Волшебница из 5 "Е"

Глава 1. Учительница - ведьма!

Алисе было десять лет, но уже очень скоро, через два месяца и четыре дня, должно было исполниться одиннадцать. У нее были длинные, почти как у Рапунцель, но чуть-чуть короче волосы, голубые глаза, а ещё неуёмное желание узнать все в мире секреты и разгадать все тайны и загадки. А загадок и тайн вокруг хватало. Вот, например: деревья качаются, потому что ветер дует, или ветер дует, потому что деревья качаются? На окружающем мире говорили, что всё из-за ветра, а ветер — это потоки воздуха… Только вот откуда брались эти потоки? Загадка. Алиса пробовала дома экспериментировать. Сняла со стенки в маминой спальне красивый веер в форме хвоста павлина. Стала размахивать — появился ветер. И чем сильнее махала, тем сильнее был ветер. А значит, что? Значит, в учебниках неправду пишут. Вон в Сибири деревьев сколько. Каждое веточкой махнёт — и всё… Ураган. С другой стороны, в их родном городе деревьев было немного, а ветра, порою, дули такие, что хоть из дома не выходи, особенно с зонтиком. Улетишь, как Мэри Поппинс. К слову, эксперимент, как это часто у Алисы бывало, закончился не очень хорошо. В какой-то момент девочка так увлеклась, нагоняя ветер, что мамин веер не выдержал и сломался. Ух и досталось ей… Хотя, если подумать, мама им всё равно не пользовалась. Ну висел на стене и висел — никому не нужный. Странные всё-таки эти существа — взрослые. А вот ещё вопрос: Алисе было очень интересно, как самолёты летают? Они же большие, железные и крыльями, как птицы, не размахивают. Странно всё это. Наверное, здесь какое-нибудь волшебство замешано, о котором пилоты пассажирам не говорят. К примеру, садятся они за штурвал. Дверь в кабину закрывают, а потом достают откуда-нибудь волшебный летучий порошок и всё там посыпают. Вот эта махина в воздух и поднимается. Выходило, что если случайно этот порошок на ковёр просыпать, то ковёр-самолёт получится. А если на самокат горсточку сыпануть — то самокат-самолёт. А если на кроссовки… В общем, было о чём подумать. И уж тогда можно без всяких пилотов и самолётов путешествовать. В любую точку Земли. Куда хочешь… Маринка — лучшая Алисина подруга — над такими загадками ухахатывалась. Обзывала Алису выдумщицей и фантазёркой. Это жутко бесило. — Если бы, — говорила Маринка, — такой летучий порошок существовал, народ бы только на коврах и летал. Билеты на самолёт покупать не нужно было бы. — Как ты не понимаешь? — возмущалась Алиса. — Всё, что с волшебством связано, — большой секрет. Про него всем подряд не расскажешь. А иначе все колдовать начнут, а делом заниматься некому будет. А как-то раз спор про новую учительницу зашёл. Алиса была уверена, что она самая настоящая ведьма. А как может быть иначе? Разве бывают у нормальных взрослых людей такие длинные, почти до пояса, скрученные в мелкие кудряшки волосы? Такое красивое, как будто нарисованное лицо. Глаза большие, карие. Нос аккуратный, ровный. Бровки тоненькие, изящные, как с картинки. В общем — настоящая красавица. Но взгляд такой, от которого всё внутри переворачивается. Даже убежать каждый раз хочется, но нельзя. Потому что урок. Звали её Эльвира Борисовна. Преподавала она русский язык и литературу и очень часто задавала на дом учить стихи. Ещё один признак злой волшебницы: не любит детей — вот и мучает по чём зря.

— Смотри! — Алиса толкнула в бок Маринку. — Ну ведьма же. Баба-яга самая настоящая… Маринка покачала головой. — Ну какая она тебе Баба-яга? У той горб, и нос крючком, и бородавка на носу. А эта вон какая… как актриса из фильма. — Это она маскируется, — не согласилась Алиса. — Вот увидишь: уроки закончатся — она обратно в старую каргу превратится, достанет из своей подсобки ступу с метлой и домой полетит. Маринка только рукой махнула. — Не сочиняй. А лучше помолчи. Заметит, что болтаем, — мало не покажется.

И действительно, нрав у училки был крутой. Чуть что не так — двойка в дневник и родителей в школу. — А я тебе докажу, что она ведьма, — твёрдо решила Алиса. — Прослежу сегодня за ней и на телефон сниму, как она колдует и в ступе летает. Маринка только головой покачала: делай, мол, что хочешь. Когда прозвенел звонок, а урок был последним, одноклассники потянулись в коридор довольные тем, что на сегодня мучения закончились и можно, наконец, идти домой. А там — компьютеры, гаджеты и свобода. Алиса осталась в кабинете. Только под стол залезла, чтобы скрытно за учительницей понаблюдать. Телефон приготовила. Для доказательств. Эльвира Борисовна тоже задерживаться не стала. Припудрила носик да в коморку направилась, где, по Алискиному глубокому убеждению, все её колдовские штуки и хранились. Никого она туда не пускала, а комнатку каждый раз на ключ запирала, чтобы другим соваться не повадно было. Алиса ладошки потёрла. Телефон для съёмки приготовила. Думала, что вот сейчас из коморки вместо красавицы-учительницы старуха в ступе выпорхнет да в окно улетит, чтобы в пробках не стоять. А нет. Не вышло. По возвращении Эльвира Борисовна была такой же, как прежде. Только помаду на губах освежила. А потом оглядела класс да и вышла из кабинета. «Ничего, — подумала разочарованная Алиса, — всё равно на чистую воду колдунью выведу».

И пошла следом, но на приличном расстоянии, чтобы незамеченной остаться. Учительница, тем временем, из школы вышла и на автомобильную парковку пошла. Стала ключом свою легковушку открывать. Такую же чёрную, как её волосы. «Маскируется под обыкновенного человека, — догадалась Алиса. — А куда ей деваться? Если везде в ступе летать, так и так заметят».

И решила, что живёт колдунья уж наверняка в глухом лесу в избушке на курьих ножках. Там можно и не таиться. Всё равно никто её волшебство запрещённое не увидит. Можно хоть снадобье из мухоморов варить, а хоть добрых молодцев в печи жечь.

Алиса отомкнула замок на своём розовом самокате. Он у неё хороший был, электрический. Родители на десять лет подарили. Да поехала вслед за удаляющейся чёрной машиной. Конечно, если бы дорога свободной была, ни за что бы проследить не успела. Но знала, что в это время весь город в пробках стоит. Потому следом и поехала. Чёрная машина в толкучке этой застряла надолго, минут на десять, а потом… Уж такого Алиса никак не ожидала. Открылось окно с той стороны, где водитель сидит. Оттуда метла показалась. Махнула раз, потом — другой. Машина засверкала разными цветами, задымилась и как вертолёт вертикально вверх поднялась. Полетела по небу, а люди вокруг, кажется, и не замечают. Каждый своим делом занимается, в основном в телефонах сидят. Такое сейчас время. Машина над дорогой покрутилась-покрутилась да и полетела вперёд. Не в сторону леса, а совсем даже наоборот. За дома свернула в микрорайон, что недалеко от школы построили. Алиса и сама там жила с родителями. И только когда сверкающий автомобиль за многоэтажкой скрылся, девочка себя по лбу хлопнула. «Дурочка я, дурочка, надо было этот полёт на телефон снять, а так Маринка ни за что не поверит».

Признаться, Алиса так удивилась, когда летающую машину увидела, что про гаджет даже забыла. Так и держала его зажатым в руке. «Ничего, ничего, — решила она. — Вот сейчас догоню и сниму на видео».

Рванула вперёд, да только пока до поворота нужного добралась, чёрной машины в воздухе уже не было. Она теперь на парковке стояла, а Эльвира Борисовна в подъезд заходила. Дом у неё высокий был, десятиэтажный, а главное — чёрный. Это его из чёрного кирпича сложили. Оно и понятно: где ещё ведьма поселиться могла?

Разозлилась Алиса сначала на себя, потом на учительницу и решила, несмотря ни на что, тайну её колдовскую раскрыть. Пристегнула самокат к дереву, чтобы не утащили, и в подъезд направилась. Сначала думала, что не войдёт: дверь-то с домофоном. Чужим ходу нет, но в этот самый момент в замке что-то запищало. Тяжёлая железная дверь пришла в движение. Двигала её худенькая и маленькая старушка в цветастом халате. — Ты к кому, внученька? — поинтересовалась она. — К Эльвире Борисовне, — не стала скрывать Алиса. — Ну проходи, проходи, — закивала старушка. — Она на шестом живёт. Вошла внутрь — и мурашки по коже побежали. В её подъезде все стены светлыми были, и плитка на полу серая, зернистая. А тут… Всё чёрным-черно. Страшно даже. Дверь за спиной как хлопнет — тут совсем жутко стало. Задрожала. Да только шаг вперёд сделала, как лампочки на потолке разом зажглись. Алиса ничуть такому явлению не удивилась. Знала: то, что свет загорается, когда подходишь, — это фотоэлементом называется. В их доме тоже такие были. Лифта решила не дожидаться. Вдруг он тоже тёмным и страшным окажется. Пошла пешком. Ноги у Алисы были крепкие. Тренированные. Дома лифт часто ломался, да и по физкультуре одни пятёрки получала не просто так. Когда до пятого этажа дошла, услышала шорох вверху, остановилась. Заглянула между перилами. Осторожно, так, чтобы её не заметили. И не зря. Как раз в этот момент Эльвира Борисовна свою дверь отпирала. Щёлкнул замок, петли скрипнули, а за ними что-то замяукало, зарычало и даже заквакало. — Тише, тише! — зашептала учительница. — Сейчас я вас покормлю. О том, что дома у людей собаки и кошки могут жить, Алиса знала. Но чтобы жабы… Сомнений не оставалось: Эльвира Борисовна — ведьма! Самая настоящая. Только у них дома земноводные обитают. А ещё — большие лохматые пауки. Она в кино видела. Поборов страх, Алиса поднялась на шестой этаж. Подошла к заветной двери, прислушалась. Было тихо. Стала думать, что делать дальше. Конечно, очень хотелось попасть внутрь. Посмотреть, что там и как, а заодно на камеру снять, чтобы эта дура Маринка и остальные одноклассники поверили. Внутри наверняка сушёные летучие мыши по стенам развешаны. Порошки разные, снадобья, а в гостиной под кострищем котёл бурлит. Да только как зайдёшь? Дверь-то закрыта. От досады девочка схватила ручку, потянула вниз и обомлела… Дверь поддалась. Отворилась. Алиса даже испугаться не успела. Только рот от удивления раскрыла. В какой-то момент подумала, что вот сейчас на пороге окажется Эльвира Борисовна в своём настоящем облике. А дальше — или на обед сварит, или превратит во что-нибудь мерзкое. Но учительницы в прихожей не было. Зато доносились звуки из запертой ванной. Там лилась вода. «Душ принимает», — решила Алиса и успокоилась. Знала, что женщины — ведьмы они или не ведьмы — плещутся долго. Не зря папа их с мамой и сестрёнкой в шутку утками называет. Алиса закрыла за собой дверь осторожно, чтобы не хлопнуть. Огляделась и даже расстроилась. Квартира была самая что ни на есть обычная. Прихожая, мебель, обои в цветочек. Никаких черепов, костей и прочих кошмаров не было. Заглянула на кухню. Там на небольшом столике сопел, нагреваясь, электрический чайник. Развернулась и обомлела. В прихожей, между ней и выходом из квартиры, стояла, втягивая носом воздух, собака… Вернее, это была не совсем обыкновенная собака. Крупная, как сенбернар. Только без шерсти. Вместо неё — чешуя, как у змеи или крупной ящерицы. Ошейник с шипами, а чуть выше… Шея делилась на три части, и на каждой болталась из стороны в сторону голова. Зубастая, клыкастая, с чёрным собачьим носом посередине. — Мамочки, — заскулила Алиса и стала пятиться назад, пока не упёрлась в холодильник. Чудище втянуло своими носами воздух, зарычало и рвануло прямо на девочку, пробуксовывая о ламинат когтистыми лапами. Алиса зажмурилась, чтобы не видеть, как её разорвут на части, и даже крикнуть не могла — так сильно испугалась. Собака, тем временем, присела на задние лапы, передние положила девочке на плечи и стала тремя языками лицо вылизывать, болтая при этом своим странным раздвоенным на конце хвостом, словно счастливая дворняжка, с которой, наконец, решила поиграть местная детвора. — Да ты добрый, — Алиса открыла глаза, провела ладонью по загривку одной из голов. В другой руке по-прежнему был зажат телефон. Почесала вторую голову, третью, чтобы никого не обидеть. — Ты его не балуй, — услышала девочка откуда-то сверху тягучий голос. Подняла голову и обнаружила на висячем под потолком шкафчике жирного чёрного кота. Он попеременно то облизывал свою лапу, то деловито приглаживал ею шерсть на загривке. — Намучаемся мы с ним потом. Не отстанет. Очень уж ласку любит. Трёхголовый как будто услышал. Недовольно фыркнул и побрёл в сторону трёх своих мисок в углу. Пока ещё пустых. В ожидании хозяйки, которая, Алиса сама слышала, обещала покормить, заскулил. Жалобно посмотрел на девочку. — Нет у меня для тебя угощения, — повинилась Алиса. — Прости. — Ничего, — заметил со шкафа кот. — Вон пузо себе какое наел. Потерпит. Ничего с ним не сделается. — А вы кто? — поинтересовалась Алиса, обращаясь к словоохотливому коту. — Я Бегемот! — представился он. — Это кличка такая… А вообще, я кот учёный. Может, слышала?

— А разве такие бывают? — изумилась Алиса. — Вот у меня дома тоже кот есть. Но он разговаривать не умеет. Только мяукает, а ещё мебель грызёт, когда никто не видит. Глупый. Бегемот отвернулся. Так ему за родича обидно стало. — Правильно воспитывать котов надо! — произнёс он. — Тогда и жаловаться не придётся. Алиса хотела возразить, что она ничуть не жалуется и вообще очень даже любит своего Мурзика, но не успела. В это самое время из прихожей на кухню впрыгнула огромная жаба размером с раскормленную морскую свинку. — Это ещё кто? — изумилась девочка. — А это Егорка, — сообщил кот и в очередной раз лизнул свою лапу. — Он раньше человеком был. Школьник. Такой же, как ты, а потом полез, куда не следовало, и… заклятье.

— И как его расколдовать? — заволновалась Алиса. Она представила, как где-то плачут и ждут маленького Егорку домой его родители. — А очень просто, — сообщил кот. — Сказок не читала? Поцеловать надо. Он и расколдуется. Жаба застыла у ног девочки, с надеждой посмотрела на неё. Целовать земноводное было противно, но желание спасти человека из беды было сильнее. Алиса ладошками обхватила скользкое мягкое тельце, зажмурилась, поднесла к лицу, прикоснулась губами. Ничего не произошло. — Ха! — обрадовался кот. — Опять прокатило. А, Егорка? Сколько я уже поцелуев для тебя выторговал? Не каждого человека столько целуют. А уж жаб тем более. Алиса опустила Егорку на пол и насупила брови. Скрестила руки на груди. — Значит, это не заколдованный мальчик? — догадалась она. — Обычная жаба! — Бегемот хохотал так, что чуть со шкафа не упал. Алиса огляделась по сторонам. Хотела найти что-нибудь, чем можно было бы запустить в противного кота, но на кухне было на удивление чисто и прибрано, а потому кидаться было нечем. — Ну я вас сейчас… — погрозила она и достала телефон, чтобы наконец снять волшебных и не совсем волшебных существ на камеру, но в этот самый момент дверь ванной отворилась.

