Волки в большом городе

Пролог

Тёплый оранжевый свет городских фонарей разгонял темноту. Ветер играл острыми искорками снежинок — первыми в этом году. Увы, утром снег исчезнет. Зима всегда приходит в Саир поздно и город не спешит одеваться в белые одежды.

Артур поправил шляпу, посмотрел наверх. Свет уличных фонарей слишком тусклый, но он смог разглядеть мрачные силуэты гаргулий на крышах. Тяжёлые каменные взгляды жадно рассматривали улицу. Он на мгновение представил, как оживают статуи, перепрыгивают с крыши на крышу слишком близко стоящих домов, а последним прыжком устремляются вниз на ничего не подозревающую жертву.

Он достал из кармана трубку, тщательно набил табаком, щелчком сотворил огонёк на кончиках пальцев и осторожно раскурил. Выдохнул облачко терпкого дыма и улыбнулся – статуи никак не высказали ответного дружелюбия. Он тяжело вздохнул, оглянулся назад – из приоткрытой двери тянуло теплом, запахами пива, вина и хорошо прожаренного мяса. Вытащил из кармана хронометр, поморщился и спрятал часы. Снова посмотрел наверх – каменные чудовища похоже решили, что сегодняшней ночью слишком холодно чтобы шевелиться.

Снег хрустел под толстыми подошвами сапог. Артур свернул с главной улицы в неосвещенные переулки. Шёл, спрятав руки от холода в карманы пальто, и дымил трубкой. Полный боли и отчаяния крик заставил остановиться. Тишина окутала тёмный переулок – ночь надёжно хранила секреты. Он ещё постоял, тщательно прислушиваясь к каждому звуку. Выбил из чашки прогоревший табак и убрал трубку во внутренний карман пальто. Напоследок вгляделся в темноту и зашагал дальше... как вдруг уловил запах свежей крови... ещё тёплой, только-только окрасившей красным белое полотно укрывшее улицы.

Он до хруста сжал кулаки, сосредоточился – мир послушно посерел, налился чертами, и непроглядная тьма стала не такой уж и страшной. Родовой талант любил просыпаться в такие моменты. Хоть какой-то толк от наследия предков. Жаль, его хватало ровно на то чтобы не врезаться во что-то в темноте.

Шагнул вперёд и споткнулся о что-то мягкое, едва удержался на ногах, чертыхнулся. Разглядеть что лежит на свежем снеге не получилось – видел лишь изломанный силуэт. Артур щёлкнул пальцами, но лишь с третьего раза удалось зажечь небольшой огонёк. Тусклый свет вырвал из темноты тело: девушка, совсем молодая, мокрые русые волосы спутаны, бледная неестественная кожа в синяках и порезах, а горло вскрыто умелым точным ударом.

Артур нагнулся над телом. Поднёс свет ближе, тщетно надеясь на чудо. Может, если бы магический арсенал не ограничивался небольшим огоньком, то был бы шанс спасти, но талантом к искусству высшего порядка он не обладал.

Шаги – быстрые и уверенные… Артур успел лишь вскинуть руку, и клинок вместо того чтобы ударить в горло, вонзился в предплечье. Шипя от боли, он отправил огонёк в лицо нападавшему, перехватил противника за запястье. Вскочил и рывком на себя освободил руку от лезвия, безжалостным захватом заставил выпустить кинжал, и что есть сил пнул противника в пах. Он тонко вскрикнул, согнулся от боли. Артур схватил за оказавшуюся так близко голову и метнул навстречу стене. Методично и тщательно повторил – ровно до тех пор, пока череп не превратился в кашу из мозга и переломанных костей. Брезгливо отбросил тело и выругался, старательно припоминая всех предков убийцы и их беспорядочную половую жизнь.

Кровь из руки перемешивалась с кровью убийцы и жертвы. Снег невозмутимо опускался острыми снежинками с неба на землю.

Глава 1

Свет вырвал из цепких лап кошмара. Артур рывком сел, дыхание вырывалось из груди с хрипом, липкий холодный пот застилал взор. Он вытер лицо, отбросил одеяло.

Солнечные лучи отразились от окна соседнего здания и отогнали ночное наваждение. Его ещё трясло, но дыхание уже выровнялось, мутная пелена перед глазами исчезла. Взгляд невольно упал на наспех перебинтованную тряпкой рану – повязка потемнела от крови.

Артур встал, оглядел комнату. За ночь ничего не изменилось: серые стены, немного грязи на дощатом полу. Всё убранство комнаты – кровать, стол и шкаф. На стене висит кавалерийский палаш с s-образной гардой – наследие прошлого.

В дверь настойчиво постучали. Артур невольно посмотрел на палаш, рука дёрнулась, почти ощутила обмотанную кожей рукоять. Стук повторился. Затем шорох и звук удаляющихся шагов. Он не очень удивился, когда увидел просунутые под дверь конверты. Первое письмо оказалось запечатано знакомой гербовой печатью – сова в круге из шестерни, а второе оказался вполне обычным не отмеченным принадлежностью к очередному дворянскому роду.

– Подождёт, – пробормотал Артур и бросил письма в кучу бумаг на столе.

Подошёл к умывальнику, холодная вода отогнала остатки мерзких сновидений. Взглянул в зеркало: пепельно-серые волосы взъерошены, щетина вот-вот превратится в бороду, между бровей две упрямые складки, медленно уходит багровый оттенок из старого шрама под правым глазом, а наполненные кипящим золотом зрачки превращаются в обычные человеческие. Переломанный нос с горбинкой, хищно раздутые ноздри, правильные черты лица... отражение мерзко усмехнулось в ответ на попытку улыбнуться.

Артур взялся за бритву, привёл лицо в порядок. Пришло время заняться раной – мерзкая лечебная дрянь в зеленой бутыли всё ещё стояла в шкафу рядом с умывальником. Он стиснул зубы, зашипел – повязка отдиралась вместе с засохшей кровью, а когда принялся промывать рану отражение в зеркале разом побледнело. Артур повторил процедуру, с ненавистью посмотрел на двойника в зазеркалье – ему точно больно не было, просто притворяется, тварь.

Он тщательно перемотал руку чистой тканью. В завершении хлебнул из бутыли, откашлялся. Рекомендации снаружи и внутрь от лекаря были лишними – в животе словно взорвалось что-то горячее. Но отражение в зеркале ожило, даже бледность куда-то ушла.

Артур оделся, подхватил трость, забрал письма и спрятал во внутренний карман пальто. Вышел из комнаты и тщательно запер дверь – кроме него в доходном доме жило немало народу разных взглядов на жизнь и чужое имущество.

Улица встретила холодным ветром и дождём, что безжалостно стирал зимнюю красоту с громад зданий. Он поправил шляпу, поднял воротник. Зимнее пальто перепачканное в крови пришлось выкинуть, осеннее же хоть и дарило лёгкость и быстроту движений, но от ненастья берегло куда меньше.

Город давно проснулся. Спешили по делам сотни людей, в воздухе пахло гарью, порой с моря налетал солёный ветер и разгонял вонь. Экипажи развозили пассажиров, копыта месили кашу из снега и грязи. Изредка проезжали паромобили. Медленные неповоротливые машины, эдакий аналог поезда сделанный из телеги. В обиход они входили тяжело и даже не пытались соперничать с экипажами. Обыватели ненавидели новый вид транспорта за жуткую тряску во время езды, запах, шум и дорогущее обслуживание.

Артур посмотрел на часы, на мгновение задумался и решил пройтись пешком. Трость отстукивала ритм стальным наконечником по камню мостовой, дарила уверенность. Он уже успел сотню раз пожалеть, что не прихватил оружие вчера во время визита в паб – возможно тогда бы не пришлось мучиться от боли в руке после неприятной встречи в переулке.

– Новая жертва Саирского потрошителя! – надрывался мальчишка разносчик газет, – Убит наследник рода Гальда!!!

Перепачканное лицо светится от счастья, глаза горят от восторга. Увы, Артур настроение паренька не разделял, и прошёл мимо так и не взяв измазанную чернилами бумагу.

Тень закрыла солнце, он единственный посмотрел на величественный дирижабль в небесах. Судя по хищным формам и орудиям на бортах отправляется на фронт. Империи давно стало тесно в рамках континента и вооруженный конфликт с югом был вопросом времени. С другой стороны, хватало и внутренних проблем, не решив которые, соваться в горнило войны было как минимум глупо.

Он отвел взгляд и продолжил путь. Саир процветал благодаря судостроению, а дирижабли хоть и были явлением новым, но давно приелись. С городских заводов в небеса поднимались новые и новые цеппелины и разлетались во все уголки Империи…

Людей на улицах становилось всё больше, как и экипажей. Артур уже пожалел, что решил пройтись пешком. К счастью, впереди уже показалось здание вокзала.

Он прошел сквозь жутковато гудящие врата. По синеватым кристаллам проскакивали сияющие молнии. Охранники в строгих чёрных камзолах и при оружии проводили скучающими взглядами – столичное нововведение добралось и до Саира. Ещё немного и очередную академию магии откроют вместо школы или университета. И будут не обычные камни поиска монтировать в арки ворот, а боевых магов в охранников превращать. Артур не смог сдержать ругательство и предпочёл ускорить шаг.

Саирский вокзал воистину монументальное сооружение: высокие потолки, сияющий металл конструкций, много света от гигантских светильников. Четыре платформы для поездов – пассажирские и грузовые. Платформы на крыше, куда прибывали дирижабли. Новая мода на изящные и утонченные формы, что люди переняли у эльфов на свой грубоватый манер, поражала величием и красотой. Как по-человечески взять чужое, сделать своим и превратить в нечто новое.

Артур прошёл на вторую платформу. Поезд ещё не прибыл, так что он уселся на скамью, достал трубку, набил табаком. Рассеяно щёлкнул пальцами и раскурил от огонька. Отыскал в кармане письма, аккуратно открыл первое – оно оказалось от Тгейна Фар-Нина. Траум долго разглядывал аккуратный почерк бывшего компаньона, тяжко вздохнул и взялся за второе. А вот с ним было уже интереснее – старый друг, ещё со времён учёбы в Имперской академии, приглашал посетить его имение в Восточном Теграте…

– А вот это уже интереснее, – пробормотал он, – Может и стоит отлучиться из Саира в кои-то веки...

Артур убрал письма, докурил трубку и вытряхнул остатки табака в урну. Минуты тянулись пугающе медленно, а стрелки часов на вокзальном хронометре похоже решили замереть. Жизнь же кипела вокруг, наплевав на ход времени: торговали едой и напитками лавочники, люди спешили куда-то, а грузчики помогали состоятельным гражданам с багажом.

Прибывающий поезд он услышал издалека: бешеный стук колёс, даже не думающий замедлять ход стальной махины, истошный гудок… И раньше, чем он успел встать или хотя бы испугаться, поезд влетел на станцию, проломил жалкую каменную преграду перрона и улетел в глубь вокзала, увлекая за собой вагоны…

Артур не стал ждать неминуемой гибели, и рванул как можно дальше от поезда. Скамью и платформу накрыл оторвавшийся вагон, смёл кованую сталь как бумажную декорацию. Спас Траума жуткий полный отчаяния прыжок. Он встал, потёр ушибленное плечо, подобрал трость и оглядел вокзал больше напоминающий поле боя: стальная змея поезда разлетелась на части, собрав кровавую жатву. Артур отвёл взгляд от оторванной женской руки всё ещё сжимающую сумочку, и побежал к вагонам.

Прорываться сквозь дым, пар и крики было похоже на пытку. Совершенно неожиданно к воплям и мольбам о помощи добавились звуки выстрелов. Артур и не подумал останавливаться, продолжил поиски и наконец отыскал вагон с номером девять на боку – почти цел, только помят… так что шанс ещё оставался. Артур выбил остатки стекла тростью, залез в окно, нашёл нужное купе, рванул дверь на себя…

В лицо уткнулось дуло пистоля. Артур дёрнул головой, вспышка ослепила, а грохот выстрела оставил в ушах мерзкий звон. Трость словно сама описала дугу, выбила оружие из руки, но нападавший и не думал паниковать – удар был такой силы, что Артура выкинуло из вагона. Камень ударил в спину, остатки воздуха с хрипом вырвались из груди. Мелькнула тень, он приземлился рядом. Серый плащ, шляпа… лицо скрыто повязкой, оставляя открытыми только глаза – жуткие, наполненные кипящим золотом. Артур потянулся за тростью, но не успел – рука в чёрной перчатке раньше схватила резную рукоять.

– Фульгур! – рявкнул Артур.

Трость полыхнула искрой разряда, повинуясь команде, нападавшего скрутило. На мгновение показалось, что победа близка, но враг лишь с руганью отбросил опасную игрушку.

Грохот выстрела, пуля выбила искры из вагона. Законник едва стоял на ногах, револьвер дрожал в руках, но останавливаться явно не собирался – выстрелил ещё дважды. Третий выстрел угодил человеку сером плаще в грудь, отбросил и заставил рухнуть на землю изломанной куклой.

Законник подошёл ближе и расстрелял остатки обоймы в неподвижное тело. Трясущимися руками принялся перезаряжать револьвер. Чёрная форма порвана в нескольких местах, длинные светлые волосы выбились из-под фуражки. Голубые глаза, правильные аристократические черты лица. Смотрит с ненавистью, цепко…

– Теодор Сигнум, Орден Закона и Порядка при канцелярии его Императорского величества, – представился он. Пистоль в кобуру убирать он не спешил, – какого чёрта ты творишь, благородный? В знаменитых предков поиграть захотелось?

– Спасибо за помощь, но я бы сам справился, – огрызнулся Артур, встал и подобрал трость, – Что здесь происходит?

– Поезд захватила группа злоумышленников, предположительно южане. Все схвачены и обезврежены. Увы, без жертв не обошлось.

– Замечательная работа, – Артур не очень сдерживал ехидство, - Будьте добры перестать тыкать в меня револьвером.

Теодор оглянулся на неподвижное тело, убрал оружие в кобуру, и спросил:

– Ваше имя? Благородные редкие гости в Саире. А уж владеющих искусством и по пальцам можно пересчитать. Но вы в наших сводках не фигурировали, я бы запомнил.

– Артур Траум, к вашим услугам. Не фигурировал потому что проблем с законом не имею.

И, не дожидаясь новых вопросов, подпрыгнул, уцепился за окно, подтянулся и снова оказался в поезде. Теодор не отставал, забрался не так удачно и распорол руку осколком стекла. Долго ругался и никак не мог остановить кровь.

Купе, как и ожидалось, оказалось пустым. На полу валялся однозарядный пистоль. Оружием в Империи торговали вполне свободно, но вот обзавестись гражданскому можно было разве что такой пукалкой, не более. Многозарядные пистоли разрешены законникам, а винтовки только армии… ещё двуствольные ружья для древних аристократических родов Империи.

– Встречали кого-то? – Теодор никак не желал молчать.

– Да. Подругу… – Артур обшарил купе, отыскал знакомый саквояж из чёрной кожи с гербом ворона под лунным серпом.

– Видимо она была в поезде. Составьте словесный портрет. И имя, конечно. Я включу её в поисковый лист. Буду ждать вас снаружи.

Артур послушно взял блокнот и ручку, дождался пока Теодор выйдет и выбросил письменные принадлежности. Вновь тщательно обыскал купе и наконец нашёл обрывок чёрной ткани, пахнущий знакомым тягучим запахом роз. Элиза очень торопилась и зацепилась платьем за торчащий из обшивки стен гвоздь.

– Так ты и правда была здесь, – пробормотал он, – Ты, а не очередная иллюзия или допельгангер.

