Волшебник Лютного Переулка

Глава первая. Уильям Андерсон.

В одном из грязных и узких домов Лютного Переулка, Лондон, Британия.

В зале с горящим камином спорят двое: мальчик на вид лет десяти и взрослый, угловато складный мужчина пожилых лет.

Взрослый одет в грязную мантию, на голове кепка с коротким козырьком, у него обвисшие щеки с щетиной, нос картошкой и желтые зубы. Когда он шепеляво громко говорит, изо рта пахнет кислой капустой и прогорклым пивом.

- ...Пусть твой чертов папаша расплатится сейчас! Я сказал сейчас, Уилл! Иначе я разнесу ваш чертов дом Андерсонов и сам заберу, что мне причитается!

В его карих глазах жадность почти не скрывается, когда он украдкой оглядывается по сторонам. Хорошая мебель, безделушки, сервиз из серебра на полках и еще некоторые волшебные мелочи, казалось, его жадный взгляд привлекает все.

Но как бы он ни кричал и ни угрожающе нависал над мальчиком, тон его в ответ спокоен.

- Отец спит под действием Зелья Живой Смерти, его бесполезно беспокоить. Когда он поправится от проклятья, то сам зайдет к тебе и принесет долг.

- Чтоб тебя, мелкий живодер, - выругался тот, подняв короткую черную палочку в руке, и взмахнул: - Гоменум ревелио!

Едва заметная желтая волна прошлась по всему дому. Неопрятный волшебник получил обратную связь от заклинания обнаружения живых существ и нахмурился. Лежащая фигура наверху была живой.

- Я приду завтра, Уилльям. И не думай, что эта отговорка сработает снова!

Напоследок он смачно плюнул прямо на ковер перед камином. А потом он взял щепоть зеленого порошка из вазы на каминной полке и швырнул в огонь с фразой:

- Тупик Шиллера!

Шагнув в зеленый огонь, ревущий как зверь, волшебник исчез. Это был один из методов волшебного транспорта в Мире Волшебников - Каминная Сеть, которую активирует летучий порох. Он зеленого цвета, недорого стоит, а точки Каминной Сети распространены повсюду в Великобритании. Она безопасна даже для детей и стариков.

Когда взрослый ушел, мрачная нейтральность исчезла из поведения Уилла Андерсона. Он выругался:

- Старый ублюдок Шиллер, чтоб тебе носками Мерлина во сне подавиться!

После чего вытащил из-за пояса простую светлую палочку, направил на грязный плевок на ковре и произнес со взмахом:

- Экскуро.

Плевок исчез только наполовину, заставив его нахмуриться. Он произнес заклинание более настойчиво:

- Экскуро!

Грязное место очистилось до конца.

- Всего лишь жалкий плевок старого волшебника и заклинание Второго Курса Хогвартса…

Уилл уничижительно покачал головой, смеясь над собственной слабостью.

- Мой талант в обычной магии и правда… Ох, неважно. И как он посмел назвать меня живодером? Это было исследование, тупой урод. Как часто удается изучить почти бездонную сумку Нюхлера за бесплатно?

Выплеснув то, что не посмел бы сказать Шиллеру в лицо, Уилл успокоился. Потерев щеки свободной рукой, он размял закаменевшее от нейтральности лицо, которое обычно показывал на публике.

Эмоциональность в Лютном Переулке убьет тебя, даже если ты ребенок. Нет, даже убьет еще быстрее, если ты ребенок. Органы молодых волшебников - очень дорогой товар, на который найдется много покупателей, да вот предложение за спросом не поспевает.

На виду в Лютном обычно кучки неудачников или торговцы серой зоны, но это помогает недооценивать настоящую тьму и ужасы этого злачного угла Волшебного Мира.

Ошибись, и тут распотрошат даже аврора при исполнении. Как местный житель, он знал это не понаслышке. Вот почему, кстати, авроры Министерства Магии тут и не патрулируют.

Товарища потеряют, а поймают «виновника» потом. Какого-нибудь облезлого вампира или оборотня, которых им подсунут как формальную причину.

Уилл пошел наверх, где всего три комнаты: две спальни и туалетная, с ванной, раковиной и унитазом.

Сначала он умылся, вытер руки о грязноватое, когда-то белое полотенце и посмотрел на себя.

Все тот же сопляк десяти лет, чья магия едва начала стабилизироваться в последние месяцы из-за приближения к возрасту одиннадцати лет.

Серая рубашка немного велика, на плечах синие подтяжки для черных штанов. Одежда не шикарная, но чистая и крепкая, самое оно для мальчишки.

Каштановые, темные волосы в короткой прическе без понтов и индивидуальности. Лицо чистое, повезло пока без шрамов обойтись. Бледноват, правда, и мало детского жирка. Нос прямой и немного острый, как и подбородок, а глаза пронзительно голубые.

Но в целом лицо молодого чистокровного волшебника не подкачало, обещая вырасти в красивого юношу и такого же притягательного зрелого мужчину. Если повезет дожить и темная магия не обезобразит, так того старика Шиллера, похожего на шаблон худой жабы.

Потратив минуту на тупое разглядывание отражения, чисто с мыслями собраться, Уилл вздохнул и пошел в комнату отца.

Она встретила его темнотой из-за штор на окне. Уилл взмахнул палочкой.

- Люмос.