— Ой! — испугалась Алиса. — Я и забыла, что ведьма в душе моется. Что есть мочи рванула к входной двери, но в прихожей столкнулась с Эльвирой Борисовной. Учительница была в чёрном халате. Следов косметики на лице не было, а мокрые волосы закручивались в кудряшки ещё сильнее, чем обычно. — Алиса! — строго произнесла она, и девочка замерла на месте, в ужасе уставившись на учительницу, у которой на голове происходило что-то странное. Волосы ожили, зашевелились, потом выпрямились, встали дыбом до самого потолка. — Ты пришла, чтобы рассказать стихотворение? Давай дневник! — Нееееет! — закричала Алиса и, позабыв про всё на свете, рванула из квартиры. Потом, не оглядываясь, побежала вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. Так страшно ей не было ещё никогда. Ещё бы. Ведь заданное на дом стихотворение она не выучила!

Глава 2. Дополнительное задание

Запыхавшись от быстрого бега, Алиса влезла на стул за кухонным столом, где ужинали папа с мамой, и затараторила про учительницу-ведьму. Мама с папой поначалу слушали внимательно, но потом переглянулись. Папа тяжело вздохнул, встал из-за стола и пошёл в гостиную к своему любимому телевизору.

— Устал после работы, — объявил он. — Поговори с дочерью.

Мама внимательно посмотрела на девочку и нахмурила брови — верный признак того, что приятного разговора ждать не стоит.

— Алиса, дорогая, — стараясь не ругаться, начала мама. — Я понимаю, что учительницы бывают разные. Бывают добрые, бывают строгие. Но нельзя же вот так, за глаза, обзываться. Эльвира Борисовна — взрослый человек, опытный педагог, а ты… «Ведьма»

«Не поверили», — догадалась Алиса и чуть не разрыдалась от обиды.

— Да говорю же! У неё машина летающая. Она метлой махнула — и полетела, чтобы в пробке не стоять. А дома у неё трёхголовый пёс живёт, говорящий кот и жаба…

— Тоже волшебная? — предположила мама.

— Нет, жаба самая обыкновенная. Зелёная и скользкая, — Алиса вспомнила, как поцеловала Егорку, и поморщилась. — Ну поверь же мне.

— Допустим, ты видела, как её машина летает, — стала рассуждать вслух мама. — Про то, что дома у неё творится, тебе откуда знать?

Алиса замялась. Поняла, что за незаконное проникновение в дом чужого взрослого человека, ещё и учительницы, ей влетит по первое число. Стала думать, как выпутываться, но ничего не придумала. Только глаза опустила.

— То-то! — праздновала победу мама. — Фантазия у тебя, конечно… Её бы да в правильное русло. Учиться надо, Алиса, учиться, а не учителей своих поносить почём зря. В жизни пригодится. Как ты не понимаешь…

Мама завела свою вечную скучную пластинку про будущее, труд, обезьяну, которая превратилась в человека и прочее, прочее, прочее. То, что Алиса слышала уже тысячу раз. Девочка знала: в такие моменты нужно опустить в пол глаза и сделать виноватый вид — тогда отстанут быстрее.

— …Так вот, — закончила мама. — А теперь иди в свою комнату и делай уроки, а то взяла моду на учителей обзываться.

В такие моменты Алиса старалась как можно быстрее идти делать уроки. Всё лучше, чем слушать, как тебя ругают ни за что ни про что. По пути в свою комнату прошла мимо Валюшкиной. Это так сестрёнку младшую зовут. Она ещё в садик ходит и даже читать не умеет. Такая маленькая и глупенькая. Алиса посмотрела, как малышня играет со своими куклами, и позавидовала.

— Эх, Валюшка, мне бы твои проблемы.

Пришла в свою комнату и закрыла дверь. У неё было, как всегда, не прибрано. На полу валялся сброшенный второпях рюкзак. На кровати — домашние вещи. Стол завален учебниками и тетрадками. Алиса повздыхала да и бухнулась на кровать, уместилась между грязными шортами и спортивной формой, которую ещё утром выложила из рюкзака, а в корзину для грязного белья отнести забыла. На кровать к Алисе тут же запрыгнул невесть откуда взявшийся Мурзик (спал, наверное, где-то у батареи). Принялся ластиться. Алиса провела рукой по загривку.

— Хорошо, что ты у меня не трёхголовый, — решила она. — И что жаб целовать не заставляешь.

Потом подумала и взяла в руки телефон. Написала сообщение Маринке:

«Я была права. Эльвира — ведьма»

Поставила в конце смайлик, но потом подумала и удалила. Решила, что со смайликом её открытие будет выглядеть несерьёзным. Подруга перезвонила через две минуты.

— Ну, — прозвучал в телефоне Маринкин недоверчивый голос. — И где доказательства?

«Вот тебе и подруга», — огорчилась Алиса. — «Вместо того чтобы поинтересоваться, как у меня дела, не превратили ли меня во что-нибудь, не сожрал ли жуткий трёхголовый добряк-пёс, — про доказательства спрашивает».

Это она так подумала, а ответила по-другому. Ну, чтобы не ссориться.

— Доказательств так вышло, что у меня нет, — призналась Алиса. — Но что я видела…

И Алиса в точности пересказала Маринке всё, что увидела в квартире у учительницы. В мельчайших подробностях. Маринка, кажется, даже поверила.

— Ну и что ты теперь делать будешь? — поинтересовалась она.

— А что делать? — не поняла Алиса.

— Как ты в школу завтра пойдёшь, дурочка? Эльвира тебя видела. Знает, что ты её секрет выведала. Теперь точно в мышь превратит. Ну или двойку поставит.

«Лучше в мышь», — подумала Алиса, представив, что скажет мама, если она принесёт домой в дневнике двойку.

— А может, она вообще ночью к тебе в комнату через окно залетит, — не унималась Маринка. — Что ей стоит?

Алиса ощутила, как у неё по спине пробежал холодок. Она посмотрела на своё большое окно на шестом этаже и представила, как туда из темноты на метле влетает Эльвира Борисовна, как шевелятся на её голове волосы, как она достаёт волшебную палочку и произносит страшное заклятие…

— Алло… Алло… Ты чего там?

Алиса вдруг поняла, что уже с минуту молчит. Даже Маринка заволновалась.

— Да нет, — стала успокаивать подругу и себя Алиса. — Она большая, а форточка у меня маленькая. А окно я открывать не буду. Разве что на щелку.

— Ну смотри, — предупредила Маринка. — А вообще от ведьм чеснок очень помогает. Боятся они его.

— А это разве не от вампиров? — стала вспоминать Алиса, но на всякий случай сбегала на кухню за головкой чеснока и сунула под подушку.

Утром Алиса попробовала притвориться больной. Сказала, что живот разболелся. Но мама не поверила. Алиса подозревала, что у неё внутри, как у всех (или почти всех) мам, стоит секретный датчик, который срабатывает, когда старшая дочка врёт. Правда, с младшими датчик почему-то барахлил. Бывало, нашкодит маленькая Валюшка: молоко разольёт или муку рассыплет. А когда мама спросит, кто это сделал, эта малышня в Алису пальцем тычет: «Она, мол». А мама — ничего, не ругается. Алиса в такие моменты на свою младшую сестрёнку очень злилась. Но и любила её тоже очень сильно, а потому обижалась недолго. Минут пять или десять.

В общем, в школу идти пришлось. А ещё проглотить горькую жёлтую таблетку от живота — это для профилактики, чтобы не обманывала больше. Кралась по дворам, за деревьями пряталась и всё по сторонам глядела: не следит ли за ней из-за какого-нибудь угла Эльвира Борисовна. Мало ли? Да только никто за Алисой не шёл и даже не подглядывал. Так и доковыляла до школы. Чуть на урок не опоздала — в последний момент в класс вбежала.

Маринка подруге обрадовалась. Обняла даже. Шепнула на ухо:

— Я думала, тебя ведьма ночью похитила.

— Не родилась ещё та ведьма, которая меня может похитить, — гордо заявила Алиса. В это время в класс вошла Эльвира Борисовна.

Класс встал, потом сел. От Алисиной храбрости не осталось и следа. Она вдруг почувствовала, как сердце убежало в пятки. Сползла со стула, взяла в руки учебник, открыла его, спрятав лицо.

— Ты чего? — удивилась Маринка. — Палишься. Сиди ровно и делай вид, как будто ничего не было. Может, обойдётся?

Не обошлось.

— Алиса! Марина! — громко произнесла Эльвира Борисовна. — Встаньте.

Девочки переглянулись и медленно поднялись со своих стульев. Одноклассники все, как один, уставились на подружек. Кто-то с ехидной улыбкой, но большая часть — с сочувствием. Знали: если Эльвира кого-то подняла, дело плохо.

— Я так понимаю, — продолжила учительница. — На перемене вы не наговорились? И что же такого важного вы не обсудили, о чём нужно поговорить во время урока? Может, всему классу расскажете?

Девочки виновато опустили головы. А Алиса ощутила, как покраснело её лицо. Ей было одновременно и стыдно, и страшно.

— Значит, так, — решила Эльвира Борисовна. — Раз вы так любите поговорить, к следующему уроку подготовите доклад на тему «Жизнь и творчество братьев Гримм». Вам всё ясно?

— Ясно, — хором ответили девочки.

— Садитесь.

Алиса и Марина сели, переглянулись, но ничего друг другу до конца урока так больше и не сказали. Мало им было наказания? Зато, когда урок закончился и все засобирались в столовую, учительница ещё раз окликнула Алису, и на этот раз девочке стало гораздо страшнее.

— Алиса, — сказала она. — Останься. Хочу с тобой поговорить.

Маринка даже пискнула от испуга за подругу. Схватила Алису за ладошку. Шепнула на ухо:

— Ты чеснок с собой взяла?

— Под подушкой оставила, — прошептала Алиса, осознав, какую страшную ошибку она совершила.

Когда все разошлись, Эльвира Борисовна закрыла класс на ключ изнутри. Подошла к застывшей у доски Алисе. Внимательно на неё посмотрела. Потом зашагала в сторону своей секретной каморки. Отомкнула.

— Пойдём, — пригласила она Алису.

— Вы меня есть будете? — забеспокоилась девочка.

— Нет, — улыбнулась Эльвира Борисовна. — Я сегодня плотно позавтракала, и ещё одна девочка в меня не поместится. Пойдём. Ты же хочешь узнать, что у меня там, за дверью?

Алиса выдохнула, набралась смелости (деваться всё равно было некуда) и пошла вслед за учительницей. Сначала было темно, но потом включился свет. Алиса огляделась. Ничего необычного в комнатушке не было. Стояли стол, стул, электрический чайник, большой железный шкаф, полки с книгами. На столе — несколько стопок тетрадей, красная ручка и игрушка — прозрачный шарик, внутри которого плавно перекатывалась из стороны в сторону метла. Такая же, как та, которой учительница подняла в воздух свою машину, только маленькая. Алиса внимательно посмотрела на шарик. Прежде она такого никогда не видела.

— Понравился? — догадалась Эльвира Борисовна. — Возьми, посмотри.

Дрожащей от волнения рукой Алиса взяла шарик. Поднесла его к лицу, и в этот момент метла внутри как будто взбесилась: заверещала, завертелась из стороны в сторону. От неожиданности Алиса выронила игрушку, и она с грохотом рухнула на пол, разлетевшись на миллион осколков. Крохотная метла при этом подлетела в воздух, сверкнула и испарилась.

Алиса посмотрела на лужу с осколками под своими ногами, потом на Эльвиру Борисовну.

— Простите, — пролепетала она и приготовилась получать очередной нагоняй от учительницы.

Но Эльвира Борисовна только улыбнулась. Зашагала в сторону высокого железного шкафа. Достала оттуда метлу. Большую. Настоящую.

— Давайте я подмету? — предложила Алиса. Мама всегда учила: сама накосячила — сама убирай. Правда, Валюшки почему-то это не касалось.

— Лучше я, — спокойно заметила учительница. Направила метлу на лужу и произнесла: — Починись!

Лужа медленно стала собираться в центр, осколки, разлетевшиеся, казалось, по всей коморке, вдруг стали склеиваться, заново образуя шар. Вода забралась внутрь, и через мгновение за стеклом снова появилась крошечная метла. После всего этого волшебства, от которого у Алисы чуть глаза на лоб не вылезли, шарик ещё исхитрился взлететь в воздух — прямо в руки девочке. Как будто и не падал вовсе. Как зачарованная, Алиса смотрела на удивительную игрушку. На этот раз держала крепко, чтобы не уронить.

Эльвира Борисовна тем временем убрала свою метлу обратно в шкаф. Подошла к Алисе. Забрала шар и вернула на место.

— Вот как выходит, — произнесла она задумчиво.

— Как? — не поняла Алиса.

— А так, что ты, девочка моя, похоже, волшебница.

— Я? — не поверила Алиса. — А разве волшебники бывают?

— Ты вчера с Бегемотом моим болтала? — спросила учительница. Алиса кивнула. — А пёсика моего видела? — Алиса снова кивнула. — Ну чего тогда спрашиваешь? Могла и догадаться, что чудеса бывают. И волшебники тоже. Вот эта штука, — она указала на шарик с метлой. — волшебников на раз определяет. Правда, для этого её надо в руки взять.

— А я её чуть не разбила, — повинилась Алиса. — То есть, разбила. Извините.

— Не о том речь, — махнула рукой учительница. — Скажи, у тебя мама волшебством владеет?

Алиса задумалась.

— Ну, она всегда знает, когда я неправду говорю. Это считается?

— Нет, — решила Эльвира Борисовна. — Это все мамы умеют. Моя тоже.

— А она у вас тоже волшебница? — поинтересовалась Алиса, хотя полчаса назад такой вопрос задать не решилась бы. Здесь, в каморке, Эльвира Борисовна была совсем другой — не такой строгой, как в классе.

— Моя-то? — улыбнулась учительница. — Волшебница, каких свет не видывал. Представляешь? Такие ватрушки печёт — ни в одном магазине не купишь. А вот колдовать не умеет. Не дано ей. Может, у тебя папа маг?

— Папа? — Алиса вспомнила папу. Он представился ей лежащим на диване перед телевизором: в одной руке пульт, в другой — телефон. — Нет, папа тоже не колдун, — твердо заверила Алиса. — Некогда ему колдовать. Он на работе всё время, а когда не на работе — футбол по телевизору смотрит.

— Значит, бабушка или дедушка, — заключила Эльвира Борисовна. — Наш дар по наследству передаётся.

