Внук Хаоса

Глава 1

- А идите вы, чем дальше, тем лучше, чем ближе, тем, естественно, хуже, - молодой человек с тусклыми чёрными волосами взирал на нависающих над ним стражников, как на надоедливых мух. Его волосы казались припорошенными пеплом и почти такого же цвета - как старый пепел - были глаза. На столике перед ним выстроилось уже пять кружек из-под крепкого золотого вина, шестую он только что ополовинил.

- Но бургомистр... - начал было один из стражей порядка.

- В жопу бургомистра.

- Тебя привлекут за оскорбление власти!

- Да? - парень кисло осклабился.

Стражники потупились и замолчали.

- Рэйчел, прошу тебя, - вдруг негромко произнёс командир наряда. - Люди боятся. Зачем обижать старого Ленна?

- Хорошо, я уйду, - неожиданно согласился парень, - вино допью. Пусть Ленн не переживает.

Хозяин кабачка, до которого не долетали слова, внимательно прислушивался к интонациям разговора. Он бы и рад был поить непутёвого посетителя в гордом одиночестве, жаль его, но выручки с полного зала жаль больше. А пока этот гость здесь сидит, клиентов у него не будет.

Стражи ушли. Рэйчел медленно тянул вино. "Люди…", "боятся…" Не люди они, а крысы тупые, трусливые. Скучно всё это. Он мог бы в лицо послать бургомистра туда же и ничего не получить в ответ. Что ему сделают? В суд вызовут? Так он не пойдёт. И стражу за ним не пошлют, убьёт он стражу. Всех, сколько пошлют, всех и убьёт, было уже... "Было?!" Рэйчел тряхнул головой, обнаружив в ней неправильную мысль - не было, точно не было! Откуда эта подлая мошка в памяти, которая тихо-тихо зудит: "Было?" Он залпом осушил кружку. Не нравились ему такие штуки памяти, очень не нравились.

Поначалу парень и вправду здесь дров наломал, не по злобе и даже не из особенной мерзости характера. Попал как матёрый ти'ор[1] в группу детишек: как ни повернётся, так кого придавит. И не хотел вовсе - так получилось. Пусть ему полбашки отшибло, но на местных жителей и оставшейся половины хватило, пока он не выучился думать шёпотом, полностью не отключил поля и не забросил сканер. Да ещё припадки его... Видимо, мозги отбили, но не совсем: ему не удавалось до них осознанно дотянуться, но как-то эта повреждённая половинка работала и иногда вдруг сама собой брала верх. Потом он ничего не помнил.

"Может, тогда было?" - Рэй попробовал на вкус эту мысль. - "Нет, не может. От меня в таких случаях все разбегаются, ни один страж бы близко не подошёл. Вот дерьмо!" Он встал и, слегка пошатываясь, вышел из кабака.

В доме Рэйчел жил один. Слуг удалось нанять лишь под угрозой принуждения, и они старались, закончив дела, побыстрее убраться прочь. Друзей у него не было, знакомые - да кто ж тут его не знал - подавно не заходили. Поэтому когда через час после наступления темноты по входной двери робко царапнул медный молоточек, парень вздрогнул, но тут же вскочил и едва не бегом бросился открывать. Лишь возле двери он придал себе вид спокойный и ожидающий, хотя в самой середине груди дрожала и вспыхивала безумная надежда: неужели что-то изменилось? Неужели закончилось тупое бездумное существование, до начало которого он не мог добраться, как ни копал память, а конец, видимо, находился на дне очередной бутылки? Ведь все последние годы парень жил этим ожиданием - внезапного чуда - вот только дожидаться предпочитал в кабаке.

За дверью смущался худенький подросток с яркими синими глазами и роскошной шевелюрой цвета тёмного огня. Впрочем, роскошной она была когда-то, сейчас на голове юнца торчали пышные клочья, словно волосы грубо кромсали ножом.

Опешив от неожиданности, Рэйчел всласть нагляделся на гостя, пока вновь не обрёл дар речи.

- Ты к кому?

- Мне всё равно, я заблудился, - сокрушённо произнёс малец и добавил: - Простите.

- Входи, - он отступил внутрь дома и едва снова не впал в ступор, сообразив, что при виде посетителя невзначай перешёл на эльфийскую речь, и парнишка естественным образом ответил на сейдхэ. Без акцента.

- Как прикажешь себя величать? - Рэйчел провёл гостя в помещение, когда-то считавшееся гостиной, и указал на стул с высокой спинкой возле пустого тщательно отполированного стола.

- Тиннеиннеор[2], если вам угодно, - церемонно произнёс гость, потом с готовностью опустился на стул, улыбнулся, отчего в его глазах заиграли лёгкие сполохи света. - Можно просто Тин.

- Я Рэйчел, - кивнул тот, вспоминая, как полагается принимать гостей.

- Ой! - растерянно мигнул паренёк. - А мне подумалось почему-то другое имя...

- Какое?

Тин, кажется, обещал оказаться забавным.

- Эльо.. Эль-о-рэ, - произнёс тот по слогам и вопросительно уставился на хозяина.

Рэйчел проснулся и решил, что с золотым вином пора кончать - уже рыжие эльфы по ночам в гости приходят. Сон казался на удивление настоящим, давненько не было таких ярких снов. Вот только голова трещала, как после припадка, но это похмелье, значит, он докатился и до него. Рэйчел, позёвывая, босиком прошлёпал в гостиную, где в одном из шкафчиков хранилось лекарство, известно же - от чего заболел, тем и лечись. И замер в дверях, остановившимся взглядом охватив сразу всё: отодвинутые стулья, два бокала, тарелку с остатками какой-то снеди и пустую бутылку из-под вина, того самого. Значит, всё же припадок. "Что я сделал с эльфёнком?!" - Запаниковав, он бросился обыскивать дом. На удивление, везде был полный порядок и пустота. Юный эльф словно растворился в воздухе, только посуду за собой не помыл.

Рэйчел не выходил из дому неделю. Несчастный насиловал память, пытаясь добыть из неё хоть какие-то упоминания о той ночи. Память, тварь партизанская, стоически молчала. Он доходил до момента, когда решил, что Тин - парнишка забавный, и как в стену упирался. Будь эта стена настоящей, Рэйчел готов был биться в неё головой. Слуги не выдержали вида мрачного господина с безумным огоньком в глазах и тихо слились, бросив все назначенные им дела. Парень не обратил на это внимания.

На пятый день ему принесли записку от Ленна. Кабатчик вежливо осведомлялся, не пожелает ли господин Р. получать на дом столь любимое им золотое вино. "Господин Р." поблагодарил, подумал, что, похоже, недооценил старика, и отказался. "Возможно, если бы не то проклятое вино, припадка бы не случилось. А теперь, что делать теперь?" - Рэй не беспокоился, что начнут спрашивать о мальчишке, его-то точно никто ни о чём не спросит. Он сам себя спросит, да так, что строже некуда. Вот и спрашивал и не мог дать себе ответ.

На седьмую ночь его разбудил настойчивый стук молоточка. Рэйчел, забыв одеться, поскакал к двери.

- Тин!

Мальчишка сиял как начищенная медяшка. Или как огненный ореол вокруг его головы, в который превратились коротко и аккуратно остриженные рыжие лохмы.

- Меня отпустили! - выпалил он с порога, забыв даже поздороваться. - Папа поругал, что я не с теми связался, и всё-таки отпустил!

Рэйчел, переваривая известие, стиснул кулаки, потом разжал и уточнил:

- Куда?

- Как куда? - вытаращился Тин. - С тобой! Мы же идём искать!

- Что искать?! - рявкнул Рэйчел и тут же прикусил язык. - Стоп, Тин! Сейчас ты войдёшь и подробно расскажешь мне всё, что было той ночью.

- Ты мне объяснил, как правильно использовать магистраль[3], я сказал, что сбегаю до своих, соберу вещи, - тараторил эльф по пути в гостиную и только там осёкся и замолчал: - Ты что, ничего не помнишь?

- Я не помню, Тин, - без выражения проговорил Рэйчел, - у меня проблема. С памятью. И с головой тоже.

Он тяжело опустился на холодный стул и тут же вскочил, сообразив, в каком пребывает виде.

- Ты тут минуточку посиди, хорошо? Вспомни всё, я сейчас вернусь, и расскажешь, да?

- Да, - ошалело кивнул Тин.

Когда Рэй возвратился, вьюнош, бросив аккуратную котомку под стол, внимательно изучал содержимое шкафчика, в котором в этот раз не оказалось вина. Его лицо выражало горькое разочарование.

- Приступим? - гость вернулся к столу. - Я рассказал, что попал на магистраль ипотерял вектор, ты сказал, что я маленький детёныш тупого животного…

- Погоди! - хозяин зажмурился, слегка покраснел и покрутил головой. - Так мы ничего не добьёмся. Давай по порядку. Я помню, как ты сказал, что знаешь моё имя.

- Ну да! Тебя зовут…

- Молчи! - взвизгнул Рэйчел. - Не повторяй!

- Почему? - эльфёнок растерянно заморгал.

- Давай дальше. Что случилось после того?

- После этого ты включился, и мы пошли пить вино.

- Нет, ты точно тупое животное! Тин, я не понимаю, что означает твоё "включился"! Что я сделал?! Воссиял?! Озверел?!

- Ты... - юнец задумался, подбирая слова, - тебя сейчас как через туман видно, вот этот туман исчез, и ты стал настоящим. А сейчас ты как будто в камере, куда ни посмотришь, везде стенка.

- Ты прав, - Рэйчел мрачно смотрел в пол. - Всё так и есть. Везде стенка.

- С тобой что-то случилось? - Тин сочувственно заглянул в глаза. - Я могу помочь?

- Наверняка случилось, не без того, - осклабился Рэйчел. - Только вот я не помню - что!

Он вскочил и принялся ходить по гостиной, сжимая и разжимая кулаки.

- У меня половина мозгов в отключке! Умею кучу всего и ничего не знаю! Вокруг всё дикое, людишки безмозглые, они ж меня тут до усрачки боятся! Извини. Приехал в город, нормально, в наследство вступил. Даже помню, был когда-то какой-то родственник. Только я его не видел ни разу! Смотрю на портреты в зале и не знаю, который там он.

- А откуда приехал? - робко прервал Тин.

- Не помню. Нет, помню, - он снова присел у стола, - только это не настоящая память. Точно не настоящая. Я думал, меня просто стукнули по голове, теперь временами припадки случаются. После них я тоже ничего не помню, что было, что делал. Думал, последний рассудок теряю и начинаю всё молотить, а ты говоришь - вон что. "Включаюсь", оказывается.

- Я подумал, ты это специально, - кажется, эльф был всерьёз огорчён. - Прячешься от кого или ещё что. Прости.

- Да тебя-то за что?

- Мне следовало догадаться.

- Эх, малыш, тут постарше тебя люди ничего не поняли.

- Так люди же! - Тин задорно тряхнул отсутствующими волосами. - А мы что-нибудь придумаем. Давай, я сначала тебе всё-всё расскажу.

Выходило, что переживал Рэйчел совершенно напрасно: после "включения" они удобно расположились вместе с Тином в гостиной, достали бутылку вина, и по ходу её опустошения юный эльф рассказал о своих приключениях, а он преподал ему урок космической навигации, не стесняясь порой развёрнуто высказаться об уровне интеллектуального развития слушателя. Впрочем, парень не обижался. Потом Рэй немного рассказал о себе, и гость отправился восвояси, наученный, как отыскать дорогу домой.

- И мы уговорились, что пойдём искать твоего брата! - напомнил Тин.

Наутро Рэйчел уже без лишней паники растирал виски: голова трещала неимоверно. Наконец он поднялся и осторожно пошёл отыскивать гостя, не имея понятия, где тот устроился ночевать. Мальчишка блаженствовал в одной из заброшенных комнат дальней части дома, построил на широкой кровати нору из тонких шёлковых покрывал и зарылся в неё так, что на свет смотрела лишь пламенеющая макушка.

- Тинни, вставай! - Рэйчел отыскал среди складок ткани жёсткую пятку и слегка за неё подёргал. Пятка убралась, а из норы выглянул сонный синий глаз.

- А, уже утро?

- Угу. И не самое доброе, - парень скривился и снова потёр виски, потом сокрушённо пояснил. - Башка после "включений" раскалывается.

- Ты опять ничего не помнишь?! - ужаснулся Тин.

- Помню. Но не всё, так что тебе опять придётся кое-что мне рассказать.

Они сидели на кухне и доедали найденный где-то в шкафу кусок подсохшего сыра с почти окаменевшим хлебом - запасов в доме никто не держал, а слуги так и не изволили появиться, чему хозяин был сейчас только рад.

- Мне кажется, есть какие-то ключевые слова, - Рэй промолчал весь завтрак, обдумывая эту мысль. - Когда я их слышу, мои мозги переклинивает и активируется та половина. И я ничего не могу с этим сделать.

- Но получается, что та половина и есть настоящий ты? - Тин размышлял вслух. - Тогда тебе как раз не нужно ничего делать, всё правильно.

- Неправильно. Я не могу "тем собой" остаться, а "этот я" ничего не помнит, и голова очень болит, - он снова сморщился. Сегодня утром боль была едва выносима, возможно, из-за частоты "включений". - В результате "тот я" не ориентируется в обстановке, а "этот" не может ему ничего подсказать. А потом приходится отвечать за то, что он там наворотил.

- Так ведь не приходится! - эльф хихикнул.

- Это сейчас. В другом месте придётся. Да мы вообще не сможем ничего сделать, если я буду забывать половину жизни! Как тут что-то планировать?

- Я придумал! - довольно ухмыльнулся Тин. - Давай, я буду твоей памятью? Ты забудешь, а я тебе расскажу! И будешь знать так, словно ничего не забыл. Каждая половинка узнает всё о другой, а может, они так и объединятся?

- Плохая идея, Тин.

- Почему? - обиделся эльф.

Рэйчел помолчал.

- Скажи, как ты оценишь мой уровень, когда я "включён"? Ты видишь.

- Я таких, как ты, ещё ни разу не видел! - тут же восхищённо откликнулся Тин и добавил: - Таких сильных.

- А теперь представь, насколько сильны могут быть те, что сделали со мной это? И что они могут сделать с тобой?

Мальчишка потрясённо молчал. О таком варианте развития событий он не подумал. В голову же Рэйчела пришла ещё одна здравая, но тревожная мысль:

- Всё может быть ещё хуже. Что скажешь, за мной следят?

- Не знаю, - эльф прикрыл глаза и ненадолго умолк. - Не заметно.

- Может, и не заметно. А ты бы следил? Если бы решил вывести кого-нибудь из игры?

- Я бы не сделал ничего подобного! - Тин возмущённо вскочил.

- Я к примеру, - оправдался Рэйчел. - Пусть не так, но следил бы?

- Следил, - хмуро подтвердил эльф. - Это разумно.

- Вот и я так думаю, - он вздохнул. - Нельзя тебе здесь оставаться. Ты всеобщие языки в школе учил?

- Да, - Тин повеселел, сообразив, что его не отсылают домой.

Целую неделю обсуждали сплетники всего городка, как к дверям заведения старого Ленна средь бела дня подошёл тощий рыжий мальчишка с дорожной котомкой. Он помялся у входа, осторожно шагнул внутрь, прищурился, ориентируясь в полутьме, и под взглядами завсегдатаев медленно прошёл к стойке. Хозяин протирал кружки и обернулся не сразу, а лишь ощутив непривычную тишину: в кабачке внимательно следили - что будет дальше? Ленн развернулся, скорчил постное лицо и уставился на паренька.

- Кто такой? Тебе мамка пить разрешила?

Тот молча протянул ему сложенный вчетверо листок. Кабатчик развернул, вчитался, застыл на минуту, уставив в записку отяжелевший взгляд, и внезапно заголосил:

- Ах ты ж, создание непутёвое! Какой была, такой и осталась, ништо тебе не в поправу! Горе ты мое луковое, падшее, заблудившее…

Те из посетителей, кто был готов вскочить и броситься к непутёвому гостю, растерянно захлопали глазами, расслышав в причитании кабатчика женский род. А Ленн разливался соловьём:

- О-ой, позор всей семьи, наказание божье, вертихвостка, шалава, не было покоя с тобой и до сих пор никакого покоя! Старость мою не совестно ли тревожить вот так, горя горького мне добавить? - он картинно шмыгнул носом.

Мальчик осторожно попятился от стойки к двери.

- Куда?! - рявкнул кабатчик, мгновенно перейдя от причитаний к действию. Он схватил Тина за плечо и впихнул в дверь, ведущую во внутренние помещения кабака. - Мать твою! - И тут старик зашмыгал носом чаще и чаще. - Сестру мою... младшую... непутёвую-у…

Ленн сгорбился и, вытирая глаза, ушёл вслед за гостем. Кое-кто из посетителей, расчувствовавшись, ронял слёзы в кружку, прочие, открыв рты, переваривали событие. Никто не помнил, была ли у хозяина когда-либо прежде сестра и насколько она была младше.

А через неделю новость выцвела и потускнела, и вроде бы давно уже бегал на подхвате у Ленна рыжий парнишка, улыбчивый, лёгкий, вежливый и расторопный. К Тину привыкли, привыкли и к тому, что он использует дорожный язык[4] - всё правильно, на чём ещё разговаривать в кабаке? Мало ли откуда окажется гость.

Рэйчел больше в городе не появлялся. Жители судачили, что он ушёл в жестокий запой - чуть ли не через вечер кабатчик Ленн посылал своего неожиданного племянника во внушающий ужас дом с корзиной, из которой выглядывали горлышки бутылок. Рыжий парнишка, похоже, этого мрачного типа совсем не боялся и нередко задерживался в доме до темноты.

- Ты меня уморить хочешь, демонёнок рыжий?! - Рэйчел швырнул под стол последнюю пустую бутыль из корзины. - Хоть бы одну взял!

- Ещё чего, - нахально ухмыльнулся Тин, устраиваясь за столом, на котором только что разложил ещё горячие плюшки. - С мясом, между прочим, и с сыром, как тебе нравится, шанег принёс, а тебе бы ворчать только.

- Так шаньги твои, их же запивать надо!

- Воду пей! Сам потом знать не будешь, с чего голова болит, с отходячки или от бодуна.

- Что-то много ты от людей нахватался, сторож моей трезвости! Может, оставить тебя Ленну, он вроде бы рад?

- Рэй, как же ты можешь меня оставить, если я твоя память, а? Никак не можешь.

- А ты, изверг, пользуешься.

С такой пикировки начинались почти все вечера, когда Тину было позволено задержаться. Время от времени в разговорах они наталкивались на очередной ключ, и Рэйчел старался сделать незаметной связь между своими "включениями" и визитами трактирного служки. Кто бы за ним ни следил, если такие наблюдатели существовали, им не следовало давать пищу для подозрений.

- Вот что, Тинни, я через несколько дней пойду. Ты походи ещё сюда, как бы я дома. Потом пусть Ленн пустит слух, что ты пришёл и меня не нашёл. Дом будет открыт.

- Может, я всё же с тобой, а? - Тин дёргал себя за отросший локон волос, что было у него признаком глубокой задумчивости. - Если при тебе кто-то произнесёт ключ, что будет? Сразу засветишься.

- Нет, ты жди письма. Я напишу, куда и когда подойти. Можешь по любой дороге[5], тебе пока можно. Но лучше по тропам[6].

- Не знаю я троп, - вздохнул юный эльф, - их нет на картах.

- Тогда как знаешь. Карты возьмёшь здесь, будут в столе, снизу глянешь, там потайной ящик есть. Ленну не говори, куда, чем меньше он будет знать, тем ему безопаснее. Но если спросит, скажи, что дорогу знаешь.

- Угу. Он придумает, как объяснить, что я уйду?

- Надеюсь. Старику смекалки не занимать, - Рэйчел усмехнулся, вспомнив спектакль при появлении Тина, о котором знал в его красочном изложении.

- Ленн - старик?! - Тин фыркнул от возмущения. - Ему только шестьдесят было!

- Для людей это много, не забывай.

- Нет, не много. Он притворяется больше, чтобы его стариком считали.

- Зачем? - изумился Рэйчел.

- Не знаю, говорит, полезно. А может, ему просто нравится дурачить людей. Сам смеётся.

- Тогда меня ему тоже удалось одурачить, - улыбнулся Рэйчел, думая, что в главном раскусил старика правильно, Ленн не подвёл, эльфёнка пристроил. - И вот что, если только почувствуешь что-то подозрительное, тревогу, заметишь странное - бросай всё и выбирайся на магистраль. И домой! Никакого геройства!

- Помню, - потупился эльф, пряча упрямый огонёк в глазах.

- Обещай.

Тин молчал. Рэйчел смотрел на него в упор и тоже не говорил ни слова. Наконец мальчик сдался:

- Обещаю. Если мне покажется, что за мной наблюдают, я вернусь домой.

- Так-то лучше. Я буду ждать тебя пять дней после срока. Если не придёшь, сам доберусь до вас. Не переживай, не разминемся.

Он утешал товарища, хотя сам не слишком верил в свои слова. Парень был реалистом и понимал, что без спутника шансов пробраться в этот эльфийский мир, чтобы попытаться с помощью их знаний исцелить память, у него нет. В состоянии же раздвоенного сознания долго ему не жить. Кем бы ни оказались забытые им враги, если они поймут, что узник сбежал, и сумеют обнаружить его снова, в нынешнем состоянии ему противопоставить им нечего. Жалкие обломки способностей - этим только людей пугать, но людей там не будет. А наутро после "включения" его вообще можно голыми руками брать. То есть, наверно, он мог бы жить долго, оставаясь бешеным Рэйчелом, ужасом маленького городка на забытой творцами планете, но эту версию дальнейшей жизни парень не рассматривал.

- Нам бы только добраться! - оживился Тин. - Наши мудрые, знаешь, какие умные? И к нам никто чужой не пройдёт, если они не пустят, спокойно всё вспомнишь. И голова не будет болеть!

В последнем Рэйчел не сомневался, это эльфы должны суметь поправить, а вот прочее… Он не стал разочаровывать друга, в конце концов, надо попробовать, а там - как выйдет. Хуже ему уже не станет.

- А потом мы пойдём дальше, - мальчишка мечтательно поднял взгляд, - тропами, ты их тогда вспомнишь, и нас никто не найдёт. А мы найдём всех. - Он опасался лишний раз произнести слова из "запретного списка", который всё удлинялся. Друзья старались извлечь максимальную пользу из случайных "включений". В обычном состоянии Рэйчел обдумывал, что ему необходимо узнать, эльфёнок методично извлекал сведения из его "второго я" и излагал при очередном визите. К сожалению, в памяти альтер-эго тоже зияли лакуны, и заполнить их было уже совсем неоткуда. Практические знания в ней сохранились, но с личной историей было плохо, от неё остались обрывки, а особенно большая дыра обнаружилась в самом конце. "Второе я" тоже вводили в курс дела, плохо ли, хорошо, но им удалось выстроить линию действий для каждой части сознания. Эльорэ, очнувшись, будет знать, куда и почему перемещается Рэйчел и чего им следует избегать. Если бы не его взрывной темперамент, можно было не беспокоиться. Но если Эльо примстится, что к нему недостаточно почтительно отнеслись - беда. Тину удавалось гасить вспышки ярости за счёт своего невероятного обаяния, невозможно было подумать о том, чтобы причинить вред этому рыжему синеглазому чуду. А если эльфа не будет рядом?

- Так мы что, уже не увидимся? - до эльфа, наконец, дошло, почему ему выдали пачку инструкций.

- Как это не увидимся? Обязательно. Только не здесь.

- Эх, тогда действительно надо было вино брать, - Тин вмиг загрустил и потерянно уставился в пол. Он ещё не умел прощаться.

Рэйчел ушёл ночью. Ему не составило труда, покидая город, отвести глаза ночной страже, и теперь он быстро шагал по пустой дороге, на третьей развилке которой следовало свернуть направо, потом ещё направо по узкой тропе, которая выводила к ближайшим воротам дорожной сети. Багажа было немного: в дорожном мешке под сложенным плащом уместились полкруга сыра, каравай и несколько плюшек - предмет гордости кабатчика Ленна, на поясе висел обоюдоострый нож с серебряной полосой вдоль лезвия, некоторое количество серебряных, золотых и медных монет разного веса было раскидано по карманам, и ещё горсть колечек на всякий случай - деньги берут не везде. Парень наслаждался тёплой темнотой ночи, лёгким ветром, охлаждавшим лицо, редкими голосами ночных птиц и не сразу расслышал, как к звукам ночи прибавился негромкий цокот и потом мерное поскрипывание. Путника нагоняла телега. Уходить от внимания было уже поздно, Рэйчел на всякий случай сгорбился и взялся приволакивать ногу, пусть ночной ездок запомнит бредущего старика. Возница поравнялся с ним.

- Подвезти, что ли? До поворота? - спросил тот голосом кабатчика Ленна.

Рэйчел вздрогнул от неожиданности и обернулся. Ленн придержал лошадь.

- До какого? - парень добавил голосу чуть-чуть хрипоты.

- Да до какого скажешь, до того и подвезу. Садись, не бойся.

Рэйчел присел на край телеги, с бешеной скоростью прокручивая в голове варианты действий. Не подавать виду, может, старик вовсе его не признал? Уничтожить свидетеля, благо, они на дороге одни? Выждать, что будет дальше? Видимо, старик что-то почувствовал, потому что не стал держать паузу.

- Я подумал, ты захочешь послушать, как умер твой дед, - заговорил он, отметая всякую вероятность того, что оказался на дороге случайно.

- Как ты узнал, что я ухожу?! - тут же перебил Рэйчел. - Шпионил?!

- Зачем шпионил? У твоего мальца всё на лице написано. Ходит как в воду опущенный, места себе не находит, что ж не узнать? Эх, молодость!

- Он тебе рассказал?! - в это Рэйчел не мог поверить.

- Да я не спрашивал. Собрался вот и поехал за окороками в деревню, окорока у меня закончились.

Кабатчик не лгал. Вернее, в его словах не было прямой лжи.

- Хорошо, рассказывай.

Ленн намотал вожжи на вбитый для этой цели крюк, завозился, доставая что-то из-под набросанных на дно телеги мешков.

- На вон, держи, для лёгкой дороги, - и протянул Рэйчелу хорошо знакомую бутыль с его любимым вином.

- Благодарю.

Хороший глоток терпкого напитка пришёлся как нельзя кстати.

- Дед твой слыл нелюдимым, гостей не любил, пустой болтовни не терпел, однако ж безобразий не допускал. Люди говорят, что в давние годы характер имел крутой, не терпел слова, поперёк сказанного. А сын его вырос, вошёл в возраст и пошёл поперёк. Не знаю уж, что там у них вышло, только прогнал он сына, поговаривали, проклял ко всему, а уж наследства лишил точно. Бабку твою на этом в гроб загнал, умерла с горя. Больше ничего не говорили, слуги с длинным языком там недолго держались.

Кабатчик умолк, видимо, ожидая вопроса. Вопросов не последовало, и он продолжал:

- Свыклись все с этим старым сычом, что сидит у себя в доме, никуда носа не кажет, только дворецкого его, когда есть дела, видно. И слуги у него были под стать, строгие все, тверёзые, деловые. На праздник Наречения города только и появлялся: когда бургомистр ежегодную речь говорил, он рядом стоял. Были у него какие-то в прошлом заслуги особые, не скажу, в чём. Как раз когда захват был, это всё было. Я ещё мал был, не помню, а старшие не любили рассказывать.

- Захват? - не удержался Рэйчел. Он понял вдруг, что совершенно не знает истории "своего" городка.

- Да неподалёку война шла, вот нас и захотела одна из сторон присвоить. Солдат было-о, - кабатчик провёл рукой над головой, показывая, сколько было солдат, - злые все, страшные, говорят не по-нашему. А потом как-то кончилось всё, ушли солдаты, город наш статус "отдельного" получил. Вот это и празднуем.

- Понятно. Так что с дедом?

- Так вот, значит, как-то у меня в заведении народу набилось - дым коромыслом. А Тина тогда не было, некому помогать, ну я и сам помоложе был, кручусь, значит. Вдруг вижу, что сидит у меня гость невиданный - один из слуг из дома деда твоего. Тихо так сидит в уголке и только вино взахлёб глотает, а у самого руки дрожат. Что, думаю, за невидаль приключилась? Дружок тогда у меня был, пьянь беспробудная, но голова! Таких поискать нынче. Теперь уж умер, опился. Я ему, значит, кулак под бок и глазами в тот уголок показываю. Смотрю, пошёл мой дружок, чуть кружки со столов не сметает, шатается. Добрался до уголка, там стул стоял свободный, тот на него рухнул и глаза закатил, спит вроде. Служка-то поёжился поначалу, потом ещё винища глотнул и отвернулся. Смотрит в кружку, бормочет что-то себе под нос, чисто с ума съехал. А потом дружок мой его спугнул, он глаза-то открыл и на служку уставился, вроде как проснулся, может, разговор хотел завязать? Только тот вскочил, с лица побледнел. "Не смотри на меня! - кричит. - Урочище!" Потом давай охранные жесты махать и бегом из кабака на улицу.

- Урочище? Урод?

- Нет, не урод. Уроченый, изменённый то есть, порченый.

- Как я? - криво усмехнулся Рэйчел.

- Как ты, - легко согласился Ленн. - Только ты невольно.

- А тебе откуда знать? - все его подозрения, убаюканные гладким рассказом кабатчика, вновь проснулись.

- Так я ж их видел, порченых, знаю, какими бывают.

- Ладно, дальше.

- А дальше плотнику заказ пришёл ставень в старом доме поправить. Он поправил, только уже на другой день. А ночью в окне том самом до утра свет горел.

- И что?

- Да то только, что сам с собой старик не стал бы рассиживать до утра. А через несколько дней помер старик. Пришли стражники, всё осмотрели - нет никого, своей смертью помер. И завещание нашли, бургомистру доставили. Вроде как, то завещание он тебе и отдал, когда ты у нас объявился.

Рэйчел смутно помнил обстоятельства своего появления в городке. Парень пребывал в состоянии, сходном с глубоким опьянением, когда тело двигается и язык говорит, но разум принимает в том очень мало участия. Внутренний взор видел вокруг сплошной туман, который начал рассеиваться только когда Рэй прожил в доме несколько дней. Был какой-то человек в сюртуке, какие-то бумаги, но он не смог бы вспомнить, куда их тогда запихнул.

Кабатчик натянул вожжи, телега остановилась.

- Вот и добрались. Тебе направо.

Рэйчел не считал развилок, но сразу поверил, что старик прав, добрались. Он посидел немного, обдумывая услышанное. Кабатчик не торопил.

- Скажи, ты ведь давно живёшь в городе?

