Волк без стаи

От автора

Приветствую тебя, дорогой читатель! Благодарю, тебя за то, что решился уделить внимание моему произведению. Для меня это не просто очередная история, которую я пишу в стол. «Волк без стаи» является чуть ли не целью всей моей жизни. Шесть лет, начиная с подросткового возраста, пишу её. В ходе тернистого пути, история претерпела множество изменений. От изначальной задумки мало чего осталось, помимо основ мира.

Для меня очень важен отклик. Хочется создать поистине хорошее произведение. Не замахиваюсь на уровень Джорджа Мартина или же моего любимого российского автора Алексея Пехова, но стремлюсь к самому лучшему результату, на который только способен. Буду очень признателен за каждое пожелание и замечание.

Напоследок хочу добавить, что данный труд я посвящаю своей бабушке, которая так и не дождалась моего первого произведения, вышедшего в свет в виде бумажной книги. Любимая бабуля, я не брошу её. Допишу до последней точки.

Также, благодарю за терпение своих друзей и близких людей, которые уже 6-7 лет ждут, когда я закончу свой главный труд. Их поддержка помогает мне писать, ведь могу быть уверен, что им искренне интересно моё творчество.

Ещё раз благодарю за выделенное время. Встретимся на страницах истории!

Пролог

В роскошной комнате стоял пряный запах трав и фруктов. Солнце цветными лучами проваливалось во внутрь сквозь витражные окна, на которых изображены перемешанные в бесчисленном разнообразии откровенных поз мужчины и женщины. На горе мягких красных подушек стоял на коленях нагой юноша, жалобно смотря на мужчину в белоснежной позолоченной рясе. Вокруг них, с абсолютно беспристрастными лицами, стояли десять голых пышногрудых девиц, прикрываясь лишь широкими бутафорскими мечами.

– Я заплутал, о Пресветленный Высший Настоятель, – робко заговорил юноша, стыдливо скрывая глаза.

– Не прячь свои очи от Неро, – мужчина в рясе раскинул руки, обратив ладони к потолку. – Велиот дарует силу всем, кто видит проблески Света средь тьмы, окутавшей мир.

Юнец продолжил смотреть вниз. Тогда служитель направил его взгляд к себе, потянув за подбородок.

– Брат, слово Велиота направит тебя на истинный путь. – От ладони мужчины полился тёплый свет, словно дымок, окутывающий подбородок и щёки юноши. – Десять Старших Братьев свидетели твоего очищения. Сейчас я заполню тебя Светом.

– Выпорите меня, Высший…

За дверью послышался грохот и крики. Все в комнате обратили взгляд на дверь, которая спустя мгновение была открыта сильным пинком. Во внутрь ворвались оскалившиеся мужчины с окровавленными дубинами, ножами и вилами.

– Выродок! – закричал из толпы бородатый мужик, вооруженный широким тесаком. – Из-за таких как ты страдает честный люд, пока ты занимаешься непотребствами со шлюхами за счёт пожертвований!

– Возмутительно! – всё, что смог выдать опешивший служитель. – Вы…

– Молчать, падаль! – зарычал мужик.

– Ещё шаг и вы все ляжете здесь, осквернители! ­– воскликнул храмовник, приняв стойку и выставив раскрытые ладони в направлении черни. ­– Я знаю, кто вы такие! Стража! Стража! Где вы шляетесь?!

­– Твои жалкие псы мертвы. Но, не переживай, урод, ты скоро к ним присоединишься. Вместе с Велиотом будете вино пить да ягодки жрать!

Понимая, что скоро холодная сталь пронзит его грудь, служитель выполнил уже привычные размашистые движения рук. В одно мгновение сила, что витала в пространстве, проникла под кожу, обжигая изнутри, и мощным потоком выскочила из ладоней в виде воздуха, метнув юношу прямо в толпу. Следом, проповедник рванул на балкон, а с него вниз, прямо с третьего этажа. Повторив в полёте те же пассы руками, вызвал восходящий сильный ветер, замедливший падение. Ряса служителя задралась, под которой из одежды ничего не оказалось.

Приземлившись, мужчина оказался в пыльном проулке и рванул вперед, шлепая босыми ногами по грязной насыпи. Камушки вонзались в нежные ступни, служитель спотыкался и морщился от боли, но не сбавлял темп. Вопил о помощи, в ответ слыша лишь тишину.

Со всех сторон глухие стены. Впереди только одна дверь, и та заперта. Мужчина стал бить по доскам кулаками.

– Именем Велиота, впустите меня! – кричал он. – Услышьте Неро, и Неро услышит вас!

Послышались стремительно приближающиеся шаги двух десятков ног, от которых служитель пришел еще в больший ужас, будто все его попытки сбежать тщетны.

– Вон он! – раздался злобный крик. Следом за ним показались разъяренные мужики. – Хватайте скользкую крысу!

Храмовник обернулся и выставил руки перед собой. Ладони охватило лёгкое свечение.

– Только попробуйте приблизиться ко мне! Ощутите силу, что даровал мне Велиот!

Вдруг дверь сзади распахнулась. Мужчину втянули внутрь. Оказался он в подсобном помещении некого заведения, в окружении нескольких отроков в поношенных одёжах.

– Да благословит вас Велиот! – пропыхтел служитель, и обессилев, упал на колени.

– Велиот больше не придёт, – сказал из толпы самый высокий парнишка, выйдя вперёд. На его левой руке красовалась перчатка с тремя торчащими лезвиями. Служитель тут же потерял дар речи, лишь вылупив глаза. – Дни, когда ваш орден имел своё мнимое величие… прошли.

Юнцы схватили мужчину и скрутили ему руки, заставив и дальше стоять на коленях.

– Вы можете молить о помощи, – продолжил старший. – Однако, вас больше не услышат. Как не слышали вы.

Двое детей вонзили ножи под основание ключицы пленника и направили лезвия вдоль туловища, прорубая рясу и кожу. Белоснежная ткань быстро покрывалась багровыми пятнами. Служитель разрывался криками, но всем было безразлично. Отрубленная и окровавленная передняя часть рясы бесполезной тряпкой свалилась на пол, оголив толстое брюхо, по которому старший стал медленно проводить когтистой перчаткой, вызывая новые крики.

– Почувствуй тягучую муку. Почувствуй, как мы страдали год за годом. Медленно, мучительно погибали, пока вы не слышали или не хотели слышать. И умри, как умерли наши родные и близкие.

От резкого рывка брюхо вскрылось, как тонкий мешок с зерном. Внутренние органы вывалились к ногам и ошеломлённому взору их хозяина. Финальный пинок в спину отбросил мужчину на пол, где ему осталось лишь дожидаться своей скорой кончины.

– Прекрасная работа, мои птенцы. Скоро мы все улетим с ветром свободы. Пойдем же отсюда. Великие дела не ждут.

Глава первая. Переговоры

Пять крутых остроконечных скал стояли кругом, создавая большое кольцо, центр которого использовался как арена. Земля на ней была водянистой, поросшей травой. Местами лужи и грязь, оставшиеся после вчерашнего дождя. По краям величественных каменных изваяний, которые использовались как трибуны, разместилось свыше сотни человек, предвкушающих кровопролитие. Рев толпы оглушал.

«Какой необычный метод ведения переговоров» - подумал первый из бойцов арены, ожидавший своего соперника.

Им был парень со шрамом в виде трех уродливых параллельных полос от правой брови до левого угла губ. Это месиво прекрасно дополнял искривленный нос, сломанный в тот же далекий день, когда и было получено увечье. В его руке поблескивало на солнце преданное оружие – Искупление, меч, не один раз спасавший ему жизнь. Этот клинок отличался от других вычурным эфесом, на навершии которого вырезаны языки пламени.

Толпа вновь рассвирепела, когда на арену вышел второй боец – высокий широкоплечий мужчина, держащий два топора словно цепных псов. Полуголый, покрытый черными густыми волосами, походящий от этого на куст, криво ухмыляясь, он уверенно шел в сторону парня, принявшего боевую стойку с клинком на уровне пояса.

Этот соперник опасен. Он находился под действием порошка из ядовитых грибов, растущих в местных пещерах. Данное вещество устраняет чувство страха и позволяет почти не чувствовать боль. К тому же два топора – это очень неудобный и неэффективный способ сражения, но если так решил сразиться лучший воин клана, то он прекрасно знает, что делает. Значит, ожидать можно чего угодно.

Мужчина с ревом набросился на парня, яростно и резко нанося удары. Парень ловко отскакивал, маневрируя на волоске от стального вихря. Не было и малейшей возможности для удара клинком, враг слишком быстр и ловок. Порошок явно был что надо.

Первая попытка кольнуть мужика в грудь обернулась крахом, когда от удара топора Искупление улетел прямо в ближайшую лужу. Юный воин, вопреки ожиданию соперника, отскочил в сторону от своего потерянного оружия, благодаря чему легко ушел от очередного выпада. Уставший от постоянных промахов, а также опьяненный обезоруживанием соперника, громила стал беспорядочно атаковать. Парню пришлось буквально убегать, от чего толпа издала недовольный вой.

– Вернись, трус! – зарычал бугай, бросившись в погоню. – Яко же Предки желают твоей гибели – прими её достойно!

Как вдруг безоружный воин резко развернулся и сиганул бугаю прямо под ноги. Тот по инерции перелетел через парня и плюхнулся в грязь, здорово в ней увязнув. Выиграв пару ударов сердца, юный воин успел вернуть себе клинок, и соперники вновь приблизились к равным условиям.

Люди на каменных скамьях затаили дыхание. Среди них был коренастый мужчина, чье лицо начали бороздить морщины, а в короткие черные волосы прокрадываться седина. Он наблюдал за битвой, не отводя взгляда от парня, который сейчас решал судьбу его Зира – так называют кланы в Рельзкире, их стране. Мужчину окружали его преданные люди, так как сейчас они находились в землях другого клана, где было опасно. Каждый болел за парня по имени Дегар, что сражается с неимоверно опасным врагом. Если всё получится, то Зир фанатиков согласится на союз.

«Не подведи меня, юный волк» - проговорил у себя в голове вождь, стиснув сильными ладонями каменные подлокотники.

– Ксаркс! – обратился к своему повелителю тощий и высокий мужчина, сидящий по правую руку и постоянно вертевший свой любимый изогнутый кинжал с вычурной золотистой рукоятью, которая, будто родная, удобно лежала в его руке. – А малец не плох. Я полагал, что к этому времени он сдохнет.

Вождь злобно глянул на своего прихвостня, а затем на арену.

– Он прекрасный дуэлянт.

– Но он даже не пытается атаковать. Я бы уже заставил это подобие воителя истекать кровью и ослабевать…

– Сакс! – нервно буркнул вождь. – Дегар знает, что делает. – Мужчина наклонился вперед, неотрывно продолжая следить за боем. – «По крайней мере, я на это надеюсь».

Тем временем парень испробовал все возможные финты, крутился вокруг волосатого бугая, круто меняя направления ударов, но всё без толку. Дегар будто бы пытался пробить непоколебимую скалу. Противник не выдыхался, бесконечно вращал руками. Смертоносный вихрь не утихал ни на мгновение. Благо, бугай был зол и решителен, от чего действовал слишком прямолинейно. А это можно использовать.

Собравшись с силами, Дегар совершил очередной обманный маневр, отскочил в сторону и схватил комок грязи, который тут же отправил прямо в глаза сопернику, а затем напал с фланга. Даже будучи ослепленным, бугай с легкостью развернулся в нужном направлении и парировал атаку, при этом совершив первый за дуэль удачный удар. Дегар тут же отпрянул и схватился за левое плечо. Кровь выступила сквозь прижатые пальцы. Мышцы по большей части целы, но конечность теперь сковывает агония.

К тому же, парень окончательно вымотался. Ноги насквозь промокли, по телу ручьями тек пот, легкие протестовали, а стук сердца перебивал рев толпы. Убегать уже не было сил. Однако это теперь не требовалось.

– Ну, что, маленький лягушонок? – издевательски проговорил здоровяк, всё также криво ухмыляясь. Его глаза налились кровью, изо рта стекала слюна. – Предки ведут меня! Тебе со мной не совладать!

Вновь полетели удары, только в этот раз парень не стал уворачиваться, а скользнул под летящими топорами и вонзил меч прямо в живот. Холодная сталь с легкостью прошла сквозь кишки, уперлась в позвоночник. На лезвие хлынула кровь и потекла к рукоятке. Мужик попытался задеть неприятеля вялыми взмахами, но тот уже оказался у него за спиной и сильным пинком отправил наземь. Тело всем весом рухнуло на эфес, от чего клинок прошел глубже, поделив позвоночник надвое. Бугай обмяк, утопив свою ухмылку в грязи.

Со скал раздался оглушительный рев, в котором смешались восторг, удивление, разочарование. Вождь проигравшего клана, кривоносый лысый мужчина в сером балахоне, поднялся с каменного кресла и вознес руки к серому небу.

– Это был замечательный бой! – произнес он, полный воодушевления. Вслед за словами изо рта вылетели клубы пара. – Но представление еще не окончено! Во славу Предков!

На арену выскочило с дюжину людей, которые отправились на парня с разных сторон.

– Мы так не договаривались! – взревел вождь гостевого Зира с соседней скалы, обнажая клинок. – Прекратить битву! Сейчас же!

– Ты решил довериться слову в Рельзкире?! – усмехаясь ответил кривоносый фанатик. – Эта страна убийц, лжецов и воров! Твоя глупость послужит уроком всем и станет прекрасным подношением Предкам!

– Ты дал клятву перед духами! За святотатство тебя настигнет кара!

– Я действую, как велят мне Предки! – Безумец раскинул руки в стороны. – Они не терпят излишне самоуверенных последователей, желающих получить слишком многое!

– Ай, нерк тебя возьми! – Вождь вознес клинок над головой. – Боевое построение! Плечом к плечу!

Гости тут же с боем стали прорываться через бревенчатый мост на скалу к предателю, а тем временем юный воин уже готовился к смерти… своих врагов. Он успел немного отдышаться и изъять Искупление из громоздкой туши и стремительно налетел на ближайшего соперника, пока тот был в отдалении от своих товарищей. Теперь ему противостоят рядовые бойцы, уверенность которых заключается лишь в их численном превосходстве. Как лишить их этого парень знал не понаслышке. Для начала требуется вместо меча раздобыть оружие, способное держать врага на дистанции.

– Сейчас я вас, нерк, научу уму разуму!

Увернувшись от взмаха топора, мастер меча разрубил сухожилия на ведущей руке соперника и резким уколом пронзил ему горло, после чего поднял оружие павшего. Воины клана же тем временем продолжали уверенно сжимать кольцо, несмотря на смерть одного из своих.

На мосту царило форменное безумие. Фанатики практически не давали отпор разъяренным гостям, а больше кривлялись и отступали. Будто они лишь дразнят, ведут в ловушку.

– Держите строй! – приказал коренастый вождь. – Они что-то задумали!

В то же время на арене пал второй соперник, поймав топор лицом. Его копье подхватил разгулявшийся дуэлянт. Пыл укротила резкая боль в левой руке, которой пришлось воспользоваться, но теперь у Дегара преимущество в расстоянии и сейчас он быстро отправит к Предкам глупцов, что решились напасть сразу втроем. Они додумались подойти с разных сторон, но Дегар не стал медлить и напал первым. Закрутив финт, уколол врага с копьем в левый бок. Тот попытался ответить и промахнулся. Заблокировав очередь из выпадов, парень пошел в контратаку, повторно уколол первого безвольника. Тому хоть бы хны. Тогда Дегар отскочил в сторону, пошёл полукругом.

Враги же не стремились зажать его, а держались на расстоянии. Поначалу казалось, что они осторожничают. Однако, по всей видимости они тянут время, чтобы могли подойти другие.

Внезапно, напал раненый фанатик. Наверное, решил пасть в бою, а не от кровотечения. Парень отвел его копье в сторону и добил уколом в горло. Затем ушел от двух выпадов, начал двигаться в сторону от приближающегося подкрепления. Круг сжимался.

Устав от нерешительности врага, Дегар метнулся на недругов и с удивительной лёгкостью вонзил оружие в брюхо доходяги с дубиной. Наконечник ушёл глубоко и отказывался вылезать из плоти. Тогда дуэлянт бросил это дело и вновь обнажил Искупление. Третий смертник налетел, надеясь победить в наступивших равных условиях. Измотанный и раненный Дегар лишь парировал и отступал назад, пока не поскользнулся. Воспользовавшись моментом, фанатик смог пробить защиту мастера меча. Сталь пробороздила правое бедро, заставив взвыть и рухнуть на одно колено. Меч, выпущенный из рук, увяз в грязи где-то рядом. Восторженный враг медленно заносил клинок, предвкушая расправу. Тогда парень стиснул зубы и вынул из сапога кинжал, который засадил в бедро ублюдка. Тот от неожиданности отшатнулся назад и тут же рухнул, под натиском налетевшего парня. Дегар постарался впечатать врага в грязь, но тот легко его пересилил и навис сверху. Тогда парень вырвал кинжал из его бедра и полоснул будущего мертвеца по горлу. Багряная кровь хлынула на лицо, заливая глаза, шею и грязную рубаху. Мужик безмолвно, словно рыба, зашевелил губами и рухнул наземь, ухватившись руками за рану. Окровавленный юный волк с трудом поднялся, опираясь на меч ранее павшего врага, и увидел, как оставшиеся безвольники бегут с поля боя.

Теперь нужно лишь не умереть от кровотечения и найти Искупление.

Те фанатики, что были на трибунах, тоже дали деру, оставив своего вождя один на один с гостями. Последние очень желали услышать искренние извинения и раскаянье, предварительно подставив клинок к горлу.

Глава вторая. Семья

После небольшой порции тумаков, предатель был связан. Вокруг Дегара собралась толпа восторженных головорезов и воров, в том числе врачеватель и друг победителя арены. Последний резко контрастировал на фоне всей группы, так как его кожа была смуглой, не свойственной для здешних краев. В дополнение к его необычному внешнему виду шли кудри и тонкие аккуратные усики. Стоит только гадать, сколько девок он покорил одним лишь своим внешним видом.

– Молодцом, гато! – похвалил Дегара его товарищ. – Юный – не значит, что глупый.

– Благодарю тебя, Диго.

– Дегар, ты нерков волк! – пробасил подошедший вождь, похлопав парня по плечу. –Разбросал всю эту шушеру по арене, аки детей!

– Говорил же, папито, – ухмыльнулся Диго, деловито дернув усами. – Я знал, что нам нужен этот парень.

– Поглядите! – вождь обратился к своим людям. – Такие воины рождаются раз в сотню Танцев! Учитесь! Некоторые из вас даже в стене щитов стоять не умеют! Одна его победа решает сразу несколько проблем и позволяет продвинуться к нашей общей цели!

– Всё во имя нашего Зира, – произнес Дегар, морщась от затягивающегося на его плече бинта.

– Молодец, сынок. Десек, что с его ранами? – обратился мужчина к лекарю.

– Я в порядке. Бывало и хуже, – усмехнулся Дегар, коснувшись рукой своего кривого носа. – Однако, это были самые веселые переговоры в моей жизни.

– Ксаркс! – обратился к вождю высокий и тощий мужчина, что не выпускал любимый кинжал всё это время. – Какие будут распоряжения?

– Ак какие? – мужчина развел руки в стороны. – Будем заканчивать переговоры.

Вождя-предателя бросили на каменный пол прямо в главном зале. Ксаркс по-хозяйски взгромоздился на чужой трон и с хмурым взглядом уставился на пленника.

– Моим людям ничего не стоило разрушить всё то, чем ты тут правишь, – проговорил он максимально беспристрастно, отчего еще больше нагонял жути. – Один мой человек убил с десяток твоих, в числе которых лучший воин, при этом мой был вымотанным и без порошка. Твои же люди дали деру, аки крысы. Не достоин ты звания вождя. Позор для Предков.

Лысый мужчина молчал, тупо уставившись на свои ноги стеклянными глазами.

– Предки не на твоей стороне, уж точно, – продолжил Ксаркс. – Видимо, им более угоден я. Впрочем, мне нет дела до твоего смещения. Напротив, помогу тебе стать лучше. Что думаешь, если немного наведу у тебя тут порядок? Твой Зир будет процветать, аки мой. Взамен ты предоставишь мне людей, а также позволишь нам пользоваться всей твоей территорией для своих целей. Не переживай, мы у тебя ничего не отнимем. Просто иногда будем брать то, что нужно. По рукам?

Всё теми же остекленевшими глазами вождь посмотрел на Ксаркса, прокрутил в голове пару мыслей и молча кинул, обессилено опустив голову.

Как же быстро из него выветрился фанатичный дух.