Алиса стала вспоминать. Папины родители жили в городе, в центре. Дед — бывший полярник, бабушка — в столовой работала. Этих заподозрить в колдовстве было сложно. А вот мамины… Дедушку она не знала — он рано умер, Алиса ещё маленькая была. А вот бабуля и вправду странная: к ней вся деревня вечно то козочек водит, то курочек, чтобы подлечила. Травы какие-то они вместе в лесу собирали…

— Ой! — догадалась Алиса. — Кажется, у меня бабушка колдунья. Мамина мама.

— Вот и хорошо, — успокоилась Эльвира Борисовна. — Я тебя поздравляю. Теперь ты тоже волшебница. А я твоей учительницей буду.

— Так вы и так моя учительница, — напомнила Алиса.

— Я теперь тебя ещё и волшебству учить буду, — Эльвира Борисовна строго посмотрела на Алису. — Спуску не дам. Ясно?

— Ясно, — Алисе вдруг стало грустно. — Что, и уроки задавать будете?

— Обязательно, — кивнула учительница.

Потом подошла к книжной полке, встала на цыпочки и достала большую толстую чёрную книгу. Протянула Алисе. Книга была такой тяжёлой, что Алиса её чуть не выронила. На обложке большими, с завитушками, золотыми буквами было написано: «Учебник волшебства».

Алиса ахнула. Потом задумалась.

— А если эту книгу мама найдет? Она часто в моей комнате прибирается.

Эльвира Борисовна подошла к Алисе. Взяла из её рук книгу. Положила на стол рядом со стопками тетрадей.

— Смотри. Вот так видим эту книгу мы — волшебники. А вот так, — она щёлкнула пальцами. — все остальные.

На глазах Алисы произошло настоящее чудо. Книга по волшебству с большими золотыми буквами в один момент обратилась в учебник по обществознанию за пятый класс.

— Кстати, со зверюшками разными волшебными тоже так. Только мы с ними говорить можем, — заметила Эльвира Борисовна. — И видеть их такими, какие они есть.

— А много их, волшебных животных? — полюбопытствовала Алиса.

— Много, — улыбнулась учительница. — Теперь, когда у тебя дар проснулся, ты их всех видеть сможешь. И волшебство вокруг. Его люди тоже не замечают. По-нашему это морок называется. Ну или маскировка.

— Вот почему никто не заметил, как ваша машина по воздуху полетела, — догадалась Алиса.

— Следила за мной, — укоризненно заметила Эльвира Борисовна, но, кажется, не разозлилась. — Да. Поэтому.

Алиса ощутила, как её переполняет волнение. Столько всего сразу: магия, говорящие животные, волшебная книга. Она — волшебница. Хотелось задать миллион вопросов, но прозвенел звонок на урок. Эльвира Борисовна пожала плечами.

— Договорим в другой раз. Тебе пора, и мне тоже. Прячь книгу в рюкзак и слушай домашнее задание: прочитать и пересказать главу один. И убедить подругу Марину в том, что ты всё про меня выдумала. Ты ведь ей всё рассказала? Да? Я это сразу поняла по тому, как вы шептались.

Алиса огорчилась. Ей очень хотелось поделиться с подругой своим открытием, а ещё похвастаться тем, что она тоже теперь волшебница.

— Никто из обычных людей ничего про нас знать не должен, — строго сказала Эльвира Борисовна. — Это главное правило волшебников. Ты прочитаешь про него в первой главе.

Выходила из кабинета русского языка и литературы Алиса со странным ощущением. С одной стороны, ей открылась небывалая тайна. С другой — рассказывать о ней никому было нельзя. А какой смысл в секретах, если ими нельзя делиться? У кабинета ждала взволнованная Маринка.

— Алиса, это ты? Ведьма тебя не заколдовала?

— Да какая там ведьма? — грустно заметила Алиса. — Училка как училка. Сказала: ещё болтать будем — двойку обеим влепит.

— А как же говорящий кот и собака с тремя головами?

— Выдумки всё это, — пожала плечами Алиса. — Мои детские фантазии. Слушай, а ты чего-нибудь про братьев Гримм знаешь? — сменила она тему. — Так-то нам выступление готовить надо.

— Не-а, не знаю, — отозвалась Маринка. — Ничего, в интернете найдём. А всё-таки жалко, что Эльвира не ведьма. Из неё хорошая бы ведьма получилась.

Глава 3. Первое колдовство

Алиса не могла дождаться окончания уроков. Всё время думала о волшебной книжке в ранце. Время от времени, незаметно, чтобы Маринка не увидела, заглядывала внутрь. Раздвинет в стороны тетради и учебники, прочитает надпись золотыми буквами: «Учебник волшебства» — и сразу внутри как будто птицы поют.

«Это сколько же я всего делать смогу, — фантазировала Алиса. — Стану, к примеру, на свой розовый самокат, наколдую — и полечу».

— Алиса! Алиса!

Из сладких грёз девочку вырвал громкий голос Олеси Павловны — учительницы математики. Женщина она была взрослая, серьёзная, строгая. Конечно, не такая строгая, как Эльвира Борисовна, но на уроках Олеси Павловны тоже ворон ловить не следовало.

— К доске, Алиса! — учительница указала на примеры, начерченные маркером на доске.

Алиса посмотрела, и ей сразу стало грустно. От радостных грёз не осталось и следа. Примеры были очень непростыми. Особенно для того, кто последние полурока только и делал, что витал в облаках.

Каким-то чудом, не иначе как по волшебству, а ещё благодаря Маринкиным подсказкам, Алиса примеры решила, хоть и не без ошибок. Олеся Павловна сжалилась и не стала портить журнал четвёркой. Но строго предупредила, чтобы в следующий раз Алиса была внимательнее. Девочка кивнула и сама себе пообещала, что больше на уроках мечтать не будет.

Наконец прозвенел звонок с последнего, пятого урока. С трудом сдерживая нетерпение, Алиса затопала к выходу из школы. Маринка, как назло, стала зазывать к себе в гости. Хотела показать новый аквагрим, который ей родители купили. Предлагала разукрасить друг друга и поснимать «рилсы». Случись это в любой другой день, Алиса даже не раздумывала бы. Но учебник по волшебству лежал в портфеле и очень ждал, когда его начнут читать.

— Прости, — пожала плечами Алиса. — Сегодня никак. Уйма дел…

Чтобы не врать, Алиса не стала говорить, каких именно. А дел было действительно много. Нужно было в комнате прибраться — это она маме обещала. Уроки на завтра сделать — это для основной школы. И первую главу книги по волшебству прочитать. Эльвира Борисовна сказала, что там самые главные правила написаны.

Наспех попрощавшись с подругой Маринкой, Алиса поспешно отстегнула от школьного забора свой розовый самокат и покатила домой. Выяснилось, что лифт опять сломался. Пришлось с самокатом в руках и рюкзаком на спине подниматься на пятый этаж. Было непросто, но Алиса справилась. Запыхавшись, отомкнула дверь и оказалась дома.

Её встретил заспанный Мурзик, который лениво мяукнул, потёрся об ногу и отправился досматривать свой очередной кошачий сон. Алиса скинула ботинки и прошлась по квартире — на всякий случай. Она знала, что дома никого быть не должно: папа с мамой на работе, Валюшка в детском саду.

Алиса затащила рюкзак в свою комнату, бросила на незаправленную утром кровать (опять забыла). Стала копаться. Достала русский язык, математику, наконец ей попался тот учебник, ради которого она полезла в рюкзак. Красивая чёрная книга с золотыми буквами — «Учебник волшебства».

Алиса почувствовала, как заколотилось сердце. Даже руки от волнения задрожали. Мягко перевернула обложку. Провела ладонью по пожелтевшей от времени бумаге. Показалось, что она тёплая, как будто долго лежала и грелась на солнышке. На первой странице ничего особенного не было — то же название, что и на обложке, и теми же самыми красивыми буквами.

Алиса перевернула вторую страницу. Тут уже было написано несколько слов:

«Приветствую тебя, юный волшебник!

Книга, которую ты держишь в руках, при должном старании и усердии поможет тебе научиться творить волшебство. Помни, какую ответственность накладывает на тебя умение колдовать. О том, что творить магию нужно незаметно, когда никто не видит. Заниматься следует только под руководством опытного волшебника. Не пропускай главы. Не освоив одну, не приступай к другой. Иначе может случиться беда. А теперь открывай следующую страницу и добро пожаловать в мир Волшебства!»

Алиса дважды прочитала вступительное слово от неизвестного автора учебника (его фамилии ни на обложке, ни на первых страницах не было) и приступила к чтению первой, и, как сказала Эльвира Борисовна, самой главной главы.

Первая глава учебника представляла собой свод правил, которые юным волшебникам следовало соблюдать неукоснительно. О некоторых из них уже говорилось на первой странице:

«1. Не колдуй при свидетелях. 2. Не пропускай главы. 3. Учись только под руководством опытного волшебника».

Но были там и другие правила. Например, указывалось, что колдовать не следует в полнолуние, потому что можно навлечь беду. Запрещалось летать в ветреную и дождливую погоду, потому что в транспорт может ударить молния. А ещё кормить волшебных животных заколдованными мухоморами, потому что от них у зверушек могут заболеть животы.

Алиса задумалась. Ей вдруг стало очень интересно, можно ли этих самых волшебных животных кормить обыкновенными мухоморами. А если можно, то где их брать? Насколько Алиса знала, в парке, который находился недалеко от её дома, мухоморы как будто не водились.

Алиса вздохнула, поглядела на Мурзика, который, проснувшись в очередной раз (он вообще был тот ещё соня), вошёл в комнату. Потянулся. Легко, без усилия, как умеют все коты, запрыгнул на кровать и улёгся прямо на книгу. Наверное, почувствовал исходящее от страниц тепло.

Если бы это был учебник математики, например, Алиса с радостью прервалась бы, чтобы погладить своего котика. Но сейчас урок был настолько интересным, что останавливаться не хотелось. Девочка аккуратно стащила кота с учебника на пол. Мурзик жалобно мяукнул.

— Нечего возмущаться, — строго заметила Алиса. — У тебя своя лежанка есть. Удобная. Я тебе для неё свою старую кофту отдала. Вот и валяйся там.

Кот, видимо, оскорбившись до глубины души, отвернулся и улёгся возле батареи, даже не посмотрев на Алису. Девочке в какой-то момент стало даже жалко своего Мурзика.

«Потом попрошу прощения, — решила она. — И вкусняшку какую-нибудь куплю».

Очистив тем самым свою совесть, Алиса вернулась к чтению. На глаза попалась одновременно очень интригующая и разочаровывающая строчка:

«О том, как вызывать волшебных животных, вы узнаете позже, в седьмой главе. И запомните: никогда и ни при каких обстоятельствах юным волшебникам нельзя вызывать волшебных зверей самостоятельно».

Алиса дочитала первую главу и огорчилась. Во-первых, приступать к следующей, пока Эльвира Борисовна не скажет, было нельзя. Во-вторых, ей очень хотелось хоть одним глазком взглянуть на волшебное животное. Она вспомнила трёхголового пса, кота Бегемота и очень захотела иметь у себя дома что-то похожее.

Поразмыслив, Алиса закрыла книгу. Но потом снова открыла и быстро долистала до седьмой главы.

«Волшебные животные: какие они бывают и как их вызывать» — гласило название в верхней части страницы.

Повздыхав, Алиса решила, что прочитает всего только одну маленькую страничку. И уж, конечно, никого вызывать не будет, потому что нельзя. И если Эльвира Борисовна узнает, непременно накажет. А может, и книгу заберёт.

Алиса начала читать и уже не смогла остановиться — очень уж много интересного там было написано. Для начала объяснялось, откуда волшебные животные могут взяться. В книге говорилось, что есть волшебные миры, где эти животные обитают, но большая часть — это заколдованные когда-то люди, которые чем-то провинились, за что были превращены в животных. Приводился пример:

«В древние времена на один маленький городок напала целая банда разбойников. Было их двенадцать. Бандиты наверняка забрали бы у горожан всё ценное, но среди жителей оказался волшебник, который заколдовал грабителей, превратив их в двенадцатиголового огнедышащего змея, который с тех пор охранял город от врагов».

«Это про Змея Горыныча, наверное», — догадалась Алиса и стала читать дальше.

«У каждого приличного волшебника должно быть своё волшебное существо, — было написано в книге. — Считается, что без него волшебник — не волшебник».

«Это получается, я не волшебница?» — разозлилась Алиса и решила во что бы то ни стало срочно обзавестись кем-нибудь волшебным.

В конце главы была написана полная инструкция, как вызвать волшебное существо и как придумать, каким именно оно должно быть. Это было похоже на то, как если загадать желание на Новый год: закрываешь глаза и представляешь себе, кого именно хочешь получить.

Алиса зажмурилась и стала усиленно желать… Она не сразу поняла, кого именно хочет. Слона? Так он в дом не поместится. А если маленький? Тоже. Где она будет его держать и, главное, как объяснит маме, как в их квартире на пятом этаже оказался самый настоящий живой слон, пусть и небольшой? Тогда Алиса решила загадать кого-нибудь поменьше. Подумала о котёнке, но решила, что Мурзик может обидеться. К тому же зачем ей второй кот? Хомяк был слишком маленьким — это неинтересно. Единорог — слишком большим. Тогда кто? С собакой каждый день гулять надо, а то и два раза — то ещё удовольствие.

Алиса задумалась и вспомнила, как видела в интернете ролик про маленьких добрых и милых декоративных крольчат. Один беленький сидел в корзинке, грыз морковку, а хозяйка его гладила. А какой он был пушистый…

Решение назрело само собой. Алиса закрыла глаза и стала усиленно загадывать волшебного кролика. Получилось не сразу. В голову, почему-то постоянно лез слон. Когда, наконец, загадала, стала читать дальше. На следующей странице приводилось заклинание, которое следовало повторить слово в слово. Текст там был непростой. Место, куда нужно было вставить название своего животного, было выделено жирной полоской. Алиса собралась с духом и стала читать заклинание, да так усердно, что разбудила Мурзика. Тот недовольно мяукнул и вышел из комнаты.

Наконец Алиса дочитала заклинание. Она ожидала, что раздастся гром или сверкнёт молния. На худой конец мигнёт лампочка под потолком. Но ничего не произошло. Разочарованная Алиса снова пробежалась глазами по тексту заклинания, чтобы убедиться, что всё сделала правильно, и огорчилась.

«Наверное, поэтому начинающим волшебникам в начале книги запрещается колдовать, — подумала она. — Потому что всё равно ничего не выйдет».

Ей так вдруг захотелось маленького белого крольчонка с милыми глазками, как в ролике, что она чуть не заплакала от обиды. В тот момент, когда первая слезинка уже готова была капнуть на страницу волшебного учебника, в окно её комнаты громко и настойчиво стукнули. Алиса посмотрела в ту сторону, откуда донёсся звон стекла, и ахнула.

На подоконнике со стороны двора не сидел, а стоял, скрестив лапки на груди, крольчонок. Только был он не белым, как хотела Алиса, а серым. И глазки его были не милыми, а очень даже сердитыми. Этими самыми глазками кролик грозно посмотрел на девочку и ещё раз стукнул в стекло лапкой.