- Очень давно.

- Тогда ты должен был видеть, - язык Рэйчела запнулся, но всё же выговорил: - моего отца. Я на него похож?

- Да нисколько! - кабатчик выпалил это едва не радостно и засмеялся мелким дробным смешком.

- Спасибо, Ленн! - искренне поблагодарил Рэй и соскочил с телеги. - Мне пора.

- Удачи! - донеслось в ответ. - Будь осторожен, сынок!

[1] ти'ор - очень крупный зверь из мира Рэйчела с длинным сегментированным телом и парой конечностей на каждом сегменте, хищник.

[2] Тиннеиннеор - остролист в золоте (сейдхэ).

[3] магистраль - скоростное течение, пересекающее несколько Кругов, используется для перемещений между мирами.

[4] Lingo - один из простых "всеобщих языков" Кругов, сленг, используемый для взаимопонимания на дорогах.

[5] дорога - искусственно созданный путь для перемещения между мирами, имеет защиту от действия открытого космоса и особую внутреннюю среду, под которую подстраиваются организмы путешественников при входе на дорогу.

[6] тропы - самодеятельные дорожки, связывающие отдельные планеты либо выводящие с них на дорогу.

Глава 2

Рэйчел сидел в набитом не слишком притязательной публикой кабаке и мрачно смотрел в кружку с вином. Тин задерживался. По всем расчётам он уже несколько дней как должен был добраться до этой планетки, если, конечно, ничего не случилось. Место являлось общедоступным и публичным во всех смыслах слова - место главной отрасли экономики занимала система широко разрекламированных домов терпимости на любой вкус и фантазию. Рэйчел прикинул, что даже если за ним присматривали, никому не пришло бы в голову искать его в борделе. Он снял комнату в неприметном кабачке среднего пошиба в городке Ниелен и старался ничем не отличаться от обычных не слишком богатых и не слишком привередливых посетителей, которых здесь, как и в любом другом подобном месте, большинство. Прикинуться одним из толпы - самый надёжный способ уйти от лишнего любопытства. До сих пор парень не заметил ни одного признака слежки, хотя достаточно внимательно поглядывал по сторонам. Вот и сейчас он незаметно вслушивался в идущие вокруг разговоры.

- Вот косорылому Хази свезло! - завидовал кто-то. - Товар сам в руки пришёл! Да ещё и попросил, прикинь, доставить его досюда!

Здоровый детина прохиндейской наружности, сидевший в окружении столь же подозрительной компании, причмокнул от возбуждения. Собутыльники одобрительно захохотали. Рэйчел насторожился.

- Точно, я слышал, он хвастал, как редкую птичку добыл, - подтвердил дядька в пёстрой бандане на круглой голове и с чувством шмыгнул мощным мясистым носом. - Синеглазую!

- Вот гад! - обиделся третий работорговец, а в том, что за столом собрались поставщики живого товара для заведений, сомнений уже не осталось. - И пойло зажал! Хоть младенцу известно - за эльфей бешеные бабки платят.

Рэйчел поднялся и вразвалочку подошёл к столу поставщиков. Там он выдержал паузу, не торопясь, пошарил по карману, извлёк и повертел небольшое, но довольно дорогое на первый взгляд колечко, давая возможность всем его разглядеть.

- Кто мне первый скажет, в какой бордель отвезли эльфа?

- Думаешь, стоит рассказывать? - первый детина красноречиво перевёл взгляд с кольца на болтающийся на поясе то ли примитивный кинжал, то ли просто большой нож, потом обвёл глазами компанию и снова остановился на лице обладателя столь неблагоразумного любопытства.

- Уверен, - равнодушно отозвался Рэйчел, сохраняя расслабленную позу и скучающее выражение на лице.

Почему-то ему предпочли поверить.

Покидая кабак, парень проклинал себя за несусветную глупость: ему не пришло в голову, что место, во всех отношениях безопасное для него, может оказаться крайне опасным для юного очаровательного дитя эльфов. Он никогда не задумывался, откуда в борделях берутся те, кто столь изобретательно ублажает клиентов.

Управлял заведением "Ласочкины ушки" молодой самодовольный хаарец. Жители Хаарена[1] знают толк в разнообразных способах получения наслаждения, поэтому их нередко можно повстречать там, где удовольствие превращается в бизнес. Владельцы рестораций, борделей и очищающих заведений, концертных залов, акваторий и многого другого они всегда готовы удовлетворить самый изысканный вкус и изощрённый каприз клиента с учётом особенностей его расы, лишь бы у того водились денежки в кошеле.

Жирные губы заизвивались на толстом круглом лице хаарца с пока ещё первым полукругом многоярусного висячего подбородка, когда он услышал вопрос Рэйчела про эльфа, привезённого со свежим товаром. Но расписывать новоприобретение управляющий не спешил.

- У нас не в обычае распространяться о неподготовленных новичках. Когда настанет время - тогда и получишь, - он по-своему истолковал интерес посетителя.

- Ты не совсем верно меня понял, - заблуждение пришлось исправлять. - Парень тебе не годится, это мой эльф, он шёл в Ниелен ко мне, когда его обманом перехватили твои люди. Придётся вернуть.

- Что-то я сомневаюсь, что у него имелась подорожная, - нимало не смутился хаарец, - и что мама с папой отпустили несовершеннолетнего в наш дивный сад. А также, что ты им хоть словечко расскажешь.

- Я никому и ничего рассказывать не собираюсь, - задрал подбородок Рэйчел, - в случае, если эльфёнок сейчас уйдёт отсюда со мной. Иначе ничего обещать не могу. Совсем ничего. Разве ты не расслышал, что это мой парень?

- Ой, вот только не надо рассказывать мне, что это твой брат! - осклабился управляющий. - Ну-у, что ж это мы так возбудились? Не заливай, что никогда не видел круглой мальчишечьей попки.

Тут его глаза полезли из орбит, но понять причину удивления он не успел, потому что умер.

Тин угрюмо сидел на полу отделения для доставленных новичков и тоже клял себя - за доверчивость. Ему не пришло в голову, что так удачно попавшийся на дороге хозяин странноватого обоза может оказаться устойчивым к эльфийскому чарму, в результате чего паренёк в первую же ночёвку превратился из попутчика в добычу. Если бы только он догадался устроиться на ночлег в отдалении и поставить маскировочное поле, никто бы его не нашёл, а против непосредственного нападения у него имелись подходящие заклинания. Но юный эльф беззаботно заснул возле одного из возов и проснулся уже связанным. Впрочем, на нужную планету он всё же попал, Рэйчел находился где-то поблизости, оставалось придумать, как с ним связаться.

Оказавшись в камере, эльф сразу же попытался дотянуться до товарища мысленно. Не получилось, похоже, помещение было надёжно экранировано от попыток ментальной связи, ему не удалось даже послать взгляд. Паренёк едва ощущал соседей справа и слева, там томились такие же несчастные жертвы, беспомощные и подавленные. Кажется, одна из них была девушкой. Ночная попытка пройти через сон также не увенчалась успехом, пространство сновидений замыкалось в кольцо, вырваться из которого он не сумел. Карту - единственную вещь, связанную с Рэйчелом непосредственно - от него отобрали. Тин перебирал в уме известные ему варианты удалённого контакта, когда в окружающем пространстве что-то изменилось. Застывшую структуру тюрьмы пронзил мощный порыв силы, паренёк ощутил приступ животного ужаса и затем узнал вызвавший его фон. Эльорэ очнулся совсем рядом и пребывал в бешенстве, не помня ни о наставлениях, ни о самом Тинни. Эльф попробовал отправить навстречу потоку: "Я здесь! Это я!" - но его возглас был сметён как слабый писк. До сих пор он ни разу не видел Эльо издали, тем более, в таком состоянии, и сейчас ему стало по-настоящему страшно.

Следом за волной энергии пахнуло жаром, стенки камеры скукожились и затрещали, откуда-то потянуло едким дымом. Блокирующие конструкции слетели, сейчас Тин отчётливо ощущал разбухающую волну пламени, готовую прокатиться отсюда до горизонта, сметая всё на своём пути и его тоже. Он вскочил, толкнулся в дверь - запор держался. Паренёк заметался по каморке, ища выхода. Со всех сторон несло паническим ужасом заключённых, снаружи что-то рушилось, оттуда тёк плотный удушливый дым. Тин ещё раз ударил по двери, потом, осенённый внезапной догадкой, зачерпнул пламенной силы и направил её в замок. Ладонь взорвалась резкой болью, но тот, наконец, поддался. Эльфёнок выскочил за отлетевшую дверь и, не помня себя, ринулся по горящему коридору, в конце которого маячил провал. Подгоняемый ужасом, он выбежал через пролом в стене на петляющую улочку и не останавливался, пока не оставил городок позади. Вокруг расстилалась каменистая межгорная пустыня, чуть дальше вставали первые скалы. Тинни добежал до них и нырнул в первый попавшийся грот. Только там он почувствовал себя в безопасности и перевёл дух.

Нескоро Тин отдышался и вернул способность соображать, но это случилось. Он сидел в прохладной пещере и заставлял себя думать о необходимости выбраться из неё и вернуться в город. Эльорэ не мог продержаться долго, а затем его нужно было спасать. Вот только при мысли пойти навстречу Эльо паренька теперь пробирала дрожь, и в самом низу живота что-то сворачивалось и замерзало. Юный эльф впервые оказался под ударом такой силы, и то, что это произошло случайно, отчего-то не утешало. К тому же, от развороченного обиталища людей несло нестерпимым страхом, а он никак не мог отключиться от приёма чужих эмоций. Чужой ужас кружил голову и туманил мысли, но Тин сидел и уговаривал себя, что несмотря ни на что товарища бросать нельзя. Тем более что эльф обещал помощь. Страх и совесть боролись в сознании, наконец, совесть победила. Паренёк выбрался из пещеры и поплёлся к городку.

По Ниелену словно пронёсся огненный смерч. По его траектории на месте домов дымились оплавленные фундаменты, спёкшийся камень улиц засыпал грязный пепел. Рядом теснились полуразрушенные строения, корчились безлиственные обугленные деревья. Уцелевшие улочки были пусты, страх загнал местных жителей и гостей в глубокие подвалы. Эльф пробирался через завалы в одиночестве. Он пытался сообразить, где в этом разгроме может находиться его друг. Чутьё не помогало, видимо, тот пребывал без сознания. Вскоре Тин едва не бежал, страх отвалился, как налипшая грязь, теперь эльфёнок чувствовал лишь одно: необходима его помощь. Но развалины тянулись и тянулись, а может, он запутался и кружил на одном месте среди дыма и гари, сам превратившись в закопчённого трубочиста. Его трясло и тошнило от густого "запаха" смерти, пропитавшего всё в этом царстве руин. Паренёк даже заплакал, когда наконец увидел Эльо, слёзы промыли светлые дорожки на чумазом лице. Тот лежал почти у начала сожжённых кварталов, невредимый на первый взгляд, но в полной отключке.

Быстрый осмотр показал, что физических повреждений Рэйчел не получил, однако его организм никак не был рассчитан на нагрузку, которую задал ему взбешенный Эльо. Не чуя границ, тот выгреб все запасы энергии доставшегося ему тела подчистую, а потом отключился сам. Если немедленно не подкормить, Рэйчел вскоре помрёт, не приходя в сознание. Тин передал товарищу немного от своих личных сил, отводя от критической черты, потом потащил бесчувственное тело к окраине. Он понимал, что через небольшое время полиция, или как она здесь зовётся, городка придёт в себя и начнёт поиск устроителя безобразия. Если не убраться в укрытие, их обоих возьмут тёпленькими, после чего Рэя без долгих разбирательств прикончат, такого страху он на них нагнал, а его, Тина, участь понятна.

Паренёк выбивался из сил - товарищ оказался довольно тяжёлым, а к физическим нагрузкам юный эльф не привык. К тому же, сильно болела обожжённая при взломе замка рука. Он всё чаще останавливался передохнуть, с тоской замечая, как медленно приближается граница городка. Им не успеть, это очевидно. Эх, если бы Рэйчел мог передвигаться сам! Тин похлопал напарника по щекам, пробуя привести в чувство - бесполезно. У того не осталось сил даже чтобы удержаться в сознании, не то что суметь ходить. Впрочем, у парнишки имелось ещё одно средство, особое, уникальное умение его расы - "зелёная нить жизни" - разделить жизнь. Эльф мог поступить так, чтобы доставить раненого товарища до целителей, но если это не удавалось, и он не успевал вовремя оборвать связь, умирали оба.

Вздохнув, Тин коснулся здоровой ладонью груди друга, протянув нить. Потом снова хлопнул по щеке. Рэйчел открыл глаза. Не дожидаясь, пока тот окончательно очухается, Тин приказал вставать и идти. Помог, как умел, перебросив руку через своё плечо. Они медленно тронулись "домиком" к показавшимся впереди скалам, и эльфёнок чувствовал, как с каждым шагом уменьшается его запас жизненных сил. Никем не замеченная парочка выбралась из руин городка и поползла по пустыне. Незадолго до скал Тин всё-таки оборвал "нить", ощутив, что почти достиг предела. Рэйчел немедленно рухнул на камни, эльф заволок его в грот за ноги и так и оставил у самого входа. А следом сам стёк под стенку, закрыл глаза и позволил сознанию ненадолго отойти, сберегая силы. Он легко сумел бы восстановить их, окажись неподалёку хоть что-то живое: дерево, полная живности речка, рой насекомых. Но на скалах не росло даже мха, а в пустыне не пробивалось ни одной травинки. Солнце же этого мира было чужим и почти несъедобным, эльфёнок не мог получить от него ничего кроме простого тепла.

К заходу солнца Рэйчел пришёл в себя. Видимо, его организм имел скрытые возможности пополнения энергии, потому что выглядел он сейчас бледно и встать покане мог, но умирающим уже не казался. Столь же зелёный Тин приветствовал его слабой улыбкой.

- Винца бы сейчас, - едва слышно заговорил Рэй, - за встречу.

Эльфёнок нервно хихикнул.

- Алкоголик! Тебе нельзя, ты бузишь во хмелю!

- Много я тут натворил? - парень поморщился, скрывая головную боль.

- Не очень - всего-то полгорода снёс. И меня едва заодно в Океан не отправил.

- Прости! - Рэйчел смущённо заёрзал. - Я не специально. Как хорошо, что ты догадался ко мне подойти.

Тин только хмыкнул. Он подумал, что не станет рассказывать товарищу, как оно было на самом деле.

- Тинни, нам уходить надо, - Рэйчел с видимым усилием сел и внимательно посмотрел на мальчишку. - Сможешь?

- Куда уходить? В горы? В город нам с тобой теперь точно нельзя.

- Совсем уходить, с планеты. Я здесь на полкосмоса светанул, только слепой не заметил.

- Ты разве помнишь? - паренёк подозрительно покосился на друга.

- Чувствую. Уж больно хреново.

- Мне тоже хреново, - потупился Тин. - То я о тебе беспокоился, а сейчас ты вернулся, и мне всё думается, сколько из-за меня народу погибло. Из-за моей глупости. В городе даже дышать нельзя - одна смерть. Рэй, не надо было меня спасать, не за такую цену.

- Не говори глупостей! - Рэйчел снова поморщился. - Считай, им просто не повезло, бывает. Природная катастрофа стряслась, и ты за неё никак не в ответе. Да я и есть - катастрофа.

Он вдруг замолчал, поражённый тем, что только что сказал о себе. Всем своим существом парень ощутил истинность этих слов.

Эльфёнок всхлипнул.

- Если бы я не влопался, то не стряслась…

- Если бы в мире не было негодяев, то ничего бы и никогда не стрясалось. Перестань, уже ничего не изменишь. Нет пользы в сожалении, которое делает тебя слабым.

- Да-а, тебе хорошо говорить, ты не чувствуешь, как это всё больно! - Тин поднял на друга полные слёз глаза и слегка отодвинулся.

- Прости, - повторил Рэйчел. - Я этого не хотел, так получилось. И это я сделал глупость, отправив тебя сюда. Это моя ошибка. Так ты сможешь идти?

- Смогу, - паренёк подобрался и сжал зубы. - Только давай, звёзд дождёмся? Тогда у меня будет больше сил.

- Конечно, только по темноте и пойдём. Придётся вернуться в город.

- Зачем?! - Тин вздрогнул.

- Нам нельзя по дороге, нужно будет найти тропу. Любую, какая там уцелела. Нужно запутать след.

- А ты сам-то сможешь? - эльф недоверчиво уставился на напарника.

- Вполне. Немного ещё подтянуть, и я в форме. Не в лучшей, конечно, но какая уж есть.

- Откуда ты здесь энергию достаёшь? - паренёк огляделся с недоумением. - Или тебе это солнце подходит?

- Нет, не солнце. В любой планете, пока она жива, внутри есть огонь. Я могу это использовать, вообще любой вид огня. Рэйчел не знает, откуда он это взял, - парень развёл руками и хитро сощурился, давая понять, что это один из подарочков "другого я".

- Жаль, что я не могу, - Тин сокрушённо опустил глаза. - Мне бы что-то более определённо живущее, планета подойдёт только своя. Дома вообще любую энергию взять можно.

- Я живущий, - предложил Рэйчел. - Пойдёт? Только до косточек не обглодай!

Он издал короткий смешок, увидев, какими круглыми стали синие глазищи эльфа - столь простое решение тому в голову не пришло.

- Пойдёт! - радостно завопил Тин. - Я не обгладываю, просто использую какфильтр. Таким образом можно от любого источника получать. Хотя ты тоже не местный… - он положил голову на одно плечо, что-то прикидывая, перенёс на другое и кивнул. - Придётся через тебя доставать огонь. Невкусно!

- И ладошку жжёт, - пожаловался он, свернувшись в клубок под боком Рэйчела, - обожжённую…

- Давай, подую, - предложил тот.

Мальчишка потряс головой.

- Я сам. А то ты как подуешь огнём, дракон недоделанный!

- Нет, вот дышать огнём я не умею, - возразил Рэйчел. - Не дракон потому что.

- А кто?

- Не знаю…

- Вот и я не знаю теперь... - эльфёнок как-то неуклюже пожал плечами, словно удерживал дрожь. - Сперва мне казалось, что ты из Высших[2], просто повздорил со своими, что-то не поделил, вот они тебя и... То есть, из тех, кто творит. А теперь… кажется, тебе разрушать проще?

- Проще, - подтвердил товарищ. - Однозначно проще. Но создавать я, кажется, тоже могу. То есть мог. Есть такое ощущение.

- Ох, ладно, кажется, мне достаточно, - Тин сел прямо и погладил здоровой рукой ожог на ладони. Тот бледнел после каждого прохода, пока совсем не исчез. - Всё, я в порядке!

- Стемнеет скоро, - негромко заметил напарник, внимательно всматриваясь в небеса.

Сумерки уплотнились, показались первые крупные звёзды. Потом они высыпали на чёрное покрывало во всей красе, осветив пустыню неярким голубоватым светом. Рэйчел недовольно морщился - света оказалось излишне много. К тому же, он то и дело нервно оглядывался, пока не поднялся рывком и не махнул рукой спутнику.

- Всё! Пошли!

Друзья кружили по Ниелену, то удаляясь в глубину выгоревшей части, то возвращаясь к жилым местам. Когда Рэйчел увидел, во что превратился город, он, не удержавшись, прицокнул языком и изрёк: "Нда…" Тин оставил это без комментариев.

На пострадавшем участке никаких тропинок сыскать не удалось, они были сметены уже первым ударом, разрушившим искусственные энергетические структуры. На сохранившемся - тропы, если они имелись, были устроены изнутри заведений либо со стороны закрытых задних дворов, то есть практически недоступны. Заходить ни в один из домов Рэйчел по понятным причинам не собирался. Он проявлял всё большее беспокойство, ничего не объясняя спутнику. Наконец, парень решительно двинулся к границе разрушенной зоны, где они оба заметили несколько обрывков от бывших троп. Здесь дома сгорели в результате распространения обычного пожара, поэтому можно было ожидать, что дальше конструкция окажется неповреждённой.

- Когда скажу, назовёшь моё имя, - хмуро бросил эльфёнку Рэйчел, всматриваясь в темноту.

- Это слишком опасно! - кинулся возражать тот. - Ты едва восстановил минимум жизненной силы, на второй заход её просто не хватит!

- Должно хватить на то, чтобы подлатать тропу. Дальше неважно. И вот что - ты пойдёшь первым.

- Почему?

- Что бы ни случилось, тебе следует отсюда уйти. Не трать время на спор, его почти не осталось.

- Почему? - эльф схватил друга за руку и заглянул в глаза.

- Что-то мне начинает пятки поджаривать, - криво усмехнулся тот и замер. - Вот. Здесь. Видишь?

Паренёк послушно уставился в темноту и действительно разглядел неровное слабое свечение, отходящее от земли. Контур был рваным, словно из него кто-то выгрыз большие куски. Свечение можно было заметить лишь под определённым углом зрения, с любой другой стороны тропа была совершенно невидима.

- Назовёшь имя и скажешь, что нужно открыть этот проход, войти, а потом его за собой уничтожить. Всё понял? Только это, больше ничего не говори. И уходи первым.

- Понял, - буркнул Тин.

Рэйчел встал перед пятном света и поставил мальчишку перед собой.

- Давай!

Тин механически выполнил указания и вздрогнул, ощутив знакомый фон. Свечение перед ним стало ярче, дыры быстро затягивались, вот он увидел узкий уходящий вдаль коридор. Паренёк двинулся, ощутив спиной лёгкий толчок, сделал пару шагов и обернулся проверить, как там спутник. Эльо ступил в проход вслед за ним, почти закрыв обзор, но все-таки эльф заметил, что пространство с той стороны вдруг вспыхнуло режущим глаз ярким светом, в котором сверкнуло несколько молний. Эльорэ одной рукой обнял мальчишку, закрывая от лишь ему ведомой опасности, обернулся и сделал быстрый жест. Тут же Тин почувствовал сильный удар и стремительное движение.

Рэйчел открыл глаза и обнаружил, что лежит под пышным ярко зелёным кустом, а вокруг растут столь же красочные кусты и деревья. Эльфа рядом не было. Парень сел, вертя головой и соображая, куда они могли загреметь. Местечко напоминало ухоженный сад, слегка запущенный в угоду стилю. Невдалеке виднелась и тропка -участок аккуратно обложенной мелкими камешками жёлтоватой земли. Чувствовал он себя, однако, отвратно. Голова болела до тошноты, то и дело подступала противная слабость. Встать на ноги он бы сейчас не рискнул. Что удивило - отсюда он не мог дотянуться до подземного огня, то ли связь с ним оказалась закрыта, то ли этот райский сад вообще не был планетой.

- Что за ерунда? - проворчал про себя Рэйчел. - И где, демон задери, мальчишка?

- А, проснулся! - Тин вывернул из-за кустов, бодрый, весёлый и с пригоршней каких-то плодов. - Есть будешь?

- Это что? - парень подозрительно покосился на приношение.

- Не знаю, но это едят. Я уже пробовал! - эльфёнок смешно сморщил нос. - Вкус не ахти, конечно. Но лучше я пока не нашёл. Держи! Пойду ещё порыскаю.

- Подожди! Ты что-нибудь, кроме еды, нашёл?

- Там дом есть, - эльф махнул рукой в глубину сада. - Я туда не ходил, мало ли что. Хотя не похоже, чтобы в нём кто-то сейчас был. А там, - он указал в противоположном направлении, - ограда.

- Какая ограда?

- Энергетическая. За ней как-то мрачно всё, туда лучше не надо. Но оно сюда не пройдёт! Они не умеют.

- Тин, ты опять загадками говоришь! - Рэйчел охватил ладонями лоб, унимая боль. - Давай, потом разберёмся. Голова очень болит. Кто-то разумный здесь есть, не чуешь?

- Нет вроде бы. Похоже, здесь кроме нас вообще никого нет. То есть, внутри ограды нет, дальше звери. Неправильные.

Парень скривился: "Правильные звери, неправильные звери", - этот паразит решил над ним издеваться! Рэй укусил один из принесённых плодов, мякоть оказалась почти безвкусной, мучнистой и суховатой. Сразу же захотелось пить.

- А вода есть? - хмуро поинтересовался он у напарника.

- Есть, конечно! Есть ручей и ещё пруд.

- Ты что, тут уже всё облазил?

- Нет пока. Я далеко не ходил, вдруг ты проснёшься и испугаешься, - мальчишка ехидно хихикнул, потом посерьёзнел. - А ещё я боялся, что ты вообще не проснёшься после всего.

- Что, так плохо было?

- Угу.

Парнишка не стал рассказывать, что ему снова пришлось применить "нить жизни". Он сам восстановился довольно легко - живого в округе было с избытком, а вот Рэйчел не только не получал энергии, но и всё больше терял. Его контур оказался повреждённым, возможно, вследствие полученного напоследок удара, и, пока Тин набирал достаточно сил, чтобы это исправить, парень едва не ступил за грань. Даже после подключения к жизненной силе эльфа он не очнулся, как в первый раз, а только перешёл от бессознательного состояния к глубокому сну.

Рейчел выждал, пока эльфёнок снова отправится исследовать местность, и перебрался к воде. Направление он учуял, но до ручья пришлось ползти на четвереньках. Делать это при мальчишке парень постеснялся. Вода утолила жажду и только. Попытавшись выйти на стихию, Рэй зацепил "нить воды" и почувствовал, как внезапно натянулось пространство. Пришлось отпустить. Что бы ни являлось причиной, пополнить запас энергии от сил природы он не мог и совершенно не понимал - почему? Что-то с этим местом было глобально "не так". Зато эльф, похоже, чувствовал себя великолепно. Пережитое в бордельном городке отодвинулось в прошлое и поблёкло как кошмарный сон. Рэй дожевал плоды и решил основательно расспросить парнишку, как только пройдёт головная боль. Рано или поздно это должно было случиться.

Он снова заснул, рассчитывая пробудиться к позднему вечеру. Однако когда Рэйчел открыл глаза, то застал всё тот же пейзаж, ни освещённость, ни угол падения теней не изменились. Тин дрых неподалёку, сложив возле друга целую кучу разноцветных плодов. Кроме уже известных там оказались довольно вкусные и сочные фрукты двух видов и несколько крупных орехов. Парень подкрепился и решил отправиться на разведку сам, чувствовал он себя уже довольно прилично, лишь слегка закружилась голова при резком подъёме.

Сад оказался совсем небольшим, не больше пары сотен шагов в поперечнике, в его середине скрывался уютный домик с открытой верандой, с которой был виден ранний закат. Получалось, что закат здесь оставался всегда. Дверь не запиралась. Войдя внутрь, Рэйчел обнаружил единственную комнату, почти всё пространство которой занимала кровать, и всё понял. Они попали в один из "отдельных кабинетов" при заведении, гнёздышко для отдохновения не очень богатых клиентов с романтическими наклонностями. Кроме кровати в домике имелась небольшая летняя кухня и ванная с санузлом. Судя по обстановке, основными клиентами кабинета бывали люди. Нечто подобное он и рассчитывал получить, полагая, что такие гнёздышки раскиданы по ближайшим подходящим планеткам и связаны сетью троп. Никаких других тропинок, однако, здесь не нашлось, а той, по которой они сюда добрались, более не существовало. Парень поскрёб в затылке и двинулся изучать периферию.

Энергетическая ограда садика, рассчитанная на обеспечение безопасности дурака, представляла собой самый обыкновенный забор. Вернее, забор романтический - частый плетень, перевитый разными цветущими растениями. Смотрелось это неплохо, хоть и весьма банально. Выше плетня, видимая уже на втором зрении, поднималась призрачная стена, уходящая вверх, насколько этого зрения хватало. Видимо, где-то там наверху она смыкалась в купол. Преодолеть такую ограду Рэйчелу не составляло труда, но пока что парень не стал делать лишних движений - вполне возможно, такая попытка включила бы сигнализацию в каком-то из не попавших под его атаку домов Ниелена. Не для того он постарался удрать, уничтожив вместе со следами дорогу, чтобы столь бездарно себя обнаружить.

Рэйчел прочесал сад, обнаружил два места в ограде, выглядевших конструктивно иначе, чем прочие, но не приблизился к пониманию, как всё это устроено. Ни до одной планетарной силы или стихии дотянуться не удалось, казалось, он попал в некую объёмную картинку, нарисованную искусным художником. Парень сорвал несколько подвернувшихся под руку орехов, вернулся к Тину и принялся дожидаться, пока тот выспится. Спешить, похоже, им теперь было некуда.

Проснувшись, мальчишка первым делом оглядел товарища и довольно хмыкнул:

- Отъелся!

- Не знаю, как отъелся, а запутался точно, - задумчиво отвечал тот. - Ты что-то больно довольным выглядишь, прямо как в свои палестины попал.

- Почти, - ухмыльнулся эльф.

- Тогда поясни для дурака - где мы?

- В игрушке.

Рэйчел с недоумением уставился на паренька.

- У нас такие дети устраивают, - продолжал тот, - и даже лучше. Здесь слишком близко к основе и сетка слабая. Очевидно не настоящий мир.

- Тинни! - взвыл парень. - Я же не эльф! Можешь изъясняться по-человечески?

- Да что объяснять? Вон там, - он махнул рукой в сторону ограды, - основная реальность. А здесь - дополнительная. Она поставлена на проекциях сил, а потом раскрашена. И немного сдвинута по пространству, чтобы из первой просто так нельзя было попасть. Любой эльф это умеет. И войти может тоже любой. А людей сюда можно извне провести или сразу внутрь поместить, мы так и сделали. Если они не умеют видеть, могут принять за реальный мир.

- То есть, ты хочешь сказать, мы в виртуальной конструкции?!

- Что? - эльфёнок удивлённо расширил глаза. - Мы во второй реальности, если ты это хотел сказать, только очень дохленькой. Но жить можно.

- А выйти-то отсюда можно? Или тоже - может только любой эльф?

- Можно конечно! Только первый мир здесь какой-то нехороший, я не особенно смотрел, но там что-то не то. Лучше туда не ходить.

- Это как выйдет, - буркнул Рэйчел. Объяснения паренька больше запутывали, чем вели к пониманию. - Что такого ты там разглядел?

- Я залез на дерево, - начал Тин, - чтобы заглянуть за плетень. Оно было рядом с оградой. Сначала удивился, что с той стороны темно, потом подумал, что ночь наверно, а здесь специально поставлено одно время суток, так проще сделать, чем по-настоящему.

- Здесь что, временной карман? - у Рэйчела глаза полезли на лоб, штука была не для низших миров.

- Нет, - мотнул головой Тин. - Время не остановлено, просто не настоящее солнце. Нарисованное. А настоящее не разглядеть.

