Восход кровавой луны

Глава 1. Знакомство

— О, Мик, старый друг! — старик в мантии глубокого бордового цвета распахнул объятия. «Мик» — обращение к гостю слишком вольное. Как и хозяин, гость был в том почтенном возрасте, когда студенты называли его уважительно: «Господин профессор», коллеги по цеху: «Мастер», а торговки на рынке в базарный день — «Почтенный господин». Впрочем, называли Меклута Визетиса по-разному. Зависело от обстоятельств, обстановки и оппонентов. Выражение невозмутимости на его лице не могло прогнать ни одно из данных ему когда-либо прозвищ, даже когда студенты за спиной шипели в след едкое: «Сухарь». Меклут Визетис, профессор кафедры Лекарского дела, был высок ростом и сложением напоминал складное вешало, внешним видом целиком оправдывая прозвище. Имел вытянутое к подбородку лицо, украшенное стриженной коротко бородой, припорошенной уже, как мелом, благородной сединой. Колкие серые глаза миндалевидной формы, заставляющей заподозрить в роду Визетисов примесь крови дикарей-лтаалов, смотрели из-под густых, почти седых бровей. Многочисленные комиссии, тщательно вынюхивающие порочащие академиков связи, так и не нашли в родословной профессора Визетиса ни намека на дурную дикарскую кровь. Меклут Визетис был чист перед своим Императором, как хрустальный бокал, отдав служению династии Ровалов лучшие годы жизни.

Хозяин же, в противоположность, был широк в кости, в росте они, пожалуй, могли бы и сравняться с профессором Визетисом, если бы тот не сутулил плечи. Бороду гостеприимный хозяин кабинета стриг у личного цирюльника, оставляя на лице лишь короткое упоминание о растительности. Выглядел для всех этаким добродушным дядюшкой, что порой сильно обманывало студентов и прочий недалекий люд. Звали хозяина (опять же в зависимости от обстоятельств): Римор Катарис, Архимастер Катарис, Декан кафедры Астрологов, Советник Катарис, директор Катарис. Этот человек, не моргнув глазом, мог отправить любого на гибель ради интересов Империи. Под его руководством последние десять лет процветала Съерра-бекерианская Академия Тайных Искусств, где имел честь служить при студентах Визетис, а с ним еще несколько почтенных старцев и множество обслуги.

— Здравствуй, Рим, — старики обнялись, похлопали друг друга по спинам, выбив пару пылинок из мантий, обтянувших спины. У каждого своего цвета. У Визетиса, как медика, алая, у директора, принадлежащего к цеху Астрологов — бордовая.

— Садись же! — хозяин широким жестом указал на удобный стул на гнутых ножках возле своего рабочего стола. — Выпьешь? — И повернулся к шкафу с резными дверцами, где хранил несколько бутылок дорогого самаргийского вина для особых случаев.

— Да, пожалуй, — Визетис устроил свое тело удобнее на мягком стуле, огляделся. Рабочий стол и книги, книги, книги. По всем стенам полки с книгами. Даже на столе навалена гора раскрытых фолиантов. Катарис всегда был более теоретиком, чем практиком. Впрочем, эта особенность не помешала пройдохе занять теплое место рядом с Императором в качестве Советника. Язык у него подвешен, что надо.

— Какие новости? — невзначай спросил хозяин кабинета, разливая вино в бокалы. — Ты же с этим пришел?

— Нет, — Визетис пожал плечами, — устал, признаться... — И он выдавил из себя улыбку. — Студенты — первогодки, знаешь, перед экзаменом не дают покоя.

— Ну, это их работа. Первое испытание — это важно, — Катарис подал один их бокалов гостю, сам пристроил широкий зад на край стола. — Помню, мы тоже не давали прохода Слюзню. Помнишь его?

— Да, весь мокрый все время. Мне помнится, у него была одышка, — улыбнулся Визетис, вспоминая свои студенческие годы. — И шаркал.

Катарис сгорбился еще больше и изобразил шаркающего профессора. Оба рассмеялись теплым воспоминаниям о студенческом прошлом.

— Знаешь, я бы поехал куда-то на каникулах, — мечтательно сказал Визетис. — Навестил бы родные края...

— Один? — Катарис посмотрел на коллегу поверх бокала, маскируя жесткий, хищный взгляд.

— Может и не один, — вздохнул Визетис.

— Ты же знаешь, что это невозможно, — отрезал хозяин кабинета. Залпом выпил содержимое бокала.

— Знаю, — гость сник еще больше. — Но ты знаешь, я подумал... Может один разок можно?

— Нет!

— Он будет под присмотром, — Визетис крутил полный бокал в руках и в голосе его проскользнули просящие нотки. — Что может случиться? Сердце Империи. Я присмотрю за ним.

— Нет! — Катарис слез со стола и обойдя его кругом, уселся в свое архимастерское кресло. Теперь их разделял тяжелый дубовый стол на резных ножках— Он не покинет стен академии.

Визетис помолчал, изучая бокал.

— Знаешь, мне кажется, что в погоне за правильными поступками, мы забыли, что он живой человек.

— Не начинай, — Катарис сморщился, как от кислого,- мы ведем с тобой эти разговоры уже восемь лет. Я уже объяснял тебе, почему все сложилось так, а не иначе. Это необходимость. Он опасен. В первую очередь для себя. Помнишь, что случается, когда ты его не контролируешь? — Архимастер нацелил пухлый палец на гостя.

— Помню, — понуро кивнул Визетис. — Знаешь, я увеличил дозу Синерита.

— Он стал сильнее? — встрепенулся архимастер. — Может нам увеличить отъём Церебро?

— Нет, нет, — заторопился гость, жалея о сказанном. — Просто, приступы стали чаще. Опасаюсь, что меня рядом может не быть.

— Поэтому нельзя выпускать его из академии. Ты и сам это понимаешь, — с нажимом молвил хозяин кабинета.

— Иногда мне кажется, что это мое проклятье, — усмехнулся Визетис.

— Это наше благо, — в голосе Катариса послышались сладкие обволакивающие нотки. Визетис бросил мимолетный взгляд на медальон-светоч, тускло поблескивающий на груди Архимастера. Крошечный механизм внутри фиала не останавливается ни на секунду. Маленькие шестерни и поршни двигаются внутри творения цеха Механиков в такт биения сердца круглые сутки, целый год, целую жизнь.

— Да, — согласился он, — благо...

Визетис вернулся в свои комнаты к вечеру. Они посидели со старым другом, всласть наговорились о политике Внешних островов, роли Империи в общем миропорядке и будущем Академии. Жил старик в двух комнатах восточного флигеля. На первом этаже. К слову сказать, весь флигель был отдан в его распоряжение. Но старик предпочитал скромное существование. Он выбрал для себя комнаты с выходом в закрытый от всех сад. В основном из-за соседства. Флигель огорожен со всех сторон стенами высотой в два метра, дополнительно укреплены отталкивающими заклятьями. Единственный проход в это крыло заложен камнем восемь лет назад, заштукатурен и окрашен. Ни одна живая душа не догадывалась, что в тупике когда-то была дверь. Во флигель теперь попадали при помощи Мастер-ключа, таким образом, исключив всякое проникновение непосвященных.

В дверях его встретила тетушка Алмея. Женщина в теле с большими добрыми руками. Она не носила алых одежд, потому что приходила сюда только в качестве дневной сиделки для хилого вида юноши, что теперь с ногами забрался в большое кресло.

— Как дела, Вист? — ласково обратился Визетис, продвигаясь к креслу. Матушка прикрыла дверь и ушла в соседнюю комнату, которая служила и лабораторией, и кухней.

Юноша повернул голову на звук. На вид он был бледен и худ, отчего черные глаза его, и без того большие, выглядели размером с пол лица. Черты лица скорее правильные, лишь огромные глаза слишком широко посажены. Это единственное, что отличало его от человека — разрез глаз и небольшие серебристого цвета точки на раковинах ушей, сильно прижатых к голове. Вист — один из последних представителей Лтаалов, церебриалов, тех, кто может копить в себе Церебро. Матушка коротко стригла юноше волосы цвета темного серебра, поэтому на голове у того они всегда стояли торчком, как перья у мокрого воробья. Он тоже не носил цветных одежд, потому что не был здесь студентом. Несмотря на это он играл важнейшую в Академии роль. Сам юноша об этом врядли догадывался, но Директор постоянно напоминал об этом Визетису.

— Я собрал головоломку, — сообщил Вист слабым голосом. На столе перед ним лежала очередная хитрая приспособа, которые Визетис разыскивал по всей Империи, чтобы хоть как-то отвлечь своего подопечного от безрадостных будней. Юноша не отличался крепким здоровьем, напротив, каждый сквозняк сказывался на нем не лучшим образом. Визетис с тревогой думал, что это произошло от регулярного приема микстуры его собственного изобретения. Синерит назвал он ее. В ее составе множество трав, и не все из них обладают безобидными свойствами. Но без приема этого лекарства у Висъента мог случиться приступ, когда тот не помнил себя, вокруг расщеплялись на части предметы, и крутился невообразимой силы ураган. Если человеку не повезло, и он находился рядом — доходило и до обмороков. Да, Висъент был очень силен, но радости ему это не приносило. Он не мог распорядиться своим талантом, как следует. Империи — это не выгодно, и верные ее слуги, такие, как Визетис, сделали все, чтобы мальчик никогда не нашел в себе силы к этому шагу. Ко всему, иногда мальчик вел себя странно.

Хилый мальчик с изъяном в голове. Так называл его Катарис. Но Висъент приносил пользу. Путем манипуляций с машиной Церебрис в зале Астрологов из его тела извлекали Церебро — самое ценное вещество на Континенте, ибо кто владел Церебро, творил чудеса. Происхождение этой субстанции до сих пор не разгадано Мастерами. Все они пришли к одному выводу после долгих размышлений. Церебро, наравне с другими стихиями, такими как вода или огонь, играл важную роль в груговороте жизни на Юстэрии. Каждое живое существо на восточном и западном континентах и на островах, раскиданных по океанам, а также в глубинах и на высоте, имело внутри хоть какую малую толику этой субстанции, и посредством ее соединялось в единое целое. Одно было известно наверняка. Не каждый человек может стать вместилищем для чудодейственного ресурса, как дикари — лтаалы, что жили на континенте до людей, а после ушли на северные острова. Лтаалы без труда впитывали субстанцию из окружающего все на земле эфира. Впитывали, словно губка, и Церебро копилось в их крови, позволяя жить в удивительном единении с миром. Еще одна загадка, которую следовало разгадать. Человек в этом отношении был слеп и глух, но это не помешало ему создать механизмы и приспособления, вырывающие у жадной вселенной то, чего он был лишен.

Каждый из лицензированных чародеев в Империи имел медальон-светоч в придачу к перчаткам Мастера с этой субстанцией при себе и пользовался комплектом при необходимости. Только тесная связь с Церебро позволяла творить чудеса. Через фиал субстанция попадала в кровь, кружила голову ощущением могущества, и давала ни с чем не сравнимую силу.

— Нужна новая, — бесцветным голосом сообщил Вист, опуская голову. Пальцы его теребили бахрому пледа, которым он был укрыт. Визетис проследил за его руками. Пальцы худые, точно высохшие ветки, непрерывно терзали бахрому. Он что-то почувствовал, и теперь это что-то его тревожит.

— Ты пил лекарство? — Визетис подошел и погладил юношу по голове.

— Да. Можно мне шоколад? — Вист натянул до подбородка плед.

— Ты гулял сегодня?

— Матушка сказал, что дождь, — Вист посмотрел на Визетиса снизу-вверх огромными влажными глазами, и от этого взгляда у старого церза опустилась душа. Он виноват, что мальчик живет вот так, как комнатный цветок. Прогулки его ограничивались путешествием до забора внутреннего двора и обратно. «Словно в заключении», а за стены Академии Катарис категорически запретил его выводить. Мальчик слишком ценен, говорил он. И верно, почти все племена лтаалов истреблены из-за бесценного Церебро. Без Виста трудно будет найти еще один источник такой же силы.

— Да, поешь шоколада, — Визетис снова провел рукой по голове юноши. — Я поговорю с матушкой. Как ты себя чувствуешь?

— Сегодня — нормально, — вяло отозвался юноша.

Нормально. Нормально...Что в его случае можно считать нормальным? Если не было приступов целый день? Или, когда он бодрствовал, не утомляясь больше пары часов?

Визетис улыбнулся ободряюще в ответ на вопросительный взгляд Висъента, и отправился следом за матушкой в кухню.

— Как он сегодня? — без предисловий спросил старик. Матушка как раз сервировала ужин их общему подопечному. Женщина недовольно поджала губы.

— В обед ничего не стал есть. Тебе надо еще раз поговорить с ним. Еда — это важно. Как он наберется сил для ваших...экспериментов, — матушка неловко смахнула передником крошки со стола.

— А почему не стал?

— Сказал, что не голоден. Потом лег спать, и проспал до вечера. Вот, сейчас при тебе пусть поест, — матушка вручила Визетису тарелку с бульоном и краюху хлеба. — Тебя он послушает. — И отвернулась.

Визетис не стал с ней спорить. Матушка Алмея не поощряла происходящего с Висъентом. Она видела в нем хилого, нуждающегося в уходе подростка. Она не понимала, какую роль он играл в Академии, а то и во всей Юстэрии. И видела лишь то, о чем болело ее большое сердце, как Висъента приносили на руках после каждого «изъятия». Визетис и сам терзался вместе с мальчиком, но не мог изменить текущего хода событий. Такова его судьба. Так говорит Катарис.

Старик донес блюдо до кресла, поставил на стол.

— Надо поесть, Вист.

— Мне не хочется, — юноша даже не шевельнулся.

— Я прошу тебя. Ради меня...

— Я не должен есть ради кого-то...Так Матушка говорит, — возразил Вист.

— Висъент. Тебе надо поесть. Всем иногда надо что-то кушать, иначе тело слабеет, — терпеливо объяснял Визетис. — И головоломки перестанут собираться.

— Почему?

— Что почему?

— Почему головоломки перестанут собираться?

— У тебя не хватит сил, — улыбнулся Визетис. — Поешь, потом мы сыграем с тобой в Башни.

Юноша подумал. Потом подался вперед.

— Я поем, — старик кивнул и отошел. Дело сделано. Вист поест и отдохнет. А завтра наступит новый день. Визетис расстегнул застежки у горла. До чего же душно в мантии. Устав Академии требовал безоговорочного соблюдения регламента даже в одежде. Каждый профессор должен быть одет по всей форме Мастера. Это предполагало костюм из рубахи и штанов, не говоря уже о невысоких сапогах, по цвету соответствующих направлению факультета. Визетис носил алое, он преподавал у студентов-медиков. Деканом его так и не сделали. Катарис объяснил это тем, что у старика и так много обязанностей. Поверх рубахи плотная приталенная туника до колен, застегивающаяся на все пуговицы до самого горла с распущенными надвое рукавами, по шву от локтя. В летний день в этом одеянии можно свариться. Поверх туники на груди — Светоч — небольшой, оправленный в серебро фиал, прячущий под складками одеяния самую главную часть. Ту, что прильнула к коже. Через разрезы рукавов под рубахой видны кожаные ободы перчаток Мастера, последним кольцом, обхватывающие запястья, не доходя до пальцев. На тыльной стороне ладони, в серебряной оправе — звезда Элейни о четырех лучах, когда Светоч отзывается на команду Мастера и пускает по крови капли Церебро, звезда загорается тоже. Этим изящным инструментом церзы людей были обязаны цеху Механиков.

Вист хлебал бульон с бульканьем голодной собаки.

— Вкусно? — ласково улыбнулся старик.

— Наверное, — юноша вытер губы рукавом и откинулся в кресло снова. — Ты больше никуда не пойдешь?

— Нет, останусь с тобой.

Визетис скинул мантию, рубаху и сапоги, накинул халат, с величайшей осторожность снял и Светоч с перчатками, убрав их в тайник, придвинул соседнее кресло к креслу Виста.

— Не против?

Вист потряс головой. Нет.

Посидели в тишине. Визетис достал доску и, молча, расставил фигуры для игры в Башни. Матушка убрала пустую тарелку, кивнув удовлетворенно, Визетис слышал, как, загудев, портал пропустил ее в основной корпус. В эти комнаты нет дверей, ибо никто не должен знать, что здесь кто-то живет. Они с Вистом остались вдвоем. Старик накрыл своей рукой худую ладонь юноши, что лежала поверх пледа. Рука была холодной.

— Ты замерз?

— Нет.

Посидели еще. Вист молчал. Он никогда не говорил больше, чем было ему необходимо. Такой уж он был. Чудаковатый, по-детски наивный во многом, да почти во всем. Выпусти его в тот чужой, неуютный мир за воротами, и он погибнет. Возможно, Катарис прав, что не выпускает его.

Визетис сжал худые пальцы. Юноша быстро переставил белую фигуру на доске.

— Твой ход, — а потом надо будет подготовиться к завтрашней лекции. Визетис встал, потянулся сделать ответный ход, а Вист наблюдал за ним. При свете нескольких канделябров его черные глаза горели лихорадочным блеском.

Глава 2. Новые встречи

Следующий день выдался скучным. В преддверии будущего испытания учащиеся, проведшие в Академии год, старались восполнить все пробелы в своих знаниях, и каждый из семи его студентов задавал одни и те же вопросы. Особенно досаждала жара, несвойственная в это время года.

Но Визетис терпеливо отвечал, смахивая пот со лба небольшим платком.

— Да, вот так.

— Нет, без Светоча не сработает.

— Сформулируй в голове посыл, Светоч услышит тебя...

К обеду он окончательно выдохся, в основном из-за жары, а студенты все не отпускали его. Стакан уже теплой воды не спасал никоим образом. Визетис допил остатки, потеряв надежду вырваться. К счастью, гонец от Архимастера спас положение. Шагая следом за ним по коридору, Визетис благодарил всех известных ему богов за внезапную передышку.

В кабинете Архимастера его уже ждал хозяин кабинета и декан кафедры тайных искусств — Григо Салмеер. Из стен факультета этого Мастера выходили в свет боевые церзы, тогда как из лаборатории Визетиса медики — лекари.

— А, друг мой! — Катарис не стал обниматься в этот раз. — У нас ЧП.

— Что случилось?

— Стражники городской управы в Беккере задержали на рыночной площади чародея без лицензии. По крайней мере, они так говорят. Протокол требует участия комиссии минимум из двух человек соответствующей квалификации. Как обычно, они обратились к нам.

Визетис поморщился — ехать в такую жару определенно не хотелось никуда.

— Экзамены, лекции...

— Ничего, Люмис тебя заменит. Развеешься заодно.

— А если что-то случится, а меня не будет рядом? — возразил Визетис.

— Ничего не случится. Ты сам говорил. Сердце империи...- парировал Катарис с улыбкой. Вот ты, значит, как. Моими же словами...

— Ну, хорошо. Надо, так надо, — сдался профессор, хотя энтузиазма в нем не было совсем.

— Я велел подать вам Мехапод. Чем быстрее увидите это чудо, тем быстрее вернетесь. Пустышка, скорее всего — Катарис махнул рукой, отпуская своих церзов.

Визетис смерил взглядом своего неожиданного спутника. У Кафедры тайных искусств робы были комфортнее, ничего не скажешь, и выглядели солиднее. Черного цвета с алым знаком на груди. Не такие длинные, не путались при ходьбе под ногами. Само-собой. Боевые церзы не должны спотыкаться о подол, жаль, что так никто не подумал о медиках. Надо поднять этот вопрос на будущем совещании.

Салмеер кивнул Визетису, неправильно расценив его взгляд, и направился к выходу. Григо Салмеер был моложе Визетиса лет этак на десять, но честолюбия в нем было много больше. Он скорее сотрет своих студентов в порошок, чем признает, что кто-то из них не способен к восприятию Церебро. Салмеер в расцвете сил и честолюбия. Он метит на место Мастер-церза Императора, кое сейчас занимал Катарис. Опасный тип.

Неспешно они спустились вниз, и погрузились в открытую коляску на механическом ходу. Салмеер вскочил на высокую подножку без труда, Визетис же, проклиная высоту дурацкой коляски, с трудом перенес вес тела на металлическую ступень. Салмеер протянул руку помочь, но старик, наконец, уселся на обитые бархатом сиденья. Салмеер положил ладонь на широкий подлокотник с приемным устройством. Молча испросив разрешения, Темный церз принял управление коляской на себя. Поршни в глубине недр экипажа, наполнившись Церебро, с легким скрипом пришли в движение, подчиняясь воле чародея. Коляска, именуемая в стенах Академии Мехаподом, тронулась.

Черный церз какое-то время растирал в пальцах свободной руки невидимую соринку, и видно было, что желал разговора. Визетис же делал вид, что увлечен проплывающим пейзажем.

— Так что? Как думаешь, что там? — наконец не выдержал Салмеер.

— Не знаю. На базарной площади много всякого сброда. Может, отловили какого-то фокусника за слишком удачный фокус, — нехотя отозвался Визетис. Говорить все-таки придется.

— На прошлой декаре или на позапрошлой, не припомню, тоже кого-то поймали. Ездили Люмис и Торос. Оказалась пустышка. Деревенщина какая-то со слишком ловкими руками решила всех обмануть.

— Не сомневаюсь, что так будет и сейчас, — старик устроился удобнее. Мехапод раскачивался на мостовой. Проходящий люд с удивлением провожал столь представительную делегацию. Церзы на своих самоходных устройствах появлялись только в Ведомстве, на улицах их не увидишь. Странно, что Катарис остановил свой выбор на Чародее тайных искусств, почему не отправил Люмиса, академического теоретика, любящего рассудить о судьбах мира, или Тороса, крепкого, точно старый пень, Мастера — Механика, и обладающего примерно таким же умом. Оба готовы до хрипоты спорить, неважно, о чем. Салмеер — другой. Он — человек дела.

Темный церз помолчал, затем повернул чуть лицо в сторону Визетиса. Старик отчетливо видел его суровый профиль на фоне проплывающих домов.

— Я слыхал, по молодости ты променял черные одежды на алые.

Визетис застыл. Откуда только разносятся слухи? Это Катарис, не иначе. Чтобы подстегнуть в Салмеере честолюбивые чаяния, он мог выдать их общий секрет. Хотя, нет, не может быть. Это слишком. Даже для пройдохи Катариса. Отрицать бессмысленно.

— Да, это так.

— Отчего?

— Посчитал, что это правильно, — Визетис отвернулся, посмотрел на проплывающий пейзаж. Помпезные дома улицы Академической сменялись более простыми строениями улицы Красильщиков. Вот-вот и покажется мост Вздохов.

— Ты мог стоять на страже человечества, защищать их от происков темных сил, но променял могущество на лекарское ремесло? И считаешь, что это правильно?

— Я сделал выбор, коллега. И не жалею, — Салмеер задумался на мгновенье.

— Я читал Хроники. Ты был в составе Летучих отрядов Круга Заступников там, на востоке. Вы сражались с шаманами лтаалов. Это впечатляет. Говорят, они были сильны.

Визетис расценил это как похвалу, улыбнулся чуть. Жаль, что Хроники не пишут, что лтаалы от природы не воины.

— Благодаря вам теперь мы можем чувствовать себя в безопасности, — продолжал Салмеер, но старик уловил в его голосе нотку разочарования, — вы стерли последние пятна с Юстерии. Поэтому ты поменял цвет?

— Не знаю, — признался Визетис. — Тогда я был нужен там. Теперь у меня другое предназначение.

— Да, этот мальчик, — кивнул Салмеер, — его счастье, что он полезен. Он из лтаалов, так ведь?

— Да, он не человек, если ты об этом, — Визетис не хотел этого разговора, но не мог остановить своего собеседника и лишь беспомощно отвечал на вопросы. Словно какая-то рука лишила его воли. Уж не Салмеера это колдовство? Но нет, это его память властвует над ним.

— Жаль, что человеческое существо невосприимчиво к Церебро, — со скукой продолжал Салмеер

— Боги создали человека в принципе не восприимчивым к магии и это правильное решение, ведь на стороне людей численное превосходство. Если бы каждый мог творить, что ему вздумается, воцарился бы хаос.

— Да, они сделали его слепым и глухим среди целого моря возможностей. Какая ирония. К счастью, Боги дали нам пытливый ум, возможно, они хотели, чтобы мы взяли сами то, что не дано нам от природы. Ведь, когда получаешь что-то, затратив бОльшие усилия, то понимаешь, насколько ценен этот дар. Чем тяжелее дается цель, тем ценнее результат.

Помолчали. Мехапод, раскачиваясь, повернул в переулок Висельников.

— Думаешь, зря они это делают? — снова подал голос Салмеер

— Что именно?

— Ловят всяких мошенников?

Визетис пожал плечами.

— Магия слишком серьезная вещь, чтобы оставить ее без контроля. Нам эта истина досталась дорогой ценой. Пусть они поймают десять самозванцев, но один из них, возможно, будет тем, кто применяет Церебро во зло.

Дорогой ценой. Визетис отвернулся. Лтаалы заплатили еще большую цену. Их практически стерли с лица континента. И все ради Церебро. Ради могущества, коего не было дано людям от рождения. Люди все берут сами, иногда не спрашивая разрешения.

Коляска завернула во двор Управы. Там их встретил служащий в мундире бекерринской стражи. Стражник робел и не поднимал на церзов испуганных глаз. Салмеер и вправду имел солидный вид. Весь в черном, он важно ступал за провожатым, не глядя ни на кого. Церзы отправились следом за провожатым внутрь здания.

В кабинете Управляющего их встретил потный толстый капитан. При виде двух мантий, одна из которых чернела, словно непроглядная ночь, он оробел, вскочил, засуетился.

— Садитесь, прошу, чем обязан?

— Мы по вызову, — важно сказал Салмеер. — Нам было сообщено, что вы поймали самозванца.

— Да, на площади, — заторопился капитан. — Фокусы показывал с огнем. Ну, патруль и смекнул, что надо брать.

— Отчего же вы решили, что сие происшествие стоит нашего внимания, — продолжал грозно вопрошать темный церз.

— Так это...смотрите сами... — растерянно пробормотал капитан. — Наше дело маленькое. Велено докладать, ежели что...Или в Круг Заступников или вам.

— Хорошо, — вступил в разговор Визетис. — Ведите

— Нет, — Салмеер поднял руку, останавливая расторопного стражника. — Сначала мы посмотрим его вещи.

Капитан кивнул. Из-под стола достал холщовую грязную сумку с ремнем через плечо, положил на стол.

— Вот. И..., и вот это, — от стены взял высокий посох из дубовой ветки и тоже положил на стол.

— Что ж ничего себе антураж, — усмехнулся Салмеер. Как гончая, он склонился над посохом. Визетис бросил взгляд на атрибут. Простая дубовая ветка с навершием в виде какой-то уродливой шишки. Просто деревяшка, ничего интересного.

Пока боевой церз склонился над посохом, Визетис вытряхнул содержимое сумы на стол. Мусор: несколько диких яблок, потертый кисет с несколькими монетами внутри, какие-то истерзанные тряпки, длинные и грязные. Визетис, морщась от отвращения, пропустил их в пальцах. Нет, фиала нет.

— Допросили? — между делом осведомился он.

— Да, как положено, — быстро ответил капитан.

— Что говорит? — Визетис еще раз прощупал тряпки, пропустил их меж пальцев. Ничего особенного.

— Зовут Тайвис Мора...

— Фамилия вроде как северная, — отозвался Салмеер. Визетис улыбнулся. Не знал, что темный церз интересуется ономастикой.

— Да, рожей, простите лицом, тоже вроде как оттуда.

— Я слыхал, там свирепствует Скверна, — между делом заметил Салмеер.

— Это я не знаю, — смутился капитан. — Говорит, на ярмарке с заезжими комедиантами. Просто фокусы показывал.

— Комедиантов допросили?

— Нет, свернулись раньше, чем мы успели их взять.

— Бросили, значит, дружка, — кивнул Салмеер. — Ведите своего задержанного.

Капитан метнулся к выходу, а церзи еще раз тщательно осмотрели пожитки.

— Бродяга, — резюмировал Салмеер. Визетис был согласен. В пожитках не было ничего, что хотя бы пахло Церебро. Набор был скорее бродяги, чем даже фокусника. Просто ловкий мошенник. Жаль, что патрульные такие недалекие, из-за чего пришлось сюда тащиться. Салмеер оперся о стол, повернулся лицом к двери, готовясь встретить горе — фокусника. Визетис взял стул капитана, выставил его перед столом и сел. Происшествие не развеяло скуку, а жара в стражницкой раздражала все сильнее. Визетис потянул пальцем ворот уже, порядком пропитавшийся потом мантии. Духота изводила его как никогда.

Вскоре за дверью послышалась возня и голоса.

— Мой ботинок! — плаксиво вещал чей-то голос. — Я обронил ботинок, вернитесь.

Дверь открылась, ввалился крепкого телосложения стражник, таща за собой под локоть худощавого мужчину, не доходившего в росте стражнику и до плеча. Оба встали перед церзами. Стражник вытянулся по стойке смирно, бродяга все порывался вернуться. Стражник крепко держал бродягу за локоть. Следом втиснулся капитан.

— Вот, — он ткнул всей ладонью в задержанного, отошел к стене и встал, в надежде контролировать ситуацию. Бродяга, наконец, перестал скулить о ботинке и повернулся к церзам лицом. Весь его вид говорил о годах, проведенных на улице. Пыльная, в невнятных пятнах одежда, грязная в разводах пыли кожа. Голова обмотана длинной тряпкой, закрывающей глаза, и вид ее тоже вызывал отвращение. Задержанного можно было сравнить с лишайным псом, выклянчивающим еду, прикасаться — противно, но жалость не дает прогнать его от себя.

— Били? — сурово спросил Визетис, кивнув на замотанную голову. Капитан затряс головой. Нет.

Одет бродяга был в неумело пошитую мантию. Швея, имеющая очень приблизительное представление, как должна выглядеть мантия церза, сшила одеяние слишком коротким, зато рукава удались на славу, широкие и длинные, они закрывали руки до самых пальцев. Под мантией виднелись брюки, не доходящие до щиколоток, а на ногах старые стоптанные башмаки, вернее один. Второй был утерян где-то в коридорах управы. Бродяга поджимал голую грязную ногу, опасаясь ставить ее на пол.

Визетис хотел встать, но Салмеер его опередил. Темный церз подошел вплотную к задержанному и, не гнушаясь, пальцем потянул повязку с глаз вверх. Глазу открылась неприглядная картина: под веками, кои тотчас поднялись, когда тряпка сползла наверх, на церзов смотрели словно налитые дегтем белки, на которых не было видно ни зрачков, ни радужки. Абсолютно черные глаза. Салмеер ухмыльнулся и отступил, давая и Визетису оценить зрелище. И еще одна деталь. На лбу и виске темнели полосы, приглядевшись к которым, Визетис понял, что это, руны принятые церзом за пыльные разводы. Знаки уходили под светлыми немытыми волосами на шею и дальше на тело под грязную мантию.

— Мой ботинок, — продолжил ныть бродяга. — Думаете легко добыть ботинки? Они кучу монет стоят. Без обувки холодно, велите принести...Пожалста...

Салмеер кивнул, и капитан сам кинулся в коридор в поисках грязного ботинка.

— Ты слепой? — тихо спросил Салмеер, осторожно трогая пальцами руны на виске задержанного. Визетис думал, либо у того большое самообладание, либо он и вправду не видит, кто перед ним. Совладать с собой, когда темный церз стоит так близко дано не каждому. Скорее второе.

— Я не вижу, если вы об этом, — бродяга стоически перенес прикосновения Салмеера.

— Как тебя зовут? — спросил Салмеер, чуть отходя, чтобы оценить картину в целом.

— По-разному. Кому как нравится. Вот в Анкериме звали Яркий Огонь. Так себе имя — слишком длинно... — зачастил бродяга нисколько не смутившись застывшей атмосферой. — В цирке звали просто Тай. Без церемоний. Кому они нужны?

— Знаешь, в чем тебя обвиняют, Ясный огонь? — усмехнулся Салмеер. — Использование магии без сопутствующей лицензии.

— Какая магия, так фокусы. Просто фокусы. Немножко волшебства для детишек. Известно, что, магия для Академиков. А я то что, просто...— улыбнулся задержанный. Салмеер снова сделал шаг вперед, взял бродягу за пальцы левой руки, видневшиеся в рукаве, поднял. Задержанный попытался вырвать руку, но понял, что лучше не сопротивляться. Рукав сполз, открывая темную вязь на запястье и плече.

Визетис приподнялся. Неожиданно. Может и не пустышка. Ввалился в дверь капитан, бумкнул ботинок у ноги бродяги, тот нащупав ногой ботинок, с удовольствием втиснул грязную ступню в обувь явно ему не по размеру.

— Что это? — Салмеер стиснул запястье бродяги так, что тот вздрогнул. Визетис отметил для себя, какие тонкие и длинные у того пальцы. Даже Салмеер не мог похвастаться столь удачными для волшебства руками.

— О чем вы, мастер? — затараторил задержанный — Если про одежу, так это мантия, Весёлка сшила, руки у нее что надо, про руку, так это рука, как у всех....

— Это Руны? Откуда они?

— Ах, это? Были тут всегда...- и тут Тайвис Мора сник, потому как понял, что добром для него происходящее не закончится

— Понимаешь ты, что тебе грозит за твои фокусы? — усмехнулся Салмеер, отпуская бродягу. — Если мы скажем, что ты самозванец, тебя высекут на площади и отправят на соляной рудник. Проживешь там лет пять. Если мы скажем, что ты церз, тебе отрубят руки и повесят. — Бродяга перемялся на месте.

— А есть еще варианты? — робко спросил он.

— С нами поедешь, — жестко отрезал Салмеер. — И расскажешь все как на исповеди Архимастеру. Ничего не утаивая.

— А что рассказывать то? — пожал плечами бродяга.

— Все, что знаешь.

— Что я могу знать? Похлебку могу приготовить, — опять затараторил бродяга. — Интересно Архимастеру про пахлебку? Могу костер разжечь, могу фокусу научить. Я их много знаю. Вы не смотрите, что я не вижу...

Салмеер с раздражением взглянул на Визетиса, точно испрашивая разрешения, потом наложил руку на лоб бродяги.

— Заткнись, — фиал на груди черного церза вспыхнул, звезды на перчатках вспыхнули тоже. Бродяга замолчал. Лицо его разгладилось и приобрело безмятежное выражение. Только сейчас увидел Визетис, что задержанному не больше двадцати, чуть старше Виста. На лицо он и верно походил на уроженца северных селений, светлая кожа и светло-пшеничного цвета спутанные грязные волосы. Если бы не глаза. Они выделялись на бледном лице точно две дыры. Впрочем, руны, которые, скорее всего, стали причиной столь неприятных изменений и последующей слепоты, также выглядели на коже как темные трещины.

— Он человек? — брезгливо спросил Салмеер. Капитан грубо оттянул ухо задержанного, демонстрируя округлую форму.

— Человек.

— Странно. Человек не может освоить сырой магии. Это доказано. При нем нет Церебро. Но я что-то чувствую.

— Это руны, — вступил в разговор Визетис, у Салмеера не хватало знаний о природе Скверны, ведь это удел Медиков. — Это элементал. — Старик поднялся и подошел ближе. То, что чудилось грязной дурной подделкой, вдруг оказалось неограненным каменем без цены, заполучить который были бы рады и в Академии, и в крепости Коготь, оплоте Круга Заступников, и в конфедерации Лим.

— Не может быть, — Салмеер смерил взглядом бродягу. — Впервые вижу элементала, я слыхал, они не доживают и до десяти.

— Быть может это исключение... — проговорил Визетис, приподнимая левую руку, на которой темнели знаки. — Какие фокусы он показывал?

— Говорят, жонглировал огненными шарами, — отозвался капитан.

— Элементал, — Салмеер плотоядно ухмыльнулся.

Церзы доставили элементала в Академию уже к вечеру. Пока были заполнены все бумаги, пока утрясены все формальности. Оказалось, вырвать задержанного из когтей съерра-беккерианской стражи не просто. Салмеер препроводил бродягу в Зал Заклинаний. Туда же поспешили все профессора, прослышав о находке, ибо элементал — стихийный церз, да еще и без фиала, да еще и доживший до совершеннолетия был диковиной из диковин.

— Надеюсь, мы не ошиблись, — вздохнул Визетис, наблюдая растущую толпу. В толчее мелькали алые накидки медиков и черные — боевых церзов, встречались глазу и бордовые одеяния Астрологов, а также серо-черные — Механиков, даже мелькали как белые вороны, бело-серые туники теоретиков. Бродяга все еще был под заклятьем черного церза. Он позволил себя привести в Зал Заклинаний и поставить у стены. Там любопытные профессора ощупали его всего, буквально. Кто-то предложил снять мантию, чтобы посмотреть, как далеко продвинулись руны. Предложение было встречено одобрительным ропотом, и, пока ждали Архимастера, с бродяги сдернули мантию. Теперь он стоял наполовину обнаженный, и стало видно, что руны поднимались с запястья левой руки, переходили на плечо и шею, там под волосы и на лицо. Зал Заклинаний размещался на нижнем уровне подвала. Дневной зной незначительно прогревал здесь воздух. Кожа бедняги постепенно приобретала синеватый оттенок, а тело начало дрожать мелкой дрожью. Лицо его по-прежнему ничего не выражало, придавая ему сходство с куклой или манекеном.

— Разойдись, разойдись! — Катарис раздвинул руками любопытных. Окинул взглядом худую дрожащую фигуру.

— Кто его раздел?

Мантия пошла по рукам и очутилась у Архимастера в ладонях.

— Салмеер, будь добр, сними заклятье, — недовольно сморщился Катарис. — Выйдите все. Визетис останься, можешь понадобиться. И на, одень его, — мантия очутилась теперь в руках у Визетиса.

— Я хотел навестить Виста.

— Потом.

Шурша одеяниями и негромко переговариваясь, церзы потянулись к выходу. Наконец, в Зале остались четверо. Старик не без труда натянул мантию снова на бродягу, отметив для себя черезмерную худобу задержанного. Матушка бы покачала головой и принялась откармливать несчастного.

— Впервые вижу элементала, дожившего до совершеннолетия. В принципе впервые вижу элементала, признаться, — крякнул Катарис, разглядывая худую фигуру у стены. — Это точно он?

Салмеер тронул бродягу за лоб, и тот словно очнулся.

— Х-холодно, — элементал отступил на шаг, оперся спиной о стену. Визетис с досадой подумал, что все это время бедняга простоял в сторонке, словно атрибут мебели. С самого обеда и до вечера, все просто позабыли о нем, когда Салмеер наложил заклятье.

— Чего вам всем надо? — недовольно спросил бродяга, сдерживая дрожь. Он склонил голову к груди, прислушиваясь к происходящему.

— Любопытно, — Архимастер подошел ближе, разглядывая руны. Затем пальцем провел по ним. Элементал дернул головой, но Салмеер был настороже, он пальцами снова повернул голову, задержанного к Катарису.

— Как твое имя?

— По-разному.

— Не испытывай мое терпение, — Катарис нахмурился. — Я отдам тебя страже, если будешь шутить со мной, и тебе отрубят руки!

— Тайвис, — покорно ответил бродяга. — Тайвис Мора.

— Отвечай Тайвис Мора, откуда ты? — Визетису вдруг стало жаль бродяги. Тот съежился у стены в своем нелепом наряде, и стал еще больше похож на больного плешивого пса.

— Озерки. Такая деревня. Была. Далеко на севере.

— Почему была, что же с ней случилось?

— Скверна. Всех выкосила Скверна, — бродяга вздохнул.

— Сколько тебе было лет? Ты помнишь?

— Не помню. Маленький был.

— Как же ты выжил? — Тайвис пожал плечами. А Катарис невозмутимо продолжил допрос.

— Значит, всех в твоей деревне поразила Скверна, так?

— Да.

— И тебя?

— И меня, — покорно кивнул Тайвис. — Всех...

— Что было потом?

— Не знаю. Все умерли. А потом всех сожгли.

— А ты? Выздоровел?

— Да, наверное.

— А потом?

— Потом я пошел искать людей.

— Ты какой-то особенный?

— Нет, не думаю. — Тайвис покачал головой.

— Как же ты выжил?

Тайвис снова пожал плечами.

— Как ты понял, что стал элементалом?

— Кем? — Тайвис повернул голову, когда подумал, что не расслышал.

— Как ты понял, что тебе подвластна магия стихии?

Снова он пожал плечами.

— Было холодно. Я хотел согреться.

— Слышали? — усмехнулся Архимастер. — Он хотел согреться. — Салмеер растянул губы в жесткую улыбку.

— Ты знаешь, что из таких как ты, никто еще не дожил и до пятнадцати лет?

— Ну...-Тайвис перемялся с ноги на ногу у стены. — Не знаю. Вы их убили?

— Нет. Покажи нам, что ты умеешь.

— Что-то не хочется, — вздохнул Тайвис. — Верните мне мои вещи, да пойду я отсюда.

— Никуда ты не пойдешь. Ты находишься в Академии тайных искусств, а это значит, что теперь твой дом здесь.

— Мне у вас не нравится, тут пахнет сырым подвалом, и я ко двору хочу. Уборная есть у вас?

— Думаю, первое впечатление обманчиво, — вкрадчиво сказал Катарис, полность игнорируя все сетования элементала. — Но здесь у нас живут только церзы. Ты церз? Докажи нам.

— Не хочу, — устало сказал Тайвис, покачивая головой, словно пытаясь уловить движения собеседника. — Я устал, отведите меня в камеру.

— Я говорю тебе, что ты не в управе, а в Академии тайных искусств. Покажи нам свой фокус.

— Вам меня не поймать. Меня за него хватали руками. Очень грубо, между прочим. Верните мне мои вещи. Посох мой, я без него как без рук. Где он?

Архимейстер, отступая, кивнул Салмееру. Визетис в ужасе сделал шаг вперед, когда понял, что они задумали.

Салмеер подготовил заклинание, и в руке у него затрещал магический разряд. Светоч и перчатки неярко мерцали. Салмеер не будет бить в полную силу. Пока.

— Покажи, что умеешь, — выкрикнул он. Катарис схватил Визетиса за мантию и увлек в сторонку.

— Зачем? — Тайвис пожал плечами. — Для фокусов я устал, говорю же, вы сытые и тут тепло, ну относительно, ни к чему тратить силы.

Раздался треск, Салмеер хлестнул магическим бичом рядом с бродягой, тот повернулся на звук.

— Что это? Я серьезно, вы тут чем заняты? У вас что-то трещит, падает что-то? — новый разряд прошел совсем близко, так, что даже приподнял часть волос. Тайвис, смекнув, что к чему, попятился вдоль стены от Салмеера

— Не надо, — Тайвис вжался в стену. — Пожалуйста, это ни к чему. Отпустите меня. Что я вам сделал? Я же никого не задел. Я всегда осторожен, клянусь!

— Покажи, что умеешь! — Салмеер снова хлестнул бродягу, на этот раз разряд попал по ногам, пропоров штанину, оставил багровый след на голени. Тайвис вскрикнул. И дернулся в сторону, не отрываясь от стены.

— Не надо, пожалуйста! — Визетис тянулся прекратить это, но Катарис вцепился ему в мантию на груди мертвой хваткой. Темный церз послал еще разряд, на этот раз угодив по левой руке, Тайвис прижал ее к груди. Отступать стало некуда — он уперся в угол.

— Хватит, — плаксиво протянул испытуемый. Но Салмеер и не думал останавливаться. Разряды наполнили воздух вокруг элементала электричеством. Воздух вокруг затрещал, и маленькие молнии начали кусать несчастного слепца. Тайвис завыл, запрокинув голову к небу, и одним движением снизу-вверх послал впереди себя огненный бич, словно бы отмахиваясь от назойливой мухи. Салмеер, уже расслабившийся, не ожидал такого поворота, он отступил и, не удержавшись на ногах, упал на зад. Огонь не задел его, но сбил структуру его заклинаний. Светоч на груди мерцал, готовый отозваться на команду.

Визетис бросил взгляд на бродягу. Руны на его руке меняли цвет, словно остывающие угли, снова чернели. Тайвис прижимая к груди раненую руку, растерянно прислушивался к происходящему.

— Я не хотел. Вы сами. Я не хотел, — причитал он. — Простите, я не хотел. Вы меня заставили. Я не хотел.

— Видишь, — восхищенно прошептал Катарис. — люди могу стать церзами. Без Церебро. Нам только понять, как он это делает!

Тайвис на другом конце зала сполз по стене на пол.

— Я не хотел, — и он спрятал в ладонях лицо. Переживания сотрясли его тело. — Простите. Я не хотел. — Бормотал он беспрерывно

Визетис стряхнул с себя руки Архимастера, быстрым шагом приблизился к Тайвису. Салмеер поднялся с пола, удовлетворенно улыбаясь.

— Ты станешь одной из ступеней к ответам на наши вопросы, — возвестил Катарис, так же подходя ближе.

Визетис крепко взял Тайвиса за плечи, заставил подняться на ноги. Юноша трясся крупной дрожью. Профессор осторожно отнял руки от лица, еще раз отметив про себя, какие тонкие и длинные у того пальцы. Слез не было. Черные глаза широко распахнуты, но нос и губы слегка припухли.

— Ты не можешь плакать, — скорее себе, чем ему, тихо сказал Визетис. Тайвис мотнул головой, словно старясь согнать с себя это наваждение.

— Оставьте меня в покое, — прошептал юноша. — Оставьте меня.

— Все закончилось, — Визетис вспомнил, как вот так же он утешал Виста, когда тому было страшно, и прижал Тайвиса к себе. Нет, для тебя все только начнется, горько подумалось ему.

Тайвис перестал вздрагивать.

— Я поручаю его тебе, Салмеер, под твоим началом будет этот...объект, — возвестил Катарис.

— Надо понять, как Скверна позволяет человеку воспринять сырое Церебро. Поселим его в восточном крыле.

— Во флигеле? — Визетис отпустил юношу, и тот снова вжался в свой угол.

— Второй этаж пустует, не так ли? — улыбнулся Катарис. Теперь в соседях будет еще и элементал. Мало было ему хлопот.

— Поступай, как хочешь, — махнул рукой Визетис. Он вдруг почувствовал себя бесконечно уставшим, и ему захотелось вернуться к себе. К Висту. Сыграть партию в Башни. Послушать тишину.

— Проследи, чтобы студенты не видели его. И Мико, посмотри, что там у него с рукой. Он нам нужен пока.

Визетис потерял интерес к ситуации. Он вяло кивал, отмечая про себя возбуждение Салмеера и Катариса. Тайвис же не понимал, что произошло, либо же делал вид, что не понимал.

Глава 3. Личные секреты

Спустя пару часов Визетис, наконец, смог пойти к себе. Элементал был устроен на втором этаже флигеля, умыт, накормлен и заперт при помощи еще одного Мастер — ключа.

Матушка Алмея, как всегда, встретила его в дверях.

— Что за переполох? — недовольно спросила она. — Висъент забеспокоился, я едва уговорила его не волноваться.

— Правда? — Визетис бросил мимолетный взгляд вглубь комнаты, где в кресле снова его встречал Вист. — Ты что-то почувствовал? А, Вист? — Отмахнувшись от рук матушки, что норовила снять с него тунику, Визетис прошел к креслу.

— Что ты почувствовал? — он сел прямо на пол у колен юноши, взял его холодные руки в свои. «Даже у Виста не такие руки, как у элементала», — подумалось ему. Элементал что-то не договаривает, определенно. И эту информацию из него вытрясут, дай им только время.

Висъент посмотрел на старика. «Как блестят глаза сегодня у него», — Визетис медленно встал, осторожно положил холодные ладони на колени владельца.

— Матушка?

— Да, профессор, — отозвалась сиделка.

— Вы давали ему лекарство? — Визетис неотрывно следил за лицом Виста, а тот, не мигая, впился глазами в лицо профессора.

— Да, в обед.

— Нужно еще, — Визетис медленно отступал в сторону кухни.

— Сейчас? — матушка гремела посудой.

— Да. Вист, все в порядке?

— Мне нехорошо, — отозвался юноша, виновато морщась. — Простите, Мастер.

— Ничего, — стараясь говорить, как можно увереннее, успокоил его церз. — Так что там?

— Вот! — матушка протянула бокал, наполненный наполовину темной жидкостью. Визетис также плавно приблизился к Висту.

— Сейчас ты выпьешь лекарство, и все пройдет, — Вист согласно кивнул, сглотнув слюну. Вокруг на полках задрожали книги, наполнив комнату глухим стуком. Юноша впился взглядом в нити капель, поднимающимися вопреки всем законам, вверх из бокала, который Визетис держал в руках. Старый церз проследил за направлением его глаз. Время действовать быстрее. Один прыжок — и Визетис у кресла.

— Пей, Вист, — он быстро прижал край бокала к губам подопечного, приобняв его за плечи. Вист дергался и давился напитком, он уже не был не властен над собой. Его сила подхватила и понесла его по волнам могущества, которого так хотели достичь и Катарис, и Салмеер, но оно было им недоступно. Книги с адским стоном начали срываться с полок и, повинуясь вихрям, бушующим на соседнем тонком плане, полетели по широкой спирали к потолку. Церз почувствовал, как тело пронизывают токи такой разрушительной силы, что мышцы были готовы оторваться от костей. Он стиснул зубы.

— Пей же! — Визетис запрокинул безвольно обмякшую голову, начал вливать напиток. Вист давился, но глотал. Лекарство начало действовать. Боль в теле притупилась, а тома по истории, наконец, сделав последний виток, опустились на пол.

— Боги всемогущие, — простонала матушка из кухни. — Как это ужасно!

— Вы в порядке? — отдышавшись, поинтересовался Визетис.

— Да, — последовал сдавленный ответ. Слава всем богам, он успел вовремя! Вист обмяк в его руках. Бедное дитя. Визетис поднял его на руки и, с натугой кряхтя, понес в закуток, служивший им спальной. Старый церз, как никто, знал, сколько мальчик пережил, и менее всего он хотел упрекнуть того в таких вот срывах. Сил у мальчишки много. Церебро в его крови было достаточно, чтобы обеспечить жалкими отблесками могущества всю Академию. Но, ни один из церзов, даже Салмеер никогда не станет настолько сильным, чтобы подчинить себе и физический и тонкие миры. Будь Вист хоть сколько тверже и сильнее физически, им не управиться бы с ним, даже если они попробуют все вместе.

— Всем на благо, что я сломал тебя, — горько произнес Визетис над спящим в кровати Вистом. Отвернувшись, он ушел, оставив у кровати свечу.

— Что могло спровоцировать приступ? — спросил он у матушки, устало присаживаясь к столу в кухне. — Были крики или еще что?

— Ох, мастер, — матушка вздохнула. — Нет, все было как обычно.

— Ты говорила про переполох, что ты имела в виду?

— Ну, за дверью были шаги, ты же знаешь, сюда никто не ходит, вот я и удивилась. Думала, что время пришло для Церемонии, но потом никто не пришел.

— У нас новый жилец, — устало отозвался церз. — На втором этаже. Тебе придется позаботиться и о нем.

— Что еще за жилец? — нахмурилась матушка.

— Только еда. Надо кормить его. Все, ничего больше. Вист в приоритете. Салмеер выдаст тебе Мастер-ключ.

— Кто там? Может из-за него мальчика так лихорадит?

— Нет, — Визетис потер лицо руками. — Не знаю. Налей мне вина.

Матушка плеснула вина и Визетису и себе. Они потягивали сладкий напиток, молча.

— Я устал, — пожаловался церз.

— Пойди, приляг, Меклут, — участливо посоветовала матушка.

— Мы не успокоимся, пока не убьем его, — тихо прошептал Визетис в ответ на свои мысли. Матушка похлопала его по руке.

— Один раз ты это уже сделал, старик, — сказала она ясным, чистым мужским голосом. Визетис ошеломленно посмотрел на нее. Женщина допила свое вино и вытерла руки о передник. Заметив удивленный взгляд, оправила платок на голове.

— Что? — голос матушки был как раньше вибрирующий чуть с хрипотцой.

— Что ты только что сказала?

— Иди спать, ты устал, — матушка снова похлопала его по руке. Визетис схватил ее за пухлую ладонь.

— Как ты себя чувствуешь? Голова не болит? Не кружится? — матушка с плохо скрываемым отвращением вытянула из его цепких пальцев свою ладонь.

— Нет, а у тебя все в порядке? Я пойду, — женщина, подхватив свою накидку, поторопилась уйти.

Визетис опрокинул бокал себе в рот. Вылил остатки вина из бутылки в бокал.

— Я так устал, что мне уже мерещиться всякое, — сказал он сам себе. С бокалом в одной руке и канделябром в другой он прошел в угол где мирно спал Висъент А’аро, последний из народа Л’таали, которым не повезло жить с людьми на одной земле.

Визетис грузно опустился в кресло, подобрал с пола одну из валяющихся книг. «История Сиккурийской Империи от Вастаса Смелого до наших дней». «Он был большой пройдоха этот Вастас», — усмехнулся Визетис мыслям. Сколотил вокруг себя армию, увлек сказками лтаалских Знающих, стер их руками своих врагов, а потом натравил на Лтаалов своих союзников. И началась вековая травля, в результате которой Сиккурийская Империя приобрела тот вид, который имеет сейчас. А мирный, по сути, народец вытравлен с материка. На гербе Ровалов должна красоваться змея. И девиз «Лесть и лицемерие». Визетис вздохнул. Нельзя говорить об этом вслух, предостерег он сам себя. Сон подстерег его незаметно. Он уснул прямо в кресле с книгой в руке.

Наутро Визетиса разбудил негромкий стук. Кто-то поставил бокал перед ним на стол. Он открыл глаза. Все тело болело от неудобного положения. Рядом Вист раскладывал на блюде хлеб и сыр. Мальчик чувствовал себя лучше, это радовало. Зато его, Визетиса, тело все затекло и болело.

— Ты так устал, что уснул прямо в кресле, — тихо сообщил Вист. — Я укрыл тебя пледом.

— Спасибо. Который час? — не проспал ли он занятия? Студенты будут рады, конечно. Но все-таки не стоило пропускать лекции.

— Рассвет, — Вист уселся в соседнее кресло, подтянул коленки к подбородку.

Церз расправил затекшие плечи. Вист сам вскипятил воду и заварил чай, за что Визетис был ему благодарен. Старик с облегчением сделал себе бутерброд и начал завтракать.

— Сам будешь? — жуя, спросил он юношу. Тот взял кусок хлеба и начал рассеянно отщипывать от него куски, отправлять их в рот.

— Что-то помнишь о вчерашнем? — наевшись, решился спросить Визетис. Вист покачал головой. Нет.

— Что-то, может, напугало тебя. Или расстроило...

— Я подумал, что день Церемонии пришел, — смутившись, ответил Вист. — Я испугался.

— Это необходимо, — мягко сказал Визетис. — Иначе твоя сила разорвет тебя.

— Я знаю, — всхлипнул юноша, опуская голову. — Но это так...неприятно.

— Ничего, — Визетис успокаивающе похлопал Виста по колену, дотянувшись до другого кресла. — Это же всегда недолго. Сыграем партию?

— Давай, — отблеск интереса промелькнул в глазах юноши. Вист сам притащил доску и расставил фигуры.

Утро показалось удачным. Даже необходимость прочесть лекцию не омрачила его.

Визетис решил, что повторить теорию о травах будет не лишним и теперь его студенты-первогодки тщательно вырисовывали в своих тетрадях листья и цветы. Профессор ходил между рядов поправляя при необходимости руку того или иного студента.

— Тут скрипят перья, — раздался вполне себе жизнерадостный голос. Визетис поднял голову от очередного шедевра. В дверях аудитории стоял Тайвис Мора собственной персоной. «Как он выбрался из запертой комнаты» — была первая мысль, и вторая: «Как дошел?». Вчера ему предложили одежду, в которой в Академии ходила обслуга, и теперь элементал щеголял в красно-серой рубахе и штанах. Ему даже подобрали башмаки по размеру. Отмытый и переодетый он выглядел довольным и сиял, как начищенная монета в солнечный день. Ему вернули его уродливый посох, и потому сейчас он стоял, опираясь на это безобразие, с довольной рожей вслушиваясь в происходящее. Черные свои глаза он благоразумно прикрыл веками, так что студенты расценили происходящее, как шутку.

— Что ты здесь делаешь? — удивился Визетис, разгибая спину.

— Там скучно, где вы меня поселили, я решил прогуляться.

— Профессор Салмеер будет недоволен, — сдержанно проговорил Визетис, давая понять остолопу, что тому лучше вернуться обратно.

— Что я девица, доставлять ему удовольствие? — пожал плечами Тайвис и шагнул в аудиторию. — Что здесь происходит?

— Здесь идет занятие, — строго возразил Визетис.— Покинь класс.

— Что мы проходим? — поинтересовался Тайвис, вдохнув носом воздух.

— Травы, — подавляя смех ответили непрошенному гостю.

— Да, травы, — Визетис строго взглянул на нарушителя спокойствия. — Лечебные и ядовитые.

— О, это я знаю, — с готовностью кивнул Тайвис. — Чтобы понять, ядовитая или нет, надо понюхать.

— Серьезно? — не выдержал один из студентов.

— Ядовитая пахнет пряно, — не смутившись парировал Тайвис.

— А приправы? — хохотнул еще один. — Они все пахнут пряно.

— Нееет. Они пахнут едой, это другое, — элементал переступил с ноги на ногу.

— Покинь класс, — строго повторил Визетис.

— Не хочу я его покидать, — Тайвис нашел край первого стола и двинулся вдоль рядов. — Я с вами посижу.

— Тайвис Мора! — гавкнул Визетис со всей доступной ему строгостью, что элементал вздрогнул. — Покинь учебный класс немедля!

— Знатно вы кричите. Профессор, наверное, ... — вокруг начали раздаваться сдерживаемые смешки. Ну, это уж слишком. Старик как коршун налетел на слепца, подхватил его под локоть и вылетел с ним из кабинета — Работайте! — бросив напоследок своим ученикам. Перья снова заскрипели.

— Ты понимаешь, что не должен тут находиться? — с нажимом выговаривал он Тайвису в коридоре.

— Почему?

— Никто не должен видеть тебя.

— Почему?

Визетис воздел глаза к небу, призывая всех богов на помощь.

— Ты как ошибка природы, тебя не должно быть, понимаешь? Никто не должен знать, что ты находишься в Академии

— Но я есть. Вот он я. Перед вами стою, — Тайвис обезоруживающе улыбнулся. Улыбка у него была что надо. Искренняя и добрая.

— Никакая я не ошибка.

— Иди к себе, пожалуйста. Сейчас тебя проводят, — Визетис заозирался по сторонам в поисках хоть кого-то. Как назло, коридоры были пусты.

— Никого нет, — торжествующе подтвердил Тайвис.

— Тебя это забавляет, да?

— Вам бы тоже поразвлечься, а то замерли тут в своих мантиях, рисуете сидите траву, а ее нюхать надо, руками щупать, — Тайвис торжествующе оперся о свою клюку, которая доходила ему до плеча.

— Вот спасибо, а то я думал, что не так со мной! — усмехнулся Визетис.

— То-то же! — Тайвис рассмеялся.

— Салмеер не станет разговаривать с тобой, просто запрет в комнате, — пригрозил Визетис.

