Волчий путь

Пролог

Страх — вот он какой. Животный страх, проникающий под кожу, липкий, шумный от громко колотившегося сердца. Это не то, уже привычное чувство, когда взгляд мамы леденел и она сдвигала брови, а рукой тянулась к пластиковой выцветшей мухобойке. Даже не то чувство, когда дверь закрывалась, лопатки ощущали холод стены, лишь бы не поворачиваться спиной к матери.

Нет, потому что тогда ее нутро знало, что будет больно, но она выживет. А вот сейчас не уверена. Ее нога запнулась за корягу, и она полетела на землю. Голые колени запылали — ветки и камни содрали кожу. Не было сил даже подняться, она отползла к кусту, подтянула ноги к груди и зажала рот и нос рукой.

Он шел по пятам. Она не слышала его. Чувствовала.

Зверь с нее ростом. Не волк и не медведь. Угольная шерсть, огромная пасть. Его громкое дыхание обдало ее запахом смерти.

Могла ли она подумать, что на пустынной остановке, где она ждала своих кузин, встретит такую опасность. Нет. Пьяные компании молодежи, которые ей уже встречались этим пятничным вечером в городе — да. Возможно, надоедливые проезжающие машины, из которых будут с наглой ухмылкой зазывать довезти до дома. Но только не Зверь, как с экрана фильма ужасов.

Неужели это последний июльский день ее пятнадцатилетней жизни? Не зря кузина Полин называла ее жизнь никчемной.

Мина сжала нательный крестик в кулак и зашептала молитву. Слова путались, и она начинала все сначала. Где-то проскользнула мысль, вот бы мама кричала, если бы услышала, как она запинается. Дополнительные часы на коленях перед крестом над кроватью.

Слишком поздно она заметила, что он нашел ее. Появился совсем не с той стороны, откуда она бежала. Громкое дыхание, приглушенный рык. Темной тенью он вырос напротив, и только глаза светились в темноте.

Он оскалился, и Мина закричала, закрыв лицо руками. Она ждала конца, боли от острых клыков, но ничего не произошло. Звук Зверя был все там же, так и не приблизился, тогда она отважилась приоткрыть глаза и взглянуть меж пальцев рук.

Между ней и Зверем, стояла хрупкая фигурка. Молодой парень или девушка — было не разобрать в темноте. Не выше нее, но стоял стеной, одним лишь своим видом и решимостью удерживая Зверя от нападения на Мину.

— Беги, — услышала она женский голос.

Не парень и не девушка — женщина, хрупкая, с короткой стрижкой, но в голосе ее звучала сталь. Мина лишь мельком успела увидеть профиль, но впитала ее образ на всю жизнь. А затем сумела себя подобрать с земли и побежала. Она не оборачивалась, но ей показалось, что она слышала рычание уже не одного Зверя.

Заплетавшимися ногами дотащилась до остановки, наклонилась, упираясь ладонями в окровавленные коленки, пытаясь отдышаться. В таком виде ее и нашли кузины, которые подъехали на машине своей более старшей подруги. Для дяди и тети, у которых гостила летом Мина по желанию родителей, сестры вместе отправились погулять в город. Но кузины высадили ее на городской площади и сказали ждать их в десять на остановке по пути к ферме, находящейся за городом. Они никогда не брали ее с собой, считая фриком в старомодной одежде, зализанной ржавого цвета косой и крестом на груди. Образ, который неустанно создавала мама Мины. Так должна была выглядеть истинная богобоязненная католичка.

— Ты с горы что ли скатилась? — крикнула ей младшая кузина Мэгги, рассматривая ее из окна в свете фар, бьющих прямо в лицо Мины.

— Зверь! — в ее глазах все еще застыл ужас пережитого, а рот приоткрыт, словно на губах застыл крик. — Нужно вызвать помощь… там женщина!

— Она прикалывается?

Из окна высунулась подруга сестер, смачно жуя жвачку ярко-розовыми губами.

— Она не умеет шутить, — без смеха ответила Полин, старшая из кузин. — Давай садись уже в машину.

Она сама открыла ей нетерпеливо заднюю дверь. Мина приблизилась к машине, но все никак не могла решиться — уйти и оставить ту женщину один на один со Зверем.

— Вы не понимаете, нужно вызвать помощь, — почти захныкала она.

Мэгги втянула ее в салон, больно вцепившись в руку.

— Обязательно быть такой чудилой? — нетерпеливо спросила она и закатила глаза.

Машина с визгом тронулась с места, и Мину откинуло на сиденье. Пустынная остановка осталась позади. Но Мина ни на день не забывала ни Зверя, ни женщину, что спасла ее жизнь. И Зверь ее тоже больше не оставлял.

Глава 1. В ожидании

Мина сбросила вибрирующий будильник, но не поднялась с кровати. Так и продолжила лежать в своей одинокой двуспальной кровати. Не роскошь одинокой девушки, а лишь наследство от предыдущих съемщиков квартиры.

«Не так уже много у меня вещей», — подумала тогда она.

Зачем ей второй шкаф в маленькой однокомнатной квартирке? Сейчас критично оглядывая, как ее платья висят на вешалке у стены, а обувь хранится в коробках под кроватью рядом со старым чемоданом, куда убрана сезонная одежда, она уже не так уверена, что настолько любит спать звездой. Хватило бы и односпальной кровати, но она не пыталась это исправить, да и средств на новую мебель у нее сейчас не было. Зато в крохотной квартирке нашлось место для тумбы под винил и старый проигрыватель. И не говорите с Миной о приоритетах, этот спор вы никогда не выиграете.

Мина досчитала до десяти и открыла глаза поморщившись. Голова болела, а никакой вечеринки накануне не было, отчего ей было вдвойне обидно.

Босой ногой она нащупала тапочки-бабуши на манер обуви арабский султанов с узким загнутым носом, но случайно коснулась холодного пола и одернула ногу. Начало сентября, что ж тут всегда так холодно! Тем не менее вылезти из кровати пришлось. Ни головная боль, ни вечный лютый холод в квартире не могли отменить первую пару в институте. В этом семестре ей в первый раз дали лекционные часы, и подводить профессора Чизла она не посмела бы.

На сорочку она надела длинный халат из бархатистой ткани, а затем и зеленую шаль. Первое дарило этому утру красоту, а второе — тепло. Мина прошла на маленькую кухоньку и достала таблетки от головы. Взгляд ее упал на кухонный стол, где лежала стопка счетов, в том числе и из клиники. Она высыпала на ладонь еще одну таблетку. Счет за уход мамы в клинике позволяла оплачивать вовсе не работа на кафедре Чикагского института искусств. Нет, небольшой, но все-таки дополнительный доход она получала от статей в городском журнале «Изнанка». Но существенные деньги можно было получить только за разворот, а ее статьи в последнее время заслуживали только нижнюю колонку на последних страницах.

У нее были зацепки, но она ждала. Знала, что из этого может получиться что-то намного большее. Ее стажер Дилан Брукс на ее радужные перспективы лишь фыркал, но он ко всему так относился. И все равно двигался, хоть заставить его возиться с грязной работой было, словно вилами переворачивать навозную кучу – утомительно и много вони.

Наспех приняла душ, горячей воды хватило лишь минут на десять, а дальше — бодрящие процедуры. В этом многоквартирном доме было много минусов — от старых труб, которые гремели так, что вздумай ты ночью принять ванну или спустить воду в унитазе, просыпались все соседи; до старой проводки, которая когда-нибудь спалит это место. Но Мина опять-таки не пыталась найти другое жилье. В этот раз не только из-за низкой квартплаты, только которую она и могла себе позволить, а из-за атмосферы дома в старом районе. У Чикаго много лиц, и эта сторона ей нравилась больше всего.

Она надела винтажное коричневое платье и застегнула высокий воротничок. Все ее платья ниже колен были из одного винтажного магазинчика на соседней улице. Там ее знали по имени и даже звонили, когда им поступали платья подходящего размера.

— Надо бы ушить, — неизменно повторяла Дороти, пожилая владелица магазинчика.

Мина была высокой и худой, и чтобы рукава и подол были нужной длины, приходилось брать одежду на размеры больше. Садилась она не так, как было задумано модельером, но она никогда не ушивала. Не любила, когда тело обтягивали вещи. Мысли сразу возвращались к детству и к маме, но она их категорично отметала. Нет, она больше не такая. Откидывала за плечи теперь всегда свободные рыжие волосы, которые казались светлее, когда их не смазывали воском и не затягивали в косу, и упрямо поднимала подбородок.

Кто-то еще цеплялся за лето, но Мина уже достала свое любимое зеленое пальто и обмотала шею желтым шарфом, который закончил ее яркий образ. Она знала, что окружающие считали ее чудачкой. Это уже было привычно. В редакции ее за глаза называли Синий чулок. И она даже знала, что это Дилан придумал прозвище до того, как они стали вместе работать.

Ничего, она на него не обижалась. Ей давали прозвища и похуже, а он, она знала, без этого не мог. Каждому он подбирал эпитет, который само собой подхватывали другие. А все потому, что делал это точно, одним словом четко описывая суть. Она даже с гордостью оценивала эту его черту. Тем более как-то, после корпоративного ужина, он был немного подшофе и назвал ее иначе.

— Почему Мона Лиза? — удивилась тогда она.

А Дилан был в таком состоянии гораздо сговорчивее обычного, поэтому послушно ответил:

— Это все твоя блуждающая улыбка. И взгляд, словно ты знаешь намного больше меня.

— Это так и есть, дурачок, — рассмеялась она и взъерошила идеальную укладку младшего коллеги.

Только Дилан Брукс никогда не признается, что этот разговор когда-то был.

Стоило ей выйти из метро на станции около института, как зазвонил телефон. Мина взглянула на имя Дилана на экране.

— Тут как тут, — улыбнулась и ответила на звонок. — Доброе утро.

— Ты же понимаешь, что это за район? — без приветствия начал он. — Самое дно Чикаго.

Мина сразу поняла, о чем он. О той наводке, которую вчера сбросила ему сообщением. Это действительно был район, который скрывают от взглядов туристов. Заброшенная территория, принадлежащая порту, но она планировала найти там что-то большее, чем лабиринт из старых ржавых контейнеров.

— Да меня там пришьют только ради брендовой обуви, — продолжал бурчать Дилан ей в ухо.

— Так-то я могу и сама проверить это место, — пожала плечами Мина, хоть собеседник ее и не видел. — На мою небрендовую обувь вряд ли кто-то покусится.

Она подкинула ему повод прокомментировать ее стиль, но Дилан не купился и лишь что-то проворчал про то, что они найдут, что с нее взять.

— Буду ждать у редакции в семь, не опаздывай, — буркнул напоследок и сбросил звонок.

— Вот же, никаких манер, — покачала головой Мина, но в душе радовалась. У Дилана была машина, так намного надежней. Особенно, если придется удирать, шепнуло подсознание, но она и от этого отмахнулась.

Хочешь сюжет на разворот — иди на риск. Так она себе всегда говорила, ввязываясь в новую авантюру. И сама себе не верила. Ей двигали совершенно другие мотивы.

В институте она закончила в три и на подъеме после удачно проведенной лекции, посвященной древнеримской выставке в Национальном греческом музеи, пешком дошла до редакции. Редакция «Изнанки» находилась в старом двухэтажном здании, это был тот тип архитектуры, что часто изображали на туристических открытках после озера Мичиган и скульптуры Клауд-гейта, похожую на огромную зеркальную фасолину.

Внутри, конечно, было не так колоритно, да и сотрудников можно скорее назвать офисным планктоном, чем творческими личностями. Но Мину вдохновляло это место. Лепка на стенах, высокие потолки, стрельчатые окна и архив на цокольном этаже. Спускаясь по винтовой лестнице, ты буквально попадал в прошлый век. Восемьдесят процентов материала было давно оцифровано, но она любила спускаться в архив, садиться за пыльный стол посреди стеллажей, включать зеленую мигающую лампу и искать старые новости.

Дилан был уверен, что у редакции есть таинственный меценат. Только так «Изнанка» могла бы позволить себе располагаться в этом районе. Да и в принципе быть еще на плаву в современном Чикаго, учитывая специфическое направление тем.

А рассказывала «Изнанка» о втором дне Чикаго — необъяснимом, загадочном и очень далеком от официальных трактовок. Пожалуй, Мина и сама не могла понять, как газета и портал в интернете еще существует, но в отличие от скептиков, которые находились даже в штате самой редакции, верила в свою работу.

У нее было несколько дел в редакции до встречи с Диланом. Кроме стажера, секретаря главного редактора Натали (словоохотливой тридцатилетней женщины, недавно вернувшейся из затяжного декрета) и интроверта-программиста Сили, у нее здесь не было хороших знакомых. Вежливое приветствие и лишь короткий перерыв на кофе с Натали отвлекали ее от работы.

— Где твой шалопай? — спросила Натали о Дилане.

Его тут тоже не сильно жаловали. Она была его третьим наставником на стажировке. По слухам с переводом отчасти была связана его заносчивость и высокомерность, с которой не каждый мог свыкнуться. Это не удавалось даже Натали, хотя она ко всем относилась без предубеждения и с добротой. К слову, Мину она называла святой в отношении ее подопечного.

— Скоро приедет, у нас вечером полевая работа.

— Улыбает меня этот свободный график, мне бы такую работу, — фыркнула Натали.

— А я думала, ты пять лет мечтала о работе на полную ставку? — рассмеялась Мина, споласкивая кружку на маленьких очаровательных ножках.

Мину никогда не волновал ненормированный график Дилана, потому что, когда было нужно, ровно в положенный час он был на месте. Как и сейчас. Ровно в семь на парковке напротив редакции он сидел в черном Ауди с поднятым верхом и курил электронную сигарету.

Дилан ее заметил, но продолжил рассматривать прохожих прищуренным взглядом сквозь сигаретный дым. Они оба были не совсем в подходящей одежде для полевых работ. Она в платье, ботильонах на каблуках и заметном зеленом пальто. Он, словно еще студент Гарварда, в рубашке с мелким принтом, жилетке и зауженных брюках. На запястье дорогие часы, светлые волосы уложены на бок. Она не сомневалась, поедут они с опущенным верхом.

— Все еще дуешься? — спросила, подсаживаясь к нему. Сумку бросила на заднее сиденье, а камеру аккуратно устроила на коленях.

Дилан поднял верх и громко вздохнул.

— Из-за тебя у нас будут неприятности.

— Из-за меня у нас будет материал.

В городе распространяли новый наркотик, так считали власти. Но слишком необычно было его смертельное действие. Находили лишь случаи передозировки, и у всех были темные, как от ожога током пятна на коже в местах укола. Журналисты часто дежурили в полицейском участке, и быстро распространились слухи, что группа наркодилеров ошивается на территории порта. Мину волновали не столько наркотики, это не совсем ее зона интересов, сколько странное проявление и мутации в организме, найденные у всех погибших.

Дилан спрятал машину в тени двухэтажной стены из контейнеров, и они принялись ждать. Это удача, если сегодня здесь произойдет что-то заслуживающее интереса. Самое главное, это понять: что заслуживает интереса. Время не позднее, здесь еще попадались шумные компании подростков, которые стучали баллончиками с краской, создавая новое граффити, или паркурщики, с грохотом перепрыгивающие с одной крыши на другую.

И это «интересное» нашлось, пусть и в своем отсутствии. Ровно в девять это место вымерло. Словно на входе закрывались ворота, и все шумные обитатели покинули контейнерный терминал. Мине показалось, что они здесь с Диланом остались вдвоем.

— А не кажется ли тебе странным?..

— Что все поспешили отсюда уйти? — закончила за напарника мысль Мина.

— В точку.

— Словно чего-то испугались.

— Или кого-то.

Чего бы или кого бы не испугалась местная шпана, но Мине с Диланом это так и не открылось. Промаявшись в машине еще час, они решили сдаться. Был одиннадцатый час, в животах надоедливо урчало, а тело затекло от сидения в машине.

— Нужно попробовать еще, — сказала Мина на прощание Дилану, когда он ее высадил около круглосуточного магазина недалеко от ее дома.

Мрачное выражение на его лице лучше слов сказало, что он думает об этой идеи. Но других зацепок не было.

С фотокамерой наперевес она уже хотела зайти в магазин, чтобы пополнить опустевший холодильник, но ее остановил звук входящего сообщения.

«Улица Ван Бюрена, 17».

Сообщение пришло от осведомителя, с которым ее свел знакомый офицер, вышедший по состоянию здоровья на пенсию. У офицера Паркера была парализована рука после перестрелки во время ограбления ювелирного магазина, и отчасти Мина считала, что он ей помогает из-за обиды на правительство, которое обошлось с пострадавшим офицером не очень-то справедливо.

Это место было недалеко от ее института, центр города. Что может произойти, если она одна быстренько проверит? Подумала Мина, спустилась со ступенек магазина и вызвала такси.

ஐஐஐ

Шагая по крыше, пока добропорядочные жители Чикаго спали или отдыхали в более безопасных районах города, Род Дормер вспоминал слова Ба Купер:

«Мы прирастаем к родной земле корнями, как вековой дуб. Мы не приживемся, если нас пересадить».

— Чтобы она сказала на это, — хмыкнул он.

Род осмотрелся. Здесь было отличное место. Ближайший фонарь по линии улицы был разбит, не горели подсветкой и магазины внизу, прочно закрытые металлическими рольставнями. Это вам не великолепная миля Мичиган-авеню, где ночью было светло как днем. Здесь ночью было темно и страшно.

Для обычного человека.

Он стянул куртку и футболку, за ними последовали джинсы и ботинки. Всю одежду он затолкал в вещмешок и спрятал под горой хлама, сваленной в углу. Да, это был не лес и даже не коттедж, который он арендовал в пригороде.

Мышцы перекатились на его плечах и руках. Он взглянул на небо. Луна и звезды прятались в больших городах. Но ко всему можно привыкнуть, если есть цель. Это последнее, что промелькнуло у него в голове, прежде чем он обратился.

Как только место человека занял Зверь, мысли его покинули гипотетические рассуждения. Его волновало одно — найти свою цель. И он уже взял след.

Огромный черный Зверь прыгнул с одной крыши на другую. Никто не заметил тень, пролетевшую над переулком. Повезло, что в Чикаго никто не любуется звездами.

Глава 2. Поворот не туда

— Дилан опять скажет, что я во что-то ввязалась, — пробормотала себе под нос Мина.

Она стояла в темном проулке на улице Ван Бюрен, ровно перед задним входом в магазин дома номер семнадцать. Это оказался дом классической постройки старого Чикаго — пятиэтажный из красного кирпича. Первый этаж отводился под магазин, верхние (насколько Мина могла судить по окнам и отсутствию вывесок) — жилые.

То, что это был магазин, было лишь вольным предположением Мины. Он был закрыт и не осталось даже вывески. Но она легко могла представить, что в огромных, заколоченных сейчас, окнах виднелись когда-то витрины и был красиво расставлен товар, подобно универмагу Мэйси. Задний вход выходил на более узкую улицу, темную и недружелюбную. В здании напротив виднелись двери, но ближайший фонарь на перекрестке двух улиц не мог достаточно их осветить, поэтому все здесь выглядело таким же нежилым и заброшенным, как и этот заколоченный магазин.

Мина еще раз проверила адрес в сообщении. И зачем он ее сюда отправил? Не помешало бы добавить пояснений. Но ее осведомитель был не таков — одна загадка на другой. Они сотрудничали уже четыре месяца, а о его личности она не знала ничего, кроме номера и что офицер Паркер готов был за него поручиться. Но за всеми наводками она что-то находила. Правда, их суть иногда понимала только тогда, когда находила. Но иначе он, видимо, не мог. А их тандем был столь шаток, что она лишний раз боялась его спугнуть нотациями о форме деловых переписок.

Она испуганно дернулась и прижалась к двери — мимо пронесся электроскутер, на котором гоготали подростки, вместо шлемов на них были волчьи маски. Мина потянула за желтый шарф в районе горла, глубоко вздохнула, пытаясь выровнять дыхание и успокоить сердцебиение.

— Напугали, — прошептала на выдохе и облизнула губы.

Она отстранилась от заколоченной двери. Дверь, словно повторила ее движение, и тоже «отстранилась» внутрь. Теперь проем закрывали только криво приколоченные, словно наспех, доски. Или оторванные, подумала Мина. Ниже середины досок не было, и теперь там зияла темная дыра прохода.

Что ж, она готова признать, что ее ботильоны на каблуках и зеленое длинное пальто, которое полами подмело пол, когда она пролезала в проем, сейчас и здесь — не к месту.

Возможно, это из-за профессора Хатчинса, у которого она брала короткий курс по журналистике. Основные его постулаты были: проверяй достоверность фактов и везде ищи информационные поводы. Это он повторял неутомимо, порой забывая о других нюансах работы. Но сейчас, спустя полтора года, Мина предполагала, что он был больше теоретиком, не знавшим полевых работ.

— Проверяю факты, ищу инфоповоды. Все как вы учили, профессор Хатчинс, — тихое бормотание в темной тишине успокаивало ее.

Стоило зайти внутрь, как ее словно отрезало от шумной улицы Ван Бюрен. Но она заставляла себя помнить, что люди здесь, совсем недалеко. Телефон с фонариком и камера были наготове, но очень ей мешали, занимая руки. Пол был весь чем-то усыпан, поэтому она быстро споткнулась и больно навалилась плечом на стену рядом.

Строительный мусор и материалы. Не рискуя больше сделать и шага, не осмотревшись, Мина водила рукой с телефоном, освещая стены и пол просторного помещения. Казалось, что строителей внезапно эвакуировали, лет двадцать назад. Или словно ушли все разом на обед, так и оставив работу недоделанной.

Внутри у нее уже возникли сомнения, что же здесь было раньше. Помещение выглядело освежеванным: вся отделка содрана, мебели не осталось, посередине виднелось основание и валялись остатки фальш-стены. И никаких предположений, что она должна была тут искать.

Взломанная дверь и следы на грязном от строительной пыли полу говорили о том, что сюда до Мины захаживали и не раз. Может, это было место сходки? Или тут был тайник?

Ей оставалось только максимально внимательно осмотреть это место в надежде найти то, что за можно зацепиться, чтобы раскрутить наводку осведомителя. Одно беспокоило, что обе догадки, будь они верными, были ли бы для нее проблемой, встреть она здесь кого-нибудь. Но здесь было пусто.

Пустые стены не скрадывали шум внутри, и каждый ее шаг и шорох разносились эхом до потолка. Она выбрала, на ее взгляд, безопасную траекторию до заднего помещения: с потолка ничего не свисало, а по полу не нужно было ничего обходить.

Во втором помещении ее сомнения еще больше подкрепились — слишком много отверстий для вытяжек. Возможно, это была кухня? Но и тут было пусто, если не считать той же горы мусора. Она методично заглянула в проемы без дверей, которые больше всего напоминали служебные помещения. Но только нашла туалет, от которого несло канализацией. Вместо унитазов темнели вонючие дыры.

В темноте она уже начала путаться в лабиринте помещений этого места. Не было ни опознавательных знаков, ни отличий. Она на секунду остановилась и посветила по сторонам, чтобы вспомнить, через какой дверной проем она только что прошла.

Как всегда, за что можно зацепиться, Мина нашла тогда, когда уже отчаялась и готова была признать поездку сюда пустой тратой времени. И тогда ее взгляд упал на узкую дверь, с которой будто содрали маскировку, сливающую ее стеной. Не заметила эту дверь раньше она потому, что все остальные входы и выходы были без дверей как таковых, если не считать ту первую заколоченную.