- Ну ладно, - парень выдохнул, а то он уже начал подозревать ловушку. - Что там ещё?

- А потом подошли звери. Они меня видели, я ж говорю, здесь слишком близко, но достать не могли. Два очень больших хищника, они стали прыгать на ограду, как будто хотели меня съесть.

- Голодные, наверно, - не особо заинтересованно предположил Рэйчел.

- Может, и голодные, только я в первый раз вижу зверей, которые не понимают речи. Я сказал им, что не хочу причинить зла, но они всё равно бросались и хотели меня убить, как будто вообще не слышали.

- Может, и не слышали. Ограда же.

- Нет, мне она не помеха. Я тогда внимательно посмотрел, у них совсем нет души, только злоба. Им нечем было меня услышать. Понимаешь? - эльф с беспокойством покосился на человека. - Таких зверей не должно быть! Они не рождаются.

Рэйчел потряс головой.

- А откуда тогда берутся?

- Их сделали. Кто-то специально сделал их, чтобы они убивали, а потом выпустил сюда. Или когда-то их здесь забыли.

- Час от часу не легче, - проворчал Рэй. - Ладно, давай решать проблемы по мере поступления. Какое-то время нам лучше пересидеть тут, раз уж этой реальности нигде в мирах не прописано. Нас же здесь обнаружить нельзя, так?

- Очень сложно. Нужно точно знать, по какому слою искать. Или можно сканировать бесконечно, - Тин хихикнул.

- Во-во, я так же думаю. Жалко, что из еды тут только дары сада. Кстати, - он подозрительно покосился на напарника, - а съедобны они по-настоящему? Или я тут с голоду загнусь, виртуальными ягодками питаясь?

- По-настоящему! - заулыбался эльф. - Это мирок игрушечный, а деревья тут просто живут и про то не знают.

Счёт времени Рэйчел потерял сразу и окончательно. Они перебрались в дом, с удовольствием используя водопровод и прочие блага цивилизации. Впрочем, кухня им не пригодилась совсем, готовить было нечего. Оба отдохнули и всё чаще задумывались о том, как же им отсюда уйти. А уходить пришлось бы достаточно скоро - каждый раз, проснувшись, Рэй осматривал периметр и замечал, что тот становился всё более тонким. Пространственный сдвиг оставался, а укрепляющее защиту поле слабело. В одном месте обнаружилось нечто вроде ворот, выходящих в основную реальность, там защитный покров истаивал быстрее всего. Для чего предназначалось второе особое место в ограде, не разобрались ни Рэйчел, ни Тин. Ясно было лишь, что оно никак не связано с проходами в другие миры. Эльо, конечно, мог создать тропу куда угодно прямо из игрушечного мирка, вот только после этого вся маскировка шла насмарку - он снова бы себя обнаружил. Рэйчел же творить локальные тропы не мог, а Тина этому не учили. Оставалось одно - отправляться в реальный мир и отыскивать в нём выходы на дорожную сеть. Если они там, конечно, были - сканированию мешали массированные помехи в ментальном слое планеты, происхождение которых также оставалось неясным.

Рэй старательно перебрал оставшиеся при нём колечки, отложив дваподходящих по размеру себе и эльфёнку. Он выбрал лабрадор в серебре, учитывая, что есть такое же меньшее по размеру, но мальчишка вдруг категорически отказался. Взамен тотпозвенел немного, собрав кольца в горсти, и вытянул лунный камешек, тоже оправленный серебром. Пришлось ставить защитное поле на разных носителях, и Рэйчел ворчал, что не может гарантировать одинаковых результатов. Хорошо хоть, что они совмещались - сила ночи не противоположна силе луны. После него эльфёнок тоже поколдовал над колечками, добавив поверх грубой упругой стены тонкий флёр маскировочного и сводящего взгляд поля. Зато Тин без возражений соорудил себе лук и даже заговорил наконечники стрел - они напоследок устроили в райском саду настоящую кузню, пустив в дело весь обнаруженный в домишке металл. На всякий случай Рэйчел добавил в каждую заготовку по капле серебра, расплавив на это дело пару монет. На тетиву пошла завалявшаяся в ящичке стенного шкафа прочная искусственная нить, забытая, видимо, кем-то из посетителей. Эльф недовольно кривился, но ничего более подходящего не нашлось. Оружия в доме также не оказалось, и изготовить его было не из чего, Рэй мог рассчитывать только на свой длинный, но всё же недостаточно длинный нож, реакцию и незаурядную силу. От идеи сотворить из ножа копьё он отказался - этим видом оружия не слишком хорошо владел.

Друзья отследили смену дня и ночи "в реальности", заметив и то, что в светлое время хищники поблизости не появлялись. Это давало какую-то фору, если те действительно не жаловали дневной свет. Впрочем, данное заключение могло оказаться ошибочным, что им и предстояло проверить на собственном опыте.

[1] Хаарен - планета 3-го верхнего Круга.

[2] Высшие - к Высшим народам относят Творцов, Хранителей Кругов и Детей Хаоса (Разрушителей).

Глава 3

Рэйчел шагнул за ворота и остановился, с любопытством осматриваясь. Сразу же он понял, что вернуть изолированность искусственного мирка не выйдет - пути назад нет. Их окружали толстые стволы деревьев с морщинистой сероватой корой, раскинувшие где-то высоко вверху могучие ветви. Сквозь лиственный полог лишь кое-где опускались к земле слабые лучи солнца. В воздухе тянуло сыростью и сумраком вечного болота, хотя на взгляд почва было довольно сухой. Подлеска, как ни странно, почти не было, даже трава росла отдельными пятнами, видимо, там, куда в течение дня попадал свет. Коричневую землю покрывал плотный слежавшийся ковёр перегнивающей палой листвы. В ветвях шелестел ветер, и это оказался единственный звук, доступный обычному слуху. Не голосили птицы, не гудела мелкая насекомая живность - ничего. Зато внутренний слух вздрогнул от обрушившейся на него какофонии рваных эмоций и обрывочных восклицаний. "Убей!" - вопил эфир, - "Враги! Опасность! Ненавижу! Убей! Предательство! Беги! Рядом враг! Страшно! Уничтожить!" Рэйчел отмахнулся от них, как от назойливых комаров - он слишком не доверял всему свету, чтобы вдруг послушаться чьих-то чужих мыслей.

Тин сделал пару шагов в лес и вдруг, зажав руками уши, упал на колени. Он попытался спрятать голову между колен, потом снизу вверх взглянул на Рэйчела совершенно безумными и больными глазами и принялся раскачиваться взад-вперёд, тихо подвывая. Парень, оторвавшись от разглядывания пейзажа, бросился к нему и схватил за плечо.

- Тинни! Кольцо! Активируй!

Мальчишка вздрогнул, шарахнулся от него, как от исчадия нижних миров, и зажмурился. Рэйчел насильно оторвал прижатую к виску тонкую ручонку с кольцом и сунул под нос эльфу.

- Смотри сюда!

Тот, с трудом разлепив глаза, уставил пустой взгляд на матово поблёскивающий адуляр. Потом в глазах что-то проплыло, взгляд стал сосредоточеннее, наконец, камень едва заметно вспыхнул, переходя в активный режим. Тин со свистом выдохнул через стиснутые зубы, упал на землю и разрыдался.

Рэй присел рядом с ним, не зная, что делать. Утешать детей он не умел, оставалось ждать, пока паренёк успокоится сам.

Ждать пришлось долго. Судорожные всхлипы перешли в слабые, Тинни зашмыгал носом, полежал и только потом поднялся и уставился на товарища неожиданно сухими и зло поблёскивающими глазами.

- Уничтожь планету!

- Ты чего? - опешил тот. - Ты в порядке?

- Этого не должно быть, - Тин сидел очень прямо и напряжённо вглядывался в глубь леса. - Такое не оставляют.

- Тин, ты действительно веришь, что я могу уничтожить планету? - Рэйчел попробовал достучаться до разума паренька, в здравости которого был сейчас совсем не уверен. Он не ожидал, что простая ментальная атака так подействует на эльфа.

- Я знаю. Это можешь другой ты.

- Тинни… - парень задумался, подыскивая аргументы, - разве эльфы могут хотеть уничтожить жизнь?

- Это не жизнь. Не настоящая жизнь, - поправился Тин. - Это извращение жизни. Оно заразно.

- Да чем? Я не чувствую, чтобы подхватил что-то, мне не свойственное. Пусть животные здесь созданы искусственно, но деревья-то настоящие? Они чем виноваты? Они ведь тоже живые.

- Они допустили, - упрямо возразил эльф.

Парень только вздохнул. Уничтожать планеты точно не входило в его ближайшие планы.

- Не отключай кольцо, и всё будет в порядке, - посоветовал он напарнику.

- Ты не понимаешь, - опечалился тот. - Я же поверил, что ты - представляешь, ты! - заманил меня сюда и сейчас убьёшь, если я сам не убью тебя. Я не мог тебя убивать, не хотел, а оно вопило, что ты предатель! Прямо в голове вопило! Рэй, я почти перестал быть собой и едва не сошёл с ума, и всё это почти мгновенно.

- Не драматизируй. Ты просто не ожидал, вот и всё. В конце концов, ты же сам запустил защиту, значит, выдержал.

- Не знаю, чем я там выдержал, только не головой. А ведь мы просто случайно сюда забрели. Так же будет с любым другим тоже.

- В мирах много мест, куда соваться не следует, - дипломатично заметил Рэйчел.

- Они кому-то и для чего-то нужны. Но здесь нет охотника, только капкан. Мы должны его разрядить, раз уж сюда попали.

- Как ты это себе представляешь? - он с удивлением взглянул на эльфёнка. Похоже, паренёк всерьёз вознамерился изничтожить встреченный источник зла.

- Не знаю пока. Раз ты не хочешь уничтожать всё, тогда нужно понять, откуда оно тут берётся. Кто думает эти мысли? Это не растения и не животные, хотя животные могут их понимать. Вот почему они на меня бросались.

- Ты же говорил, они без души?

- Да, это тоже. Но это объясняет лишь, почему они меня не слушают. Само по себе это не заставило бы их нападать, они бы просто шли мимо. А ты? - он вдруг всем телом обернулся к Рэйчелу. - Разве ты всё это не слышишь?!

- Слышу, конечно, - спокойно кивнул тот, - но не слушаю. И не слушаюсь тем более, с чего бы вдруг? Мало ли кто, где, какую ерунду говорит? Даже если он это делает у меня в голове - это не мои мысли. Они не могут заставить меня чувствовать не мои чувства, понимаешь? И делать то, что не я решил. Ты мне веришь?

- Да. - Тин вздохнул с облегчением и едва заметно улыбнулся. - Я тебе верю, ты сильный.

- Уфф, - парень тоже выдохнул. - Вот и верь мне, а не каким-то там… - он запнулся, не рискнув употребить при ребёнке настолько крепкое словцо.

Тин улыбнулся шире. Кажется, он понемногу приходил в норму.

- Мы ведь найдём, в чём тут засада, правда? - парнишка требовательно подёргал друга за рукав.

- Ладно, уговорил, - сдался Рэйчел. - Только сначала нам нужно найти безопасный ночлег и что-то съедобное, или до дальнейших розысков дело не дойдёт. Как думаешь?

- Ты прав, - эльфёнок с важным видом кивнул. - Куда пойдём?

Он завозился, собираясь вставать.

- Подожди, сейчас гляну. Оттуда, - парень кивнул на покинутый райский сад, - у меня не получалось, может, отсюда пойдет. Придётся выходом [1].

- Твоё место никто не займёт, пока тебя здесь не будет? - забеспокоился эльф.

- А я колечко включу!

Разведчик легонько щёлкнул по своему кольцу ногтем и прикрыл глаза, прислонившись к стволу дерева. В то же время он поднялся над кромкой леса и обозрел горизонт. Помехи создавали мутную дрожь в ментальной сфере, однако сейчас парень смог разглядеть окраину леса, за которой начинались луга. Или же то была степь, плоское поросшее травой пространство, дальнего края которого увидеть не удавалось. Также он не нашёл ни речки, ни завалящего ручейка, что грозило неприятностями в самое ближайшее время.

Над степью эфир был чище, и Рэйчел метнулся туда, надеясь на более полный обзор. Действительно, видимость стала лучше, он различил мутное веретено, встающее у самого горизонта. Тогда разведчик поднялся выше, изучая ландшафт. Дальний край степи обрывался полосой воды, возможно, морем. Несколько правее язык разнотравья вдавался далеко в лес и вёл в сторону подозрительной конструкции. По крайней мере, там к ней подобраться было бы легче всего. Парень прикинул расстояния. Выходило, что если они поспешат, то достигнут края леса уже к вечеру. Почему-то это показалось важным. Рэйчел ещё раз окинул взглядом пейзаж, запоминая соотношение и расположение его составных частей, и вернулся.

Сделал он это совершенно вовремя, потому как, открыв глаза, обнаружил, что Тин застыл возле него с луком наизготовку. Он поймал предупреждение "не шевелись" в коротком взгляде эльфа и сам посмотрел в сторону, куда нацелился тот. Не особенно далеко от них между стволами лениво текла серая тень, периодически собираясь во внушительного вида зверюгу, длинную, с мощными лапами и крупной башкой, наверняка снабжённой немалой пастью с соответствующими экстерьеру зубами. Похоже, зверь не чуял их благодаря маскировочному действию колец и не слишком хорошо видел при дневном свете.

Рэйчел выждал, пока зверь перестанет появляться в зоне видимости, и жестом предложил напарнику двинуться в другую сторону, что они и сделали со всей необходимой осторожностью. Впрочем, парень вскоре отключил своё кольцо, предпочитая следить за окружающей обстановкой не только обычными органами чувств, которые могли и подвести. Эльфёнок тоже старательно слушал лес, хотя, находясь под прикрытием, неизбежно многое упускал. Но остаться без ментальной защиты он не согласился бы ни за какие коврижки.

Идти было на удивление легко, лишь иногда дорогу преграждали стволы упавших деревьев. Судя по их состоянию, утилизация отживших экземпляров в данной экосистеме находилась на высоте. Температура воздуха оставалась ровной и комфортной, ветра возле земли не наблюдалось. Несколько раз Рэй отмечал в отдалении крупных животных, тогда он включал защитное поле и путники замирали. Но на глаза так больше никто и не попался. Они неслышно скользили между деревьев, сами похожие на парочку неприметных теней.

Ближе к вечеру растительность изменилась. Теперь появились невысокие деревца с узловатыми стволами и отходящими от них мясистыми листьями на толстых черенках. Тин покрутился вокруг одного их них, наклонил лист и продемонстрировал товарищу пригоршню чистейшей прохладной воды, которую они немедленно употребили. Одного дерева вполне хватило для утоления накопившейся с утра жажды. Рэйчел улыбнулся - проблема питьевой воды была решена.

В качестве еды эльф предложил отведать мелких плодов лиан, что появились во множестве и теперь опутывали деревья, создавая многоярусную сеть. Нижние ярусы одревеснели, а верхние, которым доставалось больше солнца, упорно стремились ввысь, сражаясь за его лучи с листвой несущих их деревьев. Появились и первые птицы, по крайней мере, нечто мелкое возилось и пищало в ветвях. Похоже, планетка обещала оказаться не столь мрачной, какой выглядела поначалу. Даже ментальный шум стал тише и как-то зануднее, из него пропали яркие всплески эмоций, остались лишь бесконечно повторяющиеся "враги", "опасности" и "убийства".

Рэйчел предложил двигаться к окраине, пока не начнёт темнеть, а если не удастся её достигнуть, устраиваться на ночёвку в ветвях деревьев. Тин с готовностью согласился. В общем-то, ночевать таким образом можно было уже там, докуда они добрались, но им обоим хотелось взглянуть, что творится в степи.

Друзья выглянули из-под подлеска с последними лучами солнца, но тут же отступили обратно в лес и, не сговариваясь, полезли на первое попавшееся высокое дерево, оплетённое спиралями лиан. Высокая степная трава была вытоптана вдоль всего окоёма и засыпана обглоданными костями, а далее подозрительно шевелилась, и товарищи дружно решили понаблюдать за ней откуда-нибудь с высоты. К тому же Рэй чувствовал, что из глубины леса к окраине приближаются несколько массивных тел. Взобравшись повыше, они оказались единственными зрителями вечернего спектакля.

В сумерках из чащи выступили огромные мощные звери и неспешно приблизились к траве, по которой к ним навстречу покатились волны движения. Орда крупных грызунов, порождённая степью, устремилась в лес. Вот противники встретились, и закипела битва, победители которой получали возможность отужинать побеждёнными. Хищники леса возвышались над бурым визжащим потоком, вгрызаясь в него и отмахиваясь от лезущих к их глоткам зверьков. Те, в свою очередь, отчаянно рвали всё, до чего успевали достать. Над полем стоял немолчный визг и рёв. Вот кому-то из крупных хищников не свезло, мелкие острые зубы добрались до кровеносных сосудов. Зверь рухнул в траву, отчаянно молотя лапами, и тут же скрылся под покровом копошащихся тел. Немедленно туда ринулись наблюдатели с крон деревьев, теперь стало видно, что они не слишком походили на птиц. Небольшие ящерки с кожистыми крыльями и длинными пастями, украшенными полосками зубов, торопились урвать свою долю добычи на общем ужине. Большие звери начали понемногу отступать в лес, проглатывая на ходу куски разорванной добычи, сбивая нападающих грызунов и тут же отправляя их в желудки. Упущенные ими подранки попадали в зубы своих же сородичей, либо в долю летучих ящерок. Рэйчел смотрел на всё это с интересом, эльфа же едва не стошнило.

Когда сумерки перешли в тёмную ночь, пир закончился. Грызуны, видимо, не обладающие хорошим ночным зрением, отошли подальше в степь. Не до конца обглоданные тельца дочищали ящерки. Тин, дёрнув плечом от отвращения, предположил, что соседство с ними может оказаться опасным, но Рэйчел уверил, что через защитное поле колец такие маленькие агрессоры не пройдут. Впрочем, до сих пор ни одна из летающих ящериц не проявила к ним особого интереса, видимо, живая пища им была не нужна.

- Ну вот, - сказал Рэйчел, когда вечерняя битва утихла, - можно рассчитывать на неплохую охоту. Эти степные берсерки должны быть довольно вкусными.

- Они тоже не прочь поохотиться, как мы поглядели, - пробурчал эльф. - Непонятно только, отчего им не хватает травы? Зачем грызунам мясо?

- Не знаю, - лениво отозвался товарищ. - Какая разница? Они едят, их едят, всем вроде бы как хватает. Может, если бы они не устраивали таких боёв, они бы быстренько всю траву съели и вымерли?

- Какой ты умный, - продолжал ворчать Тин. - Только ешь ты их сам, я не стану. Я вообще мясо есть не люблю.

- Как хочешь, - Рэйчел спорить не стал, - только ягодками сыт не будешь. Ну, оголодаешь, так поделюсь, ты мне, главное, их настреляй! А то я сам тут с голодухи вымру.

- Завтра попробую.

Отключив ненадолго во время битвы кольцо, Рэйчел заметил, что ментальный фон усилился. В эмоциональной части страх сменился на ярость, а в установочной всё так же неслось про врагов и убийства. Сейчас он повторил эксперимент - фон почти не ощущался, лишь на задворках разума скучный голос бубнил своё "убей-враг-убей". Парень подумал, возможно, в этом лежит причина необычной кровожадности вроде бы травоядных зверьков, но с товарищем своим открытием делиться не стал. Тот и так натерпелся сегодня лишнего.

Друзья устроились в развилках ветвей и для страховки привязались лианами. Ночлег вышел не очень удобным, зато обоим удалось выспаться до утра. Ни наземные, ни воздушные хищники их не побеспокоили.

Поутру оба проснулись с первыми же лучами солнца, которое поднялось из-за моря и принялось щекотать их через узорную листву. Эльфёнок повозился в своём гнезде, оглядел чисто выметенную полосу между лесом и полем и задумчиво проронил:

- А всё же, почему здесь нет летающих насекомых?

- Ты изверг, Тин! - Рэй уже развязался и приготовился десантировать. - Ты способен думать о каких-то бабочках и жучках, когда твой друг умирает с голоду?! Если мы немедленно не пойдём на охоту, я здесь кого-нибудь съем!

- Ты хочешь сказать, если я не пойду на охоту? - ухмыльнулся эльф. - Или ты сам с одним ножом в эту траву полезешь?

- И полезу! - гордо заявил парень. - Посмотрим, кто здесь самый ужасный зверь!

- Не надо, - Тин поёжился и начал отвязывать страховочную лиану. - Я бы их вообще отсюда стрелял. Надеюсь, лазить по деревьям они не умеют?

- Их отсюда не видно, - огорчился голодный Рэйчел, - всё равно придётся в траву. Давай, я их выманивать буду, а ты стреляй. А если что - сразу на дерево.

Путешественники спустились на землю и осторожно выбрались на вытоптанную полосу. Зверьков не наблюдалось, высокая трава пребывала в первозданном покое. Рэй дошёл до начала зарослей и заглянул в них - никто не шарахнулся в сторону и не кинулся на него. Пришлось идти дальше. Тихое шуршание заставило парня поспешно отступить. Он отскочил на чистое место, следом за ним выбежало маленькое пушистое существо, напоминающее обычную крысу. Рэйчел плюнул от огорчения. Однако следом выскочил весьма упитанный грызун, схватил существо за загривок, от чего то зашлось обиженным верещанием, и уволок обратно в заросли.

- Ты чего не стрелял? - возмущённо обернулся он к эльфу.

- Это же самка с детёнышем! - не менее возмущённо отвечал тот.

- И что?! Вчера ты меня упрашивал всю планету спалить вместе со всеми детёнышами, а сегодня крысу подстрелить боишься?! Ты уж определись.

Парнишка вспыхнул мгновенно, от кончиков ушей и до ворота стал цветом лишь немного бледнее своих отросших волос.

- Я был не в себе, - тихо проговорил он, опустив глаза. - Мне уже стыдно.

- Тьфу! - Рэйчел махнул рукой, потом снял кольцо и решительно шагнул в траву.

К его удивлению, эфир оказался почти чист. Где-то подрагивала нотка страха, иногда взбухала серая муть подозрительности, но ни требований убийств, ни насаждения враждебности не ощущалось. Первый же замеченный грызун поспешил убраться в сторону от шума человечьих шагов. Парень немного подумал, потом присел и затаился, держа нож наготове. Вскоре засадная тактика принесла успех, к облегчению Тина Рэйчел выбрался из травы, держа за короткий толстый хвост увесистую тушку.

На вкус поджаренный на костре зверёк вышел вполне пристойным, хотя до деликатеса не дотянул. Тренированные мускулы бойца оказались жестковаты, а жирок, нагулянный за тихие часы - тонковат. Рэйчел не пожалел времени, чтобы сделать запас подкопчёного мяса, так что товарищи двинулись вдоль края луга лишь после полудня. К этому времени ментальный эфир опять заполнился уже привычной дрянью.

К следующему полудню до самого дальнего участка вдающегося в лес языка степи осталось всего ничего. Тупик маячил перед глазами, когда они осторожно крались вдоль передовых стволиков леса. Осторожно, потому что ментальное давление возросло так, что Рэйчел всерьёз опасался, выдержит ли поставленный на кольце эльфёнка заслон. Сам он так и не уходил под защиту, кривился от отвращения, иногда вздрагивал при резкой смене темы и уводил сознание за предел вербальных понятий, откуда, тем не менее, мог контролировать окружающую среду. Парень не без основания полагал, что при таком нажиме подвергнуться нападению неадекватных животных можно даже посреди белого дня.

Тин тоже ощущал давление, словно тяжёлая туча опустилась на его голову и пригибала всё ниже. Он тащился, заплетая ногу за ногу, сосредоточившись на спине товарища, покачивающейся впереди. Рэйчел обернулся.

- Думается, дальше тебе заходить не стоит. Давай, ты подождёшь меня на дереве где-нибудь тут?

- Нет, - отказался Тин. - Я с тобой. Мы вместе.

- Тинни! - парень воздел глаза к небесам. - Дальше будет ещё хуже, защита может не выдержать, и я уже ничего не смогу сделать. На сопротивление у нас не хватит сил.

- Сопротивление кому? - эльф уставился на товарища. - Откуда ты знаешь?

- Боюсь, что никому… - невразумительно пробурчал тот.

- Я не понимаю. Мы ведь не просто так сюда шли, да? Рэй, что там дальше?

- Дальше то, откуда разносится эта дрянь, - хмуро сообщил Рэйчел. - Поэтому, чем ближе к ней, тем напор сильнее. Я и говорю - останься. Я обернусь за день, уже недалеко.

- Пойдём вместе, - упрямо нагнул голову эльф.

С поля вдруг как-то особенно плотно понесло опасностью. Рэйчел, оборвав спор, схватил эльфёнка за руку и метнулся в лес. Там он тяжело вздохнул и махнул рукой.

- Ладно, шут с тобой, пойдём.

Пойти, однако, не удалось. Вместо этого обоим пришлось поспешно забираться на дерево, пропуская внеплановый выплеск бешеных грызунов. Бурая волна выкатилась из травы и исчезла под сенью леса. Нужно было дождаться, пока уцелевших зверьков пронесёт обратно.

Солнце ползло по небу, а они всё торчали на ветвях и поглядывали на землю. Следом за первой в чаще скрылась вторая волна отчаянных грызунов. Потом к полю выбрел один из лесных хищников, постоял и ушёл обратно. Наконец жалкие остатки авантюристов просочились между деревьев и канули в высокой траве. Можно было попытаться пойти дальше, хотя дело шло к вечеру.

Рэйчел решил во что бы то ни стало одолеть последний кусок и заночевать уже на расстоянии последнего перехода. Оказалось, что внизу под деревьями гораздо темнее, чем им представлялось с вершины. Ещё не настали сумерки, но тени уже уплотнились и загустели. На утоптанную траву выходить явно не стоило, легко было попасть между молотом и наковальней. Пришлось пробираться среди кустарника и лиан, то и дело посматривая по сторонам. Скорость такого путешествия удручала. В конце концов Рэйчел не выдержал и отвернул в глубину леса, где всё ещё переплетались лианы, но не было засилья кустов. Поле угадывалось по просвету со стороны левой руки.

Под вечер нагрузка на мозги стала едва выносимой. Тин упрямо шагал вперёд, уставившись в одну точку ничего не видящими глазами. Рэйчел поглядывал то на эльфёнка, пытаясь ощутить, как паренёк держится, то на своё кольцо, прикидывая, не пора ли и ему развернуть защитное поле. Среди общего плотного фона злобы, страха и ненависти выделить отдельный конкретный сигнал не представлялось возможным. Парень заметил лесного хищника, лишь когда тот во всей красе выступил из-за стволов.

- Беги! - он отшвырнул эльфёнка за спину и выхватил нож.

Зверь на секунду замер, ошарашенный непривычным обликом жертвы. Похоже, людей ему встречать не доводилось. Рэйчел воспользовался этой краткой задержкой и бросился первым. Противник прыгнул одновременно с его рывком, и они сшиблись посередине, оба сбив себе рассчитанную атаку. Опрокинутый массивным хищником на землю парень прильнул к нему, не давая схватить себя за горло, и, послав по клинку фиолетовое поле как самое жёсткое из боевых,вонзил нож в меховое брюхо и рванул, взрезая грудину, глотку и чувствуя, как утекает растянувшееся, но всё же конечное мгновение, отведённое на удар. Миг истаял, время рванулось, возмещая прокол, когти зверя полоснули по спине, горячий выдох окатил затылок, а рёв ярости и боли почти оглушил. Рэйчел невероятным усилием вывернул лезвие, направив его назад, и ткнул туда, где должен был оказаться проход к мозгу. Вдруг он почувствовал, как животное дёрнулось и обвисло на его руке.

Когда парень выбрался из-под мёртвого тела, с головы до ног залитый чужой и своей кровью, сотрясаемый рвотными спазмами от омерзительного запаха звериной плоти и почти ослепший и задохшийся от шерсти, забившей глаза и нос, он увидел, что из глазницы в глазницу череп животного прошивает стрела, а рядом стоит Тин со вновь изготовленным к стрельбе луком.

- Ты ранен?! - эльфёнок рванулся к нему.

- Всё в порядке, - Рэйчел чихнул. - Наверх, быстро!

- А ты залезешь? Ты весь в крови… - Тин испуганно заморгал синими глазами, ставшими вдруг огромными и круглыми.

- Да, демон возьми! Лезь немедленно! - рявкнул парень на медлящего напарника, потом уже спокойнее пояснил: - Кровь звериная.

- Твоя тоже, - недовольно буркнул мальчишка, всё-таки закинув за спину лук и схватив лиану.

То, что "его тоже", Рэйчел ощутил, начиная подъём. Похоже, была порвана мышца спины под правым плечом. Стиснув зубы и замирая при каждом резком рывке, он принялся карабкаться по лианам на стволе, стараясь действовать лишь одной рукой и ногами. Дерево было высоким, и ему досталось много матерных слов, которые шипел древолаз по пути к вершине.

Уже в гуще кроны на парня набросились летучие ящерки, привлечённые запахом свежей крови. Он поймал пару весьма ощутимых укусов, пока сообразил активировать защитное поле кольца. Ящерицы отстали, переключившись на валяющийся на земле труп.

- Какой трофей пропадает! - сокрушенно сморщился Рэйчел, поднявшись наконец до удобной развилки ветвей, возле которой его дожидался Тин. Ему вдруг очень захотелось подбодрить перепуганного мальчишку.

- Давай посмотрю, что с тобой, - не поддержал шутки эльф.

- Ничего серьёзного, царапины, - попробовал отмахнуться товарищ.

- Сними жилетку, - гнул своё Тин, - и рубашку тоже сними. Хотя, подожди, я сам.

Он легко перебежал по ветвям, оказавшись за спиной друга. Оставалось подчиниться. Эльфёнок неожиданно ловко стянул с раненого одежду, ойкнул, а потом смолк и принялся что-то сосредоточенно творить за его плечом. Рэйчел не имел понятия, что там ворожит Тин, лишь чувствовал, как стихает боль и отступает тошнотная слабость. Тёплый ручеёк крови, стекавший по спине, иссяк. Парень попробовал пошевелиться, на него зашипели.

- Что ж ты такие свои таланты скрывал? - двигаться Рэйчелу не давали, но болтать ему никто не мог запретить. - Я, понимаешь, готов был голову себе отрубить, а ты и не беспокоился! Не совестно, а, колдун?

- Я не могу вылечить твою головную боль, - возразил паренёк, - она внешняя. То есть, она не в теле. У тебя на самом деле не голова болит, а… - целитель подумал и завершил: - стенка, за которой ты-другой прячешься.

