Волшебный хоккей - Шайбир

Пролог

– Этот ещё почему тут? – взвизгнул неприятный капризный тенорок. – Нельзя человека! Не положено!

– Не твоего ума дело, – ответствовал ему раскатистый бас. – Раз смог проникнуть, значит так надо. Мы не решаем, а лишь исполняем. Шайбир провёл – с него и спрос.

– Да что он о себе вообразил, шайба говорящая! – снова взвизгнул неприятный голос. – Наш Чемпионат уже больше века закрыт для людей! Потому как, все знают – им нельзя доверять!

– Быть может, пришло время снять запрет, – примирительно проворчал в ответ бас. – Угомонись, ведь не нам с тобой решать.

– Ну уж нет, я этого так не оставлю! – снова заскандалил капризный тенорок. – По ветру развеюсь, но не допущу этого к Чемпионату!

– Чего так разошёлся-то, это всего лишь претендент, – теряя терпение, рявкнул на собеседника бас. – Не факт, что он выдержит отбор. А уж ежели выдержит…

– Не выдержит! – твёрдо перебил тенор. – Я за этим лично прослежу!

– Увы, мой друг, это тоже не тебе решать, – не менее твёрдо возразил бас.

Глава 1 – Неудачники отбора

Снегопад закончился так же неожиданно, как и начался. Только что сплошным потоком валили пушистые хлопья, пряча улицы за снежной завесой, и словно по взмаху волшебной палочки воздух разом очистился.

Белая пелена обернулась обыденным городским пейзажем. Cлева угрюмыми великанами выстроились жёлто-серые девятиэтажки. А справа растрёпанными метелками торчали из снега одинокие деревья и кустарники.

О грандиозном снегопаде напоминало лишь пушистое белое одеяло, заботливо укутавшее всё вокруг.

– Уф! Наконец-то, – шумно выдохнул Денис, отводя от лица руку в заснеженной рукавице, – я уж думал – снег никогда не кончится.

– Только посмотрите, на кого мы стали похожи, – откликнулась идущая рядом Лена. – Настоящие снеговики. Скорее, отряхивайтесь. – И, подавая пример, девочка начала сбивать снег с пальто.

Денис, бросив под ноги клюшку, тоже стал отряхиваться обеими руками.

– Сами виноваты, – донёсся сзади запыхавшийся голос третьего друга – отставшего Егора. Мальчик нагнал остановившихся ребят и, ворча, как старый дед, принялся выбивать снег из складок пуховика: – Говорил же, нечего нам там делать. Не послушали. Попёрлись ни свет, ни заря в воскресенье на дурацкий отбор. Да ещё меня уговорили. А могли бы сейчас спокойно спать дома под тёплыми одеялами.

– Тебе бы только спать, лежебока, – беззлобно хихикнула Лена. – Посмотри: какое утро замечательное. И снег уже закончился.

Словно в подтверждение её слов, сквозь затянувшую небо серую пелену облаков проглянул кругляш холодного зимнего солнца. Прыснувшие лучи мириадами брильянтов заискрились на выпавшем снеге. От яркого света стало больно глазам, и друзья дружно зажмурилась.

Возникшая немая сцена позволила хорошенько рассмотреть каждого из ребят.

Достаточно высокий для своих лет Денис Андреев из-за худобы и привычки сутулиться выглядел чуть ниже своего роста. Сейчас, под зимней одеждой, тощие бока и тонкие, как плети, руки были незаметны, но летом почти прозрачное тело мальчика, казалось, мог подхватить и унести резкий порыв ветра. Однако первоначальное впечатление хиляка развеивалось в пух и прах, стоило поближе сойтись с мальчуганом. За неказистой внешностью скрывался неуступчивый, упрямый характер. Худоба компенсировалась увёртливостью и жилистостью. Скуластую физиономию мальчишки нельзя было назвать красивой, но в сочетании с чёрными кудряшками волос и лукавым прищуром карих глаз, она превращалась во вполне симпатичную рожицу непоседы и проказника.

Лена Кузина заметно уступала спутникам ростом, но в силе и ловкости, порой, их даже превосходила. Отличной спортивной формой девочка была обязана родителям, записавшим её в семилетнем возрасте в секцию фигурного катания. И хотя полгода назад из-за травмы Лена перестала тренироваться, закалка предыдущих лет в спорте выручала и по сей день. Будучи по характеру пацанкой, девочка во всём старалась быть наравне с мальчишками. За это друзья её любили и уважали. Яркие внешние данные – огромные зелёные глаза и густая копна рыжих волос – на улице выделяли девочку из людской толпы, а на уроках, как магнитом, притягивали внимание учителей. Частые вызовы к доске вынудили непоседу Лену всерьёз заняться учёбой и прибиться к компании отличников Дениса и Егора, которые очень удачно оказались соседями по подъезду.

Егор Тягунов рядом с друзьями казался пухлым бобром на фоне парочки поджарых сусликов. Он был одного с Денисом роста, но, в отличие от худышки друга, выглядел, наоборот, чересчур раскормленным. До заплывшего жиром толстяка, конечно, было ещё далеко, но мальчик на всех парах стремился к этому опасному финалу. С пяток лишних килограмм прямо сейчас сбросить ему точно бы не помешало. На круглом, как луна, лице, с ёжиком коротко стриженных русых волос, висели прямоугольные профессорские очки в чёрной оправе. Из-за излишков веса и плохого зрения Егор был для друзей вечным тормозом и обузой. Куда бы они вместе не пошли, он всегда плёлся в хвосте. А в подвижных играх первым жаловался на усталость и требовал отдыха. Но все эти минусы с торицей компенсировала выдающаяся эрудиция. Тягунов прочёл целое море книг, был великолепным рассказчиком и мог отыскать ответ на самый заковыристый вопрос. Проводить время в обществе Егора было жуть как интересно – за это друзья его и ценили.

Всем троим было по одиннадцать лет. Они сдружились ещё в первом классе, и вот уже пятый год считались неразлучной троицей. Произведя несложный расчёт, легко догадаться, что сейчас Денис, Лена и Егор были пятиклассниками.

Ах да, вот ещё что – у каждого из друзей, разумеется, имелось школьное прозвище. Денису Андрееву здесь повезло, у него было самое безобидное – Дэн – по сути, его собственное имя, переиначенное на английский манер. Производным прозвища Лены Кузиной послужила фамилия, из которой, путём перестановки ударения, получилась Кузиʹна – эдакая ничейная двоюродная сестра. И самое забавное прозвище было у Егора Тягунова, причём, прилепилось оно с лёгкой руки его мамы. Как-то раз, когда малец Егорка учился ещё в первом классе, мама, призывая заигравшегося во дворе сына на ужин, несколько раз неосмотрительно выкрикнула с балкона сокращённое имя – Горка. Острая на язык детвора тут же ухватилась за такой подарок судьбы, слегка его видоизменила, чтоб стало забавней, – и результатом совместного творчества приятелей Егора стало зловеще-сказочное Горыныч.

Проморгавшись и привыкнув к ярким бликам вокруг, друзья закончили отряхиваться и двинулись дальше.

– Вот вечно ты, Егор, всем не доволен, – возобновляя разговор, укорил друга Денис. – Посмотри на случившееся с другой стороны. Да, нас не взяли в команду. Но мы всё равно отлично провели время. В хоккейной форме сыграли на площадке, как настоящие хоккеисты. Вспомни, как Лёху Длинного у всех на глазах о борт припечатал. А ведь он года три в секции с Куницыным занимается. Разве ж это было не здорово?

– Ага, здорово, – скривился, как от кислого лимона, Егор. – Мне за это Юпитер очко штрафное записал. А Лёха потом весь остаток пятиминутки мстил. Только умеючи – силовыми приёмами. За которые, в отличие от нас, ещё и набирал очки в зачёт. Я пять раз из-за него на льду оказывался и тоже у всех на виду. Просто чудо, что без перелома обошлось. До сих пор спину ломит и оба локтя сплошной синяк, несмотря на налокотники.

Это утро друзья вместе со сверстниками из своего и параллельных классов провели на недавно залитой школьной хоккейной площадке. По приглашению учителя физкультуры Юрия Петровича Цветкова – за выдающиеся физические данные и подходящее сочетание имени-отчества прозванного учениками Юпитером – ребята участвовали в ежегодно проводимом отборе в школьную хоккейную команду. Из трёх пятых классов физрук, он же в будущем тренер формирующейся команды, выбрал два десятка наиболее перспективных мальчишек. Хотя девочки тоже были допущены для участия в отборочном конкурсе, с ними консерватор Юпитер, свято верящий, что хоккей мужская игра, предпочёл не связываться.

– А ты чего хотел – хоккей жёсткая игра, – развёл руками Денис. – Меня тоже и по рукам клюшкой задевали, и на лёд швыряли. Но я забыл о синяках. И ты забудь. А вспомни лучше, как пас мне выдал через всю площадку, и я гол Фимке забил.

– Только его не засчитали, – снова очернил радостное воспоминание Егор. – Ты был в положении вне игры. Фимка, в отличие от нас, лопухов, это нарушение мигом просёк и специально не стал ловить шайбу. Чтобы потом за забитый не по правилам гол на тебя лишнее штрафное очко записали.

– Да ну тебя, зануда, – отмахнулся Денис и переключился на подружку: – Кому по-настоящему должно быть обидно, так это нашей Ленке. Она быстрее всех на площадке стометровку пробежала, даже самого Куницына обставила. А Юпитер всё равно не взял её в команду. Где, спрашивается, справедливость?

– Брось, всё честно, – неожиданно возразила Лена. – Я на физрука не в обиде. По правде сказать, хоккеисты из нас троих получились бы никакие. Во дворе шайбу гонять ещё сгодимся, а для заявленной на городском турнире команды стали бы обузой… Я же участвовала в соревнованиях, пусть по другому виду спорта, но это не важно. Принцип везде одинаковый. Когда кто-то в команде не дотягивает до общего уровня – это плохо для всей команды.

– Говори за себя, мы с Егором уже не первый год в хоккей гоняем и вполне дотягиваем, – возмутился Денис. – Егор, скажи.

– Дэн прав, – поддержал Егор. – На коньках мы катаемся вполне сносно, только пока не имеем навыков игры по правилам. Но на тренировках нас бы научили, и в игре мы бы не подвели.

– Видела я сегодня, как вы вполне сносно гоняете, – рассмеялась Лена, ещё больше задоря мальчишек. – Только вперёд, как бараны, с высунутыми языками.

– Сама ты – как баран, – фыркнул Денис.

– Лен, ну ты чего, – проворчал Егор.

– Простите, если обидела, но сказала, как есть. Я, к примеру, с клюшкой не умею обращаться. Ну а ваше слабое место – техника катания. Вы не можете быстро развернуться, не умеете ездить задом, да чего там, даже тормознуть резко не знаете как.

– Конечно, куда нам, убогим, до вас профессионалов, – всплеснул руками Денис, – мы ж три года фигурным катанием не занимались!

– Что за детский сад! – возмутилась Лена. – Не хотите слушать правду, пожалуйста, считайте себя незаслуженно засуженными Юпитером. А я останусь при своём мнении. И пока не поругались, давайте сменим тему.

– Ну уж нет, – упёрся задетый за живое Денис. – Сейчас мы тебе докажем, что умеем играть… Егор, айда за мной.

К тому времени друзья уже свернули с тротуара в проулок между домами и теперь шагали по большому внутреннему двору, со всех сторон огорожённому длинными девятиэтажками. Денис потащил друга к очень кстати оказавшейся на пути старой хоккейной «коробке».

Глава 2 – Потерянная шайба

Добежав до дощатого бортика, друзья разделились. Худышка Денис с ходу запросто через него перемахнул, а Егор потрусил ещё метров десять вдоль и проник внутрь через скрипучую калитку. Побросав клюшки, ребята стянули с плеч рюкзаки, достали коньки и уселись прямо на заваленный снегом лёд переобуваться.

Когда к борту «коробки» приблизилась Лена, оба мальчика уже стояли на коньках и энергично расчищали от снега клюшками кусок льда в середине катка.

– Вот, смотри! – Заметив подошедшую подружку, Денис бросил снег и рванул к одинокой зрительнице.

Стартовав и неплохо разогнавшись на расчищенном пятаке, он значительно потерял в скорости, въехав в сугроб перед бортом. На снегу опорный конёк повело в сторону, и качнувшемуся мальчику чудом удалось сохранить равновесие.

Разгадавшая замысел друга Лена поспешно замахала руками, призывая остановиться. Но Денис, приняв отчаянную жестикуляцию за испуг, ещё больше утвердился в намерении довести задуманное до конца. Он затеял, разогнавшись, лихо тормознуть у самого бортика и окатить задаваку снегом из-под коньков.

Денис не раз видел подобный фокус в исполнении Мишки Куницына, однако до сего дня не решался повторить. Мешал авторитет Куницына, целых три года отзанимавшегося в хоккейной секции. То, что на льду вытворял Мишка, порой не решались повторить даже его приятели, так же обучавшиеся в секции мальчишки. Куда уж до них самоучке Дэну. Но сейчас, распалённый упреками подружки, Денис позабыл о страхе и решился на рисковое торможение.

Ему повезло, больше коньки на запорошенном льду не проскальзывали. В метре от борта он резко развернулся боком и впечатал оба лезвия в лёд. Правое, соскочив, бестолково заскользило дальше по снегу, но левое вошло в лёд как надо и, срубая ледяную стружку, стало гасить набранное ускорение.

У него почти получилось! Как и хотел, из-под коньков на Лену брызнул настоящий снежный фонтан. Но из-за сорвавшегося правого чётко затормозить не вышло, и Денис все же хорошенько приложился о борт.

Старые доски жалобно скрипнули, въехавший в них мальчик не устоял и плюхнулся на лед. А сверху заслуженной наградой резанул по ушам визг засыпанной снегом девчонки.

– Дэн, ну ты даёшь! – донёсся сзади восхищённый голос Егора. – Я и не знал, что ты так можешь! Научишь?

– Научу, научу, – проворчал в ответ Денис, потирая ушибленное плечо.

За бортом послышался шум падения, оборвавшего девчачий визг.

– Лена, что с тобой? – позабыв об ушибе, Дениса мигом вскочил на ноги.

Лена валялась на снегу и задорно хохотала уже над своим неуклюжим падением. Смех подружки оказался настолько заразительным, что сперва Денис, а потом и подъехавший Егор, присоединились, не дождавшись объяснений.

Наконец, отсмеявшись, Лена поднялась на ноги, наскоро отряхнулась и удовлетворила безмолвное любопытство друзей:

– Мне когда снег в лицо полетел, я попыталась увернуться. Попятилась назад, наступила ногой на что-то скользкое и грохнулась.

– Ну и чего тут смешного? – разочарованно проворчал Егор. – Ты не ушиблась?

– Нет, конечно, я ж на мягкий снег упала, – заверила Лена. – А засмеялась, потому что вспомнила лицо Дэна, когда он понял, что столкновение с бортом неизбежно. У него нос так смешно сморщился. – От повторного воспоминания девочка снова захихикала.

– При чём тут мой нос! – возмутился обиженный Денис. – На себя посмотри. Вон, все брови в снегу. Егор, скажи, классно я её окатил. Будет знать, как насмехаться. А то тормозить резко мы не умеем.

– Это не умение, а везение, – возразила непреклонная подружка. – Спасибо скажи, что о борт не разбился. Я же видела, как тебя в сторону повело перед торможением.

– И вовсе не повело, это ты из вредности придумываешь, – насупился Денис. – Из-за того, что снег тебе в лицо полетел.

– Ничего я не выдумываю. Ты чуть не грохнулся. Егор, между прочим, тоже видел. Скажи, Егор.

– Вот-вот, друган, подтверди, что я нормально ехал.

Оказавшийся меж двух огней Егор, дабы никого не обидеть, поспешил откреститься от спора, заявив, что был занят уборкой снега и ничего толком не рассмотрел.

– Лена, а что это чернеет у тебя под ногами? – спросил он, в надежде отвлечь друзей и увести от неприятной темы взаимных претензий.

– Ага, вот и причина падения, – радостно защебетала Лена, поднимая и оттирая от снега большую чёрную шайбу. – Ух ты, какой забавный смайлик нарисован.

И впрямь, на чёрной и блестящей после стёртого снега поверхности упругого резинового диска была искусно вырезана забавная рожица в виде широкой дуги-рта, пары бусинок-глазок и аккуратной галки-носа по центру.

– Наверное, жалко потерять такую красатулю, – продолжила упиваться находкой девочка. – Видимо, кто-то играл в хоккей, не рассчитал удар, она выскочила за борт и потерялась в снегу. Только странно, почему её сразу не подобрали – она ж лежала совсем рядом с бортом. И снег здесь совсем неглубокий.

– Ничего странного, если предположить, что играли вечером при свете уличного фонаря, – тут же придумал логичное объяснение умник Егор. – Днём бы её, конечно, нашли, а вечером ведь всюду темень. Единственный фонарь, как видите, над другой стороной площадки. Когда он горит, в этой части, за бортом, самая густая тень. А шайба после падения зарылась в снег, пусть даже и не глубоко. Но в темноте её стало совершенно невозможно отыскать.

– Да, пожалуй, так оно и было, – кивнула Лена.

– Какая разница так – не так, – вмешался Денис. – Мы нашли потерянную шайбу, значит теперь она наша. И точка! Хватит её тискать, словно куклу. Давай сюда. Сейчас мы с Егором её погоняем. – Он выхватил находку из рук подружки и рванул на расчищенную середину площадки.

Когда подъехал Егор, Денис, имитируя сбрасывание, швырнул шайбу на лёд межу скрещенными клюшками, и оба мальчишки с энтузиазмом принялись за дело.

Яростно сопя, они сцепились клюшками в борьбе за зажатую шайбу. Более тяжёлый Егор выиграл единоборство, оттеснив Дениса плечом. Но и метра не успел проехать, как был атакован. Денис подловил Егора на неумелом ведении, перехватил шайбу, и тоже ненадолго. Стараясь оторваться от преследующего по пятам Тягунова, зацепился коньком за конёк и ухнулся на лёд. Шайба снова вернулась к Егору. Денис после падения тут же вскочил на ноги и, не отряхиваясь, бросился за другом вдогонку.

Так хоккейный снаряд и переходил с клюшки на клюшку, не задерживаясь у одного мальчишки дольше пяти секунд.

Лена, про себя от души потешаясь над неуклюжей борьбой друзей, вслух весело подбадривала то одного, то другого, призывая не сдаваться и изо всех сил бороться за улыбчивый чёрный диск.

Друзья так увлеклись игрой, что не заметили, как к «коробке» подкатила большая компания мальчишек с коньками и клюшками. Лена даже вздрогнула, когда после очередного взаимного падения Егора и Дениса над ухом раздался хорошо знакомый издевательский голос:

– Даже коровы в цирке на коньках лучше катаются.

В поддержку злых слов тут же грянул дружный подхалимский хохот.

Глава 3 – Шайка Куницына

Не обращая внимания на испуганно съёжившуюся у борта Лену, мальчишки друг за дружкой ловко перепрыгнули через дощатое ограждение «коробки». И так же, как до них Денис и Егор, побросав клюшки, уселись на засыпанный снегом лёд и стали менять ботинки на коньки.

Задиристая шестёрка незваных гостей была хорошо знакома нашим героям. С Денисом, Егором и Леной все они учились в одном классе. И учились, прямо скажем, совершенно отвратительно – с трудом перебиваясь с двойки на тройку. В их случае поговорка: «Сила есть, ума не надо», – попадала, что называется, не в бровь, а в глаз. Придирки учителей, недовольных их успеваемостью на уроках, двоечники вымещали издеваясь и зло подшучивая над одноклассниками на переменах.

Вожаком шайки школьных хулиганов был Миша Куницын. На вид обычный мальчуган, среднего роста. Отнюдь не богатырского телосложения. Среди приятелей-хулиганов имелись гораздо более примечательные личности. Однако именно Мишка в классе считался самым отпетым задирой и забиякой, и пользовался среди одноклассников таким зловещим авторитетом, что за пять лет учёбы никто не рискнул придумать Куницыну прозвища. Хотя сам Мишка лично «осчастливил» кликухами добрую половину одноклассников. Это он только что так жестоко высмеял игру Дениса и Егора. И, как ни в чём не бывало, первым перелез через борт «коробки», ничуть не опасаясь получить от обиженных друзей в глаз. Мишка знал, что зубрилы-отличники до дрожи его боятся, и ни за что не рискнут схлестнуться с ним, даже будь он один. А уж когда за спиной пятеро верных приятелей, и подавно. В этом-то и заключалась разница между ними – парой затюканных ягнят и зубастым волчонком. Куницын ни за что не снёс бы оскорбления и бросился бы в драку даже с шестерыми. Он вовсе не был самым сильным, но отчаянная смелость и природное нахальство делали его лидером среди сверстников.

Под стать главарю шайки были и его верные дружки-приятели. Ближайшими подручными Куницына считались двое тёзок-однофамильцев – Алексеев Волковых. Внешне мальчишки были совершенно друг на друга непохожи, но из-за схожести имён и фамилий, при вызове одного из Волковых к доске, в классе всегда возникала уморительная путаница. На призыв учителя подрывались оба, и начиналась веселуха: «Эй, Волков, а ты куда, ну-ка сядь на место! Да не ты, а ты! Алексей, долго будешь испытывать моё терпенье! Живо к доске! Да вы что, издеваетесь надо мной, почему снова вдвоём встаёте!». У одноклассников подобной чехарды при общении с тёзкам не возникало. В первый же день знакомства с Волковыми проблему общения решил Куницын, наградив каждого характерным прозвищем. С его лёгкой руки вместо двух Алексеев Волковых в классе появились Лёха Длинный и Лёха Коротыш.

Лёха Длинный, как несложно догадаться по прозвищу, был высоченного роста. На линейке перед уроком физкультуры он стоял первым номером. Эдакий смуглокожий и черноволосый юный великан. Несмотря на характерную для рано вытянувшегося мальчишки худобу, он был плечист и невероятно силён. Единственный в классе Лёха Длинный мог одной рукой выжать над головой большую шестнадцатикилограммовую гирю, причём каждой рукой – левой два раза, а правой аж шесть раз.

Лёха Коротыш, опять же, как несложно догадаться по прозвищу, был маленького роста. Русой макушкой он едва дотягивал до груди тёски-однофамильца. Несмотря на невысокий рост, Коротыш был крепким и сильным мальчишкой. Он, как и лидер Куницын, слыл задирой и обожал драться. В характерных для первых школьных классов частых кулачных дуэлях со сверстниками Коротыш многократно выходил победителем против более высоких противников.

Ещё один член шайки Куницына – Марсель Валиулин – будучи чистокровным татарином, получил от главаря Мишки прозвище Француз. Своё решение Куницын обосновал схожестью необычного имени Валиулина с наименованием большого французского города. Кроме густой шевелюры иссиня-чёрных волос и чуть раскосых карих глаз, во внешности мальчика больше не было ничего примечательного. Обычный одиннадцатилетний пацан, среднего роста, среднего телосложения.

В отличие от неприметного Француза, четвёртый приятель Куницына – Фима Кувшинников – был даже чересчур заметен. Обладая от природы широкой костью, он мог бы иметь богатырское телосложение, но, из-за болезненной склонности к ожирению, вместо крепких мышц, по могучему скелету квашнёй растекались жирные телеса. Его производное от фамилии прозвище – Кувшин – прекрасно сочеталось с пузатой и толстобокой, как вышеозначенный сосуд, фигурой. Вечно красное, толстощёкое и прыщавое лицо Фимы постоянно лоснилось от пота, а сальные волосы цвета лежалой соломы неподдающимися расчёске вихрами торчали во все стороны. Несмотря на кажущуюся со стороны неуклюжесть и неповоротливость, Фимка, при необходимости, мог стать фантастически проворным. Благодаря этому ценному качеству во втором классе толстяка приняли в хоккейную секцию, и за три года превратили во вполне приличного вратаря.

