Во славу богов

Глава 1

Вскакиваю как ошпаренный и едва не плюхаюсь в воду. Машинально махаю руками и лишь чудом ловлю равновесие, стоя на краю мягкого зеленого… листа кувшинки!?!

Дальше – больше. Подумаешь, трехметровый лист кувшинки. В руках буквально из ниоткуда появляется каменная скрижаль. Тяжеленная гадина! Пыхчу, раздуваю щеки, стараясь удержать чертову каменюку. Если она вырвется из рук, то легко пробьет дыру в гигантском растении. Импровизированный плот и так прогнулся под тяжестью. Того и гляди, лопнет.

Топчусь по мягкой поверхности как беременная выхухоль. Прижимаю к груди плиту и готовлюсь к новым напастям. Но, к счастью, больше ничего не происходит. Можно выдохнуть.

Я аккуратно уселся и, наконец, окинул взглядом озеро: повсюду плавали такие же огромные листы кувшинок, среди них красовались немаленькие белые цветы с желтыми сердцевинами, теплый ветерок гнал легкую волну, отчего вода весело хлюпала в причудливой растительности. Нос щекотал довольно сильный запах сырости с медовым оттенком. И на всю округу ни одной живой души.

Вспомнить, что со мной происходило до пробуждения, не получилось. Что-то блокировало воспоминания. Я снова завертел головой по сторонам в попытке отыскать хоть что-нибудь знакомое – только все тщетно. Память скукожилась и забилась в потаенные уголки мозга. Так просто не выковырять.

Я набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул, чтобы собраться с мыслями. Сидеть на листе кувшинки – не вариант. Надо выбираться отсюда.

В небе неспешно плыли свинцовые облака, поэтому определить утро день или вечер было невозможно. До ближайшего песчаного берега навскидку около сотни метров – доплыть можно, вот только камень с собой не возьмешь. Но прежде чем выбросить скрижаль в воду, надо ее осмотреть. Не просто же так она материализовалась. Я отодвинул плиту от груди, опустил глаза и прочитал верхнюю строчку:

Имя: Рок

Ага! Стало быть, так зовут меня. Больше тут никого нет. Только имя мне ни о чем не говорило.

Пришло время осмотреть себя: босые ноги, старые драные штаны из мешковины и рубаха от того же производителя, подпоясанная куском распушенной веревки. Красавчик, одним словом.

- Рок, - уже вслух повторил я и встрепенулся.

Точно! Это мое имя! Я вспомнил!..

Но на этом все. Больше ничего не всплыло из глубин памяти. По правде сказать, и эта малость меня нисколько не обрадовала. Наоборот. Волосы на затылке зашевелились. Что-то было зловещее в этом имени.

Самокопание пришлось отложить, потому что на лист кувшинки запрыгнула зеленая лягушка и уставилась на меня. Я невольно крякнул. Не знаю, до каких размеров вырастают обычные квакушки, но эта вымахала с добрую гусыню. И морда наглая.

Я шикнул на незваную гостью, но та даже не шелохнулась. Тогда я замахнулся, и из-за этого едва не выронил каменюку. А лягухе хоть бы что. Сидит себе, глаза таращит. Наконец, она открыла рот и сказала ожидаемое «ква». Именно сказала, а не квакнула, как обычная гроза мух и комаров.

Я сглотнул, тряхнул головой. Уж не почудилось ли?.. Нет.

- Ква, - повторила толстобрюхая бестия и перевела взгляд на каменную плиту.

Намек ясен! Я отодвинул от груди скрижаль, глянул на следующую строку под именем и прочитал вслух:

- Раса: человек.

Ну, с этим трудно спорить. Я заглянул в темные воды озера и увидел скачущее отражение. Потрогал рукой лицо, поправил прическу, сжал кулаки. Действительно человек!..

Это знание не просто родилось в голове. Оно вспыхнуло в памяти. Я вспомнил! И тут же догадался: чем больше узнаю, тем больше вспоминаю! Значит надо действовать. Это восстановит память.

Я повторил свое открытие вслух. Растянул губы в улыбке и кивнул лягухе:

- Человек!

Та многозначительно шлепнула себя по морде перепончатой лапой. Шлепок получился знатный. Я скривился. А зеленая амфибия вновь уставилась на скрижаль и выдала свое:

- Ква.

Теперь это прозвучало с легким налетом недовольства. Я сощурился, но не стал вступать в полемику с земноводным. Заглянул на следующую строчку. Там было кое-что поинтереснее:

Отыщи место своей смерти

Глаза скользнули ниже.

Боги ждут тебя, адепт

И на этом все. Совсем. Я пожал плечами, еще раз пробежался по надписям и поднял взгляд на квакуху. Та топталась на месте, вроде как заждалась. Буркнула на этот раз с вопросительной интонацией:

- Ква?

- Ага, ква-ква! – кивнул я.

Затем внимательно осмотрел скрижаль со всех сторон: больше ни надписей, ни знаков, ни рисунков не было. Каменюка полностью бесполезна. Я кое-как поднялся и швырнул скрижаль в воду. Раздался плюх. Да какой! Столб воды взметнулся ввысь на добрых два метра. А звук эхом прокатился по округе.

Лягуха тоже оценила плюх. Надменно квакнула с легким прононсом, подмигнула левым глазом и сиганула в воду.

Я остался один на листе кувшинки. Но заскучать не успел. Растение вздрогнуло и медленно поплыло в сторону берега. Это обрадовало. Не придется нырять в темные воды озера. Мало ли кто там плавает. Если тут лягушки таких размеров, то даже не хочу думать, какие здесь водятся щуки.

Берег приближался с черепашьей скоростью. Есть время обдумать дальнейшие действия.

Итак, для начала надо отыскать место своей смерти. Ладно. Пока опустим, как это сделать. Важно другое. Оказывается, я умер. Вот так сюрприз! А по ощущениям не скажешь. Тело в полном порядке. И сам бодрячком. Для надежности я ущипнул себя за шею – поежился. Больно, однако.

Лист кувшинки медленно поворачивался против часовой стрелки, не теряя при этом первоначального направления. Вращение я заметил не сразу. Обратил внимание, только когда повернулся на девяносто градусов, но не стал пересаживаться. Упорно морщил лоб в попытке пробудить память.

Так увлекся, что едва не пропустил мимо ушей далекий гул справа по берегу. Он появился, когда зеленый плот совершил почти полный оборот вокруг своей оси. Я встрепенулся. Повертел головой и выяснил, что звук пропадает, когда отворачиваюсь от далекого источника. Даже забавно. Стоит немного крутнуть головой – и сразу наступает тишина.

Я поигрался некоторое время и пришел к выводу, что это не простой гул. Он будто специально предназначен для меня. Не с ушами же проблема. Любые другие звуки я слышал как обычно. Всплески воды под листом, щебет птиц в кустах, шелест листвы, далекий раскат грома – все слышал, хоть вертись, хоть не вертись.

Не это ли указка на мертвое тело?.. Точно! Я чуть не подпрыгнул от радости. Вспомнил! Так звучит метка. И это не обязательно может бытьтруп. Метку можно ставить… Вот тут память вновь дала сбой.

Ничего, разберусь. А теперь, пора покинуть корабль! Лист кувшинки как раз уперся в песчаный берег, и я смело ступил на мокрую землю. Осмотрелся. Песчаный пляж плавно зарастал травой. Затем начинались редкие кусты, переходящие в сплошную стену. За ними виднелись раскидистые клены, перекрученные дубы и стройные сосны. На самом горизонте синели горы. Лишь на некоторых вершинах висели снежные шапки.

Соваться в чащу совсем не хотелось. Оставалось всего два пути: топать направо или налево вдоль берега. Я выбрал первый вариант. Тем более, с той стороны шел гул метки.

Пройдя с пару десятков шагов, оглянулся: следы босых ног отчетливо виднелись на песке. Это нехорошо. Лучше будет идти по воде. Мало ли что. Но войти в озеро я не решился. В памяти всплыла нагломордая лягуха. И зубастая щука вильнула хвостом в мыслях. Нет, лучше двигаться по траве. Там, вроде, относительно безопасно и заметить меня будет сложнее.

Я слегка отошел от берега и сразу же встал как вкопанный перед причудливым растением. Бог с ней, с лягухой-переростком. Вот что за диво было прямо передо мной! Таких цветов я точно раньше не видел… Хотя…

Среди жиденьких пучков травы из земли торчал метровый прут с бледно-серым нераскрытым бутоном, размером с ведро. Я сразу и не заметил его из-за неброской раскраски. Название не помнил. Но точно знал, что у этого растения были полезные свойства. Какие?.. Естественно, забыл.

Тем временем, цветок каким-то чудом почуял меня, повернулся, раскрылся и предстал во всей красе. Внутри он был уже не такой унылый. Пестрая раскраска лепестков поражала яркостью и переливами всех цветов радуги.

С минуту я стоял и глазел на это чудо природы как завороженный и едва не упустил главное – падение семян. Белые в черную крапинку и черные в белую крапинку горошины выкатились из центра и одна за другой скрылись в траве. Всего выпало штук десять.

Я нагнулся и хотел было взять одну, но зернышки вдруг весело запищали и сыпанули в разные стороны. Едва коснувшись земли, они лопались, выпускали тонкие жгутики и ловко перебирали ими, словно ногами. Глаз у них ни было, и горошины стукались, падали, застревали среди травы. При этом они непрестанно верещали тоненькими голосками. Разобрать что-либо было невозможно. Все сливалось в единый комариный писк.

Поначалу я даже шарахнулся. А после хмыкнул и принялся ловить шустрые семена. Они будто ждали этого и завизжали пуще прежнего. Мне сразу удалось поймать черную горошину с белыми пятнышками. Она задрыгала ножками и весело пропищала:

- Оборванец-голячок – босоногий свежачок.

Хихикнула и бесследно исчезла. Я моргнуть не успел, не то, что спросить, что это все, вообще, значит.

Ну, раз так, то держитесь!

Я вновь запустил руки в траву и попытался поймать еще одного черного пискуна. Но не тут-то было. Семечко ловко проскочило между пальцев и скрылось в зеленой гуще. Другое тоже улизнуло. А вот белое в черную крапинку удалось схватить с первой же попытки. Как и предыдущее зернышко, это забрыкалось, завизжало и выдало скороговоркой:

- И песнь сирен, и прочий вой ты будешь слушать с головой.

Горошина снова хихикнула и пропала. Я на этом не остановился. Ринулся ловить семена таинственного растения. Но чертова милюзга никак не давалась. Зернышки даже начали смеяться с моих неуклюжих попыток. А после осмелели и вовсе дразнили, выбегая под ноги.

Вскоре мне это порядком надоело. Я махнул рукой и побрел дальше на зов метки. Хватит с меня беготни. Тем более, в памяти всплыло знание бесполезности новых попыток. Можно поймать только две горошины. Почему?.. Не знаю.

Пройдя около сотни метров, я встретил еще пять таких же невзрачных закрытых бутонов. И ни один из них при моем приближении не только не раскрылся, но даже не повернулся.

Гул метки по-прежнему отчетливо улавливался, но ничуть не усиливался. Значит, мое мертвое тело достаточно далеко. Это не обрадовало. Я ускорил шаг. Без воспоминаний можно догадаться, что там ждет много открытий. Тело ведь не голышом лежит. И в карманах должно быть что-то интересное. Если, конечно, их не выпотрошил тот, кто и превратил меня в труп. А если он все еще там? Это предположение навело на новую мысль: хорошо бы обзавестись оружием.

Я остановился и завертел головой в поисках чего-нибудь подходящего. Но вокруг только песок, трава да кусты. Ни камня, ни палки, ни коряги. В лесу с этим было бы проще, но что-то меня совсем не тянуло туда. Есть еще в поле зрения странные цветы с веселыми горошинами. Стебель у них толстый и, как видно, прочный. А закрытый бутон может послужить молотом. Попробовать стоит.

Я подошел к ближайшему растению и потрогал нераспустившийся цветок: лепестки оказались твердыми, как скорлупа ореха. Приложись хорошенько такой булавой по голове – мало не покажется. Стебель тоже что надо: крепкий, упругий, и толщина – как раз под руку, будто специально. Смущал только вес бутона. Я слегка приподнял его: навскидку – около килограмма, не больше. В самый раз! Осталось сломать у корня, и оружие готово.

Тут-то и начались проблемы. Растение гнулось дугой, трещало, но не ломалось. Цветок касался земли, и все без толку. Придется срезать. Легко сказать «срезать». Чем?.. И тут я вспомнил, что видел на берегу ракушки двустворчатых моллюсков. Края у них острые – как нож вполне сгодится.

Долго искать не пришлось. Блестящие перламутровые половинки валялись повсюду. Правда, в основном это были разбитые небольшие кусочки. Они тоже подойдут, но лучше потратить минуту-другую и найти целую. Вскоре мне попалась здоровая толстая ракушка.

Вернувшись к растению, я встал на колени и принялся за дело. Только приставил острый край и начал резать, как сверху раздался приглушенный хлопок.

Я шарахнулся в сторону и поднял глаза: бутон цветка слегка раскрылся и смотрел на меня словно ствол пушки. Диаметр образовавшегося отверстия аккурат под горошины. Пазл в уме моментально сложился. С этим цветком шутки плохи. Я убрал ракушку и отполз чуть левее – орудие тоже повернулось, держа меня на мушке. Пришлось медленно отступить. Только когда между нами было метров десять, растение закрылось.

От идеи заполучить боевой молот пришлось отказаться. Я повернулся направо и хотел продолжить путь к мертвому телу, но так и замер на полушаге. Дорогу мне преградил такой же оборванец как и я, только ростом чуть ниже. Он меня видел, и прятаться уже было поздно. К счастью, незнакомец тоже стоял столбом.

Когда первоначальный шок прошел, стало ясно, что оборванец не совсем такой же как я. Одежда – точь-в-точь. Все от одного производителя мешковины. И на этом сходство заканчивалось. Тело незваного гостя разительно отличалось.

Больше всего он походил на прямоходящую безволосую обезьяну – нечто среднее между гориллой и шимпанзе: короткие кривые ноги, мощный торс и руки до колен. Голова вытянута словно дыня. Этот тип точно во второй строчки своей скрижали не прочитал слово «человек». На лицо без улыбки не глянешь: выдающаяся вперед челюсть, огромные надбровные дуги, маленькие, глубоко посаженные глазки, круглые мясистые уши, а под приплюснутым носом параллельно земле торчат пышные усы. Та еще рожа. Но мне было не до смеха. В руке безволосый обезьян сжимал сучковатую дубину.

Первому играть в гляделки надоело незваному гостю. Он ударил себя в грудь свободной рукой, задрал голову к небесам и завопил на чистом человеческом:

- Боги, смотрите на меня!

Голос у него был тоненький, даже писклявый. В другой ситуации я бы, наверно, загоготал, но только не сейчас. Коренастый незнакомец занес дубину над головой и ринулся в атаку.

Я скользнул взглядом по зажатой в руке раковине. Против дубины мой «нож» – ничто. Договариваться о мире поздно.

Пячусь.

Обезьян двигается неуклюже, ножки короткие для большего проворства. Тут я в явном выигрыше. А вот в силе точно проигрываю. Невооруженным взглядом видно, что этот лысый урод вдвое мощнее.

В общем, рад был повидаться. Может, еще пересечемся. Но надо бежать. Дела.

Разворачиваюсь, рву когти вдоль берега и не замечаю главного – враг бросает дубину мне вдогонку. Правую лодыжку обжигает огнем. Падаю. А обезьян ликующе верещит:

- Во славу богов!

Вскакиваю. Стискиваю зубы от боли и срываюсь с места. Нога деревянная, почти не слушается. Затылком чувствую, что коротышка приближается. Не удрать. Придется все же с ним станцевать. Разворачиваюсь и хватаю с земли дубину. Не ожидал, гаденыш? Но противник только скалится. Глазки-бусинки сверкают огнем.

Подгадав момент, бью наотмашь. Палка попадает точно в покатый лоб. И ничего! Лысый дуболом лишь хрюкает. А после смачно всаживает кулачище мне в челюсть – из глаз бьют искры. Ноги становятся ватными. Семеню, выписываю кренделя, исполняю мудреный па, но не падаю. Новый удар уже не пропускаю, отпрыгиваю в сторону, взмахиваю ракушкой – она оставляет на щеке урода лишь легкую царапину.

Противник вытирает кровь и пискляво хихикает:

- Боги, эта смерть человека для вас! Смотрите на меня!

Он вновь бросается в атаку. Моя нога уже немного отошла, двигаюсь куда шустрее. Но рисковать не собираюсь. Есть идея!

Увернувшись от размашистого удара, бросаюсь к ближайшему цветку-пушке. Режу ракушкой стебель, сжимаю бутон руками и навожу ствол на коротышку. Тот замирает. Глаза выкатываются из орбит.

Признаться, я не ожидал того, что было после. Максимум на что рассчитывал – плевки горошинами. Они должны были слегка остудить пыл этого драчуна, только и всего. На что еще способен цветок-переросток? Но он не только превзошло все ожидания. Он заставил похолодеть кровь в жилах.

Никогда! Никогда больше я не подойду близко к этому злобному растению! Даже если от этого будет зависеть моя жизнь!..

Очередь горошин попала во врага. Мне не пришлось наводиться. Бутон сам прицелился. А дальше началось нечто ужасное. Те миленькие горошинки-хохотушки с кривыми ножками вгрызались в плоть бедолаги обезьяна похлеще свинцовых пуль. Они рвали одежду в клочья, резали кожу и в мгновение ока скрывались в теле. Там они продолжали неистово вертеться и резать отростками плоть на шматки. При этом семена еще непрерывно голосили, но ничего было не разобрать в хлюпанье крови, хрусте костей и предсмертном хрипе обезьяна.

Когда он упал, а выстрелы прекратились, я рванул прочь что есть мочи. Нога уже не болела. Только забежав в озеро, пришел в себя и тут же выскочил обратно на берег. Нет у меня доверия к темным водам. Тут, вообще, нет ни к чему доверия!

Окончательно поняв, что больше мне ничто не угрожает, я вытер пот со лба, поднял голову к небесам и неуверенно проговорил:

- Эммм… Смотрите, что ли, на меня, боги. Я тут вот, прибил какую-то лысую мартышку. В вашу славу, если что.

Но никто меня не услышал. По-прежнему в кустах шелестел листвой легкий ветерок, щебетали птицы, изредка плюхали волны. И ни одной живой души.

За осмотром местности я совсем не заметил, как из тела лысого обезьяна вылетел белый огонек. Он направлялся прямо ко мне. Спохватился я, когда он уже был в двух метрах. Рванул прочь, оглядываясь через плечо. Огонек – за мной. В скорости мне с ним не тягаться. В два счета сверкающая искра нагнала меня. В последний момент я упал на песок в надежде, что эта хрень пролетит мимо. Но нет. Сверкающая точка резко спикировала вниз и вошла в спину. Я зажмурился…

И ничего. Потрогал рукой место попадания загадочного снаряда – никаких повреждений. В голове сверкнуло забытое знание: это же душа поверженного врага! Она нужна, чтобы… Чтобы… И тут снова я уперся в стену. Не помню, хоть ты тресни!

Я поднялся, отряхнулся. Губы невольно расползлись в улыбке. Первая победа! Теперь надо залутать труп. Это и без воспоминаний понятно. Меня нисколько не смущали мелкие твари на ножках. Я знал, что они уже безопасны.

И тут небеса разверзлись. Тучи резко расползлись в стороны, и в образовавшемся окне в ореоле сверкающих солнечных лучей появилось гигантское заспанное лицо светловолосого мужчины. Я невольно открыл рот.

Бог, а больше это никто не мог быть, поскреб грязными ногтями недельную щетину, зевнул, кривя рот, пошлепал мясистыми губами и, наконец, опустил глаза на грешную землю. Лениво скользнул взглядом, шмыгнул носом и хрипло протянул:

- Пойду посру.

Глава 2

Бог исчез. Тучи тут же заволокли дыру в небе. А я так и продолжал стоять с открытым ртом. Медленно поднял руку и показал пальцем на труп обезьяна. Сглотнул ком в пересохшем горле и выдавил:

- Там… во славу…

На этом я закончил песнь победы. Все же, если светловолосый создатель всего сущего хотел увидеть мои проделки, то он и так все увидел.

Разом в памяти вспыхнули воспоминания. Точно! Боги! Надо во что бы то ни стало привлечь их внимание! Они дают благословение только истинным героям! Адептам веры! Лучшим!..

Немного смутили только слова всевышнего. Как-то они выбивались из устоявшегося мнения о божествах. Слишком приземленно, что ли.

Нет. Я все не правильно понимаю. В словах творца был некий смысл. Но какой?.. Я знал, что это нечто важное. Все, что делают боги – жизненно важно! За желанием сходить по большой нужде скрывалось особое событие. Не всерьез же он собрался кучу навалить с небес на землю… Наверно…

И снова знание истины уперлось в непробиваемый барьер. Было еще много чего, что надо вспомнить, но я не мог. Надо найти свое тело. Там должны быть подсказки. Но вначале нелишним будет осмотреть мертвого обезьяна.

Я уверенно шагнул к куче измочаленного мяса. Но теперь держался ближе к кромке воды, подальше от смертоносных растений. Они все равно каким-то бесом чувствовали меня, поворачивали бутоны, провожали «взглядами» прицелов.

Не доходя до мертвеца несколько метров, я остановился. Присмотрелся: семян нигде видно не было. Писклявых голосов тоже не слышно. Я приблизился и заметил на песке следы маленьких ножек. Толпа зернышек просто ушла обратно в траву.

Подойдя к трупу, я присел на корточки. Скривился от мерзкого запаха свежего фарша. Тело выглядело отвратно, будто его пропустили через мясорубку. Одежда, плоть, кости, внутренности – все вперемежку. Ничего не разобрать. Где тут искать карманы? Я махнул рукой. Поднял дубину и двинулся прочь. Хотелось поскорее покинуть это место.

Вскоре озеро стало поворачивать вправо. Я присмотрел впереди свободное от цветов-убийц окно и начал отдаляться от воды, но снова был вынужден остановиться.

Песок на свободном от растительности пятачке пришел в движение, будто кто-то пытался выбраться наружу из-под земли. Вначале образовался небольшой холмик. Затем он вырос на полметра, на метр, на полтора, и вскоре из песка сформировалась человекоподобная фигура. На голове можно было даже выделить глаза, нос, рот, уши.

Окончательно закончив с телом, монстр злобно прохрипел:

- Ты оставил следы на мне, человек! Плати кровью!

Он вытянул руки и медленно двинулся на меня. На песчаных ногах не очень-то побегаешь. Опасаться нечего. Но все же я подался назад и попытался уладить все миром:

- Извини, приятель, если что не так. Я уже ухожу. И про следы не волнуйся. Их смоет дождем…

Но чудище перебило:

- Ты истоптал меня грязными ногами!

Я пожал плечами.

- Это вышло случайно. Не могу же я парить над пляжем. У меня нет крыльев.

Напрасно. Мокрый кулич меня не слушал и все хрипел:

- Вместо воды кровь. Кровь вместо воды.

Песчаник – так звали прибрежного жителя! Знание мгновенно вспыхнуло в памяти. С ним шутки плохи. Это вначале он неповоротливый истукан. А вот если разозлить, то монстр способен доставить проблем. Но с него выпадает… вы-па-да-ет… Не помню, черт подери!..

В любом случае, танцевать с песчаной тварью мне не хотелось. Не в этот раз. Зато можно рискнуть, слегка сбить пыль с медлительного увальня и проскочить мимо. Не оббегать же вокруг озера из-за него.

Перехватив дубину поудобнее, я рванул навстречу врагу. Ничего выдумывать не надо. Замахнулся и на скачке от души врезал по уродливой морде. Увернуться монстр не успел. Где там? Голова взорвалась песчаным фонтаном. Пахнуло болотной тиной. Песчаник на мгновение замер, а после рассыпался. На его месте остался лишь холмик. Через секунду и он исчез.

Я что есть мочи рванул прочь. Но не тут-то было. Тварь вновь выросла впереди и просипела:

- Больше воды – больше крови, человек!

Теперь песчаник был на голову выше и вдвое проворнее. Правда, все равно недостаточно, чтобы догнать меня. Плохо лишь то, что он мог в любой момент нырнуть в родную стихию и выскочить под самым носом.

Этим можно воспользоваться!

- Хрен тебе, а не кровь! – фыркнул я.

Затем развернулся к монстру спиной и рванул к воде. Задумка удалась. Песчаник рассыпался, чтобы вновь собраться на моем пути. Я только этого и ждал. Резко развернулся на сто восемьдесят градусов и устремился обратно.

Все же просчитался. Мокрый кулич раскусил план. Видно, не первый раз с ним проделывают такие фокусы. Теперь он не тратил время на полное формирование тела. Чтобы поймать беглеца хватит и руки.

Лишь чудом песчаная лапища не успела схватить меня за ногу. Промахнулась всего на пару сантиметров. Через два шага из земли вынырнула следующая рука. Вновь пронесло. Я успел перепрыгнуть. Но до перехода пляжа в травянистый луг было еще далеко.

И тут меня осенило: песчаник чувствует шаги! Чтобы его запутать, надо дать ложный след!

Я швырнул влево ракушку, а вправо дубину. Этого хватило, чтобы монстр на мгновение замешкался. Когда он понял, что произошло, я уже выскочил на травку.

Но песчаник так просто не хотел отпускать жертву. Он решил полностью вылезти наружу и продолжить погоню на своих двоих. Получилось не очень хорошо. Теперь в теле чудища помимо песка были вплетены корни растений, среди них извивались черви, а черные комья дерна и вовсе вываливались наружу. Сделав несколько шагов, монстр погрозил мне кулаком и окончательно рассыпался.

Я перевел дух. Да, тяжело даются воспоминания. Надо поскорее найти свое тело. Прошлый я должен оставить мне какие-то подсказки. Не будь я собой!..

Мимо, на высоте примерно пяти метров от земли, пролетел глаз. Просто глаз: белый шарик, размером с тыкву, с красными венами, голубой радужкой и черным зрачком. Позади него болтался перекрученный жгутик, словно хвост. Глаз мельком глянул на меня и бесшумно устремился в ту же сторону, где гудела метка.

Я проводил его взглядом. Надеюсь, он летит не к моему мертвому телу, и направление совпало случайно. Откуда-то я знал, что этот глаз сам по себе не опасен. Но есть кто-то, кто смотрит через него. И этот кто-то меня видел. От такой мысли стало слегка не по себе. Надо найти оружие.

Теперь с этим было проще. Под ногами то и дело попадались камни. Но я не спешил хватать первый встреченный. Вскоре нашел более-менее подходящий булыжник. Его бы, конечно, расколоть, чтобы получить острый край, но шуметь лишний раз незачем. Пока и так сойдет. Теперь надо отыскать палку с сучком, содрать с лозы ленты коры и смастерить примитивный топор. Все лучше, чем обычная дубина.

Лозняка вокруг хватало, и я без труда обзавелся веревкой. Нужную ветку нашел там же и кое-как срезал булыжником. Уселся в укромном месте и принялся за дело.

Пока мастерил оружие все время не оставляло чувство, что за мной наблюдают. Поначалу я вслушивался в шелест листы, вертел головой, даже принюхивался, но никого так и не обнаружил. После отмахнулся и решил сделать вид, что не замечаю слежку. Лучше пусть таинственный противник думает, что я о нем не знаю. Раз не нападает, значит, у него есть на то причины.

Завязав узлом последнюю ленту коры, я поднялся на ноги и взмахнул топором. Сделал выпад, сшиб макушки с зарослей крапивы, пригрозил невидимому противнику. Бойся, враг! Проломлю голову одним ударом. Теперь и череп лысого обезьяна не выдержит.

И тут я заметил шпиона. Все тот же глаз прятался в кроне раскидистого дуба неподалеку. Поняв, что его раскусили, глаз отвернулся и медленно полетел прочь, будто ему и дела не было до меня. Вот гаденыш!

Я уловил гул метки и направился на звук. Глаз улетел немного левее. Если поспешить, то разминусь с его владельцем. Он уже не будет так прост как первый противник.

Проломившись сквозь бурьян как лось, я выскочил на широкую поляну и тут же услышал пронзительный женский крик:

- Помогите!..

Голос шел из низины слева. Вот только звучал он как-то фальшиво, слишком наиграно что ли. Будто это кричала актриса бродячего цирка на выступлении в глухой деревне, да еще с перепою. Когда человек в беде, он орет не так.

После небольшой паузы вновь раздалось:

- По-мо-ги-те!..

Уже с легкой хрипотцой в голосе. Видно, давно просит о помощи.

Я неспешно двинулся на крик. После всего произошедшего со мной за последнее время, можно ожидать чего угодно. Даже крокодила в засаде.

Нет. Опасения оказались напрасными. В овраге действительно была девушка. Достаточно симпатичная: миленькое личико, длинные светлые волосы и точеная фигура. Одета в полинялое серенькое платье с простеньким орнаментом, вышитым красными нитками, совсем не из шелка, но уже и не из мешковины. На ногах – поношенные туфельки.

Молодая особа сидела на земле и пялилась на исцарапанные лодыжки. Их опутывали корни странного дерева, которое стояло чуть поодаль. Больше всего оно походило на торчащую из земли руку с множеством пальцев. Они слегка шевелились, но вовсе не синхронно с ветвями соседних деревьев. Ветер на них будто не действовал, и кривым отросткам приходилось самостоятельно раскачиваться.

Я кашлянул в кулак – девушка резко повернулась. Огромные зеленые глаза сверкнули надеждой.

- Ах!.. – воскликнула блондинка и замерла. Улыбка сползла с лица. Красотка пробежалась по мне надменным взглядом и протянула: – Ааа, свежачок. А где рыцарь?..

Но видя недоумение на моем лице, она махнула рукой. Скривила губу и добавила устало:

- Ладно, хоть ты уже помоги выбраться отсюда.

Я не спешил бросаться в овраг. Спокойно спросил:

- Что случилось?

Та всплеснула руками.

- Ты что, слепой? Вот болван! Не стой столбом. Девушка в беде!

Она выпятила грудь, погладила крутые бедра и как бы невзначай слегка задрала подол платья.

- Ну, чего встал? Помоги освободить ножки.

Я не двинулся с места. Отсюда было видно, что корни вовсе не держат ее. При желании ноги можно просто достать.

- Попробуй сама выбраться, - сказал я.

Пленница удостоила меня долгим пронзительным взглядом, а после шумно вздохнула и проговорила:

- Может, и могу сама, но ты же мужчина. Помоги.

Я по-прежнему не решался. Девушка немного раздвинула ноги и кивнула на место напротив:

- Встань тут и придержи корни, чтобы я могла освободиться.

Место, на которое она указывала, было как раз напротив странного дерева с шевелящимися ветками-пальцами. А еще оттуда открывался весьма интересный вид под платье.

- Смелее, парень, - фыркнула девчонка. – Чего мнешься? Помоги, и я тебя отблагодарю.

Она растянула пухлые губки в улыбке, игриво подмигнула.

- Хорошо, - сказал я.

Отложил топор и шагнул в овраг. Но не стал возиться с корнями, а встал позади пленницы, схватил под руки и одним движением выдернул из западни. Девушка лишь ойкнула. Оказавшись на свободе, она слегка оттолкнула меня, отряхнулась и указала пальчиком в нагромождение корней.

- Там, кажется, осталось мое колечко. Посмотри, пожалуйста.

- Нет уж, - буркнул я.

Теперь стало ясно, что девчонка намеренно старается заставить меня подойти ближе к рука-дереву… Точно!.. Рука-дерево! Его так и называют! Вспомнил!.. А еще вспомнил, что к нему нельзя приближаться ни в коем случае! Я и так стоял слишком близко! От этой мысли даже мурашки пробежали по спине.

Я отскочил как ошпаренный. Вовремя! Девчонка как раз хотела меня толкнуть. Но промахнулась, зацепилась ногой за корень и плашмя растянулась на земле. При этом вскричала:

- Во славу бо…

И осеклась на полуслове. Чертово дерево со всей дури прихлопнуло блондинку, словно муху. Раздался хруст веток, а может и костей бедолаги.

На этом дерево не остановилось. Многопальцевая лапища схватила оглушенную жертву и принялась сжимать, будто собиралась выдавить сок. И выдавила. Кровь брызнула в разные стороны, потекла на землю ручьем. Девчонка успела лишь прохрипеть:

- Помогите!..

На этот раз голос звучал не фальшиво. Но я и не думал бросаться на выручку. Отошел еще дальше и просто наблюдал за жутким зрелищем. Откуда-то я знал, что это не конец представления. Под этим вовсе не стоило понимать лопнувший череп, брызги мозга, размотавшиеся кишки и отвратный смрад. В финале должен быть сюрприз.

Рука-дерево еще какое-то время жмякало труп, а после просто отшвырнуло прочь. Выпрямилось, разжало ладонь и снова принялось раскачиваться, совершенно не стараясь подражать деревьям по соседству.

Подходить к изувеченному телу я не стал. Совсем неохота лезть в дебри. Мало ли, что еще там может прятаться. Однако уходить не спешил. И не зря. Это действительно был еще не конец представления.

Из куска мяса, некогда бывшего симпатичной блондинкой, вылетел сверкающий огонек. Он немного повисел в воздухе, а затем медленно двинулся ко мне. На этот раз я не паниковал. Наоборот, даже растянул губы в легкой улыбке. Халявная душа не будет лишней. Уж это точно!

- Во славу богов, - негромко проговорил я.

Затем мельком глянул на небеса: там по-прежнему клубились серые тучи. Никто не выглянул. Смерть девчонки осталась не замечена высшими силами. Пусть так. Но огонек души еще послужит мне!.. И тут в памяти всплыла частица знания о душах поверженных врагов.

Их можно использовать разными способами. Один из них – алтарь… И на этом снова я уперся в стену забвения. Где алтарь? Какой алтарь? Зачем, вообще, этот чертов алтарь?.. Ответа не было.

Но кое-что еще мне все же удалось сковырнуть из глубин памяти: души можно вселять в бездушные существа. Только что все это значило, я не знал. Ничего, разберусь. Была бы душа, а куда ее всунуть найдется. Тем более, у меня в загашнике их уже две.

Я прислушался, поймал звук метки мертвого тела и уверенно двинулся в нужном направлении. К счастью, не надо было лезть в чащу. За поляной начиналось редколесье. Даже в такую пасмурную погоду видимость там была хорошей. Можно не опасаться засады на земле. А вот кроны деревьев лучше хорошенько осматривать. Что я и делал, сжимая в руке каменный топор.

Бдительность не стала лишней. Мне не удалось заметить притаившегося врага, ловушку или засаду, но огромный глаз все же не ускользнул от внимания, хоть и старался. Как и прежде, едва поняв, что его раскрыли, глаз отвернулся, вильнул жгутиком и полетел прочь, словно оказался тут случайно.

Целых пять минут прогулки среди деревьев никто не пытался меня убить, и вскоре впереди забрезжил просвет. Лес заканчивался, толком не начавшись. Это обрадовало. Все же, как-то уютнее себя чувствуешь на открытом пространстве. И назойливому глазу будет уже не так легко за мной наблюдать.

Поднявшись на небольшую возвышенность, я окончательно вышел из леса. Передо мной раскинулись цветущие луга, изрезанные неглубокими оврагами. То тут, то там виднелись заросли кустарника. Торчали одинокие кривые дубы. Вдали змеилась речушка. А в десятке метров впереди показалась проселочная дорога. Вот это удача! Дорога всегда приведет к людям… Ну, или не к людям, но в любом случае, к разумным существам.

Я присел на корточки и внимательно изучил колеи. Ездили тут не часто. Трава почти поглотила дорогу. Свежих следов не было. Если тут кто и проезжал, то не сегодня.

Игру в следопыта пришлось спешно сворачивать. Слева из-за кустов отчетливо донесся лязг металла. Не поднимаясь, я юркнул в ближайшие кусты и притаился. Вскоре послышался неспешный стук копыт, скрип седла, а бренчание железа усилилось вдвое. Затем к конскому шагу добавилась легкая поступь.

Я сидел как заяц в траве. Не смел пошевелиться, не то, что поднять голову, хоть мне и чертовски хотел глянуть на путников.

Вот они поравнялись с моим укрытием. И остановились. Конь всхрапнул, несколько раз ударил копытом по земле, тряхнул гривой, от чего зазвенела сбруя.

Я прикусил губу. Сжал рукоять топора.

Глава 3

- Выходи, новопробудившийся, - прогудел незнакомец, будто в пустую бочку. – Я знаю, что ты прячешься в кустах.

Обращались явно ко мне. Больше тут никого нет. Теперь играть в прятки бесполезно. Придется показаться, а там уже решить, сделать ноги или принять бой. Я встал во весь рост и окинул взглядом всадника со свитой. Мне многого стоило, чтобы сразу не шарахнуться при виде этой компашки. Пришлось силой воли унять всполошившихся на спине мурашек и взять себя в руки.