Огонек света появился на конце палочки, осветив комнату с мягкостью хорошей лампы. Свет выхватил из сумрака столик, полный пустых флаконов из-под зелий, и тяжелую кровать с балдахином, на которой без движения лежал мужчина, на семь десятых похожий на Уилльяма.

Джефри Андерсон, отец.

Уилл подошел к нему, вздохнул, словно зная, что увидит… Но он все равно коснулся лица отца, открыл пальцами веки. Зрачки не реагировали на свет Люмоса. Но он еще дышал.

Это не было никаким действием зелья Живой Смерти, как он наплел Шиллеру только что.

Джефри Андерсон лежал, дышал и не реагировал, потому что у него не было души. Он был тяжко проклят в последнем дельце с тем уродом Шиллером и слег еще две недели назад, высыхая эмоциями и разумом, как прохудившаяся бутылка с трещиной.

Ничего не помогло, и вот вчера… Он, считай, все. Умер.

А долги и алчные бывшие подельники остались. Сыну в наследство, чтоб его.

Мать Уилла пять лет назад умерла от драконьей оспы. Эта волшебная болезнь не щадила ни бедняков, ни аристократов. Много кто от нее помер, включая Эвелин Андерсон.

Но не стоит думать, что он из-за этого переживал. Уилл был попаданцем, но это была единственная удача в новой жизни. Пожалуй, магия в жилах была еще половинкой балла, но это все.

Семья ему досталась… Паршивая.

Та же мать была замужней женщиной, но такой блядью, что шлюхи уважительно кивали при встрече. Постоянно сбегала от семейной жизни на тусовки, а потом ее отец забирал из самых странных мест и ситуаций.

Разводиться с женой Джефри не хотел, сложно найти чистокровную волшебницу, пошедшую за такого, как он. Контрабандист и темный волшебник из Лютного Переулка. Наказывал он жестоко. Но Эвелин это просто не останавливало.

Но теперь нет ни матери, ни отца… И туда и дорога. Спасибо на том, что в приют не отправили или темному магу на опыты. За это он их по-человечески похоронит, и все на этом.

Может, восстанови он память прошлой жизни с рождения, появилась бы привязанность, кто его знает? Но Уилл вспомнил все во время волшебного выброса, уникального состояния магии юных волшебников во время эмоциональных пиков или потрясений.

Ему тогда было семь лет. Упал в гнездо с акромантулами, когда Джефри потащил с собой ребенка в волшебный лес, заповедник с охраной, к слову говоря. Они крали все, что могли и прятались от егерей.

Выжил Уилл только благодаря тому выбросу, который умертвил мгновенно всех пауков в маленьком гнезде. Три дня лихорадки и встал с кровати уже обновленный Уилл Андерсон.

После воспоминаний о семи годах жизни в настоящем мире Гарри Поттера все возможные иллюзии о мгновенном величии рассыпались, не успев сформироваться.

Это был все тот же старый добрый человеческий мир, плюс монстры, магия, еще большая жестокость и отсутствие малейшей безопасности.

Сказкой этот мир был только для богатых детей, везунчиков или со связями. Но даже так, в Волшебном Мире было место чудесам, которые вдохновляли и пробуждали желание жить, даже в безнадеге жизни Лютного Переулка.

Если ты оптимист. Из Уилла оптимизм новая жизнь выбивала так, что он с трудом узнавал мрачный взгляд в зеркале, как свой, а не пугающего незнакомца.

Мать уже была мертва, а за три года жизни в Лютном Переулке с отцом, темным магом, тепла вообще не появилось. Джефри был настолько тяжелым человеком, что даже находиться в одной комнате было пыткой для настроения. И это была самая маленькая претензия к жизни с темным магом в одном доме.

Всякого дерьма хватало...

Только четкое знание, что сбеги и будет еще хуже, останавливало. Да и каким бы моральным ублюдком не был, сына никогда не проклинал магией, голодом не морил и одевал, отец ведь.

Но характер у него был… Звиздец, одним словом. Как и поступки. Мозги темной магией повреждены, не иначе. Честно, были мысли удушить ночью подушкой.

Какая там злобная тетя Мардж для Гарри Поттера? Эта дама была настоящей душкой!

У Джефри Андерсона был такой язык, что от злости темнело в глазах и хотелось убивать, так он тебя поносил почем зря, причем без причин и в любое время дня. Или ночи, когда врывался в комнату с бутылкой огневиски в руке.

Не будь памяти взрослой жизни, хоть деньги ставь, вырос бы из Уилла с таким детством антисоциальный психопат. Или обычный темный маг, если по-местному.

- Ладно, ты бы ругал меня, если бы я дальше тянул, как слабак.

Уилл глубоко вздохнул и посмотрел на «мясной костюм» без души. Аккуратно закрыл ему глаза и поднял палочку, не его личную, а матери. Ива и сердечная жила дракона, хлесткая и своенравная… Она неплохо служила и ему.

- Прощай, отец.

Через десять минут на полку, что напротив камина, была с трудом поставлена тяжелая ваза с орнаментами Древнего Египта. В ней был прах старшего Андерсона.

- Позже развею тебя над Темзой, старый козел.

На последних словах голос дрогнул, Уилл неприятно усмехнулся. Сентиментальность? Затолкай ее подальше, маленький слабак.

Но как бы не ерничал, ощущения потери не перепутать ни с чем. Как и подвешенного состояния мальчика, которому в огромном мире больше не на кого опереться. Только на себя и слабо развитую магию, которая едва стабилизировалась для создания нормальных заклинаний.

