Восковая Кукла

Глава 1

Кленовый лист, багрового цвета, медленно опускался на землю. На кладбище, что было затянуто вечерним туманом, царила мертвая тишина, которую изредка нарушал одинокий ворон, сидящей на старом склепе. Я стоял напротив двух могил, на надгробиях которых, виднелись женские имена: Клэр Роуз, Леа Роуз.

Подойдя к одной из них, я положил букет из девяти белых хризантем и плюшевого медведя.

– С днем рождения…дочка, – со слезами на глазах, произнес я.

Прошел уже месяц, как их не стало, но боль внутри меня, с каждым днем лишь усиливалась. Все те громкие слова про то, что время лечит, оказались очередной, пустой болтовней, ведь оно не лечит, а лишь забирает тех, кто нам дорог.

После гибели моей жены и дочери в ужасной автокатастрофе, моя жизнь пошла под откос и я бросил работу частного детектива. Все то, что являлось для меня смыслом жизни, теперь лежало в холодной и промозглой земле.

Подняв в пасмурное небо, свои красные и воспаленные от усталости глаза, я выдохнул. В горле стоял ком отчаяния и беспомощности.

Мы переехали в тихий городок Стоу, что находится в штате Вермонт, этой весной. Он всегда славился своими первозданными, сказочными пейзажами, которые привлекали огромное количество туристов со всей страны.

Стоило только вспомнить с каким трепетом, Клэр и Леа ждали эту осень, как боль в груди становилась просто невыносимой.

Достав из внутреннего кармана небольшую флягу кленового ликера. Я открыл ее и сделал глоток.

– Клэр, как же мне вас не хватает, – еле сдерживая вновь подступившие слезы, шепотом проговорил я.

На улице начинало темнеть, стрелки часов показывали пять вечера. Окинув могилы прощальным взглядом, я отправился к машине.

Под ногами шуршали опавшие листья, что устилая собой всю земле, образовывали разноцветный ковер, на котором виднелись тысячи могильных плит. Это кладбище считается очень старым, никто из жителей города, не знает его даже примерный возраст. Ходит легенда, что первые захоронения здесь, проводили сами индейцы – Абенаки, коренной народ этих земель. Будучи совсем ребенком, я часто слышал истории о том, что их предки, до сих пор живут среди непроходимых троп наших гор.

Наконец, добравшись до своего пикапа, я сел внутрь и следуя совету психолога – Маргарет, закрыв глаза, сделал глубокий вдох, но начавшийся дождь, что был не редкостью в это время года, вернул меня из размышлений, которые периодически затягивали меня, будто болото, уносящее заблудшие души.

Я завел машину и отправился домой. Буйство красок, видневшиеся в свете уличных фонарей, поражало воображение. Двигаясь по пригородной дороге, мне на мгновение показалось, что у меня получилось отвлечься от навязчивых мыслей.

Подъезжая к дому, я увидел, как пожилая пара, что живет через дорогу, собирает остатки жухлой листвы, в черные, мусорные пакеты.

Это были мистер и миссис Гилмор. Что прожили вместе уже сорок лет и в середине этого лета отметили совместную годовщину – “Рубиновую свадьбу“, на которую мы с Клэр, подарили им две путевки в оздоровительно - горный санаторий.

У них не было никого, кроме друг друга, их единственная, семилетняя дочь Лесли, пропала без вести, двадцать шесть лет назад, во время пикника возле кленовой чащи, что носила дурную славу, из-за постоянно пропадавших в ней людей.

Все говорили, что делает это злой дух, обитающий в ее дебрях, имя которому – Вендиго. Поэтому, всю свою любовь и заботу, они дарили моей дочери Лее, но судьба, будто издеваясь, забрала и ее.

Увидев знакомую машину, Мистер Бен и миссис Бренда, помахали мне.

– Ларри, будь дома, мы с Беном зайдем к тебе, как закончим, – услышал я, звонкий, женский голос, выходя из пикапа. Позади нее, красовались пантомимы Бена, что подшучивал над своей женой, пока та разговаривала со мной.

– Конечно миссис Гилмор, буду очень рад вашему визиту, – произнес я с натянутой улыбкой и зашел в дом.

