Восхождение павшей

Глава 1. Кайвос — поселение кузнецов и рудокопов.

Глава I. Кайвос — поселение кузнецов и рудокопов.

Тяжелый кожаный сапог с силой вошел в жирную дорожную грязь. Немного впереди него опустился на землю второй. Первый сапог с чавканьем вырвался из грязи, обогнал второй и остановился на мгновенье, чтобы дать фору своему левому брату. Сапоги продолжали свою бессмысленную гонку под легкий металлический звон по грязной земляной дороге в угоду своей хозяйке.

Хозяйку в походе сопровождали не только сапоги. Были еще отцовские меч и кольчуга, издающая звон и гребешок для волос на этом материальная часть наследства отца заканчивалась. От матери девушке достались роскошные белокурые волосы, голубые глаза, милое личико и грушевидная фигура. Илва, именно так зовут обладательницу всего это богатства, никогда не сражалась, но держалась уверенно. Ходить одной, конечно, опасно, но в конце концов люди боятся смерти, боятся собственной крови, боятся, что сталь клинка войдет в их нежную плоть. Илва рассчитывала, что ей удастся немного заработать, продолжить поиски похитителя сестры и убийцы отца. Что она будет делать, когда найдет его Илва не знала. Поиски стали смыслом ее жизни.

Именно эти поиски послужили причиной того, что сейчас Илва шла по земляной дороге в еловом лесу. Еловый лес достаточно мрачное место. Здесь прохладно даже когда Солнце в зените, немного сыро и стоит постоянная тень. Утром бывает туман. Идеальное место для мистических, леденящих кровь событий.

Сапоги поравнялись друг и другом и замерли. Илва достала бурдюк, откупорила его и сделала пару глотков. Илва тяжело дышала свежим воздухом, пропитанным запахом хвои. Казалось сапоги переводят дух вместе с ней.

-Шиш его знает, сколько еще до ближайшего поселения. - сказала девушка вслух. Немного покопалась в мешке, бросила в рот горсть орехов и вновь заставила сапоги соревноваться в бессмысленной гонке.

Примерно через полчаса дорога стала более каменистой. Еще через час приобрела очевидный уклон. С каждым шагом Илва поднималась все выше.

Девушка посмотрела вверх, по направлению движения. Тяжелый густой черный дым окутывал поселение впереди. Вскоре донеслись первые отзвуки стука молота по наковальне и запах дыма. На горизонте показалась небольшая деревня.

-Отлично, сегодня заночую здесь. Надеюсь, тут есть постоялый двор или что-то вроде него, - подумала про себя девушка и ускорила шаг.

На входе в деревню красовалась резная деревянная табличка «Кайвос — поселение кузнецов и рудокопов».

Сразу за деревянным частоколом стояли небольшие, сложенные из камня домики. Центральная улица — широкая и грязная - рассекала поселение на две части, пропахшие дымом, пропитанные сажей, каждодневно чадящие плавильнями и звенящие кузнечными молотами, единственное отличие которых было лишь в том, что с одной стороны располагался трактир, а с другой здание торговой гильдии, и упиралась в шахту — основное место работы это забытого Богами места.

Дверь в трактир «Кирка и молот» - здание в два этажа большое, просторное, с запахом вкусной еды и музыкой, словно бросающее вызов всему окружению, тихонько скрипнула. В дверном проеме, оглядывая внутренне убранство, стояла Илва. Окинув взглядом помещение она вошла внутрь и сразу пошла к тавернщику.

- Есть свободные комнаты?

- Да, сколько угодно. Приезжие тут редкость.

- Тогда мне комнату и поесть. Сколько с меня?

- И выпить — через секунду добавила девушка.

- Девять медяков и ты не устраиваешь неприятностей — проскрипел старый трактирщик, зыркнув на меч.

Илва быстро достала кошель, встряхнула его пару раз, вглядываясь в его содержимое, будто пересчитывала, после чего запустила в него свои пальчики и выудила 9 медных кругляшков с трикветром. Старикашка с нетерпением протянул жилистую руку и предвкушении платы. Во второй он держал ключ. Как только последняя монетка попала в цепкую руку старика он быстро протянул ключ.

На, держи. Первая комната. - пробормотал он глядя на девушку. Убедившись, что та слышала его, тавернщик резко заорал куда-то вглубь помещения: «Похлебку из кролика и медовухи!».

Едва успев взять ключ, Илва тут же подскочила и выронила его от неожиданного крика лысоватого старичка. По помещению прокатилась волна звона. Девушка подняла ключ, и поднялась на второй этаж, встала у двери и принялась возиться с ключом. За дверью ее ждала пыльная комнатушка, кровать, табурет, закопченная глиняная плошка с жиром и фитилем. Наконец ключ повернулся в замочной скважине. Комната и Илва увидели друг друга.

Илва прошла к крохотному оконцу, попутно бросив сумку на кровать, провела пальцем по подоконнику, оставив след на пыльной поверхности. «И за что я столько заплатила?» - подумала девушка , отстегнула меч и бросила на к сумке. В след за мечом на кровать рухнула и кольчуга. «Надеюсь, еда будет лучше». Уставшая Илва тяжело выдохнула, уселась на табурет и вытянула уставшие ноги перед собой. Теперь можно было расслабиться, ненадолго, но все-таки расслабиться на этом маленьком островке цивилизации и безопасности. Илва закрыла глаза, еще раз выдохнула полной грудью. «Денег осталось всего ничего. Хватит на три-четыре дня. Нужно найти подработку. Расспрошу об этом старика, - полушепотом разговаривала девушка сама с собой, открыла глаза и уставилась на сапоги, - сколько еще нам истоптать дорог, братцы?»

