и начал делать вид, что читаю, предварительно состроив умное лицо. В ее глазах не было удивления — казалось, она как раз чего-то подобного и ожидала.

— Многое успел прочитать? — проговорила Ариста с хитрым прищуром.

— Немного, — уверенно отчеканил. — Решил затронуть только основное.

— Ти-и-ириан… — тяжело протянула девушка, а после руками закрыла лицо, лишь бы только я не видел, что она смеется.

— Что? — ответил с небольшой агрессией в голосе, ведь просто не понимал: «Что же я опять не так сказал?»

— Ответь мне только на один вопрос, и я от тебя отстану: «Основное — это?..»

В ее взгляде промелькнуло любопытство. Видимо, обычный интерес к тому, как же я выкручусь сейчас. Просто переведу тему? Промолчу? Или же наору из желания выставить кого-то другого виноватым в моей оплошности?

На самом деле — все не мой вариант. Самый правильный — использовать все свое писательское красноречие, чтобы Ариста сама решила закончить этот разговор.

— Вы же не всеми этими законами пользуетесь? Я имею в виду, в делах каждый раз упоминаются разные статьи и основой становятся те, что будут повторяться чаще других. Их и надо знать.

Послышался смешок со стороны девушки.

— Интересную зависимость ты, конечно, вывел, за это уже могу плюсик поставить, а в остальном… — Ариста сделала театральную паузу. — Все, что ты описал, уже изложено здесь.

Она вновь указала рукой на множество статей, изложенных лишь на одном листке.

— Мне надо отлучиться. Пока меня не будет, прочитай все, что здесь написано… — Ариста на секунду замолкла. — Прочти хотя бы первые пять.

— Ты так всем стажерам говоришь?

— Только таким, как ты, Тириан.

Ариста только успела подойти к двери, как в нее постучались. В проеме стоял Натан. Он посматривал то на меня, то вновь на моего «начальника», пока от девушки не послышалось:

— Я как раз хотела к тебе идти! — воскликнула Ариста и тут же покинула кабинет, оставив меня одного.

«Только таким, как ты…» — пронеслось в голове.

Стало даже интересно, что же Ариста имела в виду под ними. Видела ли она во мне великого лентяя, который желает всю жизнь провести в кровати, даже носа не показывая из-под одеяла? Забавно, если действительно так, ведь доля правды в этом была. Я не считал себя лентяем, но постоянно искал, как бы упростить жизнь, потому что любил покой с тишиной, а не вечный стресс от нерешенных вопросов, которые каждый раз откладываются на потом, пока вовсе не превращаются в настоящее цунами, полностью уничтожая тебя.

Тяжело вздохнув, все-таки решил ознакомиться с тем, что мне так любезно вручила Ариста.

КЖпУП № 112 — убийство при использовании ЧМ:

ЧАСТЬ 112.1 — Непредумышленное использование любых проявлений «человеческой магии», которое привело к смерти гражданина.

ЧАСТЬ 112.2 — Умышленное использование любых проявлений «человеческой магии» ради получения нематериальной выгоды, приведшее к смерти гражданина.

ЧАСТЬ 112.3 — Убийство в состоянии аффекта в составе группы лиц (более двух человек) при умышленном использовании «человеческой магии».

ЧАСТЬ 112.4 — Непредумышленное использование «человеческой магии» при совершении преступления в составе группы лиц, которое повлекло летальный исход.

ЧАСТЬ 112.5 — Убийство с использованием «человеческой магии» с целью получения материальной выгоды.

ЧАСТЬ 112.6 — Убийство с использованием «человеческой магии» с целью получения материальной выгоды в составе группы лиц (более двух).

КЖпУП № 186 — Мошенничество с использованием ЧМ:

ЧАСТЬ 186.1 — Мошенничество в малых размерах с использованием человеческой магии (10 — 500 такаров).

ЧАСТЬ 186.2 — Мошенничество в средних размерах с использованием человеческой магии (500 — 5000 такаров).

ЧАСТЬ 186.3 — Мошенничество в крупных размерах с использованием человеческой магии (5000 — 10 000 такаров).

ЧАСТЬ 186.4 — Мошенничество в особо крупных размерах с использованием человеческой магии (более 10 000 такаров).

Это была лишь малая часть, но даже после ее прочтения начал чувствовать пульсирующую боль в районе висков, которая с каждым новым словом становилась сильнее. Именно сейчас я смог отчетливо почувствовать, как усталость медленно наполняет тело. Я успел сделать лишь один тяжелый вздох, как распахнулась дверь — вошла Ариста. Девушка с широкой улыбкой посмотрела прямо на меня.

— Как успехи? Все прочел?

Я пожал плечами и ответил:

— Более-менее.

Глава 19. Допрос

Ариста посмотрела на меня с хитрым прищуром, а после присела рядом.

— Тириан, хочу устроить тебе экзамен. Ты же хорошо изучил законы административного и уголовного кодекса?

По голосу слышно — не более чем глупая попытка пошутить, вывести на эмоции и в очередной раз понаблюдать за моими попытками уйти от работы. Видимо, её это действительно веселит.

— О чём с Натаном говорили? — Вопрос на вопрос. Издёвка на издёвку.

В глазах девушки на долю секунды промелькнуло удивление, пока она вновь не стала подобием прекрасной куклы, которая определённо понравится ребёнку, в то время как взрослый найдёт странность в такой широкой улыбке.

— Ревнуешь?

Она аккуратно положила свою голову на моё плечо.

— Меня обсуждали?

Готов на любые разговоры, начиная от мерзости, любой жестокости и заканчивая обычными сплетнями, лишь бы только не говорить о нудных статьях и их частях.

Ариста засмеялась.

— Мы и дальше будем так разговаривать?

Волей-неволей, но очередная «странная игра» между нами продолжилась. Наверное, она и вовсе общается со мной в попытке забыть о работе — не упускать же возможность хоть несколько минут в день поговорить с простым человеком, с которым чувствует себя на равных.

— Возможно?

Подобное меня только радовало, ведь это отличный шанс и дальше отлынивать от работы, при этом сохранив свой статус «незаметной детали» такой фигуры, как «Восьмой глаз». Маленькой, практически невидимой, без которой всё будет так же. Исчезну, никто и не заметит, продолжая жить дальше по собственным часам. Такой исход казался сказкой. Мне нравится не напрягаться и просто быть. Не работать, а сидеть и изучать — других людей, документы и всё, что связано внутренним устройством, хоть и понимаю: так будет не долго.

— А может, лучше расскажешь про закон КЖпоУГ сто восемнадцать точка два? — Ариста звонко засмеялась.

— Хочу услышать ещё больше информации про «Восьмой глаз». Посвятишь?

— Поверь, пока этого достаточно.

Она проиграла. Не смогла долго придерживаться несуществующих правил, отчего её уголки губ на мгновение дрогнули и будто попытались стать полноценной улыбкой. Лёгкая волна от ощущения победы пронеслась по телу. Я был определённо рад, что этот раунд остался за мной.

— Ого… — послышалось от Аристы. Она явно была озадачена чем-то. — Может, врача пригласить?

— А?

— Я просто никогда ранее не видела «это» на твоём лице. — Она пальцами показала на очертание улыбки, которая сразу исчезла. — Точно не чувствуешь себя плохо?

Кабинет тут же от потолка до стен заполнился звонким смехом. Святая Габриэла, это явно приносило ей неописуемое наслаждение — иной причины найти просто не мог. Самой логичной реакцией казалось молчание — тогда она явно отстанет от моего лица, — хоть поначалу и думал сотворить настоящую ухмылку, чтобы узнать, а как же она отреагирует дальше.

Ариста увидела, что от меня и слова не последовало, отчего тут же приподняла одну бровь и только успела разомкнуть тоненькие губы, как её телефон завибрировал. Даже без слов понятно — веселье закончилось. Пора возвращаться к скучной работе. Жаль, что эти минуты не могут стать вечностью обычного наслаждения жизнью с её простыми вещами.

Ариста в одну секунду стала никакой. Лицо не выражало ни одной эмоции — ни раздражения, ни радости, буквально ничего. Она долго смотрела на сообщение, а после вновь вернулась к той самой Аристе, которую я встретил несколько дней назад.

— Всё хорошо?

Стало немного страшно от мысли, что же могло её так расстроить, ведь сейчас вновь почувствовалось странное напряжение в воздухе.

Она тяжело вздохнула.

— Сейчас к нам поднимется Оливер Грахар. Смотри, изучай, запоминай, как следует правильно вести «допрос»

Только одно оставалось непонятным.

— Я подумал, случилось что-то. Ты так резко изменилась. — Прозвучало непринуждённо, как и задумывалось. Я не хотел, чтобы она думала, что я и правда завишу от её эмоций.

— Честно? — Пауза и сразу ответ: — Не хочу вести допрос. Видимо, твой настрой и на меня повлиял, ведь сейчас столько бумаг придётся заполнять, да и тебя этому учить.

Тихий смешок и до боли знакомая усталость от рутины на лице, которая с каждым днём съедает всё больше, не оставляя от тебя ничего, лишь пустоту. Ведь если посмотреть на жизнь глазами Аристы, то ежедневно только и видишь что бедолаг, чья жизнь теперь никогда не будет прежней.

— Видимо, ты действительно оказался прав в вопросе моего счастья, — сказала она шёпотом, но даже так смог услышать.

Как же ответить? Стоит ли в привычной манере отшутиться, или же попробовать поговорить по душам, преодолев таким образом статус «обычных коллег»? Только хотел произнести: «Я тебя понимаю», как тут же в дверь постучали — словно в колокол, который своим звоном разогнал тишину, возвратив в привычную суету, а вместе с тем и к обыденности серых будней.

«Может, это и к лучшему? Боюсь я с Аристой откровенно говорить».

— Входите! — крикнула девушка, а после села за стол. — Если попытается убежать, сразу же хватай.

Послышался смешок. Она серьёзно или опять шутит? Может ли это быть действительностью, с которой столкнёмся буквально через несколько минут?

В кабинет зашёл слегка полноватый мужчина. Он не был худым, но и толстым его также назвать не получалось. Седые волосы неряшливо зачесали назад, а точно под носом расположились маленькие усы. Неизвестный выглядел солидно: тёмно-синий костюм, из-под которого выглядывала белая рубашка с повязанным красным галстуком, чёрные ботинки на ногах. Одежда только именитых брендов, и при этом оригинал — цена явно немаленькая.

Единственная деталь, которая выглядела инородно на фоне внешнего «богатства», — лицо. Уставшее и раздражённое, как если бы мужчине уже несколько месяцев приходилось работать без выходных, чтобы хоть как-то протянуть. Особенно заметны были большие мешки под глазами.

«Сколько же дней он не спал?»

— Оливер Грахар?

Мужчина кивнул, но и шага вперёд не сделал, лишь косо посматривал на меня.

— Можете присаживаться.

— Не собираюсь. Я тут ненадолго. — Голос грубый, но в нём отлично слышалась усталость. Он явно не хотел, чтобы кто-то узнал о его проблемах, вот и пытался казаться сильным.

— Вы не поняли, это приказ.

Глаза Аристы сверкнули ярко-красным. Моя собственная воля вмиг исчезла, а все мысли заняло только одно: «Должен послушаться». Стоило только вскочить с диванчика, как помутнение спало, и я тут же перевёл взгляд на Аристу. Она выглядела странно. Я чувствовал опасность, исходящую от неё. Вмиг от былой чудаковатости ничего не осталось. Взамен пришло другое — величественность опасных правителей, которым хватало только взгляда, чтобы простой люд падал к ногам и начинал молиться от нарастающего внутри страха.

Она не смотрела на меня, лишь с ехидной ухмылкой изучала директора «МедроИнт». С мужчины чары спали именно в тот момент, когда он оказался рядом со столом, готовый сесть и рассказывать, что же случилось на самом деле. Взгляд сменился с пустого, покорного на непонимающий, а после и вовсе яростный.

— Вы не име…

— Имею.

Ариста и секунды не колебалась перед ответом. Она… удивительная? Неужели всё это время под маской обычного шута скрывалась такая сильная натура? Она была словно воин, уверенный в каждом своём действии и точно знающий, чем закончится очередной бой, — победой, как и всегда. Уважение, страх — именно эти чувства пробуждала девушка каждым сказанным словом.

«Неужели и я на такое способен? — промелькнула мысль, а следом за ней и ответ: — Нет, не могу».

Я окончательно убедился, что попал сюда по ошибке. По сравнению с Аристой я писатель-неудачник, который мало чего добился в этой жизни. Она — наследница знаменитого рода, с деньгами и удивительной силой… Интересно, а если бы на её месте оказался я, как бы в итоге прожил отведённое время?

— Девушка, мне кажется, вы не поняли. Я пришёл сюда формально. Ведь моя компания, готов поклясться святой Габриэлой, никогда не занималась ничем противозаконным! — Грахар затих и долго смотрел на деревянные полы. — Я жизнь посвятил спасению людей…

Ариста усмехнулась.

— Сказка красивая, жаль, правды в ней будет меньше половины.

Повисла тишина. Слышно только тиканье часов. Монотонный звук становился всё громче и громче, будто становясь ближе, в конечном итоге проникая сквозь барабанную перепонку и заставляя испытывать одно — раздражение.

— Я ни в чём не виноват, — продолжал настаивать мужчина, заставляя на секунду усомниться: а может, и вовсе не его это рук дело?

— Тогда почему скрываете правду, вместо того чтобы наконец-то обнажить её всему свету?

Ухмылка с лица девушки не пропадала. Казалось, сейчас я смог разглядеть в Аристе истинную наследницу знатного рода. Уверенная, сильная, знающая одну истину: в этом месте она закон и ей решать, как сложится дальнейшая судьба очередного подсудимого. Мужчина молчал, низко склонив голову, — боялся взгляда следователя, ведь тогда всё в один миг станет известно.

— Разве непонятно? — Вновь молчание. — Сколько мне грозит? — Голос его спокойный, даже на секунду не дрогнул.

— Откуда же у вас такие мысли?

Она не использовала больше силу, но даже так казалось, уже давно держит удавку на шее Оливера Грахара и лишь мгновение отделяет его от того, чтобы он стал обычным висельником.

— Для вас это имеет значение? Вы ведь полностью уверены, что именно я убил мистера Финга. — Только сейчас мужчина медленно поднял голову и посмотрел точно на Аристу.

— Имеет, поэтому расскажите мне вашу версию последних дней Элиота Финга.

И вот опять яркое сияние. Оно туманило, заставляло погрузиться в собственные чертоги, полностью потеряв контроль над телом, разумом, и подчиняться ради общего блага королевства Люксфор. Мужчина в одно мгновение стал безэмоциональным. Он стал выглядеть как восковая фигура, которая в точности отразила в себе образ некогда живого человека. Вот только взгляд её оказался полностью пустой.

— Я действительно не убивал Элиота Финга, ведь нас связало одно — ранее подписанный контракт на торговлю снятыми с продажи, но эффективными средствами против «выкручивания суставов».

— Интересно, расскажите подробнее. — В этих словах был не вопрос, а обычное утверждение. Ариста знала, что сейчас имеет полную власть над разумом мужчины.

— Всё началось с…

Глава 20. Кто же прав?

— Да, всё началось именно с тех странных дней. «Восьмой глаз» всё больше давил на «МедроИнт» и не позволял моей команде дальше заниматься производством панацеи для нашего народа. — Мужчина откашлялся. — Когда у компании и вовсе денег не осталось, я обратил внимание на Элиота Финга. Он, как и я, сидел одной ничем не примечательной ночью в баре и пил один стакан за другим, выглядел ослабевшим, казалось, и вовсе не одну ночь не спал…

«Стоп, это, случайно, не про ту неделю, когда Финг резко отменил нашу встречу и долгие дни даже на звонки не отвечал?»

— Я смог увидеть, как неестественно выглядели его суставы, и тут меня осенило: «Он идеальный претендент для нового препарата! Если я только смогу доказать его эффективность…»

«Ага, вот только в конце концов своим лекарством ты не вызвал ничего, кроме сильной зависимости…» — Стоило только подумать об этом, как я неосознанно закатил глаза.

— Элиот неохотно пошёл на сделку, но по итогу спустя месяц сотрудничества вновь мне написал, и я стал на регулярной основе отправлять ему препараты. Мы их маскировали под обычное жаропонижающее.

Оливер Грахар тихо посмеялся, а следом усмехнулась и Ариста.

— Вы серьёзно думаете, что и вправду делали мир лучше?

В его словах она видела лишь попытку выставить в другом свете собственную жадность, которая так удачно была замаскирована под спасение, которое так жаждал народ, чьи тела просто не могли вынести груз «человеческой магии».

— А лучше, чтобы люди и дальше медленно умирали от осложнений?

Голос мужчины звучал строго. Он явно верил в сказанное, ну или же просто пытался убедить, что верен этой идее. Правда, вопрос, кого именно убедить, остаётся открытым. Себя? Или же чужого человека, который давно уже составил своё мнение и вряд ли запросто отречётся от своих убеждений?

— По-вашему, подобные эксперименты лучше?

— Мадам.

Обращение звучало уж слишком надменно и язвительно, без доли намёка на уважение. Подметил это не только я, ведь на мгновение лицо Аристы скривилось. Интересно, думала ли она в этот момент о чём-то подобном: «Действительно решил, что выше семьи Ламберт?»

— Я повторю, действия «Восьмого глаза» лучше?

Глаза девушки то вновь становились красными, то опять принимали свой родной цвет — светло-голубой. Она хотела использовать силы, чтобы поскорее закончить никому не нужные дебаты, но, видимо, не могла. Возможно, просто понимала, насколько сильные последствия могут ожидать организм в будущем, если бездумно тратить силы на такие мелочи.

— Подобные речи меня не волнуют. Я не собираюсь становиться спасением для обычного народа. Ведь если избавить его сейчас от оков несправедливой системы, как кажется людям, в будущем такого же правителя начнут видеть в тебе. Никто и никогда не будет полностью доволен своим королём, насколько хорошим он бы ни был. В данный момент королевство Люксформ имеет неплохой свод правил для комфортной жизни населения, а также орган, который день и ночь следит за спокойствием людей. Пока мы живём в подобии гармонии, меня всё устраивает. — Ариста сделала небольшую паузу. — Сейчас же меня интересует одно — последние дни Элиота Финга, потому что именно это моя работа.

Ариста улыбнулась, заставляя меня испытывать непонятную тревогу, ведь небесно-голубые глаза выглядели безумно, напоминая глаза человека, который на всё готов ради достижения своих целей. Оливер Грахар молчал, пока не произнёс:

— Я сам удивился, когда узнал, что Элиота Финга не стало. Мне казалось, он медленно, но всё-таки идёт на поправку.

— Глушить симптомы — не лечение. — Голос Аристы звучал строго, в нём чувствовалось отвращение по отношению собеседнику. Видимо, так и бывает, когда каждое слово оппонента полностью противоречит твоим убеждениям.