- Во завернул! - только и сумел произнести Рэйчел.

Закончив, эльф сморщил нос и, всем видом выражая презрение, соизволил сжевать пару полосок копчёного мяса, подкрепляя силы. Потом он пробежался по лианам и принёс горсть жёстких красных плодов. Теперь уже Рэй изобразил неудовольствие, заедая ими последние кусочки вчерашней добычи. Паренёк хотел спуститься вниз и добыть воды, но товарищ не позволил, сказал, что потерпят до утра. После вечернего максимума давление на психику пошло на спад, и ночь путники провели довольно спокойно. Вокруг пищали ящерки, внизу верещали грызуны и взрыкивали крупные звери, но измученные друзья ничего не слышали.

Наутро Рэйчела слегка лихорадило, царапины горели, однако боль была терпимой и не сильно мешала движениям. Он восхищённо поблагодарил эльфа. Оставался последний бросок к цели. Что они обнаружат там, откуда поднимался видимый на астральном зрении туманный столб, можно было только гадать и то без пользы.

Тин предложил двигаться по лианам, не касаясь земли. Рэйчел подумал и согласился. С одной стороны, перебираться с ветки на ветку по шатким воздушным мосткам выходило медленно, с другой - он теперь уже едва не обычными глазами мог наблюдать цель. Направление чувствовал даже эльф, который постарался в дополнение к полю кольца замкнуть своё сознание. К тому же, наверху было относительно безопасно, кольца спасали их от внимания летучих ящерок и наземных хищников, в чьём неумении лазить по деревьям парень уже сомневался. Под таким прессингом даже хныч [2] способен на чудеса ловкости и отваги.

Утренний минимум пошёл на рост, Рэйчел физически ощущал, как просачиваются сквозь упругое защитное поле истерические команды. Лиан становилось всё меньше, пришлось спускаться. На взгляд, они одолели почти половину пути. Поминутно оглядываясь, друзья перебежками продвигались вперёд, прижимаясь к стволам для короткого отдыха. Однако хищников не встречалось. Зато им пришлось преодолеть невидимую преграду, которую оба с изумлением определили как чужое поле. Довольно простое - они без труда подобрали нейтрализующее и прошли как в открытую дверь.

Теперь Рэйчел не опасался животных, и друзья поспешили. Отдельные элементы ментального фона слились в сплошной панический вой. Как ни странно, абстрактное безумие эльф переносил легче, оно утратило смысловое содержание и текло как грязевой ливень, не вызывая ничего кроме отвращения. Но вот вой поднялся до немыслимой высоты и внезапно стих - они вышли на небольшую округлую полянку посреди леса.

Оба дружно потрясли головами - наступившая тишина оглушила. Казалось, даже обычные звуки пробивались к обычным ушам сквозь толстый слой ваты - где-то далеко шумел ветер. Посередине поляны торчал невысокий холм со срезанной вершиной, точно из центра которой поднимался широкий белесый световой столб, расползающийся в своей серединной части в серую муть подобно настоящему веретену. Создавалось впечатление, что он вращался, хотя ничто не позволяло определить подлинность движения.

- Вот это да! - прошептал Тин. - Это ещё что такое?

- Пошли, посмотрим, - Рэйчел тронул парнишку за плечо. - Я здесь ничего живого не чую. А ты?

- Я тоже, - эльф кивнул, потом нахмурил лоб и кивнул ещё раз. - Никого нет, точно. Только мерзко как-то, штука эта противная.

Он поёжился.

- Сам ничего не трогай! - остерёг паренька Рэй.

- Да что здесь трогать-то? - удивился тот. - Землю?

- Даже землю. И не лезь поперёд меня.

- Ладно, - хмыкнул оживший по окончании ментального прессинга эльф.

Разведчики с опаской поднялись до вершины холма. Внутри земля оказалась вынута правильным кругом, яма довольно круто уходила в глубину и плавно переходила в немного скруглённое дно. Стенки выстилал матово поблёскивающий материал, возможно, камень цвета пустынного хаки, а из центральной точки поднимался тот самый белесый луч. Тин потянулся поставить ладошку перед поверхностью и надулся, когда напарник резко ударил его по руке.

- Я же не трогал! Я просто рядом хотел!

- Я же сказал! - прошипел тот. - Ничего! Не трогать! И никуда не лезть тоже.

- Что это?

Рэйчел запнулся и вдруг понял, что знает ответ.

- Гиперболическое зеркало.

- Что-о?!

- У тебя в школе были математика, физика? Или только одни поля да заклинания?

- Были, - поскучнел эльф, - но они мне не нравились.

- А зря. Тогда бы ты знал, что не стоит совать руку в отражатель. Результат может быть печальным.

- Например? - мальчишка обиженно отвернулся, такой проповеди от товарища по приключениям он не ждал.

- Например, ты ослабишь напор, и вон от той штуки отвалится кусочек вон той дряни, а потом она вся рассыплется прямо на наши головы.

- Зеркало держит весь столб? - догадался Тин. - А зачем?

- А это надо спрашивать у тех, кто его поставил, - отбрил Рэйчел и начал спускаться с холма.

- Оно что, его само делает? - рассуждал эльф, скатываясь вслед за товарищем по откосу.

- Это вряд ли. Давай-ка поищем вход!

Искать долго не пришлось: когда друзья обошли холм, с противоположной стороны обнаружилась нора с лесенкой, уводящей вниз, а внизу - самая обычная дверь, как в каком-нибудь трактире. Даже не запертая.

- Вот и всё, - объявил Рэй, войдя в пустой подземный зал с единственной кривой тумбочкой у дальней стены и усаживаясь прямо на пол, - чего я и боялся.

- Ты?! - не поверил Тин. - Боялся?! Чего?

- Ты знаешь, что такое техногенные миры [3]?

- Слышал… Здесь техногенный мир?

- Боюсь, что здесь лаборатория техногенного мира. Возможно, давно заброшенная и без лаборантов. А может быть, кто-то сюда наведывается, проверить, как там эксперимент.

- Эксперимент? - глаза эльфёнка расширились и заблестели.

- Это объясняет и твоих зверей без души, и дикие повадки. Только не объясняет, кому и для чего мог понадобиться весь этот бред. Как тебе кажется, какого Круга этот мирок?

- Ммм… похоже на Пятый.

- Вот и мне кажется - Пятый нижний. А там такой ерунды попросту быть не должно. Над созданием искусственной жизни безуспешно бьются низшие народы, высшие творят всё это на раз, а посерединке либо не актуально, либо - для особых уникумов - все эксперименты под наблюдением. Без контроля Хранителей работа запрещена. Ты заметил здесь какой-то контроль?

- Нет, - озадачился Тин.

- Вот и я нет, раз за нами уже спецназ по лесу не бегает.

- Ой, ты скажешь тоже - спецназ! - эльфёнок хихикнул.

- А что, прикинь, хватают тебя дюжие дядьки в зелёно-серебряной форме, привозят домой: "Вот, получите, сынок ваш пойман в запретной зоне!" "А как он туда попал?" "А из борделя!"

- Мама сразу с дерева свалится! - покатывался со смеху Тин.

- А папа скажет: "Говорил я тебе - не с тем ты связался!"

- Точно! И пускай не с тем, мне зато с тобой очень нравится! - тут эльфёнок внезапно смутился и уставился в пол.

- Ладно, что делать-то будем? - ушёл от лирической темы Рэй. - Вот отсюда разлетается вся эта ментальная дрянь. И что?

- Надо, чтобы не разлеталась. Можно засыпать зеркало?

- Излучение не прекратится, только направление станет непредсказуемым. Надо сам источник остановить.

- Ты знаешь, как? - Тин смотрел на Рэйчела горящими глазами, как на великого чародея.

Парень поднялся. Логика и некоторый сохранившийся неизвестно откуда объём знаний говорили ему, что если в единственном помещении технической установки имеется единственный технический предмет, то он, скорее всего, и окажется управляющим. Он подошёл к тумбочке, осмотрел со всех сторон, постукал по бокам и по верхней наклонной панели. Панель засветилась. Рэй вздрогнул от неожиданности и перестал дышать. Вспыхнувший экран вызвал у него перед глазами совсем другую картину.

Он уже видел этот, нет, не этот - точно такой же экран, те же цвета дизайна, тот же язык. Он даже понимал его, некогда зная множество языков. Рэйчел - Рэйчел? - лежал, пристёгнутый к ложу и окружённый экранами и людьми в светлых костюмах, они ходили вокруг, бросались терминами, что-то переключали, а его наполняла боль, боль, боль. Он рванулся за границы, взлетел к потолку и оттуда разглядел монитор, а люди вдруг закричали: "Хватай его! Нечего! Не уйдёт!" Потом его охватил плотный полог и впихнул обратно в умирающий мозг. Всё его существо раздирали надвое по живому, прижигали и утрамбовывали, боль давно вышла за границы тела, окружила пылающим коконом, скрутила в витой жгут…

- Рэй, тебе плохо?! - испуганный крик Тина вернул к реальности.

Парень сообразил, что со слезами на глазах стоит столбом возле светящегося экрана. Он с усилием улыбнулся всполошившемуся парнишке, покачал головой, а затем выругался от души.

Палец коснулся верхней надписи на экране. Картинка мигнула. Шаг за шагом Рэйчел продвигался по управляющему блоку излучателя, вчитываясь в текст, сопоставляя, складывая и одновременно чувствуя какой-то частью своего до сих пор не собравшегося в единое целое существа, как где-то неподалёку щёлкает равнодушное электронное "да", когда он нажимает на "Подтвердить", или не щёлкает столь же равнодушное "нет" при "Отказаться".

Мальчишка заскучал и присел в уголке, Рэйчел возился с тумбочкой чересчур долго. Ветвистая лесенка команд вывела на общую карту, теперь он знал, что такие же излучатели рассредоточены по всей несчастной планете. Наконец он вышел на самый последний режим - "Самоуничтожение" - и следом - "Самоуничтожение системы". Испустив победный шумный выдох, парень ткнул во второй титл. Однако вместо уже привычного щелчка появилось предложение подтвердить доступ. Что такое "доступ" и как его подтверждать, Рэйчел не понял, поэтому просто ткнул пальцем в строчку слов, одновременно внешней частью себя "щёлкая" где-то там, где обычно возникало "да". Появилась ещё какая-то надпись, затем ещё, парень щёлкал и щёлкал, переместив сознание куда-то в реальность элементарных частиц и их счётных соударений, когда на экране вдруг вспыхнуло: "Готовность - 100 единиц". Он на целую единицу завис, осознавая значение сообщения, потом подскочил к эльфу, схватил за руку и рванул из зала.

Они не добежали и до граничного поля, когда земля под ногами дрогнула. Рэйчел швырнул на землю Тина и бросился сверху, прикрывая мальчишку, словно если бы на них упало дерево, это могло помочь. Следом долетел грохот и удар воздушной волны. Закачались деревья, со всех сторон раздался треск и тяжкие удары о землю - не всем лесным великанам довелось устоять. Когда он приподнял голову и отодвинулся от перепуганного паренька, взору предстала картина грандиозного лесоповала. Стволы лежали тут и там параллельно друг другу, комлем ко взорванной установке. Через несколько единиц времени земля дрогнула снова, уже слабее, удар ветра пришёл издалека и громыхание взрыва звучало тише. Парень перевёл дух и похвалил себя за сообразительность - ему действительно удалось отдать команду уничтожения всей системы излучателей. Совсем вдалеке послышался третий взрыв. Тин сел и теперь ошарашено озирался круглыми от пережитого страха глазами.

С неба посыпалась сухая серая пыль. Друзья встали на ноги и медленно двинулись вдоль упавших стволов, не снимая защитного поля колец - обоим показалось, что их искупало в помоях. Кольца задержали большую часть выплеска странной гадостной энергии, но даже через их барьер доходил вызывающий омерзение запах, который, однако, чувствовали совсем не ноздри. Они миновали линию бывшей границы; охранное поле, как и ожидалось, исчезло.

- Рэй, - Тин понуро опустился на ближайший ствол, - что мы натворили? Что-то вырвалось, что удерживали зеркала в этом столбе. Деревья кричат от боли, словно их выворачивает изнутри, я слышу.

- Я тоже, - парень с мрачным видом присел рядом, - почти что слышу. Этот запах…

Он попытался понять, что напоминает ему призрачная вонь. Перед внутренним взором опять появилась давешняя картинка пытки. Рэйчел тряхнул головой, отгоняя навязчивую галлюцинацию и замер. Мираж нёс тот же запах, слабый, едва ощутимый, но обознаться нельзя! При дневном свете комната потеряла цвета и казалась серой, как лица мучителей, как их души… они все были серые… серые… целый клан. Воспоминание отдалось пульсирующей болью в голове. "В стенке", - подумал Рэйчел, - "за которой заперли моё второе я".

Мальчишка вдруг тоже посерел лицом и уставился куда-то ему за спину. Парень обернулся. Мимо них плавно тёк огромный зверь. Хищник повернул голову, окинул парочку равнодушным взглядом и проследовал дальше. Тин следил за ним с выражением ужаса на лице.

- Не бойся, - ободрил его Рэйчел, - того, что вызывало их ярость, больше нет, мы ему не нужны. Пока не проголодается.

Он через силу усмехнулся.

- Рэй, - зубы мальчишки постукивали, - он неживой!

- Как это не живой, когда спокойно себе протопал? Мёртвые ходить не могут, на призрака не похож.

- И не мёртвый. У него и раньше не было души, пустое место, а теперь там это. Оно никакое. Он может двигаться, есть и пить, но он не живёт!

- Ты хочешь сказать, его теперь нельзя будет убить?

- Его - можно, но это останется. Рэй, - паренёк с суровым выражением на лице поднял глаза на друга, - тебе придётся уничтожить планету.

- Ты опять не в себе? - забеспокоился тот. - Подумай, погибнут все растения, животные и их детёныши. За что нам их убивать?

- Ни за что, - на лбу эльфа залегла скорбная складка. - Не "за что-то", а "потому что" и "ради". Рэй, если кто-то заражён очень опасной болезнью и вылечить её нельзя, и остановить тоже, его вынуждены убить. Или заболеют другие, много других. Я не хочу! Но я ничего не могу сделать, ничем помочь! Я не знаю, что это такое, но оно пытается влезть внутрь и сделать всё неживым.

- Не пускай! - парень вскочил и озабоченно оглядел друга.

- Я не пускаю, мне помогает твоё кольцо. Но если сюда попадёт кто-то другой, у кого не будет защиты и кто не сумеет сопротивляться? Он потом принесёт это в свой мир, и оно начнёт прорастать там. И ещё дальше. Ты ведь не можешь убрать только это?

- Не могу.

- И я не могу. И не знаю никого, кто может. Но если мы просто так отсюда уйдём… Так нельзя! Я должен.

- А если мы уйдём отсюда не просто так, за нами опять начнётся охота, - с досадой в голосе принялся объяснять Рэй. - За тобой тоже, пойми! У нас нет выбора.

- Выбор есть всегда, - Тин стиснул зубы и слез с бревна, - хотя не всегда он приносит радость. Прости, но Эльо придётся сделать это.

Когда Рэйчел очнулся, он лежал совершенно голым в воде лесного ручья и, судя по фоновой энергетике, ручеёк протекал где-то на Седьмом Круге.Эльфёнок сидел в том же ручье и держал его голову на коленях, не позволяя захлебнуться. Голова привычно болела. Вода казалась в меру прохладной, она уже смыла с тела всю грязь и теперь приятно освежала и унимала усилившийся жар. Или это Тин постарался? Парень восстановил последние воспоминания перед отключкой и медленно открыл глаза. Всё равно ему пришлось бы заговорить с мальчишкой.

Ручей бежал по небольшой светлой поляне. На ветвях окрестных кустов полоскалась на ветерке сохнущая одежда, впрочем, платью Рэйчела стирка не помогла, кровь не отмылась. Тин приветливо улыбнулся, заметив, что товарищ очухался, но тот вместо ответной улыбки сухо поинтересовался:

- Зачем ты это сделал?

- Так было надо. Ты-другой сказал, что я прав.

- Охо-хо, не хватало мне просто раздвоения личности, теперь они ещё и не согласны между собой, - хотя парень всё ещё злился, в душу закралось сомнение.

- Не ворчи! Зато мы почти дома! То есть, это я дома, а ты почти у меня в гостях.

- Зато скоро почти у тебя в гостях будут все серые псы округи, - буркнул Рэйчел, затем сел и принялся отжимать воду с длинных волос.

- Какие серые псы? - заинтересовался Тин. - Ты о чём это?

- Ладно, неважно. Чеши-ка домой и быстро! - приказал Рэй. - Отсюда ведь не заблудишься?

- Вместе с тобой! - мальчишка упрямо вскинул голову и уставился в глаза товарища. - Ты идёшь со мной, как уговорились. Не беспокойся, к нам никакие псы не пройдут, ни серые, ни чёрные.

- Тинни… - парень замялся. Ему не хотелось обижать юного друга, хотя тот намедни и использовал его втёмную, но он не мог себе позволить привести в его дом беду. - Вот что, я отправлюсь к вам, только если твой отец или кто-либо ещё из тех, кто понимает, подтвердят, что мне разрешается это сделать. Но прежде чем они ответят, ты должен сообщить им, что по моему следу идёт Серый Клан [4]. Дословно.

Тин посмотрел на него с удивлением, это именование ему явно ничего не сказало.

- Давай! - слегка подтолкнул его Рэйчел. - Пока не поздно.

Эльф выбрался из ручья и начал поспешно натягивать на себя одежду. Рэй вылез следом и тоже стал одеваться, его слегка мутило. Он раздумывал, следует ли дожидаться эльфёнка, или лучше всего будет побыстрее убраться как можно дальше. Конечно, мальчишка обидится смертно, зато не пострадает. Парень был не слишком уверен, что противники с Седьмого Круга сейчас ему по зубам.

Тин, однако, никуда не собирался идти. Вместо этого парнишка присел под деревом и прикрыл глаза. На его лице поочерёдно сменялись выражения радости, удивления, недоумения. Теперь Рэйчел понял, что имел в виду старик кабатчик, говоря "всё на лице написано". Наконец мордашка эльфа вновь полыхнула радостью, он открыл глаза и вскочил.

- Идём быстрее!

Парню ничего не оставалось, как послушаться, раз уж обещал.

[1] "выходом" - Рэй имеет в виду астральный выход - путешествие в тонком теле.

[2] хныч - небольшой зверёк в родном мире Рэя, известный своей трусостью.

[3] техногенные миры - цивилизации, использующие технический путь развития.

[4] "Серый клан" - разветвлённая межкруговая организация, использующая так называемую "серую" этику, основанную на "допустимо всё, что приносит выгоду".

Глава 4

Эльфийское селение купалось в густом аромате цветов, гроздьями свисающих с ветвей невысоких деревьев с причудливыми извилистыми стволами, среди которых притаились уютные деревянные домики. Кое-где домики выглядывали и из густой листвы, несущие их деревья высоко вздымали кроны над прочими, словно гордясь, что стали избранниками лесного народа. Народу на улице почти не было, Рэй даже подумал, что эльфийская вежливость не позволяет ради пустого любопытства глазеть на гостей.

Они свернули в аллею, сформированную плетьми вьющегося растения с крупными оранжевыми плодами, которые висели над их головами, как сияющие шары. Парень, любуясь, поднял глаза вверх, как вдруг вынужден был остановиться из-за сильного приступа головокружения. Тин с тревогой обернулся к нему. Рэйчел осторожно вдохнул и жестом успокоил парнишку. Тот недоверчиво покосился, потом снова пошёл вперёд.

Высокая фигура показалась среди теней - кто-то двигался им навстречу. Эльф носил свободное одеяние из длинного куска золотистой материи, собранной в складки и заколотой крупными медными фибулами на плечах, так что свободные концы свисали за спиной как фалды. Одежда оставляла частично открытыми бока и совсем не стесняла движений. Ноги также были открыты ниже колен, их защищали или же украшали лёгкие плетёные сандалии то ли из мягкого луба, то ли из тонкой кожи. На овальной формы лице с небольшим подбородком выделялись яркие глаза, удлинённые, чуть скошенного разреза и цвета тёмной оружейной стали - густо-серого. Волосы встречного были забраны в высокую сложную причёску и то ли снежно-белы от природы, то ли совершенно седы. Говорят, с эльфами такое случается, они могут утратить цвет волос с возрастом или же от сильного нервного напряжения. Когда эльф приблизился, Тин уважительно приветствовал его, но встречный, лишь кивнув, шагнул к Рэйчелу и взял его руку.

- Иди за мной.

Тот вопросительно посмотрел на товарища, парнишка удивлённо вскинул брови.

- Суид-ройм-х-нин [1]?

- Тининне, твоему человеку нужна помощь, - строго нахмурился эльф.

- Знаю, - паренёк вновь озабоченно взглянул на Рэйчела, - просто я думал, мы сначала зайдём ко мне. Ему только сейчас вдруг стало хуже.

- Тогда его звезда, что мы встретились на пути.

"Кто это?" - взглядом спросил друга Рэйчел.

- Это глава Семьи целителей, - пояснил Тин, представляя собеседника. - В его имени двенадцать колен, поэтому обычно его называют по строфе уважения - Шестым-перед-Ясенем.

- Меня называют Рэйчел, - парень поклонился, - благодарю за оказанную мне честь, Суид-ройм-х-нин.

- Благодарить потом будешь, - ворчливо отозвался целитель. - Идём, пока тебя не пришлось нести.

Парень не заставил повторять дважды. Не то чтоб он так уж плохо себя чувствовал, но вниманием столь уважаемого лица пренебрегать не следовало. Он не хотел, чтобы его приняли за неотёсанного дхойне [2]. Друзья развернулись и двинулись по аллее обратно.

Целитель обитал в одном из наземных домов. На открытой веранде сидела и что-то наигрывала на неизвестном Рэйчелу струнном инструменте невысокая девушка. При приближении компании она встала и ушла в дом. Одежду её также составляло одно особым образом обёрнутое вокруг тела полотнище без швов, подчёркивающее стройность фигуры. Суид-ройм-х-нин провёл пациента и его товарища следом, однако просторная комната, куда они вошли, оказалось пуста.

- Сядь, - целитель указал на мягкий табурет с витыми фигурными ножками, - и сними одежду.

Парень повиновался. Эльф обошёл его по часовой стрелке, осматривая со всех сторон. Над свежими, но уже подзатянувшимися ранами на спине, подержал руку и что-то уркнул.

- Я неправильно залечил? - тут же неуверенно поинтересовался Тин.

- Здесь всё верно, ты молодец, - отозвался целитель и окинул пациента ещё одним внимательным взглядом.

- В чём же тогда дело? - убито уронил паренёк. - Я теперь не вижу определённой причины для хвори, словно она везде.

- Да, она теперь везде, - кивнул Суид-ройм-х-нин. - Это инфекция, она распространяется через кровь.

Мальчишка опустил голову.

- Не вини себя, - немедленно возразил целитель. - Тебе не хватило опыта её распознать, этому нужно специально учиться. Если пожелаешь, я скажу, что ты можешь испытывать этот путь.

- Откуда она взялась? - удивился Тин, проигнорировав недвусмысленное и лестное предложение.

- Видимо, отсюда, - лекарь указал на две небольшие ранки на рейчеловой руке, - от этих укусов.

- Ящерки? - не поверил больной. - Я посчитал эти царапины за полную ерунду и даже не признался, что их заработал. Хотя, может, кровь той зверюги была заразной, она тоже могла попасть.

- Сейчас нет нужды об этом судить, - мягко возразил целитель, - нужно тебя просто вылечить. Ты, - он обернулся к Тину, - можешь пока отправляться домой, родные о тебе беспокоятся и скучают. Ваш гость останется у меня до утра. Передай Наои мои сожаления, я не смогу управиться раньше.

- Благодарю тебя, аэреу [3]! - вырвалось у Тина от всей души.

- Аэлми! - позвал целитель, когда паренёк удалился.

В боковой стене открылась неприметная дверь и показалась та же девушка, теперь в лёгкой светлой тунике без рукавов. Тёмные волосы неведомым образом удерживались у неё за спиной, а широко открытые зеленоватые глаза выражали спокойное внимание.

- Моя дочь-ученица Аэлммидионн [4], - торжественно произнёс лекарь и тут же буднично добавил. - А это Рэйчел, мы его будем лечить. Тебе, кажется, ещё не приходилось практиковаться на человеке?

Парень внезапно отчаянно покраснел, хотя обычно его не могли смутить собственные поджарые ноги под девичьим взором. Девушка послушно кивнула и с интересом уставилась на пациента. Потом она так же, как и Суид-ройм-х-нин перед тем, обошла вокруг него. Целители заговорили между собой на непонятном наречии, возможно, специально-медицинском. По крайней мере, Рэйчел, неплохо владевший сейдхэ, их речи не понимал.

- Ты с какого Круга? - вдруг спросил Шестой. - Что-то никак не пойму, то на один похоже, то на другой…

- Я не знаю, - растерялся пациент.

До этого момента парень как-то ни разу не задумывался над этим вопросом.

- То есть, не помню, - уточнил он и запутался окончательно, - может, вообще с разных.

- Что ты хочешь этим сказать?! - изумился лекарь.

- Если не принципиально, мне хотелось бы поговорить об этом позже, - неожиданно твёрдо заявил Рэй. - Затем я сюда и пришёл. И боюсь, что это знание может оказаться опасным.

Эльф нахмурился, но продолжать расспросы не стал. Он что-то сказал девушке на их медицинском наречии, та вышла и вскоре вернулась с кружкой ароматного напитка.

- Выпей, - она протянула сосуд пациенту.

Рэйчел без вопросов выполнил указание, потом ему помогли перебраться на лежанку возле стены, и больше он ничего не помнил, потому что заснул быстро и крепко.

Добравшись до дома, который был выстроен на толстых ветвях канэльо [5] - высокого мощного дерева с жёсткой фигурной листвой, Тиннеиннеор первым делом церемонно приветствовал отца, а затем попал в ласковые объятия матери и обеих младших сестёр. Его от души потискали, девчонки по очереди повисели на крепкой шее дорогого братика, который вернулся из опасного далека, потом торжественно препроводили за стол. Только здесь он передал Наои слова Шестого. Тот кивнул и больше не возвращался к разговору о человеке. Мать беспокоилась, что Тининне похудел, сестрёнки наперебой хвастались новыми игрушками и успехами в учёбе, болтали о друзьях-подружках и прочих самых важных детских делах. Парнишка наслаждался атмосферой родного дома и только сейчас осознавал, как же по ней соскучился, даже больше, чем по любимым фруктам и изготовленным умелыми руками матери изысканным эльфийским сластям. Только когда закончился праздничный ужин по случаю возвращения Тина, отец отозвал сына в отдельную комнату для бесед.

Мужчины дома, старший и младший, расположились по сторонам круглого зеркального столика на одной ножке, в центре которого лежал прозрачный шар из горного хрусталя. Как он там удерживался, одним эльфам известно.

- Рассказывай, - довольно сумрачно предложил Наои-тимп-х-эаль-нин [6], - и постарайся быть точен.

Тинни с удивлением махнул ресницами: ему не пришло бы в голову солгать отцу, как бы он ни желал умолчать об отдельных деталях своего путешествия.

Девятый слушал молча и внимательно, его лицо застыло в бесстрастной маске, так что даже Тин не мог догадаться, о чём тот думает. Единственным, что парнишка укрыл, было настоящее имя своего спутника, он не чувствовал себя вправе отдавать этот ключ к сущности Рэя даже в руки отца.

Когда путешественник завершил рассказ, Наои долго молчал, после чего уточнил:

- Покажи подробнее, что именно произошло с последней планетой.

Тин сконцентрировался на шаре и оживил свежие воспоминания. Он вновь ощутил себя висящим в открытом космосе на околопланетной орбите, заключённым в прозрачный и прочный силовой кокон, который Эльорэ замкнул вокруг него, прежде чем оба поднялись над землей. Потом парень нырнул обратно, а Тин остался, любуясь острыми огоньками далёких звёзд, рассыпанных на чёрном поле, - они оказались в планетной тени. Неожиданно внизу нечто сдвинулось, парнишка взглянул туда и больше не мог оторвать взор, заворожённый ужасным зрелищем. Планета под ним вспухала и плавилась в почти прозрачном пламени, рвущемся изнутри. Вот она превратилась в сияющий шар, откуда в таком же пылающем ореоле вознёсся показавшийся сейчас едва знакомым Эльо, бросил парнишке мысленный вопрос: "Куда?" Тот передал картинку несущей жизнь планеты неподалёку от его родины, куда частенько бегали поиграть все эльфийские дети, едва научившись ходить по мирам. Парень окружил своим ореолом кокон Тина, что-то ещё сместилось, и оба оказались на хорошо знакомой эльфёнку полянке с ручьём. Эльорэ снял защитную оболочку с парнишки и упал без чувств.

Лицо отца не предвещало ничего хорошего. Паренёк мысленно сжался и приготовился защищать своего друга, чувствуя, что сейчас это может быть нелегко.

- Почему ты сразу не передал мне всё? - почти спокойно поинтересовался Наои.

Парнишка, насупившись, молчал.

- Ты понимаешь, кого ты сюда привёл? - в голосе Девятого слегка зазвенел металл.

Тин кивнул.

- Ты знал об этом, когда спрашивал разрешение на оказание помощи этому чело… - эльф запнулся, потом выплюнул, - существу?

- Я думал, он из Высших Творцов.

- Но он Разрушитель? - металла в голосе стало больше, теперь он ощутимо давил на психику.

- Да…

Вдруг парнишка вскинул голову и прямо взглянул в глаза отцу.

- Рэй мой друг!

- Малыш, он не может быть другом, - эльф произнёс это с лёгким сожалением, как говорят о том, что днём не увидеть звёзды.

- Это неправда! - Тин сжал кулаки, сдерживая подступающие слёзы, потом упрямо прошептал: - Тогда я могу…

Девятый печально вздохнул. Он подумал, что мог бы просто запретить сыну контакт с чужаком, но ведь это Первое Испытание. Значит, нужно действовать тоньше, если он хочет действительно уберечь наследника от опасности, не испортив тому судьбу. Испытание должно быть завершено, это не обсуждается. А вот потом возможны варианты.

- И ему нужна помощь, - добавил сын, - а в условиях задания ничего не сказано о том, что кому-либо помогать нельзя! Я взялся.

Наои вздохнул ещё раз, потом поднялся.

- Завтра я жду гостя в дом.

Парнишка кивнул и тоже встал, соглашаясь, что разговор окончен.