Огромный глаз висел в воздухе и пристально изучал округу, делая вид, что меня не знает. Он был уже знаком, поэтому на него я даже не взглянул. А вот трое других путешественников впечатляли! И хоть стоило бы вначале осмотреть воина или его спутника, но я все же начал с коня. Он заслуживал того больше остальных.

Итак, конь – вовсе не конь. Нет, конь – конечно, конь, но особенный. Очень особенный! И дело не в грязно-оранжевом цвете шкуры. Его будто слепил из пластилина слепой однорукий ребенок, которого все время отвлекали от работы. Где-то в середине создания этого шедевра скульптор вовсе охладел и сбросил заготовку с покатого холма, сплошь истыканного валунами.

С конем все было не так. Ноги разной длины. Мало того, левое переднее колено смотрело в обратную сторону. Тело животины вначале будто растянули, а после сжали назад, превратив в ломаную гармошку, отчего брюхо свисало чуть ли не до земли. Несуразная плоть выпирала там, где выпирать не стоило бы. Украшенная узорной вышивкой фиолетовая попона ничуть не скрывала изъянов. Круп оттопырился кверху. Хвост торчал вертикально распушенным веником. Шея была вдвое меньше обычной. Не хочу и думать, как этому уроду приходилось щипать травку. Удивительно, как он, вообще, мог стоять на ногах, да еще и всадника на себе нести.

А морда! Ее словно искусали пчелы. Глаза, бог с ним, что разного размера, так они еще и оплыли вниз. Желтые зубы торчали наружу. Уши обвисли. Кажется, даже кружащие вокруг мухи не жужжали, а посмеивались.

- Пр-пр-прп… - прошлепал губами коняга. - Чего уставился, человек? И-го-го!

Я ущипнул себя свободной рукой: нет, черт подери, не сон. Криво улыбнулся.

Второму спутнику воина повезло чуть больше. С ним скульптор долго не возился, что пошло только на пользу. Это была зубастая голова неизвестной рептилии на двух коротких кривых ножках. Толстый небольшой хвост служил дополнительной опорой. Все тело покрывали острые чешуйки зеленовато-серого цвета. Рук не было. Видимо, незачем. Бестия слегка покачивалась и методично хлопала зубастой челюстью.

Сам воин выглядел солидно, но не без изъянов. Он был с ног до головы закован в сверкающие латы. И не простые. С расстояния можно заметить, что толщина металла доспехов вдвое, а то и втрое превышала обычную. При этом рыцарь нисколько не испытывал дискомфорта. Двигался легко, будто не висело на нем под сотню килограмм. Это еще не считая здоровенного двуручного меча за спиной, больше похожего на заточенную рельсину с крестовиной.

В руке рыцарь держал кривое копье с красным флагом. На шлеме с острым скошенным влево забралом красовался пучок потрепанных страусиных перьев. С плеч свисал выцветший некогда пурпурный плащ. Слева висел щит с корявым рисунком лопоухого существа, справа болталась металлическая труба, оплетенная шевелящимися щупальцами. Для чего она нужна, для меня осталось загадкой.

Я опустил глаза на свой примитивный топор и сглотнул. М-да, шансы на победу непреодолимо стремятся к нулю.

- Не бойся, нововоскресший, не трону, - прогудел воин, не поднимая забрала. – Боги не оценят такую жертву. Не к лицу рыцарю обижать слабых. Даже таких невежд как ты.

Он демонстративно поправил плащ и вопросительно взглянул на меня. Затем махнул рукой:

- Ладно. Ты, видимо, совсем свежачок. Цвет ткани видишь?

Я кивнул. Вроде с глазами порядок.

- Это цвет моего статуса, - пояснил воин и выпятил грудь. – Босяки вроде тебя обязаны кланяться при встрече как минимум четырежды.

Я продолжал молчать, все еще побаиваясь странную компанию. Но всадника это нисколько не смутило. Он представился:

- Меня зовут Александр Сильный…

- В народе кличут Жопоруким, - влез ретивый скакун.

- Все мы не без греха, - вздохнул рыцарь и продолжил: - Александр Сильный, адепт всемогущего бога Калика! Да славится он на весь Мир!

Рыцарь кивнул на щит с уродливым рисунком, затем глянул на небеса, выждал паузу и спросил:

- А тебя как звать, адепт?

- Рок, - представился я.

- Какому богу служишь?

- Эм… - я почесал затылок. – Пока не определился.

- И не спеши, - со знанием дела проговорил Александр. – Поклоняйся тому божеству, которое первым заметит тебя! Укажет, так сказать, путь истинный!

- Хорошо, - кивнул я и проводил взглядом парящий глаз.

Тот недолго висел на месте. Крутнулся вокруг нас и неспешно полетел дальше по дороге, поглядывая то влево, то вправо.

- Он ни черта не понимает, - всхрапнул конь. – Разжуй.

- Аврю-дир-вшур-упидш, - подал хриплый голос двуногий ящер и вывалил толстый розовый язык прямо на землю.

- И-го-го! – заражал скакун и тряхнул гривой.

Из-за резкого движения он затопал на месте и случайно, а может и нет, наступил копытом на язык чешуйчатого головонога. Тот пискнул и боднул лбом неуклюжего конягу.

- Тише вы! Раскудахтались! – рявкнул рыцарь и повернулся ко мне: - Высшее существо тебя заметит по делам твоим и даст знак. Боги все видят, Рок! Они следят за каждым нашим шагом. За одни дела – поощряют, за другие – наказывают.

- Как узнать, что им нравится, а что нет? – спросил я.

- Это просто! – воин взмахнул рукой. – Боги любят внимание к себе. Делай все для них: восхваляй, почитай, приноси жертвы.

- Все во славу богов?

- Именно!

Двуногий ящер уже подобрал язык и вновь покачивался и хлюпал пастью. Конь похрапывал, переминался с ноги на ногу и тряс гривой.

Александр продолжил поучать:

- Грамотно используй дары верховных существ. Научись видеть скрытый смысл их действий. Лови каждый взгляд с небес. Читай послания высших сил и…

- Он снова ни черта не понимает, - всхрапнул конь. – И-го-го!

- Ив-дло-атм-шыв-шо, - выдал чешуйчатый головоног и закончил весьма информативную речь, когда язык упал на землю.

Мне даже показалось, что его слова – и есть звуки, выпадения изо рта толстого розового шланга. Но может, это не так. В любом случае, сейчас такими вещами голову забивать не стоит. Куда важнее знания о богах. Я поднял брови и взглянул на нового знакомого.

Рыцарь приосанился и проговорил:

- Творцы сущего сами направляют нас, даруя проклятия и благословения! Их дают боги каждому адепту. На основе этих даров высших сил и надо действовать.

- Не понял, - искренне удивился я.

- Говорю, разжуй! - вновь прошлепал губами четвероногий уродец.

- Ты же получил дары богов? – спросил воин и, видя мое недоумение, добавил: - Семена радужного цветка ловил?

- Да! – воскликнул я и тут же вспомнил, что пропищали мелкие горошины.

Знал же, что это не пустая болтовня мелюзги! Всадник подтвердил:

- Ну, так это дары и есть. Что тебе сказали зернышки?.. Впрочем, не говори. Никому никогда не говори! Держи в секрете божье милосердие. Особенно проклятье! – скороговоркой проговорил Александр и шлепнул себя по забралу металлической перчаткой. Затем добавил вполголоса: - Враги будут бить именно в это место.

Я понимающе кивнул. Воин продолжил:

- Но и благословение лучше не показывать лишний раз. Козырь не стоит светить раньше времени.

Рыцарь, наконец, поднял забрало и взглянул на небеса. Увидев его лицо, я невольно крякнул, отвернулся и закрыл рот ладонью, чтобы не заржать во весь голос. А конь-то по сравнению с хозяином симпотяга. Александр предпочитал шлем с острым забралом, не для защиты, а чтобы скрыть нос… нет, не нос, а носяру в пол-лица!

- Можешь не отворачиваться, - вздохнул воин. – Уродство – мое проклятье.

- Не только твое, - буркнул конь.

Ящер с характерным звуком вывалил язык, как бы соглашаясь с четвероногим собратом.

Я с трудом убрал улыбку и поспешил сменить тему:

- А сила – твое благословение?

- Как видишь, - гордо произнес рыцарь, брякнул тяжеленными доспехами и сам заговорил о другом: - Я держу путь на восток, там недавно открылся данж, - он махнул рукой в направлении гула метки. – Если нам по пути, то буду рад составить компанию молодому адепту.

При слове «данж» я встрепенулся. Точно! Данжи открывают боги! И там можно добыть всякие вкусняшки! Какие?.. Вспомнить не удалось. Придет время, сам увижу.

Я кивнул и спросил:

- Этот данж открыл тот бог, который недавно появлялся в небе?

- Да. Святозар милостивый оросил грешную землю своим благословением, - ответил воин и шмыгнул носярой. – Ох и работенка предстоит.

Я скривился:

- Эм… Не хотелось бы мне купаться в… в говне… пусть даже бога.

- Ты что, думаешь, там говно? – Александр хихикнул и слегка пришпорил коня.

Тот повернулся и заковылял по дороге. Головоног зашлепал позади. Я зашагал рядом.

- А что, боги банановым кремом срут?

- Эх, Рок, боги – те еще шутники. Их слова и дела надо учиться правильно понимать. Они общаются с полусмертными особым образом. Смотри на них, слушай, учись!.. – рыцарь поднял палец кверху и мельком глянул на небеса. – Лови каждый вздох высших сил! Живи помыслами и делами богов! Ибо мы созданы по их образу и подобию!..

- Только не ты, Жопорукий, - всхрапнул конь.

- Сильный! – поправил воин.

Чтобы они не скатились в бессмысленную ругань, я поспешил вмешаться и спросил:

- В данже очень опасно?

- Тебе лучше не ходить, - отрезал Александр. – Даже близко не показывайся. Рано еще. Бессмысленная смерть. Пока крапиву руби своей дубиной.

- Уже порубил, - фыркнул я.

- И не останавливайся на этом! Практикуйся. Ты тело свое нашел?

- Нет еще.

- Вот c этого и стоит начать новую жизнь. Иди на зов метки. И молись, чтобы там не лежал такой же новопробудившийся, как ты. Это бывает довольно часто. Очнется адепт на респе, сунет нос, куда не следует, и привет! Снова все с начала. Такой порочный круг может длиться долго. Выйти из него непросто. Но тебе повезло встретить меня, Рок! – рыцарь быстро глянул вверх. – Спрашивай все, что хочешь. Отвечу, расскажу, поясню, наставлю на путь истинный…

- Разжует! – добавил конь.

Я сам стрельнул глазами в облака: там никого не было. Спросил:

- Где искать алтарь?

- Во-первых, жертвенники встречаются повсюду. Во-вторых, есть общие, а есть принадлежащие определенным богам. Но ты, скорее всего, говоришь о персональном алтаре адепта. Так?

Я тут же вспомнил, что алтари действительно бывают разные, и уверенно ответил:

- Да.

- У тебя на нем стоит метка. Просто ты ее не слышишь из-за указки на тело. Зов трупа перекрывает зов жертвенника. Когда найдешь тело, услышишь и алтарь.

- Почему он сразу не гудит?

- А зачем? При пробуждении адепту нечего на него положить. Когда немного придешь в себя, освоишься, прибьешь пару-тройку монстров, обзаведешься волшебными камнями, покопаешься в своей сумке, тогда и к алтарю можно.

Как мне ни хотелось узнать побольше о поглощенных душах, но говорить о них я не стал. Не то еще бравый рыцарь соблазнится легкой добычей. Может, для него одна душа новопробудившегося ничего не значит, а три – уже достаточно, чтобы свернуть мне шею. Незачем дразнить воина.

Я не успел открыть рот для следующего вопроса, а он принялся поучать дальше:

- Откладывать поиск тела нельзя, молодой адепт. Труп может исчезнуть.

- Что значит исчезнуть?

- Твое прошлое тело теперь просто бездушный кусок мяса. А на мясо охотников в Мире хватает. Если днем никто не найдет, то ночью гули точно сожрут.

Головоног позади коня оступился и уткнулся мордой в землю. Перевернулся на спину, задрыгал ногами и с помощью хвоста поднялся. Догнал нас.

Александр мельком глянул на ящера, цокнул языком и сказал:

- Когда будешь поблизости от тела, прислушайся, не двигается ли оно.

Я опешил.

- Труп способен двигаться? Как?!

- А почему нет? Кто-нибудь может вселить в тело простенькую душу и использовать для своих целей. Конечно, если оно не сильно повреждено.

Вот и повод! Я тут же ухватился за случайно оброненное слово.

- Что такое душа?

- Ооо!.. – протянул воин. – Душа – это квинтэссенция знания о Мире, сгусток восприятия живого существа, центр воли, необремененный памятью. Ценный товар, между прочим!

- Для богов?

- Не только, Рок. Не только.

- Душа есть у каждого живого существа?

- Да. Но не стоит сравнивать душу мыши и душу, например, человека.

Я сразу вспомнил первый бой.

- При пробуждении я видел странное разумное существо очень похожее на лысую обезьяну, - сказал я и поправился: - Видел издалека, поэтому разглядел плохо. Кто это был?

- Хм… - рыцарь поскреб носяру. – Видимо, угг или перволюд, или древний. Точно он был лысый? Может, ты не разглядел белую шерсть?

- А если не разглядел, то что?

- То может это был йети, - пожал плечами Александр. – Или какой-нибудь альбинос.

Я скривился. Да уж, если этот бывалый адепт путается, то сколько в Мире бродит разумных существ?.. И тут же глянул на коня. Он-то ведь тоже разумен. Похоже, меня ждет еще много открытий. Но сейчас не стоит на этом заморачиваться. Лучше узнать вещи поважнее.

- Цвет твоего плаща что-то значит? – спросил я.

- Конечно! – воскликнул всадник. – Цветом определяется статус адепта. Но это касается не только плаща. Цветовую дифференциацию имеет каждая одежда, обувь, броня и даже оружие.

Я одернул свою рубаху из мешковины, крутнул топор. Воин продолжил:

- Вот у тебя простое тряпье – обычная одежда новопробудившегося. Цвет такой рванины может быть белым или грязно-серым. Не важно. Дубина с камнем – тоже предмет простой. Одним словом, серость. Дальше идут необычные вещи. Их преобладающий цвет – красный. Затем зеленый редкий. После синий эпический. За ним – фиолетовый легендарный, - Александр погладил плащ и вздохнул: - И, наконец, золотой мифический – это цвет богов!..

Я щелкнул пальцами.

- Точно!

Рыцарь улыбнулся:

- Вспомнил?

- Да, - кивнул я.

Цветовая дифференциация определяет качество предметов! Еще она нужна для избегания конфликтов. Например, встретились два адепта в чистом поле. Как узнать, кто из них сильнее? Правильно! По цвету шмоток! И тот, у кого статус одежды и оружия меньше, может избежать смертельного поединка, проявив должное уважение и отвесив надлежащее количество поклонов. Конечно, работает это не всегда. Более сильный адепт может напасть на слабого. Тут уж как богам будет угодно.

Я повнимательнее пригляделся к броне Александра: оказывается, у него на наплечниках были выгравированы причудливые руны и висели зеленые ленточки, что означало редкий статус лат. На кусочках ткани были еще какие-то надписи, но разобрать их смысл я не смог.

Рукоять двуручного меча тоже имела отличительную особенность – синюю повязку. На копье болтался красный флаг. А вот на шлеме – ничего. Значит, он простой, без улучшений…

И тут я вспомнил, еще одну вещь: цвет предметов сам по себе ничего не значит. Цвет – всего лишь побочный эффект улучшений, которые дают волшебные камни. Они наделяют предметы особыми свойствами. И с этим помогают боги. Но как?..

Я тут же спросил:

- Как улучшить предмет? Например, мой топор?

- На алтаре, как же еще?.. Пока не беспокойся об этом. Тебе все расскажет смотритель.

Действительно, у меня голова пошла кругом от воспоминаний о самоцветах. Будто калейдоскоп перед глазами завертелся. С этими камнями тот еще геморрой. Разберусь, когда придет время. А сейчас лучше сменить тему.

Я задал новый вопрос:

- Как узнать статус адепта, если все предметы его одежды имеют разный цвет?

- Просто, Рок! Статус определяется по самому высокому рангу предмета. Это степень божественного одобрения. Высшие силы наделяют вещи особыми свойствами не за красивые глазки. Надо заслужить право пользоваться улучшениями. На все воля создателей! – сказал рыцарь и стрельнул глазами вверх.

Я тоже глянул на бегущие по небу тучи и попросил:

- Расскажи о богах.

Но Александр резко осадил коня, приложил палец к губам и протянул:

- Тссс, Рок.

Я замер. Чешуйчатый головоног встал как вкопанный, оперся на хвост.

- Дьявол! – выдавил сквозь зубы рыцарь. – Тебя только не хватало!

Я никого не видел, ничего не слышал. Вполголоса спросил:

- Ты о ком?..

Вместо ответа воин резко бросил:

- Прячемся!.. – И добавил с улыбкой: - А ты, Рок, если хочешь, то иди дальше.

Коня пришпоривать не надо было. И чешуйчатому головоногу дважды повторять не пришлось. Вся компания ринулась в чащу, не разбирая дороги.

Затрещали кусты, загремели доспехи, протяжно хрустнул плащ, зацепившись за ветку. Конь вконец запутался в кривых ногах и полетел в низину. Всадник не удержался в седле. Упал и покатился кубарем с таким грохотом, что у меня в ушах зазвенело. Ящер молча сиганул следом и тоже не удержался, покатился мячиком.

Я не стал рисковать и аккуратно двинулся за ними по проложенной дорожке. Спустился в овраг и прислушался. Но за звоном металла разобрать что-либо было совершенно невозможно.

Возня продолжалась довольно долго. Наконец, Александр встал на ноги, поправил доспехи, проверил перья на шлеме. Они все еще торчали вверх, лишь слегка убавив пышности.

- Чуть богу душу не отдал, - буркнул он и открыл забрало.

Головоног отделался легким испугом и головокружением. Он несколько раз пытался поймать равновесие, и все тщетно. Даже хвост не помогал. Ящер заваливался в кусты трижды. На четвертый раз он все же принял устойчивое вертикальное положение.

Конь тоже не сразу выпутался из зарослей, долго брыкался, фыркал, храпел, но все же совладал с ногами и кое-как поднялся. Уставился на разбитую в кровь правую коленку, поднял разные глаза на хозяина и жалобно протянул:

- Ааааааа… сссссс… аааааа…

Закончил он уже хриплым стоном.

- Не ной. Сейчас вылечу, - отмахнулся рыцарь и полез в седельную сумку. Извлек темно-зеленый со светлыми прожилками листик и приложил к ране.

- Пр-прп-прпрпррр… - прошлепал губами скакун и закатил глаза от облегчения.

- Что это? – с интересом спросил я.

- Подорожник, - ответил воин. – Прекрасное средство от ран. Растет почти везде, но лучше иметь в кармане, чтобы не прыгать на одной ноге вдоль дороги.

Вот это была уже поистине ценная информация! Я сразу вспомнил, что видел между колеями это растение. При первой же возможности, надо нарвать лекарственных листьев. Пригодятся.

- Тихо! – прошептал Александр.

Все уже успокоились и сидели смирно, затаив дыхание. Теперь я услышал тяжелые далекие шаги. Не услышать их было сложно. От них даже земля дрожала. Солнечный свет, и без того приглушенный облаками, вмиг потускнел. Грохот шагов усилился. Раздался дикий хруст деревьев неподалеку. Нервно закаркали вороны.

Неведомый гигант шел прямо на нас.

Рыцарь залез в поясную сумку и достал фиолетовый кристалл, размером со сливу. Глянул на меня и сказал:

- Извини, Рок, на тебя места нет.

Он сжал в ладони камень – тот вспыхнул – и вся компания исчезла. Просто испарилась в мгновение ока.

Я остался один в овраге. А тьма быстро надвигалась. Лес трещал, скрипел, валился стеной.

Глава 4

Мохнатые макушки сосен хлестнули по земле всего в метре. Пахнуло свежей смолистой древесиной. На мгновение стало немного светлее, и тут же вновь потемнело.

Поднимаю глаза к небу: на меня надвигается ни много ни мало настоящая гора. На отвесных скалах виднеются чахлые деревца. Из трещин выбиваются тоненькие ручейки грязной воды. Отовсюду сыплется песок и мелкие камни.

На долю секунды гора замирает, а затем обрушивается вниз.

Интуитивно бросаюсь в сторону. Спотыкаюсь. Скольжу по прошлогодней листве на пузе. Вскакиваю на ноги и даю деру сквозь бурелом. Ветки хлещут по лицу. Жмурюсь. И с разбегу налетаю на поваленный ствол березы – из глаз бьют искры, туманная дымка мягко подхватывает и плавно несет в безбрежные дали забвения…

Очнулся я, когда звуки ломающихся деревьев уже были далеко. Небо вновь посветлело. Даже вороны перестали кружить над головой, расселись на ветках и лишь недовольно галдели.

Пронесло! Отделался легкими ушибами, царапинами и шишкой на лбу! Самое время испробовать целебные свойства подорожника.

Я быстро сориентировался и двинулся прочь из чащи, помогая себе топором проламывать путь. На удивление, при таране березы он не выскочил из руки. Не хотелось бы потерять оружие. Пятой точкой чувствую, что без него будет совсем худо.

Выйдя на знакомую дорогу, я первым делом нашел заветные листья подорожника. Приложил к ранам – и о чудо! Ссадины затянулись прямо на глазах. Даже шишка исчезла, будто ее и не было вовсе.

Из глубин памяти поднялось знание, что подорожник – не единственное полезное растение. В здешних лугах полно трав с различными эффектами. Вот только их надо знать. Не тянуть же в рот все подряд. Ничего. Разберусь.

Я полностью пришел в себя, огляделся по сторонам и заметил вдали того, кто чуть не превратил меня в лепешку. При виде этого гиганта челюсть отвисла. К счастью, каменная человекоподобная фигура медленно удалялась. Она была настолько огромна, что лысиной царапала тучи.

Это был титан!.. Я вспомнил!.. Такие великаны шатаются по Миру и портят жизнь всем на своем пути. А еще они частые гости данжей. Гиганты что-то ищут там, но что?.. Тут память вновь дала сбой. Впрочем, мне нет дела до каменных болванов.

Титан уходил на восток, там и должно было открыться особое задание от богов. От бога Святозара, если быть точным. И метка моего мертвого тела гудела в том же направлении. Делать нечего. Надо топать.

Я набрал лекарственных листьев про запас и уверенно зашагал за великаном, покручивая в руке топор и сбивая макушки крапивы, как наставлял великий воин Александр Сильный-Жопорукий, адепт всемогущего бога Калика.

Надо сказать, тренировка не была лишней. Вскоре я приловчился махать оружием куда проворнее, нежели вначале. Такая мелочь, а пошла на пользу.

С дороги все же пришлось сойти. Она уходила вправо вдоль леса, а мне надо левее, через поля, холмы и овраги, строго на восток.

Идти следом за титаном было неопасно. Он разгонял не только монстров, но и прокачанных адептов. С ним никто не хотел меряться силой. Себе дороже. Вот я и петлял между здоровенных отпечатков каменных ног. Но по сторонам не забывал посматривать. И помнил, что в небе могут летать не только птицы.

Вскоре гул метки усилился. Это обрадовало. Еще немного, и найду прошлое тело!.. Надеюсь, оно не будет телом новичка. От предвкушения я даже зашагал веселее. И едва не влетел в неприятности. Вовремя заметил опасность и юркнул в кусты. Притаился.

Из-за ближайшего покатого холма выскочила пятерка мелких черных уродцев. Они остановились и завертели вытянутыми мордами, зашмыгали носами, жадно впитывая воздух. Ветер дул от незваных гостей – меня не должны почуять. Зато я уловил отвратный смрад зверя. Скривился. Ладони вспотели от напряжения.

Твари не спешили уходить, и мне удалось хорошенько их рассмотреть. Они были небольшими, всего-то метр ростом. Горбатые, худые, как таранка – кожа да кости. Только пузо выпирало, будто каждый из монстров проглотил по арбузу. Передвигались черные бестии на кривых коротких ножках. Позади волочился длинный хвост.

Лоснящаяся кожа не имела шерсти, за исключением пучка на загривке. Голова лысая, прямо сверкает. Уши большие полупрозрачные. Глазки-бусинки широко посажены. Нос длинный. Изо рта наружу торчат здоровенные белые резцы. В общем, существа сильно напоминали измененных крыс.

Одежда весьма скудная – только грязная набедренная повязка из мешковины. В руках – у кого дубина, у кого камень, а кто и вовсе не вооружен.

Потоптавшись на месте, доходяги поспешили дальше. Они уже почти прошли мимо, как на пригорок взобрался вожак стаи, не иначе. Это был такой же черный уродец, но уже на голову выше и вдвое массивнее. И проглотил он не арбуз, а целый бочонок. Брюхо чуть ли не по земле волочилось.

Одет грызун-переросток был куда приличнее. На поясе висела все такая же рваная тряпка. Но на запястьях уже позвякивали металлические браслеты. На шее болталось ожерелье из костяшек. А на голове красовался старый сапог вместо шляпы. В руке главарь сжимал копье.

Точно!.. Это Крысиды! Они появляются на периферии данжа. Но что они делают тут?..

Я отмахнулся от этого вопроса. Бояться нечего. Крысиды – одни из самых слабых врагов. Ну, раз так, то можно устроить им теплый прием. Тем более, твари меня до сих пор не заметили. Действовать надо быстро и уверенно. Мой козырь – внезапность!

Выжидаю, когда вождь пройдет мимо, и бесшумно покидаю укрытие. Приближаюсь пригнувшись. Теперь назад дороги нет. Внутри разгорается огонь. Мышцы напряжены до предела. Захожу за спину вожаку, быстро сокращаю расстояние. Тот не слышит, бубнит что-то себе под нос, брюзжит на пузатых сородичей.

Ближайший мелкий крысид с дубиной в руке поворачивается и замечает меня. Его глаза, и без того выпученные, вылезают из орбит. Доходяга успевает пискнуть и ткнуть в меня кривым пальцем. Но главаря это уже не спасает. Он поворачивается, а я уже в двух шагах. Замахиваюсь и обрушиваю топор прямо на голову врага.

Не забываю крикнуть:

- Во славу богов!

Пусть смотрят на меня. Наслаждаются зрелищем… Правда, небо по-прежнему затянуто тучами. Ни просвета не видно. Не важно. Высшие силы и так все видят.

Камень сбивает шляпу-сапог с врага и лишь вскользь задевает кожу на лысине. Главный крысид фыркает, шипит сквозь зубы:

- Что тебе надо, человек?..

Не слушаю этот треп, вскидываю топор для нового удара. Вожак перехватывает копье двумя руками, но ткнуть в меня не успевает. Ловлю древко, отвожу в сторону, и на этот раз не промахиваюсь. Примотанный к палке камень входит точно между глаз, проламывает череп и оставляет глубокую вмятину. Вожак падает, заходится в предсмертных судорогах. Побрякушки на теле дребезжат в такт последнему танцу. Копье выпадает из обмякших рук. Подхватываю. Теперь у меня два смертоносных оружия!

Победу рано праздновать. Атакую толпу мелких уродцев – те не спешат мстить за командира, бросаются врассыпную. Верещат как резаные. Но от меня не уйти. Одного ловко достаю топором по затылку – из дыры в голове брызжет кровь, вытекает мозговая кашица. Второму всаживаю копье в спину – острый наконечник легко пробивает насквозь худое тело. Враг опускается на колени, зажимает ладонью рану, пускает из носа кровавые пузыри и падает замертво.

Три оставшихся крысида завыли:

- Что мы сделали?

- Почему ты хочешь нас убить?

Последний не успел высказаться, его настиг топор. Череп треснул как спелый арбуз. Крысид по инерции пробежал еще несколько метров, перед тем, как ноги отказали. Он упал мордой в землю и захлюпал в собственной крови.

От удара топор пришел в негодность. Обвязка из коры лопнула, и камень отскочил. Но это уже не важно. Отбрасываю в сторону больше ненужную палку. Копье, даже такое кривенькое, куда лучше! Выбираю новую жертву и устремляюсь в погоню. Залетаю на возвышенность и напрочь забываю об оставшихся крысидах. Они убегают. А я так и стою на пригорке не в силах отвести взгляд от открывшейся взору долины.

Из оцепенения меня вывели огоньки душ поверженных врагов. Они приближались стройной вереницей. Но отвлекли даже не столько сами души, сколько их свечение. Одна за другой прилетели три совсем тусклых точки, и следом – одна чуть ярче. Не трудно догадаться, что души мелких доходяг много не стоят. Даже вожак не в цене. Я отмахнулся от мыслей о сгустках сознания крысидов и вновь глянул в низину. Там было куда интереснее.

В широкой долине раскинулись руины древнего города. Не знаю, кто в нем жил раньше, но точно могу сказать, что железо эта канувшая в лету цивилизация не только научилась добывать, но и активно использовала. Помимо обрушившихся каменных сооружений повсюду виднелись огромные строения из проржавевшего металла. Кое-где возвышались исполинские столбы. С них свисали толстые жгуты проводов.

Пластик тоже был в ходу у древних жителей. Через весь город в разных направлениях на разных уровнях тянулись белесые полупрозрачные трубы. Местами они еще держались на бетонных опорах, местами обрушились, сплюснулись, порвались, изогнулись, и теперь лежали словно выпотрошенные кишки.

Руины обильно поросли мхом, кустами и деревьями. В некоторых местах образовались озера с черной водой и масляными разводами. На покосившихся гигантских щитах трепетали выцветшие оборванные полотна. Краска с каменных построек давно облетела, и теперь они походили на высохшие белые кости.

Но не сами развалины привлекли мое внимание. Весь город буквально кишел разношерстными существами. Повсюду сверкали огненные вспышки. Поднимались клубы дыма. Грохотали разрывы. Ближе к центру концентрация хаоса возрастала. Там вовсе была адская пляска сатаны. Ничего не разобрать из-за дыма и огня. Одно ясно точно – это совсем не праздничное гуляние. Воины и монстры нещадно уничтожали друг друга. А позади развалин топтался каменный титан.

И тут небеса разверзлись. Яркий солнечный свет озарил грешную землю. В голубом небе один за другим начали появляться боги со светящимися аурами вокруг голов.

Я сходу узнал светловолосого Святозара – зачинщика творящегося балагана в низине. Он нисколько не изменился: такая же недельная щетина, помятое лицо и опухшие стеклянные глаза. Но жизни во взгляде было в разы больше. Всевышний даже в ладоши хлопнул, когда где-то в центре развалин хорошенько громыхнуло.

Другие боги тоже с интересом наблюдали за кровавой бойней. И мне бы хотелось поглазеть на битву, но с такого расстояния толком ничего не различить – сплошное месиво. Зато творцы сущего как на ладони. Слева от Святозара высунулся седобородый старец с красным носом и смеющимися глазками. Он отхлебнул из богато украшенного самоцветами золотого кубка, ткнул пальцем в развалины и проскрипел:

- Смотри, смотри на него!.. Каков наглец! А?!

- Так ему! – снизу взревел чисто выбритый лысый бог с черной повязкой на правом глазу и красным кривым шрамом через все лицо.

Он высунул из облаков могучий волосатый кулак и потряс в воздухе. Справа от Святозара вылезла пышногрудая кареглазая брюнетка с глубоким декольте и заверещала:

- Бей его! Бей! Оторви голову! Вот так! Молодец!..

Она подняла куриную ногу с поджаристой корочкой в знак одобрения, а затем впилась зубами в нежное мясо – жир потек по румяным щекам, и несколько капель сорвались вниз. Тотчас на землю пролились огненные струи.

- Ой!.. – усмехнулась богиня, зажала рот ладонью и исчезла из виду.

- Аккуратнее, кобыла! – рявкнул одноглазый создатель и врезал пятерней по мелькнувшему аппетитному заду в золоченом платье.

Затем он откуда-то схватил колечко колбасы и отгрыз кусок, смачно зачавкал. Святозар чокнулся с бородачом пивной кружкой и хорошенько приложился. Вытер расшитым золотыми нитками рукавом рубахи пену с губ, громко рыгнул и крикнул вниз:

- Врежь ему! Выпусти кишки!..

Его толкнул в плечо лысый бог.

- Это твой адепт взялся за босса? Славит тебя, Святозар.

Светловолосый творец сущего икнул, снова отхлебнул из кружки и ответил:

- Вроде, мой. Не помню имя. Надо будет благословить, если выжи…

Он осекся.

- Ха! – взревел бородач. – Улетел на респ твой адепт!

Святозар махнул рукой и запрокинул кружку. Одноглазый ткнул пальцем в титана. Гигант топал на месте, что-то высматривал в объятых пламенем развалинах.

- Тупая каменюка, что ты там делаешь? Сюда иди, дурень!.. Ищи, ищи! Там под ногами!.. – прорычал лысый и зашелся диким гоготом.

Изо рта сыпанули крошки. Вылетев из свинцовых туч, они превратились в булыжники и щедрым дождем окатили поле боя. Остальные боги тоже весело заржали.

С краю стены облаков высунулась худая богиня с синими волосами, стрижеными под каре, острым носом, бледной кожей и сильно подкрашенными голубыми глазами. Она поджала тонкие губы, раздула ноздри и фыркнула:

- Идиоты! Тоже мне данж! Скукота!

Затем поднесла ко рту хрустальный кубок с зеленоватой жидкостью, где плавали кусочки льда и, шумно прихлебывая, немного отпила. Недовольно хмыкнула и демонстративно отвернулась.

- Тебя не звали сюда, гадюка! – взревел одноглазый и швырнул в богиню недоеденным куском колбасы.

Но та уже исчезла за облаками. С ругой стороны показалась новая участница божественного застолья – рыжеволосая пышногрудая красотка с таким глубоким декольте, что достаточно одного неловкого движения и бюст неминуемо вывалится наружу. При появлении богини веселье слегка притихло. Рыжая высоко задрала курносый носик и мелодично пропела:

- Но-но, мальчики, ведите себя прилично! Не уподобляйтесь смертным мужланам! Вы же боги!.. – она нежно отстранила Святозара, глянула вниз и спросила: - Что тут у нас?

- Босса уже почти добили, - скрипнул седобородый.

- Титан, как всегда, дурака валяет, - усмехнулся лысый.

- Ясно, понятно, - с прононсом проговорила рыжеволосая богиня, игриво потрепала шевелюру Святозара, загадочно улыбнулась одноглазому и удалилась.

В центре города снова знатно бабахнуло. Каменный колосс, наконец, перестал топать как обделавшийся и со всей дури врезал кулаком по руинам высотного здания – во все стороны полетели куски бетона, поднялись клубы пыли. В ответ с земли прямо в лицо титану прилетел огненный шар. Гигант вздрогнул, отпрянул.

Боги завыли от радости. Зазвенели бокалами.

Я скривился, крутнул в руке копье. Да уж. До меня им дела нет. Мои жалкие подвиги не впечатляют эту публику. Впрочем, не удивительно. В центре города куда веселее. Там не крыс-переростков по лугам гоняют. Там закаленные в боях воины сражаются с гигантскими монстрами, вспарывают животы боссам и добывают загадочные артефакты…

Стоп! Я же не осмотрел трупы крысидов. И не зря вспомнил о них. У мелких уродцев ничего не нашлось ценного. Зато у вожака было чем поживиться. Рядом с трупом лежал зеленый кристалл. Я схватил его и воровато оглянулся по сторонам: никого. Разжал ладонь и присмотрелся к находке: ничего необычного, простая зеленая стекляшка. Но я знал, что это не так. Камень не просто безделушка. В нем заключена магическая сила. Но как ее извлечь?.. Ответ лежал на поверхности: нужен алтарь! Как же еще?

Я сунул кристалл в карман и перевернул труп вожака. Отстегнул поясную сумку и заглянул внутрь: там лежало гнилое яблоко, погрызенная пробка от бутылки и рыбья голова с выеденными глазами. М-да… Не густо.

Выкинув ценное для крысида барахло, я завязал трофейную сумку на поясе, наклонился к шее мертвеца и потеребил в пальцах костяшки ожерелья. Вещица простая, без улучшений. Но вдруг пригодится. Много места не занимает. А от металлических браслетов пришлось отказаться. Это были просто ржавые кольца – не велика ценность.

Надо было уходить. Если тут появились существа данжа, то могут пожаловать и другие. Кто знает, может они будут не такие простые, как эти доходяги.

Я прислушался к зову метки. Из-за шума битвы знакомый гул найти было сложно, но все же мне удалось его выделить из общей какофонии. Звук шел немного правее божественного события, но все равно попадал в зону появления монстров. Зато радовало, что он значительно усилился. Осталось немного.

Я уже собирался уходить, как позади раздался скрипучий голос:

- Твоя работа, новопробудившийся адепт?

Голос показался знакомым. Неужто, один из богов меня заметил?!

Глава 5

- Моя! – гордо ответил я и повернулся.