Последним, шестым членом шайки Куницына, был Серёга Крюков – голубоглазый блондин по прозвищу, разумеется, Крюк. Ну а какое ещё, скажите на милость, может быть прозвище у мальчишки со столь выразительной фамилией. Он был высокого роста – на линейке стоял вторым следом за Лёхой Длинным – худощавый, узкоплечий, с непропорционально длинными, на фоне короткого туловища, руками и ногами. На его вытянутом, как у кузнечика, продолговатом, тонкогубом и неулыбчивом лице постоянно висела маска равнодушного отчуждения, словно оно принадлежало не одиннадцатилетнему пацану, а столетнему деду, которому давно уже всё на Свете обрыдло. Под стать выражению лица был у Крюка и характер – такой же скрытный и угрюмый.

Кроме совместных проказ шестёрку юных хулиганов объединяло общее пристрастие к хоккею. Все они более трёх лет тренировались в хоккейной секции и, в отличие от наших героев, чувствовали себя на ледовой площадке, как дома. Разумеется, этим утром, на зависть Денису, Егору и Лене, Мишка Куницын с приятелями первыми были зачислены Юпитером в состав школьной хоккейной команды. И сюда, на дворовую «коробку», хоккеисты по-хозяйски вломились, ощущая себя без пяти минут школьными звёздами.

Ватага мальчишек, как бы невзначай, уселась переобуваться возле обуви Дениса и Егора, лишив пойманных на катке отличников возможности потихоньку убраться восвояси.

Прервавшие игру друзья теперь были вынуждены дожидаться, пока хулиганы затянут шнуровку коньков, поднимутся на ноги и освободят, наконец, доступ к их ботинкам.

– Принесла же нелёгкая, – шепнул другу Денис, исподлобья наблюдая за пыхтящими на снегу забияками.

– Ага, вот и поиграли в хоккей, – вторил Егор, нервно поправляя чуть съехавшие очки.

Куницын первым вскочил на коньки, подхватил клюшку и решительно заскользил к переминающимся на опасливом отдалении отличникам.

Глядеть на быстро приближающее бесстрастное мишкино лицо и трястись в ожидании очередной злобной издевки было невыносимо. И чтобы как-то заполнить паузу, Денис первым заговорил с наезжающим хулиганом.

– Поч… му… вы здесь? – запинаясь от страха, кое-как выговорил он.

– Ты чё, Дэн, кашки борзянки объелся, – фыркнул Мишка, мастерски тормозя в полуметре от зубрил и осыпая их дождём ледяной стружки из-под коньков. – С какого перепуга я стану тебе докладывать отчего, да почему?

– Я ж без претензии, – поспешил заверить Денис, опасаясь оплеухи от скорого на расправу Куницына, и пояснил: – Просто… Ведь Юпитер, вроде, оставил после отбора команду на первую тренировку. Вот я и удивился – почему вы здесь? Случилось чего?

– Ага, случилось, – сменил гнев на милость грозный Мишка и неожиданно разоткровенничался: – Накрылась наша первая тренировка, пацаны. Мы только-только разогрелись, во вкус, понимаешь, входить начали, и тут, как на зло, снег густо повалил, играть стало ну совершенно невозможно. Тогда Юпитер распустил нас по домам. Все, понятное дело, разошлись. А снег буквально через пять минут взял и прекратился. Мы с пацанами сунулись было обратно в школу. Но Юпитера, к тому времени, уже и след простыл, а без него на школьную площадку нас сторож не пустил. Потом Кувшин вспомнил о залитой на днях дворовой «коробке», на ней мы и решили закончить прерванную тренировку. Вот так мы здесь и оказались.

– Эй, Миха, ты чего перед этими лопухами распинаешься, – возмутился подъехавший следом за Куницыным Лёха Коротыш. – Гнать их отсюда надо… Ну чё вылупились! – рявкнул он уже на Дениса с Егором. – Валите, кому говорю!

– Да, правда, нам, пожалуй, пора, – закивал Егор и дёрнулся с места, но упёрся грудью в выставленную шлагбаумом мишкину клюшку.

– Обожди, Горыныч, мы ещё не договорили, – спокойно объявил Куницын и, заговорщицки подмигнув приятелю, попросил: – Коротыш, будь другом, не лезь. Дай с пацанами спокойно пообщаться.

Лёха раздражённо фыркнул, но оспаривать решение лидера не посмел.

Зато сзади раздался отчаянный вопль всеми забытой Лены, испугавшейся за остановленного клюшкой Егора.

– Эй, Мишка, не смей его обижать! – закричала девочка. – Иначе, я сейчас позову какого-нибудь взрослого дядьку, и он тебе уши надерёт!

Куницын на её угрозу и ухом не повел. Вместо него девочке ответил Фимка Кувшинников, из-за неуклюжей полноты дольше всех засидевшийся на заснеженном льду возле борта за шнуровкой коньков.

– Кузиʹна, не смеши, – прокряхтел он, затягивая последние петли шнуровки. – Оглянись, во всем дворе нет ни одного взрослого. Забыла, сегодня ж воскресенье, выходной день. Все отсыпаются.

– Я всё равно найду! – заупрямилась девочка.

– Да угомонись, говорю. Не тронет Мишка твоих друзей, – примирительно проворчал Кувшинников, подхватил свою необычную, утолщённую снизу, вратарскую клюшку и, крякнув, одним рывком вскочил на ноги. – У нас, между прочим, уговор…

Узнать, что за уговор, Лене помешал вернувшийся за копушей Фимкой Француз. Марсель велел разговорчивому приятелю держать язык за зубами и увёз за собой к сгрудившейся в центре ледовой площадки стайке мальчишек.

Глава 4 – Заманчивое предложение

Меж тем Куницын, как ни в чём не бывало, продолжил мирно беседовать с Денисом и Егором, заговорщицкими подмигиваниями приветствуя каждого подъезжающего приятеля.

– Забыл поделиться с вами, пацаны, радостной новостью, – вещал он. – Меня, между прочим, Юпитер назначил капитаном школьной хоккейной команды.

– Поздравляю, – кивнул Денис.

– Очень рады за тебя, – вторил другу Егор.

– Спасибо, пацаны, спасибо, – довольно заулыбался Мишка. – А знаете, какую штуку Юпитер придумал, чтобы мой капитанский авторитет поднять и дисциплину в школьной команде подтянуть? Зуб даю, это вам точно понравится. В течение следующих двух недель я, как капитан, имею право изгнать из команды пару самых нерадивых игроков. А на их место порекомендовать Юпитеру других ребят из нашего или параллельных классов, которые умеют играть в хоккей.

– Зачем ты нам это рассказал? – осторожно спросил Денис.

– Да брось, Ден, дурачком прикидываться, – подыграл Куницыну хитрец Марсель, первым из приятелей разгадавший коварный замысел лидера. – Ты прекрасно всё понял. Мишка намекает, что мог бы пристроить вас в школьную команду. Ведь вы же хотите?

– Ещё бы, – заглотил наживку просиявший Егор.

– Француз, ты спятил! – возмутился Лёха Длинный. – Этих клоунов в команду?! Да ты глянь!.. – Он неожиданно резко поддел клюшку Егора и вырвал из расслабленной руки.

– Эй! Чего ты!.. – возмутился «обезоруженный» отличник.

Но Длинный, игнорируя вопль несчастной жертвы, продолжил гневную тираду в адрес Марселя:

– И такого лопуха хочешь в команду?! Он даже клюшку толком держать не обучен!

– Я могу! Колюшку!.. Но так бить подло! Не честно! – задыхаясь от возмущения, возразил Егор.

– Чё, Горыныч, Длинный тебя обидел, – с наигранным сочувствием подкатил к Егору и приобнял за плечо угрюмый Крюк. – Так не сдерживай себя. Слышь чё грю, подкати и врежь ему по зубам, чтоб впредь неповадно было.

– Всё, Длинный, ты попал! Горыныч за клюшку шибко разобиделся, лицо тебе калечить собирается, – с другой стороны стал подначивать приятеля Лёха Коротыш. – Беги отсюда, пока не поздно!

– Ещё чего! – фыркнул расплывшийся в злорадной ухмылке Лёха Длинный. – Нашёл дурака от такой удачи бегать. У меня давно кулаки чешутся хорошенько очкарика вздуть. Прикиньте, пацаны, это пугало четырёхглазое сегодня на борт меня толкнуть посмело.

– Ты ему за это отплатил, несколько раз на лёд силовыми приёмами бросил, – вступился за друга Денис. – Это все видели. Значит, вы квиты.

– Не лезь, Дэн, дай пацанам разобраться, – вклинился между отличниками юркий Марсель.

– Ну чё, Горыныч, погнали, – Лёха Длинный швырнул на лёд собственную клюшку, сжал кулаки и, сотворив на лице свирепый оскал, стал медленно накатывать на побледневшего от страха отличника.

До полусмерти перепуганный Егор невольно попятился, забыв про лёд и коньки, поскользнулся и, под издевательский гогот хулиганов, позорно плюхнулся на пятую точку.

– Всё, хорош, я сказал! Прекратите издеваться над пацаном, – неожиданно вступился за Егора сам Куницын и протянул руку упавшему мальчишке.

Опасаясь очередного подвоха, Егор с явной неохотой взялся за руку. Но, к его изумлению, Мишка честно помог подняться на ноги, а потом ещё и строго отчитал распоясавшихся приятелей:

– Что за балаган устроили! Мы ж договорились, никаких разборок на льду. Все предъявы за пределами площадки. И кто ослушается, будет иметь дело лично со мной… Длинный, был у нас такой уговор?

– Ну, был.

– Но, наплевав на него, ты решил здесь, на льду, разобраться с Горынычем.

– Мих, чё ты завёлся-то, мы же так просто, для смеха, – поспешил заверить Лёха Длинный, с которого при виде разозлённого лидера разом слетела вся спесь.

– Ладно, на первый раз прощаю, – смилостивился Куницын. – Но если ещё хоть кто-нибудь попытается… Короче вы меня поняли, пацаны!.. Горыныч, Длинный, пожмите друг другу руки, и без обид.

Егор и Лёха Длинный безропотно подчинились. А Серёга Крюков подобрал со льда клюшки и вернул замирившимся мальчишкам.

Повисшую неловкую паузу нарушил давящийся смехом Фимка:

– Гляньте, пацаны, что они с шайбой своей сотворили, – он ткнул толстым, как сосиска, пальцем под ноги Денису, где лежала забытая друзьями находка. – На ней рожа вырезана. Интересно, кто из вас двоих додумался так испоганить хорошую шайбу? Или подружка вас надоумила?

– Это не наша, – попытался откреститься от улыбчивого кругляша Денис. – Мы её нашли.

– В сугробе возле «коробки», как раз перед вашим приходом, – подхватил Егор.

Но их жалкие оправдания потонули во взрыве хохота.

– Повеселились и хватит, – дождавшись, когда все вдосталь насмеялись, объявил Мишка. – Дэн, забирай свою смешную шайбу.

– Она не моя, – пробурчал Денис.

Но его реплика осталась без внимания, Куницын продолжил, обращаясь к приятелям:

– Играть будем нашей. Кстати, у кого она?

– У меня, – откликнулся Марсель.

– Доставай, – распорядился Мишка и, обернувшись к Денису, раздражённо повторил: – Кому сказано, убери это!..

Испугавшийся Денис перестал протестовать, подобрал со льда «улыбающуюся» шайбу и сунул в карман куртки. А Француз вытряхнул из кармана обычную чёрную шайбу с почти стёршейся эмблемой снеговика и бросил на лёд.

– Погодите, пацаны, мы же с вами ещё не договорили, – удержал направившихся было к бортику Дениса и Егора Куницын. – Француз вас не обманул. Я действительно могу посодействовать попаданию в школьную хоккейную команду. Правда, ваша техника пока оставляет желать лучшего, но несколько пацанов в команде катаются немногим лучше вашего. И если вас малость потренировать, думаю, вполне сможете претендовать на места в составе. Ну а раз уж мы все здесь сегодня так удачно собрались, предлагаю приступить к тренировке прямо сейчас. Мы с пацанами собираемся сразиться в хоккей трое на трое. Если желаете, можете к нам присоединиться, тогда зарубимся четыре на четыре. Что скажите? Решайте, выбор за вами. Кстати, мы можем привлечь к игре и подружку, доверим ей судить наш хоккей, всё лучше, чем у борта бездельем маяться. Езжайте, посоветуйтесь с Кузиʹной, и передайте ей моё предложение. А мы пока площадку от снега отскребём.

Ошарашенные Денис с Егором неспешно подъехали к бортику, где тут же попали под лавину упрёков заждавшейся Лены:

– Чего так долго-то?! О чём можно столько разговаривать с этими неандертальцами? Они вас пугали? Угрожали? Чего молчите, языки что ли проглотили? И не стойте столбами, переобувайтесь скорее, да пошли отсюда.

– Понимаешь, Лен, тут такое дело, – криво улыбнувшись, первым заговорил Денис. – Нас Мишка позвал с ними в хоккей погонять.

– Чего?! – ошарашено фыркнула Лена. – Он же только что над вашим катанием издевался.

– Ну и что, он каждый день над нами подшучивает, – пожал плечами Егор. – У него манера общения такая.

– Ты его ещё и защищаешь? Вот так раз, – всплеснула руками совсем сбитая с толку девочка. – Ребята, да что с вами, опомнитесь! Это же Куницын, он нас ненавидит. Не верю я, что он просто так вас играть позвал. Наверняка, издёвку какую-то придумал. А вы уши развесили и согласились.

– Мы ещё не согласились, – возразил Денис.

– Он нас с тобой отпустил посоветоваться, – добавил Егор.

– Со мной? Это ещё почему?

– А он и тебе предлагает в игре поучаствовать, – объяснил Егор.

– В качестве судьи, – добавил Денис.

– Соглашайся, а, – попросил Егор. – Под твоим присмотром нам будет спокойнее.

– Да что за ерунда! – возмутилась Лена. – Зачем нам вообще с этими связываться. У них своя компания – у нас своя. Скажите Куницыну, что не будете играть, и пойдёмте скорее отсюда. И не бойтесь обвинений в трусости. С вашей стороны это будет не трусость вовсе, а здравомыслие.

– Ты не понимаешь, это наш шанс, – заупрямился Денис.

– Какой ещё шанс?

– Куницына выбрали капитаном школьной хоккейной команды. И, на правах капитана, Юпитер разрешил ему менять отстающих игроков команды, на других претендентов из нашего и параллельных классов, – обстоятельно объяснил Егор.

– Если мы сейчас проявим себя в игре, он возьмёт нас в команду, – убеждённо заверил Денис. – Лен, ты ведь нам поможешь?

– Неужели вы ему верите? – покачала головой девочка.

– Верим, не верим, какая разница, – раздражённо стукнул клюшкой по борту Денис. – Куницын дает нам ещё один шанс пробиться в состав команды. Так почему бы не попытаться. В любом случае мы ничего не теряем.

– Ну, если для вас это так важно, – обречённо вздохнула Лена, отчаявшись достучаться до здравомыслия друзей.

– Очень важно, – закивал Денис и незаметно пихнул локтем отмалчивающегося друга.

– Да-да, важно, – поспешил поддакнуть выведенный из задумчивости Егор.

– Ладно, уговорили. Буду судить вашу игру, – капитулировала подружка. – Помогите перелезть через борт.

Друзья подъехали к ограждению коробки и, с двух сторон подхватив Лену под локти, перетянули через бортик на припорошенный снегом лёд.

Девочка вынула из заплечной сумки белые фигурные коньки и переобула их вместо мягких меховых сапожек. Присевшие рядом на снег друзья помогли затянуть шнуровку.

Лена первой вскочила на ноги и, опережая не достаточно проворных мальчишек, рванула к центру площадки, где в одиночестве наматывал круги и восьмёрки Мишка Куницын.

Глава 5 – Условие капитана

Остальные приятели Куницына тем временем в поте лица трудились в разных концах «коробки», клюшками сметая со льда снег и сминая в плотные сугробы у бортов. Судя по тому, как быстро очищался лёд под мелькающими клюшками мальчишек, они имели за плечами немалый опыт такого рода уборки. Пока Денис с Егором уговаривали Лену, приятели Куницына успели освободить от снега добрую половину катка и даже установили на место хоккейные ворота, до этого лежавшие у борта грудой ржавого железа. С воротами каток превратился во вполне сносное подобие хоккейной площадки, для окончательного сходства с которой не хватало лишь разметки на льду.

– Раз ты на коньках, они тебя уговорили, – вместо приветствия заявил подъезжающей Лене Куницын. – Мою игру ещё никогда не судила девчонка. Это будет забавно.

– Имей в виду, я буду судить честно и пресекать грязную игру, – в свою очередь объявила девочка, лихо крутанувшись вокруг остановившегося Мишки и резко затормозив перед ним, впившись в лёд зубчиками фигурных коньков.

К тому времени друзья Куницина полностью расчистили лед в центральной части катка и переместились за ворота. Учитывая быстроту их работы, махать клюшками снегоуборочной команде оставалось не дольше минуты.

– Это как раз то, что надо, – ухмыльнулся Куницын и неожиданно выдал комплимент: – А ты классно катаешься. Если бы Дену с Горынычем хотя бы половину такого умения, Юпитер точно взял бы их в команду.

Краем глаза заметив, как вытянулись при мишкиных словах лица подъехавших Дениса и Егора, Лена не смогла сдержать победной улыбки. Но быстро взяв себя в руки, девочка снова сделала строгое лицо и продолжила переговоры:

– Ещё я не потерплю никаких силовых приёмов и запрещаю высоко подбрасывать шайбу.

– Мих, чё за дела? – возмутился первым закончивший расчистку своего участка и незаметно со спины подкативший к лидеру Марсель. – Она нас в хоккей играть учить собралась?

– Эй, Кузиʹна, не борзей, – поддержал приятеля подъехавший к центру площадки следом за Французом Лёха Коротыш.

– Она права, – неожиданно поддержал Лену сам Куницын. – Мы будем играть без шлемов, щитков и прочей защиты. Поэтому силовые приёмы и подброшенные высоко шайбы могут привести к серьёзным травмам. Не знаю как вам, пацаны, а мне бы не хотелось вылететь из школьной команды, схлопотав на пустом месте сотрясение мозга или перелом.

– Само собой, – кивнул подкативший последним Фимка Кувшинников, из-за опоздания услышавший только последние мишкины слова.

– Тогда решено, – ухватившись за реплику толстяка подытожил Куницын. – Играем мягко, по-дружески, без жёсткой толкотни у борта, подныриваний, захватов в «коробочку» и прочих травмаопасных силовых приёмов. Шайбу катаем по льду, никаких щелчков и подбросов. Любое нарушение этих условий карается штрафным очком в пользу противника. Удалять с площадки проштрафившихся игроков мы не станем, а полученные штрафные очки будут плюсоваться к счёту, как пропущенные голы. Подножки и прочие грубые нарушения правил будут караться штрафом в двойном размере… Таких мер, пожалуй, будет достаточно. Надеюсь, все всё уяснили?

Окружающие мальчишки удручённо закивали.

– Всё из-за тебя, Кувшинище, – шикнул на Фимку обозлённый принятыми ограничениями Лёха Коротыш. – Кто тебя за язык тянул.

Мишка, сделав вид, что не слышал недовольного пыхтения Коротыша, снова обратился к Лене:

– Ещё будут какие-нибудь условия или пожелания?

– Хватит уже, – опередив подружку, за неё ответил Денис. – А то ей дай волю, такого напридумывает, от хоккея вообще ничего не останется.

Приятели Куницына одобрительно загудели, но сам Мишка строго отчитал выскочку:

– Дэн, ты такой же игрок, как и все. И, как все, должен соблюдать принятые судьёй условия, а не обсуждать их. Уяснил?! Судья у нас Ленка. Ей и решать – хватит или не хватит.

– Нет, больше не будет никаких условий, можете начинать игру, – авторитетно заявила раскрасневшаяся от важности девочка.

– А ты судить-то, как собралась? – не без издёвки спросил Мишка. – Свисток-то у тебя имеется, судья? Или, может, ты без него свистеть громко умеешь?

– Ой, нет, – под злорадный мальчишечий гогот растерянно пробормотала Лена. Важность её тут же лопнула, как мыльный пузырь. Глаза сами собой наполнились слезами, и сгорающая со стыда девочка простонала сквозь рыдания: – Я так и знала… что всё это… чтобы поиздеваться…

– Мишка, ну зачем ты так! – возмутился Денис.

– Отвянь, заступничек, – шикнул на отличника Лёха Коротыш. – Так её, Миха! Не будет нос задирать!

– Ладно, не реви. Есть у меня свистулька. На, держи, – смилостивился Куницын и, выудив из кармана, вложил в руку плачущей девочки серый пластмассовый свисток на толстом чёрном шнуре. – Дэн, помоги ей на шею одеть… Вот теперь ты полновесный судья.

– Чего, сразу-то не мог дать? – сквозь утихающие всхлипывания проворчала Лена.

– Дал бы, если бы спросила, – как ни в чём не бывало, пожал плечами Мишка. – Но ты так шустро вошла в роль судьи – вроде как всё знаешь, всё умеешь и ни в чьей помощи не нуждаешься. Пришлось проучить.

– Знаешь что, раз такой умный, забирай дурацкий свисток и сам суди игру, – девочка в сердцах сорвала с шеи атрибут судейской власти, швырнула в Куницына и, развернувшись, быстро покатила к борту.

– Отказавшись судить, ты лишишь друзей последнего шанса попасть в школьную хоккейную команду, – крикнул ей вслед Мишка.

Если б угроза была направлена против самой Лена, упрямая фигуристка на неё и ухом бы не повела. Но подставлять из-за дурацкой обиды друзей – этого она допустить никак не могла. Ультиматум Куницына вынудил уже подкатившую к борту девочку развернуться и медленно вернуться обратно на середину площадки к ухмыляющимся мальчишкам.

– Рад, что передумала, – позлорадствовал шантажист Куницын. – Француз, верни свисток нашему судье. И давайте уже начнём играть в хоккей.

– Сперва объясни, что за шанс ты им предоставил, – потребовала Лена, по новой опуская на шею черный шнурок со свистком. – Хочу убедиться, что твоё обещание не пустышка.

– Это справедливо, – кивнул довольный, как сытый кот, Куницын. – Моё предложение таково. Каждый из твоих друзей должен хотя бы раз отличиться во время игры. Набрать результативное очко по системе гол плюс пас. Проще говоря, чтобы я пропихнул их в школьную хоккейную команду, Дэн с Горынычем должны либо забить по голу, либо выдать по голевой передаче. Игра наша будет длиться до десяти очков, так что времени для выполнения моего условия у пацанов будет достаточно. Разумеется, при условии, что они хоть немного умеют играть в хоккей.

– Как вам такое условие? – обернулась к друзьям Лена. – Справитесь?

– Почему нет. Попробуем, – за обоих ответил Денис. – Вот только пока не понятно кто с кем и против кого будет играть.

– За это не переживай, сейчас разделимся, – заверил Куницын. – Чтобы уравнять шансы, за вас с Горынычем будут играть два лучших наших хоккеиста – Лёха Длинный и Лёха Коротыш. Ну а со мной, соответственно, остаются Кувшин, Крюк и Француз.

– Это с какого такого перепугу! – тут же возмутился Коротыш.

– Я тоже не согласен, – поддержал приятеля Длинный. – Чем это мы лучше остальных?!

– Мих, может, чтоб никому не было обидно, кинем жребий, – тут же предложил решение проблемы находчивый Марсель. – А уж там – как кому выпадет.

– Никакого жребия. Как сказал, так и будет! – решительно воспротивился Куницын. – Неужели непонятно, что только в таком составе силы команд будут более-менее равны. Дэну с Горынычем нужны первоклассные помощники, иначе игра превратится для них в избиение. Сам я за них играть не могу, потому что устраиваю им проверку и должен наблюдать за их игрой со стороны. Коротыш же в нападении почти так же хорош, как я. Ну а Лёха Длинный и вовсе лучший наш защитник. Француз с Крюком, разумеется, тоже по-своему хороши, но вам двоим они всё же уступают. От Кувшина же, без щитков и ловушки, в воротах тоже немного толку.

– Ага, как же, немного, – запротестовал Коротыш. – Без силовой борьбы и высоких бросков ему для защиты ворот вполне достаточно будет вратарской клюшки. Вот и получается: у вас классное нападение, вполне надёжная защита, да ещё и непробиваемый вратарь в рамке. Просто супер! И это ты называешь: силы команд примерно равны?!