А завтра придет Шиллер, злобный маг, который не только обдерет здесь даже обои со стен… Как бы и его не продал. С этого станется, Уилл был уверен. Давно знакомы с напарником отца, так сказать. Он с ними уже три года таскался, принеси-подай, молчи и сходи-ка в ту сторону… Не рвануло? Идем и мы.

Уилл сидел на диване, лицом к камину, молчал и тихо размышлял. Когда в животе заурчало, пошел на кухню на первом этаже, отрезал ломоть черного хлеба, сварил три картофелины и съел с солью, утолив голод нехитрой трапезой.

Потом полез в тайник под полом на кухне, достал мешочек, звякнувший монетами. Посчитал каждую. Семьдесят золотых галлеонов, три серебряных сикля и горсть медных кнатов, восемь штук.

Неплохая сумма для обывателя, но просто средняя заначка для успешного контрабандиста Лютного Переулка. Основные деньги испарились как вода, когда отец пытался найти лечение от проклятья. И влез в долги.

А вот не надо было им лезть в ту долбаную крипту посреди леса Ирландии, он же говорил. Но кто слушает ребенка? Конечно, старые захоронения кельтских друидов уже давно не опасны… Ага.

А ведь он кожей ощущал ту липкую тьму, что сочилась из теней прохода, сам наотрез отказавшись туда лезть. В итоге оба взрослых были прокляты до вторника и обратно, но выжил только Шиллер, оправившись за пару дней. Джефри не так повезло.

Говорили, наткнулись на древних Инфери, истлевших до костей живых мертвяков, а еще кучу ловушек, а как проклятья словили, даже сами не поняли. Валили оттуда так, что свист стоял.

Уилл звякнул мешочком монет, оставил себе пять галлеонов и мелочь, остальное убрал назад. Вернулся на диван.

Часы на стене тикали. Завтра придет Шиллер… И тогда ему все.

Когда часы тихо пробили полночь, Уилл вздрогнул и решился. Он пошел в свою комнату, а вернулся с мотком едва заметных нитей. Голубые глаза задумчиво осматривали крепления люстры на потолке и расстояние до камина, что-то прикидывая.

***

Утром, словно желая застать жильцов врасплох, камин ярко вспыхнул зеленым огнем перемещения. Из него почти вылетел вчерашний гость, ступая на ковер.

Шиллер злорадно скалился, желая что-то рявкнуть на весь дом, но он был прерван, как желавший заорать петух, схваченный за глотку!

А потом что-то тяжело рухнуло в комнате, а сам Шиллер, хватаясь за шею, взмыл в воздух! Его подняла и душила невидимая петля. Он бился суматошно, даже достал палочку из кармана, но метко брошенная из-за дивана тяжелая чернильница попала прямо в пальцы, выбив палочку из некрепкой хватки.

Отчаяние появилось в выпученных глазах, налитых кровью и страхом…

Он все еще дергался и пинал ногами воздух, когда на свет вышел Уилл, держа его палочку в руках. Мальчик спокойно сел на диван, наблюдал за наступающей смертью без сомнений, с ясными глазами и легкой брезгливостью.

Волшебники могли быть жестокими, ужасными, безумными… Но они все еще умирали, если их убивали. Как обычные люди.

Характер у старого урода был мерзким, поступки грязными, а сам он был противной душонкой, плоть от плоти Лютного Переулка. Но если заглянуть за все это, оставался лишь озлобленный на мир недоучка, темный маг, который даже в Хогвартс не попал.

Когда Шиллер перестал дергаться и хрипеть, а ноги в грязных ботинках безвольно повисли, в комнате прозвучал спокойный голос мальчика:

- Взрослые акромантулы охотятся за счет огромного сильного тела, хелицеров и мощного яда. Но молодые особи этим не обладают, зато их паутина волшебна, невероятно крепка и более тонкая в этом возрасте. Она невидима в темноте. Этому ты меня научил, старый урод, а теперь ты помер от этого. Посмейся на том свете, ты же любил черный юмор.

После обыска и добавления к бюджету еще пары золотых, Уилл затолкал тело в камин, полил особой смесью огненного зелья, которой как раз остатки и были. Прах этого человека вазы не удостоился, его просто собрали на совок и спустили в унитаз.

Уилл не колебался, он уже обдумал, что делать за ночь. Первое убийство волшебника, особенно такого урода, на его удивление вообще не волновало. Таракана будто убил, по ощущениям не отличалось.

То ли Уилл сам сволочью стал, то ли Шиллер заслужил... Но когда мальчик разделывал волшебных зверушек на дорогие компоненты, было искренне жалко. Некоторые были очень милыми на вид.

Так что он быстро успокоил себя тем, что Шиллер заслужил на билет в другой конец жизни.

Летучий порох в ладонь, бросок в камин.

- Тупик Шиллера!

Надо же собрать трофеи до конца бедному сироте, верно?

Зеленое пламя было едва теплым, а мимо взора пролетали чужие камины, так быстро, что не рассмотреть. Уилла вышвырнуло из камина на той стороне, но он привычный, парой шагов погасил инерцию, огляделся, прислушался.

Никого. Хорошо. Шиллер был одиноким, но бдительность терять нельзя. Только что был урок, почему.

Уилл был тут пару раз, но был он гостем, а не вором. Так что приходится засучить рукава и подготовить палочку на возможные сюрпризы...

