Волки, волчонок и я

Глава 1. Первый день морозного зимнего месяца. ​

«Никогда не доверяй волкам», - говорил мой дедушка. Он повторял эту фразу так часто, что в детстве, мне казалось, будто она является семейным девизом.

Никто и никогда не спорил с ним, даже когда он утверждал заведомо ложные вещи. Будто это проклятые оборотни тормозят развитие человечества. «Не будь их, мы бы уже давно летали в космос и осваивали другие планеты» - говорил он, словно забывая, что в его сердце стоит клапан, изобретенный волчьим лекарем-магом.

Мы - люди боялись и недолюбливали оборотней, впрочем, как и они нас, и на то были свои причины, столетиями накапливавшиеся недомолвки и обиды. Но думаю, ни те, ни другие не станут отрицать важность мира и добрососедского поведения. Ведь только в тандеме с оборотнями люди смогли сделать столько открытий в химии и физике за последние 150 лет, получить электричество, двигатели, развитые технологии, интернет и медицину.

Пусть и с пренебрежением, не доверяя до конца, но ведь лучше худой мир, чем хорошая война.

Наша семья принадлежала к древнему и славному, давным-давно обнищавшему человеческому роду Нордфолков. Мы были бедны так, что еле сводили концы с концами.

У отца и матушки было двое детей, я и моя старшая сестра - Клотильда.

Всем Кло была хороша, и красива, и умна. Не зря родители все силы и оставшиеся деньги вкладывали в ее образование и поддержку ее внешнего облика.

Мы уже давно с Кло раскусили их план, что за счет удачного замужества Клотильды родители планировали снова воссиять на небосклоне империи, восстановить наше некогда великое имя.

Клотильда была не против. Наоборот, она всячески поддерживала начинания родителей. Говорила, что нет большей чести и гордости для нее, чем послужить собственному роду и своей семье.

Это меня нимало бесило.

Подобные высокопарные фразочки ее, не стоили и ломанного гроша, так как она с детства знала, за кого хочет выйти замуж. И всеми правдами и не правдами направляла свое обаяние и симпатии одному молодому герцогу из богатейшего и знатного человеческого рода. Родители все это крайне одобряли.

Я бы посмотрела на ее реакцию, если бы на молодую и прекрасную Кло соблазнился отец этого самого герцога, или любой другой знатный лорд или граф папенькиного возраста.

Впрочем, вся эта ситуация раздражала меня просто как факт. До тех пор, пока меня не трогали и не предъявляли претензий, я была счастлива и готова выслушивать любой высокопарный бред, коим так изобиловала речь Клотильды и родителей.

Еще бы, с меня были взятки гладки. Это не я училась в лучшем учебном заведении королевства, и это не я посещала с завидной регулярностью балы, приемы и рауты. Мое образование предоставила мне общеобразовательная программа, а сейчас матушка и пара репетиторов в неделю.

Так или иначе, план родителей сработал в точности, как они и рассчитывали.

Бедняжка герцог Артур Элийский был поражен в самое сердце очарованием и обаянием нашей Кло.

А посему было оговорено, что как только сестра окончит свое обучение, через полтора года, молодые сразу же поженятся.

Отец потирал руки, нахваливая старшенькую. Матушка готовила списки того, что прикажет сделать в первую очередь, как только неиссякаемый поток богатства и признания потечет к ней в руки.

Но случилось непредвиденное. Точнее, непредвиденным это оказалось только для меня.

Я хоть и замечала неладное в подавленном поведении своего отца, на протяжении последних нескольких месяцев, но не решалась спросить. Лицо у него было такое, будто разыгралась подагра. А на такой же вопрос матушке, я вовсе получала упреки или простое короткое: «Не твоего ума дело!»

Ну, не мое, так не мое, думала я. Но сама на всякий случай почистила свою электронную почту и сменила пароли.

Шли дни и месяцы, а Кло все не приезжала, и не приезжала к нам. Ее не было даже в праздник Осеннего плодородия. На мои письма она отвечала, что у нее много дел: сессии, подготовка к свадьбе. В общем, не до нас ей сейчас.

Это было не похоже на нее, потому что она каждый месяц приезжала к нам раньше, на день или два.

Все разрешилось, и стало ясным первым днем морозного и снежного зимнего месяца. Поздно вечером в дверь постучали. Родители сидели в гостиной. А я у себя в комнате. Стук был такой настойчивый, но никто из прислуги почему-то не спешил открывать. Потому я решила спуститься вниз сама.

Я так и замерла на лестнице, когда грозный, заснеженный великан вошел в холл. Его встретил отец.

Великан брезгливо осмотрелся. Выдернул взглядом из всех собравшихся матушку, и протянул ей корзину… Или что это? Похоже на переноску для детей.

Затем он сбросил на пол висевшую на его плече сумку, и снял шапку и рукавицы.

Матушка, ни слова не говоря, сразу же направилась в гостиную.

Отец же предложил гостю проследовать за ним, на что великан, даже не разувшись и не стряхнув снега, с надменным видом проследовал за папой.

Если бы я не знала своего батюшку так хорошо, то подумала бы, что тот лебезит перед пришельцем.

Постояв в недоумении какое-то время в холле одна, я направилась в гостиную.

Странно было то, что в доме кроме нас, больше никого не было. Куда-то пропала вся прислуга.

- Лин! – рявкнула мама из гостиной, и я, вздрогнув, ускорила шаг.

Содержимое сумки было извлечено и уложено на диван. Белый сверток пару раз встрепенулся, и издал звук похожий на скуление. От чего мои глаза расширились в удивлении.

- Что это? – вопросила я, подходя ближе.

- Не что, а кто. Иди, посмотри!

И я посмотрела. Потом еще раз. Нахмурилась и потерла глаза.

— Это что, ребенок? – не веря увиденному, спросила я.

Назвать это существо ребенком у меня не сразу повернулся язык. У малыша, мальчика, судя по первичным половым признакам, было человеческое тело. Только оно было покрыто мягкой, реденькой шерсткой, темно-серого волчьего окраса. Кажется, был еще маленький хвостик и волчьи ушки на месте человеческих. Малыш удивленно хлопал серыми глазищами по сторонам.

— Это волчонок? – спросила я у матери, которая, кажется, тоже пока привыкала к виду детеныша.

- Да, - монотонно отозвалась она. – Познакомься, это твой племянник.

На мгновенье я потеряла дар речи, вспоминая, нет ли у нас в роду оборотней. И чей это может быть сын. Но ничего не придумав, спросила:

- У нас есть оборотни в родне?

- Теперь да, - обреченно закатила мать глаза, указывая на малыша.

- Я ничего не понимаю. Чей это ребенок?

- Кло!!! – заорала мать, так что и я и младенец на мгновенье оторопели.

От услышанного у меня слегка отвисла челюсть, а малыш захныкал.

Теперь я уже взглянула на это существо другими глазами. О, Боги! Кое-какие вещи стали вставать на свои места. Ребенок явно принадлежал к волчьей стае. И если герцог Элийский не имеет в роду оборотней, что было очевидно, так же как мы и любые другие знатные дома. То это ни что иное, как нежелательный плод любви моей сестрицы и какого-то оборотня.

То есть за несколько месяцев до свадьбы эта дура, кичившаяся своими принципами, пустила под откос все планы родителей. Когда все было так возможно, а счастье так близко.

Я тяжело опустилась на диван рядом с малышом, который собирался разреветься.

Бедненький, подумала я, положив ему руку на живот, пытаясь успокоить.

- Ну, тише, тише…

От таких нежелательных детей было принято избавляться еще на стадии эмбрионального развития. У людей. Но не у волков.

Я слышала, что волчата рождаются редко. Счастье, если в семье есть хотя бы один ребенок. Поэтому всех своих детей, желательных и нежелательных, они берегут. Мне кажется, у них в принципе нет такого понятия, как нежелательный ребенок.

- Что же теперь будет? – задумчиво произнесла я, скорее раздумывая, чем спрашивая. Но мама ответила.

- Хотелось бы и мне знать. Все будет зависеть от того, как договориться твой отец.

- Тот человек, то есть тот незнакомец – тоже оборотень?

- Незнакомец, - как-то странно передразнила меня мама, словно я чего-то упустила. Хотя скорее она была сильно расстроена.

- Но, если это волчонок, почему его принесли нам. Разве волки не забирают своих детей себе. Мы ведь понятия не имеем, как его растить и воспитывать. У него хотя бы есть имя?

Матушка приоткрыла один глаз, так как некоторое время сидела, облокотившись на спинку дивана и запрокинув голову.

- Для сделки! Твой отец сказал, что этот реб… звереныш либо нас озолотит, либо погубит в одночасье.

Я только недоуменно заломила одну бровь. До сих пор не соображая, о чем это она толкует.

Мама, то ли недовольная тем, что пришлось подняться, то ли моей непонятливостью, хмуро на меня посмотрела. Затем выбрала одну из газет, на чайном столике, и протянула мне.

- Светская хроника, - пояснила та.

Я открыла центральный разворот. Там было несколько статей и много фотографий. Представители королевского рода, знаменитые графы и бароны с женами на какой-то праздничной церемонии. Я знала эти лица, потому что они постоянно мелькали в телевизоре и в интернете. Но ничего примечательного не обнаружила.

Матушка нетерпеливо цокнула языком, выхватила у меня газету. Сложив ее в четыре раза, снова протянула мне фотографией вверх.

Я посмотрела. Заглавие статьи значилось как: «Волки на приеме у Императора по случаю 150-летней годовщины мирного договора». Но, не дав мне сделать очередное логическое заключение, которое впрочем даже и не назревало, мама ткнула пальцем. Она угодила в молодого человека приятной внешности, с шапкой густых, вьющихся, каштановых волос и карими глазами. Его лента на костюме была увешена наградами и орденами, не смотря на достаточно молодой возраст. Лицо показалось мне отдаленно знакомым. Видимо тоже мелькало в новостях.

— Вот он, твой незнакомец, - фыркнула родительница.

Я с трудом признала в том снежном великане этого улыбающегося симпатичного щёголя, а потому насупилась, будто меня хотели обдурить. А мама продолжила:

- А это, отец ребенка, - перевела она палец на стоявшего рядом высокого, мощного оборотня с серебряными волосами. Но, описывать дальше не было необходимости, так как этот профиль хорошо изучен мной по монетам из волчьей страны.

Челюсть отвисла снова, но, кажется, такая моя реакция даже порадовала матушку. У нее был такой победный и гордый вид. Что, мол, не ожидала, что твоя сестрица способна охмурить самого короля оборотней.

Ее победная ухмылка тут же сползла, когда я произнесла, кажется, вслух:

- Так эта дура, выбрала для предсвадебной интрижки ни много ни мало, самого Лорда оборотней!! Будь он неладен!!! – я была в таком шоке, что если бы у меня была волчья шерсть, то она бы непременно встала дыбом.

Выражение лица матери снова изменилось, только на этот раз выражением испуга. Она в ужасе смотрела мне за спину, так что мне тоже пришлось обернуться.

Два немигающих глаза смотрели на нас из темноты. Я даже толком не поняла, светились ли они сами по себе или в них так ясно отражается свет огня из камина.

«Зря я так сказала» - пришла запоздалая мысль.

Обстановку разрядил отец, который позвал из кабинета.

- Натаэлина, зайди ко мне!

И мне пришлось повиноваться.

Когда я проходила мимо волка, тот даже не удосужился подвинуться. Так и стоял как вкопанный, буравил меня своими злющими глазами.

Мне навстречу, в холл, вышел отец со странной довольной улыбкой сытого кота.

- Я буду ждать в машине, - проговорил волк у меня за спиной.

- Хорошо, - кивнул отец. – Мы быстро все подготовим.

О чем это таком говорил батюшка, я не поняла, но ощущение было прескверное. И не зря.

- Присядь-ка, Лин, - начал отец. – Тебе ведь уже известно, что за гости к нам пожаловали?

- Да, мама вкратце рассказала, - но отец, даже не дослушав моего ответа, продолжал.

- А также тебе известно, что люди и оборотни испокон веков живут бок о бок на одной земле, строжайше соблюдая границы и законы друг друга. Только сохранение и соблюдение правил поддерживает между нашими народами мир, - важно проговорил батюшка, словно цитируя учебник по межрасовому Праву.

- Ну да, - нахмурилась я, не понимая, к чему он клонит.

- У каждого народа сложились свои традиции и обычаи. В некоторых вопросах и оборотни, и люди крайне консервативны.

- Как, например, рождение незаконных детей до свадьбы, или бастардов в браке? – намекнула я на то, что Лорд оборотней был женат и воспитывал двоих детей. – Пап, к чему ты клонишь.

Батюшка побарабанил пальцами по крышке стола, прежде чем перешел к сути.

- Твоя сестра собиралась за муж за герцога Элийского, - на что я лишь презрительно хмыкнула. Видимо, теперь нет. Шальной мыслью пронеслась в голове идея, что ее место могла бы занять я. Ведь герцог был очень даже ничего. Вот если бы я только знала, насколько я была близка к истине, то сбежала бы из дома еще вчера. – Свадьбе быть!! Об этом ребенке, - отец поморщился, - об этом существе никто не должен узнать!! Волчьей стороне тоже не выгодно разглашение. Это может спровоцировать большой политический скандал. Понимаешь? – я медленно кивнула. – Но и избавиться от него, по известным причинам они не могут. Все-таки он носитель королевской крови, и возможно, - папа перешел на шёпот, - дара.

- Магического? – недоумевала я.

Говорили, что сильные монархи волчьей империи обладают определенными способностями. И чем больше эти способности, тем сильнее правящая ветвь. С учетом того, что настоящая династия непрерывно правит более 300 лет, волки и правда обладали некой силой.

- Конечно, - теперь уже недоумевал отец.

- У полукровки? – не унималась я.

- Так или иначе, это станет известно только к его совершеннолетию, когда тот пройдет обряд инициации. Наша задача сейчас не упустить этот шанс!

Я лишь насмешливо хмыкнула.

Папенька, как всегда, не упускал ни единой возможности. С таким предпринимательским духом и чутьем он бы мог отстроить империю с нуля и возродить наше былое величие. Но, как и всегда, отец предпочитал, чтобы за него все его грандиозные планы осуществляли другие.

- А как ты соседям объяснишь, почему у них под боком, в человеческих землях, растет волчонок?

Ухмылка родителя мне не понравилась.

- Ребенок не должен быть замечен. Как я уже и сказал, о его существовании знают лишь два брата волка, да мы. Волчонок будет воспитываться вдали от посторонних глаз. На земле волков. Эту ответственность придется разделить третьему брату Лорда волков, господину Бейрину, и нашей семье.

«Справедливо» - подумала я.

- Тебе, Лин, - подытожил отец.

Я неверяще на него посмотрела.

- Ч…что?!

- Пришло время и тебе послужить своей семье, - елейным тоном произнес он.

- Нет!! – затрясла я головой. – Что ты такое говоришь?! Причем тут я?!

- Притом, что ребенок не может оставаться без присмотра. Ему нужна материнская забота.

- Но я ему не мать! Его Клотильда родила!!

- У Клотильды свадьба. Ты же сама понимаешь, мы не можем позволить расторжение союза с Элийскими! Это неминуемый скандал и позор!

- Она, значит, нагуляла, а мне расплачиваться!

— Это не расплата. Это служение благой цели. Во имя сохранения доброго имени твоей семьи! Как ты не понимаешь?!

- Я не понимаю, и не хочу понимать!

Я выбежала из кабинета отца, громко хлопнув дверью. На пороге, в холле меня встретила мама. Руки ее были сложены на груди, глаза сощурены.

- Мама! Он хочет… Хочет, чтобы я… - но ее выражение лица осталось непроницаемым.

И тут до меня дошло, что она уже в курсе. – Ах, так! – завопила я, бросаясь вверх по лестнице, чтобы закрыться в своей комнате. Там им меня в жизни не достать!

Закрыв за собой дверь, я потянулась к ключу, но не обнаружила его в замочной скважине, где он всегда был. Вытащили! Они готовились к этому?!

Слезы покатились из глаз сами собой от обиды и гнева.

Я хотела подпереть дверь стулом, но и его тоже не оказалось. В отчаянии и от изнеможения я прыгнула на кровать и заревела.

За что?! За что они так со мной?! Предатели!! Глупая Кло!! Проклятые оборотни!!

Рыдая, я даже не сразу почувствовала, что на кровать кто-то присел.

- Лин… - позвала мама. – Я понимаю, что это не то, о чем ты мечтала. Но так надо, малыш. Подумай, как это важно для всех нас. И если ты не отнесешься к этому с пониманием, какой крах ожидает всю нашу семью. Ты желаешь этого нам? – она легко погладила меня по голове. – К тому же эти пять лет пролетят, и глазом не моргнешь. Зато потом твоя семья тебя не забудет, и останется в неоплатном долгу.

- Пять лет? – переспросила я, шмыгая носом. Я-то подумала, мне его до совершеннолетия нужно будет растить.

Но мама, кажется, поняла все по-другому и поэтому добавила.

- Ну да. Поверь мне, это на самом деле не так уж и много. Ты даже сможешь иногда приезжать к нам. Пожалуйста, Лин, будь умной девочкой. Помоги семье, помоги себе. Ведь у нас просто больше нет другого выбора.

«Конечно, его нет. Теперь уже нет. А все из-за одной похотливой овцы по имени Кло!!»

Так или иначе, я понимала, что в словах матушки есть зерно разумного. Обстоятельства были таковы, что кто-то из нашей семьи должен был приглядывать за малышом. Это ведь было бы просто бесчеловечно по отношению к нему.

Утерев слезы, я наскоро собрала сумку с вещами. Выезжать нужно было сегодня, под покровом темноты, чтобы остаться незамеченными. Я пихала в сумку все, что попадалось под руку, то, что мне могло пригодится в ближайшее время. Надеялась вернуться за тем, что понадобиться, позже.

В холле мама давала последние наставления.

- Запомни, ты его официальный представитель, и имеешь такие же права, как и брат Лорда. А потому не принимай серьезных решений относительно ребенка, не посоветовавшись с нами. И ради всего святого, ничего не подписывай без согласования с нами.

- Но что я буду делать с младенцем? Я ведь их прежде и в руках-то не держала.

- Об этом не переживай. Первое время с вами будет жить профессиональная нянька, до тех пор, пока ты не научишься обращаться с ребенком сама.

- А также к вам будет приезжать два раза в неделю прислуга. Будет готовить, и убирать, - добавил отец.

- Откуда вы знаете? – недоумевала я, застегивая куртку.

— Это обязательное условие кон… - начал было отец, но не закончил. Но я и так догадалась, что меня официально продали в рабство на пять лет, и даже договор подписали. И еще, наверное, рукопожатием скрепили.

- Поэтому, - привлекла мое внимание матушка, завязывая мне шарф. – Запомни, очень внимательно, для посторонних — это ты, мать этого ребенка.

- Что?

- Так надо, не спорь. Такова будет ваша легенда. Представляешь, какие имена замешаны в этой истории. Если кто-то узнает, то волки долго церемониться не будут. – Но затем, подумав, добавила, - А потому и сама будь осторожней. Помни, что говорил твой дедушка. И прошу тебя, будь благоразумней своей сестры.

Я устало закатила глаза, но, подумав, спросила:

- А кто же отец? Если я мать, то кто отец?

- Бейрин, - усмехнулась мама.

От такой новости я зло сощурилась. Час от часу не легче! Внебрачный ребенок от волчьего брата короля. Предел мечтаний! Да если кто в округе узнает, меня засмеют и заклеймят позором. Впрочем, не только в округе. Прямо-таки новость для желтых газетенок. И если бы кто-то спросил, будь он хоть последним мужиком на планете, я бы не позарилась. Напыщенный, тупой волчара!!!

Отец проводил меня до машины.

Большая черная машина-вездеход. Другого транспорта я почему-то и не ожидала увидеть. Усевшись на заднее сиденье, я притянула к себе сумку с малышом, который мирно посапывал. Бедняжка, ему ведь и невдомек, что он никому толком и не нужен в этом мире. От таких мыслей, а еще от того, что дом родной остается где-то далеко позади, в темноте, из-за раздумий о своей незавидной судьбе, слезы потекли ручьем, и я захлюпала носом. Волчище хмуро взглянул на меня в зеркало заднего вида, но ничего не сказал.

Мы так и ехали в тишине несколько часов к ряду. Странно, что малыш спал все это время и даже ни разу не проснулся. Когда машина остановилась, и Бейрин вышел, я даже не сразу сообразила, где это мы. Вокруг всепоглощающая темнота. Словно дремучий непроходимый ночной лес окружил нас. Ни огонька, лишь кусочек неба где-то наверху, где звезды сияли как обезумевшие.

Открыв огромные ворота, Бейрин снова сел в машину. Проехав еще пару десятков метров, мотор был заглушен.

Передо мной предстала черная, мрачная, трехэтажная громадина. Из чего было сделано сие величественное сооружение, было не разобрать. Фонарь на улице повесить никто не догадался.

Ребенка взял волк. Мне же досталась моя сумка.

При близком и детальном рассмотрении в полутьме, строение оказалось охотничьим домом из камня и дерева. Настоящая крепость.

Внутри все оказалось не так плохо, как я опасалась. Пахнуло теплом и запахом еды. Глаза ослепил яркий электрический свет.

В холле нас встретила тучная женщина лет шестидесяти.

Потому как она бросилась к малышу, я догадалась, что это и была нянька.

Малыш все еще продолжал спать, что, кажется, не понравилось женщине, отчего та что-то сказала Бейрину на волчьем языке.

Ну, отлично, - подумала я, - они еще и прислугу, не говорящую по-человечьи, наняли. И как они думают, я буду с ней изъясняться.

На укоризненную фразу женщины Бейрин лишь пожал плечами, что-то ответив. А затем они оба уставились на меня, от чего стало неловко.

- Познакомься, Натаэлин, это госпожа Брин, - представил нас волк, назвав ее на волчий манер госпожой, а не леди. Голос у него был то ли хмурый, то ли усталый.

А я вдруг подумала, что нас с Бейрином никто друг другу не представлял. Я просто села в машину к незнакомцу и отправилась в неизвестность.

От пронзительного и неприязненного взгляда женщины мне захотелось поежиться. Конечно, я ее прекрасно понимала. Женщине старых взглядов навязали присматривать и поучать нерасторопную человеческую девку, по воле жестокой судьбы понесшую прекрасное волчье дитя. Представляю, какого она была обо мне мнения.

- Слэдуй за мной, - с сильным акцентом произнесла та, направляясь вверх по лестнице.

Я взглянула на Бейрина, но тот лишь в недоуменииподнял брови, мол, чего ты ждешь.

Быстро скинув куртку и сапоги, оставив сумку на пороге, я кинулась за кормилицей.

Поднявшись на второй этаж, я направилась в единственную открытую дверь, так как все остальные три были закрыты.

Меня встретила теплая и уютная комната. Практически все в ней было сделано из дерева, отчего приятно пахло лесом. По левую сторону от двери стояла детская кроватка, тоже деревянная. Рядом пеленальный столик, высокий шкаф и большое кресло, и пару окошек с удобными для сиденья подоконниками. У противоположной от двери стены стояла большая кровать, рассчитанная на трех человек, не меньше. Я представила, как буду спать на ней, раскинувшись звездой. Ведь это же была явно моя комната на ближайшие пять лет. По другую от окон стороне шли пара шкафов и письменный стол с ноутбуком.

Отлично, подумала я, значит, тут интернет есть. Интересно, разрешат ли мне им пользоваться. И если да, не будут ли контролировать каждое написанное слово.

- Насмотрэлас, - недовольно спросила госпожа Брин. – Вот это твоя главная задача и забота, -указала она на младенца.

М-да, каши мы с этой госпожой-диктаторшей, похоже, не сварим.

А потому я тоже сделала надменное лицо. Раз уж мы играем по правилам, то это я, мать этого ребенка! И не ей указывать, что мне делать! Это она здесь прислуга! Захочу вообще ее выгоню.

Такая мысль меня определенно порадовала и предала уверенности. Но очередной вопрос госпожи меня ввел в замешательство.

- Грудью кормишь?

Я судорожно вспомнила, что новорожденных детей принято кормить грудью. И по идеи мне тоже следовало.

- Нет, - спокойно ответила я, на что госпожа снова недовольно скривилась, а моё терпение лопнуло. – Послушайте, я вижу, вам не совсем приятна моя компания. И я никаких иллюзий на этот счет не питаю. Но, поверьте, тоже испытываю нечто подобное, – та хотела что-то возразить, но я подняла руку в упреждающем жесте. – Поэтому уверяю, вас тут никто не держит. Я прямо сейчас обращусь к Бейрину, и попрошу отпустить вас, раз вам на столько невыносимо исполнять эти обязанности. Я уверенна, он все поймет.

Прошли пара мгновений тишины и раздумий, прежде чем она ответила.

- В этом нэт нэобходимости. Вы нэ правильно мэня поняли, - произнесла она более приемлемым тоном, чуть склонив голову.

- Хорошо, - также кивнула я, но сама решила, что следует побыстрей всему обучиться, чтобы поскорей избавиться от этой грымзы.

- Дэтское питание находится на кухнэ. Я покажу гдэ и научу, готовить, - я лишь кивала головой. – Сэйчас мы покормим младэнца, искупаем и уложим спать, - а затем, подумав, добавила, глядя куда-то мне за спину, - Малышу нужен нормальный отдых, так как он явно физически и мэнтально истощен.

Не понимая, к кому это она обращается, я обернулась. Волк стоял в дверях. И когда это он успел так бесшумно подкрасться. На пороге лежала моя сумка.

Госпожа Брин положила волчонка на пеленальный столик и что-то залепетала на волчьем. Видимо говорила какие-то глупости, которые взрослые обычно начинают нести при виде малышей. Я же следила за Бейрином, который, ни слова не говоря, проследовал до кровати, и развалился на ней, с правой стороны, заложив руки за голову.

На моей кровати?!!

На мой немой вопрос: «Какого рожна?!!» Он лишь пожал плечами и указал пальцем в сторону двери, куда уже направлялась Брин.

- Пошли, - скомандовала она мне.

Я вперила в Бейрина самый свой строгий взгляд, жаль только, что им нельзя наносить увечья. Но тот остался равнодушным.

Что еще удумал этот волчара!!

В это время в душевой Брин уже устанавливала маленькую детскую ванночку и наполняла ее водой.

- Так, подэржи, - вручила она мне трепыхающееся существо. От чего я чуть не завизжала. Подумав, что было бы странно, если бы мать пугалась собственного ребенка.

Пришлось потерпеть.

Малыш был увесистым и пушистым, от чего я боялась, что тот выскользнет из рук.

- Тэперь, погружай его аккуратно в воду, - скомандовала госпожа, и у меня не было иного выбора, как подчиниться. – Голову придэрживай! – завопила она, - Ты что, никогда нэ купала собственное дитя?!

- Да, - подтвердила я, - у меня нет такого опыта. Этот ребенок…

- Рэбёнок? – удивилась и нахмурилась Брин.

Кажется, я чуть не спалилась, но ситуацию спас Бейрин.

- Лейтто, - поправил он нас. – Просто сын некоторое время находился на карантине.

- Понятно, - хмыкнула Брин, и затем обратилась ко мне. – Вот так, аккуратно, ладошкой.

Я повторяла за ней, а сама подумала:

«Лейтто, значит. Ну, здравствуй, приятель! Приятно познакомиться», - улыбнулась я, и волчонок заулыбался своей очаровательной, беззубой улыбкой мне в ответ.

- Хорошо, - одобрительно проговорила Брин.

Кажется, пушистику Лейтто нравилась теплая вода. Он забавно дрыгал ручками и ножками, словно пытался уплыть на спине.

Затем было кормление. У меня так дрожали руки, когда я держала бутылочку и Лейтто, боясь, что он захлебнется, даже не знаю почему. От чего Брин не выдержала и выхватила у меня ребенка из рук.

- Что ты вся дрожишь, как… *непереводимое волчье ругательство*.

Госпожа Брин, кстати, многие слова заменяла на волчьи, а потом еще и удивлялась, почему я ее не понимаю.

Бейрин тенью бродил за нами. То ли тоже постигал премудрости материнства и обращения с детьми, то ли боялся, что я сболтну лишнего.

Уложили мы Лейтто глубокой ночью. Брин сказала, что страшного в том ничего нет. И скоро у нас образуется свой режим и для сна, и для кормления.

Жаль, что никто прежде не объяснил мне, что малыши трех месяцев отроду едят каждые четыре часа, а потому в ближайший год ночи мне предстояли бессонные.

Впрочем, и что бы я тогда сделала?! Проклятые волки!!

Еще одна неприятная новость застигла меня, когда я уже было собралась спать.

Переодевшись в ванной в длинную байковую ночную рубаху, достигавшую пола, я получила одобрительный кивок от Брин, которая покидала комнату. И неодобрительно недоуменный взгляд от Бейрина, который закрыл за ней дверь.

- Ты что тут все еще делаешь? – удивилась я.

- Спать собираюсь, - пояснил тот, стягивая с себя свитер, под которым ничего больше не было.

- Где? – насторожилась я.

- В своей кровати, - указал он на единственное спальное место в комнате.

- А я где буду спать? – нахмурилась я.

- Здесь же. Ты забыла, у нас общий ребенок. Где и как еще могут спать молодые родители?!

- Ты сбрендил?! – максимально громким шепотом произнесла я, стараясь не разбудить Лейтто.

- Можно подумать, я блещу энтузиазмом. Ты, если что, даже не в моем вкусе, - скривившись, обидно проговорил Бейрин, сняв штаны, и залез под одеяло.

- Ну, так и не надо блистать. Иди, спи в другую комнату, - попыталась выгнать его я, подойдя к кровати и стягивая с него одеяло. – Скажешь, что у меня эта, как ее… Постродовая депрессия, и волосатые мужики меня раздражают.

Бейрин обиженно скосил глаза на свою грудь. А затем, как невинная девица, натянул одеяло по самое горло. Похоже, он и не собирался покидать свое уютное гнездышко.

- Потерпишь, - насупился он, зло блеснув глазами.

- Вот и оставайся тут, а я пойду спать в другую комнату.

- Слышишь, ты! – привстал на кровати Бейрин, повысив голос максимально до той точки, чтобы не разбудить волчонка. – Ты точно так же, как и я, будешь выполнять все условия контракта. Нравится тебе это или нет. Или ты думаешь, я горю желанием тратить свое драгоценное время на воспитание и защиту даже не собственного бастарда?!!

На слове «бастард» я с тревогой глянула на спящего Лейтто, побоявшись, что тот может услышать это отвратительное наименование. Но малыш мирно спал.

В чем-то он, конечно, был прав. Вся эта ситуация определенно точно сломала нам обоим жизни.

Поэтому, тяжело вздохнув и постояв еще пару минут на холодном полу, я обошла кровать с другой стороны и легла на противоположный край.

Впрочем, кровать была такой огромной, что если бы я даже протянула руку или ногу, то не достала бы до Бейрина. Я на всякий случай подоткнула свое одеяло глубоко себе под спину. И под насмешливым взглядом волка повернулась на правый бок.

Погасив лампу со своей стороны, я буркнула:

- Я даже не читала условия этого контракта, если что.

- Тем лучше для тебя, - нахально хмыкнул волк.

- Что? – я снова включила свет. – Почему?

Бейрин аж зашипел.

- Да успокойся. Нет там ничего такого, - он тоже отвернулся от меня на свой бок. – К тому же это все только до тех пор, пока у нас гости, - зевнул он и, кажется, уснул.

Не удовлетворившись таким ответом, мне ничего не осталось делать, кроме как лечь спать.

Сон был крепким, но не долгим. Спросонья я даже не сразу поняла, где нахожусь, и что это так противно пищит.

Оказалось, это плакал Лейтто. На часах было 5 утра. Я, конечно же, проспала его кормление, но не госпожа Брин. Та ворвалась в нашу комнату, словно ураган, и сразу же подбежала к кроватке. Пробормотав недовольное, что-то вроде: «Хороша же мамаша!», Брин взяла на руки Лейтто и дала ему в рот бутылочку со смесью.

- Иди, укачивать будэшь, - прошипела она, глянув на хозяина дома, который спал. Неужели побоялась разбудить Бейрина, подумала я. Пусть просыпается, будем отрабатывать условия вместе, как он и хотел.

- Хорошо! – звонко произнесла я, тоже взглянув на него, но тот даже ухом не повел.

Очередной подъем был в 8:30. Лейтто, кажется, замерз. Так предположила Брин, а посему прочитала лекцию о том, как нужно проветривать комнату, и как нужно укрывать ребенка в зависимости от температуры в комнате. Я зевала, но слушала. Надеюсь, Бейрин тоже.

Я вдруг подумала, как же вся эта ситуация раздражает его. Третий брат короля, он, наверное, с детства не знал слова «нет». Всё и всегда было по его воле.

Дети? Пфф... Их воспитывали няньки, гувернантки и учителя. Их родители, наверное, даже и не знали, что и когда те едят, как спят и прочие подобные бытовые вопросы. Те лишь изредка видели своих чад сытыми, довольными и здоровыми.

А вот ему приходилось на личном опыте со всем этим возиться. Еще и я тут его раздражала. Волк, который привык с легкостью идти по жизни.

Я вспомнила несколько статей и информационных сюжетов, где лощённый, холеный красавчик в окружении самых красивых девушек открывал клубы и посещал приемы. Я злорадно хмыкнула. Ну не все же мне одной должно быть паршиво. Даже стало интересно, как быстро он взвоет.

- Все поняла? – смотрела на меня Брин.

Но я лишь сонно кивнула, скажу потом, что была сонной.

Помимо кормления, сна, смены пеленок и постоянного внимания, с малышом требовалось гулять, а также делать массажи и разминания. Прогулки мне разрешалось совершать лишь на территории вокруг дома. За ним, как оказалось, рос большой и жуткий сад, больше напоминающий лес. Того и гляди, выбежит кабан из-под заснеженной ели и задерет тебя. Поэтому далеко я в него не заходила. Бейрин же утверждал, что опасных животных тут давно в округе не водится, так как те чувствуют запах волка, а потому не решаются приближаться. Как оказалось, на мили вокруг и впрямь никого не было, и не жило. Я лишь приблизительно догадывалась, где мы находимся. Страна волков, уединенный охотничий дом. Слишком уж он, правда, был хорош для просто охотничьей лачуги, поэтому я предположила, что это загородный дом или резиденция.

Как и сказал отец, два раза в неделю к нам приезжала молодая женщина-волчица, по имени Марта. Мне было строго настрого приказано с ней не разговаривать. Точнее даже не пытаться, потому что трудно разговаривать с тем, кто не знает твоего языка.

Мы, как правило, уходили с Лейтто на прогулку, а та быстро делала все свои дела. Успевала наготовить еды и прибраться. Пару раз я пыталась хотя бы поприветствовать ее, но Бейрин на корню пресекал все попытки.

В отличие от меня, волк мог свободно передвигаться. Он периодически покидал наш дом. Иногда привозил нужные нам вещи, ездил в аптеки и магазины при необходимости.

О том, чтобы отпустить меня, например, повидаться с родителями, не шло и речи.

Впрочем, Бейрин делал это не часто. То ли ему так полюбился наш скромный быт (что вряд ли), то ли он просто боялся оставить меня без присмотра наедине с Брин.

Однажды он так и сказал:

- Если она будет задавать какие-нибудь вопросы, притворись дурой, ты же это умеешь.

Было видно, с каким трудом ему даются эти напряженные месяцы недосыпа и постоянного контроля.

Я уже не говорю об этой их ежемесячной тяги обращаться в зверя. В эти периоды, когда одно накладывалось на другое, волчара был особенно невыносим. Стабильно, раз в месяц, у нас случались жуткие ссоры. Пару раз он даже доводил меня до слез. Но вскоре я поняла, что такова их природа. И с Бейрином лучше никаких дел вообще не иметь, когда приближается Луна. Кстати, теперь лунный календарь стал единственным календарем для меня. Даже разговоры лучше было ограничить, когда у Бейрина начинали светиться глаза странным желтоватым светом. Этакое волчье ПМС. В эти моменты я особенно хорошо понимала дедушку. Все-таки волки – это не люди.

Но он, по крайней мере, мог ненадолго уезжать. Я же была на привязи 24 часа в сутки.

Постоянные нравоучения госпожи-всезнайки Брин, заводили с пол-оборота. Повезло ей, что я не умею оборачиваться в пуму!!

Все я делала не так и не эдак, даже несмотря на то, что Лейтто больше нравилась моя компания, чем ее. Я злилась и кусала локти, сдерживаясь из последних сил, чтобы не послать ее далеко и надолго.

Каждую ночь она врывалась к нам в спальню, намекая на то, что мать я - никудышная, и ребенка со мной оставить нельзя.

В одну из таких ночей Брин, традиционно, шумно распахнув дверь, и, как ураган, ворвалась в комнату. Но в этот раз я ее опередила. Уже на автомате я, подогрев бутылочку, сидела в кресле для кормления и разговаривала с Лейтто.

Было видно, как на лице Брин сменяются разные эмоции - от сожаления и разочарования до понимания собственной ненужности.

Бейрин, будучи немым свидетелем произошедшего, на утро поблагодарил госпожу-няню и отвез ее туда, откуда взял.

В дверях, прощаясь с нами, та все же признала, что я многому научилась, и она может не опасаться за жизнь ребенка. Надавав указаний на будущее относительно появления зубов и дальнейшего развития Лейтто, госпожа Брин оставила мне свой номер телефона для звонков по экстренным вопросам.

Без нее стало немного пусто, но мы вскоре к этому привыкли. К хорошему привыкаешь быстро. У меня наконец-то появилось личное пространство. Точнее, в то время как Лейтто спал, я успевала созвониться с мамой, не боясь, что меня может кто-то подслушать. Читала новости. С Кло, после всего случившегося, я так и не решилась связаться. Боялась наговорить ей чего лишнего, потому что все еще была на нее зла.

Лейтто оказался на редкость спокойным и понимающим малышом. Он хорошо ел, крепко спал, совсем не капризничал. Через пару месяцев шёрстка на его теле пропала, уши приобрели нормальный человеческий вид, и куда-то делся хвостик. Брин сказала, что это все нормально и свойственно малышам-оборотням. Теперь подобные трансформации вернуться к нему годам к семи – девяти.

Жизнь вроде приобрела более-менее размеренный темп. И все бы ничего, но только вот мой сосед периодически меня подбешивал. Он, например, к моему удивлению и раздражению наотрез отказался покидать мою комнату несмотря на то, что больше свидетелей, перед которыми требовалось разыгрывать сцены из жизни порядочного семейства, не было. Сказал, что ему необходимо приглядывать за ребенком и мной, потому что я та еще криворукая бестолочь, что он уже привык, да и это самая теплая комната в доме, а на дворе зима. Я протестовала. Несколько дней с ним даже не разговаривала. Специально ярко включала свет в комнате по ночам, шумела и громко говорила с Лейтто. Но его это, кажется, только подзадоривало.

У нас вообще, надо сказать, были странные взаимоотношения. Я побаивалась его и недолюбливала, но воспринимала как данность, и неизбежное зло. Мы постоянно подтрунивали друг над другом. Со стороны эту игру можно было назвать «Кто больше друг друга ужалит».

Например, волку нравилось меня пугать. Не проходило и дня, что бы тот не подкрадывался неожиданно или не затаивался где-нибудь на лестнице, чтобы выпрыгнуть в самый неожиданный момент. Но так как чаще всего в это время я была с Лейтто, то малыш, не привыкший к дурости своего дяди, пугался и плакал. Но тогда уже и я не стеснялась в ругательных выражениях, желая пообидней обозвать идиота. А что, я волчонка защищаю. В общем, бесили мы друг друга изрядно. Но для того, чтобы не начать убивать, каждый старался переводить все в шутку. Пусть даже у волков и отвратительное чувство юмора и дурацкие приколы.

Бейрин вообще всем своим видом показывал, что я для него не девушка-соседка, а скорее придурковатый и недоразвитый сосед. Впрочем, я не уступала ему в дерзости, но старалась держаться подальше, отсчитывая дни до того момента, как меня освободят, так же, наверное, как и он.

С тех пор, как в доме остались только мы втроем, волк немного изменился. Стал более спокойным, что ли. В отличие от меня, он мог по нескольку дней не бывать дома. Его ведь в передвижении никто не ограничивал. Развлекался, наверное, со своими королевскими братцами, ходил по клубам и ресторанам. Но я не жаловалась. Мне нравилось оставаться одной, пусть дом был огромным, и по вечерам становилось немного жутко, но я знала, что это настоящая крепость, и никто сюда не ворвется. К тому же на территории велось видео наблюдение. Да и я не могу представить ни одного обезумевшего самоубийцы, кто бы так откровенно нарушил волчьи границы, избрав таким образом самую жуткую и мучительную для себя смерть.

Марта вкусно готовила, а Лейтто был паинькой. Если не думать о том, что в этой глуши мне предстоит провести бесконечно долго, то жить можно.

Вот только пойду сейчас понаделаю дырок в носках волка, то-то он будет рад. А я свалю все на моль.

А то, видите ли, улыбается нам с Лейтто дядя-дебил с экрана телевизора. Красивый такой, холеный, на выставке, посвящённой работам какого-то волчьего скульптора. Улыбается во все 32 или сколько там зубов у волков. Обнимает блондиночку в шикарном вечернем платье с глубоким декольте.

— Вот значит, какие в твоем вкусе, Бейрин? – обратилась я к телевизору.

Затем глянула на себя в растянутой серой тунике, с полотенцем на плече, на которое только что срыгнул Лейтто. Поморщилась, но решила не заморачиваться.

Следующее утро не задалось с самого начала. Во-первых, у меня разболелся живот. Эти волшебные женские дни приходили по расписанию. И даже если ты их ожидаешь, то быть готовым к ним полностью никак нельзя. Во-вторых, этот приперся ночью. От него пахло спиртным и сигаретным дымом. Принять душ он, конечно же, не соизволил. Побурчав немного утром для приличия, не могла же я позволить волку и дальше сладко спать. Я закинулась горстью обезболивающих, и отправилась на кухню кормить волчонка. Малышу, кажется, передалась моя нервозность, а потому он тоже капризничал. Мои усилия не остались без результата, и спустя некоторое время, к нам спустился Бейрин. Сладко потянувшись, он почесал свое голое пузо и сел за стол. Он, к слову, вообще меня не стеснялся. Разгуливать в одних спальных штанах, босяком, было для него нормой. Тогда как во всех приличных человеческих домах, такое поведение было неприемлемым. Впрочем, люди, видимо, тем и отличались от зверей. Мне хотелось намекнуть ему на это прямо сейчас, но я благоразумно промолчала. Интересно, там у себя в волчьем замке, он тоже не стеснялся никого и никогда, или, поджав хвост, ходит по струнке и подает лапу, когда прикажет брат. Эта мысль меня позабавила. Мне даже стало интересно, как выглядит обернувшийся Бейрин в облике волка, какого цвета у него шерсть и большая ли та самая лапа, которую он подает. А когда они встречают друг друга, тоже нюхают под хвостом, или так делают только собаки.

- Чего лыбишься? – вывел меня из задумчивости сонный голос Бейрина, который заваривал себе кофе.

- Ничего.

Я уже покормила Лейтто, и сейчас он довольный изучал баночку с яркой крышкой. Та была наполнена рисом, а потому шуршала как погремушка. Я же размешивала сахар в чае и ждала, когда тостер выплюнет мне поджаренный хлеб.

Хлеб попал в руки к Бейрину быстрее, чем я успела огреть его полотенцем.

- Эй! Это мое!

- Не забывай, что ты пока еще в моем доме живешь, а потому здесь все мое, - довольный волк, улыбаясь во весь рот, победно намазывал хлеб джемом.

Но я была не в настроении спорить, а потому ни слова не говоря, опустила поджариваться очередную порцию хлеба.

Завтрак прошел в тишине. Вот только перед тем, как выйти из-за стола, волк странно заявил:

— Вот вроде не полнолуние, а так хочется свежего мяса.

Я даже не стала комментировать это странное заявление. Хотя и хотела порекомендовать ему обратиться к врачу или к ветеринару. Лишь хмуро уставилась в спину уходящего волка.

Ближе к обеду, уложив Лейтто спать, я хотела быстро спуститься вниз, чтобы сделать себе пару бутербродов.

Я начала читать интересную книгу про оборотней. Роман, где главные герои не чета современным парням. Обходительные и учтивые, они напоминали сказочных принцев, готовых на любые подвиги, ради своей истиной любви. Жаль, что в жизни таких не бывает.

Я даже не стала надевать тапки, чтобы быстро и незаметно проскользнуть на кухню и вернуться обратно. Бейрин, кажется, был в своем кабинете, который тоже располагался на втором этаже, почти напротив нашей спальни. Во всяком случае, дверь была закрыта, а проверять мне не хотелось.

Внизу пол был ледяным, а потому я, словно шпион, переминаясь с ноги на ногу, быстро сооружала себе двухэтажный бутерброд.

Я так увлеклась, что даже не заметила, как кто-то подкрался сзади. Впрочем, этот волчище всегда подкрадывался бесшумно.

- Ты пахнешь кровью, - насмешливо раздалось у меня над самым ухом.

Я так испугалась, что аж подпрыгнула от неожиданности, и выронила кухонный нож из рук. А затем резко развернулась, обнаружив лицо Бейрина неприлично близко от своего собственного. Так как он был намного выше меня, ему даже пришлось наклониться.

- Ты сбрендил?!! – попыталась я цензурно выразить свое негодование и оттолкнуть наглеца, но он меня, кажется, даже не услышал. Его глаза, подернутые странной отрешенностью, блестели, а сам он мечтательно улыбался.

- Сладко. Словно загнанная косуля, — мои протянутые в протесте руки, никто даже не заметил. Волк, напротив, склонился еще ближе. А вот мне отходить было некуда, так как за спиной был стол, а по обе стороны руки Бейрина. Но я все же попыталась его вразумить и отшутиться, не понимая, что это на него нашло, да и в себе ли он вообще.

- Мило, - поморщилась я. - Приятно слышать. Может тебе съездить на охоту или к доктору. Бейрин…Эй, - позвала я, когда тот втянул воздух прямо у моего виска. Подумав еще немного, я стукнула кулаком ему в живот, в надежде попасть в солнечное сплетение, но промахнулась. – Придурок, слюну с клыков сотри! – выругалась я.

То, что у него и правда чуть вытянулись клыки, не мало меня ошеломило. Никогда его прежде таким не видела. Ситуация сбивала столку, и пугала до ужаса.

Он так низко склонился надо мной, что я попыталась отвернуться, открыв тем самым шею. По мне побежали мурашки, когда его горячее дыхание обожгло кожу. А когда он коснулся её своим языком, я вздрогнула и в испуге, не придумав ничего лучше, отчаянно завизжала.

Такого поворота волк явно не ожидал. Он резко отшатнулся, чуть ли не отпрыгнув на пару шагов.

- Дура! – взвыл он, затыкая ухо. Похоже, я его оглушила.

- Сам дурак! И не смей ко мне так больше подходить! Извращенец!! Тебе лечиться нужно!

Я собралась было бежать, но вовремя вспомнила про свой бутерброд. Поэтому быстро схватив тот со стола, рванула к себе в комнату. Краем глаза заметила, как волк довольно оскалился.

Это что, шутки у него такие?

- Идиот! – еще раз бросила на прощанье я.

Только закрывшись в комнате, я вспомнила, что не успела налить себе чай, а потому бутерброд пришлось запивать водой из-под крана.

Я так перепугалась. Что это такое было? Да, у волков, конечно, хорошее обоняние, но раньше-то он так себя не вел. А что, если у него какое-нибудь бешенство. Все мои познания о волчьем племени были крайне скудны. Да и зачем это нужно обычному человеку, у нас своих забот хватает. Единственное, в чем я была уверена, волки – дальние предки собак, а о собаках я кое-что знала. Нет, я была в курсе, что в полнолуние волки не владеют собой. Но ведь сейчас была середина лунного месяца, на что указывал лунный календарь на стене.

И что втемяшилось этому придурку в голову?!

Я побоялась, что придется весь день просидеть в комнате. Но вскоре услышала, как Бейрин уехал на своем джипе, снова оставив меня одну.

На ночь я на всякий случай закрыла все двери в доме, в том числе и в свою комнату. Мощная, дубовая, понадобится пять Бейринов, чтобы снести такую с петель.

Но волк не появился.

Где бы тот не пропадал, меня не волновало. Я даже телевизор не смотрела, дабы не наткнуться на его самодовольную волчью морду.

Вернулся он спустя пару дней. Хмурый, молчаливый и, кажется, с засосом на шее. И когда я его об этом спросила. Ну да, не просто спросила, гаденько так подколола. Бейрин так зло на меня посмотрел, будто это я ему сделала. Но с тех пор ходил в вязаном свитере с высоким горлом, пока все не прошло.

Несколько раз он оставался ночевать в своем кабинете, на диване. А на утро жаловался, что у него все болит, так как диван жутко неудобный. Я в недоумении хмурилась, не понимая, что с ним происходит, и причем тут я. Не нравится, пусть перебирается в бывшую комнату госпожи Брин.

Глава 2

Волчонок и клыки.

Несколько дней к ряду шел такой сильный снег, что мы вообще не выходили из дома. Только волк выбегал пару раз на задний двор за дровами для камина в гостиной. Мы оба лишь грустно смотрели в окно, тяжело вздыхая. Бейрину, наверное, хотелось куда-нибудь умотать, а нам с Лейтто просто выйти на прогулку. Теперь и дорогу к нам занесло так, что и на санях не проедешь.

Когда снегопад закончился, надо отдать должное волку, он первым делом взялся за лопату и расчистил нам двор и тропинку в сад. Не знала я, что волчьи принцы так умело обращаются с хозяйственным инвентарем.

На первой же долгожданной прогулке я обнаружила, что снег достаточно мокрый и липкий, чтобы слепить из него снеговика. Предложила Бейрину помочь мне, но тот лишь отмахнулся рукой. Я же подошла к этому вопросу очень серьезно. Раздобыла шляпу и шарф, помыла морковь, которая будет обозначать нос. Накатала три средних снежных шара, так, чтобы снеговик был ростом с меня. Снежное существо получилось на славу. Глазки-угольки и красный нос довершали композицию. Я хотела еще слепить маленького волка-собаку своему снеговику, но уже очень замерзла. А потому, вручив Лейтто дяде, отправилась греться в ванную.

Не так давно на балконе, на втором этаже я обнаружила джакузи, накрытое специальным чехлом. На вопрос, зачем джакузи стоит на улице, мне было сказано, что принимать его в стужу в тысячу раз приятней, чем если бы оно стояло в доме. Я, конечно же, не поверила. Подумала, что Бейрин снова смеется надо мной. Что же оно стоит там столько времени, и никто им не пользуется, раз это так приятно, бегать голышом по морозу? Но спрашивать не стала. Сама я никогда не пробовала, но говорят, на севере, на границе нашей и волчьей стран есть природные, целебные источники. В них бьют горячие ключи, и они находятся в горах, где всегда лежит снег. Говорят, эффект от таких ванн просто волшебный. Наверное, эта традиция повелась именно оттуда.

Тут на севере снег всегда лежит долго, но южный ветер упрямый и гордый, если уж он что-то решил. Но, видимо, потому, что я его очень ждала, он все не прилетал и не прилетал. Мне уже порядком осточертела эта зима. Каждый день я выходила в сад, вдыхая полной грудью пока еще морозный воздух.

Ну ничего, я умею ждать!

Единственной странностью, которая меня в последнее время беспокоила больше всего, было то, что у снеговика периодически пропадал нос.

Конечно же, я сразу подумала на Бейрина, что это его рук дело, о чем его и спросила. На что тот сказал, что я совсем башней двинулась, раз так забочусь о каком-то снеговике. И ему, можно подумать, заняться больше не чем, кроме как играть в мои дурацкие игры.

Я же выслушала всю эту надменно-издевательскую тираду спокойно. Но на всякий случай обшарила все потаенные места в доме, в надежде найти морковный склад, ведь где-то же он должен был их хранить. Не съедал же. И настырно продолжала втыкать снеговику в нос морковь за морковью. Наверное, Бейрин в тайне смеялся над моим растерянным видом, каждый раз, когда я задумчиво мыла очередной овощ. Хорошо хоть этот корнеплод закупался в дом в изобилии.

На самом деле жизнь текла своим чередом, и я уже даже привыкла к Бейрину и к его странностям и дурацким приколам, и к малышу, который стал мне уже совсем родным. Я даже уже начала находить некоторое сходство между мной, Клотильдой и Лейтто во внешности. В то, что ребенок-волчонок - вылитый Бейрин, я отказывалась верить на отрез.

Лейтто пять месяцев.

Беда пришла, откуда не ждали. Точнее, конечно же, ждали. В последний месяц госпожа Брин звонила чуть ли не каждый день, с вопросом, не начали ли появляться у Лейтто зубки. Не понимая, почему она так этим озабочена, я вскоре ощутила всю прелесть этой ситуации во всей красе.

Сначала Лейтто все вокруг заливал слюнями. Я даже боялась, не захлебнется ли он ими во сне, и не уплывет ли, так много их было. Вместе с этим он стал очень капризным, и с каждым днем его ярость только усиливалась. Бейрин пару раз заглядывал тому в рот и как-то гаденько ухмылялся, намекая на то, что скоро мне придется несладко. Почему это именно мне, я поняла чуть позже.

Все, что я ни делала, было не так. Все у Лейтто вызывало дикий плач и истерики. Не радовали его и прежние забавы, от которых раньше его оторвать было невозможно. Не помогали ни песни, ни пляски. Он плакал и плакал, и днем, и ночью, прерываясь лишь на кратковременный сон.

Предотвратить или избавить его от не дававшей покоя боли было никак невозможно. Все советы, что давала по телефону госпожа Брин, не работали. А вскоре она и сама перестала брать трубки, сказав лишь, что нам просто нужно это пережить, что появится первый и дальше будет проще.

Лейтто ночи напролет не давал мне спать. Я сходила с ума, а проклятые зубы все никак не хотели появляться. Бейрину это тоже все вскоре надоело, и он стал чаще куда-нибудь уезжать или оставался спать на диване в своём кабинете. Теперь он не казался ему таким уж неудобным.