– Я рад, что мы пришли к соглашению, – улыбнулся Ксаркс и поднялся с трона. – Мы еще погостим у вас, а завтра отправляемся в путь. А пока я и мой помощник осмотрим всё и наметим план работы. Покажешь нам свои владения? И не мог бы ты дать приказ, чтобы начинали готовить пир в нашу честь?

Дегар шел за процессией по темным пещерным коридорам и внимательно слушал каждую фразу своего вождя, который узнавал у алхимиков и привратников всё до мельчайших подробностей.

Нога горела, приходилось опираться на трость в виде толстой ветки, но парень не намерен сидеть на месте, пока его командир ходит по чужим тоннелям.

Захватчик вознамерился устроить здесь порядок, чтобы всё шло по выстроенному плану. В здешних пещерах растут очень крепкие грибы,к тому же, обитают жуки, которых тоже можно использовать в производстве. Местные шаманы обладают уникальными знаниями, благодаря которым им известно, как применять соки пещерных тварей, чтобы создавать сильнейший и достаточно безопасный для тела порошок. Это было важным элементом в большом плане Ксаркса.

Дегар подозревал, что дело тут не чисто. Если бы вождю нужен был лучший порошок, он мог бы его закупать или силой заставить их отдавать часть от произведенного. Но вместо этого, пошел более сложным путем, через договоренности. Этот Зир второй, который попал под его крыло, или лучше сказать, кулак. Возможно, Ксаркс стремится к объединению всех кланов, но он сам это отрицает. Остается только гадать, насколько сложный и масштабный план таится в его голове.

В полумраке пещер трудились худощавые тела в изношенных, грязных балахонах. Раньше они были обычными людьми, но тяга к порошку и вера в величие Предков заставила их опуститься ниже бедняков. Теперь они рабы и вынуждены жить в кромешной тьме, чтобы выращивать рельзы – грибы, на которых держится всё существование Рельзкира, так как вещество из них идет на незаконный экспорт, а также помогает бойцам быть сильнее. Более здравомыслящие фанатики, способные контролировать свою жажду, следят за жуками в соседней скале. Эти существа питаются рельзами. А то, что получается после переваривания, некоторые Зиры додумались использовать вместо порошка. Но эти фанатики, как ни странно, не настолько опустились, чтобы жрать жучиный помет.

Позже группа гостей собралась в просторном зале, выдолбленном прямо в скале на верхних этажах. Одна стена выходила наружу. Через узкие оконца, походящие больше на щели для подглядывания, внутрь попадал свежий воздух, которого очень не хватало в пещерах. Верхние этажи Зиры обычно используют в качестве комнат отдыха, спален и лабораторий.

– Сакс, – обратился вождь мужчине, что всё время был подле него. – Ты понял, как тут всё устроено?

– Конечно, – ухмыльнулся собеседник, поглаживая кончиками пальцев кинжал. – Проще, чем отнять младенца у убитой матери.

– Нерк тебя, Сакс! – поморщился предводитель разбойников. – Тебе не обязательно выражаться столь мерзко. Мне достаточно услышать "Всё понятно". В общем, твоей задачей будет проследить за исполнением моего плана. Смотри, чтобы всё тут не развалилось к Пустотам, а фанатики не решили пойти на наш Зир войной.

– С этим я справлюсь. Вы же оставите мне Дегара в помощь?

– Он мне нужен для другой, особой миссии.

– Вождь, – нахмурился мужчина. – Дегар пригодится мне как угроза. Он одолел лучшего бойца этих умалишенных.

– Мы их достаточно запугали. Теперича тут нужен управленец. Для этого у меня есть ты. А в качестве запугивания у тебя будут достаточно грозные ребята.

– Вождь… – Сакс осекся, а затем злобно глянул на Дегара, мирно сидящего в углу комнаты на широком кресле. – Слушаюсь, вождь.

– Замечательно. Теперь давайте пройдем в обеденный зал. Надеюсь, фанатики заканчивают с нашим ужином.

Рельзкир славился не только опасным порошком, но и любовью местных жителей к гулянкам. Любому убийце или вору дай только волю, и он тут же напьется в усмерть. Это их главная радость в жизни. Убей, продай, выпей.

Стол был завален едой из различных рептилий и жуков вперемешку с ядреными ягодами, которые есть страшно. Но выпивка, как считали местные, всегда была крепкой и чистой, даже если она сделана из самых дрянных ингредиентов. Дегара же воротило от одного лишь запаха пойла, что бродило в бочках этой ужасной страны. Хотя, сегодня ему нужно было выпить хотя бы немного, ибо ему удалось не умереть. Снова.

От первой же кружки парню поплохело. Лицо горело, руки и ноги размякли, язык спутался, хотя и разум остался чистым. Когда он попытался узнать, где здесь отхожее место, прислуга в балахоне понял его с трудом.

Их Зир гулял на славу. Разбойники пили, жрали, смеялись и рассказывали самые неприличные истории и шутки, будто этим утром никто никого не пытался убить и не планирует по-новой. Гам стоял такой, что тяжело было расслышать собственные мысли.

Парень навалился на толстую деревянную дверь и вывалился в коридор. Здесь было на порядок тише. И не воняло.

Закончив свои дела, Дегар неспешно заковылял обратно по коридору и, пройдя с десяток шагов, столкнулся с Саксом, что стоял, опершись на стену, и вновь игрался со своим кинжалом. Многие мужи не настолько любят своих жен, насколько этот чудик своё оружие. Нерков извращенец.

– А, это юный чемпион, – усмехнулся худощавый мужчина. – Какой же ты прыткий оказался, но от Рельзкирского пойла не смог увернуться?

Парень попытался выпрямиться, однако еле устоял на ногах. Пришлось перенести часть веса на шершавую каменную стену.

– Думаешь, я не вижу, что ты замыслил? – не унимался Сакс. – Появился, нерк знает, откуда и стал втираться к нам в доверие? Тебе повезло, что ты выжил на арене, волчонок. Но больше тебе везти не сможет!

Мужчина налетел на парня, но тут же отхватил по руке тростью и выронил кинжал. Завязалась борьба, сопровождаемая отборной руганью. Дегар, зарычав, рывком толкнул Сакса в стену. Тот охнул, получил кулаком в живот, оттолкнул парня и пнул его прямо по больной ноге, после чего навалился на него всем весом. Простонав, Дегар рухнул с соперником на пол, снова началась возня. Сакс получил в глаз, на мгновение потеряв видимость. Дегар потянулся к кинжалу на полу.

– Что здесь творится, мать вашу?! – прокричал Диго, появившись из полумрака коридора.

Борцы тут же разжали хватку.

– А ты у нас богатырь, – усмехнулся Дегар, вставая с пола при помощи Диго. – Почти проиграл мне.

– Ага, конечно, – рыкнул Сакс. – Тебе вновь повезло.

– Порой ты бываешь таким глупым, – сказал парень, опираясь на плечо друга. – Мы с тобой в одной лодке. Сегодня я выиграл нам переговоры, а завтра ты построишь здесь порядок. Всё, как и хочет наш вождь. И все будут счастливы.

– Может, ты и одурачил Ксаркса и наших, но не меня.

– Сакс, остынь! – воскликнул Диго. – Что на тебя нашло?

– Мы просто перебрали с выпивкой, – отмахнулся Дегар. – Помоги мне добраться до зала.

– Я с тобой еще не закончил! – зарычал Сакс.

– Зато я с тобой закончил, – усмехнулся Дегар. – Отдыхай, дядя.

– Паршивый батар! – выругался мужчина. – Я за тобой слежу!

– Кто ещё батар?! – закричал парень и попытался наброситься на Сакса, но его крепкой хваткой сдержал Диго. – Отпусти меня!

– Хватит драк на сегодня! Пойдём. У тебя кровь.

Только сейчас Дегар заметил, что на штанах в области раны выступило бурое пятно. Пройдя за угол, товарищи нашли комнатушку, служащей спальней для фанатиков, где Диго спокойно перевязал повязку, чтобы та плотнее держалась.

– Что ему от тебя нужно? – спросил загорелый мужчина.

– А мне почём знать? Наверное, перебрал спиртяги. Давай вернемся к нашим? Мне нужно выпить.

Парень соврал. Пить ему не хотелось. Ему хотелось нажраться.

Веселье в зале всё не унималось. Кто-то даже успел подраться. Результатом сего мероприятия стала пара тел, что валялись в беспамятстве в темном углу помещения. Вождь, румяный от выпивки, с широкой улыбкой рассказывал за столом свою любимую давнюю историю.

– …Он мне «Нет». А я ему говорю «Покойника ответ». – Все вокруг хоть и слышали эту шутку много раз, но всё же захохотали. Кроме одного вояки, что сидел прямо рядом с вождем. – А я не понял. Что не так, лысая башка? – Ксаркс хмуро посмотрел на соседа.

– Ну... ты ж эту историю рассказал больше раз, чем звезд на небе висит.

– Не смешно тебе, получается?

– Ну... нет...

– Покойника ответ! – расхохотался вождь и ударил со всей дури собеседника по голове бутылкой. Стекло звонко "дзынькнуло", оставшись целым. Вояка тут же бессознательно осел на стуле и был отправлен легким пинком под стол, дабы не занимал место по чем зря. – Друг мой! – воскликнул Ксаркс, завидев вернувшегося дуэлянта. – Подойди ко мне. Есть пара слов.

Парень настороженно опустился на стул подле вождя. Предыдущий владелец этого места всё равно сегодня уже не очнётся.

– Дегар, – продолжил вождь. – Я горжусь тобой.

Парень скромно кивнул.

– Знаешь, я никогда не видел такой прыти, как у тебя. – Мужчина икнул. – Ты ведь прекрасный воин, однако ж… – мужчина вновь икнул. – Однако ж… про тебя мне мало чего ведомо. Расскажи о себе, друг.

Дегар запустил в рот кривую жареную ножку некого земноводного и тщательно прожевал в очередной раз подметив, какая же отвратительная в Рельзкире кухня. Даже на праздниках. Вкус был невнятный, водянистый, нелепо дополненный случайным набором специй и трав.

На другом конце зала раздался звон бутылки, разлетевшейся об каменную стену, а следом за ним грубое ржание.

– Вождь, – начал парень. – Я всего лишь наемник, который разочаровался в нынешних порядках в Велиотонии. Ищу свое место в этом жестоком мире. Надеюсь, однажды мне не придется убивать, хотя это единственное, с чем я прекрасно справляюсь.

– Ну не надо раздувать из лягушки Левиафана! – проговорил вождь, взявшись за кружку. – Не может в Велиотонии быть всё настолько… настолько плохо, что ты решил отправиться в страну, куда направляются одни лишь преступники. Скажи откровенно, тебя разыскивают?

– Нет. По крайней мере, пока что, – усмехнулся Дегар. – Орден рыцарей Слова Короля совсем распоясался. Жить становится всё труднее, а они даже не чешутся, а только усугубляют жизнь простого люда.

– Это я уже слышал от тебя. Не переживай. Их власть пошатнется, если они за головы не возьмуться.

– Наверное… – парень сделал глоток и поморщился. – Я хочу поселиться там, где мне не придётся убивать, чтобы выжить. Чтобы я мог взять себе красавицу жену… обзавестись детьми… и, в конце концов, умереть во сне в преклонном возрасте… Еще мечтаю о небольшой свиной ферме. Как у моего покойного отца. Только не хочу, чтобы её сожгли разбойники или же забрали себе жадные рыцари.

– Красивая мечта. – Ксаркс поднял кружку. – Так выпьем же за неё!

Почти все за столом одновременно подняли кружки и залпом выпили кислое вино. После этого вождь продолжил.

– Дегар, сейчас твоя семья – это мы. – Мужчина прижал кулак к широкой груди, что красовалась из-под расстегнутой рубахи. – Наш Зир – это не просто сборище беглецов и убийц. Мы братство. Вскоре все привыкнут к моему порядку, и мы будем поистине едины.

– Хотелось бы верить, вождь… Думаю, у вас всё получится.

– У нас, Дегар. У нас! Выпьем за нас!

Все вновь радостно подняли кружки, однако парень воздержался. Может, ему и хотелось напиться вусмерть, но делать этого не стоит. Вокруг одни враги, с которыми пьяным не совладать.

– Вождь, мой разум мне нужен трезвым. И вам тоже.

– Друг мой, – Ксаркс широко улыбнулся, сморщив у губ пару морщин, – я приказал нескольким людям не пить и бдить в оба глаза. Всё под… контролем. Тем более, эти трусы напуганы, аки мышки. Они каждого нашего чиха боятся. Расслабься и выпей со мной. Не обижай старика.

– Как скажите, вождь. – Дегар тяжело выдохнул. – Сегодня я и вправду заслужил отдых.

Глава третья. Нежданно, негадано

Дождь пришел с севера и хорошенько омыл многовековой великий лес. Вода собралась в ямках и рытвинах, которые приходилось обходить. К тому же, сапоги совсем сносились, и являлись не более чем ошметками рваной кожи, худо-бедно сшитыми вместе и обтянутыми вокруг ног. Глухая туника затерлась, стала пригодной лишь для мытья полов. Роба совсем исхудала. Заплаток на ней скопилось почти в половину самой одёжи. Из всего наряда только штаны были ещё целёхоньки.

Пожилой травник вышел на мелкую поляну и поднял бледно-желтые глаза к голубому небу, но тут же опустил и прикрыл руками. Может, он и стал хуже видеть, однако чувствительность к свету всё ещё была острой.

Отражение в ближайшей луже показало морщинистого старика, голова которого была практически лысой. Местами, словно сосульки свисали длинные седые волосы. Выглядело это очень забавно, будто он их сам себе налепил от безумия, вызванного отшельнической жизнью.

За поляной лес резко густел. Нужно знать тропу, чтобы не завязнуть в кустах. Старик мог идти с закрытыми глазами, доверившись памяти тела и животному чутью. Воля Предков, чувствительность к запахам оставалась достаточно сильной.

Обогнув каменистый холм, травник подобрался к густой траве. Под ней скрывался спуск в землянку, крыша которой была вровень с землей. Спустившись, учуял незнакомый резкий запах. Ничего подобно старческий нос не ещё ощущал на своём веку.

«Чужак? Быть не может. Зверь какой мошт?»

Травник опустил корзинку на пол у входа, принюхался, взялся за посох.

«Нема этакого зверя в лесу моем. Чужак».

– Вылазь-ка! Коль в чужой дом забрался, нечего скрываться!

В землянке хоть и было мало места, старик всё же умудрился уместить здесь два стола – один для алхимии, другой для еды. Печь глиняную, пару сундуков, бочки и полки, а также лежанку. Под потолком на веревках висели и сушились травы и грибы. Есть где затаиться, хоть и тесно тут.

«Мелкий, значитса. Иль ушел уже, а вонь оставил».

Как вдруг раздался чих из дальнего угла комнаты.

«В бочке сидит, пройдоха!»

– Вылазь! Слыхал тебя!

Из пустой бочки выполз мальчишка. Отрок, Танцев двенадцать от роду. Весь грязный, промокший, да ряженый. Рубаху и штаны этаких старик доселе не видывал. За плечами сумка черная диковинная на двух ремнях висит. Так еще до кучи незваный гость держал обшарпанный деревянный меч и каплевидный щит красного цвета.

– Во дела… – старик рот разинул, смотрит на это безобразие и слов подобрать не может. – Кто таков будешь? Сын лордской иль шут сбежавший?

Мальчишка в ответ лишь хмуро глядел, прикрывшись щитом. Только слепой не заметит, что он на ногах с трудом стоит, носом шмыгает. Видимо, промок под ночным дождем да простыл. И бродил по лесу много.

– Отвечай, покамест дитяток на тебя не стравил! – закричал отшельник, пригрозив посохом.

На этот раз незнакомец что-то проговорил, только слов травник не разобрал.

– Что ты там бормочешь? – ещё пуще разозлился старик. – Травы изо рта достань да говори по-людски!

Мальчишка вновь заговорил, на этот раз помедленнее, однако понятнее не стало.

– Эко дело поскудное! На каком языке глаголешь, безобразие? – Старик нахмурился и шлепнул себя по лбу. – Ай, голова моя гнилая! Ты ж вопроса не поймешь, коль не здешний!

Юнец прокашлялся, тяжело вздохнул.

– Как тебя вытравить, паразит? Не нужон ты мне. И как ты умудрился моё жилище найти? Не уж то по мой дух пришел? Предки мудрые! Быть не может!

Чужак опустил щит, но меч из рук выпускать не стал. Старик помотал головой, и посох к стене поставил. После чего стал жестами показывать, чтобы мальчишка сел. Тот послушался, опустился на сундук у дальней стены, а глаза и оружие свое не опускает, хоть и дрожит весь, тяжело дышит. Травник сел на лавку у обеденного стола, стал дальше руками расспрашивать, о чем мог.

Мальчишка не глупый оказался. Меч на колени положил, отвечать стал. Вроде как, заблудился он. Один совсем. Давно не ел, промок насквозь, замерз. Ободрался еще весь. И хромает, нога правая болит.

– Бедный мальчик, – сказал старик и стал руками показывать в сторону выхода. – А теперь прочь с земли моей!

Чужак опешил, глаза вылупил.

– Чаво не ясно? Пшел отседа! Как потерялся, так и отыщешься, еже детишки мои тобой не отпотчуют.

Юнец неуверенно сполз с сундука и побрел к лестнице. Старик на сумку засмотрелся, которая удобно сразу на двух плечах как родная висит, захотел себе такую. Ухватился за нее, стал показывать, чтобы мальчишка отдал. Юнец вырвался, за меч взялся. Тогда отшельник пояснил, что еды даст. Отрок поглядел на старика с прищуром, нахмурился, после чего достал из сумки прозрачный ящичек. «Суда клади», показывает. Дед взял его. Осмотрел.

«Не из стекла сделанный, да прозрачный. Диковина какая» – подумал старик. – «Что ещё имеется, дашь взглянуть во внутрь?» - спросил он жестами.

Юнец достал книги. С ровными рядами букв, будто самими Богами выписанными, картинками цветастыми. Только слов не понять совсем. Задумался отшельник, дал сухую лепешку мальцу и за стол пригласил.

«А мошт не отпускать его, коль такой необыкновенный он?» – размышлял старик, наблюдая за гостем, который с жадностью на скудную пищу накинулся. – «Як ему свезло сюда живым забрести, не значит, что за ним добраться смогут. А мне он сгодится. Авось, Предки ко мне экое чудо нарочито послали? Дали возможность исполнить предначертанное?!»

Отшельник налил мальчику полную кружку суи – медово-ягодной настойки. Гость закивал в знак благодарности, сделал глоток и стал кашлять, чудом не выплюнув всё на стол. Видимо, не ожидал почувствовать спирт.

– Мы тебя не только накормим, ещё и подлечим, – заулыбался отшельник, потирая облезлые шершавые ладони. – И поможем на путь истинный стать.

Глава четвертая. Староверы

Болото. Злосчастное мерзкое место, где ноги утопают в водянистой земле, вечно сыро и зачастую холодно. Здешние обитатели в виде насекомых и рептилий мыслимых и немыслимых размеров не прочь полакомиться кровью или даже плотью человека.

Окольными путями отряд возвращался в свою обитель. Идти нужно не спеша, по определенному пути, известному лишь старожилам. Кони и повозки могут запросто увязнуть на здешних тропах, поэтому люди шли на своих двоих, неся большие сумки за плечами.

Дегар проклинал похмелье. Не стоило слушать Ксаркса и воздержаться от выпивки. Авось, спотыкался бы меньше. К тому же, одной ночи было преступно мало, чтобы раны как следует затянулись. Поспевать за всеми было не так легко, как хотелось.

– Дегар, может, тебе всё же помочь? – обратился к парню его усатый товарищ, что всё время шёл рядом.

– Сам справлюсь, дружище. У меня палка для опоры есть. Ты рядом, если что. А это уже намного лучше того дерьма, из которого раньше я выбирался самостоятельно.

– Как скажешь, волчелло, – усмехнулся Диго. – Говори, коль понадобится что-то.

Благодаря недавнему ливню тропа стала намного хуже, чем пару дней назад. Один человек из их отряда даже умудрился на веки вечные утопить в трясине правый сапог. На такие случаи в грузе за плечами всегда имеется запасная пара, так что бедолаге не придется идти с голой ногой.

У тропы особо одаренный вояка решил взять пару ягод с куста. Красные, чётко выделяющиеся на фоне бледных кустиков, лакомые бусины так и манили к себе. Однако, только стоило мужчине коснуться ягодки, куст тут же сжал колкие листочки, ухватив тем самым ладонь своей жертвы, и рывком потянул к земле, где скрывалась пасть хищного растения. Мужчина хоть и глуп, да силен, поэтому без проблем выдернул руку ещё до попадания оной на обед.

Из-за таких вещей Дегар ненавидел прогулки по болотам. Уж очень просто здесь помереть от собственной невнимательности или неудачи.