— Открывать собираешься или нет? — раздался приглушённый двойным стеклопакетом голосок.

— Конечно, конечно, — спохватилась Алиса и бросилась к окну. Открыла створку, и крольчонок очень деловито, как будто делал это много раз, впрыгнул в комнату.

— Закрывай окно, — приказал он. — Дует. Чуть не продрог, пока стоял там на ветру.

— Извините, — попросила прощения Алиса. — Я не ожидала…

— Не ожидала? А это разве не ты меня наколдовала? — произнёс крольчонок, оглядываясь по сторонам. — Кто тогда наколдовал? Где волшебница?

— Наверное, это я, — призналась Алиса. — Просто не думала. Я в первый раз…

— А, — огорчился крольчонок. — Неумёха мне досталась. Ничего не поделаешь — хозяев не выбирают.

Алисе стало вдруг обидно. Она посмотрела на наглое волшебное животное, которое уже успело заскочить на кровать и теперь обнюхивало её подушку.

— Я вообще-то белого крольчонка заказывала, — с укором заметила она.

— Ну так, — кролик повернулся к Алисе и ткнул лапкой себе в нос. — Во! Белое пятнышко. Как заказывали. А вообще не привередничай.

— Я не привередничаю.

Алиса подошла к кролику и вгляделась в его мордочку. Он весь был серый, а на носу действительно было белое пятнышко. Такое забавное, что Алиса даже хихикнула.

— Чего смеёшься? — пришла очередь крольчонка обидеться. — Не вижу ничего смешного.

— Забавный ты, — призналась Алиса и попыталась погладить крольчонка, но он отскочил в сторону.

— Без рук. Мы почти незнакомы. Как тебя зовут?

— Алиса, — представилась девочка. — А тебя?

— Шастик Мордастик Ушастик третий! — представился крольчонок и смешно поклонился. — Но ты можешь звать меня просто Шастиком. Так, — он огляделся по сторонам. — И где я буду жить?

— Ну, — задумалась Алиса и стала вспоминать, где жил кролик из ролика в интернете. — Я тебе клетку куплю. Хорошую. Большую…

— Что? — заверещал кролик. — Клетку? Да за кого ты меня принимаешь? За глупую мышь? Нам, кроликам, нужен простор. Ладно. Сам решу. Спать я буду здесь, — Шастик ткнул лапой в подушку.

— Вместе со мной? — обрадовалась девочка. — Здорово!

— Ещё чего. Ни за что, — кролик помотал маленькой головкой. — Я тесноту не люблю. Ты вон можешь и на полу устроиться. Ну или клетку себе купи…

— Ну уж нет, — разозлилась Алиса, которую наглость крольчонка уже начинала раздражать. — Я твоя хозяйка, и где я скажу, там ты и будешь спать. Например… — она пробежалась глазами по своей неприбранной до сих пор комнате, и взгляд её упал на нижнюю полку в шкафу. — Придумала, — сообщила она.

Подскочив к шкафу, Алиса вытащила из ящика кукольную кроватку. Небольшую, но очень удобную. По крайней мере, куклы, с которыми она играла, когда была маленькой, никогда не жаловались.

Алиса достала кроватку, потом игрушечное постельное бельё и даже подушечку. Расстелила.

— Вот, — указала она крольчонку. — Твоя постель.

Крольчонок скривил рожицу.

— Ладно, — махнул лапкой. — У тебя пожрать чего-нибудь есть?

— Какой ты грубый, — укорила Алиса. — Надо говорить: «Нет ли у тебя чего-нибудь перекусить, пожалуйста».

— Нет ли у тебя чего-нибудь перекусить, — передразнил девочку Шастик. — Пожалуйста!

Алиса поняла, что крольчонок над ней издевается, но затевать ссору со своим новым питомцем не хотелось. Она вздохнула и вышла из комнаты, не забыв прикрыть за собой дверь, чтобы он не бегал по всей квартире. Скоро должна была вернуться с работы мама.

Порыскав по холодильнику, Алиса обнаружила на нижней полке пакет с морковкой. Выбрала одну, самую крупную, помыла, почистила и направилась обратно в свою комнату. А когда открыла дверь, увидела, что кукольная кроватка валяется в углу у батареи, а его величество Шастик Мордастик Ушастик третий тихо и мило дрыхнет на её подушке.

— Вот маленький хулиган, — поругалась Алиса, но негромко, чтобы не разбудить питомца. Потом подошла к нему и увидела, как мило спит крольчонок, свернувшись калачиком. Совсем как малыш. Ругаться больше не хотелось. Алиса подошла к перевёрнутой кроватке, взяла одеяльце и укрыла кролика, потому что подумала, что ему может быть холодно. Шастик довольно засопел и даже улыбнулся во сне.

— А всё-таки ты милый, — произнесла Алиса.

В это время входная дверь хлопнула.

«Мама пришла», — догадалась Алиса и стала срочно придумывать, как сообщить маме, что у неё вдруг откуда ни возьмись появился самый настоящий живой кролик. О том, что волшебное животное начнёт с мамой болтать, Алиса не беспокоилась. Эльвира Борисовна говорила, что слышат их и понимают только волшебники.

— Мамочка, — Алиса с порога бросилась обнимать маму. Мама обняла дочку, а потом очень внимательно и с подозрением на неё посмотрела.

— Ты схлопотала двойку? — предположила она.

— Что ты, мамочка? — улыбнулась Алиса. — Я просто очень рада тебя видеть.

— Ты никогда меня так не встречаешь. Что-то случилось, рассказывай.

Мама сняла уличную обувь и прошла на кухню. Алиса последовала за ней, а на ходу тараторила.

— Понимаешь, тут такое дело… — начала выдумывать она. — Маринке и её родителям нужно срочно уехать, а кролика оставить не с кем, вот я и предложила, чтобы он пожил пока у нас. Недолго. Он очень милый, ручной и домашний. Правда.

Алиса посмотрела на маму. Та тяжело вздохнула.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — включила попрошайку Алиса.

— А Маринкины родители не против? — поинтересовалась мама. — Может, мне с ними поговорить?

— Нет, — отрезала Алиса. — Мы уже обо всём договорились.

Сказала она это слишком резко, и мама заподозрила неладное. У неё внутри снова включился этот самый датчик, который улавливал неправду.

— Покажи мне этого кролика, — попросила она. — Надеюсь, он в клетке? — мама строго посмотрела на Алису. — Не хочу, чтобы он погрыз нам все обои и провода.

Алиса тяжело вздохнула и подумала, что если Шастику и разрешат остаться, то ему всё равно придётся жить в клетке.

— Ну, где твой кролик? — мама упёрла руки в бока. Это означало, что она сердится.

— У меня в комнате, — пожала плечами Алиса. — На кровати спит.

— На кровати? — вскинулась мама. — Алиса, ты совсем с ума сошла? Это животное, у него могут быть болезни! Ты взрослая девочка, когда ты начнёшь думать головой?

Пока она говорила всё это, она чуть не бежала в комнату Алисы. Опередив девочку, первой открыла дверь и забежала внутрь, но у кровати замерла. Остановилась. Посмотрела сначала на подушку, потом на Алису и нахмурилась ещё сильнее.

— Что за дурацкие шутки, Алиса? Ты взрослый человек. Зла на тебя не хватает.

Потом вышла из комнаты, хлопнув дверью. Алиса медленно подошла к кровати, посмотрела на подушку и увидела, что там, укрытый детским одеялом, дрыхнет плюшевый кролик. Милая пушистая игрушка, какие продаются в магазинах. Серая, с белым пятнышком на носу. Алиса округлила глаза. Подошла к кровати. Провела ладошкой по маленьким ушкам. В тот же момент игрушка обрела очертания настоящего живого спящего крольчонка. Он открыл глазки и строго посмотрел на Алису.

— Ну? Чего разбудила? Где моя еда?

Алиса улыбнулась.

Глава 4. Неприятности с ушами

Говорят, что кролики — ночные животные. Днём они в основном отдыхают, а ночью куролесят по своим лесам и полям (это если дикие) или прыгают туда-сюда по клетке (если домашние). Всё это справедливо, наверное, для кроликов обыкновенных, но никак не для волшебных. Шастик Мордастик Ушастик третий дрых всю ночь без задних лапок. Кукольная кроватка пришлась ему впору. Серая головка удобно лежала на мягкой подушечке.

Правда, поначалу ложиться на эту девчачью, как он выразился, кровать кролик отказывался категорически. Пришлось пойти на хитрость: пообещать перед сном вкусное угощение. Ничего вкуснее мороженого в холодильнике не нашлось, и Шастик впервые в жизни попробовал пломбир в вафельном стаканчике. Эффект был поразительным. Кролику так понравилось мороженое, что он сразу подобрел и даже разрешил себя погладить. А потом лёг в кукольную кроватку и захрапел.

Алиса такому повороту событий была рада. Наконец можно было заняться уроками. Пока Шастик бодрствовал, читать и писать было невозможно. Стоило Алисе открыть учебник, например по математике, как питомец в два счёта забирался на стол, садился прямо на страничку и смотрел на примеры с умным видом. Потом громко и настойчиво советовал, какой ответ записывать, хотя, как Алиса поняла сразу, в математике ничего не понимал.

Когда Шастик уснул, девочка наконец смогла закончить домашнее задание, сложила тетради и учебники в портфель (чтобы утром не возиться) и завалилась спать без задних ног. Уснула почти сразу, и ей приснился яркий сон, где они с Шастиком прыгали наперегонки по облачкам. Алиса сначала побеждала, но потом споткнулась и упала. Кролик догнал её, запрыгнул сверху, схватил за щеку и стал таскать из стороны в сторону, приговаривая:

— Просыпайся, да просыпайся же ты, соня! В школу опоздаешь!

Алиса открыла глаза и увидела перед собой серую серьёзную мордашку с белым пятнышком на носу. Шастик смотрел на девочку, насупившись. Убедившись, что хозяйка проснулась, стал ворчать:

— Шесть часов уже. Скоро в школу. А у тебя… домашнее задание не повторено, одежда не подготовлена, не позавтракала. А главное… Шастик Мордастик Ушастик третий совсем голодный. Быка готов съесть. Ну или, хотя бы, мороженку.

Алиса не любила просыпаться ни свет ни заря, поэтому разозлилась:

— Вообще-то у меня будильник только через полчаса прозвенит. Я каждый день так просыпаюсь и всё всегда успеваю.

— Это ты успевала, пока у тебя питомца не было, — справедливо заметил кролик. — Теперь есть. И его… то есть меня — покормить нужно и причесать. За такой шёрсткой, — он провёл лапкой по своему пушистому боку, — ухаживать надо.

— Да ну тебя, — рассердилась Алиса. — Есть, говоришь, хочешь?

Кролик кивнул. Алиса вскочила с кровати, чуть не сбросив Шастика на пол (он в последний момент успел отскочить). Вышла из комнаты. На кухне нашла морковку — последнюю, больше не было. Быстро почистила и вернулась в свою спальню. Протянула кролику угощение:

— На! И отстань от меня, пока будильник не прозвенит.

Алиса бухнулась на кровать и закрыла глаза, но поспать ей не удалось.

— Это что за ерунда? — обиделся Шастик. — Я тебе кто? Какой-то глупый лесной зверёк? Ты бы ещё отрубей насыпала. Где моё мороженко?

Алиса вздохнула и открыла глаза. Она знала, что в морозилке ещё осталась пара стаканчиков, но кролику об этом решила не говорить. Вместо этого прочитала животному лекцию о полезной еде.

— Если всё время есть одно только мороженое, — сказала она совсем как мама, — зубы испортятся. А ещё горло заболит. И вообще, сладости — только после полезной и здоровой еды. Ясно?

— Ясно! — обиделся Шастик и отвернулся от девочки, но морковку с собой прихватил. Было слышно, как острые зубки грызут полезный овощ.

Алиса, порадовавшись, что заставила-таки своего питомца позавтракать полезной морковкой, закрыла глаза и повернулась на бок в надежде подремать ещё хотя бы минут десять. Но в этот самый момент зазвенел будильник. А через две минуты в дверь постучали.

— Алиса! — позвала мама. — Вставай, завтракать пора. Сегодня сосиски с яичницей.

— Ну вот, — пробурчал Шастик с набитым ртом. — Мне, значит, полезную морковку, а сами яичницу с сосисками трескать будут. Зверомучители.

— А ты что же, и сосиски ешь? — удивилась Алиса, поднимаясь с постели. — Ты же травоядное. Кролик. Вы мясо не едите. Мы в школе учили.

— Сама ты травоядная, — не обернувшись, огрызнулся Шастик. — Я, может, тоже вкусняшки всякие люблю. Что, кролик не человек, по-твоему?

Алиса хотела возразить, что кролик — это кролик, и он никак не может быть человеком, но потом вспомнила, как было написано в книге: «Большая часть волшебных животных — это заколдованные за какие-то проступки люди». А учитывая характер питомца, натворить он мог много чего.

Через полчаса Алиса уже бегала по квартире в поисках носков, поглядывая на часы. Мама торопила:

— Да не возись ты. Опоздаешь в школу.

Алиса и без того знала, что опаздывает, но это было делом привычным. Была у неё такая особенность: как ни старалась девочка, во сколько бы ни просыпалась, всё равно каждый день забегала в класс одной из последних. Такой был у неё талант — всегда и везде почти опаздывать.

Надев на плечи рюкзак, она посмотрела на Шастика, который с деловым видом, как маленький человечек, сидел на кровати и смотрел на девочку, догрызая свою огромную морковку (и как она в него поместилась?).

— Значит так, — напутствовал кролик, как будто сам был хозяином девочки, а не наоборот. — Веди себя в школе прилично. Ни с кем не дерись, учителям не груби.

— Я и так не грублю, — стала оправдываться Алиса, но быстро пришла в себя и поняла, что это она должна указывать питомцу, что делать, а не наоборот. — И вообще, это ты веди себя хорошо. Сиди здесь и жди меня. По квартире не гуляй. Сейчас все разойдутся кто куда, и ты останешься один. Главное — не выходи из комнаты. Там Мурзик. Кто знает, как он на тебя отреагирует. Может сожрет. Он же хищник. Настоящий. Понял?

- Он? Хищник? – рассмеялся Шастик. – Не смешите мои лохматые лапы. Я его в два счета на лопатки положу.

- Не вздумай, - строго предупредила Алиса. – Мне тут драки не нужны. И вообще, когда я вернусь, в комнате должен быть порядок. Понял?

Кролик приободрился. Встал на свои маленькие задние лапки по стойке смирно и приставил переднюю к голове, как делают военные.

— Не извольте беспокоиться, госпожа Алиса! — произнёс он и засмеялся.

— Ты не кролик, ты клоун какой-то, — посетовала девочка, схватила рюкзак и вышла из комнаты.

Дверь за собой плотно закрыла. Вообще-то ее можно было и на ключ запереть. Была в ее двери такая функция. Но Алиса решила, что маленький крольчонок до ручки так и так не дотянется.

В класс она забежала, когда до звонка на урок оставались считанные секунды. Прыгнула к Маринке за парту, тяжело дыша, стала доставать учебники.

