Волчья академия: Истинная для ректора

Глава 1

— Мисс Уайтберд, ваши успехи в учебе, а также постоянное участие во всевозможных мероприятиях, курирование студенческого Совета академии просто поразительны! — воскликнула суровая дама в очках в толстой оправе.

— Благодарю, — сдержанно произнесла я.

— Конечно же, мы одобрим вашу заявку на стажировку, — сказала она, — но хочу сразу сказать, что работа будет заключаться в основном в оформлении документации. По крайней мере поначалу. До серьезных дел...

— Я знаю, — мягко перебила ее, — тетя... мисс Блэк все мне рассказала.

— Отлично, — смутившаяся руководительница отдела кадров поправила идеально выглаженный костюм.

— Я могу идти? — сухо спросила ее.

— Да.

Поднявшись с мягкого кожаного кресла, я ощутила головокружение. Натянув на лицо стандартную улыбку, покинула кабинет. Снаружи меня ждала тетя, а по совместительству — хозяйка адвокатской конторы, Лори Блэк.

— Как прошло? — она обняла меня.

— Все хорошо.

— Лия...

— Да? — жестче, чем могла бы, произнесла я.

— Давай поговорим. Дэн...

Дэниэл Рэдверс — мой истинный. А еще — бета моего отца и ректор академии, в которой я учусь. Но у нас с ним есть некоторые проблемы, о которых мне говорить не хотелось. Поэтому, продолжая улыбаться, как истинная леди, я попыталась увести тему разговора в безопасное русло.

— Как у тебя с Марком?

— Лия , - сурово сказала она, — тему не переводи.

— Я и не перевожу. Просто у нас с Дэниэлом все очень сложно.

— Ты его сторонишься, от этого вы оба страдаете, — произнесла Лори, качая головой.

— Мне нужно время. Думаю, он это понимает.

За деликатным и не очень простым разговором мы вышли из здания адвокатской конторы «Блэк». На улице моросил неприятный дождь. Нормальное явление для этой части Британии. Меня ждал водитель семьи Уайтберд, однако...

— Я прогуляюсь, — сказала тете, — хочу подумать о том, как быть дальше.

Не дожидаясь ответа, поспешила вдоль улицы к автобусной остановке. Моя жизнь многим кажется сказкой, но порой богатство и чрезмерная опека родителей буквально душат. Так что иногда я стараюсь просто побыть одна, смешаться с толпой. Гуляю по городу, хожу в музеи и в кино смотрю старые черно-белые фильмы.

Не привлекать к себе внимание очень тяжело, учитывая мою необычную внешность. Белые струящиеся локоны, небесно-голубые глаза и бледная кожа выдают во мне кровь аристократки. А еще я — оборотень. Дочь самого сильного альфы в истории Британии.

Отстукивая невысокими каблуками ровный ритм по мокрому асфальту, я погрузилась в мысли об истинном. И совершенно не заметила, как вокруг начало сжиматься кольцо. Напряжение поначалу не чувствовалось, но вдруг в голове вспыхнул голос самого любимого мужчины.

Беги!

— Чушь! — прорычала я, но все равно ускорилась.

Лишь сейчас боковым зрением заметила странного типа в темном плаще. И тут же вспомнила, что видела его же, когда только заходила в адвокатскую контору тети Лори. Сердце гулко стучало в груди, все инстинкты обострились до предела.

Быстрее! Я шла, стараясь выкинуть из головы дурные мысли. Бросила зонтик и побежала, расталкивая недовольных обывателей. Однако, спустя пару жилых домов, чьи-то сильные руки затолкали меня в ближайшую подворотню. Я попыталась закричать, но нападавший оказался сильнее.

— Тихо принцесса, или тебя пришлют твоей родне по частям.

Кто-то ловко завязал мне на глаза плотную повязку, затем вырвал из рук сумочку. Послышался звук треснувшего пластика корпуса мобильного. Я сжала зубы.

— Кто вы и что вам нужно? — спросила с присущим мне достоинством.

Но ответом мне был лишь ехидный смешок.

— Мой отец вас найдет.

— Не думаю, волчарочка, — прошептал мужской голос прямо мне на ухо.

Затем меня подхватили на руки и перекинули через плечо.

— Отпустите! — закричала я, но внезапно в шею вонзилась острая игла и мир начал стремительно темнеть.

Нет! Дэн! В последний миг я прокричала имя истинного, и лишь потом потеряла сознание. Очнулась от порции ледяной воды, которую плеснули мне в лицо.

— Надо же. Очнулась.

— Где я... — прошептала сухими губами.

— В безопасном месте, принцесса, — усмехнулся один из похитителей.

— Что вам нужно?

Я сидела на стуле, руки были связаны сзади. Принюхалась и почувствовала неприятный запах сырости. С меня сняли повязку. Первое, что увидела — это четверо крупных мужчин. Все в масках, ну конечно же.

— Нам нужны денежки твоей семьи, красавица, — хохотнул один.

— Они найдут вас быстрее, чем вы...

— Тихо, — другой положил палец мне на губы.

Я сморщилась. Да как они смеют? Перед глазами возникло лицо истинного. Шоколадные мягкие глаза, смотрящие с любовью. Губы, шепчущие мое имя с придыханием.

Моя Лия...

На глазах появились слезы.

— Эй, ты чего рыдаешь? Мы даже условия еще не выставили, — не понял один.

— Вспомнила кого-то? — мягко произнес другой похититель.

В его мягком голосе звенела такая жесткая и колючая сталь, что я невольно поежилась, покрываясь мурашками. Помогите!

Ледяные пальцы коснулись моего подбородка.

— Не трогай меня, — прорычала я, — вы все ответите за похищение Лии Уайтберд!

— Мне так страшно, волчарочка, — усмехнулся тот, что казался страшнее остальных.

И после того как его тонкие губы расплылись в зловещей ухмылке, я поняла, почему так боюсь. Трое похитителей, что стояли поодаль точно было людьми. Я ощущала их запах: сердца качали кровь по венам, а тела безбожно потели. Среди этой неприятной гаммы ароматов чувствовался еще и страх, ведь они поймали наследницу очень влиятельной семьи, да еще и дочь одного из сильнейших оборотней.

А вот тот, что не боялся, был особенным. Оборотень. Его запах вызывал во мне отторжение и страх. Вжималась в спинку стула, чтобы оказаться подальше от давящей ауры зверя.

— Красивая ты, — бросил он перед тем как подняться.

Высокий, крупный. Очень опасный. Но скрывающий настоящее лицо за паршивой маской.

— Давайте позвоним ее папочке, — усмехнулся он.

— Верховный Альфа вас убьет, — я обратилась больше к волку, нежели к его подельникам.

— Ну так для этого нам и нужна ты, лапа, — он провел языком по выступившим клыкам, — станешь нашим щитом и гарантией безопасности.

— Неужели все из-за денег? — почти прошептала я.

— Не только, — сказал оборотень, — у меня должок к одному из верховной стаи. Давно мечтаю с ним встретиться.

Почему-то внутри моего сердца тут же завыла сирена. Словно этот незнакомый оборотень как-то со мной связан. Кто же он такой?

Тем временем затхлую неприятную каморку дополнил аромат предвкушения. Я дернулась, и запястья тут же обожгло сильной болью. Это серебро?

— Не рыпайся, малышка. Тогда больно не будет. Звоните в резиденцию Уайтберд, пришло время воздать по заслугам этим зажравшимся аристократам.

Один их похитителей схватился за телефон. Как вдруг его глаза округлились.

— Сэт, — сказал их главарю, — он не работает.

— Что значит не работает? — прорычал волк, выхватывая трубку, — черт.

Затем он повернулся ко мне. В его глазах не было страха, лишь раздражение. Похититель старался сломать мое сопротивление, но не на ту напал. Я — дочь верховного альфы и знаю все о давлении старших оборотней.

— Смелая девочка, — произнес он, — значит, твой отец уже в курсе?

— Наверняка, — процедила я, — отпустите меня и сможете уйти живыми.

— Ну уж нет, малышка, — негодяй схватил стул, с силой сжимая дерево в стальных волчьих пальцах и приближая свое лицо к моему, — ты пойдешь с нами. Подъем!

Он с силой поднял меня на ноги, но тут в комнатушке погас свет. Оборотень не разжал пальцы, крепко держа мою руку. Было очень больно, но я даже не пискнула.

— Сэт! — взвизгнули подельники волка, — они здесь! Нужно валить!

— Погоди, — рыкнул он, осматривая помещение волчьим зрением, — здесь лишь один.

Один? Мои чувства кричали, что это мой истинный. Он пришел за мной! Но почему в одиночку?

— Сэт! — уже в голосину орал похититель, но вдруг в гуще темноты мелькнули яркие рыжие глаза и он затих.

А по комнате быстро распространялся металлический аромат крови.

— Тебе конец, — прорычала я, — он тебя убьет.

— Его-то я и ждал, — прошептал оборотень, касаясь языком моего уха.

С другой стороны раздался щелкающий звук, и второй негодяй повалился на пол. Его шея была разорвана. Третий попытался сбежать, но споткнулся о труп подельника и рухнул. И я увидела огромного черного волка. Дэн!

Его низкое и глубокое рычание наполняло крошечную комнатушку ужасом. Я ощутила, как мой похититель дрожит. Яркие рыжие глаза истинного сияли в темноте.

— Дэн, — прошептала я.

— Все хорошо, — раздалось в голове, — когда я подам знак, беги.

— Угу.

— Хватит болтать, истинные, — прогремел единственный грабитель, оставшийся в живых, — договариваетесь, как будете вместе меня обезоруживать?

Он рассмеялся неживым металлическим смехом, затем с силой пихнул меня в сторону Дэна. Я повалилась, не в силах обратиться в волчицу после укола серебра. Сзади раздалось жуткое рычание двух сильных оборотней, которые тут же ринулись друг на друга.

Так хотела помочь своему истинному, но не могла. Второй волк был меньше размером, но более юркий и прыткий. Два зверя с переменным успехом грызли друг друга. Я же ползала по полу в поисках какого-нибудь оружия.

Но Дэну не нужна была помощь. Придавив похитителя своим весом, он положил лапу на его горло. Попеременное рычание, словно одним им понятная борьба, вызывало страх даже во мне. И вот, мой истинный оскалился, демонстрируя мощные и длинные клыки.

Однако что-то заставило его замешкаться и похититель, отпихнув моего волка, подорвался и побежал. На его груди зияла кровавая рана, нанесенная Дэном. Юркнув мимо меня, поджав хвост, этот странный оборотень скрылся в темной пасти открытой двери.

Я поднялась на ноги.

Тем временем мой волк обратился в человека. Весь исцарапанный, но серьезно не раненый, оборотень подошел и крепко меня обнял.

— Ты услышал, — прошептала я.

— Конечно, — Дэн гладил меня по голове.

— Я так испугалась... — нахлынувшие чувства вытесняли всё остальные.

Лишь в его объятиях чувствовала себя по-настоящему защищенной.

— Поехали домой, — прошептал истинный, — нечего моей леди делать в этой помойке.

Глава 2

Месяц спустя

— Вы готовы, миледи? — голос гувернантки Лизы вывел меня из оцепенения, — водитель уже ждет.

— А, да, сейчас, — я вновь вернулась в реальность, рассматривая свое отражение в зеркале.

Девушка расчесала мои локоны, с явным наслаждением пропуская платиновые пряди сквозь пальцы.

— У вас потрясные волосы, — мечтательно произнесла она, — я бы тоже хотела такие.

— Ты красивая девушка, не выдумывай, — усмехнулась.

Надев форму академии Уайтберд, я покрутилась перед зеркалом. Впереди у меня был выпускной год, наполненный надеждами и стремлениями. Но моими ли? Лия Уайтберд всегда и во всем лучшая. Идеальная, ни разу не разочаровавшая родителей.

Выйдя из комнаты, по привычке постучалась в дверь к близнецу. Наверняка опять все проспал.

— Господин Леонард уже уехал, — сказала Лиза.

— Ему луна на голову свалилась? — я улыбнулась.

Гувернантка пожала плечами.

— Говорят, ваш брат хочет провести первый учебный день с мисс Монтгомери.

— Понятно. Что ж, видимо, этот год я проведу в одиночестве.

Надеюсь, прислуга не заметила скользнувшей в голосе горечи. Внизу меня уже ждали родители. Мама была уставшей от бессонных ночей с моей маленькой сестричкой Лиарой, но все равно встала рано, чтобы проводить. Обожаю ее!

— Милая, — она крепко меня обняла, — неужели уже выпускной год? Как время летит!

Отец стоял чуть поодаль. В последние недели он вел себя странно. О похищении мы с Дэном никому не рассказали: иначе альфа перерыл бы весь Бриджтаун и остальную Британию заодно. А я хотела забыть обо всем как можно скорее.

Сев в машину, достала мобильный. Он трезвонил все утро, даже пришлось выключить, чтобы не мешал собираться. В нашей академии учатся только оборотни. Раньше мы, чистокровные, имели преимущества во всем: от столов в кафетерии до раздачи лучших учебников.

Мне это никогда не нравилось. Я создала совет помощи обращенным, чтобы помогать адаптироваться в новой среде. Обращенные — бывшие люди, укушенные оборотнями. Пока мы ехали, я методично отвечала на поздравления с началом нового учебного года.

После того, как благодаря моему брату и его истинной в академии воцарился мир, стало легче дышать. Я вышла из машины и вдохнула полной грудью. И ко мне тут же подбежали девушки-второкурсницы. Они наперебой завалили меня организационными вопросами, как вдруг...

Какое знакомое чувство! Но оно быстро испарилось, оставив небольшой надрез на сердце. Я тряхнула головой.

— Леди Лия, что-то случилось? — не поняли девочки.

— Все в порядке. И прекратите называть меня так. Между нами нет различий, — улыбнулась им.

Но чувство тревоги не отпускало. Быстро раздав все указания касательно церемонии открытия, я поспешила в главный корпус. Ведь сегодня впервые на ректорской трибуне выступит мой истинный.

Никто не знает, что между мной и Дэном подобная связь. Отец потребовал, чтобы он не трогал меня до окончания мной учебы, но...

Прогуливаясь по дорожке из белого камня, ведущей в академию, я думала о том, как быть дальше. Внезапно сердце резко заколотилось, и я увидела его! Дэн выглядел потрясающе. Строгий костюм, серьезное лицо и очки делали его невероятно сексуальным.

Этот год точно будет самым сложным!

Но я четко решила вести себя как настоящая леди. И дать бой сильнейшей тяге к собственному преподавателю. Дэниэл остановился прямо на дороге, мягко и нежно наблюдая за тем, как я сражаюсь с желанием броситься ему на шею.

— Доброе утро, ректор Рэдверс, — произнесла так холодно, как могла.

На его лице мелькнула боль, но Дэн быстро взял себя в руки. Мы оба понимали, что сейчас наши чувства неуместны.

— Доброе, мисс Уайтберд.

— Готовы к вступительной речи? — улыбнулась ему.

Мне постоянно казалось, что на нас смотрит вся академия. Лучшая ученица и ректор? В том году мы чуть не попались, в этом я не допущу подобного.

— К ней нельзя быть готовым, — сказал он с усмешкой, — в любом случае буду потеть и нервничать как первокурсник.

— Год будет непростым, — произнесла чуть тише, — ведь он последний.

Дэн сделал шаг ко мне. Весь мир будто испарился, сужаясь до любимых черт и нежного взгляда.

— Лия.

— Нет, — твердо произнесла я, — думаю, нам пора в аудиторию.

Но мужчина схватил меня за руку, не позволяя сбежать. По коже пронеслась мощная волна удовольствия. Бороться с истинной связью нельзя. За это я уже плачу сполна.

Моя внутренняя волчица все реже отвечает на зов. Честно говоря, я совершенно потеряна.

— Не надо, мистер Рэдверс, — попыталась его оттолкнуть.

— Один поцелуй. Нас никто не видит, — прошептал почти мне в губы.

— Я не могу...

— Можешь, моя хорошая. Ты весь месяц от меня бегала, — его пальцы уже изучали мое лицо.

— Прошу тебя...

Но вопреки мольбам, горячие губы мужчины накрыли мои. Дэн совершенно не стеснялся, что нас заметит какой-нибудь потерявшийся первокурсник. Обхватив широкие плечи ректора академии, я бесстыдно прижималась к нему.

Как себя ни уговаривала, не могла сопротивляться его власти надо мной.

— Лия, моя маленькая Лия, — шептал он, гуляя ладонями по моим спине и талии.

— Остановись! — жестко загнав себя в рамки, одним движением оттолкнула мужчину, — прости, мне пора идти!

Сорвавшись с места, прижимая сумку к груди, побежала в аудиторию. Истинный не пошел за мной. Сладость поцелуя все еще терзала мои губы. Совершенно забывшись, я налетела на какого-то студента. Учебники полетели на землю.

— Простите, — кинулась собирать их, чувствуя, как вспыхиваю от стыда.

— Все в порядке, — от этого голоса вдоль позвоночника пробежал холодок.

Откуда я его знаю? Подняла взгляд и увидела молодого парня в форме академии Уайтберд. Он помог мне с книгами.

— Спасибо. Почему вы не на церемонии?

— Ну, — он усмехнулся и почесал светлую шевелюру, — честно говоря, я потерялся.

— Пойдемте, я провожу, — сказала ему.

— Шон, — паренек протянул руку.

Я ответила на рукопожатие. А он крепкий симпатичный оборотень. Интересно, рожденный или обращенный?

— Лия, — улыбнулась.

— О мать-луна! — воскликнул Шон, — меня провожает сама Лия Уайтберд?!

Я резко смутилась.

Тем временем мы дошли до главного зала. Там уже вовсю галдели студенты. Шон вдруг куда-то испарился, а ко мне подбежали лучшие подруги: Кристал Монтгомери и Ванесса Бошан. Обе девочки обращенные. А следом к нам присоединился мой брат и его свита из оборотней.

