Волчий трепет

Глава 1

Молодой бурый волк, не останавливаясь ни на минуту, гнал отбившуюся косулю по непроходимому бурелому. Его взгляд был убийственным, янтарные глаза горели огнём, острый оскал внушал страх и ужас в глаза жертвы. Но Савл был не один. Ему помогали загонять добычу его братья Махтале и Аргон, и его сестра Зара. Возглавлял охоту вожак стаи – Джарне, его отец, и старший воин стаи – Саваж, брат вожака.

Сегодняшняя охота предвещала стае удачу. Благодаря слаженной командной работе, волкам удалось загнать животное, ведь серая волчица по имени Мала перерезала путь отхода косуле, и стая смогла нагнать её и вцепиться мёртвой хваткой в горло своей обречённой добычи. Косуля сопротивлялась, как могла, но ей было суждено испустить последний вздох в пасти хищников. Жизнь с каждой минутой покидала её.

Испустив последний вздох, волки набросились на заслуженную добычу, злобно скалясь и рыча. Клочки шерсти летели в разные стороны, и только Савл огрызнулся на своих собратьев, отгоняя их от туши. Он высоко задрал хвост, а его холка встала дыбом. Он не подпускал их к еде из-за пищевой агрессии, он хотел насладиться добычей сам. Но его надеждам не суждено было сбыться. Старый, безухий вожак накинулся на наглого сына, демонстрируя свой статус. Джарне изрядно покусал непокорного волка. После этого Савл отпрянул и попятился назад.

–Сначала ест вожак! И если ты забыл об этом, то ешь ты после стаи! – зарычал бурый безухий волк.

–Но после стаи мне достанутся лишь кости! – возмутился Савл.

–Ты должен был думать об этом прежде, чем накидываться на еду, – ответил ему Джарне.

Савл лишь презрительно посмотрел на отца и обидчиво фыркнул. Вся стая осуждающе смотрела на наглого собрата. Джарне и его брат Саваж первыми притронулись к добыче, после них присоединились и остальные. Савл отсиживался в стороне, дожидаясь своей очереди.

***

Савл сердито брёл по высокой траве. Кроны деревьев были настолько густыми, что солнечный свет почти не проходил через них. Собственная стая, словно глумилась над Савлом. Они обглодали всю тушу, оставив для Савла лишь жалкое мясо на костях. Савл был зол от голода.

Но лесную тишину прервали чьи-то знакомые голоса. Савл прислушался, затем притаился в высокой траве, незаметно выглядывая.

–Ты молодец, Мала! Как всегда умеешь застать добычу врасплох! – возбуждённо хвалила прибылую серую волчицу Зара, сестра Савла.

–Хотела бы я стать загоняющей, – ответила волчица.

–Нет. Это опасное занятие. Всегда рискуем жизни лишиться или травму получить. Знаешь, как больно бьют копыта в челюсть.

–Сурово вы с братом поступили, – пророкотала Мала.

Услышав эти льстивые слова от самой прекрасной волчицы в стае, сердце Савла затрепетало от одной лишь мысли о Мале.

–Савл всегда был слишком агрессивным по отношению к своим братьям. По-настоящему уважал он только меня и Саважа, – сказала Зара.

–А как же Джарне? Он же его отец.

–С ним у него всегда были сложные отношения… – замялась волчица. – Ладно, я пойду проверю своё мясо, которое я зарыла. Проверю, не нашёл ли его Аргон, – с этими словами Зара махнула пушистым хвостом, сверкнув своей светло-бурой шкуркой, и скрылась из виду.

«Если бы ещё Аргону было бы не лень твоё мясо искать, сестрёнка», – подумал про себя Савл.

Мала уже собиралась возвращаться в лагерь стаи, но Савл не позволил ей этого. Он резко выпрыгнул из травы, преградив волчице путь. Она от неожиданности испугалась и отпрянула от волка.

–Савл! – прорычала на волка Мала. – Ты следил за мной?

–Нет, наткнулся на вас с Зарой.

–Ясно, дай пройду, – тяжело вздохнула Мала, пытаясь обойти Савла.

–Не спеши, – Савл накинулся на Малу и опрокинул волчицу наземь. Она, поджав лапы, пыталась вырваться.

–Савл, отпусти! – рычала на бурого волка серая волчица.

–Не могу. Ты же знаешь, что ты мне всегда нравилась, но ты никогда не смотрела на меня как на самца, который будет всю жизнь рядом с тобой.

– Ты же знаешь, что мне нравится твой брат, и я ему! – рычала Мала.

–Да что в нём такого, чего нет у меня? Я сильнее, умнее, хитрее его! И когда я стану вожаком, то сделаю тебя своей парой! – Савл сам возбудился от этих слов, он всегда грезил только этим.

–Джарне никогда тебе этого не позволит!

–Ты можешь не сомневаться… моё имя заставит вас трепетать, – прохрипел на ухо волчице Савл, гордо возвышаясь над ней.

–Слезь с неё! – прозвучал грозный и рокочущий голос старшего брата Махтале.

Савл медленно перевёл взгляд на брата, прорычал про себя и отпустил волчицу. Она подскочила и подбежала к Махтале. Затем к ним подбежала Зара и изумлёнными глазами глядела на братьев.

–Что происходит? – поинтересовалась Зара.

–Савл… Мала моя! – рявкнул на брата Махтале.

–Ты мне уже надоел! Ты забираешь у меня всё, что должно принадлежать мне! Ранг Вожака, прекрасную волчицу! – не сдержав ярости, Савл бросился на такого же разъярённого Махтале, и оба брата сцепились намертво. Они вцепились друг другу в глотки, кусая загривок. Клочки бурой шерсти летели в стороны. Шерсть братьев слиплась от багровой крови.

–Махтале, Савл! Вы же братья! – рычала на них Зара.

Не обращая внимания на сестру, волки продолжали бой. Словно не на жизнь, а насмерть. Их рычание раздавалось по всей округе. От их рокочущего рычания и ужасного оскала застывала кровь в жилах. Глаза Савла наливались кровью. Братья распушились, высоко задрав хвосты. Они дрались так рьяно, что поднимали огромный слой пыли.

–Прекратили! – грозным голосом прорычал на них отец, который возвышался над ними, стоя на краю валуна.

Как только они услышали отца, волки вздрогнули и прекратили драку. Они робко подняли головы, смотря на разъярённого вожака. Джарне скрежетал по камню острыми когтями, затем он спустился к сыновьям. Махтале сразу припал животом к земле перед отцом, показывая ему свою покорность и уважение, но только Савл продолжал стоять на своих лапах с гордостью, не прогибаясь перед отцом – вожаком стаи.

Джарне возмутило такое неповиновение сына. Он с презрением прищурил глаза, нервно дёрнув единственным ухом. Его жёлтые глаза превратились в две узкие щёлки. Он грозно приподнял губу, показав оскал, и сказал:

–Твоё поведение меня начинает настораживать, Савл! Если ты не забыл, вожак здесь я! Я могу легко понизить тебя до ранга патрульного или омеги, ты этого хочешь?

–Нет… – сквозь зубы процедил Савл.

–Зачем ты набросился на Махтале?

–Он пытался отнять у меня волчицу! Я бы мог сделать её своей парой!

–Пару может иметь только вожак, Савл.

–Ты уже стар, отец. Признай это! Ты уже не способен вести нас, а я – молод и полон сил! Я сделаю нашу стаю самой сильной во всей долине! Никто не посмеет отнять нашу территорию!

–Я ещё в силах вести вас! – грозно прорычал волк на сына. – И так будет до самой моей смерти! А после… вести стаю будет Махтале с Малой, они любят друг друга, а ты… Я в тебе разочарован. Ты напал на собственного брата, был готов убить его. Я начинаю видеть в тебе угрозу…

Из-за спины Джарне показался его родной брат. Саваж подошёл к брату и тоскливо посмотрел на Савла.

–Дядя… из всей стаи ты был справедлив ко мне больше всех. Ты всегда помогал мне и мог выслушать, мог дать совет. Прошу, скажи что-нибудь! – Савл смотрел на старшего воина с надеждой в глазах. Сердце Савла словно на миг остановилось в ожидании ответа.

–Савл, прости… но Джарне прав. Ты мог убить Махтале, понимаешь? Такое стая не прощает…

Савл широко распахнул глаза. Ком встал в горле. Он не мог поверить в услышанное. Ему было больно слышать подобное от того, кого он всегда уважал. Между стаей повисла неловкая тишина.

–Мне нелегко принять это решение… – нарушил тишину вожак. – Но для порядка и спокойствия в стае, как вожак, я обязан изгнать тебя из стаи.

Его голос был невероятно спокойным, и это повергло всех в недоумение.

–Но папа! Пожалуйста! Он же наш брат и твой сын! – заступилась за брата Зара.

– Твой брат пытался убить меня! Кто знает, может, он бы попытался убить и отца, чтобы скорее стать вожаком, – прорычал Махтале, прижимаясь к пушистой шёрстке любимой волчицы.

Слышав всё это, Савл ничего не ответил, он лишь слегка понурил голову в землю, словно весь мир в одночасье предал его. Его мышцы в лапах сильно напряглись, а чёрные острые когти заскрежетали, царапая рыхлую землю от злости.

–Видимо… после моего ухода только Зара будет тосковать по мне… – тихо проскулил Савл. – Скажи, был ли хоть день, когда ты был ко мне справедлив?

Джарне не успел ничего ответить сыну, но его взгляд говорил сам за себя. Он не хотел ничего отвечать. Из зелёных зарослей вышел Аргон, широко зевая. Он обвёл взглядом всех волков на поляне и спросил:

–А что происходит?

–Савла изгоняют из стаи! – ответила ему Зара хриплым голоском.

–Это правда? Тебя изгоняют? – спросил у Савла Аргон.

–Тебе-то что? – рявкнул он на красно-бурого волка.

–Это значит, мне будет доставаться больше еды! И больше никто не будет отгонять меня от добычи и задирать меня! – радостно провыл Аргон. – Правильно, отец! Давно нужно было это сделать!

Зара подошла к брату и сердито посмотрела на него, грубо укусив его за ухо.

–Ай! Отгрызёшь же!

Бурый, но седой вожак успокоил молодых волков и, высоко задрав хвост, навострил уши и возвысился над Савлом.

–Мне придётся это сделать ради стаи! Савл! Я вынужден изгнать тебя из стаи и нашей территории, ради спокойствия и безопасности волков. Каждому, кто увидит тебя на нашей границе, будет позволено тебя убить. Это ещё мягкое наказание, ведь в худшем случае Закон Стаи позволяет убить тебя на месте! Но ты – мой сын, и я позволю тебе уйти. Ты хотел стать вожаком, тем самым бросая мне вызов. Я не могу этого допустить! Теперь ты волен стать вожаком своей собственной стаи, если сможешь создать её, или стать вожаком чужой стаи, свергнув её вожака.

–Как всё просто звучит… – раздражённо проговорил Савл.

–А ты думал, быть вожаком так просто!? Это право нужно доказать! – прорычал Джарне.

–Ты отправляешь меня на верную гибель! Ты же сам знаешь, что изгнанники долго не живут! – огрызнулся волк.

–Таков Закон…

Савл понял, что давить на жалость отца бесполезно. Он больше не сказал ни слова, лишь презрительно фыркнул, махнув хвостом. Он низко прорычал, затаив обиду. Он посмотрел только на свою сестру, в глазах которой была лишь боль, и на своего дядю, который стыдливо повернул голову и отвёл взгляд от племянника. Могучий волк, великий воин стаи, с боевым шрамом на морде и седыми от старости шерстинками, сейчас стыдился посмотреть на того, кто всегда стремился стать таким же великим волком, как он, того, кого сейчас приговорили к вечному скитанию.

–Мала, – обратился Савл к серой волчице, которая стояла, прижавшись к Махтеле. – То, что я тебе сказал… поверь, так и будет! Моё имя будет вызывать трепет в ваших хрупких сердцах, а может… даже страх!

С этими словами Савл повернулся спиной к бывшей семье и, ускорив шаг, потрусил прочь, скрывшись с глаз стаи.

Глава 2

Все уже спят и не станут его преследовать; волк спустился со склона. Он старался идти дальше. Угрюмые серые тучи застилали собой небеса. Стремительный ветер предвещающий непогоду, колыхал на воздухе густую бурую шерсть Савла. Волк шёл только вперёд, не разбирая дороги. Он был в пути уже несколько суток, так далеко от своей стаи. Савл не знал, что ему делать. У него не было никакого плана. Он был заинтересован только в собственном выживании. У него не было надежд ни на что. Он испытывал только чувство сильного голода. Его живот сильно болел от пустоты внутри. «Я бы сейчас даже кости обглодал…» – голову Савла заполняли мысли только о еде.

Тяжёлой поступью он ступал по неровным камням, а жухлая и колючая трава резала нежные подушечки лап. Мышцы Савла были напряжены по всему телу. Лапы неимоверно болели; волку страшно хотелось передохнуть.

Савл навострил уши, он прислушался к окружающей среде. Ему в чуткие уши ударил звонкий звук – журчание ближайшего ручья. Это был идеальный способ восстановить потерянные силы и немного утолить чувство голода. Тусклый солнечный свет играл на тёмной, но прозрачной глади воды.

Савл устало проковылял к желанному горному ручью. Он еле перебирал лапами. Пару шагов – и волк окунул лапы в холодную и приятную воду, поставив их на гладкие камни. Прильнув мордой к воде, Савл жадно принялся лакать чистую воду, так, словно у него могут отобрать эту возможность. С каждым глотком он получал наслаждение.

Утолив жажду, в чуткий нос Савла ударил резкий запах падали. Его зрачки сузились, лапы напряглись, слюна рекой лилась из чёрной пасти, ударяясь о гладкие камни. Савл подошёл к краю обрыва, с которого по камням падала вода, образуя небольшой водопад. Внизу, Савл разглядел обмокшую тушу овцы, которая погибла из-за своей неаккуратности, упав с обрыва и разбившись.

–Тх… До неё не добраться, – рявкнул про себя Савл.

Но Савл быстро сообразил, что к чему. Он понял, что если здесь проходила одна овца, то могли проходить и другие, а значит, поблизости может быть людское жилище. Савл прекрасно знал на личном опыте, что из себя представляли самые злейшие враги волков! Но голод был сильнее страха; голод словно сам подгонял его на немыслимые поступки.

***

Савл, еле перебирая лапами, брел по каменистому пригорку. Лишь изредко виднелась пожухлая трава. Ноздри волка расширились. Он вдыхал множество различных запахов, один из которых был слаще остальных. Его взгляд метнулся в сторону долины, где трава гуще и зеленее. Вдалеке виднелся небольшой дом и небольшое стадо пасущихся овец. Но внимание Савла отвлёк злобный и резкий лай сторожевых псов. Савл перевёл взгляд на них, но даже не повёл ухом. Собаки находились на безопасном для себя расстоянии, но их визг и лай всё равно резали воздух. Их главная задача – защитить овец!

Савл лишь тихо рыкнул на собак и, не опасаясь, потрусил прочь. Но он всё ещё собирался вернуться туда снова.

Савл терпеливо дождался наступления ночи. Для него наступление сумерек казалось вечностью. Волк снова пришёл на старое место, убедившись, что собаки держатся против ветра, чтобы не смогли учуять его.

Его лапы обдало приятными касаниями травы. Воздух был свежий, а ветер спокойный. На чёрном небе возвышалась лишь полная луна, освещающая Савлу путь. Наконец, Савл беспрепятственно подобрался очень близко к людскому дому и самому загону, в котором находились овцы. Но волк не спешил нападать. Савл прекрасно знал: если он нападёт сейчас, то овцы поднимут сильный шум и переполошат всех. Ему нужно было действовать аккуратно, если он хотел поесть этой ночью.

Савл тихо старался обойти весь загон, чтобы выбрать. Не найдя никакого лаза, через который можно было пролезть, он хотел зарычать от раздражения, но сдержался. «Придётся прыгать!» – промелькнула эта мысль в его голове.

Он набрался уверенности, хорошенько оттолкнулся лапами от земли и без проблем перепрыгнул через забор. Мгновение – и Савл на другой стороне! Теперь ему предстояло действовать очень быстро. Савл услышал, как овцы внутри уже начали беспокоиться, когда в воздухе повис запах хищника.

Бурый зверь пулей вбежал в сарай, переполошив всех овец. Сначала он убил козла, который очень пытался отбиваться, цепляясь за свою жизнь. Савл получил пару ударов в живот и по морде. Но, устранив козла, он мог спокойно заняться самими овцами. Блеющие животные пытались разбежаться кто куда. Но на улице раздался собачий лай, и Савл инстинктивно схватил самую уязвимую овцу. Он жестоко вспорол ей горло. «Теперь нужно попытаться перепрыгнуть вместе с ней».

Но дверь сарая резко закрылась. Савл встрепенулся от страха. Собаки разбудили человека, и он закрыл его вместе с овцами.

–Нет!

Думать нужно было быстро. Либо он выбирается из сарая любыми способами, либо его здесь убьют. Выход был только один: на приличной высоте находилось открытое окно, которое скорее всего забыли закрыть. Для Савла оно было слишком высоко.

–Попытаться, конечно, можно, но не с такой крупной добычей в зубах, – прорычал Савл.

Он не мог снова остаться голодным. С ним больше нет стаи, которая могла бы защитить его и накормить. Посмотрев на окно ещё раз, затем он перевёл взгляд на забившихся в угол овец. Волк точно знал, как выбраться!

***

Изнутри сарая послышались человеческие голоса:

–Я говорю тебе, наглый волчара залез в мой загон с овцами и у меня на глазах зарезал одну! – сказал один из мужчин.

–И ты не придумал ничего лучше, как закрыть его с остальными овцами?

–Мне нужно было сходить за тобой, ты забрал моё ружьё!

–После того, как ты чуть не прострелил себе башку!

–Чёрт, да просто пристрели его!

Мужчины открыли дверь, но, к своему удивлению, они не увидели в сарае волка. Их глаза расширились, когда они увидели трупы овец, которые были сложены горкой друг к другу. Овцы были сложены рядом с открытым окном. Мужчины не могли поверить в то, что видят.

–Он загрыз всех моих овец, чтобы сложить их, как ящики, и по ним уйти через окно… Он ни одной живой овцы не оставил, ни одной!

Глава 3

Тёплые и долгие деньки сменились прохладными и более короткими днями сезона Огненных Листьев. Трава пожухла, листья деревьев покраснели, пожелтели и многие опали наземь, укрывая собой траву.

Савл дремал весь день под кронами высокой сосны. Жизнь вне стаи не казалась ему лёгкой, но он уже успел привыкнуть. Наступление сумерек прервало чуткий сон волка. Он лениво открыл свои янтарные глаза, поднялся на лапы и прогнул спину почти что к земле, зевая и царапая когтями мокрую землю.

–Пришло время охоты! – пророкотал Савл, облизнув свои клыки.

Лёгкой трусцой он подошёл к обширной реке, возле которой решил вздремнуть, чтобы сразу можно было попить. Задрав голову вверх, он взглянул на высокие скалы, с которых громким грохотом падал огромный поток воды. Этот водопад внизу превращался в русло реки и уходил всё дальше в долину.

Прильнув мордой к воде, он начал жадно лакать языком по воде, словно торопился, но не забывал оглядываться по сторонам. Врагов у нетерриториального волка было предостаточно.

Напившись, Савл незамедлительно направился по течению реки. Пробираясь через засохшие и пожухлые стебли папоротников, он вдыхал каждый новый для себя запах, стараясь учуять потенциальную жертву. Но вдруг он резко замер, вглядываясь вдаль. Сквозь непрогляднуюй темноту, он разглядел крупный табун лошадей. Савл не горел желанием пересекаться с этими животными, поэтому он принял решение – пересечь реку, стараясь обогнуть табун. Так Савл и сделал.

Волк резво вошёл в воду и, гребя лапами, старался переплыть на противоположный берег. Но одна лошадь его заметила. Она уверенно двигалась в сторону волка, когда Савл уже был на середине реки. Течение двигало его в сторону, но Савл всё равно старался не терять намеченного курса.

Лошадь агрессивно вошла за ним в воду, преследуя его по реке. Пару метров, и Савл почти был на берегу. Лошадь тоже не отставала. Теперь Савл действительно начал беспокоиться. «Берег!»

Выпрыгнув на берег, Савл инстинктивно, не оглядываясь, бросился бежать, чтобы сократить дистанцию между собой и лошадью. Лошадь, выбравшись на берег, даже начала преследовать Савла, но не долго. За спиной волк слышал только громкое ржание и фырканье. Савл бежал не оглядываясь довольно долго, пока не убедился, что больше его никто не преследует.

–Ненавижу лошадей… – прорычал Савл, тяжело дыша. Он старался перевести дыхание, вывалив язык из пасти.

Савл немного отдохнул и продолжил свой путь дальше. Он был достаточно голоден, чтобы не зацикливаться на лошади. Хвост Савла высоко поднялся, когда он учуял витавший в воздухе запах падали. Он был рад и этому. Следуя за запахом, волк издалека заметил источник запаха. На открытой травяной пустоши лежала туша рогатого оленя. Савл подбежал к ней и довольно завилял своим пушистым хвостом. Но для начала он оглядел местность, чтобы убедиться, что больше на неё никто не претендует.

Труп оленя уже был весьма не свежий, почти весь обглоданный другими зверями, но Савла устраивало и это. Он моментально вгрызся в кости, на которых ещё осталось немного мяса. Внутренностей уже не было, Савлу оставалось лишь обгладывать мясо на костях и сами кости.

Савл сделал это быстро. От туши почти ничего не осталось, даже костей. Этого мало, чтобы удовлетворить аппетит волка, но другой добычи поблизости Савл не наблюдал.

Волк ещё всю ночь, вплоть до самого утра, бродил по степям и лесам в поисках пищи, которую бы сам смог поймать. Его лапы жутко ломились от усталости, а живот требовал ещё еды. Зверя настигло отчаяние.

