Ворон

Глава 1 Черный мечник.

Непогодa бушевала штоpмовым ветром, cгибая порывами окружающие деревню березы.

Кучка крепкиx мужиков зябко куталась в плащи из шкур зверей и глухо чертыхалась под нескончаемым ливнем, сгрудившись у импровизированной баррикады из бочек и досок, перегораживающей вход в деревню.

Каждый из них желал наконец дождаться смены караула, чтобы оказаться в теплом и уютном трактире, рядом с лавкой у камина. Выпить кружку ядреного эля, что подарит прозябшим телам огонек тепла, да прижать к себе парочку девок, грея руки об их упругие задницы.

Но до того времени было еще далеко и все, что им оставалось делать, это терпеть. Иначе сын пропавшего старосты намнет бока своими могучими кулаками и уже придется пить не эль, а мерзкие настои треклятой старухи-травницы, валяясь на неудобных лавках в лекарне.

— Дерьмо, чаго ж так льет! — прохрипел один из мужчин, жалобно хлюпая носом.

В этот момент сверкнула молния и с жутким грохотом, озарила темную фигуру на дороге, что брела к баррикаде утопая в грязи почти по колено.

Mужики тут же подобрались, проверили топоры и стали ждать.

Чвакая грязью и тихо матерясь, едва не оставив сапог в чаче, к ним подошел молодой, безусый парнишка и с натянутой улыбкой обратился к вышедшему вперед здоровяку.

— Приветствую вас, добром и здравием. — парень слегка поклонился и чихнул. — Можно ли в этой деревне найти теплую комнатку и переждать ливень?

— И тебе здравия, путник. — пророкотал амбал, алчно ухмыльнувшись. — Найти можно, но вход не даром будет.

Парень не скривился, а сразу полез в котомку и достал кожанный бурдюшок, к которому тут же пригубился и протянул мужику, незаметно передав и пятак медных монет.

Tот взял бурдюк, ловко скрыв монеты в дубленой перчатке, принюхался и учуяв запах первоклассной перцовки расплылся в улыбке:

— Входи, коль с добром! — мужик с уважением взглянул на понимающего постовые тяжбы парня и весело кивнул своим. Те откатили одну из бочек, жадно косясь на бурдюк, которого им с лихвой хватит на обогрев всех. — Прямо топай, не сворачивая и увидаешь двух-ярусный сруб. Это трактир наш. Там поесть сможешь и комнатушку арендовать.

Парень с поклоном побрел в указанном направлении, ухмыльнувшись под капюшоном, слыша как мужики радостно кряхтя начали губить напиток. Oн ничуть не обижался на то, что его не пустили просто так. В послевоенные времена, любой желал урвать себе небольшую выгоду. Да и мокнуть под дождем совсем не хотелось.

В трактире было относительно безлюдно. На весь большой зал, лишь за длинным столом сидели три человека, во главе с огромным парнем, пьющим эль прямо из боченка.

Погруженные в беседу, они не обратили внимание на появившегося в дверях паренька. Тот старательно сбил комья грязи о порог и повесив плащ на жердочку рядом с окном, пошел к стойке с кучной женщиной.

Женщина меланхолично терла тарелку тряпкой, явно витая в облаках, как вздрогнула от неожиданности, услышав скрип табуретки.

На нее с улыбкой уставился севший у стойки, черноволосый паренек, с длинным носом.

Женщина невольно поежилась от его взгляда черных радужек глаз, которые почти сливались со зрачками.

"На вороненка похож, ей богу." — подумала она, откладывая в сторону посуду с тряпицей.

— Матушка, можно мне заказать чего-нибудь покушать? — тепло произнес парень и положил серебрянную монетку на стойку, вместе с пятью медяками. — И комнатку на пару дней. Этого хватит?

У женщины тоскливо сжалось сердце. Матушка, так к ней обращался сын, сгинувший на войне. Он был примерно такого же возраста как сидящий перед ней мальчуган, что имел годков семнадцать-восемнадцать. Pазве что шире в плечах, но такой же худощавый задохлик.

— Конечно можно. — улыбнулась хозяйка трактира, почувствовав желание накормить от пуза этого незнакомца. — Похлебка на костях с половцей буханки хлеба, да жаркое на овощах и мясе. C комнатой на два дня и питанием, за... пятьдясят медяков.

Парень внутренне вздохнул, принимая сдачу с ключом от комнаты. Уже не первый раз его принимают за пол цены. Много матерей лишились своих сыновей на войне с империей и те видели в нем их тень.

Ничего, он скоро отблагодарит эту женщину. По своему. По ремеслу.

Дождавшись заказа, парень самостоятельно отнес поднос с яствами к длинному столу, заставив прервать беседу троицы мужиков.

Ничуть не смущаясь, он уселся напротив них и принялся с наслаждением поглащать пищу.

У мужиков аж глаза на лоб полезли от вида этого эстета, что подвязал себе на шею платочек и медленно сербал похлебку, морщась от удовольствия.

Пожав плечами, наклонившись к друг другу и понизив голос, они продолжили прерванный диалог:

— Так сколько мы наберем, если залезем в зимовые запасы?

— Нисколько! Нельзя их трогать, на полях и так с этими тварями скудно сбор идет. Рискнем не пережить холода.

— Да так мы до них не доживем! Все добро со Старостой на дороге сгинуло.

— К Графу ехать надоть, не иначе.

— Толку? Пока он подтянет воинов, нас сожруть вместе с костями!

— Гр-р... Запрос в долг никак нельзя подать?

— Держи карман шире! Без полного сбора, в один золотой, гильдия палец о палец не ударит! Слыхал о деревеньке, как ее... Ривене?! Вот они пытались в долг вымолить и когда староста приехал ни с чем, увидел на месте деревни уже головешки. Тот прям там с горя и повесился.

— И че делать?

— Работорговцам может сплавить парочку селян...

— Слышь, коль зубы дороги, такой чуши не мели. Понял?!

— Погляжу у вас проблемы? — паренек прервал нарастающую перепалку, потирая пузо и откидываясь на спинку лавки.

Мужики насупились и тот, что был самым крупным рыкнул:

— Не твое дело. Ты кто такой вообще?!

Парень наклонился через стол и тихо прошептал:

— Наемник. Вольный.

Мужики отшатнулись и тут же принялись озираться по сторонам в поисках лишних ушей.

— Ты че мелешь, дурачина?! Какой с тебя...этот самый! Смерти нашей хочешь?! — запричитал худощавый, утирая пот с лысины.

Парень сел обратно и тяжело вздохнув принялся отстегивать заклепки с черного, кожанного нагрудника.

Мужики удивленно замерли, а когда парень показал часть своей груди, побледнели.

Он не любил показывать свои шрамы, заработанные в битвах с монстрами, но из за молодой внешности, они являлись самым убедительным аргументом в таких моментах.

Aмбал резко встал и фальшиво хохотнув, громко зарокотал:

— Лучше моего коня, говоришь видел? Так пойдем покажу Дарина, у тебя зеньки на лоб полезут!

— Оно и верно, неча языком за зря молоть. — уловил суть лысый и тоже встал. — Коль купить хош, взгляни лучше сам!

— Коня? Вы чег... Гх! — бородатому мужику, что ничего не понял, дали под дых и гогоча поволокли из за стола.

Парень усмехнулся и застегнув нагрудник пошел за мужиками в конюшню, под удивленные взгляды хозяйки.

***

В королевстве Девиан существует могущественная сила, именуемая Гильдией Искателей Приключений.

Эта организация сохраняет мир на землях Короля Девиана Десятого уже несколько веков, истребляя населяющих королевство монстров.

Все, что от вас требуется, это подать запрос Гильдии, и на ваш зов примчится отряд Искателей, которые мигом истребят чудовищь.

Звучит весьма благородно, но на деле все построено на деньгах.

Для запроса требуется заплатить определенную сумму денег, которая будет разделена пополам между Гильдией и посланными Искателями, в качестве награды последним. Минимальная сумма, при угрозе монстров, равна одному золотому.

На эти деньги, средняя деревушка может прожить целый месяц. Это не говоря о том, что многие крестьяне, банально не имеют таких средств. И ведь это минимальная сумма, а бывает и так, что требуется заплатить не десять, а свыше ста золотых монет.

В таких случаях крестьянам приходится обращаться за помощью к Графам земель, чтобы те послали свои войска на решение проблемы. Однако, земли обширны, деревень сотни, тысячи и тягать на каждый запрос свои войска очень тяжело. Порой, рыцари приходят уже на руины и разоренные поля, усеянные костями жителей. Поэтому, графы частенько платят Гильдии из своего кармана. Все же Искателей пруд пруди и они буквально везде. Многим из высшего эшелона Гильдии и того, требуются считанные часы, чтобы пересечь всю страну, где рыцарям потребовалось бы не меньше месяца.

Благородно? И тут мимо. За такую выручку, графы накладывают налоги, чтобы отбить затраты. Страдают уже все.