Теодор сходу опознал в нём благородного по магическому оружию. Но у древних родов Эльма был ещё один козырь – родовые таланты, что передаются с кровью от предков к потомкам. Артур не унаследовал большую их часть, но кое-что перепало и ему. Он тщательно вдохнул аромат, сформировал знакомый образ в мыслях… и вот уже запахи рисуют картину произошедшего... и след, ведущий из купе.

Нападавший пах зверем. Едкий запах шерсти мешал отыскать розы, а гарь и вовсе сбила все шансы. Острый запах крови законника намертво скрывал остатки следа. Ясно одно – Элиза была здесь и успела уйти ещё до столкновения и визита убийцы… Могла сбежать магической тропой или обернуться птицей. Или её раздавило в каком-нибудь вагоне.

Теодор ждал снаружи. Вокруг уже сновали не меньше двадцати законников явно рангом пониже. Чёрная форма, фуражки, блестящие хромированные сапоги, дубинки, револьверы. И злые лица – такие, что ни один гражданский не подойдёт в здравом уме.

– Если вам нужна медицинская помощь, то бригада лекарей уже близко. Где мой блокнот?

– Потерял. Я бы хотел остаться и помочь с поисками.

– Исключено, – вмешался один из законников, – Это дело…

– Заткнись, – резко перебил говорившего Теодор, – И сгинь с глаз благородного если не хочешь стать обычным стражником на задворках Империи.

Парень побледнел и счёл за лучшее удалиться.

– Не сочтите за грубость, господин Траум. Мы с радостью примем вашу помощь.

Переубеждать и рассказывать, что благородного у него осталась лишь фамилия и пара родовых талантов, Артур не стал – ни к чему Теодору знать, как на самом деле сложилось судьба бывшего дворянина. Вместо этого он принялся за работу: разгребал завалы вместе с законниками, доставал покалеченных людей. Накладывал жгуты, искрами разрядов из трости пробовал запускать остановившиеся так не вовремя сердца…

К концу дня всё закончилось. Он сидел на ступенях перед закрытым вокзалом весь в крови и грязи. Разряженный артефакт обычной тростью лежал на коленях. Теодор пожелал удачи и ушёл, пообещав сообщить, если среди неопознанных найдут ещё кого-нибудь схожего с описанием Элизы. А он остался один – опустошенный и измученный.

– Траум? Господин Артур Траум? – вырвал из мрачных мыслей голос.

Рядом стоял мальчишка разносчик газет. Вроде тот же самый, что вещал на улице утром про Саирского Потрошителя и смерть наследника рода Гальдов.

– Да, это я, – согласился Артур, – Чего тебе?

– У меня письмо для вас! – радостно сообщил он и протянул конверт с гербовой печатью ворона под лунным серпом.

Он взял конверт, руки ощутимо тряслись. Вручил мальчику монетку, дождался, когда он уйдёт, разломал печать и достал письмо. Вчитался и не смог сдержать смех. Откинулся на спину и продолжил хохотать.

Жива. Слава всем богам и Свету. Жива, чертовка…

Артур вытер слёзы, встал. Оглянулся на здание вокзала, и зашагал прочь от всего ужаса прошедшего дня.

Глава 2

Артур отложил газету, посмотрел в окно: по улице пронёсся экипаж, обдав грязью прохожих, возница сотворил неприличный жест в ответ на крики и щёлкнул кнутом, заставляя коней бежать ещё быстрее. Городу никакой Потрошитель не нужен, сами прекрасно друг друга перережут. Но за последнюю ночь не произошло очередной трагедии. Похоже маньяк решил, что после убийства сына герцога Гальда стоит залечь на дно. Артур был вполне согласен с тактикой убийцы, сам бы предпочёл скрыться – одно дело резать беззащитных женщин и совсем другое прибить благородного. После такого разумно не то что скрыться, стоило бы и вовсе уехать как можно дальше. Ну или газетчики решили, что описание трагедии на вокзале имеет куда больший смысл чем смерть ещё одной женщины.

Паб, где Артур ждал Элизу оказался вполне чистым и уютным заведением. И пиво было вполне годным, так что наверняка по вечерам здесь и сесть негде. Бармен за стойкой протирал бокалы, из открытой двери на кухню приятно пахло и слышно, как шипят яйца на раскаленной сковороде. Занят только один столик у окна – девушка в чёрном платье столичного кроя. Артур не удержался и разглядывал её чуть дольше чем полагается в приличном обществе. Тёмные волосы со странным багровым отливом аккуратно собраны в хвост на затылке, правильные аристократические черты лица. Пальцы с выкрашенными в синий цвет ногтями выбивали из столешницы нервную барабанную дробь. Она смотрела на улицу сквозь мутные стёкла, на столе нетронутая чашка с чаем.

Артур счёл, что с хватит с него чужих дел и проблем, отвёл взгляд. Невольно вспомнил недавние события, поморщился. И чуть снова не рухнул в бездну отчаяния, но ворох неприятных воспоминаний разогнала дочь хозяина заведения: подошла, стрельнула карими глазами, улыбнулась и поставила на стол кружку с пивом. Он улыбнулся в ответ и поблагодарил. Долго смотрел вслед, и принялся за напиток только когда красотка исчезла за дверью на кухню. В такие моменты Артур верил, что Саир лучший город на свете. В целом он конечно ничем не отличался от других городов Империи – со времён слияния и возвращения в мир магии он почти не изменился. Это в столице строили университеты, зажигали магические негасимые огни на улицах, в почёте было искусство, а древние рода кичились магическими талантами, как чем-то невероятным, здесь же царила власть технологий, угля и пара, а магия удел одиночек-энтузиастов и Ордена Тайных Искусств при канцелярии его Императорского Величества. Артур не казался здешним людям выродком, лишенным магического дара. Самый обычный человек, ничего больше. Простая обычная жизнь… была, пока Элиза не решила его навестить. Судьба не позволит просто так расстаться с прошлым.

Он снова посмотрел на хронометр. Элиза порой опаздывала, но три часа это слишком даже для неё. Возможно Артур бы не волновался, но вроде бы ушедший страх лишь усугублял дурной настрой. И он бы с удовольствием сорвался на поиски, но понятия не имел где её искать.

Артур достал письмо, вчитался в строки. Нет, адрес он не спутал, время – тем более. Значит было что-то ещё. Секрет? Не похоже на Элизу… она бы воспользовалась шифром или тайнойписью только в случае смертельной опасности – вроде той что грозила ей вчера. Он ругнулся, щёлкнул пальцами и поднёс огонёк к желтоватому пергаменту. Бумага темнела, почти собиралась вспыхнуть, но всё же на свободном пространстве проявился совсем другой адрес.

– Мог бы сразу догадаться, – пробормотал он и спрятал письмо в карман пальто.

Глотнул пива, с сожалением отодвинул бокал, оставил деньги на столе и почти бегом покинул паб. Холодный ветер ожёг лицо, он взмахом руки остановил кэб, назвал адрес и запрыгнул внутрь. Извозчик не жалел лошадей и вскоре Артур достиг места назначения. Дом по указанному адресу ничем не отличался от множества других вокруг. Угрюмое здание вытянулось к небу на шесть этажей, на колоннах и арках расселись мрачные горгульи. Каменные твари как обычно смотрели зло и с вызовом, но оживать пока что не спешили.

Он без проблем зашёл в парадную, отыскал лестницу на последний этаж и выход на крышу. Вместо замка - лужица металла на полу. Как ни старался, уловить что-то кроме запаха гари не сумел.

Холод пробирал до костей, ничуть не обращая внимания на пальто, шарф и шерстяные брюки. Кроме ветра, печных труб и черепицы на крыше не было ничего. Элиза может и приходила, но точно не стала ждать все три с лишним часа. Он едва сдержал ругань. Остановился на краю, посмотрел вниз. Саир по-своему красив, особенно в редкие моменты, когда с неба не льёт бесконечный дождь.

Артур раскурил трубку. Ветер подхватывал дымные кольца, безжалостно разрывал и уносил куда-то на север. Он наверняка тоже считал, что Траум облажался. Он вытряхнул остатки табака из чашки, спрятал трубку в карман… и услышал шаги – лёгкие, незаметные для обычного человеческого слуха. Оглянулся, ещё не веря в происходящее. Но реальность не желала прощать глупость – незваной гостьей оказалась девушка из паба, что сидела за столиком у окна. Артур тяжко вздохнул, но воспитание не позволило поддаться эмоциям. Он улыбнуться как можно дружелюбнее и спросил:

– Чем обязан такому вниманию со стороны столь прекрасной дамы?

Вместо ответа она вскинула руку, что-то прокричала и воздух вокруг Траума сгустился, превращаясь в тугие крепкие канаты, намертво спеленав по рукам и ногам. Артур попытался выругаться, но один взмах рукой и очередное заклинание забило в рот кляп. На ногах он, конечно, не устоял и рухнул на черепицу.

– Не так уж ты и страшен, Потрошитель. Давно пора было за тебя взяться хорошему магу, а не этим недоучкам. Теперь то ты ответишь за всё содеянное, – пообещала она звонким приятным голосом.

Артур промычал нечто невразумительное и попытался щёлкнуть пальцами, но руки оказались связаны так, что пошевелиться не было ни малейшей возможности. Магичка на невнятные заверения в невиновности и нежелании отвечать за чужие грехи не вслушалась. Зато явно собиралась сказать ещё что-то пафосное, но дверь на крышу вновь отворилась. Серый плащ, шляпа, маска на пол лица и полные кипящего золота глаза… старый знакомый из слетевшего с рельс поезда не стал тратить время – поднял пистолет и выстрелил. На тело магички и не посмотрел, небрежно перешагнул. Перезарядил пистолет, подошёл к Артуру, и достал из-за голенища сапога опасную бритву.

– Сейчас я уберу кляп, – прорычал он, – И ты расскажешь мне куда спрятал ключ. Если будешь врать или задавать тупые вопросы я отрежу тебе сперва нос, а потом уши. Всё понятно?

Артур счёл за лучшее энергично кивнуть. Лезвие бритвы прошелестело в опасной близости от лица, мгновение и он свободен. Траум не удержался – сплюнул и только потом признался:

– Ключ в саквояже Элизы у меня дома.

Он тяжко вздохнул, лезвие бритвы жутко блеснуло на солнце.

– Там пусто. Я проверил твою комнату первым делом, благородный. Начнем, пожалуй, с уха, а лживый язык оставим на потом…

– Хорошо-хорошо. Просто есть одна проблема. Понимаешь какое дело… у магии свои законы. И если заклинание не исчезло со смертью его сотворившей, то это значит, что она ещё жива.

Он попытался развернуться, может даже бы успел выстрелить, но слепящая синяя дуга молнии подняла в воздух. Рука конвульсивно дёрнулась, надавила на курок, и пуля угодила Артуру в многострадальную руку. Он взвыл, дернулся и с удивлением понял, что может шевелиться. Щёлкнул пальцами и сбросил огонёк на канат…

Боя он толком не видел, но судя по вспышкам золотого света, молниям и грохоту взрывающийся черепицы магичка разошлась не на шутку, только вот противник ей достался не простой и сдаваться никак не собирался.

Артур сбросил остатки каната, схватил трость. Над головой с воплем пролетело пылающее тело и исчезло за краем крыши. Траум размахнулся и швырнул артефакт – трость крутанулась в воздухе, стальной набалдашник угодил магичке в лицо, и разрядил запас молний в беззащитное человеческое тело.

Стало пугающе тихо. Дымилась черепица и одежда мага, холодный ветер с моря стремился разогнать безобразие, лишь далеко в небе кричали чайки. И бритва поблескивала на солнце. Артур не удержался – подобрал, и шагнул к магичке.

Дверь на крышу отлетела от удара, Теодор ворвался с револьвером в правой руке, а в левой значок законника. Хорошо хоть стрелять сразу не начал. Артур незаметным движением спрятал бритву в рукав и попросил:

– Опусти оружие пожалуйста.

– Как только объяснишь, что здесь произошло, – пообещал законник.

Траум глубоко вдохнул, выдохнул. Стало чуть легче, хотя боль в левой руке никуда не исчезла.

– Как всякий гражданин Империи я имею право на защиту собственной жизни, чести и достоинства. И, представь себе, именно это я и делал. Какого чёрта она на меня набросилась, я не представляю.

– Допустим я поверю. Где Генри Зайн?

– Это ещё кто?

– Убийца из поезда. Я был вполне доволен его смертью… ровно до тех пор, пока он не сбежал из мертвецкой ночью. У меня получилось его выследить до этого дома, но почему-то вместо него нашёл тебя.

– Он там внизу, – Артур махнул рукой в примерном направлении полёта Генри.

Теодор подошёл к краю, долго смотрел вниз, наконец произнёс:

– Никого там нет.

Траум развёл руками, с левой веером сорвались капли крови. Похоже пуля прошла насквозь, оставив аккуратную дырку.

– Думаю мне пора до ближайщего лекаря. Счастливо оставаться.

– Не так быстро, – возразил законник и выразительно повёл револьвером, – У меня возникли новые вопросы, и я намерен получить ответы.

– Не надо, Тед. Это плохо кончиться, – предупредил Артур.

Глаза законника на мгновение вспыхнули огнём лютой ненависти и вновь стали спокойными, холодными и так похожими на небо.

– Я навёл о тебе справки, Траум. Ни титула, ни покровителей. Тебе уже нечем мне угрожать, благородный.

Возразить Траум не успел – на крыше появились ещё четверо законников. Магичку заковали в кандалы, ему повезло не меньше и стальные оковы врезались в запястья. Ладно хоть рану перетянули чистой тканью, а бритву и трость изъяли.

Вскоре холодная продуваемая крыша сменилась на стальную коробку паромобиля законников. Теодор куда-то исчез, прихватив трость, зато в кузов уселось все четверо крепких молодцов в чёрной форме – разом стало очень тесно и неуютно. Один из законников вертел в руках бритву, в его руках оружие казалось особенно опасным, пугающим.

Паромобиль набирал ход, подпрыгивал на каждой кочке. Магичка тихо стонала на полу, но никак не могла очнуться. Артур тряхнул головой, отгоняя слабость из-за потери крови.

– Вы слышали про оборотней, ребята? – спросил он.

Законники переглянулись, но явно решили играть в молчанку или читали друг у друга мысли.

– Узнать оборотня легко, – продолжил Траум, – В моменты, когда он регенерирует ткани, глаза меняют цвет. Ещё могут выдать чрезвычайно сильные эмоции – опять же цвет радужки, ну и шерсть растёт… по большей части ликаны невосприимчивы к магии или физическим атакам, самым надёжным средством было всегда серебро, у вас оно по штату положено к экипировке?

– Не гони пургу, благородный. Металл не даёт оборотникам превращаться в зверя. И кровью ты истекаешь как обычный человек, – внезапно нарушил молчание один из законников.

– Да я не про себя, – объяснил Артур.

Словно подтверждая слова, паромобиль изрядно тряхнуло. Крышу рвануло, со свистом вырвало стальные заклёпки. Мохнатая лапа ухватила за горло законника справа от Траума, когти впились в беззащитную плоть и потянули тело вверх, он выронил бритву и даже успел закричать...

Артур почти ничего не видел из-за крови угодившей на лицо. Слышал только крики и бешеную пальбу. Счёл за лучшее упасть вниз на магичку. Она тихо вскрикнула, но не очнулась. Он сосредоточился, представляя, как руки меняются и превращаются в лапы… почувствовал знакомую жутковатую боль и выдернул руки из кандалов. Нет, менять облик в отличие от братьев он никогда не мог, но вот приблизиться к перевоплощению иногда получалось. Кости менялись, становились пластичными и в этот момент перехода он мог проделать такой фокус с кандалами.

