Воровка

Глава 123

Выход из тени Пролог

Похороны состоялись в воскресенье на кладбище Аргонавтов. Собралось лишь несколько человек. Человек в чёрном прочитал молитву:

— Спи спокойно, дорогой друг.

Это было тайное захоронение. Присутствующие молча прощались с ушедшим, и лишь тихий шорох листьев подчёркивал торжественность момента.

После церемонии все собрались в скромном помещении для поминок. Поднялся и взял слово человек в чёрном:

— После гибели Александра у нас серьёзная проблема. Без замены мы дальше не пойдём. Кандидаты есть. Нужно выбрать.

Экран осветился, и перед собравшимися появились фотографии потенциальных кандидатов с краткими характеристиками. Решение требовало серьёзного обсуждения. После долгих споров и взвешивания всех «за» и «против» команда остановилась на одном кандидате — том, кто лучше других соответствовал их требованиям.

Глава 1

Город вымер. Мокрый асфальт блестел под редкими фонарями.

Из переулка вынырнули две фигуры. Их качало, словно моряков во время шторма, но, поддерживая друг друга, они медленно продвигались вперёд — ноги сами знали дорогу.

Один из них, споткнувшись о собственную тень, замер.

— Опять... Чёрт... Глянь! — он ткнул пальцем в сторону стены.

И хотя чертей по дороге они встретили уже немало, этот им особенно не понравился.

Мимо, едва касаясь земли, пронеслась тёмная фигура. Она двигалась с такой лёгкостью, что пьяному показалось, будто пространство просто прогнулось под ней.

— Чёрт или чертовка? — пробормотал второй, прижимаясь к стене, чтобы не упасть.

— Идём дальше, — с трудом разлепляя губы, промямлил первый. — Будем маскироваться. Что-то в последнее время от чертей житья нет.

Он опустился на четвереньки, чувствуя, как мир вращается слишком быстро.

— Точно, — подтвердил второй. — Надо маскироваться.

Незаметная тень замедлилась у высокой каменной стены. Пятиметровый забор из дикого камня не пугал. Ни единого звука не нарушало тишину. Она проверила крюк-«кошку», раскрутила и забросила его наверх. Металл тихо звякнул, вгрызаясь в парапет. Один рывок, второй — и вот она уже наверху, замерла, вдыхая ночной воздух. Перекинула ногу и спустилась на другую сторону. Коснувшись земли, снова застыла.

Под покровом темноты, осторожными перебежками, она добралась до дома. Нашла окно с краю и, орудуя отмычкой, подняла раму, после чего ловко скользнула внутрь.

В гостиной пахло дорогим воском и старой кожей.

Она замерла.

Тишина была слишком аккуратной.

Джина стояла в углу, прислушиваясь. Её чутьё, которое редко ошибалось, уже кричало: «Уходи».

Но другая мысль оказалась сильнее.

«Что я скажу Миллеру? Он не поверит. Сожрёт и не подавится, если я вернусь пустой».

Страх перед боссом оказался сильнее инстинкта. Она ещё раз взглянула на окно.

«Чему быть, того не миновать».

Джина достала фонарь и включила его. Луч света осветил картину «Писающий мальчик», за которой, судя по наводке, находился сейф. Она сняла картину и поставила на пол. В стене действительно был сейф. Приблизившись, она аккуратно установила прибор для подбора кода. Через двадцать секунд устройство нашло комбинацию. Сейф открылся.

Он был пуст.

Холодный пот прошиб её раньше, чем взвыла сирена. С грохотом рухнули металлические жалюзи, превращая комнату в клетку. Вспыхнул свет, от которого зарезало глаза. На галерее второго этажа стоял Человек в чёрном.

Бежать было некуда.

Джина не стала метаться. Она медленно опустилась на диван, закинула ногу на ногу и поправила выбившийся локон. Внутри всё дрожало, но лицо оставалось каменным. Перед ним сидела молодая женщина с длинными тёмными волосами и слишком спокойным для такой ситуации взглядом.

— Я не из полиции, — сказал Человек в чёрном, спускаясь по лестнице. — И не собираюсь спрашивать, что вы здесь делаете.

Он усмехнулся.

— Этот спектакль я устроил для вас.

Джина молчала.

— Пустой сейф, слухи, драгоценности... Что вас насторожило? Тишина? — он чуть наклонил голову. — Я, между прочим, старался.

— И что теперь? Сдашь меня копам? — вызывающе спросила Джина, хотя ладони были влажными.

— Нет. Я не собираюсь причинять вам вред. Напротив — хочу предложить сделку. Пять лет за решёткой? Три года в женской колонии? Зачем мне такая трата таланта? Мне нужны ваши руки, ваши глаза и ваше бесстрашие. У меня был партнёр, но он погиб, и мой бизнес встал. Работайте на меня.

Он сделал короткую паузу.

— Постоянный поток заказов. Восемь процентов от каждой сделки. Бонусы за особенно удачные операции.

Джина рассмеялась.

— Надо же, какой сюрприз. Восемь процентов? Ты серьёзно? Открывай свои жалюзи, я ухожу.

— Обдумайте моё предложение.

Он изящным щелчком отправил визитку в её сторону. Карточка приземлилась точно на её колено.

— И какие гарантии? — спросила Джина.

— Моё слово.

— И что я должна буду делать?

— То же, что и сейчас. Только под моей защитой. Я вас не тороплю, Джина.

Она чуть прищурилась.

«Откуда он знает моё настоящее имя?»

Вынув маленький пульт из кармана, он нажал на кнопку. Жалюзи поднялись, освобождая выход.

Джина подняла визитку, встала и направилась к двери. Перед тем как выйти, обернулась:

— Двадцать процентов, и я подумаю.

С этими словами она ушла.

Человек в чёрном провожал её взглядом с едва заметной улыбкой.

Он знал, что она вернётся.

Глава 2. Побег к графу

Джина прошла через открывшиеся ворота и направилась к припаркованному неподалёку мотоциклу, включая мобильный. Но как только она приблизилась к нему, раздался звонок. На мгновение она заколебалась, но затем всё же ответила:

— Слушаю.

— Как дела? — раздался в трубке знакомый голос.

— Никак.

— То есть?

— Этой вещи в доме не было.

— Ты уверена?

— Да. На сто процентов.

— Подумай ещё...

— Я сказала: её нет.

Она отключилась.

На другом конце провода человек в ярости швырнул телефон на землю.

— Франко! — позвал он помощника.

Тот мгновенно подошёл.

— Ты уверен в информации?

— Полностью, босс.

— Значит, эта сука решила меня кинуть. Найди её и притащи сюда. Я из неё всё выпотрошу. Иди. И она должна заговорить. Не переусердствуйте.

Джина приехала в своё убежище, о котором никто не знал. Приняв душ и вытирая мокрые волосы, она задумалась о произошедшем. Предложение о работе, постоянный заработок — всё это привлекало. Да и манера общения у незнакомца была куда приятнее, чем у Миллера.

«А этот Миллер — просто психопат».

И тут её осенило. Он не получил то, что хотел. Значит, подозревает её в обмане. А если так, то пошлёт своих головорезов, способных на всё.

У неё похолодели ладони.

Если Миллер решил, что она его обманула, времени почти не осталось.

Джина быстро начала одеваться и собирать вещи. Едва она успела закончить, как в дверь сильно забарабанили.

Она вздрогнула.

«Это они».

Схватив рюкзак, она рванула к окну, перелезла по торчащей из стены трубе на крышу, а оттуда — на крышу соседнего здания. Спустилась по пожарной лестнице, осторожно вышла из подъезда и, убедившись, что улица пуста, поспешила поймать такси.

Бандиты, ворвавшись в её квартиру, никого не застали. Обыскав всё и ничего не найдя, Франко доложил боссу. Миллер был в ярости.

— Если не скажет, где драгоценности, — убить.

— А если скажет? — спросил Франко.

— Она — испорченный материал. Доверять ей больше нельзя, к тому же она слишком много знает. Всё равно прикончить.