— Ты никогда не опаздывала на церемонию, — нахмурился Леонард.

Я отвела взгляд, вспоминая наполненный страстью поцелуй с ректором. Близнецу не нравились мои отношения с Дэниэлом. Но я четко дала понять, чтобы он, даже будучи альфой академии, не лез в мою жизнь.

— Не цепляйся, — сурово произнесла его девушка, — пойдемте!

Мы прошли на первый ряд, хотя мне отчаянно хотелось сесть подальше. Спустя пару минут за стойку прошел мой истинный. А я боялась поднять на него взгляд.

— Тот год многое изменил в академии Уайтберд, — строго говорил Дэниэл, взглядом окидывая зал, наполненный студентами.

Он был прав. В прошлом году наш бывший ректор Джереми Вульф использовал свое положение, чтобы попытаться разрушить мир между людьми и оборотнями. Хрупкий, построенный моими родителями.

— Теперь мы плотно сотрудничаем с Королевским управлением охотников. Знаю, что многие были против этого шага.

Все оборотни загалдели. Я видела, как желваки на лице ректора заходили ходуном. Но охотники были нужны, чтобы больше никто не пострадал.

— Ради обеспечения безопасности учащихся они будут присылать к нам патрули. Так что очень прошу быть внимательными. Не провоцируйте их, и все будет нормально.

Его голос вынуждал меня стискивать сидение пальцами до боли в костях. Слова переплетались друг с другом, я полностью теряла их смысл и тонула в любимом тембре.

Сама не заметила, как вступительная речь подошла к концу. Брат коснулся моего плеча.

— Пойдем, Лия. Ректор хочет видеть выпускников.

— Конечно, — я засобиралась и огляделась вокруг.

Зал был пуст. Только на последнем ряду, откинув голову, пускал слюнки новенький Шон. Я усмехнулась и подошла к нему, касаясь его руки.

— Эй, выступление окончено.

Первокурсник подпрыгнул на месте, чуть не упав со стула. Леонард смерил его суровым взглядом.

— Иди, я подойду, — отправила брата прочь.

— Я все проспал? — Шон протер глаза и заморгал быстро-быстро.

— Вроде того.

— Эх, всю жизнь так, — удрученно вздохнул он, — спасибо, мисс Уайтберд, спасаете меня уже второй раз за утро. Угостить вас кофе?

— Если только чаем, — усмехнулась я, — какая у тебя группа?

Так, за легким разговором мы дошли до лекционной, в которую всех созвал ректор.

— Ну, я пойду, Шон. Постарайся больше не спать на лекциях, — улыбнулась ему, а парень тут же покраснел.

— Попробую. Надеюсь, все-таки мы попьем вместе чаю, мисс...

— Лия. Зови меня по имени.

— Простите... ой... — он казался невероятно милым в своем стеснении.

Когда я вошла в зал, все уже собрались. Дэн сурово взглянул на меня.

— Мисс Уайтберд, вам нужно персональное приглашение, как я понял?

Когда Дэниэл выступал в лекционной перед студентами, он переставал быть моим любящим истинным. Становился серьезным преподавателем, не терпящим опозданий и несделанных заданий.

— Простите, — произнесла четко и громко, — этого больше не повторится, ректор Рэдверс.

Я прошла на первый ряд и села рядом с близнецом.

— Что за тип? — шикнул Леонард.

— Первокурсник-потеряшка. Таких всегда много в первый день.

— Не нравится он мне, — прошептал брат.

Пожала плечами.

— Не вижу в нем ничего такого. Все, заткнись, — шутливо толкнула Леонарда.

— Я смотрю, близнецам Уайтберд наши пустые речи не очень интересны? — Дэн сурово взглянул на нас.

— Простите, ректор! — с сарказмом произнес брат.

— Лия, останься, пожалуйста, для личной беседы, — сухо сказал Дэн.

Я кивнула, осматриваясь по сторонам. Так и параноиком стать недолго.

— Итак, — продолжил мой истинный, — так как для вас этот год выпускной, напомню план действий. Первые полгода вы ходите на лекции и подтягиваете хвосты.

— Волки и хвосты, очень символично, — хохотнул один из учащихся, бета моего брата Лесли.

— Смешно, — нахмурился ректор, — но в целом так и есть. Вам придется как следует постараться, чтобы закрыть все предэкзаменационные дисциплины.

— Долго еще? — недовольно протянул мой близнец, — это всё мы знаем.

— А вот насчет некоторых оборотней я сильно волнуюсь, — сказал Дэн, — и в частности тебя, Леонард. Альфа должен быть примером для остальных, а ты прохлаждаешься.

Они схлестнулись в зрительном поединке. Фыркнув, мой брат отвернулся.

— Так и думал. Ладно, потом вызову каждого касательно ваших планов, — вздохнул ректор, — можете идти.

Все студенты сорвались с мест и высыпали в коридор. Я же осталась сидеть.

— Закрой дверь, — Дэн даже не взглянул на меня.

Покорно встала и выполнила приказ. Старательно сражаясь со своими демонами, выпустила главного из них на свободу.

— А теперь иди сюда, — хрипло произнес мой истинный.

Глава 3

Я покорно подошла к мужчине, сидящему за столом. Дэн снял очки и смотрел на меня. Закусила губу, отводя взгляд.

— Что с тобой, маленькая? — он встал и заключил меня в объятия, — ты в прошлом году не была так взбудоражена.

Знал бы он, как я устала бороться, быть идеальной и примерной ученицей. Схватилась за рубашку ректора, прижимаясь всем телом. Внутренняя волчица подняла голову, начав неистово махать хвостом и требовать от меня активных действий.

Она выла, скулила и просила немедленного внимания истинного. С трудом держала себя в руках, чтобы не поцеловать его. Вдыхала любимый аромат: такой приятный и лишающий контроля. Чем дальше мы друг от друга, тем ярче наши встречи.

— Просто... — запнулась, подбирая слова, — не знаю, осилю ли этот год.

Мужчина нахмурился. Я не рассказывала ему о проблеме с внутренним зверем. Нет смысла вешать свои беды на Дэна. На нем и так целый университет теперь. Проблем будет достаточно.

— Ты точно хочешь работать у Лори? — спросил он, — мы бы смогли найти более безопасное место и, Лия... может, все-таки подумаешь об охране?

Ну вот, опять он об этом! Я отстранилась, но сильные мужские руки вновь поймали меня в ловушку.

— Нет! Дэн, мы уже обсуждали... — воскликнула.

— Я беспокоюсь, маленькая, — прошептал ректор, зарываясь носом в мои волосы.

— Месяц прошел. Похищение сорвалось, и больше на меня никто не нападал. Если кому-то и нужен будет член семьи Уайтберд, то это точно не я, — лепетала, пытаясь собрать себя воедино.

Близость истинной пары совсем свела меня с ума. И этот стол... достаточно прочный и широкий, чтобы... ох!

— Я боюсь за тебя, — сказал Дэн, — все же лучше рассказать твоему отцу.

— Чтобы он посадил меня на замок? Ты с ума сошел? — слова ректора меня резко отрезвили.

— Лия...

— Нет! — я оттолкнула его, отходя на безопасное расстояние, — мне пора идти, мистер Рэдверс. До завтра!

— Стой! — прорычал он, но я уже закрывала дверь с той стороны, — Лия!

Сердце колотилось как сумасшедшее. Я побежала к лестнице, затем скрылась в женской уборной. С другой стороны послышались тяжелые мужские шаги. Дэн точно очень зол! Он терпеть не может, когда я вот так убегаю.

Но ярость волчицы была во сто крат сильнее. Я расстегнула ворот рубашки и слегка сбрызнула кожу холодной водой из-под крана. Но вдруг дверь одной из кабинок открылась.

— Лия! — воскликнула Ванесса.

— Ты почему еще здесь? — спросила ее.

— Ну, ты же сказала, что нужно побыстрее принести заявление.

Он помыла руки, затем достала из сумки аккуратно сложенный листок. В этом вся она: аккуратная, идеальная, скрупулезная. Я взяла бумагу.

— Заявление на вступление в Совет? На должность секретаря?

— Да. Я хочу помогать тебе!

— Но ведь...

— В этом году продолжились стычки между обращенными и рожденными, хотя наши альфы очень стараются, — выпалила девушка, краснея, — у тебя выпускной год, а я смогу быть полезной.

— Но как же твоя ситуация?

— Я уже договорилась с Роем, — сказала она уверенно, — не хочу стать обычной наседкой. Мне нужно социально значимое дело!

— Ладно. Но конкурс будешь проходить наравне со всеми, — я спрятала заявление в папку, — пойдем?

Мы двинулись в сторону кабинета академического Совета. Я была его главой на протяжении вот уже пяти лет. Но так как моя учеба подходила к концу, нужно задуматься о преемнике.

Мы шли по коридору и молчали. Взгляд упал в окно, и я увидела несколько компаний оборотней, весело и беззаботно отдыхающих на полянке.

— Такие счастливые, — улыбнулась я.

— Если бы не семья Уайтберд, всего этого бы не было, — с благоговением произнесла Ванесса.

— Это точно.

Фамилия Уайтберд у всех ассоциировалась с небывалым везением. Для нас с братом открыты все двери. Леонард родился вожаком. Его всегда уважал даже отец. А я? Простая кукла, с самого детства доказывающая кому-то свою значимость.

Что родилась не только как придаток к альфе. Вздрогнула, когда пальцы Ванессы коснулись моего плеча.

— Ты в порядке? Побелела вся.

— Да просто не выспалась.

Не рассказывать же ей, что я хочу быть обычной студенткой. Просто Лией без известной фамилии.

В зале Совета нас уже ждали мои коллеги. Туда отбирались самые лучшие и активные оборотни. Это касалось не только учебы. У нас заседали представители творческих групп, спортсмены и будущие ученые.

Мы много работали, чтобы академия Уайтберд оставалась лучшей среди учебных заведений для оборотней.

Но новый проект принца Роберта мог изменить весь мир. Планировалось ввести человеческий факультет. Чтобы молодые волки и люди вместе учились, тем самым узнавая об особенностях друг друга.

Это — самая большая мечта моей мамы. Чтобы не было никаких различий. Всеобщее понимание и взаимоуважение.

— Лия, мы подготовили черные списки, — подала голос моя знакомая Эмбер.

Она уже пять лет заведовала документами Совета и тоже выпускалась в этом году. Очень ответственная и спокойная.

— Черные списки...

Это решение было принято после суда над предыдущим ректором и его подельниками. Преступная сеть включала в себя не только его, но и некоторые влиятельные семьи вместе с их отпрысками. Было решено составить список тех, за кем нужно следить пристальнее, чем за другими.

Признаться, я была против подобного разделения. Однако, просматривая напечатанные фамилии, не могла не обратить внимания на одну из них.

— Младшая Куинн? Они все же решили отдать ее в академию?

Милена Куинн была младшей сестрой печально известной «ледяной королевы» академии Элизабет Куинн. Она погибла во время задержания бывшего ректора и его банды. И теперь вся семья находилась под подозрением в измене верховному альфе — моему отцу.

Из тревожных мыслей меня вырвал громкий стук в дверь.

— Мисс Уайтберд, — это была одна из первокурсниц, — с вами хочет поговорить декан.

Декан? Неужели на эту должность уже нашли оборотня? Улыбнулась и отдала списки обратно Эмбер.

— Сложи их и убери в сейф. Сама понимаешь, это весьма деликатный документ. Я еще обсужу с ректором необходимость подобного шага.

— Да, Лия. Не беспокойся.

Выйдя в коридор, сначала осмотрелась. Встретить Дэна мне хотелось в последнюю очередь, учитывая, как мы расстались. В академии уже никого не было: в первый день обычно студенты решают организационные вопросы, а потом просто тусуются.

Только мне это недоступно. У Совета в начале семестра куча дел, и мы сидим до самой ночи.

Раньше деканом был мой истинный, а в начале этого года руководство академии столкнулось с тем, что на подобную должность не хватает волков с квалификацией. Неужели нашли?

Подойдя к массивной резной двери, я постучалась.

— Войдите, — послышался мелодичный, какой-то даже «лисий» голос.

Женщина?

Я аккуратно вошла в просторный светлый кабинет, некогда принадлежащий моему истинному. Мы с ним периодически уединялись здесь, чтобы хоть немного сбросить терзавшее нас напряжение. Каждый стул, шкаф и тем более стол декана вызывал во мне горячую ностальгию.

— Лия! — откуда-то из-под стола вынырнула голова весьма красивой женщины.

У нее были густые черные волосы, безумно красивое лицо. На вид я бы дала этой волчице лет тридцать. И она будет плотно работать с моим истинным? Внутренний зверь дал о себе знать грозным рычанием. Ревнует.

— Добрый день, миссис...

— Мисс, — она ярко улыбнулась и плюхнулась на стул Дэниэла.

Точнее, уже ее стул. Значит, не замужем. Мне она сразу не понравилась.

— Мисс Глоув. Я ваш новый декан и по совместительству профессор по уголовному праву. Это же ваш профиль, Лия?

— Да, мэм.

— Отлично. Надеюсь, мы составим отличный тандем, — она пошла и открыла окно.

Одежда ее соответствовала обстановке: обтягивающая юбка до колена, плотная блузка. А грудь весьма выдающаяся. Она точно будет вызывать у студентов мужского пола некоторые неприличные мысли. И она юрист?

— Чем могу быть полезна, мисс Глоув? — спросила ее, с огромным трудом сдерживая внутреннюю волчицу.

— Я здесь никого не знаю еще. Приехала в Бриджтаун из глубинки, — улыбнулась она.

— У нас отличный преподавательский состав, — заметила холодно.

Она усмехнулась, затем достала аккуратную блестящую папочку и открыла.

— Лия Уайтберд. Лучшая студентка академии. Нарушений дисциплины и опозданий — ноль. Отличные рекомендации от декана факультета Редверса. Хм.

Она сняла стильные очки, затем какое-то время пристально смотрела на меня. А я не спускала глаз с нее. На что она намекает?

— Все отметки на уровне A, — завершила она.

— И что? — сухо произнесла я.

— Сегодня вы опоздали на занятия с ректором, Лия, — огорошила меня Глоув, — разве идеальная студентка так делает?

Откуда... но на моем лице не отразилось ни единой эмоции. Спасибо урокам мамы и тети Лори. Они научили меня мастерски скрывать чувства. Знали, что придется столкнуться с такими, как эта женщина.

— Я не верю этому, — она швырнула моё дело на стол.

Гладкая папка проехала по лакированной поверхности и чуть было не упала на пол, замерев прямо на краю. Я даже не дернулась.

— Это не мои проблемы, мисс Глоув, — сказала ей.

— Увы, Лия. Я слишком много видела золотой молодежи. Им открыты все двери, возможности и пути, — она встала и поцокала на своих каблуках прямо ко мне.

— Сочувствую, что вам пришлось столкнуться с подобным.

— Но обычным оборотнями эти же пути закрыты. Разве это честно?

— В нашей академии учатся студенты из различных социальных слоев. Это не мешает им преуспевать во многих областях.

— Правда? — она облокотилась своей пышной задницей на стол, — и какой процент у вас обычных учащихся, Лия?

— Невысокий, это правда. Но причем здесь я?

— Потому что вы занимаете место какого-нибудь талантливого, но менее удачливого студента с меньшим количеством связей и денег.

— Слишком резкое заявление для человека, работающего первый день. Вы меня не знаете.

— Я изучала отзывы предыдущего декана. Он же сейчас стал ректором академии.

— И что?

— Слишком много хвалебных од. Вы спите с ним, Лия?

Я сжала зубы до боли. Как она смеет? Чего добивается?

— Моя личная жизнь не касается даже декана, мисс Глоув, — напомнила ей, — а с кем я сплю, сугубо мое дело.

— Не думаю. Я не позволю вам выпуститься, если не будете соответствовать самым высоким стандартам королевского юридического общества, — сказала она.

Меня поразило, с каким спокойствием эта женщина старалась меня унизить. Не на ту напала!

— Знаете, чем интересен выпускной год, Лия? — спросила она.

Я молчала.

— Тем, что все пять лет успешной учебы может перечеркнуть один неудачный экзамен. Государственная аттестация. Вы же в курсе, что в этом году для оборотней ввели особые дисциплины?

— Я знаю, мисс Глоув. Самоконтроль, особые права оборотней, волчья анатомия и история. У меня высший балл по каждому предмету.

— Посмотрим, Лия. Поверьте, для вас и вашего брата наступают весьма непростые времена. Я сделаю все, чтобы вы не только не получили диплом с отличием, но и вовсе вылетели из этой академии.

Глава 4

— Она совсем берега попутала?! — бушевал брат, когда вечером я рассказала ему про разговор с деканом Глоув.

Пожала плечами.

— Пусть только попробует! — рыкнул он, — не поддавайся ей, сестренка.

— Не дождется. У нее очевидно какие-то комплексы по поводу золотой молодежи и мне жаль...

— Ой да прекрати! — сморщился Леонард, — хоть раз скажи, что реально чувствуешь. А не что должна говорить идеальная наследница Уайтберд.

— Именно это я и чувствую сейчас, — я вздернула подбородок и взглянула близнецу в глаза.

Хоть мы оба уже были отмечены связью истинных, наша способность чувствовать друг друга с самого рождения никуда не делась.

— Сострой глазки Дэну и попроси ее вышвырнуть, — процедил брат.

— Очень смешно, Леонард.

— Ну а что? Если не может вкрутить себе яйца и серьезно поговорить с отцом, пусть хоть тебе добрую службу сослужит.

— Не надо, — эта тема была для меня слишком острой.

— Что «не надо»? Эта стерва...

— Хватит! — рявкнула на близнеца.

Затем просто вышла из его спальни. Вернувшись к себе, зарылась лицом в подушку. Мне безумно нужен Дэн. Лишь в его руках я чувствую себя в безопасности. Но эта Глоув... на что она способна?

Перевернувшись на спину, закрыла лицо руками. Мобильный телефон внезапно завибрировал. Сообщение от ректора. Сердце вопреки всем моим попыткам успокоиться сильно колотилось в груди.