— Пускай запирает, — беспечно отозвался Тайвис. — Ваши замки без фантазии. Слишком простые.

— Ты замок взломал, — с безнадежностью выдохнул Визетис.

— Я? — Тайвис, казалось, даже оскорбился немного. — Нее.

— Ну, хватит паясничать.

По коридору раздалось эхо. Кто-то бежал, да не один. Из-за угла показался Тирибор, любимый ученик Салмеера в сопровождении двух уборщиков. Один из них крепкий высокий детина помогал Визетису донести бесчувственное тело Виста до комнаты после Церемонии. Кажется, его звали Брум. Уборщик кивнул Визетису.

— Вот он! — выдохнул Тирибор. — Я думал, не найду. Ох и влетит тебе. Учитель хочет тебя видеть. —Без церемоний Тирибор взял слепца под локоть и потянул.

— Да, и заприте его в другой раз получше.

— Задел... — длинный палец Тайвиса уткнулся в Визетиса. — Задел, старик. — Он покорно засеменил следом за темным церзом, сопровождаемый конвоем из двух мужчин. Визетис покачал головой и вернулся в класс.

Тирибор тянул Тависа вперед, так что тот не успевал сделать шаг. Уборщики были отпущены вскоре после встречи.

— Потише, — Тавис как бы случайно наклонил свою клюку, и тяжелый дубовый узел на конце невзначай стукнул провожатого по голове. Тирибор взвился.

— Эй!

— Я не нарочно, — Тайвис улыбнулся. — Если ты не скажешь своему хозяину, что нашел меня в коридоре, я не выдам твой грязный секрет.

— Какой еще секрет? — неуверенно огрызнулся Тирибор, сбавляя шаг.

— Не скажу, что ты воруешь компоненты у учителя, — прошептал Тайвис.

— Потому что это неправда, — возмутился Тирибор.

— Прааавдаа, — протянул Тайвис, довольный, что попал в цель.

— Лжец! — ученик впился в локоть своего спутника и отвернулся. Они подошли к одной из аудиторий.

— О, нет — элементал сморщился. — Я слышу вчерашний запах.

— Приятного тебе занятия, — процедил Тирибор и открыл дверь. — Вот он учитель.

Тайвис четко слышал, как дверь закрылась, а пахнущий страхом человек остался за ней. Значит, он попал в цель. Этот пройдоха ворует. Что ж, все не без греха. Элементал остался у двери, ожидая продолжения.

— Здравствуй, Тайвис Мора, — протянул Салмеер. — Мы вчера вроде не договорили.

— Я лично все сказал, — Тайвис кивнул для верности.

— Значит, Скверна одарила тебя талантом? — темный церз приблизился.

— Не уверен, — Тайвис вцепился в свой костыль крепче.

— Я привел художника. Пусть он зарисует руны.

Тайвис пожал плечами. Звучит не больно.

— Иди ко мне.

Тайвис осторожно двинулся вперед, пробуя дорогу своим костылем.

Салмеер подошел сам, крепко взял его за локоть и усадил на табурет посреди комнаты.

— Придется снять рубаху, — отрезал он.

Тайвис пожал плечами и быстрым движением стянул рубаху через голову.

— И вот здесь, — раздался противный заискивающий голос. — Надо бы очистить.

— Позови нашего цирюльника, — распорядился Салмеер, и кто-то из многочисленной свиты кинулся исполнять приказ.

— Чего это вы задумали? — возмутился элементал.

— Нужно выбрить вот здесь, — холодные неприятные пальцы коснулись левого виска. — И вот тут. — палец указал за ухом.

— Я не согласен, — возразил Тайвис, поворачиваясь на голос.

— Никто тут не станет спрашивать твоего согласия, — холодно отрезал Салмеер.

— Но это моя голова!

На это Салмеер даже не стал отвечать. Тайвис слышал, как он меряет шагами ширину кабинета. Стукнула створка двери.

— Сюда.

— Добрый день, уважаемые, — раздался за спиной глубокий спокойный голос.

— Добрый, мастер Ледо, — Салмеер подошел ближе.— Нам необходимо очистить магические знаки от волосяного покрова. Вот тут и тут. — И снова кто-то бесцеремонно ткнул Тайвису в голову пальцем.

— Сию секунду, — и цирюльник начал раскладывать свой инструмент. Элементал, осознав, что сопротивление ничего не даст, прислонился щекой к своему посоху, что удерживал руками между колен и предоставил мастеру делать свою работу.

— Сделай красиво, любезный мастер Ледо, — бросил Тайвис. Ему никто не ответил. Цирюльник аккуратно обрил означенные места и даже промокнул теплым полотенцем. Воздух неприятно холодил висок и ухо.

Наконец, цирюльник ушел. Всю процедуру бриться черный церз шуршал бумагами за своим столом. Когда же дверь закрылась, приглашенный художник заскрипел карандашом по своему листу, а церз затих.

— Сиди смирно, элементал, — услышал Тайвис со скукой брошенную фразу.

— Итак. Скверна одарила тебя талантом, — повторяя заученное, сказал Салмеер.

— Говорю же, откуда мне знать, кто там кого одарил, — пробубнил Тайвис, со скуки сползая щекой по посоху вниз.

— Ты так сказал.

— Я такого не говорил, вы сами сделали вывод.

— Откуда же в тебе такой талант?

Тайвис пожал плечами.

— Не дергайся, пожалуйста, — раздался слева неприятный голос.

— Может матушка или отец были из лталов? Или из дрейв? Что маловероятно.

— Нет, люди как люди.

— Хм. Ты ставишь меня в тупик, элементал. Я прочитал теорию. Вам доступна лишь одна из стихий, но взывая к ней, вы отнимаете часть от себя, когда обычные церзы черпают силу из фиала с Церебро, вы сжираете свое тело. Кусочек за кусочком.

Салмеер замолчал.

-Ты просто бережлив, не так ли? Ты не пользуешься своей силой, оттого смог сохранить себя до совершеннолетия. Но конец неизбежен. Ты и сам это чувствуешь.

Черный церз подошел ближе.

— Свет! — резанул неприятный голос, и церз отступил.

Тайвис молчал, повиснув на своем посохе.

-Элементал! — юноша вздрогнул, точно проснулся.

— А?

— Я не завидую твоей доле, но должен знать, как приобрести это свойство.

— Какое свойство?

— Управлять стихией. Как ты это делаешь?

— Ну, я представляю, что хочу, и в руках становится тепло. Вот как сейчас...

Раздался грохот слева, художник дернулся назад от испуга.

— Руны, идиот! Они черны, значит, он не взывает к своему богу! — простонал Салмеер. — Мне нужны твои зарисовки до вечера, торопись, тупица.

— Мне тут до вечера сидеть? — Скривился Тайвис.

— Если потребуется.

— Вот черт!

— Продолжим, элементал. Ты сказал, что родители твои были обычными людьми.

— Да.

— И никоим образом не принадлежали к сословию церзов.

— Нет! — Тайвис рассмеялся. — Разве церзы скота или церзы рыбалки. Отец был знатный рыбак. Воот такую рыбину поймал.

— Не отвлекайся.

— Ладно...

— Быть может их отцы или их матери?

— Нет.

— У тебя есть братья?

— Сестра. Была.

— Она где?

— Я же говорил, померла. От Скверны.

— Ты уверен?

— Отец при мне ее хоронил. Да, уверен.

— Ты говорил, что умер...

— Ну, не то чтобы... Я как будто заснул. Это помню, а потом проснулся. А живых уже не было. Летучие отряды сжигали дома, чтобы Скверна не перекинулась на соседние села. Я выполз тихонечко и убежал.

— Как же ты убежал слепой?

— Ну, тогда я еще видел. Эти штуки, — Тайвис чуть приподнял руку, отчего художник зашипел. — Еще не разрослись тогда.

— Когда ты потерял зрение?

— Пффф, — Тайвис запрокинул голову, вспоминая. — Давно. Не знаю, три-четыре года, а может десять. Я забыл, как видеть.

— Интересно, — Салмеер зашел с правой стороны от элементала, чтобы не мешать художнику. Тайвис чувствовал жар от его ауры, которую в разы усиливал фиал с Церебро.

— Позволь? — темный церз приподнял веко и еще раз при свете дня взглянул в черный глаз.

— Черный, словно уголь, — прошептал Салмеер. Он положил руку на навершие костыля слепого, просто оттого, что задумался, и рука ощутила тепло.

— Что это за посох у тебя?

— Это? Просто ветка. В бродячем цирке решили, что так будет антуражнее.

— Интересно. Сколько тебе было лет, когда Скверна изменила тебя.

— Не знаю...семь? Или девять...

— Так семь или девять?

— Пусть будет пять.

— Издеваешься? — зашипел Салмеер. Помолчал. А потом продолжил. — Любопытно, что за руны у тебя на теле. Как глубоко они проникли? Или это как татуировки?

— Почем мне знать? — Тайвис пожал плечами.

— Позовите Визетиса, — обратился Салмеер к кому-то. — Если он занят, то кого-то с факультета Медиков. И пусть захватит инструмент.

— Что вы там еще задумали? — вяло спросил элементал, сползая щекой по своему посоху.

— Мне нужны ответы, элементал. И я их получу, — черный церз отошел, предоставляя художнику время закончить работу. Тайвис, скучая, просто сидел на своем стуле.

Наконец, створка двери снова стукнула.

— Чего вы хотите, Салмеер? — Раздался недовольный голос.

— Пустяк. Я должен знать, как глубоко проникли руны.

— Как вы хотите это выяснить? — насмешливо спросил новый гость.

— Снимите кусочек кожи. Вот здесь... — оба церза плотно подступили к элементалу. Тайвис напряженно выпрямился.

— Эгей! Мы так не договаривались, — возмущенно проговорил он, порываясь встать. Твердая рука черного церза усадила его обратно.

— Замри, — и Тайвис потерял власть над своим телом.

— Я не хочу тратить силу Церебро на ваши капризы, профессор, — снова недовольно проговорил медик.

— Не надо, — успокоил его Салмеер. — Он обездвижен. Дергаться не будет. Аккуратно сделайте, а потом закроете обратно.

— Это вам не сундук отворить, — недовольно проворчал медик, судя по звукам, раскладывающий свой инструмент.

— Это все на благо Академии, мы делаем общее дело.

Медик, ворча, звенел железками. Затем примерился к плечу.

— Здесь? — видимо, получив утвердительный ответ, сделал два надреза крест-накрест. Аккуратно, с хирургической точностью начал отделять кожу от плоти. Салмеер с нетерпением наблюдал. Элементал, лишенный возможности двигаться и кричать, сидел смирно. Даже, когда кровь потекла по спине. Медик аккуратно смахнул капли тампоном.

— Погодите, — Салмеер склонился над освобожденным от кожи участком. — Уберите кровь.

Медик промокнул тампоном рану.

— Удивительно. Руны въелись в плоть, как клеймо, — прошептал он. — Можете закрывать.

— Что за шутки, — возмущенно ворчал медик, прилаживая срезанный лоскут кожи обратно. Светоч на его груди замерцал, и лоскут снова прижился на место. Медик тщательно стер остатки крови со спины.

— Вы оторвали меня из-за этой мелочи? — Возмутился Медик.

— Мне больше не к кому обратиться, профессор Авилос. Простите.

Было слышно, как профессор, ворча, собрал инструмент.

— Это все?

— Все, — и медик вышел. Салмеер тронул голову элементала снова.

— Отомри, — Тайвис то ли всхлипнул, то ли вздохнул и заскулил.

— Ты хоть понимаешь, как это больно? — возмущенно выкрикнул он, хватаясь рукой за раненое плечо. Впрочем, рана даже не кровоточила. Но болела, будь здоров.

— Я сделаю все, чтобы выдавить из тебя ответы на наши вопросы, — спокойно парировал Салмеер. Художник, до сих пор тихонько чиркавший на своих листах, совсем затих.

— Нету у меня ответов! — с надрывом выкрикнул элементал. — Вы тут все сумасшедшие палачи. — И он, поскуливая, начал тереть красное от манипуляций плечо. Но, к чести профессора Авилоса, надо сказать, от раны остался только малый шрам, едва различимы на фоне рун.

— Если ты не замолчишь, я заставлю тебя это сделать, — холодно заметил Салмеер. Тайвис сжался на стуле.

— Отвечай только на вопросы. Сколько тебе было лет, когда это случилось?

— Да не помню я... — всхлипнул Тайвис.

— Я не стану тратить на тебя время. Постарайся расслабиться, иначе последствия станут неприятными.

— Какие после... — черный церз наложил на голову элементала руки, и голова у Тайвиса закружилась, он едва удержался в сидячем положении.

— Расслабься, идиот, — слышал он сквозь вату в ушах. В своей памяти он вернулся в бродячий цирк, мелькали лица и улыбки, но ни одного имени он не смог вспомнить, как ни странно, потом долгая изнурительная дорога в столицу. Ноги промерзли, как и все тело. «Огонь, Тай, разведи огонь», а потом вдруг стало тепло. «Высший балл» сказал незнакомый, сухой, скучный старик в алом балахоне. И вдруг все прекратилось. Голова сделала еще виток и остановилось. Немного подташнивало. Справа отплевывался церз.

— Как ты это сделал?

— Я ничего не делал, — с набитым ватой ртом пробормотал Тайвис. Казалось, только посох его стоял на земле, все тело парило где-то и даже ноги не ощущали опору. Посему элементал вцепился в свой костыль руками, чтобы остаться на земле, и прижался к нему еще и лбом, чтобы остановить своенравную голову. Плечо болело, возвращая к реальности —Ни-че-го.

Слева возмущался художник.

— Пшел вон! — зарычал черный церз, и художника как ветром сдуло. Салмеер, тяжело дыша, приблизился к элементалу, крепко взял за волосы на макушке и оттянул голову назад.

— Как ты сделал это?

— Ч-что? — Тайвис заморгал часто. — Меня сейчас вырвет, господин профессор.

Салмеер с досадой отпустил свою жертву.

— Я этого так не оставлю, я выведу тебя ни чистую воду!

— Вода бы не помешала, — прошептал Тайвис, снова упираясь лбом в свой костыль. — Много воды.

Салмеер тяжело прошел к выходу, грохнула дверь. Тайвис остался один. «Наблевать бы ему» да желудок пустой. В своих странствиях он забыл про обед, как обычно.

Глава 4. Извлечение

Прошло несколько обычных, скучных дней. Когда фиал запульсировал, Визетис как раз закончил завершающий урок, последний студент был отпущен. Совещание. Старый церз неспешно направился в Зал собраний. Там Катарис обычно собирал весь преподавательский состав для обсуждения дальнейшей стратегии Академии.

Зал собраний представлял собой помещение — амфитеатр, где каждая из ступеней выше предыдущей. Выступающий здесь всегда внимательно выслушан, и никто не загораживал другому вид на сцену.

Визетис пришел одним из последних, но народу было мало в этот раз. Все уместились на первых рядах. Был Салмеер, Люмис, Торос, Греерхоф — архивариус, и Катарис.

— О, Мико! — Катарис указал место в первом ряду напротив себя, и начал без предисловий речь

— Сегодня мы собрались в связи с недавним событием. Наши коллеги, — кивок в сторону Салмеера и Визетиса. — Привезли к нам элементала. Мастер Салмеер расскажет нам о нем.

Салмеер скривился, но вышел вперед.

— Я узнал немного. Руны на его теле имеют ту же структуру что и кожа. По характеру они скорее напоминают клеймо. Знаки проникли не только под кожу, но и в мышечные волокна. Рисунок я передал уважаемому Мастеру Греехофу. — Легкий поклон в сторону видного старика. — При обращении к своей стихии эти знаки реагируют термически.

— Что значит термически?

— Меняют цвет, и, судя по всему, и температуру, — Салмеер прочистил горло. — Пределов его сил я пока нащупать не могу, он весьма неохотно идет на контакт. По всем свидетельствам, похоже, что Скверна изменила его, но механизм мне не ясен. Возможно, прокачка воспоминаний поможет нам.

— Странно, что вы этого еще не сделали, — раздался скрипучий голос Тороса.

— Вы ошибаетесь, — четко ответил Салмеер. — Я пытался, и не один раз. Он не пускает меня.

— Что значит, не пускает? — усмехнулся Люмис. — Никто не может сопротивляться, если только не обладает достаточными знаниями в этом вопросе.

— Этого я так же не могу объяснить. Едва я погружаюсь в его память, как он отбрасывает меня обратно.

— Возможно, наш боевой церз не смог разглядеть под носом лтаала? — громко и обвиняюще прокричал Торос.

— Он человек! — Салмеер не дрогнул. — Он человек. Хуже того, он элементал, пленник одной стихии, это ясно мне так же как-то, что вы, уважаемый мастер Торос, не знаете, о чем говорите.

— Почему тогда нам не выпотрошить его память? — не унимался Торос. — Даже элементалы не могут противостоять Церебро. Ведь они всего лишь люди.

— Этот смог, — развел руками Салмеер. — У меня нет объяснений. Я приказал запереть его во флигеле до выяснения обстоятельств. Надеюсь выяснить все в скором времени.

— Давно ли ты это сделал? — снова подступился Торос.

— Три дня назад.

— Каким же образом он пришел ко мне на лекцию два дня назад? — возмутился Люмос.

— И ко мне! — Торос с вызовом взглянул на черного церза.

— Ко мне тоже приходил, — признался Визетис. — Я велел отправить его назад.

— Как это возможно? — возмутился Торос.

— Вероятно, нужно сменить Мастер-Ключ.

— Постойте! — Визетис приподнялся, и все посмотрели на него. — О чем мы спорим. Он элементал, да, но он еще и молодой человек. Как любой из наших студентов. А мы заперли его в башне. Что для молодости — замки. Ничто! Ему скучно. Его можно понять. Дурного же он не сделал...

— Негоже, что по Академии шляются всякие! — прогудел Торос. — Тем более, такие как он.

— Но в чем он тебе так неприятен?

— Элементалы — это отрыжка эволюции! — прогудел Торос авторитетно. — Они не люди, они не церзы. Мы даже не знаем, можно ли их отнести к категории живого. Они побочный продукт смертельной болезни. Все что нам нужно от них — это понять, как Скверна порождает таких как они! И надо объяснить это вашему подопечному!

— Что объяснить? Что уважаемый мастер Торос не считает его человеком? — холодно отозвался Визетис. — что даже обществу собаки он будет рад больше чем обществу элементала?

Лицо Тороса налилось кровью.

— Вы, уважаемый мастер Визетис считали также не далее, как восемь лет назад.

— Я нашел в себе силы признать, что был неправ!

— Ни к чему кичиться своим белым бельем, мы знаем, что это неправда!

— Остановитесь, господа, — Катарис поднял руки в примирительном жесте. — Не стоит оскорблять друг друга. Нужно решить, как поступить с элементалом далее.

— Я продолжу свои исследования, — тихо проговорил Салмеер.

— Что ж, хорошо. Может вам, мастер, нужна помощь?

— Я слышал, мастер Визетис искусен в делах извлечения информации, — так же тихо пробормотал черный церз.

— Мико! Помоги, — Катарис с улыбкой посмотрел на старого друга. Визетис ожег Тороса взглядом и кивнул.

— Я помогу.

— На дверь надо будет наложить заклятье, чтобы поганец не смог выйти больше, кроме как по необходимости, — проворчал Торос.

— Мы учтем ваши пожелания, мастер Торос, — любезно улыбнулся Катарис. — Теперь второй вопрос. Мико...

И все взгляды обратились снова к Визетису.

— Как думаешь, можем мы провести процедуру Извлечения в ближайшие дни?

Как тяжело нести бремя ответственности, за чью-то жизнь, когда от твоего слова зависит благополучие любимого человека. Визетис полюбил мальчишку как сына. И слова, которых от него ждали, рвали его душу на части.

— Да, — выдавил он из сухой глотки.

— Что ж, прекрасно. Готовьтесь. Завтра вам будет удобно? — Катарис, казалось, не заметил бледности, что разлилась по лицу приятеля.

— Да.

— Последнее. В скором времени студентов начальных курсов ждут экзамены на пригодность ремеслу, которое они выбрали. Наша Академия собрала лучшие умы со всей Империи. Отсеются многие. Пусть они будут к этому готовы. Тех, кто не проявит в себе таланта управления Церебро, мастер Торос, — Торос важно поклонился. — ждет к себе на факультет Метамагических наук. Донесите эту мысль до каждого. Срывы нам здесь не нужны. Родители каждого из наших студентов делают каждый год весьма щедрое пожертвование в пользу Академии. Нельзя, чтобы они разочаровались в выборе.

Профессора покивали и начали расходиться.

Визетис шел к себе с тяжелым сердцем. Предстояло сообщить Висту, что завтра настанет день, которого мальчик боялся более всего на свете.

— Кто-то ждет тяжелый разговор, — услышал он жизнерадостный голос. Вот ведь заноза. За тяжкими мыслями старик не заметил, что прошел по коридору мимо Тайвиса Мора. Неугомонный слепец снова выбрался из своей клетки. Визетис даже обрадовался за него. Вот кому наплевать на уставы и обязанности. Те дни, что элементал провел в Академии, дались ему непросто. Тайвис выглядел бледным, под закрытыми глазами пролегли серые тени, но энергии в нем по-прежнему было хоть отбавляй. Еще немного, и он станет похож на Виста. Визетис даже спрашивать не стал, как тот преодолел охранное заклятье.

— Пойдем, — ласково позвал церз. — Проводи меня.

— Это можно, — Тайвис с готовностью пристроился рядом, тонкими пальцами коснувшись плеча старика.

— Как ты узнал про разговор?

— Ты ступаешь так, словно несешь на себе весь мир, — ответил элементал. Визетис сбавил шаг, они пошли медленно, чтобы Тайвис успевал распознать дорогу впереди.

— Тебе нравится здесь?

— Здесь? Как здесь может нравиться? — фыркнул Тайвис. — Этот ваш Салмеер всю душу из меня вытряс, как да что. А я разве могу сказать? Вам надо, вы и ищите.

Помолчали.

— Раз ты так легко справляешься с замками, отчего не убежишь? — вдруг спросил Визетис.

Тайвис пожал плечами.

— Вокруг вашей Академии стена. Ее мне не одолеть.

Визетис чуть улыбнулся. Он сам помогал накладывать чары на эту стену. Ни птица, ни зверь ее не пересекут. Выйти можно только в ворота.

— Мне нужно сделать одну вещь, — проговорил церз, пока они медленно двигались по коридорам.

— Но ты не хочешь, — продолжил Тайвис

— С каждым разом все тяжелее.

— Может, ты просто стареешь?

— Может быть...- помолчали. Мимо важно проплывали студенты постарше и ускоряли шаг первокурсники.

В молчании они дошли до последнего поворота.

— Дальше тебе нельзя, — Визетис отстранил от себя Тайвиса.

— Ты же понимаешь, что я все равно туда попаду, — улыбнулся элементал.

— Не в этот раз. Ступай к себе.

— Смотри, это последний раз, старик, последний раз! — прошипел Тайвис, вцепившись в свой посох.

— Что ты сказал? — как гончая вскинулся Визетис.

— Я? — элементал отступил. — Ничего. Я к себе пойду.

Визетис догнал его в один шаг, вцепился в худую шею.

— Кто тебя послал? — Тайвис безрезультатно пытался отодрать со своей шеи пальцы. — Кто?

— П-п-пусти, — выдохнул Тайвис, когда Визетис ослабил хватку. — Никто. Господи боже! Вы свихнулись тут все!

Старый церз отпустил юношу, тот попятился прочь. Надо будет как следует копнуть в его голове. Определенно, Тайвис что-то скрывает.

На следующий день Визетис взял выходной, даже два. Процедуру извлечения провели ночью. Вист молча шел, не глядя ни на кого. Без посторонней помощи лег в ложе аппарата. И потянулись бесконечные минуты, когда адская машина — изобретение цеха Механиков — Церебрис начала раскручивать свои гигантские кольца. Они вращались с адским гулом, пока сам их контур не размыло в этой реальности, и они перескочили на тонкий план, где пламенел абрис их цели. Они увлекали за собой Церебро, из которого было соткано Лоа Висъента и разматывали его, словно клубок. Вист терял силы в своем ложе, возможно даже физически ощущал, как из него выпивают саму жизнь. Поначалу он крепился, но потом закричал от боли.

— Хватит, — прошептал Визетис, наблюдающий за процедурой из соседнего помещения через окно. — Довольно!

Кольца замедляли свой бег, возвращаясь в мир физический, и Церебро, конденсируясь в желобах колец, стекал в сосуд в центре конструкции. Мальчик на ложе не подавал признаков жизни.

— Вист! — Визетис бросился к нему.

— Кольца еще вращаются, Мико! — крикнул Катарис, вслед. Все равно! Все равно! «Последний раз» стучал в голове хриплый шёпот Тайвиса. Кто бы не говорил его устами, он, возможно, был прав. Вист казался таким неподвижным. Визетис прорвался через стражу, что охраняла вход в зал астрологов. Кольца почти остановились. Визетис почувствовал мучительную ломоту в теле от зова этих страшных колец. Вот оно, вот чего ты боишься каждый раз, мой мальчик. Старый церз подскочил к ложу, приложил ухо к груди. Сердце бьется. Облегчение сошло, как благодать. Вошел и Катарис, и Брум, чтобы отнести юношу во флигель. Катарис удовлетворенно оценил отметку уровня ценного вещества, серебристым морем колыхавшемся в сосуде.

— Он становится сильнее, мой друг. Объем Церебро растет.

— Нет, нет, — Визетис прижал к себе безвольное тело. — Это мы берем слишком много.

— Я говорил тебе, что ты не должен привязываться к нему, — с сожалением произнес Катарис. -Возможно, следует поручить мальчика кому-то еще.

— Нет, нет, — Визетис взял себя в руки. — Я справлюсь.

Брум взял мальчика на руки и понес, а Визетис уходя следом, уловил взгляд Архимастера, полный недоверия.

Взгляд, полный недоверия, об этом думал Визетис весь следующий день, проведя у постели Виста бессонную ночь и день. Юноша метался в жару. К вечеру следующего дня Вист пошевелился и открыл глаза. Кризис отступил.

— Я здесь, — Визетис прижался лбом к горячей руке юноши. — Здесь. — Рука приподнялась, но снова бессильно упала.

— Ничего не говори. Тебе надо отдыхать, — Визетис отвернулся, пряча слезы на глазах. — Хочешь молока?

Вист кивнул. И церз, благодарный, что можно уйти, отправился на кухню. Нельзя допустить, чтобы у него отобрали Виста. Надо убедить Катариса, что он может исполнять свой долг. Наступить своей жалости на горло. Да. Наступить на горло...

Глава 5. Дерзкое проникновение

А вот теперь Тайвис откровенно скучал. Про него, как будто все забыли. Даже злюка Салмеер куда-то пропал. На завтрак здесь давали вареные яйца. Тайвис возненавидел яйца. Эту мерзость приносили пять раз, как в последний раз его куда-то выводили. Значит, пять дней. Прошло пять дней. Запоры, коими его хотели удержать в душной комнатенке, уже давно перестали его останавливать. Он шел по коридорам Академии свободно опираясь на свой посох, рисуя в голове карту поворотов. Сверяясь с ней иногда, проверяя, был ли он здесь уже или же нет. Студенты давно не обращали на него внимание. Роба обслуги знатно отворачивала их головы. Сегодня предстояло путешествие на юг. Говорили там теплицы, что ж, навестим цветочки.

— Привет, — раздался справа женский голос. Приятный девичий голосок.

— И тебе привет, — улыбнулся Тайвис, поворачиваясь на голос всем телом.

— Я давно тебя вижу, ты новенький?

— Можно и, так сказать.

— Впервые вижу, чтобы в обслугу взяли слепого, — насмешливо проговорил голос.

— Ну, так посмотри, — Тайвис выпрямился и приосанился. — Красавец?

— Ну, с некоторых ракурсов, — усмехнулась девица.

— Ты скажи с которых, я буду поворачиваться ими к тебе почаще.

— Зачетная прическа, — продолжала девица.

— О, благодарю, — Тайвис провел по обритому виску пальцами. — Я долго думал, как побрить, решил, так нормально.

— Это татуировка? — теплые пальцы коснулись виска, и ток пробежал по венам. Прикосновения этих пальцев были приятны в отличие от прикосновений всех этих протухших церзов.

— Д-да. Татуировка

— Смело, — просто сказала девица и убрала руку.

— Я Миринта. Для друзей Мири или Мир.

— А я Тайвис. Для друзей Тай, — элементал как-то поплыл в ситуации и не знал, что делать дальше. Миринта со смехом схватила его руку и начала трясти. Рука ее была теплой и живой.

— Прогуляемся? Я провожу тебя, куда ты шел?

— Ммм, — Тайвис кивнул вперед. — Туда.

И они пошли вдвоём

— Чем ты здесь занимаешься? — спросила Мир.

— Слежу за чистотой коридоров, — соврал Тайвис. — Если мне попадется мусор, уж я им задам. — И он погрозил невидимому сопернику.

— У меня скоро экзамен. Я на первом курсе. В следующей декаре если честно. Боюсь страшно.

— Чего там бояться?

— Вдруг не сдам? И окажется, что у меня нет таланта. Тогда придется идти в Механики или Астрологи или в Теоретическую магию. Бррр.

— Уверен, что талант у тебя есть, — заверил Тайвис.

— Ты мне льстишь, а ведь ты даже не видишь меня.

— Я научил свои руки видеть вместо глаз. Если позволишь, я посмотрю, — смущаясь, проговорил Тайвис. Она откажет. Наверняка.

— Да, давай, — молния пригвоздила юношу к полу. Он поднял руки, Миринта с готовностью наложила его пальцы на свое лицо.

— Что ты видишь? — с задором спросила она.

— У тебя высокий лоб. Ты умная, — каждое слово давалось с трудом. Тайвиса бросало в пот, потом в холод, потом снова в жар, — высокие скулы — пальцы продолжали легкими касаниями рассказывать ему о девушке. — Большие глаза, о, ты курносая!

— Нет! — Мир рассмеялась.

— И улыбка, что может свести с ума, — выдохнул Тайвис, опуская руки.

— А глаза? Какого цвета? — с озорством спросила Мир.

— Пусть будут синие. — Улыбнулся Тайвис.

— Не угадал!

— Неужели оранжевые?

— Дурак, — Мир рассмеялась. — Они зеленые. И вообще-то я рыжая!

— И в веснушках!

Смех девушки ласкал слух.

— Слушай, — отсмеявшись, девица потянула Тайвиса куда-то в сторону. Элементал сверился с картой у себя в голове. Они шли на восток. — Я знаю, что ты живешь во флигеле.

— Да, и что? Хочешь зайти в гости?

— Может и зайду, — рассмеялась Мир. — Мы тут с ребятами поспорили, что за стеной. — Они пришли к высокой стене из крупных блоков. — Тебе не видно из флигеля?

— Мне? Не видно, — ситуация сильно рассмешила Тайвиса.

— Ох, прости.

— Да ничего.

— Неужели тебе не интересно?

— Мне? Жуть, как интересно.

— Тогда, может, поможем друг другу?

— А почему ты не возьмешь в помощники кого-то из своих? — Тайвис со смехом постучал посохом по стене. — Покрепче и понадежней.

— Они трусы, — фыркнула Миринта.

— А я, значит, выгляжу смелым.

— А что? Это не так?

— Может и так, — Тайвис положил пальцы на стену. Там, за ней, определенно было что-то интересное. А еще он почувствовал, что на нее так же наложено заклятье.

— Нам не забраться на нее, — сказал он авторитетно. — Здесь заклинание. Мы просто соскользнем.

— Ну, подсади, я все-таки попробую, — Тайвис еще раз коснулся стены. Она стоит здесь недавно. Около десяти лет. Заклятье обновляли лет пять назад. Может и выйдет. Он сомкнул руки в замок.

— Ну, давай, — Мир наступила ему на ладони и потянулась наверх.

— Я достала до верха!

Тайвис дернул руки, чтобы она подпрыгнула и зацепилась. Тяжесть с ладоней исчезла

— Я наверху! Давай сюда свою палку, я подтяну тебя!

— Сумеешь?

— Сейчас узнаем! — Тайвис протянул клюку наверх, Мир схватила за набалдашник и потянула вверх.

— Двигай ногами!

— Вот ты сильная! — барахтаясь, как жук, Тайвис толчками добрался до верха стены.

— Черт, как тяжело было! — вздохнула Мир. — Ничего себе... — В голосе ее слышалось разочарование.

— Что? Что там?

— Здесь просто сад, — Мир помолчала. — Надо спускаться.

— Давай, — и Тайвис повернулся в сторону, откуда они пришли.

— В сад спускаться, — поправила его Мир и потянула в противоположную сторону.

— Хм.

— Держи свой посох крепче, не урони меня! — Мир спустилась, подстраховываемая Тайвисом. А Тайвис просто повис на руках, а потом прыгнул. Ноги отозвались болью и какое-то время юноша просто сидел, пережидая.

— Ничего не сломал? — участливо осведомилась Мир. Тайвис покачал головой. Нет.

— Говори, что видишь, — попросил он.

— Сад. Обнесен стеной. Впереди вход. Черт, это вход во флигель! На первый этаж. А мы все гадали, как туда пройти! — Мир удалялась, поэтому Тайвис поднялся и заковылял следом. — Кресло. Сидит какой-то тип. Бледный, как смерть. Смотрит на нас. Он нас засек, Тай.

Тайвис вздохнул. Оттеснил девушку.

— Привет, — он обезоруживающе улыбнулся. — Мы заплутали немного.

— Кто вы? — тихо прошелестел голос впереди. Эгей, да тут кому-то нужен медик!

— Мы тут работаем, — соврал Тайвис и тотчас осекся, Миринта, поди, в робе студента. — И учимся. Просто заблудились.

— Мастер Визетис говорит, что вам сюда нельзя, — снова прошелестел голос.

— Ну, так мы пойдем, — кивнул Тайвис.

— Черт! Визетис!

— И что с того?

— Он мой преподаватель, — Мир вцепилась Тайвису в плечо.

— Это тот с трескучим голосом?

— Он.

— Можно мы через дверь выйдем? Меня, кстати Тайвис зовут. Тайвис Мора.

— Мое имя Висъент, — прошуршал голос.

— Можно мне ближе подойти, Висъент? Я как видишь не вижу, зато мои пальцы видят отлично.

Не дождавшись ответа, Тайвис шагнул вперед. Шепнул Миринте: «ищи выход». Нащупал клюкой мягкий плед, опустился на колени перед креслом.

— Ну вот.

— Я вас не знаю, — с ноткой паники прошептал Висъент. — Профессор!

— Нет, нет, никого звать не надо. Я не причиню вреда.

— Не трогайте меня!

— Как скажешь. Могу и не трогать. Только как же мы познакомимся?

Тайвис почувствовал, как руку охватывают ледяные пальцы.

— Какой холодный.

— Просто мне холодно...

— Плед не спасает?

— Не очень.

— Может, я помогу? — Тайвис поймал в свои ладони вторую руку Висъента, сжал в своих руках холодные пальцы. — Я тоже немножко волшебник.

— Настоящий?

— В смысле, настоящий?

— Тебе не нужен Церебро?

— Мне ничего не надо. Самый что ни на есть настоящий, — Тайвис сомкнул свои руки, отчего ладони Висъента оказались в корзинке из пальцев. Тайвис создал теплый шар внутри своих ладоней.

— Так хорошо? — руны на теле элементала приобрели теплый коричневый цвет и продолжали светлеть.

— Да, тепло, — Тайвис не видел, но почувствовал, что Висъент улыбается.

— Видишь. Я добрый волшебник. Я несу с собой тепло.

Помолчали, мальчик в кресле грелся чужим теплом, а Тайвис понял, что зря они сунулись в эту заваруху.

— Бежим, — выдохнула Мир, проносясь мимо.

— Что, что случилось?

— Там какая-то разъяренная тетка! — Тайвис разомкнул руки.

— Прости Висъент, надо идти. — И припустил на звук.

— Нет! — услышал он крик. — Не трогай, это мои друзья! — Воздух загудел от напряжения.

— Черт! — выругалась Мир. — Тай, подсади! — Тайвис сложил руки. Девушка быстро наступила и прыгнула наверх. Воздух продолжал гудеть, и все тело отчего-то заломило, словно хотело вывернуться наизнанку.

— Мир! — Тайвис тыкал вверх свой посох, чтобы она за него зацепилась. — Миринта!

Воздух уплотнился, и стало больно дышать. Элементал застыл рядом со стеной, задыхаясь от напряжения.

— Мир! — Тайвис коснулся стены и камень донес до него, что девушка уже далеко. Он оказался в ловушке. И когда ему показалось, что он потеряет сознание, отпустило. Воздух снова стал неосязаемым, а звуки самыми обычными.

— Вот, поганцы! — донеслось до него. Гневная матушка Алмея спешила с мокрой тряпкой наказать негодников.

Тайвис поднял руки вверх в знак капитуляции.

Глава 6. Снова встречи

Визетис вернулся домой с приема из-за скверных вестей. У Виста снова был приступ. И что еще хуже, кто-то проник в сад. Пора обновить заклятье на стене, зря он расслабился. Матушка дала понять в своем послании, что негодники задержаны и ждут суда Мастера Визетиса.

Старый церз спешил.

Портал с гудением пропустил его. Вист спокойно дремал в гостиной. А вот в кухне его ждала гневная матушка со скалкой в руке и бледный растерянный, угадайте кто! Тайвис Мора. Вездесущий крысеныш. Тайвис выглядел подавленным.

— Что ты тут делаешь? — прошипел Визетис, налетая на непрошенного гостя, как коршун, не забыв при этом прикрыть дверь.

Тайвис покачивался на табурете, словно сидеть на нем стоило ему слишком больших усилий.

— Я...я не знаю, мы ничего не сделали...

— Кто мы? — и к Матушке. — Он был не один?

— Я мало что видела, Мастер, — матушка прятала глаза, потому что тоже чувствовала себя виноватой. — Я была в кухне. Услышала шум. Глянь, а там кто-то есть! А потом темнота вокруг стала. И кто-то побежал. Я в сад. Там Висъент. И вот этот тип. И побежали. Вторая вроде девица. Он ее подсадил, да она и убежала. А этот — вот.

— Мы ничего не сделали... — бормотал пленник, покачиваясь на табурете.

— Шум? И темнота? — Визетис в страшной догадке выбежал в гостиную. Там среди книг он прятал запасной фиал с Церебро. Так и есть, секретный ящик был обнаружен и разорен. В бешенстве он вернулся в кухню.

— Шутки кончились, Тайвис Мора. Кто с тобой был? — Тайвис поднял голову. Вид у него был, прямо скажем, неважный. Он словно не понимал вопроса.

— Хорошо. Матушка, найдите нам какое-то ведро.

— Ведро?

— Да, — Визетис без колебаний обхватил голову Тайвиса пальцами, четыре угнездил на затылке, большой положил на скулу под глазом.

— Сейчас ты все мне покажешь, — Визетис без церемоний ринулся в водоворот чужих воспоминаний. Замелькали сумбурные обрывки. Вареные яйца и холодные стены. Голоса и запахи. Один из них выделялся. Легкий запах мускуса. «Я Миринта. Для друзей Мири или Мир.» Через минуту Визетис нарисовал пальцами ее портрет. Мало информации. Не то.

Старый церз отпустил Тайвиса. Тот, обессилев, качнулся вперед. Матушка передала кадку Визетису, и тот ловко подставив ведро под нос элементала, придержав несчастного за плечи. Пока Тайвису выворачивало желудок, Визетис лихорадочно думал. Коснулся фиала. «Закрыть ворота, никого не выпускать»

— Тебя четвертовать мало! — прошипел Визетис, когда элементал с трудом поднял голову. Он отставил ведро. — Говори, кто это был?

— Не мучай его... — Визетис обернулся. В дверях с широко раскрытыми глазами наблюдая, как Мастер Визетис ведет допрос, стоял Вист.

— Это была спланированная кража, Вист. Необходимо найти виновного.

— Тайвис не виноват. Он — мой друг.

— Как он может быть твоим другом? Вы встретились только сегодня! — Визетис хотел оттеснить Виста в гостиную, но тот увильнул и прошел в кухню.

— Он хороший! — крикнул Вист в отчаянии, глядя, как Тайвис с трудом удерживает себя на табурете. — Он настоящий! В отличие от вас!

Матушка охнула, прижав пальцы ко рту. Визетис проглотил реплику.

— Я должен знать, кого искать.

— Я видел ее. Не мучай его, я скажу! Это девушка. У нее короткие темные волосы и одета она не как вы.

— Что это значит?

— В мужское она была одета. Поищи в общежитиях. Может, там найдешь, — Вист в порыве схватил нового друга за руку.

— Хорошо. Я ухожу. Скоро сюда придет Салмеер, — Визетис, не глядя на Виста, кивнул. — За ним.

И быстрым шагом ушел.

Матушка покачала головой. Вист потянул нового друга в гостиную.

— Тебе надо отдохнуть. Пойдем, — Тайвис, с трудом опираясь на плечо юноши, позволил усадить себя в кресло.

— Как ты себя чувствуешь? — Вист пристроился рядом.

— Паршиво, — выдохнул Тайвис. Вист погладил руку элементала, где руны снова начинали светлеть.

— Отдохни, — Вист накинул свой плед элементалу на колени.

Салмеер пришел в сопровождении двух учеников старших курсов. Они зашли втроем не здороваясь. Просто грубо сдернули Тайвиса с кресла и утащили его в портал. Один из учеников взял посох элементала и так же молча вышел. Вист к этому времени уже заснул в соседнем кресле и не увидел, как Тайвис исчез.

Элементала довольно грубо приволокли в его комнату. Салмеер швырнул юношу внутрь, даже не пересекая порога. Кивком головы отпустил учеников, затем сделал шаг внутрь комнаты.

— Отныне и впредь всем стражам будет отдан приказ, встретив тебя в коридоре или еще где вне этой комнаты, они отведут тебя в подвал. Там я прикажу Безликим высечь тебя как следует для начала. А потом сломать тебе ногу. У тебя их две. Значит, будет две попытки.

Салмеер подошел ближе, поднял брошенный тут же костыль. Обхватил пальцами навершие, сжал. Дубовая ветка сначала раскалилась, а затем лопнула в щепу.

— Здесь у тебя только одна задача. Дать нам ответы на вопросы. Вся эта лирика мне порядком надоела, слышишь? Если за тобой не приходят значит всем не до тебя, значит, сиди и жди, пока на тебя обратят внимание, — Салмеер швырнул остатки костыля на пол перед элементалом. — Ты здесь не ученик, не студент, не рабочий. Просто лабораторный материал! Это понятно? — Салмеер не дождался ответа вышел, и дверь за ним захлопнулась, загудели запирающие заклятья.

Тайвис прополз до кровати, лег плашмя и заснул.

Поиски в студенческих общежитиях не дали результатов. Визетис предвкушал, что скажет Катарис. «Не уберег, не справился» и так далее, так далее. К тому же разболелась голова. Зря он так обошелся с элементалом. Мальчишка еще глупый. Встретил девку и поплыл. То, что пролезть может в любую дыру, так это может и хорошо. Хотелось пойти домой, но там Вист с его этим взглядом, что пробрал сегодня до костей. Уж лучше упреки директора. И Визетис свернул к кабинету декана.

Катарис был на месте.

— О, Мико, — Катарис оторвался от книги. — Что-то случилось?

— Просто устал, — старый церз без приглашения сел в кресло.

— Отдохни, — резонно заметил Катарис. — Хочешь, я отдам твоих студентов Люмису на время?

— Нет. Не надо, — Визетис помолчал, собираясь с мыслями. — Сегодня у меня из кабинета вытащили фиал с Церебро.

— Что? — Катарис сделала вид что не расслышал.

— Мы потеряли фиал с Церебро.

— Ты потерял.

— Я потерял.

Катарис отложил книгу.

— Как такое возможно?

— Не знаю. Кто-то знал, где искать, — откинулся на спинку кресла. Он и в правду устал.

— Закрыть ворота.

— Уже. Я обыскал все. Ни следа.

— Вот это новость, — Катарис сложил пальцы домиком перед лицом. — Что будешь делать?

— Искать.

— Церебро может объявиться в городе. Надо предупредить чтобы стража была готова.

— Да.

— Хм... — Катарис вроде бы и не рассердился сильно. — Как Вист?

— Восстанавливается. Он растет.

— Да, я заметил.Не переживай. Фиал мы найдем. И накажем всех, кто причастен.

Визетис кивнул.

— Раз уж ты здесь, — Катарис со вздохом подался вперед. — На первом курсе есть у тебя юноша. Тиберий Корт. Присмотрись к нему.

— Что? Папа важная шишка?

— Можно и, так сказать. Правда он мечтает о факультете тайных искусств, но его батюшка хочет, чтобы он учился на Медика.

— Что ж, воля батюшки превыше всего. Я присмотрюсь.

— Вот и славно, — Катарис снова взялся за книгу. Визетис понял, что задерживаться не стоит.

К себе Визетис попал уже около полуночи. Вист не спал, что означало нелегкий разговор.

— Где Тайвис? — с порога встретил старого церза вопрос.

— Он у себя, уже отдыхает и тебе пора, — Визетис со вздохом опустился в кресло.

— Я хочу его увидеть.

— Зачем?

— Хочу убедиться, что вы его не убили, — в голосе мальчика слышалась паника.

— Никто его не тронул, Вист, — успокаивающе проговорил Визетис. — Его отвели к нему в комнату, накормили ужином, хотя он ослушался. Вышел из комнаты.

— Давай возьмем его к себе. Он будет жить с нами. Ему одиноко там одному.

— Нет.

— Но почему? Тебя почти никогда нет. Я научу его играть в Башни!

— Нельзя, Вист. У него своя задача, а тебя своя.

— С него вы тоже что-то выкачиваете, да?

— Нет, — Визетис почувствовал вдруг смертельную усталость. — Он ничего не может нам дать. Он просто живет во флигеле. Путается под ногами и портит отношения...

— Когда он взял меня за руки, я почувствовал, что он искренне хочет мне помочь. Он дал мне тепло, — Вист посмотрел на мастера своими черными глазами. — Мне бы хотелось чувствовать тепло чаще.

— Он такой, да, — расслабленно пробормотал Визетис. — Надоедливый, но добрый.

— Тебе он тоже нравится. Давай он будет жить с нами.

— Нет.

Вист надулся и отвернулся. Глупенький мальчишка, он так говорит, будто речь идет о щенке. Визетис зевнул. Утро вечера мудренее.

— Идем спать, Вист.

Юноша сорвался и ушел в спальную. Точно о щенке.

Глава 7. Испытание

На следующий день начинались испытания для первокурсников. Событие, прямо скажем, значимое для всех. Даже Визетис в этот день чувствовал себя не в своей тарелке. Испытания проходили в зале Астрологов. Том самом, с которым у Виста столько неприятных воспоминаний. А вместе с ним и у Мастера Визетиса. Но таков порядок, здесь ничего не попишешь. Первокурсники столпились в холле. Испытание собрало немалую толпу. Здесь пока были студенты двух профессоров. Остальные придут в следующую декару.

Визетис прикинул. Около дюжины человек.

— Мастер Визетис, — Люмис кивнул, появляясь словно бы ниоткуда. Визетис натянуто улыбнулся и чуть поклонился астрологу.

— Прошу, — Люмис открыл дверь в мастерскую — преддверие зала и старый церз вошел внутрь полутемного помещения. Студенты загудели, но дверь захлопнулась, отрезая всякие звуки.

В Мастерской на столе были разложении самые разнообразные предметы. Ветка ивы, платок, нож, детская игрушка и еще несколько никак не связанных друг с другом. Казалось, кто-то просто вытряхнул содержимое сундука сумасшедшего на белую скатерть. Но это было не так. Каждый из этих предметов запускал определенный сценарий в самом Испытании, по результатам которого и определяли, в какой цвет определить юного ученика.

Хлопнула дверь. Пришел Катарис.

— Что ж, можно начинать, — нетерпеливо сказал он.

— Мы ждем Мастера Салмеера, — возразил Люмис.

— Он подойдет попозже, — оба Мастера кивнули. Служащий, незаметно стоявший у двери до сих пор, провозгласил.

— Первый испытуемый, прошу.

У дверей образовалась толчея. Рвавшиеся на экзамен вдруг оробели, и порыв пойти первым как-то затих. Наконец, вперед вышла девушка. Она смело шагнула в Мастерскую и дверь за ней захлопнулась.

— Назовись, — коротко и сухо раздалось из темноты.

— Эвлин Миру, Мастер, — робко ответила она.

— Выбери себе помощника, Эвелин Миру, но выбирай с умом, — сказал ей бесстрастный голос из темноты.

Девушка с сомнением взглянула на нелепости на столе, но вопросов задавать не стала. Помедлив, взяла ивовый прут.

— Пройди же испытание с честью, — прошипел голос, и дверь в Зал Астрологов распахнулась.

Профессора наблюдали за процессом из тайной комнаты через окно.

— Она выбрала прутик, Меклут, — со странным смешком прокомментировал Катарис. — Ты тоже выбрал прутик, помнишь?

— Нет, не помню, — рассеянно ответил Визетис, наблюдая за происходящим в зале. Внешне ничего не поменялось. Девушка растерянно остановилась посреди зала. Все самое важное сейчас происходило в ее воображении, обнажало ее тайные страхи и чаяния. Человек может ошибиться в выборе признания, подсознание — никогда. Все испытания, что происходили в Зале, были лишь схваткой с самим собой. Эвлин начала делать вялые махи своим прутиком.

— Она защищает своих, — с интересом прокомментировал Катарис. Все, что видела сейчас девушка, видел и он. — Думаю, тут дело, решенное. Это твоя девица, Мико. Как бишь ее?

Визетис кивнул. Он тоже видел, как с одного конца зала к девушке поспешила мать и сестра, а с другого сорвался с цепи цербер. Девушка встала между ними, но первой ее мыслью было не убийство. Она желала оставить жизнь всем, даже разъяренному животному.

— Следующий, — сказал Катарис, потеряв интерес. Эвлин попросили выйти из зала, а она все еще во власти галлюцинации с ужасом озиралась в поисках выхода.

Таково было Испытание. Оно было просто по сути, но действенно в выборе. Еще ни разу не пришлось ошибиться.

Следующим выступил крепкого вида юноша. Своим проводником он выбрал детскую игрушку. Люмис забрал паренька себе в число Астрологов. Затем в зал снова вошла девушка. Ее проводником стал платок. Испытание началось.

— Простите, — Салмеер встал рядом. — Я опоздал.

Визетис кивнул ему, отвлекшись от происходящего в зале. Возможно, в этот момент кольца гигантской машины Церебрис начали движение, а может быть и раньше, факт в том, что никто не обратил внимания на шипение огромных колес. Когда хоть кто-то заметил, что Церебрис начала работу, кольца уже набрали скорость.

— Кто запустил машину? — страшным голосом завопил Катарис.

— Остановите! — Визетис и Салмеер уже были у входа в зал. Катарис бежал наверх по винтовой лестнице к пульту управление огромной машиной. Дверь в Зал легко поддалась.

— Остановите, черт вас дери! — черный церз и лекарь одновременно ворвались под купол зала. Девушка с платком скорчилась посреди центральной звезды на полу. Визетис снова почувствовал, как тело теряет гибкость, как выламывает суставы, выпивает жизнь адская машина Механиков. Кольца, разогнавшись начали сбавлять ход. Салмеер оказался покрепче и первый добрался до девушки, подхватил ее на руки и понес прочь из зала. Визетис к своему стыду лишь беспомощно хватал ртом воздух. С трудом преодолев остатки пути до двери, он вывалился следом за черным церзом и закрыл за собой дверь.

— Кто? — выдохнул он. Салмеер положил обессилевшую девушку на пол. Старый церз склонился над ней.

— Она дышит. Она ослабла, но изменений в ней я не вижу, — проговорил он, проведя руками над ее телом. — Она здорова.

— Я прошла? — слабо выдохнула девушка.

— Да, милая, да, — ласково обратился к ней Салмеер. — Отдохни немного.

Спустился со второго этажа, и декан Катарис.

— Ничего не понимаю. Никого нет, и не было.

— Она не могла сама запуститься! — возразил молчавший до сих пор Люмис.

— Не могла, — подтвердил Катарис. — Здесь чувствуется чья-то подлая воля.

— Это невозможно! Мы защитили Академию ото всех влияний. Возможных и невозможных. — Продолжал Люмис. Из темноты комнаты выступил Греерхоф, архивариус.

— Предлагаю, господа, сделать перерыв и перенести Испытание в зал Заклинаний.

— Там сейчас занятие у моих, — виновато отозвался Салмеер.

— Пока идет перерыв вы, Мастер Салмеер, отпустите своих студентов, — сухо ответил Греерхоф.

-Необходимо провести расследование. — Задумчиво проговорил Катарис. Слишком много совпадений последнее время.

— Да, это так, — кивнул Салмеер.

— Мог ли это сделать вездесущий элементал? — Люмис ехидно кивнул черному церзу.

— Нет, — отрезал Салмеер. — Я уверен, что нет.

— Ни в чем нельзя быть уверенным, мой друг. — Задумчиво проговорил Катарис. — Пошли людей, пусть проверят, на месте ли он. А пока позаботьтесь, чтобы Испытание для этих молодых людей завершилось.

Визетис снова возвращался к себе уже к полуночи. Испытание только закончилось. Результатом стали два черных церза, пятеро красных, трое оденут бордовые мантии Астрологов, остальные двое станут Механиками. Неплохой результат. Правда Салмеер ждал большего. Девушка, угодившая под Церебрис, пройдет Испытание еще раз на следующей неделе, чтобы не ошибиться. Студенты и профессора устали как никогда. Визетис с ужасом думал, что такие передряги не для него, что он стареет и скоро его заменит кто-то из его помощников.

К слову, Тайвис в этот раз не стал нарушать запретов и остался у себя. Вернувшийся гонец сказал, что элементал спит у себя в комнате. Это было странно, но Визетис не обратил внимания на это. Мысли были поглощены другим событием. Как могла запуститься Церебрис, если ключ к управлению ей был только у Директора Катариса? Почему опоздал Салмеер? Что за игру они ведут? «Я становлюсь подозрительным или беспечным, сам не понял»

Вот и сейчас, войдя в комнату, Визетис не сразу понял, что что-то не так. Потом пришло осознание. Время позднее, а ни одной свечи не было зажжено, хотя матушка все время здесь и Вист тоже неотлучен.

Один взмах и под потолок взлетел диск из плазмы, тусклым светом освещающий комнату. Виста не было в привычном кресле. Визетис быстро прошел к спальным местам. И там тоже нет. Спокойствие. Он прошел по всей гостиной. Ни одной живой души. Заглянул в кухню. Там у печи лежала бесформенная груда тряпья.

— Матушка Алмея! — Визетис через секунду был возле нее. Она была жива, хоть и оглушена. — Матушка! Что случилось? Где Вист? — Визетис побрызгал водой на лицо женщине. Та слабо вздохнула.

— Слава всем богам! — лекарь осторожно положил ее голову на пол, продолжил осмотр. В кухне Виста тоже не было. Тогда Визетис отправился в сад. Это то место, где Вист всегда чувствовал себя в безопасности. В детстве, едва он прибыл в Академию, он всегда прятался в кустах возле забора. Там было его логово, его тайное место, где никто не мог его достать. В тщетной надежде старик заглянул и туда. Нет, в саду его тоже не было.

— Вист! — Визетис беспомощно огляделся. Вся мощь Академии бессильна против очевидного факта. Висъент исчез.

Визетис вернулся в кухню. Матушка начала приходить в себя.

— О, Мастер Визетис. Это ужасно!

— Что произошло, Алмея? — ласково обратился церз к женщине.

— Я готовила обед. — Сердито начала тетушка, — и тут снова меня окутала темнота. Я подумала, что кто-то из студентов снова проник в сад. Хотела идти отругать их, как упала и...вот.

— Где Вист? — не повышая голоса, продолжал Визетис. Он внешне оставался спокойным, хотя внутри все переворачивалось. Кто-то затеял игру. И все события последних дней были ее частью. И элементал, и потерянный фиал, и внезапно запустившаяся Церебрис, и теперь апогей — исчезновение Виста. Он коснулся рукой светоча. «Есть разговор. Срочно». Он помог матушке устроиться на табурете, зажег свечи.

— Мне нужно отлучиться, матушка.

— Это я виновата, — всхлипнула женщина. — Вы доверили его мне.

— Нет. Не вы, — мягко возразил Визетис. — Отдохните пока. Я скоро вернусь.

При свечах Визетис осмотрел гостиную и кухню. Нет, следов борьбы нет. Даже Башни разложены для партии. В кухне тоже нет чужих следов. В саду на перекопанной земле возле забора тоже ничего. Как будто Вист испарился. Был и его не стало. Визетис постоял, покачиваясь, под звездами. «Как же так? Верните мне его. Он мне как сын». Только теперь старый церз понял, как привязался к мальчишке. «Может Катарис прав? Все из-за моей привязанности к нему»

Тяжелой поступью состарившегося за минуту человека Визетис двинулся в сторону личных покоев декана Катариса.

— Что случилось? — Катарис уже в теплом, уютном, домашнем ждал его у дверей своих комнат. — На тебе лица нет! Проходи ко мне.

Визетис устало протащился в комнаты. Сжал пальцы на вложенном в руку бокале с вином. Пригубил.

— Вист пропал, — сказал он, роняя слова, как камушки в пропасть.

— Как пропал? — не понял Катарис.

— Его нет. В комнате нет его, — Визетис посмотрел в глаза старому другу. И в этих глазах не увидел ничего благополучного для себя.

— Куда же он делся?

— Я не знаю. Матушка говорит, ее ослепили, а потом усыпили. Следов борьбы нет. Он словно испарился.

— Как в Академии может испариться шаман Лтаали? — прошипел Катарис.

— Это кажется невозможным, но это случилось, — бормотал Визетис. Что делать?

— Я отправлю весть в управу. Мы снарядим поисковые отряды. Церзы Круга Заступников нам помогут. Он не покинет город, — по- деловому распорядился Катарис.

— Нет, нет, только не они. Мы сами его найдем, пожалуйста, Рим, — Визетис перестал понимать, что говорит. В голосе послышались просящие нотки. — Он не переживет этого еще раз.

— Нет, мы не справимся, мой друг. Они — мастера своего дела и не причинят ему вреда. Так будет лучше для всех.

— Нет, нет, Рим. Ты же знаешь, что нет! — старый церз выпустил из рук бокал, и вино алым пятном разлилось по дорогому пушистому ковру. Катарис промолчал.

— Он подросток, быть может, он пробует свои силы в телепортации? Ты не думал об этом?

— Мы не оставили ему этих сил, Рим, — Визетис вцепился в халат декана, как в свой спасительный круг. — Он не мог сам сделать это. Его похитили.

— Ну, ну, — Римор оторвал пальцы Визетиса от себя. — Мы найдем его.

— Это все один к одному, — лихорадочно начал перечислять Визетис. — У меня украли фиал, потом запустилась Церебрис, помнишь, из-за чего Испытание растянулось в два раза по времени. Нас отвлекли, а в это время выкрали его!

— Это возможно, — нехотя согласился Катарис. — Ты не в себе сегодня. Иди спать. Я все организую.

