Володя, они на деревьях!

Глава 1

Статья из большой Русстралийской энциклопедии.

Русская Австралия - демократическое государство, расположенное на материке Австралия, населенное преимущественно русскими переселенцами и их потомками. Эта страна, возникшая в результате активной колонизации и освоения Австралийского континента Российской Империей в первой половине XIX века, на сегодняшний день является одной из наиболее экономически развитых и влиятельных держав Южного полушария.

Истоки русского присутствия в Австралии восходят к началу 1820-х годов, когда экспедиции под руководством выдающихся российских мореплавателей Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева достигли берегов "Южной земли". В 1823 году Лазарев основал на юго-восточном побережье Австралии первое русское поселение, получившее название Южная Долина. Это поселение было создано на месте разоренного аборигенами английского форпоста, основанного несколькими годами ранее. Согласно легендам местных племен, в центральных районах континента находились богатые месторождения золота и драгоценных камней, и уже в 1830-х годах в глубь Австралии были направлены масштабные экспедиции, увенчавшиеся успехом. Обнаруженные залежи драгоценных металлов и минералов привлекли в русскую Австралию волны переселенцев, в том числе значительное число старообрядцев, бежавших от преследований в Российской Империи.

Первые поселенцы-шахтёры. Шахта Канторова.

К середине XIX века русская Австралия уже считалась одной из наиболее благополучных и процветающих колоний в мире. Стремительный рост населения, бурное экономическое развитие, а также успехи в области науки и культуры снискали ей славу "жемчужины" Российской Империи. К началу Крымской войны в 1853 году русские поселенцы уже могли контролировать весь Австралийский континент, и в силу своей большой численности, смогли вытеснить британцев с западных территорий. После Октябрьской революции 1917 года и последовавшей Гражданской войны в России, Русская Австралия провозгласила свою независимость и стала суверенным государством.

В период Второй мировой войны Русская Австралия сохраняла нейтралитет, успешно торгуя оружием и военной техникой как с воюющими, так и с нейтральными странами. Эта политика принесла стране огромные прибыли и способствовала дальнейшему укреплению ее экономического и военного могущества. К настоящему времени Русская Австралия является высокоразвитым государством с населением свыше 100 миллионов человек, преимущественно русского и европейского происхождения. Страна обладает мощными Вооруженными Силами, включая ядерное оружие, и занимает одно из ведущих мест в мире по уровню экономического, научно-технического и культурного развития.

Коллаж "Русстралия - экономическая мощь, и виденье в будущее." Южная Долина Экспо - 1960 год.

Географическое положение и климат Русской Австралии

Русская Австралия занимает весь Австралийский континент, а также прилегающие острова, включая Тасманию. Общая площадь страны составляет около 8,5 миллионов квадратных километров, что делает ее одним из крупнейших государств мира.

Рельеф Русской Австралии весьма разнообразен. На востоке и юго-востоке расположены Большой Водораздельный хребет и Австралийские Альпы с высотами до 2228 метров. Центральная часть континента представляет собой обширное внутреннее плато зелеными равнинами, и лесостепными ландшафтами. На западе и юго-западе простираются Западно-Австралийские нагорья. Вдоль побережья тянутся плодородные низменности и равнины.

Центральная засушливая часть Австралии, после Степановской программы преображения природы.

Климат Русской Австралии варьируется от тропического на севере до умеренного на юге. Большая часть территории страны характеризуется континентальным климатом с высокими летними температурами и небольшим количеством осадков. Однако на юго-востоке и востоке преобладает более влажный субтропический климат.

Гидрографическая сеть Русской Австралии относительно бедна. Крупнейшие реки - Лазаревка, Дарлинг, Фицрой, Катерина. Большинство рек имеют сезонный характер, пересыхая в летний период. Озера в основном бессточные, с высокой соленостью воды. Значительно количество искусственных водоёмов.

Растительный и животный мир Русской Австралии отличается высокой степенью эндемизма. Здесь обитают уникальные виды сумчатых, птиц, рептилий и насекомых. Значительные площади заняты жестколистными вечнозелеными лесами, саваннами, кустарниковыми и травянистыми сообществами.

Экономика Русской Австралии

Экономика Русской Австралии является одной из самых развитых и диверсифицированных в мире. Ключевую роль в ней играют добывающая промышленность, сельское хозяйство, обрабатывающие производства и высокотехнологичные отрасли.

Русская Австралия обладает огромными запасами полезных ископаемых, включая золото, серебро, платину, алмазы, уран, железную руду, медь, никель, бокситы и др. Горнодобывающая промышленность дает значительную часть ВВП страны и обеспечивает существенную долю экспорта. Крупнейшие месторождения расположены в Центральной Австралии.

Сельское хозяйство специализируется на выращивании пшеницы, ячменя, кукурузы, риса, сахарного тростника, фруктов и овощей. Развито также овцеводство, молочное и мясное животноводство. Русская Австралия является одним из ведущих мировых экспортеров сельскохозяйственной продукции.

Обрабатывающая промышленность представлена предприятиями по производству машин и оборудования, электроники, химических веществ, строительных материалов, пищевых продуктов и напитков. Особое место занимают высокотехнологичные отрасли, такие как авиа- и ракетостроение, робототехника, биотехнологии и информационные технологии.

Русская Австралия активно развивает сферу услуг, включая финансы, туризм, образование и здравоохранение. Страна является крупным экспортером капитала и участвует в международном разделении труда.

Население Русской Австралии

Население Русской Австралии на 1963 год составляет более 100 миллионов человек. Подавляющее большинство жителей - этнические русские, составляющие около 85% от общей численности населения. Кроме того, в стране проживают представители других европейских народов, в том числе малороссы, белорусы, поляки, немцы, а также небольшие группы азиатов и аборигенов.

Русская Австралия характеризуется высокими показателями естественного прироста населения, что обусловлено как высокой рождаемостью, так и значительным притоком мигрантов. Средняя плотность населения по стране составляет около 12 человек на квадратный километр, однако она крайне неравномерна - наиболее заселены юго-восточные и восточные районы.

Крупнейшими городами Русской Австралии являются Южная Долина (столица), Новороссийск, Екатеринодар, Владивосток, Новая Одесса и Севастополь. Эти города являются важными промышленными, транспортными и культурными центрами страны.

Один из районов Южной Долины, столицы Русстралии (Русская Австралия).

Центр Новой Одессы.

Владивосток-на-Флиндерсе.

Севастополь.

Новороссийск.

Государственное устройство Русской Австралии

Русская Австралия является демократической республикой с президентской формой правления. Глава государства - Президент, избираемый на 5-летний срок. Законодательная власть принадлежит двухпалатному Федеральному Собранию, состоящему из Совета Федерации и Государственной Думы.

Страна разделена на 8 штатов и 2 территории, каждый из которых имеет свои органы власти и законодательство. Штаты пользуются широкой автономией в решении вопросов регионального значения.

Русская Австралия имеет развитую правовую систему, основанную на принципах гражданского права. Высшей судебной инстанцией является Верховный Суд.

Внешняя политика Русской Австралии

Внешняя политика Русской Австралии характеризуется многовекторностью и прагматизмом. Страна поддерживает дружественные отношения как с государствами Европы, Азии и Америки, так и с развивающимися странами. Русская Австралия активно участвует в деятельности ООН и других международных организаций.

Одним из приоритетов внешней политики Русской Австралии является развитие экономического сотрудничества. Страна заключает выгодные торговые и инвестиционные соглашения, наращивает экспорт своих товаров и услуг. Русская Австралия также активно участвует в международных научно-технических проектах.

Вместе с тем Русская Австралия проводит независимый внешнеполитический курс, отстаивая свои национальные интересы. Она обладает значительным военным потенциалом, включая ядерное оружие, и готова защищать свой суверенитет.

Транспортная система Русской Австралии

Транспортная система Русской Австралии является одной из самых развитых в мире. Она включает в себя разветвленную сеть автомобильных и железных дорог, морских портов, аэропортов, а также трубопроводов.

Автомобильные дороги Русской Австралии имеют общую протяженность более 2 миллионов километров, связывая все крупные города и промышленные центры. Железнодорожная сеть протяженностью около 100 тысяч километров обеспечивает грузовые и пассажирские перевозки по всей стране.

Железнодорожный пул, Владивосток-на-Флиндерсе.

Морской транспорт играет ключевую роль во внешней торговле Русской Австралии. Крупнейшие морские порты расположены в Южной Долине, Новороссийске, Владивостоке и Новой Одессе. Страна располагает мощным торговым и военно-морским флотом.

Грузовой порт Южной Долины.

Воздушный транспорт представлен разветвленной сетью международных и внутренних авиалиний. Ведущие аэропорты находятся в Южной Долине, Новороссийске, Екатеринодаре и других крупных городах. Русская Австралия также активно развивает космическую отрасль, имея собственные космодромы и спутниковые группировки.

Таким образом, Русская Австралия является высокоразвитым государством с диверсифицированной экономикой, мощным военным потенциалом и развитой транспортной инфраструктурой. Сочетая в себе русские традиции и местные особенности, эта страна занимает важное место в современном мире.

***

Уважаемый господин Президент!

С глубокой обеспокоенностью я наблюдаю за нарастающим давлением на Русскую Австралию со стороны некоторых горячих голов, призывающих к немедленному присоединению к Североатлантическому альянсу. Позвольте мне от имени профессорско-преподавательского состава Южнодолинного университета святого Георгия решительно возразить против подобного шага, который, по нашему глубокому убеждению, может стать первым шагом к потере нашей национальной независимости.

Сохранение курса нейтралитета, который оправдал себя в годы Второй мировой войны, является жизненно важным для Русской Австралии в условиях разгорающейся холодной войны между Советским Союзом и Соединенными Штатами Америки. Позвольте мне привести несколько аргументов в пользу этой позиции.

Во-первых, присоединение к НАТО неизбежно втянет нас в орбиту влияния Соединенных Штатов, что ограничит наши возможности для самостоятельного маневрирования на международной арене. Мы рискуем стать заложниками чужих геополитических интересов, что несовместимо с нашими национальными интересами.

Во-вторых, сохранение нейтралитета позволит Русской Австралии выступать в качестве посредника и миротворца, способствуя снижению напряженности в отношениях между Востоком и Западом. Это не только укрепит наш авторитет на международной арене, но и откроет новые возможности для взаимовыгодного сотрудничества как с Советским Союзом, так и с Соединенными Штатами.

В-третьих, нейтралитет Русской Австралии может стать примером для других стран, вдохновляя их на поиск альтернативных путей развития, не связанных с жесткой конфронтацией двух идеологических блоков. Это позволит снизить градус международной напряженности и создаст условия для более конструктивного диалога между Востоком и Западом.

Наконец, сохранение нейтралитета укрепит доверие к Русской Австралии со стороны как Советского Союза, так и Соединенных Штатов. Это даст нам возможность выступать в качестве посредника и миротворца, способствуя поиску взаимоприемлемых решений в спорных вопросах. Таким образом, Русская Австралия может внести весомый вклад в дело сохранения мира и стабильности в регионе и во всем мире.

Уважаемый господин Президент, мы глубоко убеждены, что следование курсу нейтралитета, который оправдал себя в годы Второй мировой войны, позволит Русской Австралии сохранить стабильность и процветание в условиях нарастающей глобальной напряженности. Мы призываем Вас поддержать эту позицию и обеспечить ее последовательную реализацию во внешней политике нашей страны.

Примите, уважаемый господин Президент, заверения в нашем глубоком уважении и искренней поддержке.

С уважением,

Ректор Южнодолинного университета святого Георгия

Профессор Иван Сергеевич Сидоров.

***

Южная Долина Таймс.

Русская Австралия: Балансирование на грани холодной войны

В эпоху нарастающего противостояния между Советским Союзом и Соединенными Штатами, судьба Русской Австралии становится все более значимой на геополитической арене. Эта обширная территория, некогда колония Российской империи, превратилась в одну из ведущих держав мира, занимая третье место по экономической и военной мощи. Ее стратегическое положение, богатые природные ресурсы и высокоразвитая промышленность делают ее лакомым куском для обеих сверхдержав, стремящихся расширить свое влияние.

Зеленый континент, на протяжении десятилетий сохранял относительную независимость, умело балансируя между интересами Москвы и Вашингтона. Однако в условиях нарастающего глобального противостояния, сохранение этого нейтралитета становится все более сложной задачей.

Советский Союз, стремясь укрепить свои позиции в Тихоокеанском регионе, оказывает постоянное давление на Русскую Австралию, пытаясь втянуть ее в свою орбиту. Москва предлагает выгодные экономические соглашения, обещая доступ к своим обширным ресурсам и рынкам, а также гарантии военной защиты от возможной агрессии Запада. Кремль активно поддерживает просоветские политические силы в Русской Австралии, финансируя их избирательные кампании и распространяя пропаганду, направленную на формирование благоприятного имиджа Советского Союза.

В свою очередь, Соединенные Штаты также прилагают значительные усилия, чтобы удержать Русскую Австралию в сфере своего влияния. Вашингтон предлагает выгодные торговые соглашения, доступ к новейшим технологиям и военное сотрудничество, стремясь укрепить экономические и политические связи с этой ключевой державой. Американские спецслужбы активно вмешиваются во внутреннюю политику Русской Австралии, поддерживая оппозиционные, антисоветские силы и организуя акции протеста против сближения с Москвой.

Правительство Русской Австралии, возглавляемое опытным политиком Александром Волковым, пытается маневрировать между двумя сверхдержавами, стремясь сохранить хрупкий баланс и не допустить вовлечения страны в открытое противостояние. Волков умело использует экономические рычаги, предоставляя выгодные контракты как Москве, так и Вашингтону, и одновременно наращивает военный потенциал Русской Австралии, чтобы обеспечить ее безопасность.

Однако сохранение нейтралитета становится все более сложной задачей. Советский Союз и США, обеспокоенные растущим влиянием Русской Австралии, усиливают давление, прибегая к различным методам, от экономических санкций до тайных операций спецслужб. Обе стороны пытаются склонить элиты, и администрацию Волкова к выбору той или иной стороны, угрожая серьезными последствиями в случае отказа.

Ситуация осложняется и внутриполитическими процессами в самой Русской Австралии. Здесь набирают силу как просоветские, так и прозападные политические движения, ведущие ожесточенную борьбу за влияние. Волков балансирует между этими противоборствующими силами, стремясь не допустить раскола общества и сохранить стабильность.

Эксперты сходятся во мнении, что в ближайшие годы Русская Австралия будет вынуждена сделать выбор, определяющий ее дальнейшую судьбу. Продолжение политики нейтралитета становится все более сложным, а давление со стороны Москвы и Вашингтона будет только усиливаться. Волков и его команда находятся перед сложным вызовом, от решения которого зависит не только будущее Русской Австралии, но и баланс сил в Тихоокеанском регионе.

Многие аналитики полагают, что Русская Австралия, обладающая значительным экономическим и военным потенциалом, может стать ключевым игроком в разворачивающемся противостоянии между Востоком и Западом. Ее выбор в пользу той или иной стороны может оказать существенное влияние на ход глобального конфликта. Однако сохранение нейтралитета, несмотря на все сложности, остается приоритетной задачей для правительства Волкова, стремящегося не допустить вовлечения страны в открытую конфронтацию.

Будущее Русской Австралии в контексте нарастающей холодной войны остается неопределенным. Ее роль и место на геополитической шахматной доске будут определяться не только действиями Москвы и Вашингтона, но и мудростью наших элит, и способностью Волкова и его администрации маневрировать между двумя сверхдержавами, отстаивая национальные интересы Русской Австралии. Этот сложный баланс может стать ключом к сохранению мира и стабильности в Тихоокеанском регионе в ближайшие годы.

***

Новороссийские Известия.

Северный Вьетнам начинает провокации против Южного Вьетнама - союзника Русской Австралии

Напряженность в Юго-Восточной Азии достигает критической точки. Согласно последним сообщениям, правительство Северного Вьетнама, поддерживаемое Советским Союзом, начало серию провокаций против Южного Вьетнама - ключевого союзника Русской Австралии в регионе.

Эскалация конфликта началась несколько дней назад, когда северовьетнамские войска совершили ряд нападений на приграничные районы Южного Вьетнама. По данным местных властей, были обстреляны пограничные посты, а также предприняты попытки диверсий на стратегически важных объектах инфраструктуры. Жертвами этих атак стали десятки мирных жителей.

Правительство Южного Вьетнама, возглавляемое президентом Нго Динь Зьемом, незамедлительно осудило эти провокационные действия и обратилось к Русской Австралии с просьбой о военной помощи. Зьем заявил, что Ханой, поощряемый Москвой, пытается дестабилизировать ситуацию в регионе и ослабить влияние Русской Австралии - ключевого гаранта безопасности и стабильности в Юго-Восточной Азии.

В Русской Австралии реакция на эти события была незамедлительной. Президент Александр Волков провел экстренное совещание с руководством Министерства обороны и Службы внешней разведки, на котором было принято решение о направлении в Южный Вьетнам дополнительных воинских контингентов и военной техники.

"Мы не можем оставаться в стороне, когда наш союзник подвергается агрессии со стороны Северного Вьетнама, поддерживаемого Советским Союзом, - заявил Волков. - Русская Австралия будет твердо защищать интересы своих партнеров и обеспечивать региональную безопасность".

Общественность Русской Австралии с тревогой следит за развитием событий. Многие граждане требуют от правительства решительных действий, призывая не допустить дальнейшей эскалации конфликта. Некоторые политические партии и общественные организации уже организовали массовые митинги и демонстрации, выражая поддержку Южному Вьетнаму и осуждая агрессию Северного Вьетнама.

Эксперты отмечают, что вовлечение Русской Австралии в этот конфликт может иметь серьезные геополитические последствия. Москва, стремясь ослабить влияние Русской Австралии в Юго-Восточной Азии, может пойти на дальнейшую эскалацию, вовлекая в противостояние другие страны региона. В то же время Вашингтон, опасаясь усиления позиций Советского Союза, может оказать поддержку Южному Вьетнаму, что грозит перерасти в полномасштабную региональную войну.

Правительство Русской Австралии находится перед сложным выбором. С одной стороны, оно не может допустить ослабления своих позиций в Юго-Восточной Азии и потери союзника в лице Южного Вьетнама. С другой стороны, вовлечение в военный конфликт несет в себе риски эскалации противостояния с Советским Союзом и возможной интервенции США. Волкову и его команде предстоит принять взвешенное решение, способное сохранить баланс сил в регионе и не допустить втягивания Русской Австралии в "горячую" фазу холодной войны.

Ситуация остается крайне напряженной, и ее развитие будет внимательно отслеживаться как в самой Русской Австралии, так и на международной арене. От действий Волкова и его правительства будет зависеть не только судьба Южного Вьетнама, но и геополитическое положение Русской Австралии в контексте нарастающего противостояния между Востоком и Западом.

***

Пресс-конференция в Администрации Президента Русской Австралии

Зал заседаний Администрации Президента Русской Австралии был переполнен журналистами, жаждущими получить ответы на вопросы, волнующие всю страну. Напряжение в воздухе ощущалось почти физически - ситуация в Юго-Восточной Азии накалялась с каждым часом.

Наконец, за трибуну вышел Алексей Соколов, пресс-секретарь Президента Волкова. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась решимость.

"Уважаемые коллеги, благодарю вас за то, что вы откликнулись на наш призыв и собрались здесь сегодня. Я знаю, что вы ждете ответов на многие вопросы, и я постараюсь быть максимально откровенным", - начал Соколов, окидывая взглядом притихший зал.

Первый вопрос последовал незамедлительно:

"Господин Соколов, почему Русская Австралия решила направить в Южный Вьетнам столь внушительный военный контингент? Неужели правительство готово втянуть страну в полномасштабную войну?"

Пресс-секретарь выдержал паузу, словно тщательно подбирая слова:

"Русская Австралия не ищет войны. Но мы также не можем оставаться в стороне, когда наш ближайший союзник подвергается агрессии. Северный Вьетнам, при поддержке Советского Союза, совершает вопиющие провокации против мирного населения Южного Вьетнама. Мы обязаны защитить наших партнеров и обеспечить стабильность в регионе".

Следующий вопрос прозвучал еще более напряженно:

"Но почему именно сто тысяч морских стрельцов? Неужели Русская Австралия готова развязать полномасштабную войну в Азии?"

Соколов вновь выдержал паузу, после чего ответил твердым, уверенным голосом:

"Цифра в сто тысяч бойцов была выбрана не случайно. Мы должны продемонстрировать Северному Вьетнаму и его советским покровителям, что мы серьезно настроены защищать интересы нашего союзника. Только таким образом мы сможем удержать ситуацию под контролем и не допустить дальнейшей эскалации конфликта".

Журналисты зашумели, перебивая друг друга вопросами. Соколов поднял руку, призывая к тишине:

"Я понимаю ваше беспокойство. Но уверяю вас, что Президент Волков и его команда тщательно взвесили все риски и приняли взвешенное решение. Мы сделаем все возможное, чтобы защитить Южный Вьетнам, не допустив при этом полномасштабной войны в регионе".

Напряжение в зале немного спало, но вопросы продолжали сыпаться один за другим. Соколов терпеливо отвечал на каждый, стараясь максимально прояснить позицию Русской Австралии. Было очевидно, что правительство страны твердо намерено встать на защиту своего союзника, даже ценой серьезного военного вмешательства.

Один из журналистов, представлявший телеканал "Пятый Долинный", поднял руку и обратился к пресс-секретарю:

"Господин Соколов, позвольте задать вам еще один вопрос. Откуда Министерство обороны изыскало столь внушительный контингент добровольцев для службы в армии? Ведь помимо отправки сил во Вьетнам, Русская Австралия держит значительные воинские контингенты в Индонезии, Малайзии, Сингапуре и Таиланде. Сто тысяч морских стрельцов - это огромное число, особенно если учесть, что еще пятьдесят тысяч наших военнослужащих уже находятся в Республике Вьетнам."

Журналист сделал паузу, после чего продолжил с нотками обвинения в голосе:

"Не кроется ли за этим так называемая "призывная программа" Министра обороны Степанова? Не набираются ли эти добровольцы из числа малообеспеченных и необразованных слоев населения, по сути, под обманом? Неужели в армию идут те, кто не в состоянии найти достойную работу в мирной жизни?"

Соколов заметно напрягся, услышав эти вопросы. Он понимал, что тема социального неравенства и "призывной программы" Степанова - весьма болезненная для правительства. Однако пресс-секретарь не мог позволить себе проявить слабость.

"Уважаемый коллега, ваши вопросы весьма провокационны. Позвольте мне ответить на них максимально прямо и честно," - начал Соколов, пристально глядя в глаза журналисту.

"Да, Министерство обороны действительно развернуло масштабную программу по привлечению добровольцев в ряды Вооруженных Сил. Но это отнюдь не обман или манипуляции с малообеспеченными слоями населения. Наоборот, мы предлагаем молодым людям, в том числе из небогатых семей, реальный шанс сделать карьеру, получить образование и обрести достойное будущее."

Соколов сделал паузу, давая возможность журналистам осмыслить его слова.

"Служба в армии Русской Австралии - это не просто исполнение гражданского долга. Это возможность для тысяч юношей и девушек улучшить свое материальное положение, получить профессиональные навыки и, в конечном счете, занять достойное место в обществе. Мы гордимся нашими добровольцами и считаем, что их вклад в защиту Родины заслуживает самого глубокого уважения."

Журналист попытался возразить, но Соколов поднял руку, давая понять, что его ответ окончен. Повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь шорохом камер и перешептываниями в зале.

Пресс-конференция длилась более двух часов, но Соколов ни на минуту не утратил самообладания. Он четко обозначил позицию Русской Австралии и ее готовность к решительным действиям, если того потребует ситуация. Журналисты, хоть и с тревогой, но понимали, что правительство страны не намерено отступать перед лицом агрессии Северного Вьетнама.

Когда последний вопрос был задан и ответ получен, Соколов поблагодарил собравшихся и покинул трибуну. Теперь слово было за Президентом Волковым и его командой - им предстояло воплотить в жизнь заявленную политику и защитить интересы Русской Австралии в Юго-Восточной Азии.

***

"Дебилы Степанова" статья в газете "Новости Новой Одессы":

Несмотря на громкие заявления министра обороны Степанова о необходимости укрепления армейских рядов, его новая программа по набору добровольцев вызвала волну возмущения в обществе.

Согласно информации из осведомленных источников, в рамках этой инициативы были значительно снижены интеллектуальные и образовательные требования к кандидатам. Теперь для зачисления в Вооруженные Силы Русской Австралии достаточно иметь начальное школьное образование и проявлять элементарные навыки чтения и счета.

"Это просто возмутительно! Вместо того, чтобы привлекать в армию образованных, физически и психологически подготовленных людей, Степанов набирает умственно отсталых новобранцев," - возмущается ветеран Иван Петров.

По его словам, подобная политика Минобороны ведет к деградации армии и ставит под угрозу боеготовность Вооруженных Сил. "Дебилы Степанова" - именно так в народе стали называть новобранцев, зачисленных по этой программе.

Общественность Новой Одессы требует от военного руководства немедленно свернуть данную инициативу и вернуться к прежним, более строгим стандартам отбора. В противном случае, считают местные жители, армия Русской Австралии рискует превратиться в сборище умственно отсталых солдат, не способных выполнять боевые задачи.

***

Статья в журнале Министерства обороны Русской Австралии "Национальный подход":

Новая программа набора добровольцев в армию: развенчивая мифы

В последнее время в СМИ и общественных кругах активно обсуждается новая инициатива Министерства обороны по привлечению добровольцев в Вооруженные Силы Русской Австралии. К сожалению, многие комментарии и оценки носят необъективный и предвзятый характер.

Хотелось бы расставить все точки над "i" и развенчать некоторые расхожие мифы.

Во-первых, уровень интеллекта и образования добровольцев, проходящих по новой программе, отнюдь не так низок, как принято считать. Да, мы действительно несколько снизили формальные требования, но это вынужденная мера, продиктованная сложившейся ситуацией.

Во-вторых, доля таких "особых" новобранцев строго ограничена и не превысит 5% от общего числа призывников. Это изначально было заложено в концепцию реформы. Таким образом, основу армейских рядов по-прежнему будут составлять высококвалифицированные, физически и психологически подготовленные бойцы.

И наконец, преждевременно сворачивать программу на полпути. Она только набирает обороты, и нам необходимо дать ей возможность проявить себя. Возможно, со временем потребуется ее корректировка, но пока рано делать выводы.

Мы уверены, что новая инициатива Минобороны, несмотря на скептические отзывы, в конечном итоге пойдет на пользу обороноспособности страны. Главное - сохранять объективность и здравый подход.

Глава 2

Резкий запах гари ударил в ноздри. Открыв глаза, я увидел языки пламени, лизавшие борта горящего бронетранспортера. Вокруг лежали неподвижные тела, и мое сердце на мгновение сжалось от ужаса. Я попытался встать, но голова тут же пронзила острая боль, и меня вырвало. Слабость сковала все тело, и я упал обратно на землю, с трудом переводя дыхание.

Вокруг гремели далёкие взрывы, свистели пули, и я невольно сжался, инстинктивно пытаясь спрятаться. Где, черт возьми, я оказался? Еще вчера я был стариком, доживающим свои дни в доме престарелых, ветераном нескольких войн, в том числе украинской и польской. Я умер? Где я очутился, среди этого хаоса и смерти?

Собрав остатки сил, я начал шарить по своим подсумкам, пытаясь нащупать хоть что-нибудь, что могло бы мне помочь. Но, ничего полезного, лишь пистолет «Кольт», несколько магазинов к нему и автомату – вот и все, что я обнаружил. Я оглянулся вокруг, посмотрел на убитых солдат, американцы, судя по их старой, времен Вьетнамской войны, униформе. Реконструкторы что ли? М-да, похоже исторический фестиваль вышел из под контроля.

Где я, черт возьми, нахожусь? Голова кружилась от этих вопросов, и я с трудом пытался сосредоточиться на том, что происходит вокруг.

Взрывы не прекращались, часть канонады напротив становилась будто ближе, нужно как-то выбираться из этого ада. Собрав остатки сил, я попытался подняться, но ноги подкашивались, я едва не упал. Оглядевшись, вытащил пистолет, с трудом перезарядив его, я начал ползти в сторону ближайшего укрытия.

Каждое движение давалось с трудом, но я упорно продолжал двигаться вперед, игнорируя боль и слабость. Нужно было выжить, во что бы то ни стало. Я не знал, что меня ждет впереди, но бывало, и хуже ситуации, к тому же, кажется что я сильно помолодел. Хоть я и был сильно потрёпанный, организму вполне хватало сил, на активные действия.

Добравшись до небольшой воронки, я укрылся там, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями. Вокруг все еще гремели взрывы и свистели пули, но здесь, по крайней мере, было относительно безопасно. Я крепче сжал пистолет, готовый в любой момент открыть огонь, если меня обнаружат.

Мысли в голове путались, и я пытался понять, как я оказался в этом месте. Неужели это все лишь сон, и я вот-вот проснусь в своей комнате в доме престарелых? Или это какая-то жестокая реальность, в которую меня каким-то образом забросило?

Я закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Нужно было как-то выбираться из этой задницы.

Открыв глаза, я снова огляделся вокруг, пытаясь найти хоть какие-то ориентиры. В стороне виднелись силуэты деревьев, и я понял, что нужно двигаться в ту сторону. Возможно, там я смогу найти укрытие и передохнуть, прежде чем продолжить свой путь.

Сделав глубокий вдох, я начал ползти вперед, стараясь держаться как можно ниже. Каждое движение давалось с трудом, но я упорно продолжал двигаться, не обращая внимания на боль и усталость.

Добравшись до деревьев, я осторожно выглянул из-за ствола, пытаясь оценить обстановку. Здесь было относительно спокойно. Я огляделся, пытаясь найти хоть какие-то признаки жизни, но вокруг было тихо и безлюдно.

Прислонившись к дереву, я попытался отдышаться и собраться с мыслями. Где я, черт возьми, нахожусь? Как я оказался в этом месте? И самое главное – как мне отсюда выбраться?

Нужно было найти безопасное место, где я мог бы передохнуть и собраться с мыслями. Только так я мог надеяться на то, что мне удастся выбраться из этого ада живым.

Нащупав на своей шее жетон, я уже начал догадываться, что со мной произошло. Приходилось читать немало попаданческой литературы, особенно в последние годы, пребывая в старческой немощи, и теперь я понимал, что сам стал героем одной из таких книг. Перевернув жетон, я увидел родную кириллицу и имя "Владимир Водкин", и короткая информация о подразделении. Это озадачивало – я ожидал увидеть нечто американское, или западное, но вместо этого на жетоне было отштампованно самое заурядное русское имя, обычными русскими буквами.

Оглядевшись вокруг, я не увидел ни одной живой души. Подползая к ближайшему мертвецу, я перевернул его и нащупал на его шее жетон с надписью "Андрей Коврижных" – тоже кириллица. Спи спокойно, солдат.

Я стянул с него автомат, чувствуя привычную тяжесть оружия в руках. Давненько я этого не ощущал – в последние годы мои пальцы практически ничего не чувствовали из-за развившегося диабета, а денег на лечение у меня не было. Но сейчас холодная ружейная сталь приятно холодила кожу, пробуждая давно забытые ощущения.

Винтовка была мне незнакома, напоминала странную смесь Калашникова, M16 и штурмгевера 43. Я потянул затвор на себя, и гильза вылетела из "окна". Пока было время, я начал осторожно обыскивать карманы остальных мертвецов, запасаясь магазинами и прочим снаряжением, забивая свои подсумки под завязку.

Внезапно, среди гомона боя и стрельбы, я услышал шелест травы. Мои былые привычки никуда не делись, поэтому я резко повернулся и, пригнувшись, пустил очередь в резко выскочившего азиата. Не успел тот ничего произнести сразу упал замертво, следом из кустов раздались ответные выстрелы. По звуку я сразу понял, где прятались стрелки, и пустил несколько очередей прямо туда, откуда велся по мне огонь.

Перекатившись в сторону, я занял более выгодную позицию за стволом дерева, готовый отразить неожиданную атаку. Мой боевой опыт, казалось, вернулся ко мне, несмотря на годы, проведенные в доме престарелых. Как будто и не был всех этих лет.

Перезарядив автомат, я осторожно выглянул из-за укрытия, высматривая любые признаки движения. Вокруг по-прежнему гремели взрывы и свистели пули, но я был готов, испещрить подлецов свинцом.

Я глубоко вдохнул, чувствуя, как адреналин наполняет мои вены. Это была не первая перестрелка, через которую мне пришлось пройти, но от этого она не становилась менее напряженной.

