Восходитель. Том 7

Глава 1

Рога… Рога поют в замкнутом пространстве, они способны вызвать большую тревогу у любого, кто услышит хриплый и низкий звук. Он прокатывается по темным коридорам Бесконечного Лабиринта, отражается от стен и вызывает дрожь в потоках энергий, что сумасшедшими, но не ощутимыми кожей ветрами проносятся мимо. Пение боевых рогов — признак того, что цель близка. А также указатель огромной опасности, но Глубины одиннадцатого этажа Башни Испытаний просто не имеют абсолютно безопасных мест.

Я попал сюда по решению Святого Двора и их подхалимов. Они испугались, что восходитель-аномалия, подобный мне, может стать тем самым разрушителем из Кларидского пророчества. Меня выгнали сюда подобно гладиатору на арену с десятком львов. К счастью, союзники есть и у меня, поэтому я смог призвать на помощь другого восходителя, что в свое время поднялся гораздо выше меня. Альмадомар из Номской Унии подобен темному пятну рядом, ведь светом мы пока что не пользуемся.

Также ощущаю ауру Гефера позади себя. Фонарщик сопровождает нас в путешествии, преследуя свои интересы, и ради выживания мне пришлось вступить в их ряды. Но я не слишком переживаю по этому поводу, так как мы договорились, что я смогу прекратить сотрудничество в любой момент без штрафов. К тому же он помог трансформировать Инуат в фонарь, не теряя сути моего «инструмента». Так еще по пути долгое время потратил, обучая меня премудростям Фонарщиков, так что теперь я намного увереннее чувствую себя в месте, где нет ничего постоянного.

Да, Лабиринт не стал для меня родным, это по-прежнему безумное переплетение чего угодно. Всякое видел по пути сюда: муравейники с высотой проходов больше человека, кладбища с останками драконов и пепельными духами их убийц, улицы заброшенного города, невесть как очутившегося тут. Но после объяснений Гефера я намного лучше понимаю одиннадцатый этаж.

Бесконечный Лабиринт не является местом, куда из других миров перенесли интересные вещи. Гефер утверждал, что Лабиринт сам все это создает из различных базовых образов, вычисляя ответ на главный вопрос. Именно поэтому тут можно встретить что угодно, а это значит, что нельзя быть готовым ко всему, а опасность чаще всего превышает возможности восходителей и даже Фонарщиков. Чаще всего самым правильным подходом является обход слишком опасного места, но прямо сейчас цель совсем другая.

Мне нужно пройти своеобразный экзамен, показать Геферу, что я освоился с основными принципами работы с фонарем. Кажется, что времени прошло немного с момента знакомства, но с другой стороны возникает чувство пролетевших месяцев. В этом месте, где нет солнечного света и сторон света, где пространство постоянно перестраивается перед тобой, позади и со всех сторон, ощущение времени начинает плыть по очень неровному руслу реки с запрудами и водопадами.

Я осознаю, что всё дальше отхожу от понятия «человек». Башня Испытаний подменяет это понятие на «восходителя», того, кто умеет управлять арканой и подниматься всё выше, чтобы… Ну, цель все же у каждого своя, и сейчас я иду не на двенадцатый этаж, где топовые восходители пытаются справиться с новыми угрозами, а к ядру Лабиринта, где может находиться ответ на вопрос о том, как все же победить Тление, что медленно, но верно захватывает территории Конгрегации.

Но до туда топать еще долго, особенно при условии, что верный путь неизвестен, а существование маршрутов в этом месте невозможно в обычной форме. Администраторы создали карты, которыми пользуются другие восходители, чтобы фиксировать кусок Лабиринта вокруг, но Фонарщики отказались от карт, а свои я уничтожил. Если перестройка Лабиринта — есть итерации вычисления недоступного моему сознанию алгоритма, то карты действительно делают только хуже. Хорошо, что есть альтернатива.