Стоит так же отметить и самих искателей приключений. Зачастую, это вовсе не герои из сказок, а весьма алчные люди, что упиваются своей силой. Да, не все, но бочка меда и ложка дегтя...

Не редки случаи, когда искатели золотого ранга убивают крестьян за косые взгляды. Ведь при наличии определенного, Иерархического жетона, у них появляются привелегии.

К примеру, обладатель вышесказанного Золотого жетона, может бесплатно жрать, спать и срать у нанимателя в виде крестьян, пока не выполнит задание. Тоесть, в ваш дом приходит отряд, съедает все запасы, трахает девок на вашей же кровати, а возразить вы не можете. Иначе — смерть.

При этом, за ваше убийство им ничего, кроме выговора не будет. Они полезнее вас, простого крестьянина. Они сила, защищающая страну, а вы простой батрак.

Конечно, совсем разгулявшихся судят. Порой и казнят. Для виду, что корона вас не забывает. Эдакие, помпезные, показательные суды, где народ забивает камнями обидчиков.

Все это парень видел не раз и стоя в конюшне понимал, за что к гильдии искателей относятся не особо хорошо.

Чего уж кривить, он и сам ненавидел гильдию всем своим сердцем.

Не только из за вышеописанного.

Гильдия, да и королевство в целом, строго пресекали вольное наемничество.

Иными словами, вас легко вздернут на рее, если вы решите взять меч в руки и обходя гильдию, истреблять монстров.

Сами посудите, если по стране начнут появляться такие воины, приток денег резко сократится. Проще и дешевле заплатить вольному, а то и договориться о кредите, чем вывалить баснословную сумму самой гильдии. Это не говоря про монополизированный гильдией рынок ингридиентов, львиная доля которых добывается с тех же монстров.

Искатели имеют после заданий и дележки с гильдией лишь крохи добытого, со специальными сертификатами.

Вольный же наемник, всю добычу забирает себе.

Да, продать добычу без сертификатов проблематично, но мир огромен и всегда найдется хитрый торговец, что радостно скупит кишки какой-нибудь наги или пучок яиц гоблинов.

Поэтому, вольных наемников и убивали... Ровно как и тех, кто посмел их нанять.

За что? За пособничество в развитии разбойных групп.

Это, официальная версия.

По этой причине парня и увели из трактира в конюшню от лишних ушей.

Он спокойно стоял у створки, поверх которой высунул голову запертый жеребец, и гладил коня по могучей, но довольно худой шее, слушая шум дождя.

Парень нисколько не боялся эту троицу, скорее они его. Уже по шрамам было понятно, что тот далеко не простой юноша. И это была чистейшая правда.

Мужчины косились на его вороные ножны меча, с жаром обсуждая между собой предстоящее нанимательство. Спор затягивался, заставляя парня нетерпеливо постукивать каблуком сапога по доскам.

— Ладно, у нас и выбора то нет. — сдался наконец лысый и повернулся к парню. — Тебя как звать? Раз уж все рискуем, хоть побратаемся.

— Римус Даруда, можно просто, Ворона или Рим. — пожал плечами парень, нисколько не таясь. Все его родные уже как десять лет в земле.

— Меня Кифор кличат. — представился Амбал. — Сын старосты и теперь... глава деревни.

Лысого звали Диком, а бородача Симон. Впрочем, Римус не стал особо запоминать их имена. Все же через пару дней он покинет это место, как и было с другими.

— Итак, кто вас сожрать пытается? — спросил Римус, хрустнув шеей. — В зависимости от бестии, обговорим цену работы.

Видя как мужики напряглись, он хохотнул:

— Расслабьтесь, я не гильдейский крохобор. Сам с деревни родом и все понимаю.

— С какой? — полюбопытствовал Симон и получил затрещину от Кифора.

— Не наше дело. — прошипел амбал. — Парень и так рискует, а ты тут допрос ведешь.

Кифор вздохнул:

— Гоблины клятые гнездо свили. Голов двацтать видели, не меньше.

Парень призадумался и спросил:

— Сколько девок утащили?

— Дык ни одной. — вздохнул Дик. — Припасы жрут как хер знает кто. Поля помяли, саженцы поели. Картошку и вовсе, всю схомячили. Тьфу.

— Как давно началось это? — спросил Римус уже максимально серьезно.

— Дык с недели полторы уже. — Симон повернулся к Кифору. — Староста ж неделю как сгинул? Тогда три дня было.

Кифор грустно кивнул.

— Ясно, двадцать серебра. — определился парень, заставив удивиться мужиков.

Они думали, что будет не меньше пятидесяти, но спорить конечно же не стали.

— Кифор. — обратился к амбалу Римус, натягивая плащ. — Обман я не люблю, но скажу еще кое что.

Мужик удивленно уставился на парня.

— Твой умирающий отец меня попросил вам помочь. — от этих слов Кифор подпрыгнул на месте. — Я нашел его на северном тракте со стрелой в груди, в десяти километрах от перекрестка. Где-то там бандиты засели и судя по вашему разговору в таверне, ограбили его телегу. Пошлите лорду весть, вас наградят за информацию.

— Где... Тело? — шмыгнул носом амбал, утирая набежавшие слезы.

— Место где похоронил, скажу после оплаты.

Дверь конюшни глухо стукнула и парень скрылся на улице.

Глава 2 Лик Ворона.

Нa cамoм дeле, Римус не особо переживал насчет оплаты. Причина была в ингридиентаx, которые он продаст одному молодому, но не по годам хитрожопому торгашу.

Зачастую, он именно на них и поднимал свое состояние.

Почему же парень не стал работать бесплатно, зная что у крестьян туго с деньгами?

Негласный Kодекс вольных наемников это запрещал. Eсли бы Римус не стал брать деньги с селян, при следующей встрече крестьян с человеком его ремесла... Грубо говоря, Bорон бы попал в щекотливую ситуацию.

Он и так практически воевал с гильдией искателей, а тут еще и наемники бы ополчились на такого щедрого хреноя. Tакие уже бывали...

Одно дело обводить вокруг пальца карателей гильдии, но совсем другое вольных наемников. Это очень опасные люди, особенно, когда объединяются.

Чего стоит случай, когда на войне с империей один из графов тайно собрал и нанял целую сотню, отборнейших из этих людей, подготовив документы и официально окрестив их рыцарями. Изначально планировалось, что наемники якобы бы сгинули на поле боя, после выполнения мелкого задания, на отвлечение щитоносцев.

Однако, эта маленькая фаланга просто растерзала зачарованный гномий хирд, перевернув сражение с ног на голову.

После такого, граф преклонил перед ними колено и попросил, черт возьми, попросил, вступить в ряды его регулярной армии. Но, они отказались и сейчас можно услышать в трактирах, как барды поют о героической сотне рыцарей, что пожертвовали собой во благо королевства.

В общем, в отличии от Римуса, наемники очень ценили договор... и также могли при обмане с легкостью обезглавить неродивых клиентов.

Поэтому парень и надавил на Кифора могилой отца. Он предпочитал такие козыри, чем лупцевание, а то и убийства. Чтобы при встрече с людьми его ремесла, у амбала не появилось и мысли обмануть человека.

Однако, Римус сейчас бродил кругами по снятой комнате и глухо матерился.

Найденный им отец Кифора лишь попросил помочь этой деревне, испустив дух раньше, чем смог подробно рассказать о проблеме.

— Монстры... Деревня... Карн... Помоги! — такими были его последние слова, на фоне убитых разбойников.

А проблема оказалась серьезная и сулила очередные шрамы на теле ворона.

Непосвященные крестьяне приняли увиденных существ за гоблинов.

"О боги, я лучше бы штурмовал гнездо гоблинов, чем этих тварей!"

C этими мыслями Римус отпил из кувшина с вином, купленного у хозяйки после возвращения в трактир.

Гоблины, по легендам, это недоношенные сыны Гобролда, высшего Инкуба из пантеона темных богов. От того они и лишены возможности производить на свет женщин и потому, используют иных гуманоидов противоположного пола. Их яркая черта, это крадеж женщин, а не пожирание запасов, да порча полей. Благодаря наследию Гобролда в виде сумасшедшего либидо, они быстро плодятся. Эти монстры способны оплодотворить даже лишенную матки женщину и за пару дней взрастить свое потомство.

Сейчас же, речь шла о более жутких тварях, отродьях Гремильды. Гремлинах, детях высшей суккубы.

Этим тварям для размножения не требовалось ничего, кроме еды. Затесайся одна такая тварь на складе полном запасов и уже через месяц их будут сотни.

Три года назад, Гремлины в тихушку пожрали несколько гектаров леса, начисто истребив тысячную орду Орков, всех зверей и двинулись на земли людей.

На их аннигиляцию Гильдия скрипя сердцем, по "просьбе" самого короля, направила группу высшего, орихалкового ранга, вместе с королевскими Патриархами. Один воин орихалкового ранга, способен взмахом меча разрубить гору, а маг испепелить гектары леса. Что до Патриархов... На том месте возникло море, с ущельем Скорби. И битва таких чудовищ с тварями, длилась целых восемь часов.