Когда он вернулся из грязной квартиры старого холостяка, выражение лица было не особо довольным, но мешок в руке вполне себе увесистым.

Немного денег, материалы контрабанды, которую еще не продал Шиллер, некоторые волшебные безделушки, имеющие ценность… Уилл обставил все как ограбление.

Шиллер исчез, дом ограблен. В Лютном это не повод задавать вопросы и вызывать авроров, а благодарность за освобождение жилплощади. Дверь он оставил приоткрытой, так что уже через пару дней там наверняка можно будет найти новых жильцов.

Сменят адрес камина в Министерстве за малую взятку чиновнику и готово. Никаких вопросов, куда и как пропал Шиллер не будет. У старого темного мага обычно врагов больше, чем блох на помойной собаке. Так работал Лютный.

Уилл внезапно словил головокружение, тело стало вялым после напряжения и пережитого стресса. Он почти рухнул задницей на диван.

Потом вообще лег, глядя тупо на стрелки часов на стене. Золотистые, они показывали половину девятого утра, двигались так мерно, словно миру вообще насрать на все, что с ним происходит.

Уилл достал светлую палочку, поднес к глазам, осмотрел все царапинки на лаке, следы его пальцев, ощутил теплоту магии внутри, словно частичка дракона все еще дышала в сути самой палочки, запертая ивой и принужденная служить.

От этого и исходила вся своенравность этой палочки, которую приходилось усмирять своей волей и силой магии. Она не подходила, но он заставлял ее служить.

- Выжил, снова, - легко проговорил он, лежа и глядя на палочку. - И что мне теперь делать?

Одиннадцать исполняется третьего января. Кстати, когда ему стукнет одиннадцать, будет 1985 год.

Письма о зачислении из Хогвартса приходят только летом. А сейчас конец октября. Больше полугода времени.

Но вот в чем вся соль…

Уилльям Андерсон в Хогвартс не идет.

Глава вторая. Почтовая Марка.

Уилл валялся на желтом, старом, но все еще мягком и удобном диване и думал о своем безрадостном будущем. Мысли невольно вильнули в сторону сказочного замка, о котором мечтают все юные волшебники.

Хогвартс - сияющая жемчужина обучения Волшебного Мира.

О, не для всех. Школа выпускает кадры для главных сил Волшебной Великобритании: чиновников Министерства, авроров, колдомедиков, зельеваров и так далее.

Везде, где нужен реально знающий дело специалист, диплом Хогвартса открывал любую дверь. Выпускникам школы было достаточно иметь отметку о сданном экзамене СОВ или ЖАБА. Сдают на пятом и седьмом годах обучения.

Потом юный маг проходит краткие курсы по работе на месте и вуаля! Готовый специалист приступает к работе.

Но Министерство не резиновое, а хлебных мест тоже не так много. Так уже давно прошли те времена, когда Хогвартс брал вообще любого молодого волшебника.

Основывался он не просто как школа, а как убежище для любого юного волшебника. Обещание защиты и обучения от четырех великих магов в те темные века было первым таким событием. Они принимали и защищали всех.

За это четверку до сих пор чтут, называя Основателями Хогвартса. Великой Четверкой. Или Основатели в обычном разговоре.

Годрик Гриффиндор, храбрый и могущественный волшебник с мечом и палочкой.

Ровена Равенкло, умнейшая ведьма и самый эрудированный маг своей эпохи.

Хельга Хафлпаф, добрейшая и самая полная жизни, владычица растений и исцеления.

Салазар Слизерин, мастер тонкой магии, зелий и самый известный Змееуст.

Они были лучшими. И тем удивительнее было их собрание вместе, ради основания школы. Заложенное ими простояло уже тысячу лет, храня наследие и знание, а так же служа маяком и поводом для гордости каждого британца.

Но те времена давно прошли.

Мир стабилен, охоты на ведьм нет, так что Хогвартс из убежища всех молодых магов превратился в обычную школу с древней историей.

Сейчас это отношение, типа берем под крыло и защищаем, получают разве что не такие многочисленные маглорожденные из обычного мира.

Но и то не из доброты это делается. А чтобы держать на учете юных магов в мире маглов. Чтобы не раскрывать Статут Секретности, ныне главный закон Волшебного Мира.

Маглы не знают о магии или считают сказкой. И это лучшая защита для волшебников. Ради этого целый Отдел в Министерстве занимается только тем, что стирает магией память всем случайным свидетелям магии.

А как же остальные, кто в школу не попал? Ну, не все стремятся в Хогвартс изначально, вообще-то обучают и по давним традициям, от учителя к ученику. Репетиторы тоже в цене, хотя тайн мироздания не откроют, основы за разумную плату будут вбиты в ваше чадо.

Диплом Хогвартса важен, но только для официальных структур.

Старые семьи все еще сами передают детям ремесло или бизнес, у них нет времени на семь лет игр в Хогвартсе для своих детишек. Галлеоны из воздуха не возникают, палочку в зубы и работать, сопляки! Законы о детском труде? Ты что, магл?

А еще такая банальная причина, как финансы, играет свою роль. Денег жаль, собрать ребенка в волшебную школу недешево. Даже со всеми скидками для учеников Хогвартса.

Никто же не думал, что волшебная палочка, главный инструмент, удостоверение личности, оружие и буквальный билет к нормальной магии, стоит всего семь галлеонов, по которым первокурсники получают свою первую палочку?

