Воровка для венценосного бастарда

Пролог

Двадцать три года назад, меня, младенца нескольких дней отроду, нашли в заброшенном хлеву на окраине городка Старые Кривки.

Нашла Клотильда, шлюха из местного веселого дома «Шаловливые рыбки». Случилось, что девица загуляла с клиентом и, поддавшись на его уговоры, сбежала от папы Вирса, хозяина вертепа. Да только не судьба. Ее поймали.

Клиент исчез, не оставив о себе памяти, а девица Клотильда с найденышем, вернулась назад в большой двухэтажный дом на тихой улице, прячущемся в глубине сада.

Заведение было доходным и весьма популярным. Предприимчивый папа Вирс сумел завлечь богатую клиентуру не только из числа местных торговцев-богатеев, но и аристократов из Меллинга, столицы провинции, до которой сорок минут езды по Королевскому тракту.

Папа Вирс предусмотрел всё для удобства посетителей: запасные пути выхода, отдельные коридоры, укромные апартаменты, чтобы самый придирчивый клиент остался доволен и без сожалений положил в его карман полновесную золотую монету.

Как жила в этом месте я? Просто и понятно. Хочешь выжить – работай. С семи лет – штопка одежды, мытье полов, уборка комнат.

Я любила Клотильду, которая со временем рассказала всю правду обо мне. Она была честна и прямолинейна. Говорила, что пожалела меня, найдя в хлеву, рядом с собакой, скулящей и облизывающей меня.

Клотильда была веселой и беззаботной, жила, не думая о том, что случится завтра. Но, странное дело, все же додумалась отдать меня в городскую школу для бедных, где я проучилась пять лет. Причем, на отлично, и наш учитель всегда ставил меня в пример, на что дети из класса хором смеялись, обзывая маленькой шлюхой.

А потом, после уроков, за каждое доброе слово, сказанное учителем я получала зуботычины от детей. За то, что лучшая в учебе, за то, что живу в борделе, за то, что будущее мое уже понятно и не вызывает ни для кого сомнений.

Что они имели в виду, я поняла только тогда, когда подросла.

Я хорошо запомнила свой десятый день рождения. Клотильда купила мне новое красивое платье, а девицы подарили туфли из хорошей, мягкой кожи. Потом мы с моей названой матерью сидели у себя в комнате и разговаривали.

И вдруг она вскочила, открыла старый саквояж, где у нее хранились какие-то ненужные, милые вещицы, и вытащила сверток.

- Возьми, это твое.

Я осторожно развернула тряпицу и увидела детскую распашонку, тонкое детское одеяло и пеленку.

- Что это?

Клотильда вздохнула и пьяно качнулась, а потом заплакала. Впрочем, она всегда плакала после второй бутылки вина.

- Это твоя одёжка, в которой я тебя нашла. Памяти совсем нет, хотела раньше показать. Смотри, какая распашоночка. Дорогая, из восточного батиста. Ты, Молли, наверное, от рождения не простая, может и дворянка. И учитель говорит, что способная, не то, что остальные дети.

Я разгладила руками свои вещи. Действительно, они принадлежали кому-то из другого мира. Из того мира, где детей любят и холят, где есть служанки, повара, садовник… И тут приметила, что на распашонке – знак.

- Гляди, - сказала я Клотильде.

- Да видела я. Ни о чем это не говорит.

- Откуда ты знаешь? – Спросила я ее.

Пьяная Клотильда захихикала, раскинув руки на кровати.

- Показывала господину аптекарю. Знаешь, какой он грамотный? А умный! У-у-у… Так вот, он сказал, что не встречал такого вензеля среди родовых знаков. Скорее всего, это печать мастерской, где пошили вещицу. Забирай, это всё твоё.

Когда мне исполнилось одиннадцать, у нас с названой матерью состоялся серьезный разговор. И тема этого разговора оказалась для меня крайне неприятной. А суть его была в том, что скоро у меня начнутся ежемесячные крови. И всё бы ничего, да только после этого события меня в этом доме просто так не оставят.

Я, еще ребенок, не очень ее поняла, но почувствовала по голосу опасность. Такую, что запомнила, о чем она предупредила. Когда настанут эти дни, я должна молчать как рыба. Никому! Ни одной душе! Даже ей!

Эти крови пришли, когда мне исполнилось тринадцать лет.

Я молчала, как и обещала. Умудрялась обихаживать себя так, чтобы никто ничего не увидел. Но где-то не уследила, и одним страшным вечером случилось то, что случилось.

Мы с Клотильдой занимались своими делами. Она готовилась к свиданию с клиентом, я складывала вещи в шкафу. Раздался короткий стук, и в нашу комнату ввалился папа Вирс. Он был пьян и отчего-то зол. Его красные, как у быка, глаза остановились на мне, но прозвучавшие слова предназначались Клотильде.

- Я тебе приказал сообщить, когда у девчонки начнутся крови. Кло, тебе надоел мой дом? Ты хочешь, чтобы я отдал тебя старухе Фанни в трактир? На солому хочешь? Под лестницу? Чтобы тебя поимели все конюхи и солдаты из гарнизона за два медных гроша?

- Папа Вирс, ты что? – Клотильда побледнела. – Я ничего не знаю.

- Серьезно? Ты живешь вместе с ней в одной комнате, и не знаешь?! – Папа Вирс замахнулся и со всей силы ударил ее по щеке. Моя названая мать отлетела к стене.

- Папа Вирс, я ничего не знала!... Не трогай ее, миленький, прошу. Дождись, пока ей исполнится четырнадцать. Ты же видишь, какой она ребенок?

- А кто виноват? Кто должен был научить ее всему? Рассказать, показать с клиентом? Берегла? Хорошо, теперь я этим займусь.

- Не надо, Вирс…

- Свежесть, молодость, самый нежный сок, - он пьяно забормотал, развернулся ко мне и медленно двинулся на меня, преграждая дорогу. Его грузная, жирная фигура приближалась, а глаза смотрели застывшим, безжизненным взглядом. – Я ее девственность продам за двадцать золотых, предложу лорду Винстену, он любит такие цветочки… Нет, за тридцать золотых, девочка стоит таких денег.

- Вирс…

- Отстань, Клотильда, угомонись, если хочешь здесь остаться. Я только преподам девочке первый урок нежности с папочкой. Папочку ласкать и любить надо, пусть привыкает, это не сложно – угодить мне, я научу…

- Вирс, я сделаю всё за нее, пусть она уйдет, умоляю!

- Нет! Это ты пошла вон! Тебя ждут в общем зале. Иди! – Он гаркнул и опять замахнулся на нее.

Но то, что случилось дальше, я не забуду никогда. Никогда!

В руке Клотильды сверкнул нож. Она замахнулась, но жирный боров оказался ловчей и проворней. Его лапища перехватила запястье женской руку, и с силой развернула лезвие в грудь. В грудь моей названой матери.

- Дрянь. На папу руку поднимать?!

Я не увидела, а услышала. Негромкий, мягкий звук смерти, и тело Клотильды обмякло, а потом грузно свалилось на пол.

- Ложись, - глухо сказал он мне и, отвернувшись, начал расстегивать ширинку штанов.

Мои глаза застыли на мертвом теле. Пятно крови на груди медленно заливало платье. Я перевела взгляд на убийцу, не помня себя, на цыпочках подошла к родной мне женщине и выдернула нож. Помню только капли на острие.

- Ну, ты где? – Он развернулся ко мне. И я не совершила ошибки Клотильды. Ударила ножом без замаха, с нижней позиции, как показывали друг другу старшие мальчишки в школе, дети из военного гарнизона, когда играли на перемене. Молниеносно, с ненавистью, с презрением и пожеланием ада.

Он завалился на кровать, со спущенными штанами, захрипел, и затих.

Я прожила тринадцать лет в этом доме и кое-чему научилась. Хитрости, умению молчать и всё видеть, замечать, запоминать. Прожила среди взрослых пороков и подлых поступков, и в тот момент думала только об одном – бежать. Тихо, незаметно, бесследно, как тень.

Не знаю почему, но первое, что я схватила – это свою распашонку. Видят Небеса, до сих пор не могу объяснить свой поступок. Потом вытащила заначку Клотильды. Я никогда не брала ни грошика из ее денег, но сейчас совсем другая история. Если не возьму я – возьмут другие. Возможно и те, кто подметил, что я уже девушка, которую можно подложить под клиента.

Накинула плащ, обула ботинки, сложила пару вещей в старую холщевую сумку, и бесшумно вышла из комнаты.

Я знала дом вдоль и поперек. Ходы, потайные коридоры, скрытые двери, через которые проводили важных клиентов, чьи лица – тайна. И исчезнуть из него для меня не составило проблемы. Я выбежала через потайной ход, а потом просто растворилась в черной пелене ночи, и даже собаки, бродившие по тихой улице, не вякнули вслед незаметной тени маленькой девчонки…

Прошло десять лет.

Глава 1

Разросшийся сад дома графа Даниэля Вартена погрузился в вечерние сумерки. Дорожки и аллеи огромного поместья, известного как Дубовый Рог, стояли в тени, скрывая ухоженные клумбы, скамьи с чугунными подлокотниками, беседки, и дальний домик из старого камня, где веками жили садовники.

К парадной подъехала коляска. К ней подбежал слуга и предупредительно открыл дверцу элегантного открытого экипажа.

- Ваша светлость.

Из коляски вышел молодой мужчина, прихрамывая и опираясь на трость. Темные волнистые волосы под цилиндром прикрывали крепкую шею. Дорогой сюртук облегал статную фигуру. Лицо с ровными чертами казалось суровым, без улыбки, и с холодным взглядом темно-серых глаз.

- Тедди, в доме все в порядке?

- Да, ваша светлость, согласно вашим указаниям.

- Ясно, - кивнул граф Даниэль Вартен, и двинулся к двери, припадая на больную ногу. Его взгляд похолодел сильнее, а ладонь в тонкой перчатке сжалась в кулак.

- Дорн – крикнул он, войдя в просторный холл своего дома. Когда появился дворецкий, крепкий молодой мужчина в клетчатой двойке и бабочке под воротничком белоснежной рубахи, Вартен жестко бросил. – Горячую ванну и бутылку верфейского.

- Ужин? – Одним словом поинтересовался дворецкий, но не получил ответа, и удивленно приподнял бровь, глядя в спину хозяина дома.

Через час, приняв ванную и облачившись в домашний костюм из мягкой, темной ландийской фланели, граф открыл бутылку вина. Налил себе полный бокал, на секунду застыл и насмешливо скривился.

- Ну, за твою темную душу. Что б ей в аду гореть, - и двумя крупными глотками опустошил бокал.

- Ваша светлость, вам письма, - вошел Дорн и положил на стол пачку запечатанных конвертов. Когда дворецкий вышел, граф налил еще бокал, и только потом перебрал корреспонденцию.

Два приглашения на ужин, одно любовное послание, уведомление о похоронах от королевской семьи, и последнее, подписанное коротким именем. Фарик. Его-то он и вскрыл, а остальные бросил в корзину для мусора. Его глаза быстро пробежали по бумаге, и на лице впервые появилась улыбка. Злая, мстительная улыбка.

Он бросил письмо на стол и медленно заходил по кабинету. В голове крутились мысли, выстраивая план. Кажется, Фарик нашел то, что он искал. Долго и терпеливо искал. Плохо, что мачеха умерла. Его ненависть сегодня была в печали, потому, что эта женщина не достойна простой, честной смерти, если можно так сказать о кончине.

Она не мучилась, не страдала, не выла от боли. Она просто сдохла, как старая корова в хлеву. Вечером поднялся жар, ночью маги-целители не отходили от нее ни на шаг, но к рассвету, королева Вилона испустила дух, да прибудет она в огне адовых пустошей.

Но судьбу не изменить. Он-то живой, хоть королева-мачеха и старалась исправить это обидное упущение. Да только кишка тонка. Кровь рода Маргоров куда как сильней ее потуг. Его мать умерла совсем молодой, а он остался жив. До времени, до исполнения тридцати пяти лет.

А потом – смерть, как и у матери, в муках, с дикой болью на разрыв. И эти боли уже начали подступать к его телу. Первой сдалась нога, несколько месяцев назад. Недавно он почувствовал легкие отголоски этой боли в руке… Так, что, ему осталось чуть больше полугода, если он не найдет источник проклятия.

Очередная болезненная судорога скрутила ногу, и граф Вартен, кривясь, выпил вино. Тут же налил еще. Хмель слегка притупил острые уколы в бедро и колено. Хорошо, сегодня он не хотел их чувствовать. Как ни крути, у него праздник. А завтра он встретится с Фариком, и решение его проблемы наконец-то сдвинется с мертвой точки.

*

Из дверей служебного входа вынырнула голова управляющего.

- Молли, тебя хозяин зовет.

Я привычно вздрогнула, хотя окрик предназначался официантке, разносившей напитки клиентам казино. Имя Молли – моя старая боль. Только меня уже давно зовут по-другому.

- Мисси Ева, шампанское? – Глаза бармена Стива сверкнули задиристыми искрами. Этот красавчик и хам прекрасно осведомлен, что во время работы я не пью хмельное.

Для персонала казино «Серебряная звезда», я – охранник. Ненавязчивый, осторожный и отстраненный, лениво наблюдающий за рулеткой, или столами, где разыгрывают партию в Бомби-хач или Рыжего фича. Между прочим, ценный охранник. Почему ценный? Истинную причину не знает никто. И не надо. Целее будут.

Общеизвестная версия, для персонала, я – маг, и область моих обязанностей – контроль за работой столов и за скрытым экраном обнаружения запрещенных предметов. Иногда игроки проносят внутрь зала обманные артефакты, дабы обыграть казино. Идиотов хватает.

Для посетителей этого престижного, но злачного места, я такая же, как и они, ловец удачи, убивающая время и сорящая деньгами. Всегда в ажурной маске с вычурным узором. Здесь этот предмет норма. Применение иллюзий в казино под запретом, поэтому прячу лицо таким непритязательным способом. Помогает. Еще ни одна собака не узнала меня вне этих стен.

- Мандариковый сок, - бросила я Стиву, не оборачиваясь. Обожаю мандарики, могу есть их коробками, спасибо магии, спасает от последствий и бережет здоровье.

В арке входа появилась фигура, которая сразу обратила на себя внимание. По-крайней мере, мое внимание. Высокий мужчина в модном клетчатом сюртуке и темных брюках в полоску, вытащил карманные часы, посмотрел и вернул их во внутренний кармашек жилетки. Пижон. Я едва заметно фыркнула и сделала крошечный глоток сока.

Его булавка на широком шелковом галстуке блеснула глубоким сапфиром. Настоящим! Фиронским! С месторождений Пастушьей лощины, закрытой уже как пятьдесят лет по причине истощения породы.

Цена булавки на шее пижона, сейчас, на рынке магических камней, тянет на две-три сотни золотых. Это примерно пятилетний бюджет маленького заштатного городка, или стоимость строительства хорошего храма в пригороде столицы.

Я аккуратно провела двумя пальцами по верхнему ободку своей маски на лице, и пайетки темно-зеленого цвета, украшающие ее, развернулись другой стороной. Ярко-красной.

В меня стрельнули глаза человека, сидящего у стены. Мы переглянулись и отвели друг от друга взгляды. Заказ принят.

Пижону дали выиграть. Таковы правила этой двойной игры. Казино отнеслось благосклонно к тому, что его обманули на десяток золотых. Мужчину даже не задержали на выходе. Только следом за ним отправился человек дядюшки Фримма, хозяина этого заведения и моего покровителя. Задача этого человека – выследить, разузнать и доложить. А уже потом начнется моя работа.

*

Следующим утром, как всегда проснулась от шума. Внизу, Оливка открыла лавку, привычно звякнув дверным колокольчиком. Знала, что я его услышу. Ничто не исправит эту девчонку, ни угрозы, ни уговоры. Упертая, как коза.

- Проходите, тетушка Феона, добро пожаловать, - долетел до меня звонкий голос неугомонной помощницы. Вот как ее ругать? Я только глаза разлепила от сна, а она уже вокруг покупателей пляшет. Умница.

Моя лавка «Весенняя фиалка» продает ткани и швейные принадлежности. Доход небольшой, но мне хватает, еще и оплачиваю труд двоих работников. Кроме Оливии, в лавке трудится мастер Жавьер, когда-то – отличный портной, но время скрутило его пальцы в старческой болезни, и сейчас он только и может, что отмеривать покупателям ткань, да помогает в разгрузке товара.

Еще, лавка – моё надежное прикрытие, скрывающее ту жизнь, что я веду уже много лет, с тех пор, как сбежала от папы Вирса, да горит он в адовой пустоши.

Бежала долго, притворяясь то гимназисткой, спешащей домой на каникулы, то горничной важной дамы, едущей с поручением, то бедной сиротой, держащей путь в монастырь.

Да, я и была бедная сирота, только в монастырь не собиралась.

Проблем и сложностей было выше головы, и главная из них – документы. Те, что у меня были на имя Молли Ирди, боялась показывать, уверенная, что я уже давно в розыске, а где взять новые – не знала.

У меня, девчонки тринадцати лет, не было определенного плана, цели… Хотя нет, цель была, добраться до Даллента, столицы королевства, где я надеялась потеряться, забыть прошлое, устроиться на работу, может быть отучиться в гимназии…

Да-а-а, детские мечты, они такие наивные.

- Ева, к тебе гость. Требует срочно, - забарабанила в дверь противная Оливка, выдергивая меня из воспоминаний.

- Кто? – Крикнула я.

- Тот самый, из лавки ростовщика.

Я присела на кровать. Шпик дядюшки Флимма, когда приходил ко мне, представлялся работником лавки господина Сарена, у которого можно всегда одолжить грошей под небольшой процент. На самом деле, лавка принадлежала нашему Флимму, а господин Сарен – так, подставная утка. Для связи, передачи поручений и еще некоторых мелочей, необходимых в нашем деле.

- Предложи ему кофе, я буду через несколько минут.

- А булочек с медом ему не предложить? – Ехидно, с поддевкой спросила из-за двери моя помощница и удалилась, громко цокая каблучками новых туфелек из мягкой кожи. Она у меня еще та модница.

Это был Клайв, тот самый, с кем я работала в паре в казино. Средних лет, коренастый и угрюмый мужичок с вечно надвинутой кепкой, из-под которой стреляют настороженные глаза.

- Привет, - кивнула я ему, входя в небольшую комнатку с конторкой в углу и парой стеллажей. Здесь мы храним накладные, подписываем бумаги, встречаемся с поставщиками.

Он тоже кивнул, допивая чашечку кофе.

- Хороший кофе, - сказал он и поставил чашку на столик. Потом вытащил из внутреннего кармана сюртука бумажку. – Запоминай.

Я взглянула, задержав взгляд на корявом подчерке, и хмыкнула. Впору задуматься, кто таков этот тип из казино с редким сапфиром на шее. Хороший адресок. В респектабельном пригороде Даллента, в районе Рябинового озера, где в полумиле от этого места, в густой листве дубовой рощи прячется старинный охотничий домик королевской семьи.

- Имя?

Клайв пожал плечами.

- Узнаем, ты пока не торопись, еще неделю понаблюдаем. Пусть пройдется по другим казино.

- А если он попадется? Рискованно упускать такой товар.

- Решай с Флиммом этот вопрос, - ответил мой немногословный напарник, которого, на самом деле, я едва знала, хотя работали уже года три, и направился к выходу. – Не торопись, Ева. А вдруг подстава.

Всё может быть, Клайв прав. Только у меня есть свое средство от таких неприятностей. Моя магия. Редкая, непонятная, не до конца мне подвластная.

Мерцающая магия, определяющая тонкие нити силовых искр: чужие флюиды, потоки, корневые импульсы и центры соединения.

Да, любой маг может почувствовать другого мага. Кто-то лучше, кто-то хуже… Но только почувствовать. Я же, в отличие от них, вижу мерцающие нити, читаю их как книгу, вижу как картину на стене, понимаю природу этой магии, и за сто ярдов определю любую ловушку, начиненную магическими сюрпризами. Такие как я – редкость.

