Волчица и Мечник. Том 2

Глава 1. Мёртвые купальни

Беловолосая девушка быстро бежала по узким улочкам. Она часто оглядывалась, тяжело дышала и прижимала к груди толстую стопку пожелтевших бумаг. Полуистлевшие листы тихо шелестели, от них пахло чернилами и мокрой собачьей шерстью.

В свете полной луны высокие дома отбрасывали огромные тени. В столице королевства стояла поздняя ночь, а потому в закоулках и тесных двориках можно было встретить только стаи крыс, грабителей или патрули стражи. Вокруг было по-осеннему холодно и тоскливо.

Девушка на мгновение остановилась и дёрнула своими волчьими ушами. Она всмотрелась в темноту, ожидая услышать чужие шаги. Но погони не было, преследователи давно отстали.

Беглянку звали Юки, она была духом зверя и могла превращаться как в двадцатилетнюю девушку, так и в огромную волчицу. Сотни лет она была прикована к камню возле Пастушьей деревни, но недавно разорвала цепи и сбежала.

Юки устало вздохнула и гневно зарычала на саму себя:

— Раньше я могла пробежать весь северный лес за половину часа! Даже ветер проигрывал мне в скорости! Так почему сейчас я задыхаюсь?! Почему хриплю, как недобитая шавка?! Какой позор для Благородной Белой Волчицы!

Юки снова сорвалась с места и ринулась вниз по узким улочкам. В человеческом обличье она отличалась от обычной девушки лишь звериными ушами и пышным хвостом, а потому её худенькие ножки уже болели от долгой беготни.

Конечно, Юки легко могла превратиться в гигантскую волчицу и добраться до нужного места в два прыжка, но гуляющий по городу огромный зверь непременно привлёк бы внимание Церкви, а Белая Волчица не хотела сейчас ввязываться в сражение с храмовниками.

Юки крепче прижала к груди охапку бумаг, протиснулась в щель между домами и оказалась на главной улице. До заветного трёхэтажного особняка было совсем недалеко, взгляд девичьих глаз уже видел впереди блестящие в лунном свете решётки забора.

Юки из последних сил ускорилась и яростно зашептала:

— Только живи, барашек! Не смей умирать! Я уже рядом! Уже рядом!

Она ветром пронеслась по безлюдной улице и почти врезалась в ажурные ворота. За железными прутьями решётки стоял мрачный дом, похожий на старый замок. Мощные стены были сложены из огромных гранитных блоков, крохотные окна походили на бойницы, а на крыше кривили морды каменные гаргульи.

Несмотря на позднюю ночь, в особняке горели огни.

Юки со всех сил стала стучать в ворота руками и ногами. При этом её белый хвост яростно стегал из стороны в сторону, поднимая с мостовой удушливую пыль и разгоняя холодный воздух.

В доме-замке послышались шаги. Во двор вышел хмурого вида мужчина, похожий на бандита. В правой руке он держал небольшой фонарь. Призрачный жёлтый огонёк свечи с трудом освещал округу и порождал неясные тени.

— Кто там?! — рявкнул мужчина, положив пальцы свободной руки на гарду меча.

— Я Юки! Юки! — закричала Волчица. — Впусти меня! Быстрее!

Мужчина вгляделся в темноту и мерзко ухмыльнулся. Он медленно прошёлся по каменной дорожке, отпер замок и потянул створку ворот на себя.

— Ты опоздала, — надменно проговорил мужчина. — Время вышло…

В этот момент он увидел звериные уши девушки и ошарашенно застыл на месте. Казалось, он сам превратился в одну из каменных статуй, которые украшали стены и крышу мрачного дома.

Но Юки не собиралась тратить силы, чтобы прятать свои волчьи прелести. Она думала лишь о том, как спасти любимого «барашка». Ради этого она была готова пойти на любые риски и сделать любую грязную работу.

— Где он?! Говори! Живо! — зло прорычала Юки, сверкнув изумрудными глазами и показав клыки.

— Первый этаж… купальня… — еле слышно ответил мужчина. Из его голоса вдруг разом пропала вся бравада.

Юки зло фыркнула, оттолкнула бандита в сторону и быстрой ланью бросилась к дверям дома. Уже через секунду она была в комнате, которую в логове бандитов «Чёрного барона» отвели под баню.

Здесь повсюду стояли огромные бадьи, заполненные водой. По углам серели боками высокие печи. Пусть огонь в топках давно потух, но в воздухе всё ещё пахло паром и разопревшими пихтовыми вениками.

В комнате находились пятеро вооружённых мужчин. Четверо из них стояли возле единственной двери, а пятый сидел на широкой скамье и попивал из высокой глиняной кружки какой-то дымящийся напиток.

Пьющего человека звали Гарет «Чёрный барон». Он был главарём большой шайки бандитов и по совместительству членом тайного Совета, который управлял теневой экономикой столицы.

Юки растолкала бандитов и силой прорвалась в глубь бани.

Разбойники увидели пушистый хвост и волчьи уши наглой девицы и схватились за оружие. В воздухе раздался мелодичный звон клинков. В неровных огнях множества свечей заблестел металл.

В этот момент Гарет «Чёрный барон» поднял кружку вверх и приказал:

— Не трогайте её!

Головорезы тут же подчинились и опустили оружие. Однако в комнате повисла тяжёлая аура, которая ощущалась почти физически. Бандиты бубнили себе под нос проклятья и суеверно сплёвывали.

Юки остановилась напротив главаря бандитов и быстро выкрикнула:

— Я принесла долговые расписки! Принесла! Вот, держи! Отпусти Агнара! Ты обещал!

— Уже минула полночь, ты опоздала! — спокойно проговорил Гарет и снова отпил из высокой кружки.

Он крайне удивился звериным ушам гостьи, но постарался этого не показать. И всё же в его колком взгляде разгорелся интерес.

Но Юки не было до этого дела, она гневно бросила стопку пожелтевших бумажек на деревянный пол и озлобленно выпалила:

— Я выполнила просьбу! Верни мне Агнара! Сейчас же!

— Нет, дорогуша. Твой драгоценный Агнар — нищий наёмник, который задолжал мне немало денег. И потому мы с тобой заключили сделку: в обмен на его жизнь ты обязалась выкрасть из банка необходимые мне долговые расписки. И крайний срок договора истёк сегодня в полночь.

— Я опоздала всего на полчаса…

— Но опоздала! Лишь это важно! — заметил Гарет.

Главарь бандитов поднялся со скамьи и гордо выпрямился. Пусть ему было далеко за пятьдесят, но он всё ещё оставался крепок. В его глубоко посаженных серых глазах тлело что-то холодное и невероятно злое. Похоже, в этой комнате не Юки была самым опасным хищником.

Гарет сделал шаг вперёд и веско заявил:

— Самое главное в моём мире — это репутация. Если я буду прощать должников и проявлять слабость, то в скором времени окажусь в канаве с перерезанным горлом. Поэтому я всегда держу своё слово. И если я сказал, что наёмник умрёт после полуночи, значит…

— Где Агнар?! Где?! — перебила Юки, чувствуя сдавливающий горло ужас.

— Поищи его в той бадье, — холодно ответил Гарет и указал толстым пальцем в дальний угол.

Юки ветром метнулась вперёд и почти нырнула в заполненную водой широкую ёмкость. Волчица быстро нащупала на дне холодное человеческое тело, но не смогла его достать. Утопленника держал какой-то груз, привязанный к рукам и ногам.

Юки в мгновение ока выпустила когти, перерезала разбухшие верёвки и вытащила мертвеца из воды.

Покойником действительно был Агнар. Его чёрные волосы спутались, а кожа посинела. Он не подавал признаков жизни и выглядел настолько плохо, что Юки невольно заскулила от отчаяния.

Агнар и Юки встретились несколько месяцев назад. Тогда Агнар развеял древнее проклятье и освободил Юки из заточения. После этого он согласился сопроводить её на север в обмен на обещанное сокровище.

С тех пор произошло много хорошего и плохого. Приключений было столько, что сложно упомнить. Но Агнар и Юки всегда спасали друг друга и однажды даже победили духа медведя Окуму.

Всё это настолько сблизило божественную Белую Волчицу и простого наёмника, что они решили остаться вместе навечно.

Вот только смерть была против.

Юки без сил опустилась на холодный пол, склонилась над мёртвым Агнаром и сквозь слёзы взмолилась:

— Не уходи, прошу! Я больше не смогу быть одна! Не оставляй меня! Это не честно! Ты обещал всегда быть рядом! Обещал! Я ещё не сказала тебе самые главные, самые сокровенные слова! Только ты должен услышать их! Только ты!

Но Агнар не ответил. Он был мёртв.

Сзади послышались тихие шаги. Гарет приблизился к стенающей Юки и снова посмотрел на её волчьи уши и пушистый хвост. Главарь бандитов уже прикидывал в уме, как можно выгодно использовать странную девицу.

Гарет хмыкнул собственным мыслям и без тени эмоций проговорил:

— Забудь уже о наёмнике, он труп. Лучше скажи, кто ты такая, дорогуша? Неужели одержимая бесами колдунья? Или всё же богиня из древних сказок? Давным-давно я слышал одну легенду…

— Что?! Ушам не верю! Расспросы?! Сейчас?! — изумилась Юки, резко обернувшись и оскалив белые клыки.

— Ты что же, грустишь об Агнаре? Ох, перестань. Он был обычным ничтожеством…

— Заткнись!!! — бешено рявкнула Юки.

От звука её голоса задрожал даже воздух. Стены и пол заскрипели под напором невидимых сил. Кружка в руках главаря бандитов звонко лопнула и рассыпалась на сотни кусков.

— Да кто ты такая, черт дери?! — выпалил Гарет, потеряв самообладание и отступив на шаг.

— Это неважно, человек! — зло прошипела Юки. — Знай лишь одно: если Агнар умрёт, то вы все отправитесь вслед за ним! Я утоплю эту ночь в крови!

— Умрёт? Он уже мёртв! Он находился под водой больше получаса! Его душа давно покинула этот мир!

— Нет, нет! Он ещё рядом, я чувствую!

Голос Юки вдруг стал ласковым и мягким. Она перевела взгляд на Агнара и стала нежно гладить его синие щёки. Со стороны такое поведение казалось безумным проявлением сильнейшей скорби.

Юки всхлипнула и тихо прошептала в пустоту:

— Агнара поддерживает моя Искра. Он невероятно стойкий барашек… Он справится…

— «Барашек»?! Да что ты несёшь?! — изумлённо спросил Гарет, растерянно вертя в пальцах ручку от лопнувшей кружки. Произошедшая чертовщина лишила главаря бандитов хладнокровия.

Юки не ответила и закрыла глаза. Она погрузилась в транс и стала шептать слова на неизвестном языке.

В комнате резко похолодало. По растрескавшимся половицам побежали дорожки инея. Жёлтые огоньки свечей колыхнулись и чуть притухли. Где-то за пределами дома послышался многоголосый волчий вой.

Юки усилила свой голос. На её груди вспыхнул мешочек с камнем души. Зеленоватый свет породил мириады изумрудных искорок.

Вода в бадьях вдруг вскипела. Огромные капли воспарили над поверхностью и стали кружиться в пугающем хороводе. Тень от хвоста Юки быстро выросла и разделилась на девять частей.

— Не отпущу! Не отдам даже Смерти!! Только мой!!! — прорычала Юки.

Она тяжело опустила руки на деревянный пол. На кончиках её пальцев сверкнули длинные когти, которые вонзились в доски и пробили их насквозь. В этот момент зашатались даже стены. Комнату заполнил ужасающий треск.

Юки закричала от дикой боли. Древние чары иссушали её силы до дна, но она не отступила.

И чудо случилось.

Агнар вдруг дёрнулся и открыл глаза. Он сильно закашлялся и затрясся в конвульсиях, но затем быстро успокоился. Близость Благородной Белой Волчицы даровала покой и излечивала любые раны.

Агнар сфокусировал взгляд чёрных глаз на спасительнице и тихонько шепнул:

— Твоё лицо… Оно мне знакомо… Кто ты?..

— А?! Ты разве не помнишь?! Я Юки! Твоя любимая Юки!!!

— Какое странное имя… Словно название ягоды…

Агнар на мгновение закрыл глаза и позволил себе улыбнуться. Он давно хотел так пошутить, чтобы вспомнить о первой встрече с Белой Волчицей, но удобный случай представился только сейчас.

На глазах у Юки проступили слёзы облегчения. Она поджала трясущиеся губки и наигранно гневно воскликнула:

— Вот ведь вредный барашек мне достался!

— Ох! — тяжело вздохнул Агнар. — Когда ты уже перестанешь называть меня «барашком»?

— Никогда!

— Значит, придётся привыкнуть. Спасибо, что пришла за мной…

— О-о-о! Одними словами ты не отделаешься, барашек! За спасение я затребую высокую плату! Но поговорим об этом позже, а сейчас нам нужно идти. Сможешь встать? Или мне помочь?

— Смогу, наверное…

Агнар с большим трудом поднялся на ноги. Его сильно качало, в глазах стоял непроглядный белесый туман, тело отказывалось подчиняться, а к горлу раз за разом подкатывала тошнота.

Юки подставила Агнару плечо. Вместе они двинулись прочь из проклятой купальни. Но выход вдруг преградили вооружённые бандиты «Чёрного барона».

— Прочь с дороги! Не то пожалеете! — рыкнула Юки, её угрозам стоило верить.

Бандиты побледнели, но не отступили.

В этот момент справа послышалось гневное кряхтенье Гарета. Он махнул толстой рукой и резко выпалил:

— А ну расступитесь, болваны! Не задерживайте госпожу Юки! Оглохли, что ли?! Свалите с дороги!

Гарет злобно зыркнул на своих подчинённых. Те мгновенно вложили мечи в ножны и покорно разбрелись по углам. На лицах бандитов появилось выражение крайнего облегчения. После произошедшей чертовщины они и сами не горели желанием вступать в бой с «ведьмой».

Гарет заискивающе улыбнулся и обратился к Юки:

— Достопочтенная госпожа! Я не стану вас задерживать, но смею напомнить, что вчера вы пришли ко мне с просьбой добыть тексты древних легенд. В знак моего искреннего уважения я готов передать вам эти писания совершенно бесплатно.

Гарет говорил излишне вежливо и даже перешёл на обращение «Вы». Это было весьма странно и подозрительно.

Юки недоверчиво сузила глаза и спросила:

— С чего вдруг такая доброта?

— О, госпожа! Я человек деловой и уважаю силу! Я только что понял, что вы невероятно могущественное существо! Я не хочу видеть вас в числе своих врагов! Поэтому я сделаю всё возможное, чтобы вы не затаили на меня обиду!

Гарет говорил быстро и высокопарно, не уставая дополнять свои слова активной жестикуляцией. И пусть в его взгляде всё ещё светился холодный огонёк убийцы, но в речах не было лжи.

Юки легко поддавалась на льстивые комплименты и не могла им противостоять. Поэтому она гордо вздёрнула носик и приказала:

— Продолжай! Я слушаю…

Гарет быстро понял, за какие струнки души странной девицы нужно дёргать, и ещё более возвышенно заголосил:

— Ох, госпожа! Прелестный вид ваших ушей и хвоста заставляет меня трепетать от радости и благоговения! Я от чистого сердца хочу преподнести вам в подарок старинные тексты, которые вы так искали, а взамен прошу лишь о милосердии к себе и своим людям!

— Ладно уж! Так и быть! Обещаю, что не затаю обиду и не причиню вам вреда! Но кроме текстов я хочу получить мешок серебряных монет! Тугостью кошелька я оценю искренность твоих слов!

— Конечно-конечно, госпожа! — быстро ответил Гарет.

Он злобно зыркнул на ближайшего бандита. Тот коротко кивнул и скрылся за дверями. Вскоре головорез вернулся и принёс полуистлевший свиток и тугой звенящий мешок с серебряными монетами.

Гарет передал подарок Юки и вежливо осведомился:

— Так как, госпожа? Вы не станете держать на меня зла?

— Не стану, — с улыбкой хмыкнула Юки, взвесив на руке тяжёлый кошель.

— Вот и отлично! Быть может, в знак нашей новой дружбы, приказать моим людям сопроводить вас до гостиницы?

— Нет, не стоит…

— Как пожелаете, госпожа.

Гарет низко поклонился и указал на открытую дверь. Похоже, главарь бандитов действительно не хотел ссориться с сущностью, способной одним только взглядом разворотить половину дома.

Юки и Агнар без проблем покинули особняк и выбрались на главную улицу. Огромная синеватая луна уже коснулась горизонта. На небосводе сияли мириады ярких звёзд. Было настолько холодно, что изо рта шёл пар.

— Ох, мы смогли избежать кровавой бойни, — облегчённо выдохнула Юки, позволив себе немного расслабиться.

— Кому-то всё же пришлось умереть! — заметил Агнар, всё ещё чувствуя себя разбитым.

— Ой, барашек! Не напоминай! У меня даже сейчас мурашки бегут по коже! Как вспомню твоё синее лицо…

— Главное, всё обошлось. Кстати говоря, я сильно удивлён, что ты показала Гарету и остальным свои волчьи ушки. Помнится мне, ты не хотела раскрывать бандитам свою истинную сущность. Так что изменилось?

— Когда мы впервые пришли в логово «Чёрного барона», для меня всё было простой забавой. Даже когда Гарет потребовал выкрасть расписки в обмен на твою жизнь, я восприняла это как занятное приключение. Но потом…

— Что «потом»?

— После полуночи я ощутила, что тебе грозит настоящая опасность! Я почувствовала твою боль! И тогда мне стало уже не до шуток! Я была готова в любой момент обратиться волчицей и потому не тратила силы на сокрытие ушей и хвоста!

— Неужели ты…

— Да, барашек, да! Если бы ты действительно умер, то я предала бы свои принципы и разорвала бы бандитов на куски! Они стали бы первыми людьми, которые ощутили мои клыки на своей шее!

Юки устыдилась своих мыслей и замолчала.

Агнар увидел грусть в её глазах и поспешил сменить тему:

— Знаешь, я ведь всё время был в той комнате. Моя душа витала рядом и наблюдала за тем, что происходило вокруг.

— М-м-м?

— Я видел, как ты плакала над моим телом и сокрушалась о том, что не успела произнести какие-то важные слова…

— Ох, барашек! — прошептала Юки, вдруг начав краснеть.

— Что такое? Согласись, сейчас самое время для важных слов. Говори, я внимательно слушаю.

— Прямо здесь?! Сейчас?!

— А почему бы и нет?

— Ну…

Юки неуверенно переминалась с ноги на ногу и тискала в руках кончик своего пушистого хвоста. Румянец на её щеках полыхал так ярко, что был заметен даже в окружающих сумерках.

Агнар отступил на два шага, сложил руки на груди и спросил:

— Неужели это НАСТОЛЬКО важные слова? Ты меня заинтриговала…

— Нет же! Я просто хотела сказать, что… что…

— Ну, не томи уже!

— Я… ну… это… тебя…

Юки смущалась всё больше и больше. Наконец она заметила ехидную улыбку на губах спутника и вдруг ощутила внутри едкую обиду.

— Ой! Да ну тебя! Дурень! — гневно фыркнула Юки и отвернулась.

Агнар улыбнулся шире, подошёл ближе и обнял её за худенькие плечи. На мгновение мир вокруг словно остановился.

— Я тоже тебя люблю, — тихо прошептал Агнар и крепче прижался к горячему девичьему телу.

— Ба… барашек… — сквозь слёзы нежно пролепетала Юки, обвив себя и наёмника пушистым хвостом.

Так они и стояли ещё несколько минут. Никто не хотел прерывать столь сладкие и блаженные мгновения.

Первой в себя пришла Юки. Она вздохнула и спросила:

— Тебе ведь уже стало лучше? Ноги и руки двигаются свободно? Можешь идти сам?

— Да, для ходячего трупа я чувствую себя на удивление неплохо!

— Тогда нам нужно вернуться на постоялый двор и поспать. Мы оба потратили слишком много сил…

— Спать? Ты разве не хочешь прочитать тексты легенд?

— Хочу, но не сейчас. Идём же, барашек! Идём! Не стоять же нам тут целую вечность?!

— Рядом с тобой для меня везде хорошо… — мягко проговорил Агнар.

— Ох! А вот это звучит уже слишком слащаво! Аж во рту вяжет! Хи-хи! Тебе нужно потренироваться в своём красноречии! Такими банальными речами самочку не охмурить, уж поверь!

Юки хохотнула, вырвалась из объятий и быстро побежала между домов спящего города. Казалось, у неё вдруг выросли крылья. Слова Агнара о любви породили в душе Белой Волчицы ощущение бескрайнего счастья.

Глава 2. Деревянная скрижаль

Несмотря на полдень, в комнате постоялого двора было темно. Солнечный свет с трудом пробивался сквозь закрытые ставни и узкими лучиками падал на деревянные половицы. Откуда-то с чердака доносилось многоголосое воркование голубей, которое сильно раздражало и мешало думать.

Агнар лежал на твёрдой двуспальной кровати и смотрел на растрескавшуюся стену. Рядом с ним блаженно похрапывала Юки. Время от времени она бубнила какие-то невнятные слова и испуганно шарила вокруг руками. Нащупав Агнара, она успокаивалась и снова крепко засыпала.

А вот Агнар никак не мог сомкнуть глаз, он вспоминал и обдумывал случившиеся недавно события.

Битва с проклятым медведем Окумой произошла несколько месяцев назад. После кровавого сражения Агнар и Юки покинули северные горы и отправились в путешествие по городам королевства, чтобы развеяться и забыть о случившихся несчастьях.

Однако странствия и пиры не принесли Юки покоя. И тогда она загорелась идеей найти своего старого друга по имени Хару — единственного выжившего духа волка из родной зубастой стаи. Несколько веков назад он покинул логово, отправился в скитания по миру людей и пропал.

В поисках следов Агнар и Юки посетили множество поселений. Каждую кроху информации пришлось добывать с помощью серебра, уговоров или угроз. И в конце концов невидимая нить расследования привела в Довнмут — столицу королевства.

Судя по собранным сведениями, где-то в городских библиотеках находились тексты старых легенд, в которых говорилось о приключениях огромного Чёрного Волка, так похожего на друга Юки. Вот только столь древние писания хранились под замком и достать их было непросто.

Именно поэтому Агнар обратился за помощью к Гарету — единственному знакомому человеку, имевшему доступ к королевским читальням. Однако главарь шайки бандитов оказался не рад визиту наёмника и напомнил тому про старый долг. Ситуация быстро вышла из-под контроля и чуть было не закончилась трагедией. Всё обошлось только благодаря вмешательству одной вредной, но преданной Белой Волчицы.

Так события привели к текущему моменту. Столица королевства, постоялый двор, тёмная комната.

Агнар отогнал назойливые мысли, тихонько поднялся с кровати и двинулся к двери. Однако в этот момент Юки сквозь сон протянула вперёд руку и крепко схватила своего «барашка» за манжету рубашки. Это было настолько мило, что невольно вызывало улыбку.

Агнар попытался выскользнуть из стальной хватки, но безуспешно. Тогда он тихонько потянулся к своей куртке, завернул в неё подушку и затем подсунул полученную обманку в цепкие объятья спящей Юки. Та быстро обнюхала свёрток, крепко прижала его к груди и успокоилась.

Агнар на цыпочках прокрался к двери и вышел из комнаты.

Через полчаса он вернулся, держа в руках две широкие тарелки со свежей яичницей, ветчиной и хлебом. От плошек с едой пахло так сильно и так вкусно, что даже мыши высунули свои носы из щелей в полу.

Агнар тихонько затворил за собой дверь и обернулся. Увиденное заставило его замереть на месте и перестать дышать.

В глубине тёмной комнаты гневно светились огромные зелёные глаза. Юки сидела на кровати и обиженно держала перед собой скрученную из куртки и подушки мягкую обманку. В воздухе витала аура напряжения.

— Что это такое?! — раздражённо спросила Юки, указав взглядом на свою руку.

— М-м-м?

— Я тебе что, ребёнок какой-то?! Зачем ты подсунул мне ЭТО?!

— Ты так мило хваталась за меня во сне, что я не мог оставить тебя одну. Пришлось сделать двойника…

— Хваталась?! Я?! — изумилась Юки.

— Ну а кто же ещё? — весело усмехнулся Агнар, забавляясь ситуацией.

— Да кем ты себя возомнил, барашек?! Думаешь я, Благородная Белая Волчица, буду цепляться за тебя?!

— Значит, этого не было?

— Ну…

На мгновение в комнате повисла тишина.

Юки открыла рот, но не смогла соврать. Вместо этого она лишь сильнее насупилась, вздёрнула носик и выпалила:

— Вот ещё! Думай, что хочешь! Больно надо оправдываться!

— Ладно-ладно! Не дуйся! Я тут нам завтрак принёс…

— Вижу! Но неужели ты думаешь, что сможешь умаслить меня подобной мелочью?!

— А что, не хочешь есть?

— Я… ну…

Юки навострила волчьи ушки и потянула носом воздух. Кончик её хвоста предательски завилял, выдавая чувства хозяйки.

Для усиления эффекта Агнар прибегнул к нечестному приёму и ковырнул лакомство длинной вилкой. Над тарелкой взвилось облачко ароматного пара. Запах усилился настолько, что где-то на улице заскулили голодные дворняги.

— Так вкусно пахнет! — заворожённо прошептала Юки, давясь слюной.

— Так что, мир?

— Коварный-коварный барашек! Ладно уж, не буду на тебя злиться! Только быстрее неси сюда тарелки!

Юки откинула куртку в сторону, быстро села на край кровати и протянула вперёд тоненькие ручки. Голод победил напускную вредность Белой Волчицы. Впрочем, такое происходило не так уж и редко.

Агнар довольно хмыкнул, прошёлся по крохотной комнате и поставил полные до краёв плошки на широкую кровать. Юки быстро вынула из еды ненужные вилки и стала черпать горячую яичницу прямо руками.

— Эй, обожжёшься же! — изумился Агнар.

— Нет! Так вкуснее… и быстрее… — невнятно пробубнила Юки, пихая в ненасытный рот всё новые куски.

— Хоть хлебом заедай, обжорка!

— Угу-угу, спасибо!

Комната заполнилась звуками чавканья и довольного сопения. Юки уплетала горячее блюдо за обе щеки. Сейчас она действительно напоминала хищного зверя, пирующего над своей добычей.

А вот Агнар почему-то совершенно не хотел есть. Он подцепил вилкой один из кусков ветчины, покрутил его перед собой, а затем положил обратно.

— Ты чего, барашек? — удивилась Юки.

— А?

— Чего не ешь, говорю? Вкусно же получилось!

— Настроения нет. Забирай мою долю, если хочешь…

— Ещё как хочу, но не стану! Я не буду отнимать еду у своего самца, особенно когда он болеет…

— Да я уже в порядке, — заверил Агнар. — Твоя божественная аура залечила все раны.

— Тогда вообще ничего не понимаю! Как можно отказываться от такой вкусной еды?! А ну! Иди сюда и не брыкайся!

Юки сама подсела ближе, пальцами зачерпнула из тарелки кусок яичницы и почти насильно запихала угощение в рот Агнара. Тот покорно принял подношение и начал усиленно жевать.

— Ох, боги, как же горячо! — взмолился Агнар.

— Не ной! Яичница уже порядком остыла, больше притворяешься…

Насильственное кормление продлилось ещё несколько минут. Затем Юки довольно фыркнула и вытерла руки прямо о серое одеяло.

Агнар устало покачал головой и со вздохом заметил:

— Манерами не блещешь…

— Что? — непонимающе спросила Юки, подняв на Агнара свой изумрудный взор.

— Для рук есть полотенце, зачем одеяло испачкала? Вот ведь неряха…

— Нашёл из-за чего печалиться. Лучше скажи, что тебя гложет на самом деле? Я ведь вижу, что на душе у тебя неспокойно. Неужели из-за бандитов переживаешь? Так забудь уже, они к нам не сунутся.

— Да дело не в этом…

— А в чём, барашек? Не молчи, ты можешь мне довериться!

Юки улеглась на живот и подпёрла щёчки руками. Во взгляде её огромных зелёных глаз светилось искреннее желание помочь. В такие моменты она казалась доброй и заботливой, а не вредной и капризной.

Агнар украдкой вздохнул и ответил:

— Всё дело в старом свитке, который мы забрали у Гарета. Я не уверен, что тебе стоит его читать…

— Почему? — спросила Юки, вдруг помрачнев.

— Понимаешь, там описываются события, которые произошли несколько веков назад. Те времена не зря называют «Кровавой эпохой».

— Думаешь, там говорится о смерти Хару? Да? Считаешь, что раз он за столько столетий не вернулся в родное логово, то его кости уже украшают холм где-нибудь далеко на востоке или юге?

— Я боюсь лишь твоей тоски. Не хочу, чтобы ты грустила. Последние месяцы на тебя свалилось слишком много бед.

— Ох, барашек! Ты такой милый! Вот прямо взяла бы и съела целиком! Но сначала просто затискаю!

Юки бросилась вперёд и заключила Агнара в крепкие объятья. Затем она залезла под его рубашку и стала щекотать худые бока. От такого поворота событий наёмник чуть было не свалился с кровати.

— Эй! Ха! Перестань! — взмолился Агнар, пытаясь убежать.

— Нет! От меня не уйдёшь! До смерти защекочу! Не думай, что легко отделаешься! У-у-у! Всё тебе припомню!

Весёлые игрища продлились ещё несколько минут. Агнар весьма ловко отбивался от хохочущей Юки, но та раз за разом хватала его за бока и продолжала «пытку». В конечном итоге они оба устали и без сил повалились на кровать.

Юки приластилась щекой к руке Агнара и тихонько заверила:

— Не переживай, барашек. Я стойко приму любой исход. Неважно, что написано в этих старых легендах.

— Уверена?

— Да, я хочу знать правду. Для меня лучше горькая истина, чем тревожное неведение.

— Хорошо, как скажешь…

Агнар встал с кровати и подошёл к пузатой тумбе, которую сделали из перевёрнутого бочонка. На неровной столешнице лежал истлевший по краям жёлтый свиток, перевязанный чёрной нитью.

Агнар забрал рукопись, вернулся к кровати и задумчиво проговорил:

— Забавно, что Гарет всё же выполнил просьбу и заранее достал для нас древние легенды. Неужели он верил в то, что ты покроешь мой старый долг, а затем расплатишься за новую услугу?

— Ой, да он просто в меня влюбился! — нагло фыркнула Юки.

— Влюбился?! Это ты про Гарета?!

— Конечно! Он сразу на меня глаз положил!

— Да быть не может! — усомнился Агнар и тут же нахмурился.

— Разве? А зачем Гарет от тебя избавился? Зачем приготовил писания? Зачем в конце так расшаркивался? Зачем пожирал меня хищным взглядом, когда ты не видел? Ответ лежит на поверхности!

— Чёрт, а ведь похоже на правду… — протянул Агнар, переосмысливая произошедшие события.

— Ох, барашек! Ты снова купился?! Да я ведь просто шучу! Ну какая там любовь?! Этот Гарет мечтает только о деньгах и власти! Но надо отдать ему должное, он продумывает всё на несколько шагов вперёд…

— Опять ты меня дразнишь, да?!

— Привилегия самки! Мне просто нравится смотреть на твоё ревнивое лицо! Но ты зря переживаешь! Моё горячее волчье сердечко принадлежит только тебе, уж об этом можешь не беспокоиться!

Юки широко улыбнулась и показала свои острые зубки. Сейчас она не шутила и не водила «барашка» за нос. Сильнее бескрайней верности Белой Волчицы была только её неуёмная вредность.

Агнар тихонько хмыкнул и протянул вперёд свиток со старыми легендами.

Юки покачала головой и быстро проговорила:

— Нет, не хочу. Сам прочитай. Только вслух, хорошо?

— Всё же боишься?

— Просто читай уже! Иначе покусаю! Честно-честно покусаю!

— Ладно, вредина…

Агнар сорвал с перевязи восковую печать с королевским гербом и осторожно развернул старинный свиток. Желтоватая бумага казалась ветхой на вид, но чернила на ней не выцвели и не расплылись.

Агнар откашлялся и зачитал первые строки:

— Весной пятьдесят пятого года в деревню пришёл Чёрный Волк, который именовал себя «Лунным клыком».

— Ой! Я узнаю это прозвище! Узнаю! — яростно зашептала Юки, быстро бледнея.

— Чёрный Волк был настолько огромен, что приходилось задирать голову, чтобы говорить с ним. Его тёмная шерсть поглощала весь солнечный и лунный свет, а в сапфировых глазах светилось синее пламя.

— Это Хару! Это точно Хару! — пропищала Юки, от волнения начав грызть кончик одеяла.

— Сей Чёрный Волк не был зол, но и не был добр. В зверином обличье он защищал деревню от налётов и грабежей, а в человеческом теле веселился на хмельных пирах и миловался с женщинами.

— Мой Харусичек… — заскулила Юки.

— Летом семьдесят второго года Чёрный Волк решил покинуть деревню. На прощание он сказал, что услышал голос, звавший его в долину гейзеров и цветов. В подарок людям божественный зверь оставил деревянную табличку, на которой его когтем были нацарапаны восемь слов…

На этом легенда обрывалась.

Агнар тихонько подсел на кровать и указал на большой рисунок в уголке жёлтого листка. В неровной рамке из орнамента чернели восемь странных имён, среди которых были знакомы лишь три: Хару, Окума и… Юки.

Это было послание друзьям, переданное через века.

Юки спряталась под серое одеяло и громко зарыдала. Её плечи содрогались в такт горьким всхлипам. Агнар молча сидел рядом, задумчиво смотря на пожелтевшую бумагу в своих руках.

Наконец Юки успокоилась и затихла. Спустя короткое время из-под одеяла показались её волчьи ушки, а затем вынырнула и остальная голова.

— Полегчало? — тихо спросил Агнар.

— Немножко, — ответила Юки и шмыгнула носом.

— Пусть легенда слегка обрывочна, но в ней не говорится о смерти твоего друга. Это ведь хорошо, правда?

— Да, барашек. Но теперь мы не знаем, куда Хару отправился дальше. Наши поиски зашли в тупик.

— Это не так…

Агнар быстро поднялся на ноги и направился к вещевым мешкам, которые были свалены в кучу у дальней стены. Он долго копался в своём скарбе, а затем принёс и положил на кровать толстый кусок пергамента.

Юки обнюхала странную вещицу и любопытно спросила:

— Что это? Пахнет коровьей кожей и чем-то кислым…

— Это карта королевства и прилегающих территорий. На ней нарисованы все большие реки и города.

— М-м-м? И зачем ты её принёс, барашек?

— В легенде говорится, что какой-то голос позвал Чёрного Волка Хару в долину гейзеров и цветов…

— Ты знаешь, где находится это место?! — с надеждой спросила Юки.

— И очень хорошо знаю! Вот только это не просто какое-то «место». Долиной гейзеров и цветов с давних пор называют страну, где я появился на свет! Понимаешь?! Твой друг Хару отправился ко мне на родину!

Агнар склонился над картой королевства и стал шептать какие-то цифры. Затем он провёл пальцем вправо, ткнул в изображение столицы и тяжело вздохнул, словно ему не понравился результат.

Юки проследила за жестами и быстро спросила:

— Барашек, а где твоя страна?! Где твой дом?! Это очень далеко?! Мы ведь сможем туда отправиться?! А?! Не молчи!

— На этой карте мою родину не найти. Она находится много выше Драконьего хребта. Чтобы попасть в Долину гейзеров и цветов, нужно преодолеть Северную пустошь и перейти через Зубастые горы. Поэтому по земле туда не добраться даже на твоих волчьих лапах. Мы просто сгинем во льдах и снегах.

— Но как тогда?! Как?! — умоляюще протянула Юки.

— Так же, как я попал в королевство — с помощью моря, торгового корабля и попутного ветра. Вот только стоит ли пускаться в столь долгий путь из-за старой легенды? Прошло уже слишком много лет…

— Барашек! Все мои друзья погибли, остался только Хару! Я хочу найти его живым или мёртвым! Хочу погулять с ним по бескрайним полям или повыть над его могилой! Мне это важно! Важно!!! Ты ведь поможешь мне?! Правда?!

— Куда ж я денусь… — с улыбкой ответил Агнар.

— Спасибо! Огромное спасибо!!! Я никогда этого не забуду!

Юки бросилась к Агнару и одарила его множеством поцелуев. Пусть на её глазах блестели слёзы, но в сердце пели тысячи птиц. Надежда снова зажглась в девичьем сердце и от этого стало тепло и приятно.

Агнар попытался отбиться от лавины из ласк и быстро проговорил:

— Ладно-ладно! Успокойся уже! С ног до головы меня обслюнявила! Чего на тебя нашло?!

— Точно! Не стоит зря тратить время! Нужно собираться в путь!

Юки последний раз чмокнула Агнара в нос, а затем соскочила на пол и побежала к мешкам с вещами. Там она быстро нашла и надела широкие штаны, стёганую жилетку и плащ с капюшоном.

— Ну?! Чего ты ещё сидишь?! — раздражённо спросила Юки, обернувшись к наёмнику.

— Хм… Тебе не кажется, что ты слишком торопишься?! — поинтересовался Агнар.

— А чего тянуть, барашек?! Нас в столице больше ничего не держит! Ну же, поднимай свой ленивый зад!

— Спешка в таких делах только вредит. К длительному путешествию нужно хорошо подготовиться: запастись провизией и экипировкой, собрать и упаковать вещи, подсчитать все возможные расходы…

— Это всё мелочи, барашек! Мелочи! К тому же у нас есть целый мешок серебра, который мне подарил Гарет. Там ведь хватит монет, чтобы оплатить еду, одежду и места на корабле? Или этого мало? Я плохо разбираюсь в ценах людей…

— Хватит, даже с запасом. И всё же нельзя пускаться в дорогу сломя голову. Долгие странствия научили меня простой истине: любая мелочь может как спасти твою жизнь, так и отнять её.

Агнар встал с кровати, подошёл к сваленному в углу барахлу и стал отбирать необходимые в путешествии вещи. Он отложил в сторону аптечку, набор для разведения костра, инструменты для быстрого ремонта…

Юки суетливо тёрлась рядом. Она нетерпеливо вздыхала, теребила в руках кончик своего хвоста и без конца канючила:

— Ну скоро там?! Скоро?! Мы уже можем идти?! Не можем?! А сейчас?! Быстрее же! Быстрее! Ну чего ты так медлишь?! Теперь-то пора?! А когда пора?! Уже всё?! Как это не всё?! Давай же! Давай!

— Ну хватит!!! Веди себя взрослее! — взорвался Агнар, которому надоели подталкивания спутницы.

— Эй! Я старше тебя на несколько веков! Нашёлся тут умный взрослый! Между прочим, это ты недавно сглупил и пошёл в логово бандитов, хотя задолжал им огромную кучу денег! Или этого не было?!

— Я обратился за помощью к Гарету только ради тебя!

— Ох! Так это я виновата, да?! — ошарашенно выкрикнула Юки и топнула ножкой.

— А кто же ещё?! К тому же это ты опоздала и не принесла вовремя долговые расписки из банка! А мне из-за этого пришлось умереть! Уж поверь, было крайне неприятно барахтаться в бадье и вдыхать воду!

— Ах! Ты… ты… — зло прорычала Юки.

Не сумев подобрать нужных оскорблений, она сложила руки на груди и быстро отвернулась, чтобы скрыть сильнейшую обиду и невольный оскал.

Агнар осёкся и замолчал. Он вдруг понял, что наговорил много лишнего. Не стоило обвинять Юки в собственных ошибках и неудачах. Такое поведение было недостойным и даже гнусным.

Агнар поборол собственную гордость и тихонько проговорил:

— Прости меня, пожалуйста. Не знаю, что на меня нашло. Ты спасла меня от смерти, а я проявил неблагодарность…

Он подошёл к обиженной спутнице и попытался её обнять.

Но Юки вдруг отстранилась, громко фыркнула и резко стегнула своим хвостом. Пушистый «кнут» хлёстко ударил по руке Агнара и оставил на коже яркий алый след, похожий на сильный ожог.

— Ай! Больно же! — взмолился Агнар, отступая на шаг.

— П-ф! — издала странный звук Юки, решив объявить молчаливый бойкот.

— Я ведь уже извинился. Так и будешь теперь дуться? Ну дурак я, да. Прости своего «барашка» неразумного…

Агнар приблизился к раздражённой Юки, но вовремя заметил, что её белый хвост снова напрягся для удара.

Агнар вздохнул, опустил руки и грустно спросил:

— Эх, но хоть в город-то со мной пойдёшь? Нашу кобылку Малютку взять на корабль не получится, поэтому придётся найти для неё хорошую конюшню, в которой будет достаточно сена и зерна…

Юки не ответила.

Агнар выждал небольшую паузу и продолжил:

— А когда уладим дела с конюшней, то сходим в гавань и поищем у причалов торговую шхуну, подходящую для долгого морского путешествия. Или ты хочешь всё отменить и остаться в комнате?

Юки дёрнула волчьими ушками, накинула на голову капюшон и молча направилась к выходу. Несмотря на обиду и желание проучить Агнара, она не собиралась отказываться от поисков своего пропавшего друга.

Глава 3. Клыки и мёд

Агнар и Юки покинули комнату и спустились к конюшням, которые располагались на заднем дворе гостиницы. Под навесами было достаточно тихо, всюду пахло старой соломой и свежим навозом.

Агнар остановился возле ближайшего стойла и обратился к Юки:

— Подожди меня здесь, хорошо? Я разыщу хозяина и договорюсь с ним о нашей кобылке. Если повезёт, то сможем оставить её прямо здесь. Но нужно будет заранее оплатить многомесячное содержание.

Юки не ответила и демонстративно отвернулась.

Агнар пожал плечами и направился к узкой двери, которая вела внутрь отдельно стоящей хибарки. Там жил владелец постоялого двора, предпочитавший спать и есть подальше от своих квартирантов.

Спустя треть часа Агнар закончил все дела и вернулся в конюшню. Там он застал весьма странную картину: Юки и кобылка Малютка стояли возле деревянной загородки и сверлили друг друга внимательными взглядами.

Агнар с помощью кашля обозначил своё присутствие и сообщил:

— Хорошие новости! Хозяин гостиницы согласился приютить нашу лошадь, поэтому нам не придётся бегать по городу и искать другую конюшню. Телегу тоже можно оставить прямо здесь.

Но Агнару никто не ответил. Юки и Малютка всё ещё неотрывно смотрели друг на друга и вели молчаливую беседу. Белая Волчица была высшим духом зверя, а потому могла общаться с животными с помощью мыслей.

Беззвучный разговор продлился ещё какое-то время, а потом Юки тяжело вздохнула и уже вслух прошептала:

— Представляешь, Малютка? Я столько сделала, а он…

Юки и кобылка разом повернули к Агнару головы и одарили его презрительными взглядами. Со стороны это выглядело настолько жутко, что хотелось закрыть глаза и убежать как можно дальше.

Агнар насупился и обиженно выпалил:

— Эй, Благородная Белая Волчица! Что ты сказала лошади? Почему она смотрит на меня как на предателя?! Ну поссорились мы с тобой, других-то зачем втягивать?! Давай тогда собак дворовых на меня натрави! Чего уж там!

— П-ф!

Юки громко фыркнула, гневно развернулась и направилась к выходу из конюшни. Агнар глухо чертыхнулся и поплёлся следом. Проходя мимо Малютки, он протянул к ней руку, но лошадь вдруг заржала, отдёрнулась и убежала в самый дальний угол просторного стойла.

— Ой! Да ну вас обеих! — раздосадовано буркнул Агнар и плотнее запахнулся в свою чёрную куртку.

На улице было оживлённо и шумно. По широкой дороге раскатывали многочисленные телеги, стучали копытами кони, иногда маршировали отряды городской стражи. По тротуарам лились потоки из пёстрых столичных жителей, разодетых в странные и вычурные наряды.

Первые этажи построенных на обочине домов были заняты всевозможными лавками, магазинчиками и мастерскими. Из открытых окон слышались потрескивания разогретых печей, шуршания прядильных станков и поскрипывания гончарных кругов. В воздухе витали запахи свежей выпечки, едких красок и мокрой глины.

Юки неспешно брела по тротуару, блаженно втягивая носиком странные ароматы и увлечённо глазея на людей вокруг. Время от времени она вспоминала о ссоре, гневно оборачивалась и сверлила спутника хмурым взглядом.

— Юки, ну хватит уже, — взмолился Агнар, поймав на себе очередное молчаливое проклятье.

— П-ф!

— Всё ещё не разговариваешь со мной? Да?

— П-ф!

Юки стойко бойкотировала любые попытки Агнара помириться. Видимо, в этот раз он обидел её слишком сильно.

Агнар решил сменить тактику и быстро проговорил:

— Ох! Сегодня такой чудесный солнечный день! Но даже он меркнет на фоне твоей красоты! Пожалуй, ни одна городская девица не сравнится с тобой по грации и благородной осанке!

Юки не поддалась на лесть и продолжила неспешно брести вниз по улице.

Агнар закусил губу и покачал головой. Первая из его уловок не сработала, стоило прибегнуть ко второй.

Он откашлялся и будто невзначай пробормотал:

— Столица притягивает к себе торговцев и поваров со всего королевства. Здесь производятся и продаются лучшие лакомства на континенте. И сейчас я говорю не о колбасах и сырах, а о всевозможных сладостях.

Юки не замедлила шаг, однако её волчьи ушки под капюшоном заметно дёрнулись. Это было хорошим знаком.

Агнар уловил мимолётное движение и с улыбкой продолжил:

— Ох! На рынке можно найти множество конфет и булок с вареньем. Но ничего из этого не сравнится с абрикосами в меду. Они настолько хороши, что можно потерять сознание от одного только запаха…

Юки невольно остановилась и скосила взгляд. В нём всё ещё читалась обида, однако злость сменилась на интерес.

Агнар решил закрепить успех и быстро сообщил:

— Если хочешь, то можем отправиться на площадь прямо сейчас. Там наверняка продают любые сладости…

— А эти абрикосы в меду, ты мне их купишь? — тихонько спросила Юки, решив прервать молчание.

— Сколько захочешь! Сможешь объесться ими до тошноты!

— Хм…

Юки замерла на месте и ушла в собственные мысли. Она вспоминала все сказанные Агнаром обидные слова, а потом в противовес им представляла тягучие тающие сладости на своём языке.

Наконец Юки взвесила все «за» и «против» и сообщила результат:

— Ладно уж! Так и быть, прощаю тебя! Но одними абрикосами ты не отделаешься! Подойди-ка ближе!

Агнар покорно приблизился.

Юки схватила его за руку и вонзила зубы в широкую ладонь. Острые клыки прорвали кожу и отведали человеческую плоть. На раскалённую солнцем мостовую упали алые капли крови.

Юки поняла, что перестаралась. Она еле слышно заскулила и принялась зализывать свежую рану. Кровь моментально остановилась, а боль пропала. Видимо, даже слюна Белой Волчицы обладала целебными свойствами.

Юки закончила процедуру, отвернулась и еле слышно буркнула:

— Прости…

— Да это мелочи! Уже почти не болит! — отмахнулся Агнар, довольный закончившимся молчанием.

— Сейчас я говорю не об укусе!

— Тогда о чём?

— О ситуации с Гаретом. Прости, что не успела вовремя тебя спасти. Я знаю, что умирать очень страшно.

— Забудь уже…

— А?! — взвилась Юки и злобно оскалилась.

Она не желала, чтобы от её извинений просто отмахивались. Особенно тогда, когда эти извинения пришлось выдавливать из себя через уязвлённую гордость, великую вредность и бескрайнее самолюбие.

Агнар примирительно поднял руки и быстро заверил:

— Понял-понял! Я прошу прощения за собственные слова и в то же время принимаю твои извинения!

— П-ф!

— Только давай без молчанки, ладно? Забудем уже про ссору и наведаемся к лавкам со сладостями…

— Хорошо. А ты говорил правду про абрикосы в меду?

— Конечно! Они невероятно вкусные и нежные! Тебе понравится!

— Ох! Скорее бы попробовать!

Юки облегчённо вздохнула, крепко прижалась к Агнару и утробно замурлыкала. Вдруг стало понятно, что она давно хотела забыть ненужную размолвку, но не могла придумать подходящей причины.

Агнар сделал вид, что не заметил этого.

Вместе они направились к центральной площади и вскоре оказались посреди оживлённой ярмарки. Здесь повсюду веселились люди, играли музыканты и устраивали представления бродячие артисты. Похоже, в столице отмечали какой-то ежегодный осенний праздник.

Агнар усадил Юки за стоящий под навесом свободный столик, а сам направился за покупками. Вскоре он вернулся, держа в руках корзинку с хлебом и трёхлитровую банку с мёдом и абрикосами.

— Ох! Ох! — почти простонала Юки, вдыхая аромат божественного нектара.

— Не заждалась? — спросил Агнар, расставляя еду на столе.

— Самую малость…

— Уж прости, мне пришлось постоять в очереди. Сегодня на сладости дикий спрос, торговцы даже цену подняли.

— А? Наверное, такая банка стоит очень дорого?

— Да! Пришлось выложить за неё десяток серебряных монет! Но оно того стоит! Кушай давай и не думай о цене!

— Хорошо! Спасибо, барашек!

Юки блаженно подтянула к себе банку с узким горлышком и тут же задумалась. Есть из такой тары было крайне неудобно.

Агнар тихонько усмехнулся и достал из корзинки заранее приготовленную глиняную тарелку с высокими бортами. Юки довольно просияла и вылила мёд и абрикосы в подставленную ёмкость.

— Ложку бы… — протянула Юки, облизываясь и пожирая тягучую жидкость глазами.

— Зачем это? Ты ведь не любишь столовые приборы. Или просто меня стесняешься? Не переживай, сегодня я не стану ворчать и упрекать за плохие манеры. Черпай руками и хлебом, так ведь быстрее…

— Нет, барашек! Такую вкусность нужно есть медленно! Смакуя! Это не простое утоление голода!

— Вот оно как? Ну хорошо…

Агнар вдруг взмахнул руками и словно фокусник достал деревянную ложку прямо из воздуха. Маленькое представление получилось впечатляющим и даже чарующим. Казалось, будто случилось крохотное чудо.

Юки расплылась в улыбке, забрала ложку и приступила к трапезе.

Под навесом послышалось довольное сопение, которое быстро переросло в стоны наслаждения. Юки неспешно черпала сладкое блюдо и восторженно закатывала глаза. Каждый кусочек нежного абрикоса, каждый ломтик покрытого мёдом хлеба приносили ей истинное наслаждение.

Трапеза продлилась целый час. Наконец тарелка полностью опустела, и деревянная ложка стукнула о глиняное дно.

— Ох, объелась! — икнула Юки.

Она положила руки на вздувшийся живот и счастливо улыбнулась. Видимо, извечный волчий голод всё же был побеждён.

Агнар довольно хмыкнул и спросил:

— Ну как? Вкусно?!

— Очень, барашек! Очень! Такая приятная сытость! Вот только…

Юки бросила взгляд на прокушенную руку Агнара и вдруг помрачнела. Она стыдливо опустила глаза и стала ковырять острым ноготком заляпанную мёдом и абрикосами деревянную столешницу.

Агнар заметил перемену в лице спутницы и спросил:

— Что случилось? Неужели живот заболел? Может, принести тебе воды?

— Нет же, нет! — отмахнулась Юки и постаралась беззаботно улыбнуться.

— Тогда в чём дело? Говори…

— Ох, барашек… Это сложно сказать… сложно признать, но…

Юки на мгновение замолчала, борясь с внутренними тревогами. Что-то терзало её изнутри, заставляло поджимать губки и раз за разом вонзать ноготки в испещрённую трещинами столешницу.

В конце концов Юки собралась с силами и озвучила то, что её беспокоило:

— Я укусила тебя! Сильно! До крови! Это большое зло! Никакие слова, никакие обиды не оправдывают его!

— Перестань! Это всё мелочи!

— Нет, барашек! Нет! Я должна сдерживать свою волчью натуру! Должна быть человеком! Ради тебя! Ради нас! Ты столько сделал, стольким пожертвовал, столько пережил вместе со мной…

— Да что на тебя нашло?! — встревоженно проговорил Агнар, беря Юки за руки.

— Я причинила тебе вред! И это не даёт мне покоя! Словно на душе появилось чёрное пятно!

— Хм! Ну если тебя так сильно тяготит этот «проступок», то просто исправь его!

— Как?! Как?!! — быстро спросила Юки, потянувшись вперёд всем телом.

— Чтобы загладить вину, нужно испытать схожие муки. Поэтому давай я хорошенько цапну тебя за руку, а потом мы пообещаем друг другу больше никогда не кусаться. Да, звучит весьма по-детски, но…

— Я согласна! Согласна!!! — быстро выпалила Юки и протянула вперёд худенькую ладонь.

— Хех, уверена? Я не буду сдерживаться…

— Кусай, барашек! Кусай до крови! Так будет правильно! И честно!

Юки быстро поджала губы и зажмурила глаза. Она приготовилась в любой момент ощутить сильную боль.

И ощутила её.

Агнар без зазрения совести остервенело вгрызся в ладонь спутницы. Его зубы легко прокусили тонкую кожу и добрались до плоти.

— Ай, больно! Ая-я-й! — взвизгнула Юки и захныкала.

— Ты ведь сама попросила! — веско заметил Агнар, отпуская жертву.

— Знаю! Знаю!!! Но всё равно больно! Словно настоящий зверь в меня вцепился! Вот ведь хищный барашек!

— Зато теперь мы квиты, ведь так? И тебе больше не придётся терзаться угрызениями совести.

— Ты прав… — ответила Юки и постаралась натянуть на лицо улыбку, но получилась кислая гримаса скрываемой обиды.

— Осталось ещё обещание, — напомнил Агнар.

— Ах да! Точно! Обещаю, что больше никогда-никогда не стану тебя кусать! Даю слово Благородной Белой Волчицы!

— Хм… а щипаться будешь?

— БАРАШЕК!

— Ладно-ладно! Тоже обещаю не обгладывать твои кости, пока ты спишь! Ну что, тебе стало спокойнее?

— Да, словно груз с души свалился! Вроде такая мелочь, а как заноза сидела внутри! Но теперь всё хорошо!

Юки улыбнулась, в этот раз искренне. Окружающее напряжение моментально развеялось, словно солнце вдруг выбралось из-за облаков. Вокруг снова стоял приятный и тёплый осенний день.

Юки перебралась на колени к Агнару, обняла его за шею и шепнула:

— Спасибо, что терпишь все мои вредности…

— Спасибо, что пытаешься их сдержать, — ответил Агнар и усмехнулся.

— Ох как заговорил! Храбрости набрался, когда я спрятала клыки! Вообще-то, ты сам во всём виноват, дурень! Я ведь предупреждала, что со мной будет сложно! И что ты первый пожалеешь, если свяжешь со мной судьбу!

— Но я не жалею… — искренне ответил Агнар.

Юки дёрнула под капюшоном волчьими ушками, но не уловила обмана в словах Агнара. Она довольно захихикала, крепче прижалась к тёплому «барашку» и потёрлась крохотным носиком о его грудь.

Так они просидели ещё несколько минут.

Наконец Юки устала от долгого молчания, по-детски задрыгала ножками и нараспев проговорила:

— В любом случае тебе уже поздно бежать, барашек. Теперь ты мой и только мой! Никому не отдам, никуда не отпущу! Знаю, это звучит эгоистично! Ну и пускай! Больше не хочу скрывать! Люблю я тебя, дурня! Люблю!

— Я смотрю, твоё настроение улучшилось… — заметил Агнар, качая Юки на коленях.

— Да! Я сыта, влюблена и спокойна! Это очень приятные чувства!

— Может, тогда пойдём в гавань и поищем корабль для путешествия? Ты ведь всё ещё хочешь отправиться на поиски своего друга Хару?

— Хочу! Но в твоих объятиях так тепло и приятно! Было бы здорово, если бы ты отнёс меня в порт на руках…

— Не вижу проблем.

Агнар крепче обхватил свою драгоценную ношу и поднялся на ноги. Он вышел из-за стола и неспешно двинулся через площадь.

Юки удивлённо округлила глаза и ойкнула:

— Барашек! Я ведь пошутила! Не нужно меня нести!

— Почему нет?

— Ещё надсадишься, а мне потом лечить тебя! К тому же я сильно переела, а ты давишь на живот! Того и гляди меня стошнит прямо на твою куртку! Сейчас я не шучу, барашек! Точно-точно не шучу!

— Ну-ну, — недоверчиво буркнул Агнар, продолжая идти вперёд.

— Неужели не веришь?!

— Ха! Ты никогда не расстанешься с едой, которую уже проглотила! Да скорее небо упадёт на землю!

Агнар в открытую рассмеялся.

Юки надула губки и наигранно гневно воскликнула:

— Ах так, да?! Хе-хе! Ну ты сам напросился, вредный барашек…

— И что ты задумала?!

— Хе-хе, сейчас узнаешь! — злобно захихикала Юки и стала озираться.

Всюду вокруг бренчали лютни, танцевали горожане и хохотали скоморохи. Осенний праздник был в самом разгаре. Возле входов и выходов с площади стояли патрули стражи, следящие за порядком.

Юки вдруг набрала полную грудь воздуха и завопила:

— Помогите!!! Помогите!!! Грабят, крадут, похищают!!! А-а-а!!! Спасите!!! Спасите!!!

— Ты чего творишь?! — ужаснулся Агнар.

— А вот! Поставь меня на землю, иначе так и буду верещать!

— Нет, не поставлю! Я тоже вредный!

Агнар заупрямился и продолжил пробираться сквозь толпу.

Тогда Юки завопила снова:

— А-а-а-а!!! Помогите!!! Спасите!!! Меня уносят, похищают!!! Кто-нибудь!!! Умоляю!!!

Истошные девичьи визги привлекли внимание двух бородатых стражников. Они достали мечи и быстро двинулись на крик.

Агнар недовольно прошипел какие-то проклятия и поставил «жертву похищения» на землю.

— Довольна?! Теперь у нас будут проблемы! — пробурчал он, уже прикидывая в уме сумму, которую придётся заплатить за нарушение порядка.

— Сам виноват! Я ведь просила по-хорошему! — весело фыркнула Юки.

Тем временем хмурые стражники уже приблизились к «месту преступления» и приготовились задержать «злостного негодяя», посмевшего похитить девушку прямо на центральной площади.

Но Юки вдруг развернулась к стражникам весело рассмеялась и прокричала:

— Простите нас! Простите! Мы просто дурачимся! Это мой муж, он меня не похищает! Всё хорошо!

Чтобы подтвердить свои слова, Юки встала на цыпочки и поцеловала Агнара прямо в губы.

Стражники остановились и быстро переглянулись. Увидев жаркий поцелуй, они усмехнулись в свои пышные бороды, покачали головами, вложили мечи в ножны и вернулись на пост.

Агнар отлип от медовых губ Юки и пробурчал:

— Ну ты даёшь!

— А вот нужно слушать, когда я о чём-то прошу! А теперь перестань уже дуться и пошли в гавань!

Юки схватила Агнара за руку и увлекла его прочь с весёлой площади. Смех толпы, громкое пение и звуки музыки остались далеко позади. Зато впереди уже показалось бескрайнее синее море.

Глава 4. Королевская гавань

Столица королевства была построена на двух берегах широкого залива. Длинные скальные выступы огромной бухты челюстями могучего зверя уходили далеко в море, образуя естественную защиту от штормов и нападений.

Столица была спроектирована так, что порт находился в самом центре городской застройки. При этом он мог не только принимать корабли из моря, но и пропускать их в устье Великой реки Рок.

В порту царили тишина и спокойствие. Многочисленные склады были закрыты, а у пристани печально поскрипывали бортами всего несколько кораблей. Это казалось странным для города, являющегося главным торговым узлом королевства.

Но Юки не смущало окружающее запустение. Она весело скакала по мостовой и громким криком передразнивала многочисленных чаек. Агнар шёл следом за счастливой спутницей и с улыбкой на лице качал головой.

Юки заметила на себе взгляд и быстро спросила:

— Что, барашек?! Что ты так пялишься?! А?! Любуешься моей красотой, да?! Хе-хе, тут есть на что посмотреть!

Она так сильно крутанулась на месте, что из-под плаща показался пушистый белый хвост. Впрочем, на набережной было пусто, поэтому заметить волчьи прелести мог только Агнар.

— Любуюсь-любуюсь, — подтвердил он и довольно хмыкнул.

— Ох, обманщик! Ты ведь больше на пристань смотришь, чем на меня! Неужели море красивее Белой Волчицы?

— Совсем нет, но меня сильно смущает тишина вокруг. Обычно местные причалы всегда забиты торговыми кораблями, а за места для стоянки идут настоящие драки. Но сейчас здесь так пусто, словно…

— Словно после войны! — закончила мысль Юки.

— Именно, — вздохнул Агнар.

— А что? Для нас это плохо?

— Да, отчасти. Будет очень сложно найти попутный корабль, если кораблей попросту нет у причалов…

— Точно! Ты прав, барашек! А я почему-то не подумала об этом, ох…

— Не расстраивайся! Я всё же вижу несколько шхун. Возможно, одна из них направляется в Долину гейзеров и цветов.

Агнар взял погрустневшую Юки за руку и повёл в сторону широких лестниц, которые вели к самой воде.

По дороге путникам попался широкий деревянный склад, который единственный был открыт. У ворот стояла одинокая телега, запряжённая печальной лошадью. На скамье извозчика сидели двое: беловолосый мужчина и девушка в плаще.