А реальную цену от семидесяти и выше не хотите? Нет? Ну тогда пользуйтесь самопалом, старыми семейными палочками или иными концентраторами магии.

Учебники тоже обычно сокращенная версия настоящих томов по магии, разделенная на курсы в Хогвартсе. Из-за этого они получились в разы дешевле, а еще со скидкой для учеников школы. Но это все еще дорого.

Короче, из обыденных семей магов в школу отправляется дай Мерлин две трети, в плохие года половина или меньше.

А ниже есть еще один слой не идущих в Хогвартс. Маргиналы… Полукровки волшебных существ, волшебники с врожденными уродствами, сквибы (потомок без магии в волшебной семье).

Или потомки Темных Магов. Здрасьте, вот Уилл как раз тут.

Обучать сына или дочь темного мага, чтобы лично вырастить новую проблему для общества? Ну, вопреки слухам, не все в Министерстве Магии тупые как пробки.

Если ты не из аристократов, без связей или денег, то забудь о Хогвартсе. Уилл вообще в Черном Списке.

Дед учился в Хогвартсе во времена, когда директором был не Дамблдор, Великий Белый Волшебник, славящийся вторыми шансами для людей.

Это был Армандо Диппет, старый, двухвековой консервативный маг, который отчислял с легкой рукой всех, кто порочит школу.

В отличии от Дамблдора, прощающего даже опасные выходки и шутки учеников, Диппет был строгим директором.

В каноничной истории Дамблдор простил и замял даже попытку убийства молодого Снейпа, когда того направил на место трансформации оборотня Сириус Блэк. Прощал он и другие вещи, большие и малые.

Диппет бы за такое не просто исключил, а может и о тюрьме договорился. Или таком откате от семьи, что школе на десять лет золота хватило. Суровый он был волшебник, справедливый, не дающий никому спуску, хоть тебе семнадцать лет, хоть всего одиннадцать. Можно понять, во времена его молодости иногда в двенадцать уже женились.

А дедушка Уильяма умудрился попасться на воровстве дорогих ингредиентов на личном складе учителя Зельеварения. И еще там было по мелочам.

Короче, официально его отчислили после Третьего Курса за неуспеваемость. А всего на третьем году вылететь за такое - это волчий билет, на работу хрен кто возьмет.

Ну и после, разумеется, когда в Книге Приема Хогвартса появляется фамилия Андерсон и перо пишет адрес «Лютный Переулок», то она автоматом перечеркивается. Спасибо дедуле, Андерсоны в Черном Списке.

Деяния и репутация что деда после, что отца, явно не говорила об исправлении и становлении семьи на светлую законопослушную сторону.

Все это волшебство огромного замка, добрые профессора, соперничество четырех факультетов, гормоны молодости и веселье…

Не для Уильяма Андерсона.

Когда узнал об этом, было обидно. Но он давно уже смирился. А сейчас даже если бы пришло письмо, он бы сам уже не пошел.

Шутите что ли? Сортировочная Шляпа читает мысли, взрослые студенты могут тоже тренироваться в магии разума на новичках исподтишка. Нынешний директор и декан Слизерина - легилименты (атакующие маги разума).

А он мало того, что малолетний убийца, сообщник контрабандистов, расхититель запрещенных захоронений… Попаданец тоже не маленький такой секрет. Ладно бы просто душа иного мира, так он будущее этого знает!

Играть в русскую рулетку, когда в барабане половина пуль заряжено, и то менее опасно. Так что вердикт один - нахрен Хогвартс!

Из защиты разума он знает только пару уловок, общеизвестных для знающих о легилименции. Ее антагониста - окклюменцию, мало найти за немалые деньги, еще и талант лучше иметь, потому что учатся столь тонкой магии годами.

А у него нет ни знаний, ни даже понимания, есть ли талант. О талантах волшебника вообще судят после 11 лет, когда начинают нормально магией заниматься и видно, что получается, а что нет. До этого магия внутри волшебника слишком изменчива и хаотична.

В общем-то, тут так же, как у всех людей, с магией они или нет. Только попробовав, будет ясно, есть ли слух на музыку, страсть к рисованию или природная гибкость с равновесием для гимнастики… Таланты магов так же различны, в дополнение к обычным человеческим.

Кто-то будет в Чарах хорош, кому-то Трансфигурация как вода для рыбы, кому-то Зелья милее людей… А кто-то найдет себя только в Темных Искусствах, завороженный открытой бездной, обещающей силу в обмен на разум и душу. И главное, готовый платить любую цену. Как Воландеморт и ему подобные.

Но все это только после стабилизации первого роста магии, где-то в одиннадцать лет.

Даже Уилл, имея палочку, колдовать начал лишь недавно, когда ощутил стабилизацию магии внутри. Иначе заклинание может как ботинки почистить, так и ноги оторвать. У него вообще выбросы магии от эмоций всегда отличались жуткими эффектами или разрушением. Нафиг оно надо.

Да и уже стало ясно, что в нейтральном волшебстве талантов нет. Чары, даже Люмос, давались с таким скрипом, что он едва не испугался, что сквиб. Мелкая трансфигурация, типа спички в иголку, до сих пор не получилась.

К счастью, Уилл был не из тех, кто тешит себя иллюзиями или обманывает до последнего. В мире десятки направлений магии, хотя бы в чем-то получится найти себя и развиться, чтобы зарабатывать на жизнь, получать на стол кусочек драконьего стейка, баночку меда фей на сладкое и радоваться маленькой горкой галлеонов в банке.

