Вопрос верности

Глава 1

Дочь эволюции.

1.

Крылатая тварь упала из темного неба, точно метеор. Марта дернулась вбок, еле успела увернуться. Длинные когти прорезали тонкий слой снега, взрыли смерзшуюся до каменной твердости землю. Громко клацнули зазубренные жвала. Девушка нажала на гашетку. Ионное орудие сухо щелкнуло, по длинному стволу пробежали и погасли синие искры. Заряд в батарее закончился, как обычно, в самый неподходящий момент.

Времени менять ее на новую не было.

Марта бросилась вперед за мгновение до того, как крылатое насекомое пришло в себя. Изо всех сил врезала кулаком по бронированному черепу, крошечному и твердому, по свирепым маленьким глазам. Раздался хруст, в стороны брызнула маслянистая едкая жидкость.

Тварь дернулась, снабженный острым жалом хвост ударил, но только оцарапал броню на боку Марты.

А она била, остервенело молотила до тех пор, пока череп не превратился в кашу из мозгов и обломков кости.

- Э… хватит, - донесся из-за спины басовитый голос Жозефа. – Или ты решила сделать из этой штуковины отбивную? Вряд ли кто будет ее есть.

- Клянусь Пророком, больно неожиданно она напала… - Марта остановилась, тяжело дыша, вытерла со лба пот – вещь для промороженной до недр планеты Фрио совершенно невероятную. – Думала, что атака закончена, а вот поди же ты. Свалилась и напугала…

От трупа поднялся еле заметный парок, насекомое стало покрываться инеем.

На экваторе Фрио, где располагался единственный город планеты – Розенфолл, царило вечное лето. Но висевшее в небесах тусклое багровое светило грело не сильнее, чем лампочка на расстоянии в километр.

Тут властвовал свирепый, смертоносный для живых существ мороз. Даже боевые форсеры переносили его с трудом. Легкие работали на пределе, выкачивая кислород из разреженной атмосферы.

На Фрио царил такой холод, что тут было мало снега. Он лежал местами жалким белым покрывалом со множеством дырок,. Но нигде его не хватало на большие сугробы вроде тех, что Марта видела на Сибири.

- Ну так кто знает, что в башках у этих тварей варится? – Жозеф поднял ручищу и почесал в затылке. – Это мы думаем – атака, окружение. А они, может быть, просто жрать хотят. И наседают как им хочется, то толпой, то поодиночке…

Остатки оперативной бригады «Нифелгейм» перевели на Фрио после неудачного наступления на Лонис. Случилось это чуть больше месяца назад. Бойцам дали привыкнуть к условиям ледяной планеты и бросили навстречу насекомым.

За тридцать с лишним дней на ледяной планете боевую бригаду Джонатана не раз переводили с места на место. Всегда ставили туда, где имелась опасность прорыва. Один раз форсеры даже пытались наступать, но без особого успеха. Твари уходили, уклонялись от открытого боя. А до ближайшего логовища, вроде того, что Марта видела на Лонисе, лежала не одна сотня километров.

Чтобы добраться до него, у бригад, размещенных вокруг города, просто не было ресурсов.

Вот уже несколько месяцев насекомые атаковали Розенфолл не реже раза в сутки, по воздуху, по земле. Даже пытались копать тоннели, чтобы проникнуть под обитаемые купола.

Первое вторжение из-под земли застало город врасплох и было отбито с немалым трудом. Но затем обороняющиеся приспособились, в дело пошли сейсмические датчики и сканеры.

Последнее нападение закончилось только что и по масштабам напоминало скорее разведку боем. Несколько десятков самых разных насекомых – летучих, ходячих и даже прыгающих попытались атаковать, но как-то вяло, без обычного бешеного напора, словно по обязанности.

Форсеры отбили этот наскок практически без потерь.

- Вот уж нет, они думают, почти как мы, - Марта вытащила из подсумка новую батарею, поменяла ее местами с опустевшей. - Порой даже лучше. Планируют и организуют атаки. Меня куда больше волнует другой вопрос – что они жрут на этой планете? Помимо тех наших, кого смогли захватить…

Она знала, о чем говорила. Странное чувство родства с чужаками, возникшее на Лонисе, вновь давало о себе знать. Нет, оно не было таким сильным, все-таки здесь, на ледяной планете, высадилась другая разновидность насекомых.

Да и сама Марта училась отгораживаться от погружения в чужие мысли, отгоняла странные ощущения изо всех сил. Но для того, чтобы отгородиться полностью, их просто не хватало.

Жизнь на Фрио не могла похвастаться изобилием. Да, в глубоких пещерах или на продуваемых ветрами пустошах, лишенных даже снега, кое-где обитали холодостойкие бактерии. Но тут не имелось растений, не говоря о животных, ничего, что годилось бы в пищу.

- В море колупаются, - ответил Жозеф. – Там вон сколько живности заморожено. Почти консервы. Хотя этого маловато будет для такой оравы…

И он бросил задумчивый взгляд туда, где лежали тела насекомых. Их было много, покрытые чешуей громадные чудовища соседствовали с юркими летунами. Скалили пасти хищники, и замерзшие глаза их угрожающе блестели.

- Вот и я про то, - проговорила Марта. – Лед разбивать – дело трудоемкое, а результат не гарантирован.

Некогда, многие тысячелетия назад, Фрио был водным миром, наподобие Аквиума. Но затем произошла катастрофа. По непонятным причинам местное солнце резко остыло и планета оказалась во власти космического холода. Моря замерзли почти до дна, и сотни, тысячи мертвых существ навеки остались в толще льда.

- Что вы о ерунде всякой болтаете? – выглянул из своей ячейки Тадеуш. – Нашли время и место. Ладно бы в казарме…

Марта улыбнулась, подумала, что кое-кто не меняется, несмотря ни на что. Звезды погаснут, Галактики уплывут в стороны, случится новый Большой Взрыв, а Тадеуш так же будет ворчать по поводу и без повода.

- Как скажешь, начальник, - сказала она с улыбкой. – Будем печально молчать и созерцать пейзаж.

Сегодня, как и последние две недели, их боевая бригада стояла на одном из участков Северного периметра. Далеко на юге из-за черных скал торчали серые купола Розенфолла. Солнце висело в зените, одинокий спутник, почти столь же большой, как земная Луна, болтался над горизонтом, напоминая изуродованное тонкими морщинами лицо.

На север от периметра уходили глубокие овраги, настоящие шрамы. Там и сям на коричневой земле, покрытой слоем инея, а кое-где и снегом, лежали багровые и лиловые валуны.

- Вот уж нет, - сказала Лия, новый снайпер звена, присоединившийся к нему перед самой отправкой на Фрио. – Это даже пейзажем не назовешь. Когда-то я думала, что нет ничего скучнее моей родной планеты. Как оказалось, я сильно ошибалась.

Родом Лия была с Трясины, мира бескрайних ядовитых болот и вечного тумана. При взгляде на ее роскошные белые волосы Марта всякий раз испытывала укол ревности и потом себя за это корила.

Помогало так же мало, как бинт – раненому в живот.

- Как же, был я на Трясине, - заметил Тадеуш, до войны охранявший курьеров Канцелярии Освоения Сложных Миров и объехавший чуть ли не все форсерские планеты. – Едва ли не порос плесенью. Тут хотя бы сухо и никто тебя не кусает…

- Да что бы ты знал? – Лия нахмурилась. Ругая родную планету, она больше никому не позволяла этого делать. – Ты вообще…

- А ну тихо. Еще не хватало вам передраться, - прервала бойцов Марта, и тут же ожил ее ком-линк.

- Эй, как у вас там дела? – голос Джонатана, находившегося в мобильном командном пункте, прозвучал так беспечно, словно они пребывали где-нибудь в глубоком тылу.

- Все в порядке, - доложила Марта.

Долговязый тактик продолжал возглавлять боевую бригаду и на Фрио, несмотря на увлечение свитом. То ли командование не догадывалось о его привычке, то ли по какой-то причине закрывало на нее глаза.

- Боюсь, что это ненадолго, - хмыкнул Джонатан. – Спутники засекли, что к нам движется целая куча этих проклятых насекомых. Будьте готовы к большой свалке, ядерная мать. Я вызвал резерв, но когда он еще подойдет.

Периметр состоял из нескольких рядов колючей проволоки и линии окопов. Они были вырыты ценой невероятных усилий и сулили столько же уюта, как заполненная отбросами яма посреди джунглей. О всяких излишествах вроде башен с плазменными разрушителями приходилось только мечтать.

Боевые бригады дежурили на периметре посменно. Сутки проводили на ледяном ветру, под холодным небом, вторые – в Розенфолле, в казармах, где по сравнению с поверхностью Фрио царила настоящая жара.

Но сейчас до этих казарм было едва ли не дальше, чем до резиденции Пророка.

- Поняла, - сказала Марта. – Будем грызть их зубами и царапать до тех пор, пока не разбегутся.

- Они от одного твоего вида должны разбегаться. Все, отбой, - и Джонатан отключился, оставив Марту в состоянии некоторого недоумения – что хотел тактик? Оскорбить? Или сказать комплимент?

Первое выглядело более вероятным.

- Так, хватит загорать, - она заставила себя думать только о деле. – Скоро нас ждет встреча с нашими когтистыми друзьями в прочных панцирях. Надеюсь, что плазмоидов хватит на всех.

Жозеф нахмурился, за плечом его шевельнулось дуло мортиры. Санчес зевнул и потянулся, Тадеуш начал бормотать себе под нос. Рашид и Тян, присоединившиеся к звену несколько дней назад, переглянулись.

Для обоих это будет первый настоящий бой в составе нынешнего звена.

- Ничего, парни, - сказала Марта. – Главное – не дергаться, и все будет нормально. Вы поняли?

- Да, - ответил Тян, а молчун Рашид кивнул и поднял руку с надетой на нее плазменной пушкой «Злоба».

Солнце неспешно двигалось по небу, ветер нес запахи холодного камня. Боевая бригада деловито готовилась отражать атаку. Марта слышала резкий голос Анджея, чье звено занимало позиции по соседству. Рыжий субтактик, как обычно, не упускал случая покуражиться.

С другой стороны из ячейки выглядывал Рональд, бывший «чудо-техник» с Гефеста, и окуляр разведывательного модуля на его глазу выглядел подозрительно нестандартным.

Они все были тут, кто выжил после атаки на город-фабрику Фордж, кто уцелел в переменчивом аду Лониса, избежал человеческой пули и зубов насекомых. Мигель и его джамперы находились в тактическом резерве где-то рядом с Джонатаном, хотя от штурмового звена в долговременной обороне толку меньше, чем от одного-единственного «Зверя».

Марта оживила разведывательный модуль, лежавший на дне окопа. С негромким шорохом заработали дюзы. Небольшая блестящая «планета» с торчащими усами антенн неторопливо пошла вверх.

Камера начала передавать изображение в окуляр.

- Ага, я их вижу, - над горизонтом появились крохотные стремительные точки, похожие на танцующие в воздухе песчинки. – Что-то их и в самом деле много.

- Ничего, сладим, - проговорил Жозеф. – Можно стрелять?

Насекомые всякий раз шли к позициям форсеров по одним и тем же оврагам. Понятное дело, что подходы были давно пристреляны, координаты точек поражения загружены в расчетно-вычислительные ядра бойцов.

- Погоди, рано еще, - модуль полетел вперед, а потом завис на месте. – Вот они и мной занялись…

Твари довольно быстро поняли, что круглые летающие штуковины принадлежат их врагам и научились их уничтожать.

Летуны сбивали модули ценой собственной гибели. Насекомые с трубками на верхних лапах плевались длинными шипами, способными пробить не самую толстую броню разведчиков. Марта не хотела потерять собственный «Циклон» в начале боя и поэтому осторожничала.

Она ждала, когда твари подойдут ближе.

Насекомые на Фрио отличались от тех, что были на Лонисе. Здешние хищники и летуны были мельче, не так ярко окрашены, в основном в белый и серый цвета. Но зато почти у всех имелись рога, самые разные – изогнутые и прямые, острые и тупые, очень маленькие и огромные, ветвистые.

Выглядело это дико, а порой просто страшно.

- Жозеф, готовься, - сказала Марта, отводя модуль чуть назад и вверх. – Три, два, один, пошел…

Мортира выплюнула асинфазный разряд. Мгновением позже начали стрельбу другие звенья. Десятки пылающих синим огнем шаров плазмы взмыли в небо. Марта увидела, как выстрелом накрыло первые ряды бежавших по дну ущелья тварей, как полетели в стороны куски панцирей, лапы и жвала.

А потом пришлось делать много вещей сразу – держать модуль так, чтобы он помогал видеть происходящее, но не попал под удар; стрелять самой, координировать огонь подопечных; поглядывать, что творится у соседей – не назрел ли где прорыв; вслушиваться в поступающие через ком-линк сигналы…

Началась работа боевого форсера – унылая, однообразная и не такая героическая, как казалось в первые дни войны, на Халикте и Эброне.

Вспоминая о том, какой она была тогда, меньше года назад, Марта иронически улыбалась. Ну а мысль о том, что многие соратники сохранили истовую веру в победу, в необходимость сражаться до последней батареи и куска химерина для брони, вызывала неприятную дрожь.

Но сейчас было не до нее и вообще не до отвлеченных размышлений.

Оскаленный хищник рухнул, не добежав до окопов нескольких метров. Второй на мгновение замешкался на колючей проволоке, и несколько плазмоидов разорвали его на куски. Штук пять летунов попытались атаковать модуль, Марте пришлось уводить его выше.

На несколько мгновений отвлеклась непосредственно от боя, а когда огляделась, поняла, что насекомые подобрались чуть ли не вплотную.

Бронированные чудовища с тяжелыми витыми рогами на массивных башках перли вперед, не обращая внимания на попадания. С треском лапались, разбрасывая в стороны зазубренные осколки, костяные «яйца» биологических бомб. Избавившиеся от них летуны атаковали сами, норовя ворваться в окоп сверху.

Гудели генераторы, негромко ругались бойцы, клацали гашетки.

- А ну не мазать! – рявкнула Марта, прошивая импульсным разрядом самого шустрого из броненосцев.

Тот прошел еще несколько шагов и только потом сообразил, что убит. Могучие ноги подогнулись, и тяжелое тело повалилось набок. Едва не придавленный хищник с визгом отпрыгнул в сторону.

Его собрат выскочил прямо на Тяна, отвечавшего за прикрытие звена с воздуха. Тот опустил пушку, но невероятным образом промахнулся. Насекомое вскочило на бруствер, хвост ударил через голову. Острейшее жало прорезало комбинезон, броню, впилось Тадеушу в плечо.

- Ох, проклятье! - тот зашипел от боли, дернулся.

Жозеф выстрелил из карабина на левой руке, не поворачивая головы. Облако плазменных «капель» накрыло хищника, вынудило его на миг замереть, скорчиться от боли.

Этой заминки хватило Тяну, чтобы исправить свою же ошибку.

Сражение кипело вдоль всего Северного периметра. Вспышки, сопровождавшие выстрелы из плазменного оружия, сверкали от Большого Оврага на западе до группы скал на востоке, прозванных за форму Тремя Коленками. Но острие прорыва было нацелено на участок в самой середке периметра, туда, где смыкались позиции двух боевых бригад.

Именно там заревели прыжковые двигатели. В небо Фрио поднялись джамперы, их штурмовые пушки обрушили волну пламени на летающих насекомых. Тем, кто отбивался на земле, стало немного легче.

С помощью модуля Марта могла видеть, что происходит не только на ее отрезке окопов, но и справа, и слева.

- Ну надо же, это что-то новое, - пробормотала она, когда поняла, что насекомые сегодня не используют привычную тактику – переть вперед всем скопом.

Некоторые твари оставались позади остальных, в оврагах, словно командиры. Они почти ничем не отличались от остальных, разве что были немного крупнее, но виделась в их действиях некая пугающая целенаправленность.

Глядя на взмахи когтистых лап, легко было поверить, что их обладатель указывает отрядам сородичей, куда атаковать.

- Что новое, командир? – хмыкнул услышавший реплику Марты Санчес, на шее которого темнела рана от костяного осколка. – Все старое. Те же мерзкие хари, тупо лезут… Вот еще один, - сбитый метким выстрелом летун превратился в кусок полыхающей плоти и рухнул наземь.

Спорить с лучшим бойцом звена Марта не собиралась.

Она подняла в воздух брандер и направила его в сторону оврага, что начинался сразу за рядами колючей проволоки. Именно в нем и засел один из крупных хищников. Увела начиненный плазмой модуль от бросившегося наперерез летуна и швырнула его вниз, к черной, как грех, земле.

Овраг затопило клокочущее пламя.

И тут же, словно получив приказ, насекомые, наседавшие на окопы, начали отступать.

- Ага, получили! – заорала Лия победно. – Наши, наши явились! Как вовремя!

- Наши? – только тут Марта обратила внимание, что плазмоиды летят через ее голову, а значит – подошел обещанный Джонатаном резерв. – Это что, я зря потратила брандер на здоровенную тварюку… Или все же нет?

Напоследок попыталась свалить еще одного летуна, но промахнулась.

- Что, рука дрогнула? – поинтересовался Санчес с ехидной ухмылкой, ощупывая шею там, где в ране пузырилась белесая жидкость и лохматились обрывки химериновых волокон.

- Похоже на то, - Марта поменяла батарею, и тут ком-линк передал приказ Джонатана «Прекратить огонь».

- На сегодня отвоевались, - в голосе Жозефа прозвучала усталость.

- Да, - Марта кивнула, пытаясь осознать, что же именно ее беспокоит, и тут вспомнила. – Эй, Тян!

- Да, - отозвался тот.

- У тебя все в порядке? Сегодня ты двигался точно замороженный человек. Расчетно-аналитическое ядро в норме?

Широкоплечий и скуластый форсер помялся немного, на лбу его зашевелились складки.

- В норме, да, - сказал он после небольшой паузы. – Вот зрительные усилители барахлят. При перестройке с дальних целей на близкие двоится перед глазами. Из-за этого я и… промахнулся, - закончил он печально.

- И ты мне ничего не сказал? Почему? – Марта почувствовала, что злится – из-за одного бойца, не вовремя или не так выполнившего приказ, может запросто погибнуть все звено. - Сегодня же отправишься на диагностику к нашим техникам. Пусть посмотрят, что у тебя такое.

- Бесполезно, - мрачный Тян покачал головой. – Это у меня давно. Пытались исправить несколько раз, но ничего не вышло… А не сказал – не успел, да.

Понятно, почему парень молчал. Не хотел, чтобы из-за дефекта модификации его держали за солдата и форсера второго сорта. Но, с другой стороны, как вообще его допустили до действующей части? Оставили бы где-нибудь в тылу, охранять какую базу, или сделали инструктором для новичков…

- Ладно, - сказала Марта. – Запись об этом в твоем личном деле есть? Вот и славно. Если командование не обращает на нее внимания, то мы тем более не будем, - она повысила голос. – Все поняли?

Бойцы закивали.

- Ты не переживай, братец, - сказал Жозеф добродушно. – У меня акселераторы в правой руке тоже иногда заедает.

- Ты уверен, что в руке? А не в голове? – сладеньким голоском поинтересовалась Лия.

- В правой? – удивился Жозеф.

Заулыбались все, даже на угрюмом лице Тяна появилась ухмылка.

- Всем субтактикам, - забубнил тем временем в ком-линк Джонатан, - оставляем позиции смене. Отходим к Розенфоллу. Необходимо быть у Северных ворот через двадцать минут. Раненых и убитых – к командному пункту. И не забудьте добить оставшихся на проволоке насекомых. Порядок выдвижения…

Примерно неделю назад твари начали использовать новую хитрость. Во время атаки часть из них оставалась у позиций форсеров, притворяясь мертвыми. А после окончания схватки, когда бойцы расслаблялись, они «оживали» и атаковали вновь, стремительно и беспощадно.

- Лия, Рашид, займитесь, - Марта передала приказ. – Тадеуш, Санчес, как ваши раны?

- Нормально. Живы будем – не помрем, - отозвался Санчес, а главный ворчун звена, вопреки обыкновению, промолчал.

- Отлично. Тогда на сборы и все дела пять минут.

Там и сям из окопов выбирались форсеры. Ходили между телами насекомых, стараясь не вступать в лужи вонючей и едкой крови. Стреляли каждой твари в голову. Своим раненым помогали идти, кое-кого несли на носилках туда, где стоял подъехавший к передовой мобильный командный пункт – длинный транспортер с номером бригады на черном бронированном боку.

- Привет, - рядом с окопом Марты объявился незнакомый субтактик, высокий, с темной кожей и яркими голубыми глазами. – Мы пришли вас сменить. Но если желаете остаться, я возражать не буду.

- Вот уж нет. Сами морозьте задницы и целуйтесь с насекомыми. А мы пойдем в тепло отсыпаться. Четыре атаки меньше чем за сутки – где такое видано?

- Это точно, - голубоглазый субтактик махнул рукой. – Сюда, ребята. Занимайте место. Те, кто сидел тут до нас, вроде бы не обгадились. Запаха, по крайней мере, нет.

- Еще один шутник на мою голову, - пробормотала она себе под нос, выждала, пока к коллеге перейдет контроль над модулем-разведчиком, и полезла из окопа.

Через пять минут боевая бригада собралась у командирского транспортера. Другим звеньям повезло меньше, чем подопечным Марты – кто потерял бойца, а кто сразу двоих. Раненых оказалось вообще очень много.

- Да, потрепали нас сегодня, - проговорил Джонатан уныло. – Так, всех погрузили? Тогда двинулись.

Поскольку расстояние от периметра до города не превышало километра, бойцы преодолевали его пешком. Транспортеров на Фрио было мало, да и те большей частью довоенного производства – комфортабельные, но маленькие передвижные лаборатории, предназначенные для ученых.

Когда-то именно геологи, биологи и планетологи составляли большую часть населения холодной планеты.

Транспортер рыкнул, как огромный зверь, покатил в ту сторону, где поблескивали купола Розенфолла. Выстроившись длинной колонной, боевая бригада потянулась за ним. Звено Марты очутилось в самом конце, вместе с бойцами Рональда.

- Привет, - сказал тот, когда они оказались рядом. – Как твои сегодня?

- Нормально. Без потерь. А твои?

- Снайперу нашему не повезло, в лоб ему магнит. Костяная бомба рядом с ним лопнула. Нашпигован осколками, точно эта планета – льдом. Говорят, что жить будет, но «Ярость» в руки возьмет не скоро.

- Хреново, клянусь Пророком, - Марта покачала головой. – Какое-то время придется без снайпера, а затем нового пришлют, из пополнения…

- Какого пополнения? – Рональд скривился. – Не верю я в него. Такое ощущение, что нас забыли и бросили на этой планете. Чтобы погибли, но не просто так, а напоследок еще и пользу принесли. Хоть какую-то.

- Что ты такое говоришь? Нам же несколько дней назад прислали новичков, – возмутилась Марта.

- Да? А ты обратила внимание, каких?

- Каких?

- Приглядись, и поймешь, - Рональд покачнулся, и она поняла, что «чудо-техник» измотан до такой степени, что едва держится на ногах. – А заодно подумай, почему мы, ветераны, защищаем этот никому не нужный городишко.

- Он… - Марта осеклась. Помимо Розенфолла, на Фрио находились четыре портала и уж они имели куда большее значение, чем населенный пункт. Рисковать тут жизнями тех, кто прошел Эброн и Лонис, не имело смысла. Хотя эти жизни могли быть не нужны больше. – Но это невероятно!

- Все вероятно. Ты еще увидишь, - в голосе Рональда прозвучала обреченность.

Остаток пути до города проделали в молчании.

Прошли между черными остроконечными скалами, похожими на огромные зубы. Открылся Северный купол и шлюз в его боку. Первым в разошедшиеся створки проехал транспортер, за ним потянулись бойцы.

Марте Розенфолл напоминал Фордж, гигантский город-фабрику на планете Гефест. Понятное дело, что тут все было куда меньшего масштаба, имелось четыре купола вместо одного. Но точно так же поднимались, упираясь в низкое «небо», дома, змеились трубы вентиляции.

- Вот мы и дома, - сказал Жозеф, когда шлюз остался позади, и они окунулись в теплый, а по меркам Фрио, раскаленный воздух. В насыщенной кислородом атмосфере легкие заработали на полную мощность. Из мускулов стала уходить мерзкая ломота. – Приятно возвращаться с победой. Вот поедим, а затем…

- Что толку от этих побед? – неожиданно буркнул Рашид.

Марта осознала, что слышит его голос всего во второй раз. Удивленно поглядела на новичка, раздумывая, что имел в виду Рональд. Вроде бы с этим парнем на первый взгляд полный порядок.

- Не понял тебя, поясни? – вступил тем временем в разговор Санчес. – Ты хочешь сказать, что мы тут занимаемся ерундой?

- Нет. Но смотри. Мы уже год воюем. Все время побеждаем, - Рашид говорил короткими фразами, будто стрелял из человеческого автомата. – А кому от этого лучше? Все только хуже и хуже.

- Нет, все-таки я дам тебе в морду, - заявил Санчес. – Уж извини, но…

- Тихо! – Марта чуть повысила голос. – Уймитесь. Вы что, сегодня рехнулись? Второй раз за день пытаетесь затеять драку.

Бойцы замолчали, но по взглядам было видно, что оба остались недовольны друг другом. Но слова Рашида упали на благодатную почву – помрачнела Лия, нахмурился Тадеуш. Даже Жозеф, никогда не забивавший голову всякой ерундой, начал почесывать затылок.

Транспортер свернул в сторону расположенного в центре городка госпиталя. Пешие бойцы миновали унификатор, и вступили на площадь, очень большую по меркам Розенфолла.

Две из четырех ее сторон занимали просторные общежития, после вторжения насекомых на Фрио переоборудованные под казармы. В одной из них обитала боевая бригада Джонатана.

- До ужина еще час, - сказала Марта, когда они поднялись к себе на верхний, третий этаж, - у кого проблемы с оружием, отправляйтесь к техникам сейчас. Все равно в санитарный блок не пробиться.

На здание имелось два душа. Тот, что поменьше, на верхнем этаже, называли «командирским». Туда ходили субтактики и сам тактик. Второй, «солдатский», находился внизу, рядом с кухней, и попасть туда было не проще, чем получить на Фрио солнечный удар.

Особенно в такой момент, сразу после возвращения.

- У моей пушки блок прицеливания барахлит, - заявил Тадеуш. – Надо показать на всякий случай…

- Иди, - кивнула Марта.

Она знала, что среди техников у Тадеуша есть приятель, с которым они вместе воевали еще во время неудачного вторжения на Олимп. Но мешать бойцам общаться с друзьями не собиралась.

Комната, отведенная их звену, располагалась в самом конце коридора. Места тут хватало для десяти коек, такого же количества тумбочек и огромного шкафа в углу. Его использовали для хранения оружие. Из окна открывался вид на площадь и на унификатор.

Сумей форсер повыше встать на подоконник, он бы дотянулся до лоснящейся, словно химерин, поверхности многослойного купола, защищавшего Розенфолл от бешеного холода Фрио.

- Ну а я, вообще, пойду, попробую прорваться в санблок, - заявила Лия, едва сбросив на пол рюкзак и вытащив из креплений пушку. – Не могу ходить грязной. Это же так мерзко! Кто-нибудь со мной?

«Иди, - думала Марта, без спешки избавляясь от амуниции. – Тебе, красотка, кто угодно из мужиков в очереди место уступит. И все же что имел в виду Рональд, говоря про новичков?». Мысли шевелились вяло, еле-еле, точно песчаные ящерицы с Норли в полдень. Уставшее тело требовало отдыха, и приходилось заставлять себя думать, не впадать в тупое оцепенение.

У Тяна – неустранимый дефект зрительных усилителей. Тут все понятно. А Рашид? Неужели его «сослали» на Фрио из-за того, что он позволяет себе болтать лишнего? Ведь брякнул он сегодня такое, за что в первые дни войны любого боевого форсера отправили бы на ремодификацию.

Но тогда почему здесь они все? Сара, Жозеф, Анджей, Мигель, Санчес – настолько разные…

В одном Рональд прав – такие опытные бойцы пригодились бы там, где решается судьба Эволюции. Держать их тут, где приходится лишь обороняться, нет смысла. Или они оказались здесь случайно? Как песчинки, попавшие в один из потоков громадного урагана войны, что охватил множество планет…

Верить в это не хотелось.

Вынырнув из размышлений, Марта обнаружила, что в комнате их осталось трое – она с нагрудником в руках, валявшийся на кровати Жозеф и Тян с капсулой подпитки для брони в руке.

- Что ты ее крутишь, точно стакан? – поинтересовался хозяин мортиры. – Или раскусить собрался? – тут тон его сменился. – Хотя от здешней тоски зеленой скоро начнем грызть что угодно.

При режиме сутки на дежурстве, сутки на отдыхе бойцы, попав в казармы, первым делом стремились выспаться. Но, что самое странное, у них хватало времени на то, чтобы задуматься о развлечениях. А в Розенфолле с этим было не лучше, чем на Нифелгейме – с водой.

Пару недель назад, когда положение на Фрио окончательно стабилизировалось, боевые форсеры начали для забавы драться меж собой. Не до тяжелых повреждений, а до первой крови или до того, чтобы сбить противника с ног.

Продувные ребята из столовой соорудили перегонный аппарат и принялись гнать самогон из сухих пайков. Вкус у него был мерзейший, а наутро зверски болело голова. Но его пили, потому что ничего другого не имелось.

Командиры, само собой, знали, что творится в гарнизоне, но не предпринимали ничего.

Знали, что не в силах предложить что-нибудь получше.

- От тоски зеленой? - сердито проворчала Марта. – Ты здесь не развлекаешься, Жозеф, а сражаешься за Пророка и Эволюцию! Помни, что бьешься за то, чтобы наша раса могла жить и развиваться!

Она понимала, что сама не верит в собственные слова. Но от этого делалось только хуже.

- Ладно тебе, я уж так… - прогудел Жозеф.

- Молчать! – Марта злилась в первую очередь на себя, осознавала, что выплескивает гнев, усталость и раздражение на ни в чем не виноватого бойца. Но остановиться не могла. – Да за такие слова ты достоин только генопсихологической экспертизы! Ты…

Жозеф глядел на нее с недоуменной обидой ребенка, моргая голубыми глазищами, Тян – удивленно.

- Что за шум? – в комнату зашел Санчес, рану на шее которого закрывала заживляющая пена.

Марта замолчала. Поняла, что дышит тяжело, словно еще находится снаружи, и что яростно сжимает кулаки.

- Ничего не было, - прохрипела она, опуская взгляд. – Совершенно ничего. Забудьте о том, что произошло.

Ей было чудовищно стыдно за собственную вспышку.

И сохранялось это мерзкое чувство до самого отбоя.

Глава 2

Взгляд сверху.

1.

Наступил январь две тысячи триста десятого года, второго года войны.

Земля отходила от шока, вызванного ложной вестью о том, что в Южной Америке высадились твари, изгнавшие людей с Диадемы. Средства массовой информации дружно врали, что опасности нет, что война скоро закончится.

Люди, как на прародине человечества, так и в колониях, жили без праздников, в сплошных буднях. Десятки заводов выпускали оружие, в КБ лучшие инженеры не спали ночами, проектируя новые, более эффективные, орудия убийства.

Военные действия шли вяло. Держался самый протяженный фронт на Эброне, замерла ситуация на Антионе и Драконе. Формировались новые корпуса, а стратеги разрабатывали планы наступательных операций.

Диадема оказалась потеряна, зато на Белфинде тварей удалось сдержать, не дать им добраться до густонаселенных районов. Туда перебросили корпус «Один», отличившийся в боях на Сибири. Под сенью влажных лесов, в снежных горах и сухих равнинах закипели новые схватки.

Корпус «Иван Грозный» увеличил масштабы своих операций, и многие дрожали при виде контрразведчиков. «Предателей» хватали всюду, и страх витал над городами и селениями.

Форсеры временно отложили мысль уничтожить человечество окончательно. Они были заняты очищением собственных рядов. План «Зерна и плевелы» медленно и почти незаметно для простых обитателей Сложных Миров воплощался в жизнь. Готовились к напряженному труду особые бригады, увеличивалось производство имплантантов нового поколения.

На учет брали всех форсеров по происхождению, всех, кто когда-то был человеком.

В войсках из них формировали особые штрафные бригады, которые планировалось бросить на самые опасные участки фронта. Новейшее вооружение шло тем, кто только что вышел из учебных центров и был готов выполнить абсолютно любой приказ командиров.

Проблему со снабжением жителей Сложных Миров продовольствием удалось решить. Частью за счет безжалостной эксплуатации захваченных аграрных миров, а частью за счет новых технологий.

Планеты-фабрики трудились в бешеном темпе, репродуктивные центры работали на пределе возможностей.

Экспансия Строителей чуть приостановилась. На Диадеме они стали хозяевами, но с Лониса вынуждены были уйти. Слишком странным и пугающим даже для них показался мир, вращающийся вокруг двойного солнца.

Еще на полудюжине планет людей и форсеров появились хайвы, там установилось хрупкое равновесие между автоматами и когтями, плазменными пушками и ядовитыми жвалами.

Королевы в недрах своих гнездилищ обрабатывали огромные объемы информации о новых врагах. Менялись условия в Местах Рождения, чтобы произвести новых воинов, более крупных, более умелых, более опасных…

Мира не хотел никто.

Дочь эволюции.

2.

Внешние створки шлюза дрогнули и с гулом поползли в стороны. В щель полетели белесые хлопья, стал ощутим ток холодного, очень сухого и неприятного на вкус воздуха. Марта невольно поежилась.

В длинные ночи, длящиеся на Фрио чуть меньше стандартных земных суток, температура опускалась еще ниже. Из атмосферы начинал вымерзать какой-то газ, возникали короткие, вялые, но очень красивые метели.

Открылось антрацитово-черное небо, усеянное сотнями ярких звезд. Свет прожекторов упал на покрытые слоем инея скалы. Стало видно, как белые снежинки неспешно кружатся, словно миллионы крохотных полупрозрачных существ, исполняющих торжественный танец.