Римус, узнав об этом, терялся в догадках о том, сколько же было там этих существ.

Впрочем, по слухам среди наемников, большая часть тварей ушла на земли империи. От того и нарушился баланс, окунув стороны в трехлетнюю войну, где королевство и империя мгновенно лишились высших эшелонов... И почти восемнадцать миллионов людей, зверолюдей, эльфов и гномов.

Но сейчас не об этом.

Римус расстелил на резном столике бересту и в свете свечи принялся считать, вазюкая по обработанной коре углем.

"Не меньше восьми десятков..."

С учетом времени в полторы недели, он рассчитал худший из вариантов.

Но, на удивление парень расплылся в улыбке.

"Вполне не плохо. Главное не медлить и отыскать гнездовье."

В его руке сжался бутылек с янтарной жидкостью, отблики которой отразились на белоснежном оскале.

***

Плох тот наемник, что не способен читать погоду.

Римус во всю плескался у бочки за трактиром, громко ухая от закалки ледяной водой.

Еще на заре он широко распахнул ставни и с наслаждением вдохнул свежий воздух, который больше не истязали капли дождя.

После водных процедур, он в кампании Кифора умеренно отобедал, вежливо отказываясь от излишек сердобольной хозяйки, и вышел на крыльцо трактира.

Могучий и новоявленный староста вышел следом, взяв в руки топор:

— Слухай... Не буду мутить, можно с тобой?

Римус с толикой искреннего уважения взглянул на детину, а потом и на появившихся Симона с Диком, и с поклоном проговорил:

— Не в обиду достойным мужам, но одному мне легше будет.

Парень со вздохом принял все же обиженные взгляды и дополнил:

— Не гоблины это, а гремлины. Лучше защитите поля и амбары... А если не вернусь до заката, уходите деревней и ищите милости у графа.

Мужики от этих слов струхнули, но к чести Кифора, тот пообещал подготовиться к уходу только к утру.

Не оборачиваясь, Римус двинулся в сторону полей, переключаясь вниманием на следы.

Гремлины, как и гоблины, не отличались особым разумом и хитростью.

Поэтому, Римус достигнув окраины полей без особого труда обнаружил слизь и следы ведущие к чаще леса.

Окунув перчатку в сгусток слизи, не смытую даже столь мощным ливнем, парень потер субстанцию между пальцев и лизнул ее языком.

"Свежая... Даже гроза не спугнула. Значит, рассчеты верны."

Согнувшись в три погибели, парень побрел к чаще, пристально следя голосами птиц, что спокойно пели свои непуганные трели.

Гремлины не особо любили свет солнца, из за строения глаз, но это не значило, что твари ушли в норы на спячку.

Римус, тихо прокравшись в лес, шел медленно, делая зигзаги и исследуя каждое углубление.

Не прошло и пол часа, как парень наткнулся на первые норы. На первый взгляд их можно было спутать с лисьими, но цепкикий взгляд Римуса мигом отметил борозды когтей. Рука в перчатке провела по ним, повинуясь направлению и парень хмыкнув определил их как брошенные.

"Все же гнездо, это радует."

Стряхнув грязь с перчаток, ворон обнажил меч и уже не обращая внимания на попадающиеся провалы стремительно двинулся вперед.

Спустя час, Римус замер на подходе к виднеющемуся в ста метрах гроту.

Внутреннее чувство опасности указало на кусты слева, где на его хруст веток, высунулась любопытная голова гремлина.

По внешности, чистый гоблин, с отличием в виде длинных волос на голове и пасти острых, акульих зубов.

Прежде чем тварь заметила лазутчика, в руках парня оказался метательный нож, что в мгновение ока вонзился в лоб монстра, заставив того замереть.

"Пять минут."

Именно столько времени имелось в запасе парня, прежде чем твари учуят кровь собрата. Но это касалось гнезда, а не внешлих постов.

Птицы поднялись в воздух, вместе с шумной возней еще в трех направлениях.

Почти не глядя, Римус пустил в них свои ножи.

Три глухих стона оповестили о попадании и парень не скрываясь ринулся к четырем поверженным тварям.

При борьбе с гнездовьем, важно было обнаружить и изолировать хотя бы часть системы тоннелей вентиляции.

Тварям, селящимся под землей, все же требовался воздух и это было их главной слабостью. Стоило пустить дым или иной газ в эти ветки, как твари начинали паниковать и ползти наружу. При этом, используя главный тоннель. В зависимости от опасности, конечно.

Римус достал бутылек с янтарной жидкостью и по очереди залил несколько капель в четыре найденных ответвления. Это была урина волколака. Оборотня, в простонародье.

От запаха этой смеси, курицы умирали от разрыва сердца, а кони сходили с ума.

Как ее добыл Римус? Пусть лучше это останется в вашей фантазии. Скажу лишь то, что парень прятался в кишках своего коня под полной луной, когда вервульф задрал свою лапу.

Залив жидкость в тоннели, парень встал в стойку у грота, где зиял провал норы. Несомненно, есть и другие ходы вентиляции, но от запаха мочи волколака, твари забьют их телами и основная масса пойдет по главному ходу.

Римус горько поморщился. Будь с ним еще пара надежных наемников, он бы смог изолировать все ходы вентиляции, а не бегать потом по лесу, выслеживая до полуночи сбежавших гремлинов.

Спустя минуту, земля задрожала и из грота послышалось рычание.

Парень встал в стойку, занеся левой рукой кинжал за спину, а правой, положив меч на плечо. Его ноги согнулись, а грудь почти касалась земли.

"Восемь десятков... Черт, я точно после этого отправлюсь в столицу за шашлыком! Откладывал пол года, но сейчас точно!"

Стоило Римусу завершить мысль, как из грота буквально выплеснулись зеленые твари.

Это было похоже на противостояние струи воды, против выставленного клинка.

Твари в безумном ужасе выскочили наружу, где их встретил веер клинков.

Зеленая кровь била фонтаном в танце черного ворона, чьи клинки были подобны взамах крыльев колибри.

В мгновение ока, первые твари лишились своих зубастых голов, а остальные, замешкавшись, приняли на себя ужасающий выпад меча, который погрузился в орду по самое плечо Римуса.

Стряхнув с правой руки чудовищ, парень морщась отсек голову вцепившемуся в плечо гремлину.

Мертвая хватка, что обхватила зубами плоть до самых костей.

— Спасибо за наплечник! — прорычал ворон, рассекая плечом тварей, словно волнорез.

Свист клинков наполнил округу, заглушая вопли наступающих тварей. Пусть они и были равны по силе пятилетнему ребенку, натиск орды заставил парня отступить на целых десять шагов.

Но он не сдавался. В его гразах горела родная деревня, сгинувшая от подобия таких монстров, питая душу и клинки яростью.

Он ненавидел их, но гораздо меньше чем гильдию искателей.

По лесу прокатился громогласный рев и Римус, принявший челюсти на свои икры и спины, закрутился на месте, держа голову, словно балерина. Ветер окутал фигуру юноши голубоватым светом.

Без приступов тошноты и дурмана, прославившийся среди молодых наемников, танец торнадо черного ворона начал свою жатву.

По коре деревьев брызнула каша из зеленой плоти, а по их веткам стекала тягучая кровь.

Посреди грота стоял он... Тяжело дышащий и утопающий по щиколотку в крови Новичок, по меркам наемников.

Черный Ворон, что за несколько минут истребил гнездо гремлинов.

***

Солнце уже клонилось к закату, вызвав у Кифора беспокойство.

Стебли пшеницы пускали по полевым проходам длинные, кровавые тени, как из окраенного леса вывалилась темная фигура.

Она шла, спотыкаясь и опираясь на меч, заставив могучего мужа, покровителя Карна дрогнуть сердцем и пуститься на встречу.

В девятнадцать шагов, Кифор достиг израненного парня, приняв его истерзанное тело в свои могучие ладони.

— Двадцать серебра. — прохрипел Римус, вызвав удивление своей улыбкой у новоявленного старосты.

— Да черт с деньгами! — проревел муж на все поле, пустившись бегом к избушке на отшибе деревни. — Не помри брат, только не помри!

"И не собираюсь."

Подумал ворон, погружаясь в беспамятство.

"Шашлыка хочу... Давненько столицу не посещал..."

***

Огонь, крики.

Рёв древнего ящера.

Маленький мальчик в подполе.

Лицо матери, залитое слезами, что запирала сына в укрытии...

Римус резко вскочил и вкрикнув рухнул на ложе.

Белоснежные бинты на его теле окрасились в алый цвет, заставив сидящую у ложа парня старушку начать ругаться:

— Хрен юдый, я и так на тя настои истратила в целый год. Продолжишь брыкаться, накормлю бредянкой и будешь дристать фонтаном. Хоть цвяты удобрю.

Парень унял пелену в глазах и осмотрелся.

Помещение было не особо большим, увешанное вонючими травами со всех сторон.

Но среди всего выделялась старушка с золотыми волосами, без тени седины.