Хогвартс, хм. Знать, что там впереди обрыв и все равно идти, он же не тупой. И не азартный игрок. По крайней мере, уж точно не когда жизнь и свобода на кону. Библиотека и уроки того не стоят.

Подростков в Азкабан, самую ужасную тюрьму волшебников, не сажают, но вот только есть и колонии для несовершеннолетних. От Азкабана говорят, отличается только тем, что Дементоры не высасывают из узников любою положительную эмоцию, а в остальном один в один. Туда он тоже не хотел.

Тем более что был интересный шанс загреметь так, что при достижении семнадцати, совершеннолетия Волшебного Мира, переведут в настоящий Азкабан досиживать свой срок.

Лучше вообще «Азкабан» в Лютном не произносить, у людей первая реакция - палочку на тебя направить. Это вполне существующая страшилка для преступных элементов. Холодная крепость посреди океана, окруженная темными духами, Дементорами. Кто там был, при одном воспоминании бледнеют.

Уилл залез рукой под диванную подушку, нашарил небольшой мячик красного цвета, достал и принялся подкидывать в потолок. Хоть чем-то руки занять, пока мозги дымят, как горшочек с зельем.

Какие были плюсы по жизни? Ну, дом теперь его. Небольшое наследство на первое время имеется.

А еще он чистокровный. Прям не фальшивый, а настоящий в трех поколениях чистокровный волшебник. Сейчас некоторые пытаются понтоваться, типа папа и мама маги, значит, он чистая кровь, хотя те полукровки или даже грязнокровки (маглорожденные). Нет, дружок, так не считается.

В Магической Британии нет законов о чистокровности. Но так же, как в Индии официально нет каст, ага.

Чистокровность здесь - это традиция, которая выше законов. Она дает немало скрытых преимуществ. Это буквально метка «своего» везде.

Например, при равных способностях любой работодатель выберет чистокровного. Если поймают на преступлении, светящем Азкабаном, Министерство без шума понизит уровень на ранг, позволив отделаться штрафом, если это не прям что-то возмутительное.

Не зря сейчас на свободе не один или два, а десятки Пожирателей Смерти. С натуральными Черными Метками на руках, просто подними рукав, аврор!

В преступном мире вообще до сих пор куда ни плюнь, в Пожирателя Смерти попадешь. Без Черной Метки, это для офицеров, элиты сил Воландеморта. Каждого лично клеймил Темный Лорд.

Но откуда огромная армия Пожирателей Смерти взялась? А она вся здесь, живет себе и в ус не дует, как жили что с Темным Лордом, что без него.

Когда Темный Лорд пал из-за годовалого ребенка, Гарри Поттера, авроры пришли в Лютный, тут народ сразу запел другую песню. Какие Пожиратели Смерти, начальник? Вот ручки, все чистые. Мы добропорядочные граждане! И темные артефакты пяточкой за угол толкаем.

Короче, быть в Волшебной Британии чистокровным - это круто. Особенно когда живешь там, где Уилл живет.

Было бы намного хуже, будь он полукровкой. А совсем хреново, если оборотнем или вампиром. Это вообще днище донское в обществе волшебников. Единицы добились уважения в среде Темных Магов, все остальные как были на дне, так и остались там.

Про сквибов лучше промолчать, этих даже частью своего мира не считают. Они просто как маглы, которые о магии знают, в глазах нормальных волшебников.

Так хотя бы вышло, что у Уилла был хоть минимальный социальный капитал, что в Лютном, что за его пределами. Только бы подрасти еще, хотя бы до 14, а если до 17 дожить, то будет вообще супер.

А если серьезно, то в ближайшие месяцы бы выжить!

Положение так себе. Отец откинулся, оставив одного. Как только об этом станет известно, его станут искать, а в дом попробуют вломиться, чтобы забрать жилище и все, что осталось.

Сирота, один? Кусок мяса, брошенный перед хищниками.

Лютный Переулок был темным отражением Волшебного Мира, здесь все нужно подтверждать силой, включая даже право жить в этой клоаке.

А силы у него как раз не было. Только небольшой опыт жизни тут и немного хитрости. Безжалостность? Тут все такие. В общему уровню Уилл даже хороший человек.

Мячик упал неправильно, отскочив от пальцев и покатившись по полу.

- Цик-цик, - лениво сказал Уилл.

Волшебная игрушка услышала и среагировала на команду, взлетев и вернувшись в руку. Он продолжил бросать. В доме волшебника всегда можно найти кучу странных или просто зачарованных вещей. Это просто была одна из них, детская игрушка, возвращается в руку сама по команде «цик-цик».

В животе заурчало. Вроде только ел, а молодой организм снова требует дров в топку. Нехотя ворча, Уилл сунул мячик под подушку и отправился на кухню.

***

На кухне полумрак, свет идет только из зала. Уилл достал палочку.

- Инсендио.

С кончика светлой палочки потянулась тонкая струйка огня, зажигая почти вечные свечи на люстре, а потом направляя огонь на волшебную плиту. Нужна была всего пара секунд, чтобы плита подхватила огонь и поддерживала его сама какое-то время.

Окон в доме на первом этаже нет. Только на втором, в двух спальнях, по одному узкому, как бойница, окну. Такие вот, как крепости, маскирующиеся под высокие стены переулков, дома в Лютном.

По крайней мере, его дом такой. Живет Уильям по адресу Паучий Тупик, дом 14. А по-местному, в Паучьем Лабиринте.

