Волкодлак. Вещий Олег.

Глава 1

Благодаря действиям Михаила в прошлом перерождении гунны были истреблены и империя сарматов стала беспокойным соседом Рима, сарматы выступали то его союзниками, то противниками и не упускали случая вмешаться в междоусобную борьбу внутри империи. Сарматы рассматривали Рим как источник богатой добычи. Способы её приобретения были разными: грабительские набеги, получение дани, военное наёмничество.

Начиная со второй половины I века, сарматы, откликнувшись на призыв царя Дакии Децебала, приняли участие в дакийских войнах. В 87 году римская армия под командованием Корнелия Фуска вторглась в Дакию. В битве при Тапае римляне потерпели поражение. Даки добились от Рима выплаты ежегодных субсидий в обмен на участие в обороне римских границ. Часть этих субсидий получал и сарматский император. Римские войска, возглавляемые императором Траяном, в этой истории не смогли захватить Дакию и были разгромлены. После двухлетних набегов Римская империя, желавшая покоя у своих восточных границ, была вынуждена возобновить плату сарматам. Все больше сарматов благодаря заключенному миру расселялись в римских провинциях — на территории нынешних Венгрии, Румынии, Болгарии, Югославии, Франции, Италии, Великобритании. Сама сарматская империя распалась на несколько государств к седьмому веку из-за многочисленных сыновей правителя, после смерти которого десять сыновей не согласились подчиняться одиннадцатому, старшему брату. Империя в междоусобной войне развалилась и почти две трети сарматов сгинули к началу девятого века. Те, что остались в донских степях, частично смешались с жителями лесов и болот. Часть сарматов сохранила тайные знания жрецов, продолжая служить новому богу войны Перуну, являющемуся и Верховным Богом. Помимо Перуна воины поклонялись и Велесу, которого считали покровителем оборотней.

К удивлению Михаила его следующее перерождение почему-то привело его душу в тело мальчика из ютландского поселения данов. Полуостров разделял Балтийское и Северное моря. В ходе Великого переселения народов даны заселили полуостров Ютландия, вытеснив оттуда древнегерманские племена ютов и англов. В эту эпоху викингов даны активно осваивали Ютландию и Зеландию, а также южную часть современной Швеции.

Когда Михаил подрос и начал говорить, выяснилась причина, по которой он родился среди данов: его мать Зарина была сарматкой, раненной в стычке с викингами. Отец Магнус с первого взгляда в нее влюбился и хотя его хидр потребовал добить унесшую своими стрелами пятерых данов, но Магнус откупился серебром и забрал раненную с собой, перевязав ее рану. Через девять месяцев родилась двойня мальчик Хельги и девочка Хетта. Вот в этого мальчика и попал при перерождении Михаил Колдун.

Зарина была удивлена тем, что ее сын, начав говорить, помимо языка данов прекрасно знал ее родной сарматский. Мало того, в пять лет он для себя и сестры сам в течении года изготовил четыре сарматских лука, причем одна пара была рассчитана на их с сестрой нынешнее физическое состояние, а вот для владения второй парой нужно было значительно развить физическую подготовку. Зарина помогла сыну изготовить сотню стрел. Михаил смог стать среди детей поселения лидером, решив уже сейчас начать готовить свой будущий Хирд. Причем наличие его сестры на совместных занятиях постепенно привело в его малолетнюю банду помимо пятнадцати мальчиков возрастом от пяти до семи лет еще семерых девчонок, которых завербовала его сестра. К восьми годам личная гвардия увеличилась до сотни мальчишек и тридцати девчонок.

В поселении Аггерсборг, представлявшем собой самую большую из кольцевых крепостей викингов в Дании. Она расположена недалеко от Аггерсунда на северном берегу Лим-фьорда. Она состоит из кругового вала, окружённого рвом. Четыре главные дороги, расположенные в виде креста, соединяют центр крепости с внешним кольцом вала. Четыре основные дороги, расположенные крест-накрест, соединяют центр крепости с внешним кольцом вала. Дороги были проложены под внешним валом, оставив круглое сооружение нетронутым. Внутри крепости стояли сорок восемь домов, большинство из которых вмещало общину из пятидесяти-ста человек. Несколько жилищ, принадлежавших состоятельным викингам, вмещали всего от десяти до тридцати семейств. Датские жилые дома викингов были достаточно длинными от тринадцати до сорока метров. Стены состояли из двойного ряда досок. Крыша держалась на столбах, которые делили дом на три или пять одинаковых помещений. Крыша была похожа на перевёрнутую лодку и опиралась на два ряда столбов и стены. Стенами служили врытые в землю столбы, горизонтальные или вертикальные доски. В крыше делали отверстие для дыма, полы были глинобитными или из досок. В их жилище пол был как раз глинобитным. Для сидения чаще всего использовались скамейки разной величины, либо неподвижные, стоявшие вдоль стен, либо переносные, с устроенным под сидением ящиком. Мебель делали резную из дерева. Для большей крепости мебель обшивали металлом или жестью, одновременно служившей украшением. У большинства постелью служил кожаный мешок с сеном, травой, соломой, а у богатых — ложе, состоящее из деревянной кровати на высоких ножках с устроенным спереди приступком, чтобы подниматься. Обогрев производили огнём, разведённым в очаге, или в каменных плитах. Осветительными приборами служили факелы и лучины.

Их община состояла из пятнадцати семей, причем у всех, кроме отца, были две-три жены. Я как то поинтересовался у отца причиной такого постоянства, он, вздохнув ответил - Я когда впервые встретил Зарину, то сразу же потерял голову, мне кроме нее никто больше не нужна. Вот так вот! А ты, я смотрю, уже свой хирд собрал! Гляжу я на тебя и диву даюсь, откуда ты столько воинских ухваток знаешь. Ты ребятню по какой-то наработанной методике тренируешь, многое мне знакомо как те же упражнения с камнями и деревянными колодами, а многое мне неведомо. Видно мне у тебя придется поучиться, все что поможет в бою никогда не поздно изучить даже умелому викингу. - отец помолчал и добавил - Мню я, что в тебя вселился дух знаменитого воина, который смог сбежать из Вальхаллы! Да, видать ранее викинги обладали большими знаниями, раз столько ухваток тебе известно.

Затем отец обвел глазами мое воинство и усмехнулся - Зарина все рвется помочь вам овладеть луком, она считает что тебе одному нелегко приходится. Я ей разрешил и теперь у тебя будет свой инструктор по стрельбе. Мы, даны, редко используем в бою луки, потому что толком не умеем их использовать. Да, мы охотимся с помощью луков, но в бою предпочитаем сойтись лицом к лицу. А вот действия сарматов, от которых мой хирд понес большие потери, научил меня с уважением относиться к лучникам. Похоже, ты создашь убийственную по мощи дружину. Возможно ты даже станешь ярлом. А что, наша семья происходит из древнего уважаемого рода. в котором были двое ярлов.

Я хмыкнул - Вообще-то я не против стать конунгом.

Отец подмигнул - Иногда конунгами становятся знаменитые вожаки викингов, те, к кому удача повернулась лицом. К сожалению таких конунгов можно пересчитать по пальцам. - затем отец наклонился к сыну и понизил голос - Я за время участия в походах собрал немного золота и приличное количество серебра. Часть уйдет в приданное твоей сестры, а почти все я оставлю тебе, сможешь купить себе пару драккаров и стать настоящим ярлом.

Я удивленно посмотрел на отца - И почему же ты сам не купишь себя драккар? Отчего простым воином ходишь в походы?

Отец пожал плечами - Это оттого, Хельги, что я в бою не могу командовать людьми, я всего лишь могу следить за своими соседями, прикрывая их спину, а вот видеть весь рисунок боя мне не дано. Зато я, если доживу, с удовольствием поддержу тебя в твоих виках и разделю твою славу как твой отец.

Я кивнул. В принципе прожить жизнь викинга было интересным — эти раннесредневековые скандинавские мореходы, совершавшие морские походы, они были в Западной Европе известны как норманны или даны, а на Руси — как варяги. Интересно, в какой век я попал. Увы, но я мало интересовался историей викингов.

Изучив местные мечи, я попросил отца договориться с кузнецом помочь мне отковать оружие. Меч представлял собой двухлезвийный клинок из тигельной стали с долом по центру, рукоятью под одну руку и характерным навершием. Действительно, три четверти мечей обоюдоострые, однако оставшаяся четверть однолезвийная — то есть, имеет одностороннюю заточку и похожа на очень длинный скрамасакс, который снабжен гардой и навершием того или иного характерного для Скандинавии вида. Длина клинков того и другого вида чаще всего составляла 77-80 сантиметров. Ширина в верхней части клинка варьируется от 5 до 6 сантиметров. Рукоять короткая — расстояние между гардой и навершием от 8,5 до 10,5 сантиметров — чаще всего 9 или 9,5. Масса клинка около килограмма. Мечи частично привозились из соседних стран, в частности из Франкского Королевства. Об этом свидетельствуют клейма франкских оружейных мастерских на клинках. По сравнению с более поздним европейским холодным оружием, весившим и по 3 килограмма, меч эпохи викингов был относительно лёгким (в среднем 1,2-1,5 кг). Однако, в силу особенностей конструкции рукояти и клинка, наносить им какие-либо удары, кроме рубящих, на практике было затруднительно. Меч чаще всего использовался для работы правой рукой в паре с круглым деревянным щитом кулачного хвата. Удар меча принимался на щит, желательно на металлический умбон последнего, свой же меч использовался для нанесения ответного удара. Удары в таком сочетании эффективнее всего наносить по голове или по ногам, для которых в эпоху викингов практически не было защитного снаряжения.

Я решил выковать скьявону, которая стала одним из примеров того, до чего может довести владельца желание максимально обезопасить руку от атак противника: дужки ее гарды, как и, например, гарды знаменитого шотландского палаша, представляют собой конструкцию, которую специалисты назвали "корзиной". Название обусловили два обстоятельства. Во-первых, гарда защищает руку с трех сторон (снизу, с внешней стороны и с внутренней стороны), а во-вторых, переплетение дужек действительно похоже на плетение прутьев корзины.Отец договорился о аренде кузницы и вместе со своим младшим братом Ульфом стали моими молотобойцами, я же молоточком указывал место для нанесения удара и объяснял как сворачивать прутки. Я решил выковать меч из дамасской стали. Дамаск - это всего лишь несколько заготовок сваренных и перекрученных друг с другом кузнечной сваркой из двух или более сортов стали с разным содержанием углерода. Первоначально кузнецы сваривали в пакет всего две заготовки из разного материала. Примерно через 150-200 лет после изобретения этого метода, люди догадались сваривать не просто несколько заготовок в один пакет, а сваривать в один пакет несколько других пакетов! А еще позже при производстве дамаска разогретый пакет принялись закручивать для лучшего перемешивания разнокачественных материалов. Вот эту технику я и применил. Любопытный кузнец хотел было со стороны понаблюдать за производством стали, но я кивнул на него отцу и тот вежливо выпроводил хозяина из кузни. Нефиг нефиг! Секрет дамаска я оставлю себе и своему роду. Я решил для начала выполнить двести скручиваний.

Прутки поочередно выковывал в пластины одинаковой длинны и ширины (это важно) , после чего собирал в пакет. Сталь чередуется, схватывается сваркой прихваточными швами ( просто что бы не развалились) и начинается подготовка к кузнечной сварки. Помимо одинаковой длинны и ширины, очень важно сохранить нужный порядок слоев. Вообще, стоит один раз сделать клинок из дамасска , что бы понять почему он так ценился. Это многодневный труд, который можно испортить одним ударом или одной ошибкой. Взять хотя бы процесс кузнечной сварки. Ошибешься с температурой-будет непровар и ножа не получится. Поэтому заготовку надо основательно и равномерно разогреть. А там разные слои стали, которые по разному нагреваются. Большая масса тоже может обмануть-сверху прогрелся, а внутри еще нет. Вот и колдуешь, ловя нужный момент.

Сам процесс сварки напоминает целый ритуал. Ты разогреваешь горн на максималках на древесном ( и только на на древесном) угле. Разогреваешь заготовку тоже не просто закинув ее в огонь. Сначала кладешь сверху на уголь, что бы она прогрелась. Вытаскиваешь, чуть остужаешь на воздухе и снова на уголь. Таким образом мы добиваемся одинаковой температуры в каждом слое. После этого, мы по максимуму нагреваем заготовку, закопав в уголь, вытаскиваем из горна и от души засыпаем буру между слоёв. Минерал бура-это кузнечный флюс, тетраборат натрия. Она удаляет окалину между слоев, которая не даст им свариться. Засыпали бурой и снова в горн. В это раз заготовку надо нагреть так, что бы у нее уже начала первые искры появляться.

А дальше начинается самый ответственный этап. Заготовку надо проковать что бы слои сварились между собой. По факту, есть всего 3-5 ударов от которых все зависит. Один кривой удар молотком - и слои расползутся, а пакет можно выкидывать. Если удары будут слабые и не четкие - такой же результат.

Отец и дядя выполняли мои указания без споров: видать отец просветил Ульфа о вселении в меня духа воина прошлого.

- Ты, глянь, Магнус! - дядя кивнул в мою сторону - Видно этот воин был знатоком кузнечного дела. Повезло мне с племянником!

Узоры на клинке и довольно узкий клинок вызвали восторг у моих родных. А когда я выковал саму корзину и приварил ее к клинку, удивлению не было предела - Я впервые вижу такой меч - дрожа от восторга, произнес отец и дядя согласно кивнул - Видно такие мечи используют в Вальхалле, ибо на земле таких нет однозначно. Я пояснил для чего нужен такой клинок и показал несколько фехтовальных приемов. Отец с дядей возбудились и весь вечер они испытывали мой меч против обычного франкского клинка.

После этого клинок забрал отец, и потребовал выковать следующий меч для Ульфа. А третий клинок - в подарок конунгу. Иначе тот из зависти мог начать строить козни.