Я от всего этого сумасшествия была морально истощена, нервы накалились до предела, под глазами залегли серые круги. Я так устала, получая сон лишь урывками, между очередными истериками Лейтто, что у меня не осталось сил даже на то, чтобы злиться.

Этой ночью Бейрин остался спать с нами. Не прошло и двух часов, как волчонок начал плакать. И я, как зомби, уже на автомате бросилась к нему, убаюкивать и успокаивать. Затем через полтора часа тревожного сна все повторилось. Не знаю, спал ли Бейрин, но во всяком случае, виду не подавал.

Часов около четырех раздался очередной вопль ребенка. Только вот я не поняла спросонья, то ли это я его так быстро успокоила и легла обратно, то ли мне все это показалось или малыш успокоился сам. Я все же разлепила глаза, дабы убедиться, что ничего не упустила. И в удивлении обнаружила Бейрина, стоявшего посреди комнаты с волчонком на руках. Он укачивал его, что-то тому нашептывая.

Картина была завораживающей и умилительной, такой, что я просто не смогла сдержать улыбку. Заметив, что я наблюдаю за ними, Бейрин коротко мне кивнул, а я, расслабившись, моментально погрузилась в сон.

Проснулась спустя какое-то время от того, что волк вернулся в кровать.

- Всё, - проговорил он, обращаясь ко мне. – Мы с ним договорились, что он проспит еще хотя бы до восьми утра, не просыпаясь, - на что я лишь насмешливо фыркнула.

- А где твоя футболка, - спросила я, памятуя, что изначально на нем была черная майка.

- Видимо, за то, что я выдвинул ему такие условия, он меня описал.

Я довольно захихикала, и уже было опять погрузилась в сон, но Бейрин продолжил, чуть приблизившись ко мне и опершись на согнутую в локте руку

- Тяжело тебе, - констатировал он. – Прости, я должен больше тебе помогать.

Неожиданное сочувствие меня поразило и растрогало. Такой усталой и подавленной я была, а эти слова казались такими искренними. Захотелось даже разреветься, от чего я поджала губы, запрещая себе это делать.

Заметив это, Бейрин легко погладил меня по голове, успокаивая.

Он оказался совсем рядом, но я, кажется, вовсе не возражала. Его сильная мужская грудь и бьющееся за ней сердце были так близко, что, кажется, я могла слышать его биение в этой тишине.

Подняв голову, с благодарностью заглянула ему в глаза. Его же глаза были скорее виноватыми и слегка настороженными. В полумраке комнаты они светились или, точнее, отражали какой-то дикий звериный свет, выдавая тот факт, что их обладатель вовсе не человек.

Так или иначе, ситуация была какой-то странной. Молодые мужчина и женщина столько времени проводят в одной постели, и даже ни разу друг к другу не прикоснулись. Я решила это непременно исправить. И, кажется, момент был подходящий.

Моя прохладная ладошка коснулась ровно того места, где стучало сердце волка. Послушав немного настойчивый стук, пальцы легко пробежались вверх, к ключицам и шее.

Обладатель этого отличного торса в напряжении замер. Я видела, как в его глазах промелькнули удивление и интерес, быстро сменившееся откровенным желанием. Когда я непроизвольно закусила нижнюю губу, предвкушая, что из этого могло бы получиться что-то интересное, мою руку перехватили. Похоже, волк подумал о том же самом. Затем вторую руку, зафиксировав обе над головой. Не заставляя себя долго ждать, и не давая нам обоим опомниться, волк накрыл мой рот поцелуем.

Остальное происходило как в бреду. Как в самом откровенном и волшебном сне.

Бейрин был искусным любовником. Представляю, сколько дур, вроде меня, прошло через его королевскую постель.

Но в тот момент я об этом не думала. Удивительный и незабываемый сон, перемешанный с реальностью. Не помню, когда мне в последний раз было так хорошо. Даже стало интересно, все ли волки так горячи. Не то что бы у меня был большой опыт, но для сравнения, один его поцелуй, стоит дороже того, что я когда-либо испытывала.

О последствиях думать я категорически не желала. Только не этой ночью. Я была слишком занята. А быть может, надеялась отчасти, что все это так и останется приятным сном.

Утром я проснулась поздно, непростительно поздно. За окном уже давно стоял день. Ни Бейрина, ни Лейтто не было. Немного испугавшись, я быстро оделась и поспешила вниз. Не уехали же они вдвоем, оставив меня тут одну.

Волк и волчонок обнаружились на кухне. Бейрин что-то серьезно рассказывал Лейтто на родном языке. Малыш сидел в кресле для кормления и удивленно хлопал глазами.

И тут я вдруг вспомнила, что произошло этой ночью, помимо того, что я отлично выспалась. Стало как-то не ловко. Как я должна теперь себя вести? Как смотреть Бейрину в глаза? И что это вообще такое было? Краска залила лицо. Я аккуратно попятилась назад, но у волков слишком хорошее обоняние и слух.

Конечно же, Бейрин меня учуял и повернулся:

- Проснулась? – улыбнулся он доброй и искренней улыбкой.

О боги! Какая у него обворожительная улыбка. Интересно, она всегда была такой или я заметила это только сейчас.

Так! Что это со мной! Нужно собраться и как-то прояснить сложившуюся ситуацию.

Что произошло?

Мы переспали. Случайно. Может быть, не совсем случайно. Все как-то сложилось само собой. В любом случае исправить ничего нельзя. Проще не заморачиваться. Нам еще несколько лет вместе жить, и дабы не испортить сложившийся уклад, спокойный и понятный, нам лучше прошлое оставить в прошлом.

А хочу ли я оставлять все в прошлом?

От воспоминаний о поцелуях Бейрина у меня чуть не подкосились колени. И вот они, его губы, так близко.

Но это неправильно! Если поставить на первое место то, что следует, и заняться тем, что должно, то даже времени свободного не останется на всякие глупости. Вот что правильно!

И мы такие разные.

Лейтто вырастит, и мы разбежимся по разным мирам и возможно, даже никогда не встретимся. Не стоит все усложнять. Эти игры с чувствами до добра не доведут. Да! Я все решила. Сейчас так и скажу.

Но вместо того, чтобы озвучить весь монолог, прозвучавший в моей голове, я лишь нелепо улыбнулась, коротко кивнув.

- Чайник еще горячий, хочешь чая?

Но, не отвечая на его вопрос, и стараясь не поднимать на него глаз, я спросила сама:

- Лейтто уже ел?

- Да, я его только что покормил.

- Тогда мы гулять! – выпалила я, забирая волчонка из кресла.

Я хоть и не видела, но чувствовала спиной недоуменный и нахмуренный взгляд Бейрина.

А он что думал?! Мы разыграем карту счастливого семейства, и будем жить так, пока смерть не разлучит нас? Или пока его братец-Лорд его не призовет.

Это же притча во языцех, какая у волков сильная иерархия и система подчинений. Никто и никогда не поспорит с альфой, коим является Король оборотней, а точнее Лорд. Его слово - закон. Младшие волки физически не смогут преодолеть запрет или приказ короля.

Вот и что скажет его братец, когда узнает, что Бейрин водит шашни с сестрой той, что обременила его ребенком, бастардом. И которая, судя по всему, так же доступна, как и ее сестра. От этой мысли захотелось удариться головой об стену.

А что, если два братца однажды соберутся вместе холодным зимнем вечером, да будут обсуждать этих простушек-сестер, человечек, которых они поимели на спор и на потеху друг другу!!

Чем больше я думала о сложившейся ситуации, тем больше расстраивалась, и тем мрачнее становились мои мысли.

Когда мы вернулись с прогулки, в доме умопомрачительно пахло едой. С учетом того, что я на завтрак ничего не ела, рот мой наполнился слюной.

Бейрину, видите ли, захотелось есть, и он решил сам что-нибудь приготовить.

Похоже, у него было хорошее настроение. То ли он не сожалел о содеянном, то ли вообще об этом не думал. На предложение пообедать с ним, точнее уже практически поужинать, я вежливо отказалась, сказав, что не голодна. Захватив еды для Лейтто, я пулей вернулась в свою комнату, в свое единственное убежище. Закусив завалявшейся в комнате печенькой, я подумала, что дольше избегать еду и разговор с Бейрином больше не смогу. Но меня, похоже, все-таки раскусили.

Почувствовав неладное, волк вскоре присоединился к нам в комнате. Лейтто лежал на нашей кровати, сытый и довольный, рассматривая и изучая игрушки, которые я ему демонстрировала. За всей этой суматохой, я и не заметила, что волчонок ведет себя достаточно спокойно, по сравнению с тем, что было еще вчера.

Ни слова не говоря, Бейрин составил мне и Лейтто компанию, когда лег с противоположной стороны. Я знала, что он ловит мой взгляд, но сама старательно его избегала, делая вид, что увлечена игрой с волчонком.

В тот момент, когда мне показалось, что Бейрин отвлекся, я мельком взглянула на него.

Серьезный, пытливый взгляд следил за каждым моим движением. Казалось, он хочет о чем-то спросить, но не знает с чего начать.

Повод нашелся сам собой, ровно тогда, когда я гладила Лейтто по животику, Бейрин решил прикоснуться ко мне, накрыв мою руку сверху. Даже не успев обдумать свои действия, я выхватила свою ладошку, точно ошпаренная. Объяснять происходящее не потребовалось.

— Это все из-за сегодняшней ночи? Ты что, жалеешь о том, что произошло? – нахмурился волк, озвучив повисшее в воздухе предположение.

Я тяжело вздохнула, прежде чем ответить. Подумала еще раз о том, что нужно сказать, но меня хватило только на короткое:

- Да, наверное.

- Что?! Почему?! – недоумевал тот.

- Почему? – с возмущением, я наконец подняла на него глаза, но тут же их опустила, не в силах выдержать его удивленный и осуждающий взгляд. Кажется, он и впрямь не понимал, почему. – Потому что… Потому что всё это неправильно! Потому что нам не следовало!

- Почему? – кажется, в его словах прозвучала обида.

Неужели он не понимает?! Глупый волк! Ладно, объясню по-взрослому. Я вперила в него свой самый строгий взгляд.

- Пример того, почему не следовало, лежит сейчас прямо перед тобой, - указала я на притихшего Лейтто, а Бейрин растерянно, будто бы только что заметил ребенка, на него взглянул. – То, что произошло ночью, было… - я запнулась, но взяла себя в руки, - было недоразумением. И впредь никогда больше не повторится!

Услышав мой приговор, волк словно вскипел. Он резко сел на кровати и, зло сверкнув глазами, попытался дотянуться до меня, но замер на пол пути. То ли увидел, как напряглась я, то ли передумал сам.

- Никогда… - процедил он сквозь зубы.

А я, так и не поняв, был ли это вопрос или утверждение в довершении своей непреклонности, а также не в силах выдержать его стальной взгляд, перевела глаза на ребенка. Дав тем самым понять, что разговор окончен. Но Бейрин решил завершить его по-своему. Чуть слышно выругавшись, наверное, помянул весь человеческий род и меня в самом скверном волчьем проклятье. А затем в ярости вылетел из комнаты, закрыв за собой дверь. Точнее, хлопнул ею с такой силой, что в окнах задрожали стекла, а Лейтто от испуга расплакался.

Плакал он так сильно и так долго, что я испугалась, не сделал ли чего такого в горячах его сумасшедший дядя. И вдруг то было не ругательное слово, а и впрямь проклятье. Впрочем, я вскоре поняла, что легкое затишье, в котором Лейтто прибывал с самого утра, не что иное, как затишье перед бурей. Раздражающая его боль ведь никуда не делась. И если Бейрин как-то магически воздействовал на ребенка, то это было скорее исключение из правил, временное решение, а не панацея. Не зря госпожа Брин столько раз предупреждала, что грядут нелегкие дни, которые необходимо просто пережить.

Хотя определение «не легкие дни» - не отображало всей тяжести происходящего. Скорее адские дни, или последние дни мирозданья. И откуда в таком маленьком существе столько слез?! И как долго он еще может плакать, не останавливаясь?

Это были не риторические вопросы, так как Лейтто прекращал реветь только для того, чтобы поесть. Словно кто-то открыл шлюз, а я не знала, как его закрыть. За окном стояла уже непроглядная ночь, а я все продолжала наматывать круги по комнате. Волчонок, видите ли, мог уснуть только у меня на руках, и только когда я хожу. Во всех остальных положениях, он открывал глаза и начинал вопить. Не помню, когда мне последний раз было так паршиво. Руки отваливались, спина болела, голова раскалывалась. Когда я в очередной раз взглянула на часы – приближалось утро. Оказалось, я всю ночь с ним провозилась, не смыкая глаз. Хорошо хоть я была одна в доме. Бейрин умчался сразу же, как я сказала, что продолжения не будет.

У меня было предостаточно времени, чтобы все еще раз обдумать. Неужели он обиделся? И на что он вообще рассчитывал? Неужели напридумывал себе, что после одного секса все в корне изменится. Что мы вдруг заживем тут с ним, как большая и дружная волчья семья или пара любовников. И что потом? Что будет через 5 лет? Даже я, будучи наивной, романтической особой, не питала иллюзий на этот счет. О том, что у волка было какое-то свое видение ситуации и план, по дальнейшему ее развитию, сомневаться не приходилось. Неспроста он так вспылил. Хотя, может, его королевское высочество просто не привык слышать отказы.

В половину девятого утра Лейтто в очередной раз напомнил мне о моем долге перед ним. Как раз в тот момент, когда я стала клевать носом, сидя в кресле. Я вытерла сонную слюну, стекавшую по подбородку.

Как же я устала! Как же я хочу спать!!

В этот момент я даже не сразу поняла, что около дома остановилась машина, и в дом кто-то вошел.

Один из вошедших явно был Бейрином, его голос я узнала сразу, второй же принадлежал женщине и был мне не знаком. Я удивилась, обрадовалась и огорчилась одновременно.

Удивилась тому, что мы никого не ждали. Марта должна была приехать через два дня, а больше сюда никто не допускался. Обрадовалась в надежде вручить капризного ребенка Бейрину и уснуть мертвым сном. Он же обещал мне помогать. Лейтто ему такой же родственник, как и мне. И огорчилась потому, что голос Бейрина был слишком уж веселым и приветливым, а это значит, что женщина ему друг или, чего доброго, любовница. А потому перепоручить Лейтто волку у меня не выйдет.

От мысли, что эта особа с мелодичным и переливчатым смехом может быть любовницей Бейрина, в груди что-то неприятно кольнуло. Как быстро он сменил курс и забыл нашу ночь.

И что это он вообще удумал? Приводить сюда кого не попадя! Еле поднявшись с кресла, спина, оказывается, у меня затекла как следует, я направилась вниз.

Глава 2. Волчонок и клыки.

Несколько дней к ряду шел такой сильный снег, что мы вообще не выходили из дома. Только волк выбегал пару раз на задний двор за дровами для камина в гостиной. Мы оба лишь грустно смотрели в окно, тяжело вздыхая. Бейрину, наверное, хотелось куда-нибудь умотать, а нам с Лейтто просто выйти на прогулку. Теперь и дорогу к нам занесло так, что и на санях не проедешь.

Когда снегопад закончился, надо отдать должное волку, он первым делом взялся за лопату и расчистил нам двор и тропинку в сад. Не знала я, что волчьи принцы так умело обращаются с хозяйственным инвентарем.

На первой же долгожданной прогулке я обнаружила, что снег достаточно мокрый и липкий, чтобы слепить из него снеговика. Предложила Бейрину помочь мне, но тот лишь отмахнулся рукой. Я же подошла к этому вопросу очень серьезно. Раздобыла шляпу и шарф, помыла морковь, которая будет обозначать нос. Накатала три средних снежных шара, так, чтобы снеговик был ростом с меня. Снежное существо получилось на славу. Глазки-угольки и красный нос довершали композицию. Я хотела еще слепить маленького волка-собаку своему снеговику, но уже очень замерзла. А потому, вручив Лейтто дяде, отправилась греться в ванную.

Не так давно на балконе, на втором этаже я обнаружила джакузи, накрытое специальным чехлом. На вопрос, зачем джакузи стоит на улице, мне было сказано, что принимать его в стужу в тысячу раз приятней, чем если бы оно стояло в доме. Я, конечно же, не поверила. Подумала, что Бейрин снова смеется надо мной. Что же оно стоит там столько времени, и никто им не пользуется, раз это так приятно, бегать голышом по морозу? Но спрашивать не стала. Сама я никогда не пробовала, но говорят, на севере, на границе нашей и волчьей стран есть природные, целебные источники. В них бьют горячие ключи, и они находятся в горах, где всегда лежит снег. Говорят, эффект от таких ванн просто волшебный. Наверное, эта традиция повелась именно оттуда.

Тут на севере снег всегда лежит долго, но южный ветер упрямый и гордый, если уж он что-то решил. Но, видимо, потому, что я его очень ждала, он все не прилетал и не прилетал. Мне уже порядком осточертела эта зима. Каждый день я выходила в сад, вдыхая полной грудью пока еще морозный воздух.

Ну ничего, я умею ждать!

Единственной странностью, которая меня в последнее время беспокоила больше всего, было то, что у снеговика периодически пропадал нос.

Конечно же, я сразу подумала на Бейрина, что это его рук дело, о чем его и спросила. На что тот сказал, что я совсем башней двинулась, раз так забочусь о каком-то снеговике. И ему, можно подумать, заняться больше не чем, кроме как играть в мои дурацкие игры.

Я же выслушала всю эту надменно-издевательскую тираду спокойно. Но на всякий случай обшарила все потаенные места в доме, в надежде найти морковный склад, ведь где-то же он должен был их хранить. Не съедал же. И настырно продолжала втыкать снеговику в нос морковь за морковью. Наверное, Бейрин в тайне смеялся над моим растерянным видом, каждый раз, когда я задумчиво мыла очередной овощ. Хорошо хоть этот корнеплод закупался в дом в изобилии.

На самом деле жизнь текла своим чередом, и я уже даже привыкла к Бейрину и к его странностям и дурацким приколам, и к малышу, который стал мне уже совсем родным. Я даже уже начала находить некоторое сходство между мной, Клотильдой и Лейтто во внешности. В то, что ребенок-волчонок - вылитый Бейрин, я отказывалась верить на отрез.

Лейтто пять месяцев.

Беда пришла, откуда не ждали. Точнее, конечно же, ждали. В последний месяц госпожа Брин звонила чуть ли не каждый день, с вопросом, не начали ли появляться у Лейтто зубки. Не понимая, почему она так этим озабочена, я вскоре ощутила всю прелесть этой ситуации во всей красе.

Сначала Лейтто все вокруг заливал слюнями. Я даже боялась, не захлебнется ли он ими во сне, и не уплывет ли, так много их было. Вместе с этим он стал очень капризным, и с каждым днем его ярость только усиливалась. Бейрин пару раз заглядывал тому в рот и как-то гаденько ухмылялся, намекая на то, что скоро мне придется несладко. Почему это именно мне, я поняла чуть позже.

Все, что я ни делала, было не так. Все у Лейтто вызывало дикий плач и истерики. Не радовали его и прежние забавы, от которых раньше его оторвать было невозможно. Не помогали ни песни, ни пляски. Он плакал и плакал, и днем, и ночью, прерываясь лишь на кратковременный сон.

Предотвратить или избавить его от не дававшей покоя боли было никак невозможно. Все советы, что давала по телефону госпожа Брин, не работали. А вскоре она и сама перестала брать трубки, сказав лишь, что нам просто нужно это пережить, что появится первый и дальше будет проще.

Лейтто ночи напролет не давал мне спать. Я сходила с ума, а проклятые зубы все никак не хотели появляться. Бейрину это тоже все вскоре надоело, и он стал чаще куда-нибудь уезжать или оставался спать на диване в своём кабинете. Теперь он не казался ему таким уж неудобным.

Я от всего этого сумасшествия была морально истощена, нервы накалились до предела, под глазами залегли серые круги. Я так устала, получая сон лишь урывками, между очередными истериками Лейтто, что у меня не осталось сил даже на то, чтобы злиться.

Этой ночью Бейрин остался спать с нами. Не прошло и двух часов, как волчонок начал плакать. И я, как зомби, уже на автомате бросилась к нему, убаюкивать и успокаивать. Затем через полтора часа тревожного сна все повторилось. Не знаю, спал ли Бейрин, но во всяком случае, виду не подавал.

Часов около четырех раздался очередной вопль ребенка. Только вот я не поняла спросонья, то ли это я его так быстро успокоила и легла обратно, то ли мне все это показалось или малыш успокоился сам. Я все же разлепила глаза, дабы убедиться, что ничего не упустила. И в удивлении обнаружила Бейрина, стоявшего посреди комнаты с волчонком на руках. Он укачивал его, что-то тому нашептывая.

Картина была завораживающей и умилительной, такой, что я просто не смогла сдержать улыбку. Заметив, что я наблюдаю за ними, Бейрин коротко мне кивнул, а я, расслабившись, моментально погрузилась в сон.

Проснулась спустя какое-то время от того, что волк вернулся в кровать.

- Всё, - проговорил он, обращаясь ко мне. – Мы с ним договорились, что он проспит еще хотя бы до восьми утра, не просыпаясь, - на что я лишь насмешливо фыркнула.

- А где твоя футболка, - спросила я, памятуя, что изначально на нем была черная майка.

- Видимо, за то, что я выдвинул ему такие условия, он меня описал.

Я довольно захихикала, и уже было опять погрузилась в сон, но Бейрин продолжил, чуть приблизившись ко мне и опершись на согнутую в локте руку

- Тяжело тебе, - констатировал он. – Прости, я должен больше тебе помогать.

Неожиданное сочувствие меня поразило и растрогало. Такой усталой и подавленной я была, а эти слова казались такими искренними. Захотелось даже разреветься, от чего я поджала губы, запрещая себе это делать.

Заметив это, Бейрин легко погладил меня по голове, успокаивая.

Он оказался совсем рядом, но я, кажется, вовсе не возражала. Его сильная мужская грудь и бьющееся за ней сердце были так близко, что, кажется, я могла слышать его биение в этой тишине.

Подняв голову, с благодарностью заглянула ему в глаза. Его же глаза были скорее виноватыми и слегка настороженными. В полумраке комнаты они светились или, точнее, отражали какой-то дикий звериный свет, выдавая тот факт, что их обладатель вовсе не человек.

Так или иначе, ситуация была какой-то странной. Молодые мужчина и женщина столько времени проводят в одной постели, и даже ни разу друг к другу не прикоснулись. Я решила это непременно исправить. И, кажется, момент был подходящий.

Моя прохладная ладошка коснулась ровно того места, где стучало сердце волка. Послушав немного настойчивый стук, пальцы легко пробежались вверх, к ключицам и шее.

Обладатель этого отличного торса в напряжении замер. Я видела, как в его глазах промелькнули удивление и интерес, быстро сменившееся откровенным желанием. Когда я непроизвольно закусила нижнюю губу, предвкушая, что из этого могло бы получиться что-то интересное, мою руку перехватили. Похоже, волк подумал о том же самом. Затем вторую руку, зафиксировав обе над головой. Не заставляя себя долго ждать, и не давая нам обоим опомниться, волк накрыл мой рот поцелуем.

Остальное происходило как в бреду. Как в самом откровенном и волшебном сне.

Бейрин был искусным любовником. Представляю, сколько дур, вроде меня, прошло через его королевскую постель.

Но в тот момент я об этом не думала. Удивительный и незабываемый сон, перемешанный с реальностью. Не помню, когда мне в последний раз было так хорошо. Даже стало интересно, все ли волки так горячи. Не то что бы у меня был большой опыт, но для сравнения, один его поцелуй, стоит дороже того, что я когда-либо испытывала.

О последствиях думать я категорически не желала. Только не этой ночью. Я была слишком занята. А быть может, надеялась отчасти, что все это так и останется приятным сном.

Утром я проснулась поздно, непростительно поздно. За окном уже давно стоял день. Ни Бейрина, ни Лейтто не было. Немного испугавшись, я быстро оделась и поспешила вниз. Не уехали же они вдвоем, оставив меня тут одну.

Волк и волчонок обнаружились на кухне. Бейрин что-то серьезно рассказывал Лейтто на родном языке. Малыш сидел в кресле для кормления и удивленно хлопал глазами.

И тут я вдруг вспомнила, что произошло этой ночью, помимо того, что я отлично выспалась. Стало как-то не ловко. Как я должна теперь себя вести? Как смотреть Бейрину в глаза? И что это вообще такое было? Краска залила лицо. Я аккуратно попятилась назад, но у волков слишком хорошее обоняние и слух.

Конечно же, Бейрин меня учуял и повернулся:

- Проснулась? – улыбнулся он доброй и искренней улыбкой.

О боги! Какая у него обворожительная улыбка. Интересно, она всегда была такой или я заметила это только сейчас.

Так! Что это со мной! Нужно собраться и как-то прояснить сложившуюся ситуацию.

Что произошло?

Мы переспали. Случайно. Может быть, не совсем случайно. Все как-то сложилось само собой. В любом случае исправить ничего нельзя. Проще не заморачиваться. Нам еще несколько лет вместе жить, и дабы не испортить сложившийся уклад, спокойный и понятный, нам лучше прошлое оставить в прошлом.

А хочу ли я оставлять все в прошлом?

От воспоминаний о поцелуях Бейрина у меня чуть не подкосились колени. И вот они, его губы, так близко.

Но это неправильно! Если поставить на первое место то, что следует, и заняться тем, что должно, то даже времени свободного не останется на всякие глупости. Вот что правильно!

И мы такие разные.

Лейтто вырастит, и мы разбежимся по разным мирам и возможно, даже никогда не встретимся. Не стоит все усложнять. Эти игры с чувствами до добра не доведут. Да! Я все решила. Сейчас так и скажу.

Но вместо того, чтобы озвучить весь монолог, прозвучавший в моей голове, я лишь нелепо улыбнулась, коротко кивнув.

- Чайник еще горячий, хочешь чая?

Но, не отвечая на его вопрос, и стараясь не поднимать на него глаз, я спросила сама:

- Лейтто уже ел?

- Да, я его только что покормил.

- Тогда мы гулять! – выпалила я, забирая волчонка из кресла.

Я хоть и не видела, но чувствовала спиной недоуменный и нахмуренный взгляд Бейрина.

А он что думал?! Мы разыграем карту счастливого семейства, и будем жить так, пока смерть не разлучит нас? Или пока его братец-Лорд его не призовет.

Это же притча во языцех, какая у волков сильная иерархия и система подчинений. Никто и никогда не поспорит с альфой, коим является Король оборотней, а точнее Лорд. Его слово - закон. Младшие волки физически не смогут преодолеть запрет или приказ короля.

Вот и что скажет его братец, когда узнает, что Бейрин водит шашни с сестрой той, что обременила его ребенком, бастардом. И которая, судя по всему, так же доступна, как и ее сестра. От этой мысли захотелось удариться головой об стену.

А что, если два братца однажды соберутся вместе холодным зимнем вечером, да будут обсуждать этих простушек-сестер, человечек, которых они поимели на спор и на потеху друг другу!!

Чем больше я думала о сложившейся ситуации, тем больше расстраивалась, и тем мрачнее становились мои мысли.

Когда мы вернулись с прогулки, в доме умопомрачительно пахло едой. С учетом того, что я на завтрак ничего не ела, рот мой наполнился слюной.

Бейрину, видите ли, захотелось есть, и он решил сам что-нибудь приготовить.

Похоже, у него было хорошее настроение. То ли он не сожалел о содеянном, то ли вообще об этом не думал. На предложение пообедать с ним, точнее уже практически поужинать, я вежливо отказалась, сказав, что не голодна. Захватив еды для Лейтто, я пулей вернулась в свою комнату, в свое единственное убежище. Закусив завалявшейся в комнате печенькой, я подумала, что дольше избегать еду и разговор с Бейрином больше не смогу. Но меня, похоже, все-таки раскусили.

Почувствовав неладное, волк вскоре присоединился к нам в комнате. Лейтто лежал на нашей кровати, сытый и довольный, рассматривая и изучая игрушки, которые я ему демонстрировала. За всей этой суматохой, я и не заметила, что волчонок ведет себя достаточно спокойно, по сравнению с тем, что было еще вчера.

Ни слова не говоря, Бейрин составил мне и Лейтто компанию, когда лег с противоположной стороны. Я знала, что он ловит мой взгляд, но сама старательно его избегала, делая вид, что увлечена игрой с волчонком.

В тот момент, когда мне показалось, что Бейрин отвлекся, я мельком взглянула на него.

Серьезный, пытливый взгляд следил за каждым моим движением. Казалось, он хочет о чем-то спросить, но не знает с чего начать.

Повод нашелся сам собой, ровно тогда, когда я гладила Лейтто по животику, Бейрин решил прикоснуться ко мне, накрыв мою руку сверху. Даже не успев обдумать свои действия, я выхватила свою ладошку, точно ошпаренная. Объяснять происходящее не потребовалось.

— Это все из-за сегодняшней ночи? Ты что, жалеешь о том, что произошло? – нахмурился волк, озвучив повисшее в воздухе предположение.

Я тяжело вздохнула, прежде чем ответить. Подумала еще раз о том, что нужно сказать, но меня хватило только на короткое:

- Да, наверное.

- Что?! Почему?! – недоумевал тот.

- Почему? – с возмущением, я наконец подняла на него глаза, но тут же их опустила, не в силах выдержать его удивленный и осуждающий взгляд. Кажется, он и впрямь не понимал, почему. – Потому что… Потому что всё это неправильно! Потому что нам не следовало!

- Почему? – кажется, в его словах прозвучала обида.

Неужели он не понимает?! Глупый волк! Ладно, объясню по-взрослому. Я вперила в него свой самый строгий взгляд.

- Пример того, почему не следовало, лежит сейчас прямо перед тобой, - указала я на притихшего Лейтто, а Бейрин растерянно, будто бы только что заметил ребенка, на него взглянул. – То, что произошло ночью, было… - я запнулась, но взяла себя в руки, - было недоразумением. И впредь никогда больше не повторится!

Услышав мой приговор, волк словно вскипел. Он резко сел на кровати и, зло сверкнув глазами, попытался дотянуться до меня, но замер на пол пути. То ли увидел, как напряглась я, то ли передумал сам.

- Никогда… - процедил он сквозь зубы.

А я, так и не поняв, был ли это вопрос или утверждение в довершении своей непреклонности, а также не в силах выдержать его стальной взгляд, перевела глаза на ребенка. Дав тем самым понять, что разговор окончен. Но Бейрин решил завершить его по-своему. Чуть слышно выругавшись, наверное, помянул весь человеческий род и меня в самом скверном волчьем проклятье. А затем в ярости вылетел из комнаты, закрыв за собой дверь. Точнее, хлопнул ею с такой силой, что в окнах задрожали стекла, а Лейтто от испуга расплакался.

Плакал он так сильно и так долго, что я испугалась, не сделал ли чего такого в горячах его сумасшедший дядя. И вдруг то было не ругательное слово, а и впрямь проклятье. Впрочем, я вскоре поняла, что легкое затишье, в котором Лейтто прибывал с самого утра, не что иное, как затишье перед бурей. Раздражающая его боль ведь никуда не делась. И если Бейрин как-то магически воздействовал на ребенка, то это было скорее исключение из правил, временное решение, а не панацея. Не зря госпожа Брин столько раз предупреждала, что грядут нелегкие дни, которые необходимо просто пережить.

Хотя определение «не легкие дни» - не отображало всей тяжести происходящего. Скорее адские дни, или последние дни мирозданья. И откуда в таком маленьком существе столько слез?! И как долго он еще может плакать, не останавливаясь?

Это были не риторические вопросы, так как Лейтто прекращал реветь только для того, чтобы поесть. Словно кто-то открыл шлюз, а я не знала, как его закрыть. За окном стояла уже непроглядная ночь, а я все продолжала наматывать круги по комнате. Волчонок, видите ли, мог уснуть только у меня на руках, и только когда я хожу. Во всех остальных положениях, он открывал глаза и начинал вопить. Не помню, когда мне последний раз было так паршиво. Руки отваливались, спина болела, голова раскалывалась. Когда я в очередной раз взглянула на часы – приближалось утро. Оказалось, я всю ночь с ним провозилась, не смыкая глаз. Хорошо хоть я была одна в доме. Бейрин умчался сразу же, как я сказала, что продолжения не будет.

У меня было предостаточно времени, чтобы все еще раз обдумать. Неужели он обиделся? И на что он вообще рассчитывал? Неужели напридумывал себе, что после одного секса все в корне изменится. Что мы вдруг заживем тут с ним, как большая и дружная волчья семья или пара любовников. И что потом? Что будет через 5 лет? Даже я, будучи наивной, романтической особой, не питала иллюзий на этот счет. О том, что у волка было какое-то свое видение ситуации и план, по дальнейшему ее развитию, сомневаться не приходилось. Неспроста он так вспылил. Хотя, может, его королевское высочество просто не привык слышать отказы.

В половину девятого утра Лейтто в очередной раз напомнил мне о моем долге перед ним. Как раз в тот момент, когда я стала клевать носом, сидя в кресле. Я вытерла сонную слюну, стекавшую по подбородку.

Как же я устала! Как же я хочу спать!!

В этот момент я даже не сразу поняла, что около дома остановилась машина, и в дом кто-то вошел.

Один из вошедших явно был Бейрином, его голос я узнала сразу, второй же принадлежал женщине и был мне не знаком. Я удивилась, обрадовалась и огорчилась одновременно.

Удивилась тому, что мы никого не ждали. Марта должна была приехать через два дня, а больше сюда никто не допускался. Обрадовалась в надежде вручить капризного ребенка Бейрину и уснуть мертвым сном. Он же обещал мне помогать. Лейтто ему такой же родственник, как и мне. И огорчилась потому, что голос Бейрина был слишком уж веселым и приветливым, а это значит, что женщина ему друг или, чего доброго, любовница. А потому перепоручить Лейтто волку у меня не выйдет.

От мысли, что эта особа с мелодичным и переливчатым смехом может быть любовницей Бейрина, в груди что-то неприятно кольнуло. Как быстро он сменил курс и забыл нашу ночь.

И что это он вообще удумал? Приводить сюда кого не попадя! Еле поднявшись с кресла, спина, оказывается, у меня затекла как следует, я направилась вниз.

Глава 3. Дополнения в контракте.

Волки расположились в гостиной. То, что девица была волчицей, сомнений не вызывало. Учуяв меня, они оба обернулись. Разговор стих, глупые улыбки испарились, оставив место недоумению. Повисла недолгая пауза.

Уж не знаю, что их так смутило, мой измученный внешний вид, или мой хмурый, грозный взгляд. В довершении к их опасению и удивлению, посмотрев сначала на гостью, а затем на хозяина, я грубо заметила:

- Ты совсем свихнулся?! – обратилась я к волку, напоминая, что гости здесь запрещены.

- А вот и Лейтто, - не обратив на меня никакого внимания, произнес Бейрин, но затем добавил, - со своей тетушкой. - Незнакомка улыбнулась, глядя на волчонка, который, кстати, чуть притих и даже перестал вырываться. - Познакомься Айлит – это Лин. Лин – Айлит, моя подруга.

Но я ни на секунду не смягчилась. Подругу он себе привел! Вот наглец!

- Передай ей пока малыша, чтобы они познакомились, - сделал ко мне шаг навстречу волк.

- Что? – удивилась я, прижимая Лейтто ближе к себе.

С чего бы это? Я эту Айлит первый раз вижу.

Предатель Лейтто, кажется, был согласен с дядей, а потому упер ручки мне в грудь, словно пытаясь от меня освободиться.

- Да отдай ты ребенка, - раздраженно прошипел он, выдергивая у меня малыша, - Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала в кабинете.

Я с тревогой наблюдала, как Бейрин передает волчонка Айлит, и тот ни капли не сопротивляется. Стало почему-то даже обидно.

- Пойдем, - потянул меня за локоть волк.

- Что? Куда? Зачем? — спрашивала я, а сама уже поднималась по лестнице вслед за ним.

- Ко мне в кабинет. Мне нужно, чтобы ты кое-что подписала. Ты же умеешь писать?

Но я пропустила мимо ушей эту дурацкую подколку.

В дверях кабинета Бейрин достал свой телефон, кажется, ему кто-то позвонил. Одновременно, закрыв за нами дверь, он указал мне на диван, давая понять, что разговор займет какое-то время и мне лучше присесть.

Отличный диван, надо сказать, мягкий, удобный. Я бы чудесно на нем уснула, желательно прямо сейчас.

Бейрин говорил с кем-то на волчьем языке. И, судя по эмоциональной окраске, разговор был не простым. Хоть я и не понимала, о чем идет речь, но все равно было очень неловко, потому что все это время волк пристально смотрел на меня. Впрочем, может речь и шла обо мне. Может, он жаловался брату на то, какая я паршивая нянька. А потому я предпочла опустить глаза вниз, на свои руки. Разговор все продолжался и продолжался, а веки мои были такими тяжелыми, что опускались сами собой. Вскоре я задремала, все еще слыша голос Бейрина в своей голове. А затем и совсем отключилась.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я проснулась. Я испугалась, что проспала весь день, и уже стемнело. Хотя на самом деле, оказалось, что кто-то зашторил плотные занавеси, так что комната погрузилась в полумрак. А еще кто-то укрыл меня пледом и положил подушку под голову.

И чем волк так невзлюбил этот диван?! По-моему, он отличный.

Я сложила плед и раздвинула шторы. Судя по маленьким теням, время недавно перешагнуло полдень. Долго же я проспала.

Прежде чем спуститься вниз, где слышались голоса, я забежала в душ и переоделась, так как вид у меня и впрямь был убийственный, точнее убитый.

На кухне меня встречали все те же лица, довольные и беззаботные. Волки о чем-то мило беседовали, а волчонок спокойно сидел в кресле для кормления, и, казалось, вслушивался в знакомую речь. Я явно была там лишней.

Что я вообще тут тогда делаю?

Стало так обидно, грустно и одиноко, но я взяла себя в руки.

- Выдрыхлась? – ухмыльнулся Бейрин.

Слово-то какое подобрал, волчара.

- Навряд ли за пять часов можно нормально выспаться, - буркнула я в ответ, наливая себе кофе. Хорошо хоть он был еще горячим. Видимо волки недавно спустились. Я бесцеремонно наложила себе в тарелку мини бутербродов, которые те приготовили для себя, и, как ни в чем не бывало, поинтересовалась. – Как Лейтто?

- Хорошо, - ответила мне девушка. – Зубастик немного успокоился.

- Зубастик? – в удивлении переспросила я.

Но так как ответом мне была лишь довольная улыбка Айлит, я метнулась к волчонку. Заставив его приоткрыть рот, я заметила маленький белый клычок справой верхней стороны.

Волна радости и облегчения затопила мое сердце.

- Ты видел? – улыбаясь от безудержного счастья, повернулась я к Бейрину.

Но тот сделал вид, что ни капли не удивлен, и я снова повернулась к малышу.

- Теперь он успокоится и станет прежним? – с надеждой заглянула я в голубые глаза волчонка.

- Ты когда-нибудь видела волка с одним клыком, бестолочь? – насмешливо раздалось за моей спиной, но я по привычке не стала реагировать на грубость.

Вместо этого я взглянула на Айлит. Она то уж точно была более адекватной. И словно в доказательство моим мыслям, от меня не ускользнул осуждающий взгляд, который та бросила на Бейрина. Сама же волчица ответила:

— Это только один клык. На подходе еще три. Придется потерпеть, но ты не волнуйся, я тебе помогу.

Я в растерянности и удивлении глянула на нее.

О чем это она говорит? Они, что, и впрямь, наняли новую няньку вместо меня.

- Ты пока поешь, - также спокойно продолжила девушка, поднимая волчонка из кресла, - а я соберу Лейтто на прогулку.

Бейрин наблюдал за нашим разговором с какой-то подозрительной хитринкой в глазах, что не сулило ничего хорошего.

Когда Айлит удалилась, волк сделал последний глоток и тоже собрался на выход, но я его остановила.

- Бейрин, а она к нам надолго? – почти шепотом спросила я, боясь, что та может услышать.

- Пока не появятся все клыки, - также шепотом, но скорее передразнивая, проговорил волк. – Ты же хочешь спать по ночам? Айлит будет приглядывать за Лейтто ночью, а ты соответственно днем.

- А разве это не нарушит условий контракта?

- По условиям контракта ты должна оставаться в своем уме и в здравии. Поэтому пришлось включить дополнительный пункт. Обе стороны это согласовали.

- Хорошо, - кивнула я, но затем неожиданно спросила первое, что пришло в голову. – А где же она будет спать?

- Конечно же с нами, - хохотнул Бейрин, удаляясь, - кровать-то большая.

А я вдруг отчетливо представила, как мы втроем спим в одной постели. Кровать, конечно, и в самом деле большая, но я все-равно ведь буду просыпаться на плач малыша. Нет. Он явно пошутил. Глупый!

Спустя некоторое время мы уже стояли с Лейтто на снегу. Он в коляске, а я рядом. Вдохнув полной грудью, я попыталась почувствовать скорое приближение весны, но тщетно. Студеный, пока еще зимний воздух щипал за щеки. Яркое солнце, отражающееся от снега, слепило глаза, поэтому я решила отправиться в сад. Там, под тенью деревьев, можно было не спеша побродить, к тому же мне хотелось проведать снеговика.

Снеговик стоял на своем месте, но был не один.

Я замерла, не решаясь пошевелиться. Сердце застучало так громко и радостно, что я побоялась спугнуть этим оглушительным звуком незваного гостя.

Вот, наверное, что чувствуют волки на охоте.

Рядом с моим снежным человеком, что-то увлеченно доедая, стоял олень. Маленький, возможно даже олененок, так как рожек у него я не обнаружила. Доедал он, естественно, нос снеговика.

- Так вот куда девались все мои морковки! А я на Бейрина наговаривала, - улыбалась я.

Оставив коляску с задремавшим Лейтто, я попыталась аккуратно подобраться поближе, чтобы получше рассмотреть морковного похитителя. Олень был красивым и в меру упитанным. Не зря я столько овощей на него перевела. Так захотелось поздороваться с ним, погладить. Но, увидев краем глаза шевеление, животное встрепенулось. Оценив меня своими большими удивленными глазами, олень еще какое-то время оставался неподвижен. А затем пустился наутек.

- Эй! Подожди, вор! – крикнула я, но того уже и след простыл.

Подбежав к снеговику, я еще раз того оценила и поправила шляпу. Наконец, на груди я заметила небольшие отпечатки копыт.

И как я раньше на это внимания не обращала?!

Следы были повсюду. Теперь я их четко различала. Просто раньше мне и в голову не могло прийти, что к волкам в дом, вот так вот нагло, может заходить какая-нибудь живность. Тут даже птицы пели как-то настороженно. Катая Лейтто по вычищенным дорожкам вокруг дома, я много думала, что можно еще приятного сделать для оленя. Как его можно прикормить и приручить. Было бы не плохо подружиться с ним. Если уж он волков не боится, то, наверное, не испугается и человека.

Пригретый солнцем, вдыхая свежий морозный воздух, Лейтто сладко спал, а мне не хотелось его будить. Поэтому в дом мы вернулись часа два спустя, когда я уже совсем окоченела. Малыш все еще был капризным. Так что, по развлекав его еще пару часов, мы снова направились на кухню. Пришло время подкрепиться.

В доме было непривычно тихо. А я так надеялась спихнуть Лейтто дяде, но тот, похоже, развлекался где-то со своей подружкой.

На самом же деле оказалось, что это я была невнимательной. На обратном пути, проходя мимо гостиной, я заметила Бейрина. Он так замаскировался, что если бы не отблеск на его лице от монитора ноутбука, то я его никогда бы не заметила.

- Ого, ты что, все это время был здесь?

- Угу, - пробубнил тот, не отрывая взгляда от ноута.

- А где Айлит?

- Спит. Ей же сегодня ночью дежурить.

- Не хочешь понянчиться с племянником? – сделала я осторожно попытку переложить ответственность на волка.

Для этого я села рядом с ним и посадила упомянутого племянника к себе на самый край колена. Так, чтобы любопытный Лейтто сразу же схватился за монитор. На что Бейрин раздраженно цыкнул, закрыв ноут.

- Я занят, - поднял он брови.

- Даже для своего любимого племянника? – покрутила я волчонка, зная, что тот непременно начнет улыбаться, воспринимая все как игру, и, возможно, умилит дядю.

План сработал, Бейрин практически тоже улыбнулся в ответ, но мгновенно взял себя в руки и сдержал улыбку.

- Особенно для него, - мягким тоном произнес волк, слегка щелкнув малыша по носу, чему тот скорее удивился, чем испугался.

- Ну и ладно, - переглянулись мы с малышом. Но когда уже собрались уходить, я вдруг вспомнила, что хотела сказать. – А я знаю, кто воровал мои морковки!

- Что? – непонимающе посмотрел на меня Бейрин, снова оторвавшись от монитора.

- Мы сегодня на прогулке встретили оленя. Представляешь, это он съедал морковь у снеговика. А я-то думала на тебя, - засмеялась я.

И Бейрин улыбнулся в ответ, по-доброму так, беззаботно. Оказывается, я все это время скучала по его доброй и искренней улыбке. Но вскоре он словно вспомнил, что обижается на меня, и его губы перестали улыбаться, смешинки остались только в глазах.

- Олениха, - тихо поправил он.

- Так ты знал?!

- Я же волк. Забыла? – постучал он себе указательным пальцем по носу, намекая, что у него хорошее обоняние.

- Почему мне не сказал?

- Зачем мне это.

Я лишь неодобрительно хмыкнула, качнув головой, направляясь на выход из комнаты.

Другого можно было и не ожидать. Каким же все-таки упертым придурком может он быть!

Весь оставшийся вечер с Лейтто мы провели в своей комнате. Пару раз малыш закатывал истерики, но это было не так страшно по сравнению с тем, что мне довелось пережить.

Около девяти вечера я вышла, прихватив с собой волчонка. На самом деле я надеялась поскорей передать его Айлит и побыстрее лечь спать. Та наверняка уже проснулась.

И она действительно проснулась. Не обнаружив никого на первом этаже, я вновь поднялась на второй.

- Где же они могут быть? – спросила я скорее у непривычной тишины, чем у маленького Лейтто.

В кабинете Бейрина тоже никого не было. Вход на третий этаж был заблокирован. Тогда я предположила, что они, наверное, в бывшей комнате госпожи Брин, ведь где-то же сегодня Айлит спала. Недолго думая, я направилась туда, но, не пройдя и пару шагов, остановилась и замерла. Тут, в темноте коридора, мой взгляд привлекла стеклянная дверь, ведущая на балкон. За ней, в темноте, освещенной лишь парой-тройкой балконных фонариков, стояло разобранное и работающее сейчас джакузи. От него поднимался теплый пар, и уходил в бездонное черное небо причудливыми завитками. В джакузи обнаружились и волки. Они сидели спиной ко мне, вдвоем, бок о бок, о чем-то мило беседуя и улыбаясь друг другу. Айлит жестикулировала, что-то увлеченно рассказывая, а Бейрин улыбался, внимательно ее слушая.

На меня он так никогда не смотрит, и уж точно никогда не слушает, что я говорю.

Стоя в полумраке коридора, я практически перестала дышать. Так таинственно и интимно все это было. И вроде бы ничего особенного не происходило, но мне почему-то стало особенно обидно и завидно. Жаль, я не умею замораживать взглядом воду. Ох, им бы не поздоровилось! Волчары!! Глупый Бейрин! Отлично устроился, все тут по его! Только я тут заперта, будто в клетке!

Словно почувствовав мое негодование, Лейтто начал хныкать. Но я благоразумно успела скрыться из виду, прежде чем волки обернулись.

Я возвратилась в комнату. Лейтто все еще продолжал капризничать, когда вернулись его старшие собратья. Похоже, у них было хорошее настроение, в отличие от меня.

Бейрин как-то странно на меня посмотрел, видимо, ожидая вопросов, или хотел что-то сказать. Но я упорно продолжала хранить молчание, только буравила его злобным взглядом.

Когда волчонок оказался в руках у Айлит, Бейрин на пороге, закрывая за ними дверь, как бы невзначай бросил:

- Всё, на сегодня можешь быть свободна.

А я еле сдержалась, чтобы не взорваться.

«Да пошел ты! Козлина!» - так и хотелось крикнуть ему вдогонку, но я побоялась.

Вместо этого губы задрожали, а из глаз потекли слезы обиды.

«Можешь быть свободна» - эхом звучало в моей голове.

Я что ему прислуга! Совсем обнаглели! Проклятые волки! Ну, я ему еще устрою!

Как он тут отлично устроился. Есть у него и прислуга, и нянька, и постельная грелка. Обустроил свое собственное королевство. Только вот люди оборотням не служат! А я такой же опекун, как и он!

Я его еще научу лапу подавать! Тупая псина!

От сказанных в ярости слов стало еще паршивей. Я ведь вовсе не считаю их псинами. Уж тем более не считаю таким Лейтто. Он тут вообще не причем. Он всего лишь маленькая невинная жертва. Такая же, как и я.

От того было обидней вдвойне. Раньше волчонок был моим союзником, а теперь они забрали и его. Поревев еще немного над своей нелегкой судьбой, я все-таки вспомнила, как Лейтто измывался надо мной последние ночи. А потому, взяв себя в руки, я отправилась в ванную. Приняла душ и почистила зубы.

Конечно же, в коридоре я ненадолго замерла, прислушиваясь, что происходит в соседней комнате. Услышав лишь спокойные голоса, а не ахи и вздохи, я побрела в свою комнату. Решив, что это даже лучше для меня, что Бейрин, наконец-то, покинул мою комнату, спокойно уснула.

Как же сладко я спала! Было так тепло и уютно, что не хотелось вставать. Но мой внутренний будильник, и тревога за малыша все-таки заставили меня пробудиться.

Приоткрыв один глаз, я поняла, что тепло мне было потому, что я лбом уткнулась в чью-то широкую спину, которую обхватила правой рукой. Сначала я хотела начать ругаться. Какого лешего Бейрин влез на мою территорию! Но, аккуратно покрутив головой, я заметила, что это я нарушила границу. Просто вчера, обрадовавшись, что кровать теперь принадлежит только мне, я скинула одеяло волка на пол и разлеглась посередине. А тот, недолго думая, завалился под мое одеяло, утянув меня за собой. Вопрос был только в том, когда я успела его обнять.

Я аккуратно попыталась вытащить свою руку, но сонный волк ее перехватил.

- Айлит, - сонно позвал он.

- Что?! – завопила я, выдергивая свою ладошку, а затем со всей силы врезала ему по спине.

- Ай! Ты что, сдурела?!

Пока он поворачивался, я быстро отползла на свою часть кровати.

— Это ты сдурел! Что ты тут вообще делаешь?!

- Будешь так пинаться, пойдешь спать в гостиную, как и хотела.

Я неверяще на него смотрела.

- Никуда я не пойду. Это моя кровать!

- И я никуда не пойду! Это моя кровать, - передразнил он.

Ох, как же хотелось отвесить ему оплеуху. Но я лишь недовольно поджала губы, ничего не сказав.

Утро выдалось пасмурным и серым. Но зато, когда мы спускались по лестнице, в нос повеяло приятным ароматом печеных блинчиков. Мы с волком переглянулись. Увидев его блаженную улыбку, я придержала его за плечо и серьезно спросила:

- Кто она, Бейрин? И что она знает?

- Она друг. И все про всех знает, - но, заметив, что я продолжаю задумчиво хмуриться, дополнил, - Да не волнуйся. Можешь говорить с ней, о чем хочешь и доверять, как мне.

- То есть лучше не доверять ей, - усмехнулась я, отчего Бейрин поморщился.

Затем он кивнул каким-то своим мыслям, перехватил мою ладошку и потянул вниз, на кухню. Странный, неожиданно нежный поступок меня насторожил, но волк даже не обернулся, увлекая меня за собой. Он отпустил мою руку лишь при входе на кухню.

- Привет! – поприветствовала нас Айлит. – Мне вдруг захотелось порадовать вас блинчиками.

- Тебе это удалось, - просиял волк.

Ишь ты, какой добренький!

Лейтто спокойно сидел в кресле для кормления и играл с разноцветными пластиковыми чашками.

- Как себя вел Лейтто? – спросила я.

- Хорошо, - улыбнулась Айлит, словно у этой женщины всегда было хорошее настроение. – Я даже смогла немного поспать.

- А зубы?

- Пока без изменений.

Блинчики были чудесными. Нежные и воздушные, таяли на языке, словно снежинки. Надо бы спросить у нее рецепт. Я не особо умела готовить, у нас всегда в доме была прислуга и кухарка. Откуда у волчицы, знающейся с королевскими особами, такие навыки для меня оставалось загадкой. Надо бы выяснить, кто она такая. И раз уж Бейрин не запрещает мне с ней разговаривать, мне всего-то лишь надо остаться с ней наедине.

Такая возможность представилась мне совсем скоро.

К обеду волк уехал и обещал вернуться только на следующий день. Он должен был привезти Марту и исполнить какие-то свои королевские обязанности, как я поняла из разговора.

Айлит, правда несколько нарушила мои планы. Сразу после отъезда волка она отправилась спать, и мне ничего не осталось делать, как заняться своими делами.

Мы снова отправились на прогулку. В надежде увидеть олениху, я набрала несколько штук моркови и пару яблок. Но животное мне не встретилось. Тогда я утыкала дарами снеговика с ног до головы. Из-за этого он стал больше походить на идола, посвященного весне и плодородию, чем на зимнего подданного. Если не олениху, то может хоть весну приманю.

К вечеру к нам с Лейтто присоединилась Айлит. Я специально расположилась в гостиной, чтобы нам было удобней поговорить. Волчица же ворвалась в комнату с просьбой включить телевизор, на что я, лишь пожав плечами, передала ей пульт. Быстро переключая каналы, она остановилась на одном.

Диктор говорил на волчьем наречье, так что я ни слова не понимала, о чем и сообщила девушке.

- А ты не хочешь выучить язык? – спросила она невзначай, внимательно всматриваясь в картинку.

- Зачем мне это?

Насмешливо хмыкнув, она ответила.

- Ну, ты живешь в доме волков, в стране волков, под покровительством Лорда волков. И кто знает, сколько тебе еще предстоит тут провести, и где ты окажешься.

Теперь пришла моя очередь насмешливо хмыкнуть.