Противник, был хорошо вооружен и обучен. Пули свистели совсем близко, вырывая куски коры из дерева, за которым я укрывался. Но я знал, что у меня есть преимущество - годы боевого опыта, которые не давали мне паниковать.

Выждав момент, я резко высунулся из-за укрытия и открыл шквальный огонь. Я не мог стрелять куда попало, было слишком мало патронов. Противник был застигнут врасплох, но быстро пришел в себя и ответил градом пуль. Завязалась ожесточенная перестрелка.

Мы маневрировали, перебегая от одного укрытия к другому, пытаясь найти уязвимые места в обороне противника. Пули свистели совсем рядом, но я действовал хладнокровно и расчетливо, экономя боеприпасы.

Внезапно я заметил, что у противника начали заканчиваться патроны. Он стал реже отвечать на мой огонь, пытаясь перезарядить оружие. Это был мой шанс.

Высунувшись из-за дерева, я открыл ураганный огонь, не давая ему ни секунды передышки. Противник отчаянно пытался отстреливаться, но его действия становились все более хаотичными.

Наконец, последняя его пуля ушла в пустоту, я пустил десяток пуль прямо в корпус азиата. Он дернулся, и рухнул на землю.

Перезарядив оружие, я двинулся к нему, и подошёл к убитому. Ну что ж, как я и думал, если судить по форме, это был вьетконговец.

Обыскав тело вьетнамца, я обнаружил только рожки от Калашникова и немного еды. Однако, заметив, что автомат, лежавший рядом, был отличного качества, я решил прихватить и его, повесив себе на шею. Лишним он точно не будет.

Продолжив осмотр, я обнаружил еще несколько тел предварительно из моего подразделения, но, как и ожидалось, они не несли ничего ценного. Сам бронетранспортер, объятый пламенем, уже не представлял интереса для обыска.

Собрав все, что удалось найти, я наткнулся на компас и карту. Развернув грубую бумагу, я понял, что это была карта южного Вьетнама, исписанная на дореволюционный манер, то есть с использованием твердых знаков, честно говоря я не был в этом экспертом, главное было читабельно. Изучив ее, я заметил обозначения различных военных объектов - баз, авианосных групп и даже "федеральных сил Русской Австралии" и "морских стрельцов". Хотя эти названия показались мне странными, я решил, что разберусь с этим позже.

Главное сейчас - найти ближайший населенный пункт и определить, где именно я нахожусь. Свернув карту и взглянув на компас, я двинулся на юг, надеясь как можно скорее выбраться из этого места.

Держа наготове автомат, я осторожно пробирался сквозь заросли, готовый при необходимости дать отпор возможным врагам. Впереди меня ждали неизвестность и опасности, но я был полон решимости выжить любой ценой и вернуться домой.

Сквозь плотную завесу тропического леса я продвигался вперед, каждый шаг давался с трудом. Густая растительность цеплялась за одежду, ветви хлестали по лицу, но я упорно шел вперед, сжимая в руках свою странную винтовку. Второй Калашников на ремне тяжело покачивался, напоминая о необходимости быть начеку.

Изредка я бросал осторожные взгляды по сторонам, высматривая возможную опасность. Этот зеленый ад таил в себе множество угроз - от ядовитых змей до кровожадных хищников, поджидающих добычу в тени, не говоря уже о злых хозяевах этой экзотической страны. Поэтому я не мог позволить себе расслабиться ни на секунду.

Пробираясь сквозь заросли, я старался держаться параллельно дороге, не отдаляясь от нее слишком далеко, чтобы не попасть в засаду. Так было меньше шансов заблудиться в этом зеленом лабиринте. Каждый шаг давался с трудом, но я упорно продвигался вперед, ведомый своей целью.

Мысли лихорадочно метались в голове, пытаясь просчитать все возможные риски и угрозы. Где я? Кто я теперь? Что за мир такой? Русская Австралия? Что, если меня обнаружат? Что, если я попаду в засаду? Эти вопросы не давали мне покоя, но я гнал их прочь, сосредотачиваясь на задаче.

Внезапно впереди показалась узкая тропа, едва заметная среди буйной растительности. Я замедлил шаг, внимательно вглядываясь в темные тени, ища признаки присутствия других людей. Но пока все было тихо, лишь шелест листьев да стрекот насекомых нарушали эту гнетущую тишину.

Сделав глубокий вдох, я осторожно ступил на тропу, стараясь не производить лишнего шума. Каждый мой шаг был полон напряжения, каждый звук заставлял меня вздрагивать. Я чувствовал, как по спине стекают капли пота, а сердце бешено колотится в груди.

Впереди виднелся просвет, где тропа выходила к дороге. Я замедлил шаг, внимательно осматриваясь по сторонам. Нужно было убедиться, что там нет никого, кроме меня. Медленно, шаг за шагом, я приближался к цели, готовый в любой момент открыть огонь.

Наконец, я достиг края джунглей и осторожно выглянул на дорогу. Она была пуста, лишь в отдалении виднелись силуэты деревьев. Я перевел дух, но расслабляться было рано. Нужно было продолжать движение.

Сжав крепче винтовку, я шагнул на дорогу, готовый в любой момент среагировать на возникшую угрозу.

Каждый мой шаг отдавался гулким эхом в тишине, но я не обращал на это внимания.

Впереди виднелись очертания строений, и я ускорил шаг, может мне там помогут? Сердце бешено колотилось в груди, но я не позволял страху взять верх. Я был солдатом, обученным действовать в самых сложных ситуациях, и сейчас мне предстояло показать все, на что я способен.

Сжимая винтовку, я двигался вперед, готовый в любой момент открыть огонь. Джунгли не могли так легко отпустит меня.

Пройдя мимо пустынных домишек, я обошел почти всю деревню, но не встретил ни единой живой души. Это наводило на тревожные мысли - куда могли подеваться все жители? Сжав крепче винтовку, я направился к самому большому строению, которое, вероятно, было домом старосты или другого местного главы.

Толкнув скрипучую дверь, я осторожно шагнул внутрь. Взгляд сразу же зацепился за множество разбросанных документов и бумаг. Видимо, здесь хранились важные записи и сведения о деревне. Быстро пробежав глазами по страницам, я обнаружил, что это небольшое поселение называлось Ханг Ми, и располагалось неподалеку от города Хуе.

Сверившись со своей картой, я убедился, что деревня действительно находилась недалеко от места, куда мне нужно было попасть. Согласно имеющимся данным, там располагалась бригада морских стрельцов. Значит, мне нужно было просто двигаться по просёлочной дороге, ведущей на восток от деревни, и в нужный момент свернуть.

Собрав немного вяленого мяса и воды, я решил немного передохнуть, прежде чем продолжить путь. Тишина, царившая в опустевшей деревне, угнетала, и я невольно прислушивался к малейшим звукам. Вдруг в отдалении послышался гул реактивных двигателей. Неужели здесь кто-то есть?

Сердце забилось чаще, но я заставил себя сохранять спокойствие. Возможно, это просто случайный пролет военной техники. Тем не менее, я решил не задерживаться и как можно скорее двинуться в путь. Нужно было как можно быстрее добраться до места назначения и выполнить свою миссию.

Взяв винтовку, я вышел из дома старосты и направился к просёлочной дороге.

Каждый шаг давался с трудом, но я упорно двигался вперед, не обращая внимания на усталость.

Вдалеке вновь послышался гул двигателей, и я замер, вглядываясь в горизонт. Что-то приближалось, но что именно - друзья или враги, я пока не мог сказать. Сердце бешено колотилось в груди, но я заставил себя сохранять спокойствие и выжидать, готовый в любой момент открыть огонь.

Я быстро обрадовался, увидев эскадрилью истребителей, пролетевшую надо мной. Наконец-то хоть что-то знакомое в этом безлюдном краю. Но радость моя быстро сменилась разочарованием.

Эти самолеты, скорее всего, меня даже не заметят в бесконечной зелени джунглей. Да и к лучшему - кто знает, чьи это истребители? Возможно, они принадлежат противнику, и привлекать их внимание было бы крайне опасно.

Я пригнулся ниже, стараясь слиться с окружающей растительностью. Сейчас главное - незаметно добраться до места назначения. Неизвестно, что может поджидать меня на этой просёлочной дороге.

Осторожно ступая, я продолжил свой путь, внимательно вглядываясь в каждый куст и тень. Сердце все еще бешено колотилось от близкого пролета истребителей, но я заставлял себя сохранять спокойствие. Помнил я по фильмам, как амеры заливали напалмом местные леса. Как представлю что попал под нечто подобное, становится не по себе. Нельзя позволить страху парализовать меня. Нужно действовать решительно и быстро.

Вдруг впереди мелькнуло какое-то движение. Я замер, вглядываясь в заросли, и сердце мое снова участило свой ритм. Кто или что там скрывается? Враги или союзники? Медленно, стараясь не производить ни единого лишнего звука, я поднял винтовку, готовый в любой момент открыть огонь.

Я раздвинул винтовкой зеленые заросли и услышал какое-то шипение. Пройдя чуть вперед, я увидел маленьких полосатых тигрят.

Ухнув от неожиданности, я начал тихонько отходить назад. Маленькие тигрята пищали, значит, где-то рядом их мамаша.

Я начал медленно отходить назад, стараясь не делать резких движений. Внезапно, в сторону послышался громкий рев, и я обернулся. На меня бежала разъяренная тигрица.

Я выстрелил из автомата, очередь прошлась прямо перед тигрицей, не задев ее. Я не хотел убивать животное, ведь оставлять тигрят без матери было бы жестоко.

Держа тигрицу на прицеле, я быстро попятился назад. Грохот выстрелов и султаны грязи, поднятые пулями, заставили большую кошку на время остыть. Тигрица пристально смотрела на меня, я пятился до тех пор, пока она не затерялась среди листвы.

Как только опасность миновала, я развернулся и побежал дальше, опасливо оглядываясь по сторонам. Сердце бешено колотилось, но я знал, что должен продолжать движение. Неизвестно, какие еще сюрпризы ждут меня на этом пути, но отступать было нельзя. Теперь уж точно.

Я мчался вперед, крепко сжимая автомат в руках. Впереди маячила цель, ради которой я рисковал жизнью.

Глава 3

Владивосток Magazine.

Дезертирство в Русстралии: Свобода или Хаос?

Интервью с Иваном Ивановым, ведущим юристом Южной Долины.

- Господин Иванов. В последние годы наша страна столкнулась с беспрецедентной проблемой - массовым дезертирством из вооруженных сил. Я понимаю что проблема для наших реалий типичная, но в последнее время, ситуация стремительно ухудшается. Согласно официальным данным, ежегодно тысячи солдат оставляют свои посты. Что стоит за этим явлением? Чтобы разобраться в причинах столь тревожной ситуации, мы обратились к вам, ведущему юристу, известному своей экспертизой в области конституционного права. Господин Иванов, как вы оцениваете масштабы проблемы дезертирства в нашей стране?

- Здравствуйте. Дезертирство в Русстралии действительно приняло угрожающие масштабы. По последним данным, ежегодно ряды вооруженных сил покидают около 7000-8000 человек. Это колоссальная цифра, которая ставит под вопрос боеспособность нашей армии.

- Что, по вашему мнению, является основной причиной этого явления?

- Очевидно, корень проблемы, на мой взгляд, кроется в самих основах нашей конституции. Русская Австралия известна как одно из самых свободных государств в мире, где права и свободы граждан возведены в абсолют. Наша конституция, принятая в первой половине XIX века отцами-основателями, провозглашает неотъемлемое право каждого человека на свободу, в том числе свободу передвижения и выбора места жительства. Согласно этим принципам, ни одна власть, в том числе военная, не имеет права ограничивать свободу граждан и принуждать их к службе против их воли. Конституция того еще времени прямо запрещает задержание и преследование дезертиров государственными органами, при любых обстоятельствах. Единственное, что может быть применено к ним - это суд присяжных, состоящих из таких же свободных граждан, которые могут вынести оправдательный или обвинительный приговор. То есть офицер мог его задержать, но не в одиночку, и не как лицо обличённое властью, а как гражданин.

- Получается, что наша конституция фактически легализует дезертирство, создавая для военнослужащих "зеленый свет" к самовольному оставлению части?

- Да, к сожалению, именно так. Конституция Русской Австралии, провозглашающая абсолютную свободу личности, в данном случае вступает в противоречие с интересами национальной безопасности и обороноспособности страны. Военное командование в ряде случаев фактически лишено возможности пресекать дезертирство и привлекать виновных к ответственности. Все, что они могут - это обращаться в суд присяжных, где велик риск оправдательного вердикта.

- Получается парадоксальная ситуация: с одной стороны, мы гордимся нашей конституцией как образцом подлинной демократии и свободы, а с другой - она создает благоприятные условия для развала вооруженных сил.

- Ну, сейчас все не так плохо, как вам кажется. Допустим сорок назад все было хуже, намного.

- О чем вы господин Иванов? Вы имеете ввиду пятые поправки?

- Да, ведь вся эта эпопея борьбы с дезертирством имеет давнюю историю. Наша страна была основана людьми, которые так или иначе были против старых порядков, которые тогда господствовали в Европе, и в Российской Империи. Отцы-основатели, в том числе и первый выборный губернатор господин Миклухо-Маклай, были либералами почвенниками, или либералами религиозными, как династия Канторовых, которые открыли первые на территории Русской Австралии шахты, и сталелитейные заводы. Все здесь делалось от противного в Европе. Все делалось чтобы Европу превзойти. Показать, что человек здесь, имеет больше свободы, чем где-либо вообще. В том числе это коснулось и службы в армии, ее изначально вообще не хотели вводить. Но тут уже свое слово сказал Петербург, так что армию пришлось организовать. Только законы, и конституцию составили таким образом, чтобы максимально защитить свободы людей. Ну по крайней мере, как ее понимали сами отцы основатели. Причём нужно понимать, и подходить к вопросу с точки зрения историчности. Потому что как только об этом законе услышали в России, и Европе, поток колонистов увеличился в 4-5 раз, а ведь он и до этого был не маленький. То есть введение такого закона, имели и экономический смысл, и мотивацию. Дальше не происходит ничего особенного, вплоть до начала первой мировой. Известно, что в 1915 году был проведен всенародный референдум, на котором гражданам предложили внести поправки в конституцию, ограничивающие права военнослужащих. Суть этих поправок заключалась в следующем: 1) Запрет на самовольное оставление воинской части, за пределами страны. Нарушение этого запрета каралось тюремным заключением. 2) Введение обязательной воинской повинности для всех граждан мужского пола в возрасте от 18 до 45 лет. Отказ от службы также становился уголовным преступлением. 3) Передача полномочий по задержанию и суду над дезертирами от гражданских судов присяжных военным трибуналам. Несмотря на ожесточенные дебаты и протесты со стороны либеральной общественности, поправки были приняты с минимальным перевесом голосов - 52% против 48%. Таким образом, Русская Австралия пошла на вынужденное ограничение конституционных свобод ради спасения страны. И как показали дальнейшие события, это решение сыграло ключевую роль в достижении победы. Когда в 1916 году Русская Австралия направила свои войска на помощь Российской Империи, столкнувшейся с наступлением германских армий, проблема массового дезертирства была практически решена. Солдаты, отправленные на чужую территорию, теперь не могли просто сбежать, бросив оружие. Жесткие меры, включая расстрелы дезертиров, быстро навели порядок в рядах австралийской армии. Вместо того, чтобы разбегаться, военнослужащие проявляли чудеса героизма, сражаясь плечом к плечу с российскими товарищами. В итоге, участие Русской Австралии в Первой мировой войне стало одной из ярчайших страниц в ее истории. Несмотря на огромные потери, наши солдаты и офицеры показали себя достойными защитниками Отечества, навсегда вписав свои имена в летопись воинской славы.

''Рождение Свободы'' - Картина художника Севастьянова. На ней предположительно изображён первый состав выборного правительства Русской Австралии. Лица нарисованны нечётко, по задумке художника. Так как в его понимании, на месте народных избранников мог оказаться каждый гражданин Русстралии.

- Получается, что ограничение конституционных свобод позволило сохранить свою государственность и одержать победу в войне?

- Ну в общих чертах. Конечно, это решение далось нелегко, ведь оно шло вразрез с многолетними традициями абсолютной свободы, которыми гордилась наша страна. Но когда на кону стояло само существование государства, руководство Русской Австралии вынуждено было пойти на этот непопулярный, но необходимый шаг. Референдум по внесению поправок в конституцию вызвал бурные дебаты в обществе. Либералы и правозащитники яростно критиковали эти меры, обвиняя власти в узурпации свобод и установлении военной диктатуры. Однако в конечном счете, граждане Русской Австралии проявили здравый смысл и поддержали поправки, осознавая, что альтернативой этому может стать национальная катастрофа. Введение уголовной ответственности за дезертирство, наделение военных трибуналов полномочиями по суду над беглецами, а также отправка войск за пределы страны - все это позволило Русской Австралии сохранить боеспособность своей армии. К сожалению это не помогло сохранить Российскую Империю. Старую Родину захлестнула гражданская война. По крайней мере русским было куда бежать. Но опыт Первой мировой войны навсегда изменил отношение граждан Русской Австралии к вопросам обороны и национальной безопасности. Больше никто не рассматривал дезертирство как "естественное право" свободного человека. Вместо этого, служба в армии стала восприниматься как священный долг перед Родиной.

- А как же сейчас обстоит со стороны закона?

- Ну на данный момент все очень просто. Дезертирство на территории иностранного государства, это преступление. Дезертирство во время вторжения иностранных сил на конституционную территорию Русстралии, это преступление. Все остальное декриминализовано. То есть, доброволец, по прошествии года на службе, имеет право во время нахождения на Родине, в одностороннем порядке расторгнуть договор.

- И ему ничего за это не будет?

- Ничего, но только должен пройти год, если год не проходит, он тоже считается преступником.

***

Яркие лучи солнца пробивались сквозь густые кроны деревьев, освещая извилистые тропы, что вились между могучих стволов. Я осторожно пробирался сквозь непроходимые джунгли, стараясь не шуметь и внимательно вглядываясь в окружающую меня зелень. Каждый шорох, каждое движение настораживали меня, заставляя крепче сжимать автомат. Я знал, что здесь, в этих дремучих лесах, меня могло подстерегать что угодно – от хищных зверей до вражеских солдат.

Внезапно, над моей головой раздался оглушительный рев двигателей. Я замер, вглядываясь в небо, и вскоре увидел, как над кронами деревьев пронесся одинокий истребитель. Его яркая окраска выделялась на фоне бескрайней синевы – триколор и звезды, с орлами на борту говорили о том, что это был условно ''наш'' самолёт, по крайней мере, я надеялся на это. Но не успел я перевести дух, как за ним последовали еще два, более скромных по виду, истребителя. Менее красочные по виду, на их бортах горели только одинокие красные звезды.

Я затаил дыхание, наблюдая за разворачивающейся в небе схваткой. Самолеты маневрировали, выписывая замысловатые фигуры, и вскоре раздались первые залпы. Пулеметные очереди прочертили в воздухе яркие трассы, а затем один из вражеских истребителей задымил и начал стремительно падать вниз. Я следил за его падением, не в силах оторвать взгляд от разворачивающейся драмы.

Наш самолет, казалось, одержал верх, но внезапно что-то произошло. Я видел, как он начал терять высоту, а затем, объятый пламенем, начал пикировать вниз, оставляя за собой черный шлейф дыма. Сердце у меня екнуло – я понимал, что пилот не мог выжить при таком падении. Но тут я заметил, как из кабины вырвался парашют, медленно опускаясь на землю.

Не раздумывая ни секунды, я бросился вперед, устремляясь к месту предполагаемого приземления пилота. Ветки хлестали по лицу, ноги вязли в густом подлеске, но я упорно продирался сквозь джунгли, ведомый лишь одним желанием – спасти человека, который возможно, повысит мои шансы на выживание.

Наконец, я увидел его – парашют зацепился за ветви высокого дерева, а под ним, на земле, лежал неподвижный силуэт. Я осторожно подошел к нему, надеясь на то что летчик был жив. Подойдя ближе, я увидел, что он шевелится, и облегченно вздохнул.

Пилот, который лежал на земле, тяжело дыша. Его летный комбинезон был изорван, а на лице виднелись ссадины и кровоподтеки. Он явно получил серьезные травмы при падении, но, к моему облегчению, был в сознании.

– Вы в порядке? – спросил я, склоняясь над ним.

Пилот приоткрыл глаза и посмотрел на меня с удивлением.

– Что вы сказали? Повторите. Где я? Вы кто? – прохрипел он.

– Рядовой Водкин, третий пехотный. Я нашел вас после того, как ваш самолет был сбит. Вы в безопасности, но нам нужно как можно скорее убираться отсюда.

Пилот попытался приподняться, но тут же скривился от боли.

– Третий пехотный, понятно, кажется, я сломал ребра, – простонал он. – Не знаю, смогу ли я идти.

Я задумался, оглядывая окрестности. Вражеские самолеты, скорее всего, уже покинули этот район, но кто знает, сколько времени у нас есть. Нужно было как можно быстрее найти укрытие и оказать пилоту первую помощь, прежде чем сюда придут враги. Очевидно не только я видел, как его сбили.

– Постарайтесь не двигаться, – сказал я. – Я попробую найти что-нибудь, на чем можно будет вас перенести.

Я огляделся вокруг, ища подходящие ветки или стволы деревьев. Наконец, мне удалось найти несколько крепких палок, которые я связал вместе, соорудив своего рода волокуши. Затем, осторожно, я поднял пилота и уложил его на импровизированные носилки.

– Держитесь, – сказал я. – Мы должны как можно скорее найти безопасное место.

Я зашагал вперед, стараясь двигаться как можно тише и быстрее. Пилот тихо выл от боли, сжав зубы он старался не шуметь. Каждая минута на счету – вражеские солдаты могли обнаружить нас в любой момент.

Я протащил его достаточно далеко на восток, кажется мы проходили несколько часов, и удачно на пути оказалась речка, я какое-то время шел вдоль ее течения. Затем пошел дальше.

Наконец, впереди показалось небольшое укрытие, скрытое густыми зарослями. Это была старая, заброшенная хижина, но сейчас она казалась мне самым безопасным местом. Я осторожно опустил носилки на землю и помог пилоту устроиться поудобнее.

– Вы в безопасности, – сказал я. – Теперь нужно осмотреть ваши раны и оказать первую помощь.

Пилот слабо кивнул, и я принялся за работу, надеясь, что мне удастся спасти этого храброго человека.

Я аккуратно осмотрел пилота, стараясь не причинять ему лишней боли. Его правое плечо было вывихнуто, а на левом боку виднелись глубокие порезы. Я вскрыл свою аптечку, и быстро наложил повязки, стараясь остановить кровотечение, и зафиксировал руку в импровизированной шине.

– Как вы себя чувствуете? – спросил я, глядя на пилота.

Он поморщился, но ответил:

– Боже, я вас еле понимаю, мне лучше, чем можно было ожидать. Спасибо, что вы меня нашли.

Я кивнул, понимая, что это было настоящее чудо, что я оказался в нужном месте в нужное время. Если бы пилот пролежал в джунглях еще хотя бы несколько часов, его шансы на выживание были бы практически нулевыми.

– Вы можете рассказать, что произошло? – спросил я, присаживаясь рядом с ним.

Пилот глубоко вздохнул и начал свой рассказ:

– Мы выполняли патрульный полет, когда неожиданно заметили вражеские самолеты. Вьетнамцы, шли на перехват, и нам пришлось вступить в бой. Мы сбили один из их истребителей, но затем меня подбили. Я катапультировался, но, похоже, получил серьезные травмы при приземлении. Хотя, никакие это не вьетнамцы, советы были, красные. У вьетнамцев нету таких асов.

Он замолчал, и я понял, что ему требуется отдых. Я осмотрел нашу временную обитель – небольшая хижина, наполовину скрытая зарослями, казалась вполне безопасным укрытием. Здесь мы могли переждать, пока пилот не восстановит силы, и решить, как действовать дальше.

– Отдыхайте, – сказал я. – Вам нужно набраться сил. Я пока осмотрюсь вокруг и постараюсь найти что-нибудь, чем можно было бы вас подкрепить.

Пилот кивнул и закрыл глаза. Я вышел из хижины и огляделся. Вокруг простирались бескрайние джунгли, но я заметил неподалеку небольшой ручей. Быстро подойдя к нему, я наполнил фляжку свежей водой и вернулся к пилоту.

Он приоткрыл глаза, когда я вошел, и с благодарностью принял воду. Я присел рядом, наблюдая, как он жадно пьет.

– Вы знаете, где мы находимся? – спросил он, вытирая губы.

Я покачал головой:

– Нет, я не знаю точно. Но, судя по всему, мы глубоко в джунглях, к западу от Хуе, мой взвод уничтожили недалёко отсюда, сейчас иду обратно в город, думаю там нам помогут.

Пилот нахмурился, но затем кивнул:

– Боже, никак не привыкну к вашему говору. Звучит как план. Что ж, будем надеяться, что нас не найдут вражеские солдаты. А пока я должен восстановить силы, чтобы мы могли продолжить путь.

Полчаса тянулись довольно медленно, но пилот постепенно восстанавливал силы. Кровотечение остановилось, хотя он все еще был в очень тяжелом состоянии. Я дал ему стимуляторы, и еще какие экстренные растворы, надеюсь ему поможет. Набор был примитивен, все таки почти середина двадцатого века, но и этого вроде было бы достаточно. Нетрудно было понять, что нам нужно как можно скорее выбраться из этих джунглей, пока вражеские солдаты не обнаружили наше убежище.

Снова закинув его на волокуши, мы отправились в путь, стараясь найти безопасный путь к ближайшему населенному пункту. Но джунгли казались бесконечными, а следы военной активности встречались все чаще. Я начинал терять надежду, что нам удастся благополучно выбраться из этого лабиринта.

***

Ноги утопали в густой, влажной траве, пробираясь сквозь непроходимые заросли, я тащил на ветках обмякшее тело раненого пилота. Его дыхание было прерывистым, а лицо покрыто испариной. Каждый шаг давался с трудом, но я не мог позволить себе остановиться. Нужно было как можно скорее добраться до ближайшего населенного пункта, где можно было бы оказать помощь.

Оглядываясь вокруг, я пытался понять, в какой же мир меня закинуло. Вместо привычных лесов и полей, меня окружали незнакомые джунгли, наполненные странными звуками. Высокие деревья с причудливыми листьями тянули свои ветви к небу, словно пытаясь достать до самых облаков. Где-то вдалеке слышалось пение неизвестных птиц, а под ногами хрустели ветки и сухие листья.

Я был не в своем мире. Это было очевидно. Вместо привычной одежды – свитера, и старых джинс на мне была незнакомая камуфляжная униформа, а на плече висело незнакомое оружие, которое никогда раньше не держал. Как я здесь оказался? Что случилось? Эти вопросы не давали мне покоя, но сейчас было не время для размышлений. Нужно было сосредоточиться на том, чтобы как можно скорее добраться до ближайшего населенного пункта.

Мы изредка переговаривались с пилотом на привалах. Он был местным, и я старался отвечать на его вопросы как можно более уклончиво, не желая раскрывать свою истинную личность. Кто знает, как он отреагирует, узнав, что я не тот, за кого себя выдаю.

Солнце уже клонилось к закату, когда мы наконец-то устроили привал. Пилот был на грани потери сознания, и я понимал, что нужно как можно скорее найти помощь. Осмотрев его рану, я понял, что она начала гноится, все таки джунгли, и без медицинской помощи он вряд ли сможет продержаться долго.

Развел небольшой костер, чтобы согреться и немного перекусить. Огонь потрескивал, отбрасывая причудливые тени на деревья вокруг. Я пытался прислушаться к окружающим звукам, но все, что я слышал, было незнакомо. Где-то вдалеке раздавались странные крики, похожие на вой диких животных, а ветки деревьев шелестели, словно нашептывая мне тайны этого загадочного мира.

Достав карту, я попытался определить, где мы находимся. Я начал смотреть на схему местности, кажется я двигался в правильном направлении. Достал компас, чтобы сверится с картой. Я вздохнул, и закрыв компас, посмотрел на надпись, на обратной стороне – «Made in Russian Australia». «Русская Австралия». Это было совершенно невероятно. Как такое могло быть? Как вообще история должна была сдвинуться, чтобы такое случилось. Посмотрел на нашивку на своем плече. Нигде не видел ничего подобного. Такой символики точно нету ни в одном подразделении Министерства Обороны Русстралийской Федерации. Похоже я попал.

Качнув головой, я отогнал эти мысли, сосредоточившись на насущных проблемах. Нужно было как можно скорее добраться до этого города Хуе, где, по словам того же пилота, должны были находиться войска Русской Австралии. Возможно, там я смогу найти ответы на свои вопросы и получить помощь для раненого.

Укрепив раненого, я снова поднялся, готовый продолжить свой путь.

***

Мы продолжали свой путь через непроходимые джунгли, с каждым шагом все глубже погружаясь в неизвестность. Раненый пилот тяжело дышал, и я понимал, что нам нужно как можно скорее найти помощь.

Время от времени мы останавливались, чтобы передохнуть и перевязать рану пилота. Его состояние ухудшалось с каждым часом, и я все больше беспокоился за его жизнь. Нужно было как можно скорее найти цивилизацию, но в этих бескрайних джунглях она казалась такой далекой и недостижимой.

Внезапно, среди деревьев, я заметил движение. Насторожившись, я крепче сжал оружие, готовый к любой опасности. Из-за густых зарослей показались силуэты незнакомых людей, одетых в камуфляжную форму, похожую на мою. Они были вооружены и, судя по всему, патрулировали эту местность.

Не зная, как они отреагируют на нашу встречу, я решил действовать осторожно. Подняв руки в знак мирных намерений, я медленно приблизился к ним, стараясь не делать резких движений. Пилот, которого я поддерживал, был в полубессознательном состоянии, и я надеялся, что незнакомцы окажут ему помощь.

***

Я стоял с приподнятыми руками, позади меня на волокушах лежал раненый летчик. Военные, одетые в форму американских морпехов 60-х годов, окружили нас. Несмотря на их чужеродный вид, я понял, что они русские.

- Представься солдат! – Со стороны морских пехотинцев раздался зычный голос.

- Рядовой Водкин, третий пехотный, - произнес я, надеясь, что они не поймут, кто я на самом деле. Этот парень, чье тело я занял, был простым солдатом, и я должен был сыграть его роль, чтобы выжить в этом странном параллельном мире.

Меня обезоружили и под дулами автоматов повели через лесную чащу к грунтовой дороге, где стояла колонна военных машин. Старший офицер бросил на ходу: "Некогда разбираться. Отправляйте его в лагерь".

Защелкнув на моих запястьях наручники, они запихнули меня в один из грузовиков. Час пути, и машина остановилась. Меня вытащили и, после короткого осмотра врача, бросили в бетонный карцер, заросший травой.

Я оглядел свое новое "жилище". Серые стены, узкое окошко под потолком, жесткая койка в углу. Это было похоже на тюрьму, но что-то подсказывало мне, что это нечто большее. Я сел на койку, пытаясь осмыслить происходящее.

Как я оказался здесь? Последнее, что я помню - это я сижу на диване, внезапная вспышка и темнота. А теперь я в параллельном мире, где русские носят форму американских морпехов. Что это за место? Где я?

Вопросы роились в моей голове, но ответов не было. Я попытался вспомнить, как очутился в теле рядового Водкина, но все было туманно. Неужели это какой-то эксперимент? Или я стал жертвой странной аномалии?

Время тянулось мучительно медленно. Я пытался уснуть, но сон не шел. Мысли метались, рождая новые догадки. Может, это все-таки розыгрыш? Или я попал в ловушку коварных инопланетян?

Наконец, дверь карцера открылась, и вошел охранник, чуть вдали, за решёткой стояло еще двое надзирателей.

- Вставай, пора на допрос, - бросил он, хватая меня за руку.

Я поднялся и послушно пошел за ним по коридору. Куда меня ведут? Что меня ждет? Вопросы, вопросы... Но ответы я должен был найти сам.

Мы вышли из здания и направились к небольшому двухэтажному строению. Охранник провел меня внутрь и втолкнул в комнату, где за столом сидел пожилой мужчина в форме.

- Садись, - коротко бросил он, указывая на стул напротив.

Я опустился на жесткое сиденье, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Что они хотят от меня узнать?

Офицер внимательно оглядел меня, словно пытаясь прочитать мысли.

- Итак, рядовой Водкин, - начал он, - расскажите, как вы оказались в нашем секторе.

Я сглотнул ком в горле и постарался говорить как можно спокойнее:

- Я не знаю, как сюда попал. Я просто... очнулся здесь, в вашем лагере. Честно, я ничего не понимаю.

Офицер нахмурился и постучал пальцами по столу.

