Вор характеристик. Том 1

Глава 1. Пробуждение

Пыль оседала на подоконниках третий день. Старая вентиляция Высшей школы охотников №4 справлялась с городским смогом так же плохо, как я — с интегралами за полгода до выпуска. Двадцать семь спин впереди меня тихо гудели в ожидании.

Георгич, наш куратор, тяжело оперся костяшками о кафедру. Деревянная столешница под ним натужно скрипнула.

— Значит так, слушаем сюда, мясо. Сегодня у вас Церемония. Биосканеры уже привезли, сейчас будем вызывать по алфавиту. Результаты… разные бывают. Кто-то получит редкий класс и пойдет топить мажоров в кристальной пыли. А кто-то уйдет пустышкой. Если прибор покажет отрицательный результат — не расстраиваемся. Государству тоже нужны люди, чтобы мыть полы в офисах Ассоциации.

Класс нервно захихикал. Я смотрел на свои ладони. Мне восемнадцать. Порталам двадцать пять лет. Четверть века человечество жрет кристаллы и дохнет в разломах ради того, чтобы такие, как сын мэра нашего округа, покупали себе золотые часы.

Мой путь начнется сегодня. Что именно выдаст мне судьба? Какая разница. Любой класс можно превратить в оружие, если знать, куда давить. Главное пробудиться как охотник. Пустышкам доступ к развитию не дают, их просто ставят на учет как гражданских. Мне нужен старт. Еще пара мгновений, и догадки перестанут быть догадками.

— Абрикосов! — каркнул Георгич.

Сашка Абрикосов пнул ножку стула соседа, прежде чем выйти к доске. Подставил ладонь под черный раструб стационарного Биосканера. Прибор щелкнул, мигнул тусклой синей линзой. На монохромном экране поползла строчка загрузки. «Анализ ауры... Обнаружено...» — Огневик! — радостно выпалил Сашка. — Ранг угрозы один! Зажжем, пацаны!

Идиот. Он увидел только класс и стандартный ранг новичка. Для него цифра «один» звучит гордо. Для меня это значит, что парень будет тормозным.

— Андреева! Следующей пошла отличница. Тихая, бледная. Вышла, протянула руку. Сканер зажужжал громче. «Класс: Мистический целитель. Навыки: Малое восстановление, Очищение... Ранг угрозы: 1» Андреева кивнула, забрала свою ID-карту и села обратно без единой эмоции. Умная девочка. Поняла, что ее поставили на роль бесплатной аптечки.

Затем пошли двое на букву «Б». Близнецы Барсуковы. Громилы-спортсмены. Лешка стал «Тяжелым пехотинцем» с навыком защита. Димка — таким же «Пехотинцем», но с навыком на выносливость. У обоих высветился первый ранг. Судьба любит издеваться над родственниками. Они хлопнули друг друга по плечам так, что задрожали стекла.

Георгич переложил список. Его палец замер на следующей строке.

— Брагин Иван. К аппарату.

Сердце дало короткий сбой. Не от страха. От точки невозврата. Я поднялся, одернул рукава дешевой куртки и пошел между рядами. Лицо должно быть деревянным. Пустышки реагируют на сканер надеждой или ужасом. Я реагировал как на вскрытие конверта с результатами анализов.

— Руку, — буркнул техник Ассоциации.

Я положил правую ладонь на холодный резиновый упор. Техник опустил сверху массивный купол излучателя. По коже пробежал легкий холодок. Тонкий луч лазера прочертил линию жизни на моей руке.

Прибор издал низкое, утробное гудение. Экран сканера моргнул, переключаясь с черного на ядовито-зеленый. Строка текста побежала быстрее обычного. Техник наклонился ближе, щурясь. Даже Георгич перестал перебирать бумаги.

Техник нахмурился, ткнул пальцем в сенсорную панель, перезагружая цикл считывания. Гудение изменило тональность. Экран снова моргнул.

Сначала появилось имя: [Оператор: Брагин И.В.] Затем статус: [Статус: Пробужден] А потом — то, ради чего я жил последние три года: [Класс: Генерал] [Ранг угрозы: 1] [Мана: 25] [Навык: Тактический анализ] [Навык: Усиление тела]

У меня дернулся уголок губ. Генерал. Редчайший мусор. Класс поддержки, который Ассоциация обычно списывает в логистику или медчасти. Тот самый случай, про который говорил Георгич.

В кабинете повисла тишина. Было слышно, как за окном проезжает мусоровоз.

— Два навыка? — переспросил техник, сверяясь с монитором своего терминала. — Точно? Он постучал ногтем по стеклу экрана Биосканера, словно пытаясь стереть пыль. Но надпись не изменилась.

— Следующий, Брагин, проходи, не задерживай очередь, — сухо сказал Георгич, делая пометку в журнале. Ему было плевать на это, лишь бы закрыть ведомость.

Я взял из лотка принтера теплую пластиковую карту. Моя первая печать в этом мире. Когда я шел обратно к своей парте, класс молчал. После двух шкафов-Барсуковых и огненных шоу Абрикосова слово «Генерал» прозвучало как приговор к перекладыванию бумажек. Лох. Ботаник с командным голосом. Пусть смотрят. Ну, а я попытаюсь что-то с ним сделать.

Я сел за парту. Георгич прокашлялся, пытаясь вернуть власть над аудиторией, которая теперь смотрела только на мой затылок. — Так, глаза перед собой. Следующий — Воронов…

После последнего пробужденного, начались уроки. Они тянулись невыносимо медленно. Химия горения пороха, анатомия первого ранга монстров — вещи, которые я знал лучше преподавателя. Я крутил в руках новенькую ID-карту. Черный пластик, матовая поверхность, золотистый микрочип.

Наконец, трель школьного звонка ударила по ушам звуковым давлением. Самый ожидающий звук в стенах любой школы.

— Свободны, — бросил Георгич, даже не поднимая глаз от журнала. — Завтра встречаемся здесь же. Кто пропустит вводный инструктаж по технике безопасности порталов — пишет объяснительную ректору.

Коридоры взорвались гомоном. Меня дважды чувствительно приложили плечом о стену — спешившие в столовую Барсуковы даже не обернулись. Толпа вынесла меня из кабинета. Все обсуждали классы, строили планы на вечерние фарм-забеги в нубских зонах за торговым центром.

— О, Брагин! — ко мне подвалил Лешка Барсуков.

От него разило дешевым дезодорантом и адреналином.

— Чё там тебе железяка написала? Генерал? Ха! Это че, типа старосты, что ли? Порталы таскать будешь и аптечки чинить? "Генерал", ну ты лошара, конечно.

Его брат Дима заржал так, что звякнуло стекло информационного стенда. Я посмотрел на его шею. Прямо над ключицей билась жилка. Уязвимая точка. Если ударить туда ребром ладони с правильным углом... [Так, отставить], — одернул я сам себя. Оно того не стоит.

— Читайте описание навыка, шкафы, — ровно ответил я, протискиваясь к лестнице. — «Усиление тела». На себе работать не может. Значит, вы двое теперь будете бегать быстрее и бить сильнее обычного мяса. А я буду стоять в стороне и считать ваши калории.

Лешка завис на секунду, пытаясь переварить слово «калории», а потом снова хохотнул, решив, что это какая-то шутка поддержки. Они отстали. Пусть думают, что я просто высокомерный задохлик. Так даже проще.

Я спустился по лестнице, вышел через главный турникет, приложив свежую ID-карту к датчику. Красный диод сменился зеленым. Щелчок замка.

На улице было шумно и светло. Конец мая заливал асфальт жидким золотом; на часах едва перевалило за четыре дня, и солнцу предстояло жарить город еще часов пять. Автобусная остановка была забита студентами. Я пропустил три переполненных маршрутки. Не люблю ездить в толпе, особенно когда карманы оттягивает новенькая черная карта охотника.

До моего спального района пришлось идти пешком почти двадцать минут, срезая путь через дворы. Только когда я поднялся на шестнадцатый этаж и вставил ключ в замок своей съемной однушки, дневной гул города остался за спиной. Комната обошлась мне в половину зарплаты за прошлый месяц плюс залог. Двери закрылись, отрезая меня от чужих запахов. Палец лег на задвижку. Два щелчка.

Квартира встретила меня духотой и тишиной. Первым делом я прошел на крошечную кухню. Открыл холодильник — внутри сиротливо каталась банка дешевой газировки и лежал засохший кусок сыра. Есть хотелось зверски, но готовить сил не было. Я просто выдул ледяную банку залпом, чувствуя, как пузырьки газа бьют в нос, смывая привкус казенного озона из школьного спортзала.

Церемония закончилась. Я официально Пробужденный. Можно наконец выдохнуть. Голова гудела от переизбытка информации и недосыпа — вчера до глубокой ночи зубрил схемы уязвимых точек бронированных монстров второго ранга для зачета. Сейчас бы принять душ и лечь спать прямо так, поверх одеяла...

Я прошел в комнату, стянул куртку и бросил ее на стул. Сел на кровать, скрестив ноги. Голова сама собой опустилась на подушку. Всего пару минут... просто закрыть глаза и переварить сегодняшний день.

Проснулся я рывком, словно от удара. За окном всё ещё был день, но тени от соседних высоток уже стали максимально длинными. Часы на стене показывали начало восьмого. Я проспал почти два часа. Во рту стоял кислый привкус, шея затекла от неудобной позы.

Я сел, потирая лицо руками. Нужно встать, заварить лапшу, открыть окно. Организм требовал топлива. Я встал, сделал шаг в сторону кухни...

И мир моргнул.

Воздух перед глазами пошел мелкой цифровой рябью, словно помехи на старом телевизоре.

Я отошел от кровати на шаг, не отрывая глаз от того места в воздухе, где только что моргнула рябь. Но там было пусто. Только обои в мелкий цветочек и длинная тень от оконной рамы. Показалось? Галлюцинация от недосыпа?

— Приветствую вас, Иван Брагин, — раздался мягкий, абсолютно лишенный эмоций женский голос прямо у меня в голове. Он звучал не в ушах, а словно внутри черепной коробки. Вежливый, идеально поставленный тон как у искусственного интеллекта. — Я являюсь вашей персональной Системой управления развитием. Поздравляю с успешным Пробуждением.

Я дернулся и выставил руки вперед, закрываясь, как от удара. Воздух перед глазами снова пошел рябью, но на этот раз из него соткалась полноценная голограмма. Полупрозрачный синий экран развернулся прямо в пространстве, вися в тридцати сантиметрах от моего лица.

Сверху мерцала надпись: [Добро пожаловать, Оператор] Ниже шел текстовый отчет: [Обнаружен редкий архетип: Командир поддержки] [Загрузка базовых протоколов... Завершено] [Синхронизация с нейронным интерфейсом... 100%] [Анализ специализации... Выполняется]

Голос продолжил, пока я пытался осознать происходящее: — Зафиксирован ваш Класс: Генерал. Данный архетип характеризуется высокой когнитивной нагрузкой и необходимостью оперативного контроля поля боя. Начинаю преобразование интерфейса под специализацию оператора.

Пока она говорила, центральный блок синего экрана мигнул и перестроился. Интерфейс разделился на два активных окна.

Первое называлось [Тактическая панель]. Там висели мои способности: [Тактический анализ] (Активный): Подсвечивает уязвимые точки цели для критического урона. Расход: 5 единиц маны на цель. Справка: Способность позволяет игнорировать до сорока процентов физической защиты цели при попадании в указанную область.

[Усиление тела] (Активный): Усиливает физические показатели от одного до трех союзников одновременно на 5%. Расход: 10 единиц маны в минуту на цель. Не работает на заклинателе. Справка: Эффективность усиления масштабируется от показателя ИНТ оператора.

Второе окно заставило меня напрочь забыть о том, что я хотел есть. [Статус Оператора] [Иван | Уровень: 0] Характеристики: СИЛ(4) ЛОВ(3) ВЫН(3) ИНТ(5) Свободные очки характеристик: 0 Мана: 25 / 25 Инвентарь: 0 / 4 кг

Это был шок другого порядка. Холодный, выбивающий дыхание удар под дых. Никто об этом не рассказывал. Ни в новостях, ни в школьных методичках. Общество думало, что сила берется от поглощения энергии кристаллов. Люди верили, что их физические пределы — это норма развития человеческого тела. Мы знали только про текстовые описания классов и Цифровой ранг угрозы для оценки опасности.

Но надо мной висело доказательство обратного. Жесткая математика этого мира. Двадцать пять единиц маны. Пять интеллекта умножить на пять. Формула сошлась в голове сама собой, пугая своей очевидностью. Ноль свободных очков. Ноль, потому что уровень нулевой. Значит... опыт все-таки существует? И уровни?

Взгляд метнулся к строке Характеристики: СИЛ(4). Цифра подсветилась желтым, стоило мне лишь подумать о ней. Рядом появилось пустое поле ввода [+__]. Система ждала команды. Она была интерактивной.

Механика работала. Только сейчас, глядя на этот синий экран, я понял истинную ценность своего класса. Генерал поддержки — редчайший мусор для тех, кто видит только строчки школьного Биосканера. Но тот, кто видит эту математику... Тот держит казино в своих руках.

За стеной загремели посудой соседи. Звякнула вилка о тарелку. Обычный вечер обычного дома. А у меня в комнате открылся какой то интерфейс управления.

— Команда не распознана, — бесстрастно отозвался голос в голове. — Уточните запрос.

Я моргнул. Звук собственного голоса подействовал как ушат холодной воды. Я медленно опустил руки. Посмотрел на свои ладони. Они дрожали. Не от страха перед монстрами. От осознания того, что крыша, кажется, окончательно съехала. Белая горячка? Последствия стресса?

— Ты... ты настоящая? — спросил я пустоту. — Я являюсь вашей персональной Системой управления развитием, — терпеливо повторил голос. — Вероятность галлюцинации составляет ноль-ноль-ноль-ноль один процент. Вы находитесь в ясном сознании. Рекомендую присесть для стабилизации сердечного ритма.

Пол под ногами стал ватным. Чтобы не упасть, я сделал два шага назад и тяжело рухнул на край кровати. Пружины жалобно скрипнули. Значит, это реально. Никакой ошибки Биосканера. Никаких графических модов. Только я и эта синяя таблица в воздухе.

— Анализ специализации завершен, — голос ИИ изменился, став более глубоким и официальным. — Архетип «Генерал» требует полного контроля над ресурсами подразделения. Загрузка уникальных модулей управления...

Центральное окно статуса пошло рябью и расширилось вниз, открывая новый раздел, которого секунду назад не существовало.

[Уникальные навыки класса: Генерал] [Интерфейс: Профиль] (Пассивный): Позволяет видеть базовые характеристики (СИЛ, ЛОВ, ВЫН, ИНТ), класс, уровень и количество свободных очков характеристик любого существа в радиусе 25 метров. Статус: Активно.

[Личное присутствие] (Активный): Позволяет вручную распределить уже имеющиеся свободные очки характеристик цели по её базовым параметрам. Статус: Заблокировано. Условие открытия: 10 уровень. Перезарядка: 24 часа.

[Передача] (Активный): Позволяет изъять свободные очки характеристик у цели при физическом контакте кожи с кожей или передать свои. Комиссия: 20%. Статус: Заблокировано. Условие открытия: 25 уровень. Перезарядка: 24 часа.

Я сидел на краю кровати, впившись пальцами в колени. Они ничего не знают. Никто. Барсуков радуется своему «Пехотинцу», не понимая, что его лишние очки — это просто цифры, которые можно забрать. Общество думает, что качается через поглотители и зелья. А моя машина работает на управлении людьми.

Третий навык заблокирован до двадцать пятого уровня, но первые два... Первый уже работает. Я буквально вижу потенциал каждого встречного.

Взгляд снова прилип к моему собственному статусу. И цифры там были совсем не такими радужными, какими их описывали в бульварных книжонках про героев. Четверка в силе. Тройка в выносливости. Это объясняло всё. Годы сидения над учебниками в душном классе, дешевые обеды, потому что денег вечно не хватало, и таскание тяжелых сумок с продуктами от почты до дома на своем горбу. Мое тело — это тело канцелярской крысы, которую заставили выживать. Даже инвентарь жалкие четыре килограмма. У Барсуковых сейчас наверняка стат силы намного больше за счет их мышц и полученных после Церемонии бонусов.

Паника начала отступать, сменяясь глухим, холодным раздражением на самого себя. На свою слабость.

— Почему уровень ноль? — просипел я. Горло пересохло. — После школы же... — При Пробуждении все люди получают нулевой уровень, — пояснил вежливый женский голос. — Накопление опыта начинается только после фиксации класса Оператором. Ваша личная Система активирована только что. Поздравляю с началом пути.

---

Конец главы 1

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 2. Первый опыт

Я сел ровнее, упершись ладонями в колени. Пружины старой кровати жалобно скрипнули, но этот звук казался нереальным. Единственным настоящим звуком в комнате был мягкий женский голос у меня в черепе.

Паника схлынула так же быстро, как и нахлынула. Оставила после себя звенящую пустоту и сухой расчет. Я — Оператор. У меня есть машина управления развитием. И сейчас эта машина будет отвечать на мои вопросы.

— Статус интерфейса: видимый для окружающих? — спросил я вслух. Горло все еще першило от недосыпа.

— Интерфейс привязан к вашим нейронным связям. Для стороннего наблюдателя вы смотрите в пустоту или моргаете чаще обычного. Визуализация не проецируется вовне.

— Хорошо. Кто ты такая?

— Я являюсь вашей персональной Системой управления развитием.

— Твое происхождение? Откуда взялась Система?

— Данная информация отсутствует в доступных вам базах данных. Запрос отклонен.

— Какова твоя конечная цель? Зачем ты здесь?

— Обеспечение выживания и прогресса Оператора через оптимизацию распределения ресурсов согласно архетипу «Генерал». Запрос цели существования самой Системы отклонен.

Я сжал зубы. Бесполезно. Искусственный интеллект это или нечто иное — оно не раскроет своих секретов. Ладно, переходим к насущному.

— Что такое уровень? В мире существуют только ранги угрозы.

— Уровень — это интегральный показатель накопленного опыта Оператора. Шкала уровней является истинной метрикой силы носителя Системы. Ранги угрозы (от 1 до 9) — это внешняя социологическая классификация, принятая Ассоциацией охотников для быстрой оценки потенциала Пробужденных и опасности монстров на основе их примерного энергетического запаса.

— Как повышать уровень?

— Накопление опыта происходит при поглощении обработанных кристаллов эссенции, добытых из убитых монстров.

— Характеристики за уровень, — подался я вперед. — Сколько конкретно?

— При повышении уровня оператор получает базовые очки характеристик по формуле: плюс один ко всем четырем параметрам (СИЛ, ЛОВ, ВЫН, ИНТ), плюс одно дополнительное очко в классовый стат, а также три свободных очка характеристик. Для вашего класса «Генерал» ключевым параметром является Интеллект. Таким образом, за каждый новый уровень вы получаете суммарно пять очков к характеристикам автоматически и три очка для ручного распределения.

Цифры щелкнули в голове. Плюс пять статов просто за то, что цифра рядом с именем увеличилась на единицу. Это ломает всю экономику Ассоциации. Они думают, что сила берется из долгой переработки кристаллов в зелья. А она дается при каждом левел-апе.

— Свободные очки можно распределять самому? — уточнил я.

— Верно. Команда «Статус», мысленное выделение нужной характеристики и подтверждение распределения.

— Остальные люди тоже получили Систему? Иначе как они распределяют свободные очки? Барсуков вчера стал сильнее, значит, куда-то вложил статы.

— Нет. Персональная Система управления развитием установлена только у вас. Остальные Пробужденные лишены прямого доступа к управлению характеристиками. Их свободные очки накапливаются мертвым грузом в статусе.

У меня пересохло во рту. Вот оно. Истинный смысл моего мусора-класса. Общество думает, что качается. На самом деле человечество уже двадцать пять лет топчется на месте, сжигая ресурсы ради цифр, которые просто валяются. Мой навык «Передача» на двадцать пятом уровне позволит мне стать единственным обменником валют в этом мире. Я могу забирать неиспользованный потенциал прямо из чужих тел.

— Инвентарь, — перевел я тему, пока мозг не перегрелся от осознания собственной исключительности. — Четыре килограмма. Это вес или объем?

— Вес. Лимит инвентаря равен значению вашей характеристики Сила. Один килограмм массы переносимого груза на одну единицу Силы. Предметы весом более одного килограмма поместить невозможно. Живые организмы, жидкости под давлением и нестабильные химические соединения блокируются фильтрами пространства.

— На что влияют сами статы? Кроме очевидного.

— Сила определяет физическую мощь, максимальный вес инвентаря и лимит веса, который вы можете поднять физически. Ловкость отвечает за скорость реакции, точность мелкой моторики и эффективность уклонения. Выносливость формирует ваш общий запас здоровья, сопротивляемость токсинам, ядам и скорость естественной регенерации маны вне боя. Интеллект напрямую конвертируется в ману. Формула расчета: ИНТ × 5 = Текущая мана. Также интеллект влияет на пропускную способность тактического канала, регенерацию маны и эффективность навыков.

Значит, моя тройка в выносливости объясняет, почему я всегда чувствую себя разбитым.

— Связка уровня и ранга, — продолжил я допрос. — Какой порог?

— Прямая корреляция. Ранг угрозы определяется делением текущего уровня на десять с округлением вниз, плюс единица. Нулевой и уровни с первого по девятый включительно соответствуют первому рангу угрозы. Десятый по девятнадцатый — второму. Двадцать девятый — третьему. И далее по аналогичной прогрессии.

Я откинулся на спину, уставившись в потолок с облупившейся побелкой. Значит, чтобы получить второй ранг угрозы официально, нужно апнуть десятый уровень. До этого момента Биосканеры будут показывать мне скромную единичку, как Абрикосову-огневику. Отличная маскировка.

Вопросы закончились. Базовая понятие системы понятна. Теперь требовалось закрыть дыру в животе.

— Скрыть интерфейс, — скомандовал я. Голограмма свернулась в синюю точку и исчезла. Комната снова стала обычной съемной однушкой. Желудок свело спазмом так резко, что перед глазами поплыли круги. Организм напомнил о себе запахом дешевого озона, который я наглотался в школе, и кислотой во рту.

Встать получилось только со второй попытки. Ноги затекли. Я прошел на кухню. Картина мародера после эвакуации: банка выдохшейся газировки, засохший кусок сыра, покрытый сизой плесенью по краям, и абсолютно пустой металлический короб холодильника.

Круглосуточный магазин занимал половину первого этажа нашей панельки. Спускаясь в гудящем лифте, я смотрел на свое отражение в тусклой стали дверей. Под глазами залегли тени. Лицо бледное. Типичный задрот, которого Барсуковы спустят в унитаз при первой встрече в портале.

Автоматические двери магазина разъехались с тихим шипением, выпуская в лицо волну холодного воздуха и запах хлорки. Внутри было стерильно ярко. За кассой дремала полная женщина в фирменном жилете. Охраны нет — район спокойный, да и кому придет в голову грабить лавку с дошираками

Я методично обошел стеллажи. Забрал две пачки макарон твердых сортов по акции, банку тушенки говядины высшего сорта, половинку черного хлеба и сетку самой дешевой картошки. У лотка с заморозкой остановился. Куриная разделка — спинки и крылья. Самый дешевый белок. Кинул в корзину пару упаковок. На кассе добавил бутылку питьевой воды. Сумма на терминале заставила поморщиться — почти тысяча рублей. Мои карманные деньги, отложенные на проезд до школы, таяли на глазах.

Поднявшись обратно на шестнадцатый этаж, я бросил пакеты на пол. Готовил на автомате: залить воду, соль, масло, закинуть пасту. Пока макароны булькали, распаковал курицу. Жарка шкварчащего мяса наполнила квартиру запахом, который казался сейчас дороже любых духов. Смешал горячие макароны прямо в сковороде с тушенкой, размял вилкой волокна птицы. Первый кусок я съел стоя, обжигая небо. Второй — сидя на табуретке, закрыв глаза. Еда возвращала связь с реальностью лучше, чем объяснения Системы.

Насытившись, я вымыл посуду. Вытирая руки грязным полотенцем, подошел к окну. Город внизу жил своей жизнью: фарами машин, редкими сиренами скорой, светом окон напротив. Завтра инструктаж. Пропускать нельзя — Георгич ясно дал понять, что ректор ждет объяснительных. Но сидеть сложа руки я тоже не мог.

Теория проверяется практикой. Мне нужен опыт. Кристаллы.

Я вернулся в комнату, поднял с пола куртку и вывернул карманы. Старый телефон звякнул о пластик ID-карты. Рядом лежали ключи. Больше ничего.

Взгляд упал на письменный стол в углу. Древний ноутбук, купленный отцом еще классе в седьмом — черный гроб с потертыми углами. Экран целый и батарея держит хорошо. На кухне над столом висел старый плазменный телевизор в приемлемом качестве, оставшийся от прошлых жильцов. Толку от них ноль, место занимают, а кэш нужен сейчас.

Я открыл поисковик на смартфоне. Ломбард электроники. Круглосуточный. Оценка техники. Ближайшая точка находилась в торговом центре через два квартала, работала до полуночи. Время — 22:04. Успеваю.

Старая техника ушла. Парень за бронированным стеклом лениво осмотрел матрицу ноутбука, потыкал кнопку питания, хмыкнул и выложил на блюдце пять тысяч рублей наличными. Телевизор оценили в семь тысяч. Двенадцать тысяч рублей за мусор, который собирал пыль годами.

Деньги приятно оттягивали внутренний карман куртки. Холодный пластик хрустнул под пальцами. Теперь я существую не только для Ассоциации, но и для теневой экономики города.

Ближайшая легальная лавка торговцев Ассоциации располагалась прямо в холле торгового центра, напротив ломбарда. Витрина светилась мягким синим светом. Внутри, за пуленепробиваемым стеклом, на бархатных подложках лежали зелья. Обычному человеку они показались бы простыми смесями разной степени прозрачности. Любой охотник видел в них энергию.

Обработанные кристаллы первого ранга, которые в итоге стали зельями. Самые дешевые. Те, что добывают в тренировочных порталах за торговым центром. Цена кусалась — полторы тысячи за штуку. Энергии в них кот наплакал, но для проверки механики хватит.

Я купил четыре зелья. Шесть тысяч улетели в никуда. Продавец, парень примерно моего возраста с татуировкой на шее, молча протянул мне плотный бумажный пакетик.

Когда я вышел обратно на улицу, часы ратуши на площади пробили одиннадцать. Небо окончательно почернело. Идти домой пешком с шестью тысячами в одном кармане и четырьмя зельями в другом было глупо. Я вызвал такси.

Пока желтая машина везла меня сквозь ночной трафик спального района, я сжимал в кулаке прохладный флакон. Гладкий, тяжелый, пульсирующий едва заметной вибрацией.

Дома я скинул ботинки, прошел в комнату и плотно прикрыл дверь. Щелкнул замок. Два оборота.

Я сел на край кровати. Положил один из флаконов на раскрытую ладонь.

Пульсация стекла отдавалась в костяшках — чужая, хищная жизнь, запертая алхимиками Ассоциации за копейки. Я сжал флакон сильнее, чувствуя, как подушечки пальцев немеют от вибрации.

— Интерфейс, — позвал я. Перед лицом развернулся привычный синий экран. [Мана: 25/25]. [Опыт: 0/100].

Я открыл флакон. Жидкость внутри оказалась густой, темной, пахнущей чем-то минеральным — мокрый камень и озон. На вкус — как холодная вода из-под крана, только с привкусом железа. Я выпил всё залпом.

Ничего. Ни тепла, ни вспышки, ни вибрации. Я уже хотел раздраженно бросить «статус», когда полоса опыта под именем дрогнула.

[Опыт: 10/100].

Десять. Один флакон — десять единиц опыта. Я уставился на цифру, переваривая простую арифметику. Четыре флакона — сорок. Сотня опыта — первый уровень. То есть мне нужно ещё шесть таких, чтобы подняться на один-единственный уровень. Шесть флаконов по полторы тысячи — девять тысяч. И это только первый уровень.

Я взял второй флакон. Выпил. Третий. Четвёртый. Каждый раз жидкость проходила по горлу одинаково — холодно, пресно, с металлическим привкусом. Каждый раз полоса опыта ползла вперёд на одну и ту же отметку.

[Опыт: 40/100].

Сорок из ста. Шесть тысяч рублей за сорок единиц опыта — это немало, если учесть, что ещё девять тысяч рублей уйдёт на следующую закупку.

Выходить на охоту завтра ночью бессмысленно — у меня нет оружия, а моё тело развалится от удара крысы первого ранга. Да и не смогу туда попасть. Нужны деньги. Много денег. И план.

Я посмотрел на часы. 23:28. Голова гудела, веки наливались свинцом. Сегодня мой организм пережил Церемонию, шок активации нейроинтерфейса, финансовый аудит имущества и краш-тест законов мироздания.

— Скрыть интерфейс. Экран погас.

Я стянул джинсы прямо поверх брошенной на стул куртки, рухнул на подушку и накрылся одеялом. Перед тем как провалиться в черноту сна, последняя мысль была холодной и четкой: завтра утром я иду слушать технику безопасности. А сразу после нее — искать способ заработать. Используя имеющиеся преимущество Генерала-мусора.

Утро началось со звонка будильника в шесть ноль-ноль. Телефон завибрировал на тумбочке, издавая мерзкий писклявый звук, который я поставил ещё год назад и так и не сменил. Сознание включалось медленно, будто кто-то поворачивал рубильник внутри черепной коробки. Во рту стоял привкус вчерашних зелий и тушёнки. Голова гудела, но не от похмелья, а от перегрузки информацией.

Я сел на кровати, свесив ноги на холодный линолеум. За окном было серо и пасмурно. Майское солнце только собиралось вставать, окрашивая небо в грязновато-розовый цвет. В соседней квартире за стеной что-то упало с глухим стуком, потом послышалась ругань старушки.

Первым делом я проверил интерфейс. Мысленная команда «Статус» вывела перед глазами привычную таблицу. [Иван | Уровень: 0] [Опыт: 40/100] [Мана: 25/25] [Характеристики: СИЛ(4) ЛОВ(3) ВЫН(3) ИНТ(5)] [Свободные очки характеристик: 0] [Класс: Генерал] [Ранг угрозы: 1] [Инвентарь: 0 / 4 кг]

Сорок единиц опыта. Почти половина пути к первому левел-апу. Мои мышцы ныли чуть меньше, чем обычно, словно тело уже начало адаптироваться к минимальной нагрузке. Это был хороший знак.

В душевой кабинке вода была едва тёплой. Экономия на коммунальных услугах давала о себе знать. Я быстро ополоснулся, стараясь не задерживаться под струями, и вышел, вытираясь старым полотенцем. На полке лежали чистые джинсы и футболка. Одежда выглядела поношенной, но чистой — единственное, что я мог позволить себе в плане комфорта.

Завтракать было нечем. Холодильник встретил меня всё той же пустотой, что и вчера вечером. Желудок протестующе урчал, напоминая о вчерашнем макаронном ужине. Придётся потерпеть до столовой Высшей школы охотников №4. Там кормили стандартным набором для студентов: булочка, чай, омлет. Дёшево и сытно. А главное — бесплатно для обладателей ID-карты охотника.

На улице было прохладно. Я застегнул куртку до самого подбородка и пошёл к остановке. Город просыпался. Дворники мелкими граблями сгребали прошлогоднюю листву, дворовые коты лениво потягивались на лавочках. Воздух пах мокрым асфальтом и выхлопными газами. Идти пешком до школы не хотелось, поэтому я дождался маршрутку.

В салоне пахло бензином и дешёвым освежителем воздуха. Народу было немного: пара сонных работяг в спецовках, женщина с огромным пакетом продуктов и какой-то студент, уткнувшийся носом в телефон. Я сел у окна, глядя на проплывающие мимо панельные дома. Мысли снова вернулись к интерфейсу.

«Система», — позвал я мысленно, пока автобус трясло на ухабах. — «Как происходит регенерация маны?»

— Естественная регенерация составляет одну единицу маны в час. Скорость может быть увеличена навыками или предметами при наличии соответствующих параметров, а так же при повышении (ИНТ).

Одна единица в час. При моих двадцати пяти это почти сутки полного восстановления. Медленно. Очень медленно. Значит, мана — мой самый ценный ресурс, который нужно беречь.

---

Конец главы 2

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 3. Первый уровень

Высшая школа охотников встретила меня гулким эхом шагов по мраморному полу. Холл был украшен плакатами с изображениями монстров разных рангов угрозы и портретами героев-охотников прошлого. У стен стояли стеклянные витрины с трофеями: когтистые лапы, клыки, странного вида минералы. Всё это казалось мне теперь... неполным. Как музейные экспонаты без контекста.

Георгич ждал нас в аудитории номер семь. Он сидел за учительским столом, перебирая какие-то бумаги, и даже не поднял головы, когда мы вошли. Класс расселся по местам, шурша пакетами с бутербродами и звеня бутылками воды. Абрикосов тут же начал травить анекдоты про порталы, его слушатели смеялись слишком громко, пытаясь заглушить собственное волнение.

Я сел на своё место во втором ряду, подальше от Барсуковых. Их взгляды скользнули по мне, оценивающе и презрительно. Лешка что-то шепнул брату, и оба заржали, тыкая пальцами в мою сторону. Я сделал вид, что не заметил. Сейчас они были сильнее физически, но завтра... Завтра ситуация могла измениться.

Дверь скрипнула, и вошёл куратор. Георгич положил папку на стол и обвёл класс тяжёлым взглядом.

— Так, мясо. Садитесь. Разговоры отставить.

Смех мгновенно стих. В аудитории повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов.

Куратор тяжело вздохнул, поправил очки и открыл журнал.

— Итак, Церемония прошла. Теперь начинается настоящая учёба. Следующие две недели будут посвящены подготовке к экзаменам. Экзамены состоятся ровно через четырнадцать дней. Формат стандартный для всех выпускных курсов.

Он взял маркер и подошёл к доске, рисуя схему.

— Первый этап — теоретический. Письменный тест по основам выживания в разломах, классификации монстров, правилам Ассоциации и оказанию первой помощи. Вопросы составлены Ассоциацией, списать невозможно. Время — два часа.

Маркер сухо скрежетал по поверхности доски.

— Второй этап — практический. Каждый класс отправится в портал первого ранга угрозы под руководством сертифицированного инструктора третьего ранга. Ваша задача — продемонстрировать базовые навыки взаимодействия в группе и тактическое мышление. Портал будет предоставлен школой. Территория — тренировочная зона с популяцией низших гоблинов. Цель — выжить и выполнить поставленную задачу. Инструктор имеет право вмешаться в случае прямой угрозы жизни учеников.

Георгич повернулся к классу, опираясь пальцами о доску.

— Вопросы есть?

Абрикосов тут же вскинул руку.

— Георгий Петрович! А какое снаряжение нам выдадут? Своего-то нет!

Куратор хмыкнул.

— Не переживай, огненный. Школа предоставляет прокат стандартного комплекта со скидкой пятьдесят процентов для выпускников. Броня второго класса защиты, мечи и щиты базового уровня. Если хотите что-то получше — покупайте сами. Но учтите: бюджет ограничен, а сдавать снаряжение после экзамена придётся в полном объёме и рабочем состоянии. Кто сломает казённое имущество — возмещает стоимость из стипендии.

По рядам пронёсся недовольный гул. Стипендия у большинства была символической.

Андреева, отличница с нашего потока, подняла руку.

— Георгий Петрович, а если кто-то получил отрицательный результат Биосканера? Они тоже пойдут на экзамены?

Георгич поморщился, словно съел лимон.

— Нет. Отрицательные результаты отправляются на гражданскую службу. Охотничий минимум — первый ранг угрозы.

Он захлопнул журнал.

— На этом вводная часть закончена. Сегодня у вас первая лекция по тактике малых групп. Преподаватель — майор в отставке Смирнов. Опоздавшим — минус балл к итоговой оценке.

С этими словами он вышел из аудитории, оставив нас переваривать информацию.

В классе поднялся шум. Обсуждали сроки, оружие, шансы на успех. Близнецы Барсуковы спорили, кто из них первым поднимет щит. Андреева достала планшет и начала делать заметки. Я же просто смотрел в окно, наблюдая, как капли дождя стекают по стеклу.

Экзамен. Практика. Гоблины. Низшие. Самый простой моб первого ранга. Для обычного человека — серьёзный противник. Для меня... сейчас — сложноватая преграда. Моя сила — четыре единицы. Выносливость — три. Даже если я активирую «Усиление тела» на максимум, этого хватит, чтобы поддержать двух союзников минуту. Потом мана закончится, и я стану обузой.

Нужно повышать характеристики. Нужно апнуть уровень. Сорока единиц опыта недостаточно. Мне нужны зелья. И довольно много.

После лекции я остался сидеть на месте, дожидаясь, пока аудитория опустеет. Когда последний студент вышел, хлопнув дверью, я встал и подошёл к столу куратора. Георгич как раз запихивал какие-то ведомости в кожаный портфель.

— Да, Брагин? — буркнул он, не поднимая глаз. — Чего завис? Иди домой, учи теорию.

— Георгий Петрович, — сказал я спокойно. — Насчёт проката снаряжения. Я хотел бы оформить заявку сегодня. Чтобы успеть выбрать комплект.

Куратор наконец посмотрел на меня поверх очков. Его взгляд был усталым и равнодушным.

— Заявки принимаются через ректорат. До конца недели. Ходи, смотри каталоги на сайте школы. Только не забудь, что броня должна быть возвращена в целости. Иначе будешь платить из своего кармана.

— Понял, спасибо.

Я кивнул и направился к выходу. Уже у самой двери я услышал, как он бормочет себе под нос.

— Генерал... Тоже мне, командир нашёлся...

Я вышел из аудитории, оставив за спиной гул голосов. Коридоры школы пахли хлоркой и дешевым кофе. Дождь снаружи усилился, барабаня по козырьку крыши с глухой яростью.

Я машинально коснулся пластика ID карты через ткань куртки. Карта сейчас была просто куском пластмассы — символом того, что государство знает о моем существовании. Она подтверждала статус Пробужденного, но не давала доступа к главному ресурсу этого мира.

Порталы. Они для меня сейчас закрыты. Ассоциация пускает в порталы только сертифицированных охотников со статусом «Выпускник». Чтобы получить его, нужно сдать экзамены через две недели.

Мне нужен уровень. До первого левел-апа не хватает шестидесяти очков опыта. А девяти тысяч у меня нет. После продажи хлама осталось ровно семь с половиной. Минус проезд, минус еда, чтобы не упасть в голодный обморок прямо перед инструктором... Математика сходилась в глубокий минус.

Так что ломбард выдоен досуха. Больше продавать нечего, кроме самой квартиры, а спать на улице накануне экзаменов — плохая тактика.

Я спустился по лестнице, обходя стайку первокурсниц, обсуждавших какого-то парня с навыком «Иллюзия». На парковке для студентов блестели от влаги дорогие электрокары детей чиновников. Рядом стояла старая проржавевшая велопарковка. Большинство учеников жили дома или в общаге рядом.

На автобусной остановке под пластиковым навесом жалось несколько человек. Я встал в стороне, прячась от косого дождя. Из-за угла вышла компания третьекурсников. Среди них был Лешка Барсуков. Он заметил меня, толкнул локтем друга и громко, рассчитывая на публику, бросил:

— О, Генерал-посыльный! Что, Брагин, карту продал? На доширак не хватило?

Его дружки заржали. Я проигнорировал выпад. Реагировать на лай дворовых собак — тратить ресурс. Но мысль зацепилась за слово «посыльный». И еще кое-что. Мой навык.

«Интерфейс», — мысленно бросил я, не меняя скучающего выражения лица. Я перевел взгляд на Лешку Барсукова. Навык [Профиль] сработал мгновенно, считывая базовые параметры.

[Цель: Алексей Барсуков] [Класс: Тяжелый пехотинец] [Уровень: 0] [Характеристики: СИЛ(6) ЛОВ(3) ВЫН(6) ИНТ(1)] [Свободные очки характеристик: 0]

Цифры встали на места. Шесть силы против моих четырех. Шесть выносливости против моих жалких трех. Вот почему он так нагло скалится, хоть и не осознавая этого. На нулевом уровне он уже объективно сильнее меня по всем физическим параметрам. У него нет свободных очков, потому что уровень нулевой, но даже базовая раскачка пехотинца превращает его в таран. Если мы столкнемся в портале лоб в лоб, он просто сомнет меня массой, сколько бы тактик я ни просчитывал. Но шансы все же не нулевые.

Решение было принято окончательно. Мне нужен собственный фундамент из цифр, прежде чем выходить против таких, как он.

Деньги нужны быстро. Не завтра, не после экзамена. Сегодня. Сейчас. Обычная работа курьера пиццы принесет максимум тысячу-полторы за смену, да и то выплатят через неделю. Нужна вакансия с оплатой день в день. Высокая ставка, черный нал, отсутствие вопросов.

Вчера, пока ждал такси возле круглосуточного магазина, я краем уха поймал разговор двух парней в спортивных костюмах. Они стояли под козырьком, пряча сигареты от камер наблюдения.

— ...сегодня пятнадцать точек закрыл, ноги в кровь, — говорил один.

— Зато десятку чистыми в карман положил, — отвечал второй. — Прямо там, в офисе. Наличными. Главное успевать...

Они говорили про экспресс-доставку документов и мелких грузов внутри города. Платили аномально много. Пять-шесть тысяч за неполный рабочий день считалось нормой. Десять — если повезет с заказами. Столько денег предлагали только там, где либо адский темп работы, который ломает обычных людей, либо реальная опасность нарваться на неприятности.

Это единственный способ собрать нужную сумму за сегодня.

Дождь немного стих. Я втиснулся в подошедший полупустой автобус и занял место у окна. Дорога до центра заняла сорок минут. Офис компании-агрегатора находился на цокольном этаже старого бизнес-центра, между табачным магазином и пунктом выдачи заказов. Никакой вывески, только лист А4 на стекле скотчем: «Требуются курьеры. Оплата ежедневно».

Внутри пахло потом, бумагой и разогретым пластиком. За стойкой сидел парень лет двадцати пяти с красными глазами. Перед ним стоял массивный терминал оплаты.

— Паспорт, права, медкнижка? — спросил он, даже не глядя на меня.

— Только паспорт, — я положил документ на стойку. — Медкнижки нет. Прав тоже нет.

Парень лениво пролистал страницы, сверил лицо с фотографией.

— Выходишь работать сразу. Велосипед берешь в гараже, номер 412. Сумка синяя, зарядник в комплекте. Телефон держи включенным, заказы падают раз в десять минут. Тариф — двести рублей точка плюс тридцать процентов от стоимости заказа. Если опоздаешь больше чем на три минуты — штраф сто рублей. Если разбил груз — вычет полная стоимость. Вопросы?

— Когда выплата?

— Каждый вечер в восемь ноль-ноль здесь же. Показываешь номер смены, получаешь кэш. Налоги сами считаем.

— Я в деле.

Он протянул мне бланк договора. Мелкий шрифт на трех страницах. Я пробежал его взглядом за секунду. Никаких подводных камней, стандартный договор ГПХ на оказание услуг. Подписал там, где галочка.

Менеджент даже не спросил, умею ли я водить вообще. Им плевать на правила дорожного движения, им нужен только KPI. Это идеальная среда. Там, где Ассоциация требует справки, печати и подтверждения квалификации, теневой рынок города просит лишь две вещи: быстрые ноги и отсутствие вопросов.

Гараж оказался вонючим бетонным боксом. Велосипед под номером 412 выглядел так, будто пережил падение с моста: погнутое крыло, скрипящая цепь, седло стерто до поролона. Но резина была новой, а электромотор тихо гудел при нажатии на педаль. Я пристегнул на пояс тяжелую термосумку, надел синий дождевик с логотипом службы и вышел обратно под дождь.

Первый заказ упал на смартфон спустя пять минут. «Кофе с собой, ул. Строителей, 15 — ул. Вернадского, 88. Срок: 18 минут».

Я сел на велосипед и настроил навигатор. Ржавая цепь лязгнула, мотор тихо взвыл, помогая крутить педали. Город встретил меня равнодушным потоком машин. По пути я решил срезать путь через стройку.

Восемнадцать минут превратились в четырнадцать. Девушка-бариста забрала стаканчик латте. Двадцать рублей фиксировано плюс шестьдесят за срочность. Копейки, но база набивается.

Второй заказ. Третий. Четвертый. К обеду я перестал чувствовать холод. Тело работало на чистом адреналине и мышечной памяти. Я прокладывал маршруты сквозь дворы, срезал углы по газонам там, где позволяла местность, игнорировал сигналы светофоров, просачиваясь в щели трафика. Люди видели лишь синего муравья, мечущегося под дождем. Для меня это была шахматная партия. Каждая сэкономленная секунда конвертировалась в рубли.

Заказы шли плотным потоком. Мелкие пакеты, документы, забытые ключи, снова еда. Один раз пришлось везти букет цветов, упакованный в жесткий конус — самое сложное испытание для вестибулярного аппарата на скорости двадцать километров в час.

С высоты седла город казался идеальной схемой развязок и слепых зон. Я больше не видел людей — только переменные трафика. Вот здесь поворот под запрещающий знак экономит сорок секунд, но камера висит слишком низко. Там узкий проезд заставлен мусорными баками — риск падения три процента. Я считал маршруты как логистическую задачу, чувствуя себя единственным разумным алгоритмом в океане хаоса.

Вечер наступил незаметно. Небо стало чернильным, фонари залили улицы болезненно-желтым светом. Ноги ниже колен превратились в деревянный протез. Ладони стерлись о грипсы руля до кровавых мозолей. Спину под дождевиком можно было выжимать.

В 20:05 я загнал велосипед в гараж. Замок щелкнул, отрезая меня от ночной смены.

Парень за стойкой молча принял мою электронную карточку учета, вбил данные в терминал. — Четыре тысячи двести, — сказал он, подвигая ко мне веер мятых купюр. — Вычеты за опоздания отсутствуют. Норматив выполнил.

Я сгреб деньги. Пересчитывать не стал, пачка чувствовалась увесистой. Сунул во внутренний карман, застегнул молнию. Вышел на улицу. Дождь закончился, асфальт парил.

Домой я пошёл пешком. Но перед этим заскочил в магазин.

В квартиру я вошел в начале десятого. Щелкнул замок. Я сбросил мокрую куртку прямо на пол, стянул ботинки. Прошел на кухню, не включая верхний свет. Открыл холодильник. Банка газировки встретила меня одиноким звоном. Есть хотелось так, что темнело в глазах, но приоритет был определен еще утром.

Я достал из пакетика плоскую картонную коробку. Внутри, переложенные ватой, лежали шесть стеклянных флаконов. Темная жидкость внутри казалась густой, как нефть. Девять тысяч рублей. Вот и снова я на мели.

Я прошел в комнату, присел на край кровати. Матрас жалобно всхлипнул. Достал один флакон. Металлическая крышка поддалась с сухим хрустом.

Запах сырого подвала ударил в нос. Я запрокинул голову и выпил содержимое одним глотком.

Жидкость стекла в желудок тяжелым свинцом.

— Интерфейс, — прохрипел я.

Синий экран развернулся перед лицом. [Иван | Уровень: 0] [Опыт: 50/100] [Мана: 25/25] [Характеристики: СИЛ(4) ЛОВ(3) ВЫН(3) ИНТ(5)] [Свободные очки характеристик: 0]

Пятьдесят из ста. Половина пути пройдена. Остаток вечера придется потратить на оставшиеся пять доз.

Я взял второй флакон. Откупорил. Выпил.

Третий.

Четвертый.

Полоска опыта медленно, мучительно ползла вправо. [Опыт: 90/100].

Остался последний. Самый важный. Тот, который перебросит меня через порог нулевого уровня и откроет доступ к распределению свободных статов.

Рука с шестым флаконом замерла на полпути ко рту. В животе предательски заурчало, напоминая, что зельями нельзя наесться.

Я посмотрел на свои ладони. Мозоли от руля саднили. Колени дрожали мелкой дрожью. Я грязный, промокший, истощенный курьер, сидящий в пустой квартире на окраине города.

Не давая себе времени на сомнения или жалость к собственному организму, я влил в себя последнюю дозу.

[Опыт: 100/100] [Уровень повышен!] [Получено: +1 СИЛ, +1 ЛОВ, +1 ВЫН, +1 ИНТ, +1 классовый ИНТ, +3 свободных очка.] [Текущий уровень: 1] [Текущие характеристики: СИЛ(5) ЛОВ(4) ВЫН(4) ИНТ(7)] [Свободные очки характеристик: 3] [Мана: 35/35] [Инвентарь: 0/5 кг]

---

Конец главы 3

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 4. Бои без правил

[Иван | Уровень: 1]

[Опыт: 0/250]

[Мана: 35/35]

[Характеристики: СИЛ(5) ЛОВ(4) ВЫН(4) ИНТ(7)]

[Свободные очки характеристик: 3]

[Класс: Генерал]

[Ранг угрозы: 1]

[Инвентарь: 0 / 5 кг]

Я моргнул, прогоняя остаточную сухость из глаз. Двести пятьдесят единиц опыта до второго уровня. Я криво усмехнулся уголком губ. Кто бы сомневался. Экспонента работает даже в магических мирах. На нулевом уровне хватило сотни, теперь система требует две с половиной. К десятому уровню счет пойдет на десятки тысяч. Естественный порядок вещей: чем выше ты забираешься, тем тяжелее тащить лестницу.

Стук сердца медленно успокаивался после курьерского марафона. Мысли прояснились, сменяя адреналиновый угар холодной бухгалтерией. Четыре тысячи двести рублей за девять часов адской пахоты на ржавом велосипеде. Это не масштабируется. Если я буду крутить педали по пятнадцать часов в сутки, забив на сон, к экзаменам через две недели у меня будет второй-третий уровень, сорванная спина и мозоли размером с пятирублевые монеты. А остальные к тому времени апнут пятый-шестой левел просто жря зелья купленные родителями. Время — единственный ресурс, который нельзя купить. Каждая секунда подготовки сейчас стоит дороже завтрашней тысячи.

Распределять свободные очки я не стал. Три очка превратят меня из доходяги в чуть более крепкого доходягу. Мне нужен качественный скачок, а не косметический ремонт тела канцелярской крысы. Сначала ресурсы.

Пока холодный ужин (пачка лапши, найденная за батареей — прошлый жилец оставил мне целое состояние) переваривался в желудке, я открыл поисковик на смартфоне. Искать официальную работу бессмысленно. Значит, теневой сектор Пробужденных.

Запрос «бои без правил для охотников» ожидаемо выдал пустоту. Государство монополизировало насилие ради безопасности мажоров. Пришлось нырять глубже, отключив фильтры безопасного поиска. Нужный сайт нашелся на третьем часу копания в дарк-зеркалах местного интернета. Никакого дизайна, только черный фон, мерцающий зеленый шрифт и форма регистрации. Никаких имен, только никнеймы. Правила были выведены жирным шрифтом на главной странице: «Бои проходят строго внутри одного ранга угрозы. Первый ранг бьется с первым. Попытка обмана системы сканирования карается радикально».

Анонимность идеальная. Для внешнего мира Иван Брагин спит в своей однушке. Для букмекеров этого сайта сегодня вечером он станет «Оператором-774».

Я перешел во вкладку «Заявка». Свободные слоты на сегодняшний вечер отсутствовали — сетка была расписана плотно. Люди хотели есть здесь и сейчас. Ближайшее окно — завтра, суббота, 21:00. Противник назначается системой автоматически. Ставки принимаются вплоть до выхода бойцов на ринг. Я подтвердил заявку биометрией смартфона и закрыл крышку ноутбука. Спать. До боя почти сутки, но организм требовал перезагрузки.

Утро началось не со звона будильника, а с резкого осознания. Суббота. Двадцать один ноль-ноль. Заводская зона «Северный пустырь». Бой.

Подготовка к экзаменам подождет. Георгич может писать объяснительную ректору сам. Если я получу травму на официальном экзамене школы, Ассоциация отстранит меня от порталов на месяц. Если я получу травму на подпольной арене — мне просто выдадут пакет со льдом и вышвырнут за забор завода. Риски несопоставимы.

К десяти утра дождь снова зарядил стеной. Подготовка сожрала половину дня: душ, попытка почистить единственную приличную футболку, быстрый выход в круглосуточный супермаркет. Продуктовая корзина минималиста обошлась в восемьсот сорок рублей: хлеб, два литра питьевой воды, пачка самого дешевого растворимого кофе, полкило куриных бедер и лапша быстрого приготовления. Из оставшихся денег осталось жалкие пять сотен одной купюрой.

День пролетел незаметно и вот уже провалился в темноту вечера. 20:45. Заброшенный завод железобетонных конструкций встретил меня запахом металла, машинного масла и мокрого бетона. Охрана на входе проверила мою ID-карту ручным Биосканером, кивнула и пропустила внутрь ангара. Переодевалка напоминала раздевалку школьной секции борьбы: облупившиеся шкафчики, тусклая лампочка под потолком. Я натянул черную синтетическую спортивку, свободные штаны и маску-чулок с прорезями для глаз. Свой новенький пластик охотника спрятал глубоко в кроссовок. Здесь нет имени. Есть только цифры.

Арена представляла собой стандартную клетку ММА, сваренную из толстой арматуры прямо посреди огромного цеха. По периметру стояли складные стулья, на которых сидели такие же серые тени в масках. Букмекеры принимали ставки за импровизированными столами из деревянных паллет.

Первый бой, который я успел застать, закончился быстро. Огромный детина класса «Громила» пятого уровня поймал ногами перекат противника и просто рухнул на него всем весом. Хруст костей был слышен даже сквозь рев толпы. Кровавый спорт низких уровней. Никакой техники, чистая физика статов.