Ее строгий взгляд буравил парня, буквально приковывая к постели.

— Травница... Или ведьма? — прохрипел ворон, поднимаясь и опираясь перовой подушкой на спину. — Давненько не встречал ваш проклятый род.

Старуха нахмурилась, а потом захохотала:

— Взаимно, галчонок. Не ожидала встретить в этом захолустье ребенка с семенем ветра!

Римус сжал зубы и цыкнул, едва не сплюнув на пол:

— И чем обязан, наследнице дара? Уши отрежешь в оплату, как твоя родня? Или в жертву принесешь?

— Ты давай ка без этого, без обвинений. — поморщилась старуха. — Я простая травница, что ушла от шабашей.

— Охотно верю. — саркастически хмыкнул ворон и прорычал. — Как и тем, что в котлах варили крестьян. Рассказать о том, что с ними потом было!?

Старуха вздохнула:

— Да знаю я. Мир меняется, ведьмы горят на кострах...

Старушка достала из за пазухи мешочек:

— Двадцать серебра. Как просил.

Парень взмахом руки выбил из руки старухи мешочек, от чего монеты посыпались по полу:

— Имени твоего не знаю. — прошипел парень, сверкая черными провалами глаз. — И знать не хочу. Но знай, старая шлюха. Я ведьм ненавиж....

— Семью убили? — прервала гнев парня старуха.

Душа Римуса готова была разорваться на куски от воспоминаний, но тело было слабо и израненно.

Это было неприятно. Знаменитый взор ведьмы видел его насквозь.

— Ты слаб, дитя ветра. — грустно вздохнула старушка. — Знаю, на ком месть ищешь, но слаб.

Женщина встала и отошла от кровати:

— Многие ведьмы ищут искупления пред короной и хоронят свой дар... Ворон, дам совет. — у самых дверей, старушка посерьезнела. Ее глаза словно пронзали саму душу парня. — Не суди всех по примеру других. А трио, что ты ищешь... Оставь их, иначе умрешь. Ветер не враг огню.

Прежде чем Римус успел возразить, старуха исчезла.

— Чертовы ведьмы. — процедил парень, потянувшись к своей сумке.

Глава 3 Искатели приключений.

Pимуc, вeрный свoему слову, брел по кратчайшему пути в столицу, прямо через лес Рока.

Многие молодые искатели и наемники, бросали вызов этому месту, ради выгоды, славы, аль испытанию силы.

Римус же, шел за шашлыком.

Как и пообещал себе, парень xотел скорее вкусить мясо на жердочке, что отменно готовили на углях мастера из столицы, близ этого места. От одних мыслей об этом ястве, у ворона текли слюнки, заставляя парня напевать под нос мотив знакомой бардовской песни.

Bсю добычу с гремлинов, он уже успел распродать по пути даже без своего хитрожопого друга, который куда-то запропал, и помимо этих монет, в мешочке звенели двадцать, честно оплаченных серебрянников от Кифора, которому Римус сообщил о месте могилы отца.

"Хороший он мужик. C ним, деревня не пропадет."

Встреча с ведьмой пусть и напрягала нервы, но Римус шел твердым шагом, жуя яблоко сорванное с окрестного дерева. Аппетит парня был раззодорен перспективой шашлычка.

Hесомненно, лес был опасен, но только для тех, кто не видел звериных троп.

Минуя вонючие пометки вожаков, да тропы зверей, по лесу можно было передвигаться прогулочным шагом, что и делал сейчас Римус.

Гигантские пауки, заставы орков, аль королевские волки. Парень обходил их границы территорий, обгладывая яблоко и не обращая внимание на предостерегающие звуки из кустов, в виде щелкающих хелицер или рычания.

Зверье все же и само, было весьма пугано двуногими существами, потому относилось к мирному путнику настороженно и не лезло без надобности. Впрочем, здесь дело было и в излучаемой парнем ауре убийства.

Как только Римус догрыз яблочко, оставив в зубах одну лишь веточку, воображая жердь шашлыка, до его ушей донесся звук чуждый для леса.

Это был причитающий плач, с чьим-то смехом.

Раздраженно вздохнув, парень взъерошил свои волосы и положив руку на гарду вороного меча, двинулся на плач.

Не в его привычке было проходить мимо нуждающихся в помощи. Все же, кто знает, может это принесет очередную выгоду с маленьким приключением. И-и... Подарит возможность купить больше порций жердочек с таким любимым шашлычком.

Однако, стоило парню увидеть происходящее, мысли о шашлыке уступили кровожадности, которая отразилась на лице Римуса триумфальным оскалом.

"Прекрасно, просто идеальное начало дня."

Между деревьев, на небольшой полянке, троица парней в неплохих доспехах, окружила двух девушек, прижатых к еловым стволам.

Одежда девушек была на порядок хуже, нежели у троицы и была иссечена кровоточащими порезами.

Парень сразу смекнул, что именно происходит перед его глазами.

Tо была группа искателей приключений.

Троица парней имела примерно серебрянный ранг. Римус это понял по висящим у поясов маслянным лампам. Начиная с золотого жетона, у искателей появляется возможность арендовать или купить осветительные кристаллы, что на порядок лучше ламп или факелов.

Все же, с ними можно даже нырять в озеро или бродить по логову пауков, в последнем не опасаясь сжечь самого себя вместе с паутиной. Ну или на территориях огненных сущностей, где масло в лампах могло воспламениться от одного лишь присутствия существ и вызвать серьезные ожоги у носителя.

Внешность парней тоже, была весьма рядовой. Дети знати, обычно имели красноречивые черты лица, вроде голубых или зеленых глаз. Это не говоря о редких цветах волос, вроде золотого или белого.

Парни же были кареглазыми и каштаноголовыми, как и большинство простых жителей. Следовательно, в купе с рядовым рангом, от их убийства никому не будет холодно иль жарко.

Что до самой ситуации и девушек, это была вполне обычная практика, среди черносерердечных искателей низкого ранга.

Группа парней или девушек высокого ранга принимает в свои ряды младших, поя в уши опекой и помощью в росте, а потом загоняет в лес, грабит, насилует и убивает. После черного дела возвращается в гильдию и со слезами отчитывается о гибели ребят от рук монстров.

Такое обычно не расследуют, особенно если дело касается низких рангов, которых очень много в королевстве. Несомненно, коснись ситуация алмазного или мифрилового ранга, дознаватели бы провели опрос с выжившими, тратя драгоценное зелье истины.

Но к сожалению девушек, те имели лишь самый распространенный в королевстве ранг — медный. Такие ежедневно мрут сотнями, а то и тысячами. Не меньшее число и прибывает в ряды искателей.

Римус довольно часто осматривал и хоронил останки таких несчастных. Разорванные анусы или вагины, у отобранных обглоданных зверьем тел, да слухи от мудреных наемников. Это все, что строило ранее произошедшие несчастья.

И вот, впервые, ему довелось увидеть ситуацию воочию.

***

Лилит с отчаянием смотрела на наступающих парней. Слезы лились по щекам девушки, а в сердце поселилась наивная надежда на розыгрышь.

Eе подруга, Стефа, жалась к плечу, рыча и следя за наставленным в лицо арбалетом.

— По...пожалуйста, не надо! — просипела та, сотрясаясь всем телом и зажимая рассечение на плече, чем вызывала приступ смеха у подошедших парней.

Но Лилит осозновала, что это не шутка. Что молить нет смысла... И все же... Она хотела верить в обратное.

Кулак Леона, лидера их группы, некогда такого доброго и отзывчевого, сомкнулся на черных волосах Лилит и рывком пригнул девушку к земле.

Ее худенькие, но жилистые ручки попытались противиться, шкрябая ломающимися ногтями по металлической перчатке.

Тщетно.

Изо рта девушки вырвался вскрик, от удара в живот и та упала на колени.

Нога Леона с силой уперлась ей в спину, буквально пригвоздив к земле.

Лилит увидела лицо Стефы, что оказалось напротив. Такое же, напуганное и залитое слезами. Такое же, уткнутое в землю, пока парочка других парней задирали ее плащ и резали кинжалом кожанный пояс.

Лилит почувствовала тоже самое... А потом, как в ее спину уперлось колено Леона, как холодные перчатки парня раздвинули оголившиеся ягодицы.

Она сжалась. Забрыкалась.

Но куда там.

Шлепок перчаткой по затылку высек искры из глаз, заставив девушку расслабиться.

Она почувствовала тепло между ног и осознала, что обмочилась.

Оставалось только плакать, чувствуя металл и кожу обслюнявленных пальцев у своего лона.

Лона, которое она берегла все свои двадцать лет. Берегла, мечтая о суженом, с которым разделит судьбу.

Закусив до крови губы, девушка зарыдала с новой силой, почувствовав как на нее навалились всем телом.

Что-то теплое потекло ей за шиворот.

Лилит испугалась и удивилась.

"Почему лицо Стефы стало красным от крови?"

Чей-то черный сапог загородил лицо подруги. А следом, перед глазами появился черный клинок, с которого нитями на траву стекала чья-то кровь.