— Нет! Я сам! Не надо Заступников, пожалуйста...

— Ты устал и на эмоциях, Мико. Пойди, поспи.

— Думаешь, я смогу? — с истерикой, уже не сдерживаясь, вскричал Визетис.

— Должен. Ты все, что у него есть, — рассудительно заметил Катарис. — Так будь же в форме и на ногах, когда понадобишься.

Визетис подумал немного. Катариса не переубедить. Он рассуждает здраво, освободившись от эмоций. Часть сердца Визетиса рвалась бежать на поиски, к слову сказать большая часть. Другая же соглашалась с Катарисом. Что толку от него, выдохшегося, уставшего. А если Вист ранен? Тогда нужны будут все силы.

— Я пойду, — кивнул Визетис, опустив плечи.

— Иди.

— Отдохну.

— Поспи. Его начнут искать прямо сейчас, — заверил Катарис.

— Отдохну, — Визетис весь трясущийся и сгорбленный вышел. Катарис коснулся своего светоча, связываясь с Мастером Кримхольмом, главой корпуса Мира в Съерра-Беккере. Визетис, старый его друг еще со школьной скамьи, постарел. Его вечные сомнения выпивают из него силы и молодость. Ему пора на отдых.

Визетис прошел к себе. Матушки уже не было. Но, несмотря на смертельную усталость, церз не лег в постель. Он достал атлас Сиккурийской Империи. Открыл на развороте посвященном столице. Съерре-Беккере. Двуликий город. Страница раскладывалась в большую карту. Вот он весь, как на ладони.

Город состоит из двух частей, разделенный глубочайшей пропастью. Внутренняя его часть — это Академия, дворец Императора, где заседает Империум, и несколько богатых кварталов. Эта часть называется Съерре. Через пропасть ведут семь мостов в кварталы победнее. Та часть получила название Беккере. Все семь мостов раньше поднимались в случае волнений, теперь у них был Круг Заступников и стражники. Каждый из мостов хорошо охранялся.

Где искать Виста? Как его найти? Что с ним будет, если он испугается? Могут пострадать люди.

Визетис внимательно всматривался в беспорядочный рисунок улиц Беккере. Бедняцкие карталы. Улицы — узкие, точно нити. Спутанный клубок. Старый церз потер глаза. До чего же он устал.

— Мастер Визетис! — матушка. Голос озабоченный.

— Идите отдыхать, матушка, — устало отозвался Визетис.

— Вам надо взглянуть, — на что? Сегодня ему не хочется ни на что глядеть. И он поднял вопросительный взгляд на матушку.

— Там, — она указала наверх. — Я понесла еду, как вы говорили. Раз уж я пролежала целый день, думаю, нельзя же оставлять бедолагу голодным.

«Какая женщина» — восхитился Визетис с горькой усмешкой, «при таких событиях она еще и заботиться об элементале, про которого все забыли»

— И что же? — с вялым интересом спросил Визетис.

— Вам надо взглянуть, — закончила матушка.

— До утра не потерпит? — Визетис взглянул на ее встревоженное лицо. — Я так устал...

— Я, конечно, не ученая, академий не кончала, — матушка поджала губы. — Но по мне, так там наверху творится что-то странное.

— Хорошо, — Визетис поднялся. — Идем, посмотрим.

И они вдвоем пошли наверх. Визетис не хотел идти, ему хотелось, раз уж провести ночь без сна, искать Виста, но Катарис ясно дал понять, что в поисках старик участвовать не будет. Что же он может сделать? Сидеть и ждать. Сидеть и ждать.

Они поднялись на второй этаж. У дверей в комнату элементала им встала преградой печать Мастера.

— У меня есть ключ, — поторопилась матушка. — Мастер Салмеер дал мне его.

Печать с легким гулом пропустила их внутрь. Первое, что отметил для себя Визетис, света в этой комнате нет. Совсем. Лишь одноголовый канделябр горел на столе, освещая принесенный матушкой обед. Кувшин с водой да тарелка каши. Что за обед.

Матушка потянула церза к постели. Топчан на полу. Там, на скомканной простыне сжался в позе эмбриона элементал.

— Что показалось вам необычным? — Визетис понял, что плохо соображает. Сегодня уже заходили в эту комнату. И посыльный сказал, что элементал спит.

— Вот это, — матушка ткнула пальцем куда-то в район живота, лежащего. Визетис обошел топчан и наклонился. На поджатой под брюхо левой руке руны загорались и гасли в такт поднимающейся и опускающейся груди. А дыхание клокотало в ней сильными хрипами. Всю усталость как рукой сняло. Визетис весь обратился в слух и внимание. Коснулся лба элементала — температура была ненормально горячей. Церз потянул лежащего за плечо, думая перевернуть его на спину. Простыня прилипла к щеке. Матушка, стараясь быть полезной, тихонько потянула ткань.

— Это кровь, — констатировал Визетис. Элементал отозвался хриплым кашлем. Болезнь толчками вырывалась из его груди, сначала сильными, затем обратившись в легкое тиканье. Тайвис вяло откашливался, но глаз не открывал.

— Тайвис, слышишь меня? — Визетис похлопал элементала по щеке. Голова ватно моталась, юноша не отвечал. Руны загорались и гасли. То ярче, то слабее. Матушка вскрикнула.

— Посмотрите, Мастер Визетис, — рукав рубахи, там, где касался рун, уже дотлевал. Визетис положил руку на грудь больному. Его талант, усиленный Церебро, показал ему суть проблемы. Приступ Виста, тогда в саду, запустил в элементале его собственный.

— Нужна вода, матушка, — и женщина кинулась к столу за кувшином. — Нет. Надо отнести его в купальни. Бегите, нужен чан с водой. Найдите купальщика, пусть наполнит чан холодной водой.

И женщина метнулась к выходу. Визетис меж тем продолжил осмотр. Руны раскалялись, прожигая новые письмена, переползая с шеи на спину.

— Держись, сейчас мы тебе поможем, — пробормотал Визетис. Тайвис не ответил. Он дергался всем телом, выталкивая из себя сухой частый кашель.

Визетис просунул под горячее тело руки, напрягся и поднял элементала. Тот оказался много легче Виста.

— Невероятно, — Визетис с телом на руках отправился следом за матушкой в купальни. Рукам стало нестерпимо горячо, но Визетис крепился. Он отстранился от жара силой Церебро.

Вниз, поворот, снова вниз. Дорогу освещали укрепленные на стенах ночные светильники. В купальнях света стало меньше, но его встретила матушка со светильником в руках.

— Сюда, Мастер Визетис, — она повела его в отдельное помещение, где служащий наполнял чан водой. Здесь рядом проходили подземные ключи, и Академия брала воду от них. В купальнях даже был свой колодец, откуда брали ледяную воду. Этой водой и наполнили деревянную кадку для мытья.

Визетис опустил пылающее от жара стихии тело элементала в чан. Тайвис дернулся и задохнулся на миг, но после тело его расслабилось. Руны мерцали теплым светом даже под водой.

Подошел купальщик с ведром воды, недовольный, что его подняли с постели.

— Лить? — хрипло спросил он.

— Да, лейте. И надо как можно чаще менять воду, — Визетис окинул взглядом плотное тело служащего, остановившись взглядом на злом от осознания, что придется работать всю ночь, лице. — Я оплачу ваш труд, любезный.

После этих слов выражение лица чуть смягчилось.

— Ладно, — ведро было вылито, уже нагревшаяся вода в чане частично вычерпана. Обеспечив постоянное охлаждение, Визетис сосредоточился на пациенте. Кашель, вызванный активностью рун, рвал легкие пациента в клочья. Необходимо было приготовить отвар, чтобы снизить частоту позывов.

— Матушка, — женщина тотчас подскочила. — Держите так. — Он протянул руки, в чане, не давая голове Тайвиса соскользнуть в чан. — Иначе он утонет.

— Я поняла.

— И промокайте иногда на виске, — он указал на мерцающие знаки на виске и за ухом. — Наверняка они тоже болят.

— Я поняла, Мастер, — они поменялись местами с матушкой.

— Я приготовлю лекарство и вернусь. Это недолго. Не забывайте менять воду. Она должна быть холодной.

— Я поняла, — Визетис кивнул и отправился к себе в лабораторию. Мокрые до самых плеч рукава, грязные мокрые штаны — в купальнях пришлось встать на колени, чтобы придержать элементала в чане, в таком виде сейчас шел профессор Визетис по коридорам Академии. И благо, что была глубокая ночь и ни один из студентов не увидит его таким.

В лаборатории Визетис приготовил микстуру и прихватил еще несколько составов. Вот ведь неугомонный элементал. Даже без сознания не дает никому покоя.

Визетис вернулся спустя час в купальни. Служащий с каплями пота на лице вычерпывал воду из корыта.

— Что?

— Я не знаю, Мастер Визетис, — в панике прошептала матушка. — Вода нагревается быстро.

— Ничего. Давайте, я дам ему лекарство, — Визетис, наученный опытом вливать сироп бессознательному Висту, ловко влил и этому пациенту горькую микстуру. Тайвис не отреагировал никак.

— Давайте я вас сменю. Идите отдыхать, — Визетис скинул мантию, засучил рукава, оттеснил матушку. Женщина с трудом встала с колен.

— Вам тоже надо отдыхать, Мастер Визетис.

— Придете утром.

— Хорошо, — женщина не стала спорить и медленно вышла. Она устала. Это видно. Визетис промакнул мокрой рукой руны на виске элементала. Тайвис безрезультатными толчками пытался откашляться.

— Сейчас подействует лекарство, — успокоил его Визетис, хотя тот наверняка не слышал.

Купальщик принес ведро воды, молча спросил разрешения вылить и опрокинул ведро в чан.

Тайвис метался в жару в теплеющей воде. Визетис придерживал его, что бы тот не соскользнул в чан с головой. Время от времени он клал руку на грудь больному, чтобы понять, как меняется его состояние. Огонь в груди чуть приутих от выпитого лекарства, но это было временное облегчение. Через пар часов снова пришлось влить порцию микстуры.

В таком режиме прошла ночь. Купальщик устал и Визетис попросил его прислать еще кого-то на смену, пообещав оплатить все усилия вдвойне. Тот кивнул и ушел. Долго никого не было, и церз подумал, что служащий обманул его. Вода слишком сильно нагрелась, Визетису пришлось самому нести от колодца воду. Голова элементала погрузилась в воду до самого носа, когда безвольное тело обмякло без поддержки. Но, наконец, пришел второй купальщик. Визетис занял свой пост, и все продолжилось в прежнем режиме. Старый церз не чувствовал уже ни ног, ни рук.

И вот на смену ему пришла матушка, а с ней, почему-то и Салмеер.

— Приветствую, — невесело сказал черный церз, окинув взглядом картину.

— Давайте, Мастер, — матушка оттеснила Визетиса точно также, как и он ее несколько часов назад. Визетис с трудом встал.

— Зачем ты тратишь на него время? — с досадой спросил Салмеер.

— Не надо было? — у Визетиса не было сил спорить. Сам воздух, казалось, стал твердым, настолько он устал за ночь.

— Ему все равно конец. Я читал. Они от этого умирают.

— Этот не умрет, — Визетис подхватил со скамьи свою мантию и шаркая отправился к выходу.

— Я вернусь, — бросил он матушке. — Через пару часов. Если я опоздаю, из пузатой пробирки дайте ему несколько глотков.

— Хорошо, — донеслось до него сквозь вату.

Салмеер окинул взглядом чан и матушку возле него, и элементала. И пошел следом за стариком.

— Мы ждали подобного исхода, — продолжил Слмеер свою мысль. — Но надеялись получить хотя бы часть ответов.

— Он не умрет, — твердо сказал Визетис. Салмеер молча шагал рядом.

— Это из-за того мальчика, да? Ты думаешь, что сможешь искупить свой промах? Этот элементал не стоит и мизинца мальчишки!

Визетис молчал. Он упрямо переставлял ноги, отказывающиеся двигаться.

— Не трать на него силы! — крикнул Салмеер, отстав, наконец.

К себе Визетис прошел уже один. Его встретили пустые комнаты и атлас на столе. Где ты, Вист?

У себя Визетис скинул грязную одежду, переоделся в чистое. Присел в кресло на минутку. Где же ты, Вист? Церз смежил веки, но уснуть не удалось. Матушкин зов застал его в полудреме.

«Мастер Визетис. Я дала лекарство.»

— Сколько я просидел? — Визетис вдруг осознал, что солнце уже в зените. Больше двух часов, определенно. Церз подхватил мантию с пола и помчался в купальни.

К счастью, ситуация не поменялась. Она не улучшилась, но и хуже элементалу не стало. Визетис коснулся груди больного. Огонь угасал. Зелье и вода делали свое дело. Руны успокаивались, и отпускали из когтей свою жертву.

— К вечеру, думаю, он будет в порядке, — сказал Визетис матушке. — Идите, займитесь обедом.

— Вечером нести к нему? — матушка уже поднималась.

— Да, я думаю, да, — служащий предложил матушке небольшую скамеечку, чтобы она не сидела на коленях. И Визетис не упустил случая воспользоваться ею. Вода нагревалась значительно медленнее, но церз боялся, что может случиться рецидив, поэтому купальщик продолжал таскать и вычерпывать воду.

Кашель стал почти поверхностным. Элементал перестал мучительно сокращаться при приступах. «Я отвоевал твою жизнь» — думал Визетис, глядя на спокойное, но изможденное лицо.

К вечеру руны погасли совсем, но в сознание Тайвис так и не пришел. Визетис решил, что можно избавляться от водных процедур. Служащий, по просьбе церза, вынул элементала из чана и положил его на скамью. Убрав грязь, кою церзы развели в купальне, испросив разрешения, купальщик отправился отдыхать. Визетис уселся рядом на соседней скамье. Тайвис, накрытый теперь полотенцами просто лежал.

«Нужно отнести его обратно» — думалось Визетису, но не чувствовал в себе сил для этого действа.

И вот Тайвис издал звук, похожий на шепот. Визетис приподнялся. Больной открыл глаза.

— Как ты?

— Мастер Визетис? — голос Тайвиса был слаб и тих, церзу даже пришлось присесть рядом на корточках, чтобы услышать.

— Да, это я.

— Спасибо...- и не сказал больше ничего. Закрыл снова глаза.

Визетис улыбнулся сам себе. «Он знает, знает, чего стоит его жизнь» Эта мысль окрылила церза, и он почувствовал прилив сил. Хватило смелости снова взять обмякшее тело на руки и по коридорам отнести его наверх. Печать снова с гулом пропустила его. Визетис уложил элементала на смятый топчан. Юноша был весь во влажной одежде. «Ничего. Придет Салмеер, я выпрошу для тебя нормальную кровать» — усевшись прямо на полу рядом с топчаном, Визетис выключился. Просто, как погасла свеча, его сознание провалилось в сон.

— Мастер Визетис? — тихий голос вырвал его из объятий сна. Церз проснулся — точно очнулся от обморока, не сразу понял, где он находится. Темно. Это комната Тайвиса. Церз щелкнул пальцами, и кольцо из плазмы осветило помещение.

Тайвис сидел на коленях на своем топчане, кутаясь в простыню.

— Вы тут еще?

— Да, Тайвис, чего ты хочешь? — Визетис с трудом расправил затекшие плечи.

— Я боялся, что вы ушли.

-Ты мой пациент, я не могу уйти, пока не удостоверюсь, что ты вне опасности.

— Ого, ничего себе, это у вас кодекс такой?

— Да, Тайвис, кодекс, — наконец плечи перестали болеть после бешеного ими вращения. — Часто с тобой так?

— Бывает, — Тайвис отвернулся и сел, притянув колени к подбородку. — В последний раз в бродячем цирке я поджег повозку. Так они испугались и в лесу меня оставили.

— Одного?

— Да. Но я не в обиде. Я бы тоже испугался.

— Твои...приступы, их можно спрогнозировать? — Тайвис помолчал.

— Чего?

-Ну, предугадать, когда ты чувствуешь, что вот-вот...

— Н-не знаю. После них все болит. Все эти...знаки. Как будто клеймо поставили на все тело, — Тайвис вздохнул. — Этот ваш Салмеер все спрашивал, как они появляются. Вот так и появляются. Как будто боги выжигают их на мне.

— Ты не спрашивал их, за что тебе это? — задумчиво проговорил Визетис.

— Сотню тысяч раз. Только мне никто не ответил. Это шутка чья-то, я понял. Боги так шутят.

Визетис улыбнулся и посмотрел наверх, на кольцо плазмы.

— А чего бы ты хотел? Для себя?

Тайвис пожал плечами.

-Ты задаешь вопросы, на которые сам себе не дал до сих пор ответа, — сказал Тайвис спокойно. И Визетис с удивлением на него посмотрел. В этом юноше как будто уживались два человека. Один — деревенский дурачок, другой рассудительный и спокойный мужчина. Второй пугал больше, потому что показывался слишком редко. «Этот элементал еще преподнесет нам сюрпризы» «Не сомневайся»

— Ты здесь, хотя должен быть в другом месте. Что случилось? — Так же спокойно спросил Тайвис, глядя перед собой.

— Вист пропал, — Визетис даже не обратил внимание на фамильярное «Ты»

— О, — только и сказал Тайвис. Помолчали.

— Из-за меня? — нарушил тишину элементал.

— Нет, врядли...я не уверен. — Визетис вздохнул. — Скорее это был чей-то план. И мы все стали его частью.

— Я прошу прощения. За тот случай...Я правда, не хотел дурного.

— Забудь, — снова помолчали.

— Знаешь, ведь Вист мог бы стать величайшим чародеем Лтаалов, — вдруг сказал Визетис. Полумрак и молчание собеседника тянули его к разговору. — Мог бы, но не стал.

— Почему?

— Потому что я убил всех в их селении. Последнее селение Лтаалов, — Визетис горько усмехнулся. — Я был в Круге Заступников. Нам сказали, что это их последний оплот и там мы найдем то, что ищем. А искали мы очередной источник Церебро. Мы может быть и чувствовали, что это неправильно, но какая разница, когда ты молод, полон сил и тебе хорошо платят за твою работу, не так ли? — Тайвис не ответил.

— Я вышел из Академии боевым церзом и прослужил им в Круге пятнадцать лет. Пятнадцать лет. На тот момент я был самым опытным из всех. Мы вошли в деревню в полночь, когда все спали. Мы ожидали сопротивления, но там остались только женщины и дети. Дети, — Визетис оперся затылком о стену, погружаясь в глубины своей памяти.

— Я сразу понял, кто нам нужен. Мальчишка шести лет. Вот кто. Все выбежали. Началась настоящая паника. Я приказал жечь все. Потому что Лтаали весьма искусны в наложении проклятий, хоть и не практикуют этого. Мой приказ был исполнен в точности. Вист стоял тогда возле своего дома, а вокруг него все горело. Его мать лежала рядом с ним, потому что получила стрелу в шею. Я помню, как сейчас. Он не кричал, просто стоял и смотрел на меня. У него был брат. Постарше лет на пять, он бросился на меня, а я отшвырнул его прямо в горящий дом. Вист все это видел. Но он как будто ждал меня. Мы оба слышали крики горящего мальчишки. Когда мои люди все зачистили, я посадил его себе на лошадь, и мы уехали. А Вист все время молчал, словно застыл. Меня наградили потом за этот поход.

Визетис спрятал лицо в ладонях.

— Он до сих пор смотрит на меня этими глазами.

— Он не ненавидит тебя?

— Он ничего не помнит. Память смилостивилась над ним. Я помню за нас обоих.

Тайвис помолчал.

— Как ты живешь с этим?

— Я забочусь о нем, как могу, но общество требует его у меня. Каждый раз. Я даже рад, что он пропал. Если ему там не делают больно, то пусть его не найдут, — признался Визетис неожиданно для себя.

— Это опасные для тебя слова, — заметил Тайвис.

— Наплевать. Я устал от этого. Даже если ты донесешь на меня, мне все равно.

— Я никому ничего не должен, как видишь, — усмехнулся элементал. — И я здесь лишь лабораторный материал.

— Это Салмеер сказал?

— Да.

— Мастер тактики.

— У вас этому учат?

— Боюсь, он самоучка, — Визетис неожиданно рассмеялся. — Самоучка.

Тайвис не смеялся, но было видно, что он тоже улыбается.

Печать загудела и вошла матушка с подносом.

— Вот вы где, Мастер Визетис! Мастер Катарис три раза уже посылал за вами.

— Вист нашелся? — с надеждой спросил церз.

— Не уверена, — матушка покачала головой. Поставила поднос на стол.

— Ешьте, юноша, иначе не поправитесь.

Визетис уже не слушал, он помчался к Катарису.

У кабинета Визетис быстро привел себя в порядок и вошел без стука. Катарис был не один. Рядом со столом стоял статный церз в черном с эмблемой Круга Заступников на груди.

— ...сильнее, — договаривал церз.

— А, Мико. Познакомься, это Велиго Кримхольм, Мастер-церз Круга Заступников.

— Добрый день, — Мастер Кримхольм протянул руку для пожатия. Визетис крепко стиснул ладонь. Вот теперь какое лицо у Круга Заступников. Скуластое и мужественное.

— Я слышал, что вы проводили много времени с объектом.

— Его зовут Висъент, — машинально поправил Визетис.

— Это не важно.

— Для него важно.

— Это не важно, — с нажимом повторил Мастер Кримхольм. — Что можете сказать об объекте?

— Это мальчик пятнадцати лет. Он любит шоколад и терпеть не может овсянку.

— Прекрати, Мико, — сморщился Катарис.

— Я только исполняю просьбы Мастера, — Визетис поклонился.

— Хорошо, — Мастер Кримхольт кивнул с бесстрастным лицом. — Я наслышан о ваших деяниях, Мастер Визетис, очень жаль, что вы не хотите помочь коллегам.

— Отчего же. Я всеми силами...

— Каков цвет его волос?

— Темный, скорее серебряный, чем...

— Глаз?

— Очень темные, почти черные...

— Рост?

— Эммм, — Визетис приложил ладонь ко лбу. Кримхольм кивнул.

— одет?

— Ну вчера он был оден как обычно в рубаху серого цвета и такие же штаны...

— Он был босиком?

— Не знаю, обычно дома он ходил босиком...

— Какова вероятность, что он сам телепортировался из Академии.

— Весьма мала, — вставил быстро Катарис.

— Где вы были последние сутки? — вопрос застал Визетиса в тупик на мгновенье.

— Я был... в купальнях.

— Что же вы там делали?

— Элементал был весьма плох, — церз кивнул Катарису. — мне пришлось взять все в свои руки.

— Я поручил его Салмееру! — возмутился Катарис.

— Мастер-целитель здесь я. А Салмеер советовал мне его не трогать.

— И что же? — сморщился Катарис.

— Элементал снова здоров, и вы можете продолжить исследования, — Катарис важно кивнул.

— У вас есть элементал? — быстро спросил Кримхольм.

— Мы ведем разработки в разных областях науки, — важно кивнул Катарис.

— Могу я просить, когда вы закончите свои исследования отдать элементала нам?

— Я не возражаю, — кивнул Катарис. «Я, я возражаю» — хотелось крикнуть Визетису, но он промолчал. Сейчас важно было остаться свободным в своих перемещениях. А церзы Круга обладали достаточной властью, чтобы этой свободы лишить.

— Что ж, Мастер — целитель. Вы исполняли свой долг в последние сутки.

— Истинно так, — важно кивнул Визетис, перенимая манеру говорить своего товарища.

— Где вы находились, когда пропал объект.

— Шел экзамен в зале Заклинаний, мы все находились там.

— Хорошо, — Кримхольм подумал. — Есть какие-то события, о которых вы хотите нам рассказать?

Визетис сморщился.

— Церебрис разве начала работу во время испытания в зале Астрологов, пришлось перенести его в зал Заклинаний.

— Все?

— Все.

— О краже фиала с Церебро расскажите.

— У меня украли фиал с Церебро из рабочего кабинета, — отчитался Визетис, не моргнув глазом.

— Когда это случилось?

— Три или четыре дня назад. Столько событий произошло. Перед похищением Виста как раз.

— Как же это произошло?

— Я отсутствовал в кабинете по причине занятий. И когда вернулся, обнаружил пропажу из секретного ящика.

— Почему вы сразу не доложили?

— Я подумал, что это шутка одного из студентов. Обыскал все общежития — безрезультатно. Тогда я понял, что следует подключить и Круг Заступников.

— Вы очень уверены в себе, Мастер-целитель. Что же вы можете противопоставить агенту Лим?

— Это кто? — не понял Визетис.

— Это изменники, которых мы изыскиваем по всей Империи. Они мечтают разбить Империю снова на мелкие княжества, нарушить привычный порядок вещей. Называют себя Братство Лим. Это искусные воины, среди них есть и церзы. Так что же вы можете им противопоставить, Мастер — Целитель?

— Мико был когда-то боевым церзом Круга. — Возразил Катарис. — Думаю, он не растерялся бы, Мастер.

— Вот как? — Кримхольм приблизился. — Тогда Мастер Визетис должен понимать, какую работу нам приходится выполнять, и всеми силами желать нам помочь.

— Я желаю, — оправдывался Визетис. — Я рассказал все, что знал.

— В самом деле? — от пронизывающего взгляда боевого церза стало не по себе, но Визетис выдержал этот взгляд. — Что ж. Уверяю, мы найдем ваше имущество. — Обратился Кримхольм к Катарису. — Но предупреждаю, если встанет выбор между жизнью объекта и возможным использованием его в целях навредить Империи я, не колеблясь, уничтожу его.

— Это ценный объект, плодами которого пользуетесь и вы, церзы Круга. Оставить его в живых предпочтительнее всего, — мягко возразил Катарис.

— Я учту ваши пожелания, но буду действовать по обстоятельствам, — чопорно ответил церз. — Доброго дня, господа. — И покинул кабинет, телепортировавшись прямо с места.

— Ты все еще хочешь, чтобы они занимались поисками? — спросил Визетис. Катарис с досадой махнул рукой, и церз понял, что разговор завершен.

Глава 8. Возвращение

Минуло два дня. Долгих два дня, пока Визетис услышал заветное.

— Его нашли!

— Везут!

— Говорят, была настоящая заваруха!

— В нижнем кольце Беккере! Еще немного и…все.

Визетис рвался к кабинету Катариса, но его не пускали толпившиеся здесь же профессора.

— Он ранен…

— Нет, целехонек…

— Пустите! — Визетис пробился к кабинету, вошел. Катарис разговаривал с кем-то телепатически, коснувшись своего светоча. Поднял руку, чтобы Визетис ждал. И церз ждал, изнывая от нетерпения и разрываемый сотней вопросов. Наконец, Катарис опустил руку.

— Его нашли?

— Да, везут сюда.

— Как он?

— У него, похоже, случился приступ. Разрушены несколько домов. Он как будто без сознания, но жив.

Визетис кивнул.

— Я приготовлю комнату.

— Нет, Мико, — и Визетис застыл. — Его поместят в камеру в подвале. С ним хотят поговорить церзы Круга. Я заставил их привезти его к нам. Знал бы ты, чего мне это стоило.

— Но потом он вернется домой? — беспомощно спросил Визетис.

— Врядли. Нам нужно усилить меры безопасности. Твой маленький рай больше не подходит для этого.

— Но, но он же человек!

— Он не человек, — холодно отрезал Катарис. — Нам надо думать о благополучии Империи. Для этого нам нужен Церебро. Империи не нужен хилый мальчик. Ей нужен Церебро!

— Но, Рим!

— Решение принято, Мико. Возвращайся к студентам. Это больше не твоя забота.

Новость обрушилась на Визетиса, как гора. Под этой тяжестью он едва мог дышать. Он вышел из кабинета и со всех сторон на него набросились с вопросами.

Ничего не чувствуя, Визетис ушел прочь от всех.

Как такое возможно? Катарис обещал, что никогда их не разлучат.

Висъент пришел в себя в холодном месте. Там, где он был до этого было тепло. Тепло и приятно. И еще там был…кто-то, от присутствия, которого было хорошо и страшно одновременно. Но вот беда, никак не мог вспомнить, ни лица, ни имени. Словно провал в памяти. Вист огляделся. Здесь был полумрак, на стенах горели светильники, и вокруг кроме светильников ничего не было. Но были люди. Никого из них Вист не знал, но узнал мантии. У Мастера Визетиса была такая же, только красная.

— Где Мастер Визетис? — спросил он.

— Будет позже, — последовал холодный ответ. Висту стало не по себе. Недавно он был почти счастлив, но случился этот дурацкий приступ, и снова все закрутилось вокруг. Стены сломались в этот раз, потому что не было лекарства Мастера Визетиса. Вист говорил об этом Темному силуэту, но тот возразил, что лекарство ему не нужно.

И вот теперь из-за него сломалось здание. Вист дернулся встать, но обнаружил, что пристегнут к своему ложу ремнями. Холодок прокрался к горлу.

— Что это такое? — в панике спросил он.

— Это для безопасности, — последовал ответ. Один из темных церзов приблизился, обратился к кому-то назад.

— Его прогнали через Церебрис?

— Да.

Ах да, эта адская машина тоже была, теперь Вист вспомнил. Было больно, но к боли мальчик привык. Важно было то, что Мастера Визетиса нигде не было видно. Может, он убил своего покровителя?

— Где Мастер Визетис? — захныкал Вист.

— Важно, чтобы ты сейчас сказал, кто помог тебе сбежать из Академии, — тихо сказал темный церз.

— Я не знаю.

— Ты опишешь его лицо?

— Нет! Я не помню!

— Ты врешь.

— Нет!

— Ты был с ним два дня. Или тебя держали взаперти?

— Нет!

— Тогда опиши нам его.

— Нет! Я не помню! — на глаза навернулись слезы. Мастер Визетис никогда так с ним не говорил и Темный силуэт тоже. И Тайвис тоже не говорил так. Холодно, жестко, страшно.

— Скажи нам.

— Я не помню.

— Мы позовем Безликих, если ты не скажешь.

— Нет! — Вист изогнулся как мог, но ремни удержали его на ложе. — Нет! Оставьте меня.

— Кто помог тебе бежать?

— Не помню!

Черный церз отступил и подошел другой человек. Лицо его было скрыто под маской.

— Нет! — Вист уже рыдал в голос. — Пожалуйста…

— Вытаскивать из твоей головы воспоминания опасно, — продолжил черный церз. — Напрягись. Голос, запах, цвет. Что ты помнишь?

Безликий снял с ноги Виста башмак, ласково погладил голую ступню. Мальчик выворачивал ногу как мог, но безрезультатно. Его крепко прикрутили к ложу.

— Голос обычный. Не помню я! — Вист рыдал. По лицу текли слезы, но это нисколько не трогало ни одного из палачей.

— Последний шанс, мы не шутим.

— Нет! — человек в маске примерил к мизинцу на ноге огромные садовые кусачки.

— Говори, кто помог тебе сбежать? Визетис? Или может элементал? Или кто-то еще?

— Нет! — кусачки сомкнулись с влажным хрустом. Вист закричал до хрипоты. Последнее, что он услышал было:

— Сохраните это. Все пойдет в дело, — и потом волна дурноты накрыла его, из желудка исторглось то немногое, что он съел за сегодня. Рубаха и ремни на ней оказались сплошь покрыты мерзкой слизью. Вист закашлялся, когда желчь обожгла горло.

— Отпустииите. — Завыл он.

— Вспомнил? Это был Визетис?

— Нет. Я не помню лица. Не помню лиц. Спросите Мастера Виз-зетиса. Я не помню лиц.

— Они называли друг друга как-то.

— Один он был один, — всхлипывал Вист. Безликий у ноги пока скучал. Вист с ужасом взглянул на свою кровоточащую ступню.

— Все время один?

— Все время…

— Как ты называл его?

— Темный…темный…

— Он был темный?

— Всегда…

— Ты боялся его?

— Н-нет. Нет не боялся.

— Почему? Сейчас же ты боишься?

— Сейчас да…

— Почему не боялся его?

— Он был доб-брый…доб-брый, — Вист покачивался на волнах сознания. Голоса то приближались, то удалялись. — Доб-брый, доб-брый. — Повторял он как заклинание. Где Мастер Визетис?

Голос спрашивал что-то еще, но Вист не понимал его. Он мотал головой из стороны в сторону, стараясь вытряхнуть из нее весь этот кошмар. Сейчас придет Мастер и обнимет его, как в детстве и все уйдет. Его мантия пахнет пылью и потом. Весь кошмар закончится.

— Похоже, что вы перестарались, Мастер Уверити, — насмешливо проговорил Кримхольм, наблюдая, как мальчишка мечется на столе.

— Я ищу результата, а не сантиментов, — возразил Уверити.

— Можете идти, — кивнул Кримхольм Безликому палачу. Тот согласно кивнул и ушел.

— Придется дождаться, пока у него пройдет приступ безумия, — вздохнул Кримхольм.

— Меня не предупредили, что он слаб умом, — пожал плечами Уверити. — Наш контингент обычно покрепче.

— Это всего лишь ребенок, — Кримхольм подошел к столу, взглянул на покалеченную ногу. — Декан Катарис не будет рад этому обстоятельству.

— Ты сам сказал, что важно добыть информацию, а ваш декан добавил, что нельзя копать его голову, иначе он сойдет с ума.

— Верно. Ты поступил верно, — кивнул Кримхольм. — Завтра будь осмотрительнее. Наши инструменты должны быть тоньше.

— Мы узнали, что похититель был один.

— Странно. Братство Лим не отправляет одиночек.

— Быть может это не они.

— Может, но нужно убедиться.

— Завтра я спрошу еще раз. Он обдумает свое положение и не захочет, чтобы сегодняшнее повторилось.

— Оставить его здесь? — кивнул Уверити на стол.

— Да, оставляй, — Кримхольм огляделся. — Извне сюда никто не проникнет. У дверей поставим охрану.

Уверити без тени брезгливости освободил Виста от ремней и оба черных церза покинули комнату. Вист скулил на столе, опасаясь даже встать. Церзы неспешно двигались по темному коридору.

— Позвать Мастера-целителя?

— Да, пожалуй.

Визетис спешил. Его позвали к Висту. Наконец-то он увидит мальчика. Прошли еще два дня прежде, чем Визетису позволили пойти к Висту. Долгие два дня. Визетис знал, что Церебрис включалась снова. На этот раз без него. Все подходы к мальчишке блокировали боевые церзы Круга Заступников. Пробиться было нелегко. И вот они сами позвали его.

Пришлось долго спускаться, прежде чем Визетис оказался на нужном уровне. Он и не знал, что подвалы Академии так глубоки. У лестницы его встретил Кримхольм.

— Мальчику нужен медицинский осмотр, — сухо сказал он. — Не более. Как закончите, дайте знать декану Катарису. Я подойду.

— Хорошо, — медицинский осмотр. Что ж. Визетис устремился по коридору. На этом уровне была только одна дверь в конце тоннеля. В нее то Визетис и отправился. Возле двери церз заметил выпуклость в цвет каменой стены. «Глаз» понял церз. Эти устройства недавно были представлены перед Советом. Они транслировали все, что было в поле их зрения своему владельцу. «Наверняка не один» Визетис оглянулся. Больше устройств не увидел, но был уверен, что где-то есть еще.

Вошел в дверь. Взгляду открылось круглое помещение с тусклыми светильниками по кругу. Посреди помещения стол с ремнями на нем, край измазан кровью, а возле стола скорчившийся в комок мальчик.

— Вист!

— Мастер Визетис! — Вист поднял голову. Лицо его было опухшим от слез, а рубашка в следах рвоты. Но худшее было в том, что мальчик зажимал рукой кровоточащую ногу.

— Боже! — Визетис опустился на колени перед юношей. — Что случилось?

-Он-ни, он-ни от-трезали мне палец! — Вист снова начал заикаться. Сколько они работали над этим, долгие годы Визетис старался, чтобы мальчик чувствовал себя в безопасности.

Церз только и смог что выдохнуть.

— Давай, посмотрю, — он с трудом оторвал пальцы Виста от ноги. — Я посмотрю.

— П-почему т-тебя не б-было?

— Меня не пустили к тебе, Вист, — и это было правдой.

— Я т-так ис-спугался, — из глаз Виста снова потекли слезы. Визетис прижал его к себе, и мальчик разрыдался.

— Давай, я посмотрю, что с ногой, — Вист кивнул и подставил искалеченную ступню. Визетис достал из сумки бинты и мази. Пока он бинтовал ногу, в груди бушевала настоящая буря.

«Как они могли? За что? Почему Катарис позволил?»

— Ты з-заберешь меня домой? — Вист уже успокоился, и теперь слова давались ему легче.

Что сказать мальчику? Нет, я не могу, потому что я послушный пес своих хозяев? Осталось только гавкнуть. Визетис молчал, а Вист вцепился пальцами в его ладонь, точно в спасательный круг.

— Они с-спрашивали меня, а я н-не мог ответить. Я не п-помню лица и имени не помню. –тараторил Вист. Визетис лихорадочно соображал, что делать. — Помню, что мы перенеслись и оказались в доме. Там мы и жили.

— Прямо из Академии в нижний круг Беккере?

— Не знаю, — Вист уткнулся головой в плечо Визетиса. — Заб-бери меня отсюда.

— Конечно, Вист, — Визетис крепко прижал его к себе. В голове рождался план. Безумный, глупый. «Что делать с „глазами?“ Их не обманешь, не подкупишь. Но можно закрыть. Им нужно выиграть время, только и всего. Для этого надо что-то сделать с этими устройствами. Жаль, он не Механик. Визетис баюкал Виста, сидя на полу.

Что им делать? В стенах Академии союзников не найти, как не найти их и снаружи. Значит, надо идти одним. Сбежать отсюда. Раз за стенами Академии мальчику грозило меньше опасностей, значит, так тому и быть.

Вист прижался к церзу всем телом. Он так доверял ему. Как хорошо, Вист, что твоя память несовершенна.

Что делать с устройствами?

— Вист.

— Что?

— Ты можешь вызвать у себя свой приступ?

— Что? — юноша удивленно приподнялся.

— У нас мало времени. Скоро сюда придут. А нам надо выбраться. Вывести из строя те устройства. — Визетис кивнул в коридор. — Иначе нас быстро схватят.

— Я, я, не смогу, — Вист растерянно заморгал. — Прости.

— Ничего, — Визетис обнял Виста крепче. — Я сам, сам. — Надо вспомнить все, что пытался забыть. Визетис сосредоточился. Несколькими посылами он сбил одно устройство у входа.

— Вставай! — Вист поднялся. Визетис подцепил ботинок в руки и потянул за собой юношу. — Идем.

Вист послушно заковылял следом.

— Скорее, — коридор был пуст. Еще одно устройство у лестницы. Визетис сбил и его.

«Что происходит, Мико, Кримхольм говорит, погасли его сторожа» Визетис не ответил. Он тащил Виста по лестнице наверх. Этот уровень четвертый, они поднялись до третьего и свернули вглубь подземелий.

— Скорее, Вист.

— Мы убегаем, Мастер Визетис?

— Да, Вист, мы бежим, — церз торопился уйти как можно дальше от опасных пересечений. По подземелью они добрались до лестницы наверх. Плана не было. Он просто поддался минутной слабости, но отступать было поздно. Пока он жив, он не позволит кромсать Виста на части. Лестница с третьего уровня привела их сразу на первый и они заторопились прочь от нее по тоннелям. Важно было выйти в ворота, но как? Сейчас поднимут тревогу. Не скрыться в коридорах Академии.

Завернув за очередной поворот, Визетис ткнулся носом в чью-то грудь. Сердце опустилось, а рука сжалась для заклятья.

— Нет, нет, мастер Визетис, не убивайте меня!

Тьфу ты, пропасть. Тайвис Мора. Опять за старое.

— Мы спешим, Тайвис.

— Тайвис! — обрадовался Вист.

— Уйди с дороги, — Визетис решительно отстранил элементала с пути.

— Кажется, вы приняли, наконец, правильное решение? Я уйду, — кивнул Тайвис, опираясь на свой новый посох, неведомо где добытый, возможно украденный, похожий теперь на длинный крюк. — но вы возьмете меня с собой.

— Нет, — отрезал Визетис.

— Тогда я закричу, — просто сказал Тайвис. — Вас сразу обнаружат. В противном случае, я помогу вам выбраться из Академии, а вы возьмете меня с собой.

— Тьфу, ладно, — Визетис заозирался. Пока тихо в коридорах.

— Какой план, Мастер Визетис? — наивно поинтересовался элементал.

— Никакого, я импровизирую.

Тайвис грубо взял церза за рукав и потащил в сторону.

— Твоя импровизация будет стоить жизни вам обоим! — Вист радостно подпрыгивал сзади, не отставая ни на шаг.

— Я думал, ты не видишь! — тут внезапная догадка осенила церза.

— Я…слукавил, –Тайвис чуть улыбнулся. — Я вижу, но в ином спектре, чем все.

— Это как? — восхищенно спросил Вист.

— Когда ты пукнешь, он это увидит, — злобно процедил Визетис.

— Именно, так что сдерживайся Мастер Визетис, — рассмеялся Тайвис, не переставая увлекать беглецов по коридорам.

— Куда мы?

— Я знаю, где вас не будут искать, — Тайвис безошибочно вел всех, избегая любых встреч. — В подвале есть место, где хранят провизию. Туда заходят редко. Там и переждете.

— Откуда мне знать, что ты не слукавишь снова?

— Тебе придется мне поверить, — Тайвис улыбнулся обезоруживающей улыбкой, распахивая низкую дверь в тупике подвала.

— И откуда ты все так хорошо знаешь? — проворчал Визетис, залезая в щель.

— Думаешь, зачем я путался у вас под ногами все это время…- усмехнулся Тайвис и захлопнул дверь. Визетис и Вист оказались в полной темноте.

— Ему можно верить, как думаешь?

— Д-думаю д-да, — Вист нашел в темноте руку Визетиса и прижался к ней. Церз вдохнул запах сушеного мяса. С голоду им здесь не умереть.

Глава 9. Побег

Кримхольм оценивающе оглядел элементала. Им организовали встречу в кабинете директора. Катариса попросили выйти. Мастер-церз не доверял пухлому пройдохе. Особенно после того, как один из его профессоров сбежал с мальчишкой. Возмутительная вольность. Их искали, конечно, ворота Академии заперли, но пока без результата. Кримхольм приказал прочесать всю Академию как следует. Пока же Мастер-церз решил не терять времени и познакомиться со своей будущей собственностью.

— Ну? — нетерпеливо спросил наглец. Кримхольм сразу понял, кто перед ним. Эти отбросы растут на улицах, им не ведомо ни уважение, ни подчинение, все, что им надо — это хороший ошейник и плеть, чтобы знать свое место.

— Я не давал тебе слова, — холодно отозвался Кримхольм. Он обошел элементала кругом. Руны на нем заняли лишь часть тела, значит, поганец еще не вошел в полную силу, но войдет. И надо, чтобы он был на цепи в Круге, а не на воле. Видимая слепота — небольшая неприятность, не более. Если, к примеру, сделать его «куклой» — лишить его воли, заставив полностью подчиняться приказам владельца, то глаза ему не нужны. За него будет смотреть хозяин. Знать бы, сколь сильна в нем стихия. Но узнавать пока опасно. Это подождет.

Мастер-церз обошел кругом элементала и коснулся рун на виске. Юнец отдернул голову.

— Не смей! — Мастер-церз хлестко и сильно ударил наглеца по лицу. Элементал качнулся в сторону, но снова встал, опираясь на свою клюку. Глупый аксессуар. Надо бы от него избавиться потом. На щеке наливался кровью след от удара. Мастер-церз нарочито медленно провел пальцем по рунам. Элементал стерпел.

Чтож, хорошо, он обучаем. Бывают неисправимые упрямцы, но этот не из таких.

— Желаешь поработать для процветания Империи? — спросил Кримхольм.

— Не очень.

— Это не был вопрос, тупица. Не из тех, которые требуют ответа. Называются риторическими, — Мастер — церз отошел к столу.

— Как только я закончу здесь свои дела, мы отправимся в крепость Коготь. Ты поедешь с нами.

— Мне не хочется.

— Тебя не спросят. Ты стал собственностью Империи, едва на твоем жалком теле проклюнулась первая руна. Теперь все твое жалкое существование должно быть посвящено служению Короне.

— Обязательно это делать?

— Делать что?

— Употреблять слово «жалкий», — а он наглец. Кримхольм криво улыбнулся и подошел ближе к элементалу. Быть может, он ошибся, и этот субъект как раз из тех упрямцев, которых приходится учить снова и снова? Пусть будет так. Мастер-церз снова ударил наглеца по лицу, добавив при этом еще и силы фиала в свой удар. Элементала отбросило к стене и плашмя ударило о пол. Он с трудом приподнялся на локтях и коленях, откашливая удар по ребрам. Мастер-церз сделал рукой едва заметное движение, и элементала приподняло над полом, подтащило к церзу, не давая ему власти над собственным телом. Воля церза поставила элементала на колени перед своим мучителем.

— Взгляни-ка, разве ты не жалкий? Если тебе хочется поупражняться в остроумии, то можешь сделать это с моими «куклами». У некоторых из них отрезаны языки, но кто-то, возможно, и перемолвится с тобой словечком, — Кримхольм склонился над задыхающимся элементалом. — И с тобой сделают то же, если твой язык покажется мне слишком длинным.

— Я...я.... не согласен, — выдавил упрямец. Все же из тех. Тех самых. Особое удовольствие Кримхольму доставляло ломать их волю. Смотреть, как из наглого гордеца выпаривается все его упрямство и остается жалкое, никчемное существо. Мастер-церз крепко взял элементала за волосы на затылке и оттянул назад голову. Тот захлопал черными, как уголь глазами, хватая ртом воздух. Заклятье плотно облепило кожу на горле жертвы.

— С чем ты там не согласен? — элементал задыхался в тисках магической удавки, царапал шею, но не мог нащупать силы, лишавшей его воздуха. — Нравится? Мне — очень. — Признался Кримхольм. Он дождался, пока лицо элементала приобретет бордовый оттенок и только после этого отпустил свою жертву.

— Хочешь что-то еще сказать? — участливо спросил Мастер-церз, склоняясь к хрипло дышащему элементалу. — Нет? Я так и думал. Потерпи немного. Еще день, и мы найдем этого старика и мальчишку, и тогда вернемся в крепость. Там я тебя как следует натаскаю. Станешь приносить пользу. Не то, что раньше.

Кримхольм поправил перчатки, стряхнул с мантии пылинку и направился к выходу, пройдя мимо сидящего на коленях элементала.

Время в темноте каморки с едой тянулось бесконечно. Они поспали с Вистом, при свете плазменного кольца поели. Визетис снова обработал ногу. Плохо было, что его лишили всех растворов, и теперь он ничем не мог помочь Висту, который мучился от боли. У юноши поднялась температура, хотя заражения Визетис не увидел. Снаружи было тихо, но церз все расвно опасался выходить.Более всего он боялся, что у Виста снова начнется приступ. Ему не давали лекарства уже очень давно, и это не замедлило сказаться на нем. Вист стал более возбужденным. Обычная его вялость ушла, но с этим ушло и его желание сидеть на месте.

— Когда придет Тайвис? — этот вопрос был задан уже бесчисленное количество раз.

— Не знаю.

Может и не прийти. А может, откроется дверь, а там Черные церзы Круга. В темноте тесной каморки в голову лезли всякие мысли. Катарис пытался связаться с ним несколько раз. Визетис крепился. Нельзя отвечать, их сразу обнаружат.

Наконец, спустя вечность, дверь открылась. В ярком свете стоял Тайвис с сумкой.

— Наконец-то! — с облегчением выдохнул Визетис, вылезая на свет.

— Наберите еды, — Тайвис помахал сумкой.

— Ага, — Вист выхватил сумку. Визетис пригляделся к лицу элементала. Слева на скуле красовался лиловый с зеленью синяк, а под глазами залегли темные, под стать рунам, круги.

— Что с тобой случилось?

— Меня познакомили с будущим хозяином, — довольно грубо ответил Тайвис.

— С кем? — не понял Визетис.

— Есть тут один, руководит поисками... — Тайвис перевесил набитую сумку через плечо.

— Кримхольм?

— Наверное, — Тайвис сделал жест, чтобы они шли за ним и молчали.

— План так себе, но другого я не придумал. Сейчас от задних ворот пойдет караван. Вчера умер один из обслуги, его повезут в телеге. А с ним и все его барахло.

— Предлагаешь нам залезть в катафалк? — не понял Визетис.

— Предлагаю всем завернуться в его барахло! — не выдержал Тайвис. — Академия щедро одарила его родственников за верную службу. У вас денег-хоть лопатой греби, вот и кидаете везде.

— Думаешь, не будут обыскивать?

— Не должны. Они все перерыли за последние сутки. Вся Академия гудит, точно улей.

— А если будут?

— А если замолчать? — Визетис прикусил губу. Вист ковылял рядом. Ведомые Тайвисом, они благополучно подошли к выходу через задний двор, не встретив никого. Визетис выглянул в мутное окошко. И вправду собирали богатый караван. В одной телеге лежало тело, в другую грузили всякий скарб.

— Предлагаю мальчишке лечь рядом с покойным, а мы заберемся под тряпки.

— Нет! — Вист в ужасе распахнул глаза.

— Ты мелкий, тебя не заметят!

— Нет, — твердо сказал Визетис.

— Ладно. Я лягу с покойным. Чего их бояться, они же мертвые уже! Скажи, когда никого не будет рядом.

Визетис снова выглянул в окно. Пока грузили вещи, вокруг телег толпилось много служащих, и вот вещи упакованы и накрыты брезентом. Осталась небольшая прореха. В нее то и можно залезть. И тут во двор вышли черные фигуры. Визетис крякнул и присел.

— Что?

— Там Кримхольм и тот, второй.

— Пусть смотрят, — Тайвис кивнул. — они убедятся, что чисто и уйдут.

Потянулись минуты. Кто-то подошел к двери. Створка даже заскрипела, открываясь. Визетис закрыл рот Висту, готовому закричать. Но затем дверь снова захлопнулась.

Визетис приподнялся и выглянул снова. Черные церзы походили кругом и ушли в сторону основного корпуса. Двор опустел. Еще немного, и возница вскочит на козлы и тронется.

— Сейчас?

Тайвис сорвался с места и во весь рост, не скрываясь, прошел к телегам. Возница пока их не видел. Визетис схватил Виста за руку и потащил следом.

— Давай! — он приподнял полог брезента. Вещи были сложены так плотно, что Визетис вдруг понял, что затея провалилась. — Лезь! — Вист ужом ввинтился между ковров. Церз потоптался рядом и в панике, когда возница уже начал подходить, упал под телегу. Просунул пальцы в щели между досками и прижался ко дну телеги снизу, уперевшись носками сапог в поперечину. Телега заскрипела. Возницы садились на места.

«Долго ли продержусь?» «Надо продержаться. Ради Виста.» Телега покачнулась и тронулась. От тряски Визетис начал сползать вниз. Лишь бы не увидели. Вот они проехали ворота и тронулись по мостовой. Церзу пришлось призвать на помощь Церебро. Сила магии прижала его ко дну телеги. Теперь он мог отпустить затекшие пальцы. Размял их, снова вцепился в доски, перестав пользоваться магией. Силу Церебро следовало беречь.

Телега, покачиваясь, пресекла Академическую улицу, затем свернула на улицу Вязов.

«Значит, поедем по мосту Вязов»

Колеса грохотали по мостовой, затем прямоугольный камень сменился каменными плитами моста, а потом и грунтовой дорогой Беккере. И тут Визетис увидел спускающиеся с повозки ноги Виста.

— Вист! Стой! — Визетис разжал пальцы и грохнулся спиной на дорогу. — О, боги!

— Как ты? — юноша подбежал, чтобы помочь подняться.

— Зачем ты вылез?

— Нам в другую сторону.

— Что? — Визетис с тоской проводил глазами уезжающие телеги. По улице к ним спешил и Тайвис.

— Вы ополоумели? — элементал грозно выставил свой посох вперед.

— Вист говорит, нам в другую сторону.

— В какую, интересно? — Тайвис, похоже, действительно разозлился. — Ты ни разу не был в городе, откуда тебе знать?

— Я чувствую, — виновато оправдывался юноша.

— Нам лучше уйти, пока на нас не обратил внимания разъезд! — прошипел Тайвис, склоняясь над ними, точно коршун.

— Да, да, — Визетис поспешил подняться. Втроем они скрылись с улицы ровно тогда, когда показался в одном из концов конный патруль. Тайвис, спотыкаясь, затащил их в какой-то тупик между домами.

— И что теперь? — в отчаянии спросил он. — Нам сейчас надо из города выбираться, а вы тут играете непонятно во что!

— Не ругайся, — Вист смутился. — Я знаю, куда нам надо. Нам там помогут.

— Что ты можешь знать, дитя! — Тайвис выпрямился, и щека его дернулась. — Ты всю жизнь жил, как комнатная собачка. Теперь откуда такая уверенность.

— Поверь мне, Тай, мы же тебе поверили, — робко возразил Вист. Тайвис кивнул, сжав губы.

— Железный аргумент.

— В конце концов, на телеги нам уже не вернуться. Нас ищут, мы знаем это, — рассудил Визетис. — Пусть Вист отведет нас, куда его так тянет.

Тайвис молчал, обдумывая предложение.

— Только не лезть на рожон.

— Ладно. Хочешь, можешь пойти первым, — согласился Вист.

— Мне нужна тряпка, перевязать голову, а то каждый меня заметит. Тебе — башмак.

Визетис кивнул, соглашаясь. А ему надо сменить алую мантию церза на робу мастерового, чтобы сойти здесь за своего.

— И всем не помешало бы переодеться, — в ответ на его мысли добавил Тайвис.

Глава 10. Улица отбросов

Некоторое время беглецы крались вдоль заборов, забирая все глубже в трущобы нижнего кольца Беккере. Одежду они раздобыли, попросту украв чье-то белье. Это противозаконное действие пришлось совершить Визетису. Потому как Тайвис не мог определить, какого рода одежда перед ним и при первой попытке принес женское платье. После этого пошел Визетис, наступив своей совести на горло. Он стянул две пары штанов, рубаху и вязанный плащ.

Плащ достался Тайвису, Визетис скинул свое вызывающе яркое одеяние, а Виста обрядили в платье.

— Вполне сносная девица, — кивнул Визетис, оглядев новоиспечённую красотку.

— Ну, веди, наша королева, — устало сказал Тайвис. Церз и сам уже порядком подустал. События последних дней вымотали его совершенно. Вист хихикнул и смело двинулся вперед, заметно прихрамывая. Тайвис навязал на полголовы оторванный от старого одеяния лоскут.

— Так надежнее, — шепнул он. И верно, если из особых примет будут черные глаза, то повязка ненадолго спасет их от любопытных взглядов.

Солнце меж тем садилось. Улицы погружались во мрак. Вист уже не так уверенно шел вперед.

— Что такое? Ты потерял ориентир? — втроем, они встали посреди узкой улочки.

— Я..Я не уверен.

— Это плохо, — кивнул Тайвис.

— Перестань, — Визетис с укоризной взглянел на элементала, погладил Виста по руке. — Не спеши.

— Мне кажется, нам туда, — и Вист устремился в сторону, но тотчас остановился. Забор преградил ему путь.

— Похоже, что ночь — мое время, — вздохнул Тайвис. Он двинулся вдоль досок, постукивая по ним своим посохом. Визетис приобнял Виста, положил руку на плечо ведущему и пошел следом.

— Смешно, не вижу я, а слепцами можно назвать вас, — усмехнулся Тайвис.

— Тьма кромешная! Ничего не видать.

— Зря мы забрели в эти кварталы ночью, — пробормотал элементал.

— М-мы п-почти пришли, — процедил сквозь стучащие зубы Вист.

Они обогнули забор и свернули во двор старого здания. Ни одного огонька не было видно в его окнах.

— Сюда? — с недоверием переспросил Визетис.

— Д-да.

— В доме безопаснее, — заявил Тайвис. — Идем внутрь.

Элементал нащупал входную дверь, и смело вошел. Визетис завел Виста внутрь и быстро прикрыл дверь.

— Тут никого?

Тайвис втянул носом воздух.

— Вроде нет.

— Нам точно сюда? — Тайвис повернулся к Висту.

— Д-да. Над-до ждать.

— Значит ждем, — Визетис усадил Виста на пол.

— Нужен свет, — сказал он.

— Так сотвори его, — бросил элементал.

— Я не хотел тратить силу Церебро.

— Хитрожопые чародеи, — выругался Тайвис, подсел рядом и распахнул ладонь. На ладони расцвел небольшой теплый, живой огонек. Его света хватило, чтобы осветить пятачок перед элементалом. Визетис подтянул туда Виста, чтобы перевязать ему ногу.

— Мы вырвались из крепости, — жуя, проговорил Тайвис.

— Что ты ешь? — Вист сглотнул слюну, и Тайвис вытянул из своей сумки сушеное мясо, протянул юноше.

— Что дальше?

— Надо выйти из города, — уверено ответил Визетис. — Мы не будем здесь в безопасности.

— А где мы будем в безопасности?

— Боюсь нигде, — Визетис улыбнулся побледневшему вдруг Висту. — Мы выберемся, Вист.

Элементал выдал кусок мяса и Визетису. При свете огня на ладони они поужинали.

— Надо спать. — Зевнул Тайвис, — но кто-то должен покараулить.

— Ложитесь, я постерегу. — Кивнул Визетис.

— Разбуди меня, как станет невмоготу, — пробормотал элементал.

Визетис проснулся оттого, что к горлу его приставили лезвие. Он открыл глаза. Над ним стоял какой-то разбойник. Все лицо его было замотано черными тряпками, оставались открытыми только глаза. Одет он был в походную куртку и штаны, и все это перетянуто всевозможными ремешками для крепления всякого рода мелочи. Солнце поднялось настолько, что глаз уже различал и такие детали. Тайвис, который обещал сторожить вторую половину ночи, куда-то исчез.

— Ба, кто у нас тут? — глухо спросил разбойник в свои тряпки.

— Это Мастер Визетис, — взвился Вист. — Не трогай его.

— Его? — разбойник ткнул в церза своим клинком, поворачиваясь при этом к юноше.

Визетис приготовился дать отпор бродяге и уже сложил в уме стратегию, как Вист продолжил.

— Да, он хороший, он помог мне сбежать!

— Он упек тебя в эту тюрьму на долгие годы! — возразил разбойник, и Визетис опустил руку. Они с мальчишкой знали друг друга.

Прогрохотали ноги на крыльце, и в комнату ввалился Тайвис, а следом вошла девица, одетая точно так же, как и бродяга. Только тряпки на лице девчонки были опущены, и Визетис мог оценить, насколько она красива и молода.

— Нашла этого во дворе, — грубо сказал девица, пнув Тайвиса ногой в зад.

— Полегче, Мири, — взмолился элементал. Мири? Не та ли девчонка, про которую церз вычитал в воспоминаниях Тайвиса после кражи. Все интереснее и интереснее. Церз посмотрел на бродягу над собой. Тот внимательно разглядывал старика сквозь щели в своих тряпках.