Я опускаю взгляд, хоть и не вижу в абсолютной темноте предмет. Но зато очень хорошо чувствую ручку Инуата, ставшего готического вида фонарем из темного металла с крепким и всегда чистым стеклом, за которым горит голубое пламя вокруг осколка из психического льда. Вес предмета не изменился по сравнению с ганблейдом, а для моих текущих физических кондиций это словно пластиковая ручка.

Фонарь все еще не зажжен, пока мы слушаем хриплый звук рогов, который приходит спереди. Там находится опасность, которую я намерен одолеть своими силами. Здесь я словно еще раз очутился на «Кладбище бессильных», где не было квестов, только необходимость выживать любыми методами. Осознаю, что мне тогда чертовски везло с местом появления и встречей с другими пленниками. Ничего не понимая и не умея, я вполне мог умереть еще тогда, когда спасался бегством от адских псов. Можно сказать, что секунда меня отделяла от гибели в самом начале, что обычно происходит у тех, кто попадает туда сразу с нулевого этажа и не является великой душой или богом.

— Дальше я попробую сам, — говорю спутникам, но они и так в курсе плана.

Альмадомар и Гефер остаются позади, пока я иду в темноте, но при этом чувствую окружающее пространство. Активировать психические чувства до сих пор трудно, вокруг постоянно буря из энергетических сигналов, которая вызывает перегрузку центра обработки в мозгу, что возник, наверное, вместе с появлением псионики.

Несмотря на то, что психическая энергия тоже держится на фундаменте арканы, это все же немного иная по структуре и характеру энергия. Если аркана — это безбрежный океан, размером со Вселенную, то отдельные течения или, например, геотермальные подводные источники могут становиться чем-то особенным, оставаясь при этом частью чего-то большего. Думаю, что арканой и псионикой дело не ограничивается, я слышал как минимум о вере, как еще одной особой форме проявления сверхчеловеческого могущества.

Однако прямо сейчас это не сильно важно, куда важнее то, что я смог укрепить символ Пути Разума, а именно «Творящий Путь». Теперь я могу гораздо шире открывать психическое око без угрозы мучительно на время ослепнуть, но этим мои последние успехи не заканчиваются. Звук рогов становится ближе, значит, скоро придется вступить в бой. Они уже ждут меня, и я не могу отклонить этот вызов.

Бесконечный Лабиринт имеет бесконечное количество опасностей, но теперь я готов дать им некоторую классификацию. Во-первых, это трудности ориентирования. Это практически непобедимый враг, так как здесь не работают никакие правила, а сам Лабиринт постоянно находится в движении. Можно лишь пытаться чуть управлять хаосом вокруг, как это могут Фонарщики, Анахронисты и восходители с картами.

Во-вторых, в Лабиринте постоянно нарушаются законы реальности. Спускаясь по лестнице, ты можешь вдруг оказаться этажом выше. Здесь есть ямы на потолке, куда можно «упасть наверх», если вдруг пройти под ней. Ступенька под твоей ногой может исчезнуть ровно в тот момент, когда ты перенесешь центр тяжести на эту ногу. Широкий проход через несколько десятков метров может сузиться до размера мышиной норы, хотя визуально ты не заметил изменения прохода, пока это не случилось.

В-третьих, встречаются более смертоносные ловушки, где тебя поджидают капканы, стрелы, убийственный яд или еще чего похуже. Вот уж не знаю, зачем Архитектору Решений нужно было создавать такое для Лабиринта, где и так чертовски сложно, но приходится постоянно об этом помнить.

Из самого важного, наконец, можно выделить опасности, что не привязаны к конкретному месту, могут сами к тебе прийти и отправить на тот свет. Жуткие монстры могут десятилетиями сидеть за углом в ожидании того самого восходителя. Загадочные фигуры тотчас попробуют заставить твою душу покинуть тело, если будешь неосторожен. Совсем неописуемые кошмары в большинстве случаев попробуют тебя убить, и чаще всего ты ничего с такими угрозами поделать не можешь.