- Вы что-то недоговариваете, рядовой. Мы перехватили вас вместе с раненым летчиком, который, кстати, сейчас находится под нашим присмотром, и тоже не может толком сказать кто вы такой. Так что давайте начистоту - кто вы такой и как сюда попали?

Я облизнул пересохшие губы, лихорадочно соображая, что ответить. На дурочка берет вояка, а пилоту-то почем знать кто я такой? Нельзя было раскрывать свою истинную личность, но и врать напрямую было опасно.

- Я... я правда не знаю, как сюда попал, - повторил я, стараясь выглядеть как можно более убедительно. - Я просто проснулся, шел-шел, и вот я в вашем лагере. Честное слово, я ничего не помню. Все мое подразделение погибло, я пришёл в себя на поле боя.

Офицер внимательно смотрел на меня, словно пытаясь уличить во лжи. Напряжение нарастало с каждой секундой.

Наконец, он тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла.

- Хорошо, рядовой Водкин. Пока мы вам верим. Но имейте в виду - мы будем следить за вами. И если вы окажетесь шпионом или диверсантом, то поплатитесь за это.

Он сделал паузу, давая мне осознать серьезность своих слов.

- Сейчас вас отведут обратно в камеру. Отдыхайте, скоро мы решим, что с вами делать.

Охранник вновь схватил меня за руку и повел обратно в карцер. Я шел, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Что ждет меня в этом странном параллельном мире? Смогу ли я когда-нибудь вернуться домой?

Вопросы продолжали терзать меня, но ответов по-прежнему не было. Я опустился на жесткую койку, пытаясь собраться с мыслями. Предстояло многое обдумать и решить, ведь от этого могла зависеть моя жизнь.

Глава 4

Никита сидел в камере, и докуривал последнюю сигарету. Он сидел на губе больше двух недель. И последняя сигарета была раскурена. Досадно.

И как назло, ни у кого сигарет не осталось. Все скуренно. Боже, чем же еще заниматься? Еда дерьмовая, бухла не дают, телевизор не посмотреть, даже книг, и гребанных комиксов нету! Скука смертная.

Внезапно раздался голос часового: ''Отошли от двери!''

Сокамерники послушно отдалились, пересаживаясь на другие скамьи, подальше от входной двери. После этого, внутрь камеры отконвоировали новенького.

Какой громила. Подумал Никита.

После ухода часовых, камера утихла, и каждый занялся своими делами. Никита ухмыльнулся, и поднявшись со скамьи, вальяжно пошел к новенькому.

Да, безусловно, новоприбывший был рослый, но держался неуверенно. Никите показалось, что он мог бы этим воспользоваться.

Подойдя к нему, и нависнув. Никита несильно поддел новенького сапогом.

- Сигареты есть? - Ожидаемо ответа непоследователо, новенький как будто не замечал его, и продолжал молча сидеть. - Глухой!? Сигареты есть!? - Уже громче добавил мужчина. - Ты, встать! Когда старшие по званию...- Никита не успел договорить. Новенький резким ударом в голову, вырубил Никиту. Его голова качнулась как волчок, и он обмякнув повалился на пол.

***

Дни в карцере тянулись бесконечно долго. Меня кормили скудной пищей, изредка выпуская на прогулку в небольшой внутренний дворик.

Сокамерники на удивление оказались приятными соседями. Сплошь дезертиры, пьяницы, и мародёры. Правда на первых парах были проблемы, но легких похлопываний по голове, вполне хватало, чтобы вопросы ко мне загадочным образом исчерпывались.

Я старался их бить тихо, не привлекая внимания. Остальным сокамерникам было все равно на наши разборки, так что все происходящее, не привлекло внимание часовых. Они ничего не замечали, и только ждали, что я совершу какую-то ошибку. Честно говоря окружающая меня обстановка, выглядела так, будто я попал в фильм, про трагические события американского вторжения на территорию Вьетнама.

Окраина военной базы.

Вокруг меня были характерные для того времени «декорации», от аутентичных солдат, в круглых касках модели «Эм-1», наверное один из самых культовых символов войны во Вьетнаме, до рок-н-ролла, который слышался за решёткой. Эти детали говорило о том, что я был в американском военном лагере, но повсеместный русский говор, вездесущие нашивки на военных, где были русские фамилии написанные на кириллице, и русский триколор висевший флагштоке с изображением созвездия южного креста – красноречиво говорили мне об обратном. Честно говоря, если на чистоту, я до сих пор был в лёгком шоке.

Часовой в шлеме.

Я пытался найти способ связаться с внешним миром, но все попытки были тщетны. Камера была надежно изолирована, а охрана бдительна. Единственное, что мне оставалось - это ждать и надеяться, что меня не объявят шпионом или диверсантом.

Сидя в камере, я узнал кое что интересное, и полезное, о моей новой стране, и новом мире в целом. Правда узнавал я об этом вскользь, предпочитая напрямую не спрашивать.

***

Наконец, спустя неделю, дверь карцера открылась, и меня повели в штаб. Он был недалеко, практически примыкая к зданию где содержали заключённых.

Я оказался в кабинете. Передо мной, за столом сидел уже знакомый мне офицер.

- Рядовой Водкин Владимир Ильич, прошу прощения. Вышла заминка, мы разобрались, и установили вашу личность, - произнес он, - вы свободны. Но имейте в виду - за вами будет установлен постоянный надзор.

Я удивленно посмотрел на него, не веря своим ушам.

Тот самый офицер разведки.

Офицер, словно прочитав мои мысли, продолжил:

- Мы провели тщательную проверку. Мы идентифицировали вашу личность, и убедились, что вы, это вы. Поэтому мы вас отпускаем. Вас зачислят в временный батальон, там вы будете ждать перераспределения.

Он сделал паузу, внимательно глядя на меня.

- Но учтите - малейшая подозрительная активность, и вы будете немедленно схвачены, и тогда вам не поздоровится, я не шучу. Ясно?

Я поспешно кивнул, не решаясь что-либо говорить. Офицер удовлетворенно хмыкнул и махнул рукой конвоирам.

- Отведите его в казарму. Пусть обживается.

Солдаты вывели меня из кабинета, и повели по коридору. Я шел, пытаясь осмыслить происходящее. Начал немного раздражаться.

Наконец, мы вышли из здания и направились к ряду одноэтажных бараков. Повсюду кипела жизнь, множество солдат шли по своим делам, повсюду разъезжали джипы, и грузовики неизвестной мне модели. У одного из грузовиков блестел логотип отражая яркие лучи солнца – «Повозка», занятное название.

Сверху пролетали вертолёты. Они были безумно похожи на американские ''Хьюи''. Из палаток раздавался типичный рок-н-ролл шестидесятых, только на русском. Мимо меня проходили уставшие, и грязные стрельцы, или если по нашему морпехи.

Характерная зеленая форма, жилетки, сетка на шлемах. Вообще атмосфера в лагере была немного хаотичной. Вот рядом проехался грузовик с боеприпасами, где-то на углу капрал кричал на солдат.

В общем обычная лагерная жизнь. Чуть вдали копали траншеи, и возводили долговременные огневые точки. У кромки леса бойцы ставили мины, из лесной же чаши доносился звук работы бензопил. На возвышенности устанавливали установки ПВО, и копали блиндажы, и сеть окопов.

Кажется я сильно отвлёкся, поэтому часовой толкнул меня в одну из казарм. Я огляделся. Небольшое помещение с двухъярусными кроватями, грубая мебель и несколько человек, сидящих на койках. Все они с любопытством уставились на меня.

- Ванюк! - После крика надзирателя, к нам вышел немного раздолбайской наружности солдат. - Это новенький, - бросил охранник. - Представься.

- Рядовой Водкин Владимир Ильич, третий пехотный полк. - Сказав это я чуть молодцевато вытянулся, по првычки. Причем я не знал точно моего ли создания, или нового тела.

- Сержант принимай. И помягче с ним, у паренька лёгкая контузия, проблемы с памятью. - Посмотрев на меня, один из часовых показал на моего временного командира. - Это сержант Ванюков. Он тебе все тут покажет.

Сказав это, часовые вышли, оставив меня наедине с незнакомцами.

Сержант усмехнулся:

- Ну здравствуй друг. У тебя чио правда проблемы с памятью?

Я покачал головой:

- Немного. После того как моя колонну разбомбили, у все как в тумане.

Парень задумчиво почесал затылок.

- Ну, тогда тебе повезло.

Он помолчал немного, а потом добавил:

- Меня Сергеем зовут, кстати.

Я протянул ему руку:

- Приятно познакомиться, Сергей. Владимир.

Сергей пожал мою ладонь и улыбнулся.

- Добро пожаловать в наш дружный временный коллектив, рядовой. Надеюсь, ты быстро освоишься.

Я кивнул, чувствуя, как понемногу напряжение отпускает меня. Может, здесь, в этом странном мире, я и найду себе союзников?

Однако расслабляться было рано. Будет действовать по ситуации.

- Ну что Владимир, не хочешь в картишки перекинутся? - Сергей махнул рукой. Рядом с ним сидели морпехи, и перекидывались в карты.

- Хм, ну можно. - Я решил почему бы и нет. Еще с польской пристрастился к этому делу, когда в тридцать четвёртом году наши войска под Гданьском стояли, и держали осаду. Эх, хорошее было время. Даже дроны, и роботы камикадзе не сильно портят воспоминания.

Закончили мы примерно к вечеру. Сказать что я всех обыграл, ничего не сказать. Правильно говорят, талант не пропьёшь. Я этих бедолаг полностью обчистил, зато денежкой местной обзавёлся.

Лежа на кровати, я разглядывал зелёную купюру, на ней кажется был изображён великий водораздельный риф, и первый президент независимой Русстралии Игорь Сикорский. Опа. А вот и первое удивительное совпадение.

Это же этот, теоретик полёта, и известный конструктор. Надо же, в нашей реальности он был инженером, а тут целый президент. Любопытно.

- А ты хорош, для контуженного. - Рядом появился этот парень, Сергей.

- Повезло просто. - Отложив деньги в карман, я устроился поудобнее.

***

Ночью, когда все в казарме уснули, я проснулся из-за какого-то шума. Сон у меня был чуткий, наверное более четкий чем в обычных людей, новое тело тоже унаследовало эту мою особенность.

Протерев глаза, и тихо встал, и подкрался к окну.

Оно было зарешечено, но, присмотревшись, я чётко слышал, что из-за окна доносится шум, что-то не методичное, без какого-то порядка. Это было подозрительно, в темноте что-то шепталось.

Я осторожно потянул замок на решётке, стараясь не шуметь. К моему удивлению, замок поддался, и решётка тихим скрипом отошла в сторону. Я посмотрел на свои руки, в них была недюжая сила, не помню, чтобы мое старое было настолько мощным. Я выглянул наружу - темнота, никого. Похоже, охрана расслабилась.

Не теряя ни секунды, я перебрался через подоконник и спрыгнул на землю. Быстро осмотревшись, я заметил неподалеку какое-то строение. Я уверен тут кто-то был, я слышал что-то.

Пропустив патрульную машину, и быстро проскочил к зданию.

Я осторожно пробрался к зданию, стараясь держаться в тени. Дверь оказалась незапертой, и я бесшумно проскользнул внутрь. Оказавшись в коридоре, я понял, что это склад или ангар. Вдалеке виднелся свет - должно быть, выход.

Стараясь не шуметь, я двинулся в том направлении. Вот и дверь, ведущая наружу. Я потянул ее на себя и... замер, услышав позади голос:

- Эй, ты куда собрался?

Я медленно обернулся и увидел солдата, направляющего на меня автомат.

- Руки за голову! - рявкнул он.

Я подчинился. Но лишь для того чтобы в нужный момент вырубить засранца. Резко повернувшись, я со всего маху двинул ему прямо по подбородку. Один хрен я бы не смог ему ничего объяснить.

Часовой обмяк, и свалился без чувств. Я еле успел перехватить его тело, чтобы звук падения не привлёк лишнего внимания.

Внезапно электричество в лагере потухло, яркий свет прожекторов погас, стало темно, но я краем глаза заметил непонятное телодвижение сбоку. Кто-то копошился около забора с колючей проволокой.

Я цыкнул, и подняв автомат караульного, начал красться. Желая проверить, что же там делается.

Пригнувшись у стены одного из бараков, я всмотрелся, пытаясь различить хоть что-то в темноте. Благо, глаза привыкшие к темноте, позволяли это сделать.

Чужаки! Их было около дюжины. Стрелки на вышках не реагировали. Хотя нет, один из них ''отдыхал'', перевалившись за стену, в свете луны, я видел как по деревянному борту сползает один из лазутчиков. Уверен второй дозорный тоже мёртв.

На рефлексах, я снял автомат с предохранителя, придётся действовать, иначе я тоже труп, очевидно что это нападение. Я прицельно пустил очередь по людям, снеся половину диверсантов. Остальные залегли, и тоже начали стрелять в ответ.

Естественно стрельба в черте лагеря всех разбудила. Для надёжности, я срывая горло несколько раз крикнул: ''Нападение! Нападение! Тревога!''

По лагерю через несколько секунд пронеслась сирена.

Меньше чем за минуту в лагере начали греметь автоматные, и пулемётные очереди. Я тоже, все это время, не забывал огрызаться, короткими очередями.

***

Ветер завывал в ветвях деревьев, словно предвещая беду. Тени метались по периметру, и лишь тусклый свет костров, и луны освещали окружающий меня пейзаж. Я прижался к стене казармы, вжимаясь в холодный бетон, и сжимал в руках автомат, готовый в любой момент снова открыть огонь. Сердце бешено колотилось, адреналин пульсировал в висках, заглушая все остальные звуки.

Из темноты снова выскочили темные силуэты, и я, не раздумывая, открыл по ним огонь. Автоматные очереди прорезали ночную тишину, и некоторые лазутчики, сраженные меткими выстрелами, рухнули на землю. Их товарищи, не теряя времени, тут же ответили градом пуль, и я, пригнувшись, продолжил вести ответный огонь вслепую.

Тем временем весь лагерь пришел в движение – повсюду слышались крики, топот ног и звуки выстрелов. Караульные, и бойцы, сонные и дезориентированные, спешили занять оборонительные позиции, отвечая на атаку противника. Где-то вдалеке разрывались гранаты, и мины, заставляя невольно вздрагивать от каждого взрыва.

Я стиснул зубы от досады, теперь я точно никуда не уйду, пора сосредоточиться на том, что происходит передо мной. Вражеские лазутчики, пригнувшись, бежали к ограждению лагеря, явно пытаясь прорваться. Я посылал в их сторону короткие, прицельные очереди, видя, как один за другим они падают, сраженные меткими выстрелами.

Но враг был настойчив и упорен. Новые силуэты появлялись из темноты, кажется их было очень много. В темноте было трудно разглядеть.

Я бросил взгляд на своих сослуживцев, вернее сослуживцев этого тела, пытаясь оценить ситуацию. Кто-то лежал на земле, раненый или убитый, кто-то отчаянно отстреливался, пытаясь зацепить хоть кого-то в темноте.

Внезапно в отдалении раздался оглушительный взрыв, и я понял, что именно делали те парни, которых я подстрелил в самом начале. Судя по всему они заминировали оружейный склад. Хорошо подготовились гады, интересно, что же еще они придумали?

Я сжал автомат крепче и, перебежками, двинулся в сторону складов, стараясь держаться в тени и избегать вражеского огня. Добравшись до места, я занял позицию за одним из ящиков и, прицелившись, начал методично расстреливать позиции за периметром.

Но было слишком темно, было непонятно задел ли я хоть кого-то, к тому же, боеприпасы подходили к концу. Патроны заканчивались, а подкрепления все не было. Я начал нервничать, а это плохо, для моих врагов. Вздохнув, я пустил длинную очередь по периметру. Попал! Краем глаза, я увидел как две фигуры упало, задетые пулями.

Внезапно в небе вспыхнули прожекторы, ярко освещая территорию лагеря. Я зажмурился от яркого света, но тут же увидел, что подкрепление наконец-то прибыло. Вертолеты с десантом зависли над лагерем, и вскоре ожесточенная перестрелка возобновилась с новой силой.

Я воодушевленный этим продолжил отстреливать врага. Вражеские лазутчики, застигнутые врасплох, пытались укрыться, но мы, поддержанные авиацией, теснили их все дальше и дальше.

Постепенно бой стих, и в лагере воцарилась тишина, нарушаемая лишь стонами раненых и приглушенными голосами. Я, тяжело дыша, осмотрелся вокруг, нам удалось отбить атаку.

Я опустился на землю, чувствуя, как дрожат руки. Адреналин постепенно отступал, уступая место усталости.

Глядя на темные силуэты лежащие на земле, я облегчённо вздохнул, дико захотелось курить. Сжал кулаки, какой же странный день, как вообще все странно.

***

Рассвет медленно окрашивал небо в нежные оттенки розового и оранжевого. Я сидел на земле, прислонившись к стене казармы, и устало смотрел на разрушения, оставленные ночной атакой. Повсюду виднелись следы боя – разбитая техника, воронки от взрывов, изрешеченные пулями стены.

Наши бойцы, измученные и подавленные, собирались вокруг, пытаясь оценить ущерб и понять, что делать дальше. Кто-то перевязывал раненых, кто-то пытался восстановить линии связи, а кто-то просто сидел, уставившись в пустоту. Большая часть мельтешила по лагерю, сверху летели вертолёты, а в лагерь заезжала новая техника. Надо мной пролетело пара штурмовиков.

Я сидел так уже почти пять минут, пытаясь просто отрешиться от этого чужого мира. Пока один из вояк не растормошил меня, и не начал собирать около какого-то капитана.

– Ситуация плачевная, – произнес он, не отрывая взгляда от карты. – Противник нанес серьезный урон нашей базе. Многие из наших товарищей погибли или ранены. Северные ублюдки все сильнее ударяют по нам, провоцируют на ответное вторжение.

Я молчал, внутренне соглашаясь с очевидным. Ночная атака застала нас врасплох, и мы не смогли оказать достойного сопротивления.

– Мне нужно отправить разведку в джунгли, – продолжил командир. – Нам нужно выяснить, куда отступил противник и какие у него дальнейшие планы. Сейчас готовится ударный кулак. Самолёты разведчики зафиксировали предполагаемые координаты, вам надо проверить информацию. Если мы вдарим авиацией, и пехотой не туда, ублюдки снова передислоцируются. Добровольцы будут? Парни, я серьёзно, у федералов нету свободных спецгрупп. Дело ерундовое, на полдня.

Вскоре разведчики отправились в джунгли, а мы принялись за восстановление базы. Бойцы, несмотря на усталость, работали слаженно и быстро, восстанавливая поврежденные укрепления и ремонтируя технику.

Я помогал, как мог, стараясь не отставать от остальных. Каждый удар молотка по металлу, каждое движение лопаты по земле помогали мне справиться с нахлынувшими эмоциями.

Наконец, к обеду, основные работы были завершены. Бойцы, собрались вокруг импровизированной столовой, чтобы перекусить. Я присоединился к ним, чувствуя, как голод дает о себе знать.

Пока мы ели, вернулись разведчики. Их лица были серьезны, и я понял, что они принесли плохие новости.

– Противник отступил глубоко в джунгли, – доложил командир. – Мы потеряли их следы.

***

Время тянулось медленно, подкрепления уже давно прибыли, мы продолжили укреплять нашу оборону, готовясь к очередному нападению, это было неизбежно. Каждый дурак понимал, что это лишь затишье перед бурей, и что рано или поздно вражеская атака возобновится. Тем временем в город продолжали прибывать подкрепления, и собираться в ударные кулаки, готовилось ответное наступление. Скорее всего оно плохо закончиться, потому что если я, просто рядовой знал об этом, то разведка вьетнамцев и подавно знает, и готовится.

Я стоял рядом с вышкой и отдыхая от тяжёлой работы, ел нежирную похлёбку, всматриваясь в непроницаемую зелень джунглей. Где-то там, в глубине этого зеленого моря, скрывались вьетнамцы. Я сжимал в руках тарелку и ложку, я почти влился в местный коллектив. Из-за нападения, в полке образовался сильный кадровый голод, поэтому меня зачислили, сняв с временного батальона. Остальные парни, числившиеся в батальоне, тоже были зачислены в полк.

Внезапно вдали показались клубы пыли – это приближалась колонна с подкреплением, и боеприпасами. Слава Богу все было нормально, и все дни после атаки, обстановка была спокойной.

Впрочем, как выяснилось потом, это был отвлекающий манёвр вьетнамской армии, одновременно, основной удар был по Данангу, там как раз был один из региональных офисов Службы Специальных Операций и прочих служб, поэтому тогда, для разведки, наш полк выделил бойцов из своих.

Стрельцы, услышав рев моторов, высыпали из укрытий, приветствуя прибывших. Заместитель лично встречал каждый грузовик, отдавая распоряжения. Вскоре новобранцы были распределены по подразделениям, и началась интенсивная подготовка к предстоящему бою.

Я наблюдал за этой суетой.

***

Ночь опустилась на лагерь, я только встал на пост, и поудобнее устроился на своей позиции на вышке. Тишина казалась гнетущей, и я невольно вздрагивал от каждого шороха. Где-то вдали слышались канонада взрывов, но в целом лагерь был спокоен.

- Не нравится мне это. - Я тихо прошипел про себя, но второй боец, услышал мой шепот.

- В каком смысле? - Он посмотрел на меня, немного нервно сжав губы.

- Птиц почти не слышно, природа как будто замолкла. Осветить бы периметр, фонари не помогают, а прожекторы все уничтожены.

- Ясно. Сейчас будет тебе свет. Косточка, это шкурка, осветите позиции на западе. Нужно осмотреть периметр. - Из рации чуть погодя раздалось шипящее ''вас понял''.

Внезапно в темноте мелькнул силуэт, и я, не раздумывая, открыл огонь. Автоматная очередь прорезала ночную тишину, и вскоре весь лагерь пришел в движение. Бойцы, спешили занять оборонительные позиции, готовясь к отражению атаки.

По лагерю ударили

По нам ударили миномёты, я матерясь быстро спустился с вышки. Прижавшись к стене барака, я всматривался в темноту, пытаясь разглядеть противника. Внезапно из джунглей хлынул поток темных силуэтов. Твою мать, опять!?

Повсюду раздавались выстрелы, взрывы гранат и крики раненых. Я, сжав зубы, палил в сторону врага, стараясь не допустить прорыва к нашим позициям.

Бой был жестоким и беспощадным. Противник, воодушевленный своим первым успехом, яростно атаковал, стремясь сломить наше сопротивление.

Через полчаса прибыли звенья боевых вертолетов. Ударив по ним ракетами, и крупнокалиберными пулемётами.

Я хотел было облегчено вздохнуть, как вдруг по позициям начали бить миномёты. Я не успел ничего предпринять, как рядом со мной взорвалась мина.

Меня откинуло взрывной волной, дальше темнота.

Глава 5

Помехи на экране, треск и шипение. Лицо президента Александра Волкова появляется на черно-белом телевизионном экране, его взгляд серьезен и сосредоточен.

"Граждане Русской Австралии! Сегодня я вынужден обратиться к вам с тяжелым известием. Несколько часов назад наши военные базы в Южном Вьетнаме подверглись массированному нападению со стороны прокоммунистических сил. Эти силы, при поддержке северовьетнамского режима, предприняли попытку свергнуть законное демократическое правительство Республики Вьетнам.

На протяжении последних месяцев мы наблюдали провокации со стороны северовьетнамских войск в районе 17-й параллели. Несмотря на наши призывы к миру и переговорам, враг отверг все попытки дипломатического урегулирования конфликта. Теперь они перешли к открытой агрессии, бросив вызов не только Республике Вьетнам, но и всему свободному миру.

Как президент Русской Австралии, я не могу оставаться в стороне, пока наши миротворческие силы, выполняющие свой долг по защите демократии, подвергаются нападению. Поэтому я принял решение о начале специальной полицейской операции на территории Республики Вьетнам. Цель этой операции - оказать помощь дружественному демократическому режиму, отбить нападение прокоммунистических сил и восстановить мир и стабильность в регионе.

Я обращаюсь ко всем гражданам Русской Австралии с призывом проявить единство и поддержать наши вооруженные силы в этот ответственный момент. Мы должны дать решительный отпор агрессору и защитить демократические ценности, за которые мы боролись на протяжении многих лет.

Наша страна всегда стояла на страже свободы и справедливости. Сейчас, как никогда, нам необходимо проявить твердость, мужество и решимость. Мы не можем допустить, чтобы прокоммунистические силы, при поддержке северовьетнамского режима, одержали победу. Это будет угрозой не только для Республики Вьетнам, но и для всего свободного мира.

Поэтому я призываю всех граждан Русской Австралии сплотиться вокруг нашего правительства, поддержать наши вооруженные силы и внести свой вклад в защиту демократии и мира во Вьетнаме. Только вместе мы сможем одержать победу над врагом и обеспечить безопасность нашей страны и всего свободного мира.

Да хранит нас Бог! Боже благослови Русстралию"

Помехи на экране усиливаются, и изображение президента Волкова исчезает, оставляя зрителей наедине с тревожными мыслями о предстоящих событиях.

***

Новостные сводки и аналитические программы на телевидении и радио Русской Австралии наполнены обсуждением речи президента Волкова. Комментаторы и эксперты пытаются осмыслить значение его слов и предстоящих событий.

"Это беспрецедентный шаг со стороны нашего президента, - говорит политический обозреватель Андрей Соколов. - Впервые за очень долгое время, мы направляем свои вооруженные силы за пределы страны для участия в военном конфликте. Это свидетельствует о серьезности ситуации и решимости правительства защитить демократические ценности во Вьетнаме."

Другие эксперты высказывают опасения относительно возможных последствий этой операции. "Мы вступаем в опасную игру, - предупреждает военный аналитик Игорь Петров. - Северовьетнамские войска хорошо вооружены и обучены, и они не остановятся ни перед чем, чтобы удержать свои позиции. Это может перерасти в затяжной конфликт, который потребует значительных ресурсов и человеческих жертв с нашей стороны."

Общественное мнение разделилось. Многие граждане Русской Австралии выражают поддержку решению президента, считая его необходимым для защиты демократии и безопасности страны. Однако есть и те, кто выступает против вмешательства в дела другого государства, опасаясь эскалации конфликта.

В парламенте Русской Австралии также идут ожесточенные дебаты. Оппозиционные партии критикуют президента за "авантюризм" и "втягивание страны в чужую войну", в то время как правящая партия и ее союзники призывают к единству и поддержке вооруженных сил.

Напряжение нарастает, и все ждут дальнейшего развития событий. Ясно одно - Русская Австралия вступает в новую эру, где ее роль на международной арене становится все более значимой и ответственной.

Отрывок статьи, взято из газеты «Новотульский вестник».

***

Правда: Агрессия Русской Австралии против Социалистического Вьетнама

Москва.

Сегодня газета "Правда" опубликовала резкое осуждение действий Русской Австралии, которая в последние дни развязала агрессию против Социалистической Республики Вьетнам. Этот вопиющий акт империалистической экспансии стал очередным свидетельством того, что правящие круги Русской Австралии, ведомые своими алчными интересами, не останавливаются ни перед чем в своем стремлении подчинить себе другие государства и народы.

Как сообщают наши источники, вооруженные силы Русской Австралии в начале этой недели перешли границу Вьетнама и начали масштабное наступление на позиции вьетнамских войск. Под предлогом "защиты своих национальных интересов" русстралийские генералы бросили в бой танковые соединения, авиацию и морские десанты, пытаясь быстро сломить сопротивление героических защитников социалистического государства.

Однако, вопреки расчетам недобитой белогвардейской военщины, вьетнамские солдаты и командиры, вдохновленные идеями марксизма-ленинизма и непоколебимой верой в правоту своего дела, оказали ожесточенное сопротивление захватчикам. В ожесточенных боях на суше, в воздухе и на море части Народной армии Вьетнама нанесли серьезные потери вторгшимся русстралийским войскам, заставив их отступить на исходные рубежи.

Более того, контрнаступление вьетнамских сил привело к тому, что им удалось отбить ряд стратегически важных районов, захваченных было противником. Это свидетельствует о высоком боевом духе, мастерстве и решимости вьетнамских защитников, готовых любой ценой отстоять независимость и целостность своей социалистической Родины.

Газета "Правда" решительно осуждает этот акт агрессии со стороны Русской Австралии и требует немедленного вывода ее войск с территории Вьетнама. Мы призываем международное сообщество дать жесткую оценку этим противоправным действиям и принять все необходимые меры для прекращения военных действий и восстановления мира в регионе.

Социалистический Вьетнам не стоит одинокий в этой борьбе. Советский Союз, как оплот мирового социализма, решительно поддерживает своего верного союзника и готов при необходимости оказать ему всю необходимую политическую, экономическую и военную помощь. Мы уверены, что героические вьетнамские войска, вдохновленные интернациональной солидарностью трудящихся всего мира, сумеют дать достойный отпор агрессору и отстоять свободу и независимость своей социалистической Родины.

Русская Австралия должна немедленно прекратить свою авантюру и вывести войска с территории Вьетнама. В противном случае она столкнется с решительным осуждением мирового сообщества и неизбежными последствиями своих противоправных действий. Социалистический Вьетнам не отступит и не сложит оружия, пока последний русстралийский солдат не покинет его священную землю! И пока сапоги иностранных солдат, не перестанут топтать суверенные земли Вьетнама.

Наша газета будет и впредь внимательно следить за развитием событий в этом регионе и оперативно информировать читателей обо всех новых фактах агрессии со стороны Русской Австралии. Мы уверены, что правда и справедливость в конечном итоге восторжествуют, а героические вьетнамские войска при поддержке Советского Союза и всех прогрессивных сил одержат победу над империалистическими захватчиками.

Да здравствует непоколебимая дружба и боевое содружество Советского Союза и Социалистической Республики Вьетнам! Долой агрессоров и оккупантов! Да здравствует победа социализма над капитализмом!

***

Газета "Московский Комсомолец": Осуждение агрессии Русской Австралии против Северного Вьетнама

Москва.

Сегодня в Кремле состоялось экстренное заседание Политбюро ЦК КПСС, на котором все члены решительно осудили агрессивные действия Русской Австралии в отношении Социалистической Республики Вьетнам. Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев выступил с резкой критикой вторжения войск Русской Австралии на территорию братской социалистической страны.

"Мы с глубокой тревогой следили за развитием событий на Индокитайском полуострове, - заявил Леонид Ильич. - Действия правящих кругов Русской Австралии, которые под надуманными предлогами ввели свои войска на территорию Социалистической Республики Вьетнам, являются грубым нарушением норм международного права и посягательством на суверенитет и независимость братского вьетнамского народа. Это акт агрессии, который мы решительно осуждаем и не можем оставить без ответа".

Генеральный секретарь подчеркнул, что Советский Союз, как оплот мирового социализма, не может остаться в стороне и будет вынужден принять меры для защиты Вьетнама от империалистической агрессии. "Мы сделаем все, чтобы оказать необходимую политическую, экономическую и военную помощь Социалистической Республике Вьетнам в этот трудный час. Русская Австралия должна немедленно вывести свои войска с территории Вьетнама и прекратить любые враждебные действия против этой братской социалистической страны".

Брежнев выразил глубокое сожаление по поводу того, что русский народ Австралии стал заложником решений своих правящих кругов, находящихся под влиянием империалистических сил. "Мы понимаем, что простые русстралийцы, так же как и вьетнамцы, не хотят войны, а желают жить в мире и спокойствии. Но агрессивные действия правящей верхушки Русской Австралии, находящейся в плену у буржуазных интересов, ввергают наши народы в пучину кровопролитного конфликта".

Генеральный секретарь заверил, что Советский Союз будет всемерно поддерживать героический вьетнамский народ в его борьбе против империалистической агрессии. "Мы призываем все прогрессивные силы мира, все страны социалистического содружества, встать на защиту Вьетнама и оказать ему всестороннюю помощь в этот ответственный момент. Только сплоченные действия мирового социалистического лагеря смогут остановить агрессора и защитить завоевания социализма в Индокитае".

В заключение Леонид Ильич Брежнев заявил, что Советский Союз готов к любым решительным мерам, включая применение военной силы, для защиты Социалистической Республики Вьетнам от империалистической агрессии Русской Австралии. "Мы не допустим, чтобы братский вьетнамский народ был повержен в результате вероломного нападения империалистических сил. Социалистическое содружество сплотится, как один кулак, чтобы дать достойный отпор агрессору и защитить завоевания социализма".

Выступление Генерального секретаря ЦК КПСС было встречено бурными аплодисментами собравшихся. Политбюро единогласно поддержало решительные меры по оказанию всесторонней помощи Социалистической Республике Вьетнам в ее борьбе против империалистической агрессии Русской Австралии.