– Хорошо, Кувшин не будет стоять в воротах, – уступил Куницын. – Он будет задействован в нашей команде защитником. Так согласны?

– Пацаны, вы чего, я ж не умею, как полевой игрок, – опережая ответ недовольных Лёх, возмутился толстяк Фимка.

– У нас тоже двое ни черта не умеют, – ответил вратарю Лёха Длинный. – Хочешь, давай махнёмся командами. Я стану, вместо тебя, защитником. А тебе позволят встать в рамку противоположных ворот.

– Ну уж нет, лучше я останусь с Мишкой, – тут же пошёл на попятную толстяк. – Защитником, так защитником.

– Так как, устраивает вас такой вариант? – повторил вопрос Куницын.

– Ладно, уболтал, давай попробуем, – кивнул Коротыш.

– Тогда разъезжаемся каждый к своим воротам, обсудить игровую стратегию, и через минуту съезжаемся в центре площадки на сбрасывание, – объявил довольный Куницын и первым, подавая пример, неторопливо заскользил к воротам.

Крюк, Француз и Кувшин так же вальяжно, без спешки, покатили за ним вдогонку.

Лёха Длинный и Лёха Коротыш, развернувшись в другую сторону, наперегонки рванули к противоположным воротам.

– Чего встали, вы этого хотели, так догоняйте товарищей по команде, – напутствовала Лена переминающихся рядом в растерянности друзей. – Ну же, смелей. Обещаю, я буду справедливо судить и не позволю Куницыну сделать из вас посмешище.

Ободрённые словами подружки, Денис и Егор побежали к уже шепчущимся возле ворот Лёхам.

Глава 6 – Превратности игры

– …Отбери. Ха! – продолжил чему-то яростно возмущаться Лёха Длинный, не обращая внимания на подъехавших отличников. – Легко тебе говорить. Как умеешь, прерви атаку, отбери шайбу, отпасуй, а дальше я всё сделаю сам. Как я умею, не получится. Забыл?! Жёсткая силовая борьба запрещена. А без неё вдвоём Мишка с Французом меня в два паса обведут. Так что, Лёха, хочешь, не хочешь, но тебе тоже придётся отрабатывать в защите. Иначе, и пяти минут не пройдёт, как они нам десять банок нашвыряют.

– Не каркай, – шикнул на приятеля Коротыш. – Мы ж не вдвоём с тобой против них будем. Дэн с Горынычем тоже какая-никакая, но подмога.

– Да брось, они ж едва на коньках стоят, – возразил Длинный. – Только под ногами мешаться будут.

– Положитесь на нас, мы сможем, у нас получится, – попытался вмешаться в разговор двух Лёх Денис, но его слова повисли в воздухе не услышанными.

– Точно, они будут мешаться, но не только у нас под ногами и под ногами атакующих тоже, – ухмыльнулся Коротыш. – И мы с тобой должны извлечь из этого для себя выгоду. А не запираться в глухую оборону. Ты же знаешь правило: без атаки нет победы.

– Так-то оно, конечно, так, – неохотно кивнул Длинный. – Ладно, выкладывай, чего предлагаешь.

– Значит так, пацаны, – наконец-то Коротыш снизошёл до обращения к Денису с Егором, – ваша задача на игру – сбивать шайбы с клюшек нападающих. Занимайте позиции у правого и левого бортов, выставляйте вперёд клюшки и, при приближении Мишки или Француза, начинайте активно ими махать из стороны в сторону, как мётлами. Чтобы обойти вас, нападающим придется сместиться к центру. Не пытайтесь их преследовать, всё равно за ними вам не угнаться, лишь напрасно потеряете выгодные позиции. В центре атакующих встретит Длинный. Отберёт у них шайбу и отпасует мне, на прорыв. Дальше уже моя забота, как доставить её к чужим воротам. Там, по сути, у меня будет лишь один достойный противник – Крюк, но я его не раз на тренировке обставлял один в один, если чуток повезёт, смогу переиграть. Что же до Кувшина – он хорош, как вратарь, но защитник из него никудышный. С ним у меня не будет проблем. Вот такой, пацаны, у нас план на игру. Надеюсь, всем всё понятно?

– План конечно ерундовский, но другого нет, поэтому будем следовать ему, – за всех ответил Лёха Длинный. – Всё, хорош языками трепать. Мишка со своими уже в центре нас дожидается, погнали играть в хоккей.

Два Лёхи первыми устремились к точке сбрасывания. Денис с Егором чуть замешкались у ворот, вполголоса обмениваясь мнениями по поводу принятого плана игры.

– Если мы будем только сбивать с клюшек шайбу, как же нам удастся сделать голевую передачу? О голе я вообще молчу, – прошипел на ухо другу возмущённый Егор.

– Значит нужно сбить шайбу так, чтоб она отскочила на клюшку Коротышу, – шепнул в ответ хитрец Денис и заговорщицки ему подмигнул.

– Эй, долго там копаться будете! – прикрикнул на шепчущихся за спиной отличников занявший центр зоны Лёха Длинный. – Ну-ка живо к бортам. Игру задерживаете!

Денис с Егором послушно разъехались по позициям.

Убедившись, что все игроки на площадке заняли свои места, Лена бросила шайбу точно между клюшек Куницына и Лёхи Коротыша. И игра началась.

Шайбу выиграл Коротыш и, не глядя, отпасовал себе за спину. Там её подхватил Длинный, умело укрыл корпусом от вихрем накатившего Француза и швырнул в обратку Коротышу, успевшему за эти считанные секунды избавиться от опеки Куницына и рвануть к воротам противника. Увы, нехитрый замысел двух Лёх был легко разгадан игроками другой команды. Нацеленный точно на клюшку набирающему ход нападающему пас ловко перехватил опытный Куницын, и вместо стремительной атаки на чужие ворота Коротыш был вынужден резко тормозить, разворачиваться и бежать уже к своим воротам. На оставшихся в обороне Дениса, Егора и Лёху Длинного меж тем спокойно и невозмутимо накатывали вовсе не двое, как они рассчитывали, а трое игроков противника.

Француз, Куницын и поддержавший атаку нападающих Крюк, выстроившись в линию и перепасовывая друг дружке шайбу, обрушались на троих защитников. Денис с Егором, как было велено, активно заработали клюшками. Но накатывающих на них Француза и Крюка арессия защитников ничуть не смутила. Отпасовав шайбу центральному Куницыну, нападающие смело ринулись по флангам прямо на мечущиеся клюшки, и через секунду оба, завывая от боли в ушибленных ногах, повалились на лёд. Ожидающей подобной развязки хитрец Мишка специально замедлил ход перед Лёхой Длинным, удерживая шайбу и не делая попытки прорваться через заслон опытного защитника.

Последовал свисток судьи, фиксирующий нарушение правил. К ошарашенным Денису с Егором подъехала хмурая, как туча, Лена и обвинила друзей в атаке игроков, не владеющих шайбой. За столь явное двойное нарушение по принятым перед игрой жёстким условиям полагалось четыре штрафных очка, но с молчаливого позволения Куницына, Лена ограничилась наложением на команду друзей двух штрафных очков. Вот так, хотя ни в тех, ни в других воротах не побывало ещё ни одной шайбы, счёт в игре оказался открыт и стал два – ноль в пользу команды Куницына.

– Болваны, я же велел махать клюшками только перед нападающими с шайбой! – под злорадный смех Крюка и Француза, подозрительно быстро оправившихся после недавних болезненных падений, взялся отчитывать штрафников злой, как чёрт, Коротыш. – Эти накатывали на вас без шайб, так с какого же перепуга вы их стали клюшками по ногам лупить! Зарубите себе на носу, лопухи, бить клюшкой можно только по шайбе!

– Коротыш, мы играем или как! – поторопил приятеля недовольный затяжкой времени Куницын.

– Да играем, играем, – раздражённо фыркнул в ответ Лёха Коротыш и, пригрозив напоследок отличникам кулаком, понурив голову, подкатил к точке сбрасывания.

Поскольку игра была остановлена после нарушения правил, теперь сбрасывание проводилось не в центре площадки, а ближе к воротам проштрафившейся команды, примерно на том месте, где было зафиксировано нарушение.

На этот раз удача улыбнулась Куницыну. Он отпасовал выигранную на сбрасывании шайбу себе за спину – точно на клюшку Крюка. И Серёга Крюков, не раздумывая, тут же послал её низом рванувшему в быстрый прорыв Французу. Егор не успел среагировать на быстрый бросок и, пролетев у него между ног, шайба легла точно на клюшку адресату.

Конечно в серьёзной игре, на грамотно расчерченной площадке, такой пас был бы тут же отменён, из-за явного нарушения правил. Шайба настигала нападающего уже после того, как он пересёк условную границу чужой зоны, это было очевидное «вне игры». Но на дворовой хоккейной «коробке» не существовало разметки, без которой точно определить границу зоны было невозможно. А раз не существовало границы, значит и не за что было наказывать её нарушителя.

Заполучив на клюшку шайбу, Француз в одно касание низом переправил ее в ворота противника, благо до них оставалось не более пяти метров. Перекрывавший во время сбрасывания центр зоны Лёха Длинный не успел достаточно проворно откатиться к воротам. Раздосадованный защитник в отчаянье бросил клюшку под бросок, но промахнулся. Шайба просвистела под клюшкой Длинного и с гулким «БАМЗЗ» врезалась в ржавое основание облезлых ворот.

Счёт стал три – ноль и очередное сбрасывание состоялось в центре хоккейной площадки. Его вновь выиграл Куницын. Развивая успех, Мишка в одиночку попытался прорваться к чужим воротам, но на границе чужой зоны был грамотно, без нарушения правил, остановлен выкатившимся на встречу Лёхой Длинным. Сбитая защитником с клюшки нападающего шайба отскочила к Егору, который, несмотря на неистовый вопль «А ну не тронь!» накатывающего вторым темпом Француза, не растерялся и, хорошенько размахнувшись, отправил заветный чёрный кругляш низом через всю площадку мечущемуся далеко впереди в ожидании точного паса Коротышу.

По привычке двинувшийся следом за нападающими Крюк не успел перехватить этот неожиданно сильный и точный пас. Посланная Егором шайба уже через секунду оказалась на клюшке Коротыша, перед которым оставался лишь Кувшин, почти беспомощный в непривычной роли защитника.

Осознавшие промашку Мишка, Француз и Крюк торопливо развернулись и помчались на перехват Коротышу, но, несмотря на отчаянные старания, все трое очевидно не успевали.

Лишённый возможности откатиться на привычное место перед воротами, Фимка был вынужден рискнуть. По вратарской привычке он распластался на льду перед Коротышом и попытался широкой клюшкой выбить шайбу с крюка нападающего. Но опытный Коротыш без труда разгадал нехитрый манёвр. Не снижая скорости, нападающий заложил вираж и по широкой дуге объехал барахтающегося на льду Кувшина. Выйдя под острым углом на пустые ворота, он, мастерски закрутив, швырнул шайбу точно в дальний верхний угол и, вскинув над головой клюшку в победном жесте, покатил обратно к своим воротам, праздновать успех с остальными членами команды.

– Молодчина, Егор! – радостно стиснул в объятьях друга Денис. – У тебя получилось! Ты выдал головой пас. И это все видели! Теперь Мишке придётся взять тебя в школьную команду.

– А как же ты, Денис. Я не хочу без тебя, – забеспокоился лучащийся от счастья Тягунов. – Давай-ка тоже набирай очки. Раз получилось у меня, сможешь и ты. Ещё всего-то три – один. До десяти играть долго.

– Как же, долго, – неожиданно возразил подъехавший к друзьям Лёха Длинный, на лице у которого, несмотря на забитый командой гол, не было и намёка на радость. – Вон туда посмотрите, – он ткнул пальцем в направлении дальних ворот, около которых о чём-то горячо спорили с судьёй Леной Лёха Коротыш и Мишка Куницын. – Похоже, гол наш будет не засчитан.

– Это ещё почему?! – в один голос возмутились Денис с Егором.

– По кочану, – хмыкнул Длинный и раздражённо сплюнул на лёд. – Слепые что ли? Не видели, как Коротыш гол забил? Он же шайбу подбросил. Пожон, блин, не может без своих выкрутасов. А Мишка предупреждал: играть строго низом. Не удивлюсь теперь, что нам вместо гола ещё одно штрафное очко насчитают. И будет совсем не три – один, а четыре – ноль.

– Но как же так, ведь это же был чистый гол, – возмутился Денис.

– Ты это не мне, а подружке своей предъявляй, – огрызнулся Длинный. – Это с её подачи Мишка броски нормальные запретил. А этот болван Коротыш тоже хорош, надо было выпендриться, положить шайбу с острого угла. Да, оттуда никак по другому, кроме как кручёным броском, попасть в ворота невозможно. Но ведь ему никто не мешал спокойно прокатиться за воротами и аккуратно закатить низом с другого угла. Э-эх! Такой момент и так бездарно профукать!

Мрачные прогнозы Лёхи Длинного полностью подтвердились. Заброшенная Коротышом шайба была объявлена забитой не по правилам и отменена, а за опасно высоко подброшенную нападающим шайбу его команде было начислено штрафное очко. В итоге, счёт вместо три – один стал четыре – ноль.

Глава 7 – Почти получилось

Раздосадованный после столь вопиющей несправедливости на весь Белый Свет Коротыш, вернувшись после переговоров с судьёй, вдрызг разругался с неосторожно укорившим его тёской и предложил Длинному, раз он такой умный, самому отправляться к чужим воротам и правильно забивать шайбы.

Из-за возникшего отчуждения межу двумя лидерами невезучей команды, в следующие пару минут противники под предводительством Мишки Куницына без труда забили ещё три безответных гола. И при разгромном счёте семь – ноль нервы сдали уже у Лёхи Длинного. Во время очередной атаки противника он поддался на провокацию Француза, откровенно потешающегося над их беззубой игрой, наплевал на запрет и от души припечатал насмешника к борту. Француз, потирая намятые после залуженной трёпки бока, конечно, заткнулся, но счёт превратился в совсем безнадёжный восемь – ноль.

Денис с Егором, отчаявшись дождаться слаженной игры от разобидевшихся друг на друга помощников, решили пытаться самостоятельно исправить ужасное положение. Несмотря на разгромный счёт и подавляющее преимущество соперника, условие Куницына оставалось в силе. При любом счёте от претендентов требовалось набрать по результативному очку, и заветная мечта стать игроками школьной хоккейной команды воплощалась в жизнь.

После очередного сбрасывания Денис, наплевав на наказ Коротыша действовать строго в обороне, оголил свой фланг и рванул к чужим воротам. Выигравший сбрасывание Куницын, разумеется, поспешил воспользоваться этим неожиданным подарком судьбы и через открытый правый фланг без помех ворвался в чужую зону. Но там был настигнут проявившим чудеса расторопности Коротышом и не успел закатить шайбу в ворота.

К разгоревшейся перед воротами отчаянной борьбе за шайбу тут же подключились Француз и Лёха Длинный. И все четверо погрязли в вязкой неуступчивой борьбе, отчаянными усилиями блокируя клюшки друг друга, не позволяя никому, ни своему, ни чужому, дотянуться до откатившейся чуть в сторону шайбы.

В подобной патовой ситуации скованным друг дружкой игрокам пришлось выступить в роли сторонних наблюдателей и уповать лишь на расторопность остальных свободных игроков. Защитник атакующих Крюк, оставив свою позицию, со всех ног рванул к шайбе, но и защитник обороняющихся Егор тоже устремился к застывшему буквально в метре от ворот чёрному кругляшу.

Опытный хоккеист Крюк бежал на коньках намного быстрее неповоротливого конкурента, но Тягунов изначально находился гораздо ближе к шайбе, поэтому, несмотря на неуклюжесть, подкатил к шайбе на пару секунд быстрее и, не глядя, отбросил её подальше от своих ворот.

И надо ж было такому случиться, что посланная Егором шайба, отскочив от борта, отлетела точно на клюшку Дениса, в одиночестве переминающегося с ноги на ногу в центре площадки. Получив такой желанный и вместе с тем столь неожиданный пас, Дэн покатил к воротам противника, сосредоточив всё внимание на ведении непослушной шайбы. Сразу же за спиной раздался шум увязавшейся погони. Возглавил её так и не докатившийся до Егора защитник Крюк, а следом за ним мчались наконец вырвавшиеся из ослабевшего захвата двух Лёх нападающие Куницын и Француз.

Проворное шарканье коньков преследователей быстро приближалось, но и расстояние до чужих ворот перед Денисом сокращалось не менее стремительно. Отличник благополучно выехал на дистанцию прицельного броска, но сразу же пробить по воротам мешал Фимка Кувшинников, несокрушимой скалой застывший на пути атакующего в характерном вратарском полуприсяде.

Вспомнив, как легко сумел переиграть этого неповоротливого, в непривычной роли защитника, громилу несколькими минутами ранее Лёха Коротыш, Денис решил действовать точно так же. Не снижая скорости и не пытаясь маневрировать, он катил прямо на защитника с вратарской клюшкой, ожидая, когда тот попытается броситься ему под ноги в отчаянной попытке выбить шайбу. Но Кувшин не оправдал ожиданий. Неуверенному катанию Дэна было далеко до лихой езды опытного нападающего Коротыша, и на Фимку наезд отличника не произвел впечатления. Защитник спокойно дожидался приближения Дениса, будучи совершенно уверенным, что его сноровки бывалого вратаря с лихвой хватит, чтобы в последний момент выбить шайбу.

Решение сблизиться с защитником оказалось ошибкой, но уже слишком поздно было что либо менять. У Дениса не осталось простора для плавного поворота и объездного манёвра. При попытке свернуть, теперь Фимка успевал рвануть ему наперерез и выбить шайбу с клюшки. Так же не оставалось времени для остановки и прицельного броска по воротам. Этой возможности его лишила стремительно нагоняющая тройка преследователей. Денис почувствовал себя куском раскалённого железа, зажатым между молотом и наковальней.

До рокового сближения с Фимкой оставалось чуть более метра, когда в голову пришло спасительное решение. Опережая выброшенную навстречу вратарскую клюшку, Денис сам толкнул шайбу к борту так, чтобы через секунду подхватить с отскока, и резко крутанул коньки поперёк движению. По его задумке, ледяное крошево, брызнувшее из-под коньков при торможении, должно было ослепить Кувшина. Далее, воспользовавшись кратковременной беспомощностью защитника, Денис намеревался сместиться к борту, подхватить шайбу и сразу же метнуть низом в открытые ворота. Задумка была хороша, но, увы, подкачала техника исполнения.

Повторить недавний подвиг с экстренным торможением Денису не удалось. Оба выставленных поперёк движения конька, толком не зацепившись за лёд, тут же с него предательски соскочили и заскользили дальше, увлекая следом за собой потерявшего равновесие и завалившегося на бок Дениса. Через секунду бедолага врезался в преградившего путь защитника, и на Дениса сверху рухнул толстяк Фима, немалым весом буквально расплющив горе-нападающего по льду.

– Слезь с меня, слышишь, – захрипел придавленный мальчишка, силясь самостоятельно выбраться из-под необъятной туши. Но не тут-то было.

Не менее самого Дениса раздосадованный случившимся Фимка не спешил отпускать свою жертву.

– Чего я тебе сделал-то, что ты так со мной! – возмущённо пыхтел сверху толстяк. – За что ты меня с ног снёс?! Договаривались же – играть без грубостей! А я из-за тебя коленку правую зашиб! Чего рожу кривишь, отвечай! И лежи смирно, не ёрзай, а то сейчас живо по носу схлопочешь!

– Толстяк, ну-ка слезь с Дениса! – вдруг раздался из-за борта «коробки» строгий окрик Максима Андреева – старшего брата Дэна.

Этот молодой человек два года назад закончил школу и теперь учился на втором курсе университета. Будучи студентом, Макс не испытывал робости перед грозой пятиклашек шайкой Куницына. Такой же худышка, как и Денис, старший брат, в силу девятнадцатилетнего возраста, ростом всё же на голову превосходил самого высокого среди играющих на катке мальчишек, и ему не составило бы труда, при необходимости, надрать уши непонятливым хулиганам.

– Он сам виноват, нечего было меня сбивать, – забормотал оправдания Фимка, торопливо сползая с расплющенного Дениса.

– Поговори ещё у меня! – цыкнул на толстяка Максим. – Нашёл с кем сладить, он же раза в два тебя легче!.. Дениска, ты как? Рёбра целы? Сам встать сможешь?

– Да вроде всё цело, смогу, – прокряхтел Денис, аккуратно ощупывая помятые бока. Убедившись, что обошлось без травм, он сперва самостоятельно сел, а потом, ухватившись за руки подъехавших Лены и Егора, поднялся на ноги.

– А ты как здесь? – спросил Денис брата, подкатываясь к бортику.

– По твоей милости, – строго зыркнул на младшего Максим. – Ты во сколько обещал домой со своего отбора вернуться?

– Не помню. Вроде в одиннадцать, – пожал плечами Денис.

– В половине одиннадцатого, – уточнил Макс. – А сейчас, да будет тебе известно, без пяти двенадцать. Мобильник у тебя, как обычно, не отвечает.

– Он в сумке, а она, видишь, где лежит. Я играл и не слышал звонков.

– Во-во! Зачем, спрашивается, тебе телефон покупали, если ты его всё равно не слышишь. Короче, ну ты маму знаешь. Переполошилась, что с малышом Дениской беда приключилась. Чтоб её успокоить, пришлось отправиться на твои поиски. Я, как вышел из подъезда, увидел, что на «коробке» какие-то мальчишки в хоккей гоняют. Решил поискать тебя среди них и, как видишь, не прогадал… Всё, теперь скидывай коньки, обувай ботинки и пошли домой.

– Погоди, Максим, у нас с ребятами важная игра, – стал уговаривать брата Денис.

Но подъехавшие друзья огорошили неприятным известием.

– Уже всё закончилось, за снос Фимки Кувшинникова нам начислили ещё два штрафных очка, и стало десять – ноль, – объявил Егор.

– Конец игры, – подтвердила Лена.

– Но я же не специально его сбил, нечаянно так вышло, – всплеснул руками Денис. – Нужно объяснить Куницыну.

– Никому ничего не нужно объяснять, пошли домой, – напомнил о своём присутствии брат.

– Да погоди ты, надо же разобраться, – отмахнулся Денис.

– Максим прав, – схватив друга под локоть, удержал возле борта Егор. – Поверь мне, лучше нам пойти домой.

– Фимка, во время падения, коленку, похоже, здорово о лёд саданул, – зашептала на ухо упрямцу Лена. – За это Куницын на тебя жуть как разозлился. Он Егору сказал, что с такой игрой вам не видать школьной команды, как своих ушей. Только присутствие Максима останавливает его, чтоб не наброситься на тебя с кулаками. Не нужно его сейчас провоцировать.

Признав разумность доводов подруги, Денис присоединился к друзьям, плюхнулся в сугроб возле бортика и стал переобуваться.

Глава 8 – Безнадёжно испорченное настроение

Пока младший брат с друзьями переобувались, чистили от налипшего снега коньки и аккуратно укладывали их в рюкзаки, стерегущий ребятню Максим по мобильнику связался с домом и успокоил родителей известием, что пропащий сын найден и скоро будет доставлен домой.

Доложившись, Макс подхватил сбоку за пуховик по-черепашьи медленно переползающего через борт Егора и потянул на себя. Не ожидавший помощи из-за борта Тягунов потерял равновесие и, вместо того, чтоб аккуратно опуститься с другой стороны на ноги, плюхнулся под дружный хохот шайки Куницына в снег под ноги Максиму.

– Слушайте, может мне потолковать с вашими приятелями? – спросил Максим, оглядывая сгрудившихся в отдалении на льду мальчишек. – Не нравится мне, как они на вас смотрят. Будто волки на кроликов.

– Никакие они нам не приятели, – пропыхтел снизу Егор, кое-как на карачках выбираясь из сугроба.

А сверху на его место тут же аккуратно спрыгнул Денис, легко перемахнув через бортик без посторонней помощи.

– Мы вместе учимся, – добавила Лена, стряхивая варежками с пальто налипшие кусочки ледяной крошки. – В одном классе.