***

Ярко-красное солнце взошло над горизонтом, освещая золотистым светом всю долину. Савл лишь молча наблюдал за тем, как светило просыпается, в то время как Савлу уже пора закрывать глаза и восстанавливать силы. Но сон никак не шёл. Усталость была сильная. Туши оленя хватит ненадолго, Савл об этом знал. Но это лучше, чем ничего. Ему нужно было срочно что-то делать. «Может, попытаться сменить территорию?» – подумал Савл.

Но вдруг его сердце предательски кольнуло, внутри него появилось беспокойство. До ушей волка донеслось многочисленное ржание. Резко повернув голову, Савл вдалеке увидел двух стоящих лошадей, которые смотрели прямо на него. Савл быстро вскочил на лапы, не сводя с них глаз, следя за каждым их движением.

–Опять они?! Да что им нужно от меня?! Почему они преследуют меня?

Лошади начали медленно приближаться к Савлу, затем перешли на галоп. Савл резко метнулся со своего места и бежал, куда глаза глядят. Кони неустанно гнались за ним, ударяя копытами землю. С каждым мгновением дистанция между ними сокращалась, лошади становились всё ближе и ближе.

Савл пытался петлять между камнями и деревьями, чтобы им было сложнее гнаться за ним. Савл сам не заметил, как выбежал на некое небольшое озеро, которого раньше там не было. Ведь в озере плавали вырванные корни деревьев, да и сами поваленные деревья у кромки воды. Озерцо было неглубоким. Савл не заметил, как уже вошёл в то самое озеро и бежит по его мелководью.

Кони и не думали отставать от волка. Савл выбежал на поляну, на которой краем глаза увидел что-то похожее на нору. Он не был уверен, но надежда оставалась. «Я должен попытаться!»

Лошади уже дышали в затылок. Биение их копыт грохотом раздавалось в ушах Савла. Он сделал повторный круг возле норы, чтобы убедиться точно.

–Это нора! – взвыл от радости Савл.

Он нацелился и плавно, но резко юркнул в тёмную нору. Кони попытались затоптать его в последний момент, но не успели. Волк полностью исчез в норе. Но в норе Савл оказался не один. Внутри его агрессивно встретил чёрно-белый барсук. Волк не растерялся и сцепился с ним. Барсук от страха молниеносно выбежал из своей норы, не заметив перед собой огромных лошадей. Но им не было дела до барсука, им нужен был именно Савл!

Савл затаился, стараясь даже не двигаться. Он смотрел на выход и терпеливо ждал, когда лошади уйдут. Но они не торопились никуда уходить. Напротив, они также терпеливо стерегли и ждали, когда он вылезет из норы. Савл был в отчаянии. Он понимал, что рано или поздно ему придётся вылезти, чтобы поесть и попить. Он понятия не имел, сколько лошади смогут ждать его.

–Придётся сидеть тут ещё очень долго…

***

Наступила очередная ночь. Савл всё это время не смыкал глаз. Ему не терпелось просто выбежать из норы, но лошади всё ещё находились снаружи и не спешили никуда уходить. Голод ощущался всё сильнее. Савла переполняли злость и отчаяние. Он так хотел впиться им в глотки и жестоко рвать на части, но он знал, что шансов у него нет. Одним ударом копыт они могли убить его или сильно покалечить, и потом Савл уже не сможет охотиться.

Снаружи Савл услышал низкое и рокочущее рычание, а затем угрожающий рёв. Лошади подскочили и засуетились. Савл не смог полностью увидеть, что там происходит, но и выглядывать не стал.

–Это медведь?

Косматый хищник набросился на одну из лошадей, но те, вместо того чтобы убегать, решили дать достойный отпор хищнику. Савл решил воспользоваться своим шансом.

–Вот она – моя возможность! Пока медведь будет отвлекать их внимание, я… – Савл не успел закончить свою речь и стремительно выбежал из барсучьей норы, стараясь не натыкаться на медведя.

Савл не разбирал, куда бежал, он просто бежал. Лапы его сильно болели, но жажда жизни гнала его только вперёд. Через какое-то время он остановился, когда понял, что его никто не преследует. Он свесил с пасти свой длинный розовый язык, его дыхание было очень тяжёлым. Всё его тело сотрясалось.

Савл отдалился от того места и нашёл более безопасное место за скалой, где сзади к нему никто не сможет подобраться. У него вовсе не осталось сил, чтобы охотиться. Глаза тяжелели сами собой. Волк устало сомкнул веки и провалился в сон.

Савл ужаснулся. Он словно оказался в своём кошмарном прошлом. Вся его бывшая стая охотилась на домашнее хозяйство людей. Ночь была такой же тёмной, холодной и голодной. Снег запорошил волчьи следы. Во главе стаи стоял отец Савла и… Его ещё живая мать.

Савл прекрасно помнил ту злополучную ночь. Из неоткуда завыли собаки, разносились оглушающие выстрелы. Вся стая принялась бежать. Савл старался быть как можно ближе к матери.

–Мама! – завопил Савл светло-рыжей, как степь, волчице.

–Савл, беги! – взвыла она в ответ.

Савл пытался бежать бок о бок с ней. Ледяной ветер предательски резал глаза, из-за чего Савл бежал сощурившись. Но произошло то, чего Савл боялся больше всего на свете. Прогремел выстрел. «Нет! Только не Палка-Смерти, нет!» – Савл взмолился про себя.

–Забери меня, но оставь её! – отчаянно взвыл Савл.

Матёрая волчица пыталась бежать, но ей это удавалось с трудом. Её задняя лапа была подстрелена. После неё оставался лишь кровавый шлейф на белом снегу.

Савл прильнул к её боку и головой старался толкать её вперёд, словно озверелый. Вся стая с каждым рывком уходила вперёд, даже не оглянувшись на отстающих.

–Стойте! Подождите нас! Мама ранена! – завывал Савл вслед убегающей стае.

Волчица жалобно скулила от невыносимой боли. Каждое её движение давалось ей всё тяжелее. В воздухе повисла тишина. Даже гул сильной метели больше не был слышен. Раздался повторный завершающий выстрел. У Савла словно остановилось сердце. Тело его матери судорожно рухнуло в снег. Из её живота ручьём сочилась кровь, окрашивая снег. Её бока какое-то время медленно подымались, потом опускались. Затем её тело стало полностью неподвижным. Её янтарные глаза остеклянели. Жизнь их покинула. Её рыжая шерсть окрасилась в тёмные кровавые цвета.

–Мама! – душераздирающе взвыл Савл. – Прошу тебя, только не снова!

–Быстробуйная! – раздался голос Джарне из темноты.

Савл не обратил внимания, он лишь подавленно повернул голову в сторону и вглядывался вдаль, откуда мерцали жёлтые огни из человеческого жилища. Выстрел произошёл снова. Патрон пронзил голову Савла, и волк провалился во тьму.

–Мама! – проснувшись, завопил Савл. Ему на голову упали пару камней, которые отделились от скалы. – Ай!

Савл задрал голову вверх и низко прорычал. Утро было ранним. Над полем ещё расстилался светло-серый утренний туман. Вся трава и листья были покрыты росой. Савл поднялся на лапы и тихо прорычал про себя:

–Если бы ты тогда выжила, ты бы ни за что не позволила им изгнать меня…

***

Туман понемногу начал рассеиваться, но трава всё также оставалась мокрой. Савл трусцой пробирался по высокой траве. Иногда ему попадались полёвки, но ему нужна была более крупная добыча.

Степь была обширной. Всё хорошо было видно. Савл привык охотиться в степи. Для него это было также просто, как северным волкам охотиться в лесах. Волк вышел на обширную поляну, где росли лишь пара деревьев. Его внимание привлекла очень странная постройка, которой Савл раньше никогда не видел. Это был старый, сгнивший от сырости и времени мост над руслом реки. Большая часть моста была полностью разрушена. Но Савл знал, что к этой реке звери приходят на водопой.

В тот же момент Савл понял, что ему крепко повезло. Он увидел, что на водопой пришла молодая самка оленя. «Видимо, от стада отбилась», – додумался волк. Олениха настороженно глядела на Савла, а он на неё. Волк держался на расстоянии от неё, делая вид, что не собирается к ней подходить.

Олениха медленно и осторожно подходила всё ближе к реке. Наконец, она решилась попить, а Савл поджидал момент, когда она отвлечётся. Волк всё также неспеша кружил вокруг неё, делая вид, что она ему не интересна. Но обойдя олениху, он зашёл к ней за спину, пока она пила, и резко кинулся на неё, успев ухватить её за ноги. Олениха растерялась, но всё же сумела дать отпор: она ринулась в высокую траву. Савл инстинктивно погнался за ней. Он всячески старался сокращать расстояние между ними. Олениха то удалялась, то приближалась, словно дразня голодного волка.

Жертва петляла из стороны в сторону, что помогло Савлу значительно сократить расстояние. После непродолжительной погони Савл поравнялся со своей жертвой и намертво вцепился ей в бока. Олениха пыталась снять с себя зверя. Она била его лбом, брыкалась и легалась. На мгновение Савл отцепился от неё, но после снова схватил за бок, и уже не отпускал.

Олениха остановилась. Она отчаянно боролась за свою жизнь. Эта борьба продлилась какое-то время. Жертва изрядно вымоталась и давала отпор уже не так уверенно, пока её ноги не подкосились. Савл отпустил её бок и впился клыками в шею, разрывая артерии. Олениха скончалась быстро, истекая кровью.

Когда Савл окончательно убедился, что она испустила свой последний вздох, он отпустил шею, жадно облизнувшись.

–Это было легче, чем я думал, – после этих слов, он убедился, что поблизости нет других хищников, которые могли бы отобрать у него заслуженную добычу. Успокоившись, Савл налетел на тушу, очищая её от шерсти, добираясь до свежей и вкусной плоти.

Глава 4

Долгий Холод застилил лес белым одеянием, коварно и быстро. Многие звери не смогли пережить наступление безжалостного холода и голода. Но смерть других всё это время спасала жизнь Савла. Когда-то сильного и храброго волка теперь не узнать. Всё его тело заметно отощало, а по бокам выпирали рёбра. Савл уже довольно давно не ел полноценной пищи, довольствуясь лишь объедками. Охота редко бывает для нетерриториального волка удачной.

Савл еле перебирал лапами по хрустящему снегу. Каждый его шаг давался ему с огромным трудом, словно его лапы в миг окаменели. «Я скоро умру…» – процедил у себя в голове Савл. Снег плавно ложился на его бурую шкуру, мелкими хлопьями кружа возле его морды. Снежинки кружили и ложились ему на чёрный мокрый нос, и тут же таяли.

Серое небо полностью поглотило солнце. Небо стало таким же белым, как и снежный покров на земле. Будь Савл на безграничной пустоши, он тут же бы сбился с пути, не зная, куда идти. Но Савл бездумно брёл посреди густого соснового леса. Пейзаж вокруг него был одним и тем же.

Савл резко остановился, он уставился глазами в белый снег, его зубы невольно оскалились от злобы и голода.

Но, навострив уши, Савл прислушался к лесным звукам. Всё было как обычно, кроме одного: странные звуки сопротивления и мольбы. Кто-то явно пытался привлечь к себе внимание. Глаза Савла загорелись опасными огоньками. Но внутри Савл колебался.

–Нужно ли? А если там бесшёрстный? – спросил Савл сам себя.

Савл принюхался. В воздухе витали многие запахи, но запаха бесшёрстных, который так будоражил и пугал каждого волка Савл не чуял.

Тяжёлой поступью Савл посеменил вперёд на звук. Чем ближе он был, тем сильнее был слышен скулёж и ярое метание из стороны в сторону. Подойдя ближе, Савл наткнулся на трепыхавшегося волка-подранка. Его передняя лапа была зажата в тисках стального капкана. Буро-серый волк метался в разные стороны, пытаясь освободиться, но лишь делал себе хуже. Он не сразу заметил, как Савл подошёл к нему.

–Пожалуйста! Помоги мне выбраться! – взмолил незнакомец Савла.

Савл лишь смотрел на него хитрыми глазами, затем коварно оскалился и, сквозь оскал процедил:

–Сейчас помогу…

Савл резким рывком бросился в сторону подранка, широко разинув пасть. Лишь янтарной молнией мелькнули его глаза.

***

На заснеженную тайгу опустились неприглядные сумерки. Лес стал ещё мрачнее и недоброжелательнее. Птицы стихли и уснули, а вместо них на охоту вылетели огромные, большеглазые хищники. Совы. Их уханье нарушало гробовую тишину сумрачного леса.

Каждый лесной обитатель замер в ужасе. Трепет в их сердцах. Кровь стынет в жилах от гулкого воя стаи. Волчья песнь! Но что-то в этой песне было не так, как раньше. Завывания стаи были похожи на призывание. Словно волки, что выли, ожидали услышать ответ. Они продолжали и продолжали, выли без конца, но в ответ… тишина.

Лёгкой трусцой волки, строго в ряд, следовали ровной цепью друг за другом, во главе шли матёрые волки. Пройдя пару метров, старый Вожак вдруг резко остановился и замер. Вся стая с волнением смотрела на него. Серый, косматый волк, чья шерсть уже покрылась сединой от старости, принюхался к воздуху.

–Ветер донёс до меня сильный запах крови! – прорычал Вожак.

–Да, я тоже это чувствую, – с ноткой волнения процедила верная спутница Вожака. Её голос был неспокойным и дрожащим, будто от холода, но на холод ей было всё равно.

Услыхав волнение матёрых, волки встрепенулись, опустив уши и поджав хвосты. Но матёрый продолжил вести стаю на запах крови. Его нос безошибочно определил источник запаха…

–Рене! – завопила темновато-серая матёрая волчица.

Вся стая обомлела от ужаса. Ком встал поперёк горла у всех. Даже на вид грозный Вожак не смог сдержаться от нахлынувших эмоций. Его старые лапы затряслись, затем подкосились. Волки метались из стороны в сторону, словно не хотели верить в происходящее.

–Это… мой сын? – с дрожащим голосом проскулил Вожак, смотря на распотрошённое, обглоданное до костей тело молодого волка, чья лапа была отделена от капкана. Ошмётки серо-бурой шерсти раскиданы на окровавленном снегу.

–Это не может быть мой брат! Это не может быть он! – яростно вопил другой серый волк, чьи жёлтые глаза сверкали яростью и скорбью одновременно.

–К сожалению… это его запах… – проскулил Вожак, прижав к себе хвост.

–Здесь есть ещё другой запах! – вымолвил другой тёмно-серый волк.

Старый Вожак насторожился. Он яростно начал обнюхивать другие витавшие запахи в воздухе.

–Это сделал волк…

–Волк съел другого волка? – непонимающе спросила тёмно-серая волчица.

–Бродяга… – злобно прорычала про себя матёрая.

–Я порву ему жилы и с мясом вырву ему горло за Рене! – провыл скорбящий брат убитого.

–Если он всё ещё на нашей территории, мы обязаны найти его! – оскалилась самка Вожака.

***

Савл протаптывал себе путь через навалившийся снег; он делал это без особого труда. Звёзды на чёрном ночном небе мерцали так ярко, что их можно было легко разглядеть в янтарных волчьих глазах. Савл прекрасно понимал, что сейчас свободно бродит на вражеской территории другой стаи, но он надеялся избежать с ними встречи.

Принюхавшись, на него нахлынули лесные запахи: холодный свежий воздух, приятный аромат сосновых иголок, а главное – запах дичи!

«Они здесь явно не голодают».

Шкура Савла из бурой превратилась почти в белую из-за налипшего на шерсть снега. Но неожиданно для самого себя Савл учуял другой, посторонний запах. «Кто-то из стаи ещё остался здесь?» Савл серьёзно забеспокоился. Волна волнения нахлынула на него так резко, что Савл на мгновение растерялся. Но, принюхавшись повторно, он невольно заинтересовался.

Савл решил идти на запах, что доносил ему ветер. Сам же он тропил себе путь против ветра, чтобы его запах не был замечен.

Всё ближе и ближе он подбирался к источнику запаха. Запах привёл волка к подножию холма, на который Савл без малейшего труда взобрался. С вершины холма, вдалеке, он заметил еле различимый силуэт. Спустившись, он подкрался ближе. Перед ним стояла прекрасная и стройная серо-серебристая волчица. Она даже сперва не заметила его. Она увлечённо закапывала останки добычи в снег, но потом отвлеклась, и увидела незнакомого ей чужака.

–Ты ещё кто такой и как ты посмел ступить на наши земли?! – волчица встала в боевую стойку, обнажив острые клыки и ощитинив шерсть.

–Тише, красавица. Не в моих интересах воевать с самками, – отрезал Савл.

Волчица смотрела на него с непониманием, недоверием, как на чудака. В то время как Савл, наоборот, не мог оторвать от неё взгляд: от её блестящей серебристой шёрстки, что переливалась на снежной глади и свете луны, от её прекрасных жёлтых волчьих глаз, что горели дикими огоньками, от её прекрасного пушистого хвоста и острых ушек. Савл невольно прижал хвост к себе и, словно смущённый волчонок, отвёл от неё взгляд.

–Ты не ответил на вопрос, что ты здесь делаешь? – повторила она.

–Ищу местечко для себя в этой жизни.

Волчица неоднозначно посмотрела на него.

–Извини, я не хочу тебе зла. Если нужно, я уйду.

Яростный огонёк в её глазах потух, оставив лишь блеск мерцающих звёзд.

Лапы Савла словно начали тяжелеть. Будто он больше не ощущал твёрдой опоры под лапами. Сердце быстро заколотилось. Он почувствовал, как её дыхание колыхает его усы на морде. Может, это ветер?

–Моя стая скоро должна вернуться. Думаю, отцу очень не понравится твоё присутствие здесь, – провыла она.

–Согласен. Но и уходить теперь не хочется.

–О чём ты?

Уши волка невольно опустились. Он плавно прильнул животом к земле, показывая ей своё дружелюбие, надеясь на её взаимность. Хвост волчицы задрался вверх, виляя из стороны в сторону. «Это хороший знак!» Подойдя поближе к незнакомцу, они обнюхали друг друга. Таким образом, они узнали о настоящих намерениях друг друга, возраст, здоровье, настроение. Один лишь запах мог многое рассказать им друг о друге.

–Кто ты, как тебя зовут? – поинтересовалась волчица.

–Савл.

–Меня зовут Фай.

–Какое приятное имя… – заметил Савл.

–Где твоя стая? Почему ты без своих?

–Они… – Савл замялся на этом вопросе, но долго ему молчать не пришлось. – Они все мертвы… Ужасный огонь поглотил всю мою стаю. Я еле смог спастись, но я уже ничем не мог им помочь…

–Ох… мне так жаль… Как же ты смог выжить без своей стаи?

–С помощью своего ума, хитрости и проворства, – ответил волк.

–А я так не умею… – робко проскулила Фай.

Савл перевёл взгляд на закопанную яму, где находилась запрятанная дичь, затем вновь взглянул на Фай. Она же металась взглядом то на Савла, то на запрятанную добычу.

–Не волнуйся, я не украду у тебя мясо. Я неплохо научился сам охотиться.

–Надеюсь, не на нашей территории?

Услышав это, Савл поднял край десны, довольно фыркнув.

–Я был бы не против охотиться вместе с вами, а особенно, бок о бок с тобой.

Волчица явно опешила от подобного заявления. Она всячески старалась не показывать виду, но получалось у неё это с трудом.

–Ты так вкусно пахнешь, – проговорил ей Савл, стараясь подойти хотя бы ещё на шаг ближе.

Волчица охнула и резко перевела своё внимание куда-то вдаль, не на Савла. Её взгляд смутился. На её морде было явное волнение.

Савл обернулся, его глаза расширились. За его спиной шагала след в след целая волчья орава.

–Моя стая вернулась, – сказала Фай.

В животе Савла неприятно осела тревога и страх. Прямо сейчас, Савл, принимал важное и, возможно, отчаянное решение. «Остаться или убежать?»

Во главе стаи всё также следовал подавленный Вожак. Вместе со своей парой они подняли взгляды на свою дочь, которая стояла рядом с незнакомым волком. Волна ярости и гнева взошла на старого вожака.

–Это он? Рейна, скажи мне, это он?! – прорычал старый волк.

–Кроме него, мы не видели здесь других волков, – ответила матёрая.

Не проронив больше ни слова, вожак метнулся в сторону чужака. Вся стая по приказу матёрой волчицы метнулась вслед за ним. Их рычание и клацанье зубов были настолько громкими и внушающими, что у Савла инстинктивно подкосились лапы.

–Кажется, твоя стая мне не рада и хочет, чтобы я ушёл.

–И желательно быстрее! – рявкнула на него Фай.

Но прежде чем пуститься прочь с чужой территории, Савл развернулся перед Фай и сказал:

–Ещё увидимся.

Савл рванул прочь. Он бежал куда только глаза глядели. Но стая неумолимо следовала за ним, они не отставали. Их серые спины блестели под лунным светом, хвосты были подняты вверх, а глаза горели смертельным огнём.

Лапы Савла предательски проваливались в снег, как и лапы остальных волков. Он вывалил язык из пасти, жадно глотая ледяной воздух. Все мышцы его тела страшно напряглись. Он уже слышал страшные клацанья зубов за своей спиной. Савл не заметил, как снежная пустошь оборвалась резким склоном, по которому он проскользил, поднимая огромный слой снежной пыли. Лапы Савла ступили на что-то твёрдое, похожее на камень. Но прежде Савл не видел подобного камня. Если только…

«Это тропа бесшёрстных?»

Не думая ни о чём, Савл без колебаний перебежал тропу и оказался на другой стороне. Яростные завывания за его спиной стихли, и Савл обернулся, чтобы посмотреть.

–Что?

Стая осталась по ту сторону тропы. Они с недоверием и страхом пытались ступить на тропу бесшёрстных, но страх перед этой тропой был сильнее. Даже Вожак не осмелился ступить на неё. Волки разочарованно вернулись к вожаку, но старый волк лишь озлобленно смотрел вслед бурому волку.

–Если ты снова пересечёшь эту тропу и окажешься на нашей границе, то я обещаю, ты умрёшь так же, как и мой сын! Жалкий Бродяга! – угрожающе прорычал вожак.

Затем он развернулся, приподнял заднюю лапу, и пометил свою границу. Он потрусил прочь, а волки за ним. Савл облегчённо вздохнул. Сегодня ему повезло. Но повезёт ли ему в следующий раз?