— Оператор-774, приготовиться, — голос из динамика над входом в клетку вырвал меня из созерцания. Сердце дало привычный уже сбой. Не страх. Проверка гипотезы.

Мой соперник уже разминался с той стороны решетки. Когда он шагнул под свет прожекторов, интерфейс услужливо подсветил его профиль.

[Цель: Александр Панин]

[Класс: Мечник]

[Уровень: 4]

[Характеристики: СИЛ(11) ЛОВ(6) ВЫН(7) ИНТ(6)]

[Свободные очки характеристик: 12]

Двенадцать свободных очков на четвертом уровне. Если бы только навык сейчас работал. Ладно. Неважно.

Я моргнул, сбрасывая чужой статус из поля зрения. СИЛ(5). Против его одиннадцати — это минус шесть единиц чистой пробивной мощи. Я физически не смогу заблокировать его удар. Попытка принять силу на блок закончится переломом предплечья. Вын(4) означает, что пропущенный удар отправит меня в нокаут вне зависимости от хитов — мышечный каркас просто схлопнется под кинетикой четвертого уровня.

Значит, работаем от защиты. Моя единственная надежда — сделать так, чтобы он ни разу по мне не попал. И здесь решает Ловкость.

Мысленная команда отозвалась легким покалыванием за глазами. Передо мной развернулась привычная таблица: [Свободные очки характеристик: 3] [Распределить?]

Пальцы сами сжались в кулаки. Три очка сейчас значат больше, чем три тысячи рублей. Они означают разницу между тем, уйду ли я сегодня на своих ногах или меня вынесут вперед ногами.

Я выделил строку [ЛОВ(4)]. Цифра подсветилась желтым. Рядом появилось пустое поле ввода. [+__] — Три, — прошептал я одними губами.

Экран мигнул, подтверждая транзакцию внутри моего собственного тела. [Характеристики: СИЛ(5) ЛОВ(7) ВЫН(4) ИНТ(7)] [Свободные очки характеристик: 0]

Семь пунктов ловкости. Теперь разрыв с Паниным составляет всего одну единицу. Одну единицу чистого машинного кода против грубой физической силы мясника. При моем интеллекте и навыке анализа эта единица превращается в пропасть. Он бьет туда, где я стою. Я буду стоять там, где он будет через полсекунды.

Я поднялся со скамейки. Мышцы все еще ныли после курьерской смены, но теперь тело ощущалось иначе. Легче. Словно кто-то снял невидимый свинцовый пояс.

Я снял куртку, бросил ее на стул секунданта и шагнул в клетку. Замок лязгнул за спиной. И вдруг Панин призвал клинок, которым он рассек воздух там, где секунду назад была моя голова. Я ушел смещением корпуса, даже не прыгая. Тяжелый ботинок мечника впечатался в бетон там, где стояли мои кроссовки. Пол дрогнул.

Он пер напролом, работая широкими амплитудными восьмерками. Классика силовика: вложить массу железки в инерцию и смести препятствие. Но шесть единицы разницы в силе нивелируются геометрией. Чем длиннее рычаг, тем медленнее он возвращается в исходную точку.

Я танцевал вокруг него. Шаг влево, поворот таза, уклонение корпусом. Между лезвием и моей скулой оставалось сантиметров три воздуха. Я не тратил ману на «Усиление», оно мне сейчас бесполезно — работать не на ком, а регенерация лишней не бывает. Я работал чистой кинематикой.

Панин зарычал, вкладываясь в колющий выпад. Смещение с линии атаки, проход за спину. Пока он разворачивал свою тушу, я нанес короткий, экономичный джеб ему в печень. Урона — ноль, броня мышц погасила импульс. Но дыхание его сбилось.

«Тактический анализ» пульсировал в моем затылке, подсвечивая скелет противника полупрозрачной сеткой. Сустав правого колена перегружен. Левая голень — старая микротрещина в малой берцовой, которую он игнорирует. Но самое вкусное — свод стопы левой ноги. Там сходятся связки, удерживающие баланс такой массы. Прямого удара туда недостаточно, нога защищена тяжелым рабочим ботинком, но если поймать момент переноса веса...

— Бей-бей! — орали из-за сетки.

Панин пошел ва-банк. Раскрутка сверху вниз, рубящий удар наискось. Идеальный способ потерять равновесие, если промахнуться. Центр тяжести уходит вперед, опорная нога выпрямляется в колене для рычага.

Именно этот момент я и ждал. Когда тяжелый металл устремился к моему плечу, я упал в глубокий шпагат, пропуская лезвие в миллиметре над головой. Угол обзора изменился. Взгляд зафиксировал открытую мишень — внутреннюю часть левого бедра и основание стопы. Ботинок в этой фазе шага едва касался земли.

Время растянулось. Мана хлестнула по нервам. Активация навыка. [Тактический анализ: Подсветка уязвимости.] Лазерный целеуказатель вспыхнул в моем восприятии точно над ахилловым сухожилием, уходящим в пятку ботинка.

Я вложил всю накопленную инерцию падения в восходящий удар правой ногой. Пятка врезалась ровно в указанную точку. Сухой, мерзкий хруст ломаемой кости пробился даже сквозь шум крови в ушах. Звук был похож на перелом сухой ветки зимой.

Панин рухнул мгновенно. Меч со звоном отлетел в сторону ограждения. Он завалился на бок, схватившись за лодыжку, и оглушительный животный вой боли отразился от железных стен цеха. Открытый перелом. Чистое поражение.

Я поднялся на ноги. Колени предательски дрожали, легкие горели от гипервентиляции. Выносливость — четыре единицы. Я выдохся за полторы минуты чистого движения, хотя не получил ни одного удара. Математика беспощадна.

Зрители молчали секунд пять, осознавая увиденное, а затем взорвались. Кто-то свистел, кто-то матерился, теряя деньги на фаворите.

К дверце клетки подошел человек в строгом костюме и маске ворона. Протянул микрофон. — Слово победителю.

Я покачал головой. Толпе не нужны слова. Толпе нужна кровь и сломанные кости. Забирать чужое время разговорами — неэффективно. Я молча развернулся и вышел из клетки через техническую дверь.

Комната, отмеченная как «Касса», оказалась обычным металлическим контейнером. За столом сидел пухлый мужчина в очках, перебирая стопки наличности. — Семьдесят четвертый? — он даже не поднял глаз. — Победа нокаутом. Он подтолкнул ко мне веер перетянутых резинкой банкнот. Пятьдесят тысяч. Новые, хрустящие пятитысячные купюры.

До второго уровня рукой подать. Две с половиной сотни опыта.

Мужчина кашлянул, снимая очки и протирая их краем жилетки. На мониторе перед ним мигала новая заявка. Он даже не спросил моего согласия. — Следующий слот через полчаса. Соперник уже здесь, ждет за дверью. Ассасин. Ассоциация ставит ему первый ранг угрозы официально... Народ ставит на него дикий коэффициент. Хочешь вписаться? Поднимешь еще сотку сверху, пока руки горячие. Ну что, бой будет великолепным, ты же любишь такие вызовы?

Дверь контейнера с тихим шипением пневматики отъехала в сторону. В узкий проем шагнула фигура. Высокий, затянутый в черную тактическую одежду без единого логотипа. Маска-бафф закрывала нижнюю половину лица, капюшон отбрасывал тень на верхнюю. От него пахло дымом от сигарет и чем-то стерильным, медицинским.

Букмекер указал на вошедшего толстым пальцем: — Вот с этим. Не желаешь сразиться прямо сейчас? У нас окно образовалось, прошлый претендент внезапно вспомнил про больной зуб.

Я перевел взгляд с лоснящегося лица букмекера на черный силуэт у двери. В этот же момент я активировал интерфейс, направив его на фигуру в проходе. Букмекер этого видеть не мог — для него я просто прищурился, оценивая рост оппонента.

[Цель: Павел Стружков]

[Класс: Ассасин]

[Уровень: 8]

[Характеристики: СИЛ(11) ЛОВ(20) ВЫН(12) ИНТ(10)]

[Свободные очки характеристик: 24]

Моя челюсть едва не отвисла. Двадцать единиц ловкости. Двадцать. При моих семи этот парень существует в другом потоке времени. Он разорвет дистанцию моего выпада прежде, чем импульс дойдет от мозга до икроножной мышцы.

Я медленно перевел взгляд с невидимого экрана обратно на букмекера. Снял свою маску-чулок полностью. Наверное, выражение моего лица было настолько красноречивым, что толстяк впервые за вечер перестал улыбаться.

— Знаете, уважаемый, — сказал я абсолютно спокойным, ровным голосом, каким обычно просят передать соль. — Я тут прикинул математику. Чтобы нанести этому господину критический урон, мне нужно сначала угадать траекторию его движения. А мои текущие показатели нейромышечной реакции оставляют желать лучшего. Учитывая разницу в скорости обработки пространства между ним и мной... боюсь, ваш замечательный ринг сегодня придется мыть от моих внутренностей. К тому же, у меня завтра утром химия горения пороха. Пропускать нельзя, Георгич очень расстроится.

Букмекер моргнул. Его мозг пытался обработать входящую информацию от человеку, который только что вырубил мечника одним ударом ноги.

— Ты отказываешься? — тупо переспросил он. — От ста тысяч наличными здесь и сейчас? Потому что у тебя... порох?

— Именно, — кивнул я, сгребая свои пятьдесят тысяч со стола. Деньги приятно оттянули карман кофты. — Порох требует концентрации. Хорошего вечера.

Развернувшись на пятках, я вышел из контейнера, оставляя букмекера стоять с открытым ртом посреди кассового узла. Где-то за моей спиной один из охранников тихо спросил другого: — Это вообще кто был? Из какой школы его вытащили?

День определенно перестал быть томным. Математика спасла мне жизнь быстрее, чем навык уклонения.

Ночной воздух пах травой и мокрым бетоном. Лавка торговцев Ассоциации в холле торгового центра встретила меня привычным мягким синим светом витрин. За те сутки, что я здесь не был, ничего не изменилось — всё та же пуленепробиваемая перегородка, тот же продавец с татуировкой на шее, лениво листающий что-то на планшете.

Но изменились мои карманы. Пятьдесят тысяч тепло грели внутренний карман спортивной кофты, превращая меня из нищего студента в мелкого оптовика.

Раньше у меня просто не было выбора. Я брал самое дешевое пойло низшего первого ранга по полторы тысячи за штуку, чтобы хоть как-то сдвинуть счетчик опыта с мертвой точки. Сейчас математика стала сложнее. И интереснее.

Я подошел к стеклу, игнорируя скучающий взгляд продавца. Витрина была разделена на секции. Первый ранг: три флакона разного размера. Самый маленький, мутно-серый — «Низшее». Цена 1500 рублей. Средний, с легким перламутровым отливом — «Среднее». Цена 7500 рублей. Крупный, густой, почти черный — «Высшее». Цена 15000 рублей.

Рядом стояла полка второго ранга. Цены там начинались от двадцати тысяч. В голове щелкнули цифры, выстраиваясь в таблицу эффективности. И насколько я помню из справки ассоциации охотников о кристаллах, там писалось что:

Один добытый кристалл после обработки дробится на десять частей (кусков).Низшее зелье: делается из одного такого куска. Дешево, сердито.Среднее зелье: половина кристалла (пять кусков). Логично предположить, что оно даст в пять раз больше опыта, чем низшее.Высшее зелье: целый кристалл (все десять кусков). Максимальный выхлоп для своего ранга.

Мой текущий опыт — ноль из двухсот пятидесяти. До заветной двойки перед именем осталось ровно двести пятьдесят единиц.

Если моя догадка верна, то одно Высшее зелье первого ранга должно давать минимум сто единиц опыта (десять кусков по десять единиц каждый). Если нет... если механика работает иначе, например, дает фиксированные 50 или вообще имеет рандомайзер, я рискую спустить пятнадцать тысяч в унитаз.

---

Конец главы 4

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 5. Первый экзамен

Я решил рискнуть. Для разнообразия, а точнее — для проверки гипотезы.

— Мне высшее первого ранга и низшее второго, — сказал я кассиру.

Кассир молча достал из-под прилавка плотный бумажный пакет, вложил туда пластиковую коробку с поролоном. Черный флакон (Высшее I) лег рядом с мутно-бирюзовым (Низшее II).

Только я отсчитал тридцать пять тысяч рублей и протянул купюры, как над входом звякнул колокольчик. В магазин вошла Андреева.

— Привет, Иван.

Я не повернул головы. Просто забрал зелья, убрал деньги в карман куртки и развернулся к выходу.

— Два зелья высшего качества второго ранга, пожалуйста, — услышал я её голос за спиной уже у самой двери.

Я замер, взявшись за ручку стеклянной двери. Немного обернулся, активируя интерфейс. Посмотрел на неё сквозь плечо.

[Цель: Елена Андреева]

[Класс: Мистический целитель]

[Уровень: 5]

Пятый уровень. Мы пробудились синхронно, стояли плечом к плечу перед Биосканером. А из-за разницы в финансовых потоках между нами теперь такая пропасть. Ладно. Как-нибудь выкручусь на экзаменах. Не впервой работать с отрицательной дельтой ресурсов.

Я вышел на улицу. Дождь закончился, оставив после себя запах мокрого асфальта и остывающего металла. До дома пришлось идти так же пешком — тратить еще двести-триста рублей на такси ради трех кварталов было бы неэффективным расходованием капитала.

В квартире я прошел сразу на кухню. Поставил пакет на липкий стол, щелкнул выключателем. Достал коробку. Решил начать с Высшего первого ранга. Вытащил черную склянку, сорвал свинцовую печать. Жидкость внутри пахла старым бетоном и медью. Выпил залпом.

Ничего. Ни тепла, ни вибрации. Я уже хотел раздраженно вызвать статус, когда полоса опыта под именем дрогнула.

[Опыт: 120/250]

Гипотеза подтвердилась. Сильное отклонение от расчетной модели. Вместо ожидаемых ста единиц Система поглотила сто двадцать. Раз обработанный кристалл дробят на десять фрагментов-кусков, логично предположить зависимость КПД от объема тары. Чем меньше фрагментов содержит капсула, тем выше плотность заряда в каждом из них. Общество оперирует понятием «ранга», то есть примерного энергетического фона сырья. Они продают объем, а нейроинтерфейс считывает концентрацию. Очередная дыра в экономике Ассоциации.

Вооружившись этой мыслью, я взял второй флакон. Бирюзовая жидкость прошла по пищеводу ледяным комком. И снова математика дала сбой в мою пользу. Полоска резко прыгнула вправо, уведомляя о повышении уровня, но счетчик не обнулился полностью.

[Уровень повышен!] [Текущий уровень: 2]

[Опыт: 40/500]

[Характеристики: СИЛ(6) ЛОВ(8) ВЫН(5) ИНТ(9)]

[Свободные очки характеристик: 3]

[Мана: 45/45]

Мне понравились те кинематические решения, что помогли мне в ринге благодаря ловкости. Поэтому я, не раздумывая, вбил все три свободных очка в Ловкость. Цифра подсветилась и изменилась.

[ЛОВ(11)]

Это уже значительно лучше нулевого профиля, подумал я, но всё равно критически мало. Против вчерашнего Ассасина это пшик. Но база стала чуть менее ватной.

Голова гудела от усталости и химического отката. Я пошел спать, рухнув на кровать прямо поверх одеяла. Ничем не думая. Просто проваливаясь в темноту.

Утро началось резко. Когда я встал и пошел на кухню ставить чайник, мозг вдруг выбросил на поверхность напоминание, от которого холодный пот прошиб сильнее, чем от зелий. Сегодня день рождения сестры. Пятнадцать лет.

Руки действовали быстрее мыслей. Я схватил смартфон, упал обратно на матрас, набрал номер.

Гудки шли долго. Наконец в трубке раздался сонный голос.

— Алло?

— С днем рождения, мелкая. Пятнадцать лет. Официально тяжелый возраст.

Настя фыркнула.

— Спасибо. Ты чего в такую рань? Случилось что?

— Нет. Просто чтобы успеть первым тебя поздравить. Слушай, я приехать не смогу. У меня тут завалы дикие по подготовке к порталам, Георгич гоняет так, что дышать некогда. Так что подарок переведу тебе на карту, и иди трать.

Она помолчала секунду.

— Ваня... не нужно было. Лучше бы зелий каких купил. Говорят, они силу дают. Тебе же там скоро воевать.

— Я уже купил, Насть. И запас остался, так что ешь спокойно.

— Ну ладно...

И мы разговорились. Слово за слово, соскучились ведь. Она рассказывала про школу и родителей, я пытался шутить про свои учебные будни, хотя язык едва ворочался от недосыпа. О всяком болтали. Время пролетело совершенно незаметно. Минут через двадцать она спохватилась, что ей пора собираться отмечать с подругами, и мы отключились.

Я посмотрел на часы. Начало девятого утра. Воскресенье.

Снова мысли. Холодная бухгалтерия реальности. На руках осталось около пятнадцати тысяч наличными. Десять уйдут сестре — обещал же «немного». За квартиру платить через неделю — девятнадцать тысяч. Еда, вода, свет. Базовые потребности никто не отменял.

И самое узкое место — снаряжение. Без клинка школа не допустит меня до практического теста. Стандартный прокат школы выдает откровенный хлам, который развалится от удара крысы-переростка. Нужен хороший клинок. Хотя бы плохого качества, заточенный под мою руку. Обычный ценник на такое железо колеблется от десяти до пятидесяти тысяч.

Но аренда… Закон позволял брать амуницию во временное пользование. Со скидкой в пятьдесят процентов для студентов-охотников сумма становилась более-менее подъемной. Думаю, в районе пяти-десяти тысяч за неделю проката я найду.

Нужно работать. Денег снова нет. Время уходит. Экзамены дышат в затылок перегаром Георгича.

Время слилось в серый, монотонный поток. Две недели схлопнулись в точку.

График выживания закостенел намертво. В будние дни — четыре часа лекций Георгича до обеда: работа в команде, анатомия гоблинов, правила эвакуации гражданских из желтых зон. После обеда рюкзак менялся на синюю термосумку курьерской службы. Ржавый велосипед под номером 412 стал продолжением моего скелета. Я крутил педали по пробкам и промзонам еще восемь часов, чтобы заработать на аренду и еду.

Выходные превращались в мясорубку. Двенадцать часов на велосипеде. Никаких выходных для центральной нервной системы. Деньги уходили так же быстро, как приходили. Десять тысяч улетели сестре на день рождения. Девятнадцать тысяч за квартиру. Остаток я методично конвертировал в цифры Системы. Математика зелий была проста: пить Низшее первого ранга (по 1500 рублей) было экономически невыгодно. Сорок шесть флаконов до третьего уровня — это почти семьдесят тысяч. Два зелья Низшего второго ранга (по 20000) давали больше опыта за меньшие деньги, а одно Высшее первого (15000) идеально добивало остаток шкалы. Это был единственный способ расти, не выходя в минус по балансу.

Утро началось в пять утра. Не от будильника — просто организм решил, что спать дальше непозволительная роскошь. За окном висел густой, влажный туман, характерный для конца мая. Майское солнце пыталось пробить эту серую взвесь, окрашивая небо в болезненно-розовый цвет.

И вот результат двух недель жесткого фарма. Сегодня суббота. День письменного экзамена. Я третьего уровня.

[Иван | Уровень: 3]

[Опыт: 0/750]

[Характеристики: СИЛ(7) ЛОВ(15) ВЫН(6) ИНТ(11)]

[Свободные очки характеристик: 0]

[Мана: 55/55]

[Инвентарь: 0 / 7 кг]

Лимит веса инвентаря поднялся до семи килограмм. Мана до 55. Тело стало чуть бодрее. Шестерка выносливости позволяла пережить пропущенный удар средней тяжести, не складываясь пополам от болевого шока. А четырнадцать ловкости... это было лучшее вложение капитала. На велике я теперь проскакивал перекрестки на грани светофора, тело само реагировало на открывающиеся двери машин. В бою с Паниным такая база дала бы мне огромную фору. Достаточно, чтобы сломать вторую ногу.

Но перед порталом этого всё равно мало. Низшие Гоблины бьют часто, толпой и грязно.

Я встал, прошел на кухню. Поставил чайник. Выпил стакан холодной воды, запил ею таблетку дешевого обезболивающего — спина после вчерашней двенадцатичасовой смены отзывалась тупой болью между лопаток.

Сегодня экзамен проверяет наши мозги. Два часа индивидуального теста. Вопросы составлены штатными аналитиками ведомства, списать невозможно. Но мне и не нужно. Всё это я знал лучше преподавателей.

Я оделся. Старая футболка, дешевые джинсы, куртка. Под рукавом спрятал ID-карту охотника. Вышел из квартиры, дважды провернув замок.

На улице туман стал еще плотнее. Фонари вязли в нем, создавая вокруг себя тусклые ореолы. До школы я решил ехать автобусом. Я пошел к остановке, ежась от утреннего холода.

В салоне воняло дешевым освежителем воздуха «Хвоя» и влажной одеждой. Народу было немного: сонные работяги, редкие студенты. Я сел у окна, глядя, как капли влаги стекают по грязному стеклу.

Автобус тряхнуло на ухабе. Я машинально уперся рукой в сиденье перед собой. Ладонь легла на липкий поручень. «Интерфейс», — бросил я мысленно, просто чтобы занять мозг, пока колеса месят городскую грязь. Взгляд упал на спину водителя. Вспыхнула полупрозрачная сетка профиля.

[Цель: Виктор Орлов]

[Класс: НЕТ (обычный человек)]

[Уровень: 0]

[Характеристики: СИЛ(3) ЛОВ(2) ВЫН(4) ИНТ(2)]

[Свободные очки характеристик: 0]

Пустышка. Обычный человек. Мой навык [Профиль] работал автоматически, стоило лишь сфокусировать взгляд. Двадцать пять метров радиуса действия покрывали весь салон автобуса. Я видел их всех. Спящих студентов, рабочих. Нули. Единичка в силе, двойка в выносливости.

Я отвел взгляд. Ощущение всемогущества от чтения чужих статов давно прошло, сменившись глухим раздражением на несправедливость мироздания. Генерал поддержки, который видит потенциал каждого, но вынужден сам крутить педали ржавого велосипеда, чтобы купить банку химического бульона для прокачки.

Школа встретила меня тишиной. Холл был пуст — слишком рано даже для самых старательных зубрил. Аудитория номер одиннадцать находилась в левом крыле. Я толкнул тяжелую деревянную дверь ровно в 7:30.

Внутри уже почти все были на месте. Значит немного ошибся. Двадцать спин тихо гудели в ожидании неизбежного экзаменационного ада. Георгич не обманул — атмосфера стояла такая, что можно было резать ножом. Я прошел вдоль рядов, перешагивая через брошенные рюкзаки, и выбрал место у окна на самом дальнем ряду. Отсюда отлично просматривался весь кабинет, а до второй двери было три шага. Идеальная тактическая позиция.

Я сел, положил руки на парту. Затем уперся лбом в холодный шершавый пластик столешницы. Пять утра дали о себе знать тяжестью в затылке. Двадцать минут тишины перед боем.

В 7:55 дверь снова скрипнула. Вошел классный руководитель. Георгич выглядел так, словно не спал неделю — под глазами залегли глубокие тени, воротник рубашки был несвежим. Он молча подошел к столу, достал из кожаного портфеля стопку плотных бумажных бланков и пошел вдоль рядов, раздавая их как повестки. Лист лег мне на парту с сухим шелестом.

Я пробежался взглядом по строчкам. Вопросы. Один, два... девятнадцать. Как и ожидалось. Все что я так хорошо знаю. Основы выживания, классификация монстров первого ранга... правила оказания первой помощи при артериальном кровотечении, техника безопасности порталов.

Ровно в 8:00 электрические часы над дверью коротко пискнули. Георгич обвел класс тяжелым взглядом поверх очков.

— Время пошло. Приступайте.

Я взял ручку. Чернила привычно мазнули по бумаге. Никаких размышлений, никаких сомнений. Просто поток данных из памяти на лист. Структура ответа, ключевые слова, которые ищет алгоритм проверки Ассоциации. Сухой канцелярский язык протоколов.

Вопрос за вопросом падали вниз. Математика, биология, химия, выживание. Рутина.

8:15. Десять вопросов.

8:25. Пятнадцать.

К 8:37 последний, девятнадцатый вопрос был закрыт точкой. Я перечитал текст бегло, проверяя пунктуацию. Ошибок нет. Логических дыр нет. Это заняло меньше сорока минут из отведенных ста двадцати.

Поднял руку.

Георгич заметил это не сразу. Он ходил между рядами, заглядывая через плечи каждому второму, нервно похлопывая папкой по бедру. Когда он наконец дошел до моего ряда и увидел мою поднятую ладонь, его брови поползли вверх.

— Брагин? Чего тебе?

— Я хотел бы сдать, — сказал я ровным голосом. — И пойти домой.

Он моргнул. Его мозг пытался обработать входящую информацию.

— Сдать? Сейчас? Ты издеваешься? До конца еще полтора часа. В туалет приспичило, что ли?

— Нет. Я закончил ответы. Я хочу сдать бланк и уйти.

Георгич тяжело вздохнул, обошел парту и навис надо мной. Его тень накрыла мой лист.

— Не может быть, — буркнул он, выхватывая бумагу из-под моей руки. — От балды написал, признавайся? За последние десять лет работы в этой школе не было такого, чтобы выпускник решил всё менее чем за час. Да еще и верно. Так что сиди, проверяй свои каракули. Думаешь, самый умный тут нашелся?

— Я не хочу проверять, — спокойно ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Хочу домой. Мне нужно работать.

Он замер с открытым ртом. Видимо, аргумент про работу курьера никак не вязался в его голове с образом Пробужденного охотника. Георгич постоял секунду, буравя меня тяжелым взглядом, потом смачно плюнул на пол (мысленно, конечно) и махнул рукой.

— Делай что хочешь. Не мое дело, если ты завалишь практику из-за того, что голова перегрелась.

Он забрал бланк, сунул его в свою кожаную папку и сухо бросил:

— Свободен. Выход там.

Я встал, закинул куртку на плечо и направился к двери. Никто из одноклассников даже не поднял головы — они были слишком заняты борьбой со вторым законом термодинамики или еще чем.

Дверь закрылась за спиной, отрезая меня от духоты аудитории. Утренний воздух ударил в лицо влажной прохладой. Я остановился на ступенях школы, запрокинул голову и глубоко вдохнул полной грудью. Пахло мокрым гудроном, выхлопными газами и свободой. На ближайшие двадцать четыре часа моя теоретическая часть закрыта. Осталось только выжить завтра в грязи тренировочного портала.

Я сошел с крыльца, натягивая капюшон куртки. Суббота только начиналась, а город уже плавился от жары.

— Ну а сейчас еще один день на покатушки по заказам, — пробормотал я себе под нос, проверяя баланс в приложении банка.

День прошел в привычном тумане усталости. Четырнадцать часов на педалях, двадцать три заказа, тысяча восемьсот рублей грязными. Домой я вернулся ближе к полуночи, упал на кровать и провалился в сон без сновидений.

И вот он наступил. День практического экзамена. Воскресенье.

Девять тысяч минус. Вчера вечером, после смены, пришлось ехать не домой спать, а в официальный пункт выдачи Ассоциации. За девять тысяч рублей мне выдали на неделю вполне приличный меч плохого качества в потертых кожаных ножнах и легкую броню-нагрудник. Для моего бюджета это была дыра, но для выживания — необходимость.

На улице снова висел густой утренний туман. Я стоял на остановке у выезда из города. На поясе тяжело бряцали ножны с арендованным мечом. Ощущение холодной рукояти успокаивало лучше любой медитации. Рядом переминались с ноги на ногу другие выпускники. Барсуковы стояли чуть поодаль, о чем-то тихо переговариваясь и периодически поглядывая в мою сторону. Абрикосов пытался развести огонь щелчком пальцев прямо посреди лужи, за что получил затрещину от куратора практики — суровой женщины-майорши с позывным «Восьмерка».

Подъехал спецтранспорт. Не желтый городской автобус, а длинный серый броневик без окон, похожий на маршрутку для перевозки заключенных. С бронированной шиной и турелью пустого крепления на крыше. Задние двери с шипением разъехались в стороны.

— Значит так, желторотики! — голос Восьмерки резанул по ушам. — Садимся быстро, пристегиваемся. Кто отстегнется до команды — пишет объяснительную ректору, сидя голым задом на мине-липучке!

---

Конец главы 5

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 6. Подготовка к порталу

Я поднялся по ступенькам, пригнув голову. Внутри пахло дешевым пластиком и оружейной смазкой. Ряды жестких сидений, привинченных к полу. Ремни безопасности свисали вдоль спинок мертвыми змеями.

Дима Барсуков, делая вид, что просто поправляет рюкзак, выставил тяжеленный ботинок прямо на моем пути в проходе. Классическая подножка шкафа-спортсмена. Он даже не смотрел на меня, продолжая ржать над какой-то шуткой брата.

Мир замедлился. Тело отработало само. Вместо того чтобы переносить вес на ведущую ногу для шага вперед, я резко сместил центр тяжести назад и вбок, перенося массу на опорную ногу. Шаг-приставка. Импульс движения ушел не в падение лицом в кресло, а в легкий скользящий уход с линии атаки. Ботинок Димы рубанул воздух там, где секунду назад было мое колено.

Я выпрямился, обернулся через плечо. Посмотрел ему прямо в глаза. Ледяное спокойствие внутри черепа контрастировало с бешеным стуком сердца.

— Хорошая попытка, шкаф, — ровно сказал я.

— Но сегодня экзамен. Проверь лучше крепление ремня, а то мамочка будет плакать, если тебя вытряхнет из кресла при повторотах. И оружие свое проверь, пока пальцы не вспотели.

Лицо Димы медленно налилось багровой краской. Лешка дернулся было ко мне, но тяжелый взгляд майорши, стоявшей у кабины пилотов, заставил его замереть. Я проигнорировал их, прошел дальше в салон.

Все места были уже заняты. Студенты набились плотно, стараясь держаться поближе к своим компаниям. Ни одного двойного свободного сиденья, куда можно было бы закинуть сумку или сесть одному, не осталось. Вариантов не было.

Я прошел в конец салона. Андреева сидела у окна во втором ряду от хвоста. Она методично проверяла фиксаторы на своих тонких кожаных перчатках, лицо оставалось абсолютно непроницаемым. Увидев меня, она лишь слегка кивнула.

Я молча сел рядом, защелкивая массивный металлический замок ремня безопасности на своем животе. Кресло жалобно скрипнуло под моим весом. От целительницы пахло антисептиком и почему-то старыми книгами. Идеальный сосед. Никаких лишних разговоров, никаких попыток доминировать. Просто два функционала, выполняющих свою задачу.

Броневик дернулся с места так резко, что желудок попытался выйти через горло. Восьмерка гнала по пустому утреннему шоссе, нарушая все мыслимые правила дорожного движения. За бронированным окном мелькали серые бетонные заборы промзоны, сменяющиеся редким чахлым лесом.

Я откинулся затылком на холодный подголовник. Закрыл глаза, пытаясь унять легкую тошноту от качки. И тут мозг зацепился за несоответствие дат. В нашу прошлую встречу в магазине зелий... тогда у неё был пятый уровень. У меня — второй. Сейчас у меня третий. Прошло две недели жесткого фарма курьером, выпито около двух десятков флаконов разного калибра, поднято три уровня болью и потом.

А сколько у неё?

Я позволил себе долю секунды на активацию интерфейса, переводя взгляд на её руки. Просто рефлексы аналитика.

[Цель: Елена Андреева]

[Класс: Мистический целитель]

[Уровень: 8]

[Характеристики: СИЛ(10) ЛОВ(11) ВЫН(10) ИНТ(20)]

[Свободные очки характеристик: 24]

Восемь. Разрыв между нами снова стал больше и составлял пять уровней чистой дистанции. Ладно. Сегодня экзамен закончится, и передо мной откроются другие возможности.

Официальный статус Выпускника давал доступ к порталам первого ранга угрозы. Но только в составе группы. А вот одиночное плавание... Я прокрутил в голове регламент Ассоциации. Чтобы ходить в разломы соло, существовало два легальных пути. Первый — это ходить в порталы которые ниже ранга охотника. Второй — иметь безупречную репутацию в Ассоциации или состоять в гильдии.

Вступать в чужую структуру не хотелось. Значит, вариант один — создавать свою гильдию. Но тут математика упиралась в стену регламента: минимальный порог для регистрации собственной гильдии — четвертый ранг угрозы. До четверки мне нужно апнуть тридцатый уровень. При моей текущей скорости заработка это нереально.

Броневик резко клюнул носом, переходя на гравийную дорогу. Зубы клацнули. Мы прибыли.

Задние двери с шипением разъехались в стороны, впуская влажный запах листвы. Майор Восьмерка стояла на ступеньках, широко расставив ноги. Утренний туман цеплялся за её тяжелые берцы.

— На выход! Бегом, бегом! Строиться у ворот! — проорала она, перекрикивая шум холостого хода двигателя.

Мы высыпались наружу — двадцать два тела, сбившихся в кучу от утреннего холода.

Я поднял голову. Сознание на секунду дало сбой, пытаясь обработать геометрию пространства. Мы находились внутри бетонного колодца. Стены уходили вверх метров на десять, идеально ровные, серые, смыкающиеся над головой где-то в туманной дымке. Никакого неба. Квадрат со стороной около пятисот метров. Я даже не заметил, когда мы проехали ворота этой зоны — броневик шел без окон, а гул двигателя перекрывал любые внешние звуки. В самом центре этого рукотворного ада пульсировал белый провал портала.

Майорша подошла к капоту броневика, где стояла обычная картонная коробка из-под офисной бумаги. Она демонстративно потрясла её.

— Слушать сюда, желторотики! — рявкнула она так, что с ближайшего дерева сорвалась ворона. — Экзамен простой, как удар дубиной по голове. Перед вами портал первого ранга. Ваша задача: зайти внутрь командой и убить десять низших гоблинов. Время на выполнение — один час. Если через час вы не выходите или у вас заканчиваются живые бойцы — я вытаскиваю ваши тушки. Мертвые в Ассоциацию не зачисляются.

Восьмерка выдержала паузу, обводя нас тяжелым взглядом.

— Теперь о командовании. У меня тут двадцать две задницы. Разделим их поровну... почти. Две команды по пять человек, две по шесть. Кто будет вести эти стада баранов? А вот это решит слепой жребий.

Она достала маркер, взяла стопку сложенных вдвое бумажек и начала быстро ставить жирные черные кресты. Четыре штуки. Я стоял во втором ряду, но мой угол обзора позволял видеть каждое движение её пальцев. Она складывала листики пополам, затем еще раз, превращая их в плотные прямоугольники. Три из них она свернула идеально ровно. Четвертую — ту, что лежала сверху при постановке креста — она задела ногтем, и уголок загнулся чуть сильнее остальных, образовав едва заметную складку-ступеньку. Она сунула этот кривой сверток в общую массу, перемешала коробку и шлепнула крышкой.

— Подходим по одному. Тянем. Не разворачиваем здесь, отойдите в сторону. Капитаны — шаг вперед после вытягивания.

Первым вызвался Абрикосов. Он картинно поклонился коробке, театрально вздохнул, запуская руку внутрь, и вытащил бумажку. Развернул. Ухмыльнулся во все тридцать два зуба.

— Есть контакт! Огонь поведет за собой!

Он отошел к краю строя, сияя ярче своего навыка.

Вторым пошел Лешка Барсуков. Вытащил пустышку. Сплюнул под ноги.

Третьим — его брат Дима. Пустышка. Братья переглянулись и синхронно хрустнули костяшками.

Четвертой была Андреева. Молча вытянула, взглянула одним глазом, убрала в карман. Пустышка.

Пятый, шестой, седьмой. Все тянули ровные бумажки.

Очередь дошла до меня. Я был восьмым. Сердце билось ровно. Это не монстр с когтями. Это просто физика картона.

Я подошел к коробке, делая вид, что поправляю рукав куртки, чтобы скрыть обзор правой руки для окружающих. Опустил пальцы внутрь, перебирая шершавые ребра бумаги. Вот они — гладкие бока. А вот он — тот самый острый выступающий край. Я аккуратно поддел его кончиком указательного пальца и потянул на себя.

Спрятал бумажку в кулак. Отошел на три шага назад, встав рядом с Андреевой. Только когда толпа снова зашумела, привлекая внимание Восьмерки к следующему кандидату, я медленно развернул теплый от ладони прямоугольник. Жирный черный косой крест смотрел прямо на меня.

Капитан Брагин. Генерал поддержки. Какая злая ирония судьбы.

Когда последний студент разогнул свою бумажку, Восьмерка хмыкнула:

— Лидеры определены. Теперь каждый выбирает, к какому капитану присоединиться. И запомните: в команде главный — капитан. Любое своеволие — сразу минус балл.

Люди начали расходиться. Я внимательно следил за потоком. Абрикосов забрал обоих Барсуковых — предсказуемо, грубая сила всегда липнет к тем, кто обещает зрелище. Третий капитан получил самых слабых на вид студентов. Второй забрал себе непонятно кого.

А ко мне... ко мне встали пятеро. Я ожидал максимум двоих-троих отчаянных, которые побоятся идти с огневиком-шоуменом или попадут к третьему неудачнику. Но их было пятеро. Двое парней, которых я знал только в лицо, девушка-лучница, молчаливый большой парень и... Елена Андреева. Целитель добровольно встает в команду к нулевому капитану-Генералу.

— Так, салаги, — голос Восьмерки вырвал меня из анализа. — У вас есть время до входа. Проверьте снаряжение, сходите в туалет, попрощайтесь с мамами. Первая группа! За мной!

Восьмерка вместе с командой Абрикосова скрылись в белом мареве портала. Шипение воздуха сменилось тишиной.

У нас появилось время. Время на то, чтобы не сдохнуть. Я повернулся к своей пятерке. Они смотрели на меня с разной степенью скепсиса.

— Значит так, слушаем сюда, — начал я, засунув руки в карманы куртки. Позу я выбрал максимально расслабленную, но глаза сканировали каждого. — Времени мало. Мне нужно знать ваши навыки. Чтобы мы не перекрывали друг друга и не путались под ногами. Говорим кратко: название, эффект, мана. Начнем с тебя.

И указал на высокого парня, стоящего ближе всех. Пока он открывал рот, я активировал [Профиль].

[Цель: Александр Зацепин]

[Класс: Ассасин ночи]

[Уровень: 5]

[Характеристики: СИЛ(8) ЛОВ(14) ВЫН(8) ИНТ(8)]

Узкая специализация. Чистейший клинок. Огромная ловкость делает его смертоносным.

— Меня зовут Александр Зацепин, — сказал парень, нервно поправляя рукоять короткого клинка на поясе. — Навык один. «Рывок теней». Удваивает мою скорость передвижения на одну минуту. Стоит тридцать маны. Сейчас полный запас сорок, значит, смогу использовать только один раз за бой.

Я кивнул, запоминая цифру. Один взрывной укус. Дальше ассасин становится обычным быстрым мечником.

Мой взгляд скользнул дальше.

[Цель: Захар Белков]

[Класс: Щитоносец]

[Уровень: 1]

[Характеристики: СИЛ(4) ЛОВ(3) ВЫН(5) ИНТ(5)]

Мальчик для битья. Первый уровень, базовые статы.

— Захар Белков, — пробасил широкоплечий парень, неловко перехватывая ростовой щит. — Навык «Парящий щит». Призывает барьер метр на метр. Держится секунд десять или пока не выбьют. Блокирует физические атаки средней силы. Мана десять. Могу скастовать два раза, потом пустой.

Два блока. Для первого уровня это роскошь. Главное — вовремя сказать ему, куда смотреть.

Я перевел взгляд на девушку с длинным луком за спиной. Она стояла, чуть отставив ногу назад — классическая стойка лучника, готовая к отдаче.

[Цель: Ирина Сомова]

[Класс: Стрелок]

[Уровень: 2]

[Характеристики: СИЛ(4) ЛОВ(8) ВЫН(4) ИНТ(5)]

Восемь ловкости и четыре силы. На втором уровне это значит, что лук у неё базовый, натяжение слабое. Урон будет смешной, если только она не попадет в уязвимую точку. Но для этого нужно уметь стрелять без поправок на ветер и дрожь рук.

— Сомова, — кивнул я ей. Девушка вздрогнула, явно не ожидая, что капитан запомнил её имя после двух недель молчаливого сидения за партой.

— Навык один, — голос у неё оказался тихим, но четким. — «Точный выстрел». Гарантирует попадание ровно в указанную точку вне зависимости от внешних факторов. Расход десять маны.

Идеально. Это синергия с моим [Тактическим анализом]. Я подсвечу гоблину глаз или коленную чашечку, а она пришпилит его одной стрелой. Главное — чтобы мана позволила сделать второй такой выстрел, если первый уйдет впустую из-за какой-либо переменной.

Остался последний. Самый крупный экземпляр в моей коллекции. Он возвышался над нами горой перекачанных мышц, поигрывая тяжелой стальной секирой. От него пахло дешевым железом и звериным потом.

[Цель: Андрей Ликов]

[Класс: Берсерк]

[Уровень: 4]

[Характеристики: СИЛ(11) ЛОВ(7) ВЫН(8) ИНТ(7)]

Одиннадцать силы при семи ловкости. Это машина для рубки дров.

— Ликов, — произнес я, глядя снизу вверх. Приходилось немного задирать голову, что слегка раздражало, но тактически было неважно.

— Чё надо? — буркнул он, опираясь на древко топора.

— Твои навыки. Живо. Берсерк оскалился, показывая щербину в зубах.

— Два навыка. Первый — «Безумие». Роняет меня в боевой транс. Силу поднимает на пятьдесят процентов. Держится минуту. Мана двадцать. Второй — «Устрашение». Кричу так, что мокрые штаны обеспечены. Если враг слабее меня — обсирается гарантированно. Если сильнее — шанс один процент, что тоже наложит в штаны. Тоже на минуту. Мана десять.

Я моргнул, обрабатывая входящую информацию. Один процент против гоблинов первого ранга угрозы. Математическое ничто. Значит, фактически у нас есть одна минута берсерка со статы под двадцатку (11 * 1.5 = 16.5), которая сожрет половину его ресурса.

Я перевел взгляд на Андрееву. Она стояла чуть позади всех, спрятав руки в широких рукавах куртки. Её статус я знал наизусть: восьмой уровень, двадцатый интеллект. Два навыка исцеления закроют любой случайный урон, который пропустят наши танки.

— Я — Иван Брагин, — сказал я, обводя их взглядом. Мой голос звучал ровно, без привычной хрипоты от волнения. — Класс Генерал. Навыков два. «Тактический анализ» подсвечивает уязвимые точки цели за пять маны. «Усиление тела» поднимает физические показатели союзников на пять процентов. Держится минуту, стоит десять маны. Работать могу только на вас, на себе применять нельзя. Поэтому моя задача здесь — считать ваши жизни и координировать огонь. Если я говорю падать — вы падаете лицом в грязь до того, как поймете зачем.

Я сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. Теперь они чувствовали запах моего дешевого стирального порошка и усталость.

— Построение такое. Белков — перед Андреевой, щит развернуть в сторону врага, ждать моей команды. Ликов — слева от щита, дистанция два метра, контролируешь фланг. Сомова — справа... — Вопросы?

Вопросов не было.

Внезапно шипение со стороны портала повторилось. Из белого марева вышла Восьмерка вместе с потной, но довольной командой Абрикосова. Огневик нес на плече связку из трех гоблинских ушей, связанных шнурком от кроссовка.

— Время вышло! — рявкнула майорша, сплевывая на бетон. — Следующие! Шагом марш!

Она посмотрела прямо на меня. На секунду её взгляд задержался на моем лице, словно она пыталась найти там признаки страха. Не нашла.

— Твоя очередь, Генерал. И постарайся вернуться целым, мне лень писать похоронки родителям таких доходяг.

Мы начали движение. Впереди маячил белый провал. Чем ближе мы подходили, тем сильнее ощущалось давление. Это было похоже на сквозняк или перепад давления в самолете. Воздух стал густым, тяжелым, он вибрировал на частоте, которую чувствовали кости, а не уши. Пространство вокруг рамы портала слегка преломляло свет, заставляя прямые линии бетонных стен изгибаться дугой.

— Готовы? — спросил я, хотя ответ был написан на их бледных лицах. — Держаться группы. Инструктор впереди. Три, два...

Я шагнул первым. Переход ударил по вестибулярному аппарату кувалдой. Гравитация на мгновение стала вязкой, потом резко отпустила. Желудок подскочил к горлу; мир накренился градусов на сорок, размазываясь в тошнотворную радугу. Легкие обожгло чужеродным воздухом — слишком сладким, перенасыщенным кислородом и запахом гниющей древесины. По ушам резанул оглушительный стрекот цикад, которого просто не могло существовать в черте города. Кого-то сзади действительно вырвало — звук был мокрым, булькающим.

Когда зрение сфокусировалось, тошнота отступила на второй план, уступая место холодному шоку масштаба.

---

Конец главы 6

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 7. Столкновение

Мы стояли посреди широкой зеленой поляны, со всех сторон окруженной стеной исполинских деревьев. Они походили на земные осины — такие же высокие, с гладкой корой и трепещущей на легком ветру листвой, но их стволы были покрыты светящимися бледно-голубыми прожилками. Небо над головой было пронзительно-синим, без единого облака, однако солнца в нем не наблюдалось. Свет просто был — ровный, мягкий, дневной, заливающий поляну так, словно где-то высоко под кронами висели невидимые софиты. Откуда он исходит, люди за двадцать пять лет порталов так и не поняли.

Восьмерка шагнула из марева портала последней. Её тяжелые берцы примяли инопланетную траву. Она достала сигарету, прикурила и выдохнула дым нам в лица.

— Экзамен начат, — прохрипела она, глядя на циферблат старых наручных часов. — У вас один час. Моя задача здесь — пить кофе и следить, чтобы вы не померли от глупости. Если кто-то начнет истекать кровью или ему отгрызут ногу — я вытащу его. Но балл за спасение списывать буду вдвойне. Вопросов нет? Отлично. Ах да, чуть не забыла. Поскольку у вас в команде шесть человек вместо стандартных пяти, Ассоциация решила быть до конца честными. Вам нужно убить двенадцать гоблинов. Время пошло.

Я сделал глубокий вдох, физически ощущая, как спадает напряжение группы. Они думали, что самое страшное позади — переход. Наивные.

— Так, народ, — мой голос прозвучал хрипло, но ровно.

Я сбросил с плеча лямки тяжелого рюкзака с арендованным снаряжением прямо на изумрудный мох.

— Строимся. Уговоренный порядок. Белков — перед Андреевой, щит вперед. Ликов — слева от щита, дистанция два метра. Сомова — справа, контролируешь фланг и тыл. Зацепин — остаешься мобильным звеном, идешь по моему сигналу. Андреева — центр, радиус лечения десять метров. Держаться плотной группой. Интервал между телами — метр. Оружие к бою.

Пока они занимали позиции, я активировал интерфейс и еще раз пробежался по статусам команды, и высчитывая свою ману. Пятьдесят пять единиц. Хватит на усиление всей пятерки.

— Начинаем движение, — скомандовал я, закидывая рюкзак обратно на плечи. — Будьте на чеку.

Мы двинулись прямо по курсу. Под ногами пружинил толстый слой мха, поглощавший звуки шагов. Лес вокруг молчал, только откуда-то издалека доносился монотонный стрекот насекомых. Я сканировал периметр взглядом, привыкшего искать дыры в логистике. И почти сразу зацепился за детали.

В десяти метрах впереди, там, где стена «осин» становилась чуть реже, земля была плотнее. Возле корней виднелись следы. Мелкие, трехпалые, глубоко впечатанные во влажную почву. Кто-то тяжелый прошел здесь совсем недавно, таща за собой что-то волочащееся. Рядом валялась свежесломанная ветка с сочным зеленым соком на изломе.

— Движемся туда, — кивнул я в сторону следов.

Группа двинулась след в след. Как только мы пересекли границу леса, акустика изменилась. Деревья-великаны смыкались над головами, создавая вечные сумерки. Стало тише, воздух похолодел градусов на пять. Запах прелой листвы смешивался с чем-то кислым, мускусным.

Спустя пару минут движения цепочка следов вывела нас на прогалину. Прямо посередине, опершись на грубо заточенное костяное копье, стоял гоблин. Низший. Классический: серо-зеленая пупырчатая кожа, длинные узловатые руки, маленькие злобные глазки-бусинки под массивным лбом. Он тупо смотрел куда-то в пространство, переминаясь с ноги на ногу.

Ликов, шедший вторым после меня, резко остановился. Его глаза загорелись первобытным азартом. Секира дернулась в руках.

— Командир, разрешите... — просипел он, уже подаваясь вперед. Ему хотелось крови. Желательно быстрой и обильной.

— Стоять, — тихо, но так, что эхо отразилось от ближайшего ствола, скомандовал я. Берсерк замер, обернувшись. Лицо его вытянулось от удивления. — Назад. Всем спрятаться за деревья. Живо.

Они выполнили приказ мгновенно, отработанным движением скрываясь за стволами. Только Ликов остался стоять, хлопая глазами.

— Это подстава, — сказал я, не понижая голоса. Гоблин находился слишком далеко, чтобы разобрать человеческую речь сквозь треск местной фауны. — Не ходят низшие гоблины по одному. Тем более на открытой местности. Он тут специально выставлен как пугало. Чтобы такие горячие головы, как ты, Ликов, потеряли бдительность и выбежали на поляну. Там бы тебя встретило копье в печень из кустов.

Берсерк захлопнул рот. До него начало доходить.

Я медленно повел головой, сканируя заросли левее «пугала». Витки гигантского папоротника там были примяты. Некоторые сломаны пополам. Тяжелое тело протискивалось сквозь них, ломая хрупкую флору этого мира.

— Засада там, — я указал подбородком. — Минимум несколько. Нужно знать точное количество.

Я перевел взгляд на ассасина, слившегося с узором древесной коры.

— Зацепин. Максимальная скрытность. Твоя задача — зайти им во фланг вон через те кусты жимолости. Не убивать. Просто посчитать головы. Один, два, три... Понял?

Зацепин молча кивнул. Его силуэт смазался, став полупрозрачным в тенях, и он исчез меж деревьев. Ни одна веточка не хрустнула.

Пока группа ждала разведчика, время тянулось невыносимо медленно. Адреналиновый откат бил мелкой дрожью в колени. Я решил использовать паузу с пользой

И уставился на стоящего гоблина. Мысленная команда [Интерфейс].

[Ошибка: Плотность ауры цели нестабильна. Требуется сканирование.]

Гоблин почесал задницу древком копья и рыгнул.

[Начало сканирования... 1%... 5%...]

Прошло секунд пятнадцать. Я стоял столбом, пялясь на моба, пока мои одноклассники прятались за деревьями. Выглядело это наверняка максимально нелепо.

[Сканирование завершено.]

Перед глазами развернулось окно статуса, но оно кардинально отличалось от того, что я видел на людях:

[Цель: Гоблин]

[Звание: Рядовой]

[Искажение при переносе: 80%]

[Характеристики: СИЛ(4) ЛОВ(6) ВЫН(5) ИНТ(4)]

Я замер, переваривая сухие строки. Во-первых, название. Люди называли их «низшими гоблинами», потому что видели в них сказочных карликов. Система называла вещи своими именами — просто «Гоблин». Во-вторых ранг угрозы заменен на военное звание. «Рядовой». Значит, где-то есть ефрейторы, лейтенанты и генералы. Логично для моего класса, но жутко непривычно. В-третьих, искажение. Восемьдесят процентов. Что именно исказило? Пространство? Или саму суть ДНК этой твари? Что оно вообще значит? И у кого еще есть такое "искажение"?

Статы подтверждали мою теорию о подставе. СИЛ(4). Этот одиночка не боец. Он наживка.

Мои размышления прервал едва уловимый шелест. Из-за поваленного гнилого бревна материализовался Зацепин. Он присел рядом, прижимая палец к губам.

— Четверо, — прошептал он мне на ухо. — Сидят полукругом. Вооружены дубинами. Один крупнее остальных, весь в костяных побрякушках. Похоже, вожак. Метров семь от крайнего левого куста.

Четыре плюс тот, что на поляне. Всего пять. Нам нужно двенадцать. Значит, неподалеку должно быть еще как минимум одно гнездо. Но сначала нужно закрыть этот "квест".

Статы у рядовых — мусор. Четыре силы против моих семи, одиннадцати у Ликова и восьми у Зацепина. При грамотном позиционировании это избиение младенцев.

— Так, слушаем диспозицию, — я говорил одними губами, практически не двигая челюстью. Гоблин-наживка находился слишком близко. — План простой. Тот, что стоит на виду — наживка. Его берёт на себя Зацепин. Основная цель — засада в кустах. Работаем синхронно. Зацепин, твой выход. Обходишь поляну по большой дуге, заходишь приманке строго за спину. Твоя цель — правый бок. Нож под кадык или в основание черепа. Сразу после удара уходишь левее к кустам. Присоединишься, когда поднимем шум.

Ассасин словно растворился в тенях.

— Теперь мы, — я посмотрел на Ликова. Глаза берсерка уже начали наливаться кровью даже без активации навыка — просто от запаха близкой драки. — Ты и я. Подкрадываемся к левому краю кустов. Максимально тихо. Белков! — щитоносец вздрогнул. — Ваша позиция вот здесь, за этим выворотнем. Андреева внутри, Сомова позади неё. Белков ставит щит перед целителем. Держите фланг открытым для нашего отхода. Никому не стрелять и не колдовать, пока первый гоблин не упадет мордой в мох. Если эти четыре идиота рванут на вас — Белков принимает удар на щит, ты, Ирина, держишься за ним.