После этих мечей я начал изготовление учебных мечей под свой возраст для всех воинов своего будущего хирда, которые до этого могли похвастать лишь старыми боевыми топорами. После этого почти все пацаны Аггерсборга попросились ко мне с готовностью принести мне клятву как своему ярлу. Так я стал командиром трех сотен пацанов и пятидесяти девчонок, которым захотелось стать валькириями, понимая что нудная жизнь жены викинга не прельщает своей бедностью. Нам с матерью пришлось устроить массовый матер-класс по изготовлению лука и стрел. Каждый мой воин должен был изготовить дальнобойное оружие сам. Когда я достиг пятнадцати лет, старые клинки пришлось перековать, исходя из новых физических данных будущих викингов.

Первое время наши утренние и вечерние кроссы вокруг крепости вызывали нездоровый смех. Когда же мои парни предложили своим старшим братьям соревнования на бег и те им проиграли, конунг приказал всем викингам перенимать у нас методику тренировок, гоняя викингов без жалости.

Я с отцом и дядей выстроили свою кузню и мы стали ковать клинки попроще, из ста пятидесяти слоев скручивания, на продажу. Правда корзина не пользовалась успехом из-за застойности мышления большинства и наши мечи были с обычной крестообразной гардой. За нашими мечами приезжали из далека, покупая их чуть ли не на вес серебра. Накопленное серебро позволяло при желании обзавестись целым флотом. И это меня радовало: ибо в каждый драккар помещалось лишь максимум пятьдесят человек. Следовательно мне для моего войска нужны семь-восемь кораблей, постройку которых я заказал еще пару лет назад.

Глава 2

-Больше всего меня бесил быт - толпа народу в одном бараке, тут же разделенные перегородкой животные. Вонь стояла просто ужасная. И хотя со времени рождения с этими чужими запахами я свыкся, но получив в свои руки собственное серебро, я решил все-таки построить для себя отдельный дом, о чем и заявил своей семье. Здание я решил построить такое же, которые я научил строить в селениях сарматов. Единственная, кто меня поддержала - это моя мать, которой барак после прежнего сарматского жилища был убог и так же ненавистен. Она упросила меня не уходить в крайность и жить вместе со всей нашей семьей. За это она выпросила у отца серебра на постройку дома.

С помощью рогатки из ветки удалось найти близкий выход воды, выкопав колодец, я именно возле него начал строительство дома.

За толику серебра я нанял своих юных воинов и организовал изготовление из глины кирпичей, сложив для обжига печь. Планировку дома я правда решил сделать как в будущем: из тамбура входящий попадал в коридор, из которого по обе стороны двери вели в двадцати пяти метровую гостинную, из которой дверь вела на кухню, где находилась растапливаемая часть русской печи "Экономка" - это отопительно-варочная печь из кирпича с небольшими размерами, предназначенная для малых помещений. Она оснащена двумя топливниками и панелью для варки, что позволяет использовать печь не только для обогрева, но и для приготовления пищи. Двухкамерный принцип обеспечивает эффективное использование топлива и равномерное распределение тепла. Это была самая крупная печь в здании, позволяющая готовить блюда в большом количестве. Остальные две были поменьше размером.

Помимо гостинной, куда я решил поселить родителей, в доме были две спальни по восемнадцать метров, сортир, из которого дерьмо уходило в выгребную яму. На чердаке, утрамбовав перекрытия толстым слоем глины, я соорудил летнюю неотапливаемую комнату с квадратным окном с сторонами около метра, закрываемое деревянными ставнями. Вход на верх был с наружной деревянной лестницы. Полуземлянка хорошо держала тепло. К дому пришлось пристроить курятник, здесь же жили и две козы, дававшие небольшой удой.

Чуть в стороне мы с отцом и дядей из дерева построили отдельную от всех баню, внутри я сложил печь с вместительным котлом для нагрева воды, задняя часть печи нагревала парную и давала пар от нагреваемых ею камней.

Грозные викинги держали в страхе всю Европу. Их считали воинственными дикарями, но по части личной гигиены они давали 100 очков вперед Англии, Франции и Италии тех лет. Викинги соблюдали банные традиции, у них был особый день для купания и масса интересных изобретений.

Викинги носили бороды и длинные волосы. Но они не выглядели неопрятно или грязно. Ухаживать за бородой и волосами — признак хорошего тона у норманов, как себя называли даны. Каждое утро раб приносил своим господам свежую воду, которой викинг «умывался и ополаскивал волосы». Викинги носили с собой расчески и гребни, тщательно расчесывали волосы не менее 1 часа после мытья. Такой уход за собой удивлял европейцев.

В центральной Европе мыться часто считалось бесполезной роскошью. Даже ненужной. В большинстве городов были большие проблемы с канализацией и водопроводом. Воду таскали из реки ведрами, потом грели и заливали в чаны или большие бочки. Мыться было неудобно, вода остывала. Вопрос с запахом решался просто — много отдушек, парфюма, разнообразные ароматные присыпки. Люди даже из высших сословий могли не мыться по 1-4 месяца! Вонь на улицах, антисанитария и проблемы с личной гигиеной вели к эпидемиям опасных заболеваний.

У викингов таких проблем нет. Хоть их и прозвали “грязным народом”, но на территории Швеции и Норвегии уже в те времена была традиция “Мыльного Дня”. Купаться было принято по субботам, или даже чаще! Проблемы с гигиеной были другого характера — во время военных походов и длительных плаваний мыться было проблематично. Особенно на море — от соленой воды тело начинало сильно чесаться. Да и мыться соленой холодной водой неудобно.

Древние норманны заметили — горячий влажный воздух помогает очистить тело, лечит многие заболевания и поддерживает физическую силу. Париться в бане очень приятно. Особенно после долгого промозглого дня на берегу Северного моря. Бани викингов были парными, напоминают по своему устройству финские сауны. Обычно устраивалась одна баня на целое поселение, но иногда встречались и отдельные парные. Это был специальный дом с вымощенным камнями полом и стоком для отвода воды. Устанавливался каменный очаг, топился он торфом. Камни нагревались докрасна, а потом на них лили воду — получался густой пар. Вдоль стен устраивали платформы. Туда забирались те, кто хотел попотеть в самом жарком месте бани. У викингов тоже была традиция хлестать себя вениками. После парной норманны любили обливаться холодной водой или выбегать на снег.

Один из важных ритуалов личной гигиены — стирка. Викинги следили за чистотой одежды, но средства были не самыми понятными для современного человека.

В качестве стирального порошка использовалась моча. Такой способ практиковали почти все северные народы. Причем моча должна была быть старой для лучшего эффекта. В те годы на современной родине викингов мыло еще не изобрели. После того как оно появилось, чистоплотный народ сразу на него перешел.

Именно из-за метода стирки варваров часто называли “немытыми”, а их прибытие в другие страны и города сопровождались удушливым запахом мочи. Самих викингов это не смущало, ведь они честно стирали одежду, и даже часто.

Мочу использовали и как мыло для тела. С точки зрения химии, викинги как раз использовали мыло. Ведь моча, которая 1-2 недели простояла, соединяясь с жирами образует особое вещество, которое отлично отмывало почти все. У них получался мыльный аммиачный раствор. Таким же методом пользовались еще древние греки и римляне времен Помпея. Запах был ужасным, зато эффект отличным - жир, кровь, грязь отмывались без следа.

Моя мать, обладая знаниями своего народа, научила сначала отца а затем и всех остальных изготавливать мыло из козьего или бычьего жира и древесной золы с добавлением растертого в порошок древесины кипариса (привозимого с набегов из солнечных стран) и кедра с добавлением ладана. Натираясь этой пастой, которая источала приятный аромат, и после ее смывания, все викинги и их жены отмечали, что кожа становится чистой, с тех пор здесь, в этом поселении, почти перестали использовать мочу.

К шестнадцати годам я смог обучить кузнецкому мастерству еще два десятка из своих парней. За год удалось построить ветряк, который приводил в действие пару тяжелых молотов. После этого изготовление из стали ускорилось и помимо мечей я своих воинов обеспечил кованными шлемами, которые появятся только в шестнадцатом веке: сферический шлем, возникший в Италии. Сочетал в себе детали армета: мощную защиту головы и шеи — с козырьком, защищавшим лицо сверху, и нащечниками. Мало того, к этому шлему добавилась защита шеи и плеч как у римского шлема в виде толстой изогнутой металлической пластины с ребрами жесткости. Ну и конечно же верхняя часть лица защищалась полумаской с наносником. Помимо кольчуги всех удалось одеть в наборную пластинчатую броню. Когда на такую броню нашивали пластины, они заходили друг на друга, тем самым повышая прочность защиты, а изогнутость пластин позволяла отразить или смягчить удар оружия противника (гасила удар по скользящей линии). Помимо тела надежно защищались плечи, руки и ноги.

Заодно я организовал производство особых щитов, которые могли использоваться как конницей, так и пехотой – павезы. Это щиты скругленно-прямоугольной формы с долевым желобом, делившим защитное полотно на три части и игравшим роль вместилища для руки воина. Такие щиты с четырнадцатого века использовались метателями копий-сулиц и арбалетчиками.

На нашу экипировку приходили любоваться все викинги, молча переглядываясь и лишь указывая на необычную защиту, выкованную нашими руками. Мои отец и дядя так же полностью обзавелись нашей амуницией и после окончания изготовления наших драккаров они оба перешли в мой разросшийся хирд. Для появления на ладонях нужных мозолей пришлось почти месяц всю молодежь погонять на веслах. После этого я решил проверить своих воинов в походе.

Утверждение о том, что дружина существует для того, чтобы не князь её кормил, неверно. К примеру, в Древней Руси князь обеспечивал содержание дружины, предоставляя ей денежное содержание или отчисления от волостных кормов и различных платежей, поступающих от населения. Источниками содержания дружины были военная добыча и дани-контрибуции, а также дары и дань с собственных племенных территорий. Вот и я решил возместить свои расходы. Да, за работу платить мне было не нужно, но сталь то закупалась за серебро, мое серебро. По договоренности, за полученное от меня вооружение каждый боец должен был рассчитаться из своей будущей добычи. Да и как хозяин драккаров я получал большую долю.

Золото, серебро, бронзу, оружие и ценные вещи распределяли сразу. А продукты охоты на морских зверей и другие тяжёлые товары сначала продавали, а потом делили между участниками похода и ярлами.

Мои кормчие по обычаю должны получить помимо своей доли еще по две доли каждый, а я, как ярл получал доли драккаров, по две на каждый рум. Рум у викингов — это термин, обозначающий пространство между скамьями гребцов на корабле. Количество весел по одному борту служило своеобразной меркой длины корабля. Про суда викингов говорили — «корабль во столько-то румов». По моему заказу удалось изготовить шесть драккаров, рассчитанные аж на тридцать пар гребцов, то есть на двадцать девять румов каждый. Пятьдесят восемь долей за шесть кораблей - это триста сорок восемь долей.

Огромная сумма должна получиться.

Соотношение длина корабля — количество экипажа не такое хорошее, как у карви. Карви, универсальный корабль. Его соотношение длина-ширина: 4 к 1. Это ключевой параметр для понимания возможного размещения экипажа. Так как корабль получается шире, то и вместительность корабля больше. Потому что у лонгшипов (драккаров) соотношение 7 к 1. И когда судно идёт на вёслах места для количества людей большего, чем которое находится у вёсел, фактически нет. Ну а у карви совсем другая ситуация. Но зато скорость у драккаров — потрясающие 20 узлов!

По моим хотелкам удалось добавить косые паруса, позволяющие двигаться против ветра, но не строго против, а под тупым углом к нему. Это происходит так: если установить косой парус под небольшим углом к ветру, то на его выгнутой поверхности создаётся подъёмная сила. Она будет тянуть корабль перпендикулярно площади паруса, но судно туда двигаться не может, а в направлении от кормы к носу сопротивление воды будет намного меньше, и именно туда и двинется судно.

Теперь на дальние переходы можно было разгрузить моих юных гребцов. Мало того, я изготовил примитивный компас. Для начала я решил пограбить побережье Англии. На проводы нашего флота вышли все жители поселка, включая трэллов. Моя мать конечно же отправилась с нами, я ее назначил командовать девушками, их сводный отряд под названием "Валькирии" был распределен между драккарами в качестве стрелковой поддержки. Отец и дядя возглавляли два отряда по сотне человек.

Отец сидел рядом с женой, наблюдая, как молодые викинги время от времени работали на веслах. Ветра практически не было и потому пришлось идти на веслах. Зарина потянулась так, что щелкнули позвонки - Хорошо то как! Наконец- то я опять приму участие в битвах! Я даже чуть со скуки не померла в вашей крепости. Хорошего сына я родила, даже не думала, что благодаря ему у меня надежда появилась из этого вашего длинного дома Лонгхауса! И дочь я воспитала настоящей сарматкой, жаль, что лошадей у вас, норманов, нет. Я обожаю мчаться по степи. Может по ту сторону моря удастся поймать лошадок!

Семнадцатилетний Эгиль кивнул младшему на год Трюггви - Слышал, братишка! Зарина столько нам рассказывала о лошадях, глядишь научит нас на этих зверях ездить.

Младший брат ответил - Удивляюсь я вот чему: мы столько лет знаем нашего Хельги, он вырос на наших глазах. Как думаешь, откуда он столько знает?

Эгиль кинул взгляд на родителей их молодого ярла и понизил голос - Мой отец на эту тему разговаривал со старейшинами, я случайно подслушал их разговор. Так старики считают, что в Хельги вселился дух воина,которому удалось покинуть небесные чертоги. Представляешь, нас поведет в бой какой-нибудь древний герой!

Трюггви кивнул - Здорово! Мы все с таким ярлом прославимся в сагах!

В это время подул ветер, который с каждым мигом все набирал силу и тут же раздалась команда ставить паруса.