Впереди меня ждет как раз нечто похожее, что преследует нас даже через перестройку Лабиринта. В прошлом бы я не вывез драку с ними, но теперь чувствую себя гораздо увереннее. Хотя, кого я обманываю, сердце стучит очень быстро, а ладони потеют. Что угодно может пойти не так, я не имею стопроцентной гарантии победы, разве что сумею убежать, если пойму, что не вывожу. К тому же Гефер будет удаленно меня поддерживать, как только я зажгу фонарь.

Становится ощутимо жарче, хотя обычно на Глубинах прохладно или даже холодно. Теплый воздух накатывается подобно волнам на берег, а нос чует запах гари. Похоже, я приблизился на достаточное для активации фонаря расстояние, теперь можно осветить дорогу вперед. Повинуясь мысленному приказу, осколок психического льда внутри фонаря сначала светится, а потом загорается. Голубое пламя танцует в плену стеклянных стен, а также бросает лучи на окружающее пространство. Одновременно я активирую энтелехию, чтобы обратиться к способностям Фонарщиков.

На седьмом этаже, который я вынужденно пропустил, восходители знакомятся с энтелехией и учатся ее применять, так как выше система Башни перестает помогать в активации навыков. На одиннадцатом этаже я столкнулся с тем, что больше не могу использовать ни одной активной способности. А вот на девятом этаже Башня полностью перестает помогать в этом плане, а также восходители знакомятся с понятием оккурента, как еще более невероятной вещи. Вновь до слуха долетает звук рогов, но теперь я могу услышать пение труб и удары металла о металл.

«Пора», — понимаю я и взмахиваю Инуатом-фонарем.

«Разогнать тьму светочем»

Фонарщики способны не просто физически освещать темные участки Бесконечного Лабиринта. Это имеет и более мистическое применение, ведь видимая часть Лабиринта не всегда содержит то, что там есть на самом деле.

Когда Гефер мне объяснил и у меня получилось это в первый раз использовать, система пополнилась очень скупым объяснением. Хоть Башня больше не помогает в использовании навыков, она продолжает вести список доступных сил и способностей.

Блики голубого пламени расходятся в разные стороны, отражаются от черных стен и уходят далеко вперед. Когда я впервые увидел нечто подобное, то обомлел, ведь даже не подозревал, что Лабиринт на самом деле может иметь нечто скрытое от глаз непосвященных. Ты можешь видеть перед собой пустой коридор или комнату, но там на самом деле может скрываться нечто иное: хоть забытый сад, полный зелени, хоть видение мира за секунду до его гибели. Фонарь в этом случае не просто разгоняет мрак, а приоткрывает завесу над скрытыми слоями и позволяет увидеть недоступное даже психическим чувствам и чему-то похожему.

Сейчас происходит именно это, когда мрачный проход из черного камня наполняется огромным количеством летающих искр, прилетающих из пожара впереди. Теперь темно-огненные оттенки доминируют вокруг, а температура становится все выше, будто приближаешься к месту пожара. Впрочем, так оно и оказывается, когда привычные рамки Лабиринта раздвигаются в стороны вплоть до границы освещенного Инуатом круга. Чем круче Фонарщик, тем больше радиус окружности. Думаю, Гефер сильно удивлялся как скорости моего обучения, так и уровню моих новых способностей Фонарщика.

Я даже не могу увидеть границу раскрытой завесы, но тут еще мешают столбы дыма, горящие поля, летающий пепел и искры. Ну и, конечно, внимание трачу на совсем другое, а именно на тех, кто ждал меня здесь. Гефер до этого вел по тайным тропам, пытаясь оторваться от преследователей, но именно от этих уйти не удалось. Нежить предположила, что тут постарались Анахронисты, прознавшие о моем появлении, но ни Гефер, ни тем более я или Альмадомар подтвердить это не можем.

