Воля к жизни

Пролог

В месте, о существовании которого знают совсем немногие, может происходить все, что угодно. Несмотря на вполне ожидаемый сказочный сеттинг, конкретно этот офис представлял собой не злодейскую берлогу, и даже не таинственный зал, где решались человеческие судьбы, а самый обычный кабинет. В нем несколько непохожих друг на друга существ тонули в горе отчетов и прочей бюрократии.

Странный мохнатый зверек в синих джинсах на подтяжках сидел на стуле, почесывая голову под третьим рогом. Он сладко зевал, обдумывая, как проведет чудный вечер со своей женой, когда над ухом (или над тем местом, где у нас – людей – оно расположено) раздался голос босса.

– Мать твою, Гал!

Гал моментально поднялся на ноги и повернул голову к кучке слизи. Этот бесформенный самодовольный болван никогда не ценил чужой труд. И даже сейчас, не имея ни единой причины на крик, посмел что-то вякнуть.

– Я тебе говорил не заполнять документы заранее! Говорил?

– Ну?

Слизняк возмущенно размахивал своими руками.

– Ты в систему давно заглядывал?! – Он указал на огромный экран во всю стену, где обычно было полно цифр и линий. Сейчас «система» выглядела абсолютно так же, как и всегда. – Посмотри вот сюда!

Босс ткнул конечностью в экран, оставив на нем толстый желейный след.

– Здесь есть эта цифра. Ты знаешь, что она означает, Гал?! А то, что объект №387 не должен появляться на испытаниях!

– Почему?

– Да потому что объект 387, он же Уинстон Тейлор, он же угроза-моей-карьере-которую-ты-только-что-создал, умрет через считанные часы! Что нам теперь делать?!

Начальник устало опустил руки, которые тут же слились с его телом, словно изначально и были его частью.

– Не парьтесь, босс! – Расслаблено ответил Гал. Он привстал на носочки, чтобы дотянуться до следующей цифры в таблице. – Видите?

На экране высветилась фотография человеческого мальчугана лет шестнадцати. Он выглядел вполне здоровым и жизнерадостным. Волосы лежали идеально, да и кожа блестела от чистоты. Нет, такому точно не место в «мире грез». Но что делать?

– Знакомьтесь, это его брат.

Босс вновь оторвал свои руки от туловища, чтобы взять ими планшет с досье.

– Он даже близко не подходит под портрет 387!

– Зато похож, как близнец.

– Они и есть близнецы, дурень.

– Я не дурень! Дурень не придумал бы такого изящного выхода из положения.

Начальник опустил голову, чтобы спрятать лицо в ладонях, но они тут же слились с его щеками. Тяжело выдохнув, тот вновь достал руки из того места, где у него по предположению росли плечи, и заговорил:

– Если ОН узнает о том, что ты сделал, нас не просто уволят. Он нас на кол посадит!

– Вам уж этого бояться точно не стоит. Сползете себе тихонечко и поползете дальше. – Когда ответа не последовало, Гал решил, что уже победил. Об ошибке никто не узнает. – Тем более, пацану до совершеннолетия год с лишним остался. Что мы теряем?

– Быстрее будет закончить все самим. – Фыркнул старый слизняк. – Распорядись отправить его в зону 458. Он и трех минут не протянет.

– Так точно, босс.

Глава 1

В школьный период, когда каждый день начинается одинаково, многие перестают замечать, как проходит жизнь. Новый день сливается с предыдущим. Так же и прохладный октябрь 2017-го года ничем не отличался от других месяцев. Кроме одного единственного праздника.

Услышав бодрящий сигнал будильника, Уилл потянулся к телефону.

– Уилл! – Раздался голос матери с первого этажа. – Я даю тебе минуту, чтоб спуститься!

– Да за что мне это? – пробурчал себе под нос подросток.

– Сейчас же, или я сама поднимаюсь!

Эти слова несли в себе самую настоящую угрозу. Стоит матери войти, как она воспылает гневом. Это место напоминало типичную комнату стереотипного парня: грязный пол с каким-то пятном неизвестного происхождения, разбросанная одежда, пыльные зеркала, смотрящие на тебя с дверей шкафов.

Нет, в восторг мама точно не придет.

– Я иду умываться! – Крикнул тот. – Не поднимайся в мою комнату!

Уилл схватил с угла кровати свои брюки и стремительно натянул. Следом пошла визуально чистая рубашка. В старшей школе Кампбелла учителя не придирались к внешнему виду учащихся. Главное – чтобы на ногах были лаковые туфли, а с шеи не исчезал галстук.

Прибежав в ванную, он с ужасом осознал, что у него совсем не осталось времени на патчи. Сколько бы он ни вглядывался в своё отражения и не пытался примять пальцами лицо, легче не становилось. Лёгкие мешки под глазами портили весь образ идеального мальчика. Благо, оставалось пару минут для укладки. Закончив заниматься своими зубами и лицом, он схватил расчёску и осторожно придал своим волосам божеский вид.

Наконец, ему удалось узнать в своем отражении того приятного парня, коим он всегда являлся. Улыбнувшись своими белоснежными зубами, он побежал обратно. Туда, где лежала его сумка. Здесь уже торопиться было непозволительной роскошью. Уиллу предстояло аккуратно сложить новые джинсы и большую спортивную какой-то футбольной команды. Сам он спортом никогда не интересовался, но многие девушки намечали, что в такого рода одежде он выглядит мужественно. А чаще других это повторяла Лиззи. Ради нее он был готов потеть в этой футболке весь вечер!

– Ты когда-нибудь спустишься? – На сей раз голос подал отец. Он был суровым человеком, которому не хотелось отказывать.

Через несколько секунд Уилл стоял на первом этаже и уже из коридоре чувствовал запах с кухни. Судя по всему, мама начала приготовления к вечеру.

Поскольку близнецы семьи Тейлор возомнили себя взрослыми, и отказались проводить свой семнадцатый день рождения в кругу семьи. Нынче подросткам больше по душе общение со сверстниками, чем с собственными родителями. Но Уилл считал, что это даже к лучшему. В конце концов, именно с одноклассниками в будущем он будет устраивать вечеринки, а не с родственниками.

– Быстрей-быстрей! – Велел отец, втащил Уилла в кухню. – Мама даже собрала тебе сандвич!

– Вечером у нас еще будет торт, твоя любимая запеканка и куриные крылья! – Радостно объявила мама. И пускай она была доброй, любящей женщиной, это никак не отменяло того факта, что роль кухарки ей нисколько не шла. Она некомфортно чувствовала себя в фартуке и ненавидела собирать волосы. Наверно, потому то в ее блюдах всегда можно было найти волос, или, как это называл глава семейства: «сюрприз от мамы». Как бы то ни было по праздникам она была готова взять на себя роль домохозяйки.

– Я не буду, опаздываю. Кстати, где Уинс? – Поинтересовался Уилл.

– Давно ушел! – Ответил папа. – В отличие от некоторых, он пунктуальностью не обделен.

Уильям уже направился к выходу, когда мама схватила его за плечо и развернула к себе.

– И куда это ты пойдешь? Где позавтракаешь? – Встрепенулась мать.

Он невольно закатил глаза.

– Мам, сейчас автобус приедет.

Не успел он договорить, как та всучила ему в руки пакет с собранными сандвичами. После чего положила сверху контейнер и бутылку воды.

Перспектива завтрака по дороге в школу его нисколько не радовала. В последнее время девушки все чаще говорили о здоровом питании, и вряд ли их впечатлят пара сандвичей. Утешало лишь то, что Лиззи до школы добиралась исключительно на велосипеде, и ни за что не увидит этого.

– Теперь можно идти?

– Свободен!

– Спасибо.

– Передавай Кайли привет. – Попросил отец напоследок, вместо прощания.

– Передам! – Ответил Уилл, выбегая из дома.

За дверью его уже ждала соседка. Кайли – девочка, сопровождающая его с самого детства – как и всегда, выглядела замечательно. Ее смуглая кожа блестела на солнце от пота. Видимо, она уже успела намотать на пробежке свои привычные два-три круга перед школой. Однако волосы от этого не пострадали. Черные пряди длинных волос идеально сплетались во французскую косу. Пожалуй, это самая замороченная прическа из всех, что она вытворяла со своими волосами. Другие девочки никогда так не напрягались. Обычно им было достаточно причесаться после душа и надеяться, что жара высушит их волосы прежде, чем те дойдут до школы.

– Что с глазами? – Как и всегда, Кайли была очень наблюдательна. Ей не нужно было долго всматриваться в лицо друга, чтобы заметить что-то такое мелкое и неидеальное, как легкие синяки.

– Лег под утро, смотрел «Неизвестный город».

– Надеюсь тебе понравилось. – Без особого энтузиазма ответила та.

Ей не были интересны популярные сериалы до тех пор, пока они не завершатся. Эта девушка была из тех, кто считал свое мнение важнее других, и никогда не доверяла окружающим. Сколько бы подруги не упрашивали ее что-то посмотреть, Кайли находила тысяча и одну отмазку. «Как можно доверять мнению тех, кто мне советовал «Квартирку Джо»? – Повторяла она. – Вот как выйдет последняя серия, я сама решу, смотреть мне или нет».

Уилл оглянулся. Обычно автобус останавливался прямо напротив его дома, и уже должен был прибыть.

– Они задерживаются. – Сказала Кайли, снимая с плеча рюкзак. Она старательно искала что-то среди учебников, пока не вынула конверт.

Уилл не мог поверить своему счастью. Последние несколько недель подруга обещала подарить ему скрепку, если тот так и не придумает себе нормальный подарок на день рождения. Он же в свою очередь прямо говорил о деньгах.

– Хотелось бы вручить более торжественно, но речь ты ведь не дослушаешь.

– Я польщен всей душой! – Воскликнул тот, поставив сандвичи и контейнер на каменные перила. Он вырвал конверт из ее рук. Понимая, что пересчитывать сумму прямо на ее глазах будет бестактно, он терпеливо убрал подарок в карман.

– Рада, что ты доволен.

– Спасибо тебе!

Он потянул руки, чтобы обнять ее, но та остановила его жестом.

– Едет автобус. Ты ведь не хочешь, чтобы твои девчонки увидели, как мы обнимаемся?

Осознавая все риски, он быстро взял себя в руки. Такое положение не было выгодно им обоим. Ведь обнимаясь со всеми подряд, парень может случайно получить клеймо чьего-то парня. А статус «занят» пока что не казался ему таким уж привлекательным. Кайли же тем временем берегла свою репутацию недоступной красотки. Кто только не пытался позвать ее на свидание! Но на что-то кроме отказа надеяться никто не смел.

Как и всегда, автобус остановился у тротуара. Уилл первым вбежал внутрь и сразу же столкнулся со знакомым водителем.

– Здоров! – Кивнул он водителю, который сразу просиял улыбкой. Старика частенько обделяли вниманием.

– Уилл! – Крикнула белокурая девушка, подняв руку. – С днем рождения!

– Правда?! Сегодня? – Удивилась другая дама, сидящая рядом.

Он вдруг понял, что совсем забыл не только ее имя, но и позвать их на праздник.

Раскланявшись в благодарностях, тот наконец уселся на свое законное переднее место. Следом вошла Кайли, неся в руках все то, что сам он забыл на лестнице у дома.

– О, мой завтрак! – Радостно воскликнул Уилл, забирая у нее пакет с сандвичами.

Кайли села рядом, чуть выгнула спину назад, и тяжело вздохнула.

– Контейнер свой забрать не хочешь?

– Подержи его, пожалуйста! – Попросил тот, открывая пакет.

Он вдруг осознал, что совершенно не замечал утреннего голода. Оставалось лишь надеяться, что остальные ничего не заметят, но тут кто-то произнес:

– Уилл, почему ты ешь в автобусе?

Он неловко засмеялся.

– Представляете, не хватило утром времени! Мы с Кайли задержались на пробежке, представляете?

– Молодец. – Кивая, прошептала ему Кайли. Она всегда поражалась его умениям болтать все подряд без зазрений совести.

Сам же Уильям, стоит признать, никогда не питал слабость к спорту. Его куда больше радовала спокойная обстановка школьного театрального кружка. Там он мог расслабиться больше, чем где бы то ни было.

Тяжело выдохнув, он облокотился плечом на оконную раму.

– Смотри! – Выпалил тот, пихнув подругу локтем. – Видишь, новое кафе!

– Ты про то, с блинами? – Спросила та, заглянув в окно. Ее догадка была верна, несмотря на то что к тому моменту, как она отреагировала, автобус уже проехал мимо.

– Да, нам нужно сходить.

– Нам, в смысле, вдвоём? – В ее голосе звучало недовольство.

Сперва Уилл задумался, кого бы Кайли еще хотела видеть рядом, пока его не осенило. Он напрочь забыл про брата. С самых ранних лет они везде и всегда появлялись втроем. Но вот уже несколько недель лучшие друзья ходят отдельно. Почувствовал укол вины, он улыбнулся.

– Конечно же мы позовем Уинстона! Он обожает сладкое.

Удовлетворенная ответом, подруга кивнула и отвернулась.

– Открой бутылку воды, пожалуйста! – Попросил тот. Он всеми силами пытался не смотреть на ее сильные плечи, но каждый раз, произнося что-то подобное, обязательно уделял им внимание. По своему телосложению Кайли не походила на обычную девушку: она была выше и чуть крупнее в кости. Наверное, именно потому она постоянно сидела на диете и занималась спортом, стараясь привести тело в более женственную форму.

– Конечно. – Сухо ответила та.

Глава 2

Кайли сидела молча на уроке, впрочем, как и все остальные. На лекциях по истории единственным выступающем был сам учитель. Мистер Ван не был из тех, кто так просто уступит слово кому-то другому. Именно с ним у нее и были проблемы, когда в прошлом году подняли вопрос о том, можно ли ставить в школе пьесу «Гамильтон».

В то время учителя школы разделились на два клана. Одни говорили, что некоторые сцены слишком откровенны для школьников, в то время как другие утверждали: «Нынешнее поколение видит в фильмах и не такое». Учителя истории, в отличие от многих других, волновала отнюдь не постельная сцена Гамильтона с проституткой, а историческая недостоверность. Его послушать – так каждый сценарий обязан быть дотошной копией первоисточника!

В любом случае в ходе длительных дебатов было принято решение полностью проигнорировать существование второго акта мюзикла. Как бы Кайли ни старалась убедить всех вокруг, но это был единственный путь поставить пьесу. Компромисс. Какой убогий выход из положения! Пытаясь найти вариант, который понравился бы обеим сторонам, в результате всегда выбирается тот, который не желал никто!

Ее мысли прервал звонок. Облегченно выдохнув, девушка поднялась со стула, вынула из рюкзака приготовленный утром ланч и поплелась в коридор, следом за всем классом.

Наконец она могла насладиться долгожданным отдыхом. В ее окружении мало кто проводил много времени за учебниками. В городе, где пляж всегда рядом, а солнце ласкает кожу, никто не задумывается о важности образования. Подростки просто тратят драгоценное время на общение, да и старшее поколение ничуть не лучше! Рабочее время стремительно сокращается, оставляя лишние часы на пустое веселье.

Порой Кайли казалось, что во всей стране нет больше людей, желающих работать. Теперь-то она поняла значение папиной претензии к обществу: «И куда только катится Австралия?».

– Я был просто в шоке, когда в пятой серии…

– Нет! – Завопила какая-то девушка, закрывая уши. – Зачем ты так, я еще не посмотрела!

– Прости-прости! – Смеясь, ответил ей Уилл.

Ему не были важны чувства этой крикливой девицы. Вполне возможно, и сериал его нисколько не интересовал. Уилл предпочитал находиться в обществе не потому что разделял его интересы, а потому что не мог жить без чужого внимания. Он не знал одиночества и потому, когда сталкивался с ним, ничего не мог поделать.

Вот и сейчас, боясь остаться одному, втянулся в очередную картину. И хотя сама Кайли была убеждена, что сериал не подходит ему по жанру, ей ничего не оставалось, кроме как радоваться его успеху. Что-что, а захватывать внимание этот парень умел.

Тем не менее, долго любоваться его затылком не имело смысла. Совсем скоро рядом появилась более привлекательная для ее мыслей фигура. Подбежав к Уинстону, она обхватила его шею обеими руками и утащила за угол. Тот не сопротивлялся.

Оказавшись с ней наедине в коридоре, Уинстон заулыбался.

Кайли вновь пришлось напомнить себе о том, что эти двое – близнецы. Уинстон – старший из братьев – нисколько не был похож на Уильяма. В отличие от младшего, тот никогда не выставлял себя на показ и не рассказывал анекдотов. Ему было достаточно общения с двумя преданными друзьями из детства.

– С днем рождения!

– Спасибо. Сегодня ты первая.

Эти слова звучали как шутка, хотя ничего странного в них не было. Уинстон не был популярен, как брат. Он сильно выделялся среди загорелых крепких ребят, что ходили по коридорам школы. Его волосы, в отличие от шевелюры брата, не блестели. Кожа же была настолько бледной, что встань тот у заштукатуренной стены, так и сольётся с нею. А уж мешки под глазами были для него обычным делом.

– А как же родители? – Спросила та.

– Я ушел до того, как они проснулись.

Девушка напряженно поджала губы. По неизвестной никому причине Уинстон приходил в школу намного раньше остальных. И уходил, соответственно, позже. Когда она спрашивала напрямую – тот увиливал от ответа. Оставалось лишь догадываться, а это дело Кайли не любила.

– Значит, вечером тебя ждет особый подарок от них? – С энтузиазмом спросила она, так и не получив ответа. – Ты ведь пообедаешь со мной?

– Думаешь, стоит? Мы с братом вместе как-то не смотримся…

– Уилл пусть ест отдельно!

Она взяла его за локоть и потащила к дверям. На улице было еще достаточно тепло, чтобы обедать за стенами школы, и упускать такую возможность ей не хотелось.

Пока одноклассники устраивались на траве, они скромно сели на лавочку у стены школы. Так Кайли могла быть уверенна, что к ним не будут приставать с дурацкими вопросами.

– Может все-таки поешь с ними?

Кайли потребовалось время, чтобы понять, кого тот имел ввиду. Но стоило присмотреться, как она заметила группу девчонок в десяти метров от их уголка. Каждую из них она прекрасно знала, но ни одну не любила. Они были «элитой школы». Талантливые девочки при деньгах – этой скудной характеристики вполне достаточно, чтобы описать эту группу.

Нельзя сказать, что они были плохими. Каждая по-своему могла зацепить, поддержать разговор или даже сыграть на укулеле. И все же этого было недостаточно, чтобы по-настоящему желать сидеть в их кругу.

– Не нужно. Я могу позвать их в гости, когда понадобятся.

Хорошая игра в покер – это именно то, что позволяло Кайли все это время держаться на плову. Просто быть главой театрального клуба – недостаточно. Если ты хочешь ставить хорошие пьесы, то будь добр познакомиться со всей школой. Ведь кто еще поможет, как не клуб музыки, кружок шиться и просто богатые девочки, способные выделить немного средств на декорации.

Азартные игры, как оказалось, сильно сближают. Этому ее научил отец, и был прав на все сто процентов.

– Как собираешься праздновать день рождения? – Спросила она с надеждой, что братья все-таки проведут этот день вместе.

– Думаю сходить в кино.

– Идет что-то интересное?

– Не-а.

И вновь повисла пауза. В последнее время все их диалоги были наполнены неловким молчанием, которое Уинс даже не пытался восполнить.

– Желаю повеселиться. – Сказала Кайли от всей души.

– Вечер будет унылым.

– Не таким унылым, как на празднике Уилла. – В этом она действительно не сомневалась. – Там только и будут разговоры, о том, какой он крутой актер и звезда. А еще все напьются дешевого пива и будут делать вид, что трезвые. Полная чушь. Тебе повезло не пойти.

– Это уж точно. – В его голосе не было энтузиазма.

***

Подростки толпились закулисами школьной сцены. Как и обычно, всем места не хватало. Актеров в спектакле было предостаточно. А если учесть, что «королева Кейли» позвала в картину толпу тупиц из клуба танцев, ждать, что тебе хватит места, не приходилось. Кроме того в помещении было невероятно жарко, а это так же дурно влияло на процесс.

Именно так объяснял свое опоздание Уильям. Он выглядел уставшим. Его блестящие волосы чуть растрепались от бега.

– Сегодня понедельник – день генеральных репетиций! – В который раз повторила Кайли.

– Мне тяжело приходить сюда каждый раз вовремя! – Возмутился тот. – Знаешь, сколько занимает времени со всеми поздороваться?

– Это самая тупая отговорка из всех, что я слышала. Дуй на сцену!

– А как же костюм?

День генеральных репетиций подразумевал собой именно то, что говорилось в названии. Реплики, костюмы, освещение, музыкальное сопровождение и подтанцовка – все должно было быть на высоте. Наверное, именно по этой причине все в театральном клубе так ненавидели этот день.

– Плевать! Сегодня Гамильтон будет плясать в школьной форме.

Кайли толкнула его прямо к лестнице, ведущей на сцену. Сама же она заняла свое законное место рядом с дешевым мегафоном, царской накидкой и огромной короной. И, нет, атрибуты не были демонстрацией глупого прозвища. Но когда ты занимаешь пост главы клуба, ты должна и сама время от времени присутствовать на сцене. По этой причине девушка выбрала себе самую легкую роль, позволяющую ей большую часть репетиции располагаться перед сценой, а не на ней. В пьесе король Англии появляется лишь два раза и не несет в себе глобальной функции.

Тем временем Уильям поднялся ко всем остальным толпящимся за дешевыми красными шторами.

– И-и-и… – торжественно закричала Кайли в свой мегафон. – Начали!

Большая часть актеров и подтанцовки выбежала на сцену, в то время как сам Уилл, то есть, главный герой, остался на своем месте. Первые минуты должны были рассказать все о Гамельтоне, не показывая его самого.

Уилл отдавал себе отчет в том, что роль ему досталась важная, и все же он с большим удовольствием показал бы какого-нибудь антагониста. Убеждения известного политика им не разделялись. Этот человек всегда стоял на своем. Если уж он и поставил цель, то будет добиваться ее до самого конца.

«Но какой в этом смысл?» - никак не мог понять Уильям. Он уже давно понял, не сделаешь ты – сделает кто-то другой. Даже если бы Александр Гамильтон не написал 51 пункт Американской конституции, их просто написали бы позже. Это все равно что добиваться внимания от девушки, которая на пол головы выше тебя. Как бы ты ни был хорош, а без упорства, нервотрепки и ходуль под рукой, тебе ничего не светит. Лучше вовремя сдаться и найти кого-то пониже.

– Как тебя зовут, мужик? – Пропел кто-то со сцены.

Внезапно вспомнив о том, что он все еще занимает важную позицию, Уилл поправил микрофон у своего уха.

– Александр Гамильтон! – Подпел он, выбегая на сцену. – А имя мне Александр Гамильтон. Дайте срок, дайте срок…

– Нет! – Завопила Кайли. Она словно вообще забыла о том, что держала в руках мегафон. – Сколько раз можно тебе повторять: «Слушай других людей». Ты не должен вбегать на сцену и догонять текст. Здесь так много людей! Что мешает тебе осторожно пройти через толпу, не привлекая при этом внимания?

– Прости, Кайли, я…

– Заново!

Он тяжело вздохнул, как и все на сцене. Она всегда так делала. Если что-то не нравится, то крик: «заново!» исправит положение.

Боль заполнила голову целиком. Кайли больше не могла ни говорить, ни думать. Из-за опоздания Уилла они потеряли полтора часа.

– Ты в порядке? – Спросил знакомый голос.

Уинстон сел рядом с ней. Ей было приятно видеть его веселым. После незадавшегося ланча казалось, что он не скоро заговорит с ней.

– Просто устала. – Выдохнула девушка.

– Я думаю подкрутить вон тот прожектор. – Уинс указал пальцем куда-то в сторону, она даже не стала поворачивать голову. – Он смотреть не в ту сторону.

– Кстати о прожекторах.

Кайли согнулась пополам, чтобы достать из-под стула забившуюся там сумку. Недолго порывшись, она вытащила длинную красную веревку, обмотанную белой лентой с бантиком. Уинстон недовольно поморщился.

– Что это? У аппаратуры тусовка намечается?

– Это подарок на твой день рождения.

– Нет, Кайли, зачем! – Он закатил глаза. – Я же сказал, что ничего не надо.

– А я сказала, что если ты не придумаешь, что хочешь, то подарю тебе бесполезную фигню. Хотя, об этой веревке я бы так не сказала. Вещь нужная. Ты все равно покупаешь такие вещи сам.

– В кладовой полно веревок.

– И ты постоянно их тратишь. Посмотри вон туда!

Кайли указала на потолок, куда в прошлом месяце Уинстон повесил большой светоотражатель.

– Ты все равно рано или поздно либо порвешь эти веревки к чертям, либо потратишь на что-то такое. Лучше забери ее сейчас, отказы не принимаются.

– Ладно уж. Спасибо. – Смущенно ответил Уинстон.

Кайли повернула голову и с удивлением заметила, что актеры перешли к следующей сцене. Оставалось только надеяться на то, что Уилл вновь не накосячил.

Глава 3

Одноклассник в очередной раз тасовал колоду. Он разложил карты на столе, рубашками вверх. Уилл ткнул пальцем куда-то в центр, уже не обращая внимание на всеобщее восхищение. Присутствующие вновь загалдели.

– Как он это делает?!

– Обычные фокусы! – недовольно пробурчала какая-то девушка.

– Никаких фокусов, красотка! – Уилл развел руками. Он прекрасно знал, что этот трюк удастся ему провернуть еще во многий компаниях. – Только память.

Паренек уже приготовился вновь перемешать карты, когда Ноилз толкнул его плечом. Это была такая негрубая форма сказать: «Пошел вон отсюда». Сходу поняв намек, парнишка ушел вместе со своей колодой.

Наконец, Уилл получил возможность расслабиться. Демонстрировать всем и каждому свою фотографическую память – это здорово, но не таким дешевым способом. Заметить нужную карту в перемешенной колоде любой дурак сможет, но возьми они что-то другое, например, цифры и формулы, как все вокруг заскучают. Математика – это не та вещь, которая способна повеселить толпу.

Он с наслаждением вдохнул этот чудесный сладкий запах дыма от айкоса. Лиззи сидела рядом с ним, прижимаясь к его руке. Большего блаженства и пожелать нельзя!

– Лиззи, выбрось эту дрань! – Крикнул Ноилз. – Твоя чертова вишня воняет говном.

Уильям посмеялся, но не столько от шутки, сколько из уважения к этому парню. Ноилз был ему другом на протяжении всей старшей школы. И пусть его шутки не всегда были смешными, но уверенность в себе восполняло этот недостаток. В школе он был самым крутым спортсменом. Ему не было равных ни в футболе, ни в воде. Летом он побил рекорд школы по волнам на сёрфе, и теперь официально признан лучшим.

– А мне нравится! – Возразила девушка.

Кто-то задел его затылок локтем, но когда Уилл обернулся, там никого не было. Не удивительно. В доме было полно народу. Ноилз, как настоящий лучший друг, предложил провести вечеринку у себя. Его родители уехали на пару дней и вряд ли по приезде станут пересчитывать ящики пива и вина, дожидающихся своего часа в подвале. В обмен на такую услугу Ноил, разумеется, попросил позвать собственных друзей. Уильям был не против. Он привык считать, что чем больше народу – тем веселее. И все же количество гостей поражало. Из условных двухсот человек виновник торжества знал от силы сорок-пятьдесят.

– Эй! – Позвал его Ноилз. – Посмотри туда.

Он повернул голову в указанном направлении. Ему не нужно было подсказывать, чтобы понять, на что тот намекает. Кайли стояла у стены совсем одна. Впервые за долгое время ее черные волосы были распущены. Волнистые пряди аккуратно спадали на плечи. Фиолетовое платье с желтыми рюшами привлекали к ней море внимания.

Уилл кивнул.

– И что?

– Твоя подруга пришла одна?

– Ну, как одна. Со мной.

– А тот жеванный все еще шары свои к ней подкатывает?

«Жеванный» - это смешное прозвище, выданное футбольной командой его брату. Уинстон не привык ухаживать за собой, и потому порой напоминал жеванную жвачку, приклеенную к парте.

– Уинс не влюблен в нее. Просто везде ходит рядом и задает тонну вопросов. Но это только потому, что он больше никого не знает.

– Понял. – Ноил неожиданно повеселел. Он даже ничего не сказал Лиззи, когда та в очередной раз выдохнуло. – Что ж, я пошел.

С этими словами он поднялся на ноги и шагнул веред. Оторвавшись от любимой девушки, Уилл потянулся к другу, чтобы остановить.

– Я бы не советовал.

– А что? – усмехнулся Ноилз. – Укусит?

– Она сейчас не ищет отношений. Сам понимаешь, поступление в ВУЗ, итоговые экзамены, наш мюзикл. Ей не до тебя.

– А ты за нее не решай!

Сбросив с себя руку друга, тот пошел вперед по коридору.

Уилл почувствовал на своем правом ухе женские губы. Он дернулся от неожиданности и повернул голову к Лиззи.

– Мы здесь так долго сидим! – Громко заныла она. Он удивился, что никто не обратил внимание. – Может, поднимемся наверх? Там тише.

Сердце забилось чаще. Уилл не верил своей собственной удаче. Лиззи не была из тех, кого трудно добиться, и все же ему потребовалось куда больше времени, чем ее предыдущему парню. В конце концов Уильям не был качком, да и природная красота не гарантия успеха, и то, что эта девушка хотела провести с ним ночь вызывало в нем большую гордость.

– Конечно! – Крикнул тот. На этот раз пара людей уже обернулась.

Но пока у одних вечер складывался как нельзя лучше, другие одиноко стояли в углу. Кайли уныло рассматривала огромное пятно на полу, задаваясь вопросом, кто будет это убирать. Не похоже, что хозяева дома знали о вечеринке, и вряд ли Ноилз сам возьмется за швабру. В любом случае, ей стоит уйти до полуночи, чтобы к утру не заставили отмывать всю эту грязь.

– Кого я вижу! – С наигранной вежливостью воскликнул Ноилз.

Кайли растянула губы в фальшивой улыбке. Она умела придавать ей натуральный вид за счет глаз и приподнятых щек, но не стала утруждаться ради того, кто был ей противен.

– Ноилз! У тебя отличный дом.

Ее похвалу прервал звук бьющегося стекла. Парень напротив нее словно ничего и не услышал, продолжая сокращать с ней дистанцию.

– Поверить не могу, что ты все-таки пришла!

– Почему?

– Уилл не то чтобы хотел тебя тут видеть. Он говорил, ты будешь мешать.

Она пыталась запомнить каждое слово. Вряд ли Уилл на самом деле считал ее чем-то лишним. Но желание выпендриться перед друзьями нередко его пересиливало.

– Он точно так сказал?

– Скажем так, я передал, что запомнил.

– Спасибо за информацию.

Кайли прошла мимо, и тот не стал ее задерживать. Девушка облегченно выдохнула. Она боялась, что тот начнет предлагать ей выпить или еще поболтать. Благо, при таком количестве гостей он мог найти себе новую жертву за считанные минуты. Наверное, поэтому-то его нисколько не оскорбил ее побег.

Не зная, куда себя деть, она выбежала на улицу. В руке все еще был полупустой стакан кисловатого лимонада, но допивать его не хотелось.

Темное небо показывала ей звезды, как что-то драгоценное. Тусклые огни уличный фонарей не перенимали на себя взгляд, а только добавляли композицию. «Жаль, на сцене нельзя устроить что-то подобное» - подумалось ей.

Снаружи было почти так же шумно, как и внутри. Тяжело выдохнув, Кайли уселась на тротуар. Обычно ее ровесники в такие моменты проверяли свои социальные сети или играли во всякие мобилки, но ей такой роскоши не дано. Чтобы не отвлекаться, она нигде не регистрировалась и игры не скачивала. Единственным способом с ней связаться были звонки и электронная почта. От скуки она проверила их.

Родители, похоже, вообще не переживали за нее. Они даже не потрудились спросить, когда та вернется домой. Ну и ладно, так куда проще.

Ее внимание привлекло одно непрочитанное письмо. Кайли открыла сообщение от Уинса и удивилась количеству текста. Обычно он изъяснялся коротко и ясно, а в этот раз решил написать целое сочинение.

«Дорогая Кайли,

я не осмелился позвонить. Сейчас я смотрю в небо и не могу поверить в то, какое оно красивое. Раньше я этого не замечал. Не знаю, что будет дальше, и будет ли что-то вообще, но надеюсь, что в будущем ты не забудешь поднимать голову.

Я буду скучать по тебе больше, чем по всем остальным.

Люблю. Уинстон Тейлор»

Кайли заморгала. Она ничего не поняла, кроме последней строчки. Если ему хотелось признаться в любви, то стоило сделать это по-честному. Он заставил ее догадываться.

– Придурок. – Недолго думая, заключила она. – Не буду с ним разговаривать, пока сам ко мне не подойдет. А то в конец обарзел. То хочу разговаривать, то не хочу!

Она закрыла приложение.

– Даже отвечать не буду.

***

Сидя на краю кровати, Уилл смотрел в окно. Девушка лежащая рядом потянулась к тумбочке, где лежал ее айкос.

– Я в афиге! – Лиззи цокнула языком, перевернувшись на бок.

– В хорошем смысле? – С надеждой спросил тот.

– Ага.

– Круто.

– Ну, чем займемся теперь?

Он улегся рядом, с наслаждением вытянув ноги. Уилл был удивлен тому, как сильно устал. Ему казалось, что сил еще полно, пока не ощутил это неприятное покалывание в конечностях.

– Куда ты пойдешь, когда окончишь школу? – Нельзя сказать, что ему не был любопытен ответ, но все же он с большей радостью бы помолчал. Однако тишина в присутствии любого другого человека начинала напрягать. Будто бы кому-то может быть с ним скучно.

– Я думаю устроиться в кафе двоюродного брата.

– Вы ладите?

– Не слишком. Но это лучше, чем просто сидеть дома или идти в универ. А ты что думаешь?