– Вождь, здесь сплошные топи, – заявил разведчик, что шел впереди всей колонны с длиннющим шестом в руках. – Дожди размыли этот путь сильнее, чем ожидалось. Придется обходить незнама сколько.

– Идем западнее.

– Через деревню Староверов? – с недовольством в голосе уточнил разведчик.

– Придется. Насколько я помню, к ним ведет надежная тропа. Будем надеется на теплый приём.

На топях Рельзкира не всегда жили беглые преступники и рабы. Когда-то давно местные земли даже не считались страной, а были лишь пристанищем для отшельников. Страны Сурия и Велиотония, между которыми находились болота, занимали незначительную часть этой территории, где промышляли добычей руд и торфа. Местные жители обитали не в скалах, но возле них, в маленьких деревушках. Грибы применялись лишь в ритуалах, которые проводили шаманы, дабы связаться с духами Предков, чтобы получить силы, ответы или благословение.

Однажды группа отъявленных головорезов бежала от длани закона и забрела в топи. С трудом они преодолели опасные места, где рыцарям пришлось спешится. Взяв жителей маленького поселения в плен, бандиты загнали их в скалу и скрылись там же. Увидев, как один из шаманов впал в транс и в этом состоянии без страха кинулся на вооруженных врагов, разбойники заинтересовались грибами, которые тот употребил. Через пару дней рыцари настигли банду и вошли в пещеры. В запутанных коридорах, которые разбойники успели изучить вдоль и попрек, они уничтожили преследователей, разделив их на малые группы и загнав в ловушки.

С тех пор это стало их главным методом борьбы. Жили они за счет крестьян, привлекая всё больше и больше преступников, желающих скрыться от преследования раз и навсегда, а также найти легкий способ существования за счет других. После наплыва огромного числа негодяев, стали формироваться целые кланы со своими понятиями. Разбойники захватывали шахты одну за другой благодаря чудодейственным грибам и численному превосходству, ведь по топям быстро прислать помощь осажденным не являлось возможным. Лиходеи же перемещались маленькими тропами, умели хорошо ориентироваться в топях, благодаря чему с легкостью перебрасывали свои силы. Выгнать с занятых территорий захватчиков никто не мог, так как помимо грибов они умело использовали неудобства местности. После нескольких неудачных попыток Сурия и Велиотония оставили преступные кланы в покое, но при этом окопались на оставшихся незначительных участках земли и стали активно усиливать пограничные территории.

Местных жителей, которые смогли избежать рабства и продолжить жить на поверхности, как и раньше, отныне зовут Староверами. Они верят в то, что Предки Человечества пришли из пещер, где до этого питались рельзами. Стали менее дикими, научились жить в другой среде и ушли с болот. Предки были сильнее потомков, мудрее, быстрее, что позволило им выживать в суровых условиях. Да бы связаться с их душами и получить их знания и наставления, шаманы используют первую пищу Предков – пещерные грибы. Вожди кланов стали трактовать вероучения таким образом, чтобы они соответствовали их нуждам, помогали объединять людей и оправдывать рабство, насилие. Однако центром любой веры остаются рельзы.

Ксаркс, как рассказывали Дегару, прибыл сюда из Велиотонии, что находится южнее, с верными ему людьми сравнительно недавно, вырезав верхушку одного Зира. Стал наводить свои порядки, превращая сброд в боеспособное подразделение со строгими иерархией, порядками и уставом, словно делая из него рыцарский орден. Даже отменил рабский труд. Теперь все, кто зависели от порошка, не просто трудились в пещерах за дозу и миску помоев, а жили в достойных комнатах и имели свой распорядок дня. За, так называемыми, безвольниками внимательно следят и лечат от последствий употребления порошка. И всё же, вещество остается опасным и быстро уничтожает тело, вызывая выпадение волос, слепоту и даже порой отмирание языка. Люди становятся такими, какими могли быть Предки. Лысые, слепые, но с острым слухом. Такие существа способны жить в самых глубоких пещерах, где никогда не светит солнце. Однако, не все считают эту форму действительной. Многие представляют Предков великими, способными выстоять в схватке с медведем и лазать по скалам как по деревьям.

Небо заволакивала мгла. Солнце медленно растворялось за горизонтом, словно масло на сковороде. На смену ему пришли две луны – одна побольше, другая поменьше. Та, что была меньше, день ото дня кружила вокруг своего «старшего брата». По её перемещениям звездочеты составляли календарь.

– Гато! – окликнул Дегара его загорелый товарищ. – Ведомо ли тебе, почему их называют Братом и Сестрой?

– Ради всего светлого в этом мире, не надо! – завопил парень. – Последнее, что я сейчас хотел бы услышать – это сказки на ночь.

– О-о, мой маленький гато! – заулыбался мужчина. – Давно это было! В дни, когда тьма правила ночью!

– Диго, не надо! – прорычал Дегар.

– В те времена многие путники сгинули в непроглядной тьме, потерявшись. Никто не мог уйти до рассвета и вернуться в селение живым.

– Видимо, тебя не остановить…

– Тогда решил самый крепкий и смелый парень отправиться прямо туда, на гору, за которой спит Солнце. С собой у него был только хлеб, что испекла ему младшая сестрица. Шёл он несколько дней, не сбиваясь с пути, даже во мгле.

Дегар протяжно зевнул.

– Но даже самый сильный сбивается с пути. Так и случилось с героем, который без света заплутал в темных пещерах, ведущих через горы прямо к солнцу.

– А сейчас его обязательно спасут, – заворчал Дегар, протягивая руку товарищу. Тот её подхватил и помог парню пройти по бревну через вязкую лужу.

– Герой увидел красный огонь, идущий прямо к нему. Он испугался, ждал смерти, но не дрогнул. И тогда он увидел свою сестрицу с факелом в руке, что шла за ним по хлебным крошкам.

– И почему они все просто не ходят ночью с факе…

– Тс-с! – шикнул Диго. – Тогда они пошли вместе и забрались за гору. Солнце не было радо тому, что его разбудили, но похвалило героев за смелость. Тогда оно дало им часть своего света, чтобы те несли его людям в ночи. Отныне и впредь Старший брат освящает всем путь, а Младшая сестра всегда следует за ним, чтобы он никогда не заблудился.

– Какая трогательная история. – Дегар опустился на замшелый камень и тяжело выдохнул. – Поскорей бы привал. Жрать хочется. Кабана бы съел.

– Мой маленький гато, – покачал головой усач. – Не тем твоя голова забита.

– Ну, ты почти верно говоришь. Голова не должна быть забита. А вот желудок да.

Вдали разведчик увидел огни. Кучерявые столбы дыма поднимались в небо, видимые благодаря свету от Старшего брата. Значит, до поселения Староверов осталось не долго, и можно не останавливаться на ночлег, так как в темноте теперь есть ориентир.

Когда группа подобралась достаточно близко, чтобы видеть очертания приземистых косых хижин, Ксаркс взял с собой двух людей, а остальным приказал оставаться на месте и ожидать сигнала.

Домов было немного, меньше дюжины. На болоте очень сложно построить здание, чтобы оно прожило больше пары десятков лет. Каждый пригодный для строительства участок земли использовался по полной, от чего здания зачастую получались широкими, вмещающими в себя как можно больше семей. В стороне от всех хижин, прямо под скоплением овальных скал, расположилось здание, вытянутое ввысь. К вершине оно сужалось. Крыша отсутствовала. Вместо неё была дыра, шириной с добротную бочку.

Именно сюда направился Ксаркс, чтобы провести беседу, ибо в таких сооружениях живут шаманы и по совместительству старейшины.

Дверь из бревен молодых деревьев легко поддалась, впустив троицу внутрь. В лица тут же ударило тепло. Помещение было наполнено ароматом различных сушеных трав и грибов, горящих в большой жаровне, расположенной в центре. От огня поднимался столб густого дыма, выходящий через крышу и частично оседающий внутри здания. В жаровне то и дело вскакивали зеленые и синие языки пламени. Вокруг собралось свыше двух десятков людей, от мала до велика. Каждый присутствующий, закрыв глаза, сидел на коврике из шкур мелких животных. На ногах стоял только один мужчина средних лет в плаще в пол из плотной ткани. На его голове красовалась шапка из бурой шкуры, украшенная черепом крупного парнокопытного с чучелом ворона на рогах. Никто не отреагировал на шум, будто все собравшиеся были оглохшие. Один лишь шаман открыл очи и уставился на незнакомцев отрешенным взглядом.

Ксаркс молча подошел к жаровне, немного поразмыслил, и бросил в огонь гость порошка из мешочка на поясе. В воздух тут же поднялись оранжевые и фиолетовые языки пламени. Аромат сменился на овощной, будто кто-то готовил забористый суп. Люди вокруг открыли глаза и дружно охнули, завидев иные цвета огня и незнакомцев на пороге.

– Да прибудут с вами Предки, – сказал Ксаркс, присев на одно колено. – Я странник, пришел просить о помощи.

– Предки с нами! – произнес шаман, взгляд которого стал строгим, внимательным. – Что тебя привело вас к нам, вероосквернители? Зов Предков или неутолимая жажда наживы?

Вождь поднялся на ноги и продолжил.

– Я и мои люди заплутали в топях. Нас две дюжины. Большинство сейчас ждут у селения. Прошу у вас кров на эту ночь, а поутру помочь выйти на тропы. Взамен предлагаю часть наших припасов и любую посильную помощь в дальнейшем.

– Нам не нужны подачки, добытые кровью и смертью. И коль были бы Предки с тобой, заблудший, у тебя бы нашлись силы вести своих людей без посторонней помощи.

– Ваша мудрость, – спокойно проговорил Ксаркс. – Однако, может Предки направили меня к вам, дабы мы помогли друг другу. Эта встреча – мой шанс показать вам, что мои намерения чисты, и не каждый человек с мечом страшает невинных и слабых. Помогите мне, и я дам вам защиту. Под моей властью уже находится три клана, которые после одного приказа даже не посмеют думать о том, чтобы приблизится к вам. Даю слово мужчины. Оно не рушимо.

На мгновение вождю показалось, что ворон на черепе перебрал лапками и закивал клювом. Шаман задрал подбородок, взгляд его стал надменным.

– Ты жаждешь власти, склоняешь людей к подчинению. Мы свободный народ, потомки порабощенных, прекрасно знаем, что такое неволя. Пусть наши души уйдут к Чертогам Предков, но мы не прогнемся под захватчиков. – Мужчина на некоторое время закатил глаза, после чего его взгляд смягчился. – Всё же, в твоих словах есть мудрость, человекоубийца. В нашем селении и вправду случилась беда. Ежели Предки услышали наши мольбы и послали вас, то вы справитесь с напастью. Мы дадим вам кров в обмен на припасы. Поутру вас ждет испытание. Избавите нас от беды – мы поможем отыскать дорогу. Коли нет, попросим у Предков вашего упокоения в Чертогах.

– Что вас беспокоит? – спросил Ксаркс, не выдавая своего воодушевления.

– В последнее время хищники стали одолевать наш скот. Этих тварей развелось слишком много. Мы способны их прогнать на некоторое время, но здесь поможет только истребление. Ежели Предки не дают нам силы бороться… – шаман тяжело вздохнул, – то, может, эта встреча действительно предначертана.

– Утро вечера мудренее. – Ксаркс любезно улыбнулся. – Завтра мы познаем волю Предков.

– Верные слова. Приводите своих людей. Располагайтесь. Этой ночью Перевал Духов станет вашим убежищем. За припасами мы придем на рассвете.

Жители во главе с шаманом молча покинули здание.

– Вождь, – тут же спросил один из сопровождающих. – Как они решились нас пустить? Не боятся, что мы их перережем во сне?

– Не боятся. – Ксаркс кинул в жаровню очередную горсть порошка, вызвав голубое пламя, заплясавшее в его бледно-зеленых глазах. Запахло влажным хвойным лесом. – Они знают, что если их хотят убить, то не ведут переговоров. Поражаюсь тому, что шаман не удивился моему миролюбию. Он наверняка впервые говорил с чужаком. Даже… поерепениться успел. – Вождь еще некоторое время наблюдал за пламенем, после чего обернулся к товарищам. – Зовите сюда остальных. Будем отдыхать. И ради Предков и всего светлого, откройте дверь настежь. А то надо надышимся тут.

Глава пятая. Забава

Худощавый сутулый мужчина вёл по водянистой поляне Ксаркса и ещё с полдюжины крепких бойцов. Солнце поднялось недавно, до зенита ещё далеко. Над влажной землёй тонким ковром расстилался густой туман. Каждый шаг разгонял его, открывая блёклую приземистую траву.

– Твари этакие приходят с юга, – говорил сопровождающий, злобно рассекая воздух длинным посухом. – Раз в три дня, не реже! Приходится каждый раз на ночь отгонять скот в загон и стеречь! Очень страшно выводить далеко на пастбища. Животинка не доедает, голодает.

– Они каждый раз приходят с одного места? Почему же вы их до сих пор не потравили?

– Много их развелося. – Мужчина тряхнул инструментом прямо у лица вождя. – А нас малехонько. Паскуды дикие такие! Сначала заняли водопой! Теперь же жирокрысов наших целиком глотают, да в пасти уносят!

– Уносят, говоришь... – задумался вождь. – А разве они так обычно делают?

– Недавеча повадились. Обычно к нам даже не заявлялись. – Мужчина остановился у маленького кривого дерева, корни которого торчали из земли. – Дальше вы сами. На запад до ручья, а там и на озеро выйдите.

– Ты идешь с нами, – отрезал Ксаркс. – Вдруг, там ловушка.

– О, могучий воин, я бы не посмел…

– Конечно не посмеешь. Не посмеешь уйти. Веди вперед, пока я добрый.

Тропа с устойчивой почвой сужалась. Группа шла неспешно, предвкушая кровавую расправу.

– Вождь, – произнес Диго. – Как это стая жаб переростков запугало целое поселение?

– Сам чую, что дело тут не чисто. Однако, есть только один способ узнать.

Неожиданно закричал один из группы. Его прямо из лужи подцепил длинный язык подводного чудища, которое потянуло жертву к себе. Товарищи тут же перерубили бескостный орган, заставив тварь затаиться.

– Гнездо ихнее близко, – заявил провожатый. – Будьте на чеку.

– Мы знаем, что делать, – сказал Ксаркс. – Лучше следи, чтобы тебя не утащили.

Старовер нахмурился и молча продолжил путь, который закончился довольно быстро. Мужчина остановился перед кустами, за которыми журчал широкий ручей, и попятился назад.

– Что там? – прошептал Ксаркс, вскинув кулак левой руки над головой, попутно обнажая клинок.

– Они! – закричал мужчина и побежал прочь, сверкая пятками.

Тут же из-за кустов, словно горошины, повыскакивали склизкие зелёные твари в панцирях. Каждая размером с медвежонка.

– Стена! – скомандовал вождь и отскочил назад. Его тут же прикрыл крепкий строй с копьями наперевес.

Жабоглоты злобно квакали. Звук получался гулкий, будто шел не из гортани, а глубоких пещер.

– Их много! – прокричал Ксаркс. – Атакуйте строем!

Как только шеренга сделала первый шаг, жабоглоты завыли громче. Пара особей даже метнула длиннющие склизкие языки и вцепилась прямо в копья. Разбойники застыли от удивления.

– Какого… Рубите тварей! – раздался приказ Вождя.

Следом на землю полетела пара языков. Пронзающий писк раненых земноводных вдарил по ушам, заставив всех сморщится и отойти. Ксаркс уже было собрался сам броситься в бой, как вдруг заметил шевеление в кустах и скомандовал отступить на несколько шагов. Вскоре показалась человекообразная фигура – существо, покрытое густой черной грязью, лозой и тиной. Руки тянулись почти до земли.

– Это Отец Болот! – закричали разбойники, пятясь назад. – Он пришел покарать нас!

– Вы что наделали?! – закричало нечто человеческим голосом. – Что они вам сделали?!

Жабоглоты сразу стали собираться у существа, присевшего на одно колено.

– Тише, малыши мои, тише…

Ксаркс вышел вперед, держа клинок острием вниз. Даже если перед ним сам Отец Болот, то бояться нечего, ведь, судя по всему, он такое же существо из плоти и крови, как и всё живое, раз оно уж сострадает животным и говорит человеческим языком. А всё живое можно убить.

– Мы пришли по просьбе мирных сельчан, – начал вождь. – Ваши… дети поедают их скот и мешают выпасу.

– Ох… – существо приподнялось и спустило капюшон с головы, который из-за лозы казался частью головы, а не одежды. Отряду предстало грязное лицо мужчины, черты которого терялись за толщей грязи. – Я и позабыл, как со стороны выгляжу… Это не мои дети… просто… – мужчина усмехнулся, – просто они слушаются меня. Как стая.

Ксаркс уставился на недоразумение, что возникло перед ним. Какой-то замызганный человек повелевает жабоглотами? За жизнь всякое встречалось повелителю зира, но подобное он видит впервые.

– То бишь, это по твоей воле происходят налёты на скот?

– Налёты на скор? Нет-нет! – завертел головой мужчина. – Я просто живу здесь! Какие налёты?

– Жабоглоты стали нападать на скот жителей селенья неподалеку.

– Впервые про это слышу!.. я догодывался… но, теперь точно… понятно, откуда было мясо… – Мужчина тяжело выдохнул и встал. – Вы же… теперь их убьете?

– Нет, – вождь убрал меч в ножны. – Если они перестанут нападать.

– Ох… – чудик взялся за голову. С рукавов его робы отпали некоторые ветки лозы. – Они тащат ко мне всё, что найдут. Не думаю, что есть способ… им приказать этого не делать.

– А почему они тебя считают главным?

– Ну… э-хех… не знаю… – мужчина опустился на одно колено и стал гладить жабоглотов по склизкой бородавочной морде. Существа довольно морщились и квакали. – Я пришёл сюда примерно десять дней назад. Меня выгнали за одно деяние из поселения… облили всякой дрянью и прогнали. Когда же я пришёл на озеро, чтобы отмыться, жабики мне этого сделать не дали…

– Жабики?

– … Окружили, стали липнуть ко мне, словно хвостик бегать за мной везде. Со временем стали приносить еду, травы… Всё подряд. Мне оставалось только готовить и жить в своё удовольствие.

– И ты до сих пор не отмылся?

– Ну… да.

– Ужас… – Ксаркс поморщился и невольно сделал шаг назад. – Ну… раз уж ты корень всех проблем, то с твоей пропажей жабоглоты перестанут устраивать налёты.

– А… нет мирного решения? – неуверенно спросил мужчина. – Без моей гибели? Мы же можем договориться?

– Коли желаешь разойтись по-хорошему, то предлагай решение.

– Я… даже не знаю… Может я уйду? На запад или восток.

– В таком случае ты можешь вернуться, и налёты продолжатся. Нет гарантий, что этого не случится.

– Папито! – выкрикнул Диго из толпы, что до сих пор стояла позади своего командира, держа оружие наготове. – У меня есть одна мысля!

– Говори.

– Похоже, жабоглотам нравится, как воняет… этот человек. Может, они даже считают его большой самкой!

Толпа мужиков тут же рассмеялась. Даже Ксаркс не удержался и усмехнулся.

– Может, ты и прав. Тогда нам просто стоит отмыть его и дело с концом. Никто не умрет и жабы будут спокойны.

– Как же так?! – крикнул повелитель земноводных, отойдя на шаг назад. – Я люблю своих жабок. Как же я без них…

– А что такого ты совершил в селении, что тебя изгнали? – спросил вождь. – Ты уже второй раз мешаешь людям жить. Можеть, тебя и вправду стоит прикончить?

– Ой… – мужчина сделал ещё один шаг назад. Жабоглоты тут же встали стеной перед ним, злобно порыкивая. – В прошлом я никому не делал зла! Просто, давайте я уйду…

– Здесь я решаю. – Ксаркс демонстративно вынул меч из ножен. – Если мы тебя не отмоем, то ты можешь вернуться. Так что либо помойся, либо умри.

– Я… я… Я тогда не сделал ничего дурного! Всего лишь… надругался над жирокрысой! А налёты не по моей воле…

– Какого…

– Да она уже была мертва! Какой прок от сдохшей животины?!

– Ты больной…

– Если б я имел коня, я бы был не плох! – пропел Диго. – Если б конь имел меня, я б наверно сдох!

Разбойники дружно расхохотались, хватаясь за животы. Некоторые даже похлопали Диго по плечам за остроумие. А вот жабий король только больше зажался. Жабоглоты стали агрессивно квакать, будто знали, что сейчас чувствует их объект воздыхания.

– Кому жалко труп? – развел руками мужчина, проволочив свисающую тину по земле.

– Мне не жалко, – сурово произнес Ксаркс, указав клинком в сторону чудика.

– Я… понял… Тогда, выход у нас один.