— Но это первый шаг. Пока Финг был жив, мы могли и дальше продолжать терапию.

От Аристы послышался смешок.

— Вы же понимаете, что в любом случае, какими бы благими вы ни видели свои действия, по закону вы виновны как минимум по нескольким статьям?

Нескольким статьям… Про какие именно говорит Ариста? Сколько ни думал, не мог вспомнить ни одну подходящую, ведь остальные гласили только про убийства с использованием ЧМ, но в этом случае сам Оливер Грахар её не использовал. Неужели он будет проходить только по обычному убийству?

— Я же уже спрашивал, сколько мне грозит, поделитесь? — Мужчина начал улыбаться.

Казалось, что напряжение, которое раньше наполняло каждую частичку его тела, резко исчезло, оставляя внутри одно — спокойствие, ведь всё равно уже ничего изменить нельзя.

— За незаконное ведение фармацевтического бизнеса вам будет грозить от десяти до четырнадцати лет, плюс смерть человека добавит ещё лет пять-семь. — Сейчас и Ариста стала спокойнее. В её манере речи перестало читаться раздражение.

В голове царило множество вопросов. «И это всё? Почему вместо долгого расследования мы практически сразу смогли найти виновного?»«Только не говорите мне, что придётся учить законы, которые не связаны с ЧМ.От этого только лишняя головная боль».

Девушка достала из кармана чёрного пиджака телефон и быстрыми движениями набрала чей-то номер.

— Следователь первого порядка Ариста Ламберт, Оливер Грахар ожидает перевода в досудебную камеру.

Даже не дождавшись ответа, она тут же завершила вызов.

— Сейчас сюда поднимутся охранники, они проводят вас к машине, которая доставит вас в отделение «Восьмого глаза», в камеру ожидания. Там вы проведёте несколько дней, пока будут оформляться документы по вашему делу. После же пройдёт судебное заседание и будет вынесен окончательный приговор. Вам всё понятно?

Мужчина тяжело вздохнул и тихо ответил:

— Да.

Секунда — и вот неожиданно в дверь постучались. Это оказались двое незнакомцев, облачённые в специальную одежду для охранников. Они посмотрели сначала на Артисту, затем на Оливера Грахара. Девушка молча кивнула в сторону бывшего директора «МедроИнта», и его тут же вывели из кабинета.

Ни он, ни она ничего не сказали на прощание, даже гневных криков не последовало, всё закончилось как-то слишком спокойно, что ли. Я определённо представлял всё по-другому.

Ариста достала из нижнего ящика небольшую стопку документов и начала её заполнять, не обращая на меня никакого внимания.

«И? Может, хоть что-то скажет? Где хоть какие-то объяснения?»

— Кхе-кхе! — показушно покашлял, чтобы хоть так привлечь внимание.

Девушка резко подняла голову и с небольшим удивлением в голосе проговорила:

— Святая Габриэла, прости, Тириан, я совсем забыла, что ты тут. — И неловко усмехнулась.

«Она хоть немного чувствует вину за свою невнимательность?»

— Обидно, вообще-то. — Я на мгновение замолк, а после решил добавить: — Расскажи уже хоть что-нибудь…

Отчего-то в словах моих не было и доли заинтересованности. Наверное, просто не хотелось и дальше чувствовать себя лишним — просто странной и непонятной деталью, которую пытаются вставить в отверстие, которое вовсе не предназначено для этого. Ариста работает уже не один год. Знает, что и как устроено, в отличие от меня.

— Тириан, не обижайся на меня. Я просто задумалась и, видимо, провалилась слишком глубоко внутрь своих рассуждений.

Она пыталась улыбаться, но криво и неуместно. В какой-то миг от пугающей Аристы остался лишь человек, который не понимал: а что же делать дальше?

— Тебе жалко мистера Грахара?

Я вернулся на диванчик, борясь с сильным желанием уснуть.

— А? Нет, конечно нет. — Вот сейчас она говорила честно, это сразу было видно.

Закрыв глаза, сам не заметил, как вырвалось:

— А? — И, не задумываясь, я добавил: — Понятно.

Девушка начала смеяться.

— А ты себе, даже будучи уставшим, не изменяешь.

Ариста наконец-то встала из-за стола и села рядом со мной. Слышно было, как нечто увесистое упало на столик.

«Пусть это будет не гора документов… пусть это будет не гора документов… пусть это будет не гора документов…»

Открыл глаза, и вот неожиданность: напротив меня лежала стопка документов. Лицо скривилось в непонятной гримасе.

— Всё не так страшно, как ты думаешь.

Ариста похлопала меня по плечу.

— Из твоих уст это звучит очень неубедительно.

— Но ты же понимаешь…

— Да-да-да, можешь не говорить. — Я взял самый верхний листок. — Я внимательно слушаю.

Глава 21. Четыре часа страданий

Четыре часа спустя

Кто же мог подумать, что в итоге я буду лежать на диванчике с закрытыми глазами и холодной тряпкой на лбу. Чувствовал себя отвратительно. Казалось, нечто пульсировало внутри черепа, а после начинало колоть, будто где-то там сокрыты маленькие иголочки. Если бы знал, что всё придёт именно к этому, то не стал бы вести себя так высокомерно. Просто молчал бы в попытках подобрать идеальную тактику, в которой всю работу сделает Ариста.

— Может, мне врача позвать? Ты так уже полчаса лежишь. — Голос девушки звучал слегка взволнованно.

«Ух ты, она и такой может быть?»

— Ещё пять минут, и я доделаю отчёт… Только пять минут… — простонал в попытках внушить себе мысль: надо закончить работу, чтобы и дальше не казаться в её глазах ничтожеством.

— У тебя часто случаются подобные приступы головных болей? — Ариста в этот момент всё так же сидела за столом и явно что-то писала.

«Что она делает?»

— Конечно нет. — Прозвучало уверенно, хоть и чувствовал: ещё пять минут — и вчерашние макароны окажутся на дорогих коврах. Неприятная тошнота становилась всё сильнее. Отвратительно.

— Тириан, если всё-таки надо, я действительно могу позвать врача. Они здесь хорошие. Тебя хотя бы осмотреть надо…

Ариста говорила что-то ещё, но я уже не слышал. То ли не мог, то ли не хотел. Обычный фоновый шум, который становился тиши и тише, пока неожиданно не послышалось:

— Тириан!

— Угу. — Я не знал, с чем согласился, но надеялся, не с чем-то страшным.

Со стороны Аристы послышался тяжёлый вздох.

— Что. Я. Говорила? — Интонацией она специально выделила каждое слово.

— Про врача. Он нужен.

Произнеся эти слова, я аккуратно приподнялся, но глаза не отрыл. Попытался привыкнуть хотя бы к такому положению тела.

«Надеюсь, этот ответ её устроит. Ведь больше я ничего не услышал».

— Ещё. Тириан. — Тон стал требовательным, будто сейчас я находился на допросе по одному из многочисленных дел.

— Ариста, не надо со мной так разговаривать. Я не твой допрашиваемый.

Именно в этот момент наши взгляды встретились. На её лице сменилось множество эмоций буквально за считаные секунды. От удивления, подобия злобы до желания спустить с пьедестала того, кто посмел нагрубить.

Девушка усмехнулась.

— Будем и дальше пытаться понять, кто выше? — ехидно спросила Ариста.

Я не мог понять: к чему всё? Она действительно думала, что испугаюсь, увидев её в действии? Буду, как и все, валяться у её ног, дрожа и говоря: пожалуйста, не трогай меня! Хах, не будет такого. Никогда.

Только Ариста успела слегка приоткрыть рот, как открылась дверь и кто-то радостно воскликнул:

— Ребят, вы закончили? Давайте сходим пообедаем!

Этим человеком оказался Натан.

— У вас всё хорошо? Чего злые такие? — Он подошёл к нам и начал напоминать неугомонного маленького ребёнка: сначала присел ко мне, потом встал и подошёл к Аристе. — Помочь документы отнести Доновону? — После подбежал к маленькому столику и принялся рассматривать оформленное мною заявление.

Я не выдержал и, вновь закрыв глаза, тихо проговорил:

— Натан, можешь не мельтешить так перед глазами?

Его радость раздражала. Хотелось просто побыть в тишине, а не с этим ходячим источником шума. Ещё немного — и на месте Финга окажусь я.

Парень, услышав мои слова, тут же замер. Сначала посмотрел на Аристу, она лишь пожала плечами, после — на меня, затем на дверь и опять на меня. Резко Натан сорвался с места и ушёл. Стоило только ему хлопнуть дверью, как усталость сменилась непониманием: «Мои слова оказались настолько грубыми?»

— Видимо, ты его обидел, — спокойно произнесла Ариста, сохраняя лёгкую улыбку на лице. — Мальчик, вероятно, пошёл плакать от такого нахальства с твоей стороны. Он ведь со всей добротой к тебе. Эх ты…

Было видно: она врёт. Я не верил, что человек, который так им дорожит, видя, как его «обижают», продолжит просто сидеть и ничего не предпринимать. Ей, видимо, совсем было нечего делать.

Закатив глаза, я ответил:

— Пусть тогда уволится. — Слегка вздрогнул, не ожидав, что прозвучу насколько враждебно.

— Хорошо, что он этого не услышал.

Вот тут уже понять не смог, была ли это очередная игра, или же она серьёзно переживала, что я мог задеть Натана. Мне казалось, что, даже застав момент, как говорю подобную грубость, он и дальше продолжил бы общаться, не придавая большого значения сказанному. Натан слишком добродушный, этого у него не отнять. Подобную черту спокойно можно отнести к плюсам, и в то же время это большой минус. Ему надо научиться отстаивать себя, а не молча убегать.

— Можно подумать… —

Договорить не успел, ведь вернулся Натан и с некоторой неловкостью протянул мне маленькую коробочку.

— Что это? — спросил с опасением в голосе, хоть и понимал: яда в ней точно нет.

— Я сбегал к медицинской сестре, она сидит на первом этаже. Попросил самое эффективное средство от головной боли. Она дала мне эти таблетки. — Натан говорил всё это с широкой улыбкой на устах.

— Допустим. А мне оно зачем? — Я продолжал не понимать, чего он добивается.

На лице парня появилось лёгкое недоумение.

— Как «зачем»? Ты же страдаешь мигренью. Или я не прав?

Ариста сидела в углу и за всем внимательно наблюдала. Она еле-еле сдерживала себя, чтобы не засмеяться. Видимо, ей нравилось, когда меня ставят в неловкое положение.

— Спасибо? — ответил и тут же убрал пачку с таблетками в карман.

Парень явно удивился подобному жесту. Скорее всего, ожидал, что я тут же наброшусь на них, лишь бы только избавиться от страданий. На деле я даже не взглянул на них, приняв только в знак благодарности из-за попытки помочь. Просто, в отличие от них, я знал одну истину: не помогут они мне. Даже если врач будет говорить: «Самое лучшее лекарство! Благодаря ему вы познаете прелести жизни без боли!» На деле любое лекарство для моего организма — пустышка, которая ничего не значит.

— Ты не будешь их пить? — Натан, продолжал смотреть на меня с большим непониманием в глазах. Он ведь и правду хотел помочь, а теперь видит подобное безразличие. С учетом, того, что будь на моëм месте кто-то другой, обязательно бы разразился на большой поток из тысячи и одной благодарности.

— Ты не обращай на него внимание. Тириан просто не привык когда о нём заботятся. — проговорила Ариста и тут же засмеялась.

— Да не в этом дело — простонал с раздражением в голосе.

— Так скажи же нам: в чем дело? — глаза Аристы сверкнули ярко-красным огнём.

— В том, что я обычная фальшивка. Настоящее ближе, чем вы можете подумать.

Только спустя минуты понял что же за слова вырвались из моего рта. Даже объяснить не мог: почему именно они? Впервые в душе почувствовал непонятный страх. Тревога нарастала с каждой секундой всë сильнее.

— Ого… — послышалось от Аристы, а после девушка сказала — Натан, ты же хотел нас куда-то позвать?

И вот обычная смена разговора. Она достаточно быстро осознала, что не стоило лезть в настолько личные вещи, видимо приняв мои слова за попытку донести мысль: «я лишь притворяюсь нелюдимым, реальности же просто боюсь довериться».

Если действительно так решила, то ошибается. Не в доверии проблема, а в вечном ощущении, что просто лишний в этом мире. Кажется: секунда за секундой, минута за минутой, все находится в вечном и непрерывном потоке времени, кроме меня. Будто просто нахожусь где-то за его пределами, являясь обычным наблюдателем.

«Именно это я чувствую?»

Мысли в одно мгновение сплелись в непонятный клубок, где каждая ниточка намертво скреплялась с другой, от чего разъединить их становилось попросту не возможным, чего уж говорить об остальных.

— А? Да, думал, что могли бы вместе сходить пообедать, но…

— Как по мне прекрасная идея! — воскликнула Ариста, а после добавила — Тириан, ты пойдёшь с нами или хочешь ещë немного отдохнуть?

Девушка казалось слишком заботливой, будто не она минуты назад начала использовать на мне «человеческую магию», преследуя желание узнать истинную сущность человека, с которым придётся работать в дальнейшем.

«Пойти? Не пойти? Пойти»

Я чувствовал, как боль становились сильнее. Маленькие уколы превратились в подобие ударов по голове чем-то тяжёлым, не давая даже секунды спокойно вздохнуть. Придавая вид, ранее итак не особо приятному разговору, настоящей пытки, в попытках найти хоть минуты, где для меня не будут уготованы подобные страдания.

Ариста, видя, как на моём лице меняется одна гримаса за другой говорит:

— Думаю тебе лучше…

— Я с вами пойду. — перебил девушку в желании просто забыть эту отвратительную боль, осознавая: если останусь один, почувствую себя хуже. Будет легче, слыша их бессмысленные разговоры, до, которых мне особо дел нет.

Ариста и Натан переглянулись.

— Хорошо, тогда идём! — воскликнула девушка, покинув вместе с этими словами кабинет, оставив рабочие тягости где-то позади, хотя бы на время.

Глава 22. Королевский торт (1)

Дверь кабинета захлопнулась. Некоторое время даже двинуться не мог. Казалось, в голове сейчас было слишком много мыслей. Странное предчувствие попросту не отпускало, а становилось лишь сильнее, будто мгновение — и тут же услышу до одури противный крик:

ОТ СЕБЯ НЕ СБЕЖИШЬ! НЕ СБЕЖИШЬ! НЕ СБЕЖИШЬ!

Самое страшное — я даже понять не мог, что же так сильно терзает душу, а главное — почему этот странный страх появился именно после того, как Ариста решила испробовать на мне «человеческую магию»?

Неожиданно осознал: я не могу вспомнить сказанного под воздействием чар юной наследницы семьи Ламберт.

«Великая Габриэла…» — после тяжело вздохнул.

Усталость, тревога, да и просто ненависть в миг поселились не только в разуме, но и сердце. Казалось, сейчас больше напоминал не человека, а забитого зверя в диких лесах, где только несколько шагов могут решить судьбу: испробуют ли в качестве десерта на ужин или же удача поможет тебе, разрешив ещё одну ночь пожить в своих владениях.

Блуждающий по кабинету взгляд вновь возвратился к закрытой двери, от чего резко поднялся и направился наружу:

«Ариста и Натан ждут меня. Хватит заниматься никому не нужным самоанализом. Ведь всë равно ничего хорошего из этого не выйдет. Лишь вновь смогу найти очередную проблему в собственном существовании»

Последней мыслей стало:

«Буду проще и, может, тогда я смогу получить полноценное удовольствие от грядущих дней.»

Стоило только оказаться в коридоре, как тут же увидел: Ариста и Натан стояли рядом со входом в кабинет и о чëм-то тихо перешёптывались. Заметив меня, девушка тут же воскликнула:

— Наконец-то вышел! — вновь нелепая улыбка на красивых устах. — Мы уже думать стали, что обмануть нас решил.

Девушка перевела взгляд на парня:

— Натан вообще решил, что ты намерился сбежать с работы! — голос громкий и источал до неприличия много радости.

— А? — тут же послышалось откуда-то сбоку — Я же не говорил такого? — лицо стало растерянным, ведь парень попросту запутался в суждениях о сказанных ранее словах, задумавшись: может такое и вправду было?

«Дайте хоть минуту тишины…» — подумал про себя, чувствуя как вновь головная боль усиливалась, поступая слабой тошнотой, готовый в любое мгновение показать содержимое итак пустого желудка.

Очередные гвозди, которые моë сознание медленно вбивает в хрупкий череп, заставляя ощущать, как маленькие наконечники постепенно приближаются к извилинам.

— Я понял! — резко перебил Натана, не дав ему более и слова сказать — Понял… Понял…

Натан и Ариста посмотрели сначала на меня, а после переглянулись, в слабом непонимании: что же ему опять не нравится?

Послышался слабый смешок, а после натянул кривую улыбку:

— Пойдемте уже, чего тут ещё стоять. Так, ведь и обед может закончится.

— Тириан прав. — спокойно ответил Натан, в то время, как Ариста изучала меня. Молча. Слова не проронив. Будто в миг перед глазами увидела, не коллегу, а незнакомца, которого ещё предстоит узнать.

Девушка тяжело вздохнула и сказала:

— Всем нам нужен отдых… — голос звучал обыденно, даже, как-то тихо, отчего и непривычно.

Натан улыбнулся и тут же быстрым шагом направился в сторону лифта, говоря о том, что ему и правду нравится — сладости:

— Вам стоит попробовать десерты, которые у них продаются. Говорю, как знаток в этой области: лучше не найдëте — неловкая попытка сменить тему, ведь пока мы были в лифте, тянулись за ним по длинному холлу «Восьмого глаза», парень не умолкал. Речи его были разными: о любимой еде, о людях, что при виде такого следователя сразу пытались начать угрожать. Ощущалось: мгновение и вовсе до детства дойдёт, готовый рассказать о всех травмах, которые до сих пор не отпускают душу.

В это же время я взгляда не мог отвести от Аристы. Сейчас мне отчётливо виделись различия между нами. Она, как нечто дорогое, что даже в самой грязной мусорке не сможет потерять своего блеска. Ей с рождения уготовано сиять. Мне же судьба, даровала лишь возможность просто жить. Не в семье алкоголиков, где каждый вечер — побои, наоборот — родители приличные люди, готовые всегда поддержать своего ребёнка. Вот только проблемы с завистью никуда не денутся.

Год за годом виделись мне те, кто лучше, умнее, талантливее, будто сама жизнь пытается заставить смириться с мыслью: ты ничего достигнешь, как бы не пытался.

Старался сблизиться с людьми — они меня только бесили. Хотел поделиться своими переживаниями сквозь литературу, так и остался средним автором. Популярность свою получив за счет банальной магии…

«Я… Чего же я вообще хочу?»