Тогда, десять лет назад, я все же добралась до столицы, и Даллент меня поразил. Прекрасный, величественный, древний, с огромными парками, набережной, укрытой панцирем серого камня, с мостами и старинными зданиями удивительной архитектуры.

Но есть и другой Даллент, куда я попала, убегая от наряда полицейских. В тот день была облава – из тюрьмы сбежал преступник, и бравые служители закона ловили всех подозрительных. Так я оказалась на задворках большого города в Западной части, в районе бедноты. И попала в другую ловушку.

К бандитам.

Меня заметили в переулке, куда я забежала, чтобы отдышаться. И попала на глаза неизвестным со страшными пьяными рожами. Меня окружили, и я поняла, что серьезно влипла. Подонки загнали меня в тупик, и я решила драться до последнего, вытащив из сумки нож, тот самый, которым была заколота Клотильда, а потом и ее убийца. Решила, живой они меня не возьмут, пусть насильничают над трупом.

Они похабно ржали и улюлюкали, приближаясь и окружая, не давая мне вырваться. И тогда я закричала, вскинула руку с ножом, замахнулась… И краем глаза заметила, что в тупике появился кто-то еще.

- Эй, Сивый, ты зашел на мою территорию, а я предупреждал. Опять нажрался как свинья?

Голос был не громкий, но его услышали и недовольно переглядываясь, обернулись. Я же так и застыла с ножом в руке.

- Тальмер, не надо портить нам вечер. Пошалим и уйдем.

- Это кто тут рот открыл? Рыло, ты? Тебе кто слово давал?

К нам приблизился человек, и я вздрогнула, испугавшись еще больше. Его лицо покрывал глубокий, рваный шрам, искрививший рот и левый глаз. Взгляд остановился на мне, потом человек скользнул глазами по моему ножу и странно, до оторопи жутко улыбнулся, обнажая крепкие зубы.

- Иди за мной, - слова были сказаны мне.

- Она наша! – Вскипел тот, кого назвали Сивым.

- Серьезно? – Тихо, со смешинкой в голосе сказал незнакомец, и на моих глазах вдруг начало происходить что-то непонятное. Подонки застонали, схватились за животы, перегнулись пополам и поползли по земле, изрыгая из себя рвоту.

- Быстрей, - строго сказал он мне. – Или хочешь остаться?

Я неуверенно, с опаской обходя стонущих и катающихся по грязной траве гадов, двинулась за ним, оглядываясь по сторонам, и не зная, что делать. Ума хватило сообразить, что передо мной маг. Причем, сильный. Одними глазами отвадил пьяниц.

- Спрячь нож, - сказал он мне. Потом взял за руку, и мы пошли темными улицами, вдоль серых убогих домов.

Шли долго, обходя светлые места. Вышли на побережье, я услышала, как где-то рядом шумел океан. У большого, старого дуба заметила развалины… куда меня и повел маг! Сердце ёкнуло от страха, я дернула руку, но мужчина жестко сцепил пальцы.

- Не бойся.

- Вы меня убьете?

Маг фыркнул и, не посчитав нужным ответить, потянул меня дальше. Мы углубились внутрь разрушенного дома, обходя горы битого временем камня. Под ногами скользили мелкие камешки и отражались эхом в стены этого странного места. Кругом стояла темень, хоть глаз выколи, но магу хоть бы что, он уверенно вел меня дальше и дальше вглубь, пока не остановился перед тяжелой дверью. Тихо постучал, и ему открыли.

За дверью я увидела небольшую площадку и от нее – лестницу, ведущую вниз. Мужчина кивнул охраннику, крепкому парню, который удивленно проводил меня глазами. Видно новичков сюда приводят нечасто.

Мы спустились и вышли в огромный зал, ярко освещенный факелами на стенах. У колонн, подпирающих потолок, стояли, переговаривались люди. В нескольких местах, прямо на каменном полу, в открытых каменных чашах жарили мясо. У стен – тюфяки и корзины с товаром. И я начала догадываться, куда попала. Скорее всего, это бандитский склад, или какое-то другое тайное место – сборище лихих людей. Вот я попала!

Дальше заметила огороженный уголок, скрытый от всех полотнами занавесей. Туда мы и направились.

На коврах, словно в шатре падишаха, сидели трое мужчин и тихо беседовали. Когда мы вошли внутрь, они подняли головы.

- Тальмер, ты кого к нам привел? – Спросил один, не старый, сухощавый человек с колючим взглядом.

- Тебя потянуло на девочек? – Захихикал другой, постарше и покрупнее, с пузом, как у хозяина пивной лавки.

- Тихо, - отрезал третий, и по одному слову стало понятно, кто здесь главный. – Кто такая? Тальмер?

- Девчонка, - хищно прищурился маг и растянул губы в ухмылке. – Маг.

Глаза трех человек медленно расширились и с интересом уставились на меня. Я же попятилась, с силой дернула руку, заплакала.

- Неправда! Никакой я не маг, дяденька отпустите меня!

- Тальмер, может и правда, ты лишку выпил? – Спросил главный, приподнимаясь с ковра. – Не похожа она на мага.

Тальмер засмеялся.

- Не сомневайся, Флимм. Я мерцающего мага из ада увижу, не то, что просто на улице. Сам знаешь, какой у меня дар.

- Ну, знаю, маг-недоучка, - сказал тот, кого назвали Флиммом. Все засмеялись, в том числе и сам Тальмер. – Если это правда, то… А ну, рассказывай, как тебя зовут? Скарви, пошарь в ее сумке.

Тальмер ловко перекинул мою старую сумку с вещами крепкому мужчине, одному из трех. А тот, что с пивным животом вдруг нехорошо прищурился.

- Еще проверить надо, маг ли она. А то смотри, Флимм, к себе возьму, такие цыпки у меня в цене.

Мне хватила одного взгляда этого толстяка, одного его слова, одного намека, чтобы понять, о чем он говорит. Я напряглась и ударила ногой Тальмера, державшего мою руку. Маг от неожиданности ослабил хватку, и я рванула к выходу. Но что-то случилось. Что-то невероятное! Моё тело сковали мерцающие веревки, взявшиеся из воздуха. Я с трудом выдохнула и крутанулась на месте, ослабляя их, и они, мерцая, опали на пол.

- Вот! Видели?! Я же сказал! Была бы не магом – в жизни бы не сняла лассо. – Гордо похвастался Тальмер, успевший перехватить мою руку вновь. – Теперь сами понимаете, кого я привел?

- Не пойду к нему! – Завопила я, тыкая пальцем в толстяка. – Прирежу! Глаза выцарапаю! Только подойди! – Не знаю, откуда взялась моя агрессия, бешеная злость, но я знала, что лучше убью этого борова, чем окажусь в веселом доме.

- Тихо-тихо, - вдруг подошел ко мне Флимм. – Никто и никогда не посмеет тебя обидеть, пока я зовусь дядькой Флиммом. Запомнила? А ты. – Он развернулся к толстяку. – Узнаю, что силком девок тянешь в «Парус любви», насильничаешь, то ответишь перед всеми. Пущу без штанов по Королевскому проспекту, вместо коня запрягу в коляску, и побежишь с голой задницей! Понял, Тит?

- Да ты что! Флимм! Я же так, пошутил!... – Заелозил по подушке толстой задницей держатель веселого дома.

- О, да девчонка не так бедна, смотрите, - сказал тот, что шарил в моей сумке. – Ограбила кого? – И вытащил мешочек с золотыми, которые я забрала из тайника Клотильды, где она прятала деньги на старость. Двенадцать золотых.

- А ну-ка, рассказывай всё как есть, девонька, - сурово сказал дядька Флимм, и на меня пристально уставились четыре крепких, сильных мужика, которые с легкостью могут перешибить мою спину напополам, если захотят.

И я всё рассказала, с самого начала, как меня нашли в хлеву новорожденной, и про годы в веселом доме, и про Вирса, убившего Клотильду, и что я сделала с ним, когда увидела пятно крови, расплывающееся по платью моей названной матери.

Флимм не вернул мне деньги. На них он купил новые документы. Даже больше, на эти деньги он обеспечил меня семьей.

Был у него должник, Вари Фловир, лавочник мелким товаром, который проигрался в пух и прах, и остался без всего, и без лавки, и без дома. Вот он и стал моим приемным отцом, выдав меня за свою племянницу, якобы дочь умершей сестры. Дядька Флимм, в муниципалитете подмазал золотыми, и я получила новые настоящие документы на имя Евы Фловир.

Флимм вернул приемному отцу лавку, оставив до поры документы у себя, а меня устроил в гимназию, о которой я так мечтала. Как он сказал – чтобы выросла грамотной и респектабельной девицей торгового сословия. Не граблями деланная, а приличная.

Еще я узнала, почему мага Тальмера называют недоучкой. На самом деле, не такой он и недоучка. В свое время окончил магическую школу, поступил в магическую Академию, доучился до третьего курса, а там случилась плохая история. Повздорил с высокородным адептом, и подрался с ним, да так, что продырявил его насквозь. Правда, и Тальмера хорошо продырявили, еще и жуткий шрам оставили на лице. Пришлось бежать и скрываться. Что он и делает уже много лет. Но мне так показалось, что ему нравится его жизнь среди вольных людей.

Так, что про недоучку – это неправда. Тальмер хороший, грамотный маг, знающий и владеющий мастерством. И в меня эти знания вкладывал, учил по пособиям и программе магической Академии. Не забуду эти талмуды и фолианты. Делал он это не церемонясь, точно гвозди в бревно вбивал, заставлял зубрить, да так, чтобы от зубов отскакивало, иногда и наказывал, когда я восставала против его строгости… Год, как отстал от меня. А так, ни отдыха, ни покоя от него.

С дядькой Вари, моим приемным отцом мы жили хорошо. Еще бы, Флимм переписал документы на лавку на мое имя. Так, что, про казино ему пришлось забыть и жить тихо, не встревая в неприятности. А в прошлом году он умер от разлива желчи в печени. Хороший был человек.

А я живу, и память о прошлом стирается точно тряпочкой. Служу Флимму как верный пес, потому, что обязана ему по гроб жизни. Если бы не он – не знаю, как всё сложилось бы. Да, и если честно, люблю то, что делаю. Редкие камни, ценные артефакты, изящные безделушки по цене конезавода – вот интерес Флимма, а для меня процент, причем, хороший, и кураж. Проверка моей силы, интуиции и прозорливости.

И адресок, который сегодня мне показал Клайв, никак не выходит у меня из головы. Фиронские сапфиры ценны тем, что пригодны в изготовлении артефактов – чтения мыслей. Опасное свойство. Хотя, не всякий артефактор справится с такой задачей, даже больше – редко, кто справится, поэтому, этот камень не внесен в особый список Королевского Тайного Совета. И этот факт облегчает нам задачу.

Я вдруг вспомнила, что Мариэль Полен, моя однокашница из королевской женской гимназии, как-то приглашала меня покататься. Ее папенька приобрел новый экипаж. Вот и прекрасно. Прогулка по рощам и паркам района Рябинового озера – так респектабельно и престижно, что надо обязательно совершить эту милую поездку. Прямо сейчас.

Глава 2

Граф Даниэль Вартен слушал отчет помощника, и по его лицу сквозила ухмылка. Девушка предсказуемо азартна, крючок, который он ей забросил, оказался слаще пряника. Фиронский сапфир! Что может быть соблазнительней для воровки ценностей.

- И тебя даже не остановили на выходе? – Со смехом переспросил он у Фарика.

Помощник, молодой мужчина серьезного вида в модном клетчатом сюртуке, кивнул.

- Я был удивлен.

- Эти ребята – авантюристы высокого класса. Они специально тебя отпустили.

- И проследили за мной до самого дома, - довольно улыбнулся Фарик. – Всё, как мы и рассчитывали.

Граф и его помощник сидели в гостиной дома, снятого для этого деликатного дела. Район Рябинового озера – один из самых престижных в столице. Да, Вартен и Фарик прекрасно понимали, что люди из казино быстро выяснят, что дом сдается в наем, поэтому история появления здесь помощника графа была продумана до мелочей. Некий господин Найри из соседней Фиронии, приехал по делам в Даллент и снял дом на неопределенное время.

Живет этот господин на широкую ногу, заказывает еду из лучших ресторанов, посещает театры, прогуливается по ювелирным лавкам, заглядывает в казино. И при этом часто посещает торговые биржи, банки и конторы солидных компаний. Делец. Но… Его афера в казино «Серебряная звезда», где он обманул это «честное и порядочное» заведение на десять золотых, красноречиво указывает на то, что господин Найри проворачивает темные делишки. Отличная характеристика для бандитов, которые обязательно захотят украсть у него фиронский сапфир.

Фарик снял сюртук, повесил его на спинку стула.

- Жара, сейчас бы на море, под парус, - проворчал он и вытащил новомодную сигару. – Выйду на балкон.

Даниэль усмехнулся. Он всегда считал пристрастие к табаку глупым удовольствием. Куда лучше вино. Особенно в последние месяцы боль от проклятия, разрастающегося в его теле, он снимал только надравшись как следует верфейским, или клеморским игристым. И никак иначе. Наложенное проклятие не поддавалось лечению.

- Кстати, ты узнал, как зовут эту девчонку?

- Ева Фловир, - ответил Фарик и засмеялся. – Сегодня утром ребята выяснили, что у нее лавка по продаже тканей и галантереи. Хорошее прикрытие для авантюристки. Днем – в лавке, в роли добропорядочной торговки, а вечером – в казино, подсматривает за глупцами с ценными камешками и артефактами.

- Меня больше волнуют ее родовые корни. Откуда она взялась? - помрачнел Даниэль. – Я не меньше десяти лет искал мерцающего мага ее уровня проникновения в магические нити. А она – здесь, в нескольких кварталах от королевского дворца. И ни в одной книге реестров даже намека нет о такой девице.

- Может, оно и лучше, граф?

Даниэль кивнул.

- Может быть, ты прав.

Он понимал, на что сейчас намекает Фарик. Королева Вилона тоже искала мага такого уровня. Чтобы убить, уничтожить, стереть с лица земли. Только такой маг смог бы доказать преступление ее величества перед отцом-королем.

- О-о, какая картинка. Граф, наша Ева совершает прогулку прямо под нашими окнами. Я доволен, - Фарик негромко рассмеялся, выпуская дым дорогой криосской сигары.

Даниэль встал с место, но тут же остановился. Нельзя, чтобы она заметила его здесь, даже случайно мелькнувшим в окне. До поры, до времени, она не увидит его лица.

- Ты не ошибся?

- Нет, граф. Это она.

- Хорошо, значит, план работает, и мы всё правильно рассчитали. Кстати, девчонка хороша, или страшненькая?

- Вам понравится, ваша светлость, не сомневайтесь, - ехидно ответил собеседник.

*

Прогулка удалась. Я вернулась домой, когда сумерки накрыли дворик моего садика, куда я вышла с чашечкой кофе. Оливка отчиталась о продажах, а мастер Жавьер рассказал, какой шелк привез поставщик из Вахренского ханства. Оказывается вчера, морем, пришел торговый караван. Я озадаченно поджала губы, уставившись в чашку. Если бы были лишние деньги… Но накопления – в банке, под хорошими процентами, и получить дивиденды я смогу не раньше следующего месяца. А торговцы с Вахрена ждать не будут. Их шелка и шерсть из серебристых коз расходятся как зефирные пирожные с шоколадным кремом под Новогодний праздник. Любая торговая лавка в столице заберет с потрохами.

Я решительно встала. Нужно обсудить с дядюшкой Флиммом дело с сапфиром, и чем быстрее, тем лучше. Тянуть не имеет смысла. Прогуливаясь по улицам района Рябиновое озеро, мы с подругой несколько раз проехали мимо нужного дома, и даже удалось увидеть того напыщенного незнакомца, дымящего сигарой на витом балконе с изящными балясинами. Я почувствовала легкий фон охранных артефактов, с которыми без труда справлюсь, дело привычное.

Черный вход в казино прятался в темном дворике, огороженном высоким забором. Таков мой порядок, никто и никогда не видел, как я появляюсь в заведении. В маленькой комнатке для сотрудниц никого не было, я быстро переоделась, надев дорогое платье, струящееся волнами и облегающее талию. Маска привычно скрыло мое лицо.

Я достала из сумочки любимые духи с тонким ароматом восточных пряностей и цветов, нанесла две капли. Этот запах придавал мне внутреннюю уверенность, завершал образ таинственной девы, всегда появляющейся в маске и дорогом наряде. Оглядела себя в зеркале, и вышла в коридор.

Кабинет Флимма был закрыт, я с сожалением вздохнула и направилась в зал. Посетители неспешно появлялись в высокой арке из холла, а в моей руке уже поблескивал янтарными каплями бокал с соком.

Меня окликнули. Я обернулась и увидела мистра Фоливера, заядлого игрока и франта, как всегда одетого с иголочки, по последнему писку моды. Обычно, этот писк раздавался из салонов, расположенных по проспекту Королевских Побед, неподалеку от дворца, где правила мадам Жакино, самая дорогая модистка столицы.

- Ева, крошка, ты давно не садилась за стол, - молодой человек склонился над барной стойкой, заглядывая мне в прорези маски. – Предлагаю партию.

- Ты следишь за мной?

- Конечно. Только твой нюх способен обыграть это казино, да хоть и бога Зарра.

Я засмеялась, жеманно откидывая голову и обнажая шею, на которой висела тонкая цепочка с алмазной каплей.

- Не поминай Зарра, Фоливер, если хочешь выиграть. Боги мстительны.

- Как и ты, красавица. Обещала мне удачу, а сама… Когда мы встретимся?

- Не ври, я не даю обещаний.

- Ты намекала.

- Неправда, - я хищно улыбнулась и прищурила в маске глаза.

Фоливер – сильный игрок, но порой впадает в болезненный азарт, и начинает делать ошибки. Например, являясь нашим постоянным клиентом, приходит в казино с запрещенными артефактами, заговоренными на удачу, или накачивает себя снадобьями, благодаря которым кратковременно просыпаются способности видеть сквозь мелкие предметы. Например, карты. Действия снадобья хватает на пару-тройку часов, и за это время мистр Фоливер срывает банк.

Вначале Флимм хотел надрать ему задницу и прописать «позорный» билет, навечно, еще и дать наводку в другие заведения, но я отговорила. Фоливер полезен. Благодаря его потугам мы узнали нескольких поставщиков ценного товара, еще пару артефакторов из провинций, оказавшихся талантливыми ребятами. А в нашем деле такие люди полезны.

В проеме двери, ведущую во внутренние помещения появился Тальмер. Он незаметно кивнул головой, показывая, что меня ждут.

- Пойду поправлю прическу, - бросила я игроку и кокетливо спрыгнула с высокого барного стула, чувствуя жаркий взгляд молодого человека. Свернула в сторону дамских комнат, а там незаметно прошла в тайный коридор для сотрудников, и уже оттуда – в холл, где находился кабинет Флимма.

Внутри мне показали на кресло и предложили чашечку кофе. Как всегда, дядюшка Флимм любезен и заботлив. Я скептически хмыкнула, но отказываться от кофе из абинейских зерен не стала.

- Есть новости? – спросила я.

- Есть. Некая любопытная леди весь день каталась по району Рябиновых озер и несколько раз проехала мимо дома наблюдаемого нами дельца, - сварливо сказал Флимм, «убивая» меня взглядом. Я, совершенно не чувствуя вины, раскаянно развела руками.

- Ну, не выдержала, ну покаталась с подругой из гимназии. Что такого?

- Похулигань мне еще, - нахмурил брови наш шеф. – Впереди столько работы, а ты озорничаешь.

- Что-то узнали? – Уже серьезно спросила я и сдвинула маску на лоб.

- Узнали. Говори, Тальмер.

Мой учитель незаметно подмигнул мне. Он всегда одобрял мои поступки, даже самые несуразные.

- Дом съемный, и сколько в нем проживет наш делец - неизвестно.

- Надо торопиться, - тут же выдохнула я.