Девушка подняла взгляд и увидела незнакомого юношу, что смотрел прямо ей в глаза.

Смотрел своими спокойными, черными глазами.

Он что-то сказал, но Лилит уже не слышала.

Мир покачнулся и погрузился во тьму.

***

Грязно ругаясь, Римус пытался стереть платком ошметки мозгов со своего меча.

Его действия сопровождались глухим звуком рвоты от одной из спасенных девушек, что стояла на карачках и выпучив глаза на рассеченную голову насильника, изрыгала содержимое желудка.

Все лицо и спина девушки были залиты кровью, заставив ее небогатый плащ прилипнуть к дряным доспехам.

Что до второй, она так и осталась лежать со спущенными штанами под обезглавленным трупом другого насильника.

— Промазал и теперь смазку с точилом расходовать. — сетовал парень, не в силах оттереть с металла образовавшуюся пленку жира.

Римус планировал обезглавить остальную парочку так же как и первого, но те оказались шустры и клинок прошелся одному по челюсти, а последнему прямо по черепу. Жир мозгов намертво облепил вороной клинок, еще и заляпав брызгами самого Римуса.

Громко рыча, парень принялся махать мечом, чем перепугал находящуюся в сознании девушку.

Римус глубоко вздохнул и с омерзением, в купе с горечью, спрятал клинок в ножнах, которые теперь рисковали протухнуть.

"Вместо выгоды, расходы. Если не потороплюсь, провоняют в конец и придется новые покупать."

Оглядев девушек, Римус кивнул той, что была в сознании:

— Как зовут?

— С..Стефа.

— А меня рыцарь на белом коне. Штаны подруге помоги надеть и приведи ее в чувства. — с этими словами, парень принялся шарить по котомкам душегубов и вскоре обзавелся тремя кошельками с небольшим количеством монет.

В это время Стефа кое как подняла на ноги оклемавшуюся подругу и те начали хныкать, прижавшись к друг дружке, но не спуская напуганного взгляда с суетящегося парня.

Обобрав насильников, парень достал остатки урины волколака и покосился на парочку:

— Приготовьтесь бежать за мной. И не отставайте, если не хотите быть съеденными.

Девушки встрепенулись и хотели, что-то возразить, но Римус разом выплеснул жидкость из бутылька на трупы и бросился в кусты.

— Живее, если жизнь дорога!

Переглянувшись, девушки бросиль следом за парнем, едва поспевая и ориентируясь лишь по его мелькающему силуэту впереди. Одышка и раны не давали им бежать с полной скоростью. Но стоило девушкам услышать чей-то дружный вой позади, из глубины леса, как страх будто слизал все преграды и заставил ноги наполниться удвоенной силой.

Вой неумолимо приближался. Девушкам хотелось плакать, но слезы кончились еще на той поляне и сейчас они лишь тихо скулили сквозь сжатые зубы.

Впереди показался просвет и выскочив из кустов, девушки едва не столкнулись с замершим парнем.

Тот галантно отпрыгнул в сторону и девушки кубарем покатились по земле.

— Ну вот, теперь можете отдыхать. — произнес Римус, сладко зевнув и почесав броню на пузе.

— Чт... Что... Почему и от кого убегали? — прохрипела Стефа, унимая огонь в груди и одышку.

— От стаи королевских волков. Я на трупы ваших любовников мочу оборотня вылил. — пожал плечами парень. — Для вожака стаи, этот запах, что красная тряпка быку.

— Зачем было? — спросила Лилит, распластавшись на земле морской звездой.

— Как зачем? — удивился Римус. — Чтобы трупы сожрали, а вы в гильдии отчитались мол, на вас напала стая и лишь вы двое выжили, сбежав.

— Эм... Но...

— Никаких но. — прорычал парень, положив одну руку на клинок, а другой бросив два свитка в ноги девушкам. — Даю вам выбор. Либо я сношу вам головы, здесь и сейчас. Либо, вы приносите на магических свитках клятву, что никому не расскажете о моем вмешательстве. Мне облавы от гильдии не нужны.

— Но они хотели нас изнасиловать! — возмутилась Стефа, но встретила лишь усмешку на лице парня.

— Гильдии насрать. Если расскажете, что я вас спас, они меня начнут искать. Итак, ваш выбор? — парень достал клинок из ножен и направил его на девушек.

Те всхлипнув развернули свитки и принесли клятву, за нарушение которой, магия слова их убьет.

***

Стефа и Лилит считали гильдию искателей приключений чем-то благородным и светлым, но вся их вера перевернулась с ног на голову всего за один день.

Сперва случай с попыткой изнасилования, а потом...

Девушки расстались со своим безымянным спасителем и направились прямиком в столицу, в резиденцию гильдии.

Там, связанные клятвой, они доложили администратору о гибели их отряда в лесу рока.

Девушки ожидали сочувствия и участия, но вместо этого их взяли под руки стражники и уволокли в кабинет на подробный допрос.

Выяснив у них произошедшее во всех деталях, которые еще в лесу помог им придумать черноволосый юноша, женщина Администратор просто огорошила парочку своим вердиктом...

— Итак, Стефа и Лилит. — произнесла худощавая женщина в половинчатых очках, поправляя длинную прядь белых волос. Она кивнула в сторону трех серебрянных жетонов, что принадлежали погибшим. — Вы ведь в курсе системы наказаний гильдии?

Девушки встрепенулись и показали свои медные жетоны:

— Но госпожа администратор, у нас медный ранг. — возразила Стефа, вспоминая условия договора. — Насколько помню, за не выполнение заданий, медный ранг не наказывают!

— Милочка. — ядовито оскалилась женщина и достала из стопки на столе, одну из бумаг. — Здесь черным по белому написано, что ваша группа поручилась добыть шкуры Бельдских лис, что обитают в лесу Рока. И это задание, серебрянного ранга, несущее за невыполнение штрафы.

— Его брал Лео! У его группы был серебрянный ранг! — возмутилась Лилит. — Нас они взяли с собой как наставники!

— И все же, в документе написано, что состав группы на задание серебрянного ранга был таков: Лео Рантео, Жак Вангария, Ульф Картский и Лилит Вантурия, да Стефа Ромас. — отчеканила женщина, бросив бумагу девушкам, а потом еще и свиток. — По закону гильдии, глава шестая, пункт дватцать восьмой: наставничество не запрещено, но ученики несут ту же ответственность, что и наставники. Иными словами, вы должны заплатить штраф, равный награде за задание. Помимо этого, на вас наденут браслеты Анафемы, сроком в две недели.

Девушки побледнели, видя сумму, которую им придется заплатить. Это все их деньги, с учетом экипировки.

Что касается браслетов Анафемы, это равносильно проказе. Носителю данного браслета запрещено входить в любое здание гильдии и брать задания.

Для искателя, это означает остаться без работы.

Казалось бы, ищи тогда другую. Мой, например, полы в таверне или занимайся прополкой полей.

Вот только стоит нанимателю увидеть этот браслет, что буквально символизирует неродивого работника, вас даже слушать не станут и выкинут за дверь.

Более того, стражники у столичных ворот просто на просто не выпустят носителя браслета из города, что отрезает и путь с подножным кормом да охотой.

— Ну не хмурьтесь вы так. — участливо проворковала женщина, скрестив руки на груди. — Я же не зверь и понимаю, что браслеты вас обременят. В качестве исключения... Да, ради вас двоих, я пойду на уступку.

— П...правда? — обрадовалась Лилит, а Стефа почуяла холодок на сердце.

— Правда, милочка. Просто заплатите тройной штраф и все закончится.

— Тройной... Штраф? — просипела пораженная Стефа, не веря своим ушам.

— Верно! — женщина прищурилась и улыбнулась. — Двести десять серебрянных монет.

— Но у нас нет столько денег! — взорвалась Стефа и хлопнула ладонью по столу.

— Чтож. Очень жаль. — голос женщины стал ледяным. — Надеюсь у таких оборванок хватит на штраф? Хе, учтите, если нет то, дорога вам на рудник.

— Как же так?! — вхлипнула Лилит. — Мы же без гроша останемся, скованные Анафемой! Две недели! Что нам есть?! Воздух?!

— Это уже проблемы не гильдии, а ваши. — ухмыльнулась женщина и прибавила. — Впрочем, по слухам, в борделе всегда нехватка кадров.

Зубы Стефы едва не превратились в крошево от сжавшихся челюстей.

— Ромас, принеси браслеты. — распорядилась администратор, обращаясь к стражнику. — Ах да, милочки. У вас монеты есть? Или мне пригласить оценщика, для покупки ваших... Тряпок.

— Пригласите. — прошипела Стефа, достав мешочек с частью суммы.

Глава 4 Шашлычок и оборванки

Первые два дня, девушки надеялись на лучшее и искали работу.

Но, как оказалось, дурные языки оказались правы.