Раздается глухой звук, когда на землю падает чье-то тело, ведь я словно пришел под самый конец сражения. Мы посреди огненного ада, в котором словно горит сама земля, а под ногами валяются трупы людей и монстров. Кровь собирается лужами под телами и почти не впитывается в землю, пока над всем этим ужасом возвышаются высокие фигуры, не сводящие с меня тяжелого взора. На фоне темного неба их было бы очень трудно заметить, но огненное зарево вокруг превращает их в посланцев из самых темных мест мироздания.

Раскрыв это место фонарем, я могу куда шире распахнуть психическое око, ставшее одним целым с символом Пути Разума, а также впитавшего в себя навык «Анализа». Это по факту экстрасенсорная возможность узнать что-то о тех, кто медленно ко мне приближаются.

«Последняя охота Фалкшсура»

Вечные воители, проклятые на странствие по мирам. Им нельзя нигде задерживаться, иначе боль начнет сводить с ума. Только кровопролитие ослабляет разрушающее действие проклятья, но только на время. Пока что не было ни одного противника, который смог бы им подарить покой. А само проклятье было сформулировано очень просто: «Пусть твоя последняя охота, Фалкшсур, никогда не заканчивается».

То, что я смог так много узнать при помощи «Анализа», подтверждает успехи в управлении символом Пути Разума. Я ничего не знаю о Фалкшсуре и почему он оказался проклят. Даже не уверен, что эти воители существовали когда-либо вне Бесконечного Лабиринта. Гефер подтвердил, что Лабиринт не был создан из кусочков других миров, но тут попадаются вещи, имеющие какую-то историю, в которой нет упоминания Лабиринта. Возможно, алгоритм сам создает это истории.

«Либо же это легенда», — я вспоминаю о еще одной форме могущественной силы.

Про нее у меня меньше всего информации, но в свободное время я попробовал расспросить Альмадомара и получил ответ, что если кто-то сумеет сформировать о себе легенду и она распространится, то это может дать вполне зримое могущество и новые способности. Умертвие удивилось, когда узнало о моей легенде «Вернувшийся из ада». На третьем этаже я должен был умереть от меча Клода, но смог вернуться к жизни, так что в некотором роде похож на Альмадомара за тем исключением, что не знаю ограничений силы легенды, а проверить не могу без подхода к краю жизни и смерти.

Псионика, вера, легенды: пока что с такими формами арканы я встречался. Еще она делится на грязную и чистую аркану, и умение очищать свою является очень важным, что уже научился делать без помощи от Башни Испытаний. Сейчас это пригодится, так как в мою сторону начинает идти один из воителей.

Статный воин с невероятно длинным мечом закован в массивные доспех, а также имеет дополнительный меч на поясе. Его тяжелые ботинки попирают трупы зарубленных врагов, пока позади полыхают пожары. Он выше меня на две головы, а шириной плеч так вовсе может показаться утесом, если подойдет ближе.

Жуткие воители не могут остановиться на пути войны, иначе проклятье начнет разъедать их изнутри. Во всяком случае так мне подсказывает «Анализ». Почему они преследуют меня так долго, я спросить не могу. В прошлые встречи уже пробовал договориться, но ничего из этого не вышло. Больше похоже, что Бесконечный Лабиринт родил в собственных аномальных флуктуациях эту силу, но она бездушна, с ней бесполезно беседовать, как с цунами или извержением вулкана. Значит, остается только сражаться.

Всего вокруг около двадцати таких воителей, но самого Фалкшсура я пока что не вижу. Думаю, он появится, когда одолею его свиту. Настоящий монстр в металлических доспехах уже приблизился на опасное расстояние. Он кажется неповоротливым, но я знаю, что думать так — ошибка. Невероятно быстрый взмах мечом это подтверждает, в воздухе остался лишь размытый огненный след, но прошелся как раз через мою шею. Точнее, пытался, ведь я не стал блокировать удар грубой силой.