Почти полторы недели ушли на преодоление моря и под утро драккары достигли берега. Это был остров Линдисфарн у северо-восточного берега Англии. На острове возвышались стены монастыря. Магнус указал на него пальцем - Мой отец рассказывал о том, как его конунг привел сюда несколько кораблей почти сорок лет назад и улов оказался очень даже неплохим. Трэллей так же много здесь взяли. Они все тут только на коленях своему Богу молились и никакого сопротивления не оказывали. Хорошие из них рабы получились!

Я указал на открытые ворота монастыря - Похоже ничему этих монахов жизнь не учит! А раз так, грех их за это не наказать! Часть парней стали вытаскивать свои корабли на берег, я же поспешил в монастырь. Я подошел в стоящим во дворе монахам и спросил на латыни - А скажите-ка, святые отцы, какой сейчас год от воскрешения Христа?

Монахи очумело на меня смотрели и крестились, наконец один ответил - восемьсот двадцать девятый год, отрок!

Я сделал злодейское лицо и спросил - Хочешь, святой отец, я тебя отпущу? Всего то расскажи о захоронках, отдайте добровольно серебро и золото, оно еще никому не давало пропуска в Рай. Иначе придется моим головорезам тебе пятки огнем погреть.

Монах отшатнулся - Если мы все вам отдадим, то вы нас всех отпустите и вы пообещаете не трогать священные мощи!

Глаза монаха горели религиозным фанатизмом и я кивнул - Я согласен, показывайте, где спрятано ваше добро.

Двое монасей поспешили показывать свои ухоронки, а я решил пообщаться с настоятелем монастыря, коим оказался этот фанатик - Скажи, отец, что сейчас в Англии происходит?

Настоятель махнул рукой - Ничего хорошего! Эгберт Уэссекский вторгся в Мерсию, вытеснил своего соперника Виглафа и теперь будет пытаться править непосредственно из Уэссекса. Эгберт вышел против Нортумбрии вплоть до Дора, где был встречен нортумбрийским королём Эанредом Вторым и его людьми, которые предложили ему условия подчинения и покорности, по принятии которых они вернулись домой.

Я усмехнулся - То есть очко у короля Нортумбрии заиграло? Вот ведь надевают корону все кому не лень, а потом еще воевать пытаются.

Настоятель пожал плечами - Хоть твои слова мне и непонятны, но суть я уловил. Действительно, Эанред оказался редким трусом. Вам даже и пограбить в Англии толком не удастся! Кругом одна нищета. Вам бы франков отправиться пограбить. Семь лет назад непокорные бретонцы выбрали нового предводителя — Гвиомарха. Усилий, направленных против него графами Бретонской марки, оказалось недостаточно, и пять лет назад Людовик Благочестивый вновь отправился в Бретань гасить бунт. Вместе с императором в этом походе приняли участие его сыновья — Пипин и Людовик. Гвиомарх однако, избежал смерти, принеся клятву верности Каролингам. Людовик, как обычно, склонился к милосердию, радушно принял его, богато одарил и разрешил вернуться на родину. Однако впоследствии Гвиомарх пренебрёг всеми своими обещаниями и не прекратил нападать на соседние с ним владения верных императору людей. В результате он был схвачен в собственном доме и убит. Пока Франки еще не отошли от потрясений и там наверняка вам будет раздольно.

Людовик Благочестивый унаследовал трон после смерти своего отца, императора Карла Великого. Утомлённый постоянными конфликтами с бретонцами, Людовик решил, что они охотнее подчинятся своему соотечественнику, и поручил одно из графств Бретонской марки представителю местной знати — Номиноэ. Так император франков, потративший столько сил на борьбу с независимостью Бретани, положил начало карьере основателя бретонского королевства. Я уверен, что франки еще не раз об этом пожалеют.

- А ты хороший политик, святой отец!

В этот момент во двор монастыря на коне ворвалась Зарина в сопровождении дочери, визжащей от восторга на втором коне - Погляди, Хельги, каких коней я обнаружила на лугу!

Я улыбнулся - Слезай, мама. Я покажу вам как управляет конем настоящий сармат!

Глава 3

На побережье Англии мы провели еще пару недель, за это время удалось в окрестностях с помощью взятых с собой пары собак, напоминающих ирландского волкодава (собаки занимали особое место в домах викингов, их часто воспринимали как членов семьи), отыскать еще пару десятков лошадей и всех девчат обучили держаться в седле и не падать с лошади. Причем управляли по моему требованию умными животными без поводий одними коленями. Последнюю неделю, девчата, научившись скакать даже галопом, осваивали стрельбу на скаку. Парни с завистью смотрели на Валькирий и им пришлось объяснить, что во Франции лошадей много не найти, но если будут лишние животные, то обязательно на них сядут лучшие наши стрелки. После моих слов отроки устроили соревнования по стрельбе во время бега. Да! Я за неимением лошадей с детства учил стрелять не только из засады, но и убегая и догоняя противника.

Монахи были вынуждены готовить для нас еду, благо охота в этих безлюдных местах всегда приносила добычу. Я даже немного подружился с настоятелем, который оказался весьма сведущ о происходящем в Европе. В монастыре обнаружились запасы дегтя и я приказал перед отплытием хорошенько промазать им днища наших кораблей. Слишком дорого этот деготь обходился при изготовлении: его изготавливали в специальных ямах, расположенных на окраинах сосновых лесов. Один поджог древесины в небольшой яме позволял получать чуть более 15 литров дегтя. На дно большой ямы могло стечь 200–300 литров. Для смоления большого судна требовалось 500–600 литров дегтя. Кроме того, этим веществом обрабатывали шерстяные паруса, чтобы придать им водоотталкивающие свойства.

Свои корабли я вел удалившись от берега так, чтобы нашу флотилию не заметили. Я решил следующей целью избрать Лондон и в устье Темзы мои драккары вошли с наступлением темноты.

В IX веке Лондон был хорошо укреплён: римские стены, построенные ещё в III веке, всё ещё стояли и служили надёжной защитой. Город был разделён на две части: внутри стен находились административные здания, церкви и рынки, а за пределами стен — поселения ремесленников и крестьян. В стене было шесть главных входов в Сити, пять из которых были построены римлянами в разное время, когда они занимали Лондон.

Хорошо спрятав и замаскировав наши суда, я и еще десяток лучших скалолазов нашего отряда в течении сорока минут взобрались наверх и скинули вниз веревки, коими подняли веревочные лестницы, по котором на стены взобралась сотня человек. Остальные подобрались к ближайшим к реке воротам. Встреченных сонных стражников быстро резали и спешили дальше, пока не вышли к западным воротам Ладгейт, где нахально спали почти три десятка стражников, которые даже не успели понять, что умерли, почив во сне.

Главной нашей целью был монетный двор, который чеканил золотые монеты. Лондон был погружен в глубокий сон и его жители не могли и предположить, что сейчас идет разграбление его соборов, в которых было немало драгметалла. После опустошения наших основных объектов мы около трех ночи взяли штурмом епископские покои, которые охранялись полусотней человек. Практически не вступая в рукопашную схватку всех расстреливали стрелами и забрасывали дротиками.

Защитники не успели даже поднять тревогу как стали похожи на ежей.

Епископ Кеолберт в одной ночной рубахе был вытащен моим отцом и брошен мне под ноги, с ужасом наблюдая разграбление его резиденции. А добра у епископа было прилично - драгоценные ткани, хранящиеся целыми отрезами, сундуки с монетами и посудой из серебра, многочисленные перстни и броши с драгоценными камнями.

- Представляешь, Хельги, этот жирный боров спал в каком-то ящике, напоминающем шкаф, что ты изготовил для гостинной в нашем доме! Правда этот ящик коротковат и спать в нем можно только полу-сидя!

Я усмехнулся - Отец, так спят все в Европе! Кровати-ящики распространены в англии, Шотландии, Франции, Голландии и Германии. Эти деревянные конструкции, похожие на мебель для хранения вещей и продуктов были придуманы по нескольким причинам: в домах нет отопления, и зимой спать некомфортно. Замкнутое пространство с одеялами и подушками хорошо сохраняет тепло. В небольших домах часто в одной комнате проживает большая семья, и каждый хочет уединения во время сна. Кстати, такая мебель часто используется владельцами для хранения ценных вещей, отправь кого-нибудь порыться в его постели.

Я невольно покачал головой и обратился к епископу на латыни - Я удивляюсь твоей жадности, Кеолберт! Ты же должен заботиться о заблудших душах, а сам похоже променял свою веру на золото!

Епископ заплакал, пытаясь поцеловать мою грязную обувь. - Прошу, оставьте мне жизнь! Я еще не готов предстать перед Всевышним!

Отец сплюнул - Что бормочет этот засранец?

Действительно, епископ обосрался и от него мерзко несло дерьмом - Жить хочет, просит не убивать. Предлагаю его отмыть от дерьма и прихватить с собой, пусть жители соберут за него выкуп. У нас к сожалению мало людей, чтобы нормально пограбить этот город.

Магнус кивнул - Я только за! В порту мы захватили пять торговых кораблей, причем три еще не успели разгрузиться. Нам помогает Один! Такая добыча и нет даже раненных.

- Это потому что все войска сейчас со всей Англии стянуты для захвата новых земель или для обороны своей. Я вот думаю а не наведаться ли нам в столицу Восточной Англии Ипсвич, расположенный в эстуарии реки Оруэлл, впадающей в Северное море? Отправлюсь туда вместе с матерью и парой юных викингов под видом местных крестьян. Одежка есть, мы с мамой прекрасно говорим по-англосаксонски.

- Тебе разве мало захваченной добычи? А я вот к примеру ломаю голову как нам контролировать команды захваченных кораблей! Конечно, мы можем перевести на каждое судно всех наших Валькирий, но как минимум им нужно двоих мужчин придать для безопасности.

- Вместе с дядей и пойдете на двоих судах вместо двоих моих парней! Останется только выделить еще шестерых!

Тут вбежал брат отца - В пригороде мы нашли женский монастырь!

Епископ проблеял - Господи, эти дикари добрались до Аббатства Святой Марии и Святой Этельбурги! Не трожьте Христовых невест!

Не обращая внимания на его завывания, довольный дядя продолжил - В монастыре из трех десятков четырнадцать совсем молоденькие! Заберем их собой и разделим по справедливости.

Я понимающе кивнул. В эти времена, при весе марки 204 грамма серебром, 72 метра домотканной шерстяной ткани для одежды оценивались в одну корову (половина марки серебра). Также за корову можно было приобрести 3-х свиней и 6 овец. За рабыню могли дать 2 коровы или одну марку серебра. За раба, также как и за лошадь — 3 коровы или 1,5 марки серебра.

Да и вооружиться стоило очень дорого в это время. Воин с деревянной булавой или рогатиной был бедняком. Воин со щитом и боевым топором или щитом и копьём – типичный средне-статический воин армии викингов. Воин, вооружённый мечом и щитом – зажиточный человек. Вооружение, включавшее меч, топор, копьё, шлем, кольчугу и щит мог позволить себе очень богатый воин. Потому-то моя молодежь чуть не визжала от восторга, получив доспехи и меч.

За средний меч (без украшений, от б/у до нового) могли отдать от 3 до 7 коров или 1.5 — 3.5 марки серебра. Если же меч был произведён искусным мастером из отличной стали с применением драгоценных металлов, то цена не имела предела. Например, за меч с позолоченным эфесом давали целое состояние — 13 коров (6.5 марки)! Меч и кольчуга, которая оценивалась примерно в 12 коров, были самыми дорогими элементами боевой экипировки воина. Щит, копьё и боевой топор стоили примерно одинаково — полмарки серебра или одна корова за предмет. Поэтому такое вооружение было самым доступным и массовым. За корову можно было получить 60 ножей среднего качества изготовления.

Я проследил за взглядом епископа: он разглядывал как одет я и мои родные. Мы скинули с себя кольчуги и панцири, отдыхая в безопасности. Одежда викингов была очень красивой. Викинги были одеты настолько хорошо и чисто, что короли отдавали им в жены своих дочерей. Основой мужской одежды викингов была рубаха и штаны. Существовали рубахи двух типов — нижняя (нательная) и верхняя.

Нижние рубахи чаще были полотняными (льняными), либо шились из тонкой шерсти. Мужчины часто носили две нижние рубахи — одна на другую. Длина этих рубах могла варьироваться от чуть ниже пояса до колена. В целом, чем богаче был человек, тем длиннее была его одежда. Кроме того, летом носили более короткие и легкие рубахи, чем зимой. По вороту, подолу и рукавам рубахи украшались тканой или плетеной тесьмой (часто со сложным орнаментом), вышивкой, отделкой из шелковых «лент» и т.д. Ворот скреплялся металлическими (обычно бронзовыми) застежками. Некоторые рубахи были довольно узкими, полуприлегающими и могли иметь разрезы по бокам. Другие были более просторными, для этого в них вшивались клинья. Рукава сужались к запястью и иногда выкраивались из нескольких деталей. Бывало, что рубаха шилась из цельного куска ткани, а не сшивалась в плечах. Рукава пришивались отдельно. Верхние рубахи мало отличались от нижних. Они обычно шились из более плотных тканей и имели более богатую отделку тесьмой, вышивкой и полосами шелковой ткани. Шерстяные верхние рубахи обычно были интенсивно окрашены.

Помимо рубах, викинги носили верхнюю одежду, которую очень условно можно разделить на два типа — «куртки» и «пальто». Различие между ними заключалось в том, что «куртки» не застегивались, тогда как «пальто» имели застежки (чаще металлические — бронзовые или серебряные). Также мы скинули свои плащи из волчьих шкур, снабженные прорезями для рук, они надевались во время походов.

Штаны шили из льняного полотна или шерсти. В поясе штанов часто была кулиска, в которую продергивался шнурок, но встречались и другие варианты.

Штаны могли иметь разную ширину. Викинги носили штаны разных фасонов — от довольно узких, полуприлегающих до очень широких, типа шаровар. Опять же это зависело от достатка их владельца, моды и сезона. Длина штанов также варьировалась. Наряду с длинными штанами (известны даже варианты типа «колготок», когда к штанинам пришивались носки), использовались и короткие штанов до колена или чуть ниже (в этом случае приходилось отдельно утеплять нижнюю часть ног).