Дегар с отчаянием смотрел на огонь в жаровне. Его не взяли на дело из-за ран. Казалось бы, что интересного в умерщвлении зверей? Даже болотные хищники не способны оказать сопротивление отряду бравых бойцов, действующих слаженно. Но юному мечнику просто нужно было занять себя хоть чем-то. Нет ничего хуже, чем сидеть без дела, пока другие заняты.

Дегар остался не один. Ксаркс взял с собой только часть людей, чтобы проще было передвигаться. Также компанию составляли староверы, которые казались парню странными. Они не боялись. Хотя у каждого в группе «гостей» при себе имелось оружие и много опыта в деле человекоубийства. Некоторые из жителей даже задавали вопросы, когда приходили за припасами, намереваясь поболтать. Видимо, сказывается жизнь в отрыве от других селений. Даже когда обещанная плата за ночлег была выдана, люди продолжали появляться в Перевале Духов.

– Дяденька… – обратился к Дегару мальчишка, что заприметил вычурный эфес Искупления. – А можно посмотреть поближе?

– Ближе смогли посмотреть лишь те, кто от него пал.

Мальчишка заметно побледнел, но любопытства у него не поубавилось.

– Дяденька… – не унималась мелочь. – А убивать трудно?

– Опасно. Зачастую, люди не хотят умирать, поэтому сопротивляются. Порой слишком рьяно и отчаянно.

Ребенок кивнул, мотая на ус, казалось бы, простую истину, будто это самые важные слова в его жизни. Дегара забавлял интерес этого мальца, но для проведения лекций воин сегодня был не в духе.

– Где твои родители? – спросил парень.

– Они шкуры выделывают. Попросили не мешаться под ногами.

– А может ты лучше им помогать будешь? Вдруг, кожевником станешь, когда вырастешь?

– Я пока не знаю, кем хочу стать, когда вырасту.

Дегар отвернулся и уставился на шкуру, на которой сидел.

– Я тоже не знаю.

– Дяденька, но вы же стали…

– Ох, простите его! – произнесла девица, подскочившая к мальчику. – Он такой любопытный у нас…

Дегар сразу же обратил внимание на её формы. Стройная, совсем юная… видать, старшая сестра прилипалы. Личико портит большая бурая родинка на правой щеке, размером с орех. Но до чего же хороша фигурка …

– Я сейчас же уведу его…

– Не стоит. – Дегар улыбнулся. Но вместо дружелюбного жеста получилось подобие оскала. А всё из-за ужасных шрамов на лице, которые мало кто ассоциирует с доброй душой. – Мы только начали урок… Я рассказывал, как плохо быть убийцей и что нужно делать, чтобы защитить себя и своих близких.

Девушка удивленно вскинула брови.

– Надо же… Мне казалось, вы хотите отдохнуть.

– Хочу… Не поможете мне с этим, красна девица?

– Как? – спросила сестрица, покрывшись еле заметным румянцем.

– Говорят, вы, староверы, можете делать сладкое, а не кислое вино. Хочу испить человеческого напитка, а не помоев.

– Вина нет… но есть настойка на…

– Сгодится. Что я могу предложить взамен?

– Можете продолжить рассказывать нравоучения моему братцу, – улыбнулась девушка. – Я как раз смогу дела домашние закончить. Затем вернусь и принесу вам попить.

– Договорились. Только не затягивайте.

Сестрица тут же метнулась на улицу. Похоже, больше всего на свете она хотела сбагрить братца. И сделала это, отдав мелочь в распоряжение убийцы. Чудной народ, эти староверы. Неудивительно, что многие селения оказались порабощены.

После купания оказалось, что под толщей грязи скрывался далеко не самый симпатичный мужчина. Черты лица грубые, несуразные, будто при рождении его огрели лопатой, от чего одну половину морды перекосило на бок. Тело больше походило на скелет, обтянутый кожей. При этом мужчина имел набитое брюхо. Теперь всем стало понятно, от чего тот решил совокупиться с дохлой крысой переростком. Кто такому чудищу даст хотя бы поцелуй?

– Э… вождь? – бывший жабий король обратился к Ксарксу, что всё это время сидел на камне у озера и наблюдал за водными процедурами.

– Слушаю тебя…

– Кочак. Меня зовут Кочак. Мне теперь нечего делать. В деревню вернуться я не могу. Жабикам я больше не интересен. Один сгину на болотах.

– Ну?

– Хотел бы присоединиться к вашему Зиру… – мужчина перемялся с ноги на ногу. – Если позволите. Вы выглядите благородным человеком, не смотря… на свой род занятий. Ваши люди подготовлены, слушаются приказов. Я готов стать таким же!

– Да? А приказ не сношать всё подряд осилишь?

Группа бандитов расхохоталась. От их внезапного шума несколько жабоглотов спрыгнули в мутное озерце и скрылись.

– Осилю! Я сейчас готов на всё!

– Много ты «Якаешь», Кочак. И имя у тебя Рельзанское. Его мы сменим… и перевоспитать тебя придётся.

– Папито! – воскликнул Диго. – Вы же не хотите взять этакого неродимца в наши ряды?

– А почему нет? Он человек не глупый. Тем более ему терять нечего. А мы все тут такие. Наворотили дел, что теперь только и сталось идти на болота. – Подопечные вокруг хоть и нахмурились, но понимали, что в эти слова голая истина, с которой спорить не выйдет. – Кочак, тебе драться приходилось?

– Не то, чтобы…

– Ладно. Разберемся. Для начала найдём тебе нормальную одежду. А то выглядишь, как нерк знает что.

Настойка мягко прогрела горло. Во рту заиграл сладостный букет из шишек и ягод, приправленный терпким послевкусием, напоминающим древесную кору. Удивительный напиток. Этого Дегару так сильно не хватало.

– Как вам? – спросила девица.

– Изумительно, – произнес парень и опустил кружку на пол подле шкуры, на которой сидел. – Гм, где же мои манеры? Меня зовут Дегар. В прошлом вольный наёмник. Сейчас же один из верных солдат Зира Ксаркса.

– А меня зовут Сурка Сестра.

– М… в честь луны?

– Да… – девушка смущенно отвела взгляд. – Вы решили сменить свой путь наемника, вступив в клан. Почему же?

– Раньше я проживал в Велиотонии. Брал всякую работу, что попадалась, лишь бы прокормиться. К тому же сражался только за справедливость, но с каждым новым днем понимал, что страна медленно вязнет в алчности и порочности. Только здесь, на болотах, я нашёл честного лидера, который знает, как вести людей к миру.

– Вы про своего вождя?

– Именно. Меня захватили его идеи. С тех пор стараюсь служить справедливости. Возможно, однажды наш вождь сможет создать лучшее место для жизни. По крайней мере, со стороны кажется, что всё к этому и идёт.

– Он пришёл к нам почти без сопровождения и решил поговорить, а не брать силой, потому что ищет путь без насилия?

– Верно. Конечно, почти все его люди – это воры и убийцы, но под руководством Ксаркса они приобретают честь и достойнство, если можно так сказать. Я верю, что однажды мы перестанем убивать. Все селения Староверов станут свободными, как ваше. И я смогу обзавестись красавицей женой, хозяйством и вырастить прекрасным детишек... В полноценной семье, которой у меня никогда не было. – Дегар опустил голову и из-под лобья глянул на Сурку, которая в неком смущении увела взгляд в сторону. – Знаете, – парень подвинулся чуть ближе к девушке, – Сурка, я поражаюсь вашему бесстрашию. Мне казалось, староверы должны разбегаться только при одном виде человека с оружием на поясе.

– Предки даруют нам силы, чтобы бороться. Коли мы падем, такова их воля. В живых останутся самые сильные, истинные последователи веры.

– Звучит… мудро. – Вояка опрокинул кружку, залив в себя остатки настойки. – Может, поможете мне встать и прогуляться? Хочется свежего воздуха. Надышался я у вас тут. Голова болит.

– Да, давайте помогу.

Нога протестовала. По-хорошему, Дегар должен оставаться без лишних движений хотя бы до отправки в Цитадель Зира. Однако, это не его путь. Нельзя сидеть на жопе ровно, пока в жилах струится кровь. Жизнь без движения удел мертвецов.

Парень неспешно зашагал, прихрамывая и опираясь на трость. Это было своего рода унижение. Но, воин всё прекрасно понимал. Без этой палки он далеко не уйдёт, да и ещё и ухудшит свою рану.

Солнце приятно грело кожу. На голубом небе ни облачка. Самое то для пути. Если такая погода продержится еще пару дней, можно будет идти по старой дороге без помощи сельчан. К сожалению, столько времени ждать у них нет. А так хочется провести хотя бы одну ночь в объятьях нежной девицы, что сейчас идёт рядом… Ну, коли такой возможности нет у парня, стоит взять быка за рога прямо сейчас и провести в приятной компании день, а не ночь.

Дегар остановился и скорчил страдальческое лицо.

– Сурка, помогите мне. Что-то мне… не хорошо…

Воитель и вправду почувстовал себя плохо. Живот скрутило, замутило под ложечкой. Во рту стало необычно влажно. Парень попытался сплюнуть противную вязкую слюну, но неожиданно для самого себя выпустил завтрак из желудка прямо на свои сапоги. Голова закружилась. Спина соприкоснулась с землей.

Отряд вернулся ближе к вечеру. Вождь сразу же разыскал шамана и доложил о выполненнии своей части уговора.

– Вы привели нечестивца в наш дом?! – завопил глава селения, в этот раз расхаживающий без своего причудливого головного убора. Вместо черепа на голове был остроконечный капюшон, напоминающий по форме Перевал Духов.

– Я его уведу, – спокойно заявил Ксаркс. – Вы его больше никогда не увидите. И главное, что обошлось без пролития людской крови.

Шаман прищурился, обдумывая слова. Ему не нравилось, что убийце удается вести себя привлекательно для такого честного человека, как он – великого праведника, главы общины.

– Я рад, конечно, рад, что у тебя это получилось, человекоубийца... – Лицо мужчины покраснело пуще прежнего. – Однако мы больше вас не потерпим на нашей земли! Помимо того, что вы привели изгнанника обратно, ваш человек напился ритуального зелья и имел смелость проявить нечистивые намерения по отношению к моей дочери! С помощью обряда мне удалось спасти его от смерти и не дать накуролесить в состоянии транса, погрузив его в сновидения. Прошу забрать его скорее и изчезнуть.

Глаза Ксаркса полезли на лоб от таких вестей. Он был готов разорвать на части полоумного, который в одночасье разрушил созданный с большими усилиями образ честных воинов. И какого было удивление вождя, когда им оказался Дегар, что связанный спал у жаровни и периодически шептал что-то несвязное.

– Вакс, разбуди-ка его, – приказал Ксаркс.

Небритый вояка выплеснул на Дегара ушат студёной воды. Парень тут же очнулся и стал резко мотать головой, оглядываясь.

– Вождь? – удивленно спросил он, завидев перед собой командира.

– Поднимите его и усадите.

Дегара посадили, облокотив спиной на стену. Ксаркс встал перед ним и заговорил беспристрастным голосом.

– Дегар, ты сможешь объяснить, что тут случилось, пока меня не было?

Воин со шрамом помотал головой, пытаясь прийти в себя. Перед глазами всё плыло, мучала тошнота. Вроде бы всё осознавал, но при попытке сосредоточится на одной мысли в голове получалась каша.

– Вакс, помоги ему, – сказал Ксаркс.

В Дегара вновь прилетела ледяная вода, здорово ударив по лицу. Парень забурчал, начал икать. Опустил голову.

– Тяжелый случай, папито! – произнес Диго. – Однако я знаю, что нужно нашему горе-любовнику.

Смуглый мужчина снял с пояса флягу, раскупорил её и поднёс к носу Дегара. Тот незамедлительно среагировал, одернув голову и закашляв.

– Диго! Ну и дрянь у тебя! – прорычал лиходей.

– Вот и всё!

– Хорошая работа, – одобрительно кивнул Ксаркс. – Что ж, начнём с начала. Дегар, будь добр, объясни мне, почему ты накуролесил в моё отсутствие?

– А что произошло?

– Як что? – мужчина театрально развел руки в стороны. – Ты напился ритуального зелья и собрался опорочить честь дочери шамана!

Замутненные глаза парня резко распахнулись на всю возможную широту.

– Дочери шамана?! – удивленно переспросил он.

– Её самой.

– Я не знал… – Дегар свесил голову. – И она сама дала мне настойку. Думал, что это просто напиток.

– Сама? И сама потащила тебя куда-то?

– Она добровольно согласилась прогуляться…

– За дурака меня не держи! – Ксаркс сложил руки на груди. – Я очень разочарован, Дегар. Из-за твоего проступка нам нужно уходить немедленно. Благо, мне удалось сохранить уговор о провожатом. В Цитадели тебя ждёт суровое наказание. Радуйся, что мы ещё в пути. Можешь насладиться этой свободой.

– Папито! – встрял Диго. – Вы же простили все прегрешения крысиного любовника, хоть он вам нет никто! А Дегар свой человек! Гато победил на арене!

– Поэтому я разочарован. К простолюдину извращуге, измазанному в тине и грязи у меня ниже требования, чем к лучшему воину моего Зира. – Ксаркс отвернулся от Дегара. - И хватит болтавни. Я всё сказал. Собираем вещи и выдвигаемся. Диго, проследи, чтобы он ещё чего не натворил, пока мы не прибудем в Циталель.

Группа убийц издалека походила на скопление точек, растворяющихся на полосе горизонта. Шаман смотрел им в след и всё думал, что это за люди. Пришли, поделились припасами и никого не убили. Порой воля Предков бывает такой чудной.

– Отец? – окликнула мужчину старшая дочь. – Что ты делаешь?

– Смотрю… – задумчиво произнёс шаман, не отводя взгляда с удаляющихся силуэтов. – Зачем ты сделала это?

– Ты так легко догадался, – нахмурилась девушка. – Мне лишь захотелось забавы.

– Они убийцы! – Мужчина обернулся к дочери и строго посмотрел на неё. – С ними нельзя играть.

– Предки были на моей стороне. Парень со шрамированным лицом был слишком уж самоуверенный. Им так легко управлять. – Девушка захихикала и поклонилась. – Считай, я преподала ему урок по воле Предков.

Шаман на это лишь покачал головой.

Глава шестая. Тоска

Глава шестая. Тоска.

Фигура в темно-серой рясе с небольшим мешком за спиной незаметно плыла в ночной мгле. Никому неизвестная тропа шла меж крутых скал и острых камней. Человек был погружен в свои переживания, от чего спотыкался, хоть и неплохо видел в темноте. Пару раз подвернул ногу, обшарпался о скользкие и грубые камни. Благо, порошок помогал справиться с незначительной болью.

Показалась узкая расщелина меж двух валунов, которая служила скрытым входом в пещеру. Фигура скользнула внутрь и спустила капюшон, показав лунам лысину и кривой нос.

– Папа! – раздался из глубины пещеры девичий голос.

– Дочь моя!

Мужчину крепко обняла девушка, почти полностью покрытая мехом. Из одежды на ней были только поношенная туника и рваные штаны до колен. Фанатик закряхтел от боли в сдавленной грудной клетке.

– Прости, отец. В такие моменты забываю, насколько я сильна…

Девушка отстранилась и тихонечко проскулила.

– Тише, дитя моё. – Кривоносый фанатик нежно прижал к себе дочь, положив её голову себе на грудь. – Вероотступники ещё в нашем доме. Тебе вдвойне опасно выходить. По сему принёс тебе еды.

Мужчина опустил мешок на землю. Девушка не отреагировала.

– Мне надоело торчать здесь, – вновь заскулила она. – Мне хочется на свободу.

– Если про тебя узнают, то захотят использовать. Никому не должно ведать о твоем существовании, будь это хоть друг, хоть враг. Ты должна помнить это всегда.

– Я помню, отец… – дочь всхлипнула. – Почему я така одна? Мне надоела жизнь в страхе и одиночестве!

– Доча… Только тебе предки позволили приблизиться к их величию. Ахи Большие Рога пал в бою с пришельцами. Он бы единственным, кто хоть отчасти смог сравниться с тобой.

– Раз я такая сильная и могучая, то почему не смогу справиться?! – зарычала девица и отшатнулась в глубь пещеры. В свете Старшего брата блеснули когти на её руках. – Я могу распотрошить любого на своём пути!

– Ты ещё слишком юна… и врагов слишком много. Но не переживай. Предки готовят для тебя великое будущее. И папа приведет тебя...

– Я устала!

Девушка-зверь упала на колени и протяжно завыла, подняв лицо к чёрному небу. Вдали, протяжно и не менее печально, вторили волки. Они прекрасно знали, что такое тоска по стае. Кровь отца застыла в жилах, спину покрыли мурашки, а в сердце прозвучал трепетный стук. Его дочь страшна и при этом прекрасна. Истинное дарование Предков. И никто её у него не отнимет. Никогда.

Глава седьмая. Дом

Дегар корил себя за слабость. Он мог сразиться с опасным врагом, и даже не с одним, и победить. А бой против кружки выстоять было непосильным испытанием. Такой труд по добыче доверия был уничтожен всего за половину дня. Теперь он, израненный, опозоренный и к тому же обманутый девкой, уже не является лучшим бойцом в глазах вождя. А ведь Ксаркс приготовил особое задание, с которым мог справиться только Дегар. Теперь есть все шансы не узнать, что именно задумал командир.

Рядом, как и обычно, шагал Диго. Не как надзиратель, но как товарищ. Шли молча. От смуглого друга не было слышно баек или нравоучений. Он всё прекрасно понимал. Дегар был сорвиголовой, постоянно будто на углях. Вечно куда-то бросался, не зная броду. Если же он угрюмо молчит, то его не нужно беспокоить. Когда потребуется – сам вернется в движение.

– Диго, - произнес Дегар, не поднимая головы. – Это невыносимо…

Южанин посмотрел на друга, но не приблизился, а продолжил идти слева на расстоянии в несколько шагов.

– Мне надоела собственная слабость! – прорычал парень. – В дуэли мне нет равных, но стоит мне сделать глоток чего-нибудь крепкого… И девка эта тупая! Как она меня так легко обвела вокруг пальца?! Ну и я тоже хорош! Повелся на это пойло, пропади оно в Пустотах! Ксаркс наверняка разочарован во мне…

– О, гато, я так не думаю, – улыбнулся Диго. – Отец Мито! Ты же один из лучших в нашем Зире! Столько смог сделать всего за один Танец. Многие из нас дети в сравнении с тобой. Так что, Ксаркс может и зол, но своего отношения к тебе не поменяет. Однако ж, будет строже.

– Может и не поменяет, однако накажет как провинившегося дворового щенка.

– А кто сказал, что будет просто? Гато, не вешай нос! Дай Ксарксу время и в должный миг не оплошай. В один момент он найдет для тебя особое поручение, чтобы ты мог исправить свою оплошность.

– Ах ты нерк усатый! Голова! Знаешь, что и когда сказать. Что ж… – Дегар потянул руки вверх, вытягивая спину. – Без потерь войну не выиграть, верно?

– Верно, гато! Главное смириться с ценою побед, и всё станет проще.

Проводник в лице старовера-охотника выполнял свою работу великолепно. Несмотря на размытые тропы и затопленные низины, отряд шел быстро и уверенно. Ксаркс находился во главе, внимательно наблюдая за разведчиками. Края незнакомые, от чего неведомо, насколько близко находится другой Зир. Не хотелось бы попасть на чужую землю и ввязаться в бессмысленное кровопролитие. К тому же, старовер может нарочно завести их в мертвые топи или прямо в логово недругов.

– Вождь, всё спокойно, – доложил один из разведчиков. – Судя по солнцу, мы движемся в сторону Цитадели.

– Замечательно. И всё же будьте начеку. Следите за тем, чтобы не было засады.

– Слушаюсь, вождь!

Светило, медленно стекая по небу, приближалось к горизонту. Люди теряли терпение, изможденные бесконечными топями и стаями мелких насекомых. Дегар уже сбился со счёта сколько кровососущих жучков он убил, когда те пытались забраться к нему под одеяния.

Старовер указал курс и покинул группу, дабы за полночь быть в родном селении. Для того, чтобы заблудиться на данном этапе пути, нужно постараться. Верное направление лежит в противоположную сторону от илистого мха, растущего на стволах деревьев. Иди вперед и не пропустишь, ибо Цитадель – это крепость, выдолбленная прямо в огромной скале, которая словно рог торчит из земли. Вокруг нее расположились полукругом скалы поменьше, припорошенные низкорослым кустарником, образующие живописный пейзаж. Такое пропустить попросту невозможно.

Мгла постепенно затягивала небо и землю. С каждой сотней шагов становилось труднее видеть дальше собственной руки. В этом полумраке крючковатые низкие деревья казались страшными чудовищами, намеревающимся схватить и съесть путников. Бойцам даже стали казаться горящие глаза, бегающие где-то меж стволов. Раньше они были лишь легендой, дабы запугать впечатлительных личностей. Теперь же многие готовы поклясться на крови, что видят их воочию.