- Вперед, пошли, - возникший в ком-линке голос тактика разрушил очарование.

Марта вздохнула и вслед за другими субтактиками повела звено по знакомой до последней трещины дороге к Северному периметру. Свирепый ночной мороз вцепился в тело, в легких захрипело.

- Ох, не люблю я это дело, - проговорил Тадеуш, морщась. – Знаю, что без перестройки дыхания в этой атмосфере нам не выжить, но она настолько болезненная... Почему бы ни использовать кислородные маски?

- Ты сомневаешься в мудрости Пророка, создавшего нас такими? – Санчес хмыкнул, но как-то невесело.

- Если честно, то иногда – да, - ответил Тадеуш так тихо, что Марта с трудом разобрала его слова.

И тут же решила, что на самом деле она ничего не слышала. Ведь изречь такую крамолу форсер просто не способен.

- Я тоже сомневаюсь, - Рашид не побоялся сказать это в полный голос.

Марта обреченно подумала, что ей в звено подсунули двоих парней с дефектами, одного с физическим, другого – с аномалией поведения. И как прикажете справляться с этим ей, обычному субтактику?

- Значит, не веришь ты в нашего папу, - сказал Санчес каким-то странным голосом. – А в маму хотя бы веришь?

- Это в кого? – удивился Тадеуш.

- В Химеру. В ту здоровенную чудовищную тварь, что вморожена в лед на этой планете. В ту самую, благодаря которой мы появились на свет.

- А вы ее видели? – спросил Тян.

- Нет, - сказал Жозеф. – Она, говорят, была найдена там, где сейчас Южный периметр проходит. Да только ученые ее много лет назад целиком вывезли для изучения. Парни рассказывали, что там лишь каверна в ледяном озере осталась.

И тут они пришли. Стали видны окопы с торчавшими из них головами, ряды проволоки.

- Отставить разговоры, - скомандовала Марта. – Занимаем позицию.

Темнокожий субтактик помахал рукой, она помахала в ответ. Произошла смена контроля над модулем, и звено заняло участок, ставший за время нахождения на Фрио почти родным.

- Тишина, благодать, - сказал Жозеф, глядя в небо. – Так не хочется ее нарушать. Может быть, хоть в этот раз они не явятся?

- Посмотрим, - судя по оперативной сводке, последнюю атаку отбили три часа назад. Так что имелся шанс хотя бы первую половину дежурства провести тихо, без незваных гостей, умеющих плеваться ядовитыми шипами, кидать осколочные бомбы и прогрызать броню. – Тадеуш и Лия – наблюдателями, остальные пока свободны.

Марта проверила биометрию бойцов, убедилась, что у каждого все в порядке. После этого выбралась из окопа и пошла туда, где располагалось звено Сары, подруги еще по оперативной бригаде «Геката-2».

Такие прогулки формально не разрешались, но Джонатан на них внимания не обращал. Да и идти недалеко, всего с полсотни метров. Марта прошла мимо позиций звена Рональда, обогнула большую черную скалу и вновь свернула к окопам.

- А, это ты? Привет! – радостно воскликнула Сара, увидев прежнего командира.

- Привет, - ответила Марта, думая, что больше никогда не скажет этого короткого слова никому из тех, с кем начала эту войну. Ее первое звено оказалось уничтожено целиком, включая лучшую подругу, с которой родились на одной планете и дружили с детских лет. – Вылезай, поговорим, пока тихо.

- Давай, - Сара прикрикнула на подопечных и выбралась из окопа. Они отошли к темному округлому валуну, что торчал метрах в десяти позади периметра. – Ох, как тяжко с этими новенькими. Ты же знаешь, у меня их трое? Один после тяжелого ранения, восстановился не до конца. Другие двое только и ноют – зачем эта война, не нужна она. Хотя сражаются чуть ли не с самого начала, как ты.

- Да, невесело тебе.

- А если подумать, не так уж они неправы, - вздохнула Сара. – Но ладно, чего мы все о грустном? Один из новых парней на меня пялится. А он ничего, темноглазый, высокий.

Марта постаралась вспомнить, когда кто-то смотрел на нее как на женщину.

По всему выходило, что еще Джим, погибший позже на Эброне под лавиной. Как давно это было, почти год назад. Хотя потом Роберт тоже глядел, не отрываясь. Но ведь он человек, он не в счет…

А ведь каждый день та же Марта ходит в душ с остальными субтактиками. И никто, даже Анджей, не отпускает шуточек, не проявляет интереса. Почему так? Неужели она настолько страшна? Или просто за год, проведенный в беспрерывных боях, перестала вести себя как женщина?

И тут Марта ощутила горькую, необычайно сильную обиду. В груди сдавило, сердце всколыхнулось. Но тут же явилась мысль, что подобные чувства – настоящий атавизм, оставшийся от предков, что такие эмоции постыдны для боевого форсера.

- Глупо, - прошептала она, пытаясь справиться с собой. – Я живу, чтобы сражаться, а не для того, чтобы нравиться кому-то. Мне это вовсе не нужно…

- А я вот думаю, что дальше делать. То ли отшить этого парня… - тут Сара заметила, что с подругой не все в порядке. – Эй, ты что? Плачешь?

- Нет, снег на лицо попал… - соврала Марта, чувствуя, что из глаз текут слезы, и в кои-то веки радуясь, что стоит холодная ночь.

Спас ее, как ни удивительно, Джонатан.

- Внимание, - донес ком-линк его напряженный голос. – Всем субтактикам нечетных звеньев немедленно прибыть к командному пункту. Субтактикам четных принять командование подразделениями с номером, меньшим на единицу. Перестройка сети займет четыре минуты. Координаты места встречи…

- Это еще что такое? – удивилась Сара, чье звено откликалось на позывной «семь».

- Вот уж не знаю, - Марта, командир «пятерки», украдкой вытерла лицо. – Пойдем?

Всего в боевой бригаде было одиннадцать простых звеньев и одно штурмовое. Схема передачи командования, только что озвученная тактиком, была стандартной. Использовалась она в ситуациях, когда в боевых условиях возникала необходимость собрать субтактиков.

Но зачем это делать сейчас?

- Эй, народ, - на ходу Марта связалась с подопечными. – Вами пока покомандует Рональд. Скоро вернусь.

Услышала смешок Лии, а затем голос Жозефа:

- Мы поняли. Начинаем скучать.

- Вот подлизы, - и тут Марта, вопреки мерзкому настроению, улыбнулась.

Командный транспортер обнаружился в небольшой ложбинке, украшенной пластинками ледяных лужиц.

- Хэй, подруги, - заулыбался Анджей, глядя на явившихся последними девушек. – Только вас и ждем. Где гуляете?

- Цветочки собираем, - отозвалась Сара недружелюбно. – А что вообще происходит?

- Кто бы знал? – рыжий шеолец пожал широкими плечами.

Дверь кузова с лязгом открылась. Из нее выбрался понурый, мрачный Джонатан, а за ним – еще один тактик, невысокий и стройный, с надменным длинным лицом.

- Все собрались, ядерная мать? – спросил Джонатан. – Э… хм. Позвольте вам представить вашего нового командира. Его зовут Фернандо, и через час… нет, уже через пятьдесят три минуты он примет командование бригадой.

- Ну надо же… - нет, Марта не питала особенной любви к Джонатану – слишком много он натворил глупостей еще на Нифелгейме. Но происходящее выглядело неестественно – для чего менять командира части, успешно выполнявшей боевую задачу? Разве что для отправки его на повышение.

Судя по унылой морде любителя свита, этот вариант исключался.

- А тебя куда? – поинтересовался командир первого звена, известный подхалим.

- Ну… э, на переподготовку, - ответил Джонатан и зябко передернул плечами, словно мороз Фрио наконец добрался до него.

- Слушайте меня, - худощавый тактик решительно шагнул вперед. Голос у него оказался какой-то дребезжащий. – Вы все, насколько я знаю, форсерами стали в зрелом возрасте. Ваши тела и умы ослаблены атавизмами, - тут Марта вздрогнула. - И только командир, рожденный по всем законам Стального Кодекса, может заставить вас воевать правильно! Несколько месяцев на этой планете вы провели в бездействии! Но теперь все изменится! Новый начальник гарнизона поведет нас к славной победе над мерзкими тварями, что посмели посягнуть на священную для каждого форсера планету! За Пророка и Эволюцию!

- За Пророка и Эволюцию, - недружно отозвались субтактики.

Джонатан бросил на Фернандо вопросительный взгляд и, только дождавшись его кивка, приказал:

- Свободны. Принимайте командование большими по номеру звеньями.

- Ладно хоть эволюционным шлаком не назвал, - сердито заметила Сара, когда подруги зашагали обратно к периметру. – Тоже мне, рожденный по всем законам! Он что, из этих, детей репродуктивных центров?

- Похоже. Но меня больше другое интересует, - Марта почесала затылок. – Они что, всех офицеров в бригаде сменили? И как они собираются побеждать насекомых? Наступать по этой мерзлой равнине?

- Вот уж не знаю, - заметил Анджей. – Но чувствую, что ждет нас большая задница.

Спорить с ним никто не стал.

Еще через полсотни шагов субтактики разошлись, каждый направился к своему звену. У самых окопов Марта столкнулась с Рональдом.

- Ты уж последи, чтобы с моими ничего не случилось, – сказал он.

- Обязательно, клянусь Пророком. А ты иди, вас там ждет очень большой сюрприз.

- Да? – и Рональд зашагал дальше, а Марта спрыгнула в окоп.

Только Тадеуш и Лия не повернули головы, остальные вопросительно уставились на командира.

- Что там? – осведомился Жозеф, державший в руках колоду карт, старых, настолько засаленных, будто их привезли с Земли еще люди-колонисты. Бойцы отыскали их в первый день на Фрио, прямо в казарме.

- Новый тактик у нас. И жизнь, похоже, начнется тоже новая. Эх, сдавай, что ли?

Обычно Марта не играла, но сейчас чувствовала, что необходимо заняться чем-нибудь. Пусть даже глупой игрой, придуманной в те времена, когда люди не знали, что такое ракета.

Иначе атавистические чувства вернутся и затопят с головой.

Жозеф мгновение смотрел на командира, вытаращив глаза, затем начал суетливо тасовать карты.

- Оставить субтактика в дурочках – это и в самом деле что-то новое, - хмыкнул Санчес и в холодном окопе прозвучал искренний смех.

И ледяная ночь стала немножечко теплее.

***

- Бригада, равняйся! Смирно! – мощный голос раскатился над крошечной площадью, из выходивших на нее улиц откликнулось эхо.

Марта вскинула подбородок, расправила плечи. Водрузила на лицо выражение суровой придурковатости и уставилась прямо перед собой. Туда, где стоял начальник гарнизона и за его спиной – новые тактики и супертактики, принявшие командование только вчера.

Выглядели они, несмотря на разный цвет кожи, рост и черты лица, какими-то одинаковыми. Двигались и смотрели схожим образом. Напоминали тех новобранцев, которых Марта дрессировала на Нифелгейме.

- Солдаты Эволюции, - вновь заговорил начальник гарнизона, когда шорох в рядах стих и воцарилась тишина, - вы должны понимать, что вы – не более чем ее прошедший этап. Да, вы сражались в первые дни войны. Но они остались в прошлом, и на смену пришли новые, более совершенные форсеры…

- Что он такое несет? – донесся из-за спины Марта гневный шепот Рашида. – Что нас пора выкинуть на свалку?

- Тихо, - ухитрилась цыкнуть она одним уголком рта.

Не хватало еще, чтобы ее звену и ей самой досталось за разговоры в строю.

- Без отрицания прошлого нет развития… - продолжал изрекать банальности только что назначенный командир гарнизона Розенфолла.

Четыре тактических бригады, с трудом убравшихся на площади подземного города, слушали его. Тут была ровно половина тех, кто защищал единственный населенный пункт форсеров на Фрио. Остальные мерзли и скучали в окопах.

- Ваша задача – повиноваться, даже если это повиновение ведет к гибели! – закончил речь стратег. – Вольно! Разойдись!

- И зачем это было затеяно? – поинтересовался Санчес, когда строй нарушился.

Ответить Марта не успела.

- Всем вернуться в казарму, - прозвучал в ком-линке дребезжащий голос Фернандо. - К смотру по боевым звеньям приготовиться немедленно!

- Слышали? – сказала Марта. – За мной. И если у кого-то что-то не в порядке, пусть несется как метеорит…

Схожий приказ получили и остальные. Площадь на несколько мгновений охватил хаос. Толпа распалась на тактические бригады, те через некоторое время на боевые. До площади с унификатором подопечные Фернандо дошли за десять минут.

- Ох, устроят нам сегодня выволочку, - успел шепнуть Марте на ухо Стефан, когда они столкнулись у входа в бывшее общежитие.

Она только кивнула.

Едва добрались до собственной комнаты, как ком-линк донес очередной приказ тактика: построение в полной выкладке.

- Карабин приладь как следует, - сказала Марта Жозефу, пройдясь вдоль строя, - а то он у тебя болтается, точно сопля…

И тут в коридоре зазвучали тяжелые шаги.

Первым в комнату вошел высокий, мощный супертактик с гривой черных волос, судя по всему – новый командир тактической бригады, за ним – десяток тактиков. Среди них оказался и Фернандо.

- Смирно! – гаркнула Марта.

- Вольно, - супертактик глянул на нее с непонятным презрением. – Так, посмотрим, что тут у нас…

Он двинулся по комнате, на несколько мгновений останавливаясь перед каждым бойцом. При взгляде на Тяна гадливо скривился, точно смотрел на нечто отвратительное, Рашид вызвал у него недоуменную ухмылку, а Лия заставила мрачно покрутить головой.

Тактики шагали за командиром, не отводя от него глаз, словно зачарованные. На бойцов смотрел только Фернандо, и взор его был не равнодушным, как у Джонатана, а скорее неприязненным.

- Ничего себе, - проговорил супертактик. – Удивительно, как эта шваль вообще может воевать.

Марта решила, что ослышалась.

- Комбинезоны плохо прилегают, обмундирование нестандартное, оружие не вычищено, - продолжал монотонно бубнить командир тактической бригады. – А в комнате – вообще бардак.

- Да, прежние офицеры распустили их совершенно, - кивнул Фернандо, затем повернулся к бойцам. – Вы слышали? Немедленно привести себя и комнату в порядок!

- Разрешите обратиться? – Марта ощутила нарастающий гнев. – У нас еле хватает времени на то, чтобы отдохнуть, прийти в себя после дежурства на периметре. Если мы будем еще тратить время на…

- Отставить, - негромко бросил супертактик. – Вы получили приказ? Будьте добры его выполнить. В случае повторных нарушений будут приняты самые жестокие меры. Все, пошли дальше.

Он развернулся и направился к двери. За ним потянулись тактики.

- Немедленно за дело! – продребезжал шедший последним Фернандо. – И не сметь больше перебивать командира!

- Кгхм-хм, - прокашлялся Санчес, дождавшись, пока топот в коридоре затихнет. – Это что, нам теперь еще и хозяйственными работами придется заниматься?

- Похоже на то, - пробормотала Марта, - похоже на то. И что самое гнусное – эти парни искренне считают, что мы просто больше ни на что не годны…

- Это почему? – брови Жозефа поднялись к светлым, стриженым ежиком волосам.

- Потому что мы не родились форсерами, - ответил Рашид, - а стали ими.

- Но это же вовсе не значит, что мы хуже! – воскликнула Лия. – Мы такие же, или даже лучше. Мы…

- Для кого-то значит, - вздохнула Марта. – Оружие отложили и за дело. Придется все-таки убраться. А отсыпаться будем потом, в окопах.

Глава 3

Воин Пророка.

1.

Плазмоид угодил точно в центр мишени, изображавшей человека в бронекостюме. Та закачалась и рухнула. За миг до этого Оле прыгнул в сторону, под защиту кустарника. Там, где он только что стоял, шлепнулся муляж гранаты. На траву упал круг багрового света, обозначавший зону поражения.

Оле выстрелил еще раз и, что есть духу, помчался вперед, туда, где на одной из веток дерева-палочника висел черный флаг. У самой цели подпрыгнул, пролетел над несколькими минами-ловушками. Вцепился свободной рукой в ствол и полез наверх, не забывая поглядывать по сторонам.

Кто знает, какие еще пакости приготовили инструктора?

До флага добрался без приключений, схватился за него, и в то же мгновение в ком-линке раздался голос Макса, инструктора-наставника:

- Очень неплохо, курсант. Полосу препятствий ты сдал на отлично. Сейчас дезактивирую ловушки, можешь возвращаться.

- Вас понял, - ответил Оле и полез вниз.

К тому моменту, когда спустился, маленькое, но очень яркое солнце исчезло за облаками, и на землю обрушился ливень. Холодные струи потекли по голове и плечам молодого форсера, ослепили его. Звуки заглушил монотонный равномерный рокот, шлепанье и чавканье.

Учебный центр Первого Параграфа располагался в джунглях Хордана. Погода на этой планете представляла собой набор стихийных бедствий – дожди сменялись бешеной жарой, им на замену приходили ураганы и холод.

После Фатума, где всегда жарко и сухо, Оле приходилось тяжело, особенно в первое время.

Прикрывая глаза рукой, он прошлепал по стремительно растущим лужам к выходу с полигона. Пройдя ворота в заборе из колючей проволоки, свернул к навесу, под которым укрывались инструктора.

- Не утонул? – встретил издевательским вопросом Макс, низкорослый и черный, точно головешка.

- Никак нет, - отозвался Оле.

Светловолосый и белокожий, рядом с инструктором он выглядел альбиносом.

- Вот и славно. Тогда отправляйся в спортзал. Через пятнадцать минут начнется твой зачет по рукопашному бою.

- Есть.

И Оле, тяжело вздохнув, опять выбрался под дождь. Плазменную пушку и не подумал снять с предохранителя, а когда сверху рухнул пернач – хищная образина с размахом крыльев в три метра и острыми «перьями» на спине - сшиб его первым же выстрелом.

Учебный центр представлял собой квадрат с длиной стороны в два километра. Находился он на плоскогорье, что позволяло не бояться наводнений, столь же регулярных здесь, как чувство голода. А за периметром, который ремонтировали и обходили каждый день, начиналась чаща, населенная безумным количеством смертельно опасных тварей.

Они постоянно, днем и ночью стремились добраться до плоти форсеров. Копали норы, проламывались сквозь заграждения, перелетали через них. Курсантам приходилось быть начеку все время. Смотреть, чтобы не наступить на мешочек ядовитых спор, не дать укусить себя забравшемуся в сортир вьюну или не попасть на обед вот такому залетному перначу.

Когда из пелены дождя вынырнуло приземистое здание спортзала, Оле облегченно вздохнул.

- Для сдачи зачета по рукопашному бою прибыл! – гаркнул он, пройдя небольшой шлюз, где его облили водой и слегка поджарили ультрафиолетом.

Незачем таскать в помещение грязь, насыщенную болезнетворными вирусами.

- Очень хорошо, - проговорил Мехмед, инструктор-рукопашник, выглядевший скорее роботом, чем форсером: квадратное туловище, голова, сидящая прямо на плечах, руки толщиной с древесный ствол. – Противник готов. Можешь приступать. Только пушку оставить не забудь.

- Есть, - Оле отстегнул крепления «Злобы», снял ее с руки. Повел плечами, разминая мускулы, и пошел к стоявшему в центре зала тренажеру, похожему на толстый столб из блестящего металла.

Полтора года назад уроженец Фатума покинул планету, где появился на свет. После изнурительного отбора и модификации попал сюда, во владения сырости, свирепых тварей и не менее свирепых инструкторов. За прошедшие месяцы выучился очень многому.

Стрелять без промаха, выживать в любых условиях. И, что самое главное – убивать.

Вчера курсантам первый раз за время обучения позволили отдохнуть. Сегодня с самого утра начались финальные испытания. Тот, кто пройдет их, станет полноценным боевым форсером. Кто ухитрится провалиться – отправится в другой учебный центр, где требования помягче.

Хотя слабаки отсеялись еще в первые полгода, остались только самые сильные и умелые.

- Готов? – спросил Мехмед, когда Оле пересек границу круга, в центре которого стоял тренажер.

- Да.

- Тогда начали.

Тренажер ожил. Из его тела в разные стороны выстрелило с полдюжины гибких конечностей. Одна попыталась ударить Оле в лицо, другая – провести подсечку, третья выпустила длинный нож. Сверкнуло тонкое лезвие, смазанное какой-то желтой дрянью.

Скорее всего – парализующим ядом.

Оле увернулся от первого удара, подскочил, пропуская второй. А потом заплясал, изгибаясь и поворачиваясь, прыгая и норовя подобраться поближе к тренажеру. После нескольких мощных ударов по корпусу тот отключится, и тогда можно будет праздновать успех.

Но для этого придется попотеть.

Первый удар Оле нанес у самой земли. От мощного пинка тренажер содрогнулся. Его лапы-щупальца на секунду замерли, но тут же задвигались вновь. Но второй атаки форсера заблокировать не смогли.

А после третьей, когда Оле расшиб кулак о металлическую колонну, спрятанный в ней компьютер отключился.

- Четыре минуты пятнадцать секунд, - проворчал Мехмед, и в голосе его появилось что-то похожее на одобрение. – Не рекорд, но весьма неплохо. Ты как, много сдал?

График сдачи зачетов у каждого из курсантов был особый. Молодые форсеры по очереди посещали одного инструктора за другим и нигде не задерживались.

- Оружейное дело. Стальной Кодекс. Стрельбы. Полосу препятствий.

- Остались тактика, первая помощь, людоведение и, само собой, марш-бросок… - Мехмед огладил блестящий череп. – Думаю, что ты справишься, парень. Удачи. Ладно, свободен.

- Спасибо, я постараюсь.

Оле прихватил пушку и покинул спортзал. Дождь закончился, в небе над учебным центром повисла радуга, белесая, словно намазанная кремом. Невольно вспомнилось, как увидел ее в первый раз и замер, открыв рот.

На Фатуме, где дождя не бывает, даже слова «радуга» не знал.

Следующим оказался зачет по людоведению. Тут пришлось ответить на полсотни каверзных вопросов: что такое религия? зачем люди носят одежду? кто такой диктатор и каковы его функции?

Людоведение курсанты не любили, считали пустой тратой времени.

Зачем знать столько о врагах? Достаточно уметь их уничтожать.

Из учебной аудитории перебрался в медпункт. Тут провел примерно час, возясь с муляжами внутренних органов и целых тел. Обработал рану от разрывной пули, поставил диагноз отравленному бойцу, извлек из головы соратника глубоко вошедший осколок, и закрыл дыру.

К концу испытания у Оле тряслись руки.

- Молодец, - похвалил инструктор-медик. – Работаешь уверенно, только не очень быстро. Так что есть, куда расти.

Оле только кивнул.

Зачет по тактике оказался самым длинным. Пришлось вспомнить, как должны взаимодействовать пехотинцы и биотанки «Зверь», выстроить оборонительную линию в условиях городского боя. Закончилось все длинным тестом по уставу караульно-постовой службы.

- Свободны, можете идти, - сказал инструктор, щуплый, но с очень крупным черепом, под которым прятались далеко не стандартные мозговые имплантанты.

Курсанты еще в первые дни на базе прозвали его «Головастик».

Оле выполз из аудитории с единственным желанием – упасть где-нибудь в темном уголке и заснуть. Но не успел сделать и десятка шагов по коридору, как ком-линк принес голос инструктора-воспитателя:

- Пятому учебному звену немедленно собраться у входа в казарму для получения задания на марш-бросок.

Марш-бросок – последний и самый важный экзамен. Можно сдать все остальные на отлично, но проявить себя с худшей стороны во время почти боевой операции в лесу, да так и не получить заветной единички на броню.

- Есть, - ответил Оле и ускорил шаг.

Казармы занимали юго-восточный угол громадного квадрата учебного центра. Их бараки стояли рядами, над дверью шлюза каждого имелся просторный навес. Под ним и ждал подопечных инструктор-воспитатель Гуго.

- По вашему приказанию прибыл, - доложил Оле, вступив под навес, а про себя с досадой подумал, что явился последним.

Но инструктор-воспитатель ничего по этому поводу не сказал.

- Так, - Гуго посмотрел на курсантов очень пристально. – Быстро в казарму, рюкзаки на плечи и ко мне.

Выкладку для марш-броска собирали заранее. Укладывали сухие пайки, фляги с чистой водой, которой не найти в джунглях, батареи для плазменных пушек, мортир и ионных орудий.

Забрав рюкзак, Оле обвел помещение, где прожил полтора года, внимательным взглядом.

- Что, налюбоваться не можешь? – спросил Андре, обладатель могучих мускулов и вечной кривой улыбки. – А мне здесь все так надоело, что век бы на эти стены не глядел. Только и хочется, что плюнуть в потолок.

- Любоваться тут не на что, а запомнить стоит, - ответил Оле. – Все-таки тут мы стали боевыми форсерами.

- Почти стали.

- Это ты верно сказал.

Они вернулись под навес, к сердито моргавшему белесыми глазками Гуго.

- Субтактиком на время марш броска назначается Рита, - сообщил инструктор-воспитатель, ткнув пальцем в сторону единственной в звене девушки. – Место отправления – Юго-восточные ворота. Координаты цели и сроки узнаете позже.

- Разрешите вопрос. А… - вскинулся Андре, родившийся на задымленном Регеде.

- Не разрешаю, - отрезал Гуго. – Чешите к воротам. Раньше приступите, больше времени у вас будет. Удачи, во имя Пророка.

- За мной – бегом! – гаркнула Рита, входя в роль командира. И они побежали мимо штаба, столовой, арсенала и складов, через весь учебный центр к Юго-восточным воротам. Перед курсантами открылись створки тяжелых ворот внутреннего периметра, затем внешнего, чья стена была утыкана башенками с плазменным оружием.

И они оказались в джунглях.

- Ого, данные пошли… - сказал кто-то, когда ком-линки у всего звена завибрировали, передавая информацию.

Задача на первый взгляд выглядела просто – пройти сорок километров, уничтожить «командный пункт противника» и вернуться к учебному центру ровно через двадцать три стандартных часа.

Но сорок километров в лесу Хордана – огромное расстояние, местные твари будут рады добавке к собственному рациону, а «командный пункт» наверняка защищен не хуже, чем настоящий. Обороняющие его автоматы начнут стрелять на поражение, и погибнуть во время марш-броска можно не только в зубах какого-нибудь чудовища.

- Все осознали задачу? – поинтересовалась Рита, высокая шатенка с необычно длинными руками. – Тогда идем. Построение – колонна по одному. Андре – следишь за тылом, да и остальным лучше поглядывать по сторонам.

Через пять минут забор учебного центра исчез из виду. Сырые и мрачные джунгли сомкнулись вокруг маленькой группы форсеров.

***

Каждый шаг давался с таким трудом, будто к ногам привязали по пластобетонному блоку. Курсанты хлюпали по неглубокому, но очень вязкому болоту, дышали воняющей сероводородом дымкой. Пробивали дорогу через плавающие кусты, увешанные желтыми «сережками» ядовитых стрекал.

В прошлом остались восемь часов бега, схватка с бронированной рептилией, что оставила Андре память в виде шрама на боку. Позади остался «командный пункт», после трехчасового боя превращенный в груду обгорелых обломков.

Эта победа стоила ран еще пяти курсантам.

Впереди ждал обратный путь. Времени вроде бы было достаточно, но усталость нарастала с каждой минутой.

- Проклятье, я больше не могу, - сказала шагавшая впереди Рита, в очередной раз едва не свалившись в вонючую жижу. – В глазах такая резь от зрительных усилителей, что хоть плачь…

Ночь наступила еще во время боя у «командного пункта», глухая и темная, как все на Хордане.

- Давай меняться, - предложил Оле. – Понятно, что первому хуже всего, а силы не бесконечны.

- Давай, - кивнула Рита. – Ближайший час ты выбираешь дорогу.

- Договорились.

Но не успел сделать и шага, как болото вокруг вскипело. Несколько бугристых «кочек» выпустили по десятку щупалец, а те потянулись к форсерам, норовя обвить и задушить добычу…

- Эхх… - только успел сказать Андре, и тут его сцапали за шею.

Оле выстрелил. Плазмоид зашипел, врезавшись в слизистую тушу. Та задрожала, разразилась резким свистом.

- В круг! – крикнула Рита, точным выстрелом из ионного орудия свалила еще одну тварь, похожую на осьминога.

Андре максимальным усилием сумел порвать щупальце, и потерявший конечность хищник счел за благо отступить. За ним спешно последовали собратья. Только булькнула поверхность болота, поднялось несколько пузырей.

- Пакость какая… - просипел кто-то из курсантов. – Надеюсь, что они не ядовиты?

- Это мы скоро узнаем, - хмыкнула Рита. – И пошли. Оле – ты первый.

Болото скоро закончилось. Начались овраги, заросшие цветами с дурманящим запахом. Тут пришлось на ходу отбиваться от ночных охотников, крылатых и быстрых, потом обходить гнездо ядовитых насекомых, способных прокусывать даже броню из химерина.

Ночью лес выглядел совсем не так, как в светлое время. Ориентиры, попадавшиеся на глаза днем, словно прятались, так что звено несколько раз сбивалось с направления.

- В этой чаще кто угодно ноги переломает, - пропыхтела Рита, когда они в очередной раз заплутали. – Так, координаты учебного центра… а мы сейчас находимся… пять градусов к северу…

И они поворачивали, и шли дальше. Держали наготове пушки, вслушивались в каждый шорох и вглядывались во тьму до боли в глазах. Меняли друг друга во главе колонны.

Затем тьма поредела, наступило утро. Когда стало совсем светло, потратили двадцать минут на то, чтобы остановиться и позавтракать. Заодно – почистились от мерзкой слизи, налипшей на броню после схватки в болоте.

- Осталось немного, - подбодрила соратников Рита. – Пока мы в срок укладываемся, да еще и с запасом.

- Может быть, этот запас на дело пустить, то есть на сон? – предложил носатый курсант родом с Демона, откликавшийся на имя Иззи. – А потом со свежими силами добраться спокойно, не уродуясь.

- Вот уж нет, - покачала головой Рита. – Кто знает, какие неприятности ждут впереди?

И они пошли дальше.

А затем угодили в болото, которого вчера на этом месте не было. На то, чтобы преодолеть глубокую топь, утыканную логовами разных хищных тварей, потратили не один час. К учебному центру вышли, когда до контрольного срока оставалось сорок три минуты.

- А ты предлагал спать, - хмыкнул Андре и хлопнул Иззи по плечу так, что тот едва не присел.

Открылись створки ворот, и курсанты по одному протиснулись в них. За вторыми прошли через дезинфектор – камеру, где их облучили ультрафиолетом и облили чистой водой.

Эту процедуру проходили все, вернувшиеся из джунглей, чтобы не занести в учебный центр споры каких-нибудь грибов, семена ядовитых растений или личинки мелких животных.

А у выхода из дизенфектора курсантов встретил инструктор-воспитатель Гуго.

- Да, хороши, - покачал он головой. – Но зато живы и задание выполнили. А это, побери меня атавизмы, означает, что марш-бросок вам тоже зачтен. Поздравляю, вы выдержали испытания.

- Служу Пророку! – отозвался Оле, как положено по уставу, и эти же два слова повторили остальные.

Полтора года уроженец Фатума ждал этого момента, а когда он наступил, испытал что-то похожее на разочарование. Не было ни радости, ни восторга, только отупляющая усталость, и глубоко под ней – приятное чувство хорошо проделанной работы и выполненного долга.

- Да, бодрости в вас меньше, чем в дохлом псе, - усмехнулся инструктор-воспитатель. – Понимаю, что еле держитесь на ногах, но увы… Отдых, а также веселье по поводу сдачи зачетов отменяются. Идет война, каждый боец на счету. Через час за вами приедут из бригад. Так что бегом на склад, там сдадите оружие. Потом в казармы – заберете личные вещи. Через двадцать минут все должны быть собраны и готовы к выступлению. Поняли?

- Так точно, - другого ответа ситуация не предусматривала.

Пришлось рысью мчаться в сторону склада, расположенного у Западных ворот. Там стоять в очереди, стараясь не заснуть на ходу. Потом бежать в казарму, лавируя в толпе курсантов. Спешно выгребать из тумбочки вещи, судорожно пытаясь вспомнить, все это или еще что-то забыто?

Но в двадцать минут они уложились.

- Все здесь? – встретивший бойцов снаружи Гуго обвел учебное звено пристальным взглядом. – Тогда за мной – шагом, марш.

И они двинулись прочь от казарм, мимо жилых блоков, где обитали инструктора. Открылся расположенный перед штабом плац, заполненный выстроенными по звеньям курсантами.

- Похоже, мы дольше всех по лесу блуждали, - заметил Андре. – Остальные тут. Вон и стратег, и…

- Отставить разговорчики, - без особой строгости одернул его Гуго. – Наше место вон там, с левого фланга.

На плацу и в самом деле строился учебный курс целиком – почти две тысячи форсеров. Перед штабом стоял начальник центра, за его спиной находились инструктора-наставники, мрачные и торжественные. В руках каждый держал небольшую трубку из блестящего материала.

Когда Оле понял, что это такое, сердце у него в груди дрогнуло.

Стоило их звену занять место в строю, зазвучал голос стратега – чуть хрипловатый, мужественный:

- Равняйся! Смирно! – боевые форсеры дружно вытянулись и замерли, наступила полная тишина. – Вольно! – по плацу прошел еле уловимый шорох. – Курсанты, я называю вас так в последний раз. Сегодня вы покинете наш центр навсегда, а завтра вступите в бой с беспощадным врагом, угрожающим свободе и жизни всех обитателей Сложных Миров! Надеюсь, что вы не опозорите славное имя Первого Параграфа, и что всегда останетесь примером для простых бойцов. Удачи вам и побед на пути Эволюции! Служу Пророку!

- Служу Пророку! – дружный рев вырвался из сотен глоток и вынудил дернуться парившего в небе пернача.