- Торопятся на базаре. Ева, угомонись, - придержал меня Флимм.

- Он из Фиронии, что и объясняет наличие у него сапфира, - продолжил Тальмер. – Зовут Макрей Найри, но учитывая род занятий, возможно, имя фальшивое.

Я заелозила в кресле. В груди начала подниматься досада – все факты говорили об одном, что медлить нельзя. Этот человек может исчезнуть так же быстро, как и появился. Просто растворится в пространстве, а я потеряю свою долю. Не меньше двадцати золотых.

Наверное, мои страдания были написаны на лице огромными сверкающими буквами. Дядюшка Флимм ехидно расплылся в ухмылке, Тальмер откровенно засмеялся.

- Не бойся, не сбежит, - сквозь смех сказал он.

- Откуда ты знаешь, - ворчливо бросила я учителю.

- Оттуда, что мы следим за ним. Через три дня у него сделка по покупке партии вистерской сосны, через два дня договоренность о встрече в королевском банке, а через неделю – посещение театра. Билеты куплены, причем, два билета. Наши люди заметили его интерес к одной даме – вдове из района Мостков.

Я скривилась, Мостки – еще то местечко. Завести знакомство с дамой конечно можно, но приглашать ее в театр – смешно, не тот уровень.

- Что тебе не нравится? – Спросил Флимм, и я высказала свои сомнения. Мужчины пожали плечами.

- Да мало ли, - неуверенно сказал Тальмер.

- Завтра же пошли кого-нибудь в Мостки. Пусть поглядят на эту госпожу.

- Так видели же, - парировал Тальмер. – Свен и Роби проследили, куда и к кому он ходит.

- И что? Вот завтра сам съездишь и посмотришь, а потом скажешь, можно с такой дамой идти в театр или нет.

Я согласилась. Лучше перестраховаться, чем столкнуться с сюрпризом, от которого весь план полетит в бездну. А вдруг покупка билетов в театр – уловка, способ замести следы, исчезнуть в конце концов.

Мы еще долго обсуждали детали этого дела и решили, что три дня – хороший срок для подготовки. Через три дня я возьму этот сапфир. Без сомнений и колебаний. Можно сказать, что дело уже сделано, мне не привыкать к таким приключениям, и каждый шаг, нюанс заранее предугадан и отработан.

Но Тальмер, как это всегда бывает перед любой операцией, все три дня не отставал от меня, гоняя на задворках казино, в огромном амбаре, где у нас был оборудован своеобразный полигон. Физическая подготовка, приемы борьбы, преодоление магических ловушек, читка схем мерцающих нитей, понятные только нам с ним. Скрупулезно, долго, нудно, до ломоты в мышцах и ряби в глазах.

И через три дня, поздним вечером, я подъезжала в крытом экипаже к дому, где меня ждал сапфир. Мой сапфир. Да, я уже давно считала его своим, не сомневаясь, что заполучу его, во что бы то ни стало.

Глава 3

По наблюдениям людей Флимма, господин Макрей Найри уже спал. Дом темнел, погруженный в пелену ночи, только из сада раздавались переливы песен ночных птиц. Я прислушалась. Дотронулась до калитки, проверяя ее на наличие возможного механизма охраны, и почувствовала легкую волну. Хмыкнула, такими магическими замками от детей игрушки прятать.

Справившись с калиткой, проникла внутрь территории, и бесшумно двинулась по дорожке. Обошла вокруг, вглядываясь в окна. Самое надежное – проникнуть отсюда, откупорив одну из створок. Быстро достала набор отмычек, и через несколько минут уже сидела на подоконнике с внутренней стороны. Кажется, попала на кухню.

Мои ботинки едва слышно прошуршали по каменному полу. Я засунула отмычки в карман широких брюк, расстегнула куртку и застыла, слушая тишину. Это мой обязательный ритуал. Чтобы всё прошло хорошо, я должна услышать дом, его дыхание, шорохи и вздохи. Флимм, когда я рассказываю ему, как действую, смеется, не веря, что у каждого дома есть душа.

Выйдя в коридор, опять прислушалась. По логике, сапфир где-то рядом с хозяином. Только мне не нужно анализировать, высчитывать и гадать, где он. Я отлично запомнила его мерцающие нити. У каждого предмета есть такие нити, и видеть их – моя редкая способность. Даже у Тальмера не всегда получается так, как у меня. Он часто повторяет, что мой дар какой-то особенный, не такой, как у обычных магов мерцающего плетения. Тальмера всегда это настораживает. Как он говорит: неведомое тревожит.

Я нашла лестницу на второй этаж и медленно, слушая дом, поднялась. Опять огляделась. И тут, наконец, поймала зов, слабую ноту, раздающуюся откуда-то справа, а потом увидела бледное мерцание пульсирующей нити, плавающей в прозрачной темноте ночи. Она звала меня, приглашала, играя вспышками. И я приняла игру, двинувшись вслед за ней. Остановилась перед дверью, тихо повернула ручку, зашла. Внутри оказался кабинет. Широкий стол, диван, огромный книжный шкаф, на полу ковер. Бледная луна бросала неяркий свет, и я, прищурившись, огляделась. Да-а-а, господин Найри хорошо живет, даже в съемном доме не отказывает себе в удовольствии пить дорогой ариньяк и верфейское вино. Я небрежно взяла в руки бутылку, оказавшуюся почти пустой. Ясно, хозяин дома надрался вина и сейчас крепко спит. Отлично, то, что нам и нужно.

Мерцающее плетение продолжала пульсировать, окутывая сложным рисунком небольшую картину на стене… О, Небеса, как всё просто. Сейчас я найду механизм, открывающий сейф, и вопрос решен.

Так и получилось. Я нашла точку нажатия на картине, надавила, и одна ее сторона тихо отошла, открывая моему взору сейф, металлический, старинный, работы мастеров школы Вальцерри. Отличная вещь. Восемь ступеней защиты, скрытый магический механизм охраны, придется повозиться. Я вожделенно, с удовольствием потерла ладони, люблю свою работу, и приступила.

Мастера Вальцерри знали дело. Чтобы обойти их защиту и многочисленные обманки, я потратила чуть больше часа, прислушиваясь к тишине и периодически выглядывая в коридор. Ребята Флимма сказали, что у шулера приходящая прислуга. В доме он один, и сюрпризов на этот счет быть не должно.

В очередной раз выдохнув и почесав рукавом лоб, я предельно осторожно обошла последнюю ловушку и… Дверца сейфа бесшумно открылась. Вот он миг наслаждения, когда добыча охотника плывет ему в руки.

Сапфир, как падишах, возлежал на бархате в уютной коробочке и мерцал всеми гранями, отражая неведомые глубины, загадки и древние тайны. Мои пальцы дотронулись до камня, и я облегченно вздохнула. Он мой!

Да, я была в меру тщеславна, и если предположить, что камень принадлежит господину Найри законно, то мое самолюбие порадуют газетные заголовки о том, что совершена небывалая по своей наглости, смелости и изворотливости кража! Кража, достойная легенды! Кто этот смельчак? Мы хотим знать его имя!

- Ты прекрасен, и ты – мой, - прошептала я, не отрывая глаз от сапфира… А потом вдруг услышала чей-то глухой вздох. Внутри всё ухнуло. Я замерла и медленно повернула голову, чувствуя, как от страха задрожали ноги.

- Неправда, мисси, камень не ваш. Он мой.

- Хург волосатый! – Прошипела я и сделала резкий выпад к окну, на ходу опрокидывая стул и журнальный столик, чтобы преградить путь неизвестному, подловившему меня, но через несколько шагов почувствовала, как меня повело назад. Это была непреодолимая сила, намного крепче и мощнее, чем моя. Меня точно мячик откинуло в сторону темной фигуры, вышедшей из-за шкафа. Глупая! Не проверила комнату. Я затряслась. Это провал. Такая сила может быть у королевской полиции.

- Не поминайте всуе исчадие ада. А камень – мой, милая мисси… И вы теперь тоже – моя.

- Кто вы? – С дрожью в голосе спросила я. Темная фигура вышла в полоску света луны и я испугалась еще больше. Это был не господин Найри.

- Хозяин камня. А вот кто вы? Авантюристка, или банальная воровка? Хотя, нет, простая воровка не доберется до камня, окруженного потайными охранками. Вы не простая… Но, всё же, воровка, - у него был едкий смех.

- Отпустите меня. Возьмите камень, - я протянула ему сапфир. Да, это был мой провал, но лучше пусть меня отругает Флимм, чем я окажусь в железной клетке, а потом на каторге.

Он забрал камень.

- Не могу, - просто, даже как-то душевно ответил он. В этот момент луна выплыла из-за тучки, и я разглядела своего тюремщика, привязавшего к себе неизвестной мне силой. Высокий, выше господина Найри, темноволосый, и со строгим, правильным лицом, на котором выделялись странные печальные глаза. Наверное, он очень нравится женщинам, было в нем что-то завораживающее и привлекательное. Но разве сейчас меня это интересовало? Мне бы ноги унести.

- Почему? Я же вернула камень. Господин, пожалейте. Я погибну на каторге.

В глазах незнакомца промелькнуло удивление, он хмыкнул и скривился.

- Не бойся, я не отдам тебя полицейским.

- Тогда… Что вам от меня надо? – Я отстранилась, отойдя на шаг.

- В тебе таится большой талант. И мне нужен этот талант.

- Не говорите загадками, - в голове пронеслись страшные мысли. А если он маньяк, заманивающий девушек в такие съемные дома, а потом убивает их? Или он черный колдун? Силы-то в нем немерено! Мне не справиться.

- Хорошо. Тебя ведь зовут Ева?

- Откуда вы знаете?... Или это господин Найри сказал?

- Да, он. Вы следили за ним. А мы следили за вами, - он опять улыбнулся.

- Как вы поняли? Я всегда в маске.

- Поняли, Ева, поняли, и твоя маска для меня не проблема. Ладно, давай поговорим серьезно.

- Давайте, - согласилась я, опять отступая от него на шаг.

- Посмотри на меня. Внимательно. Очень внимательно посмотри. Не торопись… Так внимательно, словно от этого зависит твоя жизнь. И это не далеко от истины. Если ты не отгадаешь моей загадки, то имеешь шанс оказаться на каторге, - его голос изменился. Пропали простота и спокойствие. Теперь он говорил жестко, принуждая и приказывая. – Смотри своим даром, мерцающей силой.

Он сам отступил на шаг и освобождено выдохнул. Раскрылся.

Я напряженно замерла, переключая взгляд на мерцающее плетение. Читать раскрытого мага не так сложно, по крайней мере, с моим талантом, и я углубилась в нити дара этого человека.

Они были крепки, наполнены силой, пульсирующей, точно сердце быка. Пожалуй, в классификации магов, этот человек имеет высший, золотой знак… И я такую силу видела впервые.

Но, стоп. Он сказал смотреть внимательней, не торопиться, и отгадать его загадку… Даже самой стало интересно, что за загадку он скрывает?... Впрочем, нет, не интересно, лишь бы не каторга.

Я усилила импульс, и мой взгляд проник на такую глубину, где видны самые скрытые тайны дара. И здесь меня ждал сюрприз. Над его головой, в области астро-эрго, в точке смыкания всех нитей, плавала какая-то жуткая жуть, иначе и не скажешь. Нечто, похожее на огромного паука. Я нахмурилась, потрясла головой, опять вгляделась, но жуткая жуть никуда не исчезла.

- Это что за гадость?

- Где? – Сосредоточенно спросил он.

- В области астро-эрго. Что-то похожее на паука. И от него плывут нити. Черные, смыкающие ваши флюиды на болевых точках тела.

- Ты это ясно видишь?

- Как вас самого.

- Отлично.

- Что ж тут отличного? – Воскликнула я, но тут же замолчала, уткнувшись взглядом в пол. Мне-то какое дело. Незнакомец посмотрел на меня, даже удивленно вскинул бровь, немного подумал, и сказал.

- У меня для тебя деловое предложение.

Я подняла голову и уставилась на него. Несколько секунд мы молча буравили друг друга глазами, точно медведь и рысь перед схваткой, или пустынный хург, плюющий ядовитой слюной и болотная ведьма с горящим на ладони смертельным заклятием… Я, конечно, преувеличиваю, но все же, напряжение между нами было такое, что хоть мечом руби.

- Что за предложение? – Спросила я.

- Заинтересовал?

- А что, есть выбор?

- Нет, ты лишена выбора. Но я сказал – предложение деловое, а это значит, у тебя будет интерес. Если ты поможешь мне, то я исполню любое твое желание. Какое захочешь. Это может быть покупка усадьбы, дома в столице. Да всё, что угодно. Баронский титул, ожерелье из аштарханских алмазов, вы, девочки это любите. Так как, ты согласна?

Я не на шутку задумалась. А он не обманывает меня?

- Заключим магический договор, - точно прочитал мои мысли незнакомец.

- Может случиться так, что моих сил не хватит для исполнения договора.

- Хватит, не волнуйся. Ты видишь главное, а остальное смогут довершить другие.

И до меня начало доходить, что от меня хочет этот надменный человек, который сейчас держит меня на магической привязи. Дело в этой жуткой жути.

- В конце концов, я подарю тебе этот сапфир. Ты же знаешь, какова его цена, - продолжил искушать меня он. – Даю слово.

- Хорошо, я согласна, - сказала я, и едва не рассмеялась. Я в полной власти этого незнакомца. При желании, он сможет прихлопнуть меня как муху, закопать в лесу, и никто обо мне уже не услышит.

А он обставил всё так, словно я сама захотела эту сделку! Смех на тарелочке.

- Тогда, говори свое желание, и заключаем договор.

Я задумалась, грустно усмехнулась.

- Нет, свое желание я скажу потом, что-то мне подсказывает, что у меня есть время подумать.

- Хорошо, - легко согласился он. – Тогда, вперед… Извини, но тебе нужно поспать.

- Что?!

Я не успела среагировать, как на лоб легла его тяжелая ладонь, придавила, и мое сознание мягко уплыло в далекие дали, только успела почувствовать, как меня поднимают на руки… И всё.

Глава 4

Маг Тальмер осторожно выглянул из засады, его взгляд привычно сфокусировался на окнах.

- Что-то она долго, - прозвучал голос за его спиной.

- Не торопись, Клайв, - бодро ответил маг, хотя, на душе закопошилась тревога. Пора бы Еве завершить свое дело. Успокаивало то, что дом по-прежнему безмолвствовал. Ни шума, ни шорохов, ни голосов.

Они вновь присели на бревно, торчащее в проулке, где они прятались.

- Подождем еще немного, - словно успокаивая самого себя, сказал Тальмер и вытащил карманные часы. Три часа. Ее нет уже три часа. Такого никогда не было. Обычно, девочка работала быстрее.

Клайв, напарник Евы неодобрительно покачал головой, но не стал возражать. Тальмер, в иерархии банды дяди Флимма, стоит выше, чем он.

Прошел еще час. Маг, тихо костеря свою ученицу, наконец, не выдержал.

- Идем.

Они бесшумно пересекли улицу, открыли калитку дома, по-прежнему стоявшего в полной тишине. Пробежали дорожку и обошли вокруг. Без труда нашли окно, через которое Ева пробралась внутрь, и таким же образом оказались на кухне.

- Куда идти? - спосил Клайв. Тальмер мрачно огляделся. Он, как маг мерцающих нитей, не чувствовал Евы. Плохо. Но говорить ничего не стал. Предположительно, камень должен находиться в кабинете или спальной хозяина, поэтому поднялись на второй этаж. И там увидели распахнутую дверь неизвестной комнаты. Как и предположил маг, это был кабинет. И открытый сейф. И разбросанные стулья. И опрокинутый столик с разбросанными вокруг бутылками и бокалами.

- Хург копченый, - растерянно прошептал Клайв.

- Обходим все комнаты, - решительно приказал Тальмер, и в его руке сверкнул появившийся словно из воздуха кинжал.

Маг ничего не сказал Клайву о том, что подсказал его нюх, его магическая чуйка. А догадка была страшной. Он даже остановился и непроизвольно почесал жуткий шрам на своей щеке. Его магия почувствовала отголоски флюидов рода Маргоров, королевского рода, и в душе всколыхнулась застарелая боль – оскорбление, нанесенное ему отпрыском короля, клеймо предателя, драка и бой, в котором ему нанесли рану, но и он продырявил наглеца… Прошли годы, он оказался в банде. И это вместо той жизни, которую он планировал: карьера, семья, продвижение по службе.

Тальмер тряхнул головой, наверное, сегодня вечером он выпил слишком много кислятины, которую трактирщик Стаф называет вином, иначе с чего ему чувствовать то, чего здесь быть не может.

Они с Клайвом заглянули во все комнаты, перерыли шкафы, взломали закрытые кладовые, добрались до подвала. Но Евы нигде не было.

- Не могла она сбежать, - тихо бормотал Клайв, не веря в возможность напарницы просто исчезнуть. Хотя, можно не сомневаться, такие мысли возникнут кое у кого из банды.

- Ее украли. Я знаю Еву, и ручаюсь за нее, - хмуро сказал маг. – Идем, нам здесь делать нечего.

- Что скажем шефу?

- Как есть, так и скажем.

И две темные тени тихо выскользнули на улицу, а оттуда быстро добрались до перекрестка, где на углу их всю ночь ждала крытая повозка.

*

Надо мной зависла корявая морда палача. Его лицо, изъеденное прыщами, блестело от факела на стене. Вокруг стояла тьма, и мои глаза видели только маленький кусочек освещенного места, где я висела на цепях.

- Где схрон дяди Флимма? Ева, ты уже заработала каторгу, но если мы не услышим ответы на наши вопросы, то пойдешь на плаху, - голос прозвучал из темноты.

- Я не знаю, - еле проговорила я. Мои губы спеклись от крови. Я провела языком и болезненно простонала, задев рану.

- Знаешь, детка, знаешь, только упорно защищаешь своего хозяина. А где твой хозяин? В бегах. А где ты? В темнице особого отдела по делам магии. Сколько на твоей совести украденных артефактов? А драгоценностей?... Где схрон, паршивка?! – Надо мной склонился второй мучитель, вышедший из тени подземелья. Его лицо было совершенно невыразительным, но костюм, вернее, накидка… Я почувствовала, как пробивает дрожь. Знак коллегии по делам магии. Когда-то их называли инквизицией.

Человек скривился, прищурил глаза и вдруг с размаху ударил по лицу. Резкая боль пробила глаза. Я вскрикнула, дернулась… И проснулась! Хург, это всего лишь сон!

Солнце слепило так, что я со стоном закрутила головой. Приподнялась на локтях. И увидела склонившегося надо мной человека.

- Мисси Ева, вы стонали, выпейте, это просто вода, - господин Найри собственной персоной. Во плоти, и с участливой улыбкой на лице. В руке – стакан с водой, а в глазах – теплота заботливой нянюшки.

- Где я, господин Найри?

- В доме графа Вартена. А мое имя Фил Фарик, к вашим услугам.

- Идите вы со своими услугами, - пробурчала я, и с болью сглотнула. Да, водичка не помешает. Я выдернула из его рук стакан и залпом выпила. – Как я здесь оказалась?

- Вы ничего не помните? Сапфир, дом на Рябиновой улице в районе Рябинового озера…

- Я помню, что хотела вас ограбить, пробралась в дом, открыла сейф, вытащила сапфир, - грубо прервала его и села на кровать. На огромную кровать работы мастеров дома Пьеццо. Итландская мебель – это всегда маленький шедевр, как и комод с расписными дверцами у стены, и два кресла в углу у окна. – Но почему-то не помню, что было дальше. Не подскажете, почему?

- Его светлость погрузил вас в дремотное облако и привез к себе домой.

- А-а, понятно, - язвительно ответила я. Огляделась. Шкаф по другую сторону от кровати стоял приоткрытым, и на его дверце висело платье.

- А вот и ваш наряд. Видите ли, граф подумал, что вам удобней будет находиться в его доме в качестве лекарки, поэтому, для вас было заказано несколько форменных нарядов.