После этих слов встала с табурета и спустилась вниз вкушать похлебку из кролика с медовухой.

Все столики были свободны, а еду еще не успели подать.

-Не требуются ли тут кому-нибудь работники, - обратилась она к старику

-Мне, не требуются, торговой гильдии может кто нужен, - пробубнил старикашка

- А что слышно в вашем городке? Какие слухи, сплетни?

- Неспокойно у нас стало. Говорят будто несколько рудокопов видели что-то в забое. Крупное, мохнатое и очень быстрое! А по ночам меж домов шастает кто-то или что-то, - медленно сказал старый тавернщик и нахмурил брови. Пошевелись там на кухне! - снова резко заорал старик, — а еще крысы стали жутко прожорливыми, но это мелочи по сравнению с пропадающими людьми.

Из кухни выбежала полная русоволосая кухарка с миской ароматного супа и кружкой алкогольного напитка, устремилась к первому попавшемуся столику и крикнула: «Кушать подано!»

Глава 2. Шахты Кайвоса.

Глава II. Шахты Кайвоса.

Трактир стал наполняться людьми. Все они возвращались после трудового дня. Грязные, потные, уставшие простые работяги заходили в трактир выпить кружечку пенного пива, немного расслабиться, чтобы потом вернуться в дома к женам и детям.

С аппетитом Илва уплетала похлебку из кролика. В это время к ней подсела группа рабочих.

- Три кружки пенного, Кнут! - крикнул один из них - Смотри какая красавица, не местная.

-А ведь и вправду не местная, местных девок мы уже всех в лицо знаем, да и не только в лицо. - добавил второй и все трое залились громким смехом.

- Спорим, я угадаю как ее зовут- заявил третий — молодой светловолосый парень.

-А у меня не хочешь поинтересоваться? - вмешалась в разговор девушка — На что будем спорить? Предупреждаю сразу, денег у меня нет.

-Может на поцелуй? - оживился светловолосый парнишка.

- Пожалуй нет, - быстро ответила Илва, погружая деревянную ложку в миску с похлебкой — может на пиво? И еще одно условие — угадываешь пока эта миска не станет пуста.

- Парни, кажется у меня сегодня бесплатное пиво! Хельга, Брумгильда, Астрид, Вилма, Герда — затараторил парень. Синеглазая блондинка поднесла миску ко рту и начала быстро опустошать ее ложкой. -Дорте, Ида, Катрин, Лисбет, - на секунду остановился держащий пари — Летиция, Матильда, Ракель, Рагна, Сигрид, Туве.

- Ставлю медный, что он не угадает — выпалил толстый лысоватый мужчина, заказавший пиво.

- Зигмар, перестань, Виктор всегда угадывает девичьи имена, - парировал худощавый мужчина с усами — ставлю медный, что угадает и унесу тебя на спине до твоего дома!

- Так ты же не донесешь! - залился смехом Зигмар.

- Не сбивайте с мысли — перебил их Виктор. - Хуги, Аста, Фрея,

Илва начало жажно пить бульон через край.

-Анни, Бригит, Бриенна, Вендла, Виктория, Виви, Магрит, Инга.

Миска стояла почти вертикально.

-Вот и ваше пиво! - прибежала пухлая кухарка и поставила кружки на стол. Миска стояла почти вертикально. -Вот и ваше пиво! - прибежала пухлая кухарка и поставила кружки на стол.

- Спасибо. Турид! - пробасил Зигмар и отхлебнул.

- Турид, Улла, Хелен, Хильда, Эйлин — не унимался Виктор.

Стук миски о стол огласил конец соревнования.

- Домой я не иду, домой я сегодня еду на чьей-то спине! – вновь захохотал толстый мужчина.

Радостная Илва подтянула к себе выигрыш — глиняную кружку пенного напитка.

Дверь в трактир резко распахнулась. На пороге стоял огромный мужчина.

Лоб его покрыла испарина, а борода нервно колебалась.

- Анни пропала! Моя маленькая дочь. Тут ее нет?

- Нет, тут ее не видели — отозвалась трактирная толпа.

Глаза Илвы вдруг стали будто стеклянными. Радость выигрыша и азарт куда-то пропали в мгновение ока. « Что, если она, не просто заблудилась в этом городке, а сейчас в беде? Что, если, то что рассказывал трактирщик про пропавших шахтеров и что-то что ходит по ночам меж домов не галлюцинация местного пьяницы?»

-Я обошел все, но ее нигде нет, только шахты остались.

Илва встала во весь рост. -Я тоже пойду с тобой в шахты! Подожди немного. А вы не хотите ему помочь? Горазды только девок портить?

С этими словами Илва удалилась на второй этаж.

- Я тоже тебе помогу, — отозвался Зигмар.

- И я, - подхватил Виктор.

- Куда ж вы без меня? - пробубнил худой усатый.