Стоило подобной мысли промелькнуть, как заметил: Ариста также не сводила своего взгляда. Она явно о чём-то думала, пока в какой-то момент всё-таки не решилась сказать:

— Не пытайся радоваться сквозь боль… Потом только хуже будет… — её слова звучали тихо, поначалу даже решил: может и вовсе показалось?

Слишком не реалистично выглядели её речи. Будто не может настолько яркая и эксцентричная личность сдерживать своё «я», скрывая внутреннюю энергию, ради удобства другого человека.

Отчего в Аристе я видел одно — желание собственной значимости, силы и неважно насколько раздражающим ты становишься для окружающих. Ведь, как ещё можно заставить обратить на себя внимание, кроме как не лживые, безжизненные улыбки, да красивые слова?

Стоило нам только выйти на свет людской, как тут же яркие лучи ударили по уставшим глазам. Кроме уже привычного раздражение, ощутил сильную боль. Будто каждый сосуд в миг был испепелён под натиском сияющего солнца. Начинаю моргать, быстро, в банальных попытках привыкнуть.

«В кабинете было темнее…» — вновь тяжело вздохнул и подумал: надеюсь быстро скроемся в стенах кафе, не хочу более видеть чьи-то лица, а тем более слышать ужас громких разговоров ни о чëм.

Людей оказалось не много, но — не значит, что их успели одарить мозгом при рождение. Каждый так и наровился врезаться именно в нас, говоря при этом в след: осторожнее! аккуратнее! смотри куда идешь!

Парень заметив на уже привычно угрюмом лице раздражение, стал напоминать потоки юной речки. Аккуратно обошел одного человека, затем удачно попал в щель между двумя другими. Самое удивительное — спокойствие, с которым он это делал, будто и вовсе привык подстраиваться под других, ради сохранения общественного спокойствия. Без скандалов, ругани. Так, чтобы все улыбались, пусть и исход: не всегда для него удобен.

Как только оказываемся у входа, вижу большую вывеску сверху: «У тетушки Сандры!». Шрифт аккуратный, напоминающий древние письмо аристократов.

— Пришли — небольшая пауза — Я всем его советую, ведь лучше места все равно найти не сможете. — парень выглядел искренне, как человек, который попросту пытался понравиться двум незнакомцам. Не для того, чтобы в будущем иметь выгоду, а ради…приятной компании?

— Что у них самое вкусное? — сам не понял, почему именно этот вопрос сорвался с губ. Возможно мне и вправду хотелось сделать ему приятно, пусть и таким незначительным жестом, как поддержать разговор.

— Королевский! — театрально крикнул Натан, будто актер на сцене.

— А? — неосознанно вырвалась в непонимание.

Неожиданно Ариста похлопала меня по плечу и проговорила:

— Тебе следует по чаще выходить в люди, Тириан — после тихий смешок — Название пошло, после того, как сам наследник короля посетил заведение. Он попробовал один из десертов и тот его мягко, говоря не впечатлил. После состоялось ещё несколько подобных встреч, но все заканчивались одинаково. Пока в какой-то момент тот не сказал:

— Неплохо! — тут же выкрикнул Натан, перебив тем самым Аристу.

— Именно. — Ариста подмигнула ему, как бы подтверждая правоту.

Внутри стоял приятный запах только, что приготовленной выпечки, которая постепенно сливалась с ароматом свежемолотого кофе. Единственное, что омрачало — духи. Не смотря на не многочисленность посетителей: старый дедушка со своей супругой, молодой отец с ребёнком, а также небольшая группа школьников, отчётливо ощущались резкие ноты самых дешевых духов.

Тут же захотелось чихнуть, но сдержался. При этом лицо всё равно скривилось в странной гримасе, пусть и на доли секунды, от чего Ариста улыбнулась.

Уверенным шагом Натан подходит к стойке и говорит:

— Нам, пожалуйста, три «королевских», чай с жасмином, а также — парень резко поворачивается в нашу сторону — Ариста, Тириан?

— Капучино. — ответила девушка и тут же направилась в сторону свободного столика.

— Пусть будет… — замолкаю — Также. Капучино. — решил уточнить, хоть понимал — глупо.

«Никогда не пробовал раньше. Обычно — вода или пиво»

— И два капучино.

— Хорошо. — ответила девушка за кассой и тут же вбила ещё две позиции в чек.

— Понравилась что ли? — подмигнула Ариста, стоило мне только присесть на стул.

— О чëм ты? — спросил с непониманием, украдкой продолжая поглядывать на юное создание.

— Ты же взгляда от неё не отводишь! — резко крикнула Ариста.

— Да просто думаю: а не рано ли ей тут работать? На вид все шестнадцать, может пятнадцать.

Она была маленького роста, с худыми конечностями. Из-за этого даже именной фартук на, котором виднелась яркая надпись «У тётушки Сандры», не мог полностью обхватить фигуру, становясь больше мешком на молодом теле.

— И давно тебя интересует именно эту отрасль права? — с некой издевкой спросила девушка — Лучше бы с таким рвением законы связанные с «человеческой магией», изучал, а не думал про жизнь незнакомых девушек.

Заметив недовольный взгляд, Ариста тут же добавила:

— Тириан, тебе следует научится понимать шутки — и сразу же последовал громкий смех.

Она не изменяла себе. Продолжала быть звездой, которой так и нужно чужое внимание, от чего и становилась настолько громкой, чтобы даже на другой улице ее голос мог быть услышанным.

Не успев даже ответить, как тут же услышал:

— У вас всё хорошо? — спросил Натан, держащий в руках чек.

— Всё в порядке. — сейчас в диалоге главный — я, не хочу вновь отдавать Аристе главенствующую позицию — Сколько я тебе должен?

Парень удивился.

— Нисколько? — парень замолчал, а после посмотрел на девушку — Ариста уже привыкла, если позвал я, то любые блюда за мой счет.

«Не жалко тратить деньги на незнакомца?» — именно это и хотелось спросить, но по итогу единственное, что получилось сказать:

— Спасибо.

В миг неловкость началась сливаться с другим чувством — радостью. Оказывается так приятно, когда о тебе заботятся…

«Возможно именно этого мне и не хватало?»

— Спасибо — проговорил неуверенно, пытаясь переступить свою нелюдимость.

Ответом стала приятная улыбка и слова:

— Не за что.

Глава 23. Королевский торт (2)

Девушка тут же замерла. Неожиданно образ угрюмого, нелюдимого парня, начал ломаться, позволяя, наконец-то, увидеть нечто хорошее, спрятанное под оскорблениями и тихий молчанием, наполненным одним — ненавистью.

После опустила взгляд и вздохнула. Ей стало приятно от мысли: у них всё-таки получилось поладить. Не стать лучшими друзьями, но он уже выказывает куда более честные эмоции, чем раньше.

На некоторое время повисло молчание, пока Ариста, не разрушила его:

— Натан, что насчёт учёбы? Получилось договориться с директором? — в её взгляде промелькнула слабая искра.

Именно так и смотрят на младшего брата, о чей судьбе переживаешь и надеешься только на одно: пусть в его жизни и дальше лучшей подругой будет удача, которая поможет избежать всех трудностей, даже если надежды и вовсе не останется.

Парень улыбнулся, но вот в глазах в этот момент поселилось лишь одно чувство, терзающие разум — грусть.

— Говорил, но он всё также непреклонен. Только и повторял: тебе о работе надо думать, постоянно добавляя: «Восьмой глаз» и так тебе хорошо платит, к чему ещё стремиться… — после слабый смешок — Может, он прав?

Парень и головы поднять не смел, только и делал, что смотрел на пальцы рук, периодически похрустывая костяшками.

— Конечно нет! Ты столько лет потратил, чтобы лучше всех сдать экзамены и точно поступить, а теперь некто говорит: откажись?! — Ариста и вправду разозлилась, но ненависть её была направлена именно на начальство, которое считало: если ты обладатель «человеческой магии», то уже навеки принадлежишь корпорации. Более в твоей жалкой жизни тебе ничего и не надо.

— Ты права! — неожиданно парень стукнул кулаком по столу, а после вновь затих — Но как же мне его уговорить? Кажется уже успел перепробовать все возможные методы… А если…

— Может у меня получится? — Ариста с Натаном резко обернулись и просто смотрели на меня, не говоря при этом ни слова — Чего? — спросил с раздражением, не понимая: а что именно вам не нравится?

— Думаешь получится? — неуверенно проговорил парень.

— Не знаю, но мне терять нечего.

Ариста тут же засмеялась.

— А если вдруг штраф заставит платить за неповиновение? — небольшая пауза — Не боишься?

Покачал головой и ответил:

— Всё равно. Пусть хоть чек на миллион такаров. Ему хуже будет. Я очень приставучий тип.

Несмотря на мои слова, Натан продолжал сидеть грустным, словно не надежду пытаюсь внушить, а наоборот: свыкнуться с жестокой реальностью, полностью оставив в прошлом мечты, которые еще немного и могли бы стать чем-то осуществимым.

— Я что-то не так сказал? — обратился к парню, чтобы понять: что же на сей раз не так?

Пауза и тут же ответ:

— Я думаю, что тебе не стоит идти на такие риски ради меня. Всё хорошо. Мне хватает радости и самому изучать учебный план — последовала странная улыбка, в жалких попытках поверить: не нужна мне помощь. Сам готов справится.

— Об этом не переживай. Я думаю Тириан не сделает ничего такого, чтобы директор и вправду его возненавидел.

— Ну как сказать… — перебил Аристу и вновь замолк.

Красивая картинка тут же появилась в голове: я — герой, что пришел на помощь своему товарищу, против несправедливости возникшей в нашем мире. Оружие наше — слова, которыми в миг заставили пересмотреть ситуацию Натана. И вот красивый конец, где каждый счастлив.

«Значит ему только недавно исполнилось восемнадцать-девятнадцать лет?» — задумался об этом только сейчас.

«Ему здесь не место» — следующая мысль, которая подобна паразиту засела в голове. Не его призвание. Здесь только страдания будет видеть, медленно убивая свою личность, постепенно обвиняя себя в несчастьях других.

Ариста нахмурилась. Её явно не воодушевил мой настрой, видя скорую неудачу, которая за ним стояла.

— Такие вы серьёзные… — пауза, затем слова — Ничего страшного не произойдёт. — неозвученным осталось одно — «надеюсь» — В любом случае, если приду на работу на следующий день, значит всё прошло нормально, а может и вовсе удачно. Остаётся только ждать.

Отчетливо видел: им есть, что возразить. Отчего-то их действительно заботила судьба, подобного неудачника, как я.

«Забавно…»

Мрачные мысли, в миг скрылись за громкий криком юной работницы:

— Ваш заказ готов!

Натан вздохнул, посмотрел на меня с Аристой и проговорил:

— Я заберу — голос спокойный, мягкий, будто его и вовсе ничего не волновало.

Успеваю только с лёгким удивлением взглянуть на девушку, как тут же парень вернулся с красным подносом: три маленькие кружки белого цвета, а также кусочки шоколадного торта. Даже по разрезу видно: крема не пожалели, от чего и коржи не казались сухими. По крайней мере, если судить сейчас.

Натан, подобно шустрому официанту, поставил каждому свою порцию и радостно крикнул:

— Долой печали!

Первый укус был сделан. За ним сразу же последовал второй, третий, пока и вовсе на белой тарелке не остались лишь крошки.

— Ого… — не смог сдержать своего удивления от увиденного. Насколько же быстро, хрупкое тело, может поглотить достаточно большой кусок и, похоже, даже не насытиться им до конца.

— Не обращай внимания… — прошептала Ариста, а после добавила — Сейчас за добавкой пойдет — и тут же на устах воссияла хитрая ухмылка, будто спору её слова подобны и только проигрыш грозит тем, кто осмелится возразить.

Некоторое время парень скучающе ёрзал на стуле, затем бегло проговорил:

— Пойду посмотрю, что у них ещё в меню есть. Может, что-то добавили.

Ариста не стала смеяться над ним, а попросту приятно улыбнулась, как-то по-настоящему, без фальши и сказала:

— Нам с Тирианом всё равно надо ещё свои порции доесть. Чего тебе просто так сидеть.

Парень слегка поклонился и будто в шутку ответил:

— Великодушная Ариста, благодарю вас за понимание. — быстрыми шагами Натан вновь направился в сторону прилавка и начал рассматривать каждую позиции из меню, которое и вовсе уже знает наизусть.

Должен отметить: ассортимент у них достаточной большой. Начиная от обычных булочек, с самом разной начинкой, заканчивая тортами, которые и вовсе сошли с идеального рекламного проморолика: совершенная подача, что и во вкусе также заставляет игнорировать все прегрешения. Оправдываясь банальным: просто мне такое не подходит.

— Вы прямо как брат с сестрой — молчание, затем закономерный вопрос — Сколько он ещё закажет?

Спросил не в попытках обидеть Натана, а чтобы попросту узнать: сколько же времени осталось, чтобы вкусить подаренный кусок. Ведь за этим столом я единственный, кто вообще никак не прикоснулся к своей доле.

Даже Ариста преуспела в этом деле лучше, оставив только половину от шоколадного торта.

— Последняя. Он будет очень долго ковырять её вилкой, пока не увидит, что мы с тобой закончили. — небольшая пауза — Ты считаешь его странным?

Пусть вопрос и был неожиданным, но ответ я на него уже знал.

— Странным — возможно, но точно не плохим. Натан хороший парень, пусть и излишне наивный.

Казалось: девушка начала избегать моего взгляда, не смея и вовсе заглянуть в глаза.

— Я боюсь за него. У нас с ним небольшая разница в возрасте, но не могу перестать видеть в нём ребенка.

— Ариста, — девушка тут же вздрогнула — Если чему-то суждено случиться, ты ничего не сможешь изменить. Старайся жить не возможным будущем, а настоящим. Чтобы в памяти осталось, как можно больше приятных моментов с тем, кто сердцу дорог.

— И ведь ты прав… — ей бы хотелось оспорить мои суждения, но она, как никто другой понимала истинность сказанных слов — Значит просто буду жить… — тихо проговорила девушка…

Ответа не требовалось. Ей надо было смириться с той бурей из беспокойств, которая становилось лишь сильнее стоило взглянуть на юный лик.

Какое-то время я только и делал, что смотрел на кусочек шоколадного торта, даже не понимая: хочется ли мне в действительности его съесть или же всё — не более чем благодарность за хорошее отношение?

Тем не менее, рука сама потянулась к серебряной вилке, которая лежала рядом, а после: маленький кусочек тут же оказывается во рту.

Слабая улыбка появилась на лице. Торт не был приторным, а наоборот: отлично смог сочетать сладость с некой соленостью, которой отдавали сами коржи. Не думал, что такое вообще возможно. Слишком необычно.

«Удивительно…» — подумал про себя, прежде, чем полностью отдал свою волю голоду, который томился внутри долгие часы, прежде, чем вкусить нечто пусть и вредное, но приятное. Вернув себе разум лишь тогда, когда от «Королевского торта» и крошки не осталось.

Ариста тут же засмеялась:

— А ты оказывается еще тот любитель сладкого, Тириан! — девушка сразу же добавила — Может, как Натан возьмёшь еще один?

— Откажусь, но должен заметить, было и правду вкусно.

Именно в этот момент к нам вернулся Натан. Довольный, словно выиграл в лотерею, несколько тысяч такаров, как на деле: вся его радость была вызвана лишь одним — обычной едой, которая продаётся на каждом переулке.

«Некоторым оказывается так мало надо для счастья…»

Я точно уверен — он услышал мои слова, но решил никак их не комментировать, оставив в душе всю радость похожу на: хорошо, что ему тут понравилось.

Успеваем с Аристой сделать несколько глотков кофе, как тут же слышим:

— Я закончил.

«Как?!» — на лице тут же отразилось сильное удивления, ведь попросту не мог поверить, что парень за доли секунды опустошил свою тарелку.

Полностью игнорируя меня, девушка проговорила:

— Допиваем кофе и возвращаемся. — то-ли вопрос то-ли утверждение, по её интонации увы этого не понять.

Натан молча кивнул и продолжил смотреть куда-то вдаль, в сторону больших окон, которые выходили точно на улицу. Возможно уже предвкушал следующий раз, когда сможет сюда прийти ради удовлетворения собственного «я», на время полностью забыв о всех терзаниях в душе.

«Видимо я ещё не до конца смог к нему привыкнуть…» — после же начал делать один глоток за другим, чтобы поскорее осушить свою чашу, ведь впереди меня ждал важный разговор с директором.

«Надеюсь после этого меня уволят» — следующая мысль, напоминала больше мечту, нежели возможную реальность. Раз стал частью системы, то теперь изволь и дальше быть её верной шестерёнкой, без попыток увильнуть от гражданского долга.

Грустная, но правдивая реальность в которой каждый из нас живёт. Ведь, как оказалось не один я несчастен от полученных сил. Другим тоже пришлось отказаться от многого в своей жизни.

И радостно и печально одновременно…

Глава 24. Лживые устои

Время настало: кофе, как и чай, допили, от сладких десертов на белых тарелках также ничего не осталось. Оправдания для прогуливания работы закончились, от чего вновь пора примерить образ безжалостного Следователя А1 и стать частью чего-то безликого, но того, которого знает каждый.

— Думается мне, нам уже пора? — именно я нарушил молчание, заставив всех вернуться к мысли: как бы не хотелось, но вечность тут, мы не можем сидеть. Даже, если сильно хочется.

Ариста с Натаном тяжело вздохнули, а после одновременно сказали:

— Ты прав…

Увидев странную грусть на ранее радостных лицах, неосознанно предложил:

— Стоит, как-нибудь ещё раз сюда прийти… — небольшая пауза — Втроем конечно же… — после откашлялся.

Стоило Натану подобное услышать, как тут же улыбнулся. Словно пары лживых речей хватило, чтобы в омут был готов пригнуть ради мнимого друга.

«Что бы случилось, будь вместо меня некто, кто попросту использовал его? Злостно, с целью достижения собственного счастья, даже на секунду не задумавшись о чувствах Натана?»

Красивые слова, под которыми нет и доли искренности…

«А ведь я не лучше…» — резкое осознание, заставившее понять, насколько же черствая душа прячется в худющем теле.

«Тоже ведь хотел сделать из него раба собственных заданий, только и говоря о слабости духа и вечно слабом здоровье…»

— Тириан? — неожиданно спросила Ариста, заметив: в одно мгновение лицо тут же скривилось в непонятной гримасе.

Злость сменилась на удивление, а после и вовсе на разочарование в собственных суждениях. Неприятно стало от мысли: попросту не могу осознать концепцию дружбы. Радуясь больше одиночеству в своей жизни, нежели наличию в ней людей, которые пытаются стать частью нечто большего, чем просто слова — коллега.

