Воплощение Дракона

Начало истории

Год деревянной крысы.

Четвертый месяц.

двенадцатый день.

Лето в этом году, лишь начавшись, накрыло всю провинцию Белых Лилий нестерпимой жарой. Периодически, Боги проявляли свое милосердие и посылали сильные ливни, вода водопадом обрушивалась на землю. Но, и солнце не заставляла себя ждать, следом входило в свои права, моментально высушивая лужи. От испарения, порой, тяжело дышалось. Но, люди провинции не унывали, а только радовались, ведь такая погода давала надежду на хороший урожай риса.

В одном из поместий, недалеко от столицы провинции, маленький мальчик по имени Ся Пин, которому исполнилось только четыре зимы, играл со своими ручными кроликами.

- Младший брат кролик. - взяв на руки одного из ушастиков сказал мальчик - У меня нет друзей, потому, вы будете моими друзьями.

Глупый кролик попытался вырваться из рук мальчика.

- Зато, у меня есть лучшие в мире родители. - задумчиво заулыбался мальчик. - Вот вы…- он обратился к остальным своим пушистикам, - могли бы пойти на ужин, - мальчик нахмурил брови, чтобы показать всю серьезность ситуации, - но, когда отец рассказал мне, какая вас ждет судьба, я расплакался. И попросил спасти вас. Он купил вас и подарил мне.

Ся Пин грустно вздохнул. Три дня назад, прискакал гонец из столицы. И после этого, все поместье погрузилось в мрачное молчание. Слуги сновали словно тени по поместью, больше не было слышно громких разговоров. А потом, мать с отцом уехали куда-то и их нет уже два дня. Но, все это мальчик не хотел рассказывать кроликам. Чтобы не пугать их.

Вдалеке послышался шум, Ся Пин положил своих питомцев в большой ящик, где они жили и выбежал к воротам поместья. Вдалеке ехала карета его родителей. Радостно засмеявшись, он приготовился встречать их.

Карета въехала во двор, из нее вышел отец. Мальчик сразу понял что, что-то не так. Отец, который всегда был улыбчивым и суетливым человеком, теперь был не таким. Он напоминал опасного хищника. В его взгляде было полное превосходство над остальными, надменность, холодность и равнодушие. Теперь, отец не совершал никаких лишних и суетливых движений. Только скупые четкие жесты, при этом, наполненные силой и грацией тигра. От него веяло опасностью. Но, главное, его глаза теперь горели желтым цветом.

Ся Пин недоуменно смотрел на того, кого раньше считал своим отцом, и не понимал что происходит. Когда мужчина проходил мимо, он все же протянул к нему руки, ожидая объятий. Раньше он всегда так делал. Но отец даже не повернул к нему головы, прошел мимо.

Из кареты выбежала мать и упав на колени, обхватив ребенка, заплакала. Её всю трясло. А мальчик был слишком мал, что бы осознать, что с этого момента его жизнь навсегда изменилась.

На ужине Ся Пин сидел в ужасе, не притронувшись к еде. Главным блюдом на столе были жареные кролики. Его кролики!

Год металлической лошади.

Третий месяц

двадцатый день

Ся Вэйдун сидел в своем кабинете и разбирал почту. Слишком много дел свалилось на него после смерти отца и матери. Сына, по настоянию жены, он решил отправить в башню Белого Аиста. Благородные семьи провинции Белой Лилии часто так делали. Хозяйка башни пригласила множество разных учителей и дети получали там достойное образование. Взамен, она принимала пожертвование от родителей своих воспитанников. Это было лучшим решением, чем если бы сын остался. Мужчина еще помнил своего отца, когда тот стал воплощением Золотого Дракона. Помнил, как он сам боялся повторить его судьбу.

В дверях появилась жена. Её вид был довольно растрепанным, последнюю неделю она очень болела. Каким же он был дураком, до того, как стал Воплощением. Как можно было жениться на той, которая так слаба и постоянно болеет. А значит, не может подарить ему еще наследников и носителей крови.

- Наш сын отправляется в башню Белого Аиста. - проговорила она.

Ся Вэйдун, не счел нужным отвечать, продолжая заниматься своими делами.

- Ты не пойдешь? И не проводишь его? - не унималась она. - Он же всего лишь мальчик, которому минуло десять зим.

- Это не важно, его ждет та же участь. Он будет таким же как я. Самим Воплощением Золотого Дракона. - спокойно проговорил Ся Вэйдун - Все это лишь суета. С кем растет, как растет, кем является сейчас. Как только он станет Драконом, уже ничего не изменить.

Женщина резко обернулась и ушла.

Башня Белого Аиста

Год металлической лошади.

Третий месяц

двадцать первый день

Осень выдалась мягкая. Некоторые деревья начали желтеть и краснеть. Другие сохранили свои зеленые кроны. Башня Белого Аиста выглядела как пузатый желтый бочонок с множеством окон. Вокруг нее был прекрасный персиковый сад, с ровными дорожками, посыпанными желтым песком. Все прилегающие земли принадлежали хозяйке Фу Джиао, по слухам, бывшей любовнице наместника и очень неординарной личности. Ее башня стала тем местом куда привозили своих детей, не более десяти зим от рождения, все знатные рода. Здесь, под присмотром лучших учителей, шло их воспитание.

Небольшая карета остановилась рядом со входом. Кучер помог выйти из кареты черноволосому ребенку, которому исполнилось в лучшем случае десять зим, подав ему саквояж с вещами. На встречу, из башни, вышли три женщины и сама хозяйка. Она молча посмотрела на ребенка с загадочной улыбкой.

- Хорошего Вам дня и удачи Вам во всех ваших делах, госпожа Фу Джиао. — учтиво произнес паренек, при этом было видно невооруженным взглядом, как он очень стеснялся.

Хозяйка башни подала знак, одна из служанок подошла к мальчику и взяла вещи. Карета тут же тронулась.

- Юный Ся Пин, прошу Вас, прогуляйтесь по нашему саду. У моих подопечных перерыв и я устроила им прогулку. Это хорошая возможность познакомиться с ними. А мы пока подготовим Вам ваше место.

Парень кивнул и пошел в направлении, которое ему заботливо указала хозяйка башни.

Идя между деревьями, он услышал детский смех. А выйдя к поляне, увидел детей разных возрастов, они беззаботно бегали и играли друг с другом. В центре поляны, на дубовом стуле, восседала служанка преклонного возраста каких-то невероятных размеров.

- Дети! Дети! Подойдите ко мне. — раскудахталась престарелая воспитательница.

Паренек спрятался в тени деревьев, так, чтобы его не было видно. Если бы, кто-то сейчас мог прочитать его мысли, поразился бы. В голове этого ребенка творился настоящий хаос. Обида на своего отца не проходила. Он даже не вышел проводить его. Когда-то любящий отец, стал чужим человеком. Словно его тело занял монстр. И это чудовище никогда бы не вышло провожать его. Даже, если бы он умер, Воплощение Золотого Дракона воспринял бы эту новость с той же долей интереса, как новость, что в соседней деревне родила корова.

Сейчас, находясь в незнакомом месте, среди незнакомых людей, все, чего он хотел — это сбежать как можно дальше, и спрятаться. Так, чтобы его никогда не нашли.

- Дети, идите сюда, я расскажу вам историю о Юйе Победителе. — продолжала созывать всех огромная дама. — Расскажу, как он спасал людей и стал императором. За что отец, дракон Гунь, наделил его силой своего духа.

«Силой, как же! Проклятьем. Без этой силы люди прожили бы, а так, сколько крови пролито было потомками Юй», — подумал мальчик.

Из толпы детей, вышли двое. Они были одного возраста с Ся Пином. Парень был одет в черные одежды и имел черные, как смоль, волосы. Девушка, напротив, была одета в белые одежды,похожие на одеяния жриц, имела белоснежные кудри с лёгким платиновым отливом. Они о чем-то увлеченно спорили.Девушка заметила Пина и остановилась. Она подтолкнула своего спутника локтем и что-то тихо проговорила, кивнув в его сторону. И оба направились к нему.

- Хорошего Вам дня и удачи во всех ваших делах! — поприветствовала его девочка. — Меня зовут Лян Аи, я дочь Верховной Жрицы. А это Син Сяолун, его род владеет землями на севере провинции Белых Лилий. А отец имеет титул Защитника Севера. — кивнула она на спутника.

- Вообще-то, первым должен представляться мужчина, — высокомерно заметил парень, — а ты, как всегда, влезла. И защищать на Севере земли толком не от кого. Только временами нападают морские пираты.

Девушка прыснула и тут же повернулась к парню.

- А как твое имя, младший брат? — с улыбкой произнесла она.

- Ся...Ся...Ся... Пин. — заикаясь произнес он.

Что вы знаете о любви? Кто-то сочиняет про нее баллады, иные стихи, кто-то твердит, как будто ее и вовсе нет. Молодой Ся Пин узнал, что такое любовь в ту самую секунду, как посмотрел в глаза белокурой девочки в белых одеждах. С этого момента и на всю оставшуюся жизнь. Теперь все было посвящено ей. Ну, или, по крайней мере, он так думал

- Ты здесь впервые?- серьезно произнесла она.Д..да. — смущенно произнес он.

- Тогда, мы с Сяолуном тебе все покажем. — крайне серьезным тоном проговорила она, словно взрослая, но, потом, рассмеявшись, протянула ему руку.

- Пойдемте с нами, старая Лау, как раз, начала историю про героя Юй.

Он взяв ее за руку и они отправились слушать героическую оду.

- Много в те годы грешили люди, много дурных дел сделали они, чем очень разгневали Верховного Владыку. И тогда, он послал на землю потоп. Но, с этим был не согласен Гунь, внук Верховного Владыки. Он решил бороться с потопом. Он украл у Верховного Владыки сиджан — саморостущую землю. Брошенный на землю сиджан мог расти беспредельно, образуя холмы, долины и горы.

Служанка обвела взглядом детей, проверяя их внимание слушать.

- И вот, Гунь кинул сиджан в воду, и прямо из воды стали вырастать земли, холмы и степи. Вода стала впитываться в нее. Оставшиеся в живых люди, стали спускаться с гор, радоваться и бросать в новую землю зерна. Но Верховный Владыка узнал, что его обокрали, и гнев свой приумножил. А когда он узнал, что его обворовал собственный внук, то не знал пощады. И послал на землю Бога Огня Джужуна, для убийства Гуня. Произошла битва, Гунь пал на горе Юйшань, и земля вновь покрылась водой.

Самые маленькие дети, проникшись легендой, ахнули. А старая Лау продолжала:

- Людям снова пришлось забраться в горы, страдая от холода и голода, и жалея Гуня, который ради них расстался с жизнью. Шло время и годы, но тело Гуня не разлагалось, и тогда, Верховный Владыка послал на землю одного из Богов разрубить Гуня на куски. Но, как только посланец небес нанес удар по телу, оно разделилось на Золотого Дракона, который быстро скрылся в морской пучине и его сына Юй.

Служанка театрально замолчала, хитро смотря на детей:

- Ну, а дальше? — не выдержили некоторые из детей.

- А дальше, Юй решил завершить дело отца, и спасти людей от потопа. Его решимость была так велика, что сам Верховный Владыка смирился и вручил ему в руки сиджан. Но, не всем Богам понравилось решение Верховного. Бог воды Гунгун говорил, что люди недостаточно поплатились за свои преступления. И устроил большую бурю. Многие оставшиеся из людей погибли, другим, что бы выжить, пришлось обратиться в рыб и креветок. А Юй со своими союзниками вступил в бой с Гунгуном. И победил его, и прогнал.

Старая Лу перевела дух, и продолжила рассказ:

- Много еще славных подвигов совершил Юй. Подружился с Богом рек Хэ-бо и с нагом Фу Си. Победил Царя демонов. После той победы, все народы и племена, в знак уважения, избрали Юй своим правителем. А сам Верховный Владыка подарил Юй двух коней, которые появлялись, стоило лишь Юй подумать о них. Его отец, Золотой Дракон Гунь, выплыл из океана и одарил героя чашей своей крови, выпив которую, Юй смог обрести силу и мудрость отца.

Престарелая Лау сделала паузу. И один из совсем маленьких детей не выдержал и закричал:

- А дальше? А дальше?

- А дальше, — продолжила Лау, — он правил честно и справедливо. А перед смертью разделил все земли на девять провинций и поделил их между своими сыновьями.

- Но, провинций всего семь. — удивлённо проговорил какой-то пухлый парень.

- Вот, посмотрите дети на Фэн Цунглея,- хитро улыбнулась Лау, — в столь юном возрасте уже демонстрирует свой цепкий ум и сразу нашел несоответствия в моем рассказе. Может быть, кто-то хочет проявить себя и скажет, почему провинций осталось всего семь.

Все дети молчали и переглядывались между собой. Пока вперед не шагнул Син Сяолун.

- Сила провинций всегда держалась на крови Юй. Точнее, на возможности его детей, что могли становиться Воплощением Золотого Дракона. В бою они были равны многим сотням воинов. — проговорил он. — Но, провинциях Холодных Рек, Железных Шипов и Темного Леса, род Ся потомков Юй прервался, что привело к развалу провинций.

- Тогда, почему провинций семь, если три распалось, а было девять? — опять возмутился Фэн Цунглен.

- Потому, что в провинция Железных Шипов смогли разбудить кровь Юй в побочной ветви. И тем самым сохранили все свои земли. — Син Сяолун просто светился, от превосходства над всеми.

- Юный наследник Саламандр, Вы, как всегда, восхищаете старую Лау своими знаниями. — тепло улыбнулась она.

- Дети, а в башне Белого Аиста у нас новый воспитанник. Ся Пин, подойдите ко мне.