– Засада! - выкрикнул Ксаркс, вскинув кулак и обнажив клинок.

Тут же послышалась возня, лязг стали, ругань и шепот. Дегар особенно злился, когда в такой ситуации ему приходится занимать вторую руку палкой и держать ногу на весу.

– Кто тут у нас такой важный? - послышался надменный склизкий голос из-за деревьев.

Горящие глаза неких чудищ оказались факелами людей, окруживших путников. Судя по количеству огней, их почти в два раза больше.

– Я Ксаркс, вождь Зира Цитадели. Кто говорит со мной?

– С тобой говорит Борзой Некс, цепной пёс самого Залеса Грозы. – Из мглы под светом факела появилось плоское рыбообразное длинноволосое лицо с узкими губами, вырисовывающими ухмылку. – Решил я тут прогуляться по нашей прекрасной земле, а тут ты. Помнишь, как ты заявился к нам с огнем и мечом, словно хозяин? Мы напомним. Теперь нас больше и вы окружены. Сложите оружие и мы убьем вас быстро, без пыток. Ну, кроме тебя, старый болотный слизняк из Цитадели.

– Некс, это твои люди? - спокойно спросил Ксаркс, проигнорировав угрозы.

– Это люди Залеса Грозы, которые сейчас слушаются меня, – задернув подбародок ответил парень, вальяжно держа руку на эфесе меча в ножнах.

– А за мной стоят мои люди. Я отвечаю за каждого, и не желаю их смерти. Некс, а ты желаешь их гибели?

– Её не будет.

– Уверен? Один я заберу не меньше троих ваших, прежде чем холодная сталь пронзит мою плоть. Ты знаешь это.

– Вы окружены! - закричал Некс, обнажая клинок. Жалкая попытка придать больший вес свои словам.

– А вы слабы. Именно вы были тогда унижены, а не мы. Но не ты, верно? Это ты сражался до последнего?

– Да. По твоему приказу твои люди пощадили меня. И ты пожалеешь об этом.

– Правда? Тогда даю тебе шанс спасти себя и своих людей. Будем драться один на один. Старый слизняк против борзой Залеса Грозы. Убьешь меня – Гроза может забрать Цитадель. Аки нет, вы проваливаете за Мутный перевал и здесь не появляетесь. И возле западного селения Староверов тоже.

– Какой ты самоуверенный для вонючего старика. Что ж, я принимаю твою последнюю просьбу. Это закон, да и старших мы уважаем. Защищайся!

Во мгле блеснула сталь, отражая желтый свет факела. Ксаркс легко отскочил назад и вдарил ногой в живот соперника. Тот тут же плюхнулся на спину как мешок с дерьмом. Факел подпалил его волосы, от чего тот вскочил и стал вопить, забыв про дуэль. Тогда вождь Цитадели рубанул его по ниспадающим горящим волосам, порезав щеку. Люди Ксаркса хохотали.

– Грязный батар! – зарычал Некс, ухватившись за кровоточащий лоскут кожи, который когда то был щекой. – Я тебя на ужин порублю!

– Смелее, щенок!

– Да я тебя!..

Ксаркс ловко ушел от очередного выпада и срубил вторую половину волос, вновь рубанув щеку.

– Будь ты!… – последнее что выкрикнул Некс.

Следом его голова одним сильным ударом отделилась от тела и пала к ногам Ксаркса.

– Отныне и впредь Залес Гроза больше не смеет выпускать своих шавок за Мутный перевал! - воксликнул Ксаркс, выского подняв голову поверженного врага. Кровь частыми каплями стремительно спрыгивала вниз, окрашивая траву. – Бегите к хозяину, пока еще живы. А коли Грозу не устроит такой расклад, пусть явится ко мне сам! Следующая ваша прогулка по нашим землям будет расценена как начало войны. И вот уже второй наш поход к вам не будет столь милостивым. Даю вам слово!

Вскоре стало совсем темно. Уже будучи измотанными, бойцы держали шаг. Каждый хотел уснуть в своем логове, в тепле и безопасности, а не на топях средь плотоядных кустов и жуков. И вот, наконец, величественное каменное изваяние завиднелось в свете Брата и Сестры, и лица страждущих озарили улыбки. Цитадель была столь вытянутой, будто пыталась закрыть собой оба небесных светила.

Каждый раз Дегар смотрел на это с неким трепетом в груди, чувствуя себя ничтожным ничем на фоне могучего каменного великана, непоколебимо стоящего здесь уже множество веков. Парень никогда не мог подобрать слов, чтобы описать эти эмоции. Махине не страшны ни ветер, ни дожди. А внутри безопасно и достаточно тепло. Вход в неё был тщательно замаскирован, к тому же охранялся днем и ночью. Даже не верится, что Ксаркс смог захватить здесь власть. Цитадель кажется неприступной.

Отряд встретили радостными возгласами. К Ксарксу тут же прилип лысый мужчина, разодетый в цветастые шелка. Его нос, походивший на раздутую гальку, периодически дергался словно у грызуна.

– Всё было исполнено! – радостно произнёс он, двигаясь рядом с вождём. – Ждём следующих указаний.

– Хорошо, Лелес. – произнес Ксаркс и протяжно зевнул. – Покамест позаботься об организации нашего отдыха. А также распорядись, чтобы Дегара немедля подлатали и сделали всё для его должного отдыха и восстановления. Он мне нужен как можно скорее.

– Слушаюсь, вождь. Какие будут новости?

– Зир фанатиков у наших ног. Безусловно Это благодаря Дегару, собственно. Ну, ещё спасли одного крысиного горе любовника и жабьего обольстителя в одном лице.

– Как это? – советник дернул носом. – Что за обольститель?

– Расскажу об этом чудике попозже. – Вождь прокашлялся. – И да, позаботься о нем. Он в наших рядах теперь. Подбери одёжу ему, выдели койку… ну, как и со всеми. Сурук пусть знатно погоняет его. Нужно выяснить, способен ли этот несостоявшийся соблазнитель сражаться. Если нет… ты знаешь, что делать.

– Слушаюсь, вождь. Велите идти?

– Иди. И первом делом распорядись о моей купальне… да чтоб погорячее!

Для Дегара день пролетел незаметно благодаря хорошему отдыху. В тесной комнатке лазарета тепло и царит полумрак, который помогает отдохнуть глазам. Лежать на мягкой постели сплошное удовольствие. Раны обработаны надлежащим образом и боль практически не чувствуется. Дрова приятно потрескивают в камине, за узкими оконцами тихо воет ветер. Всё располагает к прекрасному заслуженному отдыху. Не хватает только кружечки лёгкого пенного напитка.

– Гато! – воскликнул вошедший Диго. – Как я вижу, тебе полегчало.

– А то! – улыбнулся парень. – Наконец-то я дома, после того как чуть не сдох и еле дополз через вонючие болота!

– О, хорошо, что для тебя Цитадель домом стала! – Смуглый мужчина опустился на табурет у кровати. – Многие всё ещё относятся к ней как к разовой ночлежке. Ну, знаешь, сегодня здеся, завтра тама. Взрослеешь, маленький гато?! – усмехнулся южанин. Дегар усмехнулся в ответ.

– Я тоже такой был. Но пора бы уже осесть. Иначе так всю жизнь прошляешься. А она штука короткая… пора бы думать, прежде чем кашу варить. Хотя бы иногда.

– Какие умозаключения, гато! – Диго расправил усы пальцами. – Не уж то ты решил проповедником стать?

– Ага. – Дегар приподнялся на локтях. – А ещё нести всем волю Отца Мито.

Смуглый мужчина хмуро посмотрел на товарища, однако вскоре улыбнулся.

– Гато, рад, что ты поправляешься и к тебе возвращается шутливое расположение духа. Только не упоминай Отца Мито для смеха.

– Прошу прощения, друг.

В коридоре послышались шаги, звук которых отскакивал от каменного пола и эхом разлетался по коридору. Вскоре в лазарете показался низкорослый лекарь с объемной сумкой через плечо.

– Освободи место, – скомандовал мужчина и поставил сумку на табурет, где сидел Диго. – И покинь лазарет.

– А ты будешь делать что-то опасное? – поинтересовался Диго.

– Для начала вскрою слишком любопытных особ, дабы не отвлекали от работы. – Мужчина закатал рукава робы и стал рыться в сумке. – Я неясно выражаюсь?

– Как скажешь, пако! – Диго мимолетно зыркнул в сумку и направился к выходу. – Дегар, кричи, если что!

– Обязательно, – улыбнулся парень и растянулся на постели. – Десек, что-то недоброе? Перевязка у меня была совсем недавно.

– Мне наказано поставить тебя в строй в ближайшие дни.

– Дык это невозможно!

– У умных людей всё возможно. – Мужчина опустил сумку на пол, а на табурет установил чашу с некой светло-бурой жидкостью, в которой утопил чистые бинты. В комнате тут же запахло горькой полевой травой и пылью. – Сейчас я сменю повязку. Выпей перед этим это.

Лекарь подал парню кружку с крепким настоем. Дегар сделал глоток, поморщился и отстранился от кружки. Тогда Десек надавил на рану на ноге.

– Ты дурной?! – завопил воин, стиснув зубы.

– Пей, кому говорю!

– Ты мог бы по-людски попросить!

– Я тебе не нянька! Пей давай!

Парень тяжело выдохнул и залпом запустил в себя горькую жидкость. Тепло растеклось по горлу, загорелось груди.

– А теперь потерпи, – скомандовал лекарь и принялся снимать старую повязку.

Тянущая боль заставила вновь стиснуть зубы. Относительно свежая рана раскрывалась вместе с бинтами. Пошла кровь.

– Терпи, боец. Только начало.

В дело пошла новая перевязка. Рану словно обдало огнем. Дегар стал дергать ногами, однако почувствовал, что он ослабел и конечности плохо слушаются.

– Лежать! – приказал Десек, прижав ноги к постели. – Остолопы грибоедные, помогите же!

Как откуда ни возьмись возникли двое бойцов и принялись сдерживать буяна.

– Чло пло… – Дегар попытался возмутиться, но язык не слушался. – Стло я… вы… пэл?

– Лекарство, – улыбнулся лекарь и стал собирать сумку. – Сейчас голова может кругом пойти, затошнить. Однако ж, ты не переживай. Спи.

– Да я… те…

Парень почувствовал, как комната поплыла, становилась то шире, то уже. Потолок пошёл вниз, всё закружилось и завертелось. Глаза застелил туман.

Гроза шла с юга. Серые тучи с темно-синими пятнами плыли по небу на ветрах, заслоняя великое светило. Ксаркс наблюдал за этим через широкое окно совещательного зала. Собрание верхушки Зира окончилось несколько мгновений назад и все ушли выполнять распоряжения. Вождь наслаждался спокойствием и тишиной, пока к нему подбирается буря. Вскоре ливень обрушится на скалу. Запахнет сыростью. Мор спадет и станет прохладно.

Широкая двустворчатая дверь со скрипом распахнулась, и в круглый зал, опираясь на трость, вошёл Дегар. Парень неспешно обогнул вытянутый каменный стол и подошёл к Ксарксу у противоположной стены. Фигура вождя всё это время стояла неподвижно.

– Вызывали? – спросил воин, выпрямившись.

– Да. Нужно поговорить.

Внутри Дегара всё сжалось. Прошло уже три дня, как они прибыли в Цитадель. До селя они не разговаривали. А из чего-то, похожего на наказание, было только мучительное лечение. Парень большую часть времени находился в полузабытьи, а также испытывал жгучую боль. Всё тело чесалось и под кожей будто горел огонь. Только сегодня вечером ему удалось прийти в себя, так как в обед ему не выдали настойки.

Ксаркс обернулся и оценивающе взглянул на своего бойца. В глаза тут же бросился рыжий локон на чёлке Дегара, хотя остальные волосы, как и всегда, у него были тёмно-коричневые, словно кора вековых деревьев. И кожа вся побагровела, словно с пьянки. Значит, доклады Десека не врали.

– Как здравие твоё? – спросил вождь.

– Рана заживает быстро. Боли не чувствую, однако наш чудо-лекарь заставил ходить с палкой. В голове словно перьями поросло. Только сегодня очумение прошло.

– Рад слышать. Ты быстро поправляешься.

– Я привык огребать. Любая рана, как на собаке заживает.

Глава Зира пошёл вдоль стены, вглядываясь в хмурый пейзаж через каждое оконце, мимо которого проходил. Дегар следовал за ним, с нетерпением ожидая хоть слова.

– Дегар, – наконец заговорил Ксаркс, остановившись у последнего окна. Вдали сверкнула молния, на таком расстоянии казавшаяся маленькой искрой от костра. – Настают темные времена. Не только для нас, но и для всего мира. – Юный воин опешил, услышав от своего предводителя околесицу в духе фанатичных проповедников, однако промолчал. – Может, нынче мне удаётся управиться с большинством бед и идти по своему плану, однако… – Ксаркс хмуро посмотрел на Дегара и положил руку на его плечо. –…Однако ж ничего невозможно достичь в одиночку. Такие верные воины как ты, помогают мне строить прочный фундамент нашего будущего. Тебе же надоело, что это мир влияет на твою жизнь, а не ты на мир? Поэтому ты пришёл ко мне. – Дегар кивнул. – Думаешь я хочу власти? Нет, мои цели куда сложнее. Мне нет дела до объединения Рельзкира в единое государство. На нас сразу же обратят внимание и растопчут. И для этого особого плана мне не хватает людей, которые способны не только четко выполнять приказы… да и чьи идеи глубже, чем «украсть, сбыть, выпить». Конечно, наворотил ты дел у староверов, однако ж это всё ерунда. Хуже этого твоя перепалка с Саксом. Не нужны нам междоусобицы. – Уголки рта вождя многозначительно приподнялись. – Мне Диго всё доложил. Ошалевшего Сакса я уже наказал. Конечно, за проделку в селении тебя ждёт наказание. Однако, оно так удачно совпадает с тем, что ты можешь сделать для меня. Дегар, не прочь пройтись?

– Пройтись раз плюнуть. Уже не терпится ворваться в бой. – С уголка губ парня подтекла слюна. – Такое чувство, будто я могу одним махом семерых шлёпнуть!

– Верю. Только займешься этим позже.

Во всем коридоре только у сторожевых у двери для освещения присутствовали фонари на камнесветах, один из которых взял Ксаркс. Впереди ожидала лишь кромешная тьма, потому как Цитадель уходила глубже в скалу. Парень покорно следовал за вождём.

Двое достигли ступеней вниз, которые тоже охранялись стражей. На лестнице Дегар чувствовал себя не столь уверенно. Приходилось задерживаться при каждом шаге, чтобы аккуратно спускаться.

Путь продолжался вплоть до самого нижнего уровня Цитадели, из которого по тоннелям можно было попасть в близлежащие шахты по добыче угля, камнесвета и грибов. Здесь, в довольно просторной комнате, которая служила постом охраны, находилось с дюжину оборванцев. По всей видимости, работники шахт. Немытые и небритые. На их лицах отражалась такая усталость, будто они работали несколько дней без сна.

До этого в коридорах помимо стражи не было ни одной души. Парня это очень смутило. В Цитадели явно что-то происходит, о чем ему неведомо.

– Дегар, знакомься. Эта шайка – группа бунтовщиков, которые были наказаны исправительными работами по обустройству шахт. Сегодня они закончили и напросились на что-то большее. Их имена можешь не запоминать. Всё равно…

– Моё запомни, – перебил вождя самый бородатый из оборванцев. В противовес обширной гриве на подбородке, на голове красовалась лысина. – Рипр меня звать.

Следом за этой фразой бородач получил от стражника дубиной по хребту, охнул и затих.

– Этот самый буйный, – кивнул Ксаркс в сторону Рипра. – Старший у них. Будь с ним внимателен.

– И что мне с ними сделать? – поинтересовался Дегар.

– Обучи разведке. Объясни, как пробраться через границу с Велиотонией. И приучи повиноваться тебе. Ты лично должен будешь привести их к нашим людям в Цидадтофере.

Дегар выпучил глаза и схватился за голову. Данная задача будет для него сложнее, чем битва с сотней врагов. А значит, этим вечером без бутылки ему не обойтись.

Бородач издевательски улыбнулся.

Глава восьмая. Побег

Старые дряблое тело отшельника плохо слушалось. То, что он когда-то успевал сделать задолго до подъема солнца в зенит, сейчас у него могло занять целый день. Даже от снадобий нет того прока, что раньше. Так что малец появился в нужное время, став прекрасным подспорьем. Этого чу́дно говорящего недомерка за лепешку и тарелку каши из корений и травы можно запрячь переделать всевозможные домашние дела. За одно только утро он прибрал землянку, наколол дров, натаскал воды, выскреб всю золу из печи и вынес сор.

У старика освободились руки для работы над делом всей жизни. Главное, чтобы малец не вознамерился уйти. Осталось придумать, как заставить его остаться здесь навсегда. Можно, конечно, насилием, к примеру, сломав ему ногу. К сожалению, этот вариант не сгодится, ибо нужно, чтобы мальчик был настроен дружелюбно. Или ещё лучше – благосклонно. Принимал всё как дарование Предков. Не иначе. Для этого эффекта нужна вкусная еда, а для неё в свою очередь требуются дичь и особые травы. Последнее в закромах имелося, а вот с мясом проблемы. Придётся выбраться на охоту. Лишь бы за это время у полурослика не появилось мысли свалить. Придётся надеяться на то, что без припасов ему не захочется бродить по лесу.

Отшельник жестами объяснил, что идёт на охоту. Вечером вернётся и выдаст припасы в дорогу за такой большой труд. А пока мальчику дозволено отдыхать и набираться сил перед дорогой. Конечно, сразу после отмывки горшков для настоев и мазей.

Старик понимал, что таковых обещаний мало. Но ребенок хоть и пытался казаться опасным и решительным, на деле же был ошарашен и напуган. Нужно лишь найти его слабые места, чтобы надавить на них и лишить дух сопротивления, силы воли. Эта задачка является трудновыполнимой, так как без разговора тяжело понять, чего боится и желает человек. О чём он думает, волнуется. Хотя и ежу понятно, что недомерок думает о маме с папой, доме и теплой постельке. Ничего. К следующему Танцу он уже будет благодарить Предков за солому на срубе и траву на ужин. И даже если недомерок попытается уйти, его остановят дитятки. Главное, чтобы они не перестарались и оставили мальчонка в живых.

Как только старик скрылся за люком, мальчик осел на лавке за столом. Руки и губы задрожали. Солёные слёзы покатились по щекам и стали спрыгивать с подбородка на старые отсыревшие брёвна, из которых сколочены мебель и пол. Разум обуяли страх и отчаяние.

Заблудившись в лесу, он смог выжить целые сутки. Притом неизвестно, где он сейчас и найдут ли его. И не понятно, как быть дальше. Каждая минута может быть на счету. Не стоило уходить с того, места, где он потерялся… Авось, уже был бы дома. Но нет, нужно быть героем, самостоятельно искать дорогу по сторонам света…!

Ещё старик этот сумасшедший. Использует больного голодного подростка как раба, да и ещё разговаривать не умеет. Мямлит что-то несуразное и руками машет. Ладно хоть ему хватает мозгов объяснять всё руками и понимать ответные жесты.

Невыносимо! Нужно бежать отсюда. Плевать на простуду и голод. Мало ли что взбредёт в голову старому хрычу. Сегодня он добрый, кормит и поит, а завтра тюкает по голове топором и варит из тебя суп.

Подросток сорвался с места и стал загребать в рюкзак всё, что видит. В прозрачный ящичек наложил остатки каши и пару сухих лепешек. Для питья взял кисло-сладкий напиток, который на вкус отдаёт спиртом и неспелыми ягодами. Ржавый топор послужит хорошим инструментом, чтобы пробираться через заросли и рубить дрова на костер. При чем, мальчишка заметил, что топорище слишком маленькое, как у боевого топора, более подходящее для нанесения ударов, чем для рубки. Тонкую верёвку обмотал вокруг талии, и подоткнул под неё деревянный меч. Каплевидный щит, как и полагается, надел на левое предплечье. Теперь можно выдвигаться.

Ребенок лишь от части был уверен в том, куда следует идти. Перед ним предстали непроходимые заросли. Кусты и деревья стояли сплошной непроглядной стеной, которая давила своей необъятностью. Растительность простирается далеко вперёд. Не известно, где там окраина леса, у которой расположилось родное село.

Тяжело выдохнув, малец рванул в лес. Сумка за плечами, раскачивающаяся от движений, стучала по спине. Ветки цеплялись за одежду, хлестали по лицу, но всё было нипочём. Тоска по дому и страх остаться навсегда в лесу навсегда были страшнее всякой боли. Нога и желудок перестали ныть. Голова не гудит и не текут сопли. Топор сокрушал всё на своём пути. Листья и ветки летели в стороны. Под ногами хрустел валежник и шелестела трава. Не важно, насколько трудно будет выбраться. В лесу он на веки не останется! Сегодня он будет дома!