- Что вы говорите?! – Преувеличенно воскликнула я. – Интересно, и когда его светлость успел заказать мне платья?

- Да неделю назад, когда… Когда он принял решение, что вы станете гостьей его дома.

Вот это сюрприз! Вот это новость! То есть, я ни слухом ни духом, а его светлость уже составил план, как заполучить меня к себе в дом!... Стоп.

Я вдруг кое-что вспомнила из вчерашнего вечера. Его требование, чтобы я посмотрела на его магическую картинку дара. А еще вспомнила жуть жуткую, вьющую щупальцами в центре его астро-эрго. И договор, к которому меня вынудили угрозами. Именно так, угрозами, и никак иначе. Поэтому, совесть моя чиста. До свиданьице вам, ваша светлость, а мне нужно возвращаться домой. Меня лавка ждет, и дядюшка Флимм.

Я вскочила с кровати.

- Не подскажете, уважаемый, где здесь выход? Только не советую удерживать и останавливать. Дар у вас скромненький, прямо скажем, некудышный, так, что…

Я решительно направилась к двери. В последний раз оглянулась на господина Найри, или как его там, Фарика, и хмыкнула. На лице молодого мужчины читалось искреннее недоумение и какая-то непонятная мне недосказанность. Хочет что-то сказать человек, прямо язык чешется, но стесняется. Только руками развел. Ну и хург волосатый с ним.

В коридоре никого не было, только двери. Да-а, в таком особняке и потеряться можно, неплохо живет граф Вартен. Я быстро нашла лестницу. Мраморную, широкую. Наверное, в королевском дворце такая же стоит. И стены в шелковой драпировке, и подсвечники золоченые. Хорошо бы в такой дом заглянуть темной ночью, зная, что хозяин в отлучке. Но нет, лучше даже не мечтать. Последствия будут такие, что запомню надолго.

В холле увидела еще человека. Наверное, дворецкий, в черной тройке, белой рубахе и новомодной бабочке. Сделав непроницаемое лицо, я направилась к входной двери. Пусть только попробует удержать. Одного взгляда хватило, чтобы понять – у бедненького и грамма магии за душой нет. Куда ему со мной тягаться. Он и не удерживал, только слегка поклонился, когда я пролетела мимо него, и равнодушно уставился куда-то вдаль, точно забыв обо мне. Странно.

Причину странностей я поняла, когда подошла к двери… Никогда не забуду… Только я дотронулась до ручки, как неизвестная мне сила ураганом снесла в сторону, прямо на диванчик, стоявший у колонны большого холла.

- Хург! Что это значит?! Я вас спрашиваю, - развернулась я к дворецкому.

- Не могу знать, госпожа, - вежливо ответил слуга и отвел взгляд.

Я встала с диванчика и вновь направилась к входной двери. Теперь уже не так решительно. Подошла к двери, дотронулась до ручки… Да лешего тебе на голову, ваша светлость! Меня опять сорвало с места и откинуло на добрых пять или шесть ярдов, приземлив на диванчик.

С лестницы неторопливо спускался господин Найри, или как там его.

- Эй, может, вы объясните, что это значит? – Крикнула я ему через весь холл. Он неловко пожал плечами, и отчего-то мне показалось, что излишне театрально. Смеется? Можно не сомневаться, смеется.

- Простите, госпожа, но в этом доме все приказы отдаются его светлостью. К вечеру он появится, и вы спросите у него – что это значит. А сейчас прошу в столовую, вас ждет чудесный обед.

Я просидела в гостиной до позднего вечера. Дворецкий вежливо предложил проводить меня в комнату, где по его заверению мне предстояло жить… Какая самоуверенность! Комната, где мне предстояло жить! Но я осталась здесь, в большой комнате с красивой старинной мебелью и большими окнами, выходящими в сад.

Господин Найри, или как его там, тоже вежливо настаивал, чтобы я входила в ритм жизни усадьбы под названием «Дубовый Рог».

Я же молчала. Всё, что со мной произошло, тянуло на катастрофу. Мое вынужденное согласие на непонятную сделку, суть которой я плохо понимала, считала для себя фикцией. Мало ли что я сказала… Сказала под натиском жестких обстоятельств и магии.

Но чашку кофе все же выпила.

Когда солнце окончательно опустилось за высокие деревья сада, которые виднелись из окна, приехал хозяин дома. Сквозь просвет между колонн я наблюдала, как он разговаривал с дворецким, отдал какие-то распоряжения и направился в гостиную. Внутри меня тихо заныла тревога. Подозреваю, слуга нажаловался на меня, и следующий разговор у этого респектабельного вида мужчины, полного загадок, будет со мной.

- Мисса, доброго вечера, - бросил он мне, не глядя, и вольно развалился в кресле. Потом холодно посмотрел на меня. – Не хочешь отужинать? Мне сказали, что ты отказалась от обеда.

Я отвернулась к окну, промолчав.

- Будем молчать? Ева, мы же договорились. Более того, заключили сделку.

- Я не заключала с вами никакой сделки, вы вынудили меня, а проще говоря, украли.

- Не убедительно, ты согласилась на магический договор...

- Который не состоялся, - язвительно произнесла я, позволив ехидную улыбку.

- Ничего страшного, - пожал плечами он. Без тени стыда, что обманом и силой притащил в свой дом. – У нас есть время, хоть сейчас, только поужинаем.

- Вы понимаете, граф Вартен, что это преступление? Как бы вы не выкручивались, но вы меня украли! Это… подло! Или считаете, что вам можно всё? – Я гордо вскинула голову, прямо посмотрела ему в глаза. И удивленно моргнула. Этот человек смотрел на меня весело, с задором, точно сидел в ложе театра и наслаждался спектаклем. Осталось услышать от него аплодисменты.

- Ева, - мое имя прозвучало мягко, вкрадчиво, но со скрытой угрозой. – Я поймал тебя на воровстве. Ты забралась в дом, который арендовал мой друг, и украла из сейфа вещь, принадлежащую мне. За это полагается каторга.

Меня окатило дрожью и страхом. Этот человек – монстр, и погубить ему меня – только шевельнуть пальцем.

- Что вам надо от меня?

- Ты знаешь. У тебя редкая способность видеть то, что не могут другие. Я искал такой талант многие годы. И не только я искал. Другие тоже… Может быть оно и лучше, что мы встретились только сейчас, - слова прозвучали тихо и явно с каким-то неизвестным мне подтекстом. Граф нахмурился и вдруг сжал колено, скривив губы. – Ладно, Ева, выбирай, или ужин, или каторга. Я хочу есть.

Да-а-а, этот человек умеет ставить условия.

- Я могу переодеться?

- Конечно.

За окном моей комнаты сгустились плотные сумерки. Я села на кровать, задумалась, вздохнула.

- Вот ты, Ева, попала, - сказала сама себе. – С другой стороны. А что тут думать? Надо выполнять его условия. Иначе… Где там наше платье?

Их было несколько, причем, совершенно одинаковых. Я вздохнула и переоделась. Оглядела себя в напольном зеркале. Что ж, неплохо, мягкий шелк свободно облегал фигуру, струился волнами, а маленький белый воротничок придавал благообразный вид скромницы. Только маленький лекарский вензель на груди смущал. Законно ли это? У меня нет ни образования, ни лицензии. Зачем этот обман? Очередной обман.

Внизу, у лестницы меня ждал дворецкий. Он проводил до столовой, где уже был накрыт стол. Я заметила, как Вартен выпил залпом один бокал вина, тут же схватил графин и налил еще один.

- Не обращай внимания, - хрипло сказал он, заметив мой взгляд. – Присаживайся. Дорн, у миссы пустая тарелка.

Я осторожно перевела взгляд с хозяина на слугу. Лицо дворецкого было отстраненно спокойным, что видимо означало, что ситуация обычная. Просто граф – пьяница. И в подтверждении этого, Вартен налил себе третий бокал.

Мы молча отужинали. Уткой по-монастырски, супом с тефтелями по-верзенски, грибным салатом, паштетами – гусиным и телячьим, мясом ягненка, десертом с клубникой… Было до неприличия вкусно и дорого. Если меня и дальше будут так кормить, то, может, не всё так плохо.

Я разглядела его внимательней. Холодный взгляд делал его лицо неприветливым, а редкая улыбка только подчеркивала надменность. Острый взгляд, в каждом движении ледяная вежливость. Еще бы, вельможа, граф – и я, та, которую он без сомнений окрестил воровкой. Я никогда не страдала от сознания того, чем занимаюсь в банде дядюшки Флимма, но сейчас впервые почувствовала укол самолюбия.

- Идем в мой кабинет, - сказал он, отложив салфетку. Я с интересом бросила взгляд на его походку, ожидая, что после столь обильных возлияний, его придется поддерживать, но ошиблась. Шаг был тверд, точно в графине, который он опустошил, плескалась водичка, а не вино.

Кабинет был огромен. Скорее, это пространство можно назвать залом. Холодным, строгим, неприветливым, как и его хозяин.

У большого письменного стола граф остановился, открыл крышку красивой резной шкатулки, и вокруг разлилась негромкая музыка, а внутри затанцевала пара игрушечных влюбленных пастушков: девушки в короткой пушистой юбке чуть ниже колена и в белой блузке и парня в деревенской одежде. Музыка, звучавшая изнутри механизма, была знакома. Я напрягла память и вспомнила, что это детская песенка о хвастунишке-соловье, который так любил себя и свое пение, что однажды сорвал голос. Мораль – не хвастай, и будь скромней.

- Ну, что, приступим? Ты выбрала желание? Подумала? – Он подошел ближе и провел пальцем по моей щеке. – Ева, ты красивая. Могу найти тебе богатого и приличного жениха.

Я вспыхнула и резко отстранилась.

- Не надо… Себе найдите невесту.

Граф весело засмеялся.

- Ершистая. Хотя, с твоей профессией, это нормально.

- Оставьте в покое мою профессию. У меня лавка, мое имя записано в торговом реестре. Так, что…

- А по ночам ты отправляешься исполнять поручения дядюшки Флимма.

Я не ответила. Меня отчего-то зацепили его слова. Сильно зацепили, в груди поднялась обида, и я хотела сказать уже какую-то грубость, но с трудом себя сдержала.

- Не ваше дело.

- Не моё, - согласился он, и прозвучало это так равнодушно, так безразлично, что стало вдвойне обидно. Еще и эта песенка, которую я слышала в детстве, в веселом доме, где жила моя приемная мать Клотильда… И тут у меня родилась идея. Даже не знаю, откуда взялась эта сумасшедшая мысль. Но если и есть такое желание, с которым этот напыщенный аристократ не справится, то только оно.

- А если вы не справитесь? Как будете рассчитываться со мной? Магическая клятва потребует исполнения, и в противном случае…

- Говори, - с усмешкой, язвительно прервал граф. – Как-нибудь да справлюсь.

- Хорошо, - расплылась я в улыбке. В злой улыбке. – Навряд ли вы знаете, что господин Фловир, чью фамилию я ношу – не мой отец. Я – приемная дочь торговца.

Вартен удивленно поднял бровь.

- Действительно, я этого не знал. Слушаю тебя дальше.

- Меня нашли в заброшенном хлеву, в городке Старые Кривки недалеко от Меллинга. Я лежала в соломе, завернутая в пеленку, и всё, что было на мне – это распашонка. Пеленка не сохранилась, а распашонку я храню. На память о том, как меня выбросили… Да, еще моя приемная мать говорила, что рядом со мной лежала собака, которая грела меня. Спасибо животинке, без нее я бы околела. Так вот, господин граф, мое желание – найти родителей, которые оставили меня в хлеву. Какого они рода, какой фамилии. Кто бы они ни были, я хочу знать.

На мгновение я заметила в глазах Вартена растерянность, но через секунду она исчезла. Он нахмурился, задумчиво уставился в огромное окно кабинета, и кивнул.

- Хорошо. Я принимаю твое желание. Вначале расскажи о распашонке и где она.

- У меня дома. Но навряд ли вас туда пустят, - ухмыльнулась я. – Придется мне самой ее забирать.

- Надеешься, что сбежишь? Зря. Поверь, я найду способ найти вещь в твоем доме, только чтобы не усложнять наше дело, подробно расскажи, где она лежит. И нет проблем.

- Как скажете, - устало скривила я губы и объяснила, где искать нужную ему вещь в моем доме. Она хранилась в старом сундуке, что стоял в коридоре на втором этаже, рядом с моей комнатой.

- А еще расскажи, как ты жила в Старых Кривках.

- Зачем? – Я возмущенно дернула головой. – Мое детство не поможет в поиске. Я жила среди чужих людей, которые ничего обо мне не знали.

- И всё же. Я должен знать всё.

В душе закопошилась тревога. Я не учла, что моё желание может привести к этому факту моей жизни. Если он докопается до правды, до той правды, что я убила хозяина веселого дома, то кража фиронского сапфира покажется детской шалостью. Как бы на виселице не оказаться.

- Я отказываюсь об этом рассказывать. Не ваше дело, - твердо ответила я.

Граф улыбнулся.

- Хорошо, - ответил он. Но что-то мне в его голосе не понравилось. Он мягко дотронулся до моей руки. – Начнем обряд. Ты когда-нибудь совершала его?

- Нет, - хрипло ответила я, потому, что его глаза вдруг накрылись легким глянцем, странной поволокой, окутывающей меня. По телу пробежала легкая дрожь, сердце замерло, а его пальцы, сжавшие мою ладонь, стали горячими.

- Не бойся. Я знаю, что делать.

- Откуда? – Невольно спросила я, вместо того, чтобы молчать. Тепло, окутавшее меня, должно было мне подсказать, что сейчас на меня воздействуют, и чем это кончится – непонятно. – Магические договоры заключают маги с золотым допуском силы. Или нотариусы, или судьи.

- Какая ты осведомленная, - усмехнулся мужчина, продолжающий смотреть на меня, точно облизывающийся тигр. – Правильно говоришь. Но мы с тобой не пойдем к нотариусу, сами справимся.

- У вас золотой допуск?

- Догадливая.

Вспыхнувшая между нами золотая печать заставила его сделать шаг назад, но мою ладонь он не отпустил. С его лица сошла улыбка, глаза прищурились.

- Повторяй за мной. Только не ошибись, и всё будет хорошо.

Как скажете, граф…

Если вы так считаете…

После обряда он проводил меня до спальной. В голове крутились слова клятвы, которые дал граф Вартен, и мои слова, что в ответ на свое желание я обязуюсь помочь ему. Что сохраню его тайну до гроба – как и он мою, и исполню данную клятву.

Я легла в постель, но сон не шел. В груди копошились страхи. А если этот человек начнет докапываться до моей тайны?... Да-да, магическая клятва, я помню. Только, как оказалось, он маг золотого уровня, и ему не составит труда найти способ испортить мне жизнь, если вдруг я не справлюсь с той задачей, что мне предстоит выполнить.

Глава 5

Утром меня никто не разбудил. Когда проснулась, в окно ярко светило солнце. Я вскочила, быстро забежала в ванную, потом оделась и спустилась вниз, где тут же встретила дворецкого.

- Его светлости не будет весь день. Он порекомендовал вам пройтись по дому, а так же, если вам интересно, прогуляться по саду. Но вначале позавтракать, - передал указания графа Дорн.

Я удивленно замерла. Что слышат мои уши! Мне можно в сад?!

- А как же магический запрет выходить из дома? – Спросила я, осторожно наблюдая за дворецким.

- Мисса, ничего не знаю о запрете, и я только передаю указания его светлости.

Вот оно что, оказывается, он ничего не знает. Хитрый жук. Я вскинула подбородком и направилась в столовую.

Сад, в который я вышла спустя некоторое время, поразил. Если честно, удивилась до детского восторга тому, как здесь всё цвело и произрастало. Мне неоткуда было знать о диковинных заморских деревьях, увитых гроздьями цветов, о раскидистых метелках низкорослых пальвинских кипарисов, или о стручковых зарослях южного кустарника афелья из далекого Варистана. Разве что видела на картинках и читала о них в энциклопедии, что хранилась в библиотеке гимназии для девочек, да и только.

Я долго бродила по чудному саду, вдыхала ароматы и думала. Было о чем. Магическая задача, которую поставил передо мной граф, сейчас казалась невыполнимой. Я никогда не работала с флюидами, исходящими от человека. Только с предметами. В теории кое-что знала, но вот на практике…

Свернув по дорожке, я заметила сквозь ветви и листву легкое строение в стиле древнейших времен, с колоннами, увитыми лепниной и огромными окнами в пол. Края высокой крыши загибались волной, а по центру взвился шпиль. Я застыла от красоты, даже проморгалась и вгляделась сквозь чистые стекла. И разочарованно вздохнула. Внутри оказалась оранжерея. Только и всего. Но это здание следовало рассмотреть внимательней, оно прекрасно.

Я обошла оранжерею, пытаясь найди вход, как вдруг кое-что заметила. Та-а-ак, осмотр достопримечательности подождет. Вдалеке, ярдах в двухсот от того места, где я стояла, виднелся забор, огораживающий сад, а по другую сторону от него бегали какие-то дети. Там за забором – свобода! За забором – заросли вастонской фиалки. Для многих – простой сорняк с мелкими цветками бледного голубого цвета, а для хорошей ведьмы – верная помощница. Я, конечно, не ведьма, но кое-что из их арсенала знаю.

Быстро оглянувшись, пробежала по тропинке в сторону просвета. Их было трое. Одна девчонка и два пацана лет десяти. Рядом с забором рос вишневый кустарник с богатым урожаем. Кисти тянуло к земле от тяжести налитых ягод. Ребятишки, облизываясь, тянули руки сквозь решетки, пытаясь поймать добычу, но куст стоял чуть поодаль и словно в насмешку ронял спелые вишенки на землю. На кося, выкуси.

- Эй… да стойте! Я же хочу вас угостить! Честно! – Проорала я, видя, как дали дёру мальчишки, увидев меня, только девчонка, от страха, замерла. Еще не хватало, чтобы план сорвался. – Мне же собирать эти ягоды до ночи, а так скажу, что птицы склевали.

Мой жалобный голос подействовал. Пацаны остановились.

- Честно? – Задиристо спросил тот, что был покрупнее.

- Да чтобы мне провалиться! – От души поклялась я. – Только машь на машь, вы мне, я вам.

Задиристый пацан вскинул подбородок и неторопливо подошел к забору.

- Ну? И что ты хочешь?

Я по-простецки скривила лицо.

- Понимаешь, тетка у меня болеет, а дядька колдует. Вот и посоветовал он тетке нарвать фиалки, во-о-он той, видишь?

- Ну, вижу, - хлопнул глазами парнишка.

- Так вот, ты мне нарви три охапки, только с корешками, а иначе наш уговор не в силе. Понял?

- И всё?! – Хором, в голос воскликнула бравая троица.

- Всё, - я печально вздохнула. – Видите ли, мне вчера цирюльница ладошки полечила особым иноземным отваром, чтобы ручки были белые да мягкие, а я теперь траву для тетки полезу собирать? Ну уж нет. Я целых две монетки за работу отдала. А с другой стороны, жалко тетку, болезная она.

Пацаны понимающе закивали.

- Ну-у, если так… А не обманешь?

- Да поклялась я!

И трое ребят ринулись в заросли травы, отбирая фиалку от сорняков.

- Только с корешками, а иначе, самим себе венки плести будете.

Через полчаса, с другой стороны забора, стояли чумазые дети с охапками того, что возможно меня спасет.

- Давай сюда, - сказала я девчонке. Она отдала свою кучку, и я помогла ей перемахнуть через забор. Потом перепрыгнули остальные.

- Только быстрей, пока садовник не заметил, - поторопила я малышню.

В ход пошло всё, что у ребятишек было – лукошко, платок девчонки, рубахи пацанов. Я только головой качала, как же сладка дармовщинка. Ну и ладно, мне разве жалко чужого добра? Да ни капельки, пусть хоть штаны снимут и набьют их ягодой.

- Ну что, собрали?

- Пожалуй, хватит, - довольно закивали ребята. – Пойдем мы.