Представители советских средств массовой информации, присутствовавшие на заседании, незамедлительно передали эти важные заявления в редакции центральных газет и телевизионных каналов. Уже в вечерних выпусках новостей и завтрашних газетах будет подробно освещена позиция Советского Союза по данному вопросу.

Следует отметить, что реакция мирового сообщества на действия Русской Австралии также была крайне негативной. Генеральный секретарь ООН Курт Вальдхайм выступил с резким осуждением вторжения в суверенное государство и призвал Русскую Австралию немедленно вывести свои войска с территории Вьетнама. Многие страны социалистического лагеря, а также государства Движения неприсоединения, выразили готовность оказать всемерную поддержку Вьетнаму в его борьбе против империалистической агрессии.

Таким образом, Русская Австралия оказалась в полной международной изоляции, став объектом осуждения со стороны прогрессивных сил всего мира. Советский Союз, как оплот мирового социализма, твердо встал на защиту братского вьетнамского народа и готов принять все необходимые меры для пресечения агрессивных действий Русской Австралии. Впереди нас ждут серьезные испытания, но мы уверены, что сплоченность социалистического содружества и решимость защитить завоевания социализма позволят одержать победу над империалистической агрессией.

***

Газета «Таймс».

«Русская Австралия: Неизбежный Конфликт»

Мир, погруженный в хаос геополитических противоречий, стал свидетелем еще одного конфликта, который грозит перерасти в полномасштабную войну. На этот раз в центре событий оказалась Русская Австралия - могучая капиталистическая демократия, долгие годы сохранявшая нейтралитет, но вынужденная вмешаться в ситуацию, когда ее жизненно важные интересы оказались под угрозой.

Русская Австралия, третья по величине экономика в мире после Советского Союза и Соединенных Штатов, всегда стремилась держаться в стороне от глобальных конфликтов, сосредоточившись на внутреннем развитии и укреплении своих позиций на региональной арене. Однако, как показывают последние события, даже такая могущественная держава не может оставаться в стороне, когда ее безопасность и суверенитет подвергаются серьезной опасности.

Все началось с постепенного усиления влияния социалистических стран в регионе Тихого океана. Долгие годы Русская Австралия наблюдала, как ее соседи по Азиатско-Тихоокеанскому региону, такие как Китай, Коммунистический Вьетнам и Северная Корея, укрепляли свои позиции, расширяя сферу своего влияния. Эти страны, объединенные общей идеологической платформой, стремились ограничить экономическое и политическое присутствие Русской Австралии в регионе, рассматривая ее как потенциальную угрозу своим интересам.

Ситуация обострилась, когда социалистические государства начали оказывать давление на Русскую Австралию, требуя пересмотра торговых соглашений и уступок в сфере геополитического влияния. Южная долина, осознавая, что уступки могут привести к дальнейшей эрозии ее позиций, твердо отвергла эти требования, заявив о готовности защищать свои национальные интересы любыми доступными средствами.

Последней каплей стало вмешательство социалистических стран во внутренние дела Русской Австралии. Под предлогом "защиты демократии" они начали оказывать поддержку оппозиционным силам, стремившимся к свержению легитимного правительства в Южной Долине. Это было воспринято властями Австралии как прямая угроза ее суверенитету и национальной безопасности.

Русская Австралия, долгое время сохранявшая сдержанность и стремившаяся к мирному урегулированию конфликта, была вынуждена прибегнуть к решительным действиям. Ее вооруженные силы, оснащенные по последнему слову техники, были приведены в полную боевую готовность, а дипломатические усилия были направлены на формирование широкой коалиции государств, готовых поддержать Русскую Австралию в ее противостоянии с социалистическими странами.

Следует отметить, что Русская Австралия не стремилась к войне и всеми силами пыталась избежать эскалации конфликта. Однако, когда все попытки мирного урегулирования были исчерпаны, а безопасность страны оказалась под угрозой, Южная Долина была вынуждена прибегнуть к военной силе, чтобы защитить свои жизненно важные интересы.

Сегодня мир с тревогой наблюдает за развитием событий в этом регионе. Противостояние между Русской Австралией и социалистическими странами грозит перерасти в полномасштабную войну, последствия которой могут быть катастрофическими для всего мирового сообщества. Однако Русская Австралия, твердо убежденная в правоте своего дела, готова отстаивать свою позицию до конца, невзирая на давление и осуждение со стороны своих идеологических противников.

Эксперты сходятся во мнении, что данный конфликт был неизбежен. Годы накопления противоречий, борьба за влияние в регионе и стремление социалистических стран ограничить экономическое и политическое могущество Русской Австралии привели к тому, что столкновение стало практически неизбежным. Южная Долина, осознавая всю серьезность ситуации, предприняла решительные шаги, чтобы защитить свои национальные интересы и суверенитет.

Несмотря на осуждение со стороны социалистических государств, Русская Австралия пользуется поддержкой многих стран, разделяющих ее приверженность демократическим ценностям и рыночной экономике. Эти государства, обеспокоенные растущим влиянием социалистических режимов в регионе, готовы оказать Южной Долине политическую, экономическую и, при необходимости, военную помощь.

Очевидно, что данный конфликт имеет далеко идущие последствия не только для Русской Австралии, но и для всего мирового порядка. Исход этого противостояния может определить баланс сил на международной арене на долгие годы вперед. Именно поэтому так важно, чтобы мировое сообщество внимательно следило за развитием событий и оказывало поддержку Русской Австралии в ее стремлении защитить свои законные права и интересы.

***

Белый Дом, Вашингтон, округ Колумбия, 1965 год.

Напряжение висело в воздухе Овального кабинета, когда Пресс-секретарь Белого Дома, Джон Маккарти, занял свое место за трибуной. Его лицо было серьезным, но глаза излучали решимость - он знал, что предстоящая пресс-конференция будет непростой. Сегодня ему предстояло ответить на вопросы, касающиеся начала военной операции Русской Австралии против Северного Вьетнама.

Маккарти прочистил горло и обвел взглядом собравшихся журналистов. Их глаза были полны ожидания, жаждущие получить ответы на волнующие их вопросы. Он поднял руку, призывая к тишине, и начал свое выступление.

"Дамы и господа, благодарю вас всех за то, что вы собрались здесь сегодня. Как вы знаете, недавно Русская Австралия начала военную операцию против Северного Вьетнама. Это решение было принято в ответ на вторжение северян на территорию Южного Вьетнама."

Маккарти сделал паузу, позволяя его словам повиснуть в воздухе. Он знал, что это заявление вызовет бурную реакцию в зале.

"Администрация Президента Джонсона полностью поддерживает действия Русской Австралии. Мы считаем, что это необходимый шаг для защиты демократии и свободы в Юго-Восточной Азии. Северный Вьетнам, при поддержке Советского Союза, пытается навязать свою коммунистическую идеологию всему региону, и мы не можем допустить этого".

Журналисты зашумели, поднимая руки и выкрикивая вопросы. Маккарти поднял ладонь, призывая к тишине.

"Я понимаю ваше волнение, но прошу дать мне возможность ответить на ваши вопросы по порядку. Да, господин Смит?"

Репортер из "Нью-Йорк Таймс" встал со своего места, его глаза сверкали от любопытства.

"Господин Пресс-секретарь, как вы можете оправдать вмешательство Русской Австралии во внутренние дела Вьетнама? Разве это не нарушение суверенитета этой страны?"

Маккарти кивнул, ожидая этого вопроса.

"Вы поднимаете важный вопрос, мистер Смит. Однако мы считаем, что Северный Вьетнам первым нарушил суверенитет Южного Вьетнама, вторгнувшись на его территорию. Русская Австралия действует в качестве защитника демократии и свободы в регионе, поддерживая законное правительство Южного Вьетнама против агрессии коммунистического Севера".

Журналисты снова зашумели, задавая вопросы один за другим. Маккарти терпеливо отвечал на каждый, стараясь сохранять спокойствие и уверенность в своих словах.

"Господин Пресс-секретарь, а что вы скажете о роли Советского Союза в этом конфликте? Многие считают, что именно Москва стоит за действиями Северного Вьетнама".

Маккарти кивнул, ожидая этого вопроса.

"Вы абсолютно правы. Мы твердо убеждены, что Советский Союз является главным вдохновителем и спонсором агрессии Северного Вьетнама. Москва пытается расширить свое влияние в Юго-Восточной Азии, используя Вьетнам как плацдарм. Мы призываем весь свободный мир осудить эту советскую интервенцию и поддержать наших союзников в Русской Австралии и Южном Вьетнаме".

Журналисты снова зашумели, задавая все новые и новые вопросы. Маккарти терпеливо отвечал, стараясь донести до них позицию администрации Президента Джонсона.

Пресс-конференция продолжалась более часа, и к концу у Маккарти уже болело горло от непрерывных ответов. Но он знал, что это важно - убедить общественность в правоте действий Соединенных Штатов и их союзников. Ставки были слишком высоки, чтобы отступить.

Наконец, последний вопрос был задан, и Маккарти поблагодарил журналистов за их интерес. Он понимал, что эта пресс-конференция - лишь начало долгой и непростой битвы за умы и сердца американцев. Но он был готов к этому вызову, зная, что на кону стоит будущее свободного мира.

Выйдя из Овального кабинета, Маккарти вздохнул с облегчением. Предстояло еще многое сделать, но он был уверен, что администрация Президента Джонсона найдет способ убедить американский народ в необходимости поддержки Русской Австралии в ее борьбе против коммунистической агрессии. Ведь на кону стояла не только судьба Вьетнама, но и весь баланс сил в Тихоокеанском регионе. А отсюда уже вытекал весь баланс противостояния в холодной войне.

Это был неплохой повод, чтобы перетянуть рустралийцев на свою сторону.

Глава 6

Ветер трепал волосы Светланы, когда она стояла на безопасной части взлетной полосы международного аэропорта Южной Долины. Вокруг нее суетилась съемочная команда, готовясь к прямому репортажу. Сердце Светы бешено стучало - она была здесь, чтобы освещать прилет первого грузового самолета с ранеными солдатами, возвращающимися с войны во Вьетнаме.

Международный аэропорт имени Николая Николаевича Миклухи-Маклая, первого избранного губернатора Русстралии.

Совсем недавно этот далекий конфликт в Индокитае разгорелся с новой силой. Русская Австралия, верная своим союзническим обязательствам, не могла остаться в стороне и была вынуждена вмешаться, отправив своих лучших бойцов на помощь демократическому Южному Вьетнаму, сражающемуся против коммунистического Севера. И вот теперь первые из них возвращались домой, израненные, но живые.

Девушка сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить нервы. Она считала себя хорошим репортером, но освещение такого важного события все равно вызывало у нее трепет. Ведь за каждым из этих солдат стояла своя история - история мужества, отваги, потерь и надежды.

Наконец, показался силуэт приближающегося самолета, громадный транспортник шумел своими двигателями. Солдаты, врачи, и прочий персонал зашевелился. Света подняла микрофон и кивнула оператору, давая сигнал к началу прямого эфира. Ее голос звучал уверенно и проникновенно, когда она начала свой репортаж:

- Добрый вечер, дорогие зрители, с вами я Светлана Корлини! И сейчас я нахожусь у взлетной полосы столичного аэропорта, в ожидании первого транспортного самолета, который доставит на родину наших солдат, возвращающихся с войны во Вьетнаме. Этот конфликт в Индокитае вынудил нашу страну вмешаться, чтобы поддержать демократический Юг в его борьбе против коммунистического Севера. И вот теперь первые из наших отважных бойцов, сражавшихся за свободу и независимость, возвращаются домой...

Света замолчала, когда самолет коснулся взлетно-посадочной полосы. Громада корпуса, летающего аппарата, заслонила собой противоположный пейзаж. В какой-то момент самолёт замер, и двигатели перестали так громко гудеть.

Она наблюдала, как по трапу один за другим начали спускаться солдаты - некоторые шли самостоятельно, другие опирались на костыли или поддерживаемые товарищами. Их лица были изможденными, а в глазах читалась лишь усталость. Это ее смутило, немного сбив с настроя.

Репортерша вновь заговорила, ее голос дрогнул от волнения:

- Вот они, наши герои, возвращающиеся с полей сражений. Многие из них ранены, но все они - живые свидетели ужасов войны, которую им пришлось пережить. Сейчас они будут доставлены в госпитали, где им окажут необходимую медицинскую помощь. Но самое главное - они живы и смогут вернуться к своим семьям, к своим близким. Это бесценный дар, за который мы должны быть благодарны Богу...

Света замолчала, наблюдая, как медики аккуратно помогают раненым спуститься с трапа. Картина, открывшаяся ее глазам, была одновременно и трогательной, и ужасающей. Отрешённые лица молодых парней, некоторые из которых были едва живы.

Репортерша сглотнула ком в горле, понимая, что ее слова сейчас услышат миллионы зрителей по всей стране. Было сложно, она не знала как донести до них всю правду о войне, о тех жертвах, которые приносят русские солдаты ради защиты Родины. И она сделает все возможное, чтобы ее репортаж стал данью уважения и благодарности этим отважным людям.

Девушка снова подняла микрофон и продолжила свой рассказ, ее голос звучал проникновенно и с нескрываемым волнением:

- Эти ребята - они прошли через ад, но вернулись живыми. Их лица отмечены следами ран и усталости, но в глазах все еще горит огонь борьбы. Эти солдаты - настоящие герои, которые с честью выполнили свой долг перед Родиной. Бои на 17-й параллели, как уже отметили многие эксперты оказались весьма ожесточёнными. Коммунисты, при поддержке других социалистических стран, используя свое гигантское преимущество в количестве, и знание местности, иногда одерживают вверх, но это очень редкие случаи. Наш контингент в двести тысяч солдат держит ситуацию под контролем, но по разным оценкам на стороне северного Вьетнама, воюет от миллиона до пяти миллионов солдат. Да, их войска набраны по варварской принудительной системе набора, но тем не менее количество, в данном случае им помогает...

Репортерша замолчала, наблюдая, как санитары бережно помогают раненым добраться до ожидающих их машин скорой помощи. Эти солдаты столкнутся с долгим и тяжелым восстановлением, как физическим, так и моральным. Но она верила, что сила их духа по может им преодолеть все испытания и вернуться к нормальной жизни.

Света сделала глубокий вдох. Она знала, что ее репортаж должен стать не просто сухим изложением фактов, а эмоциональным посланием, которое заставит зрителей задуматься о цене свободы и мира. И если кто-то считал это не правильным, он мог пойти на три буквы:

- Дорогие друзья, я стою здесь, на трапе аэропорта, и мое сердце наполнено гордостью и болью одновременно. Гордостью за наших мальчиков, которые с честью выполнили свой долг, и болью за те страдания, которые им пришлось пережить. Эта война во Вьетнаме унесла жизни многих наших ребят, и сейчас мы видим лишь малую часть тех, кто смог вернуться домой. Но даже несмотря на ранения и увечья, эти люди сохранили в себе дух борьбы и любовь к Родине. Они - наша гордость, наши герои, которые показали всему миру, что значит быть русским солдатом. Их подвиг навсегда останется в наших сердцах, как символ мужества, стойкости и верности долгу. Я призываю всех вас, дорогие соотечественники, встретить этих ребят с распростертыми объятиями и оказать им всю необходимую помощь и поддержку. Ведь они сражались за наше будущее, за наше право жить в свободной и независимой стране. И мы обязаны сделать все, чтобы облегчить их страдания и помочь им вернуться к нормальной жизни. Это наш долг перед теми, кто отдал самое дорогое ради нашей Родины. Давайте же встретим их как героев, как истинных патриотов, чей подвиг навсегда останется в нашей памяти!

***

Здание министерства обороны Русстралии в центре столицы.

В тот день, когда полковник Андрей Петрович Меньшиков вошел в кабинет генерала Николая Ивановича Громова, столица, Русстралии, затаила дыхание. Было лето 1965 год, и напряжение в воздухе ощущалось повсюду. Конфликт во Вьетнаме разгорался с каждым днем, и Российская Армия была вынуждена вмешаться, чтобы поддержать своих союзников.

Генерал Громов сидел за массивным дубовым столом, перебирая документы, когда Меньшиков занял свое место напротив него. Взгляд генерала был суровым и сосредоточенным, как будто он уже предчувствовал, что доклад полковника принесет ему немало забот.

- Докладывайте, полковник, - произнес Громов, откладывая в сторону папку с документами.

Меньшиков глубоко вздохнул и начал:

- Господин генерал, ситуация на фронтах во Вьетнаме остается крайне напряженной. Наши регулярные части сражаются отважно, но им не хватает поддержки со стороны специальных служб. Не хватает кадров, люди попросту не успевают, и не справляются с возложенными на них задачами. Конфликт оказался гораздо более масштабным, чем мы предполагали изначально.

Генерал нахмурился, внимательно слушая доклад. Он знал, что положение дел во Вьетнаме далеко от идеального, но подобные новости все равно его встревожили.

- Продолжайте, полковник, - сказал Громов, жестом приглашая Меньшикова продолжать.

- Мы остро нуждаемся в усилении силового компонента наших специальных операций. Наши специальные службы, к сожалению, не обладают достаточной компетенцией для выполнения ряда критически важных операций, общевойсковые части тоже. Поэтому я предлагаю сформировать совершенно новое ведомство, которое будет заниматься исключительно силовыми акциями, на совершенно новом уровне. И для начала я предлагаю собрать отряд.

Генерал задумчиво кивнул, перебирая в памяти возможные кандидатуры для такого отряда.

- И кого же вы предлагаете в качестве бойцов для этого отряда, полковник? - спросил Громов, внимательно глядя на Меньшикова.

Меньшиков достал из папки несколько личных дел и положил их перед генералом.

- Вот, господин генерал, несколько кандидатур, которые, на мой взгляд, могут стать основой для нашего нового спецотряда. Особое внимание я хотел бы обратить на одного солдата - Владимира Ильича Водкина.

Генерал поднял бровь, услышав это имя, и взял в руки личное дело Водкина.

- Водкин? Ну и фамилия, да и имя с отчеством. Что в нем такого особенного? По документам он выглядит как самый настоящий идиот, - произнес Громов, пробегая глазами по строкам в личном деле.

Меньшиков слегка улыбнулся и ответил:

- Не совсем, господин генерал. Парень по документам полный дурак, это так, едва ли способный отличить автомат от лопаты, это цитата его инструктора. Но каким-то образом он сумел выбраться из джунглей в одиночку после того, как его рота была уничтожена в засаде. Более того, он смог вытащить пилота сбитого истребителя, и доставил его живым. А после этого он умудрился остаться в живых после нападения на Александровскую заставу. Либо ему безумно везет, либо он очень хорошо притворяется идиотом. В любом случае, я не верю в случайности. Думаю в вербовочном пункте случилась какая-то неурядица. Потому что, по результатам я вижу что он неплохой боец, перспективный.

Генерал Громов задумчиво перелистывал страницы личного дела Водкина, пытаясь понять, что же в этом солдате такого особенного. Его послужной список был далек от идеального, но при этом содержал несколько эпизодов, которые заставляли задуматься.

- Хорошо, полковник. Назначьте всем этим кандидатам испытательные сроки. Посмотрим, на что они способны. - сказал Громов, откладывая личное дело солдата.

Меньшиков кивнул и поднялся с места.

- Будет исполнено, господин генерал. Я немедленно займусь организацией испытаний для наших кандидатов.

Генерал Громов проводил взглядом полковника, а затем снова взял в руки личное дело Владимира Ильича Водкина. Что-то в этом солдате явно привлекло внимание Меньшикова, и Громов был намерен разобраться в этом лично.

Тишина в кабинете была нарушена лишь тихим шуршанием страниц. Генерал погрузился в изучение досье, пытаясь найти ответы на свои вопросы. Что же скрывается за маской этого "идиота"? Ответ, казалось, был где-то совсем близко, но пока ускользал от него.

***

Я лежал в госпитале, где-то в окрестностях Южной Долины, старой столицы этой версии Австралии. Моя рука была частично загипсована, а половина груди скрыта под бинтами. Воспоминания о том, как я оказался здесь, были отрывочными и туманными.

Последнее, что я помнил отчетливо, - это бой на базе, толпа разъяренных вьетнамцев, а затем темнота. Дальше все было как в тумане: грязный полевой госпиталь, отрывки воспоминаний, не могу сказать точно, был ли я в Дананге или Сайгоне, по крайней мере это были знания почерпнутые из фильмов. Потом военный аэродром, ночная погрузка на борт самолета и долгий полет. Приземление в аэропорту Южной Долины, встречающие нас военные, полиция, медики, папарацци и даже родственники некоторых раненых - вот это я помню более четко.

И вот уже неделю я лежу здесь, в госпитале святого Георгия, пытаясь собрать воедино картину произошедшего. Что случилось на той злополучной базе? Почему я оказался в этом мире? Эти вопросы не давали мне покоя, заставляя снова и снова прокручивать в памяти те страшные события.

Госпиталь Святого Георгия, построенный на деньги сбежавшего из Российской империи после начала гражданской войны, и натурализовавшегося в Русстралии, металлургического магната Путилова.

Я тут был недавно, но даже так, я уже мог понять что война шла не очень хорошо.

Вьетконговцы устроили хорошую трепку, их было в разы больше, чем нас. Мы отчаянно отстреливались, но силы были неравны. Я отстреливался, пока не почувствовал, как что-то обожгло мою руку. Боль была невыносимой, но я продолжал стрелять, пока что-то не взорвалось рядом со мной. Хотя нет, я помню, это была мина. По нам били из миномётов.

Очнулся я уже в полевом госпитале. Медсестры, и врачи суетились вокруг, пытаясь остановить кровотечение. Я слышал их приглушенные голоса, но не мог разобрать слов. Все вокруг плыло, и я снова проваливался в темноту. Очнувшись, я обнаружил себя на борту военного самолета, летящего в сторону Австралии. Меня эвакуировали, но многие остались там, в джунглях Вьетнама.

Теперь я лежал в этом гребаном госпитале, пытаясь осмыслить все, что произошло. Почему я выжил, когда другие погибли? Что ждет меня дальше?

Медсестра подключала мне капельницу. Я с благодарностью принял помощь, надеясь, что очередная доза лекарств хоть ненадолго избавит меня от мучительных воспоминаний.

Девушка улыбалась мне. Тут вообще все девушки были приятно настроены ко мне. Очень часто лезли с расспросами. Старались чаще со мной говорить.

Лекарства сработали, и боль в ранах отступала, но в душе оставалась пустота, которую ничто не могло заполнить.

Я закрыл глаза, погружаясь в тяжелый сон, полный кошмаров. Мне снились взрывы, крики раненых, лица погибших товарищей, не с этой войны, а со своих воин, и конфликтов. Благо, загородом было тихо, и было комфортно. Но даже так я снова и снова переживал свои страшные битвы, но каждый раз исход был один - я оставался в живых, а они уходили навсегда. Друзья, знакомые, сослуживцы – все умирали, только я оставался в живых.

Очнувшись, я понял, что за окном уже наступил вечер. Медсестра принесла мне ужин, но я с трудом заставил себя проглотить несколько ложек. Аппетита не было, да и мысли мои были далеки от еды.

Я снова и снова прокручивал в памяти события своего прошлого, из-за последних потрясений, неприятные воспоминания снова всплыли у меня в голове. Почему я выжил, когда другие погибли? Может, я сделал что-то не так, что-то упустил? Или это была просто случайность, игра судьбы? Вопросы терзали меня, не давая покоя ни днем, ни ночью.

Медсестра заметила мое состояние и присела рядом на край кровати.

- Вам нужно отдохнуть, - мягко сказала она. - Вы пережили ужасное, но теперь в безопасности. Позвольте себе немного расслабиться.

Я кивнул, но внутри меня все еще бушевал шторм эмоций.

Медсестра, видя мое состояние, мягко сжала мою здоровую руку.

- Вы прошли через ад, - сказала она. - Но теперь вы в безопасности. Позвольте себе отдохнуть, восстановить силы. Впереди у вас еще долгий путь, но вы справитесь. Я в вас верю.

Ее слова, казалось, немного успокоили меня. Я сделал глубокий вдох и попытался расслабиться. Медсестра мягко улыбнулась и вышла из палаты, оставив меня наедине с моими мыслями.

Я лежал, глядя в потолок, и пытался найти в себе силы двигаться дальше. Да, я выжил, когда другие погибли. Но разве это не означает, что я должен жить не только за себя, но и за них? Кто его знает, возможно этот новый мир, мой второй шанс?

Решимость постепенно возвращалась ко мне. Я выживу, пройду через все испытания.

С этими мыслями я провалился в беспокойный сон, полный кошмаров и воспоминаний. Но теперь в них появился и луч надежды - надежды на то, что я смогу вернуться и продолжить борьбу.

Утром меня разбудил солнечный свет, проникающий в палату. Я открыл глаза и почувствовал, что боль в ранах немного утихла. Медсестра принесла завтрак и с улыбкой сообщила, что мое состояние улучшается.

Я поблагодарил ее и принялся за еду, чувствуя, как силы потихоньку возвращаются ко мне. Да, путь к выздоровлению будет долгим и тяжелым, но я готов пройти его.

Глава 7

В приземистом, сером здании на окраине Южной Долины, в кабинете с неразличимыми плоскими стенами, двое федеральных агентов склонились над стопкой плотных бумаг, бросая быстрые взгляды на улицу за окном. Погода стояла на редкость благоприятная – рассветное солнце заливало улицу мягким золотистым светом, а ветер едва заметно покачивал ветви деревьев.

Лейтенант Игорь Морозов окинул взглядом очередную папку, надетую на металлический зажим, и тяжело вздохнул. Пухлое дело некоего Владимира Водкина, рядового третьего пехотного полка - "Сибирские фузилеры", вызвало у него смешанные чувства. С одной стороны, он повидал множество подобных дел, и давно привык к казенным формулировкам и обезличенным характеристикам, но в этом случае что-то царапало внутри, заставляя посматривать на напарника Дмитрия с толикой беспокойства.

- Ну и что тут у нас? - буркнул Дмитрий, не отрывая взгляда от бумаг. - Очередной бедолага из глубинки, с парой классов образования и убогой характеристикой с предыдущего места работы. Чем этот типчик приглянулся командованию?

Игорь хмыкнул, поправляя очки на переносице.

- Да вот тут пишут, что наш герой - урож...

Он запнулся, бегло пробегая глазами по строчкам.

- Урож...енец Новой Южной Литвы, Русская Австралия. Образование - неполное среднее. Ну и, как ты сказал, "убогая характеристика" с места работы - портовый рабочий, склад характера спокойный, доброжелательный, но сам же признаётся малообразованным, фактически таким и является. На работе был на хорошем счёту.

Дмитрий усмехнулся, постукивая пальцами по папке.

- Значит, еще один безмозглый деревенщина, которого надо доставить к воякам. Ничего нового.

Игорь досадливо поморщился, вглядываясь в фотографию Владимира, прикрепленную к первой странице дела. На сером, невыразительном листе бумаги, было изображено жизнерадостное лицо, на котором читалась смесь наивности и бесконечного оптимизма, будто мир с его невзгодами, уже давным-давно перестал что-либо значить для этого человека. Причём хозяин улыбки был довольно приличных физических кондиций, мощные плечи, широкая грудь, и спина, и такая же широкая, почти бычья шея.

- Ну даже если он деревенщина, мне кажется как человек хороший, по всему видно, что парень не чета нам с тобой, - протянул Игорь, закрывая папку. - Но ведь и мы с тобой не сразу стали такими, верно? Может, есть в нем что-то большее, чем просто очередной безмозглый солдатик?

Дмитрий фыркнул, отвернувшись к окну.

- Ну, посмотрим. Начальство, во всяком случае, решило, что он им нужен. Значит, дело за нами - доставить его по адресу.

Тяжело вздохнув, Игорь согласно кивнул. В конце концов, это была лишь очередная рутинная операция, не более того. Не им было судить, кто достоин, а кто нет. Их работа - выполнять приказы.

Спустя несколько минут оба агента уже сидели в служебном автомобиле, направляясь к госпиталю святого Георгия. Игорь украдкой поглядывал на напарника, ожидая, что тот продолжит разговор о рядовом Водкине, но Дмитрий молчал, сосредоточенно вглядываясь в дорогу. Иногда посматривая на бетонную мостовую, и красивые каменные здания в стиле Ар-Нуво, и Бозар. Архитектура в черте столицы было одной из самых впечатляющих, в плане монументализма, красоты, помпезности, и вообще всего. Игорь так считал не из тщеславия русского, живущего в своей родной Рустралии, как ее иногда называли местные, а потому что действительно за годы своей жизни, не видел столицы красивее, хотя бывал он много где. Будучи оперативным работником в Рустралийском посольстве - во Франции, Англии, Швеции, США и Канаде, он действительно видел самые красивые города нынешней эпохи, но с Южной Долиной, ни одна из столиц, не могла сравниться.

Наконец, не выдержав тишины, Игорь прочистил горло.

- Ну и что ты думаешь об этом Водкине? Ты ведь, как всегда, не упустишь возможности высказаться.

Дмитрий усмехнулся, бросив быстрый взгляд на напарника.

- Да что тут думать? Очередной деревенский увалень, которого затянуло в эту мясорубку. Небось, даже приклад от дула не отличит. Типичный представитель Степановского призыва, одно слово – дебил. - Он покачал головой, хмыкнув. - Интересно, как такой недоумок умудрился вляпаться в неприятности на войне? Небось, под шумок пытался разжиться трофеями, а теперь расхлебывает.

Игорь нахмурился, вглядываясь в проносящиеся за окном городской пейзаж.

- Может, не стоит так о нем судить? Ты ведь сам знаешь, что на войне всякое бывает. Не все же такие молодцы, как ты. – Игорь подбавил каплю сарказма.

Дмитрий фыркнул, поворачивая руль.

- Ну да, ну да. Вот только таких, как мы, - он подчеркнул голосом «мы» - на войне и ценят. А эти... - он презрительно скривился, - они просто пушечное мясо. Расходный материал.

Игорь промолчал, понимая, что спорить бесполезно. Дмитрий всегда был резок в суждениях, особенно когда речь заходила о "простых солдатах". Для него они были лишь винтиками в огромной военной машине, не более того.

Некоторое время они ехали в тишине, пока Дмитрий не свернул к небольшой закусочной на обочине.

- Давай-ка перекусим. В конце концов госпиталь никуда не денется, сейчас только шесть утра, откроется он только через час.

Игорь кивнул, соглашаясь. Перекус был как нельзя кстати – утром он не поел, а в животе уже урчало от голода. Он последовал за напарником в небольшое, но уютное помещение, наполненное ароматами жареного мяса и свежей выпечки.

Усевшись за столик в углу, агенты заказали по большой порции борща и по куску пирога. Пока они ждали заказ, Игорь закурив сигарету снова вернулся к теме рядового Водкина.

- Ты знаешь, а ведь у каждого человека есть своя история. Может, и у этого Водкина она не такая уж простая, как нам кажется на первый взгляд.

Дмитрий закатил глаза, отпивая горячий чай.

- Да брось ты. Какая, к черту, история может быть у этого деревенского олуха? Небось, всю жизнь на заводе или в этом своем порту пахал, как вол, а тут вдруг решил поиграть в солдатика, срубить деньжат. Ну и вляпался, куда ж без этого.

Игорь вздохнул, понимая, что переубедить напарника будет непросто. Но что-то внутри него упорно твердило, что в этом деле есть нечто большее, чем просто очередной безликий солдат. Оставалось только надеяться, что в госпитале они смогут разглядеть в Водкине что-то большее, чем просто "деревенского олуха".

Дмитрий задумчиво потер подбородок, ослабляя свой галстук.

- Знаешь, я тут подумал... Этот рядовой Водкин, похоже, на каком-то испытательном сроке находится. Видно, командование в нем не очень-то уверено. - Он сделал глоток горячего чая и продолжил. - Скорее всего, этот деревенский парень чудом выжил во время той злополучной атаки на форт. И теперь командование решило повестись на эту его военную "блажь" - включило его в отряд, типа, проверить, на что он способен.

Игорь задумчиво кивнул, слушая рассуждения напарника.

- Ну, если все так, то выходит, что Водкин дважды выжил в бою. Сначала при нападении на конвой, а потом еще и во время той атаки на форт. Это ведь о чем-то да говорит, согласись?

Дмитрий хмыкнул, отправляя в рот очередной кусок пирога.