Испытание, о котором помнил Наои, - это предписанное традициями действие, через которое должен пройти каждый мальчик-подросток народа Владеющих Чарами Зелёных Чащ на первом пороге зрелости. После обязательного обучения основам наук и искусств, после освоения самостоятельных путешествий по мирам, юный эльф должен совершить Поступок. Ему следует в одиночку отправиться в путь, не задумываясь о маршруте, и странствовать, пока не встретит кого-либо, кто попал в беду. Тогда эльфёнок должен оказать ему помощь, и после того как сумеет преодолеть беду, он вправе вернуться обратно и избрать следующую ступень обучения. За время Испытания мальчик как раз и должен понять, какой род деятельности ему более всего по сердцу. После успешного возвращения мальчик считается юношей, он обретает право присутствовать на открытых Советах старших в качестве слушателя. Со временем предстоят и другие Испытания, выдержав которые, он займёт причитающееся ему место в структуре народа. Лишь достигнув полного совершеннолетия, эльф обретает строфу уважения, которая может заменять имя. Главы профессиональных Семей имеют в "титуле" слова "перед Ясенем", уважаемые и мудрые составляют "круг Ясеня", который заправляет будничными делами селения. Кроме "круга Ясеня" в каждом селении существует "Круг Ясеня" всей планеты, в котором почти не бывает нужды. Эльфы Чащи - довольно замкнутый народ, поэтому проблемы общепланетного уровня возникают исключительно редко. Они не лезут в чужие дела и не позволяют соваться в свои. Как правило, этого достаточно для спокойной жизни при наличии внушительных сил за спиной. Силы у эльфов имеются, лезть в их родные леса без приглашения обычно желающих нет. И также как правило, эльфийским мальчишкам не приходится уходить далеко, чтобы найти применение своим способностям и ещё не очень великому мастерству.

Наои-тимп-х-эаль-нин поднялся к вершине дерева и устроился в ветвях, созерцая закат. Он размышлял. Тининне, вернувшись в дом вместе с Рэйчелом, оказался в сложном положении. С одной стороны, он совершил достаточное количество дел, достойных следующих уровней Испытаний. С другой, проблема подопечного парня так и не была решена, мальчик лишь предположил, что с ней смогут разобраться старшие родичи, и привёл того к ним. Если же эльфам не удастся восстановить целостность личности Рэйчела, Испытание по формальным признакам не может быть признано завершённым. Впрочем, Девятый считал, что облегчения страданий парня после переключений сознания, даже если объединение памяти окажется невозможным, достаточно, чтобы счесть добровольную миссию Тининне исполненной. Он не сомневался, что убедит в этом круг Ясеня, даже не потому, что юноша - его сын, но исходя из элементарной безопасности. Если Владеющие Чарами вмешаются в разборки Высших рас, к которым, как оказалось, изначально принадлежал Рэйчел, у них могут возникнуть очень большие проблемы. Те, кто столь кардинально вышвырнул парня из неизвестного эльфам расклада сил, не обрадуются подарочку в виде исцелённой жертвы. В то же время вряд ли врагам Разрушителя так необходимо, чтобы тот испытывал физическую боль помимо блокировки Силы. Единственным, что смущало Наои и не давало успокоиться, было упоминание о Сером Клане.

Как злосчастного инвалида угораздило заполучить ещё и этих врагов? Ведь дело не в том, что он грохнул их лабораторию или питомник, так быстро его бы выследить не смогли. Девятый перестал бы уважать себя, если бы позволил гостю своего сына попасть им в лапы, но ситуация виделась очень серьёзной. Наои не боялся, что боевики Серых заявятся в лес - не рискнут, предпочтут дождаться следующего шанса захватить противника, но пакостей не минуешь. Эти будут гадить везде, где только найдут лазейку, - и в международных делах, и в личных всем обитателям планеты, до кого сумеют достать. В ближайшие десятилетия выходящим за пределы Чащи придётся тщательно следить за собой и проявлять осторожность. Серая гадость неприметна на первый взгляд, она входит тихой сапой и плесенью расползается по душе. Душа может сгнить вовсе, а бывший её обладатель ничего не заметит, ему будет казаться, что всё идёт как всегда. Со стороны тоже не всегда определишь "заболевшего", нужно присмотреться специально, не пропустить необычный поступок или слово товарища, не списать на плохое настроение или неудачный день. Если упустить начальный этап - будет поздно. Можно уничтожить плесень, вот только съеденную душу уже ничто не вернёт.

Серые - враги и Светлых и Тёмных, враги всех здоровых и здравомыслящих народов Кругов. Там, где правит алчность, подлость и корысть, находят они приверженцев, те, кто стремится к личным победам любой ценой, используют их как союзников. Вернее, считают, что используют, потому что на самом деле очень скоро Серые начинают использовать их. Серая чума расползается, как плёнка углеводородов по поверхности чистой воды, отравляя всё, до чего коснётся. То, предстоятелем чего является Серый Клан, не имеет разума, не имеет тела, не имеет души и жизни. Кое-где это называют Пеленой [7]. Она может лишь искажать, извращать творения, деяния или идеи и этим владеет в совершенстве. Она может поглотить существо или мир и вернуть обратно копию, наполненную собой, подобную по форме, но совершенно иную по сущности. Каждый поглощённый и извращённый элемент делает её сильнее, так она распространяет себя по мирам. Некогда Серые решили, что с помощью Пелены достигнут могущества. Многие из них заплатили собой за дурную идею, следующие приспособились и выучились защищать себя, натравливая её на противников. Она делает из жизни нежизнь, притворяющуюся жизнью, а даже самый последний Тёмный не согласится править поддельным миром.

Но Серый Клан - не противник Высшим, у тех свои вендетты. Или Наои чего-то не знает? Кто провёл Пелену в миры, ведь это не в силах кого-либо из сотворённых? Кто и когда стал самым первым Серым до того, как возникло само это понятие? За чью подлость до сих пор расплачиваются все Созданные миры? Это эльфам не ведомо.

Девятый покинул вершину, решив, что должен обязательно поговорить с гостем наедине до того, как того станет расспрашивать круг Ясеня. В конце концов, сын у него только один, и именно его ребёнок влопался в эту историю. А значит, он вправе претендовать на более полную и подробную информацию, чем пришелец сочтёт возможным вынести на общий совет. В то, что парень на самом деле ничего не помнит, искушённый разум мудрого эльфа поверить не мог.

Проснувшись, Рэйчел с удивлением оглядел просторную светлую комнату, в которой почти не увидел мебели. Он лежал на кушетке, прикрытый лёгкой тканью, свою одежду парень нигде обнаружить не смог. Пришлось покопаться в памяти. Начальные события на дикой планете всплывали легко, но чем дальше, тем сильнее сознание затягивала мутная пелена, где недомогание мешалось с расплывчатыми картинками. Ручей и разговор с Тином виделся более чётко, потом переход, сказочный лес эльфов - не пригрезилось ли Рэю всё это в бреду? Нечёткая высокая фигура с белыми волосами, девичий голос - сон или явь? Однако сознание было совершенно ясным, жар и тошнота исчезли, выходит, кто-то его действительно исцелил. Парень поднял руку и осмотрел - следы от укусов полностью затянулись, воспаление пропало. Движение далось легко, похоже, со спиной тоже всё в порядке. Рэйчел хмыкнул и встал, завернувшись в покрывало. На лёгком столике у изголовья обнаружился кувшин с напитком, приложиться к нему парень не рискнул, хотя пить очень хотелось. Вместо этого он прошёлся по помещению, приоткрыл дверь и выглянул на веранду. И она пустовала, лишь возле стула с высокой спинкой скучал оставленный девушкой музыкальный инструмент.

Шорох позади заставил оглянуться. В проёме дальней двери показался давешний рослый эльф. Парень учтиво поклонился со словами благодарности, тут же припомнив, как следует именовать хозяина - Суид - Шестой. Эльф благосклонно кивнул, затем по-деловому осмотрел пациента с головы до ног.

- Выпей, - он указал на кувшин, - это укрепит результат.

Рэйчел с наслаждением сделал несколько крупных глотков, напиток приятно освежал и пах фруктами.

- Мне можно одеться? - задал он самый насущный вопрос.

Хозяин замешкался, вроде бы смутившись.

- Привычной тебе одежды у нас нет, - он слегка наклонил голову, - а твою пришлось выбросить, её не отмыть. Всё, что было в карманах и в прочих местах, я сохранил, не беспокойся. Если хочешь, можешь подобрать себе, что придётся впору из дорожного снаряжения. Или можешь одеваться как мы здесь, это несложно.

- Спасибо, лучше бы из снаряжения, - поспешно заявил Рэйчел, представив, насколько дурацки будет выглядеть, обрядившись, как эльф.

Шестой улыбнулся.

- Тогда следуй.

Через полчаса гость пребывал в полном душевном комфорте и мире, приодетый как странствующий эльф, что оказалось на удивление удобным. То ли эльфийские ткани оказались мягче людских, то ли мастерство портных выше, но одежда не стесняла движений, ласкала тело и имела достаточное количество карманов для мелких предметов и креплений для оружия. Парень даже подумал, что хорошо бы где-нибудь разжиться клинком для полноты антуража.

- Мы исцелили твоё тело, - начал Суид-ройм-х-нин, когда они вернулись обратно в дом, - но твой недуг гораздо серьёзней. Что случилось с твоей душой? Мои чувства ввергают меня в недоумение. Ты сказал, это знание опасно, но почему?

- Я расскажу, - парень замялся, - расскажу всё, что знаю, как только пойму, что в этом есть необходимость и для вас не будет вреда. Я не до конца понимаю, что со мной сделали, и не знаю, кому этим обязан. Когда Тин уговорил меня пробираться сюда, я было подумал, что ваше искусство сможет вернуть меня настоящего, каким я когда-то был. Но по пути я вспомнил кое-что ещё…

Гость замолчал. Хозяин не торопил, лишь внимательно смотрел на него своими сияющими глазами цвета холодной стали.

- Если я стану собой благодаря вам, - тихо проговорил наконец Рэйчел, - вам этого не простят. Даже если я вспомню больше, чем нужно, и об этом узнают.

- Тогда какую помощь ты рассчитываешь здесь получить? - осторожно осведомился Шестой.

- Когда я ненадолго возвращаюсь к себе, мне потом всегда становится очень плохо. Сильно болит голова. Я даже думал, что страдаю какой-то болезнью с припадками. Тин сказал, что эта боль "внешняя", но я не очень его понял. Если бы удалось избавиться от этих последствий, моя благодарность не ведала бы границ.

- Чтобы исцелить недуг, надо его увидеть, - задумчиво проговорил Суид. - Значит, тебе придётся хотя бы один раз вернуться к себе.

- Да. Но если я ничего не стану творить, и если организовать крепкий защитный барьер, есть шанс, что этого не заметят. Я знаю, это опасно, и пойму, если получу отказ.

- Я подумаю, что здесь можно сделать, - пообещал целитель.

Стук в дверь заглушил очередное рэйчелово "благодарю", Тин возник в проёме, поспешно поздоровался и радостно замахал руками.

- Идём! Отец ждёт тебя!

Потом парнишка несколько стушевался и смущённо добавил:

- Я ему всё рассказал.

- Что - всё? - удивился Рэйчел, не понимая, в чём причина смущения.

- Кто ты на самом деле, - совсем тихо закончил Тин.

- Да я сам не знаю, кто я на самом деле! - усмехнулся Рэй. - А ты уже рассказал!

- Я знаю, - парнишка не поддержал шутки, - я же тебя видел и знаю, что ты способен сделать. Прости, я должен был сказать правду.

- Вот ты бы ещё мне заодно рассказал, - всё так же с улыбкой попросил парень, - а то ты-то всё видел, а я-то ничего не помню!

- Расскажи, Тининне, - совершенно серьёзно присоединился к просьбе Суид-ройм-х-нин, - мне тоже следует знать как целителю.

Мальчишка бросил вопросительный взгляд на Рэйчела, тот кивнул.

- Поначалу я думал, что ты из Высших Творцов, - нехотя выдавил Тин, потом набрал воздуха в грудь и обречённо выдохнул, - но ты Разрушитель.

- Ого! - не сдержался эльф.

Разрушитель переварил известие молча. Потом он бросил многозначительный взгляд на притихшего целителя и проворчал:

- Теперь понимаешь?

Шестой хмуро кивнул.

- Идём! - парень шагнул к Тину. - Будем решать вопросы по мере их поступления.

Церемония знакомства не затянулась. Отец Тина предпочёл представиться по Строфе Уважения, часть которой Рэйчел уже слышал ввечеру, хотя не запомнил. Мать застенчиво улыбнулась и назвала домашнее имя - Моэминсейл [8], добавив, что можно использовать только последний слог. Сестрёнки застеснялись, они ещё ни разу не видели настоящих людей, поэтому прыснули одна за дверь, а другая за занавеску, повешенную вместо стены и отделяющую открытую веранду, и выглядывали оттуда, как любопытные зверьки. Старшую именовали Юнниир - Можжевеловая иголка, а младшую попросту Тирс - Трусишка, до имянаречения она ещё не доросла.

Гостя проводили к столу и принялись потчевать. Светская беседа вертелась вокруг приключений сына, так что Тин то смущался, то задирал нос в ответ на похвалу его смелости и сообразительности. Моэминсейл тихо ахала, слушая о битве со зверем, а сестрички подбирались всё ближе к столу, пока не взобрались, наконец, на скамью поближе к любимому братику, который сегодня стал героем дня. Наои вежливо поддерживал беседу, одновременно присматриваясь к гостю. Как бы он ни оказался предвзят, ему не удалось заметить ничего, что опорочило бы Рэйчела в его глазах. Парень был вежлив, предупредителен, в меру оживлён и разговорчив, в меру шутил и также соблюдал меру в похвалах своему юному спутнику. Эльф не смог заметить в речах гостя ни одного лживого слова, тот лишь слегка усиливал эмоции, расцвечивая рассказ. И этот рассказ полностью совпадал с тем, что он уже знал из разговора с Тининне. Сейчас Девятый видел собственными глазами "стенку", стоящую перед человеком и отрезающую его от изначальной сути, но также он видел искренность и отвагу и честно признавался себе - парень ему нравился. Теперь он понимал, чем этот человек заслужил стойкую привязанность его сына.

Наои не стал тянуть с определяющим разговором, поэтому после долгого завтрака мужчины поднялись наверх. В хрустальном шаре плавала лёгкая дымка, в остальном комната для бесед выглядела в точности как вчерашним вечером.

Рэйчел удобно устроился в плетёном кресле и без лишних слов предложил эльфу:

- Спрашивай всё, что хочешь узнать. Если сам я знаю - отвечу.

Девятый помолчал, обдумывая, как же задать вопрос, ему хотелось сразу узнать о многом. Наконец, так и не собрав мысли, он спросил о самом для себя любопытном.

- Какое отношение имеет к тебе Серый Клан?

- Мне кажется, это им я обязан своим нынешним положением, - задумчиво изложил Рэйчел, любуясь дымчатым камнем. - О них мне удалось вспомнить совсем недавно, я ещё не разобрался до конца. Может быть, дело не только в них, но без них не обошлось.

Эльф, который также смотрел в глубину кристалла, вздрогнул и побледнел. Потом он с трудом разжал зубы и попросил:

- Если можно, не вспоминай так ярко, слишком много боли.

- Извини, - спохватился парень, - я не подумал, что ты можешь её словить.

- Эльфы всегда чувствуют чужую боль, - пояснил Девятый, восстанавливая дыхание. - Я сам виноват, не был готов такое увидеть. Ладно, оставим. Что ты станешь делать, если сумеешь вернуть свою суть?

- Я не знаю, - Рэйчел развёл руками. - Это знает только моё "второе я". Тин, наверно, тоже знает, он же с ним говорил.

Наои хмыкнул. Этого он не ожидал, однако эльф видел, что получил правду и только правду.

- Ты рассчитываешь, что мы поможем тебе её вернуть? - спросил он в лоб.

- Нет, - парень помрачнел, - и не рассчитываю, и даже не прошу об этом. Я вообще не рассчитываю ни на что. Я уже говорил целителю, если он сможет избавить меня от головной боли после включений истинного сознания, это предел желаний. Всё прочее - моё дело и только моё. Ваш народ не должен расплачиваться за то, что я некогда допустил ошибку и к тому же забыл о ней. Достаточно и того, что я уже помню. Похоже, я вылетел из очень крупной игры, вам там ловить нечего.

- Ты говоришь разумно, - кивнул Девятый, - но могу ли я быть уверен, что услышу те же речи от твоего "второго я", как ты его называешь?

- Спроси Тина, - вздохнул Рэйчел. - Он лучше меня знает, чего сейчас от него ожидать. Я не имею никаких каналов влияния на вторую половину сознания и даже не помню, что происходит, когда она оживает.

- То есть, если на волю вырвется Разрушитель, ничто не окажется в силах его укротить? - уточнил эльф.

- Кроме Тина, - снова повторил парень. - Они договорились, но я не могу объяснить тебе, как, - не знаю.

Наои нервно втянул воздух.

- Ты собираешься взять Тининне с собой, когда отправишься дальше?

- Он сам так хочет! - удивился Рэй. - И он сказал, что ты ему разрешил.

- Да, - поспешно подтвердил эльф, - но тогда я не имел всей информации. Так ты не станешь настаивать, чтобы мальчик непременно сопровождал тебя в дальнейшем пути?

- Нет, не стану. Как бы мне ни был необходим посредник между моими "я", Тин всегда волен отказаться, я благодарен уже за то, что ему удалось совершить. Друзей не принуждают.

Эльф странно покосился на собеседника, но ничего не сказал.

Совет селения собрали под вечер. За день Рэйчел успел насмотреться лесных красот и кое-с-кем познакомиться, в основном с молодёжью. Юные эльфы, так же как и человеческие юнцы, любили пошутить, померяться удалью и ловкостью и послушать истории. Парень откровенно отдыхал душой, после всех приключений оказавшись в таком милом кругу. Но всё хорошее имеет несчастье заканчиваться.

Рэя выслушали не сразу, сначала он довольно долго сидел рядом с Тином возле ствола крупного дерева на соседней поляне, ожидая приглашения. Эльфы обсуждали насущные вопросы селения, потом о госте рассказывали Наои и Суид, который не входил в круг Ясеня, но присутствовал как глава Семьи. Только потом, перемыв гостю все виртуальные косточки, мудрые решили послушать его самого.

Парень повторил то, что уже говорил поутру и Шестому, и Девятому. На него недоверчиво покосились. Выглядел гость, конечно, весьма необычно, но лесные эльфы с трудом могли принять догадку Тина о его происхождении. Они решили, что следует убедиться самим. Наои только вздохнул, выходя за круг, чтобы попросить сына разбудить Разрушителя. Тининне удивлённо расширил глаза, но послушно прошёл в круг, шепнул на ухо Рэйчелу его настоящее имя и, как и просили, быстро исчез в темноте.

Парень встрепенулся и принялся с недоумением оглядываться по сторонам. Эльфы, разглядев, наконец, кто перед ними находится, не сговариваясь, принялись швырять в него связывающие заклинания, которые в темноте смотрелись как полотнища разноцветной энергии. Разрушитель дёрнулся, первым же движением разорвав несколько широких лент, его глаза возмущённо блеснули.

- Подожди! - поднялся высокий эльф с абсолютно седыми волосами. - Ты сам об этом просил.

- Я просил меня связывать?! - не поверил Эльо. - Не может быть!

- Ты просил поставить защиту, чтобы, если ты не станешь ничего, как ты выразился, творить, тебя не смогли разглядеть враги.

- Гм… - парень задумался, - это на меня похоже. Так это защита, что ли?

Он скептически оглядел энергетические волокна.

- Как смогли, так и соорудили, - отговорился беловолосый даже не солгав, не уточнив лишь, что защищались-то от Разрушителя.

- А зачем я всё это просил? - наморщил лоб Эльорэ.

- Чтобы я мог определить причину твоего недомогания после переключений сознания и исцелить его. Если ты не в курсе, твоей второй половине каждый раз становится очень плохо.

- Точно, Тин мне не раз говорил, - согласился парень. - А где он, кстати?

- Неподалёку. Он ещё мал, чтобы его слушал Совет.

- Да он соображает побольше всего Совета! Он бы никогда такую глупость не сотворил! - Разрушитель фыркнул и пошевелился под опутывавшими его пеленами, те подозрительно натянулись.

Эльфы сидели с каменными лицами, проглотив оскорбительную речь чужака, но ни один не отважился возмутиться.

- Мы снимем защиту, как только это станет возможным, - тоже встав, успокаивающе проговорил Наои и счёл разумным представиться ещё раз. - Я отец Тининне, он просил меня оказать тебе помощь.

- Да, помню, - кивнул Эльо. - Ладно, чем ты мне можешь помочь?

- Для начала хорошо бы узнать, что именно с тобой случилось, - заметил самый старший из присутствующих - Хенну-тимп-х-эаль-нин - Первый-в-круге-ясеня, чьи глаза от времени утратили яркость и потускнели.

- Да я сам не знаю! - хмыкнул Разрушитель. - Последнее, что помню, как подрался с кем-то на выпускном. И всё…

- Так ты что, только что закончил школу?! - изумился Девятый, соображая, что вряд ли Эльорэ намного взрослее Тининне. Впрочем, для него не было вопроса, интересы кого из двоих защищать.

- Ну да, - кивнул гость и задрал нос. - Высшую Военную школу - с отличием!

- А потом подрался и проиграл?

- Наверно, - он задумался. - Я не очень помню, как это было. Мы много выпили…

- Твой противник был равным тебе? - уточнил Первый. - Это был честный бой?

- Не думаю. Я его почти не знал, но ему нечего было ловить в обычной дуэли, я бы его сделал.

- А из-за чего возникла ссора? Ты помнишь? - Хенну так уставился на парня, словно хотел взглядом досверлить до истины.

- Кажется, он сказал что-то оскорбительное о моём отце, - Эльо помедлил. - Дальше я не помню, потому что взбесился.

- Твой отец… - осторожно произнёс Суид-ройм-х-нин, - кто он?

- Воин Правителя и Воин Смерти! - гордо ответствовал юный Разрушитель. - Один из двенадцати Истинных Детей Хаоса! Только я его очень давно не видел… он жив, но… не совсем…

Парень сник, эльфам показалось, что будь тот один, всхлипнул бы, как обычный набедовавший без семьи мальчишка. Однако сейчас гордость не позволяла выказать даже намёк на слабость, поэтому гость продолжил.

- Теперь я наследник и Носитель Клинка Хаоса.

- Звезда-Королева! - присвистнул Дараи-тимп-х-эаль-нин - Второй-в-круге - узколицый эльф с высоким узлом из тёмно-каштановых волос и в одеянии коричневого цвета, мастер из Семьи оружейников. - Ты хочешь сказать, что после школы должен был занять место отца?! Извини, если я выразился неточно, не знаю, как у вас там устроена структура власти.

- Да, так вышло бы, - кивнул Эльо, - но не получилось.

- Потому что тебя вывели из игры? - продолжал своё Дараи.

- А ведь точно! - парень с уважением глянул на эльфа. - Я об том не подумал. Благодарю.

- За что? - не понял эльф.

- Теперь я знаю, где мне искать врагов, - взгляд Эльо не обещал этим самым врагам ничего хорошего в случае, если бы он их отыскал.

- Ты намереваешься мстить? - спросил Первый. - Если нам удастся помочь тебе вернуться к своей сути и Силе, ты направишь её на месть?

- Разумеется! - Эльорэ тряхнул волосами и воззрился на предводителя эльфов, как на несведущего ребёнка. - Тот, кто спланировал это, ради своей выгоды ослабил Внешнее Равновесие! Мы Разрушители для области Внутренних Миров, но Хранители Равновесия между Сотворённым и Изначальным. Разве вы не знали об этом? Такое вмешательство нельзя оставлять безнаказанным, оно слишком опасно. Стабильность мироздания - хрупкая штука, это знает каждый ребёнок. А на её страже - только двенадцать Клинков Хаоса!

- Ты уже получил этот клинок, если это не фигуральное именование и он существует? - поинтересовался Девятый, останавливая поток высокопарного красноречия.

- Он существует. Только у меня его нет, я не знаю, где он сейчас. Возможно, достался младшему брату. Вот его в первую очередь я и собираюсь найти.

- Из-за клинка? - уточнил Наои. - Как вы его поделите?

- Из-за брата. У меня больше совсем никого нет, - печально поведал Эльо, - и у него тоже. А меч сам выберет себе владельца, ему виднее.

- Ладно, подноготную твоей истории мы разобрали, - вздохнул целитель, - но что именно сделали с тобой, из неё не ясно. Ты больше совсем ничего не помнишь? Когда протрезвел и понял, что попался?

- Не помню. Наверно, меня всё время держали без сознания, или бы я их убил. Помню уже, когда оказался в каком-то дурацком городке, и от меня там все бегали. Я так просыпался несколько раз, пока не пришёл Тинни.

- Тогда давай вместе с Тининне отправляйся ко мне домой, - Шестой махнул рукой в сторону, где следовало отыскать эльфёнка, - а утром я погляжу, что можно с твоей головой сделать. Наглядно, так сказать, и воочию.

- А… ты кто? - на всякий случай уточнил гость.

Суид поднял брови, затем вспомнил, что парень при переключениях теряет память.

- Целителем буду, - он ухмыльнулся. - Смотри, Аэлми не обижай, она тебя уже один раз вылечила.

- Я не обижаю девушек! - фыркнул Эльо и ушёл в темноту, окутывающие его энергетические покрывала выглядели экзотичной одеждой и ничуть не стесняли движений.

Эльфы Совета некоторое время молча смотрели вслед.

- Что будем делать? - наконец поинтересовался Наои. - Вот этому чудовищу и пообещал свою и нашу помощь мой сын.

- Мальчик не виноват, что он высокого рода и оказался в беде, - вступился за "чудовище" Суид, - а также, что его воспитывали в казарме. Вопрос в том, сумеем ли мы для него что-либо сделать?

- Не так, - возразил Хенну. - Первый вопрос - следует ли нам что-либо для него делать? Что это принесёт ему и нам?

- Если он не станет трепаться на каждом углу, кто его подлечил, а он не станет, - вслух размышлял Наои, - нам особо ничего не грозит. Он просто уйдёт и займётся своими делами.

- Я не сказал… - уронил Первый, - с Герольдом Чащи говорил посол Серого Клана. Они требуют выдачи преступника, который, по их словам, укрылся у нас.

- Что ответил Герольд? - насторожился Дараи.

- Что ему не известно ни о каких преступниках, но если хоть один серый будет замечен в лесу, последствия себя ждать не заставят.

- И что? - уточнил Суид.

- Ничего, утёрлись. Похоже, у них самих рыльца в густом пушку, огласка им не нужна. Очень возможно, они в курсе, кого именно хотят получить, тогда после воскрешения Разрушителя сложить два и два будет нетрудно.

- Тем более нужно сделать для парня всё, что в наших силах! - воскликнул целитель. - Иначе получится, мы просто сдадим его в руки его и наших врагов.

- У нас нет войны с Серым Кланом, - осадил его Хенну.

- Всем известно, что это лишь вопрос ситуации, - не стушевался Суид. - Как только они почувствуют слабину, война будет. Перестраховываясь и обнаруживая свой страх, мы как раз и продемонстрируем слабость. Я так думаю.

- А я думаю, что, возвращая в строй Разрушителя, мы обеспечиваем себе гораздо более могущественных врагов, чем здешние Серые.

Первый оглядел круг. Многие эльфы согласно кивали.

- Мой сын взял как задание Испытания помощь этому существу, - заговорил о главном для себя Наои. - Тогда он не понял, с кем столкнулся. Как нам быть с этим?

- Парень сказал сам, что небольшая целительская поддержка его устроит. Если Шестой разберётся с тем, что там у него после прояснений болит, Испытание можно считать исполненным. Тиннеиннеор сможет выбрать дальнейший путь, - объявил Хенну.

Участники круга зашептались между собой, но открыто не возразил никто.

- Не нравится мне всё это, - пробурчал Дараи, - да ничего не попишешь, не на наши силы выпал расклад.

- Я сделаю, что смогу, - отрезал Суид-ройм-х-нин и, развернувшись, покинул круг.

Вернувшись домой, целитель обнаружил на ярко освещённой веранде целую компанию. Аэлми, Тининне и ещё несколько юношей и девушек зачарованно слушали Эльо, который, как понял Суид, рассказывал древнюю легенду о Покинутых Городах. В его изложении история звучала иначе, чем её помнили эльфы. Города не просто оставлялись жителями, но разрушались и умирали после общекосмической катастрофы, связанной с возникновением Времени. Новой была и тема тайных врагов, которые не позволили вернуться в Города их создателям и уничтожили многих из Хранителей Городов.

- Кому была бы выгодна катастрофа? - подумал целитель.

- А может, Города просто больны, заболели от Времени, как от незнакомой инфекции? - предположила Аэлми. - И нет никого, кто бы их исцелил?

- Возможно, - улыбнулся ей Разрушитель. - Но исправить повреждения Города может лишь тот, кто сродственен с ним, способен войти в его плоть. И совершенно не обязательно, что он сможет вернуться обратно.

- Ну и что? - загорелась девушка. - Зато он спасёт Город!

Шестой не стал слушать продолжение разговора, вместо этого осторожно, чтобы не помешать молодёжи, обошёл дом и проник в него с другой стороны. Он собирался лечь спать, но так и не смог заснуть до утра, сначала под тихие голоса с веранды, потом под путаницу своих мыслей. Его не покидало ощущение, что решение круга Ясеня в чём-то схоже с предательством, хотя разумного объяснения этому чувству глава целителей не находил.

[1] Суид-ройм-х-нин - Шестой-перед-ясенем (сейдхэ) - "строфа уважения", непостоянный титул.

[2] дхойне - уничижительное именование человека (сейдхэ).

[3] аэреу - обращение, показывающее высшую степень уважения (сейдхэ).

[4] Аэлммидионн - Рябина-в-зарослях-дрока (сейдхэ).

[5] канэльо - дерево, напоминающее дуб, но с более остроугольными листьями и крупными розово-красными цветами. Плоды - мелкие костянки с тонким слоем быстро высыхающей мякоти, несъедобны.

[6] Наои-тимп-х-эаль-нин - Девятый-в-круге-Ясеня (сейдхэ) - строфа уважения.

[7] "Кое-где это называют Пеленой" - рассуждения эльфа Чащи о Пелене не вполне точны, он исходит из своего уровня знаний и понимания.

[8] Моэминсейл - Моя-любимая-ива (сейдхэ).

Глава 5

Под утро Суида всё же сморил сон, а проснувшись, он застал в большой комнате весело болтающую парочку. Его ученица с любопытством расспрашивала Рэйчела об индустрии утех Хаарена, порой хихикая и опуская глаза. Парень заливался певчей птахой, расписывая бесконечную череду праздников и фестивалей, где любой гость мог испробовать на себе любую роль.