Новая находка — узкая дверь — находилась в помещении рядом с кухней, как уже про себя обозначала Мина, полностью отказавшись от первоначального предположения. А, значит, соседнее помещение вполне могло быть кладовой, так что же за узкая дверь рядом, которую явно в предыдущий ремонт замуровали белой штукатуркой.

Мина на удачу толкнула дверь, и сама же испуганно дернулась, кода старая дверь со скрипом открылась с одного нажатия. Петли были ослаблены, поэтому дверь еще какое-то время покачалась, прежде чем остановиться.

Если тут было темно, то там, по ту сторону узкой двери, откуда сразу повеяло сыростью, затхлостью и почему-то кислым металлическим запахом, была кромешная тьма.

Нужно было бы испугаться, но внутри Мины что-то зажглось от предвкушения. Вот оно.

Свет от фонарика на телефоне совсем потерялся и рассеялся в непроглядной темноте. Она продвигалась мелкими шажками, как слепая, ощупывая ногами и руками все, что находится вокруг. И больше по запаху поняла, что это подвальное помещение. Небольшая лестница увела ее ниже уровня магазина. Здесь строительные работы не шли, и она все еще могла разглядеть старые ящики, нагроможденные один на другой в углу, пустые мешки, сваленные в кучу. Но самое примечательное — здесь находилась клетка лифта, по размеру подходящая для грузового.

Просто ради любопытства она повернула рычаг, который кроме как кнопка вызова ей больше ничего и не напомнил, и решетчатые двери гармошкой раскрылись. Но кабины не было, она посвятила вниз и чуть ниже в шахте увидела потолок кабины, которая так и осталась стоять неподвижно.

— Где лифт, там и лестница, — прошептала сама себе и начала осматривать стены по бокам лифта в поисках запасной лестницы.

Такая нашлась слева, чтобы на нее попасть, нужно было поднять решетку и спуститься в люк, а дальше начиналась ржавая длинная и очень узкая скрипящая лестница, словно лоза, обвивающая шахту лифта.

— Только не оборвись, — повторяла Мина, пока спускалась по ступенькам.

Лестница издавала такие жалобные звуки, словно это были ее последние минуты, и она вот-вот готова была обрушиться под весом девушки. Но все-таки выдержала, Мина поспешно соскочила с последней ступеньки и с противным чавканьем попала сразу в лужу на полу.

Лужа была не единственной, повсюду была сырость и сквозь бетонные арочные стены пробивалась влага и струйками стекала на пол. Теперь уже Мина больше понимала, куда попала, хоть и не могла поверить, что это было так легко сделать в самом центре Чикаго.

— Невероятно, — на выдохе произнесла Мина. Фотоаппарат не взял бы эту темноту, поэтому она открыла камеру на телефоне, чтобы запечатлеть свою находку.

Заброшенные грузовые туннели Чикаго. Когда-то по ним доставляли уголь, товары и почту до различных предприятий или на общие склады под оживленными улицами города, чтобы хоть немного разгрузить дороги на поверхности. Но с постройкой метро все это кануло в лету. И Мина была убеждена, что все туннели замурованы.

Мина посветила в туннель, откуда к шахте лифта тянулись узкие рельсы без шпал. Туннель был высотой метра в два с половиной и в ширину около двух метров. Достаточно, чтобы проехать небольшим грузовым вагонам и вызвать чувство клаустрофобии.

На Мину накатило понимание, насколько глубоко она находится под землей. Дышать сразу стало тяжело, а горло запершило от спертого воздуха. И тем не менее она шагнула вперед в самую тьму.

***

Ей стоило вернуться еще тогда, когда она увидела, что у туннеля есть разветвления.

«Я всего лишь не буду сворачивать», — сказала она себе тогда и продолжила путь.

Видимость была практически нулевой, только кусочек рельс под ногами. Она пыталась ступать тихо, но звук шагов все равно был громким в этой пронзительной тишине, где слышалось лишь как капает вода и громко колотиться ее сердце.

А потом ей показалось, что звук ее шагов слишком громкий и разносится, словно за стеной. Она замерла и прислушалась. И тогда отчетливо услышала, как кто-то другой продолжает идти. Это был инстинктивное решение — она побежала, не разбирая дороги и вовсе не в ту сторону откуда пришла.

— Дура, — ругала себя Мина.

Теперь она точно заблудилась. Она силилась вспомнить, где именно поворачивала. Шаги стихли, а, может, это было ее болезненное воображение. Тут что угодно могло померещиться.

Шаги стихли. Но она уже не знала, чему верить. А еще — в какую сторону идти. Представила, что бесконечно будет бродить в темноте заброшенного и местами замурованного туннеля.

И тут услышала хрип. Нет, хриплое тяжелое дыхание. Совсем рядом. Это произошло неожиданно. Вот она прислушивалась к шагам совсем в другой стороне — и вот слева, совсем близко, из темноты послышалось это какое-то тяжелое нечеловеческое дыхание. Мина отшатнулась, и рука с телефоном дернулась, освещая маленький пятачок вдоль сырой бетонной стены.

Сначала она подумала, что ему плохо. Темная скрюченная, словно от боли, фигура, опиралась на стену и не поднимала головы. Мужчина, определила по росту и ширине плеч, Мина.

— Мистер… — обратилась к нему и даже протянула свободную руку, испугавшись, что он рухнет прямо сейчас и тогда ей ни за что не поднять такого громилу.

Ее голос запустил в нем механизм действия. Как кукла с плохо смазанными шарнирами, он резко поднял голову и уставился на нее черными ямами глаз. Она не сразу поняла, что в его лице ей показалось не так. Несколько бесследно потраченных секунд пока она, прищурившись, вглядывалась под тусклый свет фонарика в его черты. Искаженное, не лицо, словно грубая маска. Увеличенные скулы, все, что ниже носа — искривленный рот, нет, пасть, с нечеловечески острыми клыками. Но страшнее всего были его глаза: темнота зрачка, словно разрослась и поглотила и радужную оболочку, и глазное яблоко. В них не было ни следа человечности.

Он еще сильнее осклабился, и с зубов по подбородку потекли слюни.

И второй раз в жизни Мина испытала истинный страх, который открывается человеку, когда смерть касается его дыханием.

ஐஐஐ

Крыши, подземные переходы и туннели — чтобы выжить, Роду пришлось вывернуть этот город наизнанку. Только так Зверь мог выжить среди людей. Его путь пролегал через самые темные улицы, неприметные переходы. Эти места окутывал запах страха. Люди избегали даже смотреть в эту сторону. То, что и нужно было, чтобы остаться незаметным Зверю среди бетонного леса и толпы.

На самом деле Род давно понял, что видеть человеку мешало вовсе не зрение.

Зверь спрыгнул с верхнего контейнера на землю. В старом портовом терминале было пусто, на первый взгляд. Но он чувствовал, как при его появлении двое отщепенцев юркнули, словно мыши, в люк.

В любой другой день они бы его не интересовали. Но их запах. Среди запаха пота немытых тел и сырой земли, которым пропитались их тела, он распознал знакомый шлейф. Сегодня он взял след Тени, но в порту тот словно растворился. И теперь они. Тень специально путает его.

Зверь недовольно зарычал и подошел к люку. Он недовольно отбросил бесполезный хлам, сваленный рядом с плотно закрытой крышкой, в сторону.

Через минуту вместо Зверя на этом месте сидел человек. Он неспешно выпрямился и потянулся. Луна осветила его обнаженное тело, но он не прятался. Подошел к ближайшему грузовому контейнеру и вытащил из-под него еще один вещмешок. Припрятанных вещей по городу у Рода было много. Никогда не знаешь, когда вместо лап понадобятся человеческие руки.

Он оделся, сдвинул крышку люка и спрыгнул вниз.

Глава 3. Пути обратно нет

Каблуки в жизни Мины — это не какая-то дань моде. Нет. Еще тогда, когда мать ей покупала только дешевые туфли на квадратном широком каблуке высотой в полтора сантиметра, она с восхищением смотрела на полку, где выставляли блестящие туфли на высоком каблуке. Самых разных расцветок, лакированные, с острыми носами. А самое волшебное, что даже большую ступню, а именно такая у Мины и была, туфли на каблуках превращали в изящную ножку. И чем выше был каблук, тем аккуратней выглядела ножка девушки. Тогда это было, конечно, не для нее.

Для нее был один вариант — массивные с пряжкой черные туфли. В них ее ступня казалась еще громадней, расплющенной, а худые ножки торчали, как спички из этих галош.

Но с тех пор, как она уехала из дома и смогла впервые в магазине выбрать то, что сама хотела — с тех пор она носила только каблуки. В любой сезон, даже когда зимой асфальт покрывался коркой льда, она упрямо балансировала в коротких сапожках на тонком каблучке.

Это была судьбоносная встреча — Мина и каблуки. Ей никогда не были понятны проблемы девушек, которые добегали до работы в кроссовках, а затем перед офисом доставали из шоппера туфли и меняли на ходу. Нет, для нее это была самая наилучшая, наиудачнейшая обувь.

Возможно, эти крепкие отношения помешали ей приблизиться к спорту. Ни спортивная одежда, ни обувь ей не были близки. Хотя в университете из-за ее высокого роста ее подталкивали к волейболу. Любви со спортом так и не получилось.

К красивому, изящному, женственному — к этому ее тянуло. Даже в повседневных мелочах. Это наделяло ее жизнь смыслом.

Пусть сейчас, когда она бежала в полной темноте, почти на ощупь, так как постоянно размахивала рукой, и лучик света от фонарика лишь скакал по сторонам, ее привязанность выглядела немного неуместно. Но именно в такие моменты не стоило изменять себе, была уверена Мина. И в том, что она споткнулась, виноваты были вовсе не каблуки. А неровная земля и темнота. И только Господа оставалось благодарить и тех инженеров, что спроектировали эти узкие рельсы без шпал. Иначе она давно бы их пересчитала своим лицом.

Почти полетев лицом вниз, она удержалась и проскакала вперед. Чтобы не потерять равновесие, схватилась за стену, больно содрав ладонь о выступающий рельеф на стене.

Нужно было спешить, но сквозь завесу волос она увидела его. Зверя из ее кошмаров. Он стоял впереди, ему не мешала ни тьма, ни то, что это был не сон. Он был рядом, неотступно за ней следовал с того дня в лесу. Не давал ей забыть, что она увидела запретное, а потом ускользнула.

— Тебя тут нет, — прошептала Мина, глядя в его дьявольские глаза и побежала дальше.

У нее не было никаких преимуществ — ни в скорости, ни в знании места. И задней мыслью она думала, что ее загоняют в ловушку. Но времени на раздумья не было. Как олень, который бежит перед машиной и не сворачивает с дороги. Только бежать.

Тупик. Мина уперлась в решетку, которая отрезала эту часть туннеля. Она схватилась за прутья и потрясла ее. Безнадежно.

Сзади послышался хриплый смех. Он совсем близко. Теперь ему спешить некуда. Жертва загнана и дрожит от страха.

Он схватил ее за горло и поднял. Мина захрипела и заболтала ногами, пытаясь отбиться. Телефон упал, луч осветил нападавшего лишь наполовину, оставляя напротив лишь темное пятно. Она вцепилась в его руку, пытаясь разжать хватку. Ее ногти оставили раны на его коже, но он даже не дрогнул. Спина больно вжалась в железную решетку.

Мина почувствовала запах гари. В глазах стало темнеть, ноги онемели, а в руках не осталось сил. Позади стоял Зверь на страже. Нисколько не опечален тем, что не он довел дело до конца. Она горько улыбнулась — пусть и спустя столько лет, но ты последнее, что я увидела.

Но Зверь изменился. Его силуэт как дымка развеялся, и она увидела мужчину, который прошел ровно в том месте, где был гость ее кошмаров. Темный силуэт, уверенный шаг.

Толчок. Ее душитель отлетел от одного удара. Он разжал руку, но недостаточно быстро, и Мина полетела вместе с ним и мешком рухнула на бетонный пол около решетки. Руки погрузились в воду, одежда намокла — этот участок туннеля затапливался.

Ее спаситель медленно подошел к ним. Душитель рядом с ней зарычал от ярости и попытался вскочить, чтобы напасть на того, кто ему помешал. Но мужчина легко ему помешал — ударом ноги отшвырнул обратно и заставил лежать на месте.

— Уходи, — произнес незнакомец.

Мина не шевелилась, пытаясь рассмотреть его в темноте.

— Уходи. Прямо и первый поворот направо, — повторил он, решив, что она не двигается, потому что не знает, куда идти.

Мина пришла в себя и отползла прямо по луже от нападавшего, который стал биться, словно в конвульсиях. Он неестественно изгибался и хрипел. Она отползала, боясь повернуться к нему спиной. И только оказавшись за спиной у своего спасителя отважилась подняться.

Он стоял между ней и странным недочеловеком. Луч света осветил его профиль, он ногой подтолкнул в ее сторону выроненный телефон. И краем глаза проследил, что она подняла его и уходит. И в этот момент он ей показался страшно знакомым.

Мина последний раз обернулась и побежала туда, куда он ей указал. Если до этого она плутала тут вечность, то обратно вернулась быстро — и вот уже снова она вышла к грузовому лифту. Она почти уперлась в лестницу, сверху пробивался свет. Она подняла голову, чтобы взглянуть наверх крутой винтовой лестницы. Казалось, смотрела со дна колодца, а наверху свет и свобода.

Когда она выбралась наружу, то увидела старый фонарь, который, как путеводный маяк, указывал путь. Ей бы уйти, побыстрее вызвать такси, игнорируя взгляды водителя на ее плачевный вид и уехать отсюда. Но Мина осталась. Присоединилась к фонарю-маяку в ожидании.

Она не могла знать, вернется ли он той же дорогой, как и то, что он не причинит вред. Но не могла заставить себя уйти — ждала.

Но он вернулся. Лестница совсем не скрипела, и она смогла заметить его только тогда, когда он вырос перед ней из темноты. Легко поднялся, отталкиваясь от хлипких перил, и отряхнул ладони.

Сейчас они разительно отличались — она выкупалась в луже и извалялась в грязи, он же вернулся с прогулки по туннелю, словно со званого вечера. В лучах фонаря блеснули носки его начищенных ботинок, мужчина медленно приблизился к ней. Засунул руки в карманы брюк, откидывая полы длинного пальто. Одно их сближало — оба выбрали неподходящий гардероб для такого вечера.

— Невероятно, — повторил он ее слова, но имел в виду вовсе не потерянный под землей туннель.

Мина не спускала с него взгляд.

— Я тебя знаю?

Она вглядывалась в черты его лица. За тридцать, темные волосы, мужественное лицо, выше ее на голову, хоть она и на каблуках. Но что-то было не так с его глазами. Она сама шагнула навстречу, чтобы разглядеть их цвет. Не смогла. Мужчина приблизился еще на шаг и теперь закрывал свет фонаря.

— В твоих же интересах, чтобы не знала, — его голос вибрацией прошелся по ее коже.

Так близко.

— Ты убьешь меня?

— Проще было бы не спасать, не думаешь?

— Я хочу знать, что это было там.

— Нет, не хочешь. Уходи и забудь, что вообще здесь была.

— Что это за место? — не отступала Мина.

Он наклонился вперед, словно хотел ее обнять, но так и не коснулся.

— Осторожно. Один шаг — и пути обратно не будет. А тебе здесь не понравится, — шепнул ей на ухо.

И исчез. Он так быстро обошел ее и пропал в проеме двери, что только дуновение от его движения убедило — ей не привиделось.

Стоило ей остаться одной, как страх снова напомнил о себе, тенью подполз к ней со стороны лестницы и раскрытой шахты лифта. Ей представилось, как тот странный человек — одержимый наркотиком или чем-то иным — подбирается к лестнице. Мина поежилась и поспешила последовать за своим спасителем.

Но когда она выбралась наружу, в заброшенный «кухню-магазин», там его уже не было. Мина вылезла через дыру на улицу и посмотрела по сторонам в надежде увидеть высокую фигуру в распахнутом пальто. Только пьяные девушки, которые опирались друг на друга и качались из стороны в сторону, они хохотали и от содрогающегося смеха еще хуже держали равновесие. Мина добежала до перекрестка между двумя домами, туда, где был выход из подворотни на оживленную улицу Ван Бюрен.

На несколько секунд она даже встала в ступоре, привыкая к многолюдности и обилию звуков после тишины и темноты туннеля. Невероятно, что он скрывался тут, совсем рядом. Как вход в параллельный мир.

***

В этом плане ее мысли были пророческими. Таксист удивленно посмотрел на свою пассажирку, а еще скривился, глядя как ее мокрое пальто соприкасается с сидением машины. Что только не приходится им вычищать после смены, Мина вспомнила новость, что прочитала недели две назад — девушка родила прямо в такси, так и не доехав до больницы.

— Извините, — она неловко улыбнулась и полезла в сумку за салфетками.

Но и этот жест водителя не смягчил, пока она отчищала руки салфетками, он буркнул, что это нужно было сделать до того, как сесть внутрь. А когда она вышла, тут же тронулся с места, едва она закрыла дверь.

— Ну и вечер, — вздохнула Мина и устало поднялась по ступенькам крыльца дома.

А на самом деле была уже ночь. Весь дом спал за исключением ее соседки Лео, которая провожала у двери своего спутника на вечер. Этот смуглый парень Мине показался знакомым. Их квартиры с Лео находились на одной площадке четвертого этажа и были зеркальным отражением друг друга. Дружелюбие обеих и одинокая жизнь быстро сделали их хорошими подругами. Только с одиночеством они справлялись по-разному, и Мина очень часто наблюдала эти вечерние или ночные проводы абсолютно разных мужчин. За время их знакомства лишь несколько появлялись тут повторно, и сегодняшний парень пополнил их коллекцию. Потом, конечно, Лео скажет, что это ничего серьезного, просто дружеский визит с бонусами.

Ее друг почему-то стыдливо отвел взгляд, поэтому даже не удивился виду незнакомой девушки. А вот Лео пошире открыла входную дверь и прислонилась к косяку, скрестив руки на груди.

— О-о-о, вот это полевые работы! — она медленно оглядела ее с ног до головы. Ее губы, со слегка смазанной красной помадой, вытянулись в аккуратное «о», а одна темная бровь эффектно изогнулась. Она вся была эффектной — он необычной внешности, свойственной мулатам, до образа жизни. — Надеюсь, это заслуживает разворота, ты изрядно покопалась.

— Очень на это надеюсь, — улыбнулась Мина и устало махнула рукой.

— Я жду подробностей и кину под дверь талон в химчистку для твоего бедного пальто.

— Спасибо, Лео!

На следующий день сразу же после часов работы на кафедре, Мина отправилась в библиотеку, где перетащила к себе на стол все материалы, книги и даже одну диссертацию, какую смогла найти по Чикагским грузовым туннелям.

— Да, — раздался на том конце медленный с ленцой голос Дилана.

— Приезжай ко мне в библиотеку, я хочу тебе кое-что показать, — сама Мина едва сидела на месте от предвкушения.

Она чувствовала, что вот оно — она что-то нащупала.

А вечером, когда она вернулась домой, то увидела на ручке своей двери висящий фотоаппарат и записку. Фотоаппарат, который она потеряла где-то там, в недрах туннеля, и пропажу которого спохватилась только дома.

«Лучше бы карта памяти была единственной».

Было написано размашистым подчерком. Мина сняла фотоаппарат и проверила вход — карты памяти не было.

Если бы Лео увидела ее в тот момент, то точно подумала бы, что такая улыбка может быть, если ты получаешь подарки от мужчины. Мина аккуратно сложила записку и забрала фотоаппарат, без карты, но в рабочем состоянии.

Она только что поняла, что незнакомый мужчина следил за ней до самого дома, узнал, где она живет, забрал ее собственность и даже недвусмысленно пригрозил в оставленной записке. Но никогда еще она не чувствовала себя более защищенной.

ஐஐஐ

Отщепенцы были просто уловкой. Он знал это, но все-таки потратил на них время. Род был раздражен. Он отпустил их — они были бесполезны.

В такие моменты к нему подкатывала усталость. Он шел на автомате по подземным путям улиц Чикаго. В такие моменты он чувствовал себя беспомощной крысой, что вынуждена скрываться. Хотелось быстрее выйти на верхнюю улицу и взять такси.

Этот маршрут он знал хорошо. Их называли нижними улицами, а на самом деле заброшенные ветки метро, замурованные когда-то грузовые туннели. Городская стая, отщепенцы, да мало ли кто еще постарались, чтобы из одной точки в Чикаго в другую можно было добраться незаметно. Кротовьи норы. Чикаго был изрыт вдоль и поперек. Если знать, где искать.

Погрузившись в свои невеселые мысли, он не сразу заметил шум. Остановился. Другие его не интересовали, но этот шум. Женский вскрик. Род тихо выругался сам на себя. Включил припрятанный фонарь у входа и спустился обратно.

В такие дни он отчаянно скучал по дому.

Глава 4. Неслучайные случайности

От людей одни проблемы. От женщин это количество можно было умножать на два. Род злился, что не смог пройти мимо. Он как раз здесь застрял, потому что люди стали смотреть в их сторону.

Циник в нем заметил, что было бы очень кстати, если бы случайный свидетель никогда не вышел из этого туннеля.

Но получилось так, как получилось.

Он прислонился к стене в тени и ждал, когда девушка появится на улице. Вот и она. Озирается, словно что-то ищет. Забавная. А эта одежда… Род усмехнулся. Как ее только занесло сюда.

— Алиса, которая провалилась в кроличью нору, — он произнес это едва слышно.

Но девушка посмотрела в его сторону. Как будто могла услышать или почувствовать. Род насторожился и сделал шаг назад. Не заметила. Ускорила шаг и направилась к выходу из переулка.

Род незаметно направился за ней. Если она окажется проблемой, стоит знать, с чем имеешь дело.

Одно такси поехало за другим. И вот он смотрит на старый пятиэтажный дом, куда зашла девушка. Этого ему было достаточно.

Ему отчаянно хотелось развалиться на диване, но теперь нужно было «чистить» туннель. Чикаго выматывал.

ஐஐஐ

Мина резко проснулась, словно ее кто-то разбудил. Сны с того вечера были глубокими и тревожными, она выныривала из них, как из воды на поверхность с желанием глотнуть воздуха.

Она села на кровати, откинула волосы с лица и поправила соскользнувшую лямку сорочки. Она заставила себя сфокусироваться и поймать за хвост ускользающие образы сна. Теперь каждое утро она их бережно складывала на полку своей памяти, а не в ужасе запивала горьким кофе в надежде поскорее забыть.

С того вечера из ее снов исчез Зверь. Его прогнал мужчина, спаситель, появившийся на ее пути в туннеле. Она ловила во сне его образ, темную фигуру. И даже там никак не могла рассмотреть его черты. Каждый раз, когда подходила ближе, он ускользал, как и сон.

Он прогнал не только Зверя. Он не давал подкрасться к ней и лапе страха, тянущейся из туннеля. Все, что было там, стало казаться ей такими нереальным. Как иногда и сам спаситель. То ли был, то ли ей пригрезился. И только записка с размашистым почерком доказывала его существование.

И он никак не хотел покидать ее мысли. Ни дома, ни на работе.