Отскочил, поднял копье и встал в боевую позицию. Нет, оказывается, это совсем не бог меня почтил своим присутствием. На пригорке стояло странное человекоподобное создание. Нас разделяло не меньше десятка метров. Этого достаточно, чтобы хорошенько рассмотреть незваного гостя.

Он был ростом под два метра, худощавый, со светло-оливковой кожей. На голове серебрился легкий пушок, и больше никакой растительности не наблюдалось. Даже брови отсутствовали. Глаза большие желтые, слегка раскосые. Сильно выдающиеся скулы. Уши с острыми кончиками. Подбородок треугольный. И рот, словно дырка – ни намека на губы.

Меня как током ударило. Да это же перволюд! Эти создания отличаются малой физической силой, зато компенсируют такой недостаток повышенной ловкостью. С ними надо держать ухо востро.

Одет незнакомец был куда лучше меня. Тело покрывала кольчуга с зелеными ленточками на плечах. На повязках виднелись непонятные надписи. Простые штаны из мешковины выглядели добротно, но без цветовых вставок. На ногах красовались высокие сапоги с красными ремешками. Тонкую талию опоясывал широкий кожаный ремень. Слева на нем болталась рапира с синими узорами на гарде, а справа висел кинжал в обычных деревянных ножнах.

- Ты же не станешь нападать на меня, человек? – с легкой улыбкой спросил перволюд и слегка погладил навершие рапиры тонкими длинными пальцами с розовыми ногтями.

Вступать с ним в бой бессмысленно. Силы явно не равны. Но и убежать не получится. Этот резвый дылда догонит в два счета. Я выпрямился, убрал копье и спокойно ответил:

- Нет.

Зеленокожий кивнул на трупы крысидов и проскрипел:

- Ловко ты разделался с этими мерзкими тварями. Неплохо для свежачка.

- Ты наблюдал за мной?

Воин не ответил на вопрос. Вместо этого спросил сам:

- Трупы забирать будешь?

- Нет. Зачем? – удивился я.

Перволюд выпятил грудь, поправил зеленые ленточки, загадочно улыбнулся и сказал:

- Стоило бы тебя проучить за невежество, но я прощаю. Запомни мою доброту. Ищешь свое тело?

Я кивнул.

- Оно там, - зеленокожий махнул рукой на восток. – Идем, покажу.

И видя мою нерешительность, добавил:

- Не бойся, если бы я хотел тебя убить, то уже давно сделал бы это. Меня зовут Кун.

Я тоже представился. Новый знакомый быстро спустился с возвышенности, взял крысидов за хвосты и направился на восток, с трудом волоча за собой мертвые тушки. Кинул через плечо:

- Идем, идем. А то скоро не узнаешь себя.

- Почему? - спросил я и двинулся следом.

- Сам увидишь, - усмехнулся воин.

Я оглянулся на руины древнего города. Там по-прежнему грохотали разрывы, клубился дым, а титан топал на месте и высматривал что-то у себя под ногами. В небесах галдели боги. Среди видимых ранее мелькали новые лица. Но я уже не разглядывал творцов сущего. Не до них сейчас.

На пригорке перволюд остановился, окинул взглядом округу и поспешил в заросшую кустарником низину. В небеса даже не взглянул. Боги его тоже не интересовали.

Спустившись с холма, я почувствовал запах дыма и жареного мяса. Желудок тотчас зарычал. Да так, что Кун обернулся.

- Голодный? - спросил он.

- Ага.

Я сглотнул слюну. Только сейчас понял, что во рту еще маковой росинки не было.

- Что же ты разбрасываешься мясом? – скрипнул воин. – Крысиды, конечно, не кролики, но тоже ничего. Зря ты всех отдал мне. Мог бы и себе одного оставить. Теперь не знаю, чем ты будешь набивать брюхо. Терпи, человек. Разве что, запах моего жаркого могу предложить.

- Спасибо.

Я скривился. Возразить было нечего. Просить тушку крысы-переростка обратно мне не хотелось. Устраивать драку из-за нее тоже себе дороже. Осмотрю мертвое тело, а затем попрощаюсь с зеленокожим. И лучше поспешить с этим. Не внушает доверия наглый дылда.

- Чувствуешь аромат? – продолжил издеваться перволюд. – Это тебе не вонь паленой шкуры крысы!.. А специи слышишь?! Ммм… Не могу дождаться…

- Скоро придем? – перебил я.

- Да уже пришли.

Кун шагнул в проход между кустами и скрылся из виду. Я аккуратно двинулся следом, выставил копье перед собой, приготовился к нападению.

- Что-то не так? – спросил перволюд.

Он откинул крысидов в сторону, положил ладонь на рукоять рапиры и пошевелил ушами.

- Нет, - я опустил оружие. – Показалось.

Огляделся. Местечко небольшое, но уютное. И главное, что скрыто от посторонних глаз. Пятачок, диаметром метров десять, со всех сторон был окружен плотной стеной кустарника. Вдобавок слева высилась ива и накрывала часть площадки зонтиком из ветвей.

В центре тлел костер. На нем шкварчала разделанная тушка кролика. Рядом лежали нехитрые пожитки перволюда: походная сумка, одеяло, узелок с сушеными травами.

Чуть поодаль расположился походный алтарь. Я сходу узнал его. Это была расстеленное на земле полотно с особыми рисунками, письменами и пентаграммами. В самом простом варианте, знаки можно начертать прямо на земле. Также обязателен огонь. В данном случае горела одна толстая оплавленная свеча. Подношений видно не было.

Мне хотелось поближе рассмотреть алтарь, но кое-что другое заинтересовало больше. Под ивой в тени ветвей лежало тело человека в окровавленном исподнем. От него шел тот самый гул. Ошибки не было. Надо сказать, я слегка опешил. Не каждый день увидишь себя со стороны, да еще в таком неприглядном виде. К счастью, труп лежал на животе, а голова была повернута в сторону зарослей.

- Ну, смелее, - усмехнулся Кун. – Поздоровайся с самим собой.

Он подхватил крысидов за хвосты и отволок под иву. Кинул рядом с мертвецом, присел на корточки и принялся возиться с хвостатыми тушками. Он сидел ко мне спиной.

Я все же поборол отвращение и подошел ближе. Заглянул через плечо: перволюд не без труда открывал пасти черных тварей и засовывал внутрь зеленые фасолины. Закончив, он взял руку мертвеца и помахал мне:

- Привет, Рок. Долго ты шел за мной. Еще немного, и опоздал бы.

- Прекрати, - сухо буркнул я.

- Расслабься, человек, - усмехнулся адепт. Он поднялся и загадочно добавил: – Изменения скоро начнутся. Если хочешь что-то узнать о конце предыдущей жизни, поспеши.

Он похлопал меня по плечу и направился к походному алтарю.

Сжав волю в кулак, я перевернул тело. Гул, исходивший от него, тотчас исчез. Без сомнений, на земле лежал мой труп. Я хоть и видел свое отражение только в колеблющейся воде озера, но этого хватило, чтобы узнать себя.

А бывшему мне изрядно досталось: на шее – рваная рана, на груди багровеют несколько глубоких рубцов, левая рука сломана в предплечье, кость торчит наружу. Но смерть наступила не из-за этих увечий. На голове в районе затылка чернела дыра, размером с кулак. Решающий удар был нанесен сзади. После такого точно не выжить.

Я поднялся и взглянул на Куна. Он как раз закончил возиться с алтарем.

- Не смотри на меня так! – возмутился перволюд. – Это не я тебя убил. Мое оружие оставляет другие следы.

Не поспоришь. Раны действительно не похожи на уколы рапиры или кинжала.

Я пробежался глазами по одежде зеленокожего.

- И обобрал меня тоже не ты?

Тот развел руками и поднял желтые глаза к небу.

- Видят боги, я нашел тело уже в таком состоянии. Рядом лежала сумка. Внутрь залез, чего греха таить. Но там ничего не было. Кто-то выпотрошил ее до меня. Естественно, кроме запечатанного отсека. Это уж ты сам смотри.

Кун кивнул в сторону костра. Там, чуть поодаль от скарба перволюда, валялась кожаная сумка.

Точно!.. Я вспомнил, что в котомке адепта должен быть карман, в который никто не может заглянуть. Этакий подарок высших сил – небольшой невидимый тайник, доступный только владельцу. Там адепты хранят самые ценные вещи, которые они хотели бы передать следующим самим себе.

Я подошел к сумке и осмотрел: вместительная, прочная, с карманами на застежках и дополнительными ремнями для фиксации грузов снаружи. Но главное – золотые тесемки по краям, что говорило о мифическом статусе предмета. Вот это да!.. Я даже присвистнул от удивления. Глянул на котомку Куна. Его потрепанный мешок с красными веревками очевидно проигрывал. Сам собой напрашивался вопрос:

- Почему ты не забрал сумку себе?

- Боги за такое накажут, - покачал головой зеленокожий. – Это закон! Шмотки, оружие, побрякушки – пожалуйста, бери себе. Но сумку не тронь! Такое и Ууу не простит.

- Кто такой У?

- Не У, а Ууу! Великий всемогущий творец мироздания Ууу! – перволюд поднял палец кверху. – Вон тот с повязкой на глазу.

Я глянул на толпу богов. Они продолжали пировать, смеяться и глазеть вниз, где грохотала битва. Всевышним было не до нас. Но и нам не до них.

Высокий статус сумки говорил о том, что прошлый Рок был непрост… Совсем непрост! Понимал это и Кун. У него глаза заблестели, когда я взялся за ремешок.

Все мои ожидания были напрасны. Внутри действительно шаром покати. Я пошарил по отсекам и ничего не нашел. Не удивительно. Как минимум, двое адептов уже совали носы сюда.

Оставалась надежда на скрытый карман. Я запустил руку в нужную секцию – а там пусто. Пусто?! Этого не может быть! Имея такую знатную сумку, прежний Рок явно успел обзавестись немалым богатством. Он должен был хоть что-то сохранить для меня. Хоть что-то!..

Я прощупал каждый уголок, но все тщетно. В тайнике ничего не было!.. Стоп!.. Пальцы нащупали скомканный кусочек пергамента. Но доставать его сейчас незачем. Уж точно не перед этим зеленым прохвостом.

А перволюд не спускал с меня глаз. Даже рот открыл, когда я замер. Не в силах удержаться, он протянул:

- Нууу?.. Покажи, что там.

- Ничего, - ответил я и закрыл сумку.

Кун сощурился. Затем тряхнул головой, улыбнулся и скрипнул:

- Бывает и такое, дружище. Идем к костру, проверим кролика.

При этих словах желудок заурчал. Я не поддался искушению. Есть дела поважнее. Мне чертовски хотелось поскорее заглянуть в клочок пергамента. Он не просто так лежит в закрытом отсеке. Нужен был повод, чтобы убраться отсюда. И он быстро родился в голове.

- Где ты нашел тело? – спросил я. – Оно ведь лежало не тут.

- Увидел след?

- Трудно не заметить, что труп приволокли сюда.

- Покажу чуть позже. Вначале надо перекусить. Брюхо совсем крутит от голода, - сказал Кун и добавил таким тоном, что отказаться было нельзя: - Садись.

Я положил сумку на землю и плюхнулся подальше от зеленокожего. Он потыкал кролика кинжалом, снял с огня, втянул носом аппетитный аромат, закатил глаза от удовольствия и проговорил:

- Ты правильно делаешь, Рок, что не показываешь заначку в сумке. Не подумай чего дурного. Это… Это была просто проверка.

- Ага, - выдавил я и сглотнул слюну.

Запах жаркого со специями был просто божественным. Он щекотал нос и вызывал утробный рык в животе. Чтобы хоть как-то отвлечься, я повернулся к трупу и едва не подскочил от увиденного. Мертвец дернулся! Показалось?.. Нет, черт подери! Через мгновение тело вновь зашевелилось.

Заметив мою реакцию, Кун быстро глянул под иву и усмехнулся:

- Началось.

- Что? – выпалил я, напрочь позабыв о голоде.

- Перерождение, - ответил он и, выждав паузу, добавил: - Так и быть, Рок, расскажу. Сделаю для тебя одолжение. Я сам еще не полностью разобрался в этом таинственном процессе, но кое-что уже знаю. Всю информацию должен рассказывать смотритель твоего алтаря…

- Вот он и расскажет, - перебил я. – А сейчас просто понаблюдаю.

- Как знаешь, Рок, - проскрипел перволюд и впился зубами в нежное мясо.

Тем временем мертвец продолжал двигаться. Теперь он подобрал ноги, согнулся пополам и обхватил колени руками, приняв позу зародыша. После началось нечто совсем странное: кожа стала отслаиваться от плоти. Тело раздувалось прямо на глазах, превращалось в полупрозрачный кокон. Даже отсюда было видно, что внутри активно кипели загадочные процессы: бурлила розоватая жидкость, мелькали белесые кости, синие вены, потроха и наплывали темно-красные сгустки.

Внутри у меня тоже забулькало. Отвратное зрелище вызывало тошноту. Я морщился, отворачивался, но все равно косился на вибрирующий кожаный бочонок.

Вскоре движение требухи стало замедляться, адская субстанция загустевала, приобретала форму. Когда кокон почти полностью успокоился, рядом задергались крысиды. Они тоже быстренько подобрали лапки под себя, подтянули хвосты и скрутились калачиками. Так как они в разы меньше моего прежнего тела, то и процессы изменения в них проходили быстрее. Черные бутоны сразу же забурлили, задрожали и застыли почти одновременно с большим коконом. Затем они начали сдуваться. Податливая кожаная оболочка постепенно облегала твердую начинку и прямо на глазах высыхала.

Кун чуть не пропустил ответственный момент. Спохватился, откинул в сторону недогрызенную тушку кролика, вытер рот рукавом, руки – о штаны и вскочил. Подбежал к застывшим сосудам и принялся внимательно их изучать. Он щупал твердую корочку, присматривался, даже принюхивался и довольно потирал ладони.

Подошел и я. Вблизи стало ясно, что внутри заключены тела неведомых существ. Они были живыми! Сквозь окончательно высохшую кожаную пленку можно было разглядеть легкое движение. С каждой секундой создания шевелились все сильнее.

- Отойди, Рок, - отстранил меня перволюд. – Это может быть опасно.

Я отступил на два шага, перехватил копье.

Высохшая оболочка большого кокона с хрустом треснула. Развалилась на части, и на свет божий появилось новое абсолютно лысое желтокожее существо. В нос ударил отвратный смрад прелости. Я сделал еще шаг назад и принялся с интересом разглядывать вылупившееся чудо.

С предыдущим телом оно не имело ничего общего. Это точно был не человек. Даже близко не похож. Пока монстр копошился на земле, трудно было однозначно судить о его внешности, но когда поднялся, то уже предстал во всей красе.

Зеленокожий довольно цокнул языком и воскликнул:

- Превосходно!

Я же не разделял его мнения и с трудом сдерживал улыбку.

Творение перволюда сильно напоминало ощипанную курицу-переростка. Оно крепко стояло на мощных трехпалых ногах, шевелило коротенькими, почти человеческими ручками и дергано вертело вытянутой головой, которая походила на желтоватый пупырчатый огурец.

Не успел я отойти от первоначального шока, как существо открыло зубастый рот и звонко заголосило:

- Голодный! Голодный! Голодный!..

Пасть у него была что надо. Такой варежкой не зернышки клевать. При желании голову может оттяпать за раз.

Кун сходу сообразил, что надо делать и показал пальцем на ошметки кокона:

- Съешь оболочку. Не пропадать же добру.

Монстр все понял и захрустел кожаными чипсами.

- Вот еще на закуску, - сказал перволюд и бросил ему остатки кролика.

Пока лысый кур набивал брюхо, лопнули все четыре мелких сосуда с крысидами. Из них вывалились новые твари: три мелких коричневых уродца со сморщенными мордочками и почти не измененная голова вожака крысидов, но с огромными ушами. Этот монстрик тут же захлопал ими, словно крыльями, поднялся в воздух и завис на пятиметровой высоте. Три кривоногих карлика с диким визгом сыпанули в разные стороны и зашуршали в кустах.

- Что это было? – скривился я.

- Мои помощники, - ответил Кун, похлопывая по спине главное творение. – Этот ничего получился. Крепкий.

Он резко вскочил тому на спину, поелозил, усаживаясь поудобнее, и слегка пришпорил – ездовой кур подпрыгнул, закудахтал.

- Тише, - осадил его перволюд. Спрыгнул и добавил: - Надо седло. Так неудобно.

Я задрал голову и глянул на зависшую крылоухую голову.

- Мои глаза, - поспешил похвастаться Кун. – При первой же возможности сделай себе нечто похожее. Пригодится.

Он прав. Что глаз Александра, что это чучело – хорошие юниты. Они не только разведают обстановку, но и помогут избежать ненужных встреч.

- Остальные так, баловство, - махнул рукой зеленокожий. – Пусть скачут рядом. Может, будет толк.

Мелкие уродцы как раз завертелись вокруг, забегали у меня между ног, один даже за штанину дернул. Я легонько отшвырнул его ногой. Другой коричневый коротышка схватил копье. Его тоже пришлось скинуть. Затем и третий морщинистый карлик отлетел.

Когда я, наконец, поднял голову, Кун держал в руке рапиру. Острие смотрело мне в сердце.

- Достань все из сумки, - холодно проскрипел он. – И без шуток, Рок. Видят боги, проткну, как жука.

Глава 6

Один из мелких уродцев притащил сумку. Бросил к моим ногам, а затем принялся кривляться и пританцовывать. Другие тоже запрыгали вокруг с высунутыми языками.

- Смотрите на меня, боги! – с надменной усмешкой проскрипел перволюд. – Кун обвел вокруг пальца этого никчемного человечка!

- Высшим силам такое не понравится, - сказал я в попытке вразумить зеленокожего. – Грешно убивать новопробудившихся.

- Это не убийство, Рок, - усмехнулся адепт. – Это грабеж. Поверь, я не желаю тебе смерти. Видят боги! Но если ты не отдашь то, что лежит в потайном кармане, у меня не будет выбора. Не заставляй брать грех на душу.

Острие клинка слегка кольнуло в грудь – по коже побежала тоненькая струйка крови – я поморщился от боли.

- Наклонись и возьми сумку, - скомандовал перволюд.

Я медлил. Лихорадочно соображал, как выйти из этой поганой ситуации. Призывать богов на помощь бесполезно. Они гогочут с набитыми ртами над полем боя и в нашу сторону даже не смотрят. Уговоры не пройдут. О том, чтобы попытаться решить все силой и речи быть не может. Мало одного врага, так за спиной еще топтался кур, а под ногами суетилась коричневая мелочь. Оставалось только исполнить приказ.

Я взял сумку и как можно убедительнее проговорил:

- В тайнике ничего нет.

- За дурака меня держишь, человек?! – рявкнул Кун и снова слегка ткнул в грудь рапирой. – Ты вздрогнул, когда проверял карман. Меня не проведешь, Рок.

- Все из-за того, что там было пусто. – Я пожал плечами. – Ты можешь убедиться сам. Прощупай сумку, проверь вес – там ничего нет.

На что перволюд только фыркнул:

- Это мифический предмет. У него снижен вес и увеличен объем внутреннего пространства, а закрытый отсек вовсе скрыт от посторонних. И не лги, что там ничего нет. У владельца такой сумки точно было, что спрятать.

Я развел руками.

- Там ничего нет.

Зеленокожий скривился и процедил сквозь зубы:

- Хватит пустой болтовни. Если сейчас же не выполнишь приказ, я прикончу тебя, Рок. А потом просто подожду, когда ты вновь придешь на зов метки. Я могу много раз проделать этот трюк. И, в конце концов, добьюсь своего. Поверь.

Делать было нечего. Я еще раз глянул в небеса в надежде на помощь высших сил и медленно сунул руку в сумку. Залез в тайник. И тут в памяти всплыли слова перволюда о волшебных свойствах мифической сумки. Мгновенно появилась идея проверить одно из них.

Когда рука скрылась по локоть, я попросту нырнул внутрь – и оказался в душной липкой тьме. Да, долго тут не высидишь. Но мне и не надо.

Выставляю копье перед собой и выныриваю обратно на свет божий. Кун точно не ожидал такого поворота: стоит с отвисшей челюстью и глазами навыкате.

Мимолетного замешательства врага хватает, чтобы нанести удар. Но тот быстро приходит в себя. В скорости мне с перволюдом не тягаться. Он уворачивается. Наконечник копья лишь режет шею. Режет хорошо. Удача на моей стороне. Из раны фонтаном хлещет кровь. Видимо, задел артерию.

Замахиваюсь для решающего удара, но враг отскакивает кузнечиком. Шипит, скалится, брызжет слюной. Сам атаковать не спешит. Закрывает рану ладонью. Отступает.

Хорошо бы добавить на орехи, только позади уже топает ощипанный кур. А этот может доставить проблем. Машинально ныряю в сторону. И вовремя! Массивная голова тюкает в землю совсем рядом. Ездовой цыпленок фыркает, отплевывается песком, скрежещет зубами.

Сейчас самое время дать деру. Но в ноги бросаются мелкие уродцы. Первого сходу ловлю ногой и посылаю в кусты – гол! С двумя другими возиться некогда. Подхватив сумку, рву когти на выход.

Зеленокожий верещит, осыпает меня проклятиями, грозит адскими муками. Водопад угроз гаснет в топоте трехпалого питомца. Он бросается мне вдогонку. Оборачиваюсь и краем глаза замечаю в небесах синеволосую богиню. Она смотрит на меня! Выдыхаю:

- Во славу… богов…

Та хоть и морщится, но все же поджатые губы трогает легкая улыбка. А после богиня вовсе поднимает палец кверху и говорит звенящим голосом, не отводя взгляда от меня:

- Достойно лайка, адепт!..

Ее заглушает кудахтанье:

- Постой! Постой!.. Убью! Убью!..

Ощипанный кур быстро приближается. Вот-вот догонит! Я уже приготовился юркнуть в заросший овраг, как со стороны древних развалин прилетает камень, размером с бочонок. Он врезается в землю, вырывает куски дерна, подскакивает и катится мячиком, перерезая путь преследователю. Тот вовремя останавливается.

Оглядываюсь, и от увиденного слегка притормаживаю. Оказывается, это был не камень, а оторванная волосатая кисть какого-то непомерного здоровяка. Но бог с ней. Пролетела и пролетела. Чего сейчас беспокоиться? Проблема стоит напротив и скребет землю трехпалой лапищей.

Идея! Вскидываю руку и провожаю катящуюся по склону кисть, будто она подвластна мне. Затем поворачиваюсь в сторону грохочущей в низине битвы и громко заявляю:

- В следующий раз не промахнусь!

Натужно раздуваю ноздри, выпячиваю челюсть, хмурю брови – делаю вид, что беру телекинезом новый снаряд и готовлюсь запустить во врага. Получилось! Пупырчатый питомец опускает голову и медленно пятится, нервно косясь на руины и богиню в небесах. Она по-прежнему следит за мной. И улыбку теперь не прячет.

Подмигиваю ей и бросаюсь прочь со всех ног.

Остановился я, только когда полностью выдохся. Смахнул пот со лба и вновь поднял глаза на небо: в облаках по-прежнему пировали высшие силы. Да как! Одноглазый уже таскал за бороду красноносого старца. Тот истошно верещал и колотил оппонента золоченым кубком по лысине. Звон ударов перекрывал визг других творцов сущего, которые тщетно пытались разнять дерущихся.

Во все стороны брызгала кровь, летели клочки седых волос. Пробиваясь сквозь тучи, они преображались в дымящиеся сгустки энергии и с бешеной скоростью устремлялись к земле. От такого дождя грохот битвы усилился. Несколько капель упали неподалеку. В тех местах поднялись клубы дыма.

Среди беснующейся толпы высших сил синеволосой богини видно не было. Но это нисколько не расстроило. Не получилось перекинуться парой словечек? Ерунда. Главное, что она заметила меня! Это уже чего-то да стоит! А сейчас надо осмотреться.

Я завертел головой в поисках возможной опасности и тут же нашел ее. Даже две: на расстоянии полусотни шагов в воздухе махала ушами голова крысида, а слева из-за старого перекрученного дуба вышел человеческий скелет.

Как мне ни хотелось поскорее достать кусок пергамента из потайного кармана, но пришлось отложить знакомство с загадочным посланием самому себе.

Конечно, летающий шпион волновал больше, чем оживший мертвец. Похоже, зеленокожий ублюдок не собирается прощать мне дерзкий побег. Сейчас он быстро оклемается и прискачет на трехпалом скакуне. Единственная возможность скинуть погоню – избавиться от соглядатая в небе. Но прежде скелет. Ему сильно не терпелось обратно в сырую могилу.

Выглядел истлевший труп откровенно плохо: бесформенная рванина едва прикрывала голые кости, сапог всего один, в руке зажат ржавый зазубренный серп. Двигался мешок с останками медленно, побрякивая костями и шлепая оторвавшейся подошвой. Но намерения у него точно недобрые. Вряд ли покойник решил обсудить со мной прошлогодний неурожай пасленовых.

Едва скелет приблизился и занес серп для удара, я отпрыгнул вправо, а затем всадил острию копья точно в висок – гнилая черепушка треснула, и враг осыпался, выпустив облачко пыли. Легко!.. Фууу… Я поморщился. Только смрад отвратный. И лута с такого противника с гулькин нос. Ржавый серп и лохмотья даром не нужны. Разве что еле уловимая искра души покроет усилия.

Впрочем, есть применение и серпу. Я схватил оружие скелета и сходу запустил в ушастого шпиона. Зазубренный бумеранг со свистом полетел в цель, и не попал. Жаль. Но эффект все же был. Голова крысида решила сменить позицию. Она захлопала крыльями и отлетела подальше. Почти скрылась из виду.

Вот теперь можно заглянуть в потайной карман… Нет, нельзя. Не успел я скинуть со спину сумку, как ветром принесло запах могильной сырости. Что, еще один мешок с костями?.. Да. Только не один, а сразу два.

Ладно, быстренько разберусь и достану заветный кусок пергамента.

Из ближайшей низины справа поднималась парочка истлевших покойников. Такие же медленные оборванцы, как и предыдущий незваный гость. Только оружие отличалось. Один держал на плече старую косу, а другой сжимал в руках скрипучий цеп.

Эти неугомонные крестьяне тоже не собирались вступать в словесную полемику. И у меня нет никакого желания с ними дискутировать. У них изо рта воняет.

Прыгаю на врага с косой и заставляю его атаковать первым. Но когда грозное оружие летит по дуге, отскакиваю обратно. Коса со скрежетом впивается в землю. Восставший покойник замирает. Делаю выпад и всаживаю копье ему в носовое отверстие. Для надежности, проворачиваю – наконечник крошит кости и проходит глубже внутрь черепа, скребет затылок изнутри. Скелет вздрагивает, выпускает облачко праха и осыпается.

Морщусь, фыркаю от тошнотворного смрада и едва не получаю цепом по хребту. Спасает медлительность врага. Успеваю увернуться.

А чего это я просто так тут вальсирую? Громогласно заявляю:

- Смотрите на меня, боги! Я, Рок, громлю мерзкую нежить! Избавляю Мир от…

Лишнее. На меня никто не обращал внимания. У высших сил хватало забот. Дерущихся уже растащили, но не разняли. Теперь и одноглазый, и бородатый хватали со стола и бросали друг в друга все, что попадало под руку. А стол у богов богатый!

В воздух взметнулись наливные яблоки, румяные креветки, колечки копченой колбасы. Пулями просвистели оливки, гранатой разорвалась переспелая хурма, даже фаршированная щука пролетела, и мелькнул молочный поросенок.

Естественно, от шальных снарядов доставалось и другим всевышним. Толпу богов знатно оросило салатом с майонезом, затем окатило остатками холодца и слегка припорошило квашеной капустой, а пышногрудой кареглазой брюнетке звонко прилетело селедкой по уху.

Как результат божественного обстрела на грешную землю высыпал настоящий град. С неба падали камни и ледяные глыбы, лился огонь и били молнии, летели плазменные сгустки и потоки шипящей кислоты. Руины буквально утонули в адском бульоне. Что там творилось на самом деле, представить сложно. Но даже если титан активнее зашлепал ногами, то адептам точно пришлось несладко.

А я вновь вынудил скелета махнуть цепом и атаковал его в шею. Решил слегка поиграть. Ведь именно это любят боги! Наконечник копья попал между позвонков. Легкое движение древком – и голова неупокоенного крестьянина покатилась по травке.

На этот раз я отскочил быстрее и не вдохнул мерзкий смрад. Поглотил душу. Глянул на ушастого соглядатая: он, как и прежде, висел в воздухе и не спускал с меня глаз. Не ровен час, пожалует перволюд.

Я подхватил с земли булыжник и запустил в шпиона – слишком далеко. Ушастый не дернулся.

Надо поскорее уходить. И не просто бежать куда глаза глядят, а искать алтарь! Он должен гудеть как самовар. Есть! Знакомый звук шел с востока.Судя по громкости, топать до него прилично. Но вначале хочется взглянуть на пергамент. Ну, прямо зудит…

И вновь, не успел я снять сумку, как потянуло могильным холодом. За спиной раздался низкий голос:

- Ты зачем поломал моих работников? Что они тебе сделали?

Я закатил глаза и выдохнул:

- А ты еще кто?..

Осекся. Ко мне широким шагом приближался скелет. Этот явно не из крестьянского ополчения. Истлевшее тело было заковано в латы, на голове крепко сидит открытый шлем, в руках – двуручный меч. Правда, все не лучшего качества. Доспехи испещрены вмятинами, ржавые, местами прохудившиеся насквозь. Меч гнутый, весь в зазубринах.

Но двигался воин в разы проворнее мешков с костями. И вдобавок дышал ядовитым прахом. Он буквально окружал мертвеца серой дымкой.

- Видят боги, - сказал я, перехватывая копье, - твои работники напали на меня первыми.

- И правильно сделали! – скелет клацнул зубами. – Нечего топтать посевные поля! А сейчас ты ответишь за все, человек!

Спорить бесполезно. Поля так поля.

Приближаться к смердящему тухлятиной мертвецу мне не хотелось. С таким врагом лучше танцевать на расстоянии. К тому же, есть подходящее для этого оружие.

Вскидываю копье и метаю в противника, когда до него остается всего несколько шагов – наконечник легко пробивает сгнившие латы и глубоко погружается в тело. Скелет вздрагивает, дребезжит металлом, выпускает еще больше серого праха. Но быстро приходит в себя. Замахивается.

Бросаюсь к поверженному ранее врагу, ловко кувыркаюсь, встаю на одно колено, руки на земле, взгляд с прищуром, на мгновение замираю в эффектной позе. Затем хватаю цеп и бью наотмашь. Не забываю крикнуть:

- Во славу богов!

Дубина звонко врезается в голову врага. Шлем слетает, обнажая череп, покрытый кусками высохшей кожи с рыжими пучками волос. Скелет нисколько не тушуется. Бьет в ответ. И если бы не торчащее из груди древко копья, то мог бы и попасть, а так его рука дрогнула. Успеваю подставить палку и парировать клинок. В ответ всаживаю в челюсть нижней частью – во все стороны летят желтые зубы – и случайно вдыхаю трупный смрад.

Ну и гадость! Внутренности мгновенно сжимаются, а затем резко пытаются выскочить наружу. С трудом унимаю приступ рвоты. В глазах темнеет. Ноги подкашиваются. Отступаю. Но и скелет не в лучшей форме: хрустит перекошенной челюстью, гремит доспехами.

Хватит игр! Пора заканчивать!

Набираю побольше воздуха в легкие, вскидываю цеп и обрушиваю град ударов на врага. Где-то на десятом ведро с костями выпускает из рук меч, а после парочки добавочных – падает.

Финал должен быть эффектным! Боги ведь все видят!

Ставлю ногу на грудь поверженного врага, перехватываю древко копья, прокручиваю и вырываю из тела. Хорошо бы добавить красное словцо, но серая дымка вокруг не дает. Быстренько отпрыгиваю в сторону и перевожу дух. Поглощаю душу. Ее светимость в разы выше сгустков осознания скелетов-крестьян.

Окидываю взглядом округу: никого. Только все равно расслабляться не стоит. Это же территория данжа. Пусть и край божественного события, но тут тоже хватает тварей.

Я уже собирался продолжить путь, как заметил возле скелета в латах красное сияние. Удача! Кристалл!..

Сразу же бросилось в глаза, что он отличался от предыдущего трофея не только цветом, но и размером, а также яркостью. Этот был вдвое больше – с грецкий орех. И полыхал как звездочка. А камень, выпавший из вожака крысидов, едва поблескивал. Все это неспроста. Разбираться в тонкостях и нюансах кристаллов сейчас некогда. Тем более что ушастый шпион все еще крутится неподалеку.

Я сунул трофей в карман и поспешил подальше от грохочущих руин. Оглянулся: голова крысида увязалась следом. Она держалась на почтительном расстоянии, при этом, совершенно не старалась быть незаметной.

Хорошо бы нырнуть в лес. В зарослях соглядатаю будет не так просто держать меня на виду. Придется подлететь ближе. Тогда уже появится шанс избавиться от него. Беда лишь в том, что лес остался слева. А впереди только неровные поля, изрезанные канавами и оврагами, поросшие кустами и одинокими деревьями. Мало того, то тут, то там виднелись гигантские металлические опоры. Некоторые все еще стояли, хоть и сильно покосились, но в основном они лежали на земле. Встречались и одинокие обрушившиеся постройки. Тянулись дорожные насыпи. Повсюду чувствовалась близость древнего города. И что-то мне подсказывает, что назвать эти места необитаемыми, будет большой ошибкой.

Взобравшись на крутую возвышенность, я убедился, что рядом никого нет, и все-таки скинул сумку со спины. Но прежде чем, залезть в тайник, переложил внутрь трофейные бусы из костяшек, листья подорожника и кристаллы. Тут им будет лучше, чем в кармане. Выкинул больше ненужную поясную сумку крысида и достал скрученный кусочек пергамента. Развернул.

Глава 7

Там была короткая надпись:

Узнай прошлое. Собери комплект. Используй этот артефакт. Ключ в титане.

И все!.. Какое прошлое? Какой комплект? Какой артефакт? Какой ключ?! Какая блоха?!? В смысле, титан!

Я взглянул на каменного гиганта: он уже махал лапищами и без разбору крушил все вокруг.

А титан-то тут при чем? Карманов у него не видно. Ключ, значит, внутри? Он его проглотил?.. Бред какой-то!.. Я, конечно, молодец, что оставил сам себе это важнейшее послание. Но мог бы потрудиться и расписать все подробнее. Впрочем, на этой полоске пергамента не вместить больше ничего. Почему было не взять нормальный лист?

Единственное, что пришло на ум, так это то, что прошлый Рок подозревал, что тайник могут вскрыть, поэтому он и оставил такой маленький клочок пергамента. Его вор мог не заметить в спешке, что и произошло. Ведь заявленного артефакта нет.

Я в который раз обшарил тайник – ничего. Осмотрел записку со всех сторон, перечитал.

Итак, что мы имеем?

Первое – надо узнать прошлое. Сейчас известно лишь то, что смерть предыдущего Рока наступила от удара тупым предметом в область затылка. Где было совершено преступление, пока не ясно, но есть след волочения тела. В данный момент отправиться туда нет никакой возможности. Слишком рискованно.

Второе – собрать комплект. Комплект чего?.. Вероятно, имеется в виду комплект одежды. И если взять за основу сумку, то комплект должен быть мифическим. Придется попотеть.

Третье – использовать артефакт. Его нет. Как, а главное, кто смог вскрыть тайник? Это же невозможно!.. Или я чего-то не знаю. В любом случае, в этом вопросе не разобраться без погружения в историю злоключений Рока.

А про титана сейчас можно не волноваться. Я уже с ним имел честь поздороваться. И на этом пока хватит с меня близкого общения с гранитной скалой. Колосс – не иголка в стоге сена. Когда понадобится, найти его не составит труда.

Вернемся к смерти. Что, если все-таки Кун прихлопнул меня?.. Нет, это вряд ли. Одет он слабенько. Скорее всего, перволюд не врал, и нашел тело уже раздетым. Но он мог несколько раз убить нового меня и заставить достать таинственный предмет. Почему на этом не остановился? Ответ прост: жадность. Эх… Догадки, сплошные догадки. Хорошо бы расспросить зеленокожего поподробнее. Он может знать больше, чем рассказал ранее. Только говорить не станет. Зачем? Чтобы из Куна вытянуть информацию придется прижать его к стенке. А с этим проблема. При нашей беседе скорее я улечу на кувшинку, чем зеленокожий запоет.

В общем, надо идти к алтарю. При нем есть смотритель. Он может прояснить ситуацию. Затем уже вернуться и осмотреть место смерти предыдущего Рока.

Я спрятал записку обратно в тайник, кое-как выделил зов метки из грохота данжа, и поспешил на далекий гул. Чертова голова с ушами рванула следом. Кун не собирается меня отпускать. Наверняка, уже пришпоривает ездового кура.