- Приступайте, - велел стратег.

- Всем оставаться на местах, - приказал Гуго.

А инструктора-наставники пошли вдоль рядов. Первый из них приложил трубку к груди ближайшего курсанта, и прибор еле слышно загудел. А когда инструктор зашагал дальше, на химериновой броне свежеиспеченного бойца осталась единичка, вписанная в ромб.

Знак Первого Параграфа. Символ доблести, неколебимой верности и готовности умереть за дело Эволюции.

- Ну когда же? Когда до нас доберутся? – шептала Рита, дрожа как в лихорадке.

- Не бойся, не забудут, - Гуго рассмеялся.

Оле замер, даже перестал дышать, когда рядом с ним оказался инструктор-наставник, преподававший тактику. Ощутил прикосновение, легкое покалывание, невольно вздрогнул.

- Во и все, - сказал наставник. – Теперь ты настоящий боевой форсер.

И шагнул дальше, к мрачному, насупленному Андре.

А Оле поднял руку и пощупал то место на груди, где навечно остался знак учебного центра. Казалось бы – ничего особенного, несколько миллионов молекул изменились, кусочек брони стал другого цвета, не серого, а черного. На самом деле бывший курсант стал полноправным бойцом, одним из тех, кто сражается за дело Пророка.

И пока – это самый важный шаг в его жизни.

- Ну вот, - проговорил Гуго, довольно улыбаясь. – Теперь вы со мной на равных, если не считать звания, конечно. Надеюсь, ни у кого нет желания дать мне в морду?

Его подопечные ответили растерянными улыбками.

- Вот и славно. Андре и Оле, вы по результатам тестов в первой сотне, так что вам сейчас в сторону штаба. Остальные – за мной к Северным воротам.

- Эх, не завали я тот вопрос по людоведению, пошла бы с вами, - с досадой проговорила Рита, вскидывая руку в прощальном жесте. – Счастливо, парни! Надеюсь, что увидимся после победы!

- Обязательно, - кивнул Оле.

Наставники-воспитатели повели подопечных в сторону ворот. На плацу воцарился небольшой беспорядок. Гуго и другие быстро затерялись в нем, Оле и Андре остались вдвоем.

- Пошли, что ли? – спросил уроженец Регеда, поправляя сбившуюся лямку. - Куда он там сказал? К штабу?

- Именно. Интересно, что там с нами будут делать?

Стратег от входа в штаб исчез, остался только инструктор-наставник, отвечавший за изучение Стального Кодекса и его толкований. Около него начали собираться бойцы, закончившие обучение в первой сотне.

Кое-кого Оле знал по именам, других – только по лицам.

- Похоже, что все собрались. Следуйте за мной, - сказал инструктор-наставник, и зашагал в обход штаба, к одному из учебных корпусов.

- Разрешите вопрос? – не выдержал кто-то из вчерашних курсантов. – Что нас ждет?

- Выбор, - ответил наставник. – Причем выбирать будут вас. Кому повезет, тот попадет в элитные войска, в части, что стоят у резиденции Пророка. Большего сказать не могу, сам не знаю.

Оле и Андре переглянулись, глаза обоих сверкнули – кто из молодых форсеров, зубря привычки людей или ползая на брюхе в жидкой грязи полигона, не думал о том, что удостоится чести охранять самого Зигфрида фон Хайнца? Похоже было, что мечта близка к осуществлению.

Наставник повел их на первый этаж учебного корпуса, в занимавшую большую его часть аудиторию.

- Ждите, - сказал он и вышел, оставив бывших курсантов с рюкзаками на плечах.

Дверь почти тут же открылась, в аудиторию мягко шагнул очень высокий форсер с выбритой головой и узкими глазами. Встроенная в ком-линк система распознавания дала сигнал, что перед ними стратег, и выпускники учебного центра дружно вытянулись по стойке «смирно».

- Вольно, - проговорил стратег, в руке у которого была тоненькая папка с листами писчего пластика.

Оле понял, что это, скорее всего, распечатки личных дел курсантов.

- Меня зовут Малосс. Вы обо мне наверняка слышали, - после этих слов кое-кто поежился. Слухи об одном из вернейших командиров Пророка, чьи бойцы шли от победы к победе, не щадя ни себя, ни врагов, добрались до всех планет КОСМ. – Но не радуйтесь. Честь попасть в мою личную боевую бригаду нужно заслужить. Но у вас появится такой шанс. Позже. Сейчас я буду называть по одному. Делайте шаг вперед. Андре С’Регед два два девять ноль.

Приятель Оле шагнул вперед. Стратег внимательно посмотрел на него и медленно кивнул:

- Годится. Следующий – Артемис С’Геката два два…

Примерно каждого третьего Малосс по одному ему ведомым признакам браковал. Он просто говорил «Не годится» и неудачник вставал на место, вжимая голову в плечи и мечтая провалиться сквозь пол.

Волнение тех, до кого не дошла очередь, возрастало.

Когда назвали его имя, Оле почувствовал, как сердце провалилось куда-то в кишки. Не чуя под собой ног, сделал шаг вперед. Малосс поднял на него светлые-светлые, почти бесцветные глаза.

Губы его задвигались медленно, будто дюны Кочующей Пустыни на далекой жаркой родине.

- Годится, - слово это Оле едва расслышал сквозь грохот крови в ушах.

- Отлично, - прошептал Андре, когда приятель встал в строй, и показал ему большой палец.

Еще минут через десять Малосс закончил.

- Те, кого я выбрал – за мной, - проговорил он. – Остальных отправят в обычные части ваши наставники.

И, развернувшись, он зашагал к двери.

Глава 4

Дочь эволюции.

3.

- Ну и холодина! – соскользнувший на самое дно окопа Тадеуш потер ладони друг о друга и принялся дуть на них изо всех сил.

Кожа на лице у бойца, только что сменившегося с позиции наблюдателя, была не серой, как обычно, а почти белой. В ней резко выделялась сеточка химериновых волокон, похожих на тонкие морщины.

Ветер на Фрио дул редко. Но зато когда поднимался, то не утихал по несколько местных суток. Находиться в это время на открытом месте было невозможно – ледяные потоки воздуха вымораживали броню, заставляли трястись даже устойчивых к холоду форсеров.

Тем, кто в такое время сидел на периметре, приходилось укрываться в окопах.

- Ладно хоть насекомых нет, - хмыкнул Санчес. – Или они тоже мерзнут?

- Мерзнут, раз живые, - кивнула Марта. – Только они еще лучше приспосабливаются, чем мы…

Она замолчала, вслушиваясь в донесшиеся сквозь вой ветра равномерные звуки – словно кто-то стучал чем-то деревянным по земле. Остававшийся за наблюдателя Жозеф повернулся и посмотрел в сторону Розенфолла. Глаза его удивленно выпучились, на лице появилось изумленное выражение.

- Что там такое? – Марта поднялась и выглянула из окопа.

Величаво огибая скалу, к периметру шагали три биотанка «Зверь». Неторопливо двигались бронированные суставчатые лапы, грозно торчали стволы мощных плазменных разрушителей. Вот только не было бронированных рубок, стрелки-операторы сидели на овальных платформах, а вокруг каждого переливался розовым пузырь яркого свечения.

- Это что? – Санчес, как и остальные, не утерпел, высунулся посмотреть. – А, танки? Да еще и с силовыми полями.

- Вот теперь красота, - проговорил Тадеуш. – Никакие зубастые пакостники нам не повредят.

Танки остановились, не дойдя до периметра примерно десятка метров. Марта увидела, что еще одна колонна «Зверей» подходит к позициям их бригады правее, у Большого Оврага.

- Пойду, пообщаюсь с операторами, - сказала она. – Надо познакомиться, узнать, что за форсеры.

Когда выбралась из окопа, ветер выхолодил тело, выбил из глаз слезы. Пришлось не идти, а почти бежать.

- Здорово, подруга, - помахал рукой наездник ближайшего краба, «мыльный пузырь» силового поля вокруг него погас.

- И тебе привет, - ответила Марта, осторожно косясь на «Зверя», следившего за ней маленькими подозрительными глазками.

- Не бойся, не укусит, - стрелок-оператор, широкоплечий и бородатый, проказливо рассмеялся.

Марта с удовольствием окунулась в горячее марево, что поднималось от отверстий вентиляционной системы в боках танка. Голени обдало жаром, кровь быстрее заструилась по жилам, по спине побежали мурашки.

- Ох, хорошо, - сказала она. – За этой тушей можно прятаться не только от пуль, но и от ветра. Откуда вы к нам явились?

- Седьмая особая танковая бригада, с Тубана, - отрекомендовался стрелок-оператор. – Перевели нас из жары прямо в холод, значит. Ничего, привыкнем. А зовут меня Даррен.

- Марта, очень приятно, - она протянула руку, коснулась серо-зеленого панциря, ощутила, какой он шершавый. – Не померзнет тут твой «Зверь»?

- Не, жара для него куда хуже, - Даррен махнул рукой и спрыгнул на землю. Росту он оказался маленького. – Меня вот что беспокоит – вряд ли на Фрио имеются запасные части. А нам без них тяжело, да и последняя диагностика, дай Пророк памяти, была два месяца назад…

И он, тыкая ручищей в бок «Зверю», принялся рассказывать про сложные биологические агрегаты, составлявшие начинку танка. Марта с удивлением узнала, что краб собран из частей десятков существ с разных планет, что нервная система оператора и боевой биомашины в момент схватки образует единое целое.

И еще то, что данный конкретный танк нуждается в серьезном ремонте.

- Вот, значит, - бурчал Даррен, загибая короткие и толстые пальцы, испачканные в чем-то черном и маслянистом, - правая передняя лапа плохо сгибается – это раз, панцирь кое-где надо подлатать – это два, а еще…

О «Зверях» он, похоже, был готов говорить часами.

- Стоп-стоп! – поспешно воскликнула Марта. – Я что, по-твоему, стратег? Вряд ли чем смогу помочь…

- Да я понимаю, - Даррен замахал сразу обоими руками. – Пытался с нашим новым тактиком поговорить – никакого толка. Морду сделает ботинком и пищит «Пророк требует…». Будто сам с Пророком каждый день общается. Эххх…

«Новый тактик? – подумала Марта. – Похоже, что эпидемия смены командиров затронула не только нас».

- Ладно о делах. Ты откуда родом?

- Я-то? С Гадеса. Народу у нас там немного, зато все друг друга знают. Одна большая семья. Раньше, по крайней мере, так было. Но я давно оттуда уехал, три года назад. А ты?

- С Норли, - она улыбнулась, вспоминая извилистые каньоны и серо-коричневые пустыни родной планеты, где не была более чем полтора стандартных года, со времени последнего увольнения.

Что там творится сейчас?

- А, это понятно, - танкист улыбнулся. – По волосам видно. А ты…

- Всем субтактикам, - зазвучал в ком-линке голос Фернандо, и Марта подняла руку, заставив Дарена замолчать, - получено сообщение, что со спутников замечен рост активности насекомых. Вероятность атаки…

- Извини, но надо идти, - Марта пожала плечами. – Еще увидимся. Скоро тут будет весело.

- Ага, - Даррен кивнул и полез наверх, на свой «насест».

Марта одним рывком преодолела расстояние до периметра. Даже замерзнуть не успела. Спрыгнула в окоп и присела, чтобы укрыться от ветра, столь же острого, как когти насекомых.

- Ну что, командир? – осведомился Тадеуш.

- Замерзли? – спросила она, опуская на глаз окуляр. – Ничего, скоро погреетесь. Всем приготовить оружие и выбираться наверх. А то гости пожалуют, надо будет встречать.

Сама выглянула из-за бруствера, ветер ударил в лицо. Модуль едва поднялся в воздух, как налетевшим порывом его мотнуло и отнесло назад, к одному из биотанков.

- Вот зараза, - прошипела Марта, пытаясь выровнять полет.

Это удалось, но далеко не сразу. «Циклон», расходуя топлива вдвое больше, чем обычно, прошел над периметром и повис в вышине, точно огромный глаз. Стала видна панорама уходивших к северу ущелий.

- Очень самокритично, - хмыкнул Санчес.

Марта попыталась кинуть на него свирепый взгляд, но не успела – в ущельях началось движение.

- Ох, получишь ты от меня потом, - пробормотала она, поднимая ионное орудие. – Так, враг обнаружен…

Через пару минут мортира Жозефа выплюнула первый плазмоид. Мгновением позже загудели генераторы пушек. Вступили в дело разрушители на «Зверях», яркая вспышка вынудила зажмуриться. Васильковое пламя охватило группу выскочивших на открытое место насекомых.

Начался бой, одно из звеньев в бесконечной цепи войны.

***

Крохотная комнатушка рядом со столовой официально именовалась «подсобным помещением». Но субтактики бригады, которой ранее командовал Джонатан, называли ее не иначе как «баром». За штабелями ящиков укрывался перегонный куб, сотворенный под присмотром Рональда. Здесь можно было собраться и поговорить, не опасаясь, что тебя подслушают.

Сегодня в баре случился настоящий аншлаг.

После боя, продлившегося шесть часов, все вымотались до предела. Марта устала так, что не смогла уснуть. Когда осознала это, осторожно поднялась, спустилась в «бар» и обнаружила, что тут собрались почти все ее коллеги.

- Ага, вот и она, - проговорил Анджей, поднимая в шутливом салюте одноразовый стакан. – Выпьешь?

- Само собой, - Марта подтащила к себе один из ящиков и села.

Рональд удалился в закуток с перегонным аппаратом. Там забулькало, и обратно чудо-техник явился с еще одним стаканом, наполненным до краев.

- Чтобы десять раз не ходить, - пояснил он, протягивая стакан Марте.

- Спасибо, - она отхлебнула. Мутная жидкость с кислым запахом обожгла язык. Словно моток колючей проволоки, прокатилась по пищеводу. Но зато из мускулов стала уходить противная дрожь, вызванная усталостью и холодом. – Эх, хорошо…

- Само собой, - вальяжно кивнул Мигель, лежавший на каких-то мешках. – Плохо только тем, кто сегодня погиб. Пусть их и немного, но… да не будет их смерть напрасной!

- Да пойдет она на пользу Эволюции, - каждый сделал по глотку.

- Хорошо, что танки подошли, - заметила Сара. – Без них, если подумать, нам было бы куда сложнее.

- А я с одним из операторов разговаривала, - сообщила Марта. – У них тоже командир недавно сменился. К чему бы это?

- А ты не догадываешься? – Мигель посмотрел на нее, иронично вскинув брови. – Ведь это так просто.

За такие взгляды, полные превосходства, другого форсера давно невзлюбили бы. Но джампер и в самом деле знал очень много, соображал отлично, и за это ему многое прощали.

- И я не догадываюсь, - буркнул субтактик второго звена, угрюмый здоровяк по имени Арджуна.

- Я тоже говорил кое с кем. И до меня дошли слухи, - начал Мигель, как обычно, издалека, - что наше командование создает подразделения, именуемые штрафными бригадами. Там планируется собрать всех боевых форсеров, кто недостаточно хорош для Эволюции. Всех с генетическими отклонениями…

- Хэй, а мы здесь при чем? – Анджей сделал большой глоток и скривился.

- Это очевидно, – на лице Мигеля возникла неприятная улыбка. – Смотрите, каких бойцов нам прислали в пополнении?

«У Тяна – неустранимый сбой зрительных усилителей, Рашид, похоже, во многом расходится во мнениях со Стальным Кодексом. И, что самое плохое, не стесняется говорить о своем расхождении, - подумала Марта. – Но мы-то нормальные, обычные боевые форсеры. Или нет? Не зря Джонатан говорил об «особой группе». И ведь не спросишь теперь, что он имел в виду…».

- Хм, они, конечно, странноватые, - согласилась тем временем Сара. – Ну и что? Но мы-то сами…

Она осеклась.

- Мы родились людьми, - проговорил Мигель. – А это значит, что нам никогда не будут доверять до конца те, кто появился на свет форсером, а не стал им в результате модификации.

- Но Пророк сам большую часть жизни был человеком, демон забери, - сказал Стефан, но в голосе его прозвучала неуверенность.

- Уверен, что никто из «новых», из тех, кого прислали командовать нами, об этом не подозревает. Они уверены, что фон Хайнц самый первый во Вселенной форсер. А сам канцлер-координатор желает, чтобы память о его происхождении была уничтожена, - Марта ни разу не видела лысого джампера настолько эмоциональным.

- Возможно, что и так, - сказал Арджуна. – Да только нам какая разница, где служить делу Эволюции – в обычной бригаде или в штрафной?

- Все не так просто. Штрафников вооружают плохо и бросают туда, где они с гарантией погибнут. Скорее всего, их используют на Антионе или Эброне, там, где самые тяжелые бои.

«Частички головоломки складываются, - Марта вспомнила о беседе со стрелком-оператором, о том, что он жаловался на нехватку запчастей. – Похоже, что Мигель прав. Вот только мы пока не на Эброне».

- Но куда сунешь такую бригаду на Фрио? - проговорила она. – Насекомым в пасть? Но это же глупо. Канцлер-координатор может быть жесток, но он умен.

- И я об этом подумал, в лоб им всем магнит, - признался Рональд. – Но тут есть порталы на людские миры. Почему бы командирам ни организовать наступление? Чтобы пробить дорогу на Белфинд или Шип нашими телами?

В «баре» повисла напряженная, мрачная тишина. Марта одним глотком выпила чуть ли не половину, и не почувствовала вкуса, словно проглотила воду, а не крепчайший самогон.

- Но это же… - похоже было, что Анджей чуть ли не впервые в жизни не нашел нужных слов.

Дверь открылась, и в комнату шагнул Фернандо, торжественный и мрачный, как на похоронах.

- Так, что тут происходит? – прозвучал его дребезжащий голос. – Нарушение устава и духа Стального Кодекса? Употребление напитков, никак не входящих в рацион боевого форсера?

Субтактики повскакали на ноги. Анджей при этом ухитрился спрятать стакан за ящик, на котором сидел.

- Честно говоря, за подобный проступок вас всех надлежит отправить на ремодификацию, - сказал тактик. – Субтактику после отбоя положено спать, набираться сил для того, чтобы потом потратить их во имя Пророка. А вы? Находитесь в неположенном месте, да еще и… - он пошевелил ноздрями выдающегося носа, - пьете содержащий алкоголь напиток. Да, и откуда он взялся? Ты, отвечай, - и Фернандо поднял руку, ткнув Анджея в грудь.

- Не могу знать, - с издевательской ухмылкой ответил тот.

- Надеюсь, что двое суток карцера помогут тебе вернуть память.

Глаза уроженца Шеола стали еще уже, а командир боевой бригады повернулся к Стефану:

– Говори, откуда эта жидкость?

- Не могу знать, - проговорил тот спокойно, почти равнодушно.

- Тоже отправишься в карцер, - гневный взгляд Фернандо отыскал Сару. – Ты?

- Не могу знать, - молодцевато отрапортовала она.

Тот же самый ответ тактик получил от Рональда и мрачного, словно ночь на Регеде, Арджуны.

- Это что, бунт? – прошипел он, медленно белея от ярости.

- Никак нет, - сказала Марта, чувствуя, как душу охватывает теплое ощущение единства. Никто из друзей не дрогнул, не сдался. Теперь командиру бригады придется отступить, если он не хочет остаться без субтактиков. – Во всем, что касается боевых задач, мы и дальше будем исполнять ваши приказы. Но насчет того, как именно проводить свободное время… Позвольте вопрос - сколько вы в строю?

- Молчать! – рявкнул Фернандо. – Что вы себе позволяете!? – он осекся. – Вы, вы… какое это имеет значение? Месяц назад я прошел окончательную модификацию…

- А я прошла ее пять лет назад, и воюю год, начиная с восстания на Халикте, - Марта сделала шаг вперед. Тактик невольно отступил. – И остальные субтактики бригады с оружием в руках прошли не одну планету. Любой из нас лучше знает, как восстанавливать силы после боя. При всем к вам уважении.

- Но как вы можете знать лучше, если я старше по званию? – лицо Фернандо отразило искреннее недоумение и мучительное раздумье. Он на самом деле не сумел понять, как такое возможно. – Нет, только ремодификация… Хотя для вас она уже не актуальна. Я должен приказать вам разойтись, но…

- Вы можете попросить, - подсказал Стефан.

- Э, что? – глаза тактика удивленно выпучились. – Нет, но… как?.. Ладно, как хотите, но чтобы завтра были в боевой готовности.

Потирая лоб и нервно озираясь, командир бригады покинул «бар». Прозвучали и стихли в коридоре его шаги. Субтактики одновременно шумно выдохнули и принялись усаживаться.

- А ведь как бесшумно подкрался, засранец? - Анджей покачал головой. – Нет, он точно такой же, как те болванчики на Нифелгейме – ни шагу в сторону от инструкций. Только приказывать умеет, вот и все отличие. Сам себе, наверное, тоже распоряжения выдает – шагом марш, вольно…

- А меня обеспокоило другое, - заметил Мигель. – Что этот тип имел в виду, сказав, что ремодификация для нас не актуальна?

Решившая сделать глоток Марта вновь не ощутила вкуса самогона.

Сын Земли.

1.

- Сержант Кузнецов! – голос полковника Ниеминена прокатился над плацем. В углах его задребезжало, откликнулось эхо.

- Я! – Роберт сделал шаг вперед.

Сержантом он стал два месяца назад, в то время, когда корпус стоял на Циклоне, приходя в себя после жуткой бойни на Диадеме.

- Встать на место, - кивнул рыжей башкой Ниеминен.

Роберт отступил в строй, а командир полка назвал следующего по списку.

Перекличка при первом построении на новом месте – процедура дурацкая, не очень нужная, но записанная в уставе. Поэтому ее выполняют, пусть даже без особого желания со стороны участников.

Через портал на планету под названием Белфинд корпус прошел вчера. Как удалось выяснить у штабных – для борьбы с мелкими родичами Химеры. Но если остальные части отправились на восток, туда, где шли схватки с хищниками и призраками, то второй полк повезли к Либрии, столице планеты.

В ночной тьме транспортеры въехали на территорию какого-то военного объекта, и солдат, не дав им оглядеться, загнали в казармы.

- Рядовой Лангтон! – рявкнул Ниеминен.

- Я! – Трэджан шагнул вперед, и Роберт улыбнулся, понимая, что приятелю очень хочется добавить «елки-палки».

Но Лангтон героически сдержался.

Перекличка тянулась, как ожидание в приемной у зубного врача. Роберт от нечего делать поглядывал по сторонам. Плац выглядел вполне обычно, как и упиравшиеся в него торцами бараки казарм. Глухой забор, окружавший территорию, был снабжен вышками, на них стояли часовые. Но здания, расположенные севернее казарм, невольно притягивали взгляд. Нереально белые, лишенные углов, они походили на творение нечеловеческого разума.

И всюду были признаки того, что строительство тут закончилось лишь несколько дней назад.

- Вольно! – прозвучала давно ожидавшаяся всеми команда. – Разойдись!

- Фух, наконец-то, - пробормотал сквозь зубы лейтенант Бьерн Бьернссон, после чего огляделся. – А вообще интересно, куда это нас занесло?

- Неужели даже офицерам это неизвестно, сомий хвост? – удивился Роберт. – Больше всего похоже на научный центр. Но вот что тут исследуют? Эту планету, или незваных гостей?

Вспомнился госпиталь на Атлантисе и сосед по палате с жуткими ожогами на лице, бывший на Эброне охранником мобильного центра по изучению форсеров.

- Да какая разница? – пожал плечами Бьерн. – Знаю только, что эту штуку нам положено охранять. Какое-то время, пока не обучат вербуемый в этом мире корпус. Завтра с утра, кстати, заступаем в караул. Поняли, курвины дети?

Солдаты, большинство которых повидали лейтенанта еще в сержантском звании, вяло закивали.

- Вот и хорошо, пока свободны, - Бьерн кивнул и неспешно зашагал в сторону казармы, где поселили офицеров.

- Интересно, а дадут нам увольнение? – Трэджан хищно оскалился и глянул в ту сторону, где за оградой поднимались дома. – Прошвырнемся по барам, девчонок снимем. Эх, вот была бы красота…

Центр располагался на самой окраине Либрии, от забора до жилого квартала было всего с пару километров.

- Отвык ты, я смотрю, от войны, - Роберт пихнул приятеля в плечо. – Все тебе по барам, по девицам…

- Да ну, на том же Циклоне с этим было хреново, - вмешался в разговор Пол Кампински. – База посреди леса, в ближайшем поселке один магазин, а женщин вовсе нет. Или ты это забыл?

- Ему теперь не до выпивки и женщин, - захихикал Трэджан. – Он у нас письма получает. Личные-преличные. Или неприличные?

Роберт нахмурился.

С Ангелиной Дворцовой он познакомился четыре месяца назад, еще на Земле. Произошло это не при самых приятных обстоятельствах, но учительница одной из школ Владивостока через пару недель после знакомства написала ему письмо. Кузнецов ответил, и переписка стала регулярной.

Последнюю эпистолу полевая почта доставила несколько дней назад, перед самой отправкой с Циклона, и ответить на нее Роберт не успел.

- Нечего зубоскалить, - сказал Шриван, сердито сверкая черными глазами. – Союз двоих людей – благо, если он основан на искренних чувствах. Так говорит Книга Закона, а чрез нее и Единый!

- Уй, - Трэджан сморщился. – Сказал – как отрезал. Аж выть хочется. Ладно, пойдем в казарму, чего тут торчать?

Барак, куда их поместили, ничем не отличался от сотен других, раскиданных по многим планетам, от Хель до Аквиума. Даже форсеры, скорее всего, пользовались чем-то похожим.

Роберт прошел к своей койке, порылся в одном из карманов рюкзака, вытащил инфофон и серую трубочку блока памяти. Когда взял ее, уловил знакомый запах духов, перед глазами мелькнуло лицо Ангелины, ее светлые волосы, хрупкая фигурка и очень яркие синие глаза…

- Что, замечтался? – ехидно осведомился подошедший Трэджан.

- Ага, - Роберт потряс головой. – О том, что неплохо бы сунуть тебя в пасть броненосца и посмотреть, что будет…

Лангтон фыркнул и изобразил обиду. А Роберт сел на койку, вставил блок памяти в инфофон и принялся читать письмо.

Ангелина писала, как дела у них в школе, о том, что именно делается на прародине человечества. Она тщательно обходила запретные темы, вроде ограничения продуктовых квот, роста цен или ужесточения надзора, но видно было, что кое-где текст пообкорнали бдительные цензоры.

- Вот, значит, как, - сказал Роберт, добравшись до конца послания, и принялся сочинять ответ.

Давалось это ему с большим трудом.

Как словами выразить то, что у него все хорошо, что он скучает по ней, хочет вернуться, и обязательно вернется? Да еще при этом не обмолвиться, где находится их часть и чем именно занимается?

От умственного напряжения заныла голова.

- Ты так пыхтишь, что меня одолевают сомнения насчет твоего здоровья, - сочувственно проговорил лежавший на соседней койке Мурад Сатайбердыев, медик отделения. – Вот я, когда матушке пишу, тоже напрягаюсь страшно…

- Стрелять из автомата куда проще, - кивнул Трэджан, возившийся с наплечником от брони.

- Ага, - сказал Роберт, не слушая их.

В голове крутились, болезненно и медленно складываясь в очередное предложение, слова.

- А ну, хватит валяться, - сказал вошедший в казарму Бьерн, - иначе жиром зарастете. Так, быстро собираемся и за мной. Начальство отыскало нам дело. Чтобы время быстрее шло.

Роберт поспешно дописал несколько строчек, убрал инфофон в рюкзак, а блок памяти сунул в карман. Как будет возможность, нужно отдать его в штаб, на цензуру.

- Пошли-пошли, - поторопил подчиненных лейтенант. – Или врезать кому-нибудь для встряски мозгов?

Знакомиться с огромным кулаком Бьерна никто не захотел, и солдаты уныло потянулись к выходу. А командир взвода повел их в обход казарм, к одному из белых зданий.

- Вот, - сказал он, когда стала видна площадка, заваленная кусками пластобетона, арматурой и прочим строительным хламом. – Вот это нужно перетащить на склад.

- А где склад? – поинтересовался сержант первого отделения.

- Вон там, - лейтенант указал на здание позади кухни. – Двери откроют, я договорился. Так что работайте отсюда и до самого обеда. Сержантам организовать процесс, потом доложить о результатах. Уяснили?

- Так точно, - сказал Роберт уныло, думая, что даже на Белфинде, в самом рассекретном научном центре армия остается армией.

А это значит, что для солдат найдут самое бессмысленное и бестолковое занятие, лишь бы не дать им бездельничать.

***

Утренний туман был холодным, точно прикосновение рук мертвеца, и позволял видеть всего на несколько метров. Роберт шагал через него, поеживаясь и напрягая глаза. Справа, совсем рядом темнела поверхность забора.

- Стой! Кто идет? - донесся сверху немного испуганный голос.

- Свои, - Кузнецов сделал несколько шагов, и из марева выплыла сторожевая вышка, ее опоры, крыша, ведущая наверх лестница. – Ты там как, бдишь?

- Так точно, - ответил Леон, новичок, присоединившийся к отделению месяц назад, на Циклоне. Высокий и светловолосый, он всю жизнь провел в тайге, где не видел ничего сложнее циркулярной пилы. Но обращаться с оружием обучился очень быстро, и на стрельбах не терялся среди ветеранов.

- Хорошо, - Роберт кивнул и пошел дальше, проверять остальные посты, где стоят его подопечные.

Сильно хотелось спать, веки опускались, будто свинцовые. В голове крутились мысли, что нет ничего хуже последних часов караула, когда подходит к концу бессонная ночь.

Но стоило часовому на очередной вышке не окликнуть подходившего сержанта, как Роберт встрепенулся. Выругавшись себе под нос, он пошел дальше крадучись, почти неслышно. Проник под вышку и полез по лесенке, ступеньки начали скрипеть под ногами.

Откинул люк и обнаружил, что в лицо ему смотрит дуло автомата, знакомого до последней детали «Козыря».

- Я так и думал, что это ты, елки-палки, - сказал Трэджан бодрым голосом, но глаза у него были заспанные, опухшие.

- Все же проснулся, гад, - Роберт беззлобно выругался. – Еще раз такое учинишь, я лично тебя пристрелю. Ты что, не понимаешь, что зайди к тебе с проверкой кто повыше Бьерна, мы бы дружно отправились в карцер?

Трэджан молчал, якобы виновато смотрел в пол, но в глазах его светилась насмешка.

- Даже не в карцер, а под суд. Время-то военное, - закончил Роберт официальную часть выговора, и добавил. – При новой попытке подставить меня дам в рожу. И не посмотрю, что друг.

- Так точно, сержант. Слушаюсь, сержант. Буду бдителен, сержант. Ведь кругом враги, сержант, - истово забормотал Трэджан.

Роберт зажал руками уши и торопливо начала спускаться. Он давно понял, что с приятелем серьезно разговаривать особого смысла нет. Сам заговорит кого угодно, и если надо, то и до смерти.

Проверил еще две вышки, где стояли Кампински и Тимур, там все оказалось в порядке. Когда вернулся к караулке, расположенной у ворот, солнце выпихнуло из-за горизонта веер розовых лучей. Мерзкий туман начал потихоньку рассеиваться.

- Ну что там? – спросил Бьерн, сидевший за столом дежурного офицера, и громогласно зевнул.

- Порядок. Все на месте, никто не спит, - доложил Роберт.

- Это хорошо. Надеюсь, что и у остальных дела не хуже.

Через несколько минут вернулись двое других сержантов. Едва отрапортовали, как со стороны казарм донесся сигнал подъема. Через минуту он затих, сменившись дружным топотом.

Полк выбежал на зарядку.

- Единственное преимущество караула, что от зарядки ты освобожден, - заметил командир третьего отделения, с медной кожей и тонким носом.

- Есть еще одно – можно спать до обеда, - хмыкнул Роберт.

- Сегодня это не пройдет, - мрачно заявил Бьерн. – В полк прибывает новая броня. Будем принимать.

- Что за новая броня? – встрепенулся сержант первого отделения. – Чем она от старой-то отличается?

- Знаю только аббревиатуру – эм бэ эс, эл двенадцать, а два, - сказал лейтенант. – Больше ничего не сообщили.

Зарядка закончилась, солдат погнали в столовую, а еще через полчаса взвод Бьерна вышел из караула.

- Живо на завтрак, - скомандовал лейтенант. – Через полчаса должны быть в казарме.

Кормили тут, это поняли еще вчера, не то чтобы очень хорошо, но сытно. Порции были такие, словно каждый из солдат весил со слона, зато разнообразием еда не блистала – сплошь гречневая каша с мясом.

В обед ее делали пожиже и называли супом.

- Куда он нас гонит? – спросил Кампински вполголоса, когда лейтенант, не дав вычистить тарелки, выгнал всех на улицу.

- Новую броню получать, - так же тихо ответил Роберт. – Боится, что нам не достанется.

- А, ну тогда понятно.

Вернулись в казарму, а через пять минут явился толстый сержант из хозяйственной части.

- Следуйте за мной, - сказал он Бьерну. – И пусть захватят с собой старые бронекостюмы. Кто не сдаст, не получит новый.

Нагруженные наплечниками, набедренниками и шлемами солдаты заковыляли в сторону склада, того самого, куда вчера таскали стройматериалы. Там пришлось дважды поставить подпись, свалить отслужившую свой срок амуницию в один из здоровенных контейнеров.

- Эх, счастливо, - Трэджан, избавившись от брони, показательно всхлипнул. – Ты не раз спасал меня от гибели. Так что я буду помнить тебя, честное благородное слово воина.

- Хватит болтать, - одернул его Бьерн.

Пришлось Лангтону замолчать и встать в конец длинной очереди.

Отстоявший ее получал большой и тяжелый ящик темно зеленого-цвета, с какой-то маркировкой на крышке и парой лент вроде рюкзачных ремней.