Я же ввел среди своих хирдманов штаны с накладными карманами с клапанами на наружной части бедер. Деньги же я хранил в широком кожаном поясе с нашитыми и проклепанными карманами типа патронташей. Там же хранились и огниво. Такие же пояса появились со временем и у остальных, причем мои родственники потребовали помочь с изготовлением поясов сразу как "срисовали" мою новинку и оценили ее полезность. Мною были также введены и летняя обувь: мокасины, подошва которых была из трех слоев толстой кожи. Зимой викинги носили теплые вязанные носки из шерсти.

Обувь викингов всегда изготавливалась из кожи. Как правило, подметку обуви делали из более толстой и прочной кожи.

Обычно высота туфли достигала лодыжки, однако известна также облегчённая «летняя» обувь наподобие древнерусских поршней, а также более высокие ботинки. Существовало множество способов фиксации обуви: кожаные шнурки, кожаные цилиндрические пуговицы, металлические застёжки, а некоторые виды обуви вовсе не имели креплений.

Основным головным убором, защищающим от холода, у всех скандинавов была низенькая шляпа с полями . Она изготовлялась из кожи, меха или войлока и скреплялась узким ремешком под подбородком. Также известны небольшие шапочки без полей, которые сшивались из четырех клиньев. Такие головные уборы иногда обшивались мехом.

Мужчины, женщины и дети также носили различного покроя худы («капюшоны») из шерсти или меха. Руки в холодную погоду прятали в больших рукавицах. Я и тут отличился - ввел меховые шапки-ушанки, для изготовления которых в основном использовали мех бобра, волка или медведя. Летом в качестве подшлемника все носили обычную вязанную или кожаную шапочку.

Конечно же, мужская одежда не шла в сравнение по красоте с женской!Женщины, как и мужчины, носили верхнюю одежду — «кафтаны» и плащи. Их покрой мало отличался от покроя мужских изделий, женщины под нижними рубахами также носили штаны из полотна или тонкой шерсти — викингскую версию панталон, женщины викингов любили носить различные украшения. Как я уже писала выше, бретельки «сарафана» крепились к его переднему полотнищу фибулами из цветных или драгоценных металлов. Эти фибулы могли иметь подковообразную, округлую или овальную форму. А иногда они выполнялись в виде трилистника. К фибулам прикреплялись нитки бус (у зажиточных женщин — в несколько рядов). На цепочках к фибулам могли подвешиваться различные хозяйственные предметы небольшого размера. Кроме того, хозяйка дома носила на поясе связку ключей от разных помещений.

Магнус перехватил взгляд епископа и разозлился - Нечего меня разглядывать, собака! - пнув пленника, отец распорядился пробегающим мимо парням - Этого козла отмыть от дерьма и доставить на мой "Змей".

Кивнув, юные викинги подхватили епископа и утащили вон, предварительно заткнув ему рот кляпом.

Покинув стены Лондона, мои воины пробежались по пригородным домам бедняков, похватав будущих рабов: крепких молодых парней и красивых девок. Одного из причетников, которого нашли в доме епископа, отправили собирать выкуп а сами на своих и захваченных кораблях отошли на расстояние выстрела из нашего составного композитного лука (до меня викинги пользовались простыми однодревковыми дешевками), мы дождались рассвета. На берегу вовсю разрасталась толпа горожан, тыкающая в нас пальцами.

Наконец появился отправленный нами клирик и прокричал - В течении пары часов выкуп будет готов!

Мы недолго думая, запросили за епископа цену двухсот коров, почти двадцать килограммов серебра. Удивительно, но горожане смогли за пару часов эту сумму собрать!

Удивленный дядя, отпустив епископа после получения выкупа, недовольно произнес - Похоже мы продешевили! Жаль, что мы дали слово!

Помимо серебра мы погрузили на захваченные купеческие суда живых овец.

Я же в псарне епископа нашел среди множества борзых и гончих щенков аланов, которые уже оторвались от сиськи матери. Родом из Испании, аланы были крупны и активны. По телосложению они напоминали грейхаундов, но весили больше, имели крупную голову, короткую морду и стоячие уши. Их родителей удалось с трудом отогнать копьями и щитами, но пятеро щенков теперь в огромной корзине с крышкой плыли на мою новую родину. Викинги развивали уникальные отношения со своими собаками, основанные на глубоком доверии и верности. Эти собаки были не просто помощниками в повседневной жизни, но и настоящими компаньонами, которые разделяли с викингами радости и горести, становясь частью их культурной идентичности. Викинги понимали, что собаки способны чувствовать настроение хозяев, что создавало атмосферу доверия. Собаки ассоциировались с путешествиями в загробный мир, где они служили проводниками душ. Викинги верили, что собака могла обеспечить безопасное путешествие в загробную жизнь, что делает их символами надежды и верности даже после смерти. Животные могли предугадать действия владельцев и реагировать на них соответствующим образом. Вот и пара волкодавов пробовали засунуть свои любопытные морды в корзину, повизгивая от нетерпения.

Я открыл корзину и собаки сунулись внутрь, вылизывая щенят.

Глава 4

Шторм появился неожиданно, раскидав три судна, принадлежавшие конунгу Рерику, его родиной был остров Рюген. Один из воинов молился Световиту, Световит был одной из ипостасей бога Солнца в древнем языческом пантеоне славян.

А другой с ужасом следил за корпусом судна. Судно имело следующие длину в 9,5 метров, ширину - 2,5 метра с высотой борта 100 см на миделе. Киль был длиной 7 метров. Поперечное сечение киля было Т-образным. Киль был соединен со штевнями деревянными брусками с креплением двумя железными гвоздями. Для постройки судна использованы доски шириной 26-27 см и толщиной около 1,5 см. Обшивка - клинкерная, уплотненная войлоком, помещенным в рифленые пазы. Доски обшивки соединены деревянными клиновидными штифтами (нагелями). Некоторые доски поясов обшивки соединялись вертикальной планкой на двух железных гвоздях. На кильсоне находилось закрепленное двумя крупными деревянными нагелями гнездо мачты, которая вот вот грозила сломаться. Судно было дополнительно снабжено десятью парами весел.

Остальные, обвязавшись веревками, косились на своего конунга, который, являясь одним из князей острова, предпочитал себя называть на скандинавский манер.

Руяне занимались не только земледелием и скотоводством, но были поистине покорителями морских просторов. Они контролировали огромную территорию Балтийского моря, ведя постоянные войны с викингами. Некоторые датские провинции даже платили дань славянам Руяна.

Небольшой флот руян проводил разведку поселений викингов; на Балтике эти самые грозные викинги в буквальном смысле слова щемились от прибалтийских славян, которые с превеликим удовольствием на кораблях грабили самое сердце норманнов — Данию. Рерик после разведки собирался привести сюда флот из сотни кораблей: до крепости Аркона докатились слухи о необычной семье, которая научилась изготавливать удивительные мечи и доспехи и главный жрец отправил Рерика к берегам Дании.

Руяне отдавали жрецу Свентовита около трети добытых средств. Все окрестные племена и рода ежегодно присылали в Аркону щедрые дары, сюда поступала третья часть всех военных трофеев и эти богатства были столь баснословны, что для сохранения сундуков с драгоценностями при храме состояла дружина из трехсот конных витязей, которая, впрочем, не только оберегала сокровища, но и при необходимости принимала участие во всех военных походах племени.В его амбарах и закромах находились драгоценности и одежда, много тканей и иные ценности. В конюшне при капище были около трехсот лошадей. Жрец посчитал, что даны не достойны обладать лучшим в мире оружием и посоветовал по возможности выкрасть семью кузнецов.

Раздался вскрик ужаса - одного из пятидесяти воинов унесла волна.

Конунг прикрикнул - Крепче вяжите себя к корпусу ладьи!

Еще минут тридцать руяне ожидали неминуемой смерти, все же потеряв свою мачту. Наконец шторм начал утихать и показался берег.

- Все на весла! - Рерик взялся за рулевое весло - и установите на киле щит обратной стороной!

Один их воинов схватил щит, обитый изнутри белым полотном, и на высоком киле, на котором во время боя размещалась деревянная голова дракона, закрепил щит, признак мирных намерений.

Вид огромной крепости омрачил лица дружинников и Рерик озадаченно прошептал - Вот же не везет! И остальные корабли пропали. Хоть бы они не сгинули в морской пучине.

На стенах крепости появились вооруженные люди, а затем на берег вышло около сотни данов. Когда ладья причалила, Рерик спрыгнул с борта и подошел к викингам - Я конунг Рерик и это мои люди. Во время шторма где-то потерялись еще два моих корабля.

Вперед вышел огромный воин - Мое имя Стюр и я брат конунга Бьерна, которому и принадлежит эта крепость. Что вы, руяне, забыли у наших берегов?

- Мы направлялись к берегам Англии за добычей.

Стюр покачал головой - Далеко же вы забрались! Вот только никакой добычи вам не добыть.

- Это отчего же? У англичан мор? - удивился Рерик.

- Туда отправилась наша молодежь на семи драккарах, а следом за ними решили уйти почти все воины с конунгом. Так что вам ничего не светит. Все, что можно будет отобрать у саксов, уже наверняка находится в наших драккарах.

Рерик довольно окинул взглядом викингов, подумав, что ему повезло, что почти все воины крепости находятся в походе - Вы позволите вытащить нашу ладью и заняться ее ремонтом?

Стюр после небольшого раздумья кивнул - Хорошо! Вот только в крепость я вас не пущу. Могу продать деготь и мясо.

Остальные викинги, поняв, что драки не будет, направились обратно в крепость.

Рерик обозначил кивок - Я от души благодарю тебя, воин! Еще бы свежей воды и надежную мачту, я заплачу серебром.

Варяги поспешно вытащили свою ладью на сушу и принялись удалять огрызок мачты. Хорошо, что парус удалось вовремя снять, скрутить и прикрепить к борту.

Паруса «морских драконов» изготавливались исключительно из шерсти овец. Стоит отметить, что естественный жировой налет на овечьей шерстке (называется он ланолин) давал парусному полотну отменную защиту от влаги, и даже при сильном дожде такое полотно промокало очень медленно. Формы парусов были универсальны – либо прямоугольная, либо квадратная, это обеспечивало управляемость и качественный разгон при попутном ветре. На средний парус для корабля драккара уходило порядка 2 тонн шерсти (получившееся полотно имело площадь до 90 квадратных метров). С учетом средневековых технологий это примерно 144 человеко-месяцев, то есть, чтобы создать такой парус 4 человека должны были ежедневно трудиться на протяжении 3 лет. Неудивительно, что большие и качественные паруса в буквальном смысле ценились на вес золота.

Взгляд дана обшарил чужой корабль, закрепленные на бортах щиты не были боевыми, то есть их не брали в сражение. Эти щиты были больше и тяжелее обычных пехотных щитов и тип крепления к корпусу корабля не предполагал возможности удерживать такой щит в руке. Функции у таких щитов было две – защита воинов при атаке лучниками и эстетичность (потому что драккар со щитами на бортах выглядит эффектно и угрожающе).

Дан вгляделся в море - Кажется возвращаются наши молокососы!

Рерик с любопытством спросил - С каких пор у вас в вики стали ходить отроки?

Стюр пожал плечами - Это впервые. У нас в Аггерсборге как и у всех в хирд просились с семнадцати лет, получая право ношения оружия с двенадцати. Вот только в семье моего старого друга Магнуса родился сын Хельги, который с пяти лет начал готовить себя к войне, постепенно Хельги увлек за собой своих сверстников, даже старше его на пару лет. Паренек неведома откуда знал неизвестные ранее методики тренировки и даже систему борьбы, позволяющую без оружия противостоять вооруженным воинам. Мало того, паренек знал тайны кузнечного дела. - Стюр с гордостью выдвинул меч из ножен - Этот клинок Хельги выковал в числе первых, его отец подарил его мне и я назвал меч Изгибы Дракона. Видишь эти узоры на клинке? - дан вернул меч обратно, а Рерик удивленно покачал головой. - Старейшины поняли, что в мальчика вселилась душа знаменитого в прошлом воина, возможно даже героя из саг, сбежавшего из Вальхаллы.

Рерик был в смятении. Этот меч определенно выковал потомок сарматов, которые растворились в племенах и народах. Сам Рерик тоже был сарматом, его родители вместе с парой десятков семей перебрались на Рюген, приняв новых богов и молясь им, продолжая верить в Ареса, называя бога войны по новому - Ругевит — семиликий бог войны у балтийских славян и вендов. У огромной дубовой статуи было семь лиц на одной голове. На поясе Ругевита висело семь мечей, а восьмой он держал в правой руке. Так же воины выделяли Святовита (Свентовит), четырёхликого бога войны и побед. Святовит был верховным божеством пантеона, его взору было подвластно абсолютно всё. Идол Святовита изображался с рогом в одной руке и луком в другой, а подле него находились седло, узда и меч. Так же в пантеоне богов появился Перун (Поренвит), который был богом грома и бури.

- Скажи, уважаемый Стюр, не было ли в роду у Хельги сарматов?

Стюр кивнул и подозрительно спросил - А зачем это тебе? Действительно, мать у парня захваченная в бою сарматка. Вместо того, что бы ее добить, Магнус выкупил ее жизнь у хирда и женился на ней. А ведь эта баба убила пятерых наших воинов.

Конунг покачал головой - "Неужели его мать передала сыну знания своего народа? - Я могу с ней поговорить?

- Только когда драккары пристанут к берегу! Зарина вместе с мужем и сыном ушла в поход, взяв с собой полсотни девчонок, обученных ею и Хельги воинскому искусству. Когда о этих девчонках узнали соседи, уже несколько конунгов и ярлов готовы просватать их, как и сестру Хельги, которая как и ее мать стала несравненной красавицей. Ого, похоже молодежи удалось взять трофеи! С ними пять чужих корабля.