– И не нужно тебе с ними ни о чём толковать, – подытожил Денис, помогая другу подняться на ноги. – Мы сами потом всё утрясём.

– Ну, как знаете, – пожал плечами Максим. – Сами, так сами. Вам видней.

Оттеснив от бортика Дениса с Егором, он подхватил под руки оставшуюся на льду Лену и в одиночку легко перекинул девочку через ограждение «коробки».

– Спасибо, – кивнула немного растерявшаяся от неожиданности Лена.

– Ну, пошли что ли, – предложил Денис и, не дожидаясь ответа, первым зашагал в сторону дома, на ходу пристраивая за спиной рюкзак и поудобнее перехватывая клюшку.

Несмотря на внешнее спокойствие, Денис очень болезненно переживал унизительный разгром на ледовой площадке. Он был заводилой в маленькой компании, эдаким непоседой-затейником и вожаком. Потому их с Егором совместное поражение переносил сейчас даже болезненнее чем, если бы это была только его личная неудача. Мальчишка сгорал от желания поделиться переживаниями с друзьями, но не хотел выслушивать нудные нотации старшего брата, и до поры до времени старательно скрывал эмоции под маской показного равнодушия.

Примерно на полпути к девятиэтажке, в кармане у Максима затрезвонил мобильник. Старший брат с кем-то скоренько переговорил, после чего объявил спутникам:

– Значит так, ребятня, у меня возникло срочное дело. Мне позарез нужно немедленно бежать. Поэтому по подъездам вам придётся расходиться самостоятельно.

– Не беспокойся, мы дорогу знаем, – хмыкнул Денис. – Дойдём как-нибудь.

– Никаких как-нибудь, а строго домой. Я матери обещал, что ты через десять минут дома будешь. Смотри, не подведи меня!

– Да буду я, буду, – проворчал младший Андреев. – Иди, уже, занимайся своим срочным делом.

Максим хотел сказать ещё что-то напоследок, но у него снова требовательно заверещал мобильник. Махнув рукой, он свернул с дороги на боковую тропинку и зашагал в сторону, на ходу выгребая из кармана надрывающийся телефон.

– Вот, зануда, – прошипел в след Денис.

– А, по-моему, у тебя отличный брат, – вступилась за Максима Лена.

– Мне-то, наверное, лучше знать, какой у меня брат, – раздражённо проворчал Денис, возобновляя движение к дому.

– Почему ты на меня рычишь?! – возмутилась девочка.

– Не обращай внимания, это у него из-за игры настроение испортилась, – повинился за друга Егор.

– Да, мне обидно, – подхватил Денис и, получив, наконец, возможность выплеснуть кипящую в душе злость, жадно продолжил: – Мы профукали такой шанс! И как профукали – со свистом! Десять – ноль! И ладно бы ещё у нас моментов совсем не было! Но ведь были! Просто нам не везло! Ужасно не везло!

– А я вот думаю, везенье тут совсем не при чём, – покачал головой Егор. – Куницын затеял для нас эту, якобы, проверку с единственной целью – в очередной раз хорошенько высмеять. Уверен, новость о нашем разгроме завтра молнией разлетится по школе, и мы превратимся во всеобщее посмешище.

– Погоди, но за нас же играли Коротыш с Длинным. Не станет же Мишка с нами подставлять и своих приятелей, – без особой уверенности возразил Денис.

– Разумеется, не станет, – кивнул Егор и поправил на носу запотевшие очки. – Их присутствие в нашей команде ещё больше подчеркнёт твою и мою никчёмность. Ведь все знают, что Коротыш и Длинный классные хоккеисты. А поскольку, играя вместе с нами, они совершенно ничего не смогли сделать, значит, помощники у них были сущие бездари.

– А я ведь предупреждала, что добром ваша затея не кончится, – укоризненно покачала головой Лена. – Если б меня послушали и отказались от игры…

– Умолкни, а! Не видишь, без тебя тошно, – буркнул Денис.

– Не надо теперь на друзьях зло срывать, – решительно ответила девочка. – Сам во всём случившемся виноват. Моей вины в том, что вы не выполнили условие Куницына, нет. Наоборот, я, как могла, вам помогала.

– Ага, уж ты помогла, точно, – ухмыльнулся Денис. – Запретила шайбу в воздух подбрасывать. И из-за этого твоего дурацкого запрета, гол, забитый Коротышом, с подачи, между прочим, Егора, не был засчитан. А ведь для нашего Егорки это был верный шанс попасть в школьную хоккейную команду.

– Вот как! Оказывается, запреты мои вам костью в горле стали! – всплеснула руками Лена. – А вот вашим противникам они совершенно не помешали забить с игры четыре безответных гола и не получить ни единого штрафного очка. И ты прекрасно знаешь, почему так произошло. Потому что в их команде все четверо игроков умели играть в хоккей, а в вашей – только двое.

– Спасибо за слова утешения, – язвительно пробурчал ещё больше помрачневший Денис.

– На здоровье, – в тон ему фыркнула Лена.

– Ребята, ну вы чего, – растерянно пробормотал оказавшийся меж двух огней Егор. – Не стоит ссориться из-за ерунды.

– Для меня хоккей не ерунда, – отрезал Денис.

– Ну конечно, ты сегодня всем доказал какой ты славный хоккеист, когда Фимку в конце протаранил, – не удержалась от очередной шпильки Лена.

Дальнейшие осторожные попытки Егора примирить Дениса и Лену натыкались на ледяную стену отчуждения с обеих сторон. В пух и прах разругавшиеся друзья последние пятьдесят метров до дома демонстративно не разговаривали. Дойдя, наконец, до девятиэтажки, ребята обменялись краткими «пока» и торопливо разбрелись по подъездам.

Выйдя из лифта на своём шестом этаже, Денис не успел нажать кнопку звонка, как дверь квартиры сама распахнулась. Из прихожей на встречу вышли одетые по-уличному родители.

– А вы куда? – удивился Денис.

– Ты со своим хоккеем всё на свете позабыл, – добродушно ухмыльнулся в пышные чёрные усы папа Кирилл Васильевич Андреев – высокий статный сорокапятилетний весельчак, работающий директором на мебельной фабрике.

– Ой, а как извозился-то, весь в снегу, на штанах места живого не осталось, – всплеснула руками, как всегда, чем-то недовольная, строгая мама Ольга Викторовна Андреева. Она работала врачом-дантистом в частной стоматологической клинике. Из-за природной худобы мама Дениса выглядела гораздо моложе своих сорока лет.

– Оля, оставь мальчишку в покое, – вступился за сына отец. – Скажи-ка лучше нам, мистер хоккеист, как твои успехи? Приняли в школьную команду?

– Нет, – пробурчал снова помрачневший Денис.

– Да и бог с ней, не горюй, – потрепал по плечу папа. – Кроме хоккея полно других видов спорта. Попробуй, к примеру, кататься на лыжах. Хочешь, я тебя в лыжную секцию устрою, тамошний тренер мой старый школьный приятель.

– Я на коньках люблю, – заупрямился Денис.

– Ну, как знаешь. Неволить не буду, – покладисто кивнул отец и, подхватив маму под локоть, увлёк в сторону открывшейся кабины лифта: – Пошли, Оля, нас ждёт у подъезда такси.

– Погодите, вы же так и не сказали: куда собрались? – крикнул им вдогонку Денис.

– В театр, разумеется, – остановившись на пороге кабины, пояснила мама. – Ты не внимателен, сын. Вчера за ужином отец раз сто сказал, что билеты в театр купил. А из-за твоего опоздания, мы теперь не успеваем доехать на автобусе. Пришлось вызывать такси.

– Дорогая, нам лучше поспешить, – поторопил маму отец, и она, наконец, тоже зашла в кабину лифта.

Двойная дверца за маминой спиной тут же сомкнулась, и мальчик услышал, как кабина плавно заскользила вниз.

После разговора с родителями и без того не весёлый Денис сделался мрачнее грозовой тучи. Мало того, что они с Егором этим утром провалились на отборе в школьную команду, а потом, поддавшись на провокацию Мишки Куницына, выставили себя совершенно бездарными хоккеистами. В довершение всех бед ещё теперь, вот, выяснилось, что, не явившись вовремя домой, он серьёзно подвёл родителей.

Воспоминание о череде неудач этого на редкость невезучего утра безнадёжно испортили последние жалкие крохи хорошего настроения.

Глава 9 – Домашние хлопоты

В квартиру Денис вошёл угрюмым, как сыч, но тут же с порога был взят в оборот заботливой бабушкой Тамарой Прокопьевной.

Перво-наперво любимый внук получил нагоняй за то, что пришёл с гулянки такой весь мокрый и запачкавшийся. Потом в ультимативной форме последовал приказ: живо раздеваться, мыть руки и садиться за стол.

Послушный внук безропотно подчинился. Скинув в прихожей шапку с меховой курткой и переобувшись в домашние тапочки, мальчик побрёл по длинному коридору в расположенную на другом конце, рядом с кухней, ванную.

Всего в квартире семьи Андреевых, на зависть друзьям и соседям, имелось аж пять комнат, кроме того – большая застеклённая лоджия, просторная кухня, разделённые туалет с ванной и маленький чуланчик, приспособленный главой семейства под рабочий кабинет. И что особо ценно, эти шикарные апартаменты возникли на месте стандартной трёшки панельной девятиэтажки, основательно перекроенной отцом Дениса. Чтобы воплотить в жизнь смелую задумку, Кириллу Васильевичу пришлось поначалу снести почти все внутренние стены в квартире, потом нанятая им бригада рабочих возвела в указанных местах новые, и вместо трёх громоздких неуклюжих помещений получилось пять аккуратных комнатёнок – четыре маленькие и одна большая. Маленькие были честно поделены между членами семьи – по отдельной комнате получили бабушка и двое сыновей, а четвёртая стала родительской спальней. Большая комната с примыкающей к ней лоджией стала нейтральной территорией – местом вечернего сбора всех членов семьи у телевизора и, разумеется, залом для приёма гостей.

За обедом Денис кое-как осилил пол тарелки фасолевого супа, а ко второму блюду и вовсе не притронулся, лишь для вида поковырялся вилкой в тарелке с макаронами, чем вызвал бурное недовольство заботливой бабушки. Чтобы успокоить Тамару Прокопьевну, внук вынужден был на её глазах съесть с чаем кусочек ватрушки, после чего был милостиво отпущен из-за стола делать заданные на понедельник уроки.

С домашним заданием отличник Денис играючи расправился буквально за час, а дальше завалился на диван и позволил любимцу – огромному чёрно-белому коту Ваське – улечься на животе. Несмотря на усталость, тут же заснуть не получилось. Спасаясь от навалившейся хандры, Денис попробовал читать книжку – не пошло. Тогда мальчик нацепил наушники, врубил любимый музон и стал воображать с каким удовольствием он расквасил бы глумливую физиономию Мишки Куницына.

Вернувшийся домой в половине третьего брат заглянул к Денису в комнату и попытался расшевелить лежебоку расспросами об утренней игре на дворовой «коробке». Но хмурый Денис на вопросы отвечал крайне неохотно, предпочитая обходиться односложными «да» или «нет». Такой вариант общения Максиму быстро наскучил, и он ушёл в большую комнату смотреть телевизор.

В четвёртом часу уединение внука нарушила бабушка. Она принесла телефонную трубку и возмутилась, что Денис лежит в потёмках, – за окном уже вступил в права ранний зимний вечер, и в комнате с каждой минутой становилось всё темнее. Не дождавшись реакции от заговорившего по телефону Дениса, Тамара Прокопьевна сама зажгла ему настольную лампу и убежала дальше хлопотать по хозяйству.

Денису звонил Егор. Друг тоже маялся от безделья и предлагал сразиться по Интернету в «НХЛ». В отличие от настоящего хоккея, в компьютерном варианте любимой игры оба мальчишки были настоящими профи. Но совершенно обленившийся Денис не захотел вставать с дивана и ответил отказом.

Ещё через пять минут Дениса из унылой задумчивости вывели пронзительные трели телефонного звонка. Заверещала телефонная трубка, неосмотрительно положенная на ковёр возле дивана. Расплачиваясь за леность и нехотение относить трубку обратно бабушке на кухню, Денис был вынужден сам ответить на звонок. Приготовившись слушать нудные наставления от какой-нибудь очередной бабушкиной подружки, он был приятно удивлён, когда в ответ на его «алло» из трубки раздался полный искреннего раскаянья голос Лены Кузиной. Оказалось, после сегодняшней ссоры Лена места себе не находила, не смогла дотерпеть до завтра и решилась помириться сегодня же по телефону. Подружка попросила у Дениса прощения за злые упрёки и обидные слова в его адрес. Разумеется, он её простил, и тоже извинился за излишнюю резкость. Распрощались ребята снова друзьями не разлей вода.

После разговора с Леной настроение Дениса заметно улучшилось, и к бурному негодованию пригревшегося на животе кота, он, наконец, нашёл в себе силы вырваться из добровольного заточения. Перво-наперво Андреев младший наведался на кухню и отнёс бабушке телефонную трубку, потом, соблазнённый громкими звуками выстрелов из большой комнаты, решил составить компанию брату.

– А, Дениска, вылез из своей берлоги, наконец, – приветствовал появление младшего Максим.

– Чего смотришь-то? – спросил Денис, усаживаясь в соседнее с братом кресло.

– Фильм про Индиану Джонса, новый, я его раньше не видел, – обстоятельно объяснил Максим.

– Что ещё за Индиана?

– Мужика в ковбойской шляпе видишь – это он и есть.

– И чего он делает?

– Ищет разные древние клады.

– Чего-то не похож он на кладоискателя. Бандит какой-то.

– Не, он нормальный мужик. Просто у него имидж такой. Риск любит, вот и попадает постоянно в разные переделки. Короче классное кино, тебе понравится, смотри.

– Давно фильм идёт? – снова полюбопытствовал Денис.

– Минут двадцать, – ответил Максим уже с нотками раздражения в голосе.

– Может, расскажешь вкратце, с чего тут всё началось, – попросил младший. – А то ничего не пойму. Куда мужик в шляпе убегает? И почему за ним столько народу гонится? Кто такая та тётка? Почему у неё на боку шпага? И для чего?..

– А может ты, наконец, заткнёшься, – зло рыкнул на брата потерявший терпение Максим. – Не буду я тебе ничего рассказывать. Это самое начало фильма, сиди тихо и сам во всем разберёшься… Всё, не мешай. Хочешь смотреть – смотри, но молча. Из-за твоей болтовни я сам уже перестаю понимать, что там происходит.

Денис обиженно примолк и стал смотреть фильм. Как и обещал брат, вскоре его с головой захлестнула непрерывная череда отчаянных приключений храбреца в ковбойской шляпе. Он так увлёкся, что даже не услышал прихода вернувшихся из театра родителей. Поэтому даже вздрогнул, когда в кульминационный момент фильма у них с братом над головами раздался завистливый отцовский голос:

– Ну вот, новый фильм про Индиану Джонса пропустил. Как же это я в программе не заметил…

– Хорошо, что не заметил, – решительно перебила мама. – Иначе снова бы весь выходной у телека проторчал. А так, мы вышли в люди. Посетили театр. Скажи, ведь тебе понравился спектакль?

– Понравился, – с явной неохотой пробурчал в ответ отец.

– Прекрасно. Тогда недельки через три предлагаю повторить. Что скажешь?

– Дорогуша, давай лучше через три месяца, а?

Ставшие невольными свидетелями диалога сыновья, не в силах больше сдерживаться, дружно расхохотались. Через секунду к их заразительному смеху присоединился и весельчак отец.

– Ну-ка прекратите, – обиженно топнула ногой мама, чем вызвала лишь новый взрыв хохота в большой комнате.

– Эк у вас тут весело, – позавидовала прибежавшая на смех бабушка.

– Тамара Прокопьевна, вразумите хоть вы их. Меня они не слушают, – пожаловалась мама.

– Э-э-э, нашли над кем надсмехаться, над мамой своей, – укоризненно покачала головой бабушка.

– Мы не над мамой, – кое-как простонал сквозь смех Денис.

– Они надо мной, – добавил ухахатывающийся отец.

Наконец смех стал сам собой стихать.

– Значит так, весельчаки, – дождавшись, когда смолкнут последние смешки, вновь заговорила бабушка. – Ужин на столе. Выключайте телевизор, и пойдёмте на кухню.

Оспаривать бабушкин приказ никто не стал, потому как фильм, пока смеялись, закончился и теперь на телеэкране, сменяя друг дружку, крутились рекламные ролики.

Отвлёкшийся было во время просмотра фильма от утренних переживаний, Денис по дороге на кухню вновь захандрил. Но чтобы не привлекать к себе излишнего внимания домочадцев, ему пришлось за ужином изображать видимость аппетита. Впрочем, сделать это оказалось не трудно, природа брала своё, после скудного обеда аппетит вечером у мальчишки разыгрался просто волчий.

Отец, мама и бабушка остались довольны младшеньким. Брат, вопреки ожиданиям, не напомнил за столом об его утреннем опоздании домой. И когда после ужина Денис закрылся в своей комнате, его в этот вечер никто больше не побеспокоил.

Глава 10 – Шайбир

Разложив диван, Денис застелил его простыней, вытащил из шкафа остальные постельные принадлежности и, быстренько раздевшись, юркнул под одеяло. Чтобы отвлечься от невесёлых думок и поскорее уснуть, он снова нахлобучил на уши наушники и врубил музыку. Под мелодичную балладу на непонятном английском он, по привычке, перед сном стал фантазировать.

В воображении Дениса всплыла убогая дворовая «коробка», где утром с друзьями он потерпел обидное поражение от Мишки Куницына. Отчего-то именно там, а не на роскошной школьной хоккейной площадке, происходила тренировка школьной хоккейной команды, готовящейся к стартующему через пару недель городскому турниру. Туда же незваными пришли ещё трое ребят. Кто это поначалу понять было невозможно – лица пришедших были надёжно скрыты затёмнённой стеклянной защитой золочёных шлёмов, а красивая серебристая хоккейная форма делала всех троих похожими друг на дружку, как близнецы-братья. Неопознанные хоккеисты вызвали тройку лучших из школьной команды на поединок. Против смельчаков выехали, разумеется, бывалые хоккеисты: Мишка Куницын, Лёха Коротыш и Лёха Длинный. Остальные игроки школьной команды перебрались за борт и на время превратились в болельщиков. Судить поединок вызвался сам физрук Юпитер. Вот тройки хоккеистов выстроились напротив друг дружки в центре площадки. Физрук сбросил шайбу на клюшки центральной паре, и игра началась… Через пять минут судья прекратил избиение. Счёт разгромный: двенадцать – ноль в пользу бросивших вызов. Великолепную троицу хоккеистов попросили открыть лица. Денис, Егор и Лена дружно сняли шлемы, повергнув в шок разгромленных Куницына с приятелями.

Сквозь убаюкивающие переливы баллады до Дениса вдруг донёсся чей-то незнакомый сочувствующий голос:

– Твой случай вовсе не безнадёжен. Пожалуй, я возьмусь за него.

Озадаченный мальчик сорвал с головы наушники, перебрался по кровати к письменному столу, дотянулся до свисающего с края выключателя, зажёг лампу, и, при ярко вспыхнувшем электрическом свете, растерянно заозирался по сторонам. Не обнаружив в комнате никого постороннего, Денис уже почти убедил себя, что услышанный сквозь музыку голос ему примерещился, но тут его внимание привлёк кот Васька. Пушистый любимец неожиданно повёл себя очень странно. Спрыгнув с кровати мальчика, он убежал в дальний угол комнаты и стал энергично скрести лапами валяющийся там, возле двери, школьный рюкзак хозяина.

– Васька, чего это на тебя накатило? – удивился Денис. – Угомонись, там нет ничего. Утром лежали коньки, я их убрал сушиться на батарею. Говорят же тебе, рюкзак пустой.

– Что значит пустой, а как же я? – вновь раздался тот же незнакомый голос, на этот раз Денис определил, что он доносится из угла с рюкзаком. – Давай, котик, не слушай бестолкового мальчишку, круши мою темницу.

– Кт-то это? – запинающимся от страха голосом кое-как вымолвил Денис.

– Тоже мне хоккеист – трус несчастный, – донёсся ответ из рюкзака. – Чем сиднем сидеть и от страха трястись, лучше подойди и помоги котику. Тут молния тугая, у него замок, как следует, подцепить не получается.

Пересилив панический страх, Денис сполз с кровати на ковёр и, как был в трусах и майке, на коленях пополз в угол.

– Чего так медленно, живей давай! – донеслось из сумки недовольное понукание.

– А чего это ты в моей комнате раскомандовался?! – неожиданно для себя самого возмутился мальчик. – Ишь какой торопыга. Сейчас обижусь и вовсе не стану рюкзак открывать.

– Ну и не открывай, – фыркнул в ответ заключённый в рюкзаке незнакомец. – Тебе же хуже. Всю ночь будешь от любопытства маяться. А утром, когда в школу собираться станешь, всё равно рюкзак откроешь.

Кота, похоже, такой вариант категорически не устраивал. Оставив рюкзак, он метнулся к остановившемуся в метре Денису и стал яростно тереться мальчику об руки и коленки, при этом выразительно фыркая в сторону рюкзака. Дескать, дорогой, любимый хозяин, пожалуйста, не упрямься и помоги открыть рюкзачок.

– Ладно, уговорил, сейчас открою, – пообещал любимцу Денис.

Аккуратно оттеснив кота с дороги, мальчик подполз к рюкзаку, взял в руки, встряхнул и чуть не выронил обратно на ковер, когда внутри пустого рюкзака что-то явственно громыхнуло.

– Да сколько можно бояться, – укоризненно проворчало изнутри непонятное существо. – Клянусь, я не кусаюсь.

– Очень на это надеюсь, – хмыкнул Денис.

– Чего ты, как маленький, – продолжились уговоры из рюкзака. – Напряги мозги, ведь ты же умный мальчик, и подумай – раз меня не боится твой кот, который, между прочем, в тебе души не чает, значит, я не опасен. Это же очевидно. К тому же, ты меня уже брал сегодня в руки.

– Это когда это? – удивился Денис.

– Открой и сам всё поймёшь. Ну же, быстрее решайся и вытаскивай меня отсюда.

Уговоры таинственного узника рюкзака пробудили в мальчике любопытство, пересилившее страх. Денис рывком распахнул молнию и открыл рюкзак. Наклонив так, чтобы свет настольной лампы проник вовнутрь, он разглядел на дне пустого рюкзака одинокую шайбу – ту самую с вырезанной рожицей. Конечно, находка шайбы в сумке явилась для него сюрпризом, ведь Денис точно помнил, как, по указке Куницына, утром сунул её в карман куртки, откуда потом сам точно не вынимал. Но отыскать разумное объяснение «перелёту» шайбы из кармана в рюкзак не составило труда. Её туда вполне могла сунуть бабушка, которая днём чистила куртку внука и, наверняка, обнаружила шайбу в кармане. Ну, да бог с ней с шайбой, сейчас Денису было не до неё, он был озабочен поиском скрывающегося в рюкзаке живого говорящего существа или, что гораздо более вероятно, маленькой рации или иного разговорного устройства, через которое обращался к нему загадочный незнакомец. Мальчик даже решился пошарить внутри рукой, но кроме шайбы в рюкзаке никого и ничего больше не обнаружил.

– Я это с тобой разговариваю, я! – дуга улыбки, вырезанной на чёрной резине шайбы, вдруг на глазах преобразилась в тонкогубый рот, а две точки по бокам вырезанной закорючки носа – в два живых озорных глаза, которые тут же начали по очереди подмигивать обомлевшему мальчишке.

– Чего уставился, шайб говорящих никогда не видел?! – донеслась со дна рюкзака очередная задорная реплика, и Денис, потеряв равновесие, с задрожавших коленок плюхнулся на ягодицы.

– Да как-то не доводилось, – честно признался Денис, извлекая разговорчивый диск из рюкзака.

– Ну, так вот, теперь, считай, довелось. Поздравляю, – важно объявила шайба и тут же, по-хозяйски, распорядилась: – Ну-ка вставай. У нас с тобой дел невпроворот, так что нечего тут рассиживаться. Перво-наперво следует осмотреть территорию вокруг тренировочной базы.