- Почему не известно. Все задокументировано, и расписано за меня. Мне осталось провести тут четыре с половиной года, а затем я вернусь к людям.

- Но ты ведь можешь и остаться, если захочешь. Воспитывая королевского… эм…

- Бастарда, - подсказала я.

- Ребенка, - исправила Айлит. – Должным образом, ты выполняешь сверхважное королевское поручение. Наш Лорд великодушен, добр и щедр к тем, кто чтит его законы и выполняет его волю. При должном усердии, ты сможешь получить, например, хорошую должность в министерстве иностранных дел, зная язык. Или сможешь открыть свое дело под покровительством короны. Я уверена, наш брат с торицей наградит такого порядочного и терпеливого человека как ты, который оказал такую неоценимую помощь нашему государству.

- Ваш брат? – ухватилась я за резанувшее слух слово, от чего Айлит болезненно поморщилась. Кажется, она только что не нарочно сболтнула лишнее. – Ты что, родственница королевской семьи?

Девушка виновато заулыбалась.

- Дальняя, - махнула она рукой, всматриваясь в экран телевизора.

- На сколько? – не унималась я.

- Наши дедушки были братьями.

- Ты троюродная сестра Бейрина?! – практически вскрикнула я.

Так что же он со своей собственной сестрой тут мутит.

– Но разве вы… Разве у вас? – не знала я, как задать мучавший меня вопрос.

- Что у нас? – с насмешкой смотрела она, и я, кажется, только сейчас заметила их поразительное сходство с братом. Эта кривая усмешка, как будто на меня сейчас смотрит Бейрин.

Вот я идиотка!

- Ничего, - осеклась я. На сколько мне было известно, система ценностей волков не особо отличалась от человеческой. Связь и браки между родственниками были категорически запрещены. – Про что хоть там говорят? – попыталась я быстро перевести тему, указав на телевизор.

- Церемония награждения деятелей науки. Ты же слышала, что один из наших, граф Эльфир, изобрел инновационную сыворотку, останавливающую развитие некроза ткани. Благодаря ей можно восстанавливать уже пораженные участки, - гордо произнесла девушка.

На что я лишь, улыбнувшись, кивнула, но сама думала совсем о другом.

Так что же это такое было? Почему утром он произнес ее имя? Меня хотел позлить? Ну так у него это получилось. Вопрос лишь в том, почему именно я злюсь.

Вот ведь хитрый волчара!

В этот самый момент на экране мелькнуло довольное лицо Бейрина. Он сидел в первых рядах, сияющий лоском, словно новогоднее дерево. Как ни странно, в этот раз он был совершенно один. Рядом с ним сидели какие-то мужчины. Куда подевались его завсегдатаи красотки, меня не волновало.

Ночь прошла быстро, спать одной, да еще и в тишине было непривычно, но приятно.

К обеду приехал Бейрин с Мартой. По традиции мы с Лейтто отправились на прогулку, и, дабы не мешаться в доме, с нами увязалась еще и Айлит.

Мы нарезали пару кругов вокруг дома, прежде чем волчонок уснул. А затем мы направились в сад. Мне ужасно хотелось проведать снеговика и его фруктово-овощной наряд.

Но когда мы только подходили к первым деревьям, Айлит меня остановила, придержав за рукав.

- У нас гости, - прошептала она.

- Олениха? – на что девушка лишь кивнула головой, поводя носом.

Коляску пришлось оставить и дальше пошли только мы с волчицей. Осторожно, чуть пригнувшись, мы пробирались к снежному человеку.

Мы присели на колени у ближайшего сугроба, как два охотника. Айлит двигалась так плавно и естественно, бесшумно, словно крадущийся кот. Если волков, конечно, можно сравнивать с котами. Казалось, в любой момент она кинется на жертву, и та никуда от нее не денется. Такая странная и мощная энергия от нее исходила. Я практически была уверена, что она сейчас использует магию, коей, по слухам, обладали все представители королевской крови. Нарушив поток моих мыслей и гипнотический флер, Айлит указала на снеговика.

Я чуть не взвизгнула от счастья. Так близко я еще никогда не приближалась к дикому животному. Олениха мирно хрумкала морковкой, торчавшей у снеговика из живота. Словно она и не допускала мысли, что рядом может быть кто-то, кроме нее самой.

Я улыбалась, как обезумевшая.

- Хочешь, можем поймать ее, - тихо произнесла волчица.

В ее глазах сейчас светился какой-то странный потусторонний свет, словно в радужках вокруг зрачка плясал огонь. Я видела такой свет в глазах Бейрина. Просто сейчас, при дневном освещении все стало очевидным.

- Что? – удивилась я.

- Поймаем ее?

Я, наконец, перевела взгляд от удивительных глаз Айлит и перевела его на молодую, красивую олениху. Она была такой пушистой и уютной. Безмятежно паслась у ног моего снеговика. Она приходила сюда, потому что в лесу было нечего есть. Холод и голод заставили ее быть здесь, но, возможно, ей самой хотелось бы быть сейчас где-то далеко, где живут ее родные и друзья. А ее хотят поймать и заковать в цепи, а может и вообще съесть. Мне вдруг стало так жалко бедное лесное создание, так напоминавшее меня саму.

- Нет! – настойчиво произнесла я, поднимаясь с колен.

Олениха снова замерла, на этот раз в ее глазах промелькнул звериный испуг. Да, не ожидала она, что за поглощением еды станет такой беспечной, и так близко подпустит опасность. Буквально пара ударов сердца, и она умчалась прочь, бросив недоеденную морковку. Но это и было моей целью.

- Я же не предлагала ее съесть, - хищно улыбнулась Айлит, оголив пару белоснежных клыков. – Просто поймали бы, и отпустили, если бы захотели.

«Если бы захотели» - повторила про себя я, а сама сказала:

- Нет, пусть остается свободной. Дикие животные тем и хороши, что они дикие, свободные и никому не принадлежат.

- Она тут родилась, значит, по рождению принадлежит нам.

Я осмотрела снеговика. Яблоки зверюга съела в первую очередь. Значит, понравились ей мои подарки.

- Если размышлять в том же духе, то можно сказать, что и свет, и воздух тоже принадлежат вам. Тогда, может, запретите чужакам дышать?

- Я просто хотела завести тебе друга. Разве плохо заводить друзей?

- Заводить, а не принуждать. И олень – это дикое, а не домашнее животное. Нет, пусть уж лучше будет свободна, - произнесла я, вглядываясь в серый подлесок под высокими соснами, где скрылось животное, а затем тихо добавила, зная, что удаляющаяся волчица меня не услышит. - В отличие от меня.

Пока я втыкала новую морковку, Айлит сюсюкалась с Лейтто, он проснулся и начал хныкать.

- Надо бы показать его врачу, - как бы, между прочим, сообщила волчица, когда мы возвращались в дом.

- Кого? Лейтто? Зачем? Что-то не так?

- Да что-то долго не появляются другие зубки.

- Так прошло же всего несколько дней? – удивилась я.

У человеческих детей зубы появляются на протяжении двух лет с момента рождения, если я не ошибалась.

- Обычно клыки появляются один за другим. Это особенность волчьего развития.

- А-а, - понятливо кивнула я. – Надо поговорить с Бейрином.

Глава 4. Целое стадо оленей.

Вечером, после своего дневного сна Айлит договорилась с волком о том, чтобы отвезти малыша к врачу. Я хотела напроситься с ними, но меня, соответственно, никто не взял. И чтобы случилось такого ужасного, если бы я посидела в кафе или просто в машине? Но ни волк, ни волчица и слушать меня не хотели.

Поэтому я осталась одна. Бейрин проснулся так рано, и ушел так тихо, что я ничего не услышала.

Быть дома одной мне даже очень понравилось.

Накануне Айлит предупредила, что вернуться они не раньше, чем после обеда. И я воспользовалась ситуацией по полной. Включала музыку на всю громкость и горланила песни, а еще танцевала. Отрывалась, как могла. Ходила проверить своего снежного друга. Морковь и яблоки остались не тронутыми. Похоже, вчера мы хорошо напугали олениху. Что ж, тем лучше для нее.

Волков я встречала в полном умиротворении. Я и не замечала раньше, как была зажата, и как эта ситуация давила и на меня тоже.

- Как вы съездили? Что с Лейтто?

- Все хорошо, - улыбнулась Айлит, передавая мне малыша.

- Просто в нем слишком много человеческого, - как-то неоднозначно пробубнил Бейрин, направляясь на кухню.

- Ой, вы замерзли? Чайник только что вскипел, - крикнула я вдогонку, удаляющемуся волку, а сама спросила у Айлит, - О чем это он?

- Не обращай внимания. Все дело в человеческих генах Лейтто, которые вносят свои коррективы в типичное волчье развитие.

- Он что, может остаться с одним клыком? – испугалась я.

- Нет, - засмеялась девушка, - клыки уже сформированы, просто задерживаются. Сейчас его нужно держать в тепле, а еще будем давать на ночь микстуру. Так что вскоре они появятся.

Но слова Бейрина о том, что в мальчике слишком много человеческого, меня неприятно укололи и насторожили. Что значит, много человеческого? Что в этом плохого?! Не значит ли это, что если в ребенке не будет магии волков, то он станет никому не нужным. Я думала об этом весь вечер. Мой сумасшедший мозг даже начал подкидывать мне идеи о том, что мы будем делать, если к Лейтто не вернутся его трансформации к семи годам. За это время я привязалась к мальчишке. Он ведь был мне родным, не просто на словах. У малыша были глаза Кло, голубые. И с каждым днем, все больше безоблачного летнего неба проявлялось в них. Голубоглазый волк. Вот это да! У большинства волков были карие глаза. А еще у малыша были кудрявые черные волосы. Почти как у дяди, от чего Бейрин утверждал, что Лейтто унаследовал это по их линии. Но он ведь и понятия не имел, что таким же кудрявым и черноволосым был мой дедушка. Да, Кло унаследовала светлые волосы, но у меня то они были темными, пусть и прямыми.

- Бейрин… - позвала я, когда мы уже ложились спать.

- Я никуда не пойду! – отозвался он.

- Я не об этом… - замялась я, заставляя его повернуться в мою сторону. У него было такое выражение лица, будто бы он делает мне огромное одолжение.

- Что?

- Что если у Лейтто… Что если человеческого в нем будет больше, чем волчьего?

Я еще не погасила свой прикроватный светильник, так что он хорошо освещал лицо насупившегося волка. Почему он хмурился, то ли из-за вопроса, то ли из-за света, я не поняла.

- С чего ты это вообще взяла?

- Ну, ты же сам так сказал сегодня.

- Я не это имел в виду! Клыки на месте, значит все с ним в порядке. Просто он особенный.

- Ну а если нет? Что с ним тогда будет?

- Ты что, думаешь, мы его бросим? Он останется волком, даже если наша магия в нем не проявится. Он волк по крови, а мы своих не бросаем, - заложив руки за голову и прикрыв глаза, произнес Бейрин, но затем, улыбнувшись, добавил, - Мы же не люди.

Последняя фраза явно была лишней, но, кажется, волку это показалось крайне забавным. Но тогда и я не сдержалась и, цыкнув, произнесла:

— Вот ты придурок!

За это в меня полетела подушка, но я, увернувшись, бросила ее обратно в хозяина.

Нечего гадости говорить.

Мысль о том, что Лейтто никто не бросит, меня успокоила, а потому я быстро уснула.

Несмотря на отстающие клыки и капризы волчонка, он вел себя не так уж и плохо. Айлит говорила, что даже умудрялась спать ночью, а потому проводила с нами больше времени днем.

Она оказалась забавной девчонкой. Чуть старше Клотильды, у нее уже был диплом лучшего учебного заведения волчьего государства в области юриспруденции. Она объездила столько стран, что мне даже и не снилось. Говорила на пяти языках. Я завидовала ей белой завистью. Наверное, людям и нелюдям с ней всегда интересно.

Утром Айлит снова напекла блинов. Она рассказала, что училась готовить у лучшего шеф-повара своей страны, который когда-то был ее парнем.

Одурманенная потрясающим запахом, я летела на кухню. Бейрин, судя по всему, уже был там. Похоже, я и впрямь летела, раз волки не услышали моего приближения. Из-за этого я услышала пару обрывочных фраз, которые Айлит говорила волку, поглаживая того по плечу, как бы подбадривая. Уж не знаю, чем таким он мог быть расстроен. Наверное, тем, что я знаю, кто такая Айлит.

- …по-доброму. Приручить, только так, - а затем, заметив меня. – О, Лин, привет!

- Привет! – улыбнулась я им обоим. – Ты опять печешь блины? Смотри, мы так привыкнем, будем каждый день требовать.

- Да, Бейрин мне тоже так и сказал.

Я взгромоздилась на стул рядом с волком, и тот, ни слова не говоря, налил мне кофе в чашку. Лейтто восседал в детском кресле, звучно постукивая очередной блестящей посудиной

- Сегодня прогулка отменяется, как ты понимаешь, - присоединяясь к нам, проговорила Айлит. – Но ты можешь сходить проверить своего снеговика. Я посижу с Лейтто, - добавила она, переводя взгляд с меня на Бейрина, будто он тоже собирался проведать снеговика. – И Бейрина с собой возьми.

— Вот еще, - возразил волк, - будто у меня дел других нет.

Айлит улыбнулась, словно смотрела на милого и маленького ребенка, а не на здорового мужика.

- Хорошо. Но тогда не забудь принести дров в гостиную, а то вечером нечем будет топить камин.

- Да, госпожа, - усмехнувшись, поклонился ей брат.

Воспользовавшись свободной минуткой и предоставленной возможностью, намыв четыре больших яблока и две морковки, я рассовала все по карманам куртки и направилась на улицу.

Солнца не было, ветра тоже. Видимо ночью был туман, потому что все деревья стояли в серебре. Иней покрывал каждую веточку. Красота неописуемая. Даже дыхание перехватило. Жаль, рядом никого не было, чтобы поделиться ощущениями. С замиранием сердца, я направилась в сад. Когда шла, краем глаза заметила Бейрина, наполняющего корзину дровами, чтобы занести их в дом.

Еще на подходе в сад я заметила знакомое серо-рыжее пятнышко, мелькавшее между деревьями. Отчего сердце радостно затрепетало в груди. Пока решала, с какой стороны подобраться к оленихе, так, чтобы не напугать ее, напугали меня. Подкравшись сзади, как всегда бесшумно, Бейрин прошептал прямо у меня над ухом.

- Чего застыла? Сейчас сбежит добыча.

Вздрогнув, я попыталась ударить его локтем, но тот увернулся. Ведь знает же, что я терпеть не могу, когда он так делает.

- Она не добыча! – прошипела я в ответ.

- А кто же она?

- Она… - я замялась. Кто же она мне, раз я так о ней забочусь. – Она – друг.

- Ну, раз друг, так позови ее. Познакомь нас.

- Она свободолюбивый друг, - нахмурилась я, аргументы у меня заканчивались.

Неожиданно в руках волка появился кинжал, что меня удивило и напугало одновременно.

- Что ты делаешь? Что ты задумал?! – запротестовала я, хватая его за руку, готовая ринуться к оленихе, чтобы снова напугать ее, но волк меня остановил.

- Тихо, бестолочь, напугаешь ее. Дай яблоко.

- Зачем? – все еще продолжала хмуриться я.

- Сейчас узнаешь, - но так как я не спешила ему подчиняться, добавил. – Да не причиню я ей вреда. Не бойся, - и затем, еще поразмыслив, - Обещаю!

Только после этого, я нехотя протянула ему спелый, красный фрукт.

Разрезав его на четыре части, Бейрин сунул нож за пояс и скомандовал:

- Пойдем. Только тихо.

Пригнувшись, мы подкрались к тому самому сугробу, у которого сидели тогда с Айлит.

- Теперь сиди здесь, пока не позову. И ни звука!– строго прошептал волк.

Что он задумал, оставалось для меня секретом, но возражать ему мне не хотелось. Было что-то таинственное и настойчивое в его облике, в ауре вокруг него, что заставляло слушаться. Или, возможно, я была спокойна, потому что тот пообещал не причинять вреда моей оленихе.

Бейрин плавно, словно грозовая туча, поднялся на ноги. Олениха к этому моменту, съевшая все мои подношения, сейчас просто обнюхивала снеговика и рыскала в поисках съестного. Увидев волка, та по привычке замерла, оценивая обстановку. Бейрин ничего не делал, просто стоял и смотрел ей в глаза. По логике вещей, повинуясь инстинкту самосохранения, животное должно было умчаться прочь от огромного хищного волка. Но какого же было мое удивление, когда этого не произошло. Я все еще продолжала хмуриться. Что-то тут явно было не чисто. Неужели Бейрин прямо сейчас использует магию? Не навредит ли это ей? Или животное сейчас настолько напугано, что не способно пошевелиться? Такое вообще возможно?

Бейрин плавно сделал шаг в сторону, выходя из-за сугроба, где мы прятались. Олениха даже не отступила, она лишь повернула голову вправо, кося огромным удивленным глазом. Медленно волк вытянул руку перед собой. Лишь спустя какое-то время, я заметила, что он все это время почти беззвучно шевелил губами. Нашептывал какие-то слова. То ли произносил заклинание, то ли говорил со зверем, на понятном ей языке. Но самым удивительным было то, что та его слушала. Сделав пару робких шагов по направлению к волку, олениха чуть вытянула шею, чтобы дотянуться до ладони. Я прикрыла себе рот рукой, чтобы не охнуть во весь голос. Вот так вот просто и спокойно, волк приручил моего друга. Спустя пару мгновений рыжая бестия спокойно ела яблоко из рук своего явного противника, даже ни о чем не подразумевая.

В тот момент, когда мне стало немного обидно, что это не я так отлично общаюсь, со своим так называемым другом, Бейрин позвал.

- Иди ко мне. Только медленно.

И я встала. Медленно и аккуратно, на сколько это было возможно. Правда, олениха и волк, похоже, подумали иначе, так как Бейрин закатил глаза, а моя подруженция отскочила на пару шагов.

Правая рука волка все еще была протянута, и на ней лежал сладкий кусочек, привлекавший олениху, а потому та не спешила удирать в лес. Скорее выжидала и наблюдала за происходящим.

- Встань впереди, - скомандовал он.

Так как волк стоял ко мне в пол-оборота, повернутый правой стороной, мне пришлось подлезть под его локтем и встать перед ним. Бейрин аккуратно перехватил меня за живот и тесно прижал к себе. Немного интимно, как мне показалось, но, видимо для того, чтобы животное посчитало нас одним целым, и не пугалась, ведь к Бейрину она уже привыкла.

- Где еще яблоки? – прошептал мне в макушку волк.

Я достала сразу все, чтобы лишний раз не возиться.

Искушенье было слишком велико, и животное не смогло его побороть. Настороженно, вращая ушами, сначала вытягивая шею, та умыкнула одну дольку. Затем вторую. Бейрин сгибал руку при каждом последующем кусочке. И вот вскоре я сама уже могла покормить олениху. Мне ужасно захотелось запустить руку в ее пушистую шерстку, погладить, но я побоялась.

Для начала просто покормлю. Это и так уже огромный шаг в наших с ней отношениях. Я на самом деле боялась даже дышать, не то, что уж говорить или делать другие движения, в отличие от волка, который был более самоуверен. Он все еще одной рукой обнимал меня за талию, тесно прижимая к себе, а другой, пока я кормила, умудрился даже дотронуться оленихе до лба и погладить пару раз.

А мне стало интересно, раз уж она так спокойно реагирует на посторонних, может, теперь я и сама смогу ее покормить. И когда в руке остался последний кусочек яблока, я прошептала:

- Так, все. А теперь отойди. Я хочу сама ее покормить, - постучала по руке, обвитой вокруг талии. Волк недовольно вздохнул, но повиновался.

Первые пару мгновений ничего не происходило. Олениха продолжала стоять рядом со мной и жевала фрукт. Но затем, когда она потянулось за последней долькой, что-то сзади произошло. Я и моргнуть не успела, как встревоженное животное, встряхнув головой, точно приходя в себя, кинулось прочь.

Повернув голову, я увидела Бейрина, растянувшегося на дорожке. Привстав на локте, он произнес, виновато улыбаясь.

- Я поскользнулся.

— Вот ты неуклюжий, - ехидно заметила я.

— Это я-то неуклюжий, - уже садясь, усмехнулся тот.

- Так это же не я напугала оленя, - произнесла, протягивая ему руку помощи.

Бейрин в изумлении поднял брови, качнув головой, мол, не ожидал от меня такой клеветы. Рассмеявшись, он ухватился за мою руку, но вместо того, чтобы встать, дернул меня на себя, так что я тоже повалилась.

- Очень смешно!

- А что ж ты сама на ногах-то еле стоишь? – хохотнул он, чуть придавив меня сверху, дабы я не сбежала.

Довольные и добрые глаза волка были так близко. От него исходил жар. Мне даже подумалось, что Бейрин запросто может зимой на снегу спать, и не замерзнет.

Неловкая минута молчания затянулась. Я опустила глаза на губы волка, такие близкие и знакомые, но, осознав, что так делают люди перед поцелуем, от которого бы я и сама сейчас не отказалась, быстро отвела их в сторону и попыталась отстраниться. Бейрин насмешливо выдохнул и первым нарушил тишину.

- Знаешь, если бы я не видел тебя голой, то подумал бы, что ты что-то от меня скрываешь.

- Что? О чем ты? – снова подняла я на него удивленный взгляд.

- Что-то твердое упирается мне в ногу, - скосил он глаза, куда-то в район моих бедер.

Приподняв голову, я последовала его примеру, и засмеялась.

— Это морковь!

Упрямый и дерзкий корнеплод вздымался из-под полы моей куртки.

- Фух, ну, слава Луне! – хохотал вместе со мной и Бейрин.

Откинувшись на спину, он позволил мне сесть и достать из кармана сие непристойное недоразумение, которое я и продемонстрировала. Волк все еще продолжал валяться на снегу, будто и не собирался вставать. И теперь уже я, отсмеявшись, чуть склонилась над ним, изучая его спокойное лицо и сияющие глаза.

- Как ты ее приручил? Ты использовал магию?

- Да, - коротко ответил волк.

Теперь уже он смотрел на мои губы, что оказалось куда более волнительным, чем мне представлялось ранее. Мне бы следовало отстраниться и сесть более подобающе, но мне этого очень не хотелось.

- Ты так можешь и с людьми?

- Только если они поддаются внушению. А также на это уходит большое количество магии. Так что, - произнес он, садясь, - оно того не стоит. Проще силой заставить.

Я, конечно же спрашивала, не просто так. Меня интересовало, может ли Бейрин проделывать все тоже самое со мной. Что если в тот раз, я была такой уставшей и безвольной, что он воздействовал и на меня. Словно прочитав мои мысли, волк ехидно добавил.

- То ли дело маленькие, нежные и хрупкие девушки, уж на них-то я всегда умел воздействовать без особых усилий.

- Что?! – врезала я ему по плечу, от чего тот снова рассмеялся.

- Ты же не подумала сейчас про себя? Я сказал: нежные и хрупкие. А ты, помимо всего прочего, еще и упряма, как баран!

- Ты офигел! – крикнула я и бросилась с кулаками на обнаглевшего волка.

Но, кажется, его это только порадовало. Брыкающуюся меня он перекинул через себя, и снова оказался сверху, зажав мои руки.

Несмотря на ругательства, эта игра мне понравилась. Я ждала, что же он сделает дальше. Точнее, я очень надеялась на поцелуй, но его не последовало. Поцеловав меня в лоб, как целуют младших сестер, Бейрин освободил меня, чем немало обескуражил.

- Вставай, а то замерзнешь! – поднялся он сам, и поднял за воротник меня.

Напоследок, я воткнула одну морковь на законное место носа. Вторую поместила снеговику в руку. Бейрину этого показалось не достаточным. Поэтому он выдернул последнюю, и воткнул снеговику вместо причинного места, намекая тем самым на ситуацию ранее. Я начала было протестовать, и хотела все вернуть обратно, но волк не дал мне этого сделать. И со словами:

- Смотри, как он радостно заулыбался! Кажется, это то, чего ему всегда не хватало! – перекинул меня через плечо и понес в дом.

Когда мы проходили мимо, я заметила Айлит с волчонком на втором этаже, которая с улыбкой наблюдала за нами.

Следующие пару дней Лейтто тоже были противопоказаны прогулки. Добрая Айлит позволяла мне выходить на некоторое время к снеговику. Когда я на следующий день позвала с собой Бейрина, то тот лишь от меня отмахнулся. В тот день я не встретила олениху.

Неужели она, предательница такая, сговорилась с волком и тоже ждала его появления?

«Тоже ждала», мысленно оговорилась я. Что значит «тоже»?

Я все еще помнила о данном себе наказе, не усложнять ситуацию. Но этот наглый волк вел себя так естественно и так мило. Я бы соврала сама себе, если бы сказала, что мне не понравилась наша прогулка. На самом деле, я старалась отгонять шальные и фривольные мысли, которых становилось все больше.

Похоже, у меня было слишком много свободного времени. Желая или не желая того, Айлит сблизила нас с Бейрином. Она, словно громоотвод, сглаживала все конфликтные моменты. Даже страшно представить, что будет, когда она уедет. Мне очень не хотелось об этом думать.

Сам же Бейрин вел себя как обычно, подчеркнуто дружелюбно. Много подкалывал и дерзил, так он, видимо, проявлял свое чувство юмора. Но казался более расслабленным, чем когда-либо. Надеюсь, он тоже заметил, что присутствие Айлит пошло нам всем на пользу. А потому не разрешит ей покинуть нас сразу же после появления всех клыков у волчонка.

На второй день, мне все-таки удалось уговорить волка пойти со мной. Он долго сопротивлялся, и сказал, что делает мне большое одолжение, и я буду ему должна. Я же уговаривала Бейрина не ради его бесценной компании, а потому, что понимала, не будь его, олениха бы никогда ко мне не подошла. Мне нужен был волк и его способности.

Но, к сожалению, и в этот день моей подруженции не было. Более того, морковки оказались нетронутыми. Но я, в надежде, что та скоро явится, воткнула еще парочку в снеговика и положила яблоки у его ног. Волк все это время стоял позади меня, сложив руки на груди, как истукан, лишь недовольно поджав губы. Мол, я же говорил, что не стоит даже выходить.

- А ты не можешь ее позвать? – наивно спросила я, не понимая, как работает его магия.

На это волк только насмешливо хмыкнул.

- Я что, по-твоему, похож на оленя?

Хотела бы я ему ответить, что еще как похож, но благоразумно воздержалась.

Я с тревогой всмотрелась в серый подлесок. Погода стояла хмурая, а потому лес выглядел жутко.

Почему она не пришла? Уж не случилось ли чего?

Мне показалось, что я произнесла последние фразы про себя, но так как волк мне ответил, говорило об обратном.

- Мало ли какие у нее дела. Если хочешь, я обернусь и найду ее. Но боюсь, тогда не сдержусь, и в запале охоты моя вторая ипостась возьмет верх. Тогда останутся от твоей подруги одни рожки, да ножки.

Я испугано покосилась на Бейрина. Тот весело скалился во все 32, что означало, что волк изволил шутить. Но на всякий случай уточнила:

- Нет, не надо. И что она вообще тут делает? Я думала, звери вас боятся, и испытывают инстинктивный страх.

- Так и есть. Не все, конечно, некоторых приходится отваживать целенаправленно.

— Это кого, например?

- Медведи, пумы.

Я хотела уточнить, неужели он сам, лично, один отпугивает тут медведей, но спросила другое:

- Так почему же она подходит так близко? Неужели не чувствует опасность?

- Может и не чувствует, - улыбнулся Бейрин, - а может и наоборот, слишком умная, и наглая. Поняла, что никакой другой хищник сюда не сунется. А здесь еда, и тогда, когда все остальные ее сородичи бегут отсюда, все достается ей одной. Она уже поняла, что мы ее не тронем. Готов спорить, что летом эта наглая морда заявится сюда со своим выводком. И вскоре будет у тебя целое стадо.

- Правда? – я расплылась в счастливой улыбке, словно всю жизнь об этом мечтала.

- Но кормить целый табун яблоками, я отказываюсь!

- Тогда я для них сена накошу летом.

- Ну-ну, ты? – хохотнул волк.

Можно будет поставить им кормушку, где-нибудь подальше, в лесу, чтобы не приваживать к дому, думала я, когда мы возвращались домой.

Лейтто был очень нервным и капризным этой ночью, а потому Айлит передала мне бразды правления и отправилась спать. Мне тоже пришлось испытать на себе его гнев. Бедняжка, все ему приносило неудобства. Он все тянул в рот. Десны опухли, но долгожданных клычков пока не было.

После обеда Бейрин укатил в город, и вернулся только затемно, когда я уже собралась спать. Передав капризного волчонка дальше, я уютно устроилась на своей территории.

Когда ночью к нам в комнату ворвалась Айлит с радостными воплями, я не сразу поняла, что происходит.

- Свершилось! Свершилось! – верещала она, - У нас растет настоящий волк!

Только в последний момент я заметила, как Бейрин убрал свою руку с моего живота, и резко сев, передвинулся ближе к своему концу кровати.

Вот длиннорукий наглец! Надо будет ряд подушек между нами проложить.

Самое обидное было то, что я даже не почувствовала его прикосновений.

- Посмотри! Посмотри, Бейрин, - продолжала Айлит.

Если бы у нее в этот момент был хвост, то он непременно бы вилял.

Бейрин потер сонные глаза, а затем, аккуратно взяв малыша за подбородок, приподнял ему верхнюю губу. Прищуриваясь, какое-то время, он в итоге довольно хмыкнул.

- Волк!

Так как меня никто не приглашал разделить это радостное событие, то я сама переползла кровать на четвереньках и, отодвинув ручищи Бейрина, проделала все тоже самое.

Маленькие, беленькие, долгожданные зубки показались сверху и снизу. Еще слишком малы, чтобы быть названными полноценными клыками. Их было плохо видно, но, судя по тому, как вырос первый клык, эти явятся во всей красе, в ближайшие пару дней.

Как зубы у малыша могут формироваться так быстро, я даже не спрашивала. Ребенок явно не был человеческим, а потому с ним могло и не такое произойти. Меня радовало лишь то, что Лейтто вскоре станет прежним и успокоится.

- Нужно договориться о ритуале, - загадочно произнесла Айлит.

- Да, я сделаю это завтра, - кивнул ей Бейрин.

Складывалось впечатление, что волки говорят на каком-то своем языке, не обращая внимания на меня.

- О каком ритуале? – переводила я взгляд с Айлит на Бейрина.

- Ладно, ребята, не буду вас больше задерживать. Утром все обсудим, - извиняющимся тоном произнесла волчица, направляясь прочь из комнаты.

- О чем это она? – взглянула я на Бейрина, но тот тоже изволил упорствовать.

- Она же сказала, завтра обсудим. Ложись спать! – попытался он стряхнуть меня со своего одеяла.

Поняв, что продолжения не будет, и никто ничего не собирается объяснять, мне пришлось вернуться к себе и погасить лампу.

- Да, кстати, - вспомнила я, - еще раз, ты дотянешься до меня своими ручищами, я их тебе оторву! Ты понял?!

- Нужна ты мне больно, - ухмыльнулся волк в темноте.

Но не прошло и двух секунд, как чьи-то большие лапищи схватили меня, и перетащив через всю кровать, сковали в тугое кольцо.

- Бейрин! – заорала я. – Отпусти немедленно!

Но от моих слов и шипения объятья становились лишь крепче. Я попыталась укусить негодяя, но тот предусмотрительно, разместил свои руки вне досягаемости от моих зубов. Волк был горячим, словно батарея, и сильно меня стиснул, закинув на меня еще и ногу, так что было трудно дышать. А потому я захныкала от бессилия и обиды.

- Спи, - шепнул мне полусонный Бейрин в макушку.

- Мне нечем дышать. Расслабь руки, хоть немного.

- А ты обещаешь не убегать?

- Нет.

- Тебе все равно никуда от меня не деться. И скоро уже рассвет, так что постарайся заснуть, как есть, - сказал волк, но все же ослабил хватку.

Я решила, что дождусь, когда Бейрин уснет, чтобы потом спихнуть его с кровати, но мне было так тепло и уютно, что я не заметила, как уснула сама.

Утром я проснулась на плече у Бейрина, сладко обнимая его за грудь.

Поняв, что эта поза противоречит всем моим планам по сдерживанию ненужных эмоций, я с шипением, как дикий кот, отползла подальше. Насмешливые глаза волка пристально следили за мной.

- Сегодня или ты, или я будем ночевать в гостиной, - зло прищурилась я.

- Ага, слюни только сотри, - невзначай проговорил волк, вставая с кровати и собирая вещи.

В растерянности я прикоснулась к лицу. По левой щеке бежала слюнявая дорожка, которую я тут же принялась вытирать. Как неудобно вышло. Кажется, я и его залила слюнями. Вот же…

- Что же такое сладкое тебе снилось, пока ты лежала на мне? – подколол волк, удаляясь в ванную. На что я, поморщившись, недовольно на него цыкнула.

Глава 5. Все нерассказанные секреты.

Вниз я спустилась первая. Поставила чайник, заварила кофе. Волк и Айлит спустились вместе, о чем-то переговариваясь. Я также по привычке сделала молочную смесь и сразу же вручила ее Лейтто.

- Так о каком ритуале вы вчера говорили? – посмотрела я на волчицу, как на более ответственную и адекватную из присутствующих. Но слово взял Бейрин.

— Это традиционный ритуал. Проводится сразу же после появления всех волчьих клыков.

- И почему вы раньше о нем ничего не говорили?

- Потому что людей это не касается.

- В смысле не касается, - начала заводиться я. – А мой отец об этом знает? Или в контракте это прописано?!

Тут в разговор благоразумно и мягко вступила Айлит.

- Понимаешь, — это важный и секретный этап в становлении волчьей ипостаси. Ритуал должен быть проведен незамедлительно, и, как правило, не афишируется.

- Но для чего именно он нужен? Разве ритуал инициации проводится не в 17 лет?

- Ритуал инициации – это скорее формальность. Основные процессы формирования волчьего обличия запускаются сейчас.

- И людям об этом вовсе не обязательно знать, - покачал головой Бейрин, но недовольство адресовалось скорее Айлит, чем мне. Моя вина была лишь в том, что я была человеком.

- Лин – не посторонняя. Ты и сам это прекрасно понимаешь, - возразила волчица, а затем добавила, обращаясь ко мне. – Не обижайся на Бейрина. Просто он привык защищать подобные сакральные тайны. Это его обязанность. Даже в нашем обществе этот обряд считается запретной темой. Семьи проводят его в строжайшем секрете, чтобы уберечь будущего волка от сглаза и зла.

Бейрин все еще продолжал сидеть насупившись.

- Хорошо. Я поняла.

На самом деле вопросов была масса, но я предпочла воздержаться, чтобы не злить волка.

- Нам необходимо будет уехать на несколько дней, - продолжала Айлит.

- На долго? Когда?

- Дня на три, не больше, - задумалась волчица. - Я буду держать тебя в курсе.

- И выезжаем сегодня, - добавил Бейрин.

- Отлично, - довольно улыбнулась я, раз уж все оговорено, то какой смысл возражать, волкам виднее, малышу они навредить не должны. – Я хоть высплюсь одна нормально.

На что волк ухмыльнулся, но в мою сторону голову не повернул.

Волки все так и сделали, как сказали. Собрав Лейтто, а также заготовив ему еды, видимо, ехать они собирались долго, загадочная парочка умчалась прочь еще до обеда.

Сказать, что я расстроилась – означает соврать. Я была рада, как кот, нализавшийся сметаны. Три дня! Три дня блаженства и свободы!

Бейрин, теперь уже в более вежливой форме, похоже, повлияла Айлит, попросил не сообщать об отъезде родителям. И вообще нигде и никогда не упоминать об услышанном сегодня. Похоже, все это и правда было очень серьезным и важным.

Для начала я решила сама себе что-нибудь приготовить. Хотя в холодильнике и была еда, но мне уж очень хотелось доказать самой себе, что для того, чтобы готовить, не нужно обладать чем-то особенным. Я несколько раз следила за тем, как Айлит печет блины, и решила, что ничего сложного в том нет.

Замесила густое тесто, пожалуй, слишком густое. Еще забыла положить сахара и соли. В общем, ничего у меня не получилось. Вот уж воистину опыт приходит с годами. Не сильно расстроившись, что перевела кучу продуктов, решила, что потренируюсь завтра.

Затем я отправилась на разведку. Мне было интересно, чем живет волчица. Вообще Айлит никогда не закрывала свою комнату, и я могла входить в нее свободно. Но одно дело - чувствовать себя в гостях, а другое – как следует осмотреться.

Да, мне была интересна эта девушка. А быть может, во мне играли ревность и чувство неуверенности в себе, заставляющие думать, что мне никогда не сравниться с волчицами из высшего общества, такими умными, умелыми и красивыми. Слышал бы меня только дедушка или мама, всегда считавшие волков низшим сортом. Ох, как они бы разозлились и огорчились. Но я ничего не могла с собой поделать, Айлит и правда мне очень нравилась.

В ее комнате, как всегда, было прибрано и приятно пахло хвоей. Такому запаху способствовали специальные дезодорированные подушечки, которые та раскладывала повсюду. На комоде, на который девушка водрузила зеркало и использовала, как трюмо, стояли немногочисленные баночки. Все надписи были на волчьем, так что оставалось только догадываться, для чего те или иные субстанции предназначались. Странно, но духов я у нее не обнаружила. Зато на зеркале висели несколько кулонов и подвесок с натуральными, мерцающими в свете дня, камнями, а также наклеено пару фотографий на стекле. На одной из них волчица была в окружении своих друзей и братьев, как я догадалась, а быть может, они все были родственниками. Компания молодых людей корчила рожицы, было видно, что им весело. Я даже не сразу признала волчьего короля. Вот так компромат! Мне даже захотелось стащить эту фотографию.

Верхний ящик комода был слегка приоткрыт, а потому я лишь чуть сильнее его раскрыла. В нем лежало белье. Поначалу стало как-то неловко, будто меня застукали с поличным за чем-то непристойным. Но я успокоила себя, что все это не со зла, а только ради любопытства. Я вот вообще в одной комнате с ее братом живу, там то уж точно ничего не скроешь. Будь его воля, он бы запретил мне пароль на ноутбук ставить.

Так что, в общежитии с волками жить, по волчье выть! – переиначила я известную фразу.

Я уже было собралась закрыть ящик обратно, но меня остановило то, что в нем было слишком много кружева, и мне стало интересно, а есть ли там нормальное белье.

Нет, оказалось, не было. Одни кружева, тесемки и шелк. Я рассмотрела черный, кружевной, насквозь просвечивающий лиф. Представила в нем себя. Покраснела. И положила на место.

Раз уж я вступила на опасный путь разведчика, то решила не оставить без внимания и кабинет Бейрина. Хитро прищурив глаза, я направилась дальше по коридору, но остановилась у той самой стеклянной двери, которая вела на балкон. Там, под плотным чехлом, стояла она! Чудо человеческой техники. Я вспомнила, как довольные волки плескались в уличной ванной под открытым звездным небом.

Интересно, каково это чувствовать одновременно и холод, целующий щеки, и тепло горячей воды, укутывающей тело.

Недолго думая, прямо в домашней одежде и тапочках, я вышла на улицу. Холодный воздух сразу же окутал меня стылым одеялом. Расстегнув молнию чехла до панели управления, я принялась ее изучать. Инструкция была на волчьем.

- Ну конечно же! – неудовлетворённо выдохнула я, но затею не бросила.

Хорошо хоть, что кнопка включения и выключения везде обозначается одинаково. Она так и манила меня. И я нажала.

Ванна загудела. Немного погодя, видимо та согревалась или думала, по дну начала струиться вода. Только в отличие от ожидаемого, вода была холодной и, не накапливаясь, тут же убегала. Я заинтригованно хмыкнула, прежде чем расчехлить джакузи полностью. Чехол был тяжелым, так что пришлось повозиться. Оказалось, на дне резервуара был слив, что было логичным, и его необходимо было закрыть. Но и это было не самое главное. Вода все еще была холодной, а купаться в такой крайне неприятно, если ты, конечно, не морж. Поразмыслив пару мгновений над приборной панелью, я приняла самое очевидное решение. Вверху панели был небольшой металлический вентиль, разрисованный синим и красным цветом, по обе стороны. Повернув его в сторону красного, я обнаружила, что от струи начал подниматься пар. На сколько мне было известно, в джакузи подразумевались еще какие-то функции, но мне пока и этого было достаточно.

Я еще не решила, планирую ли я опробовать это увеселение, но сама идея мне понравилась. Выключив агрегат и накинув чехол, я направилась в кабинет Бейрина.

В его кабинете я бывала всего пару раз. Однажды, когда уснула на диване. Остальные, когда приходилось звать волка или что-нибудь ему приносить. Все остальное время то была его исконная обитель. Он часами, а иногда и сутками мог пропадать там, никого к себе не пуская. Что можно было там делать так долго – неизвестно. Вот сейчас-то я все и выясню. Как ни странно, свой кабинет волк не закрыл, а потому я без проблем в него проникла.

В глубине комнаты, прямо напротив двери, так чтобы хозяин сразу мог видеть посетителей, стоял массивный дубовый стол, а за ним большое кресло. По правую сторону от двери тянулись окна с тяжелыми портьерами и книжные полки. По левой стороне, прямо перед столом был диван, а за ним у стены находился камин, с размещенным над ним большим телевизором. Зачем диван развернули от экрана, хозяину было видней. За столом и креслом было большое, ничем не занятое пространство, что мне тоже показалось странным.

Я сразу же направилась к рабочему месту. Расположившись в хозяйском кресле, я ощутила удобство и комфорт оного. Ноутбука на столе не было, видимо все самое ценное возит с собой. Остались лишь канцелярская подставка с кучей ручек и карандашей.

И зачем ему так много? Как у школьника. Или, может быть, он тут дневник пишет, или роман?

Я хихикнула.

Мой смех исчез, когда я подергала за ручки ящиков. Они все были закрыты.

Ишь ты! Что же он там такое прячет?!

Стол был красивый, старинный, надежный, как и замки на ящиках. Таких сейчас не делают. Давным-давно у моего дедушки был стол наподобие.

Мыслями я вернулась на десятилетие назад. Вспомнив, как мы обменивались тайными посланиями, пряча их в специальный ящик под крышкой стола. Я провела ладошкой по гладкой, отполированной до блеска поверхности, а затем, большим пальцем нажала на тонкую панель под самой крышкой. Она находилась чуть в глубине, так что ее и заметить-то нельзя было, если не знать, куда смотреть. Раздался щелчок, и ящик легко ко мне выехал.

Предвкушая что-то интересное, я опустила глаза, но там было пусто.

Интересно, Бейрин хоть сам знает о существовании этого отдела.

Чтобы наверняка, я пошарила там рукой, и, кажется, что-то нащупала. Аккуратно потянув, я вытащила на свет записную книжку. Она казалась очень старой, в потертом кожаном переплете. Я даже не была уверена, что она принадлежит этому волку.

Листы плотные, чуть пожелтевшие, были аккуратно исписаны убористым почерком, конечно же, на волчьем языке. Еще были какие-то цифры, расчеты, и что-то вроде отдельных фраз в кавычках и скобках.

Ничего интересного я не обнаружила и, расстроившись, уже было хотела ее закрыть, как на одной из последних страниц мелькнула картинка. Да не одна!

Последние листы были сплошь изрисованы. Это были не какие-нибудь наброски или детские каракули. Нет. Автор явно умел рисовать. Один за другим, на листах встречался образ девушки, слишком мультяшный, чтобы сравнить ее с кем-то из реальности. На одних картинках она улыбалась, на других была задумчивой. Были и обнаженные ее изображения, с явно преувеличенными формами. Хотя, может, такая и на самом деле где-то существует. Я нахмурилась, подумав, что это может быть любовница волка. Что та была волчицей, сомнений не вызывало. Кое-где обнаженная девушка обнималась с мохнатым волком, довольно откровенно, а над ними светила полная Луна. Складывалось впечатление, что художник немного извращенец, раз рисует такое.

И с чего я вообще взяла, что книжка принадлежит Бейрину?

Были и смешные картинки, где персонажу-девушке сильно доставалось. То волк кусал ее за попу, то невидимая рука отвешивала ей подзатыльник. Вокруг таких картинок искрились нарисованные молнии, и мелькало одно и тоже слово с кучей восклицательных знаков.

Стало жутко интересно, как оно переводится. Наверное, какое-то волчье ругательство. Будет здорово выучить хотя бы одно, а потом использую его против Бейрина. Вот он удивится!

Не раздумывая, я, взяв книжку с собой, направилась в свою комнату. У меня над столом среди книг я видела волчье-человеческий словарь. Гордая улыбка, от того, какая я сообразительная, быстро испарилась, когда я нашла перевод. У этого слова было только одно значение, и переводилось оно как «Бестолочь».

- Что?! – спросила я у тишины, которая, кажется, сгустилась.

«Бестолочь!» - раздалось в моей голове насмешливым голосом Бейрина, словно хлесткая пощечина.

Хмурясь, я заново перелистывала проклятую книжку. Это слово встречалось много раз. Более детально изучая рисунки, я начала замечать то ямочку на левой щеке, как и у меня, то веснушки. У изображения были гипертрофированные глаза, что заставляло меня думать, будто это просто персонаж комикса или мультфильма.

- Да не может этого быть! Это что я?!!

Листая книжку снова и снова, я еще не решила злиться мне или пугаться.

С другой стороны, ну, рисует парень девушку. Может, ему нравится рисовать, а позировать особо некому. Взгляд остановился на девушке в кружевном белье в откровенной позе.

- Нет. Все-таки есть в этом что-то жуткое.

О чем Бейрин думал в такие моменты?

Я предполагала, что волк испытывает ко мне определенные чувства. Но ведь это лишь потому, что мы заперты тут, словно на необитаемом острове. И от безысходности он навыдумывал того, чего на самом деле не было.

- М-да, воображение у него хорошее, - постучала я книжкой себе по ладони, не решив, что же мне с ней делать.

Оставить на месте, было бы правильней всего. Но взять ее и поставить ему на вид, заставить его устыдиться, устроить скандал или еще как поиздеваться, как это проделывает он со мной, хотелось гораздо больше.

У меня все еще оставалась надежда, что это была не я, или книжка была не его.

- Ладно, я еще все выясню. А блокнот заберу.

Вечером я уснула, рассматривая злосчастные картинки.

Утром я проснулась поздно. Мне не хотелось вылезать из-под теплого одеяла. Торопиться было некуда, никто не плакал, и не язвил. Я решила, что сегодня вечером заведу джакузи и разузнаю, что в этом такого удивительного и приятного. Да к тому же, когда еще у меня будет такая возможность.

Айлит позвонила и подтвердила, что они вернутся только завтра к обеду. Сказала, что с Лейтто все хорошо. И то, о чем не стоит упоминать, тоже прошло нормально.

Я навестила снеговика, который лишился всех своих фруктов и овощей, а также глаз угольков и шляпы, которая валялась неподалеку. Кажется, олениха требовала к себе больше внимания, а также заделалась в местные вандалы. По крайней мере, с ней все было в порядке.

Когда уже совсем стемнело, я включила джакузи и оставила ее наполняться.

Так как купальника у меня, разумеется, с собой не было, то я решила заменить его белой футболкой и обычными трусиками. Потыкав пару кнопок, перед тем как залезть внутрь, я надеялась включить функцию с пузырьками, но у меня ничего не получилось. А потому я решила, что и так сойдет. Главное, что вода была горячей, и от нее поднимался тот самый кудрявый пар.

Я нетерпеливо развязала теплый халат и, поднявшись по деревянным ступенькам, окунула сначала одну ногу, а затем залезла полностью. Вода была приятной, даже немного обжигающей. Футболка быстро промокла и остужала плечи над водой, поэтому я погрузилась в воду по самый подбородок. Раньше я думала, что сидеть в горячей ванне на улице – это почти тоже самое, что и лежать под теплым одеялом, когда вокруг холодно. Но это оказалось не так. Как трудно объяснить ощущения от вкусного и любимого блюда, так же трудно описать невообразимую, горячую негу, в которую погружается тело. Остается только улыбка на лице, да щемящий душу восторг.

Мне очень понравилось.

Жаль, удовольствие мое продлилось не долго.

Я еще не успела по полной насладиться происходящим, как за моей спиной раздался знакомый насмешливый голос.

— Вот значит, как ты без нас проводишь время.

От неожиданности и испуга, я поскользнулась и чуть не ушла под воду с головой, но быстро взяла себя в руки и обернулась.

- Бейрин?! Что ты тут делаешь?! Айлит сказала, что вы только завтра вернетесь.

- Они, да. Вернутся только завтра, - улыбнулся он, явно довольный тем, что напугал и смутил меня. Подойдя к панели за моей спиной, он нажал пару кнопок, так, что вода вдруг легко забурлила. Немного постояв, будто что-то обдумывая, он произнес. – Как мило, что ты приготовила к моему приезду ванну. Я как раз об этом мечтал. Ты же не возражаешь, если я к тебе присоединюсь?

- Как хочешь, - буркнула я, жалея о том, что он тут появился и раздумывая, как следует отсюда свалить.

Волк быстро разделся до нижнего белья и нырнул ко мне.

Форма резервуара была квадратной. Я сидела в углу, рядом с панелью управления для того, чтобы было легче выключить воду или сделать погорячее. Бейрин же сел в ровно противоположный от меня угол, давая понять, что мне нечего опасаться.

- Отличная водичка! – прокомментировал он, раскинув по краям руки. Его, похоже, не смущал холодный воздух.

- Почему Айлит с тобой не приехала? – решила я хоть как-то разбавить неловкую ситуацию.

- У них с Лейтто еще будут дела завтра утром.

- Разве ты не должен оберегать волчонка, когда меня нет рядом?

- Ты что, не доверяешь Айлит? – удивился он.

«Нет! Я хочу узнать, на фига ты приперся сегодня!!» - хотела сказать я, но промолчала.

- Как ты включила джакузи? – не дожидаясь моего ответа, поинтересовался волк. – Ты уже такими пользовалась?

- Нет. Но тут и не нужно большого ума, чтобы ее включить.

- То есть не вернись я сегодня, нам бы всю ванную разнесло, - я нахмурилась, о чем это он. – Включить-то ее может большого ума и не нужно, а вот правильно выключить, слить воду и просушить. Нужно строго придерживаться инструкции. Ты же помнишь о том, что вода при замерзании расширяется? - на что я лишь виновато потупилась. Ведь я думала, что будет достаточно открыть пробку слива. – Бестолочь! – усмехнулся волк и покачал головой.

Я вспыхнула от ярости, строго на него воззрившись, припоминая фривольные картинки, и это опостылевшее слово! Хотела на него наорать, но нужные слова все не приходили в голову. Зато я заметила глаза Бейрина, подернутые блаженной пеленой. Проследив за его взглядом, я обнаружила, что пялится он ни куда-нибудь, а на мою грудь. Сквозь белую майку она отлично просвечивалась, а ткань мягко ее облегала, не оставляя места для домыслов.

Я тяжело вздохнула, скрестив руки на груди, от чего Бейрин пришел в себя.

- Я покажу, смотри! – быстро проговорил он и в два счета преодолел разделяющее нас пространство. Я даже пикнуть не успела, как он склонился над моим ухом, и практически шепотом начал говорить, указывая на панель. – Вот, когда вода будет спущена, необходимо нажать сюда. Тогда поток будет остановлен. А потом сюда, - ткнул он куда-то мокрым пальцем и, возвращая его, чуть коснулся моей щеки.

Я напряглась и попыталась отстраниться, но волк перекрыл все пути к отступлению. Он в прямом смысле загнал меня в угол, расположив свои руки по обе стороны от меня. Я все еще продолжала хмуриться, смотря на воду, между нами. Кажется, волк ожидал другой реакции, а потому был недоволен.

- Посмотри на меня! – строго произнес он, но я не желала подчиняться. Он мне не господин! Не уверена, показалось ли, но мне послышался сдавленный рык в горле волка, и дабы не провоцировать зверя, мне пришлось поднять глаза. – Я не понимаю твоего упрямства, - шепнул он мне практически в губы. – Нам может быть так хорошо вместе.

- Мне это не интересно! – отрезала я и попыталась оттолкнуть его.

Мне следовало бежать, как можно быстрее, от негодования волка, его близости и своих желаний. Но у того, кажется, было свое видение происходящего. Он перехватил мои ладошки и развел их в стороны, пригвоздив к бортикам джакузи.

- Может и не стоит спрашивать твоего мнения, - задумчиво произнес он.

- Я… я папе расскажу! – пискнула я, не придумав ничего умнее.

Волк надменно ухмыльнулся, и в его глазах заплясали желтые, звериные огоньки.

- Он отдал тебя сам!

- Для присмотра за ребенком, а не тебе в услужение!

- Ты, кажется, забыла, где находишься, - обманчиво спокойно проговорил волк. – Все. Все, что находится в моих владениях – принадлежит мне! Даже этот воздух, которым ты дышишь! Даже ты!

Разговор у нас явно не клеился. И мне вдруг стало так обидно. Что он себе позволяет?! Я ведь не бездушная кукла, не вещь, которой можно вот так вот распоряжаться. Или я не права? О чем еще договорились волки и мой отец?! Может, я и правда продана?!

Губы предательски задрожали, а из глаз потекли едкие слезы. Хорошо, что на влажном от пара лице их было почти незаметно.

Не позволю этому придурку видеть мои слезы!

Но придурок, кажется, и так все понял. Словно задумавшись или удивившись, он слегка разжал руки. А мне многого и не требовалось. Я пулей выскочила из воды, побоявшись, что тот кинется за мной. Чуть не поскользнувшись на холодных ступеньках, я схватила халат и умчалась в свою комнату. Плотно ее заперев, я, хлюпая носом, принялась вытираться прямо халатом. Меня трясло то ли от холода, то ли от гнева и страха. Я подумала, что сейчас с удовольствием накатила какой-нибудь успокоительной настойки своей матушки, или вина на худой конец. Но я еще ни разу в доме не встретила ничего такого.

Волк в конец меня достал.

От обиды, а также из-за своей печальной участи, отдав волю эмоциям, я разревелась.