— Мина, зайди к Айрис, — из-за своего расположения Натали лично подошла к ее столу в редакции, чтобы вызвать к главному редактору.

— Какое из трех? — Мина со вздохом оторвалась от компьютера, за которым работала за материалом, так еще и не получившим разворот.

— Первое, — улыбнулась Натали.

Айрис была неплохим редактором, она хорошо работала с текстом. Ей иногда взгляда хватало, чтобы выловить все неточности и шероховатости. Но она чуть хуже разбиралась в людях и бывало ошибочно ставила на не ту новость. Но для Мины самое сложное в работе с ней было ее переменчивость в настроении, а в следствие и с этим – во взглядах. Сегодня в одном настроении на одно событие реагировала так, а завтра похожий случай вызовет у нее совершенно другую реакцию. Такое не следование внутренним принципам утомляло Мину, и она каждый раз в замешательстве не знала, как вести себя с Айрис и что от нее ждать.

В шутку вместе с Натали они выделили три модели поведения с ней. Первое – кивай и поддакивай. Значит, Айрис в рабочем и деловом режиме. Второе — подсласти. Айрис была моральным диабетиком. Взрыв ее настроения можно было предотвратить дозой глюкозы, поэтому у Мины в ящике стола всегда была припасена коробочка макарон. Ну, а третье состояние — самое худшее — охота на ведьм. Тут нельзя было заранее знать, как все пойдет, но точно нужно было готовиться к покаянию, даже если ты не был ни в чем виноват.

— Айрис, звала? — Мина с улыбкой заглянула в кабинет начальницы.

Айрис Галэки, главный редактор журнала «Изнанка», восседала за своим огромным по сравнению с фигурой женщины столом. Айрис было пятьдесят семь, она была не замужем, но с гордостью рассказывала, что у нее есть дети — два огромных добермана, которым она и уделяла все свободное время. В ее кабинете было стерильно пусто, только на столе водружены стопки статей и выпуски журнала. А по бокам комнаты работали два больших напольных освежителя воздуха, из-за чего в комнате стоял пар.

Мина отметила про себя, что сквозь этот туман светлые подстриженные под ежика волосы женщины выглядят почти седыми. Настоящие тропики, Мина почти ощущала, как ее выпрямленные сегодня волосы, снова возвращаются к волнообразному состоянию. Пожалуй, Айрис Галэки была единственным редактором, в кабинете которого не найти ни одной полки с книгами. Слава богу, помешанная на чистоте воздуха женщина понимала, что книги не любят повышенную влажность.

Хоть она сама ее позвала, но женщина продолжала внимательно что-то читать на мониторе. Когда она пребывала в таком сосредоточенном состоянии, то всегда морщила губы и двигала ими из стороны в сторону, словно у нее чешется нос. Мина не стала ее отвлекать, просто смиренно встала у стола и спокойно ждала, пока та обратит на нее свое внимание.

— Получила твою подборку, очень хорошо. Переслала ее Миранде, думаю, она сможет ее использовать для своей пустой статьи.

— Да, — кивнула Мина.

— Хотя это мракобесие сложно спасти.

Мина уже хотела снова поддакнуть, но оставила себя и прочистила горло.

— Что там с твоим материалом? Еще сырой? — Айрис подняла на нее взгляд и открыто прошлась по ее фигуре. Сегодня они еще не пересекались, и женщина не отказала себе в удовольствии оценить ее внешний вид на грани вежливости.

— Нужно еще поработать.

— Не покажешь?

— Пока не хотелось бы.

Айрис задумалась, не сводя с нее взгляда.

— Ну ладно, — она щелкнула пальцами. — Работай, но я больше не могу выделить на это рабочие часы. Забирай на фриланс, а сейчас мне нужны руки и мозги в разделе Эндрюса. Ипохондричка-Зара снова заболела, черт с ней. Переходи к нему. А в свободное время суши свой материал, сколько угодно, — она улыбнулась, будто сделала щедрое предложение.

— Да, — в этот раз Мина вяло улыбнулась.

Эндрюс курировал рубрики, посвященные эзотерике. Большая часть из них была проплачена магазинами, продающие карты таро и благовониями. Скучно.

— И красавчика твоего заберу. Сэму нужен переводчик, — сказала Айрис, когда Мина уже разворачивалась уйти. — Пусть приложит там свои гарвардские извилины.

Мину неприятно резанула, как Айрис отозвалась о Дилане. Ее единственного стажера, а для нее скорее напарника снова забирали. Ей стало немного страшно, что рутина перевода выгонит Дилана из редакции. А он может намного больше. Она всегда считала, что он намного больше, чем лощеная внешность и образование Гарварда.

Но она не могла его удержать. Айрис она сказала, что над материалом нужно поработать, но правде сказать, расследование зашло в тупик.

Да, еще недавно она была взбудоражена, что ухватила конец ниточки, и она сможет раскрутить эту историю. После того как она рассказала Дилану о своей находке, он показал ей максимум скепсиса. Но она все-таки смогла убедить его, показав, что на старых картах города рядом с портом тоже была отмечена одна ветка грузового туннеля.

Но они так и не смогли найти вход. А вскоре Мина и совсем приуныла, когда, вернувшись на улицу Ван Бюрена, увидела, что на первом этаже дома номер семнадцать возобновили ремонт. Дверь с дырой заменили, а до самой темноты там сновали разнорабочие.

Что ж, и тут Дилан не удержался от громкого вздоха и закатывании глаз. Но она знала, что видела. Этот одержимый был, а ее пальто две недели держали в химчистке после встречи в туннеле, ей пришлось заменить карту памяти, а во сне ее преследовал образ незнакомца. Все это было.

Она вспоминала страшное искореженное лицо мужчины, его судороги и еще больше уверилась, что он был под каким-то веществом. В памяти сразу возникали картины черных пятен на теле погибших от передозировки этим странным наркотиком.

Она добавила новые пункты к списку с тем, что она знала о его действии:

Агрессия.

Возрастающая сила.

Темные язвы и следы на теле на месте укола.

Скорая смерть.

Обострение чувств.

Изменение внешности.

Потеря человечности.

Все это было. Но ей все сложнее становилось быть в этом уверенной, когда она раз за разом возвращалась к тому месту и наблюдала такую будничную суету строителей. Глазами она продолжала искать знакомую фигуру в длинном пальто. Ей казалось, что стоит ей пересечь черту, то он тут же явится как страж. Но он не приходил.

К зиме на месте магазина или ресторана новое ничего не открыли. Не было даже вывески. Окна закрыли щитами, а дверь неизменно запирали. Не сказать, что работы продвигались удачно. Какое-то несчастливое место, которое не могли довести до ума.

Поиски владельца помещения привели ее к маленькой типографии во Флориде. Очень странно. Но больше разузнать ничего не удалось и пришлось признать, что у владельцев, которые, возможно, даже не видели свою новую собственность, просто закончились деньги и проект заморожен.

И в такие дни, когда воспоминания особенно подвергались сомнениям, она открывала фотографии на телефоне. Ей доставляло особенное удовольствие знание, что тот незнакомец остался с пустыми руками. Все доказательства, что она была в том туннеле, были не на камере, она снимала на телефон.

Мина уже тысячу раз прокручивала ленту с темными плохого качества кадрами. Но все же здесь отчетливо были видны и лестница, и шахта лифта, и рельсы. Жаль, что ни незнакомца, ни одержимого на них не было.

А были ли?

***

Даже спустя год у нее не появилось точных ответов. Но как это часто бывает, в случаи веры — доказательства не нужны. Ты просто веришь. И на этом держишься.

И снова осень. Сентябрь в этом году был солнечный, но переменчивый. Прямо, как Айрис, вдруг подумала Мина. Вспоминая свою начальницу, из-за которой и блуждала по улочкам Чикаго в свой выходной день. Не по прямому указанию, конечно. Но именно ее слова — «Новость, хочу свежего мяса», заставили пуститься Мину на поиски.

Иногда так и происходило. Информативные поводы поджидали тебя прямо за углом, стоило только посмотреть глубже. Поисковые прогулки, как называла их сама Мина, были облегченной формой. Для тяжелых случаев у нее была запасена иная артиллерия. Но суббота выдалась солнечной, и Мина на распашку одела свое любимое зеленое пальто, полусапожки на толстом каблуке и высокой подошве для бездорожья, небрежно обмотала вокруг шеи кремовый платок и прыснула все еще летним ароматом. Нужно не забыть заказать себе осенний аромат. Четыре сезона, четыре аромата — если вы не знали, что это важно, то Мина пустится с вами в долгий спор. А еще подскажет, что пробниками пользоваться намного выгоднее.

Камера болталась на плече на манер сумочки, а маленький клатч был перекинут через плечо. Если бы не камера, то по ее яркому внешнему виду нельзя было бы сказать, что это журналистка на охоте, скорее девушка, идущая на свидание.

Этот район она знала не так хорошо. Поэтому она его и выбрала — взгляд не был замылен. Она цепко подмечала новые детали, заглядывала за окна незнакомых магазинов, но очень часто заходила в тупики. В желании оградить частную собственность люди делали улицы негостеприимными.

Она только вырулила из одного такого тупикового ответвления переулка, как небо потемнело. Мина беспомощно развела руки — вот зонтик она с собой на охоту не взяла. Дождь хлынул нежданно и сильно. Нечаянно задев рукав пальто ладонью, а увидала как ворс жалко прилизался.

— Аа, что за невезение!

Мина, не читая вывеску, забежала в первую попавшуюся дверь магазинчика, чтобы спрятаться от дождя. Со звоном переливчатого колокольчика дверь за ней закрылась. Мина оценила разыгравшуюся непогоду за стеклянной дверью и только потом обернулась, чтобы рассмотреть, куда она попала.

При более подробном рассмотрении ее глаза расширились от удивления. Это был небольшой этно-магазинчик. В центре маленький свободный пятачок для покупателей, а остальное пространство заставлено витринами и стеллажами с товарами индейской тематики. А над стойкой продавца висел традиционный головной убор с перьями, он был таким ярким, что она не сразу обратила внимание, что под ним на стене вырезана фреска скалящегося волка. И казалось, что шаманский венец из перьев воцарился именно на голове волка.

Что-то коснулось ее щеки, и она увидела рядом с собой висящий ловец снов.

Глава 5. Новое дело

За стойкой сидел молодой парень индеец. Ничего необычного, он был в привычной для Чикаго одежде — футболка и джинсы, а на голове бордовая шапочка бини. Но распущенные волосы ниже плеч, разлет густых бровей, высокие скулы и смуглая кожа в любом случае выделяли бы его среди прохожих.

При появлении Мины он отложил книгу, на обложке которой она успела разглядеть Витрувианского человека Леонардо да Винчи, и убрал ноги в массивных ботинках песочного цвета с прилавка. Он поднялся с места, и Мина поспешила сказать:

— Я просто переждать дождь.

Она зачем-то указала себе за спину, словно он мог не заметить ливня за окном. Парень не обратил внимания на ее слова, не опустился с раздражением на стул, нет. Он спокойно прошел к столику в углу комнаты, на котором стояла чаша для пунша, взял кружку, тут же стоящую перевернутой, и ковшом налил горячий напиток. Затем также размеренно подошел к ней, убрал в сторону от нее ловец снов, и она более явственно почувствовала запах сладкого табака. На прилавке стоял кальян — вот что это за запах, который ее сразу встретил на входе.

— Думай, как тебе удобно, — голос его был очень низким. А слова, хоть тон был уверенным, звучали неровно, как будто он их редко использует.

Он вложил в ее руки кружку с горячим напитком – не чай и не кофе, от красного цвета напитка поднимался пар с ароматом ореха и корицы.

Мина попала под гипнотическое влияние еще до того, как глотнула. В тот момент, как встретилась с его темно-карими глазами. Он был молод, не больше двадцати пяти на вид, но в голове предупреждающе щелкало, словно подсказывая — где-то в его внешности закралась ошибка.

Она сделала глоток одновременно с его словами:

— Это сидр.

Так наивно, доверчиво и глупо. Было сладко и согревающе.

— Спасибо. Правда, не стоило.

Парень пожал плечами и вернулся за свое место. Курить кальян и закидывать ноги на стол при ней он не стал, но также увлеченно вернулся к чтению.

Она расслабилась и с кружкой в руках стала бродить по магазинчику. Точнее передвигаться от стеллажа к стеллажу, для полноценной прогулки места тут не было. А для продавца это выглядело как бессмысленное кружение. Что ж, стоило признать — место было занятным. Так и просилось в рубрику к Эндрюсу, Мина даже пыталась припомнить, не попадался ли ей обзор на страницах журнала. Но вряд ли, она бы запомнила этот ассортимент.

Стеллажи не усматривали какой-то тематической разбивки. Рядом с трубкой были выставлены деревянные бусы и антара. А на соседней полке стояли книги, а рядом ножны из кожи. Минут пять она простояла у стеллажа с травами и мазями, надписи на незнакомом языке не давали ей подсказок, какое назначение у них. Бады? Или косметика по уходу?

Мина не планировала ничего покупать, не здесь, не в принципе сегодня, у нее были совершенно другие цели. Но уже в третий раз она возвращалась к полке, где на костяной фигурке раскидистого голого от листвы дерева висел серебристый овальный медальон. Рядом были и другие украшения из дерева и металла. Но взгляд приковывал лишь он. На нем был выгравирован силуэт волка, а сверху вставлен маленький лунный камень, к которому с тоской закидывал голову волк.

Она не заметила, как подошел продавец. Он совершенно неожиданно вырос по ту сторону стеллажа и сквозь пустоты полок изучал ее проницательным взглядом.

— Берете?

— Я не планировала ничего покупать. Это серебро?

— Альпака, — сказал он, и в дальних углах ее памяти возникло смутное воспоминание о более дешевом сплаве, схожем с серебром. — Но не отпускает. Иногда вещи сами нас выбирают.

Он снял медальон и протянул ей в руки. Она приняла и кончиком пальца осторожно обрисовала силуэт волка.

Из магазинчика на промокшую улицу она вышла с маленьким бумажным пакетиком в руках, где лежал кулон. Сидр был просто сидром. Или все же нет? Может, он усыпил ее бдительность, и продавец смог всучить ей вещь, которую она совершенно не собиралась покупать. Она оглянулась, чтобы запомнить название. На раскачивающейся, как флюгере, деревянной вывеске было вырезано название – «Белое Облако».

***

— Ммм, чувствуется, будут проблемы, если тебя еще хоть на час оставить за этим столом.

Мина облокотилась о перегородку около стола, где сидел Дилан. Его внешний вид потерял привычную безупречность. Прическа свидетельствовала, что он частенько запускал в нее руку, ворот рубашки расстегнут, жилет небрежно висел на подлокотнике кресла. Парень устало листал документы в стопке, на лице застыла маска безнадежности.

— Уйди, если у тебя нет хороших новостей, — Дилан даже не поднял на нее взгляд.

Мина жалостливо улыбнулась, ее маленькому стажеру изрядно досталось. Но он продержался намного лучше, чем она думала.

— А если есть? — она подперла подбородок кулачком и наклонила голову в сторону. — Даже лицом посерел, — она покачала головой и вздохнула преувеличено горько.

— Серьезно?!

Дилан резко выпрямился, его вечно прищуренные глаза распахнулись. Мина удовлетворенно улыбнулась, когда дождалась ожидаемый эффект на свои слова.

— Серьезно, стажер. Собирайся, беру тебя в поле, — она постучала по пластиковой перегородке и пошла к выходу, не дожидаясь парня.

Когда Дилан догнал ее у выхода, предварительно, разумеется, приведя себя в порядок, Мина вручила ему баночку с холодным кофе, который успела купить в автомате.

— Ты же мне благодарен?

Но стажер уже пришел в себя, запрятал эмоции, вернув на лицо рабочее устало-раздраженное выражение.

— Почему так долго? Не могла найти ни одного толкового проекта?

Парень выскочил из редакции быстрее нее, но манеры все-таки заставили придержать дверь.

— Может, без тебя прекрасно справлялась?

Вместо ответа он наградил ее многозначительным взглядом, и Мина прикусила губу. Кого она обманывает. Ни одну ее, все редакцию поглотила трясина — одна статья надуманней другой и скучнее не придумаешь.

Ей и сейчас не то, чтобы повезло. Новость нашла их сама, но была такой незаурядной, что Айрис решила раскопать поглубже и развернуть на статью. А копать доверили Мине, потому что дело принадлежало участку, в котором у Мины были некоторые связи. Момент, когда на планерки на это указала Айрис, вызывал на лице Мины горделивую улыбку. У нее не так много опыта, не такое образцовое образование, но и у нее есть наработанные связи.

— И куда мы теперь? — Дилан завел машину, вверх был уже поднят, на улице было пасмурно.

— Ты читал новость о пропаже трупов из морга?

— Кажется, что-то слышал в новостях утром. Это который при университете? И что?

— Айрис хочет статью о зомби или как минимум о некромантах.

От удивления Дилан не сразу тронулся с места, когда загорелся зеленый свет, и машина сзади раздраженно просигналила.

— Даже не думай поворачивать, — угадала мысли друга Мина.

— Пожалуйста, можно я не буду участвовать в статье про зомби. Лучше вернусь к переводам, — тем не менее Дилан послушно вел машину вперед.

— У меня предчувствие, что за этим стоит что-то действительно интересное. И без зомби, — Мина довольно потерла ладонями колени и расправила плиссированную коричневую юбку.

— Да… предчувствие, — вздохнул парень.

Дилан больше ничего не добавил, но ему и не нужно было. Улыбка с лица Мины сползла, и девушка задумчиво отвернулась к окну и проносящимся за ним улицам Чикаго. Она часто ставила на свое предчувствие, но в последнее время стала ощущать, что таким упрямством подводит кого-то еще. Они так и не обсудили открыто с Диланом, что будет с их проектом. Мина продолжила работать над ним одна, не имея возможности подключить Дилана. И в глазах стажера иногда проскальзывало что-то… разочарование. Она его подвела. Столько усилий, и никакого результата. Тогда она тоже говорила о предчувствии. Вот бы заранее знать, когда стоит отступить, а когда продолжать верить, что ответ найдется, только чуть позже.

Тем не менее она наслаждалась лицом Дилана, когда он понял, что она вместо навигатора привела их к полицейскому участку. Точнее не лицом, а минутным выражением изумления, которое все же успела поймать, прежде чем стажер его мастерски заменил привычным скучающим видом.

— Нам сюда?

— Да. Не забудь карамельный макиато.

Дилан вернулся к машине и достал картонную подставку со стаканчиками кофе, за которым они заехали по дороге.

— Добрый день, к офицеру Шиэн. Нас ждут, — Мина с солнечной улыбкой остановилась на посту.

Пожилой одутловатый офицер за стеклом, кивнул и поднял телефонную трубку. Мина с Диланом прошли к скамье в зоне ожидания. Здесь было людно и шумно, место нашлось только для Мины, а Дилан остался стоять рядом и подпирать стену. Несколько соседей по скамье Мине показались знакомыми, всего скорей тоже журналисты в ожидании слухов и новостей.

Холл, где они ожидали, разделял два крыла участка. Вскоре из правого крыла показались трое — женщина и мужчина полицейские, сопровождающие заключенного в наручниках, с виду он был похож на бездомного. Пахло от него также.

Увидев их, Мина радостно помахала рукой. Дилан в удивлении на нее покосился.

— Пять минут, — женщина полицейская показала Мине ладонь и на секунду растянула губы в улыбке.

— Это твой контакт? — Дилан нагнулся к Мине и тихо спросил.

Но недостаточно, сидевший рядом мужчина что-то строчивший на ноутбуке притих, а его пальцы замерли над клавиатурой.

— Не совсем.

Основным контактом у Мины был офицер Паркер, который и на пенсии имел хорошие связи во всех участках города. В благодарность Мина помогала ему по дому, убиралась, покупала продукты, забирала почту. После жалкого пособия, с которым его отправили в отставку, социальным службам он тоже не доверял. Порой он подсказывал сам, иногда находил осведомителя с улицы, а иногда направлял к какому-нибудь своему бывшему коллеге. Кто был терпим по отношению к журналистам, особенно из такого сомнительного издательства.

Одной из них была Джин Шиэн. Ей было около сорока, когда-то офицер Паркер был ее наставником. Сложно было сказать, насколько всерьез она воспринимала Мину, но из уважения к старшему коллеге, соглашалась на редкие встречи. Пропажу трупов как раз вел ее участок.

Прошло, действительно, не больше пяти минут, как вернулась офицер Шиэн. Она была невысокого роста, широкоплечая, со слишком большим подбородком для ее маленького лица. В каждом шаге, который она чеканила по начищенной плитке, чувствовалась уверенность. На ходу крепила обратно к поясу наручники.

Она подошла к Мине и вместо приветствия безошибочно вынула из подставки стаканчик с карамельным макиато. Затем также молча поманила за собой на улицу.

— Это что взятка? — шепнул Мине на ухо Дилан, пока они спешили за невысокой женщиной, которая тем не менее шагала намного быстрее их.

— Это вежливость, Дилан Брукс, вежливость.

Они остановились около скамейки возле парковки, садится никто не стал. На улице было холодно, а скамейка до сих пор не просохла после ночного дождя. Солнечный сентябрь сменился на хмурый октябрь.

— Это не зомби, — сказала офицер Шиэн, сделав глоток из стаканчика.

Причину своего визита Мина обозначила еще по телефону.

— Я знаю, — улыбнулась Мина. Все-таки женщина-офицер ее всерьез не воспринимала. — До нас уже расспрашивали?

— Кого здесь только не было, и все с одними и те ми же дурацкими вопросами. Чувствую, все ближайшие статьи на оригами можно будет пустить. Да и тела уже нашлись.

— Вернулись к утру? — с абсолютно серьезным лицом спросил Дилан. — Это входит в привычки зомби.

— Ха-ха. Не к утру, через две ночи подкинули на территорию городского морга. Их сначала приняли за свежие трупы, и только потом поняли, что к чему. Ох, попались бы мне первой эти мелкие засранцы.

— Пока никаких зацепок?

— Да шутники-студенты всего скорее, непонимающие под какую статью их шутки подходят.

— Это были девушки, верно? Все тела.

— Да. Единственные из всего университетского морга не «Джейн Доу». Обычно, туда распределяют именно таких. Но эти совсем другое дело.

— Вы можете назвать их имена?

Офицер Шиэн поворочала челюстью и сделала три последних глотка, смяла стаканчик и бросила в урну.

— Не то, чтобы эту информацию нельзя было получить в университете, — она сунула Мине в руку сложенный лист в клетку.

— Офицер Шиэн, можно еще один вопрос, — остановила Мина женщину, которая уже собиралась уходить. — Правда, что это не первый случай? Дело о Треворе Нильсе.

— Паркер, старый черт, — покачала головой женщина. — Но вряд ли эти дела связаны. Тревор Нильс был мужчиной, его тело так и не нашли. И пропал он уже из хорошо защищенного морга, это вам не студенческие шутки. Его тело пропало накануне вскрытия, всего скорее хотели замести следы причины смерти. А вообще мутная история.

Напоследок офицер махнула рукой и вернулась в участок. Дилан вынул листок, зажатый между пальцев Мины.

— Молоденькие, обеим не было и двадцати пяти. Не могу представить, кто может согласиться отдать тело своего ребенка на опыты.

— Те, кому нужны деньги, — вздохнула Мина.