— Ты когда-нибудь научишься приходить вовремя? — поинтересовалась подруга.

— Да это всё… — Алиса уже собиралась было пожаловаться Маринке на своего кролика, но вовремя вспомнила, что делать этого нельзя. В конце концов, кролик был волшебным. А про всё волшебное обычным людям знать не полагалось. — Проспала, — стала выдумывать Алиса.

— Как всегда, — вздохнула Маринка. Алиса действительно очень часто, пару раз в неделю точно, забывала завести будильник или просто его не слышала. Очень уж любила поспать.

Раздался звонок на урок. Первым в расписании была математика. Олеся Павловна вошла в класс. Учебный день начался. Потом была физкультура, обществознание. Последним в расписании шёл урок русского языка. Эльвира Борисовна, как всегда очень красивая и очень строгая, вошла в класс. Но сегодня лицо её было каким-то особенным, как будто озабоченным. Она открыла ноутбук, но тут же закрыла его.

— Значит так, пятый «Е». Сегодня урока не будет.

— Ура!!! — позабыв, что находятся на уроке, заверещали хором мальчишки. Маринка тоже приободрилась и толкнула Алису локтем.

— Тихо! — крикнула Эльвира Борисовна, и все разом замолчали. — Сегодня урока не будет. Записывайте домашнее задание. Страница сорок, упражнения с шестого по десятое. А также на странице сорок второй тринадцатое и пятнадцатое.

— Так много? — заскулил Володя Жёлудев. Он вообще учился ни шатко ни валко, предпочитал урокам свою футбольную секцию.

— А тебе, Володя, — строго произнесла Эльвира Борисовна, — ещё шестнадцатое.

— За что? — запротестовал Володя.

— За возмущения, — отрезала учительница и засобиралась уходить. — Все свободны.

Эльвира Борисовна юркнула в свою каморку. Школьники, весело переговариваясь, стали собирать портфели. Гора домашних заданий, конечно, немного подпортила им настроение, но выполнять их нужно будет только вечером, а потому сейчас можно было по-детски веселиться. Маринка от восторга даже обняла Алису.

— Здорово! — поделилась она. — Почаще бы уроки отменяли. Эх, ну что? Ко мне? Аквагрим ждёт.

— Можно, — согласилась Алиса. Не то чтобы ей хотелось мазать лицо красками, но и отказывать подруге второй день подряд было неудобно. А ещё Алиса почему-то забеспокоилась за Эльвиру Борисовну. Ей показалось, что случилось что-то очень неприятное.

— Подожди меня внизу, — попросила она Маринку. — Хочу про наш доклад спросить. Литра уже послезавтра.

— Так давай вместе спросим? — предложила Маринка, и Алиса закусила губу. Ей очень нужно было поговорить с Эльвирой Борисовной наедине. Обсудить первую главу, получить разрешение на изучение второй, ну и, может быть, узнать, чем учительница так обеспокоена.

— Нет, — Алиса не знала, как отвадить подругу. — Со мной она, вроде как, нормально общается. А если мы вдвоём подойдём, может, и ругаться будет.

— Ну ладно, — не стала спорить Маринка. — Жду внизу.

Сказала и вышла из класса. Как только дверь за ней закрылась, Алиса подбежала к двери каморки, где находилась Эльвира Борисовна, и постучала.

— Это Алиса, — сообщила она. — Можно к вам?

— Ты одна? — донеслось из-за двери.

Алиса покрутила головой.

— Одна.

— Заходи.

Алиса открыла дверь и вошла. От удивления чуть не охнула. Эльвира Борисовна уже переоделась. Сейчас она была не в строгом брючном костюме, в котором общалась со школьниками пять минут назад, а в длинном, чуть не до пола, кожаном пальто. Её непослушные волосы были стянуты на затылке в тугой хвост. На глазах были черные солнечные очки. В руках учительница сжимала свою метлу.

— У тебя что-то срочное? — спросила она у Алисы.

Девочка кивнула.

— Я быстро. Это насчёт книги. Я первую главу изучила.

— Молодец, — похвалила Эльвира Борисовна. — Приступай ко второй.

Сказала и направилась к выходу из каморки, давая понять, что аудиенция закончена. Алиса посторонилась. Вместе они вышли в класс. Дверь была закрыта. Эльвира Борисовна подошла к окну. Все окна в их школе были закрыты на специальные замки. Алиса знала: это чтобы какой-нибудь глупый мальчишка (девочки, конечно, умнее) не выпал во время очередной дурацкой игры. Эльвира Борисовна махнула метлой, и одно из окон, к изумлению Алисы, исчезло.

— А куда? — изумилась Алиса и хотела продолжить «исчезло окно», но учительница её опередила.

— Простая трансформация, не обращай внимания. Как только я улечу, окно вернётся.

— А зачем вы улетите? — не удержалась Алиса. — Почему не на машине…

Эльвира Борисовна посмотрела на Алису, как бы решая, рассказать ей страшный секрет или не стоит. Потом решилась. Подошла к девочке почти вплотную, заговорила шёпотом:

— Алиса, дело в том, что произошла одна серьёзная неприятность. Из волшебного мира Каракар (ну есть один такой, неподалёку) сбежал опасный волшебник-преступник. Он сидел там в тюрьме за всякие разные злые дела. А вчера он обманул охрану и сбежал. Представляешь? Причём в наш мир. Будем теперь с моими друзьями-волшебниками коллеги-волшебник его искать. Иначе он тут таких дел натворить может…

— Вчера вечером? — Алиса задумалась и испугалась. Посмотрела на учительницу. — А как он выглядит, этот злой волшебник?

— Этот волшебник необычный. Он превращается постоянно. Поэтому выглядеть он может, как угодно, — стала объяснять Эльвира Борисовна. — И мужчиной может быть, и женщиной. И молодым, и старым. Даже в животное может превратиться…

— А в плюшевую игрушку может? — не подумав, спросила Алиса.

— Может, может, — махнула рукой Эльвира Борисовна и запрыгнула на свою метлу. — Ну ладно. Будь осторожна. И не пугайся: сегодня много волшебников по небу летать будет.

Сказала и выпорхнула из окна. И почти сразу стекло с рамой вернулось на своё законное место. А Алиса так и стояла посреди класса, как будто её по голове ударили.

«Вчера вечером, — прокручивала она в своей голове. — Из волшебного мира в наш сбежал преступник. Он может превращаться в кого угодно. Даже в животное и в плюшевую игрушку».

Алиса схватила рюкзак и выбежала из класса. Потом соскочила со ступенек и чуть не сбила с ног Маринку.

— Прости, — извинилась Алиса. — Не смогу к тебе сегодня. Дело очень важное…

И, ничего не объяснив, побежала домой. Там девочку ждал настоящий сюрприз. Как и ожидалось, кролик Шастик (если это, конечно, был кролик, а не злой волшебник, в чём Алиса сильно сомневалась) сидеть на одном месте явно не собирался. Дверь в ее комнату была распахнута настежь. Алиса скинула обувь и заглянула внутрь. Кролика в комнате не было, зато кто-то не очень аккуратно застелил её постель. А ещё сбросил все грязные вещи, разбросанные утром по разным углам, в одну аккуратную, но большую кучу возле батареи. Алиса подошла ближе. Куча неожиданно зашевелилась. Алиса взвизгнула и отскочила в сторону. Из вороха тряпья показался сначала нос, потом усы, потом когтистые лапы сонного Мурзика, который почуял девочку и проснулся, чтобы поздороваться. Алиса потрепала кота по загривку.

— Мурзик, милый. Он тебя не обидел? Где этот… — она не договорила, потому что на кухне что-то громко брякнуло.

Алиса побежала на звук. Взору её предстала просто ужасающая картина. Холодильник был настежь открыт и почти пуст. Повсюду валялись огрызки яблок, упаковка от сосисок, измельчённая в труху петрушка вместе с укропом и даже надкусанная большая луковица. То ли от лука, а может, от увиденного у девочки заслезились глаза. Она представила, что будет, когда с работы придёт мама и увидит всё это. А главное, нигде не было видно виновника всего этого безобразия.

Алиса заглянула в холодильник. Потом открыла морозилку. Кролика там не было, как и двух запасённых стаканчиков пломбира. Вдруг на стуле, который стоял в дальнем углу у выхода на лоджию, что-то жалобно застонало. Алисе стало страшно. Она взяла в руки лопатку, которой мама переворачивает жареные яйца, и стала медленно приближаться к стулу. Обойдя его, увидела, кто именно стонал. На стуле лежал, раскинув лапки в стороны, похожий на футбольный мячик (такой у него был раздутый животик), Шастик Мордастик Ушастик третий. Он же, как решила Алиса, сбежавший злой волшебник.

— А ну, — приказала Алиса, пригрозив лопаткой, — признавайся, почему стонешь?

— Объелся, — только и сумел произнести Шастик.

— А почему в какого-нибудь верблюда не превратился, ну чтобы еды больше поместилось? Я слышала, они ещё и в горбе запасать умеют.

— Потому что кролики, даже волшебные, ни в кого превращаться не умеют, — сказал Шастик и снова застонал.

— Обжора, — пожурила питомца Алиса. — С завтрашнего дня буду закрывать тебя на ключ.

Потом положила лопатку на стол, взяла Шастика на руки и понесла в свою комнату. Ей вдруг стало абсолютно ясно, что никакой он не злой волшебник, а просто маленький и глупый крольчонок.

Глава 5. Дворник дядя Федя

— Сама ты глупая! — обиделся Шастик, когда Алиса, погладив его по пушистой головке, мягко пожурила за весь тот кошмар, который он устроил на кухне. — Посидела бы ты с моё на кашах — ещё бы и не так объелась.

Крольчонок смешно, в своей манере, скрестил лапки на груди. При этом живот у него был такой большой, что лапки на нём лежали. Алиса уже успела прибраться на кухне и даже, чтобы избавиться от следов преступления, вынесла мусор. Мама бы не поняла, если бы обнаружила надкусанную с трёх сторон луковицу. А так… — Алиса, а куда делись все сосиски? — поинтересовалась мама, когда пришла с работы. — А овощи? Алиса, что тут вообще произошло? Почему холодильник пустой? Пока убиралась, Алиса успела придумать более или менее правдоподобную легенду. — Понимаешь? — начала она, искренне надеясь, что мамин датчик вранья не включится. — У нас на трудах с этого года кулинария. Ну и надо было принести кое-какие продукты, чтобы сварить суп. — Ну, овощи я понимаю, — мама подозрительно посмотрела на Алису. — А сосиски куда делись? Или вы суп с сосисками варили? — Эээээ… — Алиса поняла, что этот момент как-то упустила из виду. — Мы их туда добавили, — стала сочинять она. — Чтобы получился бульон. Это такой рецепт. — Ну ладно, — мама, похоже, ответом удовлетворилась и отвернулась к холодильнику. — Это всё, конечно, хорошо, но теперь нам не из чего готовить ужин… — Может, пиццу закажем? — обрадовалась Алиса. — Ну или роллы… Иногда, когда мама очень сильно уставала после работы, а папа получал зарплату, они с родителями устраивали такой вот праздничный вечер. Заказывали на ужин много всяких вкусностей. Алиса больше всего любила сырную пиццу, а сестрёнка Валюшка — картошку фри. Правда, букву «р» она пока не выговаривала, поэтому говорила «фли». Но то, что эту самую «фли» нужно макать в кетчуп, знала. Такое оно — молодое поколение. В тот день мама, по всей видимости, была не настолько уставшей. Да и до папиной зарплаты оставалась неделя, а потому Алисе ничего другого не оставалось, кроме как вооружиться пакетом, списком нужных продуктов и отправиться в ближайший магазин, чтобы пополнить уничтоженные Шастиком запасы. Погода, несмотря на сентябрь, была летней. Светило солнышко. Редкие тучки ползли по небу. Во дворе было тихо. На детской площадке — пусто. Гуляла малышня в основном по вечерам, после детского сада, когда было прохладно.

У дальнего подъезда беседовали о чём-то две соседки. Да так увлечённо, что ничего вокруг не замечали. Первые, уже пожелтевшие, опавшие с деревьев листья сметал с тротуара в одну большую кучку дворник дядя Федя. Высокий, широкоплечий и угрюмый. Алиса его побаивалась. В детстве… Ну, это года два назад, они с подружками любили залезать на железные гаражи, которые кто-то когда-то поставил в их дворе. Сидеть наверху и глазеть на народ или ковыряться в телефонах. Так вот, этот дядя Федя вечно сгонял их. Размахивал своей метлой, ругался. Обещал пожаловаться родителям. Правда, ни разу никому ничего так и не рассказал. Всё-таки было в нём что-то хорошее. Алиса прошла мимо и, как воспитанная девочка, поздоровалась. — Здравствуй, Алиса! — отозвался дворник и вернулся к своему занятию, не сводя глаз с растущей кучки листьев. Алиса от неожиданности даже остановилась. Никогда прежде дядя Федя ни звал ни её, ни кого-то из подружек по имени. Да и вообще разговаривал редко. Только когда ругался.

— А откуда вы знаете, как меня зовут? — у Алисы этот вопрос выскочил сам собой. Она даже не поняла, как так вышло. Всё это дурацкое любопытство. Дворник оторвал взгляд от своей кучки, посмотрел на Алису. Не так, как всегда. Как-то по-особенному, даже по-доброму. Потом нашёл взглядом небольшой листик каштана. Тот валялся метрах в пяти от него. Направил свою метлу, что-то пошептал — и… Листик подлетел в воздух, закружился и, как будто притянутый магнитом, стремительно рванул к кучке, приклеившись к её вершине. Алиса от удивления разинула рот. Дядя Федя посмотрел на девочку, улыбнулся (такое с ним тоже случилось впервые) и подмигнул. Ошеломлённая Алиса кивнула и на сгибающихся от волнения ногах продолжила путь в магазин, на ходу размышляя… «Интересно, — думала она. — Дядя Федя тоже волшебник. Кто бы мог подумать? Интересно, а кто ещё? Старшая по дому? Участковый врач? Та странная женщина из третьего подъезда в огромной шляпе, которую не снимает ни летом, ни зимой? А может быть, кто-то из продавцов в магазине?» Алиса как раз дошла до супермаркета, где они с родителями обычно покупали продукты. Зашла, достала список, стала читать. Мысли о волшебниках и волшебном мире на некоторое время её покинули. Появились задачи понасущнее… Где, например, найти греческий йогурт и для чего он маме понадобился.

Полчаса спустя девочка возвращалась домой с полным всякой разной ерунды пакетом. Был он очень тяжёлым. Ручки больно врезались в ладошки. Приходилось каждую минуту перекладывать ношу из одной руки в другую, а иногда и тащить пакет с покупками обеими руками. С таким грузом Алисе было не до разговоров. Ей, конечно, хотелось задать дворнику пару вопросов, но делать это в тот момент, когда твои руки растягиваются чуть не до земли, медленно превращаясь в обезьяньи, было выше её сил. Она прошла мимо дяди Фёди. Когда дворник остался за спиной, услышала, что метла больше не метёт. Потом раздался свист — и… Пакет в руке как будто стал лёгким, как пушинка. Сам поплыл над землёй в нужном направлении. Алисе оставалось только придерживать его. При этом со стороны другим людям должно было казаться, что Алиса тащит его. Догадавшись, что дело в волшебстве, девочка обернулась. Дядя Федя стоял, опершись на свою метлу, и улыбался.