— Будет сделано.

Джина ехала в такси, не зная куда именно. Таксист дважды спрашивал адрес, но получал лишь неопределённые ответы, пока она не вспомнила о визитке. Помедлив ещё немного, она всё-таки набрала номер.

— Алло? Это вы, Джина?

— Да.

— Выйдите из такси и скажите, где вы находитесь. За вами подъедут.

Такси остановилось. Через несколько минут рядом затормозила машина. Из неё вышел водитель и вежливо обратился:

— Вы Джина? Я от графа Дель-Катто.

Он открыл перед ней дверцу.

— Но сначала, пожалуйста, отключите телефон и не включайте его, пока находитесь у графа.

Джина посмотрела на водителя. Вежливый. Опрятный. С манерами.

— Так он граф? — спросила она с недоверием.

— Да, самый настоящий.

Они ехали минут двадцать пять и вскоре оказались у ворот. Водитель нажал кнопку на панели, створки открылись, и они въехали на территорию особняка. Вокруг был красивый сад, в центре — фонтан.

— Это не тот дом, где я была.

— Верно. Этот дом — для приближённых.

Граф Дель-Катто встречал их на крыльце. Высокий, собранный, в чёрном костюме, он производил впечатление человека, который давно привык замечать всё.

— Рад видеть вас, Джина. Прошу, входите. Сегодня можно через дверь. Я слышал, вы уже не раз сегодня пользовались окном.

— Да, утро выдалось не из приятных, — улыбнулась Джина.

— Раз уж вы здесь, приглашаю вас к столу. И предлагаю перейти на «ты».

Она кивнула.

После трапезы он спросил, согласна ли она работать на него. Джина подумала: «Лучше он, чем Миллер».

— Да. Но, как я и говорила: двадцать процентов, хорошая машина и жильё.

— Ты можешь пожить здесь. У меня есть гостевой домик. Но в основном мы будем останавливаться в отелях в разных странах — мои клиенты разбросаны по всему миру. И, кстати, нам пора познакомиться официально. Меня зовут Алонсо. Можешь называть меня Ал или граф. Насчёт Миллера не беспокойся. Я уже отдал распоряжение: его либо утихомирят, либо...

Он резко перевёл разговор.

— Восемь процентов.

Джина посмотрела на него, не моргнув.

— Я могу дать восемь. Это мой предел.

Он говорил спокойно, и по глазам было видно: это не торг ради приличия.

— Пятнадцать, — сказала она.

Граф чуть улыбнулся.

— Хочешь кофе? Он у меня очень хороший. Жильё, еда, бонусы, поездки по странам... восемь процентов — честная цена.

Джина ещё мгновение помедлила, для вида.

— Я согласна.

— Отлично. Сегодня отдыхай. В гостевом домике всё есть. Встретимся завтра за завтраком в десять — познакомлю тебя с командой.

— С командой?

— Да. Только так можно избежать ошибок и не попадаться в ловушки.

Он сказал это легко, но намёк на её недавний провал был вполне ясен.

Глава 3. Новая команда

Джина проспала почти девять часов. Ровно к десяти она подошла к особняку Алонсо. Слуга открыл двери, и она прошла в гостиную, где уже собралось несколько человек. Вошёл хозяин дома и попросил внимания.

— Хочу познакомить вас с новым членом нашей команды, — сказал он. — Она специалист в своей области и заменит Александра.

Затем он указал на светловолосого парня рядом с собой:

— Люций — наш компьютерный гений.

Вечно растрёпанные волосы и очки придавали ему вид типичного интеллектуала, но в его голубых глазах светился острый ум.

— Виктор — наш техник. Способен решить любую задачу — и даже больше, если хорошо попросить.

Короткая стрижка, спокойный взгляд, уверенная осанка — человек дела.

— А это Риккардо — первоклассный водитель, пилот, водолаз и мастер рукопашного боя.

Атлетичное телосложение и внутренняя энергия Риккардо бросались в глаза сразу.

— И, наконец, Валентин, — продолжил граф. — Человек, который отвечает за то, чтобы мы доживали до конца операции.

Валентин лишь коротко кивнул.

— У нас все постоянно совершенствуют навыки, — сказал граф.

Джина вопросительно подняла бровь.

— Это необходимо, — пояснил он. — Учитывая твои близкие контакты с клиентами, дополнительные умения тебе не повредят. А теперь прошу всех к столу. Дела подождут.

Во время завтрака все подшучивали друг над другом. Лишь граф, как всегда, ел сдержанно и почти безупречно. Когда с трапезой было покончено, он пригласил команду в кабинет.

— У нас срочный заказ из Франции. Нужно вернуть украденный шедевр — «Флоринскую Мадонну», проданную на аукционе за тридцать два миллиона долларов. Также необходимо забрать два жёстких диска. Гонорар — два миллиона. Я выяснил, кто стоит за кражей.

— И кто это? — спросил Риккардо.

— Наш старый знакомый — «милый Джо», он же Миллер.

Граф показал фотографию картины.

— Размер — шестьдесят на девяносто. У нас сутки на сбор информации. К вечеру жду результаты.

Люций уже щёлкал по клавишам.

— Картина куплена на аукционе в Лондоне миллиардером Эриком Вердоном. Через полгода её выкрали, убив жену Вердона и слугу. Полиция в тупике уже год.

— Значит, так, — сказал Риккардо. — Двойное убийство, Миллер в игре, людей у него полно. Сам он эту вещь не хранит ради любви к искусству, значит, работает под заказ. Надо цепляться за верхушку его банды.

Джина вставила:

— У них отличная разведка. Подобраться сложно. Нужно поймать мелкую сошку и через него выйти на связь с остальными.

— Неплохо, — одобрил Риккардо. — Мы подключимся к мобильнику Миллера, но для этого нужно две минуты непрерывного контакта с его устройством. Справишься?

Все взгляды устремились на Джину.

— Да, — кивнула она.

В этот момент в кабинет вошёл граф.

— Всё меняется. Быстро собираемся, берём только самое важное — и в гараж. Там два джипа.

Он повернулся к Валентину:

— Баллоны подключены?

— Да.

— Хорошо. Риккардо, уходим в резервное убежище. Возьми Джину и Валентина.

— Что случилось, Ал? — спросил Риккардо, уже пакуя снаряжение.

Граф посмотрел на монитор, потом на Джину.

— Телефон. У неё в телефоне был жучок. Я должен был это предусмотреть. Миллер едет сюда со всей своей вооружённой бандой. Живее.

В гараже машины разделились. Риккардо рванул к новому убежищу, а джип Виктора затаился за поворотом. Граф с сожалением посмотрел на дом.

— Жаль. Хорошее было место.

Когда они уже подъезжали к цели, издалека донёсся звук глухого взрыва. Граф посмотрел на монитор в руках.

— Жаль дом, но он сослужил свою службу.

— Как они нас нашли? — спросил Люций.

— Я оставил её телефон в доме. Подарок Миллеру, — спокойно ответил граф.

В новостях уже передавали о взрыве бытового газа. Особняк был стёрт с лица земли.

Глава 4 / 5 / 6

Глава 4. Первый шаг в игре

В гостиной нового дома граф уточнил, как продвигается план. Риккардо заверил, что сегодня вечером они его реализуют.

— Кто идёт?

— Я и Джина. Люций на подстраховке удалённо, Виктор — прикрывать на месте. И ещё: для этого дела Джину нужно одеть соблазнительно.

— Хорошо. Отправляйтесь в магазины. У неё ведь почти нет одежды, так что купите всё необходимое.

Риккардо и Джина отправились за покупками. Она нырнула в первый же бутик и полтора часа примеряла наряды. Риккардо терпеливо оценивал каждое её появление, выбирая образ, в котором сочетались соблазнительность и практичность. Наконец, нагруженные пакетами, они вышли на улицу.

— Теперь мне в парикмахерскую.

Риккардо про себя ворчал, чувствуя, что терпение на исходе, но всё-таки потащился за ней. Он сидел в салоне, листая журналы, пока Джина не появилась перед ним. Она выглядела ошеломляюще.