- Да-да, конечно. Военная удача, не иначе. Этот парень, похоже, просто невероятно везучий. И если верить докладам с места, он еще и чудом вытащил раненого пилота из подбитого самолета. Просто поразительнейшее ''везучесть'', да и только. - Он покачал головой, усмехаясь. - Не знаю, есть ли в этом хоть капля правды, но вряд ли такой деревенский дурачок хоть какими-то талантами вояки обладает. Так что, скорее всего, ему просто повезло уцелеть. А командование, видно, решило использовать этот его "боевой опыт" себе на пользу. Неутешительная новость для парня. В его реалиях, министерство обороны во время войны, или кризисной ситуации имеет право односторонне продлить контракт добровольцу. В этом случае, даже его конституционные права не работают, поскольку уже начинают действовать пятые поправки. Так что да, парню не повезло.

Игорь промолчал, задумчиво разглядывая остывающий борщ. Ему почему-то хотелось верить, что Водкин не просто случайный везунчик, а человек, в котором действительно есть что-то большее, чем кажется на первый взгляд.

Но спорить с Дмитрием, известным своей прямотой и категоричностью, было себе дороже. Оставалось лишь надеяться, что они смогут разглядеть в Водкине нечто большее, чем просто очередного "деревенского олуха".

Дмитрий и Игорь неторопливо вышли из уютного кафе, оставив на столе несколько зеленых купюр - щедрые чаевые, так называемые островные ефимки. Они направились к мощному шестицилиндровому «Тигру» Дмитрия, собранному в городе Кулибино, что на юге, в промышленном сердце Рустралии. Дмитрий с удовольствием погладил руль любимой самодвижной телеги, или автомобиля, чувствуя, как тот словно оживает под его прикосновением.

Свирепый двигатель приятно заревел, словно под капотом действительно сидел огромный тигр. Машина тронувшись, юрко выехала с парковки.

За окнами машины открывался величественный вид на Южную Долину – самый большой мегаполис южного полушария, никогда не спавший. Высокие стеклянные небоскребы возвышались над городом, а по улицам сновали автомобили самых разных марок, в основном отечественных, с редкими вкраплениями американских и французских моделей. Дмитрий с презрением покосился на медленно ползущий «Пежо» и уверенно вывел свой «Тигр» на шоссе, влившись в бурный поток машин.

Мощный автомобиль легко обгонял более слабые европейские модели, разве что американские «телеги» могли составить ему конкуренцию. Дмитрий с удовольствием вел свою ласточку, изредка бросая взгляды на живописные пейзажи, открывавшиеся за окном. Выехав за черту великого русстралийского города, они проехали мимо зеленых насаждений, искусственных рек и прудов – плодов масштабного проекта по озеленению некогда засушливых равнин Австралии. Конечно, южная, и восточная часть континента никогда не отличалась особой сухостью, в отличие от западных, и северных территорий, где порой простирались безжизненные пустыни. Но благодаря многомиллионным проектам по экологии, финансируемым за счет продажи оружия, весь континент зацвел и стал зеленым.

Дмитрий с эстетическим удовольствием наблюдал за проплывающими за окном пейзажами, но его созерцание длилось недолго – вскоре машина подъехала к госпиталю, куда они направлялись. Показав удостоверения, Дмитрий и Игорь проехали на территорию комплекса, где их уже ждали. Однако их ждала неожиданная новость – Водкин, которого они пришли навестить, ночью исчез из госпиталя. Напарники были ошеломлены этим известием. Куда мог деться их подопечный? Что могло заставить его покинуть больницу? Дмитрий и Игорь переглянулись, понимая, что теперь им предстоит разгадать очередную загадку, связанную с этим таинственным рядовым.

Они направились к главному врачу, чтобы получить более подробную информацию об исчезновении Водкина. В его кабинете уже был офицер военной полиции, представитель военной прокуратуры, и еще несколько чиновников. Замученный доктор уныло курил трубку, и отвечал на вопросы. Приход еще одних государственных служащих не обрадовал хозяина госпиталя, и доктор встретил их встревоженным взглядом и сразу же приступил к объяснениям.

- Вчера вечером все было в порядке, - начал он. – Водкин спокойно лежал в палате, его состояние улучшалось. Но под утро дежурная медсестра обнаружила, что его кровать пуста. Мы сразу же подняли тревогу и начали поиски, но безрезультатно. Водкин словно испарился.

Дмитрий нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное.

- Вы проверили камеры наблюдения? Может, удалось что-то зафиксировать?

- Камеры только установили, поэтому на момент побега они не работали, - пожал плечами врач. – да даже если бы они работали, они не везде стоят, полно слепых зон.

- Сбежал. – задумчиво произнес Игорь. – Но зачем? И куда он мог направиться?

Дмитрий задумался, перебирая в уме возможные версии. Водкин был их подопечным, они должны были присматривать за ним и обеспечивать его безопасность. Его внезапное исчезновение вызывало множество вопросов.

- Нам нужно как можно скорее начать поиски, - решительно заявил Дмитрий. – Мы должны найти Водкина и выяснить, что заставило его сбежать из госпиталя.

Игорь кивнул, соглашаясь с напарником. Они вышли из кабинета главного врача, полные решимости разгадать очередную загадку, связанную с этим таинственным рядовым.

Дмитрий и Игорь быстро вернулись к своему «Тигру» и, запустив двигатель, выехали с территории госпиталя. Им предстояло начать поиски Водкина, но куда направиться? Они не имели ни малейшего представления о том, где мог оказаться их подопечный.

Дмитрий сосредоточенно вел машину, обдумывая возможные варианты. Игорь молча смотрел в окно, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, которая могла бы помочь им в поисках.

Внезапно Игорь подал голос:

- Может, стоит проверить его прежнее место жительства? Вдруг он отправился туда? По документам, у него есть небольшая квартирка на окраине, выданная государством.

Дмитрий кивнул, соглашаясь с предложением напарника.

- Хорошая мысль. Поехали, посмотрим, что там можно найти.

Он резко развернул машину и взял курс на окраину города, где, по их данным, находилась квартира Водкина.

Дорога петляла между высотными зданиями, пока они не выехали на окраину, где располагались более скромные жилые дома. Дмитрий осторожно припарковал «Тигра» и они с Игорем направились к знакомому адресу.

Подойдя к двери квартиры Водкина, Дмитрий постучал, но ответа не последовало. Он попробовал дверь – она оказалась незапертой. Переглянувшись с Игорем, Дмитрий осторожно толкнул дверь и они вошли внутрь.

Квартира была небольшой, но аккуратно прибранной. Все вещи находились на своих местах, словно Водкин просто вышел ненадолго и должен был вернуться. Дмитрий и Игорь внимательно осмотрели помещение, пытаясь найти хоть какие-то зацепки, но ничего подозрительного не обнаружили.

- Похоже, он действительно просто сбежал из госпиталя, - задумчиво произнес Игорь. – Но зачем?

Дмитрий покачал головой, не находя ответа на этот вопрос.

- Не знаю. Но мы должны его найти. Водкин – наша ответственность, и мы не можем позволить, чтобы с ним что-то случилось.

Они вышли из квартиры, тщательно заперев за собой дверь. Дмитрий и Игорь вернулись к машине, обдумывая, куда могли направиться их поиски. Им предстояло распутать очередной клубок тайн, связанных с этим загадочным рядовым.

Чуть помолчав, Игорь посмотрел документы.

- Ладно. Едем в портовые районы, возможно он пошел туда.

- Погоди. Давай подождём. Покружим по району. Я уверен он придёт.

Машина спокойно ехала возле дома Водкина по улицам квартала, оставляя позади красивые здания и зеленые насаждения. Дмитрий сосредоточенно вел автомобиль, а Игорь напряженно всматривался в проплывающие за окном пейзажи, надеясь заметить что-нибудь, что могло бы навести их на след Водкина. В конце концов, найдя укромное место для машины, они встали возле дома, и стали спокойно ждать. И ожидание окупилось.

Внезапно Игорь вскинул руку, привлекая внимание напарника.

- Стой, Дмитрий! Я что-то заметил!

Дмитрий мгновенно погнал сонливость из головы. Игорь выскочил из машины и бросился к небольшому переулку, куда только что свернул какой-то человек. Дмитрий последовал за ним, гадая, что могло заинтересовать напарника.

Они осторожно двинулись по переулку, внимательно осматриваясь по сторонам. Внезапно Игорь замер, вглядываясь в одно из окон. Дмитрий последовал его примеру и тоже застыл на месте, пораженный увиденным.

В окне мелькнула знакомая фигура – это был Водкин! Он стоял у окна, внимательно оглядываясь по сторонам, словно кого-то высматривая. Дмитрий и Игорь переглянулись, понимая, что им наконец-то удалось выйти на след их подопечного.

Не теряя ни секунды, они бросились к дому, намереваясь как можно скорее добраться до Водкина. Им предстояло выяснить, что заставило этого загадочного рядового сбежать из госпиталя, и они были полны решимости докопаться до истины.

Глава 8

Ранее, до побега.

***

Я лежал на своей больничной койке уже две недели, пытаясь свыкнуться с мыслью, что оказался в совершенно незнакомом мне мире. Каждый день я размышлял над тем, как я сюда попал и кто я на самом деле. Воспоминания ускользали, словно песок сквозь пальцы, оставляя лишь смутные образы и ощущения. Я старался говорить как местные, избавляясь от непривычного акцента, но это давалось с трудом.

Медсестры и врачи постоянно задавали мне вопросы, на которые я не мог дать вразумительных ответов. Я лишь повторял, что помню очень мало. Это вызывало у них все больше любопытства и недоумения. Порой мне казалось, что они подозревают меня в чем-то, но я не мог понять, в чем именно.

Когда позволяло самочувствие, я совершал прогулки по больничному парку, любуясь красивой архитектурой госпиталя. Здесь было тихо и спокойно, в отличие от палаты, где постоянно кто-то стонал или звал медсестер. Иногда я заводил разговоры с другими пациентами, но они неохотно обсуждали войну, предпочитая отвлеченные темы. Я не возражал, ведь так я мог узнать больше об этом странном мире, в котором оказался.

Однажды, перелистывая журналы в больничной библиотеке, я наткнулся на статьи, рассказывающие о жизни в этой стране. На первый взгляд, она напоминала Америку 60-х годов: мощные автомобили, высотные здания, уютные пригороды. Но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что это совсем другая реальность. Здесь властвовали потомки русских колонистов, хотя среди населения было немало представителей других национальностей - немцев, англичан, голландцев, испанцев, французов. При этом все они говорили на русском, порой даже лучше, чем я.

Эта странная смесь культур и традиций завораживала меня. И чем больше я узнавал о нем, тем сильнее меня тянуло исследовать его поближе. Вскоре меня захватила идея сбежать из госпиталя ночью и отправиться на экскурсию в столицу, Южную Долину, которая находилась всего в нескольких километрах. Я жаждал увидеть этот город своими глазами, прикоснуться к его истории и понять, что за люди здесь живут.

Конечно, мне предстояло незаметно выскользнуть из госпиталя, чтобы не вызвать подозрений. Ничего трудного, всего лишь небольшая экскурсия. Кто знает, быть может, я найду здесь ответы на свои вопросы и пойму, кто я на самом деле.

***

Ночь опустилась на землю, укутывая ее темным покрывалом. В больничных коридорах царила тишина, нарушаемая лишь редкими шагами дежурных медсестер. Я лежал в своей палате, притворяясь спящим, и ждал подходящего момента для побега. Сердце гулко стучало в груди, но я старался дышать ровно, чтобы не выдать своего волнения.

Наконец, в коридоре раздались удаляющиеся шаги. Я осторожно приподнялся, стараясь не скрипнуть кроватью, и выглянул в коридор. Никого. Быстро накинув халат поверх больничной пижамы, я бесшумно выскользнул из палаты и направился к выходу.

Миновав пост дежурной медсестры, я через минут, пробежав по территории, и перемахнув через довольно высокий забор оказался в парковой зоне госпиталя. Ночной воздух обжигал легкие, но я не позволил себе остановиться. Крадучись вдоль стены, я прошел мимо охранника у ворот и оказался на тихой улице. Здесь было темно, лишь редкие фонари освещали дорогу. Я огляделся по сторонам, пытаясь сориентироваться.

Зайдя за угол, я достал из пакета заранее собранную одежду, я нашел ее в прачечной. Переодевшись, я закинул пакет с робой на низкую ветку.

Зная, что столица находится относительно недалеко, я двинулся в том направлении, надеясь поймать попутку.

***

На широком шоссе мне удалось поймать попутку.

Меня высадили на одной из центральных улиц столицы, это была семья из шести человек – папа, мама, три сына, и одна дочь. Дружелюбные люди, что характерно говорили на русском с акцентом, так как приехали в Нью Рашн, так за границей иногда называли Австралию, несколько лет назад из Родезии. Подальше от всех этих политических волнений, творившихся на африканском континенте.

Тем более глава семьи, Чарльз Терон всегда хотел переехать в Русскую Австралию, или подобные ей развитые страны. Сказано сделано, семья поднакопила финансы, выучила язык на приемлемом уровне, и не без труда конечно, но получив вид на жительство переехали на родину кенгуру, и белого русского вина.

Жили они тут уже больше пяти лет, и были всем довольны, за это время уже успела родиться дочь, они назвали ее Шарлиз, в честь первого президента женщины, и на этом останавливаться не собирались. В общем, во всех смыслах люди положительные, и приятные.

Много меня расспрашивали обо мне самом, я старался отвечать уклончиво, и одновременно таким образом, чтобы их не обидеть.

Сами они кстати ехали в столицу из соседнего штата, отдохнуть в Южнодолинном Диснейленде. В этой реальности вообще было много чего удивительного.

Вспоминая об этой семейке, я невольно улыбнулся сам себе, и завернул за угол, попав на какой-то шумный проспект.

Пространство вокруг было очень шумным, ходили толпы людей, каждый что-то галдел, машины ревели двигателями, или сигналили клаксонами. Я старался держаться чуть в стороне. Даже ночью здесь было очень много людей, вавилонские толпы.

Южная Долина поражала своим величием. Высокие небоскребы устремлялись ввысь, а широкие проспекты были утыканы роскошными деревьями, кустами. Я шел, разинув рот, разглядывая все вокруг. Это было совсем не похоже на те города, которые я помнил. Здесь царили порядок, благополучие и процветание.

Я бродил по улицам, заглядывая в витрины магазинов и рассматривая прохожих. Все они выглядели хорошо одетыми и ухоженными. Многие спешили по своим делам, но некоторые останавливались, чтобы поболтать с друзьями или просто полюбоваться ночным городом. Меня поражало, как органично здесь уживались традиции и современность, русское и западное.

Прогуливаясь по ночным аллеям, я невольно залюбовался окружающей меня природой. Высокие деревья с раскидистыми кронами, сквозь которые пробивались лунные лучи, создавали ощущение таинственности и умиротворения. Тихий шелест листвы, перекликание ночных птиц - все это действовало успокаивающе на мои взвинченные нервы.

Сам того не заметив, я углубился в лесопарковую зону, оказавшись среди густых кустарников и вековых дубов. Здесь было еще тише и темнее. Лишь изредка сквозь ветви проглядывали звезды на ночном небе. Найдя ближайшую скамью, я пристроился, чувствуя, как усталость постепенно овладевает мной.

Прилег отдохнуть. Я так отдыхал несколько минут, разглядывая верхушки небоскребов, выглядывающие из-за крон высоких деревьев. Их силуэты, освещенные огнями ночного города, создавали причудливую картину, будто инопланетные корабли зависли над городом.

Внезапно, я услышал негромкую возню в стороне, и короткий женский вскрик. Вздрогнув, я вскочил с места, и на рефлексах побежал в направлении звука. Забежав за угол, я увидел, как рядом с кустами несколько мужчин зажали молодую девушку.

Сердце бешено колотилось, пока я наблюдал эту ужасную сцену. Однако, оставаться в стороне и бездействовать, пока девушку подвергают насилию, было выше моих сил.

Глубоко вздохнув, я бросился вперед, громко крича:

- Эй, что здесь происходит? Отпустите ее немедленно!

Мужчины на мгновение замерли, удивленные моим появлением, и немного смущённые моими габаритами. Этого короткого промежутка времени хватило, чтобы девушка вырвалась из их рук и бросилась бежать. Однако нападавшие быстро пришли в себя и теперь угрожающе надвигались на меня.

Я понимал, что один против нескольких злоумышленников у меня не так много шансов, но отступать было некуда. Сердце бешено колотилось, но я решительно встал между ними и направлением, куда убежала девушка, готовый во что бы то ни стало защитить ее.

- Уходите отсюда немедленно, иначе я вызову полицию! - крикнул я, стараясь придать своему голосу как можно больше уверенности.

Мужчины переглянулись, явно не ожидавшие такого отпора. Один из них, видимо, главарь, шагнул ко мне, угрожающе сжимая кулаки.

- Ты что Гулливер доморощенный, совсем охренел? Вали отсюда, пока цел! - прорычал он.

Я невольно осклабился, и хотел повалить только его, и долго-долго бить по физиономии, но тут же вспомнил о девушке, которая, возможно, нуждалась в помощи. Собрав всю свою решимость, я вновь выступил вперед.

- Нет, это вы убирайтесь отсюда! Я уже вызвал полицию, и вам придется ответить за свои действия!

Мужчины переглянулись, явно колеблясь. Очевидно, они не ожидали, что их жертве придут на помощь. Однако, спустя мгновение, главарь зло усмехнулся и шагнул ко мне.

- Не слушайте его парни! Деревенский болван, что ты там лопочешь! Ну, раз ты такой герой, то получай!

Достав нож, он замахнулся, целясь в живот, до лица все равно бы не достал. Я инстинктивно отпрянул, реакция у паренька была аховая, наверное его могла побить и моя бабушка

Я ответил стремительным ударом в солнечное сплетение главаря. Тот согнулся пополам, хватая ртом воздух, нож выпал из его руки, я от греха подальше пнул по ней отправляя куда-то в лесную чащу. Воспользовавшись его замешательством, я нанес еще несколько точных ударов, вкладывая в них всю свою силу и ярость. Всхлипнув тот полетел назад, и смешно упав замер.

Двое других нападавших бросились на меня, но я был начеку. Увернувшись от их атаки, я ударил одного из них коленом в пах, а второго сбил с ног мощным толчком. Они повалились на землю, корчась от боли.

Четвёртый, оправившись от шока, попытался пырнуть меня охотничьим ножом, но я был быстрее. Ухватив его за руку, я резко вывернул ее, заставляя мужчину взвыть от боли и опуститься на колени.

- Ну, как вам нравится? - процедил я сквозь зубы. - Теперь убирайтесь отсюда, пока я не переломал вам все кости!

Нападавшие, поняв, что больше не могут противостоять мне, поспешно ретировались, хромая и держась за ушибленные места. Своего главаря они волокли за собой. Я проводил их яростным взглядом, готовый при необходимости снова вступить в бой.

Когда угроза миновала, я обернулся, ища глазами девушку. Она стояла в стороне, с ужасом наблюдая за происходящим. Ее глаза были широко распахнуты, а лицо бледно.

- Вы в порядке? - спросил я, подходя к ней. - Они вам ничего не сделали?

Девушка отрицательно покачала головой, все еще не в силах произнести ни слова. Я аккуратно взял ее за руку, пытаясь успокоить.

- Все хорошо, теперь вы в безопасности.

Однако, прежде чем я успел что-либо предпринять, послышался звук приближающихся сирен. Видимо, кто-то все-таки успел вызвать полицию.

Я тяжело дышал, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает. Голова пульсировала от испытанного стресса, но я был рад, что смог отвлечь нападавших и помочь девушке скрыться.

Цыкнув про себя, я опустил глаза вниз, и заметил как девушка пристально смотрит на меня. Она так долго на меня смотрела, словно пыталась запомнить каждую черту моего лица. В темноте я не разглядел ее черт, но сейчас под светом уличных фонарей, она показалась очень миловидной. Черные как ночь волосы, и холодные льдинки глаз. Она была действительно хороша.

Тем временем пока я разглядывал ее, она не отрывала глаз, от моего лица, это было странно, но как бы я не хотел остаться, нужно было идти, последнее что мне нужно, так это привлечь внимание государства. У полиции точно ко мне будут вопросы.

Я хотел было уйти, как девушка робко окликнула меня.

- Постойте! Вот возьмите. – Я повернулся, и увидел как она протягивает мне визитку.

Я нахмурил брови, но все же визитку взял. Бегло махнув глазами по визитке, я поместил ее в карман брюк. На дорогой бумаге, покрытой лаком, были выгравирован номер телефона, адрес резиденции, и имя владелицы, дорогой безделушки – Светлана Корлини.

Хмыкнув про себя, я ретировался прочь.

***

Вернувшись в госпиталь еще затемно, я с облегчением обнаружил, что меня все еще не хватились. Тихо пробравшись в палату, я юркнул под одеяло, делая вид, что сплю. Сердце все еще бешено колотилось, но я был горд собой за то, что сумел осуществить свой ночной побег.

Утром, когда меня навестил доктор, я старался вести себя как обычно, отвечая на его вопросы с той же долей неопределенности. Но внутри меня бурлило возбуждение от пережитых приключений. Я жаждал поделиться своими впечатлениями, но понимал, что это может вызвать ненужные подозрения.

Во время очередной прогулки по больничному парку я случайно столкнулся с молодым солдатом, который, судя по всему, тоже был пациентом госпиталя. Он с любопытством посмотрел на меня и поздоровался.

- Привет, я тебя раньше не видел. Новенький, да?

Я кивнул, представившись.

- Да, меня только недавно сюда привезли. А ты давно здесь лежишь?

- Уже пару недель, - ответил солдат. - Меня зовут Андрей. А тебя?

- Владимир, - представился я, пожимая ему руку.

Мы разговорились, и я с интересом слушал рассказы Андрея о его службе. Оказалось, что он был танкистом и получил ранение во время боевых действий, как раз недалеко от моего форта. Сейчас он проходил реабилитацию в этом госпитале.

- В каком ты подразделении служил? - спросил Андрей.

Я замялся, не зная, не хотелось врать напрямую, но с другой стороны, был ли у меня выбор?

- Третий пехотный, все что я помню - неуверенно произнес я. – Так что давай без подробностей. Голова после ранения совсем не работает, у меня что-то вроде частичной амнезии.

Андрей сочувственно покачал головой.

- Понимаю, бывает. Ничего, со временем память должна восстановиться. Главное, что ты жив и поправляешься.

Мы продолжили прогулку, и я с любопытством расспрашивал Андрея о его службе и жизни в этой стране. Он охотно делился информацией, рассказывая о военной технике, политической обстановке и культурных традициях. Я жадно впитывал каждое его слово, стараясь как можно лучше запомнить все детали.

Наша беседа прервалась, когда к нам подошла медсестра, напомнившая Андрею о необходимости вернуться в палату. Мы распрощались, договорившись встретиться снова.

Оставшись один, я задумчиво побрел по аллее. После пережитого, этот мир уже не казался мне таким огромным, и мрачным.

***

Дни в госпитале текли размеренно и однообразно. Я все так же совершал прогулки по парку, общался с другими пациентами и пытался восстановить в памяти хоть какие-то фрагменты прошлого моего нового тела. Но воспоминания упорно ускользали, оставляя лишь смутные образы и ощущения.

Единственным человеком, с которым я мог поделиться своими переживаниями, был Андрей. Мы часто встречались во время прогулок и подолгу беседовали, обсуждая самые разные темы - от политики и военной истории до культурных традиций и повседневной жизни.

Андрей оказался отличным собеседником, он терпеливо отвечал на мои бесконечные вопросы и помогал разобраться в незнакомых для меня реалиях. Постепенно я начал лучше понимать устройство этого мира и то, как в нем живут люди.

Однажды, во время очередной прогулки, Андрей заметил, что я выгляжу задумчивым и расстроенным.

- Что-то случилось? - участливо спросил он.

Я тяжело вздохнул.

- Да, просто... Я все еще не могу вспомнить ничего о своем прошлом. Кто я такой? Как я сюда попал? Почему ничего не могу вспомнить?

Андрей сочувственно похлопал меня по плечу.

- Понимаю, это непросто. Но не стоит отчаиваться. Память может восстановиться со временем. А пока давай попробуем разобраться в том, что ты знаешь наверняка.

Я кивнул, благодарный ему за поддержку. Чуть подумав и помолчав, он начал говорить:

- Ты говоришь на русском, но с небольшим акцентом. Возможно, ты родом из другого региона или даже из другой страны. Хотя, по говору ты больше напоминаешь мне репатриантов с территории Советского Союза, возможно ты, или твои родители приехали из Старой России. Ты явно не местный, но при этом довольно быстро адаптировался к здешним реалиям. Это наводит на мысль, что ты уже бывал в этих краях раньше. Может, у тебя здесь были какие-то связи или знакомые?

- Ты прав, - наконец произнес я. - Все это звучит правдоподобно. Но я по-прежнему ничего не могу вспомнить. Как будто моя память просто стерта. – Попытался я отвлечь своего собеседника, от неудобной для меня темы.

Андрей сочувственно покачал головой.

- Ничего, со временем все прояснится. Главное, не теряй надежды.

***

Дни в госпитале текли размеренно, но я уже не чувствовал себя таким потерянным, как раньше. Общение с местными, и Андреем помогало мне постепенно адаптироваться к этому новому, незнакомому миру.

Однажды, во время очередной прогулки, я заметил какое-то оживление у проходной госпиталя. Подойдя ближе, я увидел, что там устанавливали новую систему видеонаблюдения. Мое сердце тревожно забилось.

Я подошел к Андрею, который наблюдал за происходящим с таким же любопытством.

- Что это значит? - тихо спросил я.

Андрей нахмурился.

- Похоже, руководство решило усилить меры безопасности. Наверное, из-за участившихся случаев самовольных отлучек пациентов.

Я почувствовал, как внутри меня все сжалось. Видимо, мои ночные приключения не остались незамеченными. Теперь я точно не смогу больше выбираться за пределы госпиталя.

Внезапно калитка рядом тихо скрипнула, и в проеме показалась фигура охранника. Он подошел ко мне и тихо произнес:

- Вас вызывает главврач. Он ждет вас в своем кабинете.

Сердце забилось чаще. Неужели они уже пришли за мной? Я поднялся с кровати и последовал за охранником. Коридоры госпиталя казались бесконечными, а каждый шорох заставлял меня вздрагивать. Наконец, мы подошли к двери кабинета главврача. Охранник постучал и, услышав приглашение, открыл дверь.

Главврач, седовласый мужчина с усталым взглядом, сидел за своим столом. Он жестом пригласил меня присесть, и я осторожно опустился в кресло напротив него.

- Вы, наверное, догадываетесь, зачем я вас вызвал, - начал он. - Мне поступил приказ передать вас под опеку специальной службы. Завтра за вами приедут агенты и заберут вас с территории госпиталя.

Я почувствовал, как кровь отливает от лица. Неужели все кончено? Неужели мне не удастся сбежать и скрыться от этих людей? Они что-то узнали?

- Но, доктор, я... - начал было я, но он поднял руку, останавливая меня.

- Я понимаю ваши опасения, - продолжил он. - Но поверьте, это не моя прихоть. Мне приказали, и я не могу ослушаться. Вы должны быть готовы к тому, что завтра вас заберут. Не волнуйтесь, это стандартная процедура, ваши права защищены конституцией, и они соблюдаются. Я вас заранее уведомил о приходе службистов, поверьте, и они тоже будут чтить, и уважать ваши законные права, вам не о чем беспокоиться. – Главврач, не зная о моей мнимой амнезии, думая что она настоящая очень часто, объяснял мне какие-то базовые в его понимании вещи, иногда это бывало очень полезно.

Я же сидел, словно парализованный. Значит, мне придется бежать сегодня ночью, пока еще есть время. Но куда я пойду? Как я смогу скрыться от этих людей? Вопросы роились в моей голове, но я не находил ответов.

- Доктор, я... - снова начал я, но он меня перебил.

- Я понимаю, что вы хотите сказать. Но поверьте, это лучшее, что я могу для вас сделать. Эти люди обещают, что с вами ничего не случится. Они просто хотят поговорить.

Я сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает гнев. Они хотят "просто поговорить"? Да кто они такие, чтобы решать мою судьбу? Я должен бежать, пока не стало слишком поздно.

Поблагодарив доктора за предупреждение, я вышел из кабинета. Сердце бешено стучало в груди, а в ушах звенело. Мне нужно было как можно скорее придумать план побега. Я не мог позволить этим людям забрать меня.

Вернувшись в палату, я начал лихорадочно обдумывать свои действия. Нужно было как можно скорее выбраться из госпиталя и затеряться в ночном городе. Южная Долина, была огромным мегаполисом, где можно было легко спрятаться.

Внезапно мне в голову пришла идея. Я вспомнил, что сегодня должна была приехать машина с медикаментами. Если мне удастся проникнуть в нее, то я смогу выбраться за пределы госпиталя. Оставалось только дождаться подходящего момента.

Ночь тянулась бесконечно долго. Я то и дело вздрагивал от каждого шороха, опасаясь, что меня могут обнаружить. Наконец, около трех часов ночи, в коридоре послышались шаги. Я осторожно выглянул из палаты и увидел, как двое санитаров катят тележку с ящиками. Это был мой шанс.

Я тихо выскользнул из палаты и, стараясь не привлекать внимания, последовал за ними. Они подошли к грузовику, стоявшему у черного входа, и начали загружать ящики. Я быстро юркнул в кузов, стараясь не издавать ни звука. Сердце бешено колотилось, но я заставлял себя дышать как можно тише.

Наконец, грузовик тронулся с места. Я затаил дыхание, молясь, чтобы меня не обнаружили. Машина выехала за пределы госпиталя, и проехав шоссе, понеслась по ночным улицам Южной Долины. Я осторожно выглянул из-под брезента, укрывавшего груз, и увидел, что мы въезжаем в промышленный район города.

Это был мой шанс. Как только грузовик остановится, я выберусь из кузова и постараюсь затеряться среди ночных прохожих. Нужно было как можно скорее залечь на дно.

Глава 9

Ночная тьма окутывала лес, скрывая под своим покровом каждый шаг. Я шел вперед, чувствуя, как адреналин пульсирует в моих венах, разгоряченный недавним побегом из госпиталя. Два часа назад я чудом сумел ускользнуть из-под бдительного ока надзирателей, и теперь, счастливый и полный решимости, я продолжал свой путь к Южной Долине.

Я знал, куда направляюсь. Украв свое личное дело, я выяснил адрес своего прежнего проживания и теперь твердо шел к этому месту, надеясь найти там что-нибудь ценное, что могло бы помочь мне в дальнейшем. Яркая луна освещала дорогу, и я мог различать очертания деревьев и кустарников, мелькавших по сторонам. Где-то вдали слышался шум ночного шоссе, а впереди виднелись огни мегаполиса, манящие меня к цели.

Изредка я проходил мимо полей и ферм, но старался держаться подальше от жилых построек, опасаясь быть замеченным. Усталость начинала брать свое, но я упорно продолжал идти вперед, зная, что совсем скоро достигну пригорода. Наконец, когда небо начало светлеть, я вышел к окраине города, грязный и измученный, но преисполненный надежд.

Мой предполагаемый дом находился в другом конце города, рядом с портовым районом, и я направился туда, надеясь найти там что-нибудь полезное. Но вдруг в моей памяти всплыл образ девушки, которую я спас во время своего прошлого нелегального визита в город. Ее голубые глаза, робкая улыбка заставили меня тоже непроизвольно улыбнуться, и удивится самому себе.

Достав карточку, которую я взял у нее тогда, я внимательно рассмотрел имя, написанное на ней – Светлана Корлини. Наверняка итальянка, подумал я. Хмыкнув, посмотрел на номер телефона и адрес, который был указан на карточке. Могла ли она помочь мне сейчас? Ведь я спас ее от пьяных хулиганов, но должна ли она мне за это? Я заранее украл карту города вместе со своим личным делом, так что знал, где находится ее дом. Возможно, она хотя бы могла дать мне чистую одежду.

Я взвесил все «за» и «против» и решил, что стоит попробовать обратиться к ней за помощью. По крайней мере ее дом был ближе чем мой, и, возможно, это был единственный шанс завязать первое нормальное знакомство, может после этого этот мир уже не будет казаться таким огромным, чужим. Я направился к ее району, надеясь, что она окажется достаточно добросердечной, чтобы помочь бедному беглецу, каким я сейчас являлся.

Ночь постепенно сменялась утром, и я ускорил шаг, стремясь как можно скорее добраться до места назначения. Впереди меня ждали неизвестность и риск, но я был готов к ним, ведь свобода стоила того, чтобы рискнуть. Я твердо шагал вперед, преисполненный решимости найти убежище и продолжить свой побег.

Мысли роились в моей голове, пока я шел по пустынным улицам пригорода. Я вспоминал прошлое, анализировал настоящее и строил планы на будущее.

Пока я копался внутри себя, мимо мелькали кварталы столицы. Район который мне нужен представлял из себя зажиточный пригород, где в основном проживал рустралийский средний класс, по крайней мере так было написано в рекламном буклете который прилагался к карте.