— Так легче будет, — кивнул он. — Спасибо, — поблагодарила Алиса и направилась к своему подъезду, размышляя о том, какой он всё-таки хороший, этот дядя Федя. И чего она его в детстве боялась? Пока мама готовила ужин, Алиса принялась за домашку. Первым делом позвонила Маринке. Поинтересовалась, как обстоят дела с братьями Гримм. Время доклада приближалось. — Ты же знаешь, мне все эти доклады, сочинения и прочее… — Маринка сделала многозначительную паузу. — Не моё это. Может, ты докладом займёшься?

— Хорошо, — кивнула Алиса. — А ты математику делала? — Нет ещё… — Тогда так, — предложила Алиса. — Я займусь докладом, а ты дашь списать математику. Лады? У Алисы дружба с математикой, как она ни старалась, не выходила. Ну не лезли в голову все эти цифры, формулы и прочее. Не понимала, как, где и когда нужно вычитать, складывать, делить и умножать. Зато если надо было что-то сочинить или пересказать — это пожалуйста.

Маринка согласилась, и после непродолжительной болтовни ни о чём девочки попрощались. Алиса приступила к домашке. Правда, для этого пришлось выклянчить у мамы ноутбук. Для доклада телефона было маловато. Тут нужен был серьёзный подход: интернет, а ещё текстовый редактор, чтобы можно было потом распечатать доклад и вставить в него картинки. — Итак, — потёрла ладошки Алиса, когда ноутбук загрузился. — Поглядим, что про вас, дорогие братья Гримм, можно рассказать. В этот самый момент кукольная кроватка скрипнула. Сонный Шастик открыл глаза и свесил лапки. Животика уже не было. Кролик был снова энергичен и готов помогать хозяйке с уроками. — Занимаешься? — догадался он, а потом внимательно посмотрел на ноутбук. Не теряя времени, запрыгнул сначала на колени хозяйки, потом на стол. Забрался на клавиатуру и уставился в экран. — А это что за чудо-юдо? Маленький какой-то телевизор… С телевизором Алиса Шастика познакомить уже успела. Как-то показала ему мультик про то, что нужно мыть руки с мылом и чистить зубы перед сном. А вот ноутбук он видел впервые. — Ну, это компьютер такой небольшой, чтобы… чтобы… — Алиса пыталась сообразить, как объяснить кролику, для чего именно нужен компьютер, но нужные слова в голову не лезли. — Играть на нём можно. Например. — Играть? — воодушевился кролик. — А ну, покажи. Алиса повздыхала да и открыла для Шастика любимую мамину игру — «Ферма». Вообще-то она никому в неё играть не разрешала, но других игр на ноутбуке не было. — Видишь? — Алиса стала водить мышкой, показывая, как именно нужно сажать морковку и капусту. Минуты через две прозвучало звонкое: — Дай я! Усевшись в непосредственной близости от мыши, кролик высунул свой язычок наружу и стал увлечённо сажать морковки. Да так, что оттащить его от ноутбука Алиса уже не смогла. С одной стороны, работа над домашкой остановилась, с другой — у Алисы появилась возможность изучить вторую главу учебника по волшебству. «Мой юный друг, — было написано в первом абзаце второй главы. — Ты уже знаешь об основных правилах волшебников. Теперь я расскажу тебе, как именно и с помощью чего колдуют в разных странах…» Далее приводился полный обзор волшебных инструментов из разных стран мира. Выходило, что в Африке (это такой большой континент) колдовали с помощью волшебных фигурок, которые делали из бивней слонов. Правда, со временем волшебников становилось больше, а слонов меньше, поэтому придумали шить кукол и уже с их помощью творить магию. Это называлось вуду. В Европе колдовали волшебными палочками. Это Алиса знала — «Гарри Поттера» все части видела. Правда, в учебнике писали, что волшебников там с каждым годом становится всё меньше и меньше. Что там неблагоприятная для магии среда, а потому европейские колдуны и колдуньи разъезжаются по всему свету. Сегодня магов с волшебными палочками можно встретить и в Америке, и в Австралии, и даже в Антарктиде. Но это если хорошо поискать. С Азией история отдельная. В Китае у тамошних волшебников (их фанши называют) есть волшебные нефритовые амулеты, а у некоторых — магические кнуты и шесты. А шаманы, которых тоже в мире пруд-пруди, используют в своих обрядах бубны и другие волшебные музыкальные инструменты. В общем, выходило, что волшебники есть везде или почти везде. Что касалось своих, местных кудесников, то здесь всё было просто, как в сказках. Волшебники и волшебницы для колдовства использовали метлы. Ну, это Алиса своими глазами видела. Если помело (так метлу в древности называли) из нужных редких трав собрать да магией зарядить как следует, то можно хоть в ступе летать, хоть на ковре-самолёте. Да и вообще любое волшебство творить. Правда, в книге указывалось, что для этого учиться надо. Алиса выглянула в окно. Ей вдруг стало очень интересно, чем занимается дядя Федя. Она решила, что обязательно спросит у Эльвиры Борисовны про дворника. Нужно было выяснить, как именно он догадался, что Алиса тоже волшебница. Неужели взрослые волшебники могут это определять? А если могут, неплохо было бы самой научиться. А то странно получается: идёшь и не знаешь, кто волшебник, а кто — нет. Алиса посмотрела в окно, но дядю Федю не увидела. Там, где он мёл, находилась собранная, но так и не убранная куча листьев. Теперь мусор раздувало ветром. Самого дворника нигде не было. Зато на его месте крутился знакомый дворовой пёс — Ларчик. Его во дворе знали и любили. Он повсюду ходил с дядей Федей и, кажется, даже ночевал в дворницкой. Алиса ахнула, накинула на плечи лёгкую куртку (вечером на улице становилось прохладно) и выбежала из комнаты. Увлечённый своей фермой Шастик не обратил на девочку никакого внимания. — Ты куда? — поинтересовалась мама, натирая на тёрке свежую морковку. Кухня находилась напротив входной двери. Вкусно пахло зажаркой для супа. — Я сейчас, — бросила на ходу Алиса. — Отдам кое-что Маринке. Соврала — и бровью не повела. Про себя подумала, что слишком часто в последнее время обманывает маму. А куда деваться? Всё равно не поверит. Конечно, ничего и никакой Маринке отдавать она не собиралась. Просто сообразила, что у дворника-волшебника и собака должна быть волшебной. Ларчик, милый, добрый Ларчик. Все говорили, что он умный, прямо как человек. Всегда всё понимает и даже дорогу, когда нужно, переходит только на зелёный свет. Алиса выбежала на улицу и бросилась к псу. Дворняга вела себя странно: кружилась возле кучки с листьями, беспокойно поскуливая. — Ларчик, ты чего? — спросила Алиса тихо, чтобы никто не услышал. — Признавайся: ты волшебный или обычный бестолковый пёс? — Сама ты бестолковая, — откликнулся Ларчик. — Так я и думала, — Алиса улыбнулась. — Догадалась, что ты волшебный. Ты где был? Я мимо проходила, а тебя не было. Ларчик заскулил. — Да если бы я знал, ни за что бы не отлучился. А тут, понимаешь, кошки повадились к дворницкой бегать. Наглость запредельная. Вот я и решил засаду устроить. Если бы знал, ни за что бы не отлучился… Ларчик снова жалобно заскулил. У Алисы аж сердце сжалось. Она обняла пса. Привычного запаха псины, на удивление, не ощутила. Она знала, как должны пахнуть дикие дворовые собаки, но от Ларчика пахло домашним теплом и каким-то шампунем. — Что случилось, друг? — спросила Алиса. — Мне можешь рассказать. Я своя… — Фёдора похитили! — произнёс Ларчик и снова заскулил. — Средь бела дня. Изверги, преступники… Алиса от удивления округлила глаза. — Как похитили? Я только что с ним разговаривала, когда из магазина домой шла. Он мне сумки помог донести. — Удивительной доброты волшебник, — подтвердил Ларчик. — Всегда обо всех заботился. Следил, чтобы никто не упал, не ушибся. Детвора вечно то на гаражи залезет, то на дерево высокое. А какие косточки покупал… Что теперь делать? Алиса задумалась, почесала голову. Потом посмотрела по сторонам: не видит ли кто. Не хотелось объяснять соседям, почему она посреди двора с собакой дворника беседует. Могли бы подумать, что девочка с ума сошла. — Вот что, — решила Алиса. — Пойдём в подъезд, там всё и расскажешь. — Мне в подъезд нельзя, — напомнил Ларчик. — Баба Валя ругаться будет. Баба Валя жила на втором этаже и действительно ругалась на всех и всегда. Часто без повода. Загуляется, бывало, до темна парочка (ну такие, взрослые, лет по восемнадцать). Стоят в подъезде, шёпотом переговариваются, никого не трогают. А баба Валя тут как тут… Казалось бы, давно спать должна, а нет. Дежурит. Следит, чтобы никого лишнего в подъезде не было. Так то люди, а уж если Ларчик в подъезд забежит, например погреться, крику бывало… — Тогда, — Алиса задумалась. — Пойдём за гаражи. Они с Ларчиком побежали к тем самым гаражам, куда дворник дядя Федя детей не пускал. Спрятались. Стали беседовать. — Ну, рассказывай, — попросила Алиса. — Кто дядю Федю похитил и зачем? — Да я толком не разглядел, — признался Ларчик и стал чесать задней лапой бок. — Извиняюсь, блохи заели. Говорю же, за котом побежал, — продолжил рассказывать он. — Я как раз в засаде сидел, а тут этот… Ну, ты знаешь. Безобразие серое из подвала. Наглый, гад… Задумался, смотрю, а он из моей миски суп лакает. — Дальше что было? — насупила брови Алиса. Времени было мало, а пёс отвлекался и говорил не о том. Наверное, соскучился по болтовне. С дядей Федей-то особенно не поговоришь. Тот ещё молчун. — А дальше я до подвала добежал. Этот мерзавец в дырку прыгнул. А я не поместился. Чуть шишку себе не набил. Повернулся и вижу, как злодей какой-то в чёрном капюшоне возле хозяина стоит. У моего метла в руках наготове, как будто колдовать собрался. А у того — другого — как будто под рукавом что-то. Потом вспышка, и… Эх… Ларчик заскулил. А Алиса закатила глаза. Она вдруг поняла, что историю свою этот волшебный пёс никогда не дорасскажет. Разозлилась даже: — Ларчик, — крикнула так, что пёс перестал скулить и сел перед Алисой, как дрессированный. — Я хочу твоему хозяину помочь. Найти его и освободить. Понимаешь? Пёс кивнул. — А для этого, — продолжала Алиса, — нужно чётко знать, как его похитили и как выглядел тот, кто его похитил. Ларчик почесал лапой загривок, поднял глаза вверх — ну совсем как человек, который пытается что-то вспомнить. Потом пожал своими собачьими плечами. — Как он выглядел, я не знаю. Человек как человек. В чёрном весь, с капюшоном на лице. А как похитил… Он моего хозяина в белку превратил да в клетку сунул. И метлу его с собой забрал. — А потом? Что потом было? — не унималась Алиса. — А потом сел в машину. Большую такую, синюю. Четырёхколёсную. И уехал. Всё… Алиса уже хотела пожурить Ларчика: почему, мол, верный пёс за машиной не проследил, но у неё зазвонил телефон. На экране отобразилось мамино фото. Алиса вздохнула и нажала кнопку ответа. В трубке много и громко заговорили, а Алиса тяжело вздохнула. — Да, мамочка, иду, иду. Голос у мамы был, мягко говоря, невесёлый.

Глава 6. Морковная фабрика

Когда Алиса зашла домой, мама уже ждала её в комнате. Стояла возле своего включённого ноутбука, на экране которого мелькали картинки игры «Ферма». Шастика на столе уже не было. Алиса огляделась в поисках крольчонка, который должен был превратиться в плюшевую игрушку, но нигде его не увидела и забеспокоилась. Мама не сводила с Алисы глаз. Руки её были заложены за спину. Она явно сердилась. — И что же это получается? — произнесла она строгим тоном. — Ты просишь у меня ноутбук для учёбы, а сама в игры играешь? — мама нахмурила брови. — Это не я… — вырвалось у Алисы. Девочка тут же заставила себя замолчать. Не рассказывать же про волшебного кролика? — То есть это случайно вышло.

Щёлкнула по иконке с игрой — она и открылась. — Ну да! — мама указала на экран. — А морковками ты мне тут всё тоже случайно засадила? Алиса, это ни в какие ворота. У меня единственная отдушина: вечером, когда вы все оставляете меня в покое, я сажусь и играю в «Ферму». У меня тут уже целая сельскохозяйственная корпорация была. И финики, и бананы, и дуриан, а ты всё разрушила. Теперь не ферма, а какая-то заячья фабрика. — Кроличья, — поправила Алиса и опустила глаза. — Прости, мама. Я не хотела. — Не хотела? Алиса, поставь себя на моё место. Я вхожу в твою комнату — тебя нет, ноутбук включён, запущена моя «Ферма», засаженная вдоль и поперёк морковками. Ещё и заяц этот на клавиатуре валяется. И где ты его взяла только? Мама выдернула из-за спины руку, в которой был зажат плюшевый Шастик (успел превратиться). Крольчонка она держала за уши. Алиса представила, как больно, должно быть, Шастику. Подошла, протянула руки, чтобы забрать питомца. — Отдай, пожалуйста! — попросила она. — Держи! — мама швырнула Алисе кролика, который завертелся в воздухе и чуть не бухнулся на пол. Девочка не без труда поймала своего превращённого питомца и прижала к груди. Мама, тем временем, сгребла в кучу свой ноутбук. — Будешь теперь работать за ноутбуком только под моим присмотром. — сказала она и вышла из комнаты. — Взяла моду вместо уроков в игры играть, — донеслось из коридора. — В мои игры. Уму непостижимо. Как только дверь захлопнулась, крольчонок в руках ожил. — Ничего себе полёт, — Шастик схватился лапками за голову. — Уж думал, об пол шмякнусь. Хорошо, что ты меня поймала. — Да, — согласилась Алиса. — Хорошо, что поймала, но плохо, что мама теперь ноутбук не даст. Но это ладно. Тут такие новости: нашего дворника дядю Федю похитили. А он, между прочим, тоже волшебник. Алиса посадила Шастика на кровать. Крольчонок покачивался из стороны в сторону. Было видно, что ещё не пришёл в себя после полёта. — А кто его похитил? — поинтересовался Шастик. — И зачем? — Как знать? — задумчиво произнесла Алиса и подошла к окну. Солнце уже скрылось за рядами многоэтажек. Люди в квартирах включали свет. Там внизу, недалеко от детской площадки, сидел, поглядывая по сторонам, грустный пёс Ларчик. Алисе вдруг страшно захотелось взять животное к себе домой. Тем более он совсем не пах, как уличная дворняга. Но она знала, что мама этого никогда не позволит. Она-то и на кролика не соглашалась, когда думала, что он настоящий. — А может, его и не похитили вовсе? — предположил Шастик. — Может, тебе показалось? Если он действительно волшебник, мог просто стать невидимым. — Нет, — покачала головой Алиса. — Мне про похищение его пёс рассказал — Ларчик. Он видел, как во двор на большой белой машине приехал какой-то незнакомец в чёрном. Они вроде как сражались, но чёрный превратил дядю Федю в белку, посадил в клетку и увёз…

Шастик ойкнул и округлил от ужаса глаза. — В белку? Скажи, а этот незнакомец в капюшоне был? — поинтересовался крольчонок дрожащим голосом. — Да, — кивнула Алиса. — А ты откуда знаешь? — Мамочки, — запищал Шастик, закрывая мордочку лапками. — Это барон Трансформер. Жуткий злодей. Как ни расспрашивала Алиса своего крольчонка, ничего больше про этого барона выведать так и не смогла. Шастик всё трясся, время от времени стучал лапками об пол и всё норовил забиться в угол. Успокоился только тогда, когда Алиса принесла ему тёплого молока и включила мультики на телефоне. Вечер вышел тревожным. Было не до уроков. Перед Алисой стояла серьёзная задача. Ей нужно было сообщить о произошедшем Эльвире Борисовне. А кому ещё? И сделать это так, чтобы не выдать Шастика. Начинающим волшебницам строго-настрого запрещено колдовать и уж тем более вызывать волшебных животных.