- Это правильно, никогда в тебе не сомневался, Ларс, - похлопал усатого по плечу Зигмар. Возьмем кирки, факелы, пойдем в шахты.

Илва спустилась уже в кольчуге и с мечом.

- Пиво, отменяется! Идем быстрее.

Пятеро людей выскочили из трактира и устремились по грязной дороге в сторону копей. Скользя по липкой земляной жиже, группа людей за пару минут достигла штольни. Они остановились на мгновенье, чтобы перевести дух и взять по кайлу. Никто не знал, что ждет их внутри, в каком направлении идти дальше, найдут ли они девочку или она просто зашла к кому-нибудь в гости, но чувство опасности не покидало всех. На входе в шахту нашлись и кирки, и масляные фонари.

Фонари едва рассеивали тьму, но этого хватило, чтобы увидеть на земле след. Почти человеческий, но более вытянутый, угловатый, с неказистыми длинными растопыренными пальцами, заканчивающимися когтями. - Кому только могут принадлежать такие? – изумился Виктор и поставил рядом свою ногу — почти такой же длинны, значит размером с человека.

Холодок пробежал по телу Виктора. Значит кто-то достаточно большой действительно обитает в шахтах. Мелкая дрожь взяла его руки. Фонарь задрожал и начал издавать противный скрип.

- Не будем терять времени, отыщем пою малютку! – почти плача, заглушил скрип фонаря, бородач – пойдем по следу. Он должен вывести нас к этим, — мужчина на секунду замялся — существам.

Следы уходили вглубь шахты. Они были заметны на земляном полу, на редких деревянных подпорках можно было заметить следы когтей и зубов. Всем стало не по себе. Всем стало жутко и страшно. Но у каждого был внутри свой страх. Кто-то боялся за собственную жизнь, кто-то за жизнь девочки, кто-то боялся неизбежной встречи с чудовищем. Неприятную атмосферу нагнетал скрипучий фонарь и крысиный писк.

- Все-таки как тебя зовут? - разорвал тишину своим вопросом Виктор.

- Илва. Илва Скарсгард.

- Проклятье, как мою кузину — промямлил в усы Ларс.

- А я Виктор, - наконец представился юноша – это Ларс и Зигмар. И что же ты делаешь в Кайвосе? Откуда у тебя меч и кольчуга?

- Достались от отца.

- А меня зовут Ралоф — представился бородатый мужчина.

- Так что ты тут делаешь? – не унимался парень.

- Ищу человека.

- Какого?

- Наверное, это уже не твое дело, – с явным раздражением резко ответила Илва.

- И правда, Виктор, чего пристал с расспросами? Будет нужно девчушка сама все расскажет, – пробасил Зигмар и вскинул кайло на плечо.

Впереди что-то блеснуло. Несколько круглых огоньков парами висели в темноте, недолго всего на пару секунд и исчезли. Послышался шум и топот впереди. Не сговариваясь, пятеро рванули навстречу шуму.

– Там должен быть тупик! Сейчас мы поймаем эту тварь! - завопил усатый.

Пятеро организовали живую цепь и взяли оружие на изготовку. Никто не мог проскользнуть мимо них. Однако, когда они подошли к стене никого не было.

– Проклятье! Куда подевались эти огоньки? Готов поклясться это были чьи-то глаза! Не могли же эти твари провалиться сквозь землю или стать невидимыми! – орал Ларс и бросил кирку на пол.

- Или могли? – с ужасом буркнул Ралоф и принялся молотить воздух кайлом, пытаясь достать невидимого противника.

- Замрите! - крикнула Илва — возможно тут есть следы.

- Хорошо, мы отойдем назад к стенам. Люди прекратили орать, избивать невидимых противников, и разошлись. Илва присела и пыталась в свете фонаря найти что-то похожее на следы.

- Ларс, это что новый тоннель? – раздался голос Виктора, осматривающего дыру в породе.

- Где? Дай-ка взглянуть, – с трудом поднялся усач, подошел к юноше и принялся осматривать «новый тоннель» – Что? Нет, ты уже какой год в шахтерах, а до сих пор не знаешь какой рукав безопасен. Смотри, подпорок совсем нет, того и гляди вся порода свалится тебе на голову. Проход узкий, копать такой может только один человек. Воздух спертый затхлый, воняет мочой. Никакой вентиляции. Хм… Воняет мочой! Илва! Кажется, мы нашли, куда сбежали эти чудовища.

По узкому коридору, уходящему вниз, первым шел отец девочки, следом Илва. За ней Виктор и Ларс, замыкал шествие Зигмар. Тьма сгущалась, фонари едва могли прорезать ее. Дышать становилось тяжелее, противный едкий запах резал глаза. Ничем не укрепленные стены заставляли сомневаться идущих в каждом шаге. Но нужно было идти. Ради спасения девочки. Ради спокойствия этого поселения. Ради успокоения собственной совести. Внезапно под сапогом Илвы возникло что-то твердое, гладкое, нерушимое. Казалось это что-то было частью древнего мегалита, огромного и надежного, видевшего закаты и рассветы величайших империй. Скоро все заметили, что пол стал более твердым, утоптанным. Коридор перестал уходить вниз и расширился, позволял идти не по одному. Стены больше не угрожали обрушиться, а преобразовались в настоящее произведение искусства. Это уже была не шахта и даже не свежий тоннель. Пятерка людей ступила на порог руин подземного древнего города.