Она не успела просмотреть их данные, ее взгляд поймал фигуру, выходящую из полицейского участка. Он шел широко шагая, полы черного расстегнутого пальто, подхватил ветер. Перескакивая ступеньки, спустился с крыльца и подошел к черной Мазде, крутя на пальце ключи.

— Не может быть, — выдохнула Мина.

Не отводя взгляда, боясь потерять из вида, она нащупала руку Дилана.

— Нам кое-куда еще нужно.

— Куда?

— За этой машиной. Сейчас. Быстро.

Она указала на отъезжающую Мазду, за рулем которой был ее исчезнувший незнакомец.

ஐஐஐ

Род был и рад передышке, оказавшись вдали от Чикаго. Но все-таки и горечь внутри не давала ему долго находиться в родных краях. Новое дело заставило помотаться по стране, звонок от матери застал его недалеко от Вайоминга. Неделя — давно он так долго не гостил дома, и каждый час не находил себе места.

Забыться он мог в движении или, как ни странно, в Чикаго. Он отправил отчет клиенту, что заказ выполнен. Уведомление от Кая, что деньги на счет перевели, застало его в баре «Филин».

В просторном полуподвальном помещении сегодня было многолюдно. Грохотала музыка, бильярдные шары летали по столу, в центре весело шумела компания. Это место принадлежало городской стае. Обычных людей здесь было не встретить. Запрета не было, но нехорошие слухи и тревожное чувство, которое вызывали оборотни у людей, отпугивало желающих. Даже самых отчаянных, что жили в этом неблагополучном районе.

Но сюда заходили такие, как Род. Одиночки, полукровки и люди причастные к миру оборотней. Городская стая в этом плане была лояльна, ее сети распространялись на весь округ Кук, и в новых знакомствах они видели выгоду для себя. Но только если ты жил по их правилам. У Рода с этим иногда возникали сложности.

— Привет, бродяга, давно тебя не было видно.

Рядом с Родом отодвинулся барный стул и на него скользнула темноволосая смуглая девушка. Она была одета в обтягивающее короткое серое платье с глубоким вырезом, к которому так и притягивался взгляд. Она подала знак бармену, и он проворно открыл бутылку пива и для нее. Род задержался взглядом на ее алых губах, когда они прижались к горлышку бутылки.

Она искушала, и соблазн велик. И, видят духи, ему бы очень хотелось забыться и почувствовать тепло другого человека рядом. Но он напомнил себе, что это Аврора. Альфа и вожак городской стаи. Не лучший вариант для случайных связей.

— Были дела. Как у вас? Есть новости?

— Мы ищем, но Тень притихла. Давно его отщепенцы не вылазили.

Род отпил из бутылки. Пиво горчило. Ему хотелось сказать, что у городской стаи очень удобная, но недальновидная позиция, но телефонный звонок его отвлек.

Звонил детектив Ротман. Род жестом показал Авроре, что нужно ответить на звонок и поднялся с места. Разговаривать здесь по телефону, все равно, что по громкой связи. Ему пришлось выйти и перейти дорогу.

— Слушаю.

— Есть дело. Приезжай в участок, как сможешь.

— Новые жертвы?

— Думаю, да. Очень подходят под твою юрисдикцию.

— Понял. Завтра буду.

Род отключил звонок, и посмотрел на небо, которое закрывал свет фонарей.

— А вечер обещал быть томным, — вздохнул Род и недовольно посмотрел на вывеску с филином. — Притих, говоришь.

Глава 6. Новое приключение

— Серьезно? — спросил Дилан

Мина притащила его к машине, а теперь почти заталкивала внутрь.

— Пожалуйста, поторопись. Как быстро ты умеешь водить?

— Так быстро, насколько позволяют правила дорожного движения и пробки в час-пик, — пробухтел Дилан, но машину завел. — Может, объяснишь?

Мина едва могла усидеть на месте, один ее сапожок упирался в пол, будто она жала на газ.

— Потом, — она не сводила глаз с черной машины, боясь упустить из вида, хотя на оживленной дороге ей было сложно вырваться далеко вперед.

— Не могу поверить… — вздохнул Дилан, глядя на подругу как на помешенную.

Такой она и выглядела, щеки порозовели, в глазах нездоровый блеск, а руки так сильно сжимали ремень безопасности, что побелели.

Может, такой она и была, ведь перед глазами была только черная машина и красные огоньки стоп фар, а память запоминала мельчайшие детали его образа. Она смогла увидеть его, хоть и издалека, но при свете дня. Она увидела намного больше, чем в их первую встречу. То была лишь вспышка, темная тень, контуры профиля и энергия, которая касалась ее даже под кожей. Сейчас она увидела черные, как его машина и пальто, волосы. Она задумалась, а не подстригся ли он чуть короче? Решительный профиль лица, нахмуренные темные брови, забавную манеру вертеть брелок. Он был больше, чем тень из ее воспоминаний. Он обрел реальные черты.

Она прикусила нижнюю губу от желания увидеть его чуть ближе, чуть дольше.

«Мина, это просто наваждение, что это с тобой?»

Это правда, что незнакомец занимал ее мысли последний год, но почему ее так тянет… Она не стала заканчивать мысль, которая ее саму же и пугала.

Дилан отлично справился с ролью преследователя. Он проследил за машиной до самой парковки у старого двухэтажного дома из красного кирпича. Три подъезда, в каждом квартиры по четыре, по торцам вниз вели арки к цокольному этажу. Может, когда-то это и был жилой дом, но сейчас вывески и рекламные щиты уведомляли, что все квартиры выкупили под офисы.

Черная Ауди Дилана, как тень, остановилась через две машины от Мазды. Ее владелец, все также крутя брелок на пальце, быстрым шагом скрылся в первом подъезде.

— Он открыл ключом, значит, не посетитель, — пробормотала Мина.

— Да кто это? — так долго державшийся Дилан все-таки не вытерпел.

— Тшш, — она остановила его, выставив указательный палец перед его лицом. — Первый, второй. Есть!

Мина проследила, как датчик света сработал сначала на первом этаже, а затем на втором. После этого она вышла из машины, подбежала к подъездной двери и остановилась у домофона. Рядом с каждой из четырех кнопок была вставлена полоска бумаги, подсказывающая, где какой офис.

Дилан не спеша присоединился к ней и теперь наблюдал, как палец Мины нерешительно переводил от коричневого вкладыша с витиеватой надписью «Юридические консультации» к простой белой бумажке с коротким обозначением — «РД».

— Эта, — что-то для себя решив, она ткнула на аббревиатуру.

— И что это? — нахмурился Дилан.

— Самой бы понять, — пожала плечами Мина, все еще не сводя глаз со звонка квартиры номер четыре.

Дилан потянулся к звонку, чтобы тут же это момент и прояснить, но Мина перехватила его руку.

— Еще не время. Мне нужно больше информации.

— Ты не думаешь, что момент «потом» настал?

Мина тянула с ответом до кафе неподалеку. Она сомневалась, стоило ли снова ввязывать Дилана в тупиковое дело. Но ужас как хотелось, хоть с кем-то поделиться своими домыслами. Видит Бог, ей бы напарник не помешал.

И так буднично за чашкой капучино она рассказала, что этот мужчина ее незнакомец из туннеля. Тот, который ее спас и которого она надеялась найти весь этот год.

— И ты следишь за ним, потому что…

— Я хочу понять, кто он и как связан с тем местом.

«А за тем, как то место связано с нашим делом», — но это она уже оставила при себе. Дилан заслужил ответы, но не заслуживал быть снова связанным с ее неудачами.

— А как же дело с зомби? — Дилан и сам не заметил, что уже сам основательно окрестил его так.

— Не бери в голову, все это, — она указала на дом впереди них, — фриланс, как и сказала Айрис. Спасибо, что помог сегодня. А сейчас давай вернемся к нашим потеряшкам.

— С чего начнем?

— Я хочу побольше узнать про девушек. Предчувствие подсказывает, что это не простые выходки студентов. Хочу понять, что между ними общего, кроме того, что у них есть имена.

***

Иногда были дни, когда и вовсе не стоило вылезать из кровати. Но сегодня был не такой день. Сегодняшний день дарил надежду. И, наверное, столь сильные эмоции прохудили резерв внутренних сил Мины.

Был уже глубокий вечер, когда она возвращалась домой, устало поднимаясь по лестнице. День был насыщенным. Они хорошо поработали с Диланом. Он нашел некрологи, а она выяснила, что обе девушек сами завещали свои тела научного миру. Одна из них даже окончила этот университет.

— Ужас какой, — прошептала Мина, когда прочла об этом в базе. — Она, наверное, не подумала, какие эмоции будут испытывать студенты с младших курсов, увидев знакомое тело на операционном столе.

— Может быть, и знала, — спокойно воспринял чужой цинизм Дилан.

В любом случае им было с чего начинать работу завтра. А еще она встретила своего незнакомца. Ей было зачем, вставать из кровати завтра.

— Выглядишь так, будто тебе нужен бокал вина, — на общей площадке ее уже поджидала Лео. Леопардовый халат до пола распахнут на груди, открывая вид на пышную грудь под атласной черной комбинацией. — Я как раз только что открыла бутылочку красного.

Подруга растянула ярко-красные губы в улыбке и повращала бокал, отчего терпкий напиток призывно затанцевал.

— Не откажусь, — улыбнулась Мина и сменила курс к квартире справа.

У Лео она была частым гостем, как и та у нее. Им не нужны были договоренности, чтобы просто заскочить друг к другу поболтать, попросить помощи или спрятаться от одиночества. Хотя Мина в своих визитах все-таки старалась быть осторожней, к ней-то, кроме Лео, никто не заходил, а вот у подруги были часто и иные гости.

Мина прошла за Лео на кухню. Для удобства были варианты: или барная стойка, или разложенный диван посередине которого стоял поднос на ножках. Лео не оставила Мине выбора, пройдя к дивану, грациозно заняв одну половину и накрыв пледом голые ноги. Мина села с краю, обняв одну из многозначительных подушек.

В квартире Лео было ярко, сочные оттенки конфликтовали, отказываясь сочетаться, и глаз не мог отдохнуть от такого многообразия вокруг. Но здесь было уютно. Много ткани, декоративного текстиля, ковров.

Лео наполнила второй бокал, и Мина тут же опустошила его наполовину. Лео улыбнулась и обновила. Она всегда пила из огромных бокалов, куда можно было запросто перелить целую бутылку. Пить вино она любила, а посередине барной стойки стояла чаша с пробками, как доказательство ее привязанности.

Мина вспомнила их первое знакомство, тогда она была немного обеспокоена здоровьем соседки. Но за время знакомства пьяной Мина ее так ни разу и не видела. Вино дарило ее подруге томность, расслабленность, а еще терпко-сладкое дыхание.

— Тебе нужно себя отпустить. Дом — работа, и вечная погоня за сенсацией. Расслабиться, нужно расслабиться. Сходи на свидание или два. Ты ведь всегда мечтала о приключениях, — Лео наблюдала за подругой из полулежащего положения.

— Приключениях немного другого толка, — Мина впилась зубами в дольку апельсина.

— Откуда ты знаешь, куда тебя заведет подобное приключение?

— Суда по твоему опыту — не дальше спальни, — рассмеялась Мина.

— Мы делаем это и не только в спальне. Так много мест…

Мина сунула Лео в рот кубик сыра.

— В любом случае я не хочу приключения с первым встречным. Не люблю поиски и первые свидания.

— Хитрая, нельзя перескочить сразу на первую годовщину. Да и это скучно. Искры летят в самом начале, а потом все становится пресно.

— Меня бы устроило. Жаль так нельзя… Поэтому мне остается быть только более разборчивой.

— Ну, давай назови мне твои критерии. У меня много знакомых красавчиков.

У Лео точно было много знакомых красавчиков. Она была актрисой и работала в Чикагском Шекспировском театре.

— Лео, я хочу, чтобы они такими были, а не играли таких персонажей на сцене.

— У тебя завышенная планка. Но давай-давай, я внимаю.

— От него должна исходить сила и уверенность, харизма. Он должен быть высоким, чтобы мне не пришлось отказываться от каблуков.

— Конечно, — одобрительно кивнула подруга.

— Широкоплечим, с красивыми глазами и сильными руками. А еще смотрящий на мир шире. И, конечно, он всегда готов спасти даму в беде. Даже незнакомую.

Лео выпрямилась и наполнила еще бокалы на четверть.

— Господи, ты где такое насмотрелась? Про таких сейчас даже в сериалах не снимают, сплошь одни мерзавцы. Мерзавцы нынче в тренде.

— Давай просто признаем, что я старомодна, — сдаваясь, подняла руки Мина.

— Милая, я знаю, что ты бы сразу хотела знать — это моя судьба. Но так не бывает!

— Думаешь? — Мина задумчиво пригубила вино.

Внезапно раздался стук в дверь и девушки испуганно дернулись.

— Леонсия! Ты дома? — раздался за дверью мужской голос.

— Задница, Люк! Напугал, — Лео, она же Леонсия Нионго, раздраженно поднялась со своего уютного ложа и запахнула полы халата.

За дверью слегка покачиваясь стоял их сосед с третьего этажа. Он был музыкант, так уж сложилось, что под крышей этого собралось много творческих и одиноких личностей. А еще, увы, не слишком обеспеченных. В случае Люка — почти на краю нищенства. Он перебивался разными подработками, но спускал деньги быстрее, чем успел заработать новые.

— Леонсия, так и думал, что ты дома! Выручи наличкой, на улице такси ждет, — высокий и худой, как трость, парень широко улыбнулся, показывая большие зубы с щербинкой.

— Не называй меня так! — одернула девушка парня, который уже потянул к ней длинные руки.

Лео, действительно, не любила свое полное имя, хотя Мина всегда считала, что оно намного красивей. И куда больше подходит такой экзотичной личности, как ее подруга.

— И почему ты берешь такси, если на мели?

Мина подошла к ним и достала кошелек из сумки, она вытащила наличку и сунула парню в руку.

— Мина, моя спасительница! — он ринулся целовать ее руку, но девушка со смехом отстранилась. — Это все друзья, я, кажись, вырубился, а они засунули меня в машину. Эй, вы тут без меня гуляете? Погоди, я сейчас расплачусь и поднимусь.

— Мы уже закончили, да и тебе хватит, — сказала Мина. Чмокнула подругу в щеку и вышла на площадку. — И, Люк, они тебе не друзья. Друзья так бы не поступили.

— Знаю-знаю, Мина, ты мой ангел, — Люк тяжело опираясь на перила, стал спускаться, но на этих словах обернулся и послал Мине воздушный поцелуй.

Даже на лице Лео это вызвало улыбку, когда сосед скрылся, она сказала Мине:

— Теперь он будет ходить к тебе.

— Меня почти никогда не бывает дома.

— Серьезно, Мина, тебе бы сходить на свидание.

— Кажется, я нашла свое приключение, — она загадочно улыбнулась, махнула подруге и скрылась в своей квартире.

ஐஐஐ

Что-то изменилось. Первым это заметил волк. Он едва смог сдержаться, чтобы в открытую ни рыскать по улицам Чикаго. Только в поисках чего? Он и сам не мог понять. Тоска заставляла сердце ныть.

С утра он это испытал и на человеческой шкуре, когда Зверь вернулся обессиленный и без добычи. Он чувствовал, что должен быть где-то в другом месте. Что упускает что-то важное. И это ощущение не отпускало.

Что-то изменилось. Он потерял покой.

Глава 7. Столкновение

На следующий день Мина вернулась двухэтажному зданию из красного кирпича. Сегодня с ней не было Дилана, поэтому она позволила себе не спеша прогуляться вокруг дома, изучить все вывески, даже заглянуть за живую изгородь из красного плюща, которая укрывала вход на цокольный этаж. В таких помещениях любили делать или бары невысокого сорта, или группы анонимных алкоголиков. Почему-то подумалось Мине. Если бы не красный плющ.

— Летом он, должно быть, зеленый, — произнесла она вслух.

В этот момент дверь подъезда, возле которого она караулила, открылась, и Мина выглянула из своего укрытия. На улицу вышла женщина, ведя за руку девочку с заплаканными глазами. Мина поспешила к ним.

— Прошу прощения, вы случайно не знаете, в квартире номер четыре находится фотостудия? Мне сказали этот адрес, но смутила подпись домофона, — она указала на короткую подпись «РД».

— Не знаю, мы были у дантиста, — женщина указала на звонок квартиры номер два, около которой значилась подпись «Детская стоматология» и был нарисован веселый зубик. — Но предполагаю, они подскажут, если вы им позвоните.

Она тоже ткнула пальцев на табличку «РД» и ушла, таща дочку на буксире.

— И чтобы я без вас делала, — вздохнула Мина и ушла снова в свое укрытие.

На самом деле она уже звонила. У нее была припасена та же легенда и надеялась на ответ, который часто получаешь, если по телефону попал не туда.

— Нет, это не фотостудия, это нотариус.

Или что-то, вроде, этого.

Но незнакомый мужской голос, более высокий, чем запомнился ей, а еще пронизанный нотками веселья, бодро спросил, кто это.

— Не угадали, — также весело ответил он и отключил связь, когда она спросила, не фотостудия ли это.

Что же это за таинственный «РД» она так и не поняла, зато можно было предположить, что в новых клиентах они не заинтересованы.

***

Она не могла позволить себе дежурить у дома незнакомца круглосуточно. Как и не была уверена, что он тут бывает каждый день. Ни во второй, ни в третий раз черной Мазды у дома не было. Этот район не был по пути или рядом с ее обычными направлениями. Но она взяла за привычку менять курс и оказываться здесь. Она даже нашла неподалеку винтажный бутик, и это только ухудшило положение — теперь у нее была веская причина проходить мимо двухэтажного дома с таинственной квартирой «РД».

При такой отдаче делу ей не могло не повезти, и в конце недели она все же увидела машину незнакомца на парковке. Моросил мелкий неприятный дождик. Для места слежки она выбрала магазинчик с бытовой химией и дешевой косметикой в доме напротив. Панорамные окна открывали вид и на подъезд, и на парковку, мешали лишь стенды с товарами. Мина пристроилась у крутящейся стойки с увлажняющими масками, лениво перебирала и не сводила взгляда с объекта наблюдения. Продавец, должно быть, решил, что у нее серьезные проблемы с кожей лица.

И вот он показался. Привычно расстегнутое черное пальто открывало вид на бежевую футболку или джемпер и черные джинсы. В руках брелок с ключами и телефон. Мужчина был сосредоточен на экране телефона и не глядел по сторонам, брови нахмурены.

Мина устремилась к выходу, на входе из магазина ее остановил противный писк.

— Девушка! — окликнули ее.

Она и не заметила, что в руках держала пакетик с маской. Как неловко, пожалуй, теперь ей придется найти другое место для слежки. Когда она разрешила ситуацию — вернулась на кассу, извинилась и купила маску, которая ей вовсе была не нужна — было уже поздно. Незнакомца на улице не было, как и его машины.

— Кстати, тела не вернули в университетский морг, — Дилан подвинул стопку листов на столе Мины в редакции и сел. — Ты слушаешь?

Мина вот уже минуту смотрела на пульсирующий курсор на чисто белом листе.

— Да, что ты сказал?

— Девушек похоронили. Их семьи решили, что они достаточно испытали даже ради науки.

— Это правильно, — вяло отреагировала Мина.

Дилан нахмурился, но продолжил.

— Я тут узнал, что одну из девушек — Лизу Бэйти — готовят к похоронам в похоронном бюро «Хопкинс и сыновья». Думаю, вдруг они что-то интересное заметили на теле.

— Отличный план, — Мина машинально поправила стопки документов на столе и органайзер, все еще прибывая в задумчивости.

— Окей, тогда отправлю время и адрес.

Мина находилась в состоянии незавершенности, которое снова ее привело в бутик недалеко от двухэтажного.

— Вы должно быть ищете что-то особенное? — продавщица бутика без преувеличения натягивала маску вежливости. Встречая Мину на пороге уже пятый раз, и лишь один раз та ушла с кружевным воротничком.

— У вас очень красивый медальон, — тем не менее отметила продавщица, когда Мина примеряла жакет перед овальным зеркалом во весь рост.

Мина дежурно улыбнулась и снова ушла с пустыми руками. Жакет был неплох, она сделала зарубку в памяти, вернуться сюда за ним после получения аванса.

Черная Мазда сегодня стояла у входа, листья припорошили ее капот. Вчера и сегодня она не трогалась с места. Время близилось к вечеру, в окнах зажигался свет. Грея руки в вязаной муфте, Мина следила за светом в окне на втором этаже. От нечего делать, она аккуратно вышагивала по бордюру, рассматривала отражения домов в лужах, даже познакомилась с кошкой, которая грелась под машиной, заведенной через автозапуск.

— Эй, выходи. Там опасно сидеть. Киса-киса, — она опустилась на корточки перед ней и поманила рукой.

То, что свет на втором этаже погас, она заметила только, когда подъездная дверь с писком открылась и закрылась. Мина затаила дыхание и выглянула из-за машины. Она так и осталась полуприседе.

Незнакомец, который был ей уже знаком каждым своим движением, быстро вышел из дома и пошел по тротуару в противоположную сторону от своей машины. Мина на другой стороне, пригнувшись и прячась за машинами, последовала за ним. Когда парковка закончилась, а прохожих прибавилось, она выпрямилась и смешалась с людьми. Следуя за парнем через два-три человека.

— Он идет на прогулку? — удивилась девушка.

Руки незнакомца были в карманах черных джинс, походка расслабленная, но шел он несмотря на это очень быстро. Когда они подошли к перекрестку, где толпа ожидала зеленый цвет, Мина замешкалась. Прозвучал сигнал и люди хлынули, обтекая девушку с разных сторон. Она поняла, что упустила свою цель. Вот он только что был впереди, а сейчас исчез. Она повернулась к пешеходной зебре, присматриваясь, не перешел ли он с остальными дорогу.

И тут по ее плечу постучали.

Мина резко обернулась и столкнулась взглядом с незнакомцем. Он стоял совсем рядом, та же расслабленная поза, руки в карманах брюк, он чуть пригнулся, чтобы было удобней заглянуть ей лицо. Губы растянулись в насмешливой улыбке, но в глазах предупреждение. Холод.

— Прошу прощения, — пролепетала девушка, сжав на груди шарф и медальон.

Его взгляд проследил за ее движением.

— За что? — услышала она его низкий с вибрирующей хрипотцой голос.

— Я помешала вам пройти?

— Разве? — он поднял одну бровь.

Она в замешательстве застыла с распахнутыми глазами, прикусив нижнюю губу. Лишь одна встреча в полной темноте, но почему черты его лица ей кажутся такими знакомыми. Родными.

— Значит, журналистка, — мужчина протянул руку и одним пальцем поддел ремешок пропуска, который торчал из переднего кармана сумки. — Мина Солтер, — прочел он, медленно растягивая буквы в ее имени. И хмыкнул, когда прочел название журнала. — «Изнанка»?

Мина очнулась. Впопыхах забрала пропуск и сунула поглубже в сумочку.

— Что вы делаете? — возмутилась она.

— Нет, что вы делаете, мисс Солтер? Видимо, в прошлый раз я был недостаточно убедителен, — он склонился ниже, их взгляды перекрестились. — Следить за мной… очень плохая идея.