— Ого! — удивился Агнар, посмотрев в сторону повозки.

— Что такое, барашек?

— Ты глянь! На телеге тот самый торговец!

— «Тот самый»? — непонимающе переспросила Юки, посмотрев в указанную сторону.

— Да! Он накормил нас хлебом и сыром, когда мы ехали из Пастушьей деревни! Это было в самом начале нашего путешествия! Ну же, вспоминай! Ты тогда ещё притворилась больной, чтобы выпросить еду…

— Ах! Точно! — воскликнула Юки и расплылась в довольной улыбке.

— Надо бы вернуть должок…

Агнар быстро зашагал вперёд, намереваясь поприветствовать торговца и поблагодарить его за былую помощь. В конце концов в мире было слишком много большого зла, а потому не стоило забывать даже маленькую доброту.

Однако Юки крепче схватила Агнара за руку и зашипела:

— Не нужно этого делать, барашек!

— А?! Почему это?!

— Видишь юную особу, которая сидит рядом с торговцем?

— Ну!

— Это не простая девушка!

— Да ладно! Быть не может! Неужели…

Агнар снова посмотрел на телегу торговца и увидел направленный на себя взгляд жёлтых глаз. Спутница беловолосого купца смотрела с улыбкой, в которой читался оскал хищного зверя.

— Идём же, идём! — пробурчала Юки, увлекая спутника дальше по мостовой.

— А… она… как и ты?

— Да, барашек, да! Похоже, этот торговец всё же нашёл свою волчицу! И теперь их ждёт долгое путешествие! Но у нас другой путь и другая история! К тому же какое тебе дело до чужой девицы?! А?! Я покрасивее буду! Разве не так?!

Юки резко остановилась и внимательно посмотрела на Агнара. Похоже, ответ на её вопрос мог быть только один.

Агнар широко улыбнулся и ласково проговорил:

— Для меня ты лучше всех на свете!

— Ох! Опять эти медовые речи! Хитрый барашек!

Юки просунула голову под руку Агнара, пригрелась и затихла. Хвост под плащом тихонько покачивался и шуршал о грубую ткань.

Этот момент хотелось запомнить навечно.

Сзади послышался скрип колёс. Телега торговца медленно отъехала от склада и направилась в город. Ветер принёс с собой запах спелых яблок и душистого перца. Весьма странное сочетание.

Вскоре Агнар и Юки остались одни на широкой мостовой. Внизу у воды постанывали канаты нескольких шхун, а в небе кричали голодные чайки. Морские волны накатывали на причалы и смывали с них грязь.

— Ох, хватит уже стоять столбом! — буркнула Юки и выбралась из «укрытия».

— Эй! Ты ведь сама ко мне приклеилась! — отшутился Агнар и слегка щёлкнул пальцем по крохотному носику спутницы.

— Это я-то приклеилась?! Да я… Яп… Ап… Апчхи!!!

Юки вдруг резко чихнула и помотала головой. Видимо, её нос был чувствительнее, чем у обычного человека.

Агнар рассмеялся и примирительно поднял руки:

— Прости-прости, я не хотел…

— Не хотел он! Ладно! Идём быстрее к причалам, а то скоро стемнеет! Не хочу пропустить ужин!

— Кто бы сомневался…

— А?! На что это ты намекаешь, вкусный барашек?! Даже лошадей нужно кормить вовремя! А уж Белых Волчиц и подавно! Иначе может так случиться, что на ужин у меня будет свежая баранина!

Юки упёрла руки в бока и гневно засопела. Это была наигранная вредность, не имевшая ничего общего с настоящими чувствами.

Агнар понимающе хмыкнул, а затем вдруг тихо проговорил:

— Кстати, о лошадях… Слушай, можно попросить тебя об одной маленькой услуге? Ничего серьёзного, простая мелочь.

— Конечно, барашек. Говори… — быстро кивнула Юки, удивлённая переменой в тоне любимого.

— Ты не могла бы поговорить с нашей кобылкой Малюткой и… обелить моё имя?

— Что?! Ха! Что сделать?! Ха-ха-ха!

Юки вдруг заливисто рассмеялась и схватилась за живот. Казалось, она сейчас упадёт на землю и начнёт кататься по ней в истерике.

Агнар слегка покраснел и сконфуженно спросил:

— Ну, чего ты?! Я ведь серьёзно попросил!

— Ох! Барашек! Ох! Ну ты даёшь, насмешил! Ха-ха! «Обелить имя перед кобылкой»! Вот ведь выдумал!

— Эй! Да ну тебя!

— Ладно-ладно! Не злись! Ух! Поговорю я с Малюткой и всё ей объясню. Вот только чего ты вдруг этим озаботился? До нашей встречи ты своей лошадке даже имени не давал, а теперь вдруг…

— Сам не знаю! И забудь уже! Идём на пристань!

— Хорошо, хи-хи! Но это так мило! Так мило!

Юки вцепилась в руку Агнара и положила голову ему на плечо. Так они и двинулись в сторону длинных причалов.

Поиски нужного корабля не увенчались успехом. Три из четырёх шхун уже готовились к отплытию, но их путь лежал не в Долину гейзеров и цветов, а в дальние королевства по ту сторону моря.

Осталось проверить последнее судно. Оно покачивалось на волнах в самом конце причальных мостов. Такая швартовка была странным решением, учитывая количество пустых мест, расположенных намного ближе к портовой инфраструктуре.

Агнар и Юки приблизились к кораблю и неуверенно застыли на месте. Открывшиеся виды вводили в замешательство.

Шхуна была недавно осмолена, но на её бортах зияли настолько большие дыры, что сквозь них виднелось убранство внутренних кают. Большинство канатов и парусов изъела гниль, а перила растрескались и развалились. Казалось странным, что такая посудина всё ещё держится на плаву.

Юки оглядела корабль и неуверенно спросила:

— Может, поищем ещё? Я совсем не трусиха, но плыть на ЭТОМ не рискну! Ты только посмотри на дыры в досках! Туда же мой палец пролезет! Как вообще можно пускать подобный мусор в королевский порт?!

— Да, соглашусь, выглядит ужасно, — понимающе закивал Агнар.

— Это ещё слабо сказано, барашек!

— Но другого варианта у нас нет! Давай хотя бы найдём и расспросим капитана, а уже потом примем решение…

Агнар смело ступил на хлипкие сходни и стал взбираться наверх. Юки натянула на лицо кислую мину и осторожно последовала за ним.

Вскоре они оба были на борту разваливающегося корабля. Отсюда его состояние казалось ещё хуже, чем это виделось с берега. Особенно настораживал небольшой наклон палубы, который говорил о неправильной осанке.

— Ох, мне страшно даже просто стоять здесь, — пискнула Юки, постоянно вздрагивая от скрипов под ногами.

— Если хочешь, можем уйти. Но тогда путешествие придётся отложить…

— Нет, барашек. Давай останемся. К тому же до берега всего один прыжок на моих лапах.

— На твоих лапах?! Не вздумай превратиться в волчицу! Иначе мы…

Агнар не договорил. Его прервал противный и протяжный скрип открывающейся двери. Казалось, железные петли молили о том, чтобы их либо смазали, либо вырвали с корнем и выбросили в море.

Из покосившейся надстройки выбежал молодой мужчина. Он был одет в яркую куртку и такие же штаны. На его голове красовалась пышная копна желтоватых волос, а взгляд голубых глаз был подобен ясному небу.

— Гости? У меня гости?! — изумился мужчина и радостно развёл руками.

Он быстро ринулся вперёд, а затем резко остановился и низко поклонился. Его голубые глаза сочились дружелюбием и неиссякаемой энергией, а руки пребывали в постоянной и крайне активной жестикуляции.

Мужчина быстро оглядел гостей и звонко выпалил:

— Уважаемые господа! Меня зовут Барри! Капитан Барри! Рад приветствовать вас на корабле, который носит гордое название «Повелитель Морей»! Ох, я так рад посетителям! Просто душа поёт!

— «Повелитель Морей»? — хмыкнул Агнар, оглядев окружающую разруху.

Пожалуй, общей картине запустения не хватало только полчищ крыс, снующих по палубе. Впрочем, крысы были не настолько глупы, чтобы оставаться на посудине, которая в любой момент могла пойти ко дну.

Барри увидел взгляд гостя и тут же парировал:

— Не стоит судить по внешнему виду! Эта шхуна способна пересечь даже океан! Но сейчас не об этом! Вы ведь пришли сюда за тем, чтобы приобрести мои товары?! Правда?! Скажите, что это так! Прошу вас, умоляю!

— Нет! Мы лишь хотели узнать, куда вы собираетесь плыть…

— Ох, Истинный бог меня проклял! — завопил Барри.

Он весьма артистично вскинул голову и привалился к сгнившим перилам. Истлевшие столбики сильно скрипнули и оторвались от пола. Огромный кусок ограждения перевалился через борт и упал в воду, чуть было не прихватив с собой и желтоволосого капитана.

Агнар вскинул брови и поинтересовался у Барри:

— Так у вас какие-то проблемы?

— Проблемы?! Какие проблемы?! Ах, к чёрту притворство! Да, у меня большие проблемы!

— И какие же? Ну… если не считать сгнившие борта и палубу.

— Мой трюм забит товаром, но я не могу покинуть порт, потому что задолжал местным властям большую сумму денег! А ведь скоро начнётся сезон штормов! И тогда мой корабль останется заперт в заливе на несколько недель! Волны не дадут провести шхуну через береговые скалы!

— «Сезон штормов»? Ах, так вот почему в гавани так пусто?

— Да! Да!!! Все умные капитаны уже вывели свои посудины в море, чтобы не застрять у причалов. А вот меня не выпускают, потому что я должен оплатить таможенный сбор и прочие налоги! Произвол!

— И вы думали…

— Я думал, что вы торговцы, которым можно сбагрить часть своего груза, а на полученные деньги откупиться от властей! Но я ошибся! Эх, что за череда невезений?! Иногда мне кажется, что Истинный бог оставил меня…

В этот момент у кормы послышалось громкое бульканье. Похоже, от корабля отвалилась ещё одна «ненужная» деталь. Шхуна буквально разваливалась на куски и только чудо держало её над водой.

Барри заставил себя улыбнуться и наигранно весело выпалил:

— В любом случае я рад гостям! Хоть выговориться смог! Так что вам нужно, уважаемые господа? Вы хотели знать, куда я собираюсь плыть?

— Именно, — подтвердил Агнар, немного сочувствуя странному капитану.

— Ох! Мой путь лежит в земли варварских племён. Большинство жителей нашего королевства именует эти территории «Бурлящим котлом». Но лично мне больше нравится поэтичное название…

— «Долина гейзеров и цветов», — закончил за капитана Агнар.

— В точку, господин! Но откуда вы об этом знаете? Я думал, что это название осталось только в легендах…

— Хм, всё просто. Я родом из тех «варварских земель», как вы выразились.

— Ох, приношу свои извинения! Я не знал…

Барри низко поклонился и сложил руки в знак мольбы. Выглядело это весьма наигранно, но Агнар не собирался сердиться. Он прекрасно знал, что во всём прочем мире его родную страну считают пристанищем кровожадных разбойников.

Впрочем, такая репутация была вполне заслуженной. Племена «Долины» славились своими быстрыми кораблями и набегами на прибрежные города соседей. А уж об обычном пиратстве и говорить не стоило.

Агнар вынырнул из задумчивости и спросил у капитана дряхлой шхуны:

— Если вы собираетесь плыть к столь опасным землям, то у вас есть договор с главами основных племён?

— Конечно, господин! А как иначе?! Я плачу небольшую дань, а взамен получаю защиту и возможность торговать! Иначе я не рискнул бы сунуться в те холодные воды! Сами понимаете, голова мне дороже возможной выгоды. А почему вы этим интересуетесь? Неужели решили домой наведаться?

— Вы угадали, — кивнул Агнар.

— Ох! Я с удовольствием помог бы вам, но сам привязан к порту! Без оплаты налогов меня не выпустят из гавани…

— Быть может, деньги за каюту для меня и спутницы решат вашу проблему? Сколько вы задолжали?

— Больше тридцати золотых монет… — невероятно печально ответил Барри, хотя на его лице сияла улыбка.

— Сколько-сколько?! — изумился Агнар и удивлённо вскинул брови.

— Да, вы не ослышались…

— Пф! Да весь этот корабль вместе с грузом столько не стоит! Как вы смогли накопить подобные долги?! Оплата стоянки корабля и пошлин обычно укладывается в пару десятков серебряных монет! Или вы провели в порту сотню лет?!

— Ох… тут не только налоги. Ещё к этой сумме добавились многочисленные штрафы за разгульный образ жизни…

Барри улыбнулся шире и мечтательно посмотрел куда-то вдаль. Казалось, он совсем не раскаивался в содеянном.

Агнар вздохнул и подытожил:

— Боюсь, что у нас нет столько денег.

— Как и у меня! Поэтому вскоре я лишусь и груза, и корабля, и свободы! Но что поделать, такова судьба!

Барри снова размашисто поклонился, а затем мило улыбнулся Юки. Та удостоила его холодным взглядом и намеренно громко фыркнула. Похоже, говорливый капитан был ей совсем не по душе.

Агнар последний раз оглядел утлое судно и проговорил:

— Да, сочувствую вам, но ничем не могу помочь. Ох, на улице уже вечереет, нам пора возвращаться в гостиницу…

— Всего вам хорошего, господа! Был рад поболтать с приятными людьми! А то мои матросы весьма необщительны. Такими они стали после того, как я задолжал им жалование за несколько месяцев…

Барри грустно усмехнулся, сделал быстрый реверанс и скрылся в капитанской каюте. Дверь отвратительно заскрипела и захлопнулась, ржавые петли снова взмолились о смерти и сыпанули в стороны рыжей крошкой.

Агнар и Юки покинули корабль и вернулись на городские улицы. Вокруг уже стемнело настолько, что дорога впереди казалась единым полотном. По обочинам ходили странного вида рабочие. Они открывали уличные фонари и зажигали промасленные фитили лампадок.

Юки протяжно выдохнула и блаженно пролепетала:

— Слава богам, мы покинули этот дряхлый корабль! У меня аж коленки тряслись, когда я стояла на трещащей палубе. Мне казалось, что я вот-вот провалюсь в трюм к тем самым хмурым матросам!

— Они бы обрадовались такому подарку, поначалу… — хмыкнул Агнар.

— Ох, барашек! Дошутишься ведь! Я хоть и обещала не кусаться, но могу защекотать до смерти! Лучше скажи, что нам делать дальше? Как попасть на твою родину? Других попутных кораблей в порту нет…

— Придётся наведаться в соседние города. Порты есть не только в столице. Но мне всё же немного жаль, что гнилая шхуна нам не подошла. Уж очень её капитан напомнил мне знакомого паренька…

— М?! А вот мне этот Барри совсем не понравился! Он слишком много кривлялся и вёл себя как ребёнок!

— Ха! Словно в зеркало посмотрелась, да?

— А? О чём ты, барашек?

Юки на мгновение остановилась и удивлённо посмотрела на спутника. Но затем в её глазах вспыхнуло понимание. Она недобро улыбнулась и показала блестящие в свете уличных фонарей клыки.

Юки усилила оскал и замогильным голосом поинтересовалась:

— Намекаешь на то, что я похожа на этого капитана? Да? Такая же дёрганная? Несмешная? Ребячливая?

— Ну…

— Всё! Барашек! Ты дошутился! Не знаю про ужин, но вот ночной «десерт» тебе сегодня не светит!

— Ха! Я бы не назвал это «десертом»! Так, лёгкий перекус!

Агнар упёр руки в бока и рассмеялся собственной шутке. Ему показалось, что получилось весьма забавно.

А вот Юки вдруг резко замерла и сжалась. В её божественных изумрудных глазах появилась искорка страха и неуверенности, а волчьи ушки под капюшоном плаща печально поникли.

Агнар увидел эту перемену и тут же воскликнул:

— Эй! Эй! Я ведь пошутил! Ну, чего ты? Это же обычное подтрунивание, в нём нет даже капли истины!

— Правда? — с надеждой спросила Юки, покусывая губки.

— Конечно! Ну ты даёшь!

— И тебе нравится мой… «десерт»? Нравится ведь?

— Конечно, нравится! Но подобные разговоры вгоняют меня в краску! Лучше скажи, откуда в тебе такая неуверенность? Ты ведь Белая Волчица, прожившая на этом свете уже несколько столетий! Где твоя мудрость и опыт? Я вижу перед собой лишь наивную девушку, которая с трудом выражает истинные чувства…

— Ох, барашек! Невидимые цепи веками держали меня возле камня! Вот я и одичала, замкнулась, почти разучилась говорить! Сам-то каким бы стал, если бы большую часть жизни просидел в пещере, смотря на гранитный столб?!

— Но ты ведь не только в пещере сидела. Ты свободно бродила по лесам и полям возле деревни, оберегала пастухов от бед, лечила разные хвори, выводила из леса заблудших, отгоняла хищное зверьё…

— П-ф! Тоже мне развлечения! Вот ведь сказанул! Мне не хватало нормального общения! Не хватало! Люди боялись меня и бежали прочь, когда видели уши и хвост! Я могла разговаривать только с птицами и белками! А они весьма посредственные собеседники, уж поверь!

— Разве жители деревни не считали тебя божеством? Разве они не поклонялись? Не приносили в жертву дары?

— Да, поначалу всё это было! Однако потом про меня забыли! Но на безразличие я всё равно отвечала добротой, заботой и защитой! Так длилось веками! И за это время я устала быть «богиней пастухов»!

— Могу представить…

— Теперь же я хочу побыть маленькой и беззащитной девушкой! Хочу отдохнуть от ответственности и просто покапризничать! Хочу, чтобы за мной ухаживали и купали в ласках! Я это заслужила! Заслужила!!!

— Юки… — тихо проговорил Агнар.

— Что, барашек?! Что?! Ты хоть представляешь, что я пережила?! Из меня вырвали душу и поместили её в камень! Меня предали, унизили, заставили желать смерти! После такого любой сойдёт с ума! Я устала! Устала!!! Не хочу быть огромной злой волчицей! Хочу быть простой влюблённой дурёхой!

Юки схватилась за висящий на шее крохотный мешочек. В нём хранился камень с душой Благородной Белой Волчицы.

Когда-то очень давно Юки дружила с воплощением медведя Окумой. Однако тот предал её и потребовал отдать Искру (часть жизненной силы). Получив отказ, Окума вырвал дух Юки из тела, поместил его в камень и запечатал в гранитном столбе.

Так Юки оказалась привязанной к окрестностям небольшой деревушки, где от скуки оберегала пастухов и крестьян от разных напастей. И пусть она не была настоящей богиней, но люди считали её таковой.

Заточение продлилось несколько веков, но однажды в деревню приехал странствующий наёмник Агнар. Он освободил «принцессу» из оков и увёз её в дальнее путешествие. После этого Юки влюбилась в спасителя и отдала ему свою Искру, чем продлила его жизнь на пару столетий.

Вспомнив о былых печалях и горестях, Юки заплакала. На каменную мостовую упали огромные солёные капли. Сначала слёз было немного, но постепенно они превратились в настоящий дождь.

Юки громко рыдала, шмыгала носиком и сжимала в руках матерчатый мешочек. Воспоминания о веках одиночества заставили её ощутить горькую тоску, от которой хотелось выть на вечернее небо.

Агнар крепко прижал к себе плаксу и заверил:

— Но теперь-то всё хорошо! Ведь так? Ты свободна, а проклятый медведь мёртв… Впереди нас ждёт весёлое приключение, так чего печалиться и грустить? Успокойся и улыбнись новому миру…

— Барашек! — проблеяла Юки, утирая слёзки.

— Что такое?

— Я снова хочу на ручки! Донесёшь меня до постоялого двора?

— А стражников звать не будешь?

— В этот раз не буду! Обещаю!

Юки потянулась вперёд всем телом. Агнар подхватил её и неспешно двинулся вверх по улице. Прохожие удивлялись виду странной парочки. Мужчины понимающе хмыкали, а женщины завистливо вздыхали.

Но никто не оставался равнодушным.

Глава 5. Призрачная шхуна

Несмотря на поздний вечер, в комнате постоялого двора было светло и тепло. На круглой тумбочке стояла огромная белая свеча, её огонёк слегка колебался и отбрасывал на пол забавные тени. В углу потрескивала полешками крохотная печурка, а за стенами слышались завывания сильного ветра.

Юки сидела на сером одеяле и за обе щеки уплетала нежнейшее жареное мясо. Перед ней стояли целые горы из глиняных тарелок. Некоторые плошки уже опустели, в других ещё оставалось немного съестного.

— Больше! Хочу больше! — время от времени требовала Юки.

— Не лопни! Вот ведь бездонный желудок! — хмыкал в ответ Агнар, подставляя к обжорке новые порции.

Юки заедала горестные воспоминания вкусными яствами и без конца тяжело вздыхала. На самом деле, её настроение давно улучшилось, но она не переставал ныть, чтобы выжать из ситуации всю возможную выгоду.

Агнар понимал эту маленькую хитрость, но не собирался корить ушастую спутницу. В конечном итоге он знал, что за многовековую жизнь ей пришлось пережить слишком много бед и печалей.

— Вкусно хоть? — полюбопытствовал Агнар, подставляя новую тарелку.

— Угу-угу! Аж челюсть свело! Жевать устала! — едва понятно ответила Юки.

Она говорила с набитым ртом. При этом еда разлеталась по всей комнате, заляпывая стены, потолок и пол.

Агнар помотал головой и вздохнул:

— Всё ещё не блещешь манерами!

— Сам виноват, глупый барашек! Мням-мням! Не нужно о чём-то спрашивать, когда собеседник ест! Мням-мням!

— Ну да… в этом есть логика…

Агнар вытер своё лицо от особо сильного плевка и вдруг заметил, что волчьи ушки Юки встали торчком и медленно развернулись в сторону двери. Их белые кончики слегка дёрнулись и замерли.

Агнар прислушался, но ничего не услышал. Его слух был не таким острым, как у Белой Волчицы.

Юки заметила это и довольно проговорила:

— Кто-то поднимается по лестнице и идёт к нашей комнате. Я слышу быстрое биение сердца, человек сильно напуган…

— Напуган? Хм… — удивился Агнар и на всякий случай придвинул к себе ножны с чёрным мечом.

В этот момент в дверь постучали. Звук был тихим, но настойчивым. Кто-то нерешительно топтался в коридоре, переминаясь с ноги на ногу. Похоже, незваный гость действительно испытывал страх.

Агнар взглядом попросил Юки накинуть на голову капюшон плаща, а затем тихо прошёл через комнату и открыл дверь.

На пороге стоял взволнованный и всклокоченный Барри — капитан гнилой шхуны. В его голубых глазах читалась сильная тревога, а пальцы рук несмело теребили край длинной треугольной шляпы.

Барри судорожно сглотнул и быстро выпалил:

— Господин Агнар! Госпожа Юки! Простите за столь поздний визит! Можно мне войти?!

— Нет, нельзя!

— Но…

Барри не ожидал подобного ответа и потерял остатки уверенности. Он крепче вцепился в свою шляпу и стал громко сопеть. Лицо «бравого капитана» сильно побледнело, а коленки заметно задрожали.

Агнар был недоволен неожиданным визитом и не собирался играть в вежливость и учтивость. Во взгляде его чёрных глаз появилась подозрительность, а правая рука сильнее сжала ножны меча.

Невольно перейдя на «ты», Агнар гневно потребовал:

— Объясни, откуда ты узнал наши имена! И как нашёл постоялый двор! Следил за нами?! Да?!

— Я всё расскажу! Честно! Но не хотелось бы делать этого на пороге!

— Ну хорошо, проходи…

Агнар неохотно отступил в сторону и указал рукой в глубь комнаты. Барри моментально принял приглашение и быстро юркнул внутрь, словно за ним кто-то гнался. Однако в коридоре и на лестнице было тихо.

Барри опасливо огляделся и увидел сидящую на одеяле Юки. Он быстро подошёл к ней и вдруг упал на колени.

На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина.

Юки удивлённо вскинула брови и перестала жевать. Кусок мяса повис в уголке её рта, а после качнулся и упал на кровать. Это маленькое событие вновь запустило течение времени и закончило неловкую паузу.

Барри подавил страх, поднял взгляд и взмолился:

— Госпожа Юки! Я смиренно прошу прощения, если вдруг случайно оскорбил или обидел вас!

— А?

— О Благородная Белая Волчица… Вы прекрасны, как цветок северных гор… Слава о вас идёт от самой Пастушьей деревни… Жители Мастбри называют вас «Великой ведьмой», но на самом деле вы добры и невинны… Ваши уши и хвост так красивы, что даже Церковь называет их чудом…

Барри говорил сбивчиво, будто не понимая смысла произнесённых слов. Это походило на заученную фразу.

Агнар резко напрягся, быстро достал свой меч и грозно рявкнул:

— Откуда ты узнал про Белую Волчицу?! Говори! Живо! Иначе я отрублю твою желтоволосую голову!

— Прошу вас, господин Агнар… — еле слышно проблеял Барри.

— Хватит уже вежливых речей! Мне сейчас не до этикета! Заканчивай с «господами» и «госпожами» и переходи на «ты»! Это уже не милая беседа на твоём корабле! Сейчас я веду допрос, который может перерасти в пытку! Всё понял?!

— Д… да! Конечно! — быстро закивал Барри и кисло улыбнулся.

— Так откуда ты узнал о нашем секрете?! Ну?! Я внимательно слушаю! И не вздумай лгать! Юки отлично чует враньё в чужих словах! И если начнёшь юлить, то она в мгновение ока откусит тебе голову!

— Откусит?! Как это?!

— Она волчица в человеческом обличье! Сам ведь говорил про уши и хвост, неужели забыл?!

— Быть не может…

Барри испуганно посмотрел в сторону Юки. Та молча приподняла уголки своих губ и показала острые клыки. В неровном свете огромной свечи подобное зрелище казалось особенно зловещим и пугающим.

Агнар приблизил острие клинка к горлу гостя и снова потребовал:

— Говори! Иначе я перестану её сдерживать! Ох, она сегодня так голодна, что сожрёт тебя целиком!

— Сожрёт?! Не надо меня есть, прошу! — взмолился Барри и прижал шляпу к груди.

— Тогда начинай рассказывать…

— Конечно-конечно! После того как вы покинули мой корабль, ко мне наведался «Чёрный барон» Гарет! Представляете, он пришёл лично! Я чуть в штаны не наложил от такого поворота событий!

— Меньше подробностей! — потребовал Агнар, для острастки уколов кончиком меча шею жертвы.

— Ай! Точно-точно! В общем, Гарет заявил, что оплатил мой долг перед властями, и настойчиво попросил, чтобы я отвёз вас туда, куда вы скажете! А перед уходом он под угрозой смерти потребовал, чтобы я отнёсся к госпоже Юки с великим почтением и передал ей слова про Белую Волчицу и прочее…

— А! Так вот оно что… — протянул Агнар, а затем опустил меч и задумался.

«Чёрный барон» Гарет был весьма влиятельным и богатым человеком, а потому с лёгкостью мог оплатить долги Барри или попросту списать их с помощью своих связей. Поэтому рассказ походил на правду.

Однако на всякий случай Агнар спросил у Юки:

— Наш бравый капитан не врёт?

— В его речах нет лжи. Им можно верить.

— Что ж, тогда это весьма занятно. Получается, люди «Чёрного барона» всё это время следили за нами. И судя по переданным словам, чёртов Гарет узнал о тебе много нового: о родине в горах, о настоящем имени, о шумихе в городе Мастбри…

— Ну и пусть! — фыркнула Юки. — Пока он нам не мешает, я не против! Пускай копает!

— Так-то оно так. Но теперь наши планы снова меняются. Раз уж гнилую шхуну больше ничего не держит в столичном порту, то мы можем уплыть на ней в Долину гейзеров и цветов…

— Нет! Не хочу путешествовать на этой развалине! — отрезала Юки.

В этот момент Барри сильно вздрогнул. Он отбросил шляпу и на коленях пополз в сторону кровати. Выглядело это ужасающе жалко, словно раненая нерпа скакала к подстрелившему её охотнику.

Наконец Барри остановился и громко взмолился:

— Прошу, не отказывайтесь от моих услуг! Иначе Гарет утопит меня в море! Он это сделает, я знаю!

— Да мне-то что до этого?! — высокомерно ответила Юки, однако в её глазах вдруг появилась жалость.

— Умоляю! Прошу! Заклинаю!!! — не унимался стенать Барри.

Юки тяжело вздохнула и посмотрела на Агнара. Тот коротко пожал плечами и убрал чёрный меч в ножны.

Со стороны улицы послышалось особо сильное завывание ветра. Шальной воздушный поток прокрался сквозь закрытые ставни и затушил свечу. В комнате резко потемнело. Изумрудные глаза Юки вспыхнули ярким огнём.

Барри увидел зелёное пламя и затрясся сильнее. Казалось, от весёлого и улыбчивого паренька не осталось даже следа.

Юки заметила ужас на лице гостя, вздохнула и решила проявить милость:

— Ладно уж, перестань дрожать! Не буду я тебе голову отгрызать, обещаю! И на корабле твоём мы поплывём!

— Правда, госпожа?! — не поверил услышанному Барри.

— Ну хватит уже! Зови меня просто Юки!

— Хорошо! А можно задать вам…

— Не «вам», а «тебе»! — терпеливо напомнила Юки.

— Можно задать тебе вопрос?

— Давай уж, раз мы теперь друзья!

— У тебя действительно есть уши… и этот… как его… хвост?!

— Конечно, смотри!

Юки быстро соскочила с кровати, скинула плащ и показала свои волчьи прелести. В полумраке комнаты звериные ушки и пушистый белый хвост казались чем-то нереальным и навеянным сном.

Барри раскрыл от удивления рот и несмело пролепетал:

— Ох, так это правда! Неужели ты та самая древняя богиня?! Воплощение волчицы, дух зверя?! Глазам не верю…

— Ого! Так ты слышал обо мне?!

— Только из сказок! Перед сном моя бабка рассказывала истории о стае гигантских волков, что жили на склонах северных гор! Но я считал эти легенды выдумками! Можно ли мне прикоснуться к хвосту, чтобы…

— Нет уж! Хвост дозволяется трогать только Агнару! Но я могу легонько цапнуть тебя за руку! Тогда уж точно поверишь, что не спишь! Или ушки пощупай! Но только аккуратнее, а не то покусаю!

— Ох…

Барри принял предложение и осторожно прикоснулся к кончикам острых волчьих ушей. Юки не удержалась и тихонько захихикала. Это окончательно развеяло ауру страха и вернуло вечеру спокойствие.

Агнар терпеливо дождался конца маленького представления, а затем спросил:

— Так что, когда ты сможешь подготовить корабль к отплытию? Хотелось бы покинуть порт до прихода штормов…

— Всё уже готово! — ответил Барри, не отводя глаз от ушей Юки.

— Ну и отлично! Ночь мы проведём в городе, а утром прибудем в порт вместе с вещами…

— И я буду с нетерпением вас ждать!

Барри заставил себя отвернуться и направился к двери. Он двигался быстро и легко, словно за его спиной вдруг выросли крылья. Встреча с существом из старых сказок отогнала ужас реальности и вернула веру в волшебство жизни.

Агнар встал на пути у Барри и холодно проговорил:

— Пусть Юки и обязалась не трогать тебя, но я таких обещаний не давал. Если вдруг разболтаешь кому-то об увиденном, то я лично запечатаю тебя в бочку и пущу по морским течениям…

— Ох! Не беспокойся! Я никогда не предам столь божественное создание! Сегодня я по уши влюбился! Да-да! Знаю, что безответно! Но моё сердце теперь принадлежит только Белой Волчице! Клянусь, я отдам за неё свою жизнь!

— Палку-то не перегибай! — зло рыкнул Агнар, но всё же отошёл в сторону.

Барри широко улыбнулся, отвесил всей комнате низкий поклон и выпорхнул в коридор. Похоже, к капитану вернулась его жизнерадостность. Он даже позволил себе запеть, спускаясь по лестнице.

Агнар пробубнил ругательство, резко захлопнул дверь и направился в сторону низкой тумбы и крохотной печурки. Там он зажёг свечу и подкинул в топку дровишек. В комнате снова стало светло и уютно.

Юки вернулась к поеданию мяса и сквозь чавканье буркнула:

— Какой этот Барри милый мальчик…

— Милый?! При первой встрече он тебе не понравился! — заметил Агнар, пытаясь сквозь щели в ставнях рассмотреть улицу.

— А теперь нравится!

— Потому что назвал тебя божественным созданием?..

— А ты не ревнуй, барашек! Я не ветренная девица, самцов как перчатки не меняю! Так что не переживай!

— Да я не об этом! — отмахнулся Агнар и вздохнул.

— Ага, как же! Хе-хе! Я слышу ложь в твоих словах! Ох! Ревнивый-ревнивый барашек! Но мне это даже нравится! Так приятно, когда кому-то нужна! Ох, это чувство греет не хуже жаркой печи!

— Да уж, от твоих ушек ничего не скроешь…

Агнар признал поражение и снова вздохнул. Он действительно ревновал, хотя и понимал, что это совершенно бессмысленно. Уж в чём в чём, а в верности ушастой спутницы сомневаться не стоило.

Агнар покачал головой и еле слышно пробормотал:

— Ладно! Закончим ужин, соберём вещи и ляжем спать. Завтра нас ждёт начало долгого путешествия, поэтому нужно отдохнуть…

— Говори давай, что ещё тебя гложет, — приказала Юки, не сводя с любимого зелёных глаз.

— М?

— Вижу ведь, как ты на улицу выглядываешь! Что ты хочешь там увидеть?! Людей Гарета, да?!

— Ха! Снова подловила! Я ведь наёмник, а не заметил слежки! Это обидно! И чего вообще Гарет так нас преследует? Зачем оплатил долги Барри? Зачем велел передать послание о «Белой Волчице»? Одни вопросы…

— Да всё просто, барашек. Я для Гарета «тёмная лошадка». Он не знает, чего от меня ожидать. Вот и пытается спровадить из города, чтобы не мешалась под ногами. А слова о горах, деревне и ведьме — всего лишь мягкий намёк на то, что он про меня многое знает и в случае чего легко сдаст Церкви.

— Хм, похоже на правду. В любом случае я рад покинуть столицу. Этот город стал вызывать у меня изжогу…

— Угу-угу! Мне тоже надоело ходить по тесным улочкам! Хочется простора и свежего ветра на лице! Ох!

Юки улыбнулась и мечтательно дёрнула рукой. Кусок мяса вырвался из её пальцев, пролетел несколько метров и смачно врезался в стену. По серой краске растеклось огромное жирное пятно.

Агнар широко зевнул и вяло хмыкнул:

— М-да уж! Ты само воспитание! Впрочем, что взять с волчицы…

— На что это… Ох! У меня нет сил даже пререкаться! Я объелась и устала! Давай соберём остатки вещей завтра утром, а сегодня ляжем спать!

— Мудрое решение…

Агнар отбросил дурные мысли, убрал тарелки и лёг на кровать. Юки моментально прильнула к нему, пригрелась и стала тихонько мурлыкать. Этот звук успокаивал и навевал приятною дремоту.

На мгновение Юки приподняла голову, а затем резко стегнула пушистым хвостом. Воздух колыхнулся и погасил огонёк серой свечи. Комнату поглотил полумрак, лишь угли в печурке слегка освещали стены.

— Сладких снов, мой барашек, — шепнула Юки и чмокнула любимого в щёку.

— И тебе спокойной ночи, моя волчица, — сквозь дрёму ответил Агнар, ощутив на своей груди мягкий мех хвоста.

В комнате воцарилась тишина.

Однако спокойствие продлилось не больше часа. На первом этаже постоялого двора послышался громкий шум, который быстро сместился на лестницу. А затем кто-то настойчивый и злой выбил дверь в комнату и ворвался внутрь.

Похоже, это было нападение.

Даже не успев полностью проснуться, Агнар резко вскочил с кровати, ловким движением достал меч из ножен и упёр его в грудь неприятеля. Послышался вскрик боли, запахло свежей кровью.

— Ай! Блин, продырявишь же! — завопил высокий голос.

— Стой и не двигайся! — приказал Агнар, а затем обратился к Юки: — Зажги свечу, а то здесь слишком темно!

Юки покорно спрыгнула с кровати, прошлёпала босыми ногами по полу и запалила фитиль свечи от углей в печи.

В комнате стало светлее.

Агнар прищурился, взглянул на «грабителя» и зло рявкнул:

— Чёрт тебя дери! Барри! Какого лешего ты врываешься к нам посреди ночи?! Ты должен был вернуться на свой корабль!

— Ох! Случилось страшное! — испуганно вскрикнул желтоволосый капитан гнилой шхуны.

— Да хоть небо упало на землю! Нельзя так вламываться к людям! Я чуть было не продырявил тебя мечом! Или ты совсем из ума выжил и решил так свести счёты с жизнью?! Вот ведь болван!

— Ох! Ох!!! Это дело не ждёт до утра! Понимаешь?! Нужно собираться и отплывать из порта! Срочно! Сейчас! Иначе будет поздно!

Барри почти выкрикивал каждое слово. Он тяжело дышал и постоянно оглядывался. При свете свечи стало заметно, что у него под глазом налился краской огромный синяк. Такой «фонарь» можно было поставить только очень сильным ударом и явно не в обычной драке.

Агнар убрал меч и уже спокойнее спросил:

— Кто это тебя так приложил? И за что? Только не говори, что ты просто упал…

— Это не имеет значения! Тебе и Юки нужно собираться! Хватайте вещи и бежим в порт! Ну же!

— Я не сдвинусь с места, пока ты не объяснишься! Неужели это люди Гарета тебя оприходовали? Но зачем им это? Мы ведь уже согласились уплыть из столицы, тогда почему эти головорезы…

— Это не они! Не они! — почти зашипел Барри и выглянул в коридор.

— Тогда кто?! — рявкнул Агнар, пытаясь собраться с мыслями. — Что вообще происходит?! Говори уже!

В этот момент где-то на улице послышались громкие вопли множества глоток. По дороге шли несколько разъярённых мужчин. Они сильно шатались, выкрикивали оскорбления и освещали себе путь яркими факелами.

Барри испуганно присел на месте и яростно зашептал:

— Чёрт, они меня выследили! Выследили! Вот ведь злопамятные черти!

— Да про кого ты говоришь?! Выкладывай всё! Живо! Иначе я вышвырну тебя из окна! Всё понял?!

— Да-да! Только не кричи так! После нашего разговора я решил отметить избавление от долгов и направился в знакомый кабак! Там я сцепился с одним бахвалом, который назвал мой корабль «помойкой»! Вот только за того молодца вступились его дружки! Я браво сражался один против десятерых, но проиграл и был вынужден бежать! И теперь за мной гоняется целая орда пьянчуг!

— И всего-то? Тьфу ты! — фыркнул Агнар и расслабился.

— Ты не понимаешь! Они настолько осатанели, что грозились сжечь мой корабль! И я уверен, что они сделают это! Поэтому нужно как можно скорее отплыть из порта, иначе плыть будет попросту не на чем!

Барри заломил руки и состроил на побитом лице гримасу полного отчаяния. Впрочем, получилось неубедительно.

Агнар пробурчал ругательство и обратился к Юки:

— Ох, ты очень сильно хочешь отправиться в путешествие? Или мы можем просто вышвырнуть этого нахала в коридор и продолжить спать? Честно говоря, у меня нет сейчас желания с боем прорываться к пристаням…

— Барашек…

— Ладно-ладно! Я всё понял! Тогда собираем вещички и отправляемся!

Приготовления не заняли много времени. Большую часть скарба было решено оставить на хранение у хозяина таверны, а с собой взяли только самое необходимое: сменную одежду, деньги и мешок с походными инструментами.

Вскоре все трое покинули комнату и вышли на улицу. Стояла тёмная и ветреная ночь. Густые облака затянули небо, начал моросить лёгкий дождь. Где-то вдалеке слышались редкие раскаты грома.

Барри опасливо огляделся и шёпотом проговорил:

— Лучше идти дворами. Отсюда есть короткий путь к порту…

— Тогда веди, — устало ответил Агнар, мечтая лечь спать.

— Ага! Нам сюда…

Барри повернулся в сторону щели меж домов, но не успел сделать даже шага.

Выше по улице показался яркий огонь одинокого факела. Из-за угла высокого строения показался мужчина в грязной накидке. Он увидел Барри, резко остановился и громко завопил на всю улицу:

— Он здесь! Здесь! Зовите остальных! Уже не скроется!

На крик сбежалось ещё несколько некрепко стоящих на ногах выпивох. Всего за пару мгновений Агнар, Барри и Юки оказались окружены толпой вопящих, дурнопахнущих, сквернословящих мужчин.

— А! Вот ты и попался, щегол патлатый! — довольно расхохотался один из громил, предводитель шайки пьянчуг.

Он вытащил из-за пояса зазубренный нож и медленно двинулся вперёд. Толпа вокруг загомонила, ожидая увидеть кровавое представление.

Агнар заслонил собой Барри и достал из ножен меч. В свете факелов лезвие казалось абсолютно чёрным. По подворотне разлетелся тонкий звон металла. Казалось, даже воздух загустел от повисшего напряжения.

Агнар поднял клинок на уровень груди и холодно заверил:

— Любой, кто решит приблизиться, отправится к праотцам. Второй раз предупреждать не буду.

Толпа слегка притихла. Стало слышно, как по крышам домов барабанит дождь. Порывы ветра колыхали огни факелов и приносили с собой крики с соседних улиц. Похоже, к постоялому двору спешили остальные поисковые группы.

Громила с ножом сплюнул на землю, сузил глаза и зло спросил:

— Вы ещё кто такие?! Неужто заодно с этим желтоволосым болтуном? У меня к вам претензий нет, можете валить! Но капитан «помойки» отсюда живым не уйдёт! И для начала я отрежу его грязный язык!

Громила осклабился и сделал шаг вперёд.

Агнар чуть сместился вбок и крутанул мечом. Чёрный клинок свистнул в воздухе и отрубил буйному забулдыге несколько пальцев. На мостовую брызнула тёмная кровь, зазубренный нож упал на камни и пронзительно звякнул.

— Ещё есть желающие?! — грозно осведомился Агнар, обведя присутствующих холодным взглядом.

И желающие нашлись.

Вид воющего от боли громилы пробудил жажду крови в его друзьях. Они яростно завопили и бросились вперёд, размахивая короткими дубинками, заострёнными палками и кузнечными молотками.

Агнар не собирался устраивать в столице кровавую баню. Он намеревался запугать выпивох и вынудить их отступить. Однако этот план полностью провалился, а потому остался только один вариант — бежать.

Однако все пути из крохотного дворика были перекрыты воющими пьянчугами. Они как дикие звери бросались вперёд и беспорядочно наносили удары импровизированными палицами, при этом больше калеча друг друга.

Агнар прикрыл собой Юки и широко взмахнул мечом. Клинок задел несколько тел, чем слегка охладил пыл воющей толпы. Забулдыги отхлынули, словно волна, и слегка расступились. Появился шанс для побега.

Первым в появившуюся щель юркнул Барри. Он без зазрения совести скрылся в подворотне, оставив Агнара и Юки разбираться с последствиями своих похождений. Выглядело это весьма позорно.

— Вот ведь крыса! — ругнулся Агнар.

Он снова крутанул мечом, а затем произвёл парочку выпадов. Удары не достигли цели, но этого и не требовалось. Несколько нападавших отшатнулись и упали на дорогу, давая возможность сбежать.

Агнар схватил Юки за руку и со всех ног бросился в тёмный закоулок. Они побежали так быстро, что от ветра заложило уши.

Однако в подобной скорости не было нужды. Раздражённые крики и вопли проклятий быстро затихли вдали, погони не последовало. Видимо, несколько колотых и резаных ран заставили выпивох поостыть.

Агнар остановился перевести дух и быстро спросил:

— Ты как? Не задели? Ничего не болит?

— Нет, барашек, я в порядке, — тихо ответила Юки, вслушиваясь в темноту позади.

— Вот ведь чёртов Барри! Ещё и бросил нас! Ладно, идём к пристани, пока этот трус не отчалил…

Они развернулись и направились в сторону набережной.

Идти по тёмным проулкам оказалось непросто, однако зрение Юки было острее человеческого, а потому она уверенно вела своего «барашка» между домов, лишь изредка останавливаясь и нюхая воздух.

— Уже почти пришли, чую запах моря, — сообщила Юки.

— Надеюсь, гнилая шхуна ещё в порту! Очень уж мне хочется пообщаться с одним капитаном…

— Насчёт корабля не уверена, однако слышу впереди разъярённые голоса…

— Ох! Эту ночку спокойной не назовёшь…

Агнар и Юки вышли на набережную и затаились возле угла одного из складов.

На причалах действительно было оживлённо. Неподалёку от дырявой шхуны столпились люди. Они что-то кричали и время от времени бросали в корабль подобранные с мостовой камни.

На палубе утлого судна гордо стоял Барри. Он предусмотрительно убрал сходни, чтобы беснующиеся недруги не смогли подняться на борт. Однако это не спасало от разнообразных летящих предметов.

Агнар быстро огляделся, выбрался из укрытия и рванул к ведущим на пристань лестницам. Юки безмолвной тенью последовала за ним, придерживая капюшон руками, чтобы его не сдуло порывом ветра.

Немного не добежав до корабля, Агнар изменил голос и резко завопил:

— Здесь стража! Королевская стража! Они послали несколько отрядов! Порт вот-вот окружат! Бежим!

Маленький трюк отлично сработал. Галдящие пьянчуги вдруг бросились врассыпную и быстро скрылись из вида.

Барри тут же скинул на берег мостки, подал руку Юки и высокопарно проговорил:

— Ох, величественная богиня северных гор! Я так рад, что ты цела и невредима! Позволь помочь тебе подняться на борт…

Но Юки самостоятельно забралась на корабль, пренебрежительно отбила протянутую руку и прошла мимо. А вот Агнар остановился возле желтоволосого капитана и смачно заехал ему кулаком по лицу. Отчётливо послышался хруст.

Барри сильно пошатнулся и упал на палубу. Похоже, к синяку под его глазом прибавился сломанный нос.

Агнар перешагнул через лежащее тело и коротко спросил:

— Какая каюта будет нашей?

— Возьмите капитанскую, — ответил Барри, даже не пытаясь подняться.

— Отличное решение. И хватит уже валяться. Приказывай матросам отчаливать. Скоро твои разъярённые дружки по кабаку вернутся с подмогой, и тогда неприятностей станет намного больше…

Агнар и Юки заняли каюту, разложили свои вещи и огляделись. Комната была не лучшего качества, как и весь остальной корабль. Сквозь трещины в стенах завывал ветер, с потолка сыпалась труха, бельё на кровати представляло собой матерчатый дуршлаг. А вот пахло вокруг на удивление приятно, ощущались ароматы душистых трав и дорогого парфюма.

Юки осторожно присела на край кровати и вздохнула:

— Барашек, я всё ещё не уверена, что мы сможем доплыть на ЭТОМ до твоей родины. Я слышу треск и скрип каждой досочки…

— Ты сама согласилась, я ведь предлагал остаться на постоялом дворе и лечь спать…

— Знаю, но не хотелось, чтобы Гарет из-за нас навредил Барри…

— Понимаю, ты добрая душа! Не переживай, мы поплывём вдоль берега, поэтому сможем спастись, даже если случится крушение…

— Ох! И застынем в снегах? Да?! — фыркнула Юки и картинно поёжилась.

— Тебе-то чего переживать?! У тебя есть тёплая шкура! А вот я быстро превращусь в ледышку!

— Не беспокойся, барашек! Если что, я согрею тебя… в пасти!

Агнар и Юки рассмеялись, а затем покинули каюту и выбрались на палубу, чтобы посмотреть за отплытием.

Ветер уже затих, моросящий дождь закончился, тяжёлые облака уплыли на восток. Небо очистилось, показалась огромная синеватая луна. Стало намного холоднее, однако эту неприятность скрашивал вид блестящих волн.

Барри стоял возле кормы шхуны и раздавал приказы хмурым матросам. Те недовольно бурчали проклятья, но выполняли свою работу: сматывали швартовочные канаты и расправляли дырявые паруса.

Поскрипывая истлевшей оснасткой и похрустывая гниловатыми бортами, корабль медленно удалялся от причала.

Барри увидел пассажиров, поспешил к ним и заискивающе пролепетал:

— Ох, друзья мои! Вот мы и отправились в долгий путь! Не переживайте, всё будет хорошо! Мой «Повелитель морей» преодолеет любые трудности на своём пути! Корабль намного крепче, чем кажется!

Ответом ему была лишь тишина. Агнар и Юки игнорировали желтоволосого капитана и наблюдали за удаляющимся портом.

Барри виновато вздохнул:

— Ну чего вы оба молчите?! Всё ещё обижаетесь, что я сбежал? Да? Я просто хотел поскорее подготовить корабль к отплытию! Я не лгу! Вы и сами видели, что шхуна осталась у причала, несмотря на беснующуюся толпу!

— Ты просто вдруг вспомнил об угрозах Гарета, — холодно заметил Агнар.

— А?! Да это поклёп! Наговор! Клевета!

— Нет, «друг»! Ты легко бросил бы нас, если бы не боялся гнева «Чёрного барона»! Он ведь строго-настрого приказал тебе оберегать и лелеять Юки!

— Это не так! Ты ошибаешься! Я… Ах, к чёрту враньё! Да! Да!!! Я испугался, поддался панике и просто сбежал! Признаю, это было низко! И меня терзает совесть! Но не всем ведь дано быть героями! Я не солдат! Не воин! Я простой торговец!

Барри печально поник.

Такое искреннее признание растопило сердечко Юки. Она невольно вздохнула и перестала игнорировать пристыженного капитана. В её изумрудном взгляде появилась искорка понимания.

Барри заметил это и моментально воспарял духом:

— Ох! Моя сказочная богиня! Ты ведь понимаешь меня, правда?! Нижайше прошу прощения!

— Ладно-ладно! Что с тебя взять! — улыбнулась Юки, разомлев от комплимента.

— Умоляю! Разреши поцеловать твою нежную, белую ручку!

— Так уж и быть…

Юки гордо вскинула голову и протянула вперёд худенькую ладонь. Барри моментально приложился к ней губами. Поцелуй продлился намного дольше, чем следовало. Это заставило Агнара нахмуриться сильнее.

А вот Юки такое внимание очень понравилось. Она раскраснелась, широко улыбнулась и тихонько хихикнула. Из-под плаща показался кончик её белого хвоста, который усиленно завилял.

Барри увидел пушистую прелесть и не смог удержаться. Он протянул вперёд руку и быстро выдернул одну длинную шерстинку, чтобы сохранить её на память о встрече с божественным существом.

Юки пронзительно взвизгнула и отвесила нахалу звонкую пощёчину. Звук удара можно было услышать даже из города.

Барри схватился за покрасневшую щеку и взмолился:

— Да почему опять по лицу?! Чего вам всем так хочется меня избить?!

— Хвост трогать нельзя! — зло рявкнула Юки, примеряясь для нового удара.

— Ай-ай! Да понял я! Понял! Не пинай! Ай! И вообще, мне пора заняться делами! Ай, больно же! Ай! Аяй-ай!

Барри быстро вскочил на ноги, ветром умчался к носу шхуны, открыл широкий люк и спустился в трюм.

Агнар довольно хмыкнул, обнял Юки за плечи и спросил:

— Успокоилась?

— Ну ты ведь видел?! Видел?! Какой наглец! Пусть радуется, что я не пустила в ход зубы! Никому не позволю трогать хвост, кроме тебя! А если распустит руки в следующий раз, то отгрызу ему пальцы! Честно-честно отгрызу!

— На это я бы посмотрел. Но послушай, ночь ещё не закончилась, а мы не успели отдохнуть на постоялом дворе. Не хочешь вернуться в каюту и немного поспать? Скоро корабль выйдет из бухты и окажется в открытом море. А там волны будут намного сильнее, тебя может укачать…

— Укачать?! Вот ещё! — фыркнула Юки. — Я Благородная Белая Волчица! Морю меня не одолеть!

— Хм, как скажешь…

Агнар сильнее прижал к себе Юки и кинул взгляд на блестящее водное покрывало. Холодная осенняя ночь была просто великолепна.

Глава 6. Холодные воды

Юки укачало.

Не успел корабль покинуть залив и выйти в море, как Белую Волчицу вдруг одолела сильнейшая тошнота, которая сопровождалась резкой головной болью, ломотой в теле и наисквернейшим настроением.

Юки перебралась в наименее гнилой угол каюты, притащила туда кучу старых одеял и устроила в них логово. Затем она с головой забралась под гору тряпья и затихла. Из укрытия остался торчать только кончик хвоста.

Агнар очередной раз заглянул в комнату и тихонько спросил:

— Ну, ты как? Стало получше? Может, принести бадью? Или приготовить вкусного супа, чтобы запах пробудил аппетит?

— Нет, ох! Как же плохо… — простонала Юки, показав из-под одеял своё бледное лицо.

— А ведь говорила, что морю тебя не одолеть…

— Барашек! Ты хочешь посмеяться надо мной?! Да?! Сейчас?!

— Нет-нет, прости…

— Ох! Вспомни о своих шуточках, когда будешь стоять над моей могилкой! Сил нет это терпеть! Умираю… Умираю…

Юки картинно протянула вперёд руку, а затем уронила её на пол. Каюта наполнилась звуками горестного нытья.

Агнар понимающе вздохнул и предложил:

— Давай я выведу тебя на палубу. Там дует свежий ветер. Подышишь полной грудью и сразу полегчает.

— Ох! Хорошо! А если вдруг станет ещё хуже, то сброшусь в море! Уж лучше так, чем терпеть эти мучения!

Юки гусеничкой выползла из-под нагромождения одеял и с трудом поднялась на ноги. Её сильно качало, волчьи ушки прижимались к голове, а взгляд зелёных глаз еле тлел. На посеревшем лице застыла гримаса ненависти ко всему миру.

Агнар оглядел своё болеющее сокровище и вдруг вспомнил:

— Ах, чуть не забыл! На палубе могут быть матросы, поэтому лучше надеть плащ…

— Делай что хочешь, мне уже всё равно, — бледными губами проблеяла Юки.

Она легонько махнула рукой и уныло побрела к выходу.

Агнар быстро догнал её, набросил на худенькие плечи серый плащ и накрыл понурую голову широким капюшоном. Всё же не стоило пугать матросов видом звериных ушей и пушистого хвоста.

На палубе было ветрено и прохладно. Солнце скрылось за тусклыми облаками, утро выдалось хмурым. Над морскими волнами неслись рваные клубы белесого тумана. Окружающая серость угнетала.

Слегка заваливаясь на один бок, гнилая шхуна медленно удалялась от берега. Столица королевства уже давно скрылась из вида, с трудом можно было разглядеть только высокий маяк, стоящий на выступе длинной косы.

Юки доковыляла до края палубы и вцепилась тоненькими пальчиками в гнилые перила. Агнар встал рядом и придержал болеющую спутницу за худенькие плечи. Он ощущал, как дрожит её тело.

— Замёрзла? Принести тёплую одежду? — участливо спросил Агнар.

— Нет, барашек! И прошу, помолчи! Не раздражай меня вопросами, дай просто подышать! Мне так плохо, что хочется выместить на ком-то свою злость! Но не хочу, чтобы этим «кем-то» стал ты…

В этот момент из трюма высунулся Барри. Он увидел стоящую у перил парочку и поспешил присоединиться.

— Ох! Вышли подышать, да?!

— Юки немного укачало, решили проветриться, — неспешно ответил Агнар, продолжая смотреть на море.

— Укачало?! Ха! Видимо, морские боги не терпят земных богинь! Ха-ха!

Барри рассмеялся собственной шутке и тут же осёкся. Юки посмотрела на него так яростно и так зло, что легко могла прожечь дырку. От столь хищного взгляда желтоволосому капитану захотелось убежать и спрятаться.

Барри судорожно сглотнул, невольно потрогал всё ещё красную от пощёчины щеку и быстро проговорил:

— Впрочем, у многих проявляются симптомы морской болезни. Однако тошнота и боли быстро проходят! Вот увидишь, через несколько часов ты уже будешь резвиться на палубе, подставляя ветру лицо!

— Если доживу, — горестно буркнула Юки.

Она погасила хищный взгляд и посмотрела на волны. От вида перекатывающейся воды мутить стало сильнее.

Юки с трудом сдержала приступ тошноты и еле слышно спросила:

— Туман не слишком сильный, тогда почему я не вижу землю? Мы ведь должны были плыть вдоль берега…

— Осень! — коротко ответил Барри.

— А? При чём тут осень?

— Осенью меняются ветра и течения. Чтобы плыть на север, нам нужно удалиться от берега…

— Насколько?

— Пара дней пути, а потом мы сменим курс и отправимся прямиком в сторону Долины.

— Пара дней?! — ужаснулась Юки.

Она медленно повернула голову и хмуро посмотрела на Агнара. Тот сделал вид, что не заметил гневного взгляда.

В этот момент шхуна содрогнулась и скрипнула особенно сильно. Где-то сбоку послышался всплеск — от борта отвалился очередной кусок обшивки. Корабль с трудом сдерживал напор даже слабых волн.

Юки крепче вцепилась в перила и испуганно взвизгнула:

— Ай! Барашек, ты обещал, что мы не отдалимся от берега! Я не смогу проплыть настолько большое расстояние! Пара дней пути! Ужас! Ужас!!! Верните меня на землю! Немедленно верните!

— Успокойся, мы не пойдём ко дну, — заверил Барри, обиженный недоверием к своему кораблю.

— Успокоиться?! Да я прямо сейчас готова обратиться волчицей и нырнуть в воду, пока берег ещё в досягаемости!

— Моя богиня! Эта шхуна совершила уже десятки подобных рейсов! Она прочнее многопалубных галеонов!

Барри уверенно стукнул ладонью по деревянным перилам. Кусок перемычки пронзительно треснул и развалился на несколько частей. Это событие не добавило веса словам желтоволосого капитана.

Агнар прижал к себе запаниковавшую Юки и успокаивающе проговорил:

— Всё будет в порядке. К тому же на корабле есть спасательные шлюпки с запасом провианта. Даже если мы потерпим крушение, то часть пути до берега сможем проделать на них, а потому тебе не придётся тратить слишком много сил.

— Ну… — несмело протянул Барри.

— Что «ну»? — со вздохом спросил Агнар.

— Шлюпки слишком много весили, поэтому я избавился от них, чтобы загрузить в трюм побольше товара…

Барри виновато улыбнулся и развёл руками. Похоже, он совершенно не беспокоился о том, что может погибнуть из-за своей жадности.

Юки глубоко вдохнула морозный воздух, но не стала ругаться. Она вдруг расслабилась и направилась обратно в каюту.

— Куда ты? — удивлённо спросил Агнар.

— Ох, барашек! Кажется, мне стало немного лучше! И у меня появился аппетит! Поэтому принеси мне еды! И побольше! И посочнее! Мне понадобятся силы, чтобы поддерживать волчий облик, когда эта посудина пойдёт ко дну!

— Хорошо, сейчас приготовлю обед. Только обещай, что не станешь превращаться в зверя просто так…

— Обещаю, барашек! Только поторопись, буду ждать тебя в каюте! Ох! Как животик приятно заурчал!

Юки счастливо улыбнулась и скрылась за покосившейся дверью. Похоже, морская болезнь внезапно отступила. А точнее, это страх перед крушением отогнал тошноту, головокружение и боль.

Агнар усмехнулся и спросил у Барри:

— Надеюсь, ты запасся достаточным количеством еды?

— Конечно! И она в полном твоём распоряжении! Бери всё, что захочешь! И не стесняйся!

— Ох! Ты пожалеешь об этих словах! — рассмеялся Агнар, вспомнив о бездонном желудке своей ушастой спутницы.

— Ничего-ничего! Я готов терпеть убытки, лишь бы богиня сменила гнев на милость! Всё ещё не могу поверить, что она та самая Белая Волчица из старых сказок! Как же волшебен окружающий мир…

Барри расщедрился и дал полный доступ к своим запасам. Впрочем, там не обнаружилось ничего особенно ценного. Для долгого морского путешествия подходила только определённая еда, а потому ящики с провизией были забиты вяленым мясом, сушёной рыбой и посредственными сырами.

Агнар спустился в трюм, нарезал огромные куски говядины, добавил к ним твёрдую как камень сельдь и сдобрил всё пригоршней сухарей. После этого он вернулся в комнату и поставил блюда перед облизывающейся спутницей.

Юки совершенно не огорчил вид однообразной еды. Она с удовольствием вонзила зубы в солонину, а после закусила её головой самой большой рыбины. Сухари тоже не остались без внимания.

Каюта наполнилась громким чавканьем. Зубы, щёки и язык работали без устали. И всё же пустота в животе оказалась не бесконечной.

— Уф! Объелась! — довольно пролепетала Юки и громко икнула.

— Ну наконец-то! Ох! А я уж начал переживать, что запасы Барри иссякнут быстрее, чем ты насытишься…

— Барашек! Вот ты вечно меня оговариваешь! Неужели тебе не приятно покормить свою Волчицу? А?!

— Приятно-приятно! — рассмеялся Агнар. — Мне нравится видеть улыбку на твоём лице.

— Такую?