Сидя в кресле у окна, в котором всегда кормила Лейтто, я все еще дрожала, когда в дверь постучали. Сначала стук был слабым, а за дверью тихо раздалось:

- Открой дверь, нам нужно поговорить…

Мне даже пришлось на цыпочках подойти ближе, чтобы все расслышать.

- Этого не будет. Убирайся! – за дверью я чувствовала себя в безопасности, и, будучи зла на волка, решила не сдерживать грубость.

Это, похоже, взбесило того, кто был по ту сторону, а потому дверь задрожала от тяжелых ударов.

- Открывай немедленно! Я приказываю!

Неверная попытка.

- Можешь сжечь дом, я тебе не открою!

Дрожь все еще не покидала мое тело, а потому меня как следует трясло. Раздался очередной громкий удар, а затем все стихло. Так как я не услышала удаляющихся шагов, то предположила, что волк просто раздумывает, как поступить.

- Уходи, Бейрин, - тихо произнесла я. – Видеть тебя не хочу… - очередная волна жалости к себе накрыла меня, а потому голос дрогнул.

Видимо поняв, что он ничего не добьется, послышались удаляющиеся шаги. Побыв еще какое-то время в доме, наверное, переодевшись и придя в себя, волк укатил куда-то на ночь глядя.

Скатертью дорожка!!

Глава 6. Вовремя сделанные признания.

Я не решалась выйти из комнаты вплоть до того момента, когда в обед вернулась Айлит с Лейтто. Боялась, что Бейрин явится в любой момент, а потому очень обрадовалась, когда появилась волчица. Уж она-то точно меня в обиду не даст. Слава богам, Бейрина с ними не было. Я и не ожидала, что от радости брошусь волчице на шею, а затем снова расплачусь.

- Эй, ну ты чего? – поставив Лейтто в кресле-переноске на пол, похлопала меня по плечу девушка. – Все хорошо. Вот вы вроде оба взрослые, но такие глупые.

Я остановилась, и, хлюпая носом, с удивлением заглянула ей в лицо.

Так она что, все уже знает?! Откуда? Неужели Бейрин…

Словно прочитав мои мысли, она добавила.

- Мне ночью звонил Бейрин. Он был, мягко говоря, не в себе.

Я хлопала глазами, не веря своим ушам. Злится, значит. А что, спрашивается, ему злиться?! Это не его продали в рабство!!

- Как ты вообще их терпишь, этих своих братьев. Они же самодовольные, напыщенные, заносчивые… - я хотела сказать псины, но вовремя осеклась, вспомнив, что та все-таки их родственница, - рабовладельцы!

- Ты немного преувеличиваешь, - засмеялась девушка, поднимая волчонка из кресла и протягивая мне.

Я ведь за всеми этими глупыми переживаниями совсем забыла про малыша, а потому спросила.

- Как все прошло? Все было так как надо? – беспокоилась я, что в Лейтто слишком много человеческого.

- Все хорошо, - улыбнулась Айлит. – Он даже не пикнул. Настоящий волк!

Я перевела глаза на волчонка. Что же они там с ним такое делали. Тот в ответ посмотрел на меня. Все те же голубые глаза, кудряшки, никаких волчьих признаков.

- Слушай, у тебя есть что-нибудь поесть. Я с голода умираю. Неслась сюда как ненормальная, даже не позавтракала.

Неужели думала, что волк меня загрыз, подумала я, но сказала:

- Да, конечно! – вспомнив, что и сама еще ничего не ела.

За обедом-завтраком Айлит вкратце рассказала о своей поездке, и немного о том, как проходил ритуал. Оказывается, на плече ребенка делается надрез. Полученную таким образом кровь смешивают со специальной, магически заряженной субстанцией и добавляют в рану. Под воздействием силы та быстро затягивается, оставляя небольшой шрам, который исчезнет вместе с первой трансформацией. Из-за того, что в Лейтто есть человеческая составляющая, его рана не затянулась полностью.

- Но это не беда, - пояснила Айлит, уплетая уже четвертую куриную ножку, похоже, она и впрямь была голодна. – Пара дней спокойствия и заботы, и все заживет само собой.

На плече у Лейтто красовалась повязка.

Бедненький мой, как же можно поступать так с маленьким ребенком. Изверги кровожадные!

Айлит сказала, что теперь малыш станет прежнем, спокойным и доброжелательным, но развиваться станет быстрее.

Когда мы уложили его, переместились к ней в комнату.

— Это значит, ты скоро уедешь от нас? – с тревогой спросила я, но та, не ответив на мой вопрос, тяжело вздохнув, задала свой.

- Так, что тут у вас произошло? Давай, рассказывай!

Я потупилась. Вот что, прямо все рассказывать? А вдруг она потом все расскажет брату, да не одному. Но мне на самом деле, так нужна была подруга и дружеское плечо. Так хотелось кому-нибудь все рассказать и попросить совета. Маме по известной причине я о таком рассказать не могла. Узнай она хоть часть из того, что я натворила, она бы лично не поленилась приехать, чтобы меня задушить.

- Да ничего необычного. Просто мы как всегда немного повздорили.

- Немного повздорили? – насмешливо переспросила волчица, - Я думаю, еще немного, и Бейрин начнет оборачиваться в истинного зверя при каждом упоминании твоего имени.

Я нахмурилась. Что я-то ему такого сделала? О чем и спросила у Айлит.

- Я ведь и не обязана ему подчиняться! Я гостья в этом доме, полноправный опекун малыша по контракту, заключенному между моим отцом и вашим Лордом!

- Ты что и правда ничего не понимаешь? – словно не веря своим ушам, смотрела на меня девушка. – Разве он хоть раз принуждал тебя к чему-нибудь? Или заставлял подчиниться? Я спрашиваю это потому, что каждый раз, когда Бейрин отдает приказ, его беспрекословно выполняют все живые существа этого мира. В этом его сила.

Мои опасения подтвердились. Айлит сейчас выступала защитником Бейрина. Что ж, такая сестринская любовь только похвальна.

Но о чем это она говорит?! Его сила?

- Да, спасибо ему, что не принудил меня тогда насильно, - но, заметив, как волчица подняла брови, поняла, что сболтнула лишнего и быстро добавила, - Я присутствую здесь – насильно.

- Ты говоришь о неизбежном. На то не было воли Бейрина. Он, между прочим, тоже не горел желанием сюда ехать.

- Так почему же поехал? Мог ведь кого-нибудь другого заставить, - съязвила я, подчеркнув последнее слово.

- Только потому, что ситуация крайне щепетильная, да и Вейлин обещал ему свободное посещение, - назвала она Лорда оборотней по имени. - В контракте говорится, что волк будет только обслуживать этот дом: привозить прислугу, пополнять запасы, решать мелкие вопросы. Дом и так находится под постоянным наблюдением. В случае опасности подмога явится сюда в считанные минуты. Ты что, не знала?

- Нет. Никто не дал мне прочитать контракт, - буркнула я, а затем, подумав, добавила. – Так ведь удобно, управлять человеком, незнающим о своих правах!

Айлит хмыкнула каким-то своим мыслям.

- Да, в этом он определенно не прав. Если хочешь, я попрошу его ознакомить тебя с контрактом. Похоже, это избавит вас от многих недопониманий и недомолвок. И заставит сконцентрироваться на главном!

- На ребенке, - понимающе кивнула я.

- На чувствах! – рассмеялась Айлит.

- Что?!

- Только не говори, что ничего к нему не испытываешь! – но так как я все еще строила из себя насупившегося бурундука, она доверительно проговорила, - Одна из моих способностей, это умение видеть ауры. Знаешь, что это значит?

- Примерно, - насупилась я.

У людей видение ауры – было расхожем выражением. Видеть и чувствовать ее, значит понимать и видеть немного больше, чем тебе показывают. Было даже такое выражение: «Я твою ауру насквозь вижу». Но то скорее являлось просто устойчивым выражением, нежели чем-то буквальным.

- Грубо говоря, благодаря этому умению все живые разумные существа для меня, словно открытые книги, их намерения, помыслы, их чувства, даже если они пытаются их скрыть. Цвета ауры все выдают. В общем, я вижу вас обоих насквозь.

Я задумалась, если это так, то я попала. Стало даже как-то неуютно, словно я сижу перед ней голая. Но, не дав мне углубиться в эти размышления, Айлит добавила.

- И не надо так смущаться. Но на самом деле, тут и магия не нужна, чтобы увидеть, как вы друг на друга смотрите.

- Нет, - затрясла я головой, пытаясь убедить то ли себя, то ли ее. – Ты не права!

Да она сама не знает, о чем говорит!

- Перестань. Что тебя так смущает? Что плохого в том, чтобы двое взрослых людей были счастливы? – а затем, немного поразмыслив, серьезно добавила, - Или твое воспитание запрещает тебе опускаться до животного уровня?

В словах волчицы не было чего-то необычного. В нашем человеческом обществе не редко были распространены неприязнь, граничащая с брезгливостью по отношению к оборотням. Но меня ее реакция почему-то задела.

- Нет! Мы не такие, - и, вспомнив о самом главном, - Хочу напомнить, что в Лейтто течет и наша кровь.

Последняя фраза немного успокоила разгорячившуюся было волчицу.

Не хватало мне тут еще одной психованной. Впрочем, ее можно было отлично понять. Не приятно, когда тебя считают вторым сортом.

- Тогда в чем же причина? Я ведь вижу, что он тебе не безразличен.

- Отлично! – кажется, этот разговор ни к чему не приведет. – Даже я в этом не уверена, а ты уже сделала все логические заключения! – я встала с кровати, на которой мы обе сидели.

Мне плевать на то, что она там видит. Я полагаюсь на свою логику!

- Подожди. Не убегай, - позвала она. - Все это какое-то недопонимание с обеих сторон, - кажется, теперь она на себе прочувствовала трудности наших взаимоотношений с Бейрином. Слишком из разных миров мы были. – Я обещаю ответить на все твои вопросы, о чем бы ты не спросила. И обещаю, что ничего не расскажу брату. Обоим братьям, - я, насупившись, снова села на край и скрестила руки на груди. – Как я и сказала, Бейрину позволено бывать здесь всего пару раз в неделю. Но он живет тут с тобой… С вами. Не взирая на то, что у него много обязанностей в столице. Как думаешь, почему он это делает?

- Не знаю. Не доверяет мне? – на что Айлит лишь снисходительно улыбнулась.

- А знаешь, почему я здесь?

- Приглядывать за Лейтто в ночное время.

- Не совсем, - видно было, что девушка говорит нехотя, подбирая каждое слово. – Меня прислал сюда Вейлин.

- Ваш Лорд? – удивилась я, и когда девушка кивнула, спросила – Зачем?

- Приглядывать за тобой, - вопрос застыл на моих губах, а потому Айлит сразу же продолжила. – Ему не нравится, что Бейрин проводит здесь так много времени. Он беспокоится о нём.

- Не хочет, чтобы братишка наступил на те же грабли?

- Угу, - поджала она губы. – А когда Бейрин стал еще приносить с собой твой запах, все стало очевидным.

- Как это? – недоумевала я.

- Давно ли Бейрин пользуется твоим гребнем?

- Ты имеешь в виду расческу для волос? – та кивнула. – Не знаю, - пожала я плечами, - видела пару раз, как он это делает, но что в том такого?

- Понятно. А я все думала, что ты так сильно пахнешь Бейрином только потому, что живешь с ним в одной комнате.

- Я пахну Бейрином?! – поморщилась я, и Айлит рассмеялась.

- Не бойся, это слишком тонкие запахи, люди их даже не замечают.

- А причем тут расческа?

- Волосы и у людей, и у волков выделяют специальный секрет. У кого-то больше, у кого-то меньше. Люди обычно считают это признаком грязных волос, - я понятливо кивнула. – Для волчьего обоняния все гораздо серьезнее. Для нас это очень яркий запах, говорящий о носителе. Видела, как кошки и собаки трутся о своих хозяев? – я снова кивнула. – Тем самым они оставляют на них свой запах, чтобы все вокруг об этом знали. Теперь поняла?

- Надо прятать свою расческу! – на что Айлит лишь звонко рассмеялась, а я вдруг вспомнила о записной книжке, которая лежит у меня в шкафу. Интересно, Бейрин уже знает, что я хозяйничала у него в кабинете. – Но зачем он это делает?

- Ты и сама знаешь ответ. Только не хочешь это признавать.

- Ну хорошо. Предположим, я все понимаю. Зачем нам это? Поддаться флюидам влюбленности? Позабавиться год, другой? А что будет потом? Что будет, когда Лейтто вырастет? Что будет, когда его брат, ваш Лорд, прикажет ему вернуться в строй? Или возможности его силы убеждения распространяются и на Альфу?

Айлит тяжело вздохнула, поджав губы.

- Я понимаю, о чем ты говоришь. Ты боишься и не доверяешь нам. Но ты ошибаешься. Волк, влюбленный волк, способен противостоять целому миру, - было видно, что девушка хотела сказать что-то еще, но смолчала. Быть может, не хотела выдавать чужие тайны, а быть может, целенаправленно утаивала правду.

На что я лишь подозрительно сощурилась. Ага, влюбленный он. Пока кроме домогательств и собственнических замашек, я от него больше ничего не видела.

- Как знать, может это самое правильное решение в моей жизни.

- Ты только себя не обманывай. Можешь оправдывать сколько хочешь. Но только не лги.

- Хорошо. Но как же на счет тебя. Ведь ты сама сказала, что ваш братец направил тебя сюда с определенной целью. Что будет, когда он все узнает?

Девушка снова поджала губы, как бы сожалея.

- Понимаешь, наш Лорд всегда действует исключительно во благо семьи и нашей расы в целом. Он желает Бейрину только самого лучшего, - я фыркнула на этой фразе, ведь очевидно, что самое лучшее – это не про меня, но Айлит продолжала, - И я уважаю его мнение, поэтому я здесь. Вейлин – наш Альфа, его приказы мы выполняем беспрекословно, потому что всецело доверяем ему и полагаемся на него. Но моя любовь к Бейрину сильнее. Он мой брат, мы росли вместе, а потому он всегда был моим любимчиком: старшим, сильным, великодушным, добрым. Он защищал меня от всех невзгод, даже когда весь мир был против нас. Я люблю нашего Лорда, но еще больше я желаю счастья Бейрину.

Странная, откровенная тирада меня смутила. И с чего она вообще взяла, что я принесу волку счастье. Что же он тогда так бесится рядом со мной. Или она еще и будущее умеет предсказывать? Об этом я спрашивать не стала, а озвучила то, что меня задело:

- Кажется, ваш Лорд не был так принципиален в вопросах межрасового неравенства, когда соблазнял мою сестру! – но Айлит пропустила эту мою дерзкую фразу мимо ушей.

Напыщенный, лицемерный пес! Мне его интрижка всю жизнь сломала, так он, оказывается, еще и недоволен чем-то!! Люди, видите ли, его не достойны!!

Немного поразмыслив, волчица как-то подозрительно сузила глаза, прежде чем сказала:

- А известно ли тебе, что зачать волчонка – это большая трудность, - я, не понимая, к чему она клонит, вздернула подбородок, - Обычно пары на протяжении нескольких лет пытаются завести потомство.

- Да, слышала о чем-то таком, но к чему ты клонишь?

- Обычно зачатию предшествует определенный ритуал, без которого все попытки сделать ребенка не имеют успеха.

- Говори уже прямо, - не выдержала я. На самом деле этот вопрос интересовал и меня. Просто я не ожидала услышать такую его интерпретацию.

- Как твоя сестра так быстро забеременела?

Повисла небольшая пауза, прежде чем до меня дошел смысл сказанного.

- Ты что, сейчас намекаешь, что молодая и успешная девушка, накануне собственной свадьбы с одним из лучших женихов человеческого королевства, сама подстроила то, что разрушит всю ее жизнь? А также жизнь ее родителей и сестры! Я даже спрашивать не буду, что именно ты имеешь в виду, но, поверь мне, Клотильда во всей этой ситуации – первая жертва! А также напомню, что люди, в большинстве своем, не обладают магией. Во всяком случае, наша семья точно.

- Но как тогда все произошло так быстро? Согласись, это очень странно. Да ты ведь и сама об этом думала.

- Да. Это очень странно. А может, это ваш Лорд чего учудил?

- А ему это зачем? Представляешь, какой опасности он подвергнет свою семью, если вдруг все станет явным.

- По крайней мере, он владеет Силой. Стой. Опасности? О чем это ты?! Кому может навредить интрижка на стороне? Это, конечно, неприятно скажется на репутации и вызовет скандал. Но такие вещи быстро забываются, особенно если приложить усилия.

- Нет. Ты не понимаешь. Все подумают так же, как и ты? Они обвинят Вейлина в использовании магии в личных целях. Сильной магии, - сделала она акцент на последней фразе, будто бы я могу отличать магию одну от другой. - С целью воздействовать на подданного другого королевства. Знаешь, сколько пунктов договора о содружестве это нарушит?

- Но разве человеческие женщины и раньше не выходили за волков, и не рожали им детей?

- Выходили, но таких браков не так уж и много по известным причинам. Да и во всех случаях прежде совершался магический обряд.

- Хорошо, тогда кому может быть выгодна такая ситуация? Уж явно не нам.

- Мало ли кому, любому недоброжелателю из соседних государств.

- А у вас у самих, неужели все такие добросердечные и порядочные?

- Нет, конечно. Злопыхатели могут быть и среди нас. Наш род очень древний, и линии чистокровные, по большей степени. А потому обладателей силы становится все больше. Не исключено, что кто-то решил, что пора сменить династию. Только эти глупцы не учитывают одного, наш Лорд силен не только благодаря заключенной в нем магии.

Айлит так неопределенно закончила, что мне захотелось узнать, чему же именно благодаря. Но очевидно то была информация не для моих человеческих ушей, а потому я предположила сама:

- Но почему именно, ты мне, конечно же, не расскажешь, - улыбнувшись, волчица утвердительно кивнула, и я продолжила, - Но разве вы не искали виновного? Это же государственная измена? И просто серьезное преступление.

- Мы ищем, и просто так это дело не оставим, - как-то странно произнесла девушка.

Если бы я ее не знала, то подумала, что она угрожает именно мне, намекая на обман с нашей стороны. А потом они еще говорят «расслабься» или «доверяй нам».

Ага, сейчас!

На что и намекнула:

- Из всей этой ситуации я уяснила только одно: людям и волкам – лучше дружить, но держаться друг от друга подальше.

- Ты переворачиваешь все с ног на голову. Держать ухо востро еще никому не помешало. Но и бросать все силы на вражду – глупо, тогда как эти силы можно направить на созидание и, - она улыбнулась, прежде чем продолжить, - любовь.

- Слушай, меня начинает пугать твоя в этом заинтересованность.

- Просто я не могу смотреть на то, как вы разрушаете прекрасное, и то, как ты мучаешь моего брата.

- Я его мучаю?! – брови непроизвольно поднялись на лоб. – И почему, разреши узнать, ты не придерживаешься того же мнения, что и ваш Лорд?

- Потому что я знаю Бейрина. Он изменился с тех пор, как начал жить здесь. Точнее, - она задумалась, - стал прежним. А то я уже боялась, что этот заносчивый робот навсегда занял место моего настоящего братишки.

Так это раньше Бейрин был заносчивым? Тогда какой же он сейчас?! – подумала я, но сама лишь покачала головой.

В это же мгновенье Лейтто, который спал в своей кроватке в моей комнате, проснулся и заплакал, а потому я пошла за ним.

Больше мы с Айлит не разговаривали на эту тему. Она высказала свою точку зрения, но решение все-равно остается за мной. Несмотря на то, что я уже все решила, слова волчицы меня тронули. Волей-неволей мысленно я возвращалась к этому разговору весь день. Конечно, каждой девушке будет приятно слышать, что кто-то к ней неравнодушен и переживает за нее, или даже меняется к лучшему, пусть даже сама девушка это никак не замечает.

Рассматривая играющего волчонка, я вдруг ясно вспомнила лицо Бейрина. Интересно, он хотя бы раз представлял нас родителями этого ребенка. Странная получилась бы семья, но тут, вдали от посторонних глаз и ушей, мы бы могли быть счастливы.

Передо мной мысленно всплыл строгий образ матери. Узнай она, о чем я сейчас думаю, прибила бы на месте. И еще я подумала о Кло. Мне запрещали даже переписываться с ней.

Интересно, как она? Готовится ли к свадьбе? Вспоминает ли о своем сыне и обо мне?

Из-за всех этих раздумий я решила позвонить маме. Слишком долго мы не созванивались.

К трубке долго никто не подходил, пока я ждала ответа. Я даже испугалась, не случилось ли чего.

- Да? – послышался знакомый голос.

- Привет, мам! Это Лин.

- Лин? – удивилась мама, - Что-то случилось?

- Нет, - поспешила заверить я, - все хорошо. Просто я решила узнать, как у вас дела. Как папа? Как Кло?

- У нас тоже все хорошо. Мы сейчас очень заняты, активно готовимся к свадьбе. Она ведь уже через два месяца.

- Оу! Я и забыла.

- Да-да, поэтому мы тебя и не трогаем. У тебя там свои дела.

- А как Кло? Восстановилась после…

- Лин! – не дала мне договорить мама, - Я же просила даже не поднимать эту тему! О чем ты думаешь?! – вспылила она, было видно, что этот разговор ей не приятен до дрожи, но затем, смиренно вздохнув, она произнесла, - У нее все хорошо. И она тоже вся в трудах и заботах. Семья Элийских приняла ее очень хорошо. А сестра Артура, Венера, с недюжинным рвением и усердием принялась помогать Клотильде. Венера – просто чудесная девушка!

- Мм, это очень хорошая новость.

- Да, Лин, во истину так. Наконец-то и над нашей семьей воссияла благословенная звезда! Ладно, Лин, мне пора бежать. Мы обещали предоставить к свадьбе цветы из нашей оранжереи. Нужно распорядиться, чтобы к назначенному дню все было готово.

- Хорошо! Пока.

Но ответом мне стали лишь короткие гудки. Я посидела так еще немного, вслушиваясь в противный писк в трубке, пока тот не прервался.

Похоже, у них там и впрямь все хорошо!

Не понимаю, почему это меня так расстраивает.

Неожиданный приступ зависти, обиды и злости заставил меня сжать кулаки.

- Венера – чудесная девочка! – передразнила я родительницу.

На ее месте должна была быть я! Но я здесь, служу волкам!!

Так захотелось позвонить Элийским или, еще лучше, в какую-нибудь желтую газетенку и выдать все их грязные секреты. Вот это был бы скандал! Ярость быстро сошла на нет, когда я подумала о Лейтто, Бейрине и Айлит. Эти трое явно не заслуживали от меня такой подставы.

К вечеру мы снова с Айлит собрались в гостиной. Бейрина все еще не было. Из-за того, что услышала сегодня от волчицы, а также от мамы, я вдруг неожиданно ощутила, что жду волка и переживаю о том, где он.

И Бейрин вернулся. Вернулся во всей красе. Никогда его таким не видела!

Пьяный в стельку, он и пары шагов не мог сделать. Айлит сразу кинулась ему на помощь.

- Сестренка, - заулыбался окосевший волк.

- Фу, Бейрин, ты что, сам сюда приехал?!! Идиот! Чем ты вообще думал, когда в таком состоянии за руль садился!!

Айлит провела его через всю комнату и усадила на диван, где две минуты назад сидели мы с Лейтто.

Волчонок, учуяв неприятный и незнакомый запах спиртного, насторожился и притих.

Пока Айлит стаскивала с брата ботинки и куртку, волк растекся по дивану и, запрокинув голову, практически сразу захрапел. От чего я поморщилась, до этого волк никогда не храпел во сне. Лейтто, кажется, надоел этот несносный пьяный дядя, а потому он захныкал.

— Вот идиот! – выругалась волчица. – Я ему завтра устрою! Пусть дрыхнет здесь! – скомандовала она мне, с чем я, собственно, была согласна. А затем, покачав головой, добавила, - Слушай, вам бы уже разобраться. Раз уж на то пошло, скажи ты ему прямым текстом, что не нравится он тебе, - и забрала у меня Лейтто. – Пойду уложу его.

Я было тоже собралась идти за ней, но остановилась.

Надо бы положить Бейрину подушку под голову и накрыть пледом.

Так я и сделала. Только когда я приподнимала ему голову, он больно схватил меня за запястье. Чуть приоткрыв глаза, волк подтянул мою руку к носу и шумно втянул воздух.

- А, это ты, - то ли нехотя, то ли недовольно проговорил он. Затем глаза его закрылись сами собой, и он, ослабив хватку, произнес, словно во сне, - Дрянная девчонка! – выхватив свою руку, я отошла от него на пару шагов, но когда совсем уже было собралась уйти, сонный Бейрин проговорил чуть слышно, - Угораздило же меня влюбиться…

Я резко обернулась, решив, что он говорит это специально, но волк уже явно спал.

Засыпая в своей постели, я думала о его словах.

Влюбился? Кто, Бейрин? В меня?! Бред какой-то!

Но, с другой стороны, почему бы и нет? Почему Кло можно все, а я чем хуже? Разве я не заслуживаю немного внимания? Ведь это моя жизнь проходит здесь и сейчас. Ну и пусть, мы из разных миров! Ну и пусть, все закончится очень быстро, что, возможно, разобьет мне сердце. Какая разница, что будет завтра, если я могу побыть счастливой хотя бы сегодня?! Я ведь никого не обманываю, никому не причиняю боли. Кроме самой себя, разумеется, но это только мое дело!

На утро я встала с четкой уверенностью в том, что хочу поговорить обо всем с Бейрином.

Только вот моей задумке, кажется, было не суждено сбыться.

Бейрин изволил гневаться.

Утром, на кухне, при виде меня, он болезненно поморщился, словно это я вызывала у него головную боль, а не похмелье. И, ни слова не говоря, удалился с кухни.

- Похмелье? – поинтересовалась я, когда мы остались с Айлит одни.

- Угу. И не только. Я уже прочитала ему нотацию по поводу вождения в нетрезвом состоянии.

Дулся Бейрин еще долго. Причины такого поведения мне были не ясны. Хотя обижаться следовало как раз мне. Это ведь не я напугала его до ужаса, загнав в угол своими домогательствами.

После обеда, когда мы ходили с Лейтто на прогулку, я так и чувствовала на себе суровый волчий взгляд. Я знала, что он стоит за окном в своем кабинете и наблюдает за нами. О том, что волк задумал какую-то пакость или месть, думать не хотелось.

Только олениха радовала меня постоянством. Каждый день наведывалась за провиантом.

Все свое время Бейрин проводил в кабинете. Даже ужин иногда Айлит относила ему туда. Спал он тоже там.

Надо же, какой обидчивый!

Одним спокойным солнечным утром, встав пораньше, я попросила Айлит научить меня печь блинчики.

Все оказалось довольно просто.

Мы замесили с ней тесто одновременно, в разных посудинах. И взяли с ней две сковороды. А затем, уже испеченные блинчики раскладывали на разные тарелки, чтобы сравнить.

С такой пошаговой инструкцией, мои получились не хуже, чем у волчицы. Она поделилась секретом, что всегда добавляет ваниль для приятного запаха.

Я все еще возилась у плиты, переворачивая и свои, и блинчики Айлит, когда в кухне появился Бейрин.

- Привет, сестричка! Я надеялся, что утро начнется именно так, - послав сестре добродушную улыбку, он вдруг замер, заметив меня. Улыбка сменилась удивлением, и не придумав ничего лучше, он поздоровался и со мной.

Я закинула последнюю партию блинов на тарелку и села за стол сама.

- А мы тут с Лин обменивались кулинарным опытом, - улыбнулась волчица.

- Обменивались, - приподнял брови волк. – Разве ты умеешь готовить? – обратился он ко мне с вопросом, впервые за последние несколько дней.

На что я, лишь улыбнувшись, пожала плечами. Яичницу-то я точно смогу пожарить, еще макароны отварить. Но за меня ответили:

- Конечно, умеет. А что не умеет, тому быстро учится. У нее это прекрасно получается, - к этому моменту Бейрин уже попробовал по нескольку блинчиков с каждой тарелки, а потому она продолжила. – Вот ты, например, можешь отличить, какую из тарелок напекла я, а какую она?

Волк задумчиво перевел взгляд с красной на зеленую тарелку. Ухмыльнулся. Втянул воздух ноздрями.

— Вот эти твои, - указал он на красную и не ошибся.

Неужели Айлит положила больше ванили, чем я.

- Хм… Правильно, - хмыкнула девушка.

- Руку мастера я узнаю всегда, - гордо заявил он.

- Ой! – озадачено воскликнула Айлит, - кажется, я перепутала. Вот на этой тарелке были мои, - соврала та.

Я не смогла сдержаться от смеха, увидев, как вытянулось лицо Бейрина. Айлит тоже захохотала. В итоге, переводя растерянный взгляд с меня на сестру, волк тоже рассмеялся.

- Ну и балбес же ты, Бейрин, - вытирая проступившие слезинки, проговорила девушка. Дав брату немного поесть, она вкрадчиво произнесла, - Бейрин…

- Что?

- Ты же помнишь, что я сегодня еду показывать Лейтто врачу?

Я с тревогой и удивлением посмотрела на нее, подумав, что все только начало налаживаться.

- Я тебя отвезу, - быстро ответил волк, видимо подумав о том же самом.

- Нет. Я сгоняю туда и обратно. И к вечеру вернусь.

- Ну, как хочешь, - пожал он плечами. Похоже, его успокоила мысль о скором ее возвращении, впрочем, как и меня.

Айлит укатила.

На самом деле с Лейтто было все в порядке. Порез быстро затянулся, оставив на коже лишь аккуратную серебристую нить вместо шрама.

Пол дня я ждала волчицу, и мне было скучно. Я знала, что в соседней комнате Бейрин, но он наверняка все еще злится на меня или занят делом.

В четыре часа вечера раздался звонок. Айлит звонила мне, чтобы сказать, что в городе объявлено штормовое предупреждение, что снег валит стеной, а еще и вьюга разыгралась не на шутку. Поэтому они с Лейтто задержатся в городе и поедут обратно только завтра утром. А также просила передать Бейрину, чтобы он не волновался.

Теперь у меня появился отличный повод, чтобы заглянуть к волку в кабинет и выяснить, чем он там занимается. Я хотела побежать сразу же, но предусмотрительно заглянула в зеркало перед выходом, и привела себя в порядок.

На улице уже совсем стемнело.

Глубоко вздохнув, я постучала в дверь его кабинета, и, не ожидая ответа, открыла ее.

В комнате было темно. Когда глаза привыкли к тусклому свету лампы на столе, я заметила хозяина в кресле.

- Мне Айлит звонила только что. Просила передать тебе, что она останется в городе на ночь из-за непогоды.

- Да-да, я в курсе, - монотонно произнес Бейрин, настраивая телевизор с помощью пульта управления.

В курсе?! – подумала я. Так Айлит сама уже все ему рассказала. Странно. Зачем тогда просила меня?

Неловкая пауза повисла в воздухе.

Мне следовало удалиться, потому что волк явно был чем-то занят. И темы для разговора у меня закончились. Но, когда я уже было собралась уходить, в телевизоре что-то громко зазвучало, ознаменовав тем самым начало какого-то фильма.

Так вот чем он тут занимался все эти дни!!

- А что ты делаешь? – решилась я все-таки уточнить.

- Фильм собираюсь смотреть, - обыденно ответил Бейрин.

- Какой?

- Что-то про гномов и жадного дракона.

- Ааа, - понимающе кивнула я, хотя и понятия не имела, о чем он говорит. По всей видимости, то была старая документалка. И уже совсем осмелев, добавила, - А можно с тобой?

Бейрин не стал удивляться или хмуриться, что было уже хорошо, лишь сказал:

- Только если сделаешь воздушной кукурузы.

- А она у нас есть?

- Да. В шкафу рядом с холодильником должна быть.

- Ладно, - пожала я плечами и удалилась.

Кукуруза и правда оказалась там, где мне сказали. Ее требовалось лишь бросить на разогретую сковороду, накрыть крышкой и подождать несколько минут. Инструкция была на волчьем, но по картинкам и так было все понятно.

Взяв самую большую и глубокую тарелку, больше напоминавшую таз, я доверху наполнила ее.

Когда вернулась в кабинет, фильм стоял на паузе, а диван, на котором я когда-то спала, развернут в сторону экрана. Очень удобно.

Я села, поставив тарелку между нами, и просмотр начался.

Фильм оказался современным, со множеством спецэффектов, снятый оборотнями. Вот почему я о нем даже не слышала, хотя сюжет показался мне знакомым. Скорее всего, то была одна из легенд прошлого, переиначенная на волчий лад. А потому все действующие лица картины, так или иначе, превращались в волков, даже некоторые из гномов. Было забавно на это смотреть.

Так или иначе, фильм нас явно затянул. Мы с Бейрином по очереди запускали руку в тарелку с кукурузой, не отрывая взгляда от экрана.

Только спустя какое-то время я обнаружила, что тарелка стала от меня удаляться. Так как мы сидели практически на разных концах дивана, волк, видимо, потихоньку подтягивал ее к себе. А мне пришлось двигаться за ней. В итоге мы оказались совсем рядом. После того, как Бейрин поставил тарелку к себе на колени, я недоверчиво на него посмотрела, но тот не удостоил меня взглядом. Пожав плечами, я тоже решила не заморачиваться.

Не заморачивалась я и тогда, когда рука волка плавно переместилась со спинки дивана мне на плечи. Я знала, что в этот самый момент волк перестал смотреть фильм.

Вот он, наверное, бедненький удивился, что со мной не так, что я вдруг не вздрагиваю от его прикосновений. Еще через пару мгновений сомнений и раздумий тарелка полетела на пол. Меня опрокинули на спину, на диван, руки перехвачены и зафиксированы, а волк сверху изучает мое лицо.

- Ой, ты рассыпал кукурузу, - невинно произнесла я, вместо ругательств и оскорблений.

Пожалуй, я навсегда запомню этот его взгляд. Он замер, неверяще глядя на меня. В фильме наступила развязка, а потому много ярких сцен сменяли одна другую. От этого на лице Бейрина мелькали теплые отблески. Недолго думая, он решил предпринять рискованный шаг. Быстро склонился над моими губами, делая вид, что хочет поцеловать. Хотел заставить меня отвернуться, как раньше, но этого не произошло.

- Что ты делаешь? – все также критически близко к моим губам произнес волк.

На что я, улыбнувшись, приподняла голову и чуть коснулась его губ в ответ.

Он слегка отстранился, так растерянно на меня глянув, что я испугалась, как бы тот не сбежал. Образ смущённого Бейрина меня развеселил, но рассмеяться мне никто не дал. Жаркий, настойчивый поцелуй разом выбил все ненужные мысли из головы. Мне понравилось то, с каким отчаянием он целовал меня. Словно его все это время мучила жажда, и я была единственной, кто может утолить ее.

Я была желанна, меня хотели, требовали. Его дрожащие от желания руки еле сдерживались, чтобы не порвать на мне одежду. Но он все еще не решался, словно боялся напугать, или что я снова убегу. Когда я сама потащила его футболку вверх, прикасаясь к его напряженному торсу, волк тяжело вздохнул и перехватил мои ладошки. Его глаза полыхали зеленым диким пламенем, немного пугающе. Он внимательно посмотрел на меня.

Неужели думал, что я всего лишь играю?!

Я легко потянула руки на себя, и он не стал удерживать. Тогда я снова прикоснулась к его телу. Горячее. Мне вдруг захотелось обнять его обнаженной. Раствориться в нём.

И он все понял. Рывком вставая с дивана, он потянул и меня за собой, так как я крепко обхватила его ногами за талию.

Мы не говорили. Не задавали лишних вопросов. Мы оба знали, чего хотим и как этого добиться.

Мы перебрались в нашу кровать. В этот раз Бейрин был яростным, бешенным, словно ураган. Будто бы мстил за все, что я ему сделала, и наслаждался этим. Заставляя кусать губы от исступления, он мучил меня, лаская и дразня.

Когда чуть позже, тяжело дыша, мы лежали среди разбросанных подушек, одеял и простыней, он неожиданно спросил:

- Хочешь мороженного?

Я даже привстала на локтях. Это все, что он хочет узнать сейчас?! Может, он все это время только и думал, что о еде? Я некоторое время изучала его спокойное лицо. Не шутит ли он, и если да, то что имеет в виду.

Но волк, похоже, не шутил.

- Мороженное, - вкрадчиво проговорил он, приоткрыв глаза, - прохладное и сладкое, как раз то, что нужно.

- Не-е. Я бы не отказалась от бокала вина, но вы волки, похоже, не очень цените этот напиток.

Бейрин как-то странно и довольно ухмыльнулся.

- Пошли, - скомандовал он, вставая.

- Куда? - мне было так тепло и уютно, и хотелось еще так полежать.

- На кухню, конечно же! – на что я с сомнением на него посмотрела. – Давай, давай! – не желал принимать отказ волк.

Сам он уже встал и одел штаны. Затем взял свою футболку, покрутил ее в руках и бросил мне.

— Вот, надень это.

Я в недоумении посмотрела сначала на одежду, которую мне предложили, затем на самого волка.

- Любишь, когда девушки носят твои вещи? – спросила я, но и сама знала ответ. У волков похоже пунктик по поводу обмена запахами.

- Может быть. А ты что, против? – уклончиво ответил он.

- Кажется, нет, - я пожала плечами, натягивая его футболку и свои штаны. – Эм, подскажи, а ты любишь, только когда девушки одеваются в мужскую одежду? Или сам тоже любишь переодеваться, - захохотала я.

Неоднозначная шутка сработала. На мгновение волк даже смутился, но затем, покачав головой, просто подхватил меня, перекинув через плечо, и шлепнув меня по попе, направился из комнаты.

- Ай, - продолжала я смеяться. – А как же мои тапки? Пол же ледяной! – но меня никто не слушал.

Спустившись на кухню, Бейрин любезно усадил меня на стул и приказал сидеть.

Быстро положив на стол сыр, пару булочек, оливки и брикет мороженного, он обошел холодильник слева, и нажав на плоскую деревянную панель на стене. Панель щелкнула и легко отъехала в бок. Там, на специальных подставках лежали запылившиеся бутылки в несколько рядов.

- Так здесь, все это время, был целый склад вина?! Почему ты не говорил?!

- Так ты и не спрашивала, - усмехнулся Бейрин, явно довольный моей реакцией.

Удивительно, как за все это время, пока мы были на кухне и разговаривали ни о чем, между нами не возникло даже намека на претензии. Мы болтали и шутили, как словно недавно познакомившиеся влюбленные.

Вопросов была масса и у меня, и у него, просто мы оба решили не портить такой чудесный вечер.

Что касается меня, то я окончательно и бесповоротно решила сыграть в эту игру, чего бы мне это не стоило. Предполагаю, что Бейрин рассматривал все происходящее как-то иначе, но пока не поднимал этой темы, боясь спугнуть. Мне было все равно. Я решила, что как бы небыли тяжелы последствия, я подумаю о них, когда придет время.

- Все, я хочу обратно в комнату, - произнесла я, чувствуя, что замерзаю в одной футболке. Я протянула руки, давая понять, что возвращаться пешком, по холодному полу не намеренна. Но Бейрин и не сопротивлялся, просто взял меня и отнес туда, откуда взял.

На часах было около десяти, а потому пребывание в постели в это время прямо показано, и мы не стали нарушать режим. Правда, уснули мы не сразу, а лишь глубокой ночью.

Утром я проснулась на груди у Бейрина.

Сначала оценив обстановку, я облизала губы, проверяя, не пускала ли я опять слюни во сне. В этот раз все обошлось.

Сердце волка билось в груди тихо и равномерно, поэтому я подумала, что он все еще спит.

- Даже не думай отстраняться, - послышался его спокойный, но повелительный тон, от чего его грудная клетка завибрировала, а по мне побежали мурашки.

- Я и не собиралась, - довольно хмыкнула я, обнимая большого и теплого Бейрина. За что получила поцелуй в макушку. Но потом все же пришлось поднять голову. – Ой, скоро же Айлит приедет. Сколько времени?

- Половина одиннадцатого. Да, она написала мне и сказала, что в пути.

- Надо вставать, - села я рядом с волком. Но тот, перехватив меня за руки, утянул меня обратно под одеяло. Так еще и сжал в объятьях, как удав.

Я немного поныла для приличия, но на самом деле мне и самой было так приятно лежать. Не знаю, сколько прошло времени, как по мне, так недостаточно, но вскоре волк и сам понял, что нужно подниматься.

Сидя на кровати, закутавшись в одеяло, я следила, как тот одевался. В заключении он подошел к зеркалу, снова взял мою расческу и провел ею пару раз по волосам.

Мне на самом деле хотелось поговорить с ним о том, как мы будем вести себя перед Айлит, но сказала я другое.

- Я знаю, зачем ты это делаешь.

- Что? – посмотрели на меня из отражения заинтересованные и хитрые глаза.

- Пользуешься моей расческой, хотя у тебя есть своя. Мне Айлит рассказала.

Я подумала, что он должен как минимум смутиться. Но волк и глазом не моргнул, снова перевел глаза на свое отражение и как бы, между прочим, произнес:

- А Айлит не спрашивала, понравились ли тебе рисунки?

По телу пробежался электрический разряд от испуга, словно меня поймали за руку ровно тогда, когда я обшаривала его стол.

Так он все знал!

Кажется, я покраснела, но решила не подавать виду.

- Нет, не понравились, - прищурилась я. – По-моему, у девушки слишком не натуральная, гипертрофированная внешность, - на этих слова волк подошел и сел рядом. И так как я на него умышленно не смотрела, он взял меня за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. От этого стало еще более неловко. – А ведь она на самом деле не такая, - закончила я.

- Знаешь, как говорят, - с легкой усмешкой прошептал Бейрин, - со стороны виднее.

- Так ты у нас значит, ценитель прекрасного, и еще художник?

Волк довольно ухмыльнулся, но вместо ответа на мой вопрос произнес:

- Кажется, у нас гости.

От такой новости я вздрогнула и повернулась к окну.

- Как? Уже?! – теперь и я услышала звук приближающегося автомобиля.

Я начала суетиться. Чуть не упала с кровати, когда вставала, от чего Бейрин насмешливо покосился на меня, удаляясь вниз.

Я быстро оделась и закрутила волосы в пучок на затылке.

Когда я спускалась вниз, Айлит с Лейтто на руках только вошла. Мы с Бейрином встали перед ней, словно давно ее тут ждем. Волк, кажется, что-то успел перехватить на кухне, а потому приветствовал сестру с набитым ртом.

- Привет! – ответила она, - Вы что, только проснулись?!

И как только догадалась? Мне вдруг стало так неловко. Неужели она все знает.

Поэтому я лишь неопределенно пожала плечами, принимая Лейтто, чтобы побыстрей удалиться.

Кажется, Бейрин это тоже заметил, а потому по-хозяйски, немного нагло, приобнял меня за плечо. Я попыталась освободиться, но он лишь еще больше притиснул меня к себе.

Айлит радостно улыбнулась, переводя довольный взгляд с волка на меня.

Ооо, Небеса, и почему всё так неловко!!

Когда странная пауза затянулась, я подала голос.

- Пойду, переодену Лейтто. Ну, Бейрин, отпусти! – тот нехотя разжал свою ручищу. Уже поднимаясь по лестнице, я услышала:

- Я так рада, что у вас все наконец-то наладилось!

- А я как рад...

Следующие несколько дней мы жили одной большой, дружной волчье-человечьей семьей.

Айлит любезно соглашалась посидеть с Лейтто, давая нам с Бейрином побыть вместе.

Мы же с волком не разговаривали и даже не пытались поднять тему о том, что между нами происходит. Хотя я и стеснялась проявлять свои чувства при Айлит, и всякий раз уворачивалась от объятий волка, по вечерам в постели мы засыпали вместе в обнимку.

На самом деле, необходимости в том, что Айлит присматривала за Лейтто в ночное время, уже не было. Волчонок снова стал спокойным, хотя у него и продолжали резаться остальные зубки. Наверное, самое страшное он уже пережил. Он активно рос, хорошо ел, научился ползать и теперь постигал мир вокруг на своих четырех. Конечно же, для нас помощь волчицы была неоценима. Только ведь здесь она была явно не за этим, что вскоре и подтвердилось.

Однажды утром я спустилась на кухню, где уже были Айлит и Бейрин. То, что в воздухе витает некое уныние и печаль можно было заметить с первых секунд. Волки сидели грустные, словно что-то случилось. Только Лейтто бойко стучал деревянной ложкой по своему столику.

- Привет! – поздоровалась я с Айлит, и сразу же спросила, - Что случилось? - но ответа не последовало. Вместо этого Бейрин обратился к волчице.

- Ты просто постарайся ничего не рассказывать.

- Ты же знаешь, - тяжело вздохнула она, - я не смогу соврать Ему.

- Эй, в чем дело? – ткнула я пальцем в бок Бейрину, чего он очень не любил, а потому перехватил мою ладошку и зажал в своих руках. Я попыталась вернуть ее обратно, но мне никто не позволил.

- Айлит приказано вернуться, - произнес он, быстро поцеловав мои пальцы.

- Вернуться? Куда? И что в этом плохого? – переводила я взгляд с одного на другую.

- В столицу. К нашему Лорду. С докладом, - ответила Айлит.

Хотя она и упоминала раньше о том, что здесь находится для того, чтобы приглядывать за нами, за мной, я все равно не очень понимала, что в том такого. Ей же не обязательно рассказывать все, что она тут видела. Нахмурившись, я хотела задать очередной вопрос, но заговорил Бейрин.

- Впрочем, можешь рассказать ему все как есть. Я и сам планировал это сделать.

- И когда ты уезжаешь? – я решила, что расспрошу волка обо всем подробнее, когда мы останемся одни.

- Немедленно, - поджала губы девушка. Было видно, что ей этого очень не хотелось.

- Но ты вернешься?

- Не думаю. Боюсь, мой доклад нашего Лорда не удовлетворит.

- Что? – удивилась я. О чем это она собралась там ему рассказывать.

- Айлит! – осадил ее Бейрин. – Я сам ей все расскажу.

- Да уж, будь добр! – растерянно глянула я на волка.

Пока Айлит собирала свои вещи, Бейрин попытался растолковать мне ситуация.

- Понимаешь, - начал он, - мой брат был не мало озадачен тем, что твоя сестра понесла от него.

- Неужели? – ухмыльнулась я. – Вас разве не предупреждали, что от незащищенного секса появляются дети?!

- Не в нашем случае! Разве ты не знаешь, что… - Бейрин и так был на взводе, а потому я его остановила.

- Да, знаю, мне Айлит рассказывала, но причем тут мы?

Волк тяжело вздохнул, но продолжил:

- Те, кто в курсе этой ситуации полагают, что зачатие произошло не случайно, что в этом замешана либо одна из сторон, либо кто-то третий, - было видно, как волк подбирает слова, а потому решила облегчить ему задачу.

- Да, я в курсе. Айлит и об этом мне говорила. Мы к этому не причастны, если ты хочешь знать.

- Да, мы знаем, - не стал отрицать волк. – Для этого нужна магия, а в вашей семье ее никогда не было.

- Вы что проверяли? – улыбнулась я, и была поражена ответом.

- Да. До десятого колена, - потупился он.

У меня разве что челюсть не отвисла.

- Что?! А почему же не до двадцатого? Может быть там, маг завалялся, - теперь начала раздражаться я, но Бейрин не позволил мне этого сделать. Он перехватил мои руки и притянул к себе, усаживая на колени. Я попыталась не поддаваться на провокацию и отстраниться, но волк поцеловал меня в шею, затем ключицы, скулы, заставляя повернуться, пока поцелуй не коснулся моих губ.

- Айлит говорила, что она здесь, чтобы следить за мной, - произнесла я, возвращаясь к нашей теме, когда смогла говорить.

- Да, - снова посерьезнел волк. – Негласно представители нашего рода не могут соединяться с другими расами.

- И видимо не зря, - понимающе хмыкнула я, - поэтому твой брат хочет уберечь тебя от ошибок, которые совершил он сам.

Похоже, Бейрин был готов к какой угодно реакции, кроме понимания. А потому он склонился надо мной, заглядывая в глаза.

- Я тебя никому не отдам, - начал он, но я его остановила.

- Не надо, Бейрин. Ничего не обещай. Так будет лучше для нас обоих, - пытливый взгляд волка стал хмурым, будто он хотел возразить, но я быстро закончила. – Пусть будет, что будет, - и поцеловала его.

Просто мне не хотелось слышать обещания, которые тот не сможет исполнить, или исполнение которых принесет ему вред или боль. Может он и верил во что-то искренне, верил в нас, и не хотел понимать, что все это может быть временным. Но скоро он и сам это осознает. Что касается меня, то я с самого начала знала, что у нас нет будущего, потому что сама судьба против нас.

Глава 7. Маскирующее заклинание.

Айлит уехала, и мы снова остались одни.

Весь день Бейрин не отходил от нас с Лейтто ни на шаг. Даже на прогулку пошел с нами.

Мне была приятна такая забота, хотя я и понимала, с чем это было связано.

Вечером этого же дня, уложив Лейтто, Бейрин накинулся на меня, словно голодный зверь. Словно тысячу лет не видел меня и хотел наверстать упущенное. Страстная, дикая агония. Я почти была готова молить о пощаде, но Бейрин остановился сам.

Обессиленный, он рухнул рядом, беспомощно на меня глядя.

Я улыбнулась, склонилась над ним, заглядывая в глаза, убирая влажные пряди с лица.

- Эй, все хорошо? – тихо спросила я, гладя по щеке.

- И да, и нет. Не понимаю в чем дело. До Луны далеко, но в груди такая дикая тоска. Словно я схожу с ума, - а затем, чуть помедлив, добавил, - Я не могу тебя потерять.

- Бейрин, - я серьезно посмотрела на него, - Мы же уже об этом говорили. И потом, не забудь, по контракту я еще несколько лет от тебя не отстану, - пыталась я заставить его улыбнуться, и у меня это получилось. Улыбка чуть коснулась его губ, а затем, заграбастав меня огромными ручищами, крепко обнял. Мы так и уснули.

Следующие пару дней, мы принадлежали сами себе. Я уже начала привыкать к нашей уютной и маленькой семье. Казалось, ни что не может нарушить наш уклад. И то, что с нами происходило, я с полной уверенностью могла назвать счастьем.

Жаль, длилось все это великолепие недолго.

Одним чудесным утром, когда мы отправились завтракать в одних пижамах, случилось нечто, что мы никак не ожидали.

Мы были очень увлечены завтраком, точнее тем, что ему предшествовало. Бейрин усадил меня на стол и самозабвенно целовал. Кажется, я начала догадываться, что просто так поесть у нас не получится, потому что Бейрин решил осуществить одну из своих фантазий. И я, пожалуй, тоже была не против.

Но вдруг волк резко остановился. Глаза его сузились, а из горла послышался утробный рык, словно его лунный зверь хочет выбраться на свободу прямо сейчас.

- Брат здесь, - сквозь зубы процедил он, глядя куда-то в сторону окна.

Эта новость немало меня напугала.

Какой брат? Сам Лорд оборотней?

Но, взяв себя в руки, я прикоснулась ладошкой к щеке волка, заставляя его посмотреть на меня.

- Бейрин, все хорошо. Он нам не враг. Мы заботимся о его ребенке, - напомнила я еще раз и себе о том, зачем мы здесь.

В ответ Бейрин лишь как-то странно, немного задумчиво ухмыльнулся.

- Мне нужно кое-что сделать.

- Что? – удивилась я. – Одеться?

- Нет, - волк был слишком серьезен, чтобы ему перечить или задавать лишние вопросы. – Посиди спокойно. И не бойся. Это не займет много времени.

- Хорошо.

- Еще мне нужно, чтобы ты закрыла глаза, и не открывала, пока я не скажу.

- Бейрин, что за игры?

- Не спорь, пожалуйста. Мне нужно тебя защитить.

- Каким образом?

- Магическим, - но, не давая возможности возразить, Бейрин добавил. - Лин, пожалуйста, это очень важно, а у нас мало времени. Это ментальная защита, чтобы Вейлин не смог тебя прочитать.

- Хорошо, - я недовольно вздохнула, но подчинилась, закрывая глаза.

Все это время я сидела на столе. Бейрин же, взяв стул, сел напротив меня. Так как глаза были закрыты, я лишь могла ощущать, что мой волк уткнулся лбом мне в солнечное сплетение, а руками стиснул бедра и спину. Так я не могла отклониться или отстраниться. Затем он зашептал. Что-то на своем наречии, поэтому я ни слова не поняла. Более того, я с трудом различала звуки. Меня так и подмывало открыть глаза, или запустить руки к нему в волосы, но я сдерживалась. Он ведь попросил. Вскоре все неожиданно прекратилось. Бейрин отпустил руки и замолчал, но я упорно продолжала хранить молчание и не открывала глаз.

- Такая важная, - усмехнулся он мне в лицо, и поцеловал в нос.

Ворота уже начали отъезжать в сторону для того, чтобы пропустить машину Лорда, а мы понеслись наверх одеваться.

Бейрин первый спустился вниз. Я же осталась в комнате с Лейтто.

- Брат! – послышался раскатистый мужской бас, словно гром среди ясного неба, - Надеюсь, я тебе не помешал?

- Конечно же нет, брат! Ты приехал увидеться с сыном?

- И с сыном тоже. А также хотел разузнать, как ты тут поживаешь. Не нуждаешься ли в чем. Все-таки брату Лорда оборотней не пристало проводить столько времени в захолустном, охотничьем домишке. Разве что тебя тут держат в плену, - хохотнул Лорд, в надежде, что его услышит весь дом, а также прилегающие окрестности.

- Ты же знаешь, мой Лорд, это неприступный бастион. Я и сам могу удерживать тут в плену кого захочу.

Оба расхохотались, но смех показался мне каким-то наигранным.

- Итак, покажи мне моего, - замялся, видимо, выбирая между бастардом и наследником, - отпрыска.

Мы с Лейтто быстро переглянулись.

- Ну все, веди себя хорошо, - быстро шепнула ему я. Малыш притих, будто все понимая, а быть может, давящая аура его папаши подействовала на него, впрочем, как и на меня.

В комнату вошли двое.

Хоть Лорд оборотней и был всего лишь на чуть-чуть выше и больше младшего брата, смотрелся он по истине угрожающей исполинской глыбой.

Я сделала быстрый книксен, Лейтто и вовсе не захотел поворачиваться.