– Я пойду в театральное училище. Думаю, после него смогу по-настоящему…

– Вообще-то, я говорила о себе. Лучше встать на кассу в кафешку или остаться дома?

– Я бы остался дома.

– Это потому что у тебя есть хобби, не связанное с погодой. Знаешь, как трудно бегать в дождь?

– Ты говорила, Лиззи.

Уилл быстро понял, что разговор склоняется не в его сторону, потому просто позволил девушке заполнять тишину самостоятельно. Слушая ее в пол уха, он закрыл глаза и с облегчением вздохнул. День рождения удался на славу.

Попытку расслабиться прервал телефонный звонок от родителей. Он с ужасом обнаружил, что на часах было почти пять утра. Видимо, они успели переволноваться.

– Алло?

– Ты у Ноилза?

– Кто это? – Влезла Лиззи. Уилл бесцеремонно отодвинул ее от своего плеча.

– Да, я здесь. Скоро пойду домой.

– Не надо. Мы за тобой заедем.

После этого мама бросила трубку.

– Черт возьми… – бормотал тот, ища на полу свои джинсы.

– Я слышала женский голос. – Вновь заговорила Лиззи.

– За мной сейчас приедет мама.

– Ты не останешься?

Он медленно дышал, натягивая штаны. Нельзя позволять себе грубить девушке, даже если она несет полный бред. По крайней мере, так он себе говорил.

– Увидимся завтра в школе.

Глава 4

Уилл старался ровно дышать и почти не хотел вывернуть свой желудок прямо в салоне отца. Конечно же родители свято верили в его трезвость. Как же умело он отвечал на вопросы и держал спину прямо! В такие моменты он особенно понимать, что обладает актерским талантом.

Машина остановилась у обочины.

– Вылезай, алкаш. – Шутя, скомандовал отец.

Мама помогла Уиллу вылезти из машины и захлопнула за ним дверь. Уже через минуту в коридоре их встретили сотрудники полиции и проводили в маленький кабинет с мягкими стульями. Уильям моментально свалился в кресло-мешок и запрокинул голову назад. Он знал, дай ему волю – и он заснет.

– Я думала, мы сядем в другой комнате. – Сказала мать.

– Это не допрос, мэм, всего лишь беседа. – Ответил добродушный полицейский.

– Вы сказали, что мой сын мертв!

Уильям закатил глаза. «Как я могу быть мертв, блин, если я здесь сижу!» - хотелось ему закричать.

– В данный момент мы не можем привести вас на опознание тела, но у нас есть фотографии.

– Показывайте уже! – Отец махнул рукой.

Детектив разложил на столе несколько снимков с места преступления. Мать ахнула, закрывая глаза. Она испуганно закрыла лицо ладонями, притворяясь, будто не сидела на том стуле. Ей было страшно.

Серое лицо мальчика смотрело прямо в камеру. Его тело недостаточно пробыло в воде, чтобы изуродоваться, поэтому он больше напоминал живого, чем мертвого. На лице оставалось пару песчинок, но так бывало и от обычного плавания.

Его руки и ноги были связанны крепкой красной веревкой. Ясное дело – работа профессионала. Кто-то явно не хотел, чтобы он сумел выбраться.

– Мы нашли это на берегу, вместе с кошельком и ключами от дома.

Мужчина положил на стол телефон Уинстона.

– Мы проверили звонки и сообщения. – Продолжил детектив. – Не похоже, что у вашего сына было много друзей. Знаете, кто мог желать ему смерти?

Мама покачала головой.

Уилл сделал усилие над собой, чтобы хотя бы выпрямиться. Картинка с трудом собиралась в голове. Уинстон хоть и не был популярен, но ненависти в окружающих точно не вызывал. «Может, это ограбление?» - задумался тот. Вскоре он вспомнил другие слова следователя: «Мы нашли это на берегу». Что у него воровали, если оставили телефон там?

Голова просто раскалывалась. «Никогда больше не буду пить!» - поклялся себе Уилл.

– У Уинстона было мало друзей. – Пробормотал отец.

– А врагов? – Спросил какой-то усатый мужчина. Уилл всматривался в его лицо, догадываясь, как долго тот с ними в комнате. Может, он был там все время?

– Что за вопрос такой?! – Встрепенулась мать. – Вы что, хотите сказать, что он это заслужил?

– Ни в коем случае, мэм. Но если у вашего сына были неприятности в школе, то мы должны об этом знать.

– Может, он ссорился с кем-то в последние дни? – Подсказал усатый.

– Нет. – Ответили хором родители.

Напарники переглянулись. Они двигались так медленно, будто не знали, о чем еще спросить.

– С кем он общался ближе всего? У него была подружка?

– Только Кайли Уэмпбелл.

– Она наша соседка. – Пояснила мать. – Но Кайли очень хорошая девочка, она в жизни бы его не обидела.

– Мы не станем подозревать ее, мэм. – Ответил вежливый следователь. – Но нам нужно узнать больше о вашем сыне. Если вы не против, мы свяжемся с вашей семьей через пару дней.

– Конечно. – Женщина кивала. Она всеми силами старалась подавить в себе желание разреветься, но это не помогло. Горячие слезы потекли по щекам.

– Звоните в любое время. – Ответ отца больше напоминал приказ.

Уильям оторвался от мягкого кресла и поплелся к двери, следом за своими родителями. Всю дорогу, от самого выхода из полицейского участка, и до прибытия домой, семья молчала. Тишину прерывало лишь тихое материнское всхлипывание. Впервые в жизни Уиллу не хотелось вставить какую-нибудь забавную реплику. Он чувствовал, как напряжение нарастало с каждой секундой, но при этом не чувствовал свою ответственность за него.

– Это ты виноват. – Сухо сказал женщина своему мужу.

– Никто не виноват, Ева. – Унылый тон отца нагнетал.

– Нет, виновные есть! Те подонки, которые сделали это с нашим мальчиком.

– А я-то здесь причем?

– Это ты разрешил пойти ему в кино одному. Уильям хотя бы был с друзьями!

– Уж простите, что я хотел устроить своему сыну нормальный праздник.

– Нормальным праздником стал бы ужин в кругу семьи, но ведь вы все этого не хотели!

– Этого не хотели дети.

– А ты их поддержал!

Уилл был шокирован таким поворотом событий. Впервые на своей памяти он наблюдал ссору родителей. Обычно эти люди старались подавить конфликт еще до его начала.

Единственное, что радовало – он не был зачинщиком. Когда он тихонько сбежал на второй этаж, никто даже не заметил. Оказавшись наверху, он с облегчением уселся на пол. Подросток при своем крепком теле устал еще на первой половине ступенек. Но здесь ему было куда лучше, чем если бы тот остался там. Здесь, у двери в свою комнату, он почти ничего не слышал из кухни.

Взгляд устремился прямо на противоположную дверь. Она была почти полностью закрыта наклейками по тематике видеоигр и всяких аниме. На уровне глаз красовалась деревянная табличка с надписью: «Комната Уинса».

Уилл заулыбался, когда представил, как расскажет брату о прошедшем вечере. Как он весь вечер пил с друзьями, как смог «завалить» одну из самых красивых девчонок школы, и как остаток ночи провел с родителями в участке. Уинс наверняка ответил бы что-то саркастичное, типа: «Сообщи, когда в следующий раз они поедут не с тобой, а за тобой».

Осознание запоздало. Уинстон больше никогда не порадует его таким замечание. Он больше не будет стучаться в его дверь по воскресеньям и требовать внимания. Теперь он не станет занимать ванную в субботний вечер, просматривая новости на унитазе. Больше не посоветует посмотреть брату какую-то бредятину. И уж точно не начнет по-тихому брать его одежду.

– Он мертв.

Слова сами сорвались с его уст. Уильям никак не хотел в это верить. Нижняя губа задрожала. Это все напоминало какой-то глупый розыгрыш.

Подросток сорвался с места и забежал в свою комнату. Он не постеснялся хлопнуть со всей силы дверью. Раз уж парочке с первого этажа разрешается шуметь, то ему и подавно.

Первой жертвой парня стал стул, так неудачно расположившийся прямо посреди комнаты. Уилл схватил его за ножки и, раскрутив, швырнул прямиком в стену. Ему понравился тот звук, когда спинка напрочь оторвалась от сиденья. Он почти полностью заглушил родительские вопли, которые уже стало слышно всему кварталу.

Воцарилось молчание. Оно звенело в его голове, словно поглощало пространство. Казалось, комната стала меньше. Испугавшись отсутствия звука, Уилл взял книгу с полки и кинул ею в закрытое окно. К его разочарованию, оно не разбилось.

Послышался топот. Мама встала у двери и принялась умолять сына выйти и перестать крушить дом. Не желая ее слушать, паренек оглядел свою комнату еще раз. В тот момент ему стало жаль, что он не заставил ее всяким хламом, как брат в свое время.

– Ева, успокойся! – Уговаривал жену глава семейства. – Он зол, это нормально.

– Я тоже злюсь!

Заглушая истошный крик матери, Уилл взял спинку того самого стула и ударил ею по доске для серфинга. В прошлом году, когда они с Уинстоном ходили покупать себе по одной, брат сказал ему, что рисунок просто ужасен. Сейчас, глядя на эти размытые абстрактные пятна, он понимал, что Уинс был прав. Доска больше не была ему нужна. От того еще сильнее хотелось по ней ударить.

– Немедленно выйди из комнаты! – Не унималась женщина за дверью.

Раздался еще один удар по доске. Она была невероятно крепкой для своей цены, и никак не сдавалась. Наконец, к четвертому удару, она раскололась на две части.

– Уилл, прошу тебя! – На этот раз голос подал отец. – Что бы ты там не делал, перестань! Выйди сюда и поговори с нами как настоящий мужчина.

«Настоящий мужчина» - смех, да и толкьо. Он всю жизнь слышал эти слова от человека, который даже дома толком не бывал из-за работы. А теперь его просят просто взять и оставить гнев. Если уж ему нельзя злиться сейчас, то когда можно?

Когда просьбы не подействовали, мама попыталась сломать дверь.

– Выбей эту чертову дверь!

– Я не буду этого делать, дура поехавшая!

«Заткнитесь оба!» - Уилл был твердо уверен в том, что сказал это вслух, но реакции не последовало. Может, они его проигнорировали? Он повторил свое высказывание, но за дверью продолжались ссоры и, кажется, даже не по его адресу.

Уилл опустился на колени и принялся рыться под кроватью. Что-то под ней должно было его успокоить. Он никак не мог вспомнить что именно, но был уверен в чудодейственности этого средства. Наконец, рука наткнулась на что-то мягкое. Парень вытащил пыльную спортивную кофту.

Вот он и вспомнил. Кофта была подарена ему в прошлом году Ноилзом и всей остальной командой. В тот день они сказали ему: «Пусть ты и не игрок, но ты один из нас». Уилл считал это своим личным достижением. Он гордился этим званием.

Идиотизм. Какое теперь это имеет значение? Последний год, стоило ему почувствовать себя грустным или перестать верить в свои силы, как он думал: «Эй, у меня есть крутая кофта, значит, не все еще потерянно!»

Как эта тупая тряпка может помочь теперь? Во всем мире был всего один человек, похожий на него «от» и «до». Да, может, они имели разные увлечения. Но они прожили вместе всю жизнь. Каждый день они виделись и обсуждали всякую чушь. Разве может кто-то так же жарить тосты, как Уинстон? Кто теперь будет его поддерживать? Подружка? Очень смешно.

Уилл почувствовал, как по его щекам бегут слезы. Он сделал глубокий вдох и едва не захлебнулся.

– Я же тебе говорю…

– А мне плевать, что ты там говоришь! – Мама бесцеремонно перебивала отца.

– Закрой свой рот хоть на секунду и послушай, что я тебе говорю!

Подросток выкинул кофту куда подальше. Больше она ему ни к чему. Он пождал ноги и, чтобы не упасть, облокотился спиной о кровать. Споры не умолкали, и он закрыл уши руками. Когда это не помогло, ничего не осталось лучше, кроме как наклонить голову и зажать ее между коленями.

– Я тоже злюсь, но не бью ведь посуду!

– А может и стоило бы, вдруг успокоишься!

Уилл открыл рот и вновь попытался заставить их замолчать. Он чувствовал, как шевелятся губы и следил за движениями языка. Крик звучал как шепот.

Глава 5

Обычно будильник звонил не раньше шести утра. «Зачем вообще устраивать вечеринку в понедельник, когда во вторник уже надо на занятия?!» - задавалась вопросом девушка. Ответ мигом посетил ее голову. Родители Ноилза уехали только вчера днем, а это означало, что в субботу или воскресенье они еще были в городе. Лишнее доказательство тому, что те даже не были в курсе, как сын использовал дом.

Кайли с трудом открыла глаза и подняла голову. Шум шел не из телефона. Похоже, родители вновь ссорились. Но на сей раз в доме был кто-то третий. В разговоре неоднократно всплывало ее имя. Она застонала от досады.

Сползая с кровати, она уже жалела, что пошла на эту дурацкую вечеринку. Ей было намного проще спуститься в пижаме, но что-то ей подсказывало, что разговор с родителями может затянуться, а это значит, что лучше сразу переодеться в школьную форму.

Медленно спускаясь по ступеням, она уже лучше слышала разговоры.

– Мэм, мы лишь зададим ей пару вопросов… – Попросил мужской незнакомый, но очень учтивый голос.

– Она еще ребенок!

– Дорогая, дай умным дяденькам сделать свою работу! – Сурово сказал глава семейства.

– Я не дам вам ее разбудить!

– Я уже встала, мам.

Кайли потянулась и осмотрела комнату. Рядом с родителями стояли двое мужчин в полицейской форме. Тот, что выглядел старше, и явно чувствовал себя главным, носил густые усы. Они абсолютно не сочетались с его угловатой формой лица, и наверняка бы мужчина лучше выглядел без них. Второй же был намного моложе, никак не старше тридцати. Он был таким высоким что тот, казалось, пробьет головой потолок, если выпрямится. Он выглядел добродушным и даже женственным. Такие черты очень ценились ею в людях.

– Кайли, эти люди хотят с тобой поговорить. – Прояснил отец.

– Чтобы там ни было, это все Ноилз. Уилл ни в чем не виноват.

– Мисс, мы хотим задать вам пару вопросов о Уинстоне Тейлоре.

Кайли села на диван. Все присутствующие последовали ее примеру, и на душе стало легче. Когда все были на ногах, обстановка казалась слишком наколенной. Но все же обеспокоенные лица родителей не давали ей расслабиться.

– Мисс, меня зовут детектив Джонс. Это мой напарник – мистер Ли. Мы хотим задать тебе пару вопросов, если ты не против.

Девушка кивнула.

– Когда вы в последний раз разговаривали с Уинстоном?

– Сегодня… В смысле, нет, вчера. Мы вместе обедали, а потом еще немного пообщались на репетиции.

– Репетиции? – Уточнил детектив Ли.

– Да, понимаете, мы состоим в театральном клубе. То есть, я, Уилл и Уинс.

– Помните тему беседы?

– Да не было никакой темы. Я задавала вопросы, а он отвечал. Так строится диалог.

Она чувствовала что-то неладное. Ей все еще не объяснили, из-за чего весь сыр-бор.

– Мистер Джонс, что конкретно происходит? – Спросила она. – Если вы его в чем-то подозреваете, то вы ошиблись.

– Ваш друг умер прошлой ночью – Ответил Ли.

Кайли прищурилась. Она пыталась понять, лжет этот человек или нет. Но ведь любому ясно, что такими вещами не шутят, да?

– Перестаньте пугать мою дочь! – Заявила мать.

– Дорогая, никто ее ни в чем не обвиняет. Дяди полицейские просто пытаются понять, что произошло.

Их слова звучали как из-за завесы. Ей казалось, будто все прожектора мира устремились на нее и затуманили взор. Трудно было что-то разглядеть сквозь слезы, которые совсем не собирались покидать приделы век.

Он сделала глубокий вдох, который больше походил на всхлипы рыдающего. Кайли почувствовала, как скрутило ее желудок. В сидящем положении обычно не нужно переживать о равновесии. Но теперь ей казалось, что если она проведет так еще пару секунд, то ее просто вывернет на изнанку.

– Она какая-то бледная. – Сказал кто-то.

– Ей нужно лечь.

– А если ее вырвет? – Возразил дрожащий голос.

– Ничего страшного, просто в гостиной появятся цветные коврики.

Ее насильно заставляли лечь. Кайли сопротивлялась, чувствуя, как продолжает кружиться голова.

Когда девушка закашляла, ее перевернули на бок. Мама тут как тут подготовила пластиковое ведро. Полицейские галантно отвернулись, пока леди извергала из себя рвотные массы.

Еще с детских времен, Кайли ненавидела пищевые отравления. Это ужасное чувство, будто твои органы танцуют сальсу, казалось ей сущим кошмаром. И сейчас было ничуть не легче.

Наконец она вновь смогла дышать.

– Видите, до чего ее ваши разговоры доводят?

– Я с ней согласен. Вам стоит уйти.

Кайли пыталась показать жестами родителям свои мысли, но они либо ее не поняли, либо не хотели понимать.

– Если Вы не против, мы вернемся завтра. – В голосе Ли не было и намека на учтивость. Его нисколько не тронула эта сцена. Он был намерен закончить то, что начал.

– Вы не видите, что у нее шок?

– Я могу говорить.

– Лежи молча! – цокнул языком отец.

– Нет, я хочу поговорить!

Тяжело дыша, Кайли заставила себя сесть. В любом случае, лежа, голова кружилась куда сильнее.

– Прошу Вас, – заговорил мистер Джонс, – это не займет много времени.

– Кайли слишком устала!

– Я хочу знать, что произошло.

Не ясно, может, это ее властный тон сыграл такую роль, или же родители просто поняли, что воевать с ней бесполезно, но девушка получила желаемое. Все присутствующие заняли прежние позиции.

На этот раз все говорили намного медленнее, и Кайли искренне была за это благодарна. В таком состоянии ей было трудно уловить суть разговора.

– Как это случилось? – Спросила она.

– Он был связан и выброшен на пляже Казуарина.

Эти слова ее удивили. Казуарина. Уинстон очень любил это место. Он говорил, что только там бывает так спокойно. Из-за сильных отливов на этом пляже никто не плавал, а только прогуливались босиком. Там всегда было меньше народу, чем на том же самом Фэнни Бэй.

– Кайли, как бы Вы описали Уинстона Тейлора? – Джонс достал блокнот и ручку.

– Очень хороший человек. Добрый и умеет слушать.

– Насколько вы были близки?

– Живем по соседству и дружим всю жизнь. Это достаточно близко, чтобы не быть подозреваемой?

– Мы не подозреваем Вас, мисс Кэмпбелл.

– В любом случае, убийца был хорошо знаком с Уинстоном. – Вмешался Ли.

– С чего вдруг? – озадачилась девушка.

– Убийца точно знал, что Уинстон будет один, и где его ждать. К тому же, следов насилия нет, а это косвенный, но показатель.

– Не понимаю. – Картинка в ее голове не складывалась. Она никак не могла понять, это в истории полицейских что-то сломалось или же физическое состояние организма мешает думать. – Чтобы связать человека он должен не двигаться. Нельзя связать того, кто убегает. Значит, должна была быть драка.

Никто не возразил данной мысли и Кайли с облегчением выдохнула. Видимо, стресс не полностью вытеснил способность мыслить.

– Убийца мог приставить к его голове пистолет.

– Значит, их было минимум двое? Нельзя же связать человека одной рукой, да?

Она попыталась представить себе эту сцену. Даже если представить, что маньяк сунул оружие в рот, чтобы спокойно связать свою жертву, то в таком положении он бы больше вызывал смех, чем страх. Значит, все-таки двое. А может, и больше.

Ее вопрос остался без ответа.

– У Уинстона были друзья? – Спросил Джонс.

– Нет. – Сходу ответила Кайли. – Он общался только со мной и Уиллом.

– А что на счет врагов?

Кайли косо посмотрела в сторону мистера Ли. Его вопросы вводили в ступор. Какие еще «враги»? Можно подумать, они все попали в старые фильмы про шпионов, а ее забыли предупредить.

– Их тоже не было.

– У него когда-нибудь были девушки?

– Нет.

– Может, интернет-друзья?

– Да говорю же, нет! Не было у него никого!

Ее глаза вновь наполнились слезами. Она с трудом подавила в себе желание разрыдаться. Следователи учтиво дали ей передышку.

– Мисс Кэмпбелл, Вы сказали, что Уинстон ходил с вами в один кружок. – Пробормотал Джонс, записывая что-то в блокноте.

– В театральный.

– И Уинстон тоже выступал?

– Нет, конечно. Он говорил, что сцена придумана для идиотов, которые не знают, как еще покрасоваться.

– Чем тогда он занимался?

– Всем понемногу. Помогал устанавливать свет и декорации. У него часто были крутые идеи. – Закончив мысль, она сделала глубокий вдох. – Очень творческий человек.

– Вы не знаете причину, по которой он мог вступить в клуб? Может, хотел произвести на кого-то впечатление?

Она знала ответ. Его знали все. Кайли бы не удивилась, если бы об этом узнали даже полицейские. Это вполне могла бы быть просто проверка на честность. Проверка, которую пройти было не суждено.

– Думаю, он просто хотел быть среди людей.

Мистер Ли покосился на ее мать. Кайли не нужно было поворачиваться в ее сторону, чтобы узнать, каким было ее лицо. Таким же, каким и всегда, когда та была недовольна. А таковой эта женщина была ежедневно. Ее бесконечно закатанные глаза и поджатые губы преследовали дочь повсюду.

– Если твои родители не против, я хотел бы показать тебе снимки с места преступления.

– Что?! – Встрепенулась мать.

– Зачем все это? – Вмешался отец. Он сдвинулся ближе и наклонился вперед, чтобы поравняться взглядом со следователем.

– Это стандартная процедура.

– И вовсе необязательная! – Джонс был взволнован, или даже напуган. Похоже, что процедура не была такой уж обыденностью.

Желудок Кайли снова скрутило. Она почувствовала покалывание в грудной клетке, будто бы ребра пытались проткнуть легкие на сквозь. И все же она кивнула.

– Давайте сюда свои снимки.

– Кайли! – Возмутилась мать.

– Если это чем-то поможет, то я хочу посмотреть!

Ли уже раскладывал снимки на журнальном столике, словно ему и не было дела до этих разборок. Свой ответ он уже получил.

Девушка наклонилась, чтобы лучше рассмотреть фотографии. Первое же изображение заставило ее замереть от страха. Даже в самом страшном мне она не могла представить искореженное лицо лучшего друга. Его кожу будто успели простирать в стиральной машинке и натянуть обратно – настолько та была потрепанной. Когда-то густые и вечно-спутанные густые волосы теперь напоминали дешевый парик.

С трудом оторвав взгляд, она взглянула на следующее фото. Она поморщилась. Прямо перед ней был снимок с места убийства, на котором Уинс был связан ее подарком. Покупая эту веревку в магазине, она ждала, что тот посмеется. А может, и использует как-нибудь позже. Но Кайли уж точно не хотела такой судьбы для веревки.

Она плотно сжала зубы и попыталась отвернуться. Но куда бы она не посмотрела, перед глазами стояла лишь одна картина. Девушка плотно сжала челюсти и застонала.

– Посмотрите, что вы с ней делаете! Милая, не смотри. Отвернись!

– Мисс, Вам нехорошо?

– Убирайтесь! – Закричала мама. – Вы ее пугаете!

– Мисс Кэмпбелл. – Позвал ее Ли. Девочка чуть повернула голову и открыла один глаз. – Что Вы видите на этих снимках?

– Вы совсем с головой не дружите? – Отец толкнул полицейского. – Труп она здесь видит!

Не успевая за потоком своих мыслей, Кайли лишь прошептала:

– Моя веревка…

– Что?

– Она просит вас уйти!

– На нем моя веревка…

Она попыталась вдохнуть, но ничего не вышло. Легкие застряли в том же положение. Кайли не заметила, как начала плакать.

– Я… Я подарила ему веревку на день рождения. Он не знал, что хотел. – Она захлебывалась собственными слезами. – И я просто купила что-то полезное.

– Кто-нибудь знал, что Вы собираетесь ему подарить?

– Я не помню.

– Кайли, это важно!

– Я не знаю.

Мать крепко прижала ее к своей груди. Не успела девушка опомниться, как отец выставил обоих гостей за дверь.

– Сегодня ты побудешь дома. Переодевайся и бегом спать. – Даже продолжая говорить, мама не выпускала ее из объятий.

Глава 6

Ему казалось, что он все еще сидел на полу своей комнаты. Суставы ныли. Как же хотелось выпрямить ноги! Но стоило ему опустить взгляд, как тот понял, что ноги и руки вытянуты в лежачем положении.

Уилл ничего не видел. Места вокруг было слишком мало, чтобы пошевелиться. Он никогда не боялся узкого пространства, но теперь понял тех, кто страдает от этой фобии. Дыхание участилось, сердце забилось быстрее. Боясь даже рот открыть, подросток замычал. Он хотел хоть кто-то услышать в этой глухой коробке.

«Я в гробу» - мысль пришла мгновенно. Перед глазами появились странные пятна. Парень почувствовал, как теряет сознание. «Нужно держаться» - сказал себе тот. Только, что делать? Кричать? А что если стукнуть лбом о крышку гроба?

Снаружи донесся приглушенный звук, напоминающий вопль ужаса. Уилл зажмурился от страха, хотя это не имело смысла. В том месте не было света.

Кто-то еще подал голос, затыкая первый. Люди принялись ругаться. В школе Уилла было достаточно много иммигрантов, но прежде он подобного языка не слышал.

– Эй! – Закричал он. – Вытащите меня!

Он не знал, что делать. Мысли путались. Если они его похитили, то для чего? Семья Тейлор не бедствовала, но явно не могла заплатить выкуп.

– Я не тот, кто вам нужен! – Он стал кричать сильнее. Голову по ту сторону крышки умолкли. – Выпустите меня! Вы говорите по-английски? Вы-пус-тите меня!

Прямо под ним раздался странный треск. Словно долго простаивающая конвейерная лента вновь была запущена. «Я что в аэропорту? – Он в панике повернул голову, но уперся в стену. – Куда мы едем?»

– Помогите! – Уильям кричал так громко, что связки уже не выдерживали. Никто не отзывался, и ему становилось страшно, что никто так и не придет на помощь. Что если у него закончится воздух?

Из глаз хлынули слезы, скатываясь прямо к ушам. Он старался успокоиться, но сердцебиение не поддавалось. Нога самостоятельно попыталась согнуться и ударилась о крышку гроба. Он застонал от боли.

– Я задохнусь! Я умру здесь.

Откуда ни возьмись заиграла тихая спокойная музыка. Такую слышал каждый из нас, спускаясь по лифту. Уилл заставлял себя продолжать дышать.

Прямо перед глазами появилось подсвеченное поле. Обычно такие спецэффекты он видел в научно-фантастических фильмах у супер-крутых ученых, которые смотрел с Ноилзом. Приятный женский голос задал вопрос, озвучивая прописанное на таблице:

– Здравствуйте, я ваш персональный помощник. Сейчас вам предстоит пройти опросник. Как к вам обращаться?

– Уилл. – Он с трудом нашел в себе силы ответить. Все это больше напоминало чей-то продуманный, но идиотский розыгрыш. – Где я?

– Я не отвечаю на вопросы. – текст перед глазами переменился. – Выберите класс.

Гроб, в котором тот лежал, продолжал двигаться. Казалось, он даже ускорился. Но абсолютной неожиданностью для него стал первый поворот на этой трассе. Он едва не ударился головой по инерции движения и уже был готов выплюнуть все, что съел за день.

Перед ним предстали варианты ответа, дополнительно озвученные роботом: Воин, Друид, Бард…

– Что?

Гроб рванул куда-то вниз. Сердце подпрыгнуло до самого подбородка и на миг зависло. После этого он вернул себе прежнюю скорость, но это все равно не помогало парню сосредоточиться на глупом тесте.

Уилл твердо решил запомнить маршрут. Навряд ли в дальнейшем его это как-то спасёт, и все же лишними эти знания не будут.

Машина, к его удивлению, устало вздохнула.

– Повторяю… – продолжил женский голос. – Выберите класс, Уилл. Воин, Друид, Бард…

«Они что, издеваются надо мной?!» - едва не закричал Уилл.

– Первое! Что там первое?

– Вы выбрали класс воина. Давайте обсудим Ваше оружие.

– Не хочу я ничего обсуждать!

– Вы хотите отказаться от оружия?

Он смутно представлял себе развитие событий, и все же такая идея не радовала. Что бы ни было дальше, а играть стоит по правилам. Он сделал глубокий вдох, запоминая очередной поворот.

– Нет, оставь оружие!

– Сначала вы должны его выбрать Уилл.

– Если я выберу, ты скажешь, где я?

– Конечно, Уилл.

– Тогда первый вариант. Во всех вопросах.

– Слушаюсь.

Огромный ящик рухнул на землю. Было похоже, что он просто сбился с пути. Подросток закричал от страха, как будто это должно было помочь.

Полет закончился мгновенно. Приземление оказалось куда мягче ожидаемого. Крышка гроба сама отлетела, приземлившись где-то впереди. Уильям поморщился от яркого света.

– Поздравляю! Вы закончили с настройками персонажа. Ваша первая комната – Сад, №13. Приятной игры.

– Стой, ты сказала, что скажешь, где я!

– Я сказала, вы в саду, комната №13.

– Это никакой не ответ!

Уилл вылез из своего гроба и посмотрел вокруг. Первым делом он глянул на ту вещь, что привезла его сюда. Это была металлическая кабина, похожая на цилиндр с торчащими отовсюду бесполезными кнопочками и проводами.

Оторвав взгляд от этого «нечто», он увидел вокруг себя большое поле. По обе стороны от него выращивались маковые цветы. Он никогда прежде не видел ничего подобного. Родителями не были фанатами сельской жизни, так что они с семьей не выезжали даже на банальные виноградники, которых в Австралии были намного больше, чем цветочных полей.

Над головой возвышалось голубое небо. Белые облака медленно плыли по ветру. Вокруг не были ни птиц, ни животных, прерывающих тишину, но все же пространство не казалось пустым. Оно было наполнено яркими красками и легким шепотом летнего ветра.

Уилл вдохнул этот аромат полной грудью. Наконец, его сердце успокоилось. Головокружение, давящее на него тогда, дома, в собственной комнате, ушло без следа. Он был готов заплакать от счастья.

Происходящее казалось сном. Он обернулся, чтобы еще раз взглянуть на металлическую кабину. Но ее там больше не было. Вместо нее стояло огромное ржавое ведро с болтами, похожее лишь по форме на то, что он видел до этого. Ржавчина продолжала темнеть прямо на его глазах.

Паренек сделал шаг вперед, не веря своим глазам. Только что новенькая блестящая кабина превратилась в гнилую банку, и он даже этого не заметил. Уилл вытянул руку, чтобы коснуться металла, но стоило ему это сделать, как этот цилиндр рассыпался. От крутого дивайса будущего осталась лишь куча мусора посреди самого красивого места на земле.

На его плечо упала чья-то увесистая рука. Подросток вздрогнул. Позади него стоял старик, ростом даже меньше него. Дед был одет в зеленую клетчатую рубашку и черные брюки из плотной ткани. Удивительно, как ему не было жарко при такой погоде. Резиновые перчатки на его руках почти походили хо локтя. Вытирая левую руку о желтый фартук, старичок спросил:

– Ты, сынок, что здесь делаешь?

– Здравствуйте! Я Уилл. Случайно к вам попал. Понимаете, эта кабина…

Уилл показал большим пальцем куда-то позади себя. Он знал, что никакой кабины там давно уже нет, но все же реплика старика его озадачила:

– Я ничего там не вижу.

Он обернулся. Куча мелких ржавых обломков исчезла с поля.

– А-а-а… – Протяжно ответил садовник. – Кажется, я все понял. Пошли за мной.

С этими словами дед развернулся и медленно поплелся вперед. «Делать нечего» - подумал Уилл, и потопал следом за ним. В любом случае, вечно любоваться цветами нельзя. Раз уж представилась такая возможность, стоит взглянуть на что-то еще.

Через десять минут пути маки сменились другими цветами. Они были голубыми с желтой, едва заметной сердцевиной. Если прищуриться, то они с легкостью сливались с небом.

Уилл даже не заметил, как эта молчаливая дорога привели их к одинокому столику прямо посередине поля. На нем лежала белая скатерть, по краям которой были вышиты как красные, так и голубые лепестки. С обеих сторон стояли невысокие стулья. Паренек сразу сел на удобное ему место.

– Хочешь чаю, Уилл? – Спросил садовник.

– Конечно!

Старик наклонился, приподнял скатерть, и вытащил из-под стола чайник, две чашки и маленькую хрустальную тарелку с печеньем. Он разложил все это на столе и сел на противоположную сторону от своего гостя.

– Что ж, Уилл. Думаю, нам стоит поговорить.

– Я что-то натворил?

Старик рассмеялся.

– Ты? Нет, конечно же. Но некоторые из здешних порой допускают ошибки. Ты не должен был сюда попасть.

– А это плохо?

– Большинство людей скажут, что да.

Он налил для него чаю и пододвинул блюдце. Уилл сделал небольшой глоток, боясь обжечься. Чай не показался ему таким вкусным, как дома, но все же он был бы куда хуже без этого чудесного вида.

– А Вам тоже здесь не нравится? – спросил Уилл.

– Мне не может здесь не нравится. Все, что ты видишь – мое владение. Жаловаться не на что. И все же я – это не ты.

– Но я хочу остаться.

– Ты не знаешь, чего хочешь. Люди постоянно ошибаются. Взять хоть ту ситуацию с твоим братом…

– Какую?

Он чувствовал, что не должен был спрашивать. Чувство тревожности вновь проснулось в нем и хотело захватить внимание полностью.

– Ты вспомнишь. Позже, когда понадобится.

Эти слова его успокоили. Правда. Сейчас ему не был нужен никакой негатив. Все это, что есть вокруг, никак не вязалось с грустью.

– Я все равно хочу остаться.