Из темноты ужасающих катакомб донесся писк. Ралоф перехватил кайло поудобнее для удара и ударил в темноту наотмашь. Лишь на мгновенье показались когтистые лапки и горящие ненавистью глаза. С глухим ударом тело упало на фиолетово-черную обсидиановую плитку. В свете фонаря люди увидели огромного крысолюда. Серая шерсть местами обагрилась от крови. Уродливые лапы все еще дергались в конвульсиях. Ралоф размахнулся еще раз и ударил по шее. Хруст костей дал понять присутствующим, что дни монстра сочтены.

Анни! Анни! – звал свою дочь бородатый мужик. Ответа не последовало.

Все прислушались. Виктор прислонил ухо к полу.

– Он тут не один, я слышу как там ходят еще крысы.

Осторожно, но быстро, люди начали продвигаться внутрь древнего строения. Облицованные плиткой стены и пол, куполообразный потолок все это свидетельствовало, о том, что данное строение возвели цивилизованные, развитые существа.

– Как думаете, кто тут жил? - весело спросил Виктор.

– Крысы,- угрюмо ответил Ралоф – А до крыс?

– Коренастые карлики — дварфы. Может обычные, может темные, может темные альвы, может цверги с ногами как у кур, - высказывал свои догадки Зигмар.

– Разве бывают темные альвы? А про куролапых цвергов — все сказки.

– Ловят иногда, поговаривают, что в тысячу раз подлее и гнуснее обычных альвов. И такие же высокомерные и вертлявые. Мой дед лично видел куролапого цверга, хочешь сказать он мне врал? Они все искусные ремесленники! Могут выковать, все, что захочешь!

– Что же с ними стало? Почему сейчас тут крысы?

– Вымерли или ушли, скорее всего крысы их и прогнали или …

Рассуждения прервали отзвуки громкого детского плача. Снова люди устремились на помощь маленькой девочке. Они бежали, что было сил. Бежали по обсидиановому коридору мимо комнат и многочисленных ниш. Наконец, стали отчетливо слышны шаги маленьких ножек. «Анни, я иду!»,-заорал Ралоф, размахнулся и метнул кирку в убегающего крысолюда. Кайло со звоном упало рядом с монстром. Затем послышались резкий писк, удар об пол и возня, на встречу группе людей выбежала девочка и прыгнула на руки бородатого мужчины.

– Девочка у нас, теперь уходим. - крикнула Илва.

Люди повернули и рванули обратно. Фонарь бликовал от стен, пола, потолка. Крысы устроят погоню, было ясно как день. Нужно было спрятаться самим либо спрятать источник света.

Шестеро передвигались вдоль стены, пока не заметили комнату. В большой просторной комнате не оказалось крыс. Живых крыс. На небольшом возвышении лежал скелет крысолюда рядом с ним валялся заточенный с одной стороны, увитый цепями длинный клинок. Казалось, тут можно переждать погоню.

Действительно, примерно через четверть часа, по коридору пронеслась толпа чудовищ. Осталось дождаться пока они вернутся назад и разойдутся по древнему городу.

Одна крыса отставшая от стаи шла вдоль той же стены и тщательно принюхивалась. Поравнявшись с комнатой, она пошевелила носом. Все затаили дыхание. Истошный визг разрезал тишину. Виктор махнул кайлом в направлении визга, но промахнулся и почувствовал как кайло вырывают из его рук.

– Свет! Они знают, что мы здесь! – успел прокричать он.

Толпа облезлых серых монстров начала стекаться к мгновенье назад спасительной комнате. Подоспевший с фонарем Зигмар нанес сокрушительный удар мерзкому крысолюду и кайло вновь оказалось у Виктора. Следом в комнатушку ворвались еще две крысы, встреченные ударами кирок, но продолжавшие бороться с людьми. С шипением приближалась новая партия противников, гораздо большая, чем предыдущие. Люди оказались в меньшинстве, но продолжали сражаться. Крысы повалили с ног Ларса, повисли на огромном Ралофе, Зигмар молотил направо и налево, что было сил, кирка выскользнула из рук Виктора, и он оказался беззащитен. Рубанув по ближайшей крысе Илва закричала, что было сил: «Виктор, лови». Меч Илвы закружился в воздухе, сама Илва отпрыгнула к возвышению за таинственным клинком в цепях. Приземлившись на спину, она схватила его за рукоять и встала рывком. Цепи на клинке звякнули и качнулись. К одной из них был приделана окова, застегнувшаяся сама собой на предплечье Илвы.

«Попалась!» - вырвалось откуда-то из рук девушки.

«Что это было? Какого дьявола? Ладно потом разберусь!» - подумала Илва и устремилась к толпе крыс.

Крысы увидев, Илву с новым мечом оробели, переглянулись, обменялись взвизгами и быстро ретировались из комнаты.

Глава 3. Вардур - Клинок Тортура.

Глава III. Вардур - Клинок Тортура.

По дороге назад никто не преследовал их. Мерно звенели кольчуга и цепь на клинке. В пути Илва пыталась вытащить руку из оков, но ничего не вышло. Виктор вернул ей меч. Девушка повешала его на пояс. В Кайвос группа вернулась быстро. Ралоф повел дочурку домой. Остальные вернулись в трактир.