— А? — посмотрел на девушку с непонимаем, после же добавил — Нормально. Задумался.

Не хотелось более говорить. Просто закончить всё на неловком молчании. Без очередных глупых попыток разобраться в собственных чувствах, ища странные оправдания, в виде «но», «если», «возможно». Хотя бы на время стать Тирианом Хейзом — тем, кем являюсь в действительности, а не страной моделью, которая должна подчинятся законам общества.

Интересно… Если бы не появилась в моей жизни Ариста Ламберт, насколько бы сильно изменилась собственная судьба?

Думается мне — никак. Сведя всё свое существо к однотипным дням за ярким монитором. Продолжая искать в чёрных пикселях на белом фоне, истинных друзей. Не задумываясь и вовсе о смысле бытия.

Доволен. Недоволен. Всё станет до странности неважным. В точке, где ты попросту рад привычной обыденности, забыв обо всём раздражающем вокруг.

— Меньше думай, больше говори — произнесла Ариста и тут же направилась в сторону выхода.

Парень посмотрела сначала на меня, после перевел свой взгляд на девушку и так несколько раз подряд, будто пытаясь понять: за кем же следовать, до того момента, пока спешно не проговорил:

— Нам тоже следует поторопиться — не дожидаясь ответа Натан тут же крикнул — Ариста, нас хотя бы подожди!

«Чудики…» — подумал про себя, но всё же последовал за ними. Без истинного желания, а попросту по инерции, не зная ничего другого в данный момент. Словно и вовсе уже давно перестал отвечать за свои действия. Готовый на, что угодно, если того прикажет закон.

Догнать их не составило труда, ведь Ариста с Натаном остановились точно у входа в кафе, любуясь в этот момент голубым полотном, из которого состоял небосвод. Даже облаков не осталось, отчего самым ярким украшением становится солнце. Его лучи медленно скользнули по холодной людской коже, жилым домам, магазинам, лишь изредка пропадая в темных улочках домов.

— Мы же вроде спешили? — неуверенно спросил, чтобы понять, может, что-то и вовсе успело поменяться?

— Ага… — тихо ответила Ариста, после добавила — Редко можно почувствовать подобное умиротворение…

Девушка тяжело вздохнула, улыбнулась и сразу же продолжила:

— Пора вновь учить законы, Тириан — Ариста ухмыльнулась — Надеюсь те ещё не забыл?

— Забыл — ответил быстро, не задумавшись.

Натан усмехнулся, видимо, считая — обычная шутка, как на деле — я и правду ничего уже не помнил.

— Будешь заново их учить — секундная пауза и очередная угроза — Я же не поленюсь и заставлю тебя тестирование проходить. Поверь, в нашей работе: законы — основа.

— Спишу — говорил спокойно и со странной уверенностью, как, если бы и правду за душой имелся хитрый план.

— Нет. — Ариста также не собиралась отступать. Она не хотела признавать поражение, думая в этот момент: последние слово будет за мной.

Впрочем, ничего неудивительного, как себя ещё должен вести человек, который с детства мог иметь всё о чем только не смеет помечтать детский разум? Уверено и даже властно, не видя для своих желаний границ.

Все это время Натан молчал. Лишь изредка поглядывал сначала на меня, после вновь на Аристу. Видимо ждал очередного момента, пока обычная шутка перейдет в обиду, в желание, как можно сильнее задеть своего собеседника. Став тем, кто и закончит бессмысленные ссоры и вернет тишину в ранее спокойные дни.

Стоило только подойти к дверям «Восьмого глаза», как неожиданно, те распахнулись и оттуда выбежала женщина, крича настолько громко, чтобы и в других кварталах возможно было услышать:

— Гореть каждому кто тут работает! Умрите же вы в муках! Я никогда не буду следовать настолько безмозглым устоям! — женщина быстро перешла на брань, пока по итогу не резалась в Натана. — А?!

В миг её взгляд стал диким.

— И тебе всё вернётся! Все вы умрёте! Да так, чтоб век проклинали, когда согласились людей убивать! — она тыкала парня в грудь, заставляя того делать небольшие шаги назад.

— Жен… — лицо девушки тут же скривилось, но она ничего не могла сделать. Её также сдерживал закон, по, которому она не смела использовать магию. Ведь жертва — другой человек.

— Не надо — неожиданно перебил Натан и, взяв за руку незнакомку, медленно проговорил — Сейчас, вы вернётесь со мной в «Восьмой глаз» и оплатите штраф, связанный с оскорблениями местной власти и более не посмеете себе подобных слов.

И вот его глаза сверкнули красным, заставив каждую мысль в голове стать не важной, былой тенью, чего-то действительно волнующего. Только одного мне и хотелось: заплатить штраф, низко упасть в поклоне и долго умолять: простите же мне скверные слова.

Ноги сами начали идти в сторону входа, пока некто не схватил за спортивный костюм и не спросил:

— Тириан? — послышался слегка встревоженный, мелодичный женский голос. Ариста смотрела с испугом в глазах, при этом было видно: ей тяжело сдерживать смех, который словно кашель так и норовился выбраться наружу. — Тебе бы по меньше в глаза другим смотреть…

Она тут же похлопала меня по плечу и только сейчас я заметил:

— А где…

— Натан уже ушёл, пока я тут пыталась тебя в чувства привести — девушка замолкает — Выглядел ты конечно жутко…

«Опять…»

Оказывается вместо привычной улицы, я уже успел зайти в холл и меня отделяло несколько шагов, от кабинета охраны, чтобы и вовсе сдаться за слова, которые не говорил.

— Я скоро вообще буду с закрытыми глазами ходить... — злобно отчеканил и быстрыми шагами направился в сторону лифта, в желании побыстрее скрыться от людских глаз, при факте — никого здесь нет.

«Значит, осматривают всех утром?» — мысль, после, которой пальцы сами нажали на кнопку вызова лифта.

— Не переживай. Такое часто происходит, особенно в первые дни. Ты привыкнешь — Ариста тут же оказывается рядом и с легким ехидством смотрит куда-то вдаль.

— Не хочется к такому привыкать. Больно неприятно, когда тебя берут под контроль. — с непонятной ненавистью продолжал говорить — Кто же знал, что оно так получится…

Девушка слегка усмехнулась:

— Он не первый день работает, поэтому видимо уже смог свыкнуться с такой грубостью.

Пауза и два вопроса:

— Тебе было тяжело в статусе стажера? Люди часто грубили?

Ариста посмотрела на меня со спокойным взглядом и произнесла лишь одно слово:

— Да. — более она не стала ничего говорить, лишь сделала несколько уверенных шагов в сторону лифта и нажала на нужный этаж, туда, где и проведём оставшееся часы, пока вновь не сможем вернуться в место, которое называем дом.

Стоило лифту остановиться, как тут же говорю:

— Мне на другой этаж. Я же обещал Натану, что поговорю с директором.

Ариста молча кивнула и её силуэт тут же скрылся за закрытыми дверьми, металлической кабинки.

Глава 25. Меня уволили?

«Надеюсь, меня всё-таки уволят» — именно с такими мыслями я шёл к кабинету директора Донована.

Хотелось надеяться: его настолько разозлит моё поведение, что и видеть более здесь не захочет. Поняв, какого же дурака наняли контролировать общественный порядок.

Ведь не подхожу для такой роли. Мне привычней со стороны наблюдать, нежели народу истину глаголить, думая: как же неуверено моя речь звучит. Нечто попросту не позволяет стать главой для испуганного стада, а именно — собственная трусость и отсутствие согласия на данный свыше строй.

Стоило оказаться у кабинета директора, тяжело вздохнул. Интересно, слушать станет или сразу вон велит пойти?

Постучал два раза, затем одним резким движением открыл дверь и тут же крикнул:

— Можно?!

«Как-то тихо получилось…» — подумал про себя, ведь уже с самого начала всё пошло не так. Директор должен видеть: я действительно желаю этого добиться. Не видев за красивыми словами обычную попытку в благодарность, таящую в себе одно: и поражение приму спокойно.

Мужчина приподнял бровь, посмотрел на меня с неким раздражением, затем, вытерев свежие капли пота со лба, сказал:

— Ну? — немногословно, отрешëнно, будто сразу хочет дать понять: безполезно хоть что-то просить, если то невыгодно «Восьмому глазу».

Сделал несколько шагов вперёд и продолжил:

— Почему вы запрещаете Натану посещать колледж? — взгляд серьёзный и даже наглый. Я решил не ждать удобного момента, а сразу заявить о цели своего визита.

Мужчина молчал, отчего решаюсь повторить свой вопрос:

— Какая причина запрещает работнику посещать учебное заведение? — сделал ещё один шаг вперёд.

В ответ опять — тишина. Директор будто размышлял в этот момент: о ком вообще идёт речь? Теряюсь в безликих рабах устоявшегося права.

Раздражение нарастало. Я был готов к отказу, крику, даже к насмешке, но итогом оказалось одно — игнорирование. Словно меня и вовсе не существует, отчего и внимание обращать не стоит на нечто столь незначительное.

Я не собирался уходить: подошел ещё ближе, сел точно на против него и начал ждать.

— Нет. — ответил директор и вновь вернулся к своим делам: разбирал документы по делам годичной давности. Изучал правильность составленных отчётов. Закрепляя юридическую силу выше указанных бумаг, подписью, а также печатью.

— Что нет? — с раздражением в голосе спросил, понимая: с ним же вообще невозможно разговаривать!

— Хейз — обратился ко мне Доновон с презрением, не желая и вовсе более видеть — О работе надо думать. Учёба, когда ты работаешь на «Восьмой глаз» не нужна. Правительство, вас и так обеспечивает.

Тяжело вздохнул:

— Он трудился ради этого не один год, чтобы просто от всего отказаться?

— Да. — секундная пауза — Пусть к другой жизни привыкает.

«Что же ещё можно попробовать?»

— Ужасно… — тот и бровью не повел — Тогда я и вовсе не собираюсь работать на вас дальше.

Доновон медленно перевел свой взгляд на меня:

— Хорошо. — молчание и вопрос — Почему не уходишь?

— Ухожу… — тихо проговорил и направился в сторону выхода.

Стоило двери захлопнутся за моей спиной, как осознал: я ничего не понял. Он уволил меня? Я сам уволился? А заявление где тогда? Может разыграть так решил?

«Надо у Аристы узнать, она точно знает ответ»

Спустившись на второй этаж, быстрыми шагами направился к ней, ради того, чтобы просто понять: а дальше, что будет? Мне платить штраф, за отказ от работы? Может и вовсе посадят?

«Как же так получилось?» — именно этот вопрос продолжал крутиться в голове. Казалось странным: единственный, кто переживал насчёт сложившейся ситуации — я. Тот, кого подобная работа и вовсе раздражала, заставляя испытывать ненависть от одной мысли о скорой смене.

— Ариста! — тут же крикнул стоило одни резким движением открыть дверь кабинета.

Девушка посмотрела с удивлением, не способная и слова сказать, слишком неожиданным оказалось моё появление.

Откашлялся и тут же продолжил:

— Как бы сказать — небольшая пауза — Ничего не вышло, но теперь остаётся вопрос: либо я уволен, либо директор пошутил. Что из этого реальнее?

Девушка нахмурилась:

— А теперь расскажи мне всё с самого начала. — Ариста впервые была серьёзной, словно её действительно беспокоила моя судьба, в глубине души переживания: можем более не увидеться.

— Во-первых, разговаривать с ним, попросту невозможно. Будто стена, от которой, пытаешься получить ответ — девушка кивнула головой — Во-вторых, я решил, что, если Натану не дают уйти, значит и мне тут делать нечего.

— Дальше.

— Он сказал: хорошо и спросил, почему не ухожу. Я так и сделал. Конец. — после же развел руками — Как это понимать? Ты его знаешь дольше чем я.

Девушка задумалась, после ответила:

— Даже не знаю — небольшая пауза — Обычно, он не из тех, кто будет тихо увольнять. Директор бы сделал из этого настоящие шоу, будь правдой…

Ариста замолчала, а после тихо прошептала:

— Ничего не понимаю… — затем, уже более уверенно спросила — Я уточню у него, но мне кажется переживать тебе не о чем. Бумаг же никак не подписывал?

— Нет?

— Отлично, тогда всё хорошо.

Ариста выдохнула, а после губы вновь сомкнулись в лёгкой улыбке, напоминая собой тени летнего вечера, где за жаркими лучами солнечного дня приходит слабая прохлада, наконец-то заставляя разгоряченную кожу остыть, позволив познать блаженство.

Девушка вновь вернулась к чёрной папке, которая лежала на столе. Она медленно листала её, изучая внимательно каждую деталь на страницах.

«Если буду молчать, как скоро она заставит меня работать?» — именно после этих мыслей, я слова более не сказал. Стало и вправду интересно, насколько быстро она вспомнит о моём существовании.

Тут же наступила тишина. Любые звуки с улицы в миг исчезли, отдавая предпочтения одному — часам в кабинете. С каждой секундой стрелка звучала всё громче, постепенно смешиваясь с перелистыванием бумаги.

«Они, что все сговорились?»

Так проходят ещё несколько минут и я, не выдержав, спросил:

— Что это? — резко остановил её точно на середине папки.

Девушка посмотрела на меня уставшим взглядом и спокойно ответила:

— Здесь документы тех, кто обладал «человеческой магией», но по какой-то причине умер. Не имеет значения насильственная смерть или естественная. Надо её просмотреть, после отнесу директору на подпись.

«Так вот чем он сегодня занимался…»

— А что потом? — спросил не из интереса, а из-за обычного желания и дальше не плодить тишину.

— Директор Доновон должен одобрить каждое дело в этой папке, после чего оно пойдёт в архив.

Девушка и слова более не сказала, лишь молча вернулась к изучению документов, отчего практически сразу последовал закономерный вопрос:

— Почему мне не сказала заняться тем же?

Ариста взгляда не подняла, а лишь тихо ответила:

— Тириан, ты — стажер. Стоит допустить хоть одну ошибку и не только у тебя, а у всего отдела будут проблемы. — небольшая пауза — Я сама справлюсь, не переживай.

Ответить — нечего, ведь истина в её словах есть: я бы действительно не стал сильно заморачиваться и передал папку без лишних переживай, просмотрев её от силы лишь раз, при том бегло.

Отчего тут же пересаживаюсь на диван и просту жду, ведь мой «начальник», нового задания не дал, посему и делать в данный момент мне попросту нечего.

Сам не заметил, как глаза, медленно начали слипаться, словно постепенно наполняясь свинцом, становясь тяжелее. Несколько раз вздрогнул — Ариста даже не посмотрела в мою сторону, пока в какой-то момент и вовсе не уснул, погрузившись в темноту.

Вот только, если ранее единственное, что видел — ничего, то сейчас всё по-другому. Я точно понимал: нахожусь в старой квартире. Запах вокруг стоял отвратительный: в себе он совместил сырость от уже давно прогнивших досок, протухшую еду, а также сигаретный дым. Впервые тот показался мне омерзительным. Словно одного вдоха хватит, чтобы лишиться лёгких, спрятанных под кожей.

Несколько раз откашался пока всë-таки не решился покинуть невыносимую клетку. Ноги сами бросились прочь, остановившись именно в тот момент, пока не оказался перед разбитым зеркалом в ванне.

В отражении увидел одно — мальчик лет одиннадцати с неухоженными рыжими волосами, которые уже давно успели запутаться. Точно под правым глазом имелся больной шрам, словно только недавно об нежную кожу успели разбить не одну стеклянную бутылку.

Мальчик выглядел несчастным. Грязная одежда, тощие конечности, исхудавшие лицо. Казалось: от такой жизни его отделял лишь день, после, которого навечно исчезнет из ненавистной клетки, скрывшись за горизонтом яркого заката.

— Я помогу тебе — послышался сладкий голос, который так и манил пойти на встречу с неизвестным, лишь бы только открыть возможность светлого будущего, скрытого сейчас за множеством алкоголя непутёвых родителей.

Я хотел спросить: «Кто ты?», но попросту не мог. Нечто не давало мне быть живым, диктуя свои правила. Превращая в красивую куклу, своих дальнейших утех.

Глава 26. Страхи возможного настоящего

Пытаюсь обернуться, но не получается. Тело не моё. Не могу его контролировать.

Стоило мне только попробовать пошевелить рукой, как тут же нечто ударяет по голове. Не в силах ничего сделать, просто падаю, пока из раны медленно вытекает алая кровь.

Дышал тяжело. Взгляд терял остроту. Всё вокруг медленно превращалось в пятно от былых объектов, постепенно сливаясь во что-то неразличимое.

Во всем этом ужасе я продолжал слышать одно:

ТЫ СТАНЕШЬ ЧАСТЬЮ ПЛАНА… ПОМОЖЕШЬ ВНОВЬ УСТРОИТЬ ПРАЗДНИК… ЗАПОЛНИВ УЛИЦЫ СТРАДАНИЯМИ… УМРЁШЬ ЗА НАС… ЗА НАШЕ СЧАСТЬЕ!

Голос уже давно потерял человеческий окрас, оставив только монстра, неспособного полностью совладать с человеческим языком, отчего многие слова звучали неправильно, полностью лишившись людского начала, со временем и вовсе став похожим на обычное рычание дикого зверя.

Больно… Как же больно…

Оно пронзало тело, не давая даже легкой надежды на спасение. Как только та и вовсе стала нестерпимой, тут же прокричал:

— УЙДИ! — детский, незнакомый голос, резко сменился на мой, а затем я и вовсе проснулся. — А? Приснилось что ли…

Именно в этот момент я заметил Аристу. Девушка смотрела на меня странно, с неким испугом в глазах, словно видела кошмар, который мучил мою душу.

— Кошмар? — вопрос звучал спокойно, но как-то отстранённо — точно от уставшего работника.

Ничего не ответил, лишь молча кивнул и попросту попытался прийти в сознание. Именно сейчас отчётливо ощутил одно — всё казалось слишком неправильным. Каким-то ненастоящим. Именно во сне я смог постичь истинность реальности, не смотря на ужасы страха.

Девушка не стала устраивать допрос, а попросту позволила тишине окутать каждую ближайшую вещицу в кабинете, медленно погружая в странное спокойствие, от осознания: я в безопасности. Тут мне точно смогут помочь.

Когда же разум вновь стал ясным, решился нарушить рабочую атмосферу, лишь бы только рассказать что же так сильно терзает.

— Я впервые его увидел… — тихо и как-то неуверенно, но лучше, чем очередное «ничего» с последующим «нормально».

— Кого? — Аристу откладывает папку с документами, встаёт со стула и тут же присаживается рядом со мной.