– Это ошибка.

– Но ведь все ошибаются! – Усмехнулся Уилл.

На лице старика появилась натянутая улыбка.

– Что ж, не стану тебя отговаривать, раз уж ты все решил. И все же тебе пора нас покинуть. Ночь почти кончилась.

– Значит, это все-таки сон?

В груди что-то кольнуло. И так было ясно, что такая красота и умиротворения не могут возникнуть сами собой. Да и вся эта ситуация с похищением была слишком странной. Кому он мог понадобиться?

Садовник пожал плечами.

– И да, и нет. – Сказал тот, поднимаясь со своего стула.

– Постойте! Как Вас зовут? Мое-то имя Вы знаете.

– Я Солдрин.

Глава 7

Телефон трезвонил прямиков из кармана джинс. Уильям очнулся в своей комнате, лежа на полу. Ничего вокруг не намекало на то спокойствие, которое он испытывал этой ночью. И к его глубокому удивлению, оно никуда не исчезло. Что-то в словах того старика заставило его задуматься.

Уилл энергично вскочил на ноги и побежал к шкафу. Он застонал с досадой. Прошлым вечером он забыл свою школьную форму у Ноилза! Паренек с силой ударил себя по лбу. Недолго порывшись в шкафу, он отыскал брюки, которые носил в прошлом коду. Они были короче сантиметров на пять, и все же налезли, а это уже дорогого стоило.

Переодевшись, подросток побежал в ванную. Он уже представлял недовольные возгласы Кайли. Опоздать второй день подряд!

Завывая любимую песню под нос, он стал придумывать оправдания.

Когда с водными процедурами было покончено, Уилл побежал на первый этаж. В доме было как никогда тихо. Судя по всему, после вчерашнего родители решили помалкивать. Так даже лучше. Они еще ничего не понимают, и только зря волнуются. Им лучше поберечь свои нервы.

Технично избежав попадания на кухню, тот выбежал на улицу. Кайли еще не было, и он облегченно выдохнул. Впервые за все время не он опоздал, а она!

И все-таки подруга не торопилась. Будь его воля, он бы уже постучал в дверь ее дома, но вряд ли она сама ее откроет. А перспектива встретиться лицом к лицу с ее матерью ему не улыбалась.

Когда подъехал автобус, он решил поехать без нее. В любом случае, она могла быть уже не месте. Все звонки тем утром ей игнорировались, так что можно было спокойно предположить, что та обиделась.

– Эй, Уилл, как отпраздновал день рождения? – Крикнул кто-то с задних рядов.

– Лучше не бывает! – Весело ответил он, усевшись на привычное место.

Было непривычно осознавать отсутствие Кайли, но он всеми силами утешал себя, что скоро они будут снова сидеть рядом. Как только все это закончится, жизнь вернется в привычное русло.

***

Привычное школьное утро изменилось до неузнаваемости. Школьники сидели молча, глядя на двух мужчин, стоявших посреди класса. Они держались серьезно и сдержанно, не так, как родители, которых вызывали к директору. От них веяло неестественным холодом.

– Мне больно сообщать всем вам об этой потере. – В очередной раз повторил мистер Ван. В отличие от равнодушных мужчин в черном, тот был словно разбит на несколько частей. Пусть и не плача, он часто моргал и никак не мог сфокусироваться. Его взгляд бегал по кабинету, пока не остановился на лице Уилла. – Уинстон Тейллор… был особенным учеником и другом для каждого из нас. Но эта утрата не должна сломить наш с вами дух. Пусть его больше нет рядом, но Уинстон навсегда останется в наших сердцах. У кого-то есть вопросы к нашим гостям?

Наконец учитель оторвал свой взгляд от Уинстона. Тому уже становилось не по себе. Словно историку не нравилось его спокойствие.

Пухлый мужчина позади мистера Вана прочистил горло. Учитель вздрогнул, наконец вспомнив об их присутствии.

– Дети, я хотел бы представить вам доктора Ли и доктора Джонса. Они психологи, и постараются оказать вам любую помощь. Разумеется, каждый из вас в праве обратиться к школьному специалисту. – Покосившись на этих двоих, он тихо добавил. – Я рекомендую вам так поступить.

Наконец, завершив свою речь, историк отошел в сторонку, освободив место для доктора Ли. Толстячок сделал шаг вперед. Он чуть поправил ремень, как бы готовясь к тяжкой беседе с подростками. Что-то в его внешности казалось знакомым.

– Ближайшие несколько дней мы с моим коллегой будем в этой школе. Как и сказал мистер Ван, любой, кто что-либо знает о смерти бедного Уинстона, может подойти и обсудить это с нами.

Уилл узнал этот голос. Черт его знает где и когда, но они уже встречались. Ясно было одно – эти двое никакие не психологи.

***

Он был единственным, кто не участвовал во всей этой беготне вокруг школы. Школьный тренер был уверен, что усиленная пробежка – лучшее средство от тоски. Можно подумать, кто-то в этом месте был опечален смертью Уинстона…

Как бы то ни было, это не имело значения. Пускай они думают, что захотят. Уилл знал своего брата, как никто другой. Они буквально прожили эту жизнь вместе. И если кто-то и мог поверить в то, что Уинстон так просто помер, то только не его близнец.

Ему не было до конца ясно, почему братцу вдруг приспичило пропасть. Возможно, ему просто хотелось отдохнуть. А может, он нашел себе девушку, которая не понравилась бы родителям. «Это вполне возможно» - задумался Уилл. Он отчетливо помнил, как однажды отец сказал: «Если я увижу еще одну коротко-стриженную девушку с забитыми татуировками руками – вылетишь из дома!». В то время он встречался с Джилл, которая, кроме прочего, была его на два года старше. Ясное дело, родителей девушка в восторг не приводила. Впрочем, он и сам был рад их разрыву. Пирсинг на ее языке сильно мешал в некоторых моментах.

Пожав плечами, Уилл облокотился на спину. Сидеть на скамейке ему уже надоело. Да и размышления о брате настроение тоже не поднимали.

– А Уинстона там не было? – Раздался голос где-то позади.

Уилл повернул голову. Те мужчины, что пришли утром, расспрашивали Лиззи. Она не выглядела расслабленной, как обычно. Обнимая себя руками, она перетаптывалась с одной ноги на другу.

– Я его не видела. – Едва слышно ответила та. Чтобы разобрать ее ответ, пареньку пришлось напрячь слух.

Выдохнув, Уилл решил подняться. Ему было нечего делать на том месте. Немного размяв спину, тот направился куда глаза глядят.

Через забор школы было видно, как свободные взрослые люди гуляли по округе. Кто-то из них вышел на обеденный перерыв, другие же шатались без дела. Как бы ему хотелось встать на их место! Куда лучше, чем стоять прямо тут.

Его внимание не мог не привлечь подросток, стоявший у магазина через улицу. Он был один и не торопился на занятия. Никаких родителей или учителей по близости.

Уилл подбежал к забору, чтобы рассмотреть его поближе. Подросток, словно специально, надел капюшон. Его грязная толстовка не давала разглядеть глаза. Но все было очевидно.

Оглядевшись по сторонам, он решил действовать. Тренер вместе с остальными были слишком далеко. Лиззи с теми «психологами» так же куда-то ушли. Охранник куда-то пропал. Похоже, что никто, кроме камер, не видел, куда тот бежит. Уилл вышел с территории и направился прямо к пешеходному переходу.

Судя по всему, Уинстон его уже заметил и направился в противоположную сторону. Второму брату пришлось ускориться. Такими темпами, он потеряет близнеца из виду.

Не дожидаясь зеленого света, Уилл побежал. Его брат продолжал удаляться.

– Подожди! – Закричал Уилл.

Любимый братец даже ен подумал обратить внимание. Ну конечно же, ведь он в бегах! Какая дурость.

– Уинстон, мать нашу!

Уилл побежал еще быстрее. Он был куда быстрее близнеца и мог догнать его за пару секунд. Осталось всего полметра…

– Уинс!

Уильям напрыгнул на парня в толстовке. Тот закричал, испугавшись такого столкновения. Не удержав чужого веса, подросток грохнулся на тротуар. Прохожие остановились.

– Уинс, че за фигня?!

– Ты кто? – Испуганно оттолкнул его незнакомец.

Уилл широко раскрыл глаза. Он напрыгнул на абсолютно незнакомого человека. Как он сразу не понял? Это не Уинс. Тот так быстро не шел, да и явно был ниже. «Какой кошмар! – Вертелось в его голове. – Его здесь нет»

– Извините, пожалуйста! – Раздался поблизости женский голос. – Он не в себе.

Чьи-то нежные руки заставили его подняться. Неряшливый паренек продолжал смотреть на Уилла волком. Он его не понимал. Впрочем, как и все.

– Уилл, пошли уже! – Закричала Лиззи. Она продолжала тянуть его за руку.

– Я думал, это Уинстон. – Слова вырвались сами. Зря. Ей не была нужна эта информация. Разве такая пустоголовая, как она, способна это понять?

– Уинстон мертв! Пошли, сейчас закончится физкультура.

– И что? – Он небрежно ее оттолкнул. – Мне нужно найти брата.

– Его уже нет, Уилл!

– Не говори так. Я его знаю. Погуляет где-нибудь денек, и вернется.

– Не вернется! Я говорила с полицейскими, твои родители опознали тело.

Он повернулся прямо к ней, впервые за день увидев ее глаза. Они были абсолютно сущими, без единого намека на слезу. Если она так верит в смерть Уинса, то почему она не плачет?

– Ты врешь!

– Мистер Ван не хотел их называть детективами при всех. Они опросили уже пол класса.

– Мой брат жив.

– Уилл, все будет хорошо!

Эти слова застряли в его ушах. Снова и снова разум прокручивал их, возвращаясь к началу. Так нечестно!

Лиззи потянула его за руку. «Все будет хорошо, Уилл!» - он уже не мог понять, это она повторяет эту идиотскую реплику, или разум решил спародировать стертую виниловую пластинку.

«Все будет хорошо» - что это вообще должно значить? Если все вокруг так верят в то, что его брат мертв, то что должно стать хорошо? Ничего в этом мире уже не будет таким, как прежде. Если Уинстона больше нет, то как вообще можно представить себе что-то хорошее?

Его продолжали тянуть. Он едва удерживал равновесие. Да что ей вообще надо?

– Пошли в школу!

Зачем?

Приставучая девица все никак не отцеплялась. Развернувшись, он махнул рукой, в надежде хорошенько ее оттолкнуть.

Ладонь наткнулась на что-то мягкое и хрупкое. Оглушительный хруст озвучил действие для всей улицы. После секундного молчания девушка закричала. Лиззи упала на землю, закрывая лицо руками. Последовали ругательства.

– Ты что делаешь?!

Какой-то мужчина ударил его по лицу. Следующий толкнул его к дороге.

Женские крики не унимались.

Глава 8

Большая деревянная дверь не пропускала ни звука. И все же он знал, что мама плачет, а отец уверенно доказывает что-то директору. Несмотря на то, что в самом коридоре стояла тишина, Уилл все равно что-то слышал. Шум в голове не давал ему успокоиться.

– Поверить не могу… – пробормотала Кайли. Она была в ярости, но все равно держала комментарии при себе. Даже в такой ситуации ей удавалось держать спину прямо, а подбородок – высоко. Удивительно, как легко ей было оставаться спокойной вне репетиций.

– Спасибо, что приехала.

– А разве у меня был выбор? Ты сказал, что умираешь.

Уилл с трудом вспоминал тот короткий разговор по телефону. Когда он по неосторожности ударил Лиззи, и его приволокли обратно в школу, он не нашел в себе смелость позвонить родителям. После брата, она была первым человеком, кто должен был узнать о случившемся.

– Извини.

– Не передо мной извиняться будешь! Ты сломал нос своей бывшей.

– Почему это «бывшей»?

– А ты решил, что она продолжит с тобой встречаться после такого?

Опустив голову к рукам, она замолчала. Интересно, знала ли Кайли о произошедшем?

– Никто не видел Уинса со вчерашнего вечера. – Тихо произнес тот.

– Он мертв. – Почти бесшумно прошептала Кайли. Подняв голову, она посмотрела прямо на него. Ее глаза были красными. Он задумался, как долго она спала этой ночью. – Сегодня к нам приходила полиция. Показывали фотографии.

Почувствовав дрожь в собственном голосе, она закрыла рот. Не придумав ничего лучше, Уилл положил руку на ее плечо.

– Как ты себя чувствуешь?

– Плохо. Как я еще могу себя чувствовать, тупой ты осел. Уинс мой лучший друг, другого такого нет, и не будет.

– Понимаю.

Дверь открылась с такой силой, что умудрилась удариться о стену и отрикошетила обратно. Мама покинула кабинет директора, оставив отца позади.

– Если вы готовы, можем ехать. – Объявил тот.

– Нет! – Крикнула мать. – Кайли, прости, но ты доедешь как-нибудь сама.

– Ева, ты можешь поговорить с ним дома. Девочка приехала только ради нас. Будет неправильно ее не подвезти.

– А мне до задницы, что там правильно!

Словив на себе взгляд директора через открытую дверь, женщина замолчала. Она смиренно развернулась и пошла дальше по коридору. Кайли поднялась на ноги и подошла к мужчине, что стыдливо отводил глаза.

– Я доеду сама.

– Спасибо. – Закивал тот.

– Пока, Кайли. – Тихо, боясь звука собственного голоса, произнес Уилл.

Отец схватил его за плечо и потащил дальше.

– Что со мной будет? – Этот подросток не привык к наказаниям. Даже при спорах о том, с кем ему стоит встречаться, а с кем – нет, в семье никогда не доходило до угроз. Но сейчас он ясно понимал, каким бы ни было наказание – он его заслужил.

– Тебя отстранили от учебы на неделю. Будешь сидеть все это время с матерью, поможешь с организацией похорон.

– Я как-то не особо в этом шарю…

– Не мои проблемы.

Он отпустил сына только у парковки. Мужчина словно забыл о том, что тащит мальчика силой. Ему было все равно на лица учителей и школьников, редко проходящих мимо них по коридорам.

После очередной порции ругани, Уилл получил возможность вернуться в свою комнату. Он был рад ненадолго остаться в одиночестве. Здесь была своя атмосфера. Ни давящее молчание у кабинета директора, и не шум класса. Только успокаивающая тишина.

– Пусть отоспится! – Раздалось за дверью.

– А я что? Я отдыха не заслуживаю? Думаешь, мне нравится везде бегать и выбирать цветы на похороны сына?

Похоже, они переместились на второй этаж, поближе к его ушам.

– Поручи это кому-то другому!

– Кому?! Никто из них не знает так хорошо моего мальчика.

Поразительно! И как им только удавалось находить силы? Паренек натянул одеяло на голову и уткнулся носом в подушку. В таком положении уснуть было практически невозможно – нечем дышать. И все же подушка будто бы забирала на себя все внимание. Он уже почти не слышал голоса родных.

***

Легкий ветерок смахнул прядь с его лица. Свежий воздух наполнил легкие. Просыпаться уже не хотелось, да он и не торопился.

– Эй, ты!

«Я вас не слышу» - сказал себе Уилл.

– Пацан, просыпайся!

Он нехотя открыл глаза. Пышнотелая женщина стояла прямо над ним, замахиваясь каким-то оружием. Подросток быстро перевернулся на бок, уворачиваясь. Грабли впечатлись в землю, прежде чем успели отрубить ему голову.

Уилл вскочил на ноги. Ему было на удивление тяжело оторвать тело от земли.

– Пади прочь с моих собратьев!

Паренек испуганно отшатнулся. Пышнотелая леди рядом с ним не была человеком. Ее руки полностью состояло из голубых лепестков. Они распускались к тому месту, где у обычного человека заканчивалась кожа, и соединялись где-то к центру руки. Как если бы на проволоку нанизали несколько цветков. Лицо же ее большое походило на капусту, и состояло из больших наложенных друг на друга листьев. Ног ее не было видно из-за белой длинной юбки, и все же тот был уверен, что под ней был единый стебель. Потому что дамочка раскачивалась взад и вперед, словно приросла к одному месту.

– Как ты посмел пролить здесь чай?! – Активно жестикулируя, она размахивала чайником прямо перед его лицом.

– Я ничего не пил!

Он надеялся, что этого хватит, чтобы успокоить женщину. Но та только сильнее раскричалась.

– Ты! Ты мне лжешь! Я тебя видела вчера.

– Да, я был здесь. Меня пригласил на чай садовник. У вас ведь есть садовник, мэм? Давайте его позовем?

– Нет у меня никакого садовника, паршивец!

Женщина схватила его за шиворот рубашки и с легкостью подняла его в воздух. Ей даже не пришлось замахиваться, чтобы отшвырнуть его куда подальше, настолько ей было легко.

Прилетев лицом в землю, Уилл почувствовал адскую головную боль. На лбу явно останется синяк, а грязь из носа он будет высмаркивать еще месяц. Откашляв цветок, тот поднялся на ноги и попятился назад.

– Мэм, пожалуйста, держите себя в лепестках!

На удивление, женщина не шевельнулась. Она скрестила руки на груди и лениво ожидала продолжения. «Может она ждет, пока я атакую?» - Вдруг родилось в его голове. Уилл испугался собственных мыслей. Он никогда прежде не дрался. Даже в школе, когда разговоры с парнями доходили до шуточной драки, он стоял в стороне или неуклюже бил Ноилза по плечу. Это только в фильмах девушек привлекают «плохие парни». А в реальности ни одна красотка не подойдет к парню с выбитыми зубами или фингалом во все лицо.

– Вот он! – Раздался оглушительный крик где-то за его спиной.

Уилл развернулся. Рядом, буквально в паре метров от него, стояла толпа похожих на ту женщину живых цветков, разве что другого цвета. Все они были красными маками, носящими зеленую одежду.

Мужчины и женщины с лопатами и граблями сверлили его взглядом. Теперь-то он увидел, что стебель, держащий всю эту конструкцию, был разделен на две разные ноги.

– Это ты тот шкет, что топчет наши семьи? – Спросил самый большой и суровый из этих ребят.

Подросток невольно представил, как его ломают пополам. Если уж та дамочка с такой легкостью отбросила его метров на десять, то эти мужчины уж точно его поубивают.

– Нет уж, он мой! – Крикнула дамочка в белом платье. – Мне он причинил больший вред! Видели, сколько чая он пролил?

– Закон гласит: «На чью территорию человеческая нога ступит, те и вершат суд».

– Тогда просто верните его мне!

– Нет уж! – Прокричала другая, более писклявая дамочка.

– Иди отсюда, Озалия!

Уилл сделал шаг назад. Он краем глаза заметил, как в его сторону зашагала дамочка из голубых лепестков.

«Беги!» - пронеслось в его голове и тот развернулся. Уматывать в сторону кого-то из них было плохой идеей. И Уилл решил двигаться вдоль мелкой тропинки, отделяющих красное поле от голубого.

Ноги передвигались слишком медленно! Будто они вообще не ощущали опасность. Тем временем толпа подбиралась все ближе.

– А че я бегу так медленно?! – Не выдержав, закричал тот.

– Потому что Вы выбрали класс «танк». – Спокойно ответил уже знакомый женский голос. Помощник. Как же он был рад ее услышать!

– Что это значит?

– Вы хотите взглянуть на свои характеристики, Уилл?

Он продолжал бежать. Утешало лишь то, что те люди были достаточно далеко. Похоже, отлетами они не были.

– Давай, только быстро!

Перед его глазами появилась полупрозрачная голографическая таблица. За ней все еще было видно дорогу, но это было слабым утешением. Если он увлечется чтением, то может и не заметить, как врежется во что-то крупное.

Он просмотрел данные, и ничего не понял. Показатели не внушали доверия:

Здоровье – 14/15

Сила – 8

Ловкость – 2

Выносливость – 5

Интеллект – 8

Защита – 4

Удача - 12

– А где скорость? – возмутился Уилл.

– За этот параметр отвечает «ловкость». – Уныло ответила помощник. Вряд ли ей доставляла удовольствие эта беседа. Паренек боялся, что она вот-вот отключится, и просто перестанет ему подсказывать.

– Как его поднять?

– Зачем? – Монотонность в ее голосе могла бы вогнать в кому, если бы не погоня.

Таблица исчезла, и Уилл увидел перед собой дверь. Она стояла в одиночестве, посреди поля, всего в нескольких шагах от него. «Выход» - быстро понял тот.

Он вытянул руку, чтобы скорее дотянуться до ручки, но тут кто-то схватил его за плечо. Здоровяк одни легким движением перебросил его назад, как можно дальше от двери. Тот даже не успел закричать. Полет прошел мгновенно, столкнув его хрупкое тело с землей.

Приземлившись, он застонал и перевернулся на бок.

– Куда это ты? – Спросил писклявый голос. Красная женская ручка взяла его за лодыжку и рывком притянула к себе.

Кто-то рядом замахнулся граблями.

– Он мой!

– Пошла прочь!

Женщина из голубых лепестков всадила грабли в плечо той, другой дамочки. Та закричала, начав извиваться. С десяток лепестков посыпались с ее шеи.

– Что ты со мной сделала?!

– То, что ты заслужила.

Пока краснолистная извивалась, паренек отполз чуть дальше. Он примостился между цветками, названий которых не знал, оставив маки в стороне. Как ему показалось, два этих враждующих «семьи» не заходят на поля друг друга. Если это так, то женщину из голубых лепестков можно было не бояться. Она не ступит на эту землю. Ну а пока потерпевшая заботилась о твоем плече, она не будет обращать на него внимание.

Тяжело вздохнув, Уилл заставил себя подняться. Кажется, боль начинала отступать, как вдруг в лицо прилетел следующий удар. Подросток отшатнулся.

– Это тебе за то, что покалечил мою дочь! – завопил щуплый старик с бородой из колючих иголок.

– Я ее даже не трогал! Ее ударила она! – Он показал рукой на пышнотелую дамочку в белом платье.

– По твоей мине! – Ответил старик, замахнувшись.

Уилл попытался отпрыгнуть, но лопата в руках деда встретилась с его ногой раньше, чем тот успел переместиться. Он открыл рот и громко закричал, словно это должно было помочь.

– Да что я вам сделал?!

– Ты топчешь наших детей.

– Да вы и сами по ним ходите, я тут при чем?!

– Молчать окаянный.

Старикан вновь замахнулся, но на сей раз мальчик смог увернуться.

– Уилл, Вы хотите достать щит? – Поинтересовалась помощник.

– Да! – Ответил тот. – Он у меня был все это время?!

Щит материализовался в его руках. Он с трудом удержал равновесие, неся в руках эту махину. На вид эта штука была похожа на отделенное дно от большой пивной почки. По краям она была защищена металлической отделкой. Это дизайнерское решение выглядело бесполезным. Особенно, если учесть, что вся эта конструкция держалась на жалкой веревке. Одно резкое движение, и она оторвется.

– Кому вообще такой щит нужен? – Недовольно пробормотал он.

Не заметив, как приблизился следующий цветочный деревенщина, он машинально выставил орудие вперед. Лопата того парня с легким, приглушенным звоном отскочила он дерева.

– Я передумал. Он нужен мне.

Другая женщина, по внешнему виду не отличающаяся от пострадавшей, накинулась на мальчика с мотыгой. Уилл умело отбивал все удары, радуясь, что красное поле за его спиной не дает подойти противникам сзади.

– Вы уже лучше справляетесь, Уилл. – Тембр помощника совсем не подходил для ободряющих речей. Она настолько безрадостно произносила эти слова, что они больше походили на сарказм.

– Спасибо, блин.

Он продолжал отбиваться, постепенно уходя от них приставным шагом. Казалось, до двери топать целая вечность. Удары этих людей становились все сильнее, а держать этот щит было просто невыносимо. Веревка, приделанная для удобства, была слишком велика по ширине для одной руки, и слишком коротка, чтобы вместить вторую. Придерживать щит из-под низу было небезопасно для пальцев. Так что он старался перекладывать его из одной руки в другую.

Осталось всего два метра. Выход совсем близко! Уилл выбросил щит и побежал вперед.

– Проваливай с моего поля! – Рассвирепела дамочка из голубых цветов. Он уже успел забыть о ее присутствии. Стоя там, неподалеку, она видимо ждала возможности влезть в драку, когда другие устанут.

Дамочка, словно бык, бежала на него головой вперед. Сбив парнишку с ног своей репой, та полетела вперед. Уилл не мог представить себе более странного способа победы.

Женщина схватила его за ногу и потащила на свою территорию. Ее абсолютно не заботило то, что он уже расцарапал себе всю спину о землю и испачкался в грязи. «Хоть бы дали мне передохнуть!» - Подумал тот, сжимая покрепче щит.

Это был его последний шанс. Один рывок – и он свободен. Подросток резко взмахнул другой ногой, чтобы ударить своего врага. Дамочка остановилась и оскорбленно взглянула на мальчишку. Вряд ли ей было больно, но самолюбие определенно пострадало.

– Подлец! – завопила она.

Уилл обеими руками схватился за края щита и поднял его так высоко, как только смог. Им же он ударил по своей ноге и запястью пышнотелой мадам. Готовясь принять боль, он даже не заметил, как просто ему это далось. Можно подумать, удара не было вовсе.

Зато цветочная леди не осталась равнодушной. Она трясла своей рукой, как будто пыталась вернуть ее к жизни. Эти истошные крики мешали парнишке думать.

Наконец, собравшись с мыслями, Уилл заковылял к двери. Путь был чист. «Еще немного! Совсем чуть-чуть!» - подбадривал себя тот.

– Не смей! – Никак не унималась голуболистная.

Она вновь вцепилась в него пальцами, на этот раз в плечи. Он не видел, из чего были сделаны ее ногти, но почувствовал их остроту. Такими когтищами не могла похвастаться ни одна хищная птица!

Он выбросил щит, без него куда проще. Мальчик брыкался локтями, но никак не мог попасть по ней.

– Да стой ты уже! – рявкнула дамочка.

Уилл с трудом повернулся, чтобы хотя бы рукой дотянуться до нее. Он взялся за ее запястье, но пальцы соскочили. Лепестки вырвались с корнем. Наконец, та его отпустила.

Похоже, что лепестки держатся не столько на общем карнизе, сколько друг за друга. Ладонь полностью слетела с руки, и подросток невольно поморщился. Это не было похоже на потерю руки настоящего человека, и все же зрелище не из приятных.

– Ты! – Закричала женщина, подбираясь к нему. – Это все ты!

Уилл подобрал свой щит. Дамочка вцепилась за него последней рукой. Почему-то он больше не видел в ней былой угрозы. Если ее так легко разобрать на части, то чего ради вся эта битва? На ее месте, он бы давно отступил.

Подросток одним рывком выбросил свой щит в сторону. Как и ожидалось, дамочке не удалось вовремя отцепить руку, и та с воплем полетела следом за куском дерева.

Женщина рухнула на землю, к красным цветам.

– Нет! – Замотала головой она. – Отпустите меня! Нет!

Дамочка пыталась подняться с земли, но попытки были тщетны. Цветочки – самые обычные, какие можно увидеть на улице – мягко, но уперто, обволакивали ее руки. Любой ее рывок останавливался. Этих малышей победить было невозможно. Они упорно поглощали ее тело, засасывая куда-то вниз.

– Мне жаль! – Уилл был искренен в своих словах. Он не хотел этого видеть.

Маленькие стебли полностью сдавили ее тело. Голубые лепестки отрывались один за другим, будто бы спасаясь бегством. Ветер подхватывал их, играясь. Мелкие лепесточки цвета неба невинно кружили в воздухе.

Так продолжалось до тех пор, пока голуболистная леди не исчезла. От нее не осталось ни следа, и даже одежда каким-то чудом умудрилась испариться.

Красных цветков на том месте стало больше. Видимо, так они и пополняли свои ряды. Но думать об этом не хотелось. Уиллу вообще больше не хотелось там находиться. Никогда.

– Спасибо! – Закричал старец, ранее бивший его лопатой.

Публика разразилась аплодисментами. Все, от юношей до стариков стали чествовать чужака, как героя.

– Спасибо вам!

– Мы Вас не забудем!

Ни один из них не пошел в его сторону, чтобы обнять и пожать руку. Его ноги все еще стояли на голубом поле. Чуть опустив голову и вновь увидев эти прекрасные растения, он задумался: «Что будет дальше?».

Если вспомнить, он никогда не видел других голубых очеловеченных цветов. Вдруг та женщина была последней? И если так, чему радуются эти деревенщины?

– Если Вы не против, я пойду…

– Приятной дороги, сэр Уильям! – крикнул старикан.

Уилл едва не остановился прямо там. Никому из этих существ он не называл своего имени, повода не было. Им сказал его тот садовник? Тогда почему та в белом утверждала, что здесь нет никакого садовника?

«Это не важно!» - сказал себе тот. Выяснение может занять много времени, а он не желал оставаться среди них дольше минуты. Дверная ручка совсем близко, прямо здесь. Нельзя упускать такую возможность.

Попрощавшись со всеми, он все же открыл дверь. За ней ничего не было. И все же что-то побудило его шагнуть вперед.

Как только ноги переступили порог, он все понял. Новый вид открыл для него свои краски. Более тусклые, словно выцветшие. Это был дикий запад.

Он оглянулся. За спиной было ровно то, что он и ожидал. Предыдущая комната. Это многое объясняло. Когда он попал сюда в первый раз, помощник назвала то место комнатой №13.

Он медленно закрыл дверь.

– Помощник, где я теперь?

– Вы в комнате №207.

– Здесь тоже опасно?

– Эта игра не опасна, Уилл. Если Вы умеете в нее играть.

– Ясно. Теперь я понимаю, почему тот старик отговаривал меня.

Он глубоко вдохнул здешний воздух. Он был пропитан пылью, табаком и прочим мусором.

– Поздравляю! – Объявила помощник. – Вы получаете первую награду.

– Что за награда?

– За посещение комнаты и убийство одного монстра ваша плата составляет 3 балла.

– Не называй это убийством, пожалуйста! Я ни в чем не виноват, правильно? Я не знал, что так будет. Просто хотел, чтобы она отстала. И что еще за баллы? Что я опять пропустил?

Помощник нервно вздохнула. Ее голос звучал так, будто бы та работала всю неделю сверхурочно и теперь мечтает попасть домой, к удобному дивану и ведру мороженного.

– Взгляните еще раз на свои характеристики.

Перед его глазами появилась та же таблица. С одним изменением – здоровье упало до девяти.

– Супер. Что мне с этим делать?

– Полученные баллы можно распределить между этими характеристиками.

Уилл замычал.

– Всего три балла… Почему так мало?

– Я выдала Вам их из жалости.

Он мог бы продолжить жаловаться, но что-то ему подсказывало, что это бесполезно. Вряд ли помощнику вообще было дело до того, что он думает.

– Закинь всё на скорость.

– Хорошо. – Вновь вздохнула помощник. – Ваша ловкость повышена до пяти баллов.

Эти же данные отобразились на табло.

– Здорово. Спасибо.

Уилл почувствовал облегчение. Что бы ни случилось дальше, он хотя бы сможет убежать. Впрочем, это уже не имело значения. Сколько времени он здесь пробыл? Казалось, уже прошла неделя, а то и две. Вряд ли следующей ночью он попадет в это же самое место. В конце концов, не интересно всё время видеть один и тот же сон.

Убрав таблицу, он встряхнулся.

«И все-таки, какие же странные образы рисует мое сознание. Наверное, реакция на стресс» - подумал тот, прежде чем открыть глаза.

Глава 9

В животе было пусто, но ком в горле не позволял позавтракать. Уилл сидел за кухонным столом, раскладывая приглашения по стопкам. Похоже, его мать совсем не видела разницы между свадьбой и похоронами. Она собиралась отправить по конверту каждому приглашенному и дожидаться ответа. Нормальные люди в этом случае звонят.

– Не могу дозвониться до флориста наших соседей! – Вдруг сказала она. Уилл уже и забыл, что мать сидит рядом. Впервые за последнее время она не издавала ни звука.

– Ты уверена, что на похоронах должны быть цветы?

Она посмотрела на него, как на полного идиота. Тот молча пожал плечами. Он действительно не знал, должны ли быть цветы на похоронах, нужны ли приглашения и зачем заказывать столько еды. Единственным, кто умер в их семье (за жизнь Уилла), был дедушка. Но тот написал в своем завещании, что если дети устроят ему похороны, то старик обязательно будет являться им во снах с того света.

Потому Уилл не видел никаких приготовлений. Никто ничего не делал, да и зачем?

– Можно я не пойду?

Мать бросила на него рассерженный взгляд. Ее лицо постепенно начало краснеть, и это выглядело бы забавно в другой обстановке. Но не сейчас.

– Куда?

– Я не хочу идти на похороны.

– Хоронят твоего брата…

– Блеск. Половина гостей в штаны наложит, когда увидит рядом с собой живого покойника. – Он провел рукой перед своим лицом, как бы напоминая матери, что они близнецы.

– Людей больше напугает твое отсутствие.

– Никто даже не заметит.

– Люди поймут, что что-то не так!

– Только идиот будет расспрашивать о том, почему я не хочу хоронить брата. – Он невольно скривился от отвращения. Оно не было вызвано мыслями об Уинстоне. Напротив. Его выводило из равновесия понимание того, что в зале будет толпа людей, которые даже не любили покойного. Никто не будет оплакивать мальчика. И если всех вокруг так заботит, чем же будет занят сам Уилл, то пусть сами найдут себе дело позанятнее.

Его немое недовольство прервал удар по столу.

– Мне плевать, чего ты хочешь. Семья должна быть вместе.

– Но я ведь тебя не бросаю, просто…

– Закрой рот.

Она положила руку на стол и отодвинула от сына приглашения.

– Уйди с глаз моих.

– Хорошо, что мне сделать?

– Что хочешь. Только будь подальше.

***

Вернувшись в комнату, он забрался обратно в постель.

– Пошли все к черту! – Громко выругался тот, не адресуя слов никому конкретному.

Тело все еще было бодрым. И все же его разум просто мечтал обратно уснуть. Не важно, что он увидит, закрыв глаза, – цветочное поле, дикий запад или эру динозавров. Там он будет чувствовать себя куда спокойнее.