Внутренности сковал холод, все внутри одеревенело, ей казалось, что стоит шевельнуться, как кости дадут трещину. Он напоследок остановил взгляд на побелевшей руке, которая сжимала цепочку на груди, и нахмурился. Позади прозвучал сигнал машины. Словно ветер, он прошел мимо нее, оставляя лишь холод.

Спустя несколько секунд, Мина смогла шелохнуться и обернулась. Незнакомец подошел к серой Тойоте и сел на переднее место пассажира. За рулем сидел кучерявый молодой парень, который ослепительно улыбнулся, помахал ей рукой и резко стартовал с места.

Тудум-тудум, тудум-тудум.

Сердце Мины тяжело стучало.

И вот они встретились снова. И что дальше? На руках у нее не больше информации, чем вчера.

— Ну и дурой же я себя выставила.

Он уже уехал, но ей по-прежнему казалось, что его глаза за ней следят. Она подняла шарф, чтобы спрятать в нем красные щеки, отпустила наконец медальон и побежала к дороге, чтобы поймать такси.

Ночью она никак не могла уснуть, мысли копошились и заставляли снова пережить неловкий момент. За окном чей-то пес выл волком, тоже жалуясь на жизнь. Если она уснула, то лишь на несколько часов, сон был болезненно сумбурный. Вой за окном проник и в сон, заставляя ее снова столкнуться с воспоминанием о Звере.

***

Но уже на следующий день она чувствовала себе не дурой, а обдуренной. Если бы каждый журналист прекращал копать, как только ему скажут «хватит», в газетах печатали бы только гороскопы и некрологи. Она не считала, что опустилась до желтой прессы, она не переходила границ. И раз слежка не дала результатов, пора задавать вопросы в другом месте.

— Высокий красивый парень в пальто, — офицер Шиэн встретилась с Миной на той же скамейке.

В этот раз она была в более добродушном настроении, поэтому даже удобно устроилась на скамейке и не спеша пила карамельный макиато. Мина пила двойной черный кофе и не сдержалась, чтобы не поморщиться, глядя как женщина пила сладкий кофе в прикуску с шоколадным батончиком. Сахар не вызывал в Мине никакого чувства, кроме как желание выпить воды.

— Да, на вид тридцать пять, брюнет, короткая стрижка. Начищенные ботинки… — Мина перебирала все отличительные черты, которые запомнила.

— Ааа, начищенные ботинки, — остановила ее офицер.

Мина удивленно посмотрела на нее.

— Шучу, я поняла о ком ты на «красивом» и «в пальто». Такие тут не часто. Это консультант Ротмана.

— А Ротман это? — Мина вся подобралась.

— Детектив Ротман его год назад к нам перевели. Особый отдел, как же, — ухмыльнулась Джун Шиэн. — Перебирает коробки с висяками. Безнадежное дело. Даже не знаю, сколько тут продержится.

— Висяки?

— Нераскрытые дела. У некоторых срок давности еще не исчерпан, только от этого не легче. Он и еще один парнишка мнят себя особым отделом, а твой красавчик мелькал с ними пару раз. Ротман сказал, что он его консультировал по одному делу. Видимо, не очень хорошо. Пока еще ни одно дело не раскрыл.

— А я могу встретиться с детективом Ротманом? — ее прервал звук телефонного звонка. — Прошу прощения.

Мина достала телефон и увидела, что звонит Дилан. Что-то на краю памяти тревожно колыхнулось.

— Привет.

— Ты где?

— Я в полицейском участке, — Мина извиняющееся улыбнулась офицеру.

— Что? Что ты там забыла? Я тебя уже пятнадцать минут жду у «Хопкинс и сыновья».

Ритуальные услуги! Мина хлопнула себя по лбу.

— Оу, Дилан, я совсем забыла. Подожди, пожалуйста, я вызову такси и приеду.

— Неважно. Если ты в том участке, что я думаю, пока доедешь, они уже закроются.

— Мне очень жаль, Дилан. Справишься сам?

— Я-то, да. А вот что с тобой происходит?

Действительно, что с ней происходит?

ஐஐஐ

— Ты меня игнорируешь или что?

Род повернулся к Каю, который был за рулем за рулем. Тот щелкал пальцами, чтобы привлечь его внимание.

— Что?

— Ты меня слушаешь вообще?

— Ээ, нет. Дай, минуту, нужно подумать.

Род открыл окно. Холодный ветер остудил лицо, но не голову.

Что это за ощущение внутри возникло? Ровно в тот момент, когда он встретил эту журналистку, который день ошивающуюся рядом. Это его беспокоило. И беспокойство усиливалось все больше, чем дальше они уезжали.

Он знал, что встреча в туннеле принесет хлопот. Только не ожидал, что таких.

Глава 8. Что-то есть в темноте

— Детектив Ротман!

Мина почти взлетела со скамейки в зоне ожидания полицейского участка. Только недавно она как на работу ходила к дому незнакомца, а теперь чуть ли не каждый день дежурит в участке.

Детектив оказался таким же неуловим, как и незнакомец. И таким же необщительным. Официальную просьбу о встрече он отклонил. И довольно грубо. Мине оставалось только надеяться, что лично перед дамой он будет вести себя более учтиво.

Грузный мужчина с залысиной, но с густой бородой, обернулся на ее оклик. Он шел из одного крыла в другое с папкой документов и маленьким картонным стаканчиком из автомата. Если бы она знала его вкусы, то и ему сделала бы кофейный комплимент.

Сначала ей повезло найти в интернете его фото в старой новостной статье. Не очень удачный кадр. А затем посчастливилось в архиве откопать и короткое интервью, кроме «без комментариев», впрочем, он там ничего не наговорил. Но для представления о том, как он выглядит — было достаточно.

Не без везения обошлось и в его ловле. Добрый офицер на посту пожалел ее и намекнул, что стол детектива находится в одном крыле, а по характеру работы ему часто приходится спускаться в архив, который находился в другом крыле. А, значит, проходить мимо холла. Правда, предупредил офицер, из-за этого настроение детектива не улучшается.

Что ж, иногда стоит использовать женские чары. Может, ее образ немного странной, но хрупкой девушки, не был столь убедителен для начальницы, но перед мужчинами он срабатывал на раз.

Детектив Ротман оглянулся, но не остановился, разве что сбавил шаг. Мина процокала на своих каблучках по холлу и с очаровательной улыбкой встала перед мужчиной.

— Кхм… Да? Вы кто? — он все-таки замешкался, отвел взгляд, но остановился.

— Добрый день, детектив Ротман, — ее голос и улыбка были такими сладкими, что взгляд мужчины на секунду задержался на ее губах. — Мы с вами недавно разговаривали по телефону, — на лице мужчины появилось досадливое понимание, отчего складка на лбу стала глубже. Мина заговорила еще быстрее. — Я подумала, что, может быть, у вас все-таки найдется свободная минутка для меня? Право слово, я надолго вас не задержу, но вы бы мне очень помогли. Даже не знаю, к кому еще я могла бы обратиться…

— Не думаю, я уже вам все сказал по телефону… — неразборчиво пробубнил детектив.

— Да, я, конечно, понимаю, что вы очень занятой человек. На вас возложена столь большая ответственность.

Лесть Мины начала растапливать лед.

— Хорошо, что вы это понимаете.

— Но не стоит забывать о себе. Иногда короткие перерывы срабатывают гораздо продуктивнее. Может, согласитесь подышать воздухом минут пять, а я всего лишь составила бы вам компанию.

За спиной детектива Ротмана она видела, как офицер на посту расплылся в улыбке, наблюдая, как его старший коллега вязнет все глубже.

Мина с детективом вышли на улицу, тот поежился и застегнул пиджак, но послушно двинулся по неровной дорожке от участка к скамейке, где, очевидно, суждено проходить всем «свиданиями» Мины со здешними офицерами. Своего рода уже ее кабинет. Может быть, повесить именную табличку. Уголки губ девушки потянулись вверх.

Они наматывали круги по небольшому участку между зданием и парковкой. Мимо проходящие офицеры с любопытством провожали их взглядом. Мина интересовалась миссией специального отдела детектива Ротмана, восторгалась его мужеством и отважностью взвалить на себя такой труд. Ведь всем известно, что намного легче раскрывать дела по горячим следам.

— Что ж, руководство решило, что никто лучше не справится. Разве был у меня выбор, — детектив стойко удерживался от превозношения себя.

И подальше заталкивал очевидный и всем известный факт — его сюда просто сослали перед пенсией.

— Я уже наслышана, что у вас получилась очень слаженная команда в отделе, — Мина не стала упоминать, что команда всего из двух человек. — Но также вы успешно привлекаете внештатных консультантов. А это особое…

— Откуда вы знаете? — настроение детектива резко изменилось.

Голос стал твердым и сразу же пропала неразборчивая дикция.

— Оу, ваш отдел привлекает столько взглядов, вы очень популярны в наших кругах, — развела руками Мина.

Она сразу поняла, что выбрала неудачный ответ. Мужчина помрачнел.

— Мой перерыв затянулся. Мне пора возвращаться к работе.

— Да, конечно, спасибо, что уделили время, — Мина протянула руку для пожатия и широко шагнула к нему на встречу.

На ходу она запнулась каблуком о щель между плитками и для поддержки ухватилась за руку мужчины. Папки, которые он держал под мышкой полетели на землю.

— Как неловко, прошу прощения, — Мина тут же нашла равновесие и поспешно присела, опередив мужчину, которому потребовалось больше времени, чтобы наклониться.

Одну из папок девушка взяла неудачно, она снова упала и раскрылась, из нее высыпались нескрепленные листы и фотографии.

— Дайте сюда, — в этот раз мужчина уже сам цепко ухватился за листы, смахнул обратно в папку и забрал из ее рук остальное.

— Еще раз прошу прощения, — Мина невинно улыбнулась.

Детектив Ротман быстрым шагом устремился к участку, не оглядываясь.

— Раскусил? — Мина склонила голову в бок и прикусила губу, наблюдая его отступление.

***

Что ж, она не узнала ничего про загадочного консультанта. Одно упоминание, о котором сразу же развеяло чары Мины. Но она узнала, над каким делом сейчас работал детектив Ротман.

Пропажа бездомных с улиц. По крайней мере это было одно из его дел. И у нее совершенно не было никаких причин думать, что именно по этому делу он привлекал консультанта.

Но вариантов было не так уж и много.

У нее было всего пара секунд, чтобы разглядеть документы в папке, выскользнувшие из рук детектива. Но фотографии ей сразу показались знакомым. Очень запоминающиеся граффити на стене.

Она вернулась в редакцию, было послеобеденное время, вокруг царила обычная суета. Но Мине сложно было нырнуть обратно, она вдруг почувствовала себя выброшенной на берег рыбой.

По пути к своему месту она заметила Дилана за столом, который ему выделили. Не самый удобный, на проходе, но парень не обращал внимания на толкотню вокруг, что-то внимательно рассматривал на мониторе. Мина уже сделала шаг, чтобы подойти к нему, но остановилась.

Она знала, что должна ему помочь. Мина сжала и разжала ладонь. Только не сейчас.

Остаток дня ускользнул. Мина силилась вспомнить, где она видела то граффити, но задача оказалась сложнее, чем она думала изначально. Точных запросов у нее не было, а в архиве и в сети была тонна фотографий и видеоматериалов, который нужно было отсмотреть.

— Я отправил тебе отчет о похоронном бюро. А еще интересную статью, взглянешь? На сегодня закончил.

Она не заметила, как к ней подошел Дилан. Офис опустел, верхний свет остался только над столами, где сидела она.

— Что? А да, конечно. Обязательно, посмотрю. Спасибо, Дилан.

— А это что? — Дилан указал на блокнот, где она автоматически накалякала что-то отдаленно похожее на граффити с фотографий.

Мина задумчиво перевела взгляд на свой рисунок, а потом на Дилана.

— Тебе случайно не знакомо это граффити? Ищу информацию о месте преступления, где такое было, — просто на удачу закинула удочку Мина.

— Ааа, это граффити, — протянул Дилан. — Тогда ищи в сводках по Энглвуду, — Дилан назвал неблагополучный район на юге города, — или ветки метро.

Метро! Глаза радостно Мины загорелись.

— Ты чудо! Точно метро, — пальцы девушки запорхали над клавиатурой.

На секунду Мина остановилась, вспомнив, что Дилан все еще рядом.

— Ты очень помог.

— Серьезно? И это все? — он сузил глаза, словно пытался ее разглядеть, губы растянулись то ли в улыбке, то ли в удивлении.

Он не стал дожидаться ее ответа, ушел, схватив вещи на своем столе и хлопнул стеклянной дверью редакции.

Мина не всегда могла его понять. Ей нужно было что-то сделать, ведь она ответственна за младшего сотрудника.

— Позвоню ему утром, — успокоила себя и вернулась к поискам.

Когда в офисе уже никого не осталось, а охранник со связкой ключей проверял этаж, она нашла новость, в котором фигурировало метро с граффити на стене. Один независимый журналист снимал документальный фильм про бездомных Чикаго. Его работа так и называлась — «Люди без домов». Он погружался в самые неблагополучные улицы, знакомился с бездомными, узнавал правила их жизни, их истории, даже пробовал ночевать в их условиях. Именно тогда он заметил, что никому не нужные люди пропадают с улиц.

Ничего необычного для их образа жизни, поэтому их никто раньше не искал и не задавал вопросов. Все думали, что бездомный лежит замерзший в какой-нибудь канаве. Но журналист привлек внимание властей к огромному числу людей и отсутствию тел.

Мина побарабанила карандашом по столу, основной его версией была — продажа органов. Она приблизила фотографию заброшенной ветки метро, где находило приют много бездомных людей. На одной стене позади бочек с костром четко было видно граффити. На полу на картонке сидел журналист с закрытыми глазами. Этот кадр стал обложкой его фильма. Поэтому ей и показалось знакомым то граффити на фотографиях детектива.

Разумеется, после такой находки ей не терпелось отправиться туда. Глубоко в душе она осознавала, что с надеждой встретить незнакомца, но официальной версией для себя называла желание связать все ниточки.

Ей до зуда не хотелось откладывать это до завтра. На часах было десять тридцать. Она всерьез призадумалась. Но громкое здравомыслящее чувство сохранения скомандовало идти никуда иначе, как домой.

Район Мины нельзя было назвать безлюдным. Совсем рядом была улица из кафе и баров, которые закрывались, когда такие, как она, собирались на работу. На улице всегда можно было встретить прохожих, от этого Мина не боялась возвращаться поздно. Увы, у этого была и обратная сторона. Иногда встречались слишком навязчивые прохожие.

Совсем рядом с ее домом ей дорогу преградила компания из трех подвыпивших мужчин. Она не восприняла всерьез их, как угрозу. И на предложение составить трем одиноким мужчинам компанию ответила вежливым отказом. Но когда один из них отрезал ей путь и стал теснить к переулку справа, тревожный звоночек зазвучал сильнее.

— Дайте, пожалуйста, пройти.

Одну руку она вытянула, чтобы держать шатающегося мужчину на расстоянии, второй полезла в сумку за телефоном.

— Милтон, не пугай девушку, — сказал его друг и звучно рыгнул, — Давайте мы вас проводим, одиноким девушкам опасно так поздно ходить.

— Не нужно, меня встретят.

Отступать дальше больше некуда. Сзади кирпичная стена и мусорный бак. Мина споткнулась о пакет, который поставили рядом с баком.

Совсем рядом, за спинами мужчин, проезжали машины. Мина увидела компанию подростков.

— Эй, ребята, вызовете, пожалуйста, полицию!

Подростки повернулись в их сторону. Двое мужчин одновременно шагнули в тень и встали плотнее, Мину за их спинами стало не видно. Ребята ускорили шаг.

— Ну, и молодежь нынче пошла, — хохотнул один.

— 911, что у вас произошло, — послышался приглушенный голос из телефона Мины.

— Ах, ты стерва! — мужчина рядом потянулся к ее руке.

И тут в темноте переулка послышалось рычание. Мужчины и Мина застыли, попытавшись разглядеть что-то в темноте. Мина не надеялась, что бродячие псы, которые кормятся на помойках у ресторанчиков, ей помогут. Но мужчины, как загипнотизированные не двигались с места.

Рычание чуть ближе повторилось. Она по-прежнему никого не видела. Но что-то было в этой темноте.

— Пойдемте отсюда, — крайний схватил друга за рукав и потянул в сторону улицы.

— 911. Чем мы вам можем вам помочь? Назовите свой адрес. Вам угрожает опасность? — все еще раздавалось из ее телефона.

Мина удивленно проводила быстро удаляющихся мужчин. Сердце по-прежнему бешено стучало.

Рычание больше не было слышно, только тяжелое хриплое дыхание животного. Неосознанно Мина сделала шаг вперед, ей хотелось увидеть, что за пес так напугал трех взрослых мужчин. Гогот позади отрезвил ее. Она нажала отбой на телефоне и поспешила домой.

Сегодня она в первый раз закрыла дверь на цепочку.

ஐஐஐ

— Ты снова забыл телефон, — сказал Кай, когда Род вошел в комнату. — Звонил детектив Ротман. Я не стал брать трубку.

Кай кивнул на стол, где одиноко лежал телефон. Это правильно, что тот не стал брать трубку. Детектив был полезен, но чем меньше он погружен в их дела, тем лучше.

На экране было еще несколько пропущенных. Их Род смахнул, нажав на вызов по номеру детектива. Он, действительно, не привык носить с собой телефоны. В родных краях телефон был бесполезен, связь там ловила не лучше, чем в туннелях Чикаго. А еще ему часто приходилось скидывать все вещи перед оборотом в каком-нибудь проулке. Пришлось бы перейти на одноразовые телефоны.

— Детектив, звонили, — сказал Род, когда послышался усталый и раздраженный голос мужчины в трубке.

— Может, это не очень важно. Но меня расспрашивали о тебе. О консультантах, которые я привлекаю к делу. Решил, что ты должен знать.

Род потер переносицу и выдохнул сквозь зубы.

— Кто это был? Опишите, — он задал вопрос, хотя какой будет ответ — догадывался.

— Журналистка. Девушка, молодая, двадцать пять – двадцать семь, высокая, рыжеволосая. Красивая, зовут Нина… — послышался шорох бумаги.

— Мина Солтер, — закончил за него Род.

— Точно, Мина Солтер. Знаете ее?

На это Род не ответил.

— Спасибо, детектив. Я с ней сам разберусь, но вы сообщите, если она снова явится.

После звонка Род подошел к окну, Кай внимательно следил за ним. Молчание затягивалось.

— Проблемы? — все-таки не выдержал Кай.

— У кого-то точно будут большие проблемы, — тихо сказал Род и покачал головой.

Когда Род обернулся, Кай ожидал увидеть раздражение, усталость или даже злость на его лице. Но вместо этого Род ухмылялся, а в глазах появился блеск.

Это будет интересно.

Глава 9. Место потерянных людей

Она бы отправилась туда с самого утра, если бы не работа в институте. Ринулась бы сразу после часов на кафедре, но Айрис устроила внеплановую планерку. На ней Мина снова почувствовала неловкость и чувство вины. Во-первых, увидев Дилана, вспомнила, что так и не позвонила ему утром. А во-вторых, когда на вопрос Айрис, как продвигается дело «зомби», он прикрыл ее, поделившись последними вводными.

— Спасибо, и еще раз извини, — Мина придвинула к Дилану кружку с какао, которую самолично отмыла.

Дилан лишь на мгновение удивился презенту и, очевидно, заметил, что на кружке больше нет налета. А потом снова вернул надменное выражение на лицо.

— Что-то ты в последнее время часто извиняешься. Звоночек, — бросил он.

— Знаю-знаю, прости, — она прикусила губу и поймала его взгляд, говорящий — «вот снова». — Просто это дело не дает мне покоя. Я должна его распутать, чтобы успокоиться.

— Ты сказала, что мы будем вместе работать…

— Да, я немного выпала из темы зомби… Мне нужно только кое-что проверить, и я снова вернусь…

— Разве я об этом? Я сейчас поеду в Чайнатаун к какой-то шаманке. Поедешь со мной?

Мина видела, что ей протягивают белый флаг, но… не могла… В мыслях она уже просчитывала, какой маршрут выбрать, чтобы доехать до скопища бездомных. Она открыла рот, чтобы придумать оправдание, тихий смех Дилан ее остановил. Он видел ее насквозь.

— Забудь, — он отмахнулся и вернулся к работе.

В подавленном, как никогда, состоянии она добралась до заброшенной ветки метро к шести, когда уже смеркалось. Не лучшее стечение обстоятельств, но у нее не было сил все переносить. Ради этого она и так еще больше подпортила отношения с Диланом.

— Узнать и забыть, — решительно прошептала она и вместо того, чтобы двигаться вслед за остальными пассажирами метро к выходу в город, осталась на пустующей станции.

А когда люди разошлись, кроме спящего мужчины на лавке у стены, нырнула в темную и мрачную пропасть тоннеля. На заброшенную станцию можно было попасть только через туннель, так как в отличие от грузовых станций, ей так никогда и не пользовались. Законсервировали на этапе строительства и так и не сделали выход в город.

Поезда, проезжая мимо нее, замедляли ход, словно боялись потревожить что-то забытое, жившее здесь.

Для властей города не было секретом, что бездомные основались здесь, но им, будто проще было закрыть на это бельмо города, чем что-то предпринять.

В этот раз Мина была подготовлена лучше. Один фонарик в руке, второй на непредвиденный случай в рюкзачке на спине. Камеру она не брала, телефон в кармане короткого пальто грел руку. На ногах удобные сапоги и широкие черные штаны, больше напоминающие юбку. Кто-то бы поспорил, насколько удачный это вариант для полевой работы. Но только не в гардеробе Мины. В ее гардеробе это был самый приближенный к спортивному стилю вариант, подходящий сезону.

Путь пролегал очень близко к рельсам. Теоретически она знала, что если держаться близко к стене, то мимопроходящий поезд не должен задеть. Теоретически. Тьма была непроглядная.

— Не могу поверить, что я снова в туннеле.

Она вглядывалась в темноту, крепко сжимала фонарик в руке. Словно от ее усилий он будет лучше рассеивать темноту. И прислушивалась к звукам. Она и боялась снова услышать тот утробный звук, что ей снился ночами, после спуска к грузовому тоннелю, так и надеялась услышать звуки жизни людей, что выбрали это место своим домом.

Диггеры давно излазили эти места, в сети было много фотографий и не только из материалов независимого журналиста. Учитывая изученность этих мест, она надеялась, что тут будет хоть кто-то. Зря.

Она была одна. Скоро темнота поглотила и свет позади от живой станции. Сразу вспомнился прошлый страх, стоит закрыть глаза, повернуться и ты уже не разберешь, откуда пришел. Мина рукой вела по мокрой от сырости стене, под ногами зашуршало. Она направила фонарик вниз, под ногами пробежала крыса. Она дернулась. К горлу подступила тошнота.

Что такое в ней есть, заставляющее ее пускаться на безрассудные поиски?

Сначала она услышала скрежет и методичный скрип. Затем, словно вибрацию, звуки голосов. Они были неразборчивые, но, несомненно, принадлежали живым людям. И только потом впереди появились огоньки. Она ускорила шаг, чуть позабыв, что нужно держаться стены.

Вибрация усилилась, но уже позади. Земля под ногами задрожала. Позади послышался гул. Мина резко обернулась. Вот его не было, а вот за секунду он появился, ослепив огнями. Девушка отскочила к стене. Мимо пронесся поезд, волной прижимая ее к стене. Давление было таким сильным, что она не могла сделать ни вздоха.