Ноги Ся Пина сразу стали ватными, он просто кожей ощутил, как все дети смотрят сейчас на него. Косолапой походкой, он неловко подошел к Лау. Она развернула его ко всем детям лицом и положила свои руки ему на плечи.

- Пин из рода Ся, потомков Юй, последний в нашей провинции Белых Лилий. Его отец — Хранитель Востока нашей провинции и Воплощение Золотого Дракона. Я надеюсь, вы с ним подружитесь и будете вести себя как истинные и благородные, и не заставите краснеть своих родителей от стыда. Проявите радушие к вашему новому брату.

Лян Аи тут же запрыгала подняв руку.

- Да, Лян Аи, что-то хотите спросить?

- Нет, — серьезно проговорила она,- просто хотела сказать, что мы пообещали Ся Пину показать окрестности башни, можно мы пойдем погуляем?

- О! Молодой, Пин, уже нашел себе друзей! — смеясь проговорила престарелая Лау. — Тогда, конечно, но далеко не уходите.

Жизнь в башни

Год металлической лошади.

Четвертый месяц

четвертый день.

Лян Аи была зла. Нет, не так. Лян Аи была очень зла.

- Ся Пин, выходи! Или, клянусь своими волосами, я зайду и выволоку тебя от туда за шкирку! — ударила она ногой по двери.

- Я сейчас. — послышался глухой ответ.

Лян Аи сложила руки на груди, пытаясь подавить раздражение. Но, подождав еще немного, все опять вырвалось наружу:

- Я не шучу! Ся Пин, выходи немедленно! Мне надоело тебя ждать!

Заходить в комнату мальчиков Лян Аи было нельзя. Иначе, она уже давно погнала бы этого несносного мальчишку пинками до озера.

- Ся Пин, демон тебя побери, что ты там так долго делаешь? — практически прокричала Лян Аи.

В ответ раздалось какое-то непонятное мычание.

- Выходи, или я сейчас пойду на озеро одна! — стала терять терпения Лян Аи. — Син Сяолун там уже нас заждался.

Заскрипела дверь и из нее появился смущенный Ся Пин. Все одежда на нем был одета крива. Все пуговицы были застегнуты не в те петли.

- Ты похож на слугу, который, тайком от господина, решил примерить его одежду. — усмехаясь произнесла она.

В коридоре появился большой толстый Фэн Цунглей. Зло зыркнув на обоих, он проходя мимо, как бы невзначай, толкнул Ся Пина плечом и молча удалился в комнату мальчиков, хлопнув дверью. Лян Аи слышала, что отношения у Фен Цунглея и Ся Пина не заладились с первого дня. Лян Аи не знала в чем причина. При каждой встрече Фен Цунглей проявлял не скрываемую враждебность по отношению к ее новому другу. В их конфликт вмешался Син Сяолун. И они уже два раза подрался с Фен Цунглеем из-за Ся Пина. Но, на все расспросы: «Что произошло?», ее мальчики замалчивались, отворачивались, начинали смотреть в землю.

- Не обращай внимания. — проговорила Лян Аи, смотря на дверь, за которой скрылся Фэн Цунглей. — Что же нам делать? — с недоумением перевела она взгляд на его одежду. — А ну, стой смирно и не шевелись!

Она ловко застегнула все пуговицы и перевязала все завязки, при этом, сделав все узлы на бантик. От этого зрелища узлов у Пина из груди вырвался обреченный вздох.

- Что, не нравиться? — возмутилась Лян Айя, увидев его выражение лица. — Тогда завязывай свою одежду сам. И вообще, мы обещали Син Сяолуну прийти на озеро в полдень. Так что, пошли быстрее.

«Несносный мальчишка, мало того, что он еще не может сам одеться, так он еще выказывает недовольство, когда ему помогаешь», — думала Лян Аи.

Лягушачий пруд, не далеко от башни Белого Аиста, был прекрасен. Гладь воды была как зеркало, отражая белые пушистые облака. Старая ива, наклонившись к воде, опустила в нее свои ветки. По воде плавали желтые листья, создавая свой неповторимый рисунок. Лян Аи была так впечатлена зрелищем, что на какое-то время, даже забыла, зачем она пришла сюда. Но громкий храп, раздавшийся из-за кустов, разрушил все иллюзию сказки, которую создала природа на этом озере.

Нахмурившись, она направилась к кустам, чтобы лично посмотреть на того, кто только что разрушил ее сказку.

Судя по всему, Син Сяолун ждал долго. Очень долго. Он успел сладко уснуть, раскинув руки в стороны и поджав под себя колено. На его груди лежала раскрытая книга. «Наверное, опять своровал из библиотеки почитать». — подумала Лян Аи.

- Син Сяолун! — строго произнесла она, злясь на него, а точнее на его храп.

Тот резко вскочил.

- Кто? Что? А, это вы! Долго же вы шли.

Он внимательно посмотрел на узлы одежды Ся Пина и обидно засмеялся. Щеки у виновника смеха налились пунцом.

- Что, Сян Пин, так и не научился одевать одежду сам, без слуг? — произнес он. — И заставляешь это делать будущую Главную Жрицу?

Теперь и щеки Лян Аи стали красными. Ей даже показалось, что она ощущает жар от них. Но, в отличии от смущенного Ся Пина, она не стала отмалчиваться.

- Придержи свой язык, Син Сяолун, а то я измажу его в грязи! — не на шутку разозлилась Лян Аи.

- Ладно, ладно. — все еще смеясь проговорил Син Сяолун — Я молчу. — примирительно произнес он.

Для мальчика, обделенного вниманием своего отца и видящего в глазах матери только страх перед тем существом, которым являлся ее муж, моментов, которые он мог назвать счастьем, практически не существовало. Точнее они были. Но там, когда-то давно. Он уже практически не помнил. Но спросите его сейчас: «Счастлив ли он?». Когда он, вот так просто, мог сидеть со своими новыми друзьями часами на пруду возле башни Белого Аиста и болтать обо всем на свете. О новостях с других провинций, о невероятных слухах. Строить теории на счёт мифов. Он, несомненно, сказал бы: «Да. Сейчас я счастлив, как никогда».

- Скажи, Ся Пин, — неожиданно спросил Син Сяолун, — а почему твой дед отказался от трона наместника?

Сян Пин скривился, как будто съел кислый лимон, в уме завертелись миллионы вариантов, как уйти от ответа.

- Почему? — помедлив, задумчиво произнес он. — А почему тебя все зовут Змей? Расскажешь мне и я расскажу почему дед отказался от трона.

Син Сяолун открыл было рот, но так и застыл, не найдя что ответить.

- Да, что тут рассказывать,- влезла в разговор Лян Аи, — он хитрющий, как его отец. Вот его так и зовут. Точнее, его отца зовут Змеем, его называют Змеенышем.

Син Сяолун насупился, а потом выдал:

- Ну вот, тебе рассказали, теперь твоя очередь.

- Ну, рассказал же не ты. — попытался выкрутиться Ся Пин.

- А если, я слово в слово повторю за Лян Аи, будет считаться, что я? — стал давить Син Сяолун.

- Ся Пин, ну расскажи... — подключилась Лян Аи.

Ей он отказать уже не смог.

- Сила воплощение Золотого Дракона... это, не благословение. — сказал он смотря в одну точку. — Это проклятие. Дед решил, что не должно быть много власти у таких как мы.

- Но почему? — удивилась Лян Аи.

- Тебя мать брала на служения? — вопросом на вопрос ответил Ся Пин.

- Да, брала. — кивнула та.

- И меня отец брал на войну, подавлять Бунт трёх мотыльков. Местный чиновник обдирал жителей так, что у них начался голод. Они подняли бунт, а отца отправили его подавлять. И он справился.

Друзья Ся Пина замолчали. А он все дальше уходил в воспоминания.

- Я видел такое, что лучше это никому не видеть, — тихо сказал он.

- Ну, кто-то же должен это делать? Если не будет Воплощений Золотого Дракона, провинция развалиться. — громко возмутился Син Сяолун.

Посмотрев на воду, Ся Пин долго не решался продолжать рассказывать. Но, все же, под требовательными взглядами друзей, сдался.

- Меня отец и ранее брал с собой и я видел как умирают солдаты. — проговорил он — Но, тогда было другое. Против солдат выступали обычные голодные крестьяне. Знаете, что больше всего мне тогда запомнилось?

Четыре глаза: два Син Сяолуна, два Лян Аи, буквально пожирали Ся Пина.

- Не та жестокость, с которой отец отнесся к бунтарям, — он задумался, как бы это рассказать, — меня больше поразил случай, когда отец шел вдоль раненых солдат, и увидел одного из них раненого в спину. Спросил, как тот получил такое позорное ранение. Солдат стал что-то неразборчиво бормотать, тогда отец озверел и оторвал ему руки. Солдат истек кровью на месте. А отец громко сообщил всем солдатам, что ранение в спину можно получить только убегая от врага. И если он хоть раз еще увидит такую рану, он поступит с трусом точно так же.

Ся Пин поднялся и ушел. Больше желание рассказать что-то друзьям у него не было.

- Он не прав. — произнес в спину уходящему другу Син Сяолун. — Я читал книги. Провинции процветали только тогда, когда ими правил сильный воин с воплощением духа Дракона

Год водяного петуха.

Десятый месяц

четвертый день.

Ся Пин крался по коридору башни, он из-за озорства хотел напугать Лян Аи. Но вдруг, он услышал другой голос. И сразу узнал в нем Син Сяолуна.

- Хорошо, — раздался его смех, — я расскажу, но тогда с тебя подарок.

- И что же ты хочешь, чтобы тебе подарила бедная наследница жрицы, о богатый потомок Саламандр? — со смехом ответила Лян Аи.

- Например, поцелуй? — буквально промурлыкал Син Сяолун.

- По-моему, Син Сяолун, ты часто стал переходить границы дозволенного. — уже строго ответила Лян Аи.

- Я не имел в виду ничего такого, — растерянно и как-то обиженно сказал Син Сяолун, — я имел ввиду, только в щечку.

- Все равно, я часто от тебя слышу намеки на отношения, которые могут быть только у мужа и жены. — так же строго произнесла Лян Аи.

- А, если, я готов, сделать тебе предложение? — как-то слишком громко ответил Син Сяолун.

- Что? — удивилась Лян Аи.

Дальше послышался звук, то ли возни, то ли борьбы. Ся Пин быстро ускорился и осторожно заглянул за угол. И застал сцену, где Син Сяолун обнимает Лян Аи за талию, сложив губы в трубочку тянется к ней. Лян Аи же, положив ему руки на грудь, пыталась отстраниться. Но, на ее лице не было праведного гнева, оно было смущенным и щеки пылали. Кулаки Ся Пина сразу сжались, ему стало трудно дышать. В глазах, пошли круги. Но, в следующий момент Лян Аи вырвалась и, развернувшись, убежала. Ся Пин выдохнул. Но потом, он увидел, каким взглядом проводил удаляющуюся подругу Син Сяолун. И он понял, что у них обоих одна беда, что его друг любит ее так же, как любит он ее сам

Визит Змея Севера

Год водяного петуха.

Десятый месяц

пятнадцатый день.

Зима выдалась лютой, холодный ветер постоянно завывал за окном. Ся Вэйдун, как обычно, сидел в своем кабинете и разбирал корреспонденцию, пока со двора не послышался шум. Молча мужчина подошел к стеклу, к сожалению, окно покрыла изморозь и увидеть, что происходит во дворе, не удалось. На улице продолжался шум и крики.

Накинув на себя шкуру медведя, Ся Вэйдун вышел на крыльцо. И застал момент, когда его слуги закрывали ворота, а во двор заехали большие сани. Они были лишены всяких узоров, красок, знаков и гербов. Они напоминали большой дом. И, скорее всего, стоили гигантских денег.

Из раскрытой двери выпрыгнул высокий худой мужчина, на нем была военная форма, явно пошитая на заказ, из дорогих материалов. При этом, гербы и прочая мишура, которой так любят высокие чины украшать свои камзолы, отсутствовала. Судя по скупым знакам отличия, гость был в чине генерала. Ся Вэйдун никогда не видел этого человека в лицо, но догадался сразу, кто перед ним.

- Что привело Змея Севера в мой дом? — мрачно осведомился он.

- Мне говорили, что ты не гостеприимный хозяин, — ухмыльнулся Змей, — но теперь вижу, что тебя явно недооценили, Дракон Востока. Что, даже не дашь погреться у твоего очага?

Ся Вэйдун хранил мрачное молчание.

- Я приехал поговорить. — сдался Змей.

- Говори. — отреагировал Ся Вэйдун

- Не хотелось бы при слугах. — Змей пристально стал давить взглядом на собеседника.Но, Ся Вэйдун, как будто, даже не замечал этого. Поборовшись немного взглядами, Змей все-таки добавил:

- Это действительно важный разговор, не для чужих ушей.Ся Вэйдун приглашающе мотнул головой и скрылся внутри здания. Змей проследовал в кабинет хозяина поместья. Там Ся Вэйдун сел молча за свой стол и продолжил читать письма. Змей, осмотрев кабинет, поцокал языком.

- Северные земли не такие богатые, — проговорил он, — как восточные. Я, почему-то думал, что увижу огромный замок или, как минимум, большое поместье, а тут...

Ся Вэйдун никак не отреагировал на слова Змея. Тот продолжил:

- У тебя почти нет слуг и охраны. — заметил он. — Ты не боишься, нападения?

- Нападать на Воплощение Дракона? — удивился Ся Вэйдун. — Давно не было таких сумасшедших

Он покрутился по кабинету, посмотрел на полки с книгами, на чучело совы, и снова обернулся к хозяину кабинета:

- Ты знаешь, мне доложили, что наши дети дружат. Почему бы не последовать примеру наших детей и не подружиться?