Юки растянула сальные губы и показала зубки. После этого она потянулась вперёд и вытерла мордашку о рукав Агнара. Это было сделано намеренно, так как рядом на кровати валялись специально приготовленные полотенца.

Агнар покачал головой и спросил:

— Ну как? Болезнь больше не мучает?

— Ох! Всё стало хорошо! Тошнота пропала, боль исчезла! Меня даже перестали пугать бесконечные скрипы шхуны! Давай выйдем на палубу и понаблюдаем за волнами? Мы не для того отправились в путь, чтобы сидеть в четырёх стенах!

Юки проглотила последний кусок пересоленого мяса, быстро вскочила на ноги и вприпрыжку выбежала из каюты. Агнар убрал на столик остатки обеда и двинулся за своей повеселевшей спутницей.

На палубе царило оживление. Барри притопывал ногой и что-то громко выкрикивал своей команде. Матросы один за другим спускались в трюм с пустыми вёдрами в руках и возвращались с полными.

Юки приблизилась к желтоволосому капитану, посмотрела на странную работу и любопытно спросила:

— А что вы тут делаете? А?

— Ох!

Барри испуганно вздрогнул и присел от неожиданности. За криками и приказами он не услышал, что к нему кто-то подошёл. Похоже, он всё ещё не до конца привык, что на корабле кроме матросов есть ещё и пассажиры.

Барри развернулся, стёр с лица хмурое выражение, вскинул руки и восторженно воскликнул:

— Ах! Моя богиня! Вижу по улыбке, что тебе стало лучше! Надеюсь, мои слегка оскудевшие припасы пришлись по душе? Я с удовольствием накормил бы тебя лучшими яствами, но в море нет трактиров и кабаков!

— Не переживай, я довольна! — хихикнула Юки и слегка облизнулась.

— Очень рад…

— Так чем вы тут занимаетесь? Зачем матросы выносят из трюма воду и выливают её за борт? Что-то случилось?

— Нет-нет, всё в порядке! Просто появилась небольшая течь, которую нужно срочно залатать…

Барри проговорил это так обыденно, словно подобное случалось каждый день. На лице капитана не было даже тени беспокойства.

А вот Юки испуганно дёрнулась и ужаснулась:

— Течь?! Ох! Это ведь плохо! Плохо! Мы не пойдём ко дну?!

— Конечно нет, моя богиня! В днище шхуны появилось всего несколько крохотных дырок, не больше ладони в ширину…

— «Несколько»?! «Ладоней»?! — воскликнула Юки, снова бледнея.

— Ох! В этом нет ничего страшного! Поверь…

Барри сложил руки на груди и уверенно кивнул. Похоже, он верил собственным словам. Это немного успокоило Юки, хотя она всё ещё настороженно смотрела в сторону люка и вслушивалась в идущее оттуда тихое журчание.

Агнар решил включиться в беседу и произнёс:

— На самом деле, течи на кораблях — это обычное дело. Даже на новых судах приходится время от времени вычерпывать из трюма воду. Что уж говорить о гнилой, истлевшей, старой шхуне…

— Я бы попросил не оскорблять мой корабль! — взвился Барри и топнул ногой так сильно, что почти пробил сапогом трухлявое покрытие палубы.

Однако на недовольство капитана никто не обратил внимания. Даже хмурые матросы не прервали работу и продолжили таскать вёдра.

Агнар сделал несколько шагов, заглянул в трюм и присвистнул:

— Ого! Да там воды до колена! Такими темпами мы всё же пойдём ко дну! Может, нам стоит помочь?

Барри дёрнулся вперёд, довольно просиял и быстро выпалил:

— Ох! Это было бы здорово! Самые большие бреши мы уже залатали, но нам не хватает свободных рук! Если вы не побрезгуете старыми вёдрами и включитесь в работу, то дело пойдёт быстрее…

— А чего сам бездельничаешь? — хмыкнул Агнар, отходя от люка.

— Я не бездельничаю, а руковожу процессом! Кто-то же должен следить за матросами, чтобы они не прохлаждались!

Барри встал в горделивую позу, упёр руки в бока и высоко поднял голову. Ветер развевал его жёлтые волосы, а взгляд голубых глаз смотрел в морскую даль. Похоже, позёрство было у капитана в крови.

Агнар отвернулся от живой статуи и обратился к Юки:

— Не хочешь поработать? Не обещаю, что будет весело, но хотя бы согреешься…

— Ох, барашек! Я сделаю что угодно, лишь бы корабль не утонул! Не считай меня «белоручкой»! Однажды я перетаскала целую гору грибов, которые стащила у крестьян из Пастушьей деревни!

— Однажды? — усмехнулся Агнар, пытаясь скрыть улыбку.

— Да! Представляешь! Забила свою пещеру почти до свода! Ох, та зима была очень сытой!

Юки не заметила издёвки в голосе Агнара и посмотрела на него гордым взглядом. Затем она направилась к открытому люку и спустилась вниз. Из трюма послышалось её напряжённое сопение. Всё же полные вёдра оказались тяжеловаты для хрупких девичьих ручек.

Агнар весело хмыкнул и отправился на помощь.

Ведро за ведром, спуск за спуском, подъём за подъёмом. На осушение трюма ушло несколько часов. Благодарные за помощь матросы вдруг стали разговорчивее, с их лиц пропала извечная хмурость. Моряки затянули бодрые песни, от которых работа пошла быстрее.

К вечеру все бреши были залатаны.

Агнар и Юки вместе вынесли на палубу последнее ведро с водой и остановились передохнуть. Крупные капли пота стекали по их раскрасневшимся лицам, а на губах играли улыбки.

Юки с теплотой во взгляде посмотрела в сторону трюма и проговорила:

— Какие они всё-таки забавные! И песни знают весёлые! А ведь сначала показались такими унылыми!

— Ты про матросов? — уточнил Агнар.

— Ага! И всё время подкармливали меня сладкими сухарями. Наверное, чтобы я не ослабела! Ха! Но я стойкая Белая Волчица! Даже больше тебя вёдер вынесла! У-у-у! Хилый, ленивый барашек!

— Вот только я таскал полные вёдра! — напомнил Агнар.

Он зачерпнул солёную воду и плеснул ей в лицо Юки. Та мгновенно приняла условия игры и ответила тем же. Началась «перестрелка», брызги щедро оросили палубу. Послышались истошные девичьи визги и громкий мужской смех.

Агнар действовал грамотно, используя рефлексы и навыки наёмника. Он уклонялся от всех атак, а сам бил без промаха. Его движения были точны и чётко выверены, словно на палубе разыгралась настоящая битва.

Юки хищно улыбалась и всячески пыталась достать вёрткого «барашка». Однако тот каждый раз ловко уходил от «ударов возмездия» и оставался сухим. А вот Белая Волчица уже была сырой с ушей и до пят.

И это начало её злить.

Из взгляда Юки вдруг пропало веселье. Она начала негромко порыкивать и скалиться. Волчьи ушки резко встали торчком и выглянули из-под капюшона, а белый хвост распушился так сильно, что приподнял полы плаща.

Но Агнар не придал этому значения. Он ловко увернулся от очередной атаки и плеснул холодной водой прямо за шиворот злящейся спутницы. Юки выгнулась всем телом и громко взвизгнула.

— Ха! Попалась! — довольно воскликнул Агнар.

— Ах ты! Ты!!!

Злость и ярость захлестнули Юки. Она громко зашипела и толкнула Агнара в грудь. В этом тычке было намного больше силы, чем могло быть в хрупком девичьем теле. На мгновение показалось, что над кораблём проявился огромный волчий лик.

Агнар потерял равновесие, невольно сделал несколько шагов назад, перевалился через борт корабля и упал в холодную воду. Раздался громкий всплеск, словно в море скинули большой мешок с картошкой.

Юки поняла, какое зло сотворила. Она сначала побледнела, а потом посерела. Её тело и разум сковал сильнейший ужас.

— Барашек… — прошептали похолодевшие губы.

В этот момент на палубу выбежал один из матросов. Он зорко всмотрелся в синие волны и громогласно возвестил:

— Человек за бортом! Спускай паруса! Бросай якорь!

Этот крик вывел Юки из ступора и вернул силу её дрожащим ногам. Она штормовым ветром сорвалась с места и бросилась вперёд, словно собиралась скинуться в море вслед за любимым.

Чуть не свалившись в воду, Юки остановилась у края кормы, схватилась за какой-то канат и неистово завопила:

— Барашек! Я тебя спасу! Спасу! Я сейчас прыгну! Держись!

— Я тебе прыгну! — грозно рявкнул Агнар, с трудом держа голову над волнами и сплёвывая солёную воду.

— Но… но…

— И не вздумай превратиться! Весь корабль на дно пустишь! Просто кинь верёвку, пока меня не унесло течением!

— Да… сейчас…

Но Юки не успела что-либо предпринять. Мимо неё быстро пробежал высокий бородатый матрос. Он ловко снял с крепления широкий моток толстого каната и кинул один из его концов в воду.

Агнар схватился за спасительный бечеву и стал медленно подтягивать себя к шхуне. Спустя несколько минут он взобрался на корабль, блаженно развалился на палубе и устремил усталый взор в серое небо.

Юки встала рядом и понурила плечи. Она понимала свою вину и хотела всё исправить, но не знала, как это сделать.

— Барашечек, прости меня! Я не хотела! — проблеяла Юки, теребя в пальцах железную застёжку плаща.

— Давай-ка поговорим наедине…

Агнар с трудом поднялся на ноги и направился в сторону покосившейся надстройки. Нужно было как можно скорее снять мокрую одежду и надеть сухую. Холодный северный ветер пронизывал до костей.

Агнар и Юки покинули палубу и вернулись в свою каюту. В комнате было немного теплее, чем снаружи. Пусть дощатые стены и пол давно прогнили, но они всё ещё давали небольшую защиту от непогоды.

Как только дверь затворилась, Юки снова взмолилась:

— Барашечек! Умоляю! Прости! Не знаю, что на меня нашло! Это было неправильно, грязно, мерзко!

Юки опустила взгляд и сильно вцепилась в свой хвост, словно хотела его оторвать. Всё её тело дрожало, но причиной этого был не холод.

Сняв промокшие вещи, Агнар скосил чёрные глаза на виноватую спутницу. Она выглядела так печально и так побито, что злиться было просто невозможно. Оставалось лишь понять и простить.

Агнар тяжело вздохнул и заверил:

— Не переживай, всё в порядке. Ну искупался немного, что в этом такого ужасного?

— Нет, барашечек! Нет! Я снова поддалась внутреннему зверю и оскалилась на тебя! Ох! Дура! Дура!! Дура!!! Ну почему я такая?! А?! Почему не могу держать в узде свою волчью натуру?!

— Перестань! Ну разозлилась, с кем не бывает? Когда ты вредничаешь, мне тоже хочется тебя ущипнуть…

— Точно! Барашечек! Точно! Если вдруг я снова покажу тебе клыки, то просто схвати меня за ухо, утащи в укромное место и хорошенько выпори крепким ремнём! Как будто я дитя неразумное!

— Ха! А голову не отгрызёшь за такое? — полюбопытствовал Агнар, уже представляя себе картину «наказания».

— Нет! Обещаю! Я буду рычать, угрожать, выворачиваться, но не более! А когда остыну, то всё пойму!

— Ладно-ладно! Так и сделаю! Это будет весьма забавно! Я весь в предвкушении! Ох, ну чего ты всё ещё хлюпаешь носиком?! Перестань уже плакать и согрей меня! Воды северного моря невероятно холодны, знаешь ли!

Агнар сел на кровать и протянул вперёд покрытые мурашками руки. Юки мгновенно расцвела и кинулась в объятия. Она прижалась к любимому всем телом, обвила его пышным хвостом, а затем покрыла тысячей поцелуев.

Агнару стало теплее.

Глава 7. Чёрный Зов Предков

Следующая неделя прошла спокойно.

Корабль отплыл дальше от берега и направился на север. С каждым днём становилось всё холоднее. Небо затянуло пеленой серых облаков, однако вместо капель дождя на палубу падали огромные хлопья снега.

Всю последнюю неделю Юки была на удивление милой, доброй и покладистой. Она поборола свою волчью вредность и принялась усердно заботиться об Агнаре, чтобы загладить недавний приступ лютой злобы.

В полумраке каюты слышалось тихое чавканье. Сквозь занавешенное окно пробивался тусклый дневной свет, который с трудом разгонял темноту по углам. Приятно пахло горячей ухой, сваренной из сушёной рыбы и вяленых овощей.

— Апчхи! — чихнула Юки и утёрла сопливый носик.

— Ты не заболела? — быстро спросил Агнар, безуспешно пытаясь выбраться из-под тяжёлого одеяла.

— Лежи давай, барашек! Со мной всё в порядке!

Юки сильно гнусавила и постоянно шмыгала носом, но упорно делала вид, что всё в порядке. Она сидела на краю кровати и кормила Агнара с ложки. За последние несколько дней это стало маленькой традицией.

В прогнившей каюте было очень холодно. Большинство щелей в стенах удалось заткнуть тряпками, но из-за отсутствия печи комната выстыла настолько, что в кружках на столе замёрзла вода.

Из-за холода и постоянных сквозняков Юки сильно простудилась. Сейчас её нос казался неестественно красным и из него постоянно текло, словно у бездонной бочки приоткрыли маленький краник.

— Апчхи! — снова чихнула Юки прямо над тарелкой с горячим супом.

— Пожалуй, я больше не хочу есть, — чуть скривился Агнар и покачал головой.

— А? Что такое, барашек? Невкусно получилось? Я плохо умею готовить, но варила с душой!

— Похлёбка очень вкусная! Но мне кажется, что тебе сейчас нужно отдохнуть! Ох, да у тебя лоб горячий! Это жар! Заканчивай играть в сиделку и ложись под одеяло! Ну! Сейчас же! Быстрей! И не вздумай перечить!

— Нет! Я должна за тобой ухаживать! Обязана! Хоть так заглажу свою вину! Поэтому открывай рот и ешь! А не то получишь ложкой по лбу!

— Ох! Ты сама забота…

Агнар покорно доел суп, а затем всё же выбрался из-под одеяла и почти насильно запихнул туда Юки. Она слегка поупрямилась, но быстро пригрелась и затихла. Её волчьи ушки повяли, нос захлюпал сильнее.

Агнар приложил ладонь ко лбу любимой и вздохнул:

— Вся горишь! И почему молчала? Вижу ведь, что тебе плохо…

— Это я должна ухаживать…

— Хватит с тебя заботы! Всю неделю от меня не отходила! Достаточно! Я уже давно не сержусь! Да и раньше не сердился!

— Значит, ты меня простил? Да? Простил ведь, барашек?

— Ох! Ну конечно!

— Фух! Я так рада! Устала быть паинькой! Больше нет сил сдерживаться! Хочу канючить, вредничать и ныть! А тут ещё насморк привязался! Нос совсем не дышит! И в горле чешется! Ап… Апчхи!!!

Юки сильно чихнула, откинулась на мягкую подушку и застонала. Похоже, ей действительно было очень плохо: щёки пылали багрянцем, по лбу стекали капельки пота, а под носом творился настоящий потоп.

Агнар вытер лицо Юки мягким полотенцем и спросил:

— Твоя лечебная аура, почему она не справляется с обычной простудой? Разве это не странно? Помнится мне, после битвы с Окумой твоё истерзанное тело восстановилось всего за несколько дней!

— Это всё море… — булькнула Юки.

— Море?

— Угу! Барри правильно сказал, я здесь чужая! Чувствую, что силы медленно покидают тело! Мне нужно на землю…

— Ох! Осталось ещё несколько дней пути. Мы не можем сейчас высадиться на берег, там только снега и льды.

— Я понимаю, барашек! Не беспокойся, я потерплю!

Юки ещё раз хлюпнула носиком, а после этого вдруг закрыла глаза и моментально уснула. Похоже, усталость и болезнь взяли своё. По комнате разлетелся громкий сап, который быстро перерос в откровенный храп.

Агнар чмокнул своё сопливое чудо в горячий лоб, а затем поднялся с кровати и покинул промёрзшую каюту.

На покрытой снегом палубе был только Барри. Он глухо ругался, громко кряхтел и тащил в сторону носа шхуны какой-то широкий щит, на котором висели два скрещенных деревянных меча и венок из сухой травы.

Агнар приблизился к пыхтящему капитану и спросил:

— Чем занимаешься? Решил украсить корабль к какому-то празднику?

— Пф! Да какой праздник, друг мой! Мы уже заплыли на территорию кровожадных варварских племён… Ой, прости, всё время забываю, что ты родом из этих мест, прими мои искренние извинения!

— Забудь. Я всё прекрасно понимаю. Так о чём ты хотел сказать?

— А?! Да! Так как мы уже в опасных водах, то нужно вывесить на борту корабля специальный знак. Он сообщит всем варварским судам, что мы находимся под защитой Совета племён. Так мы обезопасим себя от нападения и пиратства.

— Ясно, — кивнул Агнар и посмотрел на море.

Солнце пряталось за облаками, шёл лёгкий снежок. Но несмотря на непогоду, видимость оставалась хорошей. Легко можно было разглядеть дрейфующие льдины и несколько далёких белых островков.

Барри надёжно закрепил спасительный щит на верёвочных петлях, а затем вытер пот со лба и спросил у Агнара:

— Уф! А где твоя востроухая богиня? Неужели устала и прилегла отдохнуть? Ох, она так долго и усердно копошилась у плиты… Ха! Хотел бы я, чтобы ради меня так старались. Тебе очень повезло…

— Не спорю, Юки просто золото. Вот только из-за холода она сильно простудилась и теперь лежит под одеялом. Кстати, у тебя нет какой-нибудь переносной печурки? Без отопления в каюте слишком холодно…

— Какое там! Я и сам мёрзну в своей тёмной комнатушке в трюме. Дров на корабле много не запасёшь. Всё что есть уходит на готовку. А потому и печей в каютах нет, зачем они без топлива? Ха!

— Печально… — вздохнул Агнар и поёжился.

— Могу дать несколько лишних одеял, — радушно предложил Барри, искренне желая помочь.

— Не откажусь…

Агнар замолчал и посмотрел в сторону невидимой сейчас суши. Среди небольших волн он разглядел коричневую точку, которая быстро росла. Вскоре стало понятно, что в сторону шхуны плывёт какое-то судно.

— К нам гости, — заметил Агнар, указав вперёд.

— Вижу! Это драконий корабль! Странно! Зачем он плывёт наперерез?! Наверное, его дозорные ещё не разглядели сигнальный щит на нашем борту. Ничего страшного, пусть подойдут поближе…

Драконий корабль быстро приближался. Он походил на длинную лодку, у которой имелись не только паруса, но и несколько пар вёсел. Такие ладьи варвары Долины использовали для пиратских рейдов и набегов на соседей.

Агнар нахмурился, его чутьё наёмника забило тревогу. Он быстро развернулся и почти бегом направился в каюту.

В холодной комнате всё было по-прежнему. Юки похрапывала под одеялом и пускала из носа огромные пузыри. Её белый хвост безвольно свисал с кровати и время от времени забавно подрагивал, когда хозяйке что-то снилось.

Агнар прошёл к кровати, забрал прислонённые к стене ножны с мечом и повесил их на широкий пояс. Застёжки негромко звякнули, заскрипели кожаные ремешки. Эти звуки заставили Юки проснуться.

Она резко поднялась на кровати, шмыгнула заложенным носом и гнусаво спросила:

— А?! Куда это ты собрался?!

— Ох! Напугала! — зашипел Агнар, невольно дёрнувшись.

— Зачем тебе меч, барашек? Что происходит?

— В нашу сторону плывёт рейдерский корабль! Барри уверен, что всё обойдётся, но я хочу быть при оружии. На всякий случай. Жаль только, что броню пришлось оставить в столице, но мы собирались в такой спешке…

— Ох, барашек! Думаешь, будет битва?!

— Вовсе нет. Поэтому оставайся в каюте и отдыхай. Тебе сейчас нужен крепкий сон. А я прослежу за чужим кораблём, а потом вернусь и принесу тебе сытной еды. Всё будет хорошо, не переживай…

Агнар чмокнул Юки в щёку и покинул каюту.

На палубе шхуны было многолюдно. У правого борта собралась вся команда: четыре хмурых матроса и бледный капитан Барри. Они молчаливо смотрели на море и ожидали развития событий.

Драконий корабль быстро приближался. Уже можно было разглядеть его изогнутые формы, прямой парус и несколько пар вёсел. На единственной палубе стояли в полный рост двадцать вооружённых бойцов.

Подплыв вплотную, драконий корабль быстро развернулся. С него полетели стальные крюки, закреплённые на концах прочных верёвок. Вскоре шхуна и ладья крепко сцепились друг с другом, будто став одним целым.

На шхуну быстро поднялись пятнадцать варваров. Они были одеты в меховые накидки, тёплые штаны и высокие сапоги из кожи. Налётчики держали в руках боевые топоры и короткие прямые кинжалы.

Среди прибывших особенно выделялся рыжеволосый мужчина с пышной бородой, заплетённой в две косички. Он один носил какое-то подобие кожаного доспеха и был вооружён могучей секирой — длинным топором с двумя лезвиями.

Рыжий мужчина осмотрел палубу шхуны и гордо выкрикнул:

— Меня зовут Рауд Огненная Голова! Я командую драконьим кораблём! И с этого момента ваша гнилая посудина становится моей добычей, а сами вы — рабами великого племени Морозной Змеи!

Рауд широко улыбнулся и показал жёлтые зубы. Его ярко-рыжие волосы действительно напоминали пламя, а разукрашенное красной глиной лицо лишь дополняло образ. Командир налётчиков был невысок, но крепко сложён. Он без труда управлялся со своей тяжёлой секирой.

Услышав о рабстве, Барри быстро побежал вперёд и заголосил:

— Уважаемый господин Рауд! Вы немножечко ошиблись! Прошу вас, присмотритесь хорошенько, на борту моей шхуны висит сигнальный щит! Корабль находится под защитой Совета племён!

— А ну заткни пасть! — рявкнул Рауд.

Он отвесил подбежавшему Барри такую мощную оплеуху, что тот отлетел на несколько метров и остался лежать.

Рауд кровожадно оскалился и довольно расхохотался, ему нравилось причинять боль. Он снова огляделся и внезапно заметил Юки, которая тихонько выглянула из каюты, чтобы узнать причину шума.

Рауд искренне изумился, обернулся к своим людям и воскликнул:

— Ого! Вы только гляньте, ребята! Женщина на корабле! Вот это подарок! Пожалуй, сегодня мы всласть позабавимся! Ха! Не зря мы вышли в море! Ох, не зря!!! Знатный улов, боги на нашей стороне!

Он повернулся и похотливо посмотрел на Юки. В его тлеющих серых глазах читалось предвкушение грядущего веселья. Остальные варвары тоже оживились и начали громко переговариваться между собой.

Агнар попытался погасить в себе злость и громко заявил:

— Слушай сюда, «Горящая Башка». Тебе уже сказали, что этот торговый корабль находится под защитой Совета племён! Любой, кто посмеет напасть, станет изгоем и лишится головы!

— А?! Ты ещё кто такой? — буркнул Рауд, презрительно оглядев Агнара.

— Я сын Долины и знаю местные правила! Поэтому забирай своих бойцов и проваливай с корабля!

— Х-тьфу! Хочешь сказать, что ты один из наших?! Так я тебе и поверил! В любом случае в этих водах больше нет законов и правил! Совет распался, и теперь племена грызутся за власть! В Долине назревает большая война!

Рауд довольно усмехнулся. Он совершенно не переживал о грядущем кровопролитии. Варвары Долины любили жаркие битвы, а смерть в хорошем бою считалась лучшим окончанием жизни.

Рауд сузил глаза, опёрся о свою секиру и холодно заявил:

— Знаешь, мне почему-то не нравится твоё лицо! Вот не нравится и всё тут! И от этого моё настроение портится! Пожалуй, с рабами слишком много мороки! Еду тратить придётся, время! К чёрту всё это! Мы просто заберём груз и вырежем команду! Кроме женщины! Для неё найдётся другое применение!

Рауд взмахнул секирой и кивнул своим людям. Те крепче перехватили короткие топоры и ринулись в атаку. Воздух задрожал от воинственных криков, а палуба затряслась от топота тяжёлых сапог.

Агнар быстро вынул меч, сделал шаг вперёд и крикнул:

— Предлагаю честную дуэль! Тот, кто откажется от битвы, навсегда прослывёт трусом! Или среди вас нет настоящих мужчин, достойных Последнего пира?! Скажите мне, как низко пали воины Долины?!

Рауд и его люди вдруг замерли на месте и уставились вперёд. Однако они смотрели не на Агнара, а на меч в его руках. Чёрное лезвие пленило налётчиков, пробуждало в их сердцах странные чувства.

Один из бойцов опустил топор и зачарованно произнёс:

— Этот клинок! Это же Чёрный Зов Предков! Рубитель Драконьих Голов! Наследие Первой эпохи!

— Да какое там! Всего лишь покрашенная цацка! — неуверенно ответил другой варвар.

— А если нет?!

— С чего бы вдруг?! Меч давно утерян!

— А ну заткнулись все! — рявкнул на подчинённых Рауд.

Он злобно сощурился, поднял тяжёлую секиру и медленно пошёл вперёд. В каждом его шаге, в каждом движении ощущалась уверенность. Командир драконьего корабля не знал, что такое страх.

Рауд остановился в метре от Агнара и прошипел как змея:

— Откуда у тебя чёрный меч?! Он похож на старую реликвию моего народа!

— Это наследство от покойного отца. Он был главой племени Кровавого Вепря. Не думаю, что ты слышал о таком…

— «Вепри»?! Ха! Занятно! — протянул Рауд, яростно теребя свою рыжую бороду.

На его угловатом лице появилась довольная ухмылка, а в серых глазах вспыхнул недобрый огонёк. Рыжеволосый командир налётчиков сильнее сжал рукоять своей огромной секиры и о чём-то задумался.

Наконец Рауд вынырнул из мыслей и замогильным голосом спросил:

— Предлагаешь дуэль, да?! Я принимаю вызов! Если победишь, то я отпущу шхуну и уплыву прочь! Но если проиграешь, то я сброшу матросов и хнычущего капитана в холодную воду! Их смерть будет долгой и мучительной…

— Идёт! — без тени сомнения согласился Агнар.

— Уверен?! Хм! А что насчёт женщины?! Она дорога тебе, да?! Вижу, что дорога! Ох! Я использую её для утех, а затем сломаю ей каждую косточку, вырву зубы и ногти, выдавлю глаза…

— Заткнись и приготовься к бою!

Агнар не желал слушать мерзкие речи. Пусть на его лице не было эмоций, но в сердце бушевало адское пламя. Своими словами Рауд пробудил дикого зверя, который был опаснее любого хищника.

Дуэлянты вышли в центр палубы и замерли в боевых стойках. Казалось, мир вокруг застыл в ожидании начала битвы. Холодный ветер гнал над морем белые хлопья снега и завывал в парусах и канатах.

Рауд атаковал первым. Он одним прыжком сократил дистанцию, а затем широко взмахнул секирой и рубанул сверху вниз. Широкое лезвие вонзилось в гнилую палубу и пробило её насквозь.

Агнар ушёл в сторону, произвёл обманный выпад, а затем совершил круговой удар. Чёрный меч тоненько свистнул, но не отведал плоти. Враг оказался быстрее, чем это могло показаться на первый взгляд.

Рауд вырвал секиру из досок и перекатился. Он глухо рыкнул и побежал вперёд, но в последний момент остановился и со всей силы метнул свой топор. Секира огромным снарядом полетела вперёд.

Агнар не успел отскочить и заслонился мечом. Секира пронзительно звякнула о чёрный металл и раскололась на куски. Удар был настолько сильным, что Агнара откинуло в сторону корабельной надстройки.

Рауд воспользовался моментом и бросился вперёд. Не имея в руках секиры, он хорошенько приложил соперника кулаком по лицу и уже примерился ко второму удару, но вдруг почувствовал резкую боль в плече.

Агнар хоть и упал на палубу, но не выронил оружие. Он ткнул мечом вперёд, а затем резко дёрнул клинком вниз. Острое лезвие вспороло меховую куртку Рауда, а заодно и его руку. На доски брызнула алая кровь.

Рауд отшатнулся, потерял равновесие и рухнул на палубу. Из его уст вырвались грязные ругательства и оскорбления. Он попытался вскочить на ноги, но поскользнулся и снова упал в лужу собственной крови.

Прочие варвары хмуро стояли возле борта шхуны и молчаливо взирали на происходящее. Они пожирали Агнара злыми взглядами, но не вступали в битву. Для жителей Долины вызов на поединок был священным обычаем, вмешательство в который лишало чести.

Агнар с большим трудом поднялся на ноги, приставил меч к горлу поверженного врага и медленно проговорил:

— Я вскрыл тебе плечевую артерию! Если не перетянуть рану, то ты истечёшь кровью за несколько минут! Но знаешь…

В чёрных глазах Агнара появилось что-то пугающее, безумное, невероятно злое. Его голос изменился, в нём послышались странные нотки. Вокруг вдруг стало холоднее, в снастях завыл ветер.

Агнар пригнулся ниже и яростно зашипел:

— Ты угрожал Юки, хотел использовать её тело, выдавить глаза, вырвать ногти и зубы, сломать кости! Помнишь?! Ох! Одно это заставляет меня желать твоей смерти! Поэтому просто сдохни! Как трус! Без оружия в руках!

Агнар медленно опустил острие чёрного клинка на уровень сердца Рауда и уже вложил в руку силу, но вдруг…

— Барашек! Не надо! — раздался звонкий голосок Юки.

Она стояла в покосившемся проёме дверей и смотрела на происходящее испуганным взглядом. В её изумрудных глазах читалась мольба, а тонкие пальчики нервно теребили материю серого плаща.

Агнар моментально пришёл в себя и опустил меч. Противник был повержен, его смерть не имела смысла.

— На, перевяжи рану! А потом проваливай с корабля! — приказал Агнар и бросил на палубу кусок длинной тряпки.

Рауд отполз к борту, где ему помогли подчинённые. Однако ни рыжеволосый командир, ни его бойцы не спешили покидать шхуну. Они лишь сильнее хмурились и крепче сжимали ручки топоров.

Агнар снова напрягся и зло спросил:

— Что такое?! Ну?! Я победил в поединке! Или в Долине слово «честь» больше ничего не значит?!

— Признаю, ты одержал верх! — прошипел Рауд, держась за распоротую руку.

— Тогда проваливай с корабля и людей своих забирай! Ты дал обещание! Настоящий воин всегда держит слово!

— Не могу! Твой меч — это Чёрный Зов Предков! Теперь я уверен в этом!

— Что за бред?!

— Разве?! Посмотри на мою секиру, она разлетелась на куски! А на твоём клинке нет даже царапин!

— И что с того?! Простое везение!

— Нет! Нет!!! Священная реликвия вернулась домой в самое подходящее время! Грядёт великая война! Племена Долины поглотят друг друга, а потом и весь мир! Чёрный Зов Предков знает это! Он Вестник Погибели и Вестник Славы!

Рауд говорил громко, почти фанатично. В его голосе слышались нотки безумия. Остальные налётчики разделяли мнение командира. Они жадно смотрели на чёрный меч и бубнили какие-то странные слова.

Агнар отступил на шаг и зло рявкнул:

— Мне нет дела до твоих бредней! Я бросил вызов и победил! Поэтому выполняй обещание и проваливай!

— О нет! Я не могу оставить меч в руках одного из Кровавых Вепрей! И пусть я буду проклят, но священная реликвия станет достоянием только моего племени! Морозные Змеи будут править в Долине и во всём мире! В атаку, ребята! Рубите головы, кромсайте тела, не оставляйте живых!

Рауд проорал приказ и махнул здоровой рукой. Варвары яростно завопили и бросились вперёд. Замелькали боевые топоры, затрещали гнилые доски палубы, засверкали безумием глаза, закипела кровь в жилах.

Агнар отступил к надстройке и принялся наносить и блокировать удары. Он ловко сражался сразу с несколькими противниками и даже побеждал. Не прошло и минуты, а на палубе уже лежали три бездыханных тела.

А вот матросам шхуны приходилось несладко. Потеряв одного человека, они укрылись в трюме и организовали оборону, но осатанелые налётчики уже выламывали петли люка острыми топорами.

Агнар свалил ещё одного варвара, но пропустил удар. Плечо обожгло сильной болью, в глазах потемнело. Ситуация резко ухудшилась, свежая рана сильно кровоточила и быстро лишала сил.

Агнар отпрыгнул назад, пропихнул Юки в глубь каюты и юркнул следом. Он успел захлопнуть дверь и подпереть её столом, однако обезумившие налётчики тут же принялись выбивать доски топорами.

— Чёрт! Их как тараканов! — рявкнул Агнар, окрашивая пол каюты своей кровью.

— Барашек! Нужно перевязать…

— Нет времени! Нет!

Агнар бросился к кровати, перевернул её и устроил подобие баррикады. Однако он понимал, что это не поможет выиграть сражение. Остался только один выход из тяжёлого положения…

— Юки! Ты должна превратиться в волчицу! — быстро проговорил Агнар, следя за входом.

— А?! Барашек, я не хочу никого убивать! Не могу!

— Тогда тебе придётся увидеть мою смерть! И смерть Барри! И матросов!

— Это нечестно! Нечестно! — воскликнула Юки, быстро бледнея.

— Нет времени на раздумья! Ты можешь просто разметать варваров, сбросить их в море! Убивать не придётся!

— Но как же шхуна?! В обличье зверя я слишком велика! Корабль утонет!

— Юки!!!

В этот момент дверь не выдержала и раскололась на несколько частей. В появившийся проем просунулись перекошенные злостью лица, несколько рук схватились за подпирающий стол и стали отпихивать его в сторону.

— Юки! Давай же! Ради меня! — рявкнул Агнар, ткнув мечом в появившуюся брешь.

— Ох, ладно! Возьми мой камень души! И не вздумай попасть под горячую лапу! Если умрёшь, то я тебя покусаю!

— Ты же обещала…

— Пф!

Юки сорвала с шеи матерчатый мешочек и бросила его Агнару. После этого она быстро разделась, распушила хвост и пригнулась к полу. По стенам и потолку поползли дорожки изморози, воздух загудел.

— Не смотри! — зашипела Юки.

— Ох! Ну что я там не видел?! — буркнул Агнар, за что получил по голове брошенным сапожком.

Юки глухо зарычала и сверкнула глазами. Всё вокруг начало мелко трястись и подпрыгивать на месте. Валяющиеся в углу кружки зазвенели и разлетелись вдребезги. Лёд в них хрустнул, распался на куски и поднялся в воздух.

Юки обратилась почти мгновенно. Её тело увеличилось в размерах и разметало каюту на мелкие щепки. Тяжёлая волчья туша заняла собой почти всю палубу и заставила шхуну провалиться под воду.

Однако корабль оказался крепче, чем думалось. Он не развалился на части и не пошёл ко дну, а как огромный буёк вынырнул на поверхность, дважды качнулся из стороны в сторону и остался на плаву.

Юки широко раскрыла пасть и издала громогласный рёв. Рокочущий звук разлетелся по округе и на мгновение разгладил морские волны. Варвары побросали оружие, схватились за уши и в ужасе повалились на гнилые доски.

Юки ещё раз глухо рыкнула и посмотрела вниз. К её великой радости, Агнар не пострадал при превращении. Он стоял под брюхом огромной волчицы и смотрел на трясущихся в страхе варваров.

Судя по всему, сражение было выиграно.

— Даже не пришлось никого убивать! Ты ведь рада?! — спросил Агнар, похлопав волчицу по одной из лап.

— Пф! Снова я тебя выручила! Ха! — раздался глухой голос Юки, льющийся прямо из воздуха.

— С этим не поспоришь…

Агнар покинул уютное гнёздышко под пушистым животом спутницы и направился к борту шхуны. Там сидел ошарашенный и всклокоченный Рауд. Рыжие волосы на его угловатой голове стояли дыбом, но во взгляде читалось прозрение, а не страх.

Агнар присел рядом и хмыкнул:

— Не выглядишь напуганным…

— Я всё понял! Понял! — пробормотал Рауд, не сводя глаз с гигантской волчицы.

— А? О чём ты? — удивлённо спросил Агнар.

— Всё как в пророчестве: «На закате мира придёт хозяин Чёрного Зова Предков. И за спиной его будет стоять зеленоглазая богиня с девятью хвостами. Это будет конец старого порядка и начало нового…»

— Ох! Опять твои бредни, да?! Я уж и забыл, как в Долине любят подобные штучки: боги, артефакты, реликвии, пророчества. В королевстве с этим проще, есть только Церковь и Истинный бог…

Агнар тяжело вздохнул и направился в сторону ведущего в трюм люка. Юки осталась в волчьем обличье и осторожно уселась на задние лапы. Она зорко следила за порядком и гневным рыком прерывала любую попытку варваров поднять головы.

Агнар остановился возле люка, постучал в изрубленные створки и громко спросил:

— Эй! Вы там живы? Раненые есть? Помощь нужна?

— Агнар?! Это ты?! — раздался из трюма глухой голос Барри.

— Да, я! Ты цел? А матросы? Можете вылезать, всё закончилось. Угрозы больше нет.

— Ох, правда?! А что это был за дикий рёв?! Неужто…

— Поднимайтесь на палубу, сами всё увидите. Только сильно не удивляйтесь и не кричите.

— Д… да! Сейчас мы отопрём люк!

Барри и три уцелевших матроса выбрались из трюма и заворожённо уставились на громадного зверя. Юки не удержалась и утробно захихикала, от её смеха шхуна затряслась и затрещала.

Агнар быстро попросил:

— Тише-тише! Успокойся! Корабль и так чудом держится на плаву!

— Ох, барашек! Тогда быстрей свяжите оставшихся злюк и дайте мне принять человеческий облик!

— Да, ты права…

Агнар развернулся и направился в сторону трясущихся от страха варваров. Барри и матросы несмело последовали за ним.

Налётчиков из племени Морозной Змеи крепко связали и рассадили на палубе. Ни один из них не попытался сопротивляться или сбежать. Хищный оскал гигантской волчицы сделал пленников на удивление покорными.

Юки вернула себе человеческий облик, оделась и отправилась в прогулку по кораблю. Проходя мимо матросов шхуны, она мило улыбнулась и помахала рукой. Но моряки вдруг потупили взгляды и отвернулись.

Юки остановилась, надула губки и обиженно буркнула:

— Эй! Ну вы чего?! Не бойтесь меня! Мы с вами друзья! Вы разве забыли, как мы пели весёлые песни?!

Матросы не ответили и поспешили разбрестись по кораблю. Разумом они понимали, что Юки не причинит им вреда, но в их душах жил суеверный страх, от которого было сложно избавиться.

— Не переживай, они привыкнут, — быстро проговорил Барри, внезапно появившись рядом.

— А?! Ну обидно же! Я всех спасла, а от меня нос воротят! — воскликнула Юки и топнула ножкой.

— Ничего-ничего, всё наладится. Я и сам крайне удивился, когда узрел твой истинный облик. Что уж говорить о простых матросах, которые в своей жизни видели только море и несколько портовых городов…

— Ладно уж…

Юки украдкой вздохнула и отправилась дальше. Вскоре она остановилась возле рыжеволосого командира варваров, который был привязан к мачте и скрашивал время за тем, что считал падающие на палубу снежинки.

— А! Зеленоглазая богиня! — радостно воскликнул Рауд, совершенно не боясь древнего существа.

— Ха! А ты чего не дрожишь, как остальные?! Вот в твоих глазах я хочу увидеть страх! Может, стоит покусать тебя хорошенько?! А?! Или мне попросить Агнара проделать в тебе ещё несколько дырок?!

— Хех! Как легко угрожать связанному человеку, да?!

— Не сложнее, чем хрупкой девушке! Помнится, ты хотел выдавить мои глаза и вырвать ногти! Наверное, мне тоже стоит тебе что-нибудь отгрызть! Что выберешь, правую руку или левую?! Или откусить обе ноги?!

Юки сверкнула глазами и выпустила когти. Её лицо сильно изменилось и приобрело странные черты. Щёки лопнули и расползлись в стороны, показав боковые зубы. Пожалуй, сейчас она больше всего походила на проклятую ведьму, которой пугали детишек в Пастушьей деревне.

Рауд славился своей храбростью и не боялся смерти, но даже он побледнел и невольно сжался. В его серых глазах появилась тень страха. Юки заметила это и ужасающе улыбнулась от уха до уха.

Подошедший Агнар покачал головой и весело проговорил:

— Юки, не играйся с добычей. К тому же ты слишком добра, чтобы причинить кому-то вред…

— Эй, барашек! Ну зачем ты всё испортил?! Я его почти напугала!

— Ха, ну уж прости. Я там обустроил нам новую каюту в трюме и приготовил ужин. Если ты голодна, то…

— Ой! Кушать-кушать-кушать! — быстро прокричала Юки и вернула лицу нормальный вид.

Она по-детски запрыгала на месте, а затем развернулась и унеслась в сторону открытого люка. Такое поведение в одночасье развеяло образ опасного хищника, способного разорвать на куски непокорную добычу.

Рауд вскинул брови и пробормотал:

— Какая же она странная. Неужели девятихвостая богиня может быть такой…

— Ох! Забудь уже о пророчестве, всё это сказки! Уверяю тебя, у Юки только один хвост! Уж я-то знаю…

Агнар весело хмыкнул собственным словам и отправился следом за востроухой спутницей. Нужно было проследить, чтобы она не заляпала жирной похлёбкой стены новой комнаты и чистое бельё на кровати.

Глава 8. Багровый шторм

Каюта в трюме была тесной и сырой. Меж серых стенок с трудом поместились две соломенные лежанки и крохотная тумбочка. Низкий потолок не давал возможности встать в полный рост, а на полу постоянно скапливались лужи.

— Ай, больно! Больно! — причитал Агнар, сильно дёргаясь и хмуря брови.

— Ох, барашек! Угомонись уже! Я ведь только начала! Будь мужчиной!

Юки осторожно сняла повязку и взглянула на рану. На плече Агнара краснел длинный порез, края которого уже начали понемногу затягиваться. Кроме того, по всей руке шёл огромный синяк, по цвету похожий на переспелую сливу.

— Ай-ай-ай! Осторожнее! Больно же! Больно! — снова закричал Агнар и украдкой улыбнулся.

— Да что с тобой такое?! — возмутилась Юки, подготавливая чистую тряпку.

— Больно! Больно!!!

— Ну прекрати уже! Что ты как маленький?!

Юки отодвинулась и внимательно посмотрела на Агнара. Тот отвернул лицо, но не смог скрыть улыбку. Как бы он ни старался взять контроль над эмоциями, но губы и озорной блеск в глазах выдавали настоящие чувства.

Юки сжала кулачки и воскликнула:

— Эй! Ты меня просто передразниваешь, да?! Вот ведь вредный барашек! Ну да, я громко ныла, когда получила ту занозу! Но ты ведь видел, какая она была огромная! Почти с палец размером!

— Б-о-о-ль-н-о-о! Ум-и-и-и-р-а-а-а-ю-ю!

— А ну прекрати! Сейчас же! — потребовала Юки.

Она обиженно поджала губки и сильно ткнула тоненьким пальцем в синяк Агнара. На лиловой коже появилось светлое пятно, которое по форме напоминало большой четырёхлистный клевер.

— Ай! — воскликнул Агнар, в этот раз уже по-настоящему.

— Сам виноват! Заслужил! — громко буркнула Юки, собираясь ткнуть ещё раз.

— Эй! Не надо! Я всё понял! Понял! Мир?!

— Ладно, мир!

Юки фыркнула и вернулась к обработке раны. Она аккуратно нанесла на края пореза густую мазь, а затем налепила сверху свежую повязку. По крохотной каюте разлетелся терпкий аромат травяной припарки.

Юки оглядела пациента и довольно проговорила:

— Вот и всё. Пусть моя лечебная аура плохо работает в море, но ты всё равно быстро идёшь на поправку.

— Кстати, а куда делась твоя простуда? — спросил Агнар, надевая рубашку и чёрную куртку.

— Простуда? Ха, а ведь и правда! Из носа больше не течёт, в горле не свербит, чихать не тянет. Всё прошло, когда я превратилась в волчицу. Видимо, болезнь испугалась моего грозного вида.

— Её можно понять, — хмыкнул Агнар.

— Угу! Жаль только, что страх остался…

— Страх?

— Да, барашек. Когда ты победил Рауда и склонился над ним, мне стало очень холодно и страшно. Я почувствовала, что в тебе пробудилось большое зло. Оно вырвалось наружу и залило палубу чернотой.

— Даже так? Ох…

Агнар присел на край лежанки и опустил плечи. Он давно знал, что в его душе есть ненависть, неуправляемая ярость, жестокость. Он боролся с этими чувствами, прятал их в самый дальний угол, но они всё равно пробивались наружу.

Агнар тяжело вздохнул и тихо проговорил:

— Знаешь, не только в тебе живёт внутренний зверь…

— А? О чём ты? — непонимающе спросила Юки.

— Люди могут быть кровожаднее любого хищника. Порой мы творим ужасное зло и даже не сожалеем об этом…

— Барашек, ты не такой! Не такой! — пролепетала Юки, взяв любимого за руки.

— Ты ошибаешься! Сильно ошибаешься! За свою недолгую жизнь я прошёл через множество битв и забрал десятки жизней. Это запятнало мою душу. Я стал зверем, который убивает без жалости…

— Барашек, не говори так! Ты хороший, я знаю!

Юки подсела ближе и стала гладить Агнара по голове. Тот дёрнулся и попытался отстраниться, но сделал это крайне неубедительно. Ему нравились нежные ласки и успокаивающее мурлыканье спутницы.

Юки прильнула к самому уху любимого и тихонько зашептала:

— Может, именно для этого нас свела судьба? Чтобы мы победили злость друг в друге? Чтобы усмирили своих зверей? Чтобы стали лучше? Хе-хе, хозяин Чёрного Зова Предков и девятихвостая богиня…

— Ох, неужели ты поверила бреду Рауда?! — тяжело вздохнул Агнар.

— Хе-хе! Знаешь, мои друзья волки думали, что по количеству хвостов можно определить силу и возраст духа зверя. Да, сейчас у меня всего лишь один хвост, но я не отказалась бы от девяти…

— А такое вообще возможно?

— Нет! Это такой же миф, как и Чёрный Зов Предков. Хотя по поводу твоего меча у меня есть сомнения…

— А?

— Сам подумай, барашек! Твой меч разрубил камень, в котором хранилась моя душа…

— И что с того?

— Вот ведь глупенький! Неужели ты думаешь, что душу можно просто так вырвать из тела и запихать куда ни попадя?! Нет! Для этого нужна могучая тёмная сила, которая порождает вокруг скверну!

— Хочешь сказать…

— Да, барашек! Да! На том каменном столбе было сильнейшее проклятье, но твой меч развеял его! Хватило всего одного удара! Обычная железяка не способна на подобное чудо! Это ясно любому!

Юки замолчала и посмотрела на стоящие в углу ножны. В её зелёных глазах разгорелся неподдельный интерес.

Агнар заметил это и спросил:

— Хочешь подержать меч?

— Да, очень! Если ты не против…

— Нет, не против.

Агнар потянулся вперёд и осторожно извлёк на свет длинный клинок. Чёрное лезвие казалось абсолютно гладким и лишённым изъянов. На металле не было царапин, потёртостей или зазубрин.

Юки приняла меч и тут же ойкнула:

— Ох! Какой тяжёлый!

— Разве? — удивился Агнар.

— Да, он словно сопротивляется. Ему неприятно быть в чужих руках…

— Это всего лишь меч. А ты говоришь так, будто он живой.

— У некоторых вещей тоже есть душа, барашек! Ох, забери его скорей! Вот ведь вредный какой, весь в хозяина! Так и норовит выпрыгнуть из пальцев, хотя вроде не злится, просто упрямится…

Юки весело хохотнула и поспешила отдать непокорную ношу. Агнар внимательно осмотрел свой меч, но не заметил чего-то странного. Оружие было мертво, как и полагалось изделию из стали.

Юки облегчённо вздохнула и решила сменить тему:

— Так что будем делать дальше? Я слышала, Барри передумал плыть в Долину…

— Да, он боится новых нападений. Если Совет племён распался, то пришлым торговцам грозит большая опасность. Поэтому на рассвете шхуна сменит курс и отправится обратно в королевство.

— Ох, но как тогда…

— Не переживай, дальше мы поплывём на драконьем корабле. До Челюстей дракона остался всего день пути.

— Челюстей дракона? — заинтересованно протянула Юки.

— Да, это два мыса, которые окружают залив у берегов Долины. Как видишь, мои земляки любят давать всему громкие названия. Особенно в почёте мифические звери и разрушительные природные явления.

— Хе-хе! Я ведь тоже мифический зверь, да?

— Вполне-вполне! А что такое? Хочешь обосноваться в каком-нибудь местном поселении и стать богиней очага?

— Вот уж нет! Этим я сыта по горло! Столько веков провела возле Пастушьей деревни! Хватит с меня! Но всё же хочется почувствовать себя важной и нужной! Надоело видеть страх в чужих глазах!

— А моей любви тебе мало? — хитро спросил Агнар, состроив обиженное лицо.

— Достаточно, барашек! Ой как достаточно! Большего даже желать грешно! Ладно, хватит киснуть в трюме и пялиться на серые стены! Идём на палубу, подышим свежим воздухом перед сном!

Юки быстро вскочила на ноги и призывно посмотрела на Агнара. Тот медленно поднялся с лежанки, нацепил на пояс ножны с чёрным мечом и поднял с тумбочки фонарь с горящей свечой.

— Снаружи холодно, возьмём с собой одеяло? — неуверенно спросил Агнар.

— Ох, барашек! Ну сколько можно собираться?! Это обычная прогулка! Мы не в поход отправляемся!

Юки нетерпеливо схватила Агнара за руку и настойчиво потащила его к двери. Вместе они покинули тесную каюту и направились к отвесной деревянной лестнице, которая вела прочь из сырого трюма.

На палубе было темно и холодно. Наступил поздний вечер, а вместе с ним пришла отвратительная погода: ветер усилился, небо почернело, снег превратился в острую крупу. Огромные волны бились о шхуну и заставляли деревянные борта неистово скрипеть.

Юки встала возле дальних перил, посмотрела на бушующее море и сильно поёжилась. Она уже пожалела, что решила высунуть нос из относительно тёплого трюма. Ей вдруг захотелось снова превратиться в волчицу и обрасти шерстью.

— Как же холодно! Брр-р-р! — взмолилась Юки, кутаясь в свой тоненький плащ.

— Можем вернуться в каюту, — предложил Агнар, освещая тусклым фонарём паутину из канатов.

— Нет, барашек! Только же вышли! Нужно подышать свежим воздухом! Это полезно!

— Опять вредничаешь?

— А вот и нет!

— Точно?

— Точно!

— Точно-точно?

— Точно-точно!

— Точно-точно-точно?

— Точно-точно-точно!!!

Юки явно дала понять, что не проиграет в этом маленьком состязании. Поэтому Агнар не стал продолжать и просто крепко обнял свою упрямую вредину, чтобы немного согреть её дрожащее тело.

Юки тут же обмякла и улыбнулась. Затем она скосила глаза и посмотрела на связанных налётчиков, которых оставили сидеть на заснеженной палубе.

— Барашек, а как мы поступим со злюками? — тихо спросила Юки, указав пальцем на пленников.

— Мы возьмём их с собой на драконий корабль. Они будут управлять парусами и грести вёслами.

— А?! Эти люди хотели нас убить! Их нельзя развязывать!

— Не переживай, они не станут нападать. Для них ты — священная девятихвостая богиня, предвестница конца света.

— Хе-хе, звучит мрачновато, — почти довольно буркнула Юки.

Она успокоилась и спрятала замерзший носик в складках рукава Агнара. Её изумрудные глаза посмотрели в сторону горизонта. Там виднелся едва заметный белый островок. Возможно, это был странствующий айсберг.

Где-то очень далеко сверкнула первая молния. Яркий разряд пронзил чёрные облака и рухнул в бушующее море. Через мгновение вспышка повторилась, послышалось басовитое ворчание грома.

Юки навострила волчьи ушки и удивлённо спросила:

— Барашек, разве в такой холод бывают грозы? Странно видеть вместе снег и молнии…

— Такое случается, но крайне редко.

Грозовой фронт быстро приближался. Молнии усилились и стали бить без перерыва. Ворчание грома превратилось в оглушительный треск, который бил по ушам и заставлял невольно пригибать голову.

Небо над шхуной вдруг вспыхнуло и окрасилось в красный цвет. Кровавые облака закружились в пугающем хороводе. На кипящее море быстро опустился огромный смерч, сотканный из переливающегося тумана. Молнии изменились и стали похожи на багровые столбы света.

Юки вцепилась в руку Агнара и испуганно пискнула:

— Барашек! Это же… это…

— Да!

Агнар прекрасно понимал, что так сильно напугало Юки. Они уже видели похожее кровавое сияние. Это случилось в день битвы с Окумой, в мгновение его смерти. Но тогда багровый луч был всего один, а сейчас…

На мгновение вокруг воцарилась абсолютная тишина, а затем с небес хлёстко ударил огромный невидимый молот. Затрещали доски, лопнули канаты, хрустнули мачты. Шхуну высоко подбросило и разорвало на мелкие куски. Свистящий ветер подхватил обломки и сбросил их в морскую бездну.

Агнар закричал, но не услышал собственного голоса. Всё вокруг вдруг превратилось в мешанину из ярких цветов и громких звуков. Тело обдало сначала огнём, а потом холодом. Стало невозможно дышать.

Агнар ощутил, что куда-то падает. Он попытался вдохнуть, но в этот момент его оглушило сильным ударом. Солёная вода обволокла руки и ноги, залилась в рот и нос, просочилась под одежду.

Агнар понял, что свалился с расколотой палубы в бушующее море. Он быстро огляделся и поплыл к поверхности, но вдруг ощутил, что сильное течение подхватило тело и поволокло в тёмную бездну.

В этот момент в морской глубине шевельнулось огромное нечто. Гигантский демонический кит почуял кровь и ринулся вперёд. Он широко раскрыл зубастую пасть и крепко вцепился в беспомощную добычу.

Агнар приготовился к смерти и закрыл глаза. Но вместо боли он вдруг почувствовал холодный ветер на своём лице. Острые крупинки снега забарабанили по коже и забились в чёрные волосы.

— Барашек, дыши! — потребовал глухой голос Юки.

Она осторожно держала Агнара в зубах и быстро гребла прочь от места крушения. Морское чудовище оказалось не «демоническим китом», а всего лишь обратившейся зверем Белой Волчицей.

— Юки?! Это ты?! — закашлялся Агнар, пытаясь отдышаться.

— А ты знаешь других огромных волчиц, барашек?!

— Ох, что произошло?! Где корабль?!

— Сама не знаю! Помню лишь сильный удар, который разворотил палубу и разорвал шхуну на куски! Я успела превратиться в зверя, но потеряла тебя из виду! Однако потом ты сам упал мне на голову прямо с неба!

— Чертовщина какая-то! — пробурчал Агнар, пытаясь не соскользнуть по слюнявому языку дальше в глотку.

— Барашек! Твои руки и ноги не сломаны?!

— Вроде нет…

— Тогда вылезай из пасти и перебирайся на холку! Боюсь, что могу случайно тебя проглотить!

— Да, сейчас!

Агнар быстро прополз по языку, подтянулся за длинные клыки и спрыгнул в холодную воду. Затем он чуть отплыл назад, схватился за длинную белую шерсть и забрался волчице на спину.

Вокруг стало на удивление тихо и спокойно. Багровые молнии исчезли, смерч растворился в воздухе, а ураганный ветер стих. Даже небо вдруг прояснилось, на нём показались яркие звёзды. О недавнем штормовом безумии напоминал только огромный водоворот, оставшийся на месте гибели шхуны.

Юки тихонько рыкнула и медленно поплыла вперёд, словно сама превратилась в живой корабль. Она осторожно гребла всеми лапами и чутко следила за тем, чтобы единственный пассажир не свалился в воду.

Агнар полностью пришёл в себя и крепче вцепился в шерстяные поводья. Отбитое тело отзывалось болью на каждое движение, однако серьёзных травм не было. Единственной большой проблемой был сильнейший холод, промокшая насквозь одежда совершенно не грела.

Агнар поёжился и со вздохом спросил:

— Других выживших не было? Чёрт с ними с налётчиками и Раудом! Но Барри? Его матросы? Они могли уцелеть?

— Не думаю, барашек. Я схватила тебя в зубы и поскорей уплыла из проклятого места, чтобы водоворот не утащил нас на дно. Даже мне было сложно бороться с течением, а уж обычным людям…

— Я всё понимаю, не кори себя… — тихо проговорил Агнар.

Он успокаивающе похлопал по широкой спине гигантской волчицы и тут же скривился от сильной боли. Пожалуй, следующие несколько дней стоило воздержаться от резких движений и физических нагрузок.

Юки услышала приглушённые ругательства и быстро спросила:

— Что там у тебя, барашек?!

— Всё в порядке, не переживай. Просто сильно ударился о воду. Такое ощущение, будто со скалы свалился…

— Больно, да? — участливо поинтересовалась Юки.

— Угу! Но это всё мелочи! Главное, что мы оба живы! Ох, кстати! А где твой мешочек с камнем души?!

— Не беспокойся, я его проглотила…

— Проглотила?! — изумился Агнар, чуть было не свалившись с мехового седла.

— Ох, барашек! Ну а что мне ещё оставалось? Времени на колебания не было, пришлось что-то придумать…

— Эм! И как его теперь достать из желудка?

— Сам выйдет, со временем… — глухо ответила Юки, в её голосе послышалось небольшое смущение.

Агнар не стал развивать тему. К тому же он вдруг осознал, что их текущее положение дел не сильно лучше, чем у покойников. Просто выжить в крушении недостаточно, нужно ещё добраться до берега.

Юки словно прочитала его мысли и спросила:

— Барашек, что будем делать дальше? Я не смогу плыть вечно. Рано или поздно мои силы иссякнут…

— До ближайшего берега не меньше суток пути на корабле. Но не думаю, что ты способна развивать скорость, сопоставимую со шхуной. Высаживаться на айсбергах и пустынных островках тоже не имеет смысла, там только снег и лёд…

— Я… я постараюсь продержаться! Но мне нужно знать направление! В какую сторону плыть?!

— Дай-ка подумать…

Агнар задрал голову и воззрился на ночное небо. Там сверкало и переливалось множество созвездий, по которым опытные путешественники легко прокладывали себе маршрут с одного конца мира на другой.

— Чёрт меня дери! Нужно было выучить треклятые карты! — гневно прошипел Агнар, плохо друживший с астрономией.

— Барашек! Только не говори, что ты не знаешь дороги!

— Путь прокладывают по звёздам, но я в этом не силён…

— А?! Ты же наёмник, который половину жизни провёл в повозке! Как можно не научиться читать небо?! Вот ведь бестолковый барашек! Просто кошмар! И как меня угораздило связаться с таким простофилей?!

— Эй! Ты живёшь не свете намного дольше меня! Тогда почему сама не знаешь звёздных карт?! А?! И кто ещё тут бестолковый?!

— Ах ты! Всё! Слышишь?! Всё!!! Довольно! Слезай с моей спины и плыви сам! Немедленно слезай!

— Ага, нашла дурака!

— Нет-нет-нет! Дальше я отправлюсь одна! Бестолковой меня назвал! Ох! Совсем стыд потерял! Вот и спасай тебя потом! Неблагодарный! Нет-нет, ты не барашек! А настоящий баран! Да-да! Такой же пустоголовый и высокомерный! Ух!

Юки хоть и ругалась, но продолжала спокойно плыть вперёд. Разумеется, она не собиралась ссаживать своего пассажира. И всё же в её голове уже начали появляться идеи, как в будущем наказать обидчика.

Постепенно гневное бухтение Юки затихло. Ссорящиеся объявили друг другу молчаливый бойкот. Путешествие продолжилось в полной тишине, только вода слегка плескалась под движениями могучих лап.

Первым сдался Агнар. Он тихонько погладил взъерошенную волчью шерсть и примирительно спросил:

— Злишься, да?

— Пф!

— Да ладно тебе…

— Пф!!!

Юки резко махнула хвостом и породила волну из брызг. Холодная вода окатила Агнара с ног до головы. Рукотворный ливень получился настолько густым, что в нём легко можно было задохнуться.

Агнар смахнул с лица солёные капли и обиженно выпалил:

— Эй! И без того холодно! Перестань! На тот свет меня хочешь отправить?!

— Пф! — фыркнула Юки и снова дёрнула хвостом.

— Ну прекрати уже! Я ведь и правда замёрзну до смерти! И заканчивай дуться! Сейчас не лучшее время для ссор! И знаешь что?! Если мы выживем и выберемся на берег, то я разрешу себя укусить! Тебе ведь станет от этого легче?!

— Не буду я тебя кусать! Я обещала! — недовольно пробурчала Юки, но перестала дёргать хвостом.

— Ох! Ну придумаешь другое наказание! Так что, миримся?

— Ладно уж! Что взять с простого барашка…

Юки последний раз громко фыркнула, а затем окончательно успокоилась. Её белая шерсть улеглась и перестала походить на иголки ежа. Острые волчьи ушки расслабились и устало поникли.

Юки пересилила вредность и тихо спросила:

— Барашек, ты сильно замёрз?

— Конечно! Хотя ледяной душ весьма бодрит! — невесело рассмеялся Агнар.