Лорд быстро осмотрел комнату, и, задержавшись взглядом на нашей кровати, чуть заметно поморщился. Затем его суровый взгляд упал на меня.

Я не знала, что принято делать в таких ситуациях у волков. Стоит ли опустить глаза или склонить голову. Мне этот бугай был не Лордом, а потому я дерзко смотрела ему в лицо, с трудом выдерживая пытливый, изучающий взгляд.

- Прекрасна, как и ее сестра, - вдруг неожиданно проговорил волк, чем не мало меня смутил. На Лейтто он почти не смотрел. – Так ты, брат, решил не жить в своей комнате, - проговорил, возвращаясь в коридор. – Что же сейчас в ней?

«В своей комнате» - произнесла я одними губами, вопросительно глядя на Бейрина. Тот виновато потупился, удаляясь за братом.

- Так ты сделал здесь кабинет!

— Это было необходимо, когда с нами жили посторонние. Но ты и сам знаешь, - проговорил Бейрин, даже не обернувшись. Зайдя в комнату, он прикрыл за ними тяжелую дверь.

Так вот, значит, где находилась его настоящая спальня. А кровать, наверное, стояла в конце комнаты, за столом и креслом.

«Вот поросенок!» - усмехнулась я.

Братья волки заседали в кабинете Бейрина не меньше часа. Уж не знаю, что такого важного они могли там обсуждать.

Переговоры закончились тогда, когда Бейрин быстрым шагом направился к нам в комнату. Он нервничал. Прикрыв дверь, он быстрым шепотом заговорил.

- Мне нужно будет сейчас уйти.

- Что? – напугалась я. – А он? – указала пальцем на дверь, имея в виду Лорда

- Он отправится со мной.

- Бейрин…

- Просто оставайся в комнате. Я вернусь до вечера. Закройся и никому не открывай.

Быстро поцеловав меня, он направился на выход.

Вот тебе и: «не отдам тебя никому». Я не обижалась на волка, понимая, что ослушаться приказа Альфы и противостоять ему практически невозможно в волчьем мире. В их обществе присутствует сильная иерархия. Принципы подчинения и повиновения главе – значат все. Вот почему у них такая сильная правящая династия. В то время как в человеческом мире правящие семьи сменялись одни за другими, волчий королевский род правил на протяжении нескольких веков.

Не смотря на приказ Бейрина сидеть в комнате, я решила проводить их, куда бы они не направлялись. А также мне было необходимо попасть на кухню, так как я еще не успела поесть.

И Бейрин, и его брат уже стояли внизу.

Они были одеты в странные меховые плащи, напоминающие халаты из медвежьей шкуры. Я недоуменно склонила голову на бок, но Бейрин лишь качнул головой, умоляя не спрашивать.

- Не закрывай дверь, - обратился ко мне Лорд оборотней, на что я лишь пожала плечами.

- Как пожелаете.

Оба скрылись за входной дверью, а я бросилась к окну на кухне, чтобы проследить, куда они направятся в таких нарядах.

Пару минут ничего не происходило. Я уже начала думать, что они застряли там в дверном проеме и не могут выйти, но следующая секунда прояснила ситуацию.

Быстро сбежав по ступенькам веранды, передо мной предстал зверь, назвать которого волком не повернулся бы язык. То был не просто волк, которых мне случалось видеть прежде. Волчище, размером с теленка, пушистая коричнево-рыжая шерсть с серебристыми вкраплениями которого подрагивала на ветру. Зверь покрутил ушами, прислушиваясь, и повел носом, улавливая запахи, приносимые ветром. Встряхнув головой, он посмотрел в окно кухни, ровно туда, где сидела я.

В это мгновенье я и не заметила, как перестала дышать. Для меня все это было впервые - удивительно и ужасно, завораживающе и невообразимо одновременно. В моей голове так и метались мысли, словно молнии. Как это? Вот был человек, и вдруг он превратился в волка. Моя челюсть отвисла непроизвольно, а зверюге, кажется, даже понравилась такая реакция. Если бы он мог, то наверняка бы ухмыльнулся, как Бейрин. То, что это был именно он, сомнений не вызывало. Мне почему-то всегда казалось, что он должен быть именно такого окраса. Теплый и пушистый. Мне вдруг резко захотелось погладить его, запустить пальцы в его мягкую шерсть на шее. И почему он раньше не показывал мне этого красавца?

В следующую секунду волк резко взмахнул мордой, словно приказывая мне скрыться. И я послушалась, успев приникнуть к подоконнику так, чтобы меня было не заметно, прежде чем к Бейрину присоединился огромный, великолепный, черный с ног до головы волчище. Не на много крупнее, но в несколько раз опаснее. От одного его вида бежали мурашки. Я заметила, как Бейрин чуть склонил голову перед своим Лордом, прежде чем оба зверя растворились в лесу.

Некоторое время я сидела под впечатлением, не в силах пошевелиться, ведь я еще ни разу не видела лунного облика Бейрина. В своей голове, я постоянно именовала его волком. Это было естественно. Мы, люди, даже не задумывались, называя их так. Словно не веря и не осознавая до конца, что человек может обернуться зверем. Другое дело было увидеть все это своими глазами.

Вот интересно, он соображает также, как и человек, или звериное берет над ним верх всякий раз, как он надевает шкуру? А когда он охотится, он что, прямо собственными зубами перегрызает жертве горло?

Я поежилась.

Наверху заплакал Лейтто, выводя меня из задумчивости, и я, быстро сообразив бутерброд, побежала к нему.

Прошло уже много времени. День перевалил за середину, а братья даже не думали возвращаться.

Все это время мы с Лейтто провели в нашей комнате, и не выходили наружу, как и просил Бейрин. Лишь после обеда, когда на часах стукнуло два и в моем животе заурчало, я решила устроить вылазку на кухню. Да и у волчонка как раз был обеденный сон.

В доме было тихо.

Не зная, вернутся ли волки сегодня вообще, я подумала, что не плохо бы было сообразить себе перекус и на ужин. Посижу сегодня на сухом пайке, ничего со мной не случится.

Быстро покидав съестное на расстеленное на столе полотенце, я, только закрывая холодильник, заметила, что в углу у окна расположилась большая темная человеческая фигура.

И как я сразу его не заметила?!

Два немигающих желтых глаза следили за моими неуклюжими торопливыми действиями. Я даже ойкнула от испуга, когда увидела Лорда оборотней.

- Вы напугали меня, - запинаясь, произнесла я, приходя в себя.

- Не бойся меня, дитя, - снисходительно улыбнулся волк одними губами, глаза же остались холодными.

Дитя?! Он что, только что назвал меня ребенком?! А когда он сестру мою совращал, он тоже ее так именовал?! Ведь Клотильда не на много старше меня.

- Как поживает твоя сестра? – словно прочитав мои мысли, поинтересовался волк.

- У нее все хорошо. Через месяц должна состояться свадьба, - аккуратно завязав узелок с провизией, проговорила я.

— Вот как, - якобы удивился он, вставая со своего места и перегораживая мне единственный путь к отступлению. Будто бы он сам не знает, как у нее дела. – Замечательно. Надо будет направить послов на сие знаменательное мероприятие. Элийские – наши давние друзья и партнеры.

Отступив за стол, так, чтобы он стал преградой, между нами, я в удивлении перевела на него глаза. Вот это поворот!!

Волк заметил мое удивление, а потому пояснил:

- Наш древний род объединяют крепкие связи со старейшими человеческими кланами, - самодовольно проговорил он, и не пытаясь отступить в сторону, понимая, что мне никуда не деться.

- Связи, - повторила я, - надеюсь не подобного характера, - огляделась я, усмехнувшись. Слишком поздно поняв, что сболтнула лишнее.

- Что? - самодовольство в миг улетучилось.

- Я хотела сказать, - попыталась оправдаться я, но мне не дали.

- А я-то все думал, что в тебе такого нашел Бейрин! – он сделал попытку обойти стол, чтобы приблизиться ко мне, но так как я начинала двигаться в противоположно направлении, волк вернулся на место, преграждая выход. – Думал, что вы, Нордфолкские девки, пользуетесь колдовством, раз смогли так легко приворожить нас, чистокровных! Но в вас нет и капли дара! – Лорд оборотней не на шутку рассвирепел, только в том, кажется, не было моей вины. Он уже явился сюда, чтобы выяснить отношения, выплеснуть всю вину и обиды из-за незапланированной беременности моей сестры.

В два счета оборотень преодолел разделяющее нас расстояние, так что у меня не было и шанса увернуться.

- Что в вас такого, что вы так легко обманываете нас?! – эту фразу он прорычал практически мне в ухо, зажав меня между кухонным столом и расставленными по обе стороны ручищами. Я съежилась, судорожно соображая, что же делать. Паника и ужас вихрем кружились в голове, не давая собраться с мыслями. – Может мне взять и тебя?! И посмотреть, что из этого выйдет! Что я упустил? Чего не заметил в прошлый раз?! – словно обнюхивая добычу, он втянул воздух у моего виска, от чего я застыла и зажмурилась.

Но прежде, чем он успел распустить руки, я заметила, что его левая нога располагается ко мне ближе всего. Я бы не достала до паха или до горла, как нас учили на уроках по самообороне, а потому со всей силы врезала по левой голени. Благо у моего тапка была плотная и упругая подошва.

- Ах ты, дрянь! – от неожиданности взревел волк, хватаясь за ногу.

Второго шанса мне не требовалось, я метнулась к выходу, попутно опрокидывая стоявшие на пути стулья. Влетев в комнату, я закрыла ее на засов. И вовремя! Спустя мгновенье раздался оглушительный удар, так что задрожали стены.

- Открой! Немедленно! Я приказываю тебе!! – рычали с той стороны.

От таких громких ударов Лейтто проснулся и заплакал.

- Уходите. Вы пугаете малыша! – я взяла Лейтто на руки и села с ним в кресло, поджав ноги.

Приказывать он мне еще будет! Пусть убирается в свою чащу! Проклятый зверь! Правильно люди говорят, дикие звери – они и есть дикие звери. Если это их Лорд, то какие должны быть все остальные?!

В дверь еще продолжали барабанить, видимо пытаясь снести ее с петель.

Хорошая дверь, сделанная на совесть. Жаль, у меня это становится уже некой нехорошей традицией, доводить волков до бешенства. Правда, я не уверена точно, в чем моя вина.

Я обняла Лейтто покрепче.

- Не бойся, малыш, все будет хорошо. Сейчас злой волчище уйдет, и оставит нас в покое. Не бойся, я с тобой, - и совсем уже шепотом добавила, - Да не повезло тебе с родителями.

Не знаю почему именно, то ли услышав меня, то ли устав и осознав бесполезность своих действий, волк перестал колотить в дверь. Или, быть может, удумал что-то еще. С него станется. Он же настоящий псих.

В голову сразу полезли страшилки об оборотнях. Чего я только не передумал за то время.

За окном уже совсем стемнело, прежде чем раздался очередной стук.

- Лин, это я. Открой, - прозвучал знакомый голос.

Я было обрадовалась, подскочила на кровати и пустилась к двери, но вдруг резко перед ней остановилась. Что если это был не Бейрин. Что если это снова его безумный братец. Придумал уловку, как попасть к нам в комнату. Слишком быстро он сдался в первый раз. А потому я спросила:

- Кто ты?

- Бейрин, конечно. Ты что не узнала мой голос?

- Голос еще ни о чем не говорит. Докажи, что это ты.

За дверью притихли, видимо размышляя над сказанным.

- Хм… Молодец, - задумчиво произнес кто-то. – Ну хорошо. Я Бейрин, и так как я долго жил с тобой под одной крышей, я знаю о тебе разные пикантные и непристойные подробности.

- Какие еще непристойные подробности?! – оскорбилась я. Не было такого!

За дверью усмехнулись такой моей реакции. И уже после этого можно было с уверенностью открывать дверь, потому что на такой тонкий недо-юмор способен только мой волк.

- Например, во сне, наверное, когда видишь сны обо мне, ты пускаешь слюни, - мне вдруг резко захотелось не открывать, только из вредности, но волк продолжал, - А вообще ты та еще бестолочь, - ввернул он любимое словечко, и затем тихо добавил, - Но ты моя бестолочь.

Удивительно, как человека могут переполнять столь противоречивые чувства. Мне хотелось открыть дверь для того, чтобы отвесить волку подзатыльник за такие слова, еще хотелось обидеться и расплакаться из-за того, что я устала и была голодной, но больше всего хотелось повиснуть у него на шее и больше никуда не отпускать. Когда дверь все же была открыта, Бейрин не дал мне и слова сказать. Схватил меня, обнял и начал целовать. Наверное, у него были точно такие же мысли, как и у меня.

В перерывах между поцелуями, я произнесла:

- Твой брат был здесь, - от чего Бейрин помрачнел.

- Чего он хотел?

Я решила не рассказывать в подробностях как все произошло, не желая настраивать братьев друг против друга. То, что Бейрин резко отреагирует на непристойное поведение своего Лорда, было понятно с самого начала. Поэтому я объяснила, как смогла.

- Хотел обвинить меня, или точнее Кло, в том, что появился Лейтто, - желваки на щеках Бейрина заходили еще до того, как я начала говорить.

Похоже, между братьями накопились определенные недопонимания, и причиной тому не обязательно должна была быть я или Кло. Просто младший братец уже вырос и превратился в самостоятельного мужчину с собственным мнением, а старший, кажется, все еще считает того ребенком, желая контролировать и опекать.

В подтверждение моим мыслям, Бейрин произнес:

- Он же и сам прекрасно знает, что вы тут не при чем!!

- Он все равно нас с Лейтто особо не потревожил, - прикоснулась я ладошкой к его щеке, усмиряя гнев. – Поняв, что к нам ему не проникнуть, он быстро ушел. Надеюсь, ближайшие четыре года я его больше не увижу, - попыталась улыбнуться я. И Бейрин вроде тоже улыбнулся в ответ, только взгляд его остался каким-то печальным.

Ночь прошла спокойно. Но я на всякий случай закрыла на ключ все входные двери, а также дверь в нашу комнату.

Появление Лорда оборотней в нашем доме не прошло бесследно. Мы оба делали вид, что все в порядке, но и я, и Бейрин все утро витали в своих собственных облаках, размышляя и раздумывая.

Не знаю, что за мысли крутились в голове у волка, но его загадочный и грустный взгляд заставлял мое сердце сжиматься. Неужели с подачи брата он все-таки понял, что мы не пара. Что если все это время он просто не знает, как мне об этом сказать?! С другой стороны, зная Бейрина, не устраивай его что-то, он сказал бы об этом в лицо. Что касается меня, то я прокручивала перед глазами вчерашнюю сцену на кухне, снова и снова. А слова Лорда так и крутились в голове.

А что, если бы я не успела убежать?! Что если бы этот зверь сделал то, о чем говорил? Фу! Ненавижу!!

Кажется, я поморщилась, от чего Бейрин спросил:

- Не нравится кофе? – не сразу услышала я его.

- А? Нет, просто недостаточно сахара, - быстро соврала я. Похоже, надо контролировать эмоции.

Надежда на то, что все нормализуется, и мы заживем как прежде, разбилась в аккурат после завтрака.

Мы были в своей комнате, когда к нам, во двор дома, въехали два черных мини-фургона. Бейрин тяжело вздохнул, но, кажется, вовсе не удивился.

- Я ожидал нечто подобного, - лишь тряхнул он головой. – Оставайся пока здесь.

- А кто это?

- Полагаю, более преданные надсмотрщики от брата, - непонятно выразился он, выходя из комнаты.

Я нахмурилась и подошла к окну, чтобы рассмотреть гостей. Вскоре на улице показался и Бейрин. К этому моменту перед ним в шеренгу выстроилась странная компания. Один высокомерного вида, щуплый пожилой мужчина в темно-синей ливрее, три женщины и два молодых мужчины, все одеты в строгие темные костюмы с галстуками.

— Это еще что за дела, - невольно вырвалось у меня. Пришельцы выглядели словно агенты специальных служб.

В это время мужчина в возрасте протянул Бейрину конверт. Тот его быстро раскрыл и ознакомился с содержимым. Возможно, я преувеличиваю, но мне показалось, что волк еле сдержался, чтобы не разорвать этот клочок бумаги и не швырнуть его в лицо надменному старикану. Так или иначе, поступил он совсем по-другому. Махнув рукой, указывая на вход, предлагая всем войти.

Я слышала, как шумная толпа, навьюченная сумками, вошла в дом, как они чуть слышно переговаривались между собой на волчьем языке. Вскоре послышался голос Бейрина, не менее сухой и надменный. Он явно раздавал какие-то указания, после чего направился на второй этаж, к нам.

— Это что, прислуга? – догадалась я.

- Да, а также те, кто собирается сделать нашу жизнь невыносимой. Подарочек от брата. Вот, почитай, что он пишет, - волк протянул мне листок.

Аккуратным почерком, человеческим языком было указано: «Дорогой брат! Будучи в постоянных заботах о твоем благополучии, я не мог не заметить, в каких стесненных условиях ты обитаешь. Это не приемлемо для члена королевской семьи. И дабы хоть как-то наладить твой неприглядный быт, я направил тебе в помощь обслуживающий персонал. Компетенция и квалификация этих служащих, самого высокого уровня. Все они владеют обоими языками. И смогут служить не только тебе, но и нашей гостье.

Надеюсь, в ближайшем будущем ты сможешь больше времени проводить в королевском замке, с любящей тебя семьей, выполняя свои непосредственные обязанности. И перепоручишь второстепенные вопросы обслуживающему персоналу и Мастеру Моргану. С заботой о тебе, Вейлин»

После прочтения мне вдруг тоже захотелось скомкать эту крамольную записку.

Надо же, какой добросердечный и любящий!! Это кого он назвал второстепенным вопросом?! Лейтто? Я уже не говорю об остальных колких фразочках с едким подтекстом.

Но спросила я Бейрина вот о чем:

- Я ему не понравилась, да?

- Думаю, это к лучшему, - хохотнул волк, решив пошутить. Забрав у меня письмо из рук, он скомкал его и засунул в карман. – Напомню, ему понравилась твоя сестра.

На что я лишь поморщилась.

Бейрин хотел было меня поцеловать, но в открытую дверь постучались. На пороге стояла девушка, глаза ее были опущены, но было понятно, что она все видела.

- Господин, - пискнула она, - Мастер Морган, по вашему приказу собрал всех внизу.

- Хорошо, - процедил волк сквозь зубы, и девушка удалилась. – Кажется, уже сегодня вечером первый донос будет направлен моему брату, - задумчиво произнес он, поворачиваясь ко мне. – Пойдем знакомиться с прислугой.

- Сейчас, только Лейтто возьму, - но затем, подумав, добавила. – А где же они все будут жить?

- Этот дом не так мал, как может показаться. Говорят, здесь даже есть камеры для пыток, - хитро прищурился он.

- Серьезно? Где?! – на что волк лишь рассмеялся, и я так и не поняла, шутит он или говорит правду.

Когда мы втроем уже спускались, я вдруг остановилась, чуть не забыв спросить о самом важном.

- Бейрин, а как мы должны себя вести? Как мы объясним кто мы?

- Все в порядке, они под внушением, - пояснил он, но, поняв, что до меня не дошло. – Ты – мать, я – отец. Придерживаемся той же схемы. Главное не болтай с ними много и все будет хорошо.

Я нахмурилась, но сказать ничего не успела, так как мы уже подходили к гостиной, где нас уже ждал стройный ряд прислуги. Возглавлял отряд щуплый старик, Мастер Морган, как я догадалась.

- Итак, - заговорил Бейрин громким и повелительным тоном, от которого даже мне захотелось вытянуться по струнке. Я и не знала, что он так умеет. – Познакомьтесь, хозяйка этого дома, госпожа Натаэлин.

На этих его словах мне захотелось рассмеяться, но я сдержалась. С каких это пор я стала хозяйкой этого дома. Ведь я даже в своей собственной комнате не распоряжалась. Но, кажется, кроме меня эта фраза ни у кого веселья не вызвала.

— Это Мастер Морган, - обратился уже Бейрин ко мне. – Он много лет служил при дворе, и прибыл в этот дом по поручению нашего Лорда. Он займет должность управляющего. Мастер, - обратился волк к старику, предлагая взять слово.

Я, сделав надменное лицо, под стать самому Мастеру, чуть кивнула головой, делая вид, что позволяю ему говорить. Это было грубо, но мне захотелось его позлить. Мастер же, не подав виду, начал свое долгое монотонное повествование. Он представил всех работников по имени и озвучил их должности и обязанности.

Как я и предполагала, крупная женщина была кухаркой и экономкой, две остальные горничной и гувернанткой, молодые люди – водитель и лакей.

Зачем тут собралось столько народа, с учетом того, что мы и сами до этого как-то справлялись с помощью всего одной служанки, то был скорее риторический вопрос.

С другой стороны, я понимала, что Лейтто нужны сородичи, чтобы учили его быть такими, как они, а также говорить на их языке. Ведь он к этому моменту уже пытался имитировать услышанные звуки. Все шло к тому, что скоро малыш начнет говорить, и лучше бы это был волчий язык, с помощью которого он будет учиться жить.

Я все думала, какими же будут его первые слова. Ведь слова мама и папа мы целенаправленно избегали. Неужели он будет звать меня Лин, как все? Вот волки удивятся.

Шли дни. Волей-неволей нам приходилось привыкать друг к другу и к сложившимся обстоятельствам. Волки так и звали меня госпожой Натаэлин, что ужасно резало слух и раздражало. Они вели себя подчеркнуто вежливо, но я знала, что по вечерам они шепчутся в своих спальнях и строчат доносы.

Нам с Бейрином тоже приходилось держать себя в руках. Практически ни на секунду нас не оставляли одних, постоянно кто-то крутился рядом. Либо это был сам Мастер Морган, либо горничная, либо гувернантка. К слову сказать, на хрупкие плечи последней полностью легла забота о Лейтто. Только ей разрешалось разговаривать в доме на волчьем, дабы ребенок постоянно слышал родную речь. Остальным же было велено использовать человеческий язык.

Хотя у меня и появилось больше свободного времени, я чувствовала себя крайне неуютно. Постоянно задавала себе вопрос: «зачем я здесь». Если от меня нет никакой пользы, не проще ли отослать меня обратно. Даже моя подруженция олениха перестала навещать меня, видимо, испугавшись такого количества хищников на один квадратный метр. Я даже попросила Бейрина предупредить остальных, чтобы те не смели охотиться на оленей поблизости. На что мой волк сказал, что распорядился об этом еще в первый день.

Я видела, что Бейрина все происходящее тоже раздражает.

Только ночью, закрываясь в своей спальни на замок, мы могли быть сами собой.

Теперь я начала жалеть, что весна наступает так быстро, и что дни становятся длиннее ночей. Даже я чувствовала приближение весны и ее тонкий нежный запах в воздухе. Хотя снега и было еще очень много, он потихоньку начинал тлеть, а с крыши падали звонкие, веселые капли.

В один из таких дней Бейрину было приказано вернуться в столицу. Он обещал вернуться к вечеру, но этого не произошло. Он не приехал и на следующий день. Позвонив, волк сказал, что накопилось много дел, которые ему необходимо выполнить. Голос у него был грустный и уставший, поэтому я не стала на него обижаться.

Кажется, план его брата работал как часы.

Когда, спустя неделю одиночества, мне позвонила мама, я была рада, что хоть кто-то про меня не забыл.

Она-то, кстати, очень обрадовалась, что в доме появилась прислуга, а Бейрин покинул нас. Мне даже стало интересно, не сговорились ли они с Лордом оборотней. Уж очень их видение ситуации совпадало.

Впрочем, маму вовсе не интересовали дела ее внука. Все, чем она сейчас была увлечена – это свадьба Кло, которая должна была состояться уже через две недели.

- Тебе тоже необходимо будет присутствовать. Мы не сможем объяснить гостям, куда ты делась. Твой отец уже обо всем распорядился.

- Неужели?

- Да, этот вопрос согласован с братьями-оборотнями, и они не возражают против твоего присутствия на свадьбе сестры.

- Отлично, - буркнула я. Как все оказывается просто, если только захотеть. Но сама спросила вот о чем. – Ты знала, что Элийские и Оборотни – давние друзья и партнеры?

- Что?! С чего ты взяла? – кажется, мама была в серьёз удивлена.

- Услышала это от их Лорда. Он заезжал навестить сына, - но так как трубка продолжала хранить молчание. – Мам?

- Лорд оборотней лично тебе об этом сказал?

- Да. Правда, не думаю, что он угрожал или хотел на что-то намекнуть. Неведение Элийских – это ведь и в их интересах.

- Лин, - рявкнула мама, - давай размышлять об этом будем мы с отцом. Тебя это не должно заботить! Тебе вообще следует забыть об этом и больше никогда не упоминать.

- Хорошо, хорошо, - попыталась я остановить грозную тираду матери. И почему она так взъелась. Лучше бы поблагодарила о предупреждении.

- Итак, завтра утром за тобой прибудет машина. Будь готова!

- О, так быстро! Класс! – улыбнулась я, предвкушая скорое возвращение к цивилизации. Как же я долго этого ждала.

- Хорошо. Тогда до завтра. Целую тебя.

- И я тебя!

Я была так безгранично счастлива и рада, что вскоре отправлюсь домой, пусть и всего на пару недель. Поэтому я сразу же направилась к мастеру Моргану, чтобы обо всем его предупредить.

- Да, госпожа, - не дал договорить мне до конца радостную новость старик. – Господин Бейрин, меня уже обо всем известил.

Бейрин? Так он все знал и не сказал мне? Я хмурилась всю обратную дорогу до своей комнаты.

Почему он сам мне об этом не сообщил? Что происходит?

Нехорошие мысли так и роились в моей голове, а потому я решила сама все выяснить и позвонить ему.

Мало того, что он исчез на неделю, так еще и отсылает меня. Может, решил таким вот образом избавиться?!

Самым неприятным было то, что вся эта ситуация обижала меня до глубины души.

Вот глупая! Я же сама была на это готова! Ведь знала же, что рано или поздно наша песня будет спета. Просто я не ожидала, что все произойдет на столько быстро.

Он, что, решил бросить меня, даже ничего не объяснив?! Словно волк очнулся ото сна, и сейчас сожалеет о содеянном!

- Ну я ему сейчас все выскажу!

Гудок, еще один.

- Добрый день! Вас приветствует секретарь Герцога Нинтарет’Вэлн. Чем я могу вам помочь? – проговорил мелодичный женский голос, от чего я оторопела. – Говорите, вас не слышно – снова позвала волчица. И откуда она только узнала, что звонит человек?

- Эм, - подала голос я, - а можно услышать Бейрина.

- Герцог Нинтарет’Вэлн сейчас находится на королевском совете. Я могу записать и передать ему вашу информацию. Что вы хотели?

Я глубоко вздохнула, чтобы не разреветься и не наорать на не в чем неповинную девушку.

- Передайте, что звонила Лин.

- Лин? – попыталась выведать она еще и мою фамилию.

- Да, просто Лин, он все поймет.

- Хорошо, я вас поняла. Что-то еще?

— Это все. Спасибо.

В ярости я чуть не разбила телефон о стену.

Герцог Нинтарет’Вэлн? Секретарь? Я думала, он оставил мне свой личный номер. А теперь мне что, нужно к нему на прием записаться, чтобы поговорить. Как же подло! Это он у своего братца перенял, или был таким с самого начала?! Глупая Лин! Так мне и надо!

Я еще какое-то время порефлексировала, вытирая едкие слезы обиды, прежде чем собралась духом. Я быстро покидала свои немногочисленные пожитки в дорожную сумку, решив, что заберу все. Может, и возвращаться сюда не придется.

Подумав о Лейтто, я снова разревелась. Неужели я больше его никогда не увижу?! И что же с ним теперь будет?!

Гувернантка сильно удивилась, когда я с раскрасневшимися глазами вдруг явилась за малышом. Я сказала, что сегодня вечером и ночью сама за ним присмотрю. Волчонок же улыбнулся при видя меня, заставляя мое сердце сжаться от умиления и тревоги. Со всеми последними событиями, я стала какой-то нервозной и плаксивой.

Я также наказала горничной, чтобы после моего отъезда она выстирала все постельное белье и полотенца, да и вообще все, что только можно, чтобы духа моего здесь не было. Вот вернется этот волчище-фетишист, а мной тут и не пахнет.

Ох, как я на него злилась! Ведь он так и не перезвонил!

Утром следующего дня, после завтрака, как и говорила мама, за мной приехала машина. Поцеловав Лейтто на прощанье, я и глазом не моргнув, села в транспорт и укатила прочь из волчьего логова.

Почти бессонная ночь, которую я потратила на раздумья и слезы, заставила меня сложить свое четкое мнение относительно происходящего.

Теперь я решила, что тоже не буду заморачиваться, как это делают волки. Если им всем наплевать, то почему я должна быть самой ответственной?! Да, я переживала за Лейтто, но как сказал Бейрин, своих они в обиду не дают, а следовательно, ничего плохого с волчонком не случится.

Пара часов по бездорожью, в объезд больших городов, и я оказалась в родном доме. На удивление, меня, кроме нашей прислуги, никто не встретил. Точнее, на пороге меня встретил дворецкий и длинное письмо от матушки, с точным планом-инструкцией.

В нем она по пунктам расписала все, что мне следует делать, как одеться, что взять с собой, что отвечать всем, кто будет спрашивать о моем отсутствии.

Говорить мне следовало, что я якобы сильно приболела, а потому была отправлена в оздоровительный пансионат далеко на севере страны, где целебные термальные источники сотворили со мной чудо.

Как ни странно, все мои сумки за меня были заботливо собраны. А в спальне на кровати лежал пристойный дорожный костюм, в котором завтра мне надлежало выехать к Элийским.

Вечером я расспросила нашу кухарку Лизу, основной источник сплетен на всю округу, что и как тут было без меня.

Дом очень сильно изменился. За несколько месяцев моего отсутствия мама и папа не теряли времени зря. Была восстановлена оранжерея и конюшня. Я уже молчу о дорогостоящем ремонте, который вернул нашему дому красоту и достаток, коих на моей памяти не бывало и в лучшие годы. Теперь этот дом по истине мог называться родовым гнездом древнего рода, некогда владевшего половиной страны.

Элийские раскошелились не слабо. Это – хорошо. Видно, чувства Артуриана Элийского к моей сестре и правда были велики. Я вдруг подумала о Кло. Эта мартышка умудрилась в очередной раз выйти сухой из воды. Несмотря на то, что я ее очень любила, поквитаться мне с ней хотелось еще больше.

Вечером, засыпая в своей любимой постели, я вдруг отчетливо поняла, что как прежде уже не будет никогда. И эта мысль, как ни странно, меня нисколько не напугала. Я уже устала переживать за то, что другие совершают ошибки и не задумываются о последствиях. Жизнь менялась, но я была решительно настроена на лучшее.

На следующий день, следуя маминой инструкции, я была полностью готова к длительному путешествию. Дорога ни много ни мало занимала семь часов. Хоть мы и останавливались на перекус, с непривычки устала я очень.

Земли Элийских располагались далеко на юге. Здесь температура не опускалась ниже десяти градусов даже зимой. И сейчас здесь явно чувствовалась весенняя свежесть и легкая прохлада. Пока мы приближались к поместью, вдоль дороги нам встречались красивые, уже цветущие деревья, золотистые цветы которых источали приятный сладкий аромат.

Это было так удивительно, ведь еще совсем недавно я куталась в шубу, и вокруг лежал снег. А тут все, казалось, располагало к романтическому настроению, в предвкушении красивой свадебной церемонии. Не зря была выбрана дата в начале весны.

Снова никто, кроме дворецкого и пары лакеев не вышел мне на встречу.

Как я догадалась, Элийские выделили невесте и ее семье целый гостевой дом. Сама усадьба хозяев находилась чуть в стороне. Отсюда были видны только возвышающиеся колоны с барельефами и многоярусные крыши, укутанные зеленым кружевом деревьев. Лакеи подхватили мой багаж и куда-то с ним умчались. Дворецкий же проводил меня к комнате Кло, где они находились вместе с матушкой.

Милый, аккуратный домик с дорогим убранством. Когда дворецкий распахнул двери, передо мной предстала огромная светлая гостиная. Большие окна с тяжелыми светлыми портьерами пропускали столько света, что золотистые барельефы на стенах и резные детали мебели начинали светиться. В центре всего этого великолепия восседала мама, вокруг которой порхали две горничные. Кло сидела напротив, в кресле, и пила чай из изящной фарфоровой чашечки. Кроме как умилительной и умиротворяющей эту картину назвать было нельзя.

- О, Лин, - повернулась ко мне родительница, - как ты доехала?

Я тоже улыбнулась, дабы не нарушать сложившуюся идиллию.

- Хорошо, спасибо.

- Присаживайся, сестра, - подала голос Клотильда.

И я, немного растерявшись, проследовала до дивана. Горничная тут же налила мне чая, который приятно пах, наполняя комнату чудесным ароматом.

- Как долго ты была в пути? – обыденно поинтересовалась мама.

- Больше семи часов.

- Надеюсь, столь долгий переезд не пошатнул твое хрупкое здоровье, - заботливо проговорила мама, а я начала догадываться, что тут разыгрывается небольшое представление, подтверждающее мое алиби.

- Все в порядке, я лишь немного устала, - кивнула я, поддерживая игру по сценарию.

- Да, Лин, расскажи нам, как твой недуг? Надеюсь, он не помешает тебе принимать участие в моей свадьбе?

От этой фразы я чуть чашку не выронила из рук. Вот нахалка! Это кого она только что назвала недугом?! Хорошо, что нас с детства учили при любых обстоятельствах поддерживать милую улыбку на лице.

- Не могли бы вы оставить нас, - обратилась я к горничным, поставив чашку на столик.

Горничные в удивлении перевели глаза на Клотильду, а та в свою очередь на мать. Только после того, как та кивнула, сестра отдала приказ горничным, и те покинули комнату.

Подождав, пока дверь будет плотно закрыта, я продолжала сидеть, и все также натянуто улыбаться. Но только стоило замку на двери щелкнуть:

- Ах ты, овца тупая! – бросилась я на Кло с кулаками, начиная лупить наотмашь, как, бывало, в детстве, когда мы дрались. – Недуг?! Мой недуг?!

- Ай! Мама! Убери ее от меня! – визжала сестра, пытаясь отбиваться.

- Если ты хочешь знать, то у так называемого недуга уже появились зубки, и он пытается говорить! – добралась я до ее белокурых волос, и принялась их ерошить и тянуть.

- Девочки! Прекратите! Лин, замолчи! Вас могут услышать!

- Мам, она мне сейчас все волосы повыдергивает!

- Лин! Не смей бить ее по лицу!

О нет, я и не собиралась. Зачем же нам портить такой товар. Мама, наконец, удобно перехватила меня за талию и оттянула от покрасневшей и растрёпанной Кло.

- Идиотка! – орала я.

- Сама такая! – не отставала сестра.

- Ты каким место думала, когда… когда… решилась на такое?!! – зная, что нас могут услышать, я постаралась не называть вещи своими именами.

- Я… я не специально!

- Замолчите обе! – рявкнула мама. В ярости она разжала руки, так что я, не удержавшись, упала на колени. – Если я еще хоть слово от вас обеих услышу, касательно этой темы, прикончу обоих! И глазом не моргну! Вы меня поняли?! Никогда больше не сметь!!

Ненароком мы разбудили спящего дракона. В такие моменты ярости взгляд у нее становился немного безумным. Всего лишь пару раз в жизни мы доводили ее до такого состояния, и всякий раз все заканчивалось плачевно для нас. Поэтому мы живо притихли.

- Да, мама, - кивнули мы одновременно.

- Стоит мне еще раз хоть намек на это услышать, и я не посмотрю на то, что вы мои дочери. Это касается тебя, Лин! Свои домыслы и сарказм держи при себе.

- Но это не честно, - буркнула я. Но мама, перехватив мой взгляд, обманчиво спокойно произнесла:

- Ты хочешь прямо сейчас отсюда уехать?

- Нет.

- Хорошо. Кло, иди сейчас же в спальню и переделай прическу. А ты, - снова обратилась она ко мне, - немедленно иди в свою комнату. И чтобы я тебя до ужина не видела, - устало она села в кресло, и принялась ставить на блюдца перевернутые в ходе драки чашки.

Хоть я и понятия не имела, где же находится моя комната, я предпочла уточнить это у кого угодно другого.

За дверью в коридоре никого не было. Поэтому мне пришлось вернуться по тому же маршруту обратно в холл.

Там я встретила одного из лакеев, который забрал мой багаж. Я запомнила его по карим глазам и смуглой коже, не свойственной даже южанам.

- Извините, - позвала я, - мне нужно попасть в свою комнату. – Лакей так странно мне улыбнулся, что я поспешила добавить, - Я сестра леди Нордфолк.

- Да, конечно, - быстро поклонился он, - я вас провожу.

Моя спальня была менее обширной и претенциозной, чем у сестры. Располагалась на втором этаже в конце коридора, и окнами выходила на север, как раз на усадьбу Элийских. Приятно пахло свежим бельем, а голубые и бежевые тона интерьера так и располагали к полному расслаблению. Мои чемоданы ожидали меня у большой двуспальной кровати. Как сказал лакей-провожатый, в доме сейчас были заняты всего несколько комнат, но ближе к торжеству весь этот дом будет заполнен нашими родственниками.

В кое-то веке весь древний род соберется вместе. Мне даже стало интересно, кто еще приедет. Ведь даже если будут заняты комнаты на чердаке – этого будет недостаточно, чтобы вместить всех Нордфолков королевства. Наверняка многие уже забронировали себе гостиницы в близлежащих деревушках, ведь никто из наших не пропустит такое грандиозное событие.

Я уселась на низкий подоконник, выполняющий роль диванчика, и всмотрелась в даль.

Там, где вид не преграждала усадьба Элийских, зеленые поля убегали к горизонту. Мне так захотелось снять ботинки, и побежать босиком по пушистой траве к самому небу. Бежать и бежать, пока в груди не запылает огонь, а сердце будет бешено биться высоко в груди.

Интересно, как там поживает Лейтто? А Бейрин уже знает, что я уехала? Наверняка, раз все заранее было согласовано с отцом.

Странная тоска сжала сердце, захотелось что-нибудь сделать. Хоть что-нибудь! Но меня хватило только на то, чтобы распахнуть настежь окно. Прохладный воздух быстро заполнил всю комнату.

А что я еще могла?!

Глупый Бейрин! Глупая Кло! Глупая я!

Я ведь так пыталась избежать именно этого. Но вместо того, чтобы вовремя одуматься, поддалась искушению. Прямо как моя подружка олениха, сама потянулась за угощением. Вот и получила по заслугам!

Надеюсь, волки там еще не съели ее.

Глава 8. Семейные объятия.

Жить снова в доме с родителями и сестрой оказалось очень здорово. Словно и не было никогда опрометчивых поступков или никому не нужных мыслей и чувств. Мы были счастливы, снова одной дружной семьей.

Постепенно к нам стали присоединяться дяди и тети со своими семьями. К концу первой недели дом наполнился веселым смехом и голосами. По вечерам мы все собирались в большой гостиной.

В один из таких семейных вечеров папина старшая сестра, тетушка Гвин, спросила меня:

- Как твое здоровье, Лин? – вопрос прозвучал так неожиданно и так громко, что все остальные разговоры резко смолкли, и присутствующие сосредоточились на нас.

- Эм, хорошо, - ответила я, но, быстро поняв, к чему она клонит, добавила, - Сейчас уже лучше.

Я догадывалась, что мое алиби вызовет много вопросов. Мои тетушки, те еще стрелянные воробьи. Мама всегда говорила, что у них особый нюх на хорошую сплетню. И, конечно же, такое долгое отсутствие, по причине мнимой болезни вызовет не мало вопросов.

- А что же в итоге с тобой было?

- Что? – не придумала я ничего лучше, как притвориться глухой.

Все это время на меня, не мигая, смотрели несколько пар глаз. Даже черноглазый лакей, обслуживающий чайную церемонию, сейчас замер, с интересом и легкой усмешкой изучал мое растерянное лицо.

И далась же им эта моя болезнь! Я думала, мама им уже все рассказала.

- Я спрашиваю, что за хворь с тобой приключилась?

- Гвин, - наконец собралась мама и ответила за меня, - Я же тебе говорила, у нее было воспаление легких, в довольно тяжелой форме. Ты же знаешь, как долго происходит восстановление после такого серьезного заболевания. Врач порекомендовал нам отправить ее на север, к термальным источникам.

- Для ингаляций, - добавила я и немного покашляла в кулак для правдоподобности.

- На севере? – в ответ мы обе с мамой кивнули. – «Серебряные ключи», кажется, так называется тот комплекс из пансионатов.

- Да-да, все верно, - подтвердила мама.

— Вот странно, - не унималась Гвин, - примерно в это же время туда приезжал мой старший сын Гинцмунт. Он был там, в командировке по работе. Сколько он там жил? – посмотрела она на своего супруга, но тот только пожал плечами. – Несколько дней точно. И знаешь, он пытался отыскать Лин среди постояльцев, но так и не смог.

— Значит, не сильно-то и пытался, - рассмеялась мама. – Ты знаешь, какой обширный этот комплекс, и сколько народа там отдыхает в это время года.

Кажется, тетушку не удовлетворил такой ответ, и она хотела спросить что-то еще, но тут раздался пронзительный крик, второй папиной сестры тетушки Валерин.

- Что ты наделал, негодный мальчишка! Неуклюжий болван!

- Простите, миледи, - начал быстро оправдываться лакей, промокнув полотенцем чайное пятно на светлой юбке женщины.

То ли, заслушавшись нашим диалогом, то ли специально, бедняжка опрокинул на тетушку чашку чая. Так или иначе, все внимание сейчас было переключено на возмущения и повизгивания тетушки Вал, оправдания и извинения лакея, и суету вокруг этой парочки.

Надеюсь, сильно ему за это не влетит.

За исключением маленьких неловких моментов и недоразумений все было более чем хорошо. Не помню, когда последний раз такое случалось. Когда еще все были так благодушно настроены по отношению друг к другу. Не было криков и скандалов. Никто не делил чье бы то ни было имущество. Словно начались каникулы, и мы все приехали в летний дом на берегу моря, как бывало давным-давно, когда еще бабушка и дедушка были живы.

Вот только зная всю подноготную изнутри, я все не могла домыслить, какую такую сделку провернул отец, что все идет так гладко, словно по маслу, так еще и за счет Элийских. И не придется ли нам всем потом расплачиваться за это.

Или, может быть, всему причиной была искренняя и настоящая любовь. Может, еще не все так плохо в этом мире. А просто встретились два молодых и красивых человека и полюбили друг друга. И не стали им преградой ни его, ни ее родители, ни положение семей, ни чья-то опрометчивая интрижка, ни беременность невесты. Мысленно я горько усмехнулась.

Сам Артуриан на поверку оказался отличным парнем. Красив, уверен в себе, уравновешен, галантен. Как браво он управлялся с лошадью, когда мы отправились на конную прогулку.

По традиции молодых людей до свадьбы было не принято оставлять наедине. Поэтому последние две недели Кло и Артур виделись лишь урывками, да и то только в присутствии сопровождающих. Именно поэтому на нашу совместную конную прогулку были приглашены, помимо будущих супругов, я и младшая сестра Артура, Венера.

Вини, как звал ее брат, была младше меня, но по умению держаться в седле, говорить и отвешивать колкие замечания запросто меня переплевывала.

А мама всегда говорила, что это у меня дерзкий язык.

Если честно, то я не очень любила подобного рода увеселения.

И кто в наши дни устраивал прогулки на лошадях?! Хотя верховая езда и являлась обязательным уроком в аристократических школах, в практической жизни в том не было никакой необходимости.

Несколько раз во время прогулки моя гнедая кобыла останавливалась пощипать травы, вместо того, чтобы бодро нестись вперед за своими товарками. В такие моменты где-то поблизости всегда оказывался внимательный Артур, который одним хлестким ударом мог заставить двигаться в нужном направлении кого хочешь.

Жаль, у него не было брата!! Ах, как жаль!

После катания он, как настоящий рыцарь вызвался проводить нас до дома.

Пешком рыцари, видимо, не ходят, а потому нам пришлось сесть в его дорогущую машину. И уже через пару минут мы оказались перед домом.

- Лин, подожди меня у входа. Только в дом не заходи, - быстро проговорила сестра.

Мне это не понравилось, за что я одарила влюбленных самым уничижающим взглядом, но сделала как меня попросили.

Спустя пару мгновений я услышала звуки поцелуев, доносящихся из открытого окна машины. И нескромный диалог:

- Я хочу тебя, - требовательно и чуть хрипло проговорил Артур.

- Нет, не сейчас, не здесь. Лучше мы придем к вам завтра. Распорядись, - предложила сообразительная Кло.

М-да, один раз эти грабли ее, похоже, ничему не научили!

Когда мы заходили в дом, я шепотом устало произнесла:

- Окна в машине нужно закрывать!

Но Клотильда, хитро улыбнувшись, точно лиса, взяла меня за руку.

- Так ты все слышала? Эм… Ты мне поможешь?

- Прежний опыт тебя ни чему не научил? – выхватила я свою конечность, в недоумении на нее глядя.

- Ну, Лин, ну, пожалуйста! Я буду тебе должна.

Я лишь поморщилась в ответ, но сестра восприняла это как согласие, а потому довольно рассмеялась.

Можно подумать, у меня был выбор.

Утром следующего дня невесте было доставлено письмо. Венера приглашала Кло и меня на чай. Все делалось официально, чтобы избежать ненужных домыслов и пересудов. А потому никто не придал этому визиту огромного значения, только я брезгливо поморщилась.

После завтрака я еще битый час ожидала Клотильду в холле. Та, похоже, решила надеть свое лучшее платье. Я же была одета максимально комфортно. Мне было разрешено носить черные брюки и высокие сапоги, туника и легкая куртка довершали весенний образ. Вообще каждый наш наряд проходил сначала одобрение мамы. Вот и сейчас эти две модницы пытались учесть все возможные нюансы современных модных тенденций.

К моему удивлению, нам была подана машина. Хотя от нас до усадьбы Элийских по прямой было десять минут ходьбы. Транспортным средством, как ни странно, снова управлял сам Артур.

Стоило только нам сесть, как влюбленные тут же бросились целоваться, не обращая внимание на посторонних, то есть на меня. Поэтому мне пришлось истошно откашляться, так мерзко, как я только могла.

- Не забудь Кло, у меня хрупкое здоровье. И меня уже сейчас начинает немного подташнивать.

Сестра недовольно глянула на меня через плечо, но ничего не сказала.

Спустя пару минут, мы уже стояли в огромном холле дома Элийских, который можно было сравнить не много, не мало, с королевским дворцом.

Величественные колонны, удерживающие свод, ведущая на второй этаж великолепная массивная лестница, и огромных размеров сверкающая люстра - поражали до глубины души.

- Этьен, - обратился Артуриан к слуге, - сопроводи дам в оранжерею.

- Слушаюсь, господин, - ответствовал ему черноглазый молодой человек, который еще совсем недавно работал в нашем доме. Видимо, того сослали сюда из-за происшествия с чаем.

Оранжерея, в которую нас сопроводили, тоже отличалась масштабностью. В два этажа высотой, украшенная белоснежными статуями, деревьями и цветами в огромных многоярусных кадках, она напоминала настоящий тропический лес. На площадке в центре, недалеко от нежно журчащего фонтана расположился резной столик со стульями, на котором стояли чайник, чайный сервиз и угощения.

Я ожидала, что вот-вот появится Венера, как было заявлено в приглашении, но этого все не происходило.

Лакей Этьен, теперь я узнала его имя, помог нам расположиться за столиком и налил нам чая.

- Вы можете быть свободны, - по-хозяйски распорядилась Кло. И мы остались вдвоем.

Я еще какое-то время пялилась по сторонам. Наша оранжерея тоже была большой, но по сравнению с этой напоминала скорее парник для цветов.

- Артур пошел за Венерой? – поинтересовалась я, откусывая пирожное со взбитыми сливками. Но по лицу Кло поняла, что та что-то не договаривает.

- Нет, - виновато улыбнулась она. – Вини сегодня нет дома, она уехала в город.

- Отлично! О нашем визите еще кто-то знает.

- Конечно, знает! – огрызнулась Кло.

- Я на это надеюсь, - не отставала я, - А еще надеюсь, что Артур более предусмотрителен, чем… - но не стала договаривать.

- Замолчи, - процедила сквозь зубы сестра.

Но меня было не остановить.

- А то не хотелось бы всю жизнь провести, воспитывая твои «оплошности».

- И что ты бесишься?! Провела ты там пять месяцев, не умерла же! Ради семьи можно было и не на такое пойти.

- Легко прикрываться семьей, когда грязную работу за тебя делают другие.

- И что, тебе теперь за это медаль дать? Скажи лучше спасибо, что не проведешь там все пять лет.

Наш шепот на повышенных тонах ненадолго стих, пока я обдумывала сказанное сестрой.

- Что ты имеешь в виду? – все-таки решила спросить я.

- Отец тебе не сказал?

- Не сказал что? – на мгновенье мне показалось, что ее порадовало мое удивление.

- Прежний договор был расторгнут, по инициативе, - Кло замялась, - той стороны. Было решено перезаключить контракт. Теперь все обязательства возлагаются на них, - сделала она ударение на последнее слово и вздернула подбородок. – Так что в твоих услугах больше нет необходимости. Можешь спать спокойно, - но затем, хитро прищурившись, добавила, - Или тебе там понравилось?

- Я тебе сейчас врежу, - сквозь зубы процедила я.

- Только попробуй.

- Но почему? Почему они так поступили?! – тихо спросила я скорее сама у себя, так как в этот момент в оранжерею вернулся Артур с какой-то толстой книгой в руках.

- Не знаю, Лин, спроси у папы! – прошипев мне в ответ, сестра просияла, словно утренняя звезда, одарив жениха умопомрачительной улыбкой. От чего тот тоже не смог сдержаться, и улыбнулся в ответ. Теперь даже я видела, как между этими двумя летали флюиды желания и любви. И в этот момент я им даже немного позавидовала.

В следующее мгновенье, не сводя глаз с Клотильды, он швырнул книгу на стол.

- Здесь собрано множество разных шрифтов. Необходимо выбрать один для кувертных карточек.

И, судя по тому, как он рывком поднял Кло со стула и заключил в объятия, это предлагалось сделать мне. Не на долго оторвав взгляд от возлюбленного, сестра спросила:

- Справишься?

Насупившись, не говоря ни слова, я демонстративно раскрыла книгу. Когда двое скрылись за потайной дверцей внутри оранжерее, я грустно вздохнула. Именно тогда я решила, что подберу им самый отвратительный шрифт. Так, чтобы никто не мог отыскать своего места. Но, прежде чем приступить к работе, мне захотелось немного осмотреться и подумать. Обойдя оранжерею по периметру, я обнаружила несколько скрытых стеклянных дверей, ведущих невесть куда. А также рассмотрела мраморные статуи, которые то тут то там выглядывали из-за буйной, изумрудной растительности. Пока я рассматривала двух фей, практически скрывшихся под покрывалом из плюща, за моей спиной раздался голос:

- Самая красивая композиция располагается в глубине сада.

Я вздрогнула от неожиданности, но, не желая подавать вида, степенно повернулась. За моей спиной стоял тот самый лакей.

Надо же, какой разговорчивый, я думала, в таких домах слуги вымуштрованы, словно солдаты. И что с ним не так?

- Тебя зовут Этьен? – чуть высокомерно осмотрела я его с ног до головы, давая понять, кто тут главный.

- Да, госпожа, - склонил он голову.

- Тебя перевели из гостевого дома сюда?

- Да, - подтвердил тот.

- Из-за того происшествия в гостиной?

- Да.

- Ты сделал это специально? – решилась задать я мучавший меня вопрос.

Было заметно, что молодой человек такого не ожидал, отчего на мгновение растерялся. Но затем, быстро взяв себя в руки, ответил:

- Нет, госпожа, это вышло случайно.

Кажется, теперь он пожалел, что был так разговорчив и нагл, а потому сейчас стоял, опустив голову. Забавной усмешки и след простыл. Но я уже почувствовала неладное и не собиралась останавливаться.

- Почему ты называешь меня госпожой? – я поймала на себе быстрый, настороженный взгляд. – Разве ты не знаешь, что здесь, в нашей стране принято использовать обращение миледи или милорд. Или у вас принято называть милордом только своего короля? – я выждала драматическую паузу, прежде чем задать главный вопрос, - Ты оборотень?

Лакей не стал долго отпираться, виновато улыбнувшись, он произнес:

- Леди – очень проницательна.

Теперь удивляться пришла моя очередь. Волк, работающий прислугой у людей?! Обычно представители этой расы очень гордые, и работают в нашей стране только в качестве приглашенных специалистов, предпочитая руководящие должности. Во всех остальных случаях волки ищут работу в своей стране, на благо своего общества.

- Что ты тут делаешь? В смысле, как тебя сюда занесло?

- Я студент, - снова улыбнулся кареглазый, - Учусь на факультете культурологии. Подрабатываю здесь в свободное время и постигаю премудрости и особенности человеческого быта. У меня в следующем году диплом по этой теме.

Я улыбнулась.

- Ну и как? Много отличий и особенностей?

- Не особо, - улыбнулся тот, пожав плечами, но затем добавил, - Их покажется много, если делать на этом акцент.

Его простая на первый взгляд фраза вдруг заставила меня взглянуть на него по-другому.

Много он знает! Тоже мне, специалист!

- Принеси мне еще горячего чая, - попросила я, отгоняя грустные мысли, рекой нахлынувшие на меня.

Этьен кивнул и тотчас же удалился, снова оставив меня одну. На этот раз я решила заняться заданием. Времени прошло уже не меньше получаса, а еще даже не начала просмотр. Спустя еще пол часа, когда чайник был опустошён и половина пирожных съедена, вернулась Кло. Я презрительно осмотрела ее с ног до головы, но та, прибывая в блаженном состоянии, даже не обратила на меня внимания. Умяв остальную половину пирожных, она сообщила, что нам пора возвращаться. На мое возражение, что я еще не успела выбрать шрифт, Кло ткнула пальцем в первый попавшийся.

Обратно нас доставил автомобиль с водителем.