Еще месяц назад, здесь было светло и уютно, постоянно слышался звонкий смех. Сейчас же здесь царили – мрак и отчаяние. Клэр делала этот дом живым, она была тем самым спасительным огнем, что дарит маяк заблудшим кораблям. Я зашел на кухню и включил свет. Нужно было успеть прибраться к их приходу. Намочив тряпку, я принялся протирать пыль, с обеденного стола.

«Если бы Клэр увидела это, она бы меня прибила» – отразилось в моей голове, большими, черными буквами.

Стоило только закончить и положить тряпку, как раздался дверной звонок. Подойдя к входной двери и открыв ее, я увидел на пороге пожилого, седовласого мужчину, среднего роста, лицо которого украшали: густая борода и округлые очки, с карминной оправой. Одет он был просто, но со вкусом. На голове мужчина носил соломенную шляпу. Приталенная, бежевая рубашка выражала худощавое, но все еще крепкое тело, а брюки, что были с широкими, красными лямками, дополняли элегантный образ. Рядом с ним стояла пожилая женщина, которая на полголовы была ниже своего спутника. Ее седые волосы, были собраны в аккуратный пучок, на теле же виднелась белая рубашка, так утонченно подобранная под черную, длинную юбку. Это были мистер и миссис Гилмор.

– А вот и мы! – хриплым, но таким родным голосом, произнес Бен.

– Держи Ларри, – звонко произнесла Бренда, передавая мне в руки свой фирменный, черничный пирог.

Я закрыл дверь и прошел с ними в кухню.

– Вам, как всегда? – проговорил я, доставая из настенного шкафчика их любимый кофе.

– Да, – улыбнулась Бренда.

– А мне, что-нибудь покрепче, – произнес Бен и сразу получил подзатыльник. – Пожалуй, все-таки кофе.

На моем лице появилась улыбка.

Положив пирог на стол и разрезав его, я замолчал.

– Все хорошо? – прозвучал испуганный женский голос.

– Клэр с Леа, так любили его, спасибо что помните.

– Конечно помним, Ларри. У Леи ведь сегодня день рождения, ей исполнилось девять лет, ровно столько, сколько было нашей Лесли, когда она пропала, - смахнула Бренда появившееся слезы.

– Дорогая, успокойся, все хорошо. Девчонки наверняка не хотели бы, что мы грустили, – обняв свою жену, проговорил Бен.

Сев за стол, мы принялись пить чай вспоминая былые времена. Не знаю, как им это удавалось, но когда они были рядом, я забывал про страх, тревогу и боль. Что-то в них было родное, чего так сильно мне теперь не хватало.

Настенные часы, пробили десять вечера.

– Ох, как незаметно пролетело время. Ларри, нам завтра нужно рано вставать, я записана на прием к врачу.

– Что-то серьезное?

– Нет-нет, просто профилактика. Так что мы с Беном пойдем.

– Ты записана, ты и иди, а я ещё поси…– но не успел он договорить, как послышался знакомый звук подзатыльника. – Да, Ларри, нам действительно уже пора, доброй ночи.

– Доброй ночи мистер и миссис Гилмор, – засмеялся я.

Я закрыл за ними входную дверь и вернулся на кухню, чтобы убрать остатки черничного пирога.

Открыв холодильник, мне резко ударил в нос, запах испорченных продуктов.

«Пожалуй на столе ему будет лучше» – подумал я ставя его на прежнее место и отправился в гостиную, где ночевал последнее время.

Проходя коридор, я остановился напротив нашей с Клэр спальни. Немного постояв напротив двери, но так и не решившись ее открыть, я прошел дальше.

Сев на диван и наклонившись к журнальному столику, на котором лежал пульт от телевизора, я вспомнил, как вечерами мы играли в «Скрэббл» в котором Леа с завидной регулярностью, мастерски нас обыгрывала.

Включив телевизор, мои глаза начали закрываться и через мгновение в гостиной раздался сильный шум:

Открыв глаза, я увидел, что телевизор выключен и в гостиной, как и во всем доме, наступила непроглядная темнота.

Поднявшись с дивана, я подошел к выключателю и попытался включить свет, но все мои попытки оказались безуспешны.

– Здесь, кто-то есть?

Стоя в дверном проходе и всматриваясь в темноту, я услышал детский топот позади себя.

– Кто здесь, черт возьми!

«Так, где мой телефон» – начал прокручивать я все возможные варианты в голове и вспомнил, что оставил его на кухне.

В страхе прижавшись к одной из стен, я медленно пошел на ощупь, прямо по коридору.