На одиннадцатый этаж восходители приходят уже отдохнувшими и подготовленными, но ко мне это не относится. Меня перенесли сюда сразу с пятого этажа, так еще на Глубины, куда восходители не спускаются обычно, так что мне приходится быть вдвойне осторожным. Но, несмотря на сильное волнение, я чувствую прилив адреналина и радость от нового испытания. Цикл очистки арканы происходит уже на автоматическом уровне, мне не нужно задумываться над процессами процеживания, сублимации и дистилляции, теперь это сродни дыханию. А в сознании проносятся яркие голубые линии от пуль из сжатой психической энергии. Это образ моей энтелехии, с помощью которой я теперь напрямую управляю арканой.

Чтобы избежать обезглавливания, я быстро присел, а потом представил, как ярче разгорается огонь внутри фонаря. Инуат остается Инуатом, даже не имея больше дула или лезвия. Из фонаря вырывается поток голубого пламени, создающий гулкий взрыв и отбрасывающий противника. В месте удара доспехи врага чуть потемнели, но вряд ли это можно считать чем-то серьезным, сталь доспехов уже несет на себе сотни шрамов в виде царапин, подпалин и сколов. Страшно представить, через сколько сражений прошел проклятый воитель, заносящий клинок над головой.

Благодаря «Лямбда-фактору» я настоящий супермен по сравнению с любым человеком с Земли, но здесь это не играет ровным счетом ничего. Мне вновь приходится уклоняться, на этот раз в сторону, а раскаленное от жажды крови лезвие проносится рядом с правым плечом и уходит в землю. Одновременно с этим на поверхности под ногами появляется прореха, будто меч на самом деле намного длиннее, чем кажется визуально.

Теперь я прибегаю к другому своему умению, а именно в руке формируется «Психофазовый клинок». Он полностью соткан из психокристаллического инея очищенной арканы, поэтому чуть напоминает замерший осколок льдистого цвета. Но на самом деле там пока что нет ничего материального, только телекинетическое поле, что разрывает любую преграду, пересекающуюся с полем.

Всегда, когда мне удавалось нанести такой удар на близкой дистанции, я мог ожидать располовиненного врага, но сейчас клинок разбился на куски от удара с броней. Еще одно подтверждение, что я больше не самый сильный и незаслуженно ношу статус аномалии. Резкий удар латной перчаткой создает перед глазами взрыв, когда я скомбинировал «Психогранный барьер» с «Мастерским телекинезом». Защита выдержала, но ярко вспыхнула от перегрузки, а мне пришлось отлететь, чтобы не заработать травму. В таких ситуациях лучше быть гибким и податливым, как трава под сильным ветром, чем сухим и гордым деревом.

Всё, что я сейчас делаю, я пробовал и в прошлый раз, поэтому осознаю, насколько мал шанс на успех. Эти проклятые рыцари невероятно сильны, я не смогу их победить просто грубой силой, мне здесь не поможет ни альтер-эго, ни огромные запасы арканы. Можно считать лишь разминкой, ведь теперь я готов показать кое-что, чего не было в прошлые встречи.

Уже новые воители сходят с места, явно ведомые вспыхнувшей болью от проклятья. Теперь сражаться станет лишь сложнее, ведь каждый из них невероятен как по боевым навыкам, так и по грубой силе и степени защищенности. Вновь уходя от удара огненным мечом, я попадаю в зону удара молота другого воителя. Помню его по прошлому разу, тогда он таким ударом буквально расколол большую скалу, вызвав локальное землетрясение.

За его спиной замечаю копьеносца, уже готового сделать невероятно глубокий выпад и пронзить меня насквозь. Ситуация становится опаснее, но я чувствую поддержку Гефера, который помогает мне использовать символ Пути Разума. Над моей головой появляется веко, а потом открывается потусторонний глаз. Я сделал символ видимым, но не похоже, что противникам есть до этого дело, каждая прорезь шлема устремлена только на меня. Веко расширяется, обнажая голубой вертикальный зрачок во сполохах голубой энергии, она течет и извивается, а я начинаю видеть путь к победе.