Когда поезд проехал мимо, она открыла зажмуренные глаза, и увидела тени людей впереди. Станция была намного ближе, чем она думала. Поезд осветил тени, жавшиеся по углам на платформе станции.

Она отвела волосы с лица, растепленные из-за пролетевшего мимо поезда, и шагнула через рельсы к платформе. Ей сразу же в глаза бросилось то граффити. Были вокруг и другие, но это особенное бросалось в глаза — «молчание» — вот, что было можно прочесть, если приглядеться к почти слившимся объемным буквам синего цвета.

Огонь в двух бочках сегодня горел, но слабо. Почти потух, но никто из местных обитателей не спешил его разжечь сильнее. Мина насчитала семь фигур, что жались тут и там по углам как кошки. В основном поодиночке. Только у края платформы мужчина и женщина сидели рядом и что-то не могли поделить между собой. Их голоса она и слышала. Остальные молчали и были неподвижны. Словно поставлены на энергосберегающий режим.

У Мины были опасения, что ее тут встретят агрессивно. Но никто даже не шелохнулся при ее появлении. Лишь мужчина, споривший с женщиной, проводил взглядом незваную гостью и прикрыл курткой причину раздора со своей соседкой.

Помимо путей, на платформе было два темных проема, что должны были вести пассажиров на выход в город. А куда сейчас они вели, было неизвестно. Из одного коридора и доносился этот методичный скрежет и скрип.

— Прошу прощения, не могли бы вы мне помочь? — Мина присела на корточки возле старика, что держался ближе всех к одной из бочек.

Он сидел на каком-то тряпье, на голове дырявая шапка, лицо почти спрятано в воротнике грязного пуховика. Ноги прикрыты еще одной курткой, почему-то без одного рукава. Рядом стояла тележка из магазина, заполненная сложенными картонными коробками, под ними виднелись бутылки.

Старик поднял на нее взгляд почти бесцветных глаз, но молчал. Мина подумала, что он ее не расслышал, поэтому повторила вопрос. Старик по-прежнему молчал. Он не рассматривал ее, вглядывался в глаза, словно через них пытался рассмотреть душу.

На секунду Мине показалось, что даже если бы она захотела, то не смогла бы разорвать связь и отвести взгляд. Но старик сам моргнул.

— Здесь помощи не ищут, — он не шептал, но в его голосе совсем не осталось звука. Шелест.

— Помощь бывает разной.

— Это правда.

— Я ищу одного человека, и хотела узнать, не видели ли вы его, — Мина продолжила, хоть старик, будто выдохся, прикрыл глаза. — Высокий, темные коротко постриженные волосы, всего скорее в длинном пальто. И лицо такое… жесткое, но красивое, — на последнем слове звук ее голоса стих.

Она и так говорила тихо, но теперь почти бесшумно открывала рот. Было что-то вокруг, заставляющее тебя слиться с тенью. Ни шума, ни голоса. Только размеренный скрип в глубине коридора. Кто-то раскашлялся, и этот звук эхом разнесся на весь туннель. Пока кашель не стих, все замерли. Даже спор парочки с краю.

— Отсюда уходят, а не приходят. А те, кто приходят, добра не приносят.

— Кто приходит?

Мина уже и не знала, стоит ли ждать ответа. Старик, казалось, впал в летаргический сон. Из коридора донесся особенно резкий лязг, от которого у Мины свело зубы. Звук приближался, и Мина направила фонарик в ту сторону, застыв в ожидании.

Тут ее руку схватили. Она дернулась, и увидела, морщинистую руку старика, которая схватила ее за запястья. Его глаза ожили, в них появился нездоровый блеск.

— Зверь, — прошелестел его голос.

И от этого слова по телу Мины пробежала дрожь. Липкий страх, который появлялся всякий раз, стоило ей лишь мысленно произнести это слово. Старик смотрел на нее так, словно точно знал, что она понимает. Она потянула руку, но его хватка была, на удивление, крепкой.

— Что делает Зверь? — шепотом спросила Мина, сама страшась ответа.

— Он находит тебя, отравляет своей ненавистью. И больше тебя никто не найдет, даже Бог.

Лязг достиг своего предела, а потом резко сменился на крик. Тут же недалеко от старика, такой же жалкий комок из человеческих костей и кожи издал звук, похожее на утробное рыдание. Мужчина и женщина на краю платформы схватили свои пожитки и, позабыв споры, вместе исчезли в темноте туннеля.

— Куда все? — Мина в панике наблюдала, как прячутся, убегают или пытаются заползти в какую-нибудь щель.

Что-то в темноте коридора их напугало. Что-то, скрытое во тьме, приближалось.

— От этого не убежать, — уже громче проскрежетал старик, он не тронулся с места.

Когда ослабил хватку, то движение руки разворошило его кокон из пуховиков, и Мина увидела на его шее старые шрамы. Три белесые полосы бугром тянулись до самого уха. Старик поймал ее взгляд, подтянул пуховик и укрылся им с головой. Разговор окончен. На платформе остался только старик, Мина и еще один скулящий комок тряпья, который забился за бочку.

Она не видела, не слышала, но чувствовала, как что-то приближается. Волоски на теле встали дыбом. Она выключила фонарик, лишив себя одной опоры чувств, и шагнула в противоположный темный коридор, прижавшись к стене. Ладони вспотели, но позвоночник сковал арктический холод.

Что-то остановилось на грани темноты коридора и тусклого света от горящих бочек. Она даже не заметила движения, но тот скулящий комок вдруг завизжал. Мина вскрикнула и дернулась вперед, забыв о самосохранении. Она почувствовала, как нечто во тьме коснулось ее взглядом. Ужас затопил ее сознание. Бежать-бежать. Спрятаться, исчезнуть.

Она не успела переступить границу тени и темноты.

Ее схватили за ладонь и утянули за собой в темноту. Это был не Зверь. Это была человеческая ладонь. Теплая, широкая, мужская. И очень крепко и уверенно сжимающая ее худенькую ладошку.

Ее уводили в полную темноту, где пропали все ориентиры. Она не рисковала включить фонарик, чтобы не привлечь Зверя, но рисковала, доверившись другому человеку. Спотыкаясь, брела по бесконечному пути темноты. Язык не ворочался, она не могла разжать челюсть от страха, чтобы спросить, кто и куда ее ведет. Но тепло от чужой руки, словно пускало лучики спокойствия по ее телу, как лекарство проникало под кожу, даря флегматичную безмятежность.

Появился свет в конце туннеля, а с ним и шум жизни вокруг. Скрежет — и ее вывели на свет. От резкой смены, она ослепла, привыкая искусственному освещению метро. Ее плечо задели, она поняла, что попала в оживленный переход между станциями метро. Люди торопились и даже не заметили, как она появилась из закрытого решеткой коридора.

Проморгавшись, она повернулась к своему спасителю. Конечно, это был он.

Позади нее, прислонившись спиной к решетке и, скрестив руки на груди, стоял ее незнакомец. Он чуть склонил голову и с прищуром изучал взглядом, как человек, столкнувшийся с неизвестной зверушкой. Еще без названия, со странным поведением и не занесенную ни в один известный справочник. В нем была доля любопытства, а еще трезвый расчет, насколько много проблем она может доставить.

Ее все еще трясло, а в ушах слышался визг бездомного. Но на лице сама собой появилась радостная улыбка облегчения.

— Духи, — выдохнул он, — Может, у тебя такой способ убить себя, а я мешаю? Только скажи, верну обратно, — он указал кивком головы назад, в темноту коридора. А потом почему-то тихо рассмеялся, покачал головой и сам себе сказал, — Черта с два…

Мина, казалось, пропустила это все мимо ушей. В желтом свете метро она рассматривала черты его лица, как самую желанную находку.

— Я так и знала, что ты будешь здесь.

Глава 10. Взять след

Позади Мины люди спешили в ту и в другую сторону. Торопились по делам, успеть заскочить в закрывающийся вагон. Торопились покинуть метро, где любой человек чувствовал себя некомфортно. Волна людей сносила, задевала, ее подтолкнули еще ближе к незнакомцу, который не двинулся с места.

Он замолчал после ее слов. В его взгляде она видела борьбу, словно он не мог решить что-то для себя. Участвовал в одном ему известном споре.

Тут он оторвался от решетки и пошел к выходу. Мина в удивлении застыла — и это все? Но тут он обернулся и вопросительно поднял бровь.

— Не идешь?

Мина одернула короткое пальто и поспешила за ним. Незнакомец шел уверенным широким шагом и больше не проверял, следует ли она за ним. Она отстала, когда турникет на выходе завис, и отказывался открыться. Пока она безуспешно прикладывала карточку, кто-то просто перепрыгивал через него. Мина же торопилась, отчего ее движения стали суматошными, но прыгать или пролезать под турникетом ей не хотелось. Она подняла взгляд, не скрылся ли незнакомец, пользуясь случаем. И, конечно, не увидела его в толпе.

— Проходи, — голос раздался совсем рядом.

Он стоял справа от нее, люди обходили его по дуге, должно быть, чисто инстинктивно. Схватился за металлический барьер и дернул на себя. Проход оказался свободным.

— Аа, можно было и так? Не знала, что это так легко… — пролепетала она.

Незнакомец ничего не ответил, но выражение лица намекало, что он теряет терпение. Они вышли на поверхность в районе Чикаго-Лоун, недалеко от Маркетт-парка. На улице было очень оживленно — рабочий день закончился.

Незнакомец отвел ее в сторону, а Мина тоскливым взглядом проследила за исчезнувшим из поля зрения парком. Она была бы не прочь прогуляться там. Уж лучше, чем у дурнопахнущего переулка, куда с грохотом выставили мусорные контейнеры из соседнего магазинчика.

— Ротман рассказал мне, что его навещали и задавали вопросы, — начал незнакомец.

— Он оказался более проницательным, чем я думала, — удивилась Мина.

— На то он и детектив. И ты действительно сунулась сюда одна, связав меня с первым попавшимся делом?

— Да, — Мина не видела смысла отнекиваться.

В его взгляде читался вопрос, а все ли с ней в порядке в психическом плане. Но спросил он иное:

— Зачем?

Действительно, зачем? Такой простой и короткий вопрос. Мина уже приготовилась произнести речь, что повторяла себе и Дилану, но вместо этого вдруг произнесла:

— Не знаю. Не могу иначе. Что-то не дает мне покоя. И мне кажется, что мои ответы есть у тебя.

Что-то промелькнуло в его взгляде. Удивление?

— Ответы на что?

«Почему ты приходишь в мои сны» — пронеслось у Мины в голове. Но вслух лишь:

— О том, что произошло там. О том, что происходит вокруг. Есть что-то большее, кроме мира, который все привыкли видеть, — ее речь была тороплива и прерывиста, слова не поспевали за мыслями.

— Ты хочешь ответов, но даже боишься задать вопрос. Это и к лучшему. Бойся. Помни тот страх, который сковал тебя внизу. И держись подальше.

— Ты повторяешь одно и то же, — надулась Мина на новое предупреждение.

— Ты не остановишься, да? — усмехнулся он.

Она помотала головой и прикусила нижнюю губу так, что она совсем пропала. Стоило ожидать, что он разозлиться на ее упрямство или уйдет. Но он лишь тихо рассмеялся.

— Тогда я не смогу тебя спасти.

— От чего?

— От правды. Ты заглянула во тьму, и тьма тоже тебя увидела. Она запомнила тебя, твой запах и придет по твоему следу.

— Никто не видел меня, я спряталась.

— Духи, откуда ты только взялась? — он вздохнул и покачал головой. Вопрос был явно риторическим. — Не иди домой. Иди в людное место, зайди в парфюмерию, выпей крепкий кофе, погуляй по оживленным улицам.

— Зачем?

— Не упрощай его поиски. Это бы мой последний совет.

Он почти присоединился к потоку людей на улице, когда Мина крикнула вдогонку.

— Как твое имя?

Он обернулся через плечо, взгляд его задержался на ее застегнутом воротнике пальто. Его губ коснулась призрачная улыбка, а затем он покачал головой и исчез.

— Он меня облапошил, — у нее сорвался смешок.

Она словно гонялась за призраком. Вроде, схватила — а в руке пустота. У нее на руках было ровно столько же — ничего.

— Ах, нет, — поправила она себя, — теперь мне еще и домой нельзя.

Мина покосилась на вход в метро. Сейчас оно выглядело абсолютно буднично. Ничто не указывало на ужасы, что таились в его глубине. И снова она ощутила это. Когда незнакомец был рядом, она забывала о своем страхе. Но стоило ему исчезнуть, как когтистая лапа подобралась и схватила за горло.

У нее проскользнула мысль, а не вызвать ли полицию. Но тяжелые воспоминания ее остановили. Они не поверят и не помогут. Не тогда и не сейчас.

Она не стала отмахиваться от совета и зашла в торговый центр. Вот где было достаточно людей вечером. Первым делом прошлась по отделу с парфюмом, затем послушно прошлась по кофейне, только заставить себя что-нибудь съесть или выпить у нее не было. И люди вокруг совсем не дарили успокоения. В каждом незнакомце она чувствовала угрозу. Постоянно озирались, ей казалось, что ее преследует чей-то взгляд.

Одной оставаться было невыносимо.

И поэтому, и потому, что у нее осталось незавершенный долг, она набрала Дилана. Она ожидала нелюбезного ответа, но он был на удивление рад ее слышать.

— Мина, ты уже в пути? Будет здорово, если ты заедешь за мной, — его голос был неправдоподобно оживленным.

Мина молчала, а он продолжал вести беседу.

— Ты перед кем-то разыгрываешь спектакль? — догадалась она.

— Именно. Хорошо, что ты понимаешь.

— Нужна помощь?

— Да, как и договаривались… — договорить ему не дали, на заднем фоне послышались голоса и звон колокольчика. — Да, извините, я понимаю, всего секунду, — к кому-то обратился Дилан.

Но и секунды ему не дали. Звонок оборвался.

— Это плохо, — Мина в спешке собрала вещи со стула и побежала к выходу.

Как только из такси около торгового центра вышел пассажир, она тут же нырнула в салон.

— Простите, вопрос жизни и смерти. Можно мне в Чайнатаун.

— Такое я слышу впервые, — хохотнул водитель, но принял правила игры.

Она снова набрала номер Дилана, но тот сбросил.

— Ох, Дилан во что же ты ввязался? — пробормотала она.

Дорога прошла в тревоге, пробки не улучшали положения. Мина искусала губы и схватившись за спинку переднего сиденья разве что не подталкивала машину вперед.

Телефон завибрировал. Вместо звонка, Дилан сбросил геолокацию.

— Отвезите меня, пожалуйста, сюда, — Мина протянула руку меж передних сидений и показала водителю экран.

Место, которое указал Дилан, было странным. Самое тихое место во всем Чайнатауне. Никто из прохожих не сворачивал сюда, даже звуки затихали. Фасад, состаренное черное дерево, был обклеен желтыми листами с иероглифами, над входом покачивались красные фонарики.

Мина не успела постучать, дверь резко распахнулась. Хмурая китаянка в кимоно молча вопрошала.

— Добрый день. Кажется, внутри мой друг.

За спиной женщины послышался шепот, говорили на китайском. Китаянка прислушалась, еще больше сдвинула тонкие брови, но открыла дверь, пропуская Мину. На входе ей указали на корзинку, в ней лежал телефон Дилана. А рядом была прикреплена табличка. «С техникой нельзя» — было написано на английском за ошибками. Видимо, для местных пояснения не нужны, подумала Мина. Выбора не было, пришлось выложить свой телефон в корзину. Почему-то китаянка бросила взгляд на ее медальон. Мина была почти уверена, что ее сейчас попросят и украшения с кошельком выложить. Но нет — провели дальше.

Дилан нашелся в дальней темной комнате, задрапированной тканью. Он сидел на полу перед низким столиком, за которым на подушках восседала пожилая китаянка в черных одеждах. Ее седые волосы были убраны в сложную прическу с очень тяжелыми на вид украшениями.

Увидев подругу, Дилан вздохнул с облегчением.

— Это моя сестра, о которой я говорил. Без нее мне сложно принять решение, — сказал он женщине.

Старая китаянка впилась в Мину взглядом, пригвоздив к месту. Нечасто Мине приходилось чувствовать себя настолько обнаженной. Все подсказывало, что эти люди мошенники — гадалка, шаман или кто-то еще. Но атмосферности им было не отнимать.

— Ее судьба уже связана, но твоя нить еще свободна, — прошамкала женщина на ломаном английском с чудовищным акцентом.

— Что? — непонимающе улыбнулась Мина.

— Я же говорил тебе, сестренка. Не успокоюсь, пока не женюсь на моей Сабрине, — высоким голосом ответил ей Дилан и глубоко вздохнул.

— Сабрине? — Мина снова переспросила. У нее было слишком мало вводных, чтобы принять правила игры.

— Понимаю, это нелегко принять. Ведь Сабрина мертва. Но ее душа рядом, я чувствую.

Мина не могла поверить своим глазам, глаза Дилана заблестели, и он прикрыл лицо ладонью. На это мгновенье женщине напротив он был не виден, и Дилан взглядом ей указал сесть рядом. Когда девушка опустилась рядом с ним на небольшую подстилку, он подвинул ей журнал на кольцах. Обложка была сделана в стилизации с мрачностью места, а вот глянцевые листы внутри с фотографиями были очень современными. Он напоминал свадебный альбом. Только женихи и невесты были в нем мертвы. Мина начала понимать, что происходит вокруг.

— Но родители Сабрины ни за что не согласятся, — Мина повернулась к Дилану, принимая его правила игры.

— Душа вашей невесты уже покинула бренное тело. Мы можем провести обряд используя вещи, к которым она была близка.

Только сейчас Мина заметила, что в темном углу застыла еще один человек — молоденькая девушка. Она говорила на чистом английском, а когда шелохнулась, и она нее упал свет, то Мина увидела ее лицо. Если там и были азиатские корни, то очень глубоко. В кимоно она выглядела, как в костюме на Хэллоуин. Мошенники.

— Нет, я хочу еще раз коснуться ее руки. Одеть кольцо на палец, — голос Дилана дрожал, как от плача.

Мина спрятала восхищение в глазах. Женщины обменялись взглядами.

— Мы можем помочь, но это будет стоить очень дорого, — прошамкала старая шаманка.

Дилан улыбнулся искренней улыбкой. И в его взгляде Мина прочла — «попались»!

ஐஐஐ

Род проследил, что девушке хватило ума не сунуться обратно, когда он ушел. Не сглупила и послушалась его совета.

Когда такси, в котором сидела Мина, сорвалось с местом, он достал телефон и сделал звонок. Спустя девять гудков Кай все-таки ответил на вызов.

— Надеюсь, ты ничего не запланировал на сегодняшний вечер? Есть работенка.

— Даже если скажу, что запланировал, тебя это все равно не остановит — сказал недовольно Кай.

— Ты схватываешь на лету. Я скину тебе адрес, нужно разобраться. Отщепенцы опять вылезли из нор.

— А сам?

— А мне нужно будет убедиться, что никто не взяли след.

Глава 11. Второе дно

— Вот так нужно делать дела! — Айрис довольная расхаживала перед сотрудниками на планерке. — Не просто какая-то газетенка, а информационный портал, который помог полиции раскрыть дело! Вот наш уровень, — она щелкнула пальцам и указала на Мину, остальные довольно загудели, послышалось даже несколько хлопков.

Однако же, Мина сидела, желая провалиться сквозь землю и опустив глаза.

— Что там с нашим рейтингом, Сили?

Худой парень в очках даже на планерке с ноутбуком, не сразу понял, что обратились к нему, но быстро собрался.

— Побил все рекорды.

— Вот, вот. Теперь мы знаем курс. Не зомби, но тайные свадебные обряды с мертвецами — невероятно, но рядом с нами. Восхитительно! Чего только в жизни не встретишь. Пока помню, запишите. Покопайте в традиционных обычаях, уверена еще есть подобная дичь, как этот ми… му…, — она защелкала пальцами, пытаясь вспомнить.

— Минхунь, посмертный брак, — тихо проронила Мина. — Айрис, только я уже говорила, что нужно исправить…

Айрис выставила руку, заставив Мину замолчать. Она еще не готова была уступить место оратора.

— Минхунь — точно. Что-то должно быть еще. Джордж, пометь себе.

В конце собрания стоило Айрис только сесть на свое место и махнуть рукой, позволяя всем уйти, все повыскакивали, словно школьники со звонком. И никто не стремился вернуться сразу к работе, планерки Айрис высасывали всю энергию, поэтому все стеклись к кофемашине.

— Айрис.

Мине пришлось подойти к столу начальницы, чтобы та обратила на нее внимание. Хотя та не могла не заметить ее присутствия. Мина была права — Айрис ее избегает.

— Собрание закончилось, Солтер. Возвращайся к работе и принеси мне еще одну такую потрясную статью.

Айрис нацепила на нос очки на цепочки и поводила носом, словно удерживаясь от чиха.

— Вы же прекрасно знаете, что это не моя заслуга. Это расследование провел Дилан. И это его имя должно быть под статьей, — Мина стояла на своем.

— Я прекрасно знаю, что это тебе поручила статью. Ты передала информацию полиции и ты принесла мне эту статью. Так почему я должна менять имя?

— Потому что это заслуга Дилана. Это он догадался, кто за этим стоит. Без него никакой бы статьи не было.

— Отлично, так и работают стажеры. Помогают делать нам работу. Можем выписать ему премию.

— Но это несправедливо! — Мина всплеснула руками от разочарования. — Если мы так поступим с ним, то можем потерять хорошего журналиста.

— Деточка, скажу тебе вот что. Если он хороший журналист, то не отступиться после такой мелочи. Именно несправедливость мира и заставляет журналистов работать в поте лица. Если же он такой неженка, то ему не место в моем издательстве. Здесь некому утирать его слезы.

— Айрис, вы же понимаете, о чем я.

Айрис откинулась на спинку стула и побарабанила ногтями по столу.

— Он собирается подать иск против нас?

Мина нахмурилась, размышляя над такой вероятностью.

— Нет, не думаю.

— Тогда я не буду рисковать репутацией «Изнанки», чтобы потешить чье-то самолюбие. Мы только смогли распрямить спину перед такими заносчивыми ханжами как Марша из «Новостей двадцать четыре» и иже с ней. Не хватало только теперь признать, что мы не можем разобраться внутри редакции, кто автор статьи.

Телефон Айрис зазвонил и замигал. Она махнула рукой, выпроваживая Мину. Девушке ничего не оставалось как отступить.

— А, Мина, — Айрис прикрыла трубку рукой, — Марша Филипс хочет взять у тебя интервью, кстати. Я передала, что ты согласна. Так что ждем, когда она впишет тебя в свой плотный график. Выскочка.

Последнее слово было, конечно, сказано о Марше Филипс, известной теленовостной журналистке, с которой Айрис была не в очень хороших отношениях. За глаза, разумеется. После этого Айрис вернулась к телефонному разговору, а Мина оказалась за дверью.

Новость о Марше Филипс напрягла Мину. Ни одну Айрис связывала с ней общая история. Только на радость Мины, Марша ее совершенно не помнила. Конечно, она была совсем девчонкой, успокаивала себя Мина. И при новых встречах уже в качестве журналиста Марша ее едва наградила взглядом. Она не заслуживает новости.