— Мальчика, точнее… — резко замолчал. — Не знаю, как объяснить…

Делаю глубокий вдох и сразу же продолжил:

— Я был в странной квартире. Среди, людей, которые явно страдают от алкогольной зависимости. Мне же — уготована роль их ребёнка. Мальчик. Ещё совсем юный. Выглядел, как побитый рыжий кот. Самое интересное — большой шрам на щеке. — пытаюсь вновь восстановить события уставшего разума — Я хотел куда-то выйти, но перестал контролировать собственное тело. Потом: странный голос. Удар. Они твердили: ты умрёшь за нас…

Стоило взглянуть на Аристу, как тут же увидел голубые глаза, которые полностью состояли из тревоги. Словно среди спокойствия ясного дня постепенно собираются тучи, чтобы закончить радостные времена случайных путников.

Откашлявшись, решил спросить:

— Как думаешь, что это было?

Меня пугало одно — не походило подобное на классический кошмар, ведь обычно — не более чем истинные страхи, нашего разума. В то время, как здесь: каждая деталь, которую пришлось увидеть, и доли общих точек не имела с моей реальностью.

— Тириан, я правда не знаю — секундная пауза — Может ты где-то видел схожий сюжет или же… — она не решалась спросить — В детстве?

Противно слушать подобное, будто и правду имела мысль о злостных намерениях моей матери, отца… Глупости…

Если бы не их терпимость в отношение несносного подростка, то даже страшно представить в кого бы вообще мог вырасти… Мошенник? Вор? А может и вовсе убийца, забывшийся в чертогах больного разума?

На мгновение стало смешно из-за того, как сильно утрировал сложившуюся ситуацию, придумав множества сценариев ещё более худшего будущего. При этом и вовсе не отпускало странное предчувствие, что несмотря на некую шутливость формы, подобное и вправду могло существовать. Мир, где родители попросту не могут взглянуть в глаза своему родному сыну, стыдясь банально за его рождение, пытаясь скрыться в тени всеобщего хаоса.

— Нет конечно! — голос мой звучал громче обычного — Пусть и отношения с мамой и папой непростые, но для меня они сделали всё возможное. Не стоит их в чем-то винить.

Тут же исчезла некая наигранность вечно недовольного человека. Став тем, кто просто стремится к банальной истине. В слабых попытках понять себя, своё место в мире, не потеряв при всём лицо, дарованное с рождения. Сохранив и имя, позволяющие понять: остался ты таким же. Не самым добрым, но при том, настоящим.

Девушка слегка усмехнулась:

— Приятно осознать, что и у тебя есть люди, которыми дорожишь — Ариста улыбнулась, а после добавила — Значит, тебе не о чем переживать. Подумай, Тириан, ты буквально второй день числишься стажером в «Восьмом глазе» и уже успел увидеть мёртвого человека. Того, с кем раньше работал. Вот и стали кошмары снится. Думаю…

— Не думаю… — сам не понял, как слова сорвались с губ.

Некоторое время она смотрит на меня с непонимаем. Странным ей казалось, что придаю настолько большое значение обычному сну, которые часто хаотичны и под собой и доли логики реально мира не имеют.

— Тот был слишком реальным, мне, ведь и вправду казалось, что смотрю на мир своими, но совершенно чужими глазами — небольшая пауза и дальше вопрос — Знаешь, что самое удивительное?

«Почему же я просто уже не могу замолчать? Отпустить и забыть, вместо того чтобы и дальше выставлять себя не нормальным?»

Ариста кивнула, будто спрашивала: что же?

— Я не был поглощен злостью, наоборот, продолжал верить: скоро обязательно все наладится. Мне требуется лишь немного потерпеть… — последовал слабый смешок — Смешно, же, согласна?

Пугало, что Ариста не пыталась пошутить, возвысится за счёт моих страданий, а лишь молча ждала, о чëм же ещё захочет поговорить уставшая душа? Она уже давно перестала понимать, где проходит та самая грань, которая и заставляет меня бояться. Главное — как перестать испытывать бессменные терзания?

«Ей и вправду нечего сказать…» — почувствовал непонятную тоску, что так и кричала: пора вернутся в собственную клетку, где вновь обрету странное спокойствие. Я попросту устал быть среди тех, кто даже понять не может, насколько сильным сомнением наполненно собственное сердце.

— Прости… Я…

— Тириан — девушка тут же перебила меня, не дав и слова сказать — Мне не нужны твои извинения, ведь тебе попросту не за что передо мной раскаиваться.

В словах своих она выглядела уверена, заставляя думать: Святая Габриэла, чем же я вообще занимаюсь?

Сначала не смог сдержать обычной улыбки, а после и вовсе начал смеяться с резко возникшей паранойи:

— Кажется мне следует больше отдыхать…

Именно сейчас я понял: занимаюсь какой-то глупостью, ища скрытые смыслы там, где их и прятать никто не думал. Самолично поднеся дуло от пистоля к измученному вечной работой сознанию.

— Хоть одна здравая мысль — секундная пауза — Получается — прогресс?

Пожал плечами, затем ответил:

— Лучше, чем ничего.

Стоило лишь слегка приподнять голову, как тут же заметил: множество лампочек на потолке. Сначала ярче сияла одна, после, другая, затмевая в этот момент остальные, заставляя и вовсе забыть, о том, что здесь не один источник света.

— Почему они так странно мигают? — странный вопрос в попытках, скрыть былую неловкость о сердечном разговоре.

Ариста с удивлением посмотрел вверх, а после ответила:

— Их выбрали из соотношения цена-качество. Директору хотелось сэкономить и при этом получить неплохой товар.

— Сомнительная покупка — затем усмехнулся.

— Все мы так думали, пока не поняли: насколько любопытную цепочку создал директор Донован в своем желание сэкономить на благо компании. — заметив заинтересованный взгляд, Ариста продолжила — Сами лампочки быстрого накаливаются, от чего небезопасно держать их долго включенными. Поэтому и решили: одна медленно затухает, в то время, как другая — загорается.

«Спасешь других и, ведь, когда-нибудь, помогут и тебе» — странная мысль, поселившиеся в голове.

Следующие, о чëм подумал:

«Сиял бы так, что в скором времени сгорел до тла в своем успехе»

— Всё равно лучше другие купить — проговорил из вредности, не желая соглашаться, играя роль скептика во всем этом театре прошедших жизней.

— Д-о-оо-р-о-ж-ее выйдет — протянула Ариста.

Девушка посмотрела сначала на черную папку на столе, затем вновь на меня и так несколько раз подряд. Напоминая зацикленные часы, без возможности наконец-то остановится в одном из множества циклов. Итог же стало — послышался тяжелый вздох.

— А? — одна буква, которая подразумевала целый вопрос: что случилось?

— Думаю, что с тобой делать и всё никак не придумаю — девушка глянула обеспокоенным взглядом, пока всë-таки не решилась сказать — Тириан, тебе лучше завтра отдохнуть. При том, по-человечески. Забудь про работу, да, вообще про всё и позволь себе впервые расслабиться. Сможешь?

— О чëм ты? — спросил с непонимаем, ведь странными казались её речи.

— Просто позволь себе спокойствие, которое так старательно избегаешь за множеством рукописей. Они, ведь не главное, согласен?

От чего-то и вовсе казалось, что пришёл на проповедь и в данный момент мне попросту пытаются навязать свои истины, скрытые за благими намерениями.

— Не совсем

Ариста усмехнулась:

— Видимо мы и вправду видим этот мир по-разному.

— Но разве — не прекрасно?

Глава 27. Писатель и наследница

Неловкая пауза, любопытный взгляд Аристы, а после все-таки решил продолжить:

— Мне кажется в этом и есть уникальность человеческой жизни. Мы — один организм, но несмотря на этот факт, поведение наше будет определять не принадлежность к определённой группе живых существ, а именно воспитанная внутри некогда маленького ребенка личность. Одни желают славы, другие богатство, некоторые и вовсе ищут обычного счастья в виде родной души, с которой можешь быть настоящим, без лживых оправданий и извинений вследствие возникшей неловкости с уже таким давно знакомым человеком. Я…

Девушка застыла в удивлении, следом и вовсе громко засмеявшись:

— Теперь я, кажется, поняла, почему ты решил стать писателем! Уже могу представить подобную фразу в какой-нибудь книжке — молчание, затем слова — Но, думается мне, мысль интересная. Тебе стоит её записать

Закатив глаза тут же, ответил:

— Ха-ха — ирония и сарказм, вот из чего состояли данные звуки.

— Не злись — Ариста игриво подмигнула — Я просто пытаюсь понять тебя и твои чувства.

На мгновение задумался: зачем всё это? Пишу, потому что и вправду гений, попросту непонятный современным поколением или же очередная выскочка, которая мнит себя творцом без возможности и двух слов связать в предложение?

Закономерно появился ещё один вопрос:

«Каким бы стал, выбери иной путь?»

Грустно стало от осознания — я и сам ответа не знал. От чего-то попросту привык жить в таком ритме. Долгие часы перед монитором, множество вредной еды под рукой совместно с несколькими банками алкоголя и бесконечных сигаретных бычков, которые были разбросаны по всей квартире. Именно такое моё бытие. Самое забавное — никогда и не задумывался об изменениях, считая лишь одно: лучше уже все равно не будет. Зачем тратиться на бессмысленные переживания об упущенных возможностях? Лучше достойно прожить настоящее.

Вот только игнорирования и привело меня к тому, что сейчас не могу быть уверенным в том, что и правда счастлив, а не избрал путь слепого поклонения лживым мыслям, где лишь пытаюсь убедить себя в радости от грядущего утра, в реальности уже давно забыв про все эмоции, в попытках имитировать былые чувства.

Заметив, что вновь погрузился в чертоги собственных тревог, девушка неожиданно спрашивает:

— Что тебе нравится?

Вопрос простой, как в принципе и ответ на него:

— Писать.

Девушка нахмурилась:

— А помимо этого?

— Ничего. — говорил честно, так, если бы и вовсе до этого разговора выпил, в желаниях наконец-то хоть кому-то открыться, не обращая внимания на мысль о том, что завтра скорее всего пожалею.

Девушка молчит, более ничего не говоря, от чего решаюсь нарушить очередную паузу:

— Что тебе нравится? — несмотря на одинаковые слова, уж слишком по-разному звучали наши интонация. В ней даже при всех возможных трудностях ещё пылает жизнь в то время, как я: попросту устал.

И самое печальное — даже некого винить в подобной ситуации. Именно мои действия привели меня в точку, в которой нахожусь или же буду находиться в будущем. За все свои неудачи только себе и могу быть благодарен.

«Почему же всё стало настолько сложным… Куда же делась былая легкость?»

КТО ЖЕ Я ВООБЩЕ ТАКОЙ?

— Тяжело сказать — послышался неловкий смешок.

Казалось и вовсе стыдилась, решая умалчивать, полностью вычеркнув любые события, принесшие боль в юные года.

— А если точнее?

— Ответ один — этикет — тут же девушка начинается смеяться, но так, словно попросту сдерживает внутреннею истерию по былым учениям.

— Не понимаю — после добавил — Попроще объясни — голос звучал властно, будто слушаю оправдания никчёмного слуги, что попросту не может справиться с обязанностями, скрываясь за обычными оправданиями собственной бесполезности.

Ариста поднимается и встает точно напротив меня. Правая рука слегка приподнимается, будто в данный момент она находится не на скучной работе в окружение множества документов, а на званом приеме у знатного рода, в ожидание одного — принятия решения о браке, который поможет решить любые проблемы, связанные с безденежьем.

Молодость и красота юного тела в обмен на спокойствие и предсказуемость будущего. Любви не будет. Обычная бюрократия, устраивающая каждую из сторон.

— Тириан, я же воспитана балами и светскими ужинами. Правда думаешь, что в моем детстве было время на обычные развлечения? — уверенная улыбка, хищный взгляд. Именно этому она и училась долгие годы — образу, который сразу сможет остаться в разуме одинокого парня или же даже мужчины.

Удивление не было. Наоборот — один из самых ожидаемых сценариев для жизни девы с богатой семьи — стать лицом своего рода, все цело отдав судьбу в чужие руки, лишь бы только хоть раз услышать такие нужные слова: мы гордимся тобой.

— Серьёзно? — попытался сыграть удивление, но вышло не очень. Будто и вовсе одного взгляда хватило, чтобы раскрыть некое безразличие.

Не сказать, что мне было все равно. Попросту здесь играет фактор уже случившихся действий. При всем своём желании, я не имею возможности, по велению внутренних чувств создать такую судьбу, в которой каждый имел собственное счастье. Подобное, как по мне звучит слишком наивно и даже нереально.

Без страданий не сможешь ты познать истинную радость от случившегося счастья, ведь и сравнить не получится с самой большой печалью в жизни.

— Да — Ариста замолкает и присаживает рядом.

Девушка кладет одну ногу на другую, сложив руки точно на коленях и вытягивается подобно молодой гусыни — дальше показывает таланты сломанного детства, не понимая, насколько же грустно со стороны выглядит её игра.

Вся радость детского разума была попросту похоронена за родительскими амбициями, незамечающими насколько же сильно ломают своё дитя, только недавно пришедшие в этот мир, видя в нем равного себе, заставляя его вести себя, как настоящий взрослый.

Похлопал в ладоши, после слегка поклонился:

— Ты великолепна — небольшая пауза — Можешь, пожалуйста, прекратить?

Ариста, увидев с каким серьёзным лицом говорил, тут же начинает смеяться, скидывая странную маску, вновь возвращая на мнимую сцену именно себя, а не прекрасное лицо, отлично имитирующие счастье.

— Услышать подобное от тебя — успех — девушка выдохнула, будто и вправду скинула с плеч невидимый груз, который заставлял задыхаться, испытывая лишь муки лживого «я».

Ариста аккуратно положила свою голову мне на плечо, а после спросила:

— А во что в детстве играл ты, Тириан? — звучала расслабленно, словно и вовсе резко забыли про любое недоверие, которое могло возникнуть, между нами, ведя обычное беседу с…другом?

Задумался, затем ответил:

— Наверное… — последовала небольшая пауза — Ни в какие?

Если так подумать до даже будучи ребенком я спокойно выбирал одиночество, между шумной компанией незнакомых мне ребят. За время учебы и даже работы в издательстве не нашлось человека ставшего для меня хотя бы приятелем.

— И тебе не было грустно?

— Нет. Мне хватало радости, что родители были мной довольны. Всë-таки в начальных классах учился я хорошо. Это уже потом перестал гнаться за высоким баллом. Просто понимал — они ничего не изменят. Моя судьба в моих руках. Как видишь, пусть и с «человеческой магией», но смог исполнить мечту.

Ариста какое-то время молчала, пока всë-таки не решилась спросить:

— Когда оценки стали хуже, как твои… — девушка замолчала — В общем родители отнеслись к этому? Сильно ругами? — от чего-то в голосе слышался слабых страх.

Слегка нахмурился, после ответил:

— С чего бы? Спокойно поговорили, после чего мы пришли к компромиссу — оценки не должны становится еще хуже, если хочу и дальше заниматься творчеством.

Послышался слабый смешок:

— Ого… Везёт тебе — неловкое молчание — Мои бы сразу устроили скандал, сделав именно меня виновной во всех грехах. — Ариста улыбнулась, но вновь уголки губ кривились от ненависти. Она хотела найти спасение в разговоре, но тот только сильнее заставил чувствовать упущенные возможности своего прошлого.

Несмотря на её страдания, я, наоборот, ощутил странное облегчение, лишь от одной мысли:

— Не переживай, считай, я также был одинок. Просто у нас получилось его по-разному пережить. Ты — исполняя волю старших, мне же оставалось одно — странные попытки найти самого себя… — молчание — Как видишь, даже сейчас не получается в полной мере раскрыть смысл собственных чувств.

— Звучит оптимистично… — девушка будто затаила дыхание — Познакомившись детьми, как думаешь смогли бы поладить?

«К чему вообще такой странный вопрос?»

— Нет.

Девушка удивилась, услышав подобный ответ:

— Почему? — Ариста тут же оживилась в желании как можно быстрее узнать причину неожиданных слов, гадая: где же скрыта истина твоих мыслей?

— Сама подумай. Ты — ребёнок из богатой семьи. Привыкла к строгим правилам и полностью верна страшим. Я же, наоборот, родился у людей со средним заработком. Мы не бедствовали, но и позволить себе неожиданно дорогую покупку не могли… — на мгновение замолчал увидев, насколько же быстро в её глазах зажглась до одури знакомая искра.

— Ти-и-р-иии-ан? — протянула Ариста, подобно игривой кошке.

— Мы бы просто не смогли поладить. Слишком разные условия взрастили первые зачатки личности. Детьми испытывали бы только ненависть по отношению к друг другу.

Девушка задумалась, заметно погрустнела и тихо произнесла:

— Знаешь… — очередная пауза в разговоре, где слишком мало значат любые слова — Ты ведь прав, Тириан…

— Я знаю.

Возможно и дальше продолжили неловкие попытки изучить внутренний мир друг друга, со всеми его странными устоями, но неожиданно в дверку постучались.

Глава 28. Конец рабочего дня

— Ариста, ты уже закончила? — слегка уставшим голосом проговорил Натан, который тут же зевнул стоило лишь переступить порог кабинета — Тириан? Я думал тебя уже отпустили…

Слова явно были сказаны неосознано, казалось, что и вовсе недавно разбудили, нагрузив при этом множеством задач, на которые недавно пробужденный разум ещё не готов. Ответа «нет», так же не существует. Устраивает лишь: хорошо, в скором времени всё будет сделано.

Только сейчас заметил: Натан выглядел иначе. Вместо черного костюма на парне виднелась клетчатая рубашка голубого цвета, с белой футболкой под низом, а также светлые джинсы. Две черные пряди обрамляли слегка округлое лицо, а остальная часть волос: убрана в несуразно торчащий хвост, так как длины не хватало. Только одна деталь осталась без изменений — очки в круглой оправе.

От чего-то хотелось спросить: «Длина работе стала мешать?», но сдержался, ведь понимал: комментарий явно будет неуместен. Лучше попросту помолчу.

Девушка усмехнулась:

— Вообще-то Тириан, довольно ответственный работник. Думаешь смог бы уйти раньше? — последовала небольшая пауза, стоило Аристе обратить внимание на внешний вид Натана — Сейчас уже семь?

Парень лишь молча кивнул, после сказал:

— Ждал пока сама зайдешь, обычно ты так и делаешь, а тут: нет и нет… Решил проверить… — говорил тихо, готовый и вовсе уснуть на холодных полах.

Странно было наблюдать, как за место привычной ему энергичности пришла вялость, будто больной человек, который старается держаться из последних сил, готовый на всё ради своего начальника и достижения его целей, но никак не благополучия собственного тела.

— Виновата. Просто, у нас тут такой интересный разговор о лампочках состоялся, что я даже и не заметила, как рабочий день закончился — послышался звонкий смех.