- Мне без разницы, с кем дружит мой сын. — мрачно отозвался Ся Вэйдун.

Змей пристально смотрел на Ся Вэйдуна, глаза того сейчас, в темном помещении, горели желтым огнем. Раздумывая, как начать разговор, он в очередной раз поразился. Обычно его рост давил на собеседника. А Дракон Востока оказался даже ниже среднего роста, но при этом, не казался маленьким. Наоборот, даже сидя за столом, словно каменное изваяние, он казался крупнее его.

- Так или иначе, он примет выбор. Мы все, по своей воле, или по воле судьбы, его принимаем. — не отрываясь от писем ответил Ся Вэйдун.

- Но, бывают времена, когда новый наследник годами и даже десятилетиями принимает свою судьбу. — стал медленно рассуждать Змей. — За это время провинции теряют свои территории, города, селения.

- Так задумали Боги, ни мне, и ни тебе это обсуждать. — впервые на лице Ся Вэдуна проявились эмоции, точнее его лицо превратилось в оскал

- Я бы не хотел уповать на то, когда Боги обратят внимания, на нашу провинцию. — облокотившись на стол, Змей навис над хозяином кабинета. — Я бы хотел, чтобы у нас был запасной план.

- Заставь плодиться побочные ветви, может быть удасться в ком-нибудь из них пробудить Воплощение Дракона. — Ся Вэйдун опять хладнокровно вернулся к проверке писем и документов.

- Я читал старые хроники. — задумчиво проговорил Змей. — В них были истории, когда Воплощения Дракона проигрывали и погибали в поединках с простыми людьми.

- С простыми? — удивленно приподнял бровь Ся Вэйдун. — Случаи, когда Воплощение Дракона проигрывало бои? Только вот, тех людей нельзя назвать простыми. Демоны, полу-демоны, колдуны, дети Богов, герои благословленные духами.

- Но были такие же? И сейчас есть! — криво усмехнулся Змей.

- Ты хочешь собрать людей, которые будут способны убить Воплощение? — Ся Вэйдун даже прекратил читать очередной документ и вопросительно посмотрел на Змея.

- Как минимум противостоять. — Змей улыбнулся от того, что смог завладеть вниманием Дракона, он медленно присел на стул напротив стола Ся Вэйдуна и продолжил. — Есть еще кое что. Воплощение, это только один человек. Для того, чтобы контролировать территорию, города, нужна армия.

- Ты снова стал говорить банальности. — разочарованно заметил Ся Вэйдун и вернулся к своим документам.

- Все же, послушай. — с нажимом произнес Змей. — Мы уже не одну сотню лет бодаемся с другими провинциями, одно и тоже оружие, одни и те же тактики, армии отличается только формой. Но, если создать новую армию?

- Чем она будет отличаться от прежней? — нехотя поинтересовался Ся Вэйдун.

- Всем! Оружием, обучением, построением, организацией, главное, она будет направлена на другое. А во главе поставить тех, кто по силе равен Воплощению Дракона. Такая армия сможет сдерживать врага, даже если твой сын будет долго решаться на свою судьбу. — воскликнул Змей.

Ся Вэйдун долго молчал, перебирая письма, что-то обдумывая, но потом все-таки подал голос.

- Змей, тебе не надоели твои игры, скажи четко, что тебе надо. Такую армию ты можешь создать и без меня.

- Вот тут, ты не прав. Людей я могу собрать, достать деньги на это и оружие, но, мне не хватает тех, кто был в реальных битвах, мне не хватает тебя и твоих офицеров. — признался Змей.

- И ты хочешь, чтобы я поехал с тобой на Север, создавать твою новую армию? — заинтересовано спросил Ся Вэйдун.

- Ты должен нести ответственность за-то, что твой сын может не сразу принять свою судьбу. — Змей специально медленно выделил последние слова.

Ярмарка

Год огненной крысы.

Шестой месяц

третий день.

Конец лета, начало осени, выдалось спокойным. Ся Пин, Син Сяолун и Лян Аи достигли возраста, в котором детей из благородных семей направляют в училище столицы. На счастье друзей, училище для девочек и мальчиков были расположены недалеко друг от друга.

Между ними была небольшая роща. Найдя в ней приметный старый большой дуб, друзья условились встретиться у него, как только будет возможность.

Син Сяолун, спрятавшись в кроне дерева, наблюдал как Аи читала книжку, дожидаясь их с Ся Пином. Он убежал намного быстрее друга и хотел за ними понаблюдать. Для него чувства Ся Пина были давно не секрет, и то, что его друг стал его соперником обжигало порой Син Сяолуна похлеще огня, сжигая душу и разум. Но он ничего не мог поделать с этим, ни уйти в сторону, подарив другу счастье, ни разорвать узы дружбы, сделав Ся Пина врагом.

Вдалеке показалась фигура его друга и соперника. Его походка была напряженной, шел как в последний бой. Увидев, что из-за дуба выглядывает плечо в белой одежде, он сразу узнал по нему Лян Аи. И в этот момент с Пином произошли разительные изменения, его грудь выгнулась колесом, лицо тут же просветлело и на нем даже появилась улыбка. Он ускорил шаг и даже стал напевать какую-то песню.

Лян Аи, ууслышев его, выглянула из-за дуба:

- Ооо, Ся Пин, хорошего тебе дня и удачного начинания во всех делах. — с улыбкой произнесла она. — А где же Ваш неизменный спутник, Син Сяолун?

Ся Пин развел руки:

- К сожалению, он пропал без объяснения причины. Но, я думаю, мы обязательно его увидим, если подождем здесь.

- Как прошел твой день? И сдал ли экзамен по счетоводству?

Ся Пин подошёл к дубу и сел рядом с Лян Аи.

- Легче, наверное, победить царя демонов, чем сдать зачет профессору Му. — проворчал Ся Пин. — А как твои успехи в этикете и геральдики, старшая сестра?

- О, все прекрасно. — улыбнулась она. — Я лучшая на своем курсе.

Наблюдая за друзьями, Син Сяолун пропустил появление новых действующих лиц. Из-за деревьев вышли старые знакомые, возглавляемые Фэн Цунглеем. Тот, после башни Белого Аиста, стал еще толще и больше. Но, при этом, не оставил свою старую привычку цепляться к тем, кто слабее его.

- Кто тут у нас? — послышался противный голос. — Голубки воркуют.

Фэн Цунгле никогда не ходил один, завел эту особенность еще в башне. Последний год его всегда сопровождали двое парней. Син Сяолун не помнил их имена, поэтому, просто называл их «Длинный» и «Большой». Эти прозвища, как нельзя точно, описывали внешность свиты Фэн Цунглея.

- Цунглей, что тебе нужно? — Ся Пин весь сжался, как пружина.

- Да вот, проходил мимо, дай, думаю, поприветствую старых знакомых. Вспомним, старые добрые деньки в башне. — ухмыльнулся он. — А где ваш третий ползучий гад?

- Не смей оскорблять Син Сяолуна! — тут же разозлилась Лян Аи. — Ты его мизинца не стоишь.

Лицо Фэн Цунглея залилась красной краской. Он раздулся словно шар, а в его глазах появилась какое-то безумие. Син Сяолун прекрасно знал, что будет дальше. Не раз это наблюдал. Теперь, псы жирного Фэн Цунглея станут лаять на того, кто покусился на их хозяина.

- Закрой свой рот. — крикнул один из спутников Фэн Цунглея. — Или пожалеешь об этом.

«Пора вмешаться», — подумал Син Сяолун и спрыгнул с дерева. Только неудачно приземлился и чуть не подвернул ногу.

- Рад всех приветствовать. Хорошего всем дня и удачи в делах. — хитро ухмыляясь, произнес Сяолун.

Он покрутил ногу, проверив, не разорвал ли связки, потом отряхнул брюки, и уже спокойным голосом обратился к Фэн Цунглею:

- Я слышал, Вы искали меня? — ухмыльнулся он.

- А вот и третий, — зловеще проговорил Фэн Цунглей, — ты, наверное, рано появился. Должен был, когда твой малохольный друг запыхался бы обхаживать вашу жрицу. Вот тогда и должен был прийти на помощь. Ей же одного мало

Псы Фэн Цунглея тут же залились смехом. Но, Син Сяолун лишь усмехнулся на такую жалкую попытку провокации. - Это ты про то... что мечтаешь сделать со своей кузиной? — невинно поинтересовался он.

На Фэн Цунглея мгновенно изменился в лице и весь побледнел, на него было страшно смотреть.

- Ты! Ты!... — пытался он выдавить из себя.

- Правильно, — произнес Син Сяолун, — я украл твой дневник. И, честно сказать, писать зеркально — это не самый надежный способ хранения тайны.

Син Сяолун выдернул со спины, из-за пояса, тетрадку в кожаном переплете.

- Отдай! — крикнул Фэн Цунглея.

- Да, пожалуйста, — усмехнулся Син Сяолун и кинул тому тетрадку. — Тем более, я уже сделал оттиск с интересных мест. — он изменился в лице и стал серьезным. — Если ты, свинья, ещё раз подойдёшь ко мне и моим друзьям, я отпечатаю сотни страниц и развешу, и раздам всем в училище. И обязательно сделаю расшифровку на обратной стороне. Чтобы даже самые ленивые прочитали, что ты там пишешь.

Цвет лица Фэн Цунгле стал еще белее, хотя казалось, дальше некуда. Син Сяолун с усмешкой добавил:

- Что ж, безмерно рад был вас повидать, вспомнить былые деньки в башни Белого Аиста, и, надеюсь, следующая встреча будет не скоро. — он повернулся к- Лян Аи, Ся Пиню — А не сходить ли нам на ярмарку?

Ярмарка проходила в соседней деревне. Она была шумной и веселой. Вкусный яблочный сидр лился рекой. В большой толпе, Ся Пин, толкаясь, все-таки добрался до Син Сяолуна. И проговорил ему на ухо.

- Ты что, подглядывал за нами с дерева?

Тот беззаботно пожал плечами и улыбнулся. И махнув рукой Лян Аи, крикнул:

- Пойдем попробуем знаменитый яблочный сидр.

Ся Пин хмурился, но ничего не мог поделать.

Стало темнеть. Зажгли костры и грянула музыка. Моментально расчистили большой участок от прилавков и, разбившись на пары, все пустились в пляс.

- Госпожа Лян Аи, позвольте пригласить Вас на танец. — галантно поклонился Син Сяолун.

- Как я могу Вам отказать, господин Си Сяолун. — улыбнулась Лян Аи.

Они громко рассмеялись и, взявшись за руки, присоединились к танцующим.

На какое-то время, весь мир Син Сяолуна, сократился до глаз, одной девушки. Она так заразительно смеялась, что его сердце казалось сейчас выпрыгнет из груди. Мелодия чуть замедлилась, и он увидел в толпе Ся Пина. Он смотрел на них с таким отчаянием, сжимая кулаки, что Син Сяолуну стало как-то не по себе. В какой-то момент, глаза его друга предательски заблестели и он рванулся из толпы назад.

Син Сяолун чувствовал в этот момент и жар и холод. И счастье, от того что Лян Аи рядом, и тоску за друга. Он понимал, что тот сейчас чувствует. Все это кружилось в нем и разрывало на части.

Дурная весть.

Год огненной крысы.

Девятый месяц

Пятый день.

Зима выдалась довольно теплой, снег выпадал не часто. Остальное время дул ледяной ветер, напоминая, что это только начало и морозы еще впереди. С холодом зимы пришла страшная весть для Ся Пина.

Они сидели своей неизменной троицей в чайном заведение и рассказывали друг другу байки

— Так вот... этот старый ростовщик всегда ходил в одной одежде, которую не ремонтировал и не стирал. Воняло от него, как от коровника. Все знали, что он готов пойти на что угодно за бесплатную еду. Я могу и дальше рассказывать про него, но знайте, что самый нищий в провинции жил лучше и богаче этого ростовщика. — рассказывал громким голосом Син Сяолун.

- Ты нас обманываешь, ростовщик и ходил как нищий? — возмутилась Лян Аи. — Ну нет, это уже полное враньё. — смеясь произнесла она.

- Я клянусь этим вкусным гусем и чайником этого прекрасного чая, — сдерживая смех кричал Сяолун, — все так и было. Но это только начало. Однажды, старый Мо не открыл свою лавку. Оказалось, он заболел. Но из-за жадности, не стал обращаться к врачу. И умер. Когда его хоронили, нечаянно задели матрас на котором он спал и тот зазвенел. Тогда, его родственники вспороли матрас, он оказался набит золотом. Представляете, этот скряга спал на матрасе набитым золотом.

- Все равно, не ве-рю, — по слогам проговорила Лян Аи. — Не может человек быть настолько жаден и глуп.

- Ладно. — успокоившись проговорил Сяолун. — Теперь старшая сестра, твоя очередь.

- Самая дикая правдивая история которую я знаю... Ммм..., — задумалась Лян Аи.

В этот момент к их столику подошел посыльный из училища.

- Господин Ся Пин, в училище поступила корреспонденция и Вам пришло письмо — серьезно проговорил он.

- Письмо? — удивился Ся Пин. — Разве оно не могло дождаться моего прихода?

- На письме написано: «Срочно. Передать лично в руки». И старший распорядитель училища, господин Бо, послал меня найти Вас и лично вручить в руки.

Ся Пин взял письмо и стал внимательно его изучать.

- От управляющего поместья отца! — недоуменно проговорил он.

- Прошу меня извинить, меня ждут в училище. — проговорил посыльный и испарился.

- Что за срочность может быть? — удивлённо проговорила Лян Аи.

Син Сяолун подал ей украдкой сигнал «молчать». Ся Пин распечатал письмо и начал читать. Вначале, у него было удивленное лицо. После, обеспокоенное. А в конце кровь отхлынула от лица, он побелел как мел.