— Теперь готовы? — спросил он с нескрываемым восхищением.

Джина кокетливо вскинула брови:

— Да, готовы.

Когда она вошла в гостиную, Люций воскликнул:

— Это ты, Джина?!

Её преображение вызвало одобрение у всей команды.

— Всё для успешной миссии, — сказала она. — А вы готовы к действию?

— Готовы, — в один голос ответили мужчины.

Граф сидел за столом, что-то чертя в блокноте. На стук вошли Джина, Люций и Риккардо. Граф на мгновение замер.

— Добрый вечер, граф.

— Выглядишь превосходно, Джина. Я рад этому преображению.

— Спасибо, Ал.

— Вижу, вы готовы. Люций, ты дал Джине наушник?

Тот протянул миниатюрное устройство.

— Ты будешь слышать нас, а мы — тебя. Телефон объекта должен находиться рядом с твоим мобильным на расстоянии не более сорока сантиметров.

Граф остановился перед Риккардо:

— Постарайся обойтись без мордобоя. Не привлекая внимания.

— Как получится, шеф.

— А ты, Джина, как только сделаешь дело, сразу выходи и садись в машину к Виктору.

— Поняла.

Машина подъехала к бару «Стоп». Риккардо проверил обстановку. Вскоре появился «клиент» — один из шестёрок Миллера.

— Он вошёл. Ждём несколько минут, — прошептал Риккардо в микрофон.

Он галантно открыл дверцу Джине, и она, покачивая бёдрами, вошла в бар. Сразу заметила объект у стойки. Подсела рядом, достала сигарету и многозначительно посмотрела на него. Тот с готовностью щёлкнул зажигалкой.

— Пожалуйста.

Они разговорились. Джина вытащила телефон, якобы записывая его номер. На самом деле устройство Люция уже сканировало данные. Ровно через две минуты в наушнике раздался голос хакера:

— Подключение есть. Готово, уходи.

Джина направилась к выходу. Ошарашенный бандит бросился за ней и протянул руку:

— Куда ты, детка? Я ещё не всё сказал.

Но на его пути вырос Риккардо.

— Скажешь потом.

Короткий, точный удар — и бандит осел на пол.

— Может быть, — бросил Риккардо, уже уходя.

В полумраке бара почти никто ничего не заметил. Вскоре команда уже была дома.

Глава 5. Следы ведут к Шмидту

— Как всё прошло? — граф подошёл к столу.

— Как в сказке — гладко и сладко, — улыбнулся Риккардо.

— Мы внутри, — доложил Люций. — Ему позвонил босс, некий Оса. Нашего, кстати, зовут Клоп. Я поставил все разговоры на запись.

Прошло два часа, и вся цепочка до первого помощника Миллера, Франко, была раскрыта.

— Теперь Миллер у нас на ладони, — резюмировал Люций. — Кстати, он всё ещё ищет Джину.

Граф поднялся из кресла.

— Нужно тщательно проверить кого-то из этой цепочки. Желательно Франко. Люций, найди контакт, с которым он связывался реже всего.

— Хорошо.

Люций застучал по клавишам.

— Таких контактов четыре.

— Теперь выясни дату самого первого звонка для каждого номера.

Через минуту Люций ответил:

— Два контакта появились год и восемь месяцев назад, а два других — только в этом году.

— Значит, последние неинтересны, — сказал граф. — Задача упрощается. Найди адреса первых двух. Хотя если они страховались...

Он прервал себя.

— Были ли обратные звонки от Франко к ним?

— Три звонка на первый номер и два — на второй.

— Вычисли, откуда они были приняты.

— Три звонка на первый номер — один и тот же адрес: Женева. Два других — из Берлина.

Граф откинулся в кресле.

— Вот как. Начинай проверять Женеву. Вытащи на свет всё, что сможешь. Люций, вся надежда на тебя.

Он поднялся и вышел из кабинета.

— Ребята, давайте тоже выйдем, не будем мешать, — предложила Джина. — Ну и голова у этого графа.

— Что ты сказала? — переспросил Риккардо.

— Да так. Цитата.

Риккардо предложил пройтись по двору.

— Сделаем кофе и выйдем.

Они зашли на кухню, где Валентин как раз заканчивал возиться с кофемашиной. Взяв по чашке, устроились на скамейке в саду.

— Какие красивые звёзды, — тихо сказала Джина, глядя в чёрное небо.

— Да, — согласился Риккардо.

Они сидели в ночной тишине. Риккардо держал чашку уже остывшего кофе и даже не замечал этого. Джина смотрела на звёзды, а он — на неё.

Из дома вышел Валентин.

— Вас ждёт граф.

Они поднялись в кабинет, где уже собралась вся команда. Граф держал в руке лист бумаги.

— У нас есть имя заказчика. Эмиль Шмидт — богатый бизнесмен со связями в подпольном мире. Это ключевая фигура. У нас есть его адрес. Теперь нам нужен план его виллы и возможные пути отхода. Нужно выяснить всё: количество охраны, типы систем, наличие собак — у богатых свои привычки. И, конечно, где он хранит коллекцию. Нам нужен хороший план. Завтра утром начнём. А теперь — всем спокойной ночи.

Люций остался в гостиной. В доме постепенно гас свет, но хакер был полон энергии. Он решил не ждать до утра.

Данные собирались в общую картину: Эмиль Шмидт, женат на Елене, детей нет. Дважды проходил свидетелем по делам об отмывании денег, но оба раза выходил сухим из воды, сдавая подельников. Личных фотографий почти нет — Шмидт явно не любил публичность. Нашёлся лишь некролог о журналисте, погибшем сразу после попытки опубликовать снимки бизнесмена.

Люций нашёл фотографии виллы: два этажа, высокие потолки, решётки, вооружённая охрана. На одном из кадров виднелась женская фигура.

«Жена», — догадался он.

Заглянул в её соцсети: сплошные фото с подругами, ни одного снимка с мужем. Явно чего-то боится. Усталость всё же взяла своё, и, поддавшись зевку, Люций наконец рухнул в кровать.

Глава 6. Подход к дому

Утро выдалось ясным. Джина устроила для всех завтрак со свежими булочками и фруктами. Атмосфера была почти семейной, пока команда снова не собралась в кабинете.

— Охрана — примерно по два человека на посту, плюс прислуга и личный телохранитель, — доложил Люций, выводя план дома на экран. — Главное — мы не знаем, где картина. Помещение должно быть сухим и проветриваемым, скорее всего, со своим генератором для контроля климата. А значит, к ним периодически въезжает заправочная машина.

Граф задумчиво кивнул:

— Верно. Этот вариант проработаем.

— Шмидт любит скачки, — продолжал Люций. — Можно попробовать подобраться к нему на ипподроме.

— А если не подпустят? — возразил Виктор.

Джина показала на одну из фотографий, где за спиной Шмидта виднелся край женского платья:

— Видите? Он был не один, а с женщиной. Если это не жена, значит, любовница. Это зацепка.

Граф вмешался:

— Хорошая мысль. Но также необходимо понаблюдать за его женой. С ней нужно подружиться. Джина, сможешь?

Она уверенно кивнула.

— Я как раз изучаю её расписание, — добавил Люций. — Елена Полотане, тридцать четыре года. Трижды в неделю ходит в фитнес-клуб «Белая хризантема». Сегодня тренировка в пять.

— Хочу, чтобы ты была в курсе каждого её шага, — сказал граф Джине. — Тебе понадобится транспорт. Предпочитаешь мотоцикл?

— Да. На нём проще маневрировать.

— Секунду, Джина. Я подготовил документы.

Граф протянул ей бумаги.

— Теперь ты Лаура Шнайдер, двадцать шесть лет, искусствовед из Милана. Люций введёт тебя в детали легенды. Вот права на машину и мотоцикл. Изучи и запомни.