— Не узнаешь, Мастер-церз? — едко спросил бандит, нацеливая дорогой раскладной клинок в лицо Визетиса. Мастер-церз? Давно его так не называли. Бандит стянул нижнюю часть своей маски. Взгляду открылось молодое лицо, обезображенное снизу шрамами от ожогов. Шрамы от ожогов...Этого не может быть. Он мертв.

Визетис приподнялся, чтобы ровнее сесть.

— Не убивай его! — взмолился Вист.

— Почему, Веснушка? — весело отозвался бродяга. — Он убил каждого из наших. Неужели ты забыл?

— Я...Я... — Висъент хлопал глазами, словно впервые видел всех вокруг.

— Церз умеет лечить раны, — вставил свое слово Тайвис. Девица пнула его в бок, и элементал скорчился на полу.

— Он виноват в наших бедах, Веснушка.

— Но он помог мне бежать! Второй раз! Когда ты бросил меня! — всхлипнул Вист.

— Я не бросал! — с болью отозвался бандит, отвлекаясь от Визетиса. — Мне нужно было решить старую проблему...

— А она, как старая рана... — снова подал голос Тайвис и девица снова размахнулась.

— Хватит, Вив, — бандит моргнул несколько раз и, покачнувшись, отступил.

— Если хочешь, Веснушка, пусть живет.

— Глент? — с тревогой девушка подступилась к бандиту.

— Я в порядке, — тот отстранил ее рукой.

— Я запах крови чувствую! — Крикнул Тайвис громко. — У тебя рана кровоточит!

— Заткни его, — обратился Глент к Визетису. — Или убью обоих.

— Тайвис, прошу, помолчи, — Визетис внимательно следил за бандитом. Головоломка сошлась в голове.

— Ты его брат. — Тихо сказал он.

— Ты проницателен, Мастер-церз, — кивнул Глент. Он присел возле Виста. — Ты готов, Веснушка? — И в голос его наполнился нежностью.

— У меня нога болит, — пожаловался Вист.

— Что с ней?

— М-мне палец отрезали, — лицо Глента исказилось яростью, и он подскочил к Визетису. — Нет! Не он! Он спас меня!

— Он убил тебя! И меня! как ты не понимаешь, — Глент крикнул эти слова в лицо церзу, разбрызгивая слюну. — Будьте вы прокляты...

— Башмак здесь, — Визетис вытянул из-за пояса второй ботинок Виста.

Висъент с надеждой смотрел на брата. Так вот, кто организовал весь этот спектакль, в результате которого город наводнили черные церзы Круга Заступников. Глентивир А’аро, как долго ты оставался мертвым?

— Надо найти тебе нормальную одежду, — отозвался бандит глухо. — В этих тряпках ты выглядишь глупо.

— Но ищут не девушку, а юношу, — возразил Визетис.

— Хочешь сказать, старик, что мой брат будет щеголять в женском платье? — едко спросил Глент.

— Я хочу сказать, что так на него меньше обратят внимания, — отозвался Визетис.

— И волосы надо покрасить, — вставила слово девица.

— На всех дорогах пикеты и патрули в городе, — задумчиво проговорил бандит. — Звучит разумно.

— Главное — вывезти Виста из города, — продолжил Визетис. Лицо бродяги исказилось злобой.

— Мы уйдем с братом, — отрезал Глент. — Вы, — он ткнул в Визетиса и Тайвиса по очереди пальцем в грязной обрезанной перчатке. — Можете катиться ко всем чертям.

— Куда же вы пойдете? — спросил Визетис.

— Подальше от этого города.

— Возьмите меня с собой, — прохрипел Тайвис. — Я смогу пригодиться.

— На что ты мне? — надменно усмехнулся Глент. — Убогий слепец.

Тайвис медленно сел, поджав под себя ноги и обнявшись со своим посохом.

— У него отменный слух, — вдруг вступился Визетис.

— И что?

— Он узнает об опасности раньше тебя.

— Что-то с вами это не сработало, — усмехнулась девица.

— Ты просто не вовремя подвернулась, радость моя.

— Заткнись, урод, — прошипела девица.

— Я без них не пойду, — вдруг заявил Вист, съеживаясь на своем месте. — Мастер Визетис лечит мою ногу, а Тайвис — мой друг.

— Какой еще друг? — вскипел Глент. — Он станет нам обузой.

— Не станет. Он вел нас сюда! — выкрикнул Вист. Таким возбужденным Визетис его еще не видел.

— А старик? Лишний рот.

— Я его не брошу.

— Ты никого не ведешь, чтобы бросать, — парировал Глент.

— Я его не брошу! — взвизгнул Вист. Глент задумался, переводя взгляд от Визетиса к Тайвису и обратно.

— Ладно. Хочешь домашних зверушек, ладно! Но у меня нет провизии на вас! — Глент выразительно поднял палец. — Будете жрать, что найдете.

— Пусть старик посмотрит твою рану, — спокойно вставил свою реплику Тайвис.

— Нет.

— Она кровоточит.

— Не твое собачье дело, — Глент направился к выходу.

— Куда ты? — Вскинулась девица.

— Надо найти нормальную одежду этим двоим, а то с этими клоунами нас быстро поймают.

— А мне что с ними делать?

— Покрась волосы Веснушке, — Глент погладил девушке щеку. — Пожалуйста. — И бесшумно выскользнул наружу.

— Хорошо.

— Ну, раз у нас есть время, пойду, завершу начатое. — Тайвис встал и направился к двери.

— Стоять! — крикнула девица резко.

— Я недолго.

— Ты не только слепой, но и глухой к тому же?

— Милая, я могу сделать вид, что вас здесь нет и закончить прямо тут, но, боюсь, вам это будет неприятно, — Тайвис приподнял рубаху и начал снимать штаны.

— Ладно, иди, — быстро согласилась девица, отворачиваясь.

Визетис улыбнулся в бороду. Ко двору всем бы выйти не помешало.

Девица отвела Виста во двор красить волосы. Визетис и Тайвис откровенно скучали. Девица, угрожая ножом, усадила их на пол под окно в доме, и велела не путаться под ногами. Тайвис снова сел, широко разведя колени, соединив ступни лодочкой. Посреди этого кольца поставил свой посох и все время, пока они ждали, легонько постукивал им об пол. Визетис сначала крепился, потом не выдержал.

— Ты не мог бы перестать?

— Перестать что? — уточнил элементал, не прекращая своего занятия.

— Перестать стучать, — Тайвис пожал плечами и стук прекратился.

— С чего ты взял, что Гвент ранен?

— Запах, — лишившись возможности стучать посохом, элементал начал раскачиваться из стороны в сторону.

Помолчали.

— Какие у нас шансы выйти из города? — вдруг спросил Тайвис.

— Не знаю. Невысокие. Раз уж за дело взялись церзы Круга.

— Так может затаиться здесь?

— Не получится. Вист выдаст нас. Как в прошлый раз. Эти приступы не в его власти.

— А если братец заберет его, а мы останемся в городе? Тогда есть шанс?

— Они все равно прочешут все трущобы...- Визетис обратил свой взгляд к прогнившему потолку. — Нас найдут рано или поздно.

— Лучше бы никогда, — вздохнул Тайвис.

— Неужели тебя так сильно напугали? — удивился Визетис. — Даже Салмеер не вызывал в тебе страха. Ты крысятничал по Академмии даже под его запретом.

— Я не крысятничал, — обиделся Тайвис. — Просто гулял.

— Ну, извини, — Визетис улыбнулся. — Ни один замок не мог тебя удержать, неужели не сбежишь?

— Я...- Тайвис опустил голову. — теперь не уверен в этом.

Заскрипели доски ступеней. В дом вошёл Глент с мешком. Бросил на сидящих один взгляд и вытряхнул содержимое прямо на пол.

— Вот, одевайтесь. Скажете, что паломники, идете к Утрее.

Визетис потянул на себя что-то серое, вязаное и пахнущее немытым телом.

— Боже...- Тайвис не двинулся с места.

— Подбери там для меня что-нибудь. У меня всегда плохо получается, — тихо попросил он.

Глент меж тем уже вышел во двор. Там в тени деревьев Веснушка, раздетый до исподнего подставлял черную голову солнечным зайчикам.

— О, неплохо, — кивнул Глент. Девица спустила засученные рукава, с укоризной посмотрела на приятеля. Отвела его в сторону.

— Мы рискуем, Глент.

— Не более, чем всегда.

— Много больше! — с нажимом прошипела девица. — Лига не оставит это все без ответа. Нас найдут! И его найдут! — Она ткнула сжатым кулаком с отставленным большим пальцем в сторону Виста.

— Я их не боюсь, — холодно возразил Глент, стянул маску. — Я теперь никого не боюсь, Вивьен.

— Я рада за тебя, а теперь вспомни, кто вытащил тебя из рук Щипача и его банды! А как ты угодил к ним? Аа-а-а, вспомнила. Ты вдруг решил, что всемогущ!

— Ты вытащила.

— Тебе было страшно, Глент?

— Мне наплевать, Вив, — прошипел Глент, сверкая глазами. — Я почти был готов, чтобы вырваться.

— Почти...готов...Поэтому Щипач проткнул в тебе дырку? Видимо посчитал, что так ты будешь готов еще сильнее.

— Я не брошу Веснушку...

— А он не бросит этих двоих. Давайте возьмем еще кого-то, нам так в цирке клоунов не хватает! — Вивьен всплеснула руками.

— Я беру его с собой, — отчеканил Глент. — В этом и был план, помнишь?

— Откажись от него, — умоляюще протянула Вив. — Давай уедем. Далеко. На юг.

— Нет. Мы едем на восток.

— Тогда иди к черту! — со злобой выплюнула девица.

— Пойду, — кивнул Глент. — Но сначала сделаю, что задумал.

Девица захныкала, потом натянула маску на лицо.

— Тогда я ухожу!

— Иди, — Глент пошел к брату, даже не оглянувшись. Девица в нерешительности потопталась на месте, а потом быстро скрылась за углом дома.

— Куда Вив пошла? — удивился Вист. Глент обернулся, на секунду его лицо омрачилось, но печаль быстро сошла.

— У нее своя дорога теперь, Веснушка.

— Она не вернется? — расстроился юноша.

— Нет. Не вернется.

— Жаль, — Вист, похоже, и вправду расстроился.

— Давай примерим платье, — Гвент накинул простое бедняцкое платье на брата, проследил, что бы все село на свои места, подвязал, где надо.

— Что ж, вполне себе чахоточная девица, — Гвент подумал. — Надо платок! Пошли. — И он потянул брата в дом.

Там церз и элементал поделили содержимое мешка. У окна теперь сидели два паломника в серых балахонах и вязанных плащах, с капюшонами-трубами которые позволяли скрыть лицо и шею. Тайвис обмотал левую руку тряпками, чтобы руны не бросались в глаза, а Визетис снял перчатки Мастера и светоч, припрятав все в холщовый мешок.

— Этот плащ для тебя, — Глент накинул Висту на плечи третий плащ.

Бандит прошел уверенным шагом к противоположной стене, достал из тайника три дорожных мешка. Один кинул Тайвису в ноги, другой Визетису.

— Понесешь, раз у Веснушки нога болит. И не отставать, — Глент натянул тряпки снова на нос и выскользнул за дверь. Визетис примерил мешок. Ничего такой. Тайвис поднялся.

— А где Мир?

— Ушла, — грубо отозвался Глент уже в дверях

Визетис проследил, чтобы Вист надел ботинок, и они двинулись цепочкой следом за Глентом.

Провожатый вел их быстро, Вист не успевал за всеми и Визетис отстал, поддерживая юношу.

— Нога болит, — пожаловался Вист.

— Надо посмотреть, — Визетис проследил взглядом за исчезающим в лабиринтах улиц бродягой. — Давай, снимай ботинок, я взгляну.

Вист сел прямо на землю. Подошел так же отстающий Тайвис.

— Вот это скорость.

— Он не понимает, что так мы не можем двигаться, — проворчал Визетис, осматривая отекшую ступню. — Я наложу мазь. Немного пощиплет.

Тайвис наслаждался передышкой, повиснув всем телом на своем костыле.

— Почему ты говоришь, что у него рана? — обратился Визетис к элементалу.

— Потому что она у него есть. И недавняя.

Визетис восхищенно прищелкнул языком.

— Вот это чутье.

— От него просто разит нагноением и кровью, — Тайвис вздохнул. — Не протянет долго.

— Надо ему помочь! — вскинулся Вист.

— Он не хочет, — успокаивающе проговорил Визетис, укладывая свои компоненты в суму.

— Я уговорю его, — кивнул Вист. Тайвис тяжело вздохнул, и они тронулись в направлении ушедшего провожатого.

Улочки петляли, к счастью, развилок не было. Кривая вывела их к широкой грунтовой дороге, на которой стояла целая вереница груженых, крытых телег.

— Ну вот и прибыли, — Визетис с тревогой поискал глазами знакомый силуэт.

Глава 11. Сквозь сито

Собрание в этот раз было в полном составе. Зал Совещаний заполнен полностью. Директор Катарис во главе кафедры стоял не один. Рядом со стариком в бордовой мантии сегодня черным пятном маячила мантия Мастер — церза Кримхольма.

Профессора гудели, точно растревоженные пчелы. Главной новостью сегодня было исчезновение мальчишки — источника Церебро. Многих волновало, где Академия будет добывать себе столь ценный ресурс теперь.

— Говорят на дальних островах еще остались племена Лтаали...

— Это невозможно.

— Так глупо...

Черный церз у кафедры поднял руку и все звуки затихли.

— Сегодня собрание проведу я, — спокойно и негромко сказал Кримхольм. Катарис рядом с ним поджал губы.

— Хочу заверить всех уважаемых Мастеров, что источник Церебро будет найдет в кратчайшие сроки. Хочу отметить, что за последние декары произошли несколько вопиющих событий и виновные не были наказаны. Особенно возмутителен тот факт, что из стен Академии смог сбежать мальчик — Лтаали. Даже два раза. — Кримхольм окинул взглядом притихших профессоров. — Теперь за дело взялись Мастера Круга. Найти мальчика и тех, кто причастен к побегу не станет долгим делом.

Источник будет пойман и тут возможны два варианта развития событий. Первый — мы заберем его в крепость Коготь, где он будет в полной сохранности до того момента, пока понадобится для Извлечения. Второй — он вернется в Академию, но при этом вы должны обеспечить его безопасность, что невозможно при текущем уровне руководства. О чем я незамедлю сообщить уважаемому Империуму при встрече.

— Что? — Катарис непонимающе похлопал глазами. — Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, Мастер Катарис, что при вас в Академии случился полный разлад в безопасности. Этого допустить нельзя. Академия тайных искусств — это основа безопасности для Империи, из ее стен выходят боевые церзы, стоящие на страже нашей целостности и порядка.

— Я здесь директором десять лет!

— И эти десять лет дорого нам всем дались, — отрезал Кримхольм. — Во главе Академии я вижу человека сильного волей, но не располневшего добряка.

Катарис захлебнулся возражениями, встретив жесткий взгляд Мастер-церза.

— Насколько хорошо вам известно здание Академии? — Продолжил Кримхольм

— Академия полна магических энергий. Верх построили люди, но подвал растет произвольно. Там появляются новые ответвления каждый год. — Поднялся Архивариус.

— Чтож, вероятность, что источник все еще в стенах Академии невелик, но мы продолжим поиски. Мы прочешем город и закроем ворота. Какой из описанных мной вариантов устроит Мастеров?

— Второй! — раздалось сзади.

— Первый, — встал Салмеер. И его поддержали с первых рядов.

— Первый.

— Первый.

— Второй.

— Чтож первый вариант устроит и нас, — кивнул Кримхольм. — Далее. Элементал. Я прошу разрешения забрать его сразу после поимки.

Катарис посмотрел на Салмеера и тот кивнул.

— Я не возражаю.

— В стенах крепости элементал станет служить делу правды. Это выгодный для всех вариант.

— Хорошо. — Салмеер сел на место.

— Что будет с Визетисом? — Робко спросил Катарис.

— Мастер — Целитель нарушил немало законов. В соответствии с директивой Круга Заступников, Мастер Визетис будет казнен, как изменник.

Профессора зашумели. Кримхольм подождал, пока его слова дойдут до всех, потом продолжил.

— Помогая бежать объекту, и продолжая укрывать его, Мастер — Целитель подвергает устои Империи риску, что играет на руку нашим врагам. Расцениваю его действия как измену. Посему при поимке он будет казнен на месте способом, которым исполняющий приговор сочтет нужным.

— А суд? — выкрикнули с задних рядов. Кримхольм чуть вытянул шею, стараясь разглядеть, кто задает вопросы.

— Подозреваемых в измене государству корпус может не подвергать суду, если доказательства достаточно веские. А доказательств достаточно. Мастер Визетис позволил выкрасть из стен Академии фиал с Церебро. Не указал, что в помещениях с содержащимся там объектом присутствовали посторонние. И вывел объект из-под защиты корпуса, повредив при этом лицензионное оборудование. Этого достаточно. Мастер Визетис подписал себе смертный приговор своими действиями.

Кримхольм замолчал, и в зале повисла тишина. Молчали и профессора.

— Я буду ходатайствовать о назначении директором Академии одного из церзов Круга. — Кримхольм обвел побледневшие лица взглядом.

— На этом все, господа, — он твердым шагом вышел из зала.

— Идем, Веснушка, — Глент А’аро появился из ниоткуда. Визетис натянул вязаный капюшон на голову. Телеги стояли вдоль дороги, даже не двигаясь.

Вист посеменил за братом, чуть прихрамывая. Визетис тронулся было следом, но Глен вернулся, предупреждающе выставил руку.

— Нет. Я оплатил только два места. Вы идете, куда пожелаете, — сказал он тихо, чтобы Вист не слышал.

— Что ты ему скажешь? — все как-то опустилось вниз. Визетис с горечью на сердце проводил удаляющийся силуэт глазами.

— Правду. Что без тебя ему лучше, — сквозь прорези маски на церза смотрели холодные непримиримые глаза.

Визетис помолчал.

— Тогда позаботься о нем, — прошептал он.

— Ты бросаешь нас? — подошел и Тайвис, также в надвинутом до самого носа капюшоне.

— Я дал вам одежду, что вы жалуетесь? — усмехнулся Глент. — Теперь проваливайте. Давайте сюда провиант. — Он забрал рюкзаки и быстрым шагом пошел догонять Виста. Визетис видел, как Вист развернулся, но Глент взял его за локоть и повел вперед, уговаривая. В конце концов, Вист перестал упираться и помахал им рукой на прощанье. Визетис помахал в ответ.

— Он ушел? — Тайвис принюхался.

— Да.

— Бросил нас?

— Это закономерно. Он с самого начала не хотел тащить нас собой. К тому же так будет лучше.

— Чем, интересно? — нервно спросил элементал.

— Ищут мальчика со стариком. Не мужчину с девочкой.

— Опомнись, Мастер Визетис! — Тайвис приблизился к самому уху. — Ищут церза, элементала и мальчишку. Неважно, в каком порядке.

— Мы найдем способ попасть за стену.

— Мы могли бы подкупить возниц, но у меня не денег, — беспечно отозвался Тайвис.

— У меня тоже нет.

-Можно тайком забраться в поклажу.

— Это торговцы, весь товар охраняется.

Тайвис поднял нос повыше, поводил им. Визетиса даже рассмешило это действие.

— Главное, чтобы Вист ушел.

Церз увидел в конце колонны, идущих не спеша стражников.

— Уйдем с лобного места, — прошипел он и потащил Тайвиса под прикрытие домов.

— Каков план, Мастер Визетис? — насмешливо спросил Тайвис. — Опять импровизация?

— Боюсь, что так.

Элементал привалился спиной к стене и посох в его руках снова застучал о землю. Визетис думал. Дороги перекрыты. На выезде из города обыскивают даже торговцев. Отсюда и затор. Как Глент надеется проскочить, остается загадкой.

Можно подкупить возниц, но средств нет. Отдать перчатки Мастера? Сеточ? Ну нет. Напугать? Чем можно напугать торговца, за спиной которого целая армия охранников.

— Надумал? — Поинересовался Тайвис.

-Пока нет.

— Ну, тогда я пошел, — и элементал, шаря перед собой посохом, двинулся в сторону телег.

— Куда?

— Иди рядом и поддакивай. Подыграй мне.

— Куда ты, там стража! — прошипел Визетис, но элементал сделал вид, что не слышал и смело двинулся к вознице ближайшей телеги. Церз тронулся следом.

— Доброго утречка! — пропел Тайвис задорно. Возница, видавший виды мужчина с побитой молью бородой, повернул голову в их сторону.

— Чего тебе? Милостыню не подаю, — прохрипел возница, между делом укладывая плеть на видное место.

— Я не за тем, добрый человек. По голосу слышно, что добрейшей души создание божье. Мы с товарищем, — Тайвис протянул назад руку, и Визетис поднырнул под нее. — Скромные служители Элейни, богини Рассвета. Воздаем хвалу светлейшей нашей госпоже. Ныне держим путь в Утрею и будем премного благодарны, если у вас найдется скромное место для двух попутчиков. Мой друг, — рука Тайвиса сжалась на вороте плаща Визетиса. — много путешествовал и без сомнений сможет развлечь скучающего возницу рассказом.

Возница огляделся кругом, думая увидеть воров, что забрались в воз, пока один из них отвлекал охранника, но ничего не увидел. К тому же в нескольких метрах от себя он заприметил патруль из шести стражей порядка, потому успокоился.

— Что-то твой друг немногословен, — усмехнулся возница. — У тебя язык подвешен, это я вижу.

— Я могу рассказать, как мы несли слово божье в кровавые леса Сигерини, и как мы пересекли Грохочущий пролив, если любезный господин пожелает, — от близости стражников у Визетиса осип голос.

— Но наш рассказ будет дольше, если мы сможем проехать хотя бы часть пути.

Стражники подошли вплотную и теперь присматривались к двум паломникам. Возница же, почувствовав себя в безопасности, не прочь был и поговорить.

— Экие вы! Все боитесь стоптать ножки?

-Мы шли пешком от самых подножий Эргорота. Прибыв в ваш прекрасный город, мы посетили храм Белых одежд, теперь же держим путь в Утрею. Мой друг, — Тайвис болтал без умолку, по всему, близость стражи действовала на него, как катализатор, заставляя говорить много и быстро. — дал обет обойти все святые места прежде, чем старость приберет его.

— Дело благое, — кивнул возница. Паломников начали обступать стражники. Один из стражей молча сомкнул пальцы на посохе Тайвиса и резким коротким рывком вырвал из рук элементала. Тот сразу отпустил свое имущество.

— Добрые люди, отчего отнимаете мое утешение? — продолжил он на той же бодрой ноте. Стражник начал внимательно оглядывать деревянное изделие.

— Не волшебный? — с подозрением спросил он.

— Откуда? — искренне удивился Тайвис. — Этот посох помог мне отбиться от волколаков в кровавых лесах. Там даже остались зазубрины. — Ткнул пальцем. — Вот тут. Они грызли мой посох, как кость и желали отведать моей плоти, но я размахнулся и ударил...

— Может, удрал? — Насмешливо поинтересовался второй страж, обходя по кругу Визетиса. Церз замер. В суме, что висела на плече, покоились перчатки Мастера и светоч. Если найдут — не отговориться.

— Самуэль Тук не удирает! — гордо сказал Тайвис.

— Самуэль Тук, значит? — четверо стражников продвинулись дальше, возле паломников осталось двое.

— Истинно так, — один из стражей потянул капюшон наверх, желая увидеть лицо. Визетис похолодел. Что делать, если их сейчас узнают? Они поймут, что Вист где-то рядом. Они начнут искать.

Но под капюшоном стражнику открылась грязная тряпица, закрывавшая пол-лица.

— Ты слепой что ли, Самуэль Тук? — усмехнулся Стражник.

-Элейни вернет мне зрение, — прошептал Тайвис. Стражник плюнул под ноги Тайвису и всучил ему посох. Элементал, не веря своей удаче, сцепил пальцы на посохе, униженно поклонился. — Спасибо, добрый человек.

— Убогие... — стражи ушли следом за товарищами. Возница с выражением сочувствия на лице проводил стражников глазами и взглянул на паломников.

— Ну, чтож, садитесь, праведные. Подброшу до Катарини. Там до Утреи еще кого найдете.

— Спасибо, добрый человек. Пусть Элейни освятит каждое твое утро, — Тайвис махнул рукой, и Визетис помог ему забраться в телегу.

Первый шаг. Осталось пройти за стену. Там будут стоять церзы корпуса. Будет сложнее.

Очередь двигалась медленно. Пока воз мастера Кольма, так звали доброго возницу, пустившего элементала и церза, подъехал к воротам, уже стемнело. Тайвис болтал без умолку, отрабатывая поездку, к воротам он выдохся, и эстафету перенял Визетис, рассказывая о своих путешествиях, не упоминая, в качестве кого он там бывал.

Так они узнали, что мастер Кольм — гончар. Вез на продажу свои горшки богатому владетелю, исполнив большой заказ. И детишек у него двое, а жена печет пироги и продает их на площади. При слове «пирог» в брюхе заурчало, и мастер Кольм, усмехнувшись, достал узел с завернутой в полотенца сдобой. Тайвис и Визетис поужинали и весьма неплохо.

С наступлением сумерек по краям дороги зажгли сигнальные фонари. И вот при свете факелов воз мастера Кольма подошел к воротам. Тайвис теперь молчал и тихонько стучал посохом в днище телеги. Визетису пришлось отдуваться за обоих. У ворот стоял черный церз Круга Заступников, а рядом в уродливых масках, похожих на вороньи клювы, и черных плащах стояли трое его прислужников. Возле их ног крутились самые уродливые создания, которые существовали на земле. Бледные, безволосые то ли люди, то ли псы. Создания передвигались на четырех конечностях, похожих на собачьи, головы их были похожи на людские, с уродливыми широкими носами. А кожа бледная и полупрозрачная, открывала взгляду синие сети сосудов и упругие напряженные мышцы. Шеи их охватывали широкие кожаные ошейники. Создания принюхивались к возам, но близко не подходили, каждый раз возвращаясь к ногам, похожих на ворон, «кукол».

«Куклы». Визетис бросил взгляд на элементала. Тот как-то съежился и, как будто, стал меньше. Церз осматривал каждую телегу, его помощники заглядывали в каждую щель, полупсы принюхивались и выли тихонько. А стражники зорко следили, что бы из возов никто не сбежал.

И вот, передний воз тронулся, и наступила очередь мастера Кольма. Тот тронул вожжи, и лошадка подкатила телегу ближе к проверяющим. Визетис продолжал говорить. Мастер Кольм смеялся, и все как будто, выглядело непринужденно, если бы не стучащий дробью посох.

-Прекрати — Прошипел Визетис. Церз обратил внимание на пассажиров и сделал знак своим «куклам» посмотреть, кто там. Следом за хозяевами к возу тронулись и уродливые полупсы.

Тайвис замер. Посох поднялся, и опустился, стукнув в последний раз. Где-то позади раздался оглушительный взрыв. Помощники церза, развернув свои уродливые головы в сторону взрыва, как большие вороны в развевающихся плащах побежали к месту происшествия. Полупсы с воем устремились следом. Черный церз, вытянув шею, пытался понять, что произошло. Любопытство победило, и вот он так же двинулся в сторону взрыва. Стражники недовольно поморщились. Один из них заглянул в телегу, потыкал в горшки.

— Чего везете?

— Что это там? — мастер Кольм обернулся.

— Не твое дело. Чего везете?

— Посуду, — невозмутимо ответил Тайвис.

— Сами кем будете?

— Я мастер Кольм, ремесло мое каждый знает в среднем кольце Беккере. А это почтенные просветленные братья Тук и Рамус, — вставил слово возница

— Угу, — стражник слушал вполуха, отвлекшись на перебранку позади, где хозяин вспыхнувшей повозки отбивался от «кукол».

— Проезжай, — стражник махнул рукой, и воз тронулся. Над головами проплыли огромные двойные ворота и, наконец, показалось небо за пределами Съерре-Бекерре. Визетис возблагодарил богиню за взрыв, что отвлек от них черного церза и его молчаливых помощников. Но было подозрение, что элементал приложил тут руку.

Ехали какое-то время в тишине.

— Как-хорошо-то! — выдохнул церз.

— И не говори! Только в ночь ехать — дело нехорошее. Надо было остаться за воротами, — сетовал возница.

— И назавтра бы пришлось снова стоять, — отозвался Тайвис. — Твой Владетель, поди, ждет заказ.

— И верно, — возница подумал.

— Впереди есть Приют Странника. Если желаешь, можем там переждать ночь, — вставил Визетис. Он страстно не хотел отъезжать далеко. Вист с Глентом еще не вышли. Надо было убедиться, что они в безопасности.

— Не доверяю я этим новомодным придумкам, — проворчал возница.

— Удобно же. Там тебе и свет, и вода, и ночлег, — возразил Визетис и добавил. — Мы в своих странствиях только ими и спасались. Так, брат Тук?

— А? — Тайвис как будто очнулся. — Да, брат Рамус.

— Всем бы отдохнуть, мастер Кольм, — продолжил Визетис.

— Дело пустяковое, тут до Катарини всего то полдня пути.

— Дорогу хорошо знаешь? — настаивал Визетис. — А ну как заблудишься?

— До Катарини прямая дорога без ответвлений, — вставил Тайвис и церз ожег его взглядом. Элементалу не терпелось убраться от страшащего его города подальше, Визетиса же не отпускала мысль, что Вист может не выбраться.

— До Катарини доберемся, там и заночуем, — решил возница, и пришлось с ним согласиться.

Глава 12. Сомнения

Ночь новоиспеченные паломники провели у очага Приюта Странника в деревеньке Катарини. Имперский Совет счел траты на небольшие строения с запасом дров и пищи необходимыми. Чтобы торговые караваны могли беспрепятственно передвигаться по дорогам Империи и не нуждаться ни в крове, ни в тепле. Такие сооружения стояли вдоль больших трасс и небольших деревушек повсеместно.

В такой хибаре, с трех сторон обложенной местным камнем и заночевали путники. Мастер Кольм оказался не единственным путешественником, который угодил на дорогу в ночь, и для путников уже был разожжен очаг. Приехавшие ранее торговцы устраивались на ночлег под крышей. Визетис и Тайвис подсели к огню на освободившиеся места.

— Я устал, — пожаловался Тайвис. — И вздремнул бы до рассвета. Что толку ждать их ночью? Бьюсь об заклад, после взрыва никого больше не выпустили.

— А если Вист испугается? Вдруг его приступ его выдаст? — шипел церз.

Тайвис пожал плечами.

— Как ты надеешься ему помочь отсюда? А с рассветом мы отправимся на тракт и подождем их там.

— Мне не спокойно, — Визетис поежился. — Слишком просто мы вышли.

— Меня устраивает, — элементал зевнул. — Лучше я буду спать здесь на камнях, чем в подвале этой вашей крепости...

— Какой еще крепости? — не понял Визетис.

Тайвис уже сворачивался в клубок возле огня.

— Коготь...Деготь... Я не помню...

Церз с грустной улыбкой посмотрел на спутника. Сегодняшнее зрелище напугало и его. Эти твари, точно без кожи, напугают, кого хочешь. Хотя, Тайвис врядли видел, скорее, почувствовал их присутствие. Их не было, когда Визетис служил в крепости Мастер — церзом. Это недавнее изобретение, и старый церз даже боялся представить, как их вывели.

Поутру «паломники» простились с мастером Кольмом. Визетис настоял на том, чтобы идти обратно по тракту к воротам. Тайвис долго сопротивлялся, но потом сдался, и они потащились по тракту назад. Навстречу попадались телеги и богатые коляски, ни в одной из них не было Виста. Церз разрешил остановиться под раскидистым остролистом и посидеть в его тени, пока они встречали повозки. Тайвис не упустил случая вздремнуть. Визетис же до боли в глазах всматривался в каждую из встречных повозок.

Наконец уже сильно после обеда, когда даже Тайвис выспался, с проезжающего крытого фургона раздалось знакомое: «Мастер Визетис!»

Повозка остановилась возле дерева и с места возницы на них воззрились злые глаза.

— Вист! — Визетис распахнул объятия, и с задка телеги к нему упала тонкокостная девица.

— Я так испугался, Мастер Визетис, — Вист спрятал лицо в складка плаща старика. — Там все взорвалось, и начался переполох. А Глент сказал, что вы решили разделиться. Я думал, вы нас бросили.

— Нет, нет, — старик ласково погладил Виста по голове. — Я не брошу тебя.

— Какое счастье, — ядовито процедил с сидения возницы Глент. — Залезайте, а то торчите тут уже давно, наверное. Привлекаете внимание.

И путники залезли в фургон. Визетис отметил знакомые три походных мешка в углу. Фургон тронулся.

— Ты видел этих чудищ? — возбужденно спросил Вист. — Они такие отвратные. Они фыркали на меня, но я велел им уходить.

— Как это велел? — холодея, переспросил Визетис. — Ты говорил с ними?

— Нет. Они ничего не понимают.

— Но они ушли?

— Да, — Вист дотянулся до рук Тайвиса, что лежали на коленях. — Как ты?

— Я выспался, — заявил элементал. — И поел. Почти счастлив.

Визетис выглянул из-под брезента. В небе кружили вороны.

— Они знают, — прошептал он во внезапной догадке.

— Что? — недовольно отозвался Глент.

— Они знают, где он, — Визетис схватил возницу за плечо.

— Как интересно?

— Нюхачи его учуяли! — в панике прошептал он. Головоломка сложилась в его голове. — Они не подчиняются никому кроме хозяев. Вист не мог их отогнать...

Глент молчал, переваривая сказанное.

— Тогда почему они выпустили нас?

— Вист! В страхе он может погубить людей! Они дождались пока мы уйдем с людного места. И будут брать нас ...уже сейчас, — Вист в панике выглянул за борт. Ничего. Дорога. И вороны, сидящие по обочине.

Возница по-прежнему молчал.

— Переодевайся, Веснушка, — бросил Глент. — Если Мастер-Церз прав, то сейчас будем драпать...

Вист потянулся к мешкам за вещами.

— Что мы будем делать? — Визетис подсел ближе к вознице.

— Я поеду в Катарини, оставлю телегу там, а вы через поле уйдете в лес, — бросил как бы невзначай Глент. — Там есть большое упавшее дерево возле реки. Возле него встретимся.

— Я готов, — Вист разгладил рубаху на груди и накинул плащ.

— Идите прямо сейчас. Вещи не забудьте.

Беглецы один за другим попрыгали с фургона. Воз, поскрипывая, поехал дальше, а беглецы припустили в ложбину к темнеющему недалеко лесу. Вороны на обочине проводили их глазами -бусинками. Затем взлетели по одному, покружили над фургоном и плавными взмахами крыльев поднялись выше.

На опушке леса Тайвис вдруг остановился. Визетис оглянулся.

— Что с тобой? Тебе плохо?

— Нет, — Тайвис нерешительно теребил костыль в руках. — Я не пойду с вами.

— Что? — Вист потрясенно обернулся. — Тай?

— Я...не могу...- Тайвис мучительно выдавливал из себя нужные слова. — Если разделиться, то, возможно, нас не поймают.

— Ты испугался? — возмущенно воскликнул Вист.

Тайвис опустил голову, подумал, потом спокойно ответил.

— Да, Вист, я испугался. Мне показали, что со мной могут сделать. Мне страшно. Я этого не хочу.

— Если ты уйдешь от нас, тебя все равно могут поймать, — возразил Визетис.

— Я знаю. Риск есть всегда. Сейчас вы уйдете. И мы пойдем разными дорогами.

— Но, Тай! — Вист запаниковал. Сейчас он впервые расставался с тем, кого назвал другом. — Я не хочу разными.

— Может быть, мы и встретимся когда-нибудь, — улыбнулся грустно Тайвис.

— Если ты хорошо подумал... — Визетис протянул руку для рукопожатия. — То удачи тебе.

— Я все обдумал, — кивнул Тайвис и сжал ладонь. Вист бросился к нему и крепко обнял.

— Все, Вист, надо идти, — Визетис поманил юношу за собой в лес.

Тайвис повернулся и пошел по склону вверх, ориентируясь на звуки. Сейчас он доберется до Катарини, а потом на любом попутном транспорте или на своих двоих отправится подальше отсюда. Близость столицы пугала его почти так же, как близость Мастер — Церза. Элементал выбрался на тракт.

Полдела сделано. Тайвис двинулся вдоль обочины, сверяясь с направлением.

Надо добраться до Приюта Странника, где еще утром теснились торговцы и путешественники. Кто-то из них наверняка возьмет слепого паломника с собой.

Однако, возле строения в этот раз было тихо. Тайвис встал в нерешительности у широкого входа. Что-то не так. Он ясно слышал дыхание нескольких глоток, шарканье ног, но никаких разговоров. В душе предательски заголосил паникер. Сзади раздались шаги, и Тайвис шагнул назад, но не угадал и налетел на кого-то. Ударился, словно о каменную стену, запутался в ногах и упал в сторону. Костыль выпал из рук, стуком обозначив место своего приземления. Элементал в панике беспомощно начал шарить руками по земле в поисках посоха. Наконец нащупал его, но поднять не смог. Что-то прижимало его к земле. Тайвис пальцами пробежался вдоль щербатой кости костыля и наткнулся на сапог, прижимающий посох к земле. Кто-то наступил, не давая его поднять.

— Я прошу прощения, — униженно пробормотал Тайвис, предчувствуя неприятности. — Я уже ухожу.

Незнакомец убрал ногу, поднял костыль сам, а поскольку Тайвис все еще цеплялся за него, как за свою последнюю надежду, то и ему пришлось встать.

— Вещь не магическая, — раздался совсем рядом твердый голос. Тайвис похолодел. Неужели Черные церзы уже здесь? Так быстро?

— Как твое имя, любезный?

-Я? — Тайвис лихорадочно думал, что сказать. — Самюэль Тук. Иду к Утрее.

Незнакомец провел рукой по голове элементала, снимая капюшон. Благо, что до самого носа голова замотана тряпицей. Рука соскользнула с капюшона на повязку, незнакомые пальцы пробежались там, где под тряпицей проступали глаза.

— У нас в крепости церзы — целители научились лечить многие болезни. Тебе надо прийти. Мы наверняка сможем что-то сделать. Крепость Коготь. Слыхал?

Как не слыхать. Место, где Тайвис менее всего хотел оказаться. И все-таки это церзы. Они уже здесь. Визетис прав оказался, они просто позволили им выйти из города, чтобы минимизировать жертвы среди населения. Их удача — всего лишь чей-то продуманный план.

— Элейни исцелит меня, — промямлил элементал.

— Что с тобой случилось? — чужие руки оставили повязку в покое и теперь незнакомец положил свою ладонь поверх руки элементала на костыле. Тайвис чувствовал, как его начинает трясти от страха.

— Скверна, — едва слышно проговорил он. — Моя плоть гниет...

Ладонь на руке дрогнула и тотчас убралась.

— Что ж, наши целители оказывают помощь любому, даже таким, как ты. Все равно можешь прийти...

Тайвиса грубо отодвинули в сторону.

— Хозяин... — раздалось недалеко тихое шипение. — Их видели. Они идут вдоль реки. К переправе.

— Что ж прекрасно. Там и возьмем. Мальчишка с ними?

— Да-а.

Тайвис попятился. Речь о Висте, определенно.

— Его и элементала не трогать. Остальных можете убить.

— Х-хорошо, х-хозяин.

— Этого выкиньте отсюда...

Тайвиса грубо взяли за плечи и быстро потащили прочь. Черные церзы Круга Заступников здесь. Они знают, куда направляются беглецы. И готовятся их арестовать. И его в их числе. Элементала протащили довольно длинное расстояние и оттолкнули напоследок. Тайвис не упал, но понял, что по указанию неизвестного, его вышвырнули не только из приюта Странника, но и за пределы Катарини.

Он может сейчас уйти. Вот сейчас. Эти церзы не имеют точного описания, иначе его бы арестовали сразу. Все что они знают, это то, что он элементал. Они его не узнали. Не увидели в нем угрозы. Это шанс уйти. Остальных возьмут в кольцо, Мастера Визетиса и заносчивого выскочку Глента убьют. Возможно даже, Мастер Визетис будет сопротивляться, а Глент вытащит свой раскладной клинок, чтобы сражаться, но им не сладить с церзами. Никому не сладить.

Грудь тяжело поднималась, проталкивая сухой пыльный воздух. Вот сейчас надо решить, что делать. Уйти или предупредить товарищей. Если он уйдет, то станет одиночной мишенью для Круга. Но тогда Вист сделается вечным пленником в этом страшном замке. А он, Тайвис, будет ходить по земле. Быть может, даже про него забудут. И во снах к нему станут приходить убитые попутчики. Или пойти, предупредить их. Но как их найти в лесу? Он погибнет там вместе с ними. Нет, его не убьют. Так же, как и для Виста, у них приготовлена специальная роль для элементала. Это хуже смерти. Ну и что? Никто не позаботится о нем кроме него самого. Так всегда было. А Вист будет отрабатывать свое предназначение. Визетис умрет и все станет, как прежде.

«Они не успокоятся, пока не найдут меня». Даже если заберут Виста, этого странного мальчика.

«Я могу изменить ход событий». Можно предупредить беглецов, тогда они поменяют маршрут, и никто не погибнет.

«Это пока, а что будет потом?» Потом мы снова сделаем шаг и изменим будущее.

— Боги! — простонал Тайвис, поднимая голову к небу, призывая всех богов себе в помощь. Второй раз за этот день направился в сторону леса.

— Мастер Визетис, — ныл Вист, продираясь через поросль следом за церзом. — Вы не уйдете?

— Нет, Вист, не уйду, — Визетис выбирал дорогу попроще, но этот проклятый лес точно поставил себе целью не пустить их к реке. Постоянно на пути вырастали заросли колючего шиповника, поваленные деревья и овраги. Для больной ноги юноши — не самые лучшие условия. — Пока вы меня не прогоните.

— Глент хороший, — всхлипнул Вист. — Просто он разозлился. И у него бок болит. Он не хочет вам зла, правда.

— Не уверен, — пробормотал Визетис, сворачивая снова в сторону, чтобы обойти очередной завал из сухостойных деревьев.

— Я уверен, — Вист вздохнул, с трудом перелезая корягу. — Жалко, что Тай ушел. Мне он нравится. Он веселый. И добрый.

— Да, Тайвис добрый, — церз наконец увидел впереди просвет и обрадовался скорой передышке. — Удивительно, если учесть, сколько случилось в его жизни.

— Он путешествовал. Вы путешествовали, Мастер Визетис?

— Да, было такое.

— Я хочу тоже, — Вист тоже увидел свет впереди и приободрился. — Глент обещал взять меня в путешествие. Может, с нами поедете?

— Обязательно, — Визетис почти с радостью увидел впереди берег лесной речки. Осталось найти поваленное дерево. Церз оглянулся кругом. Вот и оно. Метрах в пятистах выше по течению.

— Мы пойдем по опушке леса, Вист, не выходи из-под деревьев, — Висъент кивнул, и они медленно пошли к месту встречи. Никто не заметил кружащих над лесом воронов.

Возле поваленного дуба церз усадил Виста на землю и велел снять ботинок. Рана, постоянно в движении заживала медленно, но хорошо. Была сухой и чистой. Визетис удовлетворенно кивнул и велел Висту обуваться. Юноша с наслаждением вытянул ноги под деревом на опушке леса, где они ждали Глента. Церз с удовлетворением отметил, что приключение пошло Висту на пользу. На щеках появился румянец, а глаза обрели живой блеск и интерес к миру. Все их приключения стоили этого. За исключением отрезанного пальца, этого Академии простить нельзя. Нельзя было отдавать Виста во власть Черных церзов Круга Заступников.

Визетис пристроился рядом с Вистом.

— Можешь вздремнуть, если хочешь.

— Хорошо, — Вист втянул носом воздух и счастливо улыбнулся. — Хорошо тут, да?

— Да, — ты не бывал, Вист, в джунглях Эргорота. Для тебя, не видавшего ничего кроме картинок в атласе, эти сухие леса кажутся раем.

— Когда Глент придет? — спросил Вист.

— Он должен доехать до Катарини, оставить там телегу, и прийти к нам. Думаю, пара часов у нас есть.

Вист кивнул и закрыл глаза.

Прогноз оказался верным. Вист успел поспать, когда путников нашел угрюмый Глент. Визетис поднялся навстречу.

— Катарини кишит черными воронами, — буркнул бандит на вопросительный взгляд церза. — похоже, ты был прав, старик.

— И что же?

— План остается прежним. Мы идем к переправе, — Глент поправил заплечный мешок, протянул руку брату. — Вставай, Веснушка. Как ты?

— Идти могу, а ты? — Вист поднялся при помощи брата.

— Я в норме, — Глент махнул рукой. — Идемте, надо успеть до темноты. Где слепой?

— Он ушел.

— Ну и хорошо, — удовлетворенно кивнул Глент.

Визетис решительно поправил лямки своего рюкзака и тронулся следом. Они прошли немного, когда позади раздался чуть слышный всплеск.

— Что это? — встрепенулся церз. Глент молча повернул назад и быстрым шагом пошел к фигуре метрах в трехстах от них выбирающейся из воды. Визетис пригляделся. Кто-то в черном. Неужели церз? Их нашли? Он придержал рукой Виста, готового бежать к брату.

— Это же Тай! — Вист повернул радостное лицо церзу. — Он вернулся!

— Ты уверен?

— Да!

Глент быстро сокращал расстояние между ним и своей новой жертвой. Человек уже выбрался из воды и устроился на выступающей на берегу коряге, переводя дух. Глент бесшумно подошел, но человек все равно его заметил. Он обернулся и Глент с разочарованием увидел, что слепец догнал их.

— Глент? — слепец тяжело дышал, как после долгого бега. — Это ты? Вас обнаружили! Они знают! У переправы вас ждет засада!

— Откуда, интересно? — едко спросил Глент, его вдруг охватило бешенство. Он грубо и сильно толкнул ногой сидящего. Тайвис пролетел вперед, ободрав бок о выступающие камни.

— Что ты делаешь? — ошалело спросил он, слушая, как обидчик обходит упавшее дерево, чтобы добраться до него.

— Мне сказали, ты ушел, — Глент со всего маха двинул лежащему ногой под ребра. Тайвис скорчился, и закрыл голову руками. — И вот ты вернулся, и нас, оказывается, нашли! — Он снова размахнулся и снова ударил.

— Это не я! — Тайвис сжался сильнее. — Клянусь!

— Тай! — Вист с церзом уже были недалеко. Глент оглянулся на них и отступил.

— А кто?

— Откуда мне знать? — Тайвис, поняв, что Глент не станет бить его при брате, сел на камнях, зажимая ушибленный бок. Силуэт Глента в спектре, доступном элементалу сейчас горел алым, даже подбегающий Вист и церз не горели так ярко.

— Тай! — Вист рассмеялся и, подбежав, обнял друга за шею. — Я так рад!

Пальцы элементала сжались на обнимающих его руках в первом порыве оторвать их от себя, но потом ладони его расслабились и Тайвис просто похлопал Виста по плечам. Глент сверкал на элементала ненавидящим взглядом.

— Ты вернулся! — Вист радостно пританцовывал на месте.

— Вам нельзя идти вверх по течению, — сказал Тайвис уже Визетису, рассудив, что из всех он самый адекватный. — Там вас ждет засада.

— Откуда ты знаешь?

— Я ушел к Катарини. Там повсюду черные церзы. Я подслушал разговор, — Тайвис пошарил кругом в поисках своего костыля. Вист с готовностью вынул посох из воды и передал в руки элементалу. Тайвис, наконец, встал и разогнулся.

— Выходит, что ты везде прав, старик, — устало проговорил Глент, его начало потряхивать, но пока этого было не видно. Подумал. — Внизу по течению есть заброшенный мост. Можем перейти там.

— Почему нас не могут ждать и там? — заметил Визетис.

Глент поднял голову, стянул маску и церз увидел его жуткую улыбку.

— Потому что та переправа ведет к деревне, сожженной Скверной. Тех мест боятся даже церзы Круга.

— Так близко? — удивился Визетис.

— Ты Мастер — церз не в курсе, как близко к вам подобралась зараза? — хохотнул Глент, махнул рукой. — За мной.

Глава 13. Проклятая земля

Беглецы вытянулись в цепочку и пошли вниз по течению. Глент, сощурившись, взглянул на небо за своей спиной.

— Мастер-Церз, надо бы избавиться от наблюдателей, — Визетис оглянулся. В небе над ними кружили два ворона. Церз с застывшим сердцем достал перчатки Мастера, надел их. Поднял руку, вспоминая навыки прошлых лет. Вороны кружили по большому радиусу там, где беглецы до этого устроили себе привал.

Визетис сделал движение ладонью, точно скручивал что-то. Один из воронов громко каркнул, когда его крылья и тело смяла неведомая сила. Птица полетела вниз. То же самое Визетис сотворил и со вторым наблюдателем. Вороны медленно падали, увеличиваясь в размерах. На землю, переломав немало веток, упали уже человеческие тела, в уродливых масках и черных плащах.

— Идем, пока не появились новые, — Глент не интересуясь дальнейшей судьбой наблюдателей, быстрым шагом пошел под деревьями. Вист, наблюдая за работой церза, увидел что-то для себя неприятное и потому молча последовал за братом. Тайвис же даже не поднимал головы. Все время он простоял, ожидая, когда остальные тронутся с места. Визетис замыкал шествие. Перчатки мастера с готовностью отозвались на команду. Все становится как раньше. «Количество не имеет значения», — говорили им. Главное — результат. Необходимость убить наблюдателей, даже если это «куклы» без собственного мнения и воли, вогнала церза в тоску. Визетис молча шел вперед. Остальные путники также шли в тишине. Даже неугомонный Тайвис и тот не сказал ни слова.

Заброшенный мост разрушился от времени. Солнце, дождь и ветер сделали свое дело. Доски провалились, и опоры перестали внушать доверие. Визетис с подозрением покосился на черное дерево.

— Он точно нас выдержит?

— У него иного исхода нет, — вздохнул Глент и без страха пошел вперед, выбирая сухие участки. Вист потянулся следом.

— Иди след — в след, — крикнул церз юноше.

— Мастер Визетис, — Тайвис повернулся к церзу. — Я не смогу тут пройти.

— Сможешь, — успокоил элементала Визетис.

— Я же не вижу! Не увижу...

— Я помогу тебе, — Визетис крепко взял Тайвиса под локоть. Почувствовал легкую дрожь. — Ты боишься?

— Я просто... — Тайвис вцепился в свой костыль обеими руками.

— Мы вдвоем пройдем, все будет нормально, я помогу, — Визетис подвел элементала к мосту. Тайвис вздохнул и медленно вступил на подгнивающие доски. Настил заскрипел.

— Правее, — поправил Визетис, и Тайвис перенес ногу, куда сказано. «Пройдем». Визетис направлял элементала, а тот неукоснительно выполнял его советы. Переход занял время, много времени, но результатом стало удачное перемещение с одного берега на другой. Церз постоянно поглядывал в небо. Нет, наблюдателей больше не было.

— Браво! — Гвент даже похлопал в ладоши. — А я-то подумал, вы решили заночевать на мосту.

— Иди к черту, — огрызнулся Тайвис, впиваясь в свой посох пальцами еще сильнее.

— Мы теряем время! — с нажимом сказал Гвент, приближая свое лицо к уху Тайвиса. — Из-за тебя!

— Мне жаль! — Тайвис стиснул зубы. — Что из-за меня ты не попал на переправу!

— Какого черта ты вернулся? — злобно процедил проводник.

— Что бы спасти твою жизнь, чертов ты полудурок! — выкрикнул элементал, сжимая кулаки на посохе. — Или ты думал, что тебя отправят на рудник за твои деяния? Ты им не нужен, ясно? И Мастер Визетис тоже! Им нужны Вист и я. Вас просто убьют!

— Вон оно как! Ты им нужен? Зачем интересно. Боишься, небось, этих церзов, да? Они там, наверное, потрогают тебя во всех местах, так, Мастер — Церз? — парировал Гвент. Визетис благоразумно молчал. — Так ты не бойся, может тебе и понравится!

— Конечно! — Тайвис истово закивал. — Откуда мне знать, а вот тебе это известно наверняка! Не ради тебя я чуть шею не сломал в этом лесу!

— Жаль, что не сломал, — злобно процедил Глент.

— В вашей семье все лучшие качества достались младшему брату, — не унимался Тайвис. Вист чуть не плакал.

— Не ссорьтесь, пожалуйста. — Глент хотел сказать что-то еще, но его скрутил приступ боли и он согнулся вдвое. — Глент! — Вист подбежал к брату.

Визетис не тронулся с места, Тайвис тоже.

— Похоже, у кого-то желчь разлилась вместо крови, — процедил он.

— Мастер Визетис, — позвал Вист чуть не плача. — Глент ранен. Ему плохо.

— Я вижу, — спокойно согласился церз. — Надо найти место, где я могу спокойно осмотреть его.

— Нет! — Глент распрямился, отстранив Виста. — Мы идем дальше.

Проводник с трудом передвигая ноги двинулся от реки снова в лес. Беглецы переглянулись и ступили следом за ним под покров деревьев.

Глент вывел их к разрушенной деревне. Почти все строения здесь покосились и разрушились. Земля под ногами выглядела черной и мертвой. Ни одной травинки не росло в пределах этой деревни. Селение стояло посреди леса, но вокруг нее словно очерчена невидимая граница, за которую не заходило ни одно проявление жизни. Ни птица, ни зверь, ни даже семечко травы. В самом ее центре высился курган. И сейчас путники пересекали эту границу.

— Что это? — Вист прижался к Визетису.

— Это могила, — церз сжал похолодевшие пальцы юноши. — Общая могила, Вист

— Стащили всех в центр и сожгли, — подал голос Тайвис.

— Это из-за Скверны? — Вист вздрогнул.

— Да, ваши церзы предпочитают решать вопрос кардинально, — отозвался Глент. Он упорно шагал вперед, хотя его порядком уже покачивало. Визетиса это беспокоило. Вот уже вторые сутки Глент делал вид, что все в порядке, но на деле состояние его ухудшалось, и не нужно было обладать специальными навыками, чтобы это увидеть— Они сюда не сунутся. Тут мы можем найти место для ночлега.

— Здесь? — Вист с ужасом огляделся на полуразвалившиеся дома и страшный курган, высящийся над всеми строениями.

— Темнеет, — заметил Визетис. — Надо найти приют и посмотреть, что там за рана у твоего брата.

— Не надо, — бросил проводник.

— Надо, — всхлипнул Вист. Перспектива провести здесь ночь его пугала, но потерять брата он боялся еще больше.

— Я вижу почти целый дом, — Визетис указал вперед. — Там и остановимся.

— Ладно, — сдался Глент и двинулся вперед, загребая ступнями землю. Солнце садилось и удлинило тени, обезобразив и так неуютную картину. Теперь казалось, что за каждым углом их ждало чудовище. Путники подскакивали от каждого шороха. Один только Тайвис шагал, не обращая внимания ни на что.

В доме, куда они зашли на ночлег, сохранилась даже утварь. Посреди большой комнаты разместился очаг, готовый к растопке. Рядом лежала кухонная посуда.

— Сколько времени этот дом стоит так, без хозяев? — задумчиво пробормотал Визетис. О том, что Скверна подобралась так близко, он узнал только что. До этого момента казалось, что болезнь где-то далеко.

— Год или два, не знаю точно, — Глент со стоном уселся рядом с очагом, скинул свой мешок прямо на пол.

— Надо разжечь огонь. — Визетис повернулся к Тайвису.

— Дым нас выдаст, — возразил Гвент. — И предупреждаю, ничего не ешьте тут и не пейте.

— Тайвис, посвети, — Визетис подсел к проводнику. Тот отшатнулся.

— Говорю тебе, старик, не трогай меня! — прошипел Глент и снял с пояса свой раскладной клинок.

— Глент, ну пожалуйста, — провыл Вист, подсаживаясь. Глент выругался тихо, лег и в знак смирения положил клинок на пол, накрыл его ладонью.

— Посвети, — Визетис начал расшнуровывать многочисленные замки куртки проводника. Глент отвернулся ото всех. Кулаки его сжались, но он стерпел прикосновения церза. И когда тот развязывал застежки, и когда поднял пропитавшуюся сукровицей рубаху. Вист отшатнулся, когда запах от раны распространился вокруг.

— Боже! — Тайвис закрыл нос рукавом, поднеся небольшой огненный шарик на руке ближе.

— Так пахнет глупость, — наставительно проговорил Визетис, оглядывая рану. — Мне нужна вода, вся, что есть и много бинта. Дай мне мою сумку, Вист.

Юноша метнулся за холщовой сумой.

— Ты мог бы показать мне свою рану раньше, и мне не пришлось бы делать то, что сейчас придется, — с укором сказал Визетис, обращаясь к проводнику. Глент молчал. На шее у него играли связки, когда он стискивал зубы при нажатии на рану.

— Ты хотя бы руки помой, — процедил проводник, сжимая зубы до скрипа. Церз промолчал.

К слову сказать, рана выглядела скверно. Запущенное колотое ранение. Визетис принял из рук Виста свои компоненты. Большую часть он уже извел на ногу Виста. На такую рану церз не рассчитывал, когда выходил из своего кабинета в Академии пару дней назад. Придется поискать в лесу.

— Сколько у нас воды?

— Две полных фляги, — глухо отозвался Тайвис.

— Мало. Вист, держи брата за плечи. А ты, Тай, сядь на колени ему.

Глент не возражал. Вист сел рядом с головой брата, уперев руки ему в плечи.

— Он поправится? — с надеждой спросил он.

— Да, — Визетис наложил руки на края раны. Глент дернулся, но смолчал. Тайвис сел ему на ноги. Церз начал свою работу. Первым делом необходимо было убрать из раны весь гной. Перчатки Мастера засветились теплым светом, подгоняя силу, что сейчас проходила сквозь рану. Глент снова дернулся, выгнулся, Тайвис и Вист едва удержали его. Сначала он крепился, но потом застонал сквозь сжатые зубы. Вист едва его удерживал.

По рукам церза потекла теплая жидкость. Тайвис отворачивался от запаха, как мог. Вист с ужасом наблюдал, как из раны толчками выходит зараза, и лицо его бледнело все сильнее.

— Мастер Визетис!

— Что, Вист?

— Меня сейчас вырвет.

— Отойди на воздух, подыши, — Вист сорвался, как ошпаренный, выкатился наружу.

— Тай?

— М?

— Держишься? — Визетис сделал перерыв. Глент корчился в агонии, царапал ногтями прогнившие доски пола.

— Да.

— Подержи его за плечи, я сяду на ноги, — элементал переместился к голове больного.

— Выглядит отвратно, наверное, да, Мастер Визетис? — Задыхаясь, спросил Тайвис. — Пахнет — будь здоров.

— Выглядит, как гной в ране, Тай, — Визетис жал накрая раны, стараясь выдавить как можно больше заразы. Наконец мучения Глента закончились. Визетис наложил мазь, которой он лечил Виста, на рану и прикрыл небольшим куском бинта. С чистыми бинтами также было напряженно. Глент, потеряв все силы после процедуры, выключился, как погасшая свеча. Вист все это время просидел у входа.

— Нам нужно развести огонь и вскипятить воду. — Вздохнул Визетис. — Я на рассвете отправлюсь в лес к реке. Там наберу воды и соберу кое-какие компоненты. Придется здесь задержаться.