— Прости…

— Забудь! Сам виноват! Кстати, я понял, куда нам нужно плыть!

— Ох! Это здорово! И куда же? — полюбопытствовала Юки, скосив взгляд зелёных глаз.

— В сторону солнца! Долина находится к востоку от места крушения. Значит, нужно просто плыть на рассвет…

— Но сейчас ночь!

— И что?! Темнота не вечна! Присмотрись к горизонту, даже мои глаза уже видят тусклую полоску зарождающейся зари!

— Ты прав, барашек! Прав! — воскликнула Юки.

Она медленно развернулась и поплыла в сторону едва заметного ориентира. Пусть свечение было тусклым, но оно грело душу сильнее, чем самое яркое солнце. В сердцах путников зажглась надежда.

Глава 9. Холод и жар

Яркое солнце неспешно плыло по небосводу, освещая бескрайнее море. Несмотря на полдень, вокруг было невероятно холодно. Поднявшийся ветерок забирал последние крупицы тепла и морозил кожу.

Где-то очень далеко на востоке уже виднелись неясные очертания скалистого берега. Острые пики вздымались из моря, словно зубы титанического дракона. Мрачные мысы молчаливо и неустанно охраняли проход в залив Долины.

Огромная волчица быстро плыла по волнам. Она так усердно работала лапами, что порождала вокруг многочисленные водовороты. Вода пенилась и бурлила, в воздух поднимались облака из брызг.

— Ох, беру свои слова назад, — пробормотал Агнар, стуча зубами от холода.

— Уф! О чём ты говоришь, барашек? — устало спросила Юки, жадно хватая пастью морозный воздух.

— Ты намного быстрее любого корабля. Кто бы мог подумать, что волчица способна так резво плавать? Такими темпами мы уже к вечеру высадимся на берег. Если только я раньше не загнусь от треклятого холода…

Агнар нагнулся к воде и подобрал очередной кусок сломанной доски. Подобных обломков вокруг плавало на удивление много. Похоже, ночной багровый шторм потопил не только гнилую шхуну.

Юки потянула носом воздух и быстро спросила:

— Барашек, почему пахнет гарью?

— Я разжигаю костёр, — простодушно ответил Агнар, чиркая тонким кремнем о стальное кресало.

— Ч… что ты делаешь?! — изумилась Юки, не поверив собственным ушам.

— Костёр! Иначе я просто замёрзну насмерть! Ох! Уже рук не чувствую! Ну же, искры, сыпьтесь сильнее…

Металлический стук стал громче, быстрее и звонче. Запах гари резко усилился, над спокойным морем взвилась сизая струйка дыма. Послышался бодрый треск пожираемых пламенем деревяшек.

Юки испуганно ойкнула и выпалила:

— Барашек! Не смей разводить огонь на моей спине! Ты совсем из ума выжил?! Всю шерсть мне спалишь!

— Тепло, мне нужно тепло… — безумно шептал Агнар, не обращая внимания на громкие крики спутницы.

— А ну потуши! Потуши немедленно!!! Сейчас же!!!

Юки гневно зашипела и встряхнулась всем телом. В стороны полетели куски досок и дымящиеся головёшки.

Агнар упал на колени и с надрывом воскликнул:

— Мой костерок! Он покинул меня! Это конец! Конец!!!

— Ох, барашек! Перестань ломать комедию! Если тебе холодно, то просто полезай ко мне в пасть!

— Уверена? А не проглотишь?! — тут же спросил Агнар, будто только и ждал такого предложения.

— Быстрее давай, пока я добрая!

— Уже! Уже!!!

Агнар перебрался в раскрытую пасть волчицы и залез под её алый язык. Там было невероятно тепло и приятно. Даже вид огромных острых клыков совершенно не нарушал уютную атмосферу.

Агнар блаженно расслабился и промямлил:

— Как же хорошо…

— Ох, барашек! Словно сосульку во рту держу! Почему ты молчал, что замёрз настолько сильно?!

— Эй, не бурчи там! Дай насладиться тёплой постелью!

— Ты ещё и недоволен?! — возмутилась Юки и приподняла язык.

— Эй! Верни одеяло! Верни! Каюсь! Был неправ!

— То-то же!

Юки накрыла Агнара тёплым языком и продолжила недовольно ворчать. В волчьем обличье ей не нужно было напрягать связки и двигать губами, чтобы говорить. Её могучий голос лился прямо из воздуха.

За беседами и перепалками прошло несколько часов. За это время путники почти добрались до берега. Уже можно было разглядеть глубокие трещины на склонах зубастых скал, окружающих залив.

Юки обогнула длинный мыс и заплыла в огромную, почти бескрайнюю бухту. Вода здесь была до странности голубой, словно её разбавили яркой краской. Среди волн резвились многочисленные стайки пёстрых рыбок, а на дне росли странные грибы, больше похожие на фиолетовые цветы.

— Ох, вода здесь намного теплее! — удивлённо заметила Юки.

— Это из-за Драконьих артерий, — медленно ответил Агнар, наслаждаясь путешествием в комфортной «каюте» под языком.

— А?! Что ещё за артерии?

— Так в Долине называют две большие реки, которые текут с востока на запад и впадают в бухту. Их русла пролегают возле огромного вулкана и полей гейзеров, поэтому вода сильно нагревается.

— Ох уж эти названия! Драконьи челюсти, Драконьи артерии! Что ещё есть от дракона в этих землях?

— Много чего! Драконий глаз, Драконьи пальцы, Драконьи когти, Драконьи крылья, Драконий нос, Драконье дыхание…

— Какая безвкусица, — оценила Юки.

— Есть немного! Но особенно мне нравится один холм, который называют Драконьей пяткой…

Агнар рассмеялся и высунулся из пасти волчицы, чтобы посмотреть на родные берега. В его голове вдруг всплыли воспоминания из далёкого детства: катание на брёвнах, рыбалка, жаркие костры…

Агнар широко улыбнулся и вдохнул полной грудью. После стольких лет странствий он был рад вернуться домой. И всё же в его душе скрёб крохотный червячок тревоги. Это слегка отравляло приятный момент.

Юки проплыла последние метры и выбралась на берег. Здесь повсюду был белый песок, из которого торчали забавные «цветы». Они скручивались и прятались в норки всякий раз, когда рядом ступала могучая волчья лапа.

Юки опустила голову и бесцеремонно выплюнула Агнара на землю. Тот схватился за отбитый зад и обиженно воскликнул:

— Эй! Аккуратнее! Я тебе не кость!

— Да, для кости ты мягковат… — устало протянула Юки, её голос становился тише с каждой секундой.

— Что за намёки?! Думаешь, я слишком слаб?! Я Благородный Чёрный Наёмник!

— Ох, барашек! Ты снова меня передразниваешь? И это после того, как я спасла тебя от водоворота и холода?

— Ты права, извини! Я просто вжился в роль вредины. Знаешь, иногда действительно приятно покапризничать…

— Угу, только не привыкай. Лучше скажи, куда нам идти дальше? С чего начать поиски?

— Поиски? Ах, точно!

Из-за череды последних событий Агнар уже почти забыл конечную цель путешествия. А ведь они отправились в это странствие, чтобы найти Чёрного Волка Хару — давно пропавшего друга Юки.

Агнар оглядел бескрайний берег и задумчиво проговорил:

— В моей деревне есть знахарка, которая знает множество старых легенд. Возможно, она расскажет что-то о твоём друге…

— А твоя деревня далеко? — тихо спросила Юки слабеющим голосом.

— Она расположена у восточного подножия вулкана. Надеюсь, что за прошедшие десять лет её не сожгли и не разорили. Моё племя не очень большое, но в нём много сильных воинов, хотя здесь…

Агнар не договорил и замолчал. Он знал, что даже в относительно спокойные годы в Долине постоянно случались стычки. Племена грызлись за власть и ресурсы. Бывали случаи, когда одно поселение полностью вырезало другое лишь потому, что на пиру их главы не поделили запечённую кабанью ногу.

Агнар отогнал тревожные мысли и заверил:

— Мы найдём твоего друга! Обещаю! Сначала посетим мою деревню, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

— Ага, давай так и поступим…

Голос Юки сильно дрогнул и затих. Она вдруг пошатнулась и без сил упала на песчаный пляж. Могучие волчьи лапы больше не могли поддерживать тяжёлое тело. Накопленная за последние дни усталость взяла своё.

Агнар подбежал к любимой и испуганно спросил:

— Эй, ты чего?! Что случилось?! Всё хорошо?! Скажи что-нибудь!

— У… успокойся, барашек. Я просто устала. На поддержание волчьего облика уходит слишком много сил.

— Ох! Тогда верни себе человеческое тело и просто отдохни! Ты это полностью заслужила!

— Будет слишком холодно. Без шерсти я замёрзну…

— Об этом не думай, я разведу костёр! Давай же, превращайся!

— Х… хорошо.

Юки протяжно выдохнула и расслабилась. Её волчье тело потеряло чёткость очертаний и растворилось в белом тумане. А когда дымка развеялась, на холодном песке появилась хрупкая девушка со звериными ушками и белым хвостом.

Юки легла поудобней и подтянула голые коленки к бледному подбородку. Она мелко дрожала и куталась в свой длинный хвост, однако промокший насквозь мех скорее холодил, чем даровал тепло.

Агнар тут же накинул на неё свою куртку и приказал:

— Лежи здесь, я сейчас вернусь!

— Д… да куда же я убегу? — еле слышно буркнула Юки, свернувшись маленьким калачиком.

— Хм…

Агнар поднялся в полный рост и огляделся. Бухта была настолько большой, что требовалось три дня пешего пути, чтобы пройти от южного края до северного. По сути, она являлась огромным заливом, защищённым от бурь и штормов длинными мысами Драконьих челюстей.

Агнар вдохнул полной грудью и отправился на поиски дров. Он стаскивал в кучу всё, что могло гореть. Вскоре на берегу была навалена целая гора из узловатых коряг и деревянных обломков.

Агнар разжёг огромный костёр. Огонь ярко вспыхнул и набросился на предложенное лакомство. Жаркое пламя с громким шипением пожирало сырую древесину и порождало чёрные клубы дыма.

Юки быстро «оттаяла» и перестала прижимать коленки к подбородку. Из-под тяжёлой куртки показались её волчьи ушки и улыбающееся личико.

— Как же тепло… — довольно прошептала Юки, нежась возле гудящего пламени.

— Тебе стало лучше? — спросил Агнар, подбрасывая в костёр дровишек.

— Немножко, но кушать хочется…

— Это можно исправить.

Агнар поднялся на ноги и отправился в сторону ближайших кустов, которые росли возле округлых камней. Там он наломал и заточил мечом несколько длинных палок. Получились примитивные копья.

Агнар подобрал деревянное оружие и вернулся к морю. В накатывающих на берег волнах резвились большие серебристые рыбы, похожие на толстые кругляши с треугольными плавниками.

Агнар широко замахнулся и бросил копьё вперёд. Деревянный снаряд громко свистнул и пронзил ближайшую рыбину. Она несколько раз дёрнулась и затихла. Вода окрасилась в багровый цвет.

Агнар довольно хмыкнул и вытащил добычу на берег. После этого он вернулся к воде и продолжил охоту.

Через половину часа на песчаном берегу валялись пятнадцать здоровенных рыбин. Они были невероятно толстыми и тяжёлыми. Похоже, в тёплых водах бухты хватало сытного корма, морская живность явно не голодала.

Агнар нанизал улов на палки и вернулся к костру. Вскоре по берегу разлетелось громкое шкворчание готовящейся рыбы. В воздухе повис манящий аромат, от которого у присутствующих потекли слюни.

Приятный запах отогнал усталость Юки. Она села возле жаркого огня, облизнулась и нетерпеливо воскликнула:

— Скоро там?! Скоро?!

— Подожди, ещё сыровато, — ответил Агнар, сам изнывая от голода.

— Я Белая Волчица! Я могу есть сырое мясо! Дай уже! Дай!

— Ох, потерпи пару минут, иначе получишь несварение. И тогда мешочек с камнем души выйдет наружу раньше, чем ты того ожидаешь…

— Какая бестактность! — взвилась Юки и потянулась вперёд.

Она быстро схватила ближайшую рыбину и тут же вонзила в неё острые зубы. Агнар попытался остановить «воровку», но увидел её хищный оскал и отдёрнул руку. Пальцы были дороже.

Агнар покачал головой и попросил:

— Хотя бы не спеши! Горячо же! Обожжёшься!

— Нормально! — невнятно пробурчала Юки, пожирая рыбу вместе с головой и костями.

— Настоящий зверь… — весело хмыкнул Агнар.

— Я потратила слишком много сил! Нужно быстрее восстановиться!

— Быстрее? Зачем это? Да, соглашусь, эти земли не самое гостеприимное место, но сейчас опасности нет…

— Багровый шторм, барашек! — сквозь чавканье напомнила Юки, невольно вздрогнув при воспоминании о красных молниях.

— М?

— Мы уже видели похожий столб алого света! Это было после битвы с Окумой! Я уверена, что это не простое совпадение!

— Хм, перед смертью Окума говорил, что связался с каким-то древним божеством, обладающим могучей тёмной силой. Очень надеюсь, что это божество не находится сейчас в Долине…

— Оно здесь, барашек! Я чувствую это! И оно нам не радо! — мрачно проговорила Юки, посмотрев куда-то на восток.

— Час от часу не легче…

— Но мне плевать! Я не поверну назад, пока не разыщу Хару или его могилу! Меня не остановят пустые угрозы какого-то божка!

— Пустые угрозы? Эта сущность одним ударом уничтожила шхуну…

— Ты на чьей стороне, барашек?!

— На твоей, конечно…

Агнар тяжело вздохнул и сильно поёжился. Вокруг уже начало понемногу темнеть, приближался вечер. Солнце последний раз ярко сверкнуло и скрылось за высоким мысом. Резко похолодало.

Агнар пошевелил угли костра и тихо проговорил:

— Доедай рыбу и ложись спать.

— А ты, барашек?

— Я буду следить за огнём…

— И за тенями вокруг, — хихикнула Юки. — Боишься, что кто-то нападёт?

— Отчасти, да. Вряд ли берег будут прочёсывать отряды враждебных племён, но не стоит терять бдительность.

— Ох, перестань! Тебе тоже нужен отдых…

Юки блаженно потянулась и легла на прогретый песок. Затем она откинула край куртки и указала взглядом на тёплое местечко рядом. Такой недвусмысленный намёк трудно было не понять, но Агнар остался сидеть возле костра.

Юки нахмурилась и выпалила:

— Эй! Не смей меня игнорировать! А ну ложись рядом! Немедленно! Нам обоим необходимо выспаться!

— Нужно дежурить…

— Нет, не нужно! Тоже мне страж нашёлся! Живо забирайся ко мне под бок! И не переживай, к нам никто не подкрадётся! Мои ушки услышат чужие шаги! Ну! Третий раз предлагать не стану! Потом пожалеешь!

— Ох…

Агнар перебрался ближе к вредной спутнице и улёгся рядом. Юки тут же обхватила его руками и обвила пушистым хвостом. Обоим путникам стало тепло и комфортно. Потрескивание сучьев в костре навевало дремоту.

Юки крепче прижалась к напряжённому Агнару и спросила на ушко:

— Что тебя гложет, барашек? Почему ты не можешь расслабиться? Это всё из-за багрового шторма? Или из-за слухов о войне?

— В том числе. Знаешь, я должен радоваться возвращению домой, но внутри меня скребёт неприятное чувство. Это похоже на предчувствие близкой беды. Не могу объяснить лучше…

— И не нужно, я всё понимаю.

Они замолчали. На залив опустилась ночь, стало невероятно темно. На чёрном небе сияли мириады звёзд, но их света не хватало, что разгонять мрак. Отовсюду слышались крики ночных птиц, шелестел волнами прибой.

Юки уставилась изумрудным взглядом в ночное небо и спросила:

— Барашек, а как выглядит твой дом?

— А? Ты о моей деревне?

— Это мне тоже интересно, но сначала я хочу услышать о Долине в целом. Ты говорил, что здесь очень холодно…

— Ха! Тебя удивляет тёплый пляж? Ох, поверь, как только мы отойдём дальше от берега, то ты познаешь всю силу местного мороза. В Долине почти повсюду глубокий снег, ледники и замёрзшие озёра…

— Тогда почему это место называется Долиной цветов?

— Долиной гейзеров и цветов, — поправил Агнар, за что получил щипок от Юки.

— Не умничай, а рассказывай! — потребовала она.

— Ладно-ладно! Долина находится далеко на севере, поэтому здесь всегда холодно, даже летом. Однако в центре этих морозных земель высится огромный спящий вулкан, а глубоко под ним текут настоящие огненные реки, которые нагревают подземную воду и порождают поля гейзеров…

— М? Слишком сложно! Про цветы давай!

— Не торопись! Слушай внимательно! Гейзеры вырываются на поверхность и нагревают местность вокруг. Земля оттаивает, прорастает трава, распускаются цветы. Пусть большая часть Долины всегда покрыта снегом, но возле горячих источников царит вечная весна.

— Ох, сложно представить… — пробубнила Юки, хмуря лобик.

— Не переживай, когда всё увидишь своими глазами, то сразу поймёшь. На самом деле, поля гейзеров — это настоящее чудо. Только благодаря им местные жители могут возделывать поля и пасти скот.

— Всё равно не понимаю! Зимой — холодно! Летом — тепло! Как может быть весна круглый год?! Ох! Ты меня просто разыгрываешь, да? Вредный барашек! Думаешь, что раз я одичала за века одиночества, то можно потешаться надо мной?!

— Совсем нет, я говорю правду. Разве твои прелестные ушки этого не слышат?

— Всё равно не поверю, пока не увижу своими глазами! Ладно, давай уже спать, а то голова разболелась!

— Мудрое решение, — заметил Агнар и широко зевнул.

Он устроился поудобнее, облегчённо вздохнул и закрыл глаза. Юки тоже притихла и почти сразу же провалилась в сон.

Над заливом показалась огромная синеватая луна. Она медленно плыла по небосводу и ярко освещала водную гладь. Тоненький ветерок гулял по бескрайнему пляжу, раздувая угли жаркого костра. Вокруг было тихо и спокойно, даже ночные птахи умерили пыл и перестали кричать.

Глава 10. Чёрное и Белое

Настало новое утро. Солнце показалось из-за горизонта и приласкало лучами длинный пляж. Белый песок ярко вспыхнул и заискрился, словно был сделан из множества крохотных стекляшек.

Агнар проснулся первым и тут же подбросил в прогоревший костёр несколько сучковатых деревяшек. Угли обиженно зашипели, но приняли угощение. Вскоре в небо устремились густые клубы дыма и языки жаркого пламени.

Из-под тяжёлой чёрной куртки показались острые волчьи ушки. Юки тихонько выглянула из тёплого укрытия, сильно поёжилась и юркнула обратно. На утреннем пляже было весьма прохладно.

Агнар хмыкнул и весело рассмеялся:

— Вставай уже, соня. Покажи солнцу своё личико.

— Нет! Холодно! Слишком холодно! Останусь под курткой и буду тут жить!

— Что, даже от завтрака откажешься? Я тут запёк рыбу, которая осталась со вчерашнего вечера. Но если ты не хочешь…

— Ох, хочу! Хочу! — резко выпалила Юки, моментально выпрыгнув из своего тёплого кокона и протянув вперёд трясущиеся от нетерпения ручки.

Агнар покачал головой и довольно усмехнулся. Он подсел ближе к голодной спутнице и передал ей палочку со шкворчащей рыбиной, с которой стекали огромные капли ароматного сока.

Юки быстро выхватила угощение и вонзила в него острые зубы. По пляжу разлетелся громкий хруст рыбьих костей.

Утро разгоралось всё ярче, просыпались звери и птицы. В небе слышались голодные крики множества чаек. Морские волны неспешно накатывали на пологий берег, а затем вальяжно отползали обратно.

Юки закончила завтрак и блаженно развалилась на песке. Она скосила взгляд на Агнара и недовольно спросила:

— Барашек, а ты почему так мало поел? Неужели ты не голоден? Или всё ещё тело болит и потому аппетит пропал?

— Нет, твоя аура залечила все раны. Чувствую себя просто отлично.

— Тогда в чём дело?

— Да нет никакого дела. Для человека я съел достаточно. Я ведь не волчица с бездонным желудком…

— Ага! Опять начал дерзить, да?! Хе-хе! Это хорошо! Значит, ты и правда здоров! Ой! А вот я что-то… Ой! Ой-ой! Животик закрутило! Ой! Барашек, я отбегу ненадолго! Не вздумай за мной пойти! Ой, не успею! Ой!

Послышалось громкое и явно нездоровое урчание желудка. Юки вскочила с места и ветром унеслась в сторону ближайших кустов. Она бежала так быстро, что её босые ноги практически не касались земли.

Юки просидела в зарослях почти целый час. После этого она устало выбралась на пляж и молча поспешила к морю.

Агнар удивлённо вскинул брови и спросил:

— Эй, ты куда? Тебе помочь?

— Сиди на месте! — смущённо прошипела Юки.

— Но…

— СИДИ НА МЕСТЕ!!!

Юки зашла по пояс в море и начала что-то усиленно полоскать. Через пару минут она выбралась на берег и вернулась к костру. Теперь на её белой шее висел изрядно помятый и мокрый мешочек с камнем души.

Агнар не стал задавать лишних вопросов и тихонько предложил:

— Можем остаться здесь на какое-то время. Если тебе нехорошо, то попробуй уснуть. Нас ничего не гонит вперёд…

— Нет, мне уже лучше, — тихонько ответила Юки, её личико пылало стыдливым румянцем.

— Что ж, тогда отправляемся дальше. Вот только…

Агнар быстро оглядел свою спутницу. После недавнего превращения она потеряла всю одежду и осталась голышом. Идти в таком виде по бескрайним снегам и замёрзшим озёрам было нельзя.

— Надень пока это, — проговорил Агнар, снимая с себя сапоги и расстёгивая ремень широких штанов.

— А? Барашек, ты с ума сошёл?! А сам что?!

— Порву рубаху и повяжу на ступни. На какое-то время это поможет, а потом мы найдём ближайшую деревню и купим одежду.

— А ну надевай обратно свои сапоги! И штаны натягивай! Живо! Я Белая Волчица, рождённая в северных горах! Я могу ходить по снегу босиком! А уж если станет совсем холодно, то превращусь в зверя!

— Уверена?

— Барашек! Мне очень приятна твоя забота, но сейчас она не к месту! И знаешь, мне очень сильно нравилось, когда ты капризничал и вредничал! Ты казался таким живым и настоящим, а сейчас снова стал серьёзным и замкнутым, будто возложил на себя тяжёлую ношу!

— Просто здесь опасно…

— Везде опасно, барашек! Абсолютно везде! Но когда я была огромной волчицей, ты мог позволить себе расслабиться и думать не только о моей безопасности! А сейчас я кажусь тебе хрупкой и ранимой девушкой, которую нужно постоянно защищать!

— Юки… — протянул Агнар, виновато улыбаясь.

— Что «Юки»?! Не подумай плохого! Я не осуждаю тебя и не упрекаю! Просто пойми, что я не хрупкий цветок! Нет-нет, заботиться обо мне нужно! Даже очень нужно! Мне это страсть как нравится! Но и о себе не забывай!

— Ох, хорошо…

Агнар тихонько рассмеялся и прижал к себе раскрасневшуюся Юки. Та тихонечко захихикала и уткнулась носиком в плечо любимого. Её хвост довольно вилял, словно у самой обычной домашней собачки.

Агнар погладил Юки по голове и спросил:

— Отправляемся в путь?

— Угу, барашек…

Они потушили костёр и покинули спокойный берег.

Чуть дальше от песчаного пляжа на склоне пологого холма рос величественный лес, состоящий из стройных вековых сосен. Хвойные великаны были так высоки, что их верхушки терялись на фоне плывущих облаков.

В сосновом бору было холоднее, чем возле моря. Кое-где на подкладке из мха искрились на свету белые пятна снега. И чем дальше путники углублялись в чащу, тем больше становилось снега вокруг.

Юки глубоко вдохнула пьянящий морозный воздух и недовольно заметила:

— Барашек, я не вижу вокруг гейзеров и горячих источников. Пока что это место напоминает мне родной северный лес. Где обещанные поля цветов, вокруг которых царит вечная весна?

— Подожди немного...

— Чего ждать-то?! Мы уже час идём вверх по заросшему мхом и деревьями склону холма! Я хочу увидеть гейзеры! Покажи мне их! Сейчас же! А не то я обижусь и перестану с тобой разговаривать!

— Звучит заманчиво… — задумчиво протянул Агнар, забавляясь нытьём спутницы.

— Эй! Не смей улыбаться! Моё молчание — это угроза, а не поощрение!

— Ох, моя вредная волчица, просто иди за мной и наслаждайся природой. В Долине подобные боры есть только возле тёплого моря и на берегах больших рек. Поэтому не стоит упускать момент…

— Это всего лишь лес! — фыркнула Юки, не видя в окружении чего-то особенного.

— Да? Хм, а мне это место кажется фантастически красивым…

— Прямо как я, да? — хитро спросила Юки, вонзив в спутника пытливый взгляд изумрудных глаз.

— Нет…

— А?!! Что значит «нет»?!!

— Ты намного красивее…

— Ох, выкрутился! Молодец! — довольно оценила Юки и подарила Агнару быстрый поцелуй.

Путники двинулись дальше и вскоре достигли края леса. Впереди раскинулись бескрайние заснеженные холмы, разбавленные редкими пятнами плодородных полей. В середине каждого зелёного оазиса бурлило большое болото, над которым время от времени вздымались фонтаны воды и пара.

Долину со всех сторон окружали высокие Зубастые горы, защищающие эти земли от холодных ветров и метелей. А в центре высился огромный вулкан, над которым клубились облака чёрного дыма.

— Ого, какой здоровенный! — восторженно оценила Юки, указав пальцем вперёд.

В этот момент над жерлом вулкана вспыхнуло яркое пламя. В стороны сыпанули красные искры. Земля под ногами путников мелко задрожала, а в лесу за их спинами послышался недовольный скрип сосен.

Юки прижалась к Агнару и громко взвизгнула:

— Ай! Что происходит, барашек?! Мы умрём?! Умрём, да?! Хочу ещё пожить! Ой как хочу!

— Успокойся, это всего лишь небольшое землетрясение.

— Ох! Насколько сильна спящая под холмами тварь, если она заставляет дрожать даже скалы?!

— Землетрясения вызывает не мифическое существо, а вполне реальный вулкан. Неужели ты раньше не видела извержений?

— Нет, не приходилось… — смущённо протянула Юки.

Она немного успокоилась и с любопытством взглянула на дымящуюся гору. По крутым истрескавшимся склонам бежали алые ручейки лавы. Расплавленная порода достигала подножия и быстро застывала.

Агнар чмокнул испуганную спутницу в макушку и проговорил:

— Давай не будем терять время и спустимся к ближайшему полю гейзеров, там должно быть какое-нибудь поселение. Нам нужно купить тёплую одежду и сытную еду, иначе долго мы в Долине не протянем.

— Эм, барашек…

— Что такое?

— А разве не опасно заходить на территорию чужой деревни? Ты говорил, что племена часто воюют между собой. Нас не посчитают врагами?

— Могут, но другого выхода нет. Попробуем задобрить местных жителей золотом и серебром. Благо мешочек с монетами я всегда ношу с собой, иначе он сгинул бы в море вместе с другими нашими вещами.

— Слушай, барашек… — неуверенно протянула Юки. — А может, просто тихонько подкрадёмся к домам и стащим одежду и еду?

— Получается, украдём?

Агнар сложил руки на груди и осуждающе посмотрел на спутницу. На его лице застыло выражение показного презрения, но на губах играла улыбка, а в глазах плясали озорные смешинки.

Юки густо покраснела и выдавила:

— Да! Да!!! Я знаю, что воровать — плохо! И я сама упрекала тебя за кражу колбас с галеона! Но сейчас совершенно другое дело! На кону наше выживание! Неужели это не повод для того, чтобы отойти от правил?!

— Хм, возможно…

— Так ты не считаешь эту идею плохой?

— Считаю, но она всё равно лучше моего плана. Хорошо, попробуем провернуть всё тихо и незаметно…

— Но положим на порог обворованного дома несколько монет! Так будет честно!

— Согласен.

Путники оставили сосновый лес позади и спустились в низину, свободную от снега и льда. Здесь было довольно тепло и слегка пахло серой. По дну неглубокого оврага бежал быстрый ручей, а чуть в стороне пенились и бурлили широкие лужи, заполненные мутной водой. Кое-где на оттаявшей земле пробивались зелёные травинки, но они казались чахлыми и бледными.

Юки понюхала воздух, поморщилась и спросила:

— Барашек, это и есть поле гейзеров? Что-то оно не впечатляет…

— Нет, это всего лишь небольшой горячий источник. Гейзеры мы увидим дальше, их ты ни с чем не перепутаешь.

— У-у-у-у! Понятно! А можно погреться в этих лужах?

— Конечно, залезай. Только не пей из них…

— За дурочку меня держишь?! — фыркнула Юки, но украдкой вздохнула. Видимо, ей всё же хотелось попробовать на вкус странную воду.

Юки быстро прошлёпала босыми ногами по густой грязи, проверила пальцем температуру и плюхнулась в крохотное озерцо. По насыщенному паром воздуху разлетелись блаженные стоны.

— Как же хорошо-то! — без конца восклицала Юки, раз за разом окатывая свои худенькие плечи горячей водой.

— Будь немного потише, — ласково попросил Агнар, зорко осматриваясь и невольно держа ладонь на гарде меча.

— Не могу, барашек! Не могу! Хорошо-о-о-о! А-а-а-а! О-о-о-о!

Юки отмокала в горячем источнике целый час, но затем всё же выбралась на берег и отряхнулась. Она с тоской посмотрела на бурлящие воды и тяжело вздохнула. По её лицу было заметно, что она хотела остаться.

Агнар понял это и заверил:

— Не переживай, таких мест в Долине хватает. Ещё сможешь вдоволь понежиться в тёплой «ванне».

— Ох, было так приятно…

— А сейчас всё же оденься, чтобы не простыть, — проговорил Агнар, накидывая на мокрые плечи спутницы свою плотную куртку, которая на хрупком девичьем тельце казалась длинным плащом.

— А сам не замёрзнешь? — спросила Юки, кутаясь в ещё тёплую материю.

— Нет, не переживай. Здесь не так холодно.

— Ну хорошо…

Юки последний раз вздохнула и призывно посмотрела на Агнара. Тот молча кивнул и повёл спутницу вверх по течению журчащего ручья.

Вскоре горячий источник остался позади, а впереди показалось широкое поле, поросшее низкой зелёной травой. Среди хрупких побегов вилась еле приметная тропа, которая вела к одному из холмов.

— Здесь явно ходят люди, — заметил Агнар.

— Думаешь, деревня рядом? — поинтересовалась Юки, любопытно разглядывая траву под ногами.

— Да, скорее всего. Нужно быть осторожнее. Если услышишь чужие голоса или шаги, то сообщи мне…

— Хорошо, — заверила Юки, навострив волчьи ушки.

Тропа привела путников к подножию большого холма. Здесь не было деревенских домов, зато стояло большое каменное святилище, украшенное многочисленными изображениями рыжей лисицы. В чаше неглубокого алтаря лежали белые сухари и кусок свежего мяса.

Юки невольно облизнулась и спросила:

— Это подношение богу? В Долине так принято?

— Да! Почти у каждого племени своё божество. Обычно это какой-то сильный зверь: волк, вепрь, дракон, змей…

— А здесь поклоняются лисе? Хм, странный выбор…

— Соглашусь! Но меня больше тревожит тот факт., что мясо совсем свежее!

— Думаешь…

Юки резко замолчала и потянула носом воздух. Она быстро повернулась к ближайшим зарослям ивы и прислушалась. Её волчьи ушки слегка опустились, два раза дёрнулись и вдруг встали торчком.

Агнар положил ладонь на рукоять меча и спросил:

— Там кто-то есть?

— Да, барашек! Я слышу чужое дыхание! Оно очень слабое!

— Это человек?

— Ага, но у него странный запах. Пахнет молоком, мёдом и кровью…

— Кровью? — спросил Агнар и сильно нахмурился.

Он быстро достал чёрный меч и гневно уставился в густые заросли ивы. Однако в кустах никого не было, там шелестела только листва. И всё же чутьё Юки редко ошибалось, ему стоило верить.

Агнар понизил голос и грозно рявкнул:

— Мы знаем, что ты там! Выходи на тропу, не скрывайся! Не будь трусом!

— Я не трус! — вдруг раздался из кустов писклявый голосок.

Из зарослей выбрался шестилетний мальчик, одетый в мятую меховую накидку, дырявые штанишки и потёртые ботинки из кожи. В его правой руке был зажат кусок мяса, явно предназначенный для алтаря.

— Я не трус! — недовольно повторил мальчишка, хмуря брови.

— Прости, я не хотел тебя обидеть, — хмыкнул Агнар, расслабляясь и убирая меч.

— Нельзя называть мужчину трусом! Это оскорбление, которое можно смыть только кровью! Я вызову тебя на поединок! Но это… не сейчас, а когда вырасту и стану сильным! Как наш старейшина!

Мальчик грозно топнул ножкой и перевёл взгляд Юки. С его лица вдруг слетело всё недовольство, осталось только сильнейшее удивление.

— Ох! У тебя звериные ушки! И белый хвостик! — завороженно прошептал он.

— Ой…

Юки вдруг вспомнила, что забыла скрыть свои волчьи признаки. Она юркнула за спину Агнара, но было уже поздно.

Однако мальчика совсем не пугал странный вид девушки. В его глазах появился неподдельный интерес, а на губах засветилась довольная улыбка. Он явно забыл свою обиду и перестал дуться.

— Ушки-ушки! Совсем как у волка! — весело заголосил мальчик, бесстрашно пытаясь заглянуть за спину Агнара.

— А?! Ты разве не боишься? — спросила Юки, сама выглянув из укрытия.

— А чего мне бояться?! Ты ведь дух волка! Да?! Правда?!

— Волчицы, — поправила Юки.

— Ага-ага! А духи не вредят людям! Так мне мама говорила… когда была жива…

Мальчик вдруг погрустнел и понурил плечи. Улыбка слетела с его побледневшего лица, а в глазах появились слёзы.

Юки тихо вздохнула и вышла к хлюпающему мальчику. Она присела рядом и мягко проговорила:

— Твоя мама была права, я добрая волчица…

— Я знал! Знал! А мне не верили! — сквозь всхлипы воскликнул мальчик.

— Ох, перестань плакать, малыш. Ты же сильный и могучий воин. Ведь так?

— Так! — заверил мальчик и вытер слёзки.

— Вот! Лучше скажи, как тебя зовут?

— Эрик…

— Красивое имя!

— Правда?

— Да, или ты не веришь слову волчицы?

— Верю, — расплылся в улыбке мальчик, не сводя взгляда с покачивающегося белого хвоста.

— Слушай, Эрик, а где ты живёшь?

— А?! Так здесь недалеко есть деревня! Я могу провести! Это совсем рядом!

— А старейшина не будет сердиться? Мы ведь чужаки…

— Нет! Он будет рад таким гостям! Вот увидите! Идите за мной!

Эрик аккуратно положил кусок мяса на алтарь, вытер окровавленные руки о штаны и быстро побежал вниз по узкой тропе. Юки и Агнар многозначительно переглянулись и двинулись за ним следом.

Спустя десять минут неспешной прогулки, путники остановились на границе деревни. Поселение оказалось совсем небольшим, в нём не было даже десятка домов. По единственной улочке вальяжно расхаживали куры, а из загонов слышалось громкое свиное хрюканье.

Эрик обернулся к новым знакомым и попросил:

— Подождите здесь, хорошо?! Я разыщу старейшину и вернусь! Это быстро!

Мальчик ещё раз мило улыбнулся и быстро помчался к дальней избе. Вскоре он перепрыгнул через калитку и скрылся за невысоким забором.

Юки оглядела дома и спросила:

— Барашек, а твоя родная деревня такая же?

— Нет, эта деревенька совсем крохотная. Скорее всего, она вольная и не принадлежит какому-то племени.

— М? Это плохо?

— Для нас — хорошо! Вольные люди охотнее торгуют с чужаками. Хотя пришлых в этих землях нечасто встретишь…

— Ясно! Но какие же эти домики странные… — заметила Юки, не сводя взгляда с крохотных построек.

Избушки были низкими и наполовину вкопанными в землю. Окон почти нигде не было, а вместо соломы на крышах лежал толстый слой дёрна, на котором росли небольшие кусты, мох и пучки травы.

Агнар усмехнулся и пояснил:

— По-настоящему тепло только рядом с полями гейзеров. А если отойти чуть дальше, то становится холоднее, особенно по ночам. Поэтому дома вкапывают в землю, чтобы тратить меньше дров на обогрев…

— Немного напоминает медвежьи берлоги, хе-хе…

В конце улицы послышался шум. Громко спорили два голоса: писклявый детский и хрипловатый мужской.

Юки вдруг забеспокоилась и спросила у Агнара:

— Может, мне стоить скрыть уши и хвост?

— Зачем? Мальчонка их уже видел. К тому же в Долине нет Церкви, в ведьмовстве тебя не обвинят…

— Очень смешно!

— Успокойся! Если тебя посчитают богиней, то мы сможем хорошенько сбить цену на еду и одежду…

— Ах, вот оно что! Хитрый барашек! — понимающе хмыкнула Юки и закивала.

В этот момент на дороге между домами показались две фигуры. Это были Эрик и старейшина. Они увлечённо о чём-то спорили, совершенно не понижая голосов и не беспокоясь о том, что их могут услышать.

— Я не вру, старейшина, не вру! — громко прокричал Эрик, тряся крохотными кулачками и гневно хмурясь.

— Ох, да быть того не может! Тебе просто привиделось! — ответил старейшина, спеша за мальчиком.

— Нет же! Нет! У неё вот такие ушки были! И длиннющий хвост! Говорю же, она дух волка! То есть волчицы!

— Дух волчицы?! Да брось ты!

Это было весьма странно, но старейшиной оказался молодой тридцатилетний мужчина с угольно-чёрными волосами и яркими, почти светящимися синими глазами. Он был высок, хорошо сложён и очень красив.

Старейшина остановился возле последней избушки, быстро оглядел гостей и вдруг застыл на месте. В его ярко-синих глазах мелькнуло удивление, которое тут же сменилось великой радостью.

Старейшина вскинул руки и воскликнул:

— Быть не может! Юки! Белая Волчица Юки! Неужели это ты?! Ох! Ох!!!

— Хару?! — ошарашенно спросила Юки, вглядевшись в лицо старейшины и не поверив собственным глазам.

— Ну а кто же ещё! Ха! Кто бы мог подумать, что мы встретимся здесь?!

— Хару!!! Мой Харусичек!!!

Юки сорвалась с места, быстро побежала вперёд и бросилась в объятия давно потерянного друга. Тот подхватил её на руки и начал кружить над землёй, весело хохоча во всё горло.

Юки не смогла сдержать слёз и разрыдалась:

— Харусичек! Мой любимый Харусичек! Ты живой! Живой!

— А что со мной может случиться? — удивился Хару, поставив ревущую подругу на землю.

— Столько веков прошло, как ты пропал! Я думала, что ты давно умер! А-а-а-а! Харусичек!

— Ох, не плачь Юки! Не плачь! Всё ведь хорошо! Мы с тобой почти бессмертные духи волков! Ну что нас может убить?! А?!

— Хару-у-у-ус-и-и-ч-е-ек! — не унималась выть Юки.

— Да уж, ты всё такая же! Ни капли не изменилась! Ладно, давай поговорим в доме! Хм, а кто это там с тобой пришёл?!

— Это Агнар! — сквозь слёзы пролепетала Юки, без конца шмыгая носом.

— Агнар?

— Да, он мой… ну… почти жених…

— Что?! Жених?! — удивился Хару. — Но он ведь человек!

— Самый лучший человек! Ох! Я тебе такое расскажу! Такое!!!

— Ха, ладно. Идите оба за мной. А ты, Эрик, дуй на пастбище. И не вздумай рассказать кому-то об услышанном и увиденном, а не то я сильно рассержусь. А ты знаешь, что меня не стоит злить.

— Д… да, старейшина, я буду нем как рыба! — быстро ответил Эрик, удивлённо взирая на происходящее.

— Вот и молодец!

Хару удовлетворённо кивнул и направился в сторону дальней избушки. Юки тут же встрепенулась, утёрла слёзы и поспешила за другом. Она не спускала с его спины тёплого взгляда и широко улыбалась.

Глава 11. Хвост за хвост

В доме было темно и холодно. Единственное крохотное окно располагалось под самым потолком и пропускало слишком мало света. С мрачных бревенчатых стен свисали длинные куски белого мха, а от земляного пола пахло сыростью, мышиным помётом и немного плесенью.

Хару усадил Агнара и Юки на длинную скамью, а сам неспешно отправился разжигать покосившуюся каменную печь, стоящую в центре комнаты. Вскоре в топке вспыхнул яркий огонь, который создал видимость уюта и разогнал темноту по сырым углам. Стало немного теплее.

Хару вернулся к гостям, указал на окружение и виновато проговорил:

— Понимаю, здесь не королевские хоромы, но уж чем богат. В этих суровых местах нет места роскоши…

— Не переживай, всё хорошо, — ласково ответила Юки.

Она без конца улыбалась и не сводила с Хару влюблённого взгляда. Это почему-то злило Агнара и пробуждало в нём ревность, которую он изо всех сил пытался скрыть под маской показного спокойствия.

Хару залюбовался личиком подруги и протяжно вздохнул:

— Ох! Такое ощущение, что с нашей последней встречи прошёл всего лишь день. Ты осталась таким же прекрасным белым цветком.

— А вот ты сильно изменился, — заметила Юки.

— Что? Враки! — отрезал Хару, состроив обиженное лицо.

— А вот и не враки! Я даже не сразу узнала твой голос.

— Нет, подруга! Я тоже прежний, просто зарос щетиной и немного охрип. Недавно в деревне был лисий праздник, на котором я двое суток орал песни и пил холодное пиво. После такого любой потеряет голос…

— Ха! Теперь вижу, да! Ты всё такой же весёлый дурень!

— Не спорю! Когда я перебрался в Долину, то много скитался по холмам и полям, наслаждаясь свободой и простором. Но со временем мне это надоело, и я осел в этой деревеньке. Теперь я помогаю людям.

— Помогаешь?! Ты?! — искренне изумилась Юки.

— Что за недоверие в голосе?!

— Ох, Хару! Будь честен, ты ничего не делаешь просто так…

— Эй, подруга! Обидно слышать такие слова, знаешь ли! Но ты права, да! Я дарую людям защиту, а в обмен получаю еду и выпивку. Согласись, это выгодно обеим сторонам. Разве не так?

— Хм, а жители деревни знают о твоей истинной природе?

— Многие подозревают, что я какое-то божество. В конечном итоге обычный человек не может одним только взглядом прогонять хищное зверьё, командовать скотом и лечить любые болезни.

Хару довольно фыркнул и сложил руки на груди. Он явно гордился своей силой и статью. Впрочем, это было вполне заслужено. Многие жители деревни были обязаны ему жизнями.

Юки окинула друга взглядом и спросила:

— А ты свои волчьи уши и хвост постоянно скрываешь?

— Скрываю? Зачем это? — удивился Хару.

— Ну, чтобы не пугать детишек, например?

— Ха! Ну насмешила, подруга! В человеческом обличье мне нет нужды прятать уши и хвост, они пропадают сами…

— Ох, даже так? А вот мне приходится тратить много сил, чтобы держать под контролем свои волчьи красоты…

— Это всё потому, что зверь в тебе слишком силён. Вот он и лезет наружу в виде ушей и хвоста.

— Эй! Во мне больше человеческого, чем животного! — обиделась Юки.

— Да я не об этом! Среди духов волков ты всегда была самой величественной и статной! Каждый твой взгляд, каждое движение, каждая шерстинка говорили о том, что ты истинное воплощение силы и красоты!

— Ах, вот оно что! Да! Я очень благородная Белая Волчица!

Юки раскраснелась от похвалы и гордо вскинула носик. Она была счастлива услышать подобный комплимент.

Хару искренне улыбнулся и заметил:

— Всё ещё не могу поверить, что мы сегодня встретились! Это такая большая радость! Но зачем ты прибыла в Долину? Я думал, тебе нравятся родные северные горы. Что сподвигло тебя отправиться в столь длинное путешествие?

— Так я тебя искала! — ответила Юки, удивлённая вопросом.

— Ох, ты ради меня проделала такой путь?!

— Ну конечно!

— Ха! Это приятно! Но почему ты не взяла с собой остальных наших друзей? Я бы показал им окрестности! Мы бы все вместе ветром промчались по зелёным полям и бескрайним заснеженным холмам!

— Остальных друзей… — прошептала Юки, быстро бледнея.

— Ну да! Как они там поживают? Наверное, носа из своей пещеры не показывают? Ох, домоседы!

— А… ну…

Юки сильнее побледнела и начала тяжело дышать. Её волчьи ушки повяли, а хвост безвольно повис до самого земляного пола. Она хотела рассказать о гибели друзей, но слова застревали в горле.

Агнар решил помочь и проговорил:

— За последние годы произошло много горьких событий. Все жившие на горе духи волков…

— Барашек! Не смей! — сдавленно зашипела Юки.

— А? Что такое? — удивился Агнар.

— Не смей рассказывать! Это должна сделать я! Просто сейчас не могу! Дай мне немного времени!

— Хорошо, прости… — проговорил Агнар, взяв любимую за руку.

Хару непонимающе посмотрел на своих гостей. Что-то в словах Юки заставило его напрячься и со всей силы сжать кулаки. Однако тлеющий в глазах подруги страх не позволял продолжить расспрос.

Хару хлопнул себя по коленям и решительно заявил:

— Так! Мне кажется, нам нужно хорошенько перекусить! Это поможет успокоиться и продолжить беседу…

— Да, согласен, — кивнул Агнар, успокаивающе гладя Юки по голове.

— Тогда давайте покинем это сырое место и отправимся ко мне домой…

— Домой? А разве ты не здесь живёшь?

— Что? Нет! Эта землянка лишь временное пристанище! Здесь я обитаю, когда прихожу проведать деревню.

— Тогда где?..

— Мой дом находится к востоку отсюда, у соседнего поля гейзеров. Но чтобы попасть туда, нам придётся прогуляться по Морозным холмам, а там весьма прохладно. Поэтому нужно подыскать вам тёплую одежду.

— Лишним не будет, — согласился Агнар.

— Эй, Эрик! — громко крикнул Хару, обращаясь к притаившемуся за стенами дома мальчику.

— Да, старейшина? — раздался снаружи тонкий детский голосок.

— Ха! Так и знал, что ты подслушиваешь! А ну-ка, зайди в дом! У меня есть для тебя поручение! И не бойся, ругаться не буду!

— Уже бегу…

На улице послышался громкий шорох, звук прыжка и быстрый топоток маленьких ножек. Через пару мгновений на пороге комнаты появился пунцовый от стыда Эрик, теребящий в руках край своей меховой накидки.

Хару довольно хмыкнул и заверил мальчика:

— Не переживай, я не сержусь. Хотя подслушивать всё равно нехорошо. Того и гляди у тебя вырастут такие же уши, как у моей подруги…

— Что, правда? — с надеждой спросил Эрик.

— Кто знает… Кто знает…

— Ох, старейшина! Вы меня просто дразните!

— Ха! Ладно, слушай меня внимательно и не перебивай. Ты должен поискать в деревне тёплые вещи и принести их сюда. Если кто-то спросит, то честно ответь, что это я велел. Всё понял?

— Да, старейшина, — быстро кивнул Эрик.

— Ну тогда дуй вперёд! Чего на месте застыл?

— Это… а можно задать вопрос?

— Давай уже, говори, — понимающе хмыкнул Хару и махнул рукой.

— Старейшина, а вы тоже этот… дух волка?

— Да! Но ты ведь это и так знал, верно? Поэтому всюду за мной ходил? Думал, что я твоих любимых курей перегрызу? Ха!

— Нет же! Вы хороший, старейшина! Очень хороший! Вы стольких людей спасли! Ох, если бы вы пришли в деревню раньше, то и мама была бы жива! Вы бы всех грабителей перебили, я уверен!

— Ох, малыш… — протянул Хару, в его взгляде появилась грусть.

— А ещё… ещё… когда я вырасту, то стану таким же сильным, как вы! Я больше не буду слабаком и смогу защитить деревню! А вы будете смотреть на меня и гордиться! Вот! Даю слово!

— Беги давай за одеждой, защитник! — рассмеялся Хару, легонько отвесив мальчику мягкий подзатыльник.

— Да, старейшина! Я мигом!

Эрик резво развернулся и выбежал на улицу. Топот его маленьких ножек быстро затих вдали. Хару закрыл за мальчиком дверь, потянулся всем телом и сел на край скамьи. Осталось только ждать.

Спустя пару минут Эрик вернулся и принёс целый ворох разнообразной одежды. Здесь были стёганые тулупы из овечьей шерсти, толстые многослойные штаны, высокие сапоги на меху, шерстяные носки и даже исподнее с начёсом.

Хару схватился за голову и воскликнул:

— Ты что, всю деревню обнёс?! Да тут хватит тряпья, чтобы одеть целую армию!

— А? Я что-то сделал не так? — поникшим голосом спросил Эрик.

— Да всё так! Но… Ох, забудь!

— Старейшина, вы ведь вернётесь? Да?

— Вернусь-вернусь! — отмахнулся Хару, разбирая кучу одежды.

— Только не покидайте нас, хорошо?! Очень прошу!

— А? Чего это ты вдруг?

— Ну как же! Вы ведь нашли себе волчицу и теперь заведёте семью и щеночков. Или как там бывает у духов зверей? А про нас забудете и оставите одних. А я ещё слаб и не смогу защитить деревню от набегов…

— Волчицу? Ты про Юки, что ли? Ха! Боюсь, она мне не по зубам. К тому же у неё уже есть дорогой сердцу… человек.

Хару странно усмехнулся и косо посмотрел на Агнара. В этом взгляде было что-то холодное и совсем не доброе. В сером полумраке комнаты глаза Хару горели призрачным, сапфировым огнём.

— Старейшина… — подал голос Эрик.

— А? Да, что такое? — спросил Хару, выплыв из задумчивости и потушив пылающий взор.

— Так вы не оставите деревню?

— Нет, не оставлю! И хватит уже вопросов! Что я тебе раньше сказал? Беги на поле и помоги пастухам. У них там коровы разбежались. Давай-давай, топай уже. А потом не забудь свиней покормить.

— Хорошо, старейшина!

Эрик последний раз бросил взгляд на волчьи ушки Юки и выбежал из дома. А остальные начали собираться в новое путешествие. Им предстояло разобрать целую гору одежды, часть из которой имела не самый свежий вид.

Вскоре Агнар, Юки и Хару покинули деревню и отправились на восток. Последние деревенские дома остались позади, а впереди раскинулись зелёные поля и холмы, покрытые низкой травой, зарослями кустов и редкими цветами. Всюду журчали озорные ручейки с очень тёплой, чуть желтоватой водой.

Юки немного пришла в себя и перестала грустить. С её лица сошёл бледный цвет, а на щеках проступил небольшой румянец. Она начала любопытно оглядываться и проявлять интерес к окружению.

— Уф, жарковато, — проговорила Юки, с трудом нагибаясь за красивым цветком.

— Ещё бы, ты слишком тепло оделась, — рассмеялся Агнар.

— Смейся-смейся, барашек! Но когда мы доберёмся до снега, ты пожалеешь, что не прихватил вторую куртку! Ох, ты только вслушайся в название: «Морозные холмы»! От одних этих слов меня уже бросает в дрожь!

— Ха! Но ты ведь говорила, что не боишься холода…

— Уймись, барашек! Мало ли что я говорила. Мне просто не хотелось, чтобы ты отдавал мне последнюю одежду.

Юки утёрла пот со лба и расстегнула пуговицы тулупа. Из-за множества слоёв одежды она походила на передутый шарик или колобок на ножках. Сложно было не только нагибаться, но и просто двигаться.

Юки протяжно вздохнула и призналась:

— Пожалуй, я всё же перестаралась с одеждой. Нужно было остановиться на одной куртке…

— Тогда сними всё лишнее, — вступил в разговор Хару, вклинившись между идущими.

— А? Бросить вещи прямо здесь? — удивилась Юки.

— Да, Эрик их подберёт и унесёт в деревню. Я уверен, что он наблюдает за нами. Этот малец никогда не слушается.

— Хм, на самом деле он очень занятный мальчик. Он так радовался моим ушкам и хвосту, совсем не боялся…

— Ага! Он храбрый сорванец. Весь в отца, — рассмеялся Хару и многозначительно подмигнул.

— Что?!

Юки сняла с себя всё лишнее и вдруг замерла на месте. Она удивлённо воззрилась на друга, словно увидела его впервые в жизни. В её изумрудных глазах вспыхнула догадка, которая переросла в понимание.

Юки широко раскрыла рот и воскликнула:

— Быть не может! Эрик твой сын?! Это не шутка?!

— Да-да! Понимаю, сложно представить меня отцом… — протянул Хару, потрепав себя по голове.

— Но как?! Когда?!

— Ох! Это было почти семь лет назад. На одном из праздников я встретил Аннику, мать Эрика. Мы влюбились друг в друга с первого взгляда. Затем были танцы, обнимания, ласки и несколько волшебных ночей…

— А дальше? Дальше?! — восторженно спросила Юки, крепкой хваткой вцепившись в руку друга и заглянув ему прямо в глаза.

— Хм, ну а что могло быть дальше? Я раздолбай, болван и гуляка! Я бросил Аннику и отправился странствовать. И только спустя три года я случайно узнал, что она родила от меня дитя, а потом погибла от рук каких-то бандитов…

— Ох, Харусичек! Ты поэтому вернулся в деревню, чтобы приглядывать за сыном?

— Можно сказать и так. Я очень сильно виноват перед ним. Если бы я был рядом, то Анника бы не погибла…

— Харусичек, это не твоя вина! Не твоя! — мягко проговорила Юки, успокаивающе прижимаясь к другу.

— Уже не важно, — вздохнул Хару.

— А Эрик знает, что он твой сын?

— Нет! И пусть это останется в тайне! Для него и прочих жителей я всего лишь полубог-защитник, работающий за еду и выпивку. В деревне даже не знают моего настоящего имени, поэтому и кличут «старейшиной». Хотя какой из меня старейшина…

— Ох, Харусичек…

— Юки! Пообещай, что ничего не расскажешь Эрику! Я не смогу смотреть ему в глаза! Пообещай, слышишь?!

— Обещаю, — тихонько ответила Юки.

— Спасибо! Ох, как же хорошо, что я смог кому-то рассказать об этом! На душе стало легче! А теперь…

— Что теперь?

— Пожалуй, настало время облегчить не только душу. Перед нашей встречей я выпил немало деревенского пива, поэтому сейчас меня зовут к себе в-о-о-о-н те кустики! Подождёте меня здесь?

— Беги уже! — тихонько рассмеялась Юки.

— Я мигом вернусь!

Хару развернулся и умчался в сторону зарослей.

Юки засмотрелась на его спину, задумалась и тут же споткнулась о небольшой камень, притаившийся в траве.

Агнар придержал любимую и наигранно ворчливо спросил:

— Что с тобой? Почему под ноги не смотришь? Словно в облаках витаешь…

— Барашек, а ты разве не слышал? У Хару есть сын! От человеческой женщины! А это значит, что и у нас могут быть детишки! От этих мыслей у меня голова идёт кругом! Ох, я уже бесконечно люблю свою будущую дочку!

— А почему не сына? — обиженно спросил Агнар.

— И сына тоже! Ты не забывай, что я волчица! Вполне возможно, что я дам жизнь сразу шести щеночкам! Вот будет потеха!

Юки весело засмеялась и озорно посмотрела на Агнара. Она явно хотела смутить его этими словами. Но тот лишь глубоко задумался, а затем довольно хмыкнул. Видимо, он был не против большой семьи.

Юки прижалась к Агнару всем телом и заметила:

— Но это всё планы на будущее. А сейчас…

— Что сейчас?

— Сейчас я думаю лишь о Хару. Я планировала долгие и нудные поиски, недели и месяцы прочёсывания Долины. А на деле встретила давно пропавшего друга в первой же деревне. Это очень странно…

— Это называется «судьбой», — просто ответил Агнар.

— Или волей пророчества… — мрачновато буркнула Юки и странно улыбнулась.

— Вот уж нет! Не верю я в подобную чепуху!

— Хм! Сам подумай, барашек. Ты спас меня из плена в Пастушьей деревне, мы вместе одолели проклятого медведя, узнали о путешествии Хару в Долину, столкнулись с багровым штормом, нашли моего пропавшего друга…

— И что? — не понял Агнар.

— Как что?! Уж очень все эти события напоминают хорошо поставленный спектакль, который идёт по заранее написанному сценарию. Слишком много совпадений и странного везения.

— Судьба… — снова протянул Агнар, но в его голосе послышалось сомнение.

— Барашек! А чем такая судьба отличается от исполнения пророчества? Мы просто играем свои роли…

— Ох, прошу тебя, перестань философствовать! Ты просто хочешь оказаться той самой девятихвостой богиней! Я угадал?!

— Не отказалась бы! — мечтательно вздохнула Юки.

— Ха! Планируешь уничтожить мир?!

— Что?! Нет же… Но девять хвостов… Ох, как же хочется…

В этот момент из зарослей кустов вернулся Хару. Он стряхнул с куртки несколько гусениц, с глухим ругательством вытащил из волос колючки, застегнул пуговицы на штанах и с интересом уставился на спорящих.

— М? О чём вы тут воркуете? — полюбопытствовал Хару.

— Да так, мелочи, — отмахнулась Юки. — Просто представляем, как будем справляться сразу с шестью щеночками…

— Ого! У вас всё настолько серьёзно? — удивился Хару, приподняв брови и цокнув языком.

— Это просто фантазии, — ответила Юки, слегка зардевшись.

— Хм, ясно. Я тут краем уха услышал, как вы говорили про какой-то плен, проклятого медведя, шторм. Неужели твоя жизнь была настолько весёлой, подруга? И уж прости, что тороплю, но мне всё-таки хотелось бы услышать про остальную нашу стаю. Ты уже готова рассказать?

— С… стаю? — упавшим голосом прошептала Юки.

— Ага! Очень хочется узнать, как там дела у наших друзей!

— Д… да… конечно… я… сейчас… ох…

Юки побледнела и начала тяжело дышать. Паника постепенно захватывала её разум, заставляя оглядываться в поисках места, где можно спрятаться и переждать неприятные расспросы. К сожалению, вокруг были только поля и холмы. И ни одной глубокой, тёмной, укромной пещеры.

Увидев всепоглощающий ужас в глазах подруги, Хару примирительно поднял руки и быстро воскликнул:

— Тише-тише! Если не хочешь говорить об этом, то и не надо! Я могу подождать, только успокойся…

— Я… я… — хрипела Юки, задыхаясь и хватая ртом воздух. Ей не помогали даже крепкие объятия Агнара.

— Ох, подруга! Перестань, прошу! От вида твоего бледного лица мне самому становится плохо!

Хару быстро осмотрелся. Вокруг журчали тёплые ручьи и порхали крохотные птахи. Склоны холмов и лощины между ними поросли травой и густыми кустами. Совершенно не верилось, что в паре часов пути отсюда спят вечным сном покрытые снегом скалистые сопки.

Хару вдруг воспрял духом и вдохновлённо выпалил:

— Ох, подруга! Я знаю, как тебя развеселить! Посмотри вокруг, на этих лугах бесконечно много места! Мы должны пробежаться по траве! Должны размять наши лапы! Должны ощутить ветер на мордах! Это поможет!

— Ч… что? — с трудом выдавила Юки.

— Обратимся в волков, ринемся наперегонки! Вспомним нашу юность! Наши игры! Наш дом! Ну же, давай!

Хару снял с себя одежду, пригнулся к траве, сверкнул синими глазами и мгновенно превратился в гигантского волка. По округе разлетелась ударная волна, на секунду повернувшая вспять течение ручьёв.

В обличье зверя Хару был огромен, но всё же меньше Белой Волчицы. Его шерсть была настолько черна, что поглощала весь солнечный свет. От этого Хару казался чернильной кляксой, растёкшейся по зелёному полю.

Хару вспорол когтями землю и громогласно рыкнул:

— Чего ты ждёшь, подруга?! Неужели боишься проиграть мне в скорости?!

— Но… могу ли… — тихо пискнула Юки.

Она подняла бледное личико и вопросительно посмотрела на Агнара, словно ожидая услышать от него возражения и запреты.

Но Агнар развеял все опасения и ласково проговорил:

— Тебе это нужно, ступай. А я никуда не денусь, обещаю…

— Но как же, барашек? Разве можно вот так просто превращаться в зверя? А если кто-то увидит?

— И что с того? В Долине чтят мифических зверей, а не сжигают на кострах.

— Эх, даже не знаю…

— Откуда сомнения?! Ты ведь хотела встретиться с другом! Хотела пробежаться с ним по полям! Хотела хоть на мгновение вернуться в прошлое! И вот все твои мечты сбываются, нужно лишь протянуть руку…

— Ох, барашек! Ну почему твоё красноречие просыпается только в такие моменты?! А вот любовных речей и комплиментов от тебя не дождёшься! Ладно уж! Так и быть, пробегусь я по этому лугу! Но ты будешь мне должен!