Вытер кровь с лица, огляделся и первым делом схватил бритву: законников в кузове не было, крыша напоминает вскрытую консерву, кровь всюду, а ликантроп задумчиво дожёвывает ногу, не обращая внимания на остатки штанины и хромированный сапог. Этот отличался от всех, что когда-либо видел Артур: больше похож на уродливого горбатого человека с головой волка, чем на нормального зверя. Обрывки одежды и лоснящаяся маслянистая серая шерсть, на шее болтается белоснежный кристалл на обычной верёвке.

Полные кипящего золота глаза отыскали Траума, недоеденная нога выпала из пасти. Он зарычал, что-то попытался прохрипеть, но волчье горло не очень подходило для разговоров. Лапы безжалостно рванули за пальто, подняли, в лицо дохнуло запахом гнили и свежей крови.

– Ррр-лююч…. Хде… – всё же сумел прорычал получеловек.

– Да дома забыл, – в очередной раз ответил Артур, и полоснул бритвой. Лезвие с пугающей лёгкостью вскрыл оборотню горло, срезав заодно и тонкую верёвку, удерживающую кристалл. Кровь брызнула в лицо, он снова потерял возможность видеть. Но продолжал работать страшным лезвием, не давая ликану времени регенерировать – он сдался, взвыл, выпустил израненную жертву и одним прыжком выскочил из паромобиля.

Скользкая от крови рукоять выскользнула из ладони, Артур не без труда отыскал и подобрал единственное оружие. Багровая пелена перед глазами никуда не делась, сейчас он больше напоминал демона преисподней чем человека: весь израненный острыми когтями, в своей и чужой крови, а изодранную одежду теперь только на свалку.

Он с размаху ударил в дверь, вывалился наружу. Паромобиль стоял в небольшом пустом переулке, ликан истекал кровью всего в десятке шагов от места бойни. Артур щёлкнул пальцами и метнул огонь в звериное тело. Магическое усилие опустошило остатки резервов организма, зато пламя принялось жадно пожирать проклятую плоть – оборотень вспыхнул как ёлка на празднование рождения Первого Императора. Обычный огонь ничего бы не смог сделать, но заклинание изначально предназначалось для сжигания нечестивой плоти, только вот Траум к сожалению способен был наколдовать только небольшой огонёк.

Рычание, скрежет когтей по металлу – второй ликантроп выбрался из кабины, отряхнулся от крови, словно собака, выбравшись из воды. Артур оскалился в злобной усмешке, рука сама собой удобнее перехватила бритву.

– Иди сюда, – предложил он, – Всё закончиться быстро.

Оборотень замер, взгляд полный кипящего золота столкнулся с таким же взглядом человека. Борьба длилась всего несколько жутких мгновений – он тихо заскулил, инстинктивно подставил горло, испуганно взвыл и пустился наутёк. Артур сплюнул вслед и злобно расхохотался, налетевший холодный ветер разнёс жуткий смех по переулку, наверняка до жути перепугав жителей некогда тихого района.

– Ну теперь осталась придумать как объяснить всё законникам, – пробормотал он и спрятал бритву в карман.

Глава 3

След оборотня вёл в подземелье. Артур заглянул в темноту, тяжко вздохнул. Все знали, что под городом раскинулась сеть туннелей, планировалось уложить рельсы и пустить по ним поезда. В столице вот гномы давным-давно развернули сеть подземных станций. Но Саир построен на берегу моря и мучиться с укладкой рельс в постоянно затопляемых туннелях пока никто не спешил.

Артур облокотился на стену, раскурил трубку. Его уже трясло, тело бросало то в жар, то в холод. Если бы это был первый укус ликантропа, то Траум бы давно слёг. Большинство людей после такого умирают, часть обращается. Причём сам укус не столь важен – яд содержится и в когтях. Небольшая царапина и здравствуй мучительная смерть или жуткая полная крови и убийств новая жизнь.

С темнеющего неба падали снежинки. Ветер подхватывал дым и причудливо кружил вместе с белоснежными хлопьями. Артур откашлялся и сплюнул кровью. Огляделся в поисках укрытия... в Саире хватает пустующих домов, нашёлся и здесь такой – здание скалилось пустыми проёмами окон на весь мир, кое-где впрочем заколоченными деревянными щитами. Эти дома – эхо далёкой и страшной войны. Может со временем их заселят, приведут в порядок или снесут, но пока они пугали горожан жуткими видом и слухами о никем так и не замеченных жильцах.

Чёрный провал входа принял новую жертву. Ветер завывал где-то наверху, стены обросли плесенью, с потолка капало, а прогнивший пол был готов вот-вот развалиться. Лестница не отставала – угрожающе скрипела и явно собиралась рухнуть вниз в самый неподходящий момент.

Нужная комната нашлась на четвёртом этаже. Относительно чистая и целая. Артур щёлкнул пальцами и швырнул огонёк в очаг. Уселся на скамью и протянул дрожащие руки к огню.

На этаже нашлась ещё пара скамей и несколько стульев. Он соорудил подобие лежака, а остатки мебели изломал и закинул в очаг. Вытер засохшую корку крови с лица, стянул пропитанное кровью пальто, жилет и рубаху. Края ран посинели, но кровь уже не шла.

Артур улёгся на импровизированную кровать, вдохнул влажный, пропитанный запахами гнили и давно покинутого жилья воздух, прошептал:

– Прости, что опоздал, Лиз. Я скоро тебя найду… вот полежу немного и снова пойду тебя искать…

С потолка сорвалась капля, разбилась о заросшие плесенью доски. Траум лежал, вслушиваясь в потрескивание обломков мебели в пламени очага, шорохи, скрипы и постепенно погружался в тьму забытья…

...Пробуждение получилось отвратительно мерзким: сияющие искры боли разрезали мир, огнём прошлись по ранам. Артур вскочил с развалившегося лежака, сам не понял, как в руке оказалась бритва. В комнате пусто, только так некстати треснувшая скамья скалиться на мир обломками древесины.

– Чтоб тебя, – прорычал он и безжалостно пнул остатки лежака.

Боль медленно уходила, пряталась где-то в глубине. Он ощупал раны – края уже затянулись, набухли багровыми рубцами, ещё пара дней и не останется ни следа. Яд ликонтропии ещё бродил по жилам, пробуждал звериные инстинкты и волчью живучесть, но обратить Траума так и не смог.

Он ещё пару раз ругнулся для отвода души и подошёл к окну. В выборе комнаты он руководствовался возможностью видеть вход в подземелье и банальным закрытым окном. И ещё очагом конечно.

Кто-то старательно заколотил окно, но время не пощадило преграду – доски сгнили и являли собой скорее номинальную преграду, чем что-то стоящее. Артур без труда отыскал годную для обзора щель, и ничуть не удивился, когда увидел перед входом в подземелье три паромобиля законников. Он не сомневался, что законнику последуют за ним, оправдаться нечего даже было пытаться, только и оставалось, что привести Орден Закона и Порядка к логову тварей.

Добрых два десятка бойцов в чёрном уже выстроились в ровные ряды, как на парад. Вместо шоковых дубинок тяжёлые трёхствольные ружья, вороненые пластины брони закрывает тела почти целиком, а всё открытые места прикрыты кольчужной сеткой. Даже привычные фуражки сменили стальные каски с широкими полями. Тускло поблескивают зелёными стёклами гоглы – в таких очках, если верить слухам, можно видеть в темноте как днём.

Нашёлся и Теодор – доспехом законник не побрезговал, но двигался ничуть не медленнее опытных бойцов, уверенно и спокойно раздавал инструкции. Закончив, напялил гоглы, шлем, взялся за ружьё и щёлкнул предохранителем. Бойцы по одному спускались в подземелье следом за командиром, у машин осталось дежурить двое.

Артур выждал немного, но ничего не произошло. Шёл снег, утренние лучи тщетно пытались пробиться сквозь пелену облаков. Теодор сделал всё правильно и не стал соваться в логово оборотней ночью и дождался утра, только эти существа плевать хотели на лунные циклы и обращались в любое время, а значит и дневной свет им не помеха...

От размышлений отвлёк крик и выстрелы. Артур снова выглянул в щель и ничуть не удивился, когда увидел троих оборотней разрывающих на части законников, две твари валялись на земле, похоже снаряды были с серебром, но люди оказались недостаточно расторопны, и никакие доспехи не спасли.

– Оно мне надо тебя спасать, – ворчал Траум, надевая пальто и проверяя бритву на остроту, – Не совался бы куда не положено и выжил бы. Вот на кой чёрт ты туда полез?

Лестница скрипела под ногами, а последний пролёт всё-таки решил рухнуть. Артур вывалился наружу целым и невредимым, отряхнул полы пальто. Оборотни замерли, жёлтые полные кипящего золота глаза внимательно следили за новоприбывшим.

– И долго стоять будем? – поинтересовался он.

Первый оборотень совершил гигантский прыжок. Артур отступил, пропуская гигантскую тушу, одним ударом бритвы вскрыл горло. Не дожидаясь, когда остальные атакуют, побежал к паромобилям. Чудом избежал смертельной атаки второго, полоснул по морде, зацепив правый глаз, и рухнул в снег – третья туша пролетела над ним и врезалась в собрата. Пока оборотни барахтались в снегу Артур успел добежать до тел законников, подхватил трёхствольное ружьё, и развернулся как раз вовремя, чтобы всадить заряд серебра в налетевшего зверя. Два оставшихся ствола оказались пусты, но к счастью законник носил патронташ на груди. Скользкие от крови патроны норовили выскользнуть из дрожащих рук, но Траум сумел перезарядить оружие и расстрелял оставшихся тварей.

Стало неожиданно тихо, только с неба падал снег. Он вдохнул холодный влажный воздух, оглядел белоснежный мир, заляпанный красным. Наверное, это было даже красиво… но совсем некстати дверь одного из паромобилей вздрогнула от удара, и такой знакомый женский голос приказал:

– Выпусти меня! Скорее!

С этим Артур решил подождать – всадил весь оставшийся от законника боезопас в головы всё ещё пытающимся регенерировать тварям, проверил тела славных служителей Ордена Закона и Порядка. Их подвели шлема – оборотни атаковали в открытые лица, впрочем, судя по покореженные пластинам брони и рваным кольчугам, дело тут не только в неполной защите. Так что доспех он предпочёл оставить трупам, зато разжился двумя револьверами и патронами с серебряной начинкой.

Назойливый стук и крики не прекращались, Артур поморщился, оглядел поля боя… обычно после смерти к оборотням возвращается прежнее обличье, но трупы полуволков всё так же истекали кровью и... регенерировали? Артур подошёл к ближайшей твари, нагнулся и срезал с шеи белоснежный кристалл на засаленной верёвке. Белёсый мерзкий туман сполз вместе с мохнатой шкурой и осел в снег, оставив голое человеческое тело.

– Ого… – он подбросил кристалл в воздух и поймал, – Похоже на “Волчий глаз”. Таких со времён Войны Проклятых в Империи не видали. А у вас то они откуда?

Трупы не пожелали отвечать... Артур решил их не переубеждать в намерении беречь тайны и собрал все кристаллы, ещё с большим бы удовольствием сжёг бы тела, но не был уверен, что сейчас справится даже с таким простейшим заклинанием.

Стало неожиданно тихо. Он тяжко вздохнул, подошёл к паромобилю, взялся за ручку, рванул дверь, на снег вывалилась знакомая магичка, тут же вскочила. Чёрные волосы развивает ветер, в глазах настоящие искры разрядов. Портило всё перепачканная в крови, грязи и снеге одежда и лицо, ну и конечно тяжёлые стальные тяжёлые кандалы – судя по мрачному фиолетовому свечению что-то антимагическое.

– Ты!?! – глаза расширены, бледность видна даже сквозь корку из грязи и крови.

– Я, – согласился Артур, убрал ружьё за спину, поправил ремень и принялся набивать трубку табаком, – Чего ты на меня взъелась то?

Она замолчала, явно не зная, что ответить. Траум спокойно курил и ждал. Теодор скорее всего уже мёртв, так что спешить в логово не стоило, а на магичку спокойное ожидание подействовало лучше пыток и расспросов, и она наконец заговорила:

– Сына Антуана де Гальда убил Саирский Потрошитель. Он обратился к нам с просьбой поймать и доставить к нему убийцу… желательно живым. Взамен обещал выделить на исследования Ордена Тайных Искусств целое состояние. Я была по делам недалеко от Саира и совет возложил на меня эту обязанность.

– И с чего ты решила, что это я? – Артур и не думал скрывать удивление, – У рода Траумов конечно та ещё репутация, но мы охотники и воины, знаешь ли, а никак не садисты.

– Сын герцога успел ранить Потрошителя. Мальчик, как говорят, был отважен и слишком горяч, раз решился остановить маньяка в одиночку. В итоге и девушку не спас и сам погиб, но кровь на кинжале позволила получить мне чёткий след, и я нашла тебя всего за несколько дней.

Артур не смог сдержать смех, да и не очень-то хотел. Магичка веселья не разделяла, всё так же с ненавистью рассматривала Траума. Он отсмеялся, вытер выступившие слёзы и сказал:

– Понимаешь, милая, я просто из бара шёл ночью. Если честно, то немного перебрал с выпивкой, из-за чего и заплутал. Город похож на лабиринт ночью, я и свернул не туда, напоролся на этого твоего Потрошителя и свеженький труп. Он накинулся на меня, и я отправил бедолагу к праотцам. Он успел пырнуть меня кинжалом, – Артур продемонстрировал всё ещё перевязанную руку, – Вот оттуда и мой кровавый след. Ты, конечно, правильно меня нашла, только нужен тебе не я. Так что притащи папе тело сыночка и расскажи кем стал достойный потомок древнего рода.

В целом её лицо выражало массу эмоций, Траум дымил трубкой и с интересом разглядывал разом побледневшую магичку. Наконец вытряхнул табак из чашки и спрятал трубку во внутренний карман пальто – и как умудрилась только уцелеть в вихре безумия последних дней?

– Полезай в кузов, мне пора. Вытащу парней если кто ещё жив.

Не слушая вопли и протесты затолкал её назад в паромобиль и захлопнул дверь. Подошёл ко входу в подземелье, сказал в темноту:

– Давай будем честны… вы все уже мертвы, соваться туда незачем. Элизы там нет, Теодор спасения не заслужил. За моей первой и единственной возлюбленной уже наверняка спешит её драгоценный граф и как всегда всё решит. Так собственно зачем? Самое то сесть на ближайший поезд и уехать… в восточной Теграт, например, в гости к Магистру. Или навестить Тгейна и сдать все кристаллы...

Тьма подземного мира загадочно молчала. А потом принесла звуки выстрелов и крики отчаяния и боли. Артур тяжко вздохнул, взялся за ружьё – деревянное ложе приятно лежало в руках. И шагнул вперёд.

Глава 4

Траум шёл в темноте, прислушиваясь к шорохам и тихому шепоту. За полчаса блужданий по подземным коридорам он успел пожалеть, что решился сюда спуститься, и не снял с трупов гоглы, и ещё понял почему гномы отказались жить в саирских подземельях – когти безумия и страха надёжно сжимали сознание и проще сойти с ума, чем справиться с нахлынувшим ужасом.

Первое тело он нашёл совершенно случайно, споткнувшись об труп. Успел увидеть жёлтые глаза и разрядил все три ствола. Серебряная дробь посекла тварь, что странно – не убила, и оборотень с воем убежал в темноту.

Следующая жертва оказалась живой: трещал доспех, кольца кольчуги вот-вот готовы были лопнуть. Артур перерезал бедолаге горло, подмечая вторую странность: эти ликантропы были слишком живучи, чересчур заразны и плевать хотели на лунные циклы или солнце на небе, жертва обычно обращалась только к следующей полной луне, а никак не почти сразу после укуса.