Элементал отполз от больного, как от прокаженного.

— Разжечь камин?

— Да, давай. Сейчас стемнело, ночь безлунная. Дыма не видно будет, — Тайвис кивнул и одним касанием заставил поленья в очаге загореться. Сразу стало уютнее.

Вернулся Вист, вытащил из походного мешка одеяло, накрыл брата, подоткнул второе ему под голову, потом устроился рядом с ним сам.

— Есть будешь, Вист? — спросил Тайвис, вытаскивая сушеное мясо из сумы. Юноша потряс отчаянно головой. Нет.

Поленья уютно потрескивали, тишина вокруг давала надежду на спокойную ночь. Визетис, ополоснув руки, теперь сушил их возле очага. Вист, казалось, уснул.

— Я посторожу, ложись спать, — сказал он Тайвису.

— Зачем ты с ним возишься? Он же не ставит тебя ни во что, — элементал предложил паек церзу и тот не отказался.

— Он нужен Висту, — последовал ответ. Помолчали.

— Не нужен он никому, — проворчал элементал.

— Да брось, Тай. Он выжил. Долгие годы шел к тому, чтобы воссоединиться с братом. В конце концов из-за него мы сейчас здесь...На свободе...

— Я бы не стал этого говорить, — рассмеялся Тайвис.

— Спасибо тебе, что вернулся... — кивнул Визетис. — мог бы и просто уйти.

— Мог бы. И сейчас жалею, что не сделал этого.

— Неправда. Мы тебе нравимся... — улыбнулся церз.

— Не все. Только некоторые, — кивнул элементал.

День выдался нелегкий, еще позавчера они ковыляли все вместе по улицам Съерра-Беккере, а сегодня уже ужинают на проклятой земле. — Нда.

Тайвис снова сел, по лягушачьи раздвинув ноги и сложив ступни лодочкой. Посох опирался одним концом о плечо, другим стоял в кольце ног. Элементал клевал носом.

— Иди спать, — Тайвис не заставил себя уговаривать, улегся на бок там же где сидел и свернулся в клубок в обнимку со своим костылем. Церз улыбнулся, оглядывая свое маленькое войско. Мальчишка, элементал и раненый бандит. Прекрасная компания для путешествий.

Церзы корпуса организовали себе временный штаб в Приюте странника. Мастер Уверити встретил Кримхольма у входа. Всех «кукол» выдворили на улицу. В Приюте Странника остались лишь два церза.

— Как продвигаются поиски, Мастер Уверити? — поинтересовался Кримхольм. — Сегодня второй день, я пообещал Мастерам Академии, что в этот срок объект будет найден.

— Мы почти взяли их. Но в последний момент они поменяли маршрут. А Визетис сбил моих «кукол», оставил меня без глаз.

— Мастер Визетис, — поправил Кримхольм. — Проявим уважение к нашему коллеге, хоть и бывшему. Он все еще в строю. Это достойно восхищения.

— Что с ним делать?

— План не изменился. Забираем объект и элементала, остальные приговорены к смерти. За наблюдателей можешь убить Мастера Визетиса не сразу. Я разрешаю.

— Что наши Академики?

— Они проглотят все, что я им скажу. Правда, Совет не согласился со мной, что во главе должен стоять церз корпуса. Они назначили директором декана тайных искусств. Григо Салмеер. Кажется так. Он к нам весьма лоялен. Это на руку.

— Что теперь нам делать. Мы потеряли след, — Уверити отошел к походному столу, на котором была разложена карта Империи. Кримхольм подошел тоже.

— Здесь, — Уверити ткнул пальцем в точку на карте. — Ищецы не могут их обнаружить. Как сквозь землю провалились.

— Что тут? — Кримхольм склонился над картой.

— Лес. Тут деревня была. Но лет пять ее уже нет. Скверна стерла ее, она в лесу затерялась.

— В деревне смотрели?

— Нет. Земля проклята. Мы не можем заставить ищецов идти туда.

— Так не заставляйте, — холодно сказал Кримхольм, распрямляя спину. — Пусть два церза прочешут эту деревню.

— Но, Мастер-Церз, двое?

— Сколько нужно чтобы поймать двух мальчишек и старика?

— Мастера Визетиса? — уточнил Уверити.

— Он стар. И у него есть слабое место. Он привязан к мальчишке. Возьмите мальчишку — и он ваш.

— Я понял, — Уверити кивнул. — Утром начнем операцию.

Кримхольм поджал губы.

— Сделай все быстрее. Совет будет задавать мне вопросы. Я хочу отвечать утвердительно.

— Я понял.

Наутро Визетис отправился к реке, прихватив все пустые фляги, и строго настрого запретил мальчишкам высовываться из дома. Глент так и не пришел в себя. Он спал, забывшись тяжелым сном без сновидений. Кожа его горела. Церз снова почистил рану и наложил повязку.

— Я вернусь, — сказал он перед уходом.

— Точно? — Вист судорожно выдохнул.

— Слово Мастера, — Визетис накинул капюшон на голову и быстро ушел.

Вист присел к брату. Лицо Гвента побледнело и осунулось за ночь.

— Думаю, мастер Визетис вылечит его, — успокоил мальчика Тайвис.

— Я знаю, — Вист прижал коленки к груди.

— Как думаешь, почему говорят, что земля проклята? — не унимался элементал.

— Не знаю...

— По мне так земля, как земля, — бормотал Тайвис. Помолчал. — Вот ты, говорят, силы в тебе много...

— Я не знаю, — пробубнил Вист в колени.

— Так узнай, — Тайвис сформировал в пальцах огненный шарик. — Хочешь, попади в него...

Вист с интересом подался вперед.

— А если по пальцам попаду?

— Не попадешь...- улыбнулся Тайвис, поднимая шарик выше. — Давай, стреляй.

— А как?

— Ну, не знаю. Вот смотри, — Тайвис схлопнул шарик, выставил два пальца, и направил их в дальний угол. — Пиу... — Огненная стрелка мазнула по углу и погасла в пыли. — Попробуй. — И снова щелчком поднял шарик из огня в пальцах.

Вист направил свои два пальца на шар.

— Пиу, — всхлипнул он, и заряд пролетел в опасной близости от пальцев. Тайвис мгновенно свернул шарик и отдернул руку.

— Не попал, — с досадой пробормотал Вист.

— И слава богам, — рассмеялся Тайвис. — Еще попробуешь?

— Да, — Вист с удовольствием включился в игру. Юноша пробовал свои силы, а Тайвис пытался ему подыграть. Висту стало светло от их новой игры. Даже если за ними гонятся страшные черные церзи и их вороны, даже если сейчас они находятся на проклятой неведомо кем земле. От улыбки элементала Висту казалось, что все это не по-настоящему. Профессора в Академии улыбались натянуто, точно их заставляли это делать, матушка Алмея улыбалась с жалостью, Мастер Визетис всегда был серьезен, а вот Тайвис улыбался просто потому, что был чему-то рад.

— Пиу, — Вист сбил очередной шарик.

— Теперь я, — юноша складывал пальцы и между ними собирал энергию, а элементал сбивал ее своими огненными стрелками. Было не больно. Зато позволяло отвлечься от грустных мыслей.

— Пять-два.

— Неправда, я три раза сбил.

— Тот раз не считается, ты чуть не отбил мне пальцы.

— Ну, Тай!

— Ну, Вист, — передразнил элементал, и вдруг он замер.

— Что? — Вист тоже напрягся.

— Т-ш-ш. — Тайвис прижал палец к губам, показал на дверь.

— Мастер Визетис? — шепотом спросил Вист и потянулся посмотреть. Выглянул наружу и тотчас снова заполз внутрь. Далеко, на другом конце деревни две черных фигуры внимательно оглядывали каждое строение.

— Кто там? — тихо спросил Тайвис.

— Эти... — Вист задохнулся. — Черные...

— Вот черт, — Тайвис сжался. — Сидим тихо, может, не заметят.

Вист кивнул, в спектре человеческого тела Тайвис видел, что Вист просто в ужасе. Что делать элементал не представлял. Мастера Визетиса все еще не было. Глент — в отключке.

Потянулись долгие минуты ожидания. Было слышно, как церзи идут по земле, заглядывая за каждую корягу, но потом послышались звуки разрядов.

— Мастер Визетис, — выдохнул Вист и метнулся к выходу. Тавис едва поймал его у двери.

— Стой! — Вист осторожно выглянул из дверей. Черные церзы отбивались от сотканных из пыли големов. Едва чародеи посылали заряд, как големы рассыпались, чтобы снова вырасти за спиной незваных гостей. Церзы крутились среди врагов, но не могли их одолеть.

— Они сражаются не с Мастером Визетисом, — с облегчением выдохнул юноша.

— А с кем? — Тайвис вытянул шею. В доступном ему спектре он не видел големов, зато видел, что люди все сильнее впадали в панику, а под землей затаилось что-то страшное.

И вот Вист увидел, как из-под земли выстрелило щупальце, обхватило руку чародея и начало прижимать его к земле. Затем выстрелило еще одно и еще, пока оба чародея не оказались прижаты к земле в самых невообразимых позах. Щупальца прижимали людей к земле все сильнее, пока те не перестали дышать. На подмогу церзам спешили их помощники, но и их постигла та же участь. Вист с ужасом смотрел на застывшие в уродливых позах фигуры.

— Что это? — с ужасом спросил он.

Тайвис не ответил. В голове его зазвучал нестройных хор чужих голосов. «Один из нас», «один из нас». Он обхватил голову руками и отполз внутрь дома. Это не помогло.

— Что, что с тобой? — встревожился Вист.

— Сейчас пройдет, — задыхаясь, проговорил элементал. — Пройдет.

Под полом что-то зашуршало. Вист зажал себе рот рукой. Тайвис сжал гудящую от голосов голову. Звуки внутри забили все звуки снаружи, и он не услышал, как по доскам пола заскреблись маленькие коготки. Зато слышал Вист. Юноша прижался к элементалу, с застывшим ужасом на лице он увидел, как в щель у двери из-под пола выползла огромная сороконожка. Насекомое поводило усиками и направилось на выход, выталкивая длинными трехсекционными ножками свое тело из укрытия. Вот уже и голова уползла за дверь, а тело все еще ее догоняло.

— Боже, Тай! Она длинная какая! — сипло прошептал Вист.

— Кто? — не понял Тайвис.

— Эта тварь! — Тайвис с трудом переключился на внешние раздражители. В голове шумело. — А вдруг она не одна? — Вист подполз к брату. С улицы донеслись шорохи и звуки рвущейся ткани. Юноша, преодолев страх, выглянул наружу.

— Их много, Тай! Их просто тьма!

— Да кого? — Тайвис прислушался сквозь шум в голове. — Я их слышу, кажется.

— Сороконожек?

— Я не знаю, кого я слышу, но их тоже много, — задыхаясь проговорил Тайвис.

— Они собрались там, где эти померли, черные... — Вист выглянул и теперь описывал происходящее товарищу в надежде, что тот примет решение, и весь ужас исчезнет. — Они прям кишат там! И по ним ползают. Боже, Тай! Они их едят, точно едят. Меня сейчас вырвет... — Вист замолчал.

— Ты не ел, что бы тебя вырвало, — пробормотал Тайвис.

— Они обглодали все тела, — Вист отвернулся. — Сожрали их. И теперь расходятся. — В панике юноша подскочил к брату.

— Давай оттащим его, Тай. Я не хочу, чтобы его тоже съели, — Вист со слабым успехом потянул Глента за руку в противоположный угол. Тайвис подполз, чтобы помочь.

— Мы сможем отбиться от них? — задыхаясь, спросил Вист.

— Попробуем, — наконец, тело Глента оказалось за спинами приятелей, подальше от входа.

— Сейчас она вернется! — Вист поджал ноги. Вскорости раздался цокоток и сороконожка показалась в дверях.

— Бей ее! — взвизгнул Вист. Тайвис вздрогнул. В своем спектре он видел нагретое солнечными лучами хитиновое тело сороконожки, она и вправду была огромна, в полтора человечьих роста. Но голоса твердили в голове: «один из нас», и элементал сдержал руку. Сороконожка поводила усиками в проеме и тем же путем, что пришла, забралась снова под пол.

— Почему ты не ударил? — возмутился Вист.

— Она не тронет нас, — механически ответил Тайвис. — Мы ей не интересны.

— Я спать не смогу, когда знаю, что она там, — пожаловался Вист.

— А представь, что она тоже не сможет, зная, что ты здесь, — Тайвиса вдруг развеселила ситуация.

— Не смешно! Ты бы видел, сколько их!

— Они плодятся. Здесь кроме них никого нет. Кроме нас и их.

— Тай!

— Не тронут они нас, клянусь, не тронут, — успокоил юношу Тай. Вист надулся и отполз к брату.

Визетис вернулся в разрушенный дом к полудню и застал удручающую картину. Вист в страхе сжался рядом с братом, а Тайвис сидел в углу, обхватив себя руками и раскачиваясь из стороны в сторону.

— Что? Что случилось? — Визетис с тревогой оглядел своих подопечных.

Вист ткнул пальцем в сторону, где стояли скелеты непрошенных гостей.

— Там. И тут у нас под полом живет огромнючая сороконожка! А Тай говорит, что все в порядке

Церз вышел взглянуть и сразу все понял. Проклятье, направленное против людей, расправилось с ними быстро и с изяществом. Он зашел в дом от греха.

— Мы здесь в безопасности, — заявил он.

— Почему? — Вист положил подбородок на колени. — Почему вы все так думаете?

— Мы под защитой, — успокоил Визетис юношу, доставая котелок и намереваясь приготовить отвар для больного.

— Под какой защитой? — Вист стряхнул с себя свои страхи. Церз кивнул на элементала.

— Под его.

— Что? — Тайвис словно очнулся. — Но почему? Я могу выбрать, кого защищать, а кого нет?

— Перестань, Тай, — с укором сказал Вист. — Гвент просто был болен.

Визетис отточенными движениями кромсал компоненты в воду.

— Природа Скверны неизвестна до сих пор. Но говорят, что шаманы Лтаали прокляли людей, когда те их предали. С тех пор болезнь вспыхивает всегда внезапно. Всегда начинается с падежа скота. И всегда портит землю так, что на ней долго ничего не растет. А люди просто гниют заживо. Таковы реалии. Ты, — Визетис ткнул пальцем в Тайвиса. — как любит говорить Салмеер, — её побочный продукт, а значит одной с ней природы. Потому нас и пропустили. И потому не пропустили их.

— Значит, мы в безопасности, пока находимся здесь с ним? — с надеждой уточнил Вист.

— Да, похоже на то, но неизвестно, надолго ли это, — котелок над огнем зашипел.

— Помогите мне, я посмотрю рану еще раз, — Вист с готовностью отозвался, но Тайвис не двинулся с места.

— Ему лучше. Я и так вижу, — нехотя проговорил он.

— Тайвис... — Визетис многозначительно поднял бровь. Элементал вздохнул.

— Ну, ладно, — и приналег на колени больного. Визетис еще раз обработал рану.

Глент пошевелился и открыл глаза.

— Пить... — Вист приложил к губам брата флягу. Тайвис отодвинулся подальше. Уселся в своей любимой позе и замер.

— Сколько мы здесь? — хрипло спросил Глент.

— Скоро сутки, — отозвался Визетис.

— Нам надо идти...

— Не надо. Мастер Визетис говорит, что мы в безопасности здесь.

Глент скривился, как от кислого, но промолчал.

Визетис предложил поесть, и никто не отказался. Возле небольшого очага они доедали сушеное мясо. Котелок с отваром закипал.

— Подождем, пока ты встанешь на ноги, — подумав, сказал Визетис.

— За это время они обложат эту деревню пикетами. Они видели нас?

— Нет, не думаю, — Вист повернулся к церзу. — Правда, они не видели нас.

— Они вообще почти ничего не успели разглядеть. Научи Виста магии, — вдруг вставил свое слово Тайвис.

— Чего? — поперхнулся Визетис.

— Научи его, — элементал был невозмутим. — У него много сил, но он не может ими пользоваться.

— Это не так быстро, как вы хотите...

— Этот старик ничему не может тебя научить, — прохрипел Глент недовольно со своего ложа.

— Он знает побольше тебя, однозначно, — парировал Тайвис.

— Заткнись... — устало отмахнулся Глент. — Не стану спорить с тобой...

Тайвис победно улыбнулся. Визетис покачал головой.

— Хорошо. Я попробую.

Вист с готовностью подсел ближе.

— Мы начинаем со студентами с самого простого, — начал Визетис, усаживаясь напротив юноши. — Просто шар энергии. Сложи пальцы. Да, вот так. Сформируй внутри шар. Почувствуй его плотность, размер...

Тайвис зевнул. Все эти уроки ему были не нужны. Все, что он знал и умел, и составляло все его существо. Ему не нужны были формулы или хитрые сплетения пальцев, не нужны были и помощники. Стихия рождалась где-то внутри и рвалась наружу в том проявлении, в каком он себе ее представлял. Сила, границ которой он и сам еще не знал, протекала сквозь его тело и формировалась в огненные потоки. Так все это и выглядело. Времени, похоже, теперь было хоть отбавляй, а выходить наружу со страшным соседством не хотелось. Тайвис свернулся в клубок там же где сидел и решил вздремнуть.

В стане врага меж двух церзов искрился воздух.

— Двух церзов, Мастер Уверити. Не считая их «кукол», — Кримхольм раскачивался с носка на пятку, стараясь сдерживать гнев. — Мы потеряли двух церзов.

— Я сожалею, — мастер Уверити сцепил за спиной руки. — Земли, занятые Скверной, противопоказаны людям. Среди беглецов Мастер Визетис. Он — человек, из чего я делаю вывод, что они не входили в деревню, скорее прошли севернее и двинулись к Лунному тракту.

— Вы считаете? — с язвительной ноткой уточнил Мастер-Церз. — Среди них и элементал. Что вы знаете о них?

— Почти ничего. Их природа не изучена.

— Они появляются один на тысячу из больных Скверной. Она их меняет. Дает им силу, о которой мы можем только мечтать. И Проклятая земля принимает их, дает им ходить по себе.

— Но он не один.

— В этом и интрига, — Кримхольм задумался.

— Прочешите все дороги вокруг. Каждый день, я хочу знать о положении дел на каждом тракте каждый день. Если чудом они оказались в проклятой земле, то рано или поздно им придется оттуда выйти.

— Я послал Наблюдателей.

— И что же они?

— Пока ничего.

— А знаете, почему? — Уверити опустил глаза. — Потому что, возможно, вы не правы.

— Возможно, — кивнул Уверити.

— Чем дольше длятся поиски, тем сложнее мне доказывать Совету, что вы занимаете подходящую Вам должность.

— Я понял, — Уверити кинул.

— Понимать мало. Надо показать результат, — тихо, но твердо сказал Кримхольм

Глава 14. Откровения

В проклятой деревне задержались еще на пару дней. Глент быстро поправлялся. Визетис учил Виста справляться со своими силами. Они упражнялись до самой ночи в заброшенном доме. Глент с недовольством наблюдал.

— Зачем все это? — ворчал он.

— Висту это надо, — заметил Тайвис.

— Откуда тебе знать, что надо Висту?

— Тогда ты этого тоже не знаешь, — парировал Тайвис, слушая, как у юноша радостно вскрикивает, когда у него что-то получается.

Глент промолчал. Он полулежал, опершись об импровизированную спинку из походных мешков. За время, пока они сидели в доме, съестных запасов поубавилось, что несказанно злило резкого брата Виста. Более всех отчего-то Глента раздражал Тайвис.

— Как ты жил-то, слепая душа? Небось, милостыню на площади выклянчивал? — Протянул Глент, пока Вист и Визетис были заняты.

— И такое случалось, — невозмутимо ответил элементал.

— Пффф, — Глент усмехнулся. — Знаю я вас. Никчемные попрошайки. Только и можете, что просить, да на ищеек работать.

— Я тебя как будто лично оскорбляю своим существованием, — возмутился Тайвис. — Сам-то? Клинок не из дешёвых, это я по звуку слышу. Вряд ли купил, значит украл. Как там твоя лталская совесть? Не мается? Взять чужое…

— Я его у плохого человека украл, — не смутился Глент. — Вообще считаю, что у людей могу брать, что захочу. Они мне знатно задолжали.

— Чем интересно? — фыркнул Тайвис.

— Да ты слепая душа не увидишь, — отмахнулся Глент. — Я горел, после той ночи, когда Мастер — церз со своими бандитами пришли в нашу деревню. Он отшвырнул меня в огонь. Знаешь, что это такое? Я запах слышал своей кожи, когда она обугливалась, — голос Глента становился все жёстче. — А этот ублюдок просто уехал, поднял моего брата за шиворот как щенка, и уехал. Знаешь, сколько осталось в живых после них? — Глент повернулся к Тайвису, со злобой выплевывая слова. Звуки разрядов прекратились, Визетис и Вист тоже прислушались.

— Никого! Я один остался! И то, я не дал себе сдохнуть, потому что поклялся, что вернусь! Вернусь и вырву из их рук брата и отомщу всем! — Глент обессиленно откинулся на свое ложе. — Каждому!

Визетис опустил глаза. Ответить было нечего. Вист переводил растерянный взгляд с церза на брата и обратно.

— Но, Глент, — Вист чуть не плакал. — Мастер Визетис, он хороший.

— Нет, Веснушка, — Глент отвернулся. — Он такой же, как все.

— Я уйду, когда вы будете в безопасности, — глухо проговорил церз.

— Я сумею защитить нас обоих, — отрезал Глент. — Можешь валить прямо сейчас.

— Сейчас ты слабоват, — возразил Тайвис.

— Заткнись! — Глент сжался, когда резкое движение потревожило рану. — Вырвать бы тебе язык. Будет вдвое жалостливее, когда будешь мычать на паперти у храма.

— Ручонки не доросли, — отозвался элементал с недоброй ухмылкой.

— Дорастут. Я с удовольствием вырежу этот ненужный аксессуар.

— Становись в очередь тогда, — с вызовом бросил Тайвис.

— Я без очереди попробую.

— Ну, ну, горел, говоришь? …

— Хватит! — Визетис стукнул в пол рукой для веса. — Прекратите. Мы все в одной лодке сейчас. У нас одна проблема. Вот решим ее, и можете хоть убить друг друга!

— Не надо! — Вист проблеял жалобно.

— Мне что-то душновато, — Тайвис встал, пробуя пред собой дорогу костылем, вышел на улицу.

— Не уходи, Тай! — Вист бросился следом.

— Зачем тебе надо плодить себе врагов? — вскипел Визетис.

— Вы мне не друзья! Вот почему.

— Хочется спросить, а есть ли они вообще у тебя. Вист считает Тайвиса своим другом, так не мешай им!

— Мы уедем. Далеко на восток. Поплывем к полуночным островам. Там он найдет себе друзей.

— Но ему не надо там, он хочет здесь!

— Он наивен! — Глент со злобой сверкнул глазами. — Даже тебя он считает своим другом! Он бы и с черными церзами бы обнимался, если бы они не пытались его убить.

— Я виноват, — Визетис стиснул зубы. — Я проклинаю тот день, но пойми, это мог быть и не я. Любой из Мастер — церзов мог там оказаться! Я принял его, попытался сделать его жизнь максимально удобной. Я знаю, что я для него сделал. Сколько боли принес. Но все эти годы я защищал его, как мог. Я принял свою ношу. А ты?

— Что я?

— Ты выжил в ту ночь, это дар. Дар для тебя, для Виста. Но ты, вытащив его из лап церзов, моих, тут же залил все ядом! Он не обязан жить в твоем мрачном мире. Пусть живет в своем. Где солнце светит, где у него друзья есть.

— Не совести, церз. Жизнь вытравила из меня всю совесть, все сожаления. Я все решил для себя.

Визетис кивнул.

— Хорошо. Чем тебе не угодил Тайвис? Ладно я, но он-то при чем? Что думаешь, ему все досталось просто? Или ты единственный страдалец в Империи, достойный утешения?

Глент отмахнулся.

— Спроси у него, легко ли ему было? А потом подумай, так уж ли ты обижен судьбой… — Визетис замолчал, но не увидев и отклика на лице проводника, махнул рукой.

— Твоя рана затянется, если ты не станешь тревожить ее. Я больше не нужен. Завтра я уйду. Поступай, как знаешь, — и церз вышел из дома следом за Вистом и Тайвисом. Глент остался один в пустом доме.

— Тай, подожди, — Вист нагонял на удивление быстро идущего элементала. Солнце перевалило за зенит и теперь снова удлиняло тени. — Не сердись, пожалуйста.

— Я не сержусь. Просто не хочу находиться рядом с ним. Запах его желчи вызывает у меня тошноту.

— Мастер Визетис говорит, что это не желчь была, а гной, — Тайвис остановился. Недалеко застыли скелеты черных церзов, и Вист опасливо покосился на них.

— Гной, Вист, у него в голове.

— А, я понял, — Вист деланно рассмеялся. — Ты шутишь. — Тайвис постоял какое-то время, рассматривая переливающуюся палитру чувств, что бушевала теперь в юноше. В спектре, в котором он мог видеть, все выглядело, как огненный смерч. Вист в огне. Тайвис стряхнул с себя наваждение.

— Я шучу, конечно. Идем на могильник посмотрим?

— Да ты что? — Вист сделал шаг назад. — Тут эти…сороконоги. Я их страсть как боюсь.

— Да брось. Ты же со мной. Мастер Визетис же сказал, что со мной можно. И потом… Ты же учишься защищаться?

Вист помялся.

— Ну, мы пока пробуем всякие штуки.

— Ну, вот! — Тайвис потянул Виста в сторону самого большого объекта, видимого в последних солнечных лучах. — Идем, не бойся.

— Я…Я не уверен, — Вист упирался, но все же шел. Тайвис вдруг споткнулся на ровном месте.

— Что? — Элементал присел, шаря по земле.

— Тут какой-то бугорок. Опиши его.

— Ну, он бугорок, — растерялся Вист. — Похож на палец. Ой, Тай, он шевелится. Давай уйдем!

Тайвис нащупал пальцами отросток, тот действительно шевелился, поворачиваясь к теплым рукам.

— Не нравится мне это, — Тайвис быстро поднялся. — Ты прав. Надо вернуться. Веди, Вист. — Юноша вцепился в рукав элементала и потащил его прочь от страшного места. Краем глаза он увидел, что бугорок выстрелил из земли точно такими же плетями, которые погубили черных церзов.

— Они и нас убьют, — прошептал Вист, увлекая Тайвиса все быстрее. — За их спинами лесом вставали щупальца, выстреливая прямо из земли. — Быстрее. — И они побежали. Вист не выпускал руки элементала.

Они добежали до своей хижины, наткнувшись на Визетиса в дверях.

— Что?

— Загостились мы тут, — отдышавшись, выговорил Тайвис.

— Давайте уйдем! — Вист спрятался за церза, но отпрыгнул и оттуда. Из щели показались усики сороконожки.

— Боже! — Вист запрыгнул между церзом и элементалом. Визетис повернулся к сороконожке лицом.

— Что там? — привстал на своем ложе Глент.

— Их много! — задыхаясь, прошептал Вист. — Я видел. Их тут тучи. Они нас сожрут!

— Не сожрут, — успокоил Визетис, хотя уже не был в этом уверен. — Тайвис скажи им, пусть успокоятся.

— Как? — Тайвис и сам прижался спиной к Висту, напряженно прислушиваясь. Где-то недалеко посвистывали плети, рассекая воздух.

— Не знаю, но ты можешь.

— Черта с два я могу. — С отчаянием прошептал Тайвис. Сорокножка выползла на четверть из логова и встала, пощелкивая огромными хитиновыми жвалами.

— Иди домой, — умоляюще протянул элементал — Все идите. Один из вас. Один из вас. — Шептал он как мантру. Сороконожка постояла, потом заползла обратно. Вокруг раздался шорох множества коготков. Ее товарищи уходили восвояси. Даже плети втянулись обратно под землю.

— Твою мать, — Тайвис на слабых ногах заполз в дом. Визетис с укором взглянул на Глента

— Утром мы все уходим, — строго проговорил он.

С заходом солнца путники в последний раз в этом доме разожгли очаг. Визетис решил напарить отвара для Глента в дорогу. Все скучились возле огня. Добродушное настроение улетучилось куда-то, даже скудный ужин не улучшил его. Все молчали.

— Эй, слепота. — заговорил вдруг Глент. Визетис вознес глаза к небу. Никак не уймется. Тайвис не отозвался.

— Давай перемирие? — и Вист с надеждой взглянул на товарища. Тайвис чуть пошевелился. Он сидел в своей привычной уже позе, по-лягушачьи, сведя ступни вместе, посох на плече.

— Я с тобой не воюю, — глухо отозвался он.

— Говорят, ты тоже из выживших? — любопытствовал Глент.

— Кто говорит?

— Наш церз, например.

Тайвис потер лицо, стянул надоевшую повязку на лоб, открыл глаза. Глент не сдержал вздоха.

— Может и так.

— Расскажи, как это? — не унимался проводник.

— Как что?

— Умирать…

— Я же не умер… Не умер, — Тайвис задумался, погрузившись в воспоминания. — Мастер Визетис все правильно говорит. Сначала пала вся скотина. Я помню, как мама убивалась по нашей корове. Но скотине-то больше повезло, скажу я вам. На следующий месяц все, что росло в полях и палисадниках почернело. Буквально все. Гвардия тогда оцепила деревню. Никого не выпускали. Еда быстро кончилась. Нам привозили что-то на больших таких телегах, но этого не хватало. Да и привозили-то хлеб, крупы. Всего было впритык. Тех, кто пытался выбраться из окружения — убивали. Прямо сразу. Даже с детьми. Церзы Круга там тоже были. Черные, как вороны. А воронам-то нипочем. Скверна и Скверна. Мертвая плоть не пахнет ею. А те, кто остался, покрылись язвами. Приезжали лекари, но они ничего не могли сделать. Сначала Малка умерла. Отец похоронил ее за домом. В черной земле.

— Малка это…?

— Сестренка. Она младше меня была на пару лет. Маленькая такая. Худенькая. Как веточка. И могилка у нее тоже была маленькая, — Тайвис прокашлялся. — Мама уж больно убивалась. Там же на могилке и померла. Да и остальные тоже следом. Как последний преставился, так они и стащили всех в один костер.

— Кто?

— Гвардейцы. А я-то тут же. Совсем слабый был. Как родителей не стало, так и еды не стало. Так и я угодил в эту кучу. Даром, что живой. Они костер запалили, а я ползу. Они смеются, а я все равно ползу. Так помирать не хотелось. Не остановили меня. Или решили время не тратить, не знаю. Я под крыльцо заполз. Костер долго горел. День или два. Как все догорело, гвардейцы снялись и ушли. Перед этим, правда, подожгли все остальное. Еле ноги унес. Тогда и появились эти штуки, — Тавис потряс левой рукой. — Мало, правда. Незаметно еще. И пошел, куда глаза глядят. Так что да, я из выживших. Если можно, так сказать.

— А потом? — Вист перемялся на месте.

— Потом? — Тайвис покрутил посох в пальцах. — Потом меня на дороге подобрали монашки. Отвезли в приют Рассветной Девы. Я сбежал оттуда. — Сообщил он с лукавой улыбкой.

— Что так? — фыркнул Глент.

— Дети. Там собирали всех беспризорников со всей округи. Не очень-то они жаловали меня. Из проклятой деревни, да еще с меткой на теле. Но меня поймали. Снова отвезли в приют. Монашки-то не злобливые. Посидел в подвале чуток, да и снова за свое. Побег удался с третьей попытки. Пришлось прятаться, чтобы снова не угодить в приют. Перебился как-то. С нищими прожил одну зиму.

— Чего тебе в приюте-то не сиделось? — усмехнулся Глент. — Тепло, сытно…

— Да не так уж сытно, — Тайвис опустил голову. — Ребята в банды собирались. Кто приятельствовал, а кто просто… Тех, кто в бандах, их не трогали. Уж больно донимали меня. Во мне силы-то нету. А я что? Всегда за полчеловека выходил. Друзьями не обзавелся. Кому охота проклятого в друзьях держать. Так и выходило, что из всех, я самая легкая мишень. Там те, что постарше, да посильнее пайку заберут, и сиди — локоть обсасывай. И благо, если еще не наваляют при этом. Нет, в приюте мне худо было. Как сбежал, так и протаскался по земле. Потом я прибился к бродячему цирку. Фокусам научился. Им-то все равно было, циркачам-то. Даже интереснее, что я такой. Пару лет перебился так. Дальше уже все известно. Я был неосторожен, и меня заметили гвардейцы. Потом оказался в Академии, теперь вот с вами.

— Ничего себе! — восхитился Вист.

— Мою историю не хочешь услышать? — злобно проговорил Глент. «А ведь ревнует», — вдруг дошло до Визетиса.

— Давай! — Вист с интересом повернулся к брату.

— Я с той ночи начну, если позволишь, — кивок в сторону церза. — Боги смилостивились надо мной. После вашего налета дождь пошел. Я пролежал под обломками до утра. Дождь потушил пожары. У меня обгорела половина тела. Боль была адская. Но я, пока лежал и слушал, как стучат капли по бревнам, дал себе слово, что не умру. Я вернусь, сказал я себе, вернусь за Веснушкой и каждого из моих врагов убью лично. И я выбрался из-под завала, встал и пошел. Я едва помню, как, но дошел до соседнего селения, там меня немного подлатали. Я выжил. Кожа слезала с меня лохмотьями, но я выжил. Я отправился в Самарат.

— Нашел, куда, — ухмыльнулся Тайвис.

— Я поступил на службу к наемникам. Там они научили меня сражаться и убивать. Я стал тем, кем хотел. Сделал шаг к своей цели. А после, скопив средства, отправился в столицу. За своим братом. Втереться в доверие к церзам оказалось делом несложным. Я наблюдал. Смотрел чужими глазами. Пришлось выкрасть фиал, без него у меня бы ничего не вышло. Но все случилось очень удачно. Вив легко выдала себя за студентку.

— Это помню, — кивнул Тайвис.

— Я получил ключ к твоей клетке, Веснушка, и вытащил тебя. Но меня задержали в тот день старые приятели. Мы с ними…повздорили. И вот, меня ранили, а ты снова оказался в тюрьме. Я не бросал тебя, клянусь. Если бы я мог, я бы пришел.

— Я понял, — кивнул Вист. — Я не сержусь.

— Фиал с Церебро… — глухо проговорил Визетис. — Тебе был нужен для этого?

— Выбраться из вашей Академии непросто, — усмехнулся Глент. — Мне подсказали, как это сделать. Но попросили плату взамен.

— Кто? Кто подсказал?

— Не важно… Я следил за тобой. Глазами твоих соглядатаев…

Визетис прикусил губу. Кто мог выдать секрет телепортации из Академии. Она, конечно, защищена, но и в этой броне были прорехи, которыми и воспользовался Глент. Кто выдал их секреты?

Над очагом повисла тишина.

— Надо ложиться спать. Я покараулю, потом Тайвис, потом Глент, — зевнул церз. Удивительно, но проводник не стал возражать.

Глава 15. Сквозь пространство

Наутро путники собрались в дорогу. Съестного в мешках поубавилось, и они стали много легче. Визетис налил полную флягу отвара для раненого. Остальные предстояло наполнить водой при случае. Передышка в проклятой деревне дала возможность собраться с мыслями, и хоть немного преодолеть пропасть между Глентом и остальными. По крайней мере, старый церз так думал.

Из хижины вышли цепочкой. Первым Визетис, за ним Вист, потом Глен и Тайвис замыкал шествие. От страшных скелетов свернули правее в надежде выйти к лесу и затеряться там. Была большая надежда, что церзы корпуса не обложили деревню со всех сторон. Визетис поглядывал в небо. Безоблачная синева давала надежду на долгий день без происшествий. Церз чувствовал под ногами бугры и даже видел, как из-под земли вылезали на малое расстояние щупальца неведомого чудовища, но беглецам дали дорогу. Ни одной плети не выстрелило, пока путники пересекали улицу до границы деревни. Висту казалось, что их провожают полчища сороконожек, казалось, он слышит звук тысячи хитиновых ног, и он постоянно нервно оглядывался, опасаясь нападения. Но нет. Развалины выглядели пустыми, лишь под ногами пузырилась земля от движения смертельных для незваных гостей лоз.

Глент молчал и лишь щурился на восходящее солнце, подставляя лицо лучам. Тайвис, шаря перед собой посохом, молчал тоже. Визетис знал, что и ему было не по себе, но, пока элементал был уверен, что контролирует ситуацию, так и было. Стоило ему лишь чуть усомниться, и неведомая сила выгоняла своих охотников.

Беглецы благополучно миновали границу села, и все вздохнули с облегчением. За ней начинался редкий пролесок, перераставший в откровенную чащу, перечеркнутую поваленными когда-то деревьями. Церз с сомнением взглянул на свой отряд. Вист, едва ли его можно назвать опытным путешественником, Глент с незатянувшейся раной, и Тайвис, который вряд ли сможет ориентироваться в лесу, куда проникает мало света. Но иного пути не было. Заезженные дороги наверняка контролируются церзами корпуса. И Визетис решительно пошел вперед.

— Ориентируйся на восток, старик, — поправил его Глент. Церз прикинул направление и свернул правее.

— Что это за лес? — спросил Вист, чтобы не молчать. Сумрак после солнечного утра пугал его.

— Это Сумеречный лес, — ответил Глент, опередив Визетиса. — Он пришел сюда с востока.

— Почему пришел? — не унимался Вист.

— Потому что он быстро отвоевывает себе землю. Лесорубы жгут и вырубают его, но он все равно побеждает. Здесь, возле проклятой земли никто не мешает ему расти. Вот он и отхватил себе земли.

— А почему Сумеречный?

— Он в основном состоит из быстрорастущего ползолиста и дождевых деревьев. У них плотная листва, поэтому под деревьями постоянный сумрак, — поторопился сказать Визетис, пока Глент не ляпнул лишнего.

— Я слыхал, в сумеречном лесу рождаются все легенды, — вставил Тайвис. И этот туда же.

— Что за легенды? — Вист отстал и побрел рядом с Тайвисом, перешагивая коряги. Элементал шел неспешно, пробуя перед собой дорогу костылем. Глента, как ни странно, устраивал такой темп. «Из-за раны» догадался Визетис.

— Я слыхал только некоторые, — уклончиво ответил Тайвис.

— Расскажи.

— Говорят про Хозяйку леса. Кто ей не понравится, она утаскивает в самую чащу и превращает в дерево. Как увидишь самую большую поляну, где растут самые высокие деревья, там и есть ее дом.

— Сказки, — отмахнулся Глент.

— Или про то, что все звери тут говорят на одном языке. Что видит один — видят все. — Продолжил Тайвис, не смущаясь.

— В это я готов поверить.

— Еще говорили, что здесь живут грибцы.

— Кто? — хохотнул Глент.

— Кто это, грибцы? — улыбнулся нервно Вист.

— Это такой народец маленький. Каждый ростом с большой гриб. Они служат Хозяйке. Если путник ляжет спать в Сумеречном лесу, не спросясь разрешения, или срубит дерево, или убьет зверя, грибцы хватают его и оплетают грибницей.

— А как же Хозяйка, которая тоже всех хватает? — насмешливо спросил Глент.

— Она берет только то, что ей надо. Что не надо — грибцам, — Тайвис пожал плечами. — Почем я знаю, это ж сказки все.

— По мне, так лес как лес. Только сырой и мрачный, — Глент потерял интерес к разговору.

— Мастер Визетис, — Вист, подпрыгивая на кочках, догнал старого церза, с лукавой улыбкой прислушивающегося к разговору. — А вы что скажете?

— Я, Вист, думаю, что ко всякому месту надо отнестись с уважением. Пришел в лес, помни, что ты гость. К чужому жилью пришел, уважай хозяев.

Глент фыркнул и хотел сказать что-то язвительное, но осекся. Вист встал, как вкопанный. Замер и Тайвис. Визетис, почуяв неладное, оглянулся на свой маленький отряд. Растерянный взгляд его встретился со взглядом Глента. В его глазах не было ненависти или превосходства. Проводник их так же почуял кожей что-то неладное, но не мог описать, что. Визетис посмотрел на Виста. Юноша смотрел перед собой влажными черными глазами, как всегда смотрел перед своими приступами.

— Нет, Вист, — церз коснулся его плеча рукой. — Ты же держался все это время.

Глент вскинулся как гончая. На грани видимости и слуха он уловил едва слышное дыхание.

— Ищейки! — крикнул он, вытаскивая свое оружие. Визетис оглянулся. Со всех сторон в высоких папоротниках виделось движение.

— Нет, Вист, не сейчас! — Визетис скинул мешок, чтобы тот не стеснял движений. Они с Глентом встали так, чтобы защитить Виста и Тайвиса от уродливых чудовищ. Следом за ищейками делая неестественно большие прыжки, спешили «куклы»

— Тай! — Визетис оглянулся на элементала. Тайвис стоял, подняв лицо к небу, раскачиваясь в непонятном трансе.

— Да что же это? — Глент взмахнул рукой с мечом, отбиваясь от первой ищейки. Полупсы прыгали на обороняющихся с утробным рычанием. Визетис хлестал заклятиями по широкой дуге, стараясь зацепить как можно больше врагов. Полупсы падали к ногам, но их число не уменьшалось. Церз краем глаза видел, как ловко Глент орудовал своим клинком. Не соврал. Убивать он научился. Воздух звенел от заклятий. И среди этого хаоса стоял, покачиваясь, Вист.

— Да очнитесь вы! — рычал Глент, насаживая очередную жертву на клинок. Подоспели и церзы, вокруг загудела плотная стена из заклинаний. Визетис пробил ее раз, второй, но она снова срасталась и сжимала кольцо. Тело заломило. «Нет, Вист, нет, не сейчас» Снова заболели мышцы. Кольцо сжималось и грозило запереть защитников в непроницаемые коконы. Казалось, кости затрещали. Рядом закричал Глент, почувствовав, как выворачиваются суставы и рвутся сухожилия, когда сила Виста вырвалась наружу и закружила все, что находилось рядом. «Нет, Вист, нет» Закружило свору полупсов рядом, разорвало их в клочья. Визетис упал, чувствуя, как лопаются сосуды. «Ты убьешь нас» Еще удар, и еще. Церз закричал, чувствуя, как плоть сходит с костей. Сошлась стена, что должна была обезвредить беглецов, но встретила пустоту на условленном месте и растворилась сама в себе. Беглецы исчезли, оставив после себя круг разорванной плоти и окровавленных костей.

Визетис кричал от боли, но боль сошла вместе с телесной оболочкой. Он с трудом поднял голову. Все кругом было особенным. Таким же как раньше, и не таким. Весь лес расцвел странными существами, выглядывающими на незваных гостей из-за каждого дерева. Воздух приобрел красноватый цвет и стал тяжелым как песок. Недалеко колыхались темные бесплотные тени. «Церзы Круга» Но вели они себя не так, как ведут победители. Их мысли были кровавого цвета. Алый перетекал в желтый цвет разочарования. Они потеряли беглецов. Визетис посмотрел кругом. Мысли различных существо роились в лесу, составляя саму ткань этого мира. «Мы на другом плане», — понял Визетис. Незначительные почерневшие куски плоти лежали под ногами. Рука, сияющая, точно солнце протянулась к нему, и церз поднял голову. Статный, высокий полубог стоял перед ним. Кожа его сияла, точно солнце, но сияние не утомляло глаз. «Это Вист» Визетис принял предложенную помощь и поднялся, Вист излучал спокойствие и увереность в себе. «Шаман Лтаали», — Визетис почувствовал необычайную легкость и благодать. Вист ничего не сказал и легким, плывущим шагом подошел ко второй фигуре. Черный, сгорбленный, иссохший, на земле сидел Глент. Этот мир изменил и его. Теперь он выглядел как обугленная головешка, высокий с руками до самой земли. Висъент помог подняться и ему. Он протянул руки обоим путникам и повлек их за собой. Визетис отметил для себя, что все движения здесь были плавными, точно в воде. И хотя воздух казался жестким, это не доставляло неудобств, потому что никто из них не дышал в тот момент.

«Где же Тайвис?» Визетис оглянулся и тут же получил ответ. Рядом плавными прыжками перемещалось чуднОе существо. Сначала церз подумал, что это птица, но потом понял, что глаза обманули его. У существа было человеческое тело, и крылья птицы, помогающие ему совершать длительные прыжки. Все тело существа объято пламенем, но Визетис знал отчего-то, что это пламя не обжигает. Существо подпрыгивало высоко и, плавно делая кульбиты в воздухе, опускалось на землю. «Так вот что ты такое», — радостно подумалось ему. Вист плавно увлекал своих спутников прочь. Все дальше и дальше они уплывали от места схватки. Визетис, угасая потихоньку, подумал, что это конец.

Очнулся старый церз в мире материальном, как ни странно. Под боком лежал вполне осязаемый камень, а плечо затекло совершенно. Все приключение виделось как красивый сон. И Вист, в роли полубога, и Тайвис — огненный дух-проказник, и даже Глент сгоревший, как лучина. Все казалось сном. Однако, попытавшись сесть, церз понял, что боль, предшествующая этому сну, была настоящей. Болело все. Буквально. Визетис лег на спину, стараясь отдышаться. Посмотрел перед собой наверх. Они все еще в лесу. Листва все такая же плотная. Прислушался. Только птицы галдят. Ищеек не слышно. Церз снова предпринял попытку сесть. Удача. Он огляделся. Вот они все, лежат, утомленные путешествием через иной план. И Вист, бледный, как обычно после приступов, и Глент, хрипло проталкивающий воздух в глотку. Его рана наверняка болит. И Тайвис, свернувшийся в клубок. А вот церзов корпуса не видно. И следов битвы так же не видать. Как далеко они ушли? Сколько времени выиграли? Эти вопросы придется пока оставить без ответа. Визетис подполз к Висту, погладил его по голове. Горячка. День или два будет жар. Все припасы остались у места схватки. Ни еды, ни воды. Визетис похлопал себя по бокам. Ничего.

Он устало прилег рядом с Вистом. Ничего. Главное — они живы и пока в безопасности.

— О, боги! — простонал Глент.

— Это не боги. Это Вист, — отозвался Визетис. — Он провел нас по тонкому плану. Увел нас прочь.

— Я думал, что мне конец, — выдохнул Глент.

Визетис снисходительно улыбнулся. Он лежал, глядя на просветы в листве.

— Твой брат очень силен, — проговорил он, вспоминая сияние и силу полубога.

— Я знаю, — грубо отозвался Глент. «Интересно, что видели они?» — подумал Визетис, перед глазами вставали почерневшие тонкие руки, но спросить не решился.

— Где мы?

— Я не знаю.

— Веснушка! — Глент подкатился к брату.

— У него жар. Так всегда после приступов. Он сходит сам через день-два.

— Мы не можем ждать. Мы и так много времени потеряли.

— Я могу нести его на руках, — предложил Визетис. Сейчас отчего-то не хотелось спорить. Теплые воспоминания о прикосновениях рук, сотканных из самого Церебро, вытравили всякое желание к сопротивлению.

— Нам бы какой-никакой транспорт... — задумчиво проговорил Глент.

— Мы в лесу, — напомнил церз.

— Знаю, — отрезал Глент. — Надо выйти на тракт.

— Нас там быстро обнаружат.

— Пойдем на восток, как можно дольше по лесу, а там найдем какую-нибудь телегу и поедем.

«Отличный план. Вот только что мы будем есть?» — хотелось спросить Визетису, но он не спросил.

— Надо привести этого в чувство, — Глент кивнул на Тайвиса. — Ты же не захочешь его бросить?

— Он очнется, — Визетис погладил Виста по руке. — Нужно только время.

Глент со стоном сел, оперся спиной о ближайшее дерево.

— Давай, взгляну на рану, — предложил Визетис.

— Все нормально, — Глент закрыл глаза. — Не надо. Второй раз я бы не захотел так путешествовать.

Церз улыбнулся. Из всей поклажи у них осталось только то, что было на них надето. Ни спальных одеял, ни припасов, ни компонентов. Ровным счетом ничего.

— Мы потеряли всю провизию, — сказал Визетис.

— Я вижу, — Глент задумчиво оглянулся. — Сейчас отдохну и поищем что-нибудь, пока светло. Ты мог бы прибить какого-нибудь кабана, а слепец нам его изжарит. — Добавил он с хитрой ухмылкой.

— Собери тогда дров на костер.

— Да,...сейчас. — И оба откинулись назад. Идти не хотелось. Болело все тело, как будто его били палками.

— Минутку...

— Секунду...

— Сейчас пойдем...

И пролежали еще какое-то время. Очнулся Тайвис с криком. Визетис подскочил, как ошпаренный.

— Нет, не трогайте! — Тайвис рыдал без слез и попятился назад, еще не до конца придя в себя.

— Тай, все в порядке, — церз поднялся и заковылял к нему.

— Посмотрю, где мы, — хмуро пробормотал Глент и пошел в сторону.

— Нет... — Тайвис остановился и теперь тяжело дышал.

— Успокойся. Мы выбрались, — Визетис похлопал его по спине.

— Правда? — элементал совладал с собой. И наконец, поднял лицо. — Мастер Визетис, это вы?

— Да, я. Вист нас вытащил. Протащил через другой план...

— Я думал, это сон был... — Тайвис несмело улыбнулся. — Так все ярко, я снова видел.

— Нет, не сон, — Визетис помог элементалу подняться и привел обратно к лежащему Висту.

— Что ты видел? — шёпотом спросил Визетис.

— Виста видел. Он там как король. Весь в сияющих доспехах, —Тайвис уселся на ватных ногах рядом с лежащим юношей. — Глента видел. Он и вправду сгорел, это страшно...

— А меня видел?

— Да, мастер Визетис, видел, — Тайвис опустил голову.

— Что ты видел?

— Я увидел черного ангела смерти... с переломанными крыльями, — элементал широко распахнул черные глаза.

Мастер — церз Кримхольм задумчиво теребил в пальцах лоскут ткани с места происшествия. В лесу церзы Круга Заступников попытались взять в кольцо беглецов. Казалось, что проще. Два юнца и старик. И еще один, не достойный даже упоминания. Но победителями церзы все равно не вышли. Обоих юношей, и элементала и объект, сразу удачно ввели в транс. И, казалось, что победа в кармане. Всего-то справиться со старым церзом и тем, другим. На стороне церзов Круга численное превосходство, и умелая стратегия, и элемент неожиданности. Но вмешался случай.

У объекта случился выброс Церебро, и численное превосходство сошло на нет. Как и стратегия, как и элемент неожиданности. Боги удачи решили поставить на беглецов. Что ж. Не все время им будет подыгрывать фортуна. Принимавшие участие в манёвре церзы говорили о жесточайшей силе, рвавшей все живое на своем пути. На месте, где стояли беглецы, нет живого места. Все залито кровью и устлано ошметкми плоти и осколками костей. Вот падальщики поживятся. Уверити предположил, что беглецов разорвало самих. Как знать, в этом месиве теперь не разобрать, кто пал в том бою. Но Кримхольм был почему-то уверен, что беглецы смогли уйти. Смерть шамана Лтаали ощутили бы все, кто хоть как-то связан с Церебро. Он жив. И как-то сумел спастись. Нельзя бросать поиски, но надо увеличить радиус.

— Мастер-церз? — Уверити. Туповатый и прямолинейный.

— Да, Мастер Уверити?

— Что мы будем делать? Вы скажете Империуму, что мальчик Лтаали мертв?

— Нет, — Кримхольм повернулся к своему церзу всем телом. В Приюте Странника, где церзы все еще держали за свой штаб, появились стулья и кушетка.

— Бессмысленно оттягивать время ...

— Я не скажу, что он мертв, потому что это не так, — перебил Кримхольм. — Они все живы. И как-то смогли ускользнуть. И когда я поймаю их, я спрошу, как.

Уверити кивнул, хотя уверенности не чувствовал.

— Приведи мне ищеца.

— Ищеца?

— Именно, — Кримхольм размял плечи. Внутри он был в ярости, хотя внешне оставался спокойным. Мастер — церз подобрал с пола у очага длинный кусок занесенного ветром прута.

Уверити притащил за ошейник упирающегося ищеца.

— Можешь идти, — кивнул Кримхолм и церз удалился. Ищецы имели мозг человека, а вот тело, путем долгих экспериментов ему вывели звериное.

— Не двигайся, — Кримхольм коснулся лба животного, и оно замерло. Кримхольм размахнулся и ударил веткой ищеца по спине. Животное вздрогнуло и завыло от боли, но убежать было не в силах. Даже защититься не могло. Мастер — церз снова размахнулся и снова ударил. Он представлял на месте воющего животного то элементала, то мальчишку Лтаали. Мастер — церз не уставая, опускал руку с хворостиной снова и снова. Ищец выл и кричал почти по-человечьи. Ничто не тронуло сердце Кримхольма, ибо Мастер-церз не может себе позволить иметь сердце.

Наконец, Кримхольм отступил. Ищец мертв. Тело его искромсано обломившейся хворостиной.

— Уберите! — крикнул Кримхольм. Полегчало. Определенно.

Глава 16. Лес, наполненный волшебством

Глент вернулся не скоро, зато принес в руках грибов.

— Вот, — он вывалил свое богатство на землю. — Можно пожарить. Я посмотрел, где мы. Нас сильно стащило на север, но есть и хорошая новость. Тракт недалеко. За полдня пути выйдем на дорогу. Съерра-Беккерре остался далеко на юге. Нас врядли будут искать здесь.

— Висту нужно время прийти в себя.

— У нас нет этого времени, — отрезал Глент. — Понесем его. Выйдем к тракту, а там я найду нам на чем доехать.

— Хорошо.

— Мастер Визетис, я обронил костыль, — Тайвис беспомощно перебирал пальцами все, что попадалось ему под рукой. — Не посмотрите вокруг?

— Вот еще слепота! — фыркнул Глент. — Разожги нам костер.

Визетис внимательно осмотрел место их падения. Ничего похожего на посох Тайвиса не было.

— Я пойду соберу хворост и найду тебе что-то, хорошо? — Успокоил он элементала.

— Тот старый был хорош, — посетовал Тайвис. Глент снова ушел, не сказав ни слова.

— Ничего, найдется что-то, — Визетис поднялся. — Я найду.

— Пожалуйста, Мастер Визетис, — Тайвис подобрал коленки к подбородку. — Возвращайтесь поскорее, ладно?

Визетис поднялся и заковылял по рыхлому мшистому покрову. Нет, не найти нормальной ветки для посоха. Странный лес. Деревья высокие, прямые, ни одной веточки под ногами. Из чего сложить костер? Церз мягко ступал по мху. Возле деревьев из-под мшистого одеяла проклевывались целые семьи грибов.

Он побродил вокруг, стараясь не терять из вида Тайвиса, привалившегося к дереву. Проискав безуспешно какое-то время, решил вернуться.

— Нет, ничего нет, Тай.

— Я понял, — понуро ответил элементал. Снова вернулся Глент с длинной веткой, раздваивающейся к концу. Приглядевшись, Визетис понял, что это ствол молодого дерева, срезанный в нужных местах так, чтобы получилось подобие утраченного посоха с вилкой на конце. Церз ничего не сказал, но в душе был рад, что Глент проявил хоть какое-то подобие заботы.

— Держи, слепота, — Глент кинул новый посох Тайвису на колени. — Без него ты нас задержишь.

— Спасибо, — без особой благодарности пробормотал Тайвис, ощупывая новое приобретение.

— Я не нашел, чем разжечь костер, — признался Визетис.

— Потому что в этом лесу нет ничего такого, — зло отозвался Глент. — Дурацкий лес. Надо быстрее выбираться отсюда.

Визетис повернулся к элементалу, намереваясь что-то сказать, и забыл, что хотел. Тайвис вцепился в свой посох и вжался в дерево так, как будто к ногам его подступила лава.

— Что с тобой? — Глент с неодобрением также взглянул на Тайвиса.

— Не начинай, слепота...

— Вы что, не видите? — едва слышно прошептал элементал.

— Чего?

Тайвис провел рукой перед собой.

— Вот же они...

— Кто? — Визетис пригляделся получше, но кроме мха ничего не увидел там, куда указывал элементал.

— Эти...

— Слепой головой ударился, — констатировал Глент с досадой. И тут Визетис уловил движение воздуха. Даже не воздуха, как будто сама картинка сместилась в глазах, открывая взгляду абрис чьей-то фигуры. Да не одной.

— Я тоже... — Визетис распрямил спину. — Я тоже их вижу.

— Мы даже грибов еще не ели, — недовольно проворчал Глент, и тут глаза его сфокусировались на проявляющемся прямо из воздуха острие копья, нацеленном аккурат между глаз.

— Это что еще... — следом за острием проявилась и вся фигура. Невысокое существо, все покрытое мхом красноречиво тыкало копьем Гленту в лицо. Следом за первой фигурой проявились и остальные. Путники оказались окружены со всех сторон.

— Это дрейвы, — Визетис спокойно поднял руки. — Мы в сердце их территории.

— Вот дьявол, — Глент тоже поднял руки. Тайвиса заставили встать и попытались отобрать ветку, но тот вцепился в нее мертвой хваткой, и дрейвы бросили попытки.

Все они, как одна указывали в направлении чащи.

— Нам надо идти туда, — вяло проговорил Визетис. — Я возьму Виста. — Двигаясь как можно медленнее, он знаками показал, что ему надо взять лежащего на руки. Дрейвы не возражали. Когда все трое двинулись в нужном направлении, копья чуть опустились.

— Нам конец, — Глент оглянулся в поисках лазейки. — Не церзы, то эти чокнутые бабы нас добьют.

— Может, мы можем договориться.

— С ними нельзя договориться, тебе ли не знать, Мастер-Церз, — язвительно заметил Глент.

— Я есть хочу, — отозвался Тайвис, понуро следуя за спутниками, подталкиваемый копьями в спину.

— Заткнись, — без злобы обрезал его Глент.

— Может они нас покормят? — не унимался элементал.

— Может, и покормят, а может и пообедают...Нами.

После этого элементал замолчал, и какое-то время шли молча. Дрейвы прошли вперед, и перед путниками снова задрожала картинка. Словно отодвинулась занавесь, вот был лес, а вот стала густо населенная деревня, где все жилье висело, как плоды, высоко на деревьях.

— Это будет последнее, что мы увидим, — пробубнил Глент.

— Что же ты не машешь своим клинком? — спросил Тайвис.

— Потому что это бесполезно, дубина. Дрейвы вообще живут по другим законам. В двух мирах. В материальном и тонком.

— Не понимаю, о чем ты...

— Скоро поймешь.

Путников привели в середину поляны, окруженной высокими деревьями. С самого верха вниз ловко спустилось еще несколько дрейв. Одна из них, на голове которой помимо мха росла еще, и целая грибница каких-то поганок подошла ближе, а остальные отступили.

— Ничего хорошего от решения бабы, у которой в голове поганки растут, ждать не придется... — Пробубнил Глент. Вокруг раздались голоса, похожие на кваканье.

— Это что? Они квакают, что ли? — хихикнул Тайвис.

— Молчите все, — одернул их Визетис.