Судя по затуманенному взгляду Клотильды, наше чаепитие удалось на славу. Я пыталась мысленно осудить ее, но что-то во мне было категорически против. Это что-то напоминало мне о том, что будь сейчас поблизости кто-то вроде Бейрина, то я и сама не отказалась провести с ним время.

Но Бейрина не было! И, что самое обидное, не предвиделось!!

Наверное, именно это и раздражало меня больше всего. И дурацкое поведение Кло вовсе не было причиной моего плохого настроения.

По возвращению домой я не стала задавать отцу лишних вопросов. Решив для себя, что теперь меня не интересуют волки с их проблемами.

Подумаешь, расторгли они договор. И не увижусь я больше ни с Лейтто, ни с Бейрином. Что с того?! Если этому придурку все равно, то почему я должна переживать!!

Близился день икс. Точнее, по традиции праздничная церемония делилась на два дня.

В первый день, уже завтра, должен был состояться праздничный прием. На него было приглашено более пол тысячи гостей. Среди них были и члены королевской семьи, и министры, и главы знатных родов. Статус Элийских просто не позволял проводить подобную церемонию как-то иначе.

На второй день назначалась церемония в храме, с традиционными обменом кольцами и клятвами. В храме, как правило, присутствовали члены семей и близкие друзья. Но я не удивлюсь, если кто-то из королевской семьи останется на храмовую церемонию. Поговаривали, что Элийские на столько близки с королевским семейством, что чуть ли не каждую субботу ездят друг к другу на чай. Я полагала, что все это вранье, хотя бы потому, что между ними пролегало сотни километров. Ведь замки этих двух семей находятся на противоположных концах страны.

Так или иначе, эти два дня предстояли быть крайне увлекательными. И даже я поддалась всеобщей паники и ликованию.

Следующим утром весь дом был на ногах ни свет, ни заря. Все бегали, беспокоились о собственных нарядах и прическах. Поднялась такая суматоха, несмотря на то, что само мероприятие было назначено лишь на вечер.

Ближе к обеду интерес окружающих и ажиотаж чуть поутих. Но как оказалось, то была лишь небольшая передышка с перерывом на трапезу, после которой все началось с удвоенной силой.

Я предпочла просто не мешаться под ногами. Сначала я еще пыталась как-то помочь, но к обеду я устала слушать мамины крики, а Клотильда и того хуже – казалась на грани нервного срыва. Я даже мысленно пожалела ее, прежде чем скрылась в своей комнате.

Там меня практически никто не беспокоил, до того момента, как ко мне, словно торнадо, ворвалась мама с парой служанок. Быстро отдав им указания, она сверкнула глазами и строго на строго наказала в половину пятого ожидать ее в холле. Две девушки-горничные помогли мне надеть шифоновое платье кремового цвета, с длинной юбкой и открытыми плечами. Небольшой корсет застегивался на спине, но в целом платье было свободным и не сковывало движений. Мне также помогли собрать волосы в высокую вечернюю прическу и нанести легкий макияж. В довершении образа, мама приказала мне надеть фамильные драгоценные серьги и ожерелье. Они хоть и были очень красивыми и сияли, словно звезды в самую темную летнюю ночь, но были очень тяжелыми. Носить такие я не привыкла, плюс это налагало определенную ответственность. Потеряй я хоть один камешек, меня загрызли бы собственные родственники. Поэтому я периодически прикасалась к ним, чтобы проверить, на месте ли реликвия.

В назначенное время только мы с папой оказались в холле. Остальные же по старой доброй традиции задерживались. Хорошо, что открытие приема было запланировано на семь вечера, и мы выдвигались заранее. В итоге в холле собралась целая толпа из наших родственников. Хотя им и надлежало самостоятельно прибыть к Элийским не раньше семи, все они сейчас собрались, чтобы первыми увидеть образ невесты.

И вот, спустя пару-тройку длинных минут на лестнице ведущей в холл, появилась она в окружении горничных и мамы. Сказать, что Клотильда была красива, это ничего не сказать. Она была великолепна, невообразимо и грандиозно прекрасна!

Пышная воздушная юбка, словно волшебное облако окутывало хрупкий стан девушки, а тугой корсет подчеркивал ее стройность и миниатюрность. Такому образу позавидовала бы сама королева. Во всяком случае, я никогда не видела ничего более прекрасного. Я демонстративно приоткрыла рот, показывая, что восхищена, и удивлена. Кло понравилась такая моя реакция, от чего она довольно улыбнулась и подмигнула мне. А затем, горделиво вздернув носик, как она умеет, начала плавно и осторожно спускаться по лестнице.

Во время ее движения мерцающая ткань платья преломляла и собирала на себе весь свет так, что казалось, будто бы на девушку падает луч света.

Дядюшки и тетушки тоже не остались равнодушными. То и дело, вздыхая и охая, они проводили Кло до дверей.

По традиции у главного входа дома Элийских нас ожидал жених. Он должен был быть первым, кто заведет свою суженную в дом, где в этот самый момент их ожидали родители и родственники со стороны жениха.

Мне было приятно видеть, как Артур на мгновенье оторопел от увиденного. Было видно, что необыкновенная красота Клотильды потрясла его. В следующие секунды он не сводил с нее глаз. Я даже побоялась, как бы они оба ненароком не споткнулись и не упали.

Далее в холле несколько минут мы провели, приветствуя и обнимая друг друга, и членов семьи Артуриана. Радостные объятия и дифирамбы влюбленным тоже являлись неотъемлемой традицией свадебной церемонии. А потому я не возражала, хотя и терпеть не могла обниматься с незнакомцами. Не возражать пришлось и тогда, когда один из убеленных сединами Элийский во время объятий ущипнул меня за попу, довольно крякнув. Старый извращенец был ровесником моего деда, а то и прадеда. Запомнив его на всякий случай, я решила в следующий раз держаться подальше от этого старого шалуна.

Разместившись на ступенях лестницы одной большой компанией, пара фотографов запечатлела для истории момент единения двух семейств.

Затем нас проводили в зал, где и планировалось проведение вечерней церемонии. Зал был огромен, как весь наш гостевой дом, в котором мы сейчас жили, не меньше. Он был романтично украшен нежными тонами текстиля, живыми цветами и светом. Судя по количеству столов для трапезы, гостей ожидалось очень много.

Жениху и невесте предстояло провести весь вечер на небольшом импровизированном пьедестале, на котором расположилась пара высоких кресел в виде королевских тронов и стол. С него было хорошо видно весь зал, и наоборот, всем желающим было отлично видно влюбленных. Над пьедесталом возвышался балдахин, по бокам которого должны были развеваться флаги с гербами семей. Но, видимо, это планировалось сделать церемониально в присутствии приглашённых и, конечно же, королевской семьи.

Мне вдруг стало интересно, а что, если вдруг явится сам Король, куда они его посадят? Ведь по всем возможным правилам этикета Король должен возвышаться над всеми. Не посадят же они его третьим, к молодоженам за стол. Или поставят для него отдельно высокий стул?

Нелепая ситуация, сложившаяся в воображении, заставила меня улыбнуться.

- Лин, сопроводи Клотильду в комнату для ожидания. Венера покажет вам, куда идти, - вывела меня из задумчивости мама, и я, не задавая лишних вопросов, последовала за девушками.

Вини, кстати, тоже была в щенячьем восторге от платья Кло. Она сказала, что представляла себе нечто подобное, но и подумать не могла, что все будет на столько великолепно.

Сестра же, немного успокоившись, сияла, словно Луна в морозном зимнем небе. Теперь она с легкой улыбкой выслушивала бессчётное количество комплиментов, сыпавшихся на нее отовсюду. Словно все так и должно быть, и все это внимание нечто само собой разумеющееся.

Пока мы ожидали прибытия гостей, прислуга не оставила нас голодными.

Горничные постоянно хлопотали вокруг Кло, поправляли и расправляли платье, выполняли мелкие поручения и капризы сестры.

Без двадцати семь за мной зашла мама. Мне надлежало, как представителю семьи со стороны невесты, встречать гостей в холле.

Мама еще раз подошла к Кло, и, взяв ее за руки, произнесла:

- Девочка моя, сегодня твой день. Будь уверена, ты самая прекрасная девушка в этом графстве. И только ты достойна самого лучшего, - а затем шепотом, чтобы никто лишний не услышал. - Сегодня все наши чаяния осуществятся. Я всегда знала, что ты нас не подведешь.

- Мам, - улыбнулась Кло, сжав руки матери в благодарности, - Я вас очень люблю. Спасибо!

Я уже было хотела оскорбиться такой пламенной речью матушки, которая говорила так, будто у нее лишь одна нормальная дочь. Но когда Клотильда говорила последние слова, я видела, как в уголках ее глаз заблестели слезинки. Она взглянула на меня и протянула руку, предлагая разделить этот момент единения нам троим.

Я улыбнулась в ответ, и обняла и маму, и сестру. Все-таки она была моей единственной, да, немного бестолковой и своенравной, но все же моей сестренкой.

Глава 9. Поднять штандарты!

Спустя пару минут мы стояли в холле.

Гости уже начали прибывать. Здесь же несколько лакеев принимали верхнюю одежду, если требовалось и передавали в гардероб. Герольд зачитывал имена с пригласительных карт, и гость подходил сначала к главе семейства Элийских, затем к нам. Далее прибывающие проходили в зал.

Это был очень важный момент для моих родителей, и они просто не могли его упустить. Быть представленными стольким высокоуважаемым и высокопоставленным лицам. Даже я прониклась атмосферой величия и уже не чувствовала себя членом некогда знатного, но забытого рода. Теперь я была одной из них.

Более того, знатные семьи прибывали подчас полным составом, вместе со своими молодыми детьми. Я уже приметила себе пару интересных молодых людей моего возраста. И теперь с нетерпением ждала, когда начнется официальная часть, которая сменится ужином и танцами.

О, да!

Может, танцевала я не очень, все-таки вальсировать нас учили давным-давно, и практики с тех пор особо не было. Но зато, за приятной беседой, неловкий танец может перерасти в нечто большее. Во всяком случае, я, насмотревшись романтических мелодрам, очень в это верила.

У одной леди оказалось аж целых четыре сына. И так как они были без пар, то, следовательно, были не женаты. Все четверо откровенно меня рассматривали, пока глава дома представлял их моему отцу. От мамы тоже не скрылся интерес этого породистого табуна. От чего она многозначительно вскинула брови, с хитринкой глядя на меня.

Фамилии и титулы сменялись одни за другими. И я уже не соображала, кто из них кто, пытаясь запомнить гостей по наряду и по особенностям внешности. Сосредоточилась я лишь тогда, когда герольд непривычно громко объявил:

- Его королевское высочество кронпринц Фредерик Александр Эльзбрук.

На мгновение все вокруг стихло, но в следующую секунду все присутствующие в холле, как по мановению волшебной палочки, исполнили поклон. В моей голове в этот момент играли фанфары.

Неужели! Неужели! Наконец-то!! Я увижу кронпринца на расстоянии вытянутой руки и даже, возможно, смогу заговорить с ним.

- Ваше Высочество, - склонилась в глубоком реверансе мама, пока Элийский на правах хозяина разглагольствовал относительно происходящего и собравшихся. Я последовала ее примеру, подумав, что видимо сам Король изволил не приезжать. Крон принц был со своей супругой, также представительницей знатного рода.

Вид у них обоих был добродушный, словно они вовсе и не были представителями королевской династии, а просто пришли к друзьям на мероприятие. Будь у нас чуть больше времени, я бы даже смогла найти с ними общий язык.

Я еще продолжала улыбаться, провожая их взглядом, когда воздух сотряс очередной громкий возглас герольда:

- Герцог Дружественного Королевства Волков, Его Светлость Бейрин Нинтарет’Вэлн.

Герцог был не один, с ним была свита из нескольких мужчин и пары женщин. Все они были облачены в элегантные вечерние наряды. Сам Бейрин был одет в черный смокинг с белой бабочкой и лентой через плечо, на которой красовался орден не скромных размеров. Он улыбался своей лучшей улыбкой.

Мне почему-то от всего этого великолепия хотелось спрятаться под лестницу.

Как он посмел?!

Я невольно сделала пару шагов назад, от чего мама аккуратно перехватила меня за локоть, и чуть слышно, через улыбку, произнесла:

- Не смей, - затем, сделав строгие глаза, добавила, - и улыбайся!

Я глубоко вздохнула.

Может в обморок упасть?! А что, с кем не бывает? Перенервничала девушка.

Мама на всякий случай больно сжала мне локоть, что заставило поморщиться, но подействовало отрезвляюще.

Как же Элийский был рад! Он чуть ли не подпрыгивал от такой чести. Мне показалось, что он не так был рад видеть кронпринца в своем доме, как этого оборотня.

Пока хозяин графства распинался перед волком, тот вежливо улыбался и кивал, не обращая внимания ни на кого более. Мне даже стало интересно, заметил ли он, что я стою здесь.

Ведь когда-то было время, когда Бейрин за несколько метров чуял мое приближение.

Что же, зато сейчас у меня есть возможность хорошо его рассмотреть.

Так вот, значит, как ты выглядишь на светских раутах. Как улыбаешься окружающим, снисходительной и слегка усталой улыбкой, словно ты властелин всего мира.

Я заметила, как мама с папой нервно переглянулись. В итоге они решили разыграть роль приятно удивленных гостей, которые впервые знакомятся с членом королевской семьи дружественного, будь оно неладно, волчьего королевства.

За всеми переживаниями я чуть не упустила момент представления. Ведь мне тоже следовало удивиться.

- Леди Нордфолк и их младшая дочь, - проговорил граф Элийский.

Я в удивлении посмотрела на говорящего, будто он только что открыл мне какую-то тайну. Затем взгляд автоматически пал на волка, и наши глаза встретились. В это мгновение время словно остановилось.

Заметил ли кто-то из присутствующих, как долго мы друг на друга смотрели. Казалось, сердце мое вовсе перестало биться. Я очнулась лишь тогда, когда матушка рядом присела в реверансе, произнеся:

- Безгранично рады знакомству, ваша светлость.

Я резко опустила глаза и последовала ее примеру, приветствуя оборотня. Глаз я на него больше не смела поднять, лишь почувствовала, как щеки заливаются краской. Но этот придурок, все еще не хотел уходить, словно издевался или испытывал меня на прочность.

- У вас прекрасная дочь, миледи, - произнес Бейрин слегка хриплым голосом, так что по спине пробежали мурашки. Но я лишь неодобрительно вздохнула.

- Благодарю, - улыбнулась матушка, слишком довольным голосом, видимо, пытаясь переключить внимание. Все это время я видела только ботинки Бейрина. Наконец они начали удаляться в зал, и я смогла спокойно вздохнуть.

Прибывающих становилось все меньше, а это означало, что пришло время для встречи молодых и церемонии соединения родов и возведения флагов.

- Держись от него подальше сегодня. Как можно дальше, - прошептала мама, наблюдая, как я с грустью провожаю взглядом делегацию волков в зал.

- Уж я-то постараюсь, - улыбнулась и кивнула я.

Мне на самом деле и впрямь хотелось сбежать подальше.

Отец тоже строго на меня посмотрел и приказал даже не разговаривать с волчьем герцогом.

Да что же это за дела?!

Спустя пару мгновений меня охватила злость. Явился он, видите ли, с дружественным визитом! Да кто его вообще об этом просил!

Собирался испортить нам, мне, этот чудесный вечер.

Ух! Волчара! Ненавижу!!

К моменту, когда встреча гостей была закончена, огромная толпа народа собралась в зале. Люди переговаривались в пол голоса. Они заняли практически всю площадь, которая предназначалась для танцев.

Я знала, что все уже успели отыскать свои места за столами, но, садиться за них раньше жениха и невесты, было не принято. Все ожидали влюбленных. Для этого приглашенные организовали коридор, разделившись на две плотные колонны. Наше с родителями место, также, как и места родителей Артура, были у пьедестала невесты и жениха, во главе коридора из людей. Там, под звуки фанфар, отцы должны были символически соединить два рода и дать согласие, на то, чтобы влюбленные были вместе навсегда.

К моему полному восторгу недалеко от нас, во главе нашей шеренги стояли кронпринц с принцессой. И, к моему же огорчению, прямо напротив меня встал Бейрин. Хоть он и делал вид, что не смотрит на меня, я прекрасно знала, что это не так. Или мне просто хотелось в это верить. Ведь я украдкой кидала на него взгляд, но наши глаза ни разу не встретились.

Вскоре в зале заиграла музыка, что означало приближение влюбленных. Коридор из людей получился достаточно продолжительным, от чего я не сразу увидела Клотильду с Артуром. Вместе они двигались плавно и грациозно, точно танцуя. неспешно проходили сквозь толпу, дабы каждый желающий мог оценить великолепие пары и их нарядов. Когда молодые заняли место перед двумя отцами, началась церемония воссоединения. Руки Клотильды и Артура были обвиты длинной золотой лентой. Сверху на ленту наливался расплавленный воск со свечей, которые держали главы семейств. Когда воск смешивался, на него возлагали печати обоих родов. Теперь для предков и окружающего мира, влюбленные были на веки воссоединены. Некоторые пары умудрялись так аккуратно развязать ленту, не поломав восковые печати, а потому хранили их как семейные реликвии на протяжении веков.

Далее следовала церемония возведения флагов. Точнее флаги опускались по обе стороны от пьедестала жениха и невесты. Вот и сейчас, пока молодые пытались срезать ленту, чтобы не попортить печати, заиграла музыка, глашатай объявил торжественное возведение штандартов. В считанные мгновения огромные полотнища были расправлены.

Золотой олень с венком из фруктов и цветов онилиуса на шее - герб дома жениха.

И, о Боже! Элийские перепутали наш герб!!!

- Мама, - подергала я за рукав родительницу, которая мило беседовала о чем-то с графиней, стоявшей рядом.

Конечно, основная часть гостей не заметила несостыковки. Но я точно слышала, как кто-то из наших родственников ахнули в удивлении. И по залу пробежал тихий шепот.

Видимо решив польстить то ли себе, то ли нашей семье и ее древнему происхождению, Элийские взяли старый герб нашего рода, двухсотлетний давности. А ведь изменен он был не просто так. На древнем гербе изображалась дева с мечём, протыкающая голову волка. Тогда, в давние времена, когда люди опасались и недолюбливали оборотней, было незазорно гордиться и иметь в своей семье прославленных оборотнеборцев.

Те времена давно миновали. И в наше толерантное время было решено оставить на гербе лишь прародительницу рода с обнаженным, обоюдоострым мечем, голубоглазую и белокурую Квельду.

На лице матери в этот момент сменилось несколько эмоций от растерянности и удивления, до обреченного страдания и сдерживаемой ярости.

Такой конфуз на глазах у ...

Я быстро перевела взгляд на делегацию волков и Бейрина. В отличии от его сопровождающих, которые явно кипели и еле сдерживали негодование Бейрин в свойственной ему манере насмешливопосмотрел прямо на меня.

И нашел же в толпе!

Второй раз за весь вечер наши глаза встретились.

Я нервно сглотнула.

Он так смотрел, будто это я не только повесила это знамя, но и была изображена на нем. Взгляд не был злым, он словно говорил, мол, не ожидал от тебя такого.

Все, на что мне хватило ума — это быстро отвернуться и зажмуриться. Хорошо, что народ сразу же обступил меня.

Хорошо, что прессы не было на торжестве, лишь несколько приглашенных и проверенных фотографов.

Также была вероятность, что кто-то из присутствующих заснимет этот момент позора. Но, кажется, никто, кроме нас и делегации волков, которые великодушно оставили свои эмоции при себе, ничего не заметил.

Быстро сориентировавшись, молодые под звуки музыки и аплодисменты начали подниматься на свой постамент. После чего гости отправились рассаживаться по своим местам. А пара лакеев по указанию матушки и графини Элийской, так закололи низ полотнища, что голова волка на нём затерялась в складках, оставив для обозрения лишь одну светловолосую и голубоглазую девушку.

Графиня искренне извинялась за недосмотр, так как ответственность за флаги и гербы возлежала на стороне жениха. Но и мои родители сошлись на том, что следовало всё оговорить заранее. И от этого конфуза был никто не застрахован.

Ужин начался.

Объединённые семьи расположились за одним столом. Представители королевского дома за столом по левую руку, делегация волков по правую, и так далее. Хоть мне и повезло, что волки сидели где-то за моей спиной, и я Бейрина не видела, но есть, почему-то не могла. Кусок не лез в горло. Я словно чувствовала его пытливый взгляд на моей спине. От этого хотелось поежиться и ещё больше накинуть шаль или платок. Несмотря на то, что в зале было достаточно тепло, меня бил озноб. И я не совсем понимала, чем вызвана такая реакция. Да, мне хотелось устроить скандал, вспылить и высказать всё, что я думаю о нём и о всей их делегации. Но еще больше мне хотелось узнать почему? Почему он так поступил?! Почему оставил меня? Почему отказался от прежнего контракта?!

За столом велась приятная беседа. Все улыбались. Клотильда сияла от счастья. И я, теоретически, была очень рада за неё. Но практически мои мысли были где-то в другом месте. Периодически раздавались аплодисменты, когда тот или иной гость брал слова и поздравлял молодую пару. Свои приветственные слова также произнёс и кронпринц, тогда как волки решили промолчать. Видимо считали, что одного их присутствия здесь уже достаточно.

Время медленно, но верно двигалось к первому танцу Клотильды и Артура.

Сестра всегда двигалась хорошо. Вот и сейчас её движения были грациозны и отточены. Не знаю, тренировались ли они перед этим, но всё внимание было приковано к ним. Кажется, толпа даже не смела вздохнуть, насколько удивительным и великолепным зрелищем был танец молодых.

Затем влюблённых сменили пары постарше, а после них вальсировать дозволялось всем желающим. Я поймала себя на мысли, что так ждала именно этой части вечера, но сейчас весь восторг куда-то улетучился. Я даже отказала парочки молодых привлекательных партнеров. Ощущение, что за мной кто-то наблюдает, не покидало меня. В итоге мама взяла меня под руку, предлагая прогуляться с ней вдоль зала.

- Что так и будешь киснуть весь вечер? - с улыбкой, в полтона, спросила она.

- Конечно же, нет. И я вовсе не кисну.

- Да? А чем тогда был вызван отказ от танца с сыном графа Деборетрин.

- С кем? - удивилась я.

- Высокий, голубоглазый юноша, с пепельно-белыми волосами по плечи, - детально описала мама, словно читая рекламу в каталоге.

- Ах, этот, - вспомнила я, заметив, как упомянутый танцует уже с какой-то брюнеткой. – Все дело в его росте. Ты только посмотри, как комично мы смотрелись бы вместе. Он такой высокий. Я же у него под коленом могу пройти.

— Это третья семья в королевстве по состоянию, - парировала мама. - Ты замуж вообще собираешься выходить?!

- Не прямо сегодня, - осмелилась возразить я.

- Хорошо, - как-то странно улыбнулась мама и резко остановилась. – Миледи, - расплылась в улыбке матушка перед какой-то дамой плотного телосложения.

Та тоже не осталась в долгу, заводя избитую светскую песнь о том, как вы прекрасно выглядите, какой чудесный вечер. Все это время рядом с любезной дамой, как бычок на привязи, стоял, видимо, её сын.

Скучающего вида парень был розовощекий и круглолицый. Я бы не назвала его толстым, но поесть он однозначно любил. Взгляд его больших, печальных, коровьих глаз с длинными ресницами, так и подмывал меня потрепать его за пухлые щеки. Я жалобно взглянула на маму, но было уже поздно. Кумушки уже во всю обсуждали своих деток, осыпая изящными комплиментами каждый противоположную сторону.

И вот моя ладошка уже вложено в большую и тёплую длань очаровательного партнера. Ну что же, по крайней мере, мы с ним одного роста.

Зазвучала музыка, и мы начали танцевать. Неспешно кружась в танце, мимоходом я заметила насмешливые карие глаза, с интересом наблюдающие за нашей парой. Неудивительно, что я сбилась, наступив на ногу своему партнеру. Тот, словно, очнувшись от раздумий, перевёл на меня взгляд.

- Я не очень хорошо танцую, виновато улыбнулась я.

- Да? А я подумал, что это я сбился.

О Боги, у него и голос, как у телёнка. Такой грудной и забавный. Смешно, наверное, он смеётся, если его пощекотать.

Эта идея заставили меня улыбнуться, а за мной потянулся и мой партнер. И вот мы уже вместе улыбаемся как два идиота, каждый своим мыслям.

- Как тебя зовут? - попыталась вспомнить я, понимая, что пропустила мимо ушей момент представления.

- Кирим.

- А меня…

- Натаэлин, - я помню, улыбнулся парень.

Надо же, даже имя мое запомнил.

- Вы останетесь на второй день?

- Да.

- Хорошо, - улыбнулась я.

Не знаю, что подумал он, но сейчас общение с Киримом помогло мне отвлечься. Он был таким обычным и нормальным. И в отличие от своей матушки, я не рассматривала его как потенциального жениха. Возможно, его бы это тоже не удовлетворило, но исключительно как друг Кирим бы мне сейчас очень пригодился.

Вернул он меня ровно туда, откуда взял. К этому моменту к компании двух женщин присоединились их мужья. Надеюсь, они там не свадьбу нашу обсуждают. А то с них станется.

Кирим поблагодарил меня за танец, поцеловал руку и попросил оставить за ним ещё один. Я согласилась, но мне не понравилось, как родители хитро переглянулись в этот момент.

Сделав для себя определённые выводы, я решила, что постою здесь для приличия ещё пару следующих танцев, а затем сбегу к себе, ссылаясь на усталость. Когда положенное время истекло, я повернулась к матушке, чтобы с её разрешения откланяться. Я понимала, что мероприятие сейчас в самом разгаре, гости веселились, танцевали, разговаривали, ели. И, возможно, мой уход, это не самое подобающе действие, но ведь это и не мой вечер. К тому же родителям и самим будет спокойнее.

Я уже было открыла рот, чтобы начать говорить, но все вдруг притихли и присели в реверансе. Я, резко обернувшись, обнаружила Бейрина прямо у себя за спиной, а потому, тяжело вздохнув, тоже сделала книксен.

Явился, не запылился! Нужно было раньше сбежать! Хотя, почему это я должна бежать?! Даже интересно, что же он скажет.

Я на всякий случай сделала вид, что мне не интересно, и отвернулась в сторону.

- Герцог, - улыбнулся отец, - чем мы можем быть вам полезны?

- Я хотел бы пригласить вашу дочь на танец, - спокойно произнес волк, от чего окружающие даже ахнули, а все взгляды были переведены на папу.

- Дорогой, - подала голос матушка. - Натаэлин себя неважно чувствует. И уже собиралась уходить, - словно прочитав мои мысли, проговорила она.

— Это же всего лишь один танец, - улыбнулся папа той своей улыбкой, которая означала, что сделать необходимо в точности так, как он сказал, иначе всем не поздоровится. - После него ты можешь быть свободна, - посмотрел он на меня.

- Благодарю, - проговорил волк, протягивая мне руку, конечно же, без перчатки.

Я недоверчиво глянула сначала на Бейрина, затем на предложенную мне ладонь.

- Лин, - тихо шикнул отец, и мне пришлось повиноваться.

Казалось, люди, разве что рот не начали открывать от удивления, и показывать на нас пальцами.

В первое мгновения волк крепко, до боли, сжимала мою руку. Неужели боялся, что я убегу? Я не решилась взглянуть на него, даже когда его горячая ладонь разместилась у меня на талии.

- Возможно, я не такой опытный партнер, как ваш предыдущий кавалер, - попытался пошутить Бейрин, как всегда, в насмешливой форме.

На что я демонстративно наигранно улыбнулась, не проронив ни слова.

Заиграла музыка, и мы начали движение. Бейрин уверенно вел меня, нежно прижимая к себе. Тепло его рук, его запах. Мне хотелось расплакаться от бессилия.

За что мне всё это?!

- Злишься? - тихо спросил он, на что я лишь презрительно фыркнула.

- С чего бы?

— Это хорошо, - улыбнулся он. А я, нахмурившись, заглянула ему в глаза. Чему это он так радуется? — Это значит, что тебе не всё равно.

Я еле сдержала истошный вопль и матерную тираду.

- Вы заблуждаетесь, герцог, - холодно произнесла я, - И попрошу вас, давайте этот танец проведём в тишине.

Я говорила это спокойно и холодно, глядя волку прямо в глаза. Странные эмоции промелькнули на его лице, но он благоразумно согласился со мной. По окончанию этого бесконечно долгого танца Бейрин вернул меня отцу. Поблагодарив ещё раз родителя, он быстро удалился.

Подождав, пока он скроется в толпе, я сухо произнесла:

- Я ухожу.

- Да, конечно, - ни отец, ни мать даже не стали мне возражать. Видимо, моё скорбное и унылое лицо говорило, что мне сейчас лучше не возражать.

Словно грозовая туча, я пронеслась сначала в дамскую комнату. Мне необходимо было остыть, умыть лицо холодной водой. Ещё очень хотелось разреветься, но я решила оставить это до своей комнаты.

Сейчас мне нужно было решить, как добраться до дома. За окном был поздний вечер, и температура была не выше десяти градусов, а я была одета в легкое платье. Даже плечи нечем было прикрыть. Мы же приехали сюда на машине, я подразумевала, что и вернёмся точно также.

Что же делать?

Я решила обратиться к какому-нибудь лакею или горничной. Не думаю, что они не захотят помочь сестре будущей Леди их дома. Или может сразу отыскать Венеру, и попросить её распорядиться выдать мне транспорт. На самом деле мне не хотелось привлекать к себе внимание, а просто хотелось быстро, по-тихому сбежать.

Раздумывая над тем, как лучше поступить, я присела на банкетку в коридоре. Тут, то и дело сновали или прислуга, или заблудившиеся гости, поэтому я не удивилась, когда увидела пробегающего мимо лакея-оборотня.

- О, Этьен! Этьен! - окликнула я его.

- Госпожа, - удивился он, оглядываясь по сторонам.

- Леди, - поправила я.

- Да, простите. Что вы здесь делаете?

Решение принялось само за себя, а потому я попросила у него какую-нибудь шаль или плед.

- Вы пойдёте одна? - удивился он.

- Нет, конечно, - соврала я, не желая посвящать кого попало в свои планы. Не скажу же я ему, что меня так всё тут достало, что я сейчас бегом побегу, лишь бы поскорее отсюда убраться. – Я жду машину, меня уже распорядились отвезти. Просто на улице прохладно. Не хочу заболеть.

Юноша понятливо кивнул.

- Следуйте за мной.

Мы обогнули громадную лестницу, ведущую на второй этаж, и вышли в тускло освещенный коридор.

- Может, мне лучше подождать тебя в холле?

- Нет-нет, мы уже пришли, - как-то странно глянул на меня Этьен, прежде чем чьи-то большие руки схватили меня за предплечья и прижали к холодной стене, в небольшом углублении. От испуга я чуть не завизжала, но мне вовремя зажали рот.

- Кричать не будешь? - спросил меня до боли знакомый, чуть хриплый голос.

Я отрицательно покачала головой, и руку разжали.

- Говорил мне дедушка, никогда не доверяй волкам, - укоризненно посмотрела я на лакея. От чего тот виновато потупился. А затем перевела взгляд на Бейрина и заорала, - Ты совсем сбрендил! Придурок! Какого лешего ты себе позволяешь?! – заколотила я его в грудь, - Отпусти меня! Немедленно!

Но волк лишь довольно ухмыльнулся.

- Господин, - здесь нельзя оставаться.

В следующее мгновение произошло нечто удивительное.

Бейрин склонился прямо над моим ухом, словно пытаясь поцеловать. Но промахнулся, и вместо поцелуя услышала какой-то шёпот, а затем отчётливое:

- Помолчи…

Когда он отстранился, я хотела было возмутиться и послать его далеко и на долго. Но вдруг поняла, что не могу этого сделать. Словно вдруг разом позабыла все слова. В удивление я посмотрела на Бейрина, которой, кажется, этого и ожидал.

Он, что, меня сейчас околдовал?!

Волк довольно улыбался. А вот я не могла больше терпеть эту довольную ухмылку, а потому попыталась отвесить ему пощечину.

В это мгновение лакей, кажется, тоже потерял дар речи. Думаю, при нем еще никто не смел называть его герцога придурком и одновременно лупить его. В любом случае пощечины у меня не получилось. Мою руку перехватили, и больно потянули вверх. Затем перекинули меня через плечо.

- Куда идти? - спросил волк оторопевшего парня, и тот быстро зашагал дальше по коридору.

Было так удивительно ощущать себя немой, что я даже особо не сопротивлялась. Ведь какой в этом был толк, если волчара в тысячу раз сильнее меня. Я лишь открывала и закрывала рот, пытаясь понять, на каком этапе звукоизвлечение мне не подвластно. Я же явно была в своём уме, и мысли крутились в моей голове. Так почему же я не могла обличить их в слова.

Тем временем услужливый лакей завел нас в комнату, напоминающую кабинет или класс. Бейрин снял меня с плеча и поставил на пол. Лакей быстро включил настольную лампу и зашторил занавеси.

- Большой свет лучше не включайте, - торопливо проговорил он.

- Будь в коридоре неподалеку. Мы лишь уладим кое-какие разногласия, и мне опять потребуется твоя помощь.

- Да, господин.

Но прежде, чем отпустить лакея совсем, я подняла указательный палец, призывая дать мне слово.

- Можешь говорить, - разрешил мне волк.

Не теряя времени даром, я обратилась к Этьену.

- Тебе это с рук просто так не сойдёт, - спокойно произнесла я. - Лучше позови охрану прямо сейчас, и я никому не расскажу, что ты в этом замешан.

Кажется, моя угроза сработала, потому что парень перевел испуганные глаза на своего господина. А тот в свою очередь рассмеялся и произнёс:

- Леди изволила шутить. Ты можешь быть свободен.

- Я не шучу, - начала возмущаться я, но парень уже скрылся за дверью, оставив нас с Бейрином одних.

Закрыв дверь на ключ, он повернулся ко мне. В этот момент я почувствовала себя затравленным, попавшим в западню оленем.

Что он задумал?

Бейрин, кажется, тоже это почувствовал, начиная медленно ко мне приближаться. Сделав пару шагов назад, я наткнулась на стол, решив, что он будет неплохой преградой, встала за него.

- Чего тебе надо Бейрин? - первой начала я. - Зачем ты приехал?

Но Бейрин молчал.

Он не стал играть в мою игру, где преградой выступал стол. Ловко перескочив через него, он загнал меня в угол, прижал к стене. Слишком яростная и мощная энергия исходила от него, воздух буквально искрился.

Я зажмурилась и отвернулась, не в силах больше сдерживать страх. Или это было нечто другое? Разве страх вызывает агонию или всплеск всех эмоций и чувств одновременно. Разве от страха, как от сладкого запаха любимых духов, кружится голова. Или тело сводит огненной судорогой.

Да что же со мной не так?!

Чуть постояв надо мной, словно гора, Бейрин обнял меня, уткнувшись мне в макушку, и втягивая запах моих волос.

- Я скучал по тебе. Как же я по тебе скучал.

- Что? - я не поверила своим ушам.

Попыталась отстраниться и поднять голову, чтобы посмотреть на свихнувшегося волка. От чего тут же получила поцелуй.

Мне бы следовало увернуться, оттолкнуть его, но его губы. Как я могла сама, по доброй воле, так от них отказаться. Разве это не они заставляли всё это время скучать по их хозяину. Разве это не из-за них тоска сжимала моё сердце. Когда руки Бейрина начали откровенно блуждать по моему телу, я пришла в себя. Перехватив его наглую ладонь, я прекратила поцелуй.

- Почему же ты тогда уехал?!

- Я не хотел этого, но не мог… - он замялся, - нарушить приказ.

Я недовольно вздохнула, убирая его вторую наглую руку.

- Твой брат? – волк хмуро кивнул. - А почему ты изменил контракт?

- Не я, это тоже была его инициатива.

Всё как я и предполагала. Кто откажет Альфе?

- Так как же он отпустил тебя сюда? - горько усмехнулась я.

- Он и не отпускал, - хитро улыбнулся Бейрин, - Элийские наши давние партнеры, мы не могли не присутствовать на этом мероприятии. Брат распорядился, чтобы поехал Кейвин.

- Ваш средний брат?

- Ага. А он мой должник.

- Отлично, - порадовалась я его хитрости и сообразительности. - Но завтра церемония закончится и тебе придется вернуться обратно.

Волк снова как-то загадочно улыбнулся, прежде чем ответить:

- У меня есть небольшой план на этот счёт. Мне только нужно, чтобы ты мне подыграла.

- Подыграла? В чём?

- Я не могу тебе пока сказать. Но знай, что это очень важно для нас. Поможешь мне?

Что он задумал? Побег? Никогда не доверяй волкам! Что такого он может устроить? И не пострадает ли при этом честь моей семьи? Может, пришло время всё прекратить.

- Бейрин, - покачала я головой, - Я не знаю, не уверена, что это хорошая идея. Что за игру ты задумал?

- Не бойся. Всё будет хорошо. Обещаю, - по-доброму улыбнулся он, и прикоснулся к моему лицу.

Затем последовал поцелуй, затем еще один. Откровенные, долгие, горячие, они заставляли меня забыть кто я, кто он, и где мы. Только нега. Только желание. Бейрин подхватил меня и посадил на стол. Его пальцы нежно проникали под платье, и настойчиво изучали сантиметр за сантиметром моей кожи. Мы остановились на мгновение, лишь тогда, когда лампа, стоявшая на столе, полетела на пол. Она, к счастью, не разбилась.

- Где вы остановились? - спросила я, когда дыхание выровнялось.

- В гостинице, в городе. Все еще хочешь отправить меня восвояси?

- Ты издеваешься?! – произнесла я, готовая взорваться от желания, но затем решила ему подыграть. - И что, ты меня послушаешь?

- Ты моя леди, - чуть хриплым голосом произнес Бейрин, - твоё желание для меня закон.

Вот это поворот?! А может рискнуть и попробовать попросить его убраться в свое королевство и больше никогда меня не беспокоить. Освободить и меня, и его. Ведь так бы поступила благоразумная девушка. Хотя я ведь ею никогда и не была, так не стоит и начинать.

- Моя комната в гостевом доме по соседству, - невинно улыбнулась я.

Волк в ответ тоже улыбнулся, ничего не сказав, но его глаза в этот момент сияли светом звёзд.

Он поправил свою одежду прежде, чем выглянуть в коридор. Я тоже привела себя в порядок, хотя причёска была безвозвратно испорчена. Этьену было приказано незаметно вывести нас из дома Элийских и проводить в гостевой дом. Перед тем как покинуть коридор, лакей протянул мне небольшой серый свёрток.

- Что это? - спросил Бейрин.

— Это для леди, - потупился лакей.

Развернув свёрток, я поняла, что это был шерстяной плед, который я просила у него раньше.

- Спасибо, - поблагодарила я, - но ты всё равно не прощен.

— Вот как? - удивился Бейрин. – Он тут, значит, тебе помогал всё это время как мог. И вот она твоя благодарность.

Я перевела глаза с лакея на своего волка.

- Только не говори, что всё это твоих рук дело.

- Я действовал по инструкции, - поклонился Этьен.

Я лишь покачала головой. Что тут можно было сказать, волки, как всегда, были в своем репертуаре. Так значит, Бейрин был в курсе всех моих дел все это время.

Идти по мягкой траве на каблуках было не очень удобно. Поэтому волк, в свойственной ему манере, подхватил меня и перекинул через плечо.

- Вы что, своих женщин по-другому не умеете носить?! – возмутилась я.

В гостевом доме практически никого не было. Вся прислуга была направлена на торжество. Поэтому Этьен спокойно проводил нас до моей комнаты. На пороге Бейрин дал ему еще какие-то указания на волчьем, и мы вновь остались одни. Дабы не тратить время зря, мы решили закончить то, что начали еще в том кабинете.

Спустя продолжительное время я умиротворённо лежала на груди волка, обнимая его, а он гладил меня по голове. Если бы волки умели мурлыкать, то это бы непременно сейчас произошло.

Втянув по привычке, запах моих волос, он неожиданно произнес:

- Ты пахнешь по-другому.

-Что? Как это? – удивилась я, поднимая на него глаза.

- Запах вроде тот же, что и раньше, а вроде и нет. Знаешь почему?

— Так пахнут злость и обида, а ещё страх за будущее и отчаяние, - грустно улыбнулась я, намекая, что мысль о будущем не даёт мне покоя.

Бейрин привстал на локте, от чего я скатилась на подушку. Склонившись надо мной, он серьёзно посмотрел мне в глаза

- Ты мне веришь?

- Хотелось бы мне… - начала я, но меня остановили.

- Нет, просто ответь, да или нет.

Несмотря на то, что сейчас мы, обнажённые, лежали в постели, я полностью ощущала всю серьезность момента. Казалась, мне сейчас необходимо сделать этот самый сложный выбор в своей жизни, от которого будут зависеть наши судьбы.

Бейрин терпеливо ждал. Его серьёзное, сосредоточенное лицо и встревоженные глаза. Неужели он мог подумать, что ответ может быть иным?! Глупый волчонок!

- Да, - улыбнулась я, и Бейрин просиял в ответ.

- Ты поможешь мне завтра?

- Ладно, - согласилась я.

- Обещаешь, - не унимался он.

- Да, обещаю.

Меня снова поцеловали, и всё началось заново. Немного отчаянно, как мне показалось. Словно завтра должен был состояться смертельный бой и сегодняшний момент - это всё, что у нас есть.

Меня это волновало, но, пожалуй, не так сильно, как его горячие руки на моих бедрах, и его губы на моей шее. Я обещала ему довериться, и я сдержу своё обещание, чего бы мне это не стоило.

За окном было еще совсем темно, когда Бейрин, поцеловав сонную меня, начал одеваться.

- Ты куда? Ещё так рано.

- Нельзя, чтобы меня кто-нибудь заметил. И мне нужно подготовиться.

- Не-еет, - протянула я. - Хочу, чтобы ты остался. Давай утром расскажем всё папе. Он поймёт.

Волк улыбнулся и сел на кровать. Он уже полностью оделся. Погладив меня по голове, как гладят маленьких детей, он произнес:

- Конечно, расскажем. Но не утром, - поцеловав меня в лоб, он вышел из комнаты.

Без него стало так зябко и холодно. Я притянула к себе поближе подушку и одеяло, хранившие его тепло и запах.

Глава 10. Тебе от них никуда не скрыться!

Утро хоть и выдалось солнечным и приветливым, но все сидящие за завтраком клевали носом и зевали. Похоже также, как и у меня, эта ночка удалась у всех.

По рассказам мамы расходиться все начали лишь к двум-трём ночи. Невеста по традиции осталась под охраной в доме жениха, но ночевали они в разных комнатах, разумеется. Не удивлюсь, если даже из комнаты под замком Клотильде удалось сбежать к Артуру.

Церемония в храме была назначена на два часа дня. К этому времени, все те, кто не оставался на это мероприятие, разъехались по домам. А те, кто должен был присутствовать, выспались и привели себя в порядок.

Старинная часовня, Пресвятой Прародительницы была в двадцати минутах езды от поместья Элийских. Все ответственные лица, в основном близкие родственники с обеих сторон, являлись в храм заблаговременно.

Погода стояла замечательная, в меру теплая, в меру солнечная. Лучшего дня и придумать было нельзя. Часовня была украшена живыми цветами, в том числе из нашей оранжереи. Было очень красиво. А окружающие в светлых и праздничных одеждах дополняли атмосферу радости и благоговейного трепета.

Клотильде и Артуру следовало явиться в открытом экипаже. А также у сестры должно было быть новое, как правило, белое платье. На эту церемонию уже были приглашены ведущие СМИ. Я и не думала, что это вызовет такой ажиотаж. Телекамер и фотоаппаратов было больше, чем приглашенных гостей. Давать кому бы то ни было интервью мне строго-настрого запретили. Но я, собственно, и не стремилась попасть в объективы.

Хоть я и хотела первой увидеть Клотильду, меня отправили на задний двор часовни, в беседку, ожидать там вместе с остальными почетными дамами, уставшими от вездесущих репортеров. Сидеть в такой компании мне вскоре наскучило, и я пошла изучать прилегающие постройки. Дорожки везде были вычищены и выметены, так что я не боялась испачкать обувь или подол великолепного атласного платья.

Сначала я забрела в конюшню. Там неприятно пахло, а кони недружелюбно ржали и фыркали, поэтому я не стала углубляться. Конюшню огибала дорожка, ведущая в сад. Времени было еще предостаточно, а потому я решила заглянуть в него и узнать, что там растет и зацвели ли деревья.

Сад огораживал плетеный забор. Перед входом сидела сухонькая старушка. Ей, казалось, на вид больше 100 лет, но её бледные глаза сразу меня заметили. За оградой в саду мальчишка, лет пятнадцати, окрашивал стволы деревьев известью. Он был так увлечен своей работой, а также музыкой в его наушниках, что пританцовывал на месте. Меня он явно не видел.

Поздоровавшись с женщиной, я было направилась дальше, но остановилась. Бабушка вдруг то ли засмеялась, то ли закашлялась, и я решила уточнить, не нужна ли ей помощь. Может быть, нужно окликнуть мальчишку.

Оказалось, помощь ей совсем не требовалась. Она смеялась, издавая неприятный звук, словно скрипучая старое дерево на ветру.

- Негодная девчонка, - сказала она сквозь смех.

- Что? Вы что-то сказали? – не расслышав, подошла я поближе.

Складывалось впечатление, что бабушка была не в себе, и разговаривала сама с собой.

И это, похоже, была моя тактическая ошибка. Костлявой рукой она схватила меня за запястье, и больно сажала.

- Волки! - завопила она, - Они будут рвать твою плоть!

- Что вы делаете?! Отпустите! Мне больно! - попыталась вырвать я свою руку. О чём это она? Она говорила сейчас о Бейрине? Но откуда она знает?!

На крик уже мчался мальчишка из сада.

- Проклятая волками! Тебе от них никуда не скрыться! - все верещала старуха.

- Что вы делаете?! - вдруг неожиданно заорал на меня парень.

— Это не я! Это она меня схватила!

Оценив обстановку, до него, наконец, дошло, что девушка в таком наряде явно приехала на церемонию в храм, а не для того, чтобы напасть на его бабулю.

- Бабушка! Бабушка! - быстро заговорил он, перехватывая мою руку, - Отпусти, бабушка. Это я, Пит.

- Проклятая волками, - обезумевшая старуха продолжала твердить одно и тоже. Но затем, переведя глаза на лицо парня, произнесла: - Пит?

- Да. Бабуль, это я.

Женщина разжала руку, и я высвободила свою. Было больно. Теперь останется красное пятно.

- Вам не следовало сюда приходить, - дерзко заявил мальчишка.

- Да вы тут, похоже, все психи! - завопила я, и бросилась наутек.

Вот тебе и сходила в сад. Надо бы раздобыть холодной воды и остудить руку. Что это такое несла старуха?! И откуда она только узнала про мою связь с волком. А может быть она просто больная на голову, и волки её ночной кошмар. Вот и выкрикивала всякую ерунду.

К тому моменту, как я вернулась в беседку, туда прибыла Венера. Нежно желтое платье делало её похожей на маленького милого цыпленка.

- Где ты была? - спросила она

- Да бродила то тут, то там, - быстро придумала я, прикрыв покраснение от захвата старухи. - Кло ещё не приехала?

- Нет, но скоро будет. Второе платье у неё ещё красивее первого, - мечтательно закатила глаза девочка, на что я улыбнулась, и не сомневаясь во вкусе сестры.

- Я вообще-то спрашивала, где ты была вчера вечером? – пояснила Вини.

- А… вчера…- замялась я, - Я рано ушла. Переутомилась, наверное, и у меня разболелась голова. Я и не знала, что можно так устать от всей этой предсвадебной суеты, - улыбнулась я, пожав плечами.

- А ты знаешь, что герцог Волков ушел сразу после вашего танца, - хитро прищурившись, девушка заглянула мне в лицо.

— Это, наверное, потому что я отдавила ему все ноги, - отшутилась я, но Венеру такой ответ не удовлетворил.

- Ты не говорила, что знакома с его светлостью.

Чего это она решила тут выведать? Маленькая сплетница.

- Нас официально представил твой отец в холле. И на танце настоял мой отец, я не могла отказать, - даже не соврала я.

Немного расслабившись, Вини присела на лавку, потянув меня за собой.

- Странно, что он больше ни с кем не танцевал, - грустно сказала девушка.

- Ну, а ты хотела бы с ним станцевать?

- Я? - вспыхнула она. - И я тоже. Многие хотели бы с ним станцевать Он – красавчик. Так ещё и холост.

Я довольно улыбнулась. Сама знаю, что он красавчик. Но спросила её о другом:

- Ты знаешь, кто-то из высокопоставленных гостей будет на храмовый церемонии? Кронпринц или те же волки?

- Да, - кивнула Вини. – Кронпринц, правда, планировал уехать сначала, но потом резко передумал.

— Это ведь хорошо?

- Конечно. Значит, ему понравился вчерашний прием.

Эта новость тоже порадовала меня. Значит, корона одобряет выбор невесты и вообще эту связь двух старинных родов.

К прибывшим жениху и невесте, а мужем и женой они будут считаться только после того, как покинут храм, было не подступиться. Их, словно стая пчёл, окружили камеры. И не отпускали на протяжении нескольких минут.

Казалось, Кло и Артура это вовсе не смущало. Наоборот, они с удовольствием позировали и улыбались, держась за руки. Некоторые телеканалы вели прямую трансляцию, а потому было проще включить телевизор, чтобы оценить и рассмотреть наряд сестры.

В это время все гости уже были рассажены по своим местам в часовне. Снова пространство делилось на два ряда стульев. Я искала глазами Бейрина, но не могла найти. Почему-то вспомнились безумная бабка в саду. И стало как-то не по себе. Какое-то чувство беспокойства и предчувствие чего-то недоброго. Впрочем, моя интуиция меня всегда подводила. В этот раз гостей было не очень много, старая часовня и не смогла бы вместить всех желающих. Лишь перед самым началом, где-то в конце зала, я увидела делегацию волков, а среди них и Бейрина. Он быстро взглянул на меня, и кивнул головой в знак приветствия.

Все встали, когда Кло и Артур проходили по коридору.

Сестра и впрямь была еще прекрасней, чем вчера. Длинное белое платье со шлейфом, распущенные волосы и венок из живых цветов. Она напоминала деву весны, как её было принято изображать в легендах и на старинных гравюрах. Под пение нежных голосов хора мать настоятельница проводила сакральный обряд, объединяя сердца, умы и души влюблённых. Теперь они могут по праву считаться мужем и женой не только для этого мира, живого и мертвого, но и для всех остальных существующих и существовавших когда-либо. Когда церемония была закончена, всем присутствующим надлежало выйти из храма и дождаться первого поцелуя теперь уже женатых молодых людей.

Все встали полукругом перед ступенями часовни. Фотографы, репортеры и гости замерли в ожидании молодоженов. Я, как всегда, стояла рядом с мамой в первых рядах, чтобы всё увидеть своими глазами. На противоположной стороне те же позиции заняли Элийские.

Сначала я даже не поняла, что это творится у Венеры с лицом. Она как-то странно кривлялась, подмигивая то одним глазом, то другим.

Неужто сумасшедшая старуха поймала и её.

Оказалось, та пыталась мне намекнуть на то, чтобы я обернулась.

И я обернулась.

Прямо за мной стояли волки во главе с Бейрином.

На мой удивленный взгляд, тот лишь быстро подмигнул, указав на дверь часовни. Там уже показались Кло и Артур. Держась за руки, они дали окружающим и репортёрам еще раз полюбоваться на них. Затем они под всеобщее ликование и аплодисменты поцеловались.

Это было так мило, что я тоже не удержалась от аплодисментов.

Что что-то идет не по плану, я поняла, когда Артур поднял указательный палец вверх, призывая дать ему слово. Клотильда тоже была удивлена, судя по её выражению лица, но всё ещё пыталась мило улыбаться.

Все замолчали, репортеры замерли в ожидании сенсации. Кажется, я могла слышать, как пчела опыляет цветы на клумбе.

- В этот торжественный день, - начал Артур, -я безмерно благодарен, что вы, все здесь собравшиеся, смогли присутствовать на этой сакральной церемонии, соединившей меня с моей драгоценной возлюбленной, - не разжимая рук, он поднес к губам кисть Клотильды и поцеловал её.

По толпе пробежался одобрительный вздох очарования. А Кло немного расслабилась, понимая, что дело не в ней.

Тогда, о чем это он?!

И Артур продолжил.

- Но этот день был также отмечен небесами по случаю ещё одного важного события. И оно тоже имеет отношения к чистой и искренней любви! – Артур странно улыбнулся, переводя взгляд куда-то мне за спину. – Герцог Нинтарет’Вэлн, вам слово.

Герцог вышел вперёд, поблагодарив за оказанную честь.

Мое сердце начало биться где-то в ушах, так оглушительно, что хотелось шлепнуть себя по лицу. Или это я слышала стук сердца матушки, которая, похоже, собралась упасть в обморок. Наверное, она решила, что Бейрин сейчас раскроет все карты.

- Я прибыл сюда не только как гость, на свадьбу хорошего друга, - размеренно начал он, обращаясь во все камеры одновременно. Было видно, что ему не впервой концентрировать на себе столько внимания. – Я прибыл сюда, - он глубоко вздохнул, переводя взгляд на меня, - чтобы получить согласие и сердце той единственной, которую так давно искал. Леди Натаэлин Нордфолк, согласитесь ли вы стать моей женой.

Вздох удивления толпы оглушил меня. А я окаменела, не в силах пошевелиться. Люди от меня отпрянули, словно от прокажённой, и я осталась стоять одна. Кто-то сзади лишь легонько подтолкнул меня вперёд.

И вот Бейрин уже стоит передо мной на одном колене.

- Что ты делаешь? - шёпотом произнесла я.

- Делаю тебе предложение. Помнишь, что ты обещала?

- Я тебя убью, - произнесла одними губами.

- Ты обещала, - повторил волк.

Я перевела глаза на маму, которая отрицательно качала головой, то ли не веря своим глазам, то ли приказывай сказать нет. На папу, - который хитро улыбался и кивал головой, видимо настаивая на согласие. Не скрылись от меня и довольная улыбка Артура, и ужас в глазах Кло, и удивление в глазах Элийских и всех остальных. Затем я снова встретилась взглядом с моим волком. На мгновение мне показалось, что он занервничал.