- Ну, давайте, бегите, - я помахала им рукой, когда они с добычей перемахнули через забор. Теперь стояла задача – совершить то, что я задумала.

Вастонская фиалка, по легенде, исполняет желание того, кто ей поклонится в ножки и ласково попросит. Ведьмы знают специальные слова, но формула просьбы и насыщение слов флюидами, у многих магических течений одна. На это и была моя надежда, а еще я знала одно заклинание древлян и чародеев – поспособствовать удаче. В общем, в душе родилась надежда. Магическая клятва, данная графу Вартену, терзала меня, разливаясь в душе страхом и паникой. Но жуть жуткая, засевшая над его головой, пугала сильнее самого графа. А если не справлюсь, и эта жуть перепрыгнет на меня?... Всё может быть.

Для ритуала нужно сплести косицу, обязательно из целых, с корнями, цветков. Чем длинней, тем лучше, потому, что понадобиться сделать три узла. Наговоры читаются на каждый узел. И я принялась за работу.

Провозилась больше часа, а потом спрятала косицу под кустом одичавшей розы на краю сада, куда, как мне показалось, садовник заглядывал не так часто, как хотелось бы. Сполоснула руки у фонтана и вернулась в дом.

*

Дверь двухэтажного домика на задворках пригорода столицы, задребезжала от крепкого удара. Казалось, что еще один такой удар по рассохшимся доскам, и дверь развалится. Граф Вартен еле сдержал раздражение, старуха не торопилась открывать. Наконец, послышались шаги.

- Какого лешего… - голос прозвучал глухо, точно из подвала. Старые петли заскрипели, и недовольный гость увидел седые космы ведьмы. – Явился.

Ведьме не было дела до высокого статуса гостя, до его силы и кулаков. Она уже была слишком стара, чтобы чего-то бояться. Окинув графа пронзительным взглядом, распахнула дверь и, не сказав больше ни слова, потопала внутрь своей хибары. Вартен последовал за ней.

- О чем спросить хотел? – Ее черные, бездонные глаза смотрели с ледяным холодом. Даже такому сильному магу, каким был граф, иногда казалось, что в ее взгляде больше силы, чем у самого крепкого боевика из королевской охраны.

Он пошарил в сюртуке и вытащил гребень. Это был гребень Евы, который он снял с ее головы, когда принес спящую в свой дом.

- Посмотри, - он протянул вещицу ведьме.

Старухе не торопилась. Положила гребень перед собой на стол и застыла, уставившись в пространство невидящим взглядом. А потом вдруг закачалась и тихо завыла. То ли песню запела, то ли заплакала, не поймешь. И такой ужас в душе поднялся от ее воя, что Вартен еле сдержался, чтобы не остановить старуху. Не понимал он ведьминские ритуалы.

Потом она замолчала, выдохнула и посмотрела прямо в глаза, окатив холодом.

- Есть у меня надежда?

Старуха опустила голову, продолжая молчать. Граф не торопил, знал, что с Фирухой – так звали ведьму, – нужно играть по ее правилам. Если хочешь результат.

- Есть… Только где прибудет, в другом месте убудет.

- Объясни, - раздраженно бросил мужчина.

- Вижу сумрак в ее будущем. И этот сумрак – от тебя.

- В ней магия, которая может мне помочь.

- И это вижу, но есть плохая сторона задуманного.

- Какая?

- Что она увидела в тебе? Вижу, что она что-то знает про тебя.

- Да, - не стал утаивать граф. – Астро-эрго, высшая точка, где концентрируется жизнь, и там – мое проклятие. Она назвала это жутью.

- О-о-о, какая славная девочка. Талантливая. Мне бы такую в помощницы.

Вартен ухмыльнулся.

- Навряд ли она согласится поселиться в твоей хибаре.

- Знаю, - старуха гаденько захихикала. – Знаю, что она не поселится в моей хибаре. Потому, что, скорее всего, ты ее убьешь.

Вартен вздрогнул.

- Что ты несешь.

- То и несу, что будет. Она не справится с проклятием. Видеть – видит, а осилить не сможет. И умрет. Да ладно, не пугайся. Есть один способ. Женись на ней. Магива жизни и семьи усмирит эту жуть.

- Магива? – Взволнованно переспросил граф.

- Богиня. Древняя, забытая… Но порой чудеса случаются.

- Что ты несешь, Фируха! – Грозно поднялся со стула граф и навис над старухой. – Что ты мелешь! Посмеяться решила?

- Да что ты, добрый граф, - без страха, с усмешкой сказала Фируха. – Кто посмеет смеяться над тобой? Ты хотел правду – вот тебе правда. Понял? Женишься, укрепишь веру Магивы, и возможно, оба справитесь с жутью… А возможно и нет. Но шанс есть.

Граф застыл, переваривая в голове услышанное.

- Иди, добрый граф, больше мне нечего тебе сказать. И денег не надо. Гребень только забери.

На улице, граф быстро подошел к своей коляске.

- Едем во дворец, - бросил он вознице. Запрыгнул внутрь, удобно устроился на мягком сиденье и, скрестив руки на груди, задумался.

Глава 6

Вечером, граф был сосредоточен и хмур. За ужином, мы не сказали друг другу ни слова. Он бросал на меня редкие взгляды и отворачивался, уткнувшись в тарелку, точно нашкодил. Хммм, странное поведение. А потом и вовсе ушел к себе в кабинет.

Я дождалась прихода дворецкого и спросила, где в доме библиотека. Дорн милостиво отвел меня на второй этаж и указал на дверь в конце коридора.

Во многих магических сборниках, по которым меня учил Тальмер, говорится, что вырваться из любой ловушки, созданной магом, лучше в тот момент, когда ваш захватчик находится в отдалении от вас. Логично. Но как это применимо к моему ведьминскому ритуалу? Сработает ли?

Наложение магической силы, и ведьминской ворожбы в одном букете. Вопрос вопросов.

Я не боялась, что граф обнаружит меня в библиотеке. Мне нужно готовиться к ритуалу изгнания жути жуткой. Он-то молчит и ничего не говорит, хотя обещал разработать поэтапный план, посоветоваться со знающими магами… Вот, вроде как, я и решила сама заняться этим.

Библиотека оказалась просторной, с двумя десятками стеллажей, набитых книгами. Были здесь и редкости и книги на неизвестных мне языках.

Я прошлась вдоль полок и сосредоточилась на поиске. Несколько книг мне показались любопытными, и я, устроившись на узком диванчике, начала их изучать. В одной из них были описаны техники отхода при окружении во время войн. А маги в любой битве – обязательные участники. Еще один сборник содержал ряд интересных заклинаний проникновений в ментальное пространство врага, другая книга была посвящена вельминским ритуалам. С нее я и начала.

Ушла из библиотеки далеко за полночь, решив забрать с собой кое-какие сборники. Надеюсь, в ближайшие дни никто этого не заметит. И, надо сказать, мои находки оказались весьма полезны. Вовремя я подумала о недостающих знаниях.

Лежа в постели, мысленно прощупала нить, которой связал меня Вартен. Она была крепка. Хург волосатый, а не граф! Чтоб тебя… С такой сильной привязкой, о побеге нечего было и думать. Оставался вариант уйти по тихому в тот момент, когда его не будет дома. И чем дальше он уедет по делам, тем лучше. А я в это время, проведу ритуал, ослабив нить, и убегу из поместья.

Прошло три дня, и ничего не изменилось, только сегодня вечером, когда я уже собралась спать, в комнату ввалился Вартен. Пьяный и злой. Он бесцеремонно прошелся по спальной и бухнулся в кресло.

- А ты красивая, - заявил он, исподлобья разглядывая меня.

- Это как-то относится к делу?

- Тебе говорили, что эта спальная была комнатой моей матери?

Я промолчала. Какое отношение этот факт имеет к моей истории? Он продолжил.

- Кровать, на которой она умерла, мой приемный отец выбросил, так, что, если ты брезгливая, то не волнуйся.

- Я не брезгливая, - решительно мотнула головой.

Он вздохнул. А я вдруг удивленно замерла. Приемный отец? У графа был приемный отец? Как и у меня? Тогда, кто настоящий его отец? Я присела на кровать, оказавшись напротив него.

- Извините, граф, а кто тогда ваш настоящий отец?

Он моргнул, потом изумленно выпучил глаза, и расхохотался.

- О, Небо! В этом королевстве, оказывается, есть кто-то, кто не знает историю моего рождения. Ева, ты чудо! Откуда ты взялась? Я, кстати, не нашел тебя в списках магических статусов, а у тебя очень редкая магия.

- Я найденыш, а вот вы…

Граф нахмурился, по его лицу пробежала нехорошая, злая усмешка.

- Хочешь знать, кто мой отец? Так вот, знай. Виларион Третий. Король всея Таргандии. А я – его бастард. И потомок королевского рода Маргоров. Незаконнорожденный потомок.

Я, без прикрас, натурально, открыла от удивления рот.

- Да ну-у-у!

- Вот тебе и да ну, - буркнул он, а потом вдруг скривился. Я заметила, как по его ноге пробежала дрожь, лицо графа исказилось гримасой боли, он застонал и вскрикнул.

- Хург! Позови Дорна!

Я выбежала в коридор.

Дорн, как всегда, когда у него не было работы, сидел на кухне, поедая булочки с вареньем и беседуя со старой кухаркой.

- Дорн, там граф! У меня в комнате! Быстрее!

Мы вдвоем понеслись назад ко мне в спальную. Граф по всей видимости, потерял сознание. Его тело скрутило, а изо рта капала пена. Было просто страшно смотреть, как его било от боли, выворачивая судорогой. И, кажется, он умирал, или мне так показалось от страха.

- Икша. Сейчас, - скупо воскликнул дворецкий и вылетел из моей комнаты. Я же еще больше выпучила глаза. Икша – запрещенный яд и одновременно наркотический опиат из Абинеи, вызывающий медленную смерть.

Не знаю, что подействовало на меня больше – скрюченный от боли граф, или факт, что сейчас его будут поить очень плохим лекарством. Я подлетела к креслу, опустилась на колени и схватила графа за колено, интуитивно чувствуя, что боль началась именно отсюда. Мой ментальный взор окунулся в картинку… И я резко отдернула руку, в страхе выпучив глаза. То, что я увидела, было щупальцем того, что висело в его астро-эрго.

Внезапно, в голове пронесся один факт из моей жизни, когда наша соседка, тетка Велиссия, едва не отдала душу Пустоши от удушья. Тогда, по наитию, или с помощью дара, я отодвинула ее смерть, направив луч своей магии на пятно, высветившееся на ментальной картинке.

Осторожно придвинувшись к графу, я направила свою ладонь на колено, собралась с духом. Выдохнула. Вздохнула и… И решительно ударила лучом магии по щупальцу. Тело графа сотряслось, словно от мощного магического удара… А через секунду он затих, судорога ушла, лицо успокоено расслабилось. Я быстро проверила пульс на его руке. Жив. Потом дотронулась до колена. Щупальца не было.

Ай да Ева! Я обессилено уселась на ковер, в ногах у своего похитителя. Кажется, я его спасла… И спрашивается, зачем?

В комнату влетел Дорн, держа в руках маленькую темную склянку.

- Не надо, - устало сказала я. – Всё в порядке.

Дорн неверяще подошел ближе, так же, как и я, проверил пульс. Граф спал.

- Как мисса это сделала?

- Да ладно, зови меня просто Ева, - покровительственно ответила я.

- Хорошо, Ева, как ты это сделала?

Я пожала плечами.

- Ударила магией.

На лице дворецкого отобразилось уважение и толика восхищения. Он покачал головой, а потом подошел ближе к креслу и с легкостью поднял граф, закинув его через плечо.

- Спокойной ночи, Ева, - как ни в чем не бывало, попрощался он, и ушел, неся хозяина, точно мешок с мукой. Вот и прекрасно.

Я легла спать, но разве можно уснуть после такого. Ворочалась, ворочалась, и пришла к решению, если завтра граф уедет из дома, то я убегу. Хватит с меня того, что произошло сегодня.

*

На следующий день, завтрак я провела в гордом одиночестве, хотя знала, что рано утром граф покинул усадьбу. Едва проснувшись, когда взошло солнце, услышала со двора разговоры, стук колес. Быстро поднялась и, прячась за штору, подглядела. Конюх о чем-то спорил с дворецким, а рядом стоял граф, лениво поигрывая тростью. Наконец, прислуга мирно договорилась, о чем уж они спорили, не знаю, и хозяин усадьбы прыгнул внутрь открытой коляски. Надо же, не похоже, что вчера он едва ноги не протянул. Живучий. Вот и прекрасно. Осталось узнать – надолго ли он уехал, и самой поторопиться на свободу.

- Как граф? – Спросила я, будто в неведении, что хозяина в доме нет. – Надеюсь, он сегодня сможет подняться с постели?

Дорн хитро прищурился и склонился над столом чуть ниже, чем следовало. Буквально над моим ухом.

- Граф чувствует себя прекрасно и с утра уехал в столицу.

Я изобразила полное изумление.

- Как так, уехал? Да он вчера чуть в Черную Пустошь на веки вечные не попал! Ему нужно отлежаться!

Дворецкий пожал плечами.

- Он такой. - Что хотел сказать этой фразой верный слуга графа, не знаю. И я не стала настаивать на объяснениях, только осуждающе покачала головой.

- Надеюсь, он ненадолго уехал?

- Как знать. У него дела во дворце.

Отлично! Воскликнула я. Конечно, мысленно.

Когда вернулась в комнату, быстро собрала узел из одежды. Впрочем, особо и нечего собирать, только мой рабочий костюм из штанов и рубахи, в котором меня украл граф. Кстати обнаружила в кармане несколько монет. Пригодятся.

У меня не было определенного плана, что делать, куда бежать. Появляться у дядюшки Флимма я не рискну. Еще неизвестно, что они подумали по-поводу моего загадочного исчезновения из дома на Рябиновой улице. А вдруг решили, что я такая неблагодарная, присвоила себе камушек и сбежала. С предателями в банде разговор недолгий, и потом на том свете буду доказывать, что не виноватая.

Вторая беда – у меня нет документов. Кто я? Ева Фловир, и если я объявлюсь под этим именем, то меня легко и с улыбочкой найдет и граф и Флимм. Так, что, нужно доставать фальшивые бумаги. Есть у меня некоторые соображения на этот счет, не зря я мерцающий маг.

И главный вопрос – как жить дальше. Опять всё с начала, с нуля. Опять прятаться, бояться шорохов и шелеста травы, мышиного писка, любого косого взгляда – а вдруг это шпион, который разыскивает меня по приказу графа или милого дядюшки-бандита.

На первом этаже, с другого конца крыла, едва доносился говорок дворецкого и горничной. Милая парочка что-то обсуждала, негромко посмеиваясь. Вот и хорошо.

В саду опять огляделась и быстро нашла кустарник, куда скинула узелок. Подхватила и бросилась со всех ног в дальний угол сада, где припрятана Я тревожно прислушалась. В коридоре стояла тишина. Дорн сейчас наверняка болтает с прислугой, потом уйдет на кухню, потом приляжет в гостиной – устал ведь, бедняжка. И у меня будет пара часов, когда никто не обратит внимания на мое отсутствие.

В коридоре еще раз прислушалась. Побежала к окну, выходящему в сад, открыла его и с силой забросила свой узелок подальше в кусты, а потом ровной походкой направилась к лестнице.

косица из фиалки, наговоренная и уже готовая к ведьминскому ритуалу.

Заговор и сам ритуал занял около часа, а вымотал так, будто я колдовала весь день до захода солнца. С лица капал пот, ноги дрожали от усталости, но, когда я завязала косицу на три узла вокруг перила решетки на ограде, то почувствовала, как магия притяжения, привязка графа угасает. Быстро перемахнула через забор, застыла на секунду и тихо потопала прочь.

Надо сказать, что привязка до конца не освобождала еще около мили. Я шла по лугу в сторону далекой деревеньки, или городка, неизвестного мне, и приходилось преодолевать невидимую силу, спутывающую ноги. Только чем дальше оставалась за спиной ненавистная усадьба, тем легче становился мой шаг. Так, что дорогой граф Вартен, прощайте. Посылаю вам привет с кисточкой и пожелания удачи. Век вас не забуду.

*

Богатые апартаменты стояли в полутьме, плотные шторы не пропускали света, и только свеча на низком столике озаряла уголок комнаты, где лежал больной.

- Недолго протянет, - раздался женский голос чуть поодаль от широкой кровати.

- Плохо, - ответил граф Вартен и недовольно повел плечами. – Почему на моем пути только препятствия?

- Не сердись, всё наладится, идем.

Они вышли в коридор, где их ждал лекарь.

- Миледи, - поклонился даме молодой маг, но та даже не посмотрела в его сторону. В отличие от нее, граф дружески кивнул целителю и пожал руку.

- Мы пойдем. Не отходи от него.

- Конечно, ваша светлость, я останусь с учителем.

Во дворе особняка, миледи, маркиза Элен Ривер, двоюродная сестра короля и тетка графа Вартена, махнула перчаткой вознице, и тот ловко спрыгнул с приступка, чтобы помочь госпоже забраться в карету. Уже внутри, когда экипаж тронулся с места, она заговорила.

- Жильбер окончательно свихнулся. Слышал о вчерашнем происшествии? Нет? Наш принц пошутил и выгнал из комнаты девиц, что приехали к балу. Дочерей барона Сарса, банкира из Ливерии.

- И что? – Непонимающе нахмурился Вартен.

Маркиза закатила глаза.

- Девицы были полуодеты, в панталонах и без сорочек.

Глаза графа распахнулись блюдцами.

- Он совсем…

- Он совсем, Даниэль. Совсем. Скандал на весь двор. Их отец немедленно нажаловался Вилариону, но тот только повеселился. И теперь, при неблагоприятных условиях, на случай войны, мы можем лишиться кредита от северных провинций. Барон Сарс постарается. Ох, ладно девицы, подумаешь, опозорил двух молоденьких девушек на всё королевство, так он позавчера подрался на дуэли с послом Варистана, едва до убийства не дошло. А причина думаешь какая?

- Какая?

- Наш принц обозвал его бараном. А на прошлой неделе подрался с генералом Филеном, нашим героем. Тот, понятное дело, поддался его высочеству, и был ранен в руку. И это еще не самое страшное. В королевском саду опять найдет труп. Королевский дознаватель проверил его на магический след и без труда определил наличие магии принца.

- Кто убит?

- Некий молодой человек незнатного рода. Понятное дело, что следствие приостановлено. Выяснилось, что в королевском парке дружки принца поймали девицу – дворцовую служанку и устроили с ней круговой шабаш. Молодой человек, по дурости, решил заступиться, и поплатился жизнью. Потом объявят, что этот дворянин сам напал на принца. Даниэль, нужно что-то придумать. Жильбер сходит с ума, от вседозволенности, от избалованности… И от матушкиного воспитания. Это она ему внушала долгие годы, что ему всё можно. А придворные, между прочим, недовольны. Так и до заговора недалеко. Север и Горные провинции давно зарятся на трон, нас спасает только сильная магия рода. Я не знаю, что делать.

В карете повисла пауза, а потом раздался голос графа.

- Я знаю.

- Что? – Маркиза впилась глазами в своего племянника.

Она была уже не молода, но по-прежнему хороша. Ее темные волосы, уложенные в прическу, рассыпаны локонами по спине, яркие глаза удивляют живостью, плотные губы заманчивы и соблазнительны, как и много лет назад. Стройная осанка вызывает зависть у молоденьких девиц.

Граф откинулся на спинку сидения.

- Мне тут подсказали, что в герцогстве Алиорнском живет прекрасная леди девятнадцати лет от роду, хорошенькая и крепкого здоровья… - граф замолчал и насмешливо посмотрел на свою тетку, гадая, поймет она его намек или нет.

- Герцогство Алиорнское, - тихо повторила Элен. Кажется, догадалась, отметил про себя граф. – У них долгов, как мышей в амбаре… Тем лучше. Сговорчивее будут. А девица не вздорная? Нашему роду хватило одной королевы Вилоны, второй не надо.