До поры до времени босые ноги приятно холодила свежая травка, но вскоре я влетел мизинцем в поросший мхом кусок бетонной плиты – стиснул зубы от боли и сбавил скорость вдвое. Не зря. Все чаще на пути стали попадаться ошметки былой цивилизации. Разглядывать их было некогда, но краем глаза я все же замечал перекрученные металлические конструкции, опаленные кирпичные стены, оплавленные куски пластика. Бурная растительность не давала разглядеть деталей. Но и беглого взгляда достаточно, чтобы понять, что тут поработало не только время. Минувшую цивилизацию постигло некое бедствие.

Я тщательно выбирал дорогу, старясь не приближаться к древним сооружениям. Смотрел под ноги, вертел головой в поисках опасности. И пока везло. Лишь пару раз слышал далекие шорохи, скрип жестянок, топот и утробный рык какой-то животины. Тогда я просто менял направление.

Ушастый шпион следовал строго за мной. Не приближался, но и не отставал. Самого перволюда видно не было. То ли застрял где-то, то ли не спешил нападать. Может, просто боялся близости божественного события. Это я не сильно заметен, а он на пупырчатом скакуне виден издалека. И топает кур изрядно.

На протяжении всего времени грохот битвы не стихал, но вскоре в одночасье сошел на нет. Я не сразу понял, что произошло. Вначале подумал, что просто далеко отошел от божественного события. Но нет. Руины города все еще возвышались вдали. Просто наступал неизбежный финал сражения.

Дым постепенно развеялся, зарево погасло. Изредка еще доносились редкие взрывы, но вскоре и они затихли. Боги тоже исчезли. Небо вновь заволокло тучами. Даже титан развернулся и потопал прочь. К счастью, не в мою сторону.

Теперь зов алтаря ни с чем не перепутать. Кажется, он усилился.

- Эй, свежачок, - раздался тоненький осипший голосок из тени навала бетонных плит. – Прячься скорее. А когда они пройдут, то пойдем на место данжа. Там много чего останется. Все не унесут.

Я шарахнулся как от огня.

- Не бойся, человек, - с усмешкой просипел незнакомец. – Я тоже недавно пробудился. Иди сюда. Вместе переждем.

Во тьме расщелины сверкнули два желтых глаза. При их виде у меня волосы на затылке зашевелились. Ну, нет. Не знаю, кто там прятался, но меня на мякине не проведешь. Если бы этот хитрец недавно пробудился, то он не знал бы ничего о данже.

- Скорее, - уже натужным шепотом проговорил адепт из руин. – Они сейчас появятся.

- Да, - кивнул я. – Только осмотрюсь.

А сам рванул прочь со всех ног. Лишь скрывшись за гигантской осунувшейся железной бочкой, я сбавил бег. Перешел на крадущийся шаг, пересек травянистую лужайку и оглянулся: никто не шел по пятам, и головы крысида видно не было. Неужели, потеряла меня?.. И бог с ней. О чем говорил этот незнакомец? Кто должен скоро появиться? Может, и вправду, стоит спрятаться?..

Со стороны древнего города донеслись тяжелые шаги. Они быстро приближались. Протяжно скрипнул лист металла, от могучего удара посыпались кирпичи, хрустнуло битое стекло. Из-за резкого шума с веток ближайших кустов вспорхнула стайка перепуганных воробьев. Я юркнул в неглубокую канаву, растянулся на земле и притаился.

Не успел. Нечто полупрозрачное бесформенное, размером с яблоко, почти бесшумно прошмыгнуло рядом. Вернулось. Зависло надо мной. Я повернулся, стрельнул глазами – существо тут же отлетело в сторону. Я попытался поймать взглядом неведомое создание, но не тут-то было. Оно всегда опережало меня, ускользало в самый последний момент. Это как смотреть на плавающие мушки в глазах – стоит сфокусироваться, как она моментально улетает. И чем больше стараешься, тем она становится проворнее.

Я отбросил бесполезное занятие. Вскочил. Хотел было дать деру. Но поздно. Тяжелые шаги загрохотали совсем рядом. А через мгновение на поляну выскочил и сам гигант.

- Замри! – скомандовал хриплый властный голос.

Я замер. Медленно повернулся и оторопел. Передо мной возвышался всадник. Да какой!.. И тут снова взгляд приковал не сам наездник, а диковинный коняга. На этот раз это был уже не конь. Точно не конь! Если описать грубо, то передо мной возвышалась смесь плоти и металла.

Тело размером со слона было заковано в тяжелую шипастую броню. Толстые железные ноги с пружинными амортизаторами оплетала паутина сухожилий. Массивную голову прикрывал шлем. Только глазки поблескивали сквозь узкие прорези. Вместо носа – загнутый кверху отполированный до блеска стальной рог. Челюсть – экскаваторный ковш, густо испачканный в крови.

По бокам гиганта разместились барабаны труб с шевелящимися щупальцами в основании. Что это за устройство, я не знал, но видел похожее у Александра, только в разы меньше. По всей броне словно гирлянды висели кишки, вырванные с корнями конечности, позвоночники и бесформенная рванина поверженных врагов. На некоторых пиках торчали изувеченные до неузнаваемости головы.

Присвистнув от созерцания адской машины для убийств, я поднял глаза на всадника. Это был коренастый лысый обезьян с некогда пышными опаленными усами. На лице – разводы сажи и крови. Могучее тело покрывали пластинчатые доспехи, сплошь измазанные в копоти. В некоторых местах виднелись вмятины и свежие царапины. За спиной, хоть ветра не было вовсе, развивался расшитый золотыми нитками пробитый в нескольких местах плащ с причудливой руной. На груди шевелились слегка обугленные фиолетовые ленточки.

Вот теперь, когда я второй раз в теперешней жизни увидел безволосого обезьяна, в памяти моментально всплыло знание об этой древней расе. Передо мной был угг. Эти голые приматы отличаются вспыльчивостью, прямотой и силой. Еще они ленивы и не любят делать лишних движений. С ними надо быть аккуратнее. Особенно это касается замечаний относительно растительности на лице. Усы – гордость каждого угга.

Обезьян вальяжно раскинулся в широком кресле и улыбался уголками рта. На ближайших шипах висели металлические перчатки. У ног болтался шлем, алебарда, двуручный меч и еще несколько непонятных трубок в кожаном чехле. Все оружие и броня имели разноцветные отметины не ниже эпического статуса.

Вокруг воина бегали два десятка сгорбленных полутораметровых существ с коричневой кожей и злобными лицами. Они носили простенькие колючие латы. Вооружены топорами, мечами, булавами. У некоторых в руках были копья.

В воздухе мелькали полупрозрачные яблоки и внимательно осматривали округу.

- Человек считает себя равным мне? – громогласно изрек обезьян и поправил плащ, отчего тот еще больше затрепетал.

Я понял, к чему он клонит и повернулся так, чтобы была видна сумка. Она не хуже плаща угга. Так с какой стати я должен перед ним расшаркиваться?

- И? – усмехнулся воин, поправляя остатки усов.

- У меня мифическая сумка, - пояснил я. – Потому буду говорить с тобой как с равным. Рад приветствовать тебя, адепт! Славная битва была. Жаль, что я не смог поучаствовать.

Рискованно? Конечно! Но расчет на то, что прокачанному адепту не к лицу связываться с новопробудившимся. И сработало!

Всадник загоготал так, что толпа коричневых уродцев шарахнулась в стороны. Коняга прогудел что-то невнятное в шлем и в судорогах задребезжал броней. Даже летающие яблоки на мгновение исчезли из виду, а после проявились на небольшом отдалении.

- Насмешил, - проговорил обезьян, кое-как уняв хохот. – Заблудился, странник?

- Нет, иду к своему алтарю.

Угг сощурился.

- Или ждешь, пока воины разъедутся, чтобы собрать оставшиеся трофеи? Не хочешь руки марать? Ждешь, пока за тебя всю работу сделают другие?

Меня со всех сторон обступили коричневые уродцы. В нос ударила смесь вони паленой шкуры, пота и гниения. Я скривился и фыркнул:

- Разве для новопробудившегося не алтарь важнее?

- И то верно, - смягчился обезьян и кивнул себе за спину. – Запрыгивай, подвезу.

Его свита тотчас отступила. Я смело залез по шипам на спину бронированной громадине. Примостился на кожаном мешке, набитом скарбом.

- Полегче там ерзай, - буркнул воин. – Не подави трофеи.

Сидел я на чем-то мягком с острыми вкраплениями. Они впивались в пятую точку даже через добротную твердую кожу мешка. Особенно когда мы двинулись в путь. К счастью, коняга никуда не спешил, и амортизаторы сглаживали шаги по пересеченной местности. Это походило на плавное покачивание на волнах. Уснуть можно, если бы не иголки под задницей.

- Меня зовут Хан Сердцеед, - представился обезьян и вытер рот тыльной стороной ладони.

Прозвучало немного двусмысленно. Но измазанная в чужой крови рожа угга говорила вовсе не о любовных похождениях.

- Рок, - представился я и добавил: - Пока без продолжения.

- По делам своим получишь полное имя, - проговорил обезьян и громогласно рыгнул. Запустил руку под панцирь и поскреб ногтями брюхо, довольно причмокивая.

Пока он был занят, я быстренько осмотрелся. С трехметровой высоты видно больше. Сходу бросился в глаза гигантский двуногий механизм, топающий чуть левее. На нем также восседал прокачанный адепт в золоченом плаще, а рядом кружили невзрачные юниты. Справа в небесах длиннохвостое чудище махало перепончатыми крыльями, унося другого воина прочь. Данж закончился. Все расходились по своим делам.

Ушастого соглядатая видно не было. Теперь он не мог от меня спрятаться за руинами и двигаться скрытно. Он исчез. Видимо, пришлось убраться восвояси из-за толпы адептов. Это я голове крысида ничего не мог сделать, а другие способны в два счета прихлопнуть шпиона. Как бы то ни было, мне это на руку.

И, похоже, я не ошибся с выводами. Хан резко дернулся, выхватил из чехла под ногами причудливую трубу со щупальцами в основании, приставил к плечу, припал к прицелу и нажал на спусковой крючок. Раздался приглушенный хлопок. А следом впереди звонко звякнула жестянка.

- Промазал! – в сердцах воскликнул угг, сунул странную винтовку обратно в чехол. Она забулькала, слегка раздула склизкое тело, щупальца зашевелились. Воин схватил другое подобное оружие, ткнул пальцем в сторону выстрела и крикнул: - Выгоните эту тварь из норы!

Два коричневых уродца ринулись в указанном направлении и скрылись за поросшим травой навалом камней. Оттуда тотчас раздалось мерзкое шипение, лязг металла, и нам наперерез выскочил полутораметровый двуногий ящер с веером шипов на голове.

Обезьян был готов. Хлопнул выстрел – и чешуйчатый хищник покатился кубарем. Задергал когтистыми лапами, вырывая из земли куски дерна и всякий мусор. Но постепенно предсмертные конвульсии затихали. Из достаточно большой раны в боку толчками вытекала кровь. Ящер был еще жив, когда коричневые уродцы накинулись на него и вспороли брюхо. Они еще не закончили ковыряться в потрохах, а огонек души уже вылетел и устремился к уггу.

- Нууу, нееет, - кривя лицо, протянул Хан. – Я больше не могу. Зачем? Зачем было стрелять?! Снова пожадничал!..

Он резко откинул винтовку в чехол и отвернулся от выпотрошенной жертвы. А помощники уже спешили к своему хозяину. Один нес в руке все еще пульсирующее сердце. Он ловко вскарабкался по шипам наверх и протянул трофей уггу. Тот нехотя схватил, поднес ко рту и замер. Уставился на меня.

- А может, ты, Рок, удружишь мне? А?.. Не могу уже. Полный живот.

- Так выкинь. Чего мучиться?

- Нельзя, - вздохнул воин. – Боги разгневаются. Я тебе.. во… пистоль подарю.

Он выхватил из чехла короткую трубку со щупальцами. Повертел перед моим носом.

- И жменю семян добавлю. Разрывных! Идет?

Я покосился на пульсирующее сердце, размером с кулак, и скривился.

- А боги не разгневаются?

Хан почесал лысину, глянул в небеса.

- Разгневаются, - вздохнул он. – Но не так сильно, если просто выкину или скормлю юнитам. Так что, Рок?

Я хоть и был голоден как волк, но при виде окровавленного куска вздрагивающей плоти, аппетита как-то не возникло. Отвращение перевесил подарок. Штуковина, способная поразить врага на расстоянии – вещь нужная!

- Ладно, - согласился я. – Но еще ответишь мне на пару вопросов.

- Все что угодно, дружище! – обрадовался угг и сунул мне в руки ужасный трофей. – Только давай быстрее. Не могу смотреть на это.

Он отвернулся, откинулся в кресле и засвистел себе под нос незатейливую мелодию.

Я уставился на сердце ящера. Сглотнул слюну. Вроде, ничего такого. Мясо как мясо. Ну, сырое. Что уж поделать. Зато свежее. Свежее некуда. Но как только поднес ко рту, то сразу пожалел о своем решении. Стрельнул глазами по сторонам – незаметно выкинуть не получится. Полупрозрачные яблоки так и кружат рядом. Наблюдают.

Все же пистоль того стоит! Я зажмурился и впился зубами в теплую плоть.

- Ну, как? – спросил Хан, когда все было кончено.

- Сойдет, - буркнул я и прокашлялся. – Соли маловато.

Угг вздохнул:

- Знаешь, сколько я сегодня съел?

- Нет. И не хочу знать. Пистоль, пожалуйста.

- Конечно, - спохватился обезьян и протянул мне оружие. Затем сыпанул в руку жменю черных горошин. – Пользоваться умеешь?

- Нет. Первый раз держу такую штуковину.

Я повертел в руках диковинную пушку: предмет простой, никаких цветовых вставок. В общем, это была металлическая труба с деревянной рукоятью и наростом живых прочных щупалец, которые служат генераторами энергии для выстрела. Горошину забивают в ствол шомполом. Затем встроенный организм вырабатывает газ, заполняя контейнер – готово, пистоль заряжен. При нажатии на спусковой крючок, пузырь лопается, и пуля вылетает с приличной скоростью. Мало того, семена могут иметь различные свойства. Подарочные черные горошины взрывались при попадании в цель.

Хан быстро показал, как все работает, и я сунул биооружие за пояс. Мы как раз выехали за пределы окраин города. Теперь в полях не было видно остатков былой цивилизации. Только цветущие луга, деревья и кусты. Чуть левее начинались холмы. А дальше виднелись скальные выступы. Справа синел дремучий лес. Где-то за ним в серой дымке сверкнула молния.

- Далеко твой алтарь? - спросил угг.

Я все это время не упускал из виду гул метки, но хоть мы и начали уходить левее, пока не спешил покидать гостеприимного обезьяна.

- Не знаю, - пожал плечами я. – Шумит вроде сильно.

- Может, мы соседи! - усмехнулся Хан. – Если так, то ты заходи в гости, поохотимся вместе.

- Хорошо, - ответил я и с трудом унял рвотные позывы. Сердце продолжало биться в желудке. – Могу спросить тебя об одной вещи?

- Все что хочешь! Видят боги, помогу, чем смогу!

- Как узнать прошлое?

Обезьян подпрыгнул в кресле. Икнул. Остановил конягу и буркнул:

- Слезай, Рок.

- В чем дело?

- Слезай, говорю.

Я спустился, развел руками и снова спросил:

- Но в чем дело-то?

Хан даже не взглянул на меня, пришпорил бронированное чудище и поспешил в сторону предгорья.

Я проводил взглядом воина и двинулся на зов алтаря. Он гудел уже совсем близко. Осталось подняться на холм, а там до заветного жертвенника рукой подать. Чтобы скоротать время, я достал пистоль, еще раз осмотрел диковинный механизм, зарядил, прицелился, но не стрелял. Горошин не так много, чтобы бездумно палить в воздух. Они тоже весьма интересные: полностью круглые черные и сверкают будто жемчужины.

За изучением оружия я совсем не заметил, как позади из-за кустов вынырнула ушастая голова крысида. Тварь заметила меня и юркнула обратно.

Глава 8

Я представлял себе алтарь, как некое небольшое сооружение в тихом уединенном месте с хижиной смотрителя неподалеку. Сквозь густую листву деревьев пробиваются солнечные лучи. В них порхают бабочки. На полянку случайно забредают пятнистые олени, щиплют травку и ничуть не боятся близости человека. Щебечут невидимые птички. Журчит ручей. Время останавливается. Заботы теряют смысл. Спешка излишняя. И я отдаюсь безмятежной медитации и общению с высшими силами в лоне природы.

Но все оказалось немного иначе. В низине за высоким частоколом раскинулась обычная деревня. Внутри рядами шли деревянные дома. В центре на широкой площади стоял огромный, грубо обтесанный прямоугольный камень. На нем виднелись непонятные символы, рисунки и надписи. Горели свечи. А хижиной смотрителя оказался добротный домина неподалеку. Нечета остальным избам.

На улицах суетились местные жители в простых домотканых одеждах. Резвились детишки. Бегали куры. Важно выхаживали индюки. Сквозь унылое мычание коровы пробивался собачий лай. Мелодично звенела наковальня.

Я почесал затылок, еще раз прислушался: гул шел из поселения. Ошибки быть не могло. Алтарь зовет меня. Что ж, вот и я! Рок вернулся! Встречайте!..

Но никто меня не приветствовал. Никто не осыпал цветами. Никто не выбежал за ворота. Никто их даже не открыл передо мной.

Я постучал в смотровое окошко.

- Кто? – спросил хриплый голос.

- Рок, - коротко ответил я.

Окошко открылось. В проеме показалось небритое хмурое лицо привратника. Он скользнул по мне взглядом и буркнул:

- Где тебя черти носят?

Ответить мне было нечего. Да и незачем.

Клацнул замок. Дверь открылась. Я вошел в деревню и быстрым шагом направился по главной улице в центр. Первое время меня не замечали. Затем началось. Местные жители тыкали пальцами, шушукались, бросали все дела и потихоньку шли следом. Радости на лицах не наблюдалось.

Кто-то фыркнул в спину:

- Совсем пустой пришел. И чего только явился?

Вскоре за мной трусила целая толпа. Детишки бежали рядом, дергали за штаны, смеялись. Я глупо улыбался, иногда кивал встречным крестьянам и незаметно ускорял шаг. В воздухе нарастало напряжение. Мелькнули вилы в руках бородатого мужика. У другого показалась остро отточенная коса. Хоть бы меня самого не принесли в жертву.

Я перешел чуть ли не на бег, когда крепкие пальцы схватили за руку. Пахнуло чесночным смрадом.

- Срочно надо прогнать тварей с лугов. Сенокос срывается, - выпалил коренастый мужик.

Я кивнул. С другой стороны тоже вцепились в локоть. Прохрипели в самое ухо:

- Палочник не дает хвороста набрать. Совсем распоясался проклятущий!

Я резко вырвал руку и поскакал вприпрыжку. Но толпа наседала.

- Гули свежую могилу разрыли, - просипел старик с козлиной бородкой. – Страх потеряли злыдни. Днем ужо ходють на погост.

Заголосила какая-то женщина:

- Мельницу сначала!.. Мельницу!..

Проскрипела старуха:

- Наперво пущай на реку идет!

Дорогу мне перекрыла огромная баба в чепчике с коромыслом на плечах и заявила:

- Дождь нужен!. Вона сушь кака стоит!..

Босоногая веснушчатая девчушка лет восьми дернула меня за рубаху и пискнула:

- Маму мою найди! Она утром на болото пошла и до сих пор не вернулась…

Издали пробасил мужик:

- Пшеницу всю вытоптали…

Его перебил другой:

- Дичь распугали…

Людское кольцо замкнулось. Голоса слились в сплошной гул, сильно напоминающий зов алтаря.

Я остановился. Кашлянул в кулак, окинул взглядом толпу и громко заявил:

- Мне плевать, что тут у вас происходит! Разбирайтесь сами!

Гомон разом затих.

- Чавой он сказал? – проскрипела старуха. – На реку пойдет?

Толпа недовольно замычала. Брови крестьян поползли вниз. Не знаю, чем бы все закончилось, но тут раздался громогласный голос:

- Тише вы, окаянные!

Круглый как колобок бородач в просторной белой одежде с расшитыми причудливым орнаментом рукавами выскочил из-за валуна в центре площади как черт из табакерки, вытер руки о пузо, облизался и поспешил мне навстречу.

- Не наседайте! Побойтесь богов! Дайте Року передохнуть с дороги! Не видите, человек устал. Все вопросы, предложения и пожелания принимаются только в письменном виде! Время работы стола приема заявок смотрите на двери канцелярии!.. Брысь!!!

Пыл народа поугас. Но толпа расходиться не собиралась. Смотритель, а это был именно он, раздвинул людскую стену и довольно бодро для своей комплекции подскочил ко мне, растянул пухлые губы в широкой улыбке и расставил руки в стороны.

- Ну, наконец-то наш адепт вернулся! Заждались!..

Обниматься с ним я не стал. Сходу выпалил:

- Объясни, что тут происходит? Ты же понимаешь…

- Все понимаю, Рок! Все понимаю, спаситель наш! Ты не первый раз жизнь теряешь. Мы привыкши уже, - проговорил толстяк и рявкнул на крестьян: - Не стойте тут! Расходитесь, бездельники! Заняться что ли нечем?!

Народ зароптал. Некоторые послушались и потянулись обратно. Но основная масса все еще топталась на месте.

- Не серчай на них, дорогой адепт, люди темные. Им бы только лежать на печи да жевать калачи, - вздохнул смотритель и вновь прикрикнул на крестьян: - Ну, что не понятно?! Живо за работу, лодыри!!!

- Мы, это, того, - пробасил белобрысый детина в потрепанной вязаной шапке набекрень. – Заявки оставить хотим.

Толпа загудела.

- Стол приема временно закрыт! - отмахнулся толстяк. – Адепт только вернулся! Разойдитесь! На церемонию я всех позову! Сейчас плановый инструктаж!.. Идем к алтарю, Рок.

Он взял меня под руку и повел к каменюке. От него запахло потом и жареным мясом. Крестьяне какое-то время побубнили и стали расползаться. Только ребятня все еще кружила вокруг как стайка воробьев.

- Меня зовут Пропок, - представился смотритель. – И для начала, ответь на несколько вопросов.

Я кивнул.

- Каким благословением и проклятьем наградили тебя боги?

- Хм… - я скривился. – Сложно сказать…

- Семена радужного цветка ловил?

- Ловил.

- И что они пропели?

Я наморщил лоб.

- Точно не помню. Один пропищал что-то про песни сирен и какой-то вой. Другой – про оборванца и босые ноги.

Я пошевелил грязными пальцами на ногах. Пропок тоже опустил глаза и вздохнул:

- Дааа, сирен в наших краях не найти, так что благословение так себе. А проклятье надо проверить. Подожди минутку.

Он быстренько сбегал в дом и вернулся с истоптанными кожаными сапогами в руках. Вручил мне.

- Надень-ка.

Я сунул ногу в правый – и сапог исчез! Я надел левый – тот же результат! Но при этом обувь никуда не делась. Она просто стала невидимой.

- Так и знал! – цокнул языком смотритель. – Совсем беда, старина. Боги тебя не заметят. Может, лучше смотаешься еще раз на респ? Получишь новые божественные дары. А?.. Я убью тебя не больно. Ножиком – раз! – и все… Могу дать яд. Немного помучаешься животом, портки изгадишь и отдашь богу душу. А, Рок? Начнешь новую жизнь…

- Нет, - отрезал я. – Меня устраивает эта. И боги уже заметили меня. Точнее, богиня.

- Не может этого быть!.. Кто?! – искренне удивился Пропок. – Ты уверен?!

- Да. Синеволосая носатая селедка смотрела на меня с небес, когда один зеленокожий урод пытался залезть в сумку. Богиня даже палец кверху подняла. Знаешь, кто это был?

Глаза смотрителя округлились. Не скрывая улыбки, он вознес руки к небу и выпалил:

- Славься, великая Ють! Вечная хвала тебе, всевышняя! Да не иссякнут молитвы в твою честь!

Вопли толстяка не остались без внимания. Ребятня тут же подхватила новость и понесла по всей деревне:

- Великая Ють заметила Рока! Всемогущая Ють одарила вниманием нашего адепта! Славьте Рока! Славьте Ють!..

- Это все меняет, - смотритель потер ладони. – Надо срочно провести ритуал. Что с кристаллами?

- Есть немного.

Я достал два камня и поиграл перед сверкающими глазами толстяка. Тот резко выхватил их и внимательно осмотрел.

- Чистые! Хорошо! – воскликнул он и вернул кристаллы мне. – Души добыл? Сколько? Чьи?

Я провел пальцем по острию копья и сказал:

- Две забрал у адептов. Четыре у крысидов. И столько же у скелетов.

- Может, статусные вещи принес?

- Не попадались.

Пропок забегал взад-вперед перед алтарем, приговаривая:

- Ничего-ничего. Для начала сойдет и так. Сегодня же проведем ритуал!.. Ють! Великая Ють, пошли свое благословение!..

- Мне бы воды попить, - перебил я.

- Да-да, сейчас! – выпалил толстяк и жестом подозвал молодую девицу, которая мялась неподалеку и слюнявила кончик тугой черной косы. – Принеси Року поесть-попить! Да самое лучше неси! И славь, дура, Ють благословенную!

Девка улыбнулась мне, подобрала длинную юбку и побежала в дом смотрителя, голося как резаная:

- Великая богиня Ють…

И все в том же духе.

- Что все это значит? – спросил я.

- Это значит, что можно провести ритуал, - напевом протянул Пропок, очищая веником с алтаря нанесенный ветром песок и скидывая застрявшие в щелях листья.

- Какой ритуал?

- Сейчас все расскажу. Не гони лошадей. Дел невпроворот, Рок. Тебя долго не было. Деревня совсем обеднела. Скоро голод наступит.

При последних словах он извлек откуда-то из-за камня недогрызенную ногу индейки, быстренько обглодал и кинул кость давно крутящейся рядом собаке. Затем вытер руки о пузо, причмокнул и спросил:

- Что с телом? Вещи забрал? В тайник заглядывал?

Я снял со спины сумку и чуть не подпрыгнул от удивления. Она была простой, без золотых тесемок, хоть и кожаной со всеми застежками. Раньше в спешке я совсем не заметил изменения. Чертово проклятье!.. И тут меня осенило. Что если?.. Я поставил сумку на землю – и вуаля! Она вновь превратилась в мифическую. Взял в руки – моментально стала обычной.

- Тааак, - протянул я и взялся за подбородок.

Выходит, что любой предмет, который беру в руки или надеваю на себя, для стороннего наблюдателя становится простым, но при этом магических свойств не теряет. Но если подойти к этому практично, то проклятье может работать на меня. Губы невольно тронула улыбка.

Пропок же не разделял моей радости.

- В Мире ценят статус, Рок, - вздохнул он. – Без него ты никто!

- Посмотрим, - прорычал я.

Вернулась девица с плетеной корзиной. В ней виднелась бутыль кваса, ломоть сыра, колечко колбасы, луковица с пучком перьев. А свежий хлеб я учуял, даже не разглядев его.

- Пока будешь набивать брюхо, - сказал смотритель, - введу тебя в курс дела. Итак…

Около получаса он жужжал над ухом как муха, кружил вокруг алтаря, махал руками и рисовал в воздухе причудливые знаки. Я ел. Отвлекался лишь изредка, чтобы с набитым ртом пробубнить короткий ответ на редкий вопрос или уточнить непонятные нюансы о грядущем ритуале.

Получая информацию о прокачке оружия и брони, о создании предметов и юнитов, о магических способностях и улучшениях, я все больше вспоминал, как это работает. То же касалось Мира, населяющих его существ, монстров, богов, и моей роли во всем этом невероятном вертепе. Только прошлые жизни остались под покровом вуали неизвестности. Я ничегошеньки не вспомнил, как ни пытался. И Пропок старательно избегал упоминания о прошлом Роке.

Вообще, белых пятен осталось немало. Смотритель просто не знал, что творилось за частоколом. Местные жители тоже далеко от поселения не отходили. Они даже соседей не знали. Жили как рыбы в банке. Оказалось, изучение Мира – мое занятие. А крестьяне лишь присматривают за алтарем. Тут хочешь не хочешь, но придется решать их проблемы. Не то деревня загнется. Алтарь зарастет бурьяном. Поселятся монстры. Они любят места силы. Тогда пиши пропало. В случае смерти, вернуться будет некуда. И наоборот, довольные жители деревни начнут славить адепта. Так боги быстрее заметят его, проявят благосклонность и осыплют дарами.

Уже попивая холодный терпкий квас, я рассказывал о своих злоключениях. Прохожие останавливались, слушали, перешептывались, иногда посмеивались, удивленно кривили лица. Постепенно вокруг алтаря вновь собиралась толпа зевак.

Пропок внимательно слушал, изредка встревал с замечаниями, восторженно подпрыгивал, а на моменте с богиней, так вовсе захлопал в ладоши как ребенок.

Единственное, где он унял эмоции и слушал с легким прищуром, так это когда я сказал, что в тайнике ничего не было. Что-то мне подсказывало, что не стоит упоминать о записке перед крестьянами. Все же, написанное предназначалось лично мне. Иначе прошлый Рок мог бы просто передать послание через смотрителя или вовсе написать на заборе. Но он спрятал его в самое укромное место. Неспроста это.

Закончив рассказ, я все же попросил смотрителя:

- Расскажи о моей прошлой жизни. Как я добыл мифическую сумку?

Толпа ахнула, замычала. Толстяк глупо улыбнулся, развел руками и загадочно проговорил:

- Прошлое мертво. Не стоит ворошить тлен. Не то смерть может вернуться в настоящее.

Он отвернулся и принялся зажигать новые свечи на алтаре. Я не стал настаивать на продолжении разговора. Похоже, тема прошлого не популярна. Придется действовать иначе.

Темнело. Народу собралось уже немало.

Закончив с приготовлениями, Пропок спросил меня:

- Ты точно понял, что надо делать?

Я кивнул. Он продолжил:

- Это твое личное общение с божеством. Будь учтив, вежлив, скромен. Точно знай, чего хочешь. Но не проси слишком много. Боги не любят…

- Ладно, разберусь, - перебил я.

- Первый раз всегда проходит не лучшим образом. Не волнуйся. Что-нибудь да получится.

- Я не волнуюсь.

- Вот и хорошо. Начнем.

Смотритель повернулся к толпе и громогласно объявил:

- Сейчас будет проведен ритуал во славу горячо любимой, всеми почитаемой, всевышней богини Ють!

Он вознес руки к небу и затянул нараспев:

- Всемогущая Ють, прими наши молитвы!..

Затем покосился на меня и прошептал:

- Стань у алтаря! Приготовь камни!.. Скорее…

Низко нависшие тучи пришли в движение. Началось. И тут из притихшей толпы донесся скрип старухи:

- На реку пущай идет! На реку!..

В небе сверкнула молния. Прокатился далекий раскат грома. Где-то вдали завыла собака.

- Гневается богиня, - буркнул кто-то в толпе.

- А чего ей не гневаться? – ответили по соседству. – Адепт-то наш – сосем свежак. Не хотят боги время тратить.

Глава 9

Небеса разверзлись. В образовавшемся окне в заходящих лучах солнца появилась носатая синеволосая богиня с бледной кожей. Она нехотя повернулась, поджала тонкие губы и лениво протянула:

- Ну, чего надо?

Я был готов. Нисколько не испугался, когда толпу крестьян заволокло туманом, а алтарь наоборот засветился. Смело сказал:

- Славься, великая богиня Ють! Я, Рок, – твой адепт, принес дары!..

Синеволосая еще больше скривила губы.

- Эти две полупустых стекляшки и кучку никчемных душ? Это, по-твоему, дары?!

- Ты же знаешь, всевышняя, что я лишь недавно переродился…

- Конечно, знаю, идиот, - перебила богиня. – Ну, давай, пой-пляши, не тяни резину.

Она подняла бледную ладонь с длинными пальцами и стала любоваться острыми ногтями. Они прямо на глазах меняли цвета, приобретали и тут же теряли причудливые узоры, подрастали, укорачивались, меняли форму.

Я взглянул на рисунки на алтаре и достал кристаллы. Тааак… Говорят, первый блин комом. Ничего. Начинать с чего-то все равно придется.

Первое, что надо было сделать – вызвать дождь. Уважу чернь. Не то, говорят, урожай пропадет. Я встал напротив рисунка со стихиями и положил зеленый камень на изображение воды. Добавил душу адепта-обезьяна. Для этого надо было просто пожелать это сделать. Вышло легко. Облачко энергии вылетело из тела и устремилось на алтарь. Когда огонек окутал кристалл, я обратился к богине:

- Великая Ють, душа поверженного врага принесет тебе мое скромное подношение…

Договорить я не успел. Камень и энергетический сгусток исчезли. Синеволосая пигалица даже не взглянула на меня. Продолжала играть с ногтями.

Что ж, не отвергала – уже хорошо! Теперь второе – улучшить копье. С крестьян и дождя хватит. А мне надо прокачивать снаряжение.

Я подошел к пентаграмме с причудливыми символами, положил оружие в специальное углубление, затем вставил красный кристалл в нужную выемку и добавил душу. Вновь выбрал жизненную силу адепта. Сейчас рисковать не стоит. Чтобы ритуал прошел без запинок, душа, которая приносит дар божеству, должна светиться как можно ярче. Она вмиг доставит подношение.

Сработало! Кристалл исчез. Копье на мгновение озарилось светом, и я заметил у наконечника красную повязку с надписью. Сейчас прочитать ее не было возможности.

- Спасибо, всемогущая Ють, за… – проговорил я, вознеся руки к небу.

Но богиня вновь перебила:

- По-твоему, я худая и похожа на селедку?

Она подняла зеркальце в золоченой оправе и повертела перед ним мордашкой, вытянула губы трубочкой, нахмурила брови, натянуто улыбнулась.

Отпираться было бесполезно.

- Да, - уверенно ответил я. – На селедку.

Ють хмыкнула и надменно проговорила:

- Не зря ты умер в прошлый раз.

Я тут же зацепился за слова и спросил:

- Как умер? Кто меня убил?

Богиня сверкнула сильно подкрашенными глазами, фыркнула:

- Прошлого больше нет, Рок!..

И исчезла. Тучи вмиг закрыли окно. Я тряхнул головой, и Мир вокруг вновь проявился. Было уже совсем темно. Но площадь освещалась десятком факелов. Крестьяне смотрели на меня с открытыми ртами.

Подскочил Пропок и выпалил:

- Что она сказала?!

- А разве ты не слышал? – удивился я.

- Нет, - смотритель затряс бородой. – Только адепты имеют честь лицезреть и слышать богов. Мы, смертные, видим лишь их действия. Все наши познания складываются на основе рассказов адептов. Мы тщательно все анализируем, храним и передаем знания из поколения в поколение! Соблюдаем традиции! Чтим память предков!..

Толпа одобрительно загудела.

Я пробежался взглядом по лицам, освещенным факелами, и выдохнул с легкой улыбкой:

- Ага. Ясно.

Толстяк затопал на месте. Схватил меня за руку и затряс.

- Так что она сказала?! Как все прошло?!

- Нормально, - отмахнулся я. – Поболтали о том о сем. Обсудили красоту…

В небе сверкнула молния. Грянул гром. Резкий порыв ветра заставил задрожать пламя свечей. Поднялась пыль. Полетели сорванные с деревьев листья. Затем упали первые крупные капли. А через пару секунд врезал настоящий ливень. Тотчас на алтаре погасли свечи. Только факелы продолжали гореть, шипя и потрескивая. Но и им осталось недолго.

Толпа не ринулась прятаться. Наоборот заголосила:

- Славься великая Ють!..

И все на тот же манер. Ребятня принялась носиться как угорелая, шлепать босыми ногами по быстро растущим лужам.

- Идем в дом, - сказал Пропок и поспешил укрыться от дождя под навесом.

Я не двинулся с места. Осмотрел копье: ничего не изменилось. Но на самом деле это не так. Проклятье – вот, что мешает увидеть истинный статус! Я положил оружие на землю – и оно вмиг преобразилось. Древко выровнялось, окрепло, наконечник заострился, убрались щербины – все благодаря кристаллу среднего размера и яркой светимости. Не прогадал я. Правильно распределил.

На красной ленточке была короткая надпись:

Найди адепта из соседней деревни.

Это задание богини. Следующее улучшение копья можно провести только после его выполнения. Надеюсь, места тут обжитые. И мне не надо будет нарезать круги по окрестностям.

Я взял копье в руки – оно вернуло прежний облик, а ленточка превратилась в серую тряпку. Да, статус никто не увидит. Придется перед богами не шмотками щеголять, а дела делать!

Дождь закончился так же быстро, как и начался. Крестьяне даже недовольно замычали. Покосились на меня. А что я? Кристалл хоть и зеленый, но был мал и еле светился. Нечего рожи кривить. Радуйтесь тому, что есть.

Пропок шлепнул себя по бедрам и прибежал обратно к алтарю. Замахал руками на зевак:

- Все! Расходитесь! Ритуал закончен!..