- Простите, мне надо выйти. — проговорил Ся Пин сдавленным голосом и рванул на улицу.

Выбежав на холодный воздух из чайной. Он облокотился на стенку и стал смотреть в одну точку. Сколько бы он не держался, все же слезы полились по его щекам. Следом за ним выбежали Сяолун и Лян Аи. Увидев его, они просто вырвали из рук письмо.

- «Сообщаю, что Ваш отец отбыл по приказу наместника в неизвестном направлении и уже год не появлялся в поместье. — читал вслух Сяолун — По его велению, мы не могли заниматься растратой казны без его согласия. Дела пришли в запустение, а поместье срочно нуждается в ремонте. Среди двух деревень, находящихся на землях рода Ся провинции Белых Лилий, зреет недовольство. Так же, спешу Вам сообщить, что весной прошел мор среди коров. Все это привело к тому, что поместье не было готово к зиме. Ваша матушка помогала и пыталась справиться, как могла. Месяц назад она слегла с лихорадкой и после тяжелой болезни ушла к Богам в обитель. Наш жрец вместе с астрологом, назначили церемонию похорон, на девятый день, девятого месяца, года огненной крысы на родовом кладбище рода Ся Белых Лилий. Приношу Вам свои глубочайшие соболезнования. Домоуправленец поместья Зеленого быка, Цай Фанг».

- Ся Пин. — вскрикнула Лян Аи и обняла его.

- Что будешь делать? — спросил Сяолун.

- Мое поместье всего в получасе езды от столицы. — Син Пин вытер слезы. — Надо отпроситься у господина ректора.

- Хочешь, мы поедем с тобой? — не прекращая обнимать его, спросила его Лян Аи. — Мы же поедем? — повернув голову к Сяолун, спросила она.

Тот утвердительно кивнул.

- Спасибо большое, мне бы это сильно помогло. — стараясь не сорваться опять на слезы, произнес Ся Пин.

Ся Пин мрачно смотрел в окно кареты, вся местность была под стать его настроению, максимально угнетающая. Деревья давно лишились листвы, а земля превратилась в грязь. Пейзаж давал двоякое чувство, с одной стороны узнаваемости, а с другой, все было чужим.

Скрепя, карета подъехала к поместью. И из нее гуськом вышло три фигуры.

Сяолун, отдав свою шубу прислуге, положив руки на пояс, стал разминаться резко отклоняя спину назад с противным хрустом.

- Кто бы знал, как я обожаю ездить в каретах, зимой, по грязи. - кряхтя проговорил он.

К нему подошла Лян Аи и толкнула в бок.

- Ай! А что я такого сказал? - возмутился тот.

Лян Аи только состроила угрожающие выражение лица и молча подошла к Ся Пину.

- Все хорошо? - спросила она.

Тот только судорожно кивнул в ответ. Все трое отправились внутрь поместья.

Управляющим поместьем оказался седой, почти лысый старик.

- Господин Ся Пин, рад Вас видеть, даже по столь трагическому поводу. - сухо произнес он.

- Я так же Вас рад видеть. - столь же сухо ответил Ся Пин. - Скажите, Цай Фанг, почему Вы не смогли подготовить поместье к зиме?

- Ммм… господин Ся Пин, я довольно подробно изложил все в письме. - произнес управляющий.

- Но, разве, моя мать не могла распоряжаться казной поместья? - удивлённо проговорил Ся Пин.

- Ваш отец запретил ей это делать. - ответил Цай Фанг. - А вы знаете, что нарушать прямой приказ господина, не возможно.

- Понятно. - тихо произнес Ся Пин. - Почему же, Вы не написали мне про болезнь моей матушки?

- Она нам запретила. - смутился управляющий. - Сказала, что бы мы не беспокоили Вас и не заставляли волноваться. Вам и вашим друзьям подготовят комнаты, а пока не желаете отобедать с дороги?

- Было бы прекрасно. - звонко отозвалась Лян Аи.

Ся Пин только кивнул на это.

Управляющий проводил их в столовую и тихо скрылся. Сяолун задумчиво произнес:

- Что-то не сходится, такие честные и правильные слуги. Не уберегли хозяйку, но не потратили ни одного медяка из казны? - медленно проговорил он.

- Все просто. - грустным голосом проговорил Ся Пин. - Они не честные, они до ужаса бояться моего отца.

- Настолько? - удивился Сяолун.

- Даже больше. - мрачно ответил Ся Пин.

На похороны пришло очень мало людей. Не считая Ся Пина и его друзей, а также слуг поместья, было всего несколько людей из ближайших деревень.

Жрец пел усопшей последнюю песню, а Ся Пин как загипнотизированный смотрел в последний раз на мать остекленевшими глазами.

На последних нотах жрец поднес факел к ложе усопшей и поджег его. Огонь долго не хотел разгораться. Но потом неожиданно вспыхнул и, набирая силу, охватил все ложе с телом.

Все разошлись, остался только Ся Пин и его друзья. Еще долго он стоял и смотрел на затухающий огонь, пока не подошла Лян Аи.

- Пойдем в тепло, ты так замерзнешь и заболеешь. — произнесла она.

- Не хочу в дом, мне там тяжело. Там все напоминает о ней. — хрипло ответил он.

Они ещё немного постояли молча, пока всё-таки Ся Пин не заговорил:

- Тут недалеко есть руины разрушенного храма, я там играл в детстве. — проговорил он. — Не хотите взглянуть?

И, даже не оборачиваясь, пошел куда-то в сторону. Сяолун и Лян Аи последовали за ним.

От старого храма остались только три стены и часть крыши. Древнее строение было построено из мощных каменных плит. Когда-то, в детстве, Ся Пин провел много времени в нем, представляя себя героем из легенд сражающимся с демонами. Тогда храм казался гигантским замком. Но, сейчас, смотря на него, Ся Пин понял, что размеры его не такие уж большие.

- Я замерзла под этим ветром. — сообщила Лян Аи.

- Спрячьтесь внутри храма. — махнул рукой Ся Пин.

- А ты? — обеспокоено проговорила она.

- Я немного поброжу по местности и скоро к вам присоединюсь. — тихо ответил Ся Пин.

Сяолун и Лян Аи спрятались в храме. Ся Пин обошел кругом храм и понял, что погода все же не та, чтобы предаваться воспоминаниям на ветру. Проходя мимо стены, он услышал спор своих друзей. Немного прислушавшись, он замер на месте

- Ты же знаешь, я люблю тебя. - послышался голос Сяолун.

- Знаю. - в голосе Лян Аи он уловил грусть.

- Но ты выбрала его! - немного зло проговорил Сяолун.

Воцарилось молчание, а потом Лян Аи тихо продолжила:

- Выбрать одного, это предать другого. Вы оба мне очень дороги. - грустно закончила она.

- Но, все же, ты выбрала этого неженку! - зло выкрикнул Сяолун.

- Прекрати! Ты так не думаешь. - воскликнула Лян Аи.

- Не думаю, - могильным голосом произнес Сяолун, - но хочу думать. Если бы он не был моим другом, как же мне было легче его ненавидеть.

Дальше послышались удаляющиеся шаги и крик Лян Аи:

- Син Сяолун, постой! Куда ты!?

Ся Пин быстро шагнул в пролом в стене. Лян Аи увидев его, сконфузилась.

- Сяолуну стало плохо, — смущённо проговорила она,- и он ушел в поместье

Ся Пин молча смотрел ей в лицо. - Понятно, - произнесла она, - ты все слышал. Не обижайся на него. Он это не со зла.

- Я знаю, - произнес Ся Пин, - я чувствую тоже, что и он.

Он медленно подошел к Лян Аи, обнял ее. А потом, осторожно поцеловал в губы. Они так и стояли до вечера в забытом всеми храме. Обнимаясь и целуясь.

Уезжая обратно в столицу у Ся Пин опять было смятение на душе. Боль от смерти близкого человека, перемешивались с радостью открытия, что его любовь не оказалось безответной. Сяолун сидел мрачнее тучи, нахохлившись словно сыч.

- Больше всего я боялся на похоронах вызвать искру Золотого Дракона, - со вздохом признался друзьям Ся Пин.

- Что ты имеешь виду? - мрачно осведомился Сяолун.

- Сильные эмоции, гнев, злость, горе могут пробудить искру. - тихо проговорил Ся Пин, смотря в окно. - Мой отец так и стал Воплощением Золотого Дракона, на похоронах своих родителей.

- Горе, гнев, злость, - проговорил Сяолун, - ты же понимаешь, что тебе все равно придется им стать?

- Не обязательно. - отмахнулся Ся Пин.

- Как это, не обязательно?! - прошипел Сяолун, теперь действительно став похожим на змея. - От того, станешь ли ты Воплощением Золотого Дракона или нет, зависит жизнь провинции, жизни сотен тысяч людей. А ты говоришь, не обязательно?!.

- Порой, пробуждали искру Золотого Дракона в побочных ветвях, или меняли наследника. Да, были случаи, что Воплощением Золотого Дракона становились через поколение. - возмутился Ся Пин.

- Да, да, да! Все верно. Только побочных ветвей почти не осталось в нашей провинции. За наследника, несущего кровь Юйе, отдавали города и области. А когда пропускали целое поколение или даже два, это всегда заканчивалось проблемами для провинций! - буквально на крик сорвался Сяолун. - Поверить не могу, что с этим… - он наткнулся на злой взгляд Лян Аи и замолчал посреди предложения.

Он постучал по стенке кареты. Кучер остановил карету.

— Лучше проедусь верхом. — сказал он и выпрыгнул из экипажа

Лян Аи дотронулась до Ся Пина рукой.

- Не сердись на него, пожалуйста. - проговорила она.

Ся Пин только мотнул головой. Лян Аи горячей прижалась к нему и заключила его губы в поцелуй. Все обиды и плохое настроение, все ушло на второй план.

Дракон на севере

Год огненной крысы.

Десятый месяц

Третий день.

В северных землях зима была не так добра к жителям, как в восточных. Постоянные снежные метели и пронизывающий ветер заставил прятаться в домах. Но это не относилось к группе воинов возле замка Змея. Собравшись небольшой группой, в полном вооружении, они проводили какие-то странные поединки.

Из камней был выложен круг, в центре стоял человек по пояс раздетый не смотря на погодные условия. Время от времени, из толпы выходил один доброволец, с которым он проводил поединок.

Сквозь ветер, из замка к тренировочной площадке выбежал слуга. Он остановился на почтительном расстоянии от человека в круге и закричал:

- Господин Ся Вэйдун, у меня срочное сообщение для Вас. - ветер вырывал слова, а на лице Воплощения Дракона не дрогнул ни один мускул. Слуга был настойчив, решив еще раз докричаться. - Господин Ся Вэйдун, у меня срочное…

- Я и в первый раз слышал прекрасно, - мрачно отозвался Ся Вэйдун, - говори.

Слуга неожиданно замялся, было такое чувство, что он не может решиться, на что-то.

- Это крайне личное сообщение, господин. - наконец, решился произнести слуга.

- Я сказал: говори и уходи, или оставайся, но дерись, другого тут не дано. - грозно проговорил Ся Вэйдун.

На слугу было страшно смотреть, он явно не знал, что ему делать дальше.

- Вам лучше… - на полуслове слуга споткнулся, Дракон Востока посмотрел на него таким взглядом, что все слова просто застряли в горле. - Ваша жена умерла, господин Ся Вэйдун. - опустив глаза к земле, сказал Слуга.

- Ясно. - глухо отозвался Ся Вэйдун. - Дэмин, в круг! Следующий бой будет с тобой.

Из толпы вышел лысый гигант в монашеских одеждах с атлетическим телом, весь покрытый татуировками.

- Старшой, - крикнул гигант, - может сделаем перерыв, тебе надо время, после такой новости.

- Время? - мрачно осведомился Ся Вэйдун. - Отдыхать будете, когда хотя бы втроем сможете продержаться против меня. А пока зайди Дэмин в круг. И покажи мне, наконец, за что тебя прозвали Кулаком Северного побережья.

Слуга смотрел на этих людей, на Защитника Востока, ему не верилось в происходящие. “Определено, эти люди сумасшедшие, зря мой господин связался с ними”, - подумал он и, развернувшись, на всех парах побежал обратно в замок.

Война

Год Земляного Тигра

Второй месяц

Третий день

Перед большим зданием молодых курсантов построили в ряд. Ректор вышел перед ними и раскрыл большой пергамент.

- По велению его Высочайшего тринадцатого наместника провинции Белых Лилий, хранителя законов и символов порядка, - ректор закашлялся на последних словах, но, взяв в себя в руки, продолжил: - курсантов первого училища Перламутровой Жабы, мобилизовать в гвардию провинции. С сего дня считать их военнообязанными.

Ректор скрутил пергамент. И поправив свои очки уже обратился сам:

- От себя добавлю, Фиола, наместница земель Зелёной рощи, ставшая воплощением Золотого Дракона вторглась на территорию. Вам предстоит серьезное испытание. Я надеюсь, вы все вернётесь обратно живыми и здоровыми, а также не посрамите честь нашего училища!

Последние слова ректор буквально прокричал. В строю курсантов тут же раздались восторженные крики, вверх полетели ученические шапки.

- Завтра утром обоз, направлявшийся в город Дасю, будет ждать вас перед училищем. - попытался перекричать гам курсантов ректор, но все было тщетно. - Будьте все утром здесь! А сейчас идите и веселитесь.

Лян Аи ворвалась в толпу курсантов разыскивая своих друзей. Она металась от одного курсанта к другому пока не увидела Син Сяолуна. Тот улыбался широкой улыбкой и явно был рад всему происходящему. Рядом с ним стоял Ся Пин, он, наоборот, был мрачен, как будто на него подвесили груз, который теперь тянул его вниз.