Мужчины сели пить оставленное пиво. Илва поднялась к себе. Теперь можно было разглядеть меч получше. Толстый браслет из черного металла надежно держался за руку девушки, от него к широкому прямоугольному эфесу, украшенному будто вырубленным узором из трех колец, соединенных прямыми линиями. Центральное кольцо было в двое больше колец с боков. Прямые линии составляли примерно три четверти от диаметра центрального кольца. От гарды тянулась вторая цепь через семь отверстий на заточенном с одной стороны клинке. Тонкая длинная ручка диаметром в три четверти дюйма перетянута черными блестящими кожаными лентами, а венчало ее навершие размером с куриное яйцо с изображением лица. Широко раскрытые глаза и рот, катящиеся слезы именно таким было выражение этой гримасы ужаса. Скорее это был не меч, а фальшион или тесак. И скорее всего ритуальный, а не боевой. Вот только каким ритуалам он служил?

Илва еще раз попробовала освободиться от громоздкого черного тесака. Снова безуспешно.

Пришлось спуститься вниз в кольчуге, волоча с собой черный бряцающий тесак. Илва снова уселась на то же место к мужчинам. Левой рукой подтянула к себе медовуху и отхлебнула.

– Так и будешь таскать эту железяку с собой? - раздался голос Виктора

– И рада бы избавиться, но похоже она намертво пристегнулась ко мне.

– Быть того не может, ты несешь какую-то чепуху! – отозвался басом Зигмар.

– Сам смотри –, сказала девушка и положила большой около полутора метров ритуальный тесак на стол, цепь и руку с металлическим тюремным браслетом.

Мужчины осматривали и вертели руку в кандалах, тесак, цепь. Удивлялись, то тонкой работе, то как вообще можно было угодить в такую ситуацию.

– Турид, принеси-ка масла и жира. Очень нужно –, вдруг выпалил Ларс- сейчас попробуем достать твою ручонку из железного плена.

С кухни послышалась возня, звон переставляемой с места на место посуды и, наконец, появилась кухарка с плошкой масла и куском свиного сала.

Илве мазали руку, то маслом, то жиром и силились вытащить конечность. Оковы как будто были специально сделаны под ее руки и их никак не удавалось снять.

Трактирная дверь вновь распахнулась. Рослая фигура Ралофа вновь была на пороге.

– Даже не знаю как благодарить вас, чем это вы тут заняты?

– Норовим освободить Илву, пока безуспешно.

Ралоф осмотрел средство пленения, осмотрел предплечье, много значительно поднял палец и сказал: «Тут нужен кузнец. Он выбьет вот это стержень или перерубит цепь. Так и быть, я оплачу»

На этом все решили разойтись. Илве пришлось спать в одежде. Спала Илва плохо, ей снились кошмары. Во сне Илва видела подиум из досок и чурку перед собой со следами засохшей крови. Она стоит оперевшись на свой меч, перед подиумом разномастная толпа людей. На подиум поднимается разодетый мужчина. Она знает, что он глашатай. Следом ведут еще одного мужчину в обносках. Он выглядит побитым и измученным. Глашатай достает свиток с указом и начинает беззвучно шевелить губами как рыба. Мужчина в обносках встает на колени и кладет голову на чурку. Илва замахивается и рубит. Голова отскакивает от тела. В след за ней кровь льется прямо на подиум. Толпа ликует. Мужчины, женщины, дети все устремляются к обезглавленному телу. У всех в руках кружки, они наполняют их кровью и пьют. Кровь не кончается, а продолжает литься и литься. Толпа раз за разом наполняет и опорожняет свои кружки. Наконец, кровь начинает течь тонкой струйкой, а потом и вовсе перестает. Толпа встает рядом с подиумом и начинает стучать кружками по нему, требуя еще. Стук десятков сосудов сливается в единое тук-тук-тук.

Илва проснулась в холодном поту.

Тук-тук-тук раздалось со стороны двери. Девушка нехотя поднялась, отперла дверь. За ней стоял Ралоф. – Ну ты и соня! Всю жизнь в этом ходить хочешь?

– А? Что? Нет, нет, что ты! – едва соображала еще не проснувшаяся блондинка — Уснула только под утро, и такой нехороший сон мне снился, будто я — палач.

– Да уж, действительно не лучшее сновидение. Но идем скорее к кузнецу.

Кузница была совсем недалеко. Небольшое приземистое здание с соломенной крышей ничем не выделялось из общей массы здешних построек. С самого утра она коптила небо густым черным дымом. Ралоф постучал, дверь открыл сухой скрюченный старик и жестом пригласил зайти. Внутренности кузницы почти плавились от жары. Обливаясь потом подмастерье нагнетал воздух в горн, от чего в помещении становилось еще жарче.

– Сейчас, сейчас пару гвоздей доделаю и займусь вами –, крякнул сгорбленный дед, достал щипцами кусок металла и принялся стучать молотком по нему.

– Это мой дядя. Куёт всякое. Кирки, гвозди, подковы. –, пояснил бородатый мужчина – а это мой двоюродный брат –, указал он на подмастерье – подожди немного, пара гвоздей это так, пустяки.

Действительно через несколько минут лысоватый старик закончил с гвоздями.