Андреева коротко кивнула, ее лицо стало бледным, но сосредоточенным. Мана начала концентрироваться на кончиках ее пальцев, слабо мерцая синим сквозь ткань рукавов.

— Двинули.

Мы с Ликовым начали сближение. Я шел первым, показывая траекторию. Пятнадцать моей ловкости позволяли огибать сухие ветки. Берсерк старался повторять за мной, но его семь ловкости и тяжелая броня предавали его — раздался тихий, но отчетливый хруст сухой ветки под подошвой ботинка.

Кусты дрогнули. Головы гоблинов синхронно повернулись на звук. Маленькие поросячьи глазки зафиксировали две человеческие фигуры. Раздался гортанный, булькающий визг — сигнал атаки. Четыре темные фигуры ломанулись сквозь заросли прямо на нас.

Я вскинул руку, давая знак Ликову. До тварей оставалось метров пять. Они бежали неуклюже, переваливаясь, выставив вперед свои корявые дубины. Вожак отставал, прикрывая тыл.

Ликов ждать не стал. Он издал рев, который был скорее животным вибрирующим рыком, чем боевым кличем человека. Звуковая волна ударила по ушам так, что зазвенело в голове. Это было то самое [Устрашение]. На этих примитивных мобов крик подействовал идеально: двое замялись на полушаге, споткнувшись о собственные корни, замешкавшись на долю секунды.

Этой доли секунды хватило.

Берсерк шагнул им навстречу, занося секиру над правым плечом. Движение было широким, крестьянским, лишенным всякой техники фехтования, но вложенная в него сила была чудовищной. Топор опустился по нисходящей дуге со звуком разрываемой парусины. Первого гоблина, самого резвого, удар пришелся точно в ключицу и плечо. Хруст ломаемых костей потонул в новом вопле Ликова. Тварь отбросило назад метра на два, она рухла на спину, дергая ногами. Дубина выпала из разжавшихся пальцев.

Второго задело обухом по касательной. Удар швырнул его на колени, раскроив череп до брови. Кровь хлынула черной густой массой.

Первый все еще был жив. Он ворочался на земле, пытаясь подняться, зажимая культю плеча. Позвоночник перебит, но болевой порог у них запредельный.

Я не дал ему шанса. Пока внимание всей группы было приковано к летающей секире, я сократил дистанцию скользящим шагом. Никакой магии, чистая биомеханика. Мой меч — дешевая прокатная железка — вошел ровно туда, куда указывал мой инстинкт: в стык шейных позвонков, где заканчивался массивный череп. Клинок вошел тяжело, преодолевая сопротивление хрящей. Я провернул лезвие на девяносто градусов. Тихий влажный щелчок. Тело обмякло.

Вырвал клинок. Второй гоблин, тот самый контуженный обухом, наконец поднялся на четвереньки. Его глаза были залиты черной кровью, он ничего не видел перед собой, ориентируясь только на запах.

Он бросился на меня, выставив свою дубину как рогатину. Прямо в лоб. Скорость для СИЛ(2) и ЛОВ(6) неплохая, но траектория читалась как открытая книга.

Я ушел вправо вращением корпуса. Пропуская инерцию его тела мимо себя, и рубанул наискось. Меч прошел сквозь незащищенную подмышку, рассекая сухожилия и артерии. Гоблин завалился набок, захлебываясь собственным бульканьем.

Остался вожак. Он замер в пяти метрах, оскалив желтые клыки. Костяной тесак смотрел мне в горло. В отличие от своих подчиненных, паники в нем не было. Только холодный расчет лидера стаи, потерявшего всех бойцов за три секунды. Он понял, что кричащий шкаф сейчас подустал, а парень с мечом оказался гораздо опаснее.

Вожак зарычал и начал медленно пятиться в кусты, готовясь дать стрекача. Опыт подсказывал ему, что добыча оказалась зубастее хищника.

— Стоять! — рявкнул я, активируя интерфейс.

[Цель: Гоблин]

[Звание: Рядовой]

[Искажение при переносе: 75%]

[Характеристики: СИЛ(5) ЛОВ(7) ВЫН(6) ИНТ(5)]

Из леса, со стороны спины этого гоблина, раздался короткий, глухой всхлип. Ассасин отработал чисто. Одиночка-наживка больше не стоял столбом. Он оседал в траву с перерезанным горлом, цепляясь скрюченными пальцами за воздух.

Вожак дернулся на звук, теряя концентрацию. Этого хватило.

Ликов быстрее, чем я думал, сорвался с места. Земля брызнула комьями из-под его тяжелых подошв. Он не тратил время на размах. Просто перехватил секиру двумя руками и вонзил широкое лезвие сверху вниз, прямо на бегущую фигуру, используя вес своего тела как пресс. Сталь вошла в позвоночник между лопатками с тошнотворным чавканьем. Брызги темной крови долетели до моего лица. Теплые, пахнущие медью и серой.

Тишина обрушилась на поляну внезапно, сменив звуки боя звоном в ушах. Последний гоблин лежал лицом в мох, его ноги еще пару раз судорожно дернулись и затихли.

Ликов тяжело дышал, опираясь на рукоять воткнутой в труп секиры. По его лицу градом катился пот, смешиваясь с чужой кровью.

— Пятнадцать секунд, — выдохнул я, опуская свой меч. Руки слегка дрожали от переизбытка адреналина, но голос оставался ровным. — Неплохо для мясорубки. Проверьтесь на предмет ранений.

— Порядок, — прохрипел Ликов, тяжело опираясь на воткнутую в труп секиру. С лезвия медленно стекала густая черная жижа. — Только плечо ушиб, когда падал.

Белков молча кивнул, не выпуская из поля зрения кромку леса. Андреева уже стояла рядом с ним, сканируя нас своим взглядом. Сомова держала стрелу наложенной на тетиву, глядя куда-то вверх, в переплетение лиан.

Я присел на корточки над ближайшим телом. Экзамен экзаменом, а экономика этого мира никуда не делась. Правила Ассоциации гласили: трофеи принадлежат тому, кто нанес смертельный удар и тому кто командовал группой. Пять тел лежало перед нами.

Доставать их голыми руками было бы верхом идиотизма. Я достал из ножен на поясе короткий охотничий кинжал — единственное свое личное оружие помимо ID-карты.

Первый гоблин. Клинок вошел под грудину, провернулся, расширяя рану. Запах гнилого мяса ударил в нос. Я запустил пальцы внутрь, игнорируя липкую кровь, нащупал гладкий, теплый камень размером с грецкий орех. Он пульсировал в ладони, отдаваясь легкой вибрацией. Вытащил, обтер о мох, бросил во внутренний карман куртки.

Второй. Третий. Из четвертого полезла лишь слизь и осколки ребер — пустой. Пятый тоже оказался пустым. Три кристалла за пять тушек. Стандартный коэффициент выпадения для такого состава.

Закончив с первичной добычей, я перешел к бюрократии. Ассоциация требовала физического подтверждения убийств. Без этого опыт не засчитывался.

Я склонился над первым телом и одним резким движением отсек правое ухо. Хрящ хрустнул. Действо было диким, отдающим средневековьем, но таковы правила экзаменационного протокола. Звук отделяемой плоти заставил Сомову сдавленно сглотнуть позади. Ничего, привыкнет. Или передумает становиться охотником.

Второе ухо. Третье. Четвертое. К пятому движения стали механическими. Горсть теплых, еще дергающихся хрящей легла в свободный боковой карман сумки. Доказательство для инструктора Восьмерки получено.

Я поднялся, отряхивая колени. Застегнул молнию внутреннего кармана, где теперь глухо перекатывались три энергетических камня. Тяжелые. Каждый граммов по сто.

— Эй! — окликнул я группу. — Кристаллы нужны кому?

Ликов поморщился, массируя плечо. Ему нужна была чистая сила, он качался через поглощение зелий купленных гильдией.

— Себе забери, Брагин. Нам сейчас лишний вес таскать без надобности.

— Поддерживаю, — басовито прогудел Белков. — Свою бы шкуру донести.

Андреева просто отрицательно качнула головой, её статус позволял ей вообще не думать о продаже лута ради базовых характеристик.

— Как скажете, — я позволил себе едва заметную улыбку уголком губ.

Застегнув сумку, я перехватил меч удобнее. Первый контакт прошел идеально. Ни одной царапины, минус пять мобов, плюс ресурс. Математика работала.

— Выдвигаемся, — скомандовал я, оглядывая просветы между деревьями. Солнце (или что там его заменяло) начало клониться чуть ниже, окрашивая синие прожилки коры в фиолетовый. — Время идет. Нужно еще семь голов. Держим строй, интервал прежний. Ищем следы. Вперед.

---

Конец главы 7

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 8.

Мы двигались цепочкой еще минут пятнадцать. Лес вокруг постепенно менялся: светящиеся «осины» сменились корявыми, узловатыми деревьями с темно-бурой корой, а мягкий мох — жесткой травой, режущей даже сквозь плотную ткань штанов.

Впереди скользил Зацепин, работая мобильным дозором. За ним тяжело ступал Ликов, готовый принять удар на себя. В центре группы шла Андреева. Белков прикрывал ее щитом, Сомова контролировала тыл.

Внезапно Зацепин вскинул кулак. Группа замерла, мгновенно сливаясь со стволами деревьев. Я сделал шаг вперед, вставая плечом к плечу с ассасином, и начал прислушиваться.

Слуха коснулось тяжелое сопение, треск ломаемых веток под грубыми подошвами и довольное урчание. Мы выглянули из-за поваленного ствола.

Метрах в тридцати от нас по звериной тропе шли трое гоблинов. Низшие "Рядовые". Но сейчас они не были агрессивны. Они тащили добычу. Пять тушек местной фауны, отдаленно напоминающих земных кроликов, только с шестью лапами и синеватой шерстью, волочились за ними по земле, привязанные к палке. Твари возвращались с охоты.

— Не трогаем, — прошептал я. Если есть охотники, значит, есть база. Логово. Где логово — там концентрация мобов. Там мы закроем остаток нормы экзамена одним махом, вместо того чтобы бегать по кустам еще час и не успеть.

Мы пропустили процессию мимо, выждав пару минут, пока хруст их шагов не растворился в лесном шуме.

— За мной, дистанция сокращается до пяти метров, — выдохнул я. — Звуки глушим полностью. Идем след в след.

Лес стал плотнее. Корни здесь выступали над землей, образуя естественные ступени. Спустя семь минут осторожного продвижения характер местности снова изменился. Появился запах дыма — резкий, кислый, пахнущий горелым мясом и сырой шерстью.

Зацепин жестом велел нам залечь в густых зарослях папоротника. Я прополз чуть вперед, раздвинув широкие листья.

Перед нами открылась небольшая котловина, окруженная частоколом из заточенных бревен. Примитивное поселение. Восемь шатров из плохо выделанных шкур животных, натянутых на кривые жерди. В центре чадил костер, над которым висел котел с каким-то варевом.

Я начал считать. Один у котла. Двое разделывают очередную тушу на вкопанной колоде. Еще четверо сидят кружком у огня, передавая по кругу что-то похожее на бурдюк. На вышках частокола никого — дисциплина нулевая. Это стадо расслабилось.

Тринадцать низших гоблинов. Только тех, кто на виду. Учитывая размеры шатров, внутри спят или прячутся от дневного света еще примерно столько же. Двадцать пять рыл в одной локации. Для шестерых студентов уже не экзамен, это тактическая задача уровня спецназа.

Мой взгляд метнулся к центру лагеря. Среди одинаковых грязных конусов выделялся один. Он стоял чуть дальше от остальных, ближе к отвесной скале, замыкающей котловину сзади. Кожа была темнее, почти черной. По краям шатра торчали черепа каких-то крупных животных, а перед входом лежала куча свежего хвороста — признак высокого статуса владельца. Сами они такую деревню не отгрохали бы, да еще и с четкой иерархией жилья. Значит, тут есть тот, кто ими командует.

Это не локация босса. Значит, вожак — обычный моб, как тот в кустах. Но его наличие отменяет тактику слепого раша.

Я начал перебирать в голове варианты. Прямой штурм по центру — самоубийство, нас задавят массой у ворот. Окружение? Слишком шумно, кто-то хрустнет веткой, и из шатров вывалятся остальные.

Самая простая и рабочая тактика пришла на ум внезапно: голова змеи. Ликвидировать лидера первым же ударом. Стадо без пастуха всегда паникует.

Пока я просчитывал углы атаки и расход маны на «Усиление», полог черного шатра откинулся. На свет вышел вожак. Он был чуть выше того, которого мы убили в кустах — массивная грудная клетка, перевитая шнурами с костяными амулетами. В руке он держал не дубину, а грубую шипастую палицу. От него веело властью.

Я тут же активировал [Тактический анализ]. Лазерная сетка прошила его фигуру насквозь. Мозг зафиксировал данные быстрее, чем я успел моргнуть. Шея. Левее кадыка. Там сходились пластины грубой кожи, образуя микрозазор. Если попасть туда острием — пробитие трахеи гарантировано.

— План меняется, — выдохнул я, не отрывая взгляда от цели. Голос звучал ровно, словно я обсуждал погоду. — Сомова, слушай внимательно. Видишь вон ту точку на его шее, левее адамова яблока? Светлая полоска между складками кожи. Твоя задача — только он. Один выстрел. Поняла?

Лучница молча кивнула. Ее пальцы уже начали светиться бледным светом навыка.

— Белков, ты со щитом стоишь здесь. Прикрываешь целителя. Ваша задача — держать периметр котлована. Если увидите кого-то сбоку или услышите треск сзади — орете во всю глотку и ставите щит. Никого не пускаете к нам в тыл.

Щитоносец сглотнул, перехватывая ростовой щит обеими руками. Идеальный живой волнолом.

— Остальные — за мной. Слушать диспозицию быстро. Я накладываю усиление на Ликова и Зацепина. Ликов — ты таран. Активируешь «Безумие» сразу после моего бафа. Твоя цель — центр толпы. Бьешь широкими взмахами, работаешь на подавление, создаешь хаос. Не стой на месте ни секунды.

Берсерк оскалился, предвкушая запах крови.

— Зацепин, как только Ликов пойдет вперед, ты уходишь правее под моим усилением. Навык «Рывок теней». Твоя задача — фланг. Режь тех, кто попытается зайти на Ликова сбоку или побежит поднимать тревогу к дальним шатрам. Максимальный охват, приоритет — лучники, если они есть.

Я обвел их тяжелым взглядом. — Моя роль — хирургия. Убиваю всех, кто стоит на ногах. Пытаются организовать строй — режу лидеров. Пытаются бежать — режу ноги. Вопросы?

Вопросов не было. Только тяжелый, влажный запах леса и стук собственного сердца.

Мы выдвинулись. Обогнули котлован полукругом, заходя с подветренной стороны, чтобы дым костра скрывал наши силуэты. Двадцать метров. Десять. Сомова плавно натянула тетиву до самого уха. Древко стрелы едва заметно дрожало.

Пять метров до границы частокола. Вожак стоял и что то рыкал своим подчиненным.

Я встретился глазами с Сомовой и медленно опустил веки. Кивок.

Воздух тонко свистнул. Стрела исчезла из ее рук настолько стремительно, что глаз уловил лишь смазанный росчерк оперения. Черное древко вошло точно в указанную точку. Раздался мерзкий, глухой звук разрываемой плоти. Наконечник, судя по всему, вышел где-то под затылком.

Вожак хрипнул. Его массивные колени подогнулись, палица выпала из разжавшихся пальцев. Он рухнул лицом вниз, подняв облачко пыли.

Гоблины замерли. Маленькие мозги пытались обработать информацию: лидер мертв, но боли нет, запаха врага тоже нет. Пауза длилась секунду. Одну бесконечно долгую секунду тишины.

А потом начался ад.

Ликов издал рев, переходящий в ультразвук. Это был не боевой клич, это был звук лопающейся стали. Земля брызнула из-под его берцев. По мышцам берсерка прошла видимая волна судороги — [Безумие] вступило в силу, перекачивая адреналин в чистую ярость. Глаза налились кровью, зрачки расширились, превратившись в черные бездны.

Моя мана щелкнула дважды. Минус двадцать единиц. Два синих огонька окутали плечи Ликова и Зацепина. Плюс пять процентов ко всем статам. Мало визуально, но критично для реакции мышц.

— Вперед! — рявкнул я.

Ликов не пошел — он прыгнул. Перемахнув через низкую ограду из кольев, он врезался в ближайшего гоблина, который только-только потянулся к своей дубине. Секира описала широкую дугу. Звук удара был похож на раскол арбуза. Череп твари лопнул, забрызгав лицо берсеркера серым содержимым. Широкий замах, поворот корпуса — лезвие прошло сквозь плечо второго, отделяя руку от тела. Третьего он просто сместил корпусом, впечатав в деревянный столб шатра так, что затрещали ребра.

Стадо взорвалось воплями. Паника ударила по ним раньше, чем страх. Они заметались, сталкиваясь друг с другом, роняя оружие. Тактического построения не возникло — возникла давка.

Зацепин сработал как призрак. Под моим бафом и его навыком скорость стала нереальной. Он вошел в лагерь с другой стороны, двигаясь рваными, ломаными траекториями. Кинжалы в его руках казались двумя вспышками света. Он не пытался убить каждого — он работал скальпелем. Порез бедра одному, колотая рана в бок второму, рассечение сухожилия на руке третьему. Десяток порезов за десять секунд. Кровь начала заливать утоптанную землю вязким ковром. Ассасин выводил их из строя, превращая организованную (пусть и примитивную) толпу в кричащий клубок покалеченной биомассы.

Я шагнул следом. Мой клинок пел. Пока Ликов собирал агро всей левой части лагеря, а Зацепин сеял боль справа, в центре образовалась пустота. Три гоблина стояли столбом, тупо глядя на своего мертвого вожака.

Первый умер, не успев понять, что произошло. Горизонтальный порез пересек горло. Второй попытался поднять дубину — мой меч вошел ему в диафрагму снизу вверх, пронзив легкие. Третий развернулся, чтобы бежать — кончик клинка чиркнул по подколенному сухожилию. Нога сложилась пополам. Добивающий удар сверху вниз, проламывающий ключицу.

— Держать темп! — крикнул я, уклоняясь от брошенного камня. — Не кучковаться!

Остатки стаи наконец преодолели первичный шок. Четверо самых крупных — видимо, личная охрана вождя — бросились на Ликова скопом. Берсерк захохотал, разбрызгивая чужую слюну и кровь. Его топор превратился в сплошную зону поражения. Деревянные дубины разлетались в щепки при соприкосновении с закаленной сталью, усиленной магией Генерала и собственным безумием бойца. Одно попадание пришлось Ликову в нагрудник — металл прогнулся, но выдержал. Ответным взмахом берсерк снял голову ближайшему нападающему.

Кровь, пот, рев раненых и визг умирающих смешались в единую симфонию резни. Мы пришли сюда за семью головами. Судя по количеству тел, оседающих на залитую кровью траву, экзамен можно будет закрыть с лучшим результатом.

Четвертый «охранник» рухнул, захлебываясь собственной кровью — Ликов вогнал лезвие секиры ему прямо в пасть, пробив череп насквозь. Последний из стаи попытался уползти под защиту дальних шатров, волоча за собой вываливающиеся внутренности. Я настиг его в два шага и коротким, экономным движением перерезал позвоночник у основания шеи.

Тишина обрушилась на лагерь так же внезапно, как начался бой. Только треск догорающего костра, тяжелое дыхание трёх человек и влажное хлюпанье крови в траве.

Ликов стоял посреди побоища, тяжело опираясь на древко секиры. По его нагруднику стекали густые темные струи, с клинка капало. Он дышал широко открытым ртом, пытаясь прийти в себя после [Безумия]. Зацепин методично стирал кровь со своих кинжалов об одежду ближайшего трупа, двигаясь плавно, словно хищник в засаде.

Тут уже подоспели остальные.

— Сомова, периметр! Белков, щиты к центру! Андреева, статус группы! — бросил я, не поворачивая головы.

Лучница молча заняла позицию спиной к спине берсерка, наложив стрелу на тетиву и сканируя тени между шатрами. Щитоносец встал, выставив свой ростовой щит. Андреева начала осматривать группу.

— Легкие ушибы у всех, поверхностные порезы, — быстро отчиталась она, переводя дух. — Критических повреждений нет.

Я кивнул, принимая данные. Бой окончен. Начинается работа трофейщика.

Не обращая внимания на тяжелый запах дерьма и сладковатый смрад вскрытых кишок, я опустился на корточки над первым телом. Экономика этого мира неумолима.

Клинок вошел в грудную клетку гоблина. Пальцы привычно нащупали гладкую, теплую поверхность камня. Есть. Вытащил, обтер о штанину убитого, сунул во внутренний карман к другим. Второе тело — пусто. Третье — кристалл. Четвертое — пусто. Я работал как автомат: разрез, поиск, добыча, срез правого уха ножом, переход к следующему.

Уши падали в тот же боковой карман сумки с глухим мокрым звуком. Камни оттягивали куртку приятной тяжестью.

Закончив обход поляны, я выпрямился, разминая затекшую поясницу. Окинул взглядом результат нашей работы. Двадцать четыре тела. Они лежали вповалку там, где их застала смерть — возле котлована, у потухающего костра, выброшенные ударом секиры из шатров. Кровь уже начала пропитывать сухую землю, собираясь в черные лужи.

Девять тускло светящихся камней легли в мою ладонь, когда я высыпал содержимое кармана. Девять кристаллов первого ранга из двадцати четырех возможных. Остальные пятнадцать тел оказались пустыми оболочками.

— Эй, — окликнул я группу, вытирая лезвие меча пучком жесткой травы. — А сейчас кристаллы нужны кому?

Ликов сплюнул густой сгусток черной слюны на землю.

— Их тоже себе забери.

— Поддерживаю, — прогудел Белков. Сомова просто отрицательно качнула головой, проверяя натяжение тетивы. Андреева была слишком занята тем, что латала глубокий порез на предплечье Зацепина.

— Как скажете.

Но удовлетворения не было. Что-то царапало сознание, пока мозг анализировал прошедший бой. Странность ситуации давила на затылок ледяным грузом. Почему они снова отказались? И почему вообще пошли за мной?

Перед заходом в портал, распределение выглядело случайным. Абрикосов собрал шкафов силой харизмы огневика. Второй капитан получил тех, кто боялся идти с психами. А ко мне... ко мне встали лучшие активы класса. Ассасин пятого уровня, довольно хороший стрелок, целитель восьмого уровня и танк-берсерк. Элита выпуска добровольно пошла под командование нулевого Генерала-мусора, который даже зелий нормальных купить не может.

Это противоречило базовой логике выживания. Сильный тянется к сильному. Здесь же сработал другой алгоритм.

Я перевел взгляд с залитой кровью поляны на свою команду. Они стояли расслабленно — насколько это возможно после резни — ожидая моих дальнейших указаний.

— Так, — сказал я, пряча нож в ножны. — Вопрос есть.

Они напряглись. Даже Ликов перестал скалиться.

— На распределении капитанов. Почему вы выбрали меня? — я ткнул большим пальцем себе за спину. — Там был огневик с фейерверками, были другие варианты. Вы видели мой класс. Генерал поддержки без оружия. Зачем вам командир, чья основная функция — стоять в стороне?

Зацепин усмехнулся, поправляя воротник куртки. — Интеллект, Иван. Из четверых кандидатов с крестами нормальный интеллект был только у тебя. У остальных — мусор. Капитан с интеллектом как у Абрикосова поведет штурмовать стену лбом. Нам лишние переломы ни к чему.

— Дело не только в уме, — тихо добавила Андреева, заканчивая лечение. Она смотрела на меня своим обычным, ничего не выражающим взглядом. — Мы наблюдали за классом две недели. Георгич орал про экзамены. Барсуков бил окна. Абрикосов пытался поджечь шторы. Ты единственный, кто не влип ни в одну историю, хотя возможностей было достаточно. Ты просто сидел на задней парте, решал интегралы и выкручивался из различных ситуаций. Если ты смог выжить в школьной системе, не потеряв голову, значит, сможешь просчитать риски и здесь.

Я моргнул, переваривая информацию. Обычная школьная жизнь казалась мне рутиной — выживанием на грани фола, бесконечной работой курьером ради зелий. Я не считал это чем-то особенным. Просто холодный расчет: чтобы не выгнали, нужно делать уроки. Чтобы прокачаться, нужно работать мышцами или пить химию. Оказывается, для них это выглядело как стратегия.

— Ясно, — произнес я, отворачиваясь. Лицо оставалось непроницаемым, но внутри впервые за долгое время стало чуть теплее. — Разговоры закончили. Проверяем снаряжение. Ждем истечения таймера или команды Восьмерки. До выхода из зоны десять минут. Держать строй.

---

Конец главы 8

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 9. Итоги экзаменов

Не прошло и секунды после моих слов, как показался силуэт во входе в поселение. Это была майор Восьмерка. Она не стала переступать через трупы — она просто шла сквозь них, хрустя костями тяжелыми берцами, словно это были сухие ветки. В зубах у неё дымилась новая сигарета.

Она остановилась в центре, окинула взглядом заваленное телами поселение, затем посмотрела на нас. Мы стояли ровным строем.

— Отличная тактика, — прохрипела она, выпуская струю дыма прямо мне в лицо. — И командная работа без соплей. Вы пока что единственная группа сегодня, которая сработала чисто и по плану лидера. Экзамен закончен с лучшим результатом на данный момент. Собирайте манатки, пора на выход из портала.

Никто не издал ни звука радости. Мы просто молча подобрали рюкзаки. Я последним вышел из частокола, бросив прощальный взгляд на черные шатры. Двадцать четыре тела остались лежать там, медленно растворяясь в местной экосистеме.

Белый овал перехода встретил нас привычным давлением на перепонки. Обратная дорога далась легче — гравитация работала «на сжатие», выдавливая нас обратно.

Когда мы вышли наружу, шипение стихло. Восьмерка осталась рядом с порталом. — Свободны, — буркнула она нам, даже не посмотрев вслед. — Третья группа! Построиться!

Следующие полтора часа тянулись мучительно долго. Мы сидели на земле, дожидаясь прохождения экзамена последней группы.

К тому моменту, как начала выходить четвертая группа, общая нервозность спала окончательно. Студенты выходили пошатываясь, кто-то зажимал пропитанные кровью бинты, кто-то помогая нес чужое оружие.

Майорша дождалась, пока последний студент пересечет портал. Она обвела всех тяжелым взглядом.

— Значит так, — крикнула она. — Практическая часть завершена для всех. Точные результаты будут объявлены вместе с результатами письменного экзамена через три дня. Заседание комиссии Ассоциации состоится в актовом зале. А сейчас все дружно забыли про свои крутые классы и лезут в транспорт.

Домой я попал только ближе к вечеру. Восемь часов пути между адреналиновым угаром боя и глухим ревом дизельного двигателя выжали остатки сил. Квартира встретила меня духотой и миганием лампочки в коридоре.

Я прошел сразу на кухню. Поставил чайник. Пока вода закипала, я стянул грязную куртку и бросил ее на стул. Только когда горячий пар ударил в лицо, мозг позволил себе расслабиться.

Практический сдан. Оба экзамена закрыты. Письменный... тут сомнений нет. Сто двадцать минут времени, сорок минут работы. Ответы списать невозможно, значит, алгоритм проверки оценит логику ответов. Максимальный балл. Практический... двадцать девять гоблинов почти за час. Тактика лидера прошла идеально.

Но самое главное было не в ведомостях Георгича. Самое главное лежало сейчас в моей сумке.

Я расстегнул молнию. Достал плотный холщовый мешочек. Узел развязался с трудом — пальцы затекли и плохо слушались.

На потертое одеяло кровати посыпались камни. Двенадцать кристаллов первого ранга. Гладкие, тускло светящиеся изнутри мутной зеленью куски минерала. Каждый размером с грецкий орех, весом около ста граммов. Они раскатились неровным полукругом, пульсируя в такт моему сердцебиению.

Я сел на край кровати и начал считать. Математика — единственный бог этого мира.

Цена кристалла первого ранга на рынке — восемь тысяч девятьсот рублей. Это уже с вычетом налогов.

Двенадцать умножить на восемь девятьсот. Сто шесть тысяч восемьсот рублей. Этого хватит на одно зелье среднего качества второго ранга. Цена такого флакона, сто тысяч.

Я откинулся на спину, уставившись в потолок. Логика подсказывала следующий шаг. Мне нужен уровень. Сейчас я третий. Чтобы апнуть четвертый, нужно семьсот пятьдесят опыта. Среднее зелье второго ранга должно давать минимум восемьсот пятьдесят. Выпью флакон — получу четвертый уровень. Это плюс базовые статы, плюс классовый стат в Интеллект, плюс три свободных очка. Резкий скачок боевой мощи перед выходом в портал.

Но пузырь надежды лопнул почти мгновенно, наткнувшись на суровую реальность регламента. Вход в портал. Налог. Для одиночных охотников, не состоящих в гильдиях и не имеющих покровителей, Ассоциация ввела фиксированную плату за использование пространственной аномалии. Это идет прямиком в казну страны, якобы на содержание инфраструктуры врат. Для первого ранга угрозы сумма составляет ровно пятьдесят тысяч рублей.

Пятьдесят тысяч. Ровно половина от того, что лежит на кровати.

Значит, работать курьером всё равно придется. Нужно добрать недостающие, чтобы оплатить вход и оставить себе хотя бы пару тысяч на доширак. Три дня до объявления результатов.

Я сел, упершись локтями в колени. Ладно. Сначала фармим на вход. Потом пьем зелье. Потом идем качаться.

Но тут возникла еще одна проблема. Одиночный проход в портал своего ранга запрещен техникой безопасности Ассоциации. Вероятность смерти близится к сотне процентов. Нужна группа. Минимальный порог для регистрации отряда первого ранга — четыре человека.

Это значит, что плата в пятьдесят тысяч делится на всех. По двенадцать с половиной тысяч с носа. Уже лучше, но всё равно бьет по карману студента без стипендии.

Нужно искать команду.

Я открыл браузер. Сайт Охотников. Раздел «Поиск группы». Фильтр: Ранг угрозы 1. Цель: Фарм кристаллов. Количество участников: от 4 до 6.

Список контактов пополз вниз. Стандартные пати: «Ищем танка, лут по роллу», «Нужен хил за процент». Мусор. Мне не нужны случайные люди с раздутым эго и нулевым пониманием тактики.

Я пролистал десяток страниц, прежде чем наткнулся на подходящее объявление. Никаких эмодзи, только сухой текст: «Группа 4/6. Ранг 1. Цель: фарм кристаллов (порталы первого ранга). Среда, 20:00. Портал: Красные гоблины. Длительность — двое суток. Требования: дисциплина... Оплата налога вскладчину. Лидер группы — Гром-77».

Идеально. Двое суток непрерывного фарма в стабильной группе окупят входной налог и принесут опыт быстрее, чем неделя курьерской пахоты.

Я нажал кнопку «Откликнуться». Ответ пришел через минуту.

— Класс?

— Генерал.

Пауза секунд в десять. Я буквально чувствовал, как собеседник сверяет мою заявку со своими таблицами эффективности.

— Бафы количественные или качественные?

— Количественные. Усиление тела до трех целей, пять процентов.

— Заходишь. Сбор у Восточных врат в среду ровно в девятнадцать тридцать. Опоздаешь — уйдем без тебя. Плату скидываем лидеру перед входом.

Связь оборвалась. Первый шаг сделан. Теперь нужно дожить до среды финансово.

Следующие два дня превратились в серую кашу из боли в ногах и запаха дешевого пластика шлема курьера. Девять тысяч рублей я заработал потом и стертыми почти в кровь ладонями. Двенадцать часов в седле ржавого велосипеда, сорок заказов, три штрафа за выезд на встречную полосу автобусной полосы. Домой я приползал, падал на кровать и проваливался в сон без сновидений.

Правда, когда я попытался продать кристаллы, Ассоциация тут же устроила допрос — ведь я ещё официально не числился охотником. Благо им удалось связаться с «Восьмёркой», и та подтвердила, что кристаллы добыты легально, а заодно взяла всю ответственность на себя.

Актовый зал Высшей школы охотников №4 был забит до отказа. Воздух пах духами жен преподавательского состава, оружейной смазкой и дорогим парфюмом представителей гильдий. Здесь собрались не только наши выпускники, но и старшекурсники, пришедшие посмотреть на распределение баллов.

На сцене стоял длинный стол. Георгич сидел крайним слева, красный от важности. Рядом с ним сидели люди в строгих костюмах с эмблемами Ассоциации на лацканах — члены аттестационной комиссии. А по бокам сцены, вдоль стен, стояли они. Зазывалы. Мужчины и женщины в идеально пошитых тактических плащах разных цветов — корпоративные цвета топовых гильдий страны. Они напоминали стервятников, готовых упасть на любого, кто покажет результат выше восьмидесяти пяти баллов.

Георгич прокашлялся в микрофон. Звук ударил по ушам.

— Итак, дамы и господа! Высшая школа охотников номер четыре рада представить результаты ежегодного квалификационного экзамена!

Первым пошел письменный тест. Я думал, оглашение затянется на час, учитывая количество присутствующих. Но Ассоциация ценила время. Результаты выводились на огромный экран за спиной комиссии. — Основы выживания... Классификация угроз... Правила техники безопасности... Десять минут. Просто список имен и цифр напротив них. Результаты дошли до первой десятки лидеров. Места с десятого по шестое разделили между собой сразу несколько человек — 87 баллов. Плотная группа зубрил. Пятое и четвертое место — 89 баллов. Третье место — 90 баллов. Второе место высветилось на экране, и по залу прошел легкий гул удивления. Андреева Елена. Мистический целитель. 92 балла. А затем наступила тишина. Первое место. Брагин Иван. Класс Генерал. 100 баллов из 100 возможных.

Зал молчал секунд пять. Молчали от шока. Сто баллов не выбивали уже лет семь. Списать невозможно, значит, ответы были идеальными не только фактологически, но и стилистически. Алгоритм проверки оценил логику ответов на максимум.

Затем начался ад практической части. Оценка здесь складывалась из командного зачета и индивидуального вклада. Объявление растянулось почти на час. Сначала шли аутсайдеры, чьи команды были критически ранены в полном составе или разбежались. Затем середнячки.

— Третье место командного зачета! Группа капитана Абрикосова! Результат: девять низших гоблинов сверх нормы зачета! Индивидуальный балл капитана — 65! По залу прокатился уважительный гул. Почти двойная норма убитых мобов. — Второе место! Группа капитана Липницкого! Результат: одиннадцать гоблинов сверх нормы! Индивидуальный балл капитана — 72!

Георгич выдержал театральную паузу, протирая очки платком.

— И первое место! Командный зачет! Группа капитана Брагина Ивана! Результат: семнадцать низших гоблинов сверх нормы зачета!

Шепот сменился звенящей тишиной. Семнадцать.

— Индивидуальные баллы внутри группы распределены следующим образом... — продолжил Георгич, листая ведомость. — Белков Захар — 78 баллов. Андреева Елена — 81 балла. Сомова Ирина — 82 балла. Зацепин Александр — 88 баллов. Ликов Андрей — 91 балл.

Он сделал вдох, готовясь назвать имя лидера. Весь зал смотрел на сцену. — И индивидуальный балл высшей пробы! Сто из ста возможных. Капитан группы. Брагин Иван!

Кто-то присвистнул. Кто-то выругался сквозь зубы. Сто баллов означают одно: боец действовал абсолютно рационально, минимизировал расход ресурсов команды до математического предела и максимизировал КПД каждого участника. Идеальная машина войны.

Как только прозвучало последнее слово, плотина прорвалась. Стервятники сорвались с мест. Топ-10 гильдий страны имели приоритетное право голоса. Ко мне одновременно двинулись четверо.

Два посыльных из региональных гильдий среднего звена остались позади. Вперед вышли серьезные игроки. Слева ко мне шел мужчина в темно-синем плаще с серебряной нитью — представитель «Синдиката Полуночи» (Топ-10 по стране, жесткий PvP вектор). Справа надвигалась женщина в красном — «Кровавый Рассвет» (Топ-15 мирового рейтинга, специализация на зачистке высокоранговых порталов).

— Иван, мы хотим заключить с вами контракт, — начал синий, доставая дорогой планшет с готовым контрактом. — Аванс пятьсот тысяч, экипировка отличного качества...

— Ваш аналитический склад ума идеален для нашей логистической сети, — перебила его женщина в красном, улыбаясь так, словно мы старые друзья. — Мы предлагаем в два раза больше чем другие...

Еще двое пытались зайти с флангов, предлагая доли в бизнесе и собственные особняки. Меня обступили плотным кольцом. Воздух стал густым от запаха денег и чужого влияния.

Я посмотрел на контракты. Потом перевел взгляд на сияющего Георгича. Затем на моих бывших сокомандников, которых сейчас точно так же рвали на части их собственные «покупатели».

Гильдии хотели мой интеллект. Они видели цифру «100» и думали, что покупают суперкомпьютер. Но им нужна была пешка, которая будет считать их прибыль. Мне же нужно было оружие. И свобода маневра.

— Спасибо, я польщен, — сказал я громко, чтобы перекрыть гомон толпы. — Но я отказываюсь от всех предложений.

Тишина вернулась мгновенно. Теперь она была тяжелой, давящей. Отказываться от входа в топ-10 сразу после выпуска — это либо клиническая глупость, либо такая самоуверенность, которую никто здесь не мог просчитать.

Не дожидаясь их ответа, я развернулся и пошел к выходу из актового зала. Позади раздался голос представителя Синдиката:

— Мальчик, ты понимаешь, от чего отказываешься?! Ты будешь мыть полы в госслужбе с такими амбициями!

Я вышел в коридор, даже не обернувшись. Плевать. Полы мыть не придется.

Я вышел из актового зала ровно в 11:00. Автоматические двери разъехались с тихим шипением, отрезая меня от гомона гильдейских зазывал и запаха чужого парфюма. Коридор встретил меня благословенной тишиной.

На ID-карте лежало сто четырнадцать тысяч рублей. Математика была приятной, но сейчас она не грела желудок. Два дня в портале первого ранга. Мне предстояло жевать то, что куплю на свои кровные курьерские.

В гипермаркете у станции я потратил пятнадцать минут на холодный расчет калорийности к весу. В рюкзак отправилось самое дешевое и питательное:

Пять банок армейской тушенки (высший сорт говядины, по акции).Пять упаковок лапши быстрого приготовления со вкусом курицы.Булка черного хлеба, твердого как кирпич.Три литра питьевой воды.Упаковка дешевого растворимого кофе.Итого списано тысяча пятьсот восемь рублей. Остаток перевалил за сто двенадцать тысяч. С голоду не умру, хотя после консервов язык будет желтым до самого возвращения.

Лавка Ассоциации находилась через дорогу. Витрина сияла мягким синим светом. На бархатной подложке стояло оно. Зелье среднего качества второго ранга. Густой, почти черный эликсир в тяжелой стеклянной колбе. Цена — сто тысяч ровно.

Я молча выложил карту на терминал. Пин-код. Подтверждение. Кассирша — женщина лет пятидесяти с уставшими глазами — протянула мне плотный бумажный пакетик. Ни слова поздравления. Для неё я был просто ходячим кошельком.

Квартира встретила меня привычным запахом старой пыли. Первым делом я прошел на кухню, вывалил продукты в пустой холодильник. Затем запер дверь на оба замка.

Я прошел в комнату. Сел на край кровати. Достал флакон. Черное стекло приятно холодило пальцы. Металлическая пробка поддалась с сухим щелчком.

Запах ударил в нос резкий, химический — жженый сахар и грозовая свежесть. Никакой органики, чистая алхимия высшего порядка. Я запрокинул голову и выпил содержимое залпом.

[Уровень повышен!] [Текущий уровень: 4]

[Опыт: 150/1000]

[Характеристики: СИЛ(8) ЛОВ(16) ВЫН(7) ИНТ(13)]

[Свободные очки характеристик: 3]

[Мана: 65/65]

[Инвентарь: 0/8кг]

Девятьсот единиц опыта разом перекрыли пропасть между третьим и четвертым уровнем. Шкала заполнилась, вспыхнула золотым и обнулилась, оставив лишь остаток в полторы сотни единиц. Лимит веса вырос до восьми килограмм — приятный бонус от базовой силы. Мана поднялась до шестидесяти пяти благодаря росту интеллекта.

Но главное — свободные очки. Три единицы чистого потенциала, которые Система дарует при каждом левел-апе.

Раньше я вкладывал всё в ловкость, понимая свою слабость перед физическими классами. Но теперь база есть. Пятнадцать ловкости позволили мне танцевать вокруг гоблинов. Теперь нужно балансировать.

Я выделил первую строку [СИЛ(8)]. [+] — Один.

Вторая строка [ЛОВ(16)]. [+] — Один.

Третья строка [ВЫН(7)]. [+__] — Один.

[Подтвердить распределение?]

Да.

Экран моргнул, принимая транзакцию внутри моего тела. Характеристики зафиксировались. Свободных очков больше нет.

---

Конец главы 9

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 10. Портал с красными гоблинами

Оставшееся время до вечера среды я провел в квартире, превратив её в подобие полевого штаба. После распределения статов и выпитого зелья организм требовал отдыха, но мозг продолжал работать на холостых оборотах. Я не мог позволить себе расслабиться.

И начался процесс упаковки. На самое дно рюкзака ушли банки тушенки и лапша, завернутые в плотную ткань, чтобы не гремели. Поверх них легла бутылка воды. В боковые карманы отправился кофе, аптечка бинтов и пластырей. На поясе ножны с арендованным мечом. Ничего лишнего. Только выживание.

В 18:20 я вышел из квартиры. Лифт со скрежетом опустил меня на первый этаж.

Остановка встретила привычной толпой уставших людей. Автобус подошел через десять минут — старый, дребезжащий, пропахший бензином и чужими жизнями. Я занял место у окна, прижимая рюкзак к коленям. Сорок минут дороги прошли в полусне. Тело помнило вчерашние двенадцать часов на педалях, мышцы ныли тупой, вязкой болью. Но голова оставалась ясной.

Восточные врата представляли собой массивную арку из черного металла, возвышающуюся над спальным районом. Обычно здесь дежурили патрули Ассоциации, стояли торговые палатки с дешевым снаряжением и слонялись новички. Сегодня же площадка перед вратами была почти пустой.

На часах моего смартфона высветилось 19:15. Группа должна была собраться в 19:30. Я пришел раньше, что соответствовало моим правилам тактического планирования.

Я отошел под навес автобусной остановки, прислонился плечом к холодной пластиковой стене.

Ровно в 19:25 рядом со мной остановился черный микроавтобус с тонированными стеклами. Без логотипов служб такси, просто глухая металлическая коробка. Пневматика дверей выдохнула, и наружу начали выходить люди.

Их было четверо. Они двигались так, как умеют двигаться только те, кто уже прошел свой первый портал и понял ценность синхронности. Никакой суеты, никаких лишних слов. Каждый нес на себе тяжелый баул или кофр со снаряжением.

Они заметили меня сразу. Мой внешний вид — старая куртка, дешевые штаны и армейские берцы — резко контрастировал с их экипировкой. Даже сквозь городской смог было видно, что их одежда выполнена из современных тканей, поглощающих свет, а крепления для оружия подогнаны идеально.

Группа остановилась в пяти шагах от меня. Вперед выступил самый крупный из них. Парень лет двадцати трёх, коротко стриженный, с тяжелым волевым подбородком. Его плащ был расстегнут, демонстрируя нагрудник тусклого стального цвета. Он окинул меня быстрым взглядом.

— Брагин? — его голос оказался низким, лишенным эмоций.

— Гром-77? — уточнил я.

Он едва заметно кивнул, протягивая широкую ладонь. Рукопожатие было сухим и жестким.

— Виктор Громов. Паладин. Первый ранг угрозы. Навыка два. Святой щит — призывает два физических барьера размером метр на метр на две цели. Держатся пятнадцать секунд или до получения критического урона. Святой порез — удваивает физический урон следующей атаки.

От него пахло оружейной смазкой и железом. Классическая машина поддержки и прорыва фронта.

Виктор убрал руку и отступил на полшага назад, указывая подбородком на стоящих чуть позади парней. Их было двое, они явно держались вместе еще до формирования этой пати.

Первый сделал шаг вперед. Поджарый, быстрый, одетый во всё черное. Маска-балаклава скрывала лицо, оставляя открытыми только внимательные глаза.

— Павел Рыжов. Ассасин. Первый ранг. Один навык — Скачок. Перемещает за спину цели. Побочный эффект: головокружение начинается через три секунды после выхода, повторный скачок невозможен в течение десяти секунд. Если прыгну два раза подряд без перерыва — могу потерять ориентацию прямо в бою.

Второй парень был полной противоположностью Павла. Массивный, широкоплечий, он напоминал платяной шкаф, который зачем-то научили ходить. Броня на нем сидела плотно, скрипя при каждом движении.

— Александр Горохов. Титан. Первый ранг. Навык один — Каменная кожа. Покрывает выбранную часть тела слоем гранита. Первому рангу пробить почти нереально. Держится одну минуту.

Последним представился высокий парень с луком за спиной. Лицо спокойное, обветренное, движения плавные. От него веяло терпением хищника, ждущего в засаде.

— Артур Власов. Рейнджер. Первый ранг. Два навыка. Обнаружение — пингует живые организмы первого ранга в радиусе двухсот метров. Орлиное зрение — кратно усиливает чувствительность глаз, позволяет вести огонь на пределе видимости.

Закончив круг знакомств, все взгляды снова сошлись на мне. Четыре пары глаз ждали подтверждения. Пять человек. Двое суток в замкнутом пространстве портала. Сейчас решалось, полетим ли мы к успеху или перегрыземся из-за первого же упавшего кристалла.

Я коротко кивнул, принимая их очередь представления. И начал своё — а пока представлялся, активировал интерфейс, переводя взгляд с одного лица на другое. Внешность могла лгать, цифры интерфейса — пока не лгали.

[Цель: Виктор Громов]

[Класс: Паладин]

[Уровень: 9]

[Характеристики: СИЛ(21) ЛОВ(13) ВЫН(13) ИНТ(12)]

Девятый уровень объяснял ту ауру уверенности, которую он излучал.

[Цель: Павел Рыжов]

[Класс: Ассасин]

[Уровень: 8]

[Характеристики: СИЛ(11) ЛОВ(20) ВЫН(11) ИНТ(12)]

Двадцать ловкости. Почти столько же, сколько у меня после всех вложенных очков, но при этом он восьмого уровня. Это означало, что его базовая скорость реакции находится за гранью восприятия обычного человека. Одиннадцать силы делали его бесполезным против брони Горохова или Громова, но против мягких тканей гоблинов это будет скальпель.

[Цель: Александр Горохов]

[Класс: Титан]

[Уровень: 8]

[Характеристики: СИЛ(12) ЛОВ(11) ВЫН(19) ИНТ(11)]

Девятнадцать выносливости. Живой монолит. Двенадцать силы маловато для чистого танка, но вкупе с [Каменной кожей] этот парень становился непробиваемым. Главное — держать его между врагами и хлипкими членами группы.

[Цель: Артур Власов]

[Класс: Рейнджер]

[Уровень: 9]

[Характеристики: СИЛ(13) ЛОВ(22) ВЫН(13) ИНТ(12)]

Двадцать две единицы ловкости. Максимальный показатель в группе. Этот человек физически существует быстрее остальных. Его пальцы будут натягивать тетиву до упора раньше, чем мозг ассасина отдаст команду на рывок. Идеальные глаза для контроля периметра.

Я опустил веки, разрывая контакт со статусом, и позволил себе легкую улыбку. Сухие данные подтвердили мои расчеты еще на этапе отклика на объявление. Это была не случайная солянка новичков. Гром-77 собирал пати под конкретную задачу, отсеивая мусорные классы вроде магов огня (бесполезных когда мана закончится).

Громов удовлетворенно хмыкнул, словно галочку поставил.

— Хорошо, — его голос стал жестче, приобретая командный тембр. Он обвел нас взглядом, проверяя снаряжение каждого. — Значит так. До выхода из портала мы не люди, мы функции. Меня слушаться беспрекословно. Если говорю падать — падайте, если скажу стоять — стоите под метеоритным дождем. На счет добычи забываем школьные привычки. Всё падает в общий пул лидера. Дележка поровну перед выходом, минус плата за вход и моя доля как организатора — десять процентов. Возражения?

Возражений не последовало. Равномерное распределение лута в стабильной пятёрке — единственный способ выжить двое суток вместе. Никто не хотел получить нож в спину из-за редкой находки на второй час рейда.

— Принято, — резюмировал Виктор. — Построение. Я танкую фронт, принимаю агро на себя. Горохов — правый фланг вплотную ко мне, держишь щит там, где я не закрываю корпусом. Рыжов — левый фланг, дистанция три метра. Работаешь из тени, цели выбираешь сам, приоритет — лучники и маги врага. Брагин — правый фланг, дистанция четыре метра позади Горохова. Баффаешь титана, подсвечиваешь цели для Артура. Власов — замыкающий. Контроль хвоста и триста шестьдесят градусов вокруг. Вопросов нет.

Он не стал ждать ответа. Развернувшись на пятках, Виктор Громов первым шагнул в чернеющую арку Восточных врат. За ним, тяжело ступая, двинулся Горохов. Рыжов скользнул в тень колонны почти бесшумно. Артур молча закинул колчан на плечо и занял позицию сбоку, готовясь зайти последним. Моя очередь была предпоследней.

Я сделал глубокий вдох, чувствуя, как привычный холод портала касается кожи, и шагнул вперед.

Переход вышвырнул нас не на поляну, а прямо в густые заросли папоротника. Под ногами чавкнула влажная почва. Запахло гнилью, мокрой землей и чем-то металлическим.

Мы оказались в низине, окруженной плотным кольцом деревьев. Впереди, метрах в пятидесяти, маслянисто поблескивала гладь озера. Вода в нем была абсолютно белой, густой, напоминающей разбавленное молоко или жидкий кисель — она не отражала черные кроны деревьев над головой, поглощая свет. Берега были голыми, лишенными всякой растительности, только черный песок хрустел под ботинками. Сам лес выглядел аномально: стволы деревьев походили на земные березы, такие же стройные, с тонкими ветвями, но кора была глубокого антрацитового цвета, без единого светлого пятна.

Группа мгновенно пришла в движение, занимая оговоренные позиции. Громов и Горохов шли широким шагом, приминая черную траву тяжелыми ботинками. Ни одного лишнего звука, только ритмичное дыхание пяти человек.

Не успели мы пройти и ста метров, как со стороны озера послышался хруст веток и приглушенные голоса. Громов вскинул кулак, останавливая колонну. Мы мгновенно растворились среди черных стволов.

Из-за поворота тропы показалась другая группа охотников. Шесть человек, экипированных в тяжелую кольчугу и кожу, выглядели уставшими. У одного на поясе висела связка отрезанных ушей, с лезвия меча впереди идущего капала густая черная кровь. Они молча проследовали мимо нас, даже не кивнув. Дисциплина здесь была железная: чужие пати — это просто движущиеся препятствия на пути к порталу. Проводив их взглядом, Виктор махнул рукой, указывая направление. Мы взяли резко левее, уходя прочь от вытоптанных троп конкурентов.

Километр дался легко. Воздух стал суше, черные стволы деревьев росли реже, пропуская тусклый свет местного «неба». Мы начали расслабляться — самая опасная ошибка новичка.

Власов подал знак: — Движение спереди. Семь целей. Идут цепью, прямо на нас.

Громов остановился так резко, что Горохов едва не налетел на него. Паладин вскинул кулак. Группа мгновенно замерла, сливаясь со стволами. Я активировал интерфейс, переводя взгляд в чащу.

На поляну, метрах в тридцати от нас, вывалилась толпа. Семь особей. Их кожа имела насыщенный багрово-красный оттенок, вместо грязных тряпок на них болтались обрывки плохо выделанной кожи, а в руках они сжимали грубые каменные тесаки. Красные гоблины. Первый ранг угрозы, но явно выше по пищевой цепочке, чем те зеленые доходяги из экзаменационного портала.

Громов начал было открывать рот, чтобы отдать команду занять укрытия, но я уже смотрел сквозь строки статуса, и холодная логика интерфейса перебила тактический приказ лидера. Мозг работал быстрее голоса.

[Цель: Гоблин]

[Звание: Рядовой]

[Искажение при переносе: 60%]

[Характеристики: СИЛ(8) ЛОВ(12) ВЫН(9) ИНТ(8)]

Сравнение щелкнуло в голове за долю секунды. Низшие гоблины с экзамена тоже назывались просто «Гоблинами» и имели звание «Рядовой». Но там искажение составляло Восемьдесят-Семьдесят пять процентов, а статы были ниже. Здесь же шестьдесят процентов — и характеристики почти в два раза выше.

Математика сошлась в очередной раз. Это одна и та же базовая единица монстра. То, что попадает на Землю, подвергается какому-то внешнему воздействию — давлению атмосферы, гравитации или пространственному фильтру. Этот процесс называется «Искажением». И работает он по обратному коэффициенту: чем меньше процент искажения, тем ближе моб к своему эталонному состоянию, и тем выше его базовые физические показатели. Красные потеряли шестьдесят процентов своей исконной мощи, сохранив при этом высокую ловкость и живучесть. Экзаменационные «низшие» сохранили лишь двадцать процентов, превратившись в медленный корм.

Пока я просчитывал эволюционную ветку гоблинской расы, Громов закончил оценивать диспозицию. Твари шли плотным стадом, растянувшись по звериной тропе.