— Спокойной ночи, моя маленькая, — писал мужчина.

Я уже было схватилась, чтобы ответить, но в последний момент выключила телефон и швырнула прочь. Что же мне делать? В глубине души безумно завидовала брату, который каждый день мог обнимать возлюбленную.

Сняв вещи и быстро ополоснувшись в душе, улеглась спать.

— Волчарочкааа... — хриплый искаженный голос стучал в висках.

Я бежала вдоль ворот академии, преследуемая самым страшным кошмаром. Попыталась принять волчий облик, но моя подруга молчала. Ну же!

Тьма вокруг становилась все гуще, а голос — яснее. На мне было ультракороткое клубное платье. Да я такие никогда даже не мерила! Огромные каблуки мешали бежать и в один момент просто сломались. Рухнула на холодный асфальт. В ужасе закричала, увидев нависшую надо мной тень.

— Попалась, — преследователь расхохотался.

Звон первого будильника вырвал из пелены кошмара. Я подскочила на постели, не в силах отдышаться. Грудь разрывало от страха.

Неужели опять видение? Они не посещали меня с того года. Встав и сбросив остатки неприятного сна, осмотрелась.

Все та же комната, светлая и стильная. Спокойствие и защита особняка Уайтберд. Но на сердце было неспокойно. С самого рождения мать-луна даровала мне возможность предвидеть будущее. По словам отца, такой дар он видел впервые. Даже на его родине в Норвегии волчицы ничего подобного не могли.

Но я боялась этого, не в силах начать развивать эти способности. Поэтому видения всегда были хаотичными, спутанными. И часто я принимала их лишь за дурное предчувствие. Стоя в душе, натирала себя мочалкой, лишь бы смыть странное ощущение грязи на коже. Такое чувство, что я знаю похитителя или связана с ним иным образом.

Прохладная вода успокаивала, позволяя вернуть уверенность. Скорее всего я просто слишком испугалась тогда летом во время похищения. В учебнике психологии написано о подобном. Травма может проявиться в любой момент. Но тот самый мужчина приснился мне впервые. Прижалась спиной к плитке душевой кабинки.

— Никто не должен узнать, — прошептала.

Дэн хранил эту тайну ради меня. Ведь мой отец — Верховный альфа. И он уничтожит любого, волка или человека, пытающегося навредить мне. И в довесок приставит охрану из десятка оборотней.

Вытершись, я высушила волосы и собрала их в аккуратную косу. Нанеся чуть макияжа, оделась и какое-то время смотрела на себя в зеркало. Внутри вновь разверзлась пустота. Это значит лишь одно. Мой зверь опять исчез. Она в последнее время зачастила.

Надеюсь, экзамен по самоконтролю не прогуляет. Ухмыльнулась своим мыслям и спустилась в столовую.

— Ты рано, — там сидел отец, и вид его не предвещал ничего хорошего.

Альфа был зол.

— Из трех будильников встала по первому, — улыбнулась, но папа не отреагировал.

— Я не хочу быть с тобой слишком суровым и мне жаль, если ты так думаешь, — начал он.

— Не понимаю, к чему ты клонишь, пап, — тем временем Лиза принесла мне завтрак.

— Я о Дэне, — сказал отец.

Аппетит мгновенно пропал. Мало, что мою рану постоянно ковыряет Леонард, теперь еще и папа подключится? И совершенно внезапно я почувствовала злость. Желание сопротивляться Верховному, показать клыки и выпустить когти.

Подавив это странное не свойственное мне чувство, принялась завтракать.

— Я знаю, что ты злишься, Лия. Но это ради твоего же блага.

Да сколько можно? Резко поднялась, откинув красивый и дорогой стул.

— Спасибо за завтрак. Поеду в академию.

— Лия...

— До вечера, папа, — я демонстративно подошла и поцеловала его в щеку.

Наш стандартный утренний ритуал. Отец сказал что-то еще, но так тихо, что я не услышала. Взяв сумку, почти побежала к машине. Брат уже сидел внутри и болтал со своей девушкой по телефону.

— Поехали, — приказала водителю.

Мы выехали за пределы особняка Уайтберд и направились в академию. Леонард закончил разговаривать, я же проверяла расписание дел Совета на сегодня.

— Лия, прости, — сказал он виновато, — я вчера переборщил.

— Ничего страшного. Я привыкла, — даже не подняла взгляд.

— Сестренка...

Договорить он не успел. Вдруг раздался визг тормозов и меня швырнуло прямо на близнеца. С переднего сидения раздались смачные британские ругательства. Водитель вышел из машины.

— Ты в порядке? — спросил брат, осматривая мою поцарапанную коленку.

— Да...

— Какого здесь случилось? — внезапно глаза альфы налились кровью, а ноздри стали яростно вздыматься.

— Кто там? Леонард!

— Опять он?! — взревел близнец и с шумом вылез из машины.

— Простите, — криво улыбался Шон, сев рядом со мной.

Оказалось, что он перебегал дорогу в неположенном месте и случайно попал под колеса нашей машины. На первокурснике была спортивная форма.

— Я люблю бегать здесь по утрам, мне жаль, Лия, — он обратился ко мне.

Увидев мою исцарапанную коленку, парень совсем зачах.

— Все в порядке. Бегаешь? Здорово. Некоторым бы тоже не помешало, — ухмыльнулась, глядя на недовольного брата.

Он напоминал разъяренного питбуля.

— Ты следишь за моей сестрой? — процедил близнец.

— Нет, что вы! — Шон совсем стушевался и начал заикаться, — пр-ростите р-ради матери-луны. Уммммм...

— Да закройся! — гаркнул альфа.

Я улыбнулась. Этот неуклюжий первокурсник казался таким лапочкой. Захотелось взять его и посадить за пазуху. Что ни день, то вляпывается в проблемы.

— Где твой дом, Шон? — мягко спросила его, — мы подвезем тебя.

— Ага, и опоздаем на занятие с новой деканшей, — огрызнулся близнец.

— Прекрати, Леонард, где твои манеры? — уколола его.

Альфа фыркнул и уставился в окно.

— Не вздумай опоздать на первую лекцию, — улыбнулась Шону, когда мы высаживали его около небольшого особняка в спальном районе Бриджтауна.

— Спасибо, Лия. Надеюсь, мы сегодня увидимся! — он выглядел очень воодушевленным, этим чувством заряжая и меня.

— Обязательно!

— И еще раз простите, — внезапно первокурсник схватил мою руку и поцеловал пальцы.

Но еще до того, как мы с братом вышли из ступора, покраснел до самых ушей и убежал прочь. А я вдруг почувствовала резкую неприязнь. Захотелось стереть этот поцелуй с кожи и из памяти. Да что со мной? Когда мы отъехали, сурово взглянула на брата.

— Ты слишком строг к нему.

— Он не мой...

— В смысле?

— Не из моей стаи. И он мне не нравится. Не подпускай его к себе, Лия.

— Когда найду себе парня, обязательно принесу тебе и папе анкету на одобрение! — разозлилась я.

— Ты не найдешь..., то есть, а как же Дэн?

Я пожала плечами. Честно говоря, ни на секунду не переставала думать об истинном. И безумно хотела его увидеть... но с появлением этой Глоув нужно быть начеку.

Добравшись до аудитории, я уже успела решить пару важных организационных вопросов. Все-таки выполнение обязанностей главы Совета занимает слишком много времени. Возможно, мне стоит подумать о замене, а самой сосредоточиться на экзаменах.

И когда прозвенел звонок, все выпускники уже сидели на местах. Как староста, я пересчитала их, вписала в электронный журнал и отложила для подписи профессора.

Стоял шум и гам, ведь великовозрастные члены стаи Леонарда чувствовали себя прекрасно. Для них все вокруг было лишь маленькой ступенькой на пути к будущему. Я составила небольшой список кандидаток на мое место, как вдруг...

Цок! Цок! Цок!

Студенты стихли, когда в аудиторию вошла профессор Глоув. Выглядела она безупречно. Блестящие черные волосы были собраны в пучок на затылке, на безупречном теле модный брючный костюм. Макияж — комар носа не подточит.

Она гордо прошла к преподавательскому столу, даже не взглянув на сидящих за партами оборотней. Я почувствовала, как завелся брат.

— Выпускники, значит, — она окинула нас всех безразличным взглядом.

— Мисс Глоув, — пришлось привлечь ее внимание, а то атмосфера начала быстро накаляться, — я переслала вам электронный журнал, где отметила...

— Я сама отмечу присутствующих, — жестко произнесла она, — подойдите ко мне, Лия.

Справа послышалось рычание брата. Но я лишь улыбнулась, заталкивая растущую ненависть к этой дамочке подальше и спустилась вниз. Положила планшет перед Глоув.

— Подождите, пока я отмечу. Стойте рядом, мисс Уайтберд.

— Вы не доверяете мне? Я уже всех отметила, — спросила ледяным тоном.

— Не доверяю, — отрезала она, даже не взглянув в мою сторону, — мало ли, кто из друзей попросил вас прикрыть его. Моё доверие нужно заслужить. Итак, Андерсон.

— Здесь!

— Астон.

— Здесь!

Она медленно произносила каждую фамилию, а я продолжала стоять рядом с ее столом, словно какая-то нарушительница. Многие присутствующие оборотни в непонимании вертели головами и перешептывались.

— Уайтберд Леонард, — сказала профессор.

— Здесь! — рыкнул брат, и эта женщина вдруг подняла глаза.

— Повежливее, студент. Иначе я не посмотрю, что вы альфа и поставлю предупреждение за неуважение к преподавателю. Уайтберд Лия.

— Здесь, — сказала я.

— Не слышу.

— Здесь! — повысила голос, едва сдерживаясь от пары едких комментариев.

— Как вы собираетесь стать адвокатом, Лия? Вас же не услышат ни судья, ни присяжные, — усмехнулась Глоув.

— Простите, профессор, — сказала ей, всеми силами сдерживая рвущегося наружу волка.

Мой зверь рычал с тех пор, как деканша вошла в аудиторию. Он требовал справедливости, ответной агрессии. Но я — не мой брат. И выдержу любое давление. Когда последний студент был отмечен, эта женщина протянула мне планшет.

— Запомните, мисс Уайтберд. В этой аудитории мы работаем по моей системе. Здесь — мои правила и каждый студент обязан им следовать вне зависимости от статуса и фамилии. Это понятно?

Опять она за своё.

— Да, мисс Глоув.

— Садитесь, — я взяла планшет и вернулась на свое место, — по вопросам качества управления группой я вынуждена буду говорить с ректором Рэдверсом.

Вроде бы, не случилось ничего страшного, но меня всю колотило от напряжения. Быстро отправила данные в деканат и выдохнула. Но что-то изменилось. Я всегда была авторитетом. Со мной советовались даже профессора академии. Никто и никогда не смел сомневаться во мне и в том, что я делаю.

Эта Глоув явно пытается доказать всем с помощью таких мелочей, как вызов и это позорное стояние, что я некомпетентна как староста. Значит, рванула в атаку с самой первой лекции? Что же, вызов принят, мисс Глоув. Вы еще не знаете, с кем связались.

Глава 5

— Итак, особые права оборотней, — произнесла Глоув, буквально смакуя каждое слово, — кто скажет, что это значит?

Я мгновенно подняла руку. Но декан это проигнорировала. Вот как значит?

— Никто? Тогда молодой человек в третьем ряду. Вы...

— Питер Роуз.

Волк из стаи брата поднялся и с вызовом взглянул на преподавательницу. Я знала, что любой оборотень академии встанет на мою сторону. Это никогда не обсуждалось, но было незыблемо. Однако нам не нужны конфликты со старшими.

И когда Питер взглянул на меня, словно спрашивая разрешения, я едва заметно кивнула. Глоув не должна была это заметить.

— Особые права оборотней были введены после посмертного суда над Томасом Винтером и его командой ученых, — сказал волк.

— Ну так, а что это по своей сути? Почему оборотни получили особые права? И в чем они заключаются?

Я ощутила напряжение, концентрирующееся вокруг профессора Глоув. Многие мои одногруппники не скрывали агрессии. Леонард лишь ехидно улыбался. Я ткнула его под ребро.

— Останови их, — шикнула на альфу.

— С чего?

— Вы даете ей козырь.

— Ладно...

Постепенно атмосфера слегка разрядилась.

— Ну, так я дождусь ответа на свой вопрос? Вы выпускники академии оборотней. Жить с людьми непросто, — произнесла Глоув, — на ваших плечах лежит задача защиты нашего мира. А вы даже не знаете, какие права имеете?

— Я все знаю, — спокойно произнес Питер, — просто вы не дали мне и слова сказать. Могу продолжать?

Мне показалось, или профессорша поджала губы?

— Продолжайте, — поразилась ее выдержке.

Питер начал отвечать на вопрос, не упустив ни одной детали. Естественно, ведь почти все члены стаи брата берут у меня дополнительные уроки по предметам, в которых не сильны.

— Неплохо, неплохо. А теперь...

И пока она терроризировала остальных, я углубилась в собственные мысли. Тоска по истинному становилась почти осязаемой, стягивала сердце и терзала душу. Особенно невыносимо понимание, что он здесь, совсем рядом.

Стоит протянуть руку. Воспоминания раз за разом возвращались к нашей единственной ночи. Она стала моим раем, но одновременно с этим — проклятьем. Потому что после нее во мне начали происходить изменения.

Внутренняя волчица вдруг отбилась от рук. Ей хотелось быть с Дэном круглосуточно, без перерывов. Она начала мешать мне учиться, вести работу в Совете, постоянно тянула в кабинет истинного. Он тогда пытался разгрести дела после ареста предыдущего ректора и был его исполняющим обязанности.

Тогда мы впервые поссорились.

— Лия Уайтберд, — донеслось до меня, и я резко вздрогнула.

— Да, мисс Глоув? — спокойно спросила.

— Какой процент занимают волчьи преступления в Британии?

— Четыре процента, мэм.

— Сколько среди волчьих нарушений носят уголовный характер?

— Половина.

— Сколько из них совершаются обращенными?

— Две трети.

Я отвечала четко и ясно. Не позволю этой мымре поймать меня на незнании материала.

— Чем это объясняется?

— Тем, что обращенные люди не всегда сразу попадают в руки охотников и отделов адаптации. Они успевают совершить много преступлений, прежде чем примут звериную суть.

— Хорошо, — она внимательно смотрела на меня, видимо, обдумывая следующий вопрос, — данные за этот год?

— За прошлый, мэм.

— А за этот?

— Они пока не были опубликованы департаментом полиции Бриджтауна.

Глоув играла грязно. Она задавала вопросы, которые должен был знать адвокат, но никак не студент академии. По идее, подобные данные засекречены и выдаются на руки лишь прокурорам и защитникам.

— Плохой из вас адвокат, Лия. Вы всегда должны обладать самыми свежими статистическими данными.

— Но...

— Я не закончила! — перебила меня профессор, — да, вы очень хорошо знаете теорию, но жизнь — это не пара в академии. Если не будете всегда готовы к любым вопросам и ударам, рано или поздно плохо кончите. Или ваш подзащитный окажется в тюрьме на всю свою долгую волчью жизнь за то, чего не совершал.

Когда она это говорила, я увидела, как с лица Глоув на миг спала маска жесткого декана. Слова, скорее всего, против воли сорвавшиеся с губ, были сказаны просто женщиной. С глубоким чувством вины. Неужели она такая лишь потому, что терзает себя каким-то страшным поступком из прошлого?

— Итак, Питер Роуз, вам на первый раз поставлю А. Лия — Б.

Что? Оценка как гром среди ясного неба.

— Что за... — прорычал брат, но тут прозвенел звонок и Глоув, быстро схватив свои папки, вышла из аудитории.

Я же так и осталась сидеть. Моя первая оценка Б за все пять лет. Леонард сел рядом.

— У нас свободная пара, мы с Кристал договорились...

— Иди, братик, — взяла себя в руки и собрала тетрадки в сумку, — у меня еще есть дела.

— К нему пойдешь? — недовольно протянул близнец, — может лучше посидишь с нами? Будут Лесли, Бошан, Рой. Не парься ты из-за оценки!

Верно. Леонард слишком хорошо меня знает. Но именно сейчас, когда я раздавлена, мне нужен истинный. Готова на все, лишь бы это чувство ушло.

Разочарование.

Я ничего не ответила. Схватив вещи, выскочила из аудитории и почти бегом побежала к кабинету ректора. Подойдя к большой деревянной двери, какое-то время собиралась с духом, чтобы постучать, но...

— Действительно! Надеюсь, вы проведете мне экскурсию по кампусу, ректор Рэдверс, — веселый голос декана окончательно вывел меня из себя.

Я стояла и смотрела, как дверь открывается и мой истинный вместе с Глоув выходит из аудитории. Они смеялись, и от этого мое сердце рвалось на части.

Как всегда, Дэн не закрыл дверь, и я вошла, стоило сладкой парочке скрыться за углом. Внутри полыхала ярость, мешая мне мыслить здраво. Вдруг захотелось разнести его кабинет. Смеется?! Вместе с этой?! После того, как она унизила меня перед всей стаей?

Злоба рвала душу на части, волчица яростно рычала и скалилась, требуя крови Глоув. Вот она я, лучшая студентка академии, не способная пережить даже оценку ниже А. Никчемная и слабая отличница, ищущая причину собственной неудачи в других.

Провела пальцами по столу ректора. Запах Дэна был здесь повсюду. Закрыла глаза и глубоко вдохнула. Кажется, что я дома. Не в особняке, где каждый ждет от меня лишь победы, а в кабинете истинного. Рядом с тем, кто любит меня лишь за то, что я есть.

Присела в кресло и стала ждать. Дэн вернулся спустя минут десять. Он не был удивлен.

— Маленькая, — ректор подошел, присаживаясь напротив, — что случилось?

— Я соскучилась, — эгоистично заявила, — ты нужен мне.