- Старшая сестра Лян Аи! - замахал рукой Син Сяолун.

- Приветствую двух благородных выпускников училища, хорошего вам дня и удачи во всех ваших делах. - поприветствовала она своих друзей. При виде Ся Пина радостные ноты в ее голосе сменились на тревожные. - Пин, ты не рад окончанию училища?

- Лян Аи, - сморщив нос сказал Ся Пин, - чему тут радоваться. Они не понимают, что еще до боя, десятая часть скончается от непривычной солдатской пищи, болезней и трудностей похода. Треть из них погибнет в первом бою, еще треть в десяти следующих. Оставшаяся треть будет состоять наполовину из инвалидов.

Мрачность рассказа проняла даже веселого Син Сяолуна.

- Ты слишком сгущаешь тучи. - хлопнул он друга по спине.

Ся Пин только мрачно покачал головой.

- И все это будет потом! - крикнул Син Сяолуна - пойдемте сегодня и выпьем столько вина и сидра, сколько в нас влезет.

Год Земляного Тигра

Второй месяц

Седьмой день

Син Сяолуна ехал мрачно на телеге. Ся Пин оказался прав. Несколько новобранцев подхватили брюшной тиф. Но никто с ними не церемонился. Врачи были в дефиците. Трое уже умерли, еще пятеро в тяжелом состоянии. Он грустно размышлял, на сколько и остальные предсказания Ся Пина будут верны.

По приезду в лагерь их сдали на поруки коменданта. Тот повел их на склад и выдал одежду. Как оказалось, обмундирование было почти все не соответствующих размеров, так его ещё и не хватило на всех. Поэтому, на построении они были похожи, по словам капитана, на “барбель на выезде или шайку оборванцев”, но не солдат.

Капитан стал распределять по отрядам молодых выпускников училища. Неожиданно, капитан споткнулся на имени, долго шевелил губами вчитываясь, а потом выкрикнул имя Ся Пина. И отправил его в третий пехотный полк знаменосцем.

Любой другой бы радовался на его месте. Но Ся Пин от услышанного стал белый как мел.

К нему пробился Син Сяолун.

- Ну, чем ты в этот раз недоволен? - удивился друг.

- Знаменосцы, как правило, не живут больше двух боев. - сообщил он Син Сяолуну.

- Ерунда, - засмеялся тот, - ты еще всех нас переживаешь.

- Желторотики! - закричал капитан - что за веселье?! Быстро рассосались по назначенным отрядам и доложили своим новым командирам о прибытие!

Ночью в ставку прибыл Воплощение Дракона. Он появился не один, а во главе странной, разношерстной компании войнов. Никто из них не был похож на солдата. Более того, они походили на банду разбойников. И от каждого веяло угрозой. Странная процессия прошла через весь лагерь собирая разноречивые взгляды солдат. И вошла в главный шатер.

В шатре, на столе была расстелена карта, а вокруг нее собрались генералы. Попивая чай, они неспешно обсуждали завтрашнюю битву.

- Господин Ся Вэйдун, добрый ночи и надежды что Ваши дела окончились хорошо. - произнес один из генералов, явно добавив в слова сарказм и кривую ухмылку - Мы уже и не надеялись, что Вы посетите нас.

Ся Вэйдун упер немигающий взор в говорящего, долго и молча смотрел на него, пока тот не начал нервно ерзать на месте.

- Если ты позволишь себе лишнего в словах, нашей дуэли тебе не пережить, - наконец сообщил он наглецу, - надеюсь, Вы выполнили мою просьбу?

- Мы отправили Вашего сына знаменосцем в авангард, - осторожно произнес другой из генералов, с длинными почти до пуза, усами - но, я не понимаю, зачем? Мы можем потерять последнего носителя крови Дракона?

- Или увидим рождение нового Дракона. - впервые за долгое время Ся Вэйдун позволил себе улыбку. Правда она была настолько жуткой, что испугала генералов больше, чем все то, что они видели до этого.

Год Земляного Тигра

Второй месяц

Восьмой день

Утро выдалось пасмурным, облака застелили все до горизонта серыми объемными тучами. Сия Пину казалось, что сегодня тучи стелются особенно низко к земле.

Две армии выстроились друг напротив друга. Ся Пин тяжело вздохнул и высоко поднял знамя. Ему не выделили ни сабли, ни механического арбалета. Он был безоружен. Считалось особой честью нести знамя одного из полков. Полк потерявший почти всех солдат, но сохранивший знамя, всегда восстанавливался. И наоборот. Лишившись знамени, расформировывался. С понижением в звании всех, кто был в нем.

Поэтому, порой, знаменосцев атаковали с троекратным усердием, даже активнее чем командиров. А защититься знаменосцу было, практически, не чем.

Когда он говорил Син Сяолуну о смертности среди знаменосцев, то не преувеличивал, скорее даже, наоборот. Одно радовало, относительно врага, армия провинции Белого Лотоса стояла на возвышенности.

Грянул хор труб. Командир отдал приказ выдвигаться. Сотни ног начали марш в сторону врага. Ся Пин плохо видел, но, похоже, армия врага тоже не дремала и также начали движение навстречу.

- Ааарх! - послышался дикий рев воина Дракона, где-то из центральной шеренги.

Ему вторил такой же, со стороны вражеской армии.

- Воины Драконы будут сражаться! - услышал Ся Пин восторженное восклицание молодого солдата.

- Ага, щас. - с сарказмом ответил ему ветеран.

- Нет, времена, когда воины Драконы сражались собственноручно, остались в легендах, - объяснил Ся Пин солдату, - теперь это редкость. Если один вступит в битву, вступит и второй, тогда обязательно закончиться смертью одного из них.

- Да не слушай ты его малец. Два года назад, наш воин Дракона, под Скалой Братьев, сам вышел на поле и переломил ход битвы.

- Полк стой! Раз, два! - закричал командир.

Все остановились.

- Арбалеты на плечо! - дал очередную команду их командир.

Ряды солдат зашевелились. Тут и там слышались щелчки заряжаемых арбалетов.

- Первая шеренга на колено. Вторая стреляет стоя. Третья шеренга готовиться!

Первый ряд воинов встал на одно колено, при этом направили свои арбалеты вперёд. Второй ряд так же встал в позу стрелка поднимая свои арбалеты.

Из-за того что мы были выше, из вражеской шеренги было видно только головы врагов.

- Пли!!! - закричал командир..

Зашикали арбалеты и вражеские солдаты стали падать.

- Вторая шеренга на колено третья Пли!!! - опять заорал полковник.

- Пли!!! - донеслось со стороны врага.

Свист арбалетных болтов и уже с нашей стороны стали падать и кричать. Арбалетный болт из механического арбалета был способен пробить насквозь тело человека и попасть в сзади стоящего.

- Первая шеренга Пли! Вторая встала, Пли! Вторая на колено! Третья шеренга встала Пли! Сабли в руки! За Белые Лилии!

В одночасье все смешалось, Ся Пин десятки раз наблюдал за сражением из ставки своего отца, но впервые сам оказался в гуще сражения. Он судорожно вжал голову в плечи, вцепился в знамя и закрыл глаза.

В общей свалке, когда стало непонятно, кто командует и что командует, Син Сяолун нашел взглядом знамя третьего пехотного полка и стал пробираться к нему. Порой, приходилось работать саблей и вступать в бой.

Самого Ся Пина не было видно. Знамя полка дрожало, словно берёза на ветру, но стояло. В душе Син Сяолуна возростало плохое предчувствие.

Он, наконец, прорвался к третьему пехотному. Посреди творящегося безумия стоял его друг в скрюченной позе и держал знамя. Никто его не прикрывал.

Син Сяолун набрав воздуха в лёгкие несколько раз кричал. Но в грохоте битвы было не слышно.

Он рванул к другу. Неожиданно, на поле появился кавалерист. Син Сяолун просто кожей чувствовал, что тот выбрал целью Ся Пина. И ещё он понял, что не успеет. Тот, направив на его друга пику, скакал во весь опор.

“Почему Ся Пин не движется, как будто не видит угрозы!”, - подумал Си Сяолун. И сам рванул наперерез кавалеристу.

Он успел в последний момент. Оттолкнув друга, сам получил удар пикой в плечо. Его откинуло. В следующий миг Ся Пин как будто очнулся, смотря на происходящее с расширенными от ужаса глазами. То на Син Сяолуна, то на кавалериста. А потом, что-то изменилось в его взгляде. Появился жуткий жёлтый свет в глазах.

Он ударил древком знамени лошадь по морде. И та, встав на дыбы, скинула всадника. Ся Пин подлетел к упавшему солдату и стал молотить лежачего тупым концом древка знамени, пока оно не окрасилось в красный цвет. После этого Син Сяолун отключился.

Ся Пин сидел на земле посреди поля, везде кричали и умирали люди. На его коленях лежала голова истекающего кровью друга. Впервые в жизни, он не знал, что делать. Как молния его поразила мысль, что если он будет сидеть так дальше, его друг умрет тут, у него на коленях. Ошарашено он смотрел, что происходит вокруг. Поднявшись, он схватил знамя, и подбежав к первому попавшему войну, вручил его ему.

- Держи. - крикнул он.

Воин недоуменно посмотрел на знамя, на Ся Пина, и смог выдать только одно слово:

- А ты?

- Его еще можно спасти. - крикнул Ся Пин, не обращая внимания на то, понял ли его солдат.

Взвалив тело друга на плечо, он со всей доступной скоростью начал выбираться с поля боя в тыл.

- Куда! - заорал голос командира. - Знаменосец, дери тебя демоны! Молись, чтобы я не выжил в этом бою! Иначе, я зарублю тебя на месте, и не посмотрю, чей ты сын.

Год Земляного Тигра

Второй месяц

Третий день

Пробуждение Син Сяолуна было не самым лучшим. Резкая боль в плече. Только потом он понял, что находиться в лежачем положении. Вверху был матерчатый потолок палатки. Левое плечо было перебинтовано. А рядом, в сидячем положении, спал Ся Пин.

- Отрадно погуляли. - тихо пробурчал Син Сяолун.

От звука его голоса проснулся Ся Пин.

- Сяолун, с тобой все нормально? - встрепенулся он.

- Просто прекрасно! - с сарказмом ответил Син Сяолун. - Лучшая ночь в моей жизни. Ты тут что делаешь?

- Знаешь, сколько воинов погибает от нагноившихся ран или заражения крови? - спросил Ся Пин. - Не мог позволить, чтобы тебя лечили как попало. Я сам делал перевязки и обрабатывал раны.

- Перевязки? - слабо осведомился Син Сяолун. - Сколько дней я был в царстве Бога снов?

- Три, - устало улыбнулся Ся Пин, - полевые лекари увидели с каким усердием я забочусь о тебе и сделали меня младшим помощником врачевателя.

- Так ты что, почетное место смертника со знаменем поменял на тихое местечко в госпитале? - удивился Син Сяолун.

И получил в ответ кивок от Ся Пина.

- Я думал до последнего, что отец не разрешит и отправит опять в бой, - на лицо Ся Пина нашла тень, но он тут же улыбнулся, - но, все обошлось. Правда мне грозил трибунал.

- Как ты успел отличиться пока я был в блаженном мире? - поинтересовался Син Солун.

Ся Пин просветлел лицом, а в его глазах, появились слезы.

- Вынес с поля боя одного нового выпускника училища, тем самым, спас ему жизнь. Но, покинул поле боя. И, по сути, совершил дезертирство. Отец, правда, был недоволен. Я, как будто, нарушил его планы.

- Хочешь сказать, это все из-за тебя? - устало откинулся в кровать Син Сяолун. - У тебя, мой дорогой друг, не слабое эго!

- Нет, война войной. - покачал головой Ся Пин. - Она началась не из-за меня. Но, почему бы, не кинуть своего сына в самую гущу битвы, чтобы он пробудил в себе искру Золотого Дракона. Это очень похоже на моего отца.

- Бред… - слабеющим голосом проговорил Син Сяолун. - Ся Пин, в том бою я видел жёлтый блеск в твоих глазах.

- Да, - отвернул лицо Ся Пин, - я еле сдержался, прошел по грани. Но у них ничего не получилось. Хотя я всё равно стал убийцей. - тут же помрачнел Ся Пин.

- Каким еще убийцей? - возмутился Син Сяолун - Это был враг! Он пришел на нашу землю!

Ся Пин только грустно покачал головой.

- Как тебя не отдали под трибунал за дезертирство? - поинтересовался Син Сяолун.

- Хотели, отец даже слова не сказал, но главный врач, видя как я за тобой ухаживал, встал грудью за меня, и перевел в госпиталь.

Син Сяолун почувствовал, что последний эмоциональный выплеск отнял у него все силы и теперь глаза просто слипаются.

- Спи, тебе надо набираться сил,- проговорил грустно улыбающийся Ся Пин, - тебе еще рано волноваться, ты слишком слаб..

Это последние, что успел увидеть и услышать Сио Сяолун.

Парад в честь победы над войском Зелёной Рощи был шикарный. Солдаты прошли строем по главной улице столицы, их закидывали цветами. Два друга стояли возле входа в заведение “Гарцующие Пони” и ожидали свою подругу.

- Она точно придет сюда? - в который раз, обеспокоено спросил Син Сяолун.

- Да. - нервно ответил Ся Пин. - Во всяком случае, так она писала в письме. Вон она!

- О, старшая сестра Лян Аи! - рассмеялся Син Сяолун. - Вы стали ещё прекраснее, чем были до этого.

Лян Аи разбежалась и порывисто обняла Син Сяолуна.

- Ох, осторожно! - еле сдержался тот от ругательств.