— Контакт! — рявкнул паладин, сбрасывая оцепенение анализа. — Брагин! Бафф на Горохова, живо! Остальным — работаем по схеме «Щит и Меч», готовность номер один!

Слова еще не успели отзвучать эхом между черных стволов, а тело уже начало действовать. Мозг зафиксировал команду как свершившийся факт.

Я вытянул правую руку в сторону Горохова. Синий импульс сорвался с кончиков пальцев и впитался в массивный наплечник титана. [Усиление тела: +5% к характеристикам]. Эффект продержится минуту — более чем достаточно для этой стычки. Минус десять единиц маны. Осталось пятьдесят пять.

Громов ждать не стал.

— В клинки! — взревел он.

Паладин сделал ровно два шага вперед, выходя из-за прикрытия черного дерева. Его движение было обманчиво плавным, но земля под тяжелыми берцами хрустнула так, словно упал мешок с цементом. Он перехватил свой полуторный меч обратным хватом и ринулся навстречу центральной тройке гоблинов.

Он не пытался фехтовать. Это был таранный удар щитом. Массивный стальной диск врезался в грудь левого крайнего гоблина. Звук удара был похож на выстрел — треск ломаемых ребер разнесся по лесу. Тварь отлетела назад на три метра, сбив с ног идущего следом соплеменника. Правый клинок Громова описал короткую дугу и вошел точно в основание черепа того, кто стоял прямо перед ним. Кровь фонтаном брызнула на багровую кожу монстра. Паладин даже не замедлился, используя инерцию разворота, чтобы широким горизонтальным ударом снести голову третьему.

Одновременно с этим слева раздался звук рвущейся ткани. Павел Рыжов перестал существовать как цельная фигура. Ассасин просто растворился в воздухе там, где стоял, и материализовался за спиной самого дальнего, седьмого гоблина, который замешкался на краю тропы. Кинжал вошел твари вертикально под затылочную кость, пробивая мозг насквозь. Рыжов выдернул лезвие до того, как тело успело упасть, оттолкнулся от падающего трупа и ушел перекатом в кусты, исчезая из поля зрения.

Центр строя противника смешался. Оставшиеся три гоблина тупо уставились на паладина, размахивая своими тесаками. Их примитивные мозги отказывались обрабатывать информацию.

Горохов принял их ярость на себя. Он шагнул вправо, подставляя обитый сталью щит под удары сразу двух тесаков. Камень лязгнул о сталь. Титану даже не пришлось использовать навык — его девятнадцать выносливости позволяли держать такой пресс минутами. Он просто стоял, принимая кинетику ударов на свои мышцы, выжидая окно.

Оно открылось через секунду. Один из гоблинов слишком сильно вложился в замах, открыв бок. Горохов коротко выдохнул, отводя щит, и нанес прямой удар латной перчаткой в висок. Череп лопнул, как переспелый арбуз. Второго он просто сместил корпусом, впечатав плечом в ближайший черный ствол так, что затрещали кости. Добивающий удар навершием секиры сверху вниз расколол ключицу.

В этот же момент сзади свистнуло. Стрела Артура прошила воздух со звуком разрываемого шелка. Она вошла точно в глазницу предпоследнего гоблина, стоявшего на коленях после удара щита Громова. Наконечник вышел через затылок, пришпилив дергающееся тело к земле. Вторая стрела легла на тетиву мгновенно, но выпускать её было некуда — последнего добивал ассасин.

Рыжов возник из ниоткуда прямо перед уцелевшим мобом. Гоблин только начал разворачиваться на шум стрелы. Павел схватил его за нижнюю челюсть одной рукой и за макушку другой. Резкий рывок в стороны — шея хрустнула, голова развернулась на сто восемьдесят градусов. Ассасин отпустил обмякшее тело, которое рухнуло в черную пыль без единого звука.

Бойня заняла меньше двадцати секунд.

Я потратил десять очков маны на бафф, которым никто толком не воспользовался — бой закончился быстрее, чем Горохов успел сделать второй полноценный замах своей секирой.

Они убили всех. Четко, профессионально, распределив цели математически идеально.

Мой вклад составил минус десять маны и плюс пять процентов статов танка, которые тот даже не успел реализовать. Ни одного удара я не нанес. Мой «Тактический анализ» здесь оказался бесполезен — они работали на чистых рефлексах, им не нужны были подсказки об уязвимых точках мобов первого ранга.

Виктор наступил сапогом на грудь ближайшего трупа, вытирая лезвие меча о багровую кожу. Он оглядел побоище, удовлетворенно хмыкнул и перевел взгляд на меня.

— Бафф сэкономлен, Генерал, — прохрипел он, засовывая меч в ножны на спине. — Но реакция хорошая. Держись этого темпа следующие сорок восемь часов.

Он отвернулся, перешагивая через лужи черной крови, и махнул рукой Горохову: — Саня, проверь периметр. Рыжий, собери кристаллы. Двинули дальше, пока падальщики на запах не подтянулись.

Группа начала перестраиваться, уходя глубже в лес черных деревьев. Я молча встал в свою позицию справа-сзади от титана, поправляя лямку рюкзака. Первый контакт прошел успешно.

---

Конец главы 10

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 11. Выход из портала

Группа углубилась в лес черных деревьев, двигаясь плотной цепочкой. Власов шел впереди на разведке, периодически поднимая руку и меняя направление — рейнджер вел нас по звериным тропам, обходя открытые поляны.

Следующая встреча произошла минут через двадцать. Четыре красных гоблина паслись у поваленного ствола, выкапывая из-под коры каких-то насекомых. Громов даже не сбавил шага. Он просто указал Горохову подбородком вправо, а сам взял левее. Титан сорвался с места тяжелой рысью, заходя с фланга. Паладин ударил в лоб. Бой занял ровно четыре секунды. Ни моего бафа, ни моей подсветки уязвимостей не потребовалось — они работали как единый механизм, где лишние детали только мешали бы вращению шестеренок.

Так прошел весь день. Двенадцать часов непрерывного фарма превратились для меня в бесконечный марш-бросок по багровому лесу. Мы шли от одной группы мобов к другой. Красные гоблины здесь водились в избытке.

К вечеру счетчик убитых перевалил за четыреста шестьдесят особей. Из них кристаллы выпали лишь у двухсот двадцати семи. Экономика этого мира была жестока: почти половина тушек оказывалась пыстыми. Группа работала безостановочно. Рыжов нырял во тьму каждые несколько минут, возвращаясь с окровавленными кинжалами. Громов и Горохов превратились в два движущихся пресса, перемалывающих любую плотность врагов. Артур методично снимал тех, кто пытался уйти или прятался на деревьях.

Я чувствовал себя откровенно лишним. За все двенадцать часов я нанес смертельный удар всего двенадцать раз — добивал подранков, когда основная группа уже переключалась на новую цель. Мой навык «Усиление тела» оказался практически невостребованным. Я активировал его на Титане еще трижды за день, но прибавка в пять процентов при таких базовых статах ощущалась ими как комариный укус. Они убивали всё настолько быстро, что моя мана расходовалась впустую.

Когда небо над черными кронами начало темнеть, приобретая густой фиолетовый оттенок, Виктор поднял сжатый кулак.

— Привал, — прохрипел он. Голос паладина сел от постоянного рычания команд. — Костер не разводить. Едим всухомятку. Дежурство двойками по часу. Брагин со мной первый час.

Мы сбросили рюкзаки в центре небольшой прогалины. Пока остальные доставали пайки, я подошел к лидеру.

— Раз уж мой вклад сегодня был минимальным, — сказал я ровным голосом, глядя ему в глаза, — позвольте мне взять всю ночную смену на себя. Вы устали после дороги и боя, вам нужен полноценный сон перед завтрашним днем.

Виктор перестал жевать кусок твердого армейского шоколада. Оглядел меня с ног до головы, словно видел впервые. Остальные тоже замерли, прислушиваясь.

— Смело, Генерал, — наконец произнес он. — Обычно салаги боятся спать в портале больше, чем драться. Но если предлагаешь — возражений нет. Если услышишь хруст — буди сразу. Не геройствуй.

Ужин прошел в тишине. Консервированная ветчина казалась пищей богов после суток сухого рациона. Когда пачка опустела, группа начала устраиваться на ночлег прямо на голой земле, подстелив плащи. Через пятнадцать минут ритмичное дыхание четырёх человек заполнило поляну. Двое храпели — тяжелый бас Горохова смешивался с присвистом Рыжова.

Я сидел, прислонившись спиной к шершавой коре черного дерева. Первый час дежурства тянулся медленно. Лес жил своей жизнью: где-то вдалеке ухала неизвестная птица, шуршали мелкие грызуны. Никаких признаков агрессии.

Прошел час. Никто не проснулся сменить меня. Мои внутренние часы отсчитали еще сорок минут. Сон товарищей стал глубже, переходя в фазу полного восстановления. Пора.

Я поднялся максимально плавно, чтобы не скрипнула кожа куртки. Сделал три бесшумных шага в сторону ближайшего крупного дерева. Оно было старым, узловатым. Мой взгляд скользнул по коре. Обычному человеку этот рельеф показался бы случайным нагромождением древесины. Но чутью подсказывало иное.

В метре от земли, там, где ствол раздваивался, кора образовывала идеальный полукруглый выступ. Слишком симметричный для природы. Я провел пальцем по стыку. Никакого зазора. Тогда я надавил чуть сильнее. Дерево едва слышно щелкнуло, и круглая крышка диаметром сантиметров в десять отошла внутрь, утопая в стволе. Тайник.

За ней открылось небольшое дупло. Пространство было небольшое. Я аккуратно извлек содержимое наружу. Три тускло светящихся камня глубокого изумрудного цвета — значительно крупнее моих белых огрызков первого ранга. И тонкая серебряная цепь с небольшим плоским камнем вместо кулона.

Раздумывать было некогда. Вернуть это назад означало оставить сокровище конкурентам, которые рано или поздно найдут тайник. Оставить себе открыто — значит подписать себе смертный приговор, если утром Гром-77 решит проверить мои карманы. Единственный способ сохранить добычу незаметно — использовать функционал Системы.

Я плотнее сжал камни и ожерелье в ладони. Мысленный приказ сформировался четко: «Система, убери это в инвентарь».

Предметы в руке истаяли легкой серебристой дымкой, не издав ни звука. На периферии зрения мигнуло системное уведомление. Я скосил глаза вниз, открывая окно статуса.

[Инвентарь: 0.460 / 9 кг] ↓

Появилась стрелочка рядом с весом и моргнула зеленым. Вес увеличился. Инвентарь принял предметы без вопросов.

Я вернул деревянную заглушку на место. Коры плотно сомкнулась, скрывая любые следы вмешательства. Теперь нужно было вернуть вещи обратно, чтобы изучить их характеристики, не привлекая внимания спящих метрах в трех людей.

Я снова мысленно обратился к интерфейсу. Нажал стрелку. Перед глазами развернулось полупрозрачное окно хранения. Среди пустоты висели иконки. Я ткнул пальцем в изображение ожерелья. Оно материализировалось прямо в воздухе перед моим лицом, зависнув на уровне глаз. Серебряная цепь тускло блеснула в «лунном» свете, пробивающемся сквозь листву.

[Ожерелье силы]

[Качество: Обычное]

[Тип: Аксессуар]

[Свойство: Увеличивает немного силу носителя. (Увеличивает характеристику СИЛ носителя на 5 единиц.]

Я позволил себе короткую, хищную улыбку. Плюс пять очков силы. Ровно столько же, сколько дает целый уровень развития. При условии, что свободные очки характеристик уйдут на СИЛ, получить такой баф бесплатно — это колоссальный скачок мощи.

Рядом висели иконки камней.

[Кристалл монстра второго ранга угрозы (Ефрейтор)]

Второго ранга. Даже не Рядовой. Качество лута в этом схроне превосходило всё, что падало с локации босса.

Я оставил ожерелье и кристаллы висеть в личном пространстве Системы, закрыл интерфейс и вернулся на свое место под дерево. Присел на землю, принимая скучающий вид караульного. Впереди была вторая ночь и новый рекорд убийств, который завтра пополнит мой карман официальным лутом. А эта маленькая заначка... эта заначка останется между мной и машиной управления развитием.

Я сидел под деревом, вслушиваясь в темноту леса, но мысли мои были заняты не хрустом веток. Усталость брала свое, и мозг начинал работать на износ, цепляясь за любые несостыковки.

Весь день я наблюдал за тем, как четвёрка Громова перемалывает гоблинов. Они убивали их сотнями — 468 тел за двенадцать часов почти без передышки. Это было физически невозможно для обычных людей. Даже с учетом того, что красные гоблины имели искажение в шестьдесят процентов, их статы всё равно оставались высокими. СИЛ(8), ВЫН(9). Чтобы убить пятьсот таких существ, нужно либо быть машиной, либо иметь характеристики, уходящие за пределы первого ранга угрозы.

И тут меня осенило. Резко, словно удар током.

Я смотрел на интерфейс Виктора, когда сканировал его до боя. [ВЫН(13)]. Для девятого уровня это логично: девять уровней дают девять очков, остальные четыре были изначально. Но сейчас он был одет в полный комплект тяжелой стали. Нагрудник, наплечники, латные перчатки, сапоги. Ни один человек с тринадцаткой выносливости не смог бы носить это железо часами по пересеченной местности, попутно размахивая полуторным мечом, и при этом не сбить дыхание.

Должна была быть еще одна переменная. И она пряталась прямо у меня под носом.

— Система, — позвал я мысленно, стараясь дышать ровно, чтобы не разбудить спящих товарищей. — Просканируй нагрудник Громова.

Перед глазами развернулось окно статуса предмета:

[Стальной нагрудник]

[Качество: обычное]

[Тип: Броня]

[Свойство: Увеличивает немного выносливость носителя. (Увеличивает характеристику ВЫН носителя на 3 единицы)]

Три единицы. Только нагрудник. А ведь есть еще пояс, штаны, шлем. Если каждое изделие дает хотя бы по единице-две, то реальный показатель выносливости паладина должен стремиться к двадцати. Я снова открыл профиль Виктора, переключившись на вкладку живого существа.

[Цель: Виктор Громов]

[Характеристики: ... ВЫН(13)].

Тринадцать. Не шестнадцать. Тринадцать базовых очков, которые дала ему природа и уровни. Три единицы от брони куда-то исчезли.

Холодная догадка превратилась в уверенность. Навык «Интерфейс» показывает только собственные характеристики цели. Те цифры, которые заложены в её ДНК и распределены очками опыта. Всё, что надето сверху — сталь, кожа, зачарованные ткани — система игнорирует. Она видит человека внутри консервной банки, а не саму банку.

Это объясняло абсолютно всё. Почему Рыжов со своими двадцатью ловкости двигался быстрее меня в раза два — на нем наверняка сидели мягкие кожаные наручи и ботинки, дающие суммарно еще пять-шесть пунктов. Почему Горохов вообще мог стоять после шквала ударов — его реальная Выносливость вместе с броней переваливала за двадцатку, несмотря на скромную цифру «19» в интерфейсе.

Меня прошиб холодный пот. Мы шли в портал на двое суток, и начала крутиться одна мысль: в критической ситуации я мог проверить статы противника в доспехах — и те показывали бы цифры ниже моих собственных или хотя бы на одном уровне. А на деле реальные характеристики врага были куда выше: скрытые бонусы от предметов, пассивные эффекты сетов и прочее — всё это пряталось за сухими строчками интерфейса. Получалось, что я судил о силе врага по обрывкам данных, рискуя принять опытного бойца в хороших доспехах за рядового противника. И эта иллюзия спокойствия могла стоить мне жизни.

Нужно было уточнить механику, пока адреналин от открытия разгонял сонливость.

— Система, — спросил я. — Можно ли изменить отображение? Сделать так, чтобы рядом с собственным статом в скобках или кавычках шел общий показатель? Свои очки плюс бонусы от предметов.

[Запрос отклонен.]

[Данная функция отсутствует в доступных вам базах данных.]

[Навык «Интерфейс: Профиль» предназначен исключительно для считывания биометрических данных живой цели. Экипировка анализу не подлежит.]

Значит, автоматизировать нельзя. Придется считать в уме. Каждый раз, глядя на статус союзника или врага, мне теперь нужно держать в голове поправочный коэффициент. Математика усложнялась, но выживанию это только помогало.

Я прислонился затылком к шершавой коре черного дерева и закрыл глаза. Хорошо, что я узнал это сейчас, сидя в тишине безопасного лагеря, а не посреди драки.

Теперь я понимал главное правило этого навыка: цифры в интерфейсе — это лишь фундамент. Настоящая сила всегда скрыта под слоем металла и кожи.

Я просидел в дозоре еще около часа. Лес черных деревьев жил своей ночной жизнью, но угрозы для лагеря не было — мы зачистили этот квадрат начисто. Когда небо на востоке начало сереть, из-за ближайшего ствола бесшумно вынырнула массивная фигура.

Горохов подошел и молча кивнул мне подбородком. Он даже не стал ничего говорить — просто указал рукой на расстеленную у дерева куртку, предлагая лечь. Я так же молча поднялся, размял затекшую шею и лег прямо на холодную землю, подложив рюкзак под голову. Сон сморил меня мгновенно, едва голова коснулась твердой ткани.

Разбудило меня ощущение чужого взгляда и запах разогретого кофе из армейского термоса. Подобие местного солнца уже поднялось над кронами, заливая черную поляну болезненно-розовым светом.

— Подъем, Генерал, — пробасил Горохов, протягивая мне крышку от термоса с горячим напитком. — Мы тут решили, что сидеть на одном месте скучно.

Остальные уже сворачивали лагерь. Рыжов проверял кинжалы, Власов пересчитывал стрелы, а Громов крепил к поясу пустые подсумки.

— А давайте сегодня попробуем убить минимум пятьсот мобов, — подал голос ассасин, растягивая губы в хищной ухмылке. — А потом уже на выход. Чистый рекорд поставим.

В глазах группы вспыхнул азарт. Это перестало быть просто фармом ради денег — это превратилось в соревнование. Кто больше завалит тварей за световой день.

Мы выдвинулись сразу после короткого перекуса всухомятку. Этот день пролетел как один сплошной, кровавый марафон. Схема «Щит и Меч» работала безотказно. Мы шли по азимуту Власова, вырезая всё живое первого ранга. Красные гоблины лезли из каждой щели, словно муравьи из потревоженного муравейника.

К вечеру счетчик убийств перевалил за шестьсот пятьдесят особей. Группа работала как единый конвейер смерти. Моя роль тоже изменилась. Мне надоело стоять столбом и смотреть, как другие делают работу. Бафф на плюс пять процентов почти не чувствовался на таких высоких базовых статах, поэтому я начал набивать руку. Тридцать четыре подтвержденных убийства моим клинком за день. Немного против их сотен, но теперь я хотя бы понимал ещё лучше вес своего меча в реальном бою.

Когда солнце начало садиться, Виктор поднял руку, останавливая колонну.

— Хватит, — прохрипел он. Голос паладина окончательно сел. — Уходим с тем, что есть.

Виктор тяжело оперся на рукоять меча, переводя дух. Он обвел взглядом заваленную телами поляну.

— Сводка по второму дню, — прохрипел он.

Громов: 167

Горохов: 164

Рыжов: 152

Власов: 135

Брагин: 34

— Ха! — Виктор победно ударил себя кулаком в нагрудник, отчего пластины глухо лязгнули. — Я же говорил, что старый конь борозды не портит! Сто шестьдесят семь тушек. Победа за Паладином!

— Ерунда, — басом отозвался Горохов, с хрустом разминая шею. — Тебе просто повезло с тем жирным вожаком у ручья. Было бы у меня чуть больше сил, ты бы собирал свои железки последним. Разница в три тушки — это статистическая погрешность.

Рыжов ничего не сказал.

Только Власов позволил себе легкое недовольство. Он задумчиво потрогал небольшой колчан за спиной.

— Сто тридцать пять, — протянул рейнджер, глядя на верхушки черных деревьев. — Могло быть и двести. Если бы не пришлось постоянно поднимать стрелы.

Сбор лута занял полчаса. Каждый забил свой рюкзак до отказа. Кристаллы монстров тяжелые, плотность дает о себе знать весом. Итог двухдневного рейда впечатлял: 1120 убитых гоблина и 586 добытых кристаллов первого ранга (плюс мои три тайниковых второго).

Выход из портала выбросил нас обратно под арку Восточных врат. Воздух родного города показался невероятно свежим после вони багровой крови и гниющей плоти. Время только 8:10 утра. Никто не стал задерживаться для разговоров. Молча закинув баулы на плечи, мы двинули к ближайшему пункту Ассоциации охотников.

Лавка встретила нас привычным светом витрин. За пуленепробиваемым стеклом сидела молодая девушка . Она окинула взглядом наши грязные, пропахшие смертью фигуры и объемные рюкзаки. Ни удивления, ни вопросов.

Громов молча выгреб содержимое своих сумок на прилавок. Остальные последовали его примеру. Груда тускло светящихся камней заняла половину пространства перед стеклом. Девушка надела тонкие перчатки, взяла первый камень, приложила к руне сканера на столешнице. Прибор тихо загудел. — Пятьсот восемьдесят шесть единиц, — озвучила она итоговый подсчет через двадцать минут. Её пальцы летали по сенсорному экрану терминала. — С вычетом налога... пять миллионов двести пятнадцать тысяч четыреста рублей на группу.

Виктор придвинул планшет со своим ID к терминалу. Деньги распределялись автоматически согласно настройкам пати-лидера. На экране высветилась схема:

[Минус 10% лидеру]: -521 540 руб.[Остаток]: 4 693 860 руб.[Доля участника]: 938 772 руб.Почти миллион рублей каждому за два дня работы. Баснословные деньги, особенно учитывая мой вклад — большую часть времени я просто стоял рядом, пока они работали мясорубками.

---

Конец главы 11

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 12. Контрольная закупка

Группа начала расходиться. Рыжов и Артур сразу ушли в сторону метро, Громов похлопал меня по плечу и направился к выходу. Александр Горохов лишь тяжело кивнул, забросил свою сумку, которая выглядела неподъемной даже для него, и побрел прочь.

Я остался у стойки один. Мои три камня второго ранга все еще лежали в инвентаре Системы. Если я сейчас достану их из инвентаря, это вызовет вопросы. Нужно проверить функционал скрытности.

— Система, — позвал я мысленно. — Как достать предмет из инвентаря? Можно ли переместить его незаметно, например, сразу в закрытую сумку?

[Подтверждено. Интерфейс позволяет извлекать объекты непосредственно в замкнутые контейнеры или скрытые от глаз полости экипировки Оператора.]

Отлично. Я отошел чуть в сторону, к пустой скамье, поставил свой рюкзак на колени и расстегнул молнию основного отделения. Засунул руки внутрь, имитируя поиск чего-то среди вещей. «Достань три кристалла второго ранга», — отдал я приказ.

Мгновенная потеря веса из окна статуса. И такой же мгновенный глухой стук о дно рюкзака. Со стороны казалось, будто я просто переложил тяжелый блок аккумуляторов. Никаких вспышек, никакого свечения.

Я застегнул рюкзак, вернулся к кассе и выложил три крупных, густо-зеленых камня на стойку.

Продавщица отвлеклась от планшета. Её брови медленно поползли вверх.

— Второй ранг? — переспросила она. — В портале первого ранга угрозы?

— Наткнулся на тайник, — пожал я плечами, стараясь выглядеть максимально уставшим и равнодушным. — Повезло.

Она хмыкнула, снова беря сканер. — Хорошая у вас удача. Редкая.

Прибор пикнул трижды. Девушка внесла данные в систему.

— сто девятнадцать тысяч за единицу. Итого триста пятьдесят семь тысяч.

Цифры упали на мою ID-карту. Писк уведомления. Я посмотрел на баланс личного кабинета в приложении банка.

Один миллион двести девяносто восемь тысяч двести семьдесят два рубля.

Почти полтора миллиона за двое суток. Теперь вопрос крыши над головой и дешевой еды был закрыт навсегда. Начиналась настоящая игра.

Я вышел из отделения продажи лута, и тяжелые стеклянные двери с тихим шипением закрылись за спиной, отрезая меня от гула других охотников вернувшихся с рейдов.

Внутреннее пространство комплекса было спроектировано как единый замкнутый цикл: здесь можно было сдать лут, получить деньги, купить снаряжение и восполнить ресурсы, не выходя на улицу. Лавка зелий находилась в конце левого крыла, за поворотом. Витрина светилась тем же мягким синим светом, что и скупка кристаллов, но внутри царила абсолютная тишина.

За стеклом стояли ряды полок. Нижний ярус занимали флаконы первого ранга — мутные, серые, дешевые. Средний — перламутровые зелья второго. А верхняя полка, скрытая за отдельной выдвижной панелью из бронестекла, была отведена под третий ранг. Там жидкости светились собственным внутренним огнем.

Молодой парень-продавец со шрамом через всю левую щеку лениво протирал стойку бархатной тряпицей. Он даже не поднял на меня глаз, когда подошел к кассе. Для него человек в моей одежде был просто пустым местом, случайно забредшим в элитный отдел.

— Высшее второго ранга, — сказал я, опираясь ладонями о стекло. — И низшее третьего.

Парень замер. Тряпица зависла в воздухе. Медленно, очень медленно он поднял взгляд. Его глаза пробежались по моей старой куртке, дешевым штанам и армейским берцам. В них промелькнуло подозрение, тут же смытое профессиональной апатией.

Он молча достал ключ-карту, провел ею по скрытому считывателю. Бронеплита верхней полки с тихим гулом отъехала вверх.

Первым он извлек флакон Высшего второго ранга. Густая, почти черная жидкость в тяжелой стеклянной колбе испускала едва заметный пар. Затем — Низшее третьего. Оно было меньше размером, но цвет напоминал расплавленное золото, которое казалось слишком плотным для жидкости.

— Двести тысяч за второе, триста тысяч за третье, — бесцветно произнес он. — Пятьсот тысяч ровно.

Я приложил ID-карту к терминалу. Холодный пластик коснулся стекла. Раздался короткий двойной писк списания. На экране высветилось:

[Транзакция выполнена]

[Остаток на счете: 798 272 руб.]

Полмиллиона испарились со счета за две секунды.

Продавец передал два новых флакона в специальном ложементе из поролона, упакованном в антистатический пакет.

Забрав покупку, я отошел от стойки. Вес пакета в руке ощущался иначе, чем вес рюкзака с тушенкой. Это был чистый потенциал.

Срок аренды снаряжения истекал завтра. Я зашел в отдел выдачи, сдал на стойку свой меч плохого качества и нагрудник — кладовщик молча пискнул сканером и швырнул их в возвратный желоб.

Я перешел к выбору нового снаряжения. Мне нужно было точечное усиление под мои характеристики.

— Система, просканируй все мечи обычного качества.

Перед глазами поверх реальных витрин развернулся полупрозрачный интерфейс со списком характеристик. Большинство клинков давали жалкие +1 или +2 единицы. Но один экземпляр выделялся:

[Железный меч]

[Качество: обычное]

[Тип: оружие]

[Свойство: Увеличивает немного силу носителя. (Увеличивает характеристику СИЛ носителя на 5 единиц)]

Цена на нём висела: 250 000 руб.

Дешевый, грубый кусок железа без изысков. Плюс пять силы просто за счет того, что предмет лежит в руке.

– Система, просканируй теперь все кольца обычного качества.

Среди десятков колец всплыло нужное:

[Кольцо жизни]

[Качество: обычное]

[Тип: аксессуар]

[Свойство: Увеличивает немного выносливость носителя. (Увеличивает характеристику ВЫН носителя на 5 единиц)]

На него цена была: 150 000 руб.

Плюс десять очков к характеристикам за четыреста тысяч — это сделка века.

Я подошел к стойке регистрации покупок. Приложил ID-карту к терминалу.

[Списание: 400 000 руб.]

[Остаток: 398 272 руб.]

Продавец выдал мне два предмета. Меч лег в ножны у пояса непривычно тяжелым балансом, кольцо холодило палец.

Выйдя из здания Ассоциации на улицу, я остановился. Деньги жгли карман, напоминая о том, ради чего всё это затевалось.

Я достал смартфон, открыл банковское приложение. Пальцы быстро вбили номер счета родителей. Триста тысяч рублей. Сумма перевода заставила меня на секунду замереть. Для них это полу годовой бюджет. Избавление от всех долгов.

Подтверждение операции. Короткий писк уведомления.

[Перевод выполнен]

[Остаток на счете: 98 272 руб.]

Почти полтора миллиона, заработанных за двое суток, превратились в девяносто восемь тысяч. Легкое чувство тревоги кольнуло желудок, но тут же сменилось ледяным спокойствием. Базовые потребности закрыты. Теперь можно работать на перспективу.

Дом встретил меня привычной духотой и тишиной. Щелчок замка отрезал меня от гула города. Я прошел сразу на кухню, сбросил рюкзак на пол и достал из него пакет.

Два флакона легли на потертый линолеум стола. Высшее второго ранга и низшее третьего. Пятьсот тысяч рублей за эти две дозы.

Я сел на табурет, обхватив пальцами холодное стекло черного флакона. Глубокий вдох.

Жидкость стекла в желудок тяжелым свинцом, неся с собой волну леденящего холода.

[Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 5]

[Опыт: 1050/1500]

[Характеристики: СИЛ(10+5) ЛОВ(18) ВЫН(9+5) ИНТ(15)]

[Свободные очки характеристик: 3]

[Мана: 75/75]

[Инвентарь: 0.01/15 кг] ↓

Голова прояснилась мгновенно. Девятнадцать сотен опыта одним глотком. Эффективность почти идеальная. Взгляд зацепился за цифры. Плюс пять к силе. Плюс пять к выносливости. Это было больше, чем базовые бонусы уровня.

Я перевел взгляд на пояс. Новенький «Грань» холодил бедро сквозь ткань штанов. Затем посмотрел на левую руку, где тускло блеснуло купленное кольцо. Система же сказала, что интерфейс показывает только биометрию... Но нет. Логика выстроилась сама собой. То объяснение касалось навыка [Интерфейс: Профиль], который считывает сущест. Окно статуса Оператора учитывает всё оборудование, надетое на тело. Это все объясняло.

Не давая себе времени на передышку, я схватил второй флакон. Бирюзовая жидкость прошла по пищеводу ледяным комком.

[Уровень повысился!]

[Текущий уровень: 6]

[Опыт: 130/2000]

[Характеристики: СИЛ(11+5) ЛОВ(19) ВЫН(10+5) ИНТ(17)]

[Свободные очки характеристик: 6]

[Мана: 85/85]

[Инвентарь: 0.01/16 кг] ↓

А вот это уже был холодный душ. Третий ранг стоил триста тысяч — в полтора раза дороже Высшего второго. А дал он всего пятьсот восемьдесят единиц опыта. Почти в четыре раза меньше эффективности при кратно большей цене.

Смысл? Зачем вообще лезть выше, если экономика ломается о банальную арифметику? Проще остановиться на втором ранге, фармить кристаллы и пить их пачками, пока не получится основать свою гильдию и набрать алхимиков...

— Система, — позвал я, опираясь локтями о колени. — Почему низшее зелье третьего ранга дало меньше опыта, чем высшее второго? Второе же низшее дало больше чем первое высшее.

[Данная информация отсутствует в доступных вам базах данных. Имеющаяся информация: оператор получает опыт за поглощение энергии монстра ниже своего ранга угрозы с коэффициентом снижения.]

— Насколько снижается коэффициент?

[За кристалл монстра ниже текущего ранга угрозы Оператор получает 5% от полного значения опыта предмета. За кристалл на два ранга и более ниже — опыта не начисляется вовсе.]

Вот оно. Затык прогрессии. Сейчас, на шестом уровне, зелье второго и первого ранга еще работает на полную мощность. Но когда я перейду на десятый, а затем на двадцатый и тридцатый уровни, эффективность этих зелий упадет до жалких пяти процентов. На сороковом уровне они станут для меня просто подслащенной или горьковатой водой. Чтобы расти дальше, мне неизбежно придется переходить на третий, четвертый и пятый ранги зелий, как бы дорого они ни стоили сейчас. Это была ловушка долгосрочного развития.

— А цена? Триста тысяч за эту бурду — это тоже математика мира?

[Данная ценовая политика установлена человеческим социумом и Ассоциацией охотников исходя из редкости добычи эссенции соответствующего ранга и затрат на её стабилизацию. Алгоритмы ценообразования Системой не контролируются.]

То есть люди сами решили продавать надежду друг другу с наценкой в тысячи процентов. Очередной налог на выживание.

Я встал, разминая затекшую шею. Шесть свободных очков характеристик. Инвентарь расширился до шестнадцати килограмм — приятный бонус от силы. Мана выросла до восьмидесяти пяти.

Но главное — новые игрушки. Меч давал +5 к Силе, кольцо +5 к Выносливости. Статы росли не быстро, но экипировка позволяла компенсировать этот разрыв прямо сейчас.

Шесть свободных очков характеристик. Логика буквально кричала распределить их равномерно: подтянуть хромающую Силу, Выносливость или Интеллект для маны. Любой рациональный охотник поддержки так бы и поступил.

Но я не был обычным охотником. Я смотрел на свои базовые цифры через призму купленного снаряжения. Меч давал +5 СИЛ, кольцо +5 ВЫН, а ещё ожерелье, тоже +5 СИЛ. Мой реальный показатель силы в броне уже сейчас составлял 21 (11 базовых + 5 от клинка и +5 от ожерелья), а выносливости — 15. Без этих железок я всё еще оставался бумажным магом. Но ловкость... Ловкость ничем нельзя было заменить. Её не купить в лавке Ассоциации за двести пятьдесят тысяч. Скорость, реакция, точность — всё это зависело только от этого параметра.

Я выделил строку [ЛОВ(19)]. Мысленно вбил цифру шесть. Подтвердил распределение.

[Характеристики: СИЛ(11+5) ЛОВ(25) ВЫН(10+5) ИНТ(17)]

[Свободные очки характеристик: 0]

Двадцать пять единиц. Теперь разрыв между мной и тем же Рыжовым значительно сократился, несмотря на то что он восьмого уровня. При моем интеллекте эта разница становилась почти незаметной в реальном бою.

Закончив с прокачкой, я перешел к главной задаче дня. Два дня фарма с Громовым принесли деньги, но они же показали мою уязвимость: я завишу от чужого таймера выхода. Чтобы искать схроны вроде того, под черным деревом, мне нужна была легальная причина находиться в портале, но при этом полная свобода передвижения внутри него.

Идеальным прикрытием выглядели неразумные пати новичков. Те самые группы из пяти-шести человек, которые собираются по объявлению ради первого ранга угрозы, чтобы просто посмотреть на монстров и получить базовый опыт. У них нет дисциплины спецназа, у них нет связи, и лидер там обычно выбирается методом «кто громче крикнул».

Я открыл поисковик Охотников. Раздел «Поиск группы». Фильтр: Ранг угрозы 1. Цель: Тренировочный фарм / Первичный опыт. Место: Портал диких кабанов.

Список контактов пополз вниз. Стандартные пати зубрил, случайные солянки одиночек. Нужный вариант нашелся почти моментально, висел в топе закрепленных объявлений: «Группа 5/6. Ищем баффера-саппорта! Первый ранг. Кабаны. Оплата и лут поровну. Сбор сегодня, 13:00. Центральные врата».

Пять тел плюс я — шестеро. Классическая схема. Им нужен был баффер ради усиления урона, хотя мой баф (+5% трем целям) на фоне их стат будет выглядеть как комариный укус. Для меня же важен сам факт допуска в портал.

Я нажал кнопку «Откликнуться».

— Класс? — пришло сообщение спустя десять секунд.

— Генерал. Пауза чуть дольше, чем вчера у Грома. Видимо, слово звучало совсем уж нелепо для первого ранга.

— Баффы?

— До трех целей. Пять процентов к усилению тела.

— Заходишь. Лидеру скинешь взнос за портал (8350) на карту перед входом. Не опаздывай.

Портал диких кабанов. По силе эти твари уступали Красным гоблинам. Для пятерых новичков это будет легкая прогулка. А значит, когда мы зайдем внутрь и группа выстроится клином для убийства первой свиньи, никто не заметит, если один лишний функционал немного отстанет «поправить шнурок» и свернет в овраг за ближайшим кустом.

Я перевел плату за вход лидеру группы и закрыл поисковик. До выхода оставалось почти три часа. Нужно успеть выспаться за это время.

Два с половиной часа сна не принесли полноценного отдыха — тело просто провалилось в черную яму, пытаясь сбросить накопленную за двое суток усталость. Я проснулся рывком, словно от удара током. За окном спальни висел серый полдень.

Первым делом я достал из инвентаря ожерелье силы. Холодный металл лег на шею. Система тут же подсветила изменения:

[Характеристики: СИЛ(11+10) ЛОВ(25) ВЫН(15+5) ИНТ(17)]

Я прошел на кухню. На столе сиротливо лежали две банки тушенки и все пять упаковок лапши быстрого приготовления — остатки с прошлого рейда. Мысль о том, что я собираюсь сделать, казалась абсолютным бредом. Найти тайник в портале для обычного охотника — это чудо, событие всей жизни, которое случается редко. А у меня он уже был. Если шанс выпадения лута подчиняется законам распределения, мне нужно провести в зоне столько времени, сколько позволит физика тела.

С этими мыслями я закинул рюкзак на плечо и вышел в магазин через дорогу. Закупался методично, как на склад длительного хранения:

Вода питьевая (бутыли по 1 литру) — 15 штук.Тушенка говяжья (высший сорт) — докупил еще 8 банок к имеющимся двум.Лапша быстрого приготовления — ещё 15 упаковок.Кофе растворимый (пакетики) — 10 штук.Хлеб черный — 5 булок.Кассирша смотрела на гору консервов и лапшу с легким недоумением, но цена вопроса быстро стерла любые вопросы — всего четыре тысячи пятьсот пятьдесят рублей. Копейки по сравнению со стоимостью зелий.

Выйдя из магазина, я завернул в первый же глухой переулок между панельками, где гарантированно не было камер наблюдения. Достал рюкзак.

Работа с интерфейсом теперь занимала доли секунды. Бутылка воды исчезла из руки с тихим хлопком воздуха — [Инвентарь: 1.000 / 21 кг] ↓. Булка хлеба — [1.500 / 21 кг]. Процесс пошел быстрее, когда я начал брать предметы стопками.

Итоговая загрузка выглядела так:

Внутри рюкзака осталось лежать только три литра воды (чтобы вес распределялся равномерно по плечам), одна банка тушенки и одна булка хлеба — минимальный паек «на выход».Всё остальное ушло в скрытое пространство Системы.Я застегнул лямки, поправил пояс с ножнами нового меча «Грань» и активировал статус:

[Инвентарь: 18.50/21 кг] ↓

Почти предел.

Поправив капюшон, я направился к Центральным вратам. До встречи с группой оставалось пятнадцать минут.

---

Конец главы 12

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 13. Потеряшка

Центральные врата встретили меня гулом дизельных генераторов и запахом бензина. Группа уже была на месте — пятеро охотников стояли у самой кромки белого марева портала, проверяя снаряжение.

Я не стал активировать [Интерфейс]. В этом не было смысла. Мне нужны были только их глаза и ноги для прикрытия.

— Иван, Генерал, — коротко бросил я, подходя ближе и скидывая лидеру плату за проход. — Макс, Воин, — кивнул квадратный парень со щитом. — Это Лёха (Лучник), Дэн (Маг огня), Саня (Танк) и Стас (Целитель).

— Держись центра, под ногами не путайся.

Больше слов не последовало. Мы шагнули в портал почти синхронно.

Переход ударил по ногам привычной тяжестью, а затем резко отпустил. Запах изменился мгновенно. Вместо стерильной вони городского смога, легкие заполнил густой аромат хвои, влажной земли и прелой листвы.

Мы оказались посреди классического елового леса. Никаких черных деревьев или белых озер. Прямо как где-нибудь в тверской области — вековые ели, заросли папоротника по пояс, мягкий ковер из иголок глушит шаги. Даже свет здесь падал точно так же — рассеянными золотыми столбами сквозь кроны.

— Так! — рыкнул Макс, перехватывая свой широкий щит. — Готовимся... Двинули цепочкой, дистанция три метра, — скомандовал лидер. — Огневик, держишь фланг. Лучник, смотри навес. Пошли.

Мы двинулись прямо, раздвигая широкие листья папоротника. Земля пружинила под берцами. Прошли метров четыреста, когда лес впереди зашуршал слишком тяжело и громко для мелкого зверя.

На небольшую поляну, фыркая и взрывая дерн копытами, вывалился дикий кабан. Первый ранг угрозы. Массивная туша, покрытая жесткой черной щетиной, кривые клыки торчат вверх. Зверь замер, глядя на нас маленькими злыми глазками.

— Агро на танке! — рявкнул Макс. — Саня, мордой ко мне! Маг, замедление! Иван, стой в центре, не лезь!

Группа отработала четко. Танк принял удар клыков на щит, маг кинул под ноги свинье липкую лужу смолы, лучник выпустил первую стрелу в загривок. Бой обещал закончиться секунд за десять.

Это был мой момент.

Пока все взгляды были прикованы к клацающим клыкам, я сделал ровно полшага назад. Просто сошел с утоптанной тропы в густую тень разлапистой ели. Ни одна ветка не хрустнула. Моя новая ловкость позволяла двигаться сквозь подлесок тише змеи.

Еще один шаг. Еще. Сердце пропустило удар — танк Саня повернул голову, словно что-то почувствовав, но его взгляд прошел сквозь меня, зафиксировав пустое место между деревьями. Он моргнул и снова уставился на кабана.

Всё. Я исчез из их тактической схемы.

Как только звуки боя окончательно скрылись за стволами деревьев, я перешел на легкий бег. Километр слился в одну сплошную зеленую полосу. Легкие работали идеально, двадцатипятерка ловкости делала каждый шаг упругим и экономичным.

Остановился я только тогда, когда пульс стабилизировался, а звуки битвы полностью отсекло расстоянием и рельефом. Теперь можно работать.

Поиск тайников — это всегда математика аномалий. Природа хаотична, Система любит геометрию. Я начал методичный обход местности. Осмотр абсолютно всего, чего обычный человек просто не заметит:

Корни: Каждое старое дерево. Ищу симметричные наплывы коры или корни, растущие «против шерсти» естественного наклона почвы.Кроны: Задираю голову. Сухие ветки, которые выглядят спиленными, а не обломанными ветром.Земля: Проверяю плотность грунта пяткой сапога. Где земля чуть плотнее — там может быть схрон или старый фундамент.Мох: Растительность никогда не растет идеально равномерно. Проплешины правильной геометрической формы — главный признак маскировочного люка.Попутно я не забывал о фарме. Из-под корней старой сосны выскочил один свин. Один быстрый выпад мечом в горло — тело обмякло. Короткий разрез грудной клетки. Пусто. Второе животное — есть кристалл. Небольшой, тускло-белый, первого ранга. Бросаю в инвентарь.

Ресурс должен добываться параллельно основной задаче. Если тайники окажутся пустыми, я хотя бы вернусь не с голыми руками.

Время в лесу летело незаметно. Когда ты ищешь не монстров, а удачу, мозг работает на пределе концентрации, отсекая чувство голода и усталости. Местное «солнце» — просто размытое светящееся пятно за плотными кронами елей — начало клониться к закату.

Двенадцать часов поисков прошли впустую. Ни одной зацепки. За это время я убил двадцать семь кабанов. Из них только девять оказались с кристаллами первого ранга. Скудная добыча для двенадцати часов пахоты, но моя цель была выше фарма.

Свет стремительно уходил из леса. Я вдруг осознал, что совершенно забыл о ночлеге. Провести ночь посреди чащи, кишащей тварями первого ранга, без костра и группы поддержки — чистое самоубийство даже при моих статах.

Я начал лихорадочно искать укрытие. Прошлые порталы с их исполинскими деревьями позволяли спать на ветках. Здесь же ели были другими — ветки начинались слишком высоко и выглядели хрупкими, мой вес они бы не выдержали. Нужно было найти хоть какое-то подобие крыши над головой.

Пока я ускорял шаг, пытаясь выйти на более открытую местность до наступления полной темноты, деревья расступились. Передо мной выросли каменные руины. Старый фундамент, заросший мхом, пара полуразрушенных стен высотой по пояс. Это не походило на логово босса — скорее на место, где Система когда-то закрепила ядро портала.

Любопытство пересилило осторожность. Я достал меч и медленно вошел внутрь периметра. И да, вот оно. В самом центре разрушенного круга, в метре от земли, парил белый шар диаметром около метра. Ядро портала первого ранга. Мягкий пульсирующий свет освещал камни вокруг.

Правило охотников работало всегда: монстры физически не переносят эманации ядра. В радиусе километра от него чисто. Идеальное место для ночлега.

Выбрав самый ровный участок пола между камнями, я положил рюкзак под голову, предварительно достав банку тушенки. Жирная говядина показалась пищей богов после суток сухой лапши. Вытерев руки о штаны, я лег прямо на холодный камень, подложив под затылок свернутую куртку, и мгновенно провалился в сон.

Проснулся я от холода. Местное светило еще не взошло, но небо посерело — наступили те самые предрассветные сумерки, когда тени кажутся самыми глубокими. Ночь прошла спокойно. Никакого хруста веток или рычания. Правило безопасности подтвердилось.

Умывшись остатками воды из бутылки и выпив кофе для стимуляции мозга, я решил проверить сами руины перед уходом. Раз уж меня сюда занесло удачей, нужно выжать из локации максимум.

Обыск занял почти час. Пол, остатки стен, земля... Ничего. Взгляд переместился на потолок — старые перекрытия давно рухнули. Тогда я начал смотреть на кладку фундамента под ногами. Кирпичи. Они казались хаотичными, пока я не присел на корточки и не посмотрел вдоль линии стены. Сантиметровый сдвиг шва. Едва заметная разница в оттенке раствора.

Один из кирпичей сидел чуть глубже остальных. Я надавил на него ладонью. Камень ушел внутрь с сухим щелчком.

В стене открылся проем размером с обувную коробку. Внутри лежал один предмет. Железный шлем грубой ковки.

— Система, сканируй, — бросил я, аккуратно извлекая находку.

[Стальной шлем]

[Качество: хорошее]

[Тип: броня]

[Свойство: Увеличивает немного силу и выносливость носителя. (Увеличивает характеристику СИЛ носителя на 3 единицы и характеристику ВЫН на 5 единиц)]

Холодный металл коснулся пальцев. Находка такого уровня за одну вылазку — это уже статистическая аномалия. А два тайника подряд — это нарушение всех законов вероятности. Я нахлобучил шлем на голову. Он сел плотно, закрывая виски и затылок.

[Характеристики: СИЛ(11+13) ЛОВ(25) ВЫН(10+10) ИНТ(17)]

СИЛ теперь двадцать четыре. ВЫН 20. Но дело было не в цифрах. Дело было в холодном поту, прокатившемся по спине.

Что-то здесь не так. Моя смекалка помогла заметить швы в кладке, но само появление этих руин именно тогда, когда мне негде было спать? Два схрона за сутки? Ещё и система. Так не бывает. В жизни нет таких совпадений. Прямо как в дешевом аниме, где главный герой суперудачлив на лут ровно до того момента, пока этот лут не начинает стоить ему конечностей.

За такую удачу мироздание всегда выставляет счет. И глядя на свои новые статы, я впервые за долгое время почувствовал настоящий страх. Мне оставалось надеяться, что платить придется не сегодня.

Хотя. Удача — это ресурс, который нельзя игнорировать. Если судьба решила выдать мне аванс в виде двух тайников и безопасного ночлега прямо на ядре портала, значит, нужно выдоить эту локацию досуха, пока лимит халявы не исчерпан.

Я вышел из руин. Лес встретил меня утренней прохладой и запахом прелой хвои. Едва я пересек невидимую границу километра от белого шара ядра, как правила безопасности отключились. Теперь всё зависело только от моих рефлексов.

Пройдя пару сотен метров по звериной тропе, я замер. Поляна впереди выглядела слишком... правильной. Идеальный круг выжженной земли, утоптанный до состояния камня. А ровно посередине стоял деревянный сундук с ржавыми оковами. Классика жанра. Локация босса первого ранга. Сундук здесь — всегда приманка или награда, сам моб просто обязан быть неподалеку.

Вот только поляна была пуста.

Босс не уходит далеко от своего «логова». Значит, он либо под землей, либо... Я резко обернулся, уходя перекатом в сторону. Тишина. Только шелест листьев. Показалось? Слух уловил тихий треск сухой ветки за спиной. Резкий разворот, меч выхвачен наполовину.

Снова никого. Я медленно выдохнул, опуская клинок. Сердце колотилось уже не от страха, а от злости на собственные нервы. Чуть не обосрался как герой дешевого аниме, где босс обязательно стоит у тебя за спиной для эффектного скримера.

Треск веток повторился, но теперь спереди. На поляну, раздвигая массивным телом папоротники, выходило существо. Массивный кабан, покрытый костяными наростами вместо щетины. Глаза горели тусклым красным светом. Ростом мне по грудь, клыки размером с хороший кинжал. Босс-портальщик.

Я вздохнул с облегчением. Он был передо мной. Обычная физика этого мира, никаких сценарных трюков. Можно работать.

Нужно подобраться на двадцать пять метров для [Интерфейса]. Я начал обходить поляну по широкой дуге, прячась за стволами вековых елей. Но лес здесь был редким, солнечный свет заливал пространство, а слой иголок предательски хрустел. Подобраться незаметно было невозможно — ветер дул от меня к нему, выдавая запах металла и человека. Не судьба.

Раз уж скрытная разведка провалилась, ломиться на элитного моба ради одного сканирования глупо. Ладно. Приоритеты меняются: сейчас нужна чистая масса кристаллов, чтобы оправдать этот рейд экономически.

Я развернулся и углубился в чащу. Проверил запасы. В инвентаре осталось четырнадцать литров воды, девять банок тушенки, восемнадцать упаковок лапши и девять кофе. По самым скромным подсчетам, при жесткой экономии этого хватит еще на пять суток. Больше — опасно, начнется истощение, а силы мне нужны для рывков.

Лес снова затрещал. На этот раз звук был тройным. Я прижался к стволу старой сосны, активируя интерфейс. Из-за поворота ручья выбралась группа из трех диких кабанов. Один матерый вожак (чуть меньше того Босса с поляны) и две молодые особи.

Математика боя сложилась мгновенно. Агро троих сразу — самоубийство без танка. Нужно разделить их.

Я швырнул камень в кусты левее себя. Два молодых кабана тут же дернули туда, взрывая землю копытами — инстинкт защиты молодняка сработал идеально. Вожак остался стоять, принюхиваясь и глядя прямо на мое укрытие. Умнее остальных.

— Ладно, ты первый, — прошептал я.

Как только свиньи скрылись в зарослях, я шагнул из-за дерева. Вожак сорвался с места, опустив башку. Земля дрожала. Скорость для такой массы невероятная, но инерция — его главный враг.

Я ушел вправо вращением корпуса. Его клыки вспороли воздух там, где секунду назад было мое плечо. Пропустив импульс мимо, я оказался сбоку-сзади. Удар «Гранью» пришелся точно под основание левой передней ноги, туда, где шкура переходит в мягкий живот.

Клинок вошел тяжело, преодолевая сопротивление мышц. Я провернул лезвие. Вой оглушил меня. Инерция протащила кабана вперед еще метр, волоча меня за рукоятью. Я уперся ногой ему в бок и вырвал меч. Рана хлестала темной кровью.

Зверь развернулся, прихрамывая. СИЛ(24) позволила принять его следующий удар не на блок (что сломало бы запястье), а на гарду и предплечье, погасив кинетику. Ответный выпад сверху вниз пробил череп между глаз. Туша рухнула, подмяв молодой папоротник.

Остались двое. Они услышали визг вожака и теперь перли обратно через кусты плотной группой.

Они выскочили одновременно. Я метнулся им навстречу. Вместо того чтобы принимать удар, я упал в глубокий шпагат прямо в грязь, пропуская обе туши над собой. Клыки щелкнули в сантиметрах от моей шеи.

Оказавшись у них в тылу, я вскочил. Кабаны пронеслись по инерции еще несколько метров, пытаясь затормозить тяжелыми телами. Этого хватило. Подшаг к ближайшему. Горизонтальный росчерк стали перерубает сухожилия задних ног. Тварь падает, вереща. Добивающий удар в шею. Последний попытался бежать. [Тактический анализ] подсветила точку на затылке. Колющий выпад пронзает позвоночник.

Три удара сердца тишины. Бой занял меньше минуты. Три туши — три проверки ножом. Один кристалл ушёл в инвентарь. Кровь засыхала на лице коркой.

Весь последующий день прошел именно так. Охота превратилась в конвейер смерти. Я выслеживал одиночек или максимум двойки-тройки, экономя каждую каплю выносливости. Никаких лобовых столкновений со стадами.

Итог дня: девяносто шесть убитых кабанов. Сорок девять из них оказались носителями кристаллов. Все трофеи вошли в инвентарь [23.40 / 24 кг], место ещё оставалось.

Ночь снова прошла в тех же руинах у ядра портала. Банка тушенки, короткий сон.

Так полетели дни. Время потеряло смысл, превратившись в череду маршей, боев и разделки туш. Спустя еще четверо суток ресурсы начали подходить к концу. Вода почти закончилась, осталась последняя банка мяса и пара пачек лапши. Общее количество убийств перевалило за шестьсот пятьдесят четыре. Кристаллов скопилось триста семьдесят девять штук.

На пятый день утром я забил инвентарь полностью кристаллами. Двести сорок камней. Оставшиеся сто тридцать девять штук пришлось закидывать в рюкзак.