- Надевайте это и идите в казарму, - сказал лейтенант, когда последний из его солдат стал обладателем подобного «сокровища». – Как с этим обращаться, я думаю, разберетесь без меня. До обеда все свободны.

Роберт закинул ящик на плечи, поправил ленты, чтобы не натирали.

- Тяжелый, - удивленно сказал Шриван, проделав ту же операцию. – Прежняя броня, как мне кажется, была легче.

- И в данном случае, как ни странно, я должен с тобой согласиться, - прохрипел Трэджан.

И солдаты зашагали в сторону казармы.

Добравшись до места, Роберт сгрузил ящик около кровати, размял занывшие мускулы шеи.

- Думаю, что познакомлюсь с костюмом потом. Сначала посплю, - сказал он и принялся снимать ботинки.

- А я не утерплю, - буркнул Трэджан. – Открою сейчас. Ну-ка, где там замок?

Хрустнуло, чмокнуло, крышка ящика поднялась. Роберт прямо в одежде свалился на кровать, засунул руку под голову и начал смотреть, как Лангтон изучает новую броню.

- Ага… что это? Наплечник… Точно такой же, как у меня и был. И второй тоже. Но и вправду тяжелый… А почему? – бормотал тот, извлекая из ящика детали костюма и раскладывая их на полу.

- Это ты растолстел и ослабел, - высказал предположение Кампински. – Да, эта штука на вид ничем от старой не отличается. Ну-ка, посмотрим, что сказано в инструкции, - и он вытащил из своего ящика листок писчего пластика. – Ага… так, имеет встроенные усилители и сервоприводы.

- Где? – спросил Трэджан, вертя в руках один из щитков с живота.

- Наплечники… спина… ноги… - сказал Кампински. – То есть она и вправду тяжелее, чем старая, только эта тяжесть, когда наденешь, не ощущается. А еще в ней можно быстрее и дольше бегать, не уставая.

- И тащить на себе до черта всего, - сделал вывод Трэджан.

- Завтра или сегодня после обеда попробуем, - сказал Роберт, повернулся на бок и закрыл глаза. – А теперь спать, спать…

Снилась ему Земля, родной Владивосток и стройная девушка со светлыми пушистыми волосами.

Глава 5

Дочь эволюции.

4.

Сменили с дежурства их на самом закате. Багровое солнце только коснулось боком горизонта, а ветер, терзавший форсеров проведенные на посту сутки, замолчал, когда ком-линк донес голос Фернандо.

- Смена через десять минут, - сообщил тактик.

- Ох, здорово, - сказала Марта, потягиваясь и понимая, что последний час думала только о том, как бы согреться. – Сутки в этот раз тянулись долго, будто наряд по казарме в центре подготовки.

- Это точно, - хмыкнул Жозеф. – Или мне кажется, или с каждым днем становится холоднее. Неужели на этой планете существует зима?

- Мы вроде бы на экваторе, - Санчес хлюпнул носом. – Тут должно быть всегда одинаково тепло… в смысле, холодно.

Танки, стоявшие, как обычно, за периметром, принялись разворачиваться. Из-за скал показалась идущие колонной форсеры.

- Смена, – вздохнула Лия. – Ха, смотри-ка, а рожи незнакомые… Неужели новые части прислали?

За проведенное на Фрио время Марта и ее бойцы узнали сменщиков если не по именам, то по лицам точно.

- Похоже на то, - Марта выбралась из окопа. – Хотя какая нам-то разница?

Она кивнула незнакомому субтактику, высокому и худющему, с ало-бело-синим символом Сердца Бури на груди. Тот на приветствие не ответил, более того, сделал вид, что его не заметил. Глаза отвел в сторону и принялся поторапливать собственных бойцов.

- Чего это он? – удивился Тадеуш.

- Гордый очень, - сказала Марта достаточно громко, чтобы ее услышали. – Ну, ничего, задницу отморозит, на насекомых посмотрит – станет помягче…

Ответом ей стал презрительный взгляд.

Марта поморщилась и решительно зашагала прочь – не хочет общаться, так дело его. Услышала, как Жозеф и Санчес за ее спиной обменялись несколькими репликами и даже разобрала отдельные слова: «рожа», «кулак», «темный коридор».

За пять минут догнали последний из танков, пристроились за ним, в самом хвосте длинной колонны.

- Хм, а смене «Зверей», похоже, не положено, да, - Тян оглянулся, задумчиво почесал затылок.

- Главное, чтобы в брюхо было чего-нибудь положено, – вздохнула Лия. – Остальное – ерунда.

Показались купола Розенфолла. Распахнулись двери шлюза, впуская в город озябших форсеров. И тут вновь напомнил о себе Фернандо.

- Внимание всем, - заявил он, включившись в общую сеть бригады, чтобы его слышал каждый боец. – Ужин отменяется. Приказываю – собрать вещи и через двадцать пять минут быть готовыми к отправке. Построение на площади перед казармой.

- Ну надо же. Сюрприз… - пробормотала Марта, когда голос тактика перестал дребезжать внутри черепа. – И куда нас переводят, интересно? Неужели и вправду на Антион? И для чего? Чтобы…

Она замолчала, понимая, что делиться догадками насчет штрафной бригады и того, что их ждет, не стоит. Бойцы, в отличие от командира, оказались новым приказом если не обрадованы, то уж точно не огорчены.

- Без ужина останемся – это плохо, - рассуждал Жозеф, - зато уберемся из этого гнусного холодильника. Я здесь себе все хозяйство отморозил. Боюсь, что и не заработает, когда надо будет…

Санчес хмыкнул.

- Думаешь, надо будет? – ехидно поинтересовалась Лия. – Надеешься, что на такого парня как ты, кто-то польстится? Ой, зря…

«Они не знают, - думала Марта, впереди звена проходя через шлюз, - что теперь мы обречены на смерть. Из солдат Эволюции стали пушечным мясом. Хотя ранее тоже были им, только льстили себе…».

Прошли длинным коридором с высоким потолком, заменявшим в единственном городе Фрио улицу. Внутри общежития встретился сюрприз – незнакомые субтактики и бойцы, деловито сновавшие по коридорам.

- Ха… привет, - удивленно сказала Марта, вступив в собственную комнату и обнаружив, что незваные гости появились и тут.

Четверо форсеров лежали на кроватях, чернокожий лысый субтактик возился с плазменной пушкой.

- Забирайте вещи, - сказал он, поднимая голову. – Мы их сложили вон там, - кивнул в сторону угла, где кучей лежали рюкзаки.

- Могли бы и не трогать, братцы, - кулаки на ручищах Жозефа сжались, он шагнул вперед, не заметив, что едва не сшиб Марту с ног. – Или вы из тех, кто любит покопаться в чужих вещах!?

- Похоже на то, - прорычал Санчес. – Сейчас мы вам покажем, что это плохо…

- Стоять! Тихо! – рявкнула Марта, понимая, что еще миг, и ее озлобленные, уставшие парни ринутся в драку.

А неприятностей из этого получится – хоть автоматическим погрузчиком разгребай.

- Эмоциональная несдержанность – это атавизм, - нравоучительно изрек чернокожий субтактик. – Не зря говорят, что вы – просто слегка измененные люди. Ничего, ваши ошибки будут исправлены нами.

- Кто говорит? – взревел Жозеф.

- Тихо! – Марта положила руку ему на плечо, ощутила, как напряжены чудовищные мышцы. – Любые разговоры – запрещаю. Собрали вещи и быстро покинули комнату. Понятно?

- Да они… я… - пропыхтел Жозеф. – Так точно.

- Вот и отлично, - она глянула на чернокожего субтактика. – Скажешь еще хоть слово, получишь в рожу от меня.

Собирались под сердитыми, полными презрения и даже ненависти взглядами.

Когда выбрались с рюкзаками в коридор и затопали к лестнице, не выдержал Тадеуш.

- Как же они… почему они позволяют себе такое говорить? – забормотал он. – А? Мы все дети Пророка, мы…

- Ты и правда веришь в это? – хмыкнул Рашид. – Наивный.

Больше до самого выхода никто не произнес ни слова.

Бригада построилась за минуту до назначенного срока. Фернандо хмуро оглядел строй и сказал:

- За мной. Направление – к Западному шлюзу. За ним ждут транспортеры.

- Это что выходит… - услышала Марта шепот Санчеса – На Рахонавис?

От Розенфолла начинались четыре дороги. Две от Восточного шлюза тянулись к порталам в человеческие миры. Третья – от Южного, и по ней можно было добраться до Гекаты. Последняя, самая длинная, пересекала периметр на западе, и вела к планете, где родился Рональд.

Неужели там планируется крупная операция?

В полном молчании пересекли Розенфолл. Когда выбрались из города, солнце зашло, алое зарево заката начало уползать за горизонт, из темноты появились первые, самые яркие звезды.

Транспортеры оказались самыми обычными – бронированные коробки на колесах, проходимые и вместительные.

- Забираемся, - скомандовала Марта, выведя звено к своей машине.

Судя по залезавшим через люк форсерам, делить кузов предстояло с бойцами Рональда, Сары и Стефана.

- Отправимся к тебе в гости? – спросила Марта у «чудо-техника». – Покажешь местные красоты?

- Если вспомню какие-нибудь – обязательно покажу, - Рональд невесело улыбнулся.

Они забрались в транспортер последними, захлопнули за собой люк. Едва уселись на жесткую, неудобную лавку, как машина, покачиваясь, двинулась с места. Через оконце в задней стенке стала видна кабина следующего транспортера, а за ним – силуэты трех «Зверей».

Крабы торопливо шевелили лапами.

***

Транспортер подбросило так, что Марта стукнулась затылком о железный борт и проснулась.

- Что за ерунда? – пробормотала она, со сна еле ворочая языком.

В кузове было душно и темно. Посапывали дремлющие бойцы, шуршал на полу кусок упаковочной фольги.

- А это мы приехали, похоже, - ответил Рональд. – Только что был портал, так что мы на Рахонависе.

- Да? – Марта выглянула в оконце.

Далеко позади тухло голубое зарево портала. Справа и слева от дороги блестела вода, по черному небу плыли рваные облака. Тускло светился серп крохотной луны, еще одна, полная, блестела желтизной.

- Симпатичный пейзажик, - проговорила Марта. – Хотя после Фрио что угодно покажется уютным.

- Это точно, - согласился Рональд.

Где-то над горизонтом полыхнула молния, осветила иззубренные горные хребты. Мгновением позже донесся гром, налетевший порыв ветра ударил в борт транспортера, качнул тяжелую машину.

- Привет от местных бурь? – Марта ощутила, как со щекоткой в горле перестраиваются дыхательные фильтры. Судя по их поведению, воздух содержал ядовитые примеси. – А что за вода кругом?

- Портал на Фрио расположен в зоне лиманов – затопляемых заливов. Вообще большая часть Рахонависа – мелководные теплые моря. За шестьдесят лет, прошедших с момента появления тут людей, освоено примерно две трети одного континента. А их тут три. Да еще множество островов…

Вновь громыхнуло, на этот раз ближе. Молния вырвала из мрака внутренности транспортера, осветила спящих бойцов. Блеснула на стволах оружия и металлических деталях брони.

Марта заворожено смотрела, как небо с невероятной скоростью закрывает черная туча.

Исчезла одна луна, затем вторая. Марта успела разглядеть, что в воде рядом с дорогой плавают какие-то светящиеся плети. И тут налетела буря, превратила мир за окошком в переплетение дождевых струй. Транспортер тряхнуло, словно он наехал на колдобину, а от следующего громового раската проснулись все.

- Это еще что такое, демон забери? – поинтересовался Стефан.

- Нас встречают, - ответил Рональд. – Не пугайтесь. Обычная гроза не из самых сильных.

Голос его звучал радостно, с лица не сходила улыбка.

Буря безумствовала до рассвета. Транспортеры ползли на самой малой скорости, дождь хлестал по бортам и крышам. Гром оглушал, а молнии напоминали выстрелы из плазменного оружия невероятной мощности. Казалось, что планета вот-вот развалится на куски.

А затем пришло утро, тучи унесло ветром. Стало видно, что дорога идет по вырубленному в скалах уступу, и что далеко внизу, метрах в четырехстах, блестит уходившее за горизонт море.

- Тут должны находиться фермы по выращиванию кристаллина, - сказал Рональд. – Их легко заметить по таким штукам, похожим на бочки.

- Ага, вижу, - из серых волн торчало что-то округлое, черное, с множеством мелких дырочек в верхней части.

- Это гнезда кристаллоидов. Они делают кристаллин примерно так же, как земные пчелы – мед. Большая часть местных тем занимается, что их разводит. Фермы тянутся на десятки километров.

В полдень остановились у поселка из дюжины куполообразных, лишенных окон домов. Бойцы вылезли из транспортеров, чтобы размять ноги и перекусить. Едва снова двинулись в путь, налетела вторая гроза, не слабее ночной. Но закончилась быстро, вновь засияло солнце.

Дорога то поднималась высоко над морем, то спускалась прямо к волнам.

Рахонавис не радовал разнообразием пейзажей. С одной стороны – отвесные голые скалы, с другой – море. Кое-где из него торчали плоские острова, виднелись отмели. Над ними сновали тысячи крохотных плавучих существ, клубились водоросли, торчали «ульи» кристаллоидов.

Утомительное путешествие закончилось только к вечеру.

- Неужели приехали? – спросила Сара, когда транспортер стал замедлять ход. – Прямо не верится…

- Лучше поверь, клянусь Пророком, - посоветовала Марта. – А не то нас и дальше повезут куда-нибудь.

Транспортер миновал ворота в заборе из колючей проволоки и остановился. С негромким скрежетом открылся люк.

- Выгружайтесь, - донес ком-линк голос Фернандо. – Построение по звеньям около машин.

Марта первой выпрыгнула на пластобетон, поправила съехавший рюкзак и огляделась. Судя по всему, их привезли на обычную военную базу, каких десятки раскиданы по Сложным Мирам.

Все тут выглядело до тошноты обычным – силуэты бараков, стрельбище, вышки с часовыми. Разве что здания не имели окон, были куда более приземистыми, чем на том же Регеде, а над штабом не торчали «лепестки» антенн.

Оно и понятно – первая же буря сломает их и унесет туда, куда Пророк людей не гонял.

- Судя по метеопрогнозу, до очередной грозы пятнадцать минут, - вновь заговорил тактик. – Поэтому поторопитесь. Передаю координаты размещения. Первое звено – шестой барак, второе…

Через пару минут Марта знала, что им достался барак номер тринадцать. А еще через пять она во главе бойцов галопом мчалась по территории базы. Из-за горизонта доносилось красноречивое ворчание грома. Небо стремительно темнело, обещая новый катаклизм.

- Ну вот, прибыли, - с облегчением вздохнула Марта, когда за ее спиной захлопнулась дверь.

Внутри обнаружились растерянные бойцы Стефана и сам он, озадаченно чешущий в затылке.

- Осталось еще понять – куда именно, - хмыкнул Санчес.

Барак выглядел заброшенным. Освещение не работало, санитарный блок, судя по виду, стал жертвой небольшого потопа. С потолка капала вода, а в стенах темнели сотни мелких трещин.

- Командир, - Марта связалась с Фернандо и кратко обрисовала ситуацию. – Жить тут невозможно…

- Сожалею, но другого помещения у нас нет, - ответил тот. – Придется потерпеть. Вы же боевые форсеры, должны быть привычны к суровым условиям. В ближайшие дни, если найдется время, займемся ремонтом.

- Ты слышал? – спросила Марта.

- Да, - ответил Стефан. – Придется размещаться в этом сарае. Надеюсь, он не развалится прямо сегодня.

- Вот так попали, - мрачно буркнул Жозеф. – Я, конечно, разное видел, но такое, чтобы так грязно и…

- Отставить разговоры, - сказала Марта сурово. – А если хотите, чтобы было поуютнее, то займитесь сами.

Но по лицам и глазам она видела, что бойцы недовольны. Да и сама, если честно, ощущала глухое раздражение. Даже в Розенфолле они жили в лучших условиях, хотя там ютились в гражданском общежитии.

Чувство было такое, что над ними издеваются.

***

Мокрые камни хрустели под ногами, создавая впечатление, что они крошатся в пыль. Ветер, дувший исключительно в лицо, был влажным и резко пах озоном. Солнце Рахонависа после Фрио казалось очень жарким, почти таким же, как светило на Норли или Хордане.

Марта шагала впереди звена, держа ионное орудие наизготовку. Слышала, как переговариваются бойцы, как постукивают лапы ползущего позади биотанка. И думала, для чего все это нужно?

На военную базу, чаще всего называемую просто по номеру «объект 7», части с Фрио прибыли только вчера. Но отдохнуть им не дали, утром устроили смотр, а после обеда затеяли учения с целью «повышения стратегической и тактической слаженности между отдельными родами войск».

База располагалась на берегу моря. К востоку от нее находился лиман, на западе поднимались горы, у горизонта белели заснеженные вершины.

Само собой, что на учения форсеров отправили в ту сторону. Несколько сведенных в одну часть боевых бригад пехотинцев, подразделений джамперов и биотанков получили задание «преодолеть пересеченную местность и выйти на рубеж атаки».

- И кого мы будем атаковать? – бурчал за спиной Марты Тадеуш. – Кристаллоидов, что ли? Или просто побродим по этим горам, ноги собьем, а отцы-командиры составят отчет об успешно проведенных учениях.

- Вообще врагами будут те парни из первых пяти бараков, - отозвалась Лия. – Или ты забыл?

- Да помню я, помню. Что, мне уж и поворчать нельзя?

Как узнали в первый день, бараки с первого по пятый занимали боевые форсеры, недавно прибывшие из учебного центра Черной Сферы, расположенного на Торридо. Им, к удивлению ветеранов, прошедших не одно сражение, досталась самая легкая задача – изображать условного противника.

К месту дислокации зеленых новичков отвезли на вертолетах.

Прибывшие с Фрио пятый час карабкались по склонам, одолевали перевалы, кое-где расчищали дорогу для биотанков.

- Ворчать можно, только в меру, - вмешалась в разговор подчиненных Марта. – А то порой от твоего брюзжания тошно делается.

- А разве я виноват? - Тадеуш, похоже, обиделся. – Тяжкая жизнь виновата.

- Через десять минут привал, - прошелестел в ком-линке голос Фернандо. – В охранение становятся звенья номер один и два. При возобновлении движения еще через пятнадцать минут сохраняем порядок. Передовой дозор составит…

Марта не удивилась, когда было названо ее звено.

Через десять минут показалась ровная площадка, достаточно большая, чтобы на ней убралась двигавшаяся колонной боевая бригада. Биотанки остановились, несколько операторов спрыгнули вниз, другие остались на платформах. Форсеры расположились по группам, забулькала вода во флягах, захрустела фольга на сухих пайках. Бойцы охранения исчезли в скалах, окружавших площадку со всех сторон.

- Привет, - Мигель, лысый джампер, подошел как всегда бесшумно. – Как ты?

- Неплохо. Хотя куда лучше было бы где-нибудь в казарме, в лежачем положении. И кому эти учения нужны?

Марта знала боевую задачу только в общих чертах. Догадывалась, что прочие боевые бригады двигаются где-то рядом, параллельными маршрутами, чтобы выйти к цели с нескольких сторон.

- Ты не права, - Мигель с легким превосходством улыбнулся. – Они нужны очень многим. Века назад полководцы на Земле знали – солдату нельзя давать скучать. Нужно то и дело занимать его. Иначе он начнет думать.

- Зачем тогда было убирать нас с Фрио? – Марта пожала плечами. - Там мы были заняты выше головы.

- Ты знаешь, что Рональд ухитрился связаться с друзьями? – Мигель по обыкновению резко поменял тему разговора.

- Нет. А что?

- Ситуация на Рахонависе странная. Войск тут было много с самого начала конфликта, ведь планета – единственный источник кристаллина. Поэтому множество военных баз, особенно на севере, у портала на Шип, где есть опасность прорыва людей. Но, как узнал Рональд, два месяца назад начались не очень понятные подвижки. На большинстве баз полностью сменился состав. И сейчас через портал с Фрио идут новые и новые части. И они либо состоят из новичков, вроде тех, что были на Нифелгейме, либо из таких, как мы.

- Так ты думаешь… - несмотря на жару, Марте стало холодно. – Все-таки…

- Похоже, что готовится вторжение на Шип, - джампер погладил себя по лысой макушке. - И путь туда пробьет штрафная бригада, то есть мы. А новые боевые форсеры, умеющие лишь подчинятся, пойдут следом, и будут убивать тех, кто посмеет отступить…

- Убивать своих?! – она хотела возмутиться, но поняла, что все, происходившее с момента их появления на Фрио, можно объяснить таким образом.

Пополнение с генетическими или поведенческими аномалиями, новые командиры, отсутствие запчастей для биотанков, презрение со стороны новичков…

- Марта, пора выдвигаться, - напомнил о себе Фернандо. – Направление - пять градусов к северу от западного.

- Есть, - отозвалась она, все еще пытаясь осознать сказанное Мигелем. – Что же делать?

- Не знаю, - в голосе джампера прозвучала необычная растерянность.

- Ладно, мне пора. Потом поговорим, - Марта повернулась к своим бойцам. – Вставайте, лежебоки. Пойдем впереди.

Новость никого не обрадовала. Лица сделались кислые, Санчес даже сплюнул, а Тадеуш снова заворчал, но так тихо, что слов разобрать было нельзя.

- Наше дело выполнять приказы, - сказала Марта, не чувствуя особой убежденности в своих словах. – Пошли.

Гроза накатила, едва отошли от места стоянки. Дождь ударил по головам и спинам, гром оглушил. Видимость сократилась до нескольких метров, по склонам зажурчали, набирая мощь на глазах, потоки воды. Канал связи ком-линка забили помехи, у Марты от треска и шипения заболела голова.

С трудом разобрала приказ остановиться и выждать, пока буйство стихии не пойдет на спад.

Глава 6

Воин Пророка.

2.

Казарма выглядела много уютнее, чем та, в которой они провели полтора года. У каждой кровати – тумбочки, сами койки одноярусные и широкие, пол и стены покрыты мягким материалом, у входа установка климатического контроля. Дезинфектор настолько просторный, что в нем можно стоять в полный рост.

Места тут хватало больше чем на сотню бойцов, в противоположной от входа стене виднелась дверь санитарного блока.

- Заходите, не стесняйтесь, - проговорил субтактик, сопровождавший бывших курсантов. – Вон там три койки свободны. Видите, не застелены…

На военную базу «Хордан-Центр» Андре и Оле попали час назад, после того, как сутки провели в транспортере. Когда машины остановились после КПП, Малосс вывел новобранцев из кузовов и велел построиться.

Явившиеся субтактики разобрали своих новых подопечных. Приятели угодили в одну боевую бригаду, а вместе с ними туда же попал уроженец Шеола по имени Симон.

- А где все? – несмело поинтересовался Андре.

- На стрельбище, - ответил субтактик, невысокий и крепкий. – Скоро явятся. Ты, значит, белобрысый, ко мне в звено, попадаешь…

- Именно, - кивнул Оле, спуская с плеч рюкзак.

- И ты, здоровяк, - субтактик указал на Андре. - Вот и славно. Звать меня Ференц, и я люблю, чтобы все было в порядке? Понял, резаные мозги?

- Э… так точно.

Дверь казармы с грохотом распахнулась, в нее шагнул могучий форсер с мортирой на плече.

- Ага! – взревел он, выпучив глаза при виде новобранцев. – Кого нам прислали, цыплят на обед?

- Ладно пугать молодежь. Вот эти двое с нами будут служить, - поморщился Ференц. – Вечно ты, Джон, орешь не по делу.

- Если бы я орал еще и по делу, то вы давно бы оглохли, - могучий форсер снял мортиру и шагнул к Оле. – Ну, давайте знакомиться!

За ним в казарму начали входить бойцы, грязные и мокрые, словно явились прямо из джунглей.

Через полчаса Оле знал всех в своем звене, от снайпера Якова, черного и тощего, до Магды, несколько мужеподобной, но с длинными, по пояс русыми волосами. На нового бойца «старички» глядели без враждебности, но и без симпатии. Называли имена, жали руку и торопились в душ.

- Ну что, со всеми познакомился? – спросил Ференц. – Через час – обед. Потом два часа свободного времени. После него общее построение оперативной бригады. Уж не знаю, зачем.

- Я понял, - ответил Оле. – А… когда мы отправимся на войну?

Субтактик хмыкнул, а оказавшийся рядом Джон громогласно расхохотался, так что обернулся даже боец, собравшийся выйти из казармы.

- Повоевать не терпится, понятное дело, - кивнул Ференц. – Кто ж знает, когда? Пророк прикажет, и отправимся. Хотя мы и так с Эброна всего две недели назад вернулись, так что никак не завтра.

И он отошел.

- И как там, на войне? – спросил Оле у Джона, чуть понизив голос.

- Убивают, - отозвался тот. – Хотя чаще убиваем мы. Ведь для того и созданы, верно?

И он вновь засмеялся, но на этот раз совсем не весело.

Через час бригада отправилась на обед. Столовая оказалась просторной, еда – обильной. Вернувшись обратно в казарму, Оле свалился на койку и два часа проспал, «отрабатывая» бессонные сутки в учебном центре и время в трясущемся транспортере, подремать в котором тоже не удалось.

Проснулся от сильного толчка в плечо.

- Вставай, а то на построение опоздаешь, - сказал Яков, надевший парадный комбинезон и нацепивший на грудь Золотую Ленту Эволюции.

- Да, конечно… - и Оле торопливо вскочил.

У новичков комбинезоны были обычные, не имелось оружия, и они выделялись среди сослуживцев.

- После построения напомни мне, сходим на склад, - проговорил Ференц, когда они вышли из казармы.

- Хорошо, - кивнул Оле.

Небо над базой было ясным, злое солнце Хордана жарило так, что хотелось спрятаться в тень. Но на огромном плацу, где рядами строились бойцы, ее просто не имелось.

Замер ровный, точно по линейке проведенный строй, и перед ним появился Малосс в сопровождении нескольких супертактиков.

- Смирно! - скомандовал он, обводя форсеров пристальным взглядом. – Воины Пророка, все вы знаете, что настал решительный момент в битве за торжество Эволюции. Верные Стальному Кодексу форсеры напрягают силы на фронтах и в тылу, чтобы…

Оле подумал, что услышит очередную унылую агитационную речь. Но Малосс довольно быстро свернул с пропагандистской дорожки.

- Бойцы Первого Параграфа, - сказал он. – Мы – по определению лучшие из лучших. Мы должны быть на гребне Эволюции, на ее переднем краю. Обязаны подавать пример тем, кто идет следом. И сейчас, когда для нашей расы настало время окончательно избавиться от человеческих атавизмов, именно мы сделаем первый шаг в этом направлении. Великое доверие, что оказал нам Пророк, необходимо оправдать.

Дальше Оле с изумлением узнал, что им всем необходимо, для начала, очистить от эволюционного шлака собственные организмы.

- Путь здесь только один – генопсихологичская экспертиза и повторная модификация, - слова Малосса падали в полной тишине. – Да, это болезненно и опасно, но необходимо. Заставлять никого не могу, вы вольны не согласиться. Но знайте, что я, ваш командир, прошел через обе эти процедуры добровольно. Одним из первых, как только узнал о мудром замысле Пророка, - стратег выдержал паузу, давая бойцам осознать сказанное. - Те, кто согласен на экспертизу и модификацию – шаг вперед!

Сердце Оле гулко забилось, он облизал пересохшие губы. Да, генопсихологическая экспертиза – штука крайне малоприятная, а ремодификация очень рискованна. Ранее она вообще не обходилась без неприятных последствий, и лишь недавно ее научились делать «чисто». Но на то он и боевой форсер, чтобы идти навстречу опасности! И как проявить нерешительность в тот момент, когда речь идет об Эволюции?

Оле сделал шаг вперед, лишь на сотую долю секунды отстав от соратников.

Из всей оперативной бригады на месте не остался никто.

- Иного я не ожидал, - сказал Малосс спокойно, почти равнодушно. – Завтра с самого утра на базу прибудет бригада медиков, к обеду будет развернут модификационный комплекс. С расписанием мероприятий вас ознакомят командиры. А теперь – разойдись!

И, словно по команде, закрывшие небо тучи разродились дождем.

***

Оле волновался так, как волновался единственный раз в жизни – перед первичной боевой модификацией. Но тогда ему было шестнадцать лет, по меркам Фатума – совсем мальчишка.

Сейчас Оле надеялся, что лучше справляется с собой, чем в тот жаркий пыльный день на родной планете, и что его тревоги не видно.

- Так, расслабились, резаные мозги, - проговорил субтактик, коротавший время вместе с бойцами. – А то выглядите хуже, чем толпа юродивых или святых из людского фольклора.

Джон хмыкнул, даже мрачная Магда заулыбалась. Стало немного легче.

Звено Ференца оказалось чуть ли не первым в очереди на генопсихологическую экспертизу. После завтрака, не заходя в казарму, оно отправилось в юго-западный угол базы, где несколько пустовавших складов отвели для прибывших затемно медиков. Там бойцов встретил форсер с признаками научной модификации М2. Привел в один из складов, загнал в пыльный отсек, велел ждать, а сам ушел.

- У меня приятель один такую экспертизу проходил, - подал голос Яков. – Еще в самом начале войны. У него после боев на Сокаре что-то с головой слу…

- Отставить разговорчики, - дверь склада открылась, и в полутемное помещение, где не было ничего, кроме дюжины раскладных стульев, зашел еще один ученый. – Ты и ты, - поднялась рука с длинными тонкими пальцами, - за мной.

- Есть, - Оле с испугом понял, что показали на него и на Магду.

Он поспешно вскочил, вслед за ученым вышел из помещения. Изо всех сил сдерживая дрожь волнения, проследовал длинным коридором, пересекавшим здание, и шагнул в распахнутую дверь.

Оказался точно в таком же отсеке, только ярко освещенном.

Под потолком и на стенах висели лампы, переносные перегородки делили помещение на несколько частей. В каждой стояло вращающееся кресло с высокой спинкой и подлокотниками. Вокруг кресел располагались странного вида приборы, расхаживали форсеры, слышались приглушенные голоса.

- Садитесь, - велел ученый, приведший Оле и Магду. – Девушка вот сюда, а вы – сюда…

Уроженец Фатума сделал попытку улыбнуться, чтобы показать, что ни капельки не боится, но губы не послушались. Сел в кресло, ощутил касание ледяного пластика к спине и бокам.

- Руки вот сюда, - рядом появилась женщина научной модификации, настолько худая, что походила не на форсера и не на человека, а на странное насекомое вроде тех, что водятся в подземельях Фатума. – Мы вас пристегнем для вашей же безопасности. Всякое бывает…

На запястьях Оле защелкнулись металлические браслеты. Он взглянул на них и понял, что сломать их или оторвать подлокотники не сможет, даже используя всю мощь мускульных акселераторов.

Кресло делалось в расчете на таких, как он.

- Готов? – спросил кто-то из-за спины. – Тогда начнем. Закройте глаза, боец, попытайтесь расслабиться…

Оле опустил веки. Почувствовал, как ему что-то надели на голову, как в затылок вошел тонкий щуп.

- Пробы пошли, - голос худой женщины донесся словно издалека. – Сканер на прокачку. Анализ кода…

Оле понял, что падает. Попытался открыть глаза, но не смог. Мышцы отказались повиноваться, а зрачков коснулась серия ярких вспышек, пришедших словно из центра головы.

Он плохо представлял, что именно происходит во время экспертизы. Знал только, что ученые получают расшифровку генетического кода, а затем, исходя из нее, пытаются понять, как именно данный форсер будет вести себя в той или иной ситуации, насколько он устойчив, силен и генетически «чист»…

Возникло ощущение, что он стоит на четвереньках. Захотелось сделать движение вперед и вниз, укрыться в темных глубинах воды… Но разве ее может быть так много?.. Только не на Фатуме… боль по позвоночнику, желание прыгнуть, теплые солнечные лучи на лице…

Затем Оле все-таки поднял веки, разглядел склонившиеся над ним лица, мужское и женское.

- Что… - сумел он выдавить из себя, а потом вновь рухнул в пучину видений, бессвязных и очень болезненных.

Чувство было такое, что его выворачивают наизнанку. Реальные воспоминания мешались с откровенным бредом: дом матери-воспитательницы на Фатуме, но рядом с ним растут высокие деревья… небеса с кружащимися в них звездами и лунами… учебный центр, расположенный почему-то в бескрайней степи… Кочующие Дюны, золотистые и белые…

- Странная мутация, никогда такой не видела, - доносится откуда-то с небес сухой голос.

- Он же с Фатума, - отвечает ему другой. – А там нормальным остаться невозможно, даже если просто проживешь несколько лет. Посмотрим, на что именно она влияет, насколько она…

Голоса истончились, пропали в накатившем рокоте.

Оле заулыбался, утонул в охватившем все тело наслаждении. Но оно сменилось резкой болью, напряжением и страхом. Он сделал усилие, готовясь броситься на врага. Понял, что готов потерять над собой контроль, как порой бывало в детских драках…

Попытался бороться с этим, но не смог. Багровая волна подкатила к голове, все мышцы напряглись рядом, от пяток до макушки прошла быстрая, но очень болезненная судорога.

А потом обнаружил, что сидит в кресле, весь мокрый от пота. Оцарапанные о фиксаторы запястья ноют, а прямо над ним склоняются двое исследователей – худая женщина и тот мужчина, что привел Оле сюда.

- Что… - прохрипел он, с трудом выталкивая слова через одеревеневшее горло. – Как… результаты?

- Во-первых, они засекречены, - ответила женщина. – А во-вторых, их еще необходимо расшифровать. Но не беспокойтесь. Вы обо всем узнаете. В свой срок.

Это прозвучало почти угрожающе.

Оле отстегнули от кресла, и он смог встать. В первый момент едва не упал, потом стало легче. Увидел, как приводят в себя Магду, которой, судя по всему, пришлось много хуже, чем ему – хлопают по щекам, вводят что-то в вену.

- Возвращайтесь к своим товарищам, - резко приказал мужчина. – Ваша подруга подойдет позже.