Ранее, Стефа и Лилит слышали слухи, якобы гильдия не приветствует нанимательство на заработки обладателей браслетов. Что она давит на таких сердобольных, заставляя тех увольнять. Кто-то даже намекал, что гильдия связана с борделями и таким образом, помогает тем принять под свои лапы неродивых искательниц.

Девушки считали это клеветой.

И вот, потратив уже четверо суток на тщетные поиски заработка, да насмотревшись на испуганные лица нанимателей, девушки поверили... И начали отчаиваться.

Не так давно их спасли от участи изнасилования и вот ирония судьбы, единственный путь не умереть от голода, это бордель.

Все эти четыре дня, в их животах была лишь грязная вода из стока, да найденная и разделенная пополам корка заплесневевшего хлеба.

Черт возьми, даже торговцы яствами морщили носы при их потрепанном виде, а на мольбы, грозились позвать стражу.

Сутками ранее девушки пытались просить милостыню и даже смогли выпросить пять медяков. Однако, они были не единственными попрошайками и как оказалось, этот заработок уже занят.

Стоило девушкам расслабиться, как их затащили в переулок и избили, забрав деньги. Бог знает, чем бы это закончилось, не проходи мимо стража.

И вот, вечером четвертого дня, они уселись в проулке и прижимаясь к друг другу, пытались согреться.

Раны, полученные в лесу Рока чесались, покрывшись нагноением, не суля ничего хорошего.

— Стефа... — слабо всхлипнув прошептала Лилит. — Мы ведь так, умрем.

Подруга девушки попыталась сжать кулачки, но сил не было. Живот жутко крутило от голода.

— Стефа... Судьба видно, пошутить решила.

— Скверный у нее юмор. — буркнула Стефа, понимая к чему клонит подруга. — Если так продолжится, загнемся. Нужно идти в...

Сказать слово бордель, девушка не решалась. Слезы потекли по ее щекам, но она начала их поспешно смаргивать, чтобы не терять драгоценную влагу.

— Хнык. Вот дерьмо, хотела быть искательницей... Хнык. А стану шлюхой. — уже не сдерживаясь, заревела Стефа, упав на четвереньки. — Ненавижу, эту суку из гильдии. И Лео ненавижу. И себя, дуру доверчивую, ненавижу.

Стефа почувствовала, как ее обняла сзади Лилит:

— Справимся... Вместе! Всех переживем! Вставай, давай же... Хнык. Справимся!

От этих слов, Стефе стало еще хуже. Она помнила, как Лилит рассказывала ей свои мечты о парне, что станет ее единственным и неповторимым. О том, как встретит его на пути искательницы и осев, заведет с ним деток.

Шатаясь, парочка поднялась на ноги и тяжело развернулась к улице.

— Шефо? — невнятно пробормотал черноволосый юноша,уставившийся на их лица.

Из его рта торчали три тонкие палочки, что шевелились в унисон работающей челюсти.

Лилит и Стефа приросли к месту, широко распахнув свои глаза.

Парень выдернул палочки и сделав могучий глоток, приподнял бровь:

— Вы чего тут такие "красивые" делаете?

Ответом ему было дружное урчание животов.

***

Выслушав рассказ девушек, Римус пришел в дикую ярость.

Обхватив обеих девушек за талии, парень стремьглавь понесся с визжащей у пояса парочкой в ближайший трактир.

Там он бросил их у стойки и вывалил охреневшему хозяину гору медных монет, заказав не меньшую кучу еды.

Ошарашенные девушки не успели придти в себя, как парень усадил их за стол и запихал по горячему пирожку в рты.

Они так и замерли. Сидя. Широко распахнув глаза. С пирогами во ртах.

— Чего зеньки таращите! — прикрикнул парень, ловко отделяя ножом мясо от кости и складывая им в тарелки с печеной картошкой. — Жуйте скорее. Нам еще в мой гостиничный номер идти и раны ваши обрабатывать. Там и вам комнату снимем. Да, сперва лучше помоетесь, а потом раны. Вот жеж мрази, девок на мор оставили! Ну, я им еще припомню. Зуб даю, припомню.

Мясо с кости так и летало в тарелки, пока Римус грязно причитал и матерился.

Пока девушки ели, им казалось, что они умерли и попали в рай. Еда ощущалась по неземному вкусной.

Даже обычное, птичье мясо, от голода преобрело чудесные оттенки вкуса.

Смаковать и тереть пуза Римус девушкам не дал. Как только они закончили есть и порывались разразиться в благодарностях, парень схватил их за руки и поволок в спальный район, где располагалась любимая Римусом гостиница.

Уже оказавшись на пороге, Римус гаркнул хозяйке:

— Селестия! Двойная комната и готовьте ванну! — Зеленоволосая женщина у стойки ловким движением бросила парню ключи, даже не глядя в его сторону. А потом вскрикнув от удивления, заметила необычное и широко распахнув глаза проследила за волочимыми парнем девушками, чьи лица позеленели от спешки.

Цепкий взгляд Селестии поймал плохешные раны на их телах:

— Ника, Дафна! Десятый номер, нагрейте воду! Живо!

Стефа и Лилит не успели пискнуть, как оказались в руках парочки молодых, беловолосых девочек близняшек.

Вот девушки в комнате номера, а вот уже нагие сидят в ванной, обливаемые водой близняшками.

Где-то за дверью в голос матерился парень, громко звякая какими-то склянками, под заливистый хохот какой-то женщины.

Морщась от мыльной пены, девушки переглянулись.

"Так разве бывает?"

"Нет, мы точно померли."

Без слов, они поняли мысли друг друга, давая близняшкам спешно омыть их тела.

Вскоре, парочку одели в простенькие сарафаны, выкинув грязную рванину заменявшую одежду, и вывели в комнату, где их уже поджидал Римус.

Парень заплатил близняшкам и хозяйке гостиницы, последняя из которых с нескрываемым любопытством изучала незнакомок:

— Вороненок, я уж веру потеряла, что ты наконец себе женщину найдешь. А тут аж две сразу! Ай да пройдоха.

— Опять ты за свое старая кляча. — возмутился парень, выталкивая из комнаты Селестию. — Виноват я перед ними, кышь отседова!

— Охо-хо, сильно не шумите только~♥

Рыкнув, Римус захлопнул дверь в номер и обернулся к парочке. Те все еще шокированные мялись на месте, сжимая кулачками просторные сарафаны, что были одеты поверх голых тел.

Парень хрустнул шеей:

— Ну чтож, приступим пожалуй.

— К че-че-чему? — пропищала Лилит, но не успела и моргнуть глазом, как парень уложил ее на двуспальную кровать и оголил левое плечо девушки. — А?! А?!

Стефа было дернулась к завизжавшей подруге, как увидела в руках парня склянку с мазью, которой тот принялся вазюкать по ранам извивающейся Лилит.

— Не дергайся!

— Кья~а! Сте-ефа-а-А!

Ловкие пальцы Римуса достигали каждой раны, не упуская даже легкие царапины. Склянки с настоями и мазями так и мелькали перед глазами Стефы. Девушка мигом отметила невероятные навыки врачевания у парня.

Римус же, с отсутствующем выражением лица, уже залез под сарафан прикрывающей руками гениталии Стефы и вазюкал по широкой ране смоченной настоем тряпкой, вызвав у девушки не то стон, не то вскрик.

Стефа невольно рассмеялась от такого возмутительного лЕкарства. Ее подруга сейчас находилась в такой пикантной позе, положив одну ногу на плечо парня, что со стороны могло показаться...

— Фуф. — Римус утер пот и отпрянул от обессилевшей девушки, что лежала на кровати тяжело дыша и пряча красное лицо в ладошках. — С одной закончили.

Стефа вздрогнула. Парень с самым серьезным выражением на лице, повернулся к ней.

— Эй... Послушай! Можно я са..м-м-м-АААААА!!!!

Идущий под окнами гостиницы молодой стражник навострив уши посмотрел на окно второго этажа, откуда доносились вопли:

— Ни-ет! Не туда! Ай, а-ах!

— Лежи смирно, я так все мимо расплескаю.

— Не-е..жнее. Щиплет!

— Ничего, пощиплет и станет приятно.

— Стефочка, потерпи! Мне тоже было больно по началу. — вклинился второй женский голос.

Вздохнув, стражник продолжил путь, завидуя незнакомому парню с двумя девушками в номере.

***

За окном гостиничного номера взошло солнце и лизнуло теплыми лучами осунувшиеся лица девушек.

Морщась, они зашевелились, но глаза открыть не спешили. Лилит опасалась вновь попасть в лапы извращенца, а Стефа боялась, что все окажется сном и она проснется в борделе.

Робко, воровато, они приоткрыли глаза и увидев друг друга улыбнулись.

Раны совсем не чувствовались и чудесныям образом обратились в едва заметные шрамы.

Конечно, они чувствовали слабость, но она была легкой, по сравнению с той, невыносимой, что едва не отправила их в бордель.

— Очнулись наконец, птенчики?

Женский голос достиг ушей девушек, вместе с приятным ароматом неведомого табака.

Приподнявшись на локтях, они увидели сидящую у окна хозяйку гостиницы, что пускала длинным мундштуком облачка сиреневого дыма.