— Я буду должен?! — изумился Агнар.

— Именно так! Считай это одолжением или кредитом! А проценты я возьму вкусной едой и сладкими поцелуями!

Юки забыла свой страх и весело рассмеялась. Она быстро скинула одежду и распушила длинный хвост. По залитому солнцем полю пролетел сильнейший поток воздуха, в небо взметнулись сорванные бутоны цветов, земля содрогнулась.

Юки высоко подпрыгнула, превратилась в волчицу и грузно приземлилась на могучие лапы. Из её раскрытой пасти вырывались потоки белого пара, а в зелёных глазах бушевало яркое пламя.

Юки игриво мотнула хвостом и свирепо рявкнула другу:

— Ха! Грозился обогнать меня, наглый щенок?! За это я хорошенько тебя покусаю! Ох и задам же я тебе трёпку!

— Сначала догони! — расхохотался Хару и бросился наутёк.

Юки ринулась следом и уже через мгновение нагнала друга. Она победоносно зарычала и клацнула пастью, но острые зубы отведали только воздух. Хару в последний момент резко затормозил, сменил направление и помчался в другую сторону.

— Ха! Не поймала! — задиристо выпалил он.

— Ну я тебе!

Юки распалилась и резко ускорилась. Она походила на белую молнию, летающую от одного холма до другого. Но и Хару был совсем не прост. Недостаток скорости он компенсировал ловкостью.

Два огромных волка долго носились по лугу, заставляя землю дрожать. Они рычали, скулили, фыркали и кусались. Со стороны эта игра в догонялки походила на ожесточённую битву, но на деле была лишь весёлой забавой.

Наконец Хару выдохся и пропустил одну из атак. Юки сбила его с лап и быстро подмяла под себя. По округе разлетелись довольные крики победительницы и разочарованное бурчание проигравшего.

— Эй, я просто поскользнулся! — обиженно протянул Хару, прекратив сопротивляться.

— Ага! Утешай себя этими мыслями! Я честно победила и теперь собираюсь наказать дерзкого щенка! Пожалуй, я укорочу тебе хвост! Вот только не знаю, ограничиться половиной или отгрызть целиком?!

Юки оскалилась и грозно нависла над другом. Однако она не стала его кусать, а только лизнула в морду, чуть потопталась по чёрным бокам и отступила. Хару облегчённо вздохнул и затих.

Юки развернулась и подбежала к Агнару. Она опустила огромную волчью морду и возбуждённо спросила:

— Барашек, ты видел, как ловко я его одолела?! Видел ведь?!

— Да уж, зрелище впечатляло… — ответил Агнар, задрав голову и посмотрев в зелёные глаза волчицы.

— Вот! И так будет с каждым, кто решит мне дерзить! Мотай на ус! Хе-хе!

Юки стегнула громадным хвостом и гордо фыркнула, наслаждаясь моментом триумфа. Её настроение улучшилась настолько, что даже белая шерсть вдруг стала тихонько сиять, словно была соткана из крохотных огоньков.

Сзади подошёл удручённый поражением Хару, оставшийся в волчьем обличье. Он тяжело дышал и прижимал уши к голове. Из его раскрытой пасти стекала густая слюна, а из ноздрей вырывались тугие потоки белесого пара.

— Совсем загоняла, чертовка быстроногая, — устало усмехнулся Хару, пытаясь перевести дух.

— Эй! Одной взбучки тебе мало?! Да?! — глухо рыкнула Юки и ткнула мордой в чёрный бок друга.

— Ох! Молчу-молчу! Надо признать, что за все прошедшие века ты не стала слабее. Пожалуй, в тебе даже прибавилось сил. Воистину, ты настоящая владычица северных гор, Благородная Белая Волчица.

— Вот! Комплименты мне нравятся! Говори, не останавливайся! Если задобришь мои ушки, то я прощу тебе дерзость языка!

— Ха, так приятно видеть радость в твоих глазах, подруга! Но тебе станет ещё лучше, когда мы доберёмся до моего дома!

— М? Почему это? — любопытно спросила Юки.

— Там тебя ждёт приятный сюрприз! Ох, он тебе понравится! Обещаю!

— Эй! Нельзя так поманить и замолчать! Расскажи, что за сюрприз! Я ведь от любопытства помру! Ну расскажи, Харусичек! Всё тебе прощу! А ещё в щёчки зацелую! Только расскажи! Ну пожалуйста! Ну же! Ну!!!

— Не-а! Не хочу испортить тебе впечатление! Сама всё увидишь! Вот только…

Хару не договорил и посмотрел на небо. Солнце уже клонилось к закату, холмы окрасились в малиновый цвет. С севера потянул лёгкий ветерок, принёсший холод и запах снега.

Хару мотнул головой и проговорил:

— Скоро стемнеет. На человеческих ногах мы не успеем перебраться через Морозные холмы, ночь застанет нас в дороге. Поэтому отправимся к моему дому на волчьих лапах, так будет быстрее.

— Ох, а как же Агнар? — протянула Юки, слегка нахмурившись.

— Пф! В чём проблема, подруга?! Посади человечка к себе на спину! Он, конечно, хилый, но пару часов скачки выдержит! Только пусть захватит снятую одежду, она нам ещё пригодится!

Хару развернулся и быстро побежал в сторону далёких Морозных холмов. Юки подсадила Агнара на свою пушистую холку и ринулась следом за черношёрстным другом. Изрытые лапами и когтями луга остались далеко позади.

Глава 12. Тусклое золото

Наступила холодная ночь. Из-за горизонта показалась огромная луна, осветившая заледенелые склоны Морозных холмов. По белым просторам гулял колкий ветер, пугающе завывая в нагромождениях острых камней.

Два огромных волка взобрались на возвышенность и остановились. Впереди показалась покрытая глубоким снегом лощина, в которой стоял бревенчатый дом. Над печной трубой вился сизый дымок, а в многочисленных окнах горел свет.

Хару вернул себе человеческий облик и устало выдохнул:

— Фух! Ну вот мы и добрались.

— Это и есть твой дом? — спросила Юки, ссадив Агнара со спины и превратившись в девушку.

— Ага! Я его сам построил! Брёвнышко по брёвнышку! — гордо возвестил Хару.

— Ох! Но почему ты выбрал именно это место? Тут же повсюду непролазные снега! И жуткая холодрыга!

— Зато здесь тихо и спокойно! К тому же рядом с домом есть небольшой горячий источник, который я использую для бани. А если мне надоедает одиночество, то я спускаюсь к ближайшему полю гейзеров, там находится большая деревня…

— Вот в деревне бы и поселился! — недовольно пробурчала Юки, быстро одеваясь и вешая на шею мешочек с камнем души.

— Ха! Иногда хочется уединения, — ответил Хару и пожал плечами.

— Пф! Лично я затворничеством сыта по горло!

— А? О чём ты?..

— Да так, забудь! Потом расскажу. Это очень длинная и неприятная история.

— Ладно уж, подруга. Храни свои секреты.

Хару оделся, призывно махнул рукой и направился в сторону высокой избы. Юки и Агнар двинулись за ним следом.

Вблизи дом казался настоящей крепостью. Он был собран из толстенных брёвен, диаметром чуть меньше человеческого роста. На каждой стене красовались резными ставнями широкие окна, а возле обращённого на север угла висели обитые железом двери, больше похожие на городские ворота.

— Ого! Вот это хибара! — оценила Юки, задрав голову и с трудом окинув взглядом огромный дом.

— Ну… немного перестарался с размером, — довольно хмыкнул Хару, гордясь титаническим жилищем.

— Пф, немного?! Ох, да в этом «амбаре» можно жить даже в волчьем обличье! Наверное, внутри легко поместится тридцать человек! Или даже целая сотня! Зачем тебе такие хоромы?!

— Для дорогих гостей, конечно! — рассмеялся Хару и потянул на себя тяжёлые двери.

Створки громко скрипнули и медленно отворились. За ними оказались просторные сени, в которых лежало несколько куч расколотых дров. От длинных поленьев приятно пахло смолой и свежей древесиной.

Хару с улыбкой посмотрел на Юки и спросил:

— Ну как, подруга, готова увидеть обещанный сюрприз?

— Ох, не томи уже! А не то покусаю! Что ты там приготовил?! Ну?!

— Зайди в дом и сама посмотри! Только сознание от радости не потеряй!

— Ох! Уже бегу! Бегу! — весело воскликнула Юки, сорвавшись с места и юркнув в широкий проём.

Юки ветром пронеслась через просторные сени, взобралась по широким ступеням и остановилась возле обитых войлоком дверей. Немного поколебавшись, она широко улыбнулась и вошла в жилые комнаты.

За дверью был просторный зал, заставленный самодельной мебелью. Слева потрескивал дровами огромный кирпичный камин, а справа чернели пустые проходы, ведущие в соседние помещения.

У дальней стены стоял длинный и невероятно высокий диван, застеленный оленьими шкурами. Его ножки были сделаны из пузатых бочонков, а роль спинок играли куски половинчатых брёвен.

На диване сидел могучий широкоплечий мужчина с длинными каштановыми волосами и янтарными глазами. Он равнодушно взирал на пламя очага и едва заметно шевелил губами, словно шептал какие-то молитвы.

Юки мельком взглянула на мужчину и обомлела. Она резко отшатнулась и почти упала, но успела схватиться за дверной косяк. Всё её тело налилось свинцом ужаса, а ноги начали мелко дрожать.

— Нет! Не может быть! — испуганно вскрикнула Юки, её сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Мужчина услышал голос и медленно перевёл взгляд на гостью. На его лице не было эмоций, а янтарные глаза казались пустыми и потухшими. Он походил на сломанную куклу, лишённую души.

— Здравствуй, дорогая подруга, — бесцветно произнёс мужчина.

— Окума! Трижды проклятый медведь Окума! — в ужасе прокричала Юки, желая убежать, но не имея на это сил.

— Да, это я…

— Нет! Не может быть! Ты умер! Умер!!! Я лично перегрызла тебе глотку!

— Так и было, дорогая подруга…

Окума был духом медведя и старым другом Юки. Несколько веков назад он предал её и заточил возле Пастушьей деревни. Однако в недавней битве проклятый медведь пал, сражённый обезумевшей от горя Белой Волчицей.

В сенях послышался сильный шум. В комнату ворвался Агнар. Он услышал крики любимой и примчался на помощь. В его руке был зажат чёрный меч, хищно блестящий в отсветах каминного огня.

— Что тут у вас происходит?.. А, чёрт дери!!! — громко ругнулся Агнар, увидев Окуму.

— И ты здравствуй, наглый человечек…

Голос Окумы был сух и лишён жизни. Он походил на холодный ветер, шелестящий в осенней листве.

Агнар быстро прыгнул вперёд, заслонил собой Юки и приготовился к битве. Но Окума не собирался сражаться, он смиренно сидел на высоком диване и взирал на происходящее флегматичным взглядом.

В комнату вошёл Хару. Он быстро огляделся и удивлённо спросил:

— Эй, вы что тут устроили?! Какого лешего вообще творится?! И зачем меч?!

— Окума! Здесь Окума! — в ужасе прошипела Юки.

— Ну да! Это и есть мой сюрприз. Неужели ты не рада видеть старого друга?

— Друга?! Друга?!! — взорвалась Юки, от звуков её голоса задрожали стены.

— Д… да… — протянул Хару, невольно отступив на шаг.

— Нет у нас больше друзей! Окума перебил всех волков из нашей стаи и забрал себе их Искры! А из меня он вырвал душу и заточил её в камне! Я сотни лет была прикована к Пастушьей деревне!

— Юки… что ты такое говоришь… — упавшим голосом пробормотал Хару, быстро бледнея.

В этот момент Окума медленно поднялся на ноги и пошёл вперёд. Он двигался неспешно, словно просто прогуливался. В его тусклом янтарном взоре не было даже намёка на жизнь.

Юки прыгнула вперёд, встала перед Агнаром и выпустила когти. Она была готова превратиться в волчицу в любую секунду. Дом затрясся от обилия высвобождённой энергии, по потолку и полу поползли дорожки инея, брёвна в стенах неистово затрещали.

Окума сделал ещё шаг, а затем вдруг упал перед Юки на колени. Он низко склонил голову и едва слышно шепнул:

— Прости меня… Умоляю, прости…

— Ч… что?! — ошарашенно спросила Юки, не поверив своим ушам.

— Прости… меня… — снова прошептал Окума, в его потухшем взгляде вдруг мелькнуло что-то живое.

— Простить?! Простить?!! Ты причинил мне столько страданий, убил моих друзей, изуродовал мою душу, отнял мою жизнь! А теперь просишь прощения?! Такое не забывают и не прощают!

— Я… знаю… и всё же прошу… не могу иначе… — тихо ответил Окума, по его щекам побежали слёзы.

— О, нет! Этой ночью я не буду наивной, доверчивой дурёхой! Я буду кровожадной Белой Волчицей, мстящей за погибших друзей! Я буду убивать тебя снова и снова, если потребуется! Сделки с древними богами тебе не помогут! Слышишь меня, трижды проклятый медведь?!

— Да…

— Тогда познай силу моего гнева! Узри порождённое тобой безумие! Почувствуй бесконечную боль!

Голос Юки быстро изменился и стал подобен грому. Слова срывались с её бледных губ и рвали на части само пространство. Дом сильно заскрежетал, сорвался с опор фундамента и поднялся в воздух.

— Сдохни! — рявкнула Юки, занеся для удара когтистую руку.

Окума облегчённо выдохнул, печально улыбнулся и закрыл глаза. Он был готов к смерти, всем сердцем жаждал её. На его душе лежал тяжкий груз, который не позволял спать по ночам.

Карающая рука Юки уже начала движение, в полумраке комнаты сверкнули острые когти, послышался свист рассечённого воздуха. Всего мгновение отделяло проклятого медведя от гибели. Но вдруг…

— Стой! Прекрати! — крикнул Хару, бросившись вперёд и закрыв собой Окуму.

Юки глухо рыкнула и в последний момент отвела руку. Острые когти саданули по деревянному полу и оставили на досках глубокие борозды. Тяжёлая аура моментально пропала, бушующая энергия развеялась. Бревенчатый дом последний раз истошно скрипнул и грузно рухнул на землю.

Мебель разлетелась по углам, оконные рамы треснули, ставни рассыпались на куски, камин частично обвалился. На чердаке что-то громко бухнуло, словно провалился один из скатов крыши. Все присутствующие потеряли равновесие и распластались на искорёженном полу.

Юки первой вскочила на ноги и тут же бросилась к Окуме. Но Хару закрыл его своим телом и широко раскинул руки.

Юки зло зашипела и рявкнула:

— Уйди с дороги! Я должна его убить! Должна! В память о наших друзьях!

— Юки, ты чего… успокойся…— быстро проговорил Хару, шокированный мощью взбесившейся подруги.

— Успокоиться?! Ты разве не слышал, что я сказала?! Окума убил всех наших друзей! А из меня вырвал душу!

— Я не верю…

Хару отрицательно помотал головой. Он не мог представить, что Окума способен на подобные зверства. Но в речах Юки не было лжи, она говорила искренне и верила в собственные слова.

Хару повернулся к Окуме и спросил:

— Неужели это правда?

— Юки не лжёт, — ответил Окума, отведя взгляд.

— Нет! Всё равно не верю! Это какая-то шутка, да?! Ха-ха! Вы оба решили меня разыграть?! Ха! Вам удалось! У меня аж коленки затряслись и седых волос прибавилось! Ну и представление вы устроили!

— Это не шутка… Я перебил всех волков на горе, а из Юки сделал игрушку для удовлетворения собственной похоти…

— Н… не верю…

— Такова правда, — почти неслышно проговорил Окума.

— Нет! Не может быть! Зачем ты это сделал?! Ради чего?! — дико простонал Хару, в ужасе схватившись за голову и отступив к стене.

— Всё началось с голоса… — тихо проговорил Окума.

Он замолчал и посмотрел в перекошенное окно. На улице стояла морозная ночь, по небосводу плыла огромная луна. В тёмном небе переливалось и искрилось зелёное северное сияние, так похожее на гневное пламя в глазах Юки.

Окума почему-то вздрогнул и снова заговорил:

— Несколько веков назад я услышал странный голос, который обещал мне бескрайнюю силу и абсолютное бессмертие. В обмен на божественные дары голос попросил небольшую жертву, и я согласился…

— Г… голос? — переспросил Хару, судорожно сглотнув.

— Да, позже я узнал, что связался с запертым под вулканом Долины кровавым богом по имени Тхидо. Он жаждал избавиться от оков и вернуть потерянные силы, а я стал орудием для воплощения его желаний…

— Ты… убивал по велению бога?!

— Можно сказать и так. С каждым годом Тхидо требовал всё больше и больше жертв, а я не мог ему отказать. Моя воля угасла, а разум ослаб. Во мне осталось только желание получить бесконечное могущество и бессмертие…

— Любой ценой?!

— Да, любой! Я без зазрения совести убил наших друзей и забрал их Искры, чтобы продлить себе жизнь. Но вот Юки оказалась слишком сильна, она не сломалась даже под гнётом веков заточения и пыток…

— Так ты действительно…

— Да! Да! Мне мерзко об этом говорить, но я всячески истязал Юки и наслаждался этим! Каждые десять лет я возвращался в Пастушью деревню и требовал отдать Искру! Получив отказ, я предавался «веселью» и распускал руки…

— Ты… ты… — ошарашенно протянул Хару, не сумев подобрать нужных слов.

— Да, я чудовище, кровожадный монстр, трижды проклятый медведь! Все эти эпитеты отлично мне подходят! Я творил ужасные вещи и поплатился за это жизнью! В недавней битве Юки одолела меня и перегрызла глотку…

— Но ты не умер!

— Нет, не умер! С помощью багрового столба света Тхидо перенёс меня в Долину и воскресил в человеческом теле! Вот только подаренная жизнь стала насмешкой! Я больше был не нужен кровавому богу! Я разочаровал его своей слабостью! Он забрал мою силу духа зверя и просто ушёл!

— Так вот откуда этот странный запах…

— Ха! Воняю слабостью?! Да, теперь я обычный человек! И ко мне вернулись все мои чувства! Я вспомнил совершённые зверства, жестокие убийства и прочую неимоверную мерзость! И я больше не выдержу мук совести! Я хочу раствориться в пустоте! Хочу окончательно уйти!

Окума встал на колени и с мольбой посмотрел на Юки. В его потускневшем янтарном взоре горела искра надежды. Он всей душой жаждал искупления, хотел получить его любой ценой.

Окума смиренно улыбнулся и тихо проговорил:

— Если это поможет тебе забыть страдания, то я готов заплатить. Забери мою жизнь, прерви муки…

— Вот ещё! Не буду я пачкать о тебя руки! — презрительно фыркнула Юки.

— Но ты ведь хотела…

— А теперь передумала! Смерть — слишком мягкое наказание! Живи и страдай! Просыпайся от криков убитых тобой друзей!

— Я не смогу… — простонал Окума.

— Мне плевать! Убирайся с моих глаз! — рявкнула Юки.

Она отступила к стене и освободила проход. Окума поднялся на ноги, медленно прошёл мимо разъярённой подруги и покинул покосившийся дом. В комнате повисла густая, почти осязаемая тишина.

Хару вдруг засуетился и быстро направился к двери. Проходя мимо кучи тряпья, он схватил с пола тёплую куртку.

Юки удивлённо спросила:

— Эй, куда ты?!

— Верну Окуму домой! Иначе он замёрзнет в снегах! — ответил Хару, стараясь не смотреть подруге в глаза.

— Вернёшь?! После всего, что он сделал?! — изумилась Юки.

— Это не он! Не он! В смерти наших друзей виноват чёртов Тхидо! Это он затуманил разум Окумы!

— Думаешь, мне от этого легче?! Не руки кровавого божка творили со мной страшные вещи! Не его лицо улыбалось, глядя на мои страдания! Не он с упоением убивал всех моих знакомых!

— Юки! Нас осталось всего трое! Мы не можем потерять друг друга! — простонал Хару, теребя в руках одежду.

— Тебе придётся выбрать! Либо я, либо Окума! Если трижды проклятый медведь вернётся, то уйду я!

— Подруга, ты не настолько жестока… — протянул Хару.

— При чём тут жестокость?!

— Окума стал простым человеком, он сгинет в Морозных холмах. Неужели ты хочешь увидеть его смерть? Неужели хочешь наткнуться на его бездыханное тело, бродя по заснеженным склонам?

— Мне плевать! Совершенно плевать! — отрезала Юки, но её голос дрогнул.

— Нет, не плевать! Теперь ты знаешь, что Окума был всего лишь марионеткой в руках злого божества…

— И что с того?! Хочешь, чтобы я простила его?!

— Нет же! Просто позволь мне вернуть Окуму домой. Я поселю его на чердаке, там есть тёплая комната…

— Ох, делай что хочешь! — рыкнула Юки и сильно махнула хвостом.

— И ты останешься? — с надеждой спросил Хару.

— Останусь! Только пусть Окума не показывает с чердака своего носа! Иначе стены этого дома покраснеют от крови!

— Спасибо, подруга!

Хару вымученно улыбнулся и вышел на улицу. Дверь за ним медленно закрылась, пронзительно скрипнула и вдруг с грохотом отвалилась. После буйства Белой Волчицы дом походил на деревянные руины.

Юки позволила себе отпустить эмоции и бросилась в объятия Агнара. По её щекам побежали обильные слёзы, а худенькое тельце задрожало. Она громко зарыдала, словно самая обыкновенная девица.

— Барашек! Мне плохо! Плохо! Пожалей меня! — сквозь сопли и слюни завопила Юки.

— Тише, всё уже хорошо… — успокаивающе проговорил Агнар, гладя свою рёву по беловолосой голове.

— Барашек! Ты ведь не думаешь, что я должна простить проклятого медведя?! Ты знаешь, что он творил со мной! Разве о таком можно забыть?! Сотни лет страданий и боли! Целые века страха!

— Нет! Окума заслужил свою судьбу… — заверил Агнар, ощущая внутри сильный гнев.

— Спасибо, барашек! Я чувствую твою ярость и от этого мне становится легче! Не хочу быть единственной злюкой…

— Хех! Ладно, давай на время забудем о печалях. Нам нужно отдохнуть и поспать. Я попробую растопить камин, а ты пока сооруди в углу временную постель из тряпья и шкур. А утром уже решим, что делать дальше…

— Хорошо! Только можно я лягу у стены, а ты впереди меня?

— Боишься Окумы?

— Немножко, — честно призналась Юки.

— Учитывая твою силу, это Окума должен бояться, — хмыкнул Агнар, оглядев окружающую разруху.

— Прости, я взбесилась и потеряла контроль…

— Ничего милая, всё хорошо, — заверил Агнар.

Он чмокнул Юки в лоб и направился в сторону развороченного камина.

С разжиганием очага пришлось повозиться. Дым с трудом проходил в заваленную обломками трубу и удушливыми клубами валил в комнату. От этого под потолком быстро образовалась серая пелена, напоминающая хмурое осеннее небо.

— Всё же лучше, чем просто мёрзнуть, — со вздохом проговорил Агнар, пытаясь пробить дымоход длинной палкой.

— Барашек, нужно ещё окна заколотить и дверь на место поставить, — с умным видом заметила Юки.

— Вот и займись этим! — недовольно проворчал Агнар, раздражённый упрямством кирпичей в трубе.

— Эй! Между прочим, я тоже не прохлаждаюсь! Смотри, какую перину нам сделала!

Юки тихонько хмыкнула и бросила довольный взгляд на собранное из тряпок и мешков «логово» в углу. Сооружение уютного гнёздышка немного отвлекло её от грустных мыслей и заставило улыбаться.

— Постель, достойная королей! — отшутился Агнар.

— Эй, не смейся! Я ведь старалась!

— Прости! Нагрей мне местечко, я закончу работу и приду…

Агнар наконец-то пробил дымоход, облегчённо вздохнул и отправился заколачивать окна и навешивать двери.

Вскоре все дела были закончены. Удушливые облака дыма рассеялись, в доме стало тепло и уютно. Огонь в камине освещал бревенчатые стены и отбрасывал в углы колеблющиеся тени. Горящие в очаге поленья успокаивающе потрескивали и сыпали в стороны яркими искрами.

Юки легла на кучу тряпья, призывно похлопала ладонью по одеялу и приказала:

— Барашек! Пора спать! Живо дуй ко мне под бочок!

— Ха! Одной холодно, да? — весело спросил Агнар, располагаясь рядом со своей ушастой спутницей.

— Угу! И чуточку страшно…

Юки крепко обняла Агнара, уткнулась холодным носиком в его спину и тут же задремала. Её способность моментально засыпать восхищала. О подобном даре многие люди не могли даже мечтать.

Агнар прислушался к тихому сапу за своей спиной, улыбнулся краешком губ и устало закрыл глаза. Постепенно сон сморил его и отправил в далёкое царство тревожных видений, в которых девятихвостая Белая Волчица яростно сражалась с кровавым богом Тхидо. Эта битва была легендарной.

Глава 13. Белая тропа

Настал новый день. Небо было ясным и поразительно синим. Солнечные лучи падали на белый снег и порождали мириады разноцветных искр. Вокруг было так светло и ярко, что приходилось щурить глаза.

С наступлением утра Агнар и Хару занялись ремонтом дома. Они заткнули паклей щели в стенах, замазали глиной поведённые бока камина, вставили в окна новые рамы, разобрали кучи мусора на полу. Вскоре огромная изба снова стала похожа на ухоженное жилище, в котором было не стыдно находиться.

Юки проспала весь ремонт и не проснулась даже к обеду. Видимо, вчера она потратила слишком много физических и моральных сил, которые нужно было восстановить. Агнар и Хару понимали это и не тревожили блаженно похрапывающую соню.

День перевалил за середину. Самые большие дела были закончены. Наступила пора заняться готовкой.

В комнате было тепло, светло и спокойно. Агнар сидел возле очага и зорко следил за кастрюлей, из которой вырывались облачка пара и многочисленные пузыри. Юки всё ещё дрыхла в углу, пуская слюни на покрывало.

За окнами дома мелькнул силуэт огромного чёрного волка. Спустя несколько мгновений на пороге комнаты появился Хару, но уже в человеческом обличье. Он отряхнулся от снега, сильно поёжился и быстро оделся.

— Я поставил на место провалившийся скат крыши, — сообщил Хару, наслаждаясь теплом камина.

— Весьма удобно, когда можешь превращаться в огромного волка, — с улыбкой заметил Агнар, аккуратно помешивая суп.

— Это да! Вот только на превращение и поддержание звериного облика уходит слишком много сил. Поэтому я предпочитаю находиться в человеческом теле. Да и общаться с людьми проще, когда похож на них…

— Да, Юки так же говорила…

— Хм? Кстати, как она там? Не просыпалась? — поинтересовался Хару, бросив в угол осторожный взгляд.

— Всё ещё спит, — чуть тише ответил Агнар.

— Ох! Замаялась, бедняжка. Оказывается, за последние века она натерпелась горя. А я всё это время просто гулял и веселился…

Хару протяжно вздохнул, опустил голову и понурил плечи.

На время разговор прервался. В комнате были слышны только потрескивания поленьев в камине, сопение Юки в углу и бульканье супа в кастрюле. Агнар медленно помешивал густую похлёбку и время от времени подсыпал в аппетитное варево душистых приправ.

Хару пару минут понаблюдал за готовкой, а затем спросил:

— А чего ты в зале кашеваришь? У меня есть отличная кухня, в ней поставлено всё необходимое: специальная печь, разделочные столы, ящики со столовыми приборами. Там же стоят корзины с овощами и ледник с мясом…

— Твои припасы я уже нашёл, — усмехнулся Агнар, указав взглядом на пару очищенных картофелин и нарезанную морковку.

— Тогда почему зал? Тут же дико неудобно!

— Я не хочу оставлять Юки одну… — проговорил Агнар, бросив хмурый взгляд в сторону чердака.

— Одну? Неужели ты боишься, что Окума причинит её вред? Он никогда на это не решится, особенно в моём доме…

— Я видел, на что способен Окума! Юки не просто так всем сердцем ненавидит проклятого медведя! Поэтому не нужно убеждать меня в том, что в доме безопасно! Пока Окума рядом, всем нам грозит опасность! В этом я уверен!

В глазах Агнара зажглась злость. Воспоминания о побитой Юки, завёрнутой в грязную простынь, заполонили его сознание. От этого в груди быстро ширилось и росло неприятное чувство, так похожее на ненависть.

Хару вздохнул и решил сменить тему:

— Так что там с нашей соней? Неужели она проспит до самого вечера?

— Это зависит от готовности супа, — хмыкнул Агнар, усилием воли погасив в себе бушующую ярость и вернув лицу спокойствие.

— А? Как это? — не понял Хару, удивлённо взирая на булькающую кастрюлю.

— У Юки есть тайные струнки души, на которых можно играть. Смотри внимательно, сейчас я покажу любопытный фокус…

Агнар подул на бурлящую похлёбку. По комнате разлетелся приятный аромат тушёных овощей, наваристого мясного бульона и множества разнообразных специй. Этот запах пробуждал сильнейший аппетит.

Агнар слегка улыбнулся и будто невзначай проговорил:

— Ох! Кажется, суп уже готов…

— Еда! — громко воскликнула Юки.

Она моментально проснулась и резко села на импровизированной постели. От этого одеяла и подушки разлетелись в стороны. В глазах Юки бушевало зелёное пламя сильного голода, а на губах играла улыбка предвкушения.

— Кушать! — блаженно протянула Юки, ползя на запах.

Она быстро добралась до камина и покорно села рядом с жарким очагом. На её личике появилось невероятно грустное и просящее выражение, а в глазах читалось только одно слово: «Дай».

— Ого! — оценил Хару, широко улыбнувшись.

— Ха! Я уже давно вожусь с «наивной дурёхой», — проговорил Агнар, подавая голодной спутнице полную до краёв тарелку супа.

— Эй, барашек! Я ведь всё слышу! — обиженно пробурчала Юки.

Она почти вырвала из рук Агнара дымящуюся чашку и начала быстро уплетать вкуснейший суп. В стороны полетели горячие брызги и ошмётки лука. Воздух наполнился громким чавканьем.

Хару с любовью посмотрел на подругу и с интересом спросил:

— А почему ты называешь Агнара «барашком»? Это кажется странным…

— Пусть он сам ответит, а то у меня рот занят, — неразборчиво булькнула Юки, быстро поглощая похлёбку.

— М? Так почему? — полюбопытствовал Хару, переведя взгляд на второго гостя.

— Потому что я для неё что-то вроде домашнего животного, — отшутился Агнар.

— А вот и неправда! — гневно воскликнула Юки и несильно тюкнула любимого деревянной ложкой по лбу.

— Ой! Больно же!

— Тогда не выдумывай! Тоже мне нашёлся, «домашнее животное»! Пф! Рассказывай давай!

— Ладно-ладно, уговорила! При первой нашей встрече Юки назвала меня «вкусным барашком». С тех самых пор это позорное прозвище крепко приклеилось ко мне, словно древесная смола к волосам…

— А ещё ты очень упрямый, совсем как барашек… — захихикала Юки, требуя добавки супа и протягивая вперёд пустую тарелку.

— Ох, только не переешь, — попросил Агнар, наполняя чашку до середины.

— Эй! Наливай больше! Чего ты?! Вот ведь жадный барашек! У-у-у-у! Попросишь ты у меня потом водицы! Даже капли не дам!

Игривые ссоры за еду продолжались ещё полчаса. Всё закончилось тем, что Юки забрала и съела почти всю кастрюлю супа. Впрочем, немного вкусной похлёбки всё же перепало Агнару и Хару.

После обеда Юки развалилась возле камина и сонно проговорила:

— Уф, отлично поела. Но одного перекуса будет маловато. Чем ещё вы порадуете свою любимую Белую Волчицу?

— Я собирался предложить прогулку, — быстро ответил Хару, поднимаясь на ноги и разминаясь.

— Прогулку? Это интересно, продолжай…

— Спустимся с холмов и посетим деревню. Если мне не изменяет память, то сегодня там должно быть многолюдно…

— А? Почему именно сегодня? — любопытно спросила Юки.

— Сама увидишь! — хитро усмехнулся Хару.

— Эй! Хватит с меня твоих сюрпризов! Я ещё от предыдущего отойти не могу! Говори прямо, что там в деревне творится, а не то покусаю! Вон барашек не даст соврать, даже в человеческом обличье мои зубы остаются остры!

— Сегодня в деревне очередной лисий праздник! — попытался объясниться Хару, но от этого стало только хуже.

— Харусичек, что за загадки? Как я должна это понимать? При чём тут вообще лисы? Шкурки будут на рынке продавать? Или устроят гонки на упряжках? Ох! На такое я бы с удовольствием посмотрела…

— Давай я по дороге всё объясню.

— Ладно, веди уже! Интриган! — тяжело вздохнула Юки, похлопав себя по раздутому от еды животу.

Хару, Агнар и Юки оделись потеплее, покинули дом и двинулись по едва приметной тропе, запорошённой мелкой ледяной крупой. Вокруг раскинулись невероятно пышные, почти непролазные снега.

Юки то и дело оступалась, соскальзывала с утрамбованной дорожки и падала в мягкие объятия глубоких сугробов. Создавалось ощущение, что Белая Волчица разучилась ходить на человеческих ногах.

— Ха-ха! Осторожнее! — уже в третий раз предупредил Хару, помогая подруге выбраться на тропу.

— Ох! Ну и дорогу ты выбрал, — недовольно буркнула Юки, обиженно хмурясь и пытаясь отдышаться.

— Другой нет, — рассмеялся Хару и весело развёл руками.

— Ну и сидели бы тогда дома! Барашек бы снова вкусного супа наварил…

— Ты ведь хотела развлечься, подруга? Разве нет?

— Так себе развлечение! И вообще, почему ты такой весёлый? — чуть гневно спросила Юки, в её голосе послышался холодок.

— А? Не понял… — протянул Хару и остановился.

— Ты только вчера узнал о смерти друзей, а сегодня уже вовсю смеёшься…

— Улыбка только снаружи, — тихо заверил Хару и сильно помрачнел.

— Ох! Прости, Харусик. Я просто устала брести по тропе и потому моя вредность полезла наружу. Я не хотела напоминать…

— Ничего, всё хорошо… Знаешь, мы ещё найдём время оплакать друзей. Но не сегодня…

— Угу!

Путники двинулись дальше и вскоре добрались до вершины одного из холмов. Далеко впереди уже виднелось пышущее паром поле гейзеров, вокруг которого зеленели многочисленные луга. С востока подул лёгкий ветерок, принёсший странные для морозной местности запахи травы и цветов.

Юки принюхалась и облегчённо воскликнула:

— Ой! Так мы уже рядом, да? А я-то думала, что ещё топать и топать…

— Ага, деревня уже недалеко, — подтвердил Хару.

— Тогда понятно, почему мы отправились на человеческих ногах, а не в волчьих обличьях. Вот только…

— Что «только»? — спросил Хару, услышав в голосе подруги странные нотки.

— Вчера ты сказал, что Окума может замёрзнуть в снегах! А на деле тут до деревни рукой подать! Объяснишься?!

— Ну… так это ночью было… морозы там… ветра… — попытался оправдаться Хару, но вышло крайне неубедительно.

— Нет, Харусик! Ты просто не хотел, чтобы Окума ушёл! Я права?!

Юки упёрла руки в бока и гневно уставилась на Хару. Её спрятанные под тёплым капюшоном волчьи ушки резко встали торчком, чтобы уловить враньё в словах друга, если тот решится солгать.

Хару понял это и сразу же сдался:

— Ох, подловила, подруга. Признаю, я не хотел отпускать Окуму. И раз уж мы заговорили об этом… Может, стоит вернуться и позвать его с собой? Возможно, на празднике вы забудете свои разногласия и снова найдёте общий язык…

— Да ты с ума сошёл?! Окума убил наших друзей, а со мной творил такие мерзости, что об этом даже рассказывать стыдно!

— Это всё Тхидо виноват! Не Окума! — отрезал Хару, не желая верить в ужасающую правду.

— А хочешь, я покажу тебе один шрам? — тихо спросила Юки, в её голосе было больше холода и льда, чем во всей Северной пустоши.

— Шрам?

— Да! Он находится в основании моего прекрасного хвоста! А знаешь, как появился этот рубец?! А?! Рассказать?! Это Окума попытался оторвать мне хвост и почти сделал это! Мне было так больно! Так страшно! Разве подобное можно забыть?!

— Окума был под властью чёртового Тхидо! Только поэтому он творил зверства! Не по своей воле! Я знаю, как тяжело противостоять голосу божества! Знаю, как глубоко он может влезть в голову!

— Знаешь?! Откуда это?! — яростно фыркнула Юки, уже готовая метать громы и молнии.

— Я… я и сам был под властью Тхидо… наверное… — буркнул Хару, отведя взгляд в сторону.

— Наверное?! Как это?!

Юки недоверчиво покосилась на друга, ожидая ответа. Её лицо было хмурым, однако в изумрудных глазах ярко светилось неприкрытое любопытство. Весьма странное сочетание чувств.

Хару немного потоптался на месте и начал рассказ:

— Когда я покинул родное логово, то много скитался по свету. Но однажды я тоже услышал голос, который звал меня в Долину. Он был таким знакомым, таким властным. Я не мог сопротивляться ему…

— Ты думаешь, это был Тхидо?! — ошарашенно спросила Юки.

— Не знаю, подруга. Но этот голос заставил меня перейти через горы и преодолеть холодную пустошь. Я не чувствовал собственного тела, мысли путались, перед глазами стоял туман. Я просто шёл на зов, забыв об отдыхе, еде и сне.

— Ох, Харусик! Страсти какие!

— О, да! Даже сейчас я чувствую, как трясутся коленки, — невесело проговорил Хару.

— А что было дальше? Неужели ты тоже творил всякое зло?

— Нет! Когда я прибыл в Долину, зовущий голос просто исчез, растворился среди заснеженных холмов. Видимо, я оказался не нужен кровавому богу, и он нашёл себе более подходящую марионетку…

— Окуму! — догадалась Юки.

— Этого я не знаю. Просто хочу сказать, что старые боги обладают сильной дурманящей силой. Нам, простым духам зверей, сложно устоять перед подобными чарами. Поэтому не стоит винить во всём только Окуму…

— Не убедил! — рявкнула Юки. — Всё равно буду его ненавидеть!

— Ох! Ладно, давай забудем этот разговор и просто пойдём на праздник…

— Ага! С этим я согласна! Хватит на сегодня хандры и слёз! К тому же я устала злиться! Хочу кушать и танцевать! Веди уже быстрее в деревню! Надеюсь, там будут лавки со свежей выпечкой!

— Хорошо, идём. Только смотри под ноги, подруга. Сейчас начнётся самый опасный участок пути…

— Пф! За кого ты меня принимаешь?! Я Бела-а-а-а-а…

Не успев договорить, Юки неуклюже оступилась и кубарем покатилась вниз по склону холма. К счастью, глубокий снег быстро остановил её, не дав разбиться о спрятанные под белой пеленой острые скалы.

Агнару и Хару пришлось объединить усилия, чтобы вытащить Юки из сугробов. При этом сама она отказывалась помогать и просто обиженно смотрела в небо, словно именно оно было виновато в неудаче.

— Эй! Хоть немного двигай ногами! — пробурчал Агнар, вместе с Хару волоча свой живой груз обратно к тропе.

— Нет! Надоело всё! Ненавижу снега! — гнусаво заныла Юки и шмыгнула покрасневшим носом.

— Ты ведь родилась в Северных горах!

— Там другие снега! Хорошие! А эти злые, глубокие и колючие! Вот!

Юки ударила кулачком по сугробу, чтобы выплеснуть своё негодование. К сожалению, в этом месте под снегом был спрятан острый камень, о который беловолосая вредина разбила костяшки своих пальцев.

— Ай! Ая-я-й! Больно! — взвизгнула Юки, прижав отбитую руку к груди.

— Сама виновата, — безжалостно ответил Агнар.

— Мог бы меня пожалеть, злой барашек! Ненавижу Долину! Она хочет меня убить!

— Не она одна… — мрачно заметил Агнар.

— Эй! Барашек! За такие шуточки я тебя… тебя… это…

— Покусаешь?

— Нет же! Не могу, обещала ведь! Я просто съем в деревне столько еды, что ты разоришься!

— А вот это уже серьёзная угроза, — оценил Агнар и вдруг заливисто рассмеялся.

Хару и Юки не удержались и тоже расхохотались. Общее веселье развеяло гнетущую атмосферу, отогнало дурные мысли и сделало день снова приятным. Казалось, даже солнце стало светить ещё ярче.

В конце концов путники спустились к подножию холма и оставили глубокие снега позади. Вокруг раскинулись покрытые травой и кустами поля, среди которых всё чаще встречались небольшие бурлящие болотца горячих источников.

Солнце медленно клонилось к закату, близился вечер. Вокруг становилось темнее с каждой минутой. Ветер почти полностью стих, в воздухе послышались мелодичные трели множества сверчков. Навстречу грядущей ночи всюду распустились огромные бархатные цветы. Запахло мятой и свежим мёдом.

Путники выбрались на широкую дорогу и двинулись на восток.

— Деревня уже близко, — заверил Хару и указал вперёд.

— Она большая? — спросил Агнар.

— Да! Не город, конечно, но домов хватает. Есть даже торговая площадь и целая улица из кузниц, гончарен и прочих мастерских. А ты разве не знаком с этими землями? Юки как-то упомянула, что ты родом из Долины…

— Всё так, но я не был дома больше десяти лет.

— Тогда тебя многое удивит! — рассмеялся Хару и многозначительно хмыкнул.

— Наверное! Кстати, большинство поселений в Долине принадлежат какому-нибудь племени. Под чьей властью находится деревня, в которую мы направляемся? Спрошу проще, будет ли там безопасно?

Агнар не зря задал этот вопрос. Долина была весьма опасным местом, особенно для чужаков. Здесь всегда и всюду лились реки крови. Совершать набеги на соседние племена и грабить деревни считалось самым обычным делом.

Хару пространно хмыкнул и ответил:

— Ну, в период лисьих праздников всегда объявляют перемирие, даже во время крупных войн. Так что никто на нас с топорами и вилами не набросится. А так деревня сейчас находится под покровительством племени Кровавого Вепря…

— Быть не может! — выпалил Агнар, резко остановившись.

— А? Почему не может? — удивился Хару.

— Я родом из «Кровавых Вепрей». Это маленькое племя, которое живёт в деревеньке у восточного подножия вулкана…

— Ха! Вот оно как?! Ну, времена изменились! Теперь твоё племя заметно выросло и подмяло под себя больше трети Долины!

— Вот это новости… — вздохнул Агнар, пытаясь переварить услышанное.

— Для тебя это хорошие вести, разве нет?

— Отчасти, — согласился Агнар. — А кто сейчас вожак «Вепрей»?

— Этого я не знаю… — честно ответил Хару.

Путники двинулись дальше. Вскоре впереди на дороге показались яркие огоньки. Они походили на крошечных оранжевых светлячков, порхающих в кромешной темноте. Запахло гарью и палёным воском.

Юки указала на свечение и воскликнула:

— Ох! Мы добрались до деревни! Наконец-то!

— Нет, дома отсюда не увидеть. Они ещё скрыты за холмом, — ответил Хару, зорко всматриваясь в трепыхающиеся искорки.

— Э?! Тогда что это так мерцает? — любопытно спросила Юки.

— Подойдём и посмотрим…

Возле дороги стояло каменное святилище, украшенное яркими изображениями бегущей лисицы. В центре строения высился широкий алтарь, по бокам от которого горели свечи. Именно их огоньки путники приняли за светлячков.

Юки оглядела находку и задумчиво протянула:

— Эм… Мы уже видели похожий жертвенник, даже рисунки почти такие же. Получается, здесь тоже поклоняются богу-лисе, как и в деревне Эрика? Барашек, ты вроде говорил, что у каждого племени свой зверь-защитник?

— Так и есть, — ответил Агнар.

— Тогда почему в двух далёких друг от друга местах поклоняются одному и тому же божеству?

— На это могу ответить я, — встрял в разговор Хару.

— А? Харусик, пояснишь?

— Конечно, подруга. За последние десять лет в Долине многое поменялось. Одни племена канули в лету, другие укрепились и расширились. Изменения коснулись и религии. Поклонение местечковым божкам уступило место вере в Девятихвостую Лисицу.

— Девятихвостую? — упавшим голосом спросила Юки.

— Да! С каждым годом всё больше людей отрекаются от старых убеждений и переходят в новую веру. Именно поэтому во многих уголках Долины можно встретить подобные святилища и алтари…

— Э… Получается, жители деревень просто сменили своих старых покровителей на мифическую Девятихвостую Лису? Ох! Как же мне это знакомо, в Пастушьей деревне со мной поступили очень похоже.

— Почему мифическую? Девятихвостая Лиса существует! — заверил Хару и утвердительно кивнул.

— А?! Да быть не может! — недоверчиво буркнула Юки, становясь всё печальнее и печальнее.

— Почему же, подруга?

— Потому что девять хвостов — это миф даже для духов зверей!

— Ха! Сегодня Лиса посетит деревенский праздник! Вот сама ей и скажешь, что она лишь выдумка!

— А?! На слово не поверю! Хочу увидеть хвосты своими глазами! — отрезала Юки и обидчиво надула губки.

— Тогда просто иди за мной…

Хару двинулся дальше по дороге. Агнар направился за ним следом. И только Юки чуть отстала. Она медленно брела вперёд и что-то недовольно бубнила себе под нос. Изредка в её ворчании проскакивали довольно изощрённые и весьма обидные ругательства.

Глава 14. Лисий праздник

Ночь была невероятно чёрной и густой. Набежавшие с юга облака закрыли луну и звёзды пасмурным покрывалом. В кромешной темноте виднелось только белое полотно дороги, вьющейся между полей и холмов. Трели полуночных насекомых и птиц стихли, запахло влагой и приближающимся дождём.

Юки тяжело вздыхала и без конца занудно ворчала. Она уже перебрала все известные ругательства и даже изобрела парочку новых, но это не успокоило её душу и не принесло столь желанного облегчения.

Агнар вернулся к отставшей спутнице и участливо спросил:

— Что с тобой? Неужели ты больше не хочешь попасть на праздник?

— Хочу! — буркнула Юки и ещё раз вздохнула.

— Тогда в чём дело? Может, ты устала? Ну потерпи немного. Хару сказал, что мы уже почти добрались до деревни…

— Не в усталости дело, барашек! Мне просто не нравится, когда меня водят за нос! Девятихвостой Лисы не существует! Этого не может быть! Всё это фикция и наглый обман! Я уверена!

— Ха! Так вот в чём дело! — рассмеялся Агнар.

— А?! Что за смех, барашек?! Ну-ка, объяснись! — с нажимом потребовала Юки, сверкнув в темноте глазами.

— Ты сердишься из-за того, что кто-то другой оказался девятихвостой богиней из пророчества.

— А вот и неправда! Я просто уверена, что эта Лиса самая обычная лгунья! И я намерена вывести её на чистую воду! Я ей такое устрою! Такое! Будет знать, как обманывать доверчивых людей!

— Ох! Прошу, милая, успокойся и держи себя в руках. Ты ведь не испортишь всем праздник?

— Не испорчу, обещаю! Но правда должна восторжествовать!

Юки гневно фыркнула и вдруг резко ускорилась. Она перешла на бег и быстро догнала Хару, который прекрасно слышал весь разговор и теперь отворачивал лицо, чтобы скрыть широкую улыбку.

Юки повисла на руке друга и мягко спросила:

— Харусик, а ты видел эту Девятихвостую Лису? Кем она является? Духом? Богиней? Древним существом из мира лжи и притворства?! Проклятой обманщицей, лишённой даже капли совести?!

— Ох-о-хо, подруга! Неужели тебя так сильно зацепила весть о девяти хвостах? Не знал, что это больная тема…

— Ответь, Харусик! — нежно попросила Юки, так крепко сжав руку друга, что тот невольно ойкнул.

— Хорошо-хорошо, только ослабь хватку! Девятихвостая Лиса не богиня, в привычном понимании этого слова. Она такой же дух зверя, как я или ты. Однако её сила способна уничтожить даже горы.

— Горы?! Ха! Так я и поверила! Эта Лиса обычная выскочка! Но если она всего лишь дух зверя, то почему люди так рьяно поклоняются ей? Почему вера в Девятихвостую Лгунью распространилась по Долине со скоростью лесного пожара?

— Ты ведь уже слышала о пророчестве? — спросил Хару, хитро хмыкнув.

— Да-да! Грядёт конец старого мира и начало нового! Сражения, бла-бла-бла, власть над всем сущим, бла-бла-бла, великий кровавый пир, бла-бла-бла, горы трупов и вечная слава, бла-бла-бла…

— Зря смеёшься, подруга. Для местных жителей Девятихвостая Лиса стала символом грядущей «Последней битвы», после которой племена Долины возвысятся и станут господствовать над всем миром…

— Ох! Ну откуда такое стремление к власти?! Пф… — тяжело вздохнула Юки.

— Так уж устроены люди, — просто ответил Хару и ухмыльнулся.

Далеко впереди показались многочисленные огни коптящих факелов. Яркие пятна жёлтого пламени освещали высокий частокол, построенный вокруг большой деревни. За стенами слышались весёлые песни и громкая ругань. Видимо, лисий праздник был в самом разгаре.

Юки прислушалась к звукам и спросила:

— Харусик, а Девятихвостая Лгунья точно придёт на праздник?

— Конечно…

— Хм… а почему она выбрала именно эту деревню? Что в ней такого особенного?

— Лисе не нужно что-то выбирать, она способна находиться в девяти местах сразу. Это одна из особенностей её сил. Ох, подруга, ты ещё многое узнаешь об этой Кицунэ! Она просто великолепна!

— Кицунэ? — непонимающе спросила Юки, впервые услышав странное слово.

— Ага! Это часть имени Лисы. А полное звучит так: Великая Девятихвостая Кицунэ Ки.

— Пф! Слишком пафосно и длинно…

— А мне нравится, звучит очень гордо! И я могу заверить, что Кицунэ Ки вполне соответствует своему громкому имени. Она невероятно величественна и красива. Её глаза подобны рассветному солнцу, кожа тепла и податлива, а чарующие движения сводят с ума…

Хару проговорил это невероятно возвышенным тоном, словно читал великолепно написанные стихи. При этом с его лица не сходила мечтательная улыбка, а в синих глазах горело пламя любви.

Юки обиженно фыркнула:

— Ох, вы только посмотрите, как он хвост распушил! Хвалит при мне другую самку, каков наглец!

— Мне можно, я ведь не «барашек», — рассмеялся Хару.

— Это да! Ему бы я такое не простила, — с тонкой улыбкой проговорила Юки, бросив нежный взгляд на бредущего позади Агнара.

Путники добрались до ворот, ведущих в деревню. Собранные из заточенных брёвен массивные створки были закрыты, рядом с ними стояли вооружённые топорами угрюмые мужчины, которые явно были недовольны тем фактом, что им приходится нести дежурство, пока остальные жители развлекаются на празднике.

— Стоять! Кого там принесло на ночь глядя?! — недовольно воскликнул глава отряда стражников.

— Ха! Неужели ты не узнал старого знакомого?! — воскликнул Хару, выходя на освещённое факелами пятно.

— А, чёрт дери! Хару?! Ты, что ли?!

— Да! Решил вот на праздник наведаться…

— Просто на праздник? Ха! Так я и поверил! Нет, дружище! Ты хочешь снова поглазеть на Кицунэ Ки! Втюрился в неё по уши?! Да?!

— Есть такое! Ну, а кто бы устоял перед её чарами?

— С этим не поспоришь, красивая до жути, — согласился стражник, понимающе хмыкнув себе под нос.

— Так что, пропустишь внутрь? — заискивающе спросил Хару.

— Конечно! А эти двое с тобой?

— Да, мои друзья…

— Ясно-ясно! Ладно, проходите!

— Спасибо! С меня причитается, чуть позже я вернусь и принесу еду и выпивку…

— Вот за это я тебя и уважаю, Хару! Мировой ты мужик!

Стражник кивнул своим людям. Те схватились за огромные железные кольца и потащили на себя створки ворот. Через пару секунд путь был свободен, впереди открылись виды гудящей от множества голосов деревни.

Хорошо освещённые улицы были украшены туго натянутыми верёвками, на которых трепыхались на ветру красные тряпочки. От яркого мельтешения казалось, что между крышами домов порхает множество рыжих зверьков.

Всюду бродили шумные толпы. Многие люди уже были разгорячены выпитым и громко горланили похабные частушки. Кое-где шли забавные игры, в которых участвующие взбирались на высокие столбы, чтобы добыть спрятанные там «лисьи подарки». То и дело на широких улочках завязывались драки, которые останавливались так же быстро, как и начинались.

В деревне царила атмосфера всеобщего веселья. Крики и визги сменялись совместным завыванием общеизвестных песен. Картину радости и восторга не портил даже моросящий дождь, который становился сильнее с каждой минутой.

Юки схватилась за раскрасневшиеся щёки и восторженно воскликнула:

— Ох! Ох!! Ох!!! Как же тут здорово! Ярко, красиво, шумно! Все поют, танцуют и смеются! А еда?! Где можно покушать?! Вокруг столько манящих запахов! Да я сейчас слюной захлебнусь!

— В центре деревни должен стоять общий стол, — сообщил радостную весть Хару.

— Стол? Еду бесплатно раздают?

— Да! На лисьем празднике так принято. Но если хочешь особых блюд, то придётся раскошелиться в лавках…

— Эм, а тут в ходу деньги королевства?

— Вполне! Сами монеты бесполезны, но вот серебро и золото в них…

— Понятно-понятно! — отмахнулась Юки.

Она не стала дослушивать Хару и моментально бросилась в сторону Агнара. Тот заранее достал кошель и вынул на свет несколько серебряных монеток. Такой суммы должно было хватить даже на удовлетворение волчьего аппетита.

— Только не сори деньгами, — попросил Агнар.

— Барашек! Я умею торговаться! Уж с едой меня не обманут!

Юки схватила монеты и быстро скрылась в потоке шумных людей. Чуткий нос повёл её в сторону лавки пекаря, в которой только что поспела свежая партия выпечки. Похоже, сегодня деревне грозила участь остаться без пирожков.

Хару перевёл взгляд на Агнара и задумчиво спросил:

— А мы чем займёмся? Может, пропустим по кружечке чего-нибудь ядрёного?

— Нет! Я хочу сохранить ясность рассудка, — ответил Агнар, чувствуя себя некомфортно среди шумных людей.

— Ха! Чего ты боишься? Переживаешь за Юки? Поверь, она вполне может за себя постоять. Ей не нужна защита какого-то человека. Поэтому расслабься и насладись праздником, ведь твой век так короток…

В словах Хару послышалось лёгкое пренебрежение. Агнар заметил это, но не стал заострять внимание. Он лишь тихонько пожал плечами и молча направился в сторону центральной площади.

В сердце деревни было ещё многолюднее, чем на окраине. Вокруг занятого галдящими толпами пространства стояли десятки столов, которые ломились от еды и напитков. На невысоком постаменте играли на флейтах и арфах бродячие музыканты, развлекая всё прибывающую публику слегка фальшивыми мотивами.

Агнар занял место недалеко от сцены и прислонился к стене одного из домов. Он зорко огляделся и быстро нашёл взглядом Юки, которая порхала от стола к столу, набирая полные подносы еды.

Агнар немного расслабился и позволил себе улыбнуться. Его забавлял вид взволнованной спутницы, пытающейся положить очередную сдобную булку на гору точно такой же выпечки.

Юки ещё несколько минут потолкалась возле столов с угощениями, а затем быстро направилась в сторону Агнара.

— Заждался, барашек? — невнятно спросила Юки, подойдя ближе. Её рот был занят сразу двумя пирожками.

— Хм, быстро же ты меня нашла… — довольно протянул Агнар.

— А чего тебя искать? Я всё это время чуяла твой запах.

— Да уж, от тебя не спрятаться! А почему ты в лавки не пошла? Там можно найти блюда намного вкуснее, чем на общем столе…

— В лавках я уже была. Купила себе огромный яблочный пирог и целую гору истекающих маслом блинчиков.

— И где же они?

— Съела, — честно призналась Юки, вонзая зубы в очередную сдобную жертву.

— Вот ведь обжорка! — наигранно гневно воскликнул Агнар.

— Хе-хе! А сам-то чего к еде не притронулся? Хоть бы ветчины себе взял или сыра. Кто же будет меня баловать, если ты лишишься сил? Хилые барашки до весны не доживают, так уж устроена жизнь…

Юки усмехнулась собственной шутке, а затем внимательно посмотрела на Агнара. Взгляд её изумрудных глаз проникал в самые глубокие и потаённые уголки души. От этого взора невольно бросало в дрожь.

— Что такое? — спросил Агнар, ощущая побежавшие по коже мурашки.

— Барашек, я чувствую в тебе напряжение. Что-то тревожит тебя, скребёт изнутри.

— Нет же, всё хорошо…

— Лжёшь! Тебе не обмануть мои ушки! — недовольно буркнула Юки, сильно насупившись.

— Ох! Ладно! — сдался Агнар. — Мне действительно не слишком приятно быть здесь…

— Но почему?

— Эта деревня находится под властью племени Кровавого Вепря, из которого меня со скандалом выгнали десять лет назад…

— Выгнали?! Ха! А говорил, что сам ушёл!

— А что я должен был сказать?! Что меня с позором вышвырнули прочь?! Вот ещё!

Агнар обиженно фыркнул и вдруг ловко стащил из-под носа любимой самый увесистый пирожок. Юки не стала возмущаться столь наглому воровству, а только улыбнулась сальными губами и тихонько хихикнула.

Агнар откусил сочное тесто и задумчиво проговорил:

— Мой отец был главой племени Кровавого Вепря. Однажды на нашу деревню напали соседи. Во время набега моя мать погибла, а отца сильно ранили. На смертном одре он передал мне чёрный меч и завещал стать воином…

— Я помню, барашечек. Ты уже рассказывал об этом… — тихонько пробормотала Юки, грустно потупив взгляд.

— Да, но я не упомянул о главном. После смерти отца вождём стал мой старший брат Ингвар. Он потребовал отдать ему чёрный меч, но я отказался. За это меня изгнали из племени и лишили всех титулов.

— Ох! Твой брат настоящий злюка! Но прошло уже много времени, бушующая обида давно улеглась. Я уверена, тебя с радостью встретят в родном доме. Ты ведь стал сильным воином и прославленным наёмником…

— Возможно, — тяжело вздохнул Агнар. — Очень хочется посетить могилы отца и матери…

— И мы туда обязательно сходим, барашек! Даже если твой брат будет против, то я пробью нам дорогу зубами и когтями! Обещаю!

Юки отставила поднос с пирожками и крепко прижалась к Агнару. Она погладила его по голове и утробно замурчала, словно обычная домашняя кошка. От этого звука стало тепло и приятно, хандра быстро отступила.

Агнар обмяк и тихонько шепнул:

— Люблю тебя…

— И я тебя, барашек…

Всюду играла громкая музыка, слышался заливистый смех, звучали весёлые песни. Даже усилившийся дождь не мог разогнать по домам шумные толпы. Люди ожидали появления главного праздничного чуда.

Юки вдруг дёрнулась и недовольно прошипела:

— Всё же явилась…

— А? О чём ты? — не понял Агнар.

В этот миг послышался звон огромного колокола. В центре площади появилась божественно красивая молодая женщина. Она была высока и статна, огненно-рыжие волосы водопадами спадали на плечи, алые глаза сияли рассветным солнцем, багровые губы манили и пробуждали страсть.

На женщине было длинное белое платье с красными вставками и черными лентами. На широком бархатном поясе сверкали зелёными глазами пугающие маски, похожие на морды странных зверей.

Женщина посмотрела на дождливое небо и заметила:

— Погода сегодня не праздничная, это нужно исправить…

Она подняла руку и щёлкнула пальцами. По округе пролетел поток сильного ветра, капли дождя зависли в воздухе и вдруг превратились в крохотные облачка пара. В небо ударил яркий столб багрового света, который разогнал облака и открыл взглядам людей луну и звёзды.

— Так-то лучше, — тихо проговорила женщина, её волшебный голос был подобен тягучему мёду.

Жители деревни все как один упали на колени и склонили головы. Послышались громкие молитвы и пылкие заверения в верности. Только Агнар и Юки не последовали общему примеру и остались стоять.

Женщина с улыбкой осмотрела площадь, остановила взгляд алых глаз на Юки и мягко произнесла:

— Ох, сегодня к нам пришла весьма особенная гостья. Подойди ближе, милое дитя…

— Никакое я не «дитя»! Я Благородная Белая Волчица! — недовольно прорычала Юки, выходя в центр площади и снимая с головы капюшон.

— А я Великая Девятихвостая Кицунэ Ки, — вполне приветливо ответила женщина.

— Ха! Девятихвостая ты только на словах! Если ты не обманщица, то покажи свои лисьи красоты! Не стесняйся! Или все твои россказни и титулы всего лишь ложь, призванная задурить головы доверчивым людям?!

— Ох, какое милое хамство, дитя. Хочешь увидеть сокрытое от чужих глаз? Ну хорошо, смотри…

Кицунэ Ки легонько взмахнула руками и широко улыбнулась. На её голове волшебным образом появились длинные лисьи уши, а за спиной ярко вспыхнули алым пламенем девять хвостов. В ту же секунду на площади стало ужасающе жарко, с земли поднялись облака удушливого пара.