«Спасибо…» — хотелось сказать Аристе за то, что не стала раскрывать суть нашей беседы, переведя акцент на самую невзрачную деталь в нём, оставив тем самым все важные переживания между мной и собой: теми, кто сквозь шутки смог увидеть родственную боль. Понимая: иногда молчание на много ценнее.

— Лампочки? — c непонимаем переспросил парень — Впрочем меня не касается… — и опять зевнул, закрыв глаза.

Какое-то время он смотрит в пустоту, не фокусируя и вовсе своего взгляда на нас. Словно мыслями уже давно находится дома, в родной кровати, где наконец-то можно забыть про все печали, позволив собственному разуму долгожданный покой.

Ариста быстро это заметила, от чего сказала:

— Тириан, уже действительно поздно, да и в «Восьмом глазе» никого нет. Можешь идти домой.

Девушка резко встает с дивана. Походит к одному из шкафов и достает одежду, в которой была с утра — черная кожаная куртка, юбка карандаш и белая кофта. Казалась она и вовсе забыла про меня, погружаясь в странные попытки, как можно скорее покинуть ненавистный кабинет. Было ощущение: не уйду и тут же обнажится без доли стеснения, в конце приведя все к обычной шутке.

Ещё раз посмотрел на Натана: неподвижная статуя, которая слегка покачивалась вправо, влево, лишь на мгновения возвращая сознание.

«Мне тут и вправду делать нечего» — промелькнула мысль, после, которой поднялся на ноги и направился в сторону выхода. Прежде, чем окончательно покинуть кабинет, проговорил:

— До завтра… — несмотря на тихий, практически беззвучный голос, девушка сразу услышала сказанные слова, незамедлительно ответив на них:

— До завтра! — воскликнула Ариста и лишь потом поняла — Стой! — крикнула девушка стоила мне докоснуться до дверной ручки — Почему до завтра-то? До послезавтра, Тириан. — голоc звучал уверено, а лицо серьёзное, от чего сразу становится ясно — не шутит, а действительно не понимает, почему решил так скоро вернуться на «любимую» работу.

«Опять началось…»

Резко оборачиваюсь и смотрю точно на Аристу:

— Ты же с утра сказала: должен забыть про выходные, ради тренировки «магию глаз», шутила что ли? — руки тут же скрестил на груди в ожидание одного — ответа. Почему всё вернулось к началу? Где же истину в её словах искать. — Если обман…

— Нет. — перебила девушка, не дав и слова сказать — По закону ты обязан посещать «Восьмой глаз» в свободное от работы время.

Тяжело вздохнул:

— Так почему я не должен приходить? — «не должен» специально выделил интонационно, чтобы поняла, где же именно пазл в моей голове не сходится с её реальностью.

Ариста молчит, пока всë-таки не решается сказать:

— Это мое решение. С директором поговорю сама. — говорила спокойно, но с легкой грустью в голосе.

— А? Зачем? — стоял в непонимании, потому что вновь её образ медленно рушался на моих глазах в желании осознать: о чем же ты вообще думаешь, а главное — какие цели перед собой ставишь в этот момент — Я готов, хоть и не хочу.

— Тебе нужен отдых. Хоть один день, вечер, иначе попросту не выдержишь.

— Это все из-за кошмара?

Девушка слегка усмехнулась:

— Не только. — последовала не большая пауза — Из-за своего образа жизни, ты выглядишь подобно ожившиму мертвецу.

— То есть ему — рукой указываю в сторону Натана — Лишний выходной не нужен? — спросил с легкой усмешкой, не желая и дальше выслушивать о жалости в сторону собственного «я». Ведь, если «Восьмой глаз» обязывает, то всё должно быть исполнено.

Парень на мои слова и вовсе не обратил внимание, лишь молча стоял, периодически вздрагивал, тяжело вздыхал, но не уходил.

«Для него настолько важно, что ли Аристу дождаться?»

— Натан, не стажер, а полноценный работник. В отличии от тебя, завтра у него как раз выходной, а если правильно посчитать, то целых два. — Ариста вздохнула — Тириан, ты ещё долго будешь стажёром, а значит об отдыхе, можешь забыть, поэтому, дать один день отгула тебе — честнее, чем кому-то ещё.

В этот момент, взгляда не свожу с парня:

— Допустим — небольшая пауза — А директор не будет против? Есть у меня сомнения насчет его доброты, особенно учитывая мою сегодняшнюю выходку.

Девушка начинает смеяться, от чего тут же вздрагиваю от неожиданности.

— Думаю, он уже про все забыл. — Ариста еле-еле сдерживалась, чтобы вновь не рассмеяться, от услышанных, мнимых страхов юного стажера.

Девушка уже успела снять пиджак и осталась стоять лишь в белой рубашке, с длинными рукавами, да чёрных штанах от брючного костюма. Только сейчас обратил внимание на туфли. Цвет их и вовсе не имел значение, главная деталь — большой каблук. Длинный и острый, словно иглы, на которых ей приходится ходить, напоминая тем самым балерину большого театра, что жертвует телом, ради общих оваций и восхищений красотой молодого создания.

«Думается: от ног, там уже ничего не осталась.» — подумал об этом, но спросил совершенное другое.

— Почему так решила?

Казалось: она и вправду не хотела подставить меня. При этом странным казалось: работник, что высказался против всех устоев, которыми так гордятся вышестоящие руководство, может тут же получить отгул и самое главное — без каких-либо последствий.

— Директор попросту привык сталкиваться с теми, кто против правил «Восьмого глаза». По-началу может и пытался быть понимающим, но как оказалось — не самый лучший подход. Ведь пока полностью разберёшься с проблемой одного сотрудника, тут же у двери ещё два появятся, за ними четыре и по итогу — работа не выполнена, а работники не видят в тебе авторитета. Как думаешь, что лучше сделать в данной ситуации?

Пожал плечами и сказал:

— Мне откуда знать — после задумался — Сначала уволил бы всех, а затем начал поиски новых людей на свободные должности. Затем постарался выставить себя жёстким начальником, чтобы и доли мысли не появилось пойти против.

Девушка усмехнулась:

— Страшный ты человек Тириан. А если бы не получилось?

— Это уже заботы будущего. Лучше скажи, как директор решил данную проблему, уж явно не через большую лояльность к людям.

— Интересно стало? — девушка начала смотреть с неким ехидством во взгляде.

— Да — ответил коротко, а главное быстро, в желание узнать правду о методах человека, на которого мне теперь придется работать. Кто знает, может получиться найти уязвимость, что смогу использовать во славу собственного отдыха?

— Все просто, как оказалась самая лучшая тактика — игнорировать. Хотят люди уйти, пусть кричат об несправедливости в жизни — их право. Как показывает практика: этого вполне достаточно, ведь, стоит гневу пройти, в душе остается одно: понимание о том, что если и правду решишься пойти против законов, то только хуже сделаешь именно себе.

— Так все и поняли, что спасения у него не найдут?

— Именно. Для тех, кто числиться в штате, директор человек бездейственный. Он не будет переживать о твоей судьбе. Для него каждый — не более чем расходный материл, который, когда-нибудь прийдет в негодность.

— Забавно, вещью меня ещё никто не называл...

Как оказалось очень легко по своей значимости упасть до уровня обычной шестерёнки, которой быстро найдётся замена, ведь не зря же мы — люди — идентичны по своей структуре.

— Радуйся, благодрая этому тебя не уволили. — Ариста подмигнула, после добавила — Ты уходить-то собираешь или всë-таки решил остаться с ночёвкой? — проговорила быстро, в то время, как руки сами потянулись к пуговицам на белой рубашке.

— Ты права. Мне уже пора — небольшая пауза. — Удачи на смене — голос был ехидным несмотря на то, что пытался звучать благодарным за её понимание.

— Посвяти хоть один себе, Тириан, а не мечтам.

Короткое молчание, затем тихий ответ:

— Постараюсь…

Глава 29. Разговор с редактором

Вышел из кабинета, сделал несколько шагов прочь от деревянной двери, после остановился и тут же обернулся. Именно в этот момент оттуда показался Натан, который до сих находился в странном состоянии между сном и реальностью. Парень что-то посмотрел в телефоне, затем прислонился спиной к стене и закрыл глаза.

«Надеюсь, не упадет» — подумал я и направился в сторону лифта, нажав на кнопку вызова.

Всю дорогу меня не покидало странное чувство — ощущение пустоты. Тишина практически полностью поглотила каждый этаж в этом здании, заполняя собой всякий сантиметр возможных углов. Только звук от кроссовок, в следствие неуверенных шагов, позволял уверовать в одно — я не оглох. Несмотря на то, как сильно сама реальность пыталась заставить признать обратное.

Даже музыка в лифте перестала быть обычной. Напоминая собой страшную композицию из фильмов ужасов, где стоит герою сделать шаг в сторону сомнительного поворота, как тут же встретит свою смерть. Она словно завывала и таила в себе горе уже давно погибшей души. Позволяя слушателю оказаться в дождливый день темной ночью, где у юной девы в миг забрали самое ценное — жизнь. По телу пробежали мурашки.

Тяжело вздохнул:

«Что-то больно я чувствительным стал, раз ничем не примечательная мелодия заставила поёжиться и испытать слабый дискомфорт…»

Стоило стальным дверям раскрыться, быстрыми и уверенными шагами пошёл в сторону «свободы». Прежде чем окончательно покинуть «Восьмой глаз», заметил: на первом этаже также никого не было. Единственными живыми таракашками, которые до сих пор прячутся в тени скорой ночи — являлись мы — работники любопытной и непонятной системы.

Несмотря на непроглядную тьму внутри здания, на улице в этот момент на небосводе сияло затканное солнце, которое медленно пряталось за горизонтом. Привычные голубые краски и вовсе исчезли, оставив лишь диковинный градиент: из оранжевого медленно переходящего в розовый заканчиваясь ярко алым.

«Красиво…» — промелькнула мысль, прежде чем начал идти в сторону родного дома.

Меня и правда привлекла необычность здешнего вечера, словно смог лицезреть картину известного художника, согласившего испробовать свой гений на нашей серой реальности, придав ей хоть доли радости, несуществующих судеб.

От чего хотелось думать:

«Надеюсь — не последний раз, когда порадовался простым вещам в своем иронично-циничном мире, в первые увидев не тронутую рукой человека природу. Настоящую. Способную лишь одним взглядом покорить человеческое нутро. Вспомнив, за что действительно следует ценить жизнь — за простоту дней, в которой ты просто счастлив»

Я бы вечность мог любоваться необычном рисунком на небесном полотне, но тут же телефон завибрировал, говоря тем самым одно — пришло сообщение.

Тяжело вздохнул, нехотя включил экран и увидел:

AlgarSimor@lin.ky:

Добрый вечер, Тириан Хейз. Очень рад слышать, что вы заинтересованы дальнейшим сотрудничеством с нашим издательством. Не хотелось бы терять такого ценного автора, как вы. Подскажите, когда вам будет удобнее всего обсудить детали дальнейшей работы?

P.S Оставляю свой рабочий номер для связи — X–XXX–XXX–XX–XX. Буду с нетерпение ждать вашего звонка!

Издательство Drinblack

«Я уже и забыл…»

C «Восьмым глазом», Аристой, Натаном, «человеческой магией», смертью Финга, даже думать перестал о работе с издательством. Попросту вычеркнул его из своей жизни, как нечто ненужное, полностью посвятив себя роли таракашки в большой корпорации. Прямо как… Натан?

«Интересно, когда же директор и мне заявит, что хватит подобного ребячества. Пора заняться настоящим, а не моими детскими мечтами, о всеобщий любви в виде современного творца. Где каждую мою работу будут обсуждать, где возможно и я получу хоть какой-то смысл…»

Усмехнулся, затем подумал:

«Жаль, что я не собирался отступать. Мне нравится быть писателем»

Пальцами начал набирать ранее незнакомый номер, пока шаги мои становились всё быстрее. Хотелось как можно скорее вернутся к чему-то предсказуемому. В те время, когда я с точностью знал, какими будут мои ближайшие дни.

Сначала один гудок, за ним второй, третий, пока на той стороне не ответили:

— Я слушаю — приятный мужской голос, в котором любая девушка была бы рада раствориться. Словно даже не видя лица, мог спокойно сказать: в одиночестве он точно не умрет, но вот в любви ли — вопрос остается открытым.

— Это Тириан Хейз. Решил сразу вам позвонить, как-только увидел сообщение — небольшая пуаза — Хотелось бы обсудить нашу дальнейшую работу, чтобы понимать в каком темпе мне следует писать.

Ответа не последовало. Казалось, и вовсе собеседник уже давно повесил трубку оставив наедине с самим собой.

Только хотел спросить: «вы тут?», как сразу же где-то вдали послышался слабый смех. Не был тот похож на человеческий, а скорее на странные помехи сломанной техники, которая лишь пытается казаться чем-то живым, в реальности и сердца, бьющегося в груди не имея.

Сразу же за ним последовало:

— Не думал, что так скоро свяжетесь со мной. Я приятно удивлен и несказанно счастлив вашему решению остаться нашим автором. Честно признаться, если бы не мистер Финг, именно я бы хотел стать вашим редактором. — парень замолчал, затем добавил — Ваши рукописи в своем роде уникальны. В этом можете не сомневаться.

Сладкие речи, которые должны были заставить полностью уверовать в его личность, чтобы и дальше следовать устоям издательства. Вот только нечто не давало увидеть в нём хорошего человека. Его попытки льстить, чтобы попросту легче вносить серьезные коррективы в роман, казались не просто притворными, а будущей дорогой на скорую казнь.

В отличие от Финга, Алгар… Вроде так его зовут? Пытается уж слишком залезть мне в душу, но вот, чего ради? Потому что даже на фаната тот не похож. Некто, кто лишь из-за странной привычки пытается и дальше носить маску доброжелательного человека.

«Что же с ним не так?» — промелькнула мысль, прежде чем сказать:

— Спасибо. Я очень рад, что хоть кто-то смог поистине оценить мои работы. Многие в издательстве не видят всей гениальности, которую вложил в каждую строчку — после последовал смешок.

Хотелось бы мне в действительности относится подобным образом к своим черновикам, но не получается. В реальности же вижу: обычный текст, который может понравиться среднестатическому жителю, но никак не стать классикой, обсуждаем даже через века. Нет в ней ничего такого.

Не плохая, и не хорошая, а просто существующая, как и многие другие книги. О них говорят сейчас. Будут возможно вспоминать через года два, три. Но вот одного им не пережить — веков человеческих жизней. Уготовано тем одно — быть памятью былых дней. Именно за это их и будут помнить, но не за мысли, которые вложил автор и его труд.

— Приятно осознавать, что мнения наши схожи. Очень хотелось бы побыстрее ознакомится с последней копией «Монстр». Мистер Финг, же так и не успел закончит работу над данным произведением. — становилось дурно.

Я не видел его лица. Не знал, что за личность прячется за приятным, даже обворожительным голосом, но даже так уже успел испытать странное отвращение, которое и вовсе никак объяснить не мог.

Нечто так и кричало:

Не следует тебе с ним говорить!

Захотелось смеяться:

«Видимо уже попросту начал сходить с ума, постепенно превращаясь в параноика, видя во всех людях врагов собственной судьбы…»

Тут же последовала еще одна мысль:

«Ариста мне тоже не сразу понравилась. Может с ним так же будет?»

— Как будут проходить наши встречи? — решил сразу перейти к решению рабочих проблем, покончив, наконец, с ненужными любезностями. Ведь, кажется, тот еще долгое время может петь оды моему несуществующему таланту.

Парень задумчиво хмыкнул, затем спросил:

— Думаю вы не особо хотите, чтобы подобное происходило где-то в людных местах, да и самому идти в квартиру к незнакомцу, тоже посчитаете сомнительной идеей — пауза, напоминающая больше театральную — Может именно мне следует навещать вас в установленные ранее даты? Что скажете?

— А? — неосознанно вырвалось.

— Не нравится? — со странным раздражением спросил парень, резко изменив свой мягкий тон, став жестким и даже властным.

— Нет… — замолкаю в непонимание, после же добавил — Все устраивает. Готов работать на таких условиях.

Послышался смешок, затем восторженно:

— Отлично! Тогда до скорой встречи, Тириан! — следом тишина, которая растворялась в громких гудках, законченного разговора. Последнюю точку в нем поставил он, будто показывая: я возвышаюсь над тобой, пусть тебе и кажется: мы равны.

«Даже сказать ничего не дал…» — последовал тяжелый вздох, после чего тут же убрал телефон в желании хотя бы до завтрашнего утра не вспоминать этого человека.

Все же они с Фингом слишком разные. Тот был более пассивным, выполняя любые указания сверху, этот же наоборот: так и источает энергию, готовый и вовсе в своей радости любого подобно соломинке спалить. Прячась при это за красивыми речами.

«Ещё немного и буду дома…»

Подобная мысль становится странным спасением в понимание скорого покоя. Осталось пройти со всем немного и вот окажусь у привычного подъезда. Поднимусь по уже родным изношенным ступенькам и попросту замру у двери.

Стоит ключу попасть в скважину, закрою глаза. Проверну два раза. Задержу дыхание и выдохну, как только ноги сами перешагнут невысокий порог. Заставив на лице, появится странную улыбку, очередного тихого вечера. Где никто более не сможет диктовать мне свои устои жизни, ведь только в этом месте, я и становлюсь по-настоящему собой.

Глава 30. Отражение мальчика в зеркале

Быстрыми шагами направился в сторону ванной, в желании попросту ополоснуть лицо холодной водой. Казалось, от чего-то щëки горели, а руки вспотели, будто и вовсе готов был упасть от высокой температуры, полностью отдав разум всему сюрреалистичному, забыв полностью о реальности. Хотя бы на вечер.

Остановился перед дверью, лениво поднял руку и нажал на выключатель. Слабый свет тут же начал мигать, давая возможность лишь на считанные секунды узреть убранство старой ванны. Белая плитка уже давно полностью состояла из маленьких сколов, медленно переходя в длинные трещины. По углам в качестве украшений висела паутина, напоминая собой тоненькие нити. Из ветхого крана методично капала одна капля за другой, постепенно догоняя собственное сердцебиение.

Неожиданно из-за плохого освещения начали болеть глаза, отчего потер переносицу и тут же покрутил вентиль с холодной водой.

Слегка грязноватая вода толстой струей хлынула из-под заржавевшего крана. Не выдерживая её напора, тот слегка покачивался и скрипел, будто готовый отскочить в любую минуту, затопив тем ближайшие этажи.

Худющие костяшки подставил под ледяную воду, а после несколькими каплями опрыснул горящие щëки. В этот момент полностью закрыл глаза, постаравшись почувствовать покой, после не очень приятного разговора с новым редактором.

«Мне он не нравится» — продолжал думать, не ища оправданий человеческим странностям. В желании видеть в нëм сомнительную личность, после, которой поймешь, насколько же святой становится Ариста Ламберт.