Народ хоть и бубнил, но стал расползаться по домам.

Смотритель заметил, что я вожусь с копьем и кивнул на ленточку:

- Получил квест от богини?

- Да. Как раз хотел спросить тебя. Где искать соседнюю деревню?

Толстяк потеребил пальцами бороду и махнул рукой на север:

- Думаю, за рекой есть поселение. Раньше точно было.

Я вырвал из земли факел и подошел к алтарю, посветил вокруг.

- Тебя долго не было, Рок, - вздохнул Пропок. – Все растения жизни завяли. Надо просить богов…

- Не все, - перебил я.

- Не может быть?! – толстяк подпрыгнул. – Еще сегодня там ничего не было.

- А теперь есть.

Я поднес факел к невзрачному десятисантиметровому ростку. Он прямо на глазах увеличивался в размерах, извивался, выпускал листья, новые ветки, образовывал почки будущих цветов.

- Хвала всевышней богине Ють! - проблеял смотритель, сложа ладони вместе и закатив глаза к небесам. – Жизнедав вновь пустил побеги!

- Ага, - буркнул я. – Вашими молитвами.

Тем временем растение окрепло. На ветках сформировались бутоны. Они наливались с каждой секундой и вскоре начали лопаться, выпуская белые лепестки цветов.

- Смотри сколько!.. Раз, два, три, четыре… - Пропок запрыгал на месте. – Десять, одиннадцать, двенадцать… Сколько ты говорил у тебя душ осталось?

- Восемь.

- Прекрасно! Славься, Ють благословенная!..

Он осекся. Сжал бороду в кулак.

Ветки жизнедава опустились, листья скукожились, лепестки завяли и стали осыпаться. Лишь центральный стебель сформировал две завязи. Они быстро выросли, потемнели, треснули, и на свет божий показались два кривеньких малахитовых зернышка.

Смотритель зашлепал толстыми губами, чавкнул и выдавил:

- Спасибо, великая Ють, за этот божественный дар!..

Я подхватил семечки на ладонь и с интересом принялся рассматривать. Вроде ничего примечательного, обычные зеленые фасолины. Таких на лугу полно. Но эти плоды особенные! Они дают жизнь!

Пропок склонился над рукой и проговорил с придыханием:

- Сразу вырастим разведчика! Будем все видеть в округе! Ни одна тварь не подойдет незаметно к деревне!.. Завтра же ты раздобудешь тело монстра, и мы…

- Зачем завтра? Сейчас, - сказал я и спрятал семечки жизнедава в карман.

- Сейчас опасно выходить за частокол, - покачал головой толстяк.

- А выходить не надо. Держи.

Я сунул ему факел и резко бросился в сторону. Поймал курицу, одним движением скрутил ей голову и швырнул еще трепыхающуюся тушку на алтарь.

Смотритель закудахтал громче агонизирующей несушки:

- Ты!.. Что?! Она же… - затем поник и буркнул: - Но свечи же уже погасли.

Я взял его руку с факелом и поднес к оплавленному огарку – фитиль зашипел, выстрелил мелкими искрами и зажегся.

- Все готово для ритуала! С меня подношения, с тебя – молитва! Начинай.

Я достал одно семечко, сунул его в клюв уже затихшей курице и перетащил трупик на исписанную символами пентаграмму для создания существ.

Пропок хоть и раздул щеки, но все же поднял руки к небу и заголосил:

- Всемогущая Ють, прими наши молитвы!..

Облака вмиг расступились, и в звездном небе показалась лысая одноглазая голова.

- Стоп! – крикнул я смотрителю. – У нас изменения!

Толстяк затих, захлопал глазами. Бог выпятил челюсть, стрельнул взглядом куда-то вниз и с озорным огоньком в глазах проговорил:

- Она сейчас занята.

- Ууу? – немного неуверенно спросил я.

- Он самый, - ответил всевышний и показал белые сверкающие зубы. – Решил посмотреть на тебя, Рок.

Я развел руками и повернулся к смотрителю. Тот все понял без лишних слов и надрывно завопил:

- Славься, великий Ууу!

Лысый скривился и фыркнул:

- Заткни его. Мешает говорить.

- Заткнись! – приказал я.

Пропок шлепнул себя по губам ладонью и замолк. Бог вновь растянул рот в улыбке и заглянул на алтарь:

- Что там у тебя?.. Курица? Не селедка? Хы-гы… А душа чья?

Я решил не скупиться и использовал душу старшего скелета. Он мне показался самым сильным. Светящееся облачко энергии тотчас направилось к трупику. А пока оно не окутало мертвую несушку, я быстро представил в голове образ летающего существа.

И тут для лучшего результата надо как можно дольше удерживать в мыслях нужную картинку. Мелкие детали не так важны, как четко сформированная фигура создания с учетом первоначального тела. Трансформировать надо именно изначальную плоть. Также готовое существо должно не просто застыть как чучело, а быть в движении, выполнять заложенные функции. Божество увидит его в воображении адепта и сотворит заказанного юнита.

- Сойдет, - буркнул одноглазый.

Он еще раз окинул меня взглядом и исчез.

- Все, - выдохнул я и вытер лоб рукавом.

Надо сказать, не ожидал увидеть другого бога.

- Почему откликнулся Ууу? – спросил я.

Пропок все еще хлопал глазами и смотрел на меня так, будто только что повстречал. После медленно пожал плечами:

- Не знаю, Рок. То одного бога чуть допросишься, то сразу два лезут наперегонки. Но!.. – он растянул пухлые губы в улыбке и сощурился. – Не вижу в этом ничего плохого!

Я выдохнул. Ну и прекрасно! Тут не поспоришь. Два бога – лучше одного.

Тем временем курица вздрогнула. Смотритель спохватился:

- Душу вложи в создание! Душу!

Точно! А я и забыл совсем! Сознание старшего скелета ушло божеству как плата за наделение нового существа жизнью, но надо еще в юнита вложить сгусток энергии осознания. Сделать это необходимо до вылупления из кокона. Иначе получится абсолютно неподконтрольное существо. Благо, дело одной секунды. И тут уже тратить хорошую душу незачем. Для обычного шпиона подойдет и мелкая душонка крысида.

Вмиг тусклый огонек вылетел из моей груди и исчез в курице. Пропок бережно поднял ее и положил на землю. Пояснил:

- Не хочу, чтобы случайно свалился.

Я понимающе кивнул. Вспомнил, как при рождении брыкался ездовой питомец Куна.

Ждать долго не пришлось. Курица скрутилась в комочек, поджала ноги, голову спрятала под крылом и замерла. Перья осыпались как по команде. Ветер тут же разнес их по всей деревне. Теперь не скажешь, что несушка сбежала. Ну и ладно. Все во славу богов!

Тем временем, пупырчатая кожа отслоилась, и внутри закипели таинственные процессы формирования новой жизни. Сквозь полупрозрачную оболочку вздувшегося пузыря было хорошо видно, как в розоватой биомассе плавали кости, вены, сухожилия, потроха; к стенке на мгновение прилип глаз и вновь скрылся в густом бульоне.

Через пару минут все было кончено. Новое существо сформировалось. Кокон быстро усох, обозначив контуры тела. Оболочка хрустнула, раскололась на несколько частей, и на землю вывалилось нечто несуразное серого цвета. Виделось мне это чудо без перьев немного иначе.

- М-дааа, курица – не птица, - протянул я. – Но летать должно.

Пропок присвистнул.

- Ты не мог для начала сотворить нечто попроще?

- А чего мелочиться? – ответил я вопросом на вопрос. – Если нужен хороший осмотр местности, то почему не использовать для этого больше глаз? Я бы еще ему тепловидение присобачил или эхолокацию настроил. Да мало ли, что можно придумать?! Но, боюсь, не готов пока к созданию таких сложных организмов.

- Дааа, - протянул толстяк. – Не готов.

Я еще раз попытался оправдаться:

- На самом деле все было задумано не так. Просто хотелось сделать как лучше. И в последний момент я вдруг подумал, что хорошо бы иметь глаз и сзади. Но я имел в виду на голове, а не… там!..

Смотритель только кивал и теребил бороду.

Пока мы болтали, юнит кое-как поднялся, если так можно сказать. А точнее, перевернулся на пузо. Ног у него не было вовсе. Я как-то забыл о них. Ну и бог с ними. Шпиону же летать надо, а не павлином тут выхаживать. Впрочем, павлином его не назвать. Даже курицей.

Серое существо совсем не походило на птицу. Но крылья были – сморщенные кожаные складки тянулись вдоль туловища. И они не крепились ни к чему. Кости почему-то пропали. В моем воображении юнит напоминал парящего орла. А на самом деле животина походила на осунувшегося ската с гусиной шеей, что впрочем, было не так плохо и позволяло вертеть головой во все стороны. Два глаза расположились по бокам. Клюв загнулся крючком, приплюснулся. В общем, вышла злобная черепашья морда, хоть я и старался представить симпатичную рожицу.

Но это еще не все. В задней части тела, там, где обычно располагается известное отверстие, за кожаными складками скрывался третий глаз. Он был больше остальных и усилено моргал. Как существо будет справлять с отходами жизнедеятельности, знать не хочу. Это на совести бога-создателя. Я лишь прикинул общий план, а он уже изваял зверюгу из плоти и крови.

Существо, наконец, немного освоилось, даже взмахнуло крыльями, пискнуло что-то невнятное, уставилось на меня.

Что ж, пришло время проверить юнита в действии!

Я мысленно приказал ему взлететь. И на удивление, уродец взмыл в воздух стрелой, расправил складки и завис на достаточно большой высоте. Я переключился на его зрение, глянул в одну сторону, затем в другую, и сзади тоже осмотрел, что творится. Все прекрасно работает! Ночь просто.

Оставшееся зернышко Жизнедава поберегу до лучших времен. На сегодня хватит экспериментов.

- Имя придумал? - спросил Пропок, высматривая парящего в небе шпиона.

- А надо? – переспросил я, тоже стараясь разглядеть его на фоне темных туч.

- Конечно.

- Тогда, пусть будет Жопоглаз.

- Уверен?

- Да. Жопоглаз видит все!

- Бррр, - вздрогнул смотритель.

Я расхохотался и хлопнул его по плечу:

- Итак, все ритуалы проведены! Боги довольны! Мы тоже! Деревня под присмотром! А теперь хорошо бы в баньку и выспаться! Завтра меня ждут великие дела!

- Мои жены уже хлопочут.

- Жены?! Неплохо ты тут устроился, смотритель моего алтаря!

Мы двинулись в сторону огромного дома Пропока. Уже поднимаясь на крыльцо, я заметил в тени неподалеку ту самую девицу, что приносила корзину еды. Она топталась на месте, жевала кончик косы и косилась на меня.

- Кто это? – негромко спросил я, чуть замедлив шаг.

- Дочь моя старшая, - ответил толстяк и рявкнул девчонке: - В дом иди, дура!

Она потупила взор и засеменила к входу. Я пропустил вперед смотрителя, а сам чуть замешкался в дверях. Когда аппетитная красотка подошла ближе, шепнул ей на ушко:

- Великая богиня Ють звала тебя сегодня ночью в мою комнату.

Девчонка не смогла удержать улыбку, налилась румянцем и протиснулась в дверной проем так, что моя рука невольно скользнула по упругим бедрам.

Глава 10

- Солнце уже встало, Рок! – забарабанил в дверь моей комнаты смотритель алтаря.

Растрепанная девчонка резко вынырнула из-под одеяла, испуганно завертела головой. При этом ее пышные груди призывно закачались. Я с трудом оторвал взгляд от аппетитных форм, повернулся к двери и крикнул:

- Сейчас выхожу! Ставь чай!

- Уже все готово. Жду тебя на террасе.

Когда грузные шаги удалились, красотка улыбнулась, впилась мне в губы, а затем бесшумно выпорхнула из кровати. Я лишь провел ладонью по крутым изгибам тела. Не говоря ни слова, девушка накинула бесформенную рубаху и шмыгнула за дверь. А ведь даже имени ее не знаю. Ну и бог с ним.

Я сладко потянулся, зевнул, переключился на зрение Жопоглаза и, убедившись, что в деревне все спокойно, вскочил. Пришло время попробовать особенный чай смотрителя. Он так его расхваливал вчера. Говорил, что специально берег порцию.

Мои покои находились на втором этаже в отдельной части дома, и с многочисленной семьей Пропока я практически не пересекался. Даже детский галдеж был не слышен. Окна выходили в сад, где шумела листва, и щебетали птицы. Дверь вела в пустой общий коридор. При желании можно было не спускаться в гостиную, а сразу выйти на внешнюю лестницу и оттуда попасть на уединенную, оплетенную плющом террасу. Что я и сделал.

Несмотря на утреннюю прохладу, солнце приятно обдало теплом, резануло глаза. Распогодилось. В голубом небе – ни тучки. И богов не видать. Спят еще что ли? Сейчас разбужу!.. Но сначала позавтракаю. Тем более, так смачно тянет свежей сдобой!

Я быстренько сбежал вниз и завернул направо. Нос меня не подвел. Хозяин уже дожидался за богато сервированным столом. В центре попыхивал самовар.

Завидев меня, глава семейства чуть не поперхнулся, ткнул пальцем в плетеное кресло напротив и с набитым ртом промычал:

- Шадись.

Я плюхнулся на свое место, потер ладони и окинул взглядом предложенные блюда.

- Что у нас к чаю?

- Что боги послали, - ответила грузная женщина в кружевном платке и замызганном переднике.

Она вырулила из соседней комнаты с горой пышущих жаром блинов. Пододвинула корзинку с фруктами, переставила чашу с клубничным вареньем ко мне поближе и переложила ноздрястый сыр к тарелке с маслом. Помимо этого боги послали кренделя с маком, мед, ватрушки с творогом и яблочный пирог.

На некоторое время пришлось позабыть обо всем на свете и придаться порочному чревоугодию. Пропок что-то говорил о погоде, а я лишь кивал и похрустывал челюстью. Периодически появлялась жена смотрителя и подкладывала мне в тарелку что-нибудь из блюд, находящихся на другом конце стола. Едва кружка пустела наполовину, она тут же подливала ароматного травяного чая.

- Все! – выдохнул я и откинулся на спинку кресла. – Больше не могу!

- Тогда перейдем к делу, - сказал толстяк и кивнул жене. – Неси коробку.

Та сгребла пустые тарелки со стола и поставила передо мной деревянный ящик.

- Что там? – лениво спросил я.

- Кое-какие твои вещи.

- Интересно, - теперь я привстал.

Но внутри оказался банальный набор первой необходимости: простенький нож, кресало, огниво, аккуратно сложенное полотно походного алтаря, связка свечей, одеяло, подушка и другие мелочи, так необходимые в долгом скитании по Миру.

Пока я ковырялся в вещах, женщина принесла котомку с едой и бутыль кваса.

Все это исчезло в сумке, почти не увеличив ее вес и объем. Вот что значит мифический предмет! Сюда при желании целиком кровать с тумбочкой можно засунуть! Но я воздержался. Хватит и одеяла с подушкой.

- Разве я не оставлял на хранение оружие и броню?

- Нет, Рок. Ничего. И этот набор – всего лишь тот минимум, который смотритель обязан всегда иметь под рукой для возродившегося адепта. Ты уж не серчай. Таковы правила.

Пропок показал пальцем в небо.

У меня до того размякли мозги от столь обильного завтрака, что и в мыслях не было возражать. Я только довольно улыбался и почесывал живот.

- Теперь к главному, - сказал толстяк, сведя брови. – В деревне куча проблем. Ты долго отсутствовал, Рок, и дел накопилось по самое горло. Если не поспешить, то может случиться беда. Голод на пороге!

- Ага…

Я икнул.

- Начать лучше с полей пшеницы, - продолжил смотритель. – Выйдешь через восточные ворота и сразу все увидишь. Выясни, кто повадился топтать посевы и убей эту подлую тварь!

Я тут же переключился на Жопоглаза и отлетел в указанном направлении. Действительно, засеянные поля начинались прямо за воротами. С краю копошились крестьяне. Но далеко от поселения они не отходили. Причем, уже давно. Даже тропинка заросла травой.

Примерно в середине посевов начинался бардак. Чуть ли не половина пшеницы лежала на земле, причем очень странно. Это были ровные геометрические фигуры разного размера: круги, кольца, прямоугольники и даже незамысловатые рисунки. Самих художников видно не было. Придется лично осмотреть место.

- Левее начинаются луга, - сказал Пропок. – Там завелись арахниды. Надо уничтожить их гнездо. А то не дают сена накосить. При последней попытке мужики чуть ноги унесли. Твари шли по пятам до самых ворот. Хорошо, что сбились со следа, не то могли через частокол перемахнуть и в деревне бед натворить. Им станется.

Жопоглаз отлетел в сторону и сразу же нашел с десяток свежих нор. Их было нетрудно заметить по выброшенной земле. Приближаться к жилищу арахнидов не стоит. Можно лишиться шпиона. Я некоторое время понаблюдал за темными дырами и покинул зрение юнита.

Толстяк заговорил о следующем задании:

- Затем необходимо освободить лопасти мельницы. Их чем-то заклинило под водой.

Я кивнул.

- Чуть выше по реке есть помост, где бабы белье полощут да моются. Проверь его. Говорят, водяное чудище появилось. Тряпье ворует и за ноги хватает. Того и гляди, утащит кого.

Жопоглаз быстренько нашел деревянный помост и завис над ним. Покружил, подлетел ближе: никого не видно.

А смотритель алтаря уже заговорил о другой напасти:

- Южнее деревни у самой кромки леса палочник завелся. Не дает никому близко подойти. Ни дров нарубить, ни хвороста собрать.

Туда также слетал разведчик, и снова никого не заметил. Вдоль кромки леса лежали только громадные сухие ветки. Будто их кто-то выволок наружу. Ничего, разберусь на месте.

- И еще одно, - сказал Пропок. – На погост гули повадились. Могилу свежую разрыли. Раньше их твоя ловушка сдерживала. А сейчас она сломалась. Надо бы оправить.

- Моя ловушка? – удивился я.

- У забора ниша приметная. Рядом решетка с кольями лежит. Найдешь.

- Ладно! – я хлопнул в ладоши, поблагодарил за обильный завтрак и вскочил.

Осматривать местность с высоты уже не хотелось. Чай начинал действовать. Тело налилось энергией. Кажется, горы сверну! Ноги прямо запрыгали от нетерпения. Вперед! Запасайтесь попкорном, боги! Рок идет гнать нечисть!..

Я закинул за спину сумку, сунул пистоль за пояс, подхватил копье и двинулся к выходу. Уже в спину Пропок крикнул:

- И зайди к травнице. Лишним не будет.

- Где ее искать? – не оборачиваясь, спросил я.

- Крайняя изба у восточных ворот. Найдешь.

Едва я выскочил за калитку, как дорогу мне перегородила веснушчатая девчушка лет восьми с жиденькими русыми косами. Та самая, что вчера цеплялась в толпе, когда я пришел в деревню. Только в темноте и среди мелькающих людей было не разглядеть уродства на ее левой части лица. А сейчас оплывший глаз, распухшая щека и кривые губы невольно притянули взгляд. Я даже слегка поморщился от неопрятного вида.

Девочка сходу запричитала:

- Дорогой адепт, пожалуйста, найди мою маму. Она со вчерашнего дня не вернулась домой.

- Сама найдется, - буркнул я и поспешил к дому травницы. – Не переживай.

Босая блоха засеменила рядом.

- Она в беду попала. Помоги…

- Потом, - отмахнулся я. – Не мешайся под ногами.

И ускорил шаг. Но та не отставала. Схватила меня за рукав рубахи.

- Если не помочь, она умрет! Пожалуйста!..

Я вырвал руку и рявкнул:

- Отстань! У меня нет времени на такие пустяки! Молись богам! Может, они помогут!..

Пропок ничего не говорил о пропаже женщины, значит, все в порядке. Моя задача – убивать монстров, а не за каждой загулявшей бабой бегать.

Девочка остановилась. Всхлипнула. А я зашел в крайний дом у восточных ворот. То, что не ошибся избой, понял сразу. Повсюду висели пучки сухих трав. На многочисленных полках пылились склянки с мутными жидкостями, баночки с разноцветными порошками и причудливо изогнутые корни неведомых растений. Запах стоял такой, что в носу щекотало.

Хозяйка была на месте. Сгорбленная старуха в заплатанном тряпье толкла что-то в каменной ступке у печи. Завидев меня, она не прекратила елозить пестиком, и проскрипела:

- Зашел-таки.

- Ага, - выпалил я и, без лишних слов, сразу перешел к делу: - Есть что для меня?

- Быстрый какой, - усмехнулась старуха. – Травы собирать надо.

- А это что?

Я стукнул по венику у самого носа – из него посыпалась труха, вылетело облачко едкой пыли. Я громко чихнул. Из-за резкого звука на плетеном кресле в углу встрепенулся черный кот. Он сверкнул желтыми глазами и вновь свернулся калачиком.

- Это клопов травить, да супы варить.

- Главное, не перепутать, что для чего, - усмехнулся я.

- На то и травница нужна!

- Ага. Еще бы. Так мне что-нибудь дашь? Или подорожником довольствоваться?

- Подорожник – хорошее растение! – проскрипела старуха. – Но смертельные раны он не залечит. И руку обратно не приживет, коли отрубят. Нужно снадобье специальное. Смертегон называется. Но нет у меня его.

- Сделай.

- Не из чего. Чтобы сварить чудо-зелье, мне надо чапать к пригорку у реки. Это на северо-западе от деревни. Знаешь?

- Нет, но найду.

- Опасно там старой женщине променадничать.

Я кивнул:

- Хорошо. Посмотрю на окрестности.

Тут уж без вариантов придется изучить пригорок. Снадобье, способное на такие чудеса, в хозяйстве пригодится.

Я вновь чихнул и поспешил прочь. В этой избе не только клопам смерть, но и адептам долго не выдержать. Глаза режет от едкой пыли.

На пороге ждала неуемная девчонка. Она сходу накинулась:

- Дорогой Рок, пожалуйста…

- Не сейчас!

Я отмахнулся от нее как от мухи и выскочил за ворота. Теперь вместо меня отдувался привратник. Впрочем, он тоже не был настроен на долгое увещевание. Рявкнул на веснушчатую блоху с косичками, да еще и выпороть пригрозил, если она не успокоится.

Итак, начну с загадочных знаков на полях пшеницы. Чтобы обезопасить себя, я подозвал Жопоглаза и внимательно осмотрел окрестности: крестьяне все еще копошились на краю поля, а в месте порчи посевов по-прежнему никого не было. Я дал задание шпиону кружить вокруг и беспокоить меня только в том случае, если рядом появится незваный гость. А сам направился по тропинке к месту преступления.

Найти первый испорченный участок не составило труда. Я буквально уперся в абсолютно ровный круг, диаметром метров десять. Зашел внутрь. Присел на корточки и внимательно изучил поваленные стебли. Они все были аккуратно уложены по кругу в одном направлении, а не просто хаотично поломаны. Будто какая-то неведомая сила примяла. В других местах все точно так же. И не важно, круг, прямоугольник или другая фигура – везде колосья примяты по одной схеме.

Побродив немного по причудливым рисункам, я решил заняться другим делом. Не сидеть же здесь до ночи и караулить. Но и без внимания не хотел оставлять эту загадку. Приказал шпиону периодически поглядывать на поле. Не зря же у него третий глаз сзади!

Теперь надо проверить покосные луга. Жопоглаз вылетел вперед и на этот раз заметил врага. Даже не одного. Возле нор суетились три паукообразные твари. Они таскали из жилищ землю и разбрасывали по округе.

Смерив взглядом серых бронированных монстров, я остановился и тихонько присвистнул. Да они размером с кабана на шипастых лапах! Плюс неизвестно, сколько этих бестий еще прячется в земных недрах. Только сунься, как навалятся толпой – мало не покажется!

Мне сразу перехотелось геройствовать. Лугов что ли мало? Трава нигде не растет, кроме этого гиблого места?.. Как минимум, надо немного улучшить снаряжение, обзавестись броней и юнитами, изучить повадки монстров, найти их слабые места, а не бросаться сломя голову в бой. Так и на кувшинке с каменюкой в руках проснуться недолго.

Я уже собирался уходить, как позади раздался частый топот мягких лапок и скрежет хитинового панциря. Тварь шла прямо на меня. Вблизи она впечатляла еще больше. Пятнистое округлое тело походило на кучку слепленных камней. На волосках поблескивали капельки утренней росы. На мощных шипастых лапах висели травинки, были наколоты листья и другой мусор, делая паукообразного гиганта почти незаметным.

Монстр остановился в пяти метрах. Четыре глаза сфокусировались на мне. Черные хелицеры еле слышно проскрипели:

- Еда. Стой спокойно, еда. Так я тебя, еда, не увижу и не трону.

Заявление явно противоречило намерениям твари. Тем более, на кончиках серповидных ротовых придатков сверкнули золотистые капельки яда.

- Я медленно иду мимо тебя, еда, и не вижу тебя, еда, - вновь проскрипел арахнид и двинулся прямо на меня, почти бесшумно переставляя лапки.

Бросаться наутек я не собирался. Но и верить словам хищника тоже. Перехватил поудобнее копье и приготовился. Пистоль сейчас бы подошел лучше, но, боюсь, не хватит времени выхватить.

- Я пройду мимо, а еда…

Делаю резкий выпад и всаживаю копье точно в морду бестии – наконечник глубоко входит внутрь. Хелицеры неистово жалят, скребут древко, брызжут ядом вместе с белесой полупрозрачной кровью. Арахнид как заведенный лупит шипастыми лапками по земле, в надежде достать меня, но длины ног не хватает.

Кручу копье, приговариваю:

- Во славу богов!..

И тут на мое зрение накладывается еще и зрение Жопоглаза. Он, конечно, молодец, что предупреждает, но ни черта не понять, что есть что! Мысленно скидываю наложенную поверх реальности картинку в правый верхний угол обзора, чтобы не мешала – оказывается, так можно было! – и вижу в кружочке, как у нор засуетились другие твари. Похоже, почуяли зов сородича. Пора линять! Но прежде надо поискать кристалл – есть! У клацающих хелицер в луже густой массы крови, яда и другой требухни сверкает небольшой красный камешек. Тушку тоже жалко бросать. Плоть еще пригодится.

Вырываю копье, хватаю за заднюю лапку агонизирующее тело и рву когти в сторону поселения. Не замечаю, как огонек души влетает в спину. Но чувствую, как прибавилось магической энергии. Поглядываю на кружочек зрения шпиона – арахниды уже бегут на место короткой битвы. А за мной остается отчетливый кровавый след.

Стоп! В деревню нельзя! Приведу тварей. Они легко могут перемахнуть через частокол, как говорил Пропок. Надо убегать на юг. Но тогда придется бросить тело. Шипастые бестии двигаются быстрее, чем я с этой ношей. Если только…

Останавливаюсь, скидываю со спины сумку и кое-как запихиваю обмякшее чудище внутрь. Готово! И веса прибавилось от силы пару килограмм. И тянуть за собой ничего не надо.

Я повернул в сторону и рванул вдоль поля пшеницы. Глянул на вытоптанные места: никого. А вскоре вовсе остановился. Паукообразные монстры прекратили преследование, вернулись к месту гибели собрата, потоптались немного и потихоньку потянулись обратно к гнезду.

Из произошедшего можно сделать вывод: арахнидов легко выманить из нор и перебить по одному. Внутри останется только кладка яиц. С ними еще проще. И ждать пока вылупятся новые гадины нельзя. Придется расправиться с ними сейчас. Тем более, с них падают кристаллы!

Я развернулся и двинулся обратно на луг. Жопоглаз вылетел чуть вперед, поднялся выше и осмотрел местность вокруг. Я чуть не подпрыгнул, когда разглядел в кружочке обзора шпиона человеческую фигуру. Она шла точно на гнездо арахнидов. Это была та самая босоногая девчонка. Вот же блоха неуемная!

Времени терять было нельзя. Я рванул что есть мочи ей наперерез. Но паукообразные твари уже почуяли приближение жертвы. Бросили земляные работы и медленно потянулись навстречу.

Глава 11

Расстояние было слишком большим. Я не успевал, как ни старался. Но выход нашел. Жопоглаз по приказу спикировал вниз и устремился к девчонке, щекоча себе пузико усиками колосков. Преградил путь. Благо, на узкой тропинке это несложно.

Сработало. Блоха с косичками встала как вкопанная. Еще бы не встала! Такого «красавца» во сне увидишь – обомлеешь. Не то, что наяву. А вот арахниды уже ускорили шаг. В итоге я выиграл только немного времени. Закричал:

- Назад, дуреха! Беги назад!..

Но та даже ухом не повела. Слишком далеко. Я видел ее перекошенное личико в кружочке зрения шпиона совсем рядом и ничего не мог поделать. Жопоглаз не способен ни говорить, ни передавать мой голос. Он лишь висел над тропинкой, клацал черепашьим клювом, шипел и угрожающе шевелил боковыми отростками.

Девочка вначале попятилась. Отошла на пару метров. А после свела брови, надула губы и твердо шагнула вперед. Резко оттолкнула летающего чудика и двинулась дальше по дорожке.

- Стой! – завопил я во все горло.

И мелкая услышала. Встрепенулась. Только было уже поздно. На тропинку с другой стороны выскочил шипастый серый убийца. Он заскрежетал ротовыми придатками и устремился навстречу. Блоха с косичками, наконец, поняла, что не туда попала. Развернулась и дала деру. Арахнид рванул следом.

Я был еще далеко, но заранее выхватил пистоль из-за пояса и взвел курок. Чтобы выиграть еще немного времени, направил шпиона на врага. Опасно для юнита, но попробовать стоило. Иначе бедняжке не убежать.

Вот она мелькнула в проходе между полями. Я перешел на шаг, вскинул руку с оружием. У меня будет лишь одна попытка, когда тварь появится в проеме. Потом она скроется в пшенице.

Жопоглаз пролетел над самой головой монстра. От потока воздуха у того даже волоски на теле зашевелились. Но арахнид не удостоил проворного летуна вниманием ни одного из четырех глаз. Пришлось идти на таран. Это последнее, что можно было сделать.

Удар! Кружочек обзора вздрогнул, перевернулся кверху тормашками и упал на землю. Юнит заелозил в твердых стеблях пшеницы. Чтобы подняться в воздух ему потребуется слишком много времени. Сейчас он выбыл из игры.

Я полностью убрал зрение шпиона, чтобы не отвлекаться, закрыл левый глаз и приготовился.

В проем выскакивает волосатая серая тварь на мощных шипастых лапах. Эта гадина еще больше, чем та, что пускает пузыри у меня в сумке. Настоящее чудище! Жму на спусковой крючок – хлопок сжатого газа! – и черная горошина улетает во врага. Попал!.. Но арахнид как бежал, так и бежит. Исчезает за стеной колосьев. Неужели, мимо!?!

Уши режет истошный визг девочки!

Бросаюсь на крик наперерез через поле. Продираюсь сквозь пшеницу, выскакиваю на тропинку и замираю с поднятым копьем.

Добивать монстра уже не надо. Он еще бил лапками в склизкой луже собственных внутренностей, но опасности уже не представлял. Разрывная пуля разбила в дребезги бронированное брюшко, словно спелую тыкву. Только мокрые осколки панциря валялись повсюду. Всего в метре от агонизирующей твари застыла девчушка. Она совсем побелела и что-то беззвучно бормотала кривым ртом.

Жопоглаз как раз взлетел и показал следующих врагов: еще двое арахнидов семенили по дорожке. Я поглотил душу поверженного врага, схватил веснушчатую блоху за руку и поволок обратно к деревне. Мертвого монстра оставил лежать на тропинке. Он отвлечет погоню. Заберу потом, если сородичи не утащат.

Все получилось, как и было задумано. Шипастые чудища нашли труп и принялись по-своему хоронить останки, сладко причмокивая. Шпион пролетел рядом и заметил в луже красный огонек кристалла. Все-таки придется вернуться.

Оказавшись в безопасности, я дернул девочку за руку и крикнул:

- Ты чего удумала, мелкая?

- За мамой иду, не мешай, - буркнула та и вырвала ручонку.

Она попыталась вернуться на тропинку, но я преградил дорогу и выдохнул:

- Не зли меня! Марш домой!

- Нет! Мне надо идти!..

Я всплеснул руками:

- Да вернется твоя мамаша. Может, уже пришла и тебя дуреху ищет.

Малышка не унималась. Скрестила руки на груди, надула губы и проговорила:

- Нет. Она в беде. Она сама сказала.

- Это как? - удивился я.

- Мама сказала, что если не вернется к обеду, то значит, попала в ловушку и надо ее спасти.

Я сощурился.

- Ты уверена, что она вышла из деревни?

- Да. Вчера утром она пошла искать травы для лекарства от… - девчушка прикоснулась пальцами к раздутой щеке, - от этого.

Я поджал губы, достал черную горошину и закинул в ствол пистоля. Вынул шомпол и основательно забил. Щупальца зашевелились. Послышалось бурление газа.

- Ты знаешь, что это за волшебное растение?

- Как называется не знаю. Знаю, что цветы у него синие.

- Мать сказала, куда пойдет за этой травой?

- Да. На болото к поваленной березе. Тут недалеко, - блоха с косичками махнула рукой на юго-восток.

- И сказала, что ее надо идти спасать? – уточнил я.

- Да. Надо было еще вчера идти, но никто не хотел. И ты не хотел. А мне страшно было.

- Искать надо именно у поваленной березы?

- Да, мама сказала, что она приметная.

Я сунул за пояс пистоль, поднял вверх Жопоглаза и быстро нашел заболоченную низину. Но не отправлял его на само место. Пока пусть лучше следит за арахнидами. Не то еще вздумают явиться сюда.

- Хорошо. Поищу ее…

А почему нет? Такая трава точно пригодится. Если она это уродство способна исправить. То и другие недуги поборет. Травнице покажу. Старуха будет знать, что с ней делать.

- Обещаешь? – подпрыгнула девчонка.

- Да. Но ты пойдешь в деревню…

- Клянешься? – вновь выпалила та.

- Видят боги!

Я всплеснул руками, глянул на небеса – там мелькнул божественный лик. Видение было настолько мимолетным, что я даже не узнал всевышнего. Это был точно не одноглазый. Повязку бы заметил. И не Ють. Синие волосы не мелькали. Кто там еще пировал?..

- Спасибо, Рок, - пискнула девочка и повисла у меня на ноге. – Я буду ждать вас у ворот. Наберу ягод…

- Не надо никаких ягод, - отрезал я. – Просто зайди внутрь деревни. Обещай.

- Обещаю, обещаю, обеща…

- Все, прекрати, - я с трудом оторвал ее от ноги и подтолкнул в сторону поселения. – Беги-беги. И ни ногой из деревни!

Наконец, мелкая блоха ускакала. А я почесал подбородок. Странно все как-то выходило. Почему женщина пошла одна на болото? При этом заранее сказала, что ее надо спасать. Она ведь не знала, что я вернусь… Ладно. Не важно. Нарву синих цветов у березы и продолжу с арахнидами.

Жопоглаз нарезал круг и показал все, что творилось неподалеку: в примятой пшенице никого не появилось, паукообразные твари уже вылакали всю питательную жидкость из трупа и копошились у нор, больше ничего интересного не происходило.

Зайти за кристаллом все же стоило. Еще утащит кто. Тем более, это по дороге. Убедившись, что девочка уже у ворот, я двинулся по тропинке к месту убийства шипастого монстра. От него уже остался только выеденный панцирь. Повсюду валялись пустые хитиновые оболочки лапок. Измочаленная голова лежала чуть в сторонке. Найти заветный камешек не составило труда. Красный огонек призывно поблескивал в мокрой земле.

Я подхватил кристалл и осмотрел: этот, без сомнения, был больше предыдущего – с орех. Совсем как трофей со старшего скелета, только светился чуть слабее, не как маленькая звездочка. Не удивительно. Второй арахнид будет побольше первого чуть ли не вдвое. И добыча с него должна падать посолиднее.

В общем, есть закономерность: с мелких монстров – выпадают мелкие кристаллы. Тут все понятно. Но светимость камней уже зависит от продолжительности жизни твари. Светимость – это накопленная энергия. Естественно, чем ее больше, тем лучше.

Пока я разглядывал трофей, совсем не заметил, как неподалеку вздыбилась земля. Бугорок быстро вырос и лопнул. Наружу вывалился песок, а затем высунулись шипастые лапки арахнида. А через мгновение, вылез и сам монстр. Меня он не видел. Топтался на месте и расчищал проход.

Убегать было поздно. Только выдам себя. Лучше все решить быстро. Я медленно спрятал кристалл и взялся за рукоять пистоля.

Выкинув достаточно земли наружу, бестия подошла к останкам собрата, ощупала ротовыми придатками куски панциря, повернулась к норе и заскрежетала:

- Еда. Еда. Еда.

Я поднял оружие, прицелился.

Из дыры высыпало с десяток мелких полупрозрачных арахнидиков, размером с подросших цыплят. Они тут же накинулись на хитиновую оболочку и довольно запищали:

- Еда. Еда. Еда.