Но вечно бежать махать орудием не выйдет даже у самого тренированного и юного. Устав, малец устроился на прогнившем замшелом дереве, что когда-то давно упало плашмя, и принялся трапезничать.

Вокруг царил лесной покой. Пели птицы. Легкий ветерок играл с кучерявыми кронами деревьев. И ничего не нарушало покой. На секунду мальчику показалось, что он в безопасности. Какая-никакая еда стала забивать желудок, жажда утолена. В дерево воткнут топор, который поможет прорубить путь из леса, развести костёр и сколотить ночное укрытие. Да, пришлось обворовать старика, что противоречит благородным убеждениям, только вот, куда было деваться? Одуревший отшельник попутал берега. Вообще удивительно, что ему удается выживать в лесу с головой набекрень. И голова эта не то лысая, не то волосатая. Одет он в дырявые тряпки, будто и не одет вовсе. В общем, как в сказке про дочь-семилетку. Осталось только старику ни пешком, ни на лошади передвигаться.

Умиротворенный отдых нарушил шелест в кустах. Стоило мальчику потянулся к топору, как тут же из густой растительности с рыком вылетело собакоподобное существо. Инструмент выскочил из руки и упал в траву. Малец в последний момент пинком откинул тварь в сторону, которое скуля отлетело обратно к кустам, и поднялся на бревно, прикрывшись щитом и приготовив к бою деревянный клинок. Зверь зарычал, однако повторно атаковать не стал. Теперь стало видно, что эта тварь ближе к волку, чем к собаке. Только морда вытянута, словно у землеройки или тапира. Шерсть всклочена или же отсутствует целыми прядями, как на голове у полоумного отшельника. Лапы будто косые, направлены к земле под острым углом. Но длинные зубы и такие же крючковатые когти прекрасно исправляют убогий вид существа, внушая страх.

Адреналин хлынул в кровь мальчика. Сердце застучало чаще и сильнее. Каждая частичка тела приготовилась сражаться не на жизнь, а на смерть. Волкоподобная тварь скалясь и рыча пошла полукругом, надеясь подобраться с к незваному гостю с удачной стороны. Обороняющийся же отчаянно пытался подавить страх и вспомнить, что нужно делать при встрече с хищником. Хотя бы, с тем же волком.

Для юнца это был первый реальный бой. До этого были только игры с друзьями. Ну, и пару раз дворовая собака получала в нос, когда планировала укусить его за ногу. Теперь же перед мальчиком хищник, жаждущий мяса и крови.

Существо ринулось на свою жертву, врезалась в щит и отскочило назад, злобно рыча и мотая плешивой головой. Острые облезлые уши, что всё время были прижаты, нервно подергивались.

Тут то малец и вспомнил, что любого хищника можно отпугнуть шумом. Поэтому, юный воин стал наступать, с каждым шагом издавая крик и ударяя мечом по щиту. Тварь, не забывая рычать, отступала приземистыми шагами, но убегать не собиралась. Отрок стал кричать громче. И громче зарычал зверь. Его вязкая слюна стала стекать на траву, оставляя еле заметный след. Малец терял уверенность с каждой попыткой, ведь тварь не пугалась, как было бы с дворнягой, а наоборот больше злилась. Внезапно существо напало. Удар пришелся на щит, заставил мальца отшатнуться. За ним ещё один удар. И ещё.

Сил у твари было больше, чем у любой дворовой собаки. Юный воин отступал. Подошва ботинок скользила по грязи. Терялось равновесие. Щит бросало то вправо, то влево, но рука продолжала удерживать его в нужном направлении. Попытки попасть мечом по зверю проваливались, так как он был слишком прыткий, уходил от каждого выпада.

Увернувшись в очередной раз, тварь отскочила в сторону и напала с боку. Ребенок успел выставить перед собой меч, который принял на себя когти и клыки. Не отступив, существо навалилось всем весом. Ноги мальца подкосились и он рухнул в траву, подвернув ногу В нос тут же ударила вонь как от потной псины. Безумные жёлтые глаза замелькали перед лицом. Приложив немыслимые усилия, мальчик смог мечом отбросить тварь, но хищник тут же вонзился в ногу жертвы. Однако, почти тут же получил деревянным клинком промеж глаз и отступил. На месте укуса серая ткань штанов стала темнеть от впитываемой крови.

День выдался удачный. Ловушки, расставленные накануне, поймали много мелких зверьков. Некоторые из которых даже ослабли от голода и почти не сопротивлялись. Хотя, это было и не важно. В корзине всегда было достаточно пузырьков с жидкостью, что быстро укротят пыл любого зверя.

Как вдруг старик уловил истошные вопли. А ведь в лесу на версту были только он и мальчишка. Либо забрёл кто, либо мелочь решила дать деру. Если это второй случай, то придётся его спасать.

Отшельник рванул как мог. Глаза, как и всегда, легко выцеливали путь среди зарослей. Тело, хоть и нехотя, двигалось достаточно быстро. Крики прекратились, но стали заметны следы. Тот, кто кричал, прорубал себе путь через лес. Поломал все ветки и кусты аки безумный медведь.

И вот, перед глазами предстал полурослик, который отмахивался своей игрушкой от волка. Старик плеснул бледно-бурую жидкость на морду хищника, отчего тот замотал головой и стал неистово чихать. Затем заскулил, пятясь назад, пока вовсе не принялся убегать.

Недомерок тут же распластался на траве, разжав руку, выронил оружие и сомкнул глаза. Вырубился. Тем же лучше. Мешаться и ныть не будет. Остатки драной штанины пошли на лоскуты для перевязки. Повезло мелочи, что в корзине всегда мази и травы целебные имеются. Как только кровь остановится окончательно, можно будет тащить его в жилище.

В траве поблизости обнаружился топор и бутылка с суей. Значит, недомерок стащил что смог и решил сбежать. Посему, в наказание будет идти до землянки на своих двоих. Как сбежал, так и приползет. И теперь уже никуда с такой раной сбежать у него не выйдет. Значит, всё идёт по воле Предков.

Глава девятая. Метод силы

Пустовал даже питейный зал Цитадели. Дегар сидел за столом в компании одной лишь кружки. Помимо этой неразлучной парочки в помещении находились лишь виночерпий и двое стражников, отдыхающих после смены. Парень в таких тихих местах всегда чувствовал себя по-особенному спокойно, но не сегодня.

Уже находясь в полусознательном состоянии и не помня, какая кружка идёт по счёту, Дегар заметил Диго, опускающегося на стул напротив.

– Гато, – спокойно произнёс южанин, плавно отодвигая бутылку с кислым вином на свой край стола. – С тебя довольно.

– Гато… гато… гато! – вторил парень, размахивая полупустой кружкой над столом. – Милый гато! Я и без твоих соплей… разбираюсь… – Дегар отрыгнул, – …сколько мне пить.

Только сейчас он заметил, что на столе помимо одной наполовину полной бутылки, есть ещё одна пустая. И на каменном полу тоже. Точнее, внизу вместо бутылки расположилась небольшая лужица и ошметки стекла.

– Ой! – икнул юный дуэлянт. – Надо будет… чтобы кто-то убрал. Вдруг Ксаркс наступит и порежется…

– Дегар, ты сегодня говорил с Ксарксом? – спокойно спросил Диго, закупоривая бутылку.

– А… – парень несколько мгновений глядел в пустоту, после чего сфокусировал взгляд на товарище. – Ксаркс? Да. Он говорил… мы говорили.

– О чём?

– Ну… – Дегар потянулся к бутылке, но руки до противоположного края не дотягивались. Спустя пару попыток, его ладони осели на липкой поверхности заляпанного стола. – Друг… будь добр…

– Буду злым, гато, – отрезал южанин. – Дегар, соберись. Что гложет разум твой?

– А… – парень откинулся на скрипучем стуле и зевнул. – Ксаркс говорит мне обалдуев учить… А я не хочу! Они вонючие… противные дикари. Я воин! – закричал Дегар на весь питейный зал, стуча кулаком в грудь. – Не нянька!

– А чему учить?

– Чему учить?! Да тому, что они и так должны знать! Не щенята ж они, нерк их за ногу!

– И для чего?

– …чтоб в Велиотонию попасть… Ты меня допрашиваешь?! – Зарычал дуэлянт.

– Я задаю простые вопросы, чтобы выведать, что тебя так беспокоит.

– А я не просил! – рыкнул парень.

Диго нахмурился и сложил руки на груди.

– Дегар, ты не в себе. За весь Хоровод, что ты служишь Ксарксу, я тебя таким не видывал.

– А потому что я держался, Диго, – понуро произнёс дуэлянт. – Выпить страсть как люблю, понимаешь? А сражаясь с тем фанатиком волосатым, думал, что реально сдохну. Эта… – Дегар громко икнул, на несколько мгновений замолчал и почесал затылок. – …Ой. О чем это я? Да я! Я держался весь этот нерков Хоровод! Меня вот-вот бы зарубили… Но ух я ему дал! Ха-ха! Нерк, за это надо выпить!

– Дегар, выпьем обязательно. Только ты сначала задание своё выполни.

– Задание? – Опешил парень. Глаза подскочили на лоб. – Как ты узнал про задание?

– Гато, ты мне сам про него сказал вот только что.

– Как эт так…

– О, отец Мито! – завыл Диго. – Дегар, ты только что сказал, что Ксаркс дал тебе задание.

– А-а, вот о чём ты! – Парень шлепнул себя по колену и рассмеялся. – Я уж думал ты о другом.

– А есть что-то ещё? – с прищуром спросил южанин.

– Да вроде нет, – пожал плечами Дегар и вновь попытался дотянуться до бутылки.

– Гато, надо бы тебе прилечь. Ты не в себе.

– В себе я! – Рыкнул парень и резко встал, стукнув ладонями по столу. – Ещё раз так скажешь, я тебе вмажу! И знаешь что? Сегодня же вечером начну тренировку этих вонючих батару!

Диго откинулся на стуле и заулыбался.

– Узнаю большого гато.

Для удобства, свору доходяг определили в одну общую комнату, куда, немного протрезвев, наведался Дегар. Мужики развлекали себя игрой в шажки на деньги. Хохот и ругань слышно было с другого конца коридора. Парень не любил эту игру, так как в ней слишком многое зависело от удачи. А за свой недолгий век, он осознал, что на случай полагаться никак нельзя. Судьбу можно выковать только своими руками.

На Дегара не обращали внимания. Те, кто замечали его, тут же отворачивались и вновь устремляли взгляд к доске, костям и фишкам, будто вояка был здесь пустым местом.

– Вечер тихий, промысловики, – громко и строго произнес парень.

В ответ последовала лишь тишина. Тогда парень пробрался к столу и уставился на Рипра, что с пеной у рта и огнем в глазах ловко переставлял черные фишки по вырезанному полю, ловко обводя вокруг пальца своего сопартийца.

– А, это ты… – не отрываясь от игры заговорил Рипр. – Как там тебя… волчонок?

– Дегар.

– Ах, да. Вокруг так много говорили о твоей победе на арене, называя тебя «нерковым волком», что имя забылося как-то.

– Кончайте своё веселье. Время идёт, нужно готовиться к походу.

– Пущай идёт. Мы что, тропинку в лесу не найдём?

– Не найдёте, – рыкнул Дегар, чувствуя, как начинает закипать кровь. – Тебе неведомо, что творится на границе?

– Ловят всех и каждого, да? – Рипр ехидно ухмыльнулся, на мгновение посмотрев парню прямо в глаза. – Ну, мы тута, в грибном царстве. Дошли как-то до седа без тебя. А значит-са, так просто нас не поймать. Гуляй, мальчик. Не мешай взрослым дядям наслаждаться тихим вечором.

Парень стукнул по столу кулаком так, что фишки на доске подлетели ввысь, а затем попадали на стол и пол. Сразу поднялся недовольный вой.

– Я просил по-хорошему! – зарычал Дегар. – Сейчас устрою вам тихий вечер! Кто на меня?!

Рипр ухмыльнулся ещё пуще прежнего и выскочил из-за стола. Дегар отскочил назад, а за его спиной тут же толпа образовала полукруг, создав поле для драки и отрезав путь отступления.

Мужик, сверкая глазами и улыбкой из-под бороды, широко замахнулся на юного волка, который легко увернулся и ответил кулаком в грудь. Рипр не отреагировал, а лишь вновь ударил наотмашь, в этот раз зарядив Дегару в бок, отчего тот отшатнулся и скривился, чувствуя, как жгучая боль расползается по рёбрам.

– Что, волчонок? – усмехнулся мужик. – Знатно тебе батька всыпал?

– Не батька ты мне, гнида немытая.

– Ух! Мало тебе, значит-са?

Вновь удар наотмашь. Дегар, ощущая необычайный прилив сил, лёгкого ушёл в сторону, схватил игральную доску и шандарахнул Рипра прямо по голове. Тонкая древесина раскололась на части, щепками разлетелась по полу. Мужик покачнулся, но на ногах устоял.

– Игры больше не будет, – отрезал Дегар и одним точным ударом в челюсть стёр кривую ухмылку.

Тело камнем рухнуло к ногам шокированных друзей.

– Кто-нибудь ещё хочет потягаться с волчонком? – спросил Дегар, раскинув руки в стороны. – Я так и думал. Завтра…

Раздался злобный крик, и из толпы, замахнувшись ножом, на парня вылетел ещё один оборванец. Боец легко перехватил руку с оружием и прошел к нападающему в ноги, после чего опрокинул его наземь, а нож подставил к горлу.

– И это всё? – ухмыльнулся парень. – Завтра с рассветом жду вас в тренировочном зале. Не опаздывайте.

Чемпион уходил с широкой улыбкой на лице. Всегда проще всего использовать метод силы. Особенно против немытых дикарей.

Глава десятая. По воле Предков

Тело с трудом приходило в сознание, будто отходило от зимней спячки. Мальчик приложил немыслимые усилия, чтобы поднять веки и распахнуть глаза. Он не помнил, как оказался на столе в треклятой землянке. Руки и ноги не слушались, будто одеревенели. В памяти постепенно проявлялись отрывки боя с лесной тварью, дороги до хижины, обработки раны и привкус кислого и мерзкого настоя… Затем только сон… и сон…

Наверное, прошло больше суток. Во рту было сухо, а желудок урчал.

Отлепив язык от неба, юнец попытался позвать на помощь, однако издал лишь протяжный хрипящий звук.

Горячие слезы сами собой навернулись на глаза.

Он так устал. Ему просто хотелось повеселиться с друзьями. Теперь же приходится куковать в глуши наедине с сумасшедшим стариком и дикими тварями. И никто не придет на помощь.

Очередная попытка хотя бы немного приподняться ничего не дала. Только сейчас мальчик почувствовал шершавые облезлые веревки, что сковали и так слабые конечности.

«Значит, я пленник» - с ужасом осознал юнец. Сердце тут же бешено застучало. В голову, вместе с тем, стала приходить ясность. – «Нужно осмотреться… насколько позволит гибкость шеи. Может получится немного задрать и рассмотреть ногу… Что с ней?».

Окружение всё тоже. Бочки, сундуки, печь, травы и грибы на нитях под потолком. Раненая конечность в месте укуса обмотана множеством тряпок. Подумав о том, что там за ними, малец содрогнулся.

И как бы не ощущалось всё это реалистично, сохранялось стойкое чувство, будто происходящее - длинный-длинный ночной кошмар, который никак не закончится. Остаётся лишь надеяться, что в один миг ужасы растворятся, и перед глазами появятся мама, папа, любимая старшая сестра и младшенький братишка. Все вместе сядут завтракать, затем станут собираться по своим делам… И мальчик расскажет происходящее с ним лишь отрывками, так как многие детали этого сна ускользнут из памяти. Зато послужит вдохновением для приключенческого романа, где главный герой обязательно всех победит и вернется к родным…

Лицо мальца побагровело. Он неистово затряс руками и ногами, кричал не разбирая собственных слов. Стол пошёл ходуном, с потолка посыпалась земля. Слёзы стали течь как два ручья и застелили обзор. Веревки скрипели, и по ниточке отрывались от стола, пока в один миг мальчик не вырвался. Руки свободны. Следом ноги.

Пленник осторожно спустился на пол, преодолевая порыв сорваться и бежать. Он почувствовал себя диким зверем, что вырвался из клетки.

Кровь кипела в жилах. В висках стучал барабан. Глаза стали искать хоть что-то из того, что поможет выбраться.

Сверху открылся люк. Показалось немощное тело в балахоне.

«Мерзкий старик умрёт! Я не стану убегать!»

Из груди юнца раздался дикий рык. Руки вцепились в тонкую старческую шею. Когти вонзились в кожу, желая крови.

Следом в нос резко ударил кислый запах, заставивший взбесившегося ребёнка завизжать и отскочить к дальней стене.

Глаза залились красным. И запахло так кисло! Так кисло!

От одурения малец влетел головой в противоположную стену. Не почувствовав боль, он стал биться дальше, тер нос и глаза руками. Стенал, крутился на полу, верещал, пока в один момент тело вновь не ослабело и не стало деревянным. Пелена спала, веки стали опускаться.

Вновь под ним стол, сверху потолок. Попытки вырваться ни к чему не привели. Руки связаны. Туго связаны. Старик противно ухмылялся, оголял свои два с половиной зуба. В его руках деревянная кружка с чем-то горячим, пахнущим как сапоги испачканные в навозе. Пар от жижи поднимался под потолок.

Пленник шипел, извивался из последних сил. Рот изошел пеной. Отшельник с удивительной легкостью, словно тряпичной кукле, сдавил горло мальчишке и стал вливать в него, как в бочку, вязкую жижу. Рыдая и давясь, невольник проглотил отвар и тихо заскулил.

Тогда старик осел на лавку и тяжело задышал. При этом широко улыбался.

Всё идёт по воле предков.

Глава одинадцатая. Миротворец

Дегар разглядывал свой шрам в блеклом отражении на мутном стекле фонаря. Уже не впервый раз воин думал о том, что было бы здорово вернуться в прошлое и исправить свою оплошность. Тогда для этого всего лишь нужно было вместо меча использовать копьё, и тогда бы его не достали. Но нет же, он решил носиться с Искуплением, словно рыцарь, что снует туда-сюда с важным видом. Показуха, которая чуть не стоила ему жизни.

Да, для Дегара меч всегда будет причудливым оружием, которое он будет любить и ненавидеть. Оно создано для тех, кто не боится приблизиться к врагу. Требует много ухода. Взамен является показателем статуса и верно служит как самое удобное орудие убийства. Сколько людей полегло от Искупления… до стольки парень и считать не умел.

Дегар неспешно допил остатки кислого вина, поднялся со стула и направился к выходу, как вдруг заметил входящего Ксаркса.

– Вождь! – строго произнес вояка, слегка наклонил голову и опустил правую руку на эфес меча.

– Оставь, – буркнул мужчина и указал на место за столом. – Садись.

Парень повиновался. Вождь расположился напротив.

– Друг мой, – начал Ксаркс. – Мне доложили, что ты избил своих новых подчиненных. А ни одна тренировка ещё не была проведена. Или это всё же она и была?

Дегар невольно опустил глаза и почесал затылок.

– Да рубить их в корень! В тот момент другого способа заставить их уважать меня я не придумал.

– Ну и правильно! – Ксаркс рассмеялся и шлепнул кулаком по столу. – Так и надо этого змея окаянного! Я даже поражен, як это они не стали толпой тебя избивать.

– Этому я научился в страже, ещё в Велиотонии. Главное быстро и уверенно лишить стадо лидера. Там оно само посыпется и никто не рыпнется. Думаю, вам и так это известно.

– Имеется такое, – загадочно улыбнулся Ксаркс.

– Вождь, что за дрянью Десек меня напаивал? От бадяги вашей чесаться и срать замотался. Второй день отходняк этот. Хотя, вот когда лупил Рипра и ещё одну крысу из их шайки, чувствовал себя увереннее и сильнее, чем когда либо.

– Дорогой настойкой тебя поили. Ты даже не представляешь, чего она стоит. Однако ж, главное результат. А як ты бегаешь, аки молодой кабанчик, значит, игра стоит свеч. – Ксаркс критично глянул на пустую здоровенную кружку возле Дегара. – Сурийская рюмка? Ты раньше был посдержанней с выпивкой.

– Да, она. А иначе от чесотки сраной не избавиться. Хоть как-то помогает. А то Десек ничего путного не посоветовал, зацепи его Зовущая за ногу.

– Помогает, значит? Славно, что ты это подметил. Нашему грибному знахарю передам. А где твоя трость? Что-то я её не вижу.

– Да пускай катится к Предкам! Не старик я, чтобы с палочкой ходить. Готов к бою всегда!