Глава 5

Холодный и суровый ветер колыхал серебристую шерсть волчицы. Кроны великих сосен, пошатываясь, молча наблюдали за её проступком. Лес затаился в ожидании.

Волчица лишь виновато понурила голову, когда стая вернулась назад, как только прогнали чужака, и плотным кольцом окружила волчицу. Ещё никогда в жизни она не чувствовала себя такой слабой и беспомощной. Словно маленького волчонка сейчас будет отчитывать вся стая. У Фай не хватило смелости взглянуть на своих родителей и состайников, поэтому она робко опустила глаза в снег.

–Как ты посмела говорить с ним?! Ты даже не попыталась прогнать его! – рычал на свою дочь старый вожак.

Фай уныло повесила уши и прижала хвост. Как же ей сейчас хотелось свернуться комочком, чтобы никого не видеть и не слышать упрёков в свою сторону. Но она лишь молчаливо слушала.

–Ты упустила того, кто жестоко убил, а затем съел нашего Рене! Этого грязного Бродягу! – зарычал на неё разъярённый брат.

–Тише, Антей, ничего уже не исправить, – успокаивала его Рейна.

–А я ведь мог! Я мог перебежать через тропу бесшёрстных и убить его! – завопил Антей. Его скорбь переросла в ярость на сестру.

–Нет, Антей! Никто не будет это делать! Эта тропа слишком опасна для нас! – отрезала мать.

–Он Бродяга? – тихо проскулила Фай.

–Он убил твоего брата! Моего сына! Я учуял его запах у обглоданных костей Рене.

Сердце Фай словно остановилось. Её лапы затряслись, а твёрдая поверхность словно ушла из-под лап. Она не могла поверить в то, что слышала.

–Рене… Рене мёртв!? – сквозь зубы процедила она.

–Этот грязный Бродяга убил его! – взвыла Рейна.

Её сердце разрывалось от скорби и невыносимой грусти. Казалось, ещё недавно они с ним вместе охотились, как одно целое. Но после того, как волк ушёл патрулировать территорию и обновить метки, он пропал.

Фай заметила, что глаза почти всех состайников наливались кровью от гнева и скорби, кроме одного. Тёмно-серый прибылой желтоглазый волк – единственный, кто старался не смотреть на Фай осуждающе. Он вообще не смотрел на неё. Лишь робко отвёл взгляд, державшись в стороне.

Стая не проронила больше ни слова. Волки лишь покорно поплелись за вожаком и его волчицей в свой лагерь. Их хвосты и головы были низко опущены. Даже хвост Вожака, который когда-то был высоко поднят вверх, как знак его беспрекословного лидерства, теперь был прижат. Они прошли мимо Фай и растворились во мгле. Только Фай осталась неподвижно сидеть на холодном снегу. Её лапы онемели, а сердце неприятно кололо. Не сумев сдержать свои эмоции, она задрала голову высоко к ночному небу и горестно взвыла, оплакивая погибшего брата. Её дыхание на холоде превращалось в светлую дымку, что моментально рассеялась. Её скорбящий вой эхом разнёсся по всей долине.

***

Тусклые лучи мутного утреннего солнца осветили своим светом верхушки деревьев. Ранее чёрное небо стало светлее, окрасившись в светло-серые тона с золотисто-красным горизонтом. Но волчьей стае не было никакого дела до красот утреннего рассвета. Они лишь подавленно лежали на холодном снегу, а в их глазах зияла пустота.

Рядом с ними лежала полуобглоданная туша старого оленя, на костях которого ещё оставалось мясо. Но никто из волков к туше так и не подошёл. Никому даже кусок в горло не лез. В воздухе повисло напряжение.

Фай лежала отдельно от состайников, чувствуя свою вину перед ними и братом. Её голова уныло лежала на мощных лапах. В животе было довольно пусто, но она и думать не смела о том, чтобы подойти к туше первой. К ней медленно и осторожно подошёл тёмно-серый прибылой волк. Когда он подошёл к ней, она увидела лишь его мускулистые лапы, затем, подняв взгляд, она встретилась с его прекрасными жёлтыми глазами, но в них была лишь боль.

–Фаха… – пророкотала про себя Фай.

–Я знаю, тебе больно. Нам всем сейчас больно, но тебе надо поесть! – заявил он.

–Разве я смею есть сейчас?

–Я знаю, как это тяжело! Но голодая, ты не вернёшь Рене! – обратился к волчице Фаха, затем он начал обращаться и к вожакам тоже. – Хаза, Рейна, я понимаю ваши чувства, но вы – наши вожаки! А вожаки обязаны заботиться о всех членах стаи! Если вы будете голодать, то вся наша стая обречена!

Матёрый старый волк молча и внимательно слушал его. Он прекрасно знал, что Фаха прав. Серый огромный волк с трудом поднялся на лапы. Вся его морда и плечи были исполосованы ужасными шрамами, которые сами собой говорили о великих битвах старого Вожака. Он неспеша подошёл к добыче, взглядом подзывая свою пару.

Вожаки вместе склонились к туше и неохотно начали есть. Пока ели вожаки, никто из волков не смел подойти и оспорить их право на первый кусок. Лишь когда матёрые набили желудки, к туше было позволено подойти и всем остальным волкам. Пока стая обгладывала мясо с костей, как и сами кости, Фай не осмелилась подходить к туше. Она всё ещё чувствовала свою вину перед ними и братом, которого так жестоко убил тот, с кем она там мило беседовала. Косые взгляды её брата Антея и прибылой волчицы Шанты – сестры Фахи, напоминали ей об этом.

Раньше ей было дозволено есть со всеми остальными воинами стаи, но сейчас она сомневалась в этом. К серебристой волчице тихо подошёл Фаха с мясом в зубах. Он подошёл так тихо, что Фай сначала и не заметила его. Волк аккуратно положил мясо рядом с волчицей, и носом подтолкнул к ней.

–Это тебе, – сказал Фаха.

–Спасибо, Фаха, но не думаю, что мне позволено…

–Не говори так! Ты – Воин стаи, как и я. Если мы будем голодать, то кто тогда будет защищать стаю от сильных и не голодных врагов?

Фай поражалась настрою этого великого Воина. Он всячески старался подбодрить её, даже в такие сложные моменты.

Волчица взяла мясо в пасть, посматривая на своих сородичей. Они не проронили ни слова. Фай робко начала разгрызать замёрзший кусок мяса. Этого было мало, но это хоть что-то.

Солнце поднималось всё выше в небо. Погода была ясной. Солнечные лучи понемногу растопили корку льда, покрывавшую всю тушу. Мясо стало немного легче разгрызать. Фай робко посмотрела на отца, надеясь, что он позволит подойти к останкам. Хаза лишь раздосадованно фыркнул, но взгляд его говорил сам за себя:

«Я позволяю тебе поесть».

Фай испытала облегчение внутри, и, прижимаясь к земле, она показывала своё подчинение и уважение старому отцу. Она робко подошла к туше и зубами начала вгрызаться в неё. Она чувствовала на себе косые взгляды Антея и Шанты, и это напрягало её. Её хвост невольно прижался к телу.

–Это всё из-за тебя! – не выдержал Антей. – Если бы не ты, мы бы убили его!

Шанта не сказала ни слова, но по её виду, она была полностью согласна с Антеем.

–Антей! – рявкнула Рейна на дерзкого сына.

Антей нехотя прислушался к замечанию матери и больше ничего резкого не говорил. Фай было ужасно больно и обидно, что из-за какого-то волка против неё встал даже родной брат.

Хаза оглядел всю свою стаю и, тяжело фыркнув, обратился ко всем:

–Сегодня нам всем нужно снова отправиться на охоту: хоть нам и не хочется. Нам хочется остаться и выразить всю свою невыносимую скорбь… Прошлой ночью мы потеряли сына, брата и верного члена стаи! Но я не хочу обрекать нас на голодную смерть из-за нахлынувших чувств!

Все волки навострили уши и внимательно слушали вожака.

–Фаха прав… Мы не вернём нашего Рене, если сами будем голодать. Долгий Холод – самое суровое и голодное время для всех. Моя обязанность – обеспечить вас едой и защитой! Я не смог защитить своего сына… но я сделаю всё, чтобы защитить вас!

Стая поддержала вожака воодушевляющим воем. Все взвыли в один голос. Фай тоже взвыла, но её голос был более тихий и скромный по сравнению с прекрасными голосами её сородичей. Волки притихли. Они все выстроились в ряд. Во главе находились Хаза и Рейна, они ушли вперёд, за ними в ряд поспешили Воины, а за ними плелась единственная патрульная волчица Шанта, занимающая более низкий ранг, чем Воины. И только Фай решила не присоединяться к остальным Воинам и лишь скромно потрусила вслед за Шантой в самом конце.

***

День близился к закату. Солнце заходило за горизонт, освещая в розово-оранжевые с красной полосой вечернее небо. Мелкие зверьки с наступлением сумерек обретали чрезмерную осторожность, ведь по ночам выходили на охоту голодные хищники.

Измотанная долгой охотой стая, еле перебирая лапами, брела уже знакомыми тропами в свой лагерь. Их лапы ужасно болели. Они преследовали свою добычу долгое время и очень большое расстояние.

Сегодняшняя охота не была удачной. Стая гнала свою жертву долгое время, но волки потерпели неудачу. Сегодня они были вынуждены голодать. Солнце полностью скрылось за тёмным лесом. С неба мелкими хлопьями пошёл снег. Стая была голодна и очень свирепа.

–Папа, я запрятала на нашей территории немного еды. Я могу найти те места и принести мясо нам! Этого мало, но это лучше, чем ничего, – предложила Фай.

–Ты точно помнишь, где закопала? – спросила дочку Рейна.

–Точно.

Вожак одобрительно вильнул хвостом, и Фай незамедлительно помчалась на пустырь. Фай хотела доказать стае свою преданность и пользу, но больше всего ей хотелось немного побыть наедине с собой, чтобы хоть ненадолго избавиться от осуждающих взглядов Антея и Шанты и разочарованных глаз родителей.

Фай точно помнила, где закопала мясо, но она не спешила их откапывать. Она лишь уныло рухнула на снег. Задрав голову как можно выше, она молча вглядывалась в ночное чёрно-синее небо, но звёзд не было видно из-за снега. Мелкие белые снежинки плавно ложились ей на шерсть, падая на мокрый нос, моментально тая, а некоторые даже попадали ей в глаза. Холодный, но слабый ветер немного щипал волчице глаза.

Но её одиночество и уединение длилось недолго.

–Прости, что сбежал тогда, – донёсся до её ушей голос Савла.

Волчица повернула к нему голову, затем вскочила на лапы, приняла оборонительную стойку и угрожающе зарычала.

–Ты!? Это снова ты?

–М? Я чем-то разозлил тебя? – непонимающими глазами смотрел на неё Савл, склонив голову набок.

– Хватит! Ты убил моего брата! Я совершила ужасную ошибку, не убив тебя тогда! Но сейчас я призову стаю, и мы все сделаем то же самое с тобой! – рокочущим голосом зарычала волчица. Её голос был полон отчаяния и ненависти.

–Какого брата? Ты о ком? Я никого не убивал, – спокойно ответил бурый волк.

–Врёшь! Ты убил, а затем съел его! Твой запах учуяли возле останков моего брата!

–Кажется, понял, о ком ты… – Савл не успел договорить.

Фай в порыве ярости набросилась на волка. Ей даже было не важно, что он крупнее её во много раз. Она, клацая зубами, пыталась впиться ему в горло, но Савл ловко и проворно уворачивался. Он не хотел ей навредить.

–Да послушай же ты! – пытался убедить её волк.

Но Фай словно оглохла от злости. Она хватала зубами его за шкирку, за лапы и даже за хребет, пытаясь повалить на землю и удушить, но Савл ловко вывернулся из-под её укусов и, прикусив за гриву, одним рывком повалил волчицу на снег, который громко хрустел под её весом. Савл держал её за шею крепко, но стараясь не навредить ей.

–Послушай меня! Я не убивал, а тем более не ел твоего брата! – прорычал волк.

–Отпусти меня! – сопротивлялась волчица.

–Я отпущу, если ты выслушаешь меня.

–Ладно… – невольно согласилась Фай.

Савл расжал челюсти и медленно слез с волчицы. Фай отпрянула в сторону, поджав в полуприсяде хвост.

–Я знаю, о ком ты говоришь. И ты права, я был там, но я не убивал того волка, я даже не знал, что он твой брат. Когда я подошёл к нему, чтобы проверить, он был уже мёртв. Его лапа была зажата в челюстях ловушки бесшёрстных.

–Тогда кто убил его?

–Я не знаю, но я думаю, что у него не было возможности выбраться, и он замёрз насмерть. А возможно, он стал добычей для других хищников, потому что, когда я нашёл его, он уже был обглодан до костей!

–Нет… – промямлила Фай себе под нос.

–Оттуда мои следы и запах. Я правда проходил там, но брата твоего не убивал. Я знаю, что у тебя нет причин верить мне, но прошу, поверь мне!

Фай горестно заскулила от одной лишь мысли об ужасной смерти брата.

–Так что… – начал Савл. – Если кто и виноват в смерти твоего брата, то только бесшёрстные!

Фай тоскливо опустила глаза, смотря на искристый под лунным светом снег. Савл не мог оторвать взгляд от молодой волчицы. Под лунным сиянием её шерсть светилась серебром. Её грустный взгляд для него был так прекрасен. Подойдя к ней чуть ближе, он присел рядом с ней.

–Тише, Фай. Я рядом, и я хочу быть рядом с тобой. Позволишь ли мне это? Ты готова довериться мне?

–Мне нужно вернуться к стае с едой, – тяжело вздохнула Фай. – Если меня долго не будет, они забеспокоятся.

–Тогда давай я тебе помогу! Я хочу хоть как-то тебе понравиться.

Услышав это, Фай смущённо прижала уши к голове, вильнув плавно пушистым хвостом.

–Но моя стая придёт в ярость, если узнает, что ты был на нашей территории снова, а тем более охотился. Тогда, они точно тебя убьют, – волнующим голоском проскулила Фай.

–Поэтому, мы будем охотиться на моей территории, – ответил ей Савл.

–На твоей? – изумлённо ахнула волчица.

Ни сказав больше ни слова, Савл плавно развернулся к волчице спиной, затем повернулся и посмотрел нежно на неё.

–Ты боишься? – спросил волк.

–Ещё чего! – возмутилась волчица, но последовала за Савлом.

Волчица старалась идти чуть поодаль от бурого волка, но Савл старался быть как можно ближе к молодой волчице, но так, чтобы она не чувствовала рядом с ним угрозу или чувствовала себя некомфортно. Волки пришли к той самой тропе бесшёрстных, которую так боялся каждый волк, кроме Савла.

–Не волнуйся, мы быстро вернёмся, – утешил волчицу Савл.

–Стой, я… – Фай замялась, перебирая лапами на одном месте. – Я не могу…

Савл тихо фыркнул. Его взгляд был абсолютно спокоен. Он подошёл к Фай почти впритык, упираясь своим плечом в её. Фай стало немного неловко. Она не ожидала, что Савл может так близко к ней приблизиться.

–Ты сможешь, я знаю. Я же смог.

–Но на этой тропе бесшёрстные в своих стальных шумных зверях часто убивают волков и других зверей! Разве мы можем рисковать?

–Ты точно доверяешь мне? – спросил волк, взглянув в жёлтые глаза волчицы, что под лунным светом казались светлее, словно золотом сверкали.

–Ну-у…

–Тогда с тобой ничего не случится! – рявкнул Савл.

Савл уверенно побрёл в сторону тропы, поглядывая, чтобы Фай шла за ним.

–Давай!

Фай робко сделала первые шаги, ступая на твёрдую каменную тропу, раскатанную снегом. Шаг за шагом, она боязно продвигалась вперёд. Её лапы ужасно тряслись от страха. Каждое мгновение она оглядывалась по сторонам, ожидая, что в любой момент из ниоткуда выбежит шумный стальной зверь, ослепляя её своими яркими светящимися глазами. Она хотела поскорее покончить с этим и перебраться на другую сторону. Фай резким прыжком перепрыгнула несколько метров, затем пробежала остальное расстояние. Она сама и не заметила, как оказалась на противоположной стороне. Её облегчению и радости не было предела.

–Я это сделала! – провыла она.

–Я и не сомневался, – донёсся голос Савла со спины Фай.

Перед Фай, словно открылся другой мир. Она ещё никогда не была на этой стороне леса. Её окутали различные лесные запахи: от приятного запаха хвои до сладких ароматов бегающей, ещё живой дичи.

–Я должна вернуться к стае с добычей.

Савл принюхался к воздуху, его ноздри расширились, а зрачки глаз сузились. Он жаждал этой охоты так сильно, что чёрные когти сами царапали снег. Его лапы ныли от нетерпения.

Волк с волчицей мчались по лёгкому горному подъёму, будоража под лапами снег. Они даже не чувствовали лап под собой. Они мчались, словно птицы, даже не обращая внимания на быстро мелькающие силуэты деревьев перед глазами. Волки инстинктивно чувствовали каждый свой шаг. Сердце Савла бешено заколотилось. Он посмотрел на свою спутницу, которая бежала рядом, и его перестало волновать что-либо.

Савл и Фай преследовали белоснежного зайца, но тот отчаянно боролся за свою жизнь. Заяц петлял между костов и стволами деревьев, но убежать от двух свирепых и голодных хищников было почти невозможно. Савл пытался сократить расстояние между собой и добычей, и у него это получилось. Он бежал почти на одном уровне с зайцем, злобно клацнув клыками возле тельца беляка. Заяц резко свернул в сторону, но там его успела перехватить Фай. Разинув чёрную пасть, её клыки намертво сомкнулись на заячьей тушке. Белая шёрстка зверька вмиг окрасилась в кровавый цвет. Жизнь зверя покинула его быстро.

–Теперь ты можешь вернуться к стае с тушей. Это не много, но лучше, чем ничего.

Фай положила безжизненную тушку зайца на снег и, поведя ушами, спросила:

–Скажи… Ты правда Бродяга?

В воздухе повисла неловкая и угнетающая тишина, лишь свист верта нарушал её. Савл обиженно понурил голову, не скрывая своей обиды перед Фай.

–Прости! Не нужно было…

–Ты не доверяешь мне… – прохрипел Савл.

–Нет, прости! Я не хотела.

Фай не успела договорить и до конца извиниться, как на всю долину раздался вой стаи.

–Они зовут меня… – прошептала Фай.

Фай взяла добычу в зубы, напрягла лапы и потрусила в сторону тропы, которая разделяла границу её стаи и территории Савла. Фай остановилась и обернулась, посмотрев на смотрящего ей в след Савла. По его глазам она поняла, что он не хотел отпускать её, по крайней мере сейчас.

–Спасибо, что помог мне! И извини, что напала на тебя, даже не выслушав.

–Сейчас я думаю только о том, как бы увидеть тебя снова, – процедил волк спокойным голосом.

Сердце волчицы приятно ёкнуло, а хвост завилял сам собой. Она не могла контролировать свои эмоции. Она поспешила как можно быстрее перебежать через опасную тропу и побыстрее добраться до территории своей стаи, чтобы принести им вкусного зайца, чтобы доказать всем, что она верна им и она способная охотница! Но как же она была рада узнать, что Савл – вовсе не Бродяга, и что он не причастен к смерти её брата!

Глава 6

Уже трое суток сердцу Савла не давала покоя молодая и прекрасная серебристая волчица. Она не уходила у него из головы. Всё это время Савл захаживал тайком на вражескую территорию, лишь бы увидеть её.

Днём Савл отлёживался и отдыхал, чтобы к наступлению сумерек набраться сил для охоты. Иногда пойманную дичь он приносил Фай, ухаживая за ней. Под покровом ночи Савл снова забредал на вражескую территорию, ожидая, когда придёт его спутница. Им приходилось скрывать их встречи от родной стаи Фай.

Сегодня они вновь договорились встретиться на их месте встречи – пустоши. Фай всегда находила отговорку. Она говорила сородичам, что планирует поохотиться для них или отправляется обновить метки и проверить территорию.

Отлежавшись, Савл поднялся на лапы и, выгибая спину, зевнул. Дело близилось к закату, а это значило, что пора на охоту!

Ступая лапами в глубокий и рыхлый снег, он уверенно шёл на запах уже знакомого ему зверя. «Это кабан! – обрадовался Савл. – Много кабанов!»

Волк резво двинулся вперёд, заходя с подветренной стороны. Каждый раз он проверял, не изменилось ли направление ветра, чтобы чуткий кабан не смог учуять его. Савл бесшумно обогнул снежную опушку, а после остановился. Подняв морду, он долго и тщательно нюхал воздух. Пониже, в заснеженных кустах, рылись в мёрзлой земле кабаны…

Стадо было довольно большим, и Савл замешкался, но неподалёку от стада пасся отдельно молодняк. Глупые и неопытные секачата! Не знающие, как опасно отделяться от своего стада. Время от времени кабаны посматривали по сторонам, высматривая опасность, но Савл крадучись подбирался к молодняку всё ближе и ближе. Его главная задача – заставить их бежать!

Более взрослые кабаны прислушивались и нюхали воздух, но хитрый ветер скрывал запах хищника. Сегодня ветер был на стороне Савла!

Савл скользнул по склону, прополз через лощину и залёг сбоку от вепрей. Но вдруг один из кабанов забеспокоился. Зверь поднял клыкастую морду, насторожившись. Он часто озирался по сторонам, уловив первые признаки опасности.

Маленькие глаза кабана смотрели внимательно и злобно. Он нервно подёргивал пятачком, втягивая в него воздух.

Савл понял: вепрь может поднять сейчас тревогу, и охота сорвётся. Волк не мог терять времени, важно испугать тех молодых кабанов, что были более уязвимы.

До кабанят было всего несколько прыжков, но сбоку от них кормилась их мать. «Она огромная!»