- Как твоя голова? - поинтересовался целитель, не заметив никаких проблем.

- А, в порядке, Аэлми уже всё исправила, - и гость вновь обернулся к девушке.

- Аэлммидионн! - строго воззвал Суид. - Потрудись объяснить, что именно ты исправляла и каким образом.

Девушка вскочила, склоняясь в глубоком поклоне.

- Прости, учитель! Рэй плохо чувствовал себя с утра, мне было сложно находиться рядом, поэтому я помогла.

- Это я и так вижу! Внятно показать, что с ним было, ты можешь?

- Да, - целительница слегка задумалась, подбирая слова комментария. - Это, скорее, была память. Словно когда-то переход второй сущности туда, где она сейчас находится в его сознании, сопровождала сильная боль, и этот след остался.

- Это так, - Рэйчел облизал внезапно пересохшие губы, картинка лаборатории выскочила как чёртик из табакерки.

Оба эльфа вздрогнули и съёжились.

- Простите, - тут же сообразил парень, - не смог удержать. Вспомнилось.

- Прости меня! - девушка взяла его за руку, глядя снизу вверх огромными глазами, в которых сейчас блестели слёзы. - Не стоило при тебе говорить об этом.

- Со мной всё нормально, - успокоил её Рэй.

- Дальше? - нетерпеливо поморщился Суид.

- При очередном отключении и сворачивании той сущности рефлекторно возникала та же картина, только ослабленная, а сознание человека воспринимало эту голограмму как боль в голове. Считается же, что за всё это отвечает мозг.

- И что ты сделала? - уже мягче спросил учитель.

- Я убрала голограмму. Память никуда не делась, но она больше не будет выскакивать сама собой, когда её не просили. Рефлекс снят.

- Умница! - похвалил Суид-ройм-х-нин.

- Вот я ей то же сказал, - расплылся в улыбке гость, - а она не верит!

- Рэй, - целитель не поддержал весёлость парня, - это лишь снятый симптом. Твоя проблема никуда не исчезла и понятней не стала.

- Угу, - согласился тот. - Так ведь это без вариантов. Симптомом меньше - и то хорошо.

- Я хочу попробовать разобраться в твоей психике, если ты мне позволишь, - заговорил целитель, удивляясь, как легко далось ему решение, противоречащее воле Совета. - Мне понадобится твоё абсолютное доверие. Но ничего не обещаю. Даже если сумею понять, во что тебя превратили, это не значит, что мне хватит знания и силы это исправить. Понимаешь?

- Да. Я уже говорил, что ни на что не рассчитываю, - парень упрямо мотнул головой, отбрасывая волосы за плечо.

- Так ты согласен попробовать?

- Да.

Суид-ройм-х-нин перешёл на медицинский язык, Аэлми вскоре поднялась и вышла выполнять указания.

- Если ты станешь противиться, пусть невольно, это мне помешает, - пояснил целитель Рэйчелу, - поэтому мне придётся на какое-то время лишить тебя воли. Ты будешь всё понимать, но ничего не сумеешь сделать, когда я войду в твой мозг. Вот к чему был вопрос о доверии. Ты можешь отказаться прямо сейчас.

- Я согласен, - подтвердил парень и зябко передёрнул плечами. Откровение целителя его несколько напрягло.

Девушка вернулась с парой невзрачных продолговатых плодов синеватого цвета и кружкой с горячим питьём.

- Тебе нужно медленно съесть их и запить этим, - она поставила принесённое зелье на стол.

- А если освободится моё второе я? - опасливо уточнил Рэй.

- То мы с ним договоримся, - эльфийка улыбнулась. - Ты-первый о нём немного превратного мнения.

Рэйчел хмыкнул и взялся за первый фрукт.

Плоды кислили и оставляли жгучее послевкусие, становившееся сильнее по мере того, как парень медленно жевал волокнистую мякоть. А когда он приложился к кружке, все внутренности разом охватило огнём, у него аж слёзы из глаз брызнули.

- Пей до конца, - напомнил Суид.

Рэйчел с трудом влил в себя пойло. Какое-то время он чувствовал себя угодившим в пекло, едва соображая, где и почему находится, затем жар унялся и сменился приятным теплом. Парень ощутил всепоглощающий покой и безразличие. Исчезли заботы и тревоги, он наслаждался безмятежной негой младенца и желал лишь, чтобы это наслаждение длилось вечно. Рэйчел ощутил лёгкое касание, нечто прохладное и почти невесомое проникло внутрь его существа, не вызывая ни неприятия, ни боязни. Он позволил чужому присутствию делать всё, что оно пожелает, лишь бы не нарушать восхитительного блаженства. Рэй сознавал, что сейчас совершенно открыт, и его это не беспокоило.

Действие наркотика длилось несколько часов. Суид завершил работу, и затем целитель и его ученица по очереди проведывали пациента, пока тот витал в эмпиреях.

- Всё оказалось сложнее, чем я представлял, - сообщил Суид-ройм-х-нин, когда парень наконец отлип от стенки, на которую опирался, и сел прямо, демонстрируя возвращение в реальный мир.

Рэйчел не помнил, как попал на кушетку, в остальном его память не пострадала. Он поднял на целителя умиротворённый и слегка вопросительный взор.

- Твоё сознание сложено из трёх неравных частей, - продолжил тот. - Самая большая представляет скрытую в тебе сущность. Ты ведь догадался, что данное тело ей не принадлежит?

Парень кивнул.

- Те, кто это сделал, старались лишить её выхода в мир, но не смогли выполнить задачу. Ты-другой, как говорит Тининне, оказался сильнее. Даже лишённый тела, искорёженный, с повреждённой схемой [1], он не остался в беспамятстве и пассивной тени. Самые сильные его эмоциональные привязки вообще не удалось заглушить, видимо, они и составляют "ключи", по которым оживает спрятанное сознание.

Рэйчел мрачно слушал - чего-то подобного он и ожидал.

- Вторая часть твоего существа - та, что была связана с этим телом. Она тоже подверглась искажению, в её памяти огромные провалы, как будто оттуда грубо вырывали большие куски. Её схема также нарушена, частично в неё, видимо, самопроизвольно подключились элементы и связи тебя-другого, поддерживая жизнеспособность результата. Вот почему ты-другой реагируешь на ключи, а ты-этот порой способен дотянуться до знаний первого.

- А третья? - спросил пациент.

- Третья даже не часть, а блоки искусственного сознания и искусственной памяти, которые болтаются среди этой схемы, как муть, и мешают её как следует рассмотреть. Твоя личность, как мы её знаем, сложилась на базе тела, поддельной памяти и непроизвольных реакций. Вот такой дикий коктейль.

Парень подавленно молчал. Наркотические грёзы выветрились окончательно, наступала реакция - депрессия, которую усиливали оглашённые результаты обследования.

- Я хочу убрать наложенные элементы, - Суид взял Рэйчела за плечо и слегка встряхнул. - Эй, не раскисай! Тебе вполне под силу справиться с плохим настроением, соберись и решай. Когда я очищу твою суть от мусора, то смогу разглядеть больше и точнее. Ты ведь и сам подозревал, что твои воспоминания не вполне настоящие, так?

- Так, - уронил Рэйчел. - Я говорил Тину. Что будет, когда ты это сделаешь? Кем я стану?

- Собой, созданная тобой личность никуда не денется, исчезнет неосознанная ложная память. А ту, что прошла через осознание, ты больше не станешь принимать за подлинную. Возможно, всплывёт что-либо из настоящей, если не стёрлось полностью. Можно сказать, ты останешься прежним, но дверцы к твоему прошлому поменяются - одна исчезнет, вторая откроется. Есть ли за ней что, кроме обломков, я сказать не могу.

- А третья?

- Тоже ничего не скажу. Мне не кажется, что столь небольшое вмешательство здесь что-то изменит. Разве, участки подключения ко второй станут чётче, но это увижу я, а не ты. В энергетике твоего организма останутся две схемы, обе искалеченные, - целитель опустил голову, что в переводе на жесты людей означало "развёл руками".

- Чего ты ждёшь от меня? - Рэйчел хмуро смотрел на эльфа.

- Решения. Ты должен разрешить мне сделать то, что я сейчас описал, или не разрешить, тогда мы на этом закончим.

- Валяй. Мне опять придётся что-нибудь пить?

- Не понравилось? - улыбнулся Суид. - Не волнуйся, привыкания не возникает, средство просто облегчает мне работу.

- Не скажу, что не понравилось, - пробурчал пациент, - зато теперь свет не мил.

- За всё хорошее приходится платить, - эльф снова слегка улыбнулся, что соответствовало в человеческой моторике жесту "пожал плечами". - Сегодня отдохни, завтра продолжим. Как целитель, рекомендую перекусить и лечь спать под медицинским наблюдением.

- Угу, - парень потёр глаза, - я всё равно больше ни на что не способен.

Когда ближе к вечеру забежал обеспокоенный пропажей друга Тин, Суид указал ему на спящее тело и предупредил, что лечение пациента займёт ещё несколько дней.

Эти дни Рэйчел провёл то в наркотическом опьянении, то во сне. Наконец целитель сообщил, что все чужеродные элементы извлечены, энергетика пациента приведена в состояние, обеспечивающее жизнеспособность, а ему самому следует отдохнуть.

Чувствовал себя парень странно. Его восприятие обострилось, окружающий мир выглядел ярче и резче. Одновременно с этим он то и дело начинал сомневаться в реальности. Из его прошлого, которое в некотором смысле должно обеспечивать ощущение почвы под ногами, пропал сглаживающий нестыковки флёр, теперь там зияли лакуны и чёрные дыры. Такие же провалы он то и дело проецировал на настоящее, шарахаясь от них, сотворённых воображением, как от реальных ям. К тому же эмоции после бросков с пиков блаженства в провалы депрессии и обратно разболтались и шли вразнос от каждого резкого слова или движения. Суид предложил ему провести пару дней в одиночестве, слушая музыку или созерцая природу, однако Рэйчел решил, что лучшим отдыхом станет болтовня с Тином, пока он не начал сомневаться и в его реальности тоже. Живой и конкретный парнишка быстро прояснит, что там было на самом деле, а чего не было.

Наступал вечер, но недавно проснувшийся парень не слишком хорошо это осознавал. И больной, и врач полностью утратили представление о времени, следуя ритму организма пациента. Рэй поднялся по витой лесенке, постучал в знакомую дверь, не дождался ответа, осторожно вошёл и постучал снова. В гостиную вышел Наои.

- А где Тин? - поинтересовался гость, присаживаясь на скамью, потому как мир вокруг него в очередной раз выцвел и показался ненастоящим.

- Он в отъезде, - хозяин смотрел на Рэйчела без приязни.

- Как? - не понял тот. - Куда он мог без меня уехать?

- Разве ты не слышал, что Тининне зачли Испытание? - огорошил его Наои. - Теперь ему нужно выбрать направление обучения, следующую ступень. Он уехал знакомиться с воинской группой, в нашем селении таких учителей нет.

Девятый не стал говорить, скольких трудов ему стоило убедить Тина отправиться в эту поездку. Также он умолчал, что парнишка собирался вернуться завтрашним днём, предположив, что к этому времени его друг очнётся. Сколь бы харизматично ни выглядел гость, Наои не собирался отдавать тому сына.

- Испытание? - Рэйчел тряхнул головой, не уверенный, что правильно воспринимает реальность.

- Есть несколько возрастных испытаний, - скучным тоном заговорил эльф. - Первое проводится после окончания общей школы перед выбором основного пути. Каждый подросток отправляется странствовать по мирам, чтобы встретить того, кому нужна помощь, и оказать её. Сделав это, он проходит первый порог взросления и определяется с тем, чему хотел бы посвятить свою жизнь.

- То есть ты хочешь сказать, что вы, эльфы, самые циничные скоты во вселенной, и Тин делал то, что он делал, не из любви и дружбы ко мне, а потому что сдаёт экзамен?! - взорвался Рэй.

- Не могу утверждать, но на твоём месте я бы не исключал такую возможность. Просто чтобы избежать ненужного разочарования, - Девятый слегка улыбнулся. - И глупо поносить то, что ты не способен понять.

Парень испытывал почти неодолимое желание засветить собеседнику промеж больших сияющих глаз, но лишь вскочил и, резко развернувшись, выбежал из помещения. Лестницу он миновал, сиганув через перила крыльца.

Взбешенный Рэйчел летел, не разбирая дороги, и осмотрелся, лишь когда селение осталось далеко позади. В лесу потемнело. Небо ещё с обеда затянули тучи, в воздухе стояла густая душная мгла. Ароматы ярких огромных цветов сливались с запахом прелых листьев, феромоны насекомых жаркими точками прошивали пространство, как следы трассирующих пуль. Казалось, весь мир пропах предательством и обманом, за красивой оболочкой таилась смрадная гниль, надёжная опора рассыпалась в труху, а живительный воздух нёс отраву. Парень быстро шагал, подчиняясь рваному ритму мыслей, что теснились в голове, вызывая приливы то горечи, то отчаяния. Вот, значит, как - Испытание - а он, идиот, поверил, позволил приручить себя ласковыми словами и честным взглядом. Довольно! Не нужно ему никакой помощи от этих двуличных тварей и ни от кого во вселенной, это его путь, и он пройдёт его один против всех! А сдохнет, так и ладно, некому сожалеть. Размечтался, кретин! Нет, и не может быть у него друзей, кто в здравом уме свяжется с Разрушителем? Ноги его больше не будет на этой планете!

Разрушитель остановился, соображая, куда идти. Наверняка из этого мира вело множество троп, и где-то имелся проход на дорогу, но он знал лишь одну, и та лежала ровно в другую сторону. Чтобы попасть на неё, нужно было снова вернуться в селение. Ни за что! Нож при нём, больше ему ничего не нужно! Рэй прикинул направление и свернул в лес, срезая угол, чтобы оставить селение в стороне. Хмыкнул про себя, что хоть зверей здесь опасаться не нужно, потом снова обозвал себя дураком. Это эльфам не нужно опасаться зверей, а он здесь чужой и ни разу не эльф. Рэйчел притормозил, поставил маскировочное поле [2] и снова ускорил шаг. Сверкнула первая молния, раскатился рассыпчатый гром, по листве ударили тяжёлые капли дождя.

Очень скоро парень промок насквозь и едва удерживал избранное направление. Лес, казавшийся ухоженным парком при свете дня, вдруг обернулся непроходимой чащей, где заросли подлеска сменялись завалами бурелома, мокрые корни лезли под ноги, между ними неслись потоки мутной тёплой воды, а стена ливня не позволяла разглядеть ничего дальше вытянутой руки и то при свете молний. Рэйчел упрямо ломился вперёд как ти'ор, когда особенно яркая вспышка вдруг ослепила глаза, грохот почти оглушил, а мокрый корень, как живой, вывернулся из-под ноги, и парень полетел в глубокий овраг, на дне которого среди больших валунов ревел вздувшийся от дождя ручей. Лодыжку пронзила острая боль. Возможно, он даже вскрикнул, не услышав себя сам, захлёбываясь и считая боками камни, покатился по течению, потом, хватаясь за кусты, вырвался из объятий ручья и скорчился на крутом склоне.

- А где Рэйчел? - поинтересовалась Аэлми, входя на веранду и отряхиваясь, как кошка. - Дождь разошёлся.

- Гуляет, - бросил Суид-ройм-х-нин, отрываясь от книги.

Девушка примолкла, потом её брови приподнялись.

- Его нет в селении.

- Нет? - Целитель прислушался к фону. - И вправду!

Он прикрыл глаза, потом с недоумением посмотрел на ученицу.

- Сканированием [3] не взять. Он что, установил защиту?

- Я могу попробовать почувствовать изнутри [4], - на девичьем лице отразилось лёгкое смущение и тут же сменилось выражением сосредоточенного внимания.

Вдруг она растерянно уставилась на учителя.

- Мне показалось, он плачет…

Суид вскочил, прошёл в дом и тут же вернулся, накинув лёгкий непромокаемый плащ.

- Я тоже пойду! - Аэлми набросила на голову капюшон плаща, от которого только что собиралась освободиться.

- Покажи, где, - бросил целитель, поймал образ и, не оборачиваясь, поспешил в лес.

- Что с тобой?! - Девушка, скользя, сбегала по крутому склону оврага, не обращая внимания на мокрые ветви, хлещущие по лицу.

- Что, тоже экзамен сдаёшь? - бросил Рэй, подняв мокрое от дождя или не только от дождя лицо. - На сочувствие?

Аэлми резко затормозила, словно налетела на стену, не удержалась на ногах и с размаху шлёпнулась на колени возле него. Парень уловил: "За что?!", но не был уверен, что расслышал это ушами.

- Прости! - Рэйчел коснулся её руки, сообразив, что сорвался и ляпнул лишнее.

Девушка дёрнулась, но руку не отняла. В потемневших зелёных глазах заблестели капли, хотя от дождя её укрывал капюшон.

- Что тут у вас случилось? - из-за кустов показался беловолосый эльф, с плаща которого потоком стекала вода.

Целитель подозрительно оглядел обоих.

- Вывихнутая лодыжка вовсе не стоит слёз.

Он взялся за ступню парня и коротким отточенным движением выправил уже начавший опухать сустав.

- Вставай. До дома дохромаешь.

Губы Рэя сложились в кривую усмешку, в глазах заплясал бешеный огонёк.

- Точно! А ты потом станешь Пятым перед Ясенем, так?! Повысишь квалификацию?! Благодарю покорно, я никуда не пойду! Надоело быть учебным пособием!

Аэлммидионн вздрагивала от каждой фразы, её губы дрожали, однако девушка не только не отстранилась, но и накрыла руку парня своей, словно пыталась сдержать безумца.

- Я просил твоего полного доверия, - спокойно заговорил Суид, на удивление легко перекрывая шум ливня. - Ты мне его обещал. Сколько стоит твоё слово?

При слове "доверие" Рэйчел скрипнул зубами, его лицо исказилось в гримасе боли, однако затем парень поднялся, показывая, что готов идти. Аэлми пришлось вскакивать следом, потому что её руку он отпустить забыл.

Всю дорогу он то тащил девушку за собой, то на неё опирался, а войдя в дом, отпустил и тут же забыл о ней. Целительница поспешно ушла к себе. Рэйчела колотила нервная дрожь, однако от успокоительного он отказался, заявив, что разберётся сам. Также отказался и от еды. Суиду с трудом удалось уговорить парня переодеться в сухое и выпить согревающий отвар, чтобы избежать банальной простуды. Расспрашивать его эльф не решился, лишь окинул скорбным взором скорчившуюся на краешке кушетки фигуру и оставил того в одиночестве. Кажется, именно этого Рэй и желал.

Поутру парня растолкал Тин. Мальчишка пихал его, тянул за руки и тряс за плечи, пока Рэйчел не соизволил приоткрыть один глаз.

- Я решил, - тут же торжественно объявил тот, - что буду воином! Мне очень нравится защищать и беречь.

- Поздравляю, - промямлил Рэй. - Когда уезжаешь?

- Когда вернёмся! - На парня уставились недоумевающие синие глаза.

- Кто куда вернётся? - гнул своё тот.

- Да мы с тобой вернёмся! - не выдержал Тин. - У тебя что, опять память отшибло?!

- Так ты, что ли, собрался со мной? - уточнил Разрушитель.

- Рэй! Перестань немедленно! - Парнишка едва не плакал, не понимая, что вдруг произошло. - Я сейчас Шестому скажу, что у тебя с головой непорядок!

Рэйчел медленно сел, не отрывая напряжённого взгляда от эльфёнка.

- Но ты же уже сдал экзамен.

- Ну да! - тут же кивнул тот. - Теперь осталось только тебя вылечить.

- Зачем тебе дальше идти со мной?

Мрачный тяжёлый взгляд едва не придавил Тина к полу. Тот испуганно отодвинулся.

- Потому что я обещал, - растерянно объяснил паренёк, - потому что люблю тебя и знаю, что тебе нужен. Это мало?

- Тин, ты сейчас действительно говоришь правду? - со сжатыми зубами тихо выговорил Рэй, не отпуская взгляда собеседника.

- Конечно, - мальчишка хлопал глазами. - Да в чём дело?!

Парень резким движением подтянул к груди колени и спрятал в них лицо. Потом оттуда глухо донеслось:

- Малыш, прости меня.

- Рэй, - парнишка коснулся волос друга и осторожно погладил, - что у тебя случилось? Я не понимаю.

- Я совсем не такой сильный, как ты думаешь, - глухо продолжал Рэйчел. - Несколько доз – и готова марионетка, пляшет на верёвочках. Даже не пришлось лгать…

- Рэй, ты сейчас точно в себе? - парнишка скептически сморщился. - Выглядишь странно и несёшь странное. Может, ты ещё поспишь, а я потом снова приду? А ты уже будешь в норме?

- Я в норме, малыш! - Парень поднял голову и сияющими глазами уставился на товарища. - Я наконец-то в норме!

Он вскочил, подхватил Тина подмышки и со смехом швырнул к потолку. Тот только взвизгнул. Рэйчел поймал и поставил на пол эльфёнка, и тут же схватился за свою лодыжку, о которой совсем забыл. На шум показался Суид, оценил обстановку и решительно двинулся к ним.

- Ногу нагружать не советую, - лекарь присел, легко провёл кончиками пальцев вдоль сустава и поднялся, - пока полностью не заживёт.

- Он ещё и ногу сломал?! - вытаращился на целителя Тинни. - Но ты же можешь быстро вылечить?

- Могу, но не стану, - ехидно усмехнулся тот, - не заслужил. - И добавил уже серьёзным тоном. - Нужно глянуть, как сейчас работает регенерация. Так что травма к делу пришлась.

Парнишка убежал, а целитель, осмотрев больного со всех сторон, вынес вердикт:

- Так-то гораздо лучше. Да, на будущее - никаких наркотиков. Обойдёмся без них.

- Согласен, - быстро кивнул Рэйчел. - Ты извини, если что, я вчера наговорил всякого.

- На больных не обижаются, - спокойно заметил Суид. - Но несколько дней ты у меня отдохнёшь. Потом дальше полезем.

Несколько дней парень хромал по дому, стараясь не встречаться с Аэлми, или уходил недалеко в лес. Девушка, в свою очередь, почти не показывалась из своей комнаты, а за столом оба дружно отводили глаза. Мудрый эльф хмурился, но повода для вмешательства не находил. Тин забегал ежедневно, пересказывал небогатые новости селения. Суид-ройм-х-нин и так не отличался общительностью, а в последнее время вовсе перестал появляться в обществе односельчан. Он догадывался, что в нервном срыве Рэйчела без кого-то из них не обошлось, но не решался расспрашивать, опасаясь спровоцировать рецидив.

Когда вечером после очередного пропущенного Суидом совета на веранде показался Хенну-тимп-х-эаль-нин в сопровождении Наои, целитель встретил их вежливо, но не более.

- Как дела у нашего высокого гостя? - не стал разводить церемонии Хенну.

- Работаем, - осторожно отговорился Суид.

- Говорят, проблему последствий проявления скрытой сущности вам уже удалось устранить? - как бы к слову поинтересовался Наои.

- Это так, - не стал лукавить хозяин.

- Тогда почему он всё ещё здесь? - В погасшем взоре предводителя круга не читалось ничего, кроме бесконечной усталости.

- Ты указываешь целителю, когда ему завершать лечение? - Глаза Суида жёстко и недобро блеснули.

- Я напоминаю о решении круга, - голос Хенну, однако, звучал достаточно твёрдо, чтобы не сомневаться, что он находится на своём месте не в качестве дани традиции.

- Ты запамятовал, Первый, я стою перед Ясенем, а не в кругу, - целитель гордо выпрямился и отвердел лицом, показывая, что разговор окончен.

- Много на себя берёшь, Шестой, - бросил Наои. - Конечно, иметь в селении школу целителей почётно, только ведь мы, эльфы, так редко болеем, что у тебя, кажется, не слишком много учеников?

- Когда твой сын упал со скалы, ты говорил иначе, - заметил беловолосый эльф.

- Разрушитель опаснее сотни скал, - прошипел Девятый, - и не только для моего сына!

- Возможно поэтому его искалечили те, кому он мешал, - отбрил целитель. - Я им не помощник.

- Послушай же голос разума! - ощерился Наои. - Что наш народ может противопоставить таким врагам?!

- Твой сын мудрее тебя, - покачал головой Суид, - он слушает голос своего сердца.

Девятый фыркнул и отвернулся.

- Пожалуй, придётся известить Герольда Чащи, кем именно не столь давно интересовались послы, - уронил Хенну.

Оба визитёра покинули веранду. Суид-ройм-х-нин мрачно посмотрел им вслед, зло плюнул и ушёл в дом.

- Аэлми!

Девушка поспешно показалась в большой комнате.

- Да, учитель?

- Долечи ему ногу! - Суид махнул в сторону сидящего на кушетке с книгой в руках Рэйчела, который вжал голову в плечи, стараясь не привлекать внимание.

- А как же регенерация? - осторожно осведомился пациент.

- Нормально регенерация! - зыркнул на него целитель. - Некогда с ней больше возиться. Что?! - Он резко обернулся к ученице.

Девушка молча опустилась на пол возле больного и взяла в ладони повреждённый сустав.

- Я хочу восстановить схему твоего тела, насколько это только возможно, - Суид спокойно взялся делиться соображениями с пациентом, словно ни в чём не бывало. - Дальше придётся её изменять, достраивать. Подозреваю, ты можешь однажды оказаться далеко и высоко, где данное тело существовать не предназначено. Но это можно скомпенсировать энергетикой вплоть до выхода на границу Кругов. И нужно расширить ёмкость кладовых энергии, чтобы ты-второй не так быстро их изводил.

Парень согласно кивал, целитель рассуждал верно.

- Я хотел бы делать всё это не торопясь, позволяя твоей энергетике выравниваться и перестраиваться без напряжения, но так не выйдет. Нам придётся сейчас совершить марш-бросок, чтобы иметь возможность заняться ещё и схемой тебя-второго. Я не уверен, что сумею там многое изменить, но хочу хотя бы попробовать. Если успею, попытаюсь выстроить линии связи, чтобы ты мог как-то контролировать второе я.

- Я закончила, - сообщила девушка, поднимаясь. - Можно идти?

- Нет. Будешь мне помогать, - объявил Суид. - Один запас энергии хорошо, а два лучше.

Лишь под утро целитель отпустил Аэлми, приказал спать Рэйчелу и сам едва не свалился, уходя к себе. Девушка уползла, держась за стену, парень послушно закрыл глаза. Он не был уверен, что сможет заснуть, внутри него дрожали невидимые струны, сворачивались и разворачивались спирали, катались клубки. Разрушитель мог только позволить всему этому устаканиваться самостоятельно, что и сделал. А сам мысленно вернулся в залитый дождём овраг и вновь ощутил в своей руке тонкую ладошку Аэлми, только сейчас не было мучительного стыда за причинённую ей боль, ведь мечтают, как правило, о приятном. Как ни странно, немного помечтав, он незаметно для себя заснул.

Суид-ройм-х-нин проснулся первым незадолго до полудня, используя древние техники, постарался максимально восстановить запас личных сил, потом поднялся и отправился будить остальных. Девушка двигалась, как живая кукла, на автомате, но послушно исполняла всё, что указывал целитель. После завтрака тот отправил её готовить отвар.

- Ты же сказал, что без наркотиков! - возмутился Рэйчел, который до сих пор чувствовал себя скворчащей яичницей.

- Это для меня, - "успокоил" его Суид.

Парень хмыкнул, но крыть было нечем.

Прибежал Тин и, открыв рот, уставился на товарища.

- Ну ничего себе у тебя видок! Как летучая крепость!

- Что, не нравится? - усмехнулся тот. - Привыкай, неизящно, зато полезно.

- Да не, ничего, - сжалился тот. - Бывает и хуже.

- Слушай сюда, юный критик, - обратился к нему Суид. - Понадобится твоя помощь.

- Да? - Парнишка вмиг стал серьёзным.

- Можешь подобрать ребят из своих друзей, которые не станут болтать, а сумеют поставить здесь аккуратненькую защиту? Так, чтоб ни у кого из круга нос не зачесался? - Шестой хотел более жёстко выразить мысль, но постеснялся несовершеннолетнего собеседника. - И держать всё это, пока я не дам отбой?

- Сумеют, - задумчиво кивнул Тин, - должны суметь. Когда нужно?

- Вчера, - грустно вздохнул целитель. - За пару часов соберётесь?

- Да.

- А потом ты позовёшь Разрушителя, - закончил Суид.

- Да, - кивнул Тин, от его смешливости и следа не осталось.

Едва стемнело, когда стоявший на страже парнишка сообщил, что к домику идут гости. К этому времени Суид закончил работу, и компания юных подпольщиков вместе с врагом народа мирно болтала на веранде. Сам хозяин держался на допинге и сделать смог гораздо меньше, чем в прошлую ночь: восстановил какие-то элементы и связи, в которых разобрался, кое-что поставил на регенерацию, понадеявшись, что здесь сработает память матрицы [5], провёл-таки доступ к памяти носителя [6] и всё. Часть повреждений он исправить не мог, не под силу, часть и сумел бы, но после такого ремонта энергетика подселённой сущности оказалась бы несовместимой с телом-носителем, этого допустить было нельзя. Теперь он знал, что, в принципе, возможно отделить сущность подселенца и восстановить её почти до исходного состояния, но для этого следует находиться либо возле мощного источника энергии, либо в родных для того местах, а лучше и то и другое вместе. В наличных условиях операция неосуществима. Связка с памятью позволяла Эльорэ считывать события из "записей" [7] Рэйчела, но только считывать, то есть по сознательному запросу. Обратной связи эльф установить не сумел.

Суид-ройм-х-нин выругался, поднялся и отправился навстречу гостям, чтобы успеть перехватить их вне зоны поставленной молодыми эльфами маскировки. Он ожидал снова увидеть Первого и кого-либо из подпевал, однако сейчас здесь оказались почти все члены совета.

- Приветствую уважаемых соплеменников! - довольно ёрнически встретил визитёров Суид. - Чему обязан?

Уважаемые соплеменники остановились, поглядывая на Шестого с неодобрением: его глаза сияли чересчур ярко, выдавая воздействие употреблённого зелья, а походка выглядела неуверенной и летящей одновременно. Наркотику же следовало приписать и не слишком церемонную речь.

- Получено послание от Герольда Чащи! - звонко объявил Седьмой-в-круге, отвечающий за связь с главным Кругом планеты. - Разрушителю предлагают добровольно покинуть пределы мира за время одних суток, исчисленных от завтрашнего восхода! В случае неподчинения он будет выдворен как нарушитель внутреннего порядка.