— Лия. У меня скоро совещание, давай после окончания занятий я отвезу тебя домой.

— Нет! — выпалила, крепко обнимая своего любимого оборотня, — хочу сейчас!

— Что-то случилось? У вас же была первая лекция с Глоув? И как она?

Дэн не спешил отстраняться. Положил ладони на мои оголившиеся бедра. А я прижималась к истинному всем телом, ища спасения от себя самой.

— Все хорошо. Дай мне просто немного посидеть вот так.

Близость истинного исцеляла, заштопывала душевные раны. Пусть и грубыми стежками. Стоит ему оказаться вне поля зрения, как швы расходятся, снова обнажая живущие внутри страхи.

— Маленькая, — Дэн мягко успокаивал меня, гладил по голове, — ну что такое?

— Я хочу тебя, — прошептала, кутаясь в рубашку мужчины.

— Лия... — его тело вдруг напряглось.

Каждая мышца сильного оборотня была натянута, как струна. Он слегка отстранился. А я ощутила вину. Веду себя как избалованная девчонка. Но Дэн и правда нужен мне.

Ректор встал, поправил рубашку и подошел к окну. Истинный не смотрел на меня.

— Ты не можешь вот так просто ко мне врываться, — вздохнул он, — а если кто-то увидит? Нам нужно быть осторожными. Остался всего лишь год.

— И что изменится? — вспылила я, спрыгивая с кресла и швыряя его прочь.

— Я заберу тебя, — произнес он.

— Почему не сейчас? Я хочу сейчас! К черту академию, к черту все эти правила! Забери меня, увези, спрячь!

— Лия...

— Почему нет? — почувствовала, как слезы начинают застилать глаза.

Волчица выла в унисон. Я не понимала, что со мной. Всегда спокойная, уверенная, старалась вести себя прилично даже вдали от любопытных глаз. А сейчас будто кто-то с помощью лома срывал множество замков с моей темной стороны.

Ведь внутри меня тоже течет кровь Верховного Альфы. Грудь тяжело вздымалась, внутренний зверь рвался наружу. Ректор обернулся.

— Лия, успокойся, — он стал медленно подходить ко мне, но было уже поздно.

Форма академии, словно тонкая тряпка, треснула, разлетаясь на лоскуты. Тело начало обращаться, ногти выпали, а на их месте вырвались острые когти. Череп менял форму, кости ломались, кожа покрывалась густой белой шерстью.

Она победила в этот раз. Первое правило академии: обращаться вне занятий по самоконтролю строго запрещено.

Но изнутри рвались жуткие, чудовищные чувства. Скрытая и таящаяся внутри агрессия. Я такая же, как и все оборотни. Внутри меня живет кровожадный зверь, способный убить одним ударом.

— Рррр, — обратившись полностью, оскалилась на истинного.

Впервые в жизни Лия Уайтберд повела себя так. Боюсь, что это лишь начало моей трансформации. Но Дэн все равно смотрел с любовью. Неужели ты, ректор, не накажешь меня? Сделай хоть что-нибудь!

— Маленькая, — его стальной голос контрастировал с влюбленным взглядом, — иди-ка сюда.

— Рррраааар! — я не хотела, но она пошла.

Пару раз игриво вильнув хвостом, приблизилась и села рядом с истинным. Агрессия схлынула, оставляя на душе лишь желание касаться и нюхать этого мужчину.

— Ты уходишь от разговора, — он заглянул мне в глаза, — Лия, в академии запрещено обращаться. Прошу, вернись в человеческую форму, и мы поговорим.

Я лизнула его ладонь. Дэн отчаянно сражался сам с собой. Ему хотелось поддаться искушению, ведь в этом кабинете мы совсем одни. Но он не мог вновь предать моего отца.

А я этого отчаянно хотела. Чтобы мой истинный выбрал меня, а не Верховного и все эти обязанности, давящие на нас обоих со страшной силой. Его аромат просто поработил волчицу.

Я ощущала исходящие от Дэна феромоны. Они вынуждали меня рычать и стискивать челюсти. Ведь в волчьей форме все звериное обостряется. В том числе и плотские желания. И если я обернусь...

Приняв человеческую форму, наслаждалась тем, как истинный осматривает мое тело. Потемневшие глаза открывали мне всю глубину его страсти.

— Ты очень красивая, Лия, — хрипло произнес он, — безумно. Словно ангел...

— Вас возбуждают ангелы, ректор Рэдверс? — я сделала два изящных шага, виляя бедрами, и сняла очки с лица моего мужчины.

Он тут же прижал меня к себе. Неужели я победила? Внутренняя борьба взрослого оборотня стала почти осязаемой.

— Не играй со мной, — прорычал он, затем снял пиджак и укрыл меня, — ты слишком соблазнительна. И этот стол... Мать-луна, что же делаешь со мной.

Я почти утонула в его пиджаке. Сделав глубокий вдох, ректор собрал то, что осталось от моей формы.

— У тебя сегодня еще есть занятия?

— Да, самоконтроль, — я пожала плечами.

— Подожди здесь, принесу твою форму из шкафчика. И Лия, не шали, пока меня нет.

С этими словами ректор скрылся за дверью. А я почему-то чувствовала удовлетворение. Он любит меня. Я видела это в глазах, полных желания. Наши души сплетаются воедино в моменты, подобные этому.

Я тонула в сладких фантазиях и не заметила, как дверь открылась.

— Ректор Рэдверс, мне сказали принести эти учеб...

Подняв глаза, я столкнулась с обалдевшим взглядом первокурсника Шона.

Глава 6

— Ой! Лия, простите меня! Я зайду позже, — лицо Шона торчало в проеме двери, и я видела, как парень краснеет.

Интересно, почему он появился именно сейчас? Странное подозрение кольнуло достаточно больно, чтобы не обратить на него внимание. Однако первокурсник все еще смотрел. И тут до меня дошло! Я же голая!

— Простите! — раз за разом извинялся Шон, тем не менее, не спуская с меня глаз.

— Эм... — не нашлась сразу что ответить.

Первокурсник резко выскочил за дверь, хлопнув ею так, что окна затряслись. Представляю, что он себе надумал. Подскочив в кресле, плотнее укуталась в пиджак ректора и побежала за Шоном. Он стоял рядом с кабинетом, явно пытаясь отойти от шока.

— Иди сюда, — схватила его за шкирку и буквально втолкнула в кабинет.

— Я никому не расскажу, — лепетал, пока я усаживала его в гостевое кресло.

— Слушай меня! — пощелкала пальцами перед его лицом, — это не то, что ты подумал.

Глаза парня опустились ниже, на мои голые ноги. Я ощутила его вполне себе мужской интерес. Почему мне так неприятно?

— На меня смотри! — приказала ему, и первокурсник подчинился.

— У в-вас красивые ножки, — прошептал он, вновь краснея, как вареный рак.

Этот комплимент показался слишком интимным и неуместным. Сев на соседний стул, подтянула колени к подбородку, полностью скрываясь в пиджаке Дэна, как в коконе.

— Шон. Здесь кое-что произошло, о чем тебе знать не нужно. Но это точно не то, о чем ты подумал. Между мной и ректором ничего нет.

— Но вы без одежды... Слушайте! — он резко развернулся.

В глазах первокурсника сверкнул непонятный мне огонек.

— Это не мое дело. И никто ничего не узнает, честное слово оборотня!

Я вздохнула. Ведь между нами с Дэном и правда ничего не случилось, даже вопреки моим желаниям.

— Я обратилась... — прошептала еле слышно.

— Эээ... — парень почесал шевелюру, — не понял.

— Приняла волчью форму. А это запрещено в академии.

— Видимо, я невнимательно прочитал правила, — он явно пытался разрядить обстановку.

На губы полезла улыбка. Этот Шон невероятно странный, но рядом с ним мне спокойно. Только вот от его прикосновений все нутро переворачивается. Хотя это ожидаемо: ведь у меня есть истинный. Интересно, если бы мать-луна не пошутила так жестоко, был бы у нас с ним шанс?

— Ректор вас обидел? — вдруг спросил он, — поэтому вы приняли волчью форму?

— С чего ты...

— Знаете, я рос без родителей. Их убили в период волчьего рабства. Сейчас я живу с тетей и порой из-за обиды, злости обращаюсь, даже не желая этого.

— Да, мы немного повздорили. Мне не хватает жизненного опыта, чтобы понять некоторые решения старших оборотней. Порой я веду себя эгоистично.

— Не думаю. Все мы эгоисты! — воскликнул Шон, — каждому хочется, чтобы о нем заботились. Лия, я смогу о вас позаботиться!

— Шон, по-моему наш разговор ушел не в то русло, — вздохнула.

— Ох, я идиот. Простите! — он попытался встать, но так разнервничался, что чуть не упал со стула прямо на меня, — ради матери-луны извините, Лия. Я такой неуклюжий. А когда нервничаю, становлюсь ходячей катастрофой.

— Ладно! Слезь с меня только, — засмеялась.

Пока мы копошились, я и не заметила, как дверь открылась, и на пороге появился Дэн. Выражение его лица не обещало ничего хорошего.

— Вы забыли, где находитесь? — янтарные глаза потемнели, когда истинный увидел, как первокурсник завалился на меня.

Поделом тебе! Если сам касаться не желаешь, найдется тот, кто будет хотеть этого вдвойне.

— Прошу прощения, ректор Рэдверс. Просто... — начала я, отталкивая неуклюжего первокурсника.

— Не нужно оправданий, Лия. Я принес твои вещи, — голос мужчины стал колючим и едким.

Ревнует?

— Это моя вина! — вступился Шон, — я...

— Мне все равно, кто виноват, — почти рычал ректор, — вот твоя спортивная форма. Переодевайся и иди готовься к занятиям.

Моя внутренняя волчица вдруг поджала хвост. Но я же не виновата! Почему она во всем его слушается? Не хочу! Спрыгнув со стула, продемонстрировала первокурснику свои стройные ножки. Затем подошла и вырвала свои вещи из рук взрослого оборотня.

На лице истинного желваки ходили ходуном. Он был очень зол.

— Выйдите оба, — сказала строго, — я переоденусь.

— Пошли. Заодно расскажешь, что забыл в кабинете ректора, — Дэн двинулся на первокурсника.

Между двумя волками началась самая настоящая зрительная перепалка. Шон вдруг с вызовом глянул на моего истинного. Волчица зарычала, но я вынудила ее замолчать. Надоело уже! Да, Дэниэл мой истинный, но он отказывается от меня. Так что...

— Пошли, кому сказано? — рыкнул он на Шона, вновь залипшего на мои формы.

Почти вытолкав парня из кабинета, ректор метнул в меня яростный взгляд и скрылся за дверью. Я взяла вещи и начала одеваться. От реакции Дэна стало не по себе. Он явно ревнует к Шону. И в моих силах это развить, сподвигнув его к более активным действиям. Мать-луна! Как же мне хочется обнимать его в любой момент, когда я этого захочу! Целовать, тонуть в объятиях! Готова даже прятаться по углам, словно преступница.

От этих мыслей кровь бурлила, и волчица была согласна. Горячие взгляды на лекциях, короткие моменты любви после занятий, ммм. Закусила губу, представляя самые непотребные вещи, на которые была способна.

Я должна что-то сделать! Подтолкнуть любимого мужчину действовать активнее. И его реакция на Шона стала тем, что было мне нужно. Такие мысли не свойственны спокойной и милой Лие Уайтберд, однако в голове уже стремительно рождался коварный план.

Одевшись, сложила остатки рваной формы в сумку. Затем собрала волосы в аккуратный пучок. Осмотрела себя в зеркало. Безупречна. Улыбнувшись, выпорхнула из кабинета. В одиночестве я наконец-то смогла привести свои мысли в порядок.

Дэн и Шон стояли по разные стороны дверного проема, скрестив руки на груди и даже не глядя друг на друга. Спинами мужчины прилипли к стене. Волчица мгновенно потянула меня к истинному, но я жестко ее остановила.

Развернувшись, подошла к молодому волку.

— Пойдем? — затем повернулась к Дэну.

Казалось, что вокруг него образовалась грозовая туча, и вот-вот грянет гром. Ректор сильно злился. Эти чувства передались и мне. Но я вытерпела и улыбнулась ему.

— Спасибо за помощь, ректор Рэдверс. До завтра, — произнесла сдержанно, вновь возвращая свое внимание к смущенному Шону, — ты обещал угостить меня чаем в кафетерии.

— Да, конечно!

— Тогда пойдем.

В сторону истинного я даже не глянула. Но знала, как сильно он ревнует. Мне было безумно стыдно, хотелось обернуться и броситься в родные объятия, но принципы оказались сильнее чувств.

Войдя в кафе, увидела брата с его стаей, расположившихся у окна.

— Пойдем в тот угол, — потянула первокурсника за рукав в противоположную сторону.

Мы поставили сумки на стулья, но Шон выглядел расстроенным.

— Лия, я бы не хотел вставать между вами и ректором. Мне здесь учиться еще.

— Все в порядке. Наши с ним проблемы не касаются никого другого. Я жутко голодная, пойдем, закажем по бутерброду.

Спустя пять минут мы уже поглощали восхитительный горячий мясной сэндвич. Леонард все время не спускал с нас глаз.

— Я не нравлюсь вашему брату, — горько улыбнулся Шон.

— Ему никто не нравится, — отрезала я, — не обращай внимания. Ты не из его стаи, значит, из другой?

— Не знаю, — пожал плечами парнишка, — пока моя кровь молчит. А вы же вместе с братом, да?

— Сложно сказать. Вроде как да, но порой мне кажется, что у меня иная судьба.

Не знаю почему, но с Шоном хотелось говорить о сокровенном. Я испытывала странную симпатию к нему. Управившись с сэндвичем, аккуратно вытерла губы. Наблюдала, как первокурсник, не сводя глаз с салфетки, внимательно следил за этим процессом.

— Простите меня за такое навязчивое внимание, — он увидел, что я заметила его интерес, — просто вы поразительно красивая девушка. Я впервые вижу столь прекрасную аристократку. И порой залипаю.

— Да не извиняйся, — попыталась скрыть горечь за усмешкой.

Ведь отчаянно жаждала услышать такие комплименты от другого мужчины.

— Вы правда не встречаетесь с ректором Рэдверсом? — он произнес фамилию Дэна как-то сдавленно.

— С чего ты взял? Нет!

Я не совсем обманывала. Дэн и правда явно не воспринимал меня как свою женщину. Мне обидно. Так что я буду вести себя также. Особенно вспоминая, как он смеялся вместе с этой Глоув. Бесит!

Но на моем лице сияла все та же мирная улыбка. Я превращаюсь в стерву. Думая об этом, даже не заметила, как Шон накрыл мою руку своей.

— Лия... — начал он, но я тут же вырвала ладонь.

— Это неуместно, Шон. Мы с тобой знакомы пару дней всего...

— Простите. Не могу сдержаться. Вы кажетесь такой одинокой, что так и хочется вас защитить.

Как можно одновременно быть таким милым и наглым? Он краснел, запинался и нервничал, но показывал мне свои чувства. А я? Хлопала ресницами, не в силах вымолвить ни слова. Но тут прозвенел спасительный звонок.

— Что ж, мне приятно твое внимание. И спасибо за чай, — сдержанно поблагодарила его, — а теперь мне пора на занятия.

— Удачи, Лия! — первокурсник расплылся в улыбке.

Я прошла в женскую раздевалку и положила вещи в ящичек. Тут ко мне подбежали девушки из Совета.

— Лия! Мы тебя всюду искали!

— Что случилось?

— Ничего, просто... — девочки потупились, — мы слышали, что эта сделала. Что она себе позволяет?

— Наверное, я виновата сама, — пожала плечами.

— Не надо все на себя валить, Лия, — строго произнесла девушка брата, внезапно оказавшаяся рядом.

Кристал. Альфа академии Уайтберд, истинная моего близнеца и прекрасная волчица. Она крепко меня обняла.

— Не молчи, пожалуйста. Если тебя что-то беспокоит, расскажи всё. Я всегда тебя поддержку, — прошептала она.

— Ладно, ладно. Задушишь. У вас тоже самоконтроль? — спросила ее.

— Нет. Физкультура, — сморщилась Кристал.

— Сочувствую.

Разговаривая, мы с ней вышли из раздевался и направились вниз. Альфа отправилась к тренировочному полю, а я свернула в ближайший лесопарк, где мы занимались. Место, наполненное природой, естественной для наших внутренних хищников.

Здесь всегда было проще обращаться в волков. Мы же это и делали. Также после ряда инцидентов в прошлом году руководство поставило нам специальные мобильные раздевалки, как на пляже.

Ведь многие обращенные, не в силах совладать с внутренним зверем, могли просто посередине занятия вернуться в человеческую форму совсем голыми. Почему-то от этих воспоминаний на душе становилось светлее.

Брат со стаей были на месте.

— Лия, прекрати общаться с этим мелким, — бушевал близнец.

— Ну ладно тебе, Шон не такой плохой, — успокаивал его бета Лесли.

— Он меня бесит, — руки альфы сжались в кулаки, — как вижу его, тянет морду начистить.

— Успокойся, — произнесла жестко, — напомнить, что я сама решаю, с кем мне общаться?

— Лия...

— Леонард, — передразнила его, — я не маленькая девочка, чтобы меня...

Но вдруг я ощутила стойкий аромат духов. Нет, только ее здесь не хватало! Резко развернулась и столкнулась с ехидным взглядом Глоув. Декан вальяжно вышагивала рядом с нашим преподавателем. Вот уж еще одна проблема на мою голову!

Глава 7

Что эта стерва делает на нашем занятии по самоконтролю? Нигде от нее спасу нет! Я напряглась, понимая, что Глоув не просто так явилась. И как назло, именно в тот момент, когда у меня проблемы с этим самым контролем. Волчица совершенно отбилась от рук.

— Привет выпускникам! — гаркнул преподаватель, — сегодня будет необычное занятие. Наш новый декан очень хочет познакомиться с вашими лучшими друзьями

Он хохотнул.