Опять на берег вышли местные, помимо воинов большинство были женщины и старики. Драккары пристали и их споро вытащили на сушу, с трофейными же кораблями пришлось повозиться. На берег сошли пленники, вызывая восхищение соплеменников вернувшихся молодых викингов. Молодые девушки и парни высоко ценились в качестве рабов. Но когда стали на берег выгружать сундуки и бочонки с серебром и золотом, парчовыми и шелковыми тканями, челюсти данов упали на прибрежные камни.

Даже Рерик, повидавший за время своих набегов немало трофеев, изумленно разглядывал несметные богатства.

Стюр спросил - Хельги, а где же флотилия моего брата? Бьерн отправился вслед за тобой.

Парень, рост которого был чуть ниже двух метров, лишь лицо которого выдавало его юность, пожал плечами - Один его знает! Видно мы разминулись. Во время похода я никогда не шел вдоль берега, только прокладывал прямой путь, да и ночевали мы в основном не на берегу, а на своих кораблях посреди моря. Хотя монахи советовали нам поискать добычу у франков, мы все же их не послушали и взяли крепостные стены города Лондон, там как раз и удалось получить столько богатств.

Рерик выругался на сарматском - Ящер меня раздери, но этот парень хорош!

Хельги тут же нашел взглядом чужака и ответил на сарматском - Привет тебе, воин. Кто ты?

Зарина, услышав родную речь, подошла к сыну и с интересом рассмотрела соплеменника - Я Зарина, мои соплеменники жили в Италии, куда к черту на куличики забрались викинги. А откуда ты?

Рерик поклонился - Я князь с острова Рюген, или как его еще называют Руян. Нам, двум десяткам с лишним семей, удалось выжить и нас приняли руяне. Твоя мать, Хельги, настоящая красавица!

Подошел Магнус, выучивший язык племени своей жены - Я муж Зарины, Магнус. А это наша дочь Хетта.

Девушка, вооруженная до зубов, скинула с головы головной убор и ее волосы цвета снега рассыпались по плечам, достигая ее попы. Улыбка красавицы заставила биться сердце Рерика в два раза чаще.

- Дочь ничуть не уступает своей матери! Магнус! Отдай Хетту мне замуж. Она станет второй женой, я ее буду любить больше своей жизни. Хетта станет княжной.

Магнус усмехнулся - У тебя не хватит серебра для выкупа и для «женского дара» самой невесте! - видя, что Рерик хочет возразить, Магнус добавил - А главное, это согласие самой Хетты.

Рерик несмотря на царившую вокруг суету, не обращал на нее внимания. Подойдя к девушке, он достал из кошеля кольцо с огромным изумрудом - Хетта! Я, князь и конунг Рерик, прошу тебя, стань моей женой.

Хетта, закусив губу, беззастенчиво разглядывала воина, которому уже было около двадцати пяти лет, умеренного роста, не слишком высокого и не очень низкого, с густыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезмерно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны её свисал клок волос — признак знатности рода; крепкий затылок, широкая грудь и все другие части тела вполне соразмерные. В одно ухо у него была вдета золотая серьга; она была украшена карбункулом, обрамлённым двумя жемчужинами.

Несмотря на бритую голову, воин был красив, его воины были коротко стриженными и тоже с выбритыми подбородками. Они столпились за спиной своего конунга, с любопытством разглядывая Хетту, которая выглядела как настоящая валькирия.

Девушка озорно кивнула - Я соглашусь, если моя семья будет жить неподалеку.

Ее отец невольно почесал голову - Ты сошла с ума! Мы не покинем Аггерсборг! - повернувшись к руянцу, развел руками - Видно свадьбы не будет!

Зарина шепнула мужу - Не спеши! Я к примеру, не прочь жить среди соплеменников! Давай обсудим дома, без свидетелей!

Магнус пожал плечами и, подхватив пару бочонков с трофеями, пошел в крепость.

Вот уже пару часов Рерик находился в гостях у семьи невесты, угощая хозяев хмельным медом. Эти два часа пролетели как миг в беседе с Хельги. Рерик наконец задал ему вопрос, мучавший его с самого начала встречи - Ты же перерожденный? О таких случаях я слышал от нашего жреца, с которым мы попали на Рюген. Жрец уверял, что лучшие воины могут возрождаться после смерти в новых телах. Жаль, что он умер от старости, он дожил до ста сорока лет! Я узнал, что местные считают, будто в тебя вселился дух воина и наверняка они правы. Я вижу перед собой отрока, а слышу умудренного жизнью воина. Я и еще десять человек из моей дружины, все сарматы, прошли посвящение в воины по сарматскому обычаю, изучив все, что знал жрец. Правда он уверял, что многие знания утеряны, хотя умения обретать силу зверей он донес до нас и нас, не знающие всей правды, называют берсерками и Ульфхеднарами, хотя мы в отличие от настоящих берсерков не жрем мухоморы и не грызем щиты для ожесточения и ярости.

Хельги чуть заметно улыбнулся - Ты прав, я действительно живу уже четвертую жизнь. Первоначально меня звали Михаилом. И все в моем хирде через пару лет будут готовы к посвящению, я передал им все, что должны знать настоящие воины. Я и сам жрец Бога войны. Правда в этой жизни я еще ни разу не обращался к Богу. Скажи, есть ли у тебя братья и как звать их и твою жену?

- У меня два брата, Синеус и Трувор. А мою жену зовут Ефанда, она дочь урманского князя.

Хельги ошарашенно произнес - Черт побери! Неужели я попал?

Увидев удивление в глазах гостя, он пояснил - В нашей истории князь Рюрик с братьями Синеус и Трувор пришли в Новгород и Рюрик стал в нем князем, а при нем был некий Олег, чья сестра вышла замуж за этого князя. Рюрик взял замуж еще одну жену Умилу, дочь посадника Новгорода. Сколько всего жен и детей у тебя, будет неизвестно, но от твоего сына пойдут все князья той земли, которая будет названа Русью.

Рерик выругался и спросил - Хочешь сказать, что я и есть этот самый Рюрик?

- Похоже на то. А я значит Олег Вещий! Мне все интересней и интересней! Эта жизнь пройдет менее скучной, чем остальные! А самое главное, впереди огромное число драк и даже сражений, скучать мне явно не придется.

Рерик же задал интересующий его главный вопрос - Ты сможешь уговорить своих родителей переехать в Аркону? Я обещаю, что твоя сестра никогда не пожалеет, что вышла за меня замуж.

Михаил задумался, затем ответил - Маму уговаривать не придется, она и сама готова отправиться к своим соплеменникам, а вот отца нужно убеждать переселиться вместе с семьей его брата. К мнению своего брата отец всегда прислушивается. Пойдем к Ульфу, если сможешь его убедить, то проблема будет решена.

Через час с лишним в жилище семьи Хельги вошел Ульф - Братец, у меня к тебе есть серьезный разговор!

- Магнус погрозил пальцем - Только не говори. что ты пришел просить меня покинуть нашу родную землю?

Ульф пожал плечами - А почему бы и нет? Мои жены тоже готовы посмотреть мир, тем более, что твой будущий зять обещает нам построить лучшие дома на новом месте. Мало того, мы станем полностью независимыми, на хрен этого нашего конунга Бьерна. Ты в курсе, что его брат уже заявил, что мы обязаны отдать большую часть добычи за то, что живем в крепости его брата. Да пошли в задницу Одина эти Стюр с его братцем Бьерном! Нет нужды ждать возвращения флота, уверен что Бьерну не повезет в этом вике и он потребует поделить наши сокровища. Вся молодежь, узнав о необходимости делиться, тоже готова последовать за своим ярлом Хельги!

Магнус возвел глаза к небу - Локки тебя дери! Жаль бросать свой дом, но видно придется его оставить, пусть Берн им подавится!

Глава 5

Флот приблизился к берегу, Рерик указал стоявшему рядом с ним Хельги на многочисленные строения - Здесь живет одно из племён полабских славян. Вагры являются северо-западным племенем союза ободритов. Главным укреплением вагров является Старигард (Старград), здесь находится княжеская резиденция и святилище. Викинги называют этот город Альденбург. Жители расположенного на границе земель данов и саксов Старгарда самые храбрейшие из мужей и не только принимают на свои щиты войны соседей, но и сами первыми начинают их, а князь правит не только Вагрией, но и бодричами и лютичами. Помимо войны и грабежей вагры и бодричи практикуют пахотное земледелие с плугом и парой волов или одной лошадью, выращивают зерно, в частности, рожь, лён и используют в обращении серебряные монеты из чистого серебра. Граница между Саксонией и Вагрией проходит по реке Свале — впадающему в Лабу притоку реки Стыри (Штер). Там на острове посередине озера находится еще одна крепость вагров Плуня или на германском Плёен, к которой вёдет только один мост. Для штурма крепостей вагры используют различные осадные машины и ходят в бой под знамёнами со своим князем.

Помолчав, Рерик добавил - Проблема четырёх племён лютичей заключается в том, что они сражаются между собой из-за споров "о первенстве в храбрости и могуществе" и желании каждого племени господствовать над другими — и при этом в этих междоусобных войнах с каждой стороны погибают многие тысячи воинов, а те или иные славянские князья привлекают себе на помощь данов, саксов и ободритов или бодричей. Я много думал как прекратить эти междоусобицы, но так и не нашел правильного решения. Может ты с твоим опытом что-нибудь сможешь придумать?

Хельги пожал плечами - Я вижу решение только в уничтожении всех правителей и подчинению племен только одному князю.

Рерик мрачно кивнул - Кровавый у тебя выйдет способ объединить все племена. Ты наверное не в курсе, славяне поклоняются богам отдельных племенных союзов: в Альденбурге это Прове, в Плуне — Подага, у полабов — богиня Жива, у бодричей — Редегаст. Но это всё — меньшие божества, а верховным богом всех славян является бог руян Святовит. Поэтому не только вагрская земля, но и все другие славянские земли посылают в Аркону в его святилище ежегодно приношения, почитая его богом богов.

Флот переселенцев пристал к берегу, Рерик радостно указал на две ладьи, вытянутые на берег среди множества судов - Смотри, Хельги, это же мои корабли, они все-таки, хвала Святовиту, не утонули!

Хельги пожал плечами - Как ты их выглядел среди такого количества судов?

- Я сам принимал участие в изготовлении своего флота и с ходу отличу любой свой корабль. Да и зрение у меня как у сокола!

От опознанных ладей к Рерику чуть ли не бегом спешили трое воинов, двое из них братья близнецы крепкие, почти квадратные из-за огромной мускулатуры при небольшом росте в метр шестьдесят - Княже! Мы уже не знали что и думать! Многие из нас отчаялись и надеяться на твою удачу.

Рерик обнял каждого - Хельги, это мои кормчие Круто и Гринь, а это мой друг детства Барнута. Их семьи вот уже несколько поколений живут на Рюгене и их предки принимали участие в строительстве Арконы. А это мой новый друг и надеюсь, родственник, Хельги. Он наполовину дан, наполовину сармат.

Рерик кивнул на чудом уцелевшие корабли - Как состояние ладей, готовы ли они выйти в море?

Барнута, чей рост был даже чуть выше Хельги, ровесник своего князя, кивнул - Мелкий ремонт мы закончили, одну мачту мы заменили, вместо сломанных девяти весел мы установили новые. Запасы воды и солонины мы пополнили и готовы в любой момент покинуть гостеприимный Старград. А почему с тобой столько норманов?

Рерик рассмеялся - Это мои будущие родственники и хирд, признавший своим ярлом Хельги, и готовый отправиться с ним хоть в битву с демонами. В общем, это новые жители Юргена, решили покинуть крепость Аггерсборг. Да не кривитесь вы так, хотя это и даны, но они теперь мои подданные, все мы теперь варяги.

- Нехилый такой хирд из семи дракканов! - Барнута уже успел рассмотреть каждую деталь чужих кораблей и вооружение викингов. - Несмотря на молодость, все как на подбор одеты в такие доспехи, что прямо таки хочется вызвать любого из них на поединок, чтобы после его смерти забрать все это великолепие себе!

Хельги присвистнул - А ты уверен, что ты сможешь одержать победу, варяг! Предлагаю пари, ты выберешь любого для учебного поединка и если тот проиграет, ты заберешь все его снаряжение, а вот если проиграешь ты, то с тебя серебро, равное стоимости этих доспехов и оружия. А это составит стоимость около тридцати коров!

Подоспевшие воины с потерянных кораблей, обнимавшиеся с прибывшими вместе с их конунгом, восторженно заорали и то один, то другой выкрикивал - Я тоже готов выйти на поединок с этими молокососами, не по возрасту им такое богатство на себе носить!

Рерик хотел было вмешаться, но его остановил взгляд будущего шурина.

Барнута, чья грудь напоминала бочку, ткнул пальцем в грудь Хельги - Тогда я вызываю тебя, остальные под мой размерчик не дотягивают, А вот твое железо будет в самый раз, разве что в ширину придется чуть нарастить! - повернувшись к своему князю произнес - Извини, конунг, но твой пока не состоявшийся родич сам напросился.

Хольмганг нередко служил способом обогащения для берсерков. В это время он фактически приобрёл форму узаконенного разбоя: опытному воину достаточно было заявить притязания на собственность либо женщину другого, чтобы обязать противника к вступлению в поединок. Отказ от поединка навлекал на уклонившегося социальную стигму — объявление нидингом, что обычно было равнозначно статусу презираемого изгоя.

Рерик усмехнулся - Какие будут условия для поединка?

Хельги предложил - Поединок будет проводиться в одних портках с деревянными мечами. Можно использовать два меча или меч с щитом.

Толпа варягов восторженно загудела - Ого! Видно будет на что посмотреть, Барнута, не боишься быть избитым палками? Вот позор-то будет!

Рерик объявил - Если бой закончится, и оба останутся на ногах, то победителем считается тот, кто получит меньше ударов. Получивший больше ударов должен был заплатить помимо обговоренного приза хольмслаусн в три марки серебром, чтобы откупиться от продолжения боя.