Если бы учительница узнала, что Алиса ослушалась и прочитала заклинание, могла бы в наказание и в лягушку превратить. И жили бы у Эльвиры Борисовны дома две жабы — Егорка да Алиска. А кот Бегемот заставлял бы всех гостей их целовать. По очереди. Такая перспектива девочку не грела. С другой стороны, молчать о пропаже самого настоящего взрослого волшебника было невозможно. И Алиса решилась. Набрала номер. Было уже десять часов вечера. — Алло! — донеслось в трубке. — Эльвира Борисовна, добрый вечер, — самое время было протараторить про похищение и попросить помощи, но слова как-то не склеивались. — Алиса, это ты? — Эльвира Борисовна зевнула. Должно быть, тоже готовилась ко сну. — Что случилось? — У нас во дворе, — решилась девочка, — одного волшебника похитили — дядю Федю. Честное слово! Мне его пёс рассказал. Ларчик. — Фёдора похитили? — голос Эльвиры Борисовны изменился. Стал более звонким, сосредоточенным. — Жди меня. Через полчаса я буду у тебя. Всё расскажешь. — Но как же? — удивилась Алиса. — У меня же родители дома. И Валюшка. А если вы придёте так поздно… — Не переживай, — успокоила девочку учительница. — Что-нибудь придумаем. Но для начала придумывать пришлось Алисе. Нужно было спрятать Шастика. Да так, чтобы Эльвира Борисовна его случайно не нашла и обо всём не догадалась. Была бы она простым человеком — проблем бы не было. Крольчонок превратился бы в плюшевую игрушку, и дело с концом. Но при волшебниках такой номер провернуть было нереально. Колдуны и колдуньи видели вещи такими, какими они были на самом деле. — А давай ты под кровать залезешь? — предложила Алиса. — Ещё чего? — возмутился Шастик. — У тебя там пыльно. Ты когда в своей комнате в последний раз полы мыла? Алиса закусила губу. Она действительно убиралась очень редко. Только когда мама начинала ругаться. — Тогда туда! — Алиса указала пальцем на свой платяной шкаф, сплошь в девчачьих наклейках. Когда девочка была маленькой, любила украшать свою комнату всякими кошечками, бабочками и цветочками. — Ну не знаю, — засомневался Шастик. — А поесть мне с собой что-нибудь дашь? Кто знает, сколько времени там придётся просидеть? — Ну уж нет, — Алиса отрицательно покачала головой. — Ты мне все вещи своей морковкой испачкаешь. А она не отстирывается. — Ну так дай печенье, — не отступал крольчонок. — Иначе не полезу… Алиса посмотрела на часы. Времени оставалось всё меньше. Она вышла из своей комнаты. Прошла мимо гостиной. Родители сидели у телевизора и смотрели какой-то сериал. Заглянула в комнату сестрёнки. Валюшка дрыхла. Набегалась в детском саду, вот и спала без задних ног. Вошла на кухню и тихо, стараясь не шуметь, полезла доставать печенье, которое кто-то придумал хранить на самом верху в шкафчике, куда ребёнку, пусть уже и не совсем крохотному, добраться очень сложно. Пришлось придвинуть стул, забраться на столешницу — и в тот самый момент, когда цель была близка, а рука уже сжимала пачку вкусного шоколадного печенья, на кухню вошла мама. — Алиса! Так я и знала. Не ужинаешь как следует, а потом сладости таскаешь? — Я одну печенюшку, — взмолилась Алиса. — Пожалуйста. Мама посмотрела на пачку с печеньем. — Ладно, — разрешила она. — Но только одну. Максимум две. И мне отсыпь парочку. Алиса радостно соскочила на пол и стала распаковывать печенье. Мама, тем временем, налила себе и папе чаю, отсыпала печенье в блюдце и отправилась обратно к своему телевизору. Подкупленный печеньками Шастик не без ворчания, но залез в шкаф. И как раз вовремя. Алиса уже сидела и ждала, когда в дверь позвонят, но вместо этого постучали в окно. Девочка от неожиданности даже запрыгнула на кровать, но потом присмотрелась и увидела, что там, в ночном небе, покачиваясь на своей метле, парила в воздухе Эльвира Борисовна. Она помахала Алисе рукой, потом произнесла какие-то слова — и окно вместе с рамой точно так же, как днём в школе, испарилось. Учительница спокойно влетела в комнату, соскочила с метлы. В этот самый момент окно вернулось на своё законное место. Алиса подумала, что уже начинает привыкать ко всем этим чудесам. — Ну! — громко произнесла Эльвира Борисовна. — Рассказывай, что стряслось. У Алисы волосы на голове стали дыбом. Говорила учительница таким звонким голосом, что, сомнений не было, её слышно и в зале, где родители смотрят свой сериал, и у Валюшки в комнате. Она решила, что сейчас всё семейство сбежится к Алисе в комнату, чтобы посмотреть, кто это так громко болтает. — Тише, — взмолилась девочка. — У меня родители дома. — Они спят, — махнула рукой Эльвира Борисовна. — Как спят? — удивилась девочка. — Я пять минут назад выходила. Они не спали. — А теперь спят, — уверенно заявила учительница. — Хочешь, пойди проверь. Алисе вдруг стало очень любопытно. Она кивнула, медленно, на цыпочках подошла к двери. Стараясь не скрипеть, открыла. Прокралась к гостиной. Заглянула. Телевизор по-прежнему работал. На экране шёл какой-то дурацкий сериал. Там бегали, стреляли и кричали, но родители… они действительно спали в обнимку, сидя на диване. На журнальном столике стояли кружки с недопитым чаем и блюдце с печеньем. Алиса хихикнула и вернулась в свою комнату. — Лихо, — заметила она, присела на кровать и внимательно осмотрела неприбранную комнату. — Это тоже волшебство? Усыпление? — Усыпление, — деловито кивнула Эльвира Борисовна и посмотрела на ученицу. — Тоже научишься. Потом. Теперь рассказывай. Что случилось? И Алиса рассказала всё, что услышала от Ларчика: про неизвестного волшебника и про то, как тот превратил дядю Федю в белку. — Большая белая машина, говоришь? — задумчиво произнесла вслух учительница. — Любопытно. Эх, жаль, собаки читать не умеют и цифр не знают. Так бы Ларчик номер запомнил, и мы бы быстро эту машину отыскали, а вместе с ней и преступника. — А собаки не умеют? — поинтересовалась Алиса. — И как мы их только не учили, — подтвердила Эльвира Борисовна. — А они ни в какую. Хорошо хоть говорить могут, и то не все… — Ваш пёсик не умеет? — девочка вспомнила трёхголовую собаку учительницы. — Это потому что у меня не пёсик, — возразила Эльвира Борисовна. — У меня Трицегавтор. Это такие не очень умные, но очень ласковые волшебные животные. В общем, так, — учительница посмотрела на Алису. — Не нравится мне вся эта история. Крутится этот злодей именно в нашем районе. Как будто ищет чего-то. Уже несколько волшебников пропало. Ты, Алиса, пожалуйста, будь поосторожнее. Мало ли что. И вот… — она достала из кармана небольшую палочку, к которой проволокой было привинчено несколько веточек. — Это метёлка. Миниатюрная, учебная. Ничего серьёзного ею не наколдуешь, но для обучения — то, что надо. Тебе пригодится. Во-первых, в третьей главе упражнения есть. Завтра посмотришь. А во-вторых, если тебе вдруг будет грозить опасность, поднимешь её вверх и скажешь: «Сила солнца!» Запомнила? «Сила солнца». Алиса кивнула и приняла из рук учительницы метёлку. Была она лёгкой и не очень красивой. Палочка кривая, ветки торчали из стороны в сторону. Зато чувствовалось тепло, которое от неё исходило. Почти как от волшебного учебника. Алиса решила, что так ощущается волшебная сила, заключённая в предметах. — Спасибо! — поблагодарила она. — Пожалуйста, — улыбнулась Эльвира Борисовна. — А теперь мне пора. Она схватила метлу, навела на окно, которое уже привычно растворилось в воздухе, и улетела. Алиса с минуту смотрела ей вслед. Потом вспомнила про Шастика. Подошла к шкафу, открыла. — Выходи, — произнесла она, но увидела, что крольчонок выйти не может. Он лежал на сорванном с вешалки праздничном Алисином платье в окружении крошек от печенья и крепко спал. — Обжора, — вздохнула Алиса, но закрывать шкаф не стала, чтобы крольчонок мог выйти в любое время, когда проснётся. Сама же отправилась в ванную, чтобы почистить зубы перед сном. Когда проходила мимо гостиной, обнаружила, что родители больше не спали. Они очень внимательно смотрели свой сериал и пили чай. Интересно, а они вообще знают, что пять минут назад дрыхли богатырским сном? Алиса давно заметила: лучше всего человеку думается, когда он ничем не занят. Вот, например, идёшь куда-нибудь, по сторонам смотришь, а в голову мысли интересные лезут. Например, почему дятла «дятлом» назвали? Нет в русском языке похожего слова. Логичнее было бы назвать «долбарь», например, или «стукарь». А он «дятел». Почему? Или вот почему все мальчишки такие дураки, когда все вместе: прыгают, бесятся, девчонок задирают. А когда по отдельности, бывает, что и ничего. И поговорить могут, и помочь в чём-нибудь по-мужски. Например, рюкзак до дома донести. Такие же интересные мысли приходили Алисе тогда, когда она мылась в душе, ну или, как сейчас, чистила зубы. «Это что же получается? — думала она. — Выходит, что какой-то злой волшебник, который умеет во всех превращаться, прискакал к нам на Землю и уже похитил нескольких волшебников? Причём почему-то именно в нашем районе. А город немаленький. Как будто ищет что-то или кого-то…» Алиса посмотрела на себя в зеркало и поняла, что трёт свои зубы уже минут пять. Так не стереть бы… Помыла зубную щётку, пополоскала рот и отправилась в свою комнату. А пока шла, всё думала… «Барон Трансформер, если Шастик не ошибся. Интересно, поможет ли это имя взрослым волшебникам в поимке преступника? А если поможет, то как его сообщить? Как объяснить, откуда я могу знать это имя?» С этими грустными мыслями Алиса вернулась в свою комнату, надела пижамку и легла. Сон не шёл. «Интересно, откуда Шастик знает этого барона? — размышляла девочка, глядя в потолок, по которому бежали туда-сюда отблески автомобильных фар. — Знает и боится. Может, они пришли из одного мира?» Алиса могла призвать кролика, а вместе с ним через портал пробрался и этот бандит? Возможно. Наверное. Если так, то она во всём виновата. И дядя Федя пострадал из-за неё, и другие волшебники, которых Алиса не знала. Вдруг стало абсолютно ясно, что такую серьёзную информацию от Эльвиры Борисовны скрывать нельзя. Нужно было всё рассказать, причём срочно. Алиса посмотрела на экран своего смартфона. Была почти полночь. «Ничего, — решила девочка. — Расскажу всё завтра на уроке в школе. Никуда Эльвира Борисовна не денется. К тому же ночью злой волшебник бед не натворит. Злым волшебникам тоже когда-то спать нужно. Но дядю Федю надо непременно найти и расколдовать. Только сначала обязательно из клетки достать, а то сломает… Дядя Федя большой, а клетка маленькая…» Алиса посмотрела по сторонам. Её комната была тихая и тёмная. Она уже давно спала без ночника, потому что выросла. Да и свет уличных фонарей бил в окно ярче, чем некоторые светильники. Девочка сама не заметила, как закрыла глаза, как покатилась по горке ярких ночных сновидений, а потом ощутила что-то тёплое и мягкое у себя под боком. Открыла глаза и увидела, что к ней под одеяло забрался Шастик. Он дрожал и сопел, как будто сильно боялся чего-то. Алиса обняла кролика, и они уснули.

Глава 7. Невезучий день

У каждого человека случаются такие дни, когда всё идёт шиворот-навыворот. Не успеваешь проснуться — тут же бьёшься мизинцем об ножку стула. Потом выливаешь на пол чай, роняешь бутерброд с колбасой. И это только утро. Потом бежишь на уроки сломя голову, потому что сильно опаздываешь. А когда наконец добегаешь до нужного кабинета и открываешь дверь, выясняется, что…

— Здравствуйте, — Алиса так удивилась, что даже не сразу решилась войти. Так и стояла на пороге, не сводя глаз со странного молодого мужчины в старом сером, как мышь, пиджаке. Незнакомец облюбовал место за столом Эльвиры Борисовны.

В классе кто-то хихикнул. Новый учитель посмотрел на Алису.

— Входите! — громким голосом произнёс он. — Вы из этого класса?

Говорил незнакомец странно. Как будто чеканил каждое слово, как робот из какого-то старого мультика. Алиса кивнула и вошла. Нашла глазами подругу Маринку, которая, конечно же, приберегла для Алисы место. Плюхнулась, полезла в рюкзак. Тишины в классе не было и в помине. Стало понятно, что новый учитель не очень строгий и даже наоборот.

— Где Эльвира? — шёпотом спросила Алиса.

— Сказали, что заболела, — не сильно таясь, отозвалась Маринка.

— А это кто? — Алиса указала на учителя.

— Какой-то Эдуард… Я ещё не запомнила. Правда, забавно говорит?

— Забавно, — согласилась Алиса. — Он теперь будет вместо Эльвиры русский и литературу вести?

— Нет. Он историк, — Маринка ткнула пальцем в учебник на своём столе — история древнего мира за пятый класс. — Директриса сказала, что этот… очень умный. Только что универ закончил на отлично. Видно, что новичок. Пацаны чуть на голове не ходят, а он всё: «Класс! Класс!»