Обратный путь через лес обошелся без приключений, если не считать парочки обычных кабанов, которых пришлось убить просто ради очистки маршрута — они не дали ни одного кристалла. Уже на подходе к выходу я столкнулся нос к носу с новом пати. Шестеро испуганных новичков во главе с нервным магом только входили. Мы обменялись кивками и молча разошлись.

Вышел я без проблем. Холодный бетон площадки врат показался самым родным местом на Земле. Время близилось к обеду.

Я направился в ближайший пункт ассоциации охотников. Я выгрузил на транспортер только те сто тридцать девять кристаллов, что лежали в рюкзаке. Остальные остались глубоко в системе.

Прибор пискнул, сканируя плотность. — сто тридцать девять единиц. Первый ранг. С вычетом налога... Девушка назвала сумму. Почти такая же сумма как и за прошлый рейд упала на карту единым траншем.

[Пополнение: 1 237 100 руб.]

[Остаток: 1 322 472 руб.]

— Постойте, — одернула она. — у меня тут высвечивается, что вы без вести пропавший во вратах.

Я неловко потёр затылок и криво усмехнулся:

— Я и правда потерялся, когда чуть отошёл от группы… Но удача была на моей стороне, и я как-то сумел выжить.

Она сомнительно посмотрела на меня, но ничего не сказала.

«Как и думал… пронесло», — мысленно выдохнул я.

---

Конец главы 13

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 14. Знакомые лица

Вернувшись домой. Я прошел на кухню, сбросил рюкзак на пол — лямки глухо звякнули о линолеум — и достал из него мешочек с зельями. Шесть флаконов Высшего второго ранга. Двести тысяч рублей каждый.

Сидя на табурете, я методично опрокинул их один за другим.

[Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 7]

...

[Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 8]

...

[Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 9]

[Опыт: 4030 / 35000]

[Характеристики: СИЛ(14+13) ЛОВ(28) ВЫН(13+10) ИНТ(23)]

[Свободные очки характеристик: 9]

[Мана: 115/115]

[Инвентарь: 24 / 27 кг] ↓

Цифра опыта до следующего уровня заставила меня криво усмехнуться. Тридцать пять тысяч. Почти десятикратный скачок по сравнению с переходом с восьмого на девятый (где требовалось три тысячи). Теперь понятно, почему парни вроде Громова-77, которые выпустились из Высшей школы несколько лет назад, всё еще сидят на девятом уровне. Экономика развития ломается об эту экспоненту. Чтобы дойти до заветной десятки, мне нужно выпить ещё семнадцать зелий высшего второго ранга. А ведь дальше будет только хуже.

Ладно. Математика проста: если цена роста растет, значит, каждая единица базовой характеристики становится дороже золота. Я выделил строку свободных очков. Девять единиц.

Все девять ушли в ловкость. Никаких компромиссов. Выносливость компенсирует броня, сила нужна лишь для веса, интеллект дает ману, которая в основном бесполезна.

[Характеристики: СИЛ(14+13) ЛОВ(37) ВЫН(13+10) ИНТ(23)]

[Свободные очки характеристик: 0]

Тридцать семь. Моя реакция теперь находилась далеко за пределами человеческого восприятия. Любой удар, который можно увидеть глазами, я смогу обойти. Вопрос теперь только в том, переживет ли моя плоть пропущенный выпад, если враг окажется быстрее моей способности анализировать траекторию.

Я пошел в спальню. Таскать в инвентаре столько кристаллов было глупо, и его нужно было освободить для возможной добычи.

В углу комнаты стояла старая тумбочка с выдвижным ящиком. Идеально. Я вытащил ящик полностью, оставив только деревянную раму каркаса и перевернул его. Получилась ниша глубиной сантиметров тридцать. Сюда должно было влезть всё.

Я открыл интерфейс.

[Инвентарь: 24 / 27 кг] ↓

Кристаллы начали материализоваться прямо над полом спальни. С тихим стеклянным стуком гора светящихся камней начала расти, заполняя деревянный короб. Двести сорок штук первого ранга легли плотной массой. Когда последний камень упал внутрь, я поверх положил старую куртку.

Тело, державшееся последние пять суток исключительно на адреналине и консервированном жире, наконец сдалось. Как только голова коснулась подушки — мир выключился.

Проснулся я рывком. За окном висел густой фиолетовый вечер, часы на стене показывали начало десятого. Почти девять часов мертвого сна. Организм взял своё.

Желудок свело спазмом. Банка тушенки, оставшееся в рюкзаке, и пачка лапши быстрого приготовления лежали на столе, но от одного их вида к горлу подступила тошнота. После пяти дней сухого пайка и консерв организм требовал нормальной человеческой еды. Горячей, вкусной, домашней.

Пельмени. Мне захотелось обычных магазинных пельменей.

Я умылся, натянул чистую футболку и вышел на улицу. Июньский вечер обдал лицо прохладой. Я решил прогуляться до круглосуточного супермаркета через два квартала. Гуляющих мало, район спальный. Взял две большие упаковки пельменей, банку сметаны, сыра, бутылку воды и шоколадный батончик на кассе. Расплатился картой — после продажи лута баланс позволял такую небольшую роскошь.

На обратном пути, когда я уже подходил к своему подъезду, из-за угла соседней панельки вывернула знакомая фигура. Долговязый парень в спортивном костюме, чуть сутулящийся при ходьбе. Мы жили в одном городке, сидели за одной партой в школе, пока жизнь не разбросала нас по разным «вышкам» охотников.

— Белов? Серега? — окликнул я его.

Парень вздрогнул, обернулся. Узнал не сразу — видимо, осунувшееся лицо и армейская стрижка изменили черты. Но потом расплылся в широкой улыбке.

— Иваныч? Ты, что ли?

Мы сошлись посреди тротуара, обменявшись коротким рукопожатием, которое тут же перешло в неуклюжие мужские объятия. Пахло от него дешевым табаком и вокзальным кофе.

— Только вчера приехал, — ответил он на мой невысказанный вопрос, хлопая меня по плечу.

Рефлекс сработал быстрее мысли. Пока мы хлопали друг друга по спинам, я активировал [Интерфейс], переводя взгляд на его шею.

[Цель: Сергей Белов]

[Класс: Кровавый мечник]

[Уровень: 4]

[Характеристики: СИЛ(12) ЛОВ(7) ВЫН(7) ИНТ(8)]

Статы... не очень, если честно. Семь ловкости, семь выносливости. Но класс...

— Какой пробудил? Что дали? — спросил я, убирая руку с его плеча.

— Да ты офигеешь, — Серега достал сигарету, прикуривая. — Кровавый мечник. Первый навык — «Порез плоти». Следующая атака бьет плюс триста процентов силы. Второй — пассивка. «Кровавое безумие». Как только хоть капля крови из тела выйдет — усиление тела на двадцать процентов на минуту. Если еще раз кровь пойдет — снова бафф, время обновляется, а сила плюса растет ещё на десять процентов сверху. Можно самому себя иголкой тыкать и разгонять тело процентов на пятьдесят-шестьдеят легко. Но чем больше выйдет, тем хуже потом телу оправиться.

Я присвистнул. Это была чистая имба. Пассивные навыки выпадали реже, чем выигрыш в лотерею. Обычно пробуждение выдавало активные умения за ману. А здесь — чистый физический разгон ценой собственного здоровья. Любой другой мечник убил бы за такой класс.

— Повезло тебе, Белка, — искренне сказал я. — Поздравляю. С таким набором можно высоко взлететь, если голову не потеряешь.

— Стараюсь, — он выдохнул дым. — Экзамены сдал нормально. Вот, гуляю, осваиваюсь. Мне тут гильдия одна написала, зовут. Репутация неплохая, контракты жирные. Думаю зайти к ним на днях собеседование пройти.

— Куда метишь, если не секрет?

— «Стальной Легион». Слышал про таких?

— Краем уха. Держись там подальше от идиотов с гранатами.

Он посмеялся, задав встречный вопрос:

— А у тебя какие планы? Всё те же, что в детстве строил?

— Угу, — кивнул я. — Цель не поменялась. Но чтобы построить свою игру, сначала придется много работать на чужих плантациях. Копить капитал.

— А я думал, это просто детская мечта была, которая потом поменяется… Ну, знаешь, как у многих: сегодня рыцарь, завтра купец.

— Нет. Как я задумал, так и будет.

— Ладно, удачи тогда тебе. Если что, знай, я помогу.

— Спасибо.

Мы стояли еще минут двадцать, обсуждая общих знакомых, цены на зелья и то, как изменился мир. Разговор тек легко, напоминая о временах, когда самой большой проблемой была контрольная по химии.

Спустя полчаса мой желудок издал громкое, протяжное урчание, перекрывшее даже шум проезжающей машины. Мы синхронно замолчали и посмотрели на мой живот.

— Кажется, твой зверь требует жертвоприношений, — заржал Серега.

— Извини, дружище, — развел я руками, чувствуя, как сводит скулы от голода. — Пять дней толком не питался. Пойду готовить.

— Давай, увидимся. Номер дай свой, созвонимся.

Мы обменялись контактами в мессенджере. Крепко пожали руки, и я пошел домой, прижимая к груди пакеты с замороженными пельменями. Теплое чувство встречи омрачалось лишь одной мыслью: Серега счастлив своей удаче с классом, он идет в топовую гильдию. А я продолжаю играть в математическую симуляцию выживания, где каждое очко характеристики куплено литрами пота и чужими жизнями.

Я толкнул плечом дверь квартиры, прошел на кухню и первым делом положил пакет на липкий линолеум. Затем пошёл искать посуду.

Сковороду с толстым дном я нашел в сушилке над раковиной. Судя по слою засохшего жира на дне, прошлые жильцы жарили на ней всё подряд лет десять. Меня это устраивало — хорошая чугунная база держит жар лучше тефлона. Помыл. Поставил её на самую большую конфорку, кинул немного сливочного масла и вывернул огонь на максимум.

Пока металл шипел, прогреваясь, я начал выгружать добычу на стол. Две пухлые упаковки пельменей тяжело брякнули о дерево. Рядом легла банка сметаны (жирность 20%, то что надо), кусок хорошего сыра, бутылка воды, солонка и перечница. Из верхнего шкафчика достал банку красной сладкой паприки.

Масло начало плавиться. Пора.

Я разорвал упаковку. Вывалил первую порцию замороженных кружочков прямо в раскаленное масло. Раздалось агрессивное, трескучее «пш-ш-ш». Это был звук правильной температуры. Я вооружился деревянной лопаткой.

Никакой варки. Только хардкор, только золотистая корочка. Первые две минуты сковороду вообще нельзя трогать — пусть дно схватится ледяной броней теста. Затем начинается танец: наклонить сковороду, чтобы горячее масло затекло на верхний слой, аккуратно поддеть снизу, переворачивая каждый пельмень так, чтобы он лег на плоский бок. Главное правило выживания: не накрывать крышкой, иначе пар превратит аппетитный фаст-фуд в водянистую размазню.

Когда бока приобрели уверенный темно-золотой цвет, я убавил огонь до среднего. Выдавил сверху щедрую полосу густой сметаны. Она зашипела, тая и стекая в щели между пельменями. Добавил 100г воды. Тяжёлое облачко паприки для цвета и легкой сладости. И конечно немного соли. Финальный штрих — Сверху натер сыр на крупной терке — стружка падала белыми сугробами.

Теперь нужно было создать эффект духовки. Я взял крышку от старой кастрюли, которая стояла на подоконнике, и плотно накрыл сковороду. Сыр должен расплавиться в однородную тягучую массу, а сметана — пропитать тесто изнутри.

Пять минут ожидания тянулись вечностью. Запах плавленого сыра, жареного мясо из начинки и паприки ударил в нос так, что желудок снова свело болезненным спазмом. Во рту скопилась слюна.

Снял крышку. Проверил готовность дна — идеальный хруст. Выключил плиту. Переложил дымящуюся гору еды на большую плоскую тарелку, стараясь не растерять ни капли вытопившегося соуса. Сел за стол, придвинул поближе бутылку воды.

Первый укус обжег небо горячим соком мяса и жирным сыром. Тесто хрустнуло на зубах, рассыпаясь крошками. Я проглотил, даже не жуя толком, запивая ледяной водой. Второй. Третий.

Это была еда богов. После пяти суток тушенки, лапши быстрого приготовления и хлеба этот вкус казался вкусом победы. Не той, где ты убил много монстров, а той, где обычный человек наконец-то может позволить себе просто пожрать нормальной человеческой еды.

После ужина тело взяло своё окончательно. Желудок, набитый горячей едой и углеводами, послал сигнал в мозг: «Угроза голода миновала». Добравшись до кровати прямо в одежде, я рухнул лицом в подушку и отключился.

Проснулся словно от толчка. Электронные часы на тумбочке высвечивали 03:12. Спать больше не хотелось — организм перешел в режим хищника, которому нужно контролировать территорию.

Я сел, потер лицо ладонями. Сидеть в квартире было бессмысленно. Я открыл сайт охотников, зашел во вкладку «Поиск группы».

В прошлый раз мне просто нужна была легальная крыша над головой для поиска тайников. Теперь цель изменилась. Мне нужны деньги, много и быстро. Значит, пати должна быть адекватной. Никакого рандома из новичков, которые умирают от вида собственной тени.

Листая список активных заявок, я зацепился взглядом за знакомый никнейм. Сердце дало привычный сбой холодного расчета.

[Гром-77]

[Портал: Красные гоблины (Ранг 1)]

[Цель: Глубокий фарм кристаллов]

[Состав: Ищет ДД/Саппорт]

Палец замер над кнопкой сообщения. В прошлый раз он взял меня как дешевую батарейку для баффов, которая оказалась бесполезна. Возьмет ли он меня снова?

«Иван Брагин. Генерал. Готов зайти», — напечатал я.

Ответ пришел через пятнадцать секунд. Не прошло и минуты.

«Заходишь. В прошлый раз ты не тупил, да и парень вроде неплохой. Это ценно. Сбор у Восточных врат в субботу, 20:00. Срок — трое суток. Свою еду сам знаешь. Взнос за портал скинешь заранее».

Трое суток. Глубокий фарм.

До рейда оставалось шестнадцать часов.

Восточные врата. Ровно 20:00. Суббота.

Они стояли той же группой. Массивная фигура Виктора Громова, опирающегося на рукоять полуторника. Платяной шкаф Горохов со своей секирой. Пластичный силуэт Рыжова, сливающийся с тенями колонны. И Артур Власов, проверяющий натяжение тетивы.

Никаких приветственных речей. Кивок Виктора заменил слова.

— Двинули, — скомандовал паладин.

Мы шагнули в марево портала. Переход ударил по ногам, выдавливая воздух из легких, и вышвырнул нас в ту же самую низину. Знакомые черные стволы деревьев-великанов, тот же белесый кисель озера, стоящий неподвижно.

Но в этот раз мы пошли не к озеру. Виктор повел колонну назад, туда, где лес становился плотнее, а светящиеся прожилки на коре мерцали тусклее. Тем же построением: Громов и Горохов впереди клином, Рыжов слева по флангу, Власов контролирует тыл, я справа-сзади.

— Иван, — бросил Громов, не оборачиваясь, пока мы перешагивали поваленное антрацитовое дерево. — Прошлый раз ты стоял как баффер и даже умудрялся убивать мобов. Так что сегодня стоишь в строю. Если видишь пачку больше трех — подсвети танку шею или колени. Бей тех, кто пытается обойти Саню.

— Понял, — ответил я, перехватывая меч «Грань» удобнее. — Буду работать наравне.

И мы растворились в чернильной темноте чужого леса.

Группа двигалась плотной цепочкой, соблюдая дистанцию в три метра.

Первые два километра прошли рутинно. Мы зачистили четыре патруля по три-четыре особи. Громов и Горохов работали как мясорубка на входе, принимая удар на себя, Рыжов вырезал тех, кто пытался уйти во фланг, Власов методично снимал самых прытких стрелами в глазницы. Красные гоблины падали быстро.

Спустя сорок минут движения лес расступился. Впереди, метрах в ста ниже по склону, открылась широкая поляна. И там было поселение.

Оно выглядело точь-в-точь как то, что я нашел в учебном: черные шатры из шкур, частокол из заточенных бревен, котел над костром. Но масштаб был другим. По территории металось около сорока особей. Они не просто сидели у огня — они тренировались, дрались друг с другом, разделывали туши каких-то местных зверей. Дисциплина была выше, чем у зеленых доходяг.

И среди этой красной массы выделялся один. Он стоял чуть дальше от остальных, ближе к отвесной скале, замыкающей котловину сзади. Кожа темнее, почти черная. На голове вместо шлема скалился череп какого-то местного хищника с огромными клыками. По краям его шатра торчали кости. Вожак.

— Работаем, — прохрипел Виктор, опускаясь на одно колено за поваленным стволом. Мы залегли следом, сливаясь с тенями черных папоротников. Отсюда открывался идеальный вид сверху.

— Сорок рыл внизу. Плюс вожак. Поселение стоит в низине. У них только один вход — вон та тропа справа, между двух камней.

Он обвёл нас тяжелым взглядом.

— План простой. Нам нужен фарм, а не свалка всей толпой. Если зайдем в поселение— они задавят массой. Поэтому работаем чисто.

Виктор указал подбородком на позицию Артура:

— Власов остается здесь. Высота идеальная, ветер попутный. Твоя задача — контроль периметра и приоритет по мелочи. Не даешь никому разбежаться. Начинаешь работать только после того, как мы закрепимся на воротах.

Затем палец Виктора переместился к единственному проходу в частоколе:

— Основная группа спускается вот по этому оврагу. Подходим к входу максимально тихо. Занимаем створки. Главное правило этого боя — дверной проем работает на нас. Мы бьем их по одному, максимум по двое, когда они будут лезть наружу. Никакого открытого поля.

Взгляд паладина остановился на мне.

— Иван. Ты держишься сразу за Гороховым. Как только Саня принимает агро на щит, твоя задача — бить их.

— Так точно, — кивнул я.

— Теперь ювелирка, — Виктор посмотрел на Павла Рыжова. Ассасин уже проверял кинжалы, его глаза горели азартом. — Это твой выход. Пока мы месим мясо на входе, ты ждешь. Гоблин-вожак должен быть ликвидирован первым же ударом, иначе он будет вешать ауру ярости на всё стадо. Брагин, дай ему данные.

Я активировал [Тактический анализ], фокусируясь на фигуре в черепе. Уязвимость: Левая сторона шеи, под краем черепа.

Я передал координаты шепотом. Павел усмехнулся, пряча лицо под балаклаву.

— Сделаю чисто. Зайду со спины, пока вы шумите.

План сложился сам собой, элементы встали на места как детали часов:

Артур держит высоту, выбивая беглецов.Громов, Горохов и я становимся пробкой в бутылочном горлышке входа. Принимаем лобовой удар.Павел использует общую суматоху, чтобы зайти за спину элитнику. Один точный «Порез» должен снести шею напрочь.— Готовность десять минут, — бросил Виктор, поднимаясь. — Проверить снаряжение. Попрыгать, чтоб ничего не звенело. Выдвигаемся.

---

Конец главы 14

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 15. Половск

Мы спустились по склону, двигаясь пригнувшись. Земля здесь была влажной и рыхлой, ноги вязли в перегное, но ни одна ветка не хрустнула.

Павел скользнул вперед, прижимаясь к частоколу. Его силуэт растворился между бревен, словно дым на ветру. Ассасин выглядывал сквозь щели, сканируя поляну хищным взглядом.

— Вижу вожака, — прошептал он одними губами, указывая пальцем направление.

Я перевел взгляд. Он стоял там же, где и раньше: массивная фигура с черепом какого-то зверя на голове. 14 силы, 18 ловкости.

Громов поднял сжатый кулак. Мы замерли. Пять фигур слились с багровым лесом.

Сигнал атаки пришел беззвучно — просто резкий рубящий взмах ладонью вниз.

Стрела Артура прошила пространство со свистом. Наконечник вошел точно в открытую шею гоблина-дозорного, стоявшего на вышке из костей. Хруст позвонков был слышен даже нам. Тварь булькнула кровью и повисла на ограждении.

Горохов взревел так, что задрожали листья на ближайших папоротниках. Это было не слово, а чистый животный вызов. Он шагнул из-за куста, выходя на открытое пространство перед единственным входом.

— Мясо! Сюда!

Вожак внутри поселения среагировал мгновенно. Маленькие красные глазки зафиксировали массивную фигуру титана. Черная кожа вожака натянулась, череп животного на его голове казался продолжением собственного скальпа. Он рявкнул приказ на своем языке, указывая узловатым пальцем на просвет между камнями.

И лавина сорвалась. Сорок красных тел одновременно бросились к выходу. Никакого строя, только первобытная ярость голодной стаи. Они бежали плотной массой, выставив вперед костяные тесаки и грубые копья.

Но пока стадо неслось к нам, в их построении уже зияла дыра. Рыжов использовал этот момент всеобщего замешательства идеально. Ассасин буквально растворился в воздухе там, где стоял, используя «Рывок теней». Для обычного глаза это выглядело как мгновенная телепортация сквозь щели частокола.

Он материализовался прямо за спиной вожака, который всё еще орал команды, повернувшись к своим подчиненным. Кинжал вошел ровно туда, куда я сказал — под основание черепа, в стык шейных позвонков. Удар был коротким, экономичным, без замаха. Лезвие пробило плоть по самую гарду. Провернуть. Выдернуть.

Вожак хрипнул, его колени подкосились. Прежде чем черная туша рухнула лицом в грязь, Павел уже оттолкнулся от неё, уходя перекатом за ближайший шатер. Исчез. Растворился в тылу врага.

Оставшиеся врезались в нашу стену.

Горохов принял удар на себя. Широкий щит-павеза с лязгом встретил первого бегущего, смяв ему грудную клетку и отбросив назад на соплеменников. Второй получил удар обухом секиры по ключице — звук был похож на раскол сухого полена. Саня работал методично: принимал агро, блокировал, создавал давку своей массой.

Громов работал мясорубкой прямо за ним, его клинок пел песню смерти, отсекая конечности и раскалывая черепа.

Моя роль началась сейчас. Громов и Горохов собирали основной урон, работая прессом. Моя задача — хирургия. Не дать мелочи нанести критический урон нашему танку.

Я скользнул вправо, заходя во фланг толпы. Гоблин попытался проскочить мимо щита Горохова, целясь своим тесаком, под пластину защиты — в бедро титана. Мой клинок чиркнул сверху вниз. Рассечение сухожилия под коленом. Нога сложилась пополам. Добивающий удар в основание шеи прервал визг. Второй метил копьем в незащищенный бок Виктора, пока тот разворачивался. Уклонение корпусом. Мой выпад снизу вверх прошел между его собственных ног, пронзая печень моба. Третий запрыгнул на спину упавшего собрата, пытаясь перепрыгнуть через строй прямо на Горохова. Свист стрелы Артура опередил мой замысел — черный наконечник вошел прыгуну в висок на подлете.

Сзади, из глубины поселения, начали доноситься короткие, влажные звуки. Тихое «хлюп-хлюп». Это Рыжов начал работу. Ассасин превратился в эпидемию паники в тылу. Резать глотки тем, кто пытался убежать или организовать лучников на крышах шатров. Никаких красивых поединков — чистая ликвидация командиров.

Бой длился меньше двух минут. Поляна перед входом превратилась в завал из дергающихся тел. Воздух стал густым от запаха горячей крови и содержимого вспоротых животов.

— Доклад, — прохрипел Громов, опираясь на меч. Дыхание вырывалось из его груди тяжелыми клубами пара.

— Цел, — басом отозвался Горохов, стряхивая с наплечника ошметки чужой плоти.

— Порядок, — кивнул Артур, опуская лук.

— Чисто, — донеслось из-за шатра. Павел вышел, стряхивая кровь с лезвия кинжала.

— Я тоже цел, — сказал я, проверяя целостность брони.

— Работаем быстро, — скомандовал Громов, доставая свой охотничий нож. — Кристаллы. Иван, помогай лутать. Арт — смотри лес.

Следующие пять минут мы работали как патологоанатомы. Методичный разрез грудины каждого. Пальцы внутрь, поиск теплого камня среди осколков ребер и слизи. Кристаллов выпало двадцать четыре штуки.

Виктор пересчитал трупы, сплюнул тягучую слюну и выпрямился.

— Итого сорок семь тушек. Потерь нет. Добыча есть. План работает. Продолжаем в таком же духе. Двинули дальше.

Мы перестроились. Горохов снова занял место тарана, принимая на грудь тяжелый щит. Группа двинулась прочь от разгромленного поселка, оставляя за спиной остывающее поле битвы.

Мы продолжили движение, углубляясь в лес. Следующие два дня прошли быстро и просто.

Но к исходу третьего дня статистика начала удручать. Мы зачистили территорию на несколько километров вокруг, выбив всё живое первого ранга. Плотность мобов падала экспоненциально.

Вечером третьего дня, когда мы разбили лагерь для ночлега, Виктор тяжело оперся о дерево. Он выглядел изможденным — но не в физическом плане.

— Подводим итоги, — прохрипел он. — Общий счетчик убитых... пятьсот двенадцать гоблинов. Кристаллов добыто двести сорок четыре штуки.

Виктор потер переносицу под шлемом.

— Не густо. Чуть больше сотни тушек в день. Это почти в два раза меньше нашего прошлого рейда. Они просто кончаются.

Он обвел нас тяжелым взглядом.

— Падение плотности всегда означает одно — истощение портала. Раз добычи стало мало, значит, со дня на день ассоциация пришлет сюда группу зачистки. Портал схлопнется, и откроется снова только через неделю, если повезет. Нам здесь больше делать нечего. Собирайте манатки, выдвигаемся к выходу прямо сейчас.

Спорить с фактами было бесполезно.

Шипение Восточных врат показалось самым приятным звуком за последние шестьдесят часов.

В пункте Ассоциации царила утренняя суета. Громов молча выгреб содержимое наших подсумков на прилавок.

Девушка надела перчатки, приложила сканер. Прибор долго гудел, считывая энергию каждой единицы. — Итого принято: двести сорок четыре кристалла. Первый ранг угрозы. С вычетом налога...

Цифры высветились на экране терминала:

[Общая стоимость лота: 2 171 600 руб.]

[-10% доля лидера (Гром-77): -217 160 руб.]

[Остаток к распределению: 1 954 440 руб.]

[Доля участника: 390 888 руб.]

Писк уведомления о зачислении средств совпал с глухим стуком моего рюкзака о пол. Почти четыреста тысяч рублей за три дня работы. Неплохо, но по сравнению с прошлыми рейдами — это лишь поддержание штанов.

— Бывайте, — буркнул Виктор, пожимая руки. — Если портал будет уже на следующей недели — маякну.

Остальные молча кивнули. Группа распалась так же быстро, как и собралась.

Я вызвал машину. Домой добрался ближе к обеду.

Квартира встретила меня привычной духотой и тишиной. Я прошел на кухню, поставил чайник. Тело требовало сна, но мозг продолжал работать. Остатки еды — засохший хлеб и пара галет — полетели в мусорное ведро.

Горячий душ смыл трехдневную грязь и чужую кровь. Упав на кровать поверх одеяла, я провалился в сон еще до того, как голова коснулась подушки.

Я проснулся когда за окном вместо привычного серого бетона спального района плыл багровый закат. Часы на смартфоне показывали начало седьмого вечера.

Тело затекло от не удобной позы. Я сел на край кровати. В голове было пусто и легко.

Приведя себя в порядок, я поймал себя на мысли, что давненько не был дома. Родители всё еще жили в нашем маленьком городке, откуда мы с Серегой когда-то уехали покорять города побольше. Пожалуй, сейчас самое время для визита. Отдых от порталов тоже нужен.

Экипировка отправилась в инвентарь. Из квартиры я выходил налегке — только старая ветровка, джинсы и пустой рюкзак.

Дорога до вокзала заняла сорок минут на такси. Кассы дальнего следования встретили меня гулом голосов и запахом шаурмы. До отправления скоростного экспресса оставался час. Очередь к терминалам двигалась быстро. Первый класс, четырёх местное купе. Двенадцать часов пути. Как раз приеду к утру, успею перехватить отца перед сменой на заводе. Закинув в корзину пару готовых салатов, бутылку воды и упаковку пирожков (по старой памяти зная, что вокзальная еда убивает желудок), я направился к перрону.

Первый вагон встретил меня тишиной ковровых дорожек и запахом дорогого пластика. Купе первого класса оказалось просторным, хоть и четыре места. Моя полка была второй, верхней. Забросив рюкзак в нишу для белья, я рухнул на матрас. Мягко.

Дверь отъехала в сторону с тихим шипением ровно в момент отправления.

На пороге стояла девушка. Лет двадцать пять, не больше. Густые черные волосы падали крупными кудрями на плечи, обрамляя лицо сердечком. Черные глаза смотрели внимательно и чуть настороженно. Она была одета просто — серый дорожный костюм и кроссовки, но выглядела так, будто сошла с обложки журнала. Следом за ней протиснулся парень лет пятнадцати — долговязый, нескладный, со свежим подростковым пушком над верхней губой и горящими от восторга глазами. Брат, сомнений быть не могло.

Они заняли нижние полки. Девушка села у окна, достав планшет, мальчишка тут же плюхнулся на соседнюю полку и прилип носом к стеклу, разглядывая уплывающий вокзал.

Просто лежать и смотреть в потолок было скучно. К тому же, их разговор о документах звучал слишком знакомо.

— Поступать приезжали? — спросил я, свесив голову вниз.

Девушка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

— Да, — кивнула она. — В Высшую школу охотников №4. Ему... — она ласково потрепала брата по затылку, — ...пятнадцать исполнилось. Решил вот, охотником стать. Или специалистом в той области, если не пробудиться.

— Значит, четвертая школа? — усмехнулся я. — Передайте привет Георгичу.

— Так ты тоже там учишься? — спросила она осторожно.

— Нет, — качнул головой я. — Уже выпустился.

Она помолчала секунду, видимо подбирая слова.

— И как там? Сложно будет? Он спит и видит себя Пробужденным, говорит, что порвет всех на экзамене...

Я пожал плечами, закидывая руки за голову.

— Каждому своё. Там система такая же, как в обычной школе. Те же уроки, те же перемены. Только предметы другие. Вместо химии — анатомия монстров первого ранга. Вместо истории России — история появления первых порталов. Ну и отношение другое. К тебе относятся не как к школьнику, которого нужно нянчить, а как к защитнику Отечества, которому завтра идти под нож. Поэтому спрос огромный. Один косяк всей группы на полосе препятствий — и бежите заново, пока легкие не выплюнете. Халявы нет.

Парень притих, переваривая информацию. Романтический флер профессии охотника столкнулся с реальностью уставшего выпускника. Это хорошо. Пусть боится заранее.

Дорога до Половска пролетела незаметно. Разговоры с Катей и её братом Мишаней скрасили остаток пути — она оказалась студенткой медицинского, ехала домой на каникулы, а брата просто взяла под опеку, чтобы тот не наделал глупостей в большом городе. На прошлой станции они тепло попрощались, забрав свои сумки, и я остался в купе один.

Поезд начал сбавлять ход, замедляясь у знакомого с детства перрона. Табло высветило название: «Половск». Мой родной городок, где всё осталось по-старому: те же двухэтажные обшарпанные дома, тот же запах шпал и креозота от депо.

Я спрыгнул со второй ступеньки вагона прямо на потрескавшийся асфальт платформы. Часы показывали начало восьмого утра. До дома отсюда минут двадцать быстрым шагом через частный сектор. Значит, отца я еще застану — его смена начинается в восемь тридцать.

Городок только просыпался. Редкие прохожие спешили к автобусам, из труб частных домов тянулся дымок — завтрак готовили. Я шел знакомым маршрутом, обходя лужи после ночного дождя.

Вот и наша калитка, выкрашенная той же синей краской, что и три года назад. Возле старенького отцовского фургона возился силуэт. Он как раз закрывал водительскую дверь, когда услышал мои шаги.

— Батя?

Отец обернулся. Мгновение он щурился против утреннего солнца, пытаясь узнать выросшего сына, а потом широкая улыбка расплылась по его лицу.

— Ванька! Тьфу ты, здоровый какой стал.

Он шагнул навстречу, раскрывая объятия. От него пахло машинным маслом, дешевым табаком и морозной свежестью — привычный запах моего детства. Мы крепко обнялись.

— Ты чего здесь? — спросил он, хлопая меня по спине. — Случилось что?

— Да нет, бать, — ответил я, отстраняясь. — Просто соскучился. Навестить решил. А то как уехал поступать, так и не навещал все это время.

Он хмыкнул, оглядывая мою куртку.

— Ладно, вечером свидимся.

— У тебя же смена сейчас?

— Ага, в восемь-тридцать, — кивнул он на машину. — Но это не проблема. Подменюсь с Михалычем, выходной возьму завтра. Давай посидим нормально.

— Бать, слушай, — я посмотрел ему в глаза. Голос вдруг стал тверже. — Если тебе деньги нужны или работа давит — скажи. Вы там экономите вечно. Я теперь нормально зарабатываю, нам всем хватит. Можешь вообще не париться.

Отец сначала нахмурился, думая, что я предлагаю подачку, но потом громко расхохотался, запрокинув голову. Смех был таким искренним, что я невольно улыбнулся в ответ.

— Дурак ты, сын, хоть и взрослый совсем, — сказал он, вытирая выступившую слезу уголком глаза. — Мне дома-то делать нечего будет, Ваня. Скучно. Тут хоть железки живые, мужики рядом, руки заняты. Еще и платят вовремя, премию вот дали.

Спорить было бесполезно. Это была его территория, его способ чувствовать себя живым. Я лишь кивнул.

— Хорошо. Но если что — знаешь номер.

— Знаю-знаю, — он снова приобнял меня. — Иди мать порадуй, вон она в окне мелькнула.

Мы пожали друг другу руки. Отец сел за руль своего дребезжащего фургона, махнул мне рукой через стекло и покатил в сторону завода, поднимая облачко пыли.

«Надо на права сдать», — подумал я, глядя вслед удаляющимся красным габаритам. Ездить на общественном транспорте каждый раз, когда куда-то нужно — та еще морока.

Ворота закрылись за мной с тихим скрипом. Дворик выглядел ухоженным — отец всегда следил за порядком, даже зимой разгребая снег до асфальта. Из приоткрытой форточки кухни тянуло запахом горячего теста и мяса.

Едва я переступил порог сеней, дверь в дом распахнулась. Мама стояла на пороге, вытирая руки о передник. Она замерла на секунду, словно не веря глазам, а потом бросилась ко мне, едва не сбив с ног. Объятие получилось крепким, почти болезненным. Плечи её мелко затряслись.

— Ванечка... господи. Хоть бы написал заранее.

— Прости, мам, сорвался внезапно, — пробормотал я, поглаживая её по волосам. От неё всё так же пахло домом и уютом. — Да пусти ты, раздавишь. Живой я.

Она отпустила меня, держа за плечи на расстоянии вытянутой руки, и быстро-быстро осмотрела с ног до головы, ища раны или синяки.

— Целый... Худющий только. Проходи скорее, горе ты мое. Беляши горячие еще.

Я прошел на кухню. Стол был завален мукой, посреди огромного таза лежало сырое тесто.

— Какими судьбами тут? — спросила она, возвращаясь к плите, чтобы снять сковороду. — Училище ваше закрылось на карантин?

— Да какое училище, мам, — усмехнулся я, садясь на свое детское место у окна. — Закончил я всё. Просто приехал. По вам скучно стало.

Мама поставила тарелку с дымящимся мясным пирогом передо мной. Масло капало с румяного бока прямо на скатерть.

— Кушай, кушай, — засуетилась она. — Худой совсем.

Она села напротив, подперев щеку рукой, и смотрела, как я ем. Этот взгляд невозможно спутать ни с чем — смесь бесконечной любви и тревоги.

Когда первый голод был утолен, мама тяжело вздохнула:

— Мы ведь тогда брать побоялись... Деньги эти, что ты прислал.

Я чуть не подавился куском теста. Вот идиот. Отправляя триста тысяч на их карту тем вечером, я был настолько поглощен своими расчетами и усталостью, что совершенно забыл про человеческую психологию. Для них такая сумма — целое состояние, свалившееся с неба. Они наверняка подумали, что это ошибка банка или мошенничество.

— Это я для вас отправил, — продолжил я, прожевав. — Почему не пользуетесь?

— Ванюш, ну какие триста тысяч... — начала оправдываться она. — У нас пенсия, зарплата отца... Зачем нам твои копейки молодежные? Мы ж понимаем, вам самим там тяжко в столицах этих.

Тут терпение лопнуло. Я положил вилку на стол.

— Мам. Послушай меня внимательно. Во-первых, это не копейки. Во-вторых, я перевел их вам, а не в фонд помощи голодающим Африки. Они ваши. Поняла? Ваши.

Я залез во внутренний карман куртки, достал смартфон и открыл банковское приложение. Баланс всё еще радовал глаз цифрами.

— С этого дня, — произнес я, глядя ей прямо в глаза, — каждый месяц вам будеи падать определенная сумма. Нормальная сумма. Хватит и на ремонт крыши, и на новую стиралку, и на врачей.

— Сынок, да зачем нам столько... — попыталась возразить она, краснея.

— Мам, — отрезал я мягко, но бескомпромиссно. — Спорить не будем. Код подтверждения карты у вас есть. Захотите — снимете, захотите — оставите на вкладе. Но обратно я их не заберу. Ясно?

Она посмотрела на меня, потом на экран телефона, который я подвинул к ней, и её нижняя губа снова задрожала. Но спорить она больше не стала. Только часто-часто закивала, промокая уголок глаза краем фартука.

— Спасибо, Ваня... — прошептала она. — Дай бог тебе здоровья.

Я доел последний кусок беляша, чувствуя, как сытость и тепло родного дома окончательно вытесняют из памяти лес и хруст костей. Кажется, именно за этим люди и становятся охотниками — чтобы их матери могли спокойно печь пироги, не считая каждую копейку дрожжевого теста.

---

Конец главы 15

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 16. Великий охотник

— А Настька-то где? — спросил я, отодвигая пустую тарелку. Сытость наконец-то придавила плечи к спинке стула, разгоняя остатки дорожной хмури.

Мама как раз наливала мне чай в любимую чашку с отколотой ручкой.

— Да у Ленки Киселевой она ночевала, — махнула она рукой в сторону окна. — Если бы знала, что ты нагрянешь... Я сейчас позвоню ей, скажу, чтоб бежала домой.

— Не дергай её, мам, — остановил я её. — Я сам дойду, ноги не отсохли. Она ведь всё там же живет?

— Там-там, куда денется, — улыбнулась мама, протягивая мне печенье. — Только ты это... по главной улице иди, а то отец твой вчера говорил, забор у Петровых совсем завалился, обходить пришлось.

— Понял разведку, — кивнул я, поднимаясь из-за стола. — Спасибо за завтрак, мам. Лучшие беляши в жизни.

Я вышел на крыльцо. Утреннее солнце уже начало припекать, обещая жаркий день. Улица была почти пустой — все взрослые либо на работе, либо еще спят после ночной смены.

Дорога до дома Киселевых заняла минут пять неспешным шагом. Знакомые заборы, знакомые калитки. Кто-то из соседей выгребал листву граблями и замер, увидев меня:

— Иван? Ты, что ли? Ну здоровый вымахал! Мать твоя говорила, ты в столице этой...

— Здорово, дядь Миш, — кивнул я ему. — Всё там же. Просто отпуск взял.

Дом Лены стоял чуть в глубине участка. Старый штакетник покосился еще сильнее моего детства. Я прошел по тропинке и постучал кулаком прямо в стекло веранды — звонка здесь все так же не было.

Внутри зашуршало. Через секунду створка окна распахнулась, и оттуда высунулась голова Вики — младшей сестры Лены. Девчонка округлила глаза:

— Ой! Дядя Ваня! Вы к нам?

— Привет, Викусь. Настя у вас?

— Да! — пискнула та и тут же исчезла внутрь, крикнув во всю мощь легких:

— НАСТЬ! К ТЕБЕ ТУТ!

Ждать долго не пришлось. Скрипнула входная дверь, и на крыльцо вылетела сестра. За те три года, что мы не виделись, она вытянулась еще больше, превратившись из нескладного ребенка в подростка. Джинсы, растянутый свитер, волосы собраны в небрежный пучок. Но глаза — мамины, огромные и испуганные перед большим миром.

Она сбежала с крыльца и буквально прыгнула мне на шею, едва не повалив обратно на грядки с флоксами.

— Братик! — выдохнула она мне в ухо. — Я думала ты не скоро приедешь! Мы ждали-ждали...

— Отдохнуть решил, — усмехнулся я, крепко обнимая её в ответ. От неё пахло яблочным шампунем и детством. — Только утром сошел.

Она отстранилась, держа меня за рукава куртки и рассматривая лицо:

— Похудел. И стрижка дурацкая. Тебе не идет.

— Зато модная, — парировал я.

Настя замотала головой, указывая большим пальцем себе за спину, на дом подружки:

— Погоди, я мигом!

— Домой можешь к вечеру вернуться — отрезал я тоном, не терпящим возражений. — Сейчас тебе собираться смысла нет. Мне нужно кое-куда отойти по делам часика на два-три. Так что сиди тут, ешь блины, смотри свои тиктоки.

Сестра скорчила недовольную гримасу, но спорить не стала. Характером пошла в отца — если старший сказал «надо», значит надо.

— Ладно, — буркнула она. — А чего приезжал-то? Просто так?

Я присел на ступеньку крыльца, переводя дух. Вот он, момент истины.

— Ладно, колись, партизанка, — сказал я, глядя, как над соседским огородом поднимается дымок бани. — Какие планы на жизнь после школы? До одиннадцатого класса сидеть? В наш заборостроительный колледж документы подавать?

Она перестала жевать травинку, которую крутила в пальцах. Замялась, опустила взгляд на свои кроссовки.

— Я... думала про Высшую школу охотников пробовать, — выпалила она на одном дыхании, словно боясь, что запретят. Покосилась на меня, ожидая реакции.

Я позволил легкой улыбке появиться на губах. Внутри же всё похолодело от ответственности, но виду я не подал.

— Хорошо, — кивнул я.

Она подняла на меня удивленный взгляд, ожидая лекции о том, как это опасно и что там одни мужики-убийцы.

— Правда? — тихо спросила она.

— Правда, — подтвердил я, поднимаясь и отряхивая джинсы. — Но поедем вместе. Я тебе город покажу, расскажу, кто такой охотник на самом деле, и объясню, почему синяя форма пачкается быстрее, чем черная.

Она снова бросилась обнимать меня, чуть не плача от радости.

— Спасибо, братик!

Я похлопал её по спине. Решение принято. Пусть пробует. Остановить её сейчас — значит вырастить врага в собственном доме. Лучше держать её рядом, под своим крылом.

«Значит, быть тебе охотником», — подумал я, отстраняясь и заглядывая ей в глаза. — «Но ходить в порталы будешь только под надежным присмотром. И экипировку мы тебе соберем такую, что мобы будут разбегаться от одного блеска брони. Никаких дешевых железяк».

— Ладно, мне пора, — я мягко отстранил сестру.

— А куда ты? — нахмурилась Настя.

— Дела старые закрыть надо, — туманно ответил я.

Я вышел за калитку и быстрым шагом направился обратно к своему дому. Солнце уже поднялось выше, прогревая воздух. Половск жил своей ленивой субботней жизнью: где-то лаяла собака, пахло дымом березовых дров.

Наш дом встретил меня тишиной — мама наверняка ушла в огород или к соседке делиться новостями о внезапном приезде сына. Мне это было на руку. Я обошел дом по скрипучим доскам веранды и завернул за угол, туда, где стоял старый сарай-дровяник.

Дверь открылась со знакомым ржавым скрипом. Внутри пахло сухой пылью, сеном и бензином. Для постороннего это был просто склад хлама: старые шины, сломанный телевизор, дедов верстак, накрытый пожелтевшей газетой. Но я знал каждый угол здесь. В дальнем конце, под толстым слоем пыльного брезента, угадывались очертания рамы.

Я сдернул ткань. Вот он. Старый «Урал» темно-зеленого цвета. Краска облупилась, резина потрескалась, но цепь была смазана, а педали крутились без единого звука. Дед всегда следил за техникой даже после того, как купил себе старенькую «Ниву». Велосипед для него был символом свободы передвижения, когда порталы только начали рвать карту страны, а нормальные дороги стали смертельными ловушками.

Выкатил его во двор. Кожаное седло сухо скрипнуло под моим весом. Руль чуть повело вправо — привычная болячка этой модели. Я оттолкнулся ногой.

Дорога до выезда из города заняла около двадцати минут. Ноги, привыкшие к стальным нагрузкам в портале, крутили педали играючи, почти не чувствуя сопротивления старого велосипеда. Я проехал мимо школы, где мы учились с Серегой, мимо закрытого кинотеатра «Заря», мимо чебуречной, откуда всегда тянуло горелым маслом. Городок становился всё меньше в зеркальце заднего вида, пока дома не сменились редколесьем.

Асфальт закончился, перейдя в укатанную грунтовку. Еще десять минут тряски по ухабам, и справа показался высокий металлический забор, выкрашенный суриком.

Кладбище.

Я притормозил, спрыгнул на землю и прислонил велосипед к столбу забора. Цеплять замком не стал — кто будет красть этот кусок железа в такой глуши?

Калитка скрипнула. Здесь всегда стояла особая, звенящая тишина, которую не нарушал даже ветер в кронах старых тополей. Я пошел по центральной аллее, сворачивая по памяти налево, потом направо, между рядов одинаковых серых памятников.

Вот она. Участок 14-Б. Земляной холмик давно зарос густой травой, деревянный крест потемнел от дождей, но фотография под стеклом была чистой. Кто-то ухаживал. Мать, наверное. Или сестра приходила.

Брагин Михаил Фёдорович. 1966 – 2019.

Я снял рюкзак, бросил его на сухую траву рядом с оградкой и сел прямо на мягкую землю, привалившись спиной к холодной перекладине креста. Достал сигарету, закурил и положил рядом с ним.

— Ну привет, деда, — выпустил я сизый дым. — Давно не виделись.

Ветер шевельнул листья над головой. Казалось, он сейчас ответит своим густым, прокуренным басом: «Чего приперся? Опять двойку схватил?».

— Спасибо, что научил всему, — продолжил я тихо, глядя на выбитые в камне цифры. — Тому, как держать меч, тому, как просчитывать ситуацию, и тому, что нельзя жалеть себя, если хочешь вытащить других. Я стараюсь придерживаться сказанного тобой. Честно.

Михаил Брагин. Один из первых Пробужденных. Когда двадцать пять лет назад небо начало рваться и упало несколько метеоритов, большинство сходило с ума от страха. А он взял свой охотничий карабин и пошел смотреть, что за твари оттуда лезут. Великий охотник пятого ранга угрозы своего времени. Легенда регионального масштаба. Если бы он сейчас был жив... он бы точно перевалил за седьмой ранг. Не из-за жажды силы, а потому что иначе просто не умел — либо ты стоишь стеной, либо тебя нет.

Я улыбнулся, вспомнив его уроки выживания в лесу, которые казались нам с пацанами просто игрой в войнушку. Теперь эти игры кормят меня и семью

— Спи спокойно, — сказал я, туша окурок о каблук ботинка и пряча его в карман — мусорить здесь было святотатством. — Я разберусь с этим бардаком. Обещаю.

Я поднялся, отряхивая джинсы от сухих травинок. Закинул рюкзак на плечо. Поправил фотографию под стеклом, смахнув невидимую пылинку. Развернулся и пошел прочь, не оглядываясь. Мертвым нужны не наши слезы, а то, чтобы дело их жизни продолжалось.

Дорога до дома заняла те же тридцать минут. Солнце уже палило нещадно, превращая утреннюю прохладу в летний зной.

Следующие три дня я решил привести время с семьей. Мы съездили на кладбище к бабушке по материнской линии — дед там стоял особняком, суровый и правильный, а бабушка была душой семьи. Мама закармливала нас так, что я начал бояться за пуговицы на джинсах. Настя висела на телефоне, рассказывая всем подружкам, что её «тот самый брат-охотник» приехал и теперь всё будет иначе. Отец молча улыбался в усы, глядя, как мы сидим вечерами на крыльце.

Но время неумолимо. В понедельник вечером вокзал Половска снова встретил нас гулом динамиков. Билеты были куплены заранее — первый вагон, купе на четверых. Проводница удивилась, когда увидела перед собой двоих: высокого парня с тяжелым взглядом (это я) и девчонку-подростка с огромными чемоданами новой одежды (Настя настояла купить всё в местном ТЦ на выданные мной деньги).

Как только дверь закрылась, выяснилось, что судьба подарила нам удачу — соседи по купе так и не явились. Видимо, опоздали или сдали билеты. Мы остались вдвоем.

— Ну вот, хоть поговорить можно нормально, — выдохнула Настя, падая на нижнюю полку напротив меня.

Дорога пролетела незаметно. Мы болтали обо всём: о её оценках, о моих дурацких кабанах, о том, какие платья сейчас носят в столице, и почему мой меч называется «Грань». Она спала наверху, я внизу. Впервые за долгое время мне снились не красные гоблины, а тихий плеск белого озера в портале.

Утро вторника встретило нас шумом огромного вокзала мегаполиса. Толпа засасывала, давила со всех сторон. Настя крутила головой во все стороны, пытаясь удержать челюсть на месте — после сонного Половска этот муравейник вызывал священный трепет.

Мы поймали такси. Моя съемная однушка встретила нас духотой и звенящей пустотой. И тут я совершил классическую ошибку человека, который привык жить один: забыл про бытовые мелочи.

Когда мы зашли внутрь, Настя замерла на пороге комнаты. Её взгляд метнулся от старой кровати к пустой кухне, где из мебели был только стол и одна табуретка.

— Э-э... Ваня? — протянула она. — А я... где спать буду?

Я оглядел свои хоромы. Действительно. Глупо получилось. Привезти сестру из провинции в столицу, чтобы положить её на пол в конуре.

— Так, план меняется, — сказал я, доставая телефон. — Собирай вещи обратно. Мы переезжаем.

Пока Настя растерянно стояла посреди комнаты, я уже вбивал параметры поиска в приложении аренды. Район менять нельзя — он одинаково близко ко всем порталам. Три комнаты. Минимум восемьдесят квадратов. С мебелью и ремонтом.

Варианты посыпались сразу. Рынок недвижимости специфичен: многие уезжают навсегда или гибнут, освобождая жилье. Нашел отличный вариант буквально в соседнем квартале. Высокий этаж, панорамные окна, свежий ремонт под ключ. Цена кусалась — семьдесят пять тысяч в месяц. Для обычного курьера это месячная зарплата. Для меня — два часа фарма красных гоблинов. Смешно экономить на комфорте родного человека.

— Собирайся, говорю, — я подтолкнул её к выходу. — Ключи хозяину надо отдать.

Закинул на плечо свой рюкзак. Кристаллы. Они лежали мертвым грузом. Оставлять их здесь при переезде глупо.

Я открыл интерфейс. [Инвентарь: 6 / 19 кг]. Начал перекидывать камни прямо в комнате, пока Настя вышла на балкон подышать воздухом. Тринадцать килограмм легли в скрытое пространство бесшумно. Остальные одиннадцать пришлось убрать в обычный рюкзак. Спина почувствовала приятную тяжесть миллиона рублей.

Хозяин квартиры — вечно недовольный мужик лет шестидесяти — пришел через пятнадцать минут. Он придирчиво осмотрел обои («А чего пятно на стене размыто? Вы его терли?»), проверил сантехнику и лишь убедившись, что ничего не сломано, забрал ключи.

— Бывай, — буркнул он, скрываясь в лифте.

Я вернулся в подъезд, взял тяжелый рюкзак одной рукой, другой приобнял Настю за плечи:

— Пойдем, принцесса. Покажу тебе твой новый замок.

Через десять минут мы стояли перед дверью нашей новой жизни. Я приложил карту-ключ к замку. Замок щелкнул. Внутри пахло свежей краской и свободой. Места здесь было столько, что крикнуть «ау» хотелось чисто ради акустики.

Настя тут же оккупировала комнату с балконом, заявив, что вид на город — это главное. Я спорить не стал. Мое место всё равно в основном не дома.

Первым делом нужно было решить вопрос безопасности капитала. Пока сестра прыгала на диване в гостиной, я прошел в свою спальню. В углу, стоял большой шкаф, нашлось подходящее место. Пару минут, — и тайник готов.

— Ваня! — крикнула Настя с балкона. — Тут соседка снизу орет на кого-то внизу! Смешно так!

Я усмехнулся. Добро пожаловать в мегаполис, мелкая.

Разбирать вещи долго не пришлось. Мой гардероб состоял из трех видов одежды: грязная, чистая и то, в чем я сплю. У Насти же вещей хватило бы на открытие филиала торгового центра. Мы просто покидали её чемоданы в шкаф.

Когда часы показали половину двенадцатого, а желудок начал настойчиво требовать компенсации за вокзальные пирожки, мы решили прогуляться.

— Одевайся, обувайся, — бросил я, зашнуровывая берцы. — Пойдем смотреть твой новый мир.

Следующие восемь часов превратились в одно сплошное пятно впечатлений. Для меня этот город давно стал картой квестов и маршрутов до порталов. Для неё — сказкой.

Мы вышли из прохладного подъезда в липкую жару улицы. Сначала спустились в метро. Настя вцепилась в мою руку, когда поезд с грохотом влетел на станцию — для девочки из Половска, где самым громким звуком был рев комбайна в поле, это было равносильно встрече с диким зверем.

Потом была площадь охотников, где она крутила головой так, что чуть не свернула шею. ГУМ, фонтан, дорогое мороженое, которое таяло быстрее, чем мы успевали его есть. Мы шли по Никольской, увешанной гирляндами даже днем. Она фотографировала каждый угол на старый телефон, пока я буквально силой не заставил её взять новый («Связь должна быть нормальной, Насть»).