Дрейва с грибами на голове, церз окрестил ее шаманкой, принюхалась к пленникам. У дрейв было лицо, похожее на человеческое. Широкие ноздри носа впитывали каждый запах, а глаза, желтые с вертикальными зрачками внимательно осматривали любую мелочь. Шаманка обследовала каждого пленника, задержавшись возле Виста.

— Вы прошли закрытым путем...

— Это Вист, — Визетис прижал бесчувственное тело еще крепче к себе. — Висъент. Его сила растет.

Шаманка принюхалась к юноше.

— Тогда он будет говорить...

— Как он будет говорит, он же спит, грибная ты голова! — грубо откликнулся Глент.

Она положила руку Висту на лоб. Юноша вздохнул, как будто вынырнул из воды и открыл глаза.

— Чудо! — Визетис прижал юношу к себе.

— Пустите, мастер Визетис, — сдавленно в грудь церзу проговорил Вист слабым голосом. — Где мы?

— Нас схватили грибо-лягухи. — Отозвался Глент.

— Кто? — Вист нетвердо встал на ноги и огляделся. Шаманка принюхалась к юноше снова.

— Ты! — она ткнула в Виста зеленым пальцем. — Скажешь за всех. А мы будем слушать.

— Я? — Вист оглянулся в растерянности.

— Может я? — начал было Визетис, но копье, приложенное к самому носу, заставило его замолчать.

— Веснушка, скажи, пусть нас отпустят, — быстро проговорил Глент.

— Мы живем здесь давно. Никто не пересекает наших границ. Но Древо благоволит вам.

— Что такое Древо? — ошалел Вист.

— Древо дает жизнь и забирает ее, когда срок подходит к концу. Древо — это начало начал и конец всего сущего. Ты не знаешь о нем, но оно знает о тебе, ибо и ты, и каждый из живущих — его часть, как лист древесный — часть дерева, — ответила шаманка без тени пафоса. — Каждый из вас умер бы сразу, приди вы в нашу землю поодиночке. Но ваши судьбы сплелись, и этот узел затянулся. Расскажи, что вы ищете?

— Мы просто...путешествуем, — растерялся Вист

— Он! — шаманка ткнула пальцем в Визетиса. — Человек. Что ему надо здесь? — Обратилась она к Висту

— Он со мной, — растерялся Вист. — Мы вместе путешествуем. Это мастер Визетис.

— Он пахнет усталостью и смертью, — шаманка втянула носом воздух. — Его век почти закончен.

— Нет! — Вист вцепился Визетису в руку.

— Зачем он тебе, о сын древнейшего рода?

— Он мой друг...

Шаманка повернулась к Гленту.

— Он пылает в огне, и принес этот огонь на наши земли.

Глент не ответил, а Вист растерялся.

— Это мой брат, — шаманка повела носом

— То, что он задумал, не нравится Древу. Хранители беспокоятся...Это плохо...Он может умереть сегодня здесь. Его смерть изменит многое, но не главное.

— Я не собираюсь умирать, — заносчиво ответил Глент.

— Когда печати падут, нити ваших жизней окажутся в руках Арахве. Она сплетет из них цепь душ, преодолеет пустоту и доберется до Древа. Нельзя этого допустить, сын древнейшего рода, ты понимаешь меня?

— Это все сказки, — фыркнул Глент. — Старые легенды.

Шаманка подняла лицо к небу, ничего не ответила.

— Что же делать? — растерялся Вист. И этот вопрос остался без ответа.

Шаманка приблизила лицо к Тайвису.

— С тобой дитя огненного бога. И у него в руках бесценный дар Древа.

— Я не делал дурного, и это дар вон того, который в огне, я без него не могу ходить нормально, — попытался оправдаться Тайвис.

— Это Тайвис, он тоже мой друг, — кивнул Вист.

— Порченное дитя, проклятое дитя...Пусть этот дар смирит гнев твоего бога. Мы не называем его имени, он крепко держит это существо в своих когтях. Он тоже склонится перед Древом, ибо грядет битва...Все должны выбрать себе соратников, — продолжила шаманка. — Ты собрал их вместе...

— Ну, не совсем так... — Вист смутился.

— Вы на чаше весов, дитя древнейшего рода. В какую сторону склонятся они, вы решите сами, — шаманка отступила, и все дрейвы отодвинулись на шаг назад, словно ведомые единой волей. — Веретено событий уже запущено. Мы принимаем все, что оно нам дает. Как неизбежно за расцветом приходит увядание, так и вы идете навстречу своей судьбе. Древо просит меня уступить. Я повинуюсь. Мы отпускаем вас. Но тебя, дитя древнейшего рода, я позову трижды. По числу твоих спутников. И ты придешь...Один.

— Приду, — уверенно кивнул Вист.

— Нас отпускают? — не веря своей удаче встрепенулся Тайвис. — А поесть дадут?

— Они каннибалы, Тай, — прошипел Визетис.

— Тогда обойдусь, — не смущаясь, тотчас ответил элементал.

— Вы можете отдохнуть здесь до утра, — шаманка показала рукой прямо на землю. — Ночью наша чаща опасна.

— Еще опаснее дрейв? — фыркнул Глент, усаживаясь прямо на землю. Шаманка посмотрела на него.

— Не смей звать своего бога в моей земле, проклятое дитя, иначе вы все умрете. Я ослушаюсь Древа, если опасность будет грозить моему народу, — обратилась шаманка к элементалу.

— Не буду, — обиделся Тайвис.

— Я ничего не понял, — признался Вист Визетису.

— Ты дал обещание прийти к ней по первому зову, — также шёпотом ответил церз.

— Правда? — Вист смутился. — Как я смогу, если буду, например, на островах.

— Ты поймешь.

— Я ничего не понимаю, — взмолился Вист, но сел тут же на мягкую подстилку из мха. Прижался к брату, отпустив руку церза. Визетис тоже опустился на землю.

— Как кушать хочется... — вздохнул Тайвис. Дрейвы отступили еще на шаг, образовав вокруг путников живой барьер и замерли, точно не живые.

-У них мужики есть, интересно? — с любопытством огляделся Глент.

— Никто про них не знает. — Заметил Визетис. Глент фыркнул.

— Размножаются они спорами поди, или как грибы...Грибницей...Эй, слепота, ты девственник?

— Могу задать тебе тот же вопрос... — не смутился Тайвис.

— У меня было столько женщин, что тебе и не снилось...

— Твои женщины мне не снились, так часто как тебе.

— Нет, а правда? Как у них это происходит? — Глент сделал неприличный жест. — Мастер-церз, ты не в курсе?

— Нет, не в курсе. О дрейвах некому рассказать. Все что мы о них знаем, это то, что они есть, — Визетис пожал плечами. — Они не пускают никого к себе. Даже Кругом мы пытались их одолеть, но они обманули нас. Они манипулируют пространством. И удивительно слаженно действуют.

— Одни мозги на всех? — фыркнул Глент. Визетис пожал плечами.

— Говорят, что Лтаали тоже так могут.

В этот раз Глент промолчал.

— Что она имела в виду, когда сказала «то, что ты задумал»? — задал Вист мучавший его вопрос. — Что ты задумал, Глент?

— Не важно. Я задумал увезти нас с тобой на Сумрачные острова, — ответил ему брат.

— Это не тот ответ, который мог бы все объяснить, — встрял Тайвис. — Ты что-то скрываешь...

— Заткнись, — устало ответил боец. — Я не стану ничего объяснять, ясно? Делаю то, что считаю нужным.

— Ты задумал что-то плохое? — с замиранием в голосе переспросил Вист.

— Нет...Ничего я не задумал. Я устал. Меня сегодня на части рвало, потом бабы эти...теперь вы с вопросами... — Глент повернулся к брату и тот смутился от того, серая тень измождения легла на лицо воина, и немалую долю вины Вист списал на себя.

— Давайте спать, — предложил Визетис. — Завтра будет новый день.

Тайвис не заставил себя уговаривать, он свернулся в клубок, где сидел, обняв свой новый посох. Глент тоже лег, а Вист устроился между ними. Визетис прилег поодаль. Сон смежил веки. Этот лес точно нашептывал ласковые слова, склоняя путников ко сну.

Глава 17. Дорога

Засыпали путешественники в лесу волшебном, а проснулись в самом обычном. Ни одной дрейвы вокруг. Под ногами полно ветоши, и уже нет того чарующего волшебства, которое чувствовалось при каждом шаге на территории лесного народа. Но Визетис был даже рад. Уж лучше простой и понятный обычный лес, чем опасность быть съеденным за неверный шаг.

Пробудились путники одновременно, точно по мановению чьей-то руки. Глент тотчас сообщил, что он слышит скрип телеги. Их выкинуло на опушку леса рядом с Северным трактом.

— Ну, наконец-то. Осточертели эти вылазки по пересеченной местности, — проворчал Глент, подтягивая пояс, который заметно ослабел с начала их путешествия.

— Я раздобуду нам какой-нибудь транспорт, — Глент, точно ищейка вытянулся в направлении дороги. — Выходите следом за мной. Подождете меня под кронами. — И он быстро ушел в направлении звуков.

— Я б не отказался от транспорта, — кивнул Тайвис. — И от еды.

— Это точно, — Визетис огляделся в поисках знакомых листьев. Быть может дикие ягоды или еще что.

Тайвис нервно застучал посохом о землю.

— Что еще? — Визетис огляделся.

— Есть хочу.

— Все хотят, — Вист понуро оглядывал окружение.

— Что теперь, Мастер Визетис?

— Идем за Глентом. Дольше по обстоятельствам, — Вист кивнул. Церз тронулся следом за воином. Возможно, по пути им встретится хоть что-то съедобное. Но земля устлана поваленными ветками и сухой листвой с прошлого года, ничего, хоть отдаленно напоминающее еду не было. Тайвис, тихонько ругаясь, следовал за церзом. Посох сообщал ему, что под ногами целые ловушки из спутанных ветвей, поэтому он делал высокие и широкие шаги.

Наконец, лес поредел, а после и вовсе превратился в поросль молоденьких деревьев. Путники расположились на поляне меж этими тоненькими, как прутики, деревцами, откуда было видно и дорогу, и стали ждать.

— Где мы? — спросил Тайвис.

— Я вижу дорожный столб, он измалеван синей краской. Значит Северный тракт, — резюмировал церз. — Где-то вдоль северного тракта.

— Он тянется от самой Гатталы до порта Шии. Это довольно большой отрезок, — заметил Тайвис.

— Я пока не знаю, Тайвис, я скажу, как пойму, где мы.

— Да, хорошо, — Тайвис опустился на траву, по-лягушачьи растянув колени и сложив ступни лодочкой. — Эй, Вист, что делаешь?

Висъент, тревожно вглядывался в дорогу. Открытые пространства вдруг начали его пугать, и перспектива выйти из-под прикрытия деревьев не очень ему нравилась.

— С-смотрю...

— Давай сыграем в «Поймай великана» Знаешь такую игру?

— Нет, — Вист с интересом подсел к элементалу.

— Надо вот так руки поставить. Да не так. Смотри как у меня, — Тайвис на ощупь выровнял ладони юноши, чтобы игра удалась. — И теперь мы по очереди будем «ловить великана». Проиграет тот, чей великан попадется.

— А где великан? — Вист растопырил ладони в кольце рук Тайвиса.

— Твоя ладонь — великан. Вот так, по очереди. Давай, я первый, — и элементал начал читать детскую считалку, хлопая Виста поочередно по каждой руке.

— Шел по дороге великан,

Нашел кошель — сложил в карман.

Кошель — чужой,

Воришка, стой! — и Тайвис звонко стукнул Виста по ладони, которую тот даже не отдернул.

— Видишь, я тебя поймал.

— Надо было отдернуть?

— Да.

— Давай еще раз... — Вист с интересом включился в новую игру. Визетис улыбнулся и снова посмотрел на дорогу. Нет Глента.

— Я посмотрю, что там, — увлеченные игрой, элементал и Вист, его не услышали. Церз осторожно пошел вперед. Пролесок скоро закончился, и взгляду открылись бескрайние зеленые поля, местами расцвеченные разнотравьем. Где-то на горизонте темнел лес. Дорога в обе стороны была вызывающе пуста. Куда делся проводник? Поразмышляв еще немного, церз решил все —таки вернуться к спутникам. На поляне игра была в разгаре. Вист хохотал от удачно сыгранной партии. Тайвис тоже смеялся. Даже Визетис улыбнулся от бесшабашного веселья молодых людей. Вот с Глентом Висту будет не так весело, подумалось. Церз присел на траву и начал просто наблюдать за игрой.

Глент пришел не скоро. Вист с Тайвисом успели наиграться вдоволь.

— Поехали, — бросил проводник, и все сорвались следом за ним. Визетис поспешил первым. Глент раздобыл крытый фургон, запряженный уставшей кобылой. На тенте сбоку было с ошибкой намалевано белой краской «Тавары для всех».

— Где ты раздобыл его? — Визетис подсадил Виста, и Тайвиса заодно.

— Обменял, — усмехнулся Глент с места возницы.

— На что?

— Сделка была честная. Я ему — жизнь и все его «Тавары», а он мне фургон, — Визетис полез внутрь. Это было воровство, без сомнений. Но как здесь быть? Отказаться от того, чтобы ехать? Или возгордиться собственной чистой совестью? Она не чиста. И сделал это Глент не для себя, для всех них.

— А еда есть? — Тайвис принюхался.

— Нет, вот еды нет, — Глент тронул вожжи и кобыла, не спеша, тронулась.

Мастер Кримхольм в это время держал ответ перед Империумом. Совет приближенных к Императору вассалов заседал во дворце Вздохов. Для совещаний выделен специальный зал, напоминавший амфитеатр, но таковым не являющийся. Каждый из советников восседал в личной ложе, вход в которую осуществлялся из отдельных покоев. Ложи возвышались над сценой на приличное расстояние, и где-то внизу стоял докладчик. Акустика зала позволяла слышать каждого из участников. Но само устройство зала не давало ответчику чувствовать себя равным советникам. Докладчик с высоты ложи выглядел, словно букашка под ногами. Специально для того, чтобы просители вставали ровно туда, откуда их хорошо было слышно, пол в зале выложили цветным камнем и посередине разместили круг из темного песчаника. В этом кругу теперь стоял Мастер Кримхольм.

— Мы поддались Вашим уговорам и не стали настаивать, чтобы вы схватили объект в Беккерре. Прошло уже шесть или семь дней, а от Вас никакого результата, мастер Кримхольм, — вещал повизгивая тучный господин в лиловом одеянии.

Кримхольм чуть поклонился.

— Нет повода для беспокойства. У нас достаточно сил, чтобы охватить поисками всю Империю. Я полагаю, объект приведет нас к новым источникам Церебро.

На ложах загудели, переговариваясь.

— Это было бы хорошо иметь запасной источник Церебро, — важно кивнул худой старик в красном. — Но Империум беспокоится, что вы упустили ситуацию из-под контроля.

— О, нет, — Кримхольм улыбнулся. — Я все контролирую.

— Известно ли вам местонахождение объекта?

— Пока нет, но скоро будет.

— Откуда такая уверенность, Мастер-церз.

— Я уверен в своих людях, — с нажимом сказал Кримхольм. — Они знают свою работу, и делают ее с полной самоотдачей.

— Что ж. Думаю, мы поверим Вам и в этот раз. Но учтите, за эту оплошность вы можете поплатиться головой...

— Я понимаю.

— Мы будем слушать ваш доклад каждую декару. К следующей, надеюсь, будет результат.

— Я с уверенностью могу сказать, что результат будет, — Кримхольм поклонился. Крепкого сложения мужчина в золотой парче вытянул вперед руку на своей ложе ладонью вниз, давая понять, что аудиенция закончена.

Дорога все тянулась и тянулась. Солнце раскалило тент, и в фургоне стало жарко. Размеренно раскачивающаяся телега и жара укачивали утомленных путников. Тайвис спустя время свернулся клубком у борта и задремал. Визетис крепился, но голод и напряжение последних дней сделали свое дело, он растянулся на досках и заснул.

Вист встряхнулся, обвел глазами спящих, и полез вперед к брату. Глент подвинулся, давая место.

— Куда мы едем? — вяло спросил Вист.

— На восток, Веснушка, — отозвался проводник.

— А куда именно?

— В порт Вало. Там сядем на корабль и поплывем к Сумрачным островам.

— А там что? — Вист зевнул. Дорожная лента тянулась до самого горизонта, по обе ее стороны раскинулись разнотравные поля, где-то на горизонте раскаленный воздух рисовал горы и чернеющие пятна лесов.

— Там, Веснушка, нет людей...

— Почему там нет людей?

— Потому что эти острова охраняют старые боги, — позади раздался храп. Сначала тихий, потом набрал силу. На козлы, чертыхаясь, пролез и Тайвис. Вист подвинулся плотнее к брату. Элементал понуро устроился на краю, поставил посох на дощатый пол, прижался к нему щекой.

— Что, слепота, не спится? — усмехнулся Глент.

— Уснешь тут, пожалуй, ...

— Мастер-церз мог бы одним своим храпом повалить половину армии, — хохотнул проводник.

— А после добить оставшихся своим умением, — кивнул Тайвис. Вяло посмеялись. Вист снова подступился к брату.

— А кто они? Старые боги?

— Старые боги, Веснушка, правили здесь до людей. Это потом все стали поклоняться рассвету...А раньше выбор был куда больше, — Глен усмехнулся.

— А почему они ушли?

— Они ушли следом за своей паствой, — Глент подстегнул совсем уже остановившуюся лошадь. — Ушли Л’лтаали, Оюми — ушли и они. Но кое-кто никогда не уйдет.

— Кто?

— Арахве — черная смерть. Она всегда будет здесь.

— Я слыхал, что ее последователей объявили вне закона... — заметил Тайвис.

— Как и других. Кинези, Валлга, Эот, Йорагве — создатель. Всех предали забвению...Но они о нас не забыли, да, слепота?

Элементал не ответил. Натянул повязку снова на глаза.

— Ты не говоришь, но ты и есть теперь его служитель, да?

— Не знаю, о чем ты, — Тайвис уперся лбом в посох, пряча лицо.

— Знаешь, — Глент довольно улыбнулся. — Кинези обронил в тебя семя, и оно дало свои плоды. Будь церзы хоть чуть повнимательнее, они бы заметили. Но они слепы...

— Откуда в тебе столько прозорливости вдруг?

— Боги не могут прийти в мир сами, они делают это через своих фамильяров, — продолжал Глент как ни в чем не бывало. Элементал молчал. — Так что ты — всего лишь форма, слепота. Всего лишь форма.

Вист внимательно посмотрел на Тайвиса, как будто видел его впервые.

— И что это значит? — наконец спросил он.

— Ничего, — Глент пожал плечами. — Я просто хочу сказать, что старые боги не оставили нас. Они ищут способы вернуться.

— Что мне с них? — зло прошептал Тайвис, уперев голову в посох.

— Это уж сам реши.

— Мне плевать, плевать...- Тайвис терся лбом о посох, точно хотел протереть в своей повязке дыру.

— Не кипятись, слепота, это только старые легенды, — рассмеялся Глент, подстегнув лошадь.

— Расскажи еще про Сумрачные острова, — попросил Вист.

-Там нет места людям. Прямо как в лесу Дрейв, — воодушевившись, начал Глент. — Туда ушли последние Лтаали.

— Мы к ним поедем?

— Да, мы поплывем туда. Там тебя никто не достанет, Веснушка. Ни один чертов мастер — церз.

— Если там не места людям, то мастер Визетис с нами не поплывет? — расстроился Вист.

— Нет

— Жаль. Он мне нравится.

— Он тот, кто запер тебя почти на десять лет в тюрьму, — напомнил Глент.

— Я не знаю, что значит тюрьма. Иногда мне даже нравилось, — Вист пожал плечами. — Мы пили горячий шоколад. И он мне всегда подарки приносил. И еще мы играли в Башни. И он всегда был рядом, Глент.

— Теперь я буду рядом, — кивнул проводник. Тайвис рассеянно слушал. Никто не заметил, как храп прекратился.

— Все равно мне жаль, что его там не будет.

— Меня тоже не возьмете? — спросил, наконец, элементал.

— Тебе там тоже не место, — отрезал Глент.

— Почему?

— Ты тоже человек.

— Несправедливо. Здесь мне так же делать нечего.

— Найди себе другое место.

— На материке меня везде найдут.

— Ну, может, не найдут.

— О чем вы спорите? — зевнул Визетис. Все вместе оглянулись назад.

— Ни о чем, — отозвался Глент. На этом все вдруг замолчали. Визетис, кряхтя, подсел ближе.

— Я вижу какой-то городишко, — всмотревшись вдаль, сказал проводник. — А значит, там мы сможем поживиться едой.

— У нас денег нет, — возразил Визетис.

— Можно что-то продать, — предложил Вист.

— Если бы у нас было это что-то... — проворчал Тайвис. — Я смогу собрать сколько-нибудь на площади.

— На эти гроши не накормить четыре рта, — хмыкнул Глент. — Мы оставим кобылу и фургон у какой-нибудь гостиницы, а там я добуду что-нибудь.

— Опять обменяешь? — фыркнул Визетис.

— Чему обучен. — отозвался Глент

Глава 18. Безымянный город

Когда телега подъехала ближе, путники смогли оценить размах города. Окраина его начиналась с одиноких ферм, после стояли дома победнее из глины и дерева, плотно прижимаясь друг к другу, а затем дома купцов из крупного камня. Самое удивительное, что вокруг этого города не было привычных уже стен, как например, вокруг столицы.

— Богатый город, — присвистнул Глент. Вист с удивлением и восторгом смотрел вокруг, когда они проезжали по улицам.

— Надо найти, где остановиться, — Глент выглядывал в серых бедняцких домах намек на таверну или гостиницу. Наконец, он увидел нужную ему вывеску и направил кобылку к ней.

— Я договорюсь, а вы тут посидите, — бросил проводник, соскакивая с кучерского места. Никто ему не возражал. Тайвис застыл на козлах. Вист с удовольствием оглядывался вокруг. Любая смена обстановки радовала и пугала его одновременно. Со дня побега из Акакдемии он узнал и увидел много нового и интересного. И теперь был уверен, что впереди будут еще более удивительные события и вещи. Даже страх перед Кругом Заступников как-то стерся и поблек в свете происходящего. Визетис покряхтел в фургоне, но тоже не стал возражать.

— Нам нужна еда, — изрек вдруг элементал. — Я хочу попробовать достать ее на площади.

Визетис был с ним согласен. Есть хотелось уже давно.

— А как же Глент?

— А что Глент?

— Он рассердится, наверное.

— Я бы рад его слушать, если бы это был мой брат, но это не так, — задорно возразил элементал и спрыгнул с козел. — Я есть хочу. Уже давно. Пойдем, Вист, посмотрим город.

— Нет, ему нельзя, — возразил Визетис.

— Почему?

— Его могут узнать.

— Да бросьте, Мастер Визетис, Вам и самому хочется прогуляться.

Церз подумал и тоже слез.

— Я пойду с тобой, а Вист дождется брата.

— Нет, не оставляйте меня, — испугался юноша. — Я с вами пойду.

— Кто же останется в нашем фургоне?

— Я не останусь, — испугался Вист.

— Без меня вас могут обидеть, — возразил церз.

— Я живу так уже много лет, мастер Визетис. Меня невозможно обидеть, — рассмеялся Тайвис. Визетис стянул перчатки Мастера, опасаясь, что их узнают, завернул их в тряпицу вместе со светочем и притянул к поясу. Пояс, надо сказать, стал заметно велик за время путешествия.

— Хорошо, даю вам время, как солнце коснется крыш домов — возвращайтесь. Иначе я пойду вас искать.

— Хорошо, мастер Визетис, — Вист радостно кивнул и спрыгнул на землю. Трястись в телеге опостылело и ему. Юноше хотелось размять ноги. Старый церз прекрасно понимал его. Страх за его жизнь не оставлял церза, но Визетис понимал, что когда-то придется отпустить Виста. Нельзя вечно присматривать за ним. С ним будет Тайвис, Ясный Огонь. Сюрпризов быть не должно. Вдвоем они справятся.

— Только не воруйте, — Визетис погрозил Висту пальцем. — Следи за его руками, Вист, а то неровен час он останется без них.

— Ладно! — Висъент радостно помахал рукой церзу и, подхватив элементала под локоть, потянул его по широкой улице.

— Какой план? — радостно спросил Вист, подпрыгивая на дороге. — Как мы добудем еды?

— Для начала избавимся от твоего брата...

— Тай!

— Шучу... — Тайвис поднял лицо к небу, принюхался. — Нам нужна большая проходная площадь или улица. Потом твоя задача собрать побольше людей.

— Зачем?

-Увидишь, — Вист потянул приятеля вперед. Улица постепенно переросла в широкий проспект, по обеим сторонам которого высились двухэтажные постройки.

— Мы забрели в квартал побогаче, Тай.

— Это хорошо...Но не очень.

— Почему?

— Если мы встанем здесь, нас схватят за бродяжничество. Нужна площадь, Вист или что-то попроще.

Приятели продолжили путь улица вывела их к круглой площади с фонтаном посредине.

— Боги, вода! — Вист не глядя кинулся к чаше фонтана.

— Осторожно, Вист, вода может быть с примесями, — рассмеялся элементал. Вист не слышал, он хлебал, как уставшая лошадь. Тайвис осторожно приблизился и присел на борт фонтана.

— Расскажи мне, кого ты видишь? — попросил он.

— Ну, народу мало, — Вист оторвался от воды. — В основном лоточники, немного мастеровых, богато одетые девицы гуляют со старыми подружками.

— Это их няньки, — Тайвис отдал посох Висту. — Найди мне несколько камней небольших, с ладонь. — Вист кивнул и кинулся искать требуемое.

— Я три нашел, — сунул в руки элементала находку.

— Неси еще, — шепнул Тайвис и начал жонглировать камнями.

— Дамы и уважаемые господа! Обратите внимание, только сегодня с вами мои ловкие руки, — громко и ясно прокричал элементал, Вист вздрогнул. К общему вниманию он не был готов. Дамы, посмеивались, проходили мимо. Кто-то задержался, наблюдая, как человек с закрытыми глазами ловко жонглирует предметами.

— Вист!

— Чего?

— Нашел?

— Да.

— Кидай мне! — Вист бросил Тавису один камень, тот ловко его подхватил и теперь жонглировал четырьмя.

— Еще! — и Вист кинул снова. Он наблюдал, как быстро и слаженно ложатся камни в тонкие пальцы взлетают, и снова опускаются. Он никогда не был в цирке, и теперь зрелище захватило его.

Вскоре собралась небольшая толпа.

— Это еще не все! — Тайвис улыбнулся. Один за одним камни начали загораться, превращаясь в огненные снаряды. Толпа ахнула. Жонглер теперь играючи управлялся с пятью горящими булыжниками. Никто не заметил подвоха. Кто-то зааплодировал.

— Еще! — Вист стряхнул оцепенение и подкинул товарищу еще два камня. Дуга стала более впечатляющей.

— Видели ли вы такое? — крикнул Тайвис.

— Видали! — раздалось из уже порядком выросшей толпы.

— Еще! — Вист с азартом подбросил еще пару камней. Горящие сферы поднимались и опускались в ловких руках, образуя витиеватую фигуру в воздухе.

— Еще! — крикнули в толпе.

И Вист уже распалившись, бросил еще два камня. Тайвис поднял дугу выше. А потом один за одним поймал в ладони и уронил на землю под ноги. Падая, камни тотчас гасли. Тайвис театрально поклонился.

Раздались жидкие хлопки.

— А теперь не пожертвует ли некая юная дама свой платок? — Тайвис протянул руку. Одна из стоящих девиц, смущаясь, протянула свой. Вист подхватил его и вложил Тайвису в пальцы. Элементал спрятал его в кулаке.

— Внимание! — он дунул в кулак, взмахнул руками и за его спиной искрами распахнулись огненные крылья, которые быстро угасли. Толпа ахнула, аплодисменты стали громче и гуще. Вист и сам хлопал в ладоши, словно ребенок.

— Где же платок? — спросила девица. Тайвис сжал клак, и вытянул кончик платка из руки.

— Вот же он, — девица взвизгнула и засмеялась. Вист вернул платок владелице.

— А теперь прошу отойти подальше, дамы и господа! — Тайвис провел рукой, обозначая круг. — Хотите увидеть дыхание дракона?

— Да! — Вист захлопал в ладоши, позабыв про осторожность.

— Да! — крикнули в толпе.

Тайвис закружился, приложил ладонь ко рту и выдохнул язык пламени, провернувшись по кругу. Все ахнули снова, затем захлопали в ладоши. Вист с восторгом хлопал вместе со всеми.

Глент вернулся нескоро. Визеерис успел заскучать. Проводник хмуро оглядел повозку.

— Что?

— Где Веснушка?

Визетис промолчал.

— Они с Тайвисом ушли добыть нам немного монет.

— Что? — Глент в ярости сверкнул глазами. — Ты отпустил его с этим попрошайкой?

— Он сам вызвался, Глент, — заметил Визетис.

— Веснушка не станет клянчить деньги! — Глент в бешенстве огляделся. — Куда они пошли?

— Я не заметил, — соврал церз.

— Как ты мог не заметить? — Глент пометался по двору, затем вернулся к фургону.

— Они вернутся, — успокоил проводника церз. — Ты договорился о ночлеге?

— Нет, нам разрешили остаться до темноты, но потом придется уйти, — хмуро отозвался Глент.

— Подождем их. До заката они должны вернуться.

— А если не вернутся?

— Тогда мы пойдем и поищем их, — заметил Визетис, стараясь казаться спокойным. Проводник забрался на козлы и замолчал. Визетис постоял возле фургона, затем полез внутрь. Потянулись долгие минуты ожидания. Церз и сам опасался, что элементал и Вист не вернутся. Что их схватят, что они заплутают, но гнал от себя все эти мысли прочь.

В аккурат, когда солнце коснулось крыш, вернулись и эти двое. Глаза Виста сияли, в подоле рубахи он нес много монет, придерживая их руками. Тайвис напевал что-то себе под нос.

У телеги их ждал разъяренный Глент.

— Где вы были? — накинулся он на Виста.

— Вот, — юноша оттопырил подол, полный меди и серебра. Глент ни слова не сказав, быстро и коротко ударил Тайвиса по лицу. Элементал, смешно всплеснув руками, упал на спину в пыльную взвесь, выпустив посох из рук. Визетис уже был возле Глента, готовый схватить его за руки.

— Не смей учить моего брата клянчить деньги! — выплюнул Глент через плечо церза, который пытался оттеснить разъяренного проводника от поднимающегося элементала.

— Мы не клянчили! — захныкал Вист. — Мы заработали...

— Чем, интересно? — рявкнул Глент.

— Тайвис фокусы показывал! Было очень красиво! — Вист не зная, что делать, просто прижал свое богатство к брюху. — Нам за них много дали. Вот! — И он развернул подол в подтверждение своих слов. Глент перестал вырываться. Визетис отступил, готовый в любой момент снова преградить ему путь. Элементал сел на земле, потирая ушибленную скулу.

— Я прошу прощения, — Глент протянул Тайвису руку. — Я погорячился.

Элементал поднялся, принял помощь.

— Ты бы спросил сперва, чем сразу по роже... — проворчал он.

— Я...прости, — Глент высоко вскинул голову. Раскаяния в голосе не было, но он хотя бы пытался, подумал Визетис. Вист, все еще в растерянности подошел к церзу, показал свое богатство ему.

— Надо сосчитать...

Глент оглянулся на брата.

— Фокусы?

— Чему обучен, — огрызнулся элементал. — Пойдемте поедим...Этого хватит?

Визетис ссыпал все богатство в телегу, пересчитал.

— Да, хватит.

Спустя час они сидели за столом, наслаждаясь самым простым, но самым вкусным ужином за последние дни. Хлеб, каша и вода стали для них сегодня пищей богов. После ужина всех разморило. Тайвис оперся на руку и застыл, и непонятно было, спит он или нет. Посох его стоял тут же у стола. Вист осоловело таращился на снующих по всему залу гостей. Глент также сидел и молчал, поигрывая в пальцах каким-то мусором со стола. Визетис пересчитал монеты в уме.

— Надо купить еды в дорогу.

— Угу, — отозвался проводник.

— Может договоришься и мы переночуем в комнате? — попытался Визетис еще раз.

— Нет, сейчас тепло, телега сгодится, — откликнулся Глент.

— Я бы пива выпил, — протянул Тайвис, и стало понятно, что он не спит. — Пряного.

— Пива?

— Мастер Визетис, может узнаете, а? Целую вечность уже у меня пост.

Тайвис нащупал на столе руку церза и сжал ее. — Пожалуйста.

— Узнаю, отчего нет. Заодно договорюсь за комнату, — Визетис ушел к стойку держателя таверны.

— Пиво — это хорошо, — кивнул Глент. — Иногда хочется.

— Вист ты пробовал пиво? — Тайвис толкнул замершего юношу.

— Я? Нет. Только шоколад... — элементал прыснул в локоть.

— Шоколад...

Вернулся Визетис.

— Пряного нет, есть местное. Нам дали комнату на ночь. Вист, пойдешь спать?

— Да, — юноша зевнул

— Не, местного не хочу, — Тайвис уронил голову на стол. — Устал что-то.

— Идемте спать, — отозвался Глент. — Выйдем в ночь, сменим друг друга.

— Это глупо. Есть же комната. Давайте выспимся...- заныл Тайвис. — У меня все кости болят.

— Еще больше заболят, когда тебя в стражницкой оттюкают, — хмуро отозвался Глент.

— Нас никто не видел из стражи, — встрепенулся Вист, — я смотрел

— Куда ты там смотрел? — протянул проводник.

— По сторонам.

— Ну, ну. — Глент хмурый, точно туча, встал и ушел.

— Чего он? — Тайвис зевнул следом за Вистом. — Хватит, Вист.

— Я спать хочу, — пожаловался юноша. Визетис с улыбкой потянул его в сторону жилых комнат.

— Идем, — ласково позвал церз. — Я посмотрю твою ногу.

— Она зажила почти...

— Мастер Визетис, в можно мне с вами? — Тайвис на ощупь нашел посох и потянулся следом. — Я страсть как устал от кочек под боками.

— Или от комаров, — добавил Вист, зевнув еще раз.

— Или от копий перед собой, — парировал Тайвис, тащась следом за церзом по ответвлению коридора.

— Или от черных церзов, — Визетис запихнул вихляющегося от усталости юношу в выделенную им комнату.

— Хватит...

— Или от того, что под полом живет сороконога, — хохотнул Вист, пока церз толкал его к кровати.

— Или от злобного Глента, — добавил Тайвис, нащупав другую кровать.

— Тай... — протянул Вист, уже в кровати.

— Шучу, — Тайвис устроился прямо как есть на второй койке, свернулся в клубок, обняв свой посох.

— Давно я не спал, как король... — пробормотал элементал, уже засыпая. Визетис ухмыльнулся. Кроватей было только две, но хозяин таверны выделил им еще топчан. Церз расстелил топчан на полу. «Надо покараулить» мелькнула мысль. Но спокойствие, с каким прошел сегодняшний день давал надежду, что они оторвались от преследователей. Хоть на день. Церз пристроился в ногах у Виста, начал распутывать повязку. «Рану Глента тоже надо посмотреть» Перчатки Мастера снова привычно легли в ладони. Светочь заметно потускнел за время их путешествия. «Скоро погаснет совсем» Подумалось, но, как ни странно, горечи не было. Вист был счастлив, похоже, несмотря на лишения. Видят Боги, он заслужил немного счастья. Рана зажила хорошо, при помощи мазей и чародейства Мастера-Целителя, шрам почти затянулся.

Визетис положил руку на бедро спящего юноши. Вист слегка завозился. Приступ был всего один, и настроение у подопечного лучше некуда. Решение сбежать из Академии с Вистом было, пожалуй, самым верным в его жизни. Церз улыбнулся и устроился на топчане.

Глава 19. Новый друг

Счастье, что ночь прошла спокойно. Визетис на утро клял себя за излишнюю беспечность. Вист и Тайвис все еще спали, когда в небольшое окошко прилетел камень.

— Вставайте! Пора отправляться… — раздался под окном голос проводника. Церз поднялся.

— Да-да, — церз потряс за плечо сначала Виста, потом Тайвиса.

— Поднимайтесь.

— Что? — Вист поднялся, осоловело тараща огромные глаза.

— Мы опять бежим? — Тайвис не торопился вставать.

— Пора в путь, — церз свернул топчан и поставил его в угол.

— Но Мастер Визетис, — проныл Вист, за дверью раздался грохот сапог и дверь внезапно распахнулась со стуком, так, что все вздрогнули. Элементал тотчас поднялся.

Глент сверкая на всех гневным взглядом, свирепо прошипел.

— Подъем, лежебоки! Уже давно пора в путь…

— Хорошо, — Тайвис не отказал себе в удовольствии везде почесаться. — Завтрак будет?

— Какой, к черту, завтрак? — Глент зло рассмеялся. — Вы вчера переполоху наделали, сегодня надо быстрее уходить.

— Что не так? — встрепенулся Вист.

— Все не так! Я лично слышал, как стража спрашивала про бродяг из цирка.

— Вот демоны… — Тайвис поднялся, прижал к груди свой драгоценный посох. — Ни капли покоя.

Глент, казалось, хотел сказать что-то еще, но передумал.

— Выходите быстрее. Я перегоню телегу на улицу, — и быстро вышел.

— Нам надо купить еды, — вяло пробормотал вдогонку церз. Хотя, шкура дороже. — Собирайтесь быстрее.

— Я готов, — Тайвис встал у двери.

— Я тоже, — Вист побрел из комнаты. Церз подхватил элементала под локоть и потащил его наружу. Минута ушла, чтобы рассчитаться с держателем таверны, еще минута чтобы выскочить на улицу.

— Нам нужна еда в дорогу, — не унимался церз.

— Что ты предлагаешь? — огрызнулся Глент, в нетерпении сжавший поводья.

— Мы с Вистом пойдем на рынок. А вы подождете нас за городом.

— А если вас поймают?

— Нет, — Визетис выдохнул. — Ищут слепого фокусника, наверное.

— Откуда мне знать. Просто бродячего циркача, вы, если не приглядываться, тоже подходите.

— Не думаю, что нас поймают, а есть в дороге надо, — использовал Визетис последний аргумент.

Глент задумался. — Ну, хорошо. Мы поедем на восток. Ищите нас там. На выезде.

— Я понял! — задорно кивнул Вист и соскочил с телеги. Следом спрыгнул и Визетис. Тайвис с кислой рожей задвинулся глубже в фургон.

— Мы скоро! — церз потянул юношу в сторону. А проводник тронул поводья. Лошадка припустила по улице.

— Если бы вы не высовывались, все было бы хорошо, — бросил Глент назад, даже не оглянувшись.

Тайвис не ответил. Фургон катился по улице, грохоча на кочках.

— Зато выспались, — заметил элементал.

— Выспитесь… — Глент подстегнул лошадь, фургон миновал бедняцкие лачуги и разбитые за городом огороды. — Если с Веснушкой что случится, я тебя убью.

— Почему меня? — удивился Тайвис.

— Все из-за тебя, потому что…

— Я не согласен…

Фургон остановился за небольшим зданием за чьим-то огородом. Глент спрыгнул с козел и устроился в тени, чтобы видеть дорогу.

— Ты болван потому что. Нельзя было обнаруживать себя, — бросил Глент.

Тайвис сполз на самый край фургона.

— Я знаю, что вызываю у тебя оскомину. Не трудись.

Глент скривился, но не ответил, напряженно оглядываясь на дорогу. Элементал тоже затих. Он слышал, как вокруг суетились мелкие зверушки и птицы, слышал дыхание Глента. Из города доносилось пение из храма. День разгорался, и обещал быть очень жарким.

— Что это за город был?

— Уратран. — Коротко бросил Глент

— Что здесь за храм?

— Элейни, скорее всего. Теперь везде ее храмы, — нехотя ответил проводник.

— Хорошо поют. — Вздохнул Тайвис. Глент рассмеялся.

— Если бы они узнали, кто ты, ты бы так не говорил.

— А что? Чем я бы им не понравился?

— Тебя бы назвали язычником и попытались обратить в правильную веру. А поскольку ты всего лишь элементал, то просто утопили бы в реке.

— Может, нет? — Тайвис почесался. — Я бы не отказался в речке искупаться.

— Тупица…

— Зануда…

Визетис с Вистом отправились за продуктами на площадь. Пока церз расплачивался с торговцами и набирал овощей в купленную тут же суму, Вист с удовольствием разглядывал здания. Вчера он не заметил, но напротив фонтана стояло широкое крыльцо белоснежного храма. Здание стрелками устремилось к небу и мерцало цветными витражами.

— Красиво… — восхищенно прошептал юноша. Визетис мельком взглянул на поразившие Виста витражи.

Из храма послышалось пение, усиленное акцентами колоколов.

— И поют хорошо, — восхищенный взгляд Виста упал на фигуры в черном на другом конце площади, и восторг сменился страхом.

— Мастер Визетис, — прошептал Вист громче, чем следовало.

— Что?

— Там эти…в черном, — церз взглянул в указанном направлении. Продавец также бросил взгляд на церзов, опустил глаза, ничего не сказал.

— Идем, Вист, — Визетис потянул Виста прочь. Навстречу им попались несколько стражников в форме цветов местной знати. Церз натянул на лицо капюшон плаща, а вот Вист плащ оставил в телеге. Стражники размеренно прошагали мимо замерших от страха путников.

— …ищем?

— Черт его знает…фокусник какой-то…

— Отродясь не бывало…

— Слыхал Пролески заразились Скверной.

— Не иначе нетромант…

— Кто?

Стражи прошли мимо, не обратив внимания на церза и юношу.

— Слыхал? — шепнул Визетис.

— Да, Скверна пришла… — кивнул Вист. Оба путника, стараясь не привлекать внимания, двинулись прочь. Над площадью, каркая, кружили вороны.

— Это наблюдатели? — страх сквозил в каждом движении Виста.

— Нет, не думаю, — постарался успокоить его Визетис. На запах съестного в суме за путниками увязалась грязная дворняга.

— Кыш, уходи, — зарычал на нее Визетис. Они преодолели уже половину пути, сбежав от страшных церзов и стражников. Но собака могла их выдать.

— Мастер Визетис, она не уходит, — задыхаясь, прошептал Вист.

-Пошла вон! — рявкнул на нее Визетис. Дворняга поджала хвост и отстала.

— Почему появляется Скверна, Мастер Визетис?

— Кто ж знает, Вист… — юноша какое-то время молча шел.

— Что-то должно давать толчок, — наконец выдал он.

— Я не собираюсь докапываться до истоков, Вист, это опасно.

Юноша замолчал. Подпрыгивая, он спешил за Визетисом. Фургон стоял в условленном месте.

— Нас и вправду ищут, — запыхавшись от быстрой ходьбы, сообщил Визетис.

— Я понял, понял, — громко заявил Тайвис. — Я — тупица. Я есть хочу.

— Рядом — Скверна! — выдал Вист брату. Глент руками делал знаки, чтобы все залезали в фургон.

— И что?

— Я не знаю, но мне кажется, что мы можем помочь…

— Как? — воскликнул Глент, хватаясь за голову. — Веснушка! Мы — беглецы! Какое нам дело до них?

— Вот тут я согласен, — вставил Тайвис. — Не время, Вист.

— Но должен быть способ, — юноша чуть не плакал. — Даже если это проклятье Лтаали. Неужели людям нужно так долго мучиться.

— Быть может она сама сойдет…со временем, — оправдывался Глент. — Мы не знаем, откуда она. Это только легенды, Веснушка.

— Я найду способ, — пообещал Вист небесам. — Обязательно найду.

— Полезай в фургон, Веснушка! — попросил Глент уже с кучерского места. Юноша уже полез было в телегу, но тут в ногу его ткнулся мокрый нос.

— Бродяга! — С восторгом выдохнул Вист. — Смотрите, Мастер Визетис, это тот пес.

— Тьма вас всех побери… — Глент выругался. — Залезай, Веснушка.

— Можно взять его? — Вист уже чесал за ухом у пса, а тот радостно вилял хвостом.

— О, боги, — Визетис с тоской оглядел пса.

— Он воняет, — заявил элементал. — Но что плохого, что мальчик хочет собаку?

— Это плохо! — Глент злобно сверкнул глазами. — Зачем нам собака?

— Ну, пожалуйста, — умоляюще протянул Вист.

— Залезайте, демоны! — Прошипел Глент с тревогой оглядываясь назад. Вист схватил пса в охапку и закинул в фургон. Визетис брезгливо отодвинулся от грязного цвета дворняги.

— Я назову его Бродягой! — восторженно воскликнул Вист.

— А я назову его Вонючкой, — парировал Тайвис. Глент хлестнул лошадь, и фургон покатился, наконец, на тракт.

Мастер — церз Кримхольм склонился над картой Сиккурийской империи уже в своем кабинете в крепости Коготь — оплоте корпуса Мира. Карта была изготовлена из хорошей плотной бумаги, прибита к столу. Иголками с привязанными к ним белыми перьями были обозначены места, где поиски уже были произведены, но не дали результата. Перья разместились вдоль больших дорог во всех направлениях от столицы на два-три дня пути. Занимал мастер — церза вопрос, куда же пропали беглецы, когда их не смогли взять в лесу возле проклятой земли. Мальчишка, что мастер-целитель увел из-под опеки Академии, обладал силой невероятной, это говорили все и директор и профессора. Быть может, дело в нем? Или в игру вступил элементал? Доступна им телепортация? Все источники, повествующие об известных случаях элементализма говорят о том, что их сила ограничена.

— Задача… — мастер — церз прошелся по кабинету. Империум ждет ответа. Невозможно отмахнуться от них. Возможно, новый источник Церебро, мог бы заставить их дать Кругу Заступников время. Время найти мальчишку. Чем дольше он остается на свободе, тем сильнее становится. Возможно, элементал мог бы помочь, но на то, чтобы подчинить его волю так же потребуется время. Элементала можно подкупить, запугать, обмануть в конце концов, вопрос, хватит ли у того сил одолеть вышедшего из-под контроля объекта.

В дверь без стука вошел мастер Уверити и еще один из близких Кримхольму церзов, мастер Тиронн, уроженец северных земель.

— Какие новости, Мастер Уверити?

— В целом ничего нового, — церз перемялся с ноги на ногу. — Один из наблюдателей принес весть из Урантанна.

— Это город на севере, да?

— Да, много севернее того места, где мы их потеряли.

— Что же там?

— Новый очаг Скверны в первую очередь, Мастер-церз.

— Что еще?

— Там недалеко есть отделение Корпуса. В Ёргунде, он чуть восточнее. Оттуда нам пришла весть, что в Урантанне видели сильного церза.

— Вот как? — Кримхольм едко улыбнулся. — Его взяли?

— Нет. Бродячий церз — фокусник, так они его охарактеризовали.

— Кто они?

— Церзы корпуса, они были на месте происшествия.

— Почему не взяли?

— Не успели. Скрылся.

— Чем же эта новость интересна нам?

— Огненный церз, Мастер.

Кримхольм задумался. Эти провинциальные эксперты могли и ошибиться, и принять простое фокусы за магию.

— Мы можем послать наблюдателя?

— Да, Мастер, — вступил в разговор Тиронн. Мы можем связаться с Ёргундом, чтобы они отправили своих Наблюдателей, а потом они передадут нам информацию.

— Это хорошая мысль, — кивнул Кримхольм. — Действуйте.

Путники провели в пути почти весь день. Они проехали мимо большого города, и мимо какой-то деревеньки. Бродяга раздражал всех кроме Виста. Пес бегал по фургону, лаял и пах, как протухшее мясо. Но юноша был доволен, и каким-то невообразимым способом заставил Бродягу слушаться.

Тайвис откровенно мучился. Громкий лай раздражал его, а запах сводил в ума.

— Надо его помыть, — стонал он. — Я не выдержу.

— Пусть бежит за фургоном, раз он так тебе нужен, Веснушка, — предложил Глент.

Вист радостно подставил лицо под очередные лобзания от собаки и кивнул.

— Иди, Бродяга, побегай, — пес радостно повилял хвостом и спрыгнул на дорогу. Пока телега неспешно катилась по тракту пес, успел оббежать поля справа и слева.

— О, боги, — Тайвис сполз на доски, свернулся клубком.

— Что с тобой? — Визетис склонился над ним.

— Моя голова сейчас лопнет, — Тайвис зарылся носом в доски пола. Церз осторожно приподнял повязку на ладони, чтобы убедиться, что руны все так же спят.

— Почему? — расстроился Вист.

— Он отвратительно пахнет, Вист.

— Давайте сделаем привал и разомнем ноги. — Предложил Визетис. Глент не ответил, но фургон уже сворачивал с тракта к небольшой рощице недалеко.

— Устроим привал, — буркнул он. — До завтра.

Пес радовался любому повороту событий. Он радостно облаял фургон, когда они остановились у опушки светлой рощи. Встретил бешеным вращением хвоста каждого, кто слез с телеги. Визетис отмахнулся от собаки, Вист обнялся еще раз, а Тайвиса едва не вывернуло тут же в траву.

— Надо что-то с ним делать, — грустно резюмировал Визетис

— Давайте его бросим, — подхватил Глент.

— Нет, нельзя его бросать, мы увезли его далеко от жилья, — возразил Вист

— Ты про собаку? — скривился проводник.

— А ты про кого? — не понял Вист. Глент кивнул на согнувшегося возле телеги элементала.

— Не смешно, — Тайвис выпрямился. — Моя голова сейчас расколется.

— Давай, помогу, — Визетис вытащил перчатки Мастера, нацепил их.

— Расстилай, Веснушка наши пожитки. Будем здесь ночевать, — Вист с готовностью полез снова в телегу.

Церз коснулся головы элементала. Руки почувствовали жар. Тайвис оперся затылком о корпус фургона. По всему, ему, и верно, было худо. Перчатки Мастера подсказали церзу, что голод и жара дорого даются элементалу. Визетис провел рукой от лба к затылку, снимая боль. Тайвис выдохнул.

— Спасибо, Мастер Визетис.

— Тебе надо отдохнуть, — церз усадил Тайвиса в тень. — Надо осмотреться здесь.

— Мы с Бродягой посмотрим! — радостно кивнул Вист. Собака залилась лаем.

— Заткни его, Веснушка, или я его прирежу, — прошипел Глент.

— Тихо, Бродяга, — прошептал Вист, и пес замолчал. Вдвоем они отправились вглубь рощицы.

— Далеко не уходите! — крикнул вслед церз.

Тайвис лег на землю, свернувшись в клубок.

— Что с тобой? Все еще плохо? — с тревогой обратился к нему церз.

— У нас есть вода? — элементал вяло поднялся снова.

— Найдем, — во вновь приобретенных пожитках церз вытянул бурдюк с водой.

— Мастер Визетис! — вернулся Вист. — Там ручей!

— Это прекрасно!

— Покажи! — Глент отправился следом за братом. Церз присел возле элементала.

— Я снял боль, что тебя еще беспокоит? — Тайвис сделал несколько глотков.

— Все в порядке, мастер Визетис, — элементал отвернулся.

— Можешь сказать…

— Правда, все в порядке, — элементал стащил повязку с головы. Визетис снова взглянул на руны на виске, на черные глаза.

— У нас есть вода на сегодня, — довольно сообщил подошедший Глент. — Я велел Веснушке отмыть пса.

— Всем бы не мешало помыться, — кивнул Визетис.

— Сегодня отдыхаем.

— Что-то ты спокоен как никогда.

— Чего волноваться? От людей мы далеко. Остального я не боюсь.

К вечеру все сидели возле костра уставшие, отмытые и довольные. Вист с Бродягой всласть наплескались в ручье, даже Тайвис успел к ним присоединиться, когда чуть отошел от приступа слабости. Глент с Визетисом разбили импровизированный лагерь. Дали и лошадке напиться и теперь она в сторонке щипала траву.

Вечер оттеснил жару, прохладный воздух загудел мошкарой. Вист кутался теперь в свой плащ, который оставлял последнее время в фургоне. С Тайвисом они снова затеяли игру «Поймай великана», а Бродяга с азартом вилял хвостом рядом.

Визетис прилег на землю, посмотрел на звезды.

— Что ты видишь, мастер — церз, — спросил Глент, глядя в костер.

— Я вижу звезды, — отозвался Визетис.

— А еще?

— Вижу небо без границ. А что видишь ты? — Глент поднял глаза к небу.

— Я вижу знаки моих предков. Они направляют меня.

— И куда же?

— Я должен исполнить свое предназначение.

— В чем оно заключается?

— Я спас Веснушку…

Визетис промолчал.

— Но это не все, так?

— Я стану ключом к возрождению нашего народа…

— И какую же дверь должен отпереть этот ключ? — осторожно спросил Визетис. Проводник не ответил. Глент тщательно оберегал какую-то тайну, это было видно даже невооруженным глазом. Визетис надеялся, что этот секрет не причинит вреда Висту. Обретя брата, юноша пойдет за ним куда угодно. Это пугало больше всего. Глентивир Ааро для Визетиса был как закрытая книга на мертвом языке.

От грустных мыслей церза отвлек щелчок и крик Виста, рядом радостно залаял Бродяга.

— Ай! — Тайвис довольно смеялся, опуская руки после отвешенного щелбана, а Вист потирал лоб.

— Ты нечестно играешь!

— Я слепой, я не могу играть нечестно! — возразил элементал. — У тебя все преимущества!

— Откуда я знаю, как! — Вист, надеясь обмануть элементала, попытался между делом щелкнуть того по лбу, но Тайвис увернулся и повалил Виста на траву. Рядом заливался лаем Бродяга, схватил элементала за рукав и начал дергать.

— Вист, отзови его… — Тайвис дернул руку.

— Не надо, Бродяга, сидеть, — пес тотчас отпустил рукав и сел, ожидая приказаний. Вист всем телом навалился на противника, и они вместе начали кататься по траве. Бродяга топтался на месте, но не вставал.

Глент лениво наблюдал, как оба пытаются одолеть друг друга. Элементал со смехом выворачивался из рук противника, а Вист, не отставая, желал реванша.

— Все равно получишь! — Вист тянул руки, не оставляя надежд вернуть щелбан. Тайвис хохотал и всеми способами уходил от атак. Наконец, борцы устали и развалились на траве.

— Все равно получишь, — пообещал Вист.

— Ага, давай, — рассмеялся Тайвис.

— Спать ложитесь, — недовольно проворчал Глент. — Завтра отправимся с рассветом.

Визетис снова обратил взгляд к небу. Как же хорошо. Отчего так не может быть всегда? Оттого что не может, оборвал церз сам себя. Глент исполнит задуманное, правда, пока непонятно, что это. И их союз распадется. Каждый пойдет своей дорогой. Это неизбежно. Что же он, Визетис, будет делать? Назад нельзя. Погаснет светоч и что же он сможет предложить миру? Уйти в монастырь переписчиком? Вариант. Или учить ребятишек грамоте. Церз вздохнул. О будущем думать не хотелось. Оно туманно и безрадостно. Без Виста. Визетис перевернулся на бок и сделал вид, что заснул.

Глава 20. Западня

Наутро путники, спеша, позавтракали. Глент всех торопил. Он надеялся через четыре дня быть в порте Вало, куда и стремился все это время. Вист с Тайвисом снова затеяли бестолковую возню, но проводник прикрикнул на них, и они угомонились. Визетис упаковал все пожитки, и путники снова тронулись в путь.

Пустая болтовня заполнила долгую дорогу. Снова ехали целый день, делая перерывы только чтобы облегчиться. Тракт был пуст, как ни странно. Ни торгового каравана, ни заезжей коляски, на всем протяжении пути путники не встретили никого, но это их ни капли не смутило. Вист с Тайвисом были заняты друг другом, резвясь на все лады, как двухмесячные щенки. Визетис с улыбкой наблюдал за ними, а Глент погрузился в свои мысли. Никто не заподозрил неладного. Никто не обратил внимания на воронов, кружащих над ними. Сначала двух, затем увеличивших свое число до пяти. Вороны проводили их от самой стоянки и летали над ними, пока фургон катился по тракту весь день. Ближе к вечеру, выкатившись из-за небольшого леска, телега приблизилась к еще одному неизвестному городишке. Город был мал, почти деревня. Стоял поодаль от дороги. А рядом светились огни заезжей ярмарки. Звучала музыка и казалось, что там-то точно весело.

— Что это? — выглянул из-за тента Вист.

— Похоже на ярмарку, — пожал плечами Визетис.

— О, там должно быть весело, — подполз и Тайвис.

— Привал, — грубо оборвал их проводник, заворачивая к опушке леса.

— Ну, Глент, — протянул Вист. — Можно сходить?

— Что там делать?

— Посмотрим на фокусников...

— Вкусняшек поедим, — добавил Тайвис.

— Заткнись, — Глент нацелил палец на элементала.

— Мы целый день в дороге, — проныл Вист.

— Мы оторвались от черных, — добавил Тайвис. — Мы только туда и обратно.

Глент снимал сбрую с лошади, делая вид что не слышит.

— Ну, пожалуйста. — Вист подошел к брату.

Глент устало взглянул на него.

— Ты правда хочешь?

— Да.

— Идите, но вернитесь до заката.

— Ура! — Тайвис положил руку на плечо Виста, чтобы идти вместе с ним.

— Ты не пойдешь, мастер —церз? — спросил Глент. Визетис покачал головой. Нет.

— Дайте знать, если что...

— Я запущу огненную стрелку, не волнуйся, — пропел Тайвис. Бродяга с радостным лаем прыгал вокруг молодых людей, предвкушая веселье.

— Я бы не стал ему доверять, — сплюнул на землю Глент.

— Перестань, они хорошо подружились за эти дни, — возразил Визетис, провожая глазами бредущие через поле силуэты.

— Ты знаешь, кто такие элементалы? — фыркнул Глент.

— Люди которым не повезло?

— Они как щепки. Горят хорошо и ярко, только недолго. Веснушке незачем об этом знать.

Визетис опустил глаза. Жестоко, но верно.

Вист быстро шагал к ярмарочным балаганам через поле, а Тайвис старался не отставать.

— Ты слишком быстро идешь, — рассмеялся элементал.

— Прости, я ни разу не был на ярмарке, — Вист сбавил шаг. — Что там надо в первую очередь посмотреть?

— В первую? — Тайвис подумал.

— Если там есть жонглеры, то посмотри обязательно. И эквилибристов. А еще там продают карамель. Моя любимая...

Молодые люди наконец вышли к палаткам. Музыка продолжала играть, но Вист не увидел людей, хотя, возможно, в городишке и не так много народу. Он с уверенностью повел Тайвиса внутрь кольца из шатров. Бродяга крутился рядом. Вист с предвкушением чудес вывернул в центральную площадь, образованную шатрами, и застыл. Она была абсолютно пуста. Ни жонглеров, ни эквилибристов, никого.

— Тай... — Вист с замершим сердцем повернулся к элементалу. А Тайвис замер в руках черного церза. Одной рукой церз держал свою жертву за горло, не выпуская звуки, а другой, побелевшей от заклятия, впился элементалу в бок. Тайвис едва слышно захрипел в крепкой хватке.

— Ведите себя тихонько, и никто не пострадает, — ласково проговорил церз, продвигая леденящие пальцы по телу элементала. Тайвис дернулся, но не издал ни звука.