- Что там! - испуганно проговорила Лян Аи.

- Боевое ранение, - с кривой улыбкой ответил Син Сяолун, - я бы тебе показал, но такое девушке показывают только наедине.

Лян Аи слегка ударила Син Сяолуна кулачком по плечу, и потом обняла Ся Пина. И не стесняясь никого, прилюдно поцеловала его в губы. Лицо Син Сяолуна сразу стало отстраненно грустным.

- Вот, как и обещал, привез нашего щуплого друга в целости и в сохранности, - гордо проговорил он, - не жалея себя хранил его.

Ся Пин оторвался от Лян Аи и возмутился:

- Это кто кого защищал и хранил? В первом бою, это я тебя вытащил. А потом выхаживал на протяжении трех недель.

- Да! - воскликнул Син Сяолун. - А кто за тебя получил пикой в плечо? Кто тебя грудью прикрыл от врага, не жалея себя! Ах, ты, неблагодарный! - надул щеки Син Сяолун. - И, что я вообще трачу с вами время, пойду познакомлюсь с девушками, жаждущими сказать: “Спасибо, спасителю провинции”.

Казнь

Год металлического дракона

Пятый месяц

Пятнадцатый день

- Син Сяолун, ты что, позвал нас на казнь! - возмутилась Лян Аи.

- Да. - улыбка Син Сяолуна просто светилась самодовольством.

- Сяолун, - хмуро осведомился Ся Пин, - ты в своем уме?

- Более чем, - так же глупо улыбаясь проговорил Син Сяолун.

- Я ухожу. - заявила Лян Аи.

- Старшая сестра, все же, постойте. - серьезно проговорил Син Сяолун. - Это казнь не простая. Я выкупил у одной семьи балкон с видом на площадь, на время казни. И у меня есть для Вас новости.

Это был не балкон, а целая веранда, утопающая в цветах и зелени. На ней поместился стол с тремя стульями и причудливый шкафчик с кувшином. Ся Пин и Лян Аи демонстративно сели спиной к площади. А Син Сяолун вальяжно устроился напротив них, закинув ногу на ногу.

- Вина? - спросил он, доставая из под стола корзину. - Еще у меня есть прекрасный сыр и рисовые лепешки. Эти лакомства мне привезли из одной деревни возле столицы. Ооо, вы не представляете, какие рисовые лепешки там делают. Вы будете в восторге.

Лян Аи только сдержанно кивнула. Ся Пин, посмотрев на нее, тоже взял чашу и не сильно стукнул донышком о стол, показывая, что она пуста.

- Син Сяолун, расскажи, что за представление ты устроил и зачем? - напряженно проговорил Ся Пин.

Син Сяолун молча наполнил чаши, отсалютовал одной из них и залпом выпил ее. А потом, так же в полном молчании, отрезал кусочек сыра и поиграв им возле носа, насладившись его запахом, проглотил.

- Меня повысили до главного инспектора по особо важным делам провинции, - на одном дыхании выдал он.

- Ммм… что же, поздравляем с повышением! - отозвалась Лян Аи и тоже пригубила вино.

- Другой на твоём месте, счел бы назначение в департамент службы тайн за оскорбление, но не ты! - произнес Ся Пин. - Тебе это даже нравиться, как я посмотрю.

- Нравиться! Причем, безмерно. - опять улыбнулся Син Сяолун. - Лежа, тогда в койке, с раной в плече, что-то заставило меня задуматься: “Хочу ли я военную карьеру? Рано или поздно сдохнуть кишками наружу в какой-нибудь, Богами забытой, канаве, как это было со многими нашими сокурсниками по училищу”.

Син Сяолун наполнил ещё раз чашу и снова практически залпом его осушил.

- Вот тогда-то, мне и пришла мысль, - проговорил медленно Син Сяолун, - что головой я работаю лучше, чем саблей. А на мнение других, о том что моя должность не почетна, что мы - дворовые псы наместника, наплевать.

Сзади заулюлюкала толпа, Ся Пин и Лян Аи только вздрогнули, но не обернулись.

- Ну, как минимум, мы оба рады, - с улыбкой проговорила Лян Аи, - что ты нашел свое призвание.

- Помните Фэн Цунглея? - резко сменил тему Син Сяолун. - Такого жирного, неприятного, здоровенного, мерзкого, всегда с красными щеками, борова? - Син Сяолун даже надул щеки и показал ладонями с растопыренными пальцами размеры щек Фэн Цунглея.

- Да, - осторожно произнес Ся Пин, - а причем тут Фэн Цунглей?

- А вон он, - указал пальцем на помост Син Сяолун, - третий с краю. Его толстое тело даже здесь заметно.

В этот раз, они всё-таки не удержались и повернулись к месту казни. Ся Пин долго вглядывался, но как только узнал Фэн Цунглея, резко обернулся к Син Сяолуну:

- Что он там делает? - взволнованно спросил он.

- Как что? - с саркастическим удивлением ответил Син Сяолун. - Естественно, готовиться к казни, за заговор против наместника.

- Мы можем ему как-то помочь? - взволновано спросил Ся Пин.

Брови Син Сяолуна взметнулись вверх, а глаза чуть не выпали из орбит.

- Это я его туда отправил! - поперхнувшись, едва смог выдать он.

- Он, действительно, это заслужил? - с вызовом спросила Лян Аи.

- О, да! Неужели, вы могли подумать, что я отправил его туда из-за детских обид? - возмутился Син Сяолун.

- Он там заслуженно, и на эшафот отправил его ты? - переспросила Лян Аи.

- Да, - Син Сяолун собрался и добавил серьезным тоном, - я по старой привычке подглядывал за ним. Я же не давал читать вам его дневник.

Син Сяолун немного замолчал.

- Я тогда уже понял, что он за мразь. - жёстко проговорил он. - Вопрос времени, когда он вляпался бы во что-то подобное, тем самым обеспечив мне повышение.

Син Сяолун резко встал, поправил складки на своей одежде.

- Не такого я ожидал от друзей. Вместо поздравлений, вы сыпите своими обвинениями и подозрениями в подлости. - резко сказал он и вышел.

Лян Аи сжала чашу так сильно, что у нее побелели костяшки пальцев. Ся Пин испугался, за нее. Он нежно положил ей руку на ладонь. И она сразу расслабилась. Даже, повернувшись к нему, улыбнулась.

- Ты же знаешь, если бы Фэн Цунглей был не виноват, Син Сяолун никогда бы не пошел на такое.

Лян Аи встряхнула головой, и как будто сбросила груз со своих плеч.

- И правду, надо будет извиниться перед Син Сяолуном. - проговорила она.

Сзади неожиданно взревела толпа и они синхронно повернули головы, чтобы застать момент, когда под осужденными выбивали опоры и те начинали яростно дергаться в петле.

- Ну, во всяком случае, он не начал свою старую песню, что мне надо срочно становиться Воплощением Золотого Дракона. - медленно проговорил Ся Пин.

- Неужели, Воплощение Дракона так ужасно? - удивилась Лейла. - Ты всегда говоришь, что это проклятие, но не может быть проклятьем то, что дал Золотой Дракон Гунь.

Ся Пин подавленно замолчал. Но потом резко вскинул голову.

- Знаешь, в некоторых ранних писаниях легенды, Юй не пил кровь из чаши своего отца, он испил ее из чаши Царя Демона.

- Ты говоришь вещи, которые не должна слышать жрица. - строго проговорила Лян Аи.

- Но, подумай сама, - буквально взмолился Ся Пин, - стал бы мудрый Дракон давать такое. Дикую силу и жажду убийства и крови. Нет, это больше похоже на дар Демона.

- Мы больше никогда не будем про этого говорить. - сказала Лян Аи. Взяв ладонями за обе щеки Ся Пина, она повернула его голову к себе, а сама подвинулась, так что их глаза были напротив. - Умоляю, Ся Пин, никогда, никому не говори про это. За такие слова ты получишь только проблемы.

Ся Пину оставалось только мрачно кивнуть.

Свадьба

Год водяной лошади

Первый месяц

Двенадцатый день

- Я бы хотела поднять чашу за наших обрученных! - проговорила высокая худая статная женщина, в зеленых одеждах с вуалью на лице.

Даже сейчас, когда годы уже не пожалели ее, было видно, что когда-то, она была необычайной красоты. Женщину выделяла властность. Ее осанка, как она смотрела на других, ее голос, все говорило о том, что она привыкла повелевать.

Дождавшись, когда гости стали пить из своих чаш, женщина тоже пригубила вино. А потом, подошла к Ся Пину, который сидел в центре стала как один из виновников торжества, и наклонившись к нему прошептала:

- Я доверила тебе свою дочь. Помни сын Дракона, если произойдет что-то плохое с ней, будь ты хоть Воплощением Самого Верховного Владыки, ты об этом пожалеешь.

Ся Пин только сдержанно, натянуто улыбнулся.

- Что тебе сказала мама? - зашептала с другой стороны Лян Аи.

- Только свадебное напутствие. - ответил напряженно Ся Пин.

Из всех гостей самым мрачным был Син Сяолун. Нет, он тоже поднимал чаши за своих друзей. И громко смеялся. Но в моменты, когда он надеялся, что никто не обращает на него внимания, становился мрачнее тучи. Лян Аи первая обратила на это внимание, и после объявления очередного танца, подошла к нему.

- Хорошего Вам дня, господин Главный следователь Син Сяолун и удачи во всех Ваших делах, - произнесла она официальное приветствие, а потом сразу обратилась как к другу, - Сяолун ты сейчас чернее тучи. Ты разве не рад за нас?

Син Сяолун долго молчал, а потом улыбнувшись, всё-таки ответил:

- Половина моей души радуется за вас, как, наверное, не радуетесь вы. - произнес он.

- А вторая половина? Она не радуется? - поинтересовалась Лян Аи.

- Старшая сестра, не стоит, - стушевался Син Сяолун, но помолчав все же ответил, - вторая половина души горит как в пламени Царя Демона. Это дико больно!

- Мой друг, как я рад тебя видеть! - подошёл Ся Пин. - Ты все же пришел. А меня задержала наша Верховная Жрица.

- Как она разрешила эту церемонию? - проговорил Син Сяолун. - Разве она не была против?

На Ся Пина как будто набежала тень:

- Да, она была против, - проговорил он, - но отец ее уговорил.

- Представляю, как он это сделал. - невесело усмехнулся Син Сяолун.

- Не представляешь. - тихо произнес Ся Пин.

- Почему же, я имел удовольствие познакомиться с твоим отцом. - ответил Син Сяолун.

- Где? - встрепенулся он.

- По должности. - помрачнел Син Сяолун.

- А правду говорят, что ты теперь второе лицо в Департаменте Тайн? - спросила Лян Аи.

- Слухи преувеличены, не второе, но теперь я действительно занимаю важную должность.

Они ещё какое-то время постояли молча, пока не спохватился Син Сяолун:

- В любом случае, рад что мне удалось к вам заскочить, - извиняюще улыбнулся он, - однако, теперь мне пора бежать. Долг зовет.

- Заходи в любое время, Син Сяолун, - приветливо откликнулась Лян Аи, - ты же знаешь, мы всегда тебе рады.

Она тепло обняла Син Сяолуна и он скрылся в толпе.

Верховная жрица не находила себе места. Ходила по залу, заполненному гостями и все обрывалось в ее душе. Все что она делала, все чего добилась, теперь ничего не значило. Когда-то, давно, она стала Главной Жрицей в маленьком храме, на окраине столицы. Годы ушли на то, чтобы сделать этот храм одним из самых влиятельных в столице. Только боги знают, сколько понадобилось для этого усилий и времени. А теперь, она отдает свое единственное сокровище этому чудовищу.

Она отошла в угол, за занавески, чтобы ее не было видно. За ней следовала тенью ее помощница.

- Только посмотри на это чудовище. - с болью произнесла Жрица, глядя на Ся Пина

Ее помощница, тактично молчала.

- Как я ненавижу его и отца этого чудовища. Знала бы, чем обернется эта дружба, подстроила бы ему смертельный случай.

- Верховная, все не так плохо. - все же не выдержала ее помощница. - Знатная семья, ведущая род от самого Юй. И сам он не плох и лицом, и фигурой.

- Ты его отца видела? - зашипела Верховная Жрица. - Все Воплощения Дракона уже мертвы внутри. Ни радости, ни гнева, ни злости, ни любви, вот на что я обрекла свою дочь.

Верховная жрица закусила губу и молча наблюдала за своей дочерью и ее новым мужем.

- Лучше бы она вышла замуж за Син Сяолуна.- проговорила она.

- Зачем же вы согласились, Верховная? - робко спросила ее помощница.

От этих слов, Верховная Жрица дернулась, как от пощечины.

- А ты попробуй отказать Дракону Востока. - мертвым голосом проговорила она.

- Но, может, не все так плохо, - робко заметила помощница, - может, он не станет Воплощением Дракона.

- Его все равно заставят. - проговорила Верховная Жрица.

- Может, Воплощением станет кто-то из побочной ветви, например, дети наместника? - с надеждой спросила помощница.

- Дети наместника, - зло улыбнулась Верховная Жрица, - говорят, что бабушка наместника была крайне любвеобильна. А ее дети не были похожи на мужа. С тех пор, никто из их рода не смог стать Воплощением Дракона.

- И что же делать? - спросила помощница.

- Теперь ничего, - грустно покачала головой Верховная Жрица, - теперь ничего уже не поделаешь.