Ослушаться Оле не посмел.

***

В казарме было непривычно тихо, словно глубокой ночью, когда ее обитатели погружены в сон. Бойцы, как один, лежали на койках, почти не двигаясь. После мерзкой процедуры, во время которой ученые покопались в генетическом коде, сил не было ни у кого.

- А ведь обед через полчаса, - слабым голосом проговорил Ференц. – Нас распотрошили славно, нечего сказать, но придется вставать.

- Чтобы меня опять вырвало? – громогласно заявил Джон.

- Можешь не жрать, резаные мозги. Но не посетить столовую ты без разрешения тактика не можешь. Или хочешь с ним поговорить на эту тему?

- Нет уж, - койка Джона скрипнула, и он с видимым усилием сел. – Лучше еще пять раз поблевать.

Командир боевой бригады носил имя Чингиз. Славился он тем, что к собственным бойцам относился чуть ли не хуже, чем к людям. Всех до одного подозревал в саботаже и симуляции, наказывал по поводу и без него.

Неудивительно, что сталкиваться с ним старались пореже.

- Все намек поняли? – спросил Ференц. – Так что шевелитесь, мокрицы драные. Чтобы через пятнадцать минут привели себя в порядок и были готовы выступать хотя бы и на Землю.

Оле сделал попытку подняться и, к его удивлению, она оказалась успешной. Пошатываясь, он побрел в сторону санитарного блока. Когда вернулся, казарма не так сильно, как раньше, напоминала людское кладбище. Бойцы начали оживать, со всех сторон понеслись ругательства и кряхтение.

Через десять минут десятое звено тринадцатой боевой бригады было на ногах, хотя и походило на сборище дряхлых инвалидов.

- Так-то лучше, - сказал Ференц, тяжело дыша и морщась. – А то отправят нас на рудники, уран копать… За мной – шарком… марш…

И они заковыляли в сторону двери.

За пределами казармы, к удивлению Оле, стало легче. То ли злое солнце Хордана выпарило из тела вялость, то ли осознание того, что нужно держать ухо востро, заставило собраться.

До столовой, по крайней мере, дошли. Никто не упал и даже не попросил шагать помедленнее.

- Много и в самом деле не жрите, - посоветовал Ференц, когда его бойцы прошли через дезинфектор. – А то мало ли что…

В Оле еда просто не лезла. Он с удивлением смотрел на Андре, накинувшегося на овощной суп.

- Ты чего? – спросил тот, заметив взгляд приятеля.

- Удивляюсь. Все сидят с постными мордами, один ты при деле…

Андре смутился, опустил голову.

- Что я, виноват, что мне жрать охота? В брюхе сосет, урчит и ноет.

- Не виноват, конечно, - Оле подвинул тарелку. – Можешь и мою порцию истребить, если силы есть.

Отказываться уроженец Регеда не стал.

А после обеда, когда даже тех, кто не ел ничего, одолела сонливость, напомнил о себе командир боевой бригады.

- Только этого не хватало, - проворчал Ференц, едва они вышли из столовой. – Приказано немедленно строиться на плацу. Так что руки в ноги и зашагали в ту сторону, пока тактик не разозлился.

Оле тяжко вздохнул и затопал вслед за товарищами.

На то, чтобы построиться, тринадцатой боевой бригаде понадобилось куда больше времени, чем обычно. Но тактика это, вопреки ожиданиям, не разозлило, даже не вызвало раздражения.

- Равняйся! Смирно! – гаркнул он, едва последний из боевых форсеров занял место в строю. – Вольно! С радостью сообщаю, что вы все прошли сегодняшнее испытание. Я счастлив командовать настолько качественными бойцами Эволюции!

Во время пламенной речи Чингиз надувал щеки и пучил глаза, что делало его похожим на фатумского паука-всеяда.

- Служим Пророку! – несколько нестройно отозвалась бригада.

- Поскольку мы первыми прошли через экспертизу, - продолжил тактик, – нам первыми идти на дополнительную модификацию. Она пройдет в лаборатории, расположенной по соседству с той, где вас обследовали. Надеюсь, что процедуру наша бригада перетерпит тоже без потерь. Слава Пророку!

- Слава Пророку! – и на этот раз отзыв получился столь же нестройным.

- Вольно, - скомандовал тактик, выпучив глаза так, будто собрался лопнуть. – Разойдись!

- Интересно, а чего с нами такого сделают? – негромко поинтересовался Оле, когда они зашагали в сторону казармы. – Нас и в первый раз переделали так, что лучше некуда – зрительные и мышечные усилители, эвристические субанализаторы, ком-линк, комплекс жизнеобеспечения. Что еще?

- Третью руку пришьют, - предположила Магда, - или две. Чтобы вторую «Злобу» можно было держать.

- Это вряд ли, - вступил в разговор субтактик. – До меня тут доходили слухи, что нам заменят «кожу». Вошьют новый боевой имплантант, что обеспечивает направленную регенерацию тканей.

- Это как? – брови Джона взлетели к коротко стриженым черным волосам.

- Как-как, - Ференц почесал в затылке. - Пулевые ранения будут зарастать куда быстрее, чем раньше, в прямом смысле на глазах. Помнишь, как ты на Эброне пулю в бок словил? Так вот с новым имплантантом ее просто вытолкнет из раны.

- Ого, - новость, судя по довольной морде Джона, произвела впечатление.

- Но это же повышенный расход химерина и протопластика, - сказал Яков. – Придется таскать с собой куда больше капсул с подпиткой. И есть чаще.

- Зато убить тебя будет во много раз сложнее, - тут голос Ференца стал мрачным. – Да, и мы, кстати, вторые в очереди на модификацию. А это значит, что лаборатории нам нужно быть через два часа.

- Даже обед переварить не дадут, - пробурчал Андре, но без особенного неудовольствия.

- Сделали бодрые лица и бегом к казарме, - сделал вывод субтактик. – Времени на отдых немного, нужно использовать его до последней минуты.

И в этом командир звена был совершенно прав.

Глава 7

Дочь эволюции.

5.

С вершины холма позиции «противника» просматривались неплохо – линии окопов, несколько ДОТов, устроенных между камней. Время, что у них было, бойцы Черной Сферы потратили не зря.

- Интересно, что придумают наши командиры? - сказала Марта, опуская голову и отползая к ожидавшим ее бойцам.

К небольшой, затерянной между гор долине они топали больше суток.

Ночью едва не лишились одного из «Зверей», тот чуть не свалился в глубокую расселину. Утром вышли к настоящему тупику, окруженному отвесными стенами, где песчаные крысы с Норли, обитатели ущелий, почувствовали бы себя как дома. Ну а на постоянные грозы научились не обращать внимания.

- Придумают чего-нибудь, - Жозеф погладил ствол мортиры. – А потом мы по ним как вжарим…

Судя по тому, что в окопах «противника» не наблюдалось движения, там не заметили, что оказались в окружении. Проворонили, что три боевых бригады час назад взяли их в клещи.

Ну а тактики и командир объединенной части, судя по всему, никак не могли решить, какой вариант атаки выбрать.

- Никто не забыл заменить генераторы? – не в первый раз за утро спросила Марта.

Сегодня не бой, а учения. Мортиры, пушки и ионные орудия будут стрелять так, чтобы оставить подпалины на химериновой броне, но не нанести ран, или – не попусти Пророк – убить.

- Все-все, - ответил Санчес, безмятежно валявшийся на спине. – Только зачем, непонятно? Если там такие же крысюки, как были в Розенфолле…

- Отставить! – прошипела Марта, и тут же ожил ком-линк, через него посыпались приказы. – Оружие приготовить. Через пятнадцать минут общая атака. Поняли или повторить?

- Не надо, - Санчес перевернулся на живот. – Атака так атака, все лучше, чем по горам бродить…

Учебный бой оказался скоротечным. Осветили небо выхлопы из прыжковых двигателей. Джамперы обрушились на долину сверху, открыли огонь разрушители биотанков. На долю обычных пехотинцев выпало лишь добежать до окопов и взять «уцелевших» в плен.

- Что, повоевали? – спросил Жозеф, за шкирку вытаскивая из щели в камне очумело трясущего головой форсера.

Тот выглядел так, словно на голову ему упала скала. Взгляд растерянно блуждал, руки подрагивали.

- А ну-ка прекрати распускать руки! – сердитый окрик прозвучал с той стороны, где бойцы Черной Сферы соорудили что-то вроде блиндажа. Марта посмотрела туда и увидела субтактика «противника».

Покрытый каменной пылью, с кривой от злости физиономией, он выглядел довольно жалко.

- Я? – удивился Жозеф. – Я его и пальцем не тронул, выкопал только маленько. Но если хотите, могу положить на место…

И он мощным броском отправил очумело крутившего головой бойца обратно в окоп. Клацнула о камни плазменная пушка, раздраженный крик сменился невнятными ругательствами.

- Что ты себе позволяешь!? – чужой субтактик решительно направился к Жозефу. – А? Как ты, ошибка эволюции, смеешь…

- Эй, ты, - негромко окликнула Марта. Чужак обернулся, глаза его сверкнули гневом. – Ты вообще-то мертв, - она указала на черное пятно, украшавшее плечо субтактика. – А трупы не разговаривают. Так что заткнись!

Чужак покраснел, но когда взгляд его упал на зло ухмылявшегося Жозефа, резко побледнел.

- Вы, как так… - забормотал он.

- Что, оттащить этого мертвеца к унификатору? – предложил Санчес. – Было бы интересно и полезно.

- Не надо, - проговорила Марта, не спуская глаз с чужака. – Я верю, что он сам отправится туда. Ведь так?

Субтактик зло посмотрел на нее и отвернулся. Его боец вылез из окопа, открыл рот, но быстро его захлопнул и вслед за командиром побежал в сторону блиндажа.

Там собирались «погибшие».

- Вот и все, - Марта покрутила головой, разминая ноющую шею. – Мы одержали славную победу, выполнили боевую задачу, так что имеем право на отдых.

Разговор с Мигелем не шел у нее из головы. Если предположения лысого джампера верны, то вот эти парни с черным кружком в окружении языков пламени на груди готовы к тому, чтобы убить ее, да и всех остальных.

Как сказал тот субтактик – «ошибка эволюции?». Отчего бы ее не ликвидировать…

- С’Норли, немедленно ко мне! – оторвавший от мыслей голос Фернандо прозвучал очень зло.

- Есть, - ответила она.

Тактика Марта нашла у «командного пункта противника», где он разговаривал с коллегой из Черной Сферы. При взгляде на офицеров в голове закопошились тревожные мысли.

- Явилась? – Фернандо повернулся к ней, а второй тактик пошел прочь. – Что я слышу? Твой боец устроил драку?

- Никак нет.

- То есть как – нет? – глаза Фернандо округлились, он задрал нос и стал похож на хищную птицу с Земли. – Тот, кто сообщил мне это, не может обманывать. Генетически. В отличие от тебя и твоих под…

- Вы обвиняете меня во лжи? - на мгновение она потеряла контроль над собой, ощутила, как захотелось поднять верную «Ярость», нажать гашетку. Представила, как падает тело, пробитое ионным лучом…

Тактик отступил на шаг, голос у него сделался визгливым:

- Смирно! Молчать! Слушай меня! – он перевел дух. – Ты виновата в том, что в твоем звене расшаталась дисциплина! За это понесешь наказание! Вместе со своими бойцами пойдешь обратно пешком!

- Есть, - сквозь сжатые зубы ответила Марта.

- Хорошо, что ты, С’Норли, еще помнишь, что такое подчинение, и что дух Стального Кодекса еще не выветрился из твоего сердца, - Фернандо оглядел ее с ног до головы. – Чтобы до завтрашнего вечера были на базе. Дорогу, надеюсь, запомнили?

- Так точно.

- Свободна, - тактик развернулся и сделал попытку величественно удалиться.

С таким же успехом он мог попытаться взлететь.

Марта выругалась про себя и отправилась обратно к звену. Плохую новость бойцы встретили унылым молчанием. Жозеф набычился, но никто не сказал ему ни слова упрека. Промолчала даже Лия, ворчун Тадеуш похлопал могучего форсера по плечу.

Всякий понимал, что на месте провинившегося мог оказаться кто угодно.

- Вот уроды, - сказала Марта, когда в долину один за другим начали садиться вертолеты, необычайно длинные, с дополнительными парами стабилизаторов, предназначенными для противостояния бешеной атмосфере Рахонависа.

Летающие машины сохранились от тех времен, когда КОСМ вела на планете активную геологическую разведку. Ничего ценного найти тогда не удалось, но вертолеты канцелярия себе оставила.

Через полчаса около брошенных окопов осталось с полсотни форсеров, все из тех, кто шагал сюда по горам. Выяснилось, что наказано не одно звено, и что назад придется идти в большой компании.

На душе у Марты стало немного легче.

***

Столовых на территории «объекта семь» было несколько. Та, что в самом центре базы, предназначалась для офицеров старше субтактиков. В других кормили простых бойцов, и кормили, честно говоря, неплохо. Морские твари Рахонависа позволяли себя ловить, а в вареном, жареном и тушеном виде они вполне могли порадовать изнеженного человека, не говоря об уроженцах Сложных Миров.

Отстояв очередь, Марта взяла поднос, где большая миска супа соседствовала с салатом из водорослей. Пошла к угловому столу, где сидели Стефан, Рональд и еще несколько форсеров из их бригады.

- Как вы? – спросила Сара, стоило Марте сесть.

- Нормально.

Наказанные после учений вернулись на базу только час назад. В дороге провели двадцать часов, под беспрерывными грозами. Двое форсеров погибло, в одного ударила молния, другой сорвался в пропасть и разбился.

- Как же, нормально, - сказал Арджуна. – Мне приятель из третьей бригады рассказал, чего вы там натерпелись.

Марта пожала плечами и начала есть. Да, она невероятно устала, но вовсе не нуждалась в том, чтобы ее жалели.

- Говорят, что завтра еще одни учения, - сказал Рональд. – На этот раз в зоне лиманов. По пояс в воде…

Пятнадцать спутников Рахонависа создавали крайне неравномерные приливы. Порой они долго не ощущались, в другие моменты, когда тяготение крошечных лун накладывалось друг на друга, достигали невероятной силы.

Мелкие проливы между горными хребтами, а также пространные отмели большей частью оставались под водой. Но при отливах та отступала, обнажая сырые равнины, где торчали «ульи» кристаллоидов и в кучах водорослей копошились привыкшие к подобным катаклизмам твари.

- Этого еще не хватало, - поморщился Анджей. – С такой беготней начнешь мечтать о том, чтобы вернуться на передовую.

- Скоро мы на нее вернемся, - Мигель загадочно улыбнулся.

Марта едва не подавилась супом: неужели он знает, когда их погонят на убой? Но почему тогда молчит? Почему не расскажет остальным? Хотя, что они тогда сделают? Не подчинятся приказу? Но это невозможно для боевого форсера, давшего клятву сражаться за Пророка и Эволюцию!

Но как поступить, если Пророк устами командиров требует твоей смерти? Безропотно пойти на гибель или…

- Марта, ты не заснула? – только услышав голос Сары, поняла, что задумалась, не донеся ложку ко рту.

- Вы идите, - сказала Марта. – Не ждите меня. Я еле шевелюсь, поэтому буду есть долго.

- Как скажешь, - Анджей поднялся, за ним начали вставать другие. На месте осталась только Сара.

- А я подожду, – упрямо сказала она в ответ на вопросительный взгляд Марты. – Мне, если подумать, спешить некуда.

Столовая потихоньку пустела. Бойцы и субтактики тянулись к выходу, за стойкой лязгала посудомоечная машина, доносились голоса поваров. Марта неторопливо жевала, изо всех сил стараясь не заснуть.

Донесшийся от выхода крик заставил ее вздрогнуть.

- Что там такое? – Сара вскочила, вытянула шею. – О, ничего себе! Драка! И там твои, похоже!

- Что? – Марта не поверила своим ушам.

Нет, меж форсеров потасовки случались. На той же Норли мальчишки сцеплялись не реже, чем на других планетах, иногда чесали кулаки молодые мужчины. Но чтобы вот так подрались солдаты, братья по оружию, верные защитники Стального Кодекса?

Она резко встала, брякнулась об пол упавшая ложка. Увидела у самых дверей небольшую свалку, разглядела в ее центре могучую фигуру Жозефа, а рядом с ним – машущего кулаками Санчеса.

- Заешь меня черви! – прорычала Марта, отшвырнула стул и, лавируя между столами, побежала к выходу из столовой. – А ну прекратите! Немедленно!

Драчуны и не подумали о том, чтобы подчиниться, а может быть – просто не услышали. Жозеф мощным ударом свалил наземь форсера почти своей комплекции. Получил по уху от другого, но на ногах устоял. Санчес врезал еще кому-то, и когда попавший ему под руку опрокинулся на спину, Марта поняла, что это тот парень из учебного окопа.

- Стоять! – рявкнула она еще раз. – Смирно!

- А мы чего? – спросил, тяжело дыша, Жозеф, лицо которого оставалось таким же безмятежным, как всегда. – Мы легонько отбивались. Я даже не разогрелся еще.

Он взмахнул ручищей. Бойцы, окружавшие его и Санчеса кольцом, шарахнулись в стороны.

- Молчать! – Марта подошла вплотную, только в этот момент осознала, что нападавшие на ее парней форсеры сплошь новички. – Санчес, немедленно доложи, что тут произошло!

- Мне поставили подножку, - мрачно ответил уроженец Хордана. – Я споткнулся и толкнул одного из… этих, - он заскрипел зубами. – А они в драку полезли. Ну и мы врезали им как следует.

Тут Санчес не соврал. Лица многих бойцов украшали синяки, еще один держался за ухо, а двое не могли встать.

- Очень хорошо. Провокация, значит. А ну, вы… - договорить Марта не успела.

- Что тут происходит? – через дверь шагнул супертактик, командовавший оперативной бригадой, за ним – несколько бойцов с плазменными карабинами. – Драка? Я не верю собственным глазам. Ветераны поднимают руки на молодых форсеров?

- Разрешите доложить, - Марта шагнула вперед. – Тут…

- Не разрешаю, - остановил ее супертактик. – Картина ясна. Взять под стражу виновников, - он поднял руку, указывая на Жозефа и Санчеса, - вот его и вот этого. И субтактика тоже.

- Разрешите вопр…

- Не разрешаю. Вы не предотвратили драку, - командир оперативной бригады улыбнулся мягко и вместе с тем язвительно, - и, следовательно, виноваты. Ничего, несколько дней в карцере проветрят мозги кому угодно.

От обиды сдавило сердце.

Нет, в этот момент Марта не думала о себе. Но если брать под стражу виновников потасовки, то всех. И в первую очередь зачинщиков из Черной Сферы. В то, что Жозеф и Санчес затеяли побоище, просто не верилось. Обоим после суточного марш-броска по горам не до того, чтобы задирать других.

Или произошедшее в столовой – спланированная провокация против форсеров по происхождению? Часть задумки, о которой говорил Мигель?

- Руки, - один из бойцов с карабином подошел к Марте.

- Что? – она не сразу вынырнула из собственных мыслей.

- Руки сюда! Быстро!

Она позволила надеть на запястья наручники, невесомые, но очень прочные. Такие же нацепили на Санчеса и Жозефа. Всех троих повели к дверям под свирепыми взглядами новобранцев.

Супертактик зашагал впереди.

В небе сияло солнце, с востока, с моря наползали тучи, над горизонтом сверкали зарницы. На вышках стояли часовые, субтактики и рядовые ходили по своим делам. На взлетно-посадочном поле вертолет с помощью тягача закатывали на площадку огромного лифта, чтобы спустить в укрытый под землей ангар.

Слышался рык мотора, покачивались стабилизаторы, похожие на прозрачные крылья.

А Марте было до ужаса стыдно. Казалось, что все смотрят на ее позор. На то, как субтактика, участника еще стычек на Халикте, ведут под конвоем со скованными руками, точно самого настоящего преступника. Хотелось рассыпаться в пыль, умереть на месте, лишь бы не идти вот так…

А супертактик, словно нарочно, шагал без спешки.

Они миновали штаб, с севера обошли арсенал. Охранявшие его часовые из звена Рональда выпучили глаза. Стал виден вход в карцер - небольшая будка, расположенная над самым обрывом.

Низкая дверь открылась с противным скрежетом, с петель посыпалась труха.

- Заводите их, - велел командир оперативной бригады. – Наручники снимете внизу. Пусть обживаются.

И он позволил себе еще одну улыбку, на этот раз откровенно злобную.

***

- Ну, что там? – спросила Марта нетерпеливо.

- Сейчас-сейчас… - отозвался Санчес, стоявший на плечах Жозефа. – Полшага вправо. Ага, здорово… О, отлив! Всего в паре десятков метров от нас самый настоящий пляж. Осталось только спуститься и позагорать.

- В это окошко я не пропихнулся бы и в детстве, - пропыхтел Жозеф. – А что там еще, братец?

Санчес приник к крохотному неровному отверстию, что заменяло в камере окно.

Стекла в нем не было, да и размерами оно не вышло, поэтому не могло пострадать от бурь.

- Водоросли, - сказал он. – Целые кучи. Живность скачет, море вдали плещет, одна из лун в небе висит…

Карцер на базе номер семь представлял собой рукотворную пещеру в толще скалы. Сюда вел узкий и крутой коридор с вырубленными в полу ступенями, а вход в камеру запирала толстая дверь. Окошко располагалось на высоте метра в четыре, чтобы в него нельзя было заглянуть.

Но это препятствие узники, находившиеся в заключении третий день, научились обходить.

- Клянусь Пророком, там есть на что посмотреть, - заявила Марта. – Какая хоть луна?

- Кто ж ее разберет? Их на Рахонависе многовато, - Санчес поглядел вниз. – Эй, ты как, не устал?

- Слазь, братец, - ноги Жозефа дрожали, по широченной спине тек пот. – Что-то ослабел я от местной кормежки.

Еду им приносили два раза в сутки, утром и вечером. Порции были крохотные, да и разнообразием блюд не баловали – баланда из водорослей и питательной биомассы. Для оправления естественных потребностей предназначалась закрытая решеткой дыра в полу. Колодец под ней опускался до самого моря.

Из удобств еще имелись лежаки – вырубленные в стенах уступы, покрытые ветхими одеялами. Снизу, от основания скалы доносился неумолчный шум прибоя. Сегодня, когда он неожиданно замолк, узники решили добраться до окна и узнать, что случилось.

- Оп-па, - Санчес ловко спрыгнул на пол. – Интересно, чем это закончится?

- Что именно? - Жозеф уселся на лежак и принялся с кряхтением разминать плечи. – Ну ты и тяжелый, братец. Тощий вроде бы, а весишь не меньше меня. Или кишки у тебя тяжелые?

- Наше заключение, - пояснил уроженец Хордана, не отвечая на явно риторические вопросы.

- Нас могут либо расстрелять, либо спустить дело на тормозах, сделать вид, что ничего не произошло, - проговорила Марта. – Сейчас командиры, скорее всего, решают этот вопрос.

О предположениях Мигеля она рассказала товарищам по несчастью еще в первый день заключения. Жозеф воспринял рассказ эмоционально, помрачнел и почти на сутки ушел в себя. Санчес только кивнул и сказал, что он тоже подозревал чего-то подобное, но молчал.

А вчера они обсуждали, что делать, если их и вправду пошлют на убой ради пользы Эволюции. Долго спорили, но к единому мнению так и не пришли. Сошлись лишь в том, что в происходящем виноват, скорее всего, не сам Пророк, а высшие офицеры, решившие свалить вину за собственные промахи на форсеров по происхождению.

- Расстрелять, хм… - Жозеф замолчал, вслушиваясь в донесшиеся из-за двери шаги. – Это еще что? Для ужина еще рано…

- Дополнительный паек тебе принесли, - хмыкнула Марта.

Дверь открылась, в нее заглянул мрачный форсер из Черной Сферы с карабином на руке.

- Выходите. На допрос, - сказал он.

- Наручники надевать не будете? – с издевкой поинтересовался Санчес.

- Обойдетесь, - буркнул боец. – Живее.

Конвойных оказалось шестеро, по двое на каждого из узников, и все с оружием.

«Боятся» - подумала Марта, шагая по лестнице. Когда вышли на поверхность, свет солнца показался болезненно ярким.

- При любой попытке к бегству мы будем стрелять, - сообщил возглавлявший конвой субтактик. – Так что ведите себя тихо.

Ответа он не дождался.

Через удивительно пустынную базу узников отвели в штаб, в небольшую комнату на втором этаже, где ждал давешний супертактик.

- Привели? – спросил он. – Отлично. Двое останьтесь тут, остальные в коридор. А вы трое – садитесь.

В комнате стоял обычный конторский стол, перед ним – три стула. На стене за спиной супертактика висел портрет Пророка – седые волосы, суровое лицо, властный взгляд.

- Значит, так, - когда узники сели, супертактик задумчиво пощелкал сенсорами стоявшего на столе вычислительного центра. – Варианта у вас два. Первый – вы признаете вину. Это позволяет ограничить наказание отправкой на рудники. Второй – вы упорствуете. Тогда я вынужден буду прибегнуть к высшей мере – насильственной унификации.

- А какую именно вину мы должны признать? – спросила Марта, ощущая исходившую от офицера враждебность.

- В том, что устроили беспорядки.

- Но это же неправда, - встрял Санчес. – Драку затеяли вот их соратники, - он кивнул в сторону стоявших у дверей конвойных. – Нам пришлось защищаться. А субтактик здесь вообще не при чем.

- Это всего лишь ваш взгляд на случившееся. И он в корне неверен, - мягко проговорил супертактик.

- Вы в этом уверены? – вмешалась Марта. – Я там была, а вы нет. Но сдается мне, что правда в этой истории интересует вас меньше всего. Вам нужно найти, как это говорят люди, «крайних»…

Командир оперативной бригады побагровел, глаза его блеснули, из горла вылетел глухой кашель.

- Что? Как вы… Какой вариант вы выбираете?

- Я не пойду против седьмого параграфа, - сказала Марта. – Стальной Кодекс запрещает ложь, и нарушать его я не собираюсь.

- И я, - Санчес улыбнулся.

- И я, - кивнул Жозеф.

- Ну, хорошо… - субтактик на миг задумался. – Я понимаю, вас переполняют эмоции, обычные для столь примитивных созданий. Поэтому я дам вам время на размышления. Уведите их.

Один из конвойных шагнул вперед и ткнул Марту стволом в спину. Второй открыл дверь.

Настало время возвращаться в карцер.

Глава 8

Воин Пророка.

3.

- …особо опасны те отступники, чей генетический брак не заметен обычному глазу. Те, чье отклонение от магистрали Эволюции проявилось не в уродстве или дисфункции внутренних органов, - голос у невысокого, почти квадратного тактика был гнусавый и очень неприятный, - а в аномалиях поведения. Именно среди таких форсеров коренятся будущие отступники, бунтовщики, и те, кто противится воле Пророка. Теперь углубим тему…

- Я больше не могу, - прошептал сидевший рядом Андре. – Сейчас засну.

- С ума сошел? – так же тихо отозвался Оле. – Только закрой глаза, и все звено из-за тебя отправится вывозить в джунгли фильтры из санитарных блоков.

- Эх, кудрявые небеса, - пробурчал Андре и выпрямился, в глазах его, устремленных на тактика, мелькнуло недовольство.

Занятия по «генетической грамотности» на военной базе «Хордан-Центр» начали проводить неделю назад, после того, как размещенные тут части прошли экспертизу и дополнительную модификацию. После завтрака и построения бойцов стали загонять в помещения штаба и в течение часа пичкать разной информацией. Для этой цели на базе появились специально обученные офицеры никак не боевой модификации.

Они горячо и убедительно вещали о преступлениях людей против форсеров, о задачах Эволюции и величии Пророка. Но чаще всего о том, насколько опасны предатели интересов собственной расы, как вредны генетические отклонения и те, в чьих телах они имеются.

За невнимание, проявленное на занятиях по генетической грамотности, бойцов наказывали, причем за зевок одного страдало звено, а за провинность нескольких – бригада.

А грязных и неприятных работ для штрафников на базе хватало всегда.

- Особенно часто генетические отклонения проявляются у тех, кто прошел модификацию в числе первых, когда технология не была отработана, - продолжал вещать тактик. – И что особенно страшно, даже боевую модификацию. Многие из тех, кто сражается за Пророка и Эволюцию с первого дня агрессии людей, не подозревают, что несут в себе отравленные зерна атавистических привычек…

В учебном классе, переделанном из запасного командного пункта, царила полная тишина. Слышно было, как за бронестеклами окон колотит по земле дождь и яростно воет ветер.

- Нет здесь их вины, но есть долг каждого форсера подчиняться интересам Эволюции. Сделать все, чтобы она не останавливалась ни на мгновение и чтобы истина Стального Кодекса разнеслась по всем уголкам Галактики. Слава Пророку! – закончил выступление тактик. – Вопросы?

- Слава Пророку! – отозвались бойцы.

Отсутствие вопросов тоже расценивалось как невнимание, поэтому многие подняли руки.

- Ты, - тактик указал на рыжего плечистого бойца из первого звена.

- Есть! – тот поднялся. – Разрешите узнать, как именно отличить зараженного атавизмом форсера от того, кто просто ведет себя неправильно?

- Тот, чей генетический код верен, а модификация совершенна, не может вести себя ошибочно! – глаза тактика сверкнули. – Всякие просчеты и странности в поведении, и особенно то, что называется эмоциями – признак того, что это потенциальный враг. Теперь ты!

Вскочил субтактик пятого звена, смуглый, с удивительно маленькой головой, в которой непонятно как убирался мозг.

- Разрешите узнать… - начал он.

Еще после десятка вопросов тактик смилостивился.

- Хорошо, - сказал он. – На сегодня достаточно. Вы показали внимание и прилежание. Все свободны!

- Служим Пророку! – рявкнули бойцы и начали вставать.

Когда вышли из здания штаба на улицу, дождь закончился, на пластобетоне плаца остались лужицы, похожие на маленькие зеркала.

- У меня череп увеличился в два раза! – сообщил Джон так громко, что его, скорее всего, услышали даже часовые на периметре. – Чувствую себя не боевым форсером, а умником, что…

- Отставить болтовню, - прервал его Ференц. – Сейчас вспомнишь, кто ты такой есть. А ну строиться в направлении склада.

И они вместе с еще тремя звеньями затопали к складу, где ждали разгрузки три больших транспортера. Тут обнаружился дежурный офицер, злой, точно зеленоглазый хорданский ящер, у которого в канун периода спаривания отвалились рога.

- Быстро! – рявкнул он так громко, что Оле едва не оглох. – Задержите машины хотя бы на пять минут – в джунгли отправлю!

Воспоминания о занятиях по генетической грамотности вылетели из головы. Бойцы выстроились цепочкой, начали передавать друг другу пластиковые ящики, бока которых украшала надпись «Комбинат «Заря», Флора».

В них что-то негромко позвякивало.

- Трофейные, - проговорил оказавшийся рядом Петр, тощий и жилистый боец родом с Норли, передавая очередной ящик. – Будут кормить нас человеческой едой.

- Именно, - Оле отправил груз дальше. – Ты что-то имеешь против нее?

- Нет, ни в коем случае. Я и против людей ничего особенного не имею. С ними все ясно – враги и враги себе. Я думаю, мы давно бы одолели их, если бы не эти… - он закряхтел, когда новый ящик едва не съехал с рук, - зараза… предатели, что притворяются нашими братьями…

- Это какие?

- А о которых нам каждый день рассказывают. Эти… - Петр нахмурился, вспоминая сложное слово. – Девианты, мутанты и форсеры по происхождению, что родились на самом деле людьми, да ими и остались…

- Ты думаешь, они все предатели? – Оле вспомнил родной Фатум, мать-воспитательницу, седую, хотя и моложавую; Седрика, старого шахтера, что так часто рассказывал молодым форсерам о родной Земле; водителя Харви, погибшего на поверхности, когда отказала система охлаждения вездехода…

И они предатели? Верилось в это с трудом.

- Ну, потенциальные, - Петр вспомнил еще один заковыристый термин и гордо улыбнулся. – Им нельзя доверять. Понятное дело, ведь они совершенно непредсказуемы, у них есть… эти, эмоции.

По лицу уроженца Норли было видно, что сам он верит в то, что говорит, и в то, что сам чувств лишен.

- А ведь и правда… - Оле задумался и едва не уронил очередной ящик на ногу Джону, за что удостоился сурового окрика.

На самом деле из занятий по генетической грамотности выходило, что все, кто родился человеком, склонны к мятежу. Все, кто стоял у истоков расы форсеров, кто в сражениях и трудах вырвал у Эволюции право на существование.

Но ведь такого не может быть! Или может? Или правда настало время проверить каждого?

- Не спи, приятель, - проходивший мимо Ференц сердито глянул на Оле, и тот поспешно тряхнул головой.

В любом случае Пророк решает, что лучше, а что хуже для его детей.

А уж он не может ошибаться!

Успокоив себя этой мыслью, Оле отогнал сомнения и вновь принялся за работу.

***

Утро занималось над базой сырое и ветреное. По небу волокло облака, похожие на черные перья, джунгли окутывал липкий, густой туман. Из него доносились полные злобы вопли обитателей Хордана.

- Ну и погодка, - пробурчал Оле, когда бойцов вывели из казармы на утреннюю пробежку.

- Точно, - согласился Андре. – А нам сейчас круги вдоль периметра наматывать, дышать этой гадостью.

Для него, привыкшего к сухости и пеплу Регеда, любая сырость была неприятна.

Но пробежка в это утро не состоялась. Привычный распорядок оказался нарушен приказом грузиться в транспортеры.

- Как думаешь, куда нас посылают? – осторожно поинтересовался Оле у Ференца, когда звено бегом направилось к южным воротам базы.

- Боевой форсер должен быть готов воевать за Пророка и Эволюцию где угодно, - ответил субтактик. – Подобный вопрос является признаком неуверенности, то есть генетического отклонения, а ты, если следовать логике, потенциальный предатель. Нужно тебя прямо на месте расстрелять.