Он обернулся к остальным:

— Виктор и Риккардо, вы следите за Шмидтом и его пассией. Всё должно работать как часы. И ещё одна деталь: наш заказчик удвоил гонорар за поимку убийцы его жены. Теперь это четыре миллиона. Нам нужно имя конкретного исполнителя.

— Вряд ли мы его найдём, — заметил Виктор. — Миллер наверняка зачистил концы.

— Скорее всего, — согласился граф. — Но если мы сообщим заказчику сейчас, что знаем кто, он устроит бойню, и мы потеряем деньги. Расскажем всё, когда дело будет сделано. К вечеру жду результатов.

Он поднялся.

— Пойдём на кухню, Валентин. Я хочу, чтобы ты приготовил...

Голоса затихли в коридоре.

Дорога из поместья Шмидта в город была всего одна, что облегчало задачу. Виктор и Риккардо устроили засаду на выезде. Люций сообщил им номера всех машин, принадлежащих Шмидту:

— Теперь вам будет легче их опознать.

На случай, если объект воспользуется чужим транспортом, Люций установил скрытую камеру, направленную прямо на ворота виллы.

Глава 3 7 8 9

Глава 7. Трещина

Граф шёл по коридору к комнате Джины. Он не хотел поднимать эту тему, но понимал: лучше сделать это сейчас. Он дорожил командой, а в его системе ценностей дело всегда стояло выше личных привязанностей. Хладнокровие, по его убеждению, возможно лишь там, где нет эмоциональной зависимости.

Он постучал.

— Войдите.

Джина как раз собиралась уходить. На стуле лежала куртка, на кровати — документы. Она обернулась и сразу поняла: он пришёл не просто так.

— Всё в порядке? — спросил граф спокойно.

— Да. А что-то должно быть не в порядке?

— Нет. Просто хотел убедиться, что тебе всего хватает.

— Всего хватает, — ответила Джина, не сводя с него взгляда. — Вы ведь не за этим пришли?

Граф едва заметно улыбнулся.

Он прошёл чуть дальше, остановился у окна и, не оборачиваясь, сказал:

— Я хочу поговорить с тобой откровенно. Без недомолвок.

Джина скрестила руки на груди.

— Тогда говорите.

Несколько секунд граф молчал.

— Ты быстро вошла в работу. Это хорошо. У тебя талант, хладнокровие и нужная гибкость. Но я не люблю, когда в команде начинают мешать личное с делом. В нашем деле люди гибнут не только от пуль. Очень часто — из-за привязанности. Один начинает думать не о задаче, а о человеке рядом. Замедляется. Этого хватает.

Джина уже поняла, к чему он ведёт, но лицо не дрогнуло.

— Продолжайте.

— Риккардо хороший человек. Надёжный. Но он слишком эмоционален, когда речь заходит о тех, кто ему небезразличен. А это опасно.

— Для кого?

— Для всех, — спокойно ответил граф. — Для него. Для тебя. Для операции.

— А если вы ошибаетесь?

— Тогда этот разговор ничего не изменит.

— А если нет?

— Тогда он нужен был ещё вчера.

Она усмехнулась, но без веселья.

— И вы пришли предупредить меня, чтобы я не мешала Риккардо выполнять обязанности?

— Я пришёл предупредить вас обоих. Но с ним поговорю отдельно. Сейчас я говорю с тобой.

Повисла короткая тишина.

— Послушай меня внимательно, — продолжил граф. — В нашем деле привязанность — это рычаг. Через неё ломают. Через неё давят. Через неё убивают. Стоит человеку начать бояться не за себя, а за кого-то рядом — и он уже ошибается.

Он повернулся к ней.

— Я не моралист, Джина. И не собираюсь унижать тебя этим разговором. Но если из-за лишних чувств кто-то из команды сорвётся — я отвечаю за это не меньше. Пока ты в команде, это не должно влиять на работу.

— А если уже влияет? — тихо спросила она.

Граф задержал на ней взгляд.

— Тогда это нужно остановить сейчас. Пока цена не стала слишком высокой.

Джина медленно выпрямилась. В глазах мелькнуло что-то жёсткое.

— Значит, это приказ?

— Считай это правилом.

Джина кивнула слишком быстро, слишком сухо.

— Хорошо. Это всё?

Граф понял, что задел её сильнее, чем она показывает. Но отступать было поздно.

— Всё. Через час жду тебя в кабинете.

Он направился к двери, затем остановился:

— И ещё. Не принимай это как недоверие. Я говорю так только потому, что вижу в тебе человека, на которого можно положиться.

— Очень великодушно, — ровно ответила Джина.

Граф коротко посмотрел на неё и вышел.

Дверь закрылась.

Джина ещё несколько секунд стояла неподвижно. Потом медленно опустилась на край кровати. Её будто не ударили, не оскорбили — хуже. Будто заранее поставили на место, которого она сама себе ещё не успела придумать.

Она стиснула пальцы.

— Отлично, — выдохнула она. — Просто отлично.

Через минуту она уже снова была собрана. Лицо — спокойное. Глаза — холоднее обычного.

— Значит, так и будет, — тихо сказала она самой себе.

Она поднялась, взяла куртку и вышла.

Виктор и Риккардо следили за дорогой из двух машин. Виктор уже установил камеру и вернулся в засаду.

— Ну как? — спросил он.

— Всё нормально, — ответил Риккардо, потирая шрам на лице.

Люций вышел на связь:

— Ребята, расслабьтесь. Я слежу за мониторами.

Они только приступили к еде в придорожном кафе, как в наушнике раздался голос хакера:

— Ворота открываются. Выезжает машина. Номера хозяйские. За рулём мужчина, шляпа надвинута на глаза.

Риккардо и Виктор прыгнули в машины и последовали за объектом, держась на расстоянии. Автомобиль свернул в новый высотный район Беретти. Из него вышел Шмидт с тяжёлым пакетом в руках и скрылся в подъезде.

Риккардо успел проскользнуть следом. Лифт остановился на восьмом этаже.

— Люций, проверь дом, восьмой этаж, — передал он, выйдя на улицу.

— Минуту... Так, в шестнадцатой квартире — пожилой мужчина, а в пятнадцатой — некая Анджела Брук.

Они прождали два часа. Сначала уехал Шмидт — за ним пошёл Риккардо. Позже из подъезда вышла Анджела. Виктор двинулся следом.

Джина примчалась на мотоцикле к фитнес-клубу «Белая хризантема», записалась на аэробику и стала ждать в кафе напротив. Вскоре подъехала жена Шмидта на шикарном кабриолете. Пора действовать.

Вечером почти все собрались в кабинете графа. Риккардо зашёл за Джиной. Она стояла у окна, погружённая в мысли.

— Джина, — улыбнулся он.

Она обернулась. На одно мгновение в её лице будто мелькнуло прежнее выражение, но тут же исчезло.

— Зачем ты пришёл?

— Я хотел тебя увидеть. И тебя ждёт граф.

— Надо было просто постучать и сказать это.

Риккардо растерялся.

— Я... да я просто...

— Не входи в мою комнату без стука, — сказала она уже жёстче. — Мне это не нравится.

Он смотрел на неё, не понимая, что произошло.

— Джина, в чём дело?

Она отвела взгляд, потом снова посмотрела на него — уже холодно, почти официально.

— Дело в том, что я здесь не для этого. Я здесь работать. И будет лучше, если дальше всё останется именно так. Дай пройти.

Риккардо молча отступил. Джина прошла мимо, даже не замедлив шага.

Граф сразу заметил напряжение между ними.

«Может, я зря поспешил?» — мелькнуло у него.

Но уже в следующую секунду он внутренне оборвал себя:

«Нет. Лучше жёсткость сейчас, чем ошибка потом».

Вернулся уставший Виктор:

— Эта Анджела обошла все магазины. Накупила столько, что её саму не было видно. Я подошёл, предложил помощь, представился сотрудником газовой компании. Мы разговорились, и я попал к ней в квартиру под предлогом проверки оборудования. Спросил про соседей. Она сказала, что в шестнадцатой живёт старик, который почти не выходит, но к нему часто заглядывает мужчина. По описанию — вылитый Шмидт.