Быстрый и сильный молодой волк кинулся на кабанят. Они шарахнулись в разные стороны. У Савла разбегались глаза, и он погнался за тем, кто был ближе. Но ярая мать не желала так просто отдавать своих детей в пасть хищнику. Она кинулась на волка. Её густая щетина на горбатой кабаньей холке стояла дыбом. Длинные кривые клыки торчали по бокам. В её глазах отсутствовал страх.

Савл понимал, что эта охота могла стоить ему жизни. Но больше всего его пугало больше не увидеть Фай… Однако в последний момент ловкий Савл стремительно вильнул в сторону, и тяжёлая кабаниха, вооружённая смертоносными клыками, пронеслась мимо.

Стадо убегало прочь, топоча копытами по снегу, хрюкая на всю округу. Молодые кабаны пытались догнать своих сородичей, но на одного из них резко выбежал Савл, моментально лишив его жизни. Савл жестоко перегрыз кабанёнку хребет, но тот умер не сразу. Он ещё какое-то время бился и трепыхался, борясь за свою жизнь, но в конце концов стих.

Это была первая удачная охота Савла на такого опасного лесного зверя. Как же Савл был горд собой! И ему было, чем поделиться с Фай.

***

В сезон Долгого Холода темнело очень быстро. Чёрная ночь довольно скоро опустилась на всю лесную долину. Лишь круглая луна серебрила своим сиянием белый снег.

Как же неуютно было Савлу на открытой пустоши. Его манил защищавший от ветра лес, запах мёрзлой хвои. Но Савл терпеливо дожидался, пряча позади себя свежую кабанью тушу. Издалека Савл разглядел, что некий серый силуэт на снежном фоне бежит к нему. Савл был спокоен, он принюхался и узнал до боли родной ему запах.

–Фай… – тихо процедил Савл.

Волчица радостно подбегает к своему бурому спутнику. Она проявила к нему знаки уважения и внимания. Они обнюхали друг друга, довольно виляя пушистыми хвостами.

–Моя стая наконец смогла наесться! И теперь, они отдыхают, – провыла волчица.

–Я рад за них. Но ты уверена, что они не узнают, куда ты бегаешь?

–Я бы этого не хотела…

Савл внимательно и печально посмотрел на неё, уткнувшись своим носом в её нос почти впритык. Фай неловко засмущалась, прижав хвост и уши.

–Чем это пахнет? – принюхавшись к воздуху, пророкотала она.

–Это тебе, – сказал Савл, взяв в пасть немного обглоданное тельце молодого кабана. – Я не мог сдержаться, ведь охота отняла у меня много сил, но я оставил всё остальное тебе.

–Спасибо тебе, Савл. В моей стае многие волки не привыкли делиться.

–В моей никто не делился… – процедил себе под нос волк.

Фай забрала себе оставшиеся куски добычи, отрывая от туши мясо, она глотала его даже не жуя. Она обглодала всю тушу до костей. Облизав окровавленную пасть, она подняла взгля, и не обнаружила рядом с собой Савла.

–Идём со мной! – издалека провыл ей волк.

–Куда мы идём? – Фай подбежала к нему.

–Увидишь, – спокойным голосом пророкотал Савл.

Волки продолжили путь. Они вновь перешли тропу бесшёрстных, перейдя на другую сторону леса, на территорию Савла!

Было тихо и темно. Вокруг царили различные лесные запахи. Волки проходили мимо различных людских заброшенных построек. Фай оглядывалась на них с любопытством. Она ранее никогда не видела подобного и понятия не имела, безопасно ли здесь находиться.

Они прошли мимо сгнившего пня, возле которого Фай обнаружила многочисленные волчьи следы и запах Савла, а внутри выемки в пне была утрамбованная снежная лежанка.

–Савл… Так ты здесь ночуешь? В этом пне? – поинтересовалась Фай.

–Сейчас да, пока не найду местечко получше.

Тёмные, мрачные тени заползали в лощины и овраги. Верхушки сосен плавно покачивались на ветру, а их могучие толстые стволы затрещали и заскрепели, нарушая лесную тишину.

Фай не могла не заметить, как Савл неожиданно находил точный путь. Сначала волчицу одолевало волнение. Куда он ведёт её? А точно ли там безопасно?

–Ты ведь знаешь, куда идти? – поинтересовалась волчица.

–Не переживай, тебе понравится, – ответил Савл, продолжив свой путь.

Длинными прыжками они вместе спустились с холма. Волки нечаянно вышли на лосиную тропу, и Фай принюхалась.

–Смотри! Здесь проходил сохатый! – воскликнула она.

Савл медленно обернулся и посмотрел на волчицу, затем на след и провыл:

–Этот след уже не свежий. Лось проходил здесь давно.

Фай разочарованно понурила массивную голову. А ведь ей так хотелось завалить лося для своей стаи. Быть для них полезной…

Проскользив по снегу в овраг, Савл остановился.

–Пришли!

Фай выглянула из-за спины волка, и перед её глазами находился лаз в пещеру.

–Ты уверен, что там никого нет? – тоненько проскулила волчица.

–Я там был. Вот увидишь, она огромная!

Без колебаний Савл вошёл внутрь. Фай робко посеменила за ним. Сначала пещера показалась очень тёмной и непроглядной, но волчьи глаза быстро адаптировались в темноте, и с помощью ночного зрения волки видели каждый камушек под собой.

Стены пещеры сверкали от наледи. В воздухе витала сырость. Фай заметила, что её лапы ступают по скользкому льду, затем по камням.

–Должно быть, здесь была вода, когда тут было ещё тепло.

Волки шли настороженно. Они не знали, что тут могло быть, но запахов других животных они не чувствовали. Но резко до их мордочек донеслось дуновение ветра. Такое холодное и приятное, а вдали виднелся слабый свет.

Савл устремился вдаль, вильнув хвостом, зазывая Фай за собой. Она попыталась довериться ему, стараясь не отставать.

Вместе они вышли в огромную и просторную пещеру. Узкие стенки больше не смущали их. Тут было ещё просторнее и свежее. Посреди пещеры росло и возвышалось огромное голое дерево, корнями прочно державшись в мёрзлой земле, а стволом уходя далеко вверх. Посмотрев вверх, волки увидели огромную дыру в пещере, в которой можно было разглядеть ночное небо и звёзды на нём.

–Савл, как же тут красиво! На нашей территории я никогда не видела пещер!

Волк на мгновение заглянул в её очарованные глаза и фыркнул.

С потолка пещеры просачивался лунный свет, освещая выпавший снег возле дерева серебристыми лучами. Под светом полной луны снег заискрился.

–Пойдём дальше, осмотримся? – пророкотал Савл.

–Угу, – проскулила Фай.

Волки пролезли в один из лазов в стенах, которые были более узкими. Савл уже не так уверенно шёл впереди. Было видно, что в этой части пещеры волк ещё не был.

С потолков нависали огромные минеральные наросты. Точно такие же росли и с пола пещеры. Но Фай невольно посмотрела на каменную стену и насторожилась.

–Савл…

–Что такое? – поинтересовался Савл, повернувшись к ней.

–Эта пещера уже занята… – дрожащим голосом процедила она.

Савл взглянул на стену, куда смотрела Фай, не отрывая взгляда. То, что увидел волк, заставило его понервничать. На стенах пещеры виднелись отчётливые и огромные следы когтей. Холка у Савла встала дыбом. В воздухе витали странные запахи, помимо запаха сырости.

–Будь здесь! – приказал Савл, сделав пару шагов вглубь пещеры.

Заглянув за угол, волк встрепенулся от неожиданности. Совсем рядом с ним крепко дремал в спячке медведь. Савл волновался, что любой лишний звук, и косматый проснётся!

–Фай… – тихо прошептал Савл. – Уходим!

–Кто там, Савл?

–Медведь…

Волки не задумываясь поспешили покинуть медвежью пещеру и выбежали из неё на свежий, холодный воздух. Вздохнув всем носом, он немного покалывал внутри от холода.

–А я-то думал, кем это так воняет! – усмехнулся Савл.

–Так ты знал!?

–Нет, не знал.

Фай недовольно взглянула на бурого хитреца, но затем в её возмущённых глазах сверкнула нежность. Савл медленно приблизился к ней, наклонив свою морду рядом с её, и прошептал:

–Тебе понравилось… – начал Савл.

–Да! – резко ответила волчица.

–Быть со мной?

Сердце Фай бешено колотилось. Фай никак не могла понять, что это с ней? Неужели она влюбилась? Всего пару дней назад она даже не знала этого волка, а сейчас ей так нравится проводить с ним время. Даже если стая осудит…

***

Волки провели вместе целую ночь! Но для них и этого было мало. Лишь тихим солнечным утром Фай поспешила вернуться на границу своей стаи, неохотно попрощавшись с Савлом.

Она двигалась быстро и легко. Больше всего Фай боялась, что сейчас родители точно заподозрят, что она отсутствовала слишком долго. Фай перебирала у себя в голове самые разные варианты ответов, но ничего убедительного для матёрых она придумать не смогла. Ей оставалось лишь надеяться, что к ней не будет вопросов…

Фай лёгкой трусцой посеменила к своему лагерю, где её уже ожидали её сородичи. По взглядам матери и отца Фай поняла – трудного разговора не избежать… Волчица робко подползла к каменной гряде, на которой возвышался Хаза со своей парой Рейной. Они словно прожигали дочь презрительным взглядом.

–Где ты была? – грохочущим голосом спросил старый вожак.

–Решила проверить границы, чтобы убедиться, что этот грязный Бродяга больше не посмеет…

–Проверяла границы по ту сторону тропы бесшёрстных? Разве там наша территория? – перебил её Хаза.

–Что!? – Фай широко распахнула глаза, а её мощные, мускулистые лапы предательски затряслись.

–Я видела тебя там! Я заметила, что ты стала часто бегать куда-то по ночам, и я решила проследить. Тебя не было всю ночь, а поутру ты возвращалась обратно, пересекая тропу бесшёрстных, а вместе с тобой был тот самый Бродяга! – прорычала Шанта.

–Шанта прибежала и всё нам рассказала, – спокойным и безэмоциональным голосом проговорила Рейна.

Фай невольно опустила взгляд на свои лапы, когтями впившись в снег.

–Ты бегала на встречи с убийцей своего брата! – оскалился Хаза.

–Нет! Это не так! Он не убивал Рене! Ты учуял его запах, и это правда! Но он не убивал его, а нашёл уже мёртвым и растерзанным.

–Наивная… – не выдержал Антей.

–Если ты так хочешь к нему, то отправляйся прямо сейчас! И не смей возвращаться! – грозно прорычал матёрый.

–Нет, отец, прошу! Я хочу быть верной своей стае и доказать вам свою преданность…

–Если мы снова увидим, что ты всё ещё бегаешь к нему, мы выследим и убьём его, где бы он ни был, даже если нам придётся пересечь тропу бесшёрстных, а тебя мы изгоним!

–Может… убьём её? – выступил вперёд Антей. – Ведь она защищает убийцу Рене. Я не могу это так оставить!

–Да как ты смеешь! Она же твоя сестра! – не выдержав, огрызнулся Фаха, выскочив на Антея.

–А Рене был моим братом! А теперь его убил и съел тот, за кого она так отчаянно борется!

–Ты не прав… – тихо процедила себе под нос Фай.

Стая окружила волчицу плотным кольцом, озлобленно рыча на неё. Лишь Фаха не смог рычать на волчицу.

–Убивать мы никого не будем! Но надеюсь, я ясно выразился, Фай? – прорычал на дочь Хаза.

–Да, отец…

Хаза и Рейна окружили молодую волчицу и поочерёдно стали кусать её за загривок, за лапы, за мочку носа. Повалив её на снег, Фай была вынуждена подставить им своё самое уязвимое место – живот. Они грызли её и кусали, да так, что Фай от остроты их клыков и жуткой боли взвыла и заскулила, словно беззащитный щенок, которого жестоко наказывают. Ещё никогда раньше родители не поступали с Фай так. Но волчица прекрасно осознавала, что она заслужила это наказание…

Глава 7

Холодные деньки прошли незаметно и быстро. Фай уже и забыла, когда в последний раз встречалась с Савлом. От этого ей было больно, невыносимо грустно на сердце… От одной лишь мысли, что он всё это время ждал её на их старом месте встречи. Ждал и надеялся, что вот-вот появится она! Как и прежде. Но она не появилась ни в ту ночь, ни в следующую… Как бы ей не хотелось, она не могла вырваться! Она должна сохранить преданность стае. Особенно… В такой момент.

Старый, но сильный Хаза поднял волков, отдыхавших на своих лёжках. Они пересекли глубокий овраг, прошли через лощину, строго следуя друг за другом, след в след. Эту цепь замыкала Фай. Она больше не могла следовать среди остальных воинов из-за гнёта своего брата Антея. Фай уже не была уверена, что она всё ещё может считать себя воином…

Фай всем своим нутром ощущала, как в стае накапливалось взаимное недовольство, раздражение и злость… Лишь прибылой волк Фаха мог как и раньше относиться к ней. В его глазах не было ни ненависти, ни недоверия. Он лишь иногда поглядывал на неё впереди. В его взгляде словно читалось, что не всё ещё потеряно!

День выдался тихим, пасмурным. Серые тучи затянули собой всё небо. Волки предвкушали снегопад. Тягучая серая мгла окутала деревья, кусты, плавно ложившись на сугробы.

Волки молчаливо и уверенно переходили замёрзшую реку, снег лежал на льду тонким слоем, из-за чего идти было ещё легче. Ещё на середине реки Хаза, идущий во главе стаи, уловил манящий запах лосиного мяса. Вскоре волки нашли и саму лосиную тушу. Она была уже замёрзшей – убитый лось лежал здесь уже давно.

К замёрзшей туше волки подходили с опаской. Боязливо. Немало было случаев в памяти Хазы, когда его, уже матёрого и опытного волка, несколько раз пытались отравить бесшёрстные с помощью таких туш.

Когда матёрые окончательно убедились, что туша не отравлена, а рядом не было свежих или давних запахов бесшёрстных, только тогда вожак первым осмелился подойти к лосю. За вожаком последовали и остальные, но право насытиться первыми всегда было у матёрых!

После того, как Хаза и Рейна наелись, к трапезе смогли присоединиться и остальные. Фай тоже думала подойти к добыче вместе с другими воинами, но озлобленные Антей и Шанта яростно прогнали её от туши.

–Шанта! – огрызнулся на сестру Фаха. – Дай ей уже поесть!

–Отныне она ест после воинов… – грозно пророкотала Шанта.

–Это мне решать! – оскалился на неё Хаза, высоко задрав хвост.

Фай надеялась, что отец сейчас вступится за неё и проучит дерзкую и самовольную волчицу, но этого не произошло…

Фай уныло побрела подальше от туши, в сторону опушки. Её одолевал сильнейший голод.

–Шанта и Антей мне оставят лишь кости…

Фай не понимала. Туша ведь большая, её должно хватить на всех! Но Фай чувствовала лишь большую безнадёжность… Совсем неожиданно для неё недалеко раздался резкий скрип снега. Волчица бросилась вперёд, преодолев расстояние в десяток прыжков. Но было слишком поздно! Перед волчицей стояла крупная рысь, держащая в зубах заслуженную добычу. Зайца-беляка! Они одно мгновение смотрели в глаза друг другу, затем Фай попыталась наброситься на кошку, чтобы отобрать её добычу. Но проворная рысь не рассталась с пойманным зверьком! Она стремительно пробежала по снегу и молниеносно влезла на дерево.

Она словно всем своим видом дразнила голодную волчицу. Фай не оставалось ничего другого, как проследовать мимо более удачливой в охоте соперницы, понурив голову почти к самому снегу.

***

Стая вернулась обратно в лагерь только к вечеру после тяжёлой, но удачной охоты. Метель кружила крупными хлопьями, скрывая собой недавние волчьи следы. Серые волчьи спины вмиг стали заснеженными. Даже Фай сегодня удалось набить желудок, но сколько бы она ни ела, она всё ещё продолжала хотеть ещё. С ней не было подобного ещё никогда. Ей всегда хватало мяса столько же сколько и всем остальным. Фай и сама не могла понять, почему у неё так резко вырос аппетит?

Старый и уставший Хаза расчистил лапами снег, где раньше была его лёжка, свернувшись клубком, он прилёг на расчищенный снег, укрыв чёрный нос хвостом.

К волкам повернулась матёрая, обвела взглядом всю стаю, затем пророкотала:

–Хаза устал после охоты! Поэтому распределять патрули буду я, – Рейна уверенно выступила к стае, приподняв подбородок. – Думаю, будет лучше, если сегодня в патруль отправится не только Шанта, а все воины.

Волки внимательно слушали матёрую волчицу, с интересом наблюдая, как Рейна с раздражением чихает и фыркает от падающих на её нос пушистых снежинок.

По команде Рейны волки посеменили прочь из лагеря, протаптывая новые тропы, которые уже успел замести снег. Спустившись к озеру, к открытой воде, в устье которого впадал быстрый незамерзающий ручей, они немного утолили жажду и отправились дальше, обновляя старые метки. Мгла стала густой, едва проницаемой.

Подмораживало. Ветер становился всё более безжалостен. Волки пытались полагаться на свой великолепный нюх, но в такую метель он был бесполезен.

–Нет смысла нам идти всем вместе. Предлагаю разбиться по парам и обследовать как можно больше наших границ, – вымолвил Фаха.

–Я согласна! Так у нас будет больше времени и энергии, – поддержала идею брата Шанта. – Мы с Фахой пойдём вперёд, осмотрим всё и вернёмся, а вы можете осмотреться вдоль тропы бесшёрстных. Вдруг этот Бродяга всё ещё там.

Выражение морды Антея резко изменилось. Он пришёл в недоумение и ярость одновременно.

–Я никуда с ней не пойду! После всего я даже терпеть её присутствие рядом с собой не могу! – зарычал Антей.

–Да я сама с ним никуда идти не хочу! – выкрикнула на брата Фай, обиженно развернувшись, рассекая хвостом воздух.

Фаха и Шанта с непониманием посмотрели друг на друга, периодически зыркая на ругающихся волков. Шанта закатила глаза и тяжело вздохнула.

–Этого нужно было ожидать… – промямлила она про себя.

Фай раздражённо посеменила вперёд, не обращая внимания ни на кого, лишь агрессивно перебирала лапами по снегу.

–Подожди меня! – выкрикнул ей вслед Фаха, поспешив догнать её.

Шанта же ушла с Антеем в другом направлении.

Фай молча шла впереди, тропя им с Фахой путь. Неуверенный Фаха даже боялся первым заговорить с ней, но Фай это не смущало. Она словно и не замечала, что за ней кто-то идёт. Волчица была полностью погружена в свои мысли. У неё словно было ощущение, что что-то поменялось. Вроде всё было как прежде, но она знала, что что-то поменялось. Или… Что-то поменялось в ней?

–Фай, с тобой всё хорошо? Ты в последнее время странно себя ведёшь, – спросил тёмно-серый волк.

–Я… не знаю… – тихо процедила она.

Фай резко остановилась, понурив голову и прижав уши плотно к голове.

–С тобой что-то не так, я это чувствую. Мы все чувствуем это… изменение. Это очень сильное чувство… Чувство перемен?

Это чувство становилось для Фай и всей стаи всё сильнее с каждым днём. И тут волчица не на шутку испугалась.

–Что с тобой? – подойдя к ней поближе, поинтересовался волк.

–Я… – Фай пыталась собраться с мыслями, но ей надо было что-то придумать. – Давай просто пойдём дальше… Я хочу вернуться до наступления сумерек, чтобы отдохнуть после трудной охоты.

Фаха лишь одобрительно фыркнул, и они продолжили пробираться по сугробам и заснеженным кустарникам.

***

Холодная чёрная ночь опустилась на тайгу. Ветер подвывал и посвистывал, а Савл отдыхал перед новой ночной охотой. Его последняя охота не была удачной. Савл осознавал, что, несмотря на свой опыт, хитрость и находчивость, он не всегда будет так удачлив в охоте, как если бы он был стайным волком.

Савл внимательно вслушивался в тишину, внюхиваясь в запахи леса. Благодаря своему острейшему нюху, ветер донёс до носа волка уже знакомый и такой приятный запах. Он так мечтал учуять его снова долгие ночи! «Фай!»

Вскочив на лапы, быстрым шагом он вышел из рощи. Пробираясь сквозь чащобу, Савл осторожно лавировал между сухими ветвями деревьев, чтобы нечаянно не поранить себе глаза и морду.

Выйдя на бугорок, Савл вновь уловил запах волчицы, только уже более сильный.

Волк шёл против ветра, всё больше ощущая волчий запах. Зверь выбрался из сосняка, пересёк неглубокую лощину, и Савл замер… На другой стороне грациозно возвышалась всё так же прекрасная Фай, с нежностью и испугом смотря прямо на волка.

Савл со всех лап помчался к ней. На ту сторону. Но на середине пути, на тропе бесшёрстных, он не заметил приближение бесшумной машины, ослепившей волка своим ярким светом жёлтых фар. Пару секунд Савл стоял, оцепеневший, но чувство внутри него заставило его отпрыгнуть с пути машины в последний момент. Волка напугал громкий и резкий звук, который издал этот железный зверь.

Машину немного занесло, но она выпрямила свой путь и уехала дальше.

Сердце волка бешено заколотилось. Вся жизнь перед глазами промелькнула. Лапы его жутко тряслись. Он ещё какое-то время не мог прийти в себя. Раньше он был всегда осторожен и уверен, что ни один железный зверь бесшёрстных не сможет убить его, но теперь он понимал, почему вражеские волки так боятся этой тропы.

–Савл! Ты не ранен? – со всех лап подбежала к испуганному волку Фай.

–Я… – замямлил волк. – Н-нет! Вовсе нет!

Волчица облегчённо вздохнула.

–Я так волновался за тебя! Я переживал. Ты пропала, и больше не приходила…

–Я не могла… Стая узнала о наших встречах…

–Тогда почему сейчас пришла?

–Ну-у…

Савл навострил уши и принюхался к воздуху. Затем он обнюхал Фай.

–Ты пахнешь по-другому, – проскулил волк.

–Со мной в последнее время что-то не так, я словно чувствую изменения в себе…

–Ты на сносях… – понял Савл.

–О нет! Савл, это ужасно! – взгляд Фай начал быстро метаться.