Я нажал на спусковой крючок – хлопок! – и большая волосатая тварь брызнула мерзкими соплями внутренностей. Засеменила, вздрогнула, клацнула хелицерами, завалилась на бок и затихла. Только ножки еле заметно приплясывали.

Душу я поглотил, уже подскочив к норе. Чтобы не появились новые враги, ее пришлось спешно обрушить. Это даст мне пару лишних секунд – как раз, чтобы перезарядиться. Но когда щупальца пистоля зашевелилась, и забурлил газ в контейнере, никто еще не пытался выбраться наружу.

Полупрозрачные детеныши меня не боялись. Одни арахнидики за обе педипальпы уплетали подсохший хитин, а другие уже нашли свежий труп и громко причмокивали, высасывая питательную жидкость. Оставлять их в живых я не собирался. Сунул пистоль за пояс и взялся за копье.

Через минуту все было кончено. Мелюзга не сопротивлялась, не убегала и почти не визжала. До последнего повторяла свое: «еда, еда, еда».

С мелких тварей кристаллы не выпали. Это понятно. Но и с взрослой особи нечего мне не досталось, кроме тела. Бывает. Не все коту масленица.

Трупы я быстренько запихал в сумку. Она даже потяжелела немного. Кажется, мелочь, а двенадцать тушек – уже веса добавилось. И два больших тела – не шутка. Только хлюпают там вытекшими внутренностями.

Пока из норы не вылезли новые бестии, я двинулся в путь. Не то тут можно до вечера сидеть и отстреливать любопытных монстров. Наберу синих цветов и вернусь.

Жопоглаз осмотрел округу: ничего интересного. На вытоптанные поля можно даже не заходить. Там все без изменений. Но и на болото не стоит заявляться без разведки.

Я запустил шпиона вперед и осмотрел низину: никого. Нашел поваленную березу. Она и вправду приметная. Корни торчат в разные стороны, будто ведьмины пакли.

Разведчик подлетел ближе. Покружил: следов не видно. Но это не значит, что их нет. Все же есть разница, когда смотришь через дерганый взгляд другого существа, или видишь место своими глазами. А вот синие цветы растут. Прямо целая кочка у выворотня вымахала. Не спутаешь ни с чем. Прекрасно! Уже не зря топал!

Выйдя на пригорок,я остановился. Вид отсюда просто потрясающий! Слева змейкой река уползала в лес. Прямо пестрили цветами заливные луга. Справа раскинулась заболоченная низина: кочки, серые осунувшиеся стволы деревьев и окна с темной водой, наполовину затянутые ряской – все это плавно утопало в стелющемся тумане. Где-то там низким утробным голосом ревела выпь. Нос щекотало запахом меда с легкой примесью сероводорода.

Но совсем безлюдной местность не была. Вдалеке за рекой медленно махал перепончатыми крыльями хвостатый зверюга. У него на загривке в кресле восседал адепт. Я тут же глянул на красную ленточку у наконечника копья. Надо как-то поздороваться с соседом. И лучше до этого момента хорошенько подкачаться. Кто знает, что окажется у него на уме. А вот поселение можно поискать сейчас, когда погода позволяет.

Я приказал Жопоглазу взмыть к самым богам – тот исполнил приказ, но завис метрах в тридцати. Выше он не смог взлететь, как ни старался. Это, конечно, хорошо, но недостаточно, чтобы найти другие деревни. Что ж, поиск соседей придется отложить до лучших времен. А сейчас – я звонко шлепнул себя по шее и растер комара – пожалуйте в болото, дорогой Рок.

Аккуратно выбирая дорогу среди кочек, я добрался до заветной березы, но бросаться на куст синих цветов не спешил, больно уж подозрительно он рос в самом центре круглой двухметровой лужи с черной водой. Ну, очень похоже на ловушку. Я вырвал из грязи неподалеку кривую палку и швырнул в растение. Дубина сломала несколько стеблей, сбила парочку синих лепестков и плюхнулась в воду. Ничего не произошло.

В небе опять сверкнул божественный лик. И снова все произошло так быстро, что я не успел ничего заметить. Только отвлекает!..

Меня осенило: палка – плохая проверка. Она не съедобна. А вот мелкий арахнид – куда лучше. Я достал измятую тушку и швырнул в лужу. Сработало! Едва тельце плюхнулось в воду, как со всех сторон из грязи вздыбились толстые прутья. Они вмиг заключили жертву в клетку и основательно сомкнули объятия. Наружу сквозь щели вырвались лишь синие лепестки цветов. Вода внутри забурила. Сильнее запахло сероводородом.

Вспомнил! Это хищное растение называется голубоцветной хватанкой. И оно действительно лекарственное. Правда, есть загвоздка. Лечебными свойствами обладают только семена. Они образовываются после обильного питания. Коробочки с зернышками формируются на концах прочных ветвей, которые служат для захвата пищи. Разбрасываются они, когда растение заканчивает переваривать жертву и расправляет прочные прутья для ловли следующей жертвы. Собрать лекарственные семена можно только в этот момент. Потом ищи их по всему болоту.

Я шлепнул комара на лбу. Вспомнил девочку. Неужели, она придумала эту историю с матерью, чтобы заманить меня в ловушку?.. Ну, раз так, то веснушчатая блоха знает, что скоро нужно прийти за семенами. Подожду. В любом случае их надо собрать. Пригодятся. Только арахнидик не пойдет для формирования зернышек. Нужна туша посолиднее.

Словно в подтверждение моих домыслов, растение расцепило ветки, раскрылось. От маленького тельца ничего не осталось. Куст цветов слегка промок, потрепался, но все еще выглядел привлекательно. Я вытащил из сумки взрослую особь паукообразного и зашвырнул в центр лужи – ловушка моментально захлопнулась, как в прошлый раз. Вода забурлила. Поднялся отвратный смрад. Кажется, еще сильнее.

Я зашел за выворотень и притаился. В небе снова мелькнул божий лик. И на этот раз всевышний не ускользнул от взгляда. Впрочем, он больше не собирался играть в прятки. Огромная голова в синем небе озарилась лучами солнца. Это был молодой темноглазый паренек с короткой стрижкой, впалыми щеками и острым подбородком.

Всевышний выпучил глаза, растянул губы в адской улыбке и уставился на зажатую в пальцах муху. Затем оторвал ей одно крылышко и дунул – полупрозрачный лепесток закружился в воздухе, сверкнул радужным переливом и исчез. Бог взялся за следующее крылышко. Муха неистово задрыгала ногами. Но это не помогло. Второй лепесток мелькнул в небе и пропал. Та же участь постигла и мохнатые лапки – одна за другой они были подхвачены ветром и улетели в неизвестном направлении.

Творец сущего перекинул изуродованное насекомое на ладонь и еще больше выпучил глаза. С нескрываемым удовольствием он некоторое время смотрел, как муха беспомощно дергается и вертит головой. Потом медленно наклонил руки – лишенное конечностей тельце покатилось, сорвалось с края и устремилось к грешной земле. После этого бог озорно хихикнул и исчез.

Похоже, открывается новый данж. А я тут на болоте комаров кормлю.

Тем временем голубоцветная хватанка позавтракала. Вода бурлить перестала. Но вонь не уменьшилась. Ничего, нос уже привык. Кокон скрипнул, разжал хватку, и ветки медленно стали опадать. Теперь на кончиках отчетливо виднелись небольшие светлые наросты.

Я уже хотел покинуть убежище и нарвать семян, как Жопоглаз высветил человеческую фигуру, мелькнувшую среди полей пшеницы. Она спешила прямиком на болото. Придется подождать дорогую гостью. Я зашел обратно за березу, оттянул немного назад шпиона, чтобы не отсвечивал и затаился.

Вскоре донеслись хлюпающие шаги. Сосредоточившись на них, я совсем не заметил, как с северо-востока из кустов вылетела ушастая голова крысида. Она увидела меня, на мгновение зависла в воздухе, а затем тихо скрылась в зарослях.

Глава 12

Жопоглаз сфокусировал взгляд на девочке… и тут я понял, что это вовсе не девочка, а взрослая женщина, но с такими же русыми косичками и уродливым лицом. Она подбежала к раскрывшимся веткам голубоцветной хватанки и стала спешно срывать коробочки с семенами. Сомнений не было, это «пропавшая» мать.

Я вышел из укрытия, подбоченился и злобно проговорил:

- Почему ты хотела меня убить?

Крестьянка подпрыгнула как испуганная антилопа. От неожиданности разбросала семена. Сиганула в сторону и только после этого обернулась. Проблеяла:

- Т-ты к-кто?..

Теперь настала моя очередь удивляться.

- Не узнаешь? Тот, кого ты с помощью своей дочки хотела заманить в ловушку.

Я поднял копье и шагнул к женщине. Из нее, конечно, кристалл не выпадет, но шутить не собираюсь. Правду ей придется рассказать. Вряд ли это она удумала убить адепта. Тут замешан кто-то еще.

- Кто приказал тебе это сделать? – прорычал я.

- Н-не понимаю, о ч-чем ты? – с трудом проговорила крестьянка.

Она задрожала всем телом. Попятилась. Я ускорил шаг.

- Говори!

Женщина зашлепала кривыми губами:

- Ты не должен был быть тут. Тебя не было. Ты не должен был…

Она нервно мотала головой и отходила все дальше в болото, пока не вошла в круг с черной водой и едва появившимся на поверхности кустом синих цветов.

Ловушка моментально захлопнулась.

Я остановился, почесал затылок. А ведь, верно. Меня тут не должно было быть. Вместо меня должна была прийти девочка!

- Помоги!.. – завизжала пленница. – Все расскажу!..

Я шлепнул комара на щеке. Растер и сбросил пальцем скрученный комочек. Не мне, а мелкой блохе была уготована судьба попасть в западню. Но она приплела меня в это дело. Нарочно?.. Не думаю.

Прутья сжимались все сильнее, заскрипели от натуги.

- Помоги, пожалуйста!.. - заверещала крестьянка сквозь нарастающее бурление воды. – Я просто хотела собрать семена!..

Она рвала, тянула, ломала ветки, но все тщетно. Адский цветок своего не упустит. И не таких птичек сдерживал в смертельных объятиях.

- Ты же адепт! Помоги! Ты должен! Ты мужчина или нет?! Ты… Боги видят! Они все видят! Видят, как ты бросаешь в беде бедную девушку!.. Боги тебя покарают!.. Она твоя дочь! Не оставляй ее без матери!.. Ты опять исчезнешь, а кто будет заботиться о ней?! Ты…

Я холодно перебил истошный визг:

- У адептов не может быть детей.

Развернулся и двинулся к березе. Надо подождать, пока голубоцветная хватанка насытится. Не пропадать же лекарственным семенам.

Я удобно устроился на поваленном стволе. Копье поставил рядом. Скинул сумку со спины. Достал котомку с едой. Но прежде, чем утолить голод, осмотрел округу с помощью Жопоглаза. Никого рядом не было. Можно расслабиться.

Крик женщины постепенно затихал. Вода бурлила все сильнее. Привычно смердело сероводородом. Мне это не мешало. Я уплетал сыр с хлебом, прикусывал колбаской с луком и запивал все терпким квасом. От скуки гонял назойливых комаров и оглядывался по сторонам.

Данжевый босс уже где-то топчется, но адепты его еще не нашли: высшие силы пока не появились в небесах. А они не пропустят такое зрелище. В прошлый раз с момента объявления о божественном событии и началом битвы прошло несколько часов. Этого достаточно, чтобы воины собрались в поход, провели нужные ритуалы, доехали до места и пробились сквозь толпы мелких монстров к вишенке на торте – боссу.

Мне пока это не светит. Тут бы со своими проблемами разобраться, не то, что в данжи ходить. Ничего, боги скучать не любят. На мой век хватит тварей.

Женщина протяжно захрипела в последний раз и замолчала навечно. Прутья постепенно сжались в комок и на некоторое время застыли. Изнутри вылетел сверкающий огонек души. Он немного покружил над растением, а после устремился ко мне.

Я закончил с едой. До формирования семян еще как минимум полчаса, а то и больше. Не сидеть же впустую на березе, свесив ноги. Надо избавиться от лишнего веса и использовать кристаллы. Я высыпал из сумки в кучу всех арахнидов и достал походный алтарь, связку свечей, а также принадлежности для разведения огня. Развернул полотно с рисунками, расставил свечи в местах создания существ и улучшения оружия, но приступать к ритуалу не спешил. Вначале надо придумать, что сотворить из тел паукообразных.

Одиннадцать мелких арахнидиков сейчас не нужны. Семечко жизнедава всего одно, и взрослый монстр тоже один. Выбор очевиден. Из него получится хороший боец. Можно даже ничего особо не менять. Разве что глаза подправить, не то торчат на голове как черные прыщики, и видят, наверняка, не дальше пары десятков метров. Передние лапы хорошо бы удлинить, заострить и превратить в подобие клинков. Хелицеры тоже желательно сделать побольше. А брюхо убрать. Стройнее надо быть!

Ладно, с этим более-менее ясно. Что делать с мелюзгой?

Я некоторое время стоял и смотрел на измазанную в слизи бесформенную кучу хитина, ощетинившуюся лапками арахнидиков, словно иглами. А что если?.. Я представил себе все это месиво как единый организм. Тут вытянуть, тут добавить, тут сформировать ноги, голову… Хм… Может получится неплохой ездовой жук с множеством острых конечностей. Я усядусь сверху, и для удобства даже спинку из пластин присобачу!.. Не пешком же все ходить! Откинусь в кресле, ноги вытяну – красота!

Пока идея не улетучилась, а образ грозного юнита не размазался, надо звать богов.

Я нащипал сухой травы, наковырял из березы трухи и взялся за кресало и огниво. В два счета добыл огонь и зажег свечи. Достал зернышко жизнедава и поглубже засунул в середину склизкой кучи хитина.

Теперь кристаллы. Я подкинул их на ладони. Улучшать начальное тряпье – смысла нет. Копье нельзя прокачать до выполнения задания Ють. Остается пистоль.

Решено! За дело!

Я положил оружие на нужную пентаграмму. Рядом в начертанные кружочки сунул кристаллы. Ну, вроде, все готово. Деревенского хора нет. Придется самому петь оды высшим силам.

Я задрал голову к небу и громко затянул:

- Великая богиня Ють, прими мои дары!..

В небе каркнула пролетающая ворона. И больше никого не появилось. Я выждал минутку и попробовал еще раз:

- Славься, всевышняя Ють! Я, Рок, твой адепт, принес дары!..

Возле уха зазвенел комар. Я шлепнул гада ладонью и фыркнул:

- Эй, селедка, ты куда пропала?..

Тишина. Что ж, богов много.

- Великий Ууу, прими ты мои дары!..

В небе молча прошмыгнул воробей. Я всплеснул руками.

- И ты, одноглазый, спишь?.. Ну, кто там есть дома?.. Творцы сущего, налетайте! Кому кристаллы? Кому души?..

Я уже собирался сворачивать лавочку, как в небесах мелькнул божий лик. Это был все тот же паренек с выпученными глазами. И на этот раз он пришел не мух мучать. Бог смотрел на меня. Рот медленно расползался в улыбке.

- Славь меня, адепт, - протянул он скрипучим голоском. – Люблю, когда людишки называют мое имя. Когда хвалят меня. Когда восхищаются моими творениями. Когда подражают великому мне.

- Тут есть маленькая проблема, - сказал я, почесывая затылок. – Я только недавно появился и имя твое еще не слышал.

- Как?! – бог округлил глаза. – Как ты посмел не слышать обо мне? Как ты позволил себе не думать обо мне? Не восхвалять меня?! Не подражать великому мне?!

- Ооо, великий ты, - нараспев проговорил я, - прими мою жертву в свою славу…

- Имя мое, - перебил всевышний, вскинув голову и взглянув на меня свысока, - Курта-Питра-Рапта! Запомни его, полусмертный!

- Ага, всемогущий создатель сущего, запомнил, - я кивнул на кучу арахнидов. – Теперь к делу.

- Что там у тебя? Набор «Юный конструктор?» Это по мне. Я люблю творить. Давай душу, давай энергию, не тяни, - бог сощурился, пробежался взглядом по месиву арахнидов. – Прекрасная композиция… Свет… Тени… Вижу, что из этого получится шикарное существо. Гений во мне не может ждать! Давай же!..

Он закатил глаза и с шумом втянул воздух в легкие.

Понял. Даю.

Без лишних слов я выпустил самую яркую душу арахнида. Мелочиться незачем. И пока она окутывала склизкую кучку хитина, я сформировал в голове образ будущего юнита. Постарался даже себя представить верхом, чтобы кресло получилось поудобнее. Но облако энергии не смогло полностью покрыть свалку тел. Я моментально догадался, в чем дело и выпустил все светящиеся точки душ арахнидиков. Сверху добавил еще одну взрослой особи. Теперь получилось.

- Я закончил, - взмахнул рукой бог. – Да будет жизнь!

Энергетический сгусток взметнулся к небесам.

- Еще дары, всевышний! – выпалил я, пока он не исчез. – Прими от меня эти кристаллы!

Их окутали две души скелетов, и сразу камни пропали. Пистоль озарился божественным светом.

- С удовольствием, адепт, - буркнул всемогущий Курта-Питра-Рапта.

И все же исчез.

Как мне ни хотелось схватить оружие и осмотреть, но наперво я все же выпустил мелкую душонку крысида в горку тел. Юнит мне нужен послушный и без лишних заморочек. Когда душа скрылась в быстро формирующемся коконе, я схватил пистоль. Повертел в руках.

Щупальца поменяли цвет с земляного на багровый, что говорило о повышении до необычного статуса. Видимо, на это ушел большой кристалл. А мелкий – на удобство рукояти. Оружие теперь сидело в руке как влитое. Я даже прицелился в булькающий клубок ветвей голубоцветной хватанки.

Но главное – красная ленточка на стволе. На ней была аккуратная надпись:

Израсходуй все заряды.

Я пожал плечами. Как-то совсем легко. Хоть сейчас! Я достал жменю черных горошин: всего-то шесть штук осталось. Впрочем, слишком опрометчиво. Где потом их брать? Насколько помню, боеприпасы нужно выращивать. Для этого на алтаре есть даже специальная пентаграмма. Так что, спешить не стоит. Успею еще пострелять.

Кучка арахнидов уже покрылась коркой. Внутри забурлили процессы формирования жизни. Вскоре пузырь знатно раздулся. И хоть оболочка стала полупрозрачной, разглядеть какие-то отдельные части было нельзя – сплошной вязкий серый суп. Осталось немного подождать.

Я переключился на Жопоглаза и нарезал кружок над головой: никого.

Кокон юнита затвердел как раз, когда ветви хищного болотного растения скрипнули и разжали хватку. Адский бутон раскрывался. На кончиках прутьев отчетливо виднелись светлые коробочки с семенами. Они были вдвое больше, чем те, что образовались на первом растении после арахнида. Не трудно догадаться о вкусовых предпочтениях синего цветка.

Я быстро сорвал все восемь наростов с зернышками и вернулся к юниту. Его оболочка уже начала трескаться. Сквозь одну из образовавшихся дыр на меня взглянул кошачий глаз. Уже лучше, чем черные бусины арахнидов. Корка разломилась основательно, и на свет божий вывалилось очередное нечто. Сходу разобрать что-либо было невозможно: сплошные палки, пластины, шипы, крючки. Но уже через мгновение юнит распрямился и встал на ноги – на все четыре. Потоптался на месте, встрепенулся, подпрыгнул, скинул остатки кокона.

А что, получилось весьма неплохо. Существо на вид мощное. Защищено хитиновыми пластинами и хорошо вооружено: острые конечности, шипы, когти и огромные серпы с ядом. Юнит сильно напоминал скелет неведомой твари. Только вот беда. Как на него взобраться я никак не мог понять. Где моя удобная спинка? Где кресло? А ноги-то куда вытянуть?..

Я попытался как-то устроиться верхом, но никак не получалось. Бронированное создание стояло послушно, даже пыталось как-то помочь, но все тщетно. На его спине было слишком много шипов. Ровная пластина, почему-то оказалась снизу. И длинные ноги мешались.

В итоге я плюнул на затею оседлать монстра. Сгодится как солдат. Ему есть чем удивить врага. Арахнидам точно не понравится встреча со своим родственником. Двигался он не так проворно как они, но прыгал отменно.

Сейчас и проверим! А назову его Костяк. Уж больно похож на скелет.

Я собрал походный алтарь и в компании нового спутника двинулся к покосным лугам. Сумка заметно полегчала, живот полный, в деревню идти незачем! Качаться, качаться и еще раз качаться! Во славу богов!

По дороге Жопоглаз осмотрел поля пшеницы и ничего нового не увидел. Хотя… Нет, черт подери! На крайнем поле появился новый круг. Я уже столько раз смотрел на рисунки, что невольно заучил их расположение и форму. Сомнений не было. На поле вновь кто-то набезобразничал. Но самого творца фигур видно не было. Шпион покружил, приблизился, чуть ли не пузом прогладил упавшие колосья – и никого не заметил. Вновь поднялся выше и завис.

Меня как молнией шибануло. Да ведь рисунки чертовски похожи на пентаграммы алтаря! Я даже скинул со спины сумку и достал походный жертвенник. Разложил полотно на земле и попытался найти сходства. И тут облом. Общее у рисунков без сомнения было: круги, прямоугольники, закорючки, соединяющие их линии – все очень похоже. Но нельзя отнести изображение на полях к чему бы то ни было определенному. И не создание существ, и не улучшение предметов, и не магические навыки, и ничего другого не подходило.

Впрочем, делать выводы рано. Рисунок может быть банально не закончен, и походный алтарь имеет лишь базовые пентаграммы. Надо еще проверить основной жертвенник.

Пока я решил не отходить далеко от пшеничного поля и не спускать с него глаз. Если мои догадки верны, то таинственный топтатель колосьев обязательно вернется. А сейчас пора покончить с арахнидами.

Жопоглаз слетал на покосные луга и разведал там обстановку. Почти ничего не изменилось: паукообразные монстры не особо оплакивали потерю молодняка и продолжали рыть норы. Но к месту массовой гибели уже не приближались. Яму, которую я закопал, так никто и не вырыл заново.

План по очистке луга от оставшихся паразитов был готов еще раньше. Их надо выманивать по одному и кончать подальше от гнезда. В этом поможет Жопоглаз. А основную работу проделает Костяк. Мне остается только следить за процессом и вмешиваться только в крайнем случае.

Я достал пистоль и переключился на зрение шпиона. Его выход!

Летающий юнит спикировал к трем копошившимся арахнидам и пролетел возле крайнего так близко, что коснулся волосков на спине. Тварь встрепенулась, заметила жертву, заскрежетала хелицерами и ринулась в погоню. Остальные продолжили ковыряться в земле. Жопоглаз – слишком мелкая добыча, чтобы бросаться за ней всей стаей. Что мне и надо было.

Едва арахнид перемахнул через пригорок, как оказался в западне. Теперь наступила очередь Костяка показывать, на что он способен. И я не прогадал, что вылепил такого монстра. Пусть он и не способен тащить меня на горбу, зато убийца из него получился что надо. Юнит прыгнул на врага и впился ядовитыми серпами тому прямо в голову. Шансов у арахнида не было. Он забил лапками в конвульсиях и отдал душу мне. Тело ушло в сумку. Следующий!

Двух других бестий постигла та же участь. Теперь, чтобы выманить оставшихся тварей, Жопоглазу приходилось совать нос в нору и быстро улепетывать, когда там начинали маячить шипастые лапы. Но арахниды больше не хотели преследовать его. Они лишь выгоняли непрошеного гостя наружу и вновь скрывались во тьме гнезда.

Тогда приблизились мы. И в следующей попытке удалось прибить еще одного монстра. На этот раз достал его я. Костяк попросту не помещался в норе и топтался рядом, прикрывая спину. А я всадил копье, когда тварь выгнала назойливого шпиона. Арахнид забился в судорогах, заклацал хелицерами, но ничего не мог мне сделать. Когда он затих, Костяк его выволок наружу, зацепив когтем.

Так удалось выманить еще две взрослых особи. И на этом все. В гнезде осталась только кладка яиц. Чтобы окончательно извести тварей, достаточно было закупорить все выходы. Новорожденные арахнидики слишком слабые, чтобы самостоятельно вырыть нору. Они попросту задохнутся. Но Жопоглаз так елозил у главного входа в гнездо, что я решил запустить его внутрь и дать волю.

Признаться, не ожидал, что он вытворит. Как только летающий юнит нашел кладку яиц, он сходу врубился в нее и принялся жадно чавкать клювом, поедая едва сформировавшихся склизких зародышей.

Я убрал окошко зрения Жопоглаза, чтобы не видеть этой мерзости и подсчитал добычу. Итого, шесть тушек больших арахнидов, столько же душ с тусклой светимостью и три кристалла: два красных и один синий – все камни хоть и были мелкие, но светились прилично. Не дурно!

А также я получу почет и славу освободителя лугов от напасти! Вон один из крестьян уже бежит поздравлять меня с победой!

По сочной травке молодым козликом скакал белобрысый паренек. Но восторга на лице не наблюдалось. Даже наоборот, читалась явная озабоченность.

- В чем дело? – спросил я, когда он, наконец, приблизился.

- Там!.. За деревней!.. Это!.. – он неистово замахал руками. – Вот такое!.. Оно там!..

Глава 13

- Жопоглаз, заканчивай, - сказал я и поспешил за пареньком.

Тот никак не мог успокоиться. Забегал далеко вперед, оживленно жестикулировал и возвращался ко мне. Выдавал несвязный набор междометий и вновь убегал вперед, не ответив ни на один вопрос. И так до самых ворот. Поэтому подходя к поселению, я имел лишь отдаленное представление о случившемся.

Шпион кружил вокруг деревни и не замечал нависшей угрозы. Однако что-то нехорошее определенно происходило. Обычно медлительные местные жители всполошились. Они бегали по улицам взад-вперед как при пожаре. Мужчины галдели, сотрясали в воздухе кулаками, вооружались дубинами, вилами, косами и другим крестьянским инвентарем. Женщины носились с малыми детьми. Собаки лаяли. Наковальня звучала как-то напряженно, чаще и особенно звонко.

Пропок ожидал меня у алтаря почему-то с кружкой горячего чая. Не скажу, что не вовремя. Чай у смотрителя действительно превосходный.

- Скорее, Рок! – выпалил он, едва я зашел внутрь. – А это кто?!

Толстяк ткнул пальцем в нового юнита.

- Костяк, - представил я скелетоподобного монстра. – Гроза арахнидов, любитель мясного бульона и просто хороший помощник по дому. Но не советую шутить о его худобе. Может укусить.

- Ты о чем? – Пропок часто заморгал.

- Не бери в голову, - отмахнулся я. – Так что тут у вас случилось?

Смотритель оживился, сунул мне в руку кружку с чаем.

- Хлебни с дороги, и начнем.

- Что начнем?

- Ритуал! – выпалил толстяк. – Надо подготовиться к божественному событию!

Я скривился.

- Рано мне еще в данжи ходить.

- И я считаю, что рано. Но боги думают иначе.

- С чего ты решил? Ты же их не видел.

- Зато видел монстра за деревней.

- Где? – удивился я.

Смотритель махнул рукой на запад и затараторил:

- Недавно у скальных выступов из ниоткуда появилась огромная тварь. Она ползет к нам.

Я тотчас направил Жопоглаза в указанном направлении. Он прошмыгнул над кладбищем, пересек каменистую равнину и подлетел к первым выступам горных пород. Среди кустов и торчащих из земли кусков гранита шевелилась длинная черная гусеница, покрытая сверкающими на солнце волосками. Издали монстра было видно плохо. Но размер уже впечатлял – с три сцепленных между собой вагона. И тварь была не одна. Даже с такого расстояния можно заметить, как вокруг копошатся десятки мелких тварей.

- Мужики пошли подлатать изгородь на погосте, а там такое, - закончил Пропок, разведя руками.

Жопоглаз приблизился к бестии. Теперь стало ясно, что смотритель прав. Данж откроется совсем рядом. Черный волосатый монстр – не что иное, как оторванная ножка мухи. Она нервно сжималась в суставах и медленно ползла прямо на деревню. Еще и не одна, а с попутчиками – уродливыми закованными в сверкающую броню клещами.

- Зажигай свечи, - буркнул я. Отхлебнул из кружки и вывалил из сумки под алтарь кучу арахнидов. – Будем делать солдат. Как там жизнедав? Полить бы его, что ли.

На удивление, у обтесанного валуна уже выросло растение жизни. Хороший веник вымахал. И отцвел давно.

Я быстренько собрал шесть зеленых фасолин – аккурат под шесть арахнидов. Как по заказу. Правда, есть проблемка: душ всего десять. Не хватит, чтобы сделать юнитов, потому что на каждого надо по две: одна для бога, другая для тела. Но выход был. Можно изготовить три юнита, а оставшиеся тушки арахнидов просто воскресить. Для этого понадобится другой ритуал, и всего по душе на рыло. Только это уже будут не полноценные солдаты с живыми телами, а безмозглые зомби с протухшими внутренностями. Не важно. Для атаки на клещей сгодятся.

Идея слепить тела воедино и сделать подобие Костяка мне не понравилась. Такой юнит будет без сомнения лучше любого воскрешенного мертвеца, но только не в данном случае. Победить гигантскую ногу мухи не получится. Силы не равны. А вот отвадить от деревни шансы есть. И тут лучше подойдут зомби-арахниды. Они более живучие.

Душу женщины я решил оставить. У нее сильное свечение, и глупо тратить столько жизненной энергии на юнита, которому вряд ли удастся дожить до заката солнца.

Оружие улучшить не получится: не выполнены задания богов. Но кристаллам есть другое применение – магические заклинания. Не тряпье же прокачивать. Беда лишь в том, что с волшебством не все так просто: боги неохотно дают адептам возможность управлять стихиями и уж тем более другими силами. Цены загибают до небес! Только для любимчиков могут делать скидки. Попробовать все равно стоило.

Я разложил камни в нужной пентаграмме, сунул в трупы самых больших арахнидов три семечка жизнедава и дал отмашку.

- Ты на реку ходил? – проскрипела бог весть откуда взявшаяся старуха.

- Уйди! – гаркнул Пропок и завыл:

- Славься великая Ють…

- Стоп, - перебил я. – Селедка занята. Лысый циклоп тоже где-то шляется. На связь выходит только пучеглазый паренек. Как его там?.. Куртка-Палка-Ребра… Черт! Забыл.

- Курта-Питра-Рапта? – спросил Пропок и побелел.

- Он самый. Запевай… Что?.. В чем дело?

- И это его создание? – спросил смотритель, кивнув на нового юнита.

- Его-его. Давай, выплясывай. Времени нет.

- Рок, будь осторожнее с этим богом. Он с причудами.

- Они все с причудами. Но этот первый откликнулся, - я развел руками. – И если честно, то Костяк получился отменный. Только на нем не покатаешься. А задумка была.

- И данж открывает этот же бог?

Я кивнул. Пропок вздохнул:

- Вот почему черная тварь ползет сюда.

- Не понял.

- Курта-Питра-Рапта заметил тебя. Неспроста это. Что-то случилось за деревней?

- Нет, - отмахнулся я.

Не рассказывать же ему о происшествии на болоте. Смотритель не настаивал.

- Попробуем обратиться ко всем богам, - сказал он, может, откликнется кто-то другой.

- Мне плевать. Начинай.

Толстяк проверил все ли в порядке на алтаре, поправил свечи и затянул:

- Ооо, всемогущие боги…

- Стоп! - перебил я. – Это снова он.

В синем небе моментально проявился лик всевышнего. Юноша будто никуда и не исчезал. На лице играла все та же надменная улыбочка. Глаза выкатывались из орбит.

Пропок быстро переключился:

- Великий Курта-Питра-Рапта, прими наши молитвы…

Топтавшиеся неподалеку крестьяне переглянулись, пожали плечами и тоже заголосили:

- Славься, великий бог…

- Быстро ты, Рок, позвал меня, - проскрипел всевышний. – Все в порядке?

- Да, - лениво бросил я и подал знак смотрителю прекратить завывать. – Просто от скуки решил избавиться от тел арахнидов. А то жалко, собаки растащат.

- От скуки? – оживился бог. – Неужели? Точно? Не шутишь?

- Какие тут шутки, боже правый?.. Прими от меня дары и молитвы!..

- Давай скорее души! – создатель сущего потер ладони. – Жажда творчества переполняет меня! Вижу! Вижу образы…

Я выпустил три души арахнидов, и пока сгустки энергии клубились вокруг тел, представил будущих юнитов. Это были все те же паукообразные твари с небольшими изменениями в строении тел: удлиненными передними лапами, превращенными в два острых клинка. Костяк уже показал, как он ловко работает похожим оружием. А учитывая проворство арахнидов, они будут фехтовать саблями еще лучше.

- Да! - выпалил пучеглазый паренек в небесах. – Это будут превосходные солдаты!..

Не дожидаясь формирования коконов, я наделил тела душами.

Теперь кристаллы.

С заклятиями все обстоит примерно так же, как и с созданием существ: надо представить магический эффект, а бог заключит его в камень. Естественно, в качестве платы за работу заберет часть энергии. Начинать надо с простого. Не стоит сразу загадывать умопомрачительные чудеса. Иначе может получиться пустышка, или того хуже.

Я мысленно нарисовал торнадо и глянул на первый красный кристалл. Он лежал на закорючке, обозначающей воздух. Камень на мгновение озарился божественным светом и немного убавил яркость. Второй красный я расположил на изображении огня, а синий разместил на знаке земли – оба кристалла один за другим понизили светимость. Готово! Все три самоцвета приобрели внутри замысловатые рисунки. Они помогают не перепутать заключенные внутри магические силы.

Осталось воскресить арахнидов. Я наделил тела душами и поднял глаза на всевышнего.

- Зомби? – скривился Курта-Питра-Рапта. – Ненавижу зомби!.. Но для тебя, Рок, сделаю исключение. Восстаньте из мертвых!..

Бог щелкнул пальцами и исчез.

Три арахнида тотчас вздрогнули, поднялись, заскрежетали хелицерами:

- Еда. Еда. Еда…

Крестьяне ахнули, отступили на пару шагов, ощетинились вилами, косами, граблями.

- Спокойно, - сказал я. – Они вас не тронут.

- На реку когда поедешь? – вновь вылезла старуха и взмахнула клюкой.

- Не мешай! – вступился Пропок. – Сейчас не до этого!..

Зомби слегка пошатывались и двигались медленно, словно находились под водой. Три других арахнида уже давно превратились в серые коконы, и внутри бурлил адский бульон.

- Ты нашел маму? Где она?

Я обернулся: напротив стояла та самая девочка с уродливым лицом. В подоле платья у нее была горка спелой земляники.

- Вот, - она показала ягоды. – Насобирала тебе.

Я зачерпнул целую жменю, закинул в рот и сухо сказал:

- Твоя мать умерла.

И без того кривые губы веснушчатой малышки поползли вниз. Руки задрожали. Платье выскользнуло из пальцев, и ягоды рассыпались по земле. Девочка всхлипнула, закрыла лицо ладонями, отвернулась.

- Оно уже близко! – донесся испуганный голос привратника с восточного выхода из деревни.

Крестьяне тотчас побросали грабли-вилы, ломанули прочь. Людская масса унесла с собой и девочку, и бабку, и даже толстяка Пропока. Я остался у алтаря один. Если не считать Костяка и трех зомби. На месте, где быламелкая блоха, осталось только красное пятно раздавленных ягод. Бабка потеряла клюку. А смотритель исчез, не задув свечи на алтаре.

Дожидаться вылупления солдат уже нельзя. Присоединятся после. Начать придется малыми силами.

Я погасил свечи и уверенно шагнул по пустой улице на восток. Рядом потрусил Костяк. Позади засеменили зомби-арахниды, не переставая монотонно скрежетать свое: «Еда. Еда. Еда».

Жопоглаз все это время держался чуть поодаль от монстра. Теперь я заставил его подлететь ближе, чтобы разглядеть детали. Черная бестия, хоть и была ногой мухи, но оказалась куда сложнее.

Это был вполне самостоятельный гигантский организм, только с виду напоминающий конечность насекомого. У него явно прослеживались три отдела: массивное утыканное шипами бедро, толстая волосатая голень и тонкая суставная лапка с загнутыми крюками на конце. Рот представлял собой остатки измочаленных суставов на бедре. Глаз у твари не было. Видимо, незачем. Огромная нога и без них знала, куда ползти. Двигалась бестия рывками, подобно гусенице: выбрасывала вперед массивное тело, подтягивала когтистую лапку и вновь распрямлялась.

В пути монстра сопровождали клещи. Это были закованные в пластинчатые доспехи черные лоснящиеся рыцари, ростом около метра. Они ловко двигались на задних лапках. Одни бежали рядом с хозяином. Другие копошились в его волосках. Третьи суетились среди шипов.