Граф встал:

— Любопытно. Значит, это не любовница. Отлично, Виктор. Люций, узнай всё об этом старике. А что у тебя, Джина?

Джина изящно повернулась:

— Я разговорилась с Еленой после тренировки. Завтра мы идём на шопинг. И ещё... мне кажется, она предпочитает женщин.

— Но она же замужем! — удивился Люций.

— Замечательно, — резюмировал граф. — Так ты быстрее войдёшь к ней в доверие.

Джина иронично взглянула на шефа:

— Надеюсь, мои отношения с Еленой не повредят команде?

— Если не переходить грани, — в тон ей ответил он.

— Кстати, о деле. Мне нужна шикарная машина. Я сказала Елене, что у меня их две — жёлтая и красная.

— Будет тебе машина, — улыбнулся граф. — Виктор, завтра ты её личный водитель. Вот платиновая карта, Джина. Постарайся не разорить меня.

— Постараюсь, но не обещаю.

— Люций, ты что-нибудь нашёл? — граф заглянул в ноутбук.

— Да. Это его отчим. Тоже ещё тот тип, хоть и в прошлом.

— Уверен?

— Да. Но этот след никуда не ведёт. Наверное, Шмидт просто помогает старику или советуется с ним. А может, у нашего Шмидта, как у медали, две стороны.

— Что ж, на сегодня всё. Пора отдыхать.

Когда Риккардо и Джина снова остались наедине, он тихо спросил:

— В чём дело, Джина?

Она даже не остановилась.

— Дело в работе, — отрезала она и быстро ушла в свою комнату.

Глава 8. Вход в дом Шмидта

Утром Виктор припарковал роскошный красный кабриолет у дома. Граф стоял на крыльце, заканчивая телефонный разговор:

— Спасибо, Альфредо. Ты, как всегда, меня выручаешь.

Из дома вышла Джина, и её взгляд восхищённо замер на автомобиле.

— Вот твоя новая игрушка. Надеюсь, она понравится не только тебе, но и твоей новой подруге, — сказал граф.

Виктор показал ей основные функции:

— Мы установили микрофоны, GPS и камеры, чтобы быть в курсе событий и быстро реагировать.

— Во сколько у вас шопинг? — спросил граф.

— В час дня, в торговом центре «Макс Доладе».

— «Доладе»? Знакомое имя. Это не на Шестой авеню?

— Да, там. А что?

— Да так.

Он подозвал Виктора:

— Ты там старайся не привлекать внимания, а ты, Джина, должна громко отдать распоряжение по машине так, чтобы Елена это слышала. Когда вы выйдете из центра, твоей машины там быть не должно. Ты, Виктор, позвонишь и скажешь, что меняешь колесо. В это время мимо вас проедет поливочная машина и окатит с ног до головы.

— А вода будет холодная? — поёжилась Джина.

— Обычная, — хмыкнул граф. — Ты что, в детстве под дождём не гуляла?

Она не гуляла. Жизнь у неё была слишком другой. Но сейчас спорить не стала.

Виктор и Джина уехали. Граф подозвал Риккардо:

— Поедешь на базу к Альфредо и заберёшь поливочную машину. В нужный момент окатишь Джину и её подругу. Но без самодеятельности. Если момент будет не тот — не лезь.

— Понял, — кивнул Риккардо, и в голосе уже слышалось мрачное веселье.

Граф посмотрел ему вслед:

— Правду говорят: от любви до ненависти — один шаг.

Операция началась по плану. Виктор с шиком подкатил к торговому центру. Они специально немного опоздали, чтобы Елена заметила эффектное появление. Джина вышла из машины и громко отдала распоряжения шофёру, после чего тот уехал. Она обнялась с Еленой, и они, весело смеясь, вошли внутрь.

Шопинг затянулся. Елена была приветлива, но временами словно что-то взвешивала про себя. То говорила без умолку, то вдруг замолкала и смотрела на Джину с лёгким прищуром, будто решала, можно ли подпустить её ближе. Джина не торопила, не лезла в душу и не старалась понравиться слишком явно. И это, похоже, работало лучше любой игры.

Через три часа, нагруженные покупками, они вышли, но машины Джины на месте не было. Тут же раздался звонок. Джина включила громкую связь. Виктор доложил, что спустило колесо и он приедет не раньше чем через полтора часа. Джина изобразила крайнее расстройство. Елена раздражённо закатила глаза:

— Обожаю мужчин, на которых нельзя положиться.

— Сегодня, похоже, именно такой день, — сухо ответила Джина.

В этот момент к ним подъехала поливочная машина. Но всё вышло не так гладко, как хотелось бы: первая струя ударила чуть в сторону, окатив только край тротуара, пакеты и подол платья Елены. Та вздрогнула и зло отступила:

— Ты с ума сошёл?!

Джина мгновенно поняла: если сейчас всё сорвётся, второго такого случая не будет. Она сама шагнула ближе к дороге и сердито махнула рукой:

— Эй! Осторожнее!

Водитель дёрнул руль, и вторая струя уже накрыла их с головы до ног.

Визг, крики, мокрая одежда, пакеты, из которых текла вода. Поливочная машина, не останавливаясь, поехала дальше. Они стояли посреди лужи. Елена с яростью посмотрела вслед машине, потом на себя, потом на Джину.

— Нет, ну это уже просто издевательство...

Джина провела рукой по мокрому лицу и вдруг фыркнула.

— Что? — резко обернулась Елена.

— Да ничего. Просто если сейчас не засмеяться, останется только кого-нибудь убить.

Елена ещё секунду смотрела на неё, а потом сама нервно рассмеялась.

— Господи... ну и вид у нас.

— Зато запоминающийся, — ответила Джина.

Это и решило дело.

Первой опомнилась Елена:

— Идём в мою машину, поехали ко мне. Прислуга всё постирает и высушит. Не могу же я оставить тебя в таком виде.

Они уезжали — одна злая, другая внешне спокойная, но в душе ликующая.

Когда они подъехали к дому Шмидта, ворота открылись не сразу. Машина остановилась перед ними, и Джина заметила, как над створками медленно повернулась камера. Лишь через несколько секунд ворота начали расходиться.

— У вас тут всё серьёзно, — заметила она.

— У мужа свои причуды, — отмахнулась Елена, но уже без улыбки.

Машина остановилась у входа, и они, бросив покупки, побежали в дом. Навстречу уже спешила прислуга.

— Полотенца! Быстро! — бросила Елена. — И подготовьте гостевую ванную.

Они поднялись по ступеням, и в этот момент сверху послышались шаги. Эмиль Шмидт, увидев жену и незнакомую женщину в промокшей одежде, остановился на лестнице.

— Что произошло?

— Поливочная машина, — раздражённо бросила Елена. — Если хочешь посмеяться, то позже.

Шмидт спустился на несколько ступеней ниже и перевёл взгляд на Джину. Взгляд у него был внимательный, цепкий, без тени улыбки.

— А это кто?

— Лаура Шнайдер, — сказала Елена. — Я тебе о ней говорила.

— Ах да. Новая знакомая из клуба.

Он спустился ещё на несколько ступеней и окинул Джину изучающим взглядом.

— Простите мой вид, — спокойно сказала она. — Обстоятельства испортили знакомство.

— Напротив, — ответил Шмидт. — В таких обстоятельствах люди видны лучше.

Елена раздражённо махнула рукой:

— Эмиль, только не начинай. Мы промокли до нитки.

Шмидт ещё секунду смотрел на Джину, потом чуть посторонился.

— Хорошо. Сначала согрейтесь. Потом познакомимся как следует.

Это прозвучало не как гостеприимство, а как отсрочка.

Приняв душ, Елена дала Джине сухую одежду. Вскоре они уже сидели на веранде, пили горячий пунш и смеялись над своим приключением. Смех у Елены был уже более живой, без прежней настороженности. Нелепый случай сделал то, чего не сделал бы ни один тщательно выверенный разговор.

Подошёл Эмиль, поцеловал жену и повернулся к Джине. Елена представила подругу ещё раз.