Место боя в стороне от пристани застелили плащом размером десяти футов каждая сторона, он назывался тьеснур. Вокруг плаща нарисовали три квадрата, на расстоянии фута друг от друга, а за квадратами разместили четыре столба под названием хослур. Такое поле для поединка называлось «Ореховым полем». Каждый боец при драке настоящим оружием имел по три щита, если в результате боя щиты приходили в негодность, то поединок продолжали с тем оружие, что осталось. Поединок можно было остановить, если на плащ попала кровь. Если боец одной ногой выходил за колья это считалось отступлением, если же обе ноги оказывались за кольями, это считалось бегством сбежавшего называли нитингом (трусом).

В этом же поединке решили обойтись одним щитом для каждого, вот только Хельги всех удивил, он решил драться с двумя палками, вес которых равнялся весу настоящих мечей. Когда он снял с себя пояс с своей скьявоной, его противник попросил ее осмотреть - Разреши осмотреть мой будущий трофей, малыш?

Хельги пожал плечами - Смотри, больше ты мой меч сможешь увидеть только в моих руках.

Хмыкнув, Барнута вытащил клинок из ножен и все вокруг замерли, увидев узоры на клинке, а варяг уронил свою челюсть - Клянусь Световитом, это лучший клинок какой я видел! Ну все, сопляк, не видеть тебе этого клинка как своих ушей! За такой меч я готов убить хоть сотню человек одновременно!

- Ты сначала попробуй справиться со мной, хвастун!

Народу вокруг места поединка собралось огромное множество: подобные зрелища были не такие уж и частые, все же князь вагров установил порядок в городе. Зрители тут же начали делать ставки. Оба поединщика разделись до пояса. Если Хельги был подобен Аполлону, все тело было перевито змеями сухожилий, на которых разместились мышцы, то его противник напоминал Геракла, причем плечи были ну просто огромными, а руки напоминали передние конечности орангутана. Деревянный меч в его лапище смотрелся как щепка, а окованный щит был страшным оружием – так, пущенный по льду с ускорением он легко мог если не отрезать, то сильно повредить ноги, а если заточенным краем с силой ударить в горло противника, то результат был легко предсказуем. Так что именно щита нужно было опасаться юному викингу.

Практически все поставили на звероподобного варяга, на юного нормана поставили только Рерик и отец Хельги, которому каждый молодой хирдман передал по марке серебра, решив поставить на своего ярла. Ставка в триста семьдесят марок (почти двадцать марок поставили сам отец и его брат) против почти тысячи марок подогрела интерес к схватке.

Хельги, перед поединком вошел в медитацию и к моменту поединка он находился в состоянии яра. Все зрители ожидали игры кота с мышкой, роль которой уже отвели молодому пацану, посмевшему назваться ярлом.

Только Рерик, стоящий в первом ряду, смог увидеть каскад движений, которые совершил Хельги, а для остальных поединок выглядел так: когда оба бойца оказались на плаще, прозвучал сигнал к началу боя и Барнута рванул к противнику, подняв свой меч и прикрыв грудь и половину головы своим щитом. Вдруг силуэт Хельги размазался в воздухе, он оказался рядом с варягом, обе палки мелькнули и исчезли, затем Хельги оказался за спиной опытного бойца, а тот рухнул лицом вниз. На его теле краснели полосы от ударов палок: в районе подколенных сгибов и почек, из затылка текла кровь, на самой макушке вздулась огромная шишка.

Один из зрителей проревел - Это что сейчас было?

Но ответом ему была лишь тишина. Все неверя своим глазам смотрели на лежащее без движения варяга.

Хельги подошел к бездвижному телу и надавил пальцем на точку в области кисти левой руки и варяг помотал головой, медленно приходя в себя. Левой рукой он потянулся к голове и, увидев на пальцах кровь удивился - А почему я лежу? и что с моей головой, и почему так болят ноги и спина?

Бугая подняли и усадили, тот огляделся и спросил - Этот заморыш смог меня уделать?

Его конунг кивнул - Он тебя как ребенка отделал, ты даже и не увидел его ударов, да и никто кроме меня их не видел. Я такое со своими сарматами тебе как то показывал. Помнишь шквал ударов, которым тв не мог сопротивляться, вот и сейчас было то же самое. Был бы бой на настоящих мечах, твое тело лежало бы в луже крови без ног и головы.

- Едрен корень! Я же теперь должен пятнадцать марок!

Хельги усмехнулся - варяг попал на три кило серебра!

Хельги обвел взглядом варягов - Может есть еще желающий на халяву получить доспехи и оружие? У меня три сотни желающих получить свои тридцать коров!

В первый ряд протиснулись пара варягов, которые посчитали итоги поединка нелепой случайностью - Мы готовы биться, только не на этих деревяшках, а полагается настоящим воинам!

Хельги пожал плечами - А у вас хоть есть эти деньги? А то с мертвецов потом и взять будет нечего.

Один из жадно смотрящих на чужое вооружение помотал головой - У нас нет, но твои же сосунки не сыкуны и не откажутся от поединка!

Хельги смерил халявщиков взглядом и произнес - Из-за вашей жадности мои викинги сделают из вас фарш, который и хоронить то будет проблемой. Для других будет наукой вызывать на Хольмганг моих бойцов только из-за добычи.

Разъяренный варяг ткнул пальцем в самого худого викинга - Я буду биться с ним!

Указанный воин вышел на плащ с щитом и мечом. Варяг же решил взять топор. У топора рубящий удар сильнее, чем у меча, так как при ударе задействуется вся масса оружия. Конструкция топора из-за узкого лезвия и смещённого центра тяжести более бронебойная. Есть и минусы топора перед мечом: при равном или даже меньшем весе, по сравнению с мечом, топор сильнее утомляет руку. Узкие топоры относительно легко застревают, например, в теле раненого врага, оставляя воина безоружным. Топором не возможно наносить колющие удары, тогда как мечом можно рубить и колоть одинаково эффективно. И топор можно метать. Чтобы эффективно использовать топор, надо сократить дистанцию. Если бы мечи этого времени позволяли фехтовать, то ни один викинг не полез бы в здравом разуме на мечника.

Меч всех хирдманов Хельги позволяли наносить уколы помимо рубящих ударов. Поэтому однозначно жадный варяг был уже трупом.

Как клинок меча вошел под ребро варяга, также почти никто не заметил. Рухнувшее тело тут же было обезглавлено. Юный викинг снял шлем с полумаской и по плечам заструились волосы. Девичьи глаза с яростью оглядели второго желающего получить на халяву вооружение - У нас даже девушки лучше владеют оружием чем вы!

Все вокруг загудели: пасть от руки женщины было позором. Второй же желающий попятился - Похоже мы были не правы!

- Иди сюда, трус! дай срубить и твою тупую башку!

- Я с бабами не дерусь! - попробовал избежать схватки варяг, вперед вышел брат воительницы - Если ты не хочешь биться с моей сестрой, то иди драться со мной. Только оплати заранее свои похороны. Да и за дружка своего тоже не мешало уплатить.

Собравшиеся вокруг потешались, видя сомнения на лице варяга, видевшего быструю смерть своего товарища - Давай выходи быстрее, долго нам тебя ждать то? Отомсти за своего друга!

Заревев как берсерк, воин встал на плащ, напротив него встал вызвавший его на бой. После сигнала к началу боя юный дан, видя, что его противник опасается сходиться, вошел в яр и рванул навстречу врагу, который отбил было щитом его меч вверх, но удар ноги в колено был неожиданен и тут же последовал прямой удар краем щита в открывшееся горло, а меч срубил голову и отсек конечности - Извини, но мой ярл обещал вас разделать и твой друг еще легко отделался.

Хельги громко, чтобы слышали все крикнул - Если больше нет желающих сегодня уйти в Вальхаллу, то предлагаю расходиться.

Его отец, получив свой выигрыш, довольно разделил его между всеми участниками ставок - И зачем ходить куда-то в поход, если можно и так серебро грести лопатой?

Его брат кивнул на трупы - Для них желание разбогатеть вышло боком. А все-таки здорово мой племянник натаскал своих волчат. Я краем уха слышал, что те, кто сегодня участвовал в Хольмганге, пройдут посвящение. Правда им придется в одиночку поохотиться на волка и добыть его шкуру. Да и сам Хельги тоже хочет участвовать в добыче волка, говорит, что шкура добытого волка станет знаком посвящения. Откуда такой обычай, не пойму!

Брат усмехнулся - Это сарматский обычай, мой сын же наполовину сармат и вроде как именно он проведет посвящение сначала себе, а потом и остальным. Пойду пока к Рерику, я так и не обсудил с ним ни размер выкупа, ни размер приданного. Хорошо, что я не уступил младшему брату нашего конунга, когда тот попросил отдать в двенадцать лет мою дочь за него четвертой женой. Сын тогда настоял не торопиться и видишь, он оказался прав.

Итоги поединков стали известны всему населению Старграда и жители приходили посмотреть на дружину из молодежи, каждый из которых дерется как герой из сказаний, да и на их доспехи хотелось так же взглянуть. Ведь именно из-за них эти отроки убили двоих опытных воинов, а знаменитого здесь Барнуту отходил палками их юный ярл, который вполне скоро станет конунгом с такой-то дружиной!

Через день флот из семи драккаров, трех ладей и пяти трофейных купеческих кораблей отплыл, провожаемый ваграми, которые еще несколько месяцев смогут смаковать произошедшие из-за людской жадности события.

Глава 6

Город Аркона возвышался на вершине высокой скалы острова Руян, называемого германцами и норманами Рюгеном; с севера, востока и юга огражден природною защитой, с западной стороны защищает его высокая насыпь в 50 локтей (21 метр). Сюда стекались князья и простые люди для гаданий о самом важном — об урожае, войне и мире и считалось, что именно арконский оракул дает самые точные прорицания, даже из далекой Чехии «посылали в Аркону за оракулом». Без согласия племени руян, населявших Аркону, не мог быть решен ни один вопрос касающийся общности балтийских славян в целом…

Посреди города была площадь, на которой стоял храм из дерева, изящнейшей работы. Внешняя стена здания выделялась аккуратной резьбой, грубой и неотделанной, включавшей формы разных вещей. В ней имелся единственный вход. Сам же храм заключал в себе два ограждения, из которых внешнее, соединенное со стенами, было покрыто красной кровлей; внутреннее же, опиравшееся на четыре колонны, вместо стен имело завесы и ничем не было связано с внешним, кроме редкого переплета балок.

Сейчас храм Святовита был заполнен совсем молодыми воинами, им было от четырнадцати до семнадцати лет. Все молодые даны отличились в морской битве с шведскими викингами, потеряв в бою всего пятерых человек.

Викинги на двадцати трех драккарах оказались в пределах видимости переселенцев неожиданно, они после ночевки на берегу, вышли из удобной скалистой бухты, в которую предложил заглянуть Рерик для пополнения пресной воды перед последним переходом до Руяна.

Викинги посчитали, что после долгих скитаний по балтике в поисках наживы и встречи всего лишь пары лодок рыбаков им подвернулась удача. Подобные морские встречи были отработаны до автоматизма и все даны на драккарах и на своих трофейных судах убрали весла и стали натягивать тетивы своих луков. Беда была в том, что расстояние между двумя флотилиями было небольшое, иначе тупых шведов расстреляли бы как в тире. Лучники с ближайших драккаров успели сделать лишь два выстрела, третий уже был произведен практически в упор.

Шведы не ожидали, что, рванув со всей возможной скоростью на врага, их первые драккары достигнут чужаков с выбитым на две трети экипажем, а их продолжали методично расстреливать с остальных кораблей, выбивая самых опасных. Даны отбросили луки и схватились за мечи и топоры, как дикие пантеры прыгая на палубы чужих драккаров. Шведы растерялись, но их вера в бессмертие души не позволяла сдаться и они попытались дорого отдать свои жизни.

Пятеро юных данов погибли не от ран - не обладая должным опытом, они во время боя упали в воду и под тяжестью своих доспехов ушли ко дну, хотя глубина здесь и не превышала четырех метров. По приказу Хельги лучшие ныряльщики разделись и три десятка человек подняли со дна и тела своих погибших товарищей и тела викингов и их оружие. Поснимав с шведов все их железо и вытащив из их тел наши стрелы, мы сбросили их обратно в морскую пучину. А погибших товарищей как и положено сожгли вместе с одним из захваченных драккаров.

Корабль, наиболее пострадавший в схватке, с телами и принесенными в жертву животными вывели на мелководье, где его обложили дровами и подожгли. Каждый из нас подошел с горящей щепкой и бросал ее сушняк, сложенные вместе с телами на корабле викингов, пока все они не воспламенились. Только после того, как пламя полностью охватывало судно, его оттолкнули и поднявшийся ветер отнес горящий корабль дальше от берега. Так хоронили только вождей, корабли были слишком дорогим удовольствием, чтобы их сжигать ради обычных воинов. Но я пошел на это, все же это был первый настоящий бой с опытными, прошедшими через многие сражения викингами.

Доставшиеся нам двадцать два драккара помимо остальных трофеев стали значимой добычи! Лишь одни корпуса без парусов стоили минимум три десятка коров. На один средний по размерам драккар могло уйти, приблизительно, двести могучих стволов сосны или дуба. Для изготовления драккаров, в большинстве случаев, использовались только ножи и топоры. В зависимости от задач, топор мог быть разной формы. Почему не использовались пилы, ведь они эффективнее топоров и уже были весьма распространенным строительным инструментом в то время? Потому что удар топора не деформирует волокна дерева и ровно их разрубает, а вот дерево, распиленное пилой, впитывает больше влаги, что губительно для дальнейшей обработки. Существовал даже специальный широкий топор для обтесывания досок. Фактически, цельное бревно раскалывали пополам, а потом делили на четверти, осьмушки и шестнадцатые… И на обшивку шла как раз-таки шестнадцатая часть бревна. Сами же паруса были и подавно бесценны.