– Папа! – прозвучал детский голос. – Почему ты не хочешь со мной поиграть, тебе не весело?

Резко повернув свою голову в ту сторону, откуда исходил звук, я разглядел в проходе детский силуэт и принялся бежать к выходу, но он с каждым шагом, удалялся от меня все дальше и дальше.

– Это я Леа, куда же ты, неужели ты бросишь меня одну?

Я забежал в кухню и опрокинул холодильник перед закрытой дверью.

На втором этаже снова послышался детский топот и наступила давящая тишина.

Немного простояв в полном оцепенении и смотря на потолок, я пытался отдышаться, но стоило мне повернуться, как передо мной предстало нечто, что лишь отдаленно напоминало ребенка.

– Папа, зачем меня разбудили? Мне страшно, я хочу к маме.

Я вскочил с кровати, весь в мокром поту. За все это время, она приснилась мне впервые. Мое сердце бешено стучало, казалось, что еще немного и оно выскочит из груди.

Взяв телефон и включив его, я увидел двадцать пропущенных звонков и одно сообщение от Коди, в котором было написано:

«Ларри, это уже не смешно, если до вечера ты не свяжешься со мной, то завтра я напишу статью в газете, с заголовком: “Детектив Картер, использует конфиденциальную информацию клиентов в грязных целях“

Потом сам будешь перед ними оправдываться.

«Вот же хитрый жук» – подумал я, набирая его номер телефона.

– Ну наконец-то Ларри, – проговорил молодой голос.

– Коди, извини, я очень тороплюсь, ты что-то хотел ?

– В общем, ты же вроде как частный детектив. Ты не мог бы мне помочь, нужно какое-нибудь резонансное де… – но не успел он договорить, как услышал мой ответ.

– Я отошёл от дел.

– Что ? В смысле, ты же шутишь ?

– Прости, мне пора.

Коди, младший брат моей погибшей жены, в целом хороший парень, правда немного занудный, наверное это связано с тем, что он учился последние четыре года на журналиста.

Сделав глубокий вдох и закрыв глаза, в доме раздался звук дверного звонка.

– Кого еще черт принес, – еле слышно под нос, буркнул себе я и пройдя прямо по коридору, открыл входную дверь. На пороге стоял пожилой, осунувшийся мужчина, в синей униформе. Это был старина Бертран, что работал почтальоном.

– Здравствуй, Ларри. Тебе снова письмо с налогового управления.

– Видимо снова соскучились, – улыбнулся я. – Как ваше самочувствие?

– Бывало и лучше, – прозвучал тяжелый вздох. – Ладно у меня еще много писем, нужно ехать, – взяв велосипед и направившись к дороге он произнес, - не шутил бы ты с ними, у них ведь нет никаких моральных принципов.

И к сожалению он был прав. Этот дом мы с Клэр, взяли в ипотеку. Но просрочив уже несколько платежей, я находился на грани выселения.

«Паршивый день, тем не менее, нужно продолжать жить дальше» – подумал я и отправился на кухню, чтобы выпить чаю.

Спустя двадцать минут, я вышел на улицу, не спеша загрузил садовые инструменты в пикап и отправился на кладбище, что находилось по ту сторону леса.

Подъехав к тропе, что вела в дебри, я заглушил машину, взял с собой сумку с инструментами и побрел в осеннюю чащу.

Здесь было необычайно красиво, казалось что листва каждого дерева , сильно отличается друг от друга неповторимой окраской: пурпурно-красной, желтой, бордовой.

Идя и размышляя о жизни, я слушал ее, свою единственную спутницу – тишину. В жизни мне доводилось слышать всякое – клятвы, обещания, оскорбления, но от многих бед открылось лишь одно спасение – молчание.

Через пару минут я оказался около первых могил, что находились среди лесных деревьев.

– Уже и до леса добрались.

Земля на пустыре, где находится кладбище, начинала заканчиваться, а вот умирать люди, не перестали.

Проходя среди сотен надгробий, я постепенно приближался к могилкам Клэр и Леи.

Дойдя наконец до них, на моем лице застыло – негодование.

– Вот же люди! – обнаружив пропажу вчерашнего подарка для Леи, воскликнул я. – Как только совести хватило.

Положив сумку с садовыми инструментами, я достал из нее складные грабли и начал сгребать опавшую листву с могилки Клэр.