Лабиринт подземелий вывел в большой зал: когда-то это был громадный коллектор куда собиралась вода с туннелей и уходила на уровни глубже, сверху через толстую кованую решётку проникал свет и тусклыми лучами падал вниз. В центре зала лежало шесть тел законников, хруст и мерзкое чавканье резало слух – громадный оборотень, почти под три метра ростом, срывал доспехи, вырывал куски мяса и жадно глотал… вдруг подавился, откашлялся и схаркнул куском кольчуги, шматком мяса и обломком кости.

– Все болезни от нервов или плохой еды, – посочувствовал Траум, – И только сифилис от любви.

Оборотень поднял жуткий взгляд, зарычал, отбросил недоеденное тело, по засаленной шкуре прокатилась волна трансформации, сделав его ещё больше. Артур вскинул ружьё и жахнул из всех трёх стволов. Упал на грязный мокрый пол – туша в стремительном прыжке пронеслась над ним и врезалась в стены зала. Траум перевернулся на спину, закрылся ружьём, челюсти с клацаньем вонзились в стволы. Рывок, его подняло в воздух… Артур не удержал оружие и кубарем улетел в сторону.

Зубы смяли металл, раздавили цевьё, оборотень выпустил покорёженное оружие, мерзко ухмыльнулся… Траум постарался улыбнуться в ответ так же жутко, выхватил револьвер и выпустил все шесть пуль в лобастую голову. Первая пуля взорвала левый глаз, остальные бессильно застряли в черепе. Боёк жалобно ударил по отстреленной гильзе, монстр рванулся в атаку… вторая рукоять словно сама скользнула в руку, Артур успел выстрелить трижды и последний угодил в правый глаз чудовища.

От слепой, но не менее яростной чем предыдущая, атаки, он ушёл перекатом и разрядил оружие в непробиваемую голову, торопливо перезарядил револьвер на бегу… удар швырнул его на пол. Сжался, предчувствуя скорую смерть от когтей и клыков, но ничего не произошло. Артур осторожно огляделся: оборотень замер, по морде текла кровь и что-то склизкое из глазниц… уши нервно дёргались, ловили каждый звук и шорох.

Траум медленно встал, боясь даже дышать. Ноздри монстра дёрнулись, уловив запах, лобастая голова повернулась к нему. Револьвер вновь огрызнулся серебром, но ликантропа это не остановило. Артур сумел уйти от атаки, как когда-то отступал от излишне агрессивного бойца с двуручным мечом в фехтовальным зале, выстрелил, целя в сердце…

Безумная игра в жмурки не могла продолжаться долго. Оборотень и не думал подыхать, хотя от такой дозы серебра давно должен был окочуриться. Боезапас подходил к концу, Артур передвигался осторожным лёгким шагом, внимательно разглядывал монстра… и не прогадал – из груди чудовища торчал знакомый белый кристалл, кожаные наросты и волосы почти скрыли его, но солнечный луч очень удачно сверкнул на острых гранях.

Оставалось всего два патрона. Артур поднял револьвер, задержал дыхание и выстрелил дважды… пули с чавканьем вошли в плоть, не задев кристалл. Оборотень взревел и бросился в атаку, Траум выпустил бесполезный огнестрел, выхватил бритву и бросился навстречу. Увернулся от страшного удара когтями, полоснул лезвием кожный нарыв, схватился за кристалл… в спину вонзились когти, его подняло в воздух. Жуткая пасть с тысячей зубов оказалась слишком близко. Артур упёрся ногами в нижнюю челюсть, в верхнюю – руками, не давая себя сожрать. Ещё немного и он бы не выдержал… но плоть уже расползалась, отваливалась гнилыми кусками...

Траум выбрался из кипящей от серебра проклятой плоти, от души выругался. В левой руке он всё ещё держал кристалл, а в правой бритву. Спину уже жгло, так что ближайшие часы обещали быть не менее незабываемыми чем ночь.

Среди тел не нашлось знакомой рожи Теодора. Он запоздало вспомнил про кристалл, снял с трупа сумку для боеприпасов и сложил туда все “Волчьи глаза”. Нашлось у законников немного патронов – слишком мало, но что-то лучше чем ничего.

Артур обошёл зал по кругу, тщательно вглядываясь в следы. Обломки ружей, два разряженных револьвера, кровь… Судя по всему законники разделились на группы и одной не повезло наткнуться на громадного волка.

Внимание привлёк след от когтей на стене: примерно на высоте человеческого роста в коллектор выходила труба. Судя по всему, оборотень пытался что-то вытащить из неё, но громадные размеры не позволили добраться до содержимого. В ярости бросался на бетон и камень, но ничего сделать не сумел.

Залезть наверх казалось не сложной задачей, но Артуру подъём дался тяжело. В спину будто вогнали огненные штыри, взор закрыла кровавая пелена, но он справился и побрёл вперёд. Скоро нашёлся девятый по счёту труп: законник свернулся калачиком в луже крови, зажимая вспоротое брюхо, остекленевшие глаза смотрели в никуда. Траум осторожно опустил бедолаге веки и позаимствовал револьвер – барабан оружия оказался пуст, а на стволе следы клыков.

– Бедолага.. а ведь совсем ещё молодой. Прости что не успел. Но хоть отомстил за тебя.

Мертвец никак не отреагировал на слова – волком не обернулся и не завыл приведением. Траум счёл за лучшее продолжить путь, а не возвращаться в коллектор. Через очень долгие три десятка шагов труба начала сужаться. Пришлось пригнуться, а потом и вовсе ползти…

Артур вздрогнул, резко встал и ударился головой об “потолок”. Он и сам не понял, когда отключился, но забытьё пошло на пользу: жар ушёл, вернулась ясность рассудка и мыслей. Предки дорого заплатили за возможность бороться с ядом ликантропов, зато талант в очередной раз спас бестолкового потомка, так что возможно это того стоило...

Ползти назад было как минимум глупо, так что Артур двинулся вперёд. Когда решил, что вот-вот застрянет и сдохнет от голода и холода, труба расширилась и вывела в просторный туннель. Он тщательно сосредоточился, но не сумел заглянуть в непроглядную тьму, зато ощутил дуновение ветра. Не расхохотался только потому что не было сил – поток свежего воздуха дарил надежду на скорую свободу.

– Мы не закончили. У меня впереди очень много времени, а твоё кончается, законник, – вдруг прозвучало в темноте.

В ответ донеслось сдавленное мычание, следом крики. Артур осторожно пошёл на звуки. Очередной виток туннеля вывел к решётке на полу. В багровом свете очага можно было разглядеть небольшую комнату, Теодора привязанного к столу и знакомую фигуру в палённом сером плаще. Он разогревал в очаге кочергу и тихо насвистывал себе что-то под нос. В этот раз Генри был без шляпы и маски – изуродованное огнём лицо ещё не успело регенерировать до конца, кое-где виднелась обнаженная кость. Раны, нанесённые магическим огнём, всегда заживают тяжело – даже оборотню нужно время чтобы справиться с последствиями.

– Я рад что ты сопротивляешься. Люди слабы и ничтожны, но ты меня даже удивил...

Артур взялся за прутья, дёрнул – ржавые, шатаются в пазах. Можно было рискнуть. Он достал револьвер, подпрыгнул и со всей силы обрушился на преграду. Внутрь комнаты он рухнул вместе с решёткой, в ноги отдало резкой болью. Почти сразу начал стрелять, но Зайн и не подумал атаковать, швырнул кочергу, безбожно промазал, и скрылся за дверью.

– Шустрый, зараза, – Траум зло сплюнул. Дрожащие руки и падение не позволили хоть раз положить пулю в цель.

– Какого чёрта ты здесь делаешь? – прошипел со стола Теодор.

– На шашлык пришёл. Так вкусно пахло жареным мясом, что я не смог пройти мимо, – он прошёлся бритвой по верёвкам, освобождая законника, – Вставай давай, а то на барбекю опоздаем.

Теодор с трудом сел. Доспехов на нём не было, чёрная форма вся рваная и в грязи, на груди жуткие ожоги. Лицо сплошной кровоподтек, только голубые глаза смотрят как и прежде с ненавистью.

– Нужно уходить… Он скоро вернётся и будет уже не один.

– Скажи что-нибудь ещё умнее, - огрызнулся Артур и принялся баррикадировать дверь, – Сбежим через потолок. Оборотни чуют наши запахи, но сквозь стены пока ходить не умеют.

– У меня была карта тоннелей. Зайн отнял вместе с оружием.

Артур зарядил револьвер и отдал законнику. Принялся обыскивать комнату и вскоре нашёл шесть белоснежных кристаллов, гоглы с треснувшим стеклом и свою трость. Дерево рукояти приятно грело ладонь, а по стальному навершию пробежала искра.

– Ты то здесь откуда? - он не смог сдержать удивления, но артефакт не желал раскрывать тайну своих странствий.

Отыскал карту, мгновенно запутался в хитросплетениях туннелей и счёл за лучшее вернуть хозяину. Теодор бегло взглянул, сложил и спрятал в карман. Требовательно протянул руку к трости, за что получил небольшой искрящийся разряд в руку, законник ругнулся и на чужое имущество больше не посягал.

Подъём для двоих измученных людей стал пыткой, но страх быть съеденным заживо придал сил.

Туннель тянулся бесконечно долго. Свежесть и холод давно пришли на смену затхлости подземелья, но выхода так и не было видно. Артур помогал Теодору идти, хотя сам с трудом переставлял ноги.

– Какого чёрта ты вообще сюда сунулся, Тед? Не за мной же?

Он долго молчал, явно решая стоит ли посвящать гражданского в дела Ордена. Траум уже решил, что ничего не услышит, но законник всё же заговорил:

– Кто-то занёс болезнь в город. Пропадали люди, а если внезапно возвращались, то совсем другими. Мы смогли уничтожить большинство заражённых, но первый же поезд с севера привёз новых ликанов. Попытка остановить следующий привела к крушению и жертвам среди гражданских, ты видел всё сам, чего уж тут. В город прибыло не меньше полусотни заражённых, и мы точно убили не всех.

– Ты решил, что Зайн их вожак?

– Глава стаи, древний оборотень. Возможно один из первых, раз его не берёт серебро.

– Их всех не берёт, лишь замедляет регенерацию, так что лучшее всего стрелять в голову или сердце. Это единственное что может их теперь остановить.

Теодор криво усмехнулся и продолжил рассказ:

– Я рассудил, что раз вы оба ищите Элизабет Эарун, то ваша встреча неизбежна. Зайн, взяв след, никогда не оставляет жертву в живых. Когда машина не вернулась в резиденцию Ордена, я поднял по тревоге дирижабль, мы отыскали то что осталось от ребят, в живых осталась одна ведьма, но от ужаса она похоже сошла с ума. Я уже думал сдать её в Тихий Дом, но она поразительно быстро пришла в себя.

– Это она смогла найти логово оборотней?

– Да. Я собрал отряд, и мы отправились зачищать туннели.

– Блестящий план. Видимо про “Волчьи глаза” ты не знал?

– Рабочей версией было, что обращаться по собственному желанию могут только высшие древние оборотни. Что это за “глаза” такие?

Артур вытащил из сумки кристалл, дал законнику полюбоваться и спрятал добычу обратно.

– Я и сам не сразу их узнал. Считается что через них прародитель глядит на потомков и может даровать свой облик. Отец носит такой, не снимая, со смерти матери, хотя ему, как и моим братьям, превращения всегда давались легко. Траумы больше люди чем звери, долго в облике зверя не могут… но он не хочет больше быть человеком.

– Тебя за это изгнали? За неумение обращаться?

– Не твоё дело, законник, – огрызнулся Артур.

Дальше они двигались в тишине. Первым молчание нарушил Теодор:

– Что им нужно от Элизабет Эарун?

– Понятия не имею. Она обещала всё рассказать при встрече, но не сложилось.

Туннель закончился стальными прутьями решётки. А за ней такой прекрасный мир… в белом снегу, и длинных тенях в свете закатного солнца. Артур обернулся, прислушался – и правда топот лап и скрип когтей по камню.

– Похоже здесь мы и сдохнем, Тедди.

Законник не ответил, схватился за прут и что было сил потянул на себя. Траум тоже взялся за холодное ржавое железо – ужас придал людям сил и прут со скрипом вырвало из камня.

Теодор первым пролез в щель, Артур следом, обернулся и расстрелял в темноту все шесть патронов. В решётку ударилось сразу три оборотня, прутья выгнулись, грозя вот-вот поддаться. Рядом огрызнулся серебром револьвер законника. Звери исчезли в тьме туннелей, затаились, сверкая жёлтыми глазами.

– Выбрались, – Артур не смог сдержать улыбку, – Нужно уходить. Днём они слабее, даже под воздействием “Волчьего глаза”, но ночью у нас не будет ни шанса.

Теодор достал из кармана продолговатый цилиндр, направил в небо и дёрнул за верёвку, в небо рванулась пылающая красным ракета.

– Скоро здесь будет дирижабль и подберёт нас. Город ждут перемены, Траум… в худшую сторону. Нам бы пригодилась твоя помощь.

– Предлагаешь мне повоевать за вас?

– Да. Твои знания об этих существах нужны Ордену, а тебе необходима наша защита.

Артур принялся не спеша набивать трубку. Раскурил от огонька на кончиках пальцев, взвесил все за и против, и только тогда ответил:

– Нет. Мне надо найти Элизу.

Законник расхохотался, откашлялся и сплюнул кровью. Их уже накрыла тень от цеппелина, громадная машина приближалась пугающе быстро.

– Умрут сотни людей, пострадает множество невинных, но благородный как всегда меняет обычные человеческие жизни на погоню за юбкой.

Руки сами сжались так что побелели костяшки пальцев, к счастью едкий табачный дым вернул ясность мысли, Артур молча сотворил неприличный жест, и зашагал в сторону мрачных зданий.

Он замедлил шаг только перед тёмным переулком, оглянулся. С неба уже спускались на канатах фигуры в чёрном, первым делом в туннель залетела осветительная граната и кто-то начал пальбу по жутким теням в красном свете.

– Стоило тебя там оставить, – не удержал злость Траум и шагнул в темноту.

Глава 5

Артур без особого труда затерялся в лабиринте тёмных улиц. Редкие прохожие старательно не замечали перепачканную в крови одежду и жуткие глаза Траума. Страх липкими щупальцами расползался по улицам, заставлял людей прятаться по домам и старательно не замечать самые ужасные вещи.

Он не сразу заметил Элизу – она появилась из темноты и почти зеркально повторяла его движения. Траум не решился рушить наваждение, но для уверенности шагнул под свет ближайшего фонаря. Она шагнула следом, неловко улыбнулась. Со времён последней встречи она почти не изменилась: в коротких багровых волосах порой проскакивали язычки пламени, а в зелёных глазах сияли отблески тысяч звёзд. Немного детские черты лица, смешные ямочки на щеках… – Я даже подумал, что ты настоящая, – признался Артур, – А не мой больной бред.

– Что меня выдало? – голос у неё ничуть не изменился со времён их последней встречи.

– Забыла про тень, – объяснил он и вернулся в темноту улицы, – Говори уже или проваливай.

– Ты не справишься в одиночку. Тебе нужна помощь и ты это прекрасно знаешь.

– А куда я по твоему иду?

– Ты должен был попросить законника о помощи, а не поддаваться эмоциям.

Траум шагнул к наваждению и небрежным жестом разрушил образ. Понял, что воздух вырывается из груди с хрипом, руки трясутся, а мутная кровавая пелена бешенства застилает взор. Он прислонился спиной к стене здания, затылком ощутил холод древних стен, осторожно вдохнул, выдохнул... и так ровно до тех пор, пока яд звериных эмоции не разжал стальные тиски. Слишком много всего произошло за последние дни, измученный организм уже не справлялся с ликонтропией... в идеале нужна еда и здоровый крепкий сон... но чего нет, того нет.