Вартен ухмыльнулся.

- Не беспокойся. Девушка скромна и послушна.

- Вот и хорошо. Сегодня же пошлю за ней. Через неделю – бал, надо, чтобы она приехала к тому времени. Пора Вилариону Третьему присмотреть себе новую королеву. А там и наследник появится.

- Да. Дело не терпит промедления, - холодно кивнул Даниэль и отвернулся к окну. О нем, как о возможном наследнике, нет и речи. Бастард. Но этот факт не отменяет другой факт. Вопрос о будущем короле будет решать он, граф Вартен. Незаконнорожденный сын и потомок рода Маргоров.

Глава 7

Первые сутки моего бегства были самыми тяжелыми. Большую часть пути я прошла пешком, продираясь по лугам, заросшим высокой травой. Потом вышла к тракту, прячась от любой повозки или всадника, появившегося в обозримой дали. Прошла мимо нескольких деревенек, обходя их стороной. И только на вторые сутки впервые задержалась в маленьком городке, названия которого даже не запомнила.

Нескольких монет хватило на похлебку в трактире и номер с тюфяком на полу, где я заночевала. А потом опять – дороги, проселки, лесные тропинки.

В какой-то деревушке украла холщевое платье и косынку, висевшие на веревке в огороде. В таком наряде проще скрыться.

И на третьи сутки, ночью, я вошла в Тригонь, крупный город на берегу реки Тригги. Я знала, что здесь – центр ткачества. Фабрики, цеха, мастерские, славящиеся своими тканями и мастерами.

Ночное небо раскинулось звездами, полная луна, как праздничный блин, ярко освещала берег реки Тригги, известной своим норовом и течением. Вдалеке я увидела несколько водяных мельниц.

Ноги гудели, как никогда в жизни. Я присела прямо на песок и задумалась. Что дальше? Сбежать – сбежала. Теперь надо определиться с жизнью. Ха, легко сказать.

Спина надсадно заныла, и я легла на песок, глядя в небо, на звезды, на далекие миры. Возможно, где-то там есть отдельный островок счастья, где исполняются желания каждого человека. На глаза навернулись слезы. За что мне все это? Незаметно, мои веки сомкнулись, и я уснула, под тихий плеск воды и шорох невысокой травы, пробивающийся сквозь песок.

Проснулась, когда наступил рассвет, а на другом берегу реки потянулся гул, оповещающий трудовой народ, что начался день. Пора вставать, работа не ждет. Впрочем, ее еще найти надо.

Я потянулась и скривилась, тело ныло. Чтобы размяться, вскочила и сделала несколько упражнений для бодрости. Спасибо Тальмеру, он меня приучил к подобной зарядке организма. Потом подхватила узелок и двинулась вдоль берега.

Кое-где виднелись проплешины от кострищ, чуть дальше увидела шалаш. Надо же, оказывается, это место – популярно, как еще не нарвалась на какую-нибудь голытьбу, гуляющую на берегу. Подумала, и усмехнулась. А кто сейчас я? Самая настоящая голытьба.

Еще дальше, по берегу, встали стеной заросли ивы и камыша, и пришлось подниматься вверх, где виднелась дорога и неказистые застройки, жилища бедняков.

Я обошла несколько кочек, выбрала тропинку, прошла по ней, и вдруг заметила в траве комок смятой бумаги. Это же газета. Подхватила ее, развернула. «Королевский вестник новостей». Хмм…

Присев в тени, на бугорок под кустом дикой малины, распрямила углы, разгладила находку. Оказывается, совсем не старый номер, еще вчерашний.

«Хорошенькая барышня ищет жениха, желательно, приказчика в богатом доме, или хозяина лавки. Сама пригожа, не бедна – имеется домик с огородом и садом. Просьба не беспокоить любопытным и наглым».

Я рассмеялась. Молодец, девица. Так, дальше что?

«Цирку надобно клоунесс, обученных. Недоучек не берем».

- То ли пойти в цирк? Вся моя жизнь – сплошной цирк, - фыркнула я.

Дальше шла статья о бале в доме шевалье Ариньи, в которой подробно поведали о нарядах светских дам Тригоня и праздничном ужине на сто персон. В желудке заурчало, нельзя такое читать на голодный желудок.

Потом я узнала о вакансии письмоводителя, хорошая должность, я даже посмотрела куда обращаться, но там была приписка, что принимаются молодые люди мужеского обличья с опытом. Отпадает.

Еще была вакансия ткача в мастеровой цех. На фабрику господина Вальё требовались кочегары и трубочисты. В мыльный цех – прачки. На рынок – подавальщицы и продавщицы. Я вздохнула. Надо запомнить название рынка, если совсем прижмет, то пойду и продавщицей.

А потом заметила мелкую полоску объявления, где говорилось, что мэтру Вировию требуется помощница-лаборант с небольшим уровнем магии. Грамотная и воспитанная девушка. Диплом об окончании гимназии или магической школы приветствуется. Опаньки! Я вскочила с бугорка. Бинго-буч! Королевский фарг за двадцать золотых монет!

Рядом, по дороге проскрипела телега, громыхая колесами, и я на всякий случай огляделась. Надо переодеться, как бы кто не увидел. Развязала узел и достала платье, доставшееся мне по наследству от графа Вартена. Платье лекарки.

Впрочем, о том, что это форменное платье, говорил только воротничок с эмблемой гильдии лекарей. Воротничок на пуговицах, который легко и просто отстегивается. Я встряхнула шелк, и он пробежался ровными волнами. Хорошая ткань, даже магии не понадобилось, чтобы слегка отгладить ее.

Быстро переодевшись, я причесалась гребешком и заплела волосы в косу, повязала на голову чистую белую косынку, которую я украла вместе с холщевым платьем, вытащила туфли, и задумалась, что делать с узлом? Некрасиво идти устраиваться на работу с такой поклажей в руках, нужна сумка, пусть и не дорогая, а денег – куры надоили. Разве, что, оставить узел где-нибудь в кустах? Хорошо, так и сделаю.

Незнакомый город был не очень приветлив. Пока я искала нужный адрес, меня отсылали… Куда только не отсылали. И в один район, и в другой. А город не маленький, за день не обойдешь. И только случайно попав в район Смородинки, я, наконец, узнала, где располагается дом ученого мэтра – в тихом переулке, неподалеку от Храмовой площади с огромным собором и колоколом, возвестившим полдень.

Я присела на лавочку. Огляделась. Переулок спрятался слева от площади, в роще, обсаженной дубами. Идти недалеко. За собором раскинулся садик, и там я решила припрятать свой узелок. По другую сторону площади стояли открытые ряды с торговлей, и мои голодные глаза невольно следили, как женщины призывали покупателей, нахваливая свой товар. У одной – куча булочек с ванилью и изюмом, у другой – крынки с молоком и кругами сыра. У третьей… Мой желудок противно сжался и жалобно заурчал.

- Хург с тобой, - буркнула я и, спрятав узелок в храмовом садике, направилась к торговым рядам. Потрачу последнюю монетку, а потом пойду устраиваться на работу, да помогут мне Небеса.

Два широких ряда с едой едва не свели меня с ума. Я ходила от одной торговки к другой, примеривалась по цене и остановилась у одной из них, поедая глазами пышные крендели, обсыпанные маком. На подносе осталось несколько штук, значит, вкусные, если к полудню почти всё разобрали. Я вздохнула и спросила цену. Оказалось, что на один кренделек мне вполне хватает. И уже собралась купить, как откуда не возьмись, из-за плеча вынырнул старичок в поношенном сюртуке, шляпе, с седой бородкой и колючим, сердитым взглядом.

- Беру, Матильда, - сердито и недовольно сказал он. – Заверни все.

Я возмущенно засопела. Нет, вы видели?

- Позвольте, уважаемый, здесь очередь, и я уже приготовила монету, чтобы купить один крендель!

- Старших не уважаешь? – Он поджал губы и свел густые брови, точно кирханский факир. Но меня, голодную, не так просто смутить.

- Уважаю, господин. Но справедливости ради, вы не правы!

- Знай, детка, твоя правда мало, что стоит, если ты споришь со стариком.

- Я не спорю! – Еще сильнее возмутилась я. – Я собралась купить один-единственный кренделек, а вы…

- Эх, молодая, да глупая!

- Я не глупая!

- Глупая! – Старик начал заводится. А мне точно вожжа под хвост попала.

- Неправда. Это невежливо, уважаемый!

Старик развернулся ко мне, сердито вытянул голову, набычился, и запальчиво проговорил.

- Умная? Тогда быстро ответь, в чем разница между периферийной магической прямой и линейной силой стабильных флюидов? А? Говори!

- В соотношении магических полей и структурных фаз между ними. Уважаемый! – Выпалила я то, что вдолбил в мою голову Тальмер.

Я быстро стукнула перед торговкой монеткой, застывшей от изумления, схватила крендель, а потом показала старику язык. Получай, невоспитанный. Мы, между прочим, тоже не из палки струганные! И, развернувшись, ушла.

Через полчаса, съев свою добычу, я подходила к дому неизвестного мне мэтра Вировия, и неприятным сюрпризом явилось то, что у дверей стояло несколько девушек. К ведьме не ходи – претендентки. Я напряглась, но вида не подала.

Девушек было четверо. Многовато. Как их обойти?

- Добрый денёк, мисси. Кто последний? Вы же по работе?

На мой голос развернулись и окатили меня недовольным взглядом, все вместе. Ну-у, а что ты хотела, дорогая Ева?

Одна из них ответила.

- Мэтра еще нет, вот, стоим, ждем.

- Понятно, - кивнула я. Можно отдышаться. Я огляделась. Небольшой домик профессора прятался в зелени, вокруг – сад, немного заросший, но очаровательный, с клумбами георгинов и герберов, диких роз, садовых ромашек. Сам дом – двухэтажный, из красного кирпича, с большими окнами и массивной дверью из дуба. Всё правильно, в Дубовом переулке, в домах должны быть только дубовые двери. Я загляделась вокруг, пока не заметила, что все девушки повернули головы на дорожку, откуда раздались медленные шаги.

Я тоже оглянулась. Присмотрелась. И тихо ахнула… От ужаса! От обиды и злости! А мой кренделек, в то время, заурчал в желудке жалобную, похоронную песню. По направлению к дому тихо вышагивал тот самый вредный старичок изторговых рядов, с которым я умудрилась поссориться. От такой несправедливости, я едва не упала в обморок. Что делать?

А он приближался. Издалека окинул нас взглядом, но я успела спрятаться за спиной одной из девушек, хотя, как мне это поможет? Может, сразу уйти, зачем позориться. Повеселю всех, когда он погонит меня веником из своего дома.

Он подошел к нам, вытащил из кармана большой ключ от двери, открыл ее и распахнул.

- Заходите. Все. И воспитанные и грубиянки… Грубиянки идут последними.

Глава 8

Профессор выстроил нас полукругом, а сам сел в большое кожаное кресло. Гостиная, куда он нас привел, была небольшой и обставлена старинной, добротной мебелью. Например, кресло, где устроился он, явно работы мастеров дома Вальцерри, которые помимо солидной, дорогой мебели, изготавливают самые лучшие на континенте сейфы. Уж я то знаю.

- Ну-с, мисси, начнем экзамен, - его скрюченный палец указал на первую девушку справа. – Сколько капель зеленой тайнянки следует поместить в хрустальный резервуар для изготовления лекарства от бессонницы.

Девушка замерла, помялась и ответила.

- Думаю, не меньше десяти.

Старик поморщился.

- С десяти капель вы уморите больного, если не насмерть, то до состояния комы.

Палец мэтра направился в сторону ее девушки-соседки.

- Ответьте вы.

- Две капли, профессор. Это стандартная доза для рецепта мастера Карума, изобретателя лекарственных средств от бессонницы и нервных заболеваний.

- Молодец, мисси. Другой вопрос, какого уровня заклинания применяются при изготовлении артефакта силы для усмирения дикого животного.

- Уровня средней силы, не больше двух полевых флюидов, - ответила девушка номер два.

- Что вы закончили, мисси?

- Лекарскую школу в Парино. Это небольшой городок в нашей провинции.

- Я знаю Парино. Когда-то, я курировал магические школы, в том числе и эту. Там очень приличные учителя, особенно отделение лекарских артефактов.

- Да, мэтр.

Девушка ответила, а я стояла ни жива, ни мертва. Моя работа, на глазах, уплывала от меня как резвый пиратский корвет от королевской флотилии, и как изменить эту ситуацию я не знала. Тем более, что противный старик даже не смотрел в мою сторону.

Вопросы мэтра сыпались словно из дырявого мешка с зерном, один, другой, третий. А я по-прежнему не участвовала в экзамене, только смотрела. Палец старика ни разу не указал на меня, и это продолжалось с полчаса.

Наконец, профессор замолчал. Сложил ладони лодочкой, задумался.

- Видите ли, мисси, мне нужен помощник, обладающий магией и знаниями по структуре флюидов. Мои артефакты ценны новизной, нестандартным подходом в изготовлении и легкостью в использовании. Поэтому, сейчас я задам последний вопрос, а потом будет проверка на ваш магический уровень. Итак, какие флюиды трансформируют, изменяют магнетическую основу дара, так сказать, меняют тонкую материю на миллиарды составляющих. И как это явление отражается на общей картине магического действа. А так же, какими средствами пользуется практикующий маг для решения этой задачи.

Я встрепенулась. Ну же, противный старик, посмотри на меня, укажи своим корявым пальцем!

Четыре претендентки молчали. Еще бы, эти знания из учебника теории магических классификаций флюидов. А курс, где проходят эту дисциплину – магические академии. И я решилась.

- Простите, мэтр, мне будет дозволено ответить? – Я подняла руку, как послушная гимназистка.

- Отвечай, - небрежно повел он плечом.

И я четко, лаконично, но по существу, дала ответ, который в меня вдолбил Тальмер. Знания классификаций флюидов необходимы для управления магическими потоками. Хороша я буду, если безграмотно проведу проверку содержания сейфа, к примеру.

Девицы непроизвольно развернулись ко мне, с ошарашенными, изумленными глазами. А профессор хмуро скривился. Да-а, не нравлюсь я ему. Не нравлюсь.

- Ладно, - сказал он, взял в руки колокольчик, стоявший на маленьком столике, и тренькнул им. Из неприметной двери вышла пожилая женщина в чепчике и форменном платье горничной. В ее руках был поднос, а на нем – несколько камней Фирера. Я в своей жизни уже видела эти камни и знаю их предназначение. Эти камни – стандартные артефакты силы, проверяющие уровень дара. Когда-то, я проходила такую проверку, поступая в городскую гимназию, но перед этим, Тальмер научил меня некоторым хитростям, как грамотно обойти этот экзамен и обмануть учителей. В банде решили, что мои способности должны оставаться тайной.

Пожилая горничная обошла наш ряд, и каждая из нас, взяла по камню. Его следовало сжать и подержать одну, две минуты, что мы и сделали. А потом профессор соизволил встать с кресла и внимательно осмотреть их. Хмыкнул, почесал нос и обреченно вздохнул.

- А не попить ли нам чай с крендельками? Фелиссия! – Громко позвал он прислугу, и та внесла поднос, точно уже стояла под дверями и ждала приказ.

Мы уселись за большой стол, чинно сложив руки на коленях, прямо как гимназистки. Все переглянулись. Каждая из нас на что-то надеялась и смотрела на соперниц хмуро и недоверчиво. Я опустила голову. Передо мной стояла широкая ваза с теми самыми крендельками, из-за которых у нас с профессором произошла ссора. Они заманчиво притягивали мой голодный взгляд и одним видом вызывали голодные спазмы в желудке.

- Угощайся, мисси, угощайся, - язвительно, с легким поклоном, сказал он мне, и от стыда я была готова провалиться сквозь землю. Вредный! Отомстил.

Девушки молчали, как и мэтр. Горничная разлила чай по чашкам, предложила сахар, и удалилась. Я, несмотря на жгущее меня чувство стыда, умыкнул из вазочки один кренделек. О, Небо, какой же он вкусный, ничего слаще не ела. Другие последовали моему примеру, и несколько минут за столом стояла тишина. А потом профессор заговорил.

- Ну, что, мои милые. Пора делать выводы.

Мы напряглись, стрельнув друг в друга глазами. Мэтр вздохнул и посмотрел на девушку, которую я окрестила номер два, на ту, что ответила на вопрос о рецепте из травы тайнянки, и спросил ее.

- Как вы закончили школу в Парино?

- С отличием, мэтр, - ответила она. – Мои знания по лекарству заслужили высший бал.

- Отлично. Вам я дам рекомендацию в городской госпиталь, если вы хотите служить под руководством мэтра Элизии Цакер. Строгая дама, должен вам сказать, - он хитро прищурился, не сводя глаз с претендентки.

- Согласна, - воскликнула девушка. – Я так хотела попасть к ней. Но… У меня нет опыта, поэтому не рискнула.

- Рисковать нужно. При любых обстоятельствах. Только так у вас что-то получится.

- Благодарю, - радостно кивнула она.

- А вам, милые мисси, - старик повернулся к девушке номер один и девушке номер три, - нужно еще подучиться. У каждой из вас есть, пусть и небольшой, но неплохой уровень магической силы. Этот факт облегчит ваше поступление на курсы мэтра Войена при муниципальной магической школе нашего города. Годовые курсы, после окончания которых, вас направят на работу.

Девушки задумались. Одна из них опустила голову.

- Курсы мэтра Войена стоят пять золотых, а у моей семьи нет таких средств.

- С этого года господин Войен подписывает договор, по которому вы сможете бесплатно пройти обучение. А по окончании, вам придется отработать три года на муниципалитет.

Глава обеих девушек загорелись.

- Я не знала.

- Я тоже не знала, - кивнула вторая.

- Вот и отлично, - довольно потер ладони профессор.

А моя душа заныла, позора не избежать. Нет сомнений, что сейчас он меня отправит отсюда ни с чем. Съела кренделек? Вот и топай отсюда. Или прочитает нравоучения, а потом скажет – топай отсюда.

- А ты, милая мисси, иди… Фелиссия, - громко крикнул он. Ну, вот! Я же говорила! – Фелиссия, отведи девушку… В комнату на втором этаже. Нет, вначале на кухню, и накорми ее. Одними крендельками сыт не будешь. Иди, милая, иди. Ты принята.

*

Прошла неделя, как я поселилась в доме мэтра Вировия. Как оказалось, наш профессор был известным человеком в провинции, и не только здесь, но и во всем королевстве. Когда-то Вировий преподавал в магической Академии, но что-то там случилось, произошла неприятная история, и он ушел. После этого мэтра назначили курировать магические школы в муниципалитете Тригоня, а потом он открыл лавку артефактов.

Моя работа в первую неделю заключалась в мытье пробирок, колб, реторт, чашек и всего прочего, что оставалось после опытов и экспериментов ученого мужа. А экспериментировать он любил. И как после его художеств лаборатория оставалась целой, я удивляюсь каждый день.

К работе меня не подпускают даже на выстрел старого арбалета. Слышу только приказы подать, принести, помыть, оттереть. Но я терплю и притворяюсь послушной девочкой. Где еще найду такой надежный приют?

На вторую неделю моего пребывания в доме профессора меня послали в аптекарскую лавку со списком трав и камней. Хозяйка лавки оглядела меня пасмурным взглядом и неторопливо достала бумажные пакетики.

- Давно у Вировия? – Спросила она, развешивая маленькие травяные пучки.

Я дружелюбно улыбнулась.

- Вторая неделя пошла, госпожа.

- Вот и хорошо. Прежняя-то через три дня сбежала. Разбила поднос с колбами, и сбежала. А что, правда, что он творит артефакт мысленных форм?

- Какой артефакт? – Я удивленно уставилась на лавочницу.

- Не знаешь что ли? Профессор – экспериментатор, ученый. А тут по весне хвастался, что видит преспекпективы…. Нет, перспекпективы… В общем, задумал создать аппарат по улавливанию мыслеформ умерших. Его, конечно, обсмеяли. У нас глава муниципалитета еще тот насмешник, а профессор так рассердился. Ух! Целый спектакль был. Я видела.