— Лаура, значит, — сказал он. — Где вы познакомились?

— На аэробике.

— И давно вы туда ходите?

— Уже около года. Просто раньше ходила утром, а сейчас из-за заказов перевелась на вечернее время.

— У вас свой бизнес?

— Нет, скорее профессиональная деятельность. Я искусствовед. Оценщик произведений искусства.

— Вот как, — удивился Шмидт. — Значит, вы хорошо разбираетесь в живописи?

— Да. Это моя профессия.

Шмидт чуть прищурился.

— В самом деле? У меня есть несколько интересных полотен. Не хотите взглянуть?

Джина с энтузиазмом согласилась, но в его тоне ей послышалось не только любопытство, а ещё и желание проверить.

Они пошли в дом.

Они прошли в дальнюю комнату, гораздо большую, чем гостиная. Между книжными шкафами висело девять картин. Джина быстро осмотрела помещение, но похищенного шедевра среди них не было.

— Ну как, что скажете о моей скромной коллекции? — спросил Шмидт.

— Какой ответ вы хотите услышать?

— Конечно, правду.

— Что ж, все картины — средней руки. Не шедевры. Но лет через пятьдесят, а то и сто, они будут стоить совсем других денег. Сейчас их цена — тысяч пятнадцать, не больше.

— Любопытно, на чём основана ваша оценка, — сказал он, искоса взглянув на жену.

Та стояла у шкафа, делая вид, что листает книгу.

— Вот, к примеру, на этой картине, — продолжала Джина, — мазки слишком тонкие, рука не очень уверенная. Некоторые детали смазаны. Скорее всего, это работа очень молодого автора.

Шмидт внимательно слушал. Он оценил её разбор, но ещё внимательнее изучал саму Джину.

Елена же думала о своём. Десять лет рядом с этим человеком, собирателем старья, как она про себя называла его увлечение. Лучше бы дом новый купили. Или яхту. Или маленький самолёт. Париж, Вена, вся Европа. А он забил подвал своим барахлом, да ещё эта штука за домом жужжит и жужжит целый день.

С тех пор как в восточном крыле установили генератор, она туда не ходила.

Вошла служанка и сообщила, что одежда Джины готова.

— Весьма кстати, — сказала Джина и набрала Виктора.

Уже в своей одежде она прощалась с хозяевами. Шмидт проводил её взглядом и тут же подозвал помощника:

— Узнай всё об этой дамочке. И быстро.

Затем предложил жене:

— Дорогая, пойдём ужинать.

Они взялись за руки и прошли в столовую.

Вернувшись в поместье графа, Джина подошла к его кабинету и замерла, услышав обрывок разговора:

— Ты осознаёшь, насколько это опасно?

— Это необходимо, господин полковник.

— Сколько раз я тебе говорил не называть меня так, майор? — граф заметил Джину на мониторе скрытой камеры и подал знак помощнику. — Избавляйся от этих солдатских привычек, иначе мне придётся тебя отстранить.

— Просто скажи: «Хорошо».

— Да, хорошо, — согласился Валентин, и оба рассмеялись.

Граф ценил Валентина за профессионализм. Их сотрудничество началось ещё в Гондурасе и прошло через десятки операций.

— Так, на чём мы остановились? Ах да, на защите. Она должна быть стопроцентной, поэтому я приказываю тебе...

Он увидел ухмылку друга.

— Извини. Съезди и привези всё по этому списку. И поторопи их.

Джина, слышавшая разговор за дверью, была в полном недоумении. «Полковник», «майор»... Это никак не вязалось с образом обычных воров. Она решительно постучала и вошла. Валентин молча вышел, а граф вгляделся в её невозмутимое лицо.

— Значит, ты думаешь, это была проверка? — задумчиво сказал он, беря конфету. — Что ж, начертим план дома с твоих слов.

Через некоторое время схема была готова.

— Мы тоже не сидели без дела. Узнали, кто ставил камеры и какая компания обслуживает генератор. Мы даже выяснили модель сейфа, который стоит у Шмидта. Завтра поедем в одно место, где стоит точно такой же. Ты потренируешься на нём. Этот сейф необычный, даже для тебя.

Глава 9. Проверка

Шмидт сидел в кабинете. Вошёл его помощник.

— Проверили. Всё чисто.

— Не знаю, — Шмидт почесал затылок. — Что-то было в её глазах. Она что-то скрывает. Надо копнуть глубже, и этим займусь я сам.

Он набрал номер.

— Алло, мне надо поговорить.

— Хорошо, ждите, — ответили на том конце.

В трубке раздался другой голос:

— Что у вас?

— У жены появилась новая знакомая. Была у нас дома. Проверьте её.

— Хорошо. Скиньте данные. А вы организуйте вечеринку дня через четыре. Я за это время всё выясню. Пригласите её. Если всё чисто — просто повеселитесь. Если нет — решать вам.

Шмидт встал и направился в спальню. Елена сидела у туалетного столика.

— Дорогая, ты помнишь, какая дата у нас через четыре дня?

Она посмотрела на него, пытаясь вспомнить.

— Мы познакомились десять лет назад. В эти дни. Помнишь? Солнечный день. Май.

Елена медленно повернулась к нему. На секунду — почти незаметно — в её взгляде мелькнуло что-то острое.

Потому что она помнила.

Это было зимой.

Но уже в следующую секунду она улыбнулась:

— О да... конечно. Как я могла забыть. Ты всё помнишь.

— Вот я и подумал: устроим вечеринку. Как тебе?

Елена оживилась.

— Конечно! О, спасибо, любимый! А кого пригласим?

— Кого хочешь.

Она захлопала в ладоши, почти по-детски. Но в глазах уже шёл расчёт.

Вечером телефон Джины ожил. На экране высветилось имя «Елена». Джина выждала небольшую паузу и ответила спокойным голосом:

— Да, Елена?

— Лаура, дорогая! Я всё думаю о нашей встрече. Ты внесла такую приятную нотку в мой день. Послушай, у нас через три дня, в субботу, намечается небольшая вечеринка. Просто коктейли, музыка и приятные люди.

— Звучит заманчиво.

— Я просто настаиваю на твоём присутствии. Мне нужно разбавить это общество кем-то по-настоящему стильным. Никаких отговорок. В восемь вечера, у нас. Договорились?

— В субботу в восемь... Пожалуй, я буду. Спасибо за приглашение.

— Чудесно. Жду тебя с нетерпением. До встречи!

Джина отключила вызов и положила телефон на стол.

Граф собрал команду в кабинете.

— Скоро у Шмидта техническая проверка генератора. Виктор, это твоя задача. Поедешь как инспектор. Вот документы.

Виктор кивнул.

— Цель: найти выход вентиляции наружу и выяснить систему защиты. Вопросы?

В кабинете повисла тишина, которую прервал стук в дверь. Вошла Джина.

— Меня позвали на вечеринку к Шмидту. Через три дня.

Граф замер на секунду, обдумывая новость.

— Ну что ж... тогда всё отменяется. У нас новый план.

Раздались гудки.

Шмидт был занят рассматриванием марок, когда зазвонил телефон.

— Да, алло?

Голос на том конце был холодным и безэмоциональным:

— В профессиональном мире она — никто. Она нигде не училась, в Милане её не знают, о ней вообще ничего не известно. Делай выводы.

Снова раздались гудки. Шмидт медленно отложил лупу.

— Ну что же, сыграем в эту игру.

Позвав помощника, он коротко обрисовал ситуацию:

— Приготовься.

Граф тем временем сказал:

— Джина, собирайся. Мы едем в одно место, где ты потренируешься в открытии сейфа.

По дороге он высказал опасения:

— Шмидт — хороший психолог. Может быть, он уже о чём-то догадался или узнал о тебе. Но не волнуйся. Я что-нибудь придумаю для твоей безопасности. Кстати, мы приехали.

Они подошли к двери неприметного помещения. Граф постучал особым стуком, и дверь открылась. Перед ними стоял человек в комбинезоне и очках.