– Рад слышать, рад слышать. Что ж… – Мужчина поднялся из-за стола и вновь мимолетно бросил взгляд на кружку. – Дегар, не подведи меня. На всё про всё два заката светила. Надеюсь на тебя.

– Слушаюсь, вождь!

В тренировочном зале уже собрались подопечные. Большая их часть громко спорила о вчерашней партии в шажки. Из-за сломанной доски они не закончили игру, от чего не понятно, кто кому и сколько в итоге должен. Все были злые и раздраженные затянутостью этого вопроса. А уступать никто не хотел.

Среди дюжины оборванцев Дегар заметил новенького, которого не было вчера в комнате. Он держался в стороне, опираясь на шершавую каменную стену и разглядывая потолок. Завидев своего командира, тут же выпрямился. Лицо у него кривое, да и всё тело в целом. Несомненно, это тот самый крысиный любовник, о котором все говорят. Не удивительно, что он находится в одиночестве.

– Всем построиться! – сходу скомандовал Дегар и встал, скрестив руки за спиной. Мужики прервали ругань, разговоры и хохот, но с места не сдвинулись. – Я дважды повторять не буду. Выполнять, коряги болотные!

– Волчонок, а ты не хочешь за доску с нами рассчитаться? – спросил Рипр, нахмурив брови и сложив руки на груди. – По вашей милости, наша партия не была кончена.

– Сочтемся после тренировки. Я сюда не за выяснением отношений пришёл. У нас есть работа.

– Ай, жаба ты болотная. Не дай нерк соскочишь с уплаты, батька тебя самого кончит.

– Обязательно. А теперь становись! Быстрее начнём – быстрее закончим. А значит, быстрее рассчитаемся.

Бурча и беспорядочно двигаясь, доходяги всё же собрались в две шеренги. Парень нахмурился, чувствуя, как в груди закипает огонь. Стадо до сих пор не признает нового лидера. Значит, нужно им вновь дать по рогам. А то вдруг ещё замышляют против него чего. Нужно подавить желание сопротивляться, запугать и заставить уважать.

– Если вы также будете реагировать на команды во время перехода, то передохните как младенцы. В следующий раз будем их отрабатывать, пока у вас ноги не отвалятся. Сейчас же я хочу узнать, кто каким оружием владеет?

– Всяким владеем, что под руку подвернётся, – ответил за всех Рипр. – Удумал из нас дружину делать, щенок? Да мы людей за граны резали, пока ты мамкину сиську сосал. Чему ты нас учить собрался?

– Что ж, – Дегар тяжело выдохнул через нос и строго глянул на лысого бородатого наглеца, – пока вы, падальщики, пропивали награбленное и понапрасну влачили своё жалкое существование, я постигал мастерство боя, в ополчение ходил. Это вам не в подворотне несчастного путника вылавливать. На большаке таких как вы на мясо пускают. Если уж не так, то давайте посмотрим, умеете ли вы сражаться или только бухтеть как бабки базарные можете.

– Мы бы тоже на тебя хотели глянуть, – выпалил Рипр, ткнув Дегару пальцем в грудь. – Или ты сам только трепаться будешь?

– А мы вместе друг на друга посмотрим, – спокойно ответил парень, посмотрев Рипру в глаза. Для этого ему пришлось опустить голову, так как мужчина был ниже его примерно на голову. – Я бы каждому из вас дал по копью, однако в лесу не всегда есть возможность им сражаться. Берите по тренировочному клинку иль дубине и вставайте в круг. И для меня тоже прихватите.

Через некоторое время Дегар встал в окружении вооруженных подчиненных.

– Рипр, ты как инициатор будешь первым. Нападай.

Мужик не стал атаковать сразу. Вместо этого, он осторожно начал подбираться к парню, двигаясь по кругу.

– Не ссы, дядя. Где твои яйца, которыми ты так яро звенел? – подразнил юный воин и выполнил резкий выпад.

Рипр отшатнулся назад и спиной уперся в товарищей. Дегар вновь ударил, в этот раз попав в блок.

– А ещё редко бывает, когда удастся сразиться один на один, – сказал парень, сделав шаг назад. – Нападайте ещё двое!

Дегар тут же был поджат с трех сторон. Он почувствовал, как часто бьётся сердце, предвкушая бой и задавая ритм. Боевой азарт чувствовался ярко, будто он вновь оказался на настоящем поле брани. От первого же выпада легко ушел, схватив нападавшего за руку, скрутив перед собой и приставив меч к горлу.

– А как поступите теперь? – Спустя мгновение парень изобразил порез на шее. – Вы должны нападать! И уметь жертвовать тем, кого уже не удастся спасти. Враг не будет ждать. Уйди с поля, ты умер.

– Хватит с меня баловства, малец! – зарычал Рипр, сотрясая воздух кулаками. – По-твоему мы крови не испили? Ребячество устроил тут! Дай мне реальную драку!

– Так нападай, нападай. Попробуйте со мной совладать. Нападайте же, грибоеды вонючие!

Теперь на парня налетели все, кто мог. Дегар, крутился словно скользкий угорь и ловко блокировал удары, уклонялся и использовал нападавших как живые щиты или толкая как метательные снаряды. Доходяги всё время ругались, попадали друг по другу и сталкивались лбами. Дошло до того, что они начали драться между собой. Тогда Дегар легко выбрался из окружения, опрокинув препятствие в виде низкорослого волосатого мужика на пол, а после обнаружил, что новенький стоит в стороне и с широкой улыбкой смотрит на потасовку.

– Не понял. Тебе особое приглашение нужно?

– Предки велели мне не участвовать. – С блаженной кривой улыбкой ответил боец. – Они оказались правы.

– Недоразумение, ты порошка перенюхал?

– Нет. Я их слышу и так, без Дара Предков. После случая у озера я понял, что они ведут меня. Их голоса звучат в моей голове.

– Сейчас я выбью всё лишнее из твоей кривой башки, чтобы только мой голос остался. Предки передохли много Хороводов назад. Они не могут знать, как тебе быть. А я знаю, что если ты не будешь слушаться моих приказов, сдохнешь первым. Ясно тебе, пыль пещерная?

– Ты не веруешь в могущество Предков?

– Ни разу не видел никакого неркова могущества. Что какие-то там Предки, что Первый Паладин со всеми своими Старшими Сынами, что Сури-Мать, да даже отец Мито – выдумка для детишек и недалеких людей сбрасывающих ответственность за свою жизнь на нечто управляющие его судьбой. Вставай в стойку и защищайся! Посмотрим, как Предки тебе помогут!

– Я не…

Крысиный любовник не успел договорить, так как получил ногой в живот, от которого, словно тряпичная кукла, рухнул на грязный каменный пол.

– Вставай, бестолочь! – зарычал Дегар, отчетливо чувствуя, как горячая словно раскаленное масло кровь бежит под кожей. – Вставай, пока не забил тебя как свинью! Как жирокрысу несчастную, которую ты отымел! А совокупиться с ней тебе Предки подсказали?! – Парень схватил мужчину за ворот рубахи, легко приподнял и посмотрел ему прямо в глаза. – К Предкам удумал присоединиться?! Вставай, иначе устрою воссоединение фанатика и объекта верования!

Во взгляде урода не было и капельки страха, а лишь легкая заинтересованность происходящим, будто он всего-навсего наблюдал за посредственной постановкой на сцене. Дегар, понимая, что ловить тут нечего, выругался и разжал хватку, тем самым повторно уронив мужика на пол, после чего выпрямился, сдерживая гнев. В висках стучало, будто содержимое головы пытается вырваться из черепа на волю. Всего трясло. Подобных эмоций он прежде не ощущал. Тяжело выдохнув и немного успокоившись, парень огляделся и только тогда заметил, что мордобой давно закончился и взор толпы устремлен на них двоих.

– Чего уставились?! – зарычал он. – Кто-то хочет также отхватить?

– Неугомонный чифо, ты и так уже избил всех и каждого! – с усмешкой произнес недавно пришедший Диго и теперь стоящий у входа зал. – Угомонись. Продолжите позже, после общего сбора в нашем Перевале Предков.

– Диго, ты же знаешь, что мне не всрались ритуалы курительные. И так торчим под толщей камней, дык ещё редкий воздух отравляем.

– Гато, ты не понял. Общий сбор. В честь Папито. Наши решили, что он достоин своего праздника.

– Во как! Почему я последний узнаю про самое интересное?

– А нечего было бока отлеживать три дня и три ночи. Авось, знал бы всё.

– Диго, прекращай своё это самое… – Дегар с ухмылкой облизнул губы. – Лучше пошли скорее, пока я не пропустил, когда наливать начнут.

– Гато, ты как всегда. Людей своих тоже бери. Гуляют все!

– Они не заслужили, – возразил Дегар. – Тем более…

– Эт кто ещё не заслужил?! – встрял Рипр. – У меня на теле живого места не осталось! Поотбивали балагуры нерковы батьке всё! Даже зад!

– После добротного мордобоя мы обязаны выпить! – добавил ещё один из группы. – Иначе, считай всё за зря!

– А это уже серьёзно, – сказал южанин, потирая ус. – Традиция.

– Диго, и ты туда же! – процедил Дегар сквозь зубы.

– Гато, понимаешь ли… – мужчина схватил Дегара за плечо и отвел в сторону, – это твои бойцы… Ты обязан поддерживать их желания, понимаешь? А не только морды бить.

– Они же не дети…

– Они может и нет, а ты вот будто бы да. Гато, они же татиро! По-вашему, простые мужики, которые любят сношать баб, жрать, бухать, а в перерывах между всеми этими прекрасными дарами жизни бить друг другу морды. А к таким подход простой. Дай им то, чем они живут, и они восхвалят тебя. Делай как Ксаркс. Понимаешь, гато?

– Кажется, я понял…

– И твоя задача не научить их драться, а подчинятся тебе. Махать и колоть острой железкой каждый сможет, а вот слушать приказы нет. Покажи им, что слушать тебя бывает приятно. Тогда и важность приказов тоже будет усвоена.

– Латушки-колотушки… – произнес Дегар на манер Диго и обернулся к своим людям, что уже бурно что-то обсуждали между собой. – Сейчас убирайте инвентарь на места и стройтесь в две шеренги. Бочки сами себя не осушат! Живо!

Тут же раздалось радостное улюлюканье. Мужики, толкаясь и бурча, стали спешно собираться. Они ожидали мытарства на целый день, а теперь им буквально приказано идти бухать.

– Быстро учишься, гато.

– Это не трудно, когда есть хороший учитель.

– Ах ты хитрый зозо!

– Кто-кто?

– Подлиза, говорю, – улыбнулся Диго, толкнув Дегара локтем в бок.

– А мне уж больно оно напоминает велиотонское "зоох". Если ты помнишь, оно означает что-то вроде “засранца”.

– Гато! Как же ты мог такое подумать?

В Перевале Духов, выделяющимся среди прочих помещений Цитадели широким пространством и высоким потолком, под которым сводятся массивные резные каменные арки, собралось довольно много народу, учитывая, что Дегар почти никого не видел пару дней. Наверное, все были заняты приготовлениями к торжеству.

Здесь, в самом центре, горела большая, выложенная из каменных кирпичей, жаровня. Яркие языки пламени отражались на каменных стенах, создавая угрюмое, но притягательное свечение. Огромные пылающие угли щелкали и трещали, наполняя зал звуками, которые эхом разносились по его массивным сводам. От неё же медленно, словно живое существо, поднимался бледно-серый дым, заполняя зал и также неспешно покидая его сквозь щели на стенах под самым потолком. Казалось, что он дух этого места, знает всю историю Цитадели, которая передавалась из поколения в поколение. Этот дым служил связующим звеном между прошлым и настоящим, взывая воинов помнить о Предках, стоявших в этом же месте, когда-то празднующих свои триумфы и отмечающих важнейшие события. Каждый присутствующий чувствовал свою принадлежность к общему делу и братству. Сила, таящаяся в сером облаке, дурманила их, манила, наполняла решимостью и снимала усталость.

Сердца воинов наполнялись чувством гордости за их Зир. В такие моменты они не просто отмечали очередной разбой – они предавали значение своему существованию, продолжая путь Предков.

Два ряда кольцевых каменных столов опоясывали жаровню. Каждый стол служил не только местом для приема пищи, но и символом статуса. Малый круг у самого огня был отведён для самых почётных и главных людей Зира – вождя и его самых близких людей, имеющих наивысшее уважение в клане и занимающих важные должности. Их лица отчетливо вырисовывались сквозь бледно-серый туман, освещаемые пляшущими в жаровне языками пламени, однако Ксаркса и его советника среди них не наблюдалось.

За пределами малого круга располагался большой круг для всех остальных, где рядовые бойцы различных подразделений поднимали кружки, полные кислого крепкого напитка, в честь вождя и клана. Говоря громкими голосами на перебой, они делились историями из прошлого, которые были до и после их вступления в Зир. В этих повестях тесно переплетались правда и вымысел. Да так, что порой даже сами рассказчики уже не помнили, что есть что. Шутки сливались со звуками еле слышимой в таком балагане музыки, исполняемой двумя единственными на весь клан музыкантами, создавая атмосферу, в которой даже самые хмурые лица озарялись улыбками. Каждый присутствующий был готов в любой момент сорваться с места, хватаясь за оружие, дабы сразиться за своего вождя, разговоры об отсутствии которого всплывали всё чаще. Даже странно, что сегодня начать можно было без него. Ещё ни одно торжество не начиналось без права первого глотка предводителя.

От разнообразия яств Дегару на мгновение вскружило голову. Даже показалось, что он попал на пир к велиотонскому лорду.

– Забери меня Велиот! – воскликнул парень. – Ради такого торжества стоило помучиться! Эх, держите меня Старшие Братья!

– Стоять! – осадил его Диго, ухватив за плечо. – Ты ж не животное дикое, которое наконец на волю выпустили.

– Ой, отстань! Нашёлся тут поборник чистоты и невинности! – воскликнул Дегар, сбрасывая с плеча руку друга. – Дай выпить за честь нашего вели…! – из-за кашля воин оборвался на полуслове. – Твою ж мать! Ненавижу этот дым! Он мне своим видом о болотном тумане напоминает, да ещё и из-за него дышать невозможно.

– Расслабься, гато. Скоро он наполнит твои лёгкие, а затем сердце и разум. Станет легко. Злоба и усталость как рукой снимет.

– Ой, Диго… Дурные вещи в хорошем свете выставляешь. Опасна вся эта дрянь вонючая. Так пахнет, будто кто-то переел зеленоножку и выпустил дух через зад.

– Отец Мито! Перед трапезой такие вещи не говорят. Мы хоть и убийцы, но манеры свои должны же быть. – Дегар нахмурился и почесал затылок. – А насчёт дурости не переживай. Ксаркс запрещает забористого порошка забрасывать. Тут по большей части цветной дым, без дурмана.

– Ай, друже, хватит лясы точить! – Дегар схватил первую попавшуюся кружку. – Давай выпьем за наш чудесный клан!

– Выпьем!

Парень не заметил, как легко влился в общее веселье. Позабыв о желании нажраться до беспамятства, он окунулся в беседы о отгремевших битвах, коварстве и подвигах. Последним в Рельзкире являлись убийства и грабеж, только выполненные красиво и хитро. Каждая такая история больше походила на вымысел, от чего не была менее интересной.

– А вот я один раз… – завел свой рассказ самый хмурый и молчаливый из всех бойцов клана – Вакс. Все окружающие тут же притихли, так очень редко удается услышать хоть что-то от него. – ...сговорился с довольно смышленым беспризорным мальчишкой. Он увязался за торговцами, что возят товары из южной Сурии на север Вилиотонии и обратно. Тогда времена тяжелые были, жрать было нечего. Ну, знаете, когда и так бедная Сурия, поделенная на двое, вообще на четверо, а то и более не развалилась, в Рельзании вторая крупная война кланов, Велиотония как всегда страдает от рыцарских орденов… Ну, в общем, на тракте тогда я устроил им засаду. В одиночку. Отчаянный шаг. Разоделся аки шут королевский. Шляпа у меня такая высокая была, – мужчина помахал над головой руками, – формой аки ель, перья от неё во все стороны. Плащ длинный, который в ветках путается каждые три шага. Мантия краснющая, краснее крови. В таком виде выскочил, значит я, на дорогу прямо перед повозкой, руки в стороны. Лошади на дыбы, сам аж чуть не обделался, однако ж кричу: "Стоять, неверные! Духи леса требуют дани!". Они вылупили зенки свои, торгаши эти и стража ихняя. А я всё ору, что наказание их ждёт. Малец тем временем подкинул им горючку под телеку и поджёг. Задымило всё так, что даже сам Велиот не разглядит. Торгаши подумали, что заклятие какое я сделал, да дёру дали. Малец с ними, для убедительности. Я в одну повозку все ценное собрал да угнал. Малой позже от торгашей отбился, мол они проклятые. Встретились мы с ним на следующий день, поделили добро, да по разным дорогам пошли. Не знаю, где он теперича…

– Брешишь! Брешишь! – заспорили с ним одни. – Больно складно!

– Задал ты им жару, Вакс! – хохотали другие. – Так их, тупорылых гранокрадов!

Дегар не верил в эту историю, хотя и посмеялся. Ему показалось, что порой нужно верить в сказки, а иначе жизнь будет чернее ночи без Брата и Сестры.

Массивные двери в Перевал распахнулись. Дым тут же, стелясь по полу, устремился наружу, дабы пробежаться по коридорам, а во внутрь вошел Ксаркс в сопровождении своего главного советника, по обыкновению разодетого в разноцветные шелка, а также пары людей в виде охраны. Тут же раздались веселые возгласы и поднялись кружки. На красных лицах отражалась искренняя радость. Можно сказать счастье. Такого не увидишь даже после самого жирного ограбления.

Как только улюлюканье поутихло, советник объявил:

– Наш пир объявлен в честь вождя вождей! В честь того, кто взял Цитадель твёрдой рукой и ведёт её к процветанию! Того, кто положил конец грызне трёх Зиров! И того, кто не льёт за зря людской крови! В честь Ксаркса, отныне и впредь нареченного Миротворцем!

Вновь поднялись кружки и послышались радостные восклицания. Да так громко, что невозможно было услышать собственных мыслей.

Ксаркс скромно улыбнулся, отсалютовал всем и спокойным шагом направился к своему столу, попутно бросая кивки в сторону каждого отряда, что сидели за столом группами. Встав у малого стола, он высоко поднял личный золотой кубок с вкраплениями драгоценных камней, в которых плясали еле видимые очертания пламени из жаровни. Сосуд перед этим был дважды проверен на наличие ядов.

– Ну, что сказать? Тронули вы старого вояку, лиходеи! А ведь сначала вы меня не взлюбили, пока я лично каждого из вас отцовским ремнем не выпорол! Ну аки дети, в самом деле! – по залу раздался звонкий хохот. – Ладно… Пью за вас, мои верные воины! Чтоб ваша жизнь была дорога и полна до краёв, аки мой кубок! Вздрогнем!

– За Ксаркса Миротворца! Вождя Цитадели! – в унисон воскликнули все присутствующие и принялись опустошать кружки до дна.

Дегар не стал исключением. По его и так расслабленному телу прошло приятное тепло. Разум окончательно разомлел, появилась неописуемая легкость. Будто раньше голову отягощал исполинских размеров валун, а теперь его сняли.

– Парень! – окликнул дуэлянта Рипр. Лицо мужика было краснющее, словно задница от порки. Глаза полуприкрыты в хмельном блаженстве, а во влажной бороде затерялись крошки от закуски. – За твоё здоровье!

Рипр опрокинул наполовину полную кружку, влив в себя всё оставшееся содержимое. Дегар в смятении собрал брови домиком и встал, совершенно не зная, чего ещё можно ожидать.

– Дай Предки нам так каждую тренировку кончать, а! – продолжил мужик, одним глазком заглядывая в кружку, намереваясь найти затаившуюся последнюю каплю, если таковая имеется. Тело его качалось из стороны в сторону, что будто бы совсем не вызывало беспокойства. Постепенно к наёмнику и проходимцу стали подтягиваться остальные из шайки. – Знаешь, парень… – Рипр опустил руку. – Дегар… хороший ты боец. Оттедал батьку как сынка… да и… да и считай, не победи ты на арене, может… не пили бы ща… За твоё!... – балагур попытался сделать глоток, но почти сразу отпрянул от кружки. – Пусто… так о чём эт я? Да, молодец, парень… Завтра обязательно нужно повторить! Не скучай!

Рипр, вальяжно, и даже грациозно, развернулся на месте и двинулся за очередной порцией опьяняющего напитка виляя туда-сюда. Некоторые из его дружков выпили за Дегара, а затем последовали за своим вожаком.

– Ну надо же, гато! Или же… боло?

– Это ещё кто? – спросил Дегар, так и не опустив брови.

– Воин воинов! Предводитель!