Все-таки именно в этом состоит сила моего символа. Могу без труда вспомнить описание, которое получил от системы Башни Испытаний:

Творящий Путь — ваш символ. Он позволяет приоткрыть завесу неизвестности вокруг и узреть сокрытое. Это компас в области непознанного, позволяющий прокладывать путь даже там, где другие повернут назад или разобьются о смертоносные скалы. Видеть путь — это особое благословение, но оно же не позволит оставаться на месте, заставляя уходить всё дальше. Но еще это смелость пройти по неизведанным тропам. Со временем это может быть преобразовано в новую легенду о вас.

Именно это позволило мне получить интерес со стороны Гефера, который вполне мог отказать в просьбе Дальнего Эха и вернуть эфирное влияние. Но когда он узнал о моей способности создавать пути, он сделал всё, чтобы убедить меня вступить во фракцию Фонарщиков. Что же, трудно представить более подходящее место для тренировок символа Пути, чем Бесконечный Лабиринт, где долгое время считалось невозможным найти дорогу к ядру.

Время как будто замирает, когда под моими ногами вспыхивают тропы из голубого пламени. Их много, и я могу пройти по любому появившемуся пути. При этом маршруты не столько показывают варианты физического перемещения в пространстве, сколько комбинируют с течением времени, полями вероятностей и возможными исходами при различных параметрах. В каком-то роде я становлюсь прорицателем, видящим разные варианты вероятного будущего.

«Но это всё лишь призраки. Путь не существует, пока по нему не пройти», — я бросаюсь в сторону, уходя от всех ударов, некоторые из них прошли в очень опасной близости от тела.

Маневр вызвал у меня самого дрожь, когда я вступил на один из путей. «Творящий Путь» дает невероятное преимущество, но, как было сказано в описании, не позволяет стоять на месте. Это почти что буквальное ограничение, меня начнет трясти и ломать, если я буду слишком долго выбирать путь или буду делать это без реальной нужды. Потусторонний глаз смотрит будто через все грани реальности, а потом помогает мне оказаться в нужном месте.

Вот это объяснить гораздо сложнее, но теперь расстояние может не быть для меня большой помехой. Стоит ступить на выбранную дорожку, как я могу пройти по ней невероятно быстро. Возникает ощущение, что враги и их оружие почти что замерли вокруг, пока я перемещаюсь по огненной дороге. Таким образом оказываюсь за спинами первых напавших, но теперь с двух сторон окружен проклятыми воителями.

Просто бить навыками их почти бесполезно, тут нужен оккурент, которым восходители тоже должны научиться пользоваться до попадания на одиннадцатый этаж. Этим мне тоже пришлось озаботиться, когда решил все вопросы с энтелехией. Оккурент является закономерным развитием сил восходителя, который не просто развивает свой символ Пути, но и расширяет спектр доступных возможностей. Например, превратить символ в оружие, если раньше не было возможностей такого использования.

К сожалению, с оккурентом я не добился больших успехов, хотя, все равно на голову превосхожу любого восходителя по скорости обучения. Но, думаю, мне хватит того, что умею уже сейчас. Я могу сотворить путь не только для себя, но и для оружия. На тренировках это показывало классный результат, осталось проверить на практике. Только из-за наличия оккурента я решился на прямое столкновение вместо того, чтобы продолжать убегать от отряда Фалкшсура.

Мне в лицо смотрит металлический череп на броне того самого воителя с длинным мечом. Не похоже, что его смутил мой маневр, он разворачивается невероятно быстро для здоровяка в тяжелых доспехах, а двуручник (хотя, обычному человеку может пригодиться еще пара рук) уже несется на уровне моей шеи. Никаких лишних движений, атака исполнена грациозной смертоносностью, а из-под шлема на меня смотрит словно само проклятье в виде внутреннего желто-красного огня. Но завершить атаку ему не суждено, я уже вижу путь через его шею, осталось лишь пройти по выбранной тропе.