Во сне ничего не напоминало ему о трагедии. Наверняка Уинс был бы рад тому, что брат нашел выход из положения. Выпасть на несколько часов из реальности – не такая большая беда.

Он вдруг почувствовал обжигающий укол вины. Перевернувшись на другой бок, Уилл спрятал лицо в подушку.

«Я не сделал ничего плохого! Ничего! Вообще ничего!» - убеждал себя тот.

– Никто не виноват! – Закричал он, вновь не зная, кому.

Он не должен чувствовать вину за желание отдохнуть! Бесконечные ссоры родителей, подготовка к похоронам, отстранение от школы – это всё невероятно утомляет.

– Был бы здесь Уинс, он бы меня понял. – Тихонько прошептал тот, и замолчал.

«Правда?» - раздалось в его голове.

Уинстон никогда не старался привлечь к себе внимание. Ему было наплевать на мнение окружающий, потому он так плохо одевался и редко мылся. Но что теперь? Что сказал бы брат, увидев, как Уилл сбегает от своих прямых обязанностей? Разве помощь в подготовке похорон брата не является своеобразной данью уважение?

Ему показалось, что он слышит голос. Не собственный. На следующий день после его семнадцатилетия, Лии произнесла такую фразу: «Все будет хорошо». И с чего она только так решила?

Люди всегда говорят, что все будет хорошо, или все наладится, никто не виноват…

Сначала он об этом и не думал. Когда их вызвали в участок и допрашивали родителей, а позже и Кайли, он и понятия не имел, что это означает. Видимо, алкоголь убил способность мыслить дольше, чем на пару часом.

Всё это время был виновник смерти Уинстона. Он бродил по улицам города и смотрел на его жителей свысока. Кто-то знал больше, чем рассказывал.

Уильям вылез из кровати. Наконец-то физическая бодрость обрела смысл. Паренек уселся за рабочий стол и придвинул к себе ноутбук. Раньше эта штука была ему нужна только для просмотра фильмов, но теперь все изменится. «Если крутые хакеры из кино могут – то и я смогу» - этим принципом он решил руководствоваться.

Какой-то человек связал Уинстона и выбросил в реку. Возможно, их было несколько. Они могли планировать это давным-давно. В таком случае, их могли видеть. Или записать уличные камеры видео-наблюдения. Кто знает, вдруг такие случаи были и раньше…

– Сынок! – Мама подошла вплотную к двери. Ее голос был на удивление ласковым. Похоже, ей стало стыдно за постоянные сцены.

Он решил не открывать ей.

– Что?

– Я заказываю обед. Что ты хочешь?

– Я съем все, что ты закажешь, мам!

Желудок заурчал. Уилл был готов выбежать из комнаты и прямо сейчас сцепиться зубами в то, что найдет в холодильнике. Азарт к поискам пробудил в нем настоящий голод.

– Хорошо. – Тихо ответила мама, не зная, что еще добавить. – Тогда я просто… спущусь обратно и подожду доставку на кухне.

– Лады.

Когда шаги стихли, он позволил себе продолжить. Поисковик выдал ему уйму ссылок, и все это стоило просмотреть.

Забавно, что в фильмах детективы всегда задаются вопросом: «Зачем он это сделал?». И правда, чего ради кому-то идти на убийство подростка?

Уилл громко рассмеялся.

Плевать, какие у тех людей были мотивы. Они должны поплатиться за содеянное.

Глава 10

Закрыв глаза лишь на секунду, Уилл увидел перед собой все те же невысокие деревянные домишки. Людей вокруг было не так много. Оно и не удивительно. Под палящим солнцем особо не погуляешь.

Выцветшая краска на вывеске у бара говорила о том, что такая засуха была здесь постоянно. Желая соответствовать здешней обстановке, Уилл уже хотел плюнуть от досады, но вовремя решил поберечь слюну. Кто знает, когда в этих местах ему удастся найти воду.

Войдя внутрь заведения, он поморщился от вони. Судя по всему, уборка в этих краях была вне закона.

Какой-то орк у барной стойки прямо на его глазах снял с себя грязную тряпку, которая заменяла ему футболку, протер ею свой живот и уже потянулся тканью к подмышке, когда его окликнул официант. Уилл уже было решил, что кому-то здесь не чужда гигиена и с облегчением выдохнул. Но, к сожалению, реальность вновь поджидала его с лопатой за углом. Официант просто выдал взмокшему орку кружку пива и тихонько отошел, оставив гостя наедине со своими подмышками.

Закончив протираться, орк натянул футболку обратно.

«Что ж, я на сегодня достаточно увидел…» – подумал тот.

– Где тут выход? – Громко спросил Уилл.

Каждый уважающий себя посетитель посчитал нужным обернуться на него.

– Прямо за твоей спиной, дебил! – Крикнул потный орк.

Остальные гости заведения попадали со смеху, как будто услышали по-настоящему смешную шутку, а не простую констатацию факта.

Уилл тяжело выдохнул.

– Нет, я про такую дверь… – Он зачем-то нарисовал пальцами в воздухе прямоугольник, как будто от этого должно было стать понятнее. – Деревянная, стоит где-то посреди вашего города и ведет куда-то… куда-то, где не здесь.

К этому моменту посетители уже потеряли интерес к нескладному парнишке. Никто уже не смеялся, и все вернулись к своим беседам и выпивке.

– Эй! – Позвал его кто-то издалека.

Уилл повернул голову. В углу зала сидел парень на пару лет старше него самого. Он выглядел гораздо увереннее в себе, чем любой знакомый подросток. Под его локтями лежал развернутый старый пергамент, испачканный в уголках едой или напитками и порванный с краю.

– Садись! – Тот указал на стул рядом с собой, попутно убирая лист куда-то под стол.

Наш герой послушно сел на стул. Даже смотря на него в упор, официант прошел мимо, так и не поинтересовавшись, что ему принести. Уилл не стал придавать этому значение. Судя по всему, здесь он останется пустым местом.

– Новенький? – С усмешкой спросил парень, осматривая Уилла с головы до ног.

Ему вдруг стало как-то не по себе. Мало того, что в такую жару ему нельзя было оголить даже локти, так еще и прикид не соответствовал заведению. В ту ночь на нем был дорогой черный костюм с черной рубашкой без галстука. Правда, сколько бы тот не смотрел на свою одежду, никак не мог вспомнить, почему он так выглядит.

Человек перед ним же будто сошел с картины. На нем были рыцарские латы и массивные сапоги с кучей бесполезных декоративных ремешков. Его золотые волосы блестели на солнце, вызывая зависть у всех окружающих. А массивность подбородка только придавала мужественности лицу.

– Скажем так, – ответил Уилл, – я здесь недавно.

– Оно и так видно. – Усмехнулся парень, глотнув пива. – Какой ранг?

В ответ Уилл смог только промычать. Он мысленно звал помощника, чтобы та подсказала ему ответ, но это не помогало.

– Ясно. – Тихо посмеялся тот. Парень протянул ему руку для рукопожатия. – Как зовут?

– Уильям. Уильям Тейлор.

Он неловко отвел взгляд. «И зачем я только повторил дважды? Джеймсом Бондом прикинуться решил?!» - молча ругал себя тот.

– Вадим. – Сходу ответил парень.

Уиллу потребовалось время, чтобы понять, что он назвал свое имя.

– Я еще не видел здесь американца! – С удивлением заметил Вадим, не переставая осматривать его. – Который у вас час?

– Я австралиец.

– Вот как… А время?

Уилл честно пытался напрячь память, но все без толку. Он был уверен, что всю ночь провел за компьютером, а значит – заснуть никак не мог.

– Не парься, научишься. Давай так, я заснул где-то в час ночи, получается, сейчас у меня уже четыре. Выходит, у вас должно быть…

Было забавно наблюдать за тем, как Вадим сдвигает брови в попытке посчитать в уме. Видимо он вспоминал, где на карте располагается Австралия.

– Часов десять утра, да? Получается, скоро проснешься. Хотя, я по выходным могу спать и до обеда. Если не разбудят раньше, конечно.

– Разве сегодня выходной?

– Честно, не помню. – Рассмеялся тот. – Недавно мне сделали операцию. Удаляли аппендицит. В школу не хожу, целый день лежу в кровати. Жаль только, постельный режим не распространяется на это место. Я был бы не прочь взять больничный.

– Так ты сюда попадаешь регулярно? – Неподдельно удивился Уилл. Он до сих пор не мог понять, как один и тот же сон может продолжаться целыми днями, и увидеть плод воображения, который страдает тем же, казалось чем-то странным. Будто они оба попали в ловушку.

– Не привык еще, да? – Спросил тот, вместо ответа. – Ничего, время еще есть. Сколько тебе, говоришь, лет?

– Уже семнадцать.

– А когда в Австралии совершеннолетие?

– В восемнадцать.

– М-да. – Поджал губы Вадим. – Времени умереть полно. Но ты не переживай. Я здесь с пятнадцати, два с половиной года, получается. И все еще живой!

Уилл не знал, чему удивлен больше – тому, что этот парень не такой взрослый, каким кажется на первый взгляд, или подаче рассказа. Из-за его слов создавалось впечатление, будто бы выжить – это какое-то достижение.

Он вздрогнул, когда двери распахнулись. Трое огромных ящеров, стоящий на задних лапах, вошли в заведение. На них были кожаные жилетки и черные ковбойские сапоги. Стоявший по центру, очевидно, главный в группе, поправил свою шляпу и оглядел заведение. Было похоже на то, что он кого-то искал.

– Что за чудики? – Спросил Уилл своего нового друга, но вдруг заметил, что тот уже исчез.

Удивленный таким поворотом, подросток стал оглядываться. Вадим нашелся в дальнем углу зала, ползающим за барной стойкой. Тот осторожно открыл дверь и скрылся в служебном помещении.

Уилл последовал за ним. Похоже, что его персона не интересовала ящеров, поэтому те продолжали заниматься своими делами.

Вадим поднялся на ноги только у выхода.

– Куда ты? – Уилл схватил его за локоть.

– Валить надо!

– Из-за тех чучел?

Вадим испуганно зашикал, закрывая руками рот Уилла.

– Не говори так! – Даже зная, что ящеры его не слышат, он продолжал шептать.

После этих слов он вышел на улицу.

– Ты не можешь меня бросить! Я здесь ничего не понимаю.

– А я не нанимался в няньки.

– Тебе что, так трудно?

Из бара послышался шум. Судя по звуку, ящеры опрокинули что-то не легче холодильника.

– Ладно, но ты от меня не отстаешь! – Протараторил Вадим.

Он вытащил из кармана пластиковую карту. Она не выглядело как-то особенно. Можно было подумать, что это ключ от лифта или что-то вроде того. Но стоило владельцу немного надавить большим пальцем в центр, как мнение об этой штуковине менялось. Прямо под ним из неоткуда вылез мотоцикл.

– Ездить умеешь? – Спросил Вадим, взбираясь на железного коня.

Уилл медлил. Ему не хотел показаться нелепым и скучным от того, что он никогда прежде даже не сидел на таких.

– Я вижу, ты вообще не понимаешь ситуацию.

Он потянул Уилла за собой и усадил позади.

– Держись крепче.

Затем Вадим без предупреждения нажал на газ. Уилл едва успел вцепиться в броню этого парня, до того, как полетел по инерции назад. Волосы сдувало ветром, и он уже был готов замычать от досады. Наверняка вся прическа спутается. Да и в брюках было совсем неудобно. Казалось, штаны вот-вот разойдутся по швам.

Входные двери распахнулись. Ящеры оседлали своих коней, смиренно ожидавших хозяев на улице, и помчались за ними.

После того, как в рот Уилла залезла толстая прядь волос, он пообещал себе больше не оглядываться. Без шлема ехать было крайне неудобно.

– Не беспокойся! – Крикнул Вадим. Трудно было различить его слова в этой обстановке. Порывы ветра перекрикивали все его указания.

Дальше парень за рулем сказал что-то еще, но этого Уилл разобрать уже не смог.

Ящеры заметно отставали, но сбрасывать скорость паренек все равно не торопился. Похоже, он ехал в конкретном направлении, а не просто пытался удрать от кучки негодяев.

Раздался выстрел. Его было отчетливо слышно даже на таких скоростях. Последовали и другие.

– Можно быстрее? – Закричал Уилл, но тот его совсем не слышал.

Мотоцикл застучал прямо под ними. Колеса как будто развернулись в разные стороны. Байк развернулся вокруг своей оси, подняв пыль в воздух. Не удержавшись, Уилл отпустил руки.

Его тело улетело в сторону. Даже через толстую ткань пиджака он почувствовал каждый камушек, на который налетел позвоночником. Он почувствовал, как рубашка прилипла к спине и ощутил тепло. Кровь.

Уилл знал, что стрельба продолжается, но он ее уже не слышал. В ушах гудело. Голова будто бы готовилась разделиться надвое.

Он попытался подняться. Песок, который все никак не хотел оседать, немного мешал обзору. Но он отчетливо видел Вадима. Тот стоял на коленях позади своего мотоцикла, держа в руках револьвер. Забавное все же сочетание – современный байк, форма рыцаря и стереотипичная ковбойская пушка.

– Уилл, ты жив? – Крикнул тот.

– Да.

– Отлично. У тебя есть бронежилет или какой-нибудь щит?

Он плотно сжал зубы. Свой единственный щит он потерял в цветочном поле. Кто же знал, что он так скоро ему пригодится?

Закрыв глаза, Уилл попытался сосредоточиться. «А если я представлю оружие, это сработает? Я ведь во сне, и прекрасно это понимаю. Это всё нереально!» - подумал тот.

Размышления прервала пуля, прошедшая в миллиметре от глаза. Не сразу осознав эту боль, подросток коснулся пальцами щеки. Совсем маленький и тонкий порез.

– Ничего себе! – Воскликнул Вадим с восхищением. – Сколько у тебя удачи?

Перед глазами вновь всплыла таблица с показателями, хотя тот ее не звал. Впрочем, это избавило его от необходимости капаться в памяти.

– 12.

– Шикарно! – Рассмеялся паренек. – Когда я сюда только попал, у меня было 2 балла. Думал, умру еще до рассвета.

Вадим согнулся пополам, схватившись за живот. Он не заметил, как выронил пистолет.

– Что с тобой?! Вадим!

Друг не отвечал. Он был полностью поглощен болью в своем туловище. Тем временем же Уилл в панике оглядывался. Где это произошло? Когда? Почему он не слышал выстрела? Или просто не заметил его в суматохе?

– Кажется, у меня расходятся швы. – Пробурчал сквозь зубы Вадим.

– ПРЕКРАТИТЬ ОГОНЬ!

Уилл повернул голову. Главарь ящерок стоял прямо перед ними. Он выглядел еще выше, чем при первой встрече в баре. Его помощники стояли в сторонке, ухмыляясь. Эти лентяи ожидали развязки сюжета прямо как картошку фри у кассы.

Новый выстрел раздался так близко к его уху, что он не на шутку испугался. Если раньше эти звуки напоминали хлопки, звучащие издалека, то теперь это была самая настоящая угроза для жизни.

– Можешь идти, пацан. – Сказала ящерица. Уиллу потребовалось время, чтобы понять, что та обращается к нему. – Ты мне не нужен.

– Он прав, Уилл. – Прошептал Вадим. Дверь совсем рядом, дальше по улице. Я тут сам разберусь.

Эти слова никак не помогли ему шевельнуться. Страх сковал каждую клеточку тела. Стук сердца почти полностью заглушал чужую речь.

– Как хочешь. – Пожал плечами ящер, поднимая пистолет. Дуло направилось в центр лба паренька в броне. Но тот ничем не выразил страх.

– Рэнди, ладно тебе! Ты из-за хвоста? Так он обратно вырос. Дай мне еще один шанс, прошу!

– Я не даю вторых шансов, приятель.

Чешуйчатая лапа нажала на курок. Вадим тяжело вздохнул.

– Так и знал, что этим все кончится. Эх, а мне всего полгода оставалось…

– Хватит! – Завопил Уилл. Но кричал что было мочи, но никому не было дела.

Хлопок прервал очередной крик. Подросток отпрыгнул от страха. Он зажмурился, боясь той картины, что предстала перед ним.

Вадима на том месте больше не было. Теперь там стояла каменная статуя.

Уилл подошел чуть ближе, не веря своим глазам. Точно такая же поза, что и у оригинала. Его выражение лица. Можно было разглядеть каждую складку во лбу. И виднее всего была дыра от пули.

– Он превратился в камень? – Недоумевал Уилл.

– Так выглядит смерть. – Ответил женский голос.

– Привет, помощник. Давно тебя не слышал.

– Так и будешь тут стоять, пацан? – Спросил хрипловатым голосом ящер. – Слушай, а ты ведь тоже человек. Можешь пойти с нами, найду тебе работу.

– А если я не хочу?

– В этом городе правила простые, пацан. Ты либо на моей стороне, либо – нет. Но в этом случае исход может быть только один.

Уилл сделал шаг назад. Ящер так и не поднял пистолет, но это было не обязательно. Тот и так был готов наложить в штаны от страха.

– Я еще подумаю. – С этими словами он ринулся бежать.

Ему не пришлось оглядываться, чтобы понять, что ящерицы над ним смеются. Их оглушительный, издевательский смех раздавался эхом в его голове. Даже вброшенные в его адрес ругательства так не задели самолюбие, как тот гогот.

В их глазах он не спасал свою жизнь, а проявлял трусость. Кто знает, может, так оно и было.

Толкнув дверь с неразборчивой надписью, Уильям покинул пустыню. Песок больше не норовил забраться ему и в нос, и уши. Осталась только пустота. Темная бездна, простирающаяся во все стороны, за которой не было видно ни выхода, ни обратной дороги.

Глава 11

– Уилл!

Этот голос звучал где-то далеко, словно слышащий сидел под водой и никак не мог высунуть голову.

– Проснись, я кому сказала! – Не выдержав, кайли ударила друга локтем.

Уильям сделал глубокий вдох, будто бы действительно вынырнув из моря. Он испытал жгучую боль в спине. Желая это исправить, тот наклонился в сторону и столкнулся головой о кого-то из родственников.

Наконец он вспомнил предназначение своего костюма. Эти лаковые неудобные туфли не просто так сдавливали ему ноги. Из груди едва не вырвался нервный смешок, который он вовремя успел подавить.

– Не спи! – Девушка продолжала шептать, хотя в этом уже не было смысла. Все равно большинство уже повернулось к ним и осуждающе глазели.

– Да не сплю я. – Эти слова были чистейшей ложью. Проведя несколько бессонных ночей на просторах интернета, Уилл прямо-таки чувствовал, как слипаются глаза.

– Ужас какой! – Она подняла руку и схватила его за подбородок. – Ты где пораниться так успел?

Паренек нащупал на своей щеке тонкую полосочку.

– Да пес его знает.

– Иди умойся! – Недовольно цокнула она. – Смотреть больно.

Он послушно поднялся и прошел между рядами. Вряд ли хоть в какой-то культуре покинуть похороны на чьей-то речи считается проявлением уважения. Но ему было уже все равно. В любом случае, привлечь еще больше внимания чем сейчас – невозможно.

Уилл был удивлен, найдя туалет в стенах католической церкви. Ему всегда казалось, что нельзя писать в святом месте.

Паренек плотно закрыл за собой дверь. Он уже давно не смотрел на себя в зеркало, и ужаснулся, увидев эти синяки под глазами. От прежней красоты не осталось и следа. Кожа побледнела и утратила гладкость. Как будто ночью на него высыпали мешок чужих прыщей. Чем это он питался?

«Я не ухаживал за собой всю неделю. – Понял он. – И это случилось за несколько дней?! На восстановление уйдут месяцы»

Но больше всего Уилла волновала не кожа, а тоненькая полосочка на щеке. А ведь и правда, откуда этот порез?

Тяжело выдохнув, он снял с себя пиджак. Спина все еще болела, как после иглоукалывания. Рубашка прилипла к спине, не то от пота, не то от крови. Он оголил торс и развернулся спиной к зеркалу. На теле почти не было живого места. Сплошные порезы и синяки. Не удивительно, что спина не перестает болеть! И как только уцелел позвоночник?

Он с ужасом зажал голову руками и отвел взгляд от отражения.

– Это нереально. – Прошептал он себе.

Уилл отчетливо помнил, как во сне упал с мотоцикла своего нового знакомого. Но после такого столкновения он должен был сломать себе кости, а не отделаться легкими ушибами. Сработала удача? Или это всё защита?

«Хватит! – Приказал он себе. Не за чем анализировать сны»

Закрыв глаза, тот попытался припомнить, чем занимался до похорон. Он мог упасть с велосипеда или скатиться с лестницы. Мало ли способов так пораниться? Всё, что он увидел, задремав, могло быть реакцией на боль от ушибов.

Но сколько бы он ни пытался, ответ не нашелся. До церкви он добирался с отцом на машине. Высоких лестниц по пути тоже не было, ведь церемония проходила на первом этаже. Он нигде не падал, да и если на то пошло, большую часть времени провел без движения. Приехав в шесть утра, они с отцом просто смотрели в одну точку, ожидая прихода приглашенных, в то время как мать носилась по зданию, дорабатывая детали в последний момент. Он даже не приветствовал гостей у входа, принимая соболезнования. Даже не взглянул на Кайли, когда та села рядом. Уилл вообще не помнил, как пролетело это время. Но осознавал момент, который тянулся вечность.

– Как я устал! – Воскликнул он.

И давно это секундная нагрузка на мозг стала причинять ему такую боль?

Он подобрал одежду с пола. Даже если он и успел где-то упасть, пиджак оставался чистым. Уилл натянул мокрую рубашку обратно и скривился от отвращения. Мерзкое ощущение.

– Не хочу возвращаться. – Прошептал подросток. – Уйди, никто не заметит. Так даже лучше. Меньше шума.

Приняв свое решение, он и не рассматривал другие варианты. Запомнил только, что следует заглянуть в аптеку за бинтами и чем-нибудь для обработки ран.

***

Она сидела молча, наблюдая за тем, как люди умело притворяются. За такую игру стоило давать Оскар. Ни один из ее актеров не мог сыграть печаль так же хорошо, как те, кто явился на похороны Уинстона ради еды и сплетен. Родственники, соседи и друзья – никто из них не заботился о мальчике при жизни. Но стоило ему умереть, как каждый прибежал, чтобы узнать подробности.

Как он умер? А где? А когда? А что говорит полиция? Неужели, вы раньше не заметили? А улики-то хоть есть?

Рука Кайли дрогнула, когда та потянулась за тарелкой. Ей не хотелось есть, но почему-то было такое чувство, будто бы еда вылечит боль. Девочка не глядя набирала всё подряд. Обычно она считала калории и записывала в тетрадь каждую съеденную крошку. Самоконтроль. «Если следить за собой, то можно много добиться» - так она думала раньше. Но всего предвидеть невозможно.

– Привет. – Произнес знакомый голос с боку. Ноилз тщательно подбирал, что будет есть. Положив себе немного салата, он украдкой взглянул на ее тарелку. – Ты всё это съешь?

– Впереди весь день. Как-нибудь справлюсь с одной тарелкой.

– Вы ведь с жёванным хорошо общались, так?

Кайли плотно сжала пальцами щипчики для еды, уже представляя, как вырвет ими глаз собеседнику. Почему даже сейчас он не стыдится глупого прозвища, которое выдал хорошему ныне покойному человеку?

– С соболезнованиями по другому адресу. – Грубо ответила та, собираясь уходить.

– Стой, я хотел спросить по поводу Уилла. Он ведет себя странно.

– У него умер брат.

– И что?

Она с усилием воли подавила в себе желание закричать. Щипчики всё еще были в ее руке. Она могла бы с легкость сделать это. Но хотел бы этого Уинстон? Тяжело дыша, она скинула их в чашу с тефтелями.

Похороны – не лучшее место для драки.

– Кайли! – Миссис Тейлор подошла так же внезапно, как и обычно. Она схватила девочку за руку и едва не тряся, сказала – Ты должна поговорить с моим сыном. – Было ясно, что это не просьба.

– Что случилось?

– Он заперся у себя и не хочет выходить. Люди спрашивают о нем. Передай, чтобы он сейчас же спустился.

– Но я же не могу его заставить.

– Не надо заставлять, просто попроси! Он тебя слушается.

Забавно. Предыдущие несколько лет Кайли не могла заставить этого парня вовремя явиться на репетицию, а тут ее просят спуститься скорбящего брата к фальшивым гостям. Будь ее воля, здесь бы никого не осталось, и Уиллу не к кому было бы спускаться.

– Ладно. – Ответила та, к своему собственному удивлению. – Что мне ему сказать?

– Просто попроси спуститься!

– Хорошо. Сейчас приду.

Поправив рукав платья, который перекрутился от руки миссис Тейлор, девушка шагнула к лестнице. Она чувствовала на себе взгляд Ноилза, который услышал весь разговор. И как этому козлу только хватает наглости продолжать на нее глазеть?

Кайли подошла к двери и дважды постучала. Ответа не последовало.

– Уилл, это я.

– Открыто! – Раздалось из комнаты.

Девушка вздохнула с облегчением, услышав его голос. Она была уверена, что тот не станет слушать или притворится спящим.

В комнате, как и всегда, царил беспорядок. Этот парень не мог убрать вещи в шкаф с самого детства. Пахло здесь соответствующе. Можно подумать, что хоронили Уинстона прямо тут, настолько было невозможно дышать.

Сам Уилл сидел за столом, укутавшись в плед и свернувшись калачиком. Кайли еще никогда не видела такую идеальную дугу спины. Словно его нарисовали циркулем.

– Ты как? – Тихо спросила она, не нуждаясь в ответе. Всё и так было видно.

Пальцы Уилла стучали п клавиатуре не переставая. Он торопливо набирал текст, словно боялся, что та подойдет ближе и увидит, чем он занимается.

– Зачем пришла?

– Я беспокоюсь о тебе. Как и твоя мама. Она просит тебя спуститься.

– Ага, слышал. – Безучастно ответил тот.

– Почему ты не хочешь побыть с семьей?

Клацанье клавиатуры прекратилось. На долю секунды в комнате повисло гробовая тишина. Повеяло холодом.

– И что это изменит? – Уилл первый прервал тишину. – Уинстон мертв. Ему плевать, буду я внизу со всеми или нет. А родителям тем более. Только о себе и думают. О себе и том, что скажут люди.

– А ты не задумывался, что им может быть одиноко без тебя?

– Они есть друг у друга. Им что, мало?

– Это другое. Ты должен быть с ними и показать, что тебе не плевать на смерть брата.

Уилл высунул ноги из своего комка одеяла и поставил их на пол, чтобы развернуться на стуле. Он смотрел прямо на нее, но будто не видел.

– Думаешь, мне нет дела до Уинса?

– Мне кажется, будет честно, если ты…

– Смотри сюда.

Он пододвинул экран компьютера так, чтобы она смогла его видеть. Но это ничего не дало.

– Что это?

– Старый форум для безутешных матерей. В нулевых было несколько похожих случаев. Прямо здесь, в Австралии. Людей кидали связанными в море. Полиция потом говорила, что это несчастный случай или самоубийство, но смотри! Какой несчастный случай, блин?! Они же связанны!

Кайли поджала губы. Она уже смотрела на похожие фотографии, и ей не хотелось повторять этот опыт.

– Уинстона убили. Похоже, какая-то преступная организация. Они работают по всей Австралии и в некоторых частях Америки.

– А не далеко ли им лететь до Америки?

– Не знаю, еще не гуглил. Но это зацепка! Я точно знаю, что могу найти убийц. Нужно только время.

– Допустим.

Его слова казались бредом сумасшедшего. Подача и дрожь в голосе так же не внушали доверия. Убийства в начале нулевых? Какое это имеет значение сейчас? И если действительно есть какая-то организация, то зачем им нужен Уинс?

– Ты уже рассказал кому-нибудь об этом?

– Упоминал при Ноилзе, теперь жалею. Думаю, теперь он будет считать меня шизиком.

Вот всё и встало на свои места. Это признание хоть как-то оправдывало мерзкое поведение того придурка.

– Ты выглядишь уставшим.

Уилл что-то пробурчал себе под нос вместо ответа.

– Может тебе прилечь?

– Не хочу я спать! – Закричал он, возвращаясь к заброшенным форумам.

– Когда ты вырубился на похоронах, я думала, тебе просто скучно.

– Так и есть.

– Больше похоже на то, что ты себя изводишь. Полежи всего десять минут, дай глазам отдохнуть!

Тот не стал ей отвечать. Видимо надеялся, что Кайли просто развернется и уйдет.

– Ну а когда хоть ел в последний раз? – Она старалась говорить тише, чтобы не пугать лучшего друга. Ежу было ясно, что тому нужна помощь. А если он сейчас забьется в угол как испуганный зверек, то ближе, чем на метр, к себе уже не подпустит.

– Не знаю. Утром.

– Не хочешь перекусить?

– Я не буду спускаться! – Он произнес это медленно, почти без расстановок. Очередное доказательство того, что он был измотан.

– Я сама всё принесу. Чего ты хочешь?

Уилл ненадолго оторвался от компьютера. Она медленно закрыл глаза и на миг растворился в фантазиях, вспоминая, сколько всякой еды сейчас на первом этаже.

– Там еще осталась грудинка?

– Вроде, должна.

– Тогда хочу грудинку, тот салат с фасолью и чего-нибудь сладкого. И налей мне кофе, если можно. Есть у меня подозрение, что я здесь надолго.

– Хорошо! – Она была рада ему помочь.

Закрыв за собой дверь, она побежала на кухню. Едой можно заняться в последний момент. Сейчас очень важно не упустить свой шанс.

В правом верхнем ящике, как и всегда, хранилась аптечка. Девушка с облегчением заметила, что лекарств еще полно. Похоже, ее совсем недавно пополнили. Если бы Уинс умер всего на пару недель раньше, то вряд ли кто-то стал бы заморачиваться по этому поводу…

Кайли тут же оборвала эту мысль. Ей начало казаться, будто бы та ищет плюсы в смерти друга. «Это не так! – Успокаивала себя она. – Я просто радуюсь наличию лекарств»

Но ей не были нужны все эти упаковки. Ее волновала только небольшая склянка с белыми пилюлями. Снотворное. Ее мать принимает точно такое же. Ошибки быть не могло.

– Что-то потеряла?

Кайли уже была готова ринуться бежать, но вдруг почувствовала руку на своем плече. Мистер Тейлор навис над ней как маньяк над своей жертвой.

– Зачем тебе мои таблетки?

– Это для Уилла.

– Он сам тебя попросил?

– Нет – честно призналась она.

Он резким движением выхватил у нее пузырек.

– Совсем голова опухла от горя? – Мужчина недовольно покачал головой. – Ты знаешь, что с ним может случиться от передоза?

Сердце бешено забилось в груди. Что она он делает? Никогда прежде ей не приходилось думать о том, что она может всё портить. Но теперь…

– Он выглядит таким уставшим. Как будто вообще не спит. Редко моргает и туго соображает. Я подумала…

– Хватит! – Устало пробормотал тот.

Мистер Тейлор сам убрал препарат на место, и сам же достал что-то другое.

– На. – Сказал тот, сунув ей в руки пузырек с валерьянкой. – Если хочешь его усыпить, пары капель хватит. Он и так на ногах не стоит.

– Спасибо. – Она растерянно смотрела на пузырек.

– Если он уснет – разрешаю делать с ним всё, что захочешь. Только не пускай моего сына на органы. Как видишь, запасного у меня больше нет.

Он тихо посмеялся над собственной шуткой, усаживаясь за обеденный стол. На фоне яркой цветовой гаммы комнаты, мужчина казался черным бельмом на глазу. Глупые шутки со стороны напоминали попытку вписаться в это окружение.

Мистер Тейлор выглядел почти так же плохо, как и его сын. Бессонные ночи этой недели отразились на его лице. Можно было подумать, что для него прошло лет десять вместо какой-то недели.

– Я и сам вижу, что Уиллу сейчас не слишком хорошо. Оно и понятно… Как вообще продолжать жить после такого?

Кайли поставила кружку и нажала кнопку домашней кофемашины. Тут же полился кипяток, разбавленный кофейной гущей. Коричневая, почти черная жидкость медленно наполняла пространство своим ароматом. Вспоминались вечера, когда она с близнецами сидели на этой кухне, обсуждая всё на свете, и одновременно ничего. Им нравилось просто говорить, не углубляясь в важные темы и тайны вселенной. Простая подростковая болтовня.

Она уже была готова зажать себе нос, лишь бы прекратить эти дурацкие воспоминания. Почему запах, который должен был напоминать ей о самых лучших днях в жизни, теперь вызывает такую ненависть?

– Я скучаю по нему. – Вдруг выпалила она. Кайли понятия не имела, сколько длилось их молчание. Казалось, диалог уже закончен и должна начаться неловкая ситуация, в которой тот мужчина за столом спросит: «что?», а она в ответ: «ничего». Но мистер Тейлор ее прекрасно расслышал.

– Мы все скучаем. И Уильям больше всех. Его истеричка-мать этого не видит, но наш мальчик страдает сильнее, чем все в этом чертовом доме вместе взятые.

– Я думаю, она ведет себя так, потому что тоже скучает.

– Сам знаю. Ева хочет жалости к себе и забывает, что мы все тут нуждаемся в ободрении.

Кайли закивала, чувствуя, как к глазам подкатывают слезы. Она не привыкла рыдать на людях.

– Мистер Тейлор, я тут думаю на счет нашего спектакля…

Он с удивлением поднял взгляд, явно не понимая, как они перешли к этой теме.

– Не знаю, есть ли смысл продолжать. Уинстона больше нет, а без него…

– Разве он играл на сцене?

– Нет, он занимался светом.

– И нет никого, кто смог бы его заменить?

– Не в этом дело. Мне кажется, очень цинично продолжать. Я не хочу делать вид, будто ничего не было.

Он недолго помолчал. Его густые брови сдвинулись, образовав большую складку, в которой при желании можно было бы удержать карандаш.

Машина прекратила гудеть, а это означало, что кофе полностью готов. Эти двое так и продолжали молчать, но когда ей вздумалось уйти, мужчина подал голос.