–Почему? Я очень рад!

–Я боюсь, что может сделать моя стая, если узнает об этом. Только матёрая пара имеет право приносить волчат…

Савл ощетинился лишь от одной мысли об этом.

–Я не позволю им ничего вам сделать! – озлобился волк.

Волчица робко прижала ушки от стеснения, но затем взглянула в сияющие янтарные глаза Савла, и её сердце невольно заколотилось.

–Пойдём со мной! – сказал волк, подступая к волчице. – Со мной ты будешь счастлива! Я всегда буду заботиться о тебе и волчатах, они всегда будут жить в любви и защите!

–Савл… Я…

Фай не успела договорить, как их двоих резко ослепил жёлтый свет. Волки так были увлечены друг другом, что не сразу заметили приближение машины. Их взгляды оторвались друг от друга, и они не отрывали глаз от стального зверя, чьи глаза освещали всю тропу.

Машина остановилась прямо перед ними. Волки насторожились от жуткого и неприятного рычания стального животного. В их носы ударил резкий и едкий запах, которым полностью провонял зверь. Волки отступили немного назад, не сводя глаз с машины. Они старались держаться на расстоянии, готовые в любой момент рвануть в чащу тёмного леса, где до них ни доберётся ни один стальной зверь бесшёрстных.

Машина ещё какое-то время стояла перед ними, затем медленно поехала по запорошённой снегом дороге. Всё дальше и дальше колесил железный зверь, пока и вовсе не скрылся во тьме.

–Ой! – Фай испуганно прильнула к телу Савла, но тот и сам не ожидал подобного. – Он такой страшный!

Савл невольно прижал к голове уши, смущённый тем, что Фай сейчас была так близко к нему.

–Не такие уж и страшные эти стальные звери бесшёрстных, – усмехнулся Савл.

–Он так смотрел на нас своими яркими глазами! Они были такими же яркими, как солнце! – пророкотала Фай.

Савл аккуратно дотронулся лапой до лапы прекрасной серебристой волчицы. Её серебристо-серая шерсть переливалась на лунном свете, словно рыбья чешуя на солнце. Но едва Савл успел прикоснуться к ней, как она резко отдёрнула лапу и отступила назад.

–Прости, Савл. Мне нужно вернуться в лагерь к стае, пока они не проснулись после тяжёлой охоты. У меня сейчас проблемы с ними… а сейчас… сейчас у меня будет ещё больше проблем.

Савл опешил. Он даже не успел ничего сказать, как Фай устремилась в снежную рощу, плавно нырнув в белоснежные кустарники, скрывшись из виду.

Глава 8

Холодные ночи поочерёдно сменяли друг друга. На всю округу доносились прекрасные голоса: волки начинали свою песнь, такую загадочную и манящую. Чуть с хрипотцой, раскатисто, всей грудью завывала стая, давая понять соседним стаям о своём величии.

Во время охоты в стае старый Хаза нередко прибегал к излюбленному способу добычи лося. Стая рассчитывала на его немалый опыт, особенно сейчас, в суровую пору Долгого Холода. Дело это было опасным, ведь нередко молодые волки получали серьёзные травмы в попытке убить сохатого.

Но матёрый волк бесшумно подобрался к кормящимся лосям, осторожно, не спеша, ползком приближаясь вплотную к великанам. Все остальные волки знали свои обязанности, каждый выполнял свою роль в охоте.

Огромный сохатый, молодая лосиха и два молодых детёныша спокойно жевали тоненькие осиновые побеги. Хаза точно рассчитал, в каком месте нужно выскочить, чтобы заставить молодых лосят пуститься в бегство.

На сей раз в обязанности Фай входило тропить – перерезать путь отступления добыче. Молодая волчица затаилась в кустах, терпеливо выжидая подходящего момента. Единственное, на что стая могла полагаться – на испуг молодняка, потому что только испуганный детёныш может допустить ошибку, оплошность, которая будет стоить ему жизни.

Вожак вновь не ошибся: один из лосят рванул в сторону сразу. Увидев волка, он обезумел от страха. Лосиха-мать вслед ему жалобно заревела, но испугавшийся малыш уже не слышал голоса матери. Он уносился всё дальше от своих, а матёрый волк гнался за ним. За вожаком поспешили и остальные волки.

Фай приготовилась к прыжку, как только увидела приближающегося лосёнка. Он уже был всего в паре прыжков от неё, и наконец этот момент настал! Молниеносным серым силуэтом она выпрыгнула на пути детёныша. Малыш растерялся и замешкался ещё больше, и это была его роковая ошибка…

В его хребет вонзились мощные челюсти Хазы. Одним рывком вожак перегрыз хребет своей жертве. Для лосёнка всё закончилось быстро.

Теперь волки были сыты, но лишь на время. С наступлением сумерек им снова придётся выйти на охоту.

Солнце, сиявшее над снежными просторами, навевало на Фай смутное беспокойство. Ей было совсем плохо без Савла, ей было плохо от одной мысли о том, что она носит в себе его волчат и что об этом вскоре узнают остальные. Сама сказать она им не решалась.

Фай частенько ловила на себе подозрительные взгляды сородичей, особенно взгляд Шанты, словно она о чём-то догадывается.

Фай потопталась на снегу, глубоко вдохнув жгучий морозный воздух.

Сосны раскачивались, снег слетал с деревьев, и лишь белая мутная пелена стелилась по лесному простору.

Волки ступали лёгкой трусцой к своему лагерю, их лапы изнывали от усталости. Хаза и его пара Рейна взобрались на заснеженный валун и устало прилегли рядом друг с другом. Антей прилёг под кронами дерева, а Шанта без всяких сил распласталась на снегу.

Фай инстинктивно осознавала, что она должна найти себе более уединённое место, чтобы никто о нём не знал, ведь ей недолго удастся сохранять свою беременность в тайне от стаи.

Когда обессиленная стая уснула, Фай воспользовалась моментом. Она бесшумно прокралась мимо спящих сородичей и отправилась в свой путь – на поиски логова!

***

Волчица поднялась на высокий холм и остановилась, осматривая окрестности. Перед ней широко простирался родной лес. Вороны чёрной тучей взметнулись в воздух. Фай была вынуждена найти укромное и безопасное место для своего будущего потомства, желательно неподалёку от тропы бесшёрстных, чтобы Савл мог приглядывать за ними.

–Ну почему так сложно? – проскулила себе под нос Фай, бредя по снегу дальше.

Фай двигалась ровным, лёгким, быстрым шагом. Яркое солнце пронизывало лес золотистыми лучами. Но волчица резко замерла, услышав вдруг скрип охотничьих лыж. Фай не сомневалась: это был бесшёрстный. Она учуяла его вонючий запах Палки-Смерти. Его лыжи издавали характерный звук, без лёгкого посвистывания, он был присущ только охотничьим лыжам. Фай даже не успела броситься в лес, как увидела врага.

Для человека эта встреча тоже была неожиданной. Он совершенно случайно наткнулся на волчицу. Но это был достаточно опытный охотник, которому понадобилось бы всего пару секунд, чтобы снять ружьё с плеча, вскинуть его и выстрелить в зверя.

Волчица уже не уходила. Она не сводила жёлтых глаз с Палки-Смерти, которое полыхнуло огнём и едкой гарью. Земля словно ушла из-под лап от страха. А ведь она только начинала жить…

–Мои волчата…

Но огромный, мощный, тёмно-серый силуэт намертво впился в руку бесшёрстного. Тот от неожиданности и боли уронил ружьё в снег. Волк всем своим весом навалился на человека, завалив его в сугроб. Охотник лишь беспомощно отбивался от зверя, защищая рукой горло, а второй пытался нащупать своё ружьё.

–Убегай в лес! – приказал волчице Фаха.

Фай словно на миг пришла в себя. Она изо всех оставшихся сил отчаянно рванула в сторону густого соснового молодняка.

Фаха соскочил с бесшёрстного и помчался вслед за волчицей. Человек совсем такого не ожидал. Он подскочил на ноги, поднял со снега ружьё и перезарядив его, выстрелил, но волки уже скрылись в густой чащобе.

Волки бежали, как только могли. Они специально выбирали дорогу через бурелом, по скальным уступам, через ямы и густые кустарники, чтобы бесшёрстный не смог преследовать их.

Они оставили бесшёрстного далеко позади, запутав свои следы. Затем они стали приискивать себе убежище.

–Фаха, спасибо тебе, что спас меня! Без тебя, меня бы…

–Перестань, Фай. Ты же знаешь, я не могу по-другому.

–Нужно предупредить остальных о том, что на нашей территории появился бесшёрстный!

–Сначала расскажи мне, почему ты ушла от нас? Волки должны держаться стаей!

–Я… Расскажу тебе, но позже.

Через какое-то время Фай наконец забралась в узкую, обомлевшую яму под корнями большой старой сосны. Подход к ней был завален буреломом, а яма, очень походила на нору, напоминала логово: в ней было тихо и темно, а главное, неподалёку от территории Савла.

Волчица осмотрела возможное будущее логово, затем вышла к Фахе.

–Может, теперь расскажешь? Что ты скрываешь? – не умолкал Фаха.

–Пообещай, что об этом будешь знать только ты, и никто больше!

–Обещаю, – прохрипел волк.

Фай замялась, но всё же смогла вымолвить:

–Я чувствую, что жду волчат… – тихо пророкотала Фай, понурив голову почти к самой земле.

Глаза волка широко распахнулись. Он был шокирован этой информацией.

–Они от того Бродяги, да?

–Он не Бродяга! – оскалилась на волка Фай. – И он не убивал моего брата!

–Прости… – Фаха смущённо отвёл взгляд, словно маленький щенок, который провинился перед своей матерью.

–Фаха! Я переживаю за своих ещё не родившихся волчат… Ты же знаешь, что они могут сделать с ними, если узнают, от кого они…

–Они их убьют… – осознал волк.

Фай подступила на шаг ближе к волку, заглядывая в его добрые жёлтые глаза.

–Прошу, когда придёт время, скажи всем, что ты отец моих волчат, – умоляюще проскулила серебристая волчица.

–Я?

Фаха растерялся. Он не знал, как поступить. Он понимал, что за эту ложь стая не пощадит и его.

–А если они узнают?

–Я что-нибудь придумаю, обещаю…

–Хорошо… – тяжело вздохнул волк. – Я скажу, что они от меня, и буду заботиться о них, как о своих.

Волчица радостно вильнула хвостом, нежно лизнув волка в подбородок.

–Я благодарна тебе за всё, Фаха!

Волк смущённо опустил уши, отведя взгляд. Но как бы не сложилась их судьба, он был готов взять на себя эту часть ответственности.

За ними издалека, со своих земель, наблюдал мирно лежавший на гряде камней Савл. Он с завистью смотрел им вслед. Его глаза превратились в две узкие янтарные щёлочки от ревности. Его когти заскрежетали по холодным камням. Как же ему сейчас хотелось видеть её рядом с собой, а вместо этого он был вынужден временами наблюдать за ней издалека…

***

Прошло ещё несколько суток. У Фай пока что умело получалось скрывать своё положение от стаи. На тёмном небе не было ни луны, ни звёзд; длинные серые тени лесного рассвета заползали за кусты и огромные деревья. Высокие ели и сосны шумели, скрипели, словно оповещая всех о приближении стаи.

После очередной охоты волки отлёживались и отдыхали. Старый Хаза пристально наблюдал с высокого камня за своей семьёй. Фай и Фаха вернулись с ночной охоты лишь под утро, с упитанными глухарями. Волки сложили добычу в одну кучу, но под грозным взглядом Хазы не смели первыми прикасаться к пище.

–Фай… – громким и рокочущим голосом произнёс Хаза, да так, что казалось, будто даже камни под лапами вожака задрожали.

–Да, отец? – робко проскулила себе под нос волчица, припав животом к земле, медленно подползая к отцу.

Её сердце заколотилось, как бешеное, невольно чувствуя тревогу. Фаха тоже насторожился, прислушиваясь краем уха.

–Ты не хочешь нам ничего сказать?

Фай обомлела. Её лапы затряслись. Она была готова провалиться под землю, лишь бы закончить всё это.

К Хазе подошла Рейна и встала рядом с ним.

–Фай! Мы все чувствуем, что ты ждёшь потомство!

–Да… – волчица поняла, что отпираться дальше бесполезно.

–Ты ведь знаешь, что иметь волчат могут только вожаки! И если волк так хочет своё потомство, то он должен покинуть стаю.

–Но мам… ведь волчата – будущее стаи! И о них должен заботиться каждый волк!

–Вот только от кого они? – презрительно прорычал Антей.

–От меня! – уверенно заявил Фаха.

–Что!? – Шанта не могла поверить в то, что слышит. – От тебя?

–Да. Я отец её будущих волчат!

–А я сомневаюсь в этом… – подозрительно покосился на него Антей. – Уж не тот ли это Бродяга, к которому сестрица так часто бегала?

Фаха ощетинился, стоял напротив Антея. Кипучая волчья злоба прорвалась грозным рычанием.

Фаха кинулся на собрата, как на врага, так стремительно и свирепо, что было ясно: он давно ждал возможности проучить Антея за его острый язык. Теперь Антей ответит за всё!

Но и Антей оказался не слабым. Антей отпрыгнул в сторону. Во время этой мгновенной схватки он пытался полоснуть клыками по горлу прибылого волка, но тот ловко увернулся, однако, не смог задеть и его.

Но ненадолго драка прервалась. Волки стояли напротив, морда к морде, пронзали друг друга взглядами и рычали. Несколько торопливых вдохов и выдохов, и звери снова кинулись в ожесточённую битву.

–Прекратите! – завопила Фай.

В их суровую битву встрял Хаза, грозно рыча на каждого.

–Вам же сказали: хватит! – Хаза прикусил за шею одного, затем повалил наземь второго. Оба волка покорно подчинились. – У меня нет сомнений, что тот, кто готов биться за нерождённых волчат, является их отцом!

–Но… а как же Закон? – недовольно пророкотала Шанта.

–Шанта, это волчата твоего брата! Когда они родятся, ты будешь помогать Фай с их воспитанием и кормлением.

Шанта не могла проронить ни слова, её глаза широко распахнулись от недоумения.

Стая вдруг резко замолкла. Лес погрузился в напряжённую тишину. Затем волки разбрелись, каждый по своим местам, и лишь Антей недовольно ворчал себе под нос.

Глава 9

Долгий Холод наконец подошёл к концу. Сезон Новой Жизни выдался ярким, солнечным и тёплым. Подтаявший снег осел на склонах холмов и оврагов, холодные ручьи наполняли лес своим плеском и журчанием.

Уже несколько дней Фай проводила всё больше времени в логове. Савл заметил, что её живот значительно вырос, а значит, скоро она ощинится!

На охоту Савл теперь ходил недалеко от границы. Ловил мелких зверьков, зазевавшихся птиц, отыскивал в траве полёвок и всё время возвращался к новому жилью своей волчицы с добычей в зубах. Вот и в этот раз Савл направлялся к возлюбленной с упитанным фазаном.

Вдалеке веднелось её логово – огромная старая сосна, под которой находилась её нора.

Савл долго ждал этого момента. Фай пыталась разродиться всю ночь, и вот наконец волчица принесла троих волчат: двоих бурых, как Савл, мальчиков и… мертворождённую серую девочку…

–Савл! Она не дышит! – перепугалась Фай.

Савл не смог ничего сказать, лишь печально понурил голову, ткнув носом бездыханное маленькое серое тельце. Фай всячески пыталась её оживить, долго и упорно вылизывая, но безуспешно. Волчице-матери пришлось съесть труп волчонка, чтобы восстановить свои силы после родов и не привлекать внимание других хищников.

Весь день она облизывала двух оставшихся волчат, принюхивалась к ним, наслаждалась неповторимым щенячьим запахом, смешанным с запахом её же собственного молока. Волчата были такими маленькими и беспомощными, что свободно умещались между её задними и передними лапами. Щенки немного поспав, просыпались, пытались нащупать материнские соски, затем высасывали из них жирное густое молоко, и снова засыпали.

Савл всё время находился вблизи, частенько заглядывая в логово, проверяя свою семью.

–Как же они похожи на меня… – тихо пророкотал Савл, не отрывая глаз от малышей.

–Савл, тебе нельзя здесь долго находиться! Стая может учуять твой запах, и тогда…

–Я знаю. Но скажи хоть, как их зовут?

–Мгели и Эро.

«Мгели и Эро...» – эхом отдалось в голове у Савла, имена его детей.

Волк ещё раз взглянул на своих щенков, затем вылез из норы, поспешил вернуться на свою территорию, оставив пойманную добычу волчице.

На следующий день к логову пришёл Фаха. Прибылой волк подошёл к норе и отрыгнул полупереваренное мясо перед Фай. Затем сразу же отошёл в сторону и устроился на отдых совсем рядом с логовом. Фай жадно глотала мясо, что принёс ей Фаха, словно не ела целую неделю.

–Как ты? Как щенки? – поинтересовался Фаха.

–Мои сыновья – Мгели и Эро, родились здоровыми и крепкими, только… моя крохотная дочь… родилась мёртвой, – проскулила Фай.

–Я так сожалею… Это ужасно!

–Если я потеряю и их…

–Никогда! Я не позволю этого!

Фаха тихо залез в нору, чтобы своими глазами взглянуть на новую жизнь. Перед волком трепыхались маленькие тёмно-бурые комочки, беспомощно пища и скуля.

–Они так похожи на отца… Но они прекрасны! – заметил волк.

–Стая ни за что не простит мне этого…

–Если они попробуют убить их, то нарушат Закон.

–Им нет до этого дела, особенно Антею… Кто знает, что он может сделать…

–Мы вместе их защитим! – Фаха пытался всячески успокоить и подбодрить волчицу.

Фай добродушно фыркнула, вылизывая поочерёдно каждого из волчат. Малыши слабо, но пытались перебирать маленькими лапками и ползти на запах материнского молока. Фаха не мог налюбоваться ими. Один лишь вид маленьких беззащитных зверят грел ему душу. Даже осознание того, что они не от него, не могло затмить это тёплое чувство.

Волк взглянул на них напоследок, прежде чем он услышал вдалеке вой стаи.

–Они зовут тебя.

–Так не хочется вас оставлять…

Фай нежно коснулась своим носом носа тёмно-серого волка и сказала:

–Ты самый верный и близкий для меня друг.

Фаха смущённо прижал уши, метаясь взглядом. Он вылез из норы, провожая взглядом Фай и волчат, он поспешил вернуться к стае.

Волк-отец отдыхал на склоне холма, наблюдая издалека за всем, что происходит с его семьёй. Савл даже издали прекрасно замечал, что тёмно-серый волк явно не ровно дышал к его возлюбленной. Савлу это не нравилось. Ревность закипала внутри него, но ничего не мог с этим поделать, ведь он знал, что так будет лучше и для Фай, и для его волчат. «Как же больно иметь тех, кого любишь, и заботиться о них лишь издалека…»

***

Дни стояли ещё более солнечные и ясные. Снег сошёл, лес зазеленел, зашумел на свободном ветру, наполнился птичьими голосами.

Волчата смотрели на мир уже открывшимися глазами. Но мир для волчат пока ограничивался стенами уютной и безопасной норы, но благоухающий, монящий лес уже открыл для них свои объятия.

Спрятавшись от лесной суеты, волчица отдыхала, нежно обнимая большими лапами малышей, которые беспокойно тыкались в тёплый живот матери. Щенки изрядно изголодали. Волчата усердно насыщались, жадно потягивая набухшие соски Фай.

Савл возвращался с охоты перед самым рассветом, принося добычу своей семье. Затем к логову торопился Фаха со свежепойманной добычей в зубах.

Этим утром Савл вновь пришёл к волчьему логову, с жирной куропаткой в клыках. Из логова осторожно вылезла Фай, чтобы не разбудить спящих волчат. Фай остановилась перед бурым волком, подойдя почти впритык к нему. В её глазах пылали несдержимые чувства к этому зверю.

Савл аккуратно положил птицу перед своей избранницей и легонько подтолкнул дичь носом к волчице.

–Как там волчата? – пророкотал волк.

–Уже уснули. Наелись и уснули.

–Тогда поешь и ты.

–Хорошо.

Фай взяла куропатку в зубы и, вместе с ней, залезла в глубокое логово. Через время она вернулась без добычи.

–Я отнесла её вглубь норы, чтобы там съесть.

Ещё никогда в жизни Савл не был так пленён красотой какой-либо волчицы.

–Я так бы хотел быть всегда рядом… – тихо и скромно проурчал волк.

В этот момент к логову приближался Фаха, но он вовремя увидел мило болтающую парочку и решил остановиться. Краем уха он услышал их разговор. Безжизненная заячья тушка, которую Фаха нёс для Фай и волчат, невольно вывалилась у волка из пасти. Его уши сами собой прижались к голове, а хвост поджался к лапам. Он тоскливо понурил голову, поняв, что сейчас он ей не нужен. Фаха развернулся, поспешив незаметно скрыться, даже позабыв про своего зайца.

Влюблённые волки не заметили прибылого. Они словно не замечали ничего и никого, кроме друг друга. Они вдвоём, будто одним дыханием дышали.

–Спасибо тебе! Но сейчас тебе лучше вернуться.

–Ты права, но так не хочется…

–Я знаю…

Фай прильнула к Савлу и нежно коснулась его носа своим, нежно лизнув своего самца.

Савл прижался своим телом к её и на мгновение взглянул на тёмную нору, где сладко спали его сыновья. Волки попрощались, и Савл устремился к тропе бесшёрстных.

День подходил к концу, близился вечер. У Фай пересохло в горле, она весь день ничего не пила, а отлучиться и оставить щенков одних было слишком рискованно.

Волчица навострила уши и прислушалась. Снаружи логова слышались чужие шаги, шелест травы и хруст сухих ветвей. Тело Фай напряглось.

–Савл? Это ты? – проскулила волчица.

У входа в логово появилась знакомая морда.

–Фаха, это ты, – с облегчением выдохнула Фай.

–Я знаю, ты ожидала увидеть другого… прости, – проскулил волк.

–Нет! Это ты прости… На самом деле, я ждала, когда ты придёшь.