"Счастливо вам выдворять Разрушителя", - подумал Суид, скривился, а вслух заявил:

- Желаете ли вы объявить ему об этом перед лицом ваших детей? - целитель махнул рукой и слегка качнулся, но тут же встал подчёркнуто прямо.

С места, где они стояли, была видна часть веранды и стайка юных эльфов, среди которых чернела шевелюра пришельца. Поставленная защита не позволяла определить, в какой тот находится ипостаси.

- Сам передашь, - буркнул Первый. - Вы что, там все обдолбались?

- Какие слова! - презрительно сморщился беловолосый эльф. - Несолидно для уважаемого предводителя клеймить благородный медицинский продукт. Впрочем, чего можно ожидать от доносчиков с лицемерами?

- Поговорим, когда в разум вернёшься! - рявкнул Первый, с неожиданной резвостью развернулся, и вся процессия последовала в обратный путь.

Суид с облегчением перевёл дух: "Отделался!" - и прислонился к стволу ближайшего дерева. Несмотря на допинг, аукнулась потеря сил, затраченных на разговор. Он попытался дотянуться до ресурсов дерева и не смог: слишком глубоко пришлось входить в энергетику пришельца, а наркотик удерживал его в этом чуждом для эльфа состоянии.

- Учитель! - Аэлми осторожно коснулась его руки. - Пойдём.

Целитель тяжело опёрся на плечо девушки, понимая, что только что едва не потерял сознание. Последнее, что Шестой запомнил, как просил молодёжь не снимать защитного поля, пока парень не сумеет заснуть, а целительница уверяла, что всё будет в порядке.

Утро для обитателей дома Семьи целителей наступило далеко за полдень. Девушка пробудилась прежде всех, но решила дать мужчинам подольше отдохнуть после вчерашнего, тем более что для обоих сейчас сон был главным лекарством. Она слышала сообщение Седьмого, однако не посчитала его срочным - сутки после рассвета длинны, а собираться Рэйчелу недолго. Тин тоже забегал, заявил, что он тут, и снова куда-то делся. Так что Суид поднялся на ноги к обеду, а пациент и того позже. Но к моменту, когда парень продрал глаза, Аэлми уже отыскала Тина и сообщила, что нынче в ночь его гость уходит. Эльфёнок без долгих речей побежал собираться сам и вскоре нарисовался на веранде целителей в дорожной одежде и с котомкой.

Рэйчелу собирать было нечего - плащ от дождя да немного еды в суму, нож при себе, мелочи по карманам. Суид показал ему карту троп, и парень думал выдвинуться до темноты, но оказалось, что у эльфов принято получать "напутствия". То есть, это Тину нужно было его получить, для чего следовало навестить живущую в отдалении "знающую", или ведьму, и выслушать, что она скажет. Однако им обоим отчего-то не сиделось в доме, поэтому, попросив девушку в сумерки, как обычно, зажечь свет, путешественники под водительством целителя обошли селение и устроились ожидать вечера посередине тропинки к ведьме.

Темнело. Суид напоследок то и дело оглядывал пациента и сожалел, как неправильно всё сложилось. Если бы ему дали ещё несколько дней, он бы провёл парня через трансформацию осторожно и бережно, а теперь оставалось надеяться на прочность и выносливость организма. Общий рисунок энергетики подравнялся, но фон Рэя до сих пор мерцал, и парень всё ещё не вполне адекватно ориентировался в окружающем. Импульсы от органов чувств доходили до отведённого им участка мозга, только тот в них не верил.

Однако идущего по тропе эльфа Рэйчел почуял первым. Видимо, парень уже перешёл в режим странника-одиночки. Следом насторожился Тин, и только потом Суид распознал в приближающейся тяжеловатой фигуре Второго, несущего некий продолговатый предмет.

- Доброй дороги! - первым подал голос Дараи. - Простите, что получилось вот так.

- А где ты был, когда оно получалось? - буркнул Суид.

- В кругу был, а толку? Против указания главного Круга не попрёшь, - вздохнул тот, поворачиваясь к Разрушителю. - Хорошо хоть успел подарок тебе закончить, негоже, думаю, в таком пути безоружным быть.

Второй неспешно развернул мешковину и церемонно протянул Рэйчелу перевязь с мечом. По ножнам из обтянутых кожей деревянных плашек бежала затейливая эльфийская филигрань. Парень обнажил клинок и со свистом выдохнул, от восхищения утратив дар речи. Его ладонь как влитая лежала на рукояти, касаясь шара-балансира со встроенным прозрачным камнем и аккуратно укрываясь за круглой пластинкой гарды в точности под размер кулака. Лезвие текло лёгким изгибом и звенело на самом пределе слуха. Дараи с улыбкой наблюдал за произведённым впечатлением. Наконец парень очнулся и согнулся в поклоне.

- Благодарю тебя, мастер! Дару твоему нет цены, а искусству предела.

Он аккуратно вернул меч в ножны и надел перевязь.

- И что на него взъелись? - пробурчал Дараи себе под нос. - Воспитанный мальчик. Правда, крылышки чёрные, но это же не порок.

- Зато трусость порок, - также в пространство проворчал целитель.

- Это кто здесь трус? - немедленно возмутился Тин.

- Ты-то как тут оказался? - повернулся к нему Дараи. - Я думал, Девятый тебя подальше куда утащил. Твои же намедни уехали?

- А я сбежал! - Паренёк озорно улыбнулся. - Решил, лучше с Рэем побуду, а тут как раз такое!

- Так ты что, ничего не знал?! - изумился Второй.

- Что я должен был знать? - задрал брови Тининне.

Второй и Шестой переглянулись, их лица на краткий миг превратились в деревянные маски. Вдруг Рэйчел тоже переменился в лице и изчез, прежде чем ошарашенные спутники сообразили, что видят перед собой Разрушителя. Через несколько секунд он возник на том же месте с бесчувственной девушкой на руках. Лицо её выделялось неестественной белизной, а из уголка посиневших губ стекала тонкая струйка крови.

- Суид! - Эльорэ уложил Аэлми у ног целителя и, не отводя рук, умоляюще уставился на него. - Я задержал, но большего не могу…

Целитель упал на колени, накрывая ладонями горло и грудь ученицы. Дараи и Тин потрясённо молчали.

- Дай! - Суид-ройм-х-нин повернул правую ладонь в сторону Эльо, показывая частоту необходимой энергии.

Тот в ответ приподнял свою, с кончиков пальцев рванулось тонкое золотое пламя. Шестой перехватил этот поток и осторожно повёл сверху вниз вдоль тела девушки, а потом направил к сердцу. Эльорэ застыл, остановив взгляд на мраморно-белом виске, где под кожей виднелась тонкая голубая жилка. Но вот жилка дрогнула раз, другой, и мерно забилась. Потом задрожали ресницы.

- Хватит, - целитель поднялся, сбросил с пальцев золотой огонь, потом глянул на его источник. - Эльо, очнись!

Парень вздрогнул и принялся растерянно озираться.

- Рассказывай! - приступил к нему Суид.

- Она позвала меня, - смущённо начал тот, тоже вставая, - вчера ночью… в общем, я ей моё имя назвал… Ну, пришёл, и вот…

- Ты, вроде, военную школу кончал, а мнёшься, как малолетка, в кустах застигнутый! Что - вот?! - рявкнул беловолосый эльф.

- Обнаружил Аэлми привязанной к дереву и с кляпом во рту. Видимо, кляп вставили неумело, она задохнулась. Я предположил, что повреждена гортань, наложил стазис, сорвал веревки и доставил для оказания помощи, - вздёрнул голову и по-военному отчеканил выпускник.

- Правильно предположил, - уже с одобрением проворчал Шестой, - ты всё сделал правильно.

- А как ты это имя узнал? - подозрительно покосился на него Разрушитель.

- А как бы я мог его не узнать? - вздохнул Суид. - Сколько я по твоей шкуре проползал? Ладно, парни, время совсем поджимает, давайте за напутствием и айда. Уходите, пока вам все тропы не перекрыли, теперь я уже всего могу от них ожидать.

- От Серых? - зло выплюнул Разрушитель. - Думаешь, это их рук дело?

- Да если бы! - махнул рукой беловолосый эльф. - Свои могут оказаться не лучше, к тому же от них обычно ножа в спину не ждёшь.

- Хенну перестарался, - мрачно подтвердил Дараи. - Теперь сам, наверняка, не рад, только уже поздно.

- Благодаря Разрушителю, поздно ещё не совсем, - Суид ласково посмотрел на девушку, лицо которой порозовело, а грудь легко поднималась и опускалась. - Или бы Первый отправился за ней следом, моё слово!

- Ты уверен, что за этим стоит Хенну-тимп-х-эаль-нин? - парень так тщательно выговорил строфу уважения, словно опасался невзначай спутать обозначенного персонажа с другим.

- Не нужно! - мгновенно среагировал Шестой. - Это дело эльфов, и мы разберёмся сами. Тебе не нужно здесь никому мстить!

- Ладно, тебе виднее. А пошли с нами? - неожиданно предложил Эльо. - Хороший целитель везде в цене. Я вас куда угодно закину.

- Поздно мне уже уходить, - едва заметно улыбнулся Суид, - да и нагулялся в своё время. Здесь мой мир и лес, другого не будет. Всё, вам пора к ведьме! Не прощаюсь пока.

Тин взял парня за руку и потянул в темноту. Эльо послушно шагнул.

Возле хижины в сложенном из поставленных на ребро больших каменных плит очаге пылал огонь. Женщина, сидевшая на корточках возле костра, казалось, не замечала гостей. Но когда оба медленно приблизились к очагу, подняла глаза и встала. Эльо слегка вздрогнул, встретив её взгляд. Ему показалось, в нём скачет безумие. Ведьма тоже ненадолго остолбенела, рассмотрев, кто к ней пожаловал.

- Будь счастлива, Мать Леса, - приветствовал хозяйку Тин, - проводи нас в далёкий путь.

Та, однако, не спускала глаз с пришельца. Эльо потупился.

- Так вот ты какой, гость из внешних миров, - наконец заговорила ведьма.

- Какой? - не удержался гость.

- Чёрный, - она задумалась. - И золотой.

Потом хозяйка перевела взгляд на эльфа.

- Ты помнишь, что больше не должен заходить в родной дом, пока не вернёшься?

- Да, Мать Леса, я всё помню.

- Девятый знает о намерении своего сына?

- Да, - отвечал Тин, не боясь слукавить, - о его намерении отец точно знал.

- Он тебя отпустил?

- Я прошёл Испытание, теперь я сам выбираю дорогу.

- Хорошо. Посмотрим, что скажет Чаща.

Женщина постояла, пристально глядя в огонь, затем ушла в дом, вернулась и бросила в пламя несколько пучков трав. Над полянкой поплыл густой ароматный дым, она присела, вдохнула его полную грудь и не закашлялась. Тин сжал руку Эльо и отвёл того от огня. Друзья опустились на удобное сиденье из дёрна под высоким мощным деревом. Женщина, покачиваясь в такт поднимающимся клубам дыма, забормотала.

- Пусть не потускнеет золото в дальних краях, не надломится острый лист среди огня и ветра, мощи и пустоты. Чёрный агат в золоте неимоверно красив и могуществен, но он не может того, что простой зелёный листок. Береги себя, сын зелени.

- К чему это она? - не понял парень.

- Она боится, что я могу измениться, - тихонько объяснил Тин.

- Из-за меня?

- Да. Она мне не верит, что ты хороший! Не сердись.

- Хорошо, не буду.

- Берегись воды, пришелец, - продолжала ведьма, - чужой тусклой воды, что играет всеми красками, ни одной не имея, наполняет всё, но ничем не является. Ты можешь коснуться потока, но если войдёшь в него, твой огонь тебя не спасёт.

Тин обеспокоено взглянул на друга.

- Я не понимаю…

- Ей можно задавать вопросы? - справился тот.

- Да, хотя обычно так не делают.

- Скажи, если это возможно, Мать, свяжу ли я прошлое с будущим, потеряв настоящее? - уважительно обратился к ведьме Эльорэ.

- Если успеешь найти будущее, ты найдёшь его для всех миров, - эхом откликнулась эльфийка.

Потом ведьма встала и повелительно махнула рукой.

- Идите!

- Благодарю тебя, Мать Леса, - поклонился Тин.

- Благодарю тебя, - повторил за ним Эльо.

Озадаченные и взволнованные полученными напутствиями путешественники вернулись к ожидающим их друзьям, чтобы окончательно попрощаться. Оказалось, за это время Дараи успел дойти до своего дома и вернуться, а целительница очнулась.

- Негоже и тебе отправляться в путь без оружия, - Второй протянул парнишке длинный чехол.

Тин сбросил крепление и обнажил лёгкий прочный лук.

- Охотничий! - юноша тут же оценил подарок. - Спасибо!

- Боевой тебе ещё рано, тяжеловат, - добродушно проворчал Дараи, протягивая следом колчан. - Держи стрелы, да не теряй зря, в их наконечниках звёздное серебро есть.

- Ого! - только и сумел изречь поражённый Тин.

- А для чего это? - Эльорэ не был специалистом в оружейных сплавах.

- Убивает нежить даже при лёгком касании, оно с мертвенной энергетикой несовместимо, как яд действует, - пояснил мастер. - Серым тоже от него должно занехорошеть, если они подчинённые. Но саму их суть не возьмёт, не то направление.

- Да, там огонь Хаоса нужно, - кивнул Разрушитель, догадавшись, каким словом не захотел мастер оружия осквернить лес, - и то не любой.

- Здесь ты разбираешься лучше меня, - Второй наклонил голову, - это не наш огород.

- Что с тобой стряслось? - напоследок приступил парень к Аэлми.

- Неважно, - девушка качнула головой, - раз ты здесь, всё уже хорошо. Эльо, - она взяла его за руки и заглянула в глаза, - когда всё закончится, дай узнать, что ты жив.

- Эльо или Рэйчел? - растерялся тот, одновременно смутившись и озлившись на себя за тупость.

- Эль-о-рэ, - по слогам, как некогда Тин, повторила она.

- Я буду помнить, - пообещал он.

Аэлми кивнула, потом порывисто обняла Тина и отошла в тень. Суид-ройм-х-нин тоже обнял обоих, а Дараи просто пожелал удачи. Разрушитель последний раз поблагодарил всех за помощь, Тин прошептал "спасибо" и шмыгнул носом, затем друзья, не оборачиваясь, углубились в лес. Тропы, которую избрал Эльо, они рассчитывали достигнуть перед рассветом. Она выводила к перекрёстку дорог, где уже Рэйчелу несложно было бы запутать следы.

[1] Схема - энергетический каркас живого существа.

[2] поставить маскировочное поле - действие, позволяющее создать магическую защиту от чужих глаз и внимания.

[3] Сканирование - поиск известного объекта по его фону способом направленного внимания.

[4] "почувствовать изнутри" - разновидность эмпатии, обычно практикуемая между влюблёнными.

[5] матрица - информационная основа существа.

[6] носитель - тело, в которое произведено подселение чужого сознания.

[7] считывать события из "записей" - листинг памяти.

Глава 6

Закат разливался над кромкой дальнего леса, как кровавое море. Вялое усталое солнце больным красным глазом уставилось на затихающий мир, а к нему из-за горизонта тянулись стрелы иссиня-чёрных ресниц. Стрелы стремительно утолщались, сливались в сплошную пелену, оторочившую край земли, вот уже она полностью поглотила светило. С запада надвигалась тяжёлая грозовая туча, в которой порой проскакивали искорки молний, а над ней, как колышущийся багровый стяг, всё ещё полыхал закат. Шла буря.

Двое бродяг, занимающих чердачное помещение небольшой таверны, притулившейся к одному из разбросанных по берегу реки утёсов, которыми заканчивался горный кряж, не любовались закатом. Высокий крепкого сложения черноволосый парень лежал навзничь на тюфяке, а его совсем юный товарищ с коротким хвостом огненно-рыжих волос сидел рядом, положив тому на лоб узкую ладошку с длинными тонкими пальцами.

- Рэй, не огорчайся, ведь нам никуда спешить не надо, - увещевал он приятеля.

- Когда будет надо, будет поздно, - сквозь зубы огрызался тот. - Всё, на что я сейчас способен, - это мечом махать, остальное с неизвестным исходом. И как скоро нас возьмут, если догонят?

- Так я ж предложил, давай попробую подровнять? Вдруг получится?

- Нет, Тин, так нельзя. Энергия должна сама прийти к равновесию, только так оно будет устойчивым. Это будет означать, что изменённая схема полностью прижилась. Всё прочее - костыли и подпорки, они в нужный момент не выдержат.

- Так чего ж она всё не приходит и не приходит? - пригорюнился эльф. - Мы уже здесь целую неделю живём, а ещё полпустыни прошли, город человеческий и по трём дорогам.

- Не знаю, Тин, - вздохнул Рэйчел. - Может быть, из-за того, что мне пришлось напоследок на высшую личность уйти? Когда ещё на низшей трансформация не была усвоена? А может, просто эта корявая шкура никак с ней не справится? И помогать ей нельзя… Как мне надоело изображать вечно закипающий суп!

Парень в сердцах стукнул по тюфяку кулаком.

За небольшим оконцем резко потемнело, последние блики заката поглотил шторм.

- Тревожно как-то… - поёжился юный эльф. - Или это ты своим плохим настроением морок нагнал?

- Не знаю, - Рэй приподнял голову и огляделся. - Давай на всякий случай вещи приберём, чтоб не искать, ежели что.

Тин встал и принялся сворачивать рэйчелов плащ, свернул, уложил в мешок и пристроил рядом его же меч. Потом взялся за свою котомку. Ударил первый порыв ветра, старый дом охнул и чуть присел, привычно раскачиваясь под бешеным напором. Бури в этих местах проходили каждую осень. Забарабанил дождь.

Ненадолго заснув, оба вскочили от тяжкого удара, от которого сотрясся весь дом. С улицы доносился сплошной рёв, здание тряслось как припадочное, а в небольшое окно залетали сполохи голубого света от разрядов атмосферного электричества.

Рэйчел сразу же сиганул в чердачный люк, ведущий в коридор второго этажа. Там толпились выскочившие из комнат немногие ошарашенные постояльцы, кухарка и двое мужчин, прислуживавших в таверне. Кто-то вынес лампу. Парень пробежал к лестнице, что спускалась в общий зал, и замер на верхней площадке. Навстречу, тоже со светильником, поспешно поднимались полуодетые хозяин с хозяйкой, подталкивая оскальзывающихся и спотыкающихся сыновей, один из которых был ровесником Тинни, а второй младше. Всё помещение заливала вода, рвущаяся через выбитые ударом окна, она стремительно прибывала. Дом принял очередной удар, и в его правом углу образовалась трещина, через неё немедленно полилось. Вдруг истошный визг перекрыл рёв потопа: в противоположном конце помещения открылась дверь, и в проёме показалась растрёпанная молодая женщина с пятилетней девочкой на руках - нянька с дочкой хозяев. Хозяйка обернулась, пошатнулась и, лишившись чувств, едва не скатилась с лестницы. Хозяин, уронив лампу, подхватил жену и остановился в растерянности, не в силах двинуться с места.

Рэйчел перемахнул через перила, приземлился в холодную воду, доходившую ему выше колен, и метнулся наискосок через зал. Добравшись до няньки, он с трудом выдрал из её рук ребёнка, усадил на плечи, левой рукой подхватил обезумевшую от ужаса девку и потащил обратно. Вода поднялась до пояса и всё быстрее заливала дом, трещина в стене росла на глазах.

Двигаться против течения да ещё волочь за собой не стоящую на ногах девицу быстро не получалось. Поток высадил входные двери, теперь через зал неслась стремительная бурная река. До лестницы оставалось едва три метра, а вода дошла до груди, когда ноги парня заскользили по деревянному полу. Оторванная стена рывком отодвинулась дальше, через пролом низвергся пенящийся водопад. На площадке скучились бессильные зрители, что-то отчаянно и беззвучно кричал Тин. "Как глупо…" - подумал Рэйчел, понимая, что ему не удержаться.

Сверху полетела верёвка, один из слуг не совсем потерял голову и успел откуда-то её притащить. Парень намотал конец на запястье и крепко сжал в кулаке, это давало хоть какую-то точку опоры. За верёвку потянули, спасатель, собрав все силы, смог пройти ещё несколько шагов. На лестнице уже ждал второй служка, он снял с плеч Рэя перепуганную девчушку и бегом унёс в коридор. Ещё двое мужчин сбежали навстречу, подхватили няньку за руки и поволокли наверх как мешок. Освобождённый от ноши парень тут же всплыл и вцепился в перила.

Сквозь шум пробился натужный треск, лестница заколыхалась. Зрители кинулись назад в качающийся коридор. Рэйчел каким-то чудом выдрался из воды, взлетел по ступеням и настиг последних, успев заметить, как вывернутой наизнанку коробкой раскрывается дом, отворяясь стихии.

Пол угрожающе накренился и ходил ходуном, потолок просел и тоже качался. Человек пятнадцать толпились в торце, стремясь вжаться в последнюю стену, словно та могла их уберечь. Хозяин после спасения дочери немного пришёл в себя, ему не сразу, но удалось растолкать обезумевших людей и добраться до этой самой стены. Тогда он достал ключ и провернул в незаметной дверке, закрывавшей вход в верхний ярус кладовой, устроенной в нише скалы как самом подходящем для сбережения продуктов холодном месте. Балки яруса лежали на скальных выступах, по периметру шёл настил с установленными по нему стеллажами, а посередине зиял провал, в котором при слабом свете единственного светильника можно было видеть неприятно близкую качавшуюся поверхность тёмной воды.

Как в этот провал никто не рухнул, дело удивительное, но каким-то образом все "потопленцы" втиснулись в небольшую каморку и ужались, в два ряда заняв весь настил. Мальчишек загнали на стеллажи, отец показал обоим воспитующий кулак, чтобы те не рыпались и лежали смирно. Девочку прижала к себе очухавшаяся мать. Тин хотел бы держаться поближе к другу, но его вместе со всем скарбом, который тот добросовестно прихватил и таскал с собой, задвинули в угол, эльфёнок ничего не мог с этим поделать. Мокрому по уши Рэйчелу досталось местечко возле двери, он плюхнулся на пол и спустил ноги, расслабляя сведённые мышцы. Светильник неожиданно замигал и потух, в полной тьме сквозь вой, рёв и плеск раздавались глухие удары. После одного из них темноту стал озарять призрачный голубой свет, похоже, большую часть здания снесло подчистую, и сполохи молний отражались в воде.

Парень бездумно сидел, прикрыв глаза, и приходил в себя после неожиданного приключения. Как оказалось, расслабился он рановато. Через некоторое время ноги снова оказались в воде. Она поднималась гораздо медленнее, чем поначалу, но всё-таки поднималась. Рэйчел не стал их поджимать. "Если войдёшь в поток, тебе не поможет огонь", - вспомнились слова ведьмы. Он вошёл сегодня в поток, даже впрыгнул, и действительно, тут огнём не помочь. Или она говорила о другом? Поди их, эльфов, пойми…

Ледяная вода проползла по щиколоткам, выстудила голени, лизнула под колено. Бродяга не шевелился: какая разница, утонуть с замёрзшими ногами или с тёплыми? Вспышки кончились, либо прошла гроза, либо перестал проникать отражённый свет. Наверно, парень понемногу погрузился в ступор, потому что не уловил момента, когда вода перестала прибывать, а затем медленно пошла на спад. На него навалилась сонливость, Рэйчел прислонился к кому-то, сидящему за спиной, кажется, так не повезло кухарке, и мгновенно заснул.

Когда Рэй выспался, стоял белый день. Он лежал, аккуратно оттащенный от края настила и укрытый двумя плащами, а рядом сидел верный Тин. Больше наверху никого не осталось, зато снаружи тянуло дымком и запахом еды.

- Ну ты здоров спать! - хмыкнул эльфёнок. - Хорошо хоть к обеду проснулся.

- А где все? - поинтересовался герой.

- Внизу давно. Говорят, плотину прорвало, вот отчего потоп. Просто невероятно, что мы спаслись, деревню подчистую снесло.

Рэйчел приподнялся и глянул в распахнутую дверь, за которой вместо тёмного коридора открывался вид на долину реки, пустую насколько хватало глаз и покрытую грязью, из которой то здесь, то там торчали обломки древесных стволов. От деревушки, что стояла в нескольких верстах ниже по течению, действительно, не осталось следа.

- О! А ведь я в порядке! - воскликнул парень, с удивлением прислушиваясь к себе.

Доведённый до предельного напряжения организм наконец-то попал в соответствие с перестроенной энергетикой и с ней совместился. Мелкие шероховатости выровнялись во время глубокого сна.

- Замечательно! Пошли вниз, - предложил Тин, кивнув на лесенку в нижний этаж погреба, - там уже ходить можно.

Внизу лежал слой вязкой грязи по колено высокому мужику, но вдоль скалы можно было пробраться к относительно чистому уступу, где сейчас топтались все жертвы потопа. Дождь давно перестал, скалы подсохли, на ровном участке полыхал разведённый из уцелевших досок костёр и хлопотала кухарка, помешивая варево в большом казане - единственной оставшейся в доме посуде. Впрочем, дома никакого уже не было, из скальной ниши со спасительной кладовой торчали обломки досок и брёвен, от крыши не сохранилось ничего, зато часть чердачного пола ещё могла укрыть от дождя, если бы тот снова полил. Невесть когда забытая там бочка за ночь наполнилась чистой водой, сняв с людей хотя бы эту проблему.

Едва бродяги взобрались на уступ, к ним с выражением благодарности кинулись хозяин с хозяйкой.

- Я по гроб твой должник, парень, - частил плотный кругломордый мужик, кланяясь и как-то скособочено приседая. - Был бы дом, я б тебя во все времена бесплатно кормил и поил, но сам видишь…

Полнотелая хозяйка с пышной косой из светлых вьющихся волос всхлипывала и норовила поцеловать Рэйчелу руку, от чего тот со смущением уклонялся.

Слуги с помертвевшими серыми лицами сняли казан с огня и отошли в сторону. Оба были деревенскими, там оставались их семьи, у одного невеста, и им обоим сейчас кусок в горло не лез. Зато спасшиеся постояльцы накинулись на еду, словно собрались заесть весь перенесённый ужас. Рэй тоже чувствовал зверский голод.

Подкрепившись, потопленцы принялись решать, что делать дальше. Гармат, хозяин таверны, понимал, что нескоро сумеет восстановить дом и продолжить дело, он в одночасье лишился почти всего. Некоторое количество продуктовых запасов, не испорченных водой, - вот и всё имущество. Гармат решил просить позволения временно поселиться в одной из лесных деревень, не затронутых катастрофой, и предложил всем желающим присоединиться к небольшой колонии. Слуги выслушали без возражений, кухарке и няньке тоже выбора не оставалось: хоть обе и были пришлыми, пускаться в обратный путь до родных селений казалось безумием. Ненна, жена хозяина, своего голоса не имела, всегда и во всем соглашаясь с мужем. Постояльцы дружно решили отправиться восвояси, трое из них проживали в городе в нижнем течении реки и оказались здесь, проезжая по различным делам, они сейчас смотрели угрюмо и озабоченно, не зная, что ожидает их дома. Наверняка там тоже погуляла стихия. Молодой, ещё вчера расфуфыренный, а сейчас помятый и грязный столичный дворянчик, неизвестно зачем занесённый в предгорья вместе с единственным слугой, задрал подбородок.

- Кто станет возмещать убытки? - капризно осведомился он, подходя к хозяину.

Тот понуро развёл руками.

- Я спрашиваю, кто возместит убытки?! - поднял голос столичный хлыщ. - Я потерял все наличные деньги, ездовых животных, дорогое оружие и важные бумаги!

Постояльцы прятали глаза, слугам вмешиваться не полагалось, хозяин краснел от возмущения и мялся, а его жена снова припустила слезу. Выглядело это всё донельзя мерзко. Круглые от изумления глаза Тина бегали, всматриваясь в лица людей. Рэйчел вдруг почувствовал укол стыда, хотя он-то точно был ни при чём. Он поднялся и ухватил спесивого наглеца за загривок.

- Ещё вякнешь, в грязи утоплю, там тебе самое место!

- Ты кто такой?! - возмутился было дворянчик.

Рэйчел слегка нажал, тот согнулся и зашипел от бессилия:

- Я тебе припомню…

Парень плюнул и отошёл, отрясая руки, как если бы их испачкал. Больше претензий не поступало.

К вечеру, когда грязь осела и хорошо подсохла на ветру, жертвы наводнения покинули спасительную скалу и добрались до незатронутого потопом леса. Там все и заночевали, а поутру разошлись. Рэйчел, поразмыслив, решил, что имеет смысл также задержаться в лесной деревне, ведь даже если кто-либо сумеет проследить его путь до таверны, то решит, что парень погиб в катастрофе. Нужно лишь отсидеться, и его перестанут искать. Эльф согласился, что эти доводы разумны.

Где-то в середине осени, когда на расчищенной делянке уже поднимались стены нового дома, а в запасниках скопилось достаточное количество сушёных плодов, полезных трав, орехов и копчёного мяса, которое даже иногда меняли у деревенских на всякие нужные в хозяйстве предметы, Гармат тихонько отозвал Рэйчела в сторону от увлечённо тюкающих топорами парней. На стройке работали все взрослые мужики, Тинни с Миком, старшим сыном хозяина, весьма успешно промышляли охотой, а женщины - собирательством и сохранением добычи. Деревенские выделили беженцам некоторое количество ненужной самим кухонной утвари и указали место, где можно построить дом. Также им выдали во временное пользование плотницкие инструменты, тем поддержка и ограничилась. Иначе здесь было не принято.

- Слушай, Рэй, тут такое дело… - замялся хозяин, опустив глаза в землю. - Человек приходил, от самой императорской канцелярии. Спрашивал про чужаков, что без подорожных шляются. Как бы не тебя это он искал? Видать, и впрямь тот молодчик придворным заделался.

- Ну? - уточнил Рэй, не очень поняв, к чему ведёт столь долгое вступление.

Гармат тяжко вздохнул и повесил голову.

- У меня дети… Уходил бы ты, а, от беды подальше?

Парень ощутил поднимающуюся волну гадливости и отвернулся. Правильно всё же он не любил расу людей! Мелкие подлости и предательства люди, как правило, творят с оправданием "уменяжедети", крупные - "поприказуродины". Невозможно придумать такую подставу, которую уже не совершили где-либо и когда-либо серые люди, серые не из-за принадлежности к некой зловредной организации, а просто, как серые мыши. Как мыши, они лезут по головам и спинам друг друга и топчут упавших неудачников, добиваясь житейского благополучия, положения в обществе, милости высокопоставленных лиц. Разумеется, они делают всё это "ради детей" и, в конце концов, умирают столь же серой смертью. А дети, получая свою долю наследства, горестно вздыхают: "Такому-то досталось больше".