– Дядя Олаф, сможешь разбить кандалы у этой девицы?

– С чего это мне их разбивать? Вдруг она беглая каторжанка?

– Да нет, же вот смотри –, Ралоф взял ритуальный тесак с цепью и водрузил на наковальню.

– Как же тебя угораздило влипнуть в такую неприятную ситуацию? – с любопытством и озорством посмотрел старикашка на Илву.

– Я и сама путем не знаю, взяла вчера в ваших шахтах, а он пристегнулся и не отстегивается! – вздохнула девушка. – Да, – протянул Олаф, – ты иди пока передохни – крикнул он подмастерью и порывшись на столе взял бородок — металлический стержень острый с одного из краев – Сейчас выбьем эту шпильку делов-то! Вот так держи – установил оковы в нужном положении и принялся выбивать шпильку.

Металл не подвергался деформации и не желал подчиняться воле, мастерству и упорству старого кузнеца. Инструмент постоянно соскальзывал и норовил поранить руку Илвы. Думавший, что это будет минутное дело, старик покраснел как угли в горниле и источал такой же жар. Лоб его покрылся потом, а сам он то и дело приговаривал: «Давай же, выходи проклятая железяка. Ну, ну пошла! Не может быть! Не понимаю!». Соединявшая две части оков шпилька не сдвинулась ни на йоту.

Старик вытер пот со лба и сел.

– Не могу тебя расковать. Давай хоть цепь разрубим. – переводя дух, пробубнил Олаф, сдвинул цепь на наковальню поудобнее и установил на звено цепи зубило. Зубило диким зверем грызло упрямый металл. С каждым ударом молота оно повторяло свои нападки. Удар, удар, еще удар. Дзинь-дзинь-дзинь звонко отвечал инструмент на каждый удар. Цепь стойко держалась, но в какой-то момент дала слабину и на звене появилась вмятина. В тот же момент Илва закричала от боли. Лицо ее исказила страшная гримаса. Олаф вопросительно взглянул на нее.

– Под оковами начало жечь. Сейчас уже не жжет. Быстрее руби эту цепь, я хочу избавиться от этого груза. Олаф поставил зубило во вмятину и принялся заново стучать. Едва вмятина углубилась, девушка вновь закричала от боли. Браслет съехал с места и обнажил страшный ожог с запекшейся темно-красной, почти черной, кровью.

– Я больше не буду этим заниматься. И ты бери свой клинок и уходи отсюда. Сейчас же! – прикрикнул старый кузнец.

– Что? Куда? – едва не плакала от боли и обиды белокурая девушка.

– Куда хочешь! Видимо эта вещица проклята, а вместе с ней и ты! Проваливай!

– Но дядя… – вмешался Ралоф.

– Никаких «но»! Вон! Уходи, еще не хватало мне проклятий!

Илва вышла из кузницы. Дверь за ее спиной с силой хлопнула. Девушка помрачнела. И без того уставшая рука сейчас стала еще и сильно обожженной и нестерпимо болела. Жгучая, мучительная, нудная боль сжирала предплечье. «Как же сильно болит. Как снять эту штуку? Неужели придется отрубить руку?! Что же мне делать?» – терзалась мрачными мыслями девица. На глазах собрались слезы. Еще мгновенье и она бы непременно зарыдала. Голос Ралофа стал настоящим лучом света в это темное непростое время.

– Могу я чем-нибудь помочь?

– Где тут какая-нибудь знахарка или кто-то вроде того? – тяжело вздохнув спросила Илва.

– Знахарка живет вон там, – указал направление бородач – звать ее Сигги.

Ты узнаешь ее дом. Он стоит на столбах, не на земле. И весь из дерева.

– Разве ты не пойдешь?

– Не, я ее это… Боюсь… – поежился огромный мужик.

– Ладно, и на том спасибо. – ответила Илва и пошла в указанном направлении.

Домик знахарки долго искать не пришлось, На четырех столбах стояла одна крыша от дома. Странная треугольная постройка выбивалась из общего ансамбля города. Была чем-то чужеродным, не относящимся к этому миру. Девушка только приготовилась постучать и уже поднесла кулак к двери.

– Не заперто, – холодным скрипучим голосом, опережая задуманное действие, кто-то отозвался за дверью – входи. Илва тихонько вошла.

– Железяку свою оставь за дверью – все тем же надменным голосом командовала старуха. Она сидела на стуле со спинкой рядом с небольшим столом оперевшись на него локтем. Одной рукой держала дымящую трубку тремя пальцами, второй смахивала частички пепла с юбки.

– Не могу.

– Как то не можешь? Охотникам на ведьм здесь делать нечего! Мы все-таки в Бергланде, а не в Паэсе и даже не в Радзиме. – процедила старуха сквозь зубы, тяжело опустив уставшие веки.

– Пристегнулся.

– Ну вот еще чего? Показывай что там у тебя.

– Вот, – протянула девушка обожженную руку – и еще меч пристегнулся.

Сигги осмотрела тесак и искалеченную конечность.