— И заодно оценить ваши способности, — сказала декан, широко улыбаясь.

Хотя, как по мне, эта улыбка больше напоминала звериный оскал.

— Вот же заноза, — выругался мой брат.

— И не говори.

Я внимательно смотрела на Глоув. Нужно узнать больше о ее прошлом и понять, почему ей так ненавистны мы с братом. Мои родители перешли ей дорогу? Может, тетя? В голове внезапно возникла идея. После тренировки обязательно позвоню Лори.

— Вы должны безупречно вести себя в обществе, — быстро перехватив у удивленного преподавателя инициативу, декан вышла на самую середину.

Она просто наслаждалась полученным вниманием. У этой женщины явные комплексы. Что ж, я могу на этом сыграть. Мне не нравилось перебивать взрослых, однако терпеть это мы не намерены.

— Мисс Глоув, — громко, но спокойно произнесла я, — каким образом самоконтроль связан с юриспруденцией? Если не ошибаюсь, вы специалист в этой области. А сейчас вы срываете занятие у выпускников.

Остальные оборотни одобрительно загалдели. Глаза деканши злобно блеснули. Она какое-то время обдумывала ответ.

— Напрямую, Лия. Если бы ты интересовалась новостями этого года, — она сделала шаг ко мне, — то знала бы, что палата лордов внесла законопроект о контроле обращения.

Что?! Молодые волки испуганно переглядывались, а меня словно парализовало. Неужели опять? Как примерная ученица, я множество книг прочитала про волчье рабство, в том числе и вне основной программы.

Тогда все начиналось также. Сглотнула.

— Молчишь, — она высокомерно осмотрела меня с ног до головы.

— Что будет, если этот закон примут? — я без страха взглянула в ликующие глаза Глоув.

— Введут специальные места, где оборотни смогут обращаться. Нарушителей ждет суровая кара. Они будут носить ошейники.

История циклична...

Нет! Только не это! Как родители это допустили? А принц Роберт? Он ведь всегда защищал оборотней.

— Но пока мы боремся, — сухо отчеканила деканша, — а ваша задача — держать рты на замке.

— Почему так случилось? Подобные законы никогда...

— Причины засекречены, Лия. Я ответила на твой вопрос? — перебила меня она.

Кивнула, глядя на свои ноги в современных кроссовках. Неужели нас снова хотят сделать рабами людей? Маме с папой столько пришлось пережить. Да и всем оборотням. Я буду бороться с этой несправедливостью!

— Пока что данный законодательный акт только внесен на рассмотрение, — попытался нас успокоить преподаватель по самоконтролю, — так что возьмите себя в руки и давайте проведем занятие. Вы должны быть собраны и уверенны. Семья Уайтберд не допустит подобного.

Я взглянула на брата. Он выглядел разъяренным. Еще бы... Мы были маленькими, когда вся эта вакханалия закончилась. И помним кровь, много крови. Как волчьей, так и человеческой. Тихонько коснулась руки близнеца. Он сжал мои пальцы.

Мне вдруг стало очень страшно и одиноко. Ведь мой истинный пережил те времена. Он редко говорил об этом, но я знала, как ему тяжело. Дэн потерял жену и ребенка, которых люди погубили в мрачных лабораториях Винтера. Ему наверняка очень сложно воспринимать подобные шаги.

Я должна быть рядом! Внезапно ощутила тепло. Резко развернулась и увидела в окне родной силуэт. Мой милый Дэн! Он смотрел на меня. Я же не могла отвести взгляд от него.

— Итак, — голос профессора Питерсона вырвал меня из фантазий об истинном, — давайте начнем с малого. Джентльмены уступят место леди. Когда примете волчью форму, я скажу, что делать дальше.

Парни деликатно отвернулись, и девушки обратились в волчиц. Все. Кроме меня. Я чувствовала странную тоску после слов Глоув о том, что люди вновь напуганы и озлоблены. И моя волчица ушла. Только вот теперь...

— Лия, твоей волчице нужно отдельное приглашение? — раздраженно процедила деканша.

Я запаниковала. Как вообще такое могло случиться? Оборотни вокруг переглядывались, кто-то ткнулся лбом мне в бедро. Но внутри я чувствовала пустоту, вакуум. Будто из сердца вырвали отдельный кусок. Всхлипнула и обернулась. Не увидев любимый силуэт в окне, окончательно расклеилась.

Обняла себя руками, пытаясь сконцентрироваться. Звала свою волчицу что есть силы. Казалось, что, если бы кричала вслух, все горло бы разодрала уже. Но она не пришла. Ни через минуту, ни через две, ни через пять. Подняв глаза, увидела ликующую ухмылку Глоув.

— Значит, с самоконтролем у тебя все не очень хорошо? — спросила она.

— Лия, ты же лучшая студентка! — воскликнул Питерсон, — в чем дело?

— Н-не знаю, — прошептала я, делая шаг назад.

Внезапно все вокруг стали казаться одной массой, давящей так сильно, что закрыла глаза. Пыталась дышать, но легкие словно кто-то сжал в кулак.

Волчарочка...

Я слышала, как кто-то кричал. По-моему, Леонард попытался меня закрыть собой. Но перед глазами все плыло и кружилось. К горлу подкатила тошнота, паника охватила меня целиком, словно лесной пожар. Дэн! Помоги мне! Тело совсем перестало слушаться, и я потеряла сознание.

— Лия, маленькая, — ласковый голос истинного растекался по каждой клеточке.

Не открывая глаз, потянулась и прижалась к нему. Знала, что это Дэн. Мужчина гладил меня по голове.

— Что с твоим зверем? — серьезно спросил он.

— Не знаю... — пролепетала, вдыхая любимый запах.

— Это проблема. Глоув сообщила мне...

— Не называй ее имени! — выпалила я, пытаясь отстраниться, но оборотень был куда сильнее и не позволил мне этого.

Он продолжал обнимать меня, но объятия стали напоминать стальной капкан. Я покорно приняла их.

— Она тебя напугала? Посмотри на меня!

Но мне не хотелось открывать глаза. Ведь тогда все сказанное Глоув окажется правдой. Вернется весь страх, который давно сидит внутри меня.

— Маленькая, — ректор покрывал мое лицо поцелуями, успокаивая и лаская, — ну же. Почему ты все переживаешь в одиночку?

— Тебе ведь плевать на меня... — прошептала.

— Это не так! — он снова начинал злиться.

— Тогда увези меня. Далеко! Туда, где нет этих людей, нет их бесконечного страха!

— Люди везде, маленькая, — истинный гладил меня по голове, — ты так испугалась из-за закона? Это все под большим вопросом. Мы разберемся, обещаю. Ты больше не будешь жить в страхе. Я этого не позволю.

Он так ласково со мной говорил, что я действительно верила. Рядом с Дэном мне было наплевать на проваленное занятие, на то, что теперь Глоув в курсе моей проблемы. Как и вся академия. Плевать! Хочу быть с ним!

Осмотрелась и увидела белый медицинский кабинет. Кроме нас здесь никого не было. Видимо, Дэн отпустил персонал, чтобы побыть со мной.

— Отвези меня домой, — прошептала ему.

— Хорошо, маленькая. Я оформил тебе пару дней больничного. Полежи, приди в себя.

— Я хочу к тебе домой... — пролепетала, понимая, что вновь начинаю манипулировать.

Сама того не подозревая, пыталась спровоцировать мужчину на выбор. Он должен его сделать!

— Лия, — строго сказал ректор, — не начинай, пожалуйста. Мы все обсудили уже.

— Вы это кто? — съязвила я, — ты с моим отцом? О да! Вы все обсудили! Только меня забыли спросить.

Резко и сильно оттолкнув истинного, чуть было не свалилась с кушетки. Дэн громко зарычал, затем схватил меня за запястье и повалил обратно, нависая сверху.

— Хочешь этого, да? — процедил сквозь зубы, — хочешь грязи? Прятаться, словно преступники? Постоянно бояться, что нас раскроют? Заниматься подобным в местах, не подходящих для такой, как ты?!

— Хочу! — выплюнула прямо ему в лицо, — да, я этого хочу!

Глаза ректора стремительно темнели. Злость уступала место другому чувству. Тому, которого я так ждала. Губы мужчины в миг завладели моими, а руки обхватили ягодицы, сжимая их. Своими движениями он срывал один стон за другим. Гулял пальцами по моим изгибам, вынуждая требовать больше.

— Ты наглая девчонка, — шептал с придыханием, срываясь на звериный рык, — избалованная, требовательная и... моя...

— Ммм, — я выгибалась ему навстречу, словно мы находились не в медкабинете, куда в любой момент может зайти врач, — тебе же нравится это. Вы любите провокации, ректор.

Оторвавшись от меня, Дэн рассматривал мое лицо. Он явно снова отчаянно боролся с собой, но внезапная злость пробудила в нем животное. Обхватив его бедрами, я призывно облизала губы.

— Или я должна быть послушной? — состроила невинные глазки.

— Не искушай меня, Лия, — почти умолял он, но мне было нужно другое.

— Я люблю тебя, — прошептала ему на ухо, прикусывая мочку, — мне плевать на все эти чертовы правила.

Он очертил пальцами мои скулы и провел по губам.

— Это все ради твоей безопасности и репутации, маленькая. Как ты не поймешь? Я бы давно уже...

Он наверняка вспомнил нашу единственную ночь. В янтарных глазах мелькнула горечь. Он винил себя, что не сдержался и лишил меня невинности. Но я была счастлива. Даже сейчас. Не идти дальше, а просто касаться его. Гладить грубую шершавую щеку взрослого оборотня. Прижиматься к крепкому сильному телу и чувствовать себя нужной.

Дэн дарил мне безопасность, которой я не ощущала в его отсутствие с самого детства. Даже отец не был таким оплотом спокойствия, каким стал этот оборотень.

— Ты же хочешь, — продолжала свою игру, — мы можем сделать это прямо здесь, быстро. Никто не узнает.

— Нет, Лия, — Дэн отстранился, затем зарылся пальцами в волосы, — что же ты со мной делаешь...

— Просто люблю, — шмыгнула носом.

— Маленькая, это запрещенный прием, — прорычал он, — прекрати. Иначе я не смогу остановиться.

Вместо ответа я просто стянула с себя спортивную футболку. Села на колени и прижалась голым телом к своему истинному. Чувствовала ускоряющееся биение его сердца. Да, Лия Уайтберд именно такая. Все думают, что я пример морали и правильности, но ошибаются.

Именно сейчас я совращаю нашего взрослого ректора прямо под носом у всей академии. От этого внутри все кипело. Я была так взбудоражена, что стянула шорты следом за футболкой, швыряя прямо в мужчину.

Полностью теряя контроль, вновь оказалась придавленной сильным телом к жесткой кушетке. Я победила! Ликование порхало сотнями бабочек в теле, скручивая его в безумном желании. И волчица вернулась! Я ощущала ее счастье от нахождения в такой близости с возлюбленным.

— Лия... ты сама напросилась, — казалось, что губы ректора были везде.

Дрожащими пальцами я расстегивала рубашку своего мужчины, как вдруг снаружи раздались громкие шаги, и дверь медицинского кабинета резко распахнулась...

Глава 8

Сердце мгновенно рухнуло в район желудка. Открывшаяся дверь, словно отзвук моего падения, ударила в виски. Мне вдруг стало до чертиков стыдно. Вся ответственность огромным валуном свалилась сверху, вынуждая мгновенно схватить футболку и прижать к груди.

Мать-луна, что я творю? Но Дэн оказался куда проворнее. И еще до того, как нога медсестры ступила за порог кабинета, оборотень дернул ширму и закрыл нас. Затем ловким движением схватил лежащие на полу шорты и протянул мне.

— Так, мисс Уайтберд, — медсестра вальяжно вплыла в кабинет, по всей видимости, не заметив начавшегося греховного действа.

Я очень тяжело дышала, в крови пылал адреналин от столь близкого шанса поимки на горячем. Ректор поправил рубашку. Но я чувствовала, что он больше не зол. В нем чувствовалось воодушевление, а на губах вдруг появилась мальчишеская улыбка.

Ширма распахнулась, и мы предстали перед мисс Сноу, нашей бессменной медсестрой и очень отзывчивой девушкой, как обычные студентка и ректор. Но мои щеки пылали, я обхватила их ладонями. Стало очень неловко. А вдруг она все поймет?

— Где моя сестра?! — в коридоре раздался громогласный рык Леонарда.

И спустя миг вся его стая вместе с обращенными ввалилась в медицинскую комнату. Близнец сурово взглянул на Дэна. Тот встал с кушетки и ответил на взгляд молодого альфы.

Между ними мгновенно наэлектризовался воздух, но медсестра Сноу прервала эту демонстрацию мужской маскулинности.

— Выясняйте отношения, пожалуйста, за дверью. Лия и так перенервничала.

— Выйдем, господин ректор? — сквозь зубы процедил мой брат.

Ну вот, опять он за своё. Но мой истинный был совершенно спокоен.

— Пойдем. Лия, я буду у себя. Зайди, пожалуйста, перед отъездом, — сказал он мне.

— Да, мистер Рэдверс.

Еле сдержалась, чтобы от нахлынувших чувств не послать ему воздушный поцелуй. Как же мне хочется нормальных отношений! Держаться за руки, целоваться с тем, кого люблю. А мне нельзя! Это нечестно! Перемена не укрылась от моих подруг.

— Лия, ты нас дико напугала! — воскликнула моя правая рука Эмбер, — весь Совет в шоке. Тебе нехорошо?

— Все в порядке.

Я понимала, что раскрывать истинную причину не могу. Этот закон и правда поверг меня в шок, но пока все слишком туманно. Нужно взять себя в руки. Из-за тяги к Дэну я совсем распоясалась. Это может выйти боком нам обоим.

— Что со мной, мисс Сноу? — спросила медсестру.

Она подошла с тонометром, затем померила давление.

— Слишком низкое. Тебе нужно больше есть. Ну а так в целом все в порядке. Выглядишь уставшей, отдохни пару дней, как и сказал мистер Рэдверс.

Отвернулась, глядя в окно. Вокруг кушетки звонко болтали девчонки, Кристал держала меня за руку. Ванесса качала головой, а я отчаянно хотела побыть в одиночестве. Но лишь вяло улыбнулась, не в силах словами выразить свои желания.

— Наверное, поеду домой, — засобиралась.

— Ты уверена, что помощь не нужна? — спросила меня Эмбер.

— Да, все в порядке, — соврала ей.

Не хватало еще, чтобы обо мне слухи пошли какие-нибудь. Никто не должен знать о моих проблемах. Только вот теперь о них знает Глоув. И мне нужно с ней поговорить!

Леонарда и Дэна уже не было, но казалось, что воздух коридора до сих пор хранит аромат их агрессии.

— Девочки, возвращайтесь к учебе, — сделала глубокий вдох, — все в порядке. Просто устала. На Совет свалилось слишком много работы с самого начала года.

— Ладно. Если что, сразу звони. Или говори Леонарду. Твой брат сильно переживает.

Промолчала, продолжая растягивать губы в пластиковой неживой улыбке. Со мной что-то происходит, но я должна выяснить это сама. Когда обращенные девчонки ушли, Эмбер задержалась.

— Лия. Ты ведь врешь, — она покачала головой.

Я отвернулась, глядя в окно.

— Мы же подруги. По крайней мере, когда-то ими были, — вздохнула она, — вместе спасали обращенных от твоего брата. А теперь, после тех событий с Вульфом, ты совсем закрылась. Я хочу помочь!

Эмбер всегда была моей подругой, с самого первого курса. Тоже отличница, ответственная и собранная волчица. Но я просто не могу сваливать на нее свои беды. Это нечестно.

— Поговори со мной! — она схватила меня за руку, дернула к себе и крепко обняла, — не держи в себе. Что тогда случилось?

Все мне это говорят! Выскажись, Лия! Поделись с нами! Но разве они способны понять?! Сейчас я чувствовала себя самой одинокой на свете. Хотелось сбежать, испариться.

— Все нормально, — отчеканила, отстраняясь, и развернулась, — не волнуйся за меня, я справлюсь. Думай о выпускных экзаменах.

— Лия! — звала волчица, но я быстрым шагом скрылась на лестнице.

Прости меня, Эмбер. Но этими проблемами просто так не поделишься. Сама не помню, как оказалась напротив кабинета декана. Внутри крепла решимость. Я поставлю ее на место! Но вдруг...

— Зачем ты явилась? — услышала голос Дэна.

Она знакомы?

— А я думала, ты рад будешь. Или мою кандидатуру утвердили без твоего согласия, ректор Рэдверс? — ядовитый голос Глоув вынудил меня сморщиться.

Или это чувства истинного, рвущиеся наружу?

— Мы вроде бы все уже выяснили, Кэрол. Это была случайность.

— Случайность длиной в два года? А потом ты просто свалил.

После этих слов у меня в голове начала складываться весьма нелицеприятная картина. Дэн и Глоув... Были близки раньше?

— Ты знаешь, почему я ушел. И обсуждать это не намерен, — он явно сильно злился, — оставь семью Уайтберд в покое.

— Она среди них, да? Кто-то из женщин Уайтберд — твоя истинная, Дэниэл? Поэтому ты так спешно оставил меня? И из-за тебя...

— Между нами ничего не было. Я сразу сказал, что связан узами, — перебил ее мужчина.

— Тогда почему ходил ко мне? Давал мне надежду? Ведь та фотография до сих пор в твоем кабинете...

— Я не давал, — тихо произнес мой истинный, — ты сама ее себе выдумала.

Дэн встречался с Глоув? Спал с ней? В голове крутились сотни всяких мыслей: одна хуже другой. Декан и ректор продолжили спорить, но дальше слушать мне не хотелось. Ноги несли меня к кабинету истинного. Взяла телефон и вызвала водителя.

Пока жду, зайду и гляну, что это за фотография. Я должна убедиться. Почему новый учебный семестр начался с таких потрясений? Волчица молчала, вместе со мной переваривая информацию. Наш волк нам изменял. Да, моя дорогая. Уже хвостом не виляешь?