Тяжело вздохнул и только успел открыть глаза, как тут же заметил — они сверкали ало красным. Напоминая тот самый властный взгляд Аристы и Натана, во время использования «человеческой магии».

— А? — в голосе слышалось удивление.

Руками пытаюсь дотронуться до собственного лица, чтобы попросту осознать реальность увиденного, в попытках убедить: устал, надо просто отдохнуть. Именно — причина странных видений.

ХА ХАХАХА ХАХА-АХАХАХ

Неожиданно чей-то смех зазвучал точно за моей спиной. Резко обернулся, но ничего. Я всë также был один. Иногда теряясь в свете мигающий лампочки.

— Показалось? — прошептал, как только ощутил, что сердце с каждой минутой начинает биться сильнее.

Успеваю только взглянуть в собственное отражение, как осознаю: оно и вовсе перестало меня напоминать, заменив на образ маленького мальчика, с рыжими, растрепанными волосами. На щëки того был большой шрам от глубоко пореза.

Его взгляд пугал: не живой, а как у мертвеца, который пришел забрать в своё царство страданий. На устах застыла странная улыбка. Сквозь неë он пытался, что-то сказать, но я не мог услышать. Казалось, и вовсе перестал различать любые звуки, кроме быстро струившихся потоков воды.

Неожиданно острая боль пронзила место, точно в районе затылка. В миг ощутил удар чем-то тяжелом, от чего не смог устоять на ногах.

— Аг-х — схватился за голову и тут же простонал, от невозможности попросту стерпеть настигшие меня мучения.

Чьи-то холодные, практически невесомые руки, стали оплетать собственную шею. Стоило им только до коснуться до разгоряченной плоти, как стали сдавливать, заставляя легкие покинуть последние крохи воздуха, желая, чтобы в конце и вовсе задохнулся, отдав последние крохи разума пустоте.

Падаю на кафель и начинаю царапать шею, в попытках выбраться из невидимой хватки:

— Х-ва… — не могу и слова сказать, слишком больно. — Кх-кх!

Картина перед глазами постепенно расплывалась, окрашивая всë вокруг в чёрный. Перед тем, как окончательно потерял сознание, услышал:

— Почему ты вообще живой? — высокомерный надменный женский голос, который явно принадлежал незнакомой обольстительнице. Она смеялась. Долго. Наслаждаясь страданиями чужого человека.

Я получил покой о котором так жаждал. Боль закончилась. Любая: физическая, эмоциональная, моральная, ведь попросту и не мог подобного испытывать пока сознание прибывало в нигде. В непонятной темноте, которая попросту окутала каждую частичку тела.

«Странно…»

Казалось: ноги, руки, да и само тело стали меньше. Напоминая больше ребëнка, нежели исхудавшего взрослого. Правда, не мог я подобного увидеть, а лишь почувствовать, пока маленькие пальчики прижимали острые коленки к груди всё сильнее. Несуществующее лицо также пыталось в них раствориться, лишь бы только спрятаться от громких криков.

«Мягко… Спокойно…» — мыслей не было, лишь странная радость от ощущаемого умиротворение. Отчего даже покидать подобное состояние не хотелось. Остаться на веки в черных волнах безмятежности, где только покой мне сниться будет.

Резко во всеобщей тишине раздался странный звук — мелодия от звонка. Она давила на виски, заставляя испытывать чувство тошноты, итогом, которой станет рвота, которой увы не дано даровать облечение.

Раздражающий звук становился всë громче, пока в какой-то момент из рта не принялась идти кровь. Горячая, густая, как символ былой жизни в уже давно мëртвом теле. Пытаюсь закрыть рот, но не получается. Она обжигает. Заставляет вновь испытывать ненавистную боль.

Почему…. Почему… Почему опять!

Беззвучный крик, итог, которого — пробуждение.

Стоит только открыть глаза, как осознал: лежу в ванне, на холодном кафеле. Из зеркала на меня смотрят глаза, которые пусть и наполнены страхом и не понимаем, но принадлежат тому, кем и являюсь — Тирианом Хейзом.

Некоторое время и вовсе пошевелиться не могу. Попросту потерял понимание — где же кошмары уставшего разума, а где реальность выбранного одиночества. Поверить не мог — все закончилось — сон. Не стоит об этом более думать. Забыть и желательно никогда не вспоминать.

Лишь одним звуком была заполнена старая комната — собственное шумное дыхание, в попытках успокоить душу. Ведь не получилось с улыбкой на устах вскочить и крикнуть: я ничего не помню, а значит — не было. Ведь даже сейчас в памяти могу воссоздать каждую сцену, при том с малейшими деталями, даже, если те и вовсе были не значительными.

Спустя десять минут, как понял: здесь мне ничего не угрожает, нахожу силы, чтобы подняться с колен, а после посмотреть: сколько же времени, провел в забытье прошлого вечера. Вычеркнув целые часы из подаренной жизни.

Время на часах: 11:02

На экране уведомлений виднелось три пропущенных звонка. Первая мысль — заблокировать и удалить, но, как только присмотрелся к цифрам, понял — новый редактор. Он звонил в 9:00, затем в 10:00, последний раз — 11:00.

«Две минуты назад?» — слегка удивился, затем подумал: следует ли ему перезвонить?

Сейчас нас связывают деловые отношения и игнорировать его по решению подобных вопрос — низко с моей стороны. Но остается одна проблема — отвращение, которые испытываю только от одного разговора.

«Может всë-таки не стоит?» — успела промелькнуть мысль, прежде чем понял — некто постучался в дверь. Сначала один — нерешительный, затем второй — уже более уверенно, третий — заимел требовательный тон, который и вовсе напомнил злостный крик.

— Да иду я! — раздраженно прокричал, чтобы неизвестный точно услышал и более не нервировал бессмысленным шумом.

От чего-то даже думать не стал: к тоже в такой ранний час решил навестить?Попросту хотелось, чтобы обычный шум закончился. Переставая усиливать уже привычные приступы головной боли.

«Надеюсь с ума сошëл и там никого не будет…»

Повернул замок два раза, сделал глубокий вдох и открыл врата своего «угрюмого» царства. Точно на против меня стоял парень. Лет ему было около двадцати пяти — семи. Короткие вьющиеся волосы, спадали аккуратной челкой точно на правую сторону. Из одежды на нем — чëрная водолазка, которая полностью облегало тело, а также синие джинсы.

Незнакомец смотрел странным, диким взглядом, напоминая человека, что разумом тронулся в своих попытках познать веру.

— А? Кто вы? — спросил с непонимаем.

Тот и вовсе не удивился, а лишь протянул руку в знак приветствия и ответил:

— Видимо вы меня не узнали — в этот момент рефлекторно пожал ему руку, сам не понимая: зачем вообще это сделал — Меня зовут Алгор Симор. Я ваш новый редактор. Мы говорили вчера по телефону.

Парень бесцеремонно, не дожидаясь хоть каких-либо слов, заходит внутрь:

— Тут всё также. Финг не обманул. — каждое его действие выглядело естественно, словно уже не раз бывал в этой квартире.

Симор успел дойти до кухни и присесть на стул, прежде чем крикнул:

— Стоп! — небольшая пауза, в попытках успокоиться, от странного гнева, как только заметил: насколько же спокойно выглядело его лицо. Чем-то он напоминал Аристу, а именно наглостью, с которой они относятся к другим. В их головах — слова иных людей ничего и вовсе не значат.

«Омерзительно…»

— Почему ты… — пауза — Вы, вообще пришли?

Парень усмехнулся:

— Видимо, ещё не до конца проснулись. Мы ещё вчера договорились, что приду к вам, чтобы обсудить работу над последним романом. Заб…

— Почему без договоренности? — перебил его, с целью заставить понять: не пытайся казаться выше. В моем ты доме, а не в своих угодиях, где можешь помыкать и спускать на «не важно», любые ошибки.

— Тириан — Симор звучал пугающе — Я звонил. Вы трубку не вязли. Пришёл проверить. Может помощь нужна. Разве — плохо?

Что-то в его натуре заставляло бояться. Странная вежливость, которая является прикрытием чего-то куда более зловещего, нежели мог бы подумать.

«Даже Ариста не настолько лицемерная»

Следующая мысль:

«У нас не получится сработаться…»

Симор усмехнулся:

— Не смотрите так на меня. Я правда виноват, что ворвался к вам без предупреждения, но по пытайтесь понять. Не брали трубку. На почту также не ответили, что еще оставалось делать, кроме, как лично проверить вашу безопасность?

Повисло молчание:

— Прежде чем начать обсуждение действительно важных вещей, хотел бы попросить, после нашей встречи ответьте на письмо, которое прислал последним. Там обычная формальность. Нужно переоформить договор, раз Элиот Финг мёртв.

— Хорошо. — звучал отстраненно.

— Отлично! — воскликнул тот, словно я и вовсе с демоном сделку решил заключить.

— Копию для меня вы так и не успели подготовить?

— Копия? — повторил за ним с не понимаем, пока не осознал — Копию… Нет. — ответил быстро и коротко, без каких-либо оправданий.

— Так и думал — проговорил Симор, а после рассмеялся.

Тяжело вздохнул, затем закрыл глаза и начал тереть переносицу:

— Я понял — виноват. Сегодня на почту отправлю. Давайте лучше решим, как выстроим свои дальнейшие отношения, хорошо? — ответа его и не требовалось — Я черновик, вы файл с правками?

Тот хмыкнул:

— Вы против личных встреч?

Несмотря на более грубый тон, парень продолжал улыбаться, пытаясь стать частью каждой новой мысли в моей голове, своими глазами цвета первородной лазури. От чего-то казалось — они пугают куда больше, чем красная радужка под воздействием «человеческой магии».

В принципе, всякая частичка его существа вызывала одно — недоверие.

— Нет. — молчание — С Фингом наше общение часто сводилось к обычным письмам. Раз в месяц я приходил к нему на квартиру, чтобы обсудить разные моменты связанные с сюжетом. — не сказанным оставалось одно — я молчал, пока всю мою историю ломали на кусочки, пытаясь создать из нее нечто совсем другое.

— Не переживайте, со мной вам работать понравится куда больше. Я уважаю авторские сюжеты, а не современную моду. Критика будет, но обоснованная. — парень сложил руки на груди, слегка поправил рыжеватые волосы и спросил — Так как сегодня вы ещё не готовы, то ответьте — когда же будете рады вновь меня принять?

В этот момент задумался:

— Сколько потребуется времени для прочтения пяти авторских листов? — спросил, не смея и взгляда поднять, словно и правду появилась надежда: мне позволят писать, как раньше.

— День — уверено ответил Симор и ухмыльнулся — Я довольно быстро читаю.

— Сможете завтра, ближе к вечеру?

— Конечно, главное — ваше удобство.

Парень резко поднялся со стула. Потянулся и направился в сторону выхода.

Напоследок тот повторил:

— Я надеюсь, что мы сможем не разочаровать друг друга — после: дверь закрылась, оставив меня наедине с собственными мыслями.

Глава 31. Дополнительный договор №18062003

— Наконец-то ушёл… — злобно прошипел, после чего тут же направился в сторону выключенного компьютера.

Надо поскорее подписать новый договор и отправить черновик «Монстра», ведь попросту боялся: захочет вновь вернутся, вследствие очередной странной мысли, которая посетит по всей видимости, слабоумную голову.

Нажимаю на кнопку «пуск», от чего слышится громкий и неприятный звук.

«Давно надо было купить новый… Почему продолжаю это терпеть?»

Ответ нашёл быстро. Каждый раз как только дело доходит до выбора модели происходит одно и тоже: сначала около часа рассматриваю разные варианты, затем, проверив банковские карты, закономерно думаю — «потом».

Привычный сценарий, которому следую раз в месяц, так точно. Интересно, когда же прервётся эта странная нить из вечных «потом» и «завтра»?

Последовал смешок:

— Видимо никогда… — появилась слабая улыбка, от странного отчаяния — Может поговорить об этом с Натаном? Он вроде разбирается в электронике…

Как только загрузочный экран сменился на рабочий стол, кликаю мышкой по иконке браузера. Следом перешёл по закреплённой сверху ссылке. Страница некоторое время не отвечала, будто и вовсе хотела выдать ошибку. Несколько раз пытался её перезагрузить, пока итогом не стало: спустя семь минут почта всё-таки открылась.

На белом фоне отчётливо виднелись две синие полоски от ранее непрочитанных сообщений.

Первое гласило:

AlgarSimor@lin.ky:

Тириан Хейз, так как вы согласились на дальнейшее сотрудничество с нашим издательством, то просим ознакомиться с новым договором. В нём указаны условия дальнейшей работы. Ждем вашего ответа! Хорошего дня!

Издательство Drinblack

Второе же:

AlgarSimor@lin.ky:

Тириан, прошу в ближайшее время направить черновик вашего нового романа. Хочу как можно скорее приступить к его прочтению. Уверен, вы всё также не отступаете от своего мировоззрения! Я ЖДУ!

P.S Если ко мне появятся вопросы, я всегда готов на них ответить, можете не бояться звонить/писать даже ночью!

Издательство Drinblack

Лицо тут же скривилось в гримасе. Его первое письмо звучало, как попытка в официальность, ради мнимой уверенности, что и дальше сможет поддерживать деловой-дружелюбный тон. Следующие же, наоборот, ощущалось, как странное давление с его стороны. Парень слишком сильно пытался стать частью именно моей жизни, будто и вовсе хотел, чтобы они слились в одно целое. Полностью поглощённый его добротой. Став настоящим слепцом.

Отбросив дурные мысли, открываю файл с договором и начинаю читать:

Дополнительный договор №18062003

Тириан Хейз, далее — работник, должен передавать в редакцию, минимум одну книгу в год (размер: 10–15 а.л). В свою очередь Издательство Drinblack, далее — наниматель, обязуется:

1. Перечислять работнику 20% от каждого проданного экземпляра.

2. Не трогать сюжет.

Исключение: если в тексте будут прослеживаться революционные мотивы, разжигание ненависти между жителями (относится как обладателям «человеческой магии», так и к обычным людям), сатира на современное правительство.

3. Продвижение книги в социальных сетях.

4. Оплата всех расходов на печать, обложку, корректору, редактору.

5. Помощь в случае судебных разбирательств, связанных с клеветой в сторону работника

6. Помощь в случае судебных разбирательств, связанных с плагиатом, если после экспертизы доказана невиновность работника.

Обязанности работника:

1. Писать минимум одну книгу в год (размер: 10–15 а.л).

2. Вести социальные сети для продвижения своего имени

3. Вовремя выходить на связь с редактором и вносить все его коррективы.

ЗАПРЕЩЕННО!

1. Спорить с редактором, если не доказана излишняя предвзятость.

2. Раскрывать в Интернете сюжеты будущих работ.

3. Критиковать издательство

Разрешено в одной из следующих форм:

а) мягкое недовольство, без конкретных причин, чем именно они вызваны;

б) полное отсутствие критики, без перечисления дальнейших плюсов издательства;

в) полное отсутствие критики, с перечислениями дальнейших плюсов издательства.

4. Критиковать других работников издательства Drinblack

Разрешено в одной из следующих форм:

а) высказывать недовольство по отношению к авторам других издательств

б) сотрудничество между работниками издательства Drinblack

в) сотрудничество между автором и работником из другого издательства

5. Воровство интеллектуальной собственности. Работник не имеет права использовать: персонажей, сюжет, другого сотрудника издательства Drinblack.

Вследствие подписания данного договора обеими сторонами, документ вступает в силу незамедлительно. За нарушением одного из перечисленных пунктов возможны последствия в виде административной, уголовной ответственности.

Редактор: Алгор Симор (контактная информация для связи передана работнику)

— Чего? — проговорил с не понимаем, а после подумал:

«Как я вообще мог когда-то подписать нечто подобное?»

Затем вспомнил: не читал. Ранее был слишком рад подобному сотрудничеству, отчего даже открывать файл с договором не стал. Поставил подпись, а после с широкой улыбкой на устах вернулся к работе над новым романов.

Сейчас же прочитал лишь по одной причине — странное недоверие к Алгару Симору. Парень пытался быть добрым, но вот только в каждом его слове слышалась фальшь, без доли искренности. Обычная корпоративная этика, по которой нужно улыбаться, быть вежливым и так сильно переживать за своего автора.

«С Элиотом Фингом я чувствовал себя лучше?» — промелькнула мысль, в попытках понять: что же ближе — холодная отстраненность, где быстро и сухо обсуждаете все рабочие моменты и после вновь становитесь незнакомцами в обычной жизни? Или же смогу привыкнуть к нарочито наигранной заботе, с громкими криками: мне так нравятся ваши работы!

«Если и дальше продолжит, так себя вести, то придётся заставить общаться, как нормальный человек, а не фанатик, что впервые смог увидеть своего кумира»

Вздохнул, а после нажал на копку «печать». Несколько громких звуков и вот из принтера начала показываться белая бумажка. На самом её конце смог заметить две детали. Первая — большая синяя печать: Drinblack. Вторая — место для собственной подписи.

Какое-то время смотрю на эти поля, но уже без энтузиазма. Сейчас отчего-то хотелось одного — оставьте же меня все в покое и дайте творить, без своих несуразных предрассудков, насчёт человеческого общества. Где одной детали хватит, чтобы и вовсе сломать строй, что формировался долгие годы.

«Не хочу… Не хочу… Не… Хочу…» — стоило об этом подумать, как рука сама потянулась к синей ручке, которая лежала рядом с клавиатурой. Одного резкого движения хватило, чтобы «контракт» был подписан. Полностью отдав всё своё творчество в руки других людей. Вновь.

Быстро отсканировал его. Проверил: хорошо ли получилось, затем начал набирать текст в ответ на ранее пришедшие письмо, предвкушая очередную излишнюю эмоциональность со стороны Симора. Лицо скривилось от этой мысли, но пытался успокоить: надо просто привыкнуть. Со временем станет легче.

Итоговый вариант выглядел так:

TiriaannHeizz@lin.ky:

«Здравствуйте. Подписанный договор. Черновой вариант первого тома «Монстр»

Не успел и взгляда отвести, как тут же пришел ответ:

AlgarSimor@lin.ky:

«Отлично! Ознакомлюсь в ближайшие минуты!»

Издательство Drinblack

Побежался взглядом по тексту, как вновь почувствовал странное отвращение. Хотелось сказать: хватит! Просто прекрати меня раздражать!

Самое отвратительное в этой ситуации — не могу нормально объяснить за, что же так сильно начал недолюбливать Алгара Симора. Словно все моë существо начинает кричать при виде его: нельзя ему верить. С собой он смерть принесёт. Страшно становится: насколько же это шутка? Как будто и вправду верю в возможность трагедии от любого общения с ним.

Даже Ариста вызывает во мне куда больше тепла и доверия. Хоть всë и должно быть совсем наоборот. Девушка вечно странно улыбается, скрывая печали собственной души, в то время как у него может и выглядят любые слова искренне, но вот на деле, единственное, что ощущаешь — недоверие.