– Дам тебе мазь на пепле из пчел. Будешь мазать утром и вечером. Заматывай чистой тряпкой. Купишь на рынке. Меч твой магический . Смотри какие на нем сигилы. – старуха ткнула пальцем в выбитые кольца и сразу же отдернула руку, как будто ее ударило током – и в целом сделан тонко и качественно. Иди с ним в большой город, лучше к коротышкам-дварфам. Они мастаки со сталью работать и зачаровывают ее как хотят. Самый близкий отсюда Ниссерберг – город в горе. Полтора серебряных оставь на столе. Все поняла?

Илва чуть заметно кивнула.

– Все, иди.

Девушка двинулась в сторону рынка. Сапоги грустно заскрипели. Кольчуга чуть слышно звякнула. Тесак блондинка положила на плечо и придерживала больной рукой. Близилась середина дня, и полуденное солнце пробивало лучами смоговую корку города. Тысячей голосов переговаривались кузнечные молоты соревнуясь в металлической риторике и постоянно перебивали друг друга. Тысячей когтей кирки-звери разрывали тоннели в мертвой породе. Тысячи мыслей закрадывались в головы ничего не подозревающих горожан. Каждый из них о чем-то думал. Думала кухарка из «Кирки и молота», думал Зигмар, пропустив очередную кружечку пива, думал Виктор, думала Сигги, покуривая трубку. Илва тоже думала. Илва думала каких тряпок лучше купить, сколько осталось у нее денег, где заработать, как разорвать эту чертову цепь, и как добиться справедливости и правосудия.

«Прикрой меня!» – , раздалось непонятно откуда, казалось это был голос прямо в голове Илвы. Она опешила и остановилась. Мыслей становилось больше. Кого прикрыть? Зачем? Это моя мысль или чужая?

– Чего встала? Найди чем прикрыть меня! – вновь раздался ворчливый голос с металлическим оттенком.

– К-кто это говорит? – заикаясь, едва смогла вымолвить девушка.

– Это я! Меч! Вардур – Клинок Тортура!

Глава 4. Знакомство.

Глава IV. Знакомство.

Илва опешила. Ее глаза и рот от удивления широко открылись. Видеть и слышать говорящий кусок металла ей приходилось впервые. Она просто отказывалась верить в происходящее. Если крысолюди еще хоть как-то укладывались в картину мира девушки, то говорящие мечи, были мягко говоря слишком.

– Чего рот разинула? Найди во что меня укрыть! На солнце мне неприятно.

Девушка по прежнему пребывала в состоянии беспробудного ступора никак не реагируя на требования клинка.

– Ах так! Ну тогда держи! – угрожающе завопил Вардур.

Илва вскрикнула от боли. Тесак упал на землю из ее рук, разбрызгивая грязь во все стороны.

– Ладно, ладно. Поищу что-нибудь для тебя. Так это ты так жжешься?

– Да, я. Нужно же как-то было привести тебя в чувства и заставить делать, что я хочу!

Полуденная рыночная суматоха отсутствовала на местном базаре. Во дворе торговой гильдии все было расписано заранее. Неторопливо караванщики грузили руду. Так же неторопливо под звон молотов выгружали сукно и различные изделия из него, хлопковую ткань, шерсть, веревки, иногда соль и зерно. Остальным Кайвос обеспечивал себя сам. За прилавком сидела толстая морщинистая женщина. Она дремала, но сдвигала брови от чего на ее лбу становилось еще больше морщин. В маленьком поселении новые клиенты были редкостью, а старые годами покупали одно и то же или заказывали заранее. Был, конечно, и небольшой запас на случай непредвиденных обстоятельств, но обращались к нему крайне редко.

Илва тихонько подошла к прилавку. Дремавшая женщина никак не отреагировала. Девушка несколько раз кашлянула, чтобы привлечь к себе внимание. Женщина открыла один глаз, пошевелила им и остановилась на покупательнице. После чего открыла второй.

– Чего тебе? – с явным пренебрежением слова вывалились в пространство из ее пухлых губ.

– Белой хлопковой ткани, пожалуйста.

– Ага, есть такая. Ниток еще возьми, да иголку. Рубаху мужику своему сошьешь. Я тебя раньше не видела. Тебя, наверное, Варди в жены взял? Он жених завидный, а меня на свадьбу не позвал. Сколько тебе?

– Нет, нитки и иголка не нужны. И никто меня в жены не брал. Я сама по себе. Мне вот, – показала обожженное запястье девушка, – перевязывать.

– Как это так одна? Как сама по себе? Не может так быть, чтобы девка без мужика была! А где это ты так обожглась, чем? – раскудахталась продавщица.

– На кухне, – солгала Илва и тут же почувствовала укол под металлическим браслетом – ах, да, еще мне нужен плащ. Хороший, плотный, чтобы защищал от дождя.

– Дорого будет стоить, но что-нибудь найдем, –положила на прилавок сверток белой ткани, потом отвернулась и стала рыться в тряпье торговка – вот, добрый плащ.

Торговка развернула темно-синий суконный сверток. Илва примерила толстую темно-синюю накидку с капюшоном. Предназначенный для мужчины плащ оказался великоват для девушки, но в нем было тепло и уютно. Она не хотела отдавать его. Это была любовь с первого взгляда, с первого прикосновения. Теперь это был ее плащ.

– Ох, нет. Висит как-то нехорошо, дай-ка найду поменьше. – затараторила женщина и потянулась к накидке.

– Не нужно, - резко остановила ее девушка, – я передумала. Давайте иголку и нитки. Подошью.