Мы обошли только центр. За целый день непрерывной ходьбы мы увидели от силы десятую часть того, что мог предложить город. Подали документы в филиал Высшей школы охотников прямо у станции метро — терминал принял биометрию сестры без вопросов, присвоив ей временный номер кандидата. Первый шаг сделан.

К вечеру ноги гудели даже у меня. Мы сидели на лавке в каком-то сквере, поедая шаурму из ларька, которая пахла божественно после дня на ногах.

— Держи, — я протянул ей черную металлическую карту. — Это дубликат моего счета. Там лимит приличный. Считай это подъемными. Купи себе нормальную одежду, обувь, ноутбук какой-нибудь. Короче, ни в чем себе не отказывай. Только глупостей не покупай.

Она посмотрела на карту, потом на меня глазами размером с блюдце.

— Ваня... там же миллионы? Ты мне карточку от миллионов даешь?

— Там ограниченный лимит на траты в день, чтобы ты случайно яхту не купила, — хмыкнул я. — Бери-бери. Мне родители всю жизнь во всем отказывали, чтоб я вырос. А у тебя должно быть нормальное детство... ну или юность.

Пока она растерянно вертела кусок пластика в руках, мой собственный телефон издал короткий вибросигнал. Не звонок. Сообщение в мессенджере. Окно уведомлений высветило знакомое имя.

— Мне нужно отлучиться, — сказал я, поднимаясь и натягивая капюшон. — Срочное дело нарисовалось. Ключ у тебя есть. И Настя...

— А? — она вскинула голову.

— По сторонам смотри. Город большой, люди разные.

Я развернулся и быстрым шагом направился к краю сквера, ловя попутку через приложение.

---

Конец главы 16

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 17. Права

Я подъехал к указанному адресу и вылез из машины. Это был не жилой дом и не офисный центр, а старый трехэтажное здание с облупившейся лепниной, над входом которого висела вывеска «Бар "Тихая Гавань"». Из-за дверей доносился приглушенный гул голосов и звон посуды.

Я набрал номер.

— Я на месте, — сказал я в трубку. — Но тут бар. Ты точно указал верный адрес?

В ответ послышался смешок:

— Все верно, заходи. Мы на втором этаже, столик у окна.

Колокольчик над дверью звякнул с издевательской бодростью.

Внутри пахло так, как и должен пахнуть бар: застарелым хмелем, пережаренным мясом и дешевым мужским дезодорантом, которым пытаются забить запах пота. Несколько мутных взглядов мазнули по моей куртке и тут же потеряли интерес. Я здесь не был чужим — я просто был никем.

Лестница на второй этаж скрипела под ногами. Я толкнул дверь и оказался в небольшом зале, отделанном темным деревом. За одним из столиков у панорамного окна сидели все те же лица: Громов, Горохов, Власов и Рыжов. Только вместо тактической экипировки на них были обычные джинсы и футболки, что делало их похожими на обычных студентов, а не на машину для убийства монстров.

Громов сидел спиной ко мне, но почувствовал взгляд и обернулся. Он поднял кружку с янтарным напитком, приветствуя меня.

— Брагин! Не стой там, проходи ближе!

Я подошел к столу, кивнув остальным.

— Ну так что случилось-то? — пробасил Саня. — Ты написал, что дело срочное, адрес дал... Думал, гоблины научились летать.

Он еще не договорил, когда Рыжов, оторвавшись от телефона, фыркнул и закатил глаза.

— Да угомонись ты, экскаватор. Дело не срочное. Оно праздничное. Наш паладин вчера получил официально второй ранг угрозы. Собрал отметить, пока печень еще фильтрует.

Саня замер с открытым ртом. Его квадратное лицо медленно расплылось в улыбке, от которой стало светлее в полумраке бара.

— Ого. Серьезно, Витек? Братан, поздравляю! Наконец-то. Теперь можешь лезть во вторые порталы.

Виктор лишь усмехнулся краем губ, делая глоток. Выглядел он паршиво — серые тени под глазами, осунувшиеся скулы — но это была довольная усталость человека, который только что съел целого мамонта.

Я сел рядом, незаметно активируя [Интерфейс].

[Цель: Виктор Громов]

[Класс: Паладин]

[Уровень: 11]

[Характеристики: СИЛ(25) ЛОВ(15) ВЫН(15) ИНТ(14)]

Вот оно что. Уровень одиннадцать. Значит, он не просто выпил одно зелье. Чтобы апнуть сразу два уровня, ему пришлось потратить целое состояние. Десятки миллионов рублей ушли в алхимические лаборатории Ассоциации. Второй ранг — это не только новый уровень опасности, но и доступ к более прибыльным контрактам.

— Поздравляю, Гром, — искренне сказал я, поднимая руку, чтобы стукнуться кулаками. — Заслуженно.

— Спасибо, Генерал. Пришлось продать почку. Зато теперь официально опасен для общества.

Мы замолчали. Каждый думал о своем ценнике. Моя чуйка, натренированная годами выживания, подсказывала, что мой следующий ап обойдется мне дороже, чем ему. Гораздо дороже.

Один тост за повышение ранга превратился в три. Три — в бутылку крепкого пойла, которую пустили по кругу. Я пытался отнекиваться, ссылаясь на плохую переносимость алкоголя, но Громов лишь хмыкнул: «Брось, сегодня можно».

Меня споили профессионально. К трем часам ночи я уже смутно помнил, как мы обсуждали тактику боя, а к пяти утра бармен начал выключать свет над столиками.

Мы вывалились на улицу под серый рассветный дождь. Голова гудела, во рту стоял привкус пепельницы и дешевого виски. Вызывать такси было той еще задачей — пальцы не попадали по кнопкам приложения.

Виктор уехал первым, закинув тушу Горохова на заднее сиденье (они жили в одном направлении). Следом Артур уволок совсем поплывшего Павла.

Я вбил адрес своей старой однушки, уже почти нажал кнопку вызова, когда мозг сквозь алкогольный туман просигнализировал об ошибке. Ключей то нет. И мебели нет. Тем более там уже наверняка новые жильцы. Отмена. Новый заказ. Новая квартира.

До дома добрался ближе к шести. Дверь закрылась с мягким, дорогим щелчком магнитного замка. В квартире стояла абсолютная, ватная тишина. Настя спала мертвым сном в своей комнате — из-за приоткрытой двери доносилось тихое сопение. Логично, сейчас только начало шестого, нормальный человек в это время видит десятый сон.

На кухне я залпом выпил два стакана ледяной воды прямо из-под крана. Сухость отступила, оставив после себя тупую тяжесть в затылке. Нужно спать, иначе завтра я буду похож на мумию фараона.

Прошел в спальню, рухнул поверх одеяла, даже не расшнуровав берцы, и провалился в темноту.

Проснулся от того, что кто-то смотрел на меня. Часы показывали пять минут пятого вечера. Организм взял свое с процентами. Во рту все еще стоял неприятный привкус. Я выполз на кухню. У раковины, спиной ко мне, стояла Настя. Она мыла кружку.

— О, живой, — сказала она, не оборачиваясь. Голос был сонным, но в нем слышались стальные нотки. — А я уж думала, тебя в полицию забрали или ты под машину попал. Телефон недоступен, дома нет, ночь не ночевал. Волновалась вообще-то.

Я сел за стол, пряча лицо в ладонях.

— Прости, мелкая. Отмечали повышение ранга... Знакомого. Связь там просто никакая в том кабаке.

Она повернулась, уперев руки в бока. Фартук с котиками делал эту сцену абсурдной и оттого еще более тяжелой.

— В следующий раз пиши. Хотя бы эсэмэску. Я же тут одна в бетонной коробке среди миллиона чужих людей.

— Хорошо, — кивнул я. — Обещаю. Кстати о коробках... Сегодня вечером я ухожу в портал.

Её глаза расширились.

— Надолго?

— Дня на три-четыре. Глубокий фарм. На карточке деньги есть, холодильник полный. Но сидеть здесь одной четыре дня подряд тебе нельзя. Мозги скиснут. Так что давай: гуляй, сходи в кино, купи себе что-нибудь неприлично дорогое. Только квартиру не сожги.

Она хмыкнула.

— Ладно. Не учи ученую. Иди мойся, от тебя несет так, будто ты в этом кабаке родился, жил и умер.

Пока горячий душ смывал с меня остатки перегара и въевшуюся пыль другого мира, Настя успела приготовить ужин. Когда я вышел, обмотанный полотенцем, кухня пахла жареной картошкой с грибами. Запах абсолютного, первобытного домашнего счастья. Я готов был убить за эту сковородку кого угодно.

Поев, я начал собираться. Рюкзак принял в себя стандартный набор выживания: пять литров воды, десяток банок тушенки, галеты. А «Грань» заняла свое место на поясе, плотно сев в крепление. Ножны едва слышно щелкнули.

К семи часам вечера я уже закрывал за собой дверь новой квартиры. Настя махала мне рукой из окна кухни, прижимая лоб к стеклу.

У врат собралась та же компания. Саня выглядел чуть помятым после ночи, но держался бодрячком. Артур привычно проверял тетиву, Павел крутил кинжалы, разминая запястья.

— Ну что, смертники, готовы грешить? — прохрипел Громов, подходя к нам. Лицо у него было цвета мела, но голос звучал ровно. — Сегодня идем учить скелетов вежливости.

Шипение стихло, отрезая нас от обычного мира. Под ногами хрустнуло. Не снег. Не песок. Черная, спекшаяся земля, похожая на застывшую лаву или антрацит. Теплая.

Мы оказались в пространстве без горизонта. Здесь не было деревьев, только бескрайняя равнина, покрытая жесткой темно-фиолетовой травой. Она едва заметно пульсировала собственным светом, словно дышала. Неба тоже не существовало — над головой висела абсолютная, бархатная чернота, из которой лился ровный, рассеянный серо-голубой свет. Ни солнца, ни луны. Время здесь остановилось, замерзнув в состоянии вечных сумерек.

— Воздух сухой, — прохрипел Виктор, делая первый шаг. Ботинки глухо впечатались в корку. — Идем тем же порядком. Интервал три метра. Смотреть в оба.

Земля отзывалась на шаги низким гулом. Мы двинулись вперед цепочкой. Тишина давила на барабанные перепонки сильнее любого взрыва.

Первая цель появилась минут через семь ходьбы. Они стояли посреди черного поля абсолютно неподвижно, словно кто-то поставил их здесь декорациями. Шесть скелетов. Два из них держали в костлявых руках длинные составные луки, тетива которых была натянута до уха. Остальные сжимали ржавые гладиусы.

Они даже не шевелились, лишь слегка покачивались под порывами несуществующего ветра. Идеальные мишени. Никакой тактики, никакого страха — просто голый каркас с оружием.

Я активировал [Интерфейс], сканируя ближайшего «мечника».

[Цель: Скелет]

[Звание: Рядовой]

[Искажение при переносе: 50%]

[Характеристики: СИЛ(10) ЛОВ(10) ВЫН(7) ИНТ(20)]

Двадцать интеллекта. Зачем костям интеллект? Чтобы помнить, как правильно держать меч? Физически — это мусор. Тяжелый, хрупкий мусор. Разбить череп — дело одного удара секирой Сани.

— Артур, — голос Виктора разорвал мертвую тишину, заставив всех вздрогнуть. — Лучники твои. На счет три. Центр работаем вплотную.

Раз. Сердце пропустило удар.

Два. Саня перехватил свою чудовищную секиру удобнее.

Три.

Тетива щелкнула дважды. Звук был сухим, деревянным, совершенно неуместным в этой фиолетовой пустоте.

Первая стрела вошла точно в стык шейных позвонков первого лучника. Хруст. Тело осыпалось вниз белой пылью. Вторая стрела выбила нижнюю челюсть второму. Он дернулся, пытаясь поднять лук искривленными пальцами, но оперенное древко уже торчало у него из пустой глазницы.

В ту же секунду тень Рыжова смазалась. Ассасин исчез из моего поля зрения быстрее, чем сработал вестибулярный аппарат. Просто возник за спинами мечников. Кинжал вошел снизу вверх, под основание черепа. Хрусть. Еще один шаг, поворот кисти. Хрусть. Двое осыпаются белыми обломками.

А потом началось мясо. Громов сорвался с места. Щит врезался в грудную клетку крайнего скелета, превращая ребра в фарш. Следом опустилась секира Сани — тяжелый, влажный звук удара топора по дереву, только вместо дерева была кость. Противник буквально вбился по пояс в черный грунт.

Бой закончился, не успев начаться. Тишина вернулась, нарушаемая лишь нашим тяжелым дыханием да оседающей на язык костной пылью.

Счетчик убийств пошел вверх. Телефоны внутри порталов умирают первыми. Ориентировались мы по старинке: пройденное расстояние (шаги Грома были эталонным метром) и количество убитых мобов.

Этот портал открылся недавно после полной зачистки Ассоциацией, поэтому плотность монстров была запредельной. Они лезли из каждой трещины в черной земле.

— План такой, — бросил Виктор, когда мы свалили очередную двадцатку. Он тяжело опирался на щит, капли пота прочертили дорожки на его пыльных щеках. — Режем две тысячи голов. Каждые пятьсот трупов — привал. Сон примерно шесть часов. Иначе кто-нибудь словит топор в затылок от собственной усталости.

Тактика работала идеально. Первые пятьсот — остановка возле глубокой расщелины, проверка периметра. Вторые пятьсот — нашли идеальное место. Ядро портала. Белый пульсирующий шар размером с арбуз парил над землей в центре небольшой естественной пещеры. Безопасная зона. Там мы и разбили лагерь, выставив меня часовым. Моим ориентиром времени служила головная боль — она нарастала по синусоиде каждые сорок минут.

Третья "ночь" прошла там же. Спали вповалку на голых камнях, подложив под головы рюкзаки. К концу третьего цикла счетчик перевалил за отметку 2004 уничтоженных цели.

Пересчет занял полчаса. Итог: одна тысяча семьдесят три штуки. Сто семь килограмм веса.

Громов оглядел наши осунувшиеся лица. Сам он похудел килограммов на десять — энергия уходила на поддержание защиты отряда.

— Делим так. Нам с Саней по двадцать пять кило — мы потянем. Вам, доходяги, по девятнадцать.

Никто не спорил. Сто семь килограмм чистого веса распределились по спинам. Рюкзаки раздулись, превратив нас в горбатых великанов.

Обратный путь до портала занял по ощущениям пару часов. Ноги двигались сами, механически переставляя конечности. Выход выбросил нас обратно в город.

На улице стоял вечер. Город жил своей жизнью: шумели машины, какая-то женщина ругала собаку, подростки курили у подъезда. А мы вышли из зоны, где время течет иначе, пахнущие пылью тысячелетий, смертью и собственным потом.

До дома я добрел ближе к одиннадцати. Ноги гудели приятной, правильной усталостью хорошо выполненной работы. Дверь открылась бесшумно. Внутри было темно. Из спальни выглянула Настя. Щурилась от света ночника в коридоре, кутаясь в огромный махровый халат.

— Явился? — сонно буркнула она. — Ужин в холодильнике, нижний контейнер. Гречка с котлетой. Разогреть?

— Спи, — шепотом ответил я. — Сам справлюсь. Отдыхай.

Она кивнула и исчезла в темноте. Я прошел на кухню, включил тусклую подсветку гарнитура. Достал холодный контейнер. Есть хотелось так, что сводило скулы. После сухого рациона холодная гречка с жестковатой котлетой казалась стряпней шеф-повара из ресторана с тремя звездами Мишлен.

Я ел стоя, глядя в черное окно. Там, за стеклом, текла обычная жизнь. А где-то, над фиолетовой травой все так же молчаливо стояли скелеты. Те, которых мы еще не успели убить.

После вкусной еды я лёг спать и проснулся в 07:30 от вибрации будильника.

Настя уже ушла на кухню — оттуда тянуло запахом кофе и яичницы. Я быстро принял душ, переоделся в чистую гражданскую одежду (джинсы, футболка, легкая куртка) и позавтракал.

После еды я достал из шкафа портфель. Внутри лежали паспорт, медицинская справка формы 003-В/у (свежая, сделанная пол года назад когда хотел сдавать на права), СНИЛС и военный билет(который получают после выпуска из высшей школы охотников). Пора становиться полноценным горожанином.

Автошкола встретила меня гулом голосов и запахом пластика. Это был крупный сетевой учебный центр недалеко от дома. За стойкой администратора сидела девушка с идеальной улыбкой.

— Записаться? На какую категорию?

— Категория «B», — ответил я, выкладывая документы на стойку. — И желательно максимально сжатые сроки. Группы экспресс-обучения есть?

— Да, у нас как раз сегодня стартует поток для тех, кто умеет водить, но нужна корочка, — она быстро забивала данные в компьютер. — Теория будет проходить по вечерам, через день. Практика — по индивидуальному графику с инструктором. Если не будете пропускать, через три недели сдадите экзамен.

Я оплатил курс картой. Сумма вышла приличной — почти семьдесят за теорию, вождение и подачу машины на экзамен. Минус капля в море моих финансов, но сам факт расставания с деньгами всё ещё заставлял мозг скрипеть.

Мне выдали логин и пароль от личного кабинета, учебник ПДД в электронном виде на флешке и назначили инструктора.

Следующие две недели превратились в череду серых будней, разбавленных зубрежкой знаков. Теория оказалась сложнее, чем я думал. Не сами правила — логика дорожного движения после выслеживания гоблинов казалась детской игрой. Сложность была в регламенте. Дистанция, скоростные режимы в населенных пунктах, правила проезда перекрестков с круговым движением... Мозг отказывался запоминать цифры, которые не вели к выживанию.

Практика началась на третий день. Мой инструктор, хмурый мужик лет пятидесяти по имени Михалыч, посмотрел на меня и просто сказал:

— Газуй до отсечки на полигоне, чтобы сцепление понял. В городе мне трупы не нужны.

Мы ездили по ночному городу. После того как ты уворачиваешься от монстров, перестраиваться в потоке легковушек казалось медитацией. Единственная проблема — пешеходы. Инстинкт кричал «Враг! Уклонение!», а нога сама искала педаль тормоза, когда какая-нибудь бабушка начинала переходить дорогу в неположенном месте.

— Брагин! — рявкал Михалыч, ударяя рукой по торпеде. — Ты чего встал?! Он тебя видит, иди давай! Мы тут не в прятки играем!

Медицинская комиссия прошла за один день в частном центре. Очередь из таких же будущих водителей. Окулист («Букву видишь?» — «ШБ»), терапевт («Дыши-не дыши»), психиатр («Тени мертвых друзей видите?» — «Нет, только кабанов»). Штампы поставили за полчаса.

День экзамена в ГИБДД выдался пасмурным. Наша группа собралась у стеклянного здания. Сначала была теория. Компьютеры в классе тихо гудели. Двадцать вопросов, четыре варианта ответа, двадцать минут времени.

Я закончил за три минуты сорок секунд. Ноль ошибок. Девушка-инспектор даже заглянула в монитор проверить, не завис ли тест.

С площадкой было чуть веселее. Эстакада, параллельная парковка, змейка. Машина автошколы — новенькая иномарка с дублирующими педалями. Михалыч сидел рядом, жевал мятную жвачку и молчал. Я отработал все элементы чисто, лишь на эстакаде машина едва заметно дернулась назад, но ручник спас положение.

Город. Самый непредсказуемый этап. Мне попался маршрут через промзону, где грузовики закрывают обзор, а разметка стерта годами.

— На перекрестке направо, — сухо сказала инспекторша сзади. Я включил поворотник, пропустил пешеходов, убедился в безопасности.

— Почему так медленно едете? — спросила она.

— Ограничение 40, погода дождливая, покрытие скользкое, — отчеканил я пункт ПДД. Она хмыкнула. Дальше мы ехали просто. Разворот во дворе, остановка. Парковка у бордюра.

— Экзамен сдан, — буркнула она, ставя галочку в планшете. — Документы отдадите в окне номер четыре через час.

Через неделю я стоял у того же окна и получал заветную пластиковую карточку. Теперь я официально существовал для дорожной полиции.

Сев в такси, я первым делом вбил в навигатор адрес родителей. Дорога домой теперь займет восемь часов вместо двенадцати на поезде. Свобода передвижения — лучший трофей этого месяца.

---

Конец главы 17

---

Глава 18. Воспоминания

Такси остановилось у подъезда. Я вышел на улицу и с наслаждением потянулся — теперь можно будет приобрести машину.

Я сделал шаг в сторону металлической двери подъезда, когда дорогу мне преградила фигура. Парень лет двадцати пяти, одетый в безупречно сидящий темно-серый деловой костюм. Белая рубашка, галстук с едва заметным геометрическим узором. На фоне моего помятого вида он выглядел как пришелец из другого мира.

— Брагин Иван? — парень улыбнулся одними губами, профессионально сканируя меня взглядом. — Можете уделить мне буквально пару минут? Меня зовут Денис, я представляю гильдию «Цитадель».

Он начал доставать из внутреннего кармана пиджака плотный конверт с золотым тиснением, явно собираясь озвучить очередное предложение о вступлении в гильдию.

Мне даже не пришлось слушать дальше. Память услужливо подкинула лица людей в актовом зале Высшей школы, их жадные взгляды и протянутые контракты. Снова этот цирк.

— Не интересно, — отрезал я, делая попытку обойти его справа.

Парень даже не шелохнулся, мягко сместив корпус так, чтобы снова оказаться на пути. Улыбка стала чуть шире, но глаза остались холодными.

— Напрасно вы так категоричны. Возможно, условия, которые мы отправляли вам на почту месяц назад, показались вам... скромными. Но они были пересмотрены. Особенно после того, как стало известно о ваших успехах в сольном фарме в портале диких кабанов. Вы вышли оттуда в одиночку с хорошим лутом, это говорит о выдающемся таланте...

Слово «почта» щелкнула в голове, как переключатель. Почта. Точно. Тот почтовый ящик, который привязали ко мне при поступление в высшую школу. Я не открывал его с момента выпуска. А фраза про «улучшившиеся условия после выхода из врат» заставила всё внутри похолодеть. Это была не стандартная рассылка по базе данных. Они копали под меня лично. Следили за мной, видели отчеты Ассоциации о продаже лута или просто имели информатора на пункте скупки.

И тут пазл сложился полностью. Ощущение чужого взгляда. То самое царапающее чувство между лопаток, которое преследовало меня все время: перед походом в автошколу, во время занятий на полигоне, да и сегодня утром, пока я пил кофе дома.

Не показалось. Точно не показалось. И хоть я ничего не нарушал, не лез на рожон, просто жил по своим правилам и фармил в своём ритме. Просто терпеть не могу эту нахрапистость, когда твою личную территорию считают общей площадкой для их расчётов. Кому бы такое понравилось? Никому. А они делают вид, что это „оценка потенциала“. Детский лепет.

Мой взгляд изменился. Я перестал видеть перед собой курьера с предложением работы. Передо мной стоял наблюдатель, который нарушил границы моей личной территории.

— Так, стоп, — мой голос прозвучал тихо, но в нем было достаточно металла, чтобы парень инстинктивно напряг плечи. — Во-первых, никакой почты я не читал. Во-вторых, давайте сразу закроем тему контрактов. Мой ответ — нет. Навсегда. И третье...

Я сделал полшага вперед, сокращая дистанцию до некомфортной. Теперь я смотрел на него сверху вниз.

— Передайте своим людям, которые дышат мне в затылок последний месяц, чтобы они прекратили слежку. Прямо сейчас. Иначе следующий раз, когда ваш "наблюдатель" появится в зоне моего доступа, Ассоциация будет искать его фрагменты по канализации. Мы поняли друг друга?

Улыбка окончательно стекла с его лица. Профессиональная маска дала трещину. Он понял, что математическая модель вежливых переговоров со мной не работает.

— Уважаемый, вы нас неправильно поняли, мы бы никогда не стали... — залепетал он, пытаясь сохранить лицо, но отступая на шаг назад. — Мы действуем строго в рамках правового поля Ассоциации, никакой физической слежки...

Вранье лилось потоком, неправдоподобное даже для обычного человека.

— Свободен, — коротко бросил я, отворачиваясь и прикладывая ключ-таблетку к домофону. Замок пикнул.

Я вошел в прохладный подъезд, оставив представителя «Цитадели» стоять с перекошенным лицом. Дверь закрылась, отсекая звуки улицы.

Лифт поднял меня на нужный этаж. Замок щелкнул, отрезая меня от лестничной клетки. В квартире пахло кофе и чистотой.

— Ну как? — Настя выглянула из своей комнаты, дожевывая тост. — Забрал?

— Да, — кивнул я, разминая шею.

— Круто! — её лицо просияло. Она уже мысленно составляла маршрут. — Значит, когда машину купишь, будешь меня на учёбу возить? А то эти автобусы утром — просто побоище.

— Когда будет время — обязательно, — усмехнулся я, вешая кепку на крючок.

Она фыркнула, поняв, что это вежливая форма отказа прямо сейчас, и скрылась в комнате.

Я прошел в свою спальню, сел за стол и закрыл глаза, пытаясь унять глухое раздражение. «Цитадель». Семьдесят третье место в национальном рейтинге гильдий. Не топ-10 вроде «Полуночи» или «Кровавого Рассвета», но и не мелкая региональная банда. Крепкий середняк с деньгами.

Открыв поисковик на смартфоне, я вбил название. Официальный сайт сиял белизной: благотворительность, защита правопорядка, вакансии для выпускников школ. Идеальная картинка. Форумы охотников давали ту же картину — сплошные дифирамбы про стабильную зарплату и хороший соцпакет. Ни одного негативного отзыва от рядовых членов.

Но стоило зайти на закрытые ветки аналитиков... Там картина была иной. Конкуренты называли их «Корпоративными псами». Жесткая дисциплина, штрафы за любой чих, контракты кровью. Правда, всё это было написано таким сухим канцелярским языком, что сомнений не оставалось — тексты заказывали профессиональным копирайтерам черных пиарщиков. Им выгодно утопить репутацию «Цитадели».

Зачем слежка? Информацию о моем выходе они нарыли через своих людей в Ассоциации — это понятно, там везде уши. Но физический хвост... Это либо попытка психологического давления, чтобы прогнуть под контракт, либо...

Резкая вспышка боли ударила по глазам изнутри. Я дернулся, едва не опрокинув стул. Перед лицом развернулось окно Системы. Но оно выглядело иначе. Фон был не привычным синим, а пульсирующим багрово-красным. Текст горел тревожным алым цветом:

[ВНИМАНИЕ]

[ЗАФИКСИРОВАНА ПОПЫТКА УСТАНОВЛЕНИЯ ДИСТАНЦИОННОГО КОНТРОЛЯ НАД ИНТЕРФЕЙСОМ ОПЕРАТОРА.]

[ИСХОДЯЩИЙ АДРЕС: НЕОПРЕДЕЛЕН (ЭКЗОТИЧЕСКАЯ ЭНЕРГИЯ)]

[СТАТУС: ОТКЛОНЕНО. ПРОТОКОЛЫ БЕЗОПАСНОСТИ АКТИВНЫ.]

Сердце пропустило удар, а затем забилось вдвое быстрее. Они пытались взломать меня. Залезть в голову через нейроинтерфейс. Кто вообще обладает такими технологиями, кроме самой Системы?

Не успел я дочитать системное сообщение, как красный фон мигнул. Алую надпись «Попытка взятия под контроль» стерло, будто тряпкой. На её месте появился новый текст, написанный тем же рубленым шрифтом, но теперь он казался издевательски спокойным:

[СТАНОСИСЬ СИЛЬНЕЕ, СЛАБАК.]

[НАША ВСТРЕЧА УЖЕ СКОРО.]

Окно моргнуло и исчезло, возвращая мир к нормальному освещению. Боль в висках отступала медленно, оставляя после себя звенящую пустоту и металлический привкус во рту.

Что это, черт возьми, было?

Я оперся руками о столешницу, пытаясь унять дрожь в пальцах. Система управления развитием — мой единственный козырь, моя математика выживания. Если кто-то может залезть туда и писать сообщения поверх интерфейса... значит, я не так уж и неуязвим.

— Система, — позвал я мысленно, стараясь держать голос ровным. — Что это за бред? Кто пытался получить доступ?

[Запрос отклонен.]

[Данная информация отсутствует в доступных вам базах данных.]

[Архитектура Системы изолирована от внешних воздействий подобного типа. Происхождение сигнала установить невозможно.]

Она сама не знает. Или делает вид, что не знает. Я упал на кровать прямо в одежде, уставившись в потолок. «Становись сильнее, слабак». Обращение такое, будто говорящий лично хочет вбить меня в землю. Не просто убить ради чего то, а именно сразиться. Прямо-таки горит желанием встретиться.

Воздух вдруг стал густым и тяжелым. Если кто-то может писать поверх моего интерфейса, то моя Система — не броня, а поводок, за который меня сейчас только лениво дернули.

От напряжения заныли виски. Нет. Это тупиковый путь мышления. Я ничего об этом не знаю: ни кто это, ни где он, ни чего он хочет. Думать об этом сейчас — всё равно что пытаться высчитать траекторию пули с завязанными глазами. Бессмысленная трата ресурса.

В любом случае, выбора нет — придется ждать.

Я поднялся и пошел на кухню. Делай то, что должен делать. План есть — следуй ему.

Пока кофемашина шипела, выдавая порцию черного эспрессо, я открыл поисковик Охотников. Нужен фарм. Деньги тают быстрее, чем снег в апреле: новая квартира, права, сестре на карманные расходы, неприкосновенный запас...

Объявление нашлось быстро. Группа из пяти человек ищет саппорта-баффера.

Цель: Портал диких псов (Ранг 1).Срок: 5 суток (глубокий рейд).Сбор: Сегодня, 12:00.Требования: Дисциплина, свой сухпай.Я нажал отклик.

— Класс?

...

— Заходишь. Лидеру скинешь взнос перед входом. Ждем к двенадцати.

Следующие полчаса превратились в привычный ритуал подготовки. Продуктовый гипермаркет. Консервы, галеты, кофе в стиках, вода. Рюкзак снова раздулся до состояния беременной лошади.

К вратам я подошел без десяти двенадцать. Группа уже ждала у самой кромки марева. Пять человек. Никаких новичков. Лица сосредоточенные, экипировка подогнана, оружие ухоженное.

Я активировал [Интерфейс] незаметно, пока мы знакомились:

Лидер (Макс): Уровень 9, Рыцарь.Танк (Олег): Уровень 8, Тяжёлый рыцарь.ДД (Илья): Уровень 7, Убийца.ДД (Света): Уровень 7, Охотник.Хил (Дима): Уровень 8, Целитель.Все седьмого-девятого уровня. Экипировка качественная. Статы в порядке. Никаких зазнаек — лидер сразу обозначил правила: идем плотным зергом, лут суммируется, дележка по выходу поровну между всеми (включая лидера). Честная работа.

Мы шагнули внутрь.

Пять дней пролетели как один сплошной кровавый мазок. Диких псов первого ранга здесь было столько же, сколько муравьев в лесу. Мы работали конвейером. Макс брал агро, Олег держал щит, Илья и Света вырезали фланги, Дима лечил случайный урон, а я подсвечивал уязвимые точки шейных позвонков для критических ударов убийцы.

Когда портал выплюнул нас обратно, счетчик убитых перевалил за полторы тысячи. Результат фарма: 1520 туш. 813 кристаллов первого ранга.

Дележка прошла у терминала скупки молча.

[Начислено: 1 205 950 руб.]

Баланс личного кабинета мигнул обновленной цифрой.

[Баланс: 3 074 113 руб.]

Я стоял у банкомата, глядя на эти цифры. Для следующего уровня мне нужно еще около трех с половиной сотен тысяч рублей. Зелья высшего второго ранга стоят дорого, но дают хороший выхлоп. Однако я больше не один. Настя сидит в квартире, ей нужна нормальная жизнь, одежда, учеба, развлечения. Оставлять сестру с парой тысячью, уходя в рейды на неделю — плохая стратегия.

Я тяжело вздохнул. Ладно. На себе экономим, семью обеспечиваем. Оставив на счете только оперативный резерв (274 113 рублей), остальное я перевел на закупку зелий.

Вечером того же дня телефон завибрировал вызовом от Сереги.

— Освободился? Буханку нашел приличную недалеко от твоего района. Подгребай через час.

В кафе пахло жареным луком и дешевым пивом. Серега сидел за столиком у окна, одетый в новенькую одежду — видимо, с заработком все отлично. Он помахал мне рукой.

Я сел напротив, заказав нам обоим по кружке светлого пива и тарелку острых крыльев.

— Ну, рассказывай, бродяга, — усмехнулся он, протягивая мне кружку пива. — Как ты?

Мы просидели часа три. Пиво лилось рекой, но голова оставалась более ясной — метаболизм охотника сжигал алкоголь быстрее, чем тот успевал ударить в ноги.

Разговор тек легко, перескакивая с настоящего на прошлое. Сначала обсудили наши текущие дела: я рассказал про новую квартиру и Настю, он похвастался, что его «Кровавое безумие» теперь разгоняет тело почти до семидесяти процентов усиления, если правильно рассчитать порезы.

А потом пошли воспоминания из детства. Мы ржали так, что на нас начали коситься другие посетители.

— А помнишь физрука нашего? — Серега вытер выступившие от смеха слезы. — Как мы ему крысу в портфель подбросили перед планеркой?

— Это не мы были, это старшаки! — возмутился я, хотя внутри всё сжалось от хохота.

— Нас тогда чуть из школы не выперли. Директор орал, что у него инфаркт будет.

— Да ладно, зато химичка... Помнишь, как она за нами по коридору бежала со шваброй, когда мы дымовуху под её дверь закатили? Думал, всё, догонит — убьет.

В какой-то момент разговор свернул в сторону спорта. Серега откинулся на спинку пластикового стула, задумчиво глядя в кружку.

— Слушай, Вань... — протянул он. — Прикинь, а ведь над нами же реально весь город угорал. Гимнастика эта наша.

Я фыркнул, вспоминая те времена. Нам было по десять лет. Мама решила, что для осанки мне нужно заниматься чем-то изящным. Отцу идея не нравилась, но спорить с матерью он не стал. Так мы оказались в зале хореографии среди девчонок в белых купальниках.

— Особенно когда мы эти ленточки крутили, — добавил я. — Ты свою вечно узлом завязывал, она у тебя только вокруг шеи обвивалась.

— Точно! — заржал Серега, стуча кулаком по столу.

— И этот их тренер, Михал Иваныч, такой манерный был. Ходил, попой вилял. Мы месяц терпели. Эти лебеди, фуэте... Батя твой еще спросил тогда: «Ну че, сын, много пируэтов освоил?». Я думал, сквозь землю провалюсь.

— Поэтому через месяц мы записались на бокс, — закончил я, поднимая кружку. — За одно лето плечи раздались так, что гимнастическая майка трещать начала.

— О да, — хищно улыбнулся Сергей, чокаясь со мной. — Помню рожи тех мажоров из параллельного класса, которые пришли посмотреть, как «балеруны» будут получать по лицу. Они думали, мы сейчас станцуем джигу-дрыгу. А тренер нам сказал: «Бей в печень, там танцевать неудобно». — После первой же спарринг-смены смеяться перестали. Не только они, но и Михал Иваныч перестал нам ленточки предлагать.

Шестая кружка подходила к концу. Город за окном окончательно погрузился во тьму, зажглись неоновые вывески баров уровнем повыше.

— Ладно, Иваныч, — Серега тяжело поднялся, пожимая мне руку. — Мне завтра в рейд идти. Бывай. Если что — звони. Рад, что посидели.

— Давай, Белка. Увидимся.

Дом встретил меня тишиной. Дверь открылась бесшумно. Я прошел в гостиную. Взгляд упал на часы в микроволновке. 23:10. Тихо. Слишком тихо. Настина комната закрыта, света под дверью нет.

Холодная игла тревоги кольнула где-то под ребрами. Одиннадцать вечера. Для города это детское время. Для девочки пятнадцати лет, которая знает город только от части... «Спокойно, — одернул я сам себя. — Гуляет с одноклассниками». Но мысли уже полезли самые паскудные. Истории о том, как пропадают люди, лезли в голову сами собой.

Я достал смартфон. Набрал номер сестры. Гудки. Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети.

Снова. И снова.

«Выключила», — пульсировала паническая мысль. Или... похуже.

Прошло минут пять этого холодного пота и липкого страха. Я уже собирался обуваться обратно, чтобы ехать искать её по району, как щелкнул замок входной двери.

Она вошла, включила свет в прихожей. Щурилась от яркости. От неё пахло карамельным попкорном и духами подруги. Обычный подростковый набор. Я выдохнул, прислонившись к косяку кухни, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Руки слегка дрожали от выброса адреналина.

Как только она сняла кроссовки и шагнула в коридор, я включил режим «Старший брат».

— Двадцать три пятнадцать, — мой голос прозвучал глухо и строго. — Телефон почему выключен? Где ты была? Почему я узнаю об этом, когда уже морги начал обзванивать?!

Настя вздрогнула, обернулась. Она явно ожидала увидеть спящего брата, а не контролирующего каждый вздох цербера.

— Вань, ты чего? — она попыталась сделать обиженное лицо, но вышло слабо. — Мы чат создали классный, для нашего потока. Познакомились с девчонками, решили сходить в кино на вечерний сеанс. А телефон... ну, я выключила при просмотре и забыла включить, когда вышли. Прости. — она развела руками. — Район центральный, людей полно. Меня же не украдут посреди улицы.

Эта фраза выбила из меня остатки терпения. Я подошел ближе, нависая над ней. Мои сто восемьдесят семь роста против её метра шестидесяти пяти выглядели внушительно.

— Именно потому, что центральные улицы полны всякого сброда, ты должна быть на связи всегда, — процедил я, чеканя каждое слово. — Ты молодая. Ты не понимаешь, как устроен этот мир. Здесь никто не придет на помощь, если закричишь. Поняла меня? Никаких больше «забыла включить». Всегда с телефоном в руке.

Она сглотнула, опустив взгляд. Вся её бравада испарилась.

— Хорошо-хорошо, поняла, — быстро закивала она. — Больше не буду.

Настя развернулась, чтобы уйти в комнату, но пошатнулась, едва не врезавшись плечом в стену. Замерла, выравниваясь.

Я приподнял бровь. Наклонил голову набок.

— Что это было?

Балансировка нарушена. Она замерла, поняв, что прокололась. Попыталась выпрямиться еще сильнее.

— Ничего. Просто устала очень.

— Подойди сюда, — я указал пальцем на место перед собой. Когда она подошла, наклонился и шумно втянул воздух у её волос. Запах яблочного сидра и дешевого цветочного парфюма.

— Я совсем чуть-чуть, попробовать и все, — начала она оправдываться.

Отступил на шаг, криво усмехнувшись.

— Совсем чуть-чуть, — передразнил я её тон. — Попробовать хотела. «Пробовать» будешь воду фильтрованную. От «попробовать» так не штормит, мелкая. Алкотестер тебе сегодня проводить не будем, но учти — еще раз увижу или учую, гулять будешь только до калитки и в моем сопровождении.

Она покраснела до корней волос, прикрыв рот рукой.

— Спать иди, — бросил я мягче, махнув рукой в сторону коридора. — Завтра поговорим.

Она молча юркнула в свою комнату, плотно закрыв дверь. Я остался стоять на кухне, слушая, как затихает её суета. Достал бутылку воды, налил стакан. Адреналиновый отходняк после её прихода смешивался с раздражением. Добро пожаловать во взрослую жизнь, сестренка. Кажется, отцовский ремень придется заменить на строгий цифровой поводок.

---

Конец главы 18

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 19. Новая угроза

Утро началось с запаха кофе и тишины. Я сидел за кухонным островом, листая ленту новостей Ассоциации на планшете. Вчерашний адреналиновый всплеск сменился глухим, привычным спокойствием. План на сегодня — отдых. Мышцам нужно восстановиться после псов.

Тихий скрип двери спальни заставил меня поднять голову. На пороге кухни стояла Настя. Волосы торчат в разные стороны, вчерашняя одежда накинута поверх пижамы. Взгляд максимально невинный, как у кота, который только что скинул вазу, но делает вид, что так и было.

— Я больше так не буду, — начала она сразу, даже не добравшись до стола. Голос звучал серьезно, почти по-взрослому. — Правда. И трубку буду проверять.

Я отхлебнул кофе, выдерживая паузу. Пусть помучается.

— Слушай внимательно, — сказал я наконец, откладывая планшет. — Я тебе не отец из старых фильмов. Я не запрещаю тебе гулять, тусоваться или дышать воздухом. Ты живой человек. Но мы живем в мире, где статистика смертности среди подростков всё еще существует. Если ты планируешь задержаться позже десяти — один звонок. Одно сообщение: «Всё ок, еду домой». Поняла?

Она часто закивала, боясь спугнуть момент.

— А алкоголь... — я покачал головой. — Пятнадцать лет, Насть. Рановато для печени такие нагрузки.

Она опустила взгляд на свои колени, нервно теребя край пижамной штанины. Пальцы подрагивали от остаточного похмелья или стыда. Мне стало её жаль, но жалость — плохой воспитатель. Пусть учится сейчас.

— Да мне не понравилось! — тут же возмутилась она, садясь на стул. — Гадость кислая. И голова потом чугунная была. Я вообще не понимаю, зачем это пить.

Я усмехнулся уголком губ. Классика.

— Все так говорят, — заметил я. — Прямо перед тем, как начинают покупать его ящиками каждую пятницу. Ладно. Забыли. Инцидент исчерпан. Садись завтракать.

Я поднялся, достал из холодильника упаковку яиц и сало. Через пять минут по кухне поплыл запах жареного завтрака. Мы ели молча, но атмосфера уже разрядилась. Она просто сестра, которая нашкодила, а я — старший, который поворчал для порядка.

Когда тарелки опустели, она первой нарушила уютную тишину:

— А ты сегодня тоже куда-то? Опять порталы эти твои?

— Сегодня нет, — качнул головой я, допивая остатки кофе. — Выходной. Техническое обслуживание организма.

Её лицо мгновенно просияло. Она аж подпрыгнула на стуле от возбуждения.

— О! Тогда... тогда можно в музей сходить! — выпалила она. — В тот самый! Центральный! Там же все о легендарных охотников начал... Я читала! Пожалуйста, Ванюш!

Центральный музей Охотников находился в историческом центре, в бывшем здании Министерства обороны. Место монументальное. Для неё это будет впечатляюще.

— Собирайся, — кивнул я, вставая мыть посуду.

— Ура-а-а! — она взвизгнула и пулей вылетела из кухни.

Через час мы вышли на станции метро «Охотничья». Купол музея возвышался над площадью черной полусферой, поглощающей свет. Очередь двигалась быстро.

Как только автоматические двери разъехались, впуская нас внутрь, Настя замерла, задрав голову.

— Ого...

Пространство атриума уходило вверх метров на сорок. Под потолком висел скелет Первого Катаклизма — твари размером с кита, пробившей купол торгового центра в день Открытия. Полумрак разгоняли прожекторы, направленные на центральные экспонаты.

Мы пошли вдоль стеклянных витрин. Воздух здесь пах старым пластиком и оружейной смазкой. Стерильная чистота музея пыталась скрыть истинную суть этих вещей. Каждый стенд был надгробием чьей-то глупости или невероятного мужества. Здесь была история человечества последних двадцати пяти лет. Вот стенд с кристаллами: от мутно-белых первого ранга, которые тускло светятся в темноте, до огромных сапфировых глыб шестого ранга, пульсирующих тяжелым синим светом. Рядом табличка: «Кристалл Шестого ранга. Добыт группой майора Орлова. Потери личного состава — 100%».

Настя прижала руки к стеклу, глядя на изящный клинок под следующей витриной.

[Меч "Плачущая Луна"]

[Качество: Героическое]

[Владелец: Елена Де'Луар (Первая женщина-Пробужденная Пятого ранга)]

[Судьба: Погибла при обороне Владивостока.]

Дальше пошло тяжелое снаряжение. Массивные латные доспехи, покрытые царапинами от когтей. Они выглядели не как музейные экспонаты, а как рабочие инструменты, брошенные владельцем прямо посреди поля боя.

Возле одного из манекенов — огромного воина в шипастой броне — толпились люди. Гид рассказывал про него басом, эхом разносящимся по залу:

— ...Максим Громов. Не путать с нынешними носителями фамилии. Тот самый Гром Третьего удара. Единственный обладатель уникального класса «Сейсмический таран», пробудившегося стихийно во время прорыва в Новосибирске. Его рост был два сорок три, вес двести десять килограмм чистого мяса и костей. Он голыми руками удерживал створки врат третьего ранга пятнадцать минут, пока шла эвакуация района. Обратите внимание на нагрудник — видите эту вмятину? След от удара хвоста монстра шестого ранга. Выжил чудом, но позвоночник пришлось собирать заново...

Настя слушала, открыв рот. Я стоял чуть позади, сложив руки на груди, и смотрел не столько на броню легенды, сколько на лица людей вокруг. В их глазах не было страха смерти. Был восторг. Поклонение героям начал.

— Пойдем дальше? — спросил я сестру, когда гид закончил. Она лишь молча кивнула, зачарованно переводя взгляд с мечей на копья, висящие под потолком. Кажется, экскурсия затянется до самого вечера.

Мы провели в музее почти пять часов. Настя таскала меня от стенда к стенду, фотографировала каждый манекен на свой телефон и засыпала вопросами гида. Для неё это была сказка.

Я перевел взгляд на детей у соседнего стенда. Они смеялись, тыкая пальцами в зазубренный тесак мясника. Для них это фэнтези, игра. Завтра они вырастут и сами потянутся за таким клинком.

Я же смотрел на всё это под другим углом. Я видел не героизм, а экономику потерь. Вот нагрудник хорошего качества с пробитым сердцем. Рядом лежит кристалл того моба, который его убил. Цена ошибки — жизнь.

Когда ноги начали гудеть даже у меня, мы выползли из этого мавзолея славы. Заглянули в небольшую кофейню на углу, съели по огромному бургеру, потом чисто случайно зашли в кинотеатр на какой-то глупый фантастический боевик (Настя хотела посмотреть спецэффекты). Домой вернулись ближе к десяти вечера, когда город уже начал затихать.

Я рухнул на кровать прямо поверх одеяла, не снимая кроссовок. Усталость навалилась бетонной плитой. Это было странное чувство: я мог сутками фармить кабанов или скелетов, держа концентрацию на контроле группы, но прогулка по городу с сестрой вымотала меня сильнее любого рейда. Ответственность давит тяжелее гравитации порталов.

Сон сморил мгновенно.

Мозг отключился быстрее, чем голова коснулась подушки. Ни сновидений, ни тревоги. Только вязкая, тяжелая пустота полного физического истощения. Организм требовал восьми часов перезагрузки любой ценой.

Утро началось с головной боли и ощущения песка в глазах. Организм требовал зелья бодрости, но вместо этого получил только холодный душ и порцию крепкого кофе. Я вышел на кухню, щелкнул кнопкой кофемашины. За окном висел густой смог, превращая восходящее солнце в тусклое розовое пятно.

Я сделал первый глоток обжигающей жидкости, пытаясь разлепить веки, когда из коридора послышались шаркающие шаги. Настя вышла из своей комнаты.

— Ваня... — голос Насти был странным, севшим. Она стояла в дверях кухни, кутаясь в огромный плед, прижимая к груди смартфон. Лицо бледное.

Я поднял взгляд от экрана:

— Что?

Она сглотнула, не отрывая взгляда от своего телефона. — Тут... новости. Ты видел?

Я моргнул, пытаясь сбросить остатки сонного тумана.

— Нет, я только встал. А что там? Опять какой-нибудь мэр украл бюджет на ремонт дорог?

— Появились порталы Седьмого ранга угрозы, — выпалила она почти шепотом. — По всему миру. Прямая трансляция из Берлина, Нью-Йорка, Токио...

Экран смартфона мелко дрожал в её руках вместе с пальцами. Прямая трансляция шла без звука, но картинка говорила сама за себя лучше любого диктора. Небо над Берлином кипело фиолетовым цветом.

Кружка замерла на полпути ко рту. Горячий кофе плеснул на пальцы, но я даже не заметил боли.

Седьмой ранг.

Каждый раз, когда открывался новый ранг, мир лихорадило. Гибли тысячи опытных бойцов, которые думали, что видели всё. Но самое страшное были не потери внутри аномалии. В некоторых странах — Россия входила в их число — случались «выплески». Когда плотность энергии портала превышала критическую отметку, ткань реальности рвалась наружу. Монстры выходили в обычный мир до того, как туда ступит первая группа зачистки. Последний такой инцидент под Новосибирском стоил жизни трем тысячам гражданских.

— Это значит... — начал я хрипло, ставя кружку на стол, чтобы не расплескать. Руки слегка подрагивали.

— Это значит, что нас опять перетряхнет, — закончила за меня Настя, уже окончательно проснувшись. Она смотрела на экран, где показывали дымящиеся руины какого-то азиатского мегаполиса, над которым зависла огромная фиолетовая воронка портала.

— Последний раз новый ранг появлялся пять лет назад. Шестой.

Мир охотников снова ждал глобальный передел. Гильдии начнут грызть друг другу глотки за право первыми отправить рейд внутрь. Ассоциация введет военное положение. И погибнут множество людей.

Я сидел на кухне, глядя в одну точку поверх кружки. Мир за окном сошел с ума: экстренные выпуски новостей не умолкали, показывая кадры перекрытия магистралей и развертывания военных кордонов вокруг спонтанно открывающихся порталов Седьмого ранга.

Всё это казалось каким-то дурным сном. Сначала удача — два тайника подряд. Потом ощущение слежки. Затем попытка взлома Системы. И теперь вот это — глобальный сдвиг рангов угрозы. Слишком много событий. Я не понимал, связаны ли они между собой или это просто закон подлости во всей красе, когда всё плохое случается одновременно.

Но одно я знал точно. Моя цель никуда не делась. Она всё так же маячила где-то далеко на горизонте, требуя ресурсов. А ресурсы добываются только одним способом.

— К черту, — выдохнул я, вставая из-за стола. Паника масс меня не касается. Пока Ассоциация мобилизует элиту на Седьмой ранг, первый и второй остаются без присмотра. Самое время фармить.

Первостепенная цель была четкой: десятый уровень.

Для финального рывка мне не хватало опыта, эквивалентного стоимости шестидесяти восьми кристаллов первого ранга. Значит — снова в рейд.

Поиск группы через сайт Охотников занял пятнадцать минут. На фоне глобальной истерики люди стали сговорчивее. Лидер-танк (Вадим), три ДД и хил. Все проверенные, рейтинги положительные.

Сумка стояла у двери, готовая к выходу. Но прежде чем нырнуть в аномалию, где нет связи, нужно было закрыть земные хвосты. Я достал телефон. Сначала набрал мать. Гудки тянулись мучительно долго — наверное, опять сидит на кухне с соседками или смотрит свои сериалы на полную громкость.

— Да, Ванечка? — голос матери был встревоженным. — Ты новости смотришь? Что творится-то...

— Мам, слушай меня внимательно, — перебил я, стараясь говорить ровно, чтобы не нагнетать панику. — Выбрось из головы. Никуда не ходите ближайшие дни вообще. Если услышите сирену ГО — сразу в бункер. Поняла меня?

— Вань, да что случилось-то? У тебя голос странный...

— Ничего не случилось. Просто погода портится, возможны перебои со связью. Я буду недоступен пару дней по работе. Люблю вас. Пока. Не дожидаясь ответа, сбросил вызов.

Второй звонок пошел отцу на работу — короткий, сухой инструктаж: «Пап, сиди в кабинете, пока здание официально не закроют на карантин. Никаких геройств». Он только хмыкнул в трубку, но спорить не стал.

И только после этого я повернулся к Насте, которая делала вид, что увлечена планшетом, хотя сама косилась на мою собранную сумку.

— Насть.

— Мм? — она вздрогнула, выныривая из своих мыслей. — Слышишь меня? — я подошел вплотную, нависая над ней. Мой тон изменился, став жестким, командирским. — Эти три дня ты никуда не выходишь из квартиры. Вообще. Но если увидишь в окно фиолетовое небо или почувствуешь дрожь земли — бегом в бункер.

Её лицо вытянулось от такого напора. Она смотрела на меня снизу вверх широко раскрытыми глазами, в которых впервые мелькнул настоящий страх, а не подростковый восторг перед музеем.

— Хорошо.

Я проверил рюкзак, перекинул ремень через плечо.

Всё. Три дня вне дома. Настя предупреждена, деньги на её счету есть, еда в холодильнике имеется.

Мы вошли в портал диких кабанов вечером того же дня. Следующие трое суток стерлись из памяти, превратившись в бесконечный конвейер смерти, пота и запаха паленой щетины.

Лес стал нашим вторым домом. Мы работали как единый механизм:

День 1: Фарм по периметру. Плотность высокая, но осторожность максимальная.День 2: Глубокий рейд. Нашли логово матки. Потеряли сорок минут времени на сложный бой, зато лут окупил время.День 3: Тотальная зачистка сектора перед выходом.

Когда белый овал портала выплюнул нас обратно в реальность, было убито: 1219 диких кабанов. И добыто кристаллов: 587 штук.

Цифры радовали. Этого более чем достаточно.

Я закрыл дверь своей спальни. Теперь Иван Брагин может наконец заняться математикой собственного выживания.

Я сел на край кровати. Три флакона Высшего второго ранга. Последний рывок.

Первый.

Второй флакон последовал за ним мгновенно.

Шкала опыта дернулась, заполняясь зеленым цветом.