– Сядь-ка сюда. – С этими словами он пододвинул для нее стул.

Кайли послушно села на указанное ей место.

– Уинстон любил и тебя, и Уилла. Он не был фанатом театра. Но стоило вам двоим увлечься всем этим – как он тут же присоединился. Как ты думаешь, почему?

Она не могла ответить. Даже если голова и подбирала хоть какие-то варианты, язык тут же их отметал, заплетаясь на полуслове.

– Потому что он ценил то, что для вас было дорого. Мёртвые мертвы. И если ты похоронишь себя заживо из-за чувства вины за то, что все еще существуешь… Будь уверенна, ты проживешь эту жизнь зря.

– Но Уинс…

– Запрети себе страдать! Уинстон не хотел бы этого.

– И что, мне теперь просто жить, как жила до этого? – Она не смогла сдержать слез. Соленые капли хлынули сами, не спрашивая разрешения. А сердце сжималось от обиды. – Разве это правильно?

Он почему-то улыбнулся.

– Жить как раньше ты не сможешь в любом случае. Но отказавшись от всего, что тебе дорого, ты никому лучше не сделаешь.

Она вскочила на ноги раньше, чем тот успел договорить.

– Мне нужно отнести Уиллу кофе, пока он окончательно не сбрендил от недосыпа.

Кайли тут же схватила кружку и выбежала из комнаты. Кажется, ей что-то сказали вслед, но возвращаться было бы глупо. Хотелось побыть одной.

В коридоре она отлила пару капель валерианки в кофе и отправилась к столу с едой. К счастью, последний кусочек грудинки лежал на блюде, ожидая своего часа. Набрав целую тарелку грудинки, салата и прихватив с собой пудинг, он побежала обратно.

– Чего так долго? – Промычал Уилл вместо повторного приветствия.

Кайли небрежно скинула всю еду на стол. К счастью, ничего не разбилось и не разлилось.

– А где вилка?

– В списке не было.

– И как мне теперь есть без вилки?

– Ну, ты можешь либо спуститься, либо есть руками. Выбирай.

Не дожидаясь ответа, она покинула комнату и захлопнула дверь. Силы почти полностью ее покинули. Еще немного, и она свалится прямо там!

«Возьми себя в руки!» - приказала она себе. До дома всего пара метров. Уж на это ей сил должно хватить.

Глава 12

Открывай глаза или нет – а разницы все равно никакой. Это состояние нельзя было назвать темнотой. Даже если человек спуститься в самый темный погреб и закроет за собой дверь, со временем его глаза привыкнут и он начнет различать детали. А если и нет, то обязательно наткнется на что-то рукой или ногой.

Но Уилл нисколько не научился разбираться в пространстве. Не было абсолютно ничего. Только тьма.

Паренек безуспешно искал дверь, которая привела его сюда. Или хотя бы ту, что сможет вывести в незнакомое место. Даже крики о помощи ничем не могли помочь. Сколько бы он не вопил – никто не отзывался. Даже он сам с трудом слышал собственную речь.

Так проходили целые ночи. Он бодрствовал с тех самых пор, как начал расследование. «Не время спать!» - повторял себе Уилл, и вот во что это вылилось. Только закроешь глаза – и ты снова в этом непонятном лабиринте. И на сей раз он очутился там, откуда не выбраться.

Скитания утомляли. Ноги болели не переставая, будто бы тот блуждал уже несколько дней, вместо пары часов. Так не могло продолжаться вечность. И вот, когда силы покинули его окончательно, он улегся на пол. На ощупь он напоминал кафель, хотя, на удивление, холодным не был. Лежать там было вполне удобно.

– Ау! – Вновь открыл рот подросток, в качестве финального акта отчаянья. – Я все еще здесь!

Разумеется, отвечать было некому. Полное одиночество.

– Помощник. – Ее он тоже звал, и уже давно. Шёпотом. А то мало ли что, вдруг крик ее напугает или обидит. Хотя, какое дело? Та все равно упорно молчала.

Уилл закрыл глаза, чтобы они немного отдохнули. Он вдруг вспомнил, что его наказание скоро закончится. Неделя подошла к концу, а это значит, что пришла пора возвращаться в школу. Вновь в его жизнь ворвутся одноклассники, беседы «обо всем и не о чем» и выматывающие репетиции. Блеск…

«Что ж… – подумал тот. – Если я не подготовлюсь, Кайли снова будет в бешенстве»

Он точно знал, что ей ничуть не легче. И чем реже он будет ее расстраивать, тем скорее она сможет справиться с утратой.

Подросток стал проговаривать свои монологи из пьесы. Сначала про себя, а позже и вслух, чтобы напомнить своему лицу, какого это использовать мышцы. Казалось, за последнее время он использовал лишь одно выражение лица – угрюмое.

– Я сокровище в грязи, блестящий уголёк. Ищу уголок. Моя речь безупречная… Всего девятнадцать, но мой ум старше…

Уилл вдруг ощутил резкую боль. Все произошло настолько быстро, что тот не успел среагировать. Какой-то неизвестный споткнулся и упал прямо на него. Ощупав его руками и ногами, подросток понял, что это человек. Обычный. Без чешуи ящерицы или телосложения орка. Судя по всему, это была девушка. Совсем невысокая и хрупкая. Ей никак не могло быть больше четырнадцати лет.

После всех часов одиночества, он просто не мог оставить ее там. Уилл крепко обнял девушку, которая не была рада такому близкому контакту. Похоже, она была напугана пустотой ничуть не меньше, чем он сам.

Вдруг кто-то схватил его за руку и принялся оттаскивать от девушки. Там было сразу четыре руки. Сильные и крепкие. Но Уилл не сдавался. Если это люди, они должны ему помочь. И пусть они сами решают – как именно.

Так и не отпуская девушку, он вдруг заметил, что она успокоилась. Прижав голову к его груди, она перестала извиваться. На миг ему показалось, что она слушает его сердцебиение. Странно. Вряд ли она хоть что-то могла слышать в этой ситуации.

А вот те, кто разнимал их, успокаиваться не торопились. Незнакомцы волокли их обоих куда-то вдаль. Если бы они могли слышать, тот бы предупредил, что это бессмысленно. Выхода отсюда все равно нет.

Раздался шорох. Впервые за все время паренек поднял голову. Как? Откуда?

Прямо над его головой открылась дверь, озарившая его лицо ярким светом. Теплые солнечные лучи едва не сожгли глаза, однако кожа была ража чуть нагреться.

– Отпусти ее, идиот! – Рявкнул какой-то парень, продолжая тащить его через порог.

Уилл опустил голову к девушке, лежащей в его объятьях. Она дрожала от страха. Только теперь он понял, чем для нее была эта встреча. Только представьте: идет человек по темноте, спотыкается, и тут его хватают две большущие ручищи! Он бы и сам в штаны от такого наложил.

Наконец он отпустил ее.

– Спасибо – скромно ответила девушка, поднимаясь на ноги.

– Капец ты тяжелый! – Воскликнула другая девушка. Та, что помогала парню тащить Уилла. – Ты что там забыл?! Впервые в пустоту зашел, или где?

Она поставила руки на поясницу, прогнувшись назад. После чего принялась разминать спину.

– Алён, ты как? – Разволновалась та, кого тот обнимал.

Именно взволнованная невысокая девушка показалась ему самой интересной. Несмотря на невысокий рост, она не казалась ему ребенком. Лицо у нее было милым и округлым, но голос давал понять, что она куда старше, чем выглядит.

Стрижка у девушки была совсем короткой, со спины ее можно было и за парня принять. Одета она была в черную мантию, поверх самых обычных джинс. Никакой брони, в отличие от Вадима.

Впрочем, с такими тонкостями косплея здесь никто не заморачивался. Вторая девушка и вовсе ходила в спортивном костюме и массивных кроссовках. Ее волосы были заплетены в тугую косу, и даже так едва не касались земли.

Их общий друг представлялся совсем обычным. Можно даже сказать, знакомым. Это был темнокожий парень с большими губами и широким носом, уходящим вниз, к губе. У него были очень большие и яркие глаза неестественного желтого цвета. Похоже, линзы составляли важную часть образа.

Пожалуй, его костюм был самым проработанным. Белая футболка потемнела от постоянной носки и уже рвалась к низу. Поверх нее тот носил две толстых полоски из кожи. Он не совсем понимал, зачем они нужны, но коричневые полосы на фоне старой майки придавали парню вид классического героя приключенческого фильма.

Штаны были не менее интересны своим количеством карманов. И, судя по всему, каждый был забит какой-то мелочью. Уилл уже хотел спросить, как он вообще ходит с такой ношей, но вдруг вспомнил, что забыл подняться.

– Всем привет! – Начал он радушно. – Спасибо, что вынесли меня оттуда. Не то чтобы я не справился сам… Хотя, да, не справился бы. Вы ребята крутые. В темноте видите?

Эта речь осталась без ответа.

– Где твоя обувь? – Спросила красотка с длинными волосами. Как он понял, ее звали «Алёна». Странное имя.

Он посмотрел на свои ноги. А ведь и правда, из всех четверых он единственный расхаживал босиком.

– Даже не знаю, как ответить. Я ее не надевал.

Низкая девушка азиатской наружности понимающе закивала.

– Знаю-знаю… Так тяжело засыпать в обуви. Раньше я пробовала спать в тапочках, но здесь оказывалась уже без них. Пришлось сохранить здешние сапоги в инвентаре.

Она приподняла правую ногу, чтобы продемонстрировать бордовый кожаный сапог со странной желтой обшивкой.

– Выглядишь, как новичок. – Заметила Алёна. – Давно играешь?

Он действительно не знал, как ответить на этот вопрос. Впервые он попал сюда около недели назад, но никто не подъехал к нему на трехколесном велосипеде, чтобы объявить о начале игры.

– Не отвечай. – Махнула рукой та, утомившись. – Я и так вижу.

– Ты здесь один? – поинтересовалась вторая.

– Как и все мы в этом бренном мире. – Уилл почему-то посчитал, что это будет звучать остроумно, но публика встретила реплику холодом.

– Ладно. – Пожала плечами Алена. – Я Алена, это Масуйо и Томас. Теперь ты с нами, пошлите дальше.

– Так, стопарики!

Томас подбежал к Алене и, схватив ее за локоть, придвинул к себе в плотную.

– Ты щас серьезно? – даже несмотря на то, что тот говорил шепотом, Уилл прекрасно разобрал каждое слово.

– Тебе что-то не нравится? – Удивилась девушка.

Томас неодобрительно покосился на Уилла. Он глядел так, будто по воздуху пытался передать всю свою ярость этому парню.

– Ему же нельзя доверять!

– Почему?

Не найдя ответа, Том вновь покосился на нашего героя.

– Просто поверь мне.

Алена тяжело, раздраженно выдохнула. Ей определенно не хотелось тратить время на разборки.

– Масуйо, что скажешь? – Спросила она.

В ответ та лишь пожала плечами.

– Как тебя зовут? – Уиллу потребовалось время, чтобы понять, что обращаются именно к нему.

– Уильям. Точнее Уилл. Или, как больше нравится.

Алена закатила глаза.

– Послушай, Уилл. В этом месте очень опасно, если ты вдруг еще не заметил. И есть два решение – либо ты остаешься один, либо находишь таких же суицидников и двигаешься в группе. В группе безопаснее, но приходится работать в команде. Недавно наши ряды…

Она не закончила фразу. Остальные двое опустили взгляд.

– В общем, нас стало меньше. И я бы хотела подобрать тебя.

– Звучит заманчиво! – К собственному удивлению воскликнул Уилл.

– Так вышло, что мнения команды расходятся. Так что, если хочешь к нам, ты должен доказать, что достоин этого. Готов?

Он глубоко вздохнув, заранее готовясь к худшему.

– Что надо делать?

– Оружием владеешь?

– Раньше пользовался только щитом, но он… – В очередной раз Уилл пожалел, что забыл свой щит на том цветочном поле. – Нужно достать новый.

– Есть привычка совать нос в чужие дела?

– Нет! – Уверенно ответил тот. – Никогда так не делал, и делать не буду.

– У нас тут есть правила. Мы не поднимаем вопросы политики, рас, ЛГБТ, религии и так далее. Эти темы вызывают конфликты, а мы тут выживаем. Лучше не знать, кто там что думает, когда нужно прикрыть чью-то спину. О прошлом не спрашивай. Если кто захочет – сам расскажет.

– Не проблема!

Он был готов согласиться уже на что угодно, лишь бы не оставаться здесь одному.

– Что ж… Добро пожаловать.

– Нет! – Завопил Томас. – Мы его не проверили. Даже не было какого-то собеседования!

– Он здесь всего пару дней, посмотри! – Она указала пальцем на его ноги, и Уилл вновь пожалел о том, что даже не надел носки. – Здесь не о чем беседовать.

Прямо над ними раздался оглушительный рев. Уилл с ужасом поднял голову.

Глава 13

Прямо над ними раздался оглушительный рев.

Уилл с ужасом поднял голову к небу, которое буквально только что было ясным, безоблачным. Теперь же он заметил, как земля погрузилась в тень. И давно над ними эта штука? Может все это время она просто слушала разговорчики, не желая встревать в ссору? От чего же тогда сейчас решила подать голос?

– Сюда! – Крикнула Масуйо.

Девушка схватила его за руку, чтобы оттащить в сторону.

Гигантская летучая мышь пролетела прямо над ними. Ее клыки были толщиной с запястье взрослого мужчины. А когтистая лапища, что едва не подправила его прическу, и того больше. Сквозь тонкое, но крепкое крыло, можно было увидеть лучи палящего солнца.

– Что это такое? – спросил Уилл. Но вместо ответа девчонка плотнее прижала его голову к земле.

– Местный птеродактиль.

Его новые друзья как будто бы совсем не боялись этой штуковины. Том моментально достал булаву и принялся размахивать ею из одной стороны в другую, не очень умело отгоняя ревущую тварь от себя. Откуда тот добыл оружие – Уилл понятия не имел.

Алена скрылась из виду. Он долго не мог ее отыскать взглядом, пока не заметил легкий блеск ее волос на верхушке дерева. Девушка уверенно сидела на толстой ветке и совсем не боялась упасть. Уилл невольно задумался, как часто ей приходится так взбираться. Наверняка это требует немалой подготовки.

И вот девушка схватилась за арбалет. Пока ее лучший друг удерживал чудище на месте, та успела прицелиться. На фоне рёва зверюги невозможно было услышать этот тихий щелчок, который должен раздаваться от выпущенной стрелы. Впрочем, воображение само дорисовало картину.

Разрезая воздух как масло ножом, стрела полетела вперед. Ее наконечник сверкнул на свету перед столкновением с огромным глазом. Наконец оставив Томаса в покое, зверь обеспокоился своим здоровьем. Дикий, оглушающий крик этой твари заглушал все мысли. Ее пасть никак не могла закрыться, и продолжала разбрызгивать свои густые слюни по сторонам.

Глубоко внутри подросток понимал, что это неправильно. Страшное существо, хоть и напало первым, просто защищало свой дом. Его левый глаз заболел, как если бы тот сам получил подобную рану. Но все же Уилл прекрасно понимал, что не сможет прочувствовал в полной мере эти страдания.

– Давай! – Закричал Томас куда-то в сторону.

Следующая стрела попала зверю во второй глаз. Но не успел Уилл его пожалеть, как за ней устремилась третья. На этот раз орудие угодило в глотку чудища.

Мальчик услышал, как Масуйо облегченно выдохнула.

Птеродактиль прекратил верещать. Он царапал собственными когтями кожу, в надежде достать оттуда стрелу. Зверь захлебывался от собственной крови, что стремительно наполняла его горло, и задыхался. Сероватые белки глаз постепенно меняли оттенок.

Уилл услышал, как Масуйо поднялась на ноги, но не спешил следовать ее примеру.

– Пошли, Уилл. – Сказала она. – Это не очень хорошее зрелище.

– Может помочь ему?

Такой вопрос ввел девушку в ступор. Она ничего не ответила, с удивлением рассматривая его лицо. А ведь и правда. Помощь? Что за бред? Они ведь сами его подстрелили, и теперь сами же примутся вытаскивать стрелы?

– Хватит стоять! – Прокричал им Томас. – Пора валить!

– Он прав. –Масуйо спокойно кивнула. – Ночь подходит к концу, если не выйдем – завтра проснемся здесь же.

И пускай ему не нравилась такая перспектива, Уилл не шевельнулся. Его ноги будто бы приросли к земле.

– Том, в какую сторону? – Подала голос Алена, спрыгивая с дерева.

Друг в ответ показал направление рукой, после чего сам побежал туда же. Он явно не планировал ждать их.

– Быстрей, быстрей! – Не желая больше терпеть, девушка сама начала толкать Уилла.

Наконец инстинкт самосохранения включился. Все ясно, как на ладони – вокруг небезопасно, вся эта локация буквально кричит об этом. Сорвавшись с места, паренек побежал прочь.

Над головой пролетел еще один птеродактиль. Все они не были похожи на то, что он видел в книжках. Эти динозавры были более упитанными, в отличие от картинок с учебников, где вся доисторическая живность легко подходила под определение «кожа да кости». Видать, не мало подростков полегло в этих местах.

– Не оглядывайся! – Масуйо уже успела обогнать Уилла на несколько метров. Такими темпами он мог потерять команду из виду.

– Ты чего такой медленный?! – рявкнула Алена.

– Не знаю! – Он и сам с удовольствием получил бы ответ на этот вопрос.

Алена сбавила скорость, чтобы поравняться с ним.

– Сколько у тебя защиты?

– Чего?

Он был так напуган, что едва мог соображать. В любой момент на него могла напрыгнуть очередная зверюга.

– Открой таблицу!

Таблица моментально появилась перед его лицом, без каких-либо усилий. Она закрывала обзор, потому Уилл споткнулся. Но к своей радости, сумел удержать равновесие.

– Точно, защита… Четыре. Защита – 4 балла.

– Сойдет для начала.

Алена резко схватила его за руку и принялась раскручивать вокруг себя. На втором круге она взялась за его вторую руку. Запястья могли бы выскользнуть из ее маленьких ладоней, если бы не эта хватка воина. Даже отчаянные испуганные вопли Уилла не могли заставить ее отцепиться.

Пока наконец ее пальцы не ослабли. Уилл вылетел как можно дальше, услышав напоследок лишь цоканье и недовольное: «Блин, надо было брать левее».

Вниз наш герой пошел так же быстро, как и взлетел. Зависнув на миг над этой прекрасной саванной, полных доисторических существ, он смог сделать вдох. Однако гравитация взяла свое, потянув его назад. Уилл закричал, что было сил, как будто это должно было чем-то помочь. Уже ожидая столкновения с землей, он принялся размахивать руками в надежде хоть за что-то зацепиться. Как вдруг его подхватили чьи-то сильные, но тонкие руки.

– А ты точно мужчина? – Спросила Алена. – Визжишь как девчонка.

– Я… Там это… Высоко! – Голова никак не хотела подключаться к реальности. Язык заплетался на полу слове и Уилл быстро понял, что ему не удастся нормально сформулировать предложение.

– Чего вы там возитесь?! – Кричала Масуйо, удерживая открытую дверь.

– Я сейчас! – Девушка продолжала нести нового члена своей команды на руках. Понимая, что на его скорость можно не полагаться.

Наконец они добрались до двери. Алена небрежно вышвырнула тело на землю, после чего просто перешагнула через него.

– Знала бы, что ты такой медлительный, сразу бы отправились к двери.

– Или, как вариант, не стоило брать его с собой. – В очередной раз высказался Том.

– Он бы умер уже через пару минут, сам знаешь.

– Не вижу проблем.

Алена одарила товарища испепеляющим взглядом.

Делая вид, будто вообще их не слышит, Уилл отвернулся. Эти четверо занимали почти целиком тот небольшой островок, который предоставила им локация. Вокруг них простирался необъятный океан. Солнечные лучи аккуратно танцевали на водной глади, отвлекая голову от всех проблем. Глядя на эту умиротворенность, сердце перестало так бешено колотиться.

Кто-то смахнул прядь лица с его лба. Паренек поднял голову. Как и прежде, Масуйо казалась очень спокойной, но сдержанной. Она мягко улыбаясь, стараясь не нарушать это спокойствие.

– Не обращай на них внимание… – прошептала она.

Он уже совсем позабыл о двух странных чудиках, чей тон постепенно стихал.

– Что-нибудь болит? – Она принялась осматривать его голову, руки и лицо. Взгляд замер на тонком порезе под глазом. – Болит?

– Видно же, что рана не свежая! – Не унимался Том. – Не трать силы.

– Ну, вообще, у меня спина там… как бы…

– Лучше покажи. – Скомандовала Алена.

Уилл принялся расстегивать рубашку. Он краем глаза заметил, как смущенно отворачивается Масуйо. Это показалось ему странным. Девчонки из его школы никогда не отворачивались при виде полуголого парня, а некоторые прямо-таки впивались взглядом, словно выискивали малейшие недостатки кожи.

– Масуйо, а ты откуда? – Вдруг спросил тот.

– Хиросима, Япония.

– У вас там прохладно, наверное.

Он сделал самый простой вывод из всех возможных. Если девушка редко видит мужское тело, значит, парням не приходится раздеваться. И был немало удивлен, получив ответ:

– Ну, обычно градусов 30.

Не сказать, что это было намного ниже Дарвина.

– Прекрати ее смущать. – Почему-то Том вдруг заговорил басом.

– Все нормально. – Ответила слегка покрасневшая девушка, вставая за спину нового члена команды.

Увидев его спину, она насильно наклонила его голову вперед. Затем встала на колени и стала тщательно рассматривать.

– Давно это у тебя? – Спросила Масуйо.

– Пару дней от силы.

– Заживает быстро, даже не знаю, нужно ли лечить.

Он не видел ее лица, но почему-то был уверен в том, что девушка ищет одобрение в глазах главаря группы. Алена молча кивнула ей.

– Ну, ладно… – прошептала девушка.

Масуйо положила свои маленькие ледяные ладошки на его кожу. Он испуганно дернулся, но быстро взял себя в руки. Алена и без того считает его полным трусом. Нельзя показывать себя еще с более худшей стороны.

– Пускай сила льется через мои руки и исцеляет его тело. – Масуйо шептала, практически не шевеля губами, но сквозь гробовую тишину было слышно каждое сказанное слово. Только шум волн мог время от времени прервать ее речь. – Сколько отнимается от меня, столько пусть прибавится к нему. И пусть всё, что я потрачу, вернется ко мне в трехкратном размере.

Уилл почувствовал растекающееся тепло по своей спине. Будто бы он уселся рядом с очень большой лампочкой. Однако этот эффект прошел так же быстро, как и начался.

– Одевайся.

Уилл быстро начал застегивать рубашку.

– Что там с показателями? – Спросил Томас.

Паренек уже поспешно начал искать таблицу, когда Масуйо ответила первой:

– 458 баллов. Я в порядке.

Но в ответ Том лишь неодобрительно покачал головой.

– Ты почти потратила все свои ресурсы.

– У нее еще полно здоровья. – Вмешалась Алена. – А так он хоть в школу пойдет без порезов во всю спину. Кстати, откуда это вообще взялось?

Уилл не сразу понял, что обращаются к нему.

– Упал с мотоцикла.

– На до же. Как я понимаю, упал где-то здесь. В реальности бы после такого тебя пришлось собирать по кусочкам.

С этим поспорить было трудно.

– Ладненько, братец-кролик. Давай сюда карточку.

– Чего? – Удивился Уилл.

– Карманы проверь! – Подсказала ему Масуйо.

Паренек посмотрел на них с легким недоумением, поскольку знал, что в его карманах пусто. Но стоило ему опустить руку, как тот сразу нащупал тонкую дисконтную карту. Она выглядела как самая обычная, из банка. С кучей непонятный цифр и большой надписью с его именем.

Недолго думая, тот протянул карту главе группы. Ей хватило лишь одного прикосновения пальцем, чтобы включить на общее обозрение ту самую таблицу, которую тот включал силой мысли, загораживая при этом весь обзор.

– Зашибись… – прошептала та. – Впервые такое вижу.

– Уровень твоего везения зашкаливает. Теперь понятно, как ты смог выжить.

– Обычно не найти человека с удачей выше десяти – пояснила Масуйо.

– Здесь сказано, что ты танк. – Алена вновь посмотрела на Уилла, будто бы ожидала увидеть что-то новое, но лишь испытала разочарование. Оно сразу отразилось на ее лице. – У тебя в базовых установках есть броня, ты в курсе?

– Нет.

– Не удивительно. Ну, сейчас она бесполезна. – Девушка кинула ему карту обратно. Тот едва успел ее поймать. – Если нарядишься сейчас – просто утонешь.

– Мы будем плыть?

– Иначе до другой двери не добраться.

Том присел на корточки, чтобы помочь Масуйо развязать шнурки. Она в ответ смущенно закрыла лицо руками.

– Да не надо… – сказала она.

– Ты щас все равно сотню лет возиться будешь. А так хоть время сэкономим.

Закончив, паренек без предупреждения прыгнул в воду. Масуйо отправилась следом за ним.

– Чего стоишь? – Спросила Алена.

– Не особо люблю плавать. Многие не согласны, но соленая вода вредит волосам.

– Надо же…

– Нет, серьезно! Они становятся тонкими и секутся. Я давно привык, что у меня сушатся концы, но если слишком часто лезть в воду…

Прежде, чем он успел договорить, новая подруга толкнула его вперед. Уилл не сумел удержаться на месте, и свалился прямо в воду. Она была ледяной, как если бы он залез в морозилку. Да еще и о том, чтобы коснуться дна, можно было и не мечтать. До него нужно было плыть не меньше, чем до двери в следующую комнату.

Раздался всплеск. Похоже, пока тот привыкал к температуре, она тоже прыгнула.

– Получен новый навык – удержание на воде. Бонусом идет один балл. – Прозвучал знакомый голос в его голове.

– Помощник! – Радостно воскликнул тот. – Я-то думал, ты уже не вернешься.

– Я и не собиралась. Но ты же явно не справишься сам.

– Класс. Спасибо тебе.

– Как поступишь с назначенным баллом?

– Закинь на скорость.

– Есть. Полученный балл зачислен на счет ловкости.

Уилл почувствовал, как в нем открылось второе дыхание. Этот один бал вернул ему силы. Сейчас он чувствовал себя почти так же, как и вне этих дурацких снов. В тело вернулась подвижность.

– Уилл, быстрей! – Крикнул ему кто-то впереди.

– Я сейчас!

Он знал, что быстро их догонит.

Глава 14

Он уже забыл каково это – сидеть за школьной партой. Ученики вокруг косились на него своими неоднозначными взглядами. Их разрывало от желания пожалеть бедного мальчика, и в то же время все боялись подойти. Его привычное бесконечно счастливое лицо, вдруг переменившись, испугало окружающих.

Уилл понимал, что у него больше нет сил радоваться. Если раньше он натягивал широченную улыбку даже без повода, то теперь ему не удавалось банально расслабиться. Челюсть все время находилась в напряжении. Зубы уже сточились друг о друга.

Где-то на этажах раздались голоса. Паренек сжался всем телом и поднял плечи до самых ушей, как будто это могло чем-то помочь.

Его никто не заметил. Уилл облегченно выдохнул и продолжил есть. Сидя под лестницей, он боялся каждого шороха. Ему не хотелось, чтобы учителя выволокли его на улицу. Там сразу наберется толпа ребят с расспросами или подойдет Кайли, что было куда хуже любых бесед. Она наверняка обратит внимание на нездоровый цвет лица и будет беспокоиться. Кроме того, сегодня он собирался прогулять репетицию. Так что попадаться ей на глаза было бы полной глупостью.

– Уилл?

Подняв глаза, он увидел лучшего друга. Почему-то это заставило уголки губ вздрогнуть. Наконец-то тот, кто не станет спрашивать! Компания, которая не станет выводить его из себя.

– Я ем. – Спокойно ответил Уилл, показывая Ноилзу контейнер.

– Вижу… Почему здесь, а не со всеми?

– Не хочется выходить на улицу. А в столовой как-то душно.

– А вот лестница – самое то.

Ноилз казался каким-то агрессивным. Впрочем, поймать этого парня в хорошем настроении – та еще задачка.

– Ты ничего здесь не находил? – Спокойно спросил тот, усаживаясь рядом с другом.

– Что-то потерял?

– Не парься, потом сам найду.

Диалог довольно быстро сошел на нет. И все же Уилл совсем не был против. Он был готов молчать, или говорить, если только речь не пойдет об Уинстоне.

– Сиплый сказал, ты сегодня с ним не поздоровался. Большой Ли подал тебе руку, а ты просто прошел мимо. Что с тобой?

Мало того, что в обычном пресном омлете не оказалось помидоров, так еще и сыр, который мама всегда добавляла, оказался с душком. От обеда пованивало не меньше, чем от сырого подвала, вход в который был где-то неподалеку. Аппетит улетучивался так же быстро, как и воспоминания Уилла о тех парнях, о которых ему талдычил Ноилз.

– Ты меня слышишь?

– Слышу. Просто не могу вспомнить, кто это.

– Ты чего? Это же наши друзья.

В ответ тот молча пожал плечами. Те ребята не были его друзьями. А вот Ноилз был. Только он пришел его проведать после всего, что случилось.

– Ты правда их не помнишь?

– Давай так, когда мы их снова увидим –, ты ткнешь в них пальцем, а я поздороваюсь.

Почему-то Ноилзу эта мысль не понравилась он моментально посуровел.

– Лиззи спрашивала про тебя. Ты в курсе, что знатно подпортил репутацию нашей команде?

Эта новость заставила его рассмеяться, что привело к кашлю. Надо же – подавиться дохлым омлетом! А еще хуже стать этот день мог?

– Я даже не в команде. Спорт – вообще не моя тема.

– Зато ты постоянно тусуешься с нами. Как потом объяснять девчонкам, что мы не психи? Если один бьет женщин, значит, так делают все.

– Что за тупая логика?

– Так мне сегодня утром сказала Лиззи. Она отказалась идти на вечеринку в субботу. И вместе с ней мы потеряли еще пять или шесть девушек. Если они продолжат жаловаться, то все вечера пойдут коту под хвост! Представь, до конца школы сплошные парады сосисок.

– Я чет не помню, чтобы ты звал меня в субботу…ь – Впервые он пожалел о том, что отключил все уведомления. Отсутствие пищалок в телефоне, конечно, радовало. Но с тех пор, как Уилл сдружился со спортсменами, он не пропустил ни одним посиделок. – У кого собираемся? Во сколько?

Не придумав, что сказать, Ноилз молча смотрел на своего друга. Тот будто бы даже не пытался подобрать слов, а только издавал странные звуки. Возможно, так он думал, но это было маловероятно. Больше походило на попытки обезьяны заговорить.

– Ты не идешь.

– Я как-то и сам догадался – вздохнул тот. – Почему?

– Понимаешь, все эти фишки с запоминанием карт и пародированием актеров – это забавно. Но когда все смотрят на тебя – сразу вспоминается смерть. Это не твоя вина, сам-то ты весельчак. Но в последнее время ты в таком… трауре.

– Мой брат умер, а я должен ходить довольный?

– Не ори!

Уилл даже не слышал собственного голоса. Он не был уверен, кричал ли, или же это просто Ноилз пытался заставить его замолчать.

– Зачем ты сюда пришел?! Я думал, мы просто посидим. А ты сразу же начал с обвинений. То я, видите ли, репутацию испоганил, то теперь на вечеринку прийти нельзя.

Он замолчал, почувствовал на плече руку друга. Тот был настолько широк в своей комплекции, что одна только ладонь занимала всё плечо Уилла. Этих ручищ было не стыдно бояться. Наоборот. Смело выходить против них – полный идиотизм.

– Не повышай на меня голос.

В тот момент всё стало ясно. Точно. Вот пазл и сложился. Ноилз не искал своего друга по всей школе, чтобы вместе пообедать. И даже не встретил его у ворот школы. Даже оказавшись с ним один на один тот не стал расспрашивать Уилла о его самочувствии.

«Ты ничего здесь не находил?» - вот что он сказал ему при встрече. Ему было что-то нужно под лестницей.

И с чего вдруг он позвал его по имени при встрече? Еще и так вежливо. Ноилз в принципе редко к кому обращался по имени. Большей части школы он раздал прозвища. С чего вдруг такая учтивость?

Поняв, что молчание затянулось, Уилл прочистил горло.

– И что теперь делать со всеми? Как мне вернуться в компанию?

– Я поговорю с парнями. Разберемся.

– Окей. – Коротко ответил тот, надеясь, что разговор окончен.

Наконец, Ноилз убрал свою руку, и паренек смог вдохнул полной грудью.

– Ты это… не пропадай, лады?

Он никогда не мел прощаться. А эта фраза в данном контексте больше напоминала не дружеское напутствие, а, скорее, угрозу. «Не покидайте город, не уведомив нас» - так говорят копы в кино.

Ноилз вылез из-под лестницы и неторопливо отправился наверх. Когда шаги стихли, Уилл смог окончательно расслабиться. В районе челюсти в том числе.

Он сразу же вынул телефон из кармана. До конца обеда оставалось еще десять минуть. Не делая терять времени, он сразу же убрал контейнер в сумку и взялся за поиски.

Рядом не было камер, так что это место идеально подходило для тайника. Да и учителя здесь расхаживают не часто. Единственное – прятать что-то было особо негде.

Сколько бы он ни искал, результат был удручающих. Все, на что хватило его фантазии – это возможность приклеить записку под ступеньки или просунуть что-то совсем маленькое в отступы металлических деталей. В остальном это были абсолютно голые стены.

Но вопрос оставался открытым. Что искал Ноилз? А самое главное – мог ли быть в этом замешан Уинстон?

Глава 15

Кайли сидела неподвижно на холодных ступеньках в коридоре, глядя на двери выхода из школы. Уилл так и не пришел на репетицию, но никто не видел, чтобы он выходил из здания. Она была уверена, что скоро он появится, и они смогут как следует поговорить. Если только охранник не пропустил его через служебный выход…

– Чего сидим?