Только заметив в глазах командира насмешливый огонек, Оле понял, что над ним подшучивают.

На стоянке у ворот обнаружились огромные старые транспортеры с открытыми кузовами. Погрузку закончили за несколько минут, и машины принялись выруливать к воротам.

- Если честно, то я не знаю ответа на твой вопрос, парень, - сказал Ференц, наклонившись к Оле. – Скорее всего, туда, где свистят пули. Чтобы мы смогли проверить в деле новый имплантант и узнать, на что он годится.

Во время дополнительной модификации им на самом деле вживили под кожу стимулятор регенерации. Все тогда пережили операцию на удивление легко. Сам Оле полностью восстановился за сутки.

Но вот случая проверить, как эта штука работает, до сих пор не было.

Открылись ворота внутреннего периметра, за ними – внешнего. Транспортер выехал на проложенную через джунгли дорогу. В этот момент все бойцы без всякого приказа взяли оружие наизготовку.

Слишком хорошо они знали, сколько неожиданностей таит чащоба Хордана.

На потрескавшемся и покрытом рытвинами пластобетоне машину начало трясти. Разговаривать без помощи ком-линка стало невозможно. Замелькали обочины, лежащие там стволы срубленных деревьев, растущие прямо сквозь них молодые побеги. Шофер транспортера увеличил скорость до возможного в таких условиях максимума.

Поэтому, когда он был вынужден резко затормозить, бойцов, сидевших на длинных лавках, побросало друг на друга. Скрежет тормозов и скрип шин перекрыли многоголосые ругательства:

- Твою канистру!

- Рехнулся?

- Ой, зараза!

- Долбанный идиот!

Оле врезался головой в борт, через мгновение на него свалился кто-то тяжелый, воткнул в живот нечто острое.

- Уххх… - на то, чтобы сказать что-то более осмысленное, не хватило дыхания.

- Извини, - тяжелым оказался Джон со своей мортирой. – Живой? Не покорежил я тебя?

- Нет… вроде нет… - на первый взгляд руки и ноги были целы, а гул в черепушке – дело привычное.

- Всем тихо, - спокойный голос тактика прозвучал прямо в голове. – Дорога оказалась разрушена землеройкой. Ремонтное звено приступило к работе. Надеюсь, что сможем восстановить движение через пятнадцать минут…

Причина резкой остановки стала понятна. Землеройка, безобидно выглядящая тварь с ладонь размером, способна прогрызть все что угодно, даже титановый сплав. Когда стая из сотни таких животных мигрирует, за ней остается ров глубиной в пару метров.

И возникает он за несколько часов.

- Оружие приготовить, - сказал Ференц, - и глядеть во все стороны. Стрелять на любое движение…

Со стоявшего впереди транспортера сорвался плазмоид, с шипением исчез в листве.

- Или на звук, - добавил субтактик.

Яков поднял ионное орудие, Джон оставил в покое мортиру, бесполезную на малой дистанции, надел на руку плазменный карабин. Остальные вскинули пушки, присели за бортами.

Незачем изображать мишень для тварей, что плюются ядом или мечут отравленные шипы.

- Тихо как… - прошептал Андре, водя стволом из стороны в сторону.

- И ты молчи! - цыкнул на него Ференц. – Не мешай другим слушать!

Что-то крылатое, черное стремительно и молча вывалилось из зарослей. Прыгнуло на транспортер. Оле успел разглядеть оскаленную морду, острые клыки. Упал на спину, почувствовал, как рвануло за плечо. Выстрелил твари вслед, но не попал, плазмоид ушел в небо и там лопнул.

- Прыгающий вампир, - сказал родившийся на Хордане боец из девятого звена. – Ловок ты, увернулся от него...

- Ага, - Оле поднялся, оглядел плечо.

Там остались три ровных, очень глубоких царапины. В них пузырилась белая жидкость, торчали клочья химериновых волокон.

- Кости не задеты? – деловито поинтересовался субтактик. – Двигать рукой можешь? Ну и отлично. Жить будешь, этот вампир вроде бы не ядовитый.

- Не ядовитый, - подтвердил хорданец. – Вот только он повторяет атаку до тех пор, пока жертва не истечет кровью…

Но второе нападение вампиру не удалось. В этот раз бойцы среагировали как надо. Не успел хищник появиться из зарослей, как его встретили три плазменных разряда. И на землю упала обугленная тушка.

- Ловко, - одобрительно сказал Петр. – Всегда бы мы так мстили за раны соратников.

Оле успел только улыбнуться, как пришлось опять стрелять. С содержимым очень большой железной коробки на колесах решил познакомиться клопомор – тварь не очень крупная, но зато немыслимо ядовитая.

А повреждение на плече исчезло невероятно быстро. Через двадцать минут, когда колонна тронулась, остались только тонкие белые шрамики. А еще спустя час пропали и они, не оставив малейшего следа.

Новый регенеративный имплантант показал себя с лучшей стороны.

***

- А вон там, если за те горы перебраться, - Андре говорил вдохновенно, с пылом истового рассказчика, которому все равно, слушают его или нет, - находится наш самый большой город, Дроухольм. Я там был всего один раз, правда, когда нас возили на тестирование. А не доезжая до него – крупнейшие рудники. Их еще люди начали осваивать. Там остатки их первого поселения сохранились.

Если послушать Андре, то Регед, планета негостеприимная и суровая, была самым интересным и приятным местом в Галактике.

Хотя на взгляд тех, кто родился не здесь, все обстояло немного по-другому. Серая, бесплодная пустыня, зубцы гор на горизонте, вездесущий пепел, затянутое дымом небо, землетрясения и багровое солнце – этот набор не радовал ни зрение, ни слух, ни обоняние и прочие органы чувств.

Дышать тут с непривычки было тяжеловато.

- Но самые интересные места находятся на востоке, - продолжал говорить Андре, не обращая внимания на кислые взгляды соратников. – Там расположено Огненное кольцо, огромная горная цепь, вся из вулканов…

Слушать байки уроженца Регеда бойцам приходилось третий день, начиная с того момента, как они миновали портал с Хордана. Язык у приятеля Оле по учебному центру работал бесперебойно.

- Когда-нибудь я его убью, - проговорил Ференц, задумчиво глядя на Андре. – Отрежу руки и ноги… или нет, лучше оставлю без воды… или нет, отправлю без оружия в лес Хордана… или нет…

- Ты определись, - укоризненно покачал головой сидевший рядом с субтактиком Яков. – А то нехорошо так парня мучить.

Бойцы засмеялись.

- Э, что я такого сказал? – Андре недоуменно завертел головой.

- Ничего-ничего, - сонно пробурчал Джон, наловчившийся дремать под бормотание соседа по лавке. – Ты это, продолжай бухтеть… про огненные кольца, бодрое сопение вулканов и ласковый свет горячей лавы…

Смех стал громче. Андре только рукой махнул.

Примерно через час дорога, тащившаяся меж черных, засыпанных пеплом холмов, повернула к северу. Стала видна огромная рама портала, уютно расположившаяся в узкой ложбине.

- Очередной проход, - сказал Оле. – Вот только куда? На Флору?

- Нет, - проговорил субтактик одиннадцатого звена. – Через тот мы проезжали. Во время первой атаки. Там скалы были чуть в стороне, красные. И пепла меньше. Ты это помнишь, Ференц?

- А то. Славные были времена. Так что нас ждет либо Трясина, либо Антион.

Их транспортер проехал мимо здания контрольного пункта, над которым вился серый от пепла флаг КОСМ. Подпрыгнул на довольно большой кочке и въехал в пасть портала.

Оле моргнул, отогнал желание ухватиться за что-нибудь, и огляделся.

Серое небо висело низко, казалось – протяни руку и достанешь. На его краю в тучах угадывалось что-то, похожее на солнце. Над протянувшейся во все стороны равниной стелился плотный туман, кое-где блестели небольшие озера, торчали кочки, увенчанные пышными кустами.

Тут было сыро, слабый ветерок нес резкие запахи гниющих растений и падали.

- Трясина, - уверенно определил субтактик одиннадцатого звена. – Вот только с кем тут воевать?

- Скоро узнаем, - ответил ему Ференц. – А пока придется сражаться с москитами…

И он хлопнул себя по щеке.

Через несколько мгновений бойцы дружно махали руками, отгоняя от себя летучих и кусачих тварей. Те тучами надвигались от топей, возбужденно жужжали. Ухитрялись не отставать, хотя машины ехали с приличной скоростью.

- Оп-па, - сказал Оле, пришлепывая насекомое, усевшееся ему на шею, и с удивлением разглядывая длинный и острый хоботок, округлое полосатое тельце и три пары крыльев, длинных и прозрачных. – Экая штука. Они, похоже, еще и ядовитые?

- Конечно, - отозвался Андре, еще не вышедший из образа «ходячего путеводителя». – Но химерин не прокусывают. Хотя стараются изо всех сил, - он сморщился и ударил себя по плечу.

Так и ехали дальше, перебивая шум мотора шлепками и ругательствами. Колеса смачно чавкали по грязи там, где пластобетонная лента дороги слегка просела и оказалась ниже уровня болот. Пейзаж совершенно не менялся – одни кочки уступали место другим, на горизонте неподвижно стояли облака.

Солнце висело на месте, точно его закрепили шурупами.

- Ага, хоть что-то новое, - заметил Ференц, когда из тумана выплыли невысокие дома, ограда, отделяющая их от болота. – Поселок?

Селение не было особенно большим и занимало возвышенность, что по меркам Трясины выглядела настоящей горой. На одной из окраин виднелась станция очистки воды, а в центре располагалась довольно просторная площадь.

Стоявшие на ней транспортеры были белыми, хотя немного грязными, и никак не военными.

- Это что такое? – осведомился проснувшийся Джон. – Останавливаемся?

И в самом деле машины с бойцами притормаживали, сворачивали так, чтобы встать по краям площади.

- Всем покинуть транспортеры, - зазвучал в ком-линке голос тактика. – Общее построение!

Оле поднялся, несколько раз присел, разминая одеревеневшие от долгого сидения мышцы бедер.

- Э, да тут сухо? – донесся голос спрыгнувшего на землю Петра.

- И москитов почти нет, - добавил Андре. – Вон та штука их, наверное, отгоняет, - и он ткнул пальцем в сторону очень тонкой башни, поднимавшейся над зданием поселковой администрации.

Глядеть на нее прямо было неприятно – глаза начинали слезиться и болеть.

Оперативная бригада выгрузилась и построилась, превысив мыслимые и немыслимые нормативы по скорости.

- Равняйся! Смирно! – перед строем появился Малосс, спокойный и безупречный, как всегда. – Вольно! Воины Эволюции, для нашей расы настал час великого очищения. В этот сложный момент, когда борьба достигла невероятного напряжения, мы должны обрести единство. И первый шаг на этом пути – избавиться от всех тех, кто мешает, от потенциальных предателей и…

Из последующей речи стало ясно, что Трясина будет первой планетой, где население поголовно пройдет через генопсихическую экспертизу. Те форсеры, в организмах которых обнаружат генетический брак, подвергнутся ремодификации. Безнадежные – отправятся приносить пользу Эволюции на рудники Фатума. Ну а безупречные – останутся на своих местах.

- Приказ о тотальной проверке отдал Пророк, - сказал Малосс в завершение. – Но даже его слово не является законом для тех, кто полон эмоций и иных признаков атавизма. Посему вероятно сопротивление. Чтобы подавить его, агентов очищения, - тут стратег показал в сторону белых транспортеров, - будете сопровождать вы. Каждую лабораторию – боевая бригада. И пусть не дрогнет ваша рука, когда оружие обратится против бунтовщиков. Да свершится это во славу Эволюции и Пророка!

На подобном заявлении речь закончилась.

- А он спрашивал – с кем воевать, - радостно сказал Петр, когда прозвучала команда «Разойдись». – Все понятно, с бунтовщиками и предателями. Их надо давить всех, в зародыше…

- Хватит болтать, - прервал его Ференц. – Пошли со мной. С местного склада нам должны выдать какую-то дрянь, чтобы паразитов отпугивать. Обед, говорят, через час. А через два выступаем.

Они ушли, вернулись через пятнадцать минут с двумя упаковками капсул вроде тех, в которых обычно хранят подпитывающую жидкость для брони.

- Держите, - сказал субтактик. – Вставлять в слот на спине. Тот состав, что в ней, сделает наш запах мерзким для москитов.

- Только для москитов? – уточнил Джон, внимательно разглядывая капсулу.

- Если хочешь, то и для людей, - добавил Ференц. – Они от твоего аромата сами будут в плен сдаваться. А ну за дело, резаные мозги. Нечего лениться. Через пятнадцать минут чтобы все воняли…

Оле вставил капсулу на место. В спинном слоте щелкнуло, по коже пошла легкая щекотка.

- Честно говоря, я мечтал о другом, - сказал Андре, проделав ту же операцию. – О том, что мы будем воевать с настоящими врагами, а не с потенциальными… ну, ты понимаешь?

- Не нам решать, какие именно враги опаснее, - Оле глянул на приятеля с недоумением и процитировал шестой параграф Стального Кодекса. – Будь доволен судьбой, что тебе выпала, и не ищи лучшей.

- Я и не ищу, - вздохнул уроженец Регеда. – Просто как-то погано… а ладно, забудь.

И он залихватски, но все равно криво, улыбнулся.

Глава 9

Дочь эволюции.

6.

Проснулась Марта от далеких, приглушенных криков. В первый момент решила, что ей примерещилось. Но прислушалась и уловила, что через окно камеры в самом деле доносятся вопли и какой-то грохот.

- Что там творится? – пробормотала она. – Или у меня в этом заключении совсем крыша поехала?

С того момента, как их водили на допрос, прошло много дней. За это время узников не побеспокоили ни разу, о них словно забыли. Оставили в подземелье умирать от скуки и скудного питания.

Громыхнуло, сверху на подоконник упал синеватый отзвук.

- Это еще чего? – на лежаке зашевелился Жозеф. – Мне что, опять война снится? Леса Лониса, чтоб им сгореть?

- Нет, тебе снится наша камера, - ответил Санчес. – А вот наверху, судя по всему, кто-то здорово развлекается.

Некоторое время не происходило ничего, затем донесся отдаленный гром. Гроза накатила, как всегда на Рахонависе, стремительно. Зашумел дождь, журчащие струйки полились в окошко, заревел ветер.

- Представление закончилось… - сонно пробормотал Жозеф.

Марта вновь уснула, но ненадолго. Распахнула глаза, когда загрохотало прямо над ухом.

- Эй, вы тут!? – далекий голос показался знакомым.

- Мы-то тут, а ты чего оре… - начала она и тут узнала: - Рональд?

- Здесь они! – завопил за дверью камеры еще кто-то. – Пароли от замка так и не добыли?

- Ничего, откроем универсальной отмычкой, - зашипело, пополз запах расплавленного металла. Дверь качнулась и как-то кособоко открылась, через порог ворвался Рональд, вооруженный плазмаганом.

За ним повалили еще форсеры, оживленные, громогласные и веселые. Марта узнала Лию, Тяна, бойцов из звена Рональда. Ее подняли с лежака, начали хлопать по спине, спрашивать о чем-то.

Происходило нечто совершенно невероятное, нелогичное, необъяснимое исходя из обычного порядка вещей.

- Что, укуси меня сколопендра, творится? – донесся через поднявшийся гвалт рык Жозефа.

- Вы свободны! – высокопарно ответил Рональд. – Надуманные обвинения сняты!

- Кем именно? – уточнила Марта, ощущая неясную тревогу.

- Э… ну, - чудо-техник почесал в затылке. – Можешь считать, что новым командованием базы номер семь.

- А куда делось старое?

- Большей частью ушло в отставку, в лоб им магнит. Кое-кто навсегда.

- Вы что, восстали против офицеров? – в голосе Санчеса прозвучало что-то похожее на ужас.

Для боевого форсера почти невозможно просто не подчиниться команде. А уж пойти против того, кто отдает приказы, поднять на него оружие…

Понятно, что Марта в свое время думала лишь о неповиновении.

Но одно дело строить такие планы, и совсем другое – взяться за их выполнение!

- Нет, - проговорил Рональд сурово, и в камере стало тихо. – Мы восстали против судьбы, что уготовили нам извратившие учение Пророка предатели. Именно они составили план избавиться от нас, бросить под ракеты и пулеметы людей…

- Ну надо же, - сказала Марта, ощущая, что голова у нее кружится. – Кто бы мог подумать, что такое возможно. И много тех, кто думает сходным с тобой образом? И уж не стрельбу ли по предателям слышали мы перед грозой?

- Все, кто прибыл сюда с Фрио, пошли за нами, - чудо-техник пожал плечами. – Понятно, что другого пути у тех, кого «новые» форсеры называют «ошибкой эволюции», нет. Или свобода или гибель. Мы выбрали свободу.

- Ой, мама… - пробормотал Жозеф. – Дайте мне кто-нибудь хорошего подзатыльника. А то такое чувство, что я сплю…

Желающих нашлось предостаточно.

Рональд протиснулся через галдевшую толпу к Марте, взял ее за локоть и повел к двери.

- Пойдем, - говорил он на ходу. – Пусть радуются, у нас есть дела поважнее. Верным надо как можно быстрее организоваться. Перебить всех предателей на Рахонависе за одну ночь невозможно. Мы…

- Верным?

- Так мы себя называем. Только мы на этой планете остались верны учению Пророка, - Рональд практически бежал по лестнице и вел Марту за собой. – Замысел командования, желавшего собрать нас в штрафную бригаду, стал понятен всем после твоего ареста. Я с помощью земляков связался с бойцами на других военных базах, где стоят ветераны, и объяснил ситуацию…

- Так восстание не только у нас?

- Ха-ха! – в голосе чудо-техника прорезалось торжество. – В настоящий момент Верные захватили контроль над шестью из десяти номерных «объектов». Офицеры-предатели убиты или взяты в плен. Сопротивлявшиеся новички-болванчики разбиты, оттеснены в горы.

- Ага… - Марта почувствовала, как у нее ослабели ноги.

Она и представить не могла, что такое вообще возможно. Объявить офицеров предателями, действовавшими без ведома Пророка и вопреки его воле – ловкий ход. Но помилует ли создатель форсеров восставших бойцов, потерпит ли неповиновение? По всему выходило, что нет.

А это значит – сегодняшними стычками все не закончится. На Рахонависе остались части, сформированные сплошь из новичков. Их командиры без сомнения получат приказ уничтожить мятежников.

Они выбрались на поверхность, и тут Марту ожидал еще один сюрприз.

Небо было чистым, три луны, находившихся в разных фазах, бросали пепельный свет на базу номер семь. Хорошо было видно, что на месте нескольких казарм догорают развалины. Вышка на углу периметра лежала на земле, там и сям валялись тела. Воняло горелым химерином и жженым мясом.

- Мы предложили им сдаться… - проговорил Рональд. – Но они не захотели. Пришлось стрелять…

- Я вижу, - Марта сглотнула. – Куда ты меня ведешь?

- В штаб. Там сейчас состоится заседание комитета бойцов Первой Свободной Бригады. Комитет теперь вместо старших офицеров, а бригаду мы создали из ветеранов, что были на базе…

Они миновали одну из разрушенных казарм, рядом с которой от запаха гари першило в горле. Прошли ВПП, куда деловитые бойцы сносили тела. При взгляде на груду трупов Марте захотелось одновременно ругаться и плакать, смеяться и врезать кому-нибудь кулаком.

Чтобы собственная боль убедила ее в том, что происходящее реально.

Штаб, судя по виду, взяли штурмом очень быстро. От двери остался обгорелый проем, стены кое-где оплавились, но сами помещения почти не пострадали.

- Вот, мы пришли, - сказал Рональд, когда они поднялись на третий этаж, в большой зал для заседаний.

Его центр занимал обширный стол. В креслах вокруг него, судя по всему, сидели те, кто вошел в комитет бойцов.

- Рад, что ты с нами, значит! – Марте приветливо помахал низкорослый и бородатый танкист по имени Даррен.

Без особого удивления обнаружила во главе стола Мигеля, рядом с ним Стефана в компании еще нескольких субтактиков и простых бойцов из разных боевых бригад. Все выглядели донельзя суровыми и сосредоточенными.

- Привет, заходи, - проговорил лысый джампер. – Мы как раз тебя ждем.

- Меня? – она подошла к столу, не чувствуя ног.

- Да. Ты вошла в комитет бойцов и должна принять участие в обсуждении. Мы обязаны как можно быстрее выбрать командира Первой Свободной Бригады. А затем решить, кто станет ее представителем в объединенном штабе Верных. Все понятно?

- Да, - больше ничего Марта в этот момент сказать не смогла. Слишком резким оказался контраст: час назад она была узницей, обвиняемой в преступлении, а теперь свободна и будет определять чью-то судьбу…

Мигель чувствовал себя куда более уверенно.

- Можете предлагать кандидатуры, - сказал он. – Честно говоря, мы все не очень годимся на роль старших офицеров. Тут нужен форсер с особыми имплантантами. Но, увы, среди нас нет даже тактика…

- Почему бы ни поставить старшим тебя? – предложил незнакомый Марте субтактик. – Ты неплохо справляешься.

- Нет, - лысый джампер с видимым сожалением покачал головой. – Кто будет командовать штурмовыми звеньями?

- Тогда Марту, - сказал Рональд.

- Нет, вы что? – она поспешно замотала головой. – Я для таких дел не гожусь. Лучше тебя, ты хотя бы знаешь Рахонавис.

- Ну и что с того? – пожал плечами субтактик-танкист. – Это не аргумент. Такого знатока лучше сделать начальником штаба.

- Стефан, - предложила Марта. – Умен, выдержан, большой боевой опыт, умеет ладить с бойцами.

Уроженец Демона нахмурился, но промолчал.

- Почему бы и нет? – спросил Мигель. – Честно говоря, я поддерживаю. Если у кого есть возражения, пусть скажет сейчас…

Дискуссия оказалась на диво короткой и закончилась всеобщим согласием.

- Занимай мое место, - сказал Мигель. – И командуй Первой Свободной Бригадой. Поздравляю с внеочередным, - он тихо хмыкнул, - повышением.

- Спасибо, - только по сжатым кулакам и подрагивающим губам видно было, что Стефан волнуется. – Не ожидал, демон побери. Ну я… хм, постараюсь справиться. А теперь, - он заговорил деловым тоном, - необходимо выбрать делегата в объединенный штаб Верных. Предлагаю тебя, Марта.

Она вздрогнула от неожиданности.

- Меня? – возглас получился писклявым, но никто даже не улыбнулся.

- Тебя. Ты видела Землю, воевала на Лонисе и Халикте. Знаешь куда больше, чем многие форсеры. Я уверен, что ты будешь принимать верные решения на благо тех, кто сохранил преданность Эволюции.

Сердце Марты застучало часто-часто. Она открыла рот, собираясь заявить, что не готова к такому, что до ужаса боится ответственности, что не хочет менять привычную жизнь командира звена на что-то другое. Но внезапно поняла, что ее личные мотивы не имеют значения в тот момент, когда речь идет о судьбе всей расы.

И промолчала.

- Ее можно, - неожиданно заявил Даррен. – Мои парни, будь они рядом, сказали бы «да» и помахали клешнями.

- Поддерживаю, - высказался еще один незнакомый субтактик со страшным шрамом на щеке.

- За свое звено не беспокойся, - Стефан, судя по всему, прочитал мысли Марты по ее лицу. – Его расформируем, а бойцов распределим по другим. Так же, - он помрачнел, - придется поступить и с моим. Ты можешь взять с собой пару форсеров в качестве телохранителей.

- Лучше ионное орудие, - сказала она, на лицах субтактиков появились улыбки. – И еще… Санчеса, пожалуй. Если кто и годится на что-то в одиночку, так это он. Надеюсь, он не пострадал сегодня ночью?

- По-моему, нет, - кивнул Рональд. – Сейчас я свяжусь с Сарой. Она найдет твоего парня. А ты иди, собирайся, и отправляйся на ВПП. Вертолет готов, нужно взлететь, пока грозы нет.

- Счастливо тебе добраться, - Мигель улыбнулся. – Надеюсь, что мы еще увидимся. И да пребудет с тобой сила Эволюции.

- Ага. Всем пока, - и Марта развернулась и зашагала к выходу.

В голове царил полный сумбур. Еще недавно все было четко и ясно – с одной стороны люди, враги, с другой ты и соратники, форсеры. А теперь они намереваются сражаться против сородичей, поднять оружие на таких же детей Сложных Миров.

И впереди – полная неизвестность.

***

Коснувшись взлетно-посадочной полосы, вертолет чуть заметно вздрогнул. Пилот развернулся и показал сидевшим за его спиной пассажирам большой палец. Марта в ответ слабо кивнула.

В воздухе они провели всего пару часов, но это время показалось ей вечностью.

Взлетели нормально, но едва успели набрать высоту, их догнала очередная буря. При первой молнии, прошедшей рядом с вертолетом, Марта вжалась в кресло и принялась ждать смерти.

Летающую машину бросало и трясло, как сухой лист, амортизаторы раскачивались. Пилот невозмутимо шевелил рукоятками, а Санчес поглядывал в окно с таким интересом, будто смотрел телевизор. Далеко внизу проплывало море – светившееся, переливавшееся оттенками лилового, сиреневого, розового…

Гроза закончилась, когда до военной базы, обозначенной на картах как «объект девять», осталось меньше пятидесяти километров. Но напряжение не отпустило Марту, мышцы были словно каменные, одолевало подозрение, что из темного неба шарахнет новая молния.

- Прибыли, - сказал пилот, когда стих рокот двигателя. – Вылезайте. Там вас ждет теплая встреча. А мне опять машину чинить. Электронные блоки из строя вышли. Долетели на ручном управлении.

Вертолетчики, как и остальной вольнонаемный персонал базы семь, состоявший из местных уроженцев, перешли на сторону Верных в первый момент восстания.

- Ага, спасибо, - проговорила Марта, отстегивая страховочные ремни.

Открылся люк в борту, и они с Санчесом выбрались на мокрый пластобетон ВПП.

На первый взгляд девятый объект ничем не отличался от седьмого – те же казармы, периметр с вышками. Разве что разрушений тут было куда меньше, и не так сильно пахло горелым.

- Марта С’Норли? – навстречу шагнул невысокий плотный форсер. – Прошу за мной.

- Иду.

И они зашагали вслед за провожатым.

- Я гляжу, они тут почти без крови обошлись. Здорово, - проговорил вертевший головой Санчес.

- Это точно.

Миновали несколько казарм, прошли мимо стоянки биотанков, где наблюдалась бешеная активность. Впереди выросло здание штаба. Два охранявших вход бойца покосились на чужаков без интереса, плазменные пушки в руках даже не дрогнули.

В самом штабе царили тишина и спокойствие. Ходили форсеры, доносился – Марта не поверила собственному обонянию – запах свежего кофе.

- Вам сюда. Прошу, - провожатый остановился перед неприметной дверью висевшая на которой табличка гласила «Комендант базы».

За дверью находилась просторная комната с низким потолком. Тусклые лампы на стенах освещали расставленные в беспорядке стулья, широкий стол, на котором лежал большой электронный планшет. Над ним склонялись несколько форсеров, слышались голоса.

Когда Марта и Санчес вошли, разговоры прекратились. Находившиеся в комнате разом обернулись.

- А, это вы, - проговорил форсер с резкими, точно высеченными на камне чертами лица. – Добро пожаловать. Телохранителя своего отпустите, пусть присоединится к коллегам в караулке, она на первом этаже. Еще не все делегаты прибыли, но в течение часа должны быть. Если хотите есть или пить – можем организовать.

- От еды я бы не отказалась, - кивнула Марта. – Санчес, свободен. А вы ведь… - она пригляделась к собеседнику, к форме его черепа, - судя по имплантантам, офицер?

Санчес кивнул и вышел. Приглушенно стукнула дверь, стихли шаги.

- Так точно. Эрик Рогхерн к вашим услугам, - форсер с резкими чертами лица склонил голову. - Некогда тактик, один из первых, кто прошел через учебный центр Первого Параграфа.

- Рогхерн? Тактик? – оказалось, что предел удивления сегодняшней ночью еще не был достигнут.

- Я родился на Земле, - пояснил Эрик. – Когда-то был человеком. Потом стал одним из первых боевых форсеров, офицеров. Но после того разгрома на Эброне… - седые брови сошлись к переносице, - был разжалован в простые бойцы. Так и попал в эту заготовку для штрафной бригады. А вас как зовут?

- Марта. С седьмой базы.

- Слышал о тебе, - улыбнулся круглолицый форсер с рыжими и жесткими, как у нее самой, волосами. – Я – Ганс. Догадываешься, откуда?

- Это точно, - она улыбнулась в ответ. – Всегда приятно видеть земляка.

Представились и остальные форсеры. Все они оказались делегатами с военных баз, что этой ночью перешли под контроль Верных.

- Сейчас должны принести поесть, - сказал Рогхерн, когда знакомство было закончено. – А я пока позволю себе ввести вас в курс дела. Потрудитесь взглянуть на этот планшет… - и он указал в сторону стола.

Планшет показывал освоенный материк Рахонависа, напоминавший вытянутую ладонь, составленную из торчавших на север и на юг длинных пальцев. На самом деле это были горные хребты, а между ними располагались затопляемые морем лиманы. Главный город планеты, Гролл, находился в самом центре ладони.

- Ситуация на данный момент такова, - проговорил Рогхерн. – Под нашим контролем семь военных баз из десяти, а также ведущий на Шип портал. Но войска, что пошли на поводу у предателей, занимают столицу, а также обороняют проход на Фрио. Следовательно, нам необходимо…

- Стоп, - Марта подняла руку. – А вы вообще думали, для чего все это затеяно? Чего мы в конечном итоге хотим добиться?

Дверь открылась, в комнату шагнул форсер с большим подносом, на котором стояли несколько кружек.

- Ужин, - сказал он.

- Давай сюда, - махнул рукой Ганс. – Что там у тебя? Бульон из водорослей? Ничего, с голодухи и это сгодится…

Марта взяла кружку, с наслаждением отхлебнула густой жидкости. На зубах захрустели мелко порубленные листья.

- Чего мы хотим добиться? – проговорил Рогхерн задумчиво, когда форсер с подносом ушел. – Наш создатель, Пророк, оказался во власти дурных советников. Он приблизил к себе всяких негодяев, вроде Малосса и Ричарда С’Регед. Именно они, я уверен, создали этот план – с помощью штрафных бригад уничтожать форсеров по происхождению. Мы должны вернуть свободу отцу Эволюции, чтобы нами вновь руководил он сам, и чтобы война с людьми была наконец закончена. Победой, само собой.

Кое-кто из делегатов кивнул.

- А я так не считаю, - резко заявил чернявый и белокожий Альберто, прибывший с базы номер восемь. – Мне кажется, что в Зигфриде фон Хайнце взяли верх атавистические чувства и что он больше не Пророк. Его необходимо отрешить от власти, а на его место поставить другого форсера, верного идеалам Эволюции.

Такое заявление было встречено недовольным гулом.

- Не знаю, - проговорил Ганс, - я думаю, что с Пророком нужно договориться. Ведь мы не отказываемся повиноваться Стальному Кодексу, не выступаем против войны? Мы просто хотим, чтобы нас считали полноценными форсерами.

- Ты полагаешь, он станет с тобой разговаривать? – спросил Альберто презрительно. – Тот, кто отдал приказ о переселении стариков с Деоса на убийственные миры вроде Тубана или Норли?

- А ты уверен, что именно он – автор этого приказа? – отчеканил Рогхерн. – И вообще хватит. Зря ты, Марта, спровоцировала этот спор. Он ни к чему не приведет. У нас есть срочные задачи, которые нужно решать прямо сейчас вне зависимости от того, считаем мы Пророка врагом или всего лишь жертвой ошибок.

- Согласна, - она кивнула, допила бульон из кружки и поставила ее на один из стульев. – Мы должны сделать так, чтобы Верные не были разбиты в первые же часы. Думаю, что с этим никто не станет спорить?

Кивнул даже хмурый Альберто.

- Тогда за дело, - и Рогхерн вновь наклонился к планшету, принялся водить над ним длинным пальцем. – Необходимо как можно быстрее захватить базу номер три, что находится у Гролла, и саму столицу планеты. Затем разгромить отряды предателей, оставшиеся в центральной части материка. Свободные Бригады, охраняющие портал на Шип, трогать нельзя. Прорыв людей маловероятен, но возможен, а уж они-то враги в любом случае. Поэтому выдвигаем…

Субтактики внимательно слушали, разглядывали карту. По всему было видно, что из тактиков Эрика Рогхерна, уроженца Земли, разжаловали вовсе не за глупость.

Глава 10

Сын Земли.

2.

Открытые транспортеры ревели, словно толпа воскресших динозавров. Солдаты давно сидели в кузовах, припасы и оружие были погружены. Но отправление непонятно почему задерживалось.

- Кого-то ждем? – предположил Шриван, когда мимо их машины с пыхтением пробежал начальник штаба, похожий на втиснутого в форму бегемота. – Видит Единый и Пророки, другой причины быть не может…

- И кого-то важного, - Роберт перевесился через борт, выглянул из-за кабины.

Начальник штаба стоял около первой машины и разговаривал с невысоким и плотным лейтенантом. На петлице у того висел значок, изображавший оскаленную собачью морду.

- Опа… - Роберт поспешно отдернул голову. – Контрразведка? Им-то чего тут надо?

Особый армейский корпус «Иван Грозный» не имел в составе рядовых, и никто из входивших в него офицеров не носил брони. Она не нужна тем, кто разыскивает измену и саботаж, вычисляет людей, недостаточно лояльных к диктатору, много болтающих или не верящих в победу над форсерами.

- Ходили слухи, что теперь в каждом полку контрразведчик будет, - сказал сержант первого отделения. – Похоже, что не враки.

- Еще чего не хватало… - буркнул Трэджан. Это ж, елки-палки, придется язык за зубами держать.