— Отпусти его, — попросил Вист, чувствуя затылком, что сзади подошли еще чародеи.

— У вас там еще двое, — продолжил церз. — Условный сигнал такой? — Он резко вздернул руку, и в небо взлетела огненная стрела. — Веди себя смирно, мальчик, и мастер Визетис останется жив.

Вист всхлипнул, осознав свое положение. Бродяга, взиравший на действо с радостным интересом, вдруг решил вмешаться, он зарычал и кинулся на церза. Из-за спины на пса налетело одно из созданий, которые напугали юношу еще в Съерре-Беккерре.

— Нет! Бродяга, нет! — ищец, более крупный и сильный, легко подмял под себя пса. Бродяга только успел взвизгнуть, когда ищец вцепился ему в хребет. Схватка не заняла и секунды. Тело пса отлетело в пыль возле одного из шатров.

— Нет! — по лицу Виста потекли слезы. — Не трогайте никого, пожалуйста.

Церз погладил Тайвиса по горлу и отпустил. Элементал покачнулся и замер.

— Прости, Вист, — прошептал он беззвучно.

— Пойдемте, — черный церз потянул за собой элементала и поманил Виста. Юноша позволил себе оглянуться. За его спиной стояло десятка два черных церзов, столько же их прихвостней в уродливых масках, а на привязи у ног топтались ищецы. Тайвис на деревянных ногах пошел, куда его тянули за руку, а следом плелся и Вист. Двое черных церзов сопроводили их в один из шатров, тот, что встретил беглецов первым, замыкал шествие.

— Они идут, мастер Кримхольм, — доложили ему.

— Встретьте их, мастер Уверити. Они полностью в вашей власти, — все что услышал Вист. Тот, кого назвали мастером Уверити, ушел, а Кримхольм закрыл полог шатра.

— Присядь пока, — Кримхольм положил руку Висту на плечо и мягко усадил его на стоящий возле брезентовой стенки ящик.

— Не трогайте их, пожалуйста, — умоляюще прошептал Вист — я сделаю, все, что хотите.

— Я понял, — кивнул Кримхольм и прижал палец к губам. Вист прикусил губу. Наружу были готовы вырваться рыдания. Вист взглянул на Тайвиса. Элементал трясся в неконтролируемом страхе, стоя посреди шатра в окружении двух церзов. Кримхольм подошел к нему. Ласково погладил по голове, между делом стянул повязку и отшвырнул ее прочь. Коснулся рун на виске. Одним движением распустил шов на левом рукаве рубахи пленника. Тайвис вцепился в свой посох правой рукой так, что побелели пальцы.

— Не бойся, — Кримхольм погладил знаки на плече элементала. Каждое прикосновение церза заставляло элементала вздрагивать. — Само совершенство. Природа создала совершенство... — Тайвиса теперь трясло не на шутку.

— Тебе страшно? — невзначай спросил Кримхольм. Элементал не ответил. Кримхольм зашел сзади. В левой руке его разгорелось леденящее заклятье.

— Вас отправят в Коготь сразу же, как мы здесь закончим, — церз положил ледяную руку на руны на плече. Тайвис вздрогнул и выгнул спину, по-прежнему не издавая ни звука. Вист видел по лицу Тайвиса, что ему больно, но церз, похоже, наложил на него заклятье молчания, иначе, отчего элементал не издал ни звука с момета пленения.

— Тшшш, — Кримхольм другой рукой, почти с лаской, обнял элементала за талию. — Только в целях безопасности. — Ледяная рука пробежала по левому плечу элементала, перескочила на бок, затем на шею и висок. С пальцев срывались морозящие токи, там, где они касались кожи, она приобретала мертвенно синий оттенок. Тайвис постепенно обмяк в руках церза. Двое его помощников подхватили безвольное тело, с величайшей осторожностью уложили на приготовленное одеяло, завернули, словно куль в широкие края.

— Не волнуйся за него, — Кримхольм стряхнул остатки заклятья с руки. — Он немного поспит. Вреда это ему не принесет.

— Вы не тронете его? — тихо спросил Вист.

— Ни пальцем больше, — кивнул Кримхольм.

— А Мастера Визетиса?

— Я к нему не прикоснусь. Посиди здесь. И ни звука, хорошо? Мои друзья присмотрят за вами. — Кримхольм коснулся плеча Виста, юноша вздрогнул, когда тепло проникло в тело через прикосновение церза и, словно стекло вниз, но потом понял, что так Кримхольм наложил на него заклятье паралича. Ни руки, ни ноги больше не подчинялись ему. Из глаз потекли непрошенные слезы. Сквозь пленку на глазах он видел безжизненное тело элементала, завернутое в шерстяное одеяло и двух своих стражей.

«Это конец»

Глент с тревогой посмотрел в небо.

— Ты видел? — он быстро повернулся к Визетису.

— Сигнал, — кивнул церз.

— Они в беде! — Глент пошарил на поясе, проверяя снаряжение. — Одевай свои доспехи, церз.

Визетис натянул перчатки Мастера и почти погасший Светоч.

— Зайдем, с другой стороны, — прошептал Глент и побежал к ярмарочным шатрам, забирая левее. Визетис побежал следом. Годы взяли свое, церз двигался не так быстро, и Глент порядком его опередил, однако дождался, пока церз его нагонит у самых шатров.

— Музыка все еще играет, — заметил церз. — Странно

— Думаешь, элементал так шутит? — едко спросил Глент.

— Не думаю, что Тайвис станет так шутить. Какой план?

— Я проберусь внутрь сквозь шатер, — Глент вытащил свой клинок. Звякнула пружина, и лезвие явилось миру во всей красе. Проводник, крадучись, подобрался к брезенту, распустил его, проделав приличную дыру. Церз пошел следом. В шатре было абсолютно пусто. Музыка все еще играла, но в шатре она звучала приглушенно.

— Странный цирк, — прошептал Глент, подбираясь к выходу из шатра. Выглянул на пустую площадь через откидывающийся полог.

— Никого.

— Где же Вист? И Тайвис?

Глент внимательно осмотрел площадь. — Она пуста! Мы пойдем сквозь шатры. — Он распустил еще дыру справа. Вылез наружу в проход между шатрами. Визетис пошел следом.

— Пес мертв! — Глент дернулся всем телом в сторону, и церз увидел трупик Бродяги. Следом завертелись события, которых ждали, но все одно все произошло слишком быстро. Глент вскрикнул, неестественно выгнулся, тонко звякнул его бесценный клинок, вырываясь из безвольной руки и разлетаясь на части. Тело проводника зависло над землей, а после, смятое сокрушительной силой, ударилось о землю. Визетис взмахнул рукой, выстраивая перед собой щит, но удар нанесли со всех сторон и щит разлетелся в клочья. Заклятья, направленные на церза, лишили воздуха. Визетис упал на колени, взглянул на тело проводника, похожее теперь на бесформенную массу. Глент не подавал признаков жизни. Визетис предпринял попытку подняться, но магические тиски крепко прижали его к земле, не давая даже поднять руки. Отовсюду начали появляться церзы в черном. Один из них подошел ближе.

— Добрый день, мастер Визетис. Я — мастер Уверити. Сегодня я стану Вашим проводником.

— Куда? — прохрипел Визетис.

— Империум вынес Вам приговор. Я стану исполнителем, — Уверити поклонился. Визетис оглянулся.

— Где Вист?

— Он завершит свое путешествие в Съерра-Беккерре, — церзы образовали круг большого радиуса вокруг говорящих.

— В знак уважения к Вашим прошлым заслугам, мы даем Вам возможность умереть с честью.

— Это как? — усмехнулся Визетис. Уверити с сожалением перевел взгляд на едва теплящийся огонек Светоча.

— В бою, — коротко ответил церз. — Поднимайтесь, Мастер Визетис.

Церз, сетуя внутри на усталое тело, встал. Взгляд снова упал на тело Глента, затем на тело нового друга Виста, пса по кличке Бродяга. Не повезло тебе, пес. Визетис сжал зубы. Вист не переживет второй раз таких потерь, он сломается совершенно. Как спасти его от этого, церз не знал. Может помочь только чудо. Визетис скинул плащ на землю, встал для поединка. Перчатки Мастера отозвались теплом.

«Что ж Вист, прости меня, если сможешь»

В шатре Вист слышал возню снаружи, но по-прежнему не мог пошевелиться. Он так желал оказаться рядом с братом, что, казалось, чувствовал его присутствие. И мастера Визетиса тоже. Но потом волна несуществующей боли накатила на сознание, и Вист понял, что это боль его брата. А вскоре он услышал и мастера Визетиса. Ему тоже было больно. Он терзался душевными ранами, которые болели не меньше физических. Кримхольм нарушил обещание. Вист сквозь пленку слез взглянул на своих конвоиров. Вот если бы их обездвижить, как это сделал Кримхольм. «Мастеру Визетису нужна помощь». Вист отстранился от бесконечных ударов, что следовали один за одним, которые принимал сейчас на себя его наставник. Выдохнул. Глент? Нет, брата он не слышал более, хотя был уверен, что он еще жив.

Все говорят, что в нем, где-то внутри, сокрыта большая сила, неужели нельзя воспользоваться ею. Вырваться из оков заклятья, наложенного с помощью его же могущества. Вист положил руку на колено, стараясь оставаться в той же позе. Можно. Нужно только найти эти нити, что удерживают его на месте. Вист закрыл глаза. Ощутил всем телом сковывающие его тончайшие, как паутинки, ниточки заклинания. Они тонки, но прочны. Вист вдохнул. «Я тоже могу, я — основа этого заклятья, а значит, я его владетель». Заклятье медленно начало ослабевать, когда жар Церебро коснулся их. Одна за одной нити распустились серебристой пылью. Вист вернул себе свободу передвижения, но рядом, возле входа, стояли еще двое церзов, с интересом наблюдавших за чем-то, происходящим снаружи. Потом оба ступили за порог шатра, позабыв об осторожности. Не приняв за серьезных противников напуганного мальчишку и обездвиженного, скованного холодом элементала.

Вист соскочил со своего ящика и подбежал к элементалу. Можно же снять любое проклятье. Освободить и Тайвиса.

— Тай! — Вист скинул полы одеяла с тела, потряс его за плечо. Сам не понимая, что делает, Вист положил руку на бок пленника, почувствовал, как с кончиков пальцев течет сила, которую алкал каждый из присутствующих здесь церзов. Все равно, что пустить шарик, как в игре, которую они играли с Тайвисом в дороге. Постепенно перемещая пальцы по телу элементала, Вист чувствовал, как теплеет и оживает кожа, а с ней и Тайвис.

— Тай!

— Вист? — Тайвис выдохнул и закашлялся.

— Тихо, — Вист закончил свое действо на виске, пробежав пальцами по последней руне. — Мастеру Визетису нужна помощь, Тай. И Гленту. Мы должны помочь. Больше некому. Остались только мы.

Тайвис с трудом приподнялся на локтях и встряхнул головой.

— Только мы? Сколько там черных? — Хрипло спросил он.

— Не знаю, много, — Вист оглянулся, опасаясь, не вернулись ли стражи.

— Раз больше некому, тогда вытаскивай их, Вист, — Тайвис с трудом поднялся на ноги, нащупав возле себя и свой бесценный посох, заботливо уложенный Кримхольмом, рядом со своим трофеем. — Я отвлеку церзов.

— Как? — юноша тоже поднялся, его немного лихорадило от возбуждения. Сейчас случится страшное. Игры закончились, это он понимал и был готов. Почти.

— Лучше тебе не знать, Вист, — Тайвис нехорошо улыбнулся. — Лучше не знать.

— Там на выходе двое.

— Я пойду вперед, а ты следом, — Тайвис уверенно пошел к выходу. — И близко не подходи. Держись подальше. — Предупредил он. Вист кивнул и отстал немного, пропуская элементала вперед.

Быть может, те двое и желали вернуться в шатер, никто этого не узнает. Волна огненного смерча снесла половину шатра вместе с церзами. Те, кто наблюдал за поединком, отвлеклись на новое происшествие. Вист, незамеченный, нырнул в бок, пробираясь к центру площади, где кольцо церзов смешалось, а в середине без сил лежал мастер Визетис. Над церзом встал его палач. Те, что образовали кольцо, кинулись навстречу новой опасности. Вист слышал, как позади гудело, раздуваясь, пламя. Слышал крики и проклятья, когда магическая защита, легко пробитая стихийной силой сминала ряды нападавших. Тайвис не обманул, он оттянул на себя всех. Кроме того, что стоял рядом с мастером Визетисом. Вист, не скрываясь уже, бежал через площадь, чтобы успеть. Вот палач поднял руку для завершающего заклятья. Сам не понимая, что делает, Вист выкинул вперед руку, серебристая молния смяла палача и отшвырнула его далеко вперед.

— Мастер Визетис! — Вист упал рядом с церзом, который не понимал, что происходит, на колени. Церз водил по небу безумными глазами.

— Это я, Вист, Висъент, — юноша схватил церза за руку. — Очнитесь. — Чутье подсказало ему, что нужно сделать, и он провел рукой по телу старика, как проделал до этого с Тайвисом. Визетис судорожно вдохнул, приходя в себя.

— Мастер Визетис! — Вист улыбнулся сквозь слезы. — Это я.

— Вист? — старик схватил слабой рукой за локоть своего подопечного. — Беги, Вист.

— Нет. Только с тобой, — юноша потянул церза подниматься. Безымянный палач уже встал на ноги и швырнул заклятьем в юношу, Вист с легкостью отбил направленное на него заклинание, и обратил его в обратную сторону, в нападавшего. Того снова сбило на землю. Юноша решительно поднялся, чтобы добить врага, что-то внутри подсказывало ему, что нужно поступить именно так, но Визетис схватил его за штаны.

-Нет, не уподобляйся нам, Вист. Ты много лучше...- юноша обмяк и снова опустился на колени рядом с наставником.

— Их слишком много Вист, тебе не сладить, — Визетис огляделся, не понимая, откуда раздаются крики, и застилает копотью небо.

— Я не один, — простонал юноша, поднимаясь на ноги и приняв на себя вес тела старика.

— Что? — Визетис сфокусировал расплывающийся взгляд на пылающих шатрах. Церзы сражались где-то в глубине этого ада с тем, кто оказался им не по зубам. — Это Тайвис?

— Он. — Кивнул Вист. — Давайте, надо уйти в безопасное место.

— Твой брат, Вист, — всхлипнул Визетис, налегая на хрупкое плечо. — Я не спас его.

— Он жив, вы его почините...Спасете, — прохрипел юноша, оттаскивая церза, прочь от пылающих шатров. Ветер срывал горящие полотна и разносил их по полю, создавая новые очаги пожара. — Только нужно отойти...

Вист оставил церза за пределами ярмарочной границы, где огонь не мог его достать, и побежал обратно. Визетис с трудом сел. Вся ярмарка теперь была похожа на пылающий костер, но где-то в глубине его все еще шел бой. Палатки срывало волнами заклятий, и навстречу им вставали волны огненных смерчей, воздух над ярмаркой раскалился добела, и в этом аду начали бить разряды молний.

— Счастье, что у тебя легкий характер, Тай, и беда, что тяжелая рука...— пробормотал Визетис, наблюдая, как последние барьеры пали, открывая взгляду поле битвы. Среди пылающих остатков бесполезного реквизита уверенно вышагивал элементал, отбрасывая с поля боя последних церзов, чья сила не в состоянии была справиться с первородной стихией.

Сгибаясь под тяжестью тела, показался Вист. Он с трудом подтащил брата к Визетису. Церз с сожалением взглянул на бледное лицо, на неестественно вывернутые ноги.

— Вист...

— Вы его почините, — уверенно прервал церза Вист. Сложил три пальца левой руки и коснулся Светоча на груди старика. Церебро тонкой струйкой сорвалось с пальцев и влилось в фиал, снова наполняя его необходимой силой. — Вот. Займитесь им. Я заберу Тайвиса.

Визетис, не находя слов, кивнул. Всего-то! Не надо машин, не надо страданий на ложе Церебрис, всего лишь своим желанием Вист мог наполнить любой фиал. Церз протер глаза от выступившей влаги. Вся жизнь словно началась заново. Лтаали могли делиться с людьми волшебством только лишь по желанию, не по принуждению, не из-за страха, отчего же человек выбрал путь насилия? Церз повернулся к Гленту.

— Я починю, тебя, Глент. Твой брат в это верит, значит, поверю и я.

Вист не чувствовал ни рук, ни ног, и держался только лишь на одном адреналине, что закипал в крови. От ярмарки почти ничего не осталось. Вокруг пылал огонь. Церзи, осознав, что справиться с противником им не по силам, просто отступили. Лишь Кримхольм по-прежнему бил по огненному щиту элементала заклятьями. Заклинание рассыпалось искрами, не долетая до цели, обозначая невидимую сферу вокруг Тайвиса.

Вист их прекрасно видел. Тайвис стоял напротив церза, даже не стараясь защититься, легко отметая всякие попытки себе навредить, а тот из последних сил упрямо кидал заклинания. Едва церз читал заклятье, как из напряженного, дымного, горячего воздуха в него бил электрический разряд, словно сама природа ополчилась на него. Тайвис стоял к Висту спиной, но юноша прекрасно видел искаженное мукой лицо Кримхольма, и Висту стало его жаль. Наконец, церз упал на колени. Тайвис направился к нему медленно, переставляя свой посох при каждом шаге, словно заставляя противника вести отсчет до своей кончины. Вист побежал, надеясь успеть сказать слова, которые мастер Визетис сказал и ему.

— Ты лучше их, Тайвис! Не надо! — Вист перешел на шаг, потому что воздух был горяч и тяжел, и быстро иссушил и без того сухое горло. Тайвис медленно повернулся к юноше всем телом, и Вист замер недалеко от элементала, с трудом преодолевая последние шаги. Зрелище, что открылось ему, пугало больше, чем черные церзы. Руны на теле элементала пылали ярко, точно свежие угли, а глаза из черных стали огненными, в них теперь переливался жидкий огонь. Посох в руках, дар волшебного древа, ссохся и почернел, расцвеченный, как потухающая головешка, огненными трещинами. Развилка на его навершии скривилась от жара и стала похожа на два языка пламени, стремящиеся друг к другу. Вист на дрожащих ногах подошел вплотную. Черный церз, получив передышку, отдыхал, преклонив колено.

— Здравствуй, Кузнец, — сказал Тайвис не своим, но глубоким и чистым голосом.

— Здравствуй, — опешил Вист. — Кто ты?

— Я — твое горнило. Позволь снова служить тебе.

— Отпусти его, — Вист откашлялся, не понимая, что делать.

— Я жду ответа,— слова вдруг сами пришли в голову.

— Я принимаю твою клятву, Кинези, огненный бог Ллталов. Твоя имя станет залогом твоей верности.

На лице Тайвиса появилась несвойственная ему хитрая улыбка.

— Помни, Кузнец.

— Останови это, — Вист показал рукой на пылающие поля.

— Это твое желание?

— Да.

— Повинуюсь, — Тайвис поднял посох и ударил им о землю. Вист ощутил ногами, расходящуюся от посоха волну. Огонь тотчас стихал, когда посланная волна достигла очагов. Не только вокруг, но и в поле, куда ветер разнес горящие обрывки ткани.

— Отпусти его, — Вист положил ладонь на левое плечо элементала, прямо на руны. Ладони стало нестерпимо горячо, но юноша не отнял руку.

— Я долго искал себе фамильяра. Как и ты. Как я могу отпустить его?

— Он может погибнуть, ты сожжешь его, и тебе придется искать новое тело, — по пальцам пробежали искорки. Вист даже увидел, как с пальцев стекает серебристый поток, сразу впитываясь в рисунки на коже. Там, где серебро касалось пылающих рун, горящие знаки потухали. Вист провел по руке элементала, от плеча до кисти, приглушая пылающий рисунок.

— Повинуюсь, — элементал чуть поклонился, Вист положил руку на висок. Руны совсем затихли, погасли и глаза, снова вернув себе черный цвет. Тайвис дернулся и без сил повалился вперед. Вист подхватил его, бросив взгляд на потрясенного сценой церза. Поправив бесчувственное тело на плече, прихватив изменившийся до неузнаваемости посох, Вист поторопился уйти.

После битвы осталась лишь выжженная земля да наполненный копотью воздух. Кримхольм, потрясенный случившейся на глазах сценой, никак не мог прийти в себя. Вся его свита после ухода беглецов начал понемногу возвращаться из укрытий.

— Проверьте, кто выжил, — бросил церз, отвергая руки, готовые помочь подняться.

— Как погас огонь?

— Это вы, Мастер Кримхольм? — послышались вежливые вопросы.

— Нет! — рявкнул Кримхольм. — Что за тупицы!

— Кинези...языческий бог огня...и кузнец, — бормотал он. — Уверити! Он жив? Мы потерпели поражение! — Кримхольм поднялся и заковылял вперед. Там, опираясь на помощников, вставал и Уверити. Схватка с шаманом Ллтаали обошлась ему дороже, чем Кримхольму битва с элементалом. Уверити едва стоял на ногах.

— Мы потерпели поражение! — крикнул Кримхольм на своего коллегу.

— Похоже на то, — кивнул Уверити.

— Уйдите все! — зарычал Кримхольм и все тени тотчас разлетелись, опасаясь гнева церза. Кримхольм приблизился к самому лицу Уверити.

— Что ты знаешь о язычестве?

— Мало. Какое...

— Самое прямое! — Кримхольм окинул безумным взглядом площадь. — Мы потерпели поражение, потому что против нас выступили языческие боги!

— Это безумие, — резонно заметил Уверити.

— Безумие — сражаться с ними. Но к счастью, мы достаточно безумны! — расхохотался Кримхольм. Уверити с сомнением взглянул на коллегу. Докладывать Империуму придется ему, скорее всего. Кримхольм сошел с ума.

Глава 21. Старые легенды

Вист с трудом запряг лошадку в фургон, ведь ему пришлось это делать впервые, и подогнал телегу к друзьям. Пока церзы собирались с силами и считали потери, самое время уйти подальше. Городишко, что приглянулся им вместе с ярмаркой, растаял в дыму, оказавшись просто иллюзией.

Визетис помог Гленту забраться внутрь. Церз исправил последствия магических ударов, срастил сломанные ребра, и поврежденную спину, и проводник очнулся. Он не признавался, что у него все болит, но Визетис и так это понял, а Вист просто знал. Он чувствовал любую боль брата. Глент молчал. Молчал, когда увидел перед собой мастера — целителя, открыв глаза после своего поражения, молчал, когда Вист притащил на себе бесчувственное тело элементала. И так же молча забрался внутрь фургона, когда беглецы вновь спешно засобирались в дорогу.

С элементалом все обошлось много хуже. Визетис постарался исправить все повреждения, полученные им во время боя, но этого все равно было мало. Огонь жег его изнутри. Руны отвоевывали себе новые пространства на коже, прожигая себе путь на спине и груди. Тайвис метался в бреду, болезнь снова рвала его легкие на части. Руны пылали на коже, и это зрелище пугало Виста. Он снова и снова гасил их своими прикосновениями, но этого хватало ненадолго. К тому же эти действия не проходили бесследно и для самого Виста. Визетис с тревогой наблюдал, как бледнеет его лицо.

— Остановись, Вист. Это его жизненный цикл, от этого не уйти, — увещевал он юношу. На место возницы пришлось сесть церзу, Глент, словно увядший цветок, лег на доски и закрыл глаза.

— Но ему больно, — возразил юноша, чуть не плача.

— Он не чувствует, Вист, — Визетис подстегнул лошадку, чтобы та двигалась быстрее. — Он без сознания.

Вист бессильно опустил руки, оглянулся на спящего брата, и полез к Визетису на козлы.

— У него было такое еще в Академии. Помнишь? Хотя, тебя не было в это время... — Визетис огляделся кругом. Солнце садилось. Сумерки нагоняли путников быстрее, чем они могли уйти достаточно далеко от черных церзов. Нужно было найти надежное место для ночлега, чтобы их не застали врасплох ночью. Церз заставил лошадку свернуть с дороги, направляя фургон наудачу прямо в поле.

— После твоего приступа у него случился его собственный. Пара дней, и он снова на ногах. Не волнуйся.

Вист вздохнул и привалился к плечу Визетиса.

— Я устал, — признался он.

— Я понимаю, — церз приобнял юношу одной рукой. — Ты проявил сегодня себя, как настоящий герой, Вист.

— Я испугался, — признался юноша. — За Вас и за брата. И немножко за себя и за Тайвиса.

Визетис чуть улыбнулся. Фургон миновал прогоревшие проплешины и начал спускаться в низинку. Лошадка нехотя переставляла ноги в густой траве. Фургон неспешно катился по полю в сумерках.

— Думаю, вы их здорово потрепали, — нарушил наступившую тишину Визетис. — Они не кинуться за нами сразу. Сначала восстановят силы. Если вообще пойдут следом.

Вист промолчал.

— Мастер Визетис...

— Что?

— Тайвис назвал меня Кузнецом там... — Визетис пожал плечами.

— И что?

— А я знаю, что там был не Тайвис, там был Кинези, мастер Визетис. Его телом управлял Кинези.

— Кинези? — Визетис с трудом вспоминал знакомое когда-то имя. — Это дух огня в сказаниях ллтаалов? Да?

Решив, что они достаточно спустились в низину и фургон не видно с дороги, Визетис остановил лошадку.

— Приехали. Здесь остановимся. Из фургона только не выходи. Распрягать пока не станем.

— Это бог огня, Мастер Визетис, а Кузнецом называли Йорагве. Он выковал этот мир. Так я помню...

— Йорагве... — Визетис повернулся к Висту.

— И ты думаешь, что Кинези устроил там весь этот погром?

— Я не думаю, я знаю, — Вист в полумраке спрятал свое замешательство. — И он узнал меня. Говорил со мной, как будто узнал.

— Не знаю, Вист, я не силен в мифологии Ллтаали, — Визетис пожал плечами. — Давай уложим Тайвиса на землю, иначе он подожжет нам фургон.

— Но он замерзнет.

— Пока ему безразлично...

Вместе они при свете горящих рун освободили землю от травы и уложили на нее бесчувственного элементала. Тайвис короткими толчками пытался откашлять свои легкие.

— Я покараулю, иди отдыхай. Завтра все обсудим, — предложил Визетис. Вист не стал возражать. Он забрался в фургон, прижался к брату и тотчас заснул.

Визетис остался снаружи, привалившись к колесу он смотрел, как вспыхивают и гаснут руны в такт горячечному дыханию. На свет слеталась мошкара, но гибла, едва приблизившись к раскаленному телу. Визетис ухмыльнулся. Хоть какой-то плюс, ночью можно погреться, если холод доймет его совершенно. Уставший мозг с трудом переваривал происходящее, и едва ли мог выдать разумное решение. Все, что Визетис понимал, это то, что Тайвис сейчас, подобно тлеющей головешке, мог спровоцировать еще один пожар, а это было бы не кстати. И это несмотря на то, что он все еще считался живым существом. Вист бы возразил. Но Тайвис уже обречен. Глент прав, незачем мальчику знать об этом. О чем он там говорил? Ах, да, Кинези...Языческий бог огня. Визетис соврал. Мифологию ллтаалов он знал отлично. Именно на ней построено все их общество. Ллталлы верили в присутствие богов на земле. Верили, что каждый из шаманов воплощал одного из них. Поэтому в обществе ллтаали шаманы были в таком почете.Но Кузнец...Кузнец Йорагве стоял во главе эпоса. Демиург. Создатель миров. Это невозможно...И невероятно...Словно чудеса творились прямо перед носом. Визетис всегда считал религию ненужным дополнением к существованию простого люда. То, что не могла объяснить наука, объясняли божьим промыслом. Там, где не могло дотянуться правосудие, обещали божий суд. Сила, которую нельзя объяснить, нельзя почувствовать, только поверить. Выходит, языческий бог пришел в мир посредством человека. Еще одна загадка. Тайвис даже не знает о его существовании, а значит, не мог все подстроить. Да и зачем? Для кого? Для Виста? Это ему нужно в последнюю очередь. Остается только поверить. А вера — основа любой религии, не так ли? «Ты становишься язычником» Усмехнулся Визетис. Рядом вспыхивали и гасли руны. Тайвис хрипло откашлялся. Ночь будет долгой. Визетис прижал ладони к телу элементала. Жар давно достиг легких. Придется обойтись без целебных элексиров в этот раз.

Мастер Кримхольм ожидал аудиенции Директора Академии в его личном кабинете. Теперь директорское кресло занимал Григо Салмеер. Половина книг с полок исчезли, и их место заняли неизвестные Кримхольму артефакты. Директор задерживался. Кримхольм имел возможность хорошенько продумать свою стратегию в разговоре. Империум не простил ему провала. Кримхольм потерял свою должность Мастер-церза при Круге, но ему позволено было остаться в качестве обычного исполнителя.

После сокрушительного провала на Соломской равнине, многим церзам потребовалась помощь медиков. Каждого телепортировали обратно в Коготь. Кримхольм оказался в их числе, и новый Мастер — Церз Уверити дал ему несколько дней для восстановления здоровья. Кримхольм решил потратить их с пользой. Увиденное на поле боя не давало покоя его воображению. Элементал назвал мальчишку Кузнецом, а себя Кинези, языческим богом огня. Ни один элементал не заходил так далеко, ни один не мог противиться заклятьям черных церзов, и ни один еще не мог одолеть целый отряд боевых церзов с наблюдателями и ищецами в купе. Ситуация требовала нового подхода. Уверити заверил Империум, что новый источник Церебро будет найден в ближайшее время. О том, чтобы вернуть мальчишку он речи уже не вел. На взгляд Кримхольма это была большая ошибка. Мальчишка — самый объемный из известных источников. Нужно было тотчас отправляться следом, но Уверити объяснил свой отказ тем, что потери среди церзов в последней вылазке слишком велики без достижения результата. Он испугался. Определенно. Испугался того, чего не смог контролировать, испугался мощи, которая стала ему неподвластна. Настоящий церз не должен бояться. Он должен желать этой силы. Кримхольм вдохнул всей грудью. Вот бы разглядеть в элементале зачатки могущества, когда он валялся здесь, точно тряпка, после разговора с Мастер — Церзом. Тогда он был еще как гусеница в коконе. Теперь же он расправил крылья, и его не удержать. Как и мальчишку.

— Добрый день, — вежливо поздоровался вошедший директор.

— Добрый день, — Кримкольм чуть поклонился.

— Чем могу быть полезным? — Салмеер обошел стол и занял свое место, предлагая гостю кресло напротив, в котором когда-то сидел, и мастер — целитель Визетис.

— Я знаю, что вы занимались изучением элементала, до того, как он исчез, — начал Кримхольм.

— Да, это так.

— Не могу ли я взглянуть на записи?

— Конечно, — Салмеер коснулся светоча, связываясь ментально с архивариусом. — Придется подождать.

— С удовольствием, — Кримхольм снова взглянул на артефакты.

— Откуда они? Вы бывали в путешествиях?

— Нет, — Салмеер улыбнулся. — Это из комнат Визетиса. Он вел довольно насыщенную жизнь в юности и собрал преинтереснейшую коллекцию. Я решил, что не место им пылиться в архивах.

— Что вы о нем знаете? — Кримхольм приготовился слушать.

— О мастере Визетисе?

— Именно.

— Немногое. Только то, что есть в архивах. Он участвовал в подавлении восстания Ллтаали, даже, кажется в войне Голтурпа Белоголового. А после и в погромах. В составе Круга Заступников.

— Это я знаю, — кивнул Кримхольм.

— Больше о нем расскажет только профессор Катарис, но он теперь на выезде. Северная Башня Астрологов подает непонятные сигналы. Он уехал туда.

— Быть может, вы что еще скажете?

— Я знаю, что он сменил цвет после погромов. Взял на себя заботу о мальчишке. Катарис потакал ему во всем. Они старые друзья. Вообще, он довольно скрытен. У него есть сестра, она живет в Римини. Они, кажется, в разладе. Родители почили давно. Вот и все, что мне известно.

— Что ж, хорошо. Что можете сказать про элементала?

Салмеер пожал плечами.

— Довольно тусклый тип. Неохотно шел на контакт, я так и не смог вызвать его полной реакции. Жалкие крохи...

«Думаю, тебе повезло, глупец», — со злобой подумал Кримхольм.

— Что еще?

— Да вот и все, пожалуй, — в дверь вежливо постучали, и вошел сухонький старичок с охапкой пергаментов.

— Мы зафиксировали его руны, — Салмеер поднялся навстречу архивариусу и принял у него часть свитков. Развернул один на столе. На листе бумаги в разных ракурсах была изображена левая рука с нанесенными рунами.

— Вот... — развернул второй. — Рисунки были сделаны в разное время.

— Хорошо, — Кримхольм склонился над бумагами.

— Не знаю, поможет ли вам, я пробовал пробиться в его память. Обычная практика, но я не смог.

— Отчего же? Он сопротивлялся?

— Нет, как будто это невозможно было. Не знаю, как объяснить, — Салмеер развел руками. — Словно барьер, я ударялся в него, и меня откидывало в мои собственные воспоминания.

— Это интересно, — Кримхольм внимательно вгляделся в руны.

— Это ведь грамота ллтаали?

— Нет, это древнесиккурский. Хаотичные руны. Без связи.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— А вот тут? — Кримхольм ткнул пальцем на изображение локтя.

— Здесь так же, — не моргнув глазом, ответил Салмеер.

— Дайте перо, — скривился Кримхольм.

— Я бы попросил не портить рисунки.

— Перо и пергамент, — архивариус взял с полки требуемое и подал церзу. Кримхольм поднес рисунок к стеклу, перевел на пергамент то, что его заинтересовало.

— А так? — он протянул пергамент Салмееру. Директор удивленно воззрился на гостя. — Если убрать некоторые части рун выходит слово.

— И что же здесь? — нетерпеливо спросил Кримхольм.

— Вы и сами уже прочли...

— Я не силен в ллтаали.

— Здесь написано «горн». Ну, это в общем смысле. Можно перевести и как «кузница»

— Горнило? — удовлетворенно переспросил Кримхольм

— Можно и так, — согласился Салмеер.

— Возможно, что на руке что-то написано и сие слово лишь часть предложения.

— Возможно, — согласился Салмеер, который выглядел так, будто перед ним отворили дверцу в сад чудес.

— Переведете мне?

— Мы постараемся.

— Я прошу сделать это в ближайшее время.

— Как вы нашли? — потрясенно спросил Салмеер.

— Я просто знал, что искать, — надменно ответил Кримхольм. — И еще одна просьба.

— Слушаю?

— Мне нужна консультация по части мифологии Ллтаали.

— Это вам может помочь профессор Люмис. Он отлично изучил эту часть их культуры.

— Позовите его, если можно.

— Думаю, можно. Сейчас нет занятий, — Салмеер снова коснулся светоча.

Кримхольм пошарил глазами по рисункам. Сделать столько набросков и не разглядеть под носом послания! Насколько слепыми надо быть?

Профессор Люмис пришел быстрее, чем директор. Чопорно поклонился каждому из присутствующих.

— Профессор, Мастер — Церз интересуется мифологией Ллтаали. Ваша любимая тема, — Салмеер улыбнулся улыбкой знающего человека, прошел на свое место и сел, зная, что последует потом.

— Я с удовольствием расскажу, —Люмис любезно улыбнулся Кримхольму. Архивариус тихонько прокрался к двери и выскользнул из кабинета. Кримхольм проследил за ним взглядом.

— Давайте построим наш диалог следующим образом, я буду задавать вопросы, а вы ответите.

— Чтож, можно и так, — Кримхольм заметил на лице Салмеера разочарование от неудавшейся шутки.

— Какую роль у них играет некий Кузнец?

— О, — Люмис улыбнулся, отыскал себе стул и присел напротив гостя. — Кузнец Йорагве, основоположник мира по их легендам. По мифу о создании мира, Йорагве пришел в пустоту, и первое, что он сделал, высек искру из своих глаз, искра обратилась в бога огня Кинези, затем он высек искру из своего сердца, и искра стала богом земной тверди Харагви. Кинези обратился в горнило, а Харагви в наковальню для молота. И вот тогда Йорагве стал бить по наковальне, иссекая мир из пустоты.

— Кинези обратился в горнило? — уточнил Кримхольм.

— Именно. Правда, потом Кинези ради шутки слишком ярко разжег огонь, и тогда Йорагве рассердился на него, и прогнал от себя.

— Шутник, однако, этот бог, — усмехнулся Кримхольм.

— Но! — Люмис поднял палец вверх. — От жара В глазу Йорагве появилась слеза, и упав на наковальню обратилась в богиню воды Валлгу. Она успокоила кузнеца, и Кинези был прощен.

— Все как у людей...Продолжайте...

— Затем от яростного дыхания Кузнеца, пока он выковывал мир, родился бог ветра Эот. Йорагве захотел выковать себе подругу, но ему попался плохой металл, и он в ярости бросил заготовку на землю. Сила удара была такова, что кусок металла провалился под землю, а искра божественного начала дала под землей ростки. Так в мир пришла темная богиня смерти Арахве. По легенде она не могла простить Йорагве за то, что он отверг ее, и не придал ей завершенную форму. Она уродлива и не похожа ни на кого на земле.

— Еще что?

— Это основные боги эпоса. Далее в эпосе происхождение богов более мелких. Их достаточно много.

— Нет, не нужно... — Кримхольм задумался. — Расскажите, есть ли в легендах упоминание, когда их боги приходят на землю.

— Есть небольшая глава в эпосе Переярви. В ней рассказывается, как Йорагве сходит с небес на землю, разыскивая своих детей.

— Для чего, не говорится?

— Отчего же, — Люмис задумался, вспоминая. — Йорагве спускается на землю перед тем, как перековать мир заново.

— Что это значит?

— Я бы назвал это концом света, в нашем понимании. В разных культурах он называется по-разному. Ллтаали верили в цикличность жизни и смерти. Кузнец перекует мир, и история начнется заново.

— Это смешно... — деланно рассмеялся Кримхольм.

— Разумеется, это только легенды, — улыбнулся Люмис. — К тому же Ллтаали. Этот народ на грани вымирания. С ними уйдут и их сказания.

Кримхольм стер улыбку с лица, и оба церза с ожиданием посмотрели на него.

— Откуда такой интерес, Мастер — Церз, — Салмеер подался вперед. — Вы что-то нашли в своих странствиях?

— Я...возможно... — Кримхольм смешался. — Если я скажу, что видел его...

— Кого?

— Кузнеца. И одного своего помощника он уже нашел...

Салмеер и Люмис переглянулись.

— Это невозможно, — Люмис нервно улыбнулся. — Это только легенды, ...сказки...

— Эти сказки едва не погубили моих людей, — прошипел Кримхольм, — поэтому мне приходится с ними считаться.

— Но вы же не верите в это, — рассмеялся Салмеер. — Это мифы... легенды.

— Я верю в то, что видел своими глазами, директор Салмеер, — оборвал его Кримхольм.

— Что же вы видели?

— Я видел силу, что нам всем и не снилась, директор, — Кримхольм сжал губы в линию, видя недоверие на лицах. — Силу, с которой мы не сможем совладать.

— Но...но... — Люмис растерянно заморгал. — Как такое возможно? Вы хотите сказать, что, раз вам показалось, что вы видели Кузнеца, нас ждет конец мира?

— Я этого не сказал. Я сказал, что видел его. Про конец мира вы додумали сами, — отрезал Кримхольм.

— Ну, разумеется. — Люмис несмело улыбнулся.

— Что еще мы можем почерпнуть из эпоса ллтаали?

— Все зависит от того, что вам нужно, — Люмис совершенно растерялся. — Я могу дать вам книги, вы поищете сами.

— Что ж, не откажусь, — кивнул Кримхольм. От этих книжных червей ничего не добиться. Люмис сам не свой вышел из кабинета за книгами.

— Так все-таки, что же вы видели? — Салмеер наклонился вперед.

— Я увидел рассвет новой эры, мой друг, — улыбнулся Кримхольм. Салмеер нервно дернул щекой. Более Кримхольм не сказал ничего.

В ложбине пришлось провести день и еще ночь. Визетис расширил земляной саркофаг для Тайвиса, и теперь можно было не волноваться, что он подожжет что-нибудь. Вист проспал ночь и весь день, проснулся только к вечеру, предложил сменить церза на его посту. Визетис, измученный бессонными сутками, с благодарностью, перепоручил его заботам элементала, а сам полез в фургон отдыхать. Глент также проснулся с закатом, сполз с телеги и предложил брату разделить с ним ужин. Вист не стал оказываться, и теперь они вдвоем уничтожали запасы съестного.

— Давно он так? — кивнул Глент на мечущегося в жару элементала.

— Скоро сутки, — отозвался Вист.

— Что говорит Мастер-церз?

— Что он скоро проснется.

Глент кивнул удовлетворенно. — Ты молодец, брат.

Вист чуть улыбнулся, принимая похвалу. Помолчали.

— Что произошло там? — несмело продолжил Глент. — Расскажи.

— Я разбудил Тайвиса, — вяло начал рассказ Вист. — Я сказал, что вам нужна помощь. И он сразу предложил отвлечь церзов. И отвлек...Всех...Я побежал к мастеру Визетису. Оттащил его в безопасное место и вернулся за тобой. Потом вернулся за Тайвисом...Все...

— А церзы?

— Он заставил их отступить...

— Кто?

Вист помолчал, думая сказать или нет.

— Там был еще кто-то кроме Тайвиса, Глент.

— Кто?

— Кинези... — Глент не переспросил, не возразил. Просто принял как есть, словно знал, что так и должно быть.

— Один? — только и спросил он.

— Да, — соврал Вист. Вдруг Глент рассердится, когда узнает?

— Хорошо, — кивнул проводник. — Как ты понял, что это был он?

— Он сам сказал мне... — больше Глент вопросов не задавал. Посидели в тишине.

— Думаю, завтра мы продолжим путь, — тихо сказал Глент.

— А как же Тайвис? Он еще нездоров, — возразил Вист.

— Он не важен, Веснушка. Ты важен. Тебя надо доставить на Сумеречные острова.

— Что там такого? — вскипел юноша. — Что там важнее, чем жизнь моих друзей?

— Увидишь, — жестко отрезал Глент. — И сразу поймешь, что я был прав.

— В чем прав?

— Во всем! Что не надо было тащить с собой этих двоих. Надо было бросить их еще там, возле столицы! Мы бы успели раньше к порту.

— Я не хочу туда! — выкрикнул в сердцах Вист. — Понимаешь? Мне здесь нравится!

— Там жили наши предки, Веснушка!

— Они ушли оттуда, Глент, раз переехали на континент, — Вист растерянно посмотрел на мерцающие в сумерках руны. — Ты не думал об этом?

— Нет, — Глент со злобой взглянул на небо.

— Я не стану спорить с тобой, — проговорил он. — Я уступил тебе, когда мы потащились через всю империю с этими людьми. Уступи и ты мне теперь.

— Я не возражаю. Но сначала хочу убедиться, что с ними все будет в порядке, — огрызнулся Вист.

— Хорошо, — Глент поднялся. — Ты возмужал за время нашего бегства, брат. Я сменю тебя, разбуди меня в полночь. — И ушел в фургон.

Вист посидел немного один, послушал уже почти ровное дыхание больного.

— Вист, — едва слышно выдохнул Тайвис. Вист не поверил ушам и кинулся к самому лицу элементала.

— Вист, это ты?

— Я, Тай. Все в порядке, мы в безопасности, — поторопился сказать юноша.

— Не дай ему бросить меня... — выдохнул Тайвис. — Пожалуйста...

— Нет, нет. Я не позволю, — Вист сжал ладонь элементала. Она была все еще горячей, но это уже был жар болезни, а не растущих рун. — Хочешь пить?

— Очень... — Вист бросился за бурдюком с водой, который, как он помнил, лежал среди съестного. Вернулся, чтобы напоить больного, Тайвис свернулся в своем ложе в клубок.

— Вы меня в могилу закопали? — просипел он, когда Вист, поддерживая ему голову, пытался влить воду в сухие растрескавшиеся губы

— Нет, это мастер Визетис придумал. Чтобы не поджечь чего...

Тайвис пил большими, жадными глотками.

— Шутник, твой мастер, — Тайвис, дрожа, снова свернулся в клубок. Вист улыбнулся. Руны почти погасли, кризис миновал.

— Я тебе плащ принесу, и на траву лечь можно, — Вист стремился теперь устроить элементала с максимальным комфортом. Тайвис ничему не возражал. Позволил себя укутать в шерстяной плащ, уложить на траву рядом с колесом.

— Ты все слышал? — спросил Вист элементала.

— Только когда ты кричать начал... — дрожа, ответил тот.

— Тебе холодно?

— Да. Очень...

Вист сбегал еще за одним плащом, лег рядом, ощутил жар больного тела.

— Ты весь горишь...

— Я весь болю, — хохотнул сквозь зубы Тайвис. — Что произошло там, на ярмарке?

— А что ты помнишь?

— Помню, как отбивался от церзов...

— А потом?

— Потом тут лежу...Вы меня оттуда вытащили?

— Да, — Вист кивнул. — Мы вытащили тебя.

— Спасибо...

Глава 22. Предательство

На следующее утро путники засобирались в путь. Тайвис был все еще плох, но был в сознании и смог забраться в телегу. Руны на теле погасли, но там, где появились новые, по самой границе аккурат, вздулись пузыри ожогов. Тайвис признался, что кожа на месте рун болит черезвычайно, от завтрака отказался и полез в фургон, чтобы не маячить перед Глентом. Разорванную по шву рубаху Визетис кое-как залатал.

Глент с утра ходил хмурым, точно туча. Наконец, все собрались, погрузились в телегу и Глент, сев на место возницы, направил фургон прямиком через поле на восток.

Визетис трясся в телеге, поглядывая на своих спутников. Спина возницы всем видом выражала презрение к пассажирам и нежелание разговаривать. Вист был тих и спокоен. Тайвис же снова почувстовав в руках свой посох, приободрился немного. Посидел какое-то время в привычной свое позе, но потом, сдавшись, улегся на доски, обхватив себя руками.

— Плохо? — Визетис подсел ближе. Элементал не ответил. Телегу трясло, словно возница желал вытрясти своих пассажиров прочь. Церз провел рукой по плечу больного. Жар стихал, но кожа всего тела болела, не давая сосредоточиться на чем-либо еще. Даже голод отступал. Визетис провел рукой по телу элементала и стряхнул, повторил движение.

— Так лучше?

— Да, спасибо, — вяло отозвался элементал.

— Врешь...

Марафон сквозь поле вывел их к деревне Святцы, о чем и было написано на табличке на въезде.

— Отсюда до Вало уже совсем близко. — Обрадовался Глент. Визетис помрачнел. Это значит, что пора расставаний уже на пороге.

— Здесь есть монастырь Пресветлой Девы, — Визетис, прищурившись, посмотрел на высокие стрелки крыш вдалеке.

— И что? — Глент с трудом сдержался.

— Тайвису там помогут.

— Черта с два. Они убьют его, — расхохотался Глент.

— Нет. Светлые девы помогают любому, кто придет с просьбой, — возразил Визетис. — Отвези нас туда.

— А мы с Веснушкой к порту...

— Нет, — Вист вдруг воспротивился. — Я останусь, пока Тай не поправится.

— Веснушка?

— Ты кричишь, что я тебе нужен...Тогда придется подождать вместе со мной, — просто сказал Вист. Глент бросил взгляд на элементала, скорчившегося на досках.

— Он умрет, Веснушка...Рано или поздно...

— Он не умрет. Мастер Визетис не позволит этому случиться.

— Тьма вас всех побери! — Глент со злобой хлестнул лошадь вожжами. Лошадка, не ожидая такого поворота, припустила по тракту к деревне.

Деревня была из зажиточных. На пути к порту здесь останавливались многие торговцы и оставляли здесь свои золотые монеты перед долгим морским путешествием. В город, однако она так и не выросла, но почти все дома стояли крепкие, крытые дорогой черепицей, дороги на улицах были хороши. К монастырю лошадка легко добралась, устав от травы и кочек под ногами.

Визетис спрыгнул на землю и направился в стрельчатые каменные ворота. Глент проводил его взглядом.

— Ты уверен, Веснушка, что хочешь здесь остаться?

— Да, уверен, — отозвался Вист. Спустя время Визетис вышел вместе с монашкой в белом балахоне и белом же чепце, возвышающемся над головой, подобно раскрытым парусам.

— Вот он, госпожа... — церз указал на лежащего больного.

— Мы с радостью поможем ему. — Кротко ответила монашка, окидывая взглядом грязных, измученных путников. — Если пожелаете, то можете воспользоваться нашими купальнями, а в столовой вас ждет простой, но сытный обед.

— Благодарю... — начал Глент.

— Мы с радостью... — закончил Визетис.

— Тогда добро пожаловать, путники, — монашка улыбнулась и сделала приглашающий жест к монастырю. — Сестра Юмин покажет вам все.

В дверях монастыря уже маячил еще один силуэт в белом.

— Я — настоятельница. Зовите меня сестра Селесити.

— Благодарю вас, сестра Селесити, — Визетис поклонился. — Мои спутники очень устали, мы будем рады воспользоваться вашим гостеприимством.

— Вам выделят две кельи, — сестра Селесити кивнула белому силуэту в дверях, и сестра Юмин поспешила выйти. — Две кельи для страждущих, сестра. — Повторила она для монашки. И снова к Визетису.

— У них отдельный вход, чтобы вас не потревожить. Наши дела в монастыре не прекращаются ни на минуту.

— Я понимаю, — Визетис кивнул. Сестра Селесити чуть поклонилась и ушла в ворота. Сестра Юмин, потупив взор, терпеливо ждала, пока путники выгрузят свои пожитки. Тайвис вылез последним. Монашка терпеливо дождалась, пока они соберутся и повела их через воротца во двор. Вист с удивлением оглядывал аккуратный ухоженный сад, в котором трудились несколько фигур в белом, на заднем дворе, через который их провели, две девушки развешивали отполосканное в чанах белье. Жизнь шла здесь своим ходом, и бури, проносящиеся за пределами их мирка, здесь никого не интересовали.

— Здесь, — монашка присела в неловком реверансе, возле череды из четырех дверей. Две из них были открыты. — Ваши комнаты. Обед через два часа в общем зале.

Визетис заглянул в комнатку. Небольшая. Всего-то уместилось две кровати да стол между ними. На стене висит Звезда Элейни.

— Благодарю, — Тайвис потоптался на пороге, но затем прошел внутрь и сел на пол возле койки.

— Ты чего? — Визетис зашел следом.

— Вы меня в земле валяли... — элементал поджал под себя ноги и лег прямо на полу. — Жалко чистого белья...

— Мы с Веснушкой в соседнюю, — отозвался Глент. Монашка зашла следом за Визетисом.

— В купальни отдельный вход. Направо отдельная дверь, — доверительно проговорила она. — Сестры почистят ваше белье, если нужно.

— Это было бы кстати, — обрадовался церз. Монашка улыбнулась понимающе, уж она-то точно знает, насколько это кстати.Кивнула и ушла.

— Тай...

— Что?

— Пойдем в купальни...

— Я устал...

— Мне отнести тебя?

— Нет! — Тайвис со вздохом поднялся. — Вы как заноза в заднице, Мастер Визетис.

— Неправда...

К вечеру настоятельница пришла проверить, как себя чувствует больной, ради которого их приняли в монастыре. Тайвис, чистый, сытый и немного отдохнувший чувствовал себя много лучше. Монашки нашли для путников смену платья. Старое, грязное и во многих местах порваное обещали постирать и починить. Тайвис наслаждался чистой постелью, и совсем не желал из нее выходить, когда постучала настоятельница.

— Могу я войти?

— Да, разумеется, — Визетис встал, встречая гостью, а элементал натянул одеяло до самого носа.

— Как ваш больной?

— Мне лучше, — Тайвис сжался под одеялом.

— Позволите? — монашка зашла, прикрыла за собой дверь. Затем присела на край кровати больного.

— Ничего не нужно...

— Вы как будто боитесь, — улыбнулась настоятельница. — В этих стенах нечего бояться.

— Я уверен в этом, — кивнул церз, также присаживаясь на кровать. Настоятельница тихонько потянула за одеяло. Край покрывала сполз, приоткрывая часть руны на виске.

— Что это? — настоятельница уверенно откинула одеяло. Тайвис беспомощно сцепил руки между колен.

— Это руны, — прямо ответил Визетис.

— Татуировки, — сдавленно проговорил элементал.

— Я знаю, что это, — снова улыбнулась настоятельница. — И знаю, что это значит.

— Правда? — элементал привстал в кровати, повернулся к ней, распахнув черные глаза. Настоятельница не дрогнула.

— Правда, — спокойно ответила она. — Вас никто не тронет в этих стенах.

— А за их пределами?

— И там тоже, — сестра Селесити взглянула прямо в глаза Визетису. — В этих краях мы принимаем людей такими, какие они есть.

Она взглянула на черный посох, прислоненный к стене возле кровати.

— Ты погружен во тьму?

— В смысле? — не понял Тайвис. — Я — нет, не полностью. Не совсем...

— Боги дают нам испытания, чтобы извлечь сокровище, что таится внутри. Словно скульпторы они иссякают лишнее из нашей жизни, пока душа не обретет должную форму.

— Думаете? — растерялся Тайвис.

— Так говорит мне Элейни...

— Вы с ней разговариваете?

— Она говорит со мной. Я лишь возношу ей молитвы, — настоятельница кротко сложила руки лодочкой. — Она предупредила меня о вашем приходе.

— Правда? — Тайвис, как ребенок заерзал на кровати.

Дверь распахнулась, и вошел Вист, хмурый, точно его брат. Юноша растерялся, увидав настоятельницу, но потом все-таки зашел.

— Добрый вечер, — поздаровалась монашка.

— Добрый, — кивнул Вист. — Я с вами посижу?

— Мы будем рады, — кивнула настоятельница. Вист с удивлением осознал, что Тайвис не скрывал сейчас своих знаков, и смело разговаривал с монашкой.

— Садись, Вист, — Визетис подвинулся, давая место.

— Я пришла убедиться, что вы устроились комфортно, — кивнула настоятельница.

— Все просто чудесно! — покивал Вист.

— Это еще не все, вы узнаете наше гостеприимство, если задержитесь.

— Нам надо ехать, — грустно сказал юноша.

— Не страшно, — настоятельница повернулась к Тайвису. — Но вы — то задержитесь.

— Я? — элементал коснулся своих рун на виске. — Возможно, я пока не знаю.

— Вы не знаете, но скоро решение придет само. Мы с вами еще сможем поговорить.

— Вы, правда, разговариваете со своей богиней? — не удержался Тайвис.

— Правда...

— А что она говорила вам? О нас?

— Что вам нужна помощь, — монашка опустила глаза. — В стенах нашего монастыря нет места страху, вы можете восстановить свои силы, и быть здесь, сколько потребуется.

— Благодарим. — Визетис и правда был очень благодарен за эту передышку. Решение приехать в монастырь было верным, теперь он в этом убедился.

— Отдыхайте, — настоятельница выплыла из кельи, оставив путников одних.

— Ты чего такой хмурый, Вист? — не удержался Визетис, едва дверь закрылась.

— Глент хочет, чтобы мы ехали завтра в Вало.

— И в чем же дело?

— Без вас.

Благостное настроение церза тотчас улетучилось.

— Уже?

— Да. Он торопится. Тайвис в порядке. Здесь. В безопасности. Можно ехать, — Вист посидел, потом порывисто обнял Визетиса.— Я буду скучать, Мастер Визетис! — Церз деревянными руками обнял юношу, прижал его к себе.

— Я тоже, Вист. Безумно буду скучать.

— А я? — Тайвис слепо пошарил перед собой. — Что со мной будет?

— Глент говорит, ты можешь остаться здесь. Монашки примут тебя, — всхлипнул Вист в рубаху церза. Оторвался от наставника, также порывисто прижался к элементалу.

— Я не хочу расставаться! — рыдал Вист уже в голос. Тайвис обнял вздрагивающую спину.

— Ну, ну, может Глент еще передумает...

— Нет. Он что-то хочет сделать, но не говорит, что. Говорит, что это все решит, все наши проблемы...

— Добавит ему мозгов? — едко выдал элементал. Вист посмеялся сквозь слезы.

— Куда вы поплывете? — сам не свой спросил церз.

— На сумеречные острова. Остров Тень. Так называется.

— А остров Вист там есть? — вставил Тайвис. Вист снова улыбнулся.

— Нет, такого нет.

— Жаль.

— Он все уже решил? — упавшим голосом спросил церз.

— Да, — Вист оторвался от Тайвиса, порядком измочив ему свежую рубаху слезами.

— Он злится, что пришлось задержаться...

— Что ж не будем злить нашего Злюку, — Тайвис пожал плечами. — Мы же можем встретиться и после вашего путешествия...

— Конечно! — Подхватил Визетис.

— Мы подождем вас здесь.

— Может не в монастыре... — протянул Тайвис.

— Но в этой деревне, или рядом, — Вист успокоился и с надеждой посмотрел на друзей.

— Правда?

— Конечно! — Тайвис отмахнулся от беды Виста, как от мухи. — Это не проблема. Подождем одну луну.

Визетис вдруг тоже воспрял духом. В самом деле, отчего он решил, что их путешествие — это конец.

— Мастер Визетис найдет себе какую-нибудь старушку...

— Что?

— Молодушку, — тотчас поправился элементал.

— Красотку, — добавил Вист, довольно улыбаясь.

— И будет жить с ней долго и счастливо! И я пригляжу себе кого-то.

— Ты ее найдешь по запаху, — хохотнул Визетис.

— Может и по запаху! — задорно продолжил Тайвис. — Пусть пахнет едой.

Вист расхохотался, рассмеялся и Визетис, несмотря на печаль всей ситуации.

— Дайте светоч, мастер Визетис, — попросил Вист, вытирая слезы от смеха. Церз достал свое сокровище, наполовину опустошенное. Ночь с Тайвисом не обошлась ему дешево. Вист сложил три пальца и по ним снова потек Церебро прямо в светоч.

— Я знаю, что вы правильно распорядитесь им, — сказал Вист серьезно. — Я верю, что не станете использовать его во зло.

Визетис снова обнял юношу.

— Я горжусь тобой, Висъент Ааро. И люблю тебя, как сына, — пробормотал Визетис, пряча непрошенные слезы.

Вист остался у друзей до самого утра. Они вспоминали совместное путешествие и хохотали над тем, как Тайвис выворачивал любое событие. Вист вдруг понял, насколько сильно ему будет их не хватать, и в груди защемило до обморока. Но рассвет был неумолим и юноша, попрощавшись снова, ушел к себе.

— Попрощаемся со злюкой? — вдруг спросил Тайвис.

— Не хочу травить себе душу. Иди, если желаешь.

Тайвис нащупал ногами свои ботинки, взял в руки посох и, постукивая им, вышел. Визетис улегся на кровать.

Сколько времени прошло с тех пор, как они с Вистом встретились. Да, встреча была не при лучших обстоятельствах. Вист его бояся и скорее всего ненавидел, но потом все как-то вышло на новый уровень. Теперь все иначе. Церз понял, что будет тосковать, но был готов отпустить его в его новую, взрослую жизнь. Быть может когда-то Вист придет к нему в дом, скинет пропахший дальними странствиями плащ, и обнимет его снова. Уж лучше так, лучше так. Визетис не заметил, как задремал.