– Чего-чего? Какой базы? – пробормотал всё ещё пребывающий в шоке Денис.

– Тренировочной, какой же ещё, – повторила шайба и, в свою очередь, поинтересовалась: – Ты ведь мечтал стать крутым хоккеистом?

– Да, – кивнул Денис. – Но…

– Никаких «но»! – решительно перебила шайба. – Сейчас осмотримся и немедленно приступаем к тренировкам. Времени мало. Чемпионат уже на носу!

– Какой ещё чемпионат? – простонал совсем сбитый с толку мальчишка.

– По Волшебному хоккею, разумеется, – пояснила шайба и возмущённо рявкнула: – Да ты встанешь с пола, наконец!

Резкий окрик вывел мальчика из оцепенения, он проворно вскочил на ноги и поднял шайбу высоко над головой в вытянутой руке.

– Эй, так уже слишком, опусти до уровня груди, – распорядился резиновый кругляш.

И Денис тут же выполнил очередной приказ.

– Так, так, так, – забормотала шайба. – На полу у нас ковёр. Ясненько. На нём вижу стол со стулом, разложенную кровать. Чудненько. Ну-ка, а что там с другой стороны?.. Эй, ты чего замер-то, пройдись туда-сюда со мной. Нужно же всё вокруг тщательно осмотреть.

Понукаемый дотошным чёрным кругляшом, Денис пронёс шайбу по комнате взад-вперёд несколько раз, покорно демонстрируя самые потаённые уголки.

– Территория годится, тренировочная база здесь выйдет на загляденье, – наконец вынесла вердикт шайба. – Будем прямо здесь делать из тебя хоккеиста.

– Как? – потрясённо пробормотал мальчик.

– Как везде и всегда: долгими и кропотливыми тренировками, – охотно пояснила шайба и вдруг встревожено вскрикнула: – Эй, осторожней.

Но было поздно. От волнения вдруг сделавшиеся потными и скользкими пальцы мальчика не смогли удержать тяжёлый хоккейный снаряд, и резиновый кругляш ухнулся на ковёр возле кроватной ножки.

– Ой, извини, я не специально, – смущённо забормотал Денис, торопливо вытирая вспотевшие ладони о майку, наклоняясь и подбирая шайбу.

– Да брось, – рассмеялся над его испугом резиновый кругляш. – С чего вдруг такие нежности. Помнится, не так давно клюшкой мне по бокам дубасил, а теперь «ой, извини». Умора, да и только… Ладно, проехали, вернёмся к делу. Отвечай, готов ты тренироваться до седьмого пота под моим патронажем, чтобы стать настоящим первоклассным хоккеистом?

– Готов, – кивнул Денис. – Но как же безо льда и в такой тесноте?

– Сейчас всё будет, – авторитетно заверила шайба.

– Ой, неужели прямо здесь? – охнул хозяин комнаты.

– Увидишь… Но прежде чем мы начнём, давай, может, наконец, уже познакомимся, – заговорщицки подмигнула шайба.

– Давай, – улыбнулся в ответ мальчик, за время блуждания по комнате вполне привыкший к невероятному собеседнику. – Меня зовут Денис. Денис Андреев.

– А я Шайбир Тридцать Четвёртый, – важно отрекомендовался чёрный кругляш. – Можно просто – Шайбир… Ну-с, теперь, пожалуй, самое время приступить к обещанной тренировке. Значит так, слушай внимательно и делай точно то, что буду говорить.

Перво-наперво Шайбир велел сложить кровать обратно в компактный диван, потом распорядился очистить открывшийся ковёр от лишних предметов: домашних тапочек, книжек с тетрадками, приготовленного на ночь и выставленного у изголовья кровати стакана с водой, и ещё пары скомканных конфетных фантиков. А когда со всеми этими приготовлениями было покончено, шайба потребовала установить её в центре ковра на ребро, самому Денису было велено присесть рядом на корточки, прижаться к верхушке чёрного кругляша указательным пальцем правой руки, крепко зажмуриться – это условие Шайбир особенно подчеркнул, специально несколько раз повторив мальчику, что ни в коем случае нельзя подглядывать во время последующей метаморфозы – и про себя несколько раз подряд прочесть короткое четверостишье:

Шайба со льда,

Скакнула одна,

Обратно на лёд,

Со мной придёт.

– Я не понял сколько раз нужно это прочесть? – уточнил Денис.

– Читай пока с тобой не случится чудо! – торжественно объявила шайба. – Не беспокойся, его ты обязательно почувствуешь, и поймёшь, что уже можно открывать глаза… Всё понял? Тогда не будем тянуть. Действуй.

Глава 11 – Волшебный хоккей

Денис всё исполнил в точности, как было велено.

Когда, зажмурившись, он стал читать забавный стишок, подбородок обдало ветром, как будто он резко понёсся вниз, но колени, при этом, удивительным образом продолжали крепко стоять на полу. Ощущение стремительного падения длилось секунд пять, не дольше. Как только оно прекратилось, вокруг стало ощутимо холоднее, и на Денисе поверх домашних трусов и майки сама собой «наросла» какая-то одежда.

Шайба под рукой упорно хранила молчание, но рядом раздались чьи-то незнакомые ожесточённо спорящие голоса.

– Этот ещё почему тут? – взвизгнул неприятный капризный тенорок. – Нельзя человека! Не положено!

– Не твоего ума дело, – ответствовал ему раскатистый бас. – Раз смог проникнуть, значит так надо. Мы не решаем, а лишь исполняем. Шайбир провёл – с него и спрос.

– Да что он о себе вообразил, шайба говорящая! – снова взвизгнул неприятный голос. – Наш Чемпионат уже больше века закрыт для людей! Потому как, все знают – им нельзя доверять!

– Быть может, пришло время снять запрет, – примирительно проворчал в ответ бас. – Угомонись, ведь не нам с тобой решать.

– Ну уж нет, я этого так не оставлю! – снова заскандалил капризный тенорок. – По ветру развеюсь, но не допущу этого к Чемпионату!

– Чего так разошёлся-то, это всего лишь претендент, – теряя терпение, рявкнул на собеседника бас. – Не факт, что он выдержит отбор. А уж ежели выдержит…

– Не выдержит! – твёрдо перебил тенор. – Я за этим лично прослежу!

– Увы, мой друг, это тоже не тебе решать, – не менее твёрдо возразил бас.

Голоса смолки так же неожиданно, как возникли, и в навалившейся со всех сторон звенящей тишине мальчик, наконец, решился открыть глаза.

Открывшаяся взору картина мигом заставила позабыть о только что услышанном чудном диалоге. Денис по-прежнему сидел на коленках и удерживал указательным пальцем стоящую ребром шайбу, вот только пребывал он уже вовсе не в маленькой уютной комнатушке, а в середине самой настоящей хоккейной площадки. Вместо застланного ковром пола теперь был отличный, идеально ровный искусственный лёд, с чётко прорисованными красной и синей краской линиями разметки, и с первоклассными хоккейными воротами, в противоположных концах площадки. Вместо стен – белоснежные пластиковые борта, с чистейшими без единого пятнышка и трещинки стёклами. А потолок заслонял гигантский полупрозрачный купол защитной сетки, предотвращающей вылет шайбы за пределы площадки.

На участке примерно в двадцать метров одного из длинных бортов стекольная защита отсутствовала. Высокие серые пластиковые стены огораживали этот участок, образуя длинный прямоугольник между бортом и стеной шириной метра полтора. Вытянутый, напоминающий коридор, участок за бортом был разделён на два одинаковых отсека прозрачной стеклянной перегородкой. Вдоль каждого отсека тянулась длинная деревянная скамейка, и с ледовой площадки в каждое отделение вело по калитке. Догадаться о назначении этих примыкающих к открытому борту отсеков Денису не составило труда. Во время игры там должны были находиться запасные хоккеисты команд-противников, и, соответственно, назывались разделённые отсеки скамейками запасных. В середине противоположного полностью застеклённого борта так же имелось две калитки, за которыми сквозь защитное стекло угадывались очертания серых стен, огораживающих небольшие кабинки, – там во время игры отбывали наложенное судьёй наказание проштрафившиеся игроки.

Чудесное преображение не обошло стороной и самого Дениса. Под стать площадке, он оказался с макушки до пят экипирован в серебристую хоккейную форму, идеально подогнанную по фигуре. Тело одиннадцатилетнего мальчугана теперь было непривычно стянуто ремнями креплений разнообразных защитных щитков, отчего под натянутыми поверх защиты трико, шортами и свитером фигура Дениса заметно раздалась вширь. На ногах у него, как влитые, сидели чёрные коньки, растянутые по ступне, как любимые домашние тапочки. На руках красовались новенькие серые краги. Голова была надёжно укрыта золотистым шлёмом со стеклянным визором. Меж зубами обнаружилась мягкая пластмассовая капа. А свободная от шайбы левая рука слегка провисла под весом появившейся вдруг в ней клюшки.

За пределами роскошного ледового катка угадывались очертания комнаты, только всё в ней теперь казалось невероятно огромным. Настоящая комната великана. Различимые сквозь стекло и сетку ближние стул, стол, диван и книжный шкаф, нависали с разных сторон над площадкой, как причудливой формы горы. Освещающая всё вокруг настольная лампа преобразилась в огромное искусственное солнышко. А дальний шкаф, комнатная дверь, покрытые обоями стены и потолок с подвесной люстрой превратились в смутные тени на пределе видимости, эдакие зыбкие, расплывчатые гигантские миражи.

Судя по характерному пёстрому подлёдному рисунку, хоккейная площадка образовалась прямо на центральной части ковра. И к этому месту теперь подкрадывался почуявший неладное взъерошенный кот Васька – превратившийся в гигантского зверя, ростом с десяток слонов. Ноздри кота жадно раздувались, улавливая чуть заметный запах куда-то вдруг сгинувшего хозяина. Мягкими пружинистыми шагами он неотвратимо приближался к центру ковра. Вот глаза огромного кота радостно блеснули, разглядев наконец искомую цель, и огромная когтистая лапа потянулась к одинокому маленькому хоккеисту.

Вид надвигающейся зловеще чёрной кошачьей лапы потряс Дениса гораздо больше всего остального. Перспектива стать ужином своего любимца вдруг сделалась до ужаса реалистичной. Огромные, как кривые мечи, васькины когти неотвратимо приближались, а скованный страхом мальчик не в силах был шевельнуть ни рукой, ни ногой. Оставаясь всё в той же изначальной коленопреклонённой позе, Денис лишь обречённо втянул голову в плечи и, уповая на крепость защитной амуниции, замер в ожидании страшного удара.

К безмерному облегчению, страхи мальчика оказались напрасными. Примерно на полпути к нему здоровенная когтистая лапа упёрлась в полупрозрачный сетчатый свод ледовой площадки и тут же, вместе с остальным котом, развеялась, словно это был вовсе не Васька, а огромный до ужаса реалистичный мираж.

Рядом с пальцем Дениса, по прежнему удерживающим Шайбира ребром на льду, в тоже мгновенье появился ещё чей-то палец. Озадаченный мальчик тут же перевёл взгляд с рассеивающегося морока снаружи на появившегося рядом хоккеиста – такого же небольшого мальчишечьего росточка, так же стоящего на коленках в центральном круге площадки и придерживающего шайбу указательным пальцем правой руки. Хотя на незнакомце была точно такая же, как у Дениса, скроенная по фигуре и безупречно сидящая серебристая хоккейная форма, с ней явно что-то было не так, но что именно с первого взгляда разобрать Денису не удалось.

– Мур-мяу! Привет, капитан, – донёсся из-под стеклянного визора шлёма незнакомца задиристый голос. – Рад играть в твоей команде. Мур-мяу! Благодарю за доверие.

– А ты кто? – выдохнул в ответ Денис. И едва удержался от изумлённого вопля, заметив, наконец, невероятную особенность незнакомца. По укутанным серебристым свитером бокам незнакомца хлестал хорошо знакомый роскошный чёрный хвост с белым пятном на конце.

Вспыхнувшую в голове невероятную догадку, через мгновенье озвучил вдруг вышедший из оцепенения Шайбир. Чёрный кругляш, привлекая к себе внимание, резко крутанулся под придавившими ко льду пальцами и представил ошарашенному Денису преображённого домашнего любимца. Невероятно, но хоккеистом напротив оказался кот Васька.

– Да, я твой кот, – подтвердил слова Шайбира хвостатый хоккеист. Сняв руку с шайбы, он приподнял стеклянный визор и продемонстрировал довольную усатую физиономию. – Привет, хозяин. Мур-мяу!

– Так ты умеешь говорить? – вместо ответного приветствия пробормотал потрясённый Денис.

– Только здесь, во времяу наших совместных тренировок, – объяснил кот.

– Обалдеть, – выдохнул Денис.

– Чего, так и будите теперь друг на дружку пялиться! – возмутился Шайбир. – Всё, Денис, хватит меня держать. Пожми руку товарищу по тренировке. И займёмся, наконец, тем, ради чего мы все здесь собрались.

Мальчик послушно пожал протянутую котом лапу, в серой защитной краге практически не отличимую от человеческой руки, и следом за шустрым Васькой поднялся с колен.

– Значит так, приступаем к тренировке. Слушайте меня внимательно, не перебивайте и выполняйте точно все мои наставления, – продолжила давать указания говорящая шайба. – Для начала давайте-ка прокатитесь взад-вперёд по площадке. Я посмотрю, как вы держитесь на коньках.

Импульсивный кот первым дёрнулся исполнять указание Шайбира. Решительно оттолкнувшись, он заскользил по льду, но, проехав чуть более двух метров, зацепился коньком за конёк, позорно грохнулся и обиженно зашипел.

Более опытный в этом деле Денис через секунду аккуратно подкатил к товарищу, подхватил Ваську под локоть и стал помогать домашнему любимцу снова встать на ноги. Он его почти поднял, но, вставая, кот нечаянно зацепился хвостом за ногу хозяина. Задетую ногу повело в сторону, и потерявший равновесие Денис тоже плюхнулся на лёд, увлекая за собой в повторное падение неуклюжего любимца.

– М-да, печальное зрелище, – вынес вердикт Шайбир, когда оба его подопечных кое-как поднялись на ноги. – Суду всё ясно! Пока вы оба толком ничего делать не умеете. А раз так, бессмысленно заставлять вас работать в паре. Поэтому первую половину тренировки каждый будет заниматься по индивидуальной программе… Уф! Не люблю я этот фокус! Но по другому нам эту проблему не решить.

Шайба вдруг резко закрутилась на месте и сама собой заскользила к чуть откатившимся хоккеистам. По пути на пару секунд её окутало чёрное непроглядное марево, а когда маскировка рассеялась, вместо одной шайбы на льду вдруг оказалось их две.

– Чего стоим, наблюдаем?!

– Разбираем каждый по шайбе, и за дело!

Наперебой заверещали уже два дотошных инструктора.

Глава 12 – Первая тренировка

Денис подхватил клюшкой ближайший чёрный кругляш и, исполняя тут же последовавшее указание, аккуратно повёл к воротам. За спиной то же самое проделал кот Васька, только он покатил свою шайбу к воротам в противоположный конец площадки. Разведённые волею раздвоившегося Шайбира в разные стороны, хоккеисты были вынуждены полностью сосредоточиться на выполнении бесконечной череды упражнений и на какое-то время совершенно позабыли друг о друге.

Понукаемый не на секунду несмолкаемым Шайбиром Денис после нескольких минут тренировки уже находился на грани нервного срыва. Это был какой-то бесконечный кошмар. Комментировалось всё: и неровное скольжение коньков по льду, и недостаточно сильное отталкивание ото льда, слишком плавные и затянутые повороты, неуверенные, жалкие торможения, неуклюжее ведение шайбы, неправильные, неумелые удары. На несчастного мальчишку обрушился ураган критики. Каждое движение на льду дотошно обсуждалось, и неумолимый Шайбир требовал бесконечных повторений с учётом предъявленных претензий. Когда вымотанный до предела бесконечными упрёками Денис был готов разреветься, психануть и послать придирчивого надзирателя куда подальше, у него вдруг начало кое-чего получаться. В по-прежнему не иссекаемом потоке едкой критики стали появляться спасительные островки заслуженной похвалы.

Потерявший счёт времени Денис неутомимо наматывал круги на своей половине хоккейной площадки, беспрерывно перекатывая шайбу из стороны в сторону. Поначалу это нехитрое базовое упражнение на ведение давалось ему с огромным трудом. Он ехал медленно, неотрывно таращился на шайбу, и до дрожи боялся не успеть её подхватить после очередного переката, от чего, разумеется, то и дело ошибался и терял срывающуюся с крюка шайбу. Но неутомимые нотации Шайбира постепенно возымели эффект. Движения хоккеиста стали более уверенными, изрядно возросла скорость, наработался автоматизм, и под конец первого этапа тренировки Денис настолько уверовал в свои силы, что перестал следить за мельтешением контролируемой клюшкой шайбы. Оторванные ото льда глаза получили возможность обозревать, что твориться вокруг, контролировать борта площадки и синюю зонную линию вдоль которых происходило его непрерывное круговое движение. Уже через минуту такой зрячей езды от былых опасений – не рассчитать с поворотом и врезаться в борт или заступить за линию – не осталось и следа. Почувствовавший уверенность хоккеист изрядно прибавил в скорости, и под сдержанные похвалы довольного наставника в какой-то момент поймал себя на мысли, что от души наслаждается теперешней прытью. Эх, если б он так научился двигаться на денёк пораньше, его бы точно в школьную хоккейную команду отобрали.

– Не обольщайся, пока что ты всего лишь более-менее сносно научился стоять на коньках, – опустил с небес на землю размечтавшегося мальчишку Шайбир. – А какой из тебя хоккеист, мы сейчас проверим. Давай-ка, кати меня в центральный круг.

Денис подчинился. Он резко тормознул, прерывая круговое движение, развернулся и помчался к центру, с удовольствием подмечая при этом, что, несмотря на крутой манёвр, полностью сохранил контроль над шайбой. С другой стороны площадки, выполнив аналогичный резкий разворот, ему на встречу рванул кот Васька. Перемены в катании хвостатого хоккеиста просто потрясали, он двигался гораздо проворнее Дениса. Несмотря на всё старание закусившего капу мальчишки, кот ворвался в центральный круг первым, опередив хозяина на добрую секунду.

В центральном круге шайбы хоккеистов вновь самопроизвольно закрутились и, увернувшись из-под клюшек, подобно паре магнитов, рванули навстречу друг дружке. С громким вязким шлепком они врезались, и тут же вмялись так, будто были не из твёрдой резины, а из податливого пластилина. При ударе снова вырвалось крохотное облачко непроницаемого чёрного марева, оно заволокло место столкновения, а когда через секунду бесследно развеялось, на месте двух втиснувшихся друг в дружку шайб остался один изначальный Шайбир.

– Вы не плохо поработали, ребята, – обратился он к подкатившим с разных сторон хоккеистам. – И теперь вам предстоит показать не только мне, но и друг другу, каких высот удалось достичь каждому во время индивидуальных занятий. Итак, у вас одна шайба на двоих. Задача: завладеть шайбой, обвести противника и забросить гол в чужие ворота. Цель тренировки: отработка приёмов отбора шайбы у противника. По сути, только сейчас настоящий хоккей для вас и начинается… Ну чего замерли, вперёд! Закиньте меня, наконец, в сетку чужих ворот!

Хоккеисты устремили клюшки к шайбе, и от их одновременного удара не доставшийся никому чёрный кругляш свечой взмыл в воздух. В погоне к месту падения чуть проворней оказался кот. Завладев шайбой, хвостатый противник преподнёс Денису новый сюрприз, увернувшись от хозяина ловким изящным финтом. Вот так, одним манёвром, Васька полностью обезопасил себя от бестолково прокатившего мимо и оставшегося далеко позади преследователя.

Выслушивая заслуженные похвалы Шайбира, Васька в гордом одиночестве ворвался в зону Дениса и, подкатив к воротом, ловко метнул резиновый снаряд точно под перекладину.

Записав первое очко на свой счёт, урчащий от восторга хоккеист стрелой понёсся в центральную зону, предоставив пропустившему гол хозяину самостоятельно выгребать Шайбира из ворот и под градом упрёков и наставлений отвозить шайбу обратно на точку сбрасывания в центральный круг площадки.

На сей раз после команды Шайбира пристыженный Денис, явив чудеса расторопности, первым подхватил шайбу. Грамотно прикрыв её корпусом, мальчик спиной вперёд попытался протаранить неуступчивого кота, с помощью большей длинны рук, сохраняя шайбу на недоступной хвостатому дистанции. Однако Васька вновь удивил. Сперва, притупляя бдительность Дениса, кот действовал по навязанному плану – изо всех сил старался дотянуться до чёрного диска через заслон хозяина, отчаянно шипел и раздражённо мяукал. Денис же, преодолевая сопротивление, медленно, но верно, продвигался к воротам противника, въехал в чужую зону и, преждевременно уверовав в успех, изготовился в скором времени так же неспешно завести шайбу в ворота. Изображая отчаянье, кот дёрнулся влево, пытаясь обогнуть умело закрывающегося Дениса по дуге и сбоку дотянуться до шайбы. Изначально ожидающий от противника такой манёвр мальчишка, в свою очередь, тут же рванул клюшку вправо, выводя шайбу в свободную зону перед открытыми воротами. Каково же было изумление Дениса, когда, по завершении разворота, его уже разогнанная для финального броска клюшка вдруг врезалась в подставленную клюшку будто из-под земли выросшего Васьки.

Воспользовавшись секундным замешательством Дениса, кот выбил у него шайбу и, первым подхватив возле борта, стрелой понёсся к пустым воротам в противоположном конце площадке.

Как коту удалось проделать с ним такой невероятный фокус, Денис узнал несколькими секундами позже от Шайбира, после того, как в очередной раз вытащил его из своих ворот. Оказалось, кот лишь умело сымитировал попытку объезда по дуге. Дёрнувшись влево, он тут же резко затормозил, но среагировавший на долгожданное боковое движение Денис этого торможения уже не увидел, совершая ответный разворот с выходом на бросок. Пока мальчишка разворачивался, кот успел сместиться на прежнее место перед воротами и во всеоружии встретить раскрывшегося Дениса.

– Но как такое возможно? Почему, мой кот Васька, всего несколько часов назад волшебством поставленный на задние лапы, впервые в жизни одетый в хоккейную форму и только-только обученный катанию на коньках, оказался гораздо более способным твоим учеником? – спросил раздосадованный очередной неудачей Денис. – Почему домашний жирный кот обыгрывает меня, не понаслышке знакомого с хоккеем мальчишку?

– С чего ты взял, что он лучше тебя? – рассмеялся в ответ Шайбир.

– Это же очевидно. Кот быстрее и изобретательнее меня, – с тяжким вздохом, признал мальчик.

– Чушь, – решительно возразил Шайбир. – Твой любимец вовсе не лучше тебя. Просто, у него ярко выраженный талант нападающего. А ты гораздо лучше приспособлен к игре в защите. Что же касается быстроты обучения, тут ты, как ни странно, прав. Так уж повелось в нашей игре, что овладение разнообразными хитростями и премудростями Волшебного хоккея неразумным животным даётся гораздо легче, чем людям. Но это лишь на первом этапе обучения. Даю слово, если не будешь отлынивать от тренировок, и работать на них так же упорно, как сегодня, очень скоро ваше с котом Васькой мастерство примерно сравняется.

– А почему у неразумных животных изначально преимущество перед нами?

– Мозг неразумного не обременён условностями и предрассудками, он подобен чистому белому листку и, как губка, впитывает закладываемую в него информацию, – стал обстоятельно объяснять Шайбир. – Твой же мозг – это кладезь знаний, накопленных за прожитые годы. И новая, закладываемая здесь информация, нередко вступает в противоречие с уже заложенной ранее, что мешает тебе быстро раскрыться. Например, ты знаешь, что падать на лёд очень больно, и убеждён, что если без ограничений от души разгонишься на коньках, то обязательно в конце грохнешься на лёд и сильно расшибёшься. Чтобы снять этот запрет требуется время. А пока он не будет снят, ты будешь уступать в скорости домашнему любимцу. И таких внутренних запретов у тебя, уж поверь мне на слово, не один десяток. Я понятно объяснил?