Несколько хаотично перемешанных улиц с переулками темными и похожими, как близнецы, где нет дверей в дома, фонарей и табличек с адресами на стенах. Видны только серые стены, тупики и неожиданные повороты.

Полумрак царит даже днем, туман стелется по ночам, а еще возникают странные, пугающие звуки, из-за которых потерявшиеся в лабиринте ходят торопливыми, испуганными шагами, эхо от которых расходится и отражается от стен.

Иногда воет оборотень. Если это не полнолуние, кто-нибудь может швырнуть в сторону воя проклятье с матом и пожеланием его матери переспать с садовым гномом еще пару раз.

На следующий вой никто не знает, тот ли это оборотень или уже другой… Но такая вот родная улица Паучьего Тупика, где он вырос.

Примечание детям: не брать конфеты из рук старой ведьмы на выходе из лабиринта. Когда рассосешь карамель, внутри человеческие ногти. Но если уж взял… Можно продать ей ногти обратно за пару медных кнатов.

Уилл суетился на кухне, взмахивая палочкой.

В котелок с водой полетела картошка, уже очищенная бытовым заклинанием и порезанная на четыре части. Немного погодя туда же плюхнулась горочка нарезанного куриного мяса, морковка, немного трав, щепоть соли и перца.

Простейший куриный суп «Лентяй». Оставить на полчаса, можно забить на перемешивание. Тем более что умений зачаровать лопатку на перемешивание все равно еще не хватало.

Хотя бы несколько бытовых заклинаний уже получались, и то хорошо. Экономило время и силы на готовке так, что хотелось поцеловать палочку.

Он мог разделать птицу, порезать мясо или овощи, очистить овощи от кожуры. И вытащить все семечки, например, из арбуза. Небогатый набор, но на кухне это основы бытовой магии.

Потрепанная книжка с десятком заклинаний для готовки всегда лежала в ящике кухонного стола. Немногое, что осталось семье от матери Уилла. Хотя бы пара книг сомнительной ценности, но о магии.

И украшения, которые можно продать при нужде. От бабушки даже этого не осталось. Хотя если считать дом общим накоплением деда и бабки, то другое дело, уважение старичкам.

И не важно, что скорее всего это была покупка за ноль галлеонов… В Лютном твое не то, что купил, а то, что удержал. А они даже передали следующему поколению.

Зевнув, Уилл убрал палочку в крепление на поясе, на боку чуть сзади, специально под нее.

А потом он вздрогнул от звука наверху, стук. Когда он один в доме.

Но тут же он понял, сколько времени, выдохнул. Совсем задумался и забыл про почтовую сову. Она должна вернуться после ночной охоты и заодно принести свежую газету. Дверку в крыше она открывает сама, но вот только она закрывается со слышным стуком на весь дом, если тихо.

Так и вышло, спустя несколько секунд на кухню залетела серая сипуха с желтыми живыми глазами. Сова бросила на стол свернутую газету, а потом опустилась сама на спинку пустого стула.

Она ухнула, глядя на Уилла.

- Спасибо, Марка. Возьми с доски остатки курицы.

Сова моргнула и перелетала на другой стол, живо заработав клювом и цокая когтями по столешнице.

Волшебные совы умны, не болеют, не переносят заразу, не гадят где попало. Очень чистоплотны. Лучший почтовый работник, самостоятельно находящий адресата. Живут долго. Так что это любимый питомец большинства волшебников.

Марка была семейной совой, а теперь считай что личной одного Уилла.

- Отец умер. Я его кремировал.

Сова перестала есть, повернула голову назад, на 180 градусов.

- У-ух.

В звуке было что-то сочувствующее.

- Ага, спасибо. Теперь мы одни с тобой остались, Марка.

Сова повернулась к нему полностью, а потом перелетела на плечо, слегка сжав когтями так, чтобы не поранить. Умная сова слегка потерлась головой о щеку Уилла, отчего мальчик впервые за последнее время улыбнулся нормальной улыбкой обычного человека.

Тепло, мягко и щекотно. Он ощущал ее вес на плече, горячее тепло от маленького тела и даже как стучит крохотное сердце совы, преданной и умной.

- Ладно-ладно, - он почесал ей грудь костяшками пальцев. - Спасибо, Марка. Я в порядке.

- У-ух.

Выполнив свою задачу, она гордо надулась, а потом полетела обратно за остатками курицы. Судя по всему, ночная охота не особо удалась, сова была голодной.

Пока суп варился, Уилл зажег вторую плиту, быстро сварив чашку слабого кофе в медной турке, всего одну ложку. Молодым кофе вредно, но он просто не мог пить только один чай. Да и только кофе тоже.

Необходим кофе по утрам и чай днем, иначе машина по имени Уилл не заработает.

Судя по тому, как он делал себе поесть и попить, о расходах на еду мальчик не беспокоился. Причина была довольно простой. Даже самые бедные волшебники всегда ели досыта.

Маглам никогда не понять, на что способны гербологи и волшебная Травология. Они создают, поддерживают и открывают безумные растения. Некоторые даже достигают классификации пятого уровня опасности, то есть не поддаются приручению и смертельно опасны для волшебников. Грубо говоря - это уровень взрослого дракона.

В сравнении с этим, такая мелочь, как пища… Ну, скажем просто, что это было решено давным-давно. Еда была первой потребностью человека, так что волшебники с самого начала цивилизации решали эту проблему.