Войдя в его кабинет, тихонько прикрыла дверь и прошла к столу. Несмотря на все запреты, Дэн никогда не ограничивал меня и разрешал смотреть мобильный телефон, компьютер. Я искренне ему верила.

Резко открыла верхний ящик стола. Ничего. Лишь бесконечные папки. Затем следующий. Но ни в одном из них не было никаких фотографий. Я перерыла все, и мне было очень гадко от самой себя. Я верю Глоув, а не ему? Но что за фото? И с упорством настоящей волчицы Уайтберд продолжила искать.

Но вдруг что-то в одном из ящиков показалось мне странным. Я еще раз коснулась днища и почувствовала, что дерево отходит. Тайник? Начала судорожно щупать и обнаружила небольшую дырочку. Сунула в нее палец, и послышался щелчок.

Старый добрый тайничок, который есть у каждого уважающего свою личную жизнь подростка. Но вдруг внутренний зверь пошел в отказ. Она не хотела видеть, не хотела разбивать образ, сложившийся с самого детства. Дэн — мой идеальный, умный и взрослый истинный. У него нет от меня секретов. Нет!

Но руки сами полезли внутрь, доставая толстую папку. Надпись: «Приют Фридом» была выведена красивым почерком. Ниже стояли даты. Десять лет назад.

Открыв титульный лист, я остолбенела. Там и правда была фотография. Дэн обнимал Глоув, они улыбались и держались за руки. А вокруг расселись детишки в спортивной форме. Стояло солнечное лето, компания находилась где-то около леса Гринстоун. Посмотрела надпись.

Самому лучшему мужчине от Кэрол и Серых Волков.

Почувствовала, как вновь накатила сильная слабость. Так это правда... Дэниэл изменял мне? Десять лет назад. Ну конечно! С другой стороны, не мог же он ждать меня столько времени.

Но слезы уже было не остановить. Сложив папку, я вытерла мокрые щеки и аккуратно прикрыла тайничок. Честно говоря, не знала, что и думать. Казалось, что весь мир рухнул на голову.

Он спал с другой, когда мне было всего тринадцать лет. Если задуматься, я и знать не знала, чем занимался Дэн, пока я училась и росла. Он приезжал ко мне каждую неделю, мы гуляли и много говорили. Он не рассказывал, что у него есть отношения, а мне было достаточно просто быть с ним. Истинный даже пальцем меня не тронул до совершеннолетия.

Сама не заметила, как выбежала из кабинета

— Лия! — услышала голос брата, — эй!

— Я домой, — попыталась его обойти, но Леонард схватил меня за руку, — ты почему плачешь?

Близнец слегка меня встряхнул.

— Я домой, не мешай, пожалуйста, — сказала тихо, чувствуя, как снова накатывает злоба.

Все вокруг приобрело алый неестественный оттенок. Я с силой вырвала руку и зарычала на Леонарда. Он ошарашенно взглянул на меня.

— Оставьте меня в покое! — окна вокруг тихо задребезжали.

— Сестренка, — ошарашенно выпалил альфа, — ты... как ты...

Да, я больше не ощущала связи. Моя волчица рвала все возможные привязанности. Грызла алую нить, связывающую истинных, когтями уничтожала серебряную паутину, объединяющую душу со стаей брата.

Одиночка...

И сейчас он не имел власти надо мной.

— Отойди, — прорычала, но альфа не двинулся.

— Я не пущу тебя в таком состоянии, — уверенно заявил он, а я вдруг выпустила когти.

— Прошу... — алая пелена становилась все гуще.

Зверь рвался наружу. Она хотела показать, что не слабее. Я не альфа, но дочь Верховного. И сил во мне не меньше. Вдруг близнец отступил.

— Хорошо. Но дома мы поговорим, Лия.

Я молча прошла мимо него. После осознания измены Дэна не хотела ничего. Мне вдруг стало отвратительно само понятие истинных. Зачем это, если он просто так может взять и переспать с другой женщиной?

Ну и что, что я была ребенком?! Сорвалась на бег и буквально влетела в машину. Подтянув ноги к подбородку, всхлипывала. На место алой ярости пришла пустота. Хотела бы я видеть прошлое, а не будущее...

И как ответ на мой вопрос...

Огонь, всюду неистовствовал огонь. Мне в нос ударил сильный запах гари. Подняв глаза, увидела, как пламя охватило весь особняк Уайтберд.

Стояла ночь, и лишь потрескивание рушило ее тишину.

— Мать-луна! — воскликнула и побежала к пылающему дому, — мама! Папа! Братик!

Внезапный взрыв отбросил меня метров на пять назад.

— Тебе их не спасти, волчарочка.

Хриплый голос, словно приговор, прозвучал в голове. Обернулась в поисках жуткого оборотня, уже второй раз являющегося мне в видении.

— Что тебе нужно? — понимала, что нахожусь в своем персональном кошмаре.

— Ты.

— Лия, милая! — ласковый голос матери буквально вырвал из ужасного сна.

Я смотрела на родное лицо, затем бросилась на шею к маме.

— Опять началось? — она гладила меня по голове.

Все это время мы находились в машине.

— Да.

— Что ты увидела? — спросила она, успокаивая меня.

В спасительных объятиях матери все ужасы буквально таяли в воздухе. Внутри меня растекалось тепло, не сравнимое ни с чем. Но рассказать о кошмаре я не могу. Тогда родители узнают о похищении.

— Ничего. Просто обрывки прошлого...

— Точно? — она заглянула мне в глаза.

— Пойдем домой, — выдохнула, смахивая слезы с уголков глаз.

И обнявшись, мы направились в особняк.

Глава 9

Дэн.

Лия. Моя маленькая истинная. Я схожу с ума от одного упоминания ее нежного имени. Каждый день в академии, словно сталкер, слежу за ней. Быть рядом и не иметь возможности прижать малышку к себе — самая отвратительная и жестокая пытка.

Но таково слово Верховного. Когда я увидел, что моя Лия упала в обморок прямо на занятии по самоконтролю, сорвался к ней. Плевать, что подумают студенты. Подбежал, распихал всех и взял ее на руки. Совсем ледяная.

— Что вы себе позволяете?! — налетел на Питерсона, но он лишь беспомощно ловил ртом воздух, — кто ее напугал?

— Я лишь рассказала о грядущем законе, господин ректор, — Кэрол возникла прямо передо мной.

Она не сдерживала яда в голосе.

— Кто дал указание — зарычал я, — делиться со студентами столь важной информацией?!

— Но...

Я впился взглядом в эту женщину. Сила Верховного альфы огромна. Ни один рядовой оборотень не в силах ему противостоять. Как и мне, его правой руке. Кровь внутри закипела, реагируя на ту, кто обидел мою пару. Глоув сделала шаг назад и опустила голову.

Но внутри меня уже не было места состраданию. Давил на нее всей силой, данной мне матерью-луной.

— Я задал вопрос! — голос стал ниже и более угрожающим, — профессор Глоув. Кто распорядился рассказывать студентам моей академии о законе, который еще даже не прошел первое рассмотрение?!

— Никто, — она попыталась поднять голову, но не смогла.

— Через час жду объяснительную. Не получу, будете уволены, — взяв себя в руки, произнес я.

Студенты и Питерсон во все глаза смотрели на меня, но было плевать. Эта женщина напугала мою истинную. Просто так ей это с рук не сойдет. Несмотря на...

Прогнав неприятные воспоминания, направился в здание академии. Прижимая малышку к себе, отнес ее в медицинский кабинет. Под каким-то идиотским предлогом прогнал медсестру Сноу и остался с Лией наедине. Сидел и пялился на нее, как одержимый. А мой внутренний зверь скребся и скулил.

Убрал платиновые пряди с бледного личика, затем поцеловал в лоб.

— Прости...

И тут она открыла глаза. Прекрасные, словно два сияющих сапфира. Еще с тех пор, как Лия была малышкой, я наблюдал за ней издалека и лишний раз старался не злить ее отца. Лео долгое время не мог принять нашу связь, родившуюся в самый темный час.

Но отвергать волю матери-луны не может даже Верховный. Дальше все закрутилось и быстро вышло из-под контроля. Моя маленькая истинная на поверку оказалась самой настоящей манипуляторшей и провокаторшей. Держался, как мог, но в один момент не выдержал.

Оттолкнуть эту девчонку я просто не в силах. Повалив Лию на кушетку, с силой прижал ее к жесткому матрасу. А она смотрела на меня, кусала свои губки и сводила этим с ума.

Сноу вернулась вовремя. Хотя, не буду отрицать, я хотел большего. Отдался случаю, выпустил внутреннего зверя. И горечь от резкой остановки нашей игры неприятно саднила.

— Я поражен, что ты заступился за Лию, — процедил Леонард, когда мы вышли из кабинета.

Но мыслями я был совершенно в другом месте.

— Леонард, ты по делу? — резко развернулся и сделал шаг в сторону кабинета, — я спешу.

— Те мои слова все еще в силе. Моя сестра не игрушка, Рэдверс. И решение отца не панацея.

— Я знаю, — тихо произнес, — но этот вопрос касается лишь меня и Лии. Думаю, тебе есть, о чем думать, кроме отношений сестры.

— Что ты сказал?! — процедил альфа.

— Что слышал. Я не член твоей стаи, Леонард, — развернулся и взглянул в глаза молодому волку, — и твое влияние на меня не распространяется. Мало того, я твой ректор. И будь так любезен соблюдать субординацию. Иначе придется принять меры.

— Лия — твое дело! — крикнул парень, когда я уже почти скрылся за углом, — а то, глядишь, и уведут истинную из-под носа!

Я остановился. О чем он говорит?

— Поверь, многие рады бы ноги ей целовать! Не проспи свое счастье, господин ректор!

Шел так быстро, что не заметил, как оказался в кабинете. Сердце яростно колотилось. О чем он сказал? Леонард никогда ничего не говорит просто так. Значит, уже объявился кандидат на место возлюбленного моей малышки? И, кажется, я знаю кто... Сжал руки в кулаки, еле справляясь с накатывающей яростью. Она моя!

А отношения с братом Лии для меня отдельная головная боль. Молодой альфа совершенно неуправляем.

Налил себе кофе, затем подошел к окну. Там тусовались кучки молодых оборотней. Рассыпались на сочном зеленом газоне, словно грибы после дождя. А мы с Лео лишили Лию такого счастья. Взвалили на ее хрупкие плечики должность главы Совета. Она улыбается, храбрится и делает вид, что со всем справляется. Но я чувствую ее лучше, чем кто-либо. Моя девочка устала.

Вздохнул, понимая, что все сильнее запутываюсь сам в себе. Леди Уайтберд нужен лучший, сильнейший. И что могу я, будучи лишь бетой Верховного? Ослушаться приказа? Но к чему это приведет?

Забери меня... Увези... Спрячь...

Ее мольбы стали моим наваждением. Я найду способ нас освободить. Подожди меня, маленькая.

Взглянул на часы. Глоув так и не пришла с объяснительной. Что ж, придется наведаться лично. Пройдя в свой бывший кабинет, поначалу его совсем не узнал. Осмотрел идеально чистый стол, за которым когда-то сидел сам. А в голове вспыхивали неприличные картины, как моя маленькая истинная приходила ко мне после тяжелого дня.

И мы снимали стресс друг у друга самыми сладкими способами. Как же я хочу Лию! Сильно, безумно, одержимо! Казалось, что до сих пор на пальцах ощущаю жар ее кожи. Ведь совсем недавно она была крошечной. А теперь выросла и превратилась в притягательную и сексуальную молодую леди.

— Моя девочка... — прошептал, полностью теряясь в ее сладком образе.

— Понравилось корчить серьезного и жесткого ректора перед молодежью? — Кэрол вплыла в кабинет, и, проигнорировав меня, подошла к своему столу.

— Где объяснительная, профессор Глоув? — развернулся и сурово взглянул на нее.

— Надо же, продолжаешь играть роль. А когда-то ты был рубахой-парнем, ласковым и добрым. Это должность шавки Верховного так тебя изменила?

Кэрол Глоув всегда была такой: прямолинейной, честной и порой грубоватой. И у нас с ней есть своя история. Увы, печальная, если не сказать трагическая.

— Я всегда таким был. Зачем ты явилась в академию?

— Работать, — выплюнула волчица.

— Ложь! — прорычал я, затем быстро подошел к Кэрол.

Схватив ее за плечи, как следует встряхнул.

— Я скучала, — тихо произнесла она.

— Прекрати лгать. Повторяю вопрос: зачем ты явилась? — рыкнул на Глоув.

Дальнейший диалог уходил совершенно не в то русло, и мне пришлось его свернуть. Быстро и жестко.

— Между нами ничего не было. Я сразу сказал, что связан узами.

— Тогда почему ходил ко мне? Давал мне надежду? Ведь та фотография до сих пор в твоем кабинете... — она умоляюще взглянула мне в глаза.

— Я не давал, — почти прошептал, — ты сама ее себе выдумала.

— Ах, я выдумала?! Тот поцелуй тоже я придумала? — схватив первую попавшуюся папку, Кэрол развернулась и швырнула ее в меня.

— Ты меня поцеловала, не я тебя. Я позволил это лишь из-за твоего брата. Если бы не ситуация Кита...

Я стремительно терял терпение. Хотел бы уволить к черту, но не могу так поступить. Ведь ее рекомендовали важные люди, состоящие в Совете директоров академии. Черт, как же я беспомощен.

При упоминании Кита Кэрол расклеилась. В ее глазах сверкнули блестящие слезинки.

— Ты бросил нас тогда, Дэн. Всех нас!

— У меня не было выбора! — повысил голос.

Темное прошлое наконец-то меня настигло. Вот оно. Стоит сейчас рядом и рыдает в мою жилетку. Кэрол шмыгала носом, сжимая пальцами ткань моего костюма. Думал сбежать, спрятаться в любви и ласке своей истинной, но не смог.

— Ведь ты хранишь фото... — прошептала она, яростно пытаясь взять себя в руки.

— Присядь, я дам тебе воды, — помог Глоув присесть, затем взял и наполнил высокий стакан.

— Спасибо, — Кэрол сделала глоток.

— Если ты явилась мстить... — начал я.

— Думаешь, я такая? Буду мстить ни в чем не повинным детям?

— Лию ты уже довела. Зачем рассказала о законе?

Кэрол поджала губы и отвела взгляд. Лучше ей не знать, как важна для меня маленькая леди Уайтберд. Как и Лие не стоит знать о произошедшем десять лет назад в приюте для оборотней «Фридом». Это темное пятно моей биографии.

— Значит так, профессор Глоув. На сегодняшний инцидент я закрою глаза. Но если впредь кто-нибудь из студентов пожалуется, поставлю вопрос о вашем увольнении. Это понятно?

— Да.

— И еще. Наше прошлое останется в прошлом. Вы моя подчиненная, не более. Надеюсь, мы друг друга поняли.

— Мой брат для тебя тоже в прошлом? Ты так просто взял и забыл?

— Не забыл. Но Кит участвовал в заговоре! Как это можно игнорировать?

— Его подговорили! Ты же знаешь, что он ведомый, слабый! — выпалила Кэрол, — а Лори Блэк даже не захотела подать апелляцию!

— Она тогда лишь начинала практику, — сказал я, — и шансов не было. Улики все были против твоего брата, Кэрол. Унижая Уайтбердов ты Киту не поможешь. Всё. Вопрос закрыт.

— Для тебя да. Но не для меня, Дэниэл Рэдверс! Я вытащу брата из тюрьмы, если даже мне катком придется пройти по этой академии и всему семейству Уайтберд! — выкрикнула она, полная ярости и отчаяния.

— Попробуй, — прорычал в ответ, открывая дверь, — и я тебя раздавлю!

Вернувшись в кабинет, ощутил аромат Лии. Видимо, она приходила, когда я был у Глоув. Черт! Сел в кресло и допил холодный кофе. Затем залез в ящик и достал фото. Рассматривал его, пытаясь понять, в какой момент жизни свернул не туда. Кит и остальные дети из приюта стали мне второй семьей. Я всеми силами пытался им помочь. Пока не случился тот пожар, за который осудили брата Глоув.

А Кэрол так и не смогла это пережить. Она выросла там, в приюте «Фридом», вместе с Китом... Я пытался забыть ту часть жизни, убежать от нее и затолкать в глубины памяти. Но чувство вины тем и коварно, что подтачивает изнутри постоянно: днем и ночью, год за годом. В чем моя вина? Нет, я не сделал ничего. Видимо, в этом все и кроется.

Приехав домой, попытался набрать свою девочку. Но Лия не отвечала. Обычно она всегда с радостью общалась со мной.

— Ты так мне нужна... — раз за разом набирал ее номер, но ответом были лишь бездушные гудки.

Давай же, малышка, возьми трубку! Но моя леди так и не ответила. Ни на звонок, ни на сообщение. Я нутром чуял: что-то случилось. Полночи провел один, без сна, чувствуя сильную и гнетущую тревогу. Лия, что же ты себе надумала? Почему-то казалось, что истинная расстроена. Ее чувства доходили с трудом, словно она с ними отчаянно боролась.

Когда забрезжил рассвет, я все еще не сомкнул глаз. Думал о том, как быть с Кэрол. Но больше всего меня беспокоила истинная. Лия меняется. Становится строптивой, непокорной и требовательной. Помылся, побрился и оделся. Осмотрел свою небольшую квартирку. Моя девочка прекрасно бы здесь смотрелась, особенно в моей постели.

Переборов утренние потребности тела, направился в академию. Шел, здоровался с улыбающимися студентами. Затем вошел в столовую. Лия сидела и улыбалась... Наглому первокурснику, который всегда оказывался рядом с ней. Стиснул зубы, пытаясь перебороть чудовищную, всепожирающую ревность.

Моя!

Не совладав с накатившей яростью, сжал руки в кулаки и широким шагом направился к ним...