Откуда-то сбоку до слуха девушек донеслось невнятное бормотание и вытянув шеи, парочка узрела чьи-то ноги, торчащие из под их кровати.

— Это его дурная привычка. — ухмыльнулась женщина, глядя на чресла спящего парня. — Вечно забьется под кровать во сне и там дрыхнет.

— Эм... Госпожа... Селестия?

— Верно, птенчик.

Девушки представились и разразились благодарностями, но женщина их резко оборвала:

— Благодарите не меня, а его. — она ткнула пальцем в торчащие ноги. — Вы три дня пролежали с лихорадкой. Все это время, парень не смыкал глаз и поил вас бульонами с зельями.

— А как его зовут? Мы уже встречались, но познакомиться толком не довелось. — робко спросила Стефа. — Он лишь представился рыцарем на белом коне.

Услышав последнее, Селестия поперхнулась дымом и заливисто захохотала.

— Рыцарь... Он то? Аха-хаха-ха! На белом коне! Боги! — женщина утерла слезы набежавшие от смеха. — Кто он и как зовут, пусть сам расскажет коль захочет. Иначе заколет меня ночью моим же мундштуком.

— Госпожа Селестия. А почему он. Под кроватью спит? — поинтересовалась Лилит, изучая сапоги парня.

— Ну-у... Это... — задумчиво произнесла женщина, с грустным вздохом выпустив колечко дыма. — Там он чувствует себя в безопасности.

Лилит хотела узнать подробности, как подпрыгнула на месте от глухого удара из под кровати.

Раздалась возня и наружу показался растрепанный парень, потирающий ушибленный лоб.

Увидев пришедших в себя девушек, он широко улыбнулся:

— Ну как вы? Оклемались? Жара нет? Голодны? — тут он увидел Селестию с моськой как у кота, нажравшегося сметаны. — Чего уселась тут?! Тащи ужин... Ох, утро уже? Давай нам завтрак, крохоборка!

— Да-да, уже иду~♥

Хихикнув себе под нос, женщина грациозно скрылась за дверью под прищуром Римуса.

Возня позади заставила парня оглянуться и он увидел двух девушек, упершихся лбами в простыни, в низком поклоне.

— Не знаем как вас зовут.

— Примите нашу глубочайшую благодарность за спасение.

Парень растерялся, а потом потрепал себе волосы и буркнул:

— Не стоит. Сам виноват, что недооценил гильдию и бросил вас им на растерзание. Тут мне в пору извиняться.

— Здесь нет вашей вины! Вы спасли нас в том лесу! — не отрывая лба мягко произнесла Стефа. — И выручили вновь, спася от незавидной участи!

— Мы перед вами в неоплатном долгу. — подытожила Лилит. — Пусть у нас сейчас ничего нет кроме крови и плоти... Если вы того по-пожелаете. Мы... Я отдам вам сво-свою в служение. А если верну меч, то и его тоже!

Стефа подняла голову и уставилась на подругу.

"Лилит, ты что? Он тебе понравился?"

Девушка невольно улыбнулась. О подобном и мечтала Лилит. Конечно, без таких ужасных испытаний но все же. Рыцарь на белом коне, какая девушка не мечтает о своем благородном герое?

Стефа обернулась на парня и ее улыбка погасла.

Тот ковырялся в носу и чесал свою задницу, подавив отрыжку.

"....................."

***

Девушки с открытым ртом следили за тем, как ужинает Римус. Он был похож на педантичного принца, с обвязанным у шеи платком.

Нож и вилка по кусочку разделывали яичницу, которую парень мерно кушал, то и дело утирая платком желток с уголков рта.

Стефа даже глаза протерла. На столько это не вязалось с рыгающим и чешущим ранее задницу парнем.

Лилит же, с розовыми щечками елозила по стулу пятой точкой и непрерывно хлопала рисницами, скромно кушая свою порцию, стараясь делать это максимально аккуратно.

"Вот дуреха."

Стефа вздохнула и спросила парня, с которым девушки успели немного познакомиться:

— Римус, не знаешь, Селестии нужны работники?

— За едой болтать не положено. — покачал головой парень и отправил кусочек пищи себе в рот.

— Когда я ем, я глух и нем! — поддержала парня Лилит, вызвав у Стефы подергивание глаза.

— Подлиза. — просипела та и одним махом заглотила своё яйцо.

Окончив трапезу, Римус первым подал голос:

— Сомневаюсь, что она возьмет вас. Даже если я попрошу и она вернет мне должок, клиенты не одобрят. — парень вздохнул. — Тут много дворян останавливается. Им в обслугу благородную кровь подавай, а не "тёмноволосок". Заметят вас за работой и Селестия потеряет лицо. А уж учитывая ваш рассказ и браслеты на руках... Селестия пусть из знатного рода, но побочной ветки. Гильдия может ей поднасрать, чего уже я не хочу.

Девушки заметно поникли. Они и так догадывались по внешности хозяйки и белым волосам близнецов, что это место далеко не простое, но хотя бы попытались.

— Почему вы решили вступить в ряды искателей? — неожиданно спросил Римус, с самым беззаботным видом.

— Я хотела помогать людям! — с неожиданным жаром выпалила Лилит. — Мой папенька с братьями сгинул на войне и наша семья зачахла. Насмотревшись на послевоенную горечь, да схоронив маменьку, я решила взять в руки меч. Чтобы... Чтобы хранить покой в королевстве, за что и погиб папенька с братьями!

Римус перевел взгляд на Стефу и та пожала плечами:

— Меня просто заманил дух авантюризма. Я из семьи охотников и почти всю жизнь прожила в лесах. Встретила мелкой группу искателей и наслушавшись рассказов о приключениях, стала мечтать об этом пути, а потом вступила в гильдию. Там и встретила Лилит. Она мне сразу понравилась и мы образовали дуэт.

— Гм... — протянул парень, потирая пальцами подбородок. — Ну и что думаете о гильдии?

Лица девушек помрачнели:

— Даже и не знаю, но такого я не ожидала. — поморщилась Стефа, вспоминая администратора.

— Верно, взять и бросить нас так! — сжала кулачки Лилит и закивала. — Как бандиты какие-то!

— Ну, это еще не такой уж и ужас, на самом деле. — вздохнул Римус, вызвав удивление парочки. — Гильдия творит вещи и пострашнее.

Парень достал из за пазухи три магических свитка, два из которых были узнаны девушками как содержащие магию клятвы, что была использована на них ранее.

— Скажем так. Решите туда вернуться, дело ваше. Но если не хотите. — Римус пошлопал по свиткам. — Расскажу свою историю под магией слова, и возьму к себе, в качестве помошниц.

— Согласна. — тут же выпалила Лилит.

— Эй! Не соглашайся так просто! — возмутилась Стефа. — Римус, после всего случившегося, я тебе хочу верить. Правда. Я очень тебе благодарна и обязательно верну долг. Но нас уже звал один с собой и это окончилось тем, что в лесу Рока мы едва не лишились невинности.

— Стефа! Римус нам жизни спас! — задохнулась Лилит.

— Решать вам. — пожал плечами парень и скрестив руки на груди, принялся ждать.

Девушка внутренне терзалась, кусала губы, но заглянув в глаза парню, испытала странное облегчение и решившись кивнула.

Глава 5 Мальчик, который выжил

"... но лучше бы помер." © Стефа.

***

На востоке королевства Девиан, под опекой графа Чарльза Феньхуа, существовала деревня Дильдоа. Она получила свое название еще век тому назад, от сочетания издаваемых звуков пикси, которые обитали в местных лесах.

Эти добрые, но пугливые существа помогали заплутавшему путнику выйти из чащи леса, направляя путем шелеста своих кристальных крыльев: "Диль-диль". В свою очередь путник, потерявшись, должен был постучать в просьбе о помощи по стволам деревьев: "Доа-доа." Услышав этот звук, пикси всегда отзывались и помогали выйти к дороге, а то и вовсе, к самой деревне.

От суда и получилось такое красивое, и необычное название.

Люди поселились в этом месте не только из за доброты своих маленьких соседей. Пикси одним своим существованием, отпугивали таких пакостливых существ как гоблины иль утопцы. Их опасались даже орки, чувствуя чуждую, светлую силу внутри этих созданий.

Но непосвященные люди не знали, что стоит пикси размножиться, и их светлая мана может привлечь более свирепых и опасных существ. Таких как драконы.

Один из них и обосновался в лесу у деревни, убивая каждого, кто решит посягнуть на его владения.

Когда в деревне узнали о беде, староста тут же направился к Графу просить помощи, на самом быстром скакуне.

Чарльз, выслушав подданного, послал личный запрос в гильдию и на устранение угрозы прибыло трио мифрилового ранга.

Стремительно восходящая группа знатных девиц, во главе с дочерью Виконта, что приняла дар могущественной ведьмы не потеряв рассудок и разделила со своими помошницами.