Один только звук его голоса вывел ее из себя. Девушка зажмурилась, в надежде что это недоразумение в человеческом обличии куда-то исчезнет. Но этого так и не случилось.

– Отстань, Ноилз.

– Злюка. – Он скорчил рожицу, будто малолетка. – Зря ждешь, Уилл давно ушел.

– Тогда мне тоже пора.

Она быстро схватила сумку и побежала к выходу. Рядом не было людей, что само по себе могло пугать. Оставаться наедине с этим существом было небезопасно.

– Подожди! Я хочу поговорить!

– В другой раз.

– А если это на счет Уилла?

Она не остановилась, но сбавила темп. Раз ему так хочется – пускай догоняет.

– Он ведет себя странно. – Начал Ноилз, отбив у нее всякое желание слушать.

– У него брат умер.

– И что? Это как-то мешает ему здороваться с друзьями?

Она невольно усмехнулась. Не хорошо злорадствовать, однако Кайли это не останавливало. Возможно, Уилл наконец перестанет общаться с этими придурками.

– Он что, прошел мимо тебя утром? – усмехнулась та.

– До этого пока не дошло. Но такими темпами он всех друзей растеряет.

– Я не против. Лучше быть совсем одному, чем с такими, как вы.

– Что я тебе сделал?

Порой она задумывалась над этим вопросом. Если так подумать, у нее не было по-настоящему весомого повода злиться на Ноилза. Всё ее мнение об этом человеке базировалось на слухах, обидах дорогих ей людей и наблюдениях за тем, как тот общался со своими дружками. Лично ей он не сделал ничего.

Но всё же…

– Если тебе нечего мне сказать – я домой.

Он бесцеремонно схватил ее за руку и притянул к себе. Она уже готовилась закричать, как вдруг тот поволок ее в сторону. Уилл прошел мимо них, то ли не заметив, то ли решив не мешать.

– Ты говорил, он ушел домой. – Кайли оттолкнула его в сторону.

– Я так думал.

– И куда он пошел?

– Думаешь, он мне отчет на почту присылает?

Она поморщилась. Зная отношения этих двоих и то, насколько сильно Уилл желал ему угодить, такое вполне могло быть.

– Давай обсудим его поведение, и всё! Здесь рядом кафешка есть. Ты, вроде, не занята.

Кайли была уверенна, что Уилл – не единственное, о чем хотел поговорить этот балбес. И что они могли обсуждать? К какому выводу прийти?

Но в ее голове было мелкое предположение. «Что если ему действительно есть, что сказать?» - подумала та. Уилл мог поделиться с ним тем, чем никогда не поделился бы с ней. А если это так, то и выслушать Ноилза лишним не будет.

Уже через пару минут они сидели в уютном кафе. В самом дальнем и темном углу заведения, куда никто не заходит. Даже официантки редко смотрели в ту сторону, и им приходилось ждать, пока хоть кто-то подойдет с другого конца кафе.

Кайли решила обойтись простым десертом и чашкой чая. Чем быстрее она расправится с едой – тем меньше шанс растянуть диалог.

– Не знал, что ты любишь сладкое.

– Все любят. Даже те, кто говорят, что не любят, просто лгут. Либо окружающим, либо себе.

Он явно не был готов с ней согласиться, но промолчал.

– Говори, что хотел. – Скомандовала она. Как жаль, что с ним нельзя обращаться так же, как с актерами на сцене. Те ее слушали беспрекословно.

– Тише, тише! Я не на допросе.

Ее терпение, которого и без того было совсем немного, стало окончательно пропадать.

– Ладно, не злись! – Смеясь, произнес Ноилз. – Я правда хочу это обсудить, но давай ты не будешь относиться к этому так серьезно?

– Не совсем тебя понимаю?

– Я думаю, с Уиллом всё пройдет само собой. Но хотелось бы ускорить этот процесс.

– Как?

– Надеялся, ты подскажешь. Вы же лучшие друзья. Многие даже считают вас парочкой.

– Это никак не относится к теме.

– Может все-таки есть какой-то способ поднять ему настроение?

Она вздохнула. Будь такой способ – она бы давно им воспользовалась.

– Нельзя просто поднять ему настроение. Он потерял брата.

– Особо близки они не были…

Официантка очень вовремя принесла ей кусочек торта с приборами. Она уже была готова воткнуть ему десертную вилку в глаз.

Уильям и Уинстон отдалились за последние годы, и всему виной была дружба первого с Ноилзом. Именно из-за него тот бросил регулярные вечера кино. Взгляды двух братьев на жизнь стали меняться. И чем они становились старше, тем меньше было соответствий в их ценностях.

Но ради справедливости стоит признать, что нельзя винить во всем одного Ноилза. Он плохо влияет на Уилла – это правда. Но Уильям уже взрослый мальчик, и в состоянии сам принимать решения. И променять брата на толпу неотесанных спортсменов, алкоголь и девушек – было его выбором.

– Мне кажется, Уиллу непривычно всегда быть одному… – Пока тот говорил, Кайли позволила себе ненадолго расслабиться. Пока она вдыхала аромат пряного чая, голос собеседника создавал приятный фоновый шум. – Я думаю, ему нужна компания, но не знаю, как подобраться. Парни больше не хотят видеть его рядом, а я на них повлиять не хочу. Все вечера заняты, сама знаешь. Еще и тренировки. Наш тренер та еще заноза в заднице, понимаешь?

– Если честно, не особо.

– Я подумал, может ты поговоришь с ним.

– С твоим тренером?

– С Уиллом. Пусть он ослабит эту свою оборону, а я попробую уговорить парней вернуть его в компанию. Пусть погуляет, расслабится. Дело решится.

«И как только можно настолько не понимать, что происходит?» - подумала Кайли, сдувая пар.

– То есть ты хочешь переложить ответственность за Уилла на меня, чтобы было с кем ходить на вечеринки? А не проще найти нового друга?

Он скривился не то от отвращения, не то от недовольства. Мимику этого парня было понять так же трудно, как и его ход мыслей.

– Зачем мне еще один друг?

– Ты просто хочешь выгодно выглядеть на фоне Уилла, потому что чувствуешь себя неуютно рядом с друзьями по команде.

– Я капитан команды, если что!

– И всё же они как-то общаются с людьми без попытки их унизить. – К этому моменту всё сладкое кончилось, и она позволила себе развязать язык. – А тебе так не подходит. Ты пытаешься опустить каждого встречного, лишь бы казаться выше. Ведь что бы ты там о себе не думал, сколько бы голов не забивал, а ты всё равно уличное чмо…

Прежде чем она успела договорить, Ноиз вытянул руку и схватил ее за воротник. Ткань плотно натянулась, сдавливая ее шею. Что-то во всём этом заставило ее улыбнуться. Похоже, мозг окончательно потерял связь с реальность.

Шум привлек внимание остальных посетителей и персонала. На миг множество взглядов застыло на этих двоих.

Ноилз отпустил ее кофту, заставив испытать разочарование. И это чувство испугало ее. Почему ей так хотелось испытать боль?

– Извини меня. Я сорвался.

Он определенно боялся реакции толпы. Ни нависшие брови, ни напряжение в челюсти не стремились выразить сожаление.

– Ничего страшного. – Ответила та, поправив блузку. – Увидимся в школе.

Выдохнув, девушка медленно вышла на улицу. Здесь людей было гораздо меньше. Если ее захочет кто-то обидеть, то защититься она уже не сможет. Но всё же шаг она не прибавила.

«Ты заслужила» - пронеслось в ее голове. Слова звучали чужеродно, словно не принадлежали ей. Да и смысла в них особого не было. В конце концов, что она заслужила? И чем?

– Похоже, мне стоит отоспаться. – Сказала она себе, направляясь домой.

Глава 16

Судя по тому, что в актовом зале всё было тихо, репетицию отложили. Уилл долгое время сидел в коридоре, опасаясь выйти из своего укрытия. Стоит ему показаться Кайли на глаза – как она тут же поймает его и заставит отвечать на вопросы. «Сколько часов ты спал? Почему не отвечаешь на сообщения? Где ты был весь день» - он всё это уже слышал.

Наконец, он переборол свой страх и выбежал на улицу. На пути ему никто не встретился, и паренек уже начал думать, что все обошлось, как вдруг в кармане зазвенел телефон. Он вынул его из кармана и принялся проверять сообщения. Среди написавших не было ни Кайли, ни Ноилза. В любом случае, это к лучшему! Ему не хотелось говорить ни с кем из них.

Его добавили в незнакомый чат. Закатив глаза, он быстро убрал телефон. И когда от него отстанут?

Дома всё оставалось так же, как последние дни. В таком состоянии дома трудно было понять, есть ли кто-то здесь или нет. Гробовая тишине звенела своим настроением. Будь у него место, где переночевать, Уилл бы обязательно ушел из дома.

– Уилл, это ты? – Раздался голос матери из зала.

А он так надеялся, что ненадолго останется один.

– Нет, не я.

– Подойти к нам. – Проговорил отец.

Странно. Чтобы эти двое сидели в одной комнате и тихо – это что-то новенькое. Это явление было настолько забытым, что даже вызвало ностальгию. Ведь еще совсем недавно такое поведение родителей было нормой.

Он быстро переобулся и вошел в комнату. Всё встало на свои места. Те два полицейских, которые вызывали всю семью в ту злополучную ночь, сидели на диване. Родители старались вести себя тихо.

– Ты вовремя. Садись. – Скомандовал отец.

Уилл прошел через всю комнату, взял стул из угла комнаты и уселся рядом с родителями. На какое-то время повисло молчание, пока усатый толстяк не нарушил его.

– У нас есть новости касательно Уинстона.

От такого заявления Уилл едва не вскочил на ноги. Они что-то узнали!

Однако новости повлияли на родителей слегка иначе. Они оба посуровели и сверлили полицейских взглядом.

– Вы нашли убийцу? – Тихо прохрипела мать. Видимо, после всех этих криков у нее наконец сорвало голос.

– Да. – Уверенно заявил тот. Детектив Ли выглядел как тот, кто повидал многое. Казалось, его ничто не могло испугать. И всё же сейчас он был не в своей тарелке. Едва сидел на одном месте и бегал глазками по комнате. – Но ответ вам не понравится.

– Какой должен быть ответ, чтобы он нам понравился?! – Вновь повысила голос женщина. Муж попытался успокоить ее, но каждое слово выводило ее из себя.

Она поднялась на ноги и стала размахивать руками, крича что-то про убийство. Уилл не слушал. Что бы она там не плела, он уже успел это услышать три-четыре раза за неделю. Он лишь ждал, пока она закончит, чтобы услышать ответ полицейских.

– Миссис Тейлор, сядьте, пожалуйста! – Протараторил Джонс.

Оба напарника выглядели встревоженно.

– Миссис Тейлор, я прошу вас выслушать то, что мы скажем.

Внезапно осознав свою бестактность, она уселась на место. Однако следователи не выдохнули с облегчением. Они лишь сильнее напряглись.

– То, что мы расскажем, может показаться странным на первый взгляд. Я не жду, что вы сразу поверите мне… Говорить о таком всегда трудно, тем более, когда это касается детей.

– Оставь предисловия. – Прошептал Ли. Вздохнув, он продолжил самостоятельно. – Ваш сын был найден 2 октября на берегу пляжа посреди ночи.

– Мы уже знаем. – Рявкнула мать. – Дальше что?

– Судя по всему, он отплыл на лодке, которую сам арендовал у одного из местных. Лодку мы нашли днём позже, на том же берегу. Ваша соседка – Кайли Кэмпбелл – сообщила нам, что Уинтон занимался в школьном кружке. Он был ответственен за декорации и установку света.

– И что? – Спросил глава семейства.

– Он отлично умел завязывать узлы.

– Судя по записям с камер видеонаблюдения заведения на побережье… – Вмешался Джонс, понимая, что напарник немного тянет резину. – Ваш сын отплыл подальше от берега и спрыгнул в воду.

Уилл почувствовал, как сердце наполняется разочарованием. Его можно было бы сравнить с пустым сосудом, в которое медленно заливали яд. И вот, стекло разбилось, разбрызгав содержимое по всему организму.

– Вы просто идиоты! – Вопреки всеобщим ожиданиям, первым из всех перешел на личности именно Уилл. – Моего брата убили, а вы здесь сидите! Перестаньте скидывать с себя обязанности. Вы не ищите убийцу, а приписали Уинсу суицид. Он бы так никогда не поступил!

– Угомонись! – Отец пытался усадить его на место, но это было бесполезно. Он даже не заметил, как вскочил на ноги.

– Если бы вы работали, то этого бы не случилось! Вы должны защищать людей. Ищите убийц, козлы.

– Закрой рот! – Реплика матери его окончательно вогнала в ступор. Может, она чего-то не поняла? С чего вдруг она на их стороне?

– Уилл, сядь! – Не умолкал отец.

– Выведи его. Сейчас весь район на уши встанет.

Сколько бы он ни кричал и ни брыкался, никто его не слушал. Мистер Тейлор был достаточно крупным мужчиной, и вывести Уилла из комнаты для него не составило труда. Подростка затащили наверх, где решили и оставить. Отец бесцеремонно втолкнул мальчика в свою комнату и захлопнул дверь.

– За что?! – Уилл продолжал кричать изо всех сил. Если те двое полицейских не хотели его слушать, то пусть на крики сбегутся те, кто захотят.

– Мы обсудим это позже!

Позже? А когда это самое «позже» наступит? С тех пор, как всё случилось, в семье не было ни одного нормального диалога. На то, что в ближайшее время родители придут в себя можно было не рассчитывать.

Тем временем миссис Тейлор уже выпроваживала гостей за дверь.

– Вы должны понимать, что Вашей вины в этом нет. – Детектив пытался говорить спокойно, но в его голосе не утихала дрожь. Все-таки он был еще слишком неопытен в таких делах.

– Уходите молча, раз сказать нечего.

– Я понимаю вашу боль. – Ответил второй.

– Да? У вас тоже убили сына? – Спросила та, уже предполагая каким будет ответ.

– Нет.

«Ну, естественно» - подумала женщина.

– Но и ваш сын не был убит. Уинстон мастерски владел мастерством завязывания узлов, и имел достаточно карманных денег на аренду лодки.

– Пошли прочь.

С этими словами она вытолкала неотесанного жердяя за дверь. Тут же щелкнул замок, окончательно отгораживая ее от неприятелей.

– Они ушли? – Раздался голос за ее спиной.

– А сам не видишь?

Ева прошла мимо мужа на кухню. Там она по привычке поставила чайник и полезла в шкаф за стаканом. В доме уже давно не было спиртного. Она сама избавилась от него лет десять назад, когда вздумала начать вести здоровый образ жизни. И зачем? Сейчас бы глоток-другой ей не помешал.

– И что мы теперь будем делать?

– Ты все еще здесь? – Это на самом деле поразило ее. В последние дни Лахлан делал всё, лишь бы не оставаться с женой один на один.

– И никуда не собирался. Ну так что? Что нам делать?

– А какие есть варианты? Продолжим жить, как жили. На университет, в целом, можно уже не откладывать. Теперь нам точно хватит. А вот на отпуск можно положить побольше.

– Я ведь серьезно.

– Я тоже. – Спокойно ответила та, заливая кипятком чайный пакетик. И чего он только к ней прицепился?

– Уилл не в себе. И ты тоже. Нам нужно как-то решить, что будет дальше.

– Само решится.

– Ева… – его голос был полон разочарования.

– Ну что?! Мы же никогда ничего не планировали. Мы с тобой. Оба! В этом наша фишка, разве нет? Мы потому все еще женаты, что на одной волне.

– Если мы сейчас не обсудим состояние сына, можем испортить ему всю жизнь.

На ее глазах навернулись слезы. Почему он требует от нее что-то? Как ей оказывать помощь кому-то другому, когда она нужна ей самой?

– Завтра.

– Ева, мы…

– Уйди прямо сейчас. Мы поговорим завтра.

Он не стал спорить с ней. Прямо как раньше, когда дома не было ссор. Всё от того, что Лахлан уступал ей везде, где мог. И что только мешает ему делать так постоянно?

***

Родители вели себя тихо. Даже слишком. Уильям гадал, что с ним будет, если тот рискнет покинуть свою комнату. Варианты были разные – от простого выговора до рукоприкладства. Но почему-то все они казались ему неправдоподобными.

Набравшись смелости, он вышел в коридор. Полы еле слышно скрипнули от его веса, но в остальном сохранялась гробовая тишина. Похоже, эти двое разошлись по разным углам.

Уилл прошел к соседней двери, где когда-то спал его брат. На миг в нем зародилась надежда на то, что Уинс будет там. Ничего. Скоро он все это переживет. Надо лишь найти к этому дорогу.

Оказавшись в спальне брата, тот поспешно закрыл за собой дверь. На всякий случай отказался включать свет. Мало ли что, а предугадать реакцию семьи ему не по силам.

Он стал искать то, что может показаться странным. Записки от школьных друзей, личный дневник, заначку запрещенный веществ…

К его удивлению, здесь было достаточно чисто. Уилл знал, что их комнаты одинаковые, но войдя сюда ощутил простор.

– А-у? – Тихо произнес тот, в ожидании эха. Так и не получив его, молча пожал плечами. – Ну ладно.

Как и ранее в школе, поиски не увенчались успехом. Он распахнул все дверцы шкафов и вывалил содержимое на пол. Одежда быстро заполнило пространство, равномерно покрыв пол. Еще немного, и комнаты двух братьев станут полностью идентичны.

Его по-настоящему удивило такое количество вещей в комнате брата. Большую часть времени Уинс ходил в одном и том же, редко принаряжаясь на радость матери. Но это было не самое странное. Одежда, заполняющая шкафы, была ему мала. В детстве мама имела привычку наряжать своих детей в одно и то же. Ничего необычного, так поступает каждая мама близнецов. Но зачем Уинстон хранил в своих шкафах детские комбинезончики? Ей богу, лучше б продал через интернет.

Уилл пытался нащупать в ящиках двойное дно или приклеенные к верхушке записки на скотч. Ничего. Это даже казалось ему странным. Если Уинстон что-то и прятал, то где? В комнате ничего нет, а школьный шкафчик был пуст еще при жизни владельца.

«Думай» - повторял себе тот. Уилл заставлял работать свой мозг, как никогда прежде. Паренек залез под кровать, обыскал вентиляцию, заглянул под ковер, попробовал изучить содержимое матраса, просмотрел страницы книжек и даже попытался отодвинуть шкаф. По началу он действовал медленно, осторожно и тихо. Однако со временем в нем пробудилась уверенность. Судя по всему, родители не собирались сбегаться на шум, так что он мог спокойно позволить себе эти обыски.

Учебный стол был тем еще испытанием. Ящики были вычищены, будто бы Уинс заметал следы. Чего нельзя было сказать о самом столе. Он был завален учебниками, обрывками листов со всякими каракулями, а стену украшали стикеры. В них не было ничего особенного. Видимо, так он держал перед глазами нужную информацию. «Параграф №3», «Проверить центральный прожектор», «Заменить лампочку», «Спросить, куда перенесли вёдра» - ничего из этого не привлекало внимание. За исключением одной записки, состоявшей из набора букв, похожих на шифр. Одно время Уинстон всерьез увлекся чем-то таким. Но его брат был не в состоянии самостоятельно разобраться в этом. Он обыскал карманы, но не нашел там телефон, чтобы загуглить это послание. Наверное, выпал, пока отец тащил его в комнату.

Ничего существенного он так и не нашел. Единственным исключением был ноутбук брата. Он был под паролем с самого дня покупки. Семья не находила это странным. Напротив, все обходили эту штуку стороной, боясь обнаружить файлы с видео «для взрослых».

Уилл испытывал некоторое смущение при мысли, что придется копаться в компьютере своего брата. Одно дело осмотреть комнату, и совсем другое – читать чужие переписки.

Открыв ноутбук, он столкнулся с той самой проблемой… Пароль.

Солнце давно село. Отыскав взглядом часы на экране, он удивленно хмыкнул. Только полночь, а он уже ног от усталости не чувствует. Глаза слипались сами. Выключив устройство, Уилл решил отложить поиски до завтра.

Глава 17

«Какого черта ты не подходишь к телефону?» - эти слова были первым, что он услышал в ту ночь.

– Те-ле-фон, Уилл! – Алена махала руками перед его лицом, добиваясь внимания. Но мысли парня все еще оставались где-то там, в комнате брата. Они тянули его ко дну океана, мешая двигаться.

Впервые он так четко понимал грань между сном и реальностью.

Уилл уже устал удивляться тому, что раз за разом возвращался в то же место, откуда уходил каждую ночь. Люди, что называли себя его командой, не были похожи на плод воображения. Он был готов поверить во все, что бы те ни сказали.

– Я добавила тебя в группу. Только ради тебя весь день общались на английском, хотя по графику был японский.

– Ты и сейчас говоришь на английском.

Кто-то подал ему руку. Он поспешно схватился за нее и попытался выбраться. Но вместо этого утянул за собой товарища. Раздался всплеск.

Вынырнув обратно Масуйо сделала глубокий вдох.

– А я говорил тебе не помогать ему. – Бурчал себе под нос Томас, вытягивая подругу из воды. – Будешь с ним нянчиться – он ничему не научится.

– Хорош ныть! – Рявкнула Алена, взбираясь на крохотный островок, служивший подложкой для выхода. Девушка навалилась на дверь и крикнула что-то остальным. Похоже, ждать она никого не собиралась.

Только сейчас Уилл понял, как сильно отставал. Остальные были готовы уходить, и только он барахтался на месте. Только и слышал, как другие подгоняют.

Наконец он нащупал пальцами землю. Течение уносило его в сторону, и он схватился крепче. Стоило приложить не мало усилий просто чтобы тебя не унесло волной, что уж там говорить про остальное.

Том крепко взялся за воротник его рубашки и вытащил парня на сушу.

– Спасибо…

– Мы же говорили тебе одеться попроще. Но нет, тебе удобнее в школьной форме.

– Плавать в одежде не так уж и сложно! – Как и всегда, Масуйо была само очарование. Она старалась поддерживать друзей и во время плавания, и когда те двинулись дальше. – В нашей школе есть курс на эту тему. Я наловчилась за пару тренировок.

Он хотел бы спросить, зачем обучать такому в школе, но не успел. Томас уже вытянул его в следующую комнату, захлопнув дверь.

Перед его глазами предстала деревня. Свежий воздух наполнил легкие. Солнечные лучи плясали на дороге, пробираясь сквозь ветви деревьев. Здесь было тепло, но совсем не сухо. Уилл почувствовал, как земля ласково согревает его босые ноги.

– Я бы остался здесь навсегда! – Он не заметил, как сказал это вслух. Однако никто из новых друзей предложение не поддержал.

– М-да, после океана это действительно похоже на рай. – Пробормотал Томас. – Но я бы здесь жить не смог. Слишком тихо.

– Хочешь шума – пошли в бар! – Алена подняла руки и потянулась к солнцу. Похоже, совсем вымотавшись, она мечтала хоть где-то передохнуть. – Что там по карте?

Томас вынул из кармана несколько раз сложенный лист бумаги. И пока все остальные рассматривали содержимое, сам Уилл обдумывал, почему лист не промок после длительного заплыва.

– Сейчас мы вот здесь.

Алена закусила нижнюю губу, сравнивая непонятные линии, объединяющие между собой символы. Вероятнее всего, рассматривала она тот треугольник, на который указывал Том. Кроме этого не было никаких записей или пометок, и у нашего героя создавалось четкое ощущение того, что его дурят.

– Если завтра ускориться, то сегодня можно передохнуть. – Тихонько вмешалась Масуйо. – Я бы с удовольствием полежала где-нибудь…

– Точно, ундокай… – Понимающей кивнул Том.

– Прости, что? – Уиллу все еще казалось, будто бы друзья над ним издеваются. Постоянно говоря о чем-то непонятном и рассматривая дурацкие карты, его вгоняли в краску. Ощущение того, что ты знаешь меньше других – само по себе неприятно. А когда это касается чего-то важного – тем более.

– Ундокай – повторила Масуйо. – Это как-бы день спорта. Обычно его проводят раньше, но в этом году наша школа решила объединиться с Сыйсэ… Это местный колледж. И мы перенесли дату, чтобы успеть подготовиться…

Говоря на одном дыхании, она вдруг запнулась. Толкьо сейчас стало видно то, насколько Масуйо устала. Она уже набрала побольше воздуха, чтобы продолжить, когда Алена ее перебила.

– Бар так бар. Пошли, новичок, нам туда!

Ему не дали как следует насладиться природой, вновь толкая куда-то вперед. Возможно, будь он чуть смелее, попросил бы отсидеться снаружи. Ему не хотелось большой компании, да и последнее посещение бара во сне ничем хорошим не кончилось.

Но в то же время он чувствовал свою обязанность в том, чтобы не отходить от группы. Они знакомы совсем недавно, и, справедливости ради, стоит указать на то, что он не был на хорошем счету. Уилла попросту не признавали. И в попытке хоть как-то это исправить он был готов следовать за ними повсюду.

Местная таверна не казалась особенным местом. Хлипкие деревянные стены совсем не внушали доверия. На входе их приветствовали два деревянных человечка. Такие атрибуты обычно добавляют заведению шарма и уюта. Все-таки фирменный маскот для того и предназначен. Но при виде этих бездушных нарисованных лиц у него волосы на затылке встали дыбом. Надо сказать, что табличка в руках у одного из них с надписью: «Мы рады всем гостям» - так же не добавляла пареньку энтузиазма. Это было похоже на какую-то издевку.

Внутри же его не ожидало ничего, кроме зловония. На миг ему стало трудно видеть из-за слез, не желающих выходить за пределы век.

– Встретимся здесь без десяти утро. Обсудим, что делать завтра, и разойдемся. – Заявила Алена. – Вопросы?

– Никаких! – Радостно выдохнул Том, уже присматривая, куда бы сесть.

– Ты лучшая… – договаривая эту фразу, Масуйо уже медленно уходила в сторонку.

Не успел он моргнуть, как все разбежались. Только парню и оставалось, что ходить из угла в угол, искать интересные для себя вещи.

Первым делом Уилл решил не приближаться к гостям заведения. И не только потому что в прошлый раз его едва не пристрелили. Напротив, ни у кого из посетителей не имелось при себе оружия. А знал он об этом потому что у местных не было ни одежды, ни даже плоти на костях. Видимо, тем и объясняется сей тошнотворный запашок.

– Скелеты – прошептал он. – Блеск…

– За убийство каждого из них игроку, то есть тебе, полагается 10 баллов. – Объявила помощник.

Забавно осознавать то, что еще недавно он звал ее и мечтал услышать, в то время как теперь мечтает выключить.

– Угомонись! Не буду я никого убивать.

– Как хочешь… – Разочарованно ответила та.

Уилл прошел к барной стойке, за которой, как ни странно, никого не было. Усевшись прямо в центре, он подозвал к себе бармена.

– Здрасьте!

Мужчина, к слову, единственный одетый, повернул голову в его сторону. Какое-то время он совсем не двигался. Уилл задался вопросом, видят ли его. В конце концов, у местных организмов не было глаз…

– Чего тебе, пацан?

– Мне бы чего-нибудь выпить. Дайте что-нибудь легкое. Кружка пива подойдет.

Бармен подошел поближе.

– Как-то ты не похож на совершеннолетнего.

– С чего вдруг? А может мне двадцать пять!

В ответ тот рассмеялся. Причем настолько громко, что этот настрой подхватили окружающие.

– Пошел прочь – внезапно посуровев, ответил тот.

– Ладно тебе!

– Мальчик, алкоголя или еды здесь нет. Мы скелеты, если ты еще не заметил. Еда нам не нужна.

– Чего?! Зачем тогда про возраст спрашивал?

– Из принципа.

«И кому нужен такой бар?!» - подумал Уилл.

Ответ на этот вопрос нашелся сам собой. Радостные визги заставили его повернуть голову. Алена была окружена толпой посетителей, забивая кием очередной шар. Все затаили дыхание. Раздался удар. В следующую секунду ее уже обнимали несколько костяных рук. Кто-то даже попробовал поднять ее в воздух.

– Блеск…

Следующим взгляд отыскал Томаса. Тот играл в карты с абсолютным безразличием на лице. Но чем дольше Уилл наблюдал за ними, тем яснее становилось, что это блеф. Из игры постепенно выходили все крупные карты, за исключением пары дам. И как только оппоненты потеряли бдительность, наш тихоня обложил их со всех сторон.

Хихикая, Том забрал весь выигрыш со стола.

– Интересно, сколько он выиграл? – Задумавшись, он случайно призвал на помощь неприятную дамочку.

– Я могу включить отображение полученных бонусов.

– А это как?

Над головой Тома тут же засияла надпись «+100». Пока он собирал монеты, число постоянно увеличивалось.

– Неплохо… Спасибо, помощник!

– А ну брысь, шизоид! – Рявкнул ему бармен. – Живой, еще и сам с собой болтает. Мне тут такие не нужны. Всех посетителей распугаешь.

– Ну и ладно!

Уилл поднялся со своего места. Он уже был готов выйти на улицу, как вдруг увидел еще одно недовольное лицо. Масуйо сидела за столом в одиночестве, постоянно зевая. Он сел рядом не раздумывая.

– Выглядишь уставшей.

– Ага… – ответила девушка. – Хотела снять комнату и хотя бы полежать, но их не сдают по часам. Минимальная бронь на трое суток.

– Многовато…

– А как же… Локации здесь делятся на два типа – одни пытаются тебя убить, а другие задержать.

– Вариант, конечно, так себе… Но ты ведь можешь оплатить три дня, и просто уйти.

– Ага, щас. Я решу уйти – а они запрут всех четверых в подвале. Оно мне надо?

– И то верно…

Масуйо со вздохом опустила голову на стол.

– Я не должна была участвовать! Ненавижу ундокай.

«Вот он! – подумал Уилл. – Мой шанс сдружиться»

– А что ты там делала? – Он придвинулся к ней ближе. Пытался говорить с искренним любопытством, чтобы наладить контакт как можно скорее.

– Заменяла девочек, которые заболели… Они все обещали мне что придут. Каждая! И что в итоге? Бег в мешках, эстафета и отжимания на скорость. Конечно, игра сделала меня выносливее, но я долбанный маг! Маг, понимаешь?!

Он постоянно кивал, как бы демонстрируя свой интерес.

– Я, конечно, понимаю, что всё равно бы не уснула. Нельзя уснуть, когда ты уже спишь. Но даже здесь у меня ломят кости.

– Я не совсем тебя понимаю…

– Ну, знаешь, когда мы сюда попадаем, сразу отключается голод и желание вздремнуть. Во сне это нам просто не нужно.

– Все равно не понял.

По ее лицу было видно, как быстро терпение покидает ее тело. И все же Масуйо решила ответить.

– Смотри… Ты засыпаешь у себя дома. Просыпаешься здесь. Но тело то твое остается там. Физически ты дома. Здесь только твоя душа, или дух… Я не знаю. Накормить тебя нельзя, потому что ты спишь. Уснуть не получится, ты уже спишь. Но при этом какую бы рану тебе не нанесли – по пробуждению жди того же на физическом теле. Самое забавное, что если получить слишком много ран, то уже не проснешься. Сердце просто остановится до того, как душа вернется в тело. Соответственно, и лишних ран не будет. Я читала статьи на эту тему. В последнее время в Японии участились случаи сердечных приступов среди школьников… Сам понимаешь, по какой причине.

– Нет. По какой?

Около минуты девушка рассматривала лицо нового члена команды. Но совсем скоро ее взгляд прояснился.

– А-а-а, ну, да… Совсем забыла, ты же новичок.

– И что?

– Да ничего, дай сюда свою карточку.

Уилл спокойно вынул из кармана карточку. И как только эта штука каждый раз оказывается где-то рядом?

Зевая, Масуйо вертела ее в своих руках, как нечто по-настоящему значимое. Всего несколько прикосновений, и на поверхности открылась дополнительная панель. Она очень быстро и умело нажимала на кнопки, очевидно, занимаясь этим не в первый раз.

– Что ты ищешь?

– Шкалу адаптации. Должна быть где-то здесь…

Он заглянул на карточку, которая к этому моменту начала напоминать геймпад. Та самая «шкала», о которой говорила девушка, располагалась в правом верхнем углу. Если не знать, что искать, ее можно и не заметить. Но Масуйо нажала точно на ее, и теперь зелена полоса занимала плоскость целиком.

– Я подкручу бегунок совсем немного, ты только не ори.

– А зачем…

Не успел он закончить свой вопрос, как испытал сильную головную боль. Пытаясь подавить стон, Уилл плотно сжал челюсти. Ему хотелось спросить, что это, и как с этим бороться, но желание оставаться мужчиной в глазах окружающих не давало ему и пикнуть. Он знал, стоит ему открыть рот, и из г7орла вырвется сдавленный писк.

Осознание происходящего влияло на него на каком-то особом уровне. Этот бар, как и эта девушка были реальны. Прошлым утром, проснувшись в рубашке, он не стал менять ее на новую, и даже не заглянул под нее. Но можно было не сомневаться что те раны со спины ушли. Тело перестало болеть сразу же после того, как Масуйо прошлой ночью пробормотала какую-то чушь.

Порезы, как и падение с мотоцикла, было настоящим. Вот почему он так хорошо помнил свои сны после пробуждения!

Но почему тогда он, оказываясь здесь, начисто забывал о заботах из реального мира?

– Уилл, все хорошо? Сейчас ты должен начать осознавать своё положение. Дыши поглубже, чтобы не было перегруза на сердце.

Паренек почти не слышал, что говорит подруга. Казалось, девушка болтала сама с собой, пока Уилл извивался от боли.

Его голова упала на стол. Гул привлек внимание остальных посетителей заведения. Но его это больше не волновало. Почему-то боль во лбу от удара приглушила всё остальное. Он ощутил истинное облегчение.

Подняв голову, он попытался повторить тот опыт. И снова удар поставил всё на свои места. «Если мне так больно спать, то уж лучше проснуться!» - так решил Уилл.

– Кажется, я слишком сильно подвинула бегунок…

Ее слова затмил шум от очередного удара лбом о столешницу. Уилл чувствовал это. Он просыпается. Еще совсем немного и всё закончится!