Глава 10

Войдя в особняк, я сразу ощутила повисшую в воздухе тревогу. Мама обняла меня за плечи. Но мой внутренний зверь настойчиво тянул в кабинет отца. Массивная дверь была плотно закрыта, но даже сквозь толстое деревянное полотно я чувствовала, что там разговаривают о чем-то очень важном.

— Отец с Марком Хантером, — мама будто прочитала мои мысли.

— Обсуждают новый закон? — вырвалось у меня.

Мама резко помрачнела. Ну вот кто меня просил? Она же наверняка переживает, а я лишь усугубляю. Маленькая Лиара очень плохо ночами спит, маме и так приходится нелегко.

— Прости, мамуль, — поцеловала ее в щеку, — я ляпнула, не подумав.

— Ты имеешь право знать правду, Лия. Но мы просто не хотим, чтобы среди волчьего сообщества началась паника. Ведь многие влиятельные семьи тоже...

— Да плевать я хотел, Хантер! — отец буквально вышиб дверь и выскочил в холл, — ты должен их найти как можно скорее!

— Добрый день, Анисса, Лия, — Марк поклонился, затем впился разъяренным взглядом в моего отца, — эту группу оборотней проморгал ты, Верховный! Еще тогда нужно было...

— Кхм, — мама слегка прокашлялась, — вы не могли бы не ругаться при леди? Как не стыдно?

— Простите, миледи, — потупился глава охотников.

Отец подошел к маме.

— Милая, мне очень жаль. Лия?

Он раскрыл объятия, и я сразу нырнула в них. Я очень любила отца, он был для меня практически всем. Пока истинная связь не начала набирать силу. Тогда мы с ним отдалились, и сейчас не знаю, как пойти на сближение. Но все равно папа — один из главнейших мужчин в моей жизни.

— Ладно, — вздохнул Хантер, — я попробую что-то про них разузнать. После пожара в приюте «Фридом» сепаратисты затаились. Боюсь, что их люди постепенно внедряются во все наши организации.

Тот самый приют? Это просто совпадение, или появление Глоув как-то с этим связано? И их разговор с Дэном...

— И ты говоришь мне это сейчас? Как же твои шпионы?! — зарычал отец.

— Лео, — мама положила ладонь на его грудь, успокаивая почти мгновенно.

В этом была ее сила. Анисса Уайтберд несла свет всем, кто находился вокруг. Я пыталась также, но... Возможно во мне от отца куда больше, чем я думаю.

— Ладно. В общем, я выясню у своих, что смогу. Но ничего не обещаю. Как-то получилось, что эти оборотни не подчиняются мне, не слышат зов, — вздохнул папа.

— Тогда будем действовать стандартными методами. Миледи, разрешите откланяться, — с этими словами глава охотников направился к выходу.

— Я наверх. Все хорошо? — мама нежно погладила меня по голове.

— Да, мамуль.

Отец молча направился в свой кабинет. А я поспешила следом, ведь услышала нечто, что теперь не дает мне покоя.

— Ты что-то хотела? — спросил он, когда я аккуратно прикрыла за собой дверь.

— Пап...

— Проблемы в академии? — голубые глаза отца буквально сканировали меня.

— Нет. Что за приют «Фридом»?

Он нахмурился.

— Откуда ты знаешь об этом? — верховный встал с кресла и подошел к окну.

— Услышала от... друга, — соврала ему.

— Лжешь отцу? — его лицо помрачнело, затем папа вздохнул, — это дело десятилетней давности. Так что забудь, милая. Это не стоит твоего внимания.

— Поэтому ты вызвал главу охотников? — резко вскипела я, — он знает больше, чем я!

— И это нормально! — повысил голос отец, — ты леди Уайтберд, тем более учишься в выпускном классе. Сосредоточься на экзаменах. Что случилось на самоконтроле?

Его голос, поначалу ласковый, обрастал стальными шипами. И последний вопрос ранил меня в самое сердце. Слезы предательски рвались наружу, я давила их что есть силы. Ощущала, как он пытается вытащить мои чувства, копается в душе. Но моя волчица взбунтовалась, зарычала. На отца...

— Не хочу! Оставь меня в покое! — выкрикнула и убежала прочь из его кабинета.

Когда ты стал таким? Мне нужен любящий папа, который не будет вытряхивать из меня информацию, словно на допросе. Я просто задала вопрос! Неужели случившееся настолько серьезно? Мои подозрения стремительно крепли.

Вбежав в спальню, с трудом удержалась, чтобы не расплакаться. С детства меня называли маленькой копией папы. Он всегда был рядом. Я испытывала благоговение перед этим великим волком и гордилась, что он мой отец. Но потом он стал пропадать из нашей с Леонардом жизни. Все чаще рядом со мной был Дэниэл, и все реже Верховный альфа.

Теперь меня предали оба этих мужчины. Но я не заплачу! Рыкнула себе под нос, возвращая мозги на место. Лия Уайтберд не плакса. Взяв свой новенький ноутбук, решила найти информацию самостоятельно.

Мне нужно понять, что скрывают старшие оборотни. Почему этот приют так важен? Я отказалась от обеда и искала, искала. Но постепенно во мне крепло чувство, что информацию мастерски подправили. Находила статьи лишь о том, что десять лет назад там случился пожар.

Когда за окном уже смеркалось, я ощутила нестерпимую головную боль и зверский голод. Неужели нет ни статейки? И тут мои уставшие глаза нарвались на небольшую заметку десятилетней давности. Я достала блокнот и записала все факты.

Итак, приют «Фридом» был построен сразу после смерти Винтера на деньги семьи Уайтберд. Первым и последним ее директором был... Дэн? Я не могла поверить своим глазам. Старенькая газетная вырезка уже выцвела, но я точно видела своего истинного. Подпись под фото было уже не различить.

В этом заведении давали кров сиротам, родители которых погибли от репрессий. Там оказывалась и психологическая помощь. Хм. Дальше шли незначительные детали.

Многим нашли семьи, но... Затем заметка обрывается. Очень любопытно. Я крепко задумалась: что же такого могло там случиться? Кто поджег приют? Оборотни или люди? Включила мобильный, который был выключен сразу после моего отъезда из академии.

Дэн ничего не написал. Понятно! Увлекся своей бывшей любовью. Фыркнула. Но вдруг смартфон завибрировал прямо в моих руках. Номер не определился.

— Да? — взяла трубку.

— Мисс Уайтберд, в смысле... Лия? — услышала голос первокурсника Шона.

— Откуда у тебя мой номер? — ошарашенно спросила парня.

— Ну... — я прямо воочию видела, как он смущается и краснеет, — услышал о том, что вам стало плохо. Вся академия на ушах. Вас очень любят.

— Заканчивай выкать уже, — вздохнула, — мы теперь вроде как хорошие знакомые. Учитывая, что ты звонишь мне после учебы во внеурочное время.

— Простите... прости! — поправился этот непутевый, — просто места себе не находил. Первокурсники расстроились.

— И ты расстроился? — ухмыльнулась.

— Я больше всех! — выпалил Шон, — вы... ты завтра отдыхаешь?

— Не знаю, — я завалилась на постель, глядя на почти полную луну.

Слово за слово, мы с ним проболтали несколько часов. Пару раз на второй линии видела звонок истинного, но трубку не взяла. Я была безумно зла и ревновала. Слушать оправдания не желала.

— Знаешь... — сказала в самом конце нашего с Шоном разговора, — если я завтра приду на занятия, угостишь меня завтраком?

— Конечно! — почти проорал он в трубку.

— Заметано!

В тот момент, когда я положила мобильный, мой желудок издал яростный вой. Даже громче волчицы, которая умоляла взять трубку и ответить на сообщение истинного. Но гордость вновь оказалась сильнее.

Спустилась на кухню, чтобы стащить что-нибудь вкусненькое, но услышала голоса родителей и замерла на пороге.

— Ты слишком жесток с ней, — с укором говорила мама, — Лия, наше солнышко.

— Именно поэтому, — вздохнул отец, — она всегда такой была. Но в последние месяцы совсем отбилась от рук.

— Ты просто злишься, что больше не главный мужчина в ее жизни. Ревнуешь.

Моё сердце колотилось все быстрее. Я безумно скучала по Дэну, хотя и отказывалась себе в этом признаться. Одновременно очень злилась и не знала, куда деть эти чувства. Не могу же просто так простить измену? Пусть мы рождены друг для друга, но у меня есть гордость!

— Я не хочу, чтобы мой бета развращал мою дочь! — рыкнул отец, но мама лишь рассмеялась.

— Мне было куда меньше, чем ей, когда ты развратил меня, милый мой Лео, — нежно произнесла она.

Они так любят друг друга! Я хочу также...

— Это другое, Анисса, — папа попытался состроить сурового оборотня, но с мамой это никогда не срабатывало.

— Разве? Ты тоже был взрослым, а я наивной девчонкой. Лия куда умнее и рассудительнее, чем я тогда. А Дэн уж точно смог бы удержать себя в руках. Виделись бы у нас дома.

— Они виделись... — отец был сражен.

— Этого недостаточно. Ты знаешь, что такое истинная связь.

— Нисса...

— Я всегда буду на твоей стороне, но мое мнение не изменится, дорогой. Считаю, что в этой ситуации ты не прав.

Я вцепилась в стену, выпуская когти. Неужели отец разрешит... Не может быть! Сердце выпрыгивало из груди, вдоль позвоночника стекал ледяной пот. Было одновременно безумно страшно и волнительно. Неужели этот клятый запрет сегодня перестанет действовать?

— Это моё окончательное слово. Закончит академию, пусть встречаются. Я дам свое благословение.

Ожидаемо. Хорошо, что я не успела размечтаться. Аппетит опять пропал, мне отчаянно захотелось сбежать прочь из этого дома. Вздохнула, взяла себя в руки и улыбнулась. Я же Лия. Сильная. Всегда и всё понимающая. И плевать, что рвущиеся наружу когти уже изорвали мои нежные руки в кровь.

Спряталась за колонной, чтобы не привлекать внимания. Родители вышли, не заметив меня. Нырнула на кухню и подошла к холодильнику. Привычка слышать отказы от отца уже прочно укоренилась в душе. Я быстро взяла себя в руки, набрала вкусняшек и в одиночестве направилась к себе в комнату.

Наутро, вопреки увещеваниям мамы, все же поехала в академию. Брата не было, он, видимо, опять зависает со своей стаей. Может и мне найти себе друзей вне учебы? В голову пришел Шон. Обычный паренек, с которым может получиться крепкая дружба.

И когда я вошла в холл главного корпуса академии, он первым меня встретил.

— Доброе утро, Лия! — выпалил Шон.

— Привет!

— Пойдем в столовую?

Но дошли мы туда не скоро. Ведь мои друзья и знакомые наперебой спрашивали о моем самочувствии. Эти волки действительно считали меня особенной, но от этого становилось лишь хуже.

И когда мы уселись за стол, взяв себе по порции мясных блинчиков, я задала долго мучивший меня вопрос.

— Что такое нормальная жизнь, Шон?

Он начал говорить, но внезапно все мое внимание сконцентрировалось на входе в кафетерий. Дэн вошел внутрь. Мой истинный выглядел ужасно, словно совсем не спал. Он взглянул на меня, но назло ему я широко улыбнулась первокурснику, сидящему напротив.

И ректор направился к нам. Я вся подобралась, схватив вилку, словно в ней было моё спасение. Вокруг моего ректора витала аура разъяренного зверя.

— Доброе утро, — процедил сквозь зубы мужчина, переводя потемневший взгляд с меня на Шона.

— Доброе, ректор, — почти прошептал парень.

— Лия, как ты себя чувствуешь? — спросил меня истинный.

— Все в порядке, ректор Рэдверс, — вложила в этот ответ все равнодушие, которое могла.

И мой яд достиг цели. Дэн отшатнулся, словно получил сильную пощечину. Он явно боролся с собой, а я смотрела в стол. Ну почему рядом с ним ощущаю себя совсем малышкой? Где мой характер? Как же хочется коснуться его, броситься на шею и спросить, как он спал сегодня.

Наверняка плохо. Я безумно его люблю и хочу внимания. Но это сумасшествие рождало слишком жгучую ревность, бороться с которой было невозможно.

— Думаю, вас ждет декан Глоув, — буквально выплюнула эти слова.

— Зайди ко мне после завтрака, — сурово произнес ректор, затем вышел из кафетерия.

Но от этой жесткости, вопреки всему, я ощутила дикое и необузданное желание внизу живота.

— Лия, — голос Шона вернул меня из сладких грез в суровую действительность, — у вас с ректором все-таки что-то... Есть?

Первокурсник выглядел потерянным и несчастным. А я не знала, что ответить на этот внезапный вопрос.

Глава 11

Дэн

Вернувшись в кабинет, наконец-то смог перестать улыбаться, как идиот. Должность ректора накладывала серьезные обязательства, в том числе и по вопросам поведения со студентами. Громко хлопнув дверью, размашистыми шагами приблизился к столу.

Чувствовал себя огромной кипящей кастрюлей, которая вот-вот взорвется. Низко зарычал и одним движением снес все со стола. Затем вцепился в него когтями. Черт! Злость на самого себя, сплетаясь с полнейшей безысходностью, не давала удержать зверя на замке. Руки стремительно покрывались шерстью. Стоп!

Снял очки и швырнул на стол.

— Твою мать! — выругался, затем взъерошил волосы.

Картина, как моя истинная пара мило улыбается этому молокососу, стояла перед глазами и уничтожала всю мою выдержку. Это о нем говорил Леонард? Молодой оборотень. Под стать моей малышке. Без кучи тараканов и сомнительного прошлого.

Но тут же гнев вновь обуял меня. Она моя, черт возьми! Лия Уайтберд была рождена именно для меня! И никто не смеет и пальцем ее касаться. Жгучее желание наказать строптивую девчонку сметало напрочь все аргументы. Я же взрослый и должен думать о нас обоих. Как бы ни так!

Хочу овладеть Лией снова. Наша ночь стала самым незабываемым событием за все эти мучительные годы ожидания. После нее мне пришлось пройти через адские муки, чтобы запереть свои желания на замок. Каждый доверчивый взгляд истинной, каждый требовательный жест проверял на прочность мой самоконтроль.

Сел в кресло, затем оперся локтями на поверхность стола.

— Как же я тебя хочу, маленькая, — впился вновь рвущимися наружу когтями в кожу ладони, чтобы хоть капельку погасить этот жар.

Она думает, что мне легко переносить ее близость? А обиды и слезы еще сложнее. Если бы я мог, давно бы просто увез ее туда, где никто бы нас не нашел. Но зов крови слишком силен.

Нельзя забывать об обязанностях беты Верховного. Тем временем в дверь робко постучались.

— Войдите!

— Ректор Рэдверс? — любимый голосок звучал еще холоднее, чем в кафетерии.

— Да, Лия. Заходи, — указал девушке на стул напротив стола.

— Что вы хотели? Мне нужно на занятия, плюс пересдать самоконтроль у мистера Питерсона.

Она жалась к двери, выстроив вокруг себя внутреннюю колючую стену. Я пытался понять, что случилось с моим синеглазым солнышком, но не мог. Не в силах выносить этот лед, встал и подошел вплотную к истинной.

— В чем дело? — спросил ее возможно, жестче, чем следовало.

— Ничего. Просто у меня много дел, мистер Рэдверс.

— Ты приболела. Зачем вообще приехала? Я бы привез тебе все лекции. Маленькая...

Она вздрогнула, все еще не поднимая глаз, затем облизала губы. Опять играет? Черт, я уже даже не понимаю, где фарс, а где моя настоящая истинная. Взял ее за подбородок и заставил смотреть мне в глаза. Открытая, невинная и доверчивая. Малышка...

— Вы ведете себя неподобающе, — четыре слова, словно методичные удары под дых.

— О чем ты говоришь?

— Мы на территории академии, — произнесла она и пожала плечами, посмотрев колючим равнодушным взглядом.

Я сжал пальцы, сам того не желая. Не смотри на меня так! Желваки заходили ходуном, зверь вновь срывался с цепи. Мы с ним безумно ревновали нашу малышку.

— Лия, — процедил сквозь зубы, — прекращай.

— Это недопустимое поведение, — истинная продолжала меня добивать, — если у вас всё, я пойду.

Девушка развернулась и собралась уйти. Ну уж нет, маленькая! Так просто я тебя не выпущу!

— Стоять! — гаркнул, резко захлопывая дверь перед ее носом.

— Что-то еще? — ее голос полосовал мою душу на мелкие лоскуты.

— Да! — прорычал, развернул наглую девчонку и впился в ее алые губки.

Но сладость быстро сменилась сильной болью и ощущением в рту собственной крови. Наглая истинная взяла и цапнула меня за губу, затем сильно отпихнула. Да что происходит?

— Что вы себе позволяете?

— Лия... в чем дело? — я был в полном шоке.

— Ни в чем, мистер Рэдверс, — выплюнула она, — не смейте больше так делать! Никогда!

Затем она быстро скрылась за дверью, оставив меня в замешательстве. Мы со зверем совершенно не понимали, на что так сильно разозлилась наша малышка. Опять Глоув? Я проковылял к столу, чувствуя неприятное заживление разорванной губы. Лия не поскупилась... Боль была адская.

Но еще сильнее мучило непонимание происходящего. Что я такого сделал? Эта девчонка меня в могилу сведет. Или решила завести себе парня?

Достал ноутбук, затем залез в личный кабинет на сайте академии. У нас все данные хранились в электронном формате. Уайтберды не поскупились на финансирование. Зашел в раздел «Личные дела».

Ну и что ты творишь, Рэдверс? Как ревнивый школьник будешь следить за своим конкурентом? Но этот Шон не давал мне покоя. Появился, словно гром среди ясного неба. Внутри меня что-то ёкает, когда я вижу его вместе с моей девочкой.

Лия явно очарована, а вот я... Не знаю. Чувствую исходящую от этого первокурсника опасность, но не понимаю ее природы.

Что же ты скрываешь, Шон?