[Опыт: 34430 / 35000]

Третий флакон должен закрыть этот вопрос.

[Опыт: 1330/5000]

[Уровень повышен!]

[Получено: +1 СИЛ, +1 ЛОВ, +1 ВЫН, +1 ИНТ, +1 классовый ИНТ, +3 свободных очка.]

[Текущий уровень: 10]

[Характеристики: СИЛ(15+5) ЛОВ(38) ВЫН(14+5) ИНТ(25)]

[Свободные очки характеристик: 3]

[Мана: 125/125]

[Инвентарь: 6 / 20 кг] ↓

Десятка. Порог пробит. Но Система не была бы собой, если бы ограничилась просто сменой цифры перед именем.

В углу зрения мигнул красный индикатор приоритетного уведомления. Я открыл лог:

[Внимание! Архетип «Генерал» достиг критической массы управления.]

[Навык разблокирован:]

[Личное присутствие] (Активный): Позволяет вручную распределить уже имеющиеся свободные очки характеристик цели по её базовым параметрам. Дистанция: 25 метров. Расход маны: 50 ед. Перезарядка: 24 часа.

Я моргнул, перечитывая строки. Вот оно.

Голова работала холодно, отсекая эйфорию от левел-апа. Статус десятого уровня менял всё. Официально я теперь ветеран. Но фактически...

В голове мгновенно выстроился план действий на ближайшие дни. Три задачи.

Первая: Лицензия. Нужно официально подтвердить второй ранг угрозы. Для этого достаточно пройти аттестационный бой. Это откроет доступ к порталам второго ранга. А так же возможен вход соло в первый ранг.

Вторая: Легализация капитала. У меня в заначке почти на два миллиона рублей кристаллов первого ранга с прошлых рейдов. Продавать их сейчас не вариант. Нужна ширма. Значит, после повышения ранга нужно снова отправиться в рейд, но уже соло. Но вместо фарма – более детальное изучение портала.

Третья: Ресурс. Навык [Личное присутствие] слишком ценен, чтобы тратить его на случайных людей. Мне нужна своя постоянная группа. Своя микро-гильдия. Люди, которых я прокачаю сам, посажу на свою финансовую иглу и которым смогу доверять настолько, чтобы прикасаться к их статусу. Те, кто пойдет за мной в мою будущую гильдию без вопросов.

Я встал, разминая затекшую шею. Десятый уровень получен. Фундамент заложен. Пора переходить к строительству стен.

---

Конец главы 19

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 20. Планы в действия

Главное здание Ассоциации охотников гудело как растревоженный улей. Коридоры Аттестационного корпуса пахли потом, дезинфекцией и дешевым пластиком. Здесь сотни таких же, как я, пытались перепрыгнуть на следующую ступеньку пищевой цепочки.

В регистратуре меня встретила уставшая девушка в серой униформе.

— Присаживайтесь. Приложите ладонь к биосканеру справа для первичного подтверждения уровня угрозы, — монотонно произнесла она, не отрывая взгляда от монитора.

Я положил правую руку на холодный резиновый упор. Прибор тихо загудел. По коже пробежал легкий холодок как и в день пробуждения.

— Принято, — кивнула девушка через пару секунд. — Биосканер фиксирует параметры Второго ранга угрозы. Поздравляю с ростом. Теперь вы допущены к аттестационному бою для официального закрепления статуса.

Она протянула мне узкую полоску термобумаги.

— Ваш номер Р-319. Проходите в зону ожидания, ждите вызова на табло. И не выкидывайте бумажку.

На листочке была напечатана буква сектора и цифры. Я отошел к рядам жестких пластиковых кресел. На огромном экране под потолком бежала строка:

«Сектор Р: 302... 305...».

Присев, я активировал интерфейс просто по привычке, осматривая зал. Охотники десятого-одинадцатого уровней нервно теребили оружие. Атмосфера звенела от напряжения.

Спустя минут десять мое место в очереди подсветилось зеленым:

[Р-319 -> Дверь №2]

Я поднялся, нашел нужную дверь в длинном коридоре без окон и вошел внутрь.

Помещение напоминало стандартный тренировочный зал: мягкие маты на полу, зеркальная стена, отсутствие мебели. Навстречу мне шагнул парень лет двадцати пяти в черной форме инструктора. Лицо спокойное, взгляд оценивающий.

— Евгений Пылкин. Экзаменатор проверки ранга. Твой оппонент сегодня.

Он встал в центр зала, принимая расслабленную стойку. Я ответил легким кивком и тут же бросил мысленный запрос Системе, считывая его профиль:

[Цель: Евгений Пылкин]

[Класс: Тактик]

[Уровень: 19]

[Характеристики: СИЛ(22) ЛОВ(23) ВЫН(23) ИНТ(41)]

Как и говорили на форумах, при переаттестации Ассоциация старается свести классы со схожей механикой. Мой архетип — Командир поддержки (Генерал). Его — Тактик. Оба бафферы/дебафферы. Разница лишь в том, что он девятнадцатого уровня, а я только перешагнул порог десятки.

Но Система снова напомнила о своей главной особенности. Интерфейс показывает базовые статы. Те, что даны природой и распределены очками опыта. Всё, что надето сверху — кольца, нагрудник, ботинки — игнорируется.

Я прошелся взглядом по его экипировке. Два массивных кольца из темного металла на пальцах. Качественный стальной нагрудник, подогнанный по фигуре. Меч бастард за спиной. И какое-то ожерелье. Даже визуально это давало ему прибавку процентов в тридцать-пятдесят к базовым характеристикам. Реальный показатель силы этого парня сейчас где-то около тридцати.

— Готов? — спросил Евгений, разминая кисти рук.

— Готов, — ответил я, занимая позицию.

Бой начался мгновенно, без свистка или отсчета. Просто мигнули красные лампы по периметру потолка.

Евгений сделал первый ход. Классическая ошибка против неизвестного врага — прощупывание дистанции контроля. Он выбросил вперед левую руку. Воздух перед ним зарябил, формируя полупрозрачный силовой щит, перекрывающий половину зала. Одновременно с этим правая рука выписала сложный пасс. Пол под моими ногами вспыхнул синим светом — зона замедления. Если я попаду туда, моя ловкость упадет.

Я не стал ждать активации дебаффа. Моя база — тридцать восемь единиц ловкости. Против его базовых двадцати трех я быстрее. Даже если у него прибавка от снаряжения.

Резкий рывок вправо, уходя с линии предполагаемой атаки и минуя синюю зону. Пока Евгений завершал каст своего заклинания контроля, я сократил дистанцию до двух метров.

Экзаменатор понял, что план А провалился. Моя скорость сорвало его контроль. Он разорвал дистанцию назад, пытаясь выиграть секунду на перезарядку навыков. Но было поздно.

Я вложил всю инерцию шага в колющий выпад мечом «Грань». Целился не в корпус — там броня примет удар. Цель — стык шеи и плеча. Открытый участок между шлемом и наплечником.

Клинок метнулся вперед смазанной серебристой полосой.

Однако Евгений оказался ветераном. За долю секунды до удара он резко ушел в перекат влево, используя импульс отхода. Мой меч вспорол воздух, пройдя в миллиметре от его кадыка.

Он попытался контратаковать снизу вверх, пока я был открыт после промаха. Стандартная связка Танцующего клинка.

Я не стал возвращать меч замахом. Вместо этого провернул кисть, перехватив лезвие обратным хватом, и принял его удар на плоскость клинка. Звук лязга стали о сталь эхом отразился от стен. Блок идеальный.

Не давая ему времени разорвать дистанцию снова, я ударил ногой в голень. Не сильно, но точно по сухожилию. Нога Евгения подкосилась. Потеря равновесия на полсекунды.

Этого хватило. Я крутанулся вокруг своей оси, занося меч для рубящего удара сверху вниз. Он вскинул свой клинок в отчаянной попытке парировать, но скорость моего разворота оказалась выше.

Лезвие «Грани» обрушилось на его предплечье. Защита выдержала — посыпались искры, рука экзаменатора онемела от кинетики, пальцы едва не выпустили рукоять.

Мой левый кулак врезался ему в солнечное сплетение одновременно с приземлением меча.

«ХАК!» — воздух выбило из его легких. Броня спасла ребра, но удар тяжелого сапога дезориентировал.

Финальная точка. Кончик моего клинка замер в сантиметре от его правого глаза.

Всё произошло быстро.

Евгений тяжело дышал, глядя на острие моего меча. Затем медленно поднял руки в знаке сдачи.

— Достаточно, — прохрипел он, опускаясь на одно колено. — Бой окончен. Победа за испытуемым.

Он выпрямился, массируя плечо, и посмотрел на меня уже другим взглядом — уважительным.

— Ты выиграл. Чисто. Никаких травм нет?

— Нет.

— Второй ранг угрозы будет присвоен официально. Можешь идти обратно к регистратору и отдай свой номер полученный там же вместе с картой. Через полчаса твоя ID-карта будет обновлена. Поздравляю.

Я молча убрал меч в ножны. Первый этап завершен. Впереди самое интересное.

Я вернулся в зал регистрации. Девушка за стойкой подняла на меня взгляд, оторвавшись от сканирования чьих-то документов.

Я положил на прорезиненное покрытие стойки мятый клочок термобумаги с номером Р-319 и свою старую ID-карту охотника первого ранга. Она провела пластиком по сканеру, сверяя данные с терминалом.

— Присаживайтесь, ожидайте вызова, — сухо бросила она, возвращаясь к своей работе.

В зале ожидания пахло дешевым кофе и усталостью. Я сел подальше от основной толпы новичков, чтобы не светить своим расслабленным состоянием. Спустя минут двадцать пять над стойкой зажглась моя фамилия.

Девушка кивнула мне, когда я подошел. В её глазах впервые мелькнуло что-то похожее на профессиональную вежливость.

— Брагин Иван? Поздравляю с официальным подтверждением Второго ранга угрозы, — она протянула мне новенький пластиковый прямоугольник. Тот самый запах свежей полиграфии, который был у моей первой карты.

— Ваша категория доступа обновлена. Удачной охоты.

— Спасибо, — коротко кивнул я, пряча карту в карман шорт.

На улице было жарко. Вызвав такси через приложение, я откинулся на сиденье и закрыл глаза. 10:10 утра. Теперь можно приступать ко второй части плана. Легализация капитала.

Но сначала — база. Я открыл интерфейс прямо в салоне машины, пока мы стояли на красном сигнале светофора. Три свободных очка характеристик, полученные за десятый уровень, всё ещё висели мертвым грузом. Для моего стиля боя Ловкость уже достигла предела полезности против большинства целей своего ранга. Теперь нужно укреплять фундамент.

[СИЛ(15+10)] -> [Выделить 3] -> [Подтвердить].

Цифра подсветилась и изменилась.

[Характеристики: СИЛ(18+10) ЛОВ(38) ВЫН(14+5) ИНТ(25)]

Домой я вошел тихо. Настя была в гостиной, делала что-то в планшете.

— Я официально Второй ранг, — сказал я, вешая кепку.

Она вскинула голову, моргнула пару раз, осознавая информацию, а затем присвистнула.

— Серьезно? Уже? Ты же только два месяца назад выпустился! Такое обычно только у мажоров бывает, которые миллионы на зелья спускают...

Её взгляд вдруг стал хитрым. Она прищурилась, сложив руки на груди.

— Хотя погоди... ты же сам ходишь в рейды почти каждый день. И кристаллы эти сдаешь... Ну да, ну да. Теперь понятно. Ты тоже у нас теперь «богач».

Я криво усмехнулся, проходя мимо неё на кухню ставить чайник.

— Не выдумывай. Но на хлеб нам точно хватит.

Я достал из рюкзака термос, начал заваривать крепкий чай. Нужно заправиться перед дорогой.

— Кстати, — бросил я через плечо. — Меня не будет дня три-четыре. Снова ухожу в портал.

Настя отложила планшет.

— Опять? Так скоро?

— Да.

— Будь осторожен, — сказала она серьезно. — После того как вылезли эти новые порталы... говорят, аномалии нестабильные.

— Это ты будь осторожна, — отрезал я, поворачиваясь. — Сидишь дома. Телефон всегда включен. Если будут хоть малейшие признаки, сразу в бункер. Ясно?

Она закатила глаза, но кивнула:

— Ясно. Иди уже, маньяк работы.

Портал Первого ранга со скелетами остался позади. Сегодня цель другая. Портал так называемых «Рого-кролов». Твари размером с крупную собаку, покрытые густой шерстью, с острым костяным шипом посреди лба. Агрессивные, быстрые, бьют таранным ударом.

Шаг в марево перехода. Давление на перепонки, вспышка света.

Пахнуло хвоей и влажной землей. Я стоял посреди густого зеленого леса. Деревья здесь были похожи на земные сосны и березы, только кора отдавала легким серебристым отливом. Никаких черных стволов или белого киселя. Обычный дикий мир как и в портале кабанов.

Я сделал глубокий вдох, расправляя плечи. Чувство абсолютной свободы ударило в голову сильнее любого алкоголя. Только я, меч и лес. Возможность ходить в порталы соло — это то, ради чего стоит жить. Пусть Первый ранг, пусть низкоуровневый, но соло.

Лес тянулся во все стороны сплошным массивом. Исследовать его целиком одному невозможно — на это уйдет месяц непрерывного марша. Выбирать направление вслепую бессмысленно, но стоять на месте глупо. Я вытащил из кармана мелкую медную монетку. — Орел — направо, решка — налево.

Подкинул.

Поймал.

Решка.

Я убрал монету, поправил лямки рюкзака и двинулся налево, заходя под тень высоких деревьев. Изучение началось.

Я шел, мерно переставляя ноги по мягкому ковру из опавшей листвы. Тишину леса нарушал лишь хруст веток под моими ногами и редкое фырканье рого-кролов где-то в кустах.

Голова работала в привычном режиме анализа. Человечество изучало порталы уже двадцать пять лет. Миллионы экспедиций. Мы научились создавать зелье, делать оружие из костей монстров и даже использовать некоторые минералы как топливо. Но фундаментальные законы этих миров всё ещё оставались загадкой.

Например, ботаника. Любой школьник знал: если посадить земное семя — будь то дуб или простая пшеница — в почву любого портала, оно не прорастет. Никогда. Даже если земля там чернозем, а климат идеален. Фотосинтез просто отказывается работать под светом чужих солнц. И все же я предпочитаю проверять все сам, а не верить только учебникам.

Мои мысли переключились на архитектуру. За все свои рейды мне так и не удалось нормально изучить Ядро портала. Хоть я его и находил. Было бы неплохо найти его здесь. Ну и тайник... да, удача любит троицу. После двух находок грех жаловаться, но жадность охотника — двигатель прогресса.

Пока что план прост: наблюдение.

Я двигался прямо, стараясь не сходить с воображаемой линии, отмеряя расстояние шагами. Примерно километр от входа — тишина. Полтора — первый враг.

[Цель: Кролорог]

Ну и название...

[Звание: Рядовой]

[Искажение при переносе: 50%]

[Характеристики: СИЛ(10) ЛОВ(20) ВЫН(10) ИНТ(7)]

Они были быстрее гоблинов благодаря двадцатке ловкости. И ходили строго поодиночке. Редко когда парами. Именно поэтому эта локация была непопулярна — слишком долго выискивать тварей по одной в густом лесу. Толпой они не агрятся, значит, можно расслабиться.

Первый крол выскочил из папоротников спустя полчаса пути. Увидел меня, наклонил голову, выставив вперед костяной шип, и бросился в лобовую. Уклонение вправо. Горизонтальный росчерк «Грани» рассекает бок. Тварь пролетает по инерции еще метр, разворачивается, но падает замертво — перебит позвоночник. Кристалл есть. Бросаю в нвентарь.

Я продолжил путь. Спустя час такого марша мой взгляд зацепился за аномалию. Хотя полноценным деревом это назвать было нельзя. Просто какой-то низкорослый кустик, похожий на перекати-поле, высотой около полуметра. Он стоял абсолютно голый, без листьев, хотя вокруг всё цвело. И главное — он был один. Стоял посреди небольшой проплешины, отдельно от остального леса.

Я остановился. Инстинкты требовали считать геометрию. Присмотрелся внимательнее. Кустик стоял ровно в центре креста. Если мысленно соединить четыре огромных сосны, стоящих по краям этой поляны, их диагонали пересекались точно в корнях этого странного растения. Слишком идеально для случайности природы. Похоже на метку. Или рычаг.

Подошел ближе. Опустился на одно колено, не сводя глаз с верхушек тех самых четырех деревьев. Потрогал сухой стебель. Попробовал провернуть основание куста, упираясь ногой в землю. Никакой реакции. Вообще никакой. Ни скрипа, ни щелчка механизма. Обычная сухая древесина.

Осмотрел траву вокруг — следов копания нет. Пнул камень рядом — ничего.

— Совпадение, — буркнул я себе под нос, поднимаясь. Иногда геометрия бывает просто геометрией.

Пнув высохший куст для успокоения совести, я пошел дальше.

Еще через пару часов неспешного хода — ориентировочно километров пять от точки входа — лес начал меняться. Появились каменистые выступы. Мой счетчик убийств показывал двенадцать туш рого-кролов. Семь кристаллов пополнили запасы. Негусто, но для разминки сойдет.

Впереди, чуть правее моего курса, зиял черный провал пещеры. Узкий вход в скале, поросший мхом. Идеальное место для логова более крупной особи или... для тайника.

Рефлексы сработали сами. Меч покинул ножны со стальным шелестом. Движение приставным шагом. Внутри пахло пылью и сыростью. Луч с улицы прорезал темноту, высвечивая гладкие стены песчаника. Пещера оказалась неглубокой камерой метров десять в диаметре. Никого. Абсолютно пусто. Ни гнезда, ни костей, ни сундуков. Кристально чистая пустота, словно комнату кто-то вымел перед моим приходом.

Раздраженно хмыкнув, я вышел обратно под кроны деревьев. Обман зрения.

Пустые пещеры всегда раздражают сильнее, чем полные врагов. Я вышел обратно под кроны, жмурясь от бьющих сквозь листву лучей чужого солнца. На границе света и тени мелькнул смазанный силуэт. Тринадцатый "кролорог" выскочил из папоротников беззвучно, целясь рогом мне точно в печень. Уклонение корпусом назад. Лязг стали — «Грань» встретила удар ребром, отводя костяной шип в сторону, прежде чем лезвие погрузилось монстру под нижнюю челюсть.

Хруст перебитого позвоночника. Тварь рухнула на мягкий мох, дернув лапами. Я выдернул клинок до того, как тело перестало содрогаться — рефлекс, въевшийся в мышцы намертво. Стряхнув густую темную кровь с лезвия о ближайший ствол, я присел рядом. Стандартная процедура: надрез у основания рога, извлечение пульсирующего кристалла размером с грецкий орех. Лес снова затих, обступая меня равнодушной зеленой стеной. Продолжаем маршрут.

---

Конец главы 20

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 21. Покупка века

Я продолжил движение по тому же маршруту.

Спустя еще примерно двадцать километров пейзаж начал меняться. Деревья стали ниже, почва под ногами сменилась с мягкой лесной подстилки на твердый, спекшийся камень. Я шел до самого местного «вечера» — здесь не было солнца, просто рассеянный свет купола стал тусклее, приобретая болезненно-фиолетовый оттенок.

А потом я уперся в стену.

Точнее, в границу портала. Она выглядела как абсолютная пустота. Земля просто обрывалась. Ни тумана, ни марева — только резкая черта, за которой нет ничего. Даже гравитация там заканчивалась: брошенный камешек долетел до края и исчез, не издав звука падения. Вблизи это напоминало стеклянную полусферу, накрывающую наш мир. Купол переливался перламутром, искажая перспективу. Но если отойти хотя бы на километр, эта граница становится абсолютно невидимой для глаза. Идеальная маскировка тюрьмы.

Разворачиваться и идти обратно тем же путем — тратить время. Я решил обойти этот сектор по дуге справа. День, потраченный на марш-бросок к краю мира, прошел практически впустую, если не считать 39 кристаллов рого-кролов.

Нужно было искать место для ночлега. Безопасное и сухое. Пещера или выворотень. Спустя десять минут поисков нашелся старый древесный корень, создававший естественный навес над неглубокой нишей в скале.

Я собрал сухой валежник. Чирк спички. Вспыхнул огонь. Рого-кролы были хоть и агрессивными, но пугливыми тварями. Запах дыма и отблески пламени держали их на расстоянии. Можно спать спокойно... теоретически.

Проблема была в другом. Костер нужно поддерживать. Дров хватит часа на три-четыре интенсивного горения, потом останутся лишь угли, которые эту шерстяную братию не остановят. Проспать всю ночь человеческим сном опасно — замерзнуть не замерзну, но проснуться от того, что тебя жуют — удовольствие сомнительное.

— Система, — позвал я мысленно, глядя на пляшущее пламя. — Можешь поставить таймер? Разбуди меня через два часа, мне нужно дров подкинуть.

[Запрос отклонен.]

[Данная функция отсутствует в доступных вам базах данных.]

[Во время сна Оператора Системы управления развитием переходит в режим пониженного энергопотребления.]

Замечательно. Единственный мой будильник уходит на пересменку вместе со мной. Придется импровизировать.

Я достал из рюкзака пластиковую бутылку воды на полтора литра. Проколол дно калиброванным отверстием в два миллиметра. Нашел пустую консервную банку, которую таскал с собой чисто из привычки выживальщика (мусорить в портале нельзя, всё свое уношу с собой). Намертво зажал между камнями, чтобы она сработала как резонатор и не отлетела.

Шлем положил на нависающий корень так, что его центр тяжести висит в воздухе. Через вентиляционные прорези пропустил шнурок: один конец держит бутылку через веточку-перекладину, второй — сам корпус шлема. Пока бутылка полная, её вес натягивает шнур и прижимает затылок шлема к корню, удерживая всю конструкцию в шатком равновесии.

Вода вытекает около четырех часов. Когда масса пластика падает до критической точки, натяжение исчезает. Шлем мгновенно теряет баланс, рушится вертикально вниз и бьет со всей силы в гулкую жесть. Резкий грохот поднимет мертвого.

Убедившись, что конструкция стабильна, а костер дает достаточно тепла, я завернулся в походное одеяло. Уснул мгновенно.

ГРОХОТ.

Я вскинулся, хватаясь за рукоять меча еще до того, как открыл глаза. Сердце колотилось где-то в горле. Темнота. Тишина. Только шипение углей. Будильник сработал. Вода вытекла, шлем упал. Значит, прошло около двух часов.

Чертыхнувшись, я сел, разминая затекшую шею. Подкинул заранее заготовленную охапку веток в костер. Огонь радостно затрещал, пожирая сухостой. Свет отпугнул какую-то мелкую тень, метнувшуюся прочь от лагеря.

Я снова лег, поправив конструкцию. Вытекание воды — процесс не быстрый, но надежный. За ночь бутылка опустошалась трижды. Каждый раз грохот падающего шлема вырывал меня из полузабытья, заставляя подбрасывать дрова.

К утру я был злой, не выспавшийся, но живой. И костер всё ещё горел.

Утро встретило меня сыростью и запахом гари. Я быстро затушил остатки коста, забросал их землей. Закинул рюкзак на плечи. Мышцы ныли после ночи с импровизированным будильником, но голова была ясной.

Обратная дорога по дуге всегда длиннее прямой линии. Вместо двадцати пяти километров чистого пути мне предстояло пройти около сорока. Я двигался размеренным шагом: три минуты ходьбы, тридцать секунд остановки, осмотр периметра, проверка следов.

План всё тот же: наблюдение и сбор данных. Надежда найти что-то уникальное или хотя бы приличный тайник тлела где-то на задворках сознания, но я её не гнал.

Спустя примерно пятнадцать километров неспешного хода сквозь густой подлесок слух уловил шаги. Тяжелые, уверенные. Не крадущиеся шаги зверя, а топот подкованных ботинок нескольких людей. Они шли мне навстречу, немного забирая левее моего курса.

Я не стал менять темп или прятаться за деревом. Просто продолжил идти, лишь чуть сместившись к краю тропы, чтобы оставить им место для прохода. Через пару минут заросли папоротника раздались, и на прогалину вышла группа.

Четверо. Все мужчины. Одетые в обычную экипировку.

Уровни... Девятый уровень у каждого.

Странная пати. Для фарма рого-кролов четверым девятого уровня(опытным) здесь делать абсолютно нечего. Слишком жирно для такой низкоуровневой локации. Обычно сюда ходят вдвоем ради медитативного кача. А четверо... это либо гильдейский отряд на спецзадании, либо...

— Привет, — окликнул меня человек с классом Викинг, когда я поравнялся с ними. Голос хриплый. — Одинокий волк? Куда путь держишь?

Я проигнорировал слова. Прошел еще пару метров, разрывая дистанцию вплотную, чтобы им пришлось развернуться ко мне лицом, если захотят напасть со спины. И тогда они сделали свой ход.

Резко повернувшись всем корпусом назад — движение отработанное, синхронное — я увидел то, что ожидал увидеть. Это мародеры. Лучник уже натягивал тетиву. Стрела смотрела мне точно между глаз. Расстояние — пять метров. Время реакции человеческого лука против моей скорости...

Время как будто замедлилось. Я упал вниз, уходя перекатом вправо прямо в момент спуска тетивы. Короткий свист над головой. Стрела ушла в ствол сосны позади.

Как только мои ноги коснулись земли в низкой стойке, группа перешла в атаку. Танк пошел тараном сбоку, занося двуручный молот. "Викинг" выхватил тесаки. Третий боец попытался зайти справа.

"Викинг" прыгнул первым. Он хотел прижать меня массой. Классическая ошибка тяжеловесов — вложиться в инерцию. Я ушел вбок вращением корпуса, пропуская его тушу мимо себя. Мой клинок встретил его боковое ребро снизу вверх. Звук удара был похож на раскол арбуза. Клинок вошел глубоко, перебивая позвоночник. Его туша весом в сто килограммов неслась по инерции. Когда мой клинок перебил ему позвоночник снизу вверх, нервный импульс не успел дойти до ног. Сердце сокращалось еще три секунды, выдавливая кровь из раны толчками мне на лицо.

Одновременно с этим Танк достиг точки нашего стояния. Но там меня уже не было. Я оказался у него за спиной. Удар рукоятью меча в затылочную впадину. Хруст позвонков. Готов.

Остались двое легких. Лучник пытался достать вторую стрелу, но руки дрожали от шока — два соратника упали мертвыми за пару секунд. Второй ДД бросился на меня с кинжалами.

Он двигался быстро, но не быстрее меня. Я просто шагнул ему навстречу, принимая порез предплечья на жесткий блок. Моя свободная рука схватила его за горло, впечатывая затылком в ближайший ствол. Раздался мокрый хруст. Глаза парня закатились.

Последний — лучник — бросил оружие. Поднял руки.

— Всё, всё! Отпусти! Мы просто поговорить хотели!

Я смотрел на него пустыми глазами. В мыслях не было ни злости, ни ярости. Только холодный анализ. Мародеры порталов — падаль. Они грабят тех, кто слабее, думая, что Ассоциация далеко. Такие люди разрушают саму суть охоты. Они заслуживают только одного.

Клинок вошел ему под нижнюю челюсть вертикально вверх. Тихий влажный звук. Тело осело на колени, а затем завалилось набок.

Тишина обрушилась на лес внезапно.

Я стоял посреди поляны, окруженный четырьмя трупами. Организм среагировал раньше мозга. Горло сдавило спазмом. Меня согнуло пополам, и завтрак вместе с желудочным соком вырвался наружу прямо на мох.

Рвало долго, выворачивая внутренности. Ноги дрожали. Но голова оставалась пугающе ясной. Холодной. Как только спазмы прекратились, я выпрямился, опираясь о дерево. Сплюнул горечь. Достал воду, прополоскал рот.

«Так и нужно поступать», — пронеслась отстраненная мысль. — «Это не люди. Это мусор».

Я выдергиваю клинок, и сталь издает влажный чавкающий звук. С лезвия срываются тяжелые темные капли. Запах меди забивает ноздри, смешиваясь с вонью немытых тел мародеров. Желудок снова спазмирует, но во рту уже пусто.

Собрав всё ценное, я закинул вещи в инвентарь, а кристаллы в рюкзак. Нужно возвращаться домой.

Я закрыл дверь квартиры на замок. Только после того, как щелкнул металл, я позволил себе выдохнуть. Рюкзак с глухим стуком упал на пол прихожей. Пройдя в спальню, я сел прямо на край кровати. И выпил пять зелий.

[Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 11]

[Опыт: 5830/6500]

Одиннадцатый уровень. Свободные три очка пока подождут.

Проверка баланса банковского приложения:

[Доступно: 2 154 440 руб.]

Два миллиона сто пятьдесят тысяч. И это только с кристаллов (минус миллион на зелья). Экипировка четырех мертвецов сейчас лежит в инвентаре — её я сброшу перекупам позже, когда шум уляжется.

Мысли о машине возникли сами собой. Права жгли карман. Общественный транспорт вызывал тошноту. Нужно купить что-то надежное. Бюджет позволял взять хороший внедорожник или седан бизнес-класса.

Но покупка машины — это выход в город, автосалоны, оформление документов. «Будильник», который я соорудил ночью, спас костер, но убил остатки сна. Падающий шлем каждые два часа — сомнительный отдых. Я проспал всего пару часов урывками.

Сейчас мне нужен был полноценный перезапуск. Еда, вода и горизонтальное положение минимум на шесть часов. Машина никуда не убежит.

Я разделся и лег под одеяло. Закрыл глаза. Сон сморгнул реальность мгновенно.

Когда проснулся, то за окном было ещё светло, часы на стене показывали 17:05. Организм проспал почти восемь часов мертвецким сном.

Голова была ясной. Я встал, прошел на кухню. Пока закипал чайник, я смотрел на парковку в предвкушении.

Кофе обжег язык горечью, окончательно прогоняя остатки сна. На часах — 17:15. Салоны официальных дилеров работают до девяти, премиальные центры — круглосуточно. Времени более чем достаточно.

Салон встретил меня стерильной тишиной, запахом дорогой кожи и ароматом дорогого пластика. Менеджер — парень в идеально сидящем костюме — отделился от стены так бесшумно, что я его не заметил.

— Добрый вечер. Интересует конкретная модель или желаете осмотреться?

— Конкретика, — ответил я, кладя ID-карту охотника на стойку. Она пискнула, подтверждая мою личность и баланс счета.

— Седан. Полный привод. Двигатель атмосферный, минимум три литра. Никаких турбин. Цвет — черный или темно-серый. Бюджет полтора миллиона.

Парень моргнул, сглотнув слюну. Сумма для обычного человека космическая, для охотника моего уровня — карманные расходы.

— У нас есть отличный вариант... Toyota Crown последнего поколения. Или если хотите чуть больше драйва — BMW M5 предыдущего кузова, состояние идеальное...

— Покажи «Корону», — перебил я. Мне нужна машина-корабль. Тихая, тяжелая, способная переварить наши дороги и внушающая уважение одним видом габаритов.

Через полчаса тест-драйва по закрытой площадке салона решение было принято. Машина стоила своих денег. Плавность хода пневмоподвески глотала стыки плит, которые обычно отдавались болью в позвоночнике.

Оформление заняло еще сорок минут. Подпись здесь, подпись там. Биометрия сетчатки глаза. Проверка легальности средств через гильдейский терминал (система молча приняла перевод). В итоге мне выдали ключи, брелок сигнализации и папку с документами.

Я сел за руль. Кожа сиденья приняла тело как родная. Запах нового автомобиля — смесь химии, клея и возможностей — ударил в нос лучше любого стимулятора.

Двигатель завелся с глубоким, утробным рыком V6. Выехав за ворота автосалона, я сбросил маску. Правая педаль ушла в пол.

Шестиступенчатый автомат скинул передачу вниз. Три литра объема взревели, впечатывая затылок в подголовник. Стрелка спидометра прыгнула к сотне километров в час быстрее, чем я успел моргнуть. Разгон был пушечным, ровным, лишенным турбоям.

Вечерний город превратился в размазанную полосу огней. Я нырял в переулки, уходил во дворы, срезая углы. Прям как когда-то курьером. Каждый поворот руля отзывался идеальным послушанием четырех колес. Это было чистое, незамутненное чувство абсолютного контроля над пространством. Никакой магии, только физика, подчиненная моей воле.

Очнулся я уже не далеко от дома, когда понял, что лечу под сто шестьдесят там, где разрешено шестьдесят. Сбросил скорость, выровнял дыхание.

— Скажи спасибо пустым дорогам, — говорю зеркалу заднего вида, массируя затекшую шею. Еще один такой разгон по городу, и полиция заберет права раньше, чем я успею понять что происходит.

Домой я приехал около половины десятого вечера. Двор родного спального района встретил привычным гулом трансформаторной будки. Припарковавшись у подъезда — я поднялся в квартиру.

Замок щелкнул. В прихожей пахло домом. Из кухни тянуло жареным луком и мясом.

— О, вернулся? — Настя вышла в коридор, вытирая руки полотенцем.

— Ага, — кивнул я, скидывая кроссовки.

— Ужин готов. Гречка с котлетами. Иди мой руки.

Я пошел в ванную, смывая пыль. Когда вернулся на кухню, она уже накладывала еду. Мы ели молча, слушая тихое гудение холодильника. Было уютно. По-настоящему спокойно впервые за долгое время.

Она ставит передо мной тарелку, и пар от котлет бьет в лицо густым, до слез домашним запахом. Я втягиваю его носом, зажмурившись.

Когда ужин закончился, я отнес свою тарелку в раковину. Настя собирала посуду. Проходя мимо, я случайно задел её плечом, привлекая внимание.

— Держи, — сказал я, протягивая ей связку ключей на кожаном ретракторе.

Она взяла их, повертела в пальцах. Нахмурилась, рассматривая массивный брелок с логотипом.

— Что это? — спросила она тихо. — Неужели...

— От машины, — подтвердил я. — Оформил сегодня.

Её глаза округлились. Она смотрела то на ключи, то на меня, пытаясь осознать масштаб произошедшего.

— Ты... купил машину? Настоящую?

— Говорю же, да.

Она вдруг улыбнулась — широко, искренне, совсем по-детски.

— Прокатишь? — спросила она шепотом. — Хотя бы вокруг дома.

— Завтра, — усмехнулся я. — Я снова труп. Спать хочу так, что сейчас стоя усну.

Она засмеялась, забрала у меня пустую чашку и пошла мыть её.

— Кстати, — крикнула она из кухни. — Раз уж у нас теперь есть колеса... Может, съездим домой? На выходных. Просто воздухом подышать.

— Посмотрим, — ответил я хрипло.

Она снова появилась в дверях, улыбаясь. Кажется, первый раз за долгое время я видел её действительно счастливой.

— Ладно, — сказала она, забирая со стола кружку. — Я спать. Тебе тоже советую. Глаза красные.

Я остался один на кухне. Вышел на балкон. Город внизу жил своей жизнью — фарами машин, редкими сиренами скорой.

---

Конец главы 21

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 22. Постоянная группа

Я лежал на кровати, закинув руки за голову. Потолок моей новой съемной квартиры казался сейчас выше обычного — или это просто мозг наконец-то перестал работать в режиме постоянного выживания.

Весь день прошел впустую. Я перебирал варианты: искать по одному через сайт?... Пытаться переманить кого-то из других пати или гильдий? Все слишком долго, время утекает сквозь пальцы.

А потом пришла она. Максимально простая мысль, которая должна была посетить меня еще утром, когда я прокатил Настю, но я искал сложные пути там, где нужна была базовая логика маркетолога. Зачем мне бегать за ними, если они сами придут ко мне?

Я сел, подтянув к себе ноутбук. Открыл браузер. Сайт Охотников. Раздел «Поиск группы». Вместо того чтобы фильтровать чужие заявки, я нажал кнопку «Создать объявление».

Заголовок: [ПОСТОЯННАЯ ГРУППА] Набор основы для будущей Гильдии.

Текст вышел сухим, жестким и конкретным. Никаких розовых соплей про дружбу и братство до гроба. Только холодный расчет:

«Идет набор в постоянный состав рейдовой группы с последующим вступлением в гильдию лидера при её официальном создании.

Необходимо 5 человек основного состава (x2 танк, х2 ДД, хил). Если заявок будет больше — проводится жесткий отбор.

Условия контракта:

1. Подписавший обязуется вступить в будущую Гильдию Лидера без права отказа после её регистрации.

2. Распределение лута внутри группы решает лидер (минимум 20% от общей стоимости добычи уходит лидеру как организатору).

3. Полная явка в порталы согласно графику. Прогул = штраф.

4. При подписании контракта выдается одно снаряжение Обычного качества каждому участнику.

5. Оплата за вход в портал производится лидером.

6. Ежемесячная выдача расходников (минимум 1 зелье Высшего Первого ранга каждому и вплоть до несколько Высшего Второго ранга).

7. Организация тренировок, обучение тактике группового боя под руководством лидера.

Требования:

— Статус Пробужденного подтвержден Ассоциацией.

— Выпускник Высшей школы охотников (наличие ID-карты обязательно).

— Уровень подготовки не важен.

— Наличие адекватного характера и отсутствие проблем с субординацией.»

Я перечитал текст дважды. Это даже лучше, чем искать самому. Они придут уже мотивированными. Из этой массы песка я просею золото нужного мне калибра.

Палец завис над кнопкой «Опубликовать» на долю секунды. В голове мелькнула мысль о том, что теперь на моей шее будут висеть живые люди. Но математика тут же всё расставила по местам: пять надежных инструментов стоят дороже одного, который пытается закрыть собой все дыры.

Клик.

[Объявление размещено.]

Я откинулся обратно на подушку. Экран ноутбука погас от бездействия. Вот и всё. Дело сделано. Теперь остается только ждать потока сообщений и фильтровать человеческий материал.

Из них я вылеплю то, что мне нужно.

Три дня ушли на первичный отсев. Интернет — это помойка, где каждый второй мнит себя королем мира, а первый уровень угрозы считает билетом в Вальгаллу. Из сотен откликов осталось тринадцать адекватных анкет.

Я проверил их каналам: пробил ID-карты через базу Ассоциации (статус «Активен», судимостей нет), посмотрел рейтинги гильдий, если они там состояли. Теперь предстоял самый сложный этап — живое общение. Никакой интерфейс не покажет тебе гнильцу внутри человека так, как его бегающие глаза при неудобных вопросах.

Кафе я выбрал нейтральное, тихое, недалеко от центра. Интервал — тридцать минут. Достаточно, чтобы выпить кофе и составить мнение, но недостаточно, чтобы люди пересеклись друг с другом у входа.

10:00 | Глеб Воронов | Класс: Страж | Уровень 2

Парень пришел ровно к назначенному времени. Худощавый, нервный, пальцы постоянно теребят край рукава. Выпуск этого года. Второй уровень спустя два месяца после школы — классический диагноз «не везло с пати».

— Почему Страж на такое тело? — спросил я, размешивая сахар. — Тяжелый щит требует Силы, а у тебя её кот наплакал.

— Я... я знаю, что слабый, — он говорил быстро, глотая слова. — Но я же не выбирал. Но мне нравится. Принять удар, который должен был убить другого. В школе нас учили, что танк — это стена. Я хочу быть стеной.

Он смотрел прямо. Без пафоса, без желания понравиться. Просто констатировал факт своей ущербности, которая для него была предметом гордости.

Вердикт: Идеально. Мне не нужен гладиатор-танк. Мне нужен человек, который закроет хилера или ещё кого собственным телом и не сбежит.

11:30 | Ирина Князева | Класс: Снежный Лучник | Уровень 9

Вошла уверенно. Движения плавные, экономные. Форма сидит идеально, волосы собраны в тугой хвост. Девятый уровень два года спустя выпуска — она работает. Много и тяжело.

Она села напротив, положила руки на стол. Открытая поза.

— Условия контракта жесткие, — начала она сразу, без прелюдий. — Двадцать процентов лидеру вне зависимости от лута. Плюс выдача расходников... Это пахнет либо сектой, либо очень богатым папочкой. Ты выглядишь слишком молодо для второго варианта.

Я усмехнулся. Она умна. Не боится задавать неудобные вопросы.

— Это пахнет математикой, Ира. Постоянная группа убивает мобов втрое быстрее рандома. Ваши проценты перекроются скоростью фарма уже на первой неделе. А зелья нужны, чтобы вы не легли на первом же мобе, пока будете копить на свою экипировку. Я вкладываю деньги сейчас, чтобы потом получать стабильную прибыль с вашей эффективности. Бизнес.

Она долго смотрела на меня, затем медленно кивнула.

— Честно. Мне подходит.

Вердикт: Берем. Профессионализм такого уровня стоит дороже любых стартовых бонусов.

14:00 | Артур Смирнов | Класс: Пиромант | Уровень 8

Опоздал на семь минут. Пришел с огромным стаканом энергетика из фастфуда. Сел развалившись, забросив ногу на ногу.

— Короче, слушай, — начал он, даже не поздоровавшись. — Я видел твой пост. Гильдия, контракты... Скучно. Но раз ты платишь за вход и даешь банки...

— Какую роль ты видишь для себя в критической ситуации? — перебил я его поток сознания. — Когда хилер падает, а на танке висит три моба?

— Ну, я ж огненный! — заржал он. — Кидаю лужу под ними, взрываю всё нахрен!

— То есть ты готов спалить танка заживо ради лишнего урона?

— Да ладно тебе, братан, чего ты душный такой? Это же игра! Расслабься.

Его взгляд бегал поверх моей головы. Он не слышал вопросов, он репетировал свой монолог перед зеркалом. Человек-одиночка, эгоист до мозга костей. Такие первыми бросают группу, если запахнет жареным, потому что "жизнь одна".

Вердикт: Мимо. Даже бесплатно не возьму. Такой ДД убьет группу быстрее любого босса. Зато в интернете понаписал...

К вечеру, вернувшись домой и заварив чай, я открыл планшет. Список прошедших первичное собеседование сузился до пяти имен. Тех, чей контракт можно подписывать завтра.

Я мысленно перебирал состав будущей группы:

Воронов Глеб.[Страж]. Второй уровень, свежий выпускник. Зеленый, но исполнительный. Показал идеальное знание механик защиты щитом. Будет впитывать урон, пока более опытные держат фланги. Утвержден как основной щит.Ушаков Алексей.[Бастион]. Шестой уровень, тоже зеленый, но амбициозный. Его класс специализируется на глухой обороне. Идеальный второй танк для удержания. Утвержден.Носов Данил.[Жрец]. Девятый уровень. Три года в деле. Спокойный как удав. Во время разговора спросил только одно: «Какова смертность в вашей пати?». Услышав ответ «стремится к нулю», кивнул и больше рта не открывал. Наш идеальный лечащий фундамент. Утвержден.Князева Ирина.[Снежный Лучник]. Девятый уровень. Хладнокровная машина для убийств. Прошла проверку. Утверждена.Лавров Евгений.[Смертник]. Четвертый уровень. Молодой парень, нервничал, путался в словах, но когда речь зашла о рейдах, преобразился. Рассказывал о первом своём рейде так, словно писал диссертацию. Готов жертвовать телом ради урона. Рискованный выбор, но потенциал огромен. Утвержден.

Первый кирпич моей империи заложен.

Я открыл мессенджер, создал новую группу и без лишних церемоний добавил туда пять контактов.

[Групповой чат: «Основа»]

[Иван Брагин]: Добрый вечер. Завтра в 9:00 жду всех в том же кафе у окна. Форма одежды — походная. С собой иметь только себя и еду. Опоздание приравнивается к прогулу с первого дня. До встречи.

Я скинул сообщение, заблокировал экран и рухнул на кровать.

Утро началось не с будильника, а с вибрации смартфона под щекой. На часах было 07:30. Голова была тяжелой, но мысли работали четко.

Первым делом я зашел в лавку ассоциации по пути. Пять флаконов Высшего Первого ранга легли на стойку. Сумма списалась со счета неприятной, хоть и маленькой цифрой, но это были необходимые инвестиции.

В 08:55 я толкнул стеклянную дверь кафе. Все пятеро уже сидели за тем же столом. Они пришли даже раньше меня. И что важнее — все были в экипировке. Не просто одеты, а именно собраны для выхода: рюкзаки подогнаны, оружие пристегнуто к поясам или скрыто под плащами. Никто не задавал вопросов вроде «а мы сразу пойдем?».

— Садитесь плотнее, — кивнул я, занимая свое место и выкладывая на стол стопку из пяти одинаковых пластиковых папок.

Контракты зашуршали страницами. Я молча наблюдал, как они читают. Глеб водил пальцем по строчкам, беззвучно шевеля губами. Ирина пробегала текст быстро, цепляясь взглядом только за пункты о штрафах и распределении лута. Данил читал медленно, методично, будто проверял код на наличие багов. Остальные двое просто скользили глазами, доверяя лидеру.

Подписи поставили почти одновременно. Сухой щелчок ручки ознаменовал переход от слов к делу.

— Хорошо, — я собрал папки. — Теперь вторая часть сделки.

Я расстегнул боковой карман рюкзака и выложил на стол перед каждым по одному предмету. Четыре кольца Обычного качества (тяжелые, стальные, с тусклым красным камнем) и одно Ожерелье (витая проволока с матовым черным кулоном). Хорошо что ещё не продал.

— Это аванс, — пояснил я, пока они рассматривали лут. — Надевайте.

Никаких восторгов. Только деловитость. Кольца защелкнулись на пальцах, ожерелье легло на шею Носова.

— Портал красных гоблинов, Первый ранг, — произнес я, поднимаясь из-за стола. — Работаем стандартным построением. Танки держат удар любой ценой. Хилер следит за состоянием группы. ДД вырезают мелочь, приоритет — лучники и шаманы. Вопросы?

Молчание. Идеальная тишина.

— На выход, — скомандовал я. — Восточные врата.

Мы вышли из кафе и двинулись по утренним улицам. Группа шла за мной плотной коробочкой: танки стучат тяжелыми ботинками впереди, ДД бесшумно ступают чуть позади. До врат добрались за двадцать минут быстрым шагом.

Перед самой границей марева, где воздух уже начинал дрожать от напряжения аномалии, я поднял руку, останавливая их.

— Слушаем внимательно, — сказал я, обводя всех взглядом. — Сейчас мы зайдем внутрь. Для вас это первый рейд в составе постоянной группы. Ваша задача — слушать мои команды беспрекословно. Я вступаю в бой только если кто-то падает или ситуация идет под откос. Всё остальное время я наблюдатель и координатор. Вы справляетесь сами. Это понятно?

Пять голов синхронно кивнули. Лица стали серьезнее.

— Принято. Заходим.

Шипение портала поглотило звуки города. Давление на перепонки ударило привычной волной. Запах гниющего мяса, сырой земли и дешевого железа заполнил легкие.

Лес встретил нас всё той же давящей тишиной и тусклым светом чужого солнца. Мы стояли снова в низине у белого озера. Я мысленно усмехнулся. После каждого открытия местность немного плывет — смещаются деревья, меняются тропы. Но в этот раз похоже все осталось как и было. Удобно для ориентира.

— Интервал три метра, дистанция видимости, — бросил я. — Выдвигаемся прямо по курсу. Держим строй.

Мы шли клином около пятисот метров. Лес становился гуще, корни деревьев выпирали из-под земли, норовя подставить подножку.

Я вскинул кулак, услышав шорох листвы впереди. Остановил группу жестом. Сквозь кусты сухих веток метрах в тридцати маячили красные лысые макушки.

— Контакт, — тихо произнес я. — Семь целей. Стоят лагерем вокруг поваленного дерева. Вооружены костяными тесаками.

Я опустился на одно колено, осматривая диспозицию. Один шаман (судя по амулетам из сушеных ушей), остальные обычные.

— План такой, — начал я, не отрывая взгляда от патруля. — Работаем без спешки. Воронов, Ушаков — вы щит. Выходите первыми, встаете плечом к плечу вон там, между теми двумя валунами. Берете агро на себя сразу, как только покажутся. Не даете им разбежаться.

Парни молча переглянулись и начали обходить поляну слева, заходя на позицию.

— Князева, твоя цель — шаман. Как только он поднимет посох или начнет кастовать зеленый свет — сбиваешь ему концентрацию выстрелом в плечо или маску. Если полезет лечить своих — переводишь огонь на него полностью. Но приоритет всегда те, кто лезет на танков.

Ирина плавно сняла лук с плеча, накладывая стрелу на тетиву. Её движения были плавными, почти ленивыми, но пальцы сжимали древко с силой тисков.

— Лавров, — продолжил я. — Твоя работа начинается после первого удара щитов. Заходишь справа, используешь складки рельефа. Тебе нужно оказаться у них за спиной. Режь тех, кто пытается обойти с фланга. Никакого геройства, просто контроль периметра.

Евгений нервно переступил с ноги на ногу, перекатывая во рту жвачку.

— Носов, — я перевел взгляд на хила. — Ты держишься в десяти метрах за танками. Хиль любого, кто получит серьёзное ранение.

Глеб Воронов тем временем занял позицию за валуном, уперев край башенного щита в землю. Алексей Ушаков встал рядом, перехватив свой прямоугольный скутум удобнее.

— Готовность? — спросил я.

— Готов, — бас Глеба прозвучал глухо через шлем.

— Порядок, — отозвался Данил сзади.

— Чисто, — эхом повторила Ирина.

— По моей команде, — прошептал я. — Три... Два...

На счет «Один» танки шагнули из-за камней.

— Агро! — рявкнул я.

Ушаков ударил тупым концом копья о свой щит. Раздался тяжелый, вибрирующий гул, разнесшийся по поляне. [Навык: Громовой зов].

Гоблины среагировали мгновенно. Их примитивный интеллект сработал на самый громкий раздражитель. Вся семерка развернулась и с визгом бросилась на новую угрозу.

Воронов принял первого прыгнувшего на свой ростовый щит. Удар был таким, что парня слегка пошатнуло назад, но позиция удержалась. Ушаков шагнул вперед, принимая второго на плоскость своего скутума, и тут же ответил коротким выпадом гладиуса в бедро. Моб заверещал, пытаясь достать мечника тесаком, но наткнулся на окованное сталью дерево.

Тетива щелкнула дважды. Первая стрела вошла шаману точно в прорезь для глаз в грубой деревянной маске. Вторая — в шею следующему рядовому. Минус два.

Лавров возник словно из ниоткуда. Он использовал естественную ложбину в земле, прополз по-пластунски и теперь стоял прямо за спиной гоблина, который пытался зайти Воронову во фланг. Короткое движение кинжалом снизу вверх. Хруст. Моб рухнул мешком костей и плоти.

Стычка заняла меньше минуты. Последний гоблин попытался дать деру в кусты, но стрела Ирины догнала его быстрее, пригвоздив к стволу "берёзы".

Тишина вернулась, нарушаемая лишь тяжелым дыханием бойцов да бульканьем умирающего шамана.

— Доклад, — прохрипел я, оставаясь стоять в тени дерева.

— Цел, — пророкотал Воронов, тяжело опираясь на щит. На левой латной перчатке остались глубокие борозды от тесака.

— Порядок, — Ушаков вытер лезвие гладиуса о шерсть убитого.

— Чисто, — Ирина уже доставала новую стрелу, профессионально осматривая наконечник на предмет зазубрин.

— Хорошо, — кивнул я. — Сбор стандартный. Кристаллы берем, мясо и мусор оставляем. Лавров, проверь вон те кусты, куда побежал этот. Мало ли.

Группа начала методично работать ножами, извлекая мутные камни из грудных клеток. Работа патологоанатомов. Я подошел к телу шамана, присел на корточки. Стащил с его головы разбитую деревянную маску. Под ней оказалось сморщенное серое лицо с тремя глазами. Третий, во лбу, был затянут белесой пленкой.

Я поднялся, отряхивая ладони.

— Работаем дальше. Маршрут прежний. Соблюдаем интервал.

---

Конец главы 22

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 23. Подводя итоги

Мы двинулись дальше, углубляясь в лес. Я шел чуть поодаль от основной группы, механически переставляя ноги и сканируя кроны деревьев на предмет засады. Ритм марша был монотонным.

Мои мысли были заняты новым инструментом. Навык «Личное присутствие». Пятьдесят единиц маны за применение — это не бесплатно, но цена смехотворная для открывающихся перспектив. Главное ограничение — откат в двадцать четыре часа. Один раз в сутки я могу сделать любого из них сильнее.

Объект для теста нашелся сам собой. Евгений Лавров. Класс «Смертник».

Я активировал интерфейс, вывел перед глазами список группы. Нашел нужную строку.

[Цель: Евгений Лавров]

[Класс: Смертник]

[Уровень: 4]

[Характеристики: СИЛ(7), ЛОВ(12), ВЫН(7), ИНТ(7)]

[Свободные очки характеристик: 12]

Двенадцать очков.

Я мысленно выделил параметр [СИЛ]. Всплыло диалоговое окно распределения. Мысленным кликом вбил цифру «3». Выделил [ЛОВ]. Плюс три. Выделил [ВЫН]. Плюс три. Выделил [ИНТ]. Плюс три.

[Подтвердить].

Итого минус двенадцать свободных очков цели. Минус пятьдесят единиц моей собственной маны. Резерв просел до 85/135.

Ничего не произошло. Никакой вспышки света, никакого гула. Для окружающих мир остался прежним. Только в моем логе мигнула строка:

[Навык «Личное присутствие» применен к цели: Евгений Лавров]

Сам парень ничего не почувствовал. Он продолжал идти, машинально проверяя крепление кинжала на бедре.

Теперь сутки ожидания. Двадцать четыре часа абсолютного кулдауна. Но оно того стоило. Теперь я знаю точно: механика работает. Я могу лепить из этого мяса то, что мне нужно, точечно усиливая слабые места под конкретную задачу завтрашнего рейда.