Приближаясь к дому Светланы, я чувствовал, как волнение нарастает внутри меня. Что, если она откажет мне в помощи? Что, если она сдаст меня властям? Но я гнал от себя эти мысли, решительно шагая вперед.

Я направился к её дому, двухэтажному особняку, перед которым стояли несколько машин, чтобы не выдать себя, я затаился возле кустов. Мгновение спустя из дома вышел пожилой мужчина в сопровождении нескольких телохранителей, а следом за ними вышла Светлана. Интересно, кто это был? Впрочем, какая разница, главное, они уже уезжали. Я же, не привлекая лишнего внимания, обогнул ее дом по дуге и через задние дворы проник в жилище девушки через заднюю дверь. Оказавшись на кухне, я осмотрелся – внутренне убранство дома было довольно дорогим.

Крадучись, я прошёл в гостиную и стал ждать, пока Светлана вернётся. Сбоку я заметил семейные фотографии на кофейном столике – на фото маленькая девочка в школе, в яслях, вместе с семьёй, внешне она напоминала саму Светлану, наверное ее детские фотографии. Я продолжал разглядывать изображения, в одной из рамочек был запечатлен тот самый старик, внезапно я почувствовал чьё-то присутствие и в последний момент успел схватить кочергу, летевшую на мою несчастную голову. Я повернулся, передо мной стояла испуганная Светлана, которая, узнав меня, выронила кочергу, и начала тараторить извинения. Но через секунду её лицо приняло подозрительное выражение, и она спросила, что я здесь делаю. Я вздохнул и просто попросил у неё помощи, сказав, что мне больше некуда идти.

Светлана с недоверием смотрела на меня, явно не понимая, что я делаю в её доме. Я поспешил объяснить ситуацию, надеясь, что она сжалится надо мной и поможет.

- Послушай, Света? Так ведь? Я могу тебя так называть? – Получив утвердительный ответ на вопрос, я продолжил, - я знаю, что это выглядит странно, но мне больше некуда идти. Я сбежал из больницы, где меня держали против моей воли. Я не знаю, что со мной случилось, но я помню, что ты помогла мне, когда я спас тебя от тех хулиганов. Я просто хочу найти безопасное место, чтобы переждать и разобраться в происходящем. Пожалуйста, не выдавай меня. Я не причиню тебе вреда, честное слово.

Светлана внимательно выслушала меня, её лицо смягчилось, но в глазах всё ещё читалось сомнение.

- Я помню, что ты спас меня, и я тебе благодарна за это, уж можешь поверить, - тихо проговорила она. – Но что, если ты опасен? Ты ведь понимаешь как это выглядит? Я не сомневаюсь что ты нормальный парень, просто я тебя вижу второй раз в жизни.

Я покачал головой:

- Я тебя понимаю, но поверь, хотел бы чего злого, стал бы я сейчас с тобой говорить. Мне правда нужна помощь, у меня проблемы с памятью, я мало что помню, кроме того, что меня держали в больнице против моей воли. Я не знаю, что со мной случилось, но я не хочу причинять вред ни тебе, никому-либо ещё. Пожалуйста, дай мне шанс!

Светлана задумчиво посмотрела на меня, а затем кивнула:

- Хорошо, я тебе верю. Можешь пока остаться здесь, я принесу тебе чистую одежду и еду. Но хочу предупредить, если ты сделаешь что-то подозрительное, я сразу же вызову полицию, понял?

Я с облегчением выдохнул и поблагодарил её:

- Спасибо. Я буду вести себя тихо и не доставлю тебе никаких проблем, обещаю.

Она кивнула и вышла из комнаты. Я облегчённо выдохнул, одной проблемой на сегодня меньше, хоть какая-то победа.

Я осмотрелся вокруг. Семейные фотографии, дорогая мебель – всё указывало на то, что это состоятельная семья. Интересно, кто был тот пожилой мужчина, которого я видел выходящим из дома? Неужели отец Светланы? Я должен быть осторожен и не привлекать к себе лишнего внимания.

Вскоре Светлана вернулась с чистой одеждой и едой. Я поблагодарил её и с жадностью принялся за еду, осознавая, как сильно проголодался. Пока я ел, Светлана села напротив меня и внимательно наблюдала.

Так что же с тобой случилось? – спросила она. – Почему тебя держали в больнице?

Я прекратил поглощать пищу и задумался, как лучше ответить. И осознал что не знал адекватного ответа на этот вопрос.

- Честно говоря, я не помню, - признался я. – Последнее, что я припоминаю более менее точно – события последних двух месяцев. А потом я очнулся в больнице, и меня держали там против моей воли. Я не знаю, что со мной случилось, вернее знаю, но в общем, все сложно.

Светлана нахмурилась, явно озадаченная моим ответом.

- Ты не помнишь, как оказался в больнице? Это очень странно. Может, ты был в аварии или подвергся нападению? – предположила она.

Я покачал головой:

- Нет, я ничего такого не помню. Всё, что я знаю – это то, что я сбежал из больницы и теперь ищу безопасное место, чтобы разобраться в происходящем. Ты единственная, к кому я мог обратиться за помощью.

Светлана задумчиво кивнула:

- Понятно. Ну что ж, раз ты действительно ни в чём не виноват, то я помогу тебе. Можешь остаться здесь, на время. Только постарайся не привлекать к себе лишнего внимания, хорошо?

Я с облегчением улыбнулся:

- Спасибо. Я буду вести себя тихо и постараюсь не доставлять тебе проблем, не волнуйся я скоро уйду, мне и самому не очень нравится тебя обременять.

Она ответила мне ободряющей улыбкой, и я почувствовал, что, возможно, мне удастся разобраться в происходящем и найти выход из этой ситуации.

***

Оставшись один в гостиной особняка Светланы, я спокойно доел, попутно осматривая каждую деталь в помещении.

Я заметил, что на некоторых фотографиях присутствовал тот самый пожилой мужчина, которого я видел выходящим из дома. Судя по всему, он был отцом Светланы. Интересно, кем он был и чем занимался? Его солидный вид и сопровождавшие его люди наводили на мысль, что он, возможно, был влиятельной фигурой.

Взгляд зацепился за шкаф с книгами. Руководства по экономике, политике, истории – всё указывало на то, что в этом доме жил человек, интересующиеся серьёзными вопросами. Однако среди книг я не обнаружил ничего, что могло бы прямо указывать на род занятий хозяйки.

Внезапно мой взгляд упал на небольшую металлическую шкатулку, стоявшую на одной из полок. Она выглядела довольно старой и, судя по всему, была заперта. Не стоит рыться в чужих вещах без разрешения. Светлана оказала мне доверие, и я не хотел злоупотреблять им.

Я отвёл взгляд от шкатулки и вместо этого стал рассматривать картины, украшавшие стены гостиной. Они были выполнены в классическом стиле и, судя по всему, являлись дорогими антикварными произведениями искусства. Интересно, откуда у этой семьи такие ценные вещи?

Пока я размышлял над этим, в комнату вошла Светлана. Она внимательно наблюдала за мной, словно пытаясь понять, что я делаю.

- Ты что-то ищешь? – спросила она.

Я поспешил заверить её, что просто рассматриваю обстановку:

- Нет-нет, я ничего не трогал. Просто осматриваюсь, пытаясь понять, кто вы такие. Этот дом очень богатый и роскошный.

Светлана слегка улыбнулась:

- Да, моя семья довольно состоятельная. Мой… отец – успешный бизнесмен. Он занимается инвестициями и недвижимостью.

Я кивнул, но внутренне почувствовал, что она не договаривает чего-то. Что-то в её словах показалось мне неискренним. Мне не понравилась это небольшая заминка.

- А кто был тот пожилой мужчина, которого я видел выходящим из дома? – спросил я.

Светлана на мгновение замешкалась, а затем ответила:

- Это мой дедушка. Он иногда приезжает к нам в гости.

Я заметил, как её взгляд на секунду стал настороженным. Очевидно, она не хотела распространяться о своей семье. Я решил не настаивать, но мне было любопытно, что же на самом деле скрывается за этими стенами.

- Понятно, - сказал я. – Спасибо, что ты приютила меня. Я постараюсь не доставлять тебе хлопот.

Светлана кивнула:

- Хорошо. Я принесу тебе ещё еды. Отдыхай пока, можешь принять душ, и поспать. Я тебе выделю комнату.

Она вышла из комнаты, а я остался наедине со своими мыслями. Что-то явно не так в этом доме, и я был полон решимости разгадать его тайны. Но для начала мне нужно было хорошенько отдохнуть и набраться сил. Кто знает, что ещё ждёт меня впереди?

***

Принимать водные процедуры было приятно, напряжённые канаты мышц, наконец-то расслаблялись под потоком теплой воды, а мыльная пеня смывала пот, и грязь въевшуюся в кожу. Выключив воду, я вышел из кабинки, легкий пар наполнил ванную комнату, вытерев тело, я обернул полотенце вокруг талии, и подошёл к раковине.

Вытерев запотевшее зеркало, я посмотрел на себя. Нынешнее тело мне нравилось, молодое, и сильное, а мощные мускулы так и бугрились, как у олимпийского атлета. Все красиво, и без излишеств, не так как у тяжей, и пауэрлифтеров – когда спортсмены, в силу специфики своего спорта, вынуждены отращивать габаритную мускулатуру, нередко уродующую человека, впрочем кому-то даже идёт такое. Мне же, такое было не нужно.

Выйдя из душевой, я посмотрел в окно. Солнце уже клонилось, скоро наступит вечер, нужно скоро выходить. Интересно, где сейчас Светлана?

Мне не давала покоя та загадочная металлическая шкатулка, которую я заметил вчера. Надев брюки, и взяв футболку в руки, я пошел в гостиную.

Аккуратно подойдя к полке, я взял шкатулку в руки. Она была довольно тяжёлой, что наводило на мысль о её содержимом. Я попытался открыть её, но, как и ожидалось, она была заперта. Я осмотрел её со всех сторон, пытаясь найти способ открыть, но безуспешно.

Внезапно я услышал звук открывающейся двери, и в комнату быстро вошла Светлана, я увидел как на секунду ее глаза расширились, и она оценивающе прошлась глазами по моему все еще голому торсу. Затем она заметила, что я держу в руках загадочную металлическую шкатулку, и мгновенно подошла ко мне, забирая её из моих рук.

- Не стоит копаться в чужих вещах, - сказала она строго, аккуратно положив шкатулку в сторону.

Я сдержанно извинился:

- Прости, я не хотел вторгаться в твое личное пространство. Просто эта шкатулка показалась мне интересной, и я не удержался, решил поближе полюбоваться. Мне нравятся старые вещи, можно сказать я своего рода ценитель. – Сказав это, я напялил футболку.

Светлана вздохнула и протянула мне чистую одежду, и еще полотенец.

- Вот, я принесла тебе еще свежих вещей, для улицы. Переоденься и будь готов отправиться в путь.

Я поблагодарил её за одежду и начал переодеваться. Чистая рубашка, легкая куртка и брюки были мне явно маловаты, но всё равно намного лучше, чем то, в чём я был.

Когда я закончил, Светлана неожиданно протянула мне несколько зеленых купюр:

- Вот, возьми деньги. Думаю, они тебе пригодятся.

Я удивлённо посмотрел на деньги, и поблагодарил. Брать у девушки средства было немного не по себе, но выбор у меня был не велик, она была права, деньги могли мне пригодится. Я развернул бумажку, и посмотрел на ее, словно впервые видел, что в общем-то было правдой, эту купюру я видел впервые. На купюре был нарисован какой-то мужчина во фраке, видимо какой-то политический деятель девятнадцатого века, вчитывался я не стал. На обратной стороне было написано – «Суверенная Русская Республика Австралия», и чуть ниже «Пятьдесят ефимков», ого, до этого я только тройки, и пятёрки держал в руках.

Светлана внимательно посмотрела на меня, и видимо по своему идентифицировала мой растерянный взгляд:

- Ты действительно ничего не помнишь о том, как оказался здесь? Ты так смотришь на деньги, неужели амнезия настолько сильно на тебе отразилось. – Я услышал в ее голосе нотки беспокойства, и сочувствия.

Я вздохнул:

- Честно говоря, я сам не понимаю, что происходит. Я знаю что я солдат, и что меня привезли в госпиталь после ранения. – Остальное ей не стоило знать.

Светлана задумчиво кивнула:

- Понятно. Ну что ж, тогда тебе стоит поскорее отправляться домой и попытаться разобраться в этом. Возьми ефимки, они тебе пригодятся. И скорее возвращайся сюда, адрес, и путь ты знаешь, придумаем как тебе помочь, возможно отец, или дедушка тебе помогут. Как твое имя, и фамилия?

- Не стоит, правда. Спасибо за предложенную помощь. – В ответ на мои отнекивания, девушка эмоционально перебила меня.

- Нет! Это даже не обсуждается, ты спас мне жизнь. В конце концов, я лично тебе обязана, это не обсуждается! – Девушка во время короткого спича эмоционально жестикулировала, настоящая итальянка, видимо из-за этой мысли, на моем лице появилась широкая улыбка. Из-за этого девушка пихнула меня в плечо, и сама улыбнулась. Мы засмеялись, причем довольно долго, не сложно было понять, таким образом, мы спускали напряжение, скопившееся за последние дни.

- Ну что ж, раз ты настаиваешь, я спорить не стану. – Сказал я, после того как мы вдвоём вдоволь насмеялись.

***

Я поблагодарил её за помощь и деньги, а затем направился к выходу. Выйдя из особняка, я огляделся по сторонам, пытаясь определить, в каком направлении мне идти. Австралия… Это было совершенно неожиданно. Но теперь, когда у меня были деньги, я мог попытаться добраться до своего дома и, возможно, найти ответы на свои вопросы.

Я зашагал по улице, полный решимости разобраться в происходящем. Что-то явно не так в моей жизни, и я был намерен докопаться до истины, чего бы мне это ни стоило.

Вокруг меня простирались аккуратные двухэтажные дома, утопающие в зелени садов. Было раннее утро, и на улицах почти не было людей, лишь редкие легковушки, и фургоны доставки проносились мимо меня.

Я огляделся по сторонам, пытаясь сориентироваться. Достав из кармана ефимки, которые она мне дала, я задумался, как лучше всего добраться до своего дома.

Решив, что лучше всего будет сначала найти ближайшую станцию общественного транспорта, я зашагал по тихим улочкам. Вскоре я вышел на более оживлённую часть города, где увидел остановку автобуса. Подойдя ближе, я изучил карту маршрутов, пытаясь понять, как мне добраться до центра города.

Через несколько минут подошёл автобус, и я, заплатив водителю, занял место у окна. Пока мы ехали, я с любопытством разглядывал проплывающие за стеклом пейзажи. Русская Австралия оказалась совсем не похожей на Россию, которую я помнил. Повсюду виднелись незнакомые деревья и растения, а воздух был наполнен каким-то особенным ароматом.

Наконец, автобус достиг центра города, и я вышел на оживлённой площади. Вокруг меня кипела жизнь – люди спешили по своим делам, машины сновали от одной стороны улицы, на другую, а чуть дальше виднелись высотные здания обширного делового района. Я огляделся по сторонам, пытаясь сориентироваться.

Достав из кармана карту города, я стал изучать её, пытаясь найти свой дом. Судя по адресу, он находился в портовом районе, недалеко от центра. Решив, что лучше всего будет добираться туда на такси, я направился к ближайшей стоянке.

Подойдя к первому попавшемуся автомобилю, я обратился к водителю:

- Извините, не могли бы вы отвезти меня в портовый район, к улице Декабристов, дом 17?

Водитель, пожилой

Мужчина с добродушным лицом, кивнул:

- Конечно, садитесь. Я знаю, где это.

Я с облегчением сел на заднее сиденье, и машина тронулась с места. По пути я рассматривал город за окном, пытаясь запомнить дорогу. Мне было важно как можно лучше ориентироваться в этом незнакомом месте.

Наконец, такси остановилось возле моего дома. Я поблагодарил водителя, расплатился и вышел на тротуар, чувствуя, как участилось сердцебиение. Вот он, мой дом, такой знакомый и в то же время незнакомый. Что я найду там внутри? Ответы на свои вопросы или лишь новые загадки?

Набравшись смелости, я подошёл к входной двери и достал ключи, которые взял из своего личного дела. Вставив ключ в замок, я глубоко вздохнул и повернул его.

Дверь тихо скрипнула, открываясь передо мной. Я осторожно переступил порог, оказавшись в знакомом, но в то же время незнакомом пространстве. Внутри всё выглядело так, как я и помнил, но в воздухе ощущалось какое-то странное напряжение.

Закрыв за собой дверь, я огляделся по сторонам. Небольшая прихожая, ведущая в гостиную, и знакомые вещи – всё было на своих местах. Но что-то определённо изменилось с тех пор, как я в последний раз был здесь.

Медленно пройдя вглубь дома, я оказался в гостиной. Здесь тоже всё выглядело так, как я помнил, но меня не покидало ощущение, что за этими стенами скрывается нечто большее. Я подошёл к книжным полкам, рассматривая знакомые корешки книг, и вдруг заметил небольшую металлическую шкатулку, стоявшую на одной из полок.

Сердце моё забилось чаще. Это была та самая загадочная шкатулка, которую я видел в доме Светланы. Неужели она каким-то образом оказалась здесь? Я осторожно взял её в руки, внимательно осматривая со всех сторон. Она была заперта, и я снова попытался открыть её, но безуспешно.

Внезапно я услышал какой-то звук, доносящийся из другой комнаты. Насторожившись, я аккуратно положил шкатулку обратно на полку и направился на звук. Осторожно заглянув в кухню, я увидел, что там кто-то есть. Сердце моё бешено колотилось, пока я медленно приближался, готовый в любой момент броситься наутёк.

Внезапно, в спину мне уперся ствол пистолета, и раздался чей-то довольный голос.

- Наконец-то мы тебя поймали парень, заставил ты нас побегать мать твою!

Глава 10

Отчет о начале и ходе вьетнамской операции, начавшейся летом 1965 года

Секретно

Правительству Русской Австралии

Уважаемые члены правительства,

Настоящим докладываю о начале и ходе вьетнамской операции, начавшейся летом 1965 года.

Предыстория конфликта

Вьетнам, бывшая колония Французской империи, был разделен на Северный Вьетнам, управляемый коммунистическим режимом Хо Ши Мина, и Южный Вьетнам, поддерживаемый Суверенным правительством Русской Австралии. Напряженность между двумя частями страны нарастала на протяжении 1950-х и начала 1960-х годов, что в итоге привело к эскалации военного конфликта.

Начало операции

Летом 1965 года правительство Южного Вьетнама, при поддержке ВС РА, приняло решение о начале масштабной военной операции против коммунистических сил Северного Вьетнама и партизанских отрядов Вьетконга на территории Южного Вьетнама. Операция получила кодовое название "Стальной кулак" и была призвана нанести сокрушительный удар по противнику, подавить его волю к сопротивлению и обеспечить окончательную победу Южного Вьетнама в гражданской войне.

Ход операции

Первый этап операции "Стальной кулак" начался 8 марта 1965 года с высадки первых подразделений морских стрельцов Русской Австралии в районе Дананга. В течение последующих недель в Южный Вьетнам были переброшены дополнительные силы – к середине весны 1965 года общая численность русских войск достигла 184 тысяч человек. Помимо морской пехоты, в операции были задействованы сухопутные войска, военно-воздушные и военно-морские силы.

Основные направления ударов включали:

- Наступление на базы Вьетконга в джунглях и горных районах Южного Вьетнама с целью их уничтожения;

- Бомбардировки объектов инфраструктуры и промышленности Северного Вьетнама, в том числе с применением напалма и других зажигательных средств;

- Перехват и уничтожение вражеских конвоев, перевозящих оружие и боеприпасы по "Тропе Хо Ши Мина" - сети тайных маршрутов через Лаос и Камбоджу.

К концу лета 1965 года союзные войска контролировали большую часть прибрежных районов Южного Вьетнама, однако партизанские отряды Вьетконга по-прежнему сохраняли свои позиции в джунглях и горах. Попытки правительственных войск Южного Вьетнама и их американских союзников разгромить Вьетконг в ходе масштабных наступательных операций успеха не принесли - противник умело применял тактику партизанской войны, избегая прямых столкновений и нанося точечные удары.

Потери сторон.

На актуальный момент операции "Стальной кулак" Суверенная Австралия и их союзники понесли значительные потери. Только за первые два месяца погибло около 800 русских военнослужащих, еще 1500 были ранены. Потери южновьетнамской армии составили около 9000 убитых и 18000 раненых. Несмотря на применение подавляющей огневой мощи, противник также нанес ощутимый урон: было уничтожено около 41 единиц русской бронетехники и артиллерии, сбито 7 самолетов.

Со стороны Северного Вьетнама и Вьетконга потери оценивались в 20000 убитых и 35000 раненых. Кроме того, было уничтожено около 246 единиц бронетехники и артиллерии, а также 35 самолетов.

Таким образом, несмотря на значительное превосходство Австралии и их союзников в живой силе, вооружении и авиации, первый год операции "Стальной кулак" не принес ожидаемого результата. Вьетконг продолжал оказывать упорное сопротивление, а правительственные войска Южного Вьетнама демонстрировали низкую боеспособность.

Выводы и рекомендации

Анализ хода первого года вьетнамской операции позволяет сделать следующие выводы:

1. Применение подавляющей военной силы против партизанских формирований противника оказалось недостаточно эффективным. Необходимо разработать новые тактические подходы, учитывающие специфику ведения боевых действий в джунглевой местности.

2. Южновьетнамская армия демонстрирует низкую боеспособность и неспособность самостоятельно вести боевые действия. Требуется более активное участие американских войск, а также интенсификация программ обучения и переоснащения южновьетнамских вооруженных сил.

3. Для достижения победы в войне необходимо расширить масштабы операции, задействовав дополнительные силы и средства, в том числе путем привлечения контингентов союзных стран. (Необходимо повысить программу набора министра Степанова)

4. Следует уделить особое внимание проведению информационно-пропагандистской работы среди местного населения Южного Вьетнама, с целью завоевания их поддержки и нейтрализации влияния Вьетконга.

Таким образом, несмотря на значительные усилия и потери, первый период вьетнамской операции не принес ожидаемого результата. Для достижения окончательной победы требуется пересмотр стратегии и тактики ведения боевых действий, а также наращивание военного контингента и информационно-пропагандистской работы.

Прошу рассмотреть данный отчет и дать указания по дальнейшим действиям.

С уважением,

Командующий генерал-полковник Иванов.

***

Секретно

Правительству Русской Австралии

В дополнение к предыдущему отчету о начале и ходе вьетнамской операции, считаю необходимым доложить о предлагаемых мерах по расширению возможностей специальных боевых групп и создании новых отрядов специального назначения.

Анализ начала боевых действий в ходе операции "Стальной кулак" показал, что для достижения победы над противником требуются не только наращивание военной мощи, но и применение более гибких и эффективных тактических подходов. Особую роль в этом должны сыграть специальные подразделения, способные действовать скрытно, проводить разведку, диверсионные и контртеррористические операции.

Создание отрядов специального назначения

В связи с начавшейся войной, роль и значение секретных операций приобрели новую важность. Для их проведения предлагается сформировать специальные отряды, превосходящие по своим возможностям традиционные рейнджерские подразделения.

Основные задачи новых отрядов специального назначения:

- Проведение разведывательных и диверсионных операций в тылу противника

- Уничтожение ключевых объектов инфраструктуры и пунктов управления врага

- Ликвидация лидеров и командиров вражеских сил

- Освобождение военнопленных и заложников

- Оказание помощи и поддержки партизанским отрядам на территории Вьетконга

- Сбор разведывательной информации о противнике

Для комплектования этих отрядов будут отбираться наиболее подготовленные и опытные бойцы из состава действующих подразделений рейнджеров, и регулярных войск. Особое внимание будет уделено отбору кандидатов, обладающих высокой физической и психологической подготовкой, навыками ведения боевых действий в условиях джунглей, владеющих иностранными языками.

Подготовка бойцов будет осуществляться по специальным программам, включающим в себя:

- Интенсивные курсы выживания, ориентирования и маскировки в джунглевой местности

- Обучение методам партизанской войны, диверсионной деятельности и скрытного проникновения

- Тренировки по рукопашному бою, стрельбе из различных видов оружия, в том числе бесшумного

- Изучение иностранных языков, в первую очередь вьетнамского и французского

- Отработку взаимодействия с местным населением и партизанскими отрядами

Помимо этого, новые отряды специального назначения будут оснащены самым современным и высокотехнологичным оборудованием: бесшумное оружие, средства связи и навигации, специальные средства маскировки и передвижения.

Расширение возможностей существующих боевых групп

Наряду с созданием новых отрядов специального назначения, предлагается также расширить возможности уже существующих боевых групп.

Основные направления:

- Увеличение численности групп до 12-15 человек для повышения огневой мощи и возможностей по ведению разведки

- Оснащение групп новейшими образцами стрелкового оружия, в том числе бесшумного

- Оснащение групп средствами связи, навигации и наблюдения, включая беспилотные летательные аппараты

- Обучение бойцов методам партизанской войны, диверсионной деятельности и скрытного проникновения

- Улучшение взаимодействия групп с местным населением и партизанскими отрядами

Кроме того, предлагается создать специальные авиационные подразделения, способные обеспечивать скрытную переброску, снабжение и эвакуацию боевых групп. Это позволит значительно повысить мобильность и автономность действий спецподразделений.

Ожидаемые результаты

Реализация предложенных мер по созданию новых отрядов специального назначения и расширению возможностей существующих боевых групп позволит:

1. Существенно повысить эффективность проведения разведывательных, диверсионных и контртеррористических операций в тылу противника.

2. Нанести значительный урон инфраструктуре, системе управления и ключевым фигурам вражеских сил.

3. Оказать более действенную поддержку и помощь партизанским отрядам, что будет способствовать ослаблению позиций противника.

4. Улучшить сбор разведывательной информации о противнике, его планах и передвижениях.

5. Повысить мобильность и автономность действий специальных подразделений, что позволит им эффективнее действовать в условиях джунглевой местности.

Реализация данных предложений потребует дополнительных финансовых и материальных ресурсов, а также времени на подготовку личного состава. Однако, учитывая стратегическую важность вьетнамского театра военных действий, считаю необходимым незамедлительно приступить к их осуществлению.

Прошу рассмотреть данные предложения и дать соответствующие указания.

С уважением,

Командующий генерал-полковник Иванов

***

Я стоял в прихожей своей квартиры, руки подняты в знак покорности. Сзади в спину упирался ствол пистолета, а передо мной застыл его подельник, сжимая в руках наручники. Не дожидаясь, когда они сделают свой ход, я решил действовать.

Резким движением я смахнул в сторону ствол, одновременно выбивая пистолет из рук нападавшего. Завязалась ожесточенная схватка в тесном пространстве прихожей. Мы сшибали предметы, сталкивались, пытаясь достать друг друга. Второй преступник попытался надеть на меня наручники, но я изловчился и перехватил его руку, заламывая ее. Он взвыл от боли, выронив металлические браслеты.

Мы продолжали яростно сцепляться, нанося друг другу удары. Я чувствовал, как адреналин пульсирует в моих венах, придавая силы. Противники были явно профессионалами, но я не собирался сдаваться без боя. Мы кружили по прихожей, сшибая с полок вазы и фотографии. Наконец, мне удалось схватить первого нападавшего за горло и с силой швырнуть его на стену. Он глухо застонал и сполз на пол, теряя сознание.

Второй бандит, воспользовавшись моментом, достал из-за пояса пистолет и выстрелил. Острая боль пронзила мой бок, заставив пошатнуться. Но я не сдавался. Собрав последние силы, я бросился на него, сбивая с ног. Мы покатились по полу, нанося друг другу удары. В какой-то момент я сумел выхватить пистолет из его рук и, приставив дуло к его виску, потребовал сдаться.

Обессиленный, он поднял руки в знак капитуляции, я же не заставил себя ждать, т вырубил гада точным ударом по челюсти. Я быстро обыскал обоих преступников и, к своему удивлению, обнаружил в их карманах жетоны сотрудников государственной службы безопасности. Похоже, они приехали за мной, разыскивая меня после самовольного побега из госпиталя.

Связав их, я тщательно обыскал их вещи, пытаясь понять, что им было нужно. В одном из карманов я нашел документы, которые меня неприятно удивили. Документ сулил мне судьбу повторного зачисления в ряды австралийской армии, на испытательный срок в какие-то специальные части.

Перевязав рану на боку, я покопался в шкафу, и переоделся в чистую одежду, надеясь скрыться в темноте города. Выбравшись через черный ход, я растворился в ночных улицах, оставив позади связанных агентов. Теперь мне предстояло найти убежище и разобраться, что же на самом деле происходит.

Мое сердце бешено колотилось, пока я спешил прочь от квартиры. Я понимал, что меня ждет долгая и опасная игра в кошки-мышки с могущественными силами, которые, похоже, охотились за мной. Но я был готов к этому. Слишком многое поставлено на кон, чтобы сдаваться без боя.

Улицы города, освещенные лишь редкими фонарями, казались мне теперь полными угроз. Я старался держаться в тени, прислушиваясь к каждому шороху. Мне нужно было как можно скорее найти безопасное место, где я смогу перевести дух и обдумать дальнейшие действия. Кто-то явно охотился за мной, и я должен был любой ценой оторваться от преследователей.

Пробираясь по темным переулкам, я чувствовал, как кровь пропитывает повязку на боку. Боль пульсировала в ране, но я старался не обращать на нее внимания. Сейчас главное - оторваться от погони и найти убежище. Только там я смогу в относительной безопасности разобраться в том, что происходит.

Мысли лихорадочно метались в моей голове.

Я ускорил шаг, игнорируя боль в боку.

Сжимая в кармане пистолет, я вышел на темные улицы города, оставив позади связанных агентов. Рана в боку жгла, а повязка быстро намокала от крови. Я чувствовал, как капли стекают по животу и ногам, оставляя за мной кровавый след.

Тем не менее, ноги сами несли меня вперед, к единственному человеку, которого я знал в этом мире - Свете. Надеюсь, она не спит сейчас. Я не помню, сколько времени прошло, пока я добирался до ее коттеджа, но когда, наконец, постучал в дверь, был уже на пределе.

Дверь открылась, и я увидел перед собой встревоженное лицо Светы. Ее глаза расширились, когда она заметила мой окровавленный вид. Я попытался что-то сказать, но силы оставляли меня, и я потерял сознание, проваливаясь во тьму.

***

Очнувшись, я обнаружил себя лежащим на знакомом диване. Голова кружилась, а тело ломило от боли. Я попытался подняться, но Света, сидевшая рядом, мягко удержала меня.

- Тише, тише, лежи спокойно. Тебе нужно отдохнуть, - прошептала она, накрывая меня одеялом.

Я смотрел на нее затуманенным взглядом, пытаясь вспомнить, что же произошло. Картинки прошедших событий медленно всплывали в памяти: нападение в моей квартире, жестокая схватка, побег. И теперь я здесь, в безопасности, под заботливым присмотром Светы.

Внезапно меня накрыла волна воспоминаний, которые я так долго пытался подавить. Я снова оказался на Аляске, среди разрушенных зданий и грохота взрывов. Передо мной возникли лица моих боевых товарищей, их отчаянные крики и предсмертные хрипы.

Я задрожал, вновь переживая ужасы той войны. Света заметила мое состояние и ласково провела рукой по моему лбу, успокаивая.

- Все хорошо, ты в безопасности. Это был всего лишь сон, ты сейчас в безопасности, не волнуйся ты дома, это не Вьетнам. - прошептала она.

Но я знал, что это не просто сон. Это были воспоминания, которые преследовали меня все эти годы. Воспоминания о той страшной войне, которая навсегда изменила меня. Она думала что меня мучители ужасы ее войны, которая ведёт нынешняя Россия, защищая свои новые дальние пороги, хотя, такие уж дальние?

Я закрыл глаза, пытаясь отогнать кошмарные образы. Но они упорно возвращались, вновь и вновь погружая меня в пучину отчаяния и боли. Я видел, как мои товарищи гибнут один за другим, а я бессилен что-либо изменить.

Внезапно в моей памяти всплыл другой эпизод - наша последняя миссия. Высадка в Сан-Франциско, жестокий бой, я был ранен. Но мне удалось выжить, в то время как остальные... Остальные остались там навсегда. Грязный, вонючий, мерзкий, блядский калифорнийский песок.

Я сжал кулаки, чувствуя, как ярость и боль вновь захлестывают меня. Почему я выжил, а они нет? Почему судьба так жестока? Эти вопросы не давали мне покоя все эти годы.