Глубоко вздохнув, я громко сказала:

- Да! Я согласна!

Толпа за плечами взревела.

Камеры обступили нас со всех сторон. Вспышки ослепляли, поэтому Бейрин быстро встал, и обнял меня, закрывая от яркого света.

Тут и там слышались возгласы: «Поздравляю!» Бейрин несколько раз подавал кому-то руку для пожатия.

В итоге волк, поблагодарив всех, взял меня за руку и отвел в небольшое помещение справой стороны храма.

У нас было пару секунд свободного времени, прежде чем сюда ворвутся мои родители и все имеющиеся в наличии волки.

Счастливый Бейрин, чуть ли не пританцовывал. Он схватил меня подмышки, и поставил на какой-то каменный выступ, так что наши глаза поравнялись. Я же не разделяла его беззаботного веселья.

- Что ты устроил Бейрин?! Это же теперь будет во всех новостях. Твой брат точно тебя убьёт, - совсем отчаялась я.

- Я люблю тебя, - неожиданно произнес он, улыбаясь.

Его щенячьи глаза растопили моё сердце, и тревога на мгновение отступила.

- Я тоже тебя люблю, - задумалась я над тем, что только что сказала, но затем вернулась к разговору. - Но зачем всё нужно было делать так?!

— Это единственный способ остановить моего брата, - посерьезнел вдруг волк. - Теперь ему некуда будет деться, кроме как принять мое решение.

- А ты никогда не задумывался над тем, что такие поступки нужно прежде обсуждать с девушкой?

Волк виновато, но довольно улыбнулся.

- Я боялся, что ты накрутишь себя, и передумаешь в самый ответственный момент.

- Знаешь, у меня была такая идея. Вот чтобы ты тогда делал? И потом, это же всего лишь помолвка, которая может быть легко расторгнута.

- Ну уж нет! Теперь тебе от меня никуда не деться, - ухмыльнулся волк, и быстро поцеловал меня, прежде чем в помещение вошли мои родители.

Я в удивлении и ужасе посмотрела на Бейрина, припомнив, что точно такие же слова мне уже сегодня говорили. Но он уже отвлекся на мою маму, которая пошла сразу в наступление.

- Что это вы себе позволяете, молодой человек?!!

- Дорогая! - одернул её папа, и уже сам обратился к волку. – Насколько серьезны ваши намерения, герцог?

- Более чем, Милорд.

- Хорошо, - одобрительно кивнул папа. - Как вы понимаете, все прежние договоренности не вправе иметь ничего общего или влиять на этот процесс.

Образец успешного предпринимателя в действии. Хорошо хоть не назвал всю ситуацию сделкой.

- Я полностью разделяю вашу точку зрения, - подтвердил Бейрин.

- Как скоро вы планируете узаконить эти отношения?

- Дорогой?! - возмутилась мама, до сих пор не веря во всё происходящее.

Папа лишь поднял вверх ладонь, что означало - «Не вмешивайся!». Куй железо, пока горячо, видимо, подумал отец и решил мгновенно устроить судьбу двух своих лошадей, то есть дочерей.

Удивительно, что никто даже не спросил, чего хочу я, и не против ли.

- Я бы хотела сделать это немедленно. Но по законам нашего королевства и нашего рода своё согласие должен дать наш Лорд.

В этот момент папа, кажется, начал улавливать всю суть ситуации.

- С этим могут возникнуть какие-то сложности? - со знанием дела проговорил отец.

- Полагаю, в связи с той шумихой, которая была поднята, у него не будет никаких оснований для отказа. К тому же свидетелями серьезности моих намерений стал представитель вашего королевского дома.

Так вот почему Кронпринц резко решил остаться на храмовую церемонию. Теперь всё стало очевидным.

В это мгновение в помещении ворвалась пара волков из свиты Бейрина, а точнее мужчина и женщина воинственного вида. Судя потому, что они запыхались, словно бежали из далека, я предположила, что их удерживали. Было заметно, что женщина еле сдерживает порыв ярости. Бейрин медленно развернулся к вновь прибывшим. Сложенные руки на его груди означали упрямство и готовность отстаивать свою позицию до конца.

Женщина, не обращая внимания на моих родителей и меня, высказала пару резких фраз на волчьем языке. Спокойно выслушав её, Бейрин ответил тоже на волчьем. Тон его был спокойным, но леденящим кровь. Одно предложение, и вот оба волка уже не такие воинственные. Волчица ещё что-то попыталась возразить, но ее сопровождающий мягко взял ту за плечо, призывая остановиться. Короткое противостояние упрямых глаз, и все еще недовольная, но повинующаяся волчица, чуть кивнув, удалилась вместе с тем, с кем пришла.

Отец, правильно оценив происходящее, уточнил.

— Это то, о чём вы говорили?

- Да, - подтвердил Бейрин. - По закону члены королевского рода не имеют права брать в жёны представителей других рас. - Отец кивнул, словно всегда знал об этом. - Но бывали и исключения. Таких прецедентов было немного, но всё же. К тому же у меня есть один козырь в рукаве, который заставит моего брата отнестись к этому вопросу с большим пониманием. - Отец снова кивнул, подумав, конечно же, о Лейтто.

- Что же, - проговорил отец, - в таком случае я даю своё полное согласие и благословение, - он протянул Бейрину руку.

После крепкого рукопожатия мужчины повернулись к нам.

Я с замиранием сердца следила за происходящим, и даже не заметила, как мама встала передо мной, словно птица, защищающая своего птенца от неприятеля. Она резко развернулась ко мне и, прикоснувшись к лицу, тихо спросила:

- Ты уверена, что хочешь этого? Это же волки.

Я на мгновение даже растерялась, удивлённо хлопая глазами.

Что значит волки?!! То есть, когда вы отправляли меня на пять долгих лет к ним в услужение, вас этот вопрос не смущал?! С другой стороны, я была так ей благодарна за то, что все, что её заботит сейчас больше всего — это моё благополучия, и моё мнение. Словно в подтверждение этим мыслям мама добавила:

- Только скажи, и мы тебя никому не отдадим.

Я улыбнулась, глядя на настороженного Бейрина. Всё это время он оставался на месте, и внимательно вслушивался в наш разговор.

- Да, я правда этого хочу. Я люблю его.

- Ох, доченька моя, - мама обняла меня

- Нам с вашей дочерью необходимо будет уехать сегодня же, - произнёс Бейрин, обращаясь к отцу.

- Конечно, если это необходимо, - согласился тот.

- Без сопровождения? - удивилась мама, потому что в человеческом обществе так было не принято. Это могло испортить репутацию девушки.

- Я гарантирую полную безопасность вашей дочери. А сопровождение ответственной делегацией волков не скомпрометирует её. По нашим законам предложение - уже является полной и твёрдой гарантией замужества. С этих пор вся ответственность за женщину возлагается на мужчину-волка. Более того, брачная церемония лишь открывает возможность паре иметь детей.

На этих словах матушка глубоко вздохнула. Ей до сих пор не нравилось вся эта идея. И в основном из-за предвзятого, с нотками легкого расизма, отношения к волчьей расе. Внуки волки её, похоже, очень смущали.

На том и порешили.

После того, как церемония закончилась и лишние глаза, и уши разъехались, мы направились в гостевой дом. Там я собрала свои вещи и ожидала Бейрина в своей комнате. Мама запретила спускаться, сказав, что сама разберётся с родственниками. Они-то как раз ожидали нашего отъезда, как вороны крови.

Было ясно, что не все воспримут с должным пониманием и уважением мой выбор. Среди них всё-таки ещё была сильна неприязнь к оборотням. Они предпочитали уважать их со стороны и издалека. А теперь, по словам некоторых, наше родовое дерево будет запачкано волчьей кровью. Были и такие, кто приветствовал новые связи. Они, как и мой отец, полагали, что связь с королевской династией волков принесёт нам немалые выгоды.

Мне было жаль, что я не увижу Клотильду. Мне бы очень хотелось с ней попрощаться. Надеюсь, волки позволят мне хоть изредка навещать родных. Вот она, наверное, удивлена.

На самом деле вся эта ситуация была какой-то странной. Две сестры, и обе, так или иначе, связаны с оборотнями. Какое-то нелепое стечение обстоятельств или проведение. Вот не захочешь, а придется поверить в судьбу.

Еще я думала о Лорде Оборотне.

В какой же он, наверное, сейчас был ярости. Он ведь сделал все для того, чтобы мы с Бейрином никогда больше не увиделись. Что если в своей дикой злости он убьет и меня, и своего брата, только бы всё было по его. После нашего кратковременного общения я почему-то не сомневалась в этом.

Бейрин заехал за мной сам.

Все те, кто возмущался после церемонии, сейчас молчали, и только смотрели в окна. Отец и матушка вышли меня проводить. Папа помог загрузить мои вещи. Мы попрощались и отправились в дорогу. В машине Бейрин оказался один, и был за рулём. Прямо как в нашу с ним первую совместную поездку, когда я уезжала в неизвестность. Только тогда ощущения были скорее тоскливо-печальными, а сейчас я всё-таки надеялась на счастливое будущее.

- А где все остальные? - удивилась я

- Поедут на своих машинах. Сейчас они ждут нас при выезде из города. Они обязаны сопровождать нас всю дорогу.

- Какая честь, - хохотнула я. – Кстати, некоторые из них были просто в ярости от твоей выходки, не так ли?

- Да, - улыбнулся волк. – Такая у них работа, они действовали по приказу. Должны были сопровождать Кейвина, но всё пошло не по плану.

- Что говорила та женщина?

- Ванесса? - уточнил волк, сворачивая с дороги на каменистую колею, убегающую в небольшой лесок. – Сказала, что Лорд уже в курсе и не спустит мне это с рук.

- А что ты ей ответил? - насторожилась я, ведь так и знала, что будет конфликт.

- Сказал, что, если хоть кто-то попытается меня остановить или помешать, вздерну по возвращению и на чин не посмотрю, - спокойно проговорил Бейрин и заглушил мотор.

- Почему мы остановились? - последовал логичный вопрос.

Ничего не ответив, волк вышел из машины. Я всё ещё продолжала сидеть, не понимая, что делать дальше. Тогда он сам открыл мою дверь.

- Выходи, - и я послушалась, приняв его руку.

Бейрин постелил плед на капот машины, а затем, подняв меня, словно тряпичную куклу, посадил на него, встав передо мной, наши глаза снова поравнялись.

- Что ты делаешь? – улыбнулась я.

Погода всё ещё была отличная, уже почти по-летнему припекало, пели птички, ветер свежий и чистый трепал мои волосы. Я бы не отказалась от пикника на зеленой полянке, но вряд ли волк такое продумал. И в доказательство моих мыслей Бейрин заговорил.

- Я знаю, что у людей принято дарить кольца в знак обручения.

- Ну да, - я пожала плечами. - А у вас разве нет?

- Нет. Мы в принципе не носим кольца, иначе бы их просто разрывало всякий раз при обращении.

Я понятливо кивнула, и, вспомнив Бейрина волком, вдруг произнесла.

- Мне понравился твой волк.

- Ты ему тоже, - улыбнулся.

Он так странно это сказал, что могло сложиться впечатление, будто обращенный волк — это совсем другое существо. Я хотела расспросить об этом, но Бейрин продолжил.

- Но сейчас не об этом. Я кое-что приготовил для тебя, но не успел отдать сразу, - он достал из кармана брюк красный холщовый мешочек, открыв его, он извлек маленькое колечко из белого металла. Поверхность его было испещрена точками и затемненными углублениями. Я явно уже где-то видела этот узор. Самостоятельно взяв мою ладошку, Бейрин аккуратно надел кольцо на безымянный палец. Я покрутила правой рукой, наблюдая за тем, как солнце играет и отражается в нём.

— Это что, лунная поверхность? – наконец поняла я, рассмотрев кольцо поближе.

- Да, - улыбнулся волк, - Теперь ты моя и при свете Солнца, и при свете Луны.

Я тоже улыбнулась и потянулась за поцелуем.

В итоге волк попытался опрокинуть меня на капот, но тот был слишком высокий и неудобный. Поэтому мне снова пришлось сесть.

- Ты переживаешь? - озвучил он мои мысли, которые как грозовой фронт собирались над головой.

- Да, - виновато пожала я плечами. - Всё так неоднозначно. Что с нами будет, если твой брат взбесится, и не захочет уступать. Он ведь твой Лорд.

- У него не будет выбора. Уже завтра утром ему будет доставлена депеша из правящего королевского дома вашей страны. Депеша с поздравлениями и благодарностью за честь и доверие к человеческой расе, за то, что мы приняли в свою семью человеческую представительницу. Из такого ему не выкрутиться. Наша задача лишь приехать позже этого письма, - ухмыльнулся Бейрин.

- Поэтому мы тянем время, - догадалась я. - А что это за ещё один козырь, о котором ты упоминал?

Волк удивлённо на меня посмотрел.

- Я думал, ты уже сама всё поняла? – не веря, смотрел он на меня.

- Ты имел в виду Лейтто? - нахмурилась я, решив, что шантаж ребенком - не самая хорошая идея.

Но Бейрин рассмеялся в голос, обнял меня, и сказал, что нам пора ехать.

В дороге нам предстояло провести не меньше десяти часов. И с учётом того, что в путь мы, вместе с нашей делегацией выдвинулись уже около шести вечера, то нам пришлось остановиться на ночлег.

Небольшая гостиница в глуши была выбрана специально, чтобы не привлекать к нам особого внимания. Волки вели себя приветливо, но сдержано. Близко не подходили, и со мной не разговаривали. Лишь переговаривались в пол голоса друг с другом на своём языке.

Женщин-волчиц я вообще не видела. Наверное, та, как её там звали, Ванесса, всё еще пребывала в плохом настроении из-за того, что Бейрин их так подставил. От того, пожалуй, было лучше, что мы не встречались. Зная, какие те могут быть вспыльчивые, я боялась, что она загрызет меня, обвинив во всём. Комнату мне, разумеется, сняли отдельную. Но ближе к двенадцати Бейрин явился ко мне сам. Я не возражала. Надо же мне было как-то привыкать к замужней жизни, да и мне все еще было как-то жутко оставаться одной среди стаи волков.

Глава 11. Свет внутри.

Выезжали рано утром, ещё не было и семи.

В гостинице я вновь переоделась в тёплый шерстяной дорожный костюм. Ещё на человеческих землях то тут, то там встречались чуть подтаявшие сугробы, которых с каждым километром становилось всё больше.

Мы снова возвращались в зиму, тут весна стояла ещё только на пороге. Её зазывали своими душевными песнями птицы и теплый ветер, но столько снега вряд ли она смогла бы растопить за одну ночь.

Быстро преодолев границу, спустя три часа, и вот мы уже подъезжали к знаменитой столице Волчьего королевства, к Эрвернону.

Я снова занервничала, рассматривая пока ещё немногочисленные домишки и горожан. Сам город расположился в долине, окружённый неприступными горами со всех сторон. Удивительная природная колыбель бережно оберегала его от воздействий сурового климата, и от недоброжелателей извне. Замок Лорда Оборотня находился на высоком каменном уступе. Нам рассказывали, что много тысяч лет тому назад сюда упал метеорит, образовав такой своеобразный кратер. А в основании замка лежит остов этого самого метеорита. Легенды гласят, что это и не камень вовсе, а возможно космический корабль, или огромный алмаз. Замок и правда возвышался, и был виден практически отовсюду из долины.

Я во все глаза наблюдала за происходящим вокруг. Бейрин, усмехнувшись, специально снизил скорость.

На самом деле ничего необычного мной замечено не было. Дома, магазины и торговые лавки, улицы, проспекты и перекрестки. Ни тебе стай озверевших волков, рыскающих по улицам, ни каких-то других монстров, я не встретила. Я даже пару раз натыкалась на дам с собачками. Какие должны быть сильные нервы у их питомцев.

Тем временем мы приближались к замку. На центральной улице, по которой мы ехали, стояли дома высоких господ. Это было понятно по их колонам и барельефам, величественным статуям и фонтанам. То тут, то там встречались достаточно большие парки и скверы. Наверное, чтобы в полнолуние всей этой своре волков было где побегать.

Проехав через огромные, витиеватые, позолоченные ворота, мы снова попали в парк. Сквозь него широкая дорога плавно поднималась вверх. Ухоженные и постриженные деревья также пытались подняться выше, мостясь на иссиня-черных камнях, неприхотливо выступающих из горы-метеорита.

На открытых участках темно синий камень был припорошён мхом. Вид был не реальным и каким-то сказочным. Вот уж действительно образец неземного, космического происхождения. Мне даже захотелось прикоснуться к камню, погладить его рукой, чтобы ощутить всю мощь, исходившую от него.

Поднявшись выше, мы въехали во внутренний двор, который был огражден высокой колоннадой. Двор был огромный, выложенный черно-белой плиткой, как доска для шахмат. Вместе с нами заехали и наши сопровождающие. Мы подождали, пока волки покинут свои машины, и умчатся к Лорду на доклад.

За одной из колонн нас ожидала Айлит. Я так обрадовалась, увидев её, что хотела броситься ей на шею. Но та, разгадав мою задумку, улыбнулась, и чуть заметно покачала головой, предупреждая не делать этого.

- Привет! Как обстановка? - спросил её Бейрин, когда она приблизилась к нам.

- Привет! - чуть склонилась она в поклоне, что немало меня удивило. - Как будто кто-то разворошил гигантский улей пчел убийц, - хохотнула девушка.

Я всё никак не могла до конца осознать, чтобы Бейрин не только тот придурковатый молодой человек, с дурацким чувством юмора, но и брат короля, а потому и мне следовало вспомнить азы придворного этикета волчьего королевства. Терпеть не могла эти скучные уроки, вот ведь не знала тогда маленькая я, как мне всё это пригодится.

- Высокое письмо уже было доставлено?

- Да, ещё рано утром.

- Отлично, - кивнул Бейрин каким-то своим мыслям. - Я оставлю пока Лин на тебя. Как только дам знак, приведи её к кабинету брата.

- Хорошо.

Но, прежде чем Бейрин уже было собрался уйти, он остановился, быстро взглянув на меня из-под полуопущенных ресниц. Словно переживая, произнес:

- Да, и постарайтесь никому не попадаться на глаза. Отвечаешь за неё головой.

- Слушаюсь, Ваше Высочество, - снова поклонилась девушка, так что мне тоже захотелось сделать книксен. Впрочем, я быстро вспомнила, что волки не делают реверансов, в их правила этикета входят исключительно поклоны.

Я с грустью посмотрела уходящему Бейрину в след, мысленно пожелав ему удачи.

- Пойдём, - позвала меня за собой Айлит, заворачивая за ту же колонну, из-за которой и появилась.

Мы свернули в длинную галерею со стеклянным потолком, и неспеша пошли по ней. Айлит взяла меня под руку, словно мы две самые обычные дамы, вышедшие на прогулку. Галерея была немноголюдна. Навстречу нам попалась всего пару слуг, не обративших на меня никакого внимания.

- Ты не знаешь, как дела у Лейтто? – первое, что спросила я, когда мы остались одни.

- У него всё хорошо, - улыбнулась волчица.

- Он всё ещё находится там?

- Да, в доме Бейрина, под присмотром.

- Так это всё-таки был дом Бейрина?!

Айлит усмехнулась.

- Да. У него, конечно, как у нормального герцога есть замок, но жить он всегда предпочитал там, уединенно. Или здесь, в столице.

Мы ещё какое-то время шли молча.

Солнце пробивалось сквозь стеклянную крышу галереи, наполняя её светом и бликами. Сквозь неё также был виден замок из темного камня, возвышающийся, словно надменный великан. Устремлялся ввысь маленькими башенками.

Через какое-то время телефон Айлит завибрировал, но она не стала отвечать, а лишь сказала:

- Нам пора. Пойдём.

- Куда? - напряглась я, уже зная, что она ответит.

- Как это у вас принято, - задумалась девушка, - познакомишься с деверем, - на что я лишь нервно сглотнула. - Не бойся. Не съест же он тебя, - хохотнула та. Но меня почему-то её весёлый тон совсем не успокаивал.

Мы поднялись с ней на несколько этажей выше, по боковым лестницам, предназначенных явно для прислуги. Затем проехали на лифте еще пару этажей. Когда тот остановился, волчица вышла первая, огляделась, после чего махнула мне. В коридоре, куда мы вышли, тоже никого не было. Остановившись у совершенно невзрачной деревянной двери, она быстро набрала сообщение и отправила его. Я еще раз осмотрелась. Неужели за этой неприглядной дверью кабинет самого Короля Волков? О чём и спросила Айлит.

- А? Это одна из потайных дверей. Здесь таких много. Говорят, каждая комната тут оборудована парой-тройкой запасных выходов. В детстве мы играли, пытаясь отыскать каждую, но нам это не всегда удавалось. Мне вообще кажется, что даже сам Хранитель ключей замка не знает их точное количество, хотя и должен.

Айлит ненадолго замолчала, прислушиваясь. Мне показалось, что она услышала приближение непрошенных гостей, но оказалось, она прислушивается к тому, что происходит за дверью.

- Ты ведь слышишь их? - с надеждой спросила я.

- Немного. Дверь закрыта неплотно, - как будто извиняясь, пожала она плечами.

- И о чём они говорят? – умоляюще вскинулась я, от чего девушка оценивающе на меня посмотрела. – Пожалуйста. Переведи хоть немного, а то я от нервозности сейчас в обморок упаду.

Айлит тяжело вздохнула, поджав губы, но начала:

- Сначала речь шла о письме из королевского дома твоей страны, - она замялась. - Столько нецензурной брани я ещё никогда не слышал от нашего Лорда.

От этих слов у меня чуть не подкосились колени, но я вовремя взялась за стену. Ведь знала же, что ничего не получится.

- А о чём они говорят сейчас? - не отставала я.

- Вейлин сказал, что не даст Бейрину испортить себе жизнь, - снова она, словно извиняясь за своего Лорда, поджала губы.

- А Бейрин?

- Говорит: «Испортить жизнь?» - я поняла, что она переводит дословно. – «Я только понял, зачем живу! Прошу, брат, не лишай меня этого смысла!» Замолчали, - насторожилась волчица, и я вместе с ней. Затем снова на меня посмотрела. Этот взгляд означал, что разговор братьев снова продолжился. И, похоже, Лорд опять изволил нелестно отзывается обо мне и моей семье или народе.

- Ну, - поторопила я её.

- Спрашивает: «Почему она? Почему человек?». А Бейрин говорит, что сделал свой выбор, и он не первый, кто осмелился на такое. «Что, если всё это - происки врагов. И она всего лишь приманка?» Бейрин отвечает: «Не забудь, брат, ведь это ты нас познакомил. И потом, ты же проверил их и знаешь всю их подноготную. Кто они, чем занимаются, сколько денег на их счетах.

Пришло время мне поджать губы. Я была не удивлена, нам вроде нечего скрывать, просто не думала, что волки пойдут так далеко.

Айлит не останавливалась, сейчас она цитировала Лорда, который не собирался сдаваться.

«Позволь, хотя бы нашим врачам проверить тебя на наличие приворотных чар».

Бейрин: «Ты же и сам знаешь, что это невозможно в отношении меня. Слишком сильна защита. Да и я вижу, как ты смотришь на меня. Ну что, заметил ли твой магический взор хоть что-то необычное?»

Лорд: «Нет. Возможно, это я недостаточно силен, или это какая-то новая магия».

Бейрин: «Сам Лорд оборотней, тот, кто является квинтэссенцией волчьей магии, не может разгадать любовный приворот?! Не верю! Послушай, Вейлин, я понимаю, что тебе может быть не по нраву мой выбор, но я его уже сделал. Прошу, брат, порадуйся за меня. Я так счастлив. Не помню, когда последний раз я испытывал нечто подобное».

Замолчали.

Последние слова Бейрина заставили меня улыбнуться. Мне он такого не говорил. Впрочем, я ведь ему тоже ещё по-настоящему не призналась в любви, и не рассказала, что чувствую.

Айлит нахмурилась, прислушиваюсь, что меня тоже встревожило.

- Говорят очень тихо, не могу разобрать, - пояснила она, и, чуть помедлив, добавила. - Кажется, сюда кто-то идет.

Через считанные мгновения дверь приоткрылась. Вышел Бейрин. Улыбнувшись, он протянул мне руку.

- Пойдём.

Я растерянно посмотрела на него, потом на Айлит, которая одобрительно кивнула. Но мне вдруг резко захотелось попятиться назад, а может и вообще пуститься наутёк. Сказать, что я неважно себя чувствую, и перенести встречу на другой день или на другой год. Но ни одна из отговорок не подходила, с учётом того, что я сама сюда пришла.

- Всё хорошо, - проговорил волк, заметив мою нерешительность. Или, поняв, что я хочу сбежать, сам подошел и взял меня за руку. – Пойдём. Не бойся, - прошептал ласково.

Тепло его руки было таким родным и приятным. Это заставило меня прийти в себя и вспомнить, зачем я здесь, и что я не одна, и никто меня в обиду не даст.

Кабинет Лорда Оборотня внутри оказался куда массивнее и величественнее, чем представлялся за той невзрачной дверцей. Прямо-таки зал для аудиенций. Мы вышли из небольшой ниши по левую руку от стола короля.

Он сидел в своем кресле, сложив руки в замок, как делают сердитые учителя перед тем, как задать трепку нерадивому ученику. Лорд Вейлин следил за нами одними глазами, и когда мы оба оказались перед ним, он тяжело вздохнул. Не знаю, какого эффекта он хотел добиться своей подчеркнутой строгостью. Может, хотел ещё больше напугать меня. Но вряд ли у него это получится сильнее, чем тогда, когда он пытался меня изнасиловать. Я вдруг вспомнила, как врезала Лорду тапком по голени, и чуть не расхохоталась. Хорошо, что успела сдержаться, лишь опустив глаза. Нервы начали сдавать. Он же, наверное, подумал, что я не выдержала его сурового взгляда.

Дурацкая пауза явно затянулась.

Ну, не мне же начинать разговор.

В приличных странах подданные не имеют право первыми открывать рот. Может, у них тут всё наоборот.

- Брат, - взял слово Бейрин, - позволь официально представить тебе мою невесту Леди Натаэлин Нордфолк.

К моему удивлению, лицо Лорда Оборотня в этот момент оставалось спокойным. Я же ожидала чего угодно, кроме этого. Криков, оскорблений, что он бросится на меня и задушит. Так, во всяком случае, услужливо нашёптывало мне воображение.

Но главный волк лишь кивнул каким-то своим мыслям, поднимаясь из кресла. Молча, мы с Бейрином наблюдали, как тот обогнул свой стол, и приблизился к нам, присев на край все того же стола. Будто до этого ему было плохо меня видно, и он подошел, чтобы рассмотреть получше. Моё обострённое чувство тревоги умоляло меня бежать или спрятаться за Бейрина. Но я, подавив это желание, лишь упрямо вздернула подбородок.

- Бейрин, оставь-ка нас, - спокойно произнес Лорд Вейлин, сложив руки на груди.

- Прости, брат, - напрягся Бейрин, - но мне не кажется это хорошей идеей.

Лорд перевел на младшего спокойный взгляд, от которого у меня лично побежали мурашки по спине, таким убийственным он был. Но младшенький, кажется, упорно выдерживал нарастающее напряжение. По крайней мере, какое-то время, до тех пор, пока словно под тяжестью всего мира не склонил голову. Но когда собрался возразить, с трудом набрав воздуха в легкие, Лорд упреждающе поднял вверх указательный палец.

- Не забывайся, - все тем же властным и холодным тоном произнес старший оборотень, а затем добавил уже более миролюбиво. - Хорошо, тогда уйдём мы. Леди Натаэлин, настоятельно рекомендую вам следовать за мной, – он поднялся и, взглянув на меня, протянул руку, указывая на дверь, справа от него. - Там нам будет удобно поговорить.

Я испуганно глянула на своего волка, но тот, кажется, тоже не понимал, что затеял его Лорд.

- Бейрин, - ухмыльнулся старший, - ты же не думаешь, что я её там съем. К тому же из этой комнаты есть только один выход, поэтому украсть её я тоже не смогу. Неужели ты настолько не доверяешь своему брату сохранность своей дорогой возлюбленной, - насмешливо покачал тот головой. - Я всего лишь задам ей пару конфиденциальных вопросов, после чего ты сможешь присоединиться к нам. Обещаю, ни один волос не упадет с её головы.

- Пойдёмте, - снова указал Лорд своей распростёртой дланью на ажурную дверцу.

«Ну правда, не съест же он меня» - подумав так, я взглянула на своего волка, одобрительно кивнув, давая понять, что ему не о чем беспокоится. Пусть я и сама до конца в это не верила.

Комната, в которую мы попали, оказалась небольшой и напоминала оружейную. Здесь на стенах висели щиты с гербами, секиры, сабли и копья, пару арбалетов и старинные ружья. Интересно, Бейрин знал, что здесь столько оружия? Может зря я добровольно согласилась сюда пойти.

Лорд терпеливо дал мне осмотреться.

Повернувшись к нему, я спрятала все намеки на испуг или неуверенность. Но чуть не сдалась, когда мощная фигура волка двинулась на меня. Неимоверным усилием воли я выдержала его изучающий взгляд. И продолжала ровно стоять, смотря перед собой, когда Лорд Вейлин, словно хитрый лис, начал обходить меня вокруг. Сделав почти полный круг, он тихо произнес:

— Значит, ты всё-таки окрутила его.

Я чуть повернула голову, чтобы встретить пытливый взгляд, горящих желтым огнем глаз. Как тогда на кухне, в доме Бейрина. Казалось, испугаться ещё сильнее было просто невозможно, но Лорд открывал во мне всё новые грани страха и отчаянного ужаса. Я уже была готова упасть в обморок или разреветься, когда какая-то упрямая и непреодолимая сила заставила меня собраться. Я вдруг вспомнила Белокурую Квельду на гербе своего рода. Легенда гласит, что она была первая, кто смог дать бой оборотню, и победила его. Правда, легенда также рассказывает, что в итоге она и полегла от ран, нанесенных в бою. Но сейчас не об этом.

- Конечно, - упрямо смотрела я в жёлтые Луны его глаз, - он же совсем еще малыш, которого так легко обмануть, - пошутила я, в надежде, что волк поймёт мой сарказм.

И он понял, надменно усмехнувшись в ответ, продолжая дальше обходить меня по кругу, словно танцуя странный танец, завораживая и успокаивая.

- Чем же ты смогла его приворожить? – но так как я молчала, он продолжил сам. – Думаю, одного твоего запаха северных трав было недостаточно, чтобы окрутить волка из нашего рода, - в этот момент он встал прямо передо мной.

- Вы ведь уже все для себя решили и сейчас просто пытаетесь выдать желаемое за действительное.

Волк снова ухмыльнулся, протягивая мне ладонь. А я с удивлением на неё посмотрела.

Он что, решил станцевать со мной?!

Что здесь творится магия я поняла только тогда, когда моя ладошка непроизвольно легла в огромную ручищу волка. Я даже не поняла, сделала ли я это по доброй воле.

Лорд сжал мою руку и чуть прикрыл сияющие желтым светом глаза. Я видела, или скорее чувствовала, как из-под прикрытых ресниц он сканирует меня, используя мою руку как проводник. Всё происходящее было удивительным, словно мы попали в электрическое облако, и воздух вокруг нас дрожал и преломлялся. Мне даже захотелось протянуть руку и потрогать его.

Всё резко оборвалось, когда глаза Лорда Вейлина резко расширились, то ли от ярости, то ли от удивления. Он разорвал контакт, и заорал:

- Бейрин! Твою мать!

Я вздрогнула от такой неожиданности, как и реальность вокруг, снова став прежней.

В считанные секунды Бейрин показался в дверях, и в два счёта преодолел комнату, чтобы встать между мной и братом, задвинув меня за спину.

- Твоя девка беременна!!! - проорал не меньше меня ошеломлённый Вейлин.

- Ты хочешь сказать, моя леди ждет ребенка, - улыбаясь, поправил его тот.

- Что? - до меня, кажется, не совсем доходило сказанное.

- Да ты хотя бы уверен, что это…

- Этот ребёнок мой, - утвердительно закончил за него Бейрин. - Но ведь ты и сам видишь его свет.

Я переводила глаза с одного на другого, словно они говорят сейчас не обо мне. Но, когда моё терпение иссякло, я вышла из-за спины своего волка, и взяла его за плечо.

- О чём ты говоришь, Бейрин? - тихо произнесла я.

Оба брата замолчали. Бейрин, виновато улыбаясь, медленно повернулся в мою сторону.

- Ты беременна, - просиял волк.

Меня его радость не проняла. Я лишь почувствовала, что меня обманули. Я перевела суровый взгляд с Бейрина на его брата. Этот точно врать не будет.

Поняв, что обладательница джекпота не в курсе, а возможно даже и в ярости, Лорд неловко перевел глаза на младшего, и благоразумно ничего не сказал.

- Нет, - затрясла я головой, словно убеждая волка, что он ошибся. - Этого не может быть! Ты сам сказал, что это невозможно!!

- Но это как-то произошло.

- Как-то?! - я с трудом сдерживалась. - И когда ты собирался мне об этом рассказать, - я тяжело вздохнула, словно палач перед казнью, и встала перед Бейрином, оттеснив его от брата, но тот, собственно, и не возражал.

- Я же сказал, что ты пахнешь по-другому, - развел будущий папаша руками. Он явно не такой реакции ожидал.

- И как я должна была это понять?! - я перешла на крик, и вдруг почувствовала, что у меня больше нет сил.

Что только что произошло?! У меня было ощущение, что меня использовали в какой-то своей игре. Как я устала, что все кто ни попадя распоряжаются моей жизнью, словно фишками на игральном столе. Сначала родители, теперь волки. И никто не спрашивает, чего хочу я сама.

Я закрыла лицо ладошками, мне резко захотелось испариться или исчезнуть.

- Лин, ты что не рада? - я почувствовала, как Бейрин обнял меня, уткнув себе в грудь.

- Я вас пока оставлю, - послышался тихий голос растерянного Лорда Оборотня.

Я? Рада? Не так я это всегда себе представляла. Я думала, у меня ещё будет много времени, чтобы привыкнуть к этой мысли, прийти к этому вопросу самой. Мне ещё столько всего хотелось сделать и посмотреть. И когда придёт время, я бы сама решила, что хочу стать матерью. Ну почему все должно идти наперекосяк?!

Но это все, конечно, риторика.

А по факту я беременна. Наступила на те же грабли, что и Кло, так что теперь удивляться.

«Я беременна», повторила я ещё раз эту фразу в голове. А я-то всё думала, что стала плаксивой из-за того, что наступили тяжелые времена.

Я убрала ладошки от своего лица и посмотрела на Бейрина.

Он настороженно ждал моего ответа. Его удивленные и растерянные глаза заставили меня грустно улыбнуться.

- Я просто не ожидала, что такое может произойти со мной, с нами. Ты в этом уверен?

- Да, - нежно улыбнулся волк. - И брат подтвердил.

- Но как такое могло произойти? Это же невозможно? - умоляюще смотрела я на него.

- Я не знаю, - проговорил он, не выпуская меня из своих рук.

- Меня мама убьёт, - задумчиво произнесла я, подумав о родительнице, на что волк рассмеялся и поцеловал меня.

Вскоре мы вернулись в кабинет Лорда Вейлина.

Я прибывала в некоторой задумчивости, и теперь ни страха, ни злости не испытывала. А потому подошла к ближайшему стулу и без разрешения села. Братья, переглянувшись, проследили за мной, но никто ничего не сказал.

- Нам нужно как можно быстрее провести обряд, - заговорил Вейлин. - Не хватало еще, чтобы кто-то прознал, что вам удалось зачать без ритуала. Сам знаешь, чем это может нам грозить.

Я в пол уха слушала Лорда, примерно понимая, о чём это он. Хотела удивиться, что теперь он первый заговорил о нашем с Бейрином бракосочетании, но на это не осталось сил. Вместо этого я пыталась прислушаться к своему организму, к ощущениям, которые я не замечала раньше. Но ничего нового или сверхъестественного не обнаруживалось.

- Да, ты прав, - подтвердил Бейрин. - Когда ты хочешь назначить церемонию?

Лорд задумался, взглянув на календарь.

- Думаю, за пару дней мы сумеем подготовиться, - мое удивлённое лицо, кажется, только позабавило старшего волка. – Пожалуй, твоей леди необходимо предоставить отдых, если мы хотим, чтобы она родила здорового малыша. Бейрин, стоявший ко мне спиной, повернулся. Внимательно осмотрев меня, он произнес:

- Тогда я позже зайду к тебе, и мы обсудим детали.

- Хорошо, - подтвердил Лорд.

Мы вышли в тот же коридор, где нас ожидала Айлит.

- Как всё прошло? - с тревогой спросила она, глядя на моё странное выражение лица. Я же в этот момент размышляла о том, что со мной теперь будет дальше.

- Нормально. Вроде, - ответил Бейрин.

- Ты знала? - неожиданно спросила я её.

Айлит радостно улыбнулась, что означало, что та уже в курсе. Но затем перевела глаза мне за плечо, и попыталась спрятать улыбку. Я резко обернулась, как раз, чтобы заметить, что Бейрин отрицательно качает головой.

- Кому ты ещё рассказал? - сложила я руки на груди.

- Больше никому, - улыбнулся волчище.

Я хотела было обидеться на него, но и на это, кажется, тоже не осталось сил. Как я поняла из королевского разговора, сейчас мы отправлялись в комнату Бейрина. Там мне и Айлит предстояло остаться до дальнейших указаний.

Большую часть пути, пока мы виляли по дворцовым коридорам, волки молчали. Бейрин всё это время крутился вокруг меня. Было видно, что ему хотелось прикоснуться, но я демонстративно игнорировала его помощь. Вскоре Айлит оставила нас, чтобы распорядиться насчёт еды, так как время уже перевалило за полдень.

В итоге мы вдвоем с волком оказались в огромной гостиной, обустроенной лучшими дизайнерами этого королевства. Комната была поистине шикарной, нечета той жалкой охотничьей лачуге, в которой мы всё это время жили. Я скрыла свое удивление, лишь спросила:

— Это твоя комната?

- Да, - довольно улыбнулся Бейрин, - Одна из. Тебе нравится?

- Сойдет, - протянула я. - А спишь ты где?

Ни слова не говоря, волк взял меня за руку, и, закусив нижнюю губу, потянул меня куда-то через всю гостиную.

Так захотелось отвесить ему затрещину, чтобы не паясничал.

Спальня тоже была обширной. Разграниченная специальными зонами, она вмещала и огромную кровать, и гардеробную, и рабочее место с письменным столом и открытыми полками во всю стену. Книги, карты, какие-то трофеи, пара постеров, больше напоминали рабочее место подростка.

Я мысленно усмехнулась, вот значит, как поживают принцы.

Взгляд упал на полуобнажённую девицу на мелкой фотографии, которую кое-кто пригвоздил к стене вместе с другими важными заметками и списками. Я лишь прищурилась, искоса глядя на хозяина стола.

- Я тут практически сейчас не живу, все осталось еще со времен моей учебы, - быстро проговорил волк, сорвав изображение и смяв его в руке, бросил куда-то на пол.

Затем он сел на край стола и притянул меня к себе, заключая в кольцо своих рук. Его терпеливый взгляд, он словно ждал моего вопроса.

- И всё-таки, Бейрин, почему? - в надежде, что тот что-то знает или недоговаривает, спросила я.

- Понятия не имею, - покачал он головой. – Правда. Всё это настолько не укладывается в голове, нарушая естественный ход событий. Появление волчат невозможно без проведения обряда. Во всяком случае, ничего подобного не знает наша история. Я консультировался с ведущими медицинскими специалистами нашей страны.

- А мы не могли как-то случайно инициировать этот ритуал?

Волк на мгновение задумался.

- Нет, - твердо ответил он.

На этом все возражения, мысли и предположения у меня закончились, а потому я опустила голову ему на грудь, уткнувшись носом.

Он приятно пах, и был таким тёплым и надежным. Бейрин крепче меня стиснул и поцеловал в макушку. Я не возражала, если бы в этот момент всё время мира остановилось, и мы вот так вот провели бы вечность. Но этому не суждено было сбыться. В гостиной послышался какой-то шум, а затем Айлит позвала моего волка. Он нехотя отпустил меня, и попросил оставаться в комнате, пока сам вернулся в гостиную. Послышался тихий разговор, видимо Бейрин раздавал указания. Я ещё раз обошла огромную комнату, задержавшись у большого напольного зеркала. Взглянула на себя. Вид был бледный и растерянный. Затем скосила глаза на ещё пока плоский живот. Повернулась боком, представляя, как он вскоре должен округлится.

Мне вдруг стало так стыдно.

Как я могла так резко и негативно на всё отреагировать?!

Я приложила ладонь к животу и мысленно произнесла: «Эй, малыш. Ты уж прости меня. Я не хотела тебя напугать или обидеть. Просто сама растерялась. Понимаешь».

Не знаю, услышал ли меня ребёнок или сработало самовнушение, но на душе стало как-то спокойней. Я улыбнулась своему отражению, прежде чем в комнату вошла Айлит.

- Голодная? - с порога спросила она.

- Да, - улыбнулась я, - как волк.

Наевшись от души, и совсем уже расслабившись, я пересказала Айлит события последнего месяца. Она частично была в курсе того, что со мной происходило. Оказывается, Бейрин всё это время присматривал за мной издалека. Она сказала, что Лорд Вейлин до последнего был уверен, что брат взялся за голову, и оставил все попытки воссоединиться со мной. Ровно до того момента, как тот самовольно появился на свадьбе моей сестры. Вот почему Старший был в ярости. И даже Айлит до последнего не была уверена, что Бейрину удастся уговорить брата. Слишком уж упрямые они оба.

Я пыталась выведать у Айлит, как проходит ритуал во время церемонии бракосочетания. Но та отвечала либо уклончиво, либо говорила банальности, которые и так всем известны. Говорила, что это красивая старинная церемония, которой вот уже несколько тысяч лет. Что проходит она ночью, а платье невесты, как и костюм жениха, должны быть белыми. Это сакральный цвет Луны и первых северных волков, которые согласились с Матерью Луной, и стали принимать облик людей. Ещё сказала, что по традиции украшения в этот день никакие не одеваются, ни серьги, ни кольца, ни ожерелья, ни браслеты. Что церемония, скорее всего, будет проходить в башне-часовне, высшей точке замка, где и Луна, и звёзды будут немыми свидетелями таинства.

Также она предупредила, что у дверей комнаты Бейрина установлена охрана. Это сделано для моей безопасности, чтобы посторонние не могли увидеть меня, по крайней мере до церемонии.

- А они точно меня оберегают? Или боятся, что я сбегу?

- Далеко тебе не убежать, даже если ты очень постараешься, - подмигнула девушка. - Но на самом деле, я лично уже развернула обратно пятерых, так сказать, разведчиков.

- Но кому я могу быть интересна?

- Из-за той шумихи, что поднялась, всем. Свита, министры, придворные, СМИ. Они с ног сбились, пытаясь выяснять, почему Бейрин избрал человека, и как такое допустил Лорд. Один из посланцев, кстати, был от королевы.

Я нахмурилась, а ей-то что от меня надо.

- Ну и что в том такого, если меня увидят? Беременность ведь еще не заметна.

- Многие из нас обладают магическими задатками. А магическому зрению нас учат пользоваться с детства. Иногда это всё, что есть. Но даже если творить магию волк не может, то учуять или увидеть, это наверняка.

- Все равно не понимаю, как это может угрожать мне?

Айлит снисходительно улыбнулась, словно растолковывая простую истину ребенку.

- Тут два момента. Во-первых, волчонок в тебе сейчас светится. Пусть пока еле заметно, но это стало видно, особенно после того, как Вейлин снес маскирующее заклинание, - на этих словах я с тревогой глянула на живот, прикрыв его рукой. Усмехнувшись, волчица продолжила. - А, во-вторых, я тебе уже говорила, мы не сможем объяснить подданным, как смогло произойти зачатие без обряда. Самое очевидное это то, что Бейрин, представитель королевского рода, использовал магию в корыстных целях. Над подданной другого государства. Это не просто нарушает тысячу конвенций и договоров, обличая превышение полномочий. Это серьезное нарушение волчьих законов, которое строго карается.

- Подожди. Но как же тогда все те волки, что жили с нами всё это время в доме Бейрина. Мы рассказывали, что Лейтто наш общий ребёнок.

- Потому что для них Бейрин не был Бейрином Нинтарет’Вэлн, - довольно улыбнулась девушка, а у меня от всех этих хитросплетений, кажется, начала болеть голова. — Это ты видела его настоящим, ещё я. А для всех остальных он надевал маску, точнее внушал, что он некий знатный господин Бьёрин, женатый на человеческой девушке.

- Ах, да, он же мастер по части уговоров? – понятливо кивнула я. А я-то всё думала, что у Берты, первой няни Лейтто, проблемы с артикуляцией, раз она звала его Бьёрином. Но затем, вспомнив кое-что, добавила, - Что там снес ваш Лорд?

- Маскирующее заклинание, что скрывало твоего ребенка. Бейрин говорил, что вы нанесли его перед тем, как к вам в охотничий дом приехал Вейлин.

Я нахмурилась, вспоминая. А когда до меня дошло, в удивлении расширила глаза.

Так я уже тогда была беременна?!!!! И волк это знал!! Вот же…

Но так как Айлит я ничего не сказала, она расценила мое удивление по-другому.

- Вспомнила?

- Угу, - буркнула я, желая найти этого паршивца и накрутить ему хвост. Значит у него с самого начала был план, в который он и не собирался посвящать меня.

Ух, великий интриган!!

- Да, он еще и не такое может, - засмеялась она, явно довольная моей реакцией, но затем серьёзно добавила. - По нашей родовой линии течет самая сильная энергия Луны или магия, как вы ее называете. Это редкость. А потому существует много запретов, не позволяющих нам активно пользоваться этой силой повсеместно.

- Что бы другим не было завидно, - понимающе кивнула я.

- Что-то вроде того, - подтвердила Айлит.

Перед тем, как оставить меня одну, волчица сняла с меня мерки, и сказала, что подберёт мне пару белых платьев для церемонии. Я не возражала. Это, конечно, не то, о чём я мечтала. Но, по крайней мере, мне хоть в этом вопросе предоставляют выбор. Сейчас моя жизнь напоминала телегу, которая несётся с горы. Казалось бы, куда уж быстрее, а она всё продолжает набирать скорость. И только ты привыкаешь к бешеной тряске, как оказывается, что кучер уже давно спрыгнул, и впереди обрыв. Я лишь ухмыльнулась подобному сравнению.

День уже клонился к закату, а Бейрин всё не возвращался. Я побоялась выходить даже в гостиную, а потому, изучив ещё раз содержимое его комнаты, я, не раздеваясь, легла спать. Проснулась в сумерках от того, что Бейрин сильно меня стиснул. Я попыталась высвободиться, но объятия становились лишь сильнее. Освободив одну руку, я ткнула пальцем ему в бок, зная, что волка это очень раздражает. Желаемый эффект был мгновенно достигнут. Бейрин недовольно зашипел. Шуточная борьба продолжалась еще какое-то время, пока он не оседлал меня сверху, зажав руки над головой.

Волк довольно улыбался, словно победил в честной схватке достойного противника. Его глаза светились озорными огоньками, так, что я тоже не смогла сдержать улыбку.

- Я есть хочу, - произнесла я, почувствовав, что не на шутку проголодалась.

- Я надеялся, что ты так скажешь, - довольно кивнул он, отпуская руки. - Ужин ждёт тебя в гостиной.

Прежде чем совсем меня отпустить, волк скосил взгляд на мой живот. Его глаза всё ещё продолжали светиться от возбуждения, но сейчас я была уверена, что он рассматривает жизнь внутри меня магическим зрением, как говорила Айлит.

- Светится? - спросила я, от чего Бейрин в удивление поднял на меня глаза. - Мне Айлит рассказала, - пояснила я.

- Да, - кивнул он, - пока слабо, но в том, что это волчонок не может быть сомнений.

Я нахмурилась, а Бейрин, видимо, предположив самое очевидное, подумал, что я огорчилась его словам.

- Почему волчонок? - я заметила, как тот пытается подобрать нужные слова, а потом быстро добавила, уже более мягко. - Может волчица.

Не веря своим ушам, он улыбнулся, но затем посерьезнел:

- Ну, нет же! Это волчонок! Хвост даю на отсечение, будет мальчик!

- Хвост, говоришь, - я поддержала игру, - Идёт!

Волк хитро прищурился, изучая меня.

- Хорошо. А ты что ставишь?

Я задумалась. У меня ничего такого не было. Ни косу же предложить отрезать. Впрочем, неплохой вариант. Она, по крайней мере, отрастёт, в отличие от хвоста. Но Бейрин меня опередил:

- Желание! - твердо произнес он.

- Желание?

- Да! Серьезное, твердое, осмысленное. Я загадаю, если выиграю.

Я закусила губу, размышляя, чем мне это может грозить. С другой стороны, он сказал: если. А значит, пока и сам не знает, кем будет малыш.

- Ну, - поторопил меня волк, протягивая руку для того, чтобы скрепить уговор.

Эх, была не была. Не почку же он меня попросит ему продать.

- Идёт! - снова повторила я, протягивая свою ладошку.

Так мы заключили пари. А я начала раздумывать, зачем мне нужен волчий хвост, и что я буду с ним делать. Я всегда была уверена, что у меня родится девочка. В детстве, когда мы с подругами и Кло гадали в канун больших религиозных праздников, у меня всегда выпадали девочки. Я уже так свыклась с этой мыслью, что даже имя придумала. Мирабель, так будут звать нашу дочь. Но волку об этом пока знать не к чему.

Глава 12. Нужно было читать сказки.

Утром я проснулась от того, что чья-то большая, тяжелая, горячая ручища лежала на моём животе. Сам Бейрин уткнулся мне куда-то в бок. Я недовольно закатила глаза. Было ощущение, что у волка сложились какие-то собственные отношения с моим животом. Хотелось даже спросить, не мешаю ли я им.

Я погладила Бейрина по голове, от чего тот проснулся.

- Вообще-то, твоя подушка находится чуть выше, - всё-таки заметила я.

Неспеша волк потянулся, зевнул, привстал на локтях, посмотрев на меня сонными, но хитрыми глазами. Неожиданно он склонился над животом, шепотом произнес что-то на волчьем наречие, и поцеловал его.

- Что ты сказал? - насторожилась я.

- Кое-что приятное, - усмехнулся он, садясь. — Вот выучишь язык, и тебе буду такое говорить.

- Ну и не надо! - насупилась я, затем добавила. - Малышка всё равно будет говорить на двух языках. Вот и переведёт мне.

Бейрин лишь улыбнулся в ответ, направляясь в ванную.

После завтрака волк остановил меня, предупредив, что будет занят весь день. Он обещал, что Айлит останется со мной, и сказал, чтобы я обращалась к ней с любым вопросом или пожеланием. Вскоре я осталась одна.

Айлит всё не приходила, а потому я осмелилась изучить остальные комнаты, прилегающие к гостиной.

Место пребывания Бейрина в замке, я бы скорее назвала апартаментами. Здесь было всё, чтобы продолжительное время жить здесь, не соприкасаясь с остальным миром. Приносили бы только еду. И тренажерный зал, и большой балкон со столиками, лежаками и странными, витиеватыми деревьями в кадках, примерно с меня ростом. На балкон я так и не решилась выйти, дабы меня никто не заметил. Пару комнат были закрыты на кодовые замки, вероятно, там хранилась что-то ценное.

В итоге я поднялась в комнату над спальней. Всё указывало на то, что это был кабинет или библиотека. Посередине стоял большой письменный стол, по периметру, как всегда, много книжных стеллажей и огромнейший телевизор по правую руку. Я села в кресло за стол. Здесь тоже стояло два компьютерных монитора, лампа, бумаги и папки. Справа, на краю лежало несколько пультов. Один из них наверняка должен был быть от телевизора.

Сначала я взялась за средний, который, оказывается, управлял светом. Тогда я решилась воспользоваться самым большим. На этот раз мне повезло. Телевизор включился. Диктор на экране бодро заговорил на волчьем, от чего я поморщилась. Какой же это грубый язык. Не стоило забывать, где я нахожусь. Я всё-таки пощелкала по каналам, в надежде отыскать хотя бы один человеческий, но вскоре остановилась, наткнувшись на своё изображение. То, по всей видимости, была сводка новостей или какая-то политическая передача. На экране показывался как раз тот момент, когда Бейрин делал мне предложение. И почему никто не сказал, что у меня было такое глупое выражение лица. Картинка шла с субтитрами внизу экрана, где переводился текст слов Бейрина для волчье-говорящей публики. Поэтому я слышала родную человеческую речь. Улыбнувшись, я живо вспомнила тот момент. Как же всё-таки забавно всё выглядело со стороны. Особенно насмешили лица Клотильды и родных. Такого ужаса я никогда не видела в их глазах.

Дальше картинка сменилась репортерами в студии. Они что-то живо обсуждали. Мелькали какие-то фотографии из нашей жизни и семейного архива. И где они их только раздобыли.

Смысл происходящего был понятен и без перевода. Всеведущие волки собрались в студии, чтобы обсудить, кто такая эта Натаэлин Нордфолк, и достойна ли она их принца. Тон дискуссии был чересчур настойчивым, и немного агрессивным, как мне показалось. Может, конечно, у них была такая манера вести прямой эфир. Хотя кого я обманываю. Они, как и прочие, были в шоке и ярости. Я вскинула брови, когда показали нашего посла. Он зачитывал информацию по бумаге. Перевод был синхронный, поэтому мне пришлось напрячь слух, чтобы расслышать, что тот говорил.

Посол передавал слово правящего королевского дома людей. Говорил, что, мол, Нордфолки - древнейший и знатный род, ведущий свое происхождение от начала королевской истории. Что Их Величество выражает благодарность за оказанную честь, и рад дальнейшему объединению и развитию добрососедских отношений двух наций. Также вездесущие репортеры успели добраться до нашего дома, и опросить соседей. Родители, похоже, благоразумно остались у Элийских, что и уберегло их от телекамер.

Я ещё какое-то время переключала каналы. Но так и не наткнулась ни на один по-человечески говорящий.