— Класс, закрыли рты! — как будто в подтверждение слов Маринки произнёс Эдуард Какойтович. — Записывайте новую тему: древние люди…

— А у нас тетрадок нет! — даже не поднявшись со своего места, выкрикнул Володька Жёлудев. Мальчишки почему-то всегда знают, на каких уроках можно вести себя понаглее, а где нужно сидеть тише воды и ниже травы.

— Тогда запоминайте… — не растерялся учитель. — Первые люди…

И только он начал говорить, как гомон усилился. Даже бумажки по классу полетели.

— А всё-таки, где Эльвира? — разозлилась Алиса. Она страшно не любила, когда уроки превращались в балаган. — У меня к ней есть важное дело.

— Это какое? — полюбопытствовала Маринка и уставилась на подругу.

— Насчёт доклада спросить, — нашлась Алиса. — Завтра уже литература. Так ведь?

— Ну, если насчёт доклада, то можешь не париться, — махнула рукой Маринка. — Директриса сказала, что завтра русички тоже не будет. И вообще, когда выйдет — неизвестно. Так что отдыхаем!

— Отдыхаем, — пробурчала себе под нос Алиса, а про себя подумала: «Отдохнёшь тут, когда злые колдуны по дворам ходят и волшебников похищают».

Новый учитель пытался навести хоть какое-то подобие порядка всё оставшееся время урока, но так и не добился своего. Он и кричал, и топал ногами, и грозился пойти к директору, но всё без толку. Мальчишки как с цепи сорвались. Алисе даже было жалко этого Эдуарда Какойтовича. Было видно, что молодой и неопытный учитель просто не знает, что делать с толпой глупых пятиклашек. Тому, как справляться с пятым «Е», его в институте явно не научили.

Потом была математика, на которой Олеся Павловна, конечно же, устроила самостоятельную. А учитывая, что домашнюю работу за них двоих делала Маринка, Алиса нарешала такого, что о хорошей оценке можно было и не мечтать. После математики они пошли в столовую, где детям предложили на обед манную кашу с комочками.

Алиса искренне не понимала, как можно кормить здоровых энергичных детей этой гадостью. Почему нельзя включить в меню настоящую еду? Например, пиццу, бургеры, картошку фри или, на крайний случай, пельмени? Нет же… Им давали каши всех видов, иногда макароны с невкусными сосисками, а по четвергам вообще рыбу, которую Алиса терпеть не могла.

Был ещё один вопрос: куда повара девают всю ту кашу, которая остаётся в тарелках после такого обеда? Сколько Алиса ни вертела головой в столовой, так и не увидела ни одного одноклассника, который бы с удовольствием уплетал манку. Хорошо хоть в маленьком школьном магазинчике продавалась нормальная еда, и Алиса потратила карманные на пачку чипсов. Правда, и здесь не повезло. Её любимых — с крабами — не было. Пришлось взять со сметаной и луком.

В общем, неудачный день — он и есть неудачный день. Ко всему прочему, на дом задали ну просто кучу домашки. Алиса даже не была уверена, что у неё останется время на то, чтобы почитать по-настоящему интересный учебник — по волшебству. Эльвира Борисовна до своего таинственного исчезновения разрешила изучить третью главу и даже выполнить практическое задание. Дома в шкафу под старыми вещами лежала и ждала своего часа волшебная учебная метёлка, которую дала ей учительница.

Эх, знала бы Алиса, что всё произошедшее в школе было лишь началом неприятностей. Когда она подошла к своей двери и попыталась вставить ключ в замочную скважину, выяснилось, что сделать это невозможно. Кто-то уже был дома и вставил ключ с другой стороны.

— Странно, — произнесла Алиса и позвонила в дверной звонок. Послышались шаги.

За прожитые годы Алиса научилась определять, кто именно идёт открывать дверь. Папины шаги были длинными, размеренными и тяжёлыми. Валюшка как будто барабанила пяточками об пол. Она, кажется, всегда бегала и почти никогда не ходила пешком. Мамины шаги были лёгкими, но энергичными. Именно их Алиса услышала за дверью.

— Алиса, — кивнула мама. — Проходи. Обедать будешь?

Алиса хотела сказать, что перекусила в школе, но вспомнила неаппетитную манку, к которой так и не притронулась, и кивнула.

— А почему ты дома? — спросила она, сбрасывая на пол свой рюкзак.

Мама не успела открыть рот, чтобы ответить. В Валюшкиной комнате кто-то маленький и явно простуженный громко чихнул.

— Валюшка опять заболела, — грустно заметила мама и зашагала в сторону кухни. — Пришлось с работы отпроситься. И где она эти вирусы ловит?

— В саду и ловит, — пожала плечами Алиса. — Водят больных детей, вот они друг друга и заражают.

К этой мысли Алиса пришла не самостоятельно. Слышала, как мама говорит что-то такое подруге по телефону, и просто повторила. Неизвестно зачем.

— Мам, а Валюшка долго дома сидеть будет?

— Надеюсь, что нет… — крикнула мама из кухни. — Но с недельку, я думаю, поскучать придётся.

— Ну ладно.

Из кухни вкусно пахло чем-то варёным. Кажется, это были пельмени. Алиса подумала, что обед может стать первым светлым пятном в этот безрадостный день, и пошла в свою комнату, чтобы переодеться. К счастью, на этот раз дверь была закрыта, хотя Алиса утром так спешила в школу, что забыла запереть её на ключ. Похоже, у Шастика хватило ума не выбегать из комнаты, когда дома снуют туда-сюда неволшебники.

Алиса закрыла за собой дверь. Зашептала:

— Шастик, выходи. Шастик, это я…

Ответа не последовало. Тогда девочка заглянула под одеяло, в шкаф, даже под кровать залезла. Ни живого, ни плюшевого кролика нигде не было.

— Куда же ты делся, горе моё луковое? — пробурчала Алиса себе под нос.

— Алиса! — донёсся из-за двери мамин голос. — Обедать…

Девочка наспех сбросила с себя школьную форму, нацепила домашнюю юбку и майку. Ещё раз окинула взглядом комнату и пошла на запах пельменей. Аромат был чудесный. Проходя мимо комнаты Валюшки, Алиса бросила на неё беглый взгляд и… ужаснулась.

Там царил хаос, но это было делом привычным. Повсюду были разбросаны игрушки: куклы, конструктор, детская посуда. В центре комнаты стоял детский розовый столик с изображением принцесс из мультфильмов. Сверху стоял игрушечный сервиз: чайник, кружечки. Сидели за столом четверо: медвежонок, слонёнок, Валюшка и… серый плюшевый кролик с белым пятнышком на носу. Но это было ещё не самое страшное. Одет он был в розовое пышное платьице, снятое с одной из кукол.

Алиса так разозлилась, что у неё руки задрожали. Она сжала кулаки и рванула к столику. Схватила кролика, прижала к груди.

— Ты, маленькая козявка! — прокричала она на всю квартиру. — Тебе кто разрешал брать моего кролика?

Алиса так громко крикнула и так грозно топнула ногой, что Валюшка испугалась и заплакала. На шум прибежала мама.

— Что у вас тут случилось? — сурово поинтересовалась она.

— Она взяла кролика! — заверещала Алиса. — Без спроса.

— Это не повод кричать так, что соседи на первом этаже слышат. Ничего с твоим кроликом страшного не случилось. Ну поиграла сестрёнка чуть-чуть…

— Нет! — замотала головой Алиса. — Ей никто не разрешал. А если бы она его порвала…

Алиса сказала и сама испугалась. Стала осматривать Шастика на предмет повреждений, но, к счастью, никаких дефектов не нашла. Выдохнула. Валюшка ревела пуще прежнего. Она подбежала к маме, обняла её…

— Алиса меня обидела, — стала жаловаться сквозь плач. — Она сказала, что я плохая.

— Я такого не говорила, — Алиса отвернулась. Валюшка вечно на неё наговаривала. К счастью, в этот раз они ругались так громко, что мама всё слышала даже из кухни.

— Зачем ты обманываешь? — пожурила она младшенькую. — Ничего такого Алиса не говорила. И вообще, — она привлекла к себе Алису и обняла обеих дочек сразу. — Сколько раз я вам говорила, что ругаться плохо? Вы же сёстры.

Валюшка, не переставая хныкать, повернулась к Алисе и незаметно, так чтобы мама не видела, показала ей язык. Старшая сестра, как полагается, в долгу не осталась. На кухне что-то зашипело.

— Пельмени, — крикнула мама и побежала туда, где что-то явно выкипало. — Ну вот, — крикнула она из кухни, — из-за ваших ссор мне теперь печку отмывать.

Алиса вздохнула:

— Просто сегодня день такой.

Пельмени оказались на удивление вкусными. Алиса, пока жевала, всё ждала подвоха. Боялась, что попадётся сырой или горький, или очередной пельмень соскочит с вилки и упадёт на юбку. Но ничего такого не произошло. Правда, выяснилось, что её очередь мыть посуду, но это были мелочи.

Вернувшись в свою комнату и закрыв за собой дверь, Алиса обнаружила Шастика там, где его оставила, — на своей подушке. Правда, кролик был уже не плюшевым, а живым и очень даже сердитым.

— Это возмутительно! — заверещал он. — Катастрофа! Безобразие! Опозорили! Заставили женские платья таскать…

Алиса представила, каково было Шастику, когда Валюшка нацепила на него кукольный наряд, и не выдержала — засмеялась. (34) Это было большой ошибкой.

— Что? — разошёлся пуще прежнего Шастик. — Ещё и смеяться? Ну всё… Ноги моей здесь больше не будет! — кролик соскочил с кровати. Стал вышагивать по комнате, как будто в поиске своих вещей, которых у него не было. — Шастика Мордастика Ушастика третьего так оскорбить…

— Ну прости, — решила извиниться Алиса. — Главное, что ты цел. Так ведь?

— Разрушена моя репутация. А если кто-то узнает, что со мной вытворяли? Пойдут слухи и… Уму непостижимо. Меня наряжали девчонкой…

Тут почему-то Алисе стало обидно за всех девочек. Как будто их наряды — это что-то позорное. Они бывают очень даже красивыми. А у мальчишек что? Штаны, майки — и всё… ничего интересного.

— У тебя вообще никакой одежды нет, — фыркнула она. — Ходишь голый…

— Голый? — Шастик скрестил лапки на груди и уставился на Алису, нахмурив брови. — Вот значит как? Голый? Да такой шубки… — он повернулся спиной и почему-то потрогал свой пушистый хвостик. — Ни у кого нет…

— Ну ладно… — Алиса подумала, что перегнула палку, и решила мириться. — Ну, Шастичек, ну, дружочек… Не ругайся…

— Буду ругаться, — не унимался кролик.

— Милый крольчонок, — Алиса заговорила ласково, как с малышом. — Ну прости. Я больше тебя в обиду не дам. Честно. Только не уходи… Пожалуйста.

Кролик молчал.

— А я тебя угощу… — Алиса вспомнила про пачку чипсов, которую принесла из школы. Во время уроков затрепать её так и не вышло. Зато теперь можно было задобрить друга.

Алиса достала синюю пачку, распаковала, и по комнате разнёсся чудесный аромат. Шастик даже вытянул головку и стал жадно втягивать воздух носиком.

— Что это? — поинтересовался он. — Я такого ещё не пробовал. Это морковка?

— Нет, — улыбнулась Алиса. Она села на пол и поставила пакет с чипсами перед собой.

Шастик, позабыв про свою обиду, подкрался к пакету, сунул лапку и вытащил чипсину — огромную, как его голова. Потом методично стал её грызть и от удовольствия даже глаза зажмурил.

— Не мороженко, конечно, — заметил он, сунув в очередной раз лапу в пакет. — Но тоже ничего. Сойдёт.

Стрескав не меньше половины чипсов, Шастик окончательно подобрел и простил хозяйку, взяв с Алисы обещание больше никогда не позволять младшей сестрёнке с ним играть. Алиса торжественно поклялась. Потом села за уроки. На этот раз Шастик с его советами и рекомендациями мешал недолго. Уснул через пятнадцать минут. Наверное, устал, когда играл в детской. Под сопение маленького белого носика все уроки были сделаны ещё до ужина. А после наступил черёд того, что Алиса так долго ждала: можно было изучить третью главу учебника по волшебству.

«Дорогой мой юный волшебник, — начиналась глава. — Вот ты и дошёл до третьей главы, в которой тебе впервые предстоит взять в руки свой волшебный инструмент. Если твой учитель, конечно, его тебе дал».

Алиса подбежала к шкафу, тихо, чтобы не разбудить Шастика, достала из тайника метёлку, ещё раз на неё посмотрела. На этот раз она показалась ей куда более красивой. И, как будто, даже светилась. Алиса взмахнула — из веточек посыпались едва заметные серебряные искры.

— Ничего себе, — не сдержалась она и махнула ещё раз. Чуть сильнее. Искр стало больше. Она хотела выключить свет и повторить эксперимент (на улице уже смеркалось), но решила не тратить время и выполнить упражнения, которые были изложены в учебнике.

«Сегодня ты научишься двигать небольшие предметы, — было написано дальше. — Чтобы переместить предмет, нужно навести метёлку и прошептать: „ползи“, „иди“ или „беги“ — в зависимости от того, что должно произойти. Должен ли ваш предмет переместиться медленно, со средней скоростью или очень быстро…»

Алиса не стала дочитывать главу до конца. Она схватилась за метёлку и стала смотреть по сторонам, что и куда можно переместить. Увидела разбросанные на столе карандаши. Взяла один. Положила на кровать рядом с Шастиком. Прицелилась метёлкой и произнесла:

— Ползи ко мне…

Из метёлки полетели искры, обволокли карандаш, и он медленно пополз по кровати к краю, пока не упал на пол. Шастик даже не шелохнулся. Очень уж крепко он спал.

— Вот оказывается, что ты умеешь, — обратилась Алиса то ли к карандашу, то ли к метёлке. Потом положила карандаш обратно на кровать. Снова прицелилась:

— Иди ко мне! — приказала чуть громче.

Карандаш покатился по покрывалу, но быстрее, чем в прошлый раз. И на пол упал громче. Крольчонок не отреагировал. Алиса воодушевилась, положила карандаш на кровать, на этот раз возле самой мордочки Шастика. Так у неё получилось. Прицелилась и почти крикнула:

— Беги!

В последний момент рука дрогнула. Метелка вместо того, чтобы захватить магией карандаш, обволокла серебряными искрами спящего Шастика. Крольчонок заскользил по кровати к краю. Алиса хотела подхватить его, но не успела. Раздался грохот. Кролик упал на пол.

— Ааааа! — заверещал Шастик. — Диверсия! Нападение! Недоразумение! — кричал он. — Разбили! Убили! Обидели!

— Прости, прости, прости! — Алиса бросила метёлку и подбежала к кролику. Подхватила его на ручки и прижала к груди. — Как ты, мой дорогой? Ушибся?

— Что это было? — просипел Шастик.

— Магия, — отозвалась Алиса и решила, что ей теперь непременно нужно сходить в магазин за мороженым. По-другому кролик её точно не простит.