Они прошли по коридору до следующей двери. Человек открыл её, и Джина увидела посередине комнаты сейф — примерно полтора метра в высоту и метр в ширину.

Граф коснулся стального корпуса.

— От тебя всё зависит. Без карт памяти мы не получим ничего.

— А если их там много? Как я разберусь, какие наши?

— Бери все карты. На них нет пометок. Известно точно, что Шмидт не продал их. Возможно, он собирается шантажировать нашего заказчика.

Джина подошла к сейфу. Внимательно осмотрела панель замка.

— Мне знакома эта модель.

— Это новая разработка. Именно такой сейф у Шмидта. А теперь открой его. Без зачёта времени.

Уже через три часа Джина могла открыть сейф почти с закрытыми глазами. Граф поблагодарил человека в комбинезоне, и они вышли из здания.

За день до вечеринки все собрались в кабинете.

Люций протянул Джине изящную брошь:

— Это микрокамера и микрофон. Последние шпионские разработки.

Он улыбался как мальчишка, хваставшийся новой игрушкой.

— Смотри, Джина, — граф достал из ящика стола ручку. — Она пишет, но чернила опасны. Не смертельно. При контакте с кожей человек через десять секунд теряет сознание на три часа, а потом не помнит произошедшего. Кроме того, это пистолет с одной пулей. Случайного нажатия не будет. Она сработает только на твой голос с кодовым словом. Слово — «ночь». Проверим.

Граф вынул пулю из ручки.

— Возьми в руку и направь.

Джина направила и произнесла кодовое слово. Раздался щелчок.

— Стреляет тихо, но это на крайний случай. Шмидт не убийца, но всё равно будь настороже. И ничего лишнего при тебе быть не должно. Я уверен, что тебя обыщут. Поэтому твои игрушки побудут у Риккардо.

Он вытащил из-за стола картину в чехле:

— Вот точная копия украденной картины. Заказчик предусмотрительно предоставил её. Она тоже будет у Риккардо. Теперь по сейфу: если ты до него доберёшься, бери только карты памяти. Всё остальное не трогай.

— Почему?

— Мы получаем гонорар только за это.

Джина промолчала, но мысль мелькнула: «Как-то не по-воровски».

— Теперь Риккардо. Постарайся припарковаться в стороне от входа, лицом к воротам. Люций, выполняешь любую команду Джины. Всем всё понятно?

Все кивнули.

— Тогда на ужин. Идите, я догоню.

Когда команда вышла, граф тихо позвал помощника:

— Валентин, возьми снайперскую винтовку и подстрахуй Риккардо.

Глава 4\5 \6\7\8\9\10\11\

Глава 10. Вечеринка

Риккардо и Джина прибыли на вечеринку в самый последний момент. Он умело припарковал джип, выбрав место, откуда можно было удобно следить за окружением.

Джина и хозяйка обнялись, выражая радость встречи.

— О, Лаура! Как замечательно, что ты пришла! Идём, я познакомлю тебя с гостями.

Подошёл хозяин дома.

— Вы прекрасно выглядите, Лаура. Надеюсь, вы уделите мне немного времени?

— С удовольствием, Эмиль.

— Дорогая, я покажу Лауре мою коллекцию. Мне нужна консультация, — обратился он к жене. — Это не займёт много времени. Лаура, у меня здесь несколько новых приобретений. Я хотел бы услышать ваше мнение.

Он говорил вежливо, но слишком уж ровно. Без обычной светской лёгкости. Джина заметила это сразу. И ещё — что с той минуты, как она вошла в дом, Шмидт почти ни разу не выпустил её из виду.

Они вышли из дома и направились к отдельно стоящему павильону. Следом шёл телохранитель. Внутри, пройдя сканирование сетчатки и отпечатков и миновав бронированную дверь, они оказались в святая святых Шмидта. Но на этот раз Ганс не остался снаружи сразу. Он вошёл внутрь, оглядел помещение и только после короткого кивка хозяина отступил к двери.

Джина с внешним восторгом осматривала скульптуры, пока её взгляд не нашёл «Флоринскую Мадонну».

— Так это вы — таинственный покупатель. Поздравляю. Так о чём вы хотели проконсультироваться?

Шмидт не ответил сразу. Он смотрел на неё в упор.

— У меня к вам всего один вопрос, Лаура Шнайдер. Кто вы такая?

— Простите?

— Не надо, — тихо сказал Шмидт. — Не тратьте ни моё время, ни своё. Я люблю красивые игры, но только когда понимаю правила. А здесь мне их, похоже, не объяснили.

Джина почувствовала, как внутри всё собралось в жёсткий узел.

— Что с вами, Эмиль? Вы не в себе?

— Напротив. Я сейчас очень даже в себе. Ганс.

Телохранитель шагнул ближе.

— Поднимите руки.

Обыск был быстрым, но уже не таким ленивым, как мог бы быть. Ганс действовал грубо и внимательно. Он вытряхнул содержимое её сумочки на стол: помада, ключи, ручка, духи, мелочь. Потом проверил даже швы платья.

— Ничего, — сказал он.

— Это меня не успокаивает, — сухо ответил Шмидт. — Говорите. Кто вы? Кто вас прислал?

— Никто меня не присылал. Вы слишком много о себе думаете.

Шмидт усмехнулся, но глаза остались холодными.

— Возможно. Только я навёл о вас справки. И в Милане о вас ничего не знают. Ни галереи, ни аукционные дома, ни люди, у которых память на имена лучше, чем у нотариусов. Вас как будто нет.

Джина поняла: он уже всё проверил. Отпираться до конца бессмысленно, но и сдавать себя нельзя.

— Хорошо, — сказала она тише. — Я скажу. Но только вам.

Шмидт слегка наклонил голову.

— Уже лучше.

Кроме любви к искусству, Шмидт имел ещё одно увлечение — женщин. Да и ему было любопытно, как она разыграет сцену.

— Хорошо, Ганс. Постой за дверью, но будь рядом.

Джина не спеша подошла к столу, обворожительно улыбаясь, медленно стала собирать вещи в сумочку. Когда в руке осталась только ручка, подошла к нему вплотную.

— Ну? — тихо сказал он. — Я слушаю.

Шмидт замер в предвкушении. Внезапно почувствовал лёгкое прикосновение к руке и изумлённо посмотрел вниз. Он не рухнул мгновенно. Это было хуже. Несколько секунд он ещё держался, пытаясь понять, что произошло. Джина успела увидеть, как в его глазах вспыхнуло настоящее осознание.

Потом ноги подломились, и он тяжело повалился на бок.

Джина резко постучала в дверь павильона:

— Ганс! Хозяину плохо!

Телохранитель ворвался внутрь. Шмидт лежал на полу, не подавая признаков движения.

— Он схватился за сердце! — тараторила Джина, изображая панику. — Пульс, пощупай пульс!

Она склонилась над Гансом, который приник к груди босса, и быстро провела ручкой по его шее. Ганс дёрнулся, оборачиваясь:

— Что ты с ним сделала, сука?!

Он попытался схватить её за горло, но Джина отпрыгнула. Всё же успел вцепиться ей в руку — так сильно, что хрустнули пальцы. Она рванулась, вывернулась не сразу. Телохранитель уже поднимался. Он оказался крепче, чем она рассчитывала. Пришлось отступить к столу. Ганс шагнул к ней — медленно, тяжело, но всё ещё на ногах.

«Вот бугай, не падает», — мелькнуло у неё в голове.

Она уже была готова нажать на спусковой крючок ручки-пистолета, когда его повело в сторону. Он качнулся, ударился плечом о шкаф и только после этого рухнул лицом вниз.

Джина на всякий случай пнула его.

Спит.

Она выдохнула.

Снаружи послышались шаги. Кто-то проходил мимо павильона. Она замерла. Шаги удалились.

— Риккардо, к двери. Копию и инструменты, — произнесла она в брошь.

Выглянула в коридор — пусто. Через минуту уже меняла картины с Риккардо.

— Где? — она протянула руку.

— Вот.