Он с трудом отлепился от стены здания, посмотрел на небо – тучи разошлись, выпуская мертвенно-бледную луну. Ещё немного – день, может два и солнце мёртвых обретёт полную мощь… но время ещё оставалось.

Ещё полчаса блуждании привело Артура к небольшому трёхэтажному зданию в центре Саира. С виду дом больше всего напоминало маленькую крепость: узкие окна-бойницы на верхнем этаже, одинокие ворота и сплошной монолит гранитных стен. С крыш, отдавая дань архитектурным традициям Саира, за людьми наблюдали неизменные горгульи. Весёлое разнообразие в мрачность статуй вносили русалки в весьма интересных позах.

На яростный стук никто открывать не спешил. Артур пнул дверь с бессильной яростью, выругался. Прислонился к створке и сполз на ледяной камень ступеней.

В чём точно было право наваждение: охотится на оборотней перед полнолунием с одним револьвером верх безумия, тем более сейчас, когда каждый чёртов ликантроп обзавёлся “Волчьим глазом”.

Луну на мгновение закрыла крылатая тень. Шорох шагов, почти неслышных для обычного человека… Артур взялся за трость, искра разряда обожгла ладонь...

– Иногда людей просто не бывает дома, Траум, – шепнула темнота и выпустила высокую стройную девушку в белоснежных одеждах. Острый разрез алых глаз, выдающиеся скулы и длинные серебристые волосы…

Он перевёл дух, заставил артефакт утихнуть. Встал, поклонился и сказал:

– Прошу прощения, события последних дней выбили меня из колеи. Я срочно должен поговорить с господином Тгейном.

Глаза на мгновение блеснули багровым огнём, но пламя вечного голода тут же угасло. Артур даже не попытался унять бешено колотящееся сердце – всё равно затея была бесполезной.

– Предки наградили тебя горячей кровью, Траум... наверняка особенной на вкус.

– Для таких как ты это скорее отрава. Не советую.

Тихий вкрадчивый смех заставил вздрогнуть, по спине разбежалась россыпь холодных мурашек.

– Просто для всякого блюда нужен особый повод... но тебе повезло, он уже ждёт. Идём.

Тяжёлые створки послушно отворились на встречу. Артур шёл в двух шагах позади, стараясь не слишком пялиться на порождение ночи.

На потолке светились странные руны и знаки, диковинные узоры, пол и стены тонули в темноте. К счастью коридоры и переходы закончились быстро, она остановилась, указала на тёмную нишу впереди, брезгливо прищурилась, разглядывая перепачканную в крови и изорванную когтями одежду.

– Надеюсь у тебя достойный повод явиться сюда в таком виде.

– Более чем, – Артур вломился без стука, успел поймать укоризненный взгляд привратницы и закрыл дверь.

В комнате горел камин: багровые языки пламени разгоняли темноту, освещали высокую стройную фигуру, жутко отражались на лезвиях шпаг, мечей, сабель и алебард на стенах.

Он обернулся, фиолетовые глаза с интересом разглядывали гостя. Мягкие черты лица, светлые волосы, аккуратные усы и небольшая бородка. Ходили слухи, что Тгейн Фар-Нин вёл свой род от древних Искателей Знаний, некогда обитавших на востоке. Может это была и правда: за годы, проведённые в Саире, он стал кажется ещё выше, обзавёлся собственной мастерской и жутковатой привратницей, чуть не сожравшей Артура при первой встрече.

Фиолетовые глаза с интересом изучили рваную окровавленную одежду, револьвер, задержались на трости. Тонкие губы тронула улыбка, он тихо подвёл итог увиденному:

– Мерзко выглядишь. Столкнулся с родственниками?

– К счастью дальними. Я по делу.

– А когда было иначе? – он изобразил улыбку, – Показывай.

Артур огляделся в поисках стола – он послушно появился из темноты. Траум счёл за лучшее не озвучивать ещё одну странность этого дома и щелчком пальцев зажёг свечи в тяжёлом серебряном подсвечнике. Осторожно, как того требовали древние реликвии, выложил все “Волчьи глаза”.

– Неплохо, – заявил Тгейн после того как тщательно изучил камни, – Не думал, что когда-нибудь их увижу.

– Я тоже. Здесь хватит чтобы покрыть мой долг.

– Думаю да, – согласился он, – Но просто рассчитаться с долгом не приходят посреди ночи перед полнолунием. Что тебе нужно ещё?

– Чистая одежда, оружие и кристалл поиска.

– Твой арбалет ещё у меня. Я счёл хорошим тоном сохранить его… хотя будем честны, ты этого не заслужил.

Траум посмотрел в потолок, мысленно досчитал до десяти, выдохнул.

– Мне жаль, что я тебя подвёл. Давай не будем о прошлом.

– Хорошо. Это ведь не всё? Твои запросы всегда чуть больше, чем ты можешь себе позволить.

– Мне нужно убежище… не кривись, не для меня, а для Элизабет Эарун. Она в опасности… а мой дом ну никак не крепость, там защитить её я просто не смогу.

– В это полнолуние, ничего надёжнее моего дома в Саире не найти. Я сочту за честь оказать услугу её семье.

– Отлично. Верни арбалет.

Он улыбнулся и указал на дверь.

– Эния всё приготовила. Рад что ты не потерял мою трость… будь добр, верни.

Спорить Артур не рискнул и протянул артефакт. Тгейн принял оружие, положил на стол, извлёк питательный элемент, поморщился. Вспышка осветила кабинет, заставила зажмуриться и отступить.

– Так и думал. Есть хоть что-нибудь, что ты не испортил?

– Всё время забываю, что ты зануда хуже меня.

– Не спорю… понадобиться время, чтобы привести реликвию в порядок. Но позже… – он выдержал драматическую паузу, – Я, пожалуй, прогуляюсь с тобой.

Артур тяжко вздохнул.

– Ты ведь помнишь, что ты просто человек? Если тебя укусят, будь готов выть на луну до конца жизни.

– Справлюсь, - слишком уверенно заявил он и отошёл к стене с оружием.

Траум вышел в коридор, огляделся в поисках привратницы, но вампирша и не подумала появится. Зато светящиеся руны на потолке ясно указывали дорогу. Он без проблем отыскал комнату со всем необходимым: из бадьи с водой шёл пар, одежда на спинке стула, а на столе ждал красавец-арбалет, тул с серебряными болтами и сиял мягким оранжевым светом кристалл поиска.

Смыть грязь и кровь было сродни чему-то божественному. Багровые свежие шрамы саднило, регенерация выжрала все силы, превратив в сухой скелет из жил и мышц, только сейчас Артур понял насколько голоден. К счастью вампирша ещё не забыла, что едят люди и оставила нежданному гостю ужин.

Покончив с едой, Траум запер дверь и взялся за кристалл. Опустился на колени, положил перед собой, вгляделся в сияющую глубину, тщательно представил такие знакомые черты лица, багровые волосы и зелёную бездну глаз, и прошептал:

– Элиза.

Вихрь видений захлестнул, унёс чудовищным водоворотом тёмных коридоров, оскаленных пастей и клочьев паутины, но Артур справился, удержал нужный образ. Кристалл в отличие от человеческого сознания оказался не так прочен – покрылся трещинами и взорвался тысячами осколков.

– Вечно от тебя одни расходы, – донеслось откуда-то сверху.

Тгейн облачился в лёгкую броню, по стальным пластинам порой проскакивали искры. Шлем держал на сгибе левой руки и смотрел с вечным упрёком.

– Не начинай старую песню, – попросил Артур, – Как ты вошёл?

– Это мой дом, – небрежно ответил он, – Надеюсь ты разбил кристалл не зря?

– Да, я её нашёл.

– Отлично, машина ждёт.

– Хорошо.

Паромобиль уже дымил в гараже. Вампирша с явным отвращением разглядывала агрегат, а на Артура посмотрела с лютой ненавистью. Траум поудобнее перехватил арбалет, ухмыльнулся самой мерзкой из всех ухмылок на которую был способен. Тгейн ушёл куда-то в глубины гаража, зачем-то оставив их наедине.

– Ты не позволишь ему обрасти шерстью… иначе я скормлю тебя твоим родственникам, – прошипела она, – Ты знаешь, что ему предначертано Судьбой, Траум. Не смей вставать у Неё на пути.

Артур поморщился, злоба поднялась изнутри и заставила огрызнуться:

– Тгейн не из тех, кто позволяет решать за него. Если не хочет всю жизнь прятаться от солнца, значит переубедить его ты не сумеешь.

– Посмотрим, смертный, – огрызнулась она и эффектно исчезла в вспышке противного дыма.

Артур откашлялся, торопливо набил и раскурил трубку. Вкус табака хоть чуть, но разогнал мерзкий запах. Подошёл Тгейн с подозрительно знакомым трёхствольным ружьём в руках.

– Ты даже в свой прошлый визит не смог так вывести её из себя, – заметил он.

– Я, как видишь, развиваю свои бесконечные таланты. Поехали?

– Да. И не надейся, что я пущу тебя за руль.

Машина неслась по тёмным улицам с невозможной для обычного паромобиля скоростью, подпрыгивала на ухабах, пугающе кренилась на слишком резких поворотах. Артур указывал дорогу, Нин-Фарн с трудом удерживал руль, часто хмурился, но скорость не сбавлял.

Оставалось совсем недалеко, Артур позволил пылающему огоньку в сознании, что указывал дорогу чуть утихнуть.

– Я никогда не спрашивал… – нарушил молчание Траум, – Но всё же… почему ты отказался от вечной молодости и бессмертия?

– Не хочу быть паразитом. Вечность за чужой счёт? Увольте. Я возьму бессмертие сам, а не буду красть жизнь у других.

– Но Энию ты не прогнал.

– Удел женщины пить кровь. Другое дело, что становиться таким как она хочет, самая большая глупость.

Траум счёл за лучшее придержать мнение при себе, попросил:

– Сверни здесь, будет короче.

Тгейн послушно направил паромобиль в узкий переулок, зацепил стену, но даже не подумал сбавить ход.

– Ну а ты, Артур? Почему отказался от наследия предков и не воешь на луну?

– А я не отказывался, просто не так талантлив, как братья или отец. Он разик зашвырнул меня в яму с оборотнями, надеясь, что яд ликантропов сделает меня чуточку больше Траумом, но, как видишь, просчитался.

– Интересно. Что ж, я говорил тогда, скажу и сейчас… лишения тебя титула и наследства, лучшее, что отец для тебя сделал.

– Тут ещё как посмотреть… здесь направо и мы на месте.

Тгейн остановил машину перед мрачным разрушенным зданием. Ни одной горгульи – каменные твари давно сбежали с потрескавшихся стен и обвалившейся крыши. Пустые провалы окон навевали мрачные мысли и обещали холод, смерть, пустоту и одиночество.

– Уверен, что здесь? – спросил Фар-Нин.

– Да.

Тгейн невозмутимо взялся за ружьё, предложил:

– Идём?

– Погоди, я впереди… Если не сможешь за мной пройти, то лучше отправляйся домой, я приведу Элизу туда.

Рваная дыра входа приближалась пугающе быстро. Артур замер, на мгновение посмотрел на луну, потом в темноту коридора. Глубоко вдохнул, сосредоточился и протянул руку. Пальцы ощутили холод дверной ручки, он ухватил и осторожно потянул не себя.

– Не отставай, – велел он и шагнул во тьму.

Фар-Нин уверенно двинулся следом и оказался в здании. Темно, воняет сыростью и гнилью. Подправил линзы, переводя гоглы в ночной режим. Мир послушно посветлел, но Траума нигде не было.

Артур замер, чувствуя тень рядом. Размытый силуэт выругался голосом Тгейна и отступил к выходу. Траум бы больше удивился, если бы Фар-Нин умудрился пройти следом – оборотная сторона реальности с охотой открывалась лишь отмеченным проклятой кровью.

Для успокоения он взглянул на руки: густая шерсть, пальцы вытянулись, стали толще на фалангах, ногти удлинились, став похожими на когти, а в зеркало лучше вообще не смотреть. Артур до сих пор не привык к этому облику, возможно поэтому так не любил прогулки по оборотной стороне реальности.

Он двинулся по коридору вперёд: здесь стены заросли мхом, разросшимся на сырой древесине, а потолок скрыт белёсой и мерзкой паутиной. Траум прислушался к ощущениям, постарался ощутить тонкие тёплые нити связывающие их… почти исчезнувшие и незаметные. На мгновение он с ужасом ощутил, что они исчезли, но нет, вот они… такие ничтожно зыбкие, почти незаметные даже на оборотной стороне реальности.

Здание пугало пустотой и тишиной, звуки шагов тонули в покрывале мягкого мха, из углов за сгорбленной фигурой с арбалетом будто наблюдали тысячи глаз. Артур шёл осторожно, безошибочно находил дорогу в темноте и мертвенно-бледном свете, паутины становилось всё больше, нити цеплялись за одежду, мешали идти, пару раз пришлось пустить в дело бритву, но пока хозяева непотребства не рисковали показаться на глаза.

Лабиринт коридоров и переходов закончился просторным залом. С потолка свисали человеческие фигуры, закутанные в паутину, жутко пахло гнилью и смертью.

– Не стоило приходить, – шепнула темнота и на тонких нитях спустилась вниз. В лунном свете нежная кожа казалась тёплого синего оттенка, тёмные волосы вьющимися волнами падали на спину. Чёрные без белков глаза заглянули в глубины души и с испугом отшатнулись. Артур не смог сдержать усмешку, с отстраненной брезгливостью разглядывал женскую фигуру, в районе бёдер превращающуюся в паучью тушу.

– У тебя есть кое-что, принадлежащее мне. Отпусти её, и никто не пострадает, – пообещал он.

Она расхохоталась, провела руками по груди, блеснув обсидиановыми когтями.

– Ты считаешь, что сможешь что-то мне сделать? Обидеть меня? – удивилась паучиха и шагнула вперёд…

Мир исчез, погрузился во тьму, осталась только Она: обнаженное тело светилось в темноте, манило, звало, просило прикоснуться… он запоздало разглядел длинные стройные ноги, тяжко вздохнул, поднял арбалет и вдавил спусковую скобу. Серебряный болт ударил в живот, отбросил паучиху и наваждение. Она закричала от ярости и боли, вырвала снаряд, отбросила и тут же получила новый – точно в лоб. Артур одним движением взвёл арбалет, но выстрелить в третий раз не успел - липкая сеть накрыла, не дав ни шанса увернуться. Он вырвался из плена паутины при помощи бритвы, выхватил револьвер и нажал на курок. Первая пуля угодила ей в плечо, вторая в сердце. Боёк жалобно ударил по пустой гильзе, паучиха схватилась за грудь, медленно осела на пол. Артур вернулся за арбалетом, подошёл к ещё живому чудовищу.

– Где она?

– Мертва… как и ты... вам всем недолго осталось!

Лезвие бритвы превратило яростную проповедь в бессмысленное бульканье.

– В жертву, – успел шепнуть Артур, – Спящему Королю.

Он отошёл в центр зала, закрыл глаза, сосредоточился. Мир дрожал, другая сторона отступала перед ужасом существа отданного древнему божеству… Траум протянул руку, осторожно коснулся Её ладони...

Яркий свет ожёг глаза. В реальном мире светило солнце сквозь разбитые окна. Ни паутины, ни чудовища, только пустой зал. Он осторожно держал на руках тело… холодное, безжизненное и неестественно бледное. Огонь потух и волосы грязной неопрятной мочалкой тянулись к земле, на бледном лице ни следа румянца. Камзол перепачкан в грязи, правая штанина порвана, хромированные сапоги в пыли и грязи.