– Угу, – откликнулся насупившийся Денис.

– Тогда хватит болтать и продолжим тренировку, а то кот нас уже в центральном круге заждался. Счёт два – ноль в его пользу. Ты пока проигрываешь. Соберись, и давай уже тоже начинай забивать голы. Я верю в тебя!

Но, несмотря на воодушевляющую речь Шайбира, после третьего розыгрыша очередной успех вновь праздновал юркий и стремительный кот. Потом он забил четвёртую шайбу. Затем пятую. Шестую…

Бесконечное избиение Дениса продолжалось очень долго. В какой-то момент уставший и раздосадованный предыдущими неудачами мальчишка сбился со счёта и перестал отслеживать сколько голов уже пропустил. Но уже через несколько секунд, в помощь сплоховавшей памяти, над одним из четырёх углов площадки за защитной сеткой вдруг появилось большое электронное табло с издевательским счётом сорок три – ноль в пользу кота Васьки.

Как ни странно, это наглядное подтверждение абсолютного превосходства домашнего любимца по-хорошему разозлило хозяина. Денис стал насмерть биться с котом за каждую пядь площадки. И, пропустив в ворота ещё три безответных гола, он, наконец, добился своего. В какой-то момент мальчик оказался быстрее, хитрее и возможно в чём-то мастеровитей юркого Васьки. Денис обманул любимца лихим финтом – взятым на вооружении, кстати, из васькиного же арсенала – стрелой пронёсся по площадке и забросил шайбу в сетку чужих ворот. Счёт на табло изменился. Рядом с неприлично огромным двузначным числом васькиных побед, появилась гордая единичка, сменившая набивший оскомину ноль.

И тут же, словно в награду за забитый таки с таким трудом гол, над ледовой площадкой разразилась вполне натуральная сирена, как на настоящем стадионе по окончании хоккейного периода.

Со звуками сирены хоккейная площадка поплыла перед залитыми потом глазами Дениса.

Глава 13 – Происшествие с молотком

Денис проснулся лежащим на ковре в трусах и майке, замёрзшим и совершенно разбитым. Кот Васька, свернувшись калачиком, сладко дрых у него на животе. Тут же обнаружился и источник выдернувшей из чудесного сновидения сирены – им оказался будильник, как обычно ровно в семь ноль-ноль пронзительными трелями известивший Дениса о начале нового учебного дня.

Спихнув с живота кота, мальчик кое-как с охами и ахами встал с пола и выключил надрывающийся будильник. Под впечатлением невероятно реалистичного сна, следующие пару минут, вместо обычной зарядки, потратил на поиски говорящей шайбы. Денис перерыл все ящики письменно стола, вывернул наизнанку сумку-ранец, и тщательно обследовал каждую пядь пола, вручную обшарив даже все труднодоступные пыльные закутки под диваном и шкафами. Увы, волшебный чёрный кругляш нигде обнаружить не удалось. И хотя всё тело ужасно ломило, будто и впрямь всю ночь напролёт тренировался, отсутствие в комнате главного организатора чуда – Шайбира – вынудило смириться с единственным правдоподобным объяснением. Ему пришлось признать, что и сама говорящая шайба, и организованный ею замечательный Волшебный хоккей оказались лишь прекрасным, на диво реалистичным сном.

Тут же нашлось и вполне логичное объяснение феномену утренней ломоты – поскольку Денис проснулся на ковре, вероятно, он проспал на нём всю ночь, и мышцы затекли от долгого лежания на жёстком полу.

Отогревшись под горячим душем, Денис почувствовал, что у него после Волшебного хоккея разыгрался просто волчий аппетит. На радость уже хлопочущей на кухне бабушке младший внук за завтраком умял аж четыре бутера с сыром, два с копчёной колбасой и запил всё это изобилие двумя огромными кружками горячего чая.

Вернувшись после сытного завтрака обратно к себе в комнату, Дениска быстренько оделся, побросал в рюкзак нужные для уроков тетрадки и учебники и, закинув его за спину, отправился в школу.

Как обычно, у соседнего подъезда он встретил вышедших практически в одно с ним время Егора и Лену. Копируя взрослых, друзья обменялись крепкими рукопожатиями и вместе отправились в школу.

Весть об их вчерашнем разгромном проигрыше Куницыну облетела все пятые классы школы ещё до первого урока, но, вопреки опасениям друзей, они вовсе не стали посмешищем для сверстников. Разумеется, нашлись такие, что, из желания угодить шайке драчунов, тыкали в них пальцем и ехидно хихикали за спиной, но подобные подхалимы-насмешники оказались в явном меньшинстве. Подавляющее большинство пятиклассников отреагировали на преподнесённую хулиганами новость спокойно. Многих гораздо больше заинтересовала ярко выраженная хромота Фимки Кувшинникова. Когда стало известно, что ногу жирдяй Кувшин повредил в игре с отличниками, и травмой своей обязан конкретно худышке Дэну, троица бросивших вызов хулиганам ребят и вовсе превратилась в глазах большинства из неудачников в героев.

Столь непредсказуемая реакция большинства на позорный проигрыш взбесила Куницына с приятелями. На переменках хулиганы, не скрывая намерений, откровенно цепляли отличников, пытаясь затеять драку прямо в школьном коридоре. Но Денис, Егор и Лена, не реагируя на обидные придирки, старались большую часть переменок держаться поближе к учителям, в присутствии которых вынужден был сдерживаться даже отчаянный забияка Куницын.

Игра в кошки-мышки между жаждущими мести хулиганами и опасающимися быть побитыми отличниками растянулась на все четыре перемены, и закончилась в пользу «мышек». Перед пятым последним уроком понедельника друзья были вынуждены разлучиться. Это был урок труда, раздельный для девочек и мальчиков. Девочки на труде обучались шитью, готовке и прочим нехитрым женским премудростям, их урок происходил в обычном школьном классе. Мальчишки в пятом классе на труде изучали столярное дело, для занятия которым приходилось спускаться в специально приспособленный под мастерскую школьный подвал.

Сбежавшая на девчоночий труд Лена вырвалась из-под прессинга шайки Куницына, и теперь всё внимание хулиганов сосредоточилось на Денисе и Егоре, поневоле оказавшихся с ними в мастерской. Конечно, в присутствии сурового трудовика Кирилла Сергеевича Лаврова – за лысую, как коленка, голову получившего у школьников забавное прозвище Колобок – нападок со стороны дружков Куницына можно было не опасаться. Но ведь в классе было семнадцать мальчишек, и углядеть сразу за всеми, разошедшимися по верстакам просторной мастерской, было невозможно.

Денис с Егором вдвоем мастерили заданный Колобком детский стульчик, оба сосредоточились на выпиливании из большого куска фанеры спинки и сиденья, и не заметили, как вдруг оказались окружены четвёркой приятелей Куницына: Коротышом, Крюком, Французом и Кувшином. Верстаки этой четвёрки соседствовали с верстаками отличников, и, как только надзирающий за пятиклашками трудовик удалился в другой конец мастерской, хулиганы, воспользовавшись моментом, подкатили к беззащитным соседям. Эта неприятность приключилась уже на пятой минуте урока.

– Ну что, мыши, попались, – громом средь ясного неба ворвался в уши Дениса и Егора злобный шёпот Лёхи Коротыша.

– Теперь не сбежите, – в тон приятелю позлорадствовал Француз.

Бросив работу, Денис с Егором поспешно обернулись и увидели обступивших со всех сторон врагов.

– Вы чего! – возмутился Егор. – Сейчас Кирилл Сергеевич вернётся, и вам не поздоровится!..

– Заткнись, – цыкнул Коротыш и, для острастки, чувствительно ткнул кулаком Егора в бок.

Отличник охнул, схватился за ушибленное место и замолчал.

– Не беспокойтесь, Колобок не помешает нашему разговору, – объявил, как обычно, угрюмый Крюк. – Всё продумано. Его сейчас Мишка с Длинным в том конце вопросами отвлекают. И минуты три нам никто не помешает.

– Ща вы, гады, нам за всё ответите, – пригрозил самый агрессивный Лёха Коротыш и ткнул кулаком уже в грудь Денису.

Вернее попытался ткнуть, потому что худышка Андреев неожиданно проворно отреагировал на внезапную атаку, каким-то чудом успел отклониться в сторону, и лёхин кулак лишь чуть задел его чёрный рабочий фартук.

– Ах, ты ещё и уворачиваться! – прошипел взбешённый неудачей хулиган и тут же ударил отличника второй рукой, целя в подбородок. Но левая, так же как секундой ранее правая, лишь бестолково протаранила пустоту в том месте, где мгновением раньше была денискина голова.

Озадаченный повторной неудачей Коротыш поумерил пыл и до поры до времени предпочёл затаиться, предоставив вести диалог приятелям.

– Пацаны, ну вы чего? Что мы вам сделали-то? – забормотал Денис, ошарашенный своим проворством не меньше хулигана Коротыша.

– Ему ещё хватает наглости спрашивать, – фыркнул в ответ Фимка Кувшинников. – У меня по твоей милости на ноге синячище во всю коленку. Теперь неделю не смогу толком в воротах стоять.

– Но он же не специально, это был игровой момент, – вступился за друга Егор.

– Я хотел резко затормозить, у меня не получилось, вот и снёс тебя, – подхватил Денис. – Думаешь, мне самому понравилось быть придавленным такой тушей ко льду?

– Чего! Это у кого туша?! – побагровел Фима.

– Тише! Чего разорался, сейчас всех запалишь, – шикнул на толстяка Коротыш.

– Не волнует, умышленно ты упал или случайно, – оттеснив приятелей, насел на Дениса Француз, – по любому ты, Дэн, виноват в том, что у нашего друга серьёзно ушиблена нога. Кувшин не может нормально стоять в воротах и подводит команду. А раз ушиб по твоей вине – тебе и отвечать!

– Что значит «тебе отвечать»! – взвизгнул перепугавшийся за друга Егор.

– Ну-ка тихо! – пнул его сзади Крюк.

– Короче, выбор у тебя такой, – цапнув Дениса за ворот фартука, затараторил на ухо отличнику Лёха Коротыш. – Либо сейчас калечишь себя сам, как вчера Кувшина. Берёшь молоток и шарахаешь по правой коленке. Колобку потом объяснишь, что это был несчастный случай, рабочая травма, он тебе поверит. Горыныч с Кузиʹной помогут потом до дому доковылять. И всё, считай, мы в расчёте.

– А если я не стану себя бить молотком? – спросил побелевший, как полотно, Денис.

– Тогда сегодня после уроков тебе предстоит хорошенько поработать кулаками, – ухмыльнулся Лёха Коротыш. – Конфликт с Кувшином, хочешь того или нет, придётся решать дракой. А поскольку сам Кувшин травмирован, и временно не может за себя постоять, биться придётся с одним из нас.

– Всё, Коротыш, сматываемся, Колобок возвращается, – шепнул на ухо приятелю Француз.

Четвёрка хулиганов поспешно разбежалась по верстакам. Коротыш, перед тем как броситься за остальными, чуть задержался возле отличников и не без издёвки добавил:

– Тебе, Дэн, время до конца урока. Выбирай, сам себя покалечишь, или предоставишь это сделать одному из нас.

Хулиганы разбежались, и оставшиеся вновь вдвоём отличники попытались возобновить прерванную работу. Однако после неприятного разговора сосредоточиться на аккуратном выпиливании, как ни старались, не получалось ни у Дениса, ни у Егора. Дальше у друзей на уроке всё валилось из рук, и обычно хваливший их работу Колобок сегодня вынужден был даже пару раз отругать серьёзно напортачивших отличников.

Апофеозом их вопиющей невнимательности стал едва не приключившийся по вине Егора несчастный случай. Когда друзья стали сколачивать спинку с сиденьем в единое целое, после очередного размашистого удара молоток Егора сорвался с длинной рукояти и взвился под потолок. Виновник происшествия трусливо впал в ступор, обречённо наблюдая за полётом стальной колотушки, зато напарник среагировал молниеносно. Действуя словно на автопилоте, Денис выпустил из рук недоделанный стульчик, не глядя, куда тот упадёт, цапнул подвернувшуюся под руку полутораметровую деревянную рейку и, резко вытянув на всю длину, ловко отбил самым кончиком летящий из-под потолка снаряд в безопасный пустой проход между верстаками. Опоздай он хоть на мгновенье, и тяжёлый стальной молоток ухнулся бы точно на голову ничего не подозревающего мальчишки за соседним верстаком.

Грохнувшийся на каменный пол молоток наделал много шуму. Взбудораженные неожиданным грохотом мальчишки побросали работу и со всех концов мастерской сбежались смотреть, что там стряслось. Не видевший самого происшествия Колобок тоже прибежал на шум, и тут же по горячим следам устроил разнос ротозею Егору, вовремя не заметившему, что молоток ненадёжно закреплён на рукояти.

Как на зло, спасённым Денисом соседом оказался Фимка Кувшинников, который летящего в голову молотка не видел, но просвистевшую в сантиметрах от затылка рейку очень хорошо и почувствовал, и разглядел. А поскольку направляла её рука врага Дэна, не на шутку перепугавшийся толстяк тут же перед трудовиком обвинил отличников в коварной попытке членовредительства – мол, один швырнул в него молотком, а когда стало понятно, что промахнулся, другой решил добить палкой.

Обвинения, конечно, были идиотские, но выведенный из себя чрезвычайным происшествием Колобок следом за Тягуновым хорошенько выбранил и угодившего под горячую руку Дениса. К счастью для последнего, среди собравшихся мальчишек отыскалось двое свидетелей его недавнего подвига. Кирилл Орлов и Вова Дубинин заступились за Андреева, и в два голоса, взахлёб, стали расписывать перед трудовиком: как ловко Дэн сумел снять с головы Кувшинникова летящий в неё молоток. В итоге, признавшему свою неправоту Колобку пришлось извиняться перед Денисом за излишнюю горячность.

Но Кувшинников заверениям двоих свидетелей не поверил и остался при своём: что на самом деле молоток Егора сорвался с рукояти совсем не случайно, и что удар палки Дениса был нацелен не на летящий снаряд, а ему в голову. Толстяк был абсолютно убеждён, что это была попытка Горыныча с Дэном нанести ему тяжкое увечье в отместку за недавний жёсткий наезд, но из-за чрезмерного усердия злодеи-отличники помешали друг другу – это, и только это, непредвиденное обстоятельство чудесным образом его и спасло. Пятеро фимкиных приятелей-хулиганов так же единогласно поддержали нелепую версию Кувшина, и после урока решили поквитаться с зарвавшимися зубрилами за это происшествие тоже.

Глава 14 – Денис дает стрекача

Ещё в раздевалке, ловя на себе сочувственные взгляды одноклассников, Денис, Егор и присоединившаяся к ним после своего урока Лена догадались, что шайка хулиганов караулит их у выхода из школы. Мальчишки рассказали подружке о предъявленном Денису во время урока ультиматуме и случившемся позже досадном происшествии с молотком.

– Надо же, как на зло, всё одно к одному, – всплеснула руками по окончании короткого рассказа Лена. – Может, через запасной ход попробуем из школы выбраться.

– Мы уже думали об этом, – покачал головой Денис. – Из мастерской когда выходили, как бы случайно в дальний конец подвала свернули. Там на уличной двери два огромных замка висят – это только изнутри. И ещё неизвестно сколько снаружи.

– Понятно, значит, отпадает, – кивнула Лена и тут же высказала новое предложение: – Тогда, может, дождёмся кого-нибудь из учителей и выйдем вместе.

– Толку-то, ведь ты не станешь просить учителя до дома довести, – угрюмо хмыкнул Егор. – Этим уродам ничто не помешает двинуться за нами следом. А как только наши пути с учителем разойдутся, они набросятся на нас. И это случится не здесь, на открытом школьном дворе, а в какой-нибудь глухой подворотне. Сама представь, как они там нас отделают.

– Придётся выходить, другого выхода нет, – подытожил краткое обсуждение Денис. – Но всем троим подставляться нет смысла. Я пойду один…

– Эй, ты чего, я тебя не брошу, – решительно возразил Егор.

– И я с вами пойду, – тут же подхватила Лена.

– Не спорьте, я уже решил, – возразил Денис. – Я попробую сбежать от них и увести за собой. Вряд ли они набросятся с кулаками в дверях школы, наверняка, позволят немного отойти, тут-то я и задам стрекача. Пусть попробуют догнать, бегаю я неплохо.

– Но Мишка с Лёхой Длинным бегают быстрее тебя, – покачал головой Егор. – От них тебе не удрать.

– Как знать, может сегодня у меня и получится, – улыбнуться другу Денис. Улыбка вышла кривой и совсем не убедительной. – Помнишь, как я молоток слёту палкой сбил. Я чувствую, сегодня мой счастливый день. Должно повезти.

– Нет, я тебя не пущу, это слишком рискованно, – упёрся Егор. – Пойдём вместе, и будь что будет.

– Вместе нас тупо изобьют, – покачал головой Денис. – Глупо подставляться всем троим, когда есть шанс разделиться и избежать драки. Все вместе мы не сможем от них удрать. А в одиночку у меня есть неплохой шанс.

– Пожалуй, Денис прав. От школы до дома не очень далеко, в одиночку у него вполне может получиться раньше преследователей добежать до подъезда, – поддержала Дэна Лена. – Конечно, для этого придётся всю дорогу мчаться не щадя сил. Но раз ты сам говоришь, что сегодня ощущаешь себя в хорошей форме…

– Да, меня просто распирает от энергии, – закивал Денис. – К тому же основные претензии Куницына адресованы лично мне. И вам не нужно подставляться.

– А вот это ты полную чушь сморозил, – решительно возразила Лена. – Мы друзья, и твои проблемы – наши проблемы. Я поддерживаю предложенное тобой разделение потому лишь, что если ты сумеешь от них удрать, мы вновь утрём нос задаваке Куницыну.

– Разумеется. Всё так и будет, – поспешил согласиться Денис. – Егор, надеюсь, нам удалось тебя переубедить?

– Ладно, давайте попробуем, – кивнул хмурый, как туча, Тягунов.

– Отлично, – хлопнул друга по плечу Денис. – Значит, договоримся так. Я сейчас первым выхожу из школы, спокойно спускаюсь с крыльца и покорно направляюсь к поджидающей шайке хулиганов. Скорее всего, они будут кучковаться в районе ворот. Увидев мою покорность, они успокоятся, потеряют бдительность, и я, улучшив момент, подорвусь от них наутёк. Шакалы бросятся за мной вдогонку. Тогда и вы не мешкайте, тут же выходите из школы и бегите, от греха подальше, к нашему дому. Встречаемся через полчаса у подъезда.

– А если эти устроят там засаду? – уточнил осторожный Егор.

– Тогда расходимся по квартирам, созваниваемся и назначаем новую встречу, – за Дениса ответила Лена.

– Всё, я пошёл, – закинув за спину рюкзак, объявил Андреев.

– Удачи! – напутствовали в два голоса друзья.

Куницын с приятелями обнаружились точно там, где Денис и предполагал. Шестёрка вставших кружком хулиганов изображала мирную беседу у ворот огораживающего со всех сторон школу высокого двухметрового забора. При появлении на школьном крыльце Дениса заждавшиеся его мальчишки оживились, а их предводитель Мишка Куницын даже приветливо улыбнулся и поманил рукой.

– Ага, сейчас, разбежался, – процедил сквозь зубы Денис, но, не подавая виду, что испугался, тоже широко улыбнуться в ответ – в этот раз получилось гораздо лучше, чем несколькими минутами ранее в раздевалке – и зашагал навстречу разворачивающимся цепью и перекрывающим ворота врагам.

– Долго ты, однако, от нас прятался, – укорил приближающегося одноклассника Мишка. – Мы уж думали, ночевать в раздевалке останешься.

– Ничего я не прятался, – возмутился в ответ Денис. – Просто спокойно одевался. Мне торопиться некуда.

– Ну-ну, – ухмыльнулся главарь хулиганов. – А Горыныч с Кузиʹной, надо понимать, до сих пор торчат в раздевалке и никуда не спешат?

Оценив мишкину издёвку, приятели злорадно заржали.

– Зачем они вам, у вас же, вроде как, ко мне претензии, – спокойно ответил Денис, игнорируя злобный смех.

По мере приближения к воротам, его глаза невольно пробежались по примыкающему забору и заметили выстроившуюся вдоль него внушительную толпу пятиклассников. Заинтригованные возможной дракой мальчишки и девчонки не спешили расходиться по домам. Большое количество лишних глаз, безусловно, было на руку смелой задумке Дениса.

– И то верно, – кивнул Куницын. – Ты определился, с кем будешь биться?

– Вообще-то нет, – стараясь унять бешено застучавшее сердце, как можно спокойнее ответил Денис и даже чуть ускорил шаг, быстро преодолевая последние метры до преградившей путь шестёрки. – Я не чувствую себя виноватым, и не собираюсь плясать под вашу дудку.

– Ах ты хмырь оборзевший! – пришёл в бешенство от такой наглости всегда робкого и запуганного зубрилы Лёха Коротыш, и ястребом кинулся на Дениса. Его кулак был нацелен в скуластое лицо отличника, но в третий раз за день бестолково просвистел мимо.

Ловко увернувшийся от наскока Коротыша Денис, поднырнул под руку прыгнувшего на перехват Лёхи Длинного, и тут же бочком проскользнул в край ворот мимо не успевшего прикрыть брешь хромого и неповоротливого толстяка Кувшинникова.

Сзади громыхнуло обозлённое: «Стоять! Хуже будет!», – в исполнении Мишки Куницына, с которого после прорыва Дэна сквозь, казалось, непроходимый заслон хулиганов мигом слетело всё напускное благодушие.

– Живее, пацаны, за ним, в погоню! Он не должен от нас уйти! – заорал на приятелей Мишка, бросаясь вдогонку за отличником.

Денис понёсся по заснеженной улице, не чуя под собой ног. Никогда до этого – даже летом, в любимых кедах – он не бегал так быстро. Погоня, поначалу тяжело сопевшая у него за спиной, начала медленно, но верно, отставать. Невероятно, но он оказался проворней даже самого Куницына. Стремительный бег в тяжёлой зимней одежде давался ему гораздо легче, чем шестёрке преследователей.

Денис ещё с утра, после невероятного Волшебного хоккея и пробуждения замёрзшим на ковре, почувствовал необыкновенный прилив сил, чудеса реакции в течение дня добавили уверенности и подтолкнули к безумному решению: в открытую бросить вызов хулиганам и после уроков так отчаянно испытать судьбу. Но действительность, в итоге, превзошла все самые смелые ожидания. Оказалось, бег на пределе возможного сегодня ничуть его не утомлял, отмахав первые две сотни метров, мальчик ничуть не запыхался и готов был так без устали бежать ещё многие и многие километры. Это неожиданное открытие вдохновило на ходу поменять первоначальный маршрут и, вместо дома, пуститься в затяжной безадресный пробег по хорошо знакомым с детства улочкам родного квартала.

Через пару минут безумной беготни Денис решился, наконец, обернуться и с облегчением обнаружил, что преследователи безнадёжно отстали. За время погони они ужасно измотались и теперь еле плелись где-то на пределе видимости, отставая всё дальше с каждым очередным скачком по-прежнему неутомимых ног беглеца. Чуть ускорившись, Денис через минуту совсем исчез из поля зрения преследователей и, сменив маршрут, побежал кратчайшим путём к дому.

Глава 15 – Неужели приснилось?

У подъезда, как было условленно, Дениса поджидали друзья, прибывшие сюда всего за минуту до его появления.

– Слушай, как тебе это удалось? – первым накинулся с расспросами Егор.

– Просто повезло, – пожал плечами Денис.

– Как же, повезло ему, не делай из нас идиотов, – фыркнула Лена. – Сперва чудеса реакции и сноровки в мастерской, а теперь ты у нас, оказывается, ещё и супер бегун.

– Мы сами этого конечно не видели, врать не буду, – подхватил Егор. – Но, когда с Леной вышли из школы, там, у забора, стояло полно ребят из класса. Они в красках расписали, как ты лихо вырвался из рук мишкиной шпаны и потом задал такого стрекача, что даже Куницын с Длинным не смогли за тобой угнаться и стали заметно отставать с первых же метров погони.