- Не знаю об этом, - искренне покачала я головой, соображая, что это значит? Или аптекарша вруша, или профессор головой повредился. Создание такого аппарата в принципе невозможно. Хотя… Если добавить моих мерцающих флюидов…

- Чего застыла? Сколько толчанки с чистотелом взвесить-то? – Вернула меня на землю добрая женщина.

На обратном пути я зашла на соборную площадь, где торговали сдобой. Купила себе кренделек и пошла домой, думая об аппарате мыслеформ. Оказывается, мэтр не так прост. Если он утверждает, что сможет создать такое чудо, значит, имеет основания так заявлять. В принципе, можно предположить, что преобразователь тонких флюидов настраивается на заклинании…

- Эй, раззява, пошла вон, - у самого моего виска просвистел кнут, едва не задев. Я ошарашено отскочила и изумленно уставилась на пролетевшую мимо открытую коляску. Кнут, секунду назад, просвистевший у моего виска, прошелся по спине лошади. Умеет возница им бить, и видать, без разницы, людей, или бедных животных.

Я с ненавистью выдохнула, посылая к вурру этого наглеца, и вдруг поймала взгляд пассажира. Он развалился на сидении коляски, и сейчас с наглой ухмылкой пялился на меня. От этого взгляда стало еще паршивей.

- Что же ты, девонька, по сторонам не смотришь, - раздалось совсем рядом. – Я же тебе крикнула, чтобы быстрее переходила дорогу.

Я оглянулась. Две женщины участливо оглядывали меня.

- Не задел? – Спросила другая.

Я помотала головой.

- Нет, но совсем рядом просвистело, - пожаловалась я.

- Ох, Клемента, нет добра от этого сыночка графа Атравира.

- А сколько про него слухов ходит, Велла, помнишь, говорили, что они с дружками силой увезли дочку торговца с Прибрежного района?

- Вот-вот, и не верь потом.

- А еще был слух, что одну девчонку украли и увезли в столицу, - женщина на секунду замолчала и склонила к нам голову, добавив шепотом. – К принцу, говорят, увезли, во дворец. Вот позор.

- О-о-о, Клемента. Что же за напасть на наш город. Пусть бы безобразничали у себя в столице, а их вурр сюда несет.

Я потрясенно застыла, а женщины, махнув мне на прощание, пошли дальше по своим делам. Для меня упоминание о королевской семье, сейчас, как удар кнута, которым размахивал возница. Перед глазами вдруг возник образ графа Вартена, и в груди разлилась тревога. А ведь он, получается, сродный брат с принцем

Но нет! Я мотнула головой. Он – не принц, он не станет силой красть девушек… Подумала, и, поняв весь абсурд своих мыслей, горько рассмеялась. Он не станет красть девушек?! А что тогда он сделал со мной? Одного поля ягода с принцем.

И все же нет. Другая часть меня упорно не соглашалась. Граф не насильничал, даже намеков не было. Он украл из-за обстоятельств, из-за болезни.

- У-у-у, Ева, ты его защищаешь? – Воскликнула я, да так громко, что обернулись прохожие. Ну вот, подумают, что дурочка, и я быстро перебежала дорогу.

Образ графа не исчезал. Он стоял у меня перед глазами, и от этого хоть вой. А главная причина – магическая клятва. Да, она безвременная, поэтому меня сейчас не корежит как от падучей. Но он может и пересмотреть это обстоятельство, и тогда… Нет, лучше не думать.

Когда я вернулась в дом профессора, кухарка позвала на кухню.

- Идем чай пить. Мэтр ушел, велел тебя накормить, а потом наказал изучить трактат, который он оставил для тебя в лаборатории.

Я хмыкнула. Это что-то новенькое. Трактат! Меня повысили?

Кухаркина стряпня – выше всяких похвал. Я, конечно, очень ценю крендельки, которые продает торговка с соборной площади, но булочки с ягодами, да политые сметанкой, это волшебство высшего порядка.

Мы весело провели с ней время. Посмеялись над приходящим садовником, выглядывая его из окна, обсудили меню на следующую неделю, и я пошла на свое рабочее место. Сильно уж мне было интересно, что за талмуд оставил для меня мэтр.

А когда увидела старую, потрепанную книгу с закрывающей петлей из кожи, на которой светился заговоренный камень, то сердце мое дрогнуло. Петельный артефакт мигнул, увидев меня, и потух. Мне выдано разрешение на прочтение этой книги.

Я открыла ее, и мое сердце ухнуло. Мерцающая магия! Мои пальцы накрыла дрожь, я осторожно перевернула страничку и углубилась в чтение. Вот оно – мое истинное, что необходимо мне как воздух, как глоток воды.

Не знаю, сколько я просидела над книгой. Час, два, три. Профессора не было, и никто не стоял над душой, поэтому, страницы пролетали одна за другой. Нет, чтобы изучить этот талмуд, понадобятся годы, но основополагающие принципы своего дара, я начала осознавать уже сейчас.

А потом меня вдруг прошибла одна нехорошая мысль. Такая нехорошая, что по спине пробежали мурашки… Да что там мурашки! Огромные бирхамские мураши! А зачем профессор подсунул мне эту книгу?! Откуда ему знать о моем даре?! Или он всё понял?! Спаси меня Небо, если это так.

Глава 9

Старик вернулся только вечером. Мы с кухаркой приготовили стол, расставили тарелки, еду, и все вместе сели ужинать. Мэтр, как ни в чем не бывало, шутил, насмешничая над покупателями своей лавки, рассказал городские сплетни, похвалил стряпню. И ни слова о талмуде. Я мысленно выдохнула. А вдруг всё случайность? Вдруг профессору вздумалось сделать из меня настоящего помощника артефактора? Профессионала! И поэтому он дал задание изучить эту книгу. На вид я крепкая, в деле не глупа, исполнительна, расторопна… Ну-у, как мне кажется.

Уже был поздний вечер, когда уставший за день мэтр отправился спать, я, потихоньку утащив из лаборатории книгу, устроилась на своей кровати, продолжая ее изучать.

Тальмер, обучая меня, рассказывал об этой книге. В магической Академии их было два экземпляра, но все хранились под строжайшим надзором. Даже ему, единственному студенту с мерцающей магией, выдавали этот учебник только под расписку. Мой учитель, в молодости, был приличным шалопаем, но догадался законспектировать ее. А потом произошла какая-то темная история, о которой он рассказывал нехотя и скупо, и ему пришлось бежать из Академии, оставив драгоценную тетрадь вместе с вещами.

Не помню, когда уснула, а проснулась от громкого стука в дверь.

- Ева, вставай, тебя мэтр требует. Уже утро! – Фелиссия не стеснялась, барабаня в дверь. Я подскочила.

- Иду, - крикнула и быстро оделась.

В лаборатории стоял полумрак. Я увидела на рабочем столе что-то мерцающее, в полусфере на каменном постаменте медленно ворочалась неизвестная субстанция. Я заворожено уставилась на нее.

- Почитала великий талмуд? – Спросил мэтр и, прищурившись, уставился на меня.

- Как и приказали, мэтр.

Старик усмехнулся, забрал из моих рук книгу.

- Ладно, а теперь честно. Что-то поняла?

Я замялась. Пожала плечами и бросила на хозяина быстрый взгляд. Что у него на уме?

- Не знаю, мэтр. Слова больно замысловатые.

- Ты решила прикинуться крестьянкой? – Он вдруг свирепо сдвинул кустистые брови и надменно выпятил нижнюю губу. – Отвечай! В какой Академии обучалась? За что выгнали? Я же узнаю!

Меня пробрала оторопь. Не ожидала, что профессор пойдет с козырей. Он явно понял, что я от кого-то прячусь.

- Простите, мэтр, я самоучка, - по большому счету, так оно и было. – Я закончила городскую гимназию, а потом занялась самообразованием, изучая магические науки по книгам.

Брови профессора поползли вверх. Он мне категорически не верил, в его глазах заплясали смешинки, а губы медленно расползлись в ухмылке.

- Значит, занималась самообразованием.

- Да, мэтр.

- По книгам!

- Так и есть, мэтр.

- И самостоятельно разобралась в магических потоках и классификациях импульсов!

- Сама, мэтр!

- И изучила магнетическую природу флюидов! Ева, ты меня за дурака держишь?!

- Да чтоб мне провалиться! Сама.

Профессор Виравий вытянул шею и уставился на меня, точно у меня на носу обнаружился тайный знак.

- И сколько фунтов лапши ты сейчас навешала на мои уши? У тебя упорядоченно ровный фон магических полей. Такое ни с чем не спутаешь! Тебя учил хороший маг!

Я невольно опустила голову. Он видел меня насквозь. На что я рассчитывала?

- Да, у меня был учитель. Но в Академиях не училась.

- А почему врешь?

- Потому… Потому, что он… Он был беглый.

- Ну вот, вижу, сейчас говоришь правду, - профессор выпрямил спину, потер рукой шею. – Ладно, девица Ева. Я не спрашиваю у тебя подробностей твоей

жизни. Ты мне нужна. И я тебе нужен. Поэтому, будешь беспрекословно меня слушаться и выполнять поручения. А я буду синхронизировать твой мерцающий фон. Твой беглый учитель недосмотрел некоторые параметры дара. Иди сюда, смотри. Это мое изобретение! Аккумулятор мысленных форм!

Я ошарашено уставилась на мэтра. Продавщица в аптекарской лавке не врала, наш профессор действительно слегка сумасшедший.

- Вы серьезно?

- Не веришь? А давай проверим.

Я кивнула. Отлично, профессор, покажите чудо. А я посмотрю. Тальмер часто повторял, что подобный артефакт почти невозможен. Только если найдется великий талант мерцающего мага, но такой еще не родился.

Мэтр подвел меня ближе к столу, где по-прежнему тихо искрилась полусфера загадочного аппарата. Старик взял мою ладонь.

- Будь внимательна. Я первый положу свою руку на Галлевиус.

- Галлевиус?

- Да. Моя детка носит имя великого мага древности. Мерцающего мага, - добавил он, придав голосу нотку значимости, и почему-то внимательно посмотрел мне в глаза. – Никогда не слышала это имя?

- Слышала, - честно ответила я. Тальмер рассказывал об этом ученом.

- Так вот. Вначале положу ладонь я, а потом ты, сверху моей. И замри.

- А дальше?

- Твоя задача услышать мои мысли через аппарат.

Я сдержанно кивнула, ни слова не возразив. Хотя в голове крутились веселенькие мысли. Успокоительного бы вам принять, профессор. Ладно уж, пусть старик потешится, только подыгрывать его прихотям я не буду. Так и скажу честно – не работает ваш Галлевиус, мэтр, простите, но вы – неудачник. Нет, так я не скажу, слишком грубо, еще выгонит. Просто объясню, что его мыслеформы для меня скрыты, и никакой Галлевиус тут не поможет. Подобный эксперимент – наивная утопия.

Моя ладонь, по приказу мэтра, легла на его сухую ладонь, которая обвила пальцами полусферу Галлевиуса, и мы замерли. Стояли минуту, две. Я вздохнула, но встретилась с его сердитым взглядом. Ох, извините, мэтр, чуть не зевнула…

Профессор показал мне, что я должна закрыть глаза, я так и сделала… И вдруг что-то почувствовала, вернее, увидела на мысленном экране, появившемся передо мной.

Я никогда не видела это место. Поляна, усеянная ромашками, вдалеке – развалины древнего замка. В небе парит большая птица, похожая на орла. И тишина, только звуки природы – стрекот живности в траве, редкий свист ласточек, пролетающих у далекого леса. И всё…

Всё, что я увидела, вдруг резко оборвалось. Рука профессора вздрогнула, он сбросил мою ладонь и тяжело задышал.

- Что с вами? – Тревожно спросила, открыв глаза.

- Всё хорошо, - он побледнел, его руки дрожали. Я подхватила его под локоть, и мы медленно направились к креслу. – Рассказывай, что-нибудь увидела?

Я настороженно пожала плечами.

- Вообще-то увидела, - ответила ему. – Но не гарантирую, что это ваши мысли.

- Для начала их озвучь, - жестко сказал он.

И я описала картинку. Поляну, далекий замок, ромашки и…

- И ласточки. Они вечно кричат, свистят, как оглашенные. Вот ведь дуры.

- Вы… - пораженно воскликнула я. – Вы знаете, что я увидела?

Профессор хрипло засмеялся. Бледность так и не сошла с его лица.

- Конечно. Я представлял это место, и ты его увидела. Могу доказать.

- Как это вы докажете? – Мой скепсис не желал верить словам мэтра.

- Сейчас. Одну минуту, - он закрыл глаза и расслабился. – Дай минутку. А потом ты убедишься.

Через пять минут мы вышли из лаборатории. Я по-прежнему вела профессора, держа под локоть. Поднялись на второй этаж и зашли в его кабинет.

- А теперь внимательно посмотри, - он указал на стену, увешанную картинами. – Не торопись.

Я обошла стену, и вдруг уткнулась в один пейзаж, намалеванный не слишком уверенной рукой. Но он определенно был узнаваем. Те же ромашки, облепившие огромную долину, орел высоко в небе, и далекий замок.

- Это местечко Варяжки в Северной провинции. Неподалеку – городок, где я провел детство, а этот замок – древняя резиденция графов Нортриджей. Сейчас этого рода нет, вымерли.

- А кто рисовал? – Спросила я.

- Сам и рисовал. Ребенком, мне было лет четырнадцать, не помню точно. Так как, убедил тебя?

Я тяжело вздохнула. Неверие не отпускало.

- А вы случайно, не владеете гипнозом? Есть такой способ внушения в магнетических практиках людей.

- Ты считаешь, я не знаю, что такое гипноз? – Рассмеялся старик и похлопал меня по плечу. – Нет, Ева, я не владею этим замысловатым методом.

- А может, он спонтанно у вас проявился?

- А давай проверим на Фелиссии? – упрямо вскинул подбородком мэтр. – Убедимся… Хотя… Разболтает ведь, болтушка, у нее язык что помело.

- Ну-у-у, не знаю, допустим. Вам удалось меня удивить. Теперь вам надо это доказать магическому сообществу.

Мэтр Вировий усмехнулся.

- Легче легкого. Но тогда я потеряю мерцающего мага. Ева, ты или наивная глупышка, или хитрая лиса. Не пойму. Эксперимент удался по одной простой причине. Потому, что ты – редкий маг, владеющий мерцающим даром. Или будешь отрицать?

Я промолчала, только внутри обдало холодом. Если он объявит обо мне, то завтра меня найдет граф. Потом обо мне узнают в банде, и постараются вернуть. И что со мной будет – лучше не думать. Я мотнула головой.

- Мэтр…

- Молчи. Не хочу знать, - жестко прервал он меня. – Я много лет искал такой дар, как у тебя. Я колесил по королевству – поэтому выбрал должность инспектора и курировал гимназии, чтобы иметь возможность искать… И тут появляешься ты. Нет, Ева, мы оба будем молчать. И работать. Один раз я уже потерял такой дар, и где он сейчас…

- Вы о ком? – Нахмурилась я. Лично мне тоже был знаком один мерцающий маг. Мой учитель Тальмер. Маг из банды дядюшки Фримма.

По лицу профессора пробежала болезненная гримаса. Он судорожно вздохнул и проговорил.

- Этот мальчик был чудом. Настоящим чудом.

- Мальчик? – Переспросила я разочарованно. Значит, не Тальмер.

- Я всех студентов Академии звал мальчиками. Его звали Тальмер Тиль, незнатного рода из портового города на юге королевства.

Я замерла. Таких совпадений не бывает. Профессор говорит именно о Тальмере из банды.

- И что с ним случилось?

Мэтр тяжело зашагал к дивану.

- С ним произошла пренеприятнейшая история. Он подрался с наследником престола, принцем Жильбером. Венценосный засранец учился в Академии под другим именем, но не скрывал своего рода. Все знали – кто он, и пользовался этим. Однажды, они с дружками надругались над одной девицей из незнатных. На беду, Тальмер оказался неподалеку, в том парке, где всё произошло, и попытался заступиться. Они подрались, схватились за шпаги, Тальмер поранил принца, а тот, в ответ, едва не убил его, обезобразил его лицо, проткнул живот.

В общем, всё кончилось печально. Дружки принца оговорили моего ученика, будто это он снасильничал. Еще и девице денег заплатили. И Тиля Тальмера обвинили в двух преступлениях – в нападении на принца крови и насилии над невинной девицей. Хуже и не придумаешь.

- И что дальше? – Мрачно спросила я.

- Он сбежал, и больше я о нем ничего не знаю.

От услышанного на моей голове зашевелились волосы. Бедный Тальмер! Вот откуда у него шрам на лице. Вот откуда тянется его история.

- Какой кошмар, - невольно вырвалось у меня.

- Ладно, Ева. Это дело старое. Забудь, что я тебе рассказал. Поняла?

- Даю слово, - искренне кивнула я.

А потом профессор заставил меня перебирать коренья для активации особого снадобья, после этого дал задание подобрать камни для нового артефакта, а ближе к вечеру нашел еще пару дел, чтобы к ночи я устала как старенькая лошадка-водовоз.

Когда я зашла на кухню, за окном стояла темень. На столе меня ждал поднос, на котором заботливая Фелиссия оставила ужин. Я нехотя пожевала булку, съела две ложки наваристой каши с мясом, поковырялась в салате с креветками. Из головы не выходила история о моем учителе. А еще, профессор знает о моем даре, что тоже не добавляет радости в моей новой жизни.

Я уже собралась идти в комнату, как увидела газету, оставленную кухаркой. Подхватила ее, решив, что почитаю перед сном. Поднялась наверх по лестнице, зашла в свою комнату. Сколько не печалься, а к завтрашнему дню нужно хорошо выспаться. Профессор обещал кучу дел. Он это умеет.

Я разделась, зажгла ночник и, решив пробежать глазами по газете, подхватила ее. Развернула, полистала. Прочитала пару малоинтересных статеек, колонку объявлений… И вдруг, меня что-то зацепило. Что-то нехорошее. Мои глаза торопливо перечитали строчки, слова, предложения, и внутри захолонуло ужасом. А еще вскипела злость. Граф Вартен пошел на подлость? Для него нет ничего святого?! И сейчас я должна поверить в эту ничтожную писульку?! Чтоб тебя леший покусал, дорогой венценосный бастард!

«Сообщение для девицы Евы Ф. Дорогая Ева, ваш покорный слуга обнаружил следы давно умерших родителей, которых вы многие годы оплакивали. Если вам по-прежнему эта новость интересна, ответьте на объявление. Вы узнаете много интересного и полезного для вашего будущего. С уважением, господин Фил Фарик».

Глава 10

Трактир, куда забрел граф Вартен, стоял на отшибе городка, недалеко от королевского тракта. Он уже два часа сидел в дальнем, темном углу, надираясь дешевым вином и хмуро оглядывая публику. Крестьяне и солдаты из соседнего гарнизона справляли день Сизой Утки – праздника изобилия и охоты.

- Эй, девка, неси кувшин папе Ральфу, - во все горло заорал мужик в мундире капрала и стукнул кулаком, да вместо столешницы попал по тарелке с кашей. Вокруг взорвался хохот. Измазанный вязкой жижей служивый выглядел потешно. А что еще надо подвыпившей публике? Только попади на язык. Со стороны посыпались ехидные шуточки, что-то о свиных хвостах и болотной кикиморе, на которую стал походить капрал. Тот сердито крякнул, хватаясь за вилку. Но к нему быстро подлетела моложавая подавальщица. Подхватила под руку и повела куда-то вглубь заведения, приговаривая о чистом полотенце и лохани с водой.

Граф презрительно скривился. Его кувшин с вином, уже второй или третий по счету тоже требовал добавки. Он махнул рукой трактирщику и его быстро обслужили. Такие господа – редкие гости.

В дверях показался незнакомец в темном плаще с капюшоном, надвинутом на лицо. Он молча оглядел зал и уверенно направился к столику графа.