Стригли животных исключительно в июне, поскольку именно в этот период их шкуры были сильнее пропитаны жиром. В среднем, с одной овцы в эти века можно было собрать около пяти килограммов шерсти, из которых только половина подойдет для дальнейшей обработки на изготовление парусов. Чтобы создать парус лишь на один драккар, необходимо было постричь, как минимум, 800 овец!

По прибытию на Руян мы сразу нашли покупателей на трофейные оружие и доспехи, в течении недели продали десяток наименее вместительных шведских драккаров, да и на захваченные торговые суда кнорры, которые были в ходу на протяжении всей эпохи викингов и могли нести до тридцати тонн полезного груза, так же нашлись покупатели.

Всех своих данов я счел достойными посвятить в воины, вместе с ними отправившись на охоту в непроходимые леса, которые отделяли переднее Поморье от Польши в землях балтийских славян. Эти леса и болота простирались на несколько дней пути и вовсе не имели дорог. От непроходимых лесов произошло название одного из племён балтийских славян — полабских древлян. Из-за географических особенностей местности в землях древлян не проходило оживлённых торговых путей, так как добраться туда было сложно. Именно из этих лесов в прибрежные поселения выходили охотиться на домашний скот, не брезгуя и людьми, огромные волки, достигающие в холке порой полтора метра.

Рерик, узнав о нашей охоте не выдержал - Я-то получается со своими сарматами тоже прошел неполный обряд! Неужели наш жрец о нем имел не полные сведения?

Я пожал плечами - Вполне возможно в месте вашего прошлого проживания настоящие матерые волки и не водились, а нацепить на себя шкуру размером с собаку жрецы посчитали недостойными воина, вот и упростили сам обряд. Вы же в яр входите, мимо часового незамеченным пройти можете?

- Можем конечно! Это каждый умеет. А от ливня стрел уходить или в крайнем случае уметь их удары, как и меча, принимать своим телом?

Мрачное лицо Рерика стало мне ответом - Этих знаний жрец видно не знал. Но я надеюсь ты нас этому научишь?

Весь месяц, пока мы обустраивались на новом месте, я помимо своих данов усиленно учил мастерству яра и сарматов. Когда же у них появились первые успехи, я им пояснил - Теперь только многочасовое ежедневное повторение освоенного материала и через полгода вы уже сможете удивить своих противников.

Все же за шкурами пришлось отправиться всем. Высадившись на материке, я поставил каждому свою задачу. Что бы дать возможность провести охоту каждому из нас, мы расходились по лесу вглубь его широким веером, поначалу я шел рядом со своей сестрой, которая как и все из Валькирий возжелала сдать последний экзамен, затем, когда пошел сплошной бурелом, разошлись и мы.

Я еще в течении пары дней пробирался через встречающиеся болота, продираясь с трудом сквозь бурелом, когда буквально всем своим телом я почувствовал чужой взгляд наблюдающего за мной хищника. Я тут же вошел в состояние яра и приготовился к защите. Атака хищника была стремительной и молниеносной, однако я уже выставил левый наруч навстречу зверю, оказавшемуся огромной львицей, а правой ударил своим мечом навстречу, целясь в прямо в раскрытую пасть.

Клинок вошел огромной кошке в мозг, пробив ее череп в затылочной части. Издав крик боли, львица билась в конвульсиях, я же достал свой полуметровый кинжал. Обычно такие звери охотятся стаей, но похоже ее стая вымерла. Удивительно, как они вообще попали в эти леса.

Не тратя времени зря я развел костер и стал снимать шкуру, такой трофей дорогого стоит. Через час стемнело и с трех сторон ко мне вышли падальщики, те самые волки, за которыми мы и охотились. По количеству сверкающих в отблесках пламени глаз меня окружили с десяток матерых гигантских волков, которые подняли свои морды и начали выть, поглядывая при этом на меня и постепенно сжимая свое кольцо.

Освежевав шкуру, я стал бросать волкам отрубленные куски львицы, за которые тут же началась перепалка. Но вперед вышел вожак, размерами едва уступающий льву и быстро навел порядок. Когда мясо закончилось, волки не ушли, они решили заодно попробовать и человечины. Я натянул на свой лук тетиву и три стрелы ушли одна за другой. Лишь один волк рухнул, второго стрела лишь царапнула по голове, а от третьей хищник увернулся. Я от удивления чуть не сел на пятую точку: эти звери двигались не хуже меня, перешедшего в яр. Я попробовал опять выстрелить, но опять волк в последний момент чуть переместился и моя стрела лишь задела его шерсть.

Честно говоря, я подумал, что против меня вышли настоящие оборотни. Я выхватил оба клинка, отложив лук и тут же с двух сторон на меня набросились четверо волков. Остальные с интересом стояли рядом со своим вожаком наблюдая за их действиями. Я решил, что эти волчары также сегодня сдают экзамен на умение охотиться и члены комиссии из старейшин оценивают их работу.

Я сам издал жуткий вой, после чего наблюдатели чуть сдали назад, ощерив свои клыки. Двоих напавших волков я нанизал на клинки и успел освободить только свой охотничий кинжал. Третьего волка я, пригнувшись, пропустил над собой и меня обдало его смрадное дыхание. Четвертого я схватил левой рукой за шерсть на груди, притормозив его прыжок, а мой кинжал вошел волку сбоку в шею, пробив ее насквозь.

Справа послышался треск сучьев, волки обернулись в сторону новой опасности. На четвереньках из под поваленного дерева выбралась моя сестра, тут же на нее прыгнула волчица, но в руках у сестренки был топор, которым она разрубила морду зверя и туша в агонии рухнула рядом с ней. Я же хотел было убить вожака стаи, бросившись на него с кинжалом, едва держа его из-за обилия крови на нем и на руке.

Однако волки не приняли бой и как тени пропали меж стволов деревьев.

- Ты откуда здесь, Хетта? - я не теряя времени принялся свежевать убитых мною волков.

- Услышала вой и поспешила в надежде застать волков. Видишь, я успела! - сестра достала нож и тоже принялась за волчицу. - Вот это туша! Я таких чудовищ никогда еще не видела.

Я усмехнулся. "Вот же балда! Поперлась одна на целую стаю. Да они бы ее разорвали и даже панцырем ее не подавились бы."

Кое-ка отмывшись в болотце от крови, я скатал шкуры в один вьюк, обмотав веревкой и дал пару часов поспать Хетте, которая сменила меня и дала выспаться. С рассветом, мы вышли к лесному озеру, в котором и промыли свои шкуры, львиная шкура своим размером вызвала уважение у сестры - Да тебя, братец, совсем нельзя пускать в лес! Ты же всю живность здесь перебьешь! Вот куда тебе столько волчьих шкур?

- Не боись, найду им применение. Айда искупнемся.

Раздевшись, мы окунулись в теплую прогревшуюся воду и я на дне углядел раков. Через сорок минут на песке набралось аж пять десятков крупных, просто огромных раков, которым Хетта не давала уползти обратно в воду. Я же когда обсох, задумался над способом их приготовления. Может их в углях запечь? Вздохнув, я собрал всех раков и покидал на угли от костра, активно переворачивая с минуту и не давая им сгореть.

К сожалению часть мяса все же подгорела, но мы с сестрой этих раков разделали и покидали в рот их нежной запеченное мясо.

Хетта накинула тетиву на свой лук и заозиралась в поисках целей. Зверья непуганого здесь было просто немерено и сестра остановилась на одной из могучих сосен. Две ее стрелы ушли почти одновременно и на землю упали пара соболей.

- Жаль, что сейчас не зима! - воскликнула девушка, подбирая свою добычу! - Ой, еще один! - третий выстрел принес еще одного соболя.

Я осмотрел шкурку и кивнул. Зимний мех соболя густой, пышный, шелковистый, с хорошо развитой плотной подпушью. Он имеет равномерную светлую окраску за счёт большого количества пуховых волос. Летний же мех короткий, редкий, грубоватый, подпушь развита слабо. Окрас в целом темнее зимнего. Кроме того, летом зверёк линяет, что приводит к осыпанию волосков.

- Я сама ошкурю свою добычу! - сестра споро освежевала тушки и сняла с них шкурки - На мое приданное пойдут! Только давай договоримся: зимой мы сюда еще раз вернемся, я мешок шкурок набью, а ты глядишь, и зимние шуры этих волков добудешь. А я из них тебе шикарную шубу сошью! А еще лучше медведя на копье взять.

- Понятное дело, лучше медвежья шуба! - раздался сзади голос и я похвалил его владельца - Поздравляю, Рерик, ты почти незаметно подкрался, правда я тебя еще за двадцать метров ранее учуял. А вот невеста твоя сплоховала: своего жениха должна за версту чуять!

Рерик с мальчишеским азартом показал шкуру убитого волка - Глянь, какого красавца я добыл! Клыки с палец размером.

Подбежав, Хетта продемонстрировала свою шкуру - Эх ты, князь! Смотри какую я волчицу добыла! А вот братец мой вообще трех волков клинками забил, а четвертого стрелой с самого начала. - видя как радость исчезает с лица жениха, Хетта решила его добить, разворошив шкуры и растянув на траве львиную - Ты сюда посмотри, вот зверюга так зверюга, откуда только такая здесь взялась. Затем показала выбитые клыки - Вот клыки так клыки!

- Королевский плащ конунга получится из этого льва! - вздохнул Рерик и я хлопнул его по плечу - Забирай в подарок на свадьбу!

Рерик укоризненно покачал головой - Если только в подарок, но я еще обязательно отдарюсь.

Хетта захлопала своими длинными ресницами - С плащом из львиной шкуры ты, мой любимый, будешь просто неотразим!

На место сбора, на берег Балтики, с шкурами вернулись не все. Я оглядел поникших сто двадцать неудачников и подбодрил их - Не ваша вина, что вы не нашли волков, мы такой огромной толпой распугали зверя на десятки километров вокруг, да и волков столько здесь не водится. Самое главное вы вернулись все живые и здоровые. Насчет шкур. Я предлагаю или подождать зимы или продолжить прочесывать леса, из которых зверь ушел надолго. Ну пройдете вы посвящение позже, это не страшно. Так как?

Все решили остаться и попытать счастья. Я возмутился - Нет, так не пойдет! Рерик, бери с собой счастливчиков и отправляйся на Руян. Я же отведу парней дальше в чащу, где зверь еще не встречал людей. Вернешься за нами через месяц. Заодно всем взять с собой рюкзаки, будете туда меха складывать, это будет ваш откуп богу войны ха первую неудачу. Выкуп приму я как жрец Ареса, или как его называют руяне Святовита. Да, и котел с корабля заберу, а то опять раков наловлю, а сварить их будет не в чем.

Сестра ткнула меня под ребро - Ты еще пиво взять забыл, под раков.

Я чертыхнулся, мой рецепт пива с шишками хмеля я сохранял в секрете, и вся крепость данов приходила ко мне на пробу свежесваренного пива. Пиво было основным алкогольным напитком викингов. Его варили из ячменя с добавлением местных ягод и трав (клюква и брусника). В отличие от современного пива, хмель не использовался, но напиток был достаточно крепким, до тринадцати процентов алкоголя. Пиво пили в больших количествах на пиршествах и праздниках. Оно было тесно связано с языческими верованиями древних скандинавов. Например, обязательным ритуалом после победных битв был пир, в котором часто устраивались жертвоприношения в виде пролитого на землю пива или вина в честь верховных скандинавских божеств. При морских путешествиях обязательным ритуалом было вылить бочонок пива в море, чтобы боги способствовали ветру и хорошему путешествию.

- И пару бочонков моего пива, их потащут двое из этих неудачников!

Глава 7

Похоже популяцию этих огромных волков мы в этих лесах выбили целиком. Зато каждому досталась заветная шкура. Вернувшись в Аркону, ночью когда весь город уже спал, я собрал около статуи Свентовита всех прошедших экзамен на вступление в отдельную касту воинов. Лишь пара жрецов разбудила верховного жреца храма Свентовита, волхва, ухаживающего за белым конем. Один только верховный жрец мог кормить и садиться на этого коня, на котором по верованию руян сражался сам Свентовит против своих врагов. Волхв протиснулся и остановился в паре метров от меня, опираясь на свой резной пояс.

Обнаженный по пояс, с шкурой волка на плечах, я достал из ножен свой меч и воткнул его перед изображением бога войны. Затем перерезал горло козлу и окропил ею клинок, открыв баклажку, выпил настой для общения с богами и издал волчий вой. Затем поднял лицо к небу и воззвал - Бог войны, чьи имена меняются с каждым веком и народом, Арес, Свентовит, Перун! К тебе взываю я, твой неизменный жрец! Подай знак, что ты слышишь меня и готов принять в свою дружину всех этих воинов!

Вокруг все замерли, стараясь и дышать через раз, сотни глаз следили за мной и за небом, на котором полная луна не позволяла воцариться тьме. Неожиданно для всех загрохотал гром и сверкнула молния, ударившая в мою грудь. Когда зрение у всех опять вернулось, воины узрели на моей груди отпечаток ветвистой молнии и пораженно вскрикнули - Длань бога! Это знак, что Бог войны услышал!

В моей голове возник голос - Вот мы и встретились! Что-то часто стали проходить наши встречи!

- Это для тебя сотни лет как мгновения!

- Ха! Действительно! Все время забываю об этом. Надеюсь ты меня порадуешь славными битвами и телами своих врагов?

- Обещаю! К сожалению в этом мире миром без крови и насилия ничего не решить.

- Ну тогда до следующей встречи, жрец! - Громыхнув напоследок громом, озарив все небо своими ветвистыми молниями, Бог исчез.

Верховный жрец Арконы оглядел мою грудь и, покачав головой, поклонился Свентовиту и молча удалился. Вокруг вмиг заговорили все сразу, указывая на отпечаток на моей груди.

Я же повысил голос - Отныне вы не даны и не викинги, вы варяги, вы теперь из народа русь. Так теперь будут называться избранные воины варягов. И вашим мужским отличием помимо волчьей шкуры станет обритая голова, на макушке которой длинный чуб оселедец отличит вас в бою - за эти чубы бог войны и вытащит вас в свои небесные чертоги. Бороду всем так же брить, оставив расти усы. Русь станет нашим кличем. И в бой мы пойдем за Русь.