Тайвис постучался в соседнюю дверь, и не получив ответа пошел туда, где слышал звуки скрипящей телеги. Не успев пройти и нескольких шагов, он ударился всем телом в кого-то, на него налетел Глент.

— Вот и ты, — почти ласково проговорил Глент.

— Вот и я, — кивнул Тайвис. — Подумал, ты тоже захочешь поплакать на моем плече. — Элементал распахнул руки в ожидании объятий, но не дождался и оперся на посох.

— Нет, так нет, — вздохнул он. — Береги его. Он лучший из вас.

— Я понял, — согласился Глент. На заднем дворе они теперь были одни.

— Веснушка уже в телеге. Я зашел к тебе.

— Ко мне? — удивился Тайвис. — Вот так сюрприз.

— Я должен сказать... — Тайвис повернул голову, прислушиваясь к словам. — Что знаю, кто ты.

— Я тоже знаю, кто ты...

— Нет, не знаешь, — Тайвису показалось, что Глент усмехнулся. — Ты ничего не знаешь, грядут события, от которых у вас на задницах волосы дыбом встанут...

— Смело, — Тайвис рассмеялся. — Откуда тебе знать, ты что, тоже общаешься с богами?

— Да, — Глент снизил голос. — И мои боги говорят мне, что делать...

— И что ты сделаешь?

— Я сорву печати в Храме пяти богов, — грубо сказал Глент.

— Мне это ни о чем не говорит...

— Это потому... — Глент приблизился к самому уху, — что ты прячешься, Кинези. Но я знаю, что ты пришел к Нему. Госпожа говорит мне, что нельзя допустить, чтобы вы встретились.

Тайвис не уловил быстрого движения, зато почувствовал, как нож вошел под ребро. Элементал не успел даже вскрикнуть, ноги подкосились, и он начал заваливаться вперед на своего убийцу.

— Еще не время, — шептал Глент, поддерживая тело своей жертвы, чтобы оно не упало слишком громко. — Поищи пока себе новое тело. А я исполню задуманное.

Глент распрямился и встал над телом элементала. В боку раненого торчал плотницкий нож. Элементал был еще жив, хватал воздух ртом, словно пытался позвать на помощь. Посох валялся тут же, мертвый и бесполезный.

— Прощай, элементал

Глен развернулся и ушел, оставив бывшего товарища истекать кровью на заднем дворе монастыря. Веснушка ждал его в телеге.

— Попрощался? — Спросил он.

— Да. Я все сказал, — Глент тронул вожжи, и лошадка потянула фургон на дорогу.

— Жаль, что пришлось расстаться.

— Мне не жаль, мы найдем много новых друзей.

— Мне эти нравились.

— Ничего... — Глент щелкнул вожжами, и лошадка припустила быстрее. Всего в полдня пути их ждал порт Вало и нанятый уже давно корабль.

Глава 23. Порт Вало

Визетиса разбудил шум за дверью. Он вскочил, опасаясь увидеть черных церзов на пороге, распахнул дверь и выскочил во двор. Но там не было грозных боевых церзов, просто монашки склонились над чьим-то телом.

— Что? Что случилось? — Визетис раздвинул девиц руками. На земле, едва заметно подергиваясь, стараясь дотянуться до своего посоха, лежал Тайвис. Казалось, он был в сознании. В боку зияла рана, а в ней торчало и орудие, обычный плотницкий нож. Настоятельница командовала рядом.

— Носилки!

— Несите к нам.

— Сюда.

— Я помогу... — Визетис взялся поднять тело, чтобы переложить его на носилки. Четыре девушки довольно бодро понесли раненого куда-то в другую сторону.

— Куда? — Визетис побежал следом.

— Ко мне в смотровую, — бросила настоятельница.

— Я могу помочь, — вставил Визетис.

— Так помогите, — холодно осадила его Настоятельница, когда девушки принесли раненого у просторную комнату со столом посредине.

— На стол его, — Визетис перенес тело на стол. Слышно было, как скрипнула эмаль. Тайвис стиснул зубы.

— Я выну нож, вы возьмите! — настоятельница сунула ему бинты. — Надо остановить кровь...

— Кто это сделал? — задал Визетис вопрос небесам.

— Никто из моих послушниц, это точно.

— Может кто-то проник снаружи? — Визетис прижал тряпицы к ране, когда настоятельница извлекла нож.

— Сомневаюсь, — монашка проверила пульс на шее. — Когда очнется, он нам все скажет.

— Я должен сходить за светочем и перчатками, чтобы вылечить его, — оправдывался Визетис. — Смените меня.

— Вы церз?

— Церз — целитель, если точнее, — кивнул Визетис.

— Что ж, кому-то повезло сегодня, — согласилась Настоятельница. — Торопитесь. — И она надавила на рану вместо Визетиса.

Церз помчался к себе, чтобы взять требуемое. Кто мог так поступить? Чудовищно, подло. Церз уже знал ответ, но боялся озвучить его себе. Сначала нужно, что бы Тавис сам назвал имя своего обидчика. Тогда и можно строить догадки.

Как мог быстро, Визетис вернулся в смотровую, на ходу надевая перчатки. Счастье, что ты наполнил Светоч, Вист. Иначе пришлось бы тяжко.

Настоятельница подняла рубаху раненому к самой груди, чтобы добраться до раны. Из нее текла, не переставая, темная кровь.

— Сейчас, — Визетис ощутил покалывания под перчатками. Настоятельница отступила в сторону и стала просто наблюдать. Мастер-целитель проник разумом в тело, оценил повреждения. Это тяжелая рана, тот, кто ударил элементала, определенно хотел его убить. Визетис начал свою кропотливую работу. Срастить, починить разорванные ткани, убрать занесенную заразу, заставить организм работать вместе с ним. Визетис пробыл с Тайвисом до самого обеда. Настоятельница подавала ему воды и вытирала пот, выступавший на лбу.

Наконец, Визетис отнял руки. Сестра Селесити стерла остатки крови влажными тряпицами с зарубцевавшейся раны.

— Это впечатляет, — кивнула она. — Нам бы пригодились ваши руки, мастер — Целитель.

— Я несколько отошел от дел, — устало улыбнулся церз.

— Однако все еще многое можете, — настоятельница кивнула на элементала. Визетис присмотрелся к лицу. Тайвис был бледен, но дыхание его выравнялось.

— Он потерял много крови, — настоятельница собрала все окровавленные бинты. — Какое-то время он будет отдыхать.

— Я знаю.

— Вам же не терпится помчаться вдогонку? — улыбнулась женщина.

— Нет, — Визетис снова оглянулся на спящего в изнеможении элементала. — Я нужен здесь.

Настоятельница кивнула понимающе.

— Вы тоже наверняка хотите отдохнуть. Ступайте к себе, я присмотрю за ним.

— А если...

— Ничего не случится, Мастер-Целитель. Здесь — все принадлежит Элейни, а она не потерпит насилия.

— Но кто-то ударил его...

— Это и для меня остается загадкой. Я присмотрю. Отдохните...

Визетис с тревожным сердцем отправился к себе. Он и вправду устал.

Вист равнодушно смотрел на проплывающий мимо пейзаж. Даже огромные корабли, что стояли, пришвартованные возле отмели где-то в море, не восхищали его больше. Он тосковал по оставленным в монастыре друзьям. Глент продал фургон вместе с лошадью какому-то пройдохе при входе в Вало, город-порт.

Теперь они вышагивали вдвоем среди снующих туда-сюда портовых рабочих, пахнущих рыбой и солью. Глент крепко держал Виста за руку, чтобы не потерять в толпе.

— Мы поплывем на шхуне под названием «Галабелла». Красивое название, да?

— Да, — вяло отозвался Вист, подтягивая лямки рюкзака. — Где она?

— Кто?

— Шхуна?

— Сейчас...- Глент тянул шею, чтобы разглядеть в толпе нужное. По мнению Виста в этой толпе вообще ничего невозможно разглядеть. Его толкали, дергали, обмазывали грязными мешками со всех сторон. Стало совершенно невыносимо тереться среди всех этих людей.

— Сюда, — и брат потащил его куда-то в сторону. Под грязной вывеской с намалеванным на ней крабом, Глента узнал один из матросов.

— Здарова! — матрос, выдохнув в лицо Висту клубы перегара, протянул брату руку здороваться. — Капитан тебя ждет. — Глент кивнул и потянул Виста в трактир.

Трактир вонял, рыгал, грязно ругался сотней пропитых голосов сразу. Виста едва не сбил с ног запах перегара и курева. Клубы дыма поднимались к невысокому потолку и собирались там в настоящие грозовые фронты. Вист с тоской посмотрел вперед. Глент тащил его к столику, за которым вольяжно расположился тучный господин, с повязкой на одном глазу, из-под которой выползал на щеку колоритный шрам.

— Ты опоздал, Меченый ... — просипел господин.

— Я знаю, меня задержали... — огрызнулся Глент.

— Я уже сделал рейс на прошлой декаре, и теперь желаю отсидеться, пока не утихнет сезон штормов, — продолжил господин.

— Что же мне делать?

— Вонючка идет на острова, — вставил матрос.

— Да, сходи к нему, — кивнул господин. — Правда, придется раскошелиться, Вонючка Йум тебя не жалует, как я.

— Где его найти? — раздражаясь все больше, спросил Глент.

— А вот тут же и найти, — господин вытянул руку и указал на толпу гуляющих во всю матросов. — Иди сейчас, пока он добрый...

Глент уверенно потянул Виста в толпу пьяных матросов. Вист на всякий случай не стал смотреть ни на кого.

— Йум! — Глент протиснулся между потных тел орущей матросни. — ЙУМ!

Навстречу ему повернулось худое злобное лицо в окружении девичих локонов.

— Кто там?

— Это я! — тот, кого назвали Йумом, сфокусировал взгляд на Гленте.

— Ба! Меченый! Ты ли это? Говорят, Щипач вырезал в тебе пару отверстий....

— Кто говорит?

— Я. — Глент резко повернулся на голос. Рядом, криво усмехаясь, стояла Вивьен.

— Вив! — обрадовался Вист знакомому лицу. Девушка потрепала юношу по голове.

— Волосы совсем отросли, — усмехнулась она. — Я говорила тебе, не бери лишний груз!

— Я знаю! — Глент зло стиснул руку Виста, что тот вскрикнул.

— Ты теперь избавился от них?

— Да! Мне надо на острова!

— Йум тебе поможет.

— Я помогу! — крикнул Йум, перекрикивая гвалт и шум со всех сторон. — Не даром, само собой.

— Сколько? — прокричал Глент.

— Двести! — донеслось до него. По лицу брата, Вист понял, что такой суммы у него нет.

— Вив, — Глент с надеждой взглянул на нее.

— Нет, нет, нет, не смотри на меня. Это твой промах. Надо было успеть еще декару назад...

— Вив, — Глент подошел к ней еще ближе. — Мне очень надо...

— Сколько у тебя есть? — сдалась Вив.

— Сотня.

— За сотню я переправлю твоего сопляка, — крикнул Йум, — а ты можешь плыть следом.

Вив улыбнулась весело шутке. Глента же она не порадовала.

— Или может, ты отдашь мне свой клинок? — продолжил Йум. — Твой дорогой, бесценный клинок? И я, пожалуй, соглашусь на сотню.

Глент хлопнул себя по поясу, и вспомнил, что раскалдной клинок разлетелся на части на Соломской равнине.

— Я его потерял, — выдохнул Глент.

— Вот как? — Удивился пьяница, растолкал сидящих рядом девиц, и они, недовольные, точас нашли утешение в объятиях других матросов. Йум встал, и Вист увидел, что этот моряк был высок и худ. Матрос подошел вплотную к Гленту, зависнув над ним. — Так чем же ты расплатишься, Глент Меченый? Глент Жженый?

Глент изо всех сил старался выдержать взгляд, но ему нечем было ответить. Вист со страхом отметил, что гуляющие матросы поглядывают на них из-под густых бровей, или из-за плеча своих подруг. Кажущееся веселье в любую минуту могло сойти на нет и превратиться в потасовку

Йум взглянул на Вивъен, и вдруг передумал.

— Ладно! Давай свою сотню. Отбываем завтра на рассвете, не опаздывай, — Йум протянул руку. Глент опустил в нее кошель с монетами. Вист облегченно выдохнул, теперь можно уйти из этого места. Вив улыбнулась и поманила братьев за собой. Глент двинулся за подругой и потащил за собой и Виста.

Визетис проснулся глубоким вечером от того, что его трясли за плечо.

— Мастер-Целитель. — Настоятельница настойчиво теребила его за плечо.

— Что? Что случилось?

— Ваш друг очнулся. Он просит вас прийти.

— Да, да, — церз спустил ноги с кровати. Оказывается, он лег прямо, как был, в одежде и сапогах.

— Идемте... — настоятельница потянула его из кельи.

— Что за спешка?

— Это важно, — Визетис отправился за женщиной. В сумерках он перешагнул темное пятно. Здесь вытекло много крови. Настоятельница освещала себе путь небольшим фонарем. Монастырь готовился ко сну, ворота закрылись, и двор опустел.

Настоятельница провела Визетиса в смотровую комнату, где на столе все еще лежал раненый.

— Тай? — Визетис подошел ближе. Тайвис пошевелился и потянулся на звук.

— Мастер Визетис! — он дернулся.

— Нет, нет лежи. Твоя рана еще не зажила до конца.

— Мастер Визетис, — горячечно выдохнул элементал. Церз положил свою ладонь на руку раненого. Кисть была на удивление теплой. Визетис ожидал снова жара.

— Что, Тайвис?

— Глент, Глент...

— Он ударил тебя?

— Да, но это не важно...

— Как это не важно?

— Да послушайте! — Тайвис скорчился на своем ложе. Настоятельница обеспокоенно обошла кругом, Визетис сделал ей знаки, что все под контролем.

— Вы знаете, что такое храм пяти богов? — Тайвис на звук поворачивал голову, сколько мог. — Знаете?

— Я слышал о нем. В тот день, когда я нашел Виста, староста что-то кричал про него.

— Это храм Ллтаали, древнее его нет на земле, вы знаете?

— Ты откуда это знаешь? — удивился Визетис.

— Знаю и все! — разозлился вдруг элементал. Он бормотал быстро и успевал истратить дыхание прежде, чем договаривал фразу. Тайвис задыхался, но продолжал говорить.

— Там находится место, откуда зародился мир. Так по их легендам...Вы должны знать, вы же проходите историю в своих Академиях...

— Мы не изучаем легенды, Тайвис...

— А следовало бы... — хохотнул элементал, как безумный.

— Так что там с храмом? — осадил его Визетис.

— Глент хочет сорвать печати, Мастер Визетис.

— Это было бы страшно, если бы было правдой, — заметил церз.

— Пусть женщина выйдет, — вдруг попросил Тайвис. Старавшаяся не издавать ни звука Настоятельница вскинула удивленные глаза на церза. Тот кивнул. И она вышла, неплотно прикрыв дверь. Визетис не заметил этого.

— Она ушла.

— Подойдите ближе, — Тайвис вцепился пальцами в простыню. Церз даже подумал, что элементал бредит.

— Отчего вы считаете, что это неправда? — Спросил Тайвис.

— Это просто сказки, Тай. Сказки для ллталских детей.

Тайвис закрыл глаза, потом снова распахнул их, и Визетис отшатнулся. В глазах вместо угольной черноты закипал огонь. Тайвис сел на кровати, церз попятился назад.

— Что теперь скажешь старик? — элементал легко встал на ноги, точно не был ранен до этого. — Можешь ты поверить в сказки. — Визетис пятился, пока не наткнулся спиной на комод. Дальше отступать было некуда. А Тайвис подошел вплотную.

— Что ты знаешь о храме пяти богов? — спросил элементал и в голосе его прозвучали новые ноты. Что-то мелодичное и сильное, чего не было до этого.

— Ничего.

— Ллтаали первыми пришли в этот мир и воздвигли храм там, где неудавшееся творение Йорагве упало с небесной кузни на землю. А мы запечатали вход в него навсегда.

— Это всего лишь слова. Легенды, — продолжал Визетис, не в силах поверить происходящему. — Кто это мы?

— Мы, дети нашего Отца, Силой четырех стихий и волей Создателя наложили печати там, где она может прорваться в мир, который ненавидит.

— Почему ненавидит?

— Он не придал ей форму, отказался от нее, разгневался на нее. Она желает отмщения.

— Женщина?

— Арахве... — звезда Элейни на стене отозвалась едва слышным звоном на имя, которого нельзя произносить.

— Боги... — простонал Визетис.

— Именно. — Кивнул Тайвис. — Твой спутник желает сорвать печать.

— Откуда ты знаешь?

— Ты задаешь много вопросов, старик, тебе нисколько не жаль это тело. — С укором проговорил Тайвис. — Оно слабеет.

— Разве возможно сорвать печать, если ее наложили Боги?

— Можно, ведь сам Кузнец может ее снять.

— Йорагве? Вист?

— Именно. Он обманет Кузнеца, ведь его устами говорит сама Королева змей. Он пожелал изгнать меня, но ты остановил его. Теперь нам предстоит остановить его снова.

— Нам?

— Это тело слабо. Он не сможет добраться до Храма в одиночку.

— Кинези — Выговорил Визетис, долго сражаясь с собой.

— Что?

— Значит все легенды — правда?

— Я не понимаю вопроса. Правда ли, что происходит с тобой? Или ложь? Отвези нас к Храму. Нужно встретиться с Кузнецом прежде, чем Она исполнит задуманное.

— Я понял. — Тайвис закрыл глаза, и открыв их снова, по-прежнему черные, повалился вниз. Визетис едва подхватил элементала. Разговор совсем исчерпал его силы, тело раненого стало тряпочным. Сразу вошла Настоятельница. По ее лицу Визетис понял, что она все слышала. Женщина помогла уложить элементала снова на стол. Визетис взглянул на покрасневшую, раскрывшуюся рану. Рано вставать. Тайвису необходим покой в ближайшие дни. Но, похоже, покоя не будет.

— Вы все слышали? — вяло уточнил Визетис.

— Да, — настоятельница опустила глаза. — Я слышала все.

— Что же делать? — растерянно спросил Визетис.

— Один вы его не остановите, — тихо проговорила настоятельница. — Элейни говорит мне, что вы должны ехать вдвоем. Вашему другу нужна будет помощь в дороге.

— Он врядли перенесет путешествие.

— Он крепче, чем вы думете, — улыбнулась Настоятельница.

— Я запутался, простите, — церз спрятал лицо в ладонях, стараясь собраться с мыслями. — Языческие боги спустились с небес! Кто бы мне сказал об этом луну назад, я бы его высмеял!

— Они — хранители нашего мира, — ласково проговорила Настоятельница. — Как и Элейни. Неважно, кто в них верит. Если оставить нас без присмотра, то люди уничтожат друг друга.

— Да... — Визетис кивнул. — К сожалению, это так.

— Поезжайте прямо утром. Я снаряжу для вас коляску. — Настоятельница вышла из комнаты, чтобы распорядиться насчет утренней поездки.

— Боги! — Визетис запустил руки в волосы. — Тайвис! — Он послал в элементала взгляд, полный ярости. — Зачем ты такой странный!

Глава 24. Остров Тени

Виста укачало на шхуне. Моряки смеялись над ним, проходя мимо, когда он, весь зеленый, поворачивался к ним лицом. Глент оставил его еще тогда, в порту. Вив привела их к себе домой и потом они с братом заперлись в комнате, оставив Виста одного в пустой гостиной. И теперь, он забавлялись в каюте, а Висту пришлось топтаться на палубе. Мимо сновали матросы, занятые своими непонятными делами. Юноша бессильно опустился вдоль леера на палубу. Мимо прошли еще люди, не обратив на него внимания.

— Где он? — уловил Вист.

— Забавляется, — хохотнул второй.

— Отлично, — Вист проводил глазами двоих, ушедших вниз к каютам. Потом следом прошли еще трое, и еще. Что-то происходило сейчас, что наверняка никому не понравится. Качаясь от слабости, Вист пошел следом за матросами.

Звуки борьбы он услышал еще на лестнице. Выглянул осторожно. Глент яростно дрался с пятью матросами, а Вив стояла в сторонке, спешно натягивая одежду. Наконец, трое из пяти, оставшихся на ногах, скрутили свою жертву. Вист осторожно присел на ступеньке, не зная, как поступить. Ему точно не сладить со столькими противниками. К тому же его мутило. И он был один на корабле, полном врагов. И плыли они неизвестно куда. Он решил просто наблюдать.

Вив насмешливо послала Гленту поцелуй. Глент, наполовину обнаженный дернулся в крепких руках матросов.

— Ничего личного, Меченый, почему, думаешь, Йум согласился везти тебя за полцены?

— За твою голову немалая награда положена, — пропел главарь.

— С нее каждый получит заслуженное, — кивнула Вив.

Глент снова дернулся. На лице его расплывался лиловый синяк. Пленник оскалился, а трое матросов уже вязали ему руки за спиной.

— Можно мне? — капризно попросил главарь у Вив.

— Только осторожно... — главарь с чувством зарядил Гленту ногой в живот. Пленник охнул, но промолчал. Вист вздрогнул. Главарь размахнулся снова и опять ударил. Пленник повалился на доски.

— Что? Прыти поубавилось? — со злобой спроил один из матросов.

— На верфи его. Там продадим подороже... — со скукой произнесла Вив, и тут взгляд ее упал на Виста.

— Ах, у него еще брат...

— Нет, — прохрипел Глент. — Не трогайте...

Вист, осознав, что его обнаружили, спустился в трюм и подошел к матросам.

— Здравствуйте, — тихо проговорил он.

— Он чокнутый или вроде того, — махнула рукой Вив.

Главарь вцепился Висту в плечо, сдавил больно.

— Ай, — Вист отстранился. — Не надо, пожалуйста.

— Этого куда? — спросил Вив главарь.

— За борт, — девица махнула рукой. — От него толку нет.

— Нет! — прохрипел Глент, порываясь встать, но один из матросов наступил ему на голову, и попытка оказалась безуспешной.

— Добавте ему еще, — кивнул главарь, взял Виста под локоть и потащил наверх. Вист оглянулся. Все трое матросов с удовольствием пинали ногами беззащитное тело его брата.

На палубе Виста подвели к краю борта. Подошел капитан Йум.

— Что с ним? — спросил он.

— За борт, — равнодушно ответила Вив. — Просто груз.

Вист даже испугаться не успел, шхуна покачивалсь на волнах и его снова замутило. Глент внизу страдал от побоев.

— Нет, — выдавил Вист.

— Что нет?

— Вы отвезете нас, куда договаривались, — проговорил юноша.

— Это еще почему? — насмешливо спросила Вив.

— Я прошу... — и они рассмеялись. Сначала только Вив, потом капитан, а после и главарь залились веселым смехом. Вист взглянул на рулевого, который с интересом наблюдал за сценой. Сжал кулаки. Закрыл глаза. Тайвис как-то смог тогда послать волну, смог победить целую свору боевых церзов. Сможет и он, Вист. Сила сама потекла по пальцам, а, нужные слова сами пришли на ум. И вот, когда главарь, отсмеявшись схватил Виста за плечо, чтобы выкинуть за борт, невидимая сила отшвырнула обидчика в противоположном направлении, откинув в море. Затем пришла очередь и Вив, девицы себе на уме, девушка с криком взлетела в воздух и упала далеко в воду. Капитан, уже не смеялся, он с ужасом попятился.

— Вы отвезете нас, куда обещали, — повторил Вист, наступая. Матросы обратили внимание, как их капитан с ужасом пятится от наступающего мальчишки.

— Да, ладно, как скажешь.

— Как можно скорее.

— Ладно

— И пусть приведут моего брата, — Вист выкинул в сторону руку, и матрос, решивший подкрастся незамеченным, отлетел в сторону, ударился всей спиной о снасти.

— Не надо, — попросил Вист. — Я не хочу вам сделать больно.

— Приведите Жженого, — визгливо распорядился капитан. Двое побежали в трюм.

— Сколько нам плыть?

— Ночь. Завтра к обеду будем на месте, — отозвался капитан. Показался Глент, теперь, без рубахи было видно, что у него и в самом деле обожжена левая половина тела. Вист едва узнал брата, так сильно его отделали матросы. Глент едва держался на ногах, и упал, когда поднялся на палубу.

— Ему надо помочь, — тусклым голосом сказал Вист.

— Сию секунду... — капитан блеснул глазами. — Давайте, тупицы, дайте этому куску дерьма самогона, чтоб в нем снова загорелась жизнь.

Вист вздохнул. Его снова мутило.

Визетис нашел шхуну довольно быстро. Настоятельница снабдила их не только коляской с возницей, который должен был вернуть коляску обратно, но и немалую сумму денег. За двойную плату один из капитанов легко согласился везти путников на острова.

Тайвис до коробля сносил безропотно все тяготы путешествия. На корабле капитан выделил им отдельную каюту, как понял церз, уступив свою. И теперь они плыли к своей непонятной цели, Тайвис лежал в постели, а Визетис пытался не дать ему упасть в темноту беспамятства, время от времени, пуская в ход перчатки мастера.

— Отстаньте, Мастер Визетис, — отмахивался элементал, когда Визетис в очередной раз положил руку на рану.

— Надо за ней следить. Ты вчера только был ранен, — возражал Визетис.

— Напомните, зачем мы это делаем?

— Я точно не понял, — церз усмехнулся. — Наверное, спасаем Виста от необдуманных поступков.

— Ну, тогда ладно, — Тайвис прижал ладонь ко лбу. — А то я подумал, что мы решили поиграть в героев.

— Не желаешь?

— Нет. Дорого обходится, — вздохнул элементал.

— Не пойму, то ли ты притворяешься Кинези, то ли Кинези притворяется тобой.

— Хотите сказать, у меня кукушка съехала? — не понял Тайвис.

— Нет, кукушка, как вы изволите выражаться, похоже, съехала у меня, — Визетис устроился удобнее.

— Мне надо будет убить Виста? — с тревогой спросил Тайвис, — Я это, Мастер Визетис. Не смогу...Я убийства вообще не очень...уважаю...

— Нет, что ты! — Церз вздохнул. — Я не знаю, Тай, определимся на месте.

Помолчали, Визетис даже подумал, что элементал заснул, утомленный путешествием.

— Мастер Визетис. — Нет, не заснул.

— Что?

— Вот отчего так? Все хотят сделать лучше..., и вы в Академии вроде как хотите улучшить мир, и делаете. Приспособления там всякие и прочее. А Виста держали взаперти...И церзы эти, будь они не ладны. Круг Заступников. Название просто смешное. Боевые церзы Заступники. Мира разве можно добиться в бою?

— Не знаю, Тай. Кто-то сражается за мир для себя.

— Вот в монастыре я услышал, как они желают мира. Там такая благодать сошла, сил нет, как было хорошо. Они не сражаются. Они просто дарят любовь и мир всем, кто просит. И не кричат об этом на каждом углу.

Визетис молчал. Ответить было нечего.

— А тот, кто сражается за мир, тот не нашел его внутри, и ищет его снаружи. Вот я как думаю...Ищет и не находит. Берет силой, — Тайвис двинулся, ища более удобную позу. — Но война не приносит мира. Насилие пораждает только насилие...Вон возьмем Глента. Он врядли был зол от рождения. Но церзы Круга сотворили над ним страшное...

Визетис посмотрел на элементала. Тайвис отвернувшись, говорил в стену.

— И это страшное породило новых чудовищ. Он не нашел мира, Мастер Визетис. И теперь хочет взять его силой...

— Насилие порождает насилие... — пробормотал Визетис. — Ты философ, Тайвис.

— Просто я нашел свой мир, Мастер Визетис, можете не верить...

— Я верю, — церз улыбнулся. — И немного завидую. Но вот возьмем ситуацию, к примеру. Ты нашел свою любовь, например. Живешь с ней, души не чаешь, и тут приходит сосед и говорит, отдай ее. Как тут не случиться насилию?

— Это зависть в нем говорит, — вздохнул элементал. — В соседе. Позавидовал счастью, захотелось такого же...

— Допустим, а делать что?

— Наказать...за зависть...

— Ну, вот, и тут мы снова на этой дороге. Снова насилие...

— Это сложно, Мастер Визетис. Мне сложно судить...У меня нет того, о чем вы сказали...

— А ты бы позавидовал соседу, за его любовь?

— Порадовался бы...И подумал, вот бы мне такую же...

— Отнял бы?

— Пошел бы свое искать...Чужое счастье, оно не приживается...

— Тайвис...

— Что?

— Надеюсь, если останемся живы, увидеть тебя своим другом...

— Заметано, Мастер Визетис... — Тайвис повернул голову на постели в сторону собеседника. — Я запомню.

Вист проводил в последний раз глазами уплывающий корабль. Капитан Йум с облегчением высадил братьев на острове Тени, куда они так стремились, и поспешил убраться восвояси, мотивируя это тем, что здешние воды наполнены нечистой силой. На самом деле ему хотелось поскорее убраться от Виста подальше. Чародей на борту, по мнению капитана, не мог привести к хорошему. Тем более что двоих из экипажа они уже потеряли.

Вист не мучился угрызениями совести, как ни странно. Ему казалось, что и главарь, и Вив заслужили свою участь. Главарь за грубое отношение, а Вив за предательство, и за то, что разлучила его с братом. Глент немного оправился от побоев, теперь он медленно ковылял вглубь острова. Вист шел следом. Острова представляли собой непролазные джунгли, переплетенные толстыми лианами. Вист безропотно пошел вглубь этих джунглей следом за братом. Глент стремился к своей цели с целеустремленностью жаждущего, бредущего к колоцу.

— Куда мы идем? — Нарушил молчание Вист.

— Там, где-то в джунглях есть гора...

— Где?

— Я думал, ты мне скажешь... — Глент обернулся к брату. — Ты же можешь почувствовать...

— Я ничего не чувствую... — Вист пожал плечами.

— Может, не тот остров? — пробормотал Глент, но подумав, смело шагнул под покров деревьев. Вист потянулся следом.

— Глент...

— Что?

— Утебя на груди тоже есть руна, что она означает? — Глент чуть остановился, но потом продолжил путь.

— Это татуировка, Веснушка. Когда я работал на Лигу Джентельменов, их заставляли делать всех.

— Что за Лига?

— Бандиты...

Вист промолчал. И так было понятно, что Вив не монашка и не прачка. Однако, потерял интерес к увиденной вчера татуировке.

Полдня они карабкались через лес. Потом перед ними открылась обширная равнина, покрытая разнотравными злаками, на которой возвышались вдалеке несколько холмов.

-Я думаю, нам туда. — Глент указал на самый высокий. Вист приуныл. Идти туда далеко, а он устал. И не хватало веселых шуток Тайвиса, тогда дорога не была бы такой унылой. Вист вздохнул и поплелся вслед за братом. Солнце пекло нещадно головы, высокая трава под ногами спутывала стопы, идти стало совершенно невозможно.

— Я устал, Глент.

— Еще немного, — Вист с тоской взглянул на холм.

— Еще далеко!

— К вечеру доберемся, а там и сделаем привал.

— Глент!

— Что, Веснушка? — Глент в ярости развернулся. Вист посмотрел в его перекошенное гневом лицо.

— Я устал.

— Хорошо. Привал. Отдохнем часок и снова в путь, хорошо?

— Хорошо, — Вист сел прямо на землю. Высокие тяжелые колосья волновались над головой. Вист залюбовался зрелищем.

— Глент.

— Что? — отозвался раздраженно брат. Вот мастера Визетиса вопросы не раздражают. И Тайвиса не раздражают. Впрочем, Тайвис бы сказал, что Вист — болван, раз так много спрашивает. Но не со зла, наверное.

— Почему здесь никто не живет?

— Потому что это священное место, Веснушка.

— А что здесь?

— Здесь Храм пяти богов.

— А что это?

— Это самое сакральное место, Веснушка. И мы идем к его входу.

— А зачем?

— Чтобы войти в него.

— А для чего?

— Чтобы оказаться внутри.

— Что там внутри?

— Ты сразу все увидишь.

Вист снова взглянул в небо. Зачем идти куда-то, когда можно было остаться в монастыре?

— Я скучаю.

— По кому?

— По Таю.

— Забудь о нем.

— Почему?

— Он — элементал, Веснушка, еще пара лет и его не станет.

— Не говори так.

— Как есть, так и говорю, — Вист замолчал. Говорить расхотелось. За это путешествие он нашел новых друзей и потерял их. Бродяги было жаль. Полежали еще немного.

— Все, Веснушка, собирайся в путь, — Вист, нехотя, поднялся, и они пошли дальше.

Капитан высадил путников на лодку возле острова Тени и отправил их с богом. Ближе чем на пушечный выстрел приближаться отказался. Визетису пришлось взять в руки весла. Тайвис был слаб, и грести точно бы не смог. Он лежал на носу лодки, подперев доски щекой, и слушал, как нос посудины расскает воду.

— Я не умею плавать, Мастер Визетис, — сообщил он.

— Самое время об этом сказать, — прокряхтел церз. Шхуна, привезшая их, на полных порусах удалялась прочь.

— Вот они удирают, — заметил Церз.

— Может нам так же поступить? — встрепенулся Тайвис

— У нас парусов не хватит, — заметил Визетис.

— Я пожертвую все, что на мне надето.

— Уволь... — Тайвис замолчал и снова приник к носу лодки. Потом опустил руку в воду, ловя пальцами встречный поток.

— Такая приятная...

— Угу, — церз взмок, подгоняя лодку к берегу. Наконец, она ткнулась носом в прибрежную гальку. Тайвис вылез из лодки, опираясь на посох и делал несколько неуверенных шагов

— Это нехорошо... — прокомментировал он. Визетис вытащил лодку на берег и оглянулся. Присвистнул. Над берегом высились многовековые деревья, переплетенные лианами.

— Плохая затея, Мастер Визетис.

— Ты сам велел мне сюда ехать вместе с собой, — удивился Визетис.

— Я этого не помню, — заявил Тайвис, — а раз не помню, значит, не было.

— И что теперь? На весельном ходу домой? — рассмеялся Визетис. Тайвис с разочарованием вздохнул. Визетис оглянулся. Шхуна уже была видна на самом горизонте.

— Чтоб тебя, Вист, — опираясь на посох, Тайвис повел носом.

— Я слышу запах зелени и сырости. Это джунгли?

— Да, Тай, — Визетис на всякий случай, надел перчатки и светоч.

Элементал затряс головой.

— Плохая затея.

— Твоя затея, — Визетис похлопал элементала по плечу и пошел вперед.

К вечеру братья достигли цели. В надвигающихся сумерках холм приобрел зловещие очертания.

— Мне страшно, Глент.

— Ничего не бойся. Здесь нас никто не тронет, — успокоил брата проводник. Кое-как расчистил место для костра, сложил все, что нашел, траву, обломки коры, упавшие ветки и защелкал огнивом.

Вист смотрел, как он раздувает искры.

— Вот у Тая получается быстро...

— Забудь про него! — вспыхнул Глент

— Хорошо, — Вист лег на землю и отвернулся. Только не забывалось. И про Мастера Визетиса тоже. Вист зажмурился.

— Прости, Веснушка. Теперь для нас наступает новая эра. Надо отбросить старое.

— Хорошо, — проговорил Вист. Глент подождал еще, потом замолчал надолго. Над долиной взлетали искры от костра, и наступала абсолютная тишина.

Ночь застала Визетиса и элементала в лесу. Тайвис совершенно без сил выкарабкался из-за очередного завала деревьев.

— Привал. — Элементал в изнеможении опустился на землю.

— Как твоя рана?

— Болит.

— Давай, взгляну, — Тайвис дал себя общупать, стерпел, даже когда Визетис надавил на рану.

— Заживает хорошо, — Визетис сел рядом.

— Отлично, — Тайвис глухим стоном лег.

— Мы можем не успеть.

— Что же делать?

— Можно идти ночью...

— Тебе это может дорого обойтись...

— Я не знаю, что делать. Вы можете перенести нас туда?

— Для телепортации нужен маяк.

— Что это?

— Предмет, закрепленный за местностью.

— Вист может стать этим предметом?

— Сомневаюсь.

— Жаль, — Тайвис лежал, вперив слепые глаза в небо, закрытое листвой.

— Как мы их остановим? — Визетис присел ближе.

— Я не знаю...

— Я не тебя спрашиваю.

— А кого?

— Твою вторую личность.

— Пффф, — Тайвис фыркнул. — ее тут нет.

— Выходит, все зря?

Визетис посмотрел вверх.

— Чем нам грозит, если Глент исполнит задуманное?

— Понятия не имею. Реки повернутся вспять, белое станет черным, исчезнут все левые штанины?

— Ты просто дурачишься.

— Это все, что я умею...

Глава 25. Храм Пяти Богов

На утро Глент разбудил Виста, когда солнце поднялось достаточно высоко.

— Идем, Веснушка. Время... — Вист нехотя поднялся, вяло позавтракал предложенной пищей.

— Надо найти вход, — Глент осмотрел холм. На вид самый обычный, поросший травой.

— Ты сказал, что вот он вход, — возразил Вист.

— Его еще надо открыть...

— Так открой!

— Ты можешь, — Глент взял Виста за руки. — Ты последний из шаманов, Веснушка. Ты можешь открыть Храм.

— Что надо сделать? — растерялся Вист.

— Почувствуй и поймешь...

Вист закрыл глаза. Как тогда на корабле, прочувствовал свою силу. И...ахнул от восторга. Церебро, раскинувшись вокруг, подсказало ему, что под всем островом расположена огромная полость. И она рукотворная. И вход в нее здесь, под ногами. Вист опустился на колени и начал копать прямо руками. Глент тотчас присоединился, помогая. Откинув слой земли, они наткнулись на каменную плиту.

— Вот он! — с восторгом прошептал Глент. Вист молча положил руку на плиту, снова проник внутрь механизма, влил в свои пальцы Церебро, а затем и в сам механизм, заставляя его двигаться. Гигантские шестерни повернулись, и земля задрожала.

— Вот это да! — Глент отскочил от разверзшейся под ногами трещины. Из-под земли поднималась гигантская колонна, обхватить ее не смогли бы и двадцать человек. Братья с восхищением наблюдали за метаморфозой. Из холма поднялась огромная, разбитая на пять граней колонна. Застонала земля, когда колонна завершила движение.

— Вот это да! — Глент радостно побежал по кругу, ища вход в храм.

— Еще одна головоломка! — проводник с разочарованием подошел к брату. — Дверей нет.

Вист взглянул на колонну внимательнее. На каждой грани искусно вырезаны узоры. Языки пламени, словно списанные с Тайвисова посоха на одной, волна, заплетенная в хитроумный узор на другой. Вист пошел по кругу. Горизонтальные полосы с треугольниками на третей, узор из кругов на четвертой, и на последней, пятой поместился молот.

— Может, я ошибся? — Глент бормотал, схватившись за голову. — Шаман может обнаружить вход, но не войти...

Вист остановился напротив грани с молотом. Взглянул на брата. Он так и не сказал ему. Время проверить теорию. Вист положил руку на основание молота. Церебро само собой полилось с руки на рисунок, оплетая его, подобно тонкому вьюну. По мере того, как серебристые струйки заполняли рисунок, камень молота расцвечивался огнями изнутри. Глент потрясенно смотрел на происходящее. Едва последний желоб заполнился Церебро, плита, образовывавшая грань, треснула строго по абрису молота иначала расходиться в стороны.

— Дверь открыта, брат, — только и сказал Вист, как Глент уже стремился к раскрывающейся щели. Он оттеснил Виста, и тому пришлось отступить.

Дверь распахнулась ровно настолько, чтобы пройти в нее боком. Глент тотчас протиснулся внутрь. Вист осторожно последовал за ним. При свете открывшейся створки была видна только лестница, уходящая вниз.

— Нужен свет, — Глент зачиркал кресалом, вытянув из пожиток приготовленный факел.

— Ты так спешишь... — Вист осторожно при свете факела заглянул вниз, куда уходила лестница.

— Я долго этого ждал, брат, — в радостном возбуждении у Глента блестели глаза, точно звезды. Вист даже обрадовался, что, наконец, брат доволен и счастлив. Проводник начал спуск по винтовой лестнице, и Висту пришлось идти следом. В мертвой тишине храма створка храма с грохотом захлопнулась. Вист вздрогнул, а Глент не заметил и продолжал спускаться.

— Мастер Визетис, — Тайвис буквально повис на своем посохе. — Мы опоздали?

Они стояли преред раскрытой колонной, и не могли найти, через которую дверь вошли братья.

— Но я не вижу входа, — возразил Визетис. — Здесь колонна с пятью гранями.

— Они вошли... — глухо проговорил Тайвис. — Я не могу больше сделать и шага. Я так устал... — Он уперся лбом в ладони.

— Тай, — Визетис подошел к нему. Все равно все бесполезно. Вход закрыт для них. — Мы сделали многое...

— Но не все! — и снова в голосе Тайвиса послышались переливающиеся нотки. Элементал поднял голову, взглянул на колонну яркими огненными глазами. Стряхнув с себя усталость, Тайвис приблизился к грани, на которой был изображен язык пламени, так похожий на завершение его посоха. Приложил руку к плите. Язык пламени начал наливаться цветом, растрескиваясь, словно под камнем бушевала стихия. И вот, когда вся плита пульсировала в такт с дыханием, дверь открылась ровно по изображению, начала расходиться.

— Вот это да...

— Это храм Пяти богов, — задорно прокомментировал Тайвис. Щель расширилась ровно настолько, чтобы пройти боком.

— Торопись, человек, — и Тайвис нырнул в темноту. Церз поспешил следом. В свете, проникающем сквозь щель, был виден коридор, ведущий вперед. Тайвис стукнул посохом о каменный пол и по стенам повсюду зажглись факельные светильники, разгоняя тьму.

— Вот это да! — восхищенно ахнул церз. Дверь со скрежетом захлопнулась.

— Как мы вернемся? — тревожно обернулся церз.

— Может статься, что мы не вернемся, человек, — Тайвис повернул к церзу голову со страшно горящими глазами. — Я замолвлю за тебя словечко перед богиней смерти. — И Тайвис смело двинулся вперед по длинному коридору.

— Буду благодарен, — уныло пробормотал церз, двигаясь следом.

— Не благодари. Она меня ненавидит...- коридор оказался началом лабиринта, где стены поднимались до самого потолка, которого не было даже видно в свете факелов.

— Что это?

— Это испытание веры. Боги любят испытания...- Тайвис уверенно шел по лабиринту, точно знал дорогу.

— В чем оно заключается?

— Насколько сильна твоя вера, человек?

— Моя? — смешался Визетис. В языческих богов он не верил совсем, до недавнего времени, а Элейни почитал скорее для проформы, чем для души. — Я, скорее, человек науки.

Тайвис резко встал и повернулся к церзу всем телом.

— Тогда вот тебе твое испытание, — Тайвис едко улыбнулся. — Чем дольше мы блуждаем здесь, тем дольше я держу твоего друга. Он слабеет. Может умереть. Чем дальше ты от веры, тем длиннее лабиринт. Самое время поверить, человек...

— Нет, — Визетис вдруг осознал. — Не надо...Отпусти его...

— Если я его отпущу сейчас, вы погибнете оба. Я знаю, как выйти из лабиринта, но он растет, когда ты не крепок в своей вере. Так думай... — Визетис подумал, что Тайвис пойдет дальше, но он стоял и ждал ответа.

— Я верю... — тихо сказал он. — Верю, Кинези, что ты существуешь...

— Хорошо...- но элементал по-прежнему не трогался с места.

— Я верю в Кузнеца, — громче повторил Визетис. — В создателя Мира, твоего отца и прародителя...

— Хорошо...- снова нет реакции.

— Я верю, в вас, Хранителей нашего мира, что вы оградите его от беды, чтобы Древо сочло этот мир достойным жизни, — выдохнул Визетис. Тайвис улыбнулся, повернулся и пошел дальше.

— Теперь ты — язычник, человек. Воздай же хвалу Великому Древу, — прокричал элементал в высокий потолок.

Вист спускался следом за братом, и конца лестнице было не видно.

— Как будто мы спускаемся в ад, — нервно рассмеялся Глент.

— Ты знаешь, что здесь? — Вист осторожно преодолевал крутые ступени.

— Нет. Нам надо вниз.

— Ладно, — Вист продолжил спускаться.

— Ты веришь в наших богов, Веснушка? — вдруг спросил Глент.

— Разумеется, — кивнул Вист.

— Истинную веру я обрел только сегодня, — благоговейно прошептал Глент, ступая на камень просторной залы. Лестница кончилась. Вист взглянул наверх. Они так долго спускались, но площадка, где они начали путешествие, была не так уж высоко. «Странно»

Глент уже ушел вперед с факелом. Вист разглядел под его ногами концентрические круги, расходящиеся от центра зала.

— Что здесь? — прошептал Вист, и эхо разнесло его слова по залу.

— Это и есть храм, — Глент бросил факел в щель одного из кругов.

— Что...-Вист хотел крикнуть, что лишаться источника света неразумно, но факел поджег что-то на дне этого круга и огненное кольцо очертило зал. Сразу стало светло и видно, что творится вокруг. По мосткам, перекинутым через огненное кольцо, братья попали в центр залы. Вист в благоговейном восторге поднял глаза к сводам храма. С пяти концов потолок подпирали огромные во много человеческих ростов статуи. Вист узнал Йорагве, крепкого, как старый дуб, бородатого Кузнеца в ритуальном одеянии, поставившим свой молот на наковальню, Узнал Кинези, стройного и тонкого в своем спускающемся до земли плаще, держащего в одной руке посох, который сильно напоминал посох Тайвиса сейчас, в вдругой каменный язык пламени. Следующей стояла стройная, в приталенном платье с волосами перехваченными тонкой тиарой дева Валлга, и из сложенных лодочкой рук ее бил каменный ключ, спускаясь до самого пола. Затем крепкий, точно скала мужчина в ритуальной робе с ладонями, полными сокровищ, что дает людям земля. Харагви. И последним Вист разглядел стройного мужчину в плаще с капюшоном, распахнувшего руки, словно пытающегося уловить ветер. Эот. Юноша не заметил, как снова пересек огненное кольцо. Вист восхищенно пробежал глазами по огромным статуям и совсем не обратил внимания на брата.

Глент тем временем, очертил красной глиной широкий круг на полу, что-то разложил, снял рубаху. Вист едва успел заметить в его руке нож.

— Что ты делаешь? — недоуменно спросил он. Глент не ответил, губы его шевелились. Он вонзил нож справа, где разместилась татуировка, которую Вист заметил на корабле, но уже забыл про нее, провел лезвием через всю руну. Только теперь Вист увидел на полу такую же, только огромную, во все внутреннее кольцо, и понимание пришло к нему.

— Что ты делаешь? — с ужасом переспросил он.

— Я даю свободу моей госпоже, — просипел Глент. Кровь капала на пол, наполняя канальцы, что вели к искаженной руне на полу. — Она ждала так долго. Она посулила мне возмездие, которого жаждут мои предки.

— Нет!! — Вист бросился к брату, но стукнулся всем телом о невидимый барьер.

— Ты не сможешь мне помешать, — прохрипел Глент. Кровь лилась из раны, как не могла течь из простого пореза. Руна наполнялась кровью. — Один ты слаб...Я изгнал Кинези обратно...

— Что? — Вист не поверил ушам, он побежал вдоль барьера, надеясь найти лаз.

— Остановись, — умолял Вист, — это ошибка.

— Ошибка думать, что люди достойны жить в этом мире, — прохрипел Глент, едва удерживая свое тело на вытянутых руках. — Они подвержены гневу! Зависти! Глупости! И влюблены в самих себя...Я совершу, наконец, то, о чем думал все это время...

— Нет! — Вист выкинул руку, стараясь нарушить запирающее заклинание своим колдовством, но серебряная молния рассыпалась о барьер тысячью искр.

— Ты, говорят, воплощение Кузнеца, Веснушка, — Глент все сильнее бледнел. Кровь стремилась сомкнуться в руне. — Так взгляни, как переродится мир без людей. Создай его заново! — Глент упал без сил.

— Нет! Ты не должен этого делать! Она лжет тебе! — Вист бросился к брату, и снова был отброшен барьером. Кровь сомкнулась в руне и зашипела, впитываясь в начертанное. Пол в самой середине залы дал трещину, словно чья-то рука дернула изнутри, начал проваливаться вниз. Плиты с треском ломались, втягиваемые со страшной силой куда-то под землю, с ними соскользнуло и упало вниз и тело Глентивира Ааро, тайного последователя культа Богини Смерти.

— Нет! — Вист зарыдал. — Глент! Брат! — Ветер со свистом проходил сквозь зияющую дыру в полу. Вист все отступал, а плиты продолжали проваливаться. Вист отступил почти к самой лестнице.

Выход из лабиринта дался им не скоро. Тайвис вывел Визетиса в большую залу с пятью статуями. В зале стоял оглушительный грохот, и ветер свистел, словно вырывался из самого Ада. По кругу в зале пылал, раздувался огонь, освещая проваливающиеся плиты пола.

— Мы опоздали, к несчастью, — с сожалением проговорил Тайвис. Визетис с облегчением заметил на другом конце зала фигуру Виста.

Грохот плит и свист ветра обратил внимание церза на происходящее в центре. При свете огненного кольца церз заглянул в образовавшийся провал. В глубине огромной ямы, у которой, казалось, нет дна, светилось мертвенным светом неправильной формы отверстие.

— Она уродлива? — спросил Тайвис, огненные глаза мерцали, а на губах играла улыбка.

— Кто?

— Смерть...

— Вист! — Визетис поднял руку, и юноша, наконец, тоже заметил их, устремился к наставнику, как будто к спасителю, — не знаю, Тайвис. Взглянем на нее вместе?

Тайвис повернул лицо навстречу бегущему Висту.

— Мастер Визетис, — юноша с рыданиями обнял церза. — Вы здесь! Я не смог его остановить. Я хотел, я не знал, что он задумал... — Элементал тем временем подошел ближе к краю провала и прислушался.

— Она идет, а с ней ее армия, — крикнул Тайвис, поворачиваясь к друзьям.

— Мы можем запечатать снова эту дыру? — прокричал в ответ Визетис. — Все вместе?

— Нам не хватит сил. Нас только двое, а должно быть пятеро...— Тайвис покачал головой. Сизый дым ударил из дыры в потолок пещеры, разбившись от скорости на мельчайшие фрагменты, и тут же сгруппировавшись вновь в огромное тёмное облако. Тавис схватил церза и Виста за плечи и потянул обратно в лабиринт.

— Лучше поверить, человек, прямо сейчас! — крикнул он, пропуская старика и юношу вперед.

Сызый дым уплотнялся и уплотнялся, наполняя огромный зал. Он заполнил каждую щелочку, каждую трещину в камне, погасив огни в круге. С ужасающим воем плотное кольцо дыма начало биться о стены в зале, с каждым ударом разрушая статуи. Беглецы слышали, как ломались каменные изваяния, и падали на остатки каменного пола части статуй. Освобожденная из тысячелетнего плена, богиня смерти разрушала созданное в честь ненавистных богов ненавистными смертными. Вой и визг сопровождали грохот падающего камня.

— Она не в духе, — запыхавшись, крикнул Тайвис, увлекая товарищей дальше по лабиринту. Наконец, грохот стих.

— Что она будет делать? — Вист, в страхе, оглянулся.

— Она перекроит мир по-своему. Уничтожит созданное Кузнецом, — Тайвис споткнулся, пылащие глаза погасли на миг, но потом свова загорелись. На рубахе расползалось кровавое пятно.

— Что? — Визетис схватил его за плечо.

— Я ранен, в конце концов! — яростно крикнул Тайвис. — Мог бы залатать и получше!

— Я старался. Но ты слишком резво скачешь, — задыхаясь, старик едва успевал за Вистом. Тайвис замыкал шествие.

— Оправдаешься потом, если выживем, — беглецы налетели на каменную дверь.

— Уже...Уже... — Вист оглянулся. Факелы в лабиринте начали гаснуть один за другим.

— Йорагве-е-е-е, — расползлось шипящее эхо по стенам. — Я с-с-лышу тебя. Тебе не с-спастис-сь

Тьма настигала их. Тайвис уже положил руку на створку двери.

— Быстрее... — Вист прижался к церзу, а тот припал спиной к каменной двери. Факелы гасли, и путники услышали шуршание чешуи по каменному полу. Только змея была, скорее всего, огромной. Еще несколько долгих мгновений, и дверь раскрылась. Визетис протолкнул Виста первым, затем пролез сам, последним вышел Тайвис, ударил посохом в створку двери, и она с лязгом захлопнулась.

Все выдохнули.

— Она вырвется? — со страхом спросил Вист. Словно в ответ на его слова, где-то внутри колонны завыла, заскрипела невиданная сила, раздался чудовищной силы удар из недр земли в самое основание колонны, такой, что путников подбросило на траве.

Беглецы, не сговариваясь, поднялись на ноги и побежали прочь. Но отбежать далеко не успели. Новый удар стал сильнее. А затем еще один и еще. Колонну вырвало из земли прямо с основанием. Каменное сооружение разлетелось на куски, обнажив уродливую дыру вместо холма. Визетис пригнулся, когда огромный кусок камня пролетел над головами. Путники только и могли, что просто смотреть, не в силах помешать происходящему. Сизый плотный туман вырвался на свободу, сформировал из себя голову змеи. Змея распахнула пасть и накинулась на беззащитных беглецов. Тайвис поднялся, обеими руками крепко взял свой посох, и с силой воткнул его в землю, гигантская змея чиркнула зубом по невидимому щиту, высекая из него искры, обжегшись, отступила, распалась в воздухе, но тотчас бросилась на противников, с другой стороны. Вист сжал кулаки, и здесь она натолкнулась на твердый, непробиваемый щит. Тайвис тяжело дыша, поднял лицо к небу. Голова змеи снова рассыпалась в воздухе, чтобы сформироваться с новой стороны.

— С-смотри, Кузнец, я буду разрушать все, что ты с-создал... — и змея снова поменяла местоположение. Вист растерянно крутил головой вслед за ней. — С-смотри внимательно...Я уничтожу каждое твое творение...А потом каждого из твоих детей.

Пасть снова сделала попытку напасть, но снова обожглась и отступила. Тайвис упал на одно колено, но посоха не отпустил.

— Ты будешь с-смотреть, — гремели слова в долине. — Пос-с-следним я убью тебя. И с-создам мир заново. Он будет моим...

Голова растворилась в последний раз в воздухе и больше не появлялась, зато из дыры с воем начали вырываться сгустки черного дыма. Они поднимались высоко в небо и растекались над долиной, исчезая.

Тайвис тяжело привалился к посоху, прижался к нему виском.

— Она ушла... — выдохнул он.

— Куда?

— В мир людей... — элементал грузно осел на землю. — Люди готовы, мастер — церз?

— К чему?

— К настоящей войне? Доставайте свои латы и оружие. Все это вам скоро понадобится.

Визетис погладил светоч.

— С кем мы будем воевать?

— Друг с другом, — Тайвис устало опустил руки. — Вы будете убивать друг друга.

— Мы ее остановим! — Вист вскочил. — Ты знаешь, как?

Тайвис поднял на него потухающие глаза.

— Нет, Повелитель.

— А в первый раз, как ее заточили там? — попытался помочь Визетис, видя страх и разочарование на лице юноши.

— Она была слаба, точно ребенок, — Тайвис лег на землю, распахнул глаза навстречу небу. — Ты задумал ее равной себе, Повелитель, но не смог придать ей форму, потому что материал был плох. Во тьме она определила свою форму сама, и научилась подобно тебе творить жизнь...

— Теперь она как равная ему... — понял Визетис.

— Верно, церз, — Тайвис закрыл глаза. — Теперь они как два начала. Если она успеет склонить на свою сторону моих братьев и сестру, нам ее не одолеть...

— Кинези... — начал было Вист.

— Позволь мне отдохнуть, Повелитель...Я так устал... — прошептал элементал, руки его расслабленно легли, плавно опустив посох рядом с собой.

Юноша замолчал. Визетис подсел к нему ближе.

— Это все так страшно...И сложно... — всхлипнул Вист. — Я не чувствую себя Кузнецом или кем там они меня называют!

Церз обнял плечи юноши.

— Кем бы ты ни был, в тебе достаточно сил, и ты распорядишься ими с умом, я в тебя верю.

Вист ткнулся носом в грудь наставнику и зарыдал. Ветер стряхивал на землю пепел с небес, и он ложился белесыми хлопьями на высокие колосья в поле, на остатки разрушенной колонны, и на трёх людей, похожих на букашек на огромной равнине. А в небе нарождалась новая луна. Тонкий серп ее, едва заметный в полуденной голубизне неба, едва заметная трещина в небосводе, наливалась алым, словно напитываясь кровью.

Глава 26. Эпилог

Мастер Кримхольм углубился в изучение эпоса лтаали. Мастер Люмис любезно одолжил ему несколько томов. Беда была только в том, что данные книги писали люди. Вот бы почитать в первоисточнике, но руны лтаали Кримхольм знал плохо, и теперь сожалел об этом. Больше всего его интересовала глава, в которой Кузнец спускается из своей небесной кузни в созданный им мир. Эта глава оказалась в самом конце эпоса.

«Йорагве — Кузнец, Создатель Миров, не услышав восхвалений от детей своих, разгневается. И воскликнет: „Возгордились мои создания, позабыли заветы своих отцов и отцов их отцов до седьмого колена, время напомнить им“, — и спустится на землю, и призовет детей своих. „Кинези“, — крикнет он старшему сыну, — „разожги мой горн, дабы мог я перековать этот мир“. И воспылает огонь в горниле ярче тысячи солнц. Черный дым затмит дневное и ночное светила, и взойдут над миром новые звезды. Черное солнце и темная луна станут проводниками Создателя. И встанет Кинези за правым его плечом. „Харагви“, — крикнет он другому сыну, — „Подними земную твердь до неба, дабы создать новую землю“. И поднимутся горы, где их не было, и опустятся там, где были. Родится новая земля. И встанет Харагви за левым его плечом. „Валлга“, — крикнет Кузнец любимой своей дочери, — „поверни реки вспять, дабы уверовали неверующие и молили вернуть им воду“ Не сможет ослушаться Валлга, и обратит реки вспять. Не в силах стоять рядом с Отцом и спустится под землю, следуя подземными ключами за Создателем. „Эот“, — воскликнет Кузнец...»

Кримхольм со скукой отшвырнул том. Что за бред. Вот это точно похоже на сказки. Но...Кримхольм соединил кончики пальцев перед лицом. Можно сделать вывод, что где-то есть элементал столь же сильный. Элементал воды и элементал земли, и еще элементал воздуха. Вот их-то и следует поискать. Если все верно, и есть некий элементал огня, то где-то должны быть и эти трое.

Вот над чем надо поразмыслить, а не о конце света.

В дверь постучали.

— Да! — Кримхольм повернулся всем телом к принесшему записку слуге.

— Это от директора Салмеера, — слуга поклонился и вышел.

Кримхольм развернул письмо. Приветствия и вежливые пожелания здоровья он пропустил, зацепившись взглядом на фразе в конце письма. Салмеер перевел руны, начертанные на руке элементала: «Вспыхнет огонь в горниле ярче солнца». Церз встал, подобрал отбршенный том и погрузился в чтение.