Артур прижал Элизу к груди, глаза предательски щипало. Он опустился на колени, в груди поселилась жуткая пустота…

Откуда-то издалека пришёл шорох камней, тяжёлый шаг. Скрип меняющих форму костей… существо приближалось медленно, наслаждаясь каждым мгновением. Траум смотрел на оборотня, не в силах пошевелиться или сделать что-то, всё также беспомощно удерживая на руках бездыханное тело.

Ликантроп закончил обращение, повёл плечами, скидывая остатки одежды с облезлой шкуры. Антропоморфное тело рванулось в прыжке к жертве, жутко блеснули в солнечном свете клыки…

Пуля угодила в голову твари, ещё две легли в грудную клетку. Монстр рухнул на пол, почти сразу попытался подняться, но дрожащие лапы подвели. Тгейн торопливо перезарядил ружьё, крикнул:

– Артур! Да что с тобой?!?

Он не ответил, с ужасом понял, что не может пошевелиться. Фар-Нин снова выстрелил в оборотня – он зарычал, вновь попытался встать. Ещё две пули разворотили голову, превратив в кашу из мозга, крови, меха и костей.

– Вставай! – он подбежал к Трауму, попытался рывком поднять на ноги, но ничего не вышло.

Где-то далеко протяжно завыл волк.

– Она ещё дышит! Артур, слышишь? Её же убьют!

– Элиза?

– Да! Ты что скормишь её этим тварям?

Настойчивый голос требовал, убеждал, заставил встать, мчаться куда-то по тёмным коридорам. Когда они почти стали бесконечными, мир посветлел и снова изменился… салон, кожаные сиденья… двигатель ревел, плевался паром и огнём, машина подпрыгивала на кочках. Что-то обрушилось на крышу, острые когти вспороли металл…

– Мы умрём здесь из-за тебя, Траум! Очнись! Ма….

Бесконечно прекрасное лицо Элизы налилось румянцем, краешек губ тронула улыбка… мир обрушился со всех сторон, вытолкнул Артура из бездны отчаяния. Он схватился за арбалет и всадил болт в пасть оборотню, почти оторвавшему крышу. Фар-Нин резко рванул машину вправо и раненого ликантропа швырнуло на мостовую. Не дожидаясь, пока оборотень регенерирует, Тгейн ударил по тормозам, рванул рычаг и сдал назад. Мерзко хрустнуло, вой превратился в человеческий крик. Паромобиль рванулся вперёд, оставив раздавленное тело позади.

Артур осторожно положил Элизу на сиденье. Под непрекращающуюся ругань Фар-Нина перезарядил арбалет, попросил:

– Перестань.

– Они догоняют!

– Разберусь, – он перебрался на переднее место рядом с водителем, отогнул остатки крыши и сумел высунуться по пояс.

За машиной бежало четверо оборотней, облезлых, жёлтоглазых, у каждого на шее болтался уже знакомый белоснежный кристалл. Артур всадил болт точно в правой глаз самой шустрой твари...

– Если не выживем, Эния найдёт тебя и на том свете!

– Траумы не умирают, – огрызнулся он и метким выстрелом уложил очередного оборотня.

Арбалет плевался серебром, явно истосковавшись по хорошей драке. Самым живучим оказался последний – только шестой болт заставил тварь угомониться. Артур вернулся в салон, попросил:

– Сверни к реке. Нам нужно сбить оборотней со следа.

– Разучился стрелять? – Фар-Нин с трудом удерживал руль, руки дрожали, по лицу тёк пот.

– Отнюдь. Но это их не убило, только задержало.

– Есть вариант получше…

Паромобиль повернул на юг. Здесь дымили трубами заводы и фабрики, от гари и вони слезились глаза. Тгейн поплутал по узким улицам и направил машину в сторону дома. Артур осторожно держал Элизу, молчал, вслушиваясь в ровное дыхание.

– Куда ты пропал ночью?

Отвечать не хотелось, но Траум пересилил себя:

– У реальности есть оборотная сторона, ты можешь видеть её иногда в зеркале или забрести туда тёмной ночью. Существа, обитающие там питаются душами заблудившихся людей, иногда у них получается выбраться в наш мир… для детей, например, почти нет границ, и они воспринимают этот мир целиком, без разделения, как ты догадываешься, себе на беду. Они видят монстров, а те существа их. Впрочем, многие там как родные, Элиза, сколько её помню, никогда не чувствовала граней и легко ходила на другую сторону. У меня иногда тоже получалось… шёл я, как ты догадываешься, за ней. Твари её не трогали, а вот за мной всегда охотились, только вот другая сторона Саира совсем ей не обрадовалась и решила сожрать, едва она рискнула туда уйти от преследователей. Время там течёт иначе: то медленнее, то быстрее, словно изменчивая река, легко застрять там на вечность, а вернуться через день или через сто лет. Странное в общем место.

Машина петляла по узким улицам, вырвалась из пустующего района города и теперь распугивала прохожих дымом и паром. Фар-Нин долго молчал, но всё же решил продолжить расспросы:

– А что за Спящий Король?

Артур невольно вздрогнул, спросил:

– Откуда ты про него знаешь?

– Я прождал всю ночь. Этот район города безлюдный… теперь понимаю почему. А на утро решил, что ты сам справишься и уже сел в машину, когда услышал голос. Сперва подумал, что от бессонной ночи схожу с ума… но происходящее было реально: каменная горгулья спустилась с крыши, указала на развалины и сказала, что ты там. Прокляла “Спящего Короля” и ушла в утренний туман.

– Даже так… – Траум выдержал паузу, собираясь с мыслями, – В моём роду верят в Него, как жрецы в своего обожаемого Единого Бога. Чёрный Король умер века назад, но адепты верят что он просто спит, собственно поэтому его и называют спящим. В традициях древних родов приносить ему человеческие жертвоприношения или разного рода монстров, их он принимает с большой охотой. В ответ расплачивается силой, знаниями или банальной помощью, раньше для меня это был самый быстрый способ вернуться в нашу реальность.

– Занятно.

Тгейн больше не приставал с вопросами, хмурился и вёл машину. Артур нащупал у Элизы слабый пульс.

– Как же ты меня напугала, – шепнул он.

В ответ он конечно ничего не услышал, но краешек губ снова дрогнул. Траум вдруг понял, что что-то не так… он не поверил себе и посмотрел в зеркало заднего вида – на лице и правда появилась глупая улыбка.

Небо затянули грязные серые тучи, заморосил дождь, очищая улицы от остатков снега и грязи. По своим делам спешили сотни людей, паромобиль замедлил ход, вливаясь в полосу движения из других машин и экипажей. К счастью дом Тгейна пользовался дурной славой и люди предпочитали обходить мрачное здание за два квартала. Ворота гаража послушно открылись навстречу, в темноте мелькнул и пропал знакомый женский силуэт.

Фар-Нин успокоился когда вернул массивный засов на место, и дом снова превратился в неприступную крепость. Эния появилась рядом, обняла, положила голову на плечо. Артур вышел из машины, проверил механизм арбалета, долго и внимательно смотрел на вампиршу – уж слишком близко клыки были от человеческой шеи, тяжко вздохнул и убрал оружие за спину.

– Проводи Артура в его комнату. Я подготовлю дом к обороне.

Она подняла голову, долго и с жадностью смотрела в фиолетовое море глаз. Наконец отвернулась и шагнула к Трауму, шепнула:

– Идём.

Он осторожно взял Элизу на руки и пошёл следом за вампиршей. Тёмные коридоры в этот раз оказались освещены, выдавая небрежную и мрачную отделку стен. Руны всё так же светились жутким светом, пульсировали, собирая мощь. Очередной виток коридора привёл их к массивной лестнице и открыл дорогу на второй этаж.

– Ты подвергаешь нас опасности, – нарушила тишину Эния.

Артур не смог сдержать усмешку, спросил:

– Считаешь, что Тгейн должен выбросить нас на улицу?

– Это было бы разумнее.

– Я рад, что он не твоя марионетка.

– Ему всё станет понятно в ночь полной луны.

– Всё что когда-либо делал Тгейн, он делал для себя. Не обманывайся насчет него, он не пойдёт за тобой во тьму вечности.

Жутко, с угрозой блеснули клыки. Она чуть наклонила голову, собралась словно перед прыжком, но ударила куда коварнее и злее:

– А эта женщина, забравшая твоё сердце… думаешь останется с тобой?

– Конечно нет. Я давно лишён иллюзий.

Эния рассмеялась.

– Как же вы похожи. Оба делаете то что не имеет никого смысла.

Вопреки обыкновению она не исчезла в облаке дыма, а просто ушла, продолжая мерзко хохотать. Траум от души пожелал ей катиться в Тьму и вошёл в комнату. Уютный интерьер, отсутствие окон, кровать, стол, пара удобных кресел...

Артур уложил её на кровать, снял грязную одежду и сапоги, укрыл одеялом. Элиза дышала ровно и глубоко, бледность ушла, а в краешках губ поселилась улыбка. Он с трудом удержался от желания поцеловать её, сложил одежду на стул у кровати, сверху уложил арбалет и сумку с болтами.

– Видишь, всё получилось. Я справился… как обычно.

Элиза не ответила, нужно было время... Он вышел из комнаты, закрыл дверь и посмотрел вверх – Эния вцепилась острыми когтями в потолок, руки изогнуты в обратную сторону, лицо окончательно растеряло человеческие черты, превратившись в морду нетопыря.

– Тронешь её, заколочу кол в сердце. Клянусь Спящим Королём, – пообещал он.

Вампирша взвизгнула и, словно гигантский паук, убежала в темноту. Артур тяжко вздохнул, достал бритву и полоснул по левой руке. Тихо шепча древнее заклинание нарисовал на двери три зубца короны в плену бесконечности. Ладонь потеплела, рана мгновенно затянулась – значит печать легла как надо. В общем-то ничего сложного, простейшее заклятие на крови, но нечисть банально не может открыть запечатанную дверь, зато обычного человека знак Спящего Короля не остановит… к сожалению.

Тгейна он нашёл в гараже. Инженер хмурился и копался в моторе паромобиля, с руганью отбросил ключ, посмотрел на гостя с нескрываемым раздражением.

– Ты преуменьшил масштаб угрозы, – озвучил он мысли.

Артур с удивлением услышал незнакомые нотки в голосе бывшего компаньона, спросил:

– Эния уже промыла тебе мозги? Как по-женски заронить сомнение в собственных силах и заставить сомневаться в себе. Тгейн... у меня нет выбора… у нас уже нет выбора. Оборотни найдут нас так или иначе. Даже если я уйду, они придут и за тобой. Нам просто нужны союзники.

– Да ну? Предлагаешь призвать армию упырей?

– Чуть проще. Мне нужна бумага, перо, немного чернил и посыльный.

– Составить завещание?

– Почти.

Фар-Нин долго и напряжённо сверлил его взглядом, наконец сказал:

– Идём в кабинет.

Пламя в камине давно потухло и темноту помещения разгонял свет проникающий сквозь узкие окна. Артур смог наконец разглядеть ряд доспехов и оценить общий интерьер помещения. Как он и предлагал, кабинет был и библиотекой, хранилищем доспехов и всего режуще-колющего арсенала.

Пока Траум пачкал белоснежные листы, Фар-нин подошёл к одному из стеллажей, сдвинул совершенно неприметную книгу. Шкаф раскрылся, словно дверь, открывая стену с огнестрельным оружием. Тгейн достал из полости в стене коробку с патронами и кинул на стол.

– С тростью я ещё не закончил.

– Оборотни не очень чувствительны к электричеству. Так что не страшно. А вот от серебряного клинка я не откажусь.

– Подумаю, что можно сделать… ты закончил?

– Да, – Артур сложил оба письма, капнул воском и запечатал печатью. Аккуратно вывел имена адресатов и протянул Тгейну, – Я думаю будет лучше, если ты отправишь их сам.

Он долго вглядывался в имена, наконец сказал:

– Это слишком разумно и не похоже на тебя.

Траум вытряхнул отстрелянные гильзы из барабана прямо на стол и не спеша принялся заряжать револьвер.

– Даже для меня приходит время, когда нужно думать головой… а не как обычно.

– Смотрю ради Элизы ты готов даже на такое.

– Ты даже не представляешь на что я ради неё способен.

Он постарался улыбнуться как можно ободряюще и спрятал оружие в кобуру.

– Тогда, – Тгейн в первый раз за день улыбнулся, – Может мы и выживем.

– Обязательно, – согласился Артур и проверил карман. Последний “Волчий глаз” всё ещё мирно ждал своего часа.

Глава 6

Солнце клонилось к закату, моросил дождь. Холодный ветер швырял в лицо ледяные капли и пытался забраться под воротник. Артур щёлкнул пальцами и раскурил трубку от огонька.

Ощущение внимательного и злого взгляда не покидало довольно давно – квартала два, может три. Он успел увидеть один раз кипящее золото волчьих глаз, но оборотень поспешил скрыться в толпе и так и не напал.

Он докурил, вытряхнул прогоревший табак и посмотрел на свой дом: непримечательное здание, даже горгульи не облюбовали крышу, жильё кажется нетронутым… но не в одном из окон к ночи так и не загорелся свет, тем не менее жизнь там кипела всегда… шумели соседи, пахло едой, можно было столкнуться в коридоре или на лестнице с недружелюбными, но всё же людьми.

Внутри пахло смертью… не свежей кровью и болью, а гнилой плотью и уже свернувшийся кровью. Рукоять револьвера скользнула в руку, он не спеша поднялся по лестнице. Вопреки ожиданиям не нашёл ни одного тела или каких-то следов, дверь в комнату повисла на одной петле, вырванный замок сиротливо валяется на полу, этаж пугающе пуст – обычно громкие соседи вели себя неестественно тихо.

Он осторожно зашёл внутрь, постарался хоть как-то закрыть вход – получилась весьма сомнительная конструкция. Артур тихо ругнулся, оглядел комнату и выматерился уже от всей души: комната которую он снимал уже три года будто пережила ураган, постель разбросана, матрас исполосован когтями, багаж Элизы раскидан по полу, дверца шкафа выломана и содержимое присоединилось вещам госпожи Эарун, а бумаги на столе явно жевала стая бешеных енотов. Нетронутым остался только клинок на стене – оружие рода Траумов одним видом внушало страх детям солнца мёртвых. Артур снял со стены палаш, подошёл к зеркалу, подумал и не стал убирать револьвер – двойник не очень любил огнестрельное, но рискнуть стоило.

Отражение встретило мерзкой ухмылкой – как всегда лишь правой половиной лица, левая же оставалась бесстрастна. Траум улыбнулся в ответ, сосредоточился… глаза двойника вспыхнули кипящим золотом, руки удлинились, обросли шерстью, лицо вытянулось, рот скривился в зубастом оскале.

– Спрячь, – приказал Артур и показал отражению оружие.

Двойник брезгливо отбросил револьвер, перекинул перевязь с палашом через плечо, проверил легко ли выходит клинок из ножен. Достал из кармана бритву, полоснул воздух и спрятал в карман. Сверкнул напоследок глазами и исчез.

Зеркало покрылось тонкой сетью трещин, мгновение и рассыпалось сияющими осколками. Артур вытер ледяной пот со лба, поднял с пола револьвер – рукоять обожгла ладонь холодом. Палаш благополучно исчез, как и бритва.

– Могло быть хуже, - подвёл он итог произошедшему.

Конечно никто не ответил, зато дверь сорвало с последней петли, очень хорошо знакомый женский голос выкрикнул заклинание, и оружие вырвало из рук. Артур ничего и сделать не успел, когда заклятье спеленало словно опытный рабовладелец жертву.

– Опять? – прорычал он и, не удержавшись на ногах, рухнул на пол, – Чего тебе нужно, ведьма?

Она брезгливо оглядела комнату, ответила:

– Довожу дело до конца. Приказы моего Ордена не подвергают сомнением, их исполняют. Герцог предупреждён, а его люди скоро будут здесь.