Эти слова весьма приободрили волка.

–Фаха, мог бы ты побыть с моими волчатами, пока я схожу утолить жажду к ближайшему ручью?

–Конечно! Я всегда тебе помогу, – довольно фыркнул волк.

Фай нежно коснулась носиком его щеки в знак благодарности, затем спешно вышла из логова, оставив Фаху у входа.

Волк вгляделся в тёмную нору, затем пригнулся и залез в неё. Внутри для него было очень тесно, но глубоко. Маленькие Мгели и Эро уже не спали. Инстинктивно они искали свою маму, чтобы присосаться к её чёрным соскам и выпить вкусное и густое молоко. Но когда они её не обнаружили, начали жалобно пищать и скулить, зовя свою волчицу-мать.

Фаха сначала опешил , но затем аккуратно прилёг рядом с ними, положив одного волчонка себе между передних лап, а второго ближе к пушистому и тёплому животу, накрыв щенка хвостом.

Глупенький малыш принял волка за свою маму и принялся копашиться у него в шерсти, выискивая вкусные соски, но безуспешно. Фаху очень умиляло это зрелище. Рядом с ними он ощущал себя настоящим волком-отцом. Он не спускал с них глаз, нежно вылизывая их коротенькую шёрстку, пока волчата наконец не уснули у него под тёплым боком, прижавшись друг к другу, сбившись в один большой пушистый комок.

***

Пришёл сезон Долгого Света, солнечный и тёплый. Волчата – два самца – быстро подрастали. Они уже спокойно могли выходить из логова, резво играли на молодой зелёной травке: затевали игривую драку, кидались друг на друга, кувыркались, негромко скуля. Но как только один брат ненароком больно задевал другого и тот, сразу ощетинившись, показывал брату ещё небольшие, но острые и белые клыки. У волчат уже начал проявляться характер.

Фай и Фаха подолгу могли наблюдать за играми малышей, ни на миг не забывая о возможной опасности. Они внимательно всматривались в окружающий лес, прислушиваясь к каждому звуку и шороху.

Оба щенка, как две капли воды, похожи на отца. Лишь Эро незначительно выделялся: у него на мордочке была более тёмная маска. По сравнению со своим братом Мгели, Эро был более спокойным, неторопливым, а в его походке уже чувствовалась уверенность, которой у него раньше не было.

Мать-волчица чувствовала в них зреющую внутреннюю силу, и это и страшило, и радовало её. С каждым днём они всё больше становились похожи на Савла.

Фаха медленно повернул массивную голову к волчице, нехотя процедив:

–Фай, ты же понимаешь, что совсем скоро нам придётся знакомить Мгели и Эро со стаей?

–Этого я боюсь больше всего на свете…

Возбуждённый игрой, Мгели краем уха услышал их разговор и радостно подбежал к родителям, напрыгнув на мать-волчицу.

–Это правда? Мы скоро познакомимся со стаей? – завиляв хвостом, протявкал Мгели.

–Да, сынок. Вы познакомитесь со своим дедушкой и бабушкой – вожаками! Со своей тётей – моей сестрой и своим дядей – братом мамы.

–Ого!

Волчата возбуждённо подняли хвостики, перебирая лапки, подпрыгивая от радости. Лишь Фай молча смотрела на тёмно-серого воина, прекрасно осознавая, какой приём могла устроить её собственная стая её волчатам.

–А когда мы будем охотиться вместе с остальными? – пророкотал Мгели.

–Да! У меня уже так и чешутся зубы! – поддержал брата Эро.

–Зубы у тебя чешутся, потому что вместо щенячьих появляются новые – более острые зубки, – заверила Фай сына.

Сердце волчицы вновь пустилось вскачь.

–Мы тоже хотим стать такими же сильными и храбрыми воинами, как ты, папа!

Сердце Фахи приятно вздрагивало каждый раз, когда щенки называли его «папа». Волк с особой нежностью, любя, лизнул обоих волчат, пройдясь гладким языком по их маленьким острым ушкам.

–Я никогда не сомневаюсь в этом!

Мгели горделиво выкатил грудку, а Эро лишь с небольшим прищуром и удивлением смотрел на более смелого брата.

Родители иногда приносили щенкам полужирную добычу: зайцев, куропаток или тетеревов, и щенки без проблем расправлялись с ними.

На сей раз Фаха принёс к логову большую пепельно-серую птицу. Её крылья были подмяты, а краснобровая голова с длинной чёрной бородкой безжизненно болталась.

Братья окружили птицу, но вдруг она резко встрепенулась и с неожиданным для волчат ожесточением начала обороняться. Изрядно помятый глухарь уже не мог улететь, но и сдаваться он тоже не собирался. Он сильно клюнул одного из волчат.

–Ой! – взвизгнул ошеломлённый Эро, отпрянув назад.

Ещё несколько раз щенята пытались напасть на грозного глухаря, но тот каждый раз отбивался, больно ударяя их клювом.

Фай и Фаха спокойно смотрели на происходящее, не вмешиваясь.

–Давайте! Вы должны научиться, как нужно брать такую добычу! – громко пророкотала Фай.

Наконец настал момент, когда волчата всё же отступили. Глухарь нахохлился и шипел, ожидая нового нападения от молодняка. И тогда Фаха неожиданно быстрым и ловким прыжком кинулся к птице, сделав едва заметное обманное для птицы движение. Глухарь попытался ударить клювом взрослого волка, но промахнулся и был схвачен точно за середину шеи.

–Теперь вы всё видели сами. Вы поняли, как это нужно делать? – поинтересовался волк.

–Да! Мы поняли! – задорно ответил Мгели.

–Наверное… – пробормотал себе под нос Эро.

–Ладно, на сегодня хватит. Вам нужно лечь пораньше, чтобы на рассвете были бодрыми! – Фай подтолкнула волчат к логову.

–А как же птица? – тоненько проскулил Мгели.

–Мы возьмём её в логово, и вы её съедите там.

Настроение волчат сразу поднялось. Они мгновенно устремились к ещё тёплой добыче и с разных сторон впились в неё своими маленькими зубками. Каждый волчонок тянул птицу на себя, таким образом таща её в логово.

Сумерки медленно опускались на тайгу. Небо темнело, приобретая темно-синие оттенки.

Фаха остался с Фай, но снаружи логова. Она вышла к нему, пока волчата спали. Волки обменялись тревожными взглядами.

Фаха твёрдо сказал:

–Они должны узнать стаю. Научиться охотиться вместе, понимать знаки, чувствовать плечо сородичей.

Фай тревожно повела ушами:

–Ты уверен? Они ещё так малы… А стая…

–Им придётся столкнуться с этим рано или поздно, — перебил Фаха. — Лучше сейчас, под нашей защитой.

***

Раннее утро было прохладным и, как обычно, туманным. Фай поднялась на лапы самая первая, а щенки, что спали у неё под боком, неуклюже плюхнулись на земляной пол. От такого пробуждения щенки недовольно заскулили.

–Открывайте глазки, просыпайтесь. Сегодня вам предстоит познакомиться с вашей будущей стаей.

–Ура! – заверещали в один голос волчата и, как ни в чём ни бывало, последовали за матерью из тёплого логова.

Взволнованный Фаха уже ждал их возле логова. Они с Фай молча переглянулись, и Фай первая потрусила вперёд. Мгели и Эро были неугомонны. Они ещё никогда не выходили в лес так далеко от логова. Для них всё было в новинку: самые различные лесные запахи – сосновые иголки, смола на коре деревьев.

Волки перешли по поваленному дереву через бурлящую реку. Волчат они несли на другой берег в зубах.

Солнце поднималось над лесом всё выше, освещая маленькие капельки росы на зелёной траве. Туман со временем рассеялся.

Волки вышли к большому валуну, где стая иногда любила собираться, чтобы отдохнуть. Волки замерли, увидев пришлых сородичей с маленькими волчатами. Их глаза налились сомнением и осуждением.

Хаза медленно поднялся на лапы.

–Зачем пришли? – его голос звучал как скрежет камня.

Фаха выступил вперёд:

–Это мои волчата. Они хотят стать частью нашей стаи.

Среди волков прокатился ропот. Но Шанта выступила к брату, затем недовольно фыркнула:

–Твои, значит… А когда у нас в роду были бурые волки?

Фаха бросил грозный взгляд на сестру и тихо прорычал:

–Замолчи…

Волчица ощетинилась, задрав хвост от злости.

–Мгели, Эро, это моя сестра – Шанта, ваша тётя, – легко пророкотал Фаха.

Мгели, не понимая напряжения, весело махнул хвостом и подбежал к своей тёте.

–Давай играть!

Та отпрянула, а затем рыкнула:

–Прочь, полукровка!

Эро прижался к матери, но Фай спокойно положила лапу ему на спину:

–Не бойся. Мы здесь.

Фай бросила на сородичей грозный и осуждающий взгляд. Носом она подтолкнула щенков ближе к Фахе и, повернувшись к волку, произнесла:

–На сегодня с них достаточно. Отведи Мгели и Эро обратно к логову, я вас догоню.

Волк послушно кивнул. Они устремились к старому сосняку, который рос невдалеке, на возвышенном месте.

Серебристая волчица вновь оглядела всю свою стаю. Её взгляд остановился на родителях. Гордый и свирепый.

–Как вы так можете? Они же ваши внуки! И твои племянники, Антей! Они не виноваты в том, кто их отец! – уверенно пророкотала Фай. Ещё никогда она не говорила так уверенно, как сейчас.

–Это не мои племянники, а грязные полукровки от грязного Бродяги! Рене жестоко убил и съел тот изгой, а его потомство здесь! Они живы… и они дышат… Я не могу этого допустить! – зло огрызнулся на сестру Антей. – И я никогда тебе этого не прощу!

–Ещё и братец мой… Хорош… – про себя пробормотала Шанта.

–Ты обманула нас всех, Фай! – выступила вперёд Рейна. – Ты и Фаха! Долгое время обманывали нас. Мы закрыли глаза на то, что ты нарушила Закон… Но закрыть глаза на то, от кого ты понесла щенков… невозможно!

–Вы все уверены в том, что моего брата убил он, но вы не правы! – оскалилась Фай.

–Да как ты смеешь!? Разве может твоя мать быть в чём-то не права? Её слова для всех нас – Закон! – грозно рычала на волчицу Шанта.

Вожаки какое-то время молча стояли, сверлив дочь взглядом… Осуждающим взглядом.

–Ты – очень глупая волчица! – начал Хаза. – Ты хорошо знала, что мы не потерпим выводок от вражеских волков! Особенно Бродяг. Но несмотря на это, ты всё же обманывала всех нас! Ещё и Фаху убедила на обман, а ведь я ему поверил.

–Вы не убьёте моих щенков! Ведь теперь – они и ваши! А Закон гласит, что любые щенки – будущее стаи. А вы хотите своими клыками избавиться от этого будущего! Мгели и Эро не виноваты в вашей к ним ненависти!

Антей не выдержал. Зарычав, он бросился на Фай, но та ловко уклонилась от разъярённого брата.

–Они – точно такие же, как и их отец! Они принесут лишь смуту и беды! Кто ты такая, чтобы ослушаться родителей!?

–Мать! Мать прекрасных, сильных и светлых малышей!

–Я вижу только в них убийцу своего брата!

–Ты ничем не лучше!

–Хватит! – приказала им Рейна. – Может, я и не убью их, но и тебя с Фахой я так просто не оставлю… Отныне – вы с ним больше не Воины! Я понижаю вас до ранга Патрульных.

–Но мама, им не место в стае! – выпалил Антей.

–Это я решаю!

Серый волк нехотя затих и отступил, не выдержав грозного взгляда матери.

–Это слишком мягкое наказание! – не сдержавшись, выпалила Шанта.

Матёрая волчица резко пронзила её взглядом. Её глаза по-недоброму сверкнули.

–Ты сама сказала, что мои слова – Закон! Для всех вас! – грозно рявкнула Рейна.

–Я вас услышала. Я исполню твою волю, мама. Больше я не смею называться Воином стаи. Теперь я буду вынуждена патрулировать границы стаи, – уверенно процедила Фай, без всякого сомнения во взгляде. – А сейчас я пойду. Волчата заждались меня. После вас мне ещё долго придётся успокаивать их.

С этими словами волчица молча развернулась, махнув хвостом, она потрусила прочь от своей стаи, возвращаясь к своим детям.

Волки лишь молча смотрели ей вслед, как она уходит всё дальше, скрывшись в молодом сосняке. Вожак фыркнул, уложив своё старое тело на камне, положив голову на лапы. Лишь Рейна смотрела дольше всех вслед уходящей дочери.

К матёрой покорно просеменил Антей, подходя к ней осторожно, словно боясь её непредсказуемой реакции.

–Видишь, мама, какое неповиновение тебе и отцу – нашим Вожакам! Она не только посмела понести от убийцы твоего родного сына, но и ещё хватило наглости притащить его грязный выводок сюда! Этим поступком она только оскорбила память Рене, его смерть! Он умер, чтобы выводок его убийцы мог жить!

–Я сама от этого не в восторге, – ответила Рейна.

–Мама… мою сестру и Фаху нужно изгнать! А её щенков – убить! – рявкнул Антей, его пасть заливалась слюной от нетерпения.

Услышав это, Рейна резко повернула голову на сына, злобно скаля острые клыки. От убийственного взгляда матери волк невольно поджал хвост, прижав уши к голове.

–Её щенки, как и сыновья того Бродяги, так и мои внуки! Они – наши кровные сородичи, как бы нам это не нравилось. Что я за Вожак, если пойду против Закона и убью беспомощных щенков?

–Щенков врага!

–Это не важно! – зарычала волчица. – Пока я и Хаза являемся Вожаками, мы вам Закон! После нас стаю поведёшь ты! И когда ты возглавишь стаю, сможешь делать с ними всё, что захочешь.

Антей молча согласился с матерью, не сказав ей больше ни слова. Рейна взобралась на валун и прилегла рядом с Хазой.

Солнце уже светило высоко над тайгой. Ветер свистел над волчицей.

Фай вернулась в логово, которое охранял Фаха, не сходя со своего места.

–Спасибо. Дальше я сама.

Фаха одобрительно кивнул. Он подошёл ближе к ней и любя лизнул её в щёку.

–Ты же знаешь, что я всегда с тобой! Я не оставлю вас!

Фай сама не ожидала, что её сердце будет так трепетать рядом с тёмно-серым Воином.

–Мама понизила нас в ранге… Теперь мы – Патрульные.

–Значит, мы будем самыми лучшими Патрульными! – Фаха всячески старался подбодрить волчицу.

Фай плавно вильнула хвостом и зашла в логово. В нём, свернувшись комочком, сопели щенки. Фай аккуратно прилегла рядом с ними, чтобы не разбудить, но щенки уже не спали, словно специально дожидаясь мать.

–Почему они не любят нас? – тоненько протявкал Мгели, смотря своими юными синими глазками в блестящие жёлтые материнские глаза.

–Да! Что мы сделали?

–Ничего вы не сделали… Просто они боятся всего нового. Но им придётся принять вас, а вам их.

Глава 10

Дни Долгого Света выдавались солнечные, временами дождливые. Особенно радовала буйная и сочная зелень, наполненная влагой леса.

Волчата чуть подросли. Им ещё многое предстояло узнать. Они даже не догадывались, что тёплые деньки Долгого Света вскоре подойдут к концу, и наступит новый для них сезон – Огненные Листья.

Стае пришлось смириться с появлением новых членов стаи, но в воздухе витало напряжение. Игры щенков больше стали похожи на охоту, но со стаей они ещё не охотились. Слишком малы и неопытны для такого ответственного и опасного занятия. Но особенно заботливо опекала волчат Фай. Фаха и Фай были единственными Патрульными в стае, которые охотились и приносили еду своим щенкам. Кроме них, никто из стаи не хотел охотиться и делиться пищей с Мгели и Эро. Братья старались сохранять позитив и игривое настроение, несмотря на косые и недоверчивые взгляды состайников.

Этим вечером родители вновь были вынуждены отлучиться на охоту, чтобы прокормить оголодавших детей.

Волчица-мать уверенно зашагала к мирно лежавшей на одном боку Шанте, которая теперь выполняет обязанности Матери.

–Шанта, пригляди за Мгели и Эро, пока мы с Фахой уйдём на охоту.

–И как скоро вы вернётесь? – резко фыркнула волчица. – Вы – Патрульные! И вместо того, чтобы патрулировать территорию и предупреждать о возможной угрозе, вы только и делаете, что бегаете за едой, даже не для стаи!

Фай и Фаха опешили от такой наглости волчицы.

–Быть может, никто из вас даже ухом не пошевельнёт, чтобы принести свежей дичи моим сыновьям!

Шанта негромко рыкнула.

К ним со спины подошёл Вожак и низким голосом пророкотал:

–Шанта в чём-то права. Вы в последнее время слишком мало дичи стали приносить, а иногда вообще ничего.

Фаха выступил вперёд, заступаясь за Фай.

–Сегодня поохочусь я! А Фай раздобудет еды для волчат.

Хаза нервно дёрнул ухом.

–Мама! – звонко заскулил Мгели. За братом следовал Эро.

Волчата подбежали к родителям, прыгая на месте, перебирая лапки, а хвостики активно завиляли.

–Папа, мама, когда вы нас возьмёте с собой на охоту?

–Да! Мы уже научились некоторым охотничьим приёмам! – возбуждённо пролепетал Эро.

–Боюсь, вы слишком нетерпеливы, – пробурчал Хаза.

– Я вернусь, и вы покажите, чему вы научились. Если мне понравится, то мы с вами устроим охоту на длинноухих, – Фаха игриво куснул юнцов за уши, а глаза его горели бесконечной любовью и нежностью.

От этой новости волчата запрыгали от радости ещё сильнее, радостно поскуливая и кусая друг друга.

–Шанта, пожалуйста, присмотри за ними, – провыл сестре Фаха.

–Только возвращайтесь быстрее… – тёмно-серая волчица недовольно закатила глаза. – Я уже так устаю от них.

–Шанта! Забота о потомстве теперь входит в твои обязанности!

–Да, Хаза…

Волчица повернулась к своим детям и нежно толкнула их носом.

–Мы скоро вернёмся, – пообещала она.

Два серых волчьих силуэта скрылись в густом зелёном сосняке. Волчатам оставалось лишь смиренно дожидаться, пока мать с отцом в очередной раз принесут им сочное и вкусное мясо. Один лишь запах крови будоражил волчат.

В напряжённом ожидании проходило время. Солнце постепенно скрывалось в густых кронах деревьев. Золотистые лучи падали на стволы.

Волчата от скуки весь вечер донимали свою ворчливую тётю. Дёргали её за хвост, кусали за уши и пытались грызть лапы. Шанта не собиралась терпеть все выходки маленьких наглецов. Она злобно рычала и скалилась на них.

–Ну, тётя Шанта, ну давай поиграем! – умолял её Эро.

–Никакая я вам не тётя! – огрызнулась она.

–Как это? Ведь ты – сестра нашего папы, а значит наша тётя, – проскулил Мгели.

–О, Природа-Мать… Дай мне сил… Никакая я вам не тётя, а Фаха вам не отец!

–Ну как это может быть?

–Очень просто, – донёсся изо спины готос Антея.

Волчата обернулись на лежащего в стороне волка под кроной могучей сосны.

–Мгели, Эро, подойдите ко мне, – с хитрым прищуром Антей подозвал щенков к себе.

Волчата подбежали к родному дяде, виляя хвостами от нетерпения.

–Что это тётя Шанта такое говорит?

–Вы правда хотите узнать?

Волчата мгновенно одобрительно тявкнули.

–Хорошо… Ваш настоящий отец живёт по ту сторону нашей территории, по ту сторону тропы бесшёрстных…

–Тропы бесшёрстных? А разве ему там не страшно? – робко спросил его Эро.

–Страшно? Он не знает, что такое страх! Он сам и есть – страх! Вы бы могли увидеться с ним, если бы это было не так опасно для таких маленьких волчат, как вы.

–А мы не боимся! – Мгели гордо выступил вперёд, выкатив грудку.

–Не-е-ет… Ваша мать с меня шкуру сдерёт за такое… Только если… мы ей не расскажем?

–Конечно, мы им не скажем! А ты?

–Я, конечно, никому не скажу! Даже матёрым. Это будет только между нами, хорошо?

Волчата тявкнули в знак согласия. Их глазки горели начинающим огнём любопытства, но с нотками волнения. Вожаки тем временем лежали на каменной глыбе, совсем не обращая внимания на щенков.

–Они даже не заметят, если мы уйдём, – прошептал себе под нос Мгели, чтобы только брат смог услышать его.

–Тогда идём! Я доведу вас до тропы, – Антей поднялся на свои мускулистые лапы и, выгнув спину, широко зевнул.

Волчата посеменили вперёд, лишь изредка поглядывая на серого Воина. Волк ступал за ними уверенно, не сводя взгляд. Густая, колкая трава щекотала волчатам их круглые животики, а лёгкий ветерок обдувал их ушки. Лишь назойливые комары и мошки всячески досаждали. Волчата пытались ловить их на лету, клацая зубами в воздухе, но попытки были безуспешны.

Сосновый лес оборвался. Волки ступили на открытую поляну. В воздухе витал неприятный запах железа и вонючего, едкого дыма.

–Фуу… Чем это так пахнет? – возмутился Эро.

–Нам нужно подойти чуть ближе, и вы сами сможете это увидеть.

Затаив дыхание, волчата сделали робкий шаг вперёд, но резко остановились. Они повернулись, уставившись на Антея.

–Ладно, впереди пойду я… – тяжело вздохнул волк, потрусив вперёд по высокой траве.

Солнце уже совсем скрылось за макушками великих сосен. На тайгу опустился зловещий мрак. Комары стали досаждать всё сильнее. В этот сезон их было особенно много.

Волчата молча следовали за волком, не проронив ни слова. Вдруг Антей резко остановился.

–А вот и тропа бесшёрстных, – сказал он.

Щенки невольно затаили дыхание, прижавшись друг к другу как можно плотнее.

–Она такая… большая и странная, – пролепетал Эро.

–И вонючая! – добавил Мгели.