И безобидными эти твари не были. Жопоглаз заметил, как один из клещей рванул в поле, где нерадивый крестьянин забыл козу на привязи. Животина давно почуяла опасность и пыталась вырвать забитый в землю кол: упиралась, скакала, трясла бороденкой и блеяла, но все тщетно.

Черный рыцарь подскочил к бедолаге, завалил на травку и впился хоботком в сочное тело. Жопоглаз моргнуть не успел, как тот высосал все жидкости и отшвырнул иссушенную тушку прочь, словно тряпку. Пузо у клеща заметно раздулось, и обратно он потрусил уже вразвалочку. Вскарабкался на тело хозяина, уцепился крючками на лапах за волоски и довольно задремал, сладко похрюкивая при резких движениях монстра.

Ждать дальше было нельзя. Тварь вот-вот перемахнет через кладбище и завалится в деревню. Погост располагался на небольшой возвышенности, к тому же был обнесен забором из крепких кольев для защиты от гулей. Тут можно попробовать повернуть черную гусеницу в сторону.

Бой начнут зомби. А кто еще? Их не жалко. Едва выскочив за ворота, я дал приказ мертвым арахнидам атаковать монстра в правый бок. Сам же рванул через кладбище прямо на гиганта. Пробегая вдоль забора, заметил ловушку для гулей. Это была решетка с кольями у специально оставленной дыры в изгороди. Сейчас она лежала на земле, а раньше подвешивалась над лазом. Надо обязательно починить.

Я перемахнул через забор и выхватил пистоль. Костяк замер чуть впереди на случай атаки клещей. Зомби медленно подтягивались справа. Вот они зашли вперед, и теперь в любом случае будут замечены раньше нас. Что от них и требовалось.

Нога мухи была еще в сотне шагов, когда черные рыцари увидели надвигающуюся угрозу. С десяток сразу же ринулись на воскресших арахнидов. Надо было слегка вмешаться. Я выстрелил в самого нетерпеливого клеща – и попал. Разрывная горошина оторвала врагу лапу, вывернула голову на бок. Бронированный паразит споткнулся и упал плашмя. Других кровососущих гадов немного посекло осколками панциря. Но они продолжили атаку. Налетели на зомби, и началась бойня.

- Во славу богов! - крикнул я и закинул горошину в ствол пистоля.

Испить кровушки арахнидов у клещей не получилось. Они пытались, но, видимо, вкус был уже не тот. Рыцари отплевывались и пускали в ход острые конечности. Они пытались проткнуть тела, оторвать ноги, скрутить головы. Отчасти это получалось. На земле уже скакали серые лапки. Но и арахниды не лыком шиты. Они пускали в ход ядовитые хелицеры. Три клеща сразу пустили пузыри из хоботков и забились в агонии.

Я выстрелил прямо в чавкающую морду черного гиганта. Пуля хлопнула. Во все стороны брызнула слизь. Монстр только вздрогнул и не изменил направления движения. Я забил шомполом в ствол еще одну горошину и сунул оружие за пояс. Достал красный кристалл, заглянул внутрь: там крутился вихрь – то, что надо.

Зомби с клещами уже копошились в луже грязи. Не разобрать, кто есть кто. Сплошное месиво. Но поставленную задачу отряд мертвецов выполнил – отвлек на себя часть свиты главной бестии. Даже несколько душ поверженных врагов прилетело.

Теперь настал выход быстроногих солдат. И они появились как раз вовремя. Со стороны деревни на всех парах летели паукообразные твари с двумя острыми саблями спереди и сверкающими на солнце желтыми капельками яда на кончиках мощных хелицер.

Юниты обогнули скрежещущее на всю округу хитиновое месиво и устремились прямиком к черной шипастой голове. Дорогу им преградили еще десяток клещей. Для них у меня был приготовлен сюрприз. Я вытянул руку в направлении группы врагов и с силой сжал в кулаке кристалл – он хрустнул, и в черных рыцарей полетел сгусток энергии. Рядом с противниками он вырос и превратился в небольшой торнадо. Клещи замешкались, сбавили шаг. Смерч не причинил им вреда: слишком слабый. Он лишь поднял пыль, закружил травинки, листья. Но этого хватило, чтобы юниты проскочили мимо и запрыгнули на монстра.

Хелицеры заскребли панцирь. Яд потек по бронированной оболочке. И ничего. Пробить защиту не получилось. Надо было продвигаться к месту соединения бедра и голени ножки мухи. В суставе будет проще дотянуться до мягких тканей. Солдаты тотчас побежали через заросли шипов, но теперь на них со всех сторон стали прыгать голодные рыцари.

Первый юнит был атакован клещом в спину. Он заклацал ротовыми придатками, но достать врага не смог. Тогда в ход пошли сабли. Арахнид заработал ими, как швейными иглами. Издырявил все тело врага, а тот и не думал отрывать хоботок, продолжал высасывать жидкость из тела. Так, скрутившись в клубок, они и упали на землю.

На пути второго юнита оказался сонный толстый клещ. Он спохватился, подобрал раздутое от крови козы брюхо и расставил в стороны лапки. Арахнид уколол сразу двумя саблями – из дыр толстыми струями брызнула черная густая жижа, измазав юнита с ног до головы. Лапка скользнула по хитину. Секундной заминки хватило, чтобы подоспели еще два рыцаря. Они тоже поскользнулись на разлитой кровище, сцепились когтями и вместе с арахнидом сорвались вниз.

Третий солдат увернулся от прыгнувшего сверху рыцаря, срубил другому клещу хоботок и сиганул к заветному сочленению бедра и голени. Задрал хелицеры и со всего размаху всадил их в белесую пленку сустава.

Я достал второй красный кристалл. Вытянул руку в направлении гигантской черной ноги. Она была уже совсем близко.

Глава 14

Конечно, яд арахнида не убьет такого гиганта, но проблем точно доставит. И подействовал он быстро. Монстр вздрогнул от боли. На мгновение замер. Затем инстинктивно стараясь защититься, повернулся влево и зажал юнита в тисках сустава – тот лопнул, как спелая слива.

Черная тварь заелозила на месте. По телу прошли судороги. Отчего два клеща не удержались и сорвались вниз. Один успел отскочить, а второму повезло меньше. Огромная туша раздавила его в лепешку.

И пока бестия не поползла дальше, я хрустнул кристаллом – из руки вырвался сноп огня и обдал уродливую морду. Нога мухи повернулась влево от пламени, что мне и надо было. Отвратно завоняло паленым хитином. Еще несколько клещей шлепнулись на землю, задрыгали лапками. Другие ломанули прочь.

Монстр недолго мучился. Вновь выпрямился, подтянул заднюю часть и выбросил вперед шипастую голову-бедро. Я чудом успел отпрыгнуть в сторону, иначе мог быть раздавлен как упавший рыцарь.

План не сработал. Нога продолжила ползти на деревню. Но в рукаве у меня еще оставался козырь – синий камень. Надо только добраться до когтистого хвоста черной бестии раньше, чем она успеет разворотить кладбище. Проснувшихся скелетов мне еще тут не хватало.

Я стрельнул глазами в небеса – никого – и рванул вдоль трубы с шипами. Миновал сочленение, благополучно пронесся рядом с волосатой голенью, но до цели не добежал. У суставной лапки меня уже поджидали враги: сразу три клеща преградили путь. После выстрела из пистоля их осталось двое.

Перезаряжаться некогда. Хватаюсь за копье – и еще один противник падает с раскуроченной головой. Хоботок нервно всасывает воздух, булькает соплями, давится песком. Костяк тоже не подводит – пробивает саблями тело врага, отшвыривает труп обратно на волосатую голень. Путь свободен!

Выдыхаю:

- Боги, смотрите на меня!

В два прыжка оказываюсь у когтистой лапки, эффектно кувыркаюсь, – а как же без этого! – достаю кристалл и сжимаю – вмиг сквозь землю прорастают прочные корни и оплетают заднюю часть гигантской гусеницы. Она пытается привычно подтянуть хвост и выбросить вперед голову, но не тут-то было. Корни держат крепко.

Это еще не все. Костяк впивается хелицерами в обездвиженный сустав и выпускает порцию яда. Действует он сразу. Черная тварь вздрагивает, елозит на месте пуще прежнего, не понимает, по какой причине она не может сдвинуться с места. Но путы замечают верные солдаты, и отсиживаться они не собираются. Пять рыцарей спешиваются.

Щупальца пистоля как раз успевают заполнить контейнер газом. Не дожидаясь атаки, жму на спусковой крючок – пуля разрывает тело ближайшего врага. Остальных обдает осколками панциря и склизкими внутренностями.

Крайнему справа достается меньше всех. Он первый бросается на меня и натыкается на копье. Следующего валит на землю Костяк. Остается еще двое. А драгоценное время уходит. Долго корни не продержат хвост твари. От силы еще пару секунд.

Справлюсь!

Замечаю в небе надменную мордашку Ють. Она косится на меня!

Подмигиваю богине и отдаю приказ юниту отрубить левый коготь на ножке мухи. Гигантская тварь все равно вырвется из пут и продолжит ползти. Но оставшийся правый крюк должен немного заворачивать тело. Расчет был на это.

Костяк отшвыривает очередного рыцаря и начинает рубить сустав. Я принимаю бой. Уворачиваюсь от зазубренной лапы клеща, бью копьем в сочленение панциря, выворачиваю, ломаю броню наконечником и не замечаю удар слева. В голове шумит. Ноги не слушаются. Падаю на спину.

Тонкие губы синеволосой богини расползаются в легкой улыбке.

Сверху на меня наваливается клещ. Сует хоботок прямо в лицо. Сладко причмокивает. Но целоваться с ним нет охоты. Перехватываю рукой вытянутый ротовой аппарат и с хрустом переламываю. Подтягиваю ноги и перекидываю бронированного рыцаря через себя.

Вскакиваю, выставляю копье – на него тотчас насаживается очередной враг и отдает душу. Древко вырывается из рук. Пячусь. На меня несется сразу три черных рыцаря. С ними без оружия уже не справиться! Кричу Костяку:

- Защищай!

Тот бросает все дела и накрывает меня собой. Я вовсе не это имел в виду, но получилось весьма эффективно: мое тело буквально влезло в тело юнита. Даже хитиновая пластина закрылась на груди, не давая выпасть. А голова оказалась в круглом пазе, словно в шлеме. Мощные хелицеры торчали сверху, будто рога. Руки и ноги тоже обжали когтистые конечности мелких арахнидиков. Но не это меня удивило больше всего, а то, что теперь тело Костяка полностью подчинялось моим действиям. Я сидел в бронированном экзоскелете, который мгновенно считывал мысли!

Ють задирает носик, фыркает и исчезает.

Враги наваливаются. Первого рассекаю саблей. Следующему легким движением срубаю голову. Третьему срезаю лапки и пинаю ногой в живот изуродованное тело. Картинно кручусь волчком и добиваю противника ударом в тело. Замираю. Поглощаю души. Потанцевать бы еще, но корни начинают с треском рваться. Совсем скоро тварь высвободится.

Бросаюсь на когтистый хвост и вгрызаюсь передними лапами-клинками в сочленение – монстр бьется все сильнее, давит нерадивых рыцарей, натыкается на колья ограждения погоста. И вырывается. Меня обдает склизкой полупрозрачной кровью гигантского насекомого. А отрубленный коготь прямо на глазах превращается в клепаный кожаный доспех с металлическим нагрудником! Да еще и с фиолетовыми ремешками! Да еще и с двумя тесненными рунами на плечах! И с местами для кристаллов!.. Вот, что значит данжевый босс! Ну, не сам босс, а только его нога. Даже не нога, а лишь коготок… После буду разбираться! Хватаю трофей и даю деру. Не забываю крикнуть:

- Во славу богов!

А они смотрят! Сразу два всевышних с интересом наблюдают за мной. Карта-Пудра-Парта, или как его там, и седобородый старец с красным носом и синим фингалом под левым глазом. Паренек довольно скалится. А побитый творец сущего хмурит кустистые брови.

Я развернулся и вскинул кулак с оттопыренным большим пальцем. Крикнул:

- Отличный экзоскелет! Достойно лайка!

Но боги уже глазели куда-то в другую сторону. Бородатый активно прикладывался к золоченому кубку. А ехидной пучеглазый юнец с улыбочкой потирал ладони.

Не важно. Деревня спасена! Черная тварь уползала влево мять травку на лугах. Она даже поля пшеницы не задевала, что не могло не радовать. Крестьяне должны мне оды слагать за такие подвиги!

Оказавшись в безопасности, я остановился. Окинул округу взглядом Жопоглаза и увидел вдали еще одну гигантскую бестию – саму муху. Она уже обзавелась одной лапкой и активно ковыляла навстречу моей недавней сопернице. Нога, почуяв хозяйку, ускорилась, заскакала от радости и в прыжке присосалась к суставу на теле мухи. Теперь насекомое бодрее заработало лапками и, к счастью, ломануло на север, оставляя после себя лишь глубокую канаву.

Правее в небе показался летающий монстр с адептом на спине. Дальше также виднелись темные точки. Слева над синей полоской леса поднималась пыль. Воины постепенно подходили к месту главной битвы. А боги начинали пир. Зазвенели бокалы, полилось рекой вино, столы заскрипели от диковинных яств. И пока все было чинно и благородно, если не считать, что на грешную землю посыпались первые крошки-метеоры.

Среди пирующих виднелись знакомые лица. Была там и синеволосая Ють, и одноглазый Ууу, и седобородый с фингалом, и пышногрудая брюнетка. Но мелькали и несколько всевышних, ранее не появлявшихся в небе. Пучеглазый паренек тоже был. Он, как устроитель сего балагана, сидел в самом центре. Остальные крутились вокруг.

Мне до высших сил дела не было. Надо собирать трофеи, а не глазеть, как боги набивают рты. Но прежде – примерить обновку!

Я вылез из экзоскелета и надел доспех – он сел как по мне кованый. Но сразу же превратился в простую рубаху из мешковины, подпоясанную распушенной веревкой. Плевать! Главное – работает! Я стукнул кулаком себя в грудь – раздался характерный звук удара по металлу.

Легендарный статус давал свое. Броня отличалась легкостью, удобностью и прекрасной защитой. Также она почти не гремела при резких движениях, лишь томно поскрипывала дубленая кожа в местах изгибов. И ведь в тесненных рунах еще нет кристаллов!

Кстати, о трофеях. Во всей этой кутерьме сражения мне было не до самоцветов, а они должны выпасть. Набили мы немало черных рыцарей. Души поверженных врагов хоть и прилетали, но я не обращал на них внимания. Сейчас подсчитал и присвистнул: пятнадцать штук – все от клещей. Неплохо! Жаль, что сгустки восприятия мертвых юнитов не возвращаются к хозяину. Они пали смертью храбрых и отдали души богам.

Я принялся ворочать тела и искать кристаллы. Костяк помогал. Жопоглаз кружил сверху и то и дело поглядывал на удаляющуюся муху. Она почти скрылась за горизонтом, когда за нее взялись адепты. Это стало ясно и по сверкающим разрывам, и по гоготу богов.

Перевернув все трупы, я разжился четырьмя небольшими красными кристаллами малой и средней светимости, двумя мелкими тусклыми зелеными и одним синим орехом, тоже едва сияющим. Не успели рыцари толком пожить, как сложили головы, вот и камни еле горят.

Два мелких красных самоцвета средней светимости я тут же вставил в специальные углубления на рунах доспеха. Они влезли, как влитые – и вуаля! – тело сразу преобразилось. Увеличилась сила, и движения стали более резкими из-за повышенной ловкости. Броня почти совсем перестала чувствоваться. Я даже подпрыгнул от удовольствия. Забегал как заведенный. Правда, вскоре привык и перестал ощущать эффекты. Доспех вновь сковывал движения, но уже не так заметно, как раньше. И ведь это только красные камни! Другие дадут еще больший эффект!

Теперь биоматериал. В сумку влезли все пятнадцать клещей. Сверху я запихал еще одного арахнида, а два других взвалил на плечи Костяк. Зомби были в слишком плохом состоянии, чтобы их брать. Да и некуда уже. Пусть гули полакомятся, пока ловушку не поправлю.

Грохот далекой битвы нарастал: все больше воинов подбиралось к боссу. Из-за горных массивов вышел титан. Не мог же он пропустить такое событие. Но это был уже другой великан: не каменный, а ледяной. Даже с такого расстояния легко можно заметить разницу между гранитной скалой и сверкающей на солнце глыбой льда.

Боги вовсю веселились. Заметив приближение гиганта, они оживились, загалдели еще сильнее. Кто-то швырнул в быстро приближающегося здоровяка куском хлеба, кто-то запустил костью, кто-то швырнул огрызок яблока. Идея понравилась остальным всевышним, и под задорный гогот с небес полетел град объедков.

Седобородый старец с красным носом, полностью осушив кубок, просто плюнул. Какой-то рыжий кучерявый бородач вскочил, закрыл одну ноздрю пальцем и громогласно высморкался. Миниатюрная голубоглазая блондинка в нескромном золоченом лифчике и вовсе пошла в разнос: вскарабкалась на стул, задрала короткую юбку и раздвинула ноги.

К этому времени все брошенные снаряды преобразились. В титана с небес полетели уже раскаленные камни, ударили молнии и даже брызнул расплавленный металл. Тотчас поднялись клубы пара, и гигант скрылся из виду в белых облаках. Заодно и непристойная выходка богини осталась незамеченной. На этом высшие силы охладели к ледяному здоровяку. Боги вернулись к битве на грешной земле и принялись тыкать пальцами в самые ожесточенные схватки монстров и своих адептов.

Мне там делать было нечего. Надо почистить перышки от слизи, восстановить армию юнитов и провести парочку ритуалов. А после можно будет прогуляться по окраине сражения и посбивать рога недобитым тварям. Глядишь, перепадет чего ценного.

Я уже собирался с триумфом выдвигаться в деревню, как в окошке обзора Жопоглаза показался незваный гость. Точнее, гостья. И не одна, зараза. Со стороны западных каменистых холмов на розовом в голубые пятна единороге вырулила пышногрудая воительница. Рядом бежали три полуголые человекоподобные фигуры. Сверху парил белый голубь. Женщина заметила меня и остановилась на пригорке в паре десятков метров.

У нее были длинные черные волосы, заплетенные в тугую косу; круглое симпатичное личико с подведенными карими глазами и с ярко-красной помадой на пухлых губах; тонкая талия и достаточно большой зад. Одета адептка была в синее платье с вышитой руной на груди. На голове красовался стальной обруч с зелеными ленточками. На ногах – красные сапоги с высоченными каблуками. Наряд явно не простой, а защищенный магией. Иначе в Мире никак.

Единорог, помимо яркой раскраски, больших голубых глаз с завитками ресниц и того, что он в принципе единорог, обладал вдобавок развивающейся на ветру белой с блестками гривой и таким же внушительным хвостом. Также на нем слева висел деревянный щит с красными узорами, а справа виднелась боевая коса с древком, обмотанным синей ленточкой, и многоствольное ружье в кожаном чехле.

Свита заслуживала особого внимания. Три юнита были именно человекоподобными фигурами и никак не полноценными людьми. У них попросту не было лиц. Вообще. Зато имелись сальные ниспадающие до плеч волосы, волевые подбородки и, щедро усыпанные буграми мышц, стройные тела. Из одежды – лишь набедренные повязки и кожаные ремни, оплетающие могучие формы. В руках солдаты сжимали шипастые дубины. Двигались они вполне осознанно для безглазых существ. Видимо, умели как-то иначе ориентироваться в пространстве.

- Эй, свежак, совсем нюх потерял? – фыркнула воительница и вздернула курносый носик. – Долго мне ждать заслуженного приветствия? Тебя не учили хорошим манерам?.. Дар речи потерял, при виде такой красоты?..

- Божжжессственной крррасссоты! – фальцетом пропел единорог и тряхнул гривой.

Как бы для усиления слов хозяйки, он ударил копытом по земле и высек сноп искр. Эффектно, не спорю. Оценила даже рыжеволосая богиня с глубоким декольте. Она стрельнула глазами в нашу сторону, но и это уже что-то. Красотка поймала кураж, продолжила нападать:

- Такие босяки как ты должны мне ноги целовать!.. Иди сюда, подставь спину, я сойду на землю. Живее, идиот!.. Или ты глухой?!

Воительница на единороге без сомнения вооружена лучше меня. Ссориться с ней не стоит. Во всяком случае, сейчас. Но и ползать на коленях перед этой размалеванной клушей не собираюсь.

- С радостью, - крикнул я, - только на мне слизь монстра. Испачкаю твои прекрасные сапожки.

Отговорка не сработала. Даже наоборот. Брюнетка властно взмахнула рукой:

- Ко мне, болван!.. Показывай, что успел найти на месте этой битвы, и тогда позволю тебе унести ноги!

Оставалось одно: показать сумку. Вдруг это охладит пыл жопастой адептки. Терять мне нечего. Вряд ли она позарится на трупы клещей. А все значимые трофеи лежат в потаенном кармане. Да и тяжеловата ноша для смертельного вальса, если вдруг придется танцевать.

Я снял сумку и поставил на землю так, чтобы золоченые тесемки были хорошо видны. Крикнул:

- Ничего ценного. Смотри сама.

Воительница заметила статус предмета. Сглотнула. Глупо улыбнулась, пропищала:

- Так это ты тут устроил весь этот бардак, - она поправила выпавшую прядь волос, потупила взор. – А я подумала, что просто подбираешь за другими.

- Сами мы спешим в данж, - добавил единорог и показал крепкие квадратные зубы.

Теперь можно и по носу щелкнуть.

- Ты ошиблась местом. Босс там, - я кивнул на север и вытер натекшую на лоб слизь. – А если ты объедки собираешь, то разрешаю покопаться в куче трупов, может, что пригодится. Мне они без надобности.

Дамочка открыла рот, выпучила глаза, беззвучно зашлепала губами-сардельками. Но ступор продолжался недолго. Перегнул я палку. Лицо воительницы исказилось в гримасе злобы. Рука потянулась к ружью. И юниты пришли в движение: безликие солдаты затопали на месте, подняли дубины, а единорог тряхнул гривой, эффектно ударил по земле копытом.

Отступать было поздно. Я положил ладонь на рукоять пистоля, глянул в небеса: боги на нас не обращали внимания. Может, еще есть шанс разойтись.

- Смотри фокус, - сказал я. – Ап!

Затем поднял сумку за ремень – она тотчас изменила статус. Я вернул предмет на землю – тесемки сверкнули золотом в лучах солнца.

- Доходит до тебя, жирная жопа, что не только сумка у меня такая?

Я стукнул себя в грудь, вызвал характерный звон металла. При этом, естественно, не выпускал из руки копье, чтобы красная ленточка на наконечнике не сгубила план. Холодно добавил:

- Забирай своих цепных псов и проваливай отсюда, пока я не выщипал тебе хвост, клуша.

Не сработало. Адептка сощурилась, дернула за поводья единорога и злобно процедила:

- Сейчас посмотрим, кто ты.

Ее взгляд был направлен мне за спину. Я мигом глянул на окошко обзора Жопоглаза и чуть не подпрыгнул от увиденного.

Глава 15

Со стороны кладбища к нам приближались сразу пять гулей. Не вовремя они почуяли мертвечину. Видимо, совсем оголодали, раз средь бела дня отважились вылезти из нор.

Это были грязные уродливые безволосые создания, размером с взрослого человека, с морщинистой покрытой язвами и волдырями кожей. Они передвигались исключительно на четвереньках. Имели прекрасное обоняние и отличное зрение. Хорошим слухом похвастаться не могли, но это не проблема для падальщиков. Трели соловья по ночам они не слушают. Они ищут трупы. А когда находят, то не церемонятся с добычей. Для откапывания могил и разрывания плоти на части лапы монстров оснащены крепкими когтями.

Свежим мясом гули тоже не брезгуют. Частенько охотятся в окрестностях поселений на одиноких путников или работников в поле. Пасть у адских существ впечатляет размером – руку по плечо легко оттяпают и не подавятся. Даже если просто укусят – мало не покажется. Из-за особенностей питания, слюна у гулей ядовитая.

Поодиночке трупоеды бродят редко. Предпочитают охотиться в стае от пяти до десяти особей. При этом внутри группы существует строгая иерархия: вожак, и остальные. Он принимает все решения: атаковать или нет, копать или нет, убегать или нет. Ест, естественно, первый.

Среди приближающихся гулей отчетливо выделялся альфа-самец – самый огромный монстр с клыками наружу и торчащим вверх коротеньким хвостиком-колбаской. Вожак шел впереди, а остальные трусили следом, слегка виляя уныло повисшими задними придатками тела.

Монстр остановился, поднял уродливую морду и потянул носом воздух. Облизался. Это я не чую протухшие внутренности зомби-арахнидов, а этот еще за версту унюхал.

Насладившись приятным ароматом, гуль взглянул на меня. Скривил морду и утробно прорычал:

- Человеки, если…

Я вскинул пистоль и нажал на спусковой крючок. Не задушевные же беседы вести с трупоедом. Пуля попала в плечо, разорвала кожу в лохмотья, вывернула наружу ломти мяса и оголила кость. На этом разговор закончился. Монстр поджал хвостик и рванул прочь на трех лапах. Остальные – следом.

Я демонстративно дунул в ствол пистоля, закинул внутрь очередную горошину, забил шомполом и лениво бросил:

- Выстрел в вашу честь, боги!

Глянул на небеса: всевышние галдели над местом эпической битвы. Но мою меткость оценила воительница. Она надула и без того пухлые губы, буркнула:

- Жопа у меня не жирная!

И пришпорила единорога.

- Он просто грязный невежда, моя королева, - проговорил розовый в голубые пятна коняга и припустил так, что из-под копыт полетели искры.

Безликие мужские тела потрусили следом. Поднятая пыль их нисколько не беспокоила. Дышали они, видимо, тоже как-то иначе.

Проводив взглядом всадницу, я воткнул древко копья в землю и отпустил руку – вмиг серая тряпка у наконечника превратилась в красную ленточку, а на ней проявилась надпись:

Найди адепта из соседней деревни.

Выходит, что эта клуша мне не соседка. Иначе, задание бы исчезло.

Я закинул за спину сумку и хотел направиться в родное поселение, но на секунду отвлекся. Полностью переключился на зрение Жопоглаза, чтобы хорошенько осмотреть окрестности. И не зря! На полях пшеницы появилась новая линия. Она соединяла недавний круг с основным рисунком.

Шпион тут же рванул на место преступления и тщательно все исследовал: никого рядом не было, лишь две крестьянки копались на другом конце посевов. Спрашивать их бесполезно. Если они и видели что необычное, то сами все расскажут. Еще наплетут с три короба сверху. Ломай потом голову, что за чудо повадилось на поля.

Я вернул зрение Жопоглаза в окошко справа и неспешно двинулся к западным воротам. Проходя мимо погоста, отвлекся на поломанную гигантской гусеницей часть кольев забора. Надо бы сказать Пропоку, пусть отправит работников. Гули им сейчас угрожать не будут. Трупоеды если и придут полакомиться зомби-арахнидами, то только ночью. Ближайшее время эти твари носа из нор не высунут.

Жопоглаз как раз пролетел над мельницей, крутнулся у помоста на реке и поспешил обратно ко мне.

Поднявшись на пригорок, я краем глаза заметил легкое движение слева: в полусотне метров у раскидистого клена взмахнула крыльями черная птица. Она вылетела из кроны дерева, но увидев меня, юркнула обратно. Это показалось странным. Птицы так себя не ведут.

Жопоглаз отправился на разведку. Приблизившись к клену, он завис в воздухе и стал методично осматривать каждую ветку. Птица довольно большая, не спрячется. И точно! В густой листве одного из молодых побегов мелькнуло черное тело. Шпион сфокусировался на нем. Крылатая тварь не выдержала долгого взгляда и выпорхнула из укрытия.

У меня мурашки пробежали по спине. Это была до боли знакомая ушастая голова крысида. Чертов Кун до сих пор не забыл обо мне! К счастью, перволюда рядом не было. Его лазутчик стремглав понесся на северо-восток. Я выхватил пистоль и пальнул вслед – мимо. Второпях закинул еще горошину и, не дождавшись полного заряда, вновь нажал на спусковой крючок – горошина вылетела из ствола совсем слабо. Описав дугу, она взорвалась всего в паре десятков метров.

Я полез в карман за следующей, но там было уже пусто. Чертыхнулся. Надо же! Извел последние патроны на эту тварь, и все впустую! Но зато надпись на красной ленточке на стволе оружия исчезла. Кварта-Бобра-Как тебя там, задание выполнено!.. Вот теперь точно надо спешить под защиту частокола. Даже если зеленокожий сейчас объявится, то на штурм деревни он не пойдет.

Я отбросил гнетущие мысли и с широкой улыбкой на лице врезал в дверь кулаком.

- Открывай! Рок вернулся!

Ворота распахнулись. И на этот раз меня действительно встречали. Не с цветами, не с подарками, не с жертвенными девственницами, но все же два десятка мужиков толпились у входа в поселение с крестьянским вооружением в руках. На лицах играло легкое недоумение, граничащее с животным страхом, истеричной радостью и паническим ужасом. Напряжения добавляло отсутствие мелодичного звона наковальни.

- Т-ты это… того?.. – спросил самый смелый бородач и ткнул кривым пальцем в сторону кладбища.

- Того! – уверенно кивнул я. – И этого, и того, и даже другого тоже отправил к праотцам. Отбой, в общем. Сушите лапти.

Мужики переглянулись. На лицах начала пробиваться удивленная улыбка. Она росла с каждой секундой и вскоре вылилась во всеобщее ликование. В небо полетели шапки. Залаяли собаки. Из закоулков высыпала ребятня. Повылазили женщины. Даже старики проснулись. Толпа меня подхватила на руки и торжественно понесла к алтарю. Не спорю, стало приятно! Я даже помахал небесам и крикнул:

- Смотрите на меня, боги!

Но, увы, ни один из всевышних не отвлекся от яростной битвы адептов с гигантской мушищей. Навстречу выбежал Пропок. Дернул меня за штанину:

- Ну, Рок! Ну, ты даешь! Неужто одолел чудище?..

- Одолел, - важно молвил я.

Чего стесняться? Волосатая гадина получила на орехи и уползла, дрожа от страха! Чья работа? Рока!..

- А трофеи где?

Смотритель засеменил рядом. Я отмахнулся:

- Будут и трофеи.

- Ритуал! Проведем ритуал немедленно!.. – затараторил толстяк и сам себя перебил. – Нет, не сейчас. Сначала ты поведаешь нам, как бился с мерзкой тварью! Такова традиция! Адепт всегда рассказывает о своих подвигах! А мы славим его перед богами!.. Так-так-так, расступись, народ! Дайте место нашему победителю!

Меня поставили на ноги у алтаря и образовали широкий круг. Я не спешил начинать рассказ. Вначале надо создать нужную атмосферу и подготовить декорации. Для этого я вывалил из сумки все пятнадцать тушек клещей прямо у обтесанного валуна с рисунками и свечами. Трупик арахнида небрежно швырнул в сторону, куда свалил свою ношу и Костяк.

При виде кучи черных рыцарей народ ахнул. Было от чего. Получилась весьма приличная горка. Толпа немного подалась вперед, высунула шеи. Бабы заохали. Мужики важно заскребли носы. А какой-то белобрысый мальчуган украдкой дернул ближайшего клеща за кончик задней лапки, тут же получил звонкую затрещину и исчез.

Я взобрался на самый верх груды поверженных врагов, с прищуром взглянул вдаль поверх голов собравшихся зевак, медленно повернулся, остановил глаза на алтаре и заговорил низким хриплым голосом:

- Гигантская волосатая гусеница ползла прямо на деревню. Казалось, что шансов нет, но…

Немного подготовив зрителей к решающей битве, я по-кошачьи пригнулся, вскинул копье и прыгнул на прямоугольный валун. Несколько раз взмахнул оружием, потушил свечку, соскочил вниз и зачерпнул пригоршню песка. Имитируя магический эффект кристалла, сыпанул в сторону жертвенника, сбив пламя с еще пары свечей. Отскочил обратно и схватил первого попавшегося клеща. Хорошенько встряхнул поникшую тварь, дал пинка другой бестии, врезал кулаком в морду следующей.

С каждой секундой повествования, я все больше входил в раж. Образы недавних врагов как живые вставали перед глазами. Я бил, протыкал, кромсал и разрывал на части тела, стрелял из пистоля, эффектно сдувал остатки газов и вновь бросался в бой.

Крестьяне смотрели как завороженные, молча открыв рты. Даже детишки перестали шнырять между ног. И собаки больше не лаяли.

Раскидав по округе с десяток черных рыцарей, я театрально упал на землю и взвалил одного из них сверху. Состроил звериную ухмылку, выпучил глаза и сквозь зубы прорычал:

- Не добраться тебе, гад, до деревни! Костьми лягу, но сдержу вас, твари…

И с хрустом переломав ротовой хоботок, перекинул клеща через спину. Кувыркнулся и картинно встал на одно колено. Взглянул исподлобья. Зрители завыли от восторга.

- Так ему! – взревел беззубый мужик. – Снай насих, ублюдок!..

- Дааа! – вскричал другой, победно вскинув в небо кулак.

Я вскочил и крикнул:

- Костяк!

Вмиг на меня набросился юнит и заключил в объятия экзоскелета. Толпа ахнула. На мгновение застыла. Не сразу крестьяне догадались, что произошло. Еще бы. Со стороны казалось, что измененный арахнид меня попросту слопал. Но когда я в новом обличии принялся крушить острыми конечностями-саблями останки врагов, народ пришел в настоящий экстаз. Крик поднялся такой, что заглушил лай вновь проснувшихся собак.

В конце я сложил трупы в кучу, вылез из Костяка, взошел на самый верх горы тел и подбоченился. Дождавшись спада гомона возбужденных зрителей, торжественно произнес:

- И так будет с каждым, кто осмелится прийти на наши земли!

Толпа вновь взревела. Немного пошумев, голоса собрались в едином кличе:

- Слава Року!.. Слава победителю!..

Легкая улыбка тронула мои губы. Представление получилось что надо! Самому понравилось. Я будто заново испытал те же эмоции. Только немного омрачила торжественный момент высунувшаяся из людской массы старуха.

- Это он на реке так был? Или где?..

Но ее задернули обратно в толпу. Кривая клюка какое-то время еще маячила над головами крестьян, но и она вскоре исчезла.

Что же боги? Им спектакль тоже пришелся по душе! Точнее, одному. Я поднял глаза к небу и кивком поприветствовал Святозара. Светловолосый небритый бог смотрел на меня. Взгляд у него был стеклянный. На недельной щетине висели куски квашеной капусты. Всевышний криво подмигнул мне в ответ, поднял пивную кружку и хорошенько приложился. Отхлебнув достаточно, он вытер рот рукавом золоченой рубахи и вернулся к компании остальных богов. Не важно. Теперь я знаю, в чью честь проводить следующий ритуал.

А еще знаю, с кем сегодня проведу ночь – с той рыжей стройняшкой слева у колодца. Она уже готова пойти в кусты хоть прямо сейчас. Вон как пожирает меня огромными глазами. И грудь топорщится сквозь платье. Наши взгляды встретись. Девушка сразу отвернулась, зарумянилась, провела пальцем по розовым губам. Я глаза не убирал, любовался точеной фигурой, мысленно поднимал подол платья…

Гомон восторженных голосов затихал. Пришлось отложить сладкие мечты и вернуться в реальность.

Я ловко соскочил с измочаленной кучи черных рыцарей на грешную землю и принялся отряхиваться от остатков застывшей слизи. За время представления она превратилась в хрустящую пленку. Теперь легко отслаивалась, будто старая кожа, и ветер уносил полупрозрачные хлопья.

- Боги? Боги видели, как ты сражался?! – затряс меня за рукав Пропок.

Улыбка на его сальном лице дрогнула. Толстяк одернул руку, понял, что он трогал жирными пальцами вовсе не рубаху из мешковины.

- Конечно! – сказал я и усмехнулся. – Как тебе моя новая броня? Правда, элегантный пошив, строчка, талия, все дела.

Пропок только беззвучно шлепал губами. Наконец, он выдохнул:

- Выпала из монстра?

- Ага.

- Статусная?

- А то!

Толстяк вознес руки к небу и затянул:

- Спасибо, великий боже, Курта-Питра-Рапта!..

- Думаешь, это он дал броню? – перебил я.

- А кто же, по-твоему?.. Его данж – его и дары, - развел руками Пропок.

Я стукнул себя кулаком в грудь и взглянул на молодого бога в центре застолья.

- Благодарю за доспех, дружище!

Смотритель вздрогнул. Покосился на меня, но ничего не сказал. Всевышний же не только промолчал, но даже не удостоил меня взглядом. Не удивительно. У богов было, чем себя занять. Данж подходил к концу.

Битва адептов с боссом хоть и была достаточно далеко, но увидеть главные события для Жопоглаза не составило труда. И как раз сейчас там начали делить праздничный торт. Мухе так и не удалось собрать все части тела и улететь обратно в небеса. К моменту появления титана, она обзавелась лишь четырьмя ножками и одним крылом. Теперь, когда пар от ледяного великана рассеялся, стало видно, что она утратила все конечности снова. А единственное крыло вовсе спалили. От него остался только причудливый скелет из хитиновых жилок. Да и тот переломанный в нескольких местах.