— Ну как, дитя?! Твоё недоверие сгинуло?! — прогремела Кицунэ Ки, от звука её голоса зазвенели тарелки и кубки на столах.

— Нет! Это всё иллюзия! Обман! — зло прошипела Юки, вдруг пригнувшись к земле и выпустив когти.

— Ох, милое дитя! Ты решила бросить мне вызов?! Хочешь устроить кровавое сражение, чтобы испытать меня в бою?! Пусть будет так! Я покажу тебе истинную силу девяти хвостов!

Тело Кицунэ Ки начало сиять и быстро расти. В её правой руке появился огромный пылающий топор, на лезвии которого неистово пульсировали странные символы. Воздух над площадью затрещал от обилия крошечных молний.

Юки пригнулась ниже и зарычала. Сильнейшая злость заполнила её разум и заглушила голос рассудка. Изумрудные глаза неистово засверкали, волчьи уши прижались к голове, хвост вынырнул из-под тяжёлой куртки и распушился.

Агнар бросился вперёд, схватил Юки за руку и яростно зашептал:

— Что на тебя нашло?! Очнись! Успокойся! Деревня не переживёт вашей драки!

— А?..

Юки быстро огляделась и увидела перепуганные лица людей. Она усилием воли потушила бушующее во взоре пламя и почти повисла на руках у Агнара. Силы вдруг покинули её тело, злость отступила, клыки и когти втянулись.

— Я хочу уйти… — тихо прошептала Юки.

— Конечно, идём.

Агнар развернулся и повёл Юки к выходу с площади. Однако дорогу тут же перегородили недовольные деревенские жители. Они хмурили лица, гневно размахивали руками и выкрикивали ругательства.

— Эти пришлые оскорбили нашу богиню! — раздавалось с разных сторон.

— Связать их! Наказать! Повесить!

— Точно! На столбе вздёрнуть!

— Хватайте их! Не дайте уйти! Бейте по ногам!

— Четвертовать! Порубить на куски!

Толпа вдруг забыла страх и не на шутку распалилась. Люди схватились за ножи и дубины. Самые буйные уже бросились в сторону домов, чтобы принести более серьёзное оружие. Ситуация быстро накалялась.

Агнар вытащил из ножен меч и предупредил:

— Посмеете напасть — умрёте! Щадить не буду!

Толпа увидела чёрный клинок и на секунду затихла. Однако всего через мгновение крики вновь огласили воздух. Призывы к насилию стали громче и многочисленнее. Похоже, сражения было не избежать.

Но вдруг…

— Отпустите их! — приказала Кицунэ Ки.

Её голос волной прокатился по площади и заставил людей упасть на колени. Призывы к насилию моментально затихли, жажда крови исчезла. Осталась только покорность перед словом Девятихвостой Лисы.

Агнар и Юки покинули площадь, прошли по улице и выбрались за ворота. Спустя несколько минут быстрой ходьбы деревня осталась далеко позади и скрылась за склоном одного из холмов.

Агнар остановился и спросил:

— Ты как? Всё хорошо?

— Я в порядке, барашек… — еле слышно ответила Юки.

— Можешь объяснить, что произошло? В тебя будто демон вселился!

— Не сейчас, барашек. Давай поскорее вернёмся в дом Хару. Хочу быть как можно дальше отсюда.

— Хорошо, но как…

— До лощины доберёмся на волчьих лапах. Так будет быстрее.

Юки не стала вдаваться в объяснения и быстро разделась. Затем она гневно дёрнула длинным хвостом и мгновенно превратилась в гигантскую волчицу. Земля содрогнулась под весом огромной туши, воздух затрепетал от могучего рыка.

— Залезай! — рявкнула Юки, пригибаясь к земле.

Агнар ловко взобрался на пушистую волчью спину и крепко вцепился в шерстяные поводья. Юки громко рыкнула и резко сорвалась с места. Она побежала так быстро, что от ветра заложило уши.

Глава 15. Волчица и щенки

Утро выдалось снежным. Сильный ветер обрушивал на бревенчатые стены лавины из белых хлопьев и дико завывал в печной трубе. Дом слегка потрескивал и скрипел от натиска сильнейшей метели. Время от времени на крыше что-то гулко ухало, словно хлопала крыльями огромная птица.

В зале царил полумрак. Окна до половины занесло снегом и покрыло тонкой ледяной коркой, от этого свет с трудом проникал в просторную комнату. На высоком диване одиноко сидел Агнар, он молчаливо наблюдал за пламенем камина и вслушивался в холодные звуки вьюги.

Скрипнула дверь. На пороге появилась запыхавшаяся Юки. Она тащила в руках большую охапку дров.

— Тебе помочь? — из вежливости спросил Агнар, совершенно не горя желанием вставать с нагретого дивана.

— Нет! Я справлюсь, барашек.

Юки бросила тяжёлые дрова возле камина и тут же подкинула в топку несколько поленьев. Огонь благодарно зашипел и принялся поедать свежую древесину. В зале стало немножко светлее.

Юки утёрла со лба пот и сняла тяжёлый тулуп. Под ним оказалась лёгкая сорочка, подпоясанная кожаным ремнём. На ремне болтались восемь длинных лент, которые слегка напоминали дополнительные хвосты.

Агнар не удержался и громко рассмеялся. Звук хохота разлетелся по дому и эхом отразился от стен.

Юки густо покраснела и выпалила:

— Эй! Не смей издеваться, барашек! Это… это просто украшение!

— Ха-ха! Я так и подумал…

— Выглядит глупо, да?

— Ох, немножко… Пойми, милая, тебе не нужны девять хвостов. Перестань об этом думать и успокойся.

— Да знаю я! Знаю! — обречённо буркнула Юки.

Она гневно сорвала с себя ремень и швырнула его в дальний угол. Громко звякнули медные застёжки, обиженно зашуршала материя лент. Даже метель на улице вдруг разъярилась сильнее и неистово ударила в стену ветряным кулаком.

Агнар покачал головой и заметил:

— Тебе нужно отдохнуть. Мы вчера поздно вернулись, ты почти не спала…

— Не могу я уснуть! — огрызнулась Юки и тут же вздохнула.

— Всё ещё переживаешь о случившемся? Думаешь о Кицунэ Ки?

— Да! Я вчера взбесилась и чуть было не устроила драку прямо в центре деревни! Даже не знаю, что на меня нашло! Я потеряла контроль, злость захлестнула разум! Это плохо, могли пострадать люди! И всё из-за обиды на девять хвостов! Да что со мной происходит?! Откуда такая мания?!

— Может, дело не в хвостах? — спросил Агнар, чуть приглушив голос.

— А? О чём ты, барашек?

— Ты видела чары этой Кицунэ Ки? Что если она тот самый Тхидо, который задурил голову Окуме и попытался утопить нас в море? Сама подумай: управление погодой, багровый шторм, алый столб света…

— Ох!

Юки тяжело вздохнула и тихонько села на краешек дивана. Она с лёгкостью могла оправдать свою беспричинную ярость ненавистью к Тхидо, но это было бы самой обыкновенной ложью.

Юки помотала головой и нехотя выдавила:

— Нет, барашек. Кицунэ Ки слабовата для роли кровавого бога. К тому же от неё не пахнет древней магией…

— Слабовата? Всё ещё считаешь, что девять хвостов лишь выдумка?

— Нет же! Вот ведь вредный барашек! Так и заставляешь меня признать очевидное! Да! Да!! Да!!! Кицунэ Ки действительно могущественная Девятихвостая Лиса! Но её сил всё равно недостаточно, чтобы сравниться со старыми богами!

— Не кипятись, а не то покусаю, — бросил Агнар, желая разрядить обстановку.

— Это ты-то меня покусаешь?! Ох и задам я тебе трёпку за такое! Будешь знать, как дразнить Белую Волчицу!

Юки на время забыла о печалях и весело бросилась вперёд. В отместку за шуточки она решила защекотать Агнара до потери сознания. Воздух наполнился грозным рычанием и озорным девичьим визгом.

В этот момент скрипнули двери, ведущие в смежные комнаты. В зал вошёл всклокоченный Хару. Он вернулся из деревни только пару часов назад и сразу же отправился спать, однако крики и споры гостей заставили его проснуться.

— Чего вы тут расшумелись? — недовольно пробурчал Хару и широко зевнул.

— Ох, мы просто дурачимся, — быстро ответила Юки, вставая с Агнара и одёргивая задравшуюся сорочку.

— Ясно-понятно, любовные игрища устроили?

— Да ну какие любовные, Харусик?! Скажешь тоже…

— Не переживай, подруга. Я искренне рад, что твоё настроение улучшилось после вчерашнего представления. Ну и нагнала же ты жути, конечно. На саму Девятихвостую Кицунэ Ки зубы оскалила…

— Ох! Прости, пожалуйста. Моя выходка доставила тебе неприятностей? Да?

— Нет, всё в порядке.

— Наверное, тебя выгнали из деревни?

— Что? С чего бы это? Я веселился на празднике до самого рассвета. Кицунэ Ки приказала людям остыть и забыть о случившемся. Как только ты ушла, гуляния сразу же продолжились.

— Ах, вот даже как… — еле слышно шепнула Юки и тихонько вздохнула, почему-то ей вдруг стало очень обидно.

— Хех! Чего губы надула, подруга? Неужто переживаешь о том, что натворила слишком мало дел?

— Харусик! И без тебя стыдно! Пожалел бы!

— Ха-ха! Ладно-ладно, прости! Я знаю, что поможет тебе забыть о случившемся. За сенями у меня есть баня, построенная на горячем источнике. Наведайся туда и хорошенько отмокни. Дурное настроение как рукой снимет.

— Баня… — мечтательно протянула Юки.

Она вдруг вспомнила, как недавно нежилась в булькающем грязном болотце. Это было на удивление расслабляюще. А уж купание в просторных бадьях с чистой и горячей водой будет приятным вдвойне.

Юки повернулась к Агнару и кокетливо спросила:

— Барашек, не хочешь составить мне компанию в купальне?

— Конечно! — быстро заверил Агнар, с готовностью вскакивая с дивана.

— Ох, как подорвался! Хе-хе! А глаза-то как загорелись! Но пока остынь и придержи непристойные мыслишки. Сначала я приготовлю завтрак, а уже потом мы наведаемся в баню и потрём друг другу спинки…

Юки озорно хохотнула, махнула белым хвостом и направилась в сторону кухни. В зале остались только Агнар и Хару.

За стенами дома бушевала сильнейшая вьюга. Ледяная крупа и хлопья снега барабанили в окна. Ветер завывал в трубе и пытался прорваться в комнату. Из камина время от времени валили клубы чёрного дыма.

Хару закрыл за подругой дверь и вдруг сильно нахмурился. В его сапфировых глазах мелькнуло что-то недоброе и пугающее. Он медленно прошёл вперёд, остановился напротив Агнара и холодно проговорил:

— Вы с Юки очень близки. Спите вместе, моетесь, воркуете…

— Да, и что с того? — удивлённо спросил Агнар, чувствуя нарастающее напряжение.

— Ты ведь обычный человек: слабый, смертный, ничтожный. Тебе не кажется, что Юки слишком хороша для тебя? Рядом с Белой Волчицей должен быть сильный самец, способный защитить её от любых угроз…

— Говори уже прямо, Хару! Чего ты хочешь?! — невесело буркнул Агнар, начиная раздражаться.

— Я хочу, чтобы ты оставил Юки в покое и просто ушёл…

Хару положил на плечо Агнара тяжёлую ладонь и крепко сжал пальцы. Это было уже не простой шуткой, а вполне настоящей угрозой. Послышался скрип материи и едва слышный треск костей.

— Убери руку! — через боль прошипел Агнар.

— А иначе что, человечек? Расплачешься? — хмыкнул Хару, постепенно усиливая давление.

— Иди к чёрту!

Агнар вывернулся из захвата и со всей силы заехал кулаком в челюсть Хару. Раздался смачный звук удара.

Хару отшатнулся, сделал несколько неловких шагов назад и грузно повалился на деревянные половицы. В его синем взоре появилось недоумение, а на разбитых губах проступила алая кровь

— Ого, мощно двинул, — оценил Хару, поднимаясь на ноги.

— Сам виноват! — мрачно ответил Агнар, не спуская с противника внимательного взгляда.

— Ха, возможно! Но теперь держись! Настала моя очередь!

Глаза Хару хищно заблестели, на распухших губах появилась довольная ухмылка. Он снарядом рванулся вперёд и резко ударил.

Агнар поставил блок, но это не помогло. Кулак Хару был подобен кузнечному молоту и бил так же сильно. Агнар отлетел к стене, сильно ударился головой о торчащий кусок балки и сполз на пол.

— Ну как, человечек? Нравится тебе среди волков?! — довольно рассмеялся Хару, готовясь к новой атаке.

В этот момент в комнату любопытно заглянула Юки. Она услышала странный шум и решила узнать причину.

— Что тут у вас происходит, мальчики? Ой…

Юки увидела лежащего на полу Агнара и моментально изменилась в лице. Она бросилась вперёд и живым тараном врезалась в Хару. Тот не успел среагировать и отлетел прочь, словно тряпичная кукла.

Юки прыгнула к Хару и стала пинать его под зад. Удары сыпались один за другим, даже со стороны «порка» казалась весьма болезненной.

— Ай! Ай!!! За что, подруга?! За что?! — завопил Хару, безуспешно пытаясь прикрыть руками причинное место.

— Не смей нападать на Агнара! Слышишь меня?! — прорычала Юки, продолжая наказание и не собираясь останавливаться.

— Ай! Да ты чего?! Ай! Мы с тобой из одной стаи! Почему ты защищаешь его, а не меня?! Почему ты так сильно привязалась к этому «барашку»?! Он всего лишь обычный человек! Таких тысячи!

— Всего лишь?! Всего лишь?!! — взвилась Юки, временно перестав лупцевать друга.

— Ну… да… — протянул Хару, пытаясь отползти прочь, пока представилась такая возможность.

— Да что ты знаешь об Агнаре?! А?! Он избавил меня от мучений, вызволил из многовекового плена, вырвал из лап трижды проклятого Окумы, научил снова дышать! Он множество раз рисковал ради меня жизнью и однажды даже умер! А где был ты, Хару?! Где все эти столетия моих страданий был ты?! Гулял, веселился и миловался с деревенскими девушками?!

— Юки, я ведь не знал… — упавшим голосом протянул Хару, вдруг взглянув на Агнара с уважением.

— Ах, ты не знал… — невероятно мрачно проговорила Юки, медленно выпуская когти.

В полумраке комнаты её глаза неистово сверкали, хвост со свистом рассекал воздух, белые волосы развевались, словно на сильном ветру. Сейчас она казалась настоящей фурией, желающей отрывать головы и насаживать их на пики. По комнате расползлась тяжёлая аура, от которой затрещали стены.

Хару судорожно сглотнул подкативший к горлу ком и быстро пополз к стене. Вид взбешённой подруги поверг его в дикий ужас, от которого хотелось забиться в самый дальний угол и притвориться покойником.

Юки хищно улыбнулась и замогильным голосом произнесла:

— Скажу лишь один раз, любимый Харусик. Если ты попробуешь навредить Агнару, то очень сильно об этом пожалеешь. Для меня он важнее любого существа в этом проклятом мире…

— Да я и не собирался, просто шутил… — попытался оправдаться Хару, невольно прикрывая рукой шею.

— На этот раз поверю.

Юки погасила пылающий взор и убрала когти. Она быстро подошла к Агнару и помогла ему подняться на ноги. В её изумрудных глазах читалось искреннее беспокойство, волчьи ушки тихонько подрагивали.

— Ты как, барашек? — мягким голоском спросила Юки.

— Всё нормально, просто затылком приложился.

— Ох! Крови вроде нет…

— Да, обычные ушибы.

— Ну и отлично! Тогда забудьте вашу ссору и идите на кухню. Раз уж вас нельзя оставить одних, то будем готовить завтрак вместе.

Юки строго погрозила тоненьким пальчиком двум «хулиганам» и быстро покинула зал. Из коридора послышалось её тихое пение, весёлый мотивчик походил на какую-то наивную детскую считалочку.

Хару поднялся на ноги, потёр отбитый зад и тихо заметил:

— Иногда она меня пугает до дрожи…

— Ага, — закивал Агнар. — Юки кажется нежным цветком, но на деле опаснее морской бури…

— Вот-вот!

Хару потрогал болящую челюсть, провёл пальцами по разбитым губам и невесело усмехнулся. Сегодняшний день преподал ему сразу два болезненных урока. Такое случалось крайне редко.

Решив сделать первый шаг к окончательному примирению, Хару подошёл к Агнару, протянул вперёд руку и неловко проговорил:

— Это… дружище, прости меня за глупую выходку. Наверное, во мне просто взыграла ревность. Понимаешь, Юки для меня как сестра. Неприятно видеть, что родное существо ценит кого-то больше, чем тебя…

— Ничего страшного. Я тоже бываю вспыльчив, — заверил Агнар, отвечая на рукопожатие.

— Да, таков уж наш звериный нрав! Ха! А ты, видимо, даже больший волк, чем я! Спасибо, что помог Юки в трудную минуту! Я-то думал, что ты обычный человек, случайный попутчик, игрушка…

— Хм…

— Ох! Опять я болтаю лишнее. Слушай, а ты и правда сражался с Окумой?

— Да, дважды, — заверил Агнар, вспомнив битвы с проклятым медведем.

— Ого! И победил?! — изумлённо спросил Хару.

— Ну… частично…

— Ха! Понимаю! Но ты выжил, а это уже многое значит. Окума невероятно силён. Даже сильнее нашей Белой Волчицы.

— Был силён, — поправил Агнар.

— Ага, всё время забываю, что он стал простым смертным.

— Ах, да! Раз уж заговорили об этом, то сразу признаюсь. Теперь я не совсем обычный человек. Юки отдала мне свою Искру и вместе с ней половину лет жизни. Поэтому я не умру ещё пару веков… надеюсь…

— Искру?! Тебе?! Вот это поворот! Теперь понимаю! Всё понимаю! Ты и правда дорог для Юки! Бесконечно дорог! Получается, я покусился на её сокровище! Чёрт дери! Мне сильно повезло отделаться всего лишь синяками на заднице!

— Не преувеличивай…

— И в мыслях не было! Ох, Агнар! Теперь и ты стал мне братом! Надо же! В нашей стае пополнение! Не всё потеряно!

— Ладно, идём на кухню, пока Юки не начала беспокоиться.

— Да, ты прав.

Они покинули зал и двинулись на запах готовящейся еды.

На кухне было душновато. На раскалённой плите шкворчали две широкие чугунные сковородки. На одной жарился лук и кусочки колбасы, а на второй доходила четырёхглазая яичница, покрытая слоем укропа, помидоров и перца.

Юки вовсю хлопотала возле разделочного стола. Она удивительно умело чистила и нарезала свежие овощи для салата.

Хару воззрился на подругу и удивлённо заметил:

— Не думал, что ты умеешь готовить…

— Пф! В этом нет ничего сложного. Нужно лишь что-то поджарить, что-то смешать, а что-то просто нарезать.

Юки широко улыбнулась и довольно осмотрела приготовленные блюда. Выглядело всё очень аппетитно, а чарующий запах заставлял истекать слюной даже Агнара, который не славился особой тягой к вкусным яствам.

Юки указала на стулья и потребовала:

— Садитесь за стол, сейчас будем завтракать…

— А тебе разве помощь не нужна? — поинтересовался Агнар, занимая дальнее от двери место.

— Нет! Пока вы там мирились в зале, я уже всё приготовила.

Юки аккуратно разложила еду по четырём тарелкам и расставила их на столе. Затем она добавила ложки и вилки. Финальным украшением стала высокая корзинка со слегка чёрствым хлебом.

— Приятного аппетита, — пожелала Юки, присаживаясь на стул.

— Э… а почему тарелок четыре? — непонимающе спросил Хару, почесав затылок.

— Одну из порций унесёте Окуме, — чуть холоднее ответила Юки.

— Ох, подруга! — обрадовался Хару. — Ты наконец-то подобрела и простила нашего медведя?

— Вот ещё! Просто не хочу, чтобы он с голоду помер! Пусть живёт и страдает! О-о-о! Я даже сейчас слышу, как он шепчет имена убитых друзей! Да, Окума! Да! Во всём виноват ты! Только ты!

Юки посмотрела в сторону чердака и зло улыбнулась. Ей нравилось ощущать мучения трижды проклятого медведя.

Хару взглянул на Агнара и тихонько шепнул:

— Она снова пугает…

— Привыкай к этому. Любой станет слегка безумным, если проведёт века в одиночестве…

— Эй! Я вас прекрасно слышу! — возмутилась Юки.

— Да мы не о тебе говорим, — отмахнулся Агнар, отводя взгляд.

— Ага-ага! За дурочку меня держишь, барашек?! А ну, живо принимайся за завтрак, пока сам им не стал!

— Уже!

Агнар покорно притянул к себе тарелку и стал быстро черпать ложкой ароматную яичницу. Хару последовал его примеру. Кухня наполнилась бряцаньем столовых приборов и громким чавканьем.

— Ого! А ведь действительно неплохо! — оценил Хару, уплетая завтрак за обе щеки.

— Вкусно? Да? — с надеждой спросила Юки.

— Просто божественно, подруга!

— Ох, я так рада!

Юки просияла и расплылась в довольной улыбке. Небольшой комплимент поднял ей настроение и отогнал дурные мысли. Даже погода на улице вдруг стала лучше. Бушевавшая вьюга быстро затихла, сильнейший снегопад прекратился, из-за облаков показалось яркое солнце.

Хару вскинул брови и рассмеялся:

— Похоже, не только Кицунэ Ки умеет повелевать силами природы. Смотрите, как резко распогодилось…

— Это не я сделала. Обычное совпадение, — хмуро буркнула Юки, и в тот же миг солнце снова спряталось за тучей.

— Ха, подруга! А бурю вызвать можешь? Ледяной дождь?

— Да ну тебя! Если бы я умела управлять погодой…

Юки вдруг замолчала и напряглась. Её ушки встали торчком и медленно развернулись в сторону окна. Со стороны улицы донеслись странные звуки, похожие на далёкие человеческие крики.

— Харусик, ты это слышишь? — спросила Юки.

— Ага! Кажется, у нас гости. Пойду посмотрю, кого там принесло…

Хару поднялся из-за стола и направился к двери. Агнар и Юки переглянулись и поспешили за ним.

Глава 16. Родная кровь

Хару остановился на пороге дома и прислушался. С улицы доносились разъярённые крики. Люди громко бранились, зло насмехались и сыпали оскорблениями. Голоса были хриплыми, явно мужскими.

Юки догнала друга, схватила за рукав и спросила:

— Харусик, ты ждал гостей? Тебе знакомы эти люди?

— Нет!

— Тогда кто это может быть?

— Самому интересно. Моя избушка находится в такой непролазной глуши, что здесь даже звери не ходят, не говоря уже о людях. В любом случае нужно сходить и посмотреть, кого там принесло…

Хару тревожно хмыкнул и выбрался в сени. Агнар и Юки отправились в зал, чтобы наблюдать за происходящим через широкое окно. Они были готовы в любой момент вмешаться, если дело вдруг примет скверный оборот.

Ведущие во двор ворота были наполовину завалены пушистым снегом. Хару пришлось хорошенько потрудиться, чтобы открыть створки и протиснуться на улицу. Там его ожидала чарующая картина: недавняя вьюга превратила лощину в идеально ровное плато, лишённое изъянов. Ветер полностью стих, серые облака остановились. Казалось, природа застыла, заснула вечным сном.

И всё же умиротворение было неполным. Его нарушали громкие крики и мельтешения людей. В двухстах шагах от дома завяз в глубоких сугробах большой боевой отряд, насчитывающий не меньше тридцати голов.

Хару глухо чертыхнулся и с огромным трудом двинулся в сторону незваных гостей. Снега вокруг навалило по грудь, идти было невероятно тяжело, хотелось нырнуть в белое море и просто поплыть.

Хару остановился в двадцати метрах от галдящего отряда, состроил гневное выражение лица и недовольно воскликнул:

— Какого лешего вы тут расшумелись?! А?! Что вообще вы забыли в этой глуши?!

— Ты хозяин дома?! Чёртов Хару?! Да?! — грубо спросил один из воинов, явно предводитель.

Он был одет в тёплую стёганную куртку, поверх которой ярко блестела металлом дорогая кольчуга. На его голове красовался обитый мехом стальной шлем, а лицо закрывала шерстяная повязка.

Хару сверкнул глазами и посоветовал грубияну:

— У чужого порога нужно вести себя вежливее, иначе можно лишиться головы. Мало ли какие чудовища обитают в этих снегах…

— Я знаю, что ты дух волка! Не нужно пустых угроз! Мы тебя не боимся, на нашей стороне сама Кицунэ Ки!

— Пф! Да кто вы такие?! Кто ТЫ такой?!

— Меня зовут Ингвар! Я глава племени Кровавого Вепря!

Мужчина снял шерстяную повязку и показал своё лицо. Он был похож на Агнара как две капли воды. Вот только из-под его широкого шлема торчали светлые волосы, а не чернильно-чёрные.

Хару воззрился на наглого гостя и удивлённо хмыкнул:

— Чёрт дери, словно на Агнара смотрю…

— Получается, ты знаком с моим братом, — кивнул Ингвар. — Отлично, владычица не ошиблась.

— Владычица? Ты про Кицунэ Ки? — любопытно спросил Хару.

— Не твоё дело, Чёрный Волк! Я пришёл сюда не языком чесать! Немедленно позови Агнара! У меня есть к нему важный разговор! Ну?! Чего свои зенки пялишь?! Живо топай за моим братом!

— Поумерь пыл, человек! Вспомни, с кем говоришь…

Хару начал злиться и хмурить брови. В его сапфировых глазах разгорелось холодное пламя. Он уже собрался превратиться в зверя и проучить наглого выскочку, но в этот момент сзади подошли Агнар и Юки.

— Позволь мне разобраться, — тихо попросил Агнар.

— Как пожелаешь, дружище, — проговорил Хару, не спуская хищного взгляда с предводителя враждебного отряда.

Агнар медленно вышел вперёд и внимательно посмотрел на Ингвара, тот ответил пренебрежительной ухмылкой. В воздухе повисло почти осязаемое напряжение. Воссоединение братьев получилось весьма прохладным.

Первым заговорил Агнар:

— Что ты хотел, Ингвар? Зачем забрался в такую глушь и привёл с собой бойцов?

— Ты знаешь, что мне нужно… — протянул Ингвар, посмотрев на ножны на поясе брата.

— Чёрный меч, — догадался Агнар.

— Именно! Отдай его мне и тогда я просто уйду! Я даже разрешу тебе навестить могилы предков! Обелю твоё имя! Ну!

Ингвар сделал два шага вперёд и протянул руки. На его губах сияла улыбка, но в глазах тлела ненависть.

Агнар положил руку на гарду меча и отрезал:

— Нет! Я обещал никогда не расставаться с клинком. Он достался мне от отца. Это единственное наследство, которое я получил.

— Отец был не в себе, когда завещал тебе Чёрный Зов Предков! Это древняя реликвия, которую мы скрывали ото всех столетиями! Меч должен был достаться новому вождю племени! Не тебе!

— Я так не считаю.

— Ар-р-г-х! Ты попросту вор! Вор!!! Верни мне меч, он нужен для исполнения пророчества! Я и Кицунэ Ки встанем во главе Долины! Мы принесём разрушение старому миру и породим новый!

— Ты просто сошёл с ума…

— Нет! Нет!!! Безумец здесь только ты!

Ингвар отдёрнул руки и сжал кулаки. Ненависть в его взгляде сменилась на пламя ярости. Он неистово заскрежетал зубами, фальшивая улыбка превратилась в ужасающую гримасу лютой злобы.

— Я не уйду отсюда без меча! — заверил Ингвар, доставая из ножен два длинных кинжала.

— Хочешь напасть на логово волков? — грустно усмехнулся Агнар.

— Не напасть! Нет! Я вызываю тебя на бой! Бросаю вызов! Победитель получит всё!

— Брат, я не хочу…

— Ты не можешь отказаться! — злобно расхохотался Ингвар, безумно сверкая глазами.

— Чёрт тебя дери! Одумайся! — взмолился Агнар, не желая проливать родную кровь.

— Нет! Уже поздно! Жизнь или смерть! Ну?! Если откажешься, то опозоришь память предков! Память отца!

— Ах, что б тебя!

Агнар чертыхнулся и достал свой меч. Металл рукояти ярко сверкнул, чёрное лезвие пронзительно зазвенело. Бойцы племени Кровавого Вепря восторженно ахнули, словно увидели настоящее чудо.

Агнар повернулся к Юки и проговорил:

— Прошу тебя стать моим секундантом. Пусть поединок будет честным…

— Барашек, не нужно! — взмолилась Юки.

— У меня нет выбора! Вызов на поединок — священная традиция!

— Ох…

— Не переживай, я справлюсь. Верь мне.

— Хорошо, барашек. Я прослежу за тем, чтобы никто не мешался.

Юки отошла в сторону и мгновенно превратилась в огромную волчицу, способную проглотить целиком даже лошадь. Куски разорванной одежды взметнулись в воздух, снег разлетелся по сторонам. Застывшую лощину огласил громогласный рык.

— Харусик, сохрани мой мешочек с камнем души, — гулким голосом попросила Юки, проходя мимо.

— Хорошо, подруга! Тебе нужна помощь?

— Нет! С этими людьми я легко расправлюсь сама, если придётся…

Юки опустила голову и злобно зыркнула на притихших бойцов Ингвара. Те застыли на месте, изумлённо взирая на поджарую Белую Волчицу. В обличье зверя она была даже прекрасней, чем в девичьем теле.

Юки удовлетворённо фыркнула и стала кружиться на месте. Она притоптала снег и сделала широкую арену, на которой было проще сражаться. Теперь дуэлянтам грозила участь утонуть только в крови, а не в сугробах.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Агнар, похлопав волчицу по огромной лапе.

— Пф! Если умрёшь, то останешься без обеда! — попыталась пошутить Юки, но её голос дрогнул.

— Я уверен, ты меня даже с того света достанешь, чтобы отругать за проигрыш…

— В этом можешь не сомневаться, барашек! До скончания времён буду ворчать и нудеть над твоей могилой!

— Верю… верю…

Агнар тяжело вздохнул и вышел на импровизированную арену. Ему до скрипа зубов не хотелось сражаться с собственным братом, однако другого пути не было. Вопрос заключался лишь в том, будет ли поединок до первой крови или же до смерти.

Агнар поднял взгляд на соперника и сухо произнёс:

— Предлагаю отложить оружие и сойтись в драке на кулаках. Так мы проверим нашу силу, но останемся живы…

— Кулаки?! Что за бред?! — рявкнул в ответ Ингвар, встав напротив Агнара и крепче сжав рукояти кинжалов.

— Хочешь убить или умереть?

— Именно так! Только острый металл нас рассудит! Только он!!! Клыки и кровь! Слышишь?! Клыки и кровь!!!

Ингвар прорычал боевой клич «Вепрей» и бросился вперёд. Он атаковал быстро, полагаясь на скорость и лёгкость своего оружие. Узкие лезвия кинжалов пронзительно запели и дважды рассекли воздух.

Агнар отразил выпады, крутанул чёрным мечом и ударил плашмя по правому запястью Ингвара. Послышался смачный шлепок, за которым последовал крик боли и глухой звук упавшего на снег кинжала.

Ингвар потерял одно оружие, но не растерялся. Он быстро прижал отбитую руку к груди и незаметно вытащил из специальной кожаной петли крохотный обоюдоострый нож, лишённый ручки.

Агнар поздно заметил новую опасность и успел только слегка развернуть корпус, чтобы подставить плечо, а не грудь. Острый как бритва нож Ингвара полоснул по рукаву крутки и добрался до плоти.

— Чёрт! — ругнулся Агнар, быстро отступая на два шага и бегло осматривая рану. Та была неглубокой, но болезненной.

— Ха! Не ожидал такого?! — кровожадно рассмеялся Ингвар.

— Да, брат! Признаю, ты стал сильнее! Больше не действуешь только в лоб, как это было раньше!

— Это только начало! Клыки и кровь!!!

Ингвар поднял с земли кинжал и снова бросился в атаку. Он дважды ударил спереди, а затем использовал силу инерции и поднырнул под руку противника, чтобы пырнуть его в незащищённый бок.

Агнар предвидел это. Он заблокировал все выпады и отпрыгнул назад, разрывая дистанцию. Преимуществом и недостатком меча был его длинный клинок. Об этом стоило помнить.

— Не убегай! Сражайся! — прорычал Ингвар.

— В бою побеждает не только сила, но и выносливость! Если ты выдохнешься, то проиграешь…

— Не сегодня! Клыки и кровь!!!

Ингвар одним большим прыжком настиг Агнара и обрушил на него бесконечную серию молниеносных ударов. Лезвия кинжалов свистели, мельтешили, сверкали. В стороны сыпали яркие искры.

Агнар ловко отбивался, но не мог перейти в атаку. Как только он пытался сбить ритм соперника или сместиться назад, Ингвар моментально бросался вперёд в самоубийственной попытке перерезать противнику глотку.

— Хочешь прикончить меня даже ценой собственной жизни?! — прошипел Агнар, начиная уставать.

— Клыки и кровь! Клыки и кровь!!! — проревел Ингвар, брызгая слюной.

Казалось, он выжил из ума. В его взгляде пылала бескрайняя ярость зверя, а перекошенные злостью губы раз за разом выкрикивали боевой клич. Удары кинжалов вдруг стали вдвое сильнее и втрое быстрее.

Агнар чувствовал, что быстро теряет силы. Он почти пропустил один удар, затем второй, третий.

— Барашек! Я помогу! — раздался испуганный крик Юки.

— Не смей! — рявкнул Агнар.

— Ты не понимаешь!!!

— Я сказал не смей!!! — дико проорал Агнар, теряя остатки концентрации.

В этот момент Ингвар ударил особенно сильно. Кинжал скользнул по лезвию чёрного меча и прошёл всего в миллиметре от шеи Агнара. В холодный воздух взметнулись срезанные с кожи волоски.

— Убью! Убью! Клыки и кровь!!! — победоносно взревел Ингвар и снова ударил.

Агнар с трудом отразил выпад, сумел отскочить назад и вдруг понял, что настоящего боя не избежать. Остался только один выбор: победить или умереть. Воздух загустел, запахло смертью. Казалось, будто глубоко под землёй пробудилось нечто невероятно тёмное и дурное.

— Брат, почему всё так… — почти простонал Агнар.

— Ненавижу! Убью! Сдохни! Сдохни!!! — прорычал в ответ Ингвар, пригнувшись для нового рывка.

— Ох, хочешь крови? Пусть будет так…

Агнар отпустил свою злость и отринул сострадание. Он доверился чутью, перестал сдерживаться и ощутил силу холодной ярости. Его движения резко ускорились и стали точнее. Чёрный меч загудел, стал с рукой единым целым.

Ингвар снова выкрикнул боевой клич и безумно бросился вперёд. Казалось, в нём не осталось ничего человеческого. Он забыл о тактике, манёврах, даже защите. Им двигало только одно желание — убить любой ценой.

Агнар ловко уходил от всех атак. Он словно превратился в бабочку, неуловимо порхающую между вспышек жаркого пламени. Его блоки, уклонения и пируэты были идеальны и точно выверены.

А вот Ингвар полностью лишился рассудка. Ярость поглотила его и заставила делать ошибки. Он пропустил несколько колющих ударов, но не обратил на это внимания и в очередной раз рванулся вперед, выставив перед собой кинжалы.

Агнар неуловимым движением сместился вбок, пропустил мимо себя взбешённого брата и рубанул мечом. Чёрный металл рассёк бедро Ингвара почти до кости. На снег брызнула яркая кровь.

Ингвар пролетел вперёд, потерял равновесие и упал на землю, но тут же поднялся. Ни дикая боль, ни глубокие раны не могли погасить его злобу. Они лишь подпитывали дикую ярость зверя.

— Клыки… клыки… и кровь…

Ингвар глухо зарычал, перехватил кинжалы и неуклюже поковылял в сторону Агнара. Изувеченная нога подгибалась, отказывалась служить, сильно кровоточила, оставляла на снегу багровый след.

Агнар смотрел на это абсолютно бесстрастно. На его бледном лице не было эмоций, лишь в глазах светилась холодная расчётливость. Он подпустил брата ближе, оценил расстояние и занёс руку для последнего удара.

— Не надо… — послышался позади шёпот Юки.

Она произнесла это очень тихо, но Агнар услышал. Он вдруг пришёл в себя и опустил меч. Тень присутствия тёмной сущности пропала, тяжесть отступила. В тот же миг Ингвар выронил кинжалы, грузно рухнул на утоптанный снег и потерял сознание.

Бой был закончен.

Агнар оглядел хмурых бойцов племени Кровавого Вепря, указал на неподвижного брата и громко возвестил:

— Я честно выиграл сражение, но не собираюсь выдвигать условий или требований! Просто забирайте своего вожака и уходите!

— Но он же умрёт! До ближайшего посёлка далеко! — выкрикнул кто-то из «Вепрей».

— Не умрёт. Я унесу его в собственной пасти, — вступил в разговор Хару, выходя вперёд и осматривая лежащее тело.

— Что?! В пасти?! Мы не позволим…

— Хотите увидеть смерть командира? — осведомился Хару, указав на расплывающееся по снегу алое пятно.

— Нет, но…

— Тогда помогайте, а не жуйте сопли! Для начала перетяните рану на бедре и остановите кровь! Быстрее, ну! Давайте, вот! Накидывайте тряпку! Выше, болваны криворукие! Ага, придержите здесь! Готово, затягивайте узел! Сильнее! Ещё сильнее! Отлично! А теперь разойдитесь, а не то задавлю…

Хару быстро разделся, пригнулся к земле и превратился в огромного чёрного волка. Затем он не слишком аккуратно схватил Ингвара в зубы и понёсся в сторону ближайшей деревни. Бойцы из племени Кровавого Вепря хмуро двинулись следом. В лощине остались только Агнар и Юки.

На несколько мгновений вокруг стало поразительно тихо. Залитая кровью площадка казалась отвратительным грязным пятном, пестреющим на фоне бескрайних, девственно чистых снегов.

Юки вдруг встрепенулась, превратилась в девушку и подбежала к Агнару. Она быстро осмотрела его и участливо спросила:

— Барашек, ты в порядке?! Жить будешь?! Будешь ведь?!

— Да, всего пара царапин… — протянул Агнар, устало опираясь на меч.

— Это было так страшно! Так неприятно!

— Грязно… просто грязно…

— Ох! Не грусти, барашек! Всё обошлось! И ты, и твой брат живы!

— Угу! И всё равно так мерзко и противно на душе! Что нашло на Ингвара? Он словно обезумел. Неужели чёрный меч пленит его настолько сильно? Может, стоило просто отдать клинок?

— Дело не в мече, барашек!

— А в чём? — спросил Агнар, скосив на любимую взгляд.

— Во время сражения я почувствовала знакомую вонь! Вонь кровавого бога Тхидо! Твой брат находился под его чарами!

— Ох! Ты уверена?!

— Да! Раньше от Окумы пахло так же! И теперь я понимаю, почему!

— Знаешь, я тоже ощутил лютую злость и желание убивать. Скажи честно, от меня не исходило зловоние Тхидо? Вдруг…

— Нет, барашек! От тебя не пахло скверной, ты просто злой! Сам по себе! Хи-хи!

— Вот уж спасибо! — обиженно фыркнул Агнар.

— Не переживай, в любом из нас живут скрытые демоны. Ладно, хватит болтать. Идём скорее в дом, тебе нужно отдохнуть. Только мешочек с камнем души заберу, Хару оставил его в груде одежды…

Юки отправилась к брошенному на снегу тряпью, нашла в нём своё сокровище и почти бегом вернулась к Агнару. Её руки и ноги уже дрожали от холода, кожа побелела сверх меры, губы посинели.

Юки выдохнула облачко пара и выпалила:

— Б-р-р-р! Как же холодно в человеческом теле! Просто кошмар!

— Так возьми одежду Хару, — предложил Агнар.

— Вот ещё! Этот грязнуля не мылся несколько дней! От его куртки и сапог невероятно смердит!

— Вот ведь привереда…

Агнар недоговорил и вдруг опасно покачнулся. Он ощутил сильную слабость в теле, ноги подкосились.

Юки придержала любимого и быстро спросила:

— Ох! Что с тобой?! Где-то болит?! Не молчи, барашек!

— Рука… онемела… — едва слышно пробормотал Агнар и повалился на землю.

Юки склонилась над ним, с трудом перевернула на спину и внимательно осмотрела с головы до ног. На рукаве толстой куртки обнаружился небольшой разрез, сквозь который тихонько сочилась кровь.

Юки пригнулась ниже и разглядела на плече Агнара крохотную рану, края которой уже почернели. Кожа вокруг пореза приобрела неестественно синий цвет, проявились многочисленные тёмные капилляры.

Юки понюхала рану и зло выдавила:

— Яд!

Похоже, оружие Ингвара было отравлено. Грязный приём, но крайне действенный.

Юки до боли закусила губу и провела тоненькой ладонью по лицу Агнара. Тот уже провалился в беспамятство и начал бормотать бессвязные слова. На его лбу проступили крупные капли пота, в уголках губ появилась пена.

— Держись, барашек! — всхлипнула Юки.

Она схватила бредящего Агнара за ворот куртки и потащила в сторону дома. На небе вдруг сгустились чёрные тучи, резко потемнело, посыпались хлопья снега. Сильнейший ветер пронёсся по лощине, метель вернулась в Морозные холмы.

Глава 17. Божественный сок

За стенами дома бушевала сильнейшая вьюга. Ветер неистово ударял в окна, грозя выбить ставни и заполнить комнаты колючим морозом. По небу бродили чернильные тучи, сильнейший снегопад обрушился на лощину. На улице резко потемнело, словно наступил поздний вечер.

В зале было холодно и тревожно. Неспокойное пламя камина дёргалось, сыпало искрами, устрашающе гудело. Раз за разом облака чёрного дыма покидали очаг и взмывали к деревянному потолку, порождая удушливый запах гари.

Агнар беспокойно лежал на куче одеял и громко стонал. На его висках и бледных щеках проступили огромные капли холодного пота, под глазами набухли синие мешки, губы потрескались и почернели.

Юки тихонько сидела рядом и время от времени протирала лицо любимого мягким полотенцем. Она уже испробовала все лечебные травы, которые смогла найти в доме Хару, но ничего не помогало.

— Держись, барашек, — пролепетала Юки, сворачиваясь клубочком рядом.

— Пророчество… Смерть… Новое начало… — бредил Агнар, елозя по одеялам и не находя покоя.

Юки понимала, что помочь Агнару могут только деревенские лекари. Но как только она пыталась вытащить его на улицу, он начинал судорожно дёргаться, дико хрипеть и исходить пеной. Пришлось оставить его на полу возле камина.

Юки тихонько заскулила и сильнее прижалась к Агнару. Её целебная аура замедляла распространение яда, но не излечивала его. Вся надежда была только на скорое возвращение Хару.

— Миленько тут у вас… — вдруг раздался знакомый голос.

В центре зала беззвучно появилась Кицунэ Ки, одетая в просторное длинное платье, на поясе которого висели пугающие звериные маски. На её лице светилась чарующая улыбка, а в руках был зажат красивый веер.

Юки зарычала и вскочила на ноги. Она низко пригнулась, выпустила когти и приготовилась к сражению. Её зелёные глаза впились в незваную гостью, а длинный белый хвост встал трубой и распушился.

Кицунэ Ки закрыла лицо веером и тихонько рассмеялась:

— Успокойся, дитя. Я не собираюсь нападать. В этом нет никакой нужды.

— Так я и поверила! — зло прошипела Юки.

— А? Откуда такое отношение? Чем я тебе не угодила?

— Ещё спрашиваешь?! Это ты подослала Ингвара! Я точно знаю!

— Не отрицаю. Он должен был забрать чёрный меч, только и всего. Я думала, что братья найдут общий язык…

— Ха! Строишь из себя невинную овечку?! Да?! Надеешься запутать меня, обдурить?! Нет, я не поверю тебе, Девятихвостая Лиса! Особенно после того, как ты связалась с кровавым богом Тхидо!

— Что?! Откуда ты знаешь это имя?! — испуганно воскликнула Кицунэ Ки, подавшись вперёд всем телом.

С её красивого лица вдруг слетела улыбка, в глазах появилась тень сильного страха, а руки сжали веер до треска. Такая реакция не казалась наигранной или лживой, она была вполне настоящей.

— Откуда ты знаешь о Тхидо?! Ответь, дитя! — взмолилась Кицунэ Ки, не в силах скрыть волнение.

— Я не знакома с ним лично, но уже сталкивалась с одним из его слуг. И он смердел точно так же, как Ингвар. Я уверена, что это вонь кровавого бога Тхидо, чёрная метка проклятия, клеймо раба. Называй как хочешь.

— Ох, неужели Ингвар… — еле слышно прошептала Кицунэ Ки, быстро бледнея.

— Да! Он под властью Тхидо! Я это не сразу заметила, только во время боя…

— Не может быть! Я бы учуяла! Поняла!

— Пф! Видимо, твой напудренный нос забит ароматами духов и красивой жизни! Или ты меня просто дуришь, что скорее всего! Признайся, ты спелась с кровавым богом! Это он приказал тебе достать меч?! Так?!

— Нет! Я ненавижу Тхидо! И у меня есть на это свои причины! — резко выпалила Кицунэ Ки и тут же постаралась взять себя в руки.

— Ненавидишь? — усомнилась Юки, недоверчиво сощурив глаза.

— Да! Он доставил мне много… неприятностей. Нужно вернуть должок.

— Хочешь убить Тхидо?

— Что?! Нет! Старого бога нельзя убить. Его можно только ослабить и погрузить в бесконечный сон.

— И для этого тебе нужен чёрный меч?

— Отчасти…

Кицунэ Ки смогла взять себя в руки и полностью успокоилась. На её манящих алых губах снова появилась чарующая улыбка, однако в этот раз она казалась слегка напряжённой и натянутой.

Юки покачала головой и фыркнула:

— Не верю я тебе! И никогда не поверю! Не зря тебя называют Девятихвостой Лгуньей!

— Кто называет? — удивилась Кицунэ Ки, чуть вскинув брови.

— Я, например!

— Ох, дитя! Уж не знаю, чего ты на меня так взъелась, но сейчас не время для склок. Я узнала, что Ингвар устроил небольшое представление, а потому пришла извиниться лично. Однако я вижу, что дела совсем плохи. Агнара ранили, так? Судя по всему, в его кровь попал яд…

— И? — протянула Юки.

— Я могу помочь. Для подобного случая у меня есть особое лекарство, которое поднимет на ноги даже мёртвого…

Кицунэ Ки достала из широкого рукава небольшой стеклянный пузырёк, в котором плескалась тёмно-зелёная жидкость. Насыщенный аромат трав и цветов пробивался даже через деревянную пробку.

— Вот, напои этим снадобьем Агнара, — напутствовала Кицунэ Ки, бросая склянку на одеяло.

— А? С чего бы тебе помогать? — недоверчиво пробурчала Юки, поднимая лекарство.

— Потому что именно я виновата в случившемся. Племя Кровавого Вепря находится под моим покровительством. Я послала Ингвара на переговоры, чтобы он МИРНО забрал чёрный меч. К большому сожалению, я не предвидела кровавой битвы и вмешательства Тхидо.

— Сладко поёшь…

— Я не вру, дитя! Разве ты не слышишь, что в моих словах нет лжи?

— Хм-м…

Юки всё ещё сомневалась, но других вариантов не было. Агнару становилось хуже с каждой минутой. На его опухшем лице появилась паутинка из вен, дыхание стало прерывистым и хриплым. Яд почти победил.

Юки достала затычку из склянки со снадобьем, понюхала содержимое и попыталась просунуть в узкое горлышко свой язык.

— Не советую пробовать на вкус, — проговорила Кицунэ Ки.

— А?! Почему это? Хочешь отравить Агнара?

— Он уже отравлен, — веско заметила Кицунэ Ки. — И нет, внутри не яд.

— Тогда почему мне нельзя попробовать?

— Дело твоё, конечно. Просто это лекарство приготовлено на основе… некоторых моих телесных жидкостей…

— Ох, фу! — выпалила Юки и моментально спрятала язык.

— Ну, что уж тут сказать. Моя кровь обладает поистине чудотворным действием. Она исцеляет почти любые болезни.

— Ах, кровь! — облегчённо выдохнула Юки.

— Ну да, а ты о чём подумала?

— Неважно!

Не упуская из вида гостью, Юки осторожно присела на пол и влила снадобье в приоткрытые губы Агнара. Тот попытался выплюнуть горькую жидкость, но в итоге сдался и сделал судорожный глоток.

— Теперь ему станет лучше, — заверила Кицунэ Ки.

— Если барашек умрёт, то я откушу тебе голову! Даю слово Белой Волчицы!

— Эх, хорошо бы… — мечтательно протянула Кицунэ Ки.

— А?! Что?! — изумилась Юки.

— Ох, дитя! Я говорю не про смерть Агнара, этому я не буду рада, уж поверь…

— Тогда о чём? Неужели мечтаешь, чтобы я перегрызла тебе глотку?

— М-м-м? Ха-ха, нет же. Я просто вспомнила старую притчу, которую слышала в детстве. Рассказывали, что однажды злобная волчица поймала маленького наивного лисёнка и с огромным удовольствием растерзала его…

— Хм-м! Хорошая сказка, мне нравится, — оценила Юки, довольно кивнув.

— Вот только маленький лисёнок не погиб, а переродился в могучего бессмертного зверя. Он стал править всеми лесами, и в конечном итоге даже злая волчица склонила перед ним свою голову…

— Пф! Конец у истории подкачал, — недовольно фыркнула Юки.

В этот момент Агнар пришёл в себя и устало открыл глаза. С его лица исчезла чёрная паутинка вен, на щеках проступил лёгкий румянец, дыхание стало ровным. Похоже, лекарство подействовало.

Юки забыла обо всём на свете и быстро спросила:

— Барашек, ты как? Можешь говорить? Что-то болит?

— Всё хорошо, не плач, моя вредная Волчица, — с улыбкой прошептал Агнар и тут же провалился в глубокий сон.

Юки тихонько всхлипнула и стала гладить щёки любимого. Её успокаивало его тихое дыхание и ровное биение сердца, однако слёзы сами по себе катились по девичьим щекам. Но это были слёзы радости.

Кицунэ Ки украдкой завистливо вздохнула и сообщила:

— Теперь жизни Агнара ничего не угрожает, он быстро поправится…

— Спасибо, — еле слышно буркнула Юки и густо покраснела, ей было невероятно сложно произнести это слово.

— Не стоит благодарности, милое дитя. В конечном итоге именно из-за моей недальновидности Агнар пострадал.

— Вот-вот, — фыркнула Юки. — Но всё равно спасибо.

— Что ж, мне пора вернуться домой. Нужно разобраться с новыми проблемами. Если Ингвар действительно находится под властью кровавого бога Тхидо, то для Долины могут настать тяжёлые времена…

— А? Ты просто уйдёшь? И даже не попытаешься отнять у Агнара меч?

— Нет, дитя. Этот меч, Чёрный Зов Предков, имеет собственную волю и безграничную преданность. Его нельзя забрать силой или угрозами, можно только передать добровольно. Так уж это работает…

— Думаешь, Агнар отдаст тебе меч по своей воле? — спросила Юки, презрительно хмыкнув.

— Уж точно не сегодня…

Кицунэ Ки грациозно махнула веером и вдруг просто исчезла. На её месте осталось облачко из сияющих алых искорок. Воздух содрогнулся от странного гула, похожего на звук огромного колокола.

— Вот ведь выделывается, позёрка! — обидчиво проворчала Юки и вернулась к уходу за спящим Агнаром.

На улице всё так же свирепствовала метель. Сильнейший ветер завывал в трубе и проникал в дом сквозь щели в оконных рамах. В зале становилось всё холоднее. Пламя камина не справлялось с буйством природы.

С наступлением темноты вернулся Хару. Он потоптался возле ворот, принял человеческое обличье и прошёл в избу. В его руках была зажата охапка одежды, запорошенная снегом.

Хару остановился на пороге и тут же спросил:

— Как там Агнар? Жить будет? Перед возвращением домой я встретил Кицунэ Ки, она мне всё рассказала…

— Да, ему уже лучше, — тихо ответила Юки.

— Он пришёл в себя?

— Ага. Даже сейчас не спит, а только делает вид. Вот ведь хитрый барашек. Видимо, ему просто нравится лежать на моих коленях…

Юки тихонько захихикала и легонько щёлкнула пальцем по носу любимого. Агнар не открыл глаза, но расплылся в широкой улыбке.

Хару с облегчением выдохнул и устало проговорил:

— Ох! Ну и денёк выдался…

— Харусик, ты, наверное, голоден? — будто невзначай поинтересовалась Юки.

— Да! Быка бы съел…

— Я сейчас не могу готовить, нужно за Агнаром следить…

— Понял, подруга! Понял! Сейчас переоденусь в сухое и принесу кое-что из погреба! Тебе понравится!

Хару бросил сырую одежду возле камина и скрылся в смежных комнатах. Несмотря на усталость, он двигался быстро и достаточно энергично. Видимо, желание побаловать дорогую подругу прибавило сил.

Тем временем Агнар перестал притворяться спящим и открыл глаза. Он попытался сесть, но тут же повалился обратно на одеяла. Слабость взяла своё. Юки зло зыркнула на больного и приказала не шевелиться.

— Я тебя напугал, да? — виновато спросил Агнар, уставившись в потолок.

— Ох, барашек! Я думала, что у меня хвост облысеет от страха! — честно призналась Юки, укрывая любимого тремя тёплыми куртками.

— Хм-м, помню лишь конец боя и онемение в руке…

— Ага! Я затащила тебя в дом, а потом…

Юки рассказала Агнару о случившихся событиях: горячке, метаниях в бреду, появлении Кицунэ Ки, разговоре, лекарстве.

Агнар вскинул брови и неуверенно проговорил:

— Значит, меня Кицунэ Ки вылечила? Хм… вот оно как…

— Ага! Я даже ей спасибо сказала, — похвасталась Юки.

— Ха, было сложно?

— Очень! До сих пор язык сводит! — рассмеялась Юки, прижавшись к Агнару.

— Получается, Кицунэ Ки не знала про связь Ингвара и Тхидо…

— Или просто соврала!

— А твои замечательные волчьи ушки услышали в её словах ложь?

— Нет, — честно ответила Юки и тяжело вздохнула. Почему-то ей очень хотелось, чтобы Кицунэ Ки оказалась злодейкой.

Агнар замолчал и задумался. Он уже жалел о том, что отправился в Долину. В королевстве всё было проще. Ни кровавых богов, ни сказочных Пророчеств, ни семейных разборок.

Агнар убрал с лица белую шерстинку и пробормотал:

— Уже скучаю по тому времени, когда мы просто путешествовали в повозке…

— Я тоже, барашек… Я тоже…

Скрипнули двери, в зал вошёл Хару. Он нёс нарезанную буханку хлеба и длиннющую гирлянду из пузатых колбасок, туго перевязанных белыми нитями. По воздуху разлетелся манящий аромат копчёного мяса и незнакомых специй.

— Ты решил удивить меня этим? — разочаровано вздохнула Юки, ожидавшая чего-то более экзотического.

— Ох, подруга! Не торопись с выводами…

Хару развесил колбаски над очагом и подкинул в камин дровишек. Огонь разгорелся сильнее, языки пламени лизнули мясные бока. Послышалось аппетитное шкворчание, запах специй усилился.

Юки потянула носом воздух и сглотнула заполнившую рот слюну. Её голодные глаза сверкали так ярко, что походили на два зелёных фонаря. Всё громче бурчал живот, требуя немедленно начать ужин.

— Хочу уже! Скоро там? — заканючила Юки, состроив скорбное выражение лица.

— Подожди немного, пусть прогреются, — ответил Хару, шевеля угли.

— Дай! Дай!!!

— Ох! Ну хорошо… — сжалился Хару.

Он сорвал две колбаски, положил их на толстый кусок хлеба и отнёс подруге. Юки тут же схватила шкворчащие яство и жадно вцепилась в него зубами. Послышалось блаженное чавканье.

— Не обожгись, — напутствовал Хару, с улыбкой качая головой.

— Мням-мням! Для меня еда не бывает слишком горячей! Мням-мням! Главное, чтобы её было много!

Юки съела первую порцию, потом вторую, третью. Её животик заметно округлился, а вместе с этим к ней вернулось хорошее настроение. Она невольно заулыбалась и завиляла длинным хвостом.

— Ещё! Дай ещё! — потребовала Юки.

— Ха, понравилось, да? — довольно хмыкнул Хару, подавая бутерброд из дымящейся колбасы и хлеба.

— Угу-угу! С виду простые колбаски, но вкус такой необычный и приятный! Я никогда подобного не ела, честно! Вот только никак не пойму, из какого мяса они сделаны? Неужели говядина? М-м-м? Или всё же баранина?

— Нет, это волчатина, — полностью серьёзно ответил Хару.

— Ч… что? — упавшим голоском пискнула Юки, мгновенно бледнея.

— М? А что такого, разве не вкусно? Возле деревни Эрика бродили дикие волки. Наглые были до жути. Никак не хотели уходить, огрызались. Мне пришлось перебить их всех и пустить на шкуры и мясо. Не пропадать же добру…

— А… но…

Юки поджала задрожавшие губки и с отвращением посмотрела на мясной бутерброд в своих руках. Казалось, она вот-вот разрыдается. Только сильный шок ещё заставлял её безмолвно сидеть на месте.

Агнар высунулся из-под курток и удивлённо спросил:

— Колбаса из волчатины? Серьёзно? Впервые о такой слышу. Хм-м-м… Дай-ка попробовать…

Он протянул вперёд руку, забрал у ошарашенной Юки надкушенный бутерброд и с наслаждением вонзил в него зубы.

Хару тоже не остался в стороне от варварского пиршества. Он взял одну из подрумянившихся колбасок, аккуратно разрезал пополам, зажал между кусками хлеба и быстро отправил в рот.

Юки с ужасом взирала на Агнара и Хару. Ей вдруг показалось, что они с лёгкостью могут съесть и её саму. Она сильно сжалась и невольно поползла в сторону дальнего угла, словно пытаясь укрыться от кошмарного зрелища.

Агнар и Хару быстро переглянулись и вдруг дико расхохотались. От звука их смеха задрожали даже стены.

Юки замерла на месте и тихонько проблеяла:

— Как… как вы можете…

— Ох, милая, успокойся. Мы просто шутим над тобой, — проговорил Агнар, закончив смеяться.

— Ш… шутите? — недоверчиво пролепетала Юки, всё ещё отползая к стене.

— Ну да! Никакая это не волчатина. Я узнаю запах и вкус. Колбаса привезена из-за моря и сделана из мяса верблюда.

— Верблюда?

— Ага! Это такая корова с длинной шеей и горбом на спине…

— М-м-м…

Юки затаила дыхание, пытаясь переварить услышанное. Наконец в её глазах сверкнуло понимание, уголки побледневших губ потянулись вверх. Но это была не улыбка, а самый настоящий звериный оскал.

— Ах, вот оно что! Пошутить решили, да?! — злобно прошипела Юки, сузив глаза.

В зале вдруг разразилась настоящая буря. Поднялся сильнейший ветер, затушивший пламя камина. В воздух взметнулась зола, дым закрутился в вихре, резко похолодало. По стенам и полу поползли дорожки белого инея.

— Эй, подруга, прекрати! — испуганно взмолился Хару. — Агнар, скажи ей!

Но Агнар предпочёл накрыться тремя куртками и притвориться мёртвым. Он даже набрал в лёгкие побольше воздуха и задержал дыхание, чтобы не стать первой жертвой взбесившейся Белой Волчицей.

— Харусичек, иди-ка сюда… — холодным голоском позвала Юки.

— Что-то не хочется.

— Иди-иди, не бойся…

— Нет, откажусь.

Хару быстро попятился, но запнулся и неловко упал. Юки одним прыжком настигла его и схватила за ухо.

— Волчатина, говоришь?! — зло прошипела она, сверкая глазами.

— П… подруга, ну ты чего…

— Хочу попробовать кусочек, самую малость. Вдруг ты и правда вкусный?

— Н… не надо…

Хару не мог сдвинуться с места, не мог закричать. Голос Юки гипнотизировал, устрашал, лишал дыхания. Сейчас она была в человеческом обличье, но от неё исходила аура матёрой Белой Волчицы.

Юки склонилась ниже и громко клацнула зубами. Хару резко дёрнулся, но ощутил не боль, а сильный холод. Ему показалось, будто по венам побежали студёные воды заледенелых горных родников.

— В следующий раз точно покусаю! — заверила Юки, отвесив другу обидный щелбан.

Затем она выпрямилась и отошла в сторону. Ветер в зале моментально стих, тяжёлая аура развеялась, пепел и сажа осели на пол. Стены дома тихонько скрипнули, словно облегчённо вздохнув.

Агнар высунулся из-под курток и еле слышно спросил:

— Уже всё?

— Барашек! Думаешь, я тебя не накажу? — поинтересовалась Юки, поворачиваясь на голос и гневно стегая хвостом.