– Тогда с тебя целый серебряный. Выкладывай щит.

Илва достала из кошелька одну монетку с хитросплетенным узором, расплатилась, забрала хлопок и повернулась спиной к торговке. Кошелек девушки заметно отощал. Возможно, стоило поторговаться, но настроения совсем не было. В животе предательски заурчало. Хорошо, что трактир стоял через дорогу. В трактире пахло как всегда чем-то вкусным. На этот раз подавали суп с капустой и колбасу. Девушка пообедала и поднялась к себе.

Бряцая цепью клинка она подгоняла плащ по размеру.

– Пойдет такой плащ? Будешь под ним прятаться?

– Я и не прячусь, просто мне на свету неприятно, – отозвался клинок – я создан для подземелий, для приятной сырости и прохлады.

– А кто твой создатель?

– О, создатель мой Тортур! Тортур Мучитель! Тортур Тюремщик! От его взора нельзя укрыться. Он чувствует ложь и подлог. Никому не уйти от его правосудия! Накажет всех виновных! Он – страж порядка, закона и власти. Неустанно он охраняет свою погруженную во тьму темницу – Керкер. Крысы и вороны шпионят для него, а псы загоняют тех, кто не соблюдает закон.

– Какой ужас! – воскликнула девушка – Угораздило же меня обладать такой вещью.

– Уверена?

– В чем?

– В том, что ты мной обладаешь, а не я тобой? Или, скажем, этот плащ? Ведь ты прекрасно обходилась без него, я уверен, долгое время. Но стоило тебе его увидеть как ты выложила свои сбережения за эту тряпку, которая еще и пришлось ушивать!

Илва задумалась. Действительно ли она обладает всем что имеет? «Несомненно, да. Все это мое.», - пронеслось в ее голове.

– Может ты и прав. Но все же, я думаю, что это я обладаю вещами, а не они мной!

– И мной? –, с каким-то особым ехидством переспросил Вардур.

– И тобой. – уверенно ответила Илва.

– Ты носишь меня на руках против собственной воли, идешь туда, куда, я захочу, и делаешь, то, что я захочу. Все еще думаешь, что именно ты обладаешь мной? Вы простые смертные ничем не обладаете. Вами просто управлять. Вещи, деньги, амбиции, боль – все это ваши слабости, инструменты для управления вами, по сути своей тоже инструментами. Вы не управляете своей судьбой. Она неизбежна.

– Я избавлюсь от тебя при первой же возможности!

– Или я от тебя. – совсем неожиданно выпалил клинок и прижег предплечье. – Найду кого-нибудь получше.

– Ай, так отцепись прямо сейчас!

– Видишь ли я не умею ходить.

– Ладно, видимо придется договариваться. Тогда почему именно я?

– Не знаю. Таков твой фатум. Обскур фатум.

Девушка передвинула металлический браслет с обожженного места и принялась натирать его мазью.

– Хм… Инструмент требует починки. За мной тоже требуется надлежащий уход.

– Какой? Почистить и наточить?

– Как минимум. Люблю, когда с меня смывают кровь.

– Возможно, придется тебе побывать в крови одного человека, кто знает. Если, конечно, он не убьет меня первой.

– Что за человек? Кто он? Что он сделал?

– Это я сейчас и выясняю. Все что у меня есть это оброненная им брошь. Она не из нашей страны. Сейчас я ищу его. Он убийца и похититель.

Илва вновь задумалась. Вспомнила о сестре и погибшем отце. Шторм эмоций захлестнул ее.В груди у нее зажгло будто там были раскаленные угли, а слезы покатились по щекам из голубых глаз. Словно это были брызги эмоционального шторма бушевавшего у нее внутри. Она схватилась руками за лицо, прикрывая его. Увлекаемый цепью на пол с грохотом упал Вардур. Несколько слез слетели со щек девушки и обрушились на клинок.

– Начала тут сырость разводить. От ржавчины тоже меня чистить будешь! Нечего реветь!

– Да как же мне не реветь-то? – всхлипывала девушка – отца убил, сестру украл. Ты же убьешь его?

– Убивает не клинок. Убивает твердая рука, которая не дрогнет в самый ответственный момент. Разве тебе не приходилось убивать раньше?

– Нет, что ты! Никогда и никого, даже кур всегда убивал отец.

– Надо же, а выглядишь как воин. Кольчуга, меч.

– Все это осталось от отца. Отец был воином.

– Значит теперь твоя очередь быть воином. Утри слезы и держи себя в руках! Будь воином. Ты должна быть уверенной в себе, сильной, решительной, целеустремленной. Какая у тебя цель?

– Найти сестру, отомстить за отца. – давясь слезами смогла вытянуть из себя Илва.

– Так ищи! Вспомни о нем все, что знаешь и ищи! Ищи и мсти! Пусть преступник получит по заслугам. Как он выглядел?

– Ну… - протянула Илва – обычный мужик.

– Обычные мужики есть и тут, можешь отомстить любому из них.

– Нет, он был какой-то знатный воин. На нем были доспехи, плащ, в руках меч. Подъехал он на лошади.

– Значит рыцарь! Уже проще найти его среди рыцарей, чем среди всех мужиков.

– Еще при нем было вот это. – девушка уставилась на брошь, которую рассматривала вечерами уже много раз.