– Во-во! Ну-ка объясни нам, когда это и где научился так быстро бегать? – потребовала Лена.

– Я и сам толком не понимаю, – пожал плечами Денис. – Похоже, всё это проворство передалось мне во сне.

– Чего-чего? – изумлённо распахнул рот Егор.

– Как это во сне? Разыгрываешь?? – озадаченно захлопала глазами Лена.

– Понимаю, что звучит ужасно глупо, я сам бы ни за что не поверил, но, честное слово, это единственное объяснение случившемуся, что приходит на ум, – покаялся Денис.

– И что это, интересно, был за сон? – продолжила допрос Лена.

– Честно говоря, я не уверен, что это был именно сон, – продолжил удивлять друзей Денис. – Там всё было так реалистично…

И Денис поведал друзьям приключившуюся с ним вчера ночью невероятною историю о, то ли пригрезившемся ему, то ли нет, Волшебном хоккее.

– Ты говоришь, что этот Шайбир, он выглядел, как обычная хоккейная шайба, только с вырезанной смешной рожицей на одной из сторон? – спросил по окончании длинного рассказа Егор.

– Ну да, именно так он и выглядел со стороны, когда молчал, – кивнул Денис.

– Тогда у меня для тебя новость – этот Шайбир точно существует, – объявил раскрасневшийся от важности Егор. – Я это точно помню, потому что мы с тобой вчера, до прихода Куницына, этой шайбой играли в хоккей.

– Точно, точно, – подхватила Лена. – Я её нашла в сугробе у борта «коробки», помнишь? А ты её отобрал. И вы с Егором стали ей играть.

– Погодите, это что же получается, значит Шайбир мне не приснился, – вплеснул руками вдруг ужасно разволновавшийся Денис. – Но куда же он пропал? Я обыскал всю комнату, его нигде не было.

– Ну, может, закатился куда, мало ли, – пожал плечами Егор. – Ты искал в спешке, будучи уверенным, что это сон. Мог и не заметить.

– Да я перерыл всю комнату! – в сердцах воскликнул Денис.

– Не понимаю, чего вы ругаетесь. Пошлите вместе к тебе домой и втроём поищем пропажу, – предложила соломоново решение Лена.

И все трое ребят дружно направились в подъезд.

Вместо бабушки дверь открыл Максим.

– Ты что уже вернулся с учёбы? – взамен приветствия спросил Денис.

– Как видишь, – пожал плечами брат и отступил в сторону, пропуская в прихожую младшего и его друзей.

– Привет, Макс, – улыбнулась студенту Лена.

– Здравствуй, – важно кивнул зашедший последним Егор.

– Привет, привет, – Максим захлопнул дверь, и спросил: – По какому поводу посиделки намечаются?

– Не твоё дело, – решительно отрезал Денис, скидывая куртку и вешая в шкаф на один из дюжины торчащих крючков. – Скажи лучше: где бабушка?

– Она к подруге в гости уехала, – пояснил брат и, оставив ребят самостоятельно раздеваться в прихожей, пошёл по своим делам. – Сказала: вернётся ближе к вечеру. Обед на плите. Надеюсь, сам-то разогреть сможешь? – донёсся удаляющийся голос уже из коридора.

– Не беспокойся, разберусь как-нибудь, – крикнул в ответ Денис, помогая Лене снять пальто.

Через минуту раскрасневшиеся с мороза друзья в школьной форме и домашних тапочках ввалились в комнату Дениса. И тут же, не теряя времени, приступили к поиску сгинувшей шайбы.

За следующие десять минут они перерыли там всё. Тщательно исследовали все полки шкафов – и бельевые, и даже книжные – а так же не поленились заглянуть и за сами шкафы. По новой осмотрели ящики стола и пол под ним. Проверили все потайные закутки в диване и под диваном. Заглянули под ковёр. Забравшись на стол, Егор придирчиво осмотрел заваленные толстым слоем пыли верхушки шкафов. А Денис с Леной с двух концов аккуратно обшарили руками стенку за обжигающе горячей батареей. В ходе обыска были обнаружены: несколько старых рваных маек и носков, пара потрёпанных книжек и целый ворох пожелтевших от времени газет. Увы, Шайбира нигде обнаружить не удалось.

Громкие звуки передвигаемой с места на место мебели и бесконечный шорох перебираемых на полках и в ящиках вещей вскоре привлекли внимание Максима. Обеспокоенный творящимися в комнате младшего брата перестановками Макс без стука распахнул не запертую дверь, переступил порог, но, вместо строгого «Что тут у вас творится!», разразился серией звонких «Апчхи!».

– Вы чего пылищу такую подняли?! – отчихавшись и продышавшись, возмутился старший брат.

– Убраться решили, – соврал Денис, не желая посвящать брата в свою невероятную тайну.

– Вон сколько хлама выгребли, – поддержал друга Егор, указав на пыльную кучу старых газет и грязных вещей.

– Чего это на тебя вдруг накатило, – удивился Максим. – Ты ж терпеть не можешь уборкой заниматься. А тут вдруг по собственной воле, да ещё друзей помочь уговорил. Нет, чую, что-то тут не так. Темнишь, братишка.

– Не веришь – не верь. Дело твоё, – пожал плечами Денис.

– Ладно, бог с тобой, убирайся дальше, – отступился брат. – И не забудь в конце влажной тряпкой всё здесь протереть, а то пылищу подняли – просто жуть.

– Протру, не беспокойся, – кивнул Денис и взялся за дверную ручку, давая понять Максиму, что разговор закончен.

– Ах да, чуть не забыл, – вдруг спохватился попятившийся в коридор старший брат и, придержав закрывающуюся дверь, вернулся на порог. – Я тут у тебя кое-что позаимствовал. Вот, возвращаю. На, держи.

Максим вытащил из кармана старых домашних джинсов шайбу с вырезанной рожицей и сунул в руку оторопевшему Денису.

– Это он? – подавшись вперёд, Егор невольно оттеснил плечом Максима и даже не заметил этого.

– Угу, – откликнулся друг, не в силах оторвать глаз от наконец отыскавшегося Шайбира.

– Я же говорила, что обязательно отыщется, – захлопала в ладоши Лена.

– Ребятки, вы чего так переполошились-то? – удивился Максим. – Это же всего лишь шайба.

– Зачем ты её у меня стащил? – накинулся на брата оправившийся от первоначального потрясения Денис.

– Ничего я не стягивал, – обиделся Максим. – А одолжил ботинок отремонтировать. У меня гвоздик из-под стельки вылез. Сегодня весь день в универе мне покоя не давал. И, когда домой приехал, стал искать, чем бы его обратно вбить. Заглянул к тебе в комнату, вижу, в углу возле двери шайба валяется, я и взял чуток попользоваться.

– Ты что ей гвоздь забивал! – ещё больше взбеленился Денис. – Ополоумел?! Она же резиновая! А гвоздь железный! Молотком нельзя что ли было это сделать?!

– Угомонись, а, – поморщился, как от зубной боли, Максим. – Гвоздь находился в носовой части ботинка, дотянуться до него молотком было невозможно. И уж конечно я не бил твоей драгоценной шайбой по гвоздю. Посмотри, на ней нет ни единой свежей царапины. Гвоздь я прижал отвёрткой, а вот по ней сверху уже колотил шайбой. Молоток я не стал использовать, потому что от его ударов могла рассыпаться пластмассовая ручка отвёртки. Резиновая шайба же почти такая же тяжёлая, как молоток, позволяла наносить достаточно увесистые удары, чтобы вбить гвоздь, но её пружинящая поверхность не повредила пластмассовую ручку.

– Всё равно, прежде чем брать, нужно спрашивать, – уже не так агрессивно проворчал Денис.

– Да у кого ж, прикажешь, спрашивать, если ты в школе? – всплеснул руками Максим. – И потом, Дениска, это же всего-навсего шайба. Было б из-за чего шум поднимать! Ей цена три копейки в базарный день. А ты так на меня набросился, будто я на сокровище твоё покусился.

– Денис любит эту шайбу, – вступился за друга Егор.

– Очень любит, – поддержала Лена.

– Да ну вас, – отмахнулся Максим и вышел из комнаты.

– Чего ты ждёшь, вызывай скорее шайбира, – горячо зашептал на ухо другу сгорающий от любопытства Егор сразу же, как только за братом захлопнулась дверь.

– Тсс! – прижав к губам палец, шикнул на Тягунова Денис.

Выждав несколько секунд, он осторожно выглянул в коридор, на цыпочках подкрался к комнате брата и, приложив ухо к плотно закрытой двери, весь обратился в слух. Ждать пришлось не долго, скоро из-за двери стали доноситься резкие звуки одиночных выстрелов и очередей, разрывы гранат, яростные крики раненых врагов и сдержанные похвалы союзников. Убедившись, что Максим вернулся к любимой компьютерной «стрелялке», Денис так же на цыпочках вернулся обратно к оставленным друзьям, плотно прикрыл за собой дверь и только после этого приблизил чёрный кругляш к губам и таинственным полушёпотом попросил:

– Эй, Шайбир, слышишь меня? Если слышишь, пожалуйста, отзовись.

Но ответом ему была лишь равнодушная тишина. Вырезанная рожица на шайбе, игнорируя просьбу мальчика, равнодушно таращилась в потолок.

Глава 16 – Не сон!

– Чего же он молчит? – первым решился прервать затянувшееся ожидание Егор.

– А я почём знаю? – зло огрызнулся Денис. – Может Максим чего внутри у него поломал, когда ботинок ремонтировал. Вот блин! Такую вещь испортил!

– Да прекрати, что ей будет от нескольких ударов по отвёртке, – возразила Лена. – Волшебная или не волшебная, но в первую очередь это шайба, привычная, к ударам клюшки по бокам. А отмалчивается, возможно, из-за того, что ещё мало знает нас с Егоркой. Ведь с тобой, Денис, Шайбир тоже не сразу заговорил. Сперва долго втихушку изучал тебя. Мне кажется, нужно просто подождать, и через какое-то время он обязательно заговорит.

– Ладно, будем ждать, – кивнул Денис.

– Только, чур, не здесь, – встрепенулся Егор. – Твой брат, помнится, что-то говорил об оставленном на плите обеде.

– Обжора, – беззлобно хихикнула Лена. – Сперва в гости напросился, а теперь и обед денискин норовишь умять.

– Вот я болван, – хлопнул себя по лбу Денис. – Позвал гостей и даже чаю не предложил. Разумеется, пойдёмте и вместе пообедаем.

Следом за хозяином Егор с Леной прошествовали на кухню, по дороге заглянув в ванную, где все трое по очереди с мылом помыли руки.

Привыкший к постоянной бабушкиной опеке и от того неуклюжий в быту Денис, взявшись ухаживать за друзьями, едва не опрокинул стоящую на плите кастрюлю с борщом. После чего Лена решительно отобрала у неумехи стопку тарелок и половник, и сама стала наполнять их борщом. А Егор, с её молчаливого одобрения, оттеснив хозяина, завладел ножом и стал резать хлеб.

Оставшийся не у дел Денис сел на табурет, выложил из кармана на середину стола молчаливого Шайбира и стал терпеливо ждать, когда друзья закончат с приготовлениями и присоединятся к нему за столом. Ожидание продлились не долго, через минуту всё было готово, и трое проголодавшихся ребят энергично заработали ложками.

– Знатный борщец твоя бабушка готовит, – похвалил Егор кушанье, первым расправившись со своей порцией и теперь с завистью глядя в ещё не опустевшие тарелки сотрапезников.

– Если хочешь добавки, не стесняйся, вставай и наливай себе ещё сколько надо, – разрешил Денис.

Просиявший Егор мигом оказался у кастрюли и, вооружившись половником, стал черпать себе вторую порцию.

– Нафрафно ты ефу это пофвофил, – кое-как профырчала с набитым ртом Лена, сглотнула и продолжила уже нормальным голосом: – Он ведь сейчас всю кастрюлю выхлебает. Бабушка приедет и за голову схватится. Она борща, может, с расчётом на несколько дней наготовила. А наш обжора за раз всё сметёт.

– Лен, ну ты чего? Я всего-то полтарелочки налил, – возразил вернувшийся обратно за стол Егор.

– Да ладно, ешь сколько хочешь, – отмахнулся Денис. – Я скажу у меня аппетит после школы зверский разыгрался – бабушка будет счастлива.

– Обманывать старших нехорошо.

– Ой, Егор, вот только не надо сейчас этих нотаций, – фыркнул Денис. – Кушай борщ, и помалкивай.

– Это не я, – перейдя вдруг на таинственный полушёпот, сообщил побледневший, как полотно, Егор. От волнения мальчик даже перестал есть и отодвинул на треть полную тарелку.

– Чего не ты? – удивился Денис.

– Не он тебя в обмане старших упрекнул, – срывающимся от волнения голосом пояснила другу Лена.

– А кто же тогда? – озадаченно уставился на друзей Денис.

Дрожащие пальцы Егора и Лены указали ему на лежащую на столе шайбу.

– Вот ротозей, сам же четверть часа назад просил меня заговорить, – возмутился чрезвычайно довольный произведённым эффектом Шайбир. – А стоило мне выполнить его просьбу, теперь в упор меня не видит.

– Шайбир, это ты! – просиял Денис и, подхватив со стола шайбу, бросился вокруг него в пляс, как заведённый повторяя одну и ту же фразу: – Это был не сон! Это был не сон! Это был не сон!..

– Хватит, угомонись, – потребовал Шайбир. – Лучше представь меня ребятам. Мы до сих пор официально не знакомы, хотя это уже не первая наша встреча.

– Это Егор, это Лена – они мои лучшие друзья. А это говорящая шайба Шайбир, ну я вам о нём уже рассказывал, – немного смущаясь, отрекомендовал друзей и шайбу Денис.

– Чрезвычайно рад знакомству, – тут же объявил Шайбир. – Поскольку ты им рассказал обо мне, я так понимаю, Егор и Лена претендуют стать игроками твоей команды?

– Угу, – кивнул Денис.

– Тогда, как говорится, добро пожаловать в Волшебный хоккей, – расплылся в широченной улыбке Шайбир.

– А что, вы нас станете тренировать, так же как Дениса? – обрёл дар речи Егор.

– Точно как Дениса не обещаю. Для каждого игрока у меня индивидуальная программа. Но азам игры обучить возьмусь – в этом можешь даже не сомневаться, – пообещал Шайбир.

– А когда начнём тренироваться? – снова спросил заметно приободрившийся Егор.

– Да когда хотите. Можем хоть сейчас начать, – заверил чёрный кругляш.

– Тогда давайте начнём, – вклинилась в разговор отошедшая от шока Лена.

– Что нам нужно сделать? – подхватил неуёмный Егор.

– Для начала необходимо, разумеется, вернуться в комнату Дениса, – распорядился Шайбир.

И трое друзей тут же, бросив недоеденные тарелки, едва ли не бегом припустили из кухни обратно в комнату.

За время их отсутствия поднятая при обыске пыль благополучно осела, и дышать здесь стало гораздо легче, но придирчивая шайба всё равно распорядилась открыть форточку и перед тренировкой хорошенько проветрить комнату. Ещё Денису с Егором пришлось в спешном порядке разбирать большую кучу старых газет и рваного грязного тряпья, оставленную после обыска в центре ковра, выносить хлам из квартиры и скидывать в мусоропровод.

После того, как чистая и проветренная комната была надёжно заперта изнутри подсунутым под дверную ручку стулом, Шайбир продолжил давать ребятам последние наставления перед предстоящим чудесным перемещением на хоккейную площадку.

– Вчера вечером я забыл упредить тебя, Денис, о некотором расхождении во времени нашего с тобой возвращения, – покаялся чёрный кругляш. – Увы, этой моей оплошностью подло воспользовались. И сегодня днём я угодил в чужие корыстные лапы. Всем нам крупно повезло, что лишь в одни.

– Почему корыстные? – спросил озадаченный заковыристыми откровениями Шайбира Денис. – Мой брат от тебя чего-то хотел? Выходит, он знает твой секрет. А почему нам ничего не сказал?

– Успокойся, твой брат ни о чём не подозревает, – заверил Шайбир. – Заполучившие меня корыстные лапы не имеют к нему никакого отношения. Напротив, большая удача, что он подобрал меня с пола и укрыл до твоего возвращения в кармане. Поверьте, это уберегло нас от гораздо больших неприятностей.

– Прекрати говорить загадками, скажи нормально, что ещё за корыстные лапы, – потребовал хозяин комнаты.

– В силу наложенных на меня обязательств и запретов, этого я вам сказать не могу, – отрезал Шайбир. – Но что сделано, то сделано, повернуть время вспять не в наших силах. Зато нам вполне по силам в дальнейшем постараться не допускать подобных промашек. Поэтому, прежде чем перенести вас на площадку Волшебного хоккея, я скажу несколько слов об особенностях нашего с вами возвращения. Вы перенесётесь обратно в комнату под звуки конечной сирены, спровоцировать которую способен длительный, монотонный и достаточно громкий звук извне, например, звонок будильника. Я появлюсь в комнате примерно через шесть-восемь минут после вашего возвращения. Очень важно дождаться этого момента, проследить место моего падения, отыскать и спрятать в какое-нибудь надёжное место. Глубокий карман куртки или школьный рюкзак подойдут идеально, но можно и в любой другой тайник, тут, как говорится, выбор за вами. Главное, ни в коем случае не оставлять меня на полу!

– Договорились. Всё сделаем, как ты велишь, – пообещал Денис.

– Можно теперь на тренировку? – спросил сгорающий от нетерпения Егор.

– Ну разумеется, – улыбнулся Шайбир. – Денис, надеюсь, ты четверостишье не забыл.

– Которое нужно про себя всё время проговаривать? Помню, конечно, – заверил хозяин комнаты.

– Тогда расскажи его друзьям, и можете начинать ритуал перемещения. Ты его уже однажды прошёл, знаешь, что нужно делать… Вы, двое, повторяйте всё в точности за Денисом. И до встречи на льду.

Шайбир замолчал и ещё мгновенье назад живые, подвижные черты вырезанного лица снова превратились в пустую улыбку.

Денис проинструктировал друзей, убедился, что они запомнили ключевое четверостишье, после чего аккуратно установил чёрный диск на ребро в середину ковра и… Тут случилось забавное происшествие. Из-под дивана выскочил невесть когда туда забравшийся кот Васька и мигом оказался возле Шайбира. Пропустив мимо ушей яростное «Брысь!» хозяина, он опустил переднюю правую лапу на макушку чудесной шайбы и в таком положении замер, будто парализованный.

– Ну, чего застыли-то? – раздалось недовольное ворчание ожившей под кошачьей лапой шайбы. – Не обращайте на котика внимания, он делает, что ему положено, а вы продолжайте свой ритуал перемещения.

Понукаемые Шайбиром ребята быстро опустились вокруг него на колени, дотянулись с трёх сторон до верхушки шайбы указательными пальцами правых рук и, зажмурившись, стали про себя вдумчиво и неторопливо раз за разом проговаривать забавное четверостишье:

Шайба со льда,

Скакнула одна,

Обратно на лёд,

Со мной придёт.

Денис вновь испытал незабываемое противоречивое ощущение одновременно и стремительного падения с головокружительной высоты, и неподвижного стояния коленями на твёрдом, надёжном полу. Снова воздух вокруг стал заметно холоднее, школьная форма обернулась хоккейной и тело под ней надёжно укрыл доспех защитных щитков.

Когда Шайбир под пальцем резко крутанулся на месте, Денис решился открыть глаза. Он обнаружил себя и ещё двух хоккеистов сидящими на коленях в центральном круге знакомой площадки.

Массивные щитки защиты, натянутая сверху серебристая форма, толстые серые краги на руках и массивные золотистые шлёмы с опущенными визорами на головах совершенно обезличили друзей. И первые секунды Денис беспомощно переводил взгляд с одного, на другого, не в силах определить кто из них Лена, а кто Егор. Перед друзьями остро встала точно такая же проблема, и они охотно поддерживали игру в молчанку.

– Всё, мы на месте, можно меня отпускать, – донёсся снижу бодрый голос Шайбира, выводя ребят из растерянного оцепенения.

Глава 17 – Судья Гуул

Все трое отдёрнули руки от шайбы и, опираясь на поднятые со льда клюшки, друг за дружкой поднялись с колен. Стоя распознать друзей Денису не составило труда, приличное отставание в росте Лены сразу бросилось в глаза. Подтверждая догадку, из-под затемнённого стеклянного визора низкорослого хоккеиста раздался недовольный ленин голос:

– Блин, какие неудобные коньки. Как вы вообще на них ездите?

– Нормально ездим, – пожал плечами Егор.

– Уж извини, но в хоккей играют на таких, – добавил Денис.

– Ты не правильно отталкиваешься. Не надо носком лезвия, как на фигурных, – стал объяснять Егор. – Здесь нет зубчиков, потому у тебя ничего не выходит. На этих коньках нужно отталкиваться всей поверхностью лезвия. Вот смотри.

Показывая, как нужно ездить на хоккейных коньках, Егор выехал за пределы центрального круга и стал неторопливо наматывать круги вокруг него.

– Не переживай, уверен, ты быстро приспособишься, – попытался успокоить приунывшую подружку Денис. – Тем более, когда за тебя возьмётся Шайбир. Помяни моё слово, к концу тренировки будешь на этих коньках рассекать ещё быстрее, чем раньше на фигурных.

– Ох, хорошо бы, – грустно молвила Лена и вдруг спросила: – Погляди, а кто это там на другом конце площадки?

Денис обернулся в указанной девочкой направлении и увидел за воротами четвёртого хоккеиста кота Ваську, о чем-то увлечённо беседующего с горой нависающим над ним чудовищем – трёхметровым полупрозрачным медведем в форме хоккейного судьи: чёрных брюках и свитере в вертикальную чёрно-белую полоску.

Что-то объясняя огромному медведю, кот то и дело указывал клюшкой на топчущихся в центральном круге Дениса и Лену. Медведь, хмуря брови, изучал их поверх шлёма кота и отчего-то недовольно покачивал головой.

– Чего молчишь-то? – напомнила о себе ожидающая ответа на вопрос Лена. – Кто это?

– Хоккеист – это мой кот Васька, а великана в судейской форме я впервые вижу, – честно признался Денис.

– Вы тоже зверюгу заметили? – подрулил к друзьям обеспокоенный Егор. – Кто это?

– Разве не видишь, медведь, – опередив Дениса, заговорил Шайбир. – Вернее бесплотный дух, некогда бывший медведем. За какие-то былые заслуги призванный Волшебным хоккеем на бессрочную службу. Не пугайтесь, он не причинит вам вреда. Это официальный представитель Лиги судий Волшебного хоккея.

– И чего этот официальный представитель добивается от моего Васьки? – спросил Денис.

– О цели его визита догадаться не трудно, – охотно откликнулся чёрный кругляш и пояснил: – Вероятно, судья прибыл узнать, собираетесь ли вы заявлять себя командой на стартующий через две недели Чемпионат. Первым прибывшего на тренировку кота он ошибочно принял за капитана команды, потому и взял в оборот.

– И что нам теперь делать? – спросила Лена.

– Разумеется, нужно соглашаться на участие в Чемпионате, – продолжил наставлять Шайбир. – В противном случае, вас немедленно вышвырнут с этой площадки, и прощай Волшебный хоккей. Я ведь всего лишь ваш проводник в мир Волшебного хоккея, конечное слово здесь всегда за судьями. Если не сговоритесь с официальным представителем Лиги судий, я навсегда исчезну из вашей жизни.

Вдруг полупрозрачная фигура огромного судьи медведя исчезла из-за ворот, и оставшийся в одиночестве хвостатый хоккеист Васька растерянно заозирался по сторонам.

– Похоже, накрылись наши переговоры, – озвучил общую догадку Денис. – Мой котик ему что-то не то мяукнул, судья обиделся и сгинул. А сейчас нас невежливо отсюда попросят.

– Не паникуйте раньше времени, – спокойно объявил Шайбир. – Раз вы ещё здесь, значит, ничего непоправимого пока не стряслось.