Визит Дракона

Год деревянного петуха

Третий месяц

Второй день

На улице стояла идеальная погода, было тепло, по небу летели пушистые облака, дул легкий освежающий ветер. Ся Пин вынес стул на улицу, наслаждаясь в полной мере погодой. Неожиданно, вдалеке послышался шум, а потом показалась большая карета, без гербов и родовых знаков. Подъехав к воротам поместья, кучер стал кричать, чтобы открыли ворота. Один из слуг, подбежал к Ся Пину и и доложил:

- Кучер говорит: “Приехал хозяин поместья”.

От одной этой фразы все похолодело внутри Ся Пина. Все его нутро сжалось как пружина, он физически почувствовал напряжение. Махнул рукой, что бы запустили карету.

Предчувствие его не обмануло, из кареты вышел отец. Все та же бесчувственная маска и аура властности. Молча, не произнося ни одного слова приветствия, он зашел в дом.

Ся Пин последовал за ним. Отец быстро отправился на второй этаж, в комнату, которую они заняли с женой. Зайдя в нее, он, так же никого не приветствуя, молча встал у люльки своего внука.

Он долго разглядывал его, затем поднял на руки и стал вертеть, словно игрушку.

- Отец прекрати! - закричал Ся Пин.

- Отец? - удивленно произнесла Лян Аи, молчавшая до этого с выражением глубочайшего удивления.

- Он будет славным драконом. - произнес Ся Вэйдун.

- Он не будет Воплощением Дракона, - тихо произнес Ся Пин, - и положи моего сына на место.

Ся Вэйдун положил ребенка обратно и обернувшись к своему сыну бросил одну фразу:

- Нам надо поговорить. - и тут же быстро вышел из комнаты.

Ся Пин убедился, что с сыном все нормально, погладил его по голове. И передав матери пошел искать отца.

Тот ждал в столовой.

- Ся Пин, я хочу чтобы ты стал Воплощением Дракона немедленно. - с нажимом произнес отец.

- Нет. - только и мог выдать, Ся Пин.

- Тебе разве не жалко нашу провинцию? - немного с удивлением проговорил Ся Вэйдун.

- Дело не в жалости, хотите что бы я погиб за нашу провинцию? Я готов, но становиться чудовищем не собираюсь. - тяжело проговорил Ся Пин.

- Я не чудовище. - спокойно возразил Ся Вэйдун. - Да, я стал мыслить иначе, отбросив не нужное. Но я не чудовище.

- Я не хочу отбрасывать лишнее, - почти сорвался на крик Ся Пин, - это не лишнее, это нужное.

- Но так будет правильно. - возразил Ся Вейдун.

- Не может быть правильным, то, из-за чего страдала и умерла моя мать. - зло проговорил Ся Пин.

- Она была такая всегда, много болела и была слабой. - так же спокойно проговорил Ся Вэйдун. - Я не убивал ее. Тем более, не заставлял страдать. Предлагал ей уйти, что бы я нашел здоровую жену, которая нарожала бы мне детей.

- Которые стали бы Воплощением Дракона? - закончил за него Ся Пин. - Я даже слушать этого не хочу.

- Я спрошу еще раз: тебе не жалко провинцию? - произнес Ся Вэйдун.

- Знаю, ты подготовил свой отряд из воинов, способных сражаться с Воплощением Дракона наравне.

- Ты слышал о них? - приподнял бровь Ся Вэйдун.

- Все слышали.

- Они, возможно, не смогут убить Воплощение Дракона. - проговорил Ся Вэйдун - Был бы я помоложе, вместе с ними смог бы победить любого из Воплощений Драконов во всех провинциях, - Ся Вэйдун рванул на себе ворот рубашки, - но сила, которая когда-то меня поддерживала, теперь рвет меня на части. Я скоро не смогу справиться сам собой, не то что с другим Воплощением.

- Сочувствую. - с сарказмом сказал Ся Пин.

- Ты мог бы стать новым Воплощением, завоевать все провинции и установить мир. - проговорил Ся Вэйдун. - Представь, что во всех провинциях закончились бы войны, солдаты не гибли, вдовы не рыдали, не сжигались бы посевы, не горели бы дома. Разве это плохой мир?

- Уходи. - почти скривившись произнес Ся Пин, ему буквально физически сложно было противостоять давлению отца и его ауре.

- Почитай историю, Ся Пин, многие Драконы, долго не принимавшие свою судьбу, становились Воплощением на пепелище своих домов. Когда солдаты чужой провинции убивали их детей и насиловали их жен. - Ся Вэйдун развернулся и вышел из комнаты.

- Твои воины справятся! - крикнул ему в спину Ся Пин. - Иначе зачем ты их готовил?

Похороны Дракона

Год огненной свиньи

Седьмой месяц

Четвертый день.

Осень была очень дождливая. Дождь, как гепард, напал неожиданно, обрушивая реки воды и тут же моментально стихал, ожидая следующего мига.

Ся Пин стоял у люльки с девочкой. Сзади подошла Лян Аи и обняла его.

- Она такая красивая! - положив ему голову на плечо, произнесла она.

- Лучше всех! - с улыбкой согласился он и погладил ее руку.

В коридоре послышался смех и шум.

- Мальчики разбуянились, пойду их утихомирю. - проговорила, Лян Аи и тихо отстранившись, ушла из комнаты.

За окном послышались какие-то крики и ржание лошади. Ся Пин подошел к окну, но не смог рассмотреть. Что бы выяснить, что там происходит он направился ко входу в поместье.

- Лишь бы не отец. - тихо проговорил он.

Защитник Востока, Воплощение Золотого Дракона, давно не бывал в своем поместье. Но, мог вернуться в любой момент.

Прямо перед парадной дверью Ся Пин застал мокрого слугу.

- Кто там приехал? - спросил он.

- Господин, - слуга сделал небольшой поклон, - там прибыл господин Син Сяолун. Прикажите принять?

- Да, проводи в столовую. - махнул рукой Ся Пин и сам пошел распорядиться накрыть стол.

Син Солун был грязный и растрёпанный, а ещё у него были стеклянные глаза.

- Ты пьян? - спросил Ся Пин.

Син Сяолун безумно оскалился.

- Немного, - весело проговорил он, - но хотелось бы сильнее.

И схватив бутыль вина со шкафа, он налил себе полную чашу.

- Знаешь, откуда я к тебе прибыл? - по его голосу стало резко понятно, что он точно пьян.

- Откуда же мне знать. - мотнул головой Ся Пин.

- С земель Солнечных Персиков. - произнес Син Сяолун и залпом осушил бокал.

Ся Пин задумчиво почесал голову.

- Это, где был бунт. - вспомнил он. - Не знал, что вас привлекают к военным делам.

Син Сяолун махнул рукой и пустился в объяснения:

- Война - это не только махать саблей и стрелять с арбалета. - проговорил он. - Это еще информация, искусство добыть планы врага и не упустить свои. И это только малая часть нашей работы. А ещё, мы ведём допросы.

Он ещё раз наполнил чашу.

- Не много ли вина? - напряженно озвучил свою мысль Ся Пин.

- В самый раз, - ответил Син Сяолун, - хочешь, расскажу почему произошел бунт?

- Бунты всегда происходят из-за одного, - проговорил Ся Пин, - когда люди хотят жить лучше, чем при нынешней власти.

- О, нет, дорогой друг Ся Пин. - опять безумно усмехнулся Син Сяолун. - Этот бунт был особый. Хотя, ты, конечно, прав.

Он опрокинул чашу и вытер рукой рот, так как вино побежало по его подбородку. Потом посмотрел на бутыль, на чашу, и приложился к горлышку.

- Они и правда, захотели жить по иному. - скривился он. - Им показалось хорошей идеей - управлять своими землями самостоятельно. Но, почему они на это решились?

Ся Пин понял куда сейчас ведется разговор.

- Давай, ты мне завтра расскажешь, - примирительно спросил он, - а сейчас пойдем спать.

- Так вот, они решили, что Воплощение Золотого Дракона стар и не пойдет возвращать земли, а его наследнику и дела нет до провинции. - зло произнес Син Сяолун. - И, самое поганое, они правы.

- Сяолун, я сотни раз повторял, - начал злиться Ся Пин, - что не стану Воплощением Золотого Дракона.

Син Сяолун откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

- Ты понимаешь, провинция распадается, начнутся бунты, остальные бесстрашно нападут на нас, - проговорил тихо Син Сяолун и тут же чуть не сорвался на крик. - Ты себя жалеешь! А когда придут за тобой! За Лян Аи! За твоими детьми! Ты понимаешь, что вас никто в живых не оставит! Никому не нужна ветвь потомков Юй провинции Белых Лилий! Вас загонят, как бешеных собак и прикончат. Или ты этого не понимаешь! В последнем бунте погибло тысячи солдат и простых людей, только потому, что ты не хочешь принять Воплощение Золотого Дракона!

После эмоционального диалога на повышенных тонах, в комнате воцарилась звенящая тишина.

- Тебе лучше уйти отсюда. - мрачно произнес Ся Пин. - Не приходи больше в таком состоянии.

Син Сяолун молча встал, опрокинув стул, и нетрезвой походкой вышел из комнаты.

Ся Пин поднялся на второй этаж, там стояла, белая как снег, Лян Аи. Она просто молча обняла его.

- Ты все слышала! - спросил он.

- Не все… - ответила она, - но многое. Не обижайся на него, Син Сяолун любит тебя как брата и ты его тоже.

Ся Пин только молча прижал ее к себе.

Год земляной крысы

Пятый месяц

Двадцатый день

Середина лета выдалась ветреной. Тысячи воинов были построены в парадных красных доспехах, держа знамёна своих полков. Ся Пин всматривался в их лица и не мог понять, скорбят ли эти солдаты. Затем, его взгляд вернулся на деревянный помост, где лежало тело его отца, точнее, оболочка. Его отец умер очень давно. То чудовище, которое заняло его тело, не было его отцом. Но, почему-то, при виде погребального помоста, у него щемило в душе. И слезились глаза.

Воплощение Золотого Дракона умерло. Это всегда было и будет потрясением для провинции. В воротах появилась процессия наместника. Впереди шли женщины в траурных одеяниях, раскидывая лепестки лилий. За ними шли монахи, читая молитву. За всем этим следовала большая планка, которую несли десяток слуг.

Процессия остановилась возле помоста. Из нее вышел довольно грузный мужчина в дорогих одеждах. Он подал знак и ему поднесли факел.

- Сегодня мы провожаем великого человека, - пронесся его голос над площадью, - всех подвигов, совершенных им во славу нашей провинции, не счесть.

Он сделал паузу и обернулся к толпе, что собралась на площади.

- Мое сердце скорбит, вместе с вашими сердцами. - произнес он. - Это большая утрата для нас, для всей провинции! Пусть судьи Диюй будут благосклонны к тебе! И твой путь в царстве мертвых будет лёгкий!

Толпа тут же подхватила последние слова за оратором. Грузный человек поднес факел к деревянному помосту и зажег его. Он слегка поклонился и вернулся в свою планку. Слуги подняли ее и процессия направилась обратно к воротам.

- Пли! - дал команду один из офицеров и сотни горящих стрел упали на помост. Он медленно, но все же запылал.

Ся Пин вытер, начавшие проступать, слезы и направился к воротам. Услышав крик, он обернувшись и увидел догоняющего его Син Сяолуна. Поравнявшись с Ся Пином тот молча пошел рядом с ним. Только когда они спустились в город с некрополиса, расположенного на горе, Син Сяолун нарушил молчание:

- Ся Пин, ты же понимаешь, провинция теперь беззащитна. - мрачно проговорил он.

- Сяолун, только не сегодня. - хриплым голосом ответил Ся Пин. - Прошу, только не сегодня.

- А когда! Ся Пин? Когда? - вскрикнул Син Сяолун. - Ты никогда не хочешь говорить об этом.

- За то ты, всегда хочешь про это поговорить. - устало произнес Ся Пин.

- Тебя все равно вызовет к себе наместник и прикажет стать Воплощением Золотого Дракона. - зло проговорил Син Сяолун.

- Плохой из тебя шпион, - устало вздохнул Ся Пин, - они вместе с отцом уже десятки раз меня вызывали, итог всегда один.

- Как ты им отказал? - мрачно поинтересовался Син Сяолун.

- Дело в том, мой друг, что никто не может заставить меня стать Воплощением Дракона. - грустно улыбнулся Ся Пин. - Если, конечно, он не хочет после этого превращения лишиться жизни.

- Даже так? - задумчиво произнес Син Сяолун.

- Именно так. - сказал Ся Пин. - Глупо запугивать человека, если поддавшись на уговоры он станет чудовищем и первым делом разорвет того, кто на него давил. Поэтому, в этом мире, никто и ничто не может меня заставить стать Драконом.

- Ты мог бы стать Воплощением, испугать врагов и жить своей спокойной жизнью. - обреченно проговорил Син Сяолун.

- Син Сяолун, ты не понимаешь о чем просишь. Стоит один раз поддаться и все, человек больше не станет прежним. - грустно покачал головой Ся Пин.

Финал.

Год земляного быка

Шестой месяц

тринадцатый день

Ся Пин скакал на лошади домой. Проблемы в дальней деревне в его землях требовали внимания. А сейчас, усталый, он возвращался домой. Солнце еще было высоко, но уже клонилось к закату.

Он почувствовал неладное, подъезжая к поместью. Во дворе не было движения людей, было как-то тихо. Лошадь перешла на медленный шаг. И он въехал во двор.

Создавалось впечатление, что слуги, буквально перед ним, бросили свою работу не доделав ее до конца. Казалось, вот сейчас, они разом выйдут из дома и приступят к своим обязанностям. Но вместо этого была гнетущая тишина.

Спрыгнув с лошади, Ся Пин осмотрелся. Его как молнией ударило, рядом с конюшней виднелись следы свежей крови. Он стремительно ворвался в дом и увидел, разгром. Среди перевернутой мебели лежали трупы его слуг.