Света, видя мое состояние, мягко сжала мою руку, возвращая меня в реальность.

- Ты в безопасности, - повторила она. - Ты прошел через ад, но теперь все позади. Ты жив, и это главное.

Ее слова, полные сочувствия и заботы, помогли мне немного успокоиться. Я глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Да, я выжил, когда другие погибли. И теперь я должен жить дальше, ради них, ради тех, кто отдал свои жизни.

Я посмотрел на Свету, надеясь найти в ее глазах ответы на эти мучительные вопросы. Она была единственным человеком, которому я мог доверять. Единственным, кто понимал, через что мне пришлось пройти.

- Света, - хрипло произнес я. - Что мне делать? Как жить дальше, когда все, что я вижу - это смерть и разрушение? – Она не знала весь тот груз, который я нес, еще до переноса в этот мир, я даже не знал зачем я спрашиваю, просто хотелось с кем-то поговорить, такая уж моя натура.

Она крепко сжала мою руку, ее глаза наполнились сочувствием.

- Ты должен найти в себе силы, чтобы жить дальше, - ответила она. - Твои товарищи отдали свои жизни, чтобы ты мог выжить. Не предавай их память, сражаясь за то, во что они верили.

Ее слова словно луч света в темноте. Да, они погибли, но их жертва не должна быть напрасной. Я должен продолжать бороться, ради них, ради тех, кто больше никогда не вернется домой.

Я кивнул, чувствуя, что пустота внутри заполняется чем-то, или может мне казалось? Я выживу, во что бы то ни стало. И я сделаю все, чтобы их смерть не была напрасной.

Света улыбнулась.

- Отдыхай, - сказала она, поправляя одеяло. - Тебе нужно набраться сил.

Я кивнул и закрыл глаза, позволяя усталости и боли постепенно отступать. Дрема постепенно захватывало мое сознание, лишь для того чтобы снова исправиться под утро.

Глава 11

Политический кризис в Суверенной Русской Австралии: Интервью с депутатом Александром Петровым

Политическая обстановка в Новой Одессе, одном из крупнейших городов Русской Австралии, накаляется с каждым днем. Президент Александр Волков, чей первый срок подходит к концу, сталкивается с серьезными проблемами, которые ставят под угрозу его переизбрание. Мы взяли интервью у Александра Петрова, влиятельного депутата Народного Собрания Новой Одессы, чтобы узнать его мнение о текущей ситуации.

Корреспондент: Господин Петров, спасибо, что нашли время для интервью. Ситуация в стране, кажется, становится все более нестабильной. Как вы оцениваете положение президента Волкова и его администрации?

Александр Петров: Ситуация действительно очень сложная. Президент Волков сталкивается с целым рядом серьезных проблем, которые ставят под угрозу его переизбрание на второй срок. Прежде всего, это экономическая стагнация, которая уже несколько лет подряд сдерживает развитие страны. Несмотря на заявления правительства о попытках встряхнуть экономику и помощи малому, среднему предпринимательству, простые граждане ощущают на себе последствия этого застоя: снижение уровня жизни, рост безработицы, падение покупательной способности. Люди все чаще выражают недовольство политикой Волкова, обвиняя его в неспособности справиться с экономическими трудностями.

Корреспондент: Но ведь Волков активно участвует в геополитических процессах, в частности, в военной операции по защите Южного Вьетнама от агрессии Северного. Как вы оцениваете эти внешнеполитические инициативы?

Александр Петров: Безусловно, внешнеполитическая активность президента Волкова является важным фактором, который он пытается использовать для укрепления своих позиций. И конечно, военная операция в Южном Вьетнаме, несомненно, является серьезным вызовом, требующим больших ресурсов и внимания. Страна является важным плацдармом, ведь Индокитай, весь этот полуостров, это прямая зона наших экономических интересов, очевидно что, если в одну из стран, придут марксисты-коммунисты, это плохо скажется на наших интересах. Однако, на мой взгляд, это отвлекает Волкова от решения насущных внутренних проблем, которые волнуют большинство граждан. Люди хотят видеть конкретные результаты в улучшении их благосостояния, а не громкие внешнеполитические заявления, какими важными они бы не являлись.

Корреспондент: Как вы думаете, какие меры может предпринять президент Волков, чтобы улучшить свое положение и повысить шансы на переизбрание?

Александр Петров: Президенту Волкову необходимо в первую очередь сосредоточиться на решении внутренних экономических проблем. Ему следует разработать четкую программу по стимулированию экономического роста, создание новых рабочих мест, повышение уровня жизни населения. Кроме того, ему нужно наладить более тесный диалог с республиканцами и гражданским обществом, учитывать их мнение при формировании политического курса. Только так он сможет вернуть доверие избирателей и укрепить свои позиции перед предстоящими выборами.

Корреспондент: Как вы оцениваете перспективы переизбрания президента Волкова на второй срок в сложившихся условиях?

Александр Петров: Честно говоря, в текущей ситуации шансы президента Волкова на переизбрание выглядят довольно неопределенными. Ему предстоит серьезная борьба, учитывая накопившиеся проблемы и растущее недовольство граждан. Многое будет зависеть от того, насколько ему удастся переломить ситуацию в ближайшие месяцы и убедить избирателей в своей способности эффективно управлять страной. Но это будет непростая задача.

Корреспондент: Ну что ж, спасибо, господин Петров, за подробный анализ текущей политической ситуации. Ваша оценка ситуации вокруг президента Волкова представляется весьма объективной и взвешенной. Остается надеяться, что ему удастся найти правильные решения, чтобы вывести страну из кризиса.

Александр Петров: Благодарю вас за интересное интервью. Действительно, ситуация в стране весьма сложная, и от действий президента Волкова и его команды будет зависеть, сможет ли он преодолеть накопившиеся проблемы и заручиться поддержкой избирателей. Это будет непростой, но крайне важный для будущего Русской Австралии вызов.

Корреспондент: Спасибо за ваше время. Мы будем внимательно следить за развитием событий в ближайшие месяцы.

***

Политический кризис в Суверенной Русской Австралии: Обсуждение возможности импичмента президента Волкова

Политическая обстановка в стране накаляется с каждым днем. После нашего предыдущего интервью с депутатом Александром Петровым, ситуация вокруг президента Александра Волкова только усугубилась. Его военная операция по защите Южного Вьетнама от агрессии Северного Вьетнама зашла в тупик, а внутренние экономические проблемы продолжают усугубляться. Все это ставит под вопрос возможность переизбрания Волкова на второй срок. Мы решили продолжить наше расследование и поговорить с другими влиятельными политиками Новой Одессы, чтобы понять, насколько реальна угроза импичмента для действующего президента.

Корреспондент: Господин Петров, в нашем предыдущем интервью вы довольно скептически оценивали перспективы переизбрания президента Волкова. Сейчас ситуация, кажется, только ухудшилась. Насколько реальной вы считаете возможность импичмента?

Александр Петров: Ситуация действительно складывается крайне неблагоприятно для президента Волкова. Его военная авантюра во Вьетнаме зашла в тупик, а потери среди личного состава уже исчисляются тысячами. Это вызывает все большее недовольство в обществе. Люди устали от бесконечных сводок о новых жертвах, они хотят, чтобы власть сосредоточилась на решении внутренних проблем. Кроме того, экономическая ситуация продолжает ухудшаться семимильными шагами. Рост безработицы, падение уровня жизни - все это подрывает доверие граждан к президенту. На этом фоне республиканцы и некоторые представители демократической партии все чаще заговаривают об импичменте. Они считают, что Волков утратил способность эффективно управлять страной и ведет ее к катастрофе.

Корреспондент: Насколько реальны шансы на успешное проведение процедуры импичмента? Ведь Волков контролирует большинство в Народном Собрании.

Александр Петров: Вы правы, Волков пока сохраняет контроль над парламентом. Но ситуация может измениться в ближайшие месяцы. Недовольство его политикой нарастает, и все больше депутатов готовы поддержать импичмент, если это позволит им сохранить свои кресла на предстоящих парламентских выборах. Кроме того, оппозиция активно работает, пытаясь привлечь на свою сторону колеблющихся парламентариев. Не исключено, что Волков попытается использовать свои рычаги влияния, чтобы удержаться у власти. Но в условиях нарастающего кризиса это будет непросто. Слишком многие разочарованы его правлением и готовы поддержать его смещение. Так что шансы на успешный импичмент, на мой взгляд, довольно высоки.

Корреспондент: Предположим, что импичмент все-таки состоится. Кто может прийти на смену Волкову? Есть ли у республиканцев достойные кандидаты?

Александр Петров: Это очень важный вопрос. Если Волков будет отстранен, встанет задача выбора нового лидера, который сможет вывести страну из кризиса. Оппозиция уже активно обсуждает возможные кандидатуры. Наиболее вероятным преемником Волкова может стать Виктор Соколов, опытный политик и бывший министр экономики. Он пользуется уважением в деловых кругах и имеет репутацию прагматичного и компетентного управленца. Другим вариантом может быть Ольга Кузнецова, лидер оппозиционной партии "Новый курс". Она позиционирует себя как сторонница социально-ориентированной политики и активно критикует Волкова за пренебрежение нуждами простых граждан. Ее кандидатура может привлечь тех, кто разочарован в действующей власти. Конечно, многое будет зависеть от того, как будут развиваться события в ближайшие месяцы. Но ясно одно - Русской Австралии необходим новый лидер, способный вывести страну из кризиса и вернуть доверие народа.

Корреспондент: Вы упомянули, что военная операция во Вьетнаме зашла в тупик и наносит серьезный ущерб репутации Волкова. Как вы оцениваете перспективы этой кампании? Стоит ли наращивать военное присутствие, или пора сворачивать операцию?

Александр Петров: Поймите меня правильно, как государству, нам действительно необходимо отстаивать свои интересы, особенно когда они лежат на ближних рубежах, но война во Вьетнаме стала настоящим кошмаром для Волкова. Изначально она преподносилась как быстрая и успешная операция по защите дружественного Южного Вьетнама. Но реальность оказалась совсем иной. Боевые действия затянулись, потери растут, а победа все больше отдаляется. Сейчас в Южном Вьетнаме находится уже около 200 тысяч наших солдат. Но даже это не помогает переломить ситуацию. Северовьетнамские войска оказывают ожесточенное сопротивление, а партизанская война в джунглях наносит нам серьезный урон – советы, и китайцы снабжают север самым передовым оружием, причем в огромных количествах. Погибло уже более 3 тысяч наших парней, не говоря о раненых. Их тела продолжают прибывать на родину, вызывая все большее возмущение людей. На мой взгляд, Волкову следует как можно скорее найти выход, чтобы переломить ход войны. Она слишком дорого обходится стране, как в человеческих, так и в финансовых потерях. Нужно сосредоточиться на решении внутренних проблем, а не тратить ресурсы на авантюры за рубежом. Иначе Волков рискует окончательно потерять доверие народа.

Корреспондент: Спасибо, господин Петров, за ваш подробный анализ ситуации. Очевидно, что президент Волков оказался в крайне сложном положении. Его военная кампания во Вьетнаме и неспособность решить внутренние экономические проблемы ставят под угрозу его дальнейшее пребывание у власти. Возможность импичмента становится все более реальной. Будем следить за развитием событий в ближайшее время.

Александр Петров: Безусловно, ситуация для Волкова складывается крайне неблагоприятно. Его политика потерпела фиаско как на внешнем, так и на внутреннем фронте. Если он не предпримет решительных шагов для исправления ситуации в ближайшее время, его отставка становится все более вероятной. Русской Австралии необходим новый лидер, способный вывести страну из кризиса. Будем надеяться, что народ сделает правильный выбор.

Корреспондент: Спасибо за интервью. Мы продолжим следить за развитием событий.

***

Белый дом, зал для конференций. Президент США Линдон Джонсон стоял за трибуной, его лицо было серьезным и озабоченным. Перед ним собрались ведущие политики и журналисты страны, ожидая его заявления.

- Дамы и господа, - начал Джонсон, его голос звучал глухо и устало. - Сегодня я вынужден обратиться к вам с тяжелым сердцем. Наша великая нация с горечью наблюдает, как одна из ведущих стран свободного мира - Русская Австралия, вынуждена защищать слабый Южный Вьетнам от посягательств китайских, советских и вьетконговских сил.

Джонсон сделал паузу, его взгляд затуманился. Все присутствующие молчали, ощущая тяжесть момента.

- Мы не можем оставаться в стороне, пока наши союзники проливают кровь за дело свободы, - продолжил президент. - Поэтому я объявляю, что в ближайшее время я отправлюсь Южную Долину, столицу Русской Австралии, для встречи с президентом Волковым. Мы обсудим условия оказания всесторонней помощи нашим друзьям в их борьбе с коммунистической агрессией.

Один из журналистов поднял руку, привлекая внимание Джонсона.

- Господин президент, а не рассматривается ли возможность ввода американских войск во Вьетнам для поддержки Русской Австралии?

Джонсон тяжело вздохнул и посмотрел на журналиста.

- К сожалению, ситуация во Вьетнаме складывается крайне тяжело. Уже более двух тысяч бравых русских парней отдали свои жизни в борьбе за свободу всего мира, и этой страны. И мы просто не можем оставаться в стороне, пока силы добра несут такие жертвы. Поэтому мы готовы рассмотреть возможность ввода американского военного контингента для оказания помощи Русской Австралии

В зале поднялся гул голосов, журналисты засыпали президента вопросами. Джонсон поднял руку, призывая к тишине.

- Я понимаю, что это непростое решение. Но мы не можем допустить, чтобы Южный Вьетнам пал под натиском коммунистических сил. Это будет ударом по всему свободному миру. Поэтому мы должны сделать все возможное, чтобы поддержать наших союзников и защитить демократию в этом регионе.

Джонсон еще раз окинул взглядом притихший зал.

- Я призываю весь американский народ сплотиться вокруг этой непростой задачи. Мы должны встать на защиту свободы и не дать ей погибнуть во Вьетнаме. Это будет долгая и тяжелая борьба, но мы обязаны победить. Ради будущего наших детей и внуков. Ради будущего всего свободного мира.

Зал взорвался аплодисментами. Джонсон кивнул и сошел с трибуны, понимая, что принятое решение может стать поворотным пунктом в истории его страны.

В Белом доме воцарилась напряженная тишина. Президент Соединенных Штатов Линдон Джонсон стоял у окна, глядя на раскинувшийся перед ним Вашингтон. Его лицо было серьезным и озабоченным. Он знал, что решение, которое ему предстоит принять, будет иметь далеко идущие последствия.

Вьетнамская война, начавшаяся как локальный конфликт, все больше разрасталась, втягивая в себя все новых участников. Сначала на помощь Южному Вьетнаму пришла Русская Австралия, бросив в бой свои лучшие войска. Но даже их мощи оказалось недостаточно, чтобы остановить натиск коммунистических сил Северного Вьетнама, Китая и Советского Союза.

Теперь Джонсон стоял перед выбором - вступить в войну или оставить союзников один на один с врагом. И он прекрасно понимал, что последствия любого решения будут тяжелыми. Ввод американских войск во Вьетнам неизбежно приведет к эскалации конфликта, к новым жертвам и страданиям. Но и отказ от помощи союзникам может стать смертельным ударом по всей системе безопасности свободного мира.

Президент тяжело вздохнул и подошел к столу, на котором лежали доклады его военных советников. Они предупреждали о серьезных рисках, но в то же время настаивали на необходимости поддержки Русской Австралии.

***

Вечер в Белом доме. Вице-президент Соединенных Штатов Хьюберт Хамфри сидел в своем кабинете, потягивая дорогой бренди. Рядом с ним устроился директор ЦРУ Уильям Кейси, также наслаждавшийся крепким напитком.

Они оба были в приподнятом настроении - их последняя операция по втягиванию Русской Австралии в войну во Вьетнаме прошла как по маслу. Теперь Америка могла рассчитывать на поддержку своего мощного союзника в этом стратегически важном регионе.

- Знаешь, Уильям, - произнес Хьюберт, довольно улыбаясь, - я даже не ожидал, что все сложится так удачно. Наша провокация сработала на все сто процентов.

Кейси кивнул, отпивая глоток бренди.

- Да, мы здорово их подставили. Теперь Австралия вынуждена будет ввязаться в эту войну, защищая своих "друзей" из Южного Вьетнама. А это значит, что мы сможем постепенно втянуть их в НАТО и полностью подчинить своему влиянию.

Вице-президент довольно рассмеялся.

- Именно! Мы просто обязаны были вытащить Австралию из их изоляции и привлечь на свою сторону. Без них нам было бы гораздо сложнее противостоять советской экспансии в Азии.

Он сделал еще один глоток, наслаждаясь теплом разливающегося по телу алкоголя.

- Знаешь, Уильям, я даже не жалею о тех двух тысячах русских парней, которые уже погибли во Вьетнаме. Это небольшая цена за то, чтобы вбить клин между Австралией и Советским Союзом.

Кейси усмехнулся.

- Да, Хью, ты абсолютно прав. Иногда приходится идти на жертвы ради достижения стратегических целей. Русские сами напросились, вмешавшись в этот конфликт. Теперь они будут вынуждены сражаться до последнего.

Картер кивнул, его глаза блестели от удовлетворения.

- Именно. И это только начало. Я уверен, что эта война затянется на годы, и Америка сможет извлечь из нее огромную выгоду. Мы укрепим свои позиции в Азии, а заодно и ослабим Советский Союз, втянув его в изматывающий конфликт.

Он сделал еще один глоток бренди и довольно откинулся в кресле.

- Да, мы сыграли на славу. Теперь эти засранцы – наши верные союзники.

Кейси поднял свой бокал в знак согласия.

- За победу! За торжество американских интересов во всем мире! И за демократию. – Последнее слово, он произнёс с особо мерзкой ухмылкой. – Парни с зеленой улицы будут довольны.

Они чокнулись и залпом осушили бокалы, празднуя свой успех. Картер довольно рассмеялся, понимая, что сделал очередной важный шаг к укреплению глобального господства Соединенных Штатов.

Глава 12

Газета «Правда».

ГРОЗА НАД ИНДОКИТАЕМ: РУССТРАЛИЯ УГРОЖАЕТ НАРОДАМ ВЬЕТНАМА

МОСКВА, 10 мая 1965 года - Зловещие тучи сгущаются над Индокитаем. Далекая, но амбициозная Русская Австралия, последний осколок некогда могущественной Российской империи, открыто угрожает суверенитету и независимости Демократической Республики Вьетнам. Под предлогом борьбы с мировым коммунизмом и распространением "красной чумы", этот реакционный режим планирует новую военную авантюру, нацеленную на подчинение народов Вьетнама своему колониальному игу.

По словам министра иностранных дел Русской Австралии Александра Семёнова, "угроза социалистического влияния в Индокитае неприемлема для нас, истинных наследников российской державности. Мы не можем допустить установления просоветских режимов на наших исконных геополитических пространствах". Эти воинственные заявления вызывают глубокую тревогу у всех миролюбивых людей планеты, опасающихся эскалации конфликта в регионе.

"Русская Австралия - это марионетка империализма, последний бастион колониализма, - заявил в интервью нашему корреспонденту Хо Ши Мин, вождь вьетнамского народа. - Они пытаются навязать нам свою волю точно так же, как это делали их предшественники - цари и генералы старой России. Но мы, как и наши отцы, не склоним головы перед новыми поработителями. Наша армия готова дать решительный отпор агрессорам!"

Историческая ретроспектива

Чтобы лучше понять подоплеку нынешней эскалации напряженности в Индокитае, необходимо обратиться к истории взаимоотношений Вьетнама и Русской Австралии. Эти отношения уходят корнями в далекое прошлое, когда Россия, расширяя свои колониальные владения, устремилась к берегам Тихого океана.

Еще в XIX веке Российская империя предприняла ряд попыток закрепиться во Вьетнаме. Царские дипломаты и военачальники вступали в сложные интриги с местными феодальными властителями, пытаясь оторвать эту страну от французского влияния и втянуть ее в орбиту своих интересов. Однако эти усилия успехом не увенчались: Вьетнам устоял перед натиском царских штыков и остался в сфере интересов Франции.

После Октябрьской революции 1917 года ситуация радикально изменилась. Советская Россия, отвергнув имперские амбиции царизма, провозгласила принципы национального самоопределения и поддержки освободительной борьбы народов Азии и Африки. Вьетнам, возглавляемый легендарным Хо Ши Мином, встал на путь революционной борьбы против французских колонизаторов. Советский Союз оказывал молодому вьетнамскому государству всестороннюю помощь и поддержку в этой борьбе.

Однако после Второй мировой войны, когда Российская империя распалась, а на ее обломках возникло новое государство - Русская Австралия, ситуация вновь изменилась к худшему для вьетнамского народа. Этот реакционный режим, возглавляемый ставленниками свергнутого царского дома, быстро сбросил маску борца за национальное освобождение и вернулся к политике колониального угнетения.

"Русская Австралия - это просто новая форма российского империализма, - говорит известный историк-востоковед Петр Иванов. - Они унаследовали от старой России все худшие черты: великодержавный шовинизм, агрессивность во внешней политике, презрение к правам и свободам малых народов. И теперь они вновь пытаются утвердить свое господство на просторах Азии и Тихого океана".

Действительно, Русская Австралия, оставаясь государством, декларирующим себя как оплот демократии, на деле ведет себя как типичный колониальный хищник. Ее экономика основана на эксплуатации природных ресурсов и дешевой рабочей силы зависимых стран, а внешняя политика направлена на подавление национально-освободительных движений и установление своего контроля над стратегически важными регионами. Неудивительно, что Русская Австралия активно поддерживает реакционные режимы в Южном Вьетнаме, Лаосе и Камбодже, рассматривая их как плацдарм для дальнейшей экспансии.

Нынешняя эскалация напряженности вокруг Вьетнама - это лишь очередной виток давно идущей борьбы между силами прогресса и реакции. Вьетнамский народ, вдохновленный примером героической борьбы своих предков, вновь готов встать на защиту своей свободы и независимости. И пусть Русская Австралия, эта "последняя крепость империализма", не обманывается насчет исхода этой схватки. Как показывает история, никакие военные авантюры и колониальные устремления не в состоянии сломить волю народов, борющихся за свое право жить свободно на своей земле.

***

Медленно открыв глаза, я огляделся вокруг себя, пытаясь понять, где нахожусь. Комната была незнакомой, но определенно уютной и обжитой. Солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы, освещая пространство мягким золотистым светом. Я попытался пошевелиться, но тут же почувствовал острую боль в боку. Воспоминания о событиях прошлой ночи медленно всплывали в сознании.

Я вспомнил, как бежал по темным улицам, пытаясь оторваться от преследователей. Как из раны перебинтованной раны сочилась кровь. Надо было быть более осмотрительным, может тогда пуля не достигла бы цели, пронзив мой бок. Я чувствовал, как теряю силы, но каким-то чудом сумел добраться до дома Светы, моей давней знакомой. Она приютила меня, оказала первую помощь и перевязала рану.

Осторожно приподнявшись на локте, я огляделся. Светы нигде не было видно, но на тумбочке рядом с кроватью лежали мои вещи, а также пистолет, который я успел схватить перед бегством. Рядом стоял стакан с водой, которую, очевидно, Света оставила для меня.

Я медленно сел, стараясь не потревожить рану, и взял в руки оружие. Пистолет был заряжен, и я почувствовал, как напряжение, сковывавшее меня всю ночь, немного отступило. Хотя бы теперь я был готов к возможной опасности.

Осторожно встав с кровати, я подошел к окну и осторожно выглянул наружу. Улица была тиха и безлюдна, лишь легкий ветер колыхал ветви деревьев. Я вернулся к кровати и сел, пытаясь понять, что же произошло.

Вчерашняя ночь была полна опасностей и неизвестности. Я бежал от людей, которые, очевидно, хотели меня убить. Но почему, зачем я им нужен? Что могло службистам понадобиться от обычного рядового? Надеюсь я нигде не напортачил. Что я такого сделал, что они пустились за мной в погоню? Воспоминания о прошлом были смутными и обрывочными. ?

Теперь я был вынужден скрываться, прятаться от тех, кому когда-то служил. Я чувствовал себя уязвимым и одиноким, загнанным в угол, как дикий зверь.

Но хоть Света, единственный человек которого я знаю в новом мире, все еще была на моей стороне. Она рискнула, приютив меня, и теперь я был ей обязан. Интересно, где она сейчас? Неужели ей тоже грозит опасность из-за того, что она помогла мне?

Я поднялся с кровати и подошел к окну, осторожно выглядывая наружу. Улица начала просыпаться, мимо дома проехал рейсовый автобус, легкий ветер колыхал листву на деревьях, и начал слышаться людской гомон. Я вернулся к кровати и сел, пытаясь собраться с мыслями.

Что мне делать дальше? Куда бежать? Как найти тех, кто меня хотел прикончить, и узнать правду? Вопросы роились в моей голове, но ответов на них не было.

Внезапно я услышал звук открывающейся двери. Мгновенно напрягшись, я сжал рукоятку пистолета, готовясь к возможной атаке. Но в комнату вошла Света, неся в руках поднос с едой.

- Ты проснулся, - тихо сказала она, встречаясь со мной взглядом. - Я принесла тебе поесть. Тебе нужно восстановить силы.

Я облегченно выдохнул и опустил оружие. Света подошла ко мне и поставила поднос на прикроватную тумбочку.

- Как ты себя чувствуешь? - спросила она, внимательно глядя на меня.

- Лучше, - ответил я, - спасибо тебе.

Света кивнула и присела на край кровати.

- Что случилось? Почему они за тобой гнались? - тихо спросила она.

Я помедлил с ответом, не зная, стоит ли посвящать ее в подробности. Но учитывая что Света, рисковала сейчас не меньше чем я, решил довериться ей.

- Кажется, меня ищут какие-то люди, - медленно проговорил я. – Меня пытались схватить прямо в моем доме. Но что-то пошло не так, и теперь они пытаются меня убить.

Света услышав сказанное мной, чуть помолчав спросила.

- Что за люди такие?

Я покачал головой.

- Не знаю. Я должен выяснить, что произошло на самом деле.

Света задумчиво кивнула.

- Понимаю. Но это опасно. Они могут снова прийти за тобой.

Я сжал кулаки.

- Нельзя бездействовать, я не могу просто сидеть, и ждать. Придётся действовать.

Света внимательно посмотрела на меня.

- Я помогу тебе. Ты можешь рассчитывать на меня.

Я удивленно посмотрел на нее.

- Ты можешь попасть в неприятности из-за меня. Стоит ли?

Она улыбнулась.

- Я знаю. Но я тебя приютила, и я не могу тебя бросить. Тем более есть и другие причины, из-за которых ты здесь. - Сказав это она покраснела, чем очень сильно меня удивила.

Мы сидели в тишине, каждый погруженный в свои мысли. Ее утверждение меня озадачило, что же она имела ввиду?

Вдруг она внимательно посмотрела мне в глаза, столь пристально, и глубоко.

Её взгляд притягивал, и манил, у меня в груди начал разгораться огонь страсти. Робко приблизив свое лицо, к моему, девушка прильнула своими губами, к моим. Мы забылись в поцелуе.

***

Ветер завывал за окнами, нагоняя тревожные тени на старый, покосившийся дом. Дмитрий и Игорь осторожно переступили порог, сжимая в руках пистолеты. Их шаги гулко отдавались в темных коридорах, нарушая зловещую тишину.

Дмитрий бросил быстрый взгляд на Игоря, кивком указывая ему на лестницу, ведущую на второй этаж. Они разделились, каждый обследуя свой участок. Скрипучие половицы предательски выдавали их местоположение, но оба агента двигались предельно осторожно, готовые в любой момент открыть огонь.

Игорь медленно поднимался по лестнице, внимательно осматривая каждый угол. Ему чудилось, что за каждой дверью может поджидать опасность. Сердце гулко билось в груди, но он заставлял себя сохранять спокойствие. Внезапно он замер, уловив едва различимое движение в одной из комнат.

Дмитрий тем временем обследовал первый этаж. Пустые комнаты, навевали гнетущее ощущение заброшенности. Он осторожно заглянул в кухню, но там не было ни души. Внезапно его внимание привлек тихий скрип, доносившийся из соседней комнаты.

Агенты синхронно замерли, вслушиваясь в каждый звук. Напряжение нарастало с каждой секундой. Они понимали, что могут столкнуться с опасным противником, но отступать было некуда. Медленно, шаг за шагом, они приближались к источнику подозрительных звуков.

Игорь осторожно толкнул дверь, готовый в любой момент открыть огонь. Его взгляд тут же выхватил силуэт человека, застывшего в темном углу комнаты. Игорь резко вскинул пистолет, но тут же замер, узнав в незнакомце Дмитрия.

Дмитрий, услышав шум, тоже поспешил в комнату, но, увидев Игоря, облегченно выдохнул. Они обменялись понимающими взглядами, осознавая, что их ложная тревога была вызвана лишь игрой теней.

Они медленно двинулись дальше, внимательно осматривая каждую комнату. Скрип половиц, завывание ветра и тяжелое дыхание агентов были единственными звуками, нарушавшими гнетущую тишину. Ощущение опасности не покидало их ни на минуту.

Внезапно Игорь замер, вглядываясь в темный угол. Ему показалось, что он уловил едва заметное движение. Дмитрий тут же встал рядом, готовый прикрыть напарника. Они оба напряженно всматривались в темноту, пытаясь разглядеть хоть что-то.

Внезапно в комнате что-то громко упало, заставив агентов вздрогнуть. Они синхронно вскинули пистолеты, готовые открыть огонь по любому, кто посмеет угрожать их жизням. Но, к их удивлению, в комнате по-прежнему никого не было.

Дмитрий осторожно двинулся вперед, внимательно осматривая каждый угол. Игорь следовал за ним, не выпуская пистолета из рук. Они обшарили всю комнату, но так и не нашли ничего подозрительного.

Выйдя в коридор, агенты переглянулись. Их лица были напряжены, а в глазах читалось беспокойство. Они понимали, что в этом доме кроется нечто зловещее, но пока не могли понять, что именно.

Дмитрий жестом указал Игорю на дверь, ведущую в подвал.

Их сердца бешено колотились, но они заставляли себя сохранять спокойствие. Они знали, что от их выдержки и решительности зависит не только успех задания, но и их собственные жизни.

Внезапно Игорь замер, вглядываясь в темноту. Ему показалось, что он уловил какое-то движение. Дмитрий тут же встал рядом, готовый прикрыть напарника. Они оба напряженно всматривались в темноту, пытаясь разглядеть хоть что-то.

Внезапно в подвале что-то громко упало, заставив агентов вздрогнуть. Они синхронно вскинули пистолеты, готовые открыть огонь по любому, кто посмеет угрожать их жизням. Но, к их удивлению, в подвале по-прежнему никого не было.

- Похоже дом пустой. – Вздохнул Дмитрий, укладывая пистолет кобуру. – Водкина тут нет.

- Как и хозяйки. Придётся звать подмогу, похоже он взял ее в заложники. – Сделал нехитрый вывод Игорь.

Глава 13

Душный летний вечер в Ханое. Генерал Нгуен Ван Тхань, командующий силами Северного Вьетнама, нервно расхаживал по кабинету, сжимая в руках донесение, только что доставленное из Восточного Берлина. Его заместитель, полковник Ле Дык Ань, сидел за массивным дубовым столом времен французского владычества, внимательно следя за реакцией начальника.

- Значит, товарищи из ГДР предлагают провести диверсионную атаку в столице Русстралии? - Нгуен Ван Тхань бросил документ на стол. - Это безумие! Мы не можем пойти на такой шаг. Это приведет к эскалации конфликта, втянет нас в открытое противостояние с Западом, и ухудшит положение этнических вьетнамцев в стране врага!

Полковник Ань молча кивнул. Он понимал опасения генерала, но в то же время осознавал, что предложение восточногерманских товарищей могло бы стать ключевым ударом по врагу.

- Товарищ генерал, я знаю ваши опасения. Но подумайте, какой удар это нанесет по Австралийцам и их союзникам. Они будут вынуждены отвлечь значительные силы на работу с общественным мнением, ослабив поддержку Южного Вьетнама. Уверен южные русские задумаются об угрозе, когда война коснётся их самих. Это может стать решающим фактором в нашей борьбе за объединение страны.

Нгуен Ван Тхань задумчиво посмотрел в окно на раскинувшийся внизу город. Он прекрасно понимал логику полковника, но в душе не мог принять идею теракта, который неизбежно повлечет за собой гибель мирных граждан.

- Ань, ты знаешь, что я всегда поддерживал самые решительные меры в борьбе с империалистами. Но терроризм - это не наш путь. Мы сражаемся за справедливое дело, и не можем уподобляться нашим врагам. Кроме того, такая акция может вызвать ответную реакцию со стороны Австралии и ее союзников. Нам это не нужно.