Возбужденный Рерик обхватил меня за плечи - Что это было, Хельги! Ты действительно разговаривал с самим Богом?

- Да, мы с ним давние приятели. Ты лучше скажи когда ты наконец возьмешь мою сестру в жены?

- Все вопросы мы с твоим отцом утрясли, я готов хоть завтра сыграть свадебку. Ты лучше поясни, как теперь я и мои братья будем от остальных отличаться? Всегда оселедец был княжеским знаком.

- Князя будет отличать ярко красный плащ

На следующий день жених вместе со своей семьёй пришёл в дом невесты, где мы накрыли стол с угощениями. Жениха и невесту садили вместе, а кисти их рук перевязали полотенцами — это обозначало обручение. Свадьбу назначили через неделю.

Родители обоих молодых дали благословение, держа хлеб-соль и вышитый рушник. Молодые кланялись, принимая благословение, символизируя согласие рода. Расшитый рушник расстелили по земле, чтобы магически защитить молодую семью силой обоих родов. Затем молодые совершали круг вокруг костра и символически обменялись чашами с медовухой, присягая богам. Каравай, большой круглый хлеб с узорами из теста, разламывали: часть отдали молодожёнам, часть — гостям, чтобы все причастились новому союзу. Гости после сочетания молодожёнов осыпали их зёрнами пшеницы и «шишечками» хмеля.

Рерик повел свою жену в свой дом, где всех уже ждал пир горой. Когда молодожёны входили в дом, новоиспечённая супруга шагнула первой, чтобы показать свою готовность принимать ответственность за дом и семью.

На следующий день я поинтересовался у счастливой сестры - Как вы с Умилой, нашли общий язык? Не мешает с мужем миловаться?

- Что ты! Мы с ней договорились кто и по каким дням.

Я порадовался за сестренку. Самое главное, что бы следующие жены Рерика не отравили ее жизнь. Впрочем она сможет постоять за себя. Дух у нее, впрочем как и подготовка, как у викинга.

Рерик через неделю только вылез из-за стола, гулял целую неделю, поя и кормя всю Аркону.

- О, шурин! Не поверишь, голова раскалывается, сил нет!

- Верю! Столько выпить! Держи, я тебе опохмел захватил. - я протянул кувшин с капустным рассолом и князь прильнул к нему губами.

С жадностью опорожнив посудину, Рерик помотал головой и я посоветовал - Я бы на твоем месте вошел бы в яр и почистил весь организм.

- Хорошая идея, но несвоевременная. Сначала мозги в кучу свести нужно. Я со своими братьями Синеусом и Трувором хочу в набег через пару дней сходить. А то я все серебро пропил. Гол как сокол, честное слово! Не составишь компанию? Мы бы, объединившись, таких дел могли бы наделать.

- Идет! Только пойдем пощупать греков. Вот там добыча так добыча!

- Слишком долог путь! - невольно вздохнул Рюрик. - Сначала из по реке Водская пятина (Нева) в Альдогу (Ладожское озеро), затем нам по реке Волхов в озеро Илмерь (Ильмень). Из Илмеря нашим драккарам нужно попасть в реку Ловать. Миновав Ловать, волоком тащить корабли до берега Дуны (Западная Двина). Хорошо, что не ладьи с грузом, те только пользуясь катками из брёвен. Из Дуны сплав по реке Каспля к реке Катынка, притоку Славутича (Днепр). Здесь снова волоком до Славутича. И только отсюда мы сможем попасть в Понт (Черное море). Только в один конец у нас уйдет почти три месяца. А я еще с молодой женой не натешился!

Сзади подкралась Хетта - Так я же с вами в поход пойду, все ночи наши будут!

Рерик схватился за голову - Вот дурень! Додумался взять за муж валькирию. Предлагаю тогда перезимовать в Ладоге, а по весне как лед сойдет дальше отправимся. Вот только как я уже говорил, серебра у меня нет и чем мы за жилье расплатимся, не знаю.

Я махнул рукой - Серебром если надо я поделюсь, а вот жилье до зимы предлагаю самим соорудить. Выроем несколько землянок, печи сложим. Среди моих викингов есть специалисты по строительству, сам натаскал. А так как все отличные охотники, голодными по любому не останемся. А весной наши землянки и продать можно. Конечно, авантюра страшная, но думаю прокатит.

- Не понял!

- Не суть, забей!

Ладога состояла из рубленых домов, которые обогревались каменками, похожими больше на очаги, сложенные из необработанных валунов без какого-либо скрепляющего раствора. Они состояли из каменного корпуса с узким дымоходом, который выходил через стену дома или через крышу. Внутри корпуса размещались каменные полки, на которых можно было готовить пищу или греть что-то. Часто выстраивались в центре дома, чтобы обогревать всё помещение. Благодаря мощной каменной конструкции эти печи долго сохраняли тепло, их строительство требовало значительных затрат на материалы и на подготовку камня и потому не все могли себе позволить такую печь.

С 780-х годов в Ладоге по арабской низкотемпературной технологии варились бусы. «Глазки», то есть глазчатые бусы. За них варяги скупали пушнину, которую затем вывозили по Волжскому пути в Багдад и продавали за серебряные дирхемы, за один стеклянный «глазок» можно было купить раба или рабыню.

Большинство ладожан занимались не торговлей, а земледелием и ремёслами, здесь изготавливали округлые пластинчатые подвески со штампованным декором, поясные бляшки, височные кольца, трапециевидные подвески.

Поначалу наш флот приняли за нападающих викингов, которые решили ограбить и вырезать местное население. Пять сотен воинов по нынишним временам = это просто огромная армия. Хорошо, что Рерика тут знали и после недолгих переговоров разрешили нам строиться на окраине. Отправив пару десятков охотиться на крупную дичь, остальные взялись за лопаты и топоры.

Поглазеть на наши лопаты сбежались все мужское население. Еще бы, железо было в цене и копали деревянными, хорошо если обив острие металлом. Леса кругом было навалом и строить решили полуземлянки, каждая из них вмещала по тридцать человек. Для печей из глины наготовили кирпичей, предварительно их подвергнув обжигу. За неделю все жилища были готовы к зимовке.

Я окинул поселение и вздохнул - всего несколько лет осталось жить этим людям, потом придут варяги и захватят его. Еще через десяток где-то лет все сгорит, здесь осядут викинги и стеклодельное производство накроется медным тазом.

Мои бойцы чуть не подрались из-за местных девок, но как то смогли меж собой уговориться и теперь счастливчики валяли девок на копнах сена. До прихода христианства на Руси к добрачным связям относились терпимо. Древние славяне часто устраивали ритуальные «игрища», во время которых многие не чуждались плотских утех. А вот с приходом христианства общество осудило добрачные связи. Всё телесное было признано греховным, а влечение к женщине объявлено недостойным и нечистым. Брак был оправдан лишь необходимостью продолжения рода, всё остальное считалось противоестественным. Хотя добрачные связи особо и не были распространенным явлением на Руси, причиной этого являлся возраст вступления в супружеские отношения: обычно 13-14 лет - для девушек и 15-16 лет - для юношей. Именно к этому времени происходит половое созревание молодых людей, и ранние браки практически предотвращали саму возможность добрачного занятия любовью. Но здесь, в Ладоге, девок отчего то было почти в три раза больше парней. Вот и было с кем потешить молодую плоть.

У местных мои валькирии вызывали оторопь. Женщины у них только пахали на огородах, в поле или за скотиной ходили. А тут в железе все и стреляют как Вильгельм Телль, не родившийся правда еще.

У меня были с собой изготовленные в кузне коньки и крепления их к дереву. Также были косые паруса. Поэтому когда озеро покрылось льдом, под моим руководством собрали из двух корпусов каюка длиной по десять метров пару буеров.

Рерик и его братья вместе с моими отцом и дядей нарезали круги во время сборки - Ты уверен, что они смогут передвигаться по льду?

- Не просто передвигаться, они побегут быстрее ветра!

Пробный заезд всех просто ошарашил и Рерик восхищенно хлопнул меня по плечу - Если бы с такой скоростью можно было бы передвигаться по воде! Мы бы ни одного купца не упустили, да и от любого преследования могли уйти. Все таки твоя голова дорогого стоит.

- Ты это только сейчас понял?

Несколько дней учились управлять парусами, пока не стали демонстрировать чудеса безопасных передвижений с огромной скоростью.

Взяв с собой добытый дикий мед, соболиные и беличьи шкурки, которые мы заготовили для продажи или обмен на продовольствие, я и два десятка варягов вместе с Рериком помчались обратно к Арконе. Появление наших буеров вызвало интерес. Жрецы чуть ли не обнюхали каждую деталь. Чую, что теперь руяне создадут зимний флот и будут наводить ужас на поселения викингов даже зимой.

Старейшины поселения Ладога после отбытия Рерика собрались по инициативе старого Вторуши, который едва смог заставить себя сесть на носилки, на которых его и доставили в избу - Други мои! Мне уже недолго осталось, я одной ногой уже в Ирии. Поэтому я хочу предложить воспользоваться появлением у нас Рерика с его огромной дружиной. Вы все знаете, что мы живем в постоянном страхе - наша Ладога в любой момент может быть захвачена викингами. Даже против вдвое меньшей дружины мы точно не сможем выстоять. Увы, но мы не воины. Ремесленники да, землепашцы да. Но не воины! Я предлагаю Рерика пригласить княжить, он из старого известного рода, да и братья помогут ему в случае чего. Помимо этого у Рерика хорошие связи среди жрецов Арконы, ему в любой момент они смогут оказать свою поддержку.

Здоровый как медведь Боромир, у которого длинные волосы были белые лунь, но силушки в нем было на троих, помотал головой - Глупости! Не нужен нам князь, мы и сами справимся.

Вторуша усмехнулся - Какими силами, Боромирушка? Сколько ты можешь воинов выставить? Кузнецов и кожемяк своих? Так и всего двадцать человек, даже если они оденут на себя железо и возьмутся за топоры, то их десяток викингов за пять минут в капусту порубают. Что ты за власть свою невеликую вцепился? Из-за тебя, из-за твоей глупости и недалекости все ладожцы или погибнут или чужими трэлями станут.

Худой старик по имени Храбр кивнул - Вторуша прав! Ты, Боромир ни хрена не смыслишь в войне. Другой уже давно бы крепость построил для защиты Ладоги, а ты за все время не почесался даже. Знай только в своей кузне пропадаешь.

- И на какие такие шиши я вам крепость построю? - озлился кузнец и скривил рожу.

- Мало ты серебра в свои ухоронки зарыл? Так они тебе после смерти не понадобятся! Жадность твоя всех нас погубит. Ладно мы, уже пожили на этом свете, а вот наши дети и внуки! Я против, что бы из-за твоего упрямства погибли все жители Ладоги!

Четвертый старейшина по имени Заяц задумчиво пожевал губами и произнес - Извини, Боромир, но мы доверили тебе власть над Ладогой, а за тридцать лет, что ты у власти, никаких сдвигов по укреплению обороны я не вижу! Ты за что со всего свою долю имел? Вот что я тебе скажу - две трети всего серебра, что ты зарыл, следует вернуть. Эта казна послужит князю Рерику для строительства крепости. Он воин, он сможет правильно ее построить, а мы всем миром поможем.

По возращении Рерика пригласили к старейшинам. Подумав, он захватил с собой своего союзника и вместе с Хельги предстал перед четырьмя старейшинами. Боромир сидел с кислой рожей, стараясь не встречаться с варягами взглядами.

Заяц встал с лавки и поклонился - От лица жителей Ладоги просим тебя, князь Рерик, принять княжение над нами. Просим тебя построить крепость хотя бы деревянную.

Рерик покосился на родственника - тот кивнул и влез в разговор - Уважаемые! Крепость это здорово! Только на ее постройку нужны огромные деньги. Вы что нас за лохов держите? Чтобы мы свое серебро на вашу защиту выбросили?

Вторуша указал на десяток кожаных мешков в углу - Вот серебро, здесь достаточно для строительства. Да и население Ладоги чем сможет поможет. Для князя мы выстроили большой дом, в нем ваши воины даже успели сложить пару печей. Вот ведь диковина, эта ваша печь!

Рерик прикинул на вес каждый мешок, определенно в каждом было около пяти кило. Марка серебра весом в 200 грамм была равна 70 дирхемам. Корова в Скандинавии стоила 35 дирхемов. За пять килограмм можно купить пятьдесят коров.

Я прикинул: постройка небольшой крепости Мстиславль в Суздальской земле по расчетам историков должна была занять примерно 180 рабочих в течение одного строительного сезона. У нас же было пятьсот человек! Периметр замковых укреплений превышал 800 метров. Замок окружали широкие (60-100 м) и глубокие (более 25 м) овраги и кольцевой вал, высотой с восточной и южной сторон 6-7 м, шириной в основании 15-18 м. На вершине стояли срубные оборонительные конструкции — городни, многоярусная башня и въездная брама. Здесь же для начала можно построить донжон, контролирующий берег, как основу укрепления и пяток башен вокруг с высокими трех-ярусными стенами. А затем постепенно строить стены и башни вокруг всего поселения.

Я кивнул и Рерик важно произнес - Хорошо, я согласен стать вашим князем и взять под свою руку все окрестные земли. Мой шурин обговорит с вами все важные вопросы по стройке крепости.

Я вышел вперед - Пока зима, мы будем валить лес и избавлять его от веток. За зиму заготовим достаточное количество бревен. Весной мы планируем отправиться в поход, здесь оставим двести человек для строительства крепости и для вашей защиты, обратно вернемся осенью, за это время, надеюсь основа крепости будет построена.

Кликнув гридней, забрали серебро и поспешили в подаренную избу. Я подумал, что призвание Рерика на княжение раньше на тридцать два года связано с появлением нашей банды в пять с лишним сотен воинов. Смогли произвести на население впечатление.