Начальник штаба протопал в обратном направлении, лязгнула дверца штабного транспортера. Через несколько мгновений колонна тронулась. Проползли мимо ворота, остался позади забор со сторожевыми вышками.

За все время, что провели тут, выяснить, чем занимается научный центр, так и не удалось.

Ну а вчера вечером пришел приказ двигаться в восточную часть самого крупного материка Белфинда, где явившиеся из космоса твари соорудили аж несколько гнезд. На смену бойцам «Одина» должен был прийти четвертый полк создаваемого на планете корпуса «Бонапарт».

- Для тебя это, понятное дело, тяжелее всего, - сказал Кампински, и все засмеялись.

Не улыбнулся только Роберт.

- Не нравится мне это, - пробормотал он, вспоминая встречу с контрразведкой на Земле.

Тогда он пережил не самый приятный эпизод.

- Не грусти, приятель, - Трэджан хлопнул друга по колену, отвлекая от воспоминаний. – Гляди, вот Либрия, где мы мечтали побывать, но так и не побывали… Хоть поглядим сейчас.

Колона военных транспортеров катила по главной улице столицы Белфинда. Люди с обочин приветливо махали, но лица были совсем не веселые. Сам город напоминал один из мегаполисов Земли, на стенах домов висели агитационные плакаты – страшные морды форсеров, героические солдаты, давившие их ногами, точно насекомых…

Только украшавшие перекрестки растения, похожие на взрыв из ярко-зеленого серпантина, говорили, что они на другой планете.

- Эй, красотуля! – завопил Трэджан, увидев девушку в короткой юбке. – Не уходи далеко! Через пару недель я вернусь сюда в увольнение! Встречаемся на этом же месте! Ладно?!

Солдаты загоготали. Девушка покраснела, затем неожиданно улыбнулась и показала язык.

- Ну надо же? – восхитился Трэджан. – Молодец!

Проехали широкую площадь с фонтанами в центре. Через промышленную зону выбрались к окраине. Город остался позади, потянулись поля, засеянные кукурузой и пшеницей. Через пару часов их сменили леса, становившиеся все более густыми по мере того, как колонна двигалась на восток.

Поселки встречались реже и реже.

- Опять чащоба, – сказал Роберт. – Не хочется мне в лес залезать. Там им куда легче, чем нам…

Вспомнилась Диадема, где их корпус отчаянно сражался, пытаясь остановить наступление тварей. Тогда Кузнецов едва не расстался с жизнью, после того, как хищник спрыгнул на него с дерева. Вернулся из памяти тот день - тяжесть на плечах и шее, гул в голове и тошнотворный хруст собственных костей...

- Честно говоря, не мы выбираем поле боя, - проговорил Тимур, поглаживая ствол снайперской винтовки «Игла».

- А кто, Единый, что ли? – проворчал Трэджан и, увидев возмущение на лице Шривана, поспешно вскинул руки. – Все, молчу-молчу!

Когда потянулась дикая, глухая чащоба, и кроны деревьев сомкнулись над дорогой, разговоры сами собой прекратились. Солдаты начали бросать тревожные взгляды в сторону обочин, где в зарослях возились и орали невидимые существа. Кое-кто подтянул оружие поближе.

Проехали небольшое озерко, вода в котором была ярко-желтой, и примерно через километр колонна остановилась.

- Стоим полчаса, - сообщил, выбравшись из кабины, Бьерн. – Можно поесть и оправится. Роберт, пойдем, прогуляемся до кустов…

Кузнецов спорить не стал – если командир и старый друг зовет, значит, тому есть причина. Они зашли за толстое дерево с бугристым, полупрозрачным стволом и голыми ветками.

- Что такое? – спросил Роберт.

- Ничего. Отлить захотелось, - Бьерн невозмутимо расстегнул ширинку. – А вообще, ты должен знать. С сегодняшнего дня в составе полка есть новый офицер, из контрразведки. Начштаба наверное уже передал ему все личные дела. Мне известно, что там у тебя и у Трэджана есть особые отметки. Так что за вами лейтенант Роулинсон будет наблюдать особенно рьяно.

- Роулинсон? Так зовут того малорослого типа?

- А, вы его видели? Тем лучше, - покрытое шрамами лицо Бьерна исказилось, голубые глаза сверкнули. – Мне не хотелось бы, чтобы вас обвинили в измене. Ты уж последи за собой и за этим… - он мотнул головой в сторону дороги, - непоседливым дитем Аляски. Ладно?

- Ладно, я постараюсь.

Они вернулись к машине, где солдаты потрошили банки консервов, а Трэджан рассказывал анекдот:

- …форсер был необразованный, в жизни ничего, кроме Стального Кодекса не читал. И поэтому он сказал: «Какие три желания, слот мне в задницу?». А Золотая Рыбка в ответ: «Будь по-твоему…».

Кампински смеялся так, что лицо у него стало багровым, а из глаз потекли слезы:

- Слот… в задницу, - повторял он раз за разом, - в задницу… слот… ха-ха-ха-ха! Ой, не могу!

- Так отделение останется без пулеметчика, - заметил Роберт, улыбаясь, - и виноват в этом будешь ты.

- Ну вот, чуть что – сразу я, - Трэджан сделал вид, что обиделся. – Я-то тут при чем? Все форсеры проклятые. Из-за них наш доблестный соратник сейчас лопнет, а нам придется собирать куски его шкуры по кустам…

- И сшивать заново, - добавил Роберт.

Тридцать минут пролетели как одна секунда. Солдаты забрались в транспортеры, и колонна двинулась дальше. Начало темнеть, и тут стал виден поселок из десятка домов, а рядом с ним – большая поляна, заставленная военными машинами.

У опушки в ряд стояли несколько шагающих танков, часовые охраняли большой штабной транспортер.

- Штаб корпуса, - сказал выбравшийся из кабины Бьерн, когда машина остановилась. – Тут ночуем, а завтра – на дело…

***

Под ногами чавкала грязная жижа, густая трава норовила намотаться на сапоги, залезть в щели между пластинами брони. Обоняние тревожили резкие запахи болотных растений.

С самого утра второй полк корпуса «Один» тащился через лес, напоминавший в этих местах шхеры. Лежавшие между тысячами островков канавы глубиной от полуметра до двух образовывали настоящий лабиринт. Тут было сыро, грязно, даже сервоприводы в ногах не всегда помогали пробиться через густой подлесок.

- Ого, комары… - сказал Трэджан, когда из-под облепленного оранжевыми «грибами» пенька вылетело облачко мелких жужжащих тварей.

- Крупноваты, - заметил Роберт, когда один из комаров, больше похожий на стрекозу, ударился о стекло его шлема. – Хотя на этой планете не знаешь, кто опаснее, гиганты или мелюзга.

Сегодня утром, едва вошли в чащу, одному из солдат «повезло» столкнуться с крохотным черным паучком. Паучок ухитрился добраться до тела, пострадавшего в состоянии комы унесли обратно к штабу.

- Внимание, с правого фланга отмечено подозрительное движение, - сообщили наушники шлема голосом капитана Цая.

- Все слышали? – поинтересовался Роберт.

- А то, - кивнул Кампински. – Сразу неуютно как-то стало… вот бы «Варваров» сюда, с ними было бы спокойней…

С этим Роберт был полностью согласен. Но увы, в заболоченных лесах Белфинда невозможно было использовать технику. Даже шагающие танки вязли, не говоря о гусеничных или колесных машинах. Хорошо, что с полком шли несколько групп огневой поддержки, вооруженных спаренными пулеметами и мощными гранатометами.

- Ничего, отобьемся, - проговорил Трэджан. – Не в первый раз…

Прошли через очередной островок, длинный и узкий, заросший чем-то вроде осоки с изумрудно-синими листьями. Успели перебраться через канаву, и тут пришла команда «Залечь».

- Падаем, - приказал Роберт, и сам лег, не обращая внимания на то, что оказался в мерзкой на вид луже.

Справа, где двигались солдаты второй роты, застучал автомат, затем тявкнуло рельсовое орудие.

- Помилуй нас, Единый, яви нам милость свою. И огради от воплощений злобы… - стал слышен шепот Шривана, как всегда, молившегося перед боем.

- Во все глаза глядеть, - напомнил Бьерн, и тут же над самыми кронами мелькнул силуэт призрака.

Исчез так быстро, что никто не успел отреагировать.

Самым поганым в войне с Химерой было то, что ее создания понятия не имели, что такое сплошной фронт боевого столкновения. Они действовали, подчиняясь своей логике, а в чаще имели возможность продвигаться скрытно. Могли внезапно атаковать с тыла или фланга, напасть на часть, стоявшую, по мнению людей в глубоком тылу.

- Тихо, что… - сказал Тимур, и тут из канавы за их спиной вынырнул хищник.

Полетели брызги, щелкнули клешни на длинных лапах. Леон резко повернулся и дал очередь. Но тварь легко от нее увернулась, вскочила на берег и бросилась на Тимура. Челюсти сомкнулись на его ноге, захрустел бронепластик.

- Огонь! – крик Роберта потонул в стрекоте автоматов.

Десятки пуль обрушились на прочный панцирь, брызнули осколки. Затем полетели куски плоти, полилась кровь. Хищник издал свистящий рев, махнул хвостом, едва не сбив с ног Трэджана, и упал.

Стрельба затихла

- Готов? – спросил Шриван.

- Сделай контрольный в голову, сомий хвост, - посоветовал Роберт. – Мурад, займись Тимуром.

Снайпер сидел на земле, шлем лежал в стороне. Видно было белое лицо, покрытое каплями пота.

- Что там у вас? – поинтересовался Бьерн.

- Один пострадавший, - отозвался Роберт. – Но жить… Эй, Мурад, что там с ним?

- Жить будет, - уверенно ответил бывший ветеринар, успевший снять погнутые щитки с лодыжки Тимура. Перчатка медика на его руке выпустила тонкие усики диагностера, те потянулись к ране. – Сейчас залатаем. Будет о-го-го. И броню починим…

Мурад ничуть не преувеличивал. Медицинский комплект, надеваемый на руку, что стал поступать в войска после эвакуации с Диадемы, позволял успешно бороться с любыми повреждениями, исключая наиболее тяжелые. Кроме того, он был оборудован блоком ремонта бронекостюмов.

- Ладно, - ответил Бьерн. – Пока остаемся на месте. Тут позавчера было чисто, а сегодня уже засады, вот пакость…

Тимур получил дозу обезболивающих, антишоковых и еще каких-то препаратов, и лицо его стало приобретать нормальный цвет. Мурад тем временем занялся щитками. Тот, что был сверху, распрямил, на трещину наложил полосу мгновенно твердеющей пасты. Понятно, что настолько же прочной, как ранее, броня не станет. Но дожить до момента, когда удастся заменить поврежденный сегмент, позволит.

- Спасибо… - сказал Тимур и потянулся к шлему.

- Не за что. Вот этот придется выбрасывать, - печально сказал Мурад и показал два куска пластины, закрывавшей лодыжку сзади. – Обойдешься без него?

- Как-нибудь.

- Тихо! – Роберту показалось, что в канаве что-то булькнуло.

Бойцы замерли, но ничего не случилось, лишь по воде цвета кофейной гущи прошла рябь.

- И зря ты, командир, нас пугаешь, - заявил после паузы Трэджан.

- Лучше лишний раз перестраховаться, - Роберт поднял забрало и бросил на Лангтона многозначительный взгляд. – И это не только тварей касается. У меня нет желания на Аттоне срок куковать. Пусть даже вместе с тобой. Понял?

Вряд ли контрразведчик потащился с солдатами в лес. Скорее всего, остался при штабе корпуса. Но Кузнецов здраво рассудил, что лучше не рисковать.

- Ну как бы да, - энтузиазма в голосе уроженца Аляски не прозвучало.

- Раненого подлатали? – возник в наушниках голос Бьерна. – Тогда пошли. Курс прежний, темп тоже…

Вновь зашуршала под ногами болотная трава, полетели наземь сбитые сапогами коробочки с семенами. Прыснули в стороны местные обитатели, не попрятавшиеся после стрельбы. Тимур шагал наравне со всеми, не отставал, только немного хромал на раненую ногу.

К счастью, тварь прокусила мышцы, но не успела переломить кость.

Через следующую канаву переправлялись по мосту, сооруженному прошедшим тут позавчера полком. Тонкие стволы хрустели, плескалась под ними вода, с опаской глядели по сторонам бойцы.

Но на этот раз нападения не последовало.

Побрели через остров размером почти с футбольное поле. Тут нашлось место для больших деревьев с полупрозрачными стволами, встречавшихся обычно в сухих местах. Когда проходили между пульсирующими стволами, в кронах что-то завозилось, с криком метнулось прочь.

- Ну и хренота… - выругался Кампински, дернувший ствол пулемета вверх.

- Точно, - согласился Трэджан.

Стрельба донеслась спереди, оттуда, где шагал авангард. Мигом позже стрекот докатился сбоку, послышался рев, какой издает работающий огнемет типа «Саламандра».

- Приготовиться к отражению атаки, - возник в наушниках голос капитана. – Воздушных целей не видно.

- Залечь! – принялся командовать Бьерн. – Кампински, тащи свою дурынду сюда. Первое отделение – вон туда…

Успели занять позиции, а через пять минут стало не дол разговоров – хищники пошли в атаку с двух сторон.

Дочь эволюции.

7.

Гроза полыхала молниями над самой головой. Громыхал гром, в ком-линке стоял сплошной треск. Дождь лупил по земле с такой силой, что казалось – смоет в море сами скалы.

Марта в компании других делегатов и их телохранителей сидела в кузове штабного транспортера, взятого с одной из военных баз. Здесь они пережидали непогоду и коротали время, оставшееся до начала операции.

- Понятно, почему люди не захотели жить на этой планете, - сказал Санчес, когда раскат грома едва не подбросил машину. – Даже кристаллин их не привлек. Эти бури действуют на нервы.

- Похоже, ты прав, - Марта зевнула и потерла слипавшиеся глаза. – Эх, подремать бы минут шестьсот…

С того момента, как ее привезли на базу номер девять, прошло двое суток. На сон за это время удалось выкроить пару часов, остальное оказалось занято работой. Штаб Верных под командованием Рогхерна организовал Свободные Бригады в настоящую армию, выработал план операции.

Голова у Марты была тяжелой, как валун, неприятно ломило спину.

- Вот победим всех, и тогда отоспимся, - улыбнулся Ганс. – Ну что, заканчивается гроза или нет?

Ночь шла к завершению, на востоке, за морем, зарождался рассвет. Пять Свободных Бригад готовились к штурму Гролла, столицы Рахонависа. Джамперы, биотанки и простые бойцы ожидали сигнала к началу атаки.

- Похоже, что все… - Марта прислушалась и поняла, что гром звучит не так оглушающе, а рокот дождя превратился в шепот. – Надоело мне сидеть в железной коробке. Ну, Санчес, вставай, пройдемся до наших.

Первая Свободная Бригада располагалась в паре сотен метров.

- Не уверен, что это разумно, - покачал головой Рогхерн, как-то сам собой, в первый же день восстания взявший на себя лидерство. – Хотя… присутствие делегата в войсках не может не сказаться на их боевом духе. Иди, только под плазмоиды не лезь. И оставайся на связи.

- Постараюсь, - Марта кивнула и шагнула к люку транспортера.

Окунулась в сырую, пронизанную туманом и мелким дождем тьму. Зрительные усилители подстроились, из мрака выплыли другие машины, уходившая в гору дорога, скалы вокруг.

За теми вершинами, что виднеются на северо-западе, на высоте более полутора тысяч метров над уровнем моря расположен Гролл.

- Дай-ка я вперед, а то мало ли что, - проговорил Санчес, относившийся к обязанностям телохранителя очень серьезно.

Марта не стала возражать, и они пошли вдоль дороги.

Верные контролировали всего одну трассу, ведущую к столице Рахонависа. Сам город был вырезан прямо в скалах, и оборонять его было много легче, чем штурмовать. Подходы простреливались, горы считались непреодолимыми, так что засевшие в Гролле предатели чувствовали себя уверенно.

Их, скорее всего, насторожили вчерашние стычки, в результате которых Верные захватили берега Серого лимана и мост через него, связывавший столицу с порталом на Шип. Новички из Черной Сферы не смогли противостоять ветеранам и понесли большие потери.

Но Гролл командиры предателей, судя по их поведению, все равно считали неприступным. Они не пытались мешать блокаде города, не думали о том, чтобы подтянуть войска из базы номер десять, расположенной неподалеку от портала на ледяную планету.

Марта и Санчес оставили позади колонну транспортеров, вышли туда, где долина, заключавшая в себе дорогу, немного расширялась. Тут сосредоточили части, что пойдут на штурм Гролла «в лоб», отвлекут огонь на себя и лишний раз убедят предателей в том, что командиры мятежников безнадежно тупы.

Выделялись во тьме туши биотанков, еле заметно светились защитные поля.

- Эй, кто такие? – донесся с крайнего из «Зверей» знакомый голос.

- Свои, - ответил Санчес. – Не подскажешь, где Первая Свободная стоит?

- Да это мы, значит, и есть, - пробурчал Даррен. – А, Марта, это ты? Зашла нас проведать?

- Ну надо же, какой догадливый, - хмыкнула она. – Готов воевать?

- Еще как. Вчера мы им, дай Пророк памяти, врезали. Сегодня добавим еще, чтобы бежали без оглядки до самого Хордана.

- Пойдем, - проговорил Санчес нетерпеливо. – Нет времени языками чесать. До начала атаки десять минут.

- Бывай, Даррен. Увидимся.

- Точно, значит.

Стефана обнаружили около помятого штабного транспортера в компании чуть ли не всех субтактиков Первой Свободной Бригады.

- Хэй, а вот и начальство пожаловало! – обернулся на звук шагов Анджей, на лице его возникла проказливая улыбка. – Чего изволите, госпожа?

- Чтобы ты помолчал маленько, - отозвалась Марта. – Продолжайте, как будто меня тут нет.

- Да мы уже закончили, демон забери, - проговорил командир бригады. – Так, все быстро по позициям. И да поможет нам сегодня Про… тьфу, сила Эволюции.

Анджей подмигнул Марте, Сара помахала рукой. Еще двое субтактиков буркнули что-то приветственное, и около транспортера они остались втроем.

- Фу, - сказал Стефан. – Никогда не думал, что командовать настолько тяжелое дело. Ну, не звеном, а крупной частью…

- Я понимаю.

- Во всех энтузиазма – хоть насосом откачивай. Зато никто точно не знает, для чего мы сражаемся. То ли за Пророка, то ли против него.

- За свою жизнь и свободу прежде всего, - Марта глянула на восток, где небо над горами начало светлеть. – Ну что, пора?

- Пора, - кивнул Стефан.

И тут же все началось. Со скрежетом двинулись вперед «Звери», серыми тенями заскользили пехотинцы. Мрак прорезали толстенные лучи ионных разрушителей. Их плазменные собратья, тоже установленные на спинах биотанков, выпустили огромные разряды, обладающие площадным эффектом и чудовищной мощью. Долину затопило тревожное голубое сияние.

Штурм Гролла начался.

Марта невольно прищурилась, когда выстрелил ионный разрушитель на танке, что находился в нескольких шагах. Очень яркий луч толщиной в десять сантиметров, годный, чтобы резать скалы, ослепил. В ком-линке раздалось негромкое шуршание – сигнал того, что возникли мощные помехи.

- Ты в деталях знаком с планом наступления? – спросила она, наклонившись вплотную к Стефану.

- Нет, но догадаться тут очень легко. Мы напираем со всей силы, делаем вид, что это и есть основная атака. А в это время штурмовые части, пробравшиеся через горы, бьют по ним с тыла и флангов. Все понятно…

Справа, на склоне, полыхнули и ринулись вверх яркие огоньки. Вступили в бой джамперы. Один за другим прозвучали несколько взрывов, и Стефан торопливо вскочил в люк штабного транспортера.

- Пойдем, глянем на это дело поближе, - сказала Марта. – Не станем мешать.

И она надела на руку ионное орудие, с которым не рассталась, несмотря на косые взгляды Рогхерна и прочих штабных.

- Там может быть опасно, - Санчес покачал головой. – Я думаю, не стоит.

- Ты мой телохранитель, а не нянька! – огрызнулась Марта. – Пошли, я сказала! Хотя если боишься, можешь остаться тут…

Глаза Санчеса сузились, но он сдержался. Прорычал что-то невнятное и взял «Злобу» наизготовку.

- Вот так-то лучше, - проговорила Марта, и они пошли вперед, туда, где ползли «Звери», летали модули и гремели взрывы.

Оборонявшие дорогу предатели и не думали сдаваться без боя. У них было меньше танков, но зато имелась куда лучшая позиция. И они развлекались вовсю – палили из всех стволов. На атакующих лился настоящий вал из плазмы, снайперы били чуть ли не на выбор.

На правом фланге, судя по вспышкам и грохоту, джамперы сумели ворваться в позиции врага.

- Вот это славно… - Марта выцелила брандер, мчавшийся с очевидным намерением подорвать один из танков. Расчетно-вычислительное ядро подработало мускулами и тонкая «спица» ионного разряда вырвалась из ствола.

Модуль попытался уклониться, но не сумел. Громыхнуло, сжатая плазма обрела свободу, и обломки брандера посыпались на камни.

- Это вам не в штабе над картами сидеть! – азартно прорычала Марта. – Это мне куда больше нравится!

- Эй, ты где? Что происходит? – прозвучавший из ком-линка голос принадлежал Эрику Рогхерну.

Пришлось остановиться, прилечь за здоровенный валун и доложить.

- Я слева от дороги, чуть впереди от меня идут танки. По центру долины наши двигаются вперед, но не очень быстро. Огневые точки противника не подавлены.

- А как прорыв на правом фланге?

- Сражаются, но чем там все закончится, пока не очень ясно, - Марта пожала плечами.

- Благодарю за сведения, - командир Верных был доволен. – Еще немного, и они втянут в бой резервы. И тогда…

Он хмыкнул и отключился.

- Передумала лезть в пекло? – поинтересовался Санчес. – Там нашим здорово достается.

- Как бы не так, - Марта приподнялась. – Чтобы я не приняла участия в победе? Ха! Не дождетесь!

Впечатление от гордой речи слегка испортило то, что она поскользнулась и едва не шлепнулась в лужу. Посмотрела на Санчеса, готовясь обрушиться на него в неправедном гневе. Но телохранитель благоразумно сделал вид, что смотрел в сторону, ничего не видел и не слышал.

Пробежали с десяток метров, и тут взорвался один из биотанков. Зарябило его защитное поле. Затем оператор бешено задергался, точно блокировка, закрывавшая его от болевых ощущений краба, сломалась. В «Зверь» угодило еще несколько плазмоидов, в стороны полетели куски химериновой брони, ноги, внутренности, принадлежавшие ранее самым разным существам.

Взрывной волной Марту шатнуло, по лицу словно прошлась горячая терка, ноздрей достигло резкое зловоние.

- Ничего себе, - пробурчал Санчес. – Может быть, все-таки назад? Не дело командира под выстрелы лезть.

- Я сама разберусь… - краем глаза она заметила движение. Но повернуть голову не успела. Что-то полыхнуло рядом, земля исчезла из-под ног. Марта поняла, что летит, а затем погрузилась во тьму.

***

Неимоверно хотелось пить. Язык, казалось, распух, до размеров рта, и едва в нем помещался. Болели десны и губы, словно их долго и упорно кололи иглами, небо точно изрезали ножом.

- Ввв… - прошипела Марта. – Ввввводы…

- Я ж говорил, что она крепкая, - прозвучавший над ухом голос принадлежал, без всякого сомнения, Жозефу.

И тут Марта поняла, что у нее начался бред. Откуда здесь, в тылу, в штабном транспортере, взяться бойцу из ее бывшего звена?

- Эй, братец, дай-ка флягу, – не унимался Жозеф. – Сейчас мы ее мигом в чувство приведем.

- Держи, - второй голос принадлежал, без сомнения, Рашиду.

Марта почувствовала, как ей между губ суют нечто твердое и холодное. Сумела приоткрыть рот и начала глотать восхитительно прохладную воду. А потом вспомнила, что произошло перед ее беспамятством – начало атаки, взорвавшийся танк, темнота и боль – и едва не подавилась.

- Аккуратнее, ты же ее утопишь, - недовольно проговорил откуда-то из-за головы Санчес.

Фляга отодвинулась, струйка воды потекла по подбородку, закапала на грудь.

Марта сделал невероятное усилие и открыла глаза. Высоко над собой обнаружила синее-синее небо Рахонависа, а много ближе – озабоченные лица соратников. Нервный Тадеуш, улыбающийся Жозеф, сердитая Лия…

- Гхххде я? – прохрипела она. – Долго ли пробыла безххх… - тут язык отказался повиноваться.

- Без сознания, - подсказал Санчес. – Мы там же, где тебя подстрелили, у дороги на Гролл. С того момента, как это случилось, прошло пять часов. Операция закончилась успешно, так что город наш. Ну, почти. Предатели еще сопротивляются на западной окраине, но шансов у них нет.

- А вхххы…

- Откуда они тут? – опять угадал вопрос телохранитель. – Как только разорвался тот брандер, я связался со штабом. Ну и Рогхерн обещал после того, как бой закончится, прислать звено и машину. По счастью, он связался по этому поводу со Стефаном. Тот ничего лучше не придумал, чем отправить вот их…

- Вообще нас по разным звеньям раскидали, - сказала Лия. – Но сегодня, только первый этап боя закончился, командир велел собраться вместе и отправил сюда. Сначала кое-кто ворчал, что мы в тыл идем…

И Тадеушу достался укоризненный взгляд.

Туман в голове рассеялся, Марта предприняла успешную попытку сесть. Руки и ноги на первый взгляд оказались целы, на правом боку обнаружился ряд параллельных царапин, точно от когтей.

Вообще вся правая сторона тела чесалась, показывая, что броня регенерирует во многих местах.

- У модуля, к счастью, отказал двигатель в нескольких шагах от тебя. Он упал и взорвался, - проговорил Санчес. – Меня не задело, а тебя обожгло и посекло осколками.

- Какой позор, - сказала Марта тихо, ощущая, что от стыда готова сама выстрелить в себя из ионного орудия. Вот так сунуться вперед, и потом весь бой проваляться словно труп. – Вы сражались, а я…

- Не переживай, бывает, - прогудел Жозеф с сочувствием.

- Рогхерн просил тебя с ним связаться, как очнешься, - проговорил Санчес.

- Да, - Марта встала с расстеленного спального мешка, который под нее кто-то заботливо положил. Бросила взгляд на стоявший неподалеку транспортер, маленький, с открытым кузовом и надписью на борту «Трест «Кристаллин-17». И тут поняла, что меж стоявших рядом бойцов кого-то не хватает. – А где… Тян?

- Погиб, - мрачно сказал Тадеуш. – В самом начале наступления. Не успели мы ста метров пройти, как его лучом ионного разрушителя срезало.

- Жаль… он был доблестным форсером, - чувство вины усилилось, Марту посетила глупая мысль, что она могла спасти Тяна, останься в сознании. С трудом отогнала ее, и включила ком-линк. – Эрик, я на связи.

- Рад слышать, - чопорно отозвался Рогхерн. - Ты как, в порядке?

- Голова трещит, шкура свербит, но это мелочи, - Марта скривилась. – Я знаю… что, ну… виновата. Что я могу сделать, чтобы искупить вину?

- Бери свое звено, и садитесь в транспортер, - голос Рогхерна становился то громче, то тише, говоря о том, что качество связи неважное. – Отправляйся через Гролл к военной базе три. Координаты я сейчас кину, как и информацию о местах в городе, где идут бои. Базу штурмует Пятая Свободная Бригада, но у них командира убили, а заместитель не справляется. Временно примешь командование.

- Есть.

Ком-линк завибрировал, и через минуту Марта знала, что «объект три» находится южнее столицы Рахонависа.

- В машину, - просипела она. – И где мое ионное орудие?

- Я его спрятал, - ответил укладывавший спальник Санчес. – Без него ты вряд ли в бой полезешь. Походишь пока так.

Марта скривилась, но промолчала.

Она заняла место в кабине, рядом с водителем – мрачным и тощим уроженцем Рахонависа. Бойцы со смехом залезли в кузов. Транспортер, объезжая воронки и камни, пополз к дороге. Вскоре под колесами зашуршал пластобетон, и скорость увеличилась. Побежали назад обочины.

Буквально через сотню метров попался обгорелый остов «Зверя», потом начали встречаться тела – обожженные, изуродованные, страшные. Их не успели убрать, и трупы тех, кто штурмовал Гролл, лежали вперемешку с защитниками. Отличить одних от других смог бы только ясновидящий.

Окопы зияли точно раны земли, ветер играл обрывками горелого химерина.

Это зрелище заставило Марту поежиться. Она отвела взгляд и стала смотреть прямо перед собой, но от грустных мыслей избавиться не смогла. Вчера они убивали людей, сегодня начали друг друга; и чем это закончится? Истребительной гражданской войной между форсерами по рождению и происхождению?

Чтобы идея Эволюции умерла в крови последователей?

Дорога свернула, пошла вверх между отвесными скалами. Стал виден въезд в Гролл – громадный тоннель, расположившийся около него пост Верных – несколько бойцов и субтактик.

Он помахал Марте рукой, она помахала в ответ.

Здесь, судя по всему, оборонявшиеся сражались отчаянно. Трупов было не меньше, чем внизу. В стороне от дороги стояли несколько биотанков, черных и покореженных, от самого невезучего остались только клешни. Скала вокруг тоннеля выглядела оплавленной от сотен попавших в нее плазмоидов.

Транспортер нырнул в тоннель. Замелькали серые стены, осветительные блоки на потолке.

- Нам куда? – спросил водитель, когда они въехали в пределы Гролла.

- К военной базе, - ответила Марта, с удивлением глядя на сводчатые коридоры-улицы, на дома-пещеры.

Столица Рахонависа казалась мертвой. Ходили патрули, лежали тела, струился дым, но не было видно никого из местных. Они, скорее всего, прятались, пережидали опасное время.

- Слушай, а как вы относитесь к тому, что происходит? – поинтересовалась Марта у водителя.

- Не слепые, все видим, - отозвался тот. – Всякому было ясно, что нехорошее дело затевается, что против Эволюции оно. Сначала вы, потом мы – всех на повторную модификацию. А она мало чем от убийства отличается…

Из путаной речи удалось понять, что обитатели Рахонависа, скорее всего, являются сторонниками Верных.

- А, ну-ну, - только и сказала Марта.

Они проехали площадь, похожую на ангар, миновали прижавшийся к скале блок вентиляции, и въехали в еще один тоннель. Он оказался коротким, и транспортер быстро выскочил под серовато-голубое небо. Открылось истыканное утесами плоскогорье, военная база вдалеке, по примеру Гролла спрятанная в скале.

- Тут, наверху, зданий вообще не строят, - сообщил водитель. – Бури сюда добираются не так часто. Но уж если добираются, то такой силы, что против них ничто не устоит. Все те грозы, что внизу, рядом с ними – сущие игрушки…

Что странно, у базы не было видно признаков боя. У ведущего к ней тоннеля стояли несколько больших транспортеров в компании «Зверя», около них слонялись форсеры.

- Что тут творится? – удивилась Марта, когда они подъехали ближе. – А ну-ка, притормози…

- Ага, - транспортер преодолел еще с десяток метров и остановился.

Морщась от головной боли, Марта выбралась из кабины. Один из форсеров – субтактик - двинулся к ней навстречу. «Зверь» пошевелил здоровенными клешнями, переступил лапами.

- Что происходит на базе, клянусь Пророком? Доложить обстановку, - приказала Марта, осознавая, что выглядит вовсе не по-командирски – помятое лицо, волосы спутаны, на броне – царапины и «оспины».

- Есть! – субтактик, тем не менее, вытянулся по стойке смирно. – Докладываю: противник отступил через задний проход, база захвачена.

- Через что отступил? – удивился выпрыгнувший из кузова Санчес, а Лия захихикала, прикрыв рот ладошкой.

- Так там еще тоннели есть, сзади… - субтактик растерянно заморгал. – Они ведут на дорогу, что к югу уходит. Мы к ней пробраться не смогли, а они взяли и отступили.

- Понятно. Без меня справились, - Марта ощутила что-то вроде облегчения, понимая, что ей не придется вести форсеров в бой. – Доложи вашему командиру, что я здесь. А я пойду, посмотрю, что там есть интересного.

Она кивнула субтактику и вошла в туннель, следом потянулись бойцы. Через пару дюжин шагов открылась громадная полость. Базу, судя по всему, построили, использовав существовавшую пещеру.

Тут было прохладно и сухо. Из полумрака выступали бараки, склады, еще какие-то здания.

- Поглядим, что тут прячут, - Марта прошла мимо караулки и свернула к первому же складу. – Санчес, давай.

Хлипкий на вид замок не выдержал попадания плазмоида. Дверь заскрипела и открылась, под потолком склада загорелся свет. Блики забегали по десяткам пластиковых ящиков.

- Тут батареи, - Марта шагнула внутрь, пошла по проходу меж двумя стеллажами. – Здесь плазменные пушки, тут ионные орудия. А это что? – она остановилась около нескольких ящиков нестандартного размера.

Они напоминали широкие и толстые гробы.

- Сейчас глянем, - Жозеф отцепил от пояса вибронож. Лезвие с хрустом вошло в пластик, полетела пыль. Передняя стенка ящика задрожала, а затем и отвалилась. – Ничего себе, братцы…

Внутри находилось нечто похожее на боевой комбинезон. Вот только он был весь перевит непонятными трубками и жилами. В плечах и на поясе имелись утолщения, а на бедрах – какие-то емкости.

- Экзомышцы, - проговорила Марта, - плюс дополнительный комплекс жизнеобеспечения. Бойца в такой вот штуке убить очень сложно…

И она с ужасом представила, что на Рахонавис придут бойцы Первого Параграфа в подобных комбинезонах. Явятся, чтобы уничтожить ослушавшихся приказа мятежников.