- Явился, - пьяно ухмыльнулся Вартен. – Вино будешь?

- Не до вина, и тебе пора протрезветь.

- А что, у тебя хорошие новости?

Незнакомец вздохнул.

- Новости плохие, ведьма Фируха умерла, а около ее дома нашли следы мужских ботинок. Соседи слышали ночью крики из ее дома, так, что…

Граф с силой сжал кулак.

- Хочешь сказать, ее убили? Кому она помешала?

- Тому, кто следит за тобой. Фируха была знатной ведьмой, многое умела, ее боялись, и кое-кто мог связать твои приезды с болезнью. А если еще узнали о девушке…

- Кто?! Кто мог узнать про девушку? – Зло зашипел Вартен.

- Даниэль, не дури. Хватит пить. Не помогла Фируха – найдем другую ведьму.

- Нет такой другой. Я с трудом уговорил ее помочь во время ритуала, она бы отвела беду от всех нас…А теперь еще и Евы нет, - граф мрачно уставился в стол. – Герр, меня уже ничего не спасет. Считай, что меня нет. Я – труп.

Собеседник графа, вместо того, чтобы успокоить Вартена добрым словом, или посочувствовать, вдруг расхохотался, да так звучно, громко, что с соседних столиков оглянулись. Впрочем, в шуме трактирного зала, это было нормально. Герр скинул с головы капюшон, отобрал у графа кружку, хлебнул и громко заявил.

- Последние новости для почтенной публики: хладный труп графа Вартена нажрался вином и устроил драку в придорожном трактире. Нет, лучше по-другому: хладный труп графа Вартена всю ночь гудел в борделе…

- Заткнись, - беззлобно буркнул Вартен и скривил комичную клоунскую мину.

- Заткнусь. Но вначале кое-что расскажу. Твоя находка, которую ты обнаружил на заборе усадьбы, помогла, и мой придворный маг сумел из нее вытянуть некоторые силовые импульсы. А эти импульсы нам рассказали, в каком направлении нужно искать твою пропажу.

Вартен остро прищурился, глядя на собеседника.

- Говори.

Герр вытащил из кармана плаща сухой клубок. Размотал его, аккуратно разглаживая длинную косицу из вастонской фиалки, которую плела Ева, и разложил ее на столе.

- Мой маг сказал, что в основе колдовства – древняя ворожба, характерная для северных провинций. Плетение флюидов несложное, скорее кустарное, но вплетенные импульсы говорят о силе того, кто эту косицу плел. А силы крепкие. Так что, твоя девица не просто мерцающий маг, а очень хороший маг.

Мужчина склонился ниже и уже тихо зашептал – куда предположительно убежала девчонка. Потом они долго разговаривали, спорили, строили догадки.

- Ты думаешь, она сбежала в Тригонь? Это полдня пути отсюда, недалеко.

- Уверен, что в Тригонь. Так, что, пьяница, завтра едем на поиски твоей пропажи.

*

Любой праздник – благодатное время для богатой торговли. В моей столичной лавке «Весенняя фиалка», где я продаю заморские ткани, всегда так. И здесь, в Тригоне, народ с утра заполонил лавки города.

В праздник Сизой Утки народ гуляет напропалую, не щадя живота. Первый урожай в закромах, и чтобы умилостивить духов перед зимой, полагается повеселиться. На мой взгляд спорная мысль, но кто меня спрашивал.

Лавка мэтра Вировия находилась в трех минутах от его дома. Артефакты незаменимы в быту. Магические угли, поддерживающие тепло в домах, удавки против крыс, косметические крема на основе мягкого заговора. Да много чего. Полки небольшого магазинчика до верха полны товара.

Вчера, я весь день занималась изучением товарных книг, а сегодня уже стояла за прилавком. Для меня это знакомое дело.

Рядом суетился сам мэтр, раскладывая с осторожностью морозящие камни – хрупкий товар.

- Беру два, нет, три, - клюнул на праздничную скидку полный мужчина в легком сюртуке в полоску и котелке на лохматой голове.

- Вы бы, мистр Амбиори, пригляделись к умывальному механизму с магическим очистителем, - посоветовал мой хозяин. – С вашей многочисленной семьей такой аппарат пригодится.

- Пригляжусь, мой друг. Только разбогатею, и сразу пригляжусь, - мужчины рассмеялись.

К прилавку подошел другой покупатель.

- Мэтр, я за магическим стержнем.

- Готов ваш стержень. Не засоряйте его больше, а то без воды останетесь, - Вировий снял с полки завернутый в вощеную бумагу предмет.

Хлопнула дверь, и в лавке появилась немолодая дама, разодетая с претензией, но меня не обманешь, ее наряд не потянет и на золотой.

- Профессор, наконец-то я выбрала время, чтобы насладиться вашим искусством, - она говорила с томной растяжкой, ее взгляд рассеяно блуждал по полкам, а когда она подошла к прилавку, в нос ударил шлейф духов, от которых зарябило в глазах. Оба мужчины, до этого общающиеся с мэтром, спешно покинули магазин, переглядываясь и кривясь.

- Госпожа Фиора, мое почтение, - чуть склонил голову Вировий. И они о чем-то зашептали.

Я в это время обслуживала двух молоденьких девушек, изучающих крема для румянца с ингредиентами верфейских цветков. Недешевое удовольствие. Они тихо похихикивали и перешептывались, наконец, определились с выбором. Я рассчитала их, завернула покупку, и мы попрощались. Вскоре ушла и дама, разговаривающая с профессором.

- Ох уж мне эти молодящиеся вдовы, - проворчал он.

- Что-то просила?

- Крем с добавками птихонских червей, - сердито скривился он. А я едва не присвистнула. За такой товар и в тюрьму угодить можно.

- Она понимает, о чем просит?

- Всё она понимает. Влюбилась в молодого, вот и озорничает, хочет приворожить намертво.

- Вот именно. Намертво, - ошарашено повторила я за ним, качая головой. Птихонские черви – магические принудители и паразиты, а заговоренные определенным образом – доведут до смерти.

- Ладно, ты будь здесь, а мне нужно на одну важную встречу. Не бойся, у тебя хорошо получается.

Старик куда-то торопился. Быстро стянул с себя рабочую куртку, схватил шляпу, и ушел.

До самого вечера не прекращался поток покупателей. Я вертелась, как белка, крутилась пчелой, и когда солнце закатилось за высокую башню храма, мои руки и ноги чуть подрагивали от усталости.

До закрытия оставалось с полчаса, когда опять прозвенел дверной колокольчик. Я подскочила с табурета, встречая посетителя. Им оказался молодой человек. Красивый, импозантный, в дорогой одежде, с тростью в руке. Глянув на него, мое предчувствие неприятно просигналило тревогу.

Что-то мне в нем не понравилось. Во-первых, я его точно где-то видела, а во-вторых – его взгляд, остановившийся на мне. Таким взглядом изучают лошадей на скачках, угадывая породу.

И через секунду память услужливо подсказала, откуда я его знаю. Это был тот тип, который едва не сбил меня на дороге несколько дней назад, вернее, его возница. Как же его зовут? Нет, не помню, а вот имя его отца – граф Атравир. Об этом я услышала от случайных прохожих, двух женщин, разговорившихся со мной на дороге.

А еще я вспомнила, что этот молодой аристократ – из свиты принца, и с его участия, в городе пропало несколько девушек. Да-а-а…

- Какая милашка, - с ухмылкой проговорил он.

Мы были в лавке одни. Вот как назло!

- Что пожелаете, господин?

Он обошел полки, поглядывая на меня и игнорируя мой вопрос.

- Где-то я тебя видел, - сказал он и подошел ближе. – Не могу вспомнить.

В душе сердито закопошилась злость. Я, Ева Фловир, таких хлыщей в банде дядюшки Фримма на вертеле крутила как куриц… Но сейчас я не в банде, и заступиться за меня некому.

- На дороге у храма, господин. Вы едва меня не убили своим экипажем, - напомнила я, сменив услужливую улыбку на холодный взгляд.

- Ух ты, точно! – Создалось впечатление, что его обрадовали мои слова. – То-то вижу, что лицо знакомое.

- И всё? Может товар присмотрите? А нет, так я закрываюсь.

- Не торопись, моя хорошая. Может, я захочу тебя пригласить куда-нибудь, поговорим, должен же я загладить свою вину.

- Не утруждайтесь, - я не отвела взгляда. – А ваше предложение мне мало интересно.

- Так-так, значит, работаешь у Вировия, - словно не слыша меня, усмехнулся он. – Ты лучше подумай, подожду тебя возле дома профессора, я знаю, где он живет.

- Извините, господин… Вы глуховат? Уши застудили? Так могу мазь целебную предложить, - с глуповатой улыбкой ответила я.

Он засмеялся. Неприятно, с мстительной ухмылкой. Промолчал и повернулсяк выходу, а когда за ним закрылась дверь, меня вдруг затрясло. Рассказ тех женщин, встреченных на дороге, подтверждался на моих глаза. А еще я почему-то вспомнила историю мэтра Вировия о Тальмере, ведь там тоже шла речь о принце и его дружках. Возможно, сынок графа Атравира из той самой компании.

Глава 11

Вечер опустился на город плотной пеленой, еще и туман поднялся. Я закрыла лавку, огляделась и потопала до дома. У мэтра Вировия сегодня получилась хорошая выручка, а у меня хлопотный день.

Подходя к особнячку профессора приостановилась, не понравились мне угрозы этого хмыря Атравира. Аккуратно обошла густую сирень, пробежала до калитки, вошла внутрь, но потом замедлила шаг. Тень, которую отбрасывала акация, странно зашевелилась. Я сделала рывок, чтобы дать деру, и неожиданно, была схвачена рукой, вынырнувшей из густых веток.

Глупая-глупая Ева! Ты же мерцающий маг! Могла просквозить пространство на предмет магнетических нитей и увидеть… Нет, не могла. Этот хмырь – маг, еще и закончил королевскую магическую Академию. Мое подсознательное благоразумие не позволило совершить такую ошибку.

- Красавица, ты куда-то торопишься? – Он крепко держал меня за запястье.

Я дернулась, развернулась в пол оборота и ударила его под дых. Но там оказались стальные мышцы. Он глумливо заохал, а потом расхохотался.

- Отпусти, немедленно!

- Ох, госпожа, не бейте бедного кавалера, - его противный голос зашептал в ухо.

Я с силой ударила опять, попав куда-то в шею. И видимо сделала «кавалеру» действительно больно. Он перестал глумиться и резко изменился.

- Ты… - меня мгновенно развернули спиной, прижали, и пакостливые руки зашарили по телу. Сжали до боли грудь, потом полезли под юбку. Я дергалась, вырывалась, пока он опять не развернул меня к себе и со всего маху не ударил по лицу.

- Помоги… - я не успела докричать. Мой крик оборвался в следующем ударе, безжалостном, жестоком, хлестнувший меня со всей немалой мужской силой. Голова закружилась, в глазах почернело… Но внезапно я почувствовала, что рядом кто-то есть.

Совсем близко, буквально в шаге! И это присутствие чужого ощущалось кожей.

А через мгновение за спиной хмыря нарисовалась темная тень. Я успела заметить сверкнувший импульс, направленный в затылок насильника. Стандартный импульс Опирумуса. Как же я забыла об этом надежном орудии, которым меня обучил Тальмер!

Импульс ударил, и к моим ногам свалилось бездыханное обмякшее тело. Я едва не заорала, но меня остановили.

- Ева, помолчи, а? Только твоих криков нам не хватало.

Мои ноги подкосились, я тихо заскулила и бросилась на спасителя, едва не задушив его.

- Тальмер!

- Ну-ну, сопли тут развела. Отойдем, у нас несколько минут, пока он не очухался.

Мы отошли на несколько шагов и мой учитель цепко схватил меня за плечи.

- Рассказывай, что с тобой случилось. Почему ты сбежала?

- Как ты меня нашел? Тальмер, если бы не ты…

- Ева, отвечай. В банде о тебе нехорошие разговоры. Кое-кто утверждает, что ты сбежала вместе с сапфиром.

Я остолбенела, потом безвольно опустила плечи. Ко всем бедам еще такой несправедливый оговор.

- Тальмер, разве ты меня не знаешь.

- Знаю, поэтому и начал тебя искать. Говори.

- Меня украли. Из-за дара.

- Кто?

Я сглотнула. Страшно было говорить, как ни крути, а граф – королевский отпрыск.

- Граф Вартен, он из…

- Я знаю, - глухо прервал меня учитель. Но я вдруг услышала облегченный вздох. Странно.

- Но ты не знаешь почему, Тальмер.

- И почему?

Я огляделась по сторонам, прислушалась, и зашептала. Тихо, сбивчиво, торопливо, а Тальмер замер точно статуя. В стороне послышался стон. Мой насильник, кажется, начал приходить в сознание.

- Рано, Барашка, еще полежи, - маг быстрым шагом подошел к хмырю и послал в его грудь еще один короткий импульс.

- Барашка? – Удивленно переспросила я. – Так ты его знаешь?

- Знаю. Ладно, нам надо хорошо все обсудить. Жду тебя завтра в пансионе «Деревянный заяц», он в получасе отсюда. Вырвешься?

- Постараюсь.

- А сейчас иди, и обо всем расскажи мэтру Вировию. Атравир его боится. Только не рассказывай обо мне.

Загадки! Вокруг меня одни загадки! Тальмер всегда знал больше, чем говорил, и сейчас я остро почувствовала, как многое он скрывает.

Он исчез так же бесследно, как и появился, а я поспешила к дому. В холле, из угла в угол ходил хмурый мэтр. Увидев меня, нахмурился еще больше, подошел, схватил меня за подбородок.

- Что это? – Он дотронулся до скулы, и я тихо зашипела от боли.

- Мэтр. Там, на дорожке… Меня поджидал один нахал, и мне пришлось применить импульс Опирумуса.

- Где он?

- Там, - я показала на дверь.

Мы вместе выбежали на дорожку, профессор зло огляделся и увидел Артавира, который, постанывая, поднимался с земли.

- Вот значит, кто здесь преступник, - старик навис над хмырем, и я явно почувствовала направленную магию. Атравир болезненно скрючился и опять повалился на спину.

- Ой, мэтр, вы убить меня хотите?

- К сожалению, это удовольствие мне не по карману. Но могу себе позволить слегка тебя придушить, - сказал, и в воздухе засверкала магическая удавка, извивающаяся змеей. Страшное орудие! – Или слегка тебя поджарить, немножко, с одного бока. – И правая рука профессора охватилась сине-зеленоватым пламенем.

Я ошарашено сделала два шага назад.

- Нет, профессор, это недоразумение. Как вы могли на меня подумать!

- Только на тебя и можно подобное подумать в нашем городе!

- Да я ничего ей не сделал!

- А синяк на скуле она себе сама поставила? Похабник! Так и знай, напишу королю, а тот пусть разговаривает с твоим отцом.

- Нет, профессор, клянусь, я к ней ближе, чем на милю не подойду. Клянусь!

Атравир отполз подальше, вскочил на ноги и, неловко кланяясь старику, попятился назад, а потом развернулся и вприпрыжку ринулся к калитке. Вот смехота. Что уж говорить, я была удовлетворена на все сто процентов. Эта сцена окупила мой синяк.

Весь вечер меня обихаживали. Старик накладывал лечебные примочки, Фелиссия подкармливала свежей выпечкой и рассказывала, как мэтр Вировий беспокоился, что я так долго не возвращаюсь из лавки. Уже такая темень на улице. А когда от синяка почти ничего не осталось, меня заботливо уложили в постельку, сказав, что завтра до обеда у меня выходной.

Следующим утром, когда дом опустел, я быстро собралась и отправилась на поиски пансиона «Деревянный заяц», благо, что кухарка побежала на рынок за свежими сливками и творогом, а мэтр ушел в лавку.

Серое каменное здание в духе времен короля Дамориана Первого, приютилось на тихой улице в стороне от Соборной площади. Я вошла и увидела высокую стойку, за которой стояла молоденькая девушка.

- Что желаете, мисси, - спросили меня.

- Где я могу найти мастера Тальмера, он поселился у вас.

- Минутку. Присядьте, я ему сообщу.

Вскоре, он спустился в холл, и мы вышли на улицу, в небольшой садик, где стояли столики. К нам подошла полная горничная с подносом и разложила чашки с чаем и печеньем.

- Рассказывай, - сказал он, когда работница отошла подальше. – Мне нужны подробности.

- Мне тоже.

- Ты о чем?

- Ладно, Тальмер, вначале расскажу, а потом, будь добр, поведай мне, о профессоре, принце и Барашке.

Тальмер скривился, его лицо застыло в нехорошей, злой ухмылке.

- То, что знаю я, не для дамских ушей.

- А то, что знаю я, вообще опасно для жизни, - невесело рассмеялась я.

- Договорились. Любопытная.

Больше меня не надо было уговаривать, и я подробно поведала учителю обо всем, что со мной случилось почти два месяца назад. Некоторые детали его особо заинтересовали, и он переспрашивал, заставляя описывать подробней. Например, как граф совершил ритуал магической клятвы, или как мне удалось сбежать из поместья.

А после этого я поделилась с ним печалью мэтра Вировия о мальчике Тальмере Тиле из королевской Академии магии, и лицо моего учителя помрачнело еще больше.

- Не хочешь рассказать о той истории?

- Ева, я вижу, что ты и так все знаешь. Дело старое.

- Так этот Барашка действительно из свиты принца?

- Его шут, неофициально, конечно, для своих, устраивает шабаши, придумывет каверзы, во дворце уже плачут от этой компании. А еще Барашка главный поставщик девиц в постель его высочества. Эх, Ева, что будет с королевством, когда наш принц взойдет на трон…

- Как ты меня нашел? – Это был главный вопрос, который сейчас меня интересовал. До Барашки мне уже не было дела, как и до дворца, в котором плачут высокородные вельможи.

Тальмер хитро ухмыльнулся.

- Ты же моя ученица, могла бы и догадаться.

- Неужели метку на меня навесил?! – Возмущенно вскинула я подбородок.

- Нет. Ты бы заметила. А вот твои мерцающие нити – это да. Это твоя уникальность, не умеешь ты их прятать.

Я непонимающе мотнула головой.

- Так прошло два месяца, а нашел только сейчас.

- Ну-у-у, знаешь, я объездил две провинции, а до этого обшарил всю столицу, и только здесь учуял тебя. Я же недоучка, сама знаешь, - Тальмер раскатисто засмеялся. Вот такого я его и люблю, открытого, смелого, честного. Хороший у меня учитель.

- Ты бы повидался с Вировием. Он очень жалеет тебя.

- Ты уже говорила.

- Так что?

- Ева, мне грозит виселица, и мое дело не имеет срока давности. А если… - он замолчал.

- Ты думаешь, он тебя выдаст? Глупость.

- Не хочу проверять. И хватит об этом.

Потом мы еще долго говорили. Он рассказал, что в доме на улице Рябинового озера, откуда я пропала, ему почудились флюиды рода Маргоров, королевская кровь.

- Представь, я был готов нестись во дворец. Во мне такая злость вскипела, что только наш дядюшка Фримм сумел меня успокоить. Вот поэтому он и не поверил тем болтунам, кто трепал языками о твоем бегстве с украденным сапфиром. Я сразу сказал, что девчонку похитили, ну, то есть тебя, - Тальмер облегченно выдохнул. – Поверь, лучше сбежать от бастарда Вартена, чем побывать в лапах Жильбера.

Я сникла.

- Толку что я живая. А вот как жить дальше, - вздохнула я.

- Надо подумать. То, что ты описываешь, сильно похоже на аферианское проклятье. Знаешь, я на несколько дней уеду, а потом займусь этой гадостью. Дай-ка мне что-то из твоей одежды, платок сними. А то опять куда-нибудь убежишь, - он сам стянул с головы мой платок и спрятал его в кармане.

- И по платку найдешь? Ну ты и волк!

- А то ты не знаешь, - и мы рассмеялись.

- Ладно, беги, еще встретимся. И будь осторожна.