В моей руке вспыхивает «Психофазовый клинок», сменивший фазу на психический лед, после чего я ускоряюсь, проскальзываю под вражеским оружием с одновременным разворотом, чтобы добавить себе дополнительную силу инерции. Как только вступил в бой, страх волшебным образом растворился в крови, наполненной азартом и воодушевлением. Пока я иду по созданной дороге, чувствую себя очень уверенно, хотя разумом понимаю, что это не дает мне неуязвимости. Я все еще не научился выбирать самую оптимальную дорогу к победу, но сейчас успех на моей стороне.

Мы с противником развернулись, кружась в разные стороны. Я уклонился от удара, а вот мой клинок прошел ровно по той тропе, что я видел. Призрачный след шел прямо через шею и стальной воротник, и именно туда я направил удар. Ледяное лезвие погрузилось в металл, а потом вовсе рассекло шею противника. Голова в шлеме падает на землю с глухим стуком, а мне нужно тотчас забыть про поверженного врага, так как по мне летят новые атаки.

Я ощущаю невероятную силу в руке, когда верно направил меч. В этом еще одно невероятное преимущество оккурента. Без него оружие не смогло бы пробить броню противника, а сейчас найденный путь словно изменил реальность или просто нашел уязвимое место. Рядом проносится тень молота, меня словно хотят забить в землю, как гвоздь в доску, но меня там уже нет, однако, удар молота создает взрывную волну, раскалывающую землю. Мне приходится прыгнуть в воздух, чтобы избежать урона, но там попадаю под очередную атаку во вспышке света.

Один из проклятых рыцарей, что еще не присоединился к сражению вблизи, просто швырнул в меня короткое копье, стоило мне подпрыгнуть. Вспышка произошла из-за барьера, которым я инстинктивно закрылся, но удар оказался гораздо сильнее защиты, поэтому копье лишь потеряло убийственный импульс, но все равно достигло тела и швырнуло на много шагов назад. Хорошо, что я превратил туловище в психический лед, чтобы не испытывать трудностей из-за шрама на груди, поэтому пострадал не так сильно, как мог бы. Однако сила удара болезненным эхом отдается в груди и прокатывается волнами по всему телу.

Стараюсь не обращать внимание на легкую контузию, благо вокруг вспыхивает область желтого света, которая задерживает на пару секунд всех атакующих. Гефер и тут помог мне, а я понимаю, что нужно быть осторожнее и всегда находиться под прикрытием какого-либо врага от дальнобойных атак. Психическое око в состоянии оккурента вновь показывает десятки огненных троп, которые так или иначе могут приблизить к победе.

Далее начинается сумасшедший хоровод, где я прыгаю с одной тропы на другую, становясь невероятно вертким мерзавцем для охотников Фалкшсура. Но не похоже, что они сильно по этому поводу беспокоятся. Возможно, они даже рады, что сумели найти того, кто окончит их бесконечное путешествие через выжженные поля и горы трупов. Трудно вообще сохранить рассудок после длительного пребывания под гнетом такого проклятья, но пока что я не могу заглядывать в мысли, поэтому не знаю, о чем думают враги или какие эмоции испытывают. Их ауры для меня нечитаемы, либо же за века или тысячи лет беспрерывных войн от них остались лишь оболочки из доспехов и оружия.

Подтверждением этого становится то, что при ранении у них не течет кровь, будто я сражаюсь с големами или нежитью. Но прямо сейчас это неважно, так как концентрируюсь на победе. Пространство и время играют вокруг безумную мелодию, пока я творю всё новые пути, а проклятые воители падают к моим ногам. Дыхания мне не хватает, да и аркана начинает заканчиваться, я до сих пор скован количеством внутренних ресурсов, иначе уже мог бы назваться каким-то богом. Но при этом не теми богами, что следят за Башней Испытания через эфирный канал, уверен, что эти создания имеют вполне ожидаемые границы возможностей.