– Может и боло, гато, – ухмыльнулся парень и наконец расслабил мышцы лица. – Оказывается, помимо кнута и булка должна быть.

– Говорил же! – широко улыбнулся Диго и похлопал друга по плечу. – Не спроста Ксаркс так делает. Порой сладкая булочка даже сподручнее будет. Не забывай это.

– Да-а… Сегодня я точно заслужил пить и гулять! За Ксаркса Миротворца и сладкие булки!

Глава двенадцатая. Хорошая и плохая

В зале собирались как всегда напыщенные особы в дорогущих одёжах всех возможных цветов и стилями узоров и размещались на своих местах за длинным овальным столом. По композициям нарядов легко можно было определить, кто из какого знатного рода, даже не зная человека в лицо. Удобно. И слишком опрометчиво, учитывая то, что с недавних пор всех дворян, от мало до велика, начиная зажиточными торговцами и заканчивая лордами с их семьями, режут как скот.

Во главе стола сидел довольно молодой наследник своего рода, вынужденно принявший эту ношу. От отца ему передались только выдающиеся скулы, чернявые волосы и такие же густые брови. За счёт этого, опустив голову на скрещенные пальцы, он очень напоминал старшего Стабиотоферраисо. Но только до тех пор, пока не откроет рот. К сожалею, управленческие качества были у него далеки от отцовских. О чём он и сам жалел, в особенности во время собраний всех самых влиятельных родов провинции, одно из которых должно пройти прямо сейчас.

Все обменялись формальными приветствиями и началось бурное обсуждение. Лорд Маатман, коренастый мужчина с аккуратной рыжей бородой, одетый в строгий алый китель с серебристыми вкраплениями простых линий, из под выреза которого выглядывала кольчуга, принялся читать доклад об очередном нападении банды, ставшей самой ужасной катастрофой за последние несколько Танцев. Они убивали исключительно дворян и зажиточных горожан, имеющих хоть какой-то политический вес. Делали это с особой жестокостью, зачастую даже не трогая имущество жертвы. Их меткой было распоротое тройным лезвием брюхо убитого, как это делают хищники. За счёт всего этого их прозвали «Звери».

Лорд Маатман представлял древний род стражей порядка, в прошлом имеющий огромное влияние до появления ордена рыцарей Слова Короля. Теперь под его управлением строго ограниченное количество людей. Можно сказать, что он управляет гильдией занимающейся охраной по найму. Каждый раз, когда речь заходила о “Зверях”, его лицо становилось пунцовым, словно стремясь повторить родовой цвет и, соответственно, цвет одежды. Настолько он их ненавидел, даже не смотря на то, что никто из его родни не погиб от рук именитой банды. Видимо, сказываются вложенные в него убеждения и тяга к справедливости.

Все подробности о нападении, которое, ко всеобщему, удивлению окончилось без гибели дворян, стали фоновым шумом для мыслей юного лорда. Всё было бы куда проще, не будь он преемником главенствующего рода. За ним всегда стоит окончательное решение по завершению собрания. Да и вообще, от него ждут куда больше участия, чем от других лордов. А ведь для этой роли готовили его старшего брата, который после смерти отца, словно крыса, бегущая с тонущего корабля, по призыву местного совета перебрался в южную половину провинции для решения неких экономических проблем. При чем сделал он это ещё до первых убийств «Зверей», словно бы догадывался об их скором появлении.

– Лорд Гуиррел, что скажите? – вырвал докладчик из мыслей главу совета.

– Я… – мужчина поднял голову и выпрямился на стуле с высокой спинкой. – Я считаю, что нужно объединить усилия с орденом Сынов Велиота. Раз уж рыцари Слова Короля по большей части заняты проблемой на дорогах и в селах у города, нам нужны иные союзники внутри.

– Вы уже говорили об этом на прошлом собрании, – возразил лорд, второй подбородок которого аккуратно ложился на белоснежный ворот рубахи, опоясанной голубым сюртуком. Это Уцелцад, представитель гильдии торговцев. Вечно одевается в вещи, которые легко испачкать и невозможно отстирать. – А дело всё стоит на месте.

– Переговоры начаты, но мне нужен более красноречивый дипломат. Если бы лорд Маатман помог мне в построении связей, а не считал, что его дом превыше союза с падшим орденом, то проблема уже была бы решена.

– Лорд Гуиррел, мне хватает своих забот, – отмахнулся вояка. – Вы это прекрасно знаете. Нет у меня времени балаболить с кем попало, когда нужно сражаться. Да и в переговорах лучше меня разбирается лорд Уцелцад. Поручите ему.

– А от вам кроме размахивания мечом ничего не дождешься, – завозбухал толстяк. – Дом стражей не заботится о нашей безопасности, во главе совета сидит мальчишка! Нерк знает что!

– Следите за языком, лорд Уцелцад! – осадила наглеца единственная женщина-глава своего рода, произрастающего от великих мастеров ткачей. Она была более мужественной, чем Уцелцад, который, кстати, пользовался услугами только её мастерской. Строгие, даже угловатые, черты лица, коротко остриженные седые волосы, как символ отречения от традиций и воли повиноваться мужчинам, минималистичный стиль в подборе одежды приглушенных жёлтых тонов. Все её видели только в таком образе, даже на пирах и балах. – Настали тяжелые времена, когда мы не можем позволить себе распри. Будьте мужчиной!

Гуиррел тяжело вздохнул, прекрасно осознавая, что сейчас вновь случиться перепалка, которую он не в силах остановить, не распуская сегодняшнее собрание. Он лишь сжал кулаки, злясь на своего покойного отца, который все надежды и старания вложил в старшего сынишку, практически позабыв о младшем. Да, ещё с пелёнок было видно, что второй ребёнок вырастет умелым воином, от чего он и получил своё имя. Однако, даже мастер меча должен уметь руководить людьми, в особенности, когда он является наследником главенствующего рода, управляющим целой провинцией.

– А вы будьте женщиной, Тисфере! – выпалил Уцелцад, краснея от злобы. – Может вы и отменный мастер-портной, но всего лишь портной! У вас нет права командовать мужчинами! Знайте своё место! Или поезжайте в Сурию, где ваши взгляды будут оценены по достоинству!

– Ах так! – леди Тисфере от такой наглости встала из-за стола. – Вам хватило духу так выражаться в мой адрес, но хватит ли смелости принять вызов на дуэль?! Вы же не боитесь женщины?

Как же Гуиррел хотел просто сбежать, просто оказаться на поле брани бок о бок с рыцарями Слова Короля и делать то, что он умел лучше всего: рубить вражин и руководить бойцами.

– Прекратите! Прекратите! – застучал кулаками по столу Маатман. Но это не помогло. – А я говорил, нужно вводить войска в Рельзанию! Давить батару прямо в их логове! – попытался лорд вернуть всё к обсуждению проблемы, но уже никто не слушал.

Вновь начался сущий кошмар, а не поиск решения проблем. Все будто превратились в диких собак, позабывших о хоть каких-то манерах и желающих перегрызть друг другу глотки. Со стороны и не скажешь, что это собрание высшего света провинции. И в очередной раз нет никаких результатов сбора домов. При его отце такого не было. Какой позор.

Неожиданно широкие двойные двери в зал распахнулись, впустив внутрь слугу в ярком наряде, на голубой длинной тунике которого красовался герб в виде золотистого раскидистого дуба с корнями уходящими глубоко вниз. Вошедший тут же направился к лорду Уцелцаду и сообщил что-то ему на ухо, отчего тот растопырил глаза, в мгновение забыл про спор и, даже не прощаясь, покинул зал.

– Что ж… – Гуиррел поднялся из-за стола. – Раз уж нас бесцеремонно прервали, предлагаю перенести собрание. О дате его проведения вас всех оповестят, так как, по всей видимости, лорду Уцелцаду нужно сначала решить какие-то серьезные проблемы.

– Мы можем справиться и без него, – возразила Тисфере. – Так будет даже лучше.

– Собрание должно проводиться при наличии главы каждого дома, – процитировал Гуиррел своего отца. – Иначе это просто шушуканье за спиной тех, кто отсутствует.

Мастер-портной закатила глаза, но промолчала.

Молодой глава дома возвращался в родной уголок с чувством облегчения. Карету слегка потряхивало на выложенной камнем дороге меж пышных домов. В последние несколько Танцев дорогих поместий в округе стало намного больше. Но их часть вследствие деятельности «Зверей» опустела частично или даже полностью. Жить в Цидадтофере становилось всё страшнее. Даже постоянное сопровождение стражи не прибавляли спокойствия. А ведь бедную Рисбоке, любимую и единственную жену Гуиррела, убили прямо на пиру, когда рядом было множество стражников, в том числе и из личной гвардии.

– Никому нельзя доверять, – прошептал лорд, рассматривая фасады домов. Скоро будет видно его поместье. – Так всегда говорил отец… но в его времена дела обстояли лучше. Неужели, нынче нельзя доверять даже себе?

Наконец показался высокий величественный забор из серого камня, поросший лозой. За ним красовался роскошный трёхэтажный особняк, построенный множество поколений назад, когда в округе ещё не селились знатные горожане, так как город до этих земель даже не доходил. Зелёная черепичная крыша поблескивала на солнце от влаги, принесенной дождём этой ночью. Над широким садом, опоясывающим здание, резво пролетали щебечущие птицы.

Паж открыл дверь и помог лорду спуститься, не ступив в лужу. Со стороны особняка тут же прибыла стража, совместно с сопровождающими карету образовавшая узкий коридор, через который Гуиррел прошёл прямо к двери. На пороге уже ждала женщина, на несколько Танцев старше лорда. Её звали Абеткасе. Ранее состоявшая на должности личной служанки у его жены, даже ещё до помолвки, когда Рисбоке жила в отчем доме. В той же должности она и перебралась в его имение, а ныне играет роль управляющей особняком и многими делами Гуиррела, заметно прибавивших в количестве после получения статуса главы дома. Абеткасе никогда не была красавицей, однако она притягивала другим – своими манерами. Никто из окружения лорда Гуиррела не мог так спокойно держаться в любой ситуации, а также точно знать, когда и что нужно говорить в том или ином случае.

– Мой лорд, – управляющая выполнила лёгкий реверанс, отведя края тёмно-зелёного платья в стороны. – К вам гость.

– Я же просил никого не принимать, – раздраженно произнёс Гуиррел в ожидании, когда стражник откроет перед ним дверь. – Все встречи надо было перенести на завтра.

– Мой лорд, вы будете рады этой встрече.

– Неужели это мой одаренный братец? – рыкнул мужчина и вошёл внутрь.

– Нет, но тоже близкий вам человек, – многозначительно улыбнулась Абеткасе. – Он ожидает вас в гостинной.

– Прекрасно. Думаю, он не будет против, если я заставлю его ещё немного подождать, пока переодеваюсь.

– У него две срочные и важные вести. Хорошая и плохая.

– О Велиот милостивый, опять эти вести… Что ж, пойду узнаю, что там за важная птица такая.

Эти картины наёмник видел далеко не в первый раз. Однако, повторно рассматривая их в ожидании хозяина дома, замечал новые детали. Особые почитатели высокого искусства могут по достоинству оценить настолько скрупулезно выполненные творения. Стоит отдать должное художникам. Не за зря едят свой хлеб.

Парень расправил плечи, уставшие от ношения кольчужной рубахи. Он даже не стал снимать снарежение. Решил отчитаться о проделанной работе сразу, как только прибыл. Даже клинок остался висеть на поясе, что было неуважением к хозяину, но нынче оружие лучше всегда держать при себе.

– Халппат! – восклинкул Гуиррел, войдя в гостиную, и радостно пожал руку гостю. – Я надеялся, ты прибудешь на пару дней раньше. Уже и не знал, что думать. Как всё прошло? Присаживайся, рассказывай скорее.

– Мой лорд, – начал наёмник, опускаясь в кресло напротив Гуирелла, разливающего вино. – Как вы понимаете, если я здесь, то задача выполнена успешно. – Лорд кивнул, протягивая кубок собеседнику. – Но есть и прискорбная весть… очень прискорбная.

– Я уже привык к ним. Не томи.

– Не томить? Ну… В общем, командующий стражей Хачрон… погиб…

Гуиррел выпучил глаза, а улыбка в мгновение пропала с лица. Он уставился на Халппата не в силах переспросить, правильно ли он всё расслышал. Правильно ли он понял.

– Мне… жаль.

Лорд тяжело сомкнул глаза и откинулся на спинку кресла, прижав руку к груди. Внутри него поднялась волна эмоций — гнев, тоска, безысходность. Он опустил голову, пряча лицо в ладонях и тяжело дыша. Мир вокруг словно замер, не имея права двигаться дальше, пока Гуиррел не примет ужасную новость.

Рана ещё слишком свежа. Сначала любимая. Теперь наставник. Хачрон был ему как отец, когда родной от него практически отказался. Именно капитан стражи их дома и личный друг отца юного лорда взялся за его талант держать оружие в руках. Именно он всегда был рядом, когда нужны были крепкое мужское плечо и мудрый совет. И только Хачрон вложил в Гуиррела душу, сделав его таким, какой он есть сейчас. Как теперь быть без него? Он был лучшим.

– Ещё и до кучи придётся выбирать нового капитана стражи, – произнёс Гуиррел, тяжело выдыхая. Это фраза была не совсем к месту, произнесенная им не нарочно, так как каждая беда теперь была для него в первую очередь новой задачей, которую нужно решать. Издержки профессии, как говорил Хачрон. – Нерк, что я несу? – Лорд убрал руки от покрасневшего лица и обратил взор на наёмника. – Как всё случилось?

– Если не считать, что ужасно вязли в сраной грязи, мы спокойно сопровождали повозки, – Халппат наклонился вперёд и стал размашистыми жестами дополнять свой рассказ. – А когда прошли меньше половины пути, эти мужеложцы напали на нас на самом дрянном участке дороги, воспользовавшись тем, что часть сопровождающей охраны помогает извозчкам преодолеть рытвины. Их было слишком много для простого нападения на большаке. Они нас ждали. Но не переживай, твои дети остались целы. Отбились мы ценой больших потерь. Даже меня потрепало. – Наёмник задрал левый рукав коричневой рубахи, под которым красовались заживающие полосы неглубоких ран. – И это ещё не всё. Конечно, я отомстил тварям за каждую, даже самую маленькую царапину на моём теле. Зарезал как свиней. После битвы, решил обмануть этих уродов, поведя большую часть людей по другой дороге. Пара людей повезли мелких окольными путями без повозок, прямо на лошадях.

– И с чего ты решил, что они добрались?! – злобно воскликнул молодой глава дома, вскочив с кресла. – А что, если на них повторно напали?

– Спокойно, мой лорд. – Халппат улыбнулся. – Это на нас повторно напали, но мы просто удрали. Позже мне сообщил гонец, что всё хорошо. Он прибыл сюда со мной. И да, тело Хачрона мы смогли вернуть. Не бросать же его на дороге.

– Благодарю, – дрожащим голосом произнёс Гуиррел, обняв наёмника. – Благодарю…

– Это моя работа, – легко произнёс воин, обнимая в ответ. – Делаю всё, что могу. А друг мой горячеголовый ещё не прибыл?

– Ещё не прибыл, – вздохнул лорд, разжимая объятия. – Его очень не хватает… Как и Хачрона… Он ведь даже заботился обо мне больше, чем отец. Представляешь? – Гуиррел встал напротив любимой картины, на которой изображен величественный дуб, который, словно древний страж, охраняет родную землю. Под ним развернулась сцена, как двое мальчишек резвятся под раскидистыми пушистыми ветвями. Когда-то лорд представлял на их месте себя и брата, однако с возрастом узнал, что эти дети – его далекие прапрадеды, как раз и виновные в разделении провинции на двое. – Был случай, когда отец за одну проделку наказал мне торчать в поместье, покидая свою комнату лишь по крайней нужде. А я молодой! Моча в голову ударила! Умудрился прямо с третьего этажа спуститься вниз и слинять, – лорд на мгновение улыбнулся одним уголком рта. – Хачрон почти сразу учуял, что меня нет дома. Шуму поднимать не стал. Вместо этого лично нашёл меня, когда я уже наклюкался в одной из любимых таверн. Так всыпал, что до сих пор при воспоминании голова трещит. Сказал, мол хорошо именно он отыскал меня и отлупил, чем какой-нибудь пьянчуга за углом пырнул, лишь бы перстень стянуть. После того раза я перестал шляться. А отец до смерти так и не узнал об этой истории.

Наёмник нахмурился. Услышанный им рассказ был веселым и даже поучительным, но в данной ситуации смотрелся слишком трагично.

Гуиррел провел рукой по щеке, незаметно утерев скупую слезу. После развернулся и как ни в чём не бывало расположился в кресле.

– Думаю, наш блудный сын скоро вернётся, – произнёс Халппат в надежде сменить тему. – С ним станет веселее.

– Будем надеяться на это. После того, как ты росточки мои ненаглядные забрал, здесь стало так пусто… Не хватает смеха и шума... Что ж… где сейчас тело Хачрона?

– В саду. Полагаю, вы будете его хоронить как члена семьи.

– Правильно полагаешь, – кивнул Гуиррел и вновь слегка улыбнулся. – Приятно осознавать, что меня окружают сообразительные люди. Я распоряжусь, чтобы тебе подготовили комнату и купальню.

– Не стоит, милорд. Абеткасе знала, что вы отдадите такое распоряжение, поэтому всё уже готовится.

– Замечательно. – Глава рода залпом осушил кубок. – Побудь со мной немного. Мне нужно подготовиться, прежде чем свижусь с Хачроном.

– Конечно, конечно.

Наёмник вновь опустился напротив, но вина пить не стал.

Видимо, желает быть трезвым на случай опасности. Или же боится чего-то иного, что-то задумал. Ведь он легко мог подстроить засаду, сообщив «Зверям» их маршрут и время отбытия. Не спроста же он остался в живых, отделавшись лишь царапинами, как после сражения с кошкой, а не хладнокровными разбойниками. Никому нельзя доверять. Были уже случаи, когда знатных лордов убивали свои же приближённые, служившие им верой и правдой много Танцев. Придётся допросить гонца и других выживших стражников.

Но это потом. Сейчас нужно прийти в себя и приготовить всё к похоронам. Дом и провинция требуют сильного лорда. Не время для проявления слабостей и скорби. Он и так позволил себе слишком многое при наёмнике.

Но если нельзя доверять никому, то как вообще строить отношения? Как просить о помощи? И нужно ли? Знание, как с этим справиться, отец благополучно унёс с собой в сады Неро. Вот бы он ещё ведал, каким образом можно справиться с тягой к бутылке. Авось, не сдох бы в канаве под собственной лошадью.

Решение вопроса о доверии должно стать первостепенной задачей. Ведь он теперь является вопросом выживания.

Уцелцад склонился над изуродованным телом юноши, лежашим на хирургичем столе. Глаза и язык вырезаны, руки и ноги исполосаны, а на брюхе тройной парез - отметина «Зверей». Уже не первое жестокое и безжалостное убийство, сопровождаемое пытками.

Когда-то это оскверненное варварами тело было его сыном. Опознать удалось лишь благодаря шелковистым волнистым волосам цвета тёмного золота. Их потрепали, грубо укоротили, но они остались узнаваемыми.

Лорд относился к своим детям сугубо как к вложениям. Его средний сын, до вопиющего зверства над ним, был в мать - невероятно красив. Однако, также в неё, не был особо сообразительным. А хотя мог бы стать известным сердцеедом или даже лицом их дома. Жалко.

– Вы уверены, что его туда не подбросили? – обратился Уцелцад к командиру личной гвардии.

– Уверены, – ответил жилистый мужчина в голубом кителе. – Он и вправду был в этом злосчастном борделе.

– Кошмар… – лорд поморщился, от чего его двойной подбородок покрылся бороздами. – Как же плохо он кончил…

– Мы не стали подкупать свидетелей, чтобы они молчали. И так уже весь город говорит об этом. Однако, думаю, нам удастся всё обставить так, что служитель Неро принудил вашего сына оказаться там.

Мастер-торговец отвернулся от тела и тяжело вздохнул. Его подбородок трясся, на лбу выступил пот.

– Да, правильно сделали, – кивнул лорд, потирая лицо белым платком. – Только не наседайте. Дайте люду чёткую мысль об этом, но не опровергай иную теорию. Работайте мягко. Ну, вы знаете. Что я тут распинаюсь?

– Да, милорд.

– Свободен.

– Да, милорд.

Мужчина покинул хирургический кабинет, позвенькивая пластинчатыми поножами. Уцелцад сжал в правом кулаке платок, да так, что костяшки побелели.

– Мерзкие твари, – прошептал он, стиснув зубы. – Вы мне ответите. Зря затеяли со мной этой игру, клянусь вам именем рода. У меня много злата, чтобы поставить на чашу весов. Много. Очень много.