Следовало многое сделать, чтобы встретить их достойно.

Глава 11

Воин Пророка.

4.

Поселок, затерянный меж болот Трясины, походил на все прочие. Те же дома, построенные так, чтобы создавать минимальное давление на пропитанный водой грунт. Ограда, защищающая от хищных тварей, вышка от москитов.

Разве что неподалеку из вечного тумана выступали растопырившие «ноги» опор башни нефтедобывающих комплексов. Дорога, по которой приехали сюда, была забита неспешно ползущими тяжелыми цистернами, похожими на толстых блестящих гусениц.

- Приехали, - сказал Ференц, когда их транспортер остановился рядом с громадным «чаном» нефтехранилища. – Вылезай строиться. Никто, надеюсь, за время дороги не покрылся плесенью?

Вопрос был шутливым лишь частично. Плесень и разнообразные грибки в сыром воздухе Трясины размножались с невероятной скоростью. Хватало нескольких часов, чтобы на боевом комбинезоне или прямо на коже возникло пятно зеленого или ядовито-лимонного пушка размером с ладонь.

На то, чтобы удалить его, времени уходило не меньше.

- Все давно покрылись, - ответил Джон, яростно почесываясь. – На этой планете сам в плесень превратишься…

- Ты – в очень большую и шипучую, - хмыкнул субтактик.

К сегодняшнему дню боевая бригада осуществила не одну «зачистку», поэтому действовала быстро и организованно. Несколько звеньев двинулись к центру поселка, остальные начали рассредоточиваться вдоль периметра, чтобы никто из аборигенов не попытался удрать в топи.

Такие попытки бывали, и порой завершались успешно.

- Быстрее, быстрее, - поторапливал подчиненных Ференц. – Ползаете, как эти здоровые улитки…

Улитки, обитавшие на местных болотах, назывались мешочниками, и достигали впечатляющих размеров. Некоторые, что помельче и чуть пошустрее, были хищниками.

- Мы куда быстрее, - хмыкнул Яков, - зато не такие вкусные…

Мешочников, несмотря на их отталкивающий вид и ядовитые железы, активно употребляли в пищу. Обитатели Трясины ухитрялись даже разводить их на фермах и готовили из пахнущего болотными травами мяса разные аппетитные блюда.

- Так – вот наш сектор, - сказал Ференц. – От этого крайнего дома до вон того пролома в ограде.

Одна из секций загородки когда-то сломалась, и ее починили, использовав не подходящий по цвету кусок пластика.

- Сектор как сектор, - пробурчал Оле, занимая место на правом фланге звена. – Эх, теперь скучать будем…

У бойцов оцепления не самая сложная задача – стоять на месте и следить за тем, чтобы никто не вышел за пределы поселка. Главную роль исполняют агенты зачистки и звенья сопровождения.

Они первым делом займут администрацию, где добудут список жителей поселка. Выяснят, кто в отъезде, кто несет вахту на нефтедобывающих комплексах, кто из чужаков находится в поселке. Агенты неспешно развернут на центральной площади передвижную лабораторию.

И в ней закипит работа. Спустя несколько дней все местные жители пройдут через экспертизу, и станет ясно, могут быть они полезны делу Эволюции или нет.

- Скучать? Как бы не так, - хмыкнул расположившийся неподалеку Джон. – Вон несется кто-то. Эй, стой!

Бежавший форсер выскочил из-за нефтехранилища. На мгновение остановился, на лице его отразилось отчаяние. Но тут же оно сменилось решимостью, и беглец добавил скорости, устремившись к участку ограды между Джоном и Магдой.

- Именем Пророка - остановись! – рявкнул Ференц. – Иначе мы будем стрелять! Именем Прор… Огонь!

Оле выполнил команду, не задумываясь. Мускулы сократились сами, плазменная пушка переместилась, и разряд вылетел из дула. Несколько выстрелов поразило беглеца, тот упал.

- Всем оставаться на местах! – скомандовал Ференц. – Оле, Яков, осмотрите его.

- Иди впереди меня, я прикрою, - проговорил снайпер, отходя от ограды.

Оле кивнул и, держа упавшего на прицеле, двинулся вперед. Подойдя, осторожно перевернул тело.

- Мертв, - сказал Яков.

Судя по толстой, шершавой на вид коже и строению глаз, погибший был из тех, кто модифицирован для выживания на Трясине. Но что вынудило его побежать, какая причина заставила до такой степени испугаться экспертизы, что он ринулся навстречу гибели? Или он знал за собой изъян, настолько важный, чтобы его обнаружение грозило насильственной унификацией?

- Да, мы убили его… - Оле уцепился за последнюю мысль, заставляя себя поверить в то, что стрелял не в собрата по расе, а в существо иной, порочной природы. – Не думал, что это настолько гадко…

До сегодняшнего дня уроженец Фатума никогда не поражал живые цели, только учебные.

- Отставить подобные речи, - очень тихо, чтобы их не услышал больше никто, проговорил Яков. Глядел он при этом младшему соратнику в глаза, серьезно и внимательно. – Нужно понять, что он нарушил приказ нашего тактика оставаться в пределах поселка. Значит, он выступил против воли Пророка. Заслужил наказание. Мы – карающий меч Эволюции, что обрушивается на головы ее врагов. В том числе и таких.

- Чего вы там возитесь? – нетерпеливо осведомился Ференц.

- Сейчас! – крикнул Яков и вновь понизил голос. – Ты убил паразита, москита, по ошибке получившего разум. Не форсера и даже не человека. Очень важно понять это, и тогда тебе станет легко.

- Я постараюсь, - кивнул Оле.

- Вот и хорошо, - тонкие губы Якова чуть изогнулись. – Этот тип мертвее мертвого. Надо будет вызвать патруль, чтобы уволокли в унификатор. Еще нам тут падали не хватало.

Мертвечина на Трясине привлекала оживленное внимание. Прилетали крылатые твари, желающие отложить в труп яйца. Другие, черные и блестящие, вылезали из-под земли, многозначительно пошевеливая острыми жвалами.

- Это точно, - Ференц кивнул. – Сейчас свяжусь со штабом. А вы вставайте на места.

Оле вернулся к ограде.

Через десять минут явились трое патрульных из «мертвяцого» звена. Согнали с тела шустрого падальщика, деловито завернули труп в брезент, погрузили на носилки и уволокли в сторону унификатора.

- Вот так-то лучше, - сказал Джон и махнул рукой на суматошно трепыхавшую крыльями тварь, похожую на мохнатый «пузырь». – А ну кыш! Проваливай!

Падальщик с обиженным писком шарахнулся в сторону.

Поверить в то, что сказал Яков, Оле никак не удавалось. Как же – москит, мелкая кусачая живность, и форсер, пусть даже не совсем удачно модифицированный. На одну доску их ставить нельзя. Или можно? Ведь москит мешает жить, как и бунтарь, что восстает против воли Пророка…

В один момент так запутался в собственных мыслях, что даже вспотел. Вытер пот со лба и решил, что на сегодня хватит.

Правду говорили инструктора в учебном центре - хороший боец не тот, что много думает, а тот, что быстро стреляет.

***

Приказ «Снять оцепление» пришел, когда неторопливо двигающееся солнце Трясины спустилось к горизонту, и начали сгущаться сумерки.

- Слава Пророку! – рявкнул Джон. – А то надоело тут торчать, честное слово.

- Ладно тебе возмущаться, - усмехнулся Ференц. – Было не так уж скучно. Для начала беглец, потом стадо этих… - и он мотнул головой в сторону топи. – Как набежали, как ломанулись…

Бойцы заулыбались.

Окружавшее поселок болото и правду не дало поскучать. Часов шесть назад туман стал настолько густым, что ни в одном из диапазонов не удавалось заглянуть дальше, чем на несколько метров. Именно этим воспользовалось семейство хищных мешочников, чтобы подобраться поближе.

Андре едва не подпрыгнул, когда из трясины за оградой, всего в нескольких метрах от него с булькающим звуком высунулась зубастая харя. Через минуту стало понятно, что харя не одна.

- Это разве развлечение? – Джон покачал головой. – Мешки со слизью. Их бы на Хордане съели за пять минут.

- Как и тебя, будь ты без брони и пушки, - субтактик оглядел звено. – Все готовы? Тогда двинулись.

И они пошли, огибая нефтехранилище, затем между домами, в ту сторону, где над зданием поселковой администрации торчала вышка генератора отпугивающих импульсов. Главная площадь встретила оживленной суетой и рычанием моторов.

Передвижные лаборатории агентов зачистки стояли около здания администрации. Рядом с каждой виднелись часовые. В два реквизированных уже на Трясине транспортера бойцы первого и второго звеньев загоняли ошалелых форсеров, мужчин, женщин, детей. Доносились сердитые окрики:

- Быстрее!

- Шевелись, лохматый! Или тебе врезать?

- Двигай-двигай ножками, пока они у тебя есть…

- Это те, кому в этот раз не повезло? – спросил Андре.

- Почему не повезло? – Ференц пожал плечами. – Живы останутся, и то хорошо.

В машины грузили тех, чей генетический код был признан бракованным, но не порочным образом. Их ждало длинное путешествие к шахтам Демона или Фатума, где всегда не хватает рабочих рук.

- Я бы так не сказал, - пробормотал Оле себе под нос, думая, что обитателям сырой Трясины Демон с его свинцовыми озерами или безумное светило Фатума покажутся много хуже гибели.

К площади со всех сторон сходились звенья, стоявшие в оцепление. Торопились к цистерне полевой кухни. Туда, где орудовали дозаторами повара, стояла очередь бойцов с мисками в руках.

- Поесть-то я не против, - с воодушевлением сказал Андре, похлопав себя по впалому животу.

- А то ты когда-то отказывался от этого дела? – Оле улыбнулся. – Вот сейчас…

- Отставить разговоры о еде, - неожиданно прервал его помрачневший Ференц. – Нас тут вызывают для одного важного дела.

Андре нахмурился, Петр растерянно заулыбался, а Джон пробормотал себе под нос что-то о «злобных командирах, морящих бойцов голодом».

Ференц сделал вид, что ничего не услышал. Он повел звено за транспортеры, вокруг здания администрации. Позади него обнаружился квадратный двор, зажатый между то ли складами, то ли мастерскими, и в нем – тактик.

- По вашему приказанию прибыли, - отрапортовал субтактик.

- Хорошо, - кивнул командир боевой бригады. - Ждем пятое звено. Будете работать с ними.

- А что за работа? – шепотом поинтересовался Оле у Ференца, когда тактик отвернулся.

- А я знаю, резаные мозги? – ответил тот.

Пятое звено появилось ровно через пять минут, и оно привело с собой дюжину форсеров, судя по виду – из местных.

- Бунтовщики доставлены, - отрапортовал командир пятого звена.

- Какие мы бунтовщики? – не выдержал один из уроженцев Трясины. – Мы верны делу Пророка и…

- Молчать! – лицо тактика исказилось, глаза выпучились. Он шагнул вперед и ударил заговорившего по лицу. Гражданский на ногах устоял, из разбитой губы потекла кровь.

- Кто ты такой, чтобы мне приказывать? – спросил он, презрительно сплевывая.

- Тот, кто говорит и действует от имени Эволюции, - ответ у Чингиза получился очень напыщенным. Затем командир бригады повернулся к субтактику пятого звена. – А ну поставьте их к стенке.

- И не стыдно вам? – заговорил другой из обитателей Трясины, сутулый, с бордовыми пятнами на лице и шее – то ли следами заболевания, то ли последствиями неудачной модификации. – Убивать братьев, родичей? Тех, кто, возможно является вашими роди…

- Заткнись! – тактик раздулся так, что просто чудом не лопнул. – Оружие наизготовку! Бойцы, перед вами существа, лишь по недоразумению называемые форсерами! Их тела отравлены генетическими искажениями, фатально влияющими на поведение. И посему властью, данной мне Пророком и Стальным Кодексом…

Оле, чувствуя себя крайне неловко, поднял пушку: ладно стрелять в того, кто хотя бы пытается убежать, но вот так…

- Убийцы! – крикнула высокая женщина, глаза ее полыхнули ненавистью. – Когда-нибудь так же убьют и вас!

- …я приговариваю их к насильственной унификации! – неумолимо закончил тактик. – Огонь!

Оле нажал на гашетку и закрыл глаза.

Он не увидел, что произошло дальше, услышал лишь мягкий стук падающих тел и почуял сладкую вонь горелой плоти. С ужасом представил, что вот так на Фатуме так же унифицируют его биологических родителей, которых он никогда не видел. И торопливо отогнал дурацкую мысль.

- Бунтовщики понесли заслуженное наказание, - в голосе командира бригады прозвучало удовлетворение. – Тела отнесите к унификатору, после чего можете быть свободны.

Оле открыл глаза.

- Есть, - одновременно ответили Ференц и субтактик пятого звена.

- Кстати, - Чингиз развернулся, чтобы уходить, но неожиданно остановился. – Операция на Трясине приравнена к боевым действиям. За ее ходом лично наблюдает сам Пророк. И любой из вас, кто отличится здесь, в процессе великого очищения, может рассчитывать на боевые награды.

- Служим Пророку! – это прозвучало недружно, как-то даже уныло.

Но командир бригады, судя по виду, остался доволен.

- Ну что, шестеро справа ваши, остальные наши, - предложил Ференц субтактику пятого звена.

- Идет, - ответил тот.

- Так, берем тела, - принялся командовать Ференц. – Яков, ты в паре с Петром, я с Оле, Джон, ты вон того хлипкого один унесешь…

- Какие же они бунтовщики, кудрявые небеса? – неожиданно спросил Андре, берясь за ноги трупа, голова у которого была сожжена несколькими плазмоидами. – Они ведь не пытались сопротивляться?

- Ну и что? – субтактик покачал головой. – Самое главное, что они могли это сделать! И, судя по их генетической карте, рано или поздно сделали бы. Логичнее устранить угрозу до того, как она станет реальной. Ведь так?

- Именно, - пробормотал Оле, которому на пару с Ференцем досталось тело сутулого, - именно так…

Рассудок говорил, что они поступают правильно, что расу необходимо очистить, лишить слабых мест.

Но на сердце все равно отчего-то было тяжело.

Дочь эволюции.

8.

Главный зал городской администрации Гролла выглядел на удивление помпезно. Судя по нему, немалая часть прибыли от продажи кристаллина перепадала местным властям. На стенах – псевдоокна с видом на ласковое голубое небо, роскошные кресла, обитые алым бархатом, стол из черного дерева, привезенного не иначе как с Земли.

- Приступим, братья и сестры, - проговорил Эрик Рогхерн и занял место во главе стола. Мгновением позже в кресла опустились делегаты и командиры Свободных Бригад.

С начала операции прошли сутки. Остававшиеся в городе войска предателей были уничтожены, отступившие ушли далеко на юг, к Длинному лиману и базе номер шесть. Гролл и центр освоенного материка попали в руки Верных. Наступило время решить, что делать с этой победой.

- Еще раз поздравляю вас, братья, с этим успехом, - Рогхерн почти не спал и выглядел усталым. Но глаза его все так же горели энергией, а голос оставался властным. – Наши соратники пали не зря.

- Это еще неизвестно, - пробормотала Рагла, командир Третьей Свободной Бригады, что понесла самые большие потери. – Мы должны сделать так, чтобы они пали не зря. А для этого изгнать всех ублюдков фон Хайнца с Рахонависа! И перенести войну за свободу на другие планеты! Чтобы форсеры сбросили с себя цепи рабства!

Рогхерн не повел и бровью, Ганс поморщился, а Эйдур, могучий командир Шестой Свободной Бригады, возразил:

- Не трогай светлое имя Пророка! Разве он виноват, что некоторые офицеры извратили учение Эволюции?

Марта подумала, что свести к чему-то одному столь разные мнения будет ой как непросто.

- Да ты… - Рагла сузила глаза, ноздри ее раздулись, а руки сжались на подлокотниках.

- Тихо! Тихо! – поспешно вмешался Рогхерн. – Оставим эмоции людям, и не будем забывать, что мы все-таки форсеры. Позволю себе кратко обрисовать ситуацию. На данный момент мы контролируем девяносто процентов поверхности Рахонависа. У предателей остались две военные базы и портал на Фрио. Надо решить – что делать дальше. Воевать или попытаться договориться.

- Нам нужен другой лидер, не Зигфрид фон Хайнц, - сказал Альберто. – Поэтому мы должны сражаться до тех пор, пока он не будет свергнут!

- Эх ты, какой воинственный? – Ганс покачал головой. – Ты силами семи бригад хочешь справиться со всеми Сложными Мирами? Или думаешь, что форсеры от Фрио до Норли перейдут на нашу сторону?

- Да! - Альберто гордо сверкнул глазами.

- Честно говоря, это маловероятно, - Рогхерн потер подбородок. – О нас они, скорее всего, просто не узнают. Я думаю, наша прямая обязанность – дать Пророку знать о том, что творят его фавориты. О тех жестокостях и глупостях, что делаются его именем. Наверное, ему доложили о восстании…

- Думаешь, нас пустят к нему? – поинтересовался новый командир Пятой Свободной, с которым Марта еще познакомиться не успела. – Что стоит тем же фаворитам сделать так, что нас никто не услышит?

- Но попробовать стоит, - тихо проговорил Стефан. – Сейчас, когда они растеряны, не знают, что делать. А сражаться против всей мощи Сложных Миров – безумие. И такая война будет на руку врагам Эволюции – людям.

- Верно, - поспешно кивнул Рогхерн. – Нельзя забывать, что мы – дети Пророка, и наш долг – помочь отцу, попавшему в сложную ситуацию.

Рагла фыркнула, Альберто сердито нахмурился.

- Но как вы намерены это сделать? – подала голос Марта. – У нас нет такого ком-линка, чтобы дотянулся до резиденции Пророка на Хордане. Нет модуля, чтобы открыть портал туда. Пробиваться с оружием в руках придется очень долго.

- Можно отправить… э, парламентеров, - сказал Ганс. – Тех, кто будет вести переговоры. Они должны ехать… - он замялся, вспоминая, - под белым флагом и без оружия. Так еще на Земле делали, в древние времена. И тогда их пропустят к Пророку.

- Эта идея мне не очень нравится, но другой нет, - Рогхерн выразительно пожал плечами. – Надо рискнуть. Не станут же предатели стрелять по безоружным? Давайте голосовать. Кто за предложение Ганса, поднять руки.

Первым отреагировал сам земляк Марты, за ним лидер Верных, Эйдур, Стефан… девять форсеров из четырнадцати.

- Большинство, - констатировал Рогхерн. – Вопрос решен. Осталось выбрать тех, кто поедет.

- А ты сам не хочешь? – поинтересовалась Рагла с ядовитой улыбкой.

- Нет. Честно говоря, меня слишком хорошо знают в окружении Пророка. Они сделают все, чтобы я не добрался до фон Хайнца живым.

- Эх ты, - Ганс залихватски улыбнулся, провел рукой по напоминающим проволоку волосам. – Раз я предложил, мне и исполнять. Дайте мне транспортер, транслятор и нескольких бойцов в сопровождение.

- И белый флаг на длинном шесте, - добавила Марта. – Я поеду с тобой, Ганс. Нельзя упускать такой шанс попасть в историю.

- Ты и так в нее попадаешь слишком часто, - хмыкнул Рогхерн. – Но я не возражаю. Транспортер и транслятор выдадим. Пару добровольцев отыщем. Когда вы сможете выехать?

- Чего тянуть? – Ганс посмотрел на Марту и пожал плечами. – Чем быстрее, тем лучше. За час, думаю, соберемся.

- Хорошо. У кого-нибудь есть вопросы или замечания? - Рогхерн обвел Верных взглядом. – Нет? Тогда уточним вашу задачу. Вы должны выйти на командира частей, размещенных на Рахонависе, и добиться, чтобы вам организовали переговоры с Пророком. Для этого надо дать понять, что мы по прежнему его верные дети и не враги делу Эволюции…

Уточнения и объяснения затянулись почти на час. Марта вышла из зала совещаний одной из последних. Санчес, ожидавший в вестибюле в компании других телохранителей, двинулся навстречу.

- Ну что решили? – лениво спросил он.

- На какое-то время я вас покину, - сказала Марта. – Не возражай и не спорь, все решено. И доставь мне комбинезоны, что мы нашли на базе.

- Оба? – уточнил Санчес.

- Да. И постарайся побыстрее. У нас всего час. Жду у себя.

Верные приспособили здание администрации под штаб. Каждому из делегатов досталось по комнате. Марта получила небольшой кабинет со столом, креслом, шкафом и вычислительным центром.

Честно говоря, она не очень знала, что со всем этим делать, и просто жила в кабинете.

- Хорошо, сделаю. Хотя не нравится мне эта затея, - помрачневший Санчес кивнул и удалился.

Про новые комбинезоны Марта никому не сказала. Тогда они обыскали все склады на военной базе, но более не нашли ничего похожего. Похоже было, что громадная машина снабжения армии форсеров дала сбой, и два экземпляра новейшего защитного снаряжения попали вместо Эброна или Тубана на Рахонавис.

Марта велела бывшим бойцам своего звена забрать комбинезоны и отнести в бригаду Стефана на сохранение. В тот момент подумала, что когда-нибудь в будущем находка пригодится.

Но никак не могла подумать, что это случится так быстро.

По узкой полутемной лестнице спустилась на первый этаж, прошла к кабинету. Толкнула дверь, которую никогда не запирала, и полезла в шкаф, где на кипах папок валялся рюкзак.

Следовало решить, что брать с собой, а что оставить.

Санчес вернулся через двадцать минут вместе с Жозефом, Рашидом и каким-то незнакомым бойцом с коричневой кожей и злым взглядом. Они затащили в комнату и сгрузили на пол два пластиковых ящика.

- Вот, доставили, - пропыхтел Жозеф. – На дело пойдете?

- Точно, - кивнула Марта. – Спасибо. Санчес, приглядишь за моими вещами. Когда вернусь, не знаю.

Она дождалась, когда они останутся вдвоем, и начала переодеваться. Сняла обычный боевой комбинезон, натянула тот, что извлекла из ящика. Пришлось чуть повозиться с застежками, но зато «вторая кожа» прилегла очень хорошо, нигде не провисла, не натянулась.

- Здорово, - одобрительно кивнул Санчес.

Марта подошла к зеркалу.

Торс ее в новом комбинезоне казался куда мощнее, плечи стали шире чуть ли не в полтора раза. Экзомышцы откликались на любое движение, их трубки и жилы тянулись по рукам и ногам. Костюм был тяжел, но давал ощущение защищенности и спокойной, уверенной силы.

- Ты прав. И вправду неплохо, - кивнула Марта, и активировала ком-линк. – Эй, Ганс, ты где?

- У себя, - отозвался он после секундной задержки.

- Зайди ко мне. Тебя ждет сюрприз.

- Хорошо.

Кабинет Ганса располагался на том же этаже, и поэтому добрался рыжий уроженец Норли быстро.

- Эх ты! Ничего себе! – экспрессивно воскликнул он, едва переступив порог. – Это что такое?

- Комбинезон, - ответила Марта. – Надевай. Что-то мне подсказывает, что такая штука нам может пригодиться.

Через пять минут Ганс превратился из обычного боевого форсера в устрашающего, могучего урода. Повел широченными плечами, поднял толстые ручищи, сделал несколько шагов и улыбнулся.

- Годится, - сказал он.

- Еще бы, - Марта повернулась и взяла со стола ионное орудие. – Ты как хочешь, а я эту штуку прихвачу. Спрячу ее, чтобы была не на виду, но возьму. А то без оружия как-то… ну, непривычно.

- Понимаю тебя, - Ганс склонил голову к плечу, взгляд его затуманился. – Ага… да, понял. Рогхерн сообщил, что транспортер с бойцами ждет на площади перед администрацией. Ты готова?

- Да. Удачи, Санчес. Увидимся.

- Обязательно, - он кивнул, ожесточенно поскреб заросший рыжевато-седой щетиной подбородок.

Они вышли в коридор. Попавшийся навстречу форсер при виде новых боевых комбинезонов отступил к стене. Часовые у входа изумленно выпучили глаза, один даже присвистнул.

Сопровождаемые удивленными взглядами, Марта и Ганс прошли через площадь, больше похожую на пещеру.

- А мы вас ждем, - из кабины черно-зеленого джипа высунулся лохматый и носатый форсер. – Забирайтесь скорее, а то уедем без вас. Меня зовут Марк, а бездельника, что сидит рядом – Петр.

На комбинезоны он внимания не обратил. Решил, скорее всего, что так и нужно.

Хлопнули дверцы. Марта устроилась на сидении, ионное орудие и сумку с батареями к нему положила под ноги, чтобы не было видно. Мотор зарычал, Петр принялся крутить руль, и джип покатил по тоннелям Гролла.

Город выглядел куда более оживленным, чем вчера. Местные жители не сидели по домам. К бойцам Верных относились настороженно, не зная, чего ждать, но враждебности не проявляли.

Еще вчера Рогхерн здраво рассудил, что каждый должен заниматься своим делом, и что военные вряд ли смогут эффективно управлять Гроллом. Он через трансляционную сеть пригласил всех сотрудников городской администрации вернуться на работу. Самые смелые появились с утра.

По широкому тоннелю джип выбрался из города. По глазам ударил яркий дневной свет. Остался позади пост у въезда в Гролл, и машина, набирая скорость, покатила на юго-восток.

***

- Ну что, долго ты там? – в очередной раз спросила Марта.

- Сейчас. Пара минут, и все будет в ажуре… - ответил Марк, возившийся с закрепленным на крыше транслятором.

То, что прибор забарахлил, стало ясно еще ночью, когда его включили для проверки. От Гролла отъехали к этому моменту далеко, а Марк пообещал, что все исправит, поэтому возвращаться не стали. Починку затеяли только утром, во время плановой остановки.

И она несколько затянулась.

Без транслятора, передающего на ком-линк сообщение о том, кто они такие и куда едут, смысла двигаться дальше не было. Заметив чужую машину, первый же дозор просто обстреляет ее и постарается уничтожить.

- В ажуре скоро будем мы, - заметил Ганс. – Если глаза меня не подводят, то вот-вот приключится славная буря.

Солнце едва успело взойти, как его настигла и проглотила черная, щетинившаяся молниями туча. В грохоте волн, бьющих о берег сотней метров ниже дороги, появились новые нотки, ветер засвистел тонко, пронзительно и зло.

- Вот и все, готово! – заулыбался Марк. – Сообщение записано, транслятор включен. Мы можем ех…

Гром заглушил его слова.

- Лучше переждем, - Марта поглядела в сторону моря, откуда приближалась серая пелена дождя, и подумала, что ехать в бурю – настоящее самоубийство. – Все равно час ничего не решит.

- Согласен, - Ганс поспешно юркнул в машину, захлопнул дверцу.

Стена ливня надвинулась, на джип точно обрушился водопад. Стекла помутнели от текущей воды, молния ударила совсем рядом, в верхушку одной из скал. Раздался грохот, полетели куски камня.

- Весело, - сказал Марк, - но, к счастью, недолго…

Гроза пробушевала над дорогой минут пятнадцать, не больше. Уползла на запад, в сторону гор. Когда небо очистилось, Петр завел мотор, и машина сдвинулась с места. Под шуршание шин Марту потянуло спать. Некоторое время она боролась с этим желанием, а потом задремала.

Проснулась от резкого толчка и обнаружила, что прямо ей в лицо смотрит дуло плазменной пушки.

Джип стоял. Дорогу перегораживали шестеро форсеров. И один из них, субтактик, разговаривал с выбравшимся из машины Гансом. Лица у врагов были неподвижные, точно каменные, но оружие, нацеленное на Верных, не дрожало.

- Чего же меня не разбудили? – проворчала Марта, потягиваясь.

- А зачем? – хмыкнул Марк. – Ничего интересного не происходит, видят небеса. Стоим, общаемся.

Субтактик кивнул, и махнул своим бойцам. Те опустили пушки и двинулись к обочине. Ганс улыбнулся и зашагал обратно к машине. Когда уселся на место, Марта поинтересовалась:

- Ну, и о чем говорили?

- Эх ты, проснулась, - он потер виски и зевнул. – О погоде, о чем же еще? Правда, она на Рахонависе всегда плохая. А если серьезно, то я договаривался о том, чтобы нас пустили дальше. Тот парень, - он показал на субтактика, – связался с командованием. И те вроде разрешили нам проехать до портала.

- Транслятор помог?

- И белый флаг, - и Ганс ткнул пальцем в крышу, над которой, закрепленное на толстом штыре, вилось полотнище цвета свежего снега. – Без них от нас давно осталась бы кучка пепла.

Субтактик от обочины сделал приглашающий жест. Петр кивнул, и джип покатил дальше. Бойцы патруля остались позади и вскоре скрылись из виду. Оглядевшись, Марта поняла, что высокие горы остались севернее. Парламентеры достигли зоны лиманов, занимающих южную оконечность длинного полуострова, у основания которого находится Гролл.

- Сколько же я спала? – пробормотала она.

- Много, - Ганс ухмыльнулся, на этот раз проказливо. Вообще, арсенал улыбок у него был огромный. – Поскольку ты слабая женщина, то я решил тебя не будить. Вдруг силы еще понадобятся.

Он откровенно издевался, но у Марты не было настроения вступать в пикировку.

Через десяток километров миновали небольшой поселок, а дальше дорога начала петлять, точно след хитрого зверя. За одним поворотом обнаружился блокпост – десяток транспортеров, перегораживавших трассу, и хмурые форсеры с оружием в руках перед ними.

- Что, еще одна проверка? – удивился Ганс.

И тут у них одновременно ожили ком-линки.

- Немедленно остановиться и выйти из машины, - прозвучал в голове у Марты недружелюбный голос.

- Кто говорит? – поинтересовалась она.

- Повторяю, немедленно выйти из машины. Иначе мы начинаем стрелять.

Марта до хруста в зубах сжала челюсти, отгоняя желание взять с пола ионное орудие.

- Что-то не так, - Ганс поглядел на нее встревоженно. – Надо выходить. Иначе нас просто расстреляют…

Марта толкнула дверцу и выбралась наружу. Распрямилась в полный рост, отметила, что справа от дороги, где начинаются холмы, наверняка сидят несколько снайперов.

- Что происходит? – громко спросил Ганс. – Мы парламентеры, у нас нет оружия. Нам необходимо встретиться с вашими командирами и связаться с Пророком. Мы остаемся верными детьми Эволюции и…

Из джипа без спешки вылезли Марк и Петр.

- Верными детьми? – из-за машины вышел высокий, плечистый тактик, на лице его легко читалось презрение. – Вы – предатели! И вас надлежит уничтожить всех до последнего. И это – по слову Пророка! Огонь!

Марта отреагировала до того, как прозвучала команда. Прыгнула в незакрытую дверцу. Скрипнуло придавленное сиденье, а она потянулась туда, где лежало ионное орудие.

Краем глаза увидела отблески плазмоидов. Наспех всунула на место батареи, схватила «Ярость». Поспешно распрямилась, выбросила оружие вперед. Зазвенело, разлетаясь на осколки, лобовое стекло.

Обожженные тела Марка и Петра лежали на земле. Ганс был жив, хотя, судя по потемневшему боевому комбинезону, в него угодил не один разряд.

- В машину! – рявкнула Марта и выстрелила. Тактик схватился за простреленное плечо и отступил на шаг.

Ганс бросился назад. Форсеры с блокпоста перенесли огонь за ним. На джип обрушился настоящий поток плазмы. Раздалось громкое шипение, потек металл на бампере и бортах.

- Сволочи! – Марта выскочила из охваченной огнем машины, кубарем покатилась по земле.

Выстрелила еще раз. Вскочила и получила плазмоид в бок. Но не ощутила боли, только неприятное жжение. Найденный на складе костюм принял удар на себя, по нему прошла болезненная дрожь.

- Подонки… - Марта прыгнула в сторону, под прикрытие джипа и, неожиданно для себя бросилась к нему.

Налегла, экзомышцы еле слышно загудели, и… даже не толкнула, а швырнула машину вперед. Та с грохотом врезалась в один из транспортеров, полетели обломки, нескольких форсеров отбросило в стороны.

Марта глянула на Ганса, обнаружила, что тот лежит на земле, а вместо головы у него обгорелый огрызок. Выругалась про себя и, пока враги не опомнились, ринулась к уцелевшему транспортеру.

В нее попали еще раз или два, но она не обратила на это внимания. Отбросила попавшегося на пути врага, так что тот отлетел на десяток метров, другому прострелила живот. Рванула на себя дверцу и оказалась в кабине. Бросила взгляд на пульт, схватила руль левой рукой.

Транспортер послушно пополз вперед, орущий форсер исчез под его колесами.

- Это тебе за Ганса, - целиться на трясущемся сидении, одновременно управляя машиной, было очень трудно. Но она справилась. Поднявшийся было тактик свалился навзничь и замер.

Марта очень надеялась, что навсегда.

Луч ионного орудия пробил стенку кабины, чиркнул Марту по животу. От боли потемнело перед глазами. Но рана тут же занемела, а комбинезон вокруг нее принялся трястись – вступил в дело вмонтированный в его плоть комплекс жизнеобеспечения.

- Врете, гады… Не дамся, - Марта вырулила на дорогу, увеличила скорость. Мотор заревел.

В зеркало заднего вида видела, как палят по ней уцелевшие враги, как плазмоиды лупят по кузову транспортера. Но понимала, что она смогла, уцелела, вырвалась, правда ценой гибели троих соратников. Радости не было никакой, только бешеная, неукротимая жажда мести.

И теперь ее долг – дойти до своих, сообщить о том, что случилось, командирам Верных.

Когда пост скрылся из вида, Марта немного уменьшила скорость. Подумала, что впереди, на дороге, ее наверняка будет ждать засада. Поэтому примерно через километр остановилась, обшарила машину в поисках чего-нибудь, что может пригодиться в пешем походе.

Не нашла ничего. Поэтому отошла подальше и выстрелила из ионного орудия в бензобак транспортера. Полюбовалась взрывом и, развернувшись, зашагала на запад, в горы.