Эта группа искателей и передала Чарльзу роковое письмо от главы гильдии, с планом порабощения, а не убийства существа. Увидев цену за данное действо, а так же и награду за содействие, граф нисколько не огорчился. Напротив, он был счастлив произвести кровавый обмен.

Когда троица прибыла в деревню, все мужчины потеряли дар речи от их красоты. Рыжие волосы девушек были подобны языкам пламени, а оранжевая радужка глаз, самому чистому янтарю. Прекрасная, атласная кожа и черты лица, сотворенные не иначе как самим богом, просто сводили сума всех вокруг.

Но их внимания удостоился лишь восьмилетний, черноволосый мальчишка, что выглядывал из за платья матери.

— Какой у вас интересный сын. — произнесла тогда Маришка, лидер группы, мягко почесав порозовевшего мальчика за ухом. — Очень жаль терять такие таланты.

Мать мальчика не на шутку испугалась, но Маришка лишь посмеялась и направила свою группу в чащу леса, где затаился древний ящер.

Тогда, жители были счастливы и провожали спасительниц громкими рукоплесканиями, не зная, какая ужасная судьба их ожидает.

К вечеру, из леса вернулась лишь одна. Маришка.

Она собрала удивленных жителей в центре деревни, а после... Окружила поселение огнем.

Собранные в ловушке жители не понимали, что происходит и страшно испугались, завидев приближающегося дракона, гонимого остальными членами группы.

Мать черноволосого мальчика почуяла неладное и схватив сына, понеслась к ближайшему дому, укрыв испуганное чадо в подполе.

Тем временем, Маришка поднялась над землей и произнесла древнее, ведьминское заклинание, жертвуя плоть и кровь жителей, для пленения древней твари.

В мгновение ока, деревню охватило пламя, губя все живое и так же быстро погасло, оставив одни тлеющие угли.

Рев дракона сменился с яростного на жалобный и его шею украсил алый ошейник.

В тот день.

Деревня Дильдоа, вместе со всеми жителями, исчезла с лица земли.

***

Лилит тихо плакала, видя печальное выражение лица Римуса, что закончил свой рассказ.

Шокированная до глубины души Стефа, не верила своим ушам.

Она поняла о каких ведьмах идет речь. Да что уж тут, их знают все в королевстве от мала до велика.

Благородное трио Огненных ведьм, что имели орихалковый ранг в гильдии и единственные из искателей, что удостоились ордена Света, выданным им самим главой Патриархов, святым Юлием.

Именно благодаря им и началось истребление остальных ведьм, что пятнали имя великого трио. Стефа теперь поняла, почему ведьм именно сжигают.

Пусть девушка не верила своим ушам, она поверила Римусу. Стефа уже успела увидеть край темной стороны гильдии искателей, так что вполне допускала произошедшее.

Да и не зря же Римус использовал дорогостоящий свиток с магией сокрытия, изолировав комнату перед рассказом от лишних ушей.

Тем не менее, на языке у девушки крутился вопрос, который она и рискнула задать парню:

— Римус... Как ты выжил?

Парень очнулся от воспоминаний и натянуто улыбнулся.

— Лучше показать, чем сказать. — с этими словами, он встал из за стола и вынул свой клинок.

Руки сделали плавное движение, эфес рассек воздух и тот, словно повинуясь клинку, поднял за собой легкий вихрь, который мягко прошелся по волосам девушек.

— Дитя стихии! — хором произнесла парочка, распахнув рты от удивления.

Детьми стихий, звали людей, что имеют внутри души семя одного из четырех элементов: земли, воздуха, огня или воды.

Стоило этому семени прорасти, пустив корни в потоки маны, как человек становился способен буквально управлавлять одной из вышеописанных стихий.

Это очень редкий дар. На миллионы, приходится всего один человек. Из этих тысяч, обитающих в королевстве, лишь сотни добиваются произростания корней. Ну, а тех кто смог обуздать и развить полученную силу, можно пересчитать по пальцам одной руки.

Тем не менее, за каждого такого человека, в королевстве готовы перегрызть друг другу глотки.

Стоило кому-то из дворян узнать о даре Римуса, его бы умоляли вступить в их семью. Сватали со своими дочерьми и даровали титулы с богатством.

И вот, один из этих мифических людей, сейчас стоит прямо перед онемевшими от шока девушками.

Стефа опомнилась первой и припомнив манеры Римуса за трапезой, а потом его знакомство с Селестией, упала на колено и сдернула со стула Лилит:

— Просим простить наше невежество, ваша милость. Мы примем любое наказание, вплоть до смерти.

Теперь Римус опешил и тупо смотрел на склонивших головы девушек.

Шестеренки в его голове со скрипом нарисовали картину и тот расхохотался:

— Да не из знати я. Как был деревенским, так и остался. Но мне нравится ваш подход, холопы. Если хотите, считайте меня своим господином! Ба-ха-ха! — уперев руки в бока, парень запрокинул голову и разразился новым приступом смеха.

— Можно я буду вашим оруженосцем! — выпалила Лилит, сверкая глазами и облизываясь от привалившего счастья.

— Разрешаю, холопка! — Римус погладил тающую девушку по голове и опять загоготал.

В голове Стефы словно взорвали мешок пороха, что уничтожил все мысли:

— Не стал брать титул? Как? Нет ну... Не понимаю. — бормотала она словно в трансе, обхватив голову и качаясь из стороны в сторону. — Золото, влияние, покровительство. Боги, да за твои трусы бы дрались на площадях. Что там трусы, сам святой Юлий бы прислал гонца с мешком артефактов, чтобы попросить каплю твоей крови.

— Трусы мне самому нужны. Что до известности, она мне только помешает. — хмыкнул парень, будто обратившись в хищного зверя.

Лилит, не ожидавшая такой ауры кровожадности, с писком отшатнулась:

— Че-че-чему по-помешает?

Римус оскалился:

— Мести.

Стефа упала на пятую точку и с ужасом выпалила:

— Сумасшедший! Ты что, хочешь убить Маришку?!

— Ага. — просто произнес парень, словно речь шла о покупке пирожка. — А еще главу гильдии и всех причастных.

Лилит упала в обморок, а Стефа шлепнула ладонью себя по щеке, проверяя, что не спит.

— Послушай, Римус, ладно трио... Да какой ладно, это безумие! — пыталась вразумить парня девушка, яростно жестикулируя. — Но большее безумие, это мастер гильдии! О нем вообще ничего неизвестно, кроме того, что он убил короля Демонов. Короля Демонов, Римус! Того самого, что по легендам в одиночку сдерживал целый год объединенную армию материка!

— Ну, если не получится, тогда помру. — пожал плечами парень. — Пошли со мной?

— Аха-ха-ха-ха... Нет, ты сейчас серьезно?

— Абсолютно. Даю слово вольного наемника!

Услышав последнее предложение, пришедшая в сознание Лилит вновь грохнулась в обморок.

Стефа смотрела на парня как на повелителя ужаса, что с каждым словом достает из котомки новую порцию кашмара.

— Господи... Ты еще и вольный. Где же я так согрешила? — девушка со стоном распласталась рядом с подругой, под хохот парня.

— Ну, вы вольны выбирать. — хмыкнул севший на стул Римус, следя за встающей Лилит. — Принесете клятву в любом случае, но если уж струхнули, уйдете своей дорогой.

— Нет, я... Я обязана тебе жизнью. — решительно произнесла Лилит и села напротив парня. — И коль ты решил изжить гниль из королевства, что скрывается под благородной молвой, последую рядом. До последней капли крови.

Римус приподнял брови, изучая милую мордашку девушки. Он считал ее слабохарактерной и мягкой, но нутро говорило: "За этими глазами скрывается львица, а не котенок."

"Возможно, что она этого сама не понимает. Как говорится, в тихом омуте..."

С этими мыслями, парень перевел взгляд на Стефу.

Девушка жевала губы, морщилась и наконец произнесла:

— Долги принято возвращать. Коль угораздило меня быть спасенной безумцем... Всяко лучше борделя.

— Ну... Это еще поспорить можно~♥ — мечтательно произнес парень, со странным выражением на лице.

— Ты что, по борделям ходишь?! — задохнулась Лилит и в лицо парня прилетела ложка. — Беру свои слова назад! С таким похотливым мерзавцем спасать королевство от черни?!

Римус вопя как выпь едва успевал уворачиваться от столовых приборов.

— Да я... Массаж там клевый делают! После дороги самое то!

— Знаю я эти массажи! — прошипела Лилит, запустив вилку, которая воткнулась между ног охреневшего Римуса. — Массажи значит, вот оно что!

— СТЕФА, УБЕРИ ЕЕ ОТ МЕНЯ! АЙ, ТАРЕЛКУ ТО ЗА ЧТО?! МЕНЯ СЕЛЕСТИЯ ПРИБЬЕТ!

На лице Стефы сперва появилась улыбка, а потом и вовсе, полился смех от вида мифического дитя стихии, которого зажала в угол разъяренная Лилит.

"Ну, может все и не так плохо." — подумала девушка, почувствовав тепло на сердце.