Вначале у босса худо-бедно получалось отбиваться от накатов божьих солдат. Сдерживать натиск помогали черные рыцари и другие монстры, коих было немало. Чтобы достать гигантское насекомое воинам приходилось пробиваться сквозь целые толпы разношерстных тварей. И не известно, чем бы все закончилось, но кто-то догадался, что надо не дать мушище собраться воедино. Второе крыло придали огню еще в дороге. Босс так и не дождался его. А силы и монстры не бесконечны. Адепты методично разрушили оборону и взялись за основное блюдо. Для завершения божественного события, мухе оставалось только оттяпать голову. И шансов сохранить ее не было.

Тем временем толпа у алтаря постепенно редела. Народ расходился по своим делам, активно комментируя мои подвиги. Детишки уже похватали палки и яростно сражались с зарослями крапивы у частокола.

Рыжая девушка не испарилась бесследно. Она топталась неподалеку и делала вид, будто что-то ищет, украдкой поглядывая на меня. Чуть поодаль мялась уродливая девочка. Едва заметив ее, я вспомнил, что хотел сделать одно дело.

- Готовь тут все для ритуала, - сказал я смотрителю. – Скоро вернусь.

Толстяк засуетился вокруг обтесанного валуна, а я направился к восточным воротам. Проходя рядом с растерянной красоткой, спросил:

- Потеряла брошку, лисичка?

- Да, - закивала та и потрогала тонкими пальцами мочку уха. – Серьга расстегнулась.

- Ничего, - улыбнулся я и слегка коснулся ее плеча. – Сейчас прикажу юниту – он найдет.

Рыжая не отстранилась. Даже наоборот, слегка приблизилась. Томно протянула:

- Точно?

- Что за вопрос, прелестница? Приходи за сережкой вечером ко мне в покои.

Девушка опустила глаза, с трудом сдержала улыбку, но вспыхнувший румянец скрыть не смогла. Не дожидаясь ответа, я развернулся и продолжил путь.

Травница была дома. Она склонилась над кипящим котлом и помешивала деревянной ложкой густое зеленоватое варево. На плетеном кресле, свернувшись калачиком, спал черный кот. В избе было душно. Воняло клопами.

Я аккуратно убрал веник сухих трав, висевший перед самым носом, и сходу выпалил:

- Что тебе известно о голубоцветной хватанке?

Глава 16

- Добрый цветок, только смердит дюже дурно, - ответила травница, не удостоив меня взглядом. – А почему ты спрашиваешь?

- Одна крестьянка подарила семена.

Я достал светлые коробочки с зернышками и встряхнул. Услышав глухой звук, старуха прекратила помешивать зелье, повернулась. Желтое пламя очага сверкнуло в ее глазах.

- Большие, - проскрипела травница и вновь взялась за ложку.

Я чихнул – на кресле вздрогнул кот, навострил уши. Без сомнения, знахарка поняла, по какой причине коробочки вымахали до таких размеров. Раз так, то играть в догадки больше нет смысла.

- Это ты надоумила местную крестьянку заманить свою дочь в ловушку? – прямо спросил я.

Травница всплеснула руками.

- Что ты, Рок? О чем ты?! Боже упаси!.. Да, недавно одна женщина пытала меня о болотном цветке. Я многим рассказываю о чудодейственных свойствах разных растений. А что люди делают с этими знаниями, мне неведомо.

- Ладно, - фыркнул я. – Для чего зерна служат?

- Вот это уже другой разговор! - оживилась старуха. – Из семян голубоцветной хватанки делают молодильник. Правильно приготовленное снадобье омолаживает тело и исправляет любые врожденные и приобретенные дефекты. Если голову отрубят, то новая не вырастет, а вот конечности – запросто.

Тонкие губы пожилой женщины расползлись в улыбке. Из-за скудного освещения от пляшущего огня, лицо выглядело адской гримасой. Растрепанные седые волосы дополняли образ ведьмы.

- Что значит правильно приготовленное? – спросил я и снова чихнул.

Кот подскочил. Сладко зевнул. Выставил вперед лапы, выгнул спину и потянулся.

- Значит, что семена голубоцветной хватанки были собраны с растения, которое питалось особым образом.

Травница замолкла и уставилась на меня так, что продолжение не требовалось. Я все понял без лишних слов. Молодильник получает чудодейственные свойства, только если он приготовлен из семян растения, которое накануне слопало человека. Во всех остальных случаях зелье не работает во всю силу. Или непригодно вовсе. Но это уже не имеет значения. Мои семена как раз подходят для волшебного эликсира. Он не будет лишним в сумке. Мало ли что может случиться? Оттяпает какой-нибудь монстр руку, и что потом делать? В общем, решено.

- Выливай за сарай свой зеленый кисель, будем молодильник варить! – сказал я и протянул на ладони ровно половину собранных коробочек с семенами.

Старуха мгновенно сосчитала их и с прищуром глянула на меня. Проскрипела:

- Эээ, нет, Рок. Половины маловато будет. Надо все, что дало растение. Иначе просто компот получится.

Пришлось отдать остальные. Травница мигом пересыпала зернышки в мутную склянку, плотно закрыла ее крышкой и поставила на полку с такими же сосудами. Опережая мой вопрос, буркнула:

- Вечером займусь. Готово будет завтра. Ты к пригорку ходил?

- Нет еще, - отмахнулся я, активно гримасничая из-за мучительного зуда в носу.

- Не откладывай, адепт. Не ровен час, в данж пойдешь. А там подорожником не отделаешься.

Я не выдержал и чихнул. Кот уже привык к резкому звуку и даже не дернулся. Он невозмутимо облизывал лапу и усердно тер усатую морду.

Оказавшись на свежем воздухе, я вдохнул полной грудью. Проморгался. И как там только старуха еще копыта не отбросила? Совсем же дышать нечем.

У алтаря все было готово для проведения ритуала: песок с валуна сметен, свечи расставлены и зажжены, немногочисленный хор перешептывается в сторонке. Хранитель топтался неподалеку и обгладывал куриную ножку. Вокруг него кружила худая болезная собака, неистово молотя воздух облезлым хвостом. Рядом на треснутой колоде стояла кружка чая и испускала ароматный пар.

Завидев меня, Пропок швырнул псу кость, вытер жирные пальцы о пузо и поспешил навстречу. Взял под руку, подвел к валуну:

- Жизнедав снова принес плоды! Смотри, какой крепкий куст вымахал!

Растение и вправду выглядело еще лучше, чем в прошлый раз. И уже отцвело. От белых лепестков не осталось и следа, а зрелые малахитовые семена были готовы вот-вот осыпаться.

Толстяк запрыгал возле жизнедава и восторженно продолжил:

- Целых восемь штук выросло! Боги любят тебя, Рок!..

- Не сомневаюсь, - холодно бросил я и сорвал все плоды.

Сейчас меня больше интересовал алтарь. Только пока не по прямому назначению.

Я направил Жопоглаза к полям пшеницы и взглянул на валун. Обошел вокруг и внимательно изучил все знаки, пентаграммы и рисунки. Без сомнения, круги на полях имели сходство с изображениями на жертвеннике. Причем, не на главной площадке сверху, а только на боковых гранях. На них прослеживалось наибольшее подобие. Но все равно найти точный рисунок не удалось. Тут были лишние закорючки, там – квадраты, здесь – еще что-то.

- Выпей чайку перед началом, - проговорил Пропок, выводя меня из глубоких раздумий.

- Да, - буркнул я и машинально взял кружку.

Но отхлебнуть не успел. Вспомнил, что хотел осмотреть броню. Сейчас в спокойной обстановке надо изучить ее получше. Вдруг, чего упустил в спешке.

Я отставил чай обратно на колоду и скинул доспех. При виде на нем фиолетовых ремешков, глаза толстяка увеличились вдвое.

- Легендааарный, - с придыханием проблеял он и нежно погладил сверкающий на солнце нагрудник.

Вставленные в руны на плечах красные кристаллы ни капельки не потускнели. Значит, их хватит надолго. Но надо обязательно следить за светимостью. Иначе можно в самый неподходящий момент остаться без магического улучшения.

Я перевернул броню и взглянул на спину: на отполированной до блеска пластине была выгравирована еще одна руна. Она была вдвое больше других и занимала все пространство металлической брони. В центре виднелось место для камня, выкрашенное в фиолетовый цвет. Судя по размеру выемки и креплениям, встанет любой кристалл. Не трудно догадаться, какого цвета он должен быть.

- Что дает такой рисунок? – спросил я.

- Подожди минутку, Рок! – бросил толстяк и рванул в дом.

То, что это особая руна, и так понятно. Две на плечах – обычное улучшение характеристик тела. А эта – настоящий дар богов. Поэтому и самоцвет подходит не всякий. Работают такие знаки тоже иначе. Они дают лишь разовый магический эффект, после чего кристалл исчезает. Надо вставлять новый.

И тут вырисовывается проблемка: руна находится на спине, чтобы закрепить камень придется снимать броню. Иначе никак. Какой бы удобный доспех ни был, но это все же доспех, рукой не дотянуться. Выходит, что дважды использовать руну в бою не получится. Не раздеваться же в пылу сражения.

Пропок выскочил из дома, прижимая к груди толстую книгу. Он прямо на ходу стал листать страницы и что-то бормотать себе под нос. Подойдя ко мне, воскликнул:

- Нашел!.. Это Рывок – способность на мгновение ускориться! Руна активируется мысленно. Время ускорения зависит от зарядки самоцвета. Скорость движения – от размера камня!

- Неплохо, - сказал я.

- Неужели, ты и нужный кристалл выбил из той бестии? – спросил толстяк.

- К сожалению, нет.

- Это в стиле Курты-Питры-Рапты. У него все по частям.

Я усмехнулся, вспомнив муху. Надел доспех и подмигнул:

- Была бы руна, а подходящий камушек найдется.

Пропок сунул мне в руку кружку.

- Чай стынет. Холодный он не такой вкусный.

Я взял напиток, но только поднес ко рту, как сразу отвлекся. Мимо пробежала гурьба детишек. Впереди неслась испуганная девочка с уродливым лицом. За ней гнались сразу пять мальчуганов с палками.

- Бей монстра! – крикнул один, делая вид, что скачет на коне.

- Не уйдешь, болотная тварь! – просипел другой.

- Могучий Рок убьет тебя, чудище! - взвизгнул третий, вертя над головой тонким прутом.

Я растянул губы в улыбке. Приятно, когда детишки в тебя играют. И боги видят это, что не может не радовать.

Отставив кружку обратно на колоду, я подошел к алтарю и залез в потайной карман сумки, где хранились кристаллы. Надо заранее разложить камни на нужных знаках, продумать улучшения для оружия и сформировать облики новых юнитов.

Пальцы случайно коснулись небольшого скрученного кусочка пергамента – меня как молнией шибануло! – записка!.. Я достал ее из сумки, развернул и прочитал:

Узнай прошлое. Собери комплект. Используй этот артефакт. Ключ в титане.

Как я мог забыть о послании самому себе?!? Взгляд невольно упал на кружку чая. Неужели?..

- Что там у тебя? – сунул нос Пропок. – Покажи.

Он резко выхватил пергамент у меня из рук и пробежался глазами. Брови смотрителя опустились. Челюсть подалась вперед.

- Не гневи богов, Рок, - вздохнул толстяк.

Он быстро поднес записку к свече, и пламя вмиг поглотило ее. Я спохватился, но было поздно. От пергамента остался только пепел. И тот унес ветер.

- Ты зачем это сделал? – спросил я.

- Прошлое мертво, адепт. Не надо звать смерть в настоящее, - проговорил Пропок низким голосом. Затем растянул рот до ушей, сощурился и пискнул: - Пей чай, Рок, а то остынет. Холодный он не вкусный.

- Да, - кивнул я и взял кружку. – Надо подумать над улучшениями, а ты пока разложи трупы клещей на пять горок, по три штуки в каждой. Душ хватит только на пять юнитов.

- Как скажешь! – воскликнул толстяк и подпрыгнул.

Я сделал вид, что пью из кружки, а когда смотритель принялся за работу, просто вылил содержимое к забору и встал у жертвенника. Почесал затылок.

Подумать действительно было о чем. Записка вновь всколыхнула сознание. За всеми этими деревенскими делами из головы совсем вылетело главное: надо изучить место гибели прошлого Рока! Это должно дать зацепку на прошлое. Также нельзя забывать, что поблизости бродит Кун. С зеленокожим уже можно перекинуться парой словечек. Надо только подготовиться.

Я взглянул на Пропока: тот самозабвенно таскал куски клещей и складывал в кучки. Толстяк не так прост, как кажется. Он играет в свою игру. Скорее всего, странный чай – не единственная тайна смотрителя. С ним надо держать ухо востро.

А сейчас вернемся к ритуалу.

У меня всего пять кристаллов: два мелких красных, пара таких же зеленых и один синий среднего размера. На улучшение пистоля и на боеприпасы уйдут два зеленых и две души поверженных врагов. Красные оставлю про запас на случай расходования энергии рун брони. Синий камень пущу на заклинание.

С самоцветами все понятно. Теперь юниты. Из шестнадцати душ для создания существ остается лишь четырнадцать: одна от крестьянки, а остальные – от клещей. Светимость осознания черных рыцарей совсем слабая. Из них получатся тупые болваны. Впрочем, сгодятся, как пехота. А вот душа женщины светилась хорошо. Ее надо попробовать засунуть в ездового юнита. Сколько можно ходить пешком? Костяк хорош, но в нем не так удобно передвигаться. Куда лучше будет развалиться в кресле на спине добротного коня!

Я положил пистоль на руну улучшения, рядом поместил зеленый кристалл, а другой вставил в углубление на руне боеприпасов. С синим орехом пока не определился, подбросил на ладони, покрутил в пальцах.

Статус у самоцвета высокий, и размер средний – заклинание можно сделать достаточно сильное. Но вот беда, светимость слабая. Длительность эффекта будет совсем мизерная. И тут подойдет какой-нибудь удар. Например, силовой. Годится! Камень лег на стихию воздуха.

Пропок как раз закончил с останками клещей. Он весь измазался в слизи, но это нисколько не тревожило его.

- Готово! – воскликнул толстяк и подбоченился.

Я взглянул на кучки изрубленных тел. Выглядели они сплошным месивом черных хитиновых пластин и волосатых конечностей. Будет сложно представить из них что-то вменяемое. Бог с ними, все равно сгинут в первой же битве. Меня интересовал конь. Верный скакун должен быть мощным, бронированным и удобным. Для этого плоти на него жалеть не стоит.

- Теперь готовь хор, - сказал я и взял одного клеща за ногу.

Из четырех кучек тел, немного биомассы пришлось перекинуть в пятую. Туда же полетели три тушки арахнидов. Получилась внушительная горка. Теперь надо было соорудить что-то похожее на существо, для лучшей визуализации будущего юнита.

Я попытался слепить подобие ездового животного, но получилась лежащая на пузе чешуйчатая колбаска с тонкими растопыренными ногами и бесформенной головой. Сойдет. Остальное – на волю фантазии божества.

Оставшиеся четыре кучки тоже выстроил в форме живых существ. Мысленно нарисовал бронированные организмы с длинными шеями и мощными клювами. Дальше всевышний сам дополнит образ воина.

Засунув в каждую биомассу по семечку жизнедава, я подошел к алтарю и сказал:

- Начинаем. Славьте Святозара. Надеюсь, он еще в состоянии освятить оружие.

- Почему Святозар? – удивился Пропок.

- Он давеча подмигнул мне.

Больше ничего объяснять не пришлось. Смотритель завыл:

- Ооо, всемогущий Святозар, молим тебя о благословении!..

Хор крестьян заголосил:

- Славься великий боже…

Долго рвать глотки не пришлось. Редкие облака расползлись в стороны, и в синем небе появилась небритая рожа. Бог кое-как открыл один глаз, издал непристойный звук пересохшими губами, поскреб ногтями щетину и прохрипел:

- Кто?.. Чего надо?.. Сушит-то как а!.. Есть там чего?.. Осталось?..

Он завертел головой по сторонам. Исчез из виду. Через секунду послышался звон разбитой бутылки. На грешную землю он вылился в яркой вспышке молнии средь бела дня и резким раскатом грома.

Крестьяне вознесли руки к небу и завопили еще сильнее:

- Славься великий боже!..

- Заткни их, - буркнул создатель сущего из-за туч. – И так башка раскалывается. Если блевану, сам будешь виноват.

Я прижал палец к губам, и хор затих. Пропок вопросительно посмотрел на меня. Я дал знак ждать. Пока не ясно, будет толк от белобрысого божества или нет.

Копался он недолго. Брякнул бокал. Послышался характерный булькающий звук. А затем в небе вновь появился всевышний. Рожа была уже довольная. Глаза открылись и слегка поблескивали.

- Звал? – спросил бог и приложился к бокалу с темно-красной жидкостью.

- Ага. Прими дары, всемогущий, - сказал я и кивнул на алтарь.

Святозар одним махом осушил две трети кубка, вытер ладонью рот и протяжно рыгнул. По грешной земле вновь прокатились раскаты грома.

- Давай скорее, что там у тебя?.. Ааа, это…

Всевышний махнул рукой, полностью осушил кубок и исчез. Но прежде оружие на алтаре сверкнуло в божественном свете. И синий кристалл на руне воздуха слегка убавил яркость. Я чуть успел выпустить две мелкие души клещей, чтобы они доставили подношения на небеса. И то, видимо, зря. Святозар забыл о сгустках сознания. Его интересовало другое.

Тем не менее, сердцевина синего камня помутнела, а на стволе пистоля появилась зеленая ленточка с надписью. Я прочитал:

Попади в головы десяти врагам

- Осторожно, Рок, не наступи на всходы, - предупредил меня смотритель и ткнул пальцем под валун.

Там прямо на глазах вырастало новое ветвистое растение. Пока боеприпасы не созрели, я повертел в руках пистоль. Внешние изменения у оружия сразу привлекли внимание: исчез шомпол. Выронить я его не мог. Пропало даже крепление для стального прута. Значит, он больше не нужен! Без него скорость зарядки должна удвоиться!

Я сунул пистоль за пояс, а камень в карман. Продолжим!

Святозара лучше больше не беспокоить. Да и вряд ли он в таком состоянии годится для создания существ. Еще начудит бог весть чего. На примете есть другой творец сущего – настоящий художник!

- Вызывай этого, как его, - я щелкнул пальцами, - пучеглазого паренька.

- Курту-Пит…

- Его самого, - перебил я.

Пропок взмахнул рукой хору и затянул:

- Славься великий…

Я не успел сформировать в голове образ будущего солдата, как в небе появился бог. Он потер ладони и сверкнул глазами.

- Снова набор «Юный конструктор?» Это по мне! Не тяни, Рок! Искусство не терпит раздумий! Твори душой! Плыви на лодке фантазии по реке возможностей!.. Ну, же…

Курта-Питра-Рапта закатил глаза, открыл рот и шумно вдохнул.

Я кое-как нарисовал в уме грозного юнита и выпустил душу клеща прямо в кучку биомассы. Одной не хватило, чтобы заключить ее в светящуюся оболочку. Я добавил еще, и тогда получилось.

Творец кивнул и, не гладя на меня, томно проговорил:

- Следующий.

Я повторил то же самое с еще двумя горками частей тел черных рыцарей. Одну оставил на самый конец ритуала. Не то еще не хватит энергии осознания на коня. Вот будет потеха.

- А на закуску – венец творения! – сказал бог и слегка подул на самую большую кучу биомассы.

Я выпустил сразу три души клещей. И не прогадал. Их хватило, чтобы окутать свечением будущего юнита. Затем представил могучее бронированное животное с широким креслом на спине. Ну, а как же без него?! Не в седле же задницу отбивать!

Курта-Питра-Рапта кивнул и выдал вердикт:

- Да будет жизнь!..

После этого лик всевышнего растворился в небесах. Облака вновь поплыли, как будто ничего и не было.

Мне осталось только наделить быстро формирующиеся коконы душами. В солдат ушли три осознания клещей. А в коня – яркий сгусток от крестьянки. В итоге у меня осталась всего одна душа. На последнюю кучу кусков тел насекомых все равно бы не хватило. Теперь надо было только подождать формирования юнитов.

Скучать в ожидании не придется. Созрели боеприпасы – тридцать круглых серых горошин. Настало время проверить пистоль!

Глава 17

Собрав с куста все зернышки, я вспомнил, что серый цвет означает увеличенную скорость полета пули. Хорошо, что не пожадничал и не использовал красный кристалл, не то выросли бы простые белые боеприпасы. Для задания на меткость, скоростные – в самый раз.

Я покрутил горошину в пальцах и закинул в ствол пистоля – щупальца тут же сами втянули шарик и зашевелились, быстро заполняя контейнер газом. Шомпол больше не нужен! А время зарядки увеличилась как минимум на одну треть!

Теперь хорошо бы пальнуть куда-нибудь. Но бить горшки на заборе не к лицу адепту, и, вообще, глупо впустую тратить боеприпасы. Новые не вырастут, пока не выполню божественное задание. Надо найти подходящую цель.

До захода солнца было еще несколько часов. Но к месту гибели предыдущего Рока топать уже поздно. До него слишком далеко. Отправлюсь завтра утром. А сейчас можно прогуляться по окрестностям. Кому надрать зад? Кто есть на примете?

Жопоглаз тотчас прекратил висеть над деревней и поспешил на северо-запад через обширные цветущие луга. Сначала он пролетел над заветным пригорком, где пасется травница. Там никого видно не было. Шпион не стал шнырять среди кустов неподалеку, свернул направо и направился на восток вдоль извилистой речушки. Покружил над помостом и тоже никого не обнаружил. Там только рыба плескалась. Рядом с мельницей также врагов не было. Колесо по-прежнему не крутилось. Оно лишь слегка дергалось при резких наплывах воды на лопасти.

Глазастый разведчик завернул на юг, облетел пшеничные поля, прошмыгнул вдоль кромки леса, бросил взгляд на кладбище, где трудились над поломанным забором несколько крестьян и, описав целый круг, вновь вернулся к пастбищу травницы. Около обильно поросшего цветами пригорка никого не было. Но в кустах Жопоглаз заметил движение. Что-то пятнистое худое и неказистое скрылось в гуще зелени, едва он приблизился.

Пытаться выгонять из зарослей неведомое чудище я не стал. Незачем рисковать шпионом. Он поднялся выше и завис в воздухе. Цель найдена!

К этому времени три кокона юнитов уже затвердели. Четвертый еще не закончил бурлить. Он был чуть ли не вдвое больше, и поэтому процессы внутри шли значительно медленнее.

Зеваки уже топтались у серых бутонов. Кто-то даже палкой тыкал подсохшую оболочку. Но бдительный смотритель вовремя заметил это и цыкнул на хулигана.

Вскоре первый кокон хрустнул и слегка разошелся по шву. Зрители прекратили галдеж, вытянули шеи.

Я вернул зрение Жопоглаза в кружок справа и подошел к алтарю. Как раз треснутый бутон раскрылся. На свет божий появился новый юнит. Он еще даже не распрямился и не встал на ноги, а я уже чесал затылок. Не так мне виделся грозный воин. Но когда он поднялся и распрямился, я довольно хмыкнул. Вышло-то неплохо!

Броня, вроде, крепкая, и клюв – что зубило. Двигается существо бодренько. Только рук нет. Признаю, тут я дал маху. Ну, да ладно. В носу ковыряться не будет. В общем, двухметровое существо сильно походило на членистоногого жирафика в пластинчатом панцире с острой костяной мордой.

Я приказал солдату продемонстрировать фирменный удар, и был приятно удивлен. Можно добавить, что жирафик напоминал еще и кирку на ножках. Он на добрых полметра всадил острый клюв в землю.

- Этим плугом хорошо бы целину пахать, - прокомментировал кто-то из крестьян.

Остальные шутку оценили и загоготали.

Вскоре вылупились еще два жирафика. А затем подоспел и конь. Кокон треснул, разломился, и Миру предстало новое божественное создание. Оно лежало на спине и дергало восемью коротенькими ножками. Кое-как перевернулось, уставилось на оставшуюся кучу неиспользованных кусков тел клещей и проскрипело:

- Есть хочу.

- Налетай, - сказал я и кивнул трем жирафикам и Костяку. – Вы тоже подкрепитесь.

Юниты набросились на измятые останки, захрустели панцирями, захлюпали желейными внутренностями, зачавкали белым нежным мясом. Я же смотрел на коня и не мог понять: радоваться или печалиться.

Конь был скорее не конь, а гигантская бронированная мокрица. Но зато с шикарным хитиновым креслом на спине. Вот оно получилось на славу! В остальном, это было медлительное уродливое создание на коротеньких ножках. Морда – вообще, отдельный разговор. Злобная, как защитная маска самурая: глаза навыкате, нос крючком, брови треугольником, рот до ушей и желтые клыки наружу. Враги разбегутся от одного вида.

Детишки сразу оценили неуклюжего монстра и исчезли из первых рядов. Крестьяне зашушукались. На краю толпы заплакал ребенок. Уши резанул нервный собачий лай.

Я подождал, когда юниты набьют животы, подобрал кусок хитиновой пластинки и запрыгнул на мокрицу. Удобно устроился в кресле, откинулся на спинку. Хорошо! Не хватает только сбруи, пары ремешков для полного комфорта, и подстаканник был бы не лишним.

Теперь проверим коня в деле! Вперед, ретивый скакун, неси меня быстрее ветра!

Я приказал стремглав лететь к западным воротам, и мокрица рванула, что есть мочи. А мочи было немного. Нет, существо старалось изо всех сил, неистово работало коротенькими кривенькими лапками, только все равно скорость едва превышала быстрый человеческий шаг.

Рядом трусили жирафики. Они тоже не могли похвастаться излишней прытью, но все же были вдвое быстрее. Для тяжеловооруженных солдат скорость не важна. Их козырь в другом.

Позади вразвалочку топал Костяк. Из всех юнитов он – единственный, кто мог похвастаться приличной резвостью. Только я намеренно сдерживал его. Пусть не маячит впереди и не портит вид. Жирафиков тоже приходилось притормаживать.

В конце концов, мы выстроились как на параде: впереди – я на ужасном монстре, а по бокам – грозная свита. Смотрите на меня боги! Рок-победитель едет!

Я нисколько не смущался неказистости юнитов и откровенно наслаждался плавным ходом мокрицы. Развалился в кресле, закинул левую ногу на спину чудищу, а правую свесил и болтал в такт мерного шага. Все не пешком топать.

Как известно, у коня должно быть имя собственное. Излишне мудрствовать тут незачем. Нарекаю сие божественное творение Мокрицей! Да будет так!

Крестьяне немного оправились от первоначального шока, загалдели, пошли следом. Вскоре послышались смешки в адрес ретивого скакуна с черепашьим ходом. Но стоило бронированной коняге повернуться, как толпа сразу замирала, весельчаки замолкали, а собаки, наоборот, начинали лаять.

Так мы и выехали из деревни. Пока процессия шествовала до пригорка травницы, я достал хитиновую пластинку и выцарапал ножом надпись:

Узнай прошлое. Собери комплект. Используй этот артефакт. Ключ в титане.

На куске панциря осталось еще немного места. Я не стал добавлять ничего нового, но и не обрезал лишнее. Вдруг пригодится.

Жопоглаз по-прежнему висел над кустами и наблюдал за таинственным существом в зарослях. Это был точно не человек. Даже с высоты птичьего полета отчетливо виднелись извивающиеся щупальца с тонкими острыми шипами на концах.

Я остановил мокрицу в паре десятков метров от укрытия неведомой бестии и спешился. Достал пистоль. Самому мне незачем лезть в дебри. Для этого есть юниты. Заодно проверю жирафиков в деле.

Я направил их прямо на притаившегося врага, а сам двинулся следом на почтенном расстоянии, не забывая поглядывать в окошко зрения шпиона. Вначале монстр в кустах сидел как мышь. Но когда юниты подошли ближе, оживился. Да еще как! Он молниеносно выстрелил в первого жирафика иглами на тонких гибких конечностях: одна скользнула по клюву и не причинила вреда, а вторая впилась в шею между защитными пластинами.

Боец вздрогнул и моментально завалился на бок. А враг убрал шипы обратно в заросли и вновь затаился. Будто ничего и не было.

- Назад! – крикнул я.

Вспомнил гадину! Это фехтовальщик! Он не только опасный монстр, но и весьма жирный: из него часто выпадает оружие. Учитывая, что рядом проходило божественное событие, шансы на приличный лут совсем немаленькие.

Юниты отступили. Оставшийся на земле был жив: грудная клетка методично двигалась, клюв раскрылся, из него потекла слюна. Солдат просто спал. Повезло. Фехтовальщик мог иметь смертельный яд. А так жирафик поваляется немного и оклемается.

Я достал пистоль. Взял на мушку куст, прикрыл левый глаз. Но найти голову бестии в колышущейся зеленой массе было совершенно невозможно. Придется прощупать наугад. Я пальнул в середину зарослей – горошина со свистом прошла сквозь листву, не задев врага. Бог его знает, как эта тварь там раскорячилась!

Щупальца пистоля с легким хлопком всосали новый заряд, забурлили газом. Только стрелять вслепую больше не собираюсь. Надо выманить монстра. Для этого есть два варианта: использовать магию или юнита. Фехтовальщик хоть и сильный противник, но тратить на него синий кристалл – слишком дорого. Я приказал второму жирафику обойти укрытие и немного подразнить врага. Он должен среагировать.

Юнит подошел к лежащему собрату и медленно двинулся по кругу, не приближаясь ни на шаг. Куст зашевелился. Наружу высунулись костяные иглы-рапиры. Они игриво извивались на тонких упругих жгутах. Острые клинки нацелились на солдата, но пока не атаковали. Видимо, расстояние было неподходящим. А вылезать наружу фехтовальщик не спешил.

Я не выдержал, вновь выстрелил – и вновь мимо! Пуля прошла сквозь заросли, лишь брызнув ошметками листвы.

Придется прибегнуть к тяжелой артиллерии – запулить камнем. Когда жирафик полностью обошел укрытие врага, Костяк уже принес мне приличный булыжник. Я подбросил его на ладони и со всей дури запустил в куст – попал. Донесся глухой удар, протяжный стон, затем ветки затряслись, и на свет божий показался фехтовальщик.

Это был худой, приземистый, невероятно гибкий гоминид с морщинистой кожей грязно-зеленого цвета. Голова вытянутая, словно яйцо, покрытая редкими торчащими во все стороны прутьями-волосками. Глаза большие желтые узко посаженные. Широкий рот густо усеян мелкими острыми зубами, предназначенными для отрезания больших кусков мяса. Фехтовальщик не ест потроха, не грызет кости, не высасывает мозги, не пьет кровь. Он питается только мышечными волокнами.

Бегать он не любит. Поэтому ноги короткие, кривые. А руки, наоборот, длинные, будто змеи с шипами на концах. Они хорошо подходят не только для нападения из засады, но и для открытого боя. Собственно, за последнее существо и назвали фехтовальщиком. Очень умело орудует рапирами.

Из одежды на грязном гоминиде болталась только набедренная повязка, сплетенная из коры, травы и листьев.

- Мерзкая несъедобная тварь, - злобно фыркнул он и покосился на мирно посапывающего у ног жирафика. Затем окинул взглядом меня и добавил: - Ты вкуснее, человек.

Монстр встал в боевую позу, выгнул спину дугой, вскинул рапиры и медленно двинулся вперед. Я поднял пистоль и нажал на спусковой крючок – хлопнул выстрел, но враг ловко увернулся от пули. Скорости ему не занимать. Фехтовальщик протянул с адской улыбочкой на синюшных губах:

- Не сопротивляйся, человек. Больно не будет. Ты почувствуешь только тепло и тишину.

Я попятился, наспех вбросил горошину в ствол, сунул пистоль за пояс и взялся за копье. Но нападать не спешил. Во взгляде и движениях человекопобного монстра прослеживалась полная уверенность в победе. Казалось, что это не я поймал его, а он заманил меня в ловушку.

Первыми приняли бой два жирафика. Они успели занести головы-кирки для смертоносных ударов и получили легкие, молниеносные уколы ядовитыми шипами. Как и предыдущий юнит, они вздрогнули и тут же оплыли. Засопели, пуская из клювов слюни.

Фехтовальщик только покрутил левым плечом, потер его щупальцем и переступил через спящих солдат.

Я выставил перед собой копье и продолжил отступать. Противник медленно приближался. Он расставил руки в стороны, словно богомол перед нападением. Острия клинков смотрели мне в грудь. Расстояние между нами было все еще слишком большим для удара, но в любое мгновение оно может сократиться.

Джентельменская дуэль не входила в мои планы. Костяк уже заходил слева. Он не остался без внимания монстра, и одна из рапир взглянула в его сторону. Вот теперь можно скрестить клинки.

Юнит бьет саблей наотмашь – и не достает. В ответ получает тычок острием шипа в бронированную пластину на груди. Затем еще один в основание конечности, но сустав выдерживает. Пробить хитиновую защиту не так-то просто.

Я не считаю ворон.

Делаю ложный выпад, отскакиваю назад и сразу парирую выброшенную в прямом уколе иглу врага. Затем уже атакую сам, бросаюсь вперед, всаживаю наконечник точно в глаз твари и ухожу вправо от второй атаки. Все. Фехтовальщик спотыкается, падает и корчится в предсмертных судорогах.

Я специально послал Костяка влево под правую здоровую руку противника. Камень угодил ему в левое плечо, это он не скрыл, и зря. Травмированная рука дала осечку. Иначе я мог бы не успеть парировать смертельный удар.

Осталось подождать, пока бестия не окочурится. А пока она неистово стреляет во все стороны рапирами, лучше не приближаться.

Я подозвал Мокрицу и спокойно погрузил на нее три беспомощные тушки жирафиков. Когда они свесили шеи со спины, фехтовальщик уже затих и отдал яркую душу мне. Рядом с телом лежал подарок – добротный кинжал в деревянных ножнах с красными кожаными ремешками.

- Есть хочу, - проскрипела Мокрица и подошла к трупу.

- Эээ, нет, - сказал я и легонько шлепнул по уродливой морде. – Ты недавно набила брюхо. Пощипли травки, может, придется по душе.

Но та лишь еще больше скривила рот, отвернулась. Чтобы не дразнить животину, я закинул мертвеца к жирафикам. До захода солнца время еще было достаточно, можно прокатиться вдоль реки. Но прежде, кинжал.

Я вынул клинок из ножен, повертел в руках, рассек воздух: прекрасное необычное оружие – хорошее дополнение к копью. Правда, на поясе висит, как невзрачный ножик. Это не беда. Даже наоборот, простецкий вид только пускает пыль в глаза возможному врагу.

Убедившись, что в окрестностях цветущего пригорка больше никого нет, я запрыгнул на Мокрицу, развалился в кресле и направил ее к помосту на воде. Чтобы хорошенько осмотреться, переключился на зрение Жопоглаза. И только с головой погрузился в восприятие Мира через взгляд летающего существа, как тут же заметил висевшего в воздухе вражеского шпиона – голову крысида.

На этот раз она не пряталась. Неспешно махала крыльями на противоположном берегу реки и наблюдала за мной. Появился лазутчик недавно, иначе Жопоглаз бы заметил его. Значит, Кун не видел битву с фехтовальщиком. И, следовательно, не знает, что жирафики – мои юниты. Они беспомощно висели на спине Мокрицы, как трофеи. А также зеленокожий перволюд не в курсе других изменений. Сейчас покажу.

Я сделал вид, что не замечаю ушастого наглеца, и спокойно тащился вдоль берега. Крысид нисколько не боялся меня. Речка выступала естественной преградой, а от разрывной пули он надеялся уклониться, как в прошлый раз. Но теперь все иначе.

Поравнявшись со шпионом, я медленно достал пистоль. Плавно навел прицел на зависшую цель. Улыбнулся.

Кун, несомненно, видит меня. Изучает. Ну, так вот тебе, ублюдок, послание.

Я нажал на спусковой крючок – хлопнул выстрел – голова крысида резко ушла в сторону, взмахнула крыльями-ушами, крутнулась в воздухе и плашмя растянулась на земле. Попал!

Костяк быстро переплыл реку и притащил трофей. Пуля вошла точно в лоб, проделала небольшое отверстие и вышла на затылке. Энергии хватило, чтобы пробить череп насквозь. Я взял голову в руку и взгляну в затухающие глаза бестии. Медленно проговорил:

- Скоро встретимся, Кун.

Взгляд крысида окончательно потух. Но душа мне не досталась. Юниты отдают свое сознание богам, а не адептам. Ничего. Трофей и так хорош.

Тушка легла на спину Мокрицы, и я повернул в сторону деревни. Бог с этим помостом на реке, после проверю. До ночи надо еще провести ритуал. На шпиона перволюда у меня есть особые планы. Это не просто кусок мяса.