– Здравствуй дорогая, к нам вчера в гости заходили Гилморы и принесли твой с Леа, любимый пирог. А сегодня утром, я разговаривал с Коди, он все такой же зануда.

Закончив, я перешел к могилке Леи.

– Привет, дочка. Ты мне сегодня приснилась, правда ты явно была не в духе. Надеюсь у тебя все хорошо… – почти закончив сгребать листву, я наклонился к ее могилке, из-за увиденного мной металлического блеска в разноцветной листве.

“Что за…“ – подумал я, смотря на брошь в виде шестикрылого бражника, около которой виднелся, аккуратно подрезанный дерн.

Я поднялся и подошел к соседней могиле, чтобы осмотреть и ее, но ничего подобного не увидел.

Все выглядело чертовски странно. И вспоминая ночной сон, я решил сделать то, что здравомыслящий человек никогда бы не сделал.

Вернувшись к могилке Леи и сняв пласты дерна, я перевернул грабли и начал медленно опускать черенок в рыхлую землю. Он постепенно опускался ниже и ниже, пока не уперся в гроб.

– Вот же черт! – воскликнул я.

Кто-то прокопал землю до самого гроба. В голове проносилось сотни вопросов, на которые не было ни одного ответа.

Внезапно позади меня, раздался мужской крик.

– Эй, гребаный мародер, мы сейчас полицию вызовем.

– Вы все не так поняли, это моя дочь, она…

– Проваливай отсюда по-хорошему!

– Заткнись, Майк, – ударив его локтем в бок, произнесла девушка. – Ты не слышишь? Это его дочь, - она подошла ко мне и взяла меня за руку. – Я прошу у вас прощения за моего грубого мужа, он иногда бывает бестактен.

– Нет-нет, все нормально, вы правильно сделали, что проявили бдительность.

– Я вас прекрасно понимаю, – продолжила женщина. – Когда умер мой отец, я тоже не находила себе места, но поверьте, они живы, пока о них помнят.

– Гвен, пойдем, мы опаздываем, - недовольным голосом проговорил ее муж.

– Удачи вам, Роуз, – окинув беглым взглядом могильные плиты, произнесла она.

Вернувшись к могиле, я прикрыл ее дерном, чтобы не привлекать лишнего внимания и сел рядом, но будто гром среди ясного неба, меня осенило, – “Нужно запросить эксгумацию!“ Собрав вещи в спешке, я отправился в администрацию кладбища.

Войдя в небольшое помещение, меня встретила женщина, что сидела за рабочим столом.

– Здравствуйте, я могу вам чем-то помочь?

– Добрый день, надеюсь, что да, - проговорил я, снимая осеннее пальто. – Дело в том, что я хочу подать заявление на эксгумацию тел. Это возможно?

– Безусловно, но для этого нужны весомые причины.

– Дело в том, что… – начал было рассказывать я, но остановился, ведь прекрасно осознавал, что никто не поверит в этот бред, связанный с ночным кошмаром и рыхлой землей. – Я просто переезжаю в другой штат, поэтому хотел бы забрать останки своих родных с собой.

– Хорошо, когда их не стало?

– В прошлом месяце...

– Тогда я вынуждена вас расстроить. По эпидемиологическим соображениям, эксгумация разрешена только спустя год, после захоронения.

– Что, но как, а если…– не дав мне договорить, девушка продолжила.

– Это запрещено законом, мне очень жаль.

Я вышел на улицу и молча простоял несколько минут на крыльце.

– Не могут они помочь, - бубнил я себе под нос. - Тогда я сделаю это сам.

Вечер наступил незаметно. Я окинул взглядом ночное кладбище, что выглядело достаточно жутко и убедившись в отсутствии посторонних, принялся поднимать дерн.

– Простите меня, но я должен это сделать.

Гроб был закопан неглубоко, что помогло быстро добраться до него. Смахивая струйки пота со лба, я опустился на колени, чтобы снять остатки земли с его крышки, но увидел, что она разбита.

Отпрянув назад и прижавшись спиной к земле, я потерял дар речи.

Я находился на кладбище, в могиле собственной дочери, весь грязный и взмокший, напротив гроба, которой был раскурочен.

Достав фонарик трясущимися руками, я заглянул внутрь и на моем лице застыла гримаса от увиденного ужаса, гроб оказался пустым…