До сих пор.

Взгляд Мины сразу же нашел пустой стол Дилана, который был завален разными материалами. Он был ее стажером, но и остальные не стеснялись подкидывать ему задания.

— Не пришел, конечно же, не пришел.

— Что? — из неоткуда рядом возникла Натали с чашкой в руках.

— Дилан снова не пришел.

— Ты бы ему передала, что есть так продолжится, то приходить будет некуда.

— Надеюсь, это и не есть его план…

— Богатенький мальчик наигрался? — Натали придвинулась ближе, глаза заблестели в предвкушении интересной новости.

— Хуже, обиделся, — вздохнула Мина. — Если меня будут искать, я на телефоне.

— Иди-иди, тебе сейчас все можно, ты в фаворитах, — отсалютовала ей Натали кружкой.

На звонки и сообщения Мины Дилан не отвечал, и ей пришлось дойти до самого его дома. Она никогда не была у него в гостях, но знала, что он живет на верхнем этаже элитного жилого комплекса в районе Гайд-парка. Такую недвижимость себе могли позволить только богачи, каким и был отец Дилана. Здание больше напоминало люксовый отель, чем жилой дом. Особенно внутри.

Мину тут же остановили у стойки с охраной. Вежливо, но непреклонно. Когда она сказала, что пришла к Дилану Бруксу, у нее спросили имя и сказали подождать. Через минуту ей уже без улыбки передали, что мистера Брукса нет дома.

— Сомневаюсь, но спасибо за усилие, — вежливо улыбнулась Мина.

На ступеньках у входа она остановилась, задумавшись, что делать дальше. Туча на Гайд-парком была созвучна ее настроению. Мина бросила последний взгляд на окна здания, словно могла за одним из них увидеть Дилана, и пошла прочь.

Нет, Мина была уверена, что Дилан не подаст на них иск, он просто спрячется в своей богатом мире, лелея уязвленную гордость. Даже если бы хотел, то не смог. Отец не поощрял его работу, он не поощрял в целом сына со всеми его увлечениями, мечтами и кругом общения. Связать имя Бруксов с журналом «Изнанка» — немыслимо.

Но Дилан мог из-за упрямства все бросить, если Мина не исправит ситуацию.

Она бегом поднялась по ступенькам своего дома, на лестничной клетке третьего этажа едва не налетела на Лео в обнимку с девушкой в леопардовых лосинах.

— Прошу прощения! Хорошего вечера, — бросила им и пронеслась дальше.

Если она не могла исправить старую статью, то напишет новую.

***

— «Второе дно Чикаго», — Айрис приблизилась к монитору, — интересно…

— Первая статья из серии…

Мина стояла тут же и внимательно следила за реакцией начальницы.

— Ладно, ладно, — остановила Айрис взмахом руки, чтобы Мина не мешала ей читать.

Мина видела, как взгляд Айрис бегает по строчкам, на некоторых моментах останавливается, глаза внимательно прищуриваются. Мина считала Айрис хорошим редактором, та и с беглым просмотром сразу же могла дать профессиональную оценку тексту.

Сама Мина была не до конца довольна текстом. Тема сырая, а почва размытая, что она будет писать в следующем выпуске и сама толком не знала. Куда ее приведет расследование тайного мира Чикаго. С его затерянными туннелями, и чудовищами внутри.

— Как же, — хмыкнула Айрис, — И имя мальчика рядом с твоим. Это благотворительный жест?

— Нет, он участвовал с самого начала.

— Сейчас его что-то не видно.

— Вы сами знаете, что это…

— Да неважно, отправляю в печать. А подписать хоть именем черепашки можешь.

На всякий случай Мина все-таки сопроводила статью вплоть до самой печати, чтобы там не исчезло имя друга.

Время, когда статья вышла, было тяжелым. Мина весь день пробыла на ногах: работа в институте, в издательстве, исследования в библиотеке, а еще позвонили из клиники и срочно попросили приехать. Хватило бы и последнего, чтобы сделать день гнетущим. Каждое посещение Медицинского центра милосердия возвращало ее беспросветную темноту детства.

Всего два часа, проведенных там, а она едва волочила ноги. Сумка беспомощно болталась в руке, если бы ремешок был достаточно длинным, она тащила бы ее по земле.

Поэтому она и не сразу заметила, что у высокой узкой лестницы крыльца дома ее ждали. Дилан прислонился к перилам, но все равно покачивался. Когда Мина к нему приблизилась, то в нос сразу же бросился резкий запах алкоголя.

— Ты хорошо погулял? — увидев друга даже в таком состоянии, ее настроение поднялось.

— Я не гулял. Я напился в баре, а потом приехал сюда, — алкоголь расслабил черты лица Дилана.

— Надеюсь, не на своей машине? — Мина осмотрела улицу в поисках черной Ауди.

— Бак привез, — мотнул головой Дилан, и от этого потерял равновесие.

— Ооу, осторожней. Держу, держу, — Мина подхватила парня, остановив от падения, и прислонила обратно к перилам.

Она бросила взгляд на крутую лестницу, ведущую к подъезду. В гости пригласить будет сложно

— Со мной все в порядке, мне не нужна помощь! — Дилан выдернул руку и снова чуть не упал, но в этот раз сам смог зацепиться за перила.

От его крика где-то во дворе завыла собака.

— Я сейчас уйду, но сначала кое-что скажу, — Дилан постарался выпрямиться и прямо посмотреть ей в лицо. Но казалось, что когда он поднимал голову, то она начинала кружиться.

— Хорошо, говори. Конечно, скажи.

Дилан сглотнул и поморщился.

— Я знаю, что стою. Поэтому мне не нужны твои подачки.

— Поясни, о каких подачках идет речь?

— Об этой статье! Добавила мое имя! — его голос срывался на крик.

— Дилан, конечно, добавила. Мы работали над ней вместе. Это правильно, а то, что произошло с той статьей — чудовищная ошибка. И мне не дали ее исправить.

— Это неправда! — огрызнулся Дилан, рядом послышался шум. Казалось, на голос Дилана сбежалась свора уличных псов. — Если бы мы работали вместе, то я знал бы, о чем она. Звери в метро? Исчезнувшие люди? Ты ничего мне не рассказывала!

— Я просто не успела. Сразу после этого мы занялись твоей статьей. А потом, сам знаешь, ты не появлялся в редакции.

На их голоса выглянули любопытные соседи со второго этажа. Мужчина в растянутой футболке, не стесняясь, закурил у открытого окна и слушал их.

— Уже до этого, Мина, уже до этого. Ты от меня отмахнулась. Я считал тебя примером, а ты лишь нуждалась в водителе. Не бойся, я вернусь в издательство, но попрошу другого наставника.

— Дилан, ты обижен, но давай поговорим, когда ты поспишь и выпьешь кофе.

— Все, я сказал, что хотел. Удачи тебе, Мина, и больше не пиши мое имя под своими статьями. У меня нет с ними ничего общего.

Чудо, но Дилан смог сам отлепиться от перил и побрел к дороге. Мина не могла его так оставить, поэтому пошла вслед за раскачивающейся из стороны в сторону фигурой, пока тот не поймал такси и не уехал.

Тогда девушка в еще более подавленном настроении вернулась домой. Голова начала страшно гудеть, хотелось отключить мозг и лечь спать. Но нерадужные мысли продолжали крутиться в голове, мешая спать. Еще и вой уличного пса. Мина не выдержала, распахнула окно и крикнула.

— Замолчи, успокойся же ты!

Это был бессмысленный поступок, ее крик запустил волну и еще несколько потревоженных собак залаяли.

— Это ты, стерва, успокойся, — а это ей уже в ответ крикнул мужской голос из дома напротив.

— Замечательно, просто замечательно, — Мина устало закрыла окно и с головой залезла под одеяло.

ஐஐஐ

— Что за проблема на нашу голову? — со стоном произнес Кай, — Ты только посмотри на эту статью.

Телефон Рода просигналил входящим сообщением. Род не сразу, но отвлекся от книги, которую читал в тот момент. Ссылка вела на статью портала со знакомым названием «Изнанка». Род бегло просмотрел статью с красочными картинками, изображающих чудищ и мрачные туннели, и остановился на авторе статьи. Мина Солтер, Дилан Брукс.

— И что нам теперь с этим делать?

Род не ответил, взял пальто и вышел из офиса.

Пока он ждал девушку у издательства, он видел, как количество просмотров статьи растет. Он не был активным пользователем сети, но и ему было понятно, что новость получила резонанс. Только вот когда он увидел Мину, девушка счастливой не выглядела. Она была уставшей.

Он держался на отдалении, но даже если бы подошел ближе — она бы не заметила. Была полностью погружена в собственные мысли. Что-то тяготило ее.

Из издательства она направилась в библиотеку. Он следил за ней из-за стеллажей, пытаясь понять. Что в ней было такого, что она вызывала в нем тревожное чувство лишь простыми движениями: медленным шагом, усталым движением руки, откидывающей рыжие волосы за спину.

Никто за ней не следил, кроме него. Но он все равно продолжил следовать за ней. Он с удивлением обнаружил, что она привела его к медицинскому центру. Здесь ее шаг стал еще более медленным, а спина напряжённой. Кого бы она не навещала, она пришла с пустыми руками. Он проследил за ней до палаты, где она на входе столкнулась с медсестрой.

— Ей уже лучше, нам пришлось дать успокоительное.

— Спасибо.

— Нам правда жаль, но она все продолжала вас звать и попыталась себя покалечить.

— Я понимаю, прошу прощения за доставленные хлопоты.

Мина вошла, а медсестра проводила ее жалостливым взглядом. Как только дверь за девушкой закрылась, из палаты послышались ругательства. Причитала женщина, негромко, дверь вполне заглушала звуки, но Род слышал.

— Кто же ты такая, Мина Солтер?

Глава 12. Девочка, кричащая «Волки»

— Кто бы мог подумать, что заброшенные туннели города будут людям интересней, чем свадьба мертвых?

Мина и Натали склонились к монитору Сили, на котором он показывал рейтинг. «Второе дно Чикаго» побило число просмотров.

— И я, — сказала Мина.

Это была правда. Она не считала свою статью успешной, ведь там не было ответов. Для нее это неудачная работа, она сама не любила статьи, которые порождали больше вопросов, чем ответов.

— Айрис ждет вторую.

— Знаю, — Мина выпрямилась и вернулась к своему месту, Натали последовала за ней.

— Есть что?

Мина бросила взгляд на спину Дилана, он сидел рядом с Джанет из астрологической рубрики.

— Нет, пока нет.

Дилан вернулся, как и обещал. И, как и обещал, сменил своего наставника. Больше у нее не было стажера.

— Может, интервью с Маршой натолкнет тебя на новую тему.

Если Натали хотела подбодрить, то у нее не получилось. Предстоящее интервью Мину совсем не радовало. Удивляло лишь то, как резко ее позиции в «Изнанке» подскочили с внештатного журналиста до главного соло. Это должно было радовать, но лишь вселяло неуверенность — такие скачки лишь доказывали шаткость положения наверху. Одна неудачная статья, и ты снова окажешься в самом конце рейтинга и на последней странице.

Интервью было назначено на следующий день в студии «Новости двадцать четыре». Не всегда Марша брала интервью там, но ради Мины приезжать известная журналистка не планировала.

Дома Мина остановилась в нерешительности перед зеркалом. С одной стороны, ей хочется предстать компетентным серьезным журналистом, но строгие унылые костюмы делали ее схожей с девочкой из прошлого. Зато привычный яркий гардероб разрушал ту связь, но и заставлял окружающий относится к ней предвзято.

— Предвзято, так предвзято.

Мина поправила кружевной воротничок платья с принтом в мелкий цветочек. Волосы убрала с лица маленьким гребнем. А из украшений оставила лишь медальон с волком. Он не подходил к платью, но она уже так привыкла к нему, что без него ощущала себя голой.

На студии ее не встретили с почетом. Нет, Мине пришлось самой искать место встречи, добиваться внимания съемочной команды. И лишь когда вынужденно вмешалась в разговор двух мужчин, те обратили на нее внимание.

— Мне назначено интервью с Маршей Филипс.

— Лу, на интервью пришли! — крикнул один из мужчин, окинув ее взглядом.

Лу оказалась пожилой латиноамериканкой с крупными кудрями. Она деловито осмотрела лицо Мины и начала накладывать тон, чтобы на экране не было видно блеска.

Не было никакой подготовительной беседы с Маршей. Журналистка вплыла в студию, когда Мина уже десять минут как сидела в кресле перед камерой. Перед камерой и десятками зрителей.

— Мы начинаем, — Марша под аплодисменты зашла на небольшую сцену.

Теперь она удостоила Мину продолжительного взгляда. Препарировала. Прежде чем занять свое место, подошла к ней и протянула руку для пожатия. Секундное прикосновение, и Марша изящно заняло свое место в кресле ведущей, расправив складки широких брюк.

— Дамы и господа, время диалога с интересными людьми. И я рада поприветствовать на своей программе нашумевшего автора журнала «Изнанки» — Мину Солтер!

Мину одарили аплодисментами, но более жидкими. Здесь не было человека с табличкой «аплодисменты» или «смех». Присутствующая массовка была собрана из сотрудников и стажеров телестудии, знающих свое дело.

Сначала интервью было вялотекущим, стандартный обмен вежливостью и простые вопросы, чтобы ближе познакомить зрителей с работой Мины.

На все ответы Марша благосклонно улыбалась и кивала головой. А затем наступил момент драматической паузы. Марша с той же улыбкой на лице изучала Мину, хоть та и закончила говорить. Мина ждала следующего вопроса, нерешительно улыбаясь на камеру. Но ведущая не торопилась. Неловкость стала чувствоваться острее. Может, время рекламы, подумала Мина. Но оператор продолжал работу, все оставались на местах.

— В последней статье вы рассказываете о вере людей в Зверя, что живет в туннелях Чикаго. А вы сами верите в это?

— Это взгляд со стороны. Чтобы поверить, мне нужно увидеть самой. Поэтому мне и интересно, что стало причиной для такой легенды.

Еще одна пауза от Марши.

— А разве вы не видели?

Мина нахмурилась, пытаясь осмыслить вопрос Марши. Марша же повернулась к камере и указала на экран.

— Поясню. Много лет назад мне уже доводилось встречаться с мисс Солтер, но при других обстоятельствах. Тогда она стала героиней статьи «Девочка, кричащая «Волки!».

На экране позади Мины и Марши возник разворот старой газеты. На центральной фотографии была запечатлена заплаканная девочка, которая выглядывала из окна дома, как из тюрьмы.

Мина похолодела. Она резко обернулась к Марше, ведущая склонила на бок голову и наслаждалась произведенным впечатлением.

— Когда вам было, если не ошибаюсь пятнадцать лет, вы утверждали, что на вас напал Зверь. Ни волк, ни медведь, а чудовище! Насколько я знаю, потом вы отказались о своих показаний. Но не является ли новая статья продолжением прошлой веры? Поэтому вам и близка легенда бездомных?

Вся студия замерла в ожидании ответа Мины. Кровь отлила от ее лица. Она сцепила пальцы рук на коленях. Как ей сейчас стоит поступить?

— Мне было пятнадцать, и я была напугана. Как и те люди, которым я пытаюсь помочь.

— Напугав сотни тысяч других?

Эфир закончился полным провалом. Мина едва видела куда идет от слез, застилавших глаза.

— Мисс Солтер, вы забыли комплимент, — девушка ассистент протянула ей подарочный пакетик, но Мина отстранила его рукой. Пакетик вырвался из рук девушки и отлетел, попав в мужчину, который только что вошел в студию. Он поймал его на лету.

— Это, кажется, ваше? — высокий блондин с убранными назад волнистыми волосами протянул Мине пакет.

— Можете оставить себе.

Пестрый блестящий пакетик абсурдно смотрелся на фоне дорогого идеально сидящего костюма.

— Вы очень добры, — тем не менее ответил с улыбкой мужчина и освободил ей проход.

Телефон Мины разрывался от входящих звонков и сообщений: Айрис, Натали, с кафедры и, конечно, Лео. Но ни одного сообщения от Дилана. Мина промотала все сообщения, не читая, но остановилась на пропущенном звонке из Медицинского центра Милосердия.

— Опять, — Мина остановилась и посмотрела на небо, чтобы прогнать подступившие слезы.

Ее жизнь превратилась в бардак за один миг. А она стояла перед выбором, с чего начать разгребать. Очередной входящий звонок из медицинского центра определил ее выбор.

— Добрый день, мисс Солтер. У вашей матери снова приступ.

— Что произошло на этот раз? Она снова жалуется на персонал?

— Нет, это все произошло после просмотра новостей. Кажется, в этой программе были вы.

Мина выдохнула и посчитала про себя до пяти.

— Я сейчас приеду.

Выбор пал «быть плохой дочерью», оставив на потом «быть плохой журналисткой» и «быть плохой подругой». А, может быть, потому что, когда ты на дне, становится все равно, если кто-то водит по воде.

В дороге и в клинике, она ловила на себе взгляды прохожих. Стоило выбрать невзрачный образ, ее внешность слишком запоминающаяся.

— Кто бы мог подумать, что программа настолько популярная, — пробормотала Мина, когда женщина в лифте застыла от удивления вместо того, чтобы нажать нужный этаж.

Она снова вернулась в свои пятнадцать лет, когда в ее жизнь вошла Марша Филипс и вывернула жизнь наизнанку перед всем миром. Над ней смеялись в школе, унижали, считали помешанной. Кричали «волк», указывая ей за спину, а когда она в испуге оборачивалась, хохотала и подвывали.

Но хуже всего было дома.

«Дьявол играет с тобой. Но я не дам ему твое грешное тело и душу».

Прозвучали слова матери в голове. Спина болезненно заныла.

Из палаты матери доносились крики. Но медсестры на посту не спешили, уже привыкшие к буйству миссис Солтер. В палате была только одна медсестра, увеличивающая дозу успокоительного в капельнице.

Седовласая и с пожелтевшим лицом Мойра Солтер лежала на кровати. Она визжала, проклинала и призывала Господа себе в помощь. Но лишь двигалась ее голова и чуть подрагивала левая рука как в конвульсиях. Остальное тело было намертво приковано к постели.

— Мама, успокойся. У тебя снова поднимется давление.

Взгляд женщины упал на дочь в дверях. И на секунду она замолчала. Затем ее лицо искривилось, как у младенца, приготовившегося к крику.

— Это все ты! Мое проклятье! Как долго ты еще будешь порочить наше имя?! Грешница! Дьявол поработил твою душу!

Мина устало положила сумку на стул и повернулась к медсестре.

— Все в порядке, я с ней побуду.

Женщина ободряюще ей улыбнулась и вышла, плотно закрыв за собой дверь. Когда они остались вдвоем, Мина придвинула стул к кровати и села рядом с матерью. Единственной рукой, которой могла двигать, Мойра пошевелила, и Мина взяла ее за руку.

Привычно Мира отключилась от происходящего и погрузилась в свои мысли. Под ядовитое шипение матери, сквозь боль от впившихся ногтей в руку. Скоро Мойра устанет говорить и напрягать руку, тогда она успокоится. Причинять боль Мине было лучшим лекарством для нее.

И каждый раз, когда ей звонили из клиники или когда она получала счета за лечение матери, или когда она выходила из больницы с кровоточащей рукой, ей хотелось бросить все и рвануть в Хьюитаун, штат Алабама. Туда, где ее отец пастор до сих пор играл роль праведного служителя Господа, которому сочувствовали из-за больной жены и странной дочери. Ворваться прямо посередине службы и призвать к ответственности того, кто свой долг выполнял только перед паствой. Оставив дочь на истерзание жены, а как только и жена стала беспомощной, то и о ней забыл. Дочерний долг, так он говорил.

Мина дождалась, когда мать затихнет, и освободила руку. На запястье остались кровавые полосы. Мина даже не поморщилась.

— Никому не говори, что видела Зверя. Иначе он придет за тобой.

Донесся до Мины шелест голоса матери, когда уже повернулась, чтобы уйти. Девушка замерла и обернулась, но мать уже не обращала на нее внимание, цокала языком и что-то рассматривала на потолке. Годы парализованного состояния сказались на ее душевном состоянии. Мина уже подумала, что та говорит о Звере, но нет, конечно же, она имела в виду, что за ней придет Дьявол.

Мина вышла как под наркотиком из клиники. День близился к вечеру. Несколько секунд заняло, чтобы понять в какую ей сторону идти. Как будто одной частью тела она неуверенно шагала по улицам Хьюитауна, а второй пыталась найти уверенность в походке молодой женщины, которой стала сейчас.

Сквозь чащобу мыслей до нее донесся детский плач. Не она ли из детства в ее голове? Но нет, звук снова повторился справа от нее. Мина пригляделась, пытаясь между рядов машин на парковке рассмотреть плачущего ребенка.

Может, закрыли в машине? Похитили? Или потерялся?

Она шагнула прислушиваясь. Вот снова. И Мина прошла дальше.

— Эй, малыш, ты где?

Но ребенок не отзывался, только всхлипывал теперь приглушенно, словно зажал рот ладошкой. Или зажали? Мина ускорила шаги. Парковка уходила за здание и сужалась до одного ряда машин. Девушка нагнулась, чтобы посмотреть, не спрятался ли ребенок под машиной. Нет. Когда она выпрямилась впереди перед ней сидел бездомный грязный пес странной породы и поскуливал.

— Мозг играет со мной в странные игры.

Но она не успела развернуться, кто-то накинулся на нее со спины, и Мина лицом полетела на землю. Едва успела защитить лицо руками от встречи с асфальтом, но удара головой было не миновать. Удар выбил дух, гул в голове и боль черной вспышкой перед глазами.

А затем она почувствовала, что ее потащили за ноги.

ஐஐஐ

Загорелся зеленый свет, но черная Мазда не тронулась с места. Род не отводил взгляда от торгового центра. На большом экране вдруг появилась та, которая не покидала его мысли все последнее время.

Машины сзади просигналили.

Он опомнился и нажал на газ, затем свернул с центральной дороги и припарковался. Найти канал, что транслировался на рекламном экране, было не сложно. Его не подвело зрение — Мина Солтер была в прямом эфире.

«Девочка, кричащая «Волки!»

В комментариях быстро появилась ссылка на упомянутую статью. Род приблизил изображение девочки в окне. Девочка не лгала. Она видела. Этот взгляд ему был знаком.

Глава 13. Капкан

Без усилий. Дернули так легко, можно было подумать, она за ноги привязана к машине или взбесившейся лошади. Жесткая земля, камни, лужи и грязь. Она чувствовала каждый изъян дороги. А затем преградой стала и ее одежда. Пальто и платье свезлись, отказываясь скользить также просто, как ее безвольное тело. Пуговки любимого винтажного платья стали проклятьем — впивались в тело.

Также быстро дневной свет исчез. Словно нажали на выключатель. Секунда — вот она стоит на парковке, а в следующую — ее уже плашмя утащили в темноту. Тихий скулеж, уже не напоминающий плач ребенка, последний раз прозвучал отдаленно и стих.

Мина закричала и попыталась извернуться, чтобы увидеть нападавшего. Но еще больнее ударилась о пол. Бетонный пол. В слабых огоньках после яркого дневного света она узнала в окружении подземную парковку, которая по спирали резко уходила вниз.

Распущенные волосы закрывали обзор и мешали сориентироваться. Руки шарили вокруг, пальцы скребли пол, как якорь в надежде за что-то зацепиться.