У него волосы зашевелились на затылки, он вбежал вверх по лестнице в спальню. Там тоже не было никого. И тут, он услышал шум в своем кабинете, дальше по коридору. Он метнулся в него.

В центре кабинета, около стола стояла Лян Аи, ее трясло, а рядом находился Син Сяолун.

- Беги. - хрипло произнесла его жена.

Син Сяолун быстро переместился к Лян Аи и молниеносно приставил нож к ее горлу.

- Хорошего Вам дня, - произнес он, - и удачи во Всех ваших делах. Хотя дела у Вас идут совсем плохо, господин Ся Пин.

- Син Сяолун, что происходит? - обеспокоенно произнес Ся Пин.

- Дорогой, не слушай его. - крикнула Лян Аи.

Син Сяолун только сильнее прижал к ее шеи нож.

- Происходит то, что я не оставлю сегодня тебе выбора. - ответил он. - Три! Три города мы потеряли! Тысячи солдат! Мы ведём войну против армии провинции Красных Камней и только поэтому, они ещё не осадили столицу. Но, любая битва проиграна изначально, если армию не ведёт Воплощение Дракона!

- Сяолун, успокойся, давай поговорим. - голос Ся Пина дрожал.

- Я пытался говорить с тобой сотни раз. - почти закричал тот. - Но, каждый раз ты меня не слышишь.

- Что ты хочешь сделать! - голос Ся Пина был сдавлен от ужаса..

- Я убью ее. - обреченно ответил Син Сяолун.

- Нет! Нет! Нет! - обхватил голову Ся Пин, но потом резко выпрямился и взглянул в глаза Син Сяолуну. - Ты не сделаешь этого!

- Это ещё почему? - зло оскалился Син Сяолун.

- Ты ее любишь. - с надеждой проговорил Ся Пин. - Да, я знаю это. Как ты сможешь убить ее?

- Ты не оставил мне выбора. - в голос Син Сяолуна звучала глубокая обреченность.

Син Сяолун колебался. На миг Ся Пину показалось, что вот сейчас он отпустит его жену, и извиниться за все. Но тот, со смертельным отчаянием, резко дёрнул ножом, оставляя страшную рану на горле Лян Аи.

- Нет! - закричал Ся Пин.

- Ты сам в этом виноват. - мрачно выдавил Син Сяолун, с безумной тоской в глазах.

- Нет! Нет! - орал, как сумасшедший, Ся Пин - Сяолун, я убью тебя! Разорву на части! Тварь!

- Как ты это сделаешь, слабак? - с обреченным бесстрашием ответил Син Сяолун.

- АаааАааа, - сначала крик был человеческий, затем, перешёл в заверенный рык, - Тварь!!!

Глаза Ся Пина стали жутко жёлтыми, зрачки превратились в вертикальные, как у кошки. Руки тряслись, покрываясь шерстью, они, на глазах, превращались в лапы. Син Сяолун даже не заметил, как в следующий момент, Ся Пин оказался возле него. Он только почувствовал его железную хватку на горле и обжигающую боль в животе.

Скосив глаза вниз он увидел рваную рану из которой потекла кровь ручьем. “С такими ранами уже не живут”, - подумал он. Ся Пин поднес свое лицо к его лицу, тяжело дыша.

Но Син Сяолун уже не боялся, он улыбнулся и дотронулся окровавленные рукой до щеки Ся Пин.

- Друг, прости меня. - сказал и зашелся кровавым кашлем. - Похорони меня вместе с ней. На этом свете мне было не суждено было быть с ней вместе. Может быть, удастся на том.

На последних словах кровь полилась изо рта Син Сяолуна и он закрыл глаза. Его тело обмякло.

- АаааАааа.. - заорал Ся Пин.

Сзади послышался шум. Ся Пин молниеносно обернулся на него. В дверях стояло трое незнакомых мужчин. Один из них протягивал письмо.

Ся Пин молниеносно оказался рядом с ними и схватил одного за горло.

- Кто вы! - зарычал он.

Но, даже приподнятый за горло человек, с беспристрастным выражением лица тянул письмо. Ся Пин вырвал его из рук и развернул.

На бумаге был текст, написанный, до боли знакомым, почерком.

“Здравствуй мой друг. Я знаю, что сейчас ты меня ненавидишь всей душой. Я и сам себя ненавижу за-то, что придется сделать. От одной мысли, я содрогаюсь от своего плана. Прошу лишь об одном. Не убивай моих людей. Они честно выполнили мой приказ. Они так же честно будут теперь выполнять и твои. Так много хочется тебе написать, объяснить и рассказать. Но в горле стоит ком. Мне нет прощения. И я надеюсь, что ты выполнишь мою последнюю просьбу. Если, конечно, я успею попросить”.

Он зло толкнул стоящих мужчин в двери и те разлетелись по коридору. Он перешагнув через них, пошел дальше. Одна его часть кричала о том, что их надо убить, уничтожить, вспороть животы и оставить умирать в глуши. Но другая, подавляюще тихо и спокойно объясняла, что это не рационально. Что эти люди ни в чем не виноваты.

- Где мои дети? - зло заорал Ся Пин.

Один из лежачих воинов встал и опустился на колено.

- Они вывезены, господин, ещё утром. - проговорил он, - Мы не знаем куда, это был прямой приказ господина Син Сяолуна.

Ся Пин зарычал словно дикий зверь. Но тихий сильный голос в его голове, вмешавшись, напомнил каким отцом был его отец. Такого ли, он желает своим детям? Волна гнева, поднявшаяся в душе, начала остывать.

Ся Пин вышел во двор, а за ним последовали как тени молчаливые помощники Син Сяолуна. Один из них махнул рукой. Из леса, неожиданно, в небо взмыла стрела, оставляя черный хвост дыма за собой. Где-то, чуть дальше, взмыла ещё одна и тут же ещё.

- Что это было? - резко развернулся Ся Пин.

- Последний приказ господина Син Сяолуна. - произнес один из его спутников.

- Я не спрашивал чей это приказ! - взревел Ся Пин. - Я спросил! ЧТО ЭТО БЫЛО?

В последних словах Ся Пин сорвался не то на крик, не то, на дикое рычание.

- Господин вы уже не успеете - проговорил один из троицы.

Ся Пин скакал по бамбуковой роще, изо рта лошади уже шла пена. Он гнал ее, как сумасшедший. Стены столицы уже были видны через бамбук, когда он услышал звон колокола. Он остановил лошадь, все колокола города маленькие и большие зазвонили, давая весть, что наместник мертв.

Он спрыгнул с лошади и в припадке ярости, упав на колени, ударил со всей силы кулаками в землю. Сила удара была такая, что земля просела, а звук был сильнее чем от здоровенного колокола.

- Нет! Нет! Нет! - орал Ся Пин. - Будь ты проклят, Син Сяолун.

Лошадь с испуганным ржанием убежала в рощу.

Год земляного быка

Шестой месяц

Четырнадцатый день

В город, под вечер, в ворота постучал путник. Стражник открыл заслонку, чтобы обругать стучавшего. Но слова застыли в горле. На него смотрело два жёлтых глаза.

- Открой ворота, пока я их не выбил. - прорычал незнакомец.

- Да сейчас. - только и смог сказать стражник.

Как только он начал поднимать засов малой калитки. Его напарник возмутился.

- Ты что там делаешь?

- Там… - стражник попытался подобрать слова, но не смог просто указал на с смотровую щель.

Его напарник посмотрел в нее.

- Про-матерь всех драконов. - протянул он и сам быстро открыл калитку.

Зашедший был несомненно Воплощением Дракона. Он был весь грязный. Безумный взгляд. Он еле переставлял ноги, как будто был сильно пьян.

- Кто сейчас главный в дворце Семи Змей? - задал он вопрос.

- Не..не..не… зн..зн.. знаю - заикаясь ответил стражник.

- Всю семью наместника и его самого убили сегодня вечером. - мрачно произнес другой.

Странный ночной гость грустно, криво улыбнулся и прошептал одно слово, которое не расслышали. Что-то, похожие на “Син Сяолун”.

- Пусть один из вас проводит меня во дворец - мрачно произнес он.

Ясное утро, заместитель департамента Тайн суетился перед несколькими вельможами и новым Воплощением Золотого Дракона и первого претендента на звание наместника.

- Письменные приказы, а также показание разведчиков не оставляют других версий кроме одной, - тараторил заместитель, - мой начальник задумал переворот, он спланировал и осуществил нападение на всех членов семьи наместника, а также на ближайших претендентов. И если бы он, тщеславно самолично не отправился на покушение господина Ся Пина, я уверен, он бы вышел сухим из воды.

- То есть, Вы уверены, - проговорил один из посетителей с длинной седой бородой, - что только сам Син Сяолун спланировал эти покушения.

Заместитель вздохнул. И протянул пачку бумаг.

- Вот его приказы на бумаге, написанные его рукой. - он подвинул ещё одну стопку листов. - Вот показания свидетелей, они в темнице, можете сами их допросить.

Хмурый Ся Пин только кивнул и вышел из кабинета. А за ним последовали остальные.

Год земляного быка

Шестой месяц

двадцать третий день

Вдалеке играла музыка, похороны старого наместника решили обставить особо пышно. Ся Пин должен был присутствовать, как новый правитель. Но никакой этикет, ни какая сила во всех девяти провинциях, не могла сейчас заставить его отойти от двух новых могил. В одной лежало тело его жены, а во второй лучшего друга.

“Как же это все случилось?”, - горько подумал он. “Что и когда пошло не правильно? Теперь во всех хрониках напишут о том, что его лучший друг - предатель, поднявший подло бунт”.

Он посмотрел на могилу друга. “Они даже не поймут, что ты сделал”, - подумал он. “Знают, только я и несколько твоих подчиненных. Но, ни они, ни я, не скажу никому, что произошло на самом деле. Потому, что никогда, и ни за что, не смогу простить тебя за это”.

Ся Пину хотелось рыдать и биться в агонии. Однако, дух Дракона уже держал его сознание в стальных тисках, подавляя все эмоции и слабость. Он даже не мог заплакать.

Рядом рыдала мать Лян Аи. Безутешно и горько. Периодически крича на него: “Как ты допустил все это? Почему убийца лежит рядом с дочерью?”.

Но, Ся Пин не понимал слез этой женщины. Железная воля духа дракона, сковала его разум. И не смотря на это, при взгляде на могилу Лян Аи, он неожиданно почувствовал тоску и жжение в груди. А по щеке даже стали скатываться слезы.

- Что это - недоуменно произнес Ся Пин прикоснувшись к щеке ладонью.

Жжение в груди становилось сильнее и сильнее, а чувство тоски все больше и больше. В какой-то момент, боль стала нестерпимой. И Ся Пин зарычал. Все его тело охватил жар. Он стал понимать, что это могила его жены и его лучшего друга. Стал понимать не разумом, а сердцем.

Рыча он даже припал на одно колено.

- Что с вами господин - вскрикнул сзади здоровенный лысый воин в татуировках.

- Дракон слабеет - только и смог проговорить Ся Пин - дракон слабеет… я стал чувствовать!

Последние слова Ся Пин практически прокричал. Он понимал, что горе настолько сильное, что железная хватка духа дракона стала ослабевать. Рыча и воя, он схватился за свой лоб и стал вытягивать. Большой светящийся желтый изумруд.

Тот не хотел выходить, с трудом, с болью. По лицу уже струились два ручейка крови.

Все тело содрогалось и тряслось. Ся Пин весь взмок. Он не мог орать, только мычал и сжимал сильнее зубы.

Но в какой-то момент он почувствовал изумруд потихоньку сдавая свои позиции стал выходить из головы.

- Да - закричал Ся Пин, держа изумруд в руке.

Он силой сжал его в кулаке, и тот лопнул превращаясь в пыль. Как только это произошло, желтый свет стал гаснуть в глазах Ся Пина.

- Я все же победил - прохрипел он.

Из пыли собралась лик дракона. И стала зловеще смотреть на Ся Пина.

- Нет, ты проиграл! - гаркнула он и его слова эхом пронеслись по всему кладбищу - теперь провинция падет, и умрут все кто тебе дорог!

- Мы справимся и без тебя - зло крикнул Ся Пин.

- Вы не на что не способны без меня, слабые, безвольные существа - опять гаркнул лик дракона - я вам даю силу, я даю вам волю! Я даю вам свободу!

- Я это не сила! А иллюзия! Это не свобода, а вседозволенность избранных тобой! Это не воля, это бесчеловечность! Рабства разума! - закричал Ся Пин - Да же на войне человек не должен переходить определенные рамки. Во всем и всегда человек должен оставаться человеком, а не тем кем ты делаешь нас. Свобода одного заканчивается там где начинается свобода другого! Не должна существовать группа людей, которым позволено все!

- Человеком! Да все что я даю и есть от человека! Ваша жестокость! Ни одно животное не убивает ради развлечения, только ради еды. Ваша рациональность! Ни одно животное даже под угрозой смерти не бросит своих детей! Я вас делаю самыми человечными! Я убираю рамки, которые остались у вас от животных!

- И все же я тебя победил и изгнал тебя из своего разума - зло произнес Ся Пин.

- Изгнал! - захохотала дракон - я в тебе навсегда, я в твоих детях, буду в твоих внуках, я в десятке людей которые пробудили мой дух и в сотнях где я сплю, тысячах, где я посеял свои семена. Тебе никогда не изгнать меня по настоящему.

- Посмотрим.

Дракон еще раз зло расмеялся и рассыпалась в пыль. А Ся Пин долго стоял стоял потерянный рядом с могилами друзей, и не обращая на людей внимание которые в ужасе пытались осторожно уйти или убежать от него. Он рыдал, так рыдал, как никогда до этого в своей жизни, оплакивая свою жену и лучшего друга.