— Командир, — голос Глеба вырвал меня из размышлений. Танк обернулся через плечо, тяжело дыша. — Там впереди просвет. Похоже на старую вырубку.

Я кивнул, возвращаясь в реальность леса. — Замедляемся. Ирина, на десять часов, ветка сосны. Контроль окна. Данил, держись центра, не жмись к щитам. Выдвигаемся к краю, смотрим обстановку.

Мы вышли на старую вырубку. Земля здесь была изрыта глубокими колеями, а пни срезаны низко — идеальное место для засады или случайного патруля.

Я вскинул кулак. Группа замерла, сливаясь со стволами. Впереди, метрах в пятидесяти, у кучи гниющих бревен копошились красные гоблины.

Один шаман (держит посох двумя руками), один вожак (чуть крупнее остальных, череп зверя на голове сидит иначе) и десять рядовых.

— Работаем по расширенной схеме, — прошептал я, не оборачиваясь. — Воронов, Ушаков. Агро берете только тех, кто прямо перед вами. Дистанция пять метров. Старайтесь не пускайть их за спину. Если побегут мимо вас — пусть бегут.

Танки молча кивнули, перехватывая оружие удобнее.

— Лавров. Твоя цель — вон тот бугай с черепом. Как только щиты примут удар первых рядов, ты заходишь ему строго в тыл. Режь подколенные сухожилия. Нужно посадить его на землю, чтобы он перестал давить массой. Но смотри за спиной, там кусты.

— Понял, — одними губами ответил Евгений, хищно оскалившись.

— Князева. Шамана бьешь первым, как обычно. Если полезет лечить этого здоровяка — переводишь весь огонь на него. Вожака добиваем вторым приоритетом после шамана.

— Носов. Стоишь вот за этим выворотнем. Если увидишь, что кто-то из них падает — бросаешь всё, бежишь поднимать. Это твой единственный приказ вне очереди.

Я посмотрел каждому в глаза.

— Если пойдет что-то не так, если они начнут ломать строй — я вступаю. До того момента это ваш бой.

— Готовность? — спросил я.

— Порядок, — Алексей.

...

— На позиции, — Данил.

— Начали.

Воронов шагнул вперед, выходя из-за дерева. Удар древком алебарды о щит. [Навык: Громовой зов]. Низкий гул разнесся по вырубке. Десять рядовых развернулись мгновенно. Их примитивный рой сработал на самый громкий раздражитель. Они взвыли и ринулись плотной толпой на ближайшего танка.

Ушаков вышел чуть правее, принимая троих на свой скутум. Массивная фигура Воронова скрылась за телами еще пятерых. Стена щитов сомкнулась, гася инерцию набегающей толпы.

Князева подняла лук. Свист тетивы. Первая стрела вошла шаману точно в основание шеи. Вторая пробила ключицу рядовому, который пытался зайти сбоку. Минус два.

Лавров исчез. Пока внимание всей стаи было приковано к двум горящим от ударов «стенам», Женя обошел поляну по широкой дуге.

Вожак оказался умнее своих собратьев. Когда вся стая сорвалась на шум, этот лишь коротко рыкнул. Вместо того чтобы бежать на сталь, он оттолкнулся мощными ногами и прыгнул вправо, огибая зону агро танков. Его маленькие красные глазки зафиксировали две фигуры позади строя — худую девушку с луком и медика.

— Смертник справа! Прорыв фланга! — крикнул я.

Но Лавров уже был быстрее. Он ждал именно этого. Оказавшись прямо на пути вожака, он не стал встречать его в лоб. Женя упал на одно колено, пропуская массивную тушу над собой, и всадил кинжал вертикально вверх, под нижнюю челюсть моба, пока тот находился в прыжке. Хруст шейных позвонков. Руки Лаврова едва не вырвало из суставов от веса падающего тела. Вожак рухнул лицом в мох, проскользив по инерции еще метр.

Оставшихся приняли танки. Лязг стали, треск костей. Бой превратился в методичную работу мясорубок. Воронов работал алебардой как жерновами, перемалывая конечности, хоть и было заметно что ему тяжело. Ушаков стоял непоколебимо, короткими выпадами гладиуса добивая тех, кого пропустил напарник.

Через сорок секунд всё было кончено. Поляна затихла, пахнущая гарью и свежей кровью.

— Доклад, — прохрипел я.

...

— Порядок, — Глеб тяжело дышал, но стоял ровно.

— Хорошо, — кивнул я. — Сбор стандартный.

Мы превратились в единый механизм. Три стычки по двенадцать-пятнадцать голов. Две крупные группы по двадцать. Мелкие патрули. Я больше не объяснял базовые вещи. Только корректировка: «Князева, смени угол стрельбы, слепое пятно слева», «Носов, перелечи Воронова, у него трещина в кости голени».

Мы использовали разные построения: клин, двойная цепь, глухая оборона в круге против элитника-шамана, которого пришлось выманивать отдельно.

Когда плотность мобов упала настолько, что мы тратили по полчаса на поиск новой пачки, я поднял руку:

— Заканчиваем. Выход через пять минут.

Итоги первого дня впечатляли даже меня: Убито: 364 цели. Время около: 9 часов 40 минут.

Белый овал портала выплюнул нас обратно в промозглый вечер мегаполиса.

До Ассоциации дошли пешком. Я выгреб содержимое подсумков на стойку. Парень-оператор в серой форме надел перчатки, приложил сканер. Прибор долго гудел, считывая энергию двух сотен камней.

Пока шла обработка, я достал смартфон, открыл приложение и подставил ID-карту к считывателю оплаты услуг регистрации пати-лидера.

Аппарат пискнул. Деньги распределялись автоматически согласно настройкам, которые я вбил утром. На экране высветилась схема распределения:

[Общая стоимость лота: 1 788 900 руб.]

[Минус 20% лидеру]: -357 780 руб.

[Остаток к распределению]: 1 431 120 руб.

[Доля участника]: 238 520 руб.

Глеб Воронов, стоявший ближе всех к терминалу, заглянул мне через плечо. Его кадык дернулся.

— Ничего себе... — выдохнул он. — Оно того стоило. И это за один день. Да тут же целое зелье Высшего второго ранга стоит!

Ирина, протиравшая линзы очков краем шарфа, тихо произнесла, глядя в пол:

— Тут чуть-чуть больше, чем я раньше зарабатывала.

Я убрал телефон в карман, закрывая сессию перевода.

— Это только начало, — сказал я, поворачиваясь к ним. Голос звучал ровно, без эмоций. — Завтра отдых. Послезавтра тоже. Минимум трое суток сна, нормальной еды и восстановления связок. После этого быть на связи. О любых болячках докладывать сразу. Остальное время фарма зависит только от вашей выносливости.

Они смотрели на меня уже не как испуганные школьники, а как рабочие после первой удачной смены. Усталые, грязные, но осознающие свою цену.

— Хорошо, командир, — синхронно кивнули все пятеро.

— Свободны, — бросил я.

Группа начала распадаться. Кто-то побрел к метро, кто-то вызвал такси. А я остался стоять посреди зала.

Я толкнул тяжелую стеклянную дверь Ассоциации и вышел на улицу. Прохладный вечерний воздух ударил в лицо, остужая разгоряченную кожу.

Я сделал шаг с крыльца, сунул руку в карман за ключами от машины... и замер. Ладонь встретила только пустоту. Я похлопал по второму карману. Пусто.

Тихо выругавшись, я ударил себя ладонью по лбу. Идиот. Полное отсутствие оперативной памяти. Машина-то осталась стоять у подъезда дома. Мы же ходили пешком. После получения второго ранга я думал что-то измениться — а закончилось оно ровно так же, как и до этого: стоянием на остановке автобуса или ловлей попутки через приложение.

Благо хоть порталы Седьмого ранга угрозы стабилизировались, подумал я, направляясь к краю тротуара. Можно выдохнуть.

До дома добрался ближе к одиннадцати. В подъезде пахло хлоркой и жареной картошкой. Замок щелкнул бесшумно. Я скинул пыльные берцы в прихожей и прошел сразу в свою комнату, стараясь не шуметь. Настя уже спала — из-за её двери доносилось тихое сопение и бормотание телевизора.

Закрыв за собой дверь, я сел на вращающийся стул перед столом. Нужно было разложить все по полкам, пока мозг окончательно не превратился в кисель.

Итак, итоги:

Статус: Второй ранг угрозы официально подтвержден ID-картой.Группа: Постоянное ядро из пяти человек сформировано, подписало контракт кровью (почти буквально) и успешно закрыло первый совместный фарм без единой царапины.Финансы: Баланс личного счета перевалил за девятьсот тысяч рублей после сегодняшней сдачи лута.Ресурс: Навык «Личное присутствие» протестирован. Работает чисто.

Но это всё цифры на экране. Меня больше интересовал физический капитал. Я подошел к шкафу, присел на корточки и открыл нижнюю створку, сдвинув в сторону свои старые кроссовки.

Там, завернутые в покрывала, лежали трофеи с мародеров. Запах старой стали и засохшей крови все еще едва уловимо сочился сквозь ткань.

Инвентаризация черного рынка: Три стальных шлема разного типа (оодин чуть согнут, два целые). Один лук. Меч (хорошая сталь, но обычная заточка). Две пары тяжелых ботинок. Одна кираса(тяжелая, потертая, но держит удар). По мелочи — пара колец Обычного качества и три ожерелья.

Остальной хлам — порванные плащи, дешевые тесаки, гнутые пряжки — остался там. Либо слишком тяжелое для переноски, либо ничего не стоит даже у самых жадных скупщиков.

Я прикинул объемы. Это не просто хабар, это почти полная экипировка на полноценный отряд. Если продавать всё разом официальным перекупщикам при Ассоциации, светить такой объем нельзя — отдел безопасности тут же возьмёт меня за жабры. Они, конечно, ничего не докажут, — но лишняя волокита, допросы и внимание службы безопасности мне ни к чему.

Значит, путь один — мелочные перекупы. Правда, ценник упадет процентов на сорок-пятьдесят от номинала.

Ладно, подумал я, закрывая скрипучую дверцу шкафа. Хотя бы миллионов пять-шесть выйти должно. Этого хватит закрыть все текущие потребности группы на месяц вперед и оставить жирный запас на зелья.

Голова гудела. Тело требовало горизонтального положения. Я разделся, бросил одежду на спинку стула и рухнул на кровать поверх одеяла. Сон сморил мгновенно, выключив реальность.

Спустя два дня город выжал из меня все соки. Я мотался по промзонам, старым складам и полуподвальным офисам мелких перекупов.

В итоге весь хабар с мародеров ушел. Почти пять с половиной миллионов рублей осели на моем счете.

По пути домой заехал в закрытую алхимическую лавку во дворах. Двадцать флаконов Высшего Второго ранга легли в рюкзак, охлаждая спину сквозь ткань. Пятнадцать мне, пять команде. Пусть привыкают к тому, что лидер снабжает расходниками. Это привязывает людей надежнее любых контрактов.

Закрыв дверь квартиры, я прошел сразу на кухню. Настя была у себя, оттуда доносилась музыка. Отлично.

Я сел за стол, выложил перед собой горку стеклянных флаконов.

— Ну что, проверим потолок, — усмехнулся я сам себе.

Первый флакон пошел вниз легко. Горечь обожгла горло.

[Уровень повышен!]

Второй. Третий...

[Уровень повышен!]

Десятый...

[Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 14]

[Опыт: 10330 / 11000]

[Характеристики: СИЛ(22+5) ЛОВ(42) ВЫН(18+5) ИНТ(33)]

[Свободные очки характеристик: 12]

Я откинулся на спинку стула, массируя переносицу. Четырнадцатый уровень. Я усмехнулся про себя. Забавно. Формально мой архетип — Командир поддержки. По факту же мои базовые статы сейчас выглядят как профиль какого-нибудь ассасина ближнего боя. Сорок две ловкости при такой выносливости — это читерство чистой воды.

Мне нужно быть везде одновременно.

Двенадцать свободных очков лежали ожидая своего часа. Нужно подтягивать фундамент.

Я открыл окно распределения. Так, минималка. Хочу видеть цифру двадцать пять в каждой строке базовых параметров (без учета бонусов от предметов).

Выделил [СИЛ]. Плюс три. (Стало 25+5) Выделил [ВЫН]. Плюс семь. (Стало 25+5) Выделил [ЛОВ]. Оставшиеся плюс два. (Стало 44)

[Подтвердить].

Очки списались. Характеристики обновились. Теперь спать.

Проснулся я от того, что в желудке было непривычно пусто и холодно. Взглянул на часы — 09:15. Тело чувствовало себя отдохнувшим, но мозг требовал кофеина.

В квартире стояла тишина, нарушаемая только тихим гулом холодильника. Я прошел на кухню. Настя сидела за столом, поджав под себя ноги, и не отрывала взгляда от экрана планшета. Перед ней остывала нетронутая кружка чая.

— Доброе утро, морская пехота, — сказал я, проходя к кофемашине. — Что там пишут? Конец света перенесли на четверг?

Она вздрогнула, выныривая из транса, и повернула планшет ко мне экраном. Это был новостной портал Ассоциации.

— За то время, пока эти новые порталы Седьмого ранга просто висят в небе и ничего не делают, уже погиб один охотник Седьмого ранга угрозы, — голос сестры звучал глухо, без привычных подростковых интонаций. — Двенадцать Шестого. А начиная с Пятого... Ваня, там счет идет на сотни и тысячи. И это только по официальным сводкам России. По всему миру цифры вообще перевалили за миллионы. Просто исчезают города.

Она подвинула планшет ближе. Заголовки кричали о карантинных зонах, падающих бомбардировщиках и применении тактического ядерного оружия где-то в Южной Америке для запечатывания разлома. Картинка со спутника показывала огромный черный провал на месте Рио-де-Жанейро.

— Я тут заявление в школу Охотников перечитываю, — она кивнула на текст внизу экрана. — Но сейчас как-то... не так уж и хочется туда идти.

Я закончил настраивать помол зерен. Нажал кнопку варки. Машина тихо зашипела, выдавая черную струю эспрессо в толстостенную чашку. Запах горелой карамели начал медленно перебивать запах тревоги, повисший на кухне.

Я оперся бедром о столешницу, глядя на сестру сверху вниз. Она смотрела на меня снизу вверх огромными, серьезными глазами. В них больше не было восторженного блеска девчонки, мечтающей о синей форме. Там была взрослая, тяжелая осознанность.

— Да брось, мелкая, — усмехнулся я, стараясь, чтобы голос звучал максимально легко и небрежно. — Нашла повод для грусти. Ты посмотри на свою статистику. У тебя же реакция как у дохлой черепахи, а выносливость...

Я театрально вздохнул, делая глоток обжигающего кофе.

— Тебя же Ассоциация сразу отправит одиночным рейдом зачищать портал Седьмого ранга. Прямо из актового зала школы. Выпишут путевой лист, дадут складной ножик и скажут: «Насть, сгоняй, проверь, чего они там шумят». Выброси ты этот бред из головы.

Она фыркнула, толкая меня локтем в бок, но уголки её губ дрогнули в улыбке. Напряжение чуть спало.

— Дурак, — буркнула она, отворачиваясь обратно к планшету, хотя читать дальше явно расхотелось. — Сам-то вон какой серьезный стал. Раньше хоть шутил нормально.

— Раньше я был нищим курьером, — парировал я, допивая кофе одним глотком. — А теперь я солидный предприниматель. Мне положено быть циничным.

Я поставил чашку в мойку. Стальная раковина отозвалась глухим звоном.

— Так, подъем, — скомандовал я, стирая с лица остатки сна и напускного веселья. — Раз уж мы сегодня никуда не идем убиваться об гоблинов, приводи себя в порядок. Пойдем гулять. Проветрим тебе голову, пока она окончательно не превратилась в учебник некрологии. Нам еще на линейку идти через месяц, будешь у меня сиять, а не сидеть тучей над омлетом.

Настя закатила глаза, но послушно встала из-за стола, прихватив кружку.

— Только если пойдем в нормальный парк, а не смотреть на склады возле порта, — пробурчала она, уходя в ванную.

Я остался один. Улыбка медленно сползла с моего лица. Мертвый охотник Седьмого ранга. Один. Эти ранги всегда были статистической аномалией, сказкой для первогодок. Легенды ходили, что такие люди могут голыми руками останавливать танки. И даже он не выжил.

«Значит, нам придется работать еще чище», — подумал я, доставая вторую капсулу кофе. — «Раз мир снаружи рушится, моя маленькая крепость внутри должна стать абсолютно нерушимой».

---

Конец главы 23

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 24. Что то происходит

Четверг. Три дня отдыха пролетели незаметно.

Я сидел за ноутбуком, допивая утренний кофе. Пора возвращаться в строй. Деньги имеют свойство заканчиваться, а порталы Седьмого ранга, висящие в небе, только подстегивали спрос на кристаллы Первого.

Я открыл мессенджер на телефоне, зашел в чат «Основа» и скинул сообщение:

[Иван Брагин]: Сегодня четверг. Рейд в 20:00. Длительность — двое суток. Красные гоблины, Первый ранг. Берем сухпай на 48 часов. В 19:50 жду всех у Восточных врат. Опоздавшие бегут своим ходом.

Сообщения начали отмечаться прочитанными почти мгновенно.

[Глеб Воронов]: Принял.

[Алексей Ушаков]: Принял.

[Данил Носов]: Принял. Аптечку пополню.

[Ирина Князева]: Принято. Стрелы в норме.

[Евгений Лавров]: +1. Готов рвать.

Хорошая реакция.

Едва я заблокировал экран, как телефон издал короткий вибросигнал. Уведомление с официального сайта Охотников. Личное сообщение. Отправитель: «Департамент кадрового резерва Ассоциации».

Я открыл его. Стандартное письмо. «Уважаемый Брагин И.В., в связи с критической нехваткой кадров после открытия Седьмого ранга, руководство Ассоциации предлагает вам внеочередное вступление в резервный корпус быстрого реагирования. Звание — Лейтенант. Оклад — 1 500 000 руб. в месяц + премии. Доступ к порталам ассоциации бесплатно...»

Я усмехнулся. Видимо, мой соло-фарм и внезапный взлет силы не остались незамеченными.

Я нажал «Ответить», набирая текст на автомате: «Благодарю за предложение. В данный момент не планирую вступать в какие-либо структуры, подконтрольные Ассоциации. У меня свой график. Прошу больше не присылать предложения о найме».

Выключил телефон полностью. Пусть переварят.

Ровно в 19:50 я стоял у пульсирующей белой пелены Восточных врат. Группа собралась секунда в секунду. Все в походной экипировке, рюкзаки подогнаны, лица сосредоточенные. Никто не опоздал даже на минуту.

— На месте, — коротко бросил я. — Проверка снаряжения.

Я достал из подсумка пять флаконов Высшего Второго ранга. Раздал каждому.

Глеб, Алексей, Данил, Ирина и Евгений молча приняли флаконы. На их лицах было видно небольшое удивление и сдержанная радость. Это был мощный психологический якорь.

Они синхронно скрутили крышки и выпили.

— Так, — начал я, когда склянки были уже пустые. — Слушаем вводную. Прошлый раз я водил вас за ручку, корректировал каждый шаг и вытаскивал из-под ударов. Сегодня этого не будет. Вообще. Я иду в середине строя. Моя задача — наблюдение и критическое реагирование. Если кто-то падает — я поднимаю. Если нас начинают топтать — я вступаю. Всё остальное время вы работаете сами. Вы уже показали, что способны на базовые маневры. Сегодня проверим вашу автономность. Но в следующих рейдах уже буду принимать полноценное участие. Вопросы есть?

Вопросов не было. Только Ирина чуть поправила колчан, а Данил поудобнее перехватил свой посох.

— Принято, — кивнул я. — Работаем тем же строем. Танки принимают, ДД режут, хил держит. Двинули.

Мы шагнули в марево перехода практически одновременно.

Давление на перепонки, вспышка. И мы снова на том же месте. Я активировал интерфейс, быстро сканируя каждого, пока они разминали шеи.

[Цель: Глеб Воронов]

[Класс: Страж]

[Уровень: 5]

[Характеристики: СИЛ(7), ЛОВ(7), ВЫН(11), ИНТ(8)]

[Свободные очки характеристик: 15]

Пятнадцать очков.

Я активировал «Личное присутствие». Мысленно выделил параметры. По пять очков в Силу, Ловкость и Выносливость. Интеллект трогать не стал — маг из него никакой, пусть будет базовым.

[СИЛ: 7 + 5 = 12]

[ЛОВ: 7 + 5 = 12]

[ВЫН: 11 + 5 = 16]

[Подтвердить].

[Навык «Личное присутствие» применен. Остаток маны: 85/135].

[Откат: 23:59:58].

Минус пятьдесят маны. Воронов стоял в пяти метрах от меня, проверяя крепление ремня щита. Он замер на секунду, повел плечами, словно скидывая невидимый груз. Затем перехватил алебарду. Движение получилось чуть более резким, чем обычно. Он почувствовал изменение центра тяжести и веса собственного тела.

— Командир? — Глеб повернул голову в шлеме ко мне. — Никто больше ничего не почувствовал? Какой-то странный... бафф на усиление? Мне броню держать стало легче. Как будто гравитация уменьшилась.

Я покачал головой, делая шаг вперед и занимая позицию в центре их маленького строя.

— Никаких баффов, Воронов. Это называется «предвкушение хорошей драки». Адреналин. Не отвлекайся.

Он неуверенно кивнул, но сомнения в его глазах остались. Пусть думает, что это его личная заслуга или скрытый талант. Ложное чувство собственного величия иногда держит на плаву лучше любой брони.

— Выдвигаемся, — скомандовал я.

Мы шли до местного «вечера». За весь день мы встретили несколько десятков крупных групп гоблинов и ещё больше мелких патрулей.

И с каждым боем мое сердце радовалось всё больше. Они работали как швейцарские часы.

Первая стычка после моего «отключения» от командования произошла через минут десять пути. Десять гоблинов с дубинами. Я просто стоял за спиной Данила, сложив руки на груди. Воронов и Ушаков шагнули вперед синхронно, без моей команды. Щиты приняли удар. Лавров, как тень, уже заходил за спину самому крупному мобу. Ирина методично, один выстрел — один труп, выбивала тех, кто пытался прорваться сквозь строй. Данил был на готове.

Ни одного лишнего слова. Ни одной ошибки.

Когда чёрная кровь впиталась в землю, я просто кивнул:

— Хорошо. Дальше то же самое.

И они продолжили. К местному «вечеру» счетчик убийств перевалил за четыре сотни. Никто не получил даже царапины серьезнее синяка. Группа спелась.

Мы разбили лагерь в неглубокой расщелине между скал — идеальное место, закрывающее обзор с трех сторон. Костер разводить не стали, ограничились сухими пайками и химическими грелками.

— Так, — сказал я, когда все закончили с едой и начали устраиваться на спальниках. — Ночью дежурим. Я стою первым, три часа. Потом разбиваетесь по часу: Ушаков, Воронов, Носов, Лавров, Князева. Выдвигаемся натощак, жрем на ходу.

Я сел спиной к камню, положив «Грань» поперек коленей. Группа начала затихать. Ирина долго возилась со своим луком, протирая тетиву специальной ветошью, прежде чем завернуть оружие в чехол. Наконец, когда храп Лаврова с другого края расщелины стал совсем уж заливистым, она тихо подошла и села на камень в трех метрах от меня, чтобы не нарушать дистанцию караула.

— Слушай, Иван, — начала она, глядя на свои перчатки. Голос звучал ровно, но в нем была та самая сталь, которой она пробивала черепа. — Я всё никак в голове это уложить не могу. Ты выпустился в этом году. А у тебя уже официально подтвержденный Второй ранг.

Она подняла на меня глаза. В отблесках «лунного» света её лицо казалось высеченным из мрамора.

— Я в Охоте уже почти два года. С самого выпуска. Я и зелья Третьего ранга покупала горстями, и экипировку для ускорения рейдов меняла много раз. В «Кровавом безумии» полгода состояла, пока они не начали крысить лут. И я всё ещё Первый ранг. Да что там я... — она махнула рукой в сторону спящих парней. — Так у многих. Носов вон третий год в деле, а всё в шестерках бегает. Как? Как ты это делаешь?

Все остальные, оказывается, не спали. Храп прекратился. Из темноты на меня смотрели еще четыре пары глаз. Даже Лавров перестал пускать пузыри и навострил уши. Им нужен был ответ. Не просто «я так вижу», а формула. Им нужен был бог, который объяснит, как работает этот мир, чтобы они могли в него верить.

Я выдержал паузу, медленно моргнув. Отложил меч в сторону.

— Ничего тут сложного нет, Ира, — сказал я тихо, чтобы слышали только она и те, кто не спит. — Просто уроки выживания одного хорошего человека.

Я перевел взгляд с неё на остальных. На Воронова, который во сне крепче сжал кулак. На Данила, укутавшегося в спальник с головой.

— И вы все станете Второго ранга очень скоро. Если продолжите следовать за мной и делать то, что я говорю. Это не магия. Это математика и дисциплина.

Я снова взял меч, давая понять, что разговор окончен.

— А сейчас всем спать. Нам еще завтра сражаться. Ирина, твое дежурство последнее, перед рассветом.

Она молча кивнула, поднялась и ушла на свой край расщелины. Через пять минут тишину снова нарушил только храп Лаврова и треск химических грелок.

Я сидел, глядя в темноту прохода. Они думают, что я знаю какой-то секрет. Какую-то тайную технику. А секрет был прост: минимум покупки снаряжения и максимум зелий.

Идеальная, хоть и простая схема.

Второй день прошел по накатанной колее. Мы методично зачищали сектор, двигаясь по расширяющейся спирали.

К «вечеру» мы начали движение к точке выхода.

Мы уже подходили к границе леса, не далеко от врат, когда Данил поднял руку.

— Движение впереди. Крупное.

Я выглянул из-за поваленного ствола. Картина была... неправильной. Гоблины никогда не ходят такими группами вне своих поселений. Максимум, что можно встретить в лесу — это патруль из десяти-пятнадцати особей. Двадцать шесть — это уже полноценная боевая единица, мигрирующая стая. И они не просто бродят, они куда-то целенаправленно шли. Я осмотрел группу, и по ним было видно что они еле стоят на ногах.

— Так, стоп, — прошептал я. — Это не стандарт. Они куда-то перебазируются. Возможно, это связано с теми Седьмыми рангами в небе. Не трогаем. Пропускаем их и уходим за их хвостом к вратам.

Мы вжались в деревья. Красная река из уродливых тел прошла мимо в тридцати метрах. Пахнуло застарелой грязью и мокрой шерстью. Я осторожно решил проверить их с помощью навыка:

[Цель: Гоблин]

[Звание: Рядовой]

[Искажение при переносе: 40%]

[Характеристики: СИЛ(12) ЛОВ(18) ВЫН(14) ИНТ(12)]

Сорок процентов искажения. С этой группой явно не все в порядке. Когда последний шаман скрылся за поворотом, я выдохнул.

— Поднимаемся.

Мы вышли к озеру. До белого овала портала оставалось метров сто, когда земля дрогнула. Из-за деревьев, от которых мы только что пришли, вылетел камень.

— Контакт! С тыла! — рявкнул Ушаков.

Гоблины не просто прошли мимо. Они нас заметили и отправили группу перехвата. Мгновенно вывалились те самые двадцать шесть особей. Они разделились: четырнадцать рванули на нас в лоб, а двенадцать начали обходить по дуге, отрезая путь к вратам.

— Работаем! — крикнул я, скидывая рюкзак. — Стандартный строй!

Бойня началась. Танки шагнули вперед, принимая на щиты удар первой волны. Лавров и Ирина нырнули в стороны, заходя на фланги. Но усталость брала свое. Это был конец второго дня непрерывного фарма. Мышцы гудели, реакция замедлилась.

Воронов держался на чистом упрямстве. Он принял на щит удар вожака, пошатнулся, но устоял. Однако следующий удар щитом от обычного рядового моба — удар, который он обычно даже не заметил бы — заставил его колени подогнуться. Глеб рухнул на одно колено, пытаясь выставить алебарду. Его выносливость просто закончилась.

Еще минута, и его просто задавят массой.

— Носов! Воронова на землю! Поднимай! — рявкнул я, делая шаг вперед и снимая «Грань» с креплений. — Ушаков, держи центр!

Я встал точно в то место, где только что упал Глеб. Щит Воронова я перехватил левой рукой — тяжелый, зараза, но держит. Правая рука легла на рукоять меча.

Четырнадцать тел навалились на меня. Удар. Еще удар. Лязг стали. Я не пытался танцевать. Я просто стал стеной, используя массу щита Воронова и свою собственную, чтобы не дать им прорваться.

— Смертник, работай! — проревел я.

Лавров, которого не было видно уже секунд десять, возник прямо в центре толпы гоблинов, как призрак. Его кинжалы замелькали с частотой швейной машинки. Он бил не в броню, а в сухожилия, под колени, в пах. Мобы начали валиться один за другим, не от смертельных ран, а от болевого шока и потери подвижности.

Ирина, стоя на одном колене, выпускала стрелу за стрелой практически в упор, пробивая черепа тех, кто пытался перелезть через мой щит.

Ушаков, оставшийся один против пятерых, ревел как раненый медведь, круша черепа обухом своего гладиуса.

Спустя минуту, которая показалась вечностью, на ногах остались только двенадцать. Я перехватил инициативу. Оттолкнув щитом ближайшего моба, я шагнул вперед, вбивая «Грань» в грудь вожаку по самую гарду. Выдернул, крутнулся, снося голову следующему.

Лавров дорезал раненых. Через тридцать секунд всё было кончено.

Тяжело дыша, я воткнул меч в землю и оперся на него. Воронов сидел на земле, его рвало желчью — отходняк от предельного перенапряжения. Ушаков стоял, покачиваясь, с разбитой бровью.

— Собираем кристаллы, — прохрипел я. — Быстрее. Нас могли услышать.

Мы работали как автоматы. Руки сами вспарывали грудные клетки.

Мы ввалились в портал. Выброс на платформу был жестким — ноги подкосились от резкой смены гравитации. И двинули в ближайший пункт.

В зале приёма пахло кровью и потом. За стойкой сидел тот же парень с улыбкой на лице. Я вывалил кристаллы и добавил:

— Есть нюанс. На выходе нарвались на аномалию. Двадцать шесть особей. Два шамана. Шли организованной колонной. Такого в Первом ранге быть не должно. Это не патруль.

Парень перестал улыбаться. Его пальцы замерли над сканером.

— Аномалия? — переспросил он. — В Первом ранге?

— Именно, — кивнул я. — Передайте аналитикам.

Он молча кивнул, принимая информацию. Сканер загудел.

Дележка прошла в тишине.

[Общая стоимость: 4 111 800 руб.]

[Минус 20% лидеру: -822 360 руб.]

[Остаток: 3 289 440 руб.]

[Доля участника: 548 240 руб.]

Когда терминал пискнул, подтверждая транзакции, группа молча стояла вокруг меня.

— Так, — сказал я, закидывая пустой рюкзак на плечо. — Слушаем приказ. С этого момента у вас снова минимум три дня отдыха. Через три дня быть также на связи в чате. Телефоны включены. Если кто-то сдохнет в подворотне от бухла — оштрафую. Всё. Свободны.

Они молча кивнули. У них были лица людей, которые только что заглянули в настоящую мясорубку и выжили. Они разошлись в разные стороны, не прощаясь.

Я вошел в квартиру, стараясь не шуметь. Повернул ключ, скинул берцы в прихожей. В квартире пахло корицей и чем-то сладким — Настя снова заказала доставку выпечки.

Прошел на кухню. Сестра сидела за столом, поджав под себя ноги, и, не отрываясь, смотрела в экран смартфона. Вокруг неё валялись фантики от конфет, а в кружке остывал чай. Судя по ритмичному подергиванию большого пальца, она бесконечно листала ленту.

Я молча прошел к кофемашине. Достал капсулу, вставил в слот. Нажал кнопку. Пока машина с шипением выдавала черную жижу, я бросил взгляд на свой телефон, лежавший на столе. Двадцать три пропущенных. Почти все из одного чата. Я смахнул уведомления, даже не открывая. Какая-то очередная истерика в «общаке» выпускников.

Сделав первый обжигающий глоток, я сел за стол напротив Насти и развернул к себе планшет, включая новостной канал Ассоциации.

Мое предположение подтвердилось с первой же секунды. Диктор с идеально уложенной прической зачитывал сводки:

— ...трагедия в секторе Восточных врат. Группа из восьми охотников Первого ранга, только выпустившихся в этом году, была полностью уничтожена при столкновении с аномально крупным отрядом гоблинов численностью более тридцати особей. По предварительным данным, мобов сопровождали три шамана, что нехарактерно для патрулей данного сектора...

Я пролистал дальше. Другие порталы. Другие регионы. Картина везде была одинаковой. Первый ранг перестал быть «песочницей». Там, где раньше ходили стайки по пять-десять голов, теперь бродили орды по тридцать-сорок. И самое главное — география. Это случилось не только в «моих» лесах. Это произошло почти во всех, если не во всех порталах Первого ранга разом.

— Опять своих убитых мобов считаешь? — фыркнула Настя, не отрываясь от телефона. — Ты когда спал последний раз?

— Спи, пока дают, — хмыкнул я, делая еще глоток. — Скоро кофе будем варить из гущи, которую соскребем с ботинок.

Я снова посмотрел на экран. Листнул аналитику. «Массовый всплеск агрессии мобов Первого ранга. Зафиксирован всплеск смертности среди охотников выпуска 2029 года».

Мои размышления прервал резкий, настойчивый вибросигнал. Не телефон. Интерфейс. [Входящее сообщение: Чат «Выпуск-29...»].

Я замер. Я забыл выйти из этого чата еще в день выпуска.

Я открыл его. Экран заполнился синим цветом — сотни непрочитанных сообщений за последние часы. Я промотал вверх, к самому свежему. Сообщение от «Кати Соколовой», старосты нашего потока. Без смайликов.

[14:20] Ребята... Завтра на похороны. Алексей и Дмитрий Барсуковы. Погибли в портале Первого ранга сегодня утром. Кто может — приходите поддержать родителей. Отпевание в 11:00 в храме на Лесной, похороны там же на кладбище.

Барсуковы. Близнецы. Я с силой сжал фарфоровую ручку кружки, пока пальцы не побелели. Тупые, вечно ржущие братья-акробаты. Мы три года спина к спине стояли на полосах препятствий в Школе. Они были бездарями — ленивыми, вечно ищущими халяву, но они были своими. Мы выпустились в одном потоке. Сегодня утром они пошли фармить Первого ранга, чтобы купить себе новые кроссовки, и наткнулись на то же самое, что и мы. Только им повезло меньше — у них не было меня, чтобы закрыть щитами прорыв.

Я отложил планшет. Встал, подошел к окну. Город внизу жил своей жизнью: сигналили машины, кто-то ругался во дворе. Обычный вторник. А двоих парней сегодня закопают в землю.

— Что там? — тихо спросила Настя. Она наконец-то оторвалась от телефона, почувствовав, как изменилась атмосфера.

— Ничего, — глухо ответил я. — Одноклассники погибли.

Я снова сел за стол. В голове щелкали шестеренки. Первое: это началось после того, как в небе перестали появляться порталы Седьмого ранга. Они стабилизировались, перестали «мерцать» — и в ту же секунду Первый ранг сошел с ума. Второе: моя Система.

Я сжал переносицу. После появления системы началось абсолютно все. Слишком много совпадений. Либо это самая чудовищная цепь случайностей в истории, либо мой «Генерал» и эта гребаная Система напрямую замешаны в том, что мир начал трескаться по швам.

— Я завтра еду на похороны, — сказал я в пустоту кухни.

Настя ничего не ответила, только тихо подвинула ко мне тарелку с остывшим эклером.

---

Конец главы 24

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!

Глава 25. Точечное усиление

День выдался душным и тяжелым. Конец июля давил на город липким зноем, но здесь, под кронами старых кладбищенских лип, воздух казался сырым и холодным. Земля на свежих могилах еще не просохла, пахнущая прелой листвой и глиной.

Почти 12:00. Толпа, собравшаяся у двух свежевырытых ям, начала редеть. Официальная часть с речами чиновников из Ассоциации закончилась. Скоро рабочие отстегнут ремни, и гробы Алексея и Дмитрия Барсуковых медленно поползут вниз.

Я стоял чуть поодаль, в скудной тени дерева. Не в первом ряду родственников, но и не на задворках. Просто темная фигура среди других темных фигур.

Внезапно тишину разорвал резкий, истеричный крик.

— Это всё из-за тебя!

Мать Барсуковых — маленькая, осунувшаяся женщина в черном платье — резко вскочила со скамьи. Её взгляд метался по толпе, перескакивая с лица на лицо. Искала.

И нашла.

— Ты! — её палец, дрожащий и узловатый, ткнулся в сторону. — Абрикосов! Это ты их туда потащил!

Толпа мгновенно расступилась, образуя живой коридор. Все взгляды сошлись на одном человеке.

Абрикосов. Наш «Огневик». Тот самый парень, который на экзамене жонглировал фаерболами, пока куратор читал нотации. Тот, кто всегда был душой компании, легкомысленным раздолбаем.

Сейчас от него не осталось ничего. Он стоял в насквозь промокшей от пота рубашке с закатанными рукавами. Плечи опущены, кадык дергается. Он не плакал. Он просто смотрел на мать близнецов пустыми, выжженными глазами. Веселый дурачок сдох в тот момент, когда в портал зашли его друзья.

— Если бы не ты... — голос женщины сорвался на визг, она сделала шаг к нему, но её тут же подхватили под руки родственники. — Если бы ты не позвал их! Они пошли с тобой! Ты обещал, что это будет безопасно! Ты обещал! А мои мальчики...

Абрикосов не пытался оправдываться. Он просто стоял и смотрел, как её уводят, как она бьется в истерике. Весь его гонор сгорел дотла. Перед нами стоял живой мертвец.

Я смотрел на него, и в голове щелкал холодный, безжалостный механизм. «Вот оно что».

Они не распались. Они продолжали ходить вместе. Школа закончилась, но пати осталось. Барсуковы, Абрикосов и еще пара человек из нашего потока. Они были командой. И когда Абрикосов, будучи самым опытным, позвал их «на легкий заработок» в Первый ранг, они пошли за ним без вопросов.

А потом Первый ранг перестал быть безопасным. Аномалия. Орда. Несколько шаманов. Барсуковы легли. Абрикосов выжил.

Теперь он носит их смерть в себе, и эта ноша раздавила его сильнее, чем любого моба. Он понял главное правило: лидер отвечает за черепа тех, кто идет за ним.

Я перевел взгляд на гробы. Рабочие уже подошли к механизмам лебедки. Пора.

Пора домой.

Я развернулся и, не оглядываясь на рыдающую мать и сломленного парня, пошел по дорожке к выходу с кладбища. Скорбеть не о чем. Урок усвоен. Цена ошибки — две жизни. Я не могу позволить себе такую роскошь со своей группой.

Я вошел в квартиру, отсекая влажной жарой улицы кондиционированной прохладой. Бросил ключи на тумбочку, стянул тяжелые берцы. В квартире стояла тишина — Настя, видимо, ушла гулять, воспользовавшись моим отсутствием.

Первым делом — душ. Горячая вода смыла запах кладбищенской земли и формалина, но холодная логика в голове так и не оттаяла. Я прошел на кухню, налил себе стакан ледяной воды и сел за стол.

Нужно разложить этот бардак по полкам. Что мы имеем на конец июля:

Мир: Семь рангов порталов. И сейчас в них начало происходить черт знает что. Седьмой ранг стабилизировался и просто висит в небе, пугая обывателей. А Первый ранг сошел с ума. Орда из тридцати гоблинов — это не патруль, это переселение народов. Что-то выдавливает их оттуда, или, наоборот, затягивает внутрь.Люди: Пять человек. Ядро. Но они всё еще Первого ранга. Они хороши, они слушаются, но их база — это база новичков. Моя база — уже Четырнадцатый уровень. Разрыв в статах скоро станет критическим, я начну сносить всё сам, не давая им набивать руку.Ресурс: Я — Второй ранг. Но соваться во Второй ранг порталов сейчас не резонно. Раз там внизу такое шевеление, наверху тоже будет трясти. Нужно сначала поднять каждого из них до Второго ранга, чтобы у них появился хоть какой-то запас прочности.Экипировка: Себе нужно прикупить еще пару колец. Мои статы — это мой единственный козырь против глобальных аномалий. Нужно выжать из себя максимум, чтобы исключить переменные.

Три дня отдыха. Значит, три дня работы.

У меня есть навык «Личное присутствие». Откат — сутки. В прошлый раз Воронову я вкинул по пять очков в каждый параметр. Он почувствовал это как «бафф», заметил легкость в броне. Значит, скачок в пять единиц слишком резкий для человеческого тела, чтобы остаться незамеченным. Это порождает вопросы. В Лаврова я вкинул по три. Он ничего не заметил. Вывод: пока придерживаемся схемы «плюс три». Это безопасно, это не вызывает подозрений, и этого достаточно, чтобы закрыть их дыры в базе.

Проверка инвентаризации:

Воронов: Прокачан. Свободных очков нет.Лавров: Прокачан. Свободные очки есть (он апнул еще уровень-два перед рейдом).Ушаков: Уровень 7. Свободных очков: 21.Князева: Уровень 9. Свободных очков: 27.Носов: Уровень 9. Свободных очков: 27.

Нужно распределять. По одному человеку в день.

Я достал смартфон. Открыл мессенджер. Чат «Основа». Ушаков Алексей. Самый молчаливый и исполнительный из «танков». Бастион.

Я зашел в его профиль. Написал в личные сообщения:

[Иван Брагин]: Лех. Не занят? Выйди на связь. Есть разговор. Не в чате.

Ответ пришел через минуту:

[Алексей Ушаков]: На связи. Что-то случилось?

[Иван Брагин]: Ничего критичного. Нужно встретиться. Кофе попьем. Минут на двадцать.

[Алексей Ушаков]: Хорошо. Где?

[Иван Брагин]: Кафе, где подписывали контракт. Через час.

[Алексей Ушаков]: Принял. Буду.

Я убрал телефон. Сегодня «Бастион» станет чуть выше и чуть шире.

Допив воду, я встал. Впереди был еще один день тишины.

Три дня отдыха пролетели быстро. Для группы это были выходные, для меня — конвейер по укреплению фундамента.

День первый. Алексей Ушаков. Мы встретились в том же кафе. Я не стал ходить вокруг да около. Как только он сел, я активировал интерфейс.

[Цель: Алексей Ушаков]

[Класс: Бастион]

[Уровень: 7]

[Характеристики: СИЛ(10), ЛОВ(10), ВЫН(17), ИНТ(10)]

[Свободные очки характеристик: 21]

Как и планировал, я распределил по три очка в каждый стат. Оставшиеся девять остались на потом.

[Подтвердить. Расход маны: 50.]

Мы поболтали минут десять.

— Всё, свободен, — сказал я, когда он недоуменно моргнул, почувствовав, как налились силой плечи.

День второй. Экипировка и Ирина. Утром я поехал в закрытую ювелирную лавку в переулках. Место, где охотники сбывают лут, не светя его перед Ассоциацией. Кольцо обошлось в полмиллиона. Чистое серебро, без вычурных камней.

[Серебряное кольцо]

[Качество: Обычное]

[Тип: Аксессуар]

[Свойство: Увеличивает немного выносливость носителя. (Увеличивает характеристику ВЫН носителя на 4 единицы).]

Я надел его на палец. На шкале характеристик цифра в строке ВЫН изменилась с (25+5) на (25+9). Фундамент стал еще шире.

Вечером — встреча с Князевой. Ирина пришла в гражданском, но взгляд оставался цепким, как у снайпера.

[Цель: Ирина Князева]

[Класс: Снежный Лучник]

[Уровень: 9]

[Характеристики: СИЛ(12), ЛОВ(22), ВЫН(11), ИНТ(13)]

[Свободные очки характеристик: 27]

Лучнику нужна Ловкость. Но я снова распределил поровну: по три в Силу, Ловкость, Выносливость и Интеллект.

День третий. Финальные штрихи. Еще одно кольцо. Еще полмиллиона. На этот раз свойства были иными.

[Серебряное кольцо]

[Качество: Обычное]

[Тип: Аксессуар]

[Свойство: Увеличивает немного ловкость носителя. (Увеличивает характеристику ЛОВ носителя на 4 единицы).]

Теперь на мне было три кольца. Я двигался по квартире, чувствуя, как тело реагирует на малейшее усилие с пугающей легкостью.

Вечером — Данил Носов. Наш фундамент.

[Цель: Данил Носов]

[Класс: Жрец]

[Уровень: 9]

[Характеристики: СИЛ(11), ЛОВ(11), ВЫН(12), ИНТ(21)]

[Свободные очки характеристик: 27]

И снова по три в каждый стат.

Свободное время. В перерывах между этим тихим «вивисекторством» я пытался быть нормальным братом. Мы с Настей съездили в тот самый музей Охотников еще раз — теперь она смотрела на манекены не с восторгом фаната, а с профессиональным интересом, прикидывая, где у брони слабые места. Мы ели пиццу на крыше торгового центра, глядя на фиолетовое зарево Седьмого ранга на горизонте.

Она больше не спрашивала, хочу ли я, чтобы она стала охотницей. Она просто приняла тот факт, что её жизнь теперь связана с этим миром — через меня.

К концу третьего дня я сидел на кухне. За окном окончательно стемнело, и фиолетовое зарево Седьмого ранга на горизонте пульсировало в такт моим мыслям. Группа готова. Я готов. Пора возвращаться к работе.

Я достал смартфон, открыл мессенджер и зашел в чат «Основа». Пальцы быстро набрали текст:

[Иван Брагин]: Внимание. Завтра утром. Сбор у портал диких кабанов, Первый ранг. 08:00.

[Иван Брагин]: Длительность — пять суток.

[Иван Брагин]: С собой взять сухпай и воду в достаточном количестве на весь срок. Экипировку проверить на износ. Вопросов быть не должно.

Я нажал «Отправить». Сообщения начали мгновенно отмечаться двумя синими галочками. Спят они там или нет — дисциплина работает.

Откинувшись на спинку стула, я допил остатки остывшего кофе. В голове было пусто и легко.

Днем, между делом, когда ездил за вторым кольцом, я зашел в лавку и взял один флакон Высшего Второго ранга. Просто чтобы добить шкалу. Сейчас, сидя в тишине кухни, я скрутил крышку.

[Уровень повышен!]

[Текущий уровень: 15]

[Опыт: 1230 / 13000]

[Характеристики: СИЛ(26+5) ЛОВ(45+4) ВЫН(26+9) ИНТ(35)]

[Свободные очки характеристик: 3]

Я посидел еще пару минут, прислушиваясь к организму. Пятнадцатый уровень. Три свободных очка тускло мигали в интерфейсе.

Тратить их сейчас я не стал. Оставлю на потом.

Я встал, убрал пустую кружку в раковину и прошел в спальню. Раздевшись, рухнул на кровать поверх одеяла.

Утро выдалось на удивление свежим. Небо над мегаполисом было чистым, без единого облачка, но это не успокаивало — я слишком хорошо знал, какая дрянь может скрываться за этой синевой.

Ровно в 07:50 я стоял у пульсирующей белой пелены врат. Группа собралась секунда в секунду. Никто не опоздал. Все выглядели отдохнувшими, но собранными — три дня тишины пошли на пользу.

Я обвел их взглядом, останавливаясь на каждом на пару секунд: Воронов, Ушаков, Носов, Князева, Лавров. Пять человек. Мое ядро.

— Слушаем внимательно, — начал я, когда мы отошли чуть в сторону от основной толпы новичков. — С сегодняшнего дня правила меняются. Вы уже показали, что умеете работать автономно. Так что в этом рейде я уже работаю наравне со всеми. Я бью, я принимаю удары, я контролирую поле. Вы — мои руки, но я — голова. Понятно?

Пять кивков. Никаких вопросов.

— Второе, — продолжил я. — Мы поменяли локацию.

Группа слушала внимательно.

— Место поменял по двум причинам. Во-первых, дикие кабаны чуть слабее красных гоблинов, у них нет шаманов, а значит, меньше неприятных сюрпризов. Во-вторых, портал диких кабанов недавно перезапустился после полной зачистки Ассоциацией. Там сейчас плотность мобов запредельная. Нам не придется бегать по лесу часами в поисках одного кабана. Там будет конвейер.

Я застегнул ремешок шлема. Клацанье металла в утренней тишине прозвучало как выстрел.

— Проверили сухпай. Проверили фляги.

Я сделал шаг вперед, входя в марево перехода. Давление на перепонки ударило привычной волной.

Вышли.

В нос ударил запах хвои и влажной земли . Никаких гниющих болот или пыли. Обычный густой еловый лес, залитый мягким утренним светом. Тишину нарушало только пение птиц и треск веток где-то в глубине.

Я вскинул руку, останавливая группу на самой кромке портала.

— Встаем в строй как обычно, — сказал я, не оборачиваясь. — Но теперь я буду на передке.

Я перехватил «Грань» обратным хватом.

— Двинули.

Мы углубились под сень вековых елей.

Мы прошли по пружинящему ковру из сухой хвои около четырехсот метров. Лес в этот раз был старым, деревья стояли плотно, переплетаясь ветвями где-то высоко над головой. Видимость — метров двадцать, не больше.

Я поднял сжатый кулак. Группа замерла, сливаясь с шершавыми стволами. Впереди, в низинке, метрах в двадцати от нас, слышалось чавканье и недовольное похрюкивание.

Я активировал интерфейс. Семь особей. Стая диких кабанов. Пасутся, роют землю в поисках кореньев. Я вывел данные ближайшего:

[Цель: Кабан]

[Звание: Рядовой]

[Искажение при переносе: 70%]

[Характеристики: СИЛ(12), ЛОВ(6), ВЫН(9), ИНТ(3)]

Ничего необычного. Те же параметры, что и три месяца назад, когда я фармил их соло. Плотность высокая, но сами по себе они — просто мясо.

— Работаем, — одними губами произнес я. — Танки берут на себя по одной цели. Князева — правый фланг. Лавров — левый. Я забираю центр. Огонь по готовности.

Я не стал ждать подтверждения. Мой приказ — это начало движения.

— Начали.

Я вышел из-за ствола первым. Мягкий шаг, перенос веса на носок. «Грань» покинула ножны со стальным шелестом, который тут же поглотил шум леса.

В ту же секунду справа и слева от меня с места сорвались Ушаков и Воронов. Никакого громового рыка — они просто побежали, набирая инерцию. Тяжелые ботинки вминали мох.

Кабаны слишком поздно поняли, что смерть уже здесь. Они начали разворачиваться, поднимать свои массивные головы, обнажая желтые клыки.

Ира выступила из-за ели. Лук уже был натянут. Свист тетивы слился с шелестом хвои. Наконечник вошел точно в глазницу кабану, который пытался зайти на Воронова с фланга. Зверь рухнул, проехав по инерции метр, ломая кусты.

Слева мелькнула тень. Лавров не стал бежать в лоб. Он использовал естественную складку рельефа. Оказавшись в мертвой зоне видимости, он прыгнул, оттолкнувшись от поваленного бревна. Его кинжалы вошли под лопатку кабану, метившемуся на Ушакова. Удар был хирургическим — пробита почка. Моб заверещал, пытаясь достать его клыками, но Женя уже ушел перекатом в сторону, разрывая дистанцию.

Я был в центре.

Три туши. Около двухсот килограмм живого веса каждая. Они рванули на меня одновременно, опустив костяные наросты на мордах. Земля дрогнула от их топота.

Я не стал встречать их в лоб. Это глупо. Я шагнул влево, пропуская первого — самого крупного секача. Мой клинок чиркнул по его боку, вспарывая жесткую щетину и плоть, но инерция пронесла его мимо.

Второй кабан летел прямо на меня. Я принял его удар, но меня всё равно сдвинуло на полшага назад, вминая сапогами мох. «Грань» опустилась сверху вниз, раскалывая череп зверя по всей длине. Хруст кости, брызги крови. Мертв.

Третий попытался проскочить мимо, целясь в незащищенный бок. Я провернулся на пятке, используя инерцию падения второго тела как щит. Клинок вошел снизу вверх, под основание челюсти, пробивая нёбо и мозг.

Всё заняло меньше пяти секунд. Тишина рухнула на лес внезапно, звенящая и густая.

Я выдернул меч из туши, стряхнул густую, пахнущую землей кровь о ближайший корень. Оглядел поле боя:

Воронов стоял, опираясь на алебарду. Его кабан лежал с перерубленным позвоночником.Ушаков вытирал лезвие гладиуса пучком травы. Его противник хрипел, булькая кровью из пробитого легкого.Лавров уже методично обыскивал свою жертву, выискивая пульсирующий камень.Ирина стояла на одном колене, доставая стрелу из глазницы — наконечник погнулся о кость, но древко цело.

— Сбор, — скомандовал я. — Носов, проверь состояние группы. Данил кивнул, быстро сканируя взглядом группу.

Мы работали ножами быстро и методично. Надрез у клыкастых морд, пальцы внутрь, поиск теплого камня среди осколков ребер и слизи. Кристаллов получено: 4 штуки.

— Выдвигаемся, — сказал я, закидывая рюкзак на плечо. — Интервал прежний. Смотреть под ноги, здесь могут быть волчьи ямы.

Группа перестроилась. Мы двинулись дальше, оставляя за спиной семь остывающих туш. Первый контакт прошел идеально. Но это только начало.

---

Конец главы 25

---

От автора: жду ваших впечатлений! Поставьте, пожалуйста, оценку или оставьте комментарий — это поможет мне понять, в каком направлении двигаться дальше. Спасибо!