–Вам нужно перейти через неё на другую сторону леса.

–Там заканчивается наша территория? – поинтересовался Мгели.

–Да. Там вы и найдёте того, кого бы смогли назвать «Папой».

– А ты с нами пойдёшь?

–Я подожду вас на этой стороне. Только будьте осторожны! Никогда не знаешь, когда может выскочить огромный, вонючий и громкий зверь бесшёрстных! Он может раздавить вас и даже не заметить. Но вот вы его заметить сейчас можете. Сейчас темно, а в темноте их огромные глаза очень ярко светятся. Вы их можете увидеть на очень большом расстоянии.

–И когда нам бежать? – поинтересовался Эро.

Антей резко повернул голову в сторону, присматриваясь вдаль, затем в другую. Убедившись, что сейчас на тропе безопасно, он рявкнул:

–Сейчас!

От неожиданности волчата подскочили, но быстро опомнились и, сорвавшись с мест, со всех лап побежали через всю широкую тропу. Их сердечки быстро колотились от волнения и первобытного страха. Эта тропа казалась для них вечной.

Но наконец волчата молниеносно перебежали на другую сторону. Казалось, что их лёгкие были готовы разорваться от поступавшего в них воздуха. Малыши, высунув свои розовые язычки, задыхались от усталости.

–Мы смогли! У нас полу… – «чилось» оборвалось и затаилось внутри Мгели, когда он повернулся назад, чтобы порадовать Антея своими успехами.

Когда волчата обернулись, Антей пропал из поля зрения. Словно он испарился в тот же миг.

–И где он? – с ноткой волнения и непонимания в голосе пророкотал Эро.

–Может, он нашёл кролика и погнался за ним?

Эро косо посмотрел на брата, словно взглядом давая понять, что сильно сомневается в каждой его версии.

–Главное, что мы теперь на другой стороне леса!

–Да, не на своей территории…

Волчата обернулись и замерли. Их сердца всё чаще ритмично бились. Словно тот лес, что сейчас перед ними, на другой стороне был совсем иным, непривычным. Эти почти сухие склоны пахли неизвестностью.

–Ну что… Идём?

Эро робко фыркнул, следуя за братом.

Острые камни кололи лапки, густые папоротники лезли в глаза, а комары норовили залететь в нос. Лунный свет почти не освещал эту часть леса из-за густых крон деревьев. Но, несмотря на это, волчата прекрасно видели в сумерках, как днём.

Перебирая лапками, они робко пробирались через колючие кусты, преодолевая овраги и поваленные деревья. Их хвостики были невольно прижаты к задним лапам, уши были сведены назад. До их ушей то и дело доносились самые различные лесные звуки: шорохи, скрип деревьев, шелест листвы и страшные крики птиц. В чуткий нос ударяли многочисленные запахи.

Им плохо удавалось скрыть панику и тревожность. Волчата впервые остались одни в лесу.

–Как думаешь… Антей всё ещё ждёт нас? – проскулил Эро, озираясь по сторонам.

–Конечно! Я в этом уверен… – Мгели пытался успокоить напуганного брата, но сам он был напуган не меньше.

Эро нечаянно наступил на лапу брата, от чего тот, визжа от испуга подпрыгнул вверх. От такой неожиданности Эро сам рухнул в шелестящую траву, вытаращив на брата свои янтарные глазки.

–Эро! – оскалился Мгели и злобно зарычал.

–Извини…

Волчата наткнулись на утоптанную тропку, по которой кто-то постоянно ходил. Мгели понял это по запаху. Щенки чувствовали, что вот-вот может произойти желанная встреча. То, ради чего они преодолели страх и наказ родителей и пришли сюда! Лёгкое возбуждение участило удары их сердец.

–Здесь проходил волк! – провыл Мгели.

–И как давно?

–Не очень давно… Наверное…

Волчата обошли по опушке старый бор, пересекая овраг. Но вдруг волчат охватило необъяснимое волнение. Перебирая неуклюже маленькими лапками, они робко приближались к лесной поляне.

Внезапно чуткие ушки волчат уловили тревожные звуки. Сдавалось ощущение, что они доносились отовсюду. Мгели резко остановился, навострив уши. Эро держался рядом с братом, тоже прислушиваясь.

–Ты это слышал?

–Похоже… ветка хрустнула и трава зашуршала… Может, это просто мышь? – тоненько проскулил Эро.

–Что вы здесь делаете? – раздался со спины у волчат зычный голос.

От неожиданности и резкости, волчата испуганно обернулись, разинув пасть. Их глазки невольно округлились. Над ними возвышался огромный мускулистый бурый волк. Его глаза грозно сверкали в темноте, словно два ярких светлячка. Волк склонил голову набок, разглядывая напуганных щенков.

–М-мы… – начал запинаться Мгели. – Мы не хотели… т-тревожить вас…

–Тревожить меня? – Савл непонимающе покосился на волчонка, затем перевёл взгляд в сторону тропы бесшёрстных. – И как вы попали сюда? Где ваша стая? Родители? – его голос смягчился.

–Н-нас привёл сюда дядя Антей. Он сказал, что здесь живёт наш папа…

–Н-н-не ешь нас, пожалуйста… – умоляюще скулил Эро, прижимаясь своим маленьким боком к брату.

Савл тяжело выдохнул, затем сказал:

–Я не ем маленьких волчат. В особенности вас, Эро.

–Откуда ты знаешь моё имя?

–Я знаю о вас больше, чем вы обо мне.

Эро непонимающе покосился на Савла.

–Но… Мы тебя никогда не видели, – пролепетал Мгели.

–Я знаю… – грустно и тихо проскулил Савл. – Вы сказали, что вас сюда привёл Антей?

–Да.

–И где же он сам? – прорычал бурый волк.

–Он сказал нам, что будет ждать нас на другой стороне тропы бесшёрстных, – ответил Мгели.

–А где же ваша мама?

–Она вместе с папой на охоте.

«С папой…» – сильная неприязнь поселилась внутри Савла.

Эро внимательно разглядывал Савла, с лап до кончиков ушей, затем посмотрел на Мгели.

–Мгели, а вы с ним так похожи!

–Как и ты.

–Удивительно!

–Давайте лучше я покажу вам свою территорию? Мы вместе подождём ваших родителей, пока они не вернутся за вами.

–Это всё твоя территория? – возбуждённо тявкнул Мгели.

Савл молча кивнул.

–Ого…

–Ну что, идём?

–Да! – в один голос завыли волчата.

Савл сделал несколько шагов вперёд, а волчата потрусили за ним, чувствуя, что с ним они в безопасности. Его бурая шерсть отдавала серебром при лунном свете, его мощные и мускулистые лапы легко преодолевали препятствия в виде булыжников, буреломов и крутых оврагов. Щенки пытались поспевать за ним.

Тишина, чуткая и глубокая, была нарушена скрипом деревьев и жутким рёвом какого-то животного где-то во тьме.

–Кто это? – пропищал Эро.

–Это ревёт лось, – ответил волк. – Его рога больше, чем у любого оленя, которого мне доводилось видеть.

–А ты много оленей видел? – поинтересовался у него Мгели.

–Достаточно много. И вы тоже их когда-нибудь увидите, когда подрастёте, – в голосе Савла чувствовалась невыносимая тоска.

«Наконец-то вы со мной», – подумал про себя волк. Как же Савлу было невыносимо больно наблюдать за своими сыновьями издалека. Смотреть, как они растут, как играют и резвятся, как проявляются их первые охотничьи навыки.

Он вёл их через небольшое ущелье. Во многих местах были еле заметные чёрные лужи. Влага доставляла дискомфорт, а грязь под лапами была противно скользкой.

–Вашей маме придётся долго вас вылизывать, – усмехнулся Савл.

–Фу! – скривил брезгливо носик Мгели. – Ненавижу грязь!

–А кабаны любят, – добавил Савл.

Высокая трава мешала волчатам ориентироваться. На мгновение они даже потеряли друг друга из виду. Они громко скулили, суетясь в траве, выискивая друг друга.

Савл остановился и подошёл к ним.

–Мы потерялись в траве, – скромно проскулил Мгели.

–Я вижу, – фыркнул Савл. – Не теряйте меня.

–Хорошо!

Волчата выбрались из густой травы, побежав вслед за волком. Их лапки стали часто натыкаться на что-то острое и странное. Почти повсюду с земли торчали различные металлические палки, и валялся оставленный людьми мусор и деревянные коробки.

Они пробирались через небольшие лужи и мелкие речушки, пока не вышли к поваленному гнилому дереву, по которому можно пройти на другую сторону через небольшую речку.

–Мы почти пришли к моему логову.

Савл ступил первым на гнилую древесину. Часть коры под его лапами сошла, рухнув наземь. Волк перешёл по стволу дерева и, повернув голову, стал ждать щенков.

Волчата не торопились ступать на дерево. Они робко перебирали лапками на одном месте, набираясь решимости. Вдруг, следующим решил пойти Эро. Его лапы сильно тряслись от волнения, а сердечко ужасно колотилось, словно он переходил не обычную маленькую реку, а огромное и высокое ущелье.

–Эро, всё хорошо! Ты сможешь это сделать, ведь ты сильнее, чем думаешь! – подбадривал сына Савл.

Глаза Эро наполнились решимостью. Задрав высоко хвост, выставив грудку назад, он с гордостью прошёл по стволу на другую сторону и встал рядом с Савлом.

–Ты молодец, Эро! – Савл был неподдельно рад.

Мгели решил не отставать от брата и тоже, набравшись смелости, лёгкой трусцой прошёл по бревну.

–Я тоже молодец?

–Вы оба молодцы! Стая вас всегда недооценивала.

–Но… откуда ты знаешь? – спросил Мгели.

Савл лишь задорно ухмыльнулся. Вильнув хвостом, он потрусил вперёд. Пробираясь между деревьями, они поднялись на небольшую возвышенность. В середине возвышалась одинокая постройка: старая и ржавая, потрёпанная временем. Возле старого здания были разбросаны различные коробки, торчали доски и валялись железные банки.

–Что это? – изумлённо фыркнул Мгели.

–Это старое логово бесшёрстных. Они покинули его уже давно, а я нашёл.

–И ты теперь живёшь здесь? – проскулил Эро.

Савл одобрительно кивнул.

Волчата затаили дыхание, просеменив вперёд. Они проползали под неудобными досками, преодолевали большие деревянные коробки, прежде чем добраться до входа в логово. Внутри было всё то же самое.

Любопытство волчат взяло верх, и они первым делом принялись осматривать неизвестное им строение. Они обнюхивали всё, что только было можно, помечали каждый уголок.

Савл плавно вошёл внутрь, широко зевая. Его лапы гудели и содрогались после изнурительного обхода границы.

–Вы не устали? – поинтересовался Савл.

Щенки тоже невольно зевнули.

–Значит, устали, – прошептал волк. – Лучше вам будет дождаться маму здесь. Здесь сухо и безопасно, а я буду с вами.

Братья прилегли на сухой клочок земли, тесно прижавшись друг к другу, согреваясь. Их глазки тяжелели сами собой. Они уже и забыли, зачем вообще переходили на эту сторону. Их маленькие головки ослабленно рухнули им на лапки, и щенки мгновенно провалились в сон.

Савл ещё раз посмотрел на них и прилёг с ними рядом. Он принюхался, вдыхая в себя воздух. «Они пахнут так же, как и я».

***

Покров ночи окончательно накрыл тайгу. Фай крепко стиснула зубы, а её сердце беспощадно колотилось. Её страху и волнению не было предела. Ей оставалось искать своих сыновей только в одном месте!

Она мчалась по лесу со всей звериной прытью, преодолевая буреломы и валуны. Ни колючие кусты, ни высокая трава, ни даже крутые овраги не способны остановить её. Но Фай не могла ориентироваться в этой местности, ведь она была здесь так давно и лишь несколько раз.

Её одолевало сильное бешенство за своих сородичей, за их безответственность, за то, что они даже не пытались приглядывать за Мгели и Эро! Оглушающая ярость на миг стихла. Фай остановилась, посмотрев по сторонам. Запах её детей становился всё сильнее, но он также перемешивался с запахом недавно пробегавшей лисицы.

–Мгели! Эро! – громко взвыла волчица. – Где же вы…

Её грудь сжалась от боли. Страх сковал её.

«А если их растерзал медведь? Или затоптал сохатый? А если они упали с обрыва или провалились в узкое ущелие!»

–Фай! – знакомый голос отвлёк волчицу от мрачных мыслей.

Обернувшись, она увидела Савла, спокойно смотрящего на неё.

–Я так рад видеть тебя, – процедил волк.

От отчаяния Фай сорвалась с места и со всех лап бросилась к бурому волку. Она остановилась прямо перед ним, встретившись глазами.

–Савл! Мои щенки! Они пропали! – взмолилась волчица.

–Успокойся, – начал успокаивать её Савл.

–Да как тут успокоиться!? Они ведь и твои щенки тоже! Или ты уже забыл о них, и тебе нет до них дела?

–Ты права, они и мои тоже. Поэтому они сейчас мирно спят в моём логове, – спокойно ответил Савл.

–Что? – жёлтые глаза Фай засверкали от радости и одновременно от облегчения.

–Ты знаешь, кто такой Антей?

–Да… Э-это мой брат, – робко ответила Фай.

–Волчата мне сказали, что Антей их завёл сюда, сказав, что здесь они смогут увидеть своего папу.

Острые клыки волчицы заскрежетали от ненависти и злости.

–Я так и знала, что он не упустит возможность избавиться от них… – злобно прорычала Фай. – Ему не жить!

Савл даже не пытался скрывать, что ему весьма нравилось такое поведение и отчаянная злоба за своих щенков.

–Пойдём, – взмахнул хвостом Савл. – Наши щенки заждались тебя.

Гнев волчицы мгновенно растаял, словно снег под палящим солнцем. Она активно завиляла хвостом от нетерпения. Всё её тело было напряжено. Савл развернулся, подобрав с земли небольшое обмякшее тельце соболя.

Через время волки вышли к логову, в котором их уже дожидались волчата. Увидев Фай, они радостно выбежали навстречу ей.

–Мама! – радостно запищали они.

–Уже не спят, – ухмыльнулся Савл, бросая им тушку.

Волчата разъярённо накинулись на соболя, разрывая его на куски, сходя с ума от запаха крови.

–Больше никогда не разговаривайте с Антеем! Даже не смейте подходить к нему! – зарычала на них Фай.

–Н-но… Почему? – проскулил Эро.

Фай лишь рокочущим голосом прорычала в ответ. Волчата, поджав хвостики, инстинктивно припали к земле.

–Может, останетесь? – процедил Савл, стоявший прямо за спиной волчицы.

Фай ничего не ответила на это.

–Зачем подвергать себя вечным переживаниям? Оставайтесь со мной! Территория большая, добычи нам хватит.

–Я не могу, Савл… Там моя стая, я не могу предать их…

–Они уже давно предали тебя! – взорвался волк. – Или ты боишься? Боишься оставить прежнюю жизнь в стае. Такую привычную жизнь. Даже если для них ты теперь никто!

–Я боюсь за щенков! – вскрикнула Фай. – Они не должны были приходить сюда, так же, как и ты должен держаться от наших границ подальше! И ты об этом хорошо знаешь!

–Мама… – вмешался Мгели, смотря на обоих волков.

Услышав тоненький голосок сына, волчица тут же смягчилась.

–Мы должны вернуться к стае и разобраться с Антеем… Я очень благодарна тебе, Савл, что не бросил Мгели и Эро.

–Угу… – невнятно пролепетал волк.

Фай развернулась и, фыркнув, подозвала щенков к себе. Они послушно подбежали к ней. Пройдя немного вперёд, Фай остановилась и обернулась на Савла. Волк смотрел вслед своей уходящей спутнице и своим щенкам. Их взгляды задержались друг на друге. Фай поняла, что его взгляд говорил сам за себя: «Я всегда буду приглядывать за ними, даже на расстоянии».

***

Фай с волчатами дошла до родного лагеря стаи. Все волки мирно спали на своих привычных лёжках, и только один Фаха не спал. Когда он увидел их, то сразу сорвался с места, подбегая к волчатам.

–Наконец-то! – завыл Фаха, принявшись отчаянно вылизывать каждого щенка поочерёдно. – Я боялся, что могу вас больше не увидеть!

–Папа, с нами всё хорошо! Сав… – Эро покосился на мать, которая грозным взглядом заставила его ни слова не говорить о Савле. – Нам… было совсем не страшно!

–Да! – выпрыгнул вперёд Мгели. – Мы даже легко смогли пройти через тропу бесшёрстных!

Услышав о тропе, у Фахи округлились глаза от ужаса.

–Антей! – Фай бросилась на спящего брата, впившись ему в хвост с такой силой, что серый волк в панике завизжал, подпрыгнув с места так высоко, что сильно ударился плечом.

Волк метался взглядом то на живых и здоровых волчат, то на разъярённую сестру.

–Я знаю, что это ты! Ты хотел избавиться от них!

Волк сразу понял, о чём она говорит, и лишь презрительно отвёл глаза, тихо фыркнув себе под нос.

–О чём ты говоришь? – подошла к ней Шанта.

–Ох, а вот и наша Мать проснулась! Ты тоже даже близко не смей стоять рядом с моими щенками! Я оставила их тебе, чтобы ты смогла приглядеть за ними и, если надо, покормить! Но ты даже с этим справляться не хотела! Ты даже не заметила, как Антей увёл их к тропе бесшёрстных, где они могли погибнуть!

Шанта лишь виновато повесила уши. Она взглянула на своего брата, надеясь найти в нём утешение, но Фаха с ещё большим презрением смотрел на сестру.

–Антей, Шанта, это правда? – сурово поинтересовался у молодых волков Хаза.

–А ты, папа… Тоже хорош. Твоя обязанность, как Вожака, заботиться о всех членах стаи! Но ты забыл, что ты ещё и отец, и дедушка! Тебе не важна жизнь своих внуков точно так же, как и этим… – Фай резко повернулась на Шанту и Антея, с трудом выдавливая слова. – ПСАМ!

Вожак стаи в оцепенении стоял и смотрел на дочь, не в силах выдавить и слова. Матёрый волк впервые себя почувствовал маленьким волчонком, которого отчитывают за ужасное деяние.

Никто в стае не ожидал такого всплеска ярости ранее от скромной и наивной волчицы. Но сейчас она стояла перед всеми этими волками, вне себя от ярости из-за них всех.

–Мгели, Эро… В логово, быстро! – приказала щенкам Фай.

Малыши не смели ослушаться её приказа. Фай вышла вперёд, задрав хвост, она презрительно просеменила мимо сородичей к вырытому логову, а волчата торопливо семенили за ней, держась поближе к её крепким лапам.

Глава 11

Время летело неумолимо быстро для стаи. Бывшие волчата с каждым месяцем росли всё быстрее, становясь ещё крепче. Молодым переяркам Мгели и Эро теперь ровно год. За всё это время в стае появилось пополнение. Пара матёрых обзавелась очередным потомством. Новые волчата росли игривыми, активными и непослушными.

О новых волчатах матёрой пары заботилась вся стая, принимая участие в их воспитании. В то время как в воспитании Мгели и Эро принимали участие только Фай и Фаха. Стае всегда было всё равно на двух переярков. Сейчас внимание стаи было ещё сильнее приковано к новым щенкам.

Братья по сей день чувствовали на себе презрительные взгляды состайников. Не проходило ни дня, когда бы они не напоминали им об их происхождении.

Мгели и Эро, развалившись на солнечной поляне, грели брюшко на ярком солнце. Такие моменты проведения вместе они ценили больше всего на свете, когда их ничто и никто не волновало. Но и их умиротворение длилось недолго.

–Мгели, Эро! – подозвал к себе переярков Вожак. – Подойдите.

Услышав зычный голос Хазы, молодые волки нехотя открыли глаза и, с ещё большим нежеланием, поднялись с приятной травы и посеменили к Хазе.

–Ну что ещё? – протяжно провыл Мгели.

Подобный тон переярка очень разозлил Вожака. Хаза грозно сощурился на наглеца, затем выдохнул, пророкотав:

–В последнее время Рейна совсем ослабла. С волчатами ей сейчас тяжело. Шанта пытается помочь ей с щенками, но я хочу, чтобы вы поискали в лесу целебных трав, если будут, ягоды. Сейчас ей нужно восстановить здоровье.

–А почему этого не можешь сделать ты? – огрызнулся Эро.

–Потому что я хочу, чтобы вы приносили хоть какую-то пользу для стаи! – рявкнул на него Хаза.

–Не нужно было под старость рожать… – пробурчал Мгели.

Хаза не мог сдержать порыв ненависти, он лишь рокочущим голосом прорычал. От его рыка дрожали даже камни под лапами.

–Ладно, мы насобираем трав для любимой бабушки, – с ноткой сарказма процедил Эро.

Братья поспешили поскорее уйти за травами, чтобы не испытывать на своей шкуре остроту клыков Вожака. Им навстречу из кустов выбежала Шанта.

–Опять вы ничего не делаете! – прорычала волчица.

–Вообще-то, Хаза поручил нам насобирать трав и ягод для Рейны, – ответил Мгели.

–Сейчас Рейна совсем ослабла… – с сочувствием пролепетала Шанта. – Наверное, её последние роды дались ей особенно тяжело.

Братья тяжело закатили глаза, словно устали выслушивать болтовню волчицы.

–Нам пора идти, приносить пользу стае, – прокрехтел Мгели.

–Только не смейте задерживаться! А то я вам уши пооткусываю! – пригрозила волчица и направилась к логову, в котором ранее щенилась Рейна.

–Сам бы ей уши откусил! – зарычал Мгели.

–А я бы начал с хвоста, – добавил Эро.

Молодые волки отправились в сторону молодого сосняка. Ветер доносил до них самые разные запахи: животных, птиц и пахучих растений.

–Как думаешь, может, принесём Шанте Смерть-Ягоды? – спросил брата Эро, с задумавшимся видом.

–Я бы лучше их принёс Антею. Он больше всех ненавидел нас. Но, зная его, он сразу поймёт, что ягоды ядовиты.

Эро тяжело вздохнул, понурив голову к земле.