Ее резко дернули, и она приподнялась над полом. Хватка, удерживающая ее ноги, исчезла. Мина мешком рухнула обратно со сдавленным вскриком. Позади что-то ударилось, и сигнализация машины завопила. Девушка развернулась и наконец смогла увидеть напавшего.

Их было трое. Три похожих сгорбленных фигуры в мешковатой, местами рваньем висевшей одежде. Один из них сейчас лежал около голосившей машины, оставив на ее двери огромную вмятину. Он ее и тащил, а теперь вместо него к ней подбирался молча второй. Грудь его тяжело поднималась, глаза безумно блестели, он издавал булькающие хриплые звуки, как при остром бронхите. И он совершенно не обращал внимание на третьего, на которого наступал сейчас незнакомец Мины.

Ей бы испугаться, попытаться защититься от подступающей угрозы, но она, не отрывая глаз, смотрела вновь на своего спасителя. Он вывернул руку третьему нападвшему, но тот не проронил ни звука, словно не испытывал боли. Не иначе голем. А затем незнакомец ударом ноги отправил его в том же направлении, что и первого.

Он нашел ее! Ни мысли, как он это сделал. Или кто на нее напал. Мина в этот миг испытала неподдающееся никакому объяснению счастье и облегчение.

С небес на землю ее спустил третий голем, который подобрался к ней и схватил за ногу. Мину завизжала и ударила его пока еще свободной ногой. Тот принял удар ни поморщившись, даже не попытавшись увернуться.

Мина в панике нашла глазами незнакомца. Тот не торопился, стрельнув взглядом на тех, кого успел временно обезвредить, абсолютно расслабленно шел в их сторону. В тот момент, когда голем приготовился уже тащить свою жертву, незнакомец, как молотом, ударил его по спине. Голем от силы удара согнулся, войдя коленям в пол. Но Мину не отпустил. Незнакомец и сам опустился на корточки рядом, сжал его руку и посмотрел тому в глаза.

Мина видела, как рука сжимала все сильнее, пальцы, удерживающие ее дрогнули, голем выдал первую эмоцию и поморщился. А затем издал скулеж. Кость руки хрустнула.

— Осторожней!

Первые двое смогли собрать себя и снова, как хрипящие зомби двигались в их сторону. Незнакомец без суеты освободил ее руки, и ногой отшвырнул голема. Да так, что тот отлетел почти под ближайшую машину.

Скрип резины шин и свет фар осветил их. На парковку спускалась новая машина. Незнакомец взял Мину за руку и поднял ее.

— Уходим.

Проезжающая машина отрезала их от нападавших, и незнакомец воспользовался этим моментом. Он провел Мину между машинами к дальней стене. Там оказалась дверь, которую в такой темноте нереально было разглядеть. Видно, хорошо знает это место, подумала Мина.

За дверью оказалась лестница, и они вышли на одну из площадок. Как только дверь за ними закрылась, он отпустил ее руку. А затем легким движением отодрал ручку двери, бросив в угол ненужный кусок металла.

— Оу, — только и выдохнула девушка.

Мина хотела ступить на лестницу, которая вела наверх, но незнакомец повел ее вниз.

— Подожди, — в первый раз Мина подвергла сомнениям его действия.

— Если тебе нужна моя помощь, то иди за мной.

В дверь с той стороны начали ломиться. Это ускорило принятие решения, и Мина поспешила за незнакомцем вниз по лестнице.

— Ты знаешь, кто они?

Незнакомец спускался обычным шагом, а вот Мине приходилось поспевать за ним.

— Не по именам.

— Но ты знаешь, что с ними? Они были странными.

— Догадываюсь.

Мина вздохнула.

— Расскажешь?

Мужчина остановился, и Мина налетела на него.

— Тебя это волнует? Может, поинтересуешься, почему они на тебя напали?

Мина отступила на одну ступеньку выше. Так она могла встретиться с ним взглядом, не поднимая головы.

— Почему?

Незнакомец усмехнулся и покачал, словно не мог поверить в происходящее.

— Потому что ты натравила на себя, как ты выразилась, все второе дно Чикаго, выпустив эту статью. А потом еще и на телевидение явилась.

Кровь хлынула к лицу Мины.

— Ты видел?

Незнакомец схватил ее за плечи и встряхнул.

— Ты можешь сосредоточиться на важных вещах?

— Я не дура. Я понимаю, что ты говоришь, — Мина поднялась еще на одну ступеньку, и мужчина убрал руки. — Но твои слова лишь доказывают, что я на правильном пути. Я — журналистка. И я ищу правду.

— Ты ищешь неприятности.

— Люди пропадают. Среди нас есть наркотик, который делает людей… — Мина указала туда, откуда они пришли, и пыталась описать големов. — Странными… Ты разве не заметил?

Лицо незнакомца помрачнело. С таким пристальным взглядом исподлобья он рождал внутри инстинктивное чувство страха.

— Ты копаешь себе могилу все глубже и глубже.

— Окей, — Мина поняла, что он не собирается ничего рассказывать. — Они напали на меня, потому что я узнала о них? Так. Значит, уже не отстанут. А значит, я должна знать, с чем имею дело, чтобы защититься.

— И как же ты можешь защититься?

— Обращусь в полицию.

Он рассмеялся. То ли его рассмешили ее слова, то ли уверенный вид со сложенными руками на груди и упрямо поднятым подбородком.

— И меня защитишь ты.

На этих словах его смех прекратился.

— А с чего ты взяла, что я буду тебя защищать.

— Но ведь ты сейчас здесь. Чудесным образом для меня уже в третий раз. Либо тебе что-то от меня нужно. И раз так, ты это еще не получил. Либо…

Она отвела взгляд.

— Либо? — в его тоне звучало предупреждение.

— Либо…

Договорить ей не дал грохот сверху. Судя по звуку, дверь все же выбили. Незнакомец снова схватил ее за руку и устремился вниз. Теперь и он спешил. В самом внизу была схожая дверь, через которую они попали на нижний уровень парковки. Ручку этой двери постигла та же участь.

Машин здесь было гораздо меньше, недалеко светился указатель направления к лифту, но незнакомец, все еще держа Мину за руку, повел совсем в другую сторону. В дальней от выхода стене была встроена решетка, закрывающая проход в темный коридор. На решетке висела табличка, и, если было бы достаточно света, Мина была уверена, что прочитала бы на ней «Вход посторонним запрещен» или «Опасно. Не входить». Любое указание на то, что там не ждет безопасный выход.

Но именно туда они и направились. Незнакомец со скрежетом отодвинул решетку. Галантность тут была неуместна, в темноту он шагнул первым. А когда и Мина ступила за ним в кромешную темноту, вернул решетку на место.

— Кажется, у меня дежавю, — прошептала Мина. — Куда ведет этот коридор?

— К станции метро Харрисон.

— И почему все подземные туннели Чикаго связаны?

Мине приходилось непросто ориентироваться в темноте даже при том, что ее вели за руку. Казалось, что в любой момент она может натолкнуться лицом на стену впереди. Она вытянула руку вперед и коснулась спины незнакомца. Он напрягся, но ничего не сказал, когда она оставила руку на месте.

— Чикаго построен на болоте. И чем выше строили небоскребы, тем ниже опускались первые уровни. Все второе дно в итоге связано.

— Смотрю тебе понравилось это название.

Мина в темноте улыбнулась. Уже второй раз он использовал определение, которое она использовала в статье.

— У тебя хорошо получается это.

— Что?

— Подбирать подходящие названия.

Улыбка стала еще шире, и Мина прикусила губу, чтобы удержать ее. Но что-то знакомое показалось в его словах. Мина резко остановилась.

— Стоп! — сказала Мина. Незнакомец, почувствовав сопротивление, тоже остановился. И по дыханию Мина поняла, что обернулся к ней. — Подбирать точные слова… Если они вышли на меня после той статьи… Там же и имя Дилана! Ему тоже грозит опасность?

— Теперь ты поняла, насколько это серьезно?

Мина вцепилась в него второй рукой.

— Мы должны сейчас же его найти!

— Мы? Не думаю.

Мина вздохнула и отпустила его руку. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы подавить панику внутри и осмыслить происходящее. Как можно быстрей найти Дилана, и убедиться, что ему ничего не угрожает. Но одной ей не справится, если он в беде. Вызвать полицию? Мина вспомнила силу големов, вспомнила хриплое рычание и бесчеловечный взгляд чудовища из туннеля.

— Прошу, — она сложила ладони в умоляющем жесте, как если бы он мог видеть в темноте, — Я не знаю, что тебе нужно от меня. Но я обещаю, что чтобы это ни было, я это отдам или сделаю. Только помоги мне спасти друга. Он очень мне дорог. И это моя вина, что он теперь в опасности.

— Дорог? — его голос прозвучал глухо.

— Прошу, — шепнула она.

— Не надо, — он опустил ее ладони и снова взял за руку. — Идем.

И они продолжили путь в напряженной тишине. Мине казалось, что она уже вечность плетется в этой темноте, обивая ноги о неровной пол и отбитые куски бетона. Она так глубоко погрузилась в свои мысли, что не сразу почувствовала легкое пожатие руки. Затем ее проводник остановился.

— Можешь уходить, — сказал он со сталью в голосе. И Мина не сразу поняла, что он обращается не к ней. Она не видела, но почувствовала, что в темноте они больше не одни. — Она со мной. Передай это Авроре.

Еще какое-то время они стояли замерев. А затем напряжение в воздухе также внезапно исчезло, как до этого наэлектризовалось.

— Кто это был? И кто такая Аврора?

— Надеюсь, тебе никогда не придется это узнать.

— Твоего слова достаточно, что они не трогали меня?

— Сегодня, да.

— А с теми, что были на парковке? Ты можешь убедить их не трогать меня и Дилана?

— С ними договориться не получиться.

Мину посетила внезапная догадка.

— Ты тоже не знаешь, кто они?

Незнакомец промолчал. И ей только осталось догадываться, насколько она близка к истине.

Глава 14. Последствия

Они действительно вышли к станции Харрисон и вместе с потоком людей поднялись наверх. Здесь в свете вечерних фонарей, Мина смогла рассмотреть свой внешний вид. И поняла причину, почему люди на нее оборачивались.

Колготки и подол платья порваны, пальто и обувь в грязи. Сквозь стрелки на коленях видны кровоточащие раны, ладони в ссадинах. Она попыталась пригладить волосы, но зашипела, почувствовав боль на лбу.

— Не трогай.

Незнакомец отвел ее руку и сам аккуратным движением убрал волосы со лба. Затем оглядел ее плачевный вид и застегнул на ней поплотнее пальто, на котором не хватало теперь пары пуговиц.

— Моя машина недалеко.

Они подошли к уже знакомой черной Мазде. Незнакомец помог Мине сесть на переднее сиденье, после занял место водителя.

— Я так и не знаю, как тебя зовут.

Как зовут, кто он, что ему нужно — она ничего не знала.

Вместо ответа он усмехнулся и достал телефон.

— Ты помнишь номер своего друга? — он выделил последнее слово.

— Нет, но я могу… — она посмотрела вниз и поняла, что ее руки пусты. Ни сумки, ни телефона, — не могу… Я не помню его номера наизусть.

— Есть варианты, где ты можешь его сейчас быстро узнать?

Мина посмотрела на приборную доску.

— В такой час нет.

— Ладно. Где живет твой друг? — и после того, как она назвала адрес, набрал чей-то номер.

После третьего гудка ему ответили.

— Подъезжай на пятьдесят седьмую улицу в районе Гайд-парка, — собеседник ответил что-то такое, отчего незнакомец вздохнул. — Нет, по делу. Я сейчас в районе Принтерс-Роу, встретимся там.

Кого бы они ни ждали, на место они приехали первыми.

— Пойдем проверим, дома ли он, — он открыл ей, не глядя дверь, и ждал, когда она выйдет. А сам оценивающе смотрел на внушающий жилой комплекс.

— Эмм, думаю мне не стоит идти, — незнакомец удивленно посмотрел на нее. Мина указала на свою одежду, а затем на здание. — Даже если бы не мой внешний вид, боюсь, он мог бы сказать консьержу, что его нет, даже если это не так, — она грустно улыбнулась.

— Дружеская ссора? — улыбка у него получилась немного злорадной. Она не ответила, тогда он кивнул. — Как его зовут? Дилан?

— Дилан Брукс, сто двадцать седьмая квартира.

— Чудесно. Дилан Брукс. Жди меня здесь, закрой машину, — он захлопнул дверь и решительно поднялся по ступенькам парадного входа.

Что ж, подумала Мина, он этому месту отлично подходит.

Мина в ожидании замерла и не спускала взгляда со входа в дом Дилана. Про себя она молилась, чтобы Дилан оказался дома и в безопасности. Пусть он в удивлении встретит незнакомца, поворчит, но будет в полной безопасности.

В окно постучали. Мина вздрогнула. Она подняла голову и встретилась взглядом с улыбающимся кучерявым брюнетом, который с улыбкой заглядывался в окно машины и жестом показывал ей открыть дверь. Девушка узнала в нем парня, в чью машину сел тогда незнакомец на перекрестке.

Мина сняла блокировку, и парень проворно забрался на заднее сиденье.

— Приветики, — он широко улыбнулся и протянул ей ладонь. — Я – Кай.

— Мина, — с заминкой, но все же Мина ответила на улыбку и протянула свою ладонь.

— Ага, наслышан, — он уже коснулся, чтобы пожать ее руку, но заметил, в каком состоянии ее ладонь. — Ууу, бедняга. Сейчас.

С заднего места он протянул ей бутылку воды и салфетки.

— Спасибо.

Мина успела промыть раны на руках, когда незнакомец вернулся и занял свое место.

— Привет, Род, — Кай, как чертик из табакерки, вырос между передними сиденьями.

— Значит, тебя зовут Род, — улыбнулась Мина.

Незнакомец, который теперь обрел имя, испепелил Кая взглядом, бросил ему на колени какой-то пакет и завел машину.

— Твоего друга нет дома. Квартира пуста.

— Ты смог пройти к квартире? — удивилась Мина. Род посмотрел на нее с вопросом, — Ничего, просто там такая охрана…

Но дальше развивать эту тему не стала. Если Дилана нет дома, она и предположить не могла, где его искать. Слишком поздно, чтобы он мог быть в редакции…

— Так чем мы будем коротать вечерок? — вернул к себе внимание Кай.

— Поисками некого Дилана Брукса, который тоже отличился в той статье. Есть предположения, где он может быть?

Мина покачала головой.

— Кай?

— Ну, дайте хоть что-то. Хоть номер телефона.

— С этим у нас тоже проблема.

Под взглядом Рода Мина почувствовала вину, что умудрилась потерять телефон. Хотя разве в той ситуации ей было до этого?

— Варианты? — Кай переводил взгляд с Рода на Мину, которые сверлили друг друга взглядами. — Какие вы забавные.

— У меня дома записан его телефон, — сказала Мина.

— Мм, идем в гости. Поехали, — Кай похлопал по сиденью Рода и откинулся на сиденье.

Пока они ехали Мина молилась Богу, который всегда был равнодушен к ней, чтобы Дилан просто снова где-то выпивал с друзьями. Пусть он обижается на нее, разносит в пух и прах, но был в безопасности.

Они подъехали к ее дому, и как Мина и думала, парни последовали за ней. И ей не пришлось приглашать их внутрь. Как только открыла замок, Род отстранил ее и зашел первым. Деловито осмотрелся и прошел вглубь квартиры. Мины юркнула за ним, на ходу отодвигая раскиданную обувь у дверей и сгребая разбросанную косметику в верхний ящик комода.

Кай неспешна зашел последним, и когда встретился около кухни с выходящим из спальни Родом, спросил:

— Тебе для этого нужно было войти? — на его лице была хитрая улыбка.

— Иди уже.

Как Род и сказал, Кай прошел на кухню.

— Я быстро, где-то здесь был, — сказала Мина, роясь в ящике. — В холодильнике есть напитки, если хотите. Или кофе.

— С вашего позволения я выпью кофе.

Кай зевнул и прошел к кофейнику. Род остался стоять у окна.

— Вот! Нашла, что дальше? — Мина победно подняла вверх блокнот с номером телефона.

— Сейчас мы на него позвоним, — Кай забрал блокнот и начал набирать номер, — если повезет, он ответит и на этом мы закончим. Если нет, то я сброшу кое-кому номер, и по волшебству нам определят месторасположение, где засекли его номер в последний раз.

— У вас хорошие связи, — уважительно покивала головой Мина и посмотрела на Рода.

— Гудки есть, но не отвечает. План Б.

Находясь рядом с ними, Мина чувствовала себя уверенно и защищено, словно они способны решить все ее проблемы. Но длинные гудки, которые и ей были слышны пробивали этот непоколебимый слой, пропуская корни паники.

Кай, как и сказал, отправил кому-то сообщение, а затем сделал контрольный звонок. После спокойно убрал телефон в задний карман и принялся готовить себе кофе. Мине, так и застывшей в дверях кухне, волей не волей пришлось признать, что чудо за секунду не произойдет. Придется ждать.

— А сахар? — Кай обернулся к ней с глазами ребенка, которому Санта не принес подарок на Рождество.

Он осмотрелся вокруг и взял из тарелки печенье. И сразу же скривился.

— Оно соленое.

— Не люблю сладкое.

Даже Род обернулся на такое заявление.

— Гостей, видимо, тоже.

— Гостей люблю. Просто все мои гости, обычно, фигуру берегут, — сказала Мина, вспомнив Лео.

Судя по лицам парней, Мина сказала что-то крамольное.

— Какие у тебя гости, — ухмыльнулся Род.

Дальше они провели минут пятнадцать в неловкой тишине, пока телефон Кая не завибрировал. Мина только отлучилась, чтобы сменить одежду и умыться, только она достала аптечку, как с кухни раздалось:

— Есть!

Остальным не нужны были пояснения, быстро поднялись с места и поспешили к входной двери. На выходе Род остановил ее, и что вложил в руку.

— Возьми, — сказал он и вышел первым.

Мина проводила его взглядом, а посмотрела на пластыри на своей ладони.

Уже в машине Кай объяснил, что последний сигнал был пойман в районе старого порта. В этот раз Мина сидела позади и при упоминании порта, места, которое они уже давно с Диланом отметили карандашом в своих поисках, червь беспокойства снова стал проедать себе дорогу наверх.

Род вел машину очень уверенно, на грани дозволенного и успевал за секунду проскочить на всех светофорах до красного цвета. Мина со страхом вцепилась в ремень и искусала губы до крови.

В старом терминале они проскочили мимо стен из контейнеров, рядом с которыми раньше дежурили Мина и Дилан. Оставаясь словно на периферии между привычным миром и проблемами.

Они остановились у одного из трех огромных ангаров. Стены были изрисованы граффити пошлой тематики, лишь в некоторых местах можно было разглядеть изначальную красную краску.

— Останься с ней, — сказал Род Каю и открыл дверь машины.

Не только Мина заволновалась. Кай тоже с тревогой посмотрел на друга.

— Друг, их слишком много.

Мина не успела спросить, откуда он это знает. Род бросил на него взгляд из-под нахмуренных бровей.

— Оставайтесь здесь, — повторил и бесшумно исчез в черной пропасти открытого ангара.

— С ним все будет в порядке? Может, нам стоит ему помочь?

— Если я хочу, чтобы со мной потом все было в порядке, нам лучше остаться здесь, — проворчал Кай.

Мина то смотрела на вход в ангар, то на часы на приборной панели. Минуты не менялись вечность.

— Так тихо. Это хорошо или плохо?

Кай промолчал.

А еще через какое-то время, когда для Мины вокруг, казалось, ничего не изменилось. Кай резко к ней обернулся.

— Подруга, ты накаркала.

Мина сначала не поняла, а через секунду раздался грохот, и машина содрогнулась. Словно им на багажник кто-то свалился с многоэтажки.

— Заблокируй двери, — сказал Кай и выскочил из машины.

Мина закрутила головой из стороны в сторону, ища источник шума. Машина еще раз качнулась и рядом с Каем спрыгнул не то зверь, не то человек. Он стоял к Мине спиной, приготовившись напасть на Кая, она видела только длинные спутанные волосы, сгорбленную спину и синий халат, похожий на форму лаборанта. Только изрядно потрепанную и с оборванными краями.

Кай выставил руки в обороне и напряженным взглядом буравил противника. Новый знакомый Мины был в неплохой форме, но все же монстр одной рукой смог снести его в сторону. Кай полетел и врезался в паллетные доски, сбив на ходу их стройный ряд.

Сердце Мины болезненно сжалось. Так люди ломают себе позвоночники. Но монстра Кай больше не интересовал, он развернулся и заглянул в машину. Мина встретилась со взглядом лишенных человеческих чувств. В памяти что-то шевельнулось. Она вспомнила туннель в день знакомства с Родом.

Монстр схватил дверь машины с обеих сторон и вены, выступающие буграми на его лице, еще больше напряглись. Послышался скрежет. Дверь сопротивлялась и скрипела, словно от боли, предчувствуя что ее вот-вот вырвут с корнями.

— Эй, тебе помочь? — услышала Мина голос Кая.

Она и не разглядела его за спиной монстра. Тот отвлекся от машины и обернулся на голос. Кай тут же нанес удар в челюсть. Мина думала, что будет эффект как от укуса комара, но удар Кая был ощутим. Монстр пошатнулся. Кай не остановился — удар за ударом.

Но надолго его не хватило, да и монстр пришел в себя. Издал рык и тараном пошел на Кая. Тогда парень выбрал иную стратегию — бросился бежать.

Может целью и была Мина, но Кай его изрядно разозлил, монстр ни секунды немедля бросился за ним.

Сидеть в машине было невыносимо. Мина попыталась открыть дверь, но она была покореженная и не поддавалась.

— Нет-нет-нет, открывайся.

Мина безуспешно продолжала ее толкать и дергать за ручку. Машина теперь казалась ловушкой. Она кинулась к соседней двери. Та тоже была погнута из-за прыжка монстра на крышу. Тогда Мина начала переползать на переднее сиденье.

В этот момент она увидела. Как из ангара показались две фигуры. Один человек шел, а второй — безвольно повис на его руках. Род помогал идти Дилану, а ее друг едва шевелил ногами. Одна брючина была рассечена и вместо кожи была видна лишь кровь.

— Дилан! — крикнула Мина, но машина заглушила ее крик.

Род донес парня до машины и с легкостью открыл заднюю дверь. Мина в ужасе смотрела, как он грудой свалил Дилана на заднее сиденье. Тот лишь простонал, едва приоткрывая глаза.

— Где Кай?

— На нас напали. И он его отвлек.

Род выругался и ударил дверь. Потом словно попытался глубоко вздохнуть, но не смог. Мина видела, что-то изменилось. Он был взбешен. На грани. Лицо и так, словно высеченное из камня, заострилось. Что-то хищное читалось в нем. Мина так и не успела перелезть обратно, застыв где-то между.

Затем Род отступил на несколько шагов, не сводя с нее взгляд. И почему-то начал быстро расстегивать рубашку.

Мина не находила слов, но и взгляда отвести не могла. Что он задумал?

Он уже избавился от пальто и рубашки. По телу его пробегали судороги, мышцы бугрились от напряжения.

— Молись, чтобы с ним ничего не случилось.

На последних словах согнулся и на глазах Мины превратился в Зверя.