Полностью меняю тело на форму психического льда, поблескивающего под заревом окружающих пожаров, а потом вижу, что врагов рядом не осталось. Я насчитал тридцать одного поверженного противника, но над их телами не парят души. Впрочем, иного не ожидал, так как «Последняя охота Фалкшсура» не пришла в Лабиринт извне. Она в нем родилась, это просто очередная опасность, созданная неизвестным алгоритмом. Единственное, что можно допустить, так это использование образа реального отряда откуда-то из Конгрегации.

Вот только самого Фалкшсура тут нет, но он тоже должен быть под действием проклятья, значит, не уклонится от боя. Вновь призываю Инуат и повторно использую «Разогнать тьму светочем», подключая силу оккурента. Поле битвы расширяется, обнажая больше пожаров и больше трупов. И вдалеке я вижу темный силуэт, сидящий на телах врагов, а рядом в труп монстра, похожего на шерстяного крокодила, воткнут черный клинок. А вот и тот, кто мне нужен.

Фалкшсур натурально похож на темного властелина в темной броне и шлеме-короне с двумя острыми рогами, тянущимися к звездному небу под светом горящего поля боя. Он явно замечает мой интерес, поэтому поднимается и направляется ко мне. Когда я в прошлый раз встречался с ними, то до «битвы с боссом» ни разу не добирался, поэтому не знаю точно, что он умеет. Вряд ли будет слабее, поэтому готов потратить хоть всю аркану, но выйти отсюда победителем.

Отпускаю ручку Инуата, и фонарь просто левитирует в воздухе, так как вполне так умеет делать. Фонарщики здорово это придумали, чтобы не занимать руки посреди сражения, а мы тем временем встречаемся посреди поля боя. Разумеется, никаких разговоров, что я обычно люблю делать. С такими созданиями говорить бесполезно, я уже пробовал. Они по сути — продукт Бесконечного Лабиринта, поэтому беседа с ними является попыткой беседы с самим этажом. Даже если это возможно, я пока не знаю, как, и даже Гефер ничего сказать не смог. Тем временем Фалкшсур замахивается мечом…

Но я уже вижу не десяток, а даже под сотню огненных троп, вьющихся вокруг. Каждая из них может привести к победе, но это не абсолютное оружие. Нельзя слепо бросаться по случайному маршруту, надеясь на удачу, поэтому в моих перемещениях пока что есть паузы, хотя тело так и рвется продолжить движение, а каждая остановка вызывает неприятное ощущение.

К счастью, «Нейротек» в мозгу позволяет мне успевать обрабатывать огромные массивы данных, иначе я просто бы не смог нормально применять оккурент в бою.

Как только аналитические и вспомогательные центры в мозгу псионика создадут достаточное количество нейронных связей и крупных нейро-нод, появляется возможность создания нейротека, по сути биологического компьютера, позволяющего хранить и обрабатывать колоссальные объемы информации за ничтожное время. Является частью Биологоса и переходит в группу пассивных навыков.

Мой мозг действительно структурно изменился, теперь я успеваю обрабатывать то, что видит психическое око, но смотрю на это как на эволюцию в роли восходителя, а не на мутацию. Фалкшсур внезапно ускоряется, поэтому часть маршрутов теряют актуальность, а я нахожу самый подходящий на текущий момент. Текущий план в том, чтобы нанести травму его ногам и снизить скорость, но потом пространство вокруг взрывается из-за многочисленных двойников черного меча. Атака явно направлена по области, и мне срочно нужно от нее защититься.

Возникает взрыв арканы, свистят ветра, пока жуткий вихрь черных клинков превращает всё целое вокруг в поделенное на множество частей. Похоже, этот враг мне пока что не по зубам… Или можно что-то придумать?