Помимо Травологии, Зоологи тоже вносили свою лепту. Даже Заклинатели Чар создали особые заклинания для хранения, увеличения, а если силенок и мастерства хватит, даже дублирования еды.

Трансфигурировать еду нельзя, а вот увеличить тыкву в десять раз или дублировать булочку вполне себе обыденность для Чар.

Пока это не касалось магии, все в Волшебном Мире стоило сущие кнаты и серпы. Особенно обычная еда.

На двенадцать галлеонов Уилл мог экономно прожить год, по галлеону в месяц, покупая простую еду и даже балуя иногда сладостями. Не брендовыми, обычными.

Та же волшебная шоколадная лягушка с коллекционной карточкой стоила восемь сиклей, а это половина золотого галлеона! Обычная шоколадка обойдется в десять кнатов, безумная разница.

Короче говоря, имея минимальный заработок в Волшебном Мире, ему не надо беспокоиться о выживании, выходе в Мир Маглов и обману обычных людей, как это часто писалось в фанфиках. Его и тут неплохо кормили, нет нужды в рисках нарушения Статута Секретности.

Да и честно говоря, не был Уилл вором или мошенником. Юным волшебником вне закона был, но не мелким аферистом.

- С кофе мозги наконец заработали.

- Ух-ух.

- Тебе нельзя, - усмехнулся Уилл.

Сова склонила голову набок, потом на другой. Уилл не обращал внимания на ее выходки, а взял газету. «Ежедневный Пророк», самая популярная газета Британии. И самая дешевая подписка.

Пошуршав страницами, Уилл раскрыл газету на столе, сначала бегло проглядывая заголовки. Словно не желая испытывать одиночество, он говорит вслух сове:

- Ты только посмотри, Марка. Скандал на балу, приближенного чиновника министра облили напитком, опрокинув бокал на голову… Униженная, она поклялась найти шутника и покарать, имя чиновницы не упоминается. Новые постановления Министерства о толщине стенок котлов… Заседание Визенгамота переносится из-за забастовок Домашних Эльфов, пф, что?!

Едва не подавившись, Уилл быстро перелистнул до нужной статьи. Прочитав, он покачал головой.

- Чертова Рита Скиттер, всегда раздувает скандал из ничего. Домашние эльфы забастовали, потому что им дают слишком мало работы в министерстве. Малыши хотят больше работать, представляешь?

- У-ух. Ух.

- Да кто ж их поймет, шизиков лупоглазых… Жаль, у нас такого нет. Но у нас и волшебного дома нет, чтобы содержать эльфа. Но когда-нибудь…

- Ух.

- Да, замечтался, но может мужчина мечтать?

Серая сова снова повернула голову набок, разглядывая «мужчину» ростом едва выше стола. Уилл сделал вид, что не заметил, листая газету дальше.

- Гороскоп Козерогам на сегодня… «Выход из дома сулит небольшую прибыль, дерзайте». Ну, в этот раз астрологи попали верно.

Уилл бубнил, вспоминая о добыче из дома старого Шиллера. Денег было мало, но некоторые ценные вещи и контрабанда стоили прилично. Несколько книг по магии он оставит себе, остальное можно продать. Если получится сбыть часть без шума, он удвоит свои накопления.

- Ну, дальше ничего интересного, - Уилл сложил газету и перевернул, глядя на оборот. - В этот раз судоку не добавили? Ну, кроссворд тоже сойдет… Эй, Марка, чьи слезы исцеляют мир, шесть букв?

- Ух? - обалдевшая от внезапного вопроса сова встрепенулась, нахохлилась. - Ух.

- Ага, Феникс, - не отвлекаясь от кроссворда Уилл вписал ответ. - Молодец, Марка, шаришь в своей птичьей теме.

Марка вообще не шарила… Но согласно ухнула еще раз.

Для любого обычного человека это зрелище было слегка абсурдным, но для волшебника и просто семьи Андерсонов, это было привычное утро. Джефри шарахался по делам ночами, так что спал до обеда.

А утро принадлежало Уиллу и Марке, приносившей газету мальчику и задерживаясь с ним на завтрак.

Уильям даже сейчас все еще не понимал, что делать со своей чертовой жизнью, но это привычное утро принесло хотя бы каплю обыденного спокойствия. Хоть что-то было как обычно, хотя бы одно живое существо было рядом и на его стороне.

Утро вечера мудренее, так что дотерпев до вечера, чтобы режим сильно не сбивать, он ляжет спать. А завтра уже на свежую голову придумает, что делать и как быть. Прятаться как крыса, грандиозный план? Все завтра.

Сегодня надо просто… Пережить все произошедшее. В конце концов, он человека грохнул, да еще и старого знакомого. Как не храбрись, а просто так такие вещи не проходят.

Спать сейчас вообще не хотелось. Ну, может и хотелось, но увидеть мертвеца во сне не очень. Нахрена он вообще строил из себя крутого и наблюдал за удушением Шиллера? А, точно. Контролировал покойничка, чтоб ему на том свете панталоны Морганы немытые нюхать.

Вот только теперь зрелище висельника слишком уж в память врезалось.

- Если меня сморит, ты клюнь меня. Только не до крови, ладно?

- У-ух.

Прим. Автора:

Поддержавшим Автора на Бусти - на четыре главы быстрее! Ссылка в примечании и на странице Автора ^_^ Лайк? Отзыв?