Последний толчок просто обязан был всё закончить. Но стоило ему запрокинуть голову назад для финального рывка, как вдруг костлявые пальцы схватили его тело со всех сторон.

– Хорош шуметь! – Крикнул ему кто-то прямо в ухо.

– Ты мешаешь нам играть.

– Я занят! – Наконец Уилл позволил себе разжать челюсти. Он кричал со всех сил, будто бы эти скелеты находились в соседнем городе. – Пустите меня! Мне нужно закончить!

– Эй! – Алена так торопилась разнять их, что влетела в стол бедром. – Хватит! Он со мной.

– Блин, да зачем… – пробурчал Томас. Явно разочарованный данной ситуацией, он встал из-за своего стола, уже готовясь к драке.

Похоже, в этой группе так было заведено. Проблема одного – проблема всех. «Чем-то похоже на команду Ноилза» - подумал Уилл.

– Ребята, прошу, мы можем хоть здесь не драться?! – Том снова достал из неоткуда своё оружие.

Озлобленные скелеты застучали зубами. Они настолько жаждали сражений, что мяли теплую кожу Уилла в предвкушении. Того и гляди – оторвут кусок.

– Нет! – Испуганно воскликнула Алена. – Мы не будем с вами драться!

– Почему? – голос Масуйо звучал расстроено.

Девчонка тут же запрыгнула на стол и уселась на корточки. Чуть ссутулившись, она посмотрела на одного из тех, кто держал ее товарища за глотку. С каждым молчаливым мгновением ее улыбка становилась только шире. Идеально белые ровные зубы оголились настолько, что Уилл смог почти полностью разглядеть ее десны.

– Ну чё, говножопы безкожные, спляшем? – Вдруг спросила она.

Масуйо бросилась вперед, утянув за собой и того, кто душил Уилла. Он сделал глубокий вдох, только сейчас осознав, насколько трудно ему было дышать. Остальные же неприятели, не желая оставаться в стороне, только плотнее вцепились в его руки.

Уилл запрокинул голову назад и, потянув за собой всё тело, грохнулся на пол. К его огорчению, скелеты не выпустили его плоти из рук. Однако, как оказалось, это мог быть не единственный результат. Подняв взгляд, он увидел, что владельцы рук остались в стороне.

Паренек не смог сдержать радостного возгласа.

– Лучше не отставай! – Алёна схватила его за волосы и заставила подняться.

Чужие руки послушно спустились с его одежды и, шагая на пальцах, отправились к владельцам.

– Пригнись! – Крикнул Том, замахиваясь на него стулом.

Уилл резко сел на пол. Прямо над его головой пронеслись деревянные ножки, расколошматив очередного врага.

– Страйк. – Спокойно сказал тот.

– Сам себя не похвалишь – никто не похвалит! – Алена деловито закатила глаза, словно забыв, где они находятся. Девушка вновь попыталась вывести друзей за собой, как вдруг ее остановил Томас.

– Я ее не брошу! – С этими словами он начал искать Масуйо взглядом. Но это было не так сложно, как могло показаться на первый взгляд. Стоило только услышать грохот и кучу испуганных криков, как всё вставало на свои места.

Девочка, которая казалось самой щуплой из всех, что так тихо шептала, осмелела в момент. Любой, кто попадал под раздачу ее посоха тут же превращался в пыль. Это было удивительно – наблюдать за тем, как ее тонкие руки ловко перекидывают от одной к другой свой тяжеленный инструмент. Казалось, она могла простоять на том месте целый день, так и не устав.

Но у командира были свои планы на этот счет. Она вывела своих друзей на улицу и полным весов навалилась на дверь.

– Подтолкни его сюда! – Алена говорила только с Томом. Похоже, она вообще не верила в трудоспособность нового члена группы.

Том тут же уперся руками об одного из деревянных человечков. Одному ему было трудно сдвинуть такую махину с места, но о помощи тот не просил. Когда же Уилл подбежал к нему, он со всех сил закричал: «Не надо! Я сам! Отойди!».

– Я просто помогу.

– Мне не нужна твоя помощь!

– Поздно – произнесла она на выдохе.

Из закрытого окна вылетел обеденный стол, расколотив окно полностью. Посетители заведения, от которых так стремились удрать наши герои, стали перелезать через оконную раму.

– Быстрей! – Голос Алёны уже звучал где-то далеко. Ей не составляло труда вовремя ускориться. Чего нельзя было сказать про Уилла.

Он был поражен тем, насколько трудно переставлялись ноги. Сколько бы баллов он не тратил на свою ловкость, а всё бес толку. Или, может, те мешки с костями такие быстрые?

И вот, чужая рука схватила его за штанину. Он не успел удержать свой вес и тут же повалился на землю. Друзья даже не подумали остановиться, полностью игнорируя его визги ужаса.

Несколько из неприятелей сразу залезли на него сверху. Уилл размахивал руками пытаясь не то подняться, не то перевернуться. И когда второе ему все же удалось, он крупно об этом пожалел. Чужие зубы клацали прямо перед его носом, удерживаемые лишь одной его правой рукой. Паренек знал, что если он ослабнет, ему мигом откусят половину лица.

«А что потом?» - пронеслось в его голове. Если всё это действительно реально, то что случится дальше? Ему придется прийти в таком состоянии в школу? Поздновато для хэллувинского образа…

Нет, сдаваться точно нельзя! Он не мог себе этого позволить.

Резким ударом колена Уилл быстро рассыпал того страшилу, у которого, судя по всему, начали резаться зубы. Его кости разлетелись во всеми стороны, и когда одна из них попала в товарища, тот заверещал от боли. Небольшая часть руки влетела в то отверстие, где у человека должно быть глазное яблоко. Похоже, этой частью своего лица он раньше видел, ну а теперь эта возможность отпала. Ну а подросток умело воспользовался положением, быстро выскользнув из-под него.

Теперь, стоя на своих двоих, он не собирался бежать. Раз эти шизики хотят драться – они своё получат.

Подросток подобрал костлявую руку и принялся размахивать ею. Ничего сложного, главное – не смотреть на свое собственное оружие.

Как только к нему подошел следующий, он тут же ударил его по физиономии рукой другого скелета. Довольно странный способ вызвать кого-то на дуэль, не находите?

– Смотри под ноги! – Предупреждение Алены опоздало всего на несколько секунд.

Нечисть уже вцепилась ему в ногу. Он пробовал смахнуть врага и даже бить его руками, но это не помогало. Зубы плотно пошли в его мягкую плоть. Он чувствовал, как острые клыки стремились дойти до его собственной кости.

Не выдержав боли, он закричал.

– Ты потерял 6 баллов здоровья. – Спокойным тоном объявила помощник.

– Сколько это?

– Ровно 6, – со вздохом ответила та.

Неприятель же останавливаться не собирался. Хоть и не пытаясь откусить ногу, он продолжал ее жевать. И Уилл делал все, чтобы не грохнуться обратно.

Кто-то другой вцепился в его плечи и уже раскрыл челюсти, чтобы попробовать человеческое ухо на вкус. Паренек пробовал стряхнуть негодяя с себя, но все бесполезно. Все, что ему удавалось сделать – отсрочить момент.

И вот, он снова падает. Голова того придурка, что вцепился в него сзади, благополучно отвалилась. Но теперь его новое положение тела привлекло побольше хищников.

Он пробовал отмахиваться от них руками и свободной ногой, бить по лицу, вырывать кости силой, но всё это выглядело детскими играми на фоне той жестокости, что шла в противовес его защите.

– В толпе вы сильные, а один на один против меня слабо?!

Одной рукой он схватился за грудную клетку того парня, что уже успел примоститься сверху, а второй пробовал защититься. Он надеялся сломать ему ребро. Казалось бы, такая тонкая кость, но почему она такая стойкая?!

Пока он сосредоточил всё свое внимание на одном аппоненте, следующий уже вонзил свои зубищи в его плечо.

– Помогите! – Уилл продолжал кричать. Слова звучали неразборчиво, будто белый шум. – Они меня убьют! Где вы?!

– Я тут немного занята!

Уилл наклонил голову в противоположную сторону от ближайшего врага. Сквозь траву он сумел увидеть очертание длинноволосой дамы вдалеке. Алёна размахивала мечем покруче рыцарей из фильмов. Каждый ее удар отсекал неприятелю руку или даже голову. Но меньше их не становилось. Они почти сразу подбегали к своим потерянным конечностям, аккуратно поднимали и без особых усилий приделывали на место.

Никто из этих шизиков не умирал. Даже не замедлялся. Один единственный раз, когда кто-то проявил слабость – было попадание чужой кости в глаз.

– Я понял! – Радостно воскликнул тот.

Пока еще здоровой рукой, паренек начал ощупывать траву. Где-то здесь должны быть кости…

Скелет заверещал прямо ему в лицо. Видимо, он был недоволен отсутствием внимания.

– Вы же пару минут назад могли говорить, какого черта сейчас ты рычишь на меня?!

Уилл поднял руку, воткнув ему пальцы в глаза. Внутри он ничего не почувствовал, однако скелет быстро начал слезать с него.

Следующим на очереди был тот, что вцепился в его плечо. Получив свою дозу, он моментально выплюнул мальчика.

– Нечестно! – Завопил тот. – У меня нет век, я даже глаза закрыть не могу.

– Так себе повод для жалости…

Уилл поднял свободную ногу и попытался ею отпихнуть от себя следующего бродягу. Его зубы будто бы пытались стащить мясо с кости, не разжимая челюстей. Вся одежда насквозь пропиталась кровью. Перед глазами закружились звёздочки.

– Уилл, твой лимит здоровья истощён. У тебя осталось всего 2 балла. Что будем делать?

– Я не знаю! – Его горло болело от постоянных криков. Никто уже не нападал, но оставалось ощущение того, что некто продолжает удерживать руки. – Я теряю кровь. Помогите!

Пальцы похолодели. Он чувствовал, как кровь продолжает выливаться из плеча и ноги. Мозг пытался работать, но это было похоже на акт отчаянья.

Он прекрасно слышал крики остальных. Только теперь, когда сам он затих, ему стало ясно, почему другие не приходят на помощь, хотя владели и оружием, и навыками сражения. Они находятся в том же положении.

– И это мужчина? – Он бы ни за что ни узнал этот голос, услышав его в толпе. Ни с такой интонацией. – А вы уверены? Больше похоже на подушку для битья…

Вспышка света показалась ему слишком яркой даже через закрытые веки. Уилл сильно зажмурился. Но прошло все так же быстро, как и началось. На ноге появилась легкость. Своей открытой раной он почувствовал дуновение ветра.

Чуть подняв голову, он увидел, что скелет исчез.

– Ой, только не надо мне теперь руки целовать! – Смеясь, Масуйо побежала на выручку к остальным.

Обычно на такую фразу он ответил бы, что ни в коем случае не стал бы так унижаться. Но сейчас он отчетливо понимал, что, если бы та попросила, Уилл сделал бы для нее и не такое.

Еще несколько вспышек света. Пара хлопков, напоминающих по звуку взрыв. Лежа на спине, паренек чувствовал, как дрожит земля. Друзья, оставаясь где-то в стороне, с облегчением падали в траву, раскинув руки.

Алёна дышала громче всех. Краем глаза он увидел, что она была к нему уже намного ближе, чем во время битвы.

– Зачем? – Тихо спросила она, сделав длительную паузу на глубокий вдох. – У вас была всего одна задача – сидеть тихо! Вы могли сыграть в карты или в дартс… Но нет! Отдых это не для вас, вам подавай приключения!

– Не злись, Алён. – Томасу дышать было ничуть не легче. – Масуйо здесь не при чем.

– А я уж тем более! – Возмущенно воскликнула сама Масуйо. – Я вообще спала.

– Ты же… – Уилл вдруг понял, что очень устал. Количество потраченой впустую крови дает о себе знать. – Ты же говорила… здесь нельзя спать…

Секунду, а может, и куда дольше, никто ничего не решался сказать. И тогда маг задала вопрос первой.

– А это что за нубас?

– Наш новый член команды…

– Вылечи его! – Чуть ли не умоляя, воскликнула Алена. – Посмотри, он же сейчас умрет.

Та в ответ лишь недовольно хмыкнула.

– Больно надо!

– Прошу!

– Не надо мне тут. Я, главное, зарабатываю баллы здоровья, просыпаюсь, а она всё потратила! Я набираю, а она спускает. Набираю – спускает. И так по кругу. Я заколебалась!

– Пожалуйста – Уилл решил встрять в разговор, пока не поздно. – Мне плохо.

– Вижу, не слепая.

Что с ней случилось? Он хотел бы задать этот вопрос вслух, но не мог и пальцем шевельнуть. Жизненные силы покидали его быстрее, чем тот успевал за этим следить.

– Я отдам тебе свои! – Не сдавалась девушка. – Бери, сколько надо.

– Если я возьму у тебя хоть что-то, ты просто помрешь… Чего ради? Он что, так важен?

– А ты взгляни на него еще раз. – Вновь заговорил Томас. – Повнимательнее на этот раз.

Над ним нависла тень. Масуйо очень долго и тщательно рассматривала очертания его лица.

– М-да, похож.

– Вообще не похож! – Встряла Алёна.

– Ладно, как хочешь.

Бросив посох, девушка практически улеглась на товарища в попытке удержать по одной руке на каждом из укусов.

– Пусть сила льется, тебя исцелит… и что-то там еще, я в текст не вникала. Он всё равно работает.

Ее голос уже не звучал таким мягким, как раньше. Он чувствовал, как в голове начинает гудеть. Температура повышалась. Это тепло растекалось по всему сердцу, от головы к сердцу, и от него к конечностям. Мышцы срастались самостоятельно; кожа сшивалась.

Он долго не мог понять, что же такое чувствует, пока процесс не завершился. Облегчением. Именно так называется миг, когда ты понимаешь, что тебе больше ничего не угрожает.

– Жив?

В качестве ответа он смог лишь моргнуть.

– И как тебя звать?

Уилл удивленно поднял брови.

– Что с тобой, Масуйо?

Девушка цокнула языком.

– Прости, братец-кролик. Масуйо в отпуске.

– Это Уильям. – Спокойно ответила Алёна. – Он новый член нашей группы.

– Чего?! На кой? Тебе людей мало, или что?

– Спасибо! – Томас с благодарностью положил руку на грудь. – Я говорил ей то же самое!

– Я ничего не понимаю. – Язык Уилла заплетался прямо по середине слова. Он едва мог связать один слог с другим.

– Меня зовут Киоки. Поздравляю, нубас. Ты познакомился почти со всеми личностями этого тела.

Она подала ему руку, чтобы помочь подняться, но почти сразу отпустила. Видимо, чтоб не расслаблялся.

– Ты сумасшедшая?

– Как сказать… А может это ты спятил?

В это он был готов поверить даже больше.

– Прекрати его пугать! – Скомандовала Алёна. – У Киоки раздвоение личности.

– И давно? – Удивился тот.

– Всю жизнь. – Не было похоже на то, что Киоки сильно расстраивал ее диагноз. – В целом, жаловаться не на что. Я еще с утра простила эту дуру «пустить меня за руль». И что бы вы думали? Я сама, я сама! Вот и доигралась.

– Ты слишком на нее давишь. – Недовольно пробурчал Томас.

– Если на нее не давить, ничего не будет.

– Ты даже не попробовала…

– А ну хватит! – Алёна даже не пыталась держать себя в руках. Она стояла, пошатываясь от усталости. – Я вас обоих сейчас удалю!

Эта угроза заставила их по-настоящему испугаться.

– Я хотела только одного – расслабиться! Вы двое всё испортили.

– Ладно тебе, зато смотри, как весело. – Киоки с восторгом показала руками вокруг себя. – Сколько баллов, лечи – не хочу!

Алёна уселась обратно на траву, сложила руки и тихо выдохнула.

– Скольких ты устранила?

– Всех до единого! – С гордостью произнесла волшебница.

– Прелесть… Тогда останемся здесь до утра, а минут за пять до будильников перейдем в следующую комнату.

– Зачем нам уходить? Если здесь никого нет, мы можем смело остаться.

– Не выйдет. – Вздохнула та. – Как только мы исчезнем, комната обнулится. Все скелеты вернутся назад, а мы по пробуждению мы будем окружены.

Киоки пожала плечами. Она явно не была против такого расклада.

– Ладненько… И в какую комнату дальше?

Томас достал свою карту. Видя очертания начерченного сквозь лучи солнца, он вдруг понял, где видел эти рисунки раньше. При первой встрече Вадим держал в руках точно такую же карту. С одним исключением. Он использовал другую символику.

– Такую карту выдают всем прибывшим? – Спросил Уилл.

– Если бы. – Том медленно перемещал взгляд от одного кружочка к другому. – Мы несколько лет выводили формулу, чтобы понять, по какому принципу сменяются комнаты.

– И что узнали?

– Выхода нет, и мы все умрем… – Киоки не торопилась церемониться.

– Если коротко, – Том делал вид, будто не услышал ее комментария, – то это место – гигантский кубик Рубика. Я знаю, ты представил себе игрушку 9 на 9. Наивный… Нет, здесь выбора куда больше. И каждый такой квадратик – наша комната.

– И сколько же здесь комнат?

– Никто точно не знает. – Алёна начала снимать свои сапоги. Она двигалась нервно. Каждое ее движение, даже самое маленькое, выглядело как подготовка к удару. – В первую свою ночь я попала в комнату №4583. С тех пор цифры больше не видела.

– И всякий раз новая одна и та же дверь ведет в разные направления. Комнаты меняются раз в сутки.

– Это невозможно… – Уилл попытался представить себе эту постройку. Одна локация занимала не меньше пары улиц. Для человека невозможно было бы построить нечто такое.

– Хотелось бы… – Усмехнулась Киоки. – Но это реальность.

– И каждая комната хочет меня убить?

– Абсолютно. – С полной уверенностью ответила Киоки.

– Это не так. Некоторые просто хотят задержать тебя, чтобы ты не продвинулся дальше. – Алёна все еще была раздражена. Она массировала свои ноги с такой яростью, словно пыталась их оторвать.

– Зачем меня задерживать?

– Существует поверие, что если пройти все комнаты до единой – игрока отпускают на волю.

– Но ты в это не веришь… – Уилл не нуждался в ответе. И так было ясно, что никто из них не воспринимает эту фантазию всерьез. – Выходит, отсюда нет выхода?

– Ну почему же… Ты где живешь? – Киоки улеглась на траву. Похоже, спокойно оставаться на одном месте она могла лишь тогда, когда уже успела перебить всех вокруг.

– В Австралии.

– Совершеннолетие у вас в восемнадцать, да? И сколько тебе осталось?

– Ровно год.

– Поздравляю, – усмехнулась девчонка, – у тебя есть все шансы выжить. Если доживешь до совершеннолетия, считай, что ты бессмертен. Потому что после этого места реальность уже не такая отстойная.

– Не понимаю…

– Киоки плохо объясняет. – Трудно было определить, на что именно злится Томас. С тех пор как Масуйо исчезла, он перестал даже пытаться быть вежливым. Ну а может, всё дело было в Киоки.

Уилл был рад тому факту, что есть тот, кого Том ненавидит еще больше, чем его.

– Есть свои правила, – пояснил Том. – Сюда попадает определенный тип подростков на неопределенный срок.

– Обычно до тех пор, пока не сдохнут. – Подытожила Киоки.

– Точно… И единственный шанс освободиться – это повзрослеть.

– И как мне прожить здесь еще целый год?! Я чуть не умер уже сегодня!

– Не жди, что мы будем тебя жалеть. Сам виноват, что попал сюда.

– Я не виноват! Я ничего не сделал. Заснул, и проснулся тут. Это нечестно!

– Ой, заткнись! – Киоки разочарованно выдохнула. – Ненавижу, когда мужчины говорят такие фразы. Честно или нет – какая разница? Не будь сопляком.

– Не разговаривай со мной так. Я знаю, что ничего не сделал.

– Другим – может быть. Но как ты относишься к самому себе?

– То есть?

Киоки перевернулась на бок, тобы было удобнее говорить. В ее глазах появился намек на заинтересованность.

– Сюда попадают подростки после неудачной попытки суицида.

Эти слова разом и насторожили Уилла, и одобрили. Какое счастье, это на самом деле ошибка! Он никогда бы в жизни не решился на что-то подобное. И в мыслях не было причинить себе вред.

– Тогда точно ошибка! Сто процентов!

Его товарищи рассмеялись. Кто-то искренне, а кто-то за компанию с остальными. Но факт оставался фактом – ему никто не верил.

– Я не вру! – Возмутился он.

– Да-да, конечно.

Он взглянул в ее черные глаза. Абсолютное равнодушие к чужим проблемам. Ее нисколько не волновали его чувства, и только она сама решала верить ли ему. Его честные глаза и оскорбленный тон никак не могли исправить положение.

– Получается, что ты…

– Что я?

– У тебя была попытка суицида?

– Вообще-то, восемь.

Алёна удивленно подняла голову.

– Почему восемь?

– Мост не в счет.

– А-а-а, – спокойно ответила та, беззаботно занимаясь своими ногами.

– Значит, ты тоже, Алёна?

– У меня была всего одна.

– Зачем?! – Закричал Уилл.

– Эй! – Томас толкнул его в спину, едва не повалив с ног силой удара. – У нас есть правило: не расспрашивать о прошлом. Если не хочешь ему следовать, проваливай.

– Остынь, Том. – Зевая, ответила Киоки. – В этом нет ничего страшного. Мальчик просто интересуется. Если хочешь знать, я могу рассказать про 6 из восьми. За остальные Масуйо будет стыдно.

– С каких пор тебя это волнует? – Алёна уже потихоньку начинала обуваться. Нехотя она всовывала ноги в сапоги и недовольно щурилась. Будь ее воля – она пошла бы дальше босиком.

– Ты же знаешь, когда она злится, начинает писать всякую фигню маркером на лице и портить вещи. Видела, что она сделала с моей любимой футболкой?

– Нет.

– Я пришлю тебе фотку.

Команда синхронно поднялась на ноги. Как по будильнику, они мигом определили время. Без пяти утро – так называла этот час Алёна.

– Вы покидаете комнату, Уилл? – Спросила помощник.

– Ага.

– Тебе начислено 15 баллов за использование своих прямых обязанностей. Куда их перевести?

– Каких еще обязанностей?

– Ты успешно подставил себя под удар перед скелетами, чем помог команде. Итак, что делаем с баллами?

– Скорость, определенно.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Не хочу больше быть мишенью.

– Как скажешь – со вздохом ответил женский голос.

Глава 18

Порой школьники относятся ко всему слишком серьезно. Любую свою проблему они выкручивают на максимум. Трагедии появляются на пустом месте, как будто так и надо. Вот и сейчас толпа подростков бегали из угла в другой, прыгали на сцене и судорожно листали листы сценария.

– Я ничего не успеваю!

– Я не помню, мы вырезали эту часть или оставили?

– Мы ничего не вырезали, разве нет?

«Умоляю, помолчите хотя бы пять минут» - думал Уилл. Вся эта суета, их бесконечные споры и распевки выглядели таким ребячеством на фоне настоящей проблемы.

Ребята из танцевального клуба, как обычно, недовольно топали ножками и хныкали. Этим «королям» вечно нужно какое-то особое отношение. Они участвовали в пьесе в качестве массовки, но шума от них было больше, чем от кого бы то ни было. Не дожидаясь Кайли, они репетировали что-то своё. Так и слышалось: «И-и-и раз, два три! Раз-два-три-раз».

– Уилл, где наш режиссер? – Спросил его кто-то из парней.

Наш герой поднял голову и, посмотрев на паренька в упор, так и не сумел вспомнить его имя. Набор позывных, который столько времени хранился в его памяти, полностью стерся, оставив на своем месте пустую белую доску. Вот бы кто-нибудь подошел, и написал на ней маркером чьё-нибудь прозвище…

– Не знаю, Бёр. – Немного подумав, Уилл решил назвать его именем парня, которого тот играл. Это был беспроигрышный вариант. Пускай считают, что звезда шоу никогда не выходит из роли.

– Я думал, вы двое всегда вместе.

– Представь себе, нет. Мы не две головы на одном туловище, иногда отделяемся.

Не желая продолжать пустую болтовню, Уилл поднялся со стула. Без своей «хозяйки» эти щенки не поднимутся. А коль уж она не изволила явиться, то и ему оставаться было не за чем.

Забавно. Кайли обожала промывать команде мозги на тему пунктуальности. И куда же так быстро испарились ее принципы?

Ответ не заставил себя долго ждать.

Еще не дойдя до конца коридора, Уилл услышал, как кто-то перешептывается за стенкой. Уроки давно кончились, и в помещении было достаточно тихо, чтобы расслышать тех двоих.

– Я опаздываю! – Кайли явно злилась. Обычно в такие моменты она держалась спокойно, но почему-то в ту минуту казалось, что та вот-вот перейдет в режим атаки. – Если не можешь ничего придумать, просто заткнись!

– Хорош орать! – Ноилз был не менее раздражен. Он старался говорить как можно тише, надеясь, что та последует его примеру. – Я сам не в восторге. Но парни не идут на встречу.

– Нечего предложить – дай пройти.

– Давай устроим с ним вечер втроем. Посидим, посмотрим его любимые фильмы.

– Это не поможет.

– Лучше, чем ничего.

Какое-то время они просто молчали.

Кровь закипала в жилах. Уилл был готов прямо сейчас оставить трещину в двери от удара кулаком. Он не мог найти для этого причину, но их разговор до ужаса его раздражал. Сколько лет им не удавалось просто поговорить пару минут, но вдруг что-то щелкнуло, и им приспичило поболтать. Причем далеко не впервой.

– Убедил. – Спокойно ответила Кайли. – Теперь уходи, мне пора.

Видимо, Ноилз послушно уступил ей дорогу, поскольку тут же раздались шаги. Кайли почти сразу появилась перед своим другом.

– Что ты тут делаешь? – Спросила она.

– Ничего.

– Почему ты не репетиции?

– Я предупредила девочек, что задержусь. Они должны были передать.

– Но не передали.

Она продолжала смотреть прямо и чего-то ждать.

– Так и будем стоять здесь, как дураки, и или пойдем на репетицию?

– Знаешь, как-то не хочется! – Уилл отвернулся от нее. – Пока ты здесь со спортсменами воркуешь, я несколько раз пробежался по тексту. Даже не знаю, нужно ли мне возвращаться в зал.

– Ты не одолжение мне делаешь, а к выступлению готовишься! Живо потащил свою тощую задницу к двери!

– Это уж вряд ли. Спроси своего нового друга, может, он захочет меня заменить…

Увидев, что он собирается уходить, Кайли схватила его за плечо.

– Почему ты себя так ведешь?

– Нормаль я себя веду, а вот ты… Я думал ты на моей стороне! Здесь же было слышно, о чем вы говорили!

– Не знаю, что ты там услышал, но я всегда на твоей стороне.

– Вы пытаетесь надуть меня. Как и те полицейские. Я знаю, что кто-то убил Уинса, хватит меня дурить!

– Уилл, устроить вечер кино – это не обман. Мы просто…

– Хотите меня отвлечь! Я не идиот. Знаю, чего вы добиваетесь. Считаешь меня кретином, да? Думаете, я расслаблюсь? А нет! Я найду их!

Она очень тяжело дышала. Глядя на него из-под низу, Кайли словно пыталась сказать о чем-то. Ее нижняя губа дрожала. Впервые он увидел столь искренний ужас на человеческом лице. Примерно те же чувства он испытывает каждую ночь, возвращаясь в тот лабиринт.

– Отойди. – Набравшись смелости, сказала она.

Он не заметил, как налетел на нее. Своими криками он буквально прижал подругу к стене.

Внезапно осознав свою ошибку, он отошел на три шага назад, пока не задел противоположную стену локтем.

– Извини.

Она не шевельнулась. Находясь в той же самой позе беззащитного кролика, Кайли не пыталась ответить.

– Я сказал: «извини»! – Повторил тот, уже громче.

– Да, я услышала.

Как и всегда, ей удалось натянуть маску безразличия. Мгновенно оторвавшись от стены, девушка выпрямилась и подняла подбородок так, чтобы окружающим начало казаться, будто бы это именно они смотрят на нее из-под низу. Она поправила одной рукой хвост, завершая свой образ королевы, и сказала:

– В одном ты точно прав. Тебе пора домой. Нельзя в таком состоянии появляться на репетиции. Весь народ распугаешь.

– Спасибо! – Закричал тот, заставив ее вздрогнуть.

– Увидимся завтра, Уилл. – Сказала Кайли напоследок, медленно зашагав назад.

Она еще пару шагов не хотела выпускать его из вида. «Вдруг этот псих нападет со спины» - наверняка, именно так она и думала. Но понимая, что вечно это продолжаться не может, она все же развернулась, поплотнее сжав кулаки. Даже если бы Уилл захотел на нее напасть – а он не хотел – она была к этому готова.

– Сумасшедшая… – только и оставалось, что бросать ругательства ей вслед.

Он пошел дальше по коридору. Никак не мог разобраться, что же все-таки случилось. Чего ради Кайли так любезничать с Ноилзом? И с каких это пор его лучший друг вызывает в нем такую ненависть? Этот парень не был плохим человеком. С ним было весело даже в печальные моменты. Он никогда не смеялся над Уиллом, когда того отвергали девушки. Они были рядом всегда и везде, и всё бы так и оставалось, если бы не последний разговор…

На секунду Уилл задумался о том, чтобы вернуться под ту лестницу, но это было бессмысленно. Он уже понял, что искать там было нечего.

И всё же мысль о том, что в школе не всё было чисто его не покидала. Окружающие, все о лучший друзей и до простых прохожих, лгали. У них было какое-то нездоровое желание обдурить Уилла. Видимо, в такие моменты человек и начинает верить в теории заговора.

Мальчик даже не заметил, как коридор сменился пейзажем улицы. Вот уже несколько минут он топтался на месте перед двором школы, и понятия не имел, что делать дальше. Куда бы он ни пошел, а ждать ответа от этих мест не приходилось. Единственное, что хоть как-то цепляло глаз – это старикан, подметающий двор. Он то и дело поглядывал в сторону подростка, видимо, ожидая, когда же тот наконец уйдет, чтобы продолжить работу на абсолютно пустой улице.

Уилл решил обойти школу кругом. Навряд ли найдет что-нибудь интересное, но всё лучше, чем идти домой.

Из окон актового зала доносился шум с репетиции. Кайли, как и всегда, была чем-то недовольна. По контексту можно было догадаться, что дело было в танцорах. Да и певцы сегодня как таковой не старались. Даже страшно подумать, как легко рушится спектакль, когда Уилл пропадает из виду…

Тем временем старик медленно перемещался вслед за ним. Он не спускал глаз с мальчишки, и вместе с тем не прерывал работу. «Может, мне кажется?» - задумался Уилл.

– Эй, вы там! – Крикнул подросток, размахивая руками. – Вы за мной следите?

Старик раздраженно плюнул на тротуар.

– За тобой следить не интересно.

Такой ответ не внушал надежды.

– А за кем интересно?

– Да ни за кем, собственно.

Трудно было сказать, шутил этот дед или нет. Но в том, что он наблюдал за учениками, сомневаться не приходилось. Уилл тут же порылся в кармане пиджака, отыскивая телефон. Он быстро открыл совместную фотографию с Ноилзом, чтобы показать ее старикану. Но стоило пареньку тронуться в его направлении, как тот развернулся и начал уходить.

– Постойте!

– Я уже сотню раз говорил, что ничего не знаю!

Старик передвигался не так бодро, как кричал. Уилл догнал его почти сразу.

– Вы знаете этого парня? – Спросил он, протягивая старику телефон.

Тот ненадолго завис, рассматривая изображение. А когда понял, что анализ продвинется не скоро, просто забрал у него телефон.

– А я вижу, мозги у тебя начали появляться…

– Так вы знаете его, или нет?

Уборщик тяжело вздохнул, возвращая ему телефон.

– Этого знаю. – С этими словами он зашагал прочь.

– Вы не знаете, он с кем-нибудь дрался в последнее время? Может просто видели, как он ругался?

– Этот твой друг каждый день к кому-нибудь да полезет. Лучше бы силы свои в спорт переводил. А так толку никакого.

– А вы можете назвать мне имена?

– Не знаю имен.

– Может, опишите мне кого-нибудь?

– Все старшеклассники на одно лицо.

– Но убегаете же вы не просто так! Значит, что-то вы знаете.

– Я не убегаю.

И правда, бегом этот черепаший шаг назвать было нельзя. Старик отчаянно пытался дойти до своей коморки, где смог бы окончательно отвязаться от мальчика.

– Получается, Ноилз постоянно встревает во что-то? – Это его не сильно удивляло. В команде он считался самым сильным, а такие звания не даются за просто так.

– Я так и сказал.

– А вы видели, чтобы он спорил с одним парнем, который похож на меня. Только худее, с синяками под глазами и весь в обносках?

Старик вновь посмотрел на паренька и еле слышно хихикнул.

– А ты, я вижу, в зеркало давно не смотрелся. Описываешь самого себя. Брат твой и то здоровее выглядел.

– Это Уинс! Вы его знаете?

К этому моменту разговора они уже дошли до коморки. Старикан поглядел на дверную ручку и глубоко вздохнул.

– Ладно, так и быть, заходи. Но только чур без фокусов!

Он понятия не имел, о каких фокусах может идти речь, но был рад уже самому приглашению.

Внутри комнатушка напоминала один большой шкаф. Места было слишком мало на двоих, однако на маленьком деревянном столике все равно было две кружки. Обе пустые.

Старик уселся на кучку сложенных одеял в углу, пододвинулся поближе к стене, и одной рукой дотянулся до электрического чайника.

– Хочешь чаю?

– Нет, спасибо.

– А я всё равно налью.

Какое-то время они проводили молча. Никто не стремился начинать этот тяжелый разговор. Да и сам Уилл, если уж на то пошло, не знал, о чем пойдет речь. Когда вода закипела, старикан налил две полные кружки, закинул в каждую по пакетику и передвинул одну из них к мальцу.