Неожиданно телефон зазвонил. Номер не определился, но отчего уже знал, кто это будет:

— Чего? — звучал не довольно, хоть на деле — чувствовал лишь усталость, но никак не злость.

Послышался смешок:

— Даже не спросишь кто? Или же с прошлого раза записал мой номер? — послышался женский приятный голос.

Это была Ариста Ламберт. Стоило мне только помыслить о ней, как тут же, словно мысли прочитала, связалась со мной. Возможно, очередная забава, чтобы развеять скуку, но отчего-то — я не против. Впервые готов сказать: рад её слышать.

— Нет. Мне твой номер не зачем записывать. Итак знаю — ты.

Девушка замолчала, после сказала:

— Спасибо хоть без обзывательств в контактах. Думала именно так выразишь свою непереносимость моего общества — Ариста начала смеяться.

— Мне не пять лет, чтобы подобным заниматься. — небольшая пауза — Как ты записала мой номер?

«Если об этом подумала, значит так и поступила» — не знаю почему, но сразу уверовал в данную идею. Не хотелось думать — видит во мне человека хуже, нежели сама. Не может быть такого, чтобы она не отомстила дурацким прозвищем.

— Тириан Хейз — ответила девушка.

— Что? — незамедлительно спросил, не понимая: к чему вообще идёт разговор.

— Чего «что?» — повторила за мной Ариста.

— «Тириан Хейз» — так у меня записан твой номер.

Было слышно: еле-еле сдерживалась, чтобы не начать смеяться.

— Значит твой запишу, как Ариста Ламберт.

Девушка удовлетворительно хмыкнула:

— Вполне устраивает — последовала тишина.

Более она ничего не говорила. Будто и вовсе единственной целью звонка было услышать мой голос и в очередной раз схлестнутся в бессмысленном разговоре. Нет в нём ничего. Зато каждый при этом чувствует утоление потребности чего-то простого. Глупые. Смешные. При этом — живые.

— Что-то случилось? — решил продолжить, лишь бы вновь не провалится в чертоги собственных мыслей. Не хочу ни о чём думать.

Последовала небольшая пауза:

— Нет. — голос её звучал на удивление бодро.

— Зачем тогда позвонила? — решил сразу озвучить самое главное. Ведь она ничего не делает просто так. Должна быть какая-то причина.

— У? Просто. Скучно стало — спокойно проговорила девушка.

— Серьезно?

— Да. Скоро обед. От дел решила отдохнуть, а ни тебя, ни Натана сегодня нет. К остальным даже подходить не хочу.

Усмехнулся:

— Я польщён. Не думал, что стал настолько ценен для тебя за эти два дня.

«Два дня…» — эхом пронеслось в голове. Казалось, что прошли целые месяцы после того, как ноги переступили порог «Восьмого глаза». На деле — 48 часов. Время, когда жизнь полностью сменила свой вектор, идя далее в неизвестном направлении, где и сказать не могу, как пройдет следующий день.

— Признайся. Тоже успел привыкнуть — звучит ни как вопрос, а скорее как утверждение, которое пытался игнорировать, ища самые возможные оправдания.

— Отказываюсь отвечать.

— Твоё право — спокойно ответила Ариста, затем спросила — Как выходной проходит? Надеюсь, хоть сегодня выспался?

«Что же мне ответить?»

Не хотелось говорить правду, про непонятное видение вечером, странного редактора, который посмел вторгнуться в квартиру с утра по раньше. Думалось: и вовсе не будет интересно, гадая, когда же он закончит?

— Можно и так сказать — небольшая пауза, после которой последовал закономерный вопрос.

— Врёшь? — спросила Ариста серьезным голос.

— Нет — ответил быстро, не задумавшись.

Девушка усмехнулась:

— Тириан, ты не исправим! — затем, звонкий смех.

Казалась она и вправду была счастлива, видя радость в простых разговорах ни о чём. Мы не спорили, не ругалась. Лишь беседовали о бессмысленности сегодняшнего дня. Что удивительно, он будет таким и завтра, ведь смыслом новые часы после пробуждения наделим именно мы.

— А если серьёзно — девушка замолчала — Ничего не случилось? Звучишь сильно уставшим даже для человека, который заснул поздно.

В голосе отчетливо слышалось переживание. Слабое, но оно явно было.

«Приятно…» — подумал, затем проговорил:

— Кое-что и вправду случилось. — не успел договорить, как тут же последовало:

— Так и знала! — воскликнула Ариста — Рассказывай. — требовательно, но с большим интересом, в предвкушение скорой истории.

— Нет.

— А? — послышалось от нее с недоумением.

— Завтра расскажу.

— Почему? — в голосе прозвучала некая грусть.

— Интригу хочу поддержать. Не думала же, что сразу все карты открою?

Отчего то мне нравились подобные моменты. Будто и вправду двое друзей решили созвониться, вследствие большой тоски. Радовала некая обыденность наших бесед. Нет в них «человеческий магии», да и в целом проблем современного строя. Все до банального просто и оттого, и прекрасно.

— Буду с нетерпением ждать. Ведь в последние дни у тебя больно насыщенная жизнь, Тириан.

— Зато никому в «Восьмом глазе», точно не будет скучно.

Ариста ничего не ответила. Очередное молчание погладило наши голоса. Оно не было неловким, а именно тем, самым, когда понимаешь: никакие слова тут и вовсе не нужны. Зачем, если каждому комфортно в подобной тишине.

Только хотелось спросить: по говорила с директором насчет моего увольнения, как тут же девушка сказала:

— Пора дальше работать... — тихо проговорила Ариста, затем воскликнула — Пожелай удачи!

«Быстро же сменился её тон…»

Лёгкая печаль, на радостные крики, но вот истинные чувства, так и остаются непонятыми, скрытые в глубине страдающего сердца. Казалось странным: зачем и дальше продолжать играть роль? Почему не рассказать о своих переживаниях честно?

— Удачи? — говорил неуверено, не до конца понимая: а нужно ли вообще?

— Спасибо!

Затем послышались гудки. Ариста закончила разговор.

Глава 32. Мама, Папа, я — семья

Откинулся на спинку кресла и долго смотрел на потолки. Казалось, что странное спокойствие только нервировало. Привычная тревожность закончилась, сменяя собой непонимание. Не знал я чем себя занять, ведь откровенно говоря, ничего и не хотелось. Просто и дальше лежать, не двигаясь, заставляя запомнить данное мгновение на долго. Изредка вспоминая, когда вновь буду находиться в собственных терзаниях.

Медленно перевел взгляд в сторону монитора и подумал:

«Не хочу. Нет настроения».

Впервые за долгое время, я не горел желанием творить. Не было той самой искры, заставляющей любую свободную минуту тратить на набирание текста на белом фоне. Именно сейчас — стало до одури не важным. Став в одночасье былым фрагментом прошлого, настоящего и возможно даже будущего.

Рука невольно потянулась в сторону выключенного телефона. Рефлекторно начал проверять сообщения, будто ожидая — кто-то точно решит написать. Подобного, конечно, не случилось. Было лишь несколько старых от Аристы, одно от редактора Симора, (его я только сейчас увидел). Оно простое и незамысловатое:

«Тириан — Алгар Симор — мой личный номер телефона, если вдруг будет не доступен рабочий»

«Чудик…»

Последние же: от родителей. Мама часто спрашивала, как у меня дела, боясь, что может отвлечь от дел своим незначительным звонком. Реже писал отец, но из-за этого вовсе не возникло ощущений, что не любит. Наоборот, я точно мог сказать: обо мне он заботился и старался сделать всё возможное для своего непутевого сына.

«Когда же навещал их в последний раз?»

Казалось, это было настолько давно, что попросту вспомнить уже не мог. Будто родительские лица медленно растворялись в потоке однообразных рабочих ночей, вечно оправдывая своё отношение к ним одними словами: ещё успею.

Сначала хотел позвонить, но пальцы тут же застыли, перед тем самым моментом, когда уже был готов начать вызов. Вновь испугался, что в очередной раз пытался избежать личных встреч, прячась за «мы же говорили». Они точно знают — я их не забыл.

«Так не пойдет. Надо их навестить»

Стоило только об этом подумать, как тут же направился в сторону шкафа. Хотелось произвести хорошее впечатление после стольких месяцев разлуки. Не могу же предстать перед ними в спортивной костюме или же джинсах. Вдруг начнут переживать, что денег не хватает на одежду подороже…

«Позорище…»

Клеймо, которое самолично повешу на себя. Они ни за что не должны знать о плохом в моей жизни, даже, если таковое присутствует. Пусть лучше и дальше существуют в неведение, чем проводят часы драгоценного дня в терзаниях о непутевом ребенке.

Самый приличный образ — голубой свитер, белая рубашка под ним, а также черные штаны. Ботинок, конечно же никогда не покупал, остановив свой выбор на черных кроссовках, с мыслями: пусть хотя бы вверх будет опрятным.

Снимаю черную кофту, затем, быстро стягиваю белую футболку. Просунув руку в длинный рукав, от рубашки, пришло осознание — этим вещам около семи лет. При этом собственное тело и вовсе никак не изменилось. Оставшись точно таким же, как в разочаровующие время, после выпуска с учебного заведения.

«Кажется именно в них я пошел на самую первую встречу с Элиотом Фингом?»

Радостный и счастливый, готовый на любые каторжные условия, лишь бы только гордо крикнуть по возвращению домой: теперь я официально работаю с издательством! Мама и папа посмотрят на меня с неописуемой гордостью, обнимут и тихо проговорят: мы знали, что ты сможешь. Мы верили в тебя сынок.

Так всё и случилось. Слово в слово. Вот только после этого я годы продал своей жизни на создание черновиков, думая о которых, и вовсе считал: не должно подобное выходить из-под моего авторства, ведь слишком безвкусно.

«Может, именно сейчас смогу хоть что-то изменить?»

Образ был полностью готов. Самым странным в нём — бледное лицо, которое и вовсе хотело слиться с рубашкой, которая надета точно под голубым свитерам. Казалось, с каждой минутой оно становилось всё белее, заставляя незнакомцев думать: может, он и вовсе чем-то болен?

Быстрыми шагами прошёл около открытой двери ванной, застыв, как только вновь пришлось лицезреть собственное отражение: глаза стали испуганными, словно опять готов узреть кошмар, который настиг вечером. Погрузившись в очередную пучину отчаяния.

Тяжело вздохнул.

«Просто дурной сон…»

Именно в это хотелось верить, без желания разбираться в очередных странных событиях, приняв за истину одну версию — устал, потерял сознание, приснился плохой сон. Так всё и было и никак иначе, ведь зачем, все усложнять?

Снял очки. Включил кран с водой и тут же начал умываться, в попытках хоть как-то придать уставшему лицу человечный вид, а не мертвеца, что уже давно живёт в привычном для себя ритме.

Время на часах: 12:49.

После вышел в коридор. Натянул кроссовки на светлые носки, надетые для видимости, и одним резким движением захлопнул входную дверь. Стоило спуститься по лестнице и оказаться на улице — увидел голубое небо. По нему лениво плыли еле видные облака, которые и вовсе напоминали собой подобие сахарной ваты.

Солнечные лучи аккуратно скользили по улочкам города. Не грели те вовсе, но создавали неясный уют в душе. Заставляя радоваться лёгкой прохладе, которая постепенно становилась сильнее, напоминая осенние вечера.

Людей на улице было много. Одинокие, в группе, но они есть. Те с широкими улыбками шагали вдоль длинных тротуаров, смеясь и радуясь обычному дню, где тебе можно позволить быть настоящем и познать радости веселых часов.

Не сразу, но у меня всё-таки получилось: обогнать компанию из подростков, затем обойти старушку, которая, еле-еле передвигая ногами, шла — по всей видимости — сторону магазина. Каждый жил своей жизнью. Погруженный в своё бытие, заставляя улицы дышать и цвести подобно благоухающим цветам.

Дорога заняла мало времени — около тридцати минут, и вот я уже стоял около металлической двери подъезда, готовый набрать нужную квартиру. Немного переживал, хоть и сам не мог ответить почему. Ведь и так знал — они рады будут увидеть меня, простив при этом долгое отсутствие, думая: главное сейчас ты рядом.

Последовало несколько протяжных сигналов от домофона и — тишина. Решил повторить, но итог один — никто так и не открыл дверь.

«Странно…»

Когда подобное повторилось уже в третий раз, решил всё-таки позвонить. Не хотелось портить сюрприз, но отчего-то думал: без него и вовсе не впустят.

«Может что-то случилось?»

Быстро набрал номер, услышал два коротких гудка, а затем:

— Слушаю — приятный женский голос, от которого, так и веяло теплотой, будто говоря: стоит только заслышать, как вновь вернешься в дни, когда был ребенком, в мир, где все было на много проще, раздался на другом конце.

— Это я — последовала небольшая пауза. — Сегодня выдался свободный день. Хотел к вам заглянуть.

«Не стоит говорить, что уже стою у их подъезда.»

— Ох — послышалось от мамы.

— Что-то не так? — спросил с небольшой тревогой в голосе, боясь: не уж то оказался прав? — Если вдруг вам нужна помощь…

— Нет! — тут же перебила женщина — У нас все хорошо, даже лучше, чем ты можешь представить. Просто…

Неожиданно она замолчала.

— Просто? — повторил за ней, чтобы поскорее ответила, что же всё-таки сулилось?

— Мы с отцом сегодня утром уехали — небольшая пауза — Извини, что не предупредили тебя заранее. Надо было подумать о том, что вдург ты захочешь прийти в гости, а нас нет.

Тут же почувствовал странное облегчение.

— Всего лишь? — усмехнулся. — Я рад за вас. Куда поехали?

— В соседний городок. Туда, где мы с отцом и познакомились — радостно ответила мама, будучи действительно счастливой.

— Решили скуку развеять? — попытался пошутить, но вышло так себе.

Женщина засмеялась.

— У нас же скоро годовщина, сынок — все с той же любовь в голосе ответила мама и доли грусти в душе не тая.

«Как я мог забыть…»

Вот что значит быть по настоящему плохим сыном. Хорошо, что не день рождения, тогда бы и вовсе простить себе не смог.

— Знаменательное событие. Надеюсь, что сможете хорошо провести время. — не должны они знать о моей забывчивости.

— Спасибо, сынок. Напишем, как вернёмся.

— Буду ждать. Пока.

— Пока, мы тебя очень любим!

После этих слов, послышались гудки.

Глава 33. Письмо незнакомки

Весь оставшийся день я и помыслить не мог о том, чтобы вернуться домой. Хотелось и дальше бездумно бродить по улицам, поглощенный собственными мыслями: о «Восьмой глазе», Аристе, Натане, Симоре, а главное — родителях.

Впервые за долгие месяцы мне хотелось их увидеть и полностью раствориться в любящем, материнской улыбке. Она позволила бы полностью забыть про ужасы нового договора, работы в «Восьмой глазе», просто почувствовать спокойстве семейного вечера, где вновь смогу вернуть семейные узы, которые медленно готовились к тому, чтобы и вовсе разорваться, подобно тонкой нити, оставив после себя пустоту в душе. Заполнить её, увы, никак уже не получится.

«Жаль, что сегодняшний день не может длиться вечно…» — промелькнула мысль, стоило лишь слегка поднять голову и посмотреть на небо.

Голубые краски медленно исчезали, сменясь на нежно розовый, который постепенно переходил в оранжевый. Солнце постепенно скрывалось за горизонтом, отдавая борозды правления ночи. При этом и доли холода не чувствовалось, казалось — всё было точно также, как и днем.

«Удивительно…»

Промелькнула мысль, после чего осознал: за несколько часов успел обойти практически все улицы города, сделав конечной точкой парк. Там во всю гуляли люди: влюбленные парочки на свидании, одинокие старики, а также дети. Каждый из них был чем-то занят. Наполнял смыслом бытие, делая свою жизнь важной.

Второй важной деталью стало кладбище, которое было построено напротив. Никого не смущало, что радости обычного вечера проходили параллельно месту, где и вовсе оставались всегда в виде старого скелета, что лишь будет напоминаем о былой жизни некогда существовавшего человека.

По коже пробежали мурашки, затем появилась странная мысль:

«Интересно, а Элиота Финга уже успели похоронить?»

Одинокого мужчину, который кроме как работы за душой ничего и не имел. Даже собственную семью променял ради мнимого успеха в издательстве. Отчего-то подумал: по такому человеку и слёзы лить никто не станет. Начальство забудет уже на следующий день, а более в жизни никого и не было.

«Печальная, но такая ожидаемая участь»

Перешёл дорогу и быстрыми шагами направился в сторону металлической калитки. Внутри оказалось тихо. Казалось, стоит только перешагнуть, вступить на территорию мёртвых, как любая радость, вокруг живущих, тут же стихнет, медленно исчезая в окружающей тоске.

Бездумно начинаю ходить то взад, то вперед, рассматривая таблички, лежащие точно на холодной, безжизненной земле. Перед глазами мелькало множество незнакомых имён: женских, мужских, но нужное так и не получилось найти.

Даже на возраст не смотрел. Считал — бессмысленность. Все мы когда-нибудь умрём, главное — прожить отведённые годы как человек, даже если их будет слишком мало.

«Видимо, его тут нет»

Стоило только об этом подумать, как тут же, точно перед самым выходом, заметил одно свежее надгробие: «Элиот Финг».

Именно сейчас я понял: его действительно не стало. От чего-то мне не было грустно. Просто факт, который пришлось осознать, хотелось того или нет. Думается: не стало бы меня, тот также горькие слёзы не стал проливать. Слишком чужими мы были друг для друга.

— Прощайте, редактор — голос мой даже на мгновение не дрогнул. Он был полностью спокойным.

Перед тем, как окончательно оставить это имя в прошлом, успел заметить: небольшой конверт, который лежал рядом с новой, могильной табличкой. Какое-то время колебался, но все-такие решил посмотреть. Тот не был подписан. Обычный, самый дешевый белый конверт. Внутри него лежало письмо:

«Я многое хотела рассказать

Но так и не успела

Отдавая дни свои

На размышления,

О том, что было,

Не пытаясь ничего

И вовсе поменять.

Надеявшись по юности:

Ты сам вернешься,

А вместе с тем

И чувства,

Позволил слабому огню

Любви зажечься вновь.

Увы:

Ждала я слишком долго.

Тебя не стало. А вместе с тем

Погас и огонёк.

Позволив вновь

Мне быть живой

Скажу одно:

Прощай, мой милый!

Я буду жить,

А ты покойся с миром.

Такой исход — Как можно лучше

Подойдет для наших жизней.

Я не забуду,

Но и вспоминать тебя

Я более не буду.»

Внизу подпись: ранее любимая, но так и оставшаяся неизвестной.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…