— Ну какое наказание, любовь моя? Это же была обычная шутка, небольшая забава. Неужели ты не уловила в словах Хару подвоха? Я думал, что ты просто подыгрываешь нам, только и всего…

— Барашек! Ты прекрасно знаешь, что я умею распознавать ложь! Но для этого мне нужно быть готовой к обману! А вам двоим я полностью доверяла! И поплатилась за это! У-у-у! Бессовестные пройдохи!

— Да ладно тебе, будь помягче.

— Помягче?! Нет уж! Накажу по полной!

— Но я ведь болею… сил нет… ох… — тяжело простонал Агнар, давя на жалость и наигранно вздыхая.

— Нет-нет-нет! Если ты смог пошутить, то сможешь и расплатиться.

— Давай хотя бы отложим порку до завтра? А?

— Ладно, убедил! Всё равно мне нужно время, чтобы придумать для вас обоих хорошее наказание…

Юки хищно улыбнулась, уже предвкушая сладкое отмщение. Хару и Агнар скуксились и сильно погрустнели. Они знали, что Белая Волчица весьма изобретательна, когда дело доходит до «карательных мер».

На несколько минут в зале повисла тишина. Все присутствующие ушли в собственные мысли. Кто-то планировал жестокие пытки, а кто-то всерьёз продумывал ночной побег, чтобы избежать этих самых пыток.

Наконец Юки прервала молчание и приказала:

— Так, слушайте внимательно, дурни! С вашими шалостями разберёмся завтра утром! А сейчас… Харусик, разожги камин и подмети пол! А ты, барашек, засыпай и набирайся сил! Всё поняли?!

— Так точно! — хором ответили оба.

— Ох! Опять шутить вздумали?! Ну я вам! — взвилась Юки, погрозив «дурням» крохотным кулачком.

На этом маленький конфликт был исчерпан. Хару устало отправился заниматься хозяйством, а Юки свернулась калачиком возле любимого и тут же задремала. Агнар с тревогой во взгляде уставился на стену, но вскоре отбросил беспокойные мысли, закрыл глаза и провалился в тяжёлый сон.

Глава 18. Наказание

С самого утра в доме Хару было неспокойно. По просторным комнатам разлетались громкие крики, иногда перераставшие в истошные визги. Атмосфера была настолько напряжённой, что даже воздух, казалось, загустел.

— Я сказала нет! Слышишь меня?! Нет! — вопила Юки, закрывая собой выход из зала с камином.

— Любимая… — протянул Агнар, грустно улыбаясь.

— Нет! Не пущу, и всё тут!

— Пойми же, мне нужно туда сходить. Я ОБЯЗАН это сделать.

— Вот ещё! Сам себе навыдумывал всякого! Нет уж! Сиди дома! Лечись и выздоравливай! Тебе сейчас опасно даже просто на улицу выходить! Так что живо дуй на диван и забирайся под одеяло! Ну! Оглох, что ли?!

— Причём здесь болезнь или усталость? Мне нужно увидеться с братом…

— Нет, не нужно! Ничего с этим Ингваром не случится! Я уверена, что деревенские лекари его подлатали, угрозы жизни нет! И чего ты вообще вдруг заговорил о семейных узах?! Десять лет о брате не вспоминал, а тут…

— Я думал, что для меня это неважно, но ошибался. Я должен помочь Ингвару избавиться от клейма Тхидо.

— Барашек! Барашечек!!! Не лезь в это дело, молю!

Юки широко раскинула руки, полностью перекрывая выход из комнаты. Однако Агнар всё равно двинулся вперёд, словно живой таран. Тем временем Хару молча стоял возле камина и с любопытством наблюдал за смешным представлением.

— Барашек, не подходи! — взвизгнула Юки, стараясь выглядеть грозно и решительно.

— А то что? — хмыкнул Агнар, делая ещё шаг. — Превратишься в волчицу и силой заставишь меня отступить?

— Не вынуждай меня! Не испытывай судьбу!

— Пустые угрозы!

— Ах, так?! Да?! Что ж! Я не могу тебя покусать, потому что обещала! Но себя-то я покусать могу!

— Чего? — удивился Агнар, непонимающе вскинув брови.

— А вот! Если ты подойдёшь ближе, то я вцеплюсь себе в руку! До кости вгрызусь, обещаю! И это будет твоя вина! О-о-о! Я тут всё забрызгаю кровью! Буду мучаться и страдать! Слышишь?!

Юки не шутила и не блефовала. Она действительно собиралась осуществить угрозу. Расчёт был сделан на мягкое сердце Агнара, который не мог допустить страданий своей вредной, но бесконечно любимой Белой Волчицы.

— Ну что, сдаёшься? — невнятно пробурчала Юки, держа в зубах собственную ладонь.

— С шантажистками переговоров не веду!

Агнар быстро шагнул вперёд и невероятно ловко схватил Юки за волчье ушко. Та не успела даже дёрнуться.

— Барашек! Т… ты что задумал?!

— Ты перешла черту, молодая леди, — холодно сообщил Агнар, увлекая свою жертву вглубь зала.

— Ай! Ай-ай! Аккуратнее! Оторвёшь же! — прошипела Юки, на цыпочках следуя за мучителем.

— Не страшно, новое отрастишь…

— Ай! Отпусти ухо! Сейчас же отпусти! Немедленно! Ты хоть знаешь, что я с тобой за это сделаю?! Знаешь?!

— Хм-м, наверное, ничего? — с ухмылкой предположил Агнар.

— Ах ты!

Юки попыталась вывернуться, но безуспешно. Тогда она дико зарычала и несколько раз гневно ударила хвостом. Однако это не заставило Агнара отступить. Он неумолимо тащил брыкающуюся добычу в сторону дивана.

Добравшись до места, Агнар заставил Юки лечь животом вниз, после чего придавил её стопкой тяжёлых одеял. Из-под матерчатого груза остались торчать только худенькие ножки и округлый зад.

— Барашек! Что ты задумал?! — завопила Юки, не имея возможности двигаться.

— Сейчас узнаешь, — хмуро ответил Агнар, доставая из петель штанов увесистый кожаный ремень.

Юки услышала металлический звон бляшки и безумно задрыгала ногами. Однако тяжёлые одеяла не позволяли эффективно сопротивляться. Пришлось смириться с поражением и сменить тон.

— Барашечек! Ты ведь не будешь меня пороть, правда? — с надеждой спросила Юки.

— Буду, милая. Обязательно буду.

— Но так ведь нельзя!

— Почему это? Когда мы плыли на гнилой шхуне, ты сама мне сказала: «Если вдруг я буду вести себя дурно, то просто схвати меня за ухо, уволоки в укромное место и выпори крепким ремнём». Было такое?

— Было, — уныло буркнула Юки.

— Тогда советую крепче сжать зубы, пороть я умею!

— Ай! Барашечек, не надо! Пожалуйста! Я всё поняла! Поняла! Честно!

— И ты больше не будешь кусать себя и визжать на весь дом?

— Не буду, обещаю… — еле слышно ответила Юки, её хвост последний раз дёрнулся и безвольно поник.

— Хорошо, поверю на слово.

Агнар отложил ремень в сторону и убрал груду тряпья. Юки быстро вскочила на ноги, распушила хвост и гневно уставилась на обидчика. Её левое ушко немного подрагивало, на нём виднелись следы от пальцев.

— Хочешь что-то сказать? — спросил Агнар, излишне нахально улыбаясь.

— Н… нет, — сквозь зубы выдавила Юки, с трудом сдерживая злость и обиду.

— Вот и отлично! Тогда я пойду собираться. Нужно навестить брата, даже если он не будет этому рад…

Агнар вставил ремень в петли штанов, накинул на плечи дополнительную куртку и направился в сторону двери.

Юки хитро сузила глаза и будто невзначай произнесла:

— Барашек, пусть я повела себя неразумно, но и у тебя остался должок. За вчерашнюю шутку про волчатину.

— И что с того? — спросил Агнар, остановившись и посмотрев с любопытством.

— Я хочу, чтобы ты взял меня с собой. Это моё условие для перемирия. В противном случае я затаю обиду…

— Хару оставил Ингвара в деревне, в которой мы недавно были на празднике. Ты уверена, что хочешь туда пойти? Вполне возможно, что придётся встретиться не только с гневными взглядами жителей, но и с Кицунэ Ки…

— Тогда я точно должна идти. Ни за что не оставлю тебя наедине с этой хитрой лисой. К тому же ты ещё слаб, а долгое путешествие по снегу весьма утомительно. Поэтому будет логично воспользоваться силой моих волчьих лап.

— Предлагаешь поехать на твоей спине? Хм…

Агнару понравилась эта идея, но нужно было сделать вид, будто он недоволен. Это позволило бы Юки сохранить остатки волчьей гордости и создало бы столь необходимую видимость компромисса.

— Ох, милая, я не думаю, что это хорошая идея, — с весьма правдоподобным вздохом произнёс Агнар.

— Должок, барашек! Должок! — веско напомнила Юки.

— Ну хорошо, убедила…

— То-то же, — довольно фыркнула Юки, чувствуя себя победительницей.

Она начала раздеваться, чтобы не испортить одежду при превращении. Куртка, сорочка и штаны полетели в разные стороны. Такая небрежность была ещё одним проявлением раздражения и обиды.

Агнар украдкой улыбнулся и обратился к Хару:

— А ты с нами не хочешь? Не думаю, что будут проблемы, но…

— Нет, прости. Мне нужно проведать Эрика, — проговорил Хару, пытаясь скрыть удивление. Он всё ещё не мог поверить в то, что после всего произошедшего Юки не откусила Агнару голову.

— Понимаю, семья важна.

Агнар собрал разбросанную по углам одежду и вышел на улицу. Юки недовольно поджала губки, тяжело вздохнула и поспешила за ним. Она до скрипа зубов не хотела идти в деревню, но отпускать «барашка» одного было нельзя.

На улице стоял погожий день. Вчерашняя метель улеглась, ветер стих. На небе светило яркое солнце, которое слепило глаза и совершенно не грело. Было довольно морозно, каждый выдох порождал белесое облачко пара.

— Снегу-то навалило! — ужаснулась Юки, хитро скосив взгляд на Агнара.

— Ха-ха! Думаешь, что если откажешься меня везти, то я останусь дома? Я угадал?

— Для барашка ты слишком умный, — буркнула Юки, недовольная тем, что её замысел так легко разгадали.

Она резко дёрнула хвостом и превратилась в огромную волчицу. На площадке перед домом вдруг стало тесновато.

— Залезай! — гулко приказала Юки, пригибаясь к земле.

Агнар схватился за белую шерсть и быстро взобрался волчице на спину. С высоты ему открылись чарующие виды: покрытые снегом склоны, чёрные «часовые» скал, лёгкая дымка облаков над вершинами. Всё же Морозные холмы были очень красивым местом, хоть и невероятно опасным.

— Держись! — рыкнула Юки и резко сорвалась с места.

Огромная волчица ветром понеслась вперёд, взметая облака пушистого снега. Дом остался далеко позади и вскоре скрылся из виду. Всюду искрились на солнце девственно чистые просторы, вечные и безмолвные.

Юки взобралась на холм и перешла на шаг. Спускаться по склону было труднее и опаснее, чем подниматься. Нужно было внимательно смотреть под лапы, чтобы не свалиться кубарем вниз.

— Запыхалась, да? — решил пошутить Агнар, нежась в меховом седле.

— Пф! Я могу бежать без отдыха день и ночь! — грозно рявкнула Юки, пытаясь скрыть тяжёлое дыхание.

— Ну-ну, не злись. Кстати, как там твоё ушко? Не болит? Хе-хе…

— Ах! Вот ведь нахал! Ещё спрашиваешь о таком! Совсем страх потерял! А ведь вчера ты испуганно трясся под куртками, когда я взбесилась из-за колбасы! Так что изменилось?! Нашёл храбрость под диваном?!

— Вчера я просто веселился. Было забавно наблюдать за Хару. Вот он действительно страшится твоего гнева.

— Пф-ф! А ты, значит, совсем меня не боишься?!

— Нет, не боюсь, — честно ответил Агнар, в его словах не было лжи.

— Ну и зря! — грозно рявкнула Юки, однако её виляющий хвост говорил о настоящих чувствах. Она не хотела выглядеть чудовищем в глазах любимого.

Путешествие продолжилось. Заснеженные Морозные холмы остались позади, а впереди раскинулись зелёные луга. Всюду порхали разноцветные бабочки, благоухали огромные цветы, щебетали пёстрые птицы. Казалось, будто вечная зима вдруг сменилась бесконечной весной. Впрочем, именно так и было.

Путники добрались до знакомой дороги и остановились. Юки приняла человеческое обличье и быстро оделась. Агнар в это время всматривался вдаль, пытаясь разглядеть окружающий деревню высокий частокол.

— Барашек, а где мешочек с камнем души? — удивлённо спросила Юки, ещё раз проверив карманы и рукава куртки.

— Какой ещё мешочек? Я взял с собой только твою одежду…

— Барашек!

— Ладно-ладно, держи… — Агнар кинул ей матерчатую сумочку, которую заботливо спрятал поближе к сердцу.

— Уф-ф, не пугай так! Ты же знаешь, что если я потеряю камень, то просто умру. Неужели тебе хочется увидеть мою смерть?

— Нет, конечно. Но ты могла бы чуть лучше следить за своим сокровищем, а не бросать его где попало.

— А?! На что это ты намекаешь?! Думаешь, я безответственная?

— Не думаю — знаю!

— Ох! Ну я тебе! Эй! Не смей от меня убегать! Всё равно догоню!

Игриво бранясь, они двинулись по дороге. Прекрасный тёплый день дарил хорошее настроение и отгонял тоску. Хотелось забыть все проблемы и просто наслаждаться природой. Насыщенный запах цветов дурманил, заставлял голову кружиться.

Впереди показалось каменное строение. Это было лисье святилище, украшенное множеством алых ленточек. По бокам от алтаря стояли огарки потухших свечей, а в плоской чаше лежали куски свежего мяса.

— Местные жители не скупятся на подношения, — со вздохом заметила Юки, остановившись возле жертвенника.

— Жалеешь, что тебе так не поклоняются? — любопытно спросил Агнар.

— Самую малость…

Юки вдруг схватила с алтаря кусок сочного мяса, быстро отправила его в рот и начала усиленно жевать. На её лице появилась довольная ухмылка, волчьи ушки озорно дёрнулись, а белый хвост игриво изогнулся.

Агнар схватился за голову и воскликнул:

— Куда сырое-то?! Совсем из ума выжила?! Отравишься ведь!

— Я Белая Волчица! — веско напомнила Юки.

— И что теперь? Можно всякую гадость в рот тащить? Ты хоть знаешь, сколько мух потопталось по этому мясу?

— Пф!

Юки продолжила жевать. Ей не понравился вкус сырого мяса, но внутренняя вредность не позволяла отступить.

Слегка колыхнулся воздух, рядом беззвучно появилась Кицунэ Ки. Она, как и всегда, была чарующе красива. Её полупрозрачное платье опасно просвечивало на солнце, а маски на поясе злобно сверкали зелёными глазами.

— Доброго вам дня, — тихо проговорила Кицунэ Ки.

— Ай!

Юки испуганно взвизгнула, неловко выронила мясо и спряталась за Агнара. Затем она устыдилась своей слабости и вышла вперёд. Её лицо было хмурым, а хвост гневно стегал из стороны в сторону.

— Опять пугаешь! — недовольно прошипела Юки.

— Я думала, что ты почувствуешь моё появление, — мягко ответила Кицунэ Ки.

— Я была занята…

— Поеданием моего мяса?

— Пф! — гневно фыркнула Юки и сильно покраснела.

Но Кицунэ Ки не собиралась заострять внимание на маленьком воровстве. Она перевела взгляд алых глаз на Агнара и тихонько вздохнула. На её прекрасном лице вдруг появилась тревога.

— Я рада, что ты быстро пошёл на поправку, — проговорила Кицунэ Ки, заставив себя улыбнуться.

— Спасибо вам за лекарство, — вежливо ответил Агнар, слегка поклонившись.

— Прошу, обращайся ко мне на «ты».

— Хорошо…

— Так что привело тебя и волчицу к святилищу? Не думаю, что вы пришли полакомиться подношениями с алтаря…

— Я хочу увидеться с братом. Он всё ещё в деревне?

— Ох…

С ярких губ Кицунэ Ки сорвался протяжный вздох, больше похожий на стон. Она отступила на шаг и быстро отвернулась, чтобы скрыть свою злость. Похоже, в деревне случилась какая-то беда.

Кицунэ Ки понизила голос и тихо спросила:

— Ты ведь знаешь, что твой брат связался с кровавым богом Тхидо?

— Юки упоминала об этом, — осторожно ответил Агнар, стараясь подбирать слова и не говорить лишнего.

— Я хотела проверить это, узнать наверняка, но…

— «Но»?

— Но Ингвар просто исчез! — вдруг рыкнула Кицунэ Ки, гневно топнув.

В этот момент на её голове появились лисьи уши, а за спиной вспыхнули ярким пламенем девять хвостов. Это было проявлением сильных эмоций, которые пробили ментальный барьер и хлынули наружу.

Кицунэ Ки сжала кулачки и яростно проговорила:

— Признаюсь честно и без уловок! Я хочу власти, поклонения и бесконечной любви! Для меня это так же важно, как для человека дышать! Да, соглашусь, звучит эгоистично, но это правда! Я устала прозябать в тени других! Устала быть нужной только в праздники или во времена катаклизмов! Я хочу большего!

— Но при чём здесь мой брат? — непонимающе спросил Агнар.

— Я возлагала на Ингвара большие надежды! Он должен был вместе со мной встать во главе нового мира и исполнить свою часть Пророчества! Именно для этого я возвысила его и поддержала племя Кровавого Вепря! Я столько сделала! Стольким пожертвовала! Ох! Как же я зла!

— Неужели Пророчество не сказка?

— Какая разница?! Мне нет дела до конца света! Нет дела до Последней битвы! Я лишь хочу уподобиться старым богам! Пророчество даровало мне любовь людей, даровало силу их веры! Но вмешался Тхидо и всё испортил! Опять!

— Опять? — удивился Агнар.

— Да! Да!!! Он словно преследует меня, вставляет палки в колёса! Много столетий назад я основала свой первый культ, собрала последователей, возвысилась! Я ощущала человеческую любовь, купалась в ласках их веры! Но кровавому богу не понравилось это! И он отнял у меня всё!

— Но… зачем?

— Зависть?! Желание быть единственной силой в Долине?! Обычная злость?! Так ли важна причина?! В общем, узнав вчера о возможном пробуждении Тхидо, я вернулась в деревню, чтобы всё проверить лично! Но Ингвар просто исчез! А он мне нужен! Без него угаснет вера в Пророчество! Угаснет вера в меня! Я не могу этого допустить!

— Но почему ты выбрала именно Ингвара?

— Потому что он глава племени, в котором веками хранился Чёрный Зов Предков, тесно связанный с Пророчеством. Для меня всё это не имеет значения, но для обычных людей чёрный меч стал символом великого будущего Долины.

— Ты думаешь, что моего брата забрал Тхидо?

— Я уверена в этом! Вернувшись в деревню, я ощутила зловоние портала! Чёртов кровавый бог забрал Ингвара прямо у меня из-под носа, даже не обратив внимания на защитные чары, рунные амулеты и магические круги!

— Но куда?

— След ведёт к восточному подножию вулкана…

— В деревню, где мы с братом родились, — догадался Агнар.

— Да! Но я больше не могу туда попасть! Что-то не пускает меня, блокирует магию перемещения! Поэтому я обращаюсь к тебе с просьбой! Найди своего брата и верни его мне! Я уверена, что только тебе это по силам!

— Если всё получится, ты сможешь развеять чары контроля Тхидо?

— Да! Обещаю! Мне нужно только дотронуться до Ингвара! Всего одно касание!

— Тогда я согласен…

— Отлично! Я подготовлюсь к ритуалу и прибуду в любое место за пределами запретной территории! Уведи Ингвара подальше от склона вулкана, а всё остальное я сделаю сама! Поверь, это будет благом для всех нас!

Кицунэ Ки потянулась к рукаву своего платья и достала крохотный колокольчик, похожий на золотой жёлудь. На его блестящем боку был выгравирован маленький лисёнок, удирающий от разъярённой волчицы.

— Используй колокольчик, чтобы призвать меня, — напутствовала Кицунэ Ки.

— Хорошо, — кивнул Агнар, принимая дар.

— Искренне желаю тебе удачи…

Кицунэ Ки хлопнула в ладоши и мгновенно растворилась в воздухе. В этот раз исчезновение прошло без ярких вспышек и гула, только на алтаре святилища вдруг вспыхнули и закоптили огарки свечей.

Агнар протяжно выдохнул и нахмурился. Ему хотелось поднять глаза к небу и громко закричать: «Да сколько можно?! Идите все к чёрту!». Но вместо этого он крепче сжал колокольчик и уставился в сторону горизонта.

Юки напомнила о себе прикосновением руки и тихонько спросила:

— Барашек, что будешь делать?

— Пойду спасать брата…

— Неужели ты веришь этой хитрой лисе?

— А она солгала?

— Нет, но ведь дело совсем не в этом. Вдруг она даже хуже Тхидо? Ей движет жажда силы и власти.

— Кицунэ Ки хочет быть любимой и значимой, только и всего. Ты лучше других должна понимать её чувства, ведь столько веков провела возле Пастушьей деревни, изнывая от безразличия людей…

— Эй! Это нечестный приём, барашек!

Юки надула губки и упёрла руки в бока. На её лице появилась обида, а хвост туго обвился вокруг ног и замер. Сейчас она напоминала раздосадованного ребёнка, которого пытаются заставить вымыть посуду.

Агнар пожал плечами и убеждённо проговорил:

— Я не могу оставить Ингвара в беде. Тхидо превратит его в нового Окуму.

— Опять давишь на больное?! Вот ведь жестокий барашек! Говори уже прямо, чего ты от меня хочешь?!

— Я хочу, чтобы ты помогла мне…

— Так я и не отказывалась! Даже если ты решишь спрыгнуть в вулкан, то я прыгну следом!

— Надеюсь, что до этого не дойдёт, — грустно усмехнулся Агнар, качая головой.

— Ну хорошо, хорошо. Мы спасём Ингвара, но что будет дальше? Ни Тхидо, ни Пророчество, ни амбиции Кицунэ Ки никуда не денутся. Неужели ты хочешь ввязаться в эту кровавую войну?

— Вот уж нет! Обещаю, что как только Ингвар будет в безопасности, мы навсегда покинем Долину! Пусть другие грызутся за силу и власть! А я хочу покоя! Хватит с меня подобных приключений!

— Ага-ага! Полностью согласна! Вернёмся в королевство, запряжём в телегу Малютку и отправимся в путешествие по городам…

Юки мечтательно вздохнула и прижалась к Агнару. Перед её взглядом возникло видение: длинная ночная дорога, освещённая жёлтой луной и звёздами. Вокруг спокойно и тепло, пахнет сырой травой и грибами. Повозка неспешно едет вперёд, тихо поскрипывают деревянные колёса.

— Хочу, — шепнула Юки.

Глава 19. Проклятый меч

Мимо проносились благоухающие зелёные луга и мрачные скалистые холмы. Позади оставались многочисленные синие озёра, искрящиеся водопады и журчащие ручьи. Пейзажи сменялись так часто, что рябило в глазах.

Огромная белая волчица быстро неслась вперёд, словно став воплощением грозового ветра. Всего за половину дня она преодолела расстояние, на которое лошади потребовалось бы целая неделя.

Впереди показался берег широкой реки. Волчица оттолкнулась от скал, взмыла в воздух и грузно плюхнулась в тёмные воды. Восседающий на её спине наездник глухо выругался и крепче вцепился в меховые поводья.

— Обязательно было прыгать? — недовольно пробурчал Агнар, сплёвывая воду.

— Так быстрее, барашек, — с озорным смешком ответила Юки, загребая воду могучими лапами.

— Ну-ну! Слушай, давай остановимся на отдых, когда пересечём реку? Хорошо?

— Я не устала…

— Зато я устал!

— С чего бы это? Я делаю всю работу, а ты просто сидишь.

— Это тяжелее, чем кажется! — обиженно выпалил Агнар, чувствуя боль в напряжённых мышцах.

— Пф-ф! Хилый барашек.

Юки продолжила плыть и вскоре выбралась на противоположенный берег. Агнар тут же спрыгнул с её спины и блаженно развалился в высокой траве. Послышалось его недовольное кряхтение, больше похожее на хрип умирающего.

— Мне уже копать могилку? — захихикала Юки, превратившись в девушку и отжав свой длинный хвост.

— Шути-шути! Вот возьму и помру тут…

— Хе-хе!

— Признайся честно, ты специально выбирала самую неудобную дорогу? Из меня чуть душу не вытрясло.

— Ох, барашек, прекращай ныть. Иначе в следующий раз я на тебе поеду.

— Угу, только седло не забудь… — проворчал Агнар.

Он с трудом поднялся на ноги и внимательно посмотрел на восток. Там возвышался огромный вулкан, заслонивший половину неба. Над его вершиной клубились облака чёрного дыма, а по растрескавшимся склонами текли кровавые реки из лавы.

— Пугает… — протянула Юки.

— Ты про вулкан? Да уж, впечатляющее зрелище, — закивал Агнар.

— Барашек, а зачем твои предки поселились рядом с этой дымящей горой?

— Раньше вулкан был намного спокойнее.

— И что с того? Это всё равно что лечь спать рядом с берлогой медведя. Рано или поздно он проснётся и решит перекусить.

— Ох, вот ведь прицепилась! В Долине везде опасно, но возле подножия вулкана всегда тепло и не бывает снега. Там удобно возделывать огороды и пасти скот. Такое объяснение тебя устроит?

— Не-а! Возле полей гейзеров тоже тепло, да ещё и безопасно! Почему не построить деревню там?

— Потому что! — буркнул Агнар, слегка растерявшись. На самом деле, он и сам не знал ответа на этот вопрос.

— Хе-хе!

Юки была довольна тем, что смогла загнать любимого в угол. Она подняла руки, сильно потянулась и хрустнула всеми косточками.

Агнар напрягся и с опаской спросил:

— Ты собираешься в дорогу? Уже?

— Ага! До твоей деревни осталось ещё несколько часов пути. Поэтому нужно отправляться сейчас, чтобы успеть до темноты.

— Мы можем переночевать прямо здесь, на берегу…

— Нет уж! Чем быстрее мы спасём твоего брата, тем быстрее вернёмся в королевство! Не обижайся, барашек, но я хочу как можно скорее покинуть Долину и навсегда забыть о ней, словно о страшном сне!

Юки мгновенно превратилась в огромную волчицу и легла на живот, предлагая наезднику занять своё место. В её зелёном взгляде явственно читалось: «Быстрее, а не то пойдёшь пешком».

Агнар протяжно вздохнул и попросил:

— Только в этот раз выбирай дорогу поровнее, хорошо?

— Конечно! — хихикнула Юки, этот смешок не предвещал ничего хорошего.

— Ох…

Агнар понурил плечи и взобрался волчице на спину. Юки тотчас сорвалась с места и помчалась в сторону ближайшего нагромождения скал. Добравшись до камней, она заскакала по ним, словно заяц. По воздуху разлетелся её довольный смех.

— Я тебе это припомню! — выкрикнул Агнар, изо всех сил стараясь не свалиться на землю.

— Держись барашек! Ха-ха! Просто держись! Ха-ха-ха!

Нарезвившись вволю, Юки понеслась дальше на восток. На её пути встречались не только зелёные луга, но и заледенелые склоны холмов. Вдалеке от полей гейзеров властвовал северный холод. И всё же снежные пятна встречались тем реже, чем ближе путники подбирались к подножию вулкана.

Начало вечереть.

Юки вбежала на почти бескрайнее поле, усеянное высокими пиками угловатых скал. Между камней росли многочисленные белые цветы. Они были столь велики, что походили на пушистых овечек.

Агнар огляделся и попросил:

— Остановись, мы почти добрались до деревни…

— Ох, как тут красиво! — изумилась Юки, встав на месте и опустив морду.

— Ага, только не нюхай эти цветы, — предупредил Агнар, соскакивая на землю и разминая задубевшие ноги.

— Почему это?

— Они называются «соплежуйки». Хочешь узнать, почему?

— Пф-ф! Не особо…

Юки украдкой вздохнула и превратилась в девушку. Она быстро вытряхнула из мешка заранее припасённые вещи и оделась. Пусть возле вулкана было весьма тепло, но всё же не стоило идти в деревню нагишом и пугать жителей волчьими ушами.

Агнар указал вперёд и сообщил:

— Моя деревня обнесена высоким забором, попасть внутрь можно только через главные ворота, которые хорошо охраняются…

— М-м-м? И что? — непонимающе переспросила Юки.

— Не думаю, что меня встретят с почестями. Скорее всего, стражники начнут хамить и сыпать оскорблениями. Пообещай, что будешь вести себя сдержанно. Я не хочу, чтобы из-за пустяковых обид ты наломала дров.

— Барашек!

— Мои опасения появились не на пустом месте, верно? — веско заметил Агнар, напоминая о первой встрече с Кицунэ Ки.

— Ох, ладно! Обещаю! — нехотя буркнула Юки и обиженно вздохнула.

— И всё же будь начеку. Твои силы могут нам понадобиться…

— Бу-бу-бу! Хватит болтать! Идём уже!

Юки нетерпеливо дёрнула спрятанным под курткой хвостом и отправилась в указанном направлении. Агнар поплёлся следом. Почему-то ему было тяжело находиться рядом с родной деревней. Всё вокруг напоминало о счастливом детстве, но от этих воспоминаний в груди скребли невидимые когти тревоги и чувства потери.

Деревня располагалась в небольшой низине, тесно прилегающей к подножию вулкана. Три десятка длинных домов были окружены высоким частоколом, за которым виднелись многочисленные дозорные вышки. Кое-где на широких платформах стояли массивные баллисты, сверкающие металлическими плечами.

Агнар остановился на пригорке и присвистнул:

— Ого, деревня сильно разрослась и укрепилась. Когда я уходил отсюда, забор был куда ниже…

В этот момент над вулканом взметнулись снопы ярких искр, в небо поднялось огромное чёрное облако дыма. Земля под ногами мелко задрожала и загудела. В воздухе появился кисловатый запах серы, от которого свербело в носу.

— Ай! Ай-ай! — взвизгнула Юки, пошатнувшись.

— Всё ещё не привыкла к землетрясениям? — с ухмылкой спросил Агнар, придерживая её за локоть.

— Да как тут привыкнуть, барашек?! В любой момент всё может взорваться! Это же жуткая жуть! Твоя деревня вон ощетинилась частоколом и вышками, но разве такая защита поможет от буйства вулкана?!

— Нет, не поможет…

— Вот-вот! Ты был прав, что уехал отсюда! Я тоже собрала бы вещички и убежала бы куда глаза глядят! Ух!

— Хм-м, ну да…

Агнару вдруг стало легче на душе. Он окончательно укрепился в мысли навсегда покинуть Долину и вернуться в королевство. Но сначала нужно было закончить важное дело. Без этого покою не бывать.

Агнар и Юки спустились с пригорка и двинулись в сторону закрытых ворот. С каждым шагом вокруг становилось всё менее уютно. В воздухе повисло какое-то напряжение, говорящее о присутствии чужеродных сил.

— Я чувствую вонь Тхидо, — тихо сообщила Юки, опасливо оглядываясь.

— Кровавый бог прямо здесь? — хмуро спросил Агнар.

— Нет, только его тень…

— Тогда действуем по плану. Ты ведь помнишь, о чём мы говорили?

— Угу!

Агнар и Юки прошли вдоль частокола и остановились у единственного входа. Возле массивных ворот стояли хмурые стражники. Они смотрели на пришлых настороженно, но держали мечи в ножнах.

— Кто такие?! — рявкнул один из часовых.

— Я Агнар, младший брат Ингвара…

— А! И правда явился, предатель! Глава тебя уже ждёт! Ладно, топай за мной и не отставай!

Ворота громко скрипнули и отворились. Стражник кивнул своим сослуживцам и вошёл в деревню. Агнар и Юки двинулись за ним, окружённые вооружённой охраной, больше похожей на отряд конвоиров.

В деревне царило неприятное оживление. Взволнованные люди бегали между домами, таская мешки с вещами и ящики с провизией. Со стороны могло показаться, что жители готовятся к скорой осаде.

— Что происходит? — спросил Агнар у идущего впереди стражника.

— Не твоё дело!

— Кто-то собирается напасть? Или наоборот…

— А ну заткнись! — рявкнул стражник.

Он моментально развернулся и со всей силы ударил Агнара в живот кулаком. Послышалось одобрительное хмыканье конвоиров. Похоже, они были довольны страданиями «предателя».

Агнар захрипел и согнулся пополам, но остался на ногах. Он быстро посмотрел на Юки, призывая её не вмешиваться. Та уже была готова превратиться в волчицу и растерзать стражников на тысячу мелких кусочков.

— Ты обещала, — тихо прошипел Агнар.

— Пф-ф!

Юки поджала губки и взяла себя в руки. Однако её изумрудный взгляд смотрел так злобно, что грозил прожечь в стражниках дыру. Впрочем, тем не было дела до какой-то девицы, пришедшей вместе с изгнанником.

Агнара и Юки привели на центральную площадь. Здесь стоял самый высокий дом в деревне. Он был построен в три этажа и имел большую пристройку, которая служила местом для заседаний совета.

— Я вернулся, — с улыбкой шепнул Агнар, проведя пальцами по гладкой деревянной колонне крыльца.

— Не смей осквернять это место своим касанием! — рявкнул стражник, снова замахнувшись.

— Только попробуй! — зло прошипела Юки, незаметно выпуская когти.

Что-то в её голосе заставило стражника передумать. Он слегка отшатнулся, опустил руку и разжал кулак.

Агнар и Юки медленно поднялись по ступеням и вошли в огромный зал. Внутри было просторно и светло. Широкие окна занимали почти всё пространство стен, на невысоких постаментах коптили масляные светильники, а на каменном полу лежала чёрная ковровая дорожка, ведущая в сторону массивного железного трона.

На троне восседал Ингвар. Он был одет в накидку из серого волчьего меха, широкие штаны и тёмную куртку. На его левой ноге белела тугая повязка, пахнущая кровью и лечебными мазями.

— Я знал, что ты придёшь! Вот только зачем?! — словно змея прошипел Ингвар, его лицо было перекошено гримасой ненависти.

— Захотелось увидеть родной дом, — соврал Агнар.

— Ха! Но тебе здесь не рады, брат! Зато рады чёрному мечу, который ты по глупости принёс с собой…

— Всё ещё бредишь о Пророчестве?

— Это будущее Долины! Будущее моего народа!

Ингвар зло оскалился и встал. Хромая и подволакивая изувеченную ногу, он подошёл к Агнару и заглянул ему в глаза.

— Ты боишься, брат? — тихо спросил Ингвар, доставая короткий кинжал.

— Нет…

— Очень зря!

Ингвар широко взмахнул кинжалом. Юки взвизгнула и подалась вперёд, но её страх был напрасен. Не отведав плоти, тонкий клинок разрезал пояс Агнара. На каменный пол звонко упали ножны с чёрным мечом.

— Да, в тебе хватает храбрости. Или это обычная глупость? — спросил Ингвар, чуть удивлённый спокойствием брата.

— И то и другое, — ответил Агнар.

— Ты совсем как наш отец…

Ингвар нагнулся и подобрал упавшие ножны. В тот же миг Чёрный Зов Предков воспротивился краже и раскалился добела. По залу пролетела ударная волна, заставившая стражников упасть на пол и зажать уши руками.

— Юки, давай! — громко крикнул Агнар.

Он выхватил свой меч из обожжённой руки брата и повернулся к спутнице. Сжимая зубы и дико рыча, та пыталась превратиться в волчицу, но ничего не выходило. Что-то мешало обращению, подавляло его.

— Ну же! Быстрее! Это наш шанс! — поторопил Агнар.

— Не могу, — простонала Юки, безуспешно взывая к своей силе зверя.

По залу разлетелся истерический хохот. Ингвар прижимал к груди обгоревшую руку и дико смеялся. Его лицо больше походило на странную маску, изображающую крайнюю степень безумия.

Тем временем стражники уже пришли в себя и достали оружие. Они окружили Агнара и Юки, отрезав пути к побегу. Ко всему прочему, с улицы прибежали ещё пятеро бойцов, вооружённых копьями. Ситуация стала хуже некуда.

Ингвар утёр слюну и сквозь хохот проговорил:

— Ха-ха-ха! Брат мой! Ха-ха-ха! Неужели ты думал, что я забуду про твою волчицу?! Нет! Нет!!! Меня научили чертить особые рунические круги, внутри которых любая магия бесполезна! Ха-ха-ха!

— Кто научил? — хмуро спросил Агнар.

— Так ли это важно? Ха-ха! У меня есть могущественный покровитель, который сильнее даже Кицунэ Ки! Ха-ха-ха!

— Знаю я этого покровителя. Он принесёт тебе только смерть…

— Ну-ну! Ха!

Ингвар подошёл к Юки и бесцеремонно сорвал с её головы капюшон. Увидев волчьи уши, он мерзко ухмыльнулся. Гримаса безумного веселья вдруг пропала с его лица и сменилась выражением жестокости и злости.

— Свяжите обоих и поставьте на колени! — приказал Ингвар, отступая на шаг и поднимая здоровой рукой выпавший кинжал.

Стражники выполнили приказ, и сделали это весьма старательно. Верёвки врезались в кожу пленников почти до крови. Передавленные руки и ноги сильно заныли, а затем начали быстро неметь.

Ингвар переключил внимание на брата и проговорил:

— Чёрный Зов Предков не поддался мне. Меч верен своему хозяину. Я думал, что это всего лишь сказки.

— Как и я, — невесело буркнул Агнар.

Непокорный меч лежал у его ног. Ножны оплавились и местами обуглились, от них исходил горький запах дыма и перегретой кожи. Через прогоревшие дыры виднелся чёрный металл, блестящий в огнях светильников.

Ингвар склонился над братом и холодно проговорил:

— Пророчество должно исполниться, но для этого мне нужен Чёрный Зов Предков.

— Так забери его, вот он лежит… — усмехнулся Агнар, поднимая взгляд.

— Всё ещё находишь силы шутить?

— Чего ты хочешь, Ингвар? Говори прямо.

— Легенды гласят, что чёрный меч можно передать добровольно. И теперь мне не кажется, что это пустые слова.

— И что?

— Отдай мне меч. Сделай это по своей воле.

— А если откажусь?

— О-о! Тогда я начну кромсать твою волчицу. Кусочек за кусочком. Сначала я неспешно отрежу её уши и хвост, затем займусь изумрудными глазами. Кинжал будет входить медленно, с приятным хлюпаньем…

— Заткнись! Заткнись!!! — рявкнул Агнар, не в силах сдержать злость.

— Тогда отдай мне меч, и я подарю вам свободу. Сможете вернуться в свои Морозные холмы…

— Чёрт с тобой! Забирай! Разрешаю! — выпалил Агнар, опустив голову.

— Мудрое решение, брат…

Ингвар криво улыбнулся и потянулся к мечу, но тот вдруг снова раскалился. От ножен повалил густой чёрный дым.

— Ах, брат! Глумишься надо мной?! А так тебе это?! Тоже смешно?! — злобно рявкнул Ингвар и по самую рукоять воткнул кинжал в плечо Агнара.

— Ар-г-х! Я не…

— Отдай мне меч! Отдай!!!

Ингвар по-звериному оскалился и разъярённо зашипел. Он медленно проворачивал кинжал в ране, упиваясь страданиями брата. Это уже была не пытка ради принуждения, а простое потакание своим низменным желаниям.

Агнар не выдержал и дико закричал. Боль была резкой, разрывающей, невыносимой. Он упал в лужу собственной крови и попытался отползти, но стражники схватили его и прижали к полу.

— Оставьте его в покое! Оставьте! — воскликнула Юки, по её щекам бежали слёзы.

— Замолкни! И жди своей очереди! — рявкнул Ингвар, снова и снова вращая лезвие кинжала и наслаждаясь криками жертвы.

— Прекрати, молю! Ты же убьёшь его!

— Ха-ха! И что с того?! Вдруг после смерти хозяина чёрный меч подчинится мне?! А?! Хочу это проверить!

Ингвар расплылся в ужасающей улыбке и продолжил чудовищную пытку. Агнар уже почти потерял сознание. Его полный боли крик превратился в протяжный вой, который сменился еле слышным стоном.

Юки сильно побледнела, а затем в её глазах вспыхнул гнев. Она задёргалась, грозно зарычала и выпустила когти. Тень от её хвоста вдруг выросла и разделилась на девять частей. На колоннах зала вспыхнули защитные руны, они раскалились до красна, сыпанули искрами и вдруг пропали. Подавляющее магию заклинание развеялось.

Юки дико завыла и превратилась в огромную волчицу. Крыша и стены зала хрустнули и стали кучей щепок, каменный пол покрылся глубокими трещинами, а стражники разлетелись в стороны.

— Ненавижу! Убью! — рыкнула Юки, замахнувшись когтистой лапой на чудом уцелевшего Ингвара.

— Стой… — просипел Агнар, протянув вперёд руку.

Но Юки была вне себя от гнева. Она резко саданула лапой, совершенно не сдерживая силы. Получив могучий удар, Ингвар вылетел на улицу, упал в центре деревенской площади и остался лежать.

Агнар болезненно простонал:

— Зачем? Он не виноват, это всё Тхидо…

— Ничего твоему брату не будет! Он жив, я слышу его дыхание!

— После такого удара даже бык отбросит копыта…

— Пф-ф! Иногда люди крепче быков! И думай лучше о себе!

Юки кончиком когтя вспорола тугие путы и тут же легла рядом, безмолвно приглашая взобраться на спину. Агнар поднял с пола ножны с мечом и с огромным трудом вскарабкался на волчицу.

— Ранами займёмся позже! А сейчас просто держись, барашек!

Разметав по сторонам щепки и мусор, Юки выскочила на площадь, схватила Ингвара в зубы и рванула прочь из деревни. По пути ей встретились вооружённые люди, ощерившиеся копьями, но она легко разметала их и одним большим прыжком перемахнула через высокий частокол.

Прошло всего несколько мгновений, а деревня осталась далеко позади. Даже если бы преследователи отправились в погоню на лучших своих скакунах, то никогда бы не догнали быстроногую волчицу.

Спустя половину часа Агнар пригнулся к уху волчицы и попросил:

— О… остановись…

— Ещё немного, барашек! Ещё немного! — гулким голосом ответил Юки, тяжело дыша, но не сбавляя скорости.

— Хватит… мы уже далеко… сил нет…

— Ладно!

Юки выбежала на берег какого-то озерца и остановилась. Она бесцеремонно сплюнула Ингвара на землю и тут же прилегла на брюхо. Агнар сполз со спины волчицы и повалился на мокрую землю.

Юки тут же превратилась в девушку и быстро спросила:

— Ты как, барашек? Жить будешь? Или мне всё же выкопать тебе могилку?

— Очень смешно, — пробурчал Агнар, рассматривая торчащий из плеча кинжал.

— Чего не достанешь железяку? — спросила Юки, обнюхивая рану и качая головой.

— Боюсь потерять остатки крови, поэтому сначала нужно вызвать Кицунэ Ки…

— Далась тебе лиса! Я намного лучше!

— Ну при чём тут это? У неё наверняка есть какое-нибудь лекарство.

— А, ну да, об этом я не подумала… — виновато протянула Юки, вдруг устыдившись вспышки ревности.

— Кстати, как там мой брат? Не умер ещё?

— Дышит, — слегка разочаровано ответила Юки.

Она сощурилась и зло посмотрела на Ингвара. Тот валялся чуть поодаль, с головы до ног покрытый волчьей слюной.

Агнар заметил этот взгляд и попросил:

— Будь помягче к нему, ради меня. Его душу развратили.

— Да не буду я его есть! Успокойся… — заверила Юки, заставив себя спрятать клыки.

— И на том спасибо… ох…

— Что такое, барашек? Тебе плохо?

Юки прильнула к любимому и с тревогой взглянула на его лицо. Агнар казался неестественно бледным и тяжело дышал. Его сердце билось так быстро, что почти выпрыгивало из груди.

— Кол… коло… ко… — простонал Агнар, кривясь от боли.

— Да, да! Я поняла! Поняла! Сейчас! Держись, барашек!

Юки покопалась в карманах Агнара и нашла маленький колокольчик, похожий на золотой жёлудь. Она зажала его в руке и несколько раз прозвонила. По воздуху разлетелись мелодичные, чарующие звуки.

В ту же секунду по озеру пробежали дорожки ряби, а в воздухе вспыхнули мириады ярких искорок. Над поверхностью воды появилась Кицунэ Ки, божественно красивая и невероятно величественная. Её алые глаза сияли, разгоняя вечерний мрак. Огненно-рыжие волосы развевались, словно на сильном ветру.

Кицунэ Ки оттолкнулась стройной ножкой от воздуха и ловко выбралась на берег. Она окинула взглядом место и со вздохом произнесла:

— Спасибо, что призвали меня не над жерлом вулкана…

— Не время для фырканий! Помоги Агнару, он ранен! — прошипела Юки, держа на весу голову любимого.

— Ох! Он снова при смерти? Везение обходит его стороной…

Кицунэ Ки приблизилась и протянула пузырёк с тёмной жидкостью. В воздухе запахло знакомыми травами. Похоже, это было то же лекарство, которое всего день назад излечило Агнара от яда.

Юки насупилась и спросила:

— А от колотой раны поможет? Агнар потерял много крови.

— Конечно, милое дитя. Это снадобье способно вылечить всё, кроме смерти…

— И много у тебя таких пузырьков?

— Было два, — улыбнулась Кицунэ Ки.

— М-м-м…

Юки выдернула зубами пробку и влила снадобье в губы Агнара. Тот судорожно сглотнул и тут же закашлялся.

— Г… гадость, — еле слышно прошептал он.

— Ещё бы! Ведь оно сделано из её крови! — фыркнула Юки и тихонечко вздохнула.

Услышав это, Кицунэ Ки грустно улыбнулась и огляделась по сторонам. Её взгляд остановился на Ингваре, который лежал возле мокрых камней. Она быстро подошла к нему и проверила дыхание.

— Живой, — с облегчением произнесла Кицунэ Ки.

— Да что ему будет?! Я его совсем легонько лапой приложила! — хмыкнула Юки, пожав плечами.

— Приложила?! За что?!

— Он наговорил всякого! Хотел мне хвост и уши отрезать! И Агнара грозился убить! Это всё из-за чёрного меча!

— Ох! Видимо, кровавый бог глубоко проник в его голову. Но ничего, я с этим справлюсь. Время ещё есть.

Кицунэ Ки высвободила свои девять хвостов и провела над Ингваром светящимися ладонями, яростно шепча какие-то заклинания. Затем она достала из рукава длинную бумажную печать, испещрённую странными символами, и прилепила её на лоб одержимого.

На этом обряд изгнания был закончен.

— А? И это всё? — огорчилась Юки.

— Главная борьба идёт внутри, — пояснила Кицунэ Ки, рисуя в воздухе искрящийся символ.

— Эх, а я хотела увидеть страдания Ингвара! Его боль! Мучения! Хе-хе!

— Ты слишком злая…

— Эй! Неправда! Я добрая, ласковая и заботливая! Но Ингвар хотел отнять моего барашка! Никогда не прощу!

— Однако теперь жизни Агнара ничего не угрожает. Он поправится.

— А это… кинжал уже можно достать? Кровь не хлынет?

— Не хлынет, — заверила Кицунэ Ки.

Она завершила начертание символа и поднялась в полный рост. Тело Ингвара вдруг ярко засияло и поднялось над землёй, словно стало невесомым. В воздухе послышалось тихое потрескивание множества маленьких искорок.

Кицунэ Ки искренне улыбнулась и проговорила:

— На этом ваша работа закончена, дальше я со всем разберусь сама. А вы можете вернуться в Морозные холмы.

— Мы собираемся покинуть Долину, — призналась Юки, резким движением вытащив кинжал из раны Агнара.

— Вот оно как? Хм-м-м… Не буду вас задерживать. Но если вдруг понадобится моя помощь, то навестите одно из лисьих святилищ и помолитесь. Я обязательно услышу и откликнусь на призыв.

— Больно надо… — недовольно пробурчала Юки, демонстративно отворачивая лицо.

— Ха-ха… ты всё такая же… ни капли не изменилась…

— А? О чём ты? — непонимающе спросила Юки, дёрнув волчьими ушками и приподняв в удивлении тоненькие брови.

Но Кицунэ Ки не ответила. Она и Ингвар моментально пропали, без следа растворившись в темноте вечера.

Юки пожала плечами и вернулась к уходу за Агнаром.

Глава 20. Скрытое пламя

Агнар и Юки провели ночь у берега озера. Юки превратилась в огромную волчицу и обернулась вокруг любимого пушистым коконом. Ни сильный ветер, ни полуночный холод не могли проникнуть под тёплое меховое одеяло.

Настало утро.

Над горизонтом взошло яркое солнце, прогнавшее с озера дымку тумана. Ночные насекомые разом затихли, вместо них послышались трели утренних птах. Над распустившимися цветами загудели грузные шмели и юркие пчёлы.

Проснувшись, Юки широко зевнула и уставилась на Агнара. Тот не спал и наблюдал за оживающей природой. Его лицо уже не казалось бледным, на нём проступил небольшой румянец. Это было хорошим знаком.

Юки сонно причмокнула языком и спросила:

— Ты как, барашек?

— Плечо ещё болит, но чувствую себя хорошо.

— Боль тебе дана в наказание, — шутливо проворчала Юки, разворачиваясь из мехового калачика и до хруста потягиваясь.

— А? Не понял, на что это ты намекаешь? — протянул Агнар, слегка нахмурившись.

Он опёрся на обгорелые ножны и тяжело поднялся на ноги. В его теле ещё оставалась слабость, но сердце билось ровно и сильно.

Юки озорно хихикнула и задиристо сообщила:

— Всё произошедшее — это последствия твоего глупого плана! Вместо хитроумной тактики ты решил действовать в лоб и сразу пошёл в деревню! Поэтому все твои синяки и раны вполне заслужены! Вот!

— Эй! Время было не на нашей стороне! — возмутился Агнар.

— Бла-бла-бла! Пустые слова!

— Но это правда! Мне некогда было придумывать хитроумные планы! Тхидо поглощал душу Ингвара! Я не мог просто ждать и целыми неделями выманивать брата из деревни! Поэтому я решился на авантюру и положился на твою силу! А ты меня подвела, когда не смогла превратиться!

— Так это я виновата?! — изумилась Юки, гневно махнув хвостом.

— Именно так! Могучая Белая Волчица не смогла заранее почуять и развеять какие-то защитные чары! Стыдоба!

— Ах ты! Знаешь что?! Домой пойдёшь пешком! Я тебя не повезу! Слышишь меня?! Не повезу! Вот так вот!

Юки обиженно отвернулась и села. Шерсть на её спине встала дыбом и стала похожа на сотни белых колючек.

Агнар лишь пожал плечами и молча двинулся на запад.

Юки тут же развернулась, удивлённая реакцией своего «наглого барашка». Она-то надеялась, что он будет успокаивать её, просить прощения, с надрывом в голосе умолять о пощаде. Но этого не произошло.

Недовольно рыкнув, Юки вскочила на лапы и быстро догнала Агнара. Тот шёл неспешно, словно прогуливаясь.

— Барашек, просто извинись! — потребовала Юки.

— Нет уж! — отрезал Агнар, продолжая идти.

— Да что на тебя нашло?! Извинись! И тогда я позволю тебе ехать на моей спине! Там тепло и мягко! Скажи всего два слова «Прости любимая», и я забуду о твоих неприятных речах! Обещаю!

— Обойдусь…

— Но ты ведь неправ! Признай это!

— Нет…

— Вот ведь вредный барашек! Ну и ладно!

Юки обидчиво рыкнула и помчалась вперёд. Она сделала вид, что отправилась домой одна. Но эта уловка не сработала. Агнар всё так же молча брёл вперёд, словно вокруг не существовало никого, кроме него самого.

Юки пришлось вернуться. Она поборола свою гордость, ткнулась в Агнара носом и примирительно проговорила:

— Ох! Хорошо-хорошо, ты победил. Я больше не сержусь. Садись ко мне на спину. Ты ещё слишком слаб, чтобы путешествовать пешком.

— Нет, я хочу побыть один, — холодно сообщил Агнар, бесцеремонно отпихнув от себя мокрый волчий нос.

— Да что происходит, барашек?

— Я просто устал, и мне нужно подумать.

— Подумать? О чём?

— О будущем…

— Вот в доме у Хару и подумаешь! — рявкнула Юки, потеряв остатки терпения.

Она схватила Агнара в зубы и помчалась на запад. Где-то там белели снегами и продувались холодными ветрами закованные в вечную зиму Морозные холмы, посреди которых стояла одинокая бревенчатая изба.

Солнце уже клонилось к закату, когда путники добрались до дома Хару.

Юки разжала пасти и выплюнула Агнара прямо перед воротами. Тот поднялся на ноги, стряхнул с себя ошмётки волчьих слюней и молча направился к закрытым створкам. За всё время путешествия он не произнёс ни слова. Это пугало.

— Барашек! Ты точно себя хорошо чувствуешь? — взволнованно спросила Юки, пытаясь отдышаться после долгого бега.

— Да, всё в порядке, — бесцветно проговорил Агнар, открывая ворота.

— Ну и хорошо! Эй, ты куда?! Меня-то подожди… — попросила Юки, превратившись в девушку.

Но Агнар не ответил и не остановился. Он лишь достал из кармана мешочек с камнем души Юки, который подобрал перед бегством из деревни, и небрежно бросил его в сугроб возле ворот.

У Юки вдруг запылали румянцем щёки и зашевелилась шерсть на ушах, последним своим действием Агнар глубоко оскорбил её, практически унизил. Она встала на цыпочки и открыла рот, чтобы разразиться гневной тирадой, но вместо бранных слов с девичьих губ сорвалось тихое:

— Б… барашек… ты чего…

Но Агнар уже не слышал её, он покинул улицу и зашёл в дом.

Обидчиво шмыгая носом и едва сдерживая слёзы, Юки разрыла снег, достала своё сокровище и быстро юркнула в сени. На улице стоял лютейший мороз, без одежды было очень холодно.

А вот в доме было тепло, даже почти жарко. Несмотря на отсутствие Хару, который ещё не вернулся из деревни Эрика, в камине пылал яркий огонь. Видимо, его разжёг тот, кто все последние дни тихо жил на чердаке.

Юки гневно ворвалась в зал и встала напротив Агнара. Тот сидел на диване и смотрел в стену задумчивым взглядом.

— Барашек! Объясни своё поведение! — потребовала Юки, упирая руки в бока и стегая белым хвостом.

— М? О чём ты? — непонимающе спросил Агнар.

— Ты выбросил в сугроб мой мешочек с камнем души, словно он какой-то мусор! Это оскорбительно!

— О чём ты говоришь? Такого не может быть…

— А?! Ты сейчас так шутишь, да?! Это не смешно! Я видела всё своими глазами! Извинись! Сейчас же!

— Ох, тогда прости. Но я не помню этого… — пожал плечами Агнар, снова нырнув в раздумья.

— Б… барашек! Что с тобой происходит? Тебе нездоровится? После спасения Ингвара ты сам не свой…

— Я просто устал, мне нужно выспаться.

— Хорошо… мне постелить тебе на диване? Или займёшь наш лежак в углу?

— Нет, мне нужно побыть одному…

Агнар поднялся на ноги, захватил пару одеял и вышел в смежную комнату. Юки побежала за ним, но вдруг остановилась. Тяжело вздохнув, она заставила себя успокоиться и направилась на кухню. Длинный забег в волчьем обличье и переживания пробудили звериный аппетит, который был сильнее любой усталости.

Юки растопила кухонные печи и разложила на разделочных столах необходимые ингредиенты. Затем она взяла в руки самый большой нож, раздосадовано воткнула его в картофелину и обиженно выпалила:

— Приготовлю такой вкусный ужин, что он сам приползёт ко мне на коленях! А я скажу ему: «Нет уж, барашек! Не заслужил!» И буду громко чавкать рядом с ним, ни кусочка не дам! Будет тогда знать!

Юки готовила и недовольно бубнила себе под нос, раз за разом придумывая всё более изощрённые «пытки». Свою обиду она переносила на куски мяса и свежие овощи. Тем доставалось по полной: их яростно кромсали ножом, отбивали молотком, с размаху бросали на сковороды и в кастрюли.

Когда солнце скрылось за горизонтом и на улице потемнело, ужин был готов. Юки притащила в зал небольшой столик и расставила на нём тарелки с дымящейся едой. Сама она села на диван и стала ждать, вдыхая манящий аромат и истекая слюной.

Секунды перетекали в минуты, а минуты в часы. Еда уже полностью остыла, но Агнар так и не вышел из комнаты. Волчьи ушки Юки увяли и прижались к голове, хвост печально обвис до самого пола.

Не дождавшись любимого, Юки принялась за суп и салаты. Однако ужин в одиночестве не приносил удовольствия. Поэтому она отставила чашки, легла на диван и сжалась в клубок. Постепенно сон сморил её и отогнал все переживания.

Ближе к полуночи раздался тихий скрип двери. Дрова в камине давно прогорели, в зале было темно. Юки мгновенно вскочила с дивана и уставилась во мрак. Её изумрудные глаза неистово сверкали.

— Это всего лишь я, — тихо проговорил Агнар, стоя на пороге соседней комнаты.

— Ой, ты уже выспался! — обрадованно воскликнула Юки.

Она забыла все обиды и с довольной улыбкой указала на небольшой столик, на котором стояли тарелки с давно остывшим ужином.

Юки схватила ложку и весело прощебетала:

— Садись, покушай хорошенько! Я тут такого наготовила, ух! Если хочешь, могу подогреть!

— Нет, не хочу… — проговорил Агнар, направляясь к двери, ведущей на улицу.

— А?! Барашек, ты куда-то собрался?

— Да.

— И куда же? На дворе ночь и жуткий мороз.

— Ничего страшного, я тепло оделся.

Агнар говорил тихо и безжизненно. В его голосе ощущалась пустота. Совершенно нездоровая пустота.

Юки бросилась вперёд, закрыла собой дверь и раздражённо прошипела:

— Не отойду, пока не объяснишься! Можешь хоть трижды мне уши оборвать! Не выпущу и всё тут!

— Что ты хочешь узнать? — еле слышно спросил Агнар.

— Куда ты направляешься?! И зачем?!

— Я вернусь в родную деревню и возглавлю клан Кровавого Вепря. Видимо, именно мне суждено исполнить Пророчество…

— Что ты несёшь, барашек?! Мы же хотели покинуть Долину! Ты обещал!

— Я не могу оставить свой народ! — прорычал Агнар, в его безжизненном голосе вдруг появилась сильная злость.

— Что на тебя нашло?! Т… ты сам не свой…

— На кону стоит величие Долины! Неужели ты не понимаешь этого?! Я не могу отступить!

— Б… барашек… я… не пущу…

— А ну прочь с дороги!

Глаза Агнара безумно заблестели. Он быстро шагнул вперёд, занеся ладонь для пощёчины. Юки невольно закрыла лицо руками и отшатнулась. Потеряв равновесие, она упала на деревянные половицы и испуганно сжалась.

Агнар опустил руку и ядовито проговорил:

— Как же меня достали твои детские выходки! Эти капризы, пустые обиды, кривляния! Ты просто не представляешь, как сильно меня бесишь! У меня нет больше сил терпеть всё это! Достало! Понимаешь?!

— Н… но… — проблеяла Юки.

— Как нянька с тобой вожусь! С ложечки кормлю, одеяла поправляю, балую! А в ответ получаю только упрёки!

— Э… это не правда…

— А?! Хочешь сказать, что я лгу?! Пойми уже! Ты бестолковая, пустая, бесполезная! От тебя всегда только одни проблемы! И даже сейчас, когда я решил помочь своему народу, ты пытаешься всё испортить!

— Б… барашек… ты не в себе… успокойся…

— Замолчи! Прошу! Просто замолчи! Если не хочешь помогать, то отойди в сторону и не мешай! Я сам исполню волю чёрного меча! Волю Пророчества! А ты возвращайся в королевство и наслаждайся вечным одиночеством! Это твоя судьба! Заберись в глубокую пещеру и останься там навечно!

Почти выплюнув последние слова, Агнар плотнее запахнулся в куртку и вышел на улицу. Во дворе послышались его удаляющиеся шаги.

Юки поднялась на ноги и обхватила плечи дрожащими руками. Слёзы побежали по её бледным щекам, а взгляд зелёных глаз потух. Ей захотелось забиться в самый дальний угол и дико завыть от обиды.

На чердачной лестнице послышались шаги, затем скрипнула и отворилась дверь. В зал тихо вошёл Окума. Он неспешно пробрёл к дивану, сел на него и принялся поедать оставленный на столе ужин.

— Вкусно, — оценил Окума, кивая головой.

Он взял большой ломоть хлеба, обмакнул его в густую похлёбку и отправил в рот. Потом принялся за крупно нарезанный овощной салат, приправленный петрушкой. Вслед за ним отправились куски весьма жёсткого запечённого мяса.

Окума ел медленно, смакуя каждое блюдо. Он наслаждался ночной трапезой и совершенно не скрывал этого. В тишине зала были слышны его громкие причмокивания и одобрительное хмыканье.