Пробираясь через пожухлые папоротники и колючие кустарники, волки по запаху выискивали нужные им травы.

–Ты помнишь, как они выглядят или пахнут? – спросил Мгели.

–Да. Фаха водил меня сюда и показывал, какие растения лечебные и съедобные, а какие лучше обходить стороной.

–Трава, как трава!

Волки оббежали все поляны, принюхиваясь к каждому растению. Спустившись к подножию холма, Эро привлёк нежный и приятный запах. Волк подошёл к источнику аромата: бело-розовые воронки цветков вьюнка полевого сразу бросились в глаза волку, а их приятнейший аромат сводил волка с ума.

–Мгели, я нашёл целебное растение! Я узнал его!

Волк спокойным шагом проковылял к брату. Его пасть была испачкана тёмным соком ягод.

–Что ты там нашёл? – пробурчал Мгели, смачно облизываясь.

Эро прильнул носом к брату и принюхался. Затем его глаза подозрительно сузились.

–Ты съел ягоды?

–Да, – протяжно ответил Мгели.

–И какие?

–А я откуда знаю?

Эро тяжело вздохнул.

–Эти ягоды и нужно было принести Рейне.

–Я же не так разбираюсь в растениях, как ты.

–Просто надо было слушать Фаху, а не гоняться за мышами, – закатил глаза Эро.

–Я тогда щенком был! Мне было не интересно слушать про ягодки и цветочки.

–Зато тебе очень интересно их есть.

–Да! – задорно взмахнул хвостом Мгели.

–Тогда ты отрыгнёшь их ей.

Мгели недоумевающе склонил голову набок. Эро нагнул голову и аккуратно сорвал нужное им растение.

–Пошли, – буркнул Эро, и волки посеменили вверх по склону, огибая хребет.

***

Братья почти дошли до лагеря стаи, но Мгели сбавил шаг, затем остановился.

–Что случилось?

–Просто мне… Мне надоело… Я устал от того, что к нам относятся хуже, чем к Омегам.

–Но у нас нет Омег, – Эро положил травы рядом со своими лапами и присел рядом с братом.

–Потому что мы – Омеги! – взорвался Мгели.

–Но ведь мы – Пестуны!

–Мы Пестуны, но для стаи, мы – Омеги… Всегда ими были… Они всегда ненавидели и презирали нас, – не сдерживая злости и обиды, прорычал Мгели.

–Мама и Фаха нас любят, – проскулил Эро.

–Только они! Все остальные всегда будут ненавидеть нас за то, кто наш отец…

Мгели гневно смотрел куда-то вдаль, словно ожидая, что сейчас выйдет тот, кто породил их на свет, и сам даст ответ на все его вопросы, поможет решить все проблемы.

–Мгели, Эро? – донёсся из-за спины голос Фай.

Волки обернулись, увидев, как мать спешно подошла к ним.

–Я слышала, вас послали за травами для Рейны, – пророкотала Фай.

–Да. Мы уже всё нашли.

–Если то, что нашёл я, не переварится у меня в животе.

–Тогда почему вы не несёте их в лагерь? – спросила Фай.

Братья на мгновение засомневались, стыдливо опустив глаза в землю. Фай обо всём догадалась сама.

–Не обращайте внимание на злые языки состайников.

–Тебе легко говорить… – проскулил Эро.

–Мне совсем нелегко говорить об этом! – рявкнула волчица. – Меня в стае не уважают также сильно, как и вас. Но я справилась с этим! И вы тоже должны уметь преодолевать трудности!

Мгели и Эро лишь грустно смотрели себе под лапы, когда в лагере раздался призывной вой стаи.

–Не задерживайтесь с травами.

–Угу, – буркнул Эро.

Фай ещё какое-то время смотрела на своих детей, затем поднялась на лапы и направилась в сторону лагеря. Из-за кустов появился Фаха, терпеливо дождавшийся её.

–Фай! – преданные глаза Фахи просияли при виде серебристой волчицы.

Но она лишь понурила голову, тяжело вздохнув.

–Что случилось? – взволнованно спросил Фаха.

–Я не могу смотреть на их боль и тоску… Не могу смотреть, как они страдают… Мои сыновья страдают! – взвыла она.

Тёмно-серый волк перевёл грустный взгляд на своих воспитанников, затем процедил:

–Я поговорю с ними.

–Спасибо тебе… – Фай замялась. Она чувствовала, как её сердце терзает вина перед этим волком. Ей было невыносимо стыдно. – Прости, что втянула тебя в это… В свою ложь…

Фаха не произнёс ни слова, лишь нежно прильнул своей щекой к её, и затем быстро отстранился. Смущённо опустив уши, он сделал несколько шагов вперёд, затем повернулся к волчице.

–Возвращайся в лагерь. Я поговорю с ними, затем приведу.

Фай одобрительно фыркнула, скрывшись в кустах.

Фаха молча просеменил к двум сидевшим на траве братьям, которые не ожидали увидеть его.

–Мгели, Эро, почему вы сейчас здесь, а не в лагере?

Волки резко повернулись. Их глаза просияли одновременно и радостью, и тоской.

–Почему ты сделал это? – грустно произнёс Мгели. – Наш отец – всего лишь Бродяга… Всеми презираемый и ненавистный. Так зачем ты назвался нашим отцом?

–Потому что я очень люблю вашу маму… – с нежностью пророкотал Фаха. – Всегда любил и буду любить, такой, какая она есть. Доброй или злой, плохой или хорошей, ведь для меня она всегда будет лучше всех. Поэтому я всегда буду любить вас так же, как и её. И неважно, что ваш отец – Бродяга, ведь для меня вы всегда были родными… Я всегда был с вами, оберегал…

Мгели и Эро неловко молчали, обдумывая у себя в голове слова Фахи.

–Ну что, давайте отнесём Рейне эти травы вместе, – весело вильнул хвостом волк.

Братья словно оживились. Эро поднял с травы вьюнок, взяв его в зубы, и волки втроём посеменили к лагерю, переходя через мелкую речушку.

***

По возвращении в лагерь, к переяркам подбежала взволнованная Шанта.

–Ну наконец! Почему так долго?

–Вспоминали, как выглядят некоторые травы, – смело ответил Мгели.

Шанта забрала у Эро с пасти целебные травы и скрылась в логове Рейны. Мгели вздохнул спокойно, что ему не пришлось отрыгивать старой волчице те ягоды, которые он уже съел. Ведь Шанта даже не заметила подозрительного запаха ягод, исходящего из его пасти.

–Фаха и Фай! – донёсся громкий голос Вожака, который величественно возвышался на валуне.

Волки послушно подошли, прислушиваясь к указаниям Вожака.

–Сегодня я должен отправить вас в патруль.

–А как же мы? – протестующе выкрикнул Мгели.

–Да! Мы тоже хотим с ними патрулировать границы!

–И когда ты позволишь нам охотиться?

Хаза сурово посмотрел на своих внуков, затем низко прорычал:

–Охоту сегодня возглавлю я и Антей. Если вы хотите присоединиться к нему, то рискните.

Братья недовольно сощурили глаза.

Из логова показались несколько маленьких серых головок. Волчата вышли из тёплой и безопасной норы и уставились своими большими синими глазками на своего отца-волка.

–Охота? – тоненько пропищал один волчонок.

–Патрули? – тявкнул второй, вытаращив глазки.

–А когда нас возьмут на охоту? На настоящую охоту! – выпалил третий волчонок, возбуждённо подняв хвостик.

–Когда вы чуть подрастёте, – мягко ответил Хаза.

Молодые переярки с ещё большей злобой прищурились, тихо прорычав себе под нос.

–Мгели и Эро… – начал Вожак. – Пока нас всех не будет, вы должны будете присматривать за нашими волчатами.

–Это обязанности Шанты! – не сдержавшись, произнёс Эро.

–А ваши обязанности – во всём слушаться Мать! То есть, Шанту! Сейчас Шанта помогает Рейне восстановить силы, а также помогает с волчатами, но вы, как Пестуны, должны помогать ей в этом! Не только как Пестуны, но и как члены стаи!

–А за нами никто не присматривал… – злобно, но очень тихо пробормотал Мгели, что только брат смог его услышать.

Вожак спустился с камня, подведя взгляд на Фаху и Фай, он серьёзно фыркнул, и волки послушно потрусили в чащу леса патрулировать территорию. После Хаза внимательно обвёл взглядом своих детей и грозно зыркнул на переярков. Они поняли его наказ лишь по одному взгляду.

Хаза поспешно скрылся в лесу, отправившись на охоту вместе с Антеем.

Мгели тяжело вздохнул.

–Ты готов, что сейчас тебе будут отрывать хвост и грызть уши?

–Мой хвост скоро превратится в рысий! – недовольно прорычал Эро.

Солнце уже возвышалось на самой середине неба. Прошла половина дня. Желудок Эро рычал, как голодный медведь зимой.

Волчата вовсю носились вокруг братьев, наваливались на них, кусали за хвосты, лапы и даже пытались хватать за горло. Каждый радостный скулёж щенков невыносимо злил братьев. У них еле хватало сил сдерживать свои эмоции.

–Шанта нам сказала, что не следует с ними играть, – пропищал один из волчат, который старался лежать как можно дальше от переярков, увлечённо грызя сухую ветку. – Они могут быть опасны.

–Мы опасны!? – не сдержался Мгели, резко встав на лапы, он скинул с себя двух волчат, и те плюхнулись наземь.

–Ой! – пискнул более тёмный волчонок.

–Мне это уже надоело! – зарычал Мгели. – Шанта настраивает против нас всю стаю! Я отгрызу ей за такое…

Не успел Мгели договорить свою фразу, как в кустах что-то зашевелилось. Из кустов вышел маленький волчонок с мёртвой птицей в зубах.

–Смотрите, что я нашёл! – проурчал он.

–Ого! – изумилась маленькая волчица. – Туман, эта птица больше тебя!

Волчонок деловито задрал вверх голову и выкатил горделиво грудку, хвастаясь перед всеми своей «добычей». Волчата с интересом подошли к брату и пытались выхватить у него птицу. Каждый хотел показать свою силу и лидерство.

Но переярки тоже подскочили со своих мест, агрессивно расталкивая волчат. Мгели резко выхватил птицу из пасти маленького щенка, в то время как Эро не позволял волчатам подойти к брату, грозно рыча на них.

–Но ведь это моё! – возмущённо завопил маленький Туман, чувствуя всю несправедливость и жадность двух братьев.

–Выживает сильнейший! – усмехнулся над волчонком Эро.

Волки вскарабкались на валун, на котором любили отдыхать Хаза и Рейна. Пока Вожака не было, переярки самовольно прилегли на камень. Братья жадно клацали и скрежетали зубами, разрывая обмякший труп птицы на части. Пёстрые перья летели в разные стороны.

–Мама! – завопили щенки, затем жалобно завыли.

Седая морда волчицы показалась из норы. Её глаза горели удивлением и тревогой.

–Что случилось, мои хорошие? – слабым голосом провыла Рейна.

–Мгели и Эро отобрали мою птицу! – грустно заскулил Туман, повесив маленькие ушки. – Это я её нашёл!

Рейна сердито прищурила глаза, затем вышла из логова. Её лапы затряслись, когда она ступила на них.

–Рейна, тебе ещё нельзя! – предупредила волчицу Шанта. – Ты ещё слишком слаба!

–Ходить ещё в состоянии, – отчеканила она.

Волчица выбралась на свежий воздух. Яркий солнечный свет на время ослепил её, а волчата, взъерошив холки, подбежали к матери. Она обвела глазами поляну, высматривая переярков.

Мгели и Эро при виде Рейны сразу соскочили с камня, а их вид сделался серьёзным.

–Как вы посмели? – зарычала на них волчица. – Что вы возомнили о себе?

Братья ничего ей на это не ответили.

–Я слишком долго терпела вас ради дочери… Терпению пришёл конец!

В лагерь вошли два волка, которые волочили за собой крупную тушу косули.

–Отец-волк и Антей поймали огромного оленя! Такого, о котором нам рассказывала мама! – протявкал один из волчат.

Малыши сразу взбодрились, они радостно подбежали к туше, вылизывая подбородок Хазы и Антея. Антей больше всего любил проводить время с маленьким серым волчонком, которого назвали в честь своего старшего брата – Рене. Щенок был любопытным, озорным и послушным. Он всегда внимательно относился ко всему, что происходит вокруг. Волчата налетели на добычу, начали по ней прыгать и топтаться.

Хаза посмотрел на свою ослабшую пару, которая вышла из логова.

–Рейна, тебе лучше?

–Нет, Хаза… А из-за Мгели и Эро мне теперь ещё хуже, – грозно провыла матёрая.

–Что случилось?

–Они посмели обидеть наших щенков!

Гнев кипел в сердце Вожака. Он с ненавистью перевёл глаза на переярков, но те даже ухом не пошевелили под его взором. Хаза понял, что это открытый вызов.

–Не было ни дня, когда вы были к нам справедливы… – низко прорычал Мгели.

Эро поддержал брата, и вскоре их голоса слились в едином протесте. Стая замерла, а Вожак, оскалившись, шагнул вперёд:

–Вы забываетесь, щенки! Ваше место — внизу, и вы будете молчать, пока вам не разрешат говорить!

Но братья не отступили. Они выкрикивали обвинения, напоминая о всех их несправедливости, о том, как их травили лишь за кровь, текущую в их венах. За то, что их отец – Бродяга.

Вскоре в лагерь явились Фаха и Фай. Они молча оглядели всех вокруг.

–Наконец-то! – провыл Хаза. – Займись воспитанием своих щенков, Фай.

–Что случилось? – Фай, хоть и старалась скрывать тревогу, дрожала от беспокойства.

Вожак, не скрывая раздражения, изложил суть конфликта:

–Они бросили вызов порядку. Если не извинятся и не подчинятся, их ждёт изгнание.

Фай опустила глаза. Она понимала: стая не простит дерзости. Но Фаха вздыбил шерсть:

–Они всего лишь отстаивали своё право на уважение! Разве не этого мы ждём от молодых волков?

–Уважение добывается послушанием, — отрезал Вожак. — Либо они подчинятся мне, либо уйдут.

–Это слишком мягко для них, отец! – презрительно прорычал Антей.

Братья стояли перед стаей, окружённые недоброжелательными взглядами. Вожак повторил требование:

–Извинитесь и покажите нам свою верность — или покиньте наши земли.

Мгели посмотрел на Эро, а затем на Фаху, который умоляюще смотрел на него. Но в глазах братьев не было раскаяния.

–Мгели, Эро, подчинитесь, – приказала им мать.

Братья презрительно смотрели на Вожака.

–Мы не станем извиняться за то, что нас всегда ненавидели, — произнёс Мгели твёрдо.

–И не будем подчиняться тем, кто нас презирает, — добавил Эро.

Фаха рванулся вперёд:

–Позвольте им остаться! Они ещё молоды, но в них есть дух!

–Мгели, Эро! – рявкнула на них Фай. – Извинитесь!

–Ни за что, мама, – спокойно ответил Мгели. Его глаза были похожи на две янтарные злобные щёлки, в которых горел злобный огонёк.

Фай с ужасом осознала, что всё это время её родители были правы: Мгели и Эро действительно всё больше походили характером на Савла.

Её голос дрогнул, и она отвернулась, не в силах смотреть на сыновей.

–Они сделали свой выбор, – провыла Рейна.

–Прочь! – рыкнул Хаза. – Я не потерплю такого поведения со стороны состайников, даже если они – мои внуки…

–Позволь я займусь их изгнанием, – предложил Антей.

–Не нужно, – сказал Мгели. – Мы сами уйдём. С вами или без вас, а жизнь всё такая же.

Эро посмотрел на брата с малым сомнением в глазах, затем посмотрел на своих родителей. Ему было тоскливо смотреть на них.

Мгели злобно зарычал, затем развернулся и, махнув хвостом, подзывал Эро за собой. Братьев сопровождало угрожающее рычание сородичей, а маленькие волчата лишь крепче вжались в свою мать. Лишь Фай и Фаха провожали их грустным, страдальческим взглядом.

–Прошу, не изгоняйте их! – взмолился Фаха.

Ему было невыносимо видеть, как его дети одни уходят от него, уходят в опасный и враждебный мир, где без поддержки стаи выжить будет ужасно тяжело.

Всё дальше и дальше уходили переярки. Вдруг они остановились и посмотрели на родителей через плечо.

–Мама… – печально пророкотал Эро, обращая взгляд на свою серебристую волчицу-мать.

Фай лишь виновато отвернулась, не в силах ничего сказать. Она знала, что их изгнание – единственное верное решение.

Фаха начал грустно и тоскливо выть на всю тайгу, чтобы все звери слышали его горе.

***

Мгели и Эро брели по безжизненным пустошам, где ветер носил лишь пыль и обрывки забытых историй. Их бока ввалились от голода, а глаза горели горьким огнём обиды. Изгнание, наложенное родной стаей, превратило их жизнь в бесконечное скитание.

–Они боялись нас, — хрипло произнёс Мгели, останавливаясь у сухого русла ручья. — Боялись, что мы отберём у них власть.

–А теперь мы — никто, — ответил Эро, опускаясь на землю. — Волки без стаи и без семьи.

Они молчали, слушая, как ветер стонет среди камней. Голод терзал их, но ещё сильнее терзала мысль о том, что их судьба — вечно быть изгоями.

На закате, когда тени стали длиннее, а небо окрасилось в багряные тона, из‑за скал вышел крупный бурый волк. Его шерсть отливала медью в последних лучах солнца, а глаза светились спокойствием. Он не рычал, не показывал зубов — просто подошёл и сел неподалёку, наблюдая за братьями.

Мгели вскочил, ощетинившись:

–Кто ты? Что тебе нужно?

Эро прижался к земле, готовый броситься в атаку.

Волк не двинулся. Его голос прозвучал тихо, но твёрдо:

– Я Савл. И я пришёл к вам не как враг.

–Мы не нуждаемся в «друзьях», — огрызнулся Мгели. — Уходи, пока цел.

Савл медленно покачал головой:

–Вы не знаете, кто я. Но я знаю вас. Я наблюдал за вами всю вашу жизнь.

Братья замерли. В его взгляде не было лжи — только глубокая, почти болезненная нежность.

–Ты… следил за нами? — прошептал Эро.

–Да. Потому что я — ваш отец.

Мгели рванулся вперёд, но Савл не отступил.

–Отец? Но наш отец — Фаха! — прорычал Мгели.

–Фаха любил вашу мать и растил вас как своих. Но я — тот, кто дал вам жизнь. Я не мог быть рядом, потому что тогда меня бы изгнали, а вас — убили. Но я видел, как вы росли. Видел вашу силу, вашу гордость. И я знал, что когда-нибудь вы окажетесь здесь.

Эро медленно поднялся, вглядываясь в черты незнакомца. Что‑то в его голосе, в его запахе пробуждало смутные воспоминания — будто эхо из самого детства.

–Почему ты пришёл сейчас? — спросил он тихо.

–Потому что вы больше не можете быть сами по себе. Вы достойны большего, чем скитаться по пустошам. Вы — волки, рождённые для лидерства. Но чтобы доказать это, вам нужна стая. И я предлагаю её создать. Мы можем стать теми, кто изменит правила, — говорил он, глядя на братьев.

Мгели долго молчал, а потом спросил:

–А если мы откажемся?

–Тогда вы останетесь здесь. И рано или поздно погибнете — от голода, от клыков других хищников или от собственной горечи. Но если пойдёте со мной, у вас будет шанс. Шанс доказать, что вы — не изгои. Доказать, что вы способны вселять ужас и трепет в сердца волков!

Эро посмотрел на Мгели. В его глазах больше не было отчаяния — только решимость.

–Мы пойдём с тобой, — сказал он.

Мгели кивнул:

–Больше не покидай нас, пап… От нас отвернулись все… даже мама...

–Не спеши винить её, – буркнул Савл. – Она всегда вас любила.

Мгели печально понурил голову.

–Мы хотим, чтобы наши имена вселяли ужас и уважение в их сердца! – уверенно провыл Эро.

Савл довольно фыркнул, с гордостью смотря на сына.

–Это именно то, чего я ждал от вас. Ваши имена будут вселять ужас и уважение не только в их сердца, но и в сердца всех волков, что живут в тайге!

На рассвете трое волков двинулись на восток, туда, где солнце поднималось над горизонтом, обещая новый день. Их тени сливались в одну длинную линию, словно символ того, что теперь они — единое целое.

Мгели шёл впереди, высоко подняв голову. Эро следовал за ним, чувствуя, как в груди разгорается огонь надежды. А позади, слегка приотстав, шагал Савл, наблюдая за своими сыновьями с гордостью, которую так долго скрывал.

Они не знали, что ждёт их впереди. Но теперь у них был путь. И была их маленькая стая.

ПЕРСОНАЖИ

Джарне (отец Савла) – Вожак стаи. Бурый, старый волк с жёлтыми глазами и с одним отсутствующим ухом.

Саваж (дядя Савла) – Старший воин стаи. Бурый, старый волк со шрамом на морде, с зелёными глазами.

Махтале (старший брат Савла) – Бурый волк с более светлым животом и мордой, с жёлтыми глазами.

Зара (сестра Савла) – Светло-бурая волчица.

Мала (прибылая) – Красивая, серая волчица.

Аргон (брат Савла) – Красно-бурый волк.

Савл – Бурый волк с более тёмной полосой на спине и полосами на щеках, с янтарными глазами.

Быстробуйная (мать Савла) – Светло-рыжая, как степь, волчица, с янтарными глазами.

Хаза (отец Фай) – Вожак стаи. Серый, косматый, седой волк со шрамами на шкуре.

Рейна (мать Фай) – Матёрая волчица. Тёмно-серая волчица.

Антей (брат Фай) – Серый волк с жёлтыми глазами.

Рене (брат Фай) – Буро-серый волк.

Шанта – Тёмно-серая волчица с жёлтыми глазами.

Фаха – Тёмно-серый волк с жёлтыми глазами.

Фай (пара Савла) – Красивая, серебристо-серая волчица с жёлтыми глазами.

Мгели и Эро (волчата Савла и Фай) – Бурые волки с тёмными полосами на щеках.