Не выдержал и залез в его личное дело. На первый взгляд все чисто. Приличная семья, отличные рекомендации после старшей школы. Несколько учебных проектов, волонтерство. Откинулся в кресле. Губа все еще неприятно саднила, хотя полностью регенерировала.

Что же происходит с моей маленькой Лией?

Так и не отыскав ничего сомнительного в файле первокурсника Шона, я направился на совещание. Затем еще на одно и еще. Мне не давало покоя поведение Лии, я полностью тонул в сотнях догадок. Она явно очень зла. Но у кого мне об этом спросить? Лишь у нее самой...

Нам нужно это обсудить. Характер у малышки ого-го, вся пошла в папочку. Вернулся в кабинет почти ночью, когда студенты давно уже были дома, а последние трудоголики-преподаватели разъезжались с парковки.

Домой ехать совершенно не хотелось. Почему-то вспомнилась моя первая семья. Прошло почти двадцать лет, как я потерял жену и маленького сына. Сейчас он уже был бы совсем взрослым. Возможно, встретил бы истинную.

Я сел за руль и вздохнул. Мне нужна моя девочка! Произошедшее сегодня сводило с ума. Первое, что пришло в голову, это напиться. Но так как я оборотень, пойло меня не возьмет, лишь разозлит. Так что, повернув ключ зажигания, направился куда глаза глядят.

Все размышлял, как быть дальше. Лия требует от меня действий, противостояния с Верховным. Но правильно ли так поступать? Может, это лишь каприз молодой богачки? Ох, маленькая, что же ты делаешь?

Заехав в узкий дворик старенького, но уютного дома, какое-то время просто сидел в машине. Здесь, на самой окраине Бриджтауна, живет человек, давным-давно спасший меня своим прощением. Послышался стук в пассажирскую дверь. Улыбнулся и разблокировал замки.

— Любишь ты одиночество, профессор, — тихий голос Марджери Стивенс наполнил салон автомобиля.

В ее руках была бутылка с янтарной жидкостью и два бокала.

— Это мой фирменный чай, господин Рэдверс, — улыбнулась она, — а не то, о чем ты подумал.

— Рад видеть, Мардж.

Марджери — моя бывшая студентка. Еще до всех репрессий у нас с ней был роман. Но потом я встретил истинную и жестоко бросил мисс Стивенс. А она ответила мне тем, что сдала нас с семьей Томасу Винтеру. Собственно, поэтому я и оказался в лаборатории, где убили моих близких.

Но мы смогли забыть старые обиды и теперь дружили.

— Как твоя девочка? — спросила она безо всяких прелюдий, разливая ароматный холодный чай.

— Очень злится, — вздохнул.

— Еще бы, — Мардж протянула мне бокал, от которого шел приятный цветочный аромат, — не ты ли говорил, что истинная связь сильнее всего на свете для оборотня?

— Так и есть.

— Тогда почему не плюнешь на всё и не заберешь у Лео его дочь?

— Говоришь жуткие вещи, — горько усмехнулся.

— Почему же? Ты так мне тогда и сказал.

Марджери до сих пор помнит, как жестоко я оставил ее. Она любила, а в ответ получила нож в спину. Молчал, пытаясь понять, к чему клонит мисс Стивенс. Хотя я это прекрасно знал, просто не хотел думать о подобном.

— На тебе ответственность за их дочь. Моя Грета рассказывала, что мисс Лия ночами горько плачет. Это из-за тебя, Дэниэл.

— Я не знал...

— Конечно, потому что я не рассказывала, — она невозмутимо отхлебнула чай, — но теперь пришло время тебе узнать.

— Почему?

— Кое-кто навестил меня сегодня днем. И я поняла, что вас нужно спасать. Даже Верховный может ошибаться. Неужели чувства маленькой Лии Уайтберд для тебя ничего не значат?

— Жестокие слова ты произносишь.

— Зато это правда. Подумай. Истинные — это пара. Двое, — говорила Мардж, — ты наказываешь себя за прошлое, но в чем провинилась юная влюбленная девушка? Тебе ваша богиня дала второй шанс, чтобы ты его профукал, господин ректор?

Ее слова попали в яблочко. Я виню себя за смерть первой истинной и нашего сына. За случившееся с несчастными сиротами в приюте «Фридом» и даже за то, что все эти годы рожденные волки изводили обращенных людей в академии.

Мардж оставила чай и молча направилась в дом. Я же рванул за город. Когда приехал на пустырь, огороженный колючей проволокой, на небе висела яркая луна.

Я любил ночь, как и большинство оборотней.

Зашел через скрипучую сетчатую дверь, и передо мной раскинулось пепелище приюта «Фридом». Внезапно кровь забурлила, ощущая невидимого врага. Или это...

— Знал, что найду тебя здесь, бета, — произнес Лео, появляясь из глубины темных руин.

Я молчал. Верховный так хотел, и мое тело подчинялось. Но вот душа. Что-то во мне менялось очень быстро. Внутренний зверь вдруг стал видеть в лучшем друге врага.

— Что тебе нужно, Лео? Разве ты не должен быть со своей семьей перед теплым огнем домашнего очага? — я не скрывал яда в голосе.

Верховный альфа подошел ближе. Я ощущал, как его сила давит и порабощает. С каких пор ты так изменился?

— Хотел спросить, зачем ты рассказал моей дочери о приюте «Фридом»? Нужно ли юной девочке знать об ужасах, что здесь происходили? Из ума выжил, Дэн?

Лия знает о приюте? Но как такое возможно?

— Я ей не говорил, — прошептал себе под нос, — она не должна была узнать.

— Но узнала, — голос альфы становился все агрессивнее, — будешь утверждать, что не от тебя?

Стиснул зубы, не в силах противостоять мощи этого волка. Его давление росло, как и мое внутреннее сопротивление. Перед глазами стояли лишь доверчивые сапфировые глаза истинной. Что, твою мать, со мной творится?

— Хватит! — рыкнул на него, — остановись уже, Лео!

Несмотря на попытки Верховного, я смог выпрямиться и взглянуть ему прямо в глаза. Он был зол, невероятно раздражен. И не скрывал этого.

— Противишься воле альфы? — тихо, но с явной угрозой прорычал отец моей истинной, — что случилось, Дэн? Так сильно хочется получить мою дочь?

Предпоследнее слово он выделил особенно ярко.

— Она моя! — прорычал я, на ходу обращаясь в волчью форму и бросился прямо на Верховного альфу.

Глава 12

Лия

Выбросив мокрый от слез платок в мусорное ведро в туалете, я какое-то время сидела на унитазе, пытаясь привести свое лицо в нормальный вид. Случившееся в кабинете Дэна стало тяжелейшим испытанием. Да, я злилась и ревновала, но реакция волчицы на истинного ошеломляла. И когда со всей яростью укусила любимого за губу, внутренний зверь исчез.

Я рванула в туалет, пытаясь успокоиться, и просидела здесь не меньше часа. Все из-за Глоув! Эта стерва испортила мне начало года, лезет в мои отношения! Взяв сумку, встала, толкнула дверь кабинки.

Сполоснула лицо ледяной водой и сделала два глубоких вдоха.

Перед кабинетом Питерсона я на какое-то время задержалась. Волчица так и сбежала, не удостоив меня своим вниманием. Вот же строптивая особа! Видите ли, она хочет быть с Дэном и вилять перед ним хвостиком. А то, что он спал с Глоув, пусть и десять лет назад? Ничего, да?

Вела свой внутренний диалог, затем услышала голоса студентов и пулей влетела в кабинет преподавателя. Питерсон разбирал какие-то бумаги.

— Лия! Не думал, что ты так рано оклемаешься. Ректор сказал, что ты приболела.

— Я должна пересдать... — пробубнила, понимая, что сейчас ни черта не справлюсь, — вчерашнее задание.

— Так, не надо! — оборотень подошел ко мне, — давай ты сначала отлежишься. Это занятие ни на что не влияет, Лия.

Как это? Глоув видела мой позор! Это нельзя так оставлять!

— Декан...

— Она приходила, — сказал профессор Питерсон, — и... Ладно, неважно.

— Что сказала?

Наверняка хотела занести мой провал в личное дело.

— Я и так уже лишнего ляпнул. Лия, прошу тебя, отдохни. Через пару дней вернешься и все сдашь, хорошо?

— Почему не сейчас?

Я напирала на него так, как никогда до этого. Мне нужно знать, что там бывшая любовница моего истинного творит за моей спиной.

— Глоув тебя отстранила на три дня, — сдавленно произнес он, — нам запрещено принимать у тебя задания ...

Дальше я уже не слушала. Развернулась и рванула в кабинет этой стервы. Ну всё! Подойдя к нему, начала яростно дергать ручку. Не знаю, что случилось со мной в тот момент. Все перестало иметь какой-либо смысл. И моё будущее, и оценки, и прочее. Это все мелочи.

Но она спала с моим возлюбленным! Этого я так не оставлю! Глоув повезло. Она была на занятии. Сев на подоконник напротив двери ее кабинета, я попыталась успокоиться. Гнев захлестывал с невиданной ранее силой. Что такое происходит? Я будто падала со скалы, пытаясь ухватиться хоть за какой-нибудь выступ. Но как назло она была совершенно гладкой.

— Лия! — голос Эмбер вернул меня в реальность.

— Что случилось?

— У нас беда! Ты нужна в Совете. Срочно! — выпалила она.

Что такого могло произойти за один день? Я пошла за подругой.

— Наш сейф вскрыли! — сказала Эмбер, когда мы вбежали в комнату организации.

Мои друзья испуганно смотрели на металлическую махину с открытой дверью. Я проверила замок: вскрыт идеально. Ни следа отмычки или когтя. Члены Совета перешептывались, многие начали нервно грызть ногти или теребить волосы.

— Глава, что делать? — спрашивали наперебой.

— Что они взяли? — осмотрела сейф изнутри.

— Один документ... — бесцветным тоном произнесла Эмбер, — черный список студентов.

О нет! Я схватилась за голову, затем начала шарить внутри. Даже деньги, собранные на подарочные Рождественские маскарадные маски для обращенных, не тронули. А сумма там была приличная. Кто-то целенаправленно шел за этой бумагой.

— Это свои, — выдохнула я.

— Что? — хором ахнули все оборотни.

Поднялась и окинула их взглядом. Все эти годы я безоговорочно доверяла каждому. Почему теперь их лица кажутся совершенно чужими? Хочу верить им. Но могу ли?

— На что ты намекаешь? — спросил один из членов Совета.

— Она имеет право подозревать нас всех! — повысила голос Эмбер, — ну что, Лия, с чего начнем?

— Ты серьезно?! — другой студент, Джош, ответственный за информационные технологии, оттолкнул мою подругу, — Лия, мы все верны тебе!

Я устало потерла виски.

— К сожалению, отсутствие каких-либо следов указывает, что сейф вскрыли либо профессиональным оборудованием, либо открыли моим ключом.

Оборотни громко загалдели. Я ощущала их возмущение, ведь косвенно обвинила в такой серьезной краже. Но как лидер Совета должна быть беспристрастной.

— Мы соберем все доказательства, затем передадим их охотникам. Они изучат дело и вынесут решение. К сожалению, выкрасть важный документ мог кто угодно: как из Совета, так и приходящие студенты или преподаватели.

— Неужели опять... — застонал другой студент, наш финансист, — только начали жить нормально! И опять эти охотники. Они ненавидят нас!

— Все будет хорошо, — я старалась, чтобы мой голос не дрожал, — мы найдем похитителя и передадим куда следует.

— Если этот список попадет в прессу, нашей академии не поздоровится, — продолжали высказываться остальные члены Совета.

— Не попадет. Мы найдем вора раньше, — жестко произнесла я, — так, хватит болтать! Эмбер, принеси список посещений за сегодня. Остальные покажите мне свои вещи и сумки.

— Лия! — вновь порция возмущения.

— Тогда вас будут досматривать охотники! — прервала их, — этого хотите? Тут дело не в моем личном отношении. Нужно убедиться, что кражу совершили не свои. Простите! Мне очень-очень жаль, ребята.

— Ладно... — буркнули оборотни и понуро пошли за сумками.

Осмотр занял примерно час. Мы с Эмбер аккуратно просматривали документы, учебники и все места, куда можно было спрятать список. Закончив и не найдя бумагу, я испытала облегчение. Это не они.

— Ты же понимаешь, что отношения теперь будут другими? — спросила Эмбер, чью сумку я осматривала последней.

Оборотни топтались и бросали на меня обиженные взгляды. Встала и взяла свою сумку, затем протянула им.

— Вы имеете право осмотреть мои вещи. Я не возражаю.

Волки переглянулись, но не притронулись к ним. Атмосфера стала чуть легче.

— Мы верим тебе, Лия.

Дальше мы проверили спортивные шкафчики, поскольку список можно было спрятать и там. Но все члены Совета были чисты. Облегченно выдохнув, я принялась просматривать список посетителей. Было уже поздно, мысли постоянно крутились вокруг того, что грозит моей семье и всей академии в случае обнародования этой информации.

Знала же, что не стоит так делать. Подобных списков не должно существовать! Дети не в ответе за грехи старших! Но меня не послушали. И вот что вышло. Чувствовала я себя неважно. Сильно болела голова, и, кажется, у меня начался жар. Волчица не показывалась, хотя именно сейчас мне были нужны ее сила и мудрость.

Идти к Дэну я не хотела, особенно после того, как мы расстались. Мне было так одиноко, что хотелось плакать. Но Лия Уайтберд сильная! Сейчас от меня зависит многое. И вдруг я увидела знакомую фамилию.

— Куинн? Что она делала в комнате Совета сегодня? — спросила у Эмбер.

— Не знаю, меня не было.

У младшей Куинн есть куча причин ненавидеть мою семью и эту академию. Ее сестра Элизабет в прошлом году погибла из-за ректора Вульфа. И сегодня Милена была здесь.

— Дай мне вчерашний список! — попросила Эмбер.

Волчица принесла бумагу. Так. Быстро пробежав глазами по фамилиям, не нашла нужную. Значит, сестра Элизабет была у нас как раз сегодня.

— Найдите Милену Куинн и приведите ко мне! — сказала оставшимся волкам.

День уже клонился к закату, мы с Эмбер молча сидели и глядели в окно. Каждая думала о чем-то своём. Однако вернувшиеся студенты отрапортовали, что Милена уже уехала домой.

— Что будем делать? — спросила подруга, — мы же не можем притащиться к ним домой?

— Завтра с утра найдите ее. Пока не будем докладывать охотникам, если это она, попросим просто вернуть документы, — вздохнула я, — а пока по домам.

Мне было очень страшно. Ведь получив список, Милена Куинн могла отправить его в СМИ уже сегодня. Но внутреннее чутье подсказывало, что она этого не сделает. Скорее всего, будет мстить более изощренно. Шантаж, вымогательство, да что угодно.

Сидя в машине, я думала о том, что предпринять дальше. Если Милена откажется сотрудничать, придется рассказать отцу! Ситуация слишком опасна, так что без вмешательства взрослых оборотней из Верховной стаи не обойтись.

Войдя в холл особняка Уайтберд, я на миг зависла. На диване сидел папа. Все его лицо было изодрано до крови. Он шипел, пока мама обрабатывала его раны. Кто мог так отделать самого Верховного альфу?

— Эм, привет, — поздоровалась, аккуратно подходя к родителям.

— Дорогая, ты долго, — сказала мама, нанося очередную порцию антисептика на рассеченную бровь папы.

— Что случилось? — я подошла ближе.

— Ну... Ай, черт! — выругался отец.

Ничего себе! Я присела рядом и коснулась его руки. Неужели на сильнейшего оборотня Британии напали? Кто осмелился на это? Но мама выглядела спокойной. Значит, вопрос не политический.

— Твой отец не поделил тебя с Дэном, — она еле сдерживала смех.

Что? На лице отца мелькнула едва заметная улыбка. Он что, не в ярости? Но почему мой истинный... Неужели он воспротивился?! Сердце радостно застучало.

— И отхватил от беты по самое не балуй, — закончила свою фразу мама.

— Ему тоже досталось, — прорычал Верховный, — решил перечить мне! Дочь мою забрать! Ай, Нисса! Больно же!

— Поделом, истинный мой, — хохотнула она.

Так вот почему он так плохо регенерирует! Сила второго волка после вожака огромна. Но что с моим возлюбленным? Увидев мой растерянный взгляд, мама указала на дверь.

— Думаю, он направился домой раны залечивать. И ему бы хотелось, чтобы его женщина была рядом, — как бы между прочим пропела мама, вызывая грозный рык отца.

— Я не позволю... Ай! Анисса!

— Прости, дорогой. Не мог бы ты заткнуться? Тогда и больно не будет, — ухмыльнулась главная волчица семейства Уайтберд.

Хотя мама и не была оборотнем, от волка в ней немало. Сильная, уверенная и при этом безумно женственная. Мой идеал. Я чмокнула ее в щеку и побежала к выходу. Прямо в форме академии, не переодеваясь и не приводя себя в порядок. Дэн! Милый! Как же скучаю! Была готова простить его поход на сторону, лишь бы он не сильно пострадал. Схлестнуться с самим Верховным... Ради меня.

Я так долго ждала! Бесилась, когда мой любимый мужчина склонял перед отцом голову! Не знаю, что будет дальше, но это — огромный шаг для нас. Не дав водителю даже чаю попить, запрыгнула в машину и потребовала отвезти меня к Дэну.

И спустя час уже бежала по лестнице в квартиру моего мужчины. Как же я его люблю! Но подбежав к двери, принюхалась. Знакомый мерзкий аромат обжег ноздри. А что она здесь делает?

Толкнула дверь, она оказалась открытой. Увидела пару дорогих женских туфель. Они принадлежали Кэрол Глоув. Нет, нет, нет! Пройдя через коридор, заметила, что дверь в спальню моего истинного приоткрыта. Заглянула в щелочку и застыла, чувствуя, как моя душа разбивается на тысячи осколков...