Меж тем, хвостатый переговорщик выкатился из-за ворот и, понурив голову, неторопливо покатил к ожидающим в центральном круге ребятам.

Но до того, как заговорил кот, воздух в метре от ребят уплотнился, расцвёл красками и преобразился в полупрозрачную фигуру сгинувшего из-за ворот исполина.

– Кот сказал, что ты капитан, – громыхнул сверху раскатистый бас, в котором Денис тут же узнал один из двух голосов, обсуждавших его первое появление на волшебной площадке. – Прошу, представься, капитан.

– Денис Андреев, – отрекомендовался Денис.

– Очень хорошо, меня можешь называть Гуул, – кивнул призрачный медведь. – Тебя ведь уже предупредил Шайбир, кто я такой?

– Представитель Лиги судий Волшебного хоккея.

– Точно, – кивнул Гуул. – Я судья Чемпионата! И от лица Лиги имею честь пригласить твою команду, Денис Андреев, на Большой Ежегодный Чемпионат по Волшебному хоккею. Он стартует ровно через тринадцать дней. Что скажешь?

– Да, разумеется, мы согласны, – закивал Денис.

– Иного я и не ожидал, – расплылся в улыбке медведь, обнажив огромные и, как ножи, острые клыки. – Надеюсь, это, – Гуул ткнул полупрозрачной лапой в тройку сгрудившихся вокруг капитана хоккеистов, – не вся твоя команда?

– Конечно, не вся, – заметив отчаянную жестикуляцию подъехавшего кота, соврал Денис.

– Наигрывать состав по частям, на мой взгляд, не разумно, – покачал головой судья. – Дело, конечно, твоё. Ты – капитан, и решать тебе. Но я бы посоветовал на следующую тренировку созвать хотя бы одно игровое звено и вратаря. Вот увидишь, толку от такой тренировки выйдет гораздо больше.

– Я обязательно учту ваш совет, – пообещал Денис.

– И правильно сделаешь, – пробасил довольный собой медведь. – Ещё я рекомендую тебе пригласить в команду знающего тренера. Его присутствие сплотит игроков, поднимет боевой дух и, что немаловажно, очень поможет в разрешении разного рода спорных игровых ситуаций.

– Но у нас уже вроде есть тренер, – пожал плечами Денис.

– Где же он? Познакомь. Я с удовольствием засвидетельствую ему своё почтение, – оживился Гуул.

– Да вот же, у нас под ногами, – Денис указал на говорящую шайбу.

– Это Шайбир что ли, – расхохотался судья. – Ну ты капитан шутник, – фыркнул он на последок и бесследно растворился в воздухе.

– Чего это он? – недоумённо пожал плечами Денис.

– Судью позабавило твоё заблуждение, – откликнулся Шайбир и пояснил: – Я вовсе не ваш тренер, а временный инструктор, призванный раскрыть скрытый потенциал каждого игрока команды и в краткий срок превратить в умелого хоккеиста.

– Мур-мяу! Благодарю, что не выдал, капитан, – потряс руку растерянному Денису кот Васька. – Я, понимаешь, только что судье наплёл, какая у нас большая и дружная команда. А тебя предупредить не успел, сам видел какой шустрила этот Гуул…

– Зачем ты сорвал? Почему не сказал, как есть? – возмутился Денис. – Сам заврался и меня лжецом выставил!

– Это я его надоумил так сказать, – вступился за кота Шайбир. – Ведь вы же не хотите, чтобы Гуул наведывался к нам на каждую тренировку, отнимал драгоценное время и изводил нудными нотациями? А так бы и было, если б он узнал, что в команде нет даже одного полного игрового звена с вратарём. Теперь же он спокоен, и просто так беспокоить не станет. Не терзайся, Денис, это была не ложь, а лишь небольшая тактическая хитрость. Ведь ещё вчера вечером вы с котом тренировались вдвоём. На сегодняшней дневной тренировке вас уже четверо. Если такими темпами пойдёт и дальше, к началу Чемпионата под твоим началом обязательно будет полностью укомплектованная команда.

– Но все мои друзья уже здесь. Ума не приложу, кого ещё позвать в команду, – признался Денис.

– Об этом подумаешь на досуге, – отрезал Шайбир. – А сейчас займёмся делом, итак уже уйму времени впустую потеряли.

Шайбир быстро-быстро завертелся на месте, окутался уже знакомым Денису непроницаемым чёрным маревом и разделился – на этот раз на три говорящие шайбы. По индивидуальному чёрному кругляшу досталось новичкам Егору и Лене, а третий подкатился к паре уже обученных азам игроков.

И понеслась потеха…

Тренирующиеся по отдельности Егор и Лена на продолжительный отрезок времени исчезли из поля зрения Дениса. А одиннадцатилетнему капитану снова пришлось практиковаться в отборе шайбы у стремительного и цепкого кота. Как на предыдущей тренировке, над углом площадки за защитной сеткой появилось большое электронное табло, где фиксировался каждый успех противников.

С начала тренировки кот по традиции вырвался в лидеры, забросив хозяину добрый десяток безответных шайб. Но вскоре Денис разыгрался, поймал кураж и тоже стал забивать. На каждые три шайбы кота, мальчик отвечал двумя, разрыв в счёте на табло продолжал увеличиваться, но уже далеко не так безнадёжно-стремительно, как на первой тренировке.

В какой-то момент отчаянного противостояния к Денису и Ваське присоединились прошедшие начальный тренинг Егор и Лена. Три шайбы слились обратно в одного Шайбира. Счёт на табло обнулился. И под занавес тренировки уже четверым игрокам было предложено сразиться в хоккей командами двое на двое.

В пару к стремительному коту Шайбир назначил Егора, такого же медлительного и неповоротливого, как Денис на первой тренировке. Капитану же досталось играть вместе с быстрой и юркой Леной. На индивидуальном тренинге Шайбиру удалось переучить бывшую фигуристку специфике катания на хоккейных коньках, и теперь она носилась по площадке почти так же проворно, как вездесущий кот. Правда, иногда девочка забывалась и по старой памяти пыталась тормозить скруглёнными концами лезвий, что порой приводило к досадной потере шайбы. Ещё одним слабым местом лениной игры была работа клюшкой, не достаточно сильные девчоночьи руки не могли долго сдерживать рывки клюшек противников, в силовой борьбе кот Васька и Егор значительно её превосходили. Но хитрюга Лена, с подсказки Шайбира, очень скоро освоила быструю перепасовку с напарником, благодаря которой стала легко уходить от опасных жёстких силовых единоборств.

Играть двое на двое оказалось гораздо интереснее, чем один на один. Прорваться сквозь двоих противников в одиночку оказалось ой как не просто даже изобретательному Ваське. Волей-неволей пригодилось играть в пас с напарником. Шайбир чётко отслеживал нарушения правил, прерывал игру и делал строгие внушения нарушителям. Ещё, на табло рядом с большими цифрами счёта появился таймер обратного отсчёта. В начале игры он показывал десять минут ноль-ноль секунд, и замер на отметке три минуты сорок семь секунд, когда игра была прервана неожиданной оглушительной сиреной. Шестиминутный поединок закончился со счётом пять – два в пользу Васьки и Егора.

Сирена застала пару Дениса и Лены в атаке. Девочке удалось ловко увернуться от объятий Егора, она получила пас от Дениса и выкатилась на убойную позицию перед пустыми чужими воротами, но сидящий у неё на хвосте кот Васька попытался сзади заблокировать её клюшку. Смогла бы Лена на этот раз вырваться из захвата и пробить? А если б смогла, попала бы потом в створ ворот? Эти вопросы повисли в воздухе безответными. Потому что со звуками сирены хоккейная площадка поплыла перед раскрасневшимися лицами игроков, и Волшебный хоккей выпустил их из своих чудесных объятий.

Глава 18 – Заигрались и попались

Егор с Леной очнулись вповалку лежащими на ковре, сверху на них гостеприимно навалился хозяин, на животе которого, в свою очередь, удобно устроился свернувшийся калачиком кот Васька. В комнате царил полумрак раннего зимнего вечера и висела звенящая тишина. Стоящий на столе будильник, позабытый и незаведённый в предтренировочной суете, хранил равнодушное молчание. Оставалось лишь гадать, что за чрезвычайное происшествие вызвало преждевременную финальную сирену, смазавшую друзьям концовку увлекательной игры.

Оклемавшийся первым кот соскочил с Дениса и чёрно-белой молнией юркнул под диван. Понукаемый тычками придавленных друзей, хозяин следом за котом поднялся на ноги и включил настольную лампу. Охая и постанывая, поднялись следом и Лена с Егором.

Денис глянул на наручные часы – было тридцать пять минут пятого. Учитывая, что перенеслись на волшебную площадку они примерно в половине второго, выходило, за игрой в Волшебный хоккей ребята провели три часа.

– Это было круто! – озвучил общее впечатление от пережитого приключения Егор.

– Ага, – подхватила Лена и, захлёбываясь от восторга, защебетала: – Потрясающе! Волшебно! Спасибо, Денис, что познакомил нас с Шайбиром!..

Больше ничего сказать она не успела, прерванная громоподобными ударами кулака в заблокированную стулом дверь. После серии ударов раздался сердитый отцовский голос, требующий немедленно открыть дверь и обещающий, в случае неподчинения, Денису серьёзные неприятности.

Напуганный непривычной резкостью Кирилла Васильевича, Денис бросился к двери и стал выворачивать из-под дёргающейся ручки зажатую спинку стула. Поняв, что в одиночку он не справляется, друзья поспешили на помощь. Втроём ребята кое-как вывернули стул, Егор поволок его на место за столом. Освободившаяся ручка, наконец, ушла до упора вниз, и дверь широко распахнулась.

– Сын, объясни немедленно, что вы втроём делали в комнате?! – потребовал раскрасневшийся от едва сдерживаемой ярости Кирилл Васильевич. – Зачем заперлись? И почему не открывали дверь на стук бабушки и Максима? Они испугались и позвонили мне. Я, не помня себя, тут же сбежал с работы! Всю дорогу до дома гнал, как сумасшедший! И теперь требую объяснений. Ну?!

– Мы это… в компьютер заигрались, – уперев глаза в пол, соврал Денис.

– Наушники надели и ничего не слышали, – поддержала Лена.

– Ага, совсем-совсем ничего, – кивнул Егор.

– Вы двое молчите! – шикнул на группу поддержки сына Кирилл Васильевич. – Перед своими родителями ответ держать будите. Они вас всюду ищут, с ног сбились. Хороши ухари, нечего сказать! Ушли из школы и сгинули. Почему не позвонили мамам-папам и не предупредили, что к нам в гости собрались? Зачем сотовые отключили?

– Пап, ну извини, этого больше не повторится, – повинился Денис.

– Разумеется, не повторится, – закивал отец. – Отдам твой компьютер Максиму, и шиш вы ещё раз такой переполох отчебучите.

– Но у Максима есть компьютер, новее и мощнее моего. Зачем ему моя рухлядь? – возмутился Денис.

– Не беспокойся, отыщет и для неё какое-нибудь применение, – отрезал отец. – А если Максим откажется взять, свезу твой комп в гараж и пусть там пылится и ржавеет потихоньку.

– Напрасно вы так, мы же не специально, – заступился за друга Егор.

– И очень раскаиваемся, – добавила Лена.

– Так! Я не понял! Почему вы двое до сих пор здесь?! – Кирилл Васильевич вновь переключился с сына на друзей. – Говорю же, родители с ног сбились, разыскивая вас. Ну-ка живо одевайтесь и марш по домам!

Егору с Леной пришлось подчиниться. Они подхватили школьные рюкзаки и побежали в прихожую одеваться. Денис двинулся было следом проводить, но был остановлен отцом.

– Максим, проводи ребят, – попросил Кирилл Васильевич.

Дверь соседней комнаты тут же распахнулась, и выскочивший в коридор старший брат послушно засеменил за Егором и Леной в прихожую.

– А ты стой, мы с тобой ещё не договорили, – объявил младшему отец. – Сын, посмотри мне в глаза и ещё раз скажи, только честно, чем вы на самом деле занимались за закрытой дверью?

– Мы играли в Волшебный хоккей, – под суровым взглядом отца вынужден был признаться Денис.

– Вот теперь вижу, не врёшь, – облегчённо выдохнул Кирилл Васильевич. – Значит, компьютер взаперти терзали. Что за Волшебный хоккей? Я раньше не слышал игры с таким названием. Новинка?

– Ага, – абсолютно искренне кивнул Денис, с трудом подавляя грозящую растянуть губы улыбку. После того, как отец самостоятельно ошибочно принял Волшебный хоккей за компьютерную игру, можно стало без утайки рассказывать всё, как на духу.

– Вчера вечером я случайно Волшебный хоккей обнаружил. Сперва один поиграл – очень понравилось. А сегодня, вот, решил показать друзьям. Пап, извини, что так всё вышло, – покаялся перед отцом сын.

– Ладно, с занятием вашим таинственным разобрались, – потрепал сына по курчавой шевелюре Кирилл Васильевич. – Сели играть в наушниках в новую игру, заигрались, обо всём на свете позабыли – это понятно, сам не раз в такую ловушку попадал. Не понятно, для чего понадобилось дверь запирать?

– Это мы от Максима, чтоб нам не мешал. А то повадился без стука врываться и нотации всякие нудные читать, – сдал брата Денис. – Нам хотелось поиграть без помех, вот и подпёрли дверь стулом. Прости, пап, мы не думали, что так заиграемся.

– Надеюсь, ты вынесешь из случившегося урок! – покачал головой отец. – А чтобы хорошенько его запомнил, я на неделю лишаю тебя права пользоваться компьютером.

– Они ушли, я проводил, – доложил вернувшийся из прихожей Максим.

– Ты очень кстати, – придержал за локоть старшего сына Кирилл Васильевич. – Забери у Дениса системный блок и спрячь в своей комнате. Вернёшь через неделю. Это Денису наказание за сегодняшний переполох.

Распорядившись, отец направился в гостиную, по дороге подхватив с коридорного комода свежую газету.

– Допрыгался, Дениска, – укоризненно покачал головой брат. – И поделом! А то ишь чего выдумал, в комнате средь бела дня запираться. Ты почему нам с бабушкой дверь не открывал?

– У папы спроси, я ему уже подробно всё объяснил, – устало отмахнулся Денис, – и по сто раз одно и тоже повторять не намерен.

– Ишь, какой гусь лапчатый, – подбоченился Максим. – Мы с бабушкой волновались, не случилось ли чего с ним. А он, вместо благодарности, даже объяснять ничего не желает.

– За что благодарить-то, – фыркнул Денис. Ему надоело препираться в коридоре, он вернулся в комнату, плюхнулся на диван и продолжил уже лёжа: – Что вы панику на пустом месте развели, папу с работы сорвали и нам с друзьями спокойно доиграть не позволили? Ба-а-альшое вам за это спасибо!

– Сам виноват, нужно было вовремя дверь открывать, – парировал по-прежнему топчущийся на пороге Максим. – Вообще, если хочешь знать, на мой взгляд, одним лишением на неделю компьютера ты ещё легко отделался. Будь я на месте отца…

– Может, хватит, а, – раздражённо перебил Денис. – Насколько я помню, папа велел тебе системный блок забрать – так забирай и уходи отсюда. Мне нужно уроки делать. – В подтверждение своих слов, мальчик цапнул со стола учебник «Английского языка» и, распахнув на закладке, погрузился в чтение.

– Вот ведь, – в сердцах хлопнул ладонью по косяку старший брат, но отрывать младшего от учёбы не решился.

Максим подошёл к столу, опустился на колени и, старясь не шуметь, стал аккуратно отсоединять провода от системного блока.

– Что-то он у тебя подозрительно холодный, – не удержался от комментария Максим.

– Остыл, – не отрываясь от книги, откликнулся Денис.

– Так быстро после трёхчасовой игры? – усмехнулся старший брат. – И ты надеешься, я в это поверю?

– Да мне наплевать поверишь ты или нет, – пробурчал имитирующий увлечённое чтение Денис. – Если блок отсоединил, забирай и уходи.

– Покомандуй мне ещё тут, – фыркнул Максим, поднимаясь с громоздкой коробкой системного блока в руках.

На пороге комнаты он обернулся и добавил:

– Имей в виду, я этого так не оставлю. Теперь, когда у меня твой системник, не составит труда выяснить: когда ты последний раз включал компьютер и как долго им пользовался. Мой тебе братский совет, если не хочешь разоблачения за ужином, расскажи лучше прямо сейчас, чем вы тут с друзьями занимались на самом деле.

От угрозы Максима у Дениса мгновенно взмокли ладони и пересохло в горле, с большим трудом ему удалось сохранить на лице беспечное выражение.

– Валяй, исследуй, если делать больше нечего, – ответил он равнодушным, но предательски осипшим голосом. – Я папе рассказал всё, как было, без утайки.

– Ну-ну, – недоверчиво хмыкнул старший брат, переступил через порог и ногой прикрыл за собой дверь.

Глава 19 – На грани разоблачения

Оставшийся в одиночестве Денис провалился в омут мрачных предчувствий. Чтобы заглушить их, попытался вновь сосредоточиться на чтении, но строчки учебника расплывались перед глазами. В голове, блокируя все мысли, бесконечно крутилась брошенная братом фраза: «Если не хочешь разоблачения за ужином… Если не хочешь разоблачения за ужином… Если не хочешь разоблачения за ужином…»

Из панического ступора мальчика вывел грохот падения чего-то тяжёлого в углу комнаты. Обернувшись на звук, Денис увидел выкатывающегося Шайбира и невольно подивился тому, как мало, оказывается, времени прошло с окончания Волшебного хоккея. Ему-то казалось, пролетело не меньше получаса, но возвращение говорящей шайбы обозначило временной интервал не больше восьми минут.

Один вид Шайбира принёс заряд спокойствия и уверенности, и на корню пресёк панику. Свесившись с дивана, Денис на руках подтянулся к шайбе, подобрал и вернулся обратно в комфортное лежачее положение. Тут же из-под дивана вынырнул кот и одним точным прыжком оказался на животе хозяина.

– Привет, Васька, – подмигнул коту Шайбир и, получив в ответ довольное протяжное «Миияяяу!», переключил внимание на мальчика: – Ну, каковы впечатления от тренировки? Надеюсь, друзьям понравилось?

– Да, очень, – кивнул Денис и даже улыбнулся. Но без души, глаза у мальчика оставались затравленные, как у попавшего в силки кролика.

Чуткий Шайбир мигом заподозрил неладное и пристал с расспросами:

– Приятель, на тебе просто лица нет. Случилось чего? Давай-ка, рассказывай.

– Понимаешь, тут такая история вышла… – И Дениса словно прорвало. Больше не таясь, он поведал волшебному кругляшу о разразившемся скандале и возможных крайне неприятных последствиях.

– А я ведь предупреждал, нужно соблюдать осторожность, точно отмерять безопасное время и устанавливать таймер на будильнике, – строго отчитал мальчика Шайбир по окончании пересказа злоключений.

– Уф, – тоскливо выдохнул вместо ответа Денис.

– Ладно, не вздыхай, сейчас чего-нибудь придумаем, – обнадёжил Шайбир. – Я так понимаю, опасность нашего разоблачения исходит от серого ящика, что стоял у тебя под столом, и который, по распоряжению папы, забрал Максим.

– Угу, – кивнул мальчик, – этот ящик называется системный блок. А в нём находится небольшая, но довольно тяжёлая, чёрная коробка, которая называется винчестер. И если Максиму удастся его выпотрошить… А ему удастся, он у нас компьютерный гений… Тогда брат расскажет за ужином, что сегодня я вообще не включал компьютер. После чего меня обвинят во лжи, и выпытают правду. Извини, мне придётся рассказать о тебе.

– Значит, нам нужно опередить твоего брата, первыми добраться до винчестера и как-то его подпортить, – решительно объявил Шайбир. – Ты знаешь, как вывести этот прибор из строя?

– В принципе, достаточно его уронить на пол с метровой высоты, – после непродолжительного раздумья выдал Денис. – У него внутри полно хрупких деталей и, если хоть одна треснет, винчестер можно будет выбрасывать на свалку.

– Отлично, такой вариант вполне подходит, – широко улыбнулся Шайбир.

– Кто ж нам позволит подобраться к винчестеру? – покачал головой мальчик.

– Ты прав, нам с тобой такой фокус проделать не удастся, – легко согласился чёрный кругляш, и тут же огорошил неожиданным предложением: – К счастью, у нас есть замечательный союзник – быстрый, юркий, прыгучий, и что самое главное маленького роста, и потому неприметный. Я, разумеется, говорю о твоём коте. Прикрепи-ка меня ему на загривок, и мы в паре с Васькой попробуем незаметно подобраться к винчестеру.

– К загривку… Да, конечно… Сейчас… – засуетился Денис. Придерживая правой рукой, с зажатой в ней шайбой, возбуждённо пофыркивающего кота, мальчик переместился с дивана на стул и, пробежавшись по ящикам стола, из нижнего достал небольшой кожаный ремешок.

– Это васькин старый блошиный ошейник, всё никак не доходили руки выбросить, а теперь вот, глядишь, сгодится, – пояснил он Шайбиру и, немного смутившись, спросил: – Ничего, если я тебя к нему скотчем примотаю? Потом, когда дело сделаете, разумеется, отлеплю.

– Мотай чем хочешь. Главное, чтоб крепко, и я с загривка не соскочил.

Денис достал из верхнего ящика стола кольцо скотча и, обернув Шайбира несколько раз липкой прозрачной лентой, крепко-накрепко примотал к середине кожаного ремешка. Потом мальчик застегнул ошейник на шее кота, так что шайба оказалось на загривке, вырезанным лицом кверху.

– Отлично, – похвалил Дениса Шайбир. – Теперь последняя просьба. Сейчас под каким-нибудь предлогом наведайся в комнату брата, оставь дверь за собой чуть приоткрытой и на пару секунд отвлеки Максима любым пустяшным разговором. Это нужно, чтобы следом за тобой незаметно смогли пробраться мы с Васькой. Потом спокойно возвращайся сюда, занимайся своими делами и больше ни о чём не беспокойся. Дальше мы всё сделаем сами.

Повод для формального визита находчивый Денис придумал тут же. Вскоре он уже барабанил в дверь брата, сжимая под мышкой прикрученные друг к дружке проводом клавиатуру и компьютерную мышку.

– Кто там, входите, – донёсся из-за двери ворчливый голос брата.

– Это я, – объявил Денис, решительно переступая порог и, как уговаривались, оставляя за спиной небольшую щель для кота.

Максим встретил гостя, сидя на полу и вовсю увлечённо ковыряясь отвёрткой в только что изъятом стареньком системном блоке. Защитная крышка с компьютера уже была снята и валялась рядом на боку, как пустой черепаховый панцирь.

– Вот принёс тебе, – сделав вид, что до максимова занятия ему нет дела, Денис сунул под нос брату клавиатуру с мышкой. – Они мне теперь только стол захламляют. Проку от них без компьютера никакого, только Васька концами проводов играется, ещё поломает чего-нибудь за неделю. Пусть пока тоже у тебя вместе с системным блоком полежат, мне так спокойней будет.

– Ладно, вот туда пока сунь, – ткнул отвёрткой Максим в неширокий зазор между письменным столом и стоящим рядом книжным шкафом.

– А ты, гляжу, всё-таки решил разобрать мой системный блок, – укоризненно покачал головой Денис, убирая принесённые вещи в указанное место. – Вот и славно, заодно пропылесосить внутри не забудь. А то я давно его не чистил.

– Не беспокойся, от пыли избавлю, будет, как новенький, – кивнул Максим. Оторвавшись на пару секунд от своего занятия, он посмотрел брату в глаза и предложил: – Ты только мне по секрету скажи, чем вы на самом деле занимались за закрытой дверью, и я не стану разоблачать тебя за ужином.

– Мы играли в компьютер, – отвернувшись, ответил Денис.

– Но во время вашей игры он загадочным образом почему-то совершенно не нагрелся, – усмехнулся Максим. – Ладно, не хочешь говорить правду, дело твоё. Через полчаса я получу доказательства твоего вранья. Тогда уж не обессудь.

– Ага, ты сперва получи, – фыркнул Денис и выскочил из комнаты.