– Надо было дать ликантропам тебя сожрать, – прорычал Артур, рванулся, но безрезультатно.

Пол скрипнул под подошвами сапог, она подошла и нагнулась, оказавшись неожиданно близко, шепнула:

– Сложно тебе верить, Траум. Это ты безжалостный убийца, от тебя отказался родной отец и весь твой род. Убитый тобой мальчик… вот кто настоящая жертва обстоятельств, а никак не ты.

Артур не сдержал ехидный мерзкий смех, попытался вытереть выступившие слёзы, но наколдованные верёвки никуда не делись.

– Он и тебя убьёт, ведьма. Если хотя бы часть того что я слышал о Гальдах правда, тебя он не отпустит просто так. Герцог вряд ли испытывает иллюзии в отношении сына, но вот тебе уйти с этим знанием не позволит, ведь ты, милая моя, имела глупость со мной заговорить.

– Я исправлюсь, – пообещала она и коротким заклинанием забила в рот жертве кляп. Траум вновь попытался вырваться, но с прежним результатом.

Ждать долго не пришлось: крепкие ребята в алых камзолах появились словно из неоткуда, Артура крепко приложили по голове и потащили на улицу. Совершенно бесцеремонно запихнули в паромобиль, Траум только и успел напоследок подмигнуть желтоглазому соглядатаю – бедолага имел глупость наблюдать всю сцену. От гвардии почтенного герцога это не укрылось, и за пареньком рванули сразу двое - ликантроп драку на улице решил не начинать и бросился наутёк.

– Леди Сиена, герцог благодарит за оказанную помощь в поимке убийцы, и просит вас присутствовать на справедливой казни подонка. Вся оплата ваших услуг уже завтра поступит в распоряжение Ордена Тайных Искусств.

Ведьма зачем-то посмотрела на безжизненный дом, и коротко ответила:

– Нет.

Гвардеец схватил её за руку, прошипел:

– Герцог настаивает!

На мгновение Артур решил, что ведьма огрызнётся проклятьем, промычал что-то одобрительное и вновь схлопотал хороший удар по голове. Тьма в этот раз была милосердна и нежно приняла мятежный разум в ласковые объятия…

Возвращение в мир было весьма болезненным. Только вот темнота вокруг никуда не делась – пахла грязной мешковиной и скорым обещанием полного забвения. Тарахтел движок паромобиля, канаты болезненно впились в тело, а по голове будто медведь потоптался. Артур счёл за лучшее не шевелиться, сосредоточился на внутреннем источнике силы и попытался заставить боль уйти…

Когда поездка наконец закончилась и его вытащили наружу, Траум чувствовал себя ещё гаже – чуть не вывернуло прямо в мешок, лишь чувство брезгливости помогло сдержаться. Он почти видел презрительный взгляд отца, заскрипел зубами от злости, и тут же схлопотал пинок под рёбра.

Путешествие между тем продолжилась на руках гвардейцев. Артур сбился, пытаясь считать все ступени и переходы, по которым его волокли, но к счастью всё закончилось. Мешок сорвали с головы, Артур сощурился от яркого света, но быстро пришёл в себя и огляделся: уютная комната, камин, статный седовласый господин в кресле… карие глаза с ненавистью впились в Траума, ноздри расширились, а аккуратная борода на мгновение ощетинилась словно чешуя дикобраза.

– И это смогло убить моего первенца? Наследника рода Гальдов? – тихо прорычал он.

– Никого я не убивал, ваша светлость, – признался Артур дрожащим голосом, – У Ордена Тайных Искусств давно зуб на род Траумов. Все прекрасно знают что магия превращения им никогда не давалась, а секретами с Тайными не один древний род в здравом уме не поделиться. Сперва ведьма обещала вернуть мне дворянство и титул, но я ей не поверил и отказался открыть секреты Рода. Вот она и просто подсунула меня как самого подходящего кандидата на роль убийцы. Простой же человек бы не подошёл, Гальды сильнейшие и могущественные дворяне, с вами обычному человеку справиться не по силам…

Хороший удар по зубам заставил замолчать. Гвардеец брезгливо стёр с перчатки кровь, толкнул Артура под ноги герцогу. Он встал из кресла, разом став пугающе громадным, жутким.

– Звучит хорошо… будто правда, – он надолго замолчал, карие глаза кажется смотрели в глубину души, искали ответ...

Герцог властно протянул руку, реальность вздрогнула и Траум закричал от пронзившей тело боли, едва не вывернувшей наизнанку всё нутро. Сознание попыталось скользнуть в темноту, но жуткая магия не дала сбежать и мучение продолжилось, слилось в бесконечную череду боли… и внезапно всё ушло, как будто ничего и не было. Артур жадно ловил ртом воздух, его ещё трясло и корчило, а холодный пот градом тёк по лицу.

– Я всё узнаю от тебя или от ведьмы. Один из вас точно врёт. Не отчаивайся, я не выкину тебя на улицу… место в подвалах есть для всех, – он обернулся к гвардейцу, – В допросную его, я приду за результатами утром. И пригласите леди войти.

Гвардейцы запихали в рот кляп, на голову опять натянули мешок. Путешествие во тьме оказалось пугающе длинным, но на взгляд Артура закончилось слишком быстро – в допросной было жарко, пахло кровью и горелым железом. Комната не маленькая, зато тёмная и снабженная инструментарием для всех видов пыток – начиная примитивным стальным прутом раскаленными добела на очаге и заканчивая жуткой железной леди.

Их было трое, вместе с палачом: крепкие парни с абсолютно пустыми рыбьими глазами и Мастер Боли со скучающим лицом городского жителя… они срезали канаты и принялись заковывать жертву в цепи, уверенно, старательно, обыденно, как делали уже сотни раз...

Артур протянул руку в темноту, нащупал рукоять бритвы – уже заботливо разложенной двойником из зазеркалья, выдохнул от облегчения, и лёгким движением вскрыл горло ближайшему гвардейцу. Второй не сразу понял что произошло и поплатился жизнью – хрипя от боли и фонтанируя кровью опустился на грязный пол рядом с товарищем по несчастью.

Затёкшие ноги держали с трудом, но Траум сумел устоять, дошёл до увлеченно перебирающего орудия пыток палача – бедолага даже не заметил ничего, совсем не вовремя отвернулся… Артур отбросил ещё дёргающееся тело, стряхнул с бритвы кровь и протянул оружие в темноту – рукоять исчезла из ладони, словно никогда и не существовало.

Гвардейцы оказались вооружены стандартным набором – узкие шпаги, даги и однозарядные пистоли. Не чета арсеналу двойника, но вполне неплохая замена.

Подвалы у Гальда оказались вполне вместительными – Герцог не соврал. Артур уже было решил что заблудился, когда услышал грубые голоса и поспешно спрятался в темноту ближайшей ниши.

Первый стражник держал в руках керосиновую лампу, второй тащил девушку в кандалах – железо мерзко бряцало по полу, светилось мягким фиолетовым цветом… Артур ничуть не удивился узнав леди Сиену, сдержал смех и поудобнее перехватил рукоять шпаги.

– Зачем столько возни с ней? – пробурчал тащивший магичку гвардеец.

– У лорда свои причины. Если захотел оставить ведьму живой, значит хочет ещё позабавиться.

Он тяжко вздохнул, тихо сказал:

– Вырезать ей язык перебор. Можно было ограничиться кляпом.

– Ну не, тут я с тобой не соглашусь, маг без слов колдовать не может, так что так надёжнее. А кляп и выплюнуть можно.

– Это верно. Но жаль… красивая ведь.

Гвардеец в ответ хохотнул.

– Понимаю. Ну ты не переживай, для этого дела ей язык не нужен…

Артур метнулся вперёд, воткнул шпагу в затылок гвардейцу, выпустил обмотанную кожей рукоять, догнал прыжком второго, безжалостно заколол дагой, и едва успел поймать фонарь.

Леди Сиена брезгливо оттолкнула труп, с ненавистью посмотрела на Траума. Он ободряюще улыбнулся и принялся обыскивать трупы. Связка ключей светилась всё тем же фиолетовым цветом. Артур уселся на каменный пол рядом с магичкой, глубоко вдохнул и не сдерживая злорадство в голосе сказал:

– Как здорово, что ты наконец молчишь, а ответить мне наверное уже не сможешь никогда. Не припомню магии, способной отрастить язык… но ты не расстраивайся, это делает тебя значительно симпатичней, – он выдержал драматичную паузу, – Я ведь раскрыл глаза на произошедшее… но нет, всё сделала по своему. Когда его Императорское величество Арил уравнял все расы, а заодно и всех женщин, он явно должен был объяснить, что за каждым правом стоит сила. Если её у тебя нет, то нет и никакого права. А теперь сотвори портал и отправляйся к Теодору, законник конечно не самый умный парень на свете, но сила за ним… а в Орден свой даже не суйся – отдадут Гальду и не посмотрят на все заслуги.

Леди Сиена ловко поймала ключи и сплюнула кровью.

– Даже не пытайся мстить, просто беги. Оставь войну и смерть тем, кто знает о ней больше чем ты, маг.

Он ожидал прощального заклятья в спину – магия это не только слова, но ведьма лишь проводила полным ненависти взглядом.

Выход из подземелья он отыскал через полчаса блужданий. Его, конечно, охраняли не меньше пяти гвардейцев и Артур затаился в темноте. Ожидание не подвело – большинство решило отдохнуть, оставив на страже самого молодого…

Траум вытер дагу об камзол мертвеца – парень умер хорошо, тихо, без мучений и криков. Выскользнул наружу, ещё немного блужданий привело во внутреннюю часть двора и густой сад. Артур присел на корточки, вытянул шею, уставился на почти полную луну и завыл – протяжно, жалобно… Истошно залаяли собаки, вспыхнул свет в караулке стражи, а потом пришёл ответ – такой же жуткий протяжный волчий вой.

Артур вернулся в дом, сумел добраться до третьего этажа, даже не попался никому из гвардейцев. Судя по богатству убранства где-то здесь должна быть комната герцога…

Неведомая сила подняла в воздух, ударила об потолок и швырнула на пол. Траум пытался дышать, жадно ловил ртом воздух, но его почему-то не хватало.

– Да, теперь я верю что ты убил моего сына. Надо быть законченным глупцом чтобы попытаться напасть на меня.

Герцог брезгливо пнул Артура, поправил расшитый золотом халат и сделал небрежный пас рукой, блаженно вслушался в крики.

– Ты ответишь мне за всё.

Артур прохрипел едкий колкий ответ, больше походивший на стон и согнулся в очередном приступе боли. Последнее что он увидел перед тем как провалиться в темноту – окно взорвалось осколками и в коридоре появился первый оборотень…

…Гальд тащил его за ногу по лестнице вниз. Небрежными жестами разбрасывал полуволков, а мир плавился от щедро разлитой в воздухе магии.

– Ничего сами не могут, – прорычал он и щелчком пальцев вывернул внутренностями наружу очередного ликантропа, – абсолютные бездари.

Он остановился в парадной перед выходом, выпустил Артура и грязно выругался. Всюду растерзанные тела гвардейцев, кровь, внутренности. Огромное зеркало на стене увеличило масштабы бойни в разы. Траум вгляделся в отражение, указал на герцога. Двойник всё понял правильно, встал, небрежно отряхнулся, достал палаш и вонзил в сердце отражению Гальда клинок. Зеркало покрылось сетью трещин и осыпалось на пол.

– Ничтожества, – проорал герцог и попытался превратить в груду мяса и переломанных костей очередного оборотня.

Бедолагу отбросило, прижало к полу, он с трудом, но сумел встать. Отряхнулся – совсем по собачьи, громко и протяжно завыл. Гальд вытянул руку, сжал кулак, но оборотня лишь опять швырнуло на пол. Он встал, будто пытаясь поднять страшный груз, и прыгнул на герцога.

Досматривать что там будет дальше Артур не стал, предпочёл по тихому выползти во двор. Оборотни спешили на зов собрата, не обращая внимание на ползущего в грязи человека. Траум их звать не спешил, и очень надеялся что сейчас совсем не до него. Выбрался сквозь дыру в кованной ограде, оглянулся на особняк – вспышки и крики не думали стихать. Герцог похоже сдаваться не собирался.

– За мной нет никакой силы, это верно. Но, как видишь, всегда найдется зверь больше и страшнее. Сдохни, мразь.

За одинокой фигурой, исчезающей в утреннем тумане не смогла уследить ни одна пара жёлтых глаз.

Глава 7

Предрассветные лучи солнца отогнали темноту, но безнадёжно увязли в облаках дыма и пара. Артур откашлялся, вытер рот и ничуть не удивился кровавому следу на ладони. Было бы странно встретиться с Гальдом и уйти невредимым, живым – уже чудо.

Он нарочно остаток ночи провёл среди вони заводов южной части города, крепко опасаясь, что приведёт ликантропов к дому Тгейна. Ни одного оборотня за ночь он так и не заметил, сожалений по этому поводу не испытал, благо сил на то чтобы достать из другой стороны реальности бритву не было, а одной дагой пытаться отбиться от оборотня – затея для самоубийцы.

К утру подморозило и улицы покрылись тонким слоем льда, ветер кружил чёрные от угольной пыли снежинки. Траум съёжился, сожалея о безнадёжно утерянной шляпе, поднял воротник и зашагал к дому Тгейна. Путь занял слишком много времени – Артур петлял, выбирал самые вонючие места в городе и несколько раз пересаживался с кэба на кэб. Успокоился только когда окончательно убедился, что никто за ним не следит.

Дверь открыла Эния, смерила Траума полным ненависти взглядом, но всё же пустила. Артур дошёл до комнаты Элизы – она всё ещё спала, но выглядела значительно лучше чем раньше. Он уселся на пол у кровати и сам не заметил как провалился в сон.

Ему показалось прошло всего пара мгновений – грубая рука ухватила за плечо, тряхнула. Только и оставалось, что выругаться и открыть глаза.

Тгейн уже облачился в доспех, лицо бледное, на висках вздувшиеся жилы.

– Нам нужно подготовиться к обороне. Эния уверена, что нас найдут.

– Ты отправил письма?

– Да. Где ты пропадал?

– Пытался увеличить шансы пережить полнолуние, – Артур встал, с удивлением понимая, что краткий сон придал сил и вылечил раны, – У тебя найдётся клинок?

– Подберёшь что-нибудь в оружейной.

Дом, словно чуя опасность, сжался – коридоры стали уже, теснее, а руны почти погасли. Фар-Нин уверенно шёл впереди, Траум не отставал. В этот раз они почти спустились в подвал, комната за очередной дверью никак не напоминала оружейную, скорее мастерскую ювелира или литейщика, но на столе лежали револьверы, ружья, запас патронов и сумка Артура с последним "Волчьим глазом" – он не рискнул взять кристалл с собой. Что, конечно, оказалось к лучшему – Гальд бы точно не вернул артефакт. Траум спрятал кристалл в карман и принялся набивать сумку боеприпасами.

Тгейн отошёл к нездорово искрящему синими молниями шкафу, вернулся с тростью.

– Я заменил питательный элемент и нижнюю часть, должна раскладываться в серебряную цепь из лезвий. Переключать клавишами на рукояти.

– Неплохо, – Артур осторожно принял оружие,

Кованный наконечник трости сменился на нечто острое, опасное. Оружие утратило прежнюю цилиндрическую форму, став овальным, но сходу разглядеть лезвия он не сумел. В целом должно было напоминать работу хлыстом... Артур нажал на едва заметную кнопку на рукояти – оружие развернулось шелестящей стальной змеёй, сверкнула искра разряда. Траум не рискнул пробовать второй режим, вернул трость в прежнее состояние и спросил:

– Какой план?