- Лин! - позвала Айлит из гостиной. Поэтому я быстро выключила телевизор, и направилась вниз.

- Что ты там делала? - поинтересовалась девушка, положив на ближайшее кресло охапку из белых платьев в упаковке.

Бедняжка, ей пришлось всё тащить самой.

- Телевизор смотрела, - та понятливо кивнула в ответ. – Правда, там всё на волчьем, поэтому я скорее догадывалась по картинке, что происходит. Впрочем, там столько раз мелькало моё лицо, что и догадываться особо не приходилось.

Айлит усмехнулась.

- Да, сейчас все новостные ленты только вами и заполнены. Там, кстати, можно включить субтитры на человеческом языке. А вообще, я тебе уже давно говорю, учи язык.

- Пока я его выучу, пройдёт сто лет. Покажешь, как они включаются.

- Да, конечно. Но потом. А сейчас о более насущном, - указала она на платья. - Пойдём в спальню.

- Помочь тебе?

- Нет. Я сама справлюсь, - кряхтела волчица, но мне не дала.

Разложив передо мной пять белых платьев, девушка довольно вздернула подбородок. Видимо, она приложила немало усилий, и каждое подбирала с душой. Я благодарно улыбнулась и принялась изучать ассортимент.

Платья были все примерно одного кроя. Отличались лишь тканью и элементами декора. Прямые, белые, из плотного материала, у всех были закрыты и горло, и плечи. Айлит пояснила, что это специальное платье, соответствующее традициям, силуэт которого не менялся испокон веков. Я всё-таки решила примерить пару, чтобы понять, что к чему.

Как я и предполагала, сделать выбор в виду отсутствия выбора - было просто. Самое скромное платье показалось мне самым подходящим. Айлит как-то неопределённо поморщилась, но ничего не сказала. Это же она принесла.

- Завтра я помогу тебе его надеть и сделаю прическу.

- Ты прямо на все руки от скуки.

Девушка улыбнулась.

- Так там особо и нечего делать. Волосы должны быть распущены. Мы их просто уложим.

- Хорошо, - согласилась я.

А сама подумала, что это ведь обязанности матери или сестры. Стало вдруг так грустно и обидно, аж слезы навернулись. И волчица это заметила.

- Ты чего?

- А мои родные не смогут поприсутствовать?

Айлит , словно извиняясь, отрицательно покачала головой.

- Но они смогут увидеть все в прямом эфире.

— Это не одно и тоже, - вздохнула я. – А можно мне хотя бы связаться с мамой? Нужно же все ей объяснить.

- Я согласую этот момент со службой безопасности, - пожала она плечами.

Избавившись от ненужных платьев, и притащив мне тарелку с фруктами, чтобы я не скучала, Айлит оставила мне свой телефон. Она предупредила, чтобы я взяла трубку, когда тот зазвонит.

Я так и сделала. На другом конце была мама. Голос у нее был встревоженный.

- Лин, девочка моя, как ты?

Первым порывом было желание разреветься, но я сдержалась.

- Все хорошо, мам. Как у вас дела? Вы все еще у Элийских?

- Да, они любезно предложили нам остаться, зная, чем подобная сенсация может нам грозить. Я не знаю, как там у вас в волчьем королевстве, но здесь СМИ словно с цепи сорвались. Тебе известно, что мэр нашего города распродал наши старые фотографии из исторического архива.

Так вот откуда взялись те фото в новостях, догадалась я:

- Да, здесь примерно тоже самое. Только новости на волчьем языке, и я ничего не понимаю.

- Как тебя встретил Он? – сделала она ударение на последнее слово.

- Лорд? – переспросила я, так и представив, как вытянулось ее лицо.

- Ты и сама знаешь, о ком я.

- … не плохо, - чуть помедлила я, подбирая слова. – Он назначил церемонию на завтра.

Я ожидала, что мама как минимум удивится, но та осталась невозмутимой, лишь спросила:

- Да, нас уведомили. Но к чему такая срочность?

И вот мы подобрались к самому главному. Сердце пропустило удар, и коленки подкосились, так что пришлось сесть на кровать. Я тяжело вздохнула, вспомнив, что речь я не подготовила.

- На то есть определенные причины, - начала я. – Понимаешь, мы тут… я…

- Лин! – рявкнула мама, - не мямли!

- Я беременна, - выпалила я.

Ответом мне была тишина. На том конце молчали. Молчали долго и упорно, так что я подумала, что матушка упала в обморок, а потому позвала:

- Мам?

- Что ж за напасть то такая, - послышался нервный, тихий голос родительницы. – Чем же мы так разгневали Богов…

- Мам, - попыталась я привлечь ее внимание. – Это не было запланировано. Все получилось случайно, как и у …

- Случайно?! - перебила она. – По-твоему, эти происшествия могут быть случайностями?! Что же мы сделали такое этим волкам?! За что они поступают так с нашими дочерями! – начала причитать она, намекая на то, что во всем этом явно прослеживается рука волчьей расы, а то и колдовство.

- Знаешь, а они ведь тоже самое подумали о нас, - грустно улыбнулась я, но матушка завелась не на шутку.

— Это не мы пришли к ним в дом и забрали самое ценное! Бедные наши прародители! – вздохнула она.

- Что, прости?! – от услышанного я на мгновение потеряла дар речи. - Мам, я беременна! И это не конец света! И предки наши тут не причем. А если им что-то не нравится, то... Потерпят! Вот уж не поверю никогда, что они все были белыми и пушистыми.

- Ты не знаешь, о чем ты говоришь! – теперь мы обе разговаривали на повышенных тонах.

- Ну, так просвети меня! Объясни, почему я должна учитывать мнение давно почивших и возненавидеть собственное дитя. Почему не имею права выбирать свой собственный путь. Почему должна поступиться собственным счастьем, в угоду предубеждениям и предрассудкам прошлого.

Мама молчала, лишь тяжело сопела в трубку. Но так как пауза затянулась, я решила продолжить сама.

- А знаешь, я рада. Если тебе интересно мое мнение. Я люблю Бейрина и хочу родить ему волчонка. Надеюсь, ты когда-нибудь сможешь меня понять.

- Я понимаю тебя, Лин, - наконец произнесла мама. – Пойми и ты меня, я привыкла всегда желать для вас самого лучшего.

- Только иногда твое видение самого лучшего, не совпадает с нашим видением, - продолжила за нее я, на что та лишь горько усмехнулась.

- Мы постараемся с отцом навестить тебя, как только вся эта шумиха немного уляжется.

- Хорошо. Я буду вас ждать.

Оставшийся день прошел быстро. Мне особо было не чем заняться, а потому меня развлекала Айлит. Отвлекала от волнительных мыслей о завтрашнем дне, приносила вкусности, а также раздобыла где-то фотоальбомы со старыми фотографиями.

Там на них были маленький Бейрин с братьями. Кто бы мог подумать, что в детстве грозный Вейлин, Лорд оборотней, был довольно упитанным, носил стрижку под горшок и зеленый вельветовый комбинезон.

Буду теперь вспоминать эти фото, когда тот будет меня особенно напрягать.

Вечером мы поужинали с Айлит, и я отправилась спать, хотя совсем не устала. На самом деле, я надеялась, что Бейрин скоро придёт, и мы поваляемся в постели. Прежде чем попытаться заснуть, я немного поговорила с малышом, уговаривая ее быть девочкой. Рассказывала, какие преимущества тогда ее будут ждать.

Сон все не приходил и не приходил, как и Бейрин. Пытаясь поудобней устроиться в темноте, я крутилась как уж на сковородке. Повернувшись в очередной раз лицом к окну, я заметила тонкий луч света, пробивающийся из-за плотных штор. Этот факт меня удивил и заинтересовал, потому что я точно была уверена, что за окном глубокая ночь. Встав с кровати, я подошла к тяжелой занавеси, и осторожно за нее заглянула. Никаких специальных прожекторов, направленных в мое окно, как сначала подумалось, там не оказалось.

Вместо этого передо мной предстала удивительная картина. Город, залитый огнями, с высоты птичьего полета. От такой неожиданной красоты у меня не вольно поднялись брови. Я и забыла, что замок стоит на скале, достаточно высоко, чтобы даже самые высокие дома волчьей столицы оставались где-то внизу. Руки сами потянулись, освобождая окно от плотной и тяжелой ткани. И вот я осталась совершенно одна. Только я и бездна, полная огней, да хрупкое стекло, разделяющее нас. И как я раньше не заметила, что здесь так красиво.

И все-таки, свет, освещающий небо, был слишком яркий. Я максимально прижалась к стеклу, чтобы найти источник света. И нашла.

Луна, почти полная, она еще не успела выйти ко мне целиком и стояла прямо над крышей.

- Луна? – удивленно вздохнула так, что на стекле остался след.

В этой суматохе я совершенно перестала следить за ее фазами. Почти полная! Это означает, что скоро все волки будут сходить с ума по своей Госпоже. Надеюсь, не на мою свадьбу!

Я в ужасе бросилась к письменному столу Бейрина, припоминая, что видела там лунный календарь. Включив настольную лампу, я быстро пробежалась глазами по заветному указателю с числами.

Так и есть. Полнолуние послезавтра! Что затеяли эти волки?!

- Не спится? – раздался знакомый голос почти у меня за спиной, от чего я испуганно вздрогнула и резко обернулась.

Бейрин, как всегда, бесшумно подкравшись, довольно улыбался, гордый тем, что не теряет сноровки.

- Бейрин! – захотелось грязно выругаться, но я сдержалась. – Вот рожу раньше времени, будешь знать!

Поняв, что сделал глупость, тот виновато улыбнулся.

- Прости! Обещаю больше так не делать, - произнес, подходя ближе и заключая в объятья.

- И почему мне кажется, что срок годности твоего обещания всего девять месяцев.

Усмехнувшись мне в макушку, он сжал меня сильнее.

— Это волк во мне. Ничего не могу с ним поделать. Он любит охотиться, а ты его добыча.

- Кстати, о волках, - попыталась я отстраниться и заглянуть Бейрину в лицо. Только для этого сначала пришлось зашипеть, чтобы он неохотно разжал руки. – А нет ничего такого в том, что церемония состоится накануне полной Луны?

- Так даже лучше, - как ни в чем не бывало, пожал он плечами. – Обычно в это время весь двор уезжает в горы, чтобы спокойно встретить Луну. Будет мало народа.

- А вы сами? – настороженно покосилась я.

- Боишься, что я обернусь в первую брачную ночь и съем тебя?

- Ну не хотелось бы, знаешь ли, - подыграла я.

Но волк посерьезнел. Он присел на край стола, так, что наши глаза поравнялись. Взял мои руки и доверительно заговорил, будто открывает мне самую большую тайну в своей жизни.

- Наконец-то ты станешь моей.

Я нахмурилась, не совсем понимая, о чем это он.

- А сейчас я чья?

- Сейчас тоже моя, но не так, как мне надо. Точнее не так, как это надо волку. – Я взглянула на него настороженно, все их хитросплетения и условности мне уже порядком надоели. Но Бейрин поспешил продолжить. – Обряд, что мы завтра совершим, свяжет нас, - затем, немного помедлив, добавил. – Свяжет наши души.

Вот это поворот. Мы так не договаривались.

- Души? Что это значит?

- Я знаю, что в вашей религии душа – это вечный странник, приходящий в то или иное тело по своему собственному желанию и по наставлению Богов того мира, который избирает.

- Да, - подтвердила я, - разве у вас не тоже самое видение.

- Да, что касается вечного странствия во вселенной. Только наши души, благодаря Богине Матери, приходят сюда парами.

- В соответствии с твоей теорией, какая-то волчица теперь не досчитается своей пары из-за меня, - на что Бейрин лишь как-то странно ухмыльнулся.

- Пара — это не обязательно представитель нашей расы. И согласись, у нас есть более чем наглядное тому подтверждение, - он указал на мой живот, намекая на то, что раз я забеременела, на то была воля Богов и их Лунной Матери, в частности.

С этим было трудно поспорить, ведь других логических объяснений происходящему у меня не находилось.

- Хорошо, - согласилась я, - вернемся к нашим душам. Что значит они будут связаны? И как их развязать, если, скажем, мы ошибаемся, или твоему волку все это не понравится.

Знаю, прозвучало так, будто души – это пара ботинок, которые зачем-то связали шнурками вместе. И Бейрин просто не смог удержаться, чтобы не хохотнуть, хоть и пытался сдержаться, всё-таки разговор был серьезным.

- Ты знаешь, что волки - однолюбы? – продолжил он.

- Те, что живут в природе. Да. Но вы ведь не совсем они.

- Когда-то были, до пробуждения. Но даже сейчас, многие тысячи лет спустя их дух и инстинкты сильны в нас. Вот и сейчас дух волка во мне мечется и не находит себе покоя. Он избрал тебя, но пока ты ему не принадлежишь. Этот обряд свяжет нас и успокоит его.

Я еще не решила для себя, как отнестись к такому. Люди верили, что душа человека свободна. Как кто-то или что-то может привязать ее?! И согласна ли я, чтобы мою душу привязали? Это все так эфемерно. Я даже до конца не была уверена, что все эти байки, которые мне сейчас рассказали - не часть теории мироустройства и религиозные догадки. Мы материальны, и живем здесь и сейчас. Это я понимаю, это я вижу и принимаю. А вот о том, что якобы некий дух волка внутри моего мужчины требует привязки ко мне, мне остается верить на слово.

Я относилась ко всему скорее с неким скептицизмом. Ну, верят они в то, что хотят. Это уже их дело. А вот во что теперь верю я?

Мне нужно все это обдумать.

Но спросила я вот о чем:

- И когда же твой дух сделал свой выбор?

Этот вопрос неожиданно смутил Бейрина. И если бы в комнате не было бы так темно, не удивилась бы, увидев, как тот покраснел.

- Практически сразу, как ты приехала в мой дом.

Я удивленно захлопала глазами, вспоминая, как он ко мне относился тогда. Как обзывал и издевался.

- Я думала, ты меня ненавидел.

- Я просто сходил с ума, - он виновато закусил нижнюю губу. – И не свихнулся лишь потому, что ты была изолирована от мира, и была под моим присмотром. Если бы ты знала, как все это было непросто. Я поначалу даже и не понял, почему это волк внутри меня взбесился.

- Но ты все же уехал, - пыталась я сопоставить некоторые моменты.

- Мне пришлось. И поверь, больше я никогда этого не допущу, - нахмурился он. – Я ведь ни на секунду не упускал тебя из виду. Знаешь, каких сил мне стоило не вцепиться в горло тому безобидному пухляку, с которым ты танцевала в первый вечер свадьбы сестры.

- Кирим? – припомнила я имя своего кавалера, и специально добавила. – И вовсе он не пухляк. И танцевал отлично.

- Серьезно? – Бейрин перехватил мои руки за запястья и потянул на себя, угрожающе улыбаясь. Но затем резко остановился. – Кстати, а что это была за тема с подменой флагов? Я и не знал, что ты принадлежишь к роду оборотнеборцев. Может, мне стоит тебя опасаться?

- Ты же знаешь, что многие древние человеческие рода принадлежали к этому числу. Тогда это было популярно.

- Но меч тебе в руки лучше не давать.

- Ага, - усмехнулась я, - а то покалечусь.

Утро следующего дня выдалось сумбурным. Волк быстро оделся и смотался, поцеловав меня в макушку на прощанье. А также предупредив, что увидимся мы теперь только в полночь.

Я, сонно хлопая глазами, хотела что-то спросить или возмутиться, но не успела ни того, ни другого.

Часы показывали восемь утра, поэтому я надеялась продолжить сон. Но судьба распорядилась иначе. Буквально через пятнадцать минут радостная Айлит раздвинула шторы, запуская в комнату солнечный свет.

- Вставай! Вставай! У нас сегодня много дел!

- Неет, - застонала я, прячась под одеяло. – Я хочу спать! Еще так рано!

- Завтрак ждет тебя в гостиной. Если не хочешь, чтобы чай совсем остыл, то тебе лучше поторопиться.

Доводы были весомыми, а потому пришлось повиноваться.

Трапеза прошла молча. Лишь Айлит светилась, словно волшебная лампа. Будто это она выходит сегодня замуж.

- Что дальше? - спросила я, когда с завтраком было покончено.

- Пойдем, - схватила она меня за руку и потащила наверх, в кабинет Бейрина.

Усадив меня за его стол, она начала:

- Итак, сейчас я ознакомлю тебя с процедурой заключения брака по волчьим порядкам. Запоминай все в деталях, дабы не спровоцировать конфликтных ситуаций и ненужных пересудов. Напоминаю, что все будут снимать камеры и транслировать на наше и человеческое государства. – В ответ на такую грозную тираду, я лишь в ужасе округлила глаза, и нервно сглотнула. – Не бойся, от этого еще никто не умирал. Задавай вопросы, не стесняйся. У нас есть примерно девять часов, чтобы во всем разобраться.

Разложив передо мной схемы часовни и зала, Айлит начала свой рассказ.

Оказалось, что в часовню Лунной матери, которая являлась высшей точкой замка и всего Эрвернона, вели две галереи. Открытая, вымощенная белым мрамором, по ее ступеням будут подниматься приглашенные гости. И закрытая, своды ее изготовлены из черного мрамора, а пролеты украшены старинными витражами, на которых отображена история волчьего рода от начала веков.

По второй галерее мне и предстояло подняться вместе с Лордом Оборотнем, чтобы предстать перед публикой, в самый последний момент.

Видимо, волки решили подстраховаться и максимально оградить меня от волчьих взглядов. От этого возник логичный вопрос, который я и озвучила:

- Ты хочешь сказать, что остальные волки не заметят малыша во мне?

- Не волнуйся об этом? Накануне полнолуния магический фон так зашкаливает, что кажется, будто даже камни ее излучают. А также Вейлин скроет заклинанием твое интересное положение.

Она так спокойно обо всем этом говорила, словно все это была прописная истина. Я, конечно, кивала, соглашаясь, но на самом деле не очень-то было понятно, что такое магический фон и как его можно было видеть. Ну да ладно.

Дальше шла схема зала.

На пьедестале у подножия скульптуры Лунной девы с волками, где белый и черный мрамор сливаются во едино, будет проходить сам обряд.

Насколько я поняла, практически всю церемонию нам с Бейрином предстояло провести спиной к приглашенным. Лишь Лорд Вейлин, проводящий обряд, будет наблюдать за залом. Гости, в свою очередь, займут всего несколько последних рядов, то есть будут находиться от нас на почтительном расстоянии. Перечисляя их, волчица упомянула всего несколько знакомых мне фамилий, представителей человеческого рода. Фамилии волков мне ни о чем не говорили, зато, судя по титулам, должно собраться все правительство этого государства. Мне было жаль только, что родителей и Кло не будет рядом. Хотя мысленно я поблагодарила вселенную и волков за то, что мне не придется ни с кем даже здороваться. Об этом вопросе волки максимально позаботились и продумали все до мелочей. Кто где стоит, кто что делает, и в какой последовательности. По рассказу Айлит, церемония будет напоминать слаженный танец, в котором мне лишь нужно не запутаться в платье и не упасть. Как же здорово, что не мне пришлось всем этим заниматься.

Вскоре разговор приблизился к самой интересующей меня части. Айлит принялась рассказывать о ритуале связывания душ.

В целом он ничем не отличался от церемонии соединения родов у людей. Двое запястий перевязываются белой лентой, только скрепляются не восковой печатью, а магическими словами. Никаких особых клятв, как обычно показывали в романтических фильмах о волках, или признаний перед ликом Лунной богини. Надо сказать, я ожидала большего!

Все, о чем меня серьезно попросила Айлит – это следовать указаниям Лорда Вейлина и Бейрина, о чем бы они не попросили, не удивляться, не падать в обморок, и не в коем случае не открывать рот, пока не попросят.

Она уверяла, что процедура эта стандартная и проводится так испокон веков. Мне не о чем беспокоится, если я буду строго следовать указаниям. И Бейрин всегда будет рядом, чтобы помочь.

Вскоре у меня неожиданно звонко заурчал живот. Оказалось, что за разговорами время подошло к обеду.

Не думала я, что мы так долго сидели в кабинете.

После обеда время вообще словно сошло с ума, и часы превратились в минуты.

И вот уже Айлит надевает на меня платье. Расчесывает и завивает волосы. Как она и говорила, мне пришлось снять серьги и кольцо. Единственным украшением мне стал венец из белоснежных цветов, которые у нас назывались волчьими звездами. Сейчас маленькие бутоны, усыпавшие венок, были закрыты, но стоило им только попасть под свет Луны и звезд, как те сразу же раскрывались.

Так как ночь стояла безоблачная и спокойная, часовня планировалась быть максимально открытой. Не будет стен перегородок, а лишь колонны, поддерживающие купол. Так что Луна будет одним из главных гостей, свидетельницей таинства.

- Ты готова, – произнесла Айлит, глядя из-за плеча на мое отражение в зеркале.

— Это вопрос? – уточнила я.

На самом деле, я сама не знала ответа, готова ли я. И если да, то к чему. А если вдруг нет, то, что это изменит.

Айлит обошла меня, и встала между мной и зеркалом.

- Волноваться – это нормально, - улыбнулась она.

Только вот я не была уверена, что испытываю именно волнение. Странное чувство дрожи пробиралось откуда-то изнутри. Словно еще немного и я или взорвусь, или заплачу.

Поняв мою нерешительность, Айлит добавила:

- Сейчас, тот, кого ты любишь, ожидает тебя в Небесной часовне. Он волнуется и переживает. А еще он одет в свой лучший костюм, который ему очень идет. Ты хочешь его увидеть?

- Да, - улыбнулась я, не на шутку заинтересовавшаяся описанием моего волка.

- Тогда пойдем.

Мы прошлись по пустынным коридорам замка. Поднялись на лифте на несколько этажей выше. Остановились лишь у двери из черного камня с золотыми прожилками. В это же мгновение, из-за приоткрытой створки, к нам вышел Лорд Вейлин.

В полумраке коридора он был похож на ледяной айсберг. Серо-серебристые тона его одежды отражали тусклый свет.

- Мой Лорд, - поклонилась ему Айлит, - передаю в ваши руки нареченную. Позаботьтесь о ней.

В ответ волк лишь кивнул девушке, предложив мне свою руку.

Мне вовсе не хотелось к нему прикасаться, но, видимо, таков был обычай.

Вейлин вывел меня в галерею и закрыл тяжелую мраморную дверь на замок. Айлит, видимо побежала в зал, а мы остались совсем одни.

Галерея редкими, длинными ступенями убегала куда-то вверх. По обе стороны тянулись витражи. Из коридора они были подсвечены теплым светом, тогда как с наружи их освещала Луна. От этого создавалось впечатление легкости и воздушности. Не дав все хорошо рассмотреть, Лорд оборотней обратился ко мне:

- Айлит рассказала тебе, что мне необходимо сейчас сделать?

- Скрыть малыша? – вспомнила я ее наставление.

На что волк лишь кивнул, а затем быстро встал передо мной на одно колено. От такой неожиданности, я уж было собралась отпрыгнуть, но Лорд меня опередил. Мгновенно он положил одну руку мне на живот, второй обхватил за талию, не давая отшатнуться. Прикрыв глаза, он чуть заметно шевелил губами, не выдавая ни звука. Я лишь в немом ужасе наблюдала, как пространство вокруг его ладони начало преломляться и искриться, как тогда, во время сканирования в его кабинете. Затем тот же эффект распространился вокруг нас.

Мне не было больно или неприятно. Что-то происходило, но это что-то никак не влияло на меня или ребенка, а потому я решила не сомневаться и не вырываться. Спустя пару мгновений Лорд убрал руки, а затем встал, устало потерев лицо.

- Нам пора, - кивнул он, указывая на путь вверх и снова протягивая мне ладонь.

Мы шли не спеша, так как поверхность уходила под небольшим углом вверх. Лорд молчал, лишь искоса посматривая на меня. И чтобы не делать того же самого, я обратила внимание на витражи.

Красочные картины сменяли одна другую, словно кадры киноленты. Изображенные на них люди, точнее волки, имели некоторое сходство с Вейлином.

Поняв, что это были их предки, мне захотелось сравнить профиль на стекле с профилем Лорда Оборотня. Поэтому я вскинула голову вправо, встретившись в этот момент с черным лукавым взглядом, с интересом, наблюдающим за мной.

— Это все ваши предки? – быстро спросила я, пытаясь замять неловкую паузу.

- И как ты догадалась? – насмешливо спросил Лорд, очень напомнив сейчас своего младшего брата. Но, заметив, что я смутилась, добавил. – Да. Это история нашего рода. Если ты заметила, в начале галереи многие стекла не обличены в витражи. Это места для будущих поколений и для нас, если мы отличимся чем-то особенным.

Интересно, запретная свадьба с человеком – будет достаточным отличием, чтобы отразиться в галереи истории?

- Получается, события тут пересекаются, - указала я на то, как повествование перешагивает с витража по правой стороне на витраж по левой.

Сейчас на левой стороне изображалась битва, над которой в облаках сиял золотой кубок. И в это же мгновение на правой стороне изображался пир все с тем же кубком во главе. Было еще что-то странное и не уловимое в этой сцене, что хотелось остановиться и рассмотреть, но мы двигались дальше.

- Да, все верно.

Мы уже поднялись достаточно высоко, и перед нами замаячила дверь часовни, но я снова остановилась.

- О! А это тот самый метеорит? – удивленно выдохнула я. Было очень интересно, как сами волки интерпретируют появление этого замка.

- Да, он, - довольно улыбнулся волк.

Мне так хотелось остановиться и рассмотреть все мелкие детали витража, словно в них таился скрытый смысл. Тайна, к которой я могу прикоснуться, возможно первой из людей. Но мне пришлось взять себя в руки, всё-таки я шла на собственную церемонию бракосочетания. И напоминая мне об этом Лорд Вейлин уточнил.

- Помнишь, что тебе нужно делать?

- Слушаться вас.

В ответ волк лишь улыбнулся, ничего не сказав.

И вот мы вошли в зал.

Лорд находился по правую руку от меня, ограждая от ярких вспышек и заинтригованных взглядов.

Краем глаза я заметила, как народ оживился. Среди присутствующих не было ни одного знакомого лица, от чего стало немного грустно. Но все мысли разом вылетели из головы, когда я увидела Бейрина.

Он стоял на возвышении, у самого пьедестала скульптуры мраморной Лунной Девы с волками.

Он был одет в кипенно-белый костюм, материал которого слегка светился в полумраке ночи, отражая свет огромной Луны. Волосы уложены и зачесаны назад. Нервная улыбка на губах. Глаза светятся.

Надеюсь, это он меня так рад видеть, а не собирается обернуться прямо сейчас истинным зверем.

Поставив меня рядом с женихом, Лорд вложил мою ладошку в руки брата, и наиграно радушно улыбнулся в камеры, встав перед нами.

Церемония началась.

Никто, правда, не предупредил меня, что вестись она будет на волчьем языке. Поэтому я лишь приблизительно догадывалась, что сейчас волки благодарят Мать-Луну.

Затем шла подготовка.

Перед нами появилась золотая чаша, наподобие той, что я видела на витражах. Затем Лорд оборотней вознес над своей головой блестящий кинжал, украшенный драгоценными камнями.

Слишком медленно до меня дошло, зачем все это нужно. Точнее лишь тогда, когда Бейрин, виновато поджав губы, снова передал мою руку в лапы брата, а тот под странный ритуальный шепот полоснул мне кинжалом по запястью.

«Твою мать!» - чуть не вырвалось у меня, когда из раны быстро засочилась кровь, в предусмотрительно подставленную чашу.

На деле я даже испугаться не успела, лишь слегка всхлипнув.

Затем Лорд Вейлин перевел глаза на Бейрина. Быстро проделав все тоже самое с его левым запястьем, и сцедив немного крови, он отставил чашу в сторону.

Далее надрезанные запястья соединялись друг с другом и связывались белой лентой, которая по понятным причинам становилось бордовой. Как и говорила Айлит, почти все тоже самое, что и у людей, только по-варварски.

Так как мое правое запястье было соединено с левым запястьем Бейрина, нам предлагалось свободными руками держать перед собой чашу.

В этот момент Лорд оборотней начал читать громко и нараспев, как мне показалось, молитву.

Хотя, скорее всего, это было ритуальное заклинание, потому что воздух вокруг наших сцепленных рук, а затем и повсеместно начал преломляться и искриться. Творилась магия. Это было удивительно и невообразимо, как обычно. Правда, меня немного отвлекала и смущала саднящая рана, а еще мысль о нестерильности происходящего.

Вскоре мне показалось, что я слышу какой-то шепот. Словно шелест осенних листьев, он приближался откуда-то издалека. Я насторожилась, пытаясь понять различаю ли я слова, или это просто шум.

«Благодарю тебя, Лунная дева. Благодарю тебя, Мать Луна, за нашу чудесную пару» - голос мне показался знакомым.

Неужели это говорил…

Я перевела глаза на Бейрина. Пока я это делала, краем глаза заметила, что все и всё вокруг словно замерло. Как в замедленной съемке. Все, кроме нас.

Мой волк улыбнулся, и я снова услышала его голос: «Я люблю тебя».

И все бы ничего, но его губы в этот момент не шевелились.

Вот это да! Я что, слышу его мысли?!

Вопрос этот я задала скорее сама себе, но мне ответили: «Да. А я твои».

И снова лишь щемящая душу, такая родная и добрая улыбка.

Я улыбнулась в ответ.

Если бы не ноющий порез, то ощущение полной невесомости захлестнуло бы меня. Словно мир вокруг перестал существовать. И во всей вселенной были только мы вдвоем. Две крошечные, светящиеся частицы, существовавшие только благодаря силе притяжения друг к другу. Казалось, расстанься, разойдись мы хоть на секунду, и темнота поглотит нас, уничтожит.

Нет! Я просто не могу этого позволить. Не хочу! Я только все поняла. Все, что происходило в моей жизни, было ничем иным, как притяжением. Сквозь дни и ночи, все, что мы делали, это стремились навстречу друг другу. Всегда зная, что мы есть! Мой! Навсегда!

Я попыталась сильней сжать наши руки. Это действие потревожило раны, от чего Бейрин чуть поморщился, но мысленно произнес.

- Я тоже тебя люблю. И никогда не отпущу.

- Теперь мы сможем всегда так, слышать друг друга?

- Нет, - волк чуть качнул головой. – Это магия соединившего нас ритуала. Благословение Луны. Сейчас чары рассеются, и мы станем прежними.

Так и произошло.

Я пришла в себя, когда Лорд Вейлин перехватил чашу из наших рук. Он водрузил ее у ног Девы Луны. И громогласно оповестил всех о том, что ритуал успешно воссоединил две любящие души, а Луна благословила этот союз.

Я на всякий случай еще раз мысленно позвала Бейрина, но он не ответил.

Все также держась за руки, и не оборачиваясь к гостям, мы вернулись в галерею с витражами.

Там Лорд Вейлин аккуратно развязал бордовую от запекшейся крови ленту.

Я удивилась, увидев затянувшийся розовый след вместо кровоточащего пореза. Магия момента испарилась, и место эйфории занял один вопрос.

Я задала его, когда мы с Бейрином пошли вниз, а его брат следовал за нами.

- Предупредить нельзя было? – раздраженно произнесла я.

- Думаешь, стоило тебе от этом знать заранее? – также дерзко поинтересовался теперь уже мой муж.

В чем-то он был, конечно, прав. В моем положении я была немного нервной и гиперчувствительной. И как бы я отнеслась к подобному мероприятию, если бы знала, что по традиции в самый ответственный момент жениху и невесте перерезают вены. А потому я лишь недовольно скривилась, отводя взгляд в сторону витражей, тянувшихся по левую сторону от меня. Лорд Вейлин в этот момент поравнялся с Бейрином, и они стали тихо о чем-то переговариваться.

Витражи были огромные, от пола, до свода наверху, испещренные мелкими деталями. Цветные картинки мелькали перед глазами, одна за другой, расслабляя взгляд, и вскоре стали напоминать кадры какого-то фильма.

Внезапно что-то меня зацепило на одном из пролетавших мимо изображений, так что я резко остановилась. Я даже сперва сама не поняла, что именно, поэтому нахмурилась и сделала пару шагов назад. Бейрин тоже резко развернулся ко мне.

- Что-то случилось? – настороженно спросил он, но я даже не повернулась, пытаясь быстро отыскать то, что меня заинтересовало.

- Что это? – спросила я, указывая на изображение целиком.

-Что именно? – непонимающе смотрел на меня волк.

- Какой это период? По времени?

- Хм, - задумался он.

- Примерно двести – триста лет назад, - взял слово Лорд Вейлин, укоризненно глядя на брата, который позабыл даты собственной истории.

- Но что не так? – не унимался муж.

- Пока не уверена, - хмурилась я, вглядываясь в цветные стеклышки, обрамленные черными линиями.

Только теперь от долгого смотрения на них у меня вообще все поплыло перед глазами, как в калейдоскопе.

Бейрин насмешливо фыркнул.

- Обещаю, что сегодня вечером почитаю тебе отрывок этого самого момента в нашей истории, - и сделал такие глаза, давая понять, что явно не этим он планирует заниматься.

Я смутилась, сдерживая улыбку. Тут же рядом стоял Лорд оборотней!

- Нет, подожди. Тут что-то не так, - покачала я головой. – Что здесь изображено? Откуда вы начинаете смотреть?

Бейрин тяжело вздохнул, но его брат, кажется, был не против.

- Как книги, - указал он направление, - слева направо. Но когда происходило много важных событий, то повествование может вестись и справа, и сверху. Тогда основной элемент располагается в центре, и уже от него отходят второстепенные события. Видишь, как там, - он указал на соседний витраж, более ранний.

Я послушно перевела глаза.

В середине изображения, в золотом ареоле восседал маленький мальчик лет двенадцати. От него в разные стороны тянулись изображения, словно лучи. Там были и белокурые девы, и серебристые рыцари, и волки, и зеленые поля, и высокие замки. В руках у ребенка лежал опрокинутый кубок, из которого вытекала то ли ночь, то ли тьма, окрашивая всю нижнюю часть витража серыми тонами.

Что все это означало было не понятно. Наверное, очередная красивая легенда.

Единственное, что смущало — это печальные глаза мальчика. Даже через время и стекло я чувствовала какую-то непреодолимую тоску и ненависть.

И тут до меня наконец дошло, что было не так с этим мальчиком. От увиденного я открыла рот. Разве такое вообще возможно?

- Бейрин, - позвала я заскучавшего волка, ухватившись за ткань на его плече, я потянула его на себя, не в силах оторвать взгляд от цветного стекла. – Ты ничего необычного не замечаешь?

- Нет, - хмыкнул он, бросив быстрый взгляд на изображение. – Я видел этот витраж тысячу раз, он такой же, как и был всегда.

Лорд Вейлин прищуриваясь, пытался проследить, куда я смотрю, пока не спросил:

- А что видишь ты?

- Кто это? – решила я для начала убедиться, что мои глаза меня не обманывают.

— Это наш предок. Прародитель всего нашего рода, - спокойно произнес Вейлин, похоже, не рассердившийся, что я не ответила на его вопрос.

- Он был сильным магом, - подхватил Бейрин, видимо пытаясь реабилитироваться за незнание дат. — Это от него мы унаследовали силу.

- А на чем он сидит? – не отставала я.

- Очевидно на троне, - усмехнулся Бейрин моей непонятливости.

- Нет, что это у него под ногами?

- Стяг врага, - снова ответил Лорд.

- Стяг врага? – теперь уже переспросил Бейрин хмурясь. Кажется, до него стало доходить.

- Бейрин, ведь мы совсем недавно видели этот флаг.

- Этого не может быть! Это же… - закачал головой, не веря своим глазам.

- Что?! – повысил голос Лорд.

— Это её… Флаг ее семьи. Как он может быть здесь?! Почему?

Лорд оборотней в удивлении переводил глаза с меня и брата на изображение, на котором их предок топчет герб моего рода. Топчет с яростью и ненавистью. И что это за дрянь сочится на него словно яд из перевернутого кубка?

Шок от осознания длился не долго, точнее до тех пор, пока Лорд оборотней не засмеялся во все горло. Таким звонким басом, что кажется витражи задрожали.

Мы с Бейрином в недоумении переглянулись.

- Брат? – позвал его мой волк.

Отсмеявшись и громко выдохнув Вейлин, наконец обратил внимание на растерянных нас.

- Я, кажется, только что все понял! – также громогласно заявил он.

- Что?

- Помнишь ту историю, что в детстве рассказывала нам мама? О том, как нельзя использовать магию и почему?

— Это же всего лишь легенда. Детская сказка, - в недоумении поднял брови Бейрин, явно понимая, о чем идет речь.

- Нам твердили ее снова и снова. Предостерегая. Но никто и словом не обмолвился, что все это было на самом деле!

- Может никто и не знал?

- Вы о чем? – наконец подала я голос.

- Похоже мы прокляты, - хмуро произнес Бейрин.

И если ему показалось, что он что-то прояснил, то это было не так.

- Да-да, мы все, - еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться снова, произнес Лорд. – Пойдемте в библиотеку. Пришло время во всем разобраться.

- Что это все значит, Бейрин? – все также не понимая, заглянула я в глаза мужу. Кажется, он был расстроен и растерян. Мне это не понравилось. Еще этот мальчик с витража. Я прямо так и чувствовала его укоризненный взгляд. Хотела было повернуться к нему, но Бейрин меня остановил, прикоснувшись к лицу.

- Что бы это все не значило, ты теперь моя. И мы вместе навсегда.

Моих губ коснулся поцелуй, нежный и немного отчаянный.

В библиотеке было темно, тихо и прохладно. Включив всего пару ламп на столах, братья отправились на поиски нужных книг. Меня оставили ждать на стуле.

Жуткое место. Полумрак добавлял антураж и ощущение ужаса. Огромные стеллажи лучами-коридорами расходились от того места, где я сидела. Было ясно с первых секунд, что пространство для поиска просто огромное. Как они во тьме могли что-то видеть. А быть может, искали по запаху. Но вскоре передо мной оказалась пара увесистых старинных книг в кожаных переплетах.

- Эта из раздела сказаний и легенд, - сообщил Бейрин скорее брату, чем мне.

- А это исторические летописи тех времен.

Ого, какой должно быть это редкий и ценный экземпляр. Ей не меньше трехсот лет. Не удивлюсь, если она единственная в своем роде.

Так подумала я, но сама спросила:

- И как, по-вашему, история и сказки могут быть связаны между собой.

- Напрямую. Легенды – это та же история, - пояснил Бейрин. – Немного приукрашенная, но все же.

Устроившись за столом, волки принялись листать каждый свою книгу, а затем и за чтение.

Так как Бейрин сидел рядом, я заглянула в его талмуд.

Пожелтевшие от времени страницы. Каллиграфический волчий подчерк. Ни одной картинки или витиеватой заглавной буквы. И это они называют сказками?

Я успела заскучать, рассматривая кровавые пятна на подоле своего белого платья. Я даже не заметила, как они туда попали, что, впрочем, было не удивительно. Наверное, вывести их будет нереально. Что за дикие нравы!

- У меня ничего нового, - первым заговорил Вейлин. – все очень сухо и скупо изложено. Родился. Обучался магии. После смерти брата остался один. Странствовал по свободным землям. К зрелому возрасту, видя упадок и угнетение своего племени, решил объединить разрозненные кланы. Вернулся в Дол Эрвернон. Претендовал на трон и занял его. Основал самое крепкое государство волков. Во время его правления волчье братство поднялось и воспряло духом. И с тех пор никто не смел нас не уважать.

Последняя фраза была произнесена странным тоном и явно адресована мне. А потому прозвучала самодовольной насмешкой.

Не уважать?! Согласно человеческой версии происходящего тех времен, волки были самой опасной и кровожадной расой из когда-либо существовавших. Их нравы и обычаи были полны варварства и жестокости. И, судя по моей свадебной церемонии, многое из описанного до сих пор соответствует действительности. Они были безжалостными воинами, их боялись и ненавидели. Вот почему оборотнеборцев было так много в те времена. Это был вопрос выживания.

Просто я всегда думала, что волчья голова на нашем гербе – это скорее отпугивающий, декоративный элемент.

- Что у тебя, Бейрин?

- Здесь целая повесть. Я и не думал, что эта история такая длинная. Но в целом изложена так, как и рассказывали нам, - не отрываясь от чтения проговорил муж. Ему потребовалось еще пара мгновений, прежде чем он заговорил. – Когда-то давным-давно жили два брата волка, потерявшие своих родителей. Оба они были сильными магами.

В те времена и волки, и люди жили разрозненными княжествами, бок о бок. Вели торговлю, пытались налаживать связи. Так вот, поселились братья в городке на берегу жемчужного озера. Озеро то принадлежало одному знатному купцу. Было оно не простое, волшебное и очень глубокое. На его дне и зимой и летом росли редкие жемчужины. Тем и прославился тот купец, что был очень богат, потому что обладал самыми большими и ценными жемчугами, какие только видел свет.

Была у этого купца дочь. Такая красивая, что поговаривали, будто купец выловил самую красивую жемчужину и с помощью волчьего колдовства вдохнул в нее жизнь. Голубые глаза и белоснежные волосы ее разбили немало сердец. Вот и один из братьев влюбился в девушку без памяти. Многие чудесные вещи делал он для нее, чтобы завоевать ее сердце. Но всякий раз отвечала она:

- Никогда свою красоту я не променяю на волчью шкуру, - подал голос Вейлин. Немного зловеще, будто это у него ко мне претензии, потому что я та самая девушка.

- Да, - подтвердил Бейрин. – Как я уже говорил, озеро, на берегу которого стоял город, было особенным. Каждое полнолуние зажигалось оно лунным светом, словно сама Луна погружалась в него. Купец знал, что свет этот дает сердце озера, самая большая жемчужина. Много лет он пытался поднять ее со дна, но тщетно. А все потому, что увидеть ее можно было только в полнолуние. А приблизиться и вовсе невозможно, потому что окружала ее магия.

Узнав, что волк – маг, купец предложил тому сделку. Если достанет он сердце озера, то он отдаст ему в жены свою дочь.

- То есть в полнолуние, в обличие волка нырнуть в озеро? А разве волки умеют задерживать дыхание под водой, как люди? – уточнила я, ведь в природе это было невозможно.

- Нет, - подтвердил мою догадку лорд Вейлин.

- И волк согласился, - поняла я, потому что в подобных историях и быть не может по-другому. Кому-то обязательно нужно сделать какую-то очевидную глупость.

- Долго его отговаривал младший брат. Но тот понадеялся на свою магию. И, как ты можешь догадаться, - Бейрин развел руками, а я закончила за него.

- Остался на дне озера навсегда.

- И его младший остался совсем один. Он не мог простить купцу его алчность. В ярости и злости он сотворил самое сильное проклятье, на которое был способен, - на мгновение Бейрин замолчал, перечитывая еще раз какие-то строки, а быть может, решая, стоит ли озвучивать то, что он прочитал.

- Бросив купца в озеро, - поторопил Вейлин.

- Он превратил воду в лед, приказав воде навсегда остаться такой. Народ городка, хотел было восстать, защитить девушку и дать отпор разъяренному магу, но тот быстро с ними расправился. Маг не убил красавицу сам, но предрек, что не будет она знать покоя, что будет она бежать со всех ног, но всякий раз настигать ее будут его братья. Так и случилось. Везде, где бы она не оказалась, появлялись волки, и забирали все, что было ей дорого, пока однажды не расправились и с ней.

Меня почему-то этот рассказ вывел из себя. Надо же, какой порядочный и благоразумный волк!! Поступил, так сказать, по справедливости. Сам, значит, остался жить-поживать. Королевством обзавёлся. А бедная девушка, которая изначально была против всей этой ситуации, домогательств со стороны его брата, и ни о чем таком не просила. На протяжении всей жизни должна была терпеть лишения и потери!!! Как же это по-волчьи!!!

- Лин? – в удивлении позвал Бейрин.

Только тогда я обнаружила, что вскочила на ноги, так, что стул, на котором я сидела, опрокинулся назад.

- Что-то не так?

- Все не так, - прошептала я, осознавая, что именно меня взбесило. Кажется, у меня даже голос дрожал от волнения. – Такова ваша интерпретация я полагаю.

— Это единственное изложение этой истории, - подал голос Лорд Вейлин, как всегда немного надменно.

- Единственное?! – вспылила я, кажется, немного перебарщивая, все-таки передо мной был Лорд оборотней. – Единственно верное, вы имеете в виду, - на что Лорд лишь слегка кивнул, мол, это само собой разумеющаяся истина. – А что насчет этой девушки? Она просила вашего волка увиваться за ней, или рисковать жизнью?! За что именно она была обречена на страдание и проклята?!

Лорд ничего не ответил, но в его глазах что-то промелькнуло.

- Лин, это всего лишь легенда, - позвал Бейрин, желая привлечь к себе внимания.

— Это не просто легенда, Бейрин. И вы оба об этом прекрасно знаете. Та девушка, да будет вам известно, пожертвовала собственной жизнью, защищая свое дитя, когда безжалостные волки напали на ее дом! – глаза моих собеседников в этот момент достигли необычайной ширины. – Вы ведь ничего об этом не знали, не так ли? – горько усмехнулась я и перевела глаза на мужа. – Выжившую девочку звали Квельда, и она была первая, кто смог дать отпор безжалостным оборотням.

Мне вдруг захотелось расплакаться от осознания собственной беспечности и невнимательности. С другой стороны, я прекрасно знала свою историю, просто оказывается не с самого начала.

Повисла гробовая тишина.

Пребывая в шоке, каждый обдумывал услышанное.

Никому ведь и в голову не могло прийти, что при первом знакомстве следовало бы обменяться семейными легендами, а не приветствиями.

Перебирая в голове всю историю, я наткнулась на одну не состыковку, которую и озвучила:

- Я только одного не могу понять. Наш герб с Белокурой Квельдой появился гораздо позже. Так как он мог оказаться под ногами у вашего… - я замялась, не хотелось даже называть этого монстра, - у этого мальчишки под ногами.

- Так витражи тоже делались гораздо позднее. Видимо, мастера заложили определенные подсказки-предостережения.

- Которые мы предпочли не заметить, - как-то растеряно произнес Бейрин.

Я в удивлении перевела на него взгляд. Он что, сейчас сожалеет?!

Но вместо ответа муж резко ухватил меня за запястье, и потянул на себя, заставляя сесть ему на колени.

- А я-то все думал, почему меня к тебе так тянет, - он уткнулся мне в шею, крепко обняв и втягивая ноздрями мой запах, как он любил это делать.

Стало неловко из-за того, что на нас смотрит Лорд, только его мнения сейчас никто не спрашивал. Поэтому я запустила пальцы в волосы Бейрина, одобрительно погладив того по голове.

И все-таки одна сомнительная мысль не давала мне расслабиться. Мне пришлось заставить моего волка отстраниться и заглянуть в глаза.

- Но ведь по идеи, тебя должно тянуть убить меня. Разве не так?

Он на мгновение задумался, прислушиваясь к собственным ощущениям.

- Нет, - твердо ответил муж, а затем, подумав, нахально добавил. – Скорее наоборот, если ты понимаешь, о чем я.

- Прямо здесь? – произнесла я одними губами, поддерживая его шутку.

- Напоминаю, что я все еще здесь, - недовольно буркнул старший оборотень.

И нам пришлось взять себя в руки.

- Тогда что-то не сходится, - проговорила я, поворачиваясь лицом к Лорду Вейлину.

- В этом и заключается главная опасность магии. Никогда и ничего не может быть абсолютным. Всегда существует слишком много переменных и нюансов, даже в простейшем заклинании. Например, в той ситуации, как мы видим, были прокляты оба рода. Так всегда работают проклятья. Невозможно безнаказанно наложить его. Всегда нужна будет соизмеримая плата. И потом, что он сказал, - обратился Лорд к Бейрину. – Как именно прозвучало проклятье?

От чего ему снова пришлось заглянуть в книгу.

- Не будешь ты знать покоя. Будешь отныне бежать, но всякий раз настигать тебя будут мои братья.

- Что значит настигать? – уточнила я.

- Хороший вопрос, - произнес Лорд. – Возможно, он имел в виду не убийство как таковое. А некоторое воздействие со стороны мужчины волка на прекрасную человеческую девушку, - Лорд забавно, тщательно подбирал слова, вероятно для того, чтобы никого не обидеть.

- Но в связи с тем, что девушка и ее окружение ожидали именно расправы со стороны оборотней, то они сами были воинственно настроены, - закончил за него Бейрин.

- В этом определенно есть смысл, - не могла не согласиться я. – То есть получается мы прокляты на взаимное притяжение?

- Получается так, - подтвердил Вейлин, - во всяком случае, это объясняет беременность без ритуала. Потому что он был совершен триста лет назад.

Тайна была раскрыта. Кто бы мог подумать, столько сомнений и переживаний из-за не до конца рассказанной сказки.

Небо уже залилось серой предрассветной краской, прежде чем мы вернулись в свою спальню.

Бейрин возжелал настигнуть меня прямо в библиотеке после ухода Лорда, но эту фантазию ему пришлось отложить до лучших времен, так как я была очень уставшая. И я пообещала ему, что если еще хоть раз он использует это слово, то я отлуплю его, и не посмотрю, что он мой муж.

На следующий день мы покинули Эрвернон.

***

Вернулись в наш дом.

Девятимесячный Лейтто меня совсем не узнал, что меня не мало огорчило. Бейрин же успокоил, сказав, что это все из-за того, что мой запах изменился. И малышу потребуется пара дней, чтобы привыкнуть.

Волчонок пытался говорить, но то были скорее несвязные детские бормотания. Все кроме одного слова. Казалось, он вставлял его в каждое свое предложение. Долго смеялся муж над выражением моего лица, когда я услышала «Бестолось!». Как и почему он запомнил любимое обзывательство Бейрина, мне никто не объяснил. Неужели тот специально поручил няне твердить это слово?! Волк отрицал причастность, но было видно, как эта ситуация его радует.

Пару недель спустя ко мне приехала мама, чтобы проведать меня.

Инспекция была жесткой, но справедливой. Она распланировала мой рацион и распорядок дня на все месяцы беременности. Было забавно наблюдать, как Бейрин с округлившимися глазами, пытается запомнить все ее наставления. Не удивлюсь, если в своем кабинете он завел специальный блокнот.

Примирение мамы и Лейтто тоже происходило постепенно. В первые дни она не решалась даже на руки его брать.

Мне все еще был не понятен статус Лейтто. Какая судьба его ждет. Кажется, братья волки и сами еще не пришли к четкому пониманию и согласию.

Если бы они спросили меня, то я была бы не против назвать его своим сыном. Понимаю, что это будет невозможно объяснить волчьему обществу. Но что бы там не было, я ни за что на свете не дам его в обиду.

Ближе к моему девятому месяцу все стало невыносимым. Малыш был большим. А мне постоянно хотелось спать. Наверное, он высасывал всю энергию, потому что сам светился, словно звезда. Так говорил мой доктор. Еще он подтвердил, что у нас будет мальчик.

Мне на самом деле было все равно, главное, чтобы рос здоровым и все прошло хорошо. К тому же я уже знаю, что делать с мальчиками-волчатами.

Это также означало, что в споре я проиграла и теперь Бейрин готовит мне какую-то подлянку. Зная чувство юмора моего мужа, я еще пожалею об этом уговоре.

В назначенное время малыш появился на свет.

Не знаю, как это пережила Кло, но я умоляла, чтобы меня пристрелили.

Почему-то вспомнилась та обезумевшая старуха, которая чуть не сломала мне руку на храмовой церемонии Кло. Похоже, она предупреждала меня именно об этом моменте. И почему я к ней тогда не прислушалась?

А еще я слышала, как трещит лед. Не знаю, почему эти жуткие слуховые галлюцинации слышались мне именно в момент родов. Гулкий и пронзительный звук. Никто, кроме меня, его не слышал. Возможно, так мой мозг реагировал на стресс.

- Все прошло замечательно, - произнес доктор, вручая малыша новоиспечённому папаше. На что мне захотелось обложить этого докторишку таким матом, которого он в своей жизни и не слыхал. И пожелать ему испытать это «замечательно» на себе. Повезло ему, что у меня не осталось сил.

Но все же стоит отдать ему должное. Он заботился обо мне еще пару дней, пока не поднял меня на ноги. Все-таки лекари с даром, гораздо продуктивнее своих человеческих коллег.

Пару недель спустя ужасы процесса деторождения всплывали лишь как дурные кошмары во снах. А душу и сердце переполняла любовь к маленькому, пока еще пушистому существу. Я удобно устроилась в кресле для кормления, наблюдая, как сын с серьезным видом хмурит бровки, смешно причмокивая. Улыбнувшись, я подняла глаза, заметив, как отложив свои дела, волк пристально следит за нами.

Его глаза чуть светились незнакомым мне светом.

- Ты меня пугаешь, - усмехнулась я, на что Бейрин, улыбнувшись, быстро преодолел расстояние между нами.

- Я решил, что хочу загадать, - сел он на подлокотник моего кресла, и поцеловал меня в макушку.

- И почему у меня такое ощущение, что мне это не понравится.

- О! Смотри-ка, после беременности ты приобрела дар предвидения, - хохотнул муж.

- Бейрин! – недовольно хмыкнула я. – Говори уже, чего хочешь?

- Еще двоих, - по-доброму улыбнулся он.

Его щенячьи глаза сбили меня с толку, и я не сразу поняла, о чем это он.

- Что?!! Нет!! Ты с ума сошел?!! Я еще от первого не отошла. И не уверена, что захочу когда-нибудь еще раз пройти через это!

- Но я и не заставляю прямо сейчас, - радовался он.

— Вот спасибо, что не заставляешь! – попыталась я ударить его свободной рукой.

- У нас был уговор, - настаивал Бейрин, вскакивая с кресла, зная, что я не смогу за ним погнаться.

- Но почему двое?! Желание-то было одно.

- По-моему близняшки забавные. Мне вот всегда хотелось иметь брата близнеца, - пожал он плечами.

- Ну, допустим, одного я еще и рожу. Но третьего тебе придется рожать самому, - сощурила я глаза.

- Знаешь, в нашем роду, бывало, рождались близнецы.

- Что?!

- К тому же я слышал, что существуют специальные амулеты, которые помогают зачать двойню, - во всю хохотал он.

- Бейрин, только попробуй!!!