Юки замерла на месте и перестала дышать. Всё происходящее походило на полуночный кошмар. Злость и безумие Агнара, разговоры о мече и Пророчестве, обидные слова про одиночество, появление Окумы…

— Я сплю, — догадалась Юки, почувствовав облегчение.

— Нет, дорогая подруга, — медленно проговорил Окума, посмотрев на неё тусклыми угольками янтарных глаз.

— Ох! Это всё кошмар! Наваждение! Я… я уснула на диване… и…

— Ты не спишь, — чуть настойчивее повторил Окума.

— Нет-нет-нет! Другого объяснения не существует! Наяву Агнар никогда бы не сказал мне такого! Это невозможно! Он не считает меня пустой и бесполезной! Я нужна ему! И он мне нужен!

— Возьми себя в руки, дорогая подруга…

— Нет! Мне нужно проснуться! Хочу очнуться от этого кошмара! Я тут же побегу к Агнару и зацелую его! С головы до пят зачмокаю! Наверное, я даже разрыдаюсь! Он не поймёт, почему я хнычу, но я не стану объяснять, просто обниму его крепко-крепко!

— Успокойся уже, — снова попросил Окума.

Он взял со стола небольшой кусок чёрствого хлеба и бросил его в Юки. Та взвизгнула и схватилась за покрасневшую щёку, по которой попал острый сухарь. Боль была не слишком сильной, но весьма чувствительной.

— Всё ещё думаешь, что спишь? — осведомился Окума, возвращаясь к поеданию похлёбки.

— Ненавижу тебя! — прошипела Юки, выбирая между двумя желаниями: громко разрыдаться или вцепиться нахалу в глотку.

— И я полностью заслужил такое отношение, дорогая подруга. Но сейчас разговор не об этом. Позволь спросить, неужели ты не пойдёшь за своим человечком? Неужели оставишь его один на один с Тхидо?

— С Тхидо? — испуганно пискнула Юки, вдруг забыв о боли.

— Разве ты не заметила? Твой человечек попал под власть кровавого бога…

— Этого не может быть! Я бы учуяла вонь!

— Мне кажется, я тоже не сразу пропитался запахом скверны…

— Н… нет… не верю…

— Не глупи! Отринь свою показную наивность и обратись к многовековой мудрости Белой Волчицы. Вернись в памяти на столетия назад и вспомни начало нашего путешествия. Тогда во мне не было злости и жестокости. Но всё изменилось, когда я попал под влияние Тхидо. Меня поглотила идея о бесконечной силе и бессмертии. Это почти то же самое, что грёзы об исполнении Пророчества. Тебе так не кажется?

— Ох!!! — резко выдохнула Юки, схватившись за голову.

— Хм-м, наконец-то прозрела? Да? — сухо спросил Окума, опустив глаза к полупустой тарелке.

— Как?! Как я могла не заметить?! Дура! Дура!!! Нужно спешить!

Юки сорвалась с места, пронеслась по залу и выбежала во двор. Там она превратилась в огромную волчицу, схватила в зубы мешочек с камнем души и белой молнией рванулась по хорошо различимой тропе из человеческих следов.

По тёмному небу плыла огромная синяя луна, её призрачный свет ярко освещал белые холмы и заставлял снег переливаться всеми цветами радуги. Зелёное северное сияние неистово колыхалось в чёрной выси, словно повешенная на сильном ветру простыня. Трескучий мороз перехватывал дыхание, заставлял зубы ныть. Воздух был до безумия свеж, от него кружилась голова и стучало в висках.

Юки снарядом неслась вперёд, не жалея сил. Из её раскрытой пасти вырывались потоки перегретого пара, а из-под лап взметались белые облака невесомого снега. Земля дрожала от могучего топота.

— Держись барашек! Я уже рядом! — громко прорычала Юки.

Следуя за извилистой тропой, она вбежала на пологий холм и вдруг резко остановилась. Дальше белело и сверкало в лунном свете лишённое изъянов снежное полотно. Следы Агнара оборвались, словно оставивший их человек попросту растворился в холодном воздухе или отрастил крылья и улетел.

Юки растерянно осмотрелась, потянула носом воздух и мгновенно скривилась. Она учуяла едкий, гнилостный запах. Он был до боли знаком и вызывал рвотные позывы. Этот смрад нельзя было с чем-то спутать.

Вонь кровавого бога Тхидо.

— Он забрал моего барашка… забрал… — прошептала Юки, дрожа всем телом.

Но страх в её глазах вдруг сменился сильнейшей злостью, а скуление переросло в громогласный рык.

Юки остервенело ударила лапой по земле, затем ещё раз и ещё. С каждой секундой она ярилась всё сильнее. Холм под её натиском дико затрясся и загудел. Морозный воздух начал трещать и искриться.

Юки на мгновение остановилась и рявкнула в пустоту:

— Я заберу его! Заберу! Слышишь, Тхидо?! Я верну себе барашка, а тебя разорву на тысячу кусков! Ты зашёл слишком далеко, проклятый кровавый бог! Я достану тебя даже под землёй! От меня не уйти!

Перестав кромсать когтями холм, Юки задрала морду и громко завыла. От этого звука треснули и развалились на куски ближайшие скалы. Сияние неба вдруг резко усилилось, зелёные огни вспыхнули ярче. Вокруг стало почти так же светло, как ясным днём. Луна окрасилась в изумрудный цвет.

Юки замолчала, оскалила клыки и рванула вниз по склону. Сейчас она походила на снежную лавину: буйную, неуправляемую, смертоносную. В её глазах светилась решимость, а голос раз за разом повторял знакомое: «Он мой! Только мой!»

Глава 21. Вечная ночь

Глубокие снега остались позади, а впереди раскинулись покрытые цветами благоухающие луга. Стояла поздняя ночь, наполненная уханьем сов и стрекотанием сверчков. На тёмном небе неистово колыхалось северное сияние. Огромная луна медленно падала за горизонт.

В обличье белой волчицы Юки неслась по морям из травы и цветов. Она бежала так быстро, словно за ней гнались адские демоны. Из её раскрытой пасти вырывались потоки перегретого пара, а из-под лап летели куски влажного дёрна.

Юки выскочила на дорогу и остановилась возле каменного строения. Это было уже знакомое лисье святилище. На широком алтаре лежали куски сырого мяса, а по бокам от него горели толстые свечи.

Юки шумно выдохнула и тут же грозно рыкнула:

— Эй, Девятихвостая Лиса! Мне нужно поговорить, явись! Ну же! Не заставляй меня ждать! Дело срочное!

Но Кицунэ Ки не ответила на призыв. Вокруг стояла тихая ночь, слышались только трели птах и стрекотания насекомых.

Юки пересилила свою гордость и заговорила чуть более вежливо:

— Лиса… Кицунэ Ки, я хочу многое тебе рассказать! Агнар в беде, он попал под влияние проклятого Тхидо! Мне нужна помощь! Прошу, отзовись! Мне больше не к кому пойти за советом!

Юки склонила голову в знак почтения, но даже это не помогло. Кицунэ Ки не ответила и не появилась. Свечи на алтаре горели сильно и ярко. Их огоньки совершенно не колыхались, словно застыли в безвременье.

— Ответь же! Молю! — воскликнула Юки, сгорая от стыда. Ей было очень тяжело просить о чём-то Кицунэ Ки.

На мгновение вокруг стало удивительно тихо, а затем земля вдруг протяжно застонала и затряслась. Над дремлющим далеко на востоке вулканом вспыхнуло яркое пламя. Из жерла вырывались облака алых искр и тугие струи черного дыма. Густые тучи едкого чада медленно расползались по небу, в них сверкали многочисленные красные молнии. На полог из травы упали первые хлопья серого пепла.

— Тхидо? Он решил пробудиться? — протянула Юки, почувствовав в воздухе запах серы и скверны.

Взрыв землю огромными когтями, Юки сорвалась с места и помчалась на восток. Она была уверена в том, что найдёт своего драгоценного, бесконечно любимого «барашка» на вершине треклятого вулкана. Потому что Тхидо сейчас был именно там.

Юки достигла склона дымящейся горы только к рассвету. Однако несмотря на раннее утро, вокруг было темно, словно в безлунную полночь. Тяжёлые тучи из дыма и пепла заволокли небо толстой пеленой. Сквозь неё не мог пробиться даже одинокий солнечный луч.

Но Юки было плевать на окружающую тьму. Она перескочила через застывшее озеро лавы и начала быстро взбираться по скалистому склону. Под её могучими волчьими лапами крошились камни и ширились глубокие трещины, но она бесстрашно неслась вперёд, горя желанием вырвать Агнара из объятий кровавого бога.

— Я рядом, барашек! Уже совсем рядом! — яростно шептала Юки, перепрыгивая огненные реки и бездонные пропасти.

Наконец она взобралась к самой вершине и выскочила на широкое каменное плато. Оно нависало над жерлом вулкана и чудом не поддавалось бушующему внизу морю лавы, искр и языков пламени.

На площадке царила ужасающая жара. Воздух был наполнен запахами дыма, серы и скверны. Но всё это меркло на фоне тяжёлой ауры, которая прижимала к земле и развеивала любую чужеродную магию.

Юки сделала всего один шаг, а затем вдруг повалилась на раскалённые камни и превратилась в беловолосую девушку. Она была не в силах поддерживать волчье обличье, проклятое место высасывало силы.

— Я… не могу сдаться… не сейчас… — едва слышно прошипела Юки, безуспешно пытаясь встать.

Юки с большим трудом подняла голову и увидела далеко впереди Агнара. Он стоял на коленях, опираясь на обугленные ножны. Над ним нависала титаническая тень, сплетённая из алых искр и чёрного дыма. Чуть поодаль лежала истерзанная Кицунэ Ки. Она истекала кровью и протягивала вперёд руку, из последних сил пытаясь поддерживать над Агнаром защитный барьер.

— Волчица, ты пришла! Здесь Тхидо! Помоги мне! — крикнула Кицунэ Ки, указывая взглядом на колыхающуюся тень.

— Я пытаюсь! Пытаюсь! — прорычала Юки, едва двигая руками и ногами.

— Быстрее! Мои силы на исходе! Если кровавый бог завладеет Агнаром и мечом, то весь мир обратится в пепел!

— Я… уже… сейчас…

Юки до хруста сжимала кулачки и медленно ползла вперёд. Она раз за разом пыталась подняться на ноги, но тут же снова падала. Аура Тхидо лишала любых сил, а перегретый воздух не позволял дышать.

Кицунэ Ки покачала головой и разочарованно проговорила:

— Ох, как же ты слаба. В тебе нет даже частички былой мощи. И это не даёт мне насладиться моментом.

— Ч… что? — непонимающе пискнула Юки, обливаясь потом и дрожа от напряжения.

— Ты меня разочаровала, волчица. Получается, я зря устроила это представление. Эх, столько сил и времени потрачено впустую.

Кицунэ Ки протяжно вздохнула и легко поднялась на ноги. Её раны моментально затянулись, а рваное платье вдруг стало целым. Она грациозно махнула рукой, словно отмахиваясь от комара, и тень кровавого бога Тхидо тут же исчезла. А за ней улетучилась и вонь скверны, в воздухе остался только запах дыма и серы.

— Ч… что происходит? — ошарашенно спросила Юки, всё ещё ощущая безмерную тяжесть чужеродной ауры.

— Всё идёт своим чередом, — ответила Кицунэ Ки, вдруг улыбнувшись и встав перед лишённым воли Агнаром.

— Н… не понимаю… Тхидо… он… был здесь… Ты его победила?..

— Ох! Какой же глупой и наивной ты стала, злобная волчица. Кровавого бога Тхидо не существует. И никогда не существовало. Есть только я — Божественная Кицунэ Ки, обладающая девятью хвостами и девятью лицами…

— Н… не может быть… Я не чую в тебе… скверны… — сбивчиво проговорила Юки, пытаясь глубоко вдохнуть.

— Ты ещё не поняла? Нет никакой скверны и её особого запаха. Пф, глупость какая. Я всего лишь играла с тобой и позволяла видеть и чувствовать то, что сама хотела. Именно я стояла за всеми твоими мучениями. Это я сделала из Окумы монстра. Я заставила его заточить тебя в Пастушьей деревне. Я навязала ему мысль убить твоих друзей.

— Но… зачем?! За что?! — непонимающе взмолилась Юки.

— Так ли это важно?! Я просто ненавижу тебя! Презираю всей своей божественной душой!

— Я… ничего тебе не сделала…

— Разве?! Разве?!! — вдруг вскипела Кицунэ Ки, улыбка на её лице превратилась в злобный оскал.

— Д… да! Я узнала о тебе всего несколько дней назад…

— Нет! Это не так! Ты давно знакома со мной, просто не помнишь этого! Однако я больше не слаба! Я переродилась в могучего зверя, способного подчинить себе весь мир! Всё как в старой сказке!

— Что… не понимаю…

— Довольно пустых слов! Пришла пора новых пыток! Сегодня я приготовила для тебя особое «блюдо»! За последние годы ты обрела счастье, которое не заслужила! Это нужно исправить! В твоей жизни должна быть только боль!

Кицунэ Ки выпустила когти и вонзила их в Агнара. Тот сильно дёрнулся, но остался стоять на коленях. На раскалённые камни упали яркие багровые капли. К запаху дыма и серы примешался аромат свежей крови.

Кицунэ Ки хищно облизнулась, подалась вперёд и вонзила когти ещё глубже. В её похожих на солнце глазах читалось наслаждение чужой болью, а на алых губах играла пугающая улыбка.

Агнар вдруг тихо застонал и склонился ниже. Лишь удерживающие чары Кицунэ Ки не давали ему упасть.

— Оставь его в покое! — рявкнула Юки, показав острые клыки.

Она с большим трудом смогла встать на непослушные ноги и сделала маленький шажок, а затем ещё один и ещё. В её изумрудном взоре быстро разгоралось жаркое пламя, которое становилось сильнее с каждой секундой.

Кицунэ Ки слегка кивнула и довольно хмыкнула:

— Уже лучше. Намного лучше. Но этого всё равно недостаточно. Похоже, Агнар умрёт быстрее, чем ты доберёшься до меня.

— Я! Сказала! Оставь! Барашка! В покое!

Юки чеканила каждое слово, словно била молотом по наковальне. От звуков её голоса сотрясались камни под ногами. Сила Белой Волчицы постепенно подавляла окружающую тяжёлую ауру, но это происходило слишком медленно.

Кицунэ Ки закатила глаза и со вздохом выдавила:

— Ох! Это всё ещё скучно. Твоей боли слишком мало, чтобы утолить мой голод. Нужно придумать что-то ещё.

— Я порву тебя на куски! — прошипела Юки, делая новый шаг.

— Да-да! Ты доберёшься до меня и отомстишь за все страдания. Всё это до отвращения банально. Такое я уже слышала от тебя множество раз.

— «Множество раз»? — невольно переспросила Юки.

— Конечно! Взгляни на мой пояс, ты видишь зеленоглазые маски? Это не простые украшения, а изменённые магией головы твоих прошлых воплощений. Уже много тысячелетий я охочусь на тебя и пополняю свою… коллекцию.

— Да кто ты такая?!

— Весьма мстительная лиса! Ха! Кажется, я придумала новое развлечение! Да! Точно! Это будет очень забавно!

Кицунэ Ки весело хохотнула и вынула из Агнара когти. Она с наслаждением облизала окровавленные пальцы и блаженно причмокнула. Похоже, свежая человеческая кровь пришлась ей по вкусу.

— Встань! — приказала Кицунэ Ки.

Агнар покорно поднялся на ноги. Он больше походил на сломанную марионетку, чем на живого человека.

— Убей волчицу и принеси мне её голову, — холодно проговорила Кицунэ Ки, указав пальцем на рычащую Юки.

Агнар достал из ножен чёрный клинок и направился в сторону Юки. Он шёл медленно, едва двигая ногами. На его бледном лице застыла гримаса боли, а в тёмных глазах читалось безумие.

— Б… барашек, — простонала Юки, от вида полумёртвого любимого её сердце разрывалось.

— Пророчество, оно должно исполниться, — пробубнил Агнар.

— Барашечек! Очнись, молю тебя! Ты ведь узнаёшь меня?! Правда?!

— Долина станет единой, она утопит мир в крови…

— Барашечек, милый! Борись, ты же сильный, я знаю! Ты обещал показать мне мир! Обещал увезти на телеге далеко-далеко! Мы ещё столько всего не увидели, в стольких местах не побывали! Не покидай меня сейчас!

— Последний пир, конец и новое начало, родится из пустоты…

Агнар безумно бормотал бессвязные слова и медленно брёл вперёд. Он сильно шатался и тяжело волочил за собой чёрный меч, словно тот стал неподъёмным. Остриё лезвия скрежетало по камням и порождало редкие искры.

— Барашечек! Вернись ко мне! Пожалуйста! — сквозь слёзы пролепетала Юки, забыв обо всём на свете, кроме любимого.

— Это моя судьба, выбран провидением, нет иного пути…

Агнар остановился напротив рыдающей Юки и поднял над головой меч. Чёрное лезвие едва заметно сверкнуло в отсветах вулканического пламени, а затем послышался резкий свист рассекаемого воздуха.

Юки не стала защищаться или убегать. Она со слезами на глазах смотрела на Агнара и печально улыбалась. Её бледные, почти синие губы сильно дрожали, с них срывались громкие всхлипы.

Чёрный меч хлёстко ударил, но не отведал плоти. Клинок внезапно сместился в сторону, прошёл мимо Юки и глубоко вонзился в камень. Руки Агнара затряслись, в его глазах вдруг вспыхнула искра сознания.

— Что ты творишь?! Убей волчицу! — рявкнула Кицунэ Ки, усиливая контроль.

— Нет! Не могу! Не могу!!! — прокричал Агнар.

Он выронил меч, схватился за голову и упал на колени. Из его растрескавшихся губ вырвался крик боли.

Юки быстро присела рядом с Агнаром и прошептала:

— Я знала, что ты не навредишь мне. Я была в этом уверена. Ты молодец, борись.

— Голос! Я слышу его в своей голове! Он велит подчиниться! Я не смогу долго сопротивляться ему! Прошу тебя, уходи! Беги как можно дальше! Иначе я убью тебя! Моё тело не слушается! И ещё эта боль! Не могу терпеть!

— Нет, барашек! Я останусь! Я буду рядом!

Юки крепко обняла Агнара и окутала его тёплым коконом своей ауры. Это успокоило боль и придало сил. Осаждающие разум чары ослабли, невидимые нити контроля истончились и оборвались.

Кицунэ Ки раздражённо дёрнула девятью хвостами и рыкнула:

— Не думай, что всё закончилось, волчица! Я отберу у тебя любовь! Отберу надежду! Ты достойна только страданий и бесконечно боли! И раз уж Агнар стал бесполезен, то пусть он просто умрёт!

— Не смей! Трогать! Барашка!

Юки вскочила на ноги, вышла вперёд и превратилась в огромную волчицу. Её могучее тело вспыхнуло белым пламенем. Казалось, вдруг пробудившиеся силы Белой Волчицы не уступали по мощи чарам Кицунэ Ки.

Юки сверкнула изумрудными глазами и прорычала:

— Это только наше дело, лиса! Не впутывай посторонних! Хочешь мою голову?! Тогда иди и возьми! Или ты можешь издеваться только над слабыми?! И кто из нас двоих позорит честь воплощений зверей?!

— Ха! Дерзишь, злобная волчица?! Вот, теперь я тебя узнаю! Хочешь сразиться?! Пусть будет так! Но если проиграешь, то я убью всех, кто тебе дорог! И начну с твоего драгоценного «барашка»! Он будет корчиться в бесконечной агонии, а ты будешь смотреть на его муки!

— Этого не случится, если я разорву тебя на куски!

Юки сорвалась с места, сделала два больших прыжка и ударила лапой. Длинные когти свистнули в воздухе и вонзились в землю. Каменное плато резко вздрогнуло, по нему побежали юркие трещины.

Кицунэ Ки успела отскочить и потому не пострадала. Её тело начало быстро расти, а в правой руке появился огромный пылающий топор, украшенный множеством светящихся рун, от которых исходила странная магия. В перегретом воздухе послышался тихий шёпот тысячи голосов.

Юки оскалилась и быстро прыгнула вперёд. Кицунэ Ки взмахнула топором, намереваясь ударить в место, куда приземлится волчица. Однако Юки в последний момент вдруг растворилась в облаке белого дыма, пролетела сквозь ненавистную соперницу и появилась уже за её спиной.

Победоносно рыкнув, Юки клацнула зубами, но её бесконечно острые клыки напоролись на невидимую стену. Кицунэ Ки защищал магический барьер, в момент атаки вспыхнувший сотнями искр.

Юки громко фыркнула и тут же отскочила. Кицунэ Ки быстро развернулась и ловко ударила раскалённым топором. Пылающее лезвие вспороло воздух и слегка задело волчий бок. На площадку упали клочки белой шерсти.

Юки резко ускорилась и стала белой молнией метаться вокруг Кицунэ Ки. Волчица атаковала быстро и с разных направлений. Защитный барьер лисы вспыхивал то спереди, то справа, то слева, то сзади.

Кицунэ Ки взмахнула свободной рукой и выкрикнула заклинание. Её девять хвостов удлинились и превратились в горящие кнуты. Они хлестанули в разные стороны и породили ударные волны.

Юки увернулась от восьми хвостов, но попала под удар девятого. Ей сломало переднюю лапу и откинуло прочь. Она упала возле Агнара и затрепыхалась, словно выброшенная на берег рыба. В воздухе запахло палёной шерстью.

Кицунэ Ки опустила топор и раздосадовано выпалила:

— И это всё, на что ты способна?! Этого мало! Слишком мало! Куда делись силы Девятихвостой Белой Волчицы?! Сейчас сражаться с тобой невероятно скучно! Нет никакого азарта! Что ж! Видимо, время ещё не пришло!

— Ч… что ты несёшь? — сквозь боль прошипела Юки, не в силах продолжать сражение.

— Заткнись! Бесишь! Забирай своего «барашка» и проваливай из Долины! Сгинь с моих глаз, ничтожество!

— Т… ты просто отпустишь нас? — не поверила своим ушам Юки.

— Не обольщайся, злобная волчица! Я заберу твою голову и повешу её на пояс! Но это случится не сегодня!

Кицунэ Ки превратилась в яркое пламя, а затем мгновенно исчезла. В тот же миг нависшие над Долиной облака дыма развеялись, а вулкан перестал извергаться и уснул. Гнетущая аура испарилась, лучи утреннего солнца упали на растрескавшуюся плато, подул свежий ветер. Наконец-то можно было вдохнуть полной грудью.

— Юки… — тихо позвал Агнар, подняв голову и оглядевшись.

— Я здесь, барашек.

— Я больше не слышу в голове голос Тхидо… точнее Кицунэ Ки… она просто ушла?

— Похоже на то…

— Но почему?

— Ох, барашек! Я сама ничего не понимаю! Давай поскорее вернёмся в дом Хару и там всё обдумаем! Ай!

Юки попыталась встать, но сломанная лапа и отбитый бок отозвались резкой болью, от которой хотелось выть.

Агнар подполз к Юки и проговорил:

— Ты сильно ранена. Верни себе человеческое обличье…

— И что потом? Понесёшь меня на руках? — фыркнула Юки.

— Я бы с радостью…

— Ой, барашек! Ты и сам-то еле дышишь! Нет уж! Залезай ко мне на спину! Я смогу идти даже на трёх лапах! И не переживай за мои раны, они затянутся так же быстро, как на дворовой собаке…

— Ты уверена?

— Барашек! Прошу тебя, не разыгрывай упрямца! У меня нет сил спорить!

— Ты права, прости…

Агнар с трудом поднялся на непослушные ноги, медленно пробрёл по площадке и забрал свой меч. Затем он закусил губу и вопросительно посмотрел на Юки. Та повернула к нему свою волчью морду.

— Что такое, барашек? — удивлённо спросила Юки.

— Твой мешочек с камнем души, мне можно его взять?

— Почему ты спрашиваешь?

— Ну… я ведь выкинул его тогда в сугроб…

— А! Так ты это помнишь! — довольно фыркнула Юки.

— Прости…

— Я всё понимаю, барашек. Это сделал не ты, а Кицунэ Ки. Поэтому я не сержусь. Хватай мешочек и садись ко мне на спину. Нас ждёт весьма долгое путешествие. Даже спуститься с вулкана будет весьма непросто.

— Я могу пойти пешком…

— А ну живо полезай ко мне на спину! — с металлом в голосе рыкнула Юки.

— Ох, хорошо-хорошо…

Агнар поднял с земли матерчатый мешочек, вернулся к волчице и с большим трудом взобрался на её пушистую спину.

Юки шумно выдохнула воздух и будто невзначай проговорила:

— И всё равно так обидно за твои слова. Ох, наверное, только абрикосы в меду смогут улучшить моё настроение…

— Ха! Куплю тебе целую бочку!

— Ловлю на слове, потом не отпирайся!

Юки тяжело вздохнула, поднялась на ослабевшие лапы и тихонько похромала на запад. С вершины огромного вулкана открывался красивейший вид на Долину, но путников он совершенно не интересовал. Они слишком устали.

Глава 22. Оборванная нить

На спуск с вулкана ушёл почти целый день. Юки двигалась осторожно, стараясь не тревожить сломанную лапу. От этого путешествие превратилось в череду коротких переходов, прерываемых длинными передышками.

— Давай ещё раз отдохнём? — заботливо предложил Агнар, когда солнце начало клониться к закату.

— Ещё немного, барашек. Мы почти достигли подножия… — устало ответила Юки.

— Тебе тяжело поддерживать волчье обличье. Мы можем остановиться на ночлег прямо здесь. А завтра утром пойдём дальше. До Морозных холмов ещё очень далеко, мы не успеем добраться до них засветло.

— Нет! Не хочу спать на этой дымящейся горе и даже рядом с ней. Мы доберёмся до берега реки и заночуем там. Журчание воды меня успокаивает. Да и пить очень хочется. В пасти так сильно пересохло, что аж язык к нёбу прилип.

Юки опустила волчью морду, украдкой вздохнула и продолжила осторожный спуск. Под её лапами громко хрустело обсидиановое стекло. На склонах вулкана не было ни единой травинки, всюду чернели наплывы застывшей лавы.

Солнце спряталось за горизонтом, наступил поздний вечер. На ясном небе переливалось бесконечное множество холодных звёзд. Вокруг было необычайно тихо, словно вымерли все животные и птицы.

Юки и Агнар оставили вулкан позади и добрались до широкой реки, текущей с востока на запад. Вода в ней была удивительно тёплой и чуть желтоватой. На песчаном берегу валялись иссохшие коряги с длинными сучьями.

Шатаясь от усталости, Агнар стаскал деревяшки в кучу и развёл большой костёр. Пламя быстро разгорелось, яркие искры и клубы дыма взметнулись к чёрному небу. Стало немного уютнее и теплее.

Юки зорко огляделась и внимательно прислушалась. Не почуяв рядом угроз, она облегчённо выдохнула и вернула себе человеческое обличье. Её огромное волчье тело растаяло в воздухе, а вместо него появилась миниатюрная девушка.

— Эх… — протянула Юки, садясь возле костра.

— Что такое? Лапа… то есть рука болит? — быстро спросил Агнар, хотя сам выглядел чуть лучше покойника.

— Болит, но сейчас меня не это беспокоит.

— Думаешь о случившемся? О Кицунэ Ки?

— Угу! Она сказала, что мы знакомы! Но я её совершенно не помню! Честно! А ещё эти рассказы о прошлых жизнях! Сказки про «злобную волчицу» и «наивного лисёнка»! Желание мести и моих страданий!

— Если Кицунэ Ки и Тхидо — это одно существо…

— То за всеми веками моих страданий стоит Кицунэ Ки! Да! Но почему?! Зачем?! Что я ей такого сделала? Я ведь хорошая, правда?! Я не могла совершить чего-то дурного! Я на такое просто неспособна!

— Ну… — неуверенно протянул Агнар.

— Барашек! Живо скажи, что я хорошая!

— Ты хорошая.

— Неубедительно! — обиженно фыркнула Юки, спрятав носик между коленками.

Она была одновременно опечалена, раздражена, обижена, разозлена и сбита с толку. Сражение на вершине вулкана и признания Кицунэ Ки лишили её спокойствия и породили множество странных мыслей.

Агнар заметил метания в глазах любимой и поспешил спросить:

— Можем ли мы верить словам Кицунэ Ки? Вдруг она снова врёт?

— Нет, барашек! Она действительно меня ненавидит. И ненавидит так сильно, что создала липового кровавого бога. Злость Окумы, убийство моих друзей-волков, заточение в Пастушьей деревне — всё это её рук дело.

— Ты в этом уверена? — спросил Агнар, посмотрев в сторону вулкана.

— Да! Но я не могу вспомнить причину вражды с Кицунэ Ки! Возможно, всё началось в прошлых жизнях! Или даже других мирах?! Ох! Это слишком сложно! Слишком! Вот я дурёха! Нажила себе злейшего врага, но забыла о нём! Ужас!

— Не переживай, всё наладится. Мы покинем Долину и вернёмся в королевство. А если будет нужно, то пересечём моря и осядем там, где Кицунэ Ки нас никогда не найдёт. Я уверен, что такие места существуют.

— Уедем? Барашек, а как же твой брат?

— Не думаю, что ему что-то угрожает. Он нужен Кицунэ Ки. В любом случае я не могу ему помочь. И не хочу.

— Хе-хе! И кто из нас злюка? — хихикнула Юки и тут же тяжело вздохнула.

Она переползла ближе к Агнару и тихонько положила голову на его колени. Её волчьи ушки расслабились, а пушистый хвост замер на груди. В воздухе витал запах дыма, слышалось потрескивание костра.

Юки затихла, но не уснула. Она вдруг протяжно вздохнула, уставилась в темноту и недовольно проговорила:

— Ну! Долго ты там будешь стоять? Иди уже сюда.

К костру беззвучно вышел огромный чёрный волк. Это был Хару. Он выглядел странно: шерсть на его спине и боках стояла дыбом, морда была опущена, в синих глазах читалось сильное беспокойство.

— Прости, я не хотел вас тревожить… — тихо произнёс Хару.

— Ага, как же! Уши ты грел! Подслушивал! — фыркнула Юки, поднимаясь на ноги и отряхивая с бёдер песок.

— Нет же! Окума мне рассказал об Агнаре, Тхидо, твоём уходе. Я сильно забеспокоился и решил вас разыскать.

— М? И как ты нас нашёл?

— Я видел извержение и сверкающие красные облака…

— И ты подумал, что в этом замешаны мы, да? Впрочем, ты не ошибся.

— И это… я тут случайно услышал…

— Не случайно, а специально! И не услышал, а подслушал! — довольно грубо поправила Юки.

— Пусть так, — не стал спорить Хару. — Просто скажи, Кицунэ Ки действительно…

— Да-да! Она и есть Тхидо!

Юки рассказала Хару обо всём случившемся. Тот слушал внимательно, не сводя с подруги взгляда синих глаз. К концу рассказа его чёрная шерсть начала мелко трястись, могучее волчье тело вдруг охватила дрожь.

— Нет! Не верю! — пробормотал Хару, пытаясь отступить обратно в темноту.

— Да, Харусик! Твоя драгоценная Кицунэ Ки виновата во всех моих злоключениях и в смерти наших друзей. Она в этом сама призналась.

— Но… как же…

— Ох! Перестань стенать, прошу. Я сама готова разрыдаться, но слезами горю не поможешь. Всё уже произошло, нужно это принять. Как ты там сказал несколько дней назад: «Мы ещё найдём время оплакать друзей, но не сегодня»?

— Да, подруга. Ты права, — согласился Хару, поборов дрожь.

Он перестал отступать, подошёл ближе к Юки и обнюхал её раны. Та потрепала его здоровой рукой по могучей щеке, словно ободряя и говоря: «Я в порядке, это обычные царапины, бывало и хуже».

— Что будет дальше? — тихо спросил Хару.

— Мы с барашком вернёмся в королевство, — ответила Юки, кинув быстрый взгляд на Агнара.

— Вы уверены?

— Да! Полностью! Я сыта Долиной по горло, Харусик. Ты тоже должен забрать Эрика и покинуть эти земли. Кицунэ Ки весьма мстительна, она может объявить охоту на всех, кто мне дорог.

— Я понимаю…

— Но для начала я хочу вернуться в твой дом и зализать свои раны. Без этого я не выдержу долгого путешествия.

— Да, хорошо! Поедете на моей спине! Я вас вмиг довезу до Морозных холмов!

Хару нетерпеливо затоптался на месте. Он был рад тому, что оказался хоть в чём-то полезен.

Юки покачала головой и фыркнула:

— Чего «копытом» бьёшь, словно молодой жеребец? Ляг на землю…

— Уже!

Хару резко плюхнулся на холодный песок, словно собака после команды «лежать». Со стороны это выглядело весьма забавно. Хрупкая беловолосая девушка командовала огромным чёрным волком.

Агнар и Юки забрались на могучую спину Хару. Тот моментально вскочил на лапы и помчался вдоль берега реки.

— Эй! Тише, скинешь же! — громко прошипела Юки, держась за жёсткий клочок чёрной шерсти.

— Нет-нет! Прокати её во-о-он по тем скалам! — попросил Агнар, мстительно улыбнувшись.

— Барашек! Ну я тебе!

Юки дёрнула головой и попыталась ударить Агнара затылком, но чуть было не выпала из мехового седла. Агнар придержал её и крепко прижал к себе. Юки для вида ещё разок дёрнулась, но затем пригрелась и затихла.

Хару скакал без остановок до самого утра. Когда солнце показалось из-за горизонта, вокруг уже белели снега Морозных холмов. Тонкий ветерок пронизывал до костей и заставлял седоков ниже пригибаться к тёплой волчьей туше.

— Не замёрзли там? — спросил Хару, повернув голову.

— Смеёшься, что ли?! Да я сейчас в ледышку превращусь! — обиженно выпалила Юки, кутаясь в отнятую у Агнара куртку.

— Ну потерпи ещё немножко, подруга. Мы почти добрались.

Хару ускорился и одним большим прыжком перемахнул через пригорок. За ним показалась узкая лощина, в которой стояла бревенчатая изба. Над печной трубой поднималась струйка сизого дыма.

— Вот мы и дома… — выдохнул облако пара Хару.

Он остановился у высоких ворот, ссадил Агнара и Юки и превратился в человека. Все трое покинули холодную улицу и вошли в дом.

Юки первым делом прильнула к разогретому камину. Она так сильно спешила, что чуть было не спалила свой шикарный белый хвост. В тёплом воздухе комнаты запахло палёной шерстью.

Агнар устало плюхнулся на диван и пробормотал:

— Я немного вздремну…

— Никакого сна, барашек! — пробурчала Юки, почти засунув голову в топку.

— А? Почему это?

— Сначала помоемся и поедим!

— Нет у меня на это сил! Всё тело ноет! — взмолился Агнар.

— Это у тебя-то ноет?! Ха! У меня рука сломана и ещё бок отбит!

— Эй! В моих плечах дыры от когтей Кицунэ Ки! А голова скоро лопнет от боли! А ты ещё и куртку мою забрала! Я до костей продрог! Простуда мне обеспечена! Вот увидишь, всю тебя зачихаю!

— Барашек! Не зли меня!

— А то что?! Слезами захлебнёшься?!

— Ну, ты сам напросился!

Юки злобно сверкнула глазами и грозно двинулась в сторону Агнара. Однако тот совершенно не отреагировал на это. Он демонстративно закрыл глаза и притворился спящим. По залу разлетелся неправдоподобный храп.

Хару покачал головой и примирительно проговорил:

— Тише вы, тише. Не нужно ссориться из-за пустяков. Я сейчас натоплю баню и приготовлю завтрак.

— Вот! Видишь, барашек! — фыркнула Юки. — Именно так должен вести себя настоящий мужчина!

Агнар лишь громче всхрапнул и отвернулся. Однако на его губах появилась едва заметная улыбка. Эта улыбка почему-то раздражала Юки, но она не могла придумать нужных слов, чтобы стереть ухмылку с лица любимого.

— Ну и ладно! Одна пойду мыться! — раздосадовано выпалила Юки.

— Эй! Со сломанной-то рукой? — проговорил Агнар, вдруг «проснувшись».

— Да! Не Харусика же просить мне спинку потереть…

— Ладно-ладно, я помогу.

Агнар по-старчески прокряхтел и тяжело поднялся с дивана. Юки довольно просияла и победоносно дёрнула хвостом. Она схватила любимого за руку и почти насильно потащила в сторону сеней.

Они смыли с себя кровь и грязь в бане, а затем неспешно позавтракали. Агнар снова развалился на диване, мечтая лишь о сладком сне. Юки нацепила свежую одежду и повесила на шею мешочек с камнем души.

— Давай уже вздремнём, — снова попросил Агнар, широко зевая.

— Чуть позже… — ответила Юки, прижимая больную руку к груди, а здоровой пытаясь расчесать свой белый хвост.

— Мы только что пережили сражение с существом, которое может управлять разумами и погодой. На нас обоих живого места нет: переломы, синяки, ссадины, резаные раны. Неужели ты не хочешь отдохнуть?

— Я не смогу уснуть, — вдруг призналась Юки, тихонько вздохнув.

— Из-за Кицунэ Ки?

— Угу! Я стараюсь не думать об этом! Стараюсь улыбаться! Но внутри словно скребут когтями!

— Ох, милая! Как только твоя рука чуть заживёт, мы покинем Долину. Вдалеке от этих мест тебе станет спокойнее.

— Ты уверен? — тихо спросила Юки, шмыгнув носом.

— Полностью!

Агнар обнял её и крепко прижал к себе. Она тихонько замурлыкала и завиляла хвостом. Её волчьи ушки слегка подрагивали, словно от сильного наслаждения. Страх и сомнения быстро отступали.

Вдоволь насладившись моментом, Юки отстранилась от Агнара, разгладила свою сорочку и хитро спросила:

— Барашек, скажи честно, я полная?

— А? С чего вдруг такой вопрос? Ну… ты, конечно, много ешь… Но на твоей фигуре это никак не отражается…

— Да я не об этом, дурень! — буркнула Юки, хмуря бровки и гневно зыркая на непонятливого любимого.

— Тогда о чём? — спросил Агнар, почесав затылок.

— Позапрошлой ночью ты сказал, что я бесполезная и пустая! Но это не так? Правда? Я не пустая, а полная? Да?

— Ох! Ха…

— А ну не вздумай смеяться! Пожалеешь! — предупредила Юки, сверкнув изумрудными глазами.

— Прости, но это забавно…

— Барашек!

— Ладно-ладно! Для меня ты самая «полная» девушка на свете!

— Ах! Я так рада! — воскликнула Юки, услышав в словах любимого искренность.

В этот момент в зал зашёл Хару. Он нёс в руках стопку чистых одеял. От них пахло свежестью и немного душистым перцем. Похоже, они хранились где-то на улице рядом с ящиком приправ.

Хару протянул одеяла и проговорил:

— Вот, возьмите. А я сейчас принесу простыни и подушки.

— Спасибо, Харусик… ой… — вдруг пискнула Юки, отступив на шаг и сильно побледнев.

— Что такое? — быстро спросил Хару.

— Ч… что-то чувствую…

— А? Ты чего, подруга? Не пугай так.

— Нет! Нет же!!! Ох!

Юки округлила глаза и с мольбой посмотрела на Агнара. Мешочек на её шее вдруг задымился. Сквозь прогоревшую дырку на пол выпал светящийся зелёный камень, в котором хранилась душа Белой Волчицы.

Камень трижды отскочил от деревянных половиц и застрял в узкой щели. Затем он ярко вспыхнул, по его неровным бокам побежали крохотные трещины. Послышался едва различимый хруст и… Камень вдруг звонко лопнул и обратился в пыль. В воздух поднялись тысячи изумрудных искр, которые быстро погасли.

Юки протянула вперёд руку и успела выкрикнуть:

— Барашек! Я люблю тебя!

А затем её глаза закрылись. Она повалилась на пол и осталась лежать. Её дыхание оборвалось, а сердце остановилось.

Юки умерла.

Агнар бросился вперёд и склонился над ней. В его глазах появился сильнейший страх, который быстро перерос в панику. Дрожащими руками он осторожно похлопал по щекам любимой, приложил ухо к её губам.

— Эй! Т… ты чего! Очнись! — прошептал Агнар.

Юки не проявляла признаков жизни. Её тело постепенно остывало, руки и ноги коченели, по лицу поползла пепельная серость. В окружающем воздухе появилось ощущение пустоты, невосполнимой потери.

Агнар судорожно сглотнул и взмолился:

— Нет же… нет… Не оставляй меня… Прошу…

— Да что происходит?! — ошарашенно спросил Хару, всё ещё держа в руках одеяла.

— Камень раскололся! В нём была душа Юки! Ох!

— Так это было правдой? Я думал, что вы сказали это в шутку, образно…

— Какие к чёрту шутки?! Окума вырвал душу Юки из тела и поместил в камень! А теперь камень лопнул! И душа… наверное… исчезла?! Растворилась?! Улетела?! Ох! Что же делать?! Что?! Нет! Соберись! Нельзя поддаваться панике! Нельзя! Всё можно исправить! Нужно только подумать! Составить план!

Агнар поднялся на ноги, схватился за голову и начал расхаживать по залу. Хару безмолвно стоял рядом, словно превратившись в мраморную статую. В его глазах был ужас, сдавленное страхом горло не позволяло сделать вдох.

Агнар вцепился в свои волосы и быстро заговорил:

— Окума воспользовался силой Тхидо, чтобы вырвать душу Юки из тела… Но раз Тхидо не существует, то получается…

— Что это Кицунэ Ки заставила камень расколоться, — закончил фразу Хару, едва шевеля онемевшими от страха губами.

— Да! Это под силу только ей! Но зачем?! Она могла убить Юки на вершине вулкана, но не сделала этого…

— Ничего не понимаю, — протянул Хару, силясь сглотнуть подступивший к горлу ком.

— Я тоже! Но я всё выясню! Обещаю!

Агнар вскочил на ноги, закрепил на поясе обгоревшие ножны и быстро направился к двери. Звук его шагов гулко разнёсся по залу.

Хару вдруг дёрнулся и спросил:

— Эй, куда ты?

— Мне нужно повидать Кицунэ Ки! У неё есть ответы на все вопросы! — проговорил Агнар, остановившись на пороге.

— Постой! Давай я отвезу тебя…

— Нет! Оставайся в доме и охраняй тело Юки!

— Ты надеешься оживить её? Думаешь, такое возможно?

— Да! И я сделаю для этого всё! Даже продам свою душу «кровавому богу»!

В чёрных глазах Агнара сияла абсолютная, непоколебимая решимость. Он сорвал с настенного крючка тёплую куртку, нацепил её на плечи и вышел на улицу. Двери за его спиной со скрипом затворились.

Глава 23. Душа и металл

Всюду пестрела цветами тёплая весна. Солнце висело высоко в небе, одаряя ласковыми лучами благоухающие поля. Стайки весёлых птах порхали под облаками, в густой траве шуршали и попискивали сытые мыши.

Вокруг было тихо и спокойно.

Агнар выбрался на дорогу и подошёл к лисьему святилищу. Он тяжело дышал и облизывал пересохшие губы. Его ноги почти не слушались, израненные плечи горели от сильной боли, а по лбу стекали огромные капли пота.

— Кицунэ Ки… приди… — устало пробурчал Агнар, опёршись о края алтаря, чтобы не упасть на землю.

Колыхнулся воздух, запахло цветочными духами. Перед лисьим святилищем появилась Кицунэ Ки, одетая в длинное белое платье с красными вставками. В её огненно-рыжих волосах блестела золотая заколка, украшенная большим изумрудом.

— Плохо выглядишь, — с улыбкой проговорила Кицунэ Ки, посмотрев на Агнара и достав из рукава широкий веер.

— Твоими стараниями, — не слишком вежливо ответил Агнар.

— Возможно. Так что ты хотел? Зачем призвал меня?

— Будто ты не знаешь!

— Я?! Откуда?! — наигранно удивилась Кицунэ Ки, прикрыв ехидную ухмылку перьями веера.

— Хватит игр! Я знаю, что это ты заставила камень души расколоться. Поэтому давай оставим все притворства в стороне и перейдём сразу к делу. Что нужно сделать, чтобы всё исправить? Как вернуть Юки к жизни?

— Хм… зачем мне воскрешать злобную волчицу?

— Потому что ты не хочешь её смерти! — выпалил Агнар, найдя в себе силы распрямиться.

— Неужели? Я уже пыталась её убить…

— Но не убила, хотя могла! Нет же! Ты жаждешь увидеть страдания Юки! Хочешь мучить её как можно дольше!

— Допустим… И что? — протянула Кицунэ Ки, её глаза смеялись.

Она кокетливо провела рукой по волосам, затем встала так, чтобы солнце просвечивало сквозь тонкое платье.

Агнар выругался сквозь зубы и зло прошипел:

— Хватит ужимок! Говори, что тебе нужно?! Я сделаю всё, лишь бы оживить Юки! Я даже готов стать твоим слугой!

— Зачем ты мне? Ты слишком своеволен, — игриво ответила Кицунэ Ки, перестав принимать соблазняющие позы.

— А?! Так просто задури мне голову, подави волю! Я на всё согласен!

— Не выйдет. Если человек уже был под моим влиянием, то я не могу снова наложить управляющие чары. Так уж это устроено…

— Тогда что ты хочешь?! Что?! — взмолился Агнар, протянув вперёд руки.

— Мне нужен не ты, а твой чёрный меч…

— Меч? Зачем он тебе? Я уже начал думать, что Пророчество не более чем часть твоего «спектакля».

— Какое тебе до этого дело? Ты хочешь спасти свою ненаглядную волчицу?

— Любой ценой! — заверил Агнар, делая шаг вперёд.

— Тогда тебе стоит поторопиться. Душа волчицы покинула тело, но осталась в этом мире. Она отправилась туда, где была бесконечно одинока, но в то же время безмерно счастлива. Темница и любимый дом…

— Дубовый лес возле Пастушьей деревни… — догадался Агнар.

— Именно! Однако без сосуда душа долго не протянет. Постепенно она угаснет и растворится в общем потоке. Ты уже видел нечто подобное. Это было во время битвы с Окумой, на склоне горного хребта.

— Холодные фантомы, души друзей Юки… — ахнул Агнар, вспомнив полупрозрачные силуэты огромных волков.

— Да! Они отдали ради неё последние крупицы своих жизненных сил, а затем отправились к Вечной реке, чтобы однажды возродиться в новом мире. Бесконечный круговорот жизни и смерти. Начало и конец.

Кицунэ Ки говорила высокопарно, словно читала хорошие стихи. Её алые глаза сверкали, а на сокрытых под веером губах играла тонкая улыбка. Сегодня лиса была в хорошем настроении. Подозрительно хорошем.

Агнар отмахнулся от сладких речей и раздражённо выпалил:

— Я не хочу, чтобы Юки воскресла через сотни лет! Она нужна мне здесь и сейчас! Что я должен для этого сделать?!

— Просто отдай мне свой меч. Добровольно.

— И что потом?

— Я расскажу, как соединить душу и тело в единое целое.

— А если ты обманешь меня? Заберёшь меч и просто исчезнешь?

— У тебя нет другого пути, кроме как довериться мне. К тому же Чёрный Зов Предков учует фальшь в моих словах и действиях. Если я попытаюсь обмануть тебя, то меч не подчинится. А он мне нужен.

— Хорошо! Я согласен…

Агнар отстегнул от пояса ножны и протянул их вперёд. Он действовал уверенно, совершенно не сомневаясь.

Кицунэ Ки удивлённо спросила:

— Ты так легко расстанешься с мечом? Я знаю, что он ценен для тебя. Это не просто оружие, а память об отце…

— Юки для меня важнее, — заверил Агнар.

— Ох! Ну за что ей такое счастье?

Кицунэ Ки завистливо вздохнула и забрала ножны с мечом. На мгновение вокруг повисла абсолютная тишина. Казалось, даже облака вдруг замедлили свой бег, чтобы получше разглядеть момент сделки.

Кицунэ Ки довольно кивнула и проговорила:

— Вот, видишь? Чёрный меч не противится мне. Это значит, что я не обманываю тебя.

— Говори уже! Как мне спасти Юки? — нетерпеливо пробурчал Агнар.

— Всё очень просто. Нужно лишь совместить в одном месте душу и тело волчицы, а затем использовать это…

Кицунэ Ки сняла с волос заколку, в центре которой светился огромный изумруд. Камень переливался на солнце и тихо звенел.

Агнар забрал украшение и спросил:

— Что это?

— В изумруде заключена частичка души Юки. Крохотный осколок.

— И что мне с ним делать? — быстро спросил Агнар, невольно сжав заколку в руке и прижав её к груди.

— Разбей камень в нужный момент. И тогда твоя драгоценная Юки снова оживёт.

— «Нужный момент»?

— Да! Ты поймёшь, когда это время настанет. Просто доставь тело к душе, а дальше разберёшься. И вот ещё что…

Кицунэ Ки опустила веер и достала из рукава платья длинную бумажную печать, на которой были нарисованы странные символы. Цвет чернил говорил о том, что они сделаны на основе крови.

Кицунэ Ки протянула печать и сказала:

— Приклей это на лоб покойной Юки. И не снимай, пока не доберёшься до Пастушьей деревни…

— Зачем это? — недоверчиво проговорил Агнар, принимая дар.

— Печать не даст телу Юки сгнить.

— Ох…

Агнар аккуратно свернул бумагу и быстро сунул её в куртку. От резкого движения его плечи и спину прострелила острая боль. Он почти согнулся пополам, но нашёл в себе силы распрямиться.

Кицунэ Ки покачала головой и вздохнула:

— С такими ранами ты не доберёшься до королевства. Как же слабо человеческое тело, а я ведь совсем немного с тобой поигралась…

— Я в порядке.

— Не строй из себя героя! Вот, возьми.

Кицунэ Ки достала из бездонного рукава маленький флакончик. В этот раз в нём плескалась розовая жидкость.

Агнар почувствовал гнилостный запах и с отвращением спросил:

— Что это? Воняет так, будто внутри измельчённые стельки сапог, которые носили несколько недель.

— Лучше тебе не знать, из чего сделано это зелье. Однако оно излечит твои раны и восстановит силы.

— Какая забота… — хмыкнул Агнар, откупоривая флакон.

— Сейчас ты нужен мне живым, только и всего, — пожала плечами Кицунэ Ки, отгоняя веером назойливых мух.

Агнар зажал пальцами нос и одним большим глотком опустошил склянку. Зелье оказалось очень вкусным. В нём ощущались сладкие нотки спелых фруктов, лесных ягод и липового мёда.

— Недурно, — удивлённо оценил Агнар.

— Внешность часто обманчива, — медленно проговорила Кицунэ Ки, по её лицу пробежала едва заметная тень.

— Можно задать вопрос? — внезапно спросил Агнар, чувствуя растекающееся по рукам и ногам тепло.

— М? Говори…

— На вулкане ты назвала Юки «Девятихвостой Белой Волчицей». Неужели когда-то раньше она была…

— Да, этот так! В прошлых воплощениях Юки была могущественным духом зверя, Девятихвостой Белой Волчицей, Холодной Зимней Луной, Сестрой Рассветного Солнца. Никто не мог совладать с её необузданной силой. Почти никто…

Последние слова Кицунэ Ки произнесла тихо и печально. В её голосе явственно послышались нотки сожаления.

Агнар решил воспользоваться случаем и спросил:

— Что именно ты и Юки не поделили? С чего началась ваша вражда?

— А?! Думаешь, я раскрою тебе душу? — фыркнула Кицунэ Ки, скрыв чувства за широким веером.

— Но…

— Хватит расспросов! Отправляйся в королевство и оживи злобную волчицу. Это твоя единственная задача.

— Возможно, я смогу понять… помирить…

— Нет, нет и ещё раз нет! — отрезала Кицунэ Ки. — Перемирию не бывать! Я пополню свою коллекцию масок!

— К чему всё это?

— Ты тратишь время на пустые вопросы. Душа Юки медленно растворяется, пока ты пытаешься вытащить из меня сведения. К тому же без печати её мёртвое тело понемногу… портится. Хочешь увидеть трупных червей в её глазницах?

— Ох! Ты невыносима!

— Просто играй свою роль, «барашек»! И не лезь в то, чего не понимаешь! Прочь с моих глаз!

Кицунэ Ки сверкнула алыми глазами и гневно махнула рукой. Она явно дала понять, что разговор закончен. В этот момент солнце скрылось за облаками. Вокруг стало темнее и прохладнее. Пение птиц прервалось, затихли кузнечики.

Агнар последний раз посмотрел на заколку в своей руке, а затем молча развернулся и двинулся в сторону Морозных холмов.

Кицунэ Ки проследила за ним и внезапно произнесла:

— Агнар…

— Да? — спросил он, обернувшись.

— Знаешь, что бы ни случилось дальше, я искренне рада, что ты есть у злобной волчицы…

— Потому что можно мучить её, истязая меня? — догадался Агнар, нахмурившись и криво усмехнувшись.

— …

Кицунэ Ки не ответила. Она лишь загадочно улыбнулась и мгновенно растворилась в тёплом воздухе. Где-то высоко в небе послышался звон огромного колокола, запах цветочных духов резко усилился.

— Боги, духи, пророчества! Как же это утомительно… — проворчал Агнар, запахнув куртку и двинувшись через заросшее травой поле.

К вечеру он вернулся в Морозные холмы.

Дом Хару встретил его открытыми настежь окнами и дверями. В комнатах было ужасающе холодно, на стенах белела изморозь. В покосившемся камине не горел огонь, угли давно потухли и остыли.

Хару сидел на диване, укрываясь несколькими одеялами. Возле его ног лежало тело Юки, аккуратно накрытое белой простынёй.

— Что произошло?! — испуганно выкрикнул Агнар, ворвавшись в зал.

— А? О чём ты? — удивлённо спросил Хару, поправляя тёплую шапку.

— Почему все окна открыты?! В доме лютейший холод! Что случилось?! На вас напали, пока меня не было?!

— Я сам распахнул ставни и потушил очаг…

— Что?! Зачем?!

— Ну… это… чтобы тело Юки не испортилось…

Хару проговорил эти слова медленно, запинаясь. Ему было сложно говорить о подруге, как о покойнице.

Агнар немного успокоился и устало проговорил:

— Закрывай окна и разводи огонь. Иначе мы сами превратимся в ледышки.

— Но как же… — неуверенно протянул Хару.

— У меня есть средство, которое сохранит… кх-м… свежесть нашей мёртвой принцессы…

— О! Так ты виделся с Кицунэ Ки?! А смог узнать о том, как можно воскресить Юки?! Говори же, прошу!

— Да! Душа Юки сейчас находится в королевстве. Нужно лишь доставить туда тело, а затем совершить небольшой ритуал.

— Это Кицунэ Ки так сказала? Можно ли ей верить?

— Другого выхода у нас нет, — вздохнул Агнар.

Он достал из кармана бумажную печать и прилепил её на лоб Юки. Нарисованные кровью символы ярко вспыхнули и тут же погасли. Похоже, чары начали работать. С лица покойной сошла серость, на щеках появился лёгкий румянец.

— Как живая, — изумился Хару, склонившись над подругой.

— Угу! У нас всё получится! Получится! — яростно зашептал Агнар, пламя надежды в его душе разгорелось ярче.

Он поцеловал Юки в холодную щёку и отправился собирать вещи. Нужно было подготовить тёплую одежду, непортящуюся еду и чистую воду. Хару же остался в зале, чтобы развести огонь в камине.

Вскоре в доме снова стало тепло. Жаркое пламя неспокойно подёргивалось в очаге, слышался треск поленьев, пахло дымом и жжённой смолой. Свет закатного солнца пробивался сквозь щели в закрытых ставнях и красными пятнами падал на пол.

Агнар закончил приготовления и вернулся в зал. Сидя на диване, Хару безотрывно смотрел на Юки и медленно жевал кусок вяленого мяса, по виду и твёрдости напоминающий камень, подобранный у дороги.

— Я немного покопался в твоих вещах, — сообщил Агнар, присаживаясь рядом.

— Бери всё, что нужно, — отмахнулся Хару, не поворачивая головы.

— А есть ли у тебя доски и гвозди?

— М? Зачем тебе?

— Нужно сколотить гроб… — мрачно проговорил Агнар.

— Чего? — буркнул Хару, подавившись мясом и закашлявшись.

— До королевства я буду добираться на корабле, поэтому нужен гроб для перевозки Юки. Или ты предлагаешь таскать её на плече в мешке? Не думаю, что команда и капитан оценят такое отношение к покойнице.

— Да… но…

— Что? У тебя есть другой план?

— Честно говоря, я не думаю, что тебе вообще удастся найти сейчас корабль, который плывёт из Долины в королевство…

— Ах, чёрт! Я и забыл. Совет племён распался, местные воды стали опасны для торговцев. Никто не рискнёт зайти в здешние порты…

— Ага.

— Тогда придётся украсть драконий корабль…

— И всё равно дорога займёт не меньше недели. Сейчас дуют неблагоприятные ветра.

— И что ты предлагаешь?! Остаться здесь и ждать, пока душа Юки полностью угаснет?!

Агнар громко чертыхнулся и со злости ударил кулаком по стоящей рядом тумбе, сделанной из обрубка бревна. Та совершенно не пострадала, а вот на костяшках Агнара появились свежие ссадины и кровоподтёки.

Хару успокаивающе поднял руку и попросил:

— Не кипятись. У меня есть решение. Я превращусь в волка и отвезу вас на своей спине. Мы перейдём через Зубастые горы, пересечём Северную пустошь и доберёмся до королевства по земле. На моих лапах это займёт не более трёх дней.

— Ты с ума сошёл?! Мы замёрзнем насмерть! В Северной пустоши нет ничего, кроме холода, льда и снега!

— В волчьем обличье я смогу продержаться. А тебя согреет моя шерсть. Ну же, решайся…

— Безумие! — прошипел Агнар, схватившись за голову.

— Другого пути нет! Времени слишком мало!

— Ах, к чёрту! Я согласен!

— Отлично!

— Но как же Эрик? Ты оставишь его в Долине?

— Я вернусь за ним, но позже. Пусть Кицунэ Ки жестока, но даже она не станет убивать ребёнка…

— В этом я не уверен, — пробормотал Агнар, скривившись.

— В любом случае Эрик не выдержит путешествия через Северную пустошь. Поэтому поедем только ты, я и Юки.

— Хорошо! Но гроб всё равно нужно сколотить…

— Зачем?

— Он защитит Юки в дороге.

Остаток вечера они потратили на последние приготовления к путешествию, а ночь отвели под сон. Агнар долго ворочался на диване, а затем перебрался ближе к Юки. Только под самое утро он смог сомкнуть глаза и немного вздремнуть.

Когда солнце взошло над Морозными холмами, пришло время отправиться в путь. Хару выбрался во двор и превратился в огромного чёрного волка. Затем он поджал лапы и лёг на свежий, выпавший ночью снег.

— Помочь? — глухо разнёсся над лощиной голос Хару.

— Нет, сам справляюсь, — ответил Агнар.

Он закрепил на шее чёрного волка мешки с провизией и прочими вещами, а после осторожно подтащил ближе к меховому боку грубо сколоченный гроб, крышка которого держалась на двух петлях и железном замке.

Агнар натужно прохрипел и смог взгромоздить гроб на спину Хару. Тот тяжело вздохнул и поёжился. Ему совершенно не нравилось ощущать на себе тяжесть деревянного ящика, в котором покоилось тело Юки.

— Меня пугает вид треклятого гроба, — признался Хару, повернув морду.

— Почему это? — спросил Агнар, проверяя верёвки и затягивая узлы.

— Мне кажется, будто мы собираемся хоронить Юки…

— Но это не так.

— Знаю, но на душе неспокойно.

— Как и у меня. Ладно, всё уже готово. Можем отправляться.

Агнар взобрался на спину Хару и последний раз огляделся. Всюду сиял на ярком солнце пушистый снег. Кое-где из-под белого полога торчали чёрные скалы. Над верхушками холмов парила едва заметная дымка тумана. Воздух был холоден и сух. Слышалось завывание лёгкого ветра, запутавшегося в скатах крыши. Пахло морозной свежестью и немного дымом.

Агнар хмыкнул и проговорил:

— Я был рад вернуться, родная Долина. Но не жди меня больше… хватит…

— Не будешь скучать по дому? — спросил Хару, поднимаясь на лапы и бросая слегка печальный взгляд на свою избу.

— Нет! Я странствующий наёмник. Вся моя жизнь — дорога. К тому же теперь это место навевает на меня тоску.

— Хм… понятно. Так что, ты готов ехать?

— Да!

— Тогда держись крепче!

Хару сорвался с места и со всех лап помчался по заснеженной лощине. Где-то очень далеко на юге, почти растворяясь в белесой дымке, виднелись острые пики Зубастых гор, за которыми начиналась бескрайняя Северная пустошь.

Стоял прекрасный солнечный день, наполненный обманчивым спокойствием. Морозный воздух ярко искрился, дышалось удивительно легко. Ничто не предвещало скорого конца света.

********

Конец второй книги «Волчица и Мечник».

Спасибо за внимание к моему творчеству, дорогие читатели. Если вам понравилось произведение, расскажите о нём знакомым и друзьям. Увидимся с вами в третьем томе, до встречи.

С уважением, Евгений Рафт.