– В дом можно проникнуть через крышу или главный вход. Эния позаботится о верхних этажах, на нас главный вход. Надеюсь твоя идея сработает, и мы сможем продержаться достаточно долго.

– Скоро увидим. Идём?

– Да. Ружьё не забудь.

Они обошли дом, закрывая каждую ставню, баррикадируя многочисленные входы и выходы. Артура тянуло запечатать всё что возможно знаком Спящего Короля, но на пробу не получилось даже зажечь огонёк на кончиках пальцев, и он решил не рисковать.

Они остановились у последнего открытого окна, раскурили трубки от газовой зажигалки. Тгейн молчал, вглядывался в затянутое тучами небо... Артур и не думал нарушать тишину, жадно вдыхал мерзкий дым и думал об Элизе...

– Зачем она им? – прервал молчание Тгейн, – Ради древней крови? Какого-то артефакта?

– Второе. Им нужен некий "ключ", который Элиза привезла в Саир. Она утверждала, что хранить его долг Траумов, а значит и мой.

– И ты нашёл его?

– Нет. Эарун наверняка припрятале его на оборотной стороне реальности, оттуда даже я его не достану. Может у вампирши получится, но лучше просто дождаться когда Лиза проснётся.

Больше вопросов Тгейн не задавал. Полная луна поднялась над Саиром, залила город светом мёртвых. Облака рискнули закрыть ночное светило, но ветер тут же разогнал и разорвал на клочья тёмное ночное одеяло…

Где-то очень далеко завыл волк. Вой подхватил другой зверь и вот уже весь город наполнился жуткой нечеловеческой песнью. Тгейн закрыл ставню – стало значительно тише.

– Я думал раньше начнётся, – сказал он, – Идём вниз.

Узкие коридоры незаметно сменились просторной парадной с парой уютных кресел и небольшим столом. На потолке тлели всё те же руны, но в этот раз на стенах зажглись и светильники: тёплый оранжевый свет разгонял темноту, превращал помещение в что-то уютное и домашнее. Тгейн замер перед входной дверью, поудобнее перехватил ружьё. Артур не стал удивляться почему обстановка и расположение помещений опять поменялось, вальяжно уселся в кресло, а оружие положил на колени.

– Твой дом всегда разный. Как будто не может определиться каким хочет быть.

– Он ещё молод, дай ему время, – Фар-Нин улыбнулся, – Кстати, Эния могла бы разбудить твою подругу.

– Не думаю, что это хорошая идея, – Артур встал, прислушался к чему-то и взвёл курок.

– Началось?

– Вой стих, – просто ответил Траум и дверь вздрогнула от удара.

Как ни странно, преграда пока держалась. Трещины уже разбежались по косяку, но дерево и не думало поддаваться напору. Артур на мгновение расслабился и тут же услышал скрип когтей… поднял ружьё и успел разрядить все три ствола. Туша рухнула безжизненной грудой мяса – первая пуля разбила кристалл, а вторая и третья разворотили грудную клетку и одна точно угодила в сердце. Траум с трудом вылез из-под тела, медленно теряющего зверинный облик. Тгейн успел прикончить одного оборотня и теперь отбивался прикладом оружия от второго. Времени перезаряжать ружьё не было – Артур выхватил револьвер и выстрелил в затылок ликантропу. Тварь мгновенно забыла про человека, развернулась и прыгнула на нового противника.

Челюсти клацнули совсем близко, но ценой выроненного револьвера он сумел удержать противника, пинком отбросил оборотня. Трость сама легла в руку, он направил острый конец на ликана и нажал на вторую кнопку. Цепь выстрелила со страшной силой: копьеподобный наконечник ударил в кристалл на груди, сверкнула молния, оборотня скрутило, резко запахло палёной шерстью. Артур рванул оружие назад – звенья послушно вернулись на место, превратившись в обычную трость, а обгорелое тело рухнуло на пол.

– Откуда он здесь? – пробормотал Тгейн, – Ставни должны были выдержать…

– Не знаю. Здесь нет смысла оставаться, бежим!

Фар-Нин кивнул и зарядил последний из трёх стволов. Артур подхватил револьвер и побежал. Тгейн не отставал.

– Там три заряда… один ты потратил. Потом элемент взорвётся.

Ответить Траум не успел – из-за поворота выскочил ещё один оборотень, зарычал и бросился в атаку. Артур отмахнулся тростью – шелестящие звенья цепи послушно захлестнули горло, рывок и срезанная голова улетела в темноту.

– Ещё две молнии, – напомнил Тгейн, вытащил из кармана питательный элемент, ударил об стену и швырнул назад.

Рвануло, от грохота заложило уши, стены вздрогнули, донёсся крик ужаса и боли – вполне человеческий. Артур хищно оскалился в улыбке, торопливо зарядил револьвер и снова побежал.

Второй этаж встретил их развороченными окнами - узкие окна не выдержали разъярённого натиска. Траум выглянул на мгновение на улицу и обомлел: кишащая масса серых звериных тел рекой стекалась к дому… вспышка чуть не сожгла глаза, он упал на пол, закрыв голову руками. Волна жара достала и до них, но к счастью быстро отступила. Мерзко завоняло горелой плотью.

Тгейн первым сумел встать, шатаясь, подошёл к окну и указал наверх.

– Дирижабли законников!

– Хорошо! Теодор конечно ещё тот мудак, но шанса выжечь всю заразу из Саира не упустил. – Артур тоже разглядел парящий корабль в небе.

Новая вспышка и волна жара заставила их снова упасть на пол. Траум подполз к окну, выглянул – звериные тела корчились в пламени, метались и кричали человеческими голосами.

Дирижабль внезапно накренился, резко пошёл вниз и исчез где-то за домами. Вспыхнуло, спустя мгновения донесся грохот взрыва.

– Что его так? – с жадностью спросил Тгейн, но ответа не получил.

Артур уже бежал по коридору к комнате Лиз. Дверь валялась на полу, в комнате пусто, сломанный арбалет на полу у стены. Он жадно втянул воздух, уловил запах зверинной шерсти и роз, и словно ищейка рванул по следу.

След вывел к лестнице и к развороченной двери на крышу. Траум крутанул трость, шелестящая змея серебряной цепи обезглавила ближайщего оборотня, револьвер огрызнулся серебром…

Тгейн не стал бросаться в безумную атаку, методично расстреливал оборотней из дверного проёма, так и не выйдя на крышу. Артур потратил два оставшихся заряда молний, и швырнул питательный элемент в пасть ближайшей твари. Рвануло не хуже гранаты во времена Проклятой войны.

Вспыхнуло жёлтое марево портала – на крышу вывалилась магичка, следом Теодор. Из горящих внутренностей дирижабля в пасть телепорта бросились ликаны, но портал исчез, отрезав самому шустрому оборотню голову.

Траум потерял из виду остальных, закручивая цепь в смертоносном танце, в какой-то миг лезвия застряли, он не успел вырвать оружие и сразу три оборотня навалились сверху. Он закричал от боли, но челюсти не сжались сильнее, а лишь крепко держали человека.

Теодор больше напоминал окровавленный труп, жизнь выдавала только поднимающаяся грудь. Над ним замерла магичка: глаза светятся, чёрные волосы развивает ветер, руки подняты и обоих закрывает сияющий купол. Ликаны с рёвом бросаются на преграду и с воем отступают – преграда жжёт золотым огнём волчьи тела.

Тгейна держат два оборотня. С виду цел, ни царапины – доспех спас от волчьих клыков… фиолетовые глаза смотрят на мир с ненавистью, из прокушенной губы течёт струйка крови.

Полузверей на крыше осталось не так уж и много, всего десятка два. Мохнатые тела расступились, выпуская знакомую фигуру в сером плаще. Лицо Зайна наконец регенерировало, став вполне человеческим: правильные черты лица, уверенный взгляд жёлтых взгляд. Он довольно усмехнулся, подошёл к Артуру и очень тихо спросил:

– Где она, Траум?

– Мне жаль тебя разочаровывать… но я не знаю. А знал бы, чёрта с два бы сказал.

Он тяжко вздохнул.

– Ну ладно, – он повернулся к магичке, – Госпожа Сиен, вы проиграли. Большинство в Ордене Закона и Порядка уже обращено, город фактически наш. Ваш друг, если выживет, отныне будет принадлежать к нашей стае.

Она не ответила, сплюнула кровью и заставила купол светится ярче. Сразу три оборотня бросились на магичку, но золотая вспышка отбросила антропоморфные тела, палёной шерстью завоняло ещё сильнее.

– Ты её не получишь, – вдруг сказал Тгейн, – Я велел увести её отсюда, если мы не справимся.

Зайн наклонился к Фар-Нину, хищно улыбнулся.

– Ты многого не знаешь, человек… Эния! Выходи, отродье! Я учую тебя всюду!

Ничего не произошло. Ветер завывал свою песнь, невозмутимо светило солнце мёртвых, кружили дирижабли над городом, а на мир невозмутимо смотрели гаргульи… внезапно лишившиеся компании из весёлых русалок.

– Ну как хочешь… – пробормотал он и взял когтями инженера за горло, – Прощай, человечек.

– Стой! Не нужно! – вампирша появилась из дымного облака, швырнула под ноги оборотню Элизу.

Она с трудом села, оглядела происходящее мутным взглядом. Бледность ушла, в волосах снова сновали весёлые огоньки… совсем как раньше… такой какой Артур её запомнил. Он рванулся в отчаянии и ненависти, но звери держали слишком крепко…

Зайн расхохотался, взмахом руки велел отпустить, Тгейна. Эния мгновенна оказалась рядом, подхватила и не дала упасть. Фар-Нин попытался оттолкнуть её, но не сумел.

– Забирай свою еду и проваливай, – велел Генри, – Не попадайся мне ещё лет сто, будь добра.

Они исчезли в облаке дыма, оставив после себе мерзкий запах отчаяния и предательства. Траум вновь рванулся, но результат был тем же.

– Всё это ради Ключа? – тихо спросила Элиза и попыталась встать, но сил не хватило.

– Ты даже не представляешь, как я хочу домой, – ответил он, подошёл к Артуру и взял его за горло, – Итак… где он?

Прекрасные зелёные глаза Элизы наполнились слезами.

– Он всё равно убьёт нас, – прохрипел Траум.

– Это да, – согласился Зайн, – И ключ я получу так или иначе.

Когти рванули горло, оборотни послушно выпустили обмякшее человеческое тело. Артур попытался зажать рану руками, но куда там… торопливо нашёл кристалл в кармане, рванул одежду на груди и всадил в солнечное сплетение “Волчий глаз”. На мгновение ощутил тяжёлый взгляд могучего существа, уловил мрачное одобрение… а потом тело скрутило судорогой, рана мгновенно затянулась и тут же покрылась густой жёсткой щетиной.

Оборотни давно потеряли к нему интерес, он встал, чувствуя, как расходится по швам тесная одежда. Протянул лапу и оторвал ближайшему ликану голову, взревел и бросился на Зайна. Элизабет вскинула руку, блеснул медальон – горгульи очнулись от векового сна и набросились на оборотней. Каменные когти и клыки без труда разрывали звериные тела на части, сбрасывали вниз…

Артур не видел за багровой пеленой ярости, что Зайн успел перевоплотиться, рвал и раздирал противника на части. Два гигантских зверя метались по крыше, не очень-то замечая всё вокруг. Так могло продолжаться до бесконечности, но Траум сумел извернуться, всадил когти в грудную клетку врага и вырвал громадное, ещё бьющееся сердце. Отбросил, ещё сопротивляющегося противника и сжал кулак…

Стало очень тихо: замерли горгульи, разобравшись с оборотнями, магичка всполохами золотого света пыталась залечить раны Теодора, Элиза с ужасом смотрела на громадного полуволка… Он осторожно взялся за кристалл, вырвал… и рухнул на колени от жуткой боли. Мерзко скрипели меняющие форму кости, клочьями сползала с плеч волчья шкура…

Зайн встал, зажимая рану в груди, хищно оскалился. Грохнуло, заряд серебряной дроби снёс половину лица. Он отступил и рухнул за край крыши – далеко вниз. Тгейн опустил ружьё, с ненавистью сплюнул. Шея в крови, две характерные раны…

– Она не справилась, – ответил он на невысказанный вопрос, – Для того чтобы стать вампиром, я тоже должен выпить её кровь.

Артур не смог сдержать смех, но подавился приступом кашля и сплюнул кровью. Элиза оказалась рядом, осторожно коснулась раны – края начали затягиваться сами собой.

В небе появились новые дирижабли, кружили над городом, сверкали вспышки и доносился грохот выстрелов.

– Кавалерия, – озвучил Траум, – Смотрю отец меня не забыл.

Воздушные суда ответили новой вспышкой огней.

Эпилог

Обычное для Саира серое в свинцовых тучах небо сегодня безжалостно разорвал ветер, и бесконечная синева радовала глаза. Солнце порой пряталось, но всё же наконец-то грело потрёпанный войной с ликантропами город. Весна ещё не пришла, но её дыхание чувствовалось в тёплом ветре с юга...

Посадочная палуба на вершине здания пустовала, только две фигуры ждали скорой посадки дирижабля. Артур разглядывал медальон с волчьей мордой на серебряной цепочке. Ничего необычного он в нём не видел, так что на всякий случай спросил:

– Что в нём такого особенного?

– Для простоты эту вещь называют «ключом», хотя конечно этот артефакт нечто большее. Он один из многих созданных в Ар-Малуме… конкретно этот открывает дорогу в мир оборотней. Во время «Проклятой войны» твои предки запечатали ключом портал в те жуткие земли.

– Отец никогда не рассказывал.

– Он считался утерянным до недавних пор. Пожалуйста не спрашивай как он у меня оказался... Я сумела воспользоваться им и приоткрыть двери в другой мир и напитать силой горгулий… это было опасно, ещё немного и я бы создала стабильный портал туда, но выбора не было. Эти статуи не зря кажутся тебе живыми, стоит им почуять дыхание других миров, и они вновь оживают. К счастью ликантропов они любят ещё меньше чем людей.

– Зачем ты привезла ключ в Саир?

– Хранить эту реликвию долг Траумов, а не семьи Эарун. Я не могла подвергать своих родных опасности или доверить ключ твоей родне… и решила передать его тебе. Я помню почему ты уехал в Саир... ключ бы вернул всё, что принадлежало тебе по праву. Это казалось лучшим решением...

Он невольно усмехнулся, посмотрел на приближающуюся громаду воздушного корабля. Отец не подвёл и уговорил Императора выслать в Саир войска. Конечно о прощение тут не могло идти и речи, но отказать в деле Рода он не мог, и на том спасибо. И конечно он был бы не он, если бы не сообщил жениху Элизабет Эарун обо всём произошедшем.

– А я на мгновение решил, что ты приехала в Саир ради меня.

Она не ответила, тоже наблюдала за небом.

– Артур, я… – наконец тихо сказала она и замолчала так и не сказав нужное.

– Я пойду. Не буду портить тебе романтичный момент.

Элизабет не стала спорить или просить остаться. Траум шагнул к ней, обнял и жадно поцеловал. Ощутил, как отталкивают, но отпустил Элизу не сразу, позволил себе насладиться вкусом горячих и нежных губ.

Отступил, развёл руками в нелепом жесте извинения. Она смотрела на него так странно… в этом взгляде смешалась причудливым водоворотом любовь, ненависть и ярость.

– Прощай, Лиз, – просто сказал он.

– Прощай Артур, – ответила она.

Он не позволил себе обернуться, просто шагал по лестнице вниз. Пролёт за пролётом, всё дальше и дальше от безумного прошлого, которое никак не хотело отпускать...

Санкт-Петербург - Краснодар - Калининград - Архангельск

Ноябрь 2017-го - сентябрь 2018-го