Он отдал ей отмычки.

Джина вернулась в хранилище, повесила копию на место и подошла к сейфу. Вот тут началось самое неприятное.

Замок был тот же по модели, но внутри что-то работало иначе. То ли настройка, то ли дополнительная защита. Первые минуты ушли впустую. Джина стиснула зубы. Потекла секунда за секундой.

— Давай же... — прошептала она.

Наконец замки щёлкнули.

Внутри обнаружились наличные, россыпь драгоценностей и заветные карты памяти. Она сгребла всё в мешок-салфетку. Взгляд задержался на пачках стодолларовых купюр.

«Миллионов пять, не меньше. Почему граф запретил их брать?»

Она всё же сунула одну пачку в сумочку.

«Не обеднеет».

— Я выхожу.

Передав добычу Риккардо, Джина вернулась, вытащила Эмиля из хранилища в коридор, ослабила ему галстук и заперла бронированную дверь, оставив спящего Ганса внутри, после чего побежала к дому, крича на весь двор:

— Елена! Елена! Скорее!

Вечеринку прервали. Шмидта уложили в постель, вызвали врачей. Прощаясь с заплаканной хозяйкой, Джина изобразила искреннее сочувствие:

— Обязательно встретимся, Елена. Главное, чтобы с Эмилем всё было в порядке.

Глава 11. Правда

Когда Джина вошла в кабинет графа, команда встретила её аплодисментами. Даже шеф поднялся с кресла.

— Превосходно, Джина. Блестящая работа.

Но она не улыбнулась. В комнате повисла тишина.

— Я хочу знать, кто вы на самом деле, — сказала она. — Хочу услышать правду.

Валентин медленно вышел на середину комнаты и, глядя на графа, положил правую ладонь на левое запястье. Остальные последовали его примеру.

Джина перевела взгляд с одного лица на другое.

Риккардо. Люций. Виктор. Валентин.

Все стояли спокойно. Слишком спокойно.

И именно это задело её сильнее всего.

Граф подошёл к Джине вплотную:

— Ты хочешь знать правду, даже если она будет неприятной?

— Всю.

Граф выдержал короткую паузу.

— Хорошо. Мы — частное агентство по возвращению похищенных ценностей. Берёмся за дела, где закон бессилен. Нам нужна была замена, и мы выбрали тебя. Проблема заключалась в том, что тебе грозило двенадцать лет тюрьмы. Мы вывели тебя из-под удара, подбросили информацию Миллеру и вели тебя с самого начала. Те двое пьяных на улице, помнишь? Это были Виктор и Риккардо.

Несколько секунд Джина молчала.

Ей будто заново показали всё с самого начала: ту ночь, улицу, дом, ловушку, визитку, звонок, побег, машину у обочины.

Всё, что казалось случайностью, внезапно выстроилось в одну прямую линию.

Она медленно подняла глаза на графа.

— Значит... это всё было подстроено?

— Не всё, — спокойно ответил граф. — Но главное — да.

— Вы использовали меня... и лгали мне.

Никто не ответил.

Она усмехнулась, но усмешка вышла пустой.

— Красиво. Проверяли, годна я или нет? Смотрели, как я побегу, что выберу, кому поверю?

— Мы должны были быть уверены, — сказал граф.

— В чём? В том, что я достаточно удобна?

Риккардо сделал шаг вперёд, но граф едва заметно остановил его взглядом.

— Не удобна, — ответил он. — Надёжна.

Джина резко повернулась к остальным.

— И все знали?

Никто не отвёл глаз.

Это ударило больнее, чем слова графа.

— Значит, я одна была дурой, — почти шёпотом сказала она.

— Нет, — тихо произнёс Люций. — Это не так.

— А как? Скажите мне, как это называется.

Люций опустил голову. Виктор стоял неподвижно. Риккардо сжал челюсти, будто хотел что-то сказать, но понимал: сейчас любое слово только ухудшит положение.

Граф не отступил.

— Это называется работа, Джина.

Она медленно кивнула.

— Удобное слово.

Граф смотрел на неё спокойно, но без холода.

— Да. Иногда очень удобное. И очень тяжёлое.

Повисла тишина.

Джина подошла к окну, остановилась спиной ко всем. За стеклом темнел сад. Где-то в глубине дома звякнула посуда. Обычный звук — и от этого стало ещё хуже.

— Значит, вы с самого начала решили, кем я буду, — сказала она, не оборачиваясь.

— Нет, — ответил граф. — Решение всегда оставалось за тобой. Мы только открыли дверь.

Она медленно повернулась.

— Открыли? Вы загнали меня в угол и оставили одну дверь. Это не одно и то же.

Эти слова повисли в комнате тяжело и точно.

Граф чуть наклонил голову, признавая удар.

— Возможно. Но за эту дверь ты прошла сама.

Снова тишина.

Джина смотрела на них долго. Уже без злости — скорее так, словно пыталась понять, кто перед ней на самом деле: лжецы, спасители или и то и другое сразу.

— И что теперь? — наконец спросила она. — Вы всё рассказали. Дальше что?

Граф сделал ещё шаг.

— Теперь официально предлагаю тебе место в команде. Без ловушек. Без прикрытий. Без недомолвок. И да — я прошу прощения за то, что пришлось действовать именно так.

Он приложил руку к сердцу.

Риккардо опустился на одно колено. Люций умоляюще сложил ладони. Виктор подошёл ближе:

— Прими приглашение. Ты нам нужна.

Джина посмотрела на Риккардо, потом на Люция, потом на графа.

В груди всё ещё жгло. Простить сразу она не могла. Слишком многое встало на свои места, и от этой ясности было не легче, а тяжелее. Но вместе с обидой было и другое чувство — более новое. Всё это время она шла рядом с ними, спорила, рисковала, смеялась, работала. И впервые за долгое время не была одна.

Она выдохнула.

— Я не скажу, что мне всё это нравится. И не скажу, что легко это приму. Вы действительно использовали меня. И доверие не возвращается за одну минуту.

Никто не перебивал.

— Но... — она чуть запнулась. — Я тоже уже не могу делать вид, что вы мне никто.

В глазах Риккардо вспыхнула надежда.

Джина перевела взгляд на графа.

— Я принимаю предложение. Но правду вы мне теперь будете говорить сразу. Какой бы она ни была.

Граф выдержал её взгляд и кивнул:

— Согласен.

Только после этого лицо Джины чуть смягчилось.

— Вы мне тоже стали не чужими. Чёрт бы вас всех побрал.

Комната выдохнула. У Люция даже вырвался нервный смешок.

— А теперь о гонораре, — граф протянул ей платиновую карту. — После всех вычетов, налогов и страховки на твоём счету четыреста тысяч долларов.

Джина ошеломлённо замерла. Потом медленно открыла сумочку и протянула графу пачку долларов.

— Я там, в сейфе...

— Мы знаем, — сказал граф. — Видели через камеру.

На секунду ей захотелось провалиться сквозь пол.

Потом Виктор не выдержал и усмехнулся. За ним — Риккардо. Потом рассмеялись и остальные.

— Нам хорошо платят заказчики, — добавил граф, уже с лёгкой улыбкой. — Поэтому берём только то, за чем пришли.

Джина фыркнула:

— Да уж. В приличную компанию я попала.

Граф резко посерьёзнел и поднял лист бумаги:

— Внимание. Новый заказ. Летим в Лондон.

Он вывел на экран снимок древней статуи.

— Из музея похищен Будда. Возраст реликвии — тысяча шестьсот лет. Стоимость на чёрном рынке — восемьдесят миллионов долларов. Его должны были передать Индии, но накануне подписания договора он исчез. Это уже не просто кража — это пахнет дипломатическим скандалом. Заказ поступил от правительств обеих стран. Сумма контракта — пять миллионов. Через два дня вылетаем чартером.

Виктор поднялся:

— У меня два вопроса. Будем ли менять имена и когда обед?

В кабинете снова раздался смех.

— Имена оставляем, — с улыбкой ответил граф. — А теперь — к столу.