Полковник Ань тяжело вздохнул.

- Товарищ генерал, я прошу вас хотя бы обсудить этот вопрос с товарищами из ГДР. Возможно, мы сможем найти компромиссное решение, которое позволит нанести удар по врагу, но при этом минимизировать риски для мирного населения.

Нгуен Ван Тхань задумался. Он знал, что восточногерманские товарищи будут настаивать на своем, и ему придется приложить немало усилий, чтобы убедить их отказаться от этого плана. Но выбора не было - он не мог пойти на поводу у радикалов, даже если это сулило определенные тактические преимущества.

- Хорошо, Ань. Я свяжусь с товарищами из ГДР и постараюсь убедить их отказаться от этой авантюры. Мы должны действовать осторожно и взвешенно. Наша цель - объединение Вьетнама, а не развязывание еще большей войны.

Полковник Ань кивнул, понимая, что генерал принял окончательное решение.

***

Чуть позже в Восточном Берлине, в кабинете начальника внешней разведки ГДР, Эрих Мильке внимательно изучал доклад, только что полученный из Ханоя. Его заместитель, Маркус Вольф, нетерпеливо ждал реакции шефа.

- Значит, наши вьетнамские товарищи не в восторге от нашего предложения, - задумчиво произнес Мильке, откладывая бумаги в сторону. - Они опасаются, что это приведет к эскалации конфликта.

Вольф кивнул.

- Да, товарищ Мильке. Генерал Нгуен Ван Тхань считает, что такая акция излишне, и может дорого обойтись Вьетнаму. Русстралийцы вбивают их в землю авиацией, и по нашим сведеньям, они могут легко утроить темп бомбардировок.

Мильке задумчиво постучал пальцами по столу.

- Понимаю их опасения. Но мы должны убедить вьетнамских товарищей, что этот удар станет решающим. Русстралия - ключевой союзник Южного Вьетнама, и ее ослабление может стать переломным моментом в войне.

Вольф кивнул.

- Я согласен, товарищ Мильке. Но нам придется приложить немало усилий, чтобы убедить Нгуен Ван Таня. Он человек принципиальный и не пойдет на сделку, даже если это сулит определенные стратегические преимущества, он хороший тактик.

Мильке задумчиво кивнул.

- Тогда мы должны найти правильные аргументы, чтобы переубедить наших вьетнамских товарищей. Эта операция слишком важна, чтобы от нее отказываться. Мы должны сделать все возможное, чтобы склонить их на нашу сторону. Попробуем показать наши аргументы политическому руководству

***

Телефонный звонок Нгуен Ван Таня застал Эриха Мильке и Маркуса Вольфа за напряженным обсуждением деталей предстоящей операции. Услышав голос вьетнамского генерала, Мильке кивнул Вольфу, давая понять, что готов к разговору.

- Товарищ Нгуен, рад слышать вас, - произнес Мильке, стараясь придать своему голосу дружелюбные нотки. - Я уже ознакомился с вашим ответом на наше предложение. Должен сказать, что мы несколько разочарованы вашей реакцией.

Вьетнамец глубоко вздохнул, прежде чем ответить.

- Товарищ Мильке, я понимаю ваше разочарование. Но вы должны понять, что для нас неприемлем вариант с терактом в Австралии. Это слишком рискованно и может привести к непредсказуемым последствиям.

- Товарищ генерал, - вмешался Вольф, - мы прекрасно осознаем все риски. Но вы должны взглянуть на ситуацию шире. Ослабление Австралии, нашего главного противника в регионе, может стать решающим фактором в вашей борьбе. Это удар в самое сердце империалистической системы, развернувшейся в Тихоокеанском регионе, они единственная угроза, а американцы вам ничем не грозят, у них нету сил вести операции в вашем регионе.

Тхань нахмурился. Он понимал логику восточногерманских товарищей, но в душе не мог принять идею теракта, даже если она сулила определенные тактические преимущества.

- Товарищи, я ценю ваше стремление помочь нам в нашей борьбе. Но мы не можем. Мы сражаемся за справедливое дело, и не можем уподобляться нашим врагам. Террор - это не наш путь.

Мильке и Вольф переглянулись.

- Мы уважаем ваши принципы. Но иногда приходится идти на компромиссы ради достижения большей цели.

Нгуен Ван Тхань задумался. Он прекрасно понимал, что восточногерманские товарищи правы - ослабление Австралии могло бы стать ключевым фактором в их борьбе.

- Товарищи, я слышу ваши аргументы. Но я не могу.

Мильке и Вольф переглянулись. Они знали, что он человек принципиальный и не пойдет на поводу у радикалов, даже если это сулит определенные тактические преимущества.

- Товарищ генерал, мы уважаем ваши опасения. Но позвольте нам еще раз обсудить этот вопрос. Возможно, мы сможем найти компромиссное решение, которое позволит нанести удар по врагу, но при этом минимизировать риски для мирного населения.

Нгуен Ван Тхань задумался. Он понимал, что восточногерманские товарищи будут настаивать на своем, и ему придется приложить немало усилий, чтобы убедить их отказаться от этого плана.

- Хорошо, товарищи. Я готов выслушать ваши предложения. Но я должен предупредить вас, что мое мнение вряд ли изменится.

Переговоры продлились еще какое-то время, впрочем они не имели абсолютно никакого смысла, так как параллельно с этим разговором, МИД восточной Германии проводил переговоры с правительством Хо Ши Мина.

***

Я рывком выпрямился на кровати. Кошмары выбили меня из мира сновидений, опять ненавистные воспоминания.

Лихорадочно зашарил рукой, и схватил чью-то хрупкую руку. Я повернул голову, это лежала Света, она спала, мило свернувшись в одеяло.

Мягко улыбнувшись, я встал с кровати. Переодевшись я вышел на улицу, было около десяти утра. Приятный ветерок приносил свежесть с ближайшего леса. Все таки природа Австралии была удивительной. Свою прошлую жизнь, я здесь ни разу не бывал, и знал об этой стране немного, что-то ухватив из интернета, что-то из фильмов, и передач. Знал я о ней действительно очень мало, но то что я знал, было только хорошее, и сейчас, хоть я и был в параллельной реальности, где южный континент принадлежит русским, тем не менее, пока моя мнение было только хорошим.

Я смотрел на удивительно зелёный лесок, стоявший рядом с домом, кстати это был другой дом, вчера, мы на всякий случай уехали из усадьбы Светы, и поселились в другом доме, который тоже принадлежал ей. После этого, мне стало еще любопытнее, чем ее семья таким занималась, что могла позволить себе, купить одному из членов семьи, два больших дома, в не самых плохих пригородах, одного из самых богатейших городов мира. А ведь Света наверняка не одна в семье, тем более может у нее в собственности еще много чего лежит. Это заставило думать, на какую девушку я наткнулся.

Завтрак прошел на удивление хорошо, Света проснулась примерно через пятнадцать минут, после меня, поэтому пока я стал во дворе успела приготовить яичницу, кофе, и нажарить что-то вроде панкейков.

- Побудем здесь немного, пару дней. А потом поедем к моему дедушке, он нам поможет, устроит тебя на работу, придумает что нибудь, чтобы тебя не нашли. – Намывая грязную посуду, она из-за спины весело приговаривала.

Я же смотрел на ее манящие изгибы, и нижние девяносто, так удачно подчёркнутые красивым бельём. Затем только несколько секунд спустя, осознав что она говорит, поинтересовался.

- А кем работает твой дедушка, что может спрятать целого человека от ока всемогущих государственных служб? – Мне было действительно любопытно что это был за человек.

- Ну он…видный бизнесмен. – После короткой заминки выпалила девушка. – Да и к тому же, страна у нас огромная, населения больше ста миллионов. Так что несмотря на потуги государственных служб, исчезнуть здесь очень легко, особенно при широких возможностях, и желании со стороны влиятельного человека, как мой дедушка.

- Хм, ясно. Ну, ничего против того чтобы еще посидеть дома, я не имею. А там посмотрим.

***

Вчений выпуск новостей, на одном из многочисленных телеканалов Южной Долины.

Говорить начал импозантный мужчина, славянской наружности, позади него стоял плакат с изображением русского стрельца, высаживающегося с вертолёта на поросшую травой, высокую траву.

''Дамы и господа, здравствуйте, в эфире программа новостей! Сегодня мы вновь собрались, чтобы поделиться с вами последними сводками с полей сражений, где наши доблестные воины ведут ожесточенную борьбу за освобождение народа Южного Вьетнама от посягательств империалистических агрессоров.

Только что поступила информация о том, что в провинции Куангчи наши войска при поддержке отважной авиации нанесли сокрушительный удар по опорным пунктам противника. Бои продолжаются с невиданной яростью, но наши бойцы, вдохновленные идеями народовластия и верой в победу, неуклонно продвигаются вперед, отбрасывая назад отчаянно сопротивляющиеся орды империалистических захватчиков.

Весь прогрессивный мир с надеждой и волнением следит за ходом этой эпохальной битвы. Наши верные союзники, такие как ЮАР, Новая Зеландия и другие страны демократического лагеря, всецело поддерживают героическую борьбу русских воинов за установление мира и справедливости на этой многострадальной земле. Они с нетерпением ждут, когда последние очаги сопротивления будут окончательно подавлены, и на смену кровавому режиму северян придет демократическое правительство, верное идеалам свободы и независимости.

Между тем, на дипломатическом фронте также наблюдается активность. Наши представители ведут напряженные переговоры с руководством Южного Вьетнама, направленные на укрепление военно-политического союза и координацию дальнейших действий по окончательному разгрому агрессора. Мы уверены, что эти усилия увенчаются успехом, и вскоре весь Вьетнам будет освобожден от империалистического ига.

Особо стоит отметить героизм и самоотверженность наших солдат, которые, невзирая на тяжелейшие условия ведения боевых действий, продолжают свой поход, неся знамя свободы в самые отдаленные уголки этого региона. Их мужество и стойкость вызывают восхищение и преклонение во всем прогрессивном мире. Мы гордимся нашими доблестными воинами и уверены, что их самоотверженный труд принесет долгожданную победу.

Дорогие товарищи, мы будем продолжать следить за развитием событий на полях сражений и информировать вас о новых успехах наших войск. Вместе мы победим!''

Глава 14

Тяжелые ароматы жареного перца и пряных трав наполняли воздух роскошного вьетнамского ресторана, затерявшегося в лабиринте ночных улиц Южной Долины. В уединенной VIP-комнате, отгороженной от основного зала резными деревянными панелями, сидели двое пожилых вьетнамцев, погруженные в напряженную беседу.

Их морщинистые лица, словно высеченные из камня, были озарены мерцающим светом свечей, отбрасывающих причудливые тени на стены. Они говорили тихо, но с ощутимым напряжением в голосах - словно опасались, что их могут подслушать даже здесь, в этом укромном уголке.

- Все готово, как мы и планировали, - произнес один из них, поправляя сползающие на кончик носа очки в тонкой металлической оправе. - Наши люди уже на месте, ждут сигнала. Как только русские начнут свое наступление на Север, мы приведем план в действие.

Второй вьетнамец кивнул, его глаза сузились, словно он пристально всматривался в нечто невидимое для других.

- Хорошо. Слишком много нашей крови было пролито. Но теперь все изменится. Русские заплатят за свои преступления, они поплатятся за всё! - Он сделал глоток обжигающего травяного чая, поморщившись от горечи. - Ты уверен, что твои люди справятся?

Первый вьетнамец усмехнулся, обнажив ряд желтоватых зубов.

- Они ответят, конечно. Но мы будем готовы. Мы ждали этого слишком долго, чтобы позволить им помешать нам. Наши люди хорошо обучены и экипированы. Они знают, что делать. - Он наклонился ближе, понизив голос до едва слышного шепота. - Кроме того, у нас есть кое-что еще.

Второй вьетнамец приподнял бровь, явно заинтригованный.

- О чем ты говоришь? Что это за секретное оружие?

Первый вьетнамец улыбнулся, его глаза сверкнули в полумраке комнаты.

- Ты скоро увидишь. Все увидят.

Он отставил чашку в сторону и сжал кулаки, словно представляя, как сминает в них хрупкие кости врага.

Тишина повисла между ними, нарушаемая лишь тихим потрескиванием свечей. Оба вьетнамца погрузились в свои мысли, готовясь к решающему удару, который должен был перевернуть ход истории.

Южная Долина, утопала в вечернем сумраке, не подозревая о надвигающейся буре. Столица, раскинулась на берегах тихого океана, словно гигантский лабиринт из стеклянных небоскребов, увенчанных золотыми куполами. Это был город контрастов - здесь соседствовали ультрасовременные технологии и древние традиции, роскошь и нищета, власть и бессилие.

В одном из его многочисленных районов, давно облюбованных мигрантами, и находился тот самый вьетнамский ресторан, где двое пожилых вьетнамцев вынашивали свои коварные планы. Это было место, где прошлое переплеталось с настоящим, где тени былых сражений из чужих крав все еще бродили по улицам, шепча о невыплаченных долгах и неотомщенных обидах.

Один из этих стариков, Хо Ван Тхань, был участником такой войны, что когда-то разделила Вьетнам на Север и Юг. Он помнил, как его родная деревня горела в огне, как его друзья и соседи гибли под градом пуль, как он сам едва избежал смерти, скрываясь в джунглях. Те годы оставили неизгладимый отпечаток на его душе, словно выжженные клейма. Французы, англичане, теперь русские, все белые приносили им только боль, и унижение.

Другой, Нгуен Ван Хоа, разделял его память и ярость. Он тоже был свидетелем тех ужасных событий, видел, как его родина становилась полем битвы для чужих интересов. Они оба поклялись, что когда-нибудь отомстят за все страдания, через которые им пришлось пройти. Им было все равно на кого работать на коммунистов, на прочих радикалов. У них были силы и связи, и они были готовы помочь отомстить любому вьетнамскому государству, какой бы режим там не правил. Они были готовы помочь и югу, но он был под властью чужаков, пожалуй даже более явной, чем прокоммунистический север.

И теперь, спустя десятилетие, их час настал. Русские, пришедшие на смену французам, стали новыми хозяевами их страны, навязывая свои порядки и подавляя любые попытки сопротивления. Но Хо и Нгуен были готовы сразиться с ними, даже если для этого им придется пойти на крайние меры.

Они обсуждали последние детали своего плана, шепча слова, словно боясь, что даже стены могут их услышать.

***

- Ты действительно ничего не помнишь? – Света смотрела на меня немного удивлённо.

Услышав вопрос, я вздохнул, и отложив чашку свежезаваренного кофе. Ненадолго задумался, прежде чем начать говорить.

- Как тебе сказать, какие-то факты я знаю, навыки я не потерял, но вот очевидные вещи которые для тебя были бы обыденностью, и не знать этого было странно, для меня это закрыто. Здесь помню, а здесь не помню. – Улыбнувшись я сначала показал на одну часть голову, потом на другую.

- Я…я понимаю. – В комнате ненадолго установилась неловкая тишина. Света думала что говорить, а я молчал, в принципе что я хотел сказать, сказал. По крайней мере, то что я мог раскрыть перед ней, думаю то что я из другого мира, ей знать не обязательно. – Мой дядя воевал на Мадагаскаре, у него тоже после этого были проблемы с памятью. Но почему ты все таки сбежал из госпиталя? Вроде ты мне говорил, но были ли еще причины?

Я посмотрел на нее. И ее удивительно красивые глаза, смотрели на меня с таким доверием, и вниманием. Что на секунду мне стало совестно что я лгу ей, но с другой стороны, каковы шансы, что она мне поверит? Ведь рассказ про параллельную вселенную, где Россия только, и только в пределах постсоветского пространства, и что Австралия отродясь не была русской, ее бы наверное удивил, да что уж там, и я бы удивился, и наверное не поверил. Что где-то есть реальность, в которой Австралия, Новая Зеландия, и приличная часть южных островов тихого, и индийского океана заселена русскими.

- Вова, ты меня слышишь? – Девушка щёлкнула своим пальцами перед моим лицом привлекая к себе мое внимание. Придя в себя, я нежно перехватил ее руку, и поцеловал такие хрупкие пальцы.

- Да извини. Я не знаю почему это сделал. – Девушка удивлённо нахмурилась, и немного наклонила голову в бок. Это было забавно, поскольку она это сделала точь в точь как кошка. Я ухмыльнулся, и Света улыбнувшись, не больно меня пихнула. – Говорю же, проблемы с памятью. Пойми меня правильно, я почти все забыл, особо не понимал в каком месте, в какой стране нахожусь. Я не хотел снова на фронт, я просто не понимал, и не понимаю, что я за человек. И перспектива умереть, меня напугала. Я не жду понимания, и если ты посчитаешь что я дезертир, или трус, думаю это будет иметь смысл, просто…- Я не успел договорить, как Света обняла меня.

- Ну что за глупости. Конечно я не буду считать тебя трусом. Если ты потерял память, мы обязательно разберёмся, ты точно не преступник, тебе нужна помощь, понимаешь? – Она посмотрела мне в глаза. – Я попрошу помощи в дедушки, он поможет, и это все решится на официальном уровне. Дедушка соберет комиссию, и тебя оправдают. Все будет хорошо, никто не виноват, это просто недоразумение. Ты мне веришь?

***

Столица утопала в вечерних сумерках, когда двое пожилых вьетнамцев покинули уединенную VIP-комнату ресторана.

Хо и Нгуен медленно шли по извилистым улочкам, погруженным в полумрак, позади них шли телохранители их семей. Их взгляды то и дело обращались к окружающим зданиям, будто они искали что-то знакомое среди этого лабиринта.

- Ты уверен, что все готово? - тихо спросил Нгуен бросая осторожные взгляды по сторонам.

Хо кивнул, его морщинистое лицо было непроницаемо.

- Да, все идет по плану. Ты всегда был такой недоверчивый.

Старик Нгуен нахмурился, его глаза сузились.

- Зато благодаря моей недоверчивости, мы смогли закрепиться здесь, и разбогатеть. Русские не будут сидеть сложа руки, они ответят со всей своей мощью. Так что излишняя осторожность не помешает, это тебе не французы. Русские намного опаснее.

Хо усмехнулся, его губы растянулись в хищной улыбке.

- Не волнуйся, мой друг. Это точно выбьет почву из под ног русских. Они не ожидают что мы пойдем на такое.

Нгуен покачал головой, явно встревоженный.

- Надеюсь ты прав.

Хо положил руку на плечо своего друга, его глаза сверкнули в темноте.

- Мы слишком долго ждали этого момента, чтобы отступить сейчас. Это наш единственный шанс вернуть честь, больше шанса может не выпасть, по крайней мере не на нашем веку. А я хочу видеть падение русского орла своими глазами.

Они продолжили свой путь, их шаги гулким эхом отдавались в тихих переулках. Вокруг них царила напряженная тишина, словно сам воздух был наэлектризован предчувствием надвигающейся бури.

Русстралия, казалась неприступной крепостью, но эти двое стариков были полны решимости сокрушить ее оборону. Они знали, что их время пришло, и ничто не остановит их на пути к долгожданной победе.

***

– Алло, дядя привет. Это я…Света.

- Света!? Боже милая привет, как дела? Все хорошо? Ты редко звонишь, мне на работу. Все хорошо? Ты не болеешь?

- Нет дядя, все хорошо…спасибо. Мне нужно с тобой встретится, я хотела бы кое что обсудить.

- Да конечно, уверен, и папа будет рад тебя видеть, и дедушка.

- Нет, дядя пожалуйста. Я виделась с дедушкой недавно, а с папой…я пока не готова.

-…Ну что ж. Я понимаю. Ладно. Давай тогда завтра, я как раз буду проводить инспекцию в одном из наших отелей. Помнишь пятизвёздочный Парнас Палас, на Петр авеню?

- Да, рядом с биржей, помню.

- Ну вот, я там как раз буду ближе к одиннадцати. Увидимся, до завтра

- До завтра…

***

Ночь накрывала Южную Долину своим бархатным покрывалом, словно укрывая город основанный дерзкими колонистами от любопытных глаз. В одном из темных переулков, вдали от суетливых проспектов, группа молчаливых вьетнамцев разгружала фургон, перетаскивая ящики в складские помещения небольшого ресторанчика.

Пожилой хозяин заведения, Иван Петрович, нервно наблюдал за происходящим, поглядывая по сторонам. Он хорошо знал, что в этих ящиках находится нечто, выходящее за рамки обычной поставки продуктов. Но отказаться от сотрудничества с этими людьми он не мог - слишком многое было поставлено на карту.

Иван Петрович вспомнил, как все начиналось. Его ресторанчик "Красный Медведь" был одним из немногих заведений в Южной Долине, сохранивших атмосферу старой Русской Австралии. Здесь можно было отведать традиционные блюда, послушать живую музыку и почувствовать себя частью уходящей эпохи. Но времена менялись, и для того, чтобы выжить, Ивану Петровичу пришлось пойти на сделку с теневым миром.

Все началось с небольших контрабандных поставок редких деликатесов из Азии. Иван Петрович понимал, что рискует, но выбора не было - конкуренция в ресторанном бизнесе Южной Долины была жесточайшей, и только уникальные блюда могли привлечь искушенных гурманов, которые платили весьма неплохие деньги, порой выдавая месячную выручку, на одном блюде, к подобному быстро привыкаешь. Постепенно масштабы контрабанды росли, и вскоре Иван Петрович оказался втянут в сложную сеть теневых связей, простирающихся далеко за пределы его ресторана.

Теперь ему приходилось иметь дело с людьми, чьи интересы лежали далеко за гранью закона. Вьетнамцы, разгружающие фургон, были лишь звеном в этой цепи. Иван Петрович знал, что за ними стоят влиятельные силы, контролирующие часть теневого бизнеса в Южной Долине. Отказаться от сотрудничества с ними означало бы подписать себе смертный приговор.

Старый ресторатор тяжело вздохнул, наблюдая, как ящики один за другим исчезают в темных недрах его заведения. Он с каждым днем все глубже увязает в этой опасной игре, но выхода не видел. Слишком многое было поставлено на карту - его ресторан, его репутация, его жизнь. Петрович молился, чтобы все это когда-нибудь закончилось, но пока судьба неумолимо вела его по темным тропам криминального мира столицы.

Вьетнамцы закончили разгрузку и молча растворились в ночной тьме. Иван Петрович еще долго стоял, глядя на темный фургон, уходящий прочь. Он знал, что теперь ему предстоит разобраться с содержимым ящиков, но сердце его наполняла тревога. Что ждет его впереди? Удастся ли ему выбраться из этой паутины или он навсегда останется пленником своего ресторана и теневых связей, опутавших его со всех сторон?

Южная Долина, этот мегаполис, построенный на костях старой Русской Австралии, хранил в своих недрах множество тайн и загадок. И Петрович, волей-неволей, стал одним из тех, кто был вынужден играть по правилам этого темного и опасного мира. Что ждет его впереди - неизвестно, но одно он знал точно: пути назад уже нет.

Ночь сгущалась, и Петрович, поежившись, вернулся в свой ресторан, чувствуя, как тяжесть ответственности давит на его плечи. Тем не менее даже глубокой ночью город продолжал жить, дальше активнее чем днём.

Южная Долина, была словно живое существо, пульсирующее в ритме теневого мира. Здесь, в этом мегаполисе, где небоскребы соседствовали с трущобами, а роскошь - с нищетой, плелись сложные интриги, в которые, волей-неволей, оказывались втянуты самые разные люди. Иван Петрович был лишь одним из них, но его судьба была неразрывно связана с судьбой этого города.

Он вспомнил, как когда-то, будучи молодым и полным надежд, приехал в Южную Долину, мечтая открыть свой ресторан и стать частью этого бурлящего мегаполиса. Тогда он и представить себе не мог, что его ждет. Ресторан "Красный Медведь" стал для него не только бизнесом, но и частью его самого, его сути, уже прогнившей насквозь. Южная Долина поглотила его, как хищник - свою добычу.

***

Очередное утро, выдалось на как всегда отличным. Запах моря на удивление хорошо чувствовался даже здесь, хотя море даже визуально нельзя было разглядеть.

Я пил чай, и сжимал в руках записку от Светы.

''Милый мне нужно в город, вернусь после полудня.'' - Красивый почерк. Хмыкнув, я отложил письмо.

Допив чай, я решил пройтись по дому. Построенный в викторианском стиле, двухэтажный коттедж впечатлял своими габаритами. Семья Светы определено были богатые люди, впрочем, наверное это не так важно.

В отличие от первого дома здесь было не так много фотографий, и портретов. Я поднялся на второй этаж. Деревянный пол приятно скрипел под ногами. По бокам висели старинные портреты мужчин и женщин, явно сделанные в прошлом веке.

Женщины в пышных платьях, и мужчины при ружьях, и в мундирах с пробковыми шлемами.

''Фельдмаршал Афанасий Иванович Корлини, покоритель Западной Южании.''

Гласила надпись под одним из портретов, видимо предок Светы, я присвистнул. На какую же семью я наткнулся? С портрета на меня смотрел мужчина сильно за пятьдесят, очень худощавый, но не субтильный, лицо костистое с пышными черными усами, как у Буденного, и элегантное кепи напоминающее головной убор генералов конфедеративных штатов в годы гражданской войны. Господин Корлини смотрел на мир немного равнодушно, усталыми зелеными глазами.

Я пошёл дальше. Чуть в отдалении стояла дверь в кабинет, я подошел, и из любопытства попытался подёргать. Пара неосторожных движений, и ручка ломается. М-да, иногда срываюсь, все никак не привыкну к силе этого тела. Парень конечно обладал какой-то запредельным здоровьем. Не помню чтобы даже я был настолько же сильный в лучшие свои годы, а ведь я был действительно сильным.

Интересно что будет если это тело развить с помощью моих упражнений? У парня определённые задатки, не развивать такое просто ужасно, и глупо.

Оказавшись в кабинете я присвистнул, похоже он был заброшен. Все было такое пыльное, и само помещение создавало впечатление заброшенности.

Комната была обставлена разными безделушками, предметами об назначении которых я мог только догадываться.

Хотя, моё внимание привлекла винтовка висевшая на постаменте. Прорвавшись сквозь хлам, я сдул пыль с винтовки, и осторожно взял за рукоять. Она чем-то напоминала трёхлинейку, но очевидно это была не она, хотя бы потому что вместо скользящего затвора у нее был качающийся, прямо как у Маузера, или Ли-Энфилда. Странное решение, конструкция усложнялась, хотя с другой стороны повышала надёжность. Думаю в условиях тропиков, и многочисленных островов, это необходимая функция.

Передёрнул (затянул) затвор, вроде винтовка рабочая. Хмыкнув я положил оружие обратно, на пьедестал. Там же под столом нашел ящик с патронами. Похоже сюда сложили безделушки фельдмаршала.

Закрыв кабинет, кое как починил ружьё, и принялся дожидаться Свету.

***

Я ехала в машине, на встречу к своему дяде, попросить у него помощи. Боже что же я делаю дурочка! Походе я влюбилась окончательно и бесповоротно.

Ох, Светка. Надеюсь все что сказал Вова правда, в таком случае ему действительно можно помочь. У семьи адвокаты ушлые, легко смогут вывести к версии об неадекватности. Ну в самом деле, памяти нет, наверняка контуженный, какой с него спрос? И вообще военные сами виноваты что упустили его.

Он же на вид валенок валенком. Добродушный громила, дурачок, да и на подлеца он не похож. Стал бы он кого-то обманывать?

Бедненький, он наверное чудом выжил, а в госпитале затюкали. Хотя, тогда в парке, он не сильно напоминал затюканного. Вот точно! Парк! Стал бы патологический трус спасать девушку вечером, от банды хулиганов? Вряд ли!

Я улыбнулась. Машина проехала по шоссе мимо военного аэродрома. Очередной грузовой ''Крылан'' улетал на север, в сторону Вьетнама. Удачи мальчики, пусть каждый из вас вернётся домой целым, и здоровым.

Стало грустно.

Так прочь хандру! Надо Вове помочь, потом уже предаваться хандре!

Я поднажала на педаль газа, и машина заревев быстрее умчалась в сторону центра города.

Через полчаса мимо меня проносились громады небоскрёбов сверкая стеклом, и сталью. Иногда приходилось подолгу любоваться на небоскрёбы, поскольку пробок становилось все больше, ближе к центру города.

Наконец машина подъехала к отелю, и я отдав ключи подбежавшему валету, зашла в холл отеля.

- Девушка, извините, вам сюда нельзя. – Передо мной встал бугай охранник.

- Почему? – Я удивлённо посмотрела на него. – Может я хочу снять номер.

- Девушка, вам сюда нельзя. – Охранник хотел было меня вытолкнуть, но вовремя подоспел администратор.

- Эй, ты чего творишь! – Пожилой мужчина, с короткими усами, и в элегантном костюме, появился словно из ниоткуда.

- Но господин администратор…- хотел было возразить охранник, но был перебит мужчиной.

- Иди, иди уже. Я с тобой потом разберусь. – Охранник весь покрасневший пошел прочь. А администратор начал рассыпаться в извинениях. - …простите госпожа Света, он новичок. Сейчас так трудно найти нормальных работников, среди соискателей одни идиоты, или лентяи. Простите что так вышло.

- Все хорошо Дмитрий. – Я улыбнулась к своему давнему знакомому. Управляющий этого отеля, часто заботился , и нянчился обо мне. Когда отцу было некогда, он либо отдавал меня на откуп нянькам, либо под присмотр Дмитрия. – Мне дядя назначил встречу в отеле. Он приехал?

- Госпожа Света. Да я в курсе, и нет он пока не приехал, но вы можете подождать в ресторане. Я уже приготовил столик. Поешьте, вот как вы исхудали. Вы вообще питаетесь? Мама Миа! – Причитая, старик повел меня в сторону ресторана. Я же лишь улыбалась ему, словно встретила кусок своего детства. Хорошее было время.

***

Два старика сидели на скамье в ночном скверике. Вокруг стояли молодые азиаты, и по периметру следили чтобы никто лишний не мешал переговорам.

Хо улыбнулся, его морщинистое лицо озарилось решимостью.

- Слушай внимательно, план такой.

Он наклонился ближе, понизив голос до едва слышного шепота.

- Мы захватим самый роскошный и престижный отель в центре Южной Долины. Там собираются все русские богачи и влиятельные люди. Мы возьмем их в заложники и заминируем здание. А затем выдвинем ультиматум - либо Русская Австралия немедленно ввыодит войска из Южного и Северного Вьетнама, либо мы взорвем отель вместе со всеми заложниками.

Нгуен широко раскрыл глаза, явно потрясенный этим планом.

- Ты понимаешь, что это значит? Это безумие, Хо! Русские никогда не пойдут на такие уступки, они уничтожат нас. Начнется гонения на других вьетнамцев, многие здесь нашли мирную жизнь, и хотят просто жить. Мы ставим этих людей под удар!

Но Хо покачал головой, его глаза горели непоколебимой решимостью.

- Нет, мой друг. Это наш единственный шанс. Русские не посмеют рисковать жизнями своих богатых и влиятельных граждан. Они будут вынуждены пойти на наши условия. А когда войска русских уйдут, мы сможем нанести сокрушительный удар по их южанам, и обеднить страну. Поверь это случится быстро. И даже если наших соотечественников начнут выгонять, они смогут вернуться домой.

Нгуен медленно кивнул, его лицо приняло серьезное выражение.

- Надеюсь ты понимаешь что делаешь Хо. Поколение вьетнамцев будут плеваться при упоминании наших имён. Да и русские тоже.

***

Внутри роскошного отеля царило оживление. Богатые и влиятельные русские собрались здесь, чтобы отметить успехи своих войск на фронте. Они смеялись и пили дорогое вино, не подозревая, что в их уютном убежище уже затаились те, кто жаждал мести.

Внезапно тишину ночи разорвал оглушительный взрыв. Стены здания содрогнулись, осыпая посетителей градом осколков. Крики ужаса и паники наполнили воздух, когда люди бросились к выходам, но обнаружили, что все двери заблокированы.

Из темноты выступили вооруженные до зубов люди, их лица были скрыты масками. Они быстро взяли под контроль ситуацию, направляя оружие на перепуганных заложников.

- Никто не двигается! - прогремел громкий голос. - Вы все теперь наши заложники. Если правительство не подчинится нашим требованиям, мы взорвем это здание вместе со всеми вами!

Люди застыли в ужасе, осознавая, что их жизни висят на волоске. Они беспомощно смотрели, как террористы расставляют по зданию взрывные устройства, готовые в любой момент привести их в действие.

***

Я сидел в прихожей, и с ужасом смотрел в телевизоре репортаж, про захват отеля радикалами. Я четко видел, как внутри перед витриной отеля, на коленях стоял и заложники, и среди них была Света.