– Садись уже, чего стоишь? – Он махнул рукой куда-то в сторону стены. Уилл повернулся, но так и не увидел ничего, на что можно было бы сесть. – Да, прям туда! На тумбу. Не ссыкуй, выдержит!

Уилл приставным шагом подошел к тумбе. Места было слишком мало, чтобы расхаживать туда-сюда. Полностью сесть на верхушку так и не получилось. Она дрожала как осиновый лист и без посторонней помощи, так что тот просто решил опереться.

– Получается, вы знали моего брата?

– Как же не знать… Уинс сидел у меня часами.

Выходит, Уинстон не жалел времени для этого старика. Только вот – почему?

– Но после школы он сразу приходил домой. – Возразил Уилл. – Когда он сидел здесь?

– До уроков. Приходил ко мне часам к шести утра, так и сидел. Дай ему волю – и уроки прогуливать бы начал. Но я не позволял.

Уилл вспоминал дни, пока его брат всё еще был жив. Он ежедневно выходил из дома заранее, на все вопросы отвечая туманно. Как правило он говорил что-то вроде: «Хочу прогуляться, сегодня чудесная погода». После пары месяцев такого поведения семья перестала обращать на это внимание.

– А всё из-за этого твоего Ноилза. – Продолжал старик, цокая языком. – Подонки и шагу пацану не давали сделать. Чуть только у школы увидят – и сразу! То за рюкзак подвесят на забор, то отберут все учебники, то еще чего учудят. Да, бедный парень, бедный…

– И сколько это продолжалось?

Ладони запотели. Он чувствовал, как усиливается сердцебиение. Уилл не верил своим ушам, просто не мог представить такую картину. Ноилз был парнем не без изъянов, но в жизни бы не обидел Уинса.

– Даже и не знаю. С прошлого года, может. Помню, увидел я твоего брата ранним утром у ворот, а он войти не может, и ждать снаружи не хотел. Пришлось впустить.

– И вы сидели с ним в этой коморке?

Чай пах по-настоящему вкусно. Сколько ни думай, а Уилл так и не нашел причин сомневаться в честности уборщика. И потому с большим удовольствием отхлебнул большой глоток. На вкус напиток не был так приятен, как на запах, и все же тепло, растекшееся по телу, оставляло приятное впечатление.

– А почему бы и нет? – Ответил тот. – Уинс – парень занятный. Спокойный и добрый. В смысле, был он спокойным и добрым… Слушал все мои дурацкие истории, даже выдуманные. Бывало, я специально нёс полную чушь, и ждал, что он меня остановит. Мол, заканчивай, дед. А он всё слушал, и слушал. Главное, по глазам видно, что не верит. Но в жизни меня не перебивал.

– А почему вы сидели именно здесь? Вроде, уборщики не здесь сидят.

– Нет! – Махнул тот рукой. – Сюда мы приходим чаи гонят или поспать, пока главный не видит. Просто камер тут нету, вот и всё. Никто не знал, что он тут сидел. Да и я трепаться не любитель.

С последним заявлением можно было бы поспорить, однако смысла в этом никакого не было.

– И чего вы боялись? – Спросил Уилл.

Старик очень тяжело вздохнул. В этот момент он показался еще старше, чем был обычно. Густые брови нависли над глазами ковром. Его дряблые щеки повисли вниз, стянув заодно и мешки под глазами.

– Уинс очень боялся тех парней. Я говорил ему обратиться в полицию, но всё бесполезно. Пару раз сам подходил к нашему главному, даже учителей ловил в коридоре. Вот только светиться не хотел… Говорил, мол пара ребят обижают того мелкого, разберитесь! Позже со всеми поговорили, оставили после уроков. Но есть у меня чувство, будто бы родителей их так и не оповестили.

– И чем всё закончилось?

– Чем-чем! Сам-то не видишь? Нет больше мальчика.

– Ноилз не стал бы его убивать! У него есть заскоки, но не такие…

Старик не стал отвечать, лишь тихо хмыкнув.

– После всех моих жалоб ко мне приходили полицейские… Я не хотел врать, но и рассказывать всё, знаешь ли, не безопасно.

– Почему?

– А как я объясню двум ментярам, что укрывал у себя пацана от хулиганов? Я же должен был хай-вай поднять, а не это всё…

Своим мирным «эх» старик окончил свой рассказ. Похоже, он был уже готов спровадить гостя, но так легко Уилл сдаваться не собирался.

– Скажите, вы знаете что-нибудь про лестницу?

– Не понял…

– На днях я увидел Ноилза под лестницей, пока он что-то искал, и вдруг подумал…

– А-а-а! Да-да, лестницу знаю. Братец твой хранил под ней деньги.

– Какие еще деньги?

Уинстон никогда лишний раз не просил на карманные расходы, от того всегда ходил без денег. Ни новую рубашку себе позволить не мог, ни даже шоколадку из автомата. Трудно было представить, чтобы он ныкал что-то, да еще и вне дома.

– Да вот, была у него безумная мысль, что от этих *** можно откупиться. Делал он тут у меня конверты из бумаги, и относил их, значит, под лестницу. Прятал где-то между плитами. Ну и тот пацан забирал их раз в неделю.

– И сколько денег было в конверте?

В ответ он лишь пожал плечами. Действительно ли тот не знал, или же просто не хотел говорить – дело десятое. Факт оставался фактом. Ноилз – ело лучший друг с самого поступления в старшую школу, шантажировал его родного брата.

– А что если обратиться в полицию?

– Не поверят. Паренька-то уже давно нет! Кто показания давать-то будет?

– Но вы ведь тоже можете всё рассказать, так?

– Ой, я точно нет!

– Почему? Вы же…

– Нет! – Старик сурово ударил по столу. Кружка подпрыгнула, но к тому моменту уже опустела, и ничего не разлила. – Сказал, что не буду! И не надо тут меня заставлять.

Дальнейшие попытки уговорить старикана оказались тщетны. Однако это не сильно расстраивало нашего героя.

Пазл наконец-то начал складываться.

Глава 19

Полки холодильника, как и ожидалось, даже не пытались собой заинтересовать. Максимум, что походило на еду – это жирные пятна, которые никто не собирался отмывать. А так как слизывать остатки томатного кетчупа Кайли не собиралась, девушке пришлось позаимствовать мамин обезжиренный йогурт. Вероятно, тем же вечером она выслушает тираду от матери о том, что брать чужое – плохо, и знаменитое: «я не так тебя воспитывала, Кайли!». Но идти в магазин ей совсем не хотелось, а готовить было просто не из чего.

Из динамика телефона доносились голоса одноклассников. Сегодняшняя репетиция записывалась на видео. Каждый от актеров до музыкантов должен был посмотреть на себя со стороны и подметить ошибки. Но сейчас девушка понимала, что напрасно так старалась. На видео ситуация была еще хуже, чем она могла себе представить. Мальчик, играющий Аарона Бёра, постоянно фальшивил или забывал слова. Это не могло не раздражать ее и во время репетиций, а на записи так и вовсе выводило из себя.

Костюмы танцоров сильно мешали им двигаться, и это было заметно. А ведь они говорили ей об этом! Любой, кому не было лень, подходил и ныл на эту тему минимум десять минут. И что ей мешало прислушаться к ним раньше? Разумеется, у них еще есть время переделать подолы платьев и слегка укоротить сюртуки, но это повлечет за собой последствия. Ей предстоит выслушать жалобы ребят из кружка по кройке и шитью, еще одни примерки и дополнительные траты. Если им понадобятся новые материалы, расплачиваться будет, конечно же, драм. кружок!

Возможно даже придется организовать еще одну игру в покер.

– Заткнись! – Тихо прошептала она видеозаписи.

На сцене участвовали разом три кружка: танцоры, актеры и певцы. В театральном клубе не было столько людей, чтобы заполнить все пробелы. Тем более, что далеко не все они поют. Зато звезды школы, что славились голосовыми данными, оказались никудышными актерами. Вот и получается, что на протяжении всей пьесы у зрителя страдают либо уши, либо внутреннее чувство прекрасного.

Раздался звонок в дверь. Первые три-четыре нажатия на кнопку она предпочла проигнорировать. Родители придут еще совсем не скоро, а гостей она не ждала. Но человек за дверью был очень настойчив, и Кайли задумалась: «А вдруг?».

Уилл вел себя неправильно. Пропуск репетиций – был последней из списка проблем, и пускай она и знала причину такого поведения, прощать друга становилось все труднее с каждым днем. Грубость, избегание, а теперь и крики – это не могло не пугать. Девушка поймала себя на мысли, что обязательно простит его, если только он об этом попросит.

Кайли открыла дверь и уже приготовилась изображать недотрогу. Все же сдаваться в первые минуты диалога было не в ее стиле. Но играть роль не пришлось. На пороге оказался тот, кому улыбаться никогда и не хотелось.

– Привет! – Сказал Ноилз. – Я принес пончики.

– Я же написала, что Уилл не придет.

– Да, но ты не сказала не приходить мне.

Единственным верным решением было запереть дверь. Но ее взгляд застрял на маленькой белой коробочке. Обезжиренный йогурт никогда бы не смог так приманить ее к себе, даже если бы попытался.

– Пёс с тобой. – Сказала она, забирая коробку.

Ноилз радостно вошел, чуть отодвинув ее в сторону, так ему хотелось попасть внутрь.

– Можно мне чай?

– Сам нальёшь.

Кайли уселась за стол. Обычно она старалась сидеть прямо, но сейчас ей доставляла удовольствие та дуга, что вырисовывалась ее позвоночником. Расправившись с коробкой, девушка вцепилась зубами в шоколадный пончик.

С первым она расправилась за два укуса. Вспоминались времена, когда она называла их «какими-то приторными». И каких только глупостей не наговоришь на сытый желудок!

Тем временем Ноилз, точно хозяин, уже рылся в ее шкафах.

– Ну и дрянь! – Воскликнул он, увидев коробочку сухого завтрака. Паренек с большим интересом рассматривал упаковку мюсли с различными добавками. Она прекрасно понимала его недоумение. Производитель настолько хотел создать нечто оздоровительное, что добавил кусочки сушеных овощей. – Нормальные люди пытаются подсластить завтрак, а это… И тебе это нравится?

«Нет! – Хотелось завопить ей. – Я ем очень мало, и очень невкусно. Последние полгода отказывалась от сахара, и всё ради плоского живота, которого даже не видно за школьной формой. Хоть без рубашки ходи!». Разумеется, говорить об этом вслух она не собиралась.

– Поставь, где стояло.

Ноилз равнодушно пожал плечами и полез в следующий шкаф. Кайли уже переходила к третьему пончику, искренне удивляясь исчезновению второго. Она так быстро ест или просто уронила предыдущий?

– Что сказал Уилл, после нашего разговора? Вы же столкнулись?

– Ты слышал?

– Сразу ушел, не хотел влезать.

– Мог бы и влезть, он ведь на тебя разозлился.

– А я здесь причем?

Девушка закатила глаза.

– М-да, вообще ничего интересного. Как ты живешь?

– Не доставляя другим неприятности.

«Ври больше» - пронеслось в ее голове. Она знала, что с ней говорит собственная совесть, и всё же это пугало. Собственные мысли боролись между собой. Одна сторона пыталась всячески утешиться, а вторая нагнетала.

Пока она размышляла, гость уже покинул кухню. «Пусть осматривает что хочет, лишь бы ничего не спёр» - подумала Кайли.

– Ищешь что-то конкретное? – Крикнула она.

– Да нет, просто скучно. – Ответил тот из зала.

У нее не было сил. Голова казалась невероятно тяжелой от залежавшихся в ней мыслей. И все же с усилием воли ей удалось оторвать тело от стула и потащить его в зал.

Ноилз лежал на диване, листая страницы сценария.

– Кто играет Гамильтона?

– Уилл. Странно, что ты не знаешь.

– Я не слушаю про ваши спектакли, много воды. Хоть выжимай и пей. А что, Уилл был сегодня у тебя?

– С чего ты взял?

– Здесь выделен его текст. – Он развернул для нее страницы, хоть в этом и не было нужны. Она и сама прекрасно знала, что на них.

– Когда Уилл не может репетировать, его заменяю я.

– То есть, ты что-то вроде личного дублера?

– Вообще-то, нет… Я могу заменить любого из отсутствующих. Просто отсутствует только Уилл.

– М-да, безответственно. А ты еще на меня гонишь.

Что правда, то правда. Уилл всегда получал лучшие роли, ему уделялось особое внимание. Это его избаловало.

– Я говорила с вашим тренером. Ты ничем не лучше, сам постоянно пропускаешь.

– Каюсь! – Он с удовольствием потянулся и сладко зазевал. Того и гляди сейчас отрубится. – Но мне можно! В этом году новички слишком слабые, большую часть тренировки мы идем по базе, а это скучно. Вот и гуляю время от времени.

– И достаешь окружающих.

– Не без этого.

Ноил внезапно ожил, вскочив с дивана. Он стал шататься по комнате, рассматривал полки и заглядывал в окна, будто бы ждал кого-то. Кайли это нисколько не беспокоило. Диван освободился, а это означало, что она может сесть и расслабить ноги.

– Слушай, ты собираешься вообще всё съесть? – Спросил тот недовольным тоном.

– Делиться точно не буду. Это твоя плата за вход.

– Не помню, чтобы ты раньше столько ела.

– Я проголодалась.

Кайли облокотилась на диванные подушки. Ноги она сложила по-турецки, а голову свесила вниз, к коробке на своих коленях. Количество пончиков заметно сократилось. Это огорчало, но не так как присутствие того, кто их принес.

– А яичница не варик, да?

– Напомни, а ты зачем пришел?

– Просто посидеть вместе. На свидание со мной ты явно не торопишься. Ну, а раз гора сама не идёт к Магомеду…

– Если ты шутишь, то мне не смешно.

Девушка пристально следила за его движениями. Судя по всему, паренек чувствовал себя совсем как дома, заглядывая во все полочки. Рука Кайли дрогнула. Она хотела попросить его прекратить, но не могла вспомнить почему. Что-то в зале заставляло ее дрожать от страха, но где оно лежало, сказать было трудно.

– Вылези из моих шкафов, уродец.

Он выпрямился всем телом и театрально вдохнул, всеми силами стараясь показать как сильно был обижен.

– Уродец?! Ну это уже слишком. А если бы я умер?

– От чего?

– От горя – произнеся это, он громко рассмеялся.

– Идиот.

Ей требовалось некоторое время на то, чтобы привести себя в порядок. Стоило вытереть руки прежде чем выталкивать гостя из дома. Но к тому моменту, как та поднялась с дивана, Ноилз уже откопал синюю коробку из-под обуви.

– Твою ж… – Воскликнул тот, увидев содержимое. Он довольно захихикал. Не ясно, откуда взялась такая реакция на оружие. Но та улыбка, с которой он доставал пистолет из коробки, запомнилась ей на всю жизнь. – Откуда такая красоты?

– Положи! – Кайли хлопнула его по плечу, чтобы хоть как-то привлечь внимание.

– С вооруженным можно говорить и поуважительнее.

– Он даже не заряжен.

– Тогда зачем вы его храните?

– Это папы. Он спрятал патроны в другом месте, чтобы мама не пугалась.

– Очень интересно. А куда?

Возмущению не было предела. Девушка резко выхватила коробку, и уже потянулась за пистолетом. В голове промелькнула страшная мысль: «А что если он выстрелит?». Ее отец не редко лгал им с мамой в вещах и помельче, чем хранение огнестрела. Патроны могли находиться где угодно, даже в магазине.

Сделав глубокий вдох, она попробовала успокоиться. Ноилз тот еще огузок, но глупым назвать его трудно. Он прекрасно знает, чего хочет и как этого добиться. Этот парень не станет проверять ее слова, даже если очень захочет.

Кайли вытянула руку и совсем тихо, почти шепотом произнесла:

– Отдай, пожалуйста.

– Вот так бы сразу!

Он вытянул руку и аккуратно положил ствол в коробку.

– Не так уж и трудно быть вежливой, не правда ли?

– Угу – промычала она. – Особенно с вооруженным.

Девушка впилась в него глазами. Она закрыла коробку и продолжала ее обнимать до тех пор, пока гость не вздумал нарушить тишину.

– Что ж, с тобой, конечно, весело. Но я наверно пойду.

– Отличная идея.

– Значит, до завтра?

– Я подумаю.

Кайли вытянула руку в сторону коридора, как бы пропуская его вперед. Ноилз спокойно пошел к выходу, в то время как хозяйка дома поставила коробку на пол.

Когда же он в кой то веки покинул ее дом, девушка бросилась обратно к коробке. Первая посетившая ее мысль – поставить оружие на предохранитель. Но она понятия не имела, где он. Можно было бы пойти поискать свой телефон, он не мог быть слишком далеко, но мысль о том, что она оставит пистолет посреди комнаты чем-то пугала ее. Хотелось поскорее разобраться со всем.

Следующая мысль пришла моментально. Слишком просто, но почему бы и нет? Кайли переложила пистолет в платяной шкаф в коридоре. На полу стояло множество обувных коробок. Там хранились туфли, надевать которые ее мама больше не собиралась. Но стоило ее отцу предложить отдать их бездомным, как та придумала с десяток причин этого не делать.

В любом случае, лезть в эти дебри никто не собирался. И тогда она со спокойным сердцем оставила коробку там.

Глава 20

Этой ночью он не ложился спать. Надеялся передохнуть от свалившихся на него приключений. Однако мысли о том месте не давали ему успокоиться ни на секунду.

Но и без сновидений у него было достаточно напоминаний. Новый друзья, оказавшиеся вполне себе реальными, организовали общий чат. Новые сообщения появлялись весь вечер, до тех пор, пока те наконец не уснули.

Алена: Давайте поприветствуем Уилла в качестве нового члена группы. Сегодня ночью он будет официально (и автоматически) добавлен в наш штат.

Судя по всему, она считала себя не только лидером, но и организатором всех этих сборищ. Можно подумать, они пришли туда по собственной воле.

В ответ, разумеется, пошли разные смайлики. И, судя по тому, что Масуйо отправила тонну счастливых символом, девушка пришла в норму. Тем не менее, даже этот факт не перебивал в нем чувство разочарования. Кому вообще захочется сидеть в одном кругу с самоубийцами. «Еще и говорят об этом так спокойно, – не переставал удивляться он, – как будто, так и надо. Словно нет других способов решения проблем»

Дальше ему продублировали все те же самые правила, что и при первой встрече: не обижать ближнего, не поднимать запретные темы и пытаться выжить.

– То же мне новости – фыркнул он. – Лучше вообще отказаться от сна, чем еще хоть раз попасть к ним.

А так как ночь оказалась свободной, ему предоставилась уникальная возможность вновь порыться в компьютере братца. И в очередной раз он столкнулся с проблемой пароля. Тот стикер на стене, что так ярко пестрил набором букв, ничем не помогал. Уилл вводил это слово целиком, с пробелами между каждой буквой, задом наперед, пытался перевести… Без толку.

Если стикер что-то и значил, скорее всего, к паролю он не имел никакого отношения.

К утру он уже не был в состоянии думать. Любая мысль вызывала лютую головную боль, убрать которую не выходило ничем. В былые дни ему удавалось не спать несколько дней подряд, и мама частенько говорила, что скоро это пройдет. Ему постоянно угрожали тем, что с возрастом уже не будет так легко бодрствовать. И всё же парнишка думал, что это время наступит после пятидесяти, а не в семнадцать.

Услышав звук очередного уведомления, тот был готов вышвырнуть телефон в окно. На экране высветилось сообщение от Кайли: «Сегодня придешь на репетицию?»

Неожиданно для самого себя он испытал невыносимый стыд. Сердце сжалось от одного вида имени подруги. Она всё еже желала видеть его на репетиции. Прошлым днем он вел себя слишком громко. Уилл понимал – не стоило набрасываться на нее. И дал себе твердое обещание, что извинится в этот же день.

***

Как и всегда, в актовом зале стоял гул. Подростки даже во время репетиции не могли стоять тихо – особенно танцевальный клуб. Но стоило Кайли сделать им хоть малейшее замечание, как репетиция прерывалась на «скандальную паузу». Кто-то начинал высказывать ей недовольство, поднимал тон, актеры останавливались, чтобы как следует насладиться процессом спора.

«Пусть делают, что хотят» - так она решила сегодня.

Помимо одногодок у нее было море других раздражителей. Взять хоть эту противную мигающую лампочку! Она сбивала весь настрой. Выглядело так, словно электричество азбукой Морзе пытается передать: «Кайли, тебе это не надо, иди домой».

– Как же я хочу спать! – Слова сами слетали с ее губ всякий раз, как в голове заканчивались мысли. К счастью, этого почти никогда никто не слышал.

Этой ночью ей не удалось выспаться. Как и все предыдущие. Стоило ей закрыть глаза, как перед ними вставал тот, видеть кого хотелось лишь наяву.

Уинстон навещал ее во снах в чаще, в самых разных образах. Она видело его лицо и в прохожих, и даже в мимо пролетающих по ветру пакетах. И больше всего о нем напоминала эта дрянная лампочка. «Будь он здесь – он бы помог» - Кайли прекрасно это понимала. Кто, как не Уинс, решил бы эту пустяковую и в то же время невыполнимую задачу? Школьного завхоза не допросишься, учеников тем более, а сама она в жизни туда не полезет. Если вдруг она упадет и сломает ногу – выступление можно будет похоронить.

Песня «Фиодосия» подходила к концу. Уилл был на высоте. В этой сцене он должен был обнимать кучку полотенец, глядя на них со всей любовью, как на собственное дитя. По его движениям нельзя было понять, старается ли он. Всё было естественно. Именно по этой причине он получал главные роли. А вовсе не потому что они были друзьями, как многие думали.

Всё дело в таланте.

Музыка постепенно утихала, пока полностью не растворилась в тишине. Наконец, все замолчали, даже те, у кого было, что обсудить. Уилл уложил «своего сына» в кровать – в тот момент никто уже не сомневался в существовании ребенка – и сел рядом, не сводя глаз с полотенец.

Тем временем Джон Лоренц лег перед сценой. Обычно на этом этапе репетиций Уинс выключал свет, и поворачивал на него прожектор…

– Александр, тебе пришло письмо из южной Каролины. – Объявила его жена.

– Это от Джона Лоренца, прочту позже! – Ответил беспечный Гамильтон. Уилл мило улыбался, направляя взор на детскую кроватку. Будто бы не зная, что последует за этими репликами.

Лоренц лежал перед сценой, готовясь к последнему вдоху. Одна из самых ответственных сцен.

Услышав о том, что его лучший друг не отправлял письма, – а из тех мест, откуда оно пришло, мог отправить лишь один человек – Уилл вскочил с места. Он сделал это бесшумно, не нарушив атмосферы. И почти так же тихо сел обратно.

– Прочтешь его? – Прошептал тот, затаив дыхание.

Элайза развернула письмо и принялась читать. Словами не передать, сколько Кайли пришлось биться с этой девчонкой ради получения нужной интонации. Актриса каждый раз начинала рыдать по середине повествования или размахивать руками. Такое чувство, будто она специально перенимала на себя все внимание, полностью забирая славу у главного героя. Именно Уилл должен был выражать горечь.

И он делал это молча. Услышав известие о смерти лучшего друга, он безмолвно смотрел на свою жену. Ничего не выражающее побледневшее лицо работало куда лучше всяких этюдов руками.

По его щеке прокатилась скупая слеза. Это был первый раз на ее памяти, когда Уилл так отдавался репетиции. Обычно плакать он позволял себе лишь на самом выступлении.

Пошатываясь, разбитый мужчина дошел до своей жены, положил руку на ее плечо, и сухо произнес:

– У меня еще столько дел…

Одна эта фраза говорила о Гамильтоне больше, чем все предыдущие сцены.

Элайза повернулась к мужу и хотела взять его за руку в ответ, но тот уже пошел дальше. Массовка незаметно от всех спрятала «младенца». Уилл ушел за сцену.

Саундтрек следующей сцены разогнал гробовую тишину. Аарон Бёр бодро выбежал на сцену, активно разгоняя грусть.

– После войны я вернулся в Нью-Йорк! – В этот момент должен был вступить Уилл. Бёр долго смотрел в его сторону, ожидая появления товарища. Но время шло, музыка бежала вперед. Нужно было продолжать. – Я закончил обучение и стал юристом…

И снова тишина. Уилл всё еще сидел за сценой.

– Уилл! – Крикнула Кайли, стараясь перебить музыку. – Уилл, твой выход!

Она подошла к сцене, наклонилась вперед и заглянула закулисы. Ее лучший друг стоял у стены, глядя прямо перед собой. Вряд ли он смотрел на что-то конкретное. Скорее всего, того занимала сцена целиком. По тому, как быстро поднималась и опускалась его грудь, было понятно, как тяжело ему далась последняя сцена. Он едва стоял на ногах.

Кайли вставила два пальца в рот и громко свистнула. Наконец, мелодия прервалась, и стало чуточку тише.

– Ладно, перерыв!

– Сколько? – Спросил Бёр.

– Минут пятнадцать. Сходите, перекусите!

Команда облегченно выдохнула. Танцоры быстро разбежались кто куда. Певцы разошлись по мягким стульям для зрителей, где обычно поднимали ручки и ложились. Эти ребята двигались меньше всех, но почему-то уставали так, будто своим голом двигали мебель.

Вскоре в зале осталось совсем мало людей, и те, кто все еще был в помещении, вряд ли слышали разговор этих двоих.

Кайли поднялась на сцену.

– Не надо было всех разгонять, – заявил вдруг Уилл, – я просто задумался. Теперь зря время потеряем.

– Им нужно было передохнуть. И тебе тоже.

– Со мной всё в порядке.

Он сел на бутафорскую бочку и небрежно раскинул ноги в разные стороны. Опорой под спину служила лишь жесткая стена, но, судя по лицу парня, ему и того было достаточно.

– Ты выглядишь уставшим… – Она искренне беспокоилась за друга и уже устала пытаться показать ему это. Все равно ее волнение ничего не меняло. И как будто бы делало хуже…

– Я не спал сегодня.

– Понимаю. Я постоянно просыпаюсь.

– От чего?

Он посмотрел на нее с неподдельным любопытством. «От того же, от чего и ты не можешь уснуть» - хотела ответить та, но вовремя передумала. Ситуация с Уиллом сломала не только ее. И всё же упоминать лишний раз о том не хотелось.

Вопрос остался без ответа и, кажется, Уилл вообще забыл о том, что его задал.

– Нам действительно нужна эта сцена? – Сказал вдруг он. – Она предпоследняя в акте. Если ее убрать, ничего особо не поменяется. Джон Лоренц важен только первую половину пьесы, а дальше – всё. Надо ли устраивать эту слёзедавилку ради пары секунд?

– Это же ключевой момент в развитии персонажа!

– И что? – Фыркнул Уилл. – Второй акт мы ставить не будем. Даже если представить что смерть друга как-то влияет на моего героя, то карая, блин, разница? Дальше об этом не упоминается. Гамильтон сразу же начинает петь, танцевать и писать конституцию. Кому вообще есть дело до Лоренца?

– Мне есть дело… Он мой любимый герой.

– Потому что пытался освободить черных от рабства?

Кайли почувствовала в этой фразе скрытый подтекст. Но за все годы дружбы Уилл ни разу не затрагивал тему расс, так что изменилось теперь?

– И поэтому тоже.

– Круто! Значит, сцена с Лоренцем важна потому что… Потому что – что? Он тебе нравится. Этого достаточно?

– Почему ты злишься?

– Мне приходится переживать все эти чувства. А зрители поймут хотя бы часть из этого?

– Они почувствуют.

– Да прям таки! Я чувствую. Я вживаюсь в роль и ощущаю на себе смерть лучшего друга. Я страдаю, Кайли! Никто другой, даже сам Джон Лоренц, так не выкладывается! И всё ради чего? Чтобы несколько человек в зале сделали грустное «хм-м-м», и мы тут же перебросили их в веселые будни политика?

– Опустив эту сцену, мы пожалеем. Повествование превратится в манную кашу. Никаких больше эмоций, кроме радости, от победы над Англичанами и до самого финала. Слишком монотонно…

– Вся жизнь монотонна! – Закричал он. – Мы должны каждую сцену менять настроение, плясать и бегать, чтобы кому-то там было повеселее! Кого мы веселим? Зачем?

Она не знала, как на это реагировать. Казалось, Кайли выпускает из вида что-то очень важное. Но что именно – понять невозможно.

– Это театр, Уилл… Мы должны развлекать людей, в этом весь смысл.

Его выпученные, как два блюдца, глаза смотрели прямо в душу. В тот самый момент она окончательно поняла, что они говорят на разных языках.

Паренек вдруг громко рассмеялся. Он зажмурился, закрыл лицо руками и поджал ноги поближе к туловищу. Из его груди вырывались отрывистые вздохи. Уилл едва удерживал равновесие, так и стремился свалиться на бок.

– Извини! – Сдавленно произнес тот, вытирая капельки слезинок с щеки. – Я что-то совсем… Ух. Может, мне пойти домой?

С одной стороны, это казалось хорошей идеей. Придя домой, он избавится от гнетущей атмосферы репетиции. А с другой – нет никакой вероятности того, что этот парень позволит себе отдохнуть. Скорее всего, он продолжит поиски приведений на своих сомнительных сайтах.

Пока она думала, тот уже влез в телефон. Как и любой другой подросток в непонятной ситуации…

– Слушай, Уилл, я понимаю – это всё сложно.

– Невозможно.

– Хорошо! – Она была согласна на любую театральщину, лишь бы тот дал ей договорить. Хочет ныть весь день – его право, но пускай делает это на сцене. – Переживать всё то, что чувствует Гамильтон – это просто невозможно. Но поэтому я и прошу об этом тебя! Ты наш лучший актер. Ты привык делать невозможное.

В таком деле главное – не пережать. В нынешнем состоянии Уилл навряд ли сможет найти в себе силы для пафоса, но в прошлые времена после таких речей он месяцами не мог снять воображаемую корону с головы.

– Давай вернемся к работе. Ведь, если не ты, то откуда люди из зала узнают, что у Александра Гамильтона в жизни были не только бесконечные победы, но и огромные потери?

«Отлично, вот так подходит!» - подумала она.

Он смотрел куда-то в сторону. Даже в такие моменты он оставался актером и томно смотрел в пустоту. Так и хотелось подсказать ему текст, напомнив о том, что драматическая пауза затянулась.

Но вдруг она поняла… Уилл просто не слушал.

– Ау! – Почти крикнула она.

– Извини. – Внезапно очнулся тот, поспешно убирая телефон в карман. – У меня тут просто… В общем, задумался. Но я тебя услышал.

– Что там такое?

– Гора чатов, еще и Ноилз названивает…

Он сделал глубокий вдох, будто пытался всасать всё помещение, и закрыл глаза. Затем, проведя по лицу ладонями, он застонал.

– Я много думаю, и меня это пугает.

– Не переживай. Главное помни – странный голос в твоей голове принадлежит тебе самому, пусть тебя это не пугает. – Усмехнулась Кайли.

– Я еще не забыл, что такое думать, спасибо! – Он поднялся с бочки и прошел чуть вперед. – Не знаю, как это объяснить. Хотя заметить стоило и раньше. Даже то, что ты говорила, всё указывало на это.

Она сделала небольшой шаг назад. Уилл разговаривал с ней так, будто она должна была понять его с полуслова. Начав повествование с середины, он только сильнее ее запутал.

– А что я говорила?

– Уже не важно. Здесь и так всё понятно. Неприятно, конечно, что змея всё это время была под боком… Хотя, что тут поделаешь?

Он прошел мимо нее, подобрал что-то с пола, – судя по шуршанию листов, это был сценарий, – и пошел дальше.

Кайли не сдвинулась с места. Перед глазами моментально всплыло сообщение, полученное от Уинстона в ту самую ночь. Полиция объявила дело закрытым, признав случай самоубийством. Уилл сомневался в этом больше всех.

Но сейчас замолчал, хотя совсем недавно был готов кричать своё мнение на каждом углу. Для этого могло быть всего два объяснения. Либо ему удалось успокоиться и принять реальность такой, какова она есть, либо же он нашел, кого винить.

Сердце вздрогнуло, словно пыталось пробить ребра. Ей стало очень трудно дышать. Вновь всплыло воспоминание с тех страшных фотографий. Полицейские показывали ей их с такой легкостью, как будто сразу знали, что к чему.

Веревка. Это был ее последний подарок для Уинстона, и кто же мог знать, что именно так он ею воспользуется? Сама Кайли и предположить не могла, что Уинс думал о таком.

Но Уилла не было с ними в тот день. Никто не видел, как она отдавала ему коробку, и вряд ли перед смертью Уинс сделал для братца селфи. Так что тому не откуда было узнать про веревку…

– Ты идешь? – Крикнул ей Уилл.

Она подскочила на месте. «Держи себя в руках! – Сказала она себе. – Боятся только виновные, а ты ничего не сделала»

Девушка заставила себя улыбнуться. Развернувшись к другу, она попробовала угадать, о чем тот думал. Во взгляде не читалось ненависти, отвращения, призрения или даже обиды. Лишь усталость от репетиции.

Сойдя со сцены, она заметила, что большинство актеров вернулись на места. Певцов растолкали танцоры и заставили подняться.

– Все отдохнула? – Оживленно крикнула Кайли. – Давайте продолжать. Финальная песня, и по домам!

Она свалилась в свое кресло от бессилия. Заиграла музыка, и больше на нее никто не смотрел. Каждый был занят своим делом.

Но только саму Кайли больше не волновал никакой спектакль. Ей лишь хотелось узнать, что имел ввиду Уилл, говоря о змее. «Он не знает!» - убеждала себя она. На сцене этот парень мог изобразить все что угодно, но, что касалось реальной жизни, он был проще обеденной вилки. Скрыть обиду или зависть было для него не легче, чем пробежать марафон с завязанными глазами.

И всё же…

Нужно было подготовиться к серьезному разговору. Подобрать аргументы, составить план извинения и заучить его так, чтобы всё это не смотрелось как очередной спектакль. Но даже так не было никакой гарантии на прощение.