Рэйчел оторвался от сакраментальных размышлений и заметил, что Гармат всё ещё говорит.

- …и пацанчик у тебя приметный, такого не скроешь, как не из людей. Словно из сказки вышел, какие прежде про эльфов сказывали.

"Вот это да! - поразился парень, - Они что, Тина за человека считали?! Откуда они тут такие дикие, вроде не низший Круг?"

- Ты скажи, куда уходить надумаешь, дорогу я подскажу, - закончил хозяин, виноватым псом заглядывая Рэю в лицо. - Ты ж, как понимаю, совсем из дальних краёв будешь, в наших местах ничего не ведаешь?

- Кому подскажешь? - зло бросил парень. - Шпиону? Я бы с радостью подальше от вашей планеты ушёл!

- Тогда это тебе в Скит надо, - засуетился Гармат, - там тех, кому втемяшилось ветер искать, собирают.

- Что за Скит? - не удержался от вопроса заинтригованный Рэй, сообразив, что "искателями ветра" здесь насмешливо называли желающих странного.

- В горах Скит есть, как раз через нас туда ходили, потому и знаю. Потому и таверну держал, последнее, можно сказать, пристанище. Правда, мало дохода давала, бездельников у нас не много, и денег у них не водится. Дальше в горы тропа вела, вот по ней до Скита, а оттуда уж никто не вертался, ничего не скажу.

- А где тропа?

- Пропала тропа, глиной её замыло, ты ж сам видел, какой потоп был. Ты вот что, ты Антэна спроси, может быть, и найдёт, он же у меня проводником работал.

Áнтэном звали того самого слугу из таверны, что догадался кинуть веревку, когда Рэйчела едва не унесло обезумевшей стихией. Именно у него в наводнение погибла невеста. Парень за повседневными трудами немного отошёл от горя, хотя грустил до сих пор и порой глубоко задумывался невесть о чём.

- Хорошо… - задумчиво кивнул Рэй, прикидывая, насколько можно доверять этому самому Антэну и что может скрываться за историей о Ските.

- Ах, я дурак! - вдруг хлопнул себя по лбу хозяин. - Тропа-то через плотину шла! А плотина-то как раз и рухнула! Всё, нет больше туда дороги, разве что по другому берегу реки, но там нехожено.

- Это неважно. Я поговорю с Антэном, - Рэйчел отвернулся и отошёл, радуясь, что закончил тягостный разговор.

Проводник долго вздыхал, сомневался, терялся, наконец согласился довести путников до места, где начнёт чётко читаться тропа, полностью погребённая под глиной и грязью в низине. Хорошо зная ориентиры, парень не видел трудности в том, чтобы её отыскать, но ему не хотелось провожать недавних товарищей на верную смерть. В возможность преодолеть ущелье в месте обрушения плотины он не верил, вот и упирался, как мог, надеясь, что товарищи, которых, видно, кто-то чем-то тюкнул, одумаются.

Про Скит проводник ничего внятного рассказать не смог. "Да, есть такой, его в хорошую погоду даже можно разглядеть от плотины. Да, он порой провожал туда юных романтиков и всяческих приблуд. Нет, только до дверей Скита, нет, сам никогда туда не входил. Да, никто из них не вернулся". За легендой могло скрываться что угодно от, действительно, замаскированного выхода на дорогу до укрывшейся в горах секты каких-нибудь местных религиозных фанатиков, обеспечивавших таким образом себя притоком жертв. Впрочем, фанатиков Рэй не боялся, у него чесались руки проверить в деле результаты трудов блистательного Суида, и такой возможности он оказался бы даже рад.

Рэйчел не стал называть Антэну истинной причины ухода, не сказал он её и Тину, помня, как долго паренёк переживал недостойное, по его мнению, поведение сородичей. Впрочем, на эльфов Рэй зла не держал, в их действиях не было подлости, лишь страх и неумение, из-за которого едва не погибла девушка. Несомненно, Первый хотел лишь позаботиться, чтобы та не смогла рассказать о чём-то учителю или Тину, видимо, о том, как он собрался обеспечить удаление Разрушителя за пределы планеты. Селяне привязали целительницу к дереву, заткнули рот и, видимо, перекрыли возможность телепатической связи. Вот только не умели они обращаться с такой сложной штукой, как кляп, негде было им тому научиться. А когда умирающая Аэлми, прощаясь, воззвала к Эльо, никакой барьер не смог этому помешать.

Рэй тихонько вздохнул - вряд ли ему доведётся ещё когда-либо встретить ученицу целителя и оказаться вновь под сенью сказочных эльфийских лесов. Вокруг расстилались унылые предгорья, под ногами до сих пор серела затвердевшая глина, а уже вблизи всё выше поднимались скалистые гряды с неровными зубьями останцев наверху. Трое путников уверенно продвигались вверх.

Дорога резко пошла на подъём, и слой глины наконец закончился. Антэн покрутил головой, озирая окрестные скалы, и уверенно взял вправо. Вскоре они пересекли чётко видимую тропу, протоптанную в зеленоватом лишайнике до голого камня.

- Вот, - проводник смущённо развёл руками, не находя слов.

- Дальше мы и сами пройдём, благодарствую, - ободрил его Рэйчел.

Парень постоял немного, собираясь с духом, потом махнул рукой.

- Нет уж, хотя бы до плотины я вас доведу! Негоже на полпути расставаться. Там, глядишь, увидите, что дороги нет, так и назад выведу.

- Ладно, веди, - бродяга отказываться не стал.

Эльфёнок усмехнулся и резво рванул вперёд, похоже, ему новое приключение пришлось по душе. Тина не остановила даже каменная река, паренёк, как горный козёл, проскакал по россыпи острых камней и вышел точно к продолжению тропинки. Проводник озадаченно на него покосился, но промолчал.

Тропинка виляла и кружила, пару раз путникам приходилось карабкаться по крутым склонам, они миновали ещё одну широкую россыпь, поднялись на облизанный ветрами лоб и притормозили, глядя в опустевшую чашу бывшего горного озера. Далеко внизу тянулась полоска воды, уходя в узкое ущелье и давая начало бурной горной реке. От снесённой плотины остались каменные насыпи по обоим краям и бусины валунов в речном русле.

Антэн подошёл к обрыву, заглянул вниз и отшатнулся. Рэй тоже поглядел в ущелье и скинул с плеч дорожный мешок. Тин вниз смотреть не стал, зато уставился на старшего друга.

- Идеи есть?

- Конечно, - загадочно кивнул тот, - только проверить надо. Вот перекусим и перейдём.

Проводник вытаращил глаза и присел, развязывая свой узелок. Рэйчел понял, что бросать их на краю пропасти тот не намерен. Все расположились прямо на голых камнях.

- Как объяснишь хозяину, почему так долго ходил? - поинтересовался путешественник у Антэна, вгрызаясь в копчёное бедро какой-то лесной птицы.

- А скажу, дорогу искал, заплутал. Пусть проверит, - тот ухмыльнулся, видимо, представив, как кто-либо вздумает его слова проверять.

- А где Скит? - ёрзал на месте неугомонный Тин. - Ты говорил, его отсюда уже видно!

- Видно, когда облаков нет. Он вон там, - парень указал на чёрную вершину, до половины окутанную серой дымкой. - На той стороне ищите тропу и никуда с неё не сворачивайте. Она идёт мимо серой скалы, дальше свернёт направо и пойдёт извиваться уже по чёрной. Там хижина на полдороге стоит, вы в ней и ночуйте сегодня, дело к вечеру, не нужно по темноте ходить. Её специально устроили, чтобы погоды ждать, в туман наверх подниматься не следует. Ждите, пока не увидите Скит, тогда можно идти.

- Так тебе тоже придётся возвращаться по темноте, - заметил Рэйчел.

- Вниз можно, это не вверх, - непонятно объяснил Антэн.

- Ладно, начнём проверять, - Рэй швырнул вниз обглоданную косточку и поднялся.

Тин тут же уставился на него, синие глаза вспыхнули восхищённым предвкушением. Парень постоял немного, словно к чему-то прислушиваясь, потом закрыл глаза, постоял ещё, с досадой тряхнул головой. Вдруг его лицо озарилось догадкой, он вскинул обе руки над головой и начал медленно подниматься в воздух. Эльфёнок захлопал в ладоши и издал вопль восторга. Проводник открыл рот и принялся быстро-быстро чертить в воздухе какие-то знаки.

- Получилось! - удовлетворённо заявил Рэйчел, опускаясь на землю. - Гений ваш Суид-ройм-х-нин!

- Я же обещал, что наши Мудрые тебе помогут! - Парнишка, похоже, не опасался, что невольный свидетель услышит лишнее и потом лишнего наговорит.

- Обороните мя, силы небесные, - забормотал Антэн, отодвигаясь от обоих друзей.

- Ты ведь нас сюда не водил? - улыбнулся ему Рэйчел. - Значит, ничего не видел!

- Не видел, ничего не видел! - закивал тот.

- А тогда чего испугался? - левитатор захохотал, разряжая возникшее напряжение.

Тин поддержал его звонкой россыпью лёгкого эльфийского смеха, затем и на лице проводника появилась неуверенная улыбка.

- Как это вы, а? - осмелился спросить он. - Вы не демоны?

- Не демоны мы, стал бы демон барахтаться в грязной воде! - фыркнул Рэй. - А как - объяснить не смогу. Там, - он махнул рукой в сторону Скита и неба, - многие так умеют и не только так. Ты ж проводник, видел, кто и зачем уходит.

- Видеть-то видел… - растерянно пробормотал проводник, - только у нас считается, это всё блажь, блажные уходят, одно слово - ветер искать.

- Ладно, пора нам, - Рэйчел снова надел вещмешок и подхватил снаряжение Тина.

Второй раз взлёт вышел легче, парень даже заложил эффектный вираж, прежде чем приземлиться на другой стороне. Там он оставил вещи и махнул обратно. Видно было, что полёт доставляет ему особое удовольствие.

- Прощай, не поминай зря, - Рэй подошёл к Антэну. - Ещё раз благодарю.

- Хорошей дороги, парни, - растроганно пожелал проводник.

Рэй попросил Тина взобраться на спину и крепко держаться. Эльфёнок с готовностью подпрыгнул и вцепился в него руками и ногами сразу. Парень осторожно поднялся, пролетел над скалой, проверяя, как идёт дело с грузом, и лишь потом пересёк пропасть. На другой стороне оба подобрали вещи, помахали проводнику и тронулись по едва видной тропе. Тот стоял и махал им вслед отчего-то со слезами на глазах. Потом тоже развернулся и зашагал домой.

Темнеет осенью рано, а в горах к тому же - быстро. Двое путников лишь начали подъём по чёрной скале, а в воздухе уже сгустилась предсумеречная хмарь. Свинцовые тени в расщелинах почернели и обрели глубину, серое покрывало расползлось с оккупированной вершины по холодным склонам. Откуда-то взялся ветер, но лишь принёс зябкую морось, а не разогнал облака. И так-то было нежарко, а теперь похолодало вдвойне. Шагающий первым Тин, который не видел, но чуял эльфийской чуйкой полумифическую тропу, поднял голову и вгляделся в склон.

- Рэй, я, кажется, её вижу!

- Кого?

- Хижину! Вон там, - он указал вверх и слегка влево.

Рэйчел тоже посмотрел вверх и, как ему показалось, заметил грубое строение, сложенное из огромных каменных плит. Тогда он без размышлений подхватил Тинни подмышки и поставил уже возле приваленной крупным камнем деревянной двери.

- А-ай! - заверещал эльф. - Ты всё-таки демон!

- Ага, я демон! - провыл Рэй. - Я ужасный демон, и сейчас я тут кого-нибудь съем!

Тин заливался хохотом. Они скакали и дурачились на площадке возле двери, ощущая необычайный душевный подъём и лёгкость, словно все заботы и тревоги остались далеко позади. Рэйчел даже забыл о своей обиде на человеческий род.

Тощий пятнистый кот наблюдал за весельем двуногих гостей, лежа на плоском камне в нескольких прыжках выше, потом скорчил на морде презрительную гримасу и тихо стёк с лёжки, ругая про себя идиотов, которые распугали здесь всех козлов, когда ему так нужно поесть, ведь совсем скоро пойдёт снег. Кот фыркнул и ушёл, никем не замеченный.

Окон в хижине не рубили, зато строители сложили грандиозный очаг, над которым оставили аккуратное отверстие, чтобы выпускать дым. К очагу припасли и дрова, они занимали проём небольшого входного отсека до самого потолка с одной стороны и до середины с другой. Второй двери в убежище не имелось, вместо неё проём перекрывала облезлая, но пока что целая шкура неизвестного зверя. Нашлись в домике и лучины, и растопка, и даже какой-то кухонный инвентарь.

Рэйчел занялся разведением костра, а Тин подхватил казанчик и выскользнул за дверь, чтобы вскоре вернуться с ледяной родниковой водой - за выступом скалы в нескольких шагах от домика бил источник. Ветер снаружи усилился, даже через толстые стены друзья слышали, как он завывал, кружа среди скал. А им было тепло и уютно, маленький домик прогрелся, котелок закипел, эльф кинул туда горсть каких-то травок. Путники соорудили себе из поленьев по ровному сухому ложу, застелили плащами и теперь запивали горячим отваром копчёное мясо, размышляя, кто встретит их в загадочном Скиту.

Утро настало солнечное и звонко-прохладное. Друзья выбрались из сумрака хижины на дневной свет и зачарованно уставились на вознесённое к небесам здание, которое не могло быть ничем иным, кроме как тем самым Скитом. Крохотный ослепительно белый замок пронзал ярко-голубую высь единственной башней, окружённой стрельчатыми приделами. Скит выглядел игрушкой, забытой божественным ребёнком среди первозданного хаоса, казалось, стоит мигнуть, и он исчезнет, но парни мигали и мигали, а замок всё так же сиял в вышине.

- Идём! - подорвался Тин.

Рэйчел не спорил, ему самому хотелось как можно скорее оказаться возле белых стен. О том, что можно просто взлететь, как он это делал вчера, и приземлиться у дверей через минуту, парень отчего-то начисто позабыл.

Они заторопились по тропинке вверх, то и дело поглядывая на долгожданную цель, но успели запыхаться и снизить темп, а потом и откровенно устать, а замок, казалось, не приблизился ни на йоту. Друзья отдохнули, снова полезли вверх и снова уморились, взирая на недосягаемое строение уже с некоторой досадой - что за ерунда? Наконец они принялись просто тупо взбираться по узкой тропке, не поднимая глаз, и не поняли, как замок вдруг возник прямо у них перед носом. Он и вблизи был так же невозможно прекрасен - белый камень изящных стен, тёплое коричневое дерево высоких дверей и устремлённая в бесконечность серебряная игла на вершине башни, снизу её было не разглядеть. Створки дверей украшал незнакомый Рэйчелу символ в виде креста с длинной вертикалью и более короткой перекладиной посередине.

Путники отдышались, налюбовались красотами и постучали в дверь. Никто не ответил. Они постучали снова, громче и сильнее, с тем же эффектом. Тогда Рэйчел толкнул дверь и вошёл, та оказалась не заперта. Скит был пуст.

До вечера друзья облазили весь небольшой замок сверху донизу. Они нашли четыре кельи, вырубленные в скале, и поняли, что прежде здесь действительно кто-то жил. Обнаружили несколько тёплых одеял и увязанные тюки, которые по какой-то причине не забрали, заглядывать в узлы не стали, а одеяла утащили в верхний зал. Туда же перенесли и пару деревянных щитов, заменявших жителям кровати. Дров, однако, сыскать не удалось, равно как и чего-либо съедобного. Видно было, что хозяева, кем бы они ни были, покидали замок без спешки и суматохи.

Тин отыскал узкую лесенку, вьющуюся внутри стены, которая вывела их под самую крышу. Там оказалась маленькая каморка без окон, здесь из середины потолка спускался гибкий металлический прут и уходил в толстую столешницу круглого деревянного стола, которая отчего-то пестрела неглубокими аккуратными выемками. Под столом обнаружился задвинутый туда табурет, больше ничего примечательного не нашлось. Эльфёнок попытался проверить, на сколь длинный ряд выемок хватит длины его пальцев, но Рэй вовремя на него шикнул. Чем бы ни являлась непонятная конструкция, трогать её не следовало.

Друзья разместились в пустом зале, где было светло и просторно, хотя и довольно холодно. Впрочем, одеял им теперь хватало. Они решили, что поживут здесь, насколько растянут запасы, а дальше решат по обстановке. Вид в высокие окна открывался сказочный, непогоды можно было не опасаться, хищников и сильных холодов тоже, так что настроение путешественников не испортилось, несмотря на прохладный приём. Тин уже раздумывал, получится ли у него охотиться на горных козлов.

Утром третьего дня жизни в замке друзья проснулись от стука входной двери.

- О! Да у нас гости! - произнёс молодой голос на дорожном линго.

Рэй поднял голову, эльфёнок тоже выглянул из тёплой норки одним синим глазом.

У двери стоял и улыбался высокий парень в светло-сером одеянии, больше всего напоминавшем комбинезон, и шнурованных ботинках с высокими голенищами. Из манжет рукавов и скинутого капюшона выглядывал серый длинношёрстный мех.

- Привет! - помахал пришлецу Рэйчел и сладко зевнул, не заметив в облике парня ничего угрожающего.

- Как вы сюда попали? - удивился тот.

- Пришли, - Рэй сел и принялся сворачивать одеяло, потом подёргал за ногу напарника.

Тин взбрыкнул, свернулся в клубок, после чего всё же соизволил выглянуть на белый свет и поздороваться на том же линго.

- Плотину же размыло? - продолжал недоумевать пришелец.

- Ну да, - кивнул Рэйчел, после чего назвался сам и представил заспанного эльфёнка.

- Ярнвид, - улыбнулся парень. - Чем могу вам помочь? Вы не похожи на простых искателей приключений.

Улыбаясь, он слегка приподнимал уголки глаз, отчего становился похож на приветливого пса с тонкими губами, небольшим стройным носом и чуткими ушами, слегка выступающими из-под светло-пепельных длинных волос. Глаза у него тоже были зверные, жёлтые.

- Мы их уже нашли! - согласился Рэй, на что парень понимающе ухмыльнулся. - Говорят, где-то здесь проходит дорога. Нам не помешало бы на неё попасть.

- Что ж вы так поздно? - лицо и голос Ярнвида стали серьёзными. - Обитель закрывается после первого снега, то есть уже вот-вот, и снова откроется только весной. Вы когда сюда добрались?

- Два дня назад, - Рэйчел попытался сообразить, какая такая Обитель и кем на самом деле является весёлый парень в серой одежде.

- Эх, не надо было нам снимать пост! - сокрушённо махнул рукой тот. - Тогда поспешим. Вы мне поможете? Нужно отсюда кое-что донести, я собирался дождаться ребят, ну да ладно.

- Не вопрос! То есть Скит - это только пост? Выход на самом деле в другом месте?

- Ну да! - подтвердил Ярнвид. - В том и беда, иначе я бы вас прямо сейчас отправил. А так ещё несколько часов идти, и что-то мне вон те облачка не нравятся…

За окном время от времени проплывали серые пушистые облачка. Рэйчел подошёл поближе. Там, откуда летели эти пушистики, между вершинами гор сидела толстая сизая туча.

Ярнвид принёс и навесил на себя пару связанных между собой тюков, Рэй отдал всю свою поклажу эльфёнку и сделал то же самое. Навьюченная троица насколько могла быстро пустилась в путь.

От Скита, как оказалось, вела и другая едва приметная тропка. Она огибала чёрную скалу, шла поверху длинного перешейка, а затем ныряла в ложбину между двух высоких гор. Небо хмурилось. На перешейке их настиг ветер, борьба с ним заставляла двигаться медленнее. Когда носильщики вошли в ущелье, окончательно затянуло и в воздухе закружились первые ажурные снежинки.

- Можно не торопиться, - Ярнвид скинул тюки и остановился, восстанавливая дыхание. - Однако вы, парни, застряли.

- Что нас ждёт? - поинтересовался Рэйчел. - Возвращаться придётся? Так нам некуда.

- Зимовать придётся, - хмуро пообещал парень. - По снегу вас никто никуда не пошлёт, ни вперёд, ни обратно. Мы ж не идиоты и не убийцы.

- А кто вы? - Рэй задал мучавший его с утра вопрос. - На местных ты как-то не слишком похож, или я мало чего здесь понял.

- Служащие Пути, - объявил Ярнвид с заметной гордостью. - Неместные в основном, хотя местные тоже есть.

- Кгм, - поперхнулся Рэй. - Это вы кому поклоняетесь?

- Мы не поклоняемся, мы служим, - возразил проводник. - А если как ты сказал, то Дороге.

- Ничего не понял, - парень растерянно замигал. - По дорогам ходят, как можно им поклоняться или служить?

- Вот вы сюда как попали? - задал встречный вопрос Ярнвид. - Вы не проходили через наш Скит, а других дорог здесь нет. Хотя вы это ещё настоятелю объяснять будете, но и мне интересно тоже.

- У вас и настоятель есть?! - Рэйчел потряс головой, прогоняя из неё назойливую мысль о секте.

- У нас всё есть. Так как всё-таки?

- Да обычно. Глянул по старым картам, добрался до обозначенной там развилки, дождался волны очистки [1], перед ней выявляются все структуры. Ну вот, приметил заброшенную тропу и свернул. На новых-то её уже не сыскать, и при обычном проходе не видно, а некогда такая была. Вела на побережье.

- Рисково, - покосился на героя слуга Пути. - А если б накрыло?

- Рисково, - согласился тот. - Только выбора у меня не было. Да и сейчас нет, - он посмотрел на постукивавшего зубами Тина. - Пошли, что ли? Не лето на дворе.

Снег усилился и вдруг повалил крупными хлопьями, мигом перекрыв обзор. Ветер завывал в ущелье, как в аэродинамической трубе, нёс снежную круговерть и мокрой плетью хлестал по лицам. Под ногами бежали белые ручейки, сливались, переплетались, и вот уже тропа скрылась под клубящейся пеленой. Рэйчел пропустил эльфёнка вперёд, приказав тому глаз не спускать со спины провожатого, больше всё равно ничего не было видно. Оба оскальзывались и порой тыкались голыми руками в снег. Ярнвид не спотыкался, но и ему явно было нелегко. Парень бросал тревожные взгляды на левый откос, стремительно зараставший снегом. Наконец он снова остановился.

- Можно пропустить поворот, - виновато объяснил проводник. - Немного постоять придётся.

Затем снял с пояса небольшой свисток и дунул в него три раза. Звук тут же унесло ветром, Рэйчел усомнился, что кто-либо мог сейчас его расслышать.

Они стояли, отвернувшись от ветра и перетаптываясь, поэтому Рэй не заметил, откуда взялись два крупных меховых клубка, что выкатились из-под ног Ярнвида и принялись скакать вокруг парня, выражая свою приязнь и радость. Тот, смеясь, замахал руками, уворачиваясь от назойливых проявлений любви. Тогда один из комков подскочил к невысокому Тину, до которого проще всего было добраться, и в прыжке облизал тому всё лицо. Эльфёнок сморщился и мёрзло хихикнул. Удовлетворённый пёс, наконец, потрусил в нужную сторону, проводник двинулся по свежим следам.

Собаки бегают быстрее усталых людей, поэтому следы вскоре начисто замело, но тут же навстречу пролетела парочка мохнатых демонов, счастливых от возможности поноситься по первому снегу в хорошей компании. Псы мотались взад-вперёд, не позволяя людям сбиться с дороги, оставалось лишь шагать, так что Рэйчел не заметил, как тропа переместилась на склон ущелья, а затем вырвалась на широкую ступень, где перед ними встала высокая сложенная из камня стена. Они немного прошли под самой стеной, затем Ярнвид отстучал сложную дробь по небольшой окованной металлом двери. Дверь открылась.

[1] волна очистки - явление, направленное на чистку дорог от накапливающегося мусора, гарантированно уничтожает все неподвижные предметы, как биологического происхождения, так и нет. Теоретически не должна затрагивать движущихся путников, но лучше под неё не попадать.

Глава 7

В Обители не задавали лишних вопросов. В просторной прихожей, едва носильщики прямо при входе сбросили с себя груз, двое появившихся как по волшебству парней тут же подхватили тюки, а третий подошёл, приветствовал Ярнвида, посмотрел на обоих друзей и жестом приказал им следовать за собой. Те послушно топали по лестницам и тёмным переходам, ожидая строгой комиссии по встрече, однако парень привёл их в баню с чанами кипятка и четырьмя мелкими бассейнами и жестом же предложил раздеваться. Пока путешественники умиротворённо отмокали и отогревались, рядом с их грязной и слишком лёгкой для горной зимы одеждой появились такие же комбинезоны с меховой опушкой манжет, как они видели на Ярнвиде. Тину комбез оказался немного великоват, но паренёк не обижался. Одежда удивляла лёгкостью и удобством, не стесняла движений и, без сомнения, была тёплой.

Подошёл ещё один слуга Пути, проводил обоих в кладовую и, указав на два пустых шкафчика, сообщил, что они могут оставить здесь ненужные вещи и взять их, когда те станут нужны. Друзья принялись благодарить, но их опять же жестом прервали и сопроводили на кухню, где хлопотали две симпатичные девушки, споро сообразившие внеочередной обед. Рэй решил, что такая секта ему нравится.

- Вы желаете быть представленными отцу-настоятелю сейчас или сегодня отдохнёте, и лучше перенести официальную часть на завтра? - поинтересовался гид после того, как оба наелись.

- Давай сейчас, - кивнул Рэйчел. - Отдохнули уже.

Они снова кружили по переходам, пока не очутились в небольшом помещении без окон, но с двумя парами дверей. Возле одной из них на лёгком стуле сидел очень коротко стриженый парень с непонятной штукой на поясе, с другого его боку висел меч. Гид кивнул гарду и вошёл в дверь, потом вышел и пригласил гостей проходить.

- Пожалуйста, оставь меч, - обратился проводник к Рэйчелу.

Парень замялся и завертел головой. Оба служителя недоумённо уставились на него.

- Это подарок, - осторожно начал Рэй, - очень уважаемого лица, мне будет больно видеть его валяющимся под стеной.

- А, вот ты о чём, - усмехнулся гард. - Стойки нет, но обязуюсь не выпускать из рук, это он стерпит?

- Да, - обрадовано кивнул Рэйчел, снимая перевязь.

Тин добровольно сбросил с плеча чехол с луком и прислонил к стене. Колчан со стрелами он ещё раньше оставил в кладовой, а лук прихватил с собой как память о родном доме.

Следующая комната оказалась гораздо большей и тоже без окон, зато с камином. Пол здесь застилал старый, некогда очень красивый ковёр, на ковре возвышалось кресло из чёрного дерева с высокой прямой спинкой и подлокотниками, украшенными головами драконов. В этом кресле, слегка наклонившись вперёд, сидел невысокий та-йон [1], плечи его обнимала красная мантия, подбитая серым мехом, из которой выглядывали ноги в пятнистых зелёно-жёлтых штанах, вероятно, от летнего камуфляжа и мягких меховых чунях. Та-йон был стар, даже весьма стар, но у Рэя не повернулся бы язык назвать его дряхлым. Слегка обнимающие затылки драконов тонкие узловатые пальцы, обтянутые коричневатой кожей, не производили впечатления слабых, сухое морщинистое лицо с высокими острыми скулами, острым подбородком и высоким, исчерченным поперечными складками лбом, отмечала особая красота - красота уверенности и власти. А узкие очень светлые глаза на этом лице искрились молодым задором и любопытством и глядели остро и цепко. Блестящие, также светлые, волосы старика держались на затылке, увязанные простым узлом, что, как ни странно, лишь добавляло облику значительности.

Другой мебели в комнате не оказалось. Посетители сделали пару шагов и встали, не подходя близко к креслу.

- Меня называют Рэйчелом, и я не много могу сказать о себе, - парень склонил голову.

Настоятель кивнул, словно того и ждал.

- А это… - Рэй указал на Тина.

- Тиннеиннеор, к вашим услугам! - парнишка вдруг шагнул вперёд и склонился в церемониальном поклоне.

Рэйчел с недоумением уставился на него - какая муха того укусила?

- Вот как! Что привело сына зелёного леса в край серых скал? - на неожиданно правильном сейдхэ, хотя с лёгким шипящим акцентом, вопросил старик. Его негромкий голос напоминал шелест морской волны, накатывающей на галечный пляж. Вот она подходит, обрушивается и с шорохом отступает. Несомненно, в нём мог греметь грозный девятый вал, перекатывая вывернутые из бездонной пучины валуны, но сейчас море было спокойным.

- Слово и сердце! - не задумываясь, отчеканил Тин.

Настоятель улыбнулся тонкими голубоватыми губами, в глазах заплясали весёлые демонята.

- Храброе сердце и учтивая речь! Ты далеко пойдёшь, маленький брат.[2]

Эльфёнок несколько раз мигнул, подозревая подвох, но не понимая, в чём именно, потом осторожно отступил на место. Рэйчел вопросительно поднял бровь.

- Это же странник [3]! - шепнул Тин.

Старик с интересом созерцал обоих, как энтомолог разглядывает незнакомую бабочку, раздумывая, к какому виду её отнести и чего от неё ожидать.

- Вы что-то хотите спросить?

- Как нам тебя называть? - Рэй решил уточнить вопрос этикета.

- Здесь меня обычно называют отцом-настоятелем или просто отцом, - настоятель заметил, что парень слегка вздрогнул, - но для вас это не обязательно. Ты можешь называть меня Лестером, а твой юный друг так, как принято у его народа.

- Благодарю, Лестер, - у Рэйчела камень с души свалился, при слове "отец" у него побежали колючие искры по позвоночнику, обратиться так к старику он бы не рискнул.

- А что мы будем здесь делать? - полюбопытствовал Тин.

- То же, что и все - учиться и работать. Обитель не может позволить себе праздных гостей.

- Чему учиться? - эльфёнок не отставал.

- Тому, чего ты прежде не знал. А если ты умеешь что-либо, нам неведомое, тогда ты поучишь других. Понятно? - Старик мягко улыбнулся, кажется, обаяние Тина подействовало и на него.

- Да, Идущий по Древу, - поклонился тот.

Рэйчел снова на него покосился. Кажется, чего-то он крупно не понимал: сам по себе настоятель вызывал уважение и симпатию, но не настолько, чтобы рассыпаться в любезностях. Титула же "странник" парень не помнил.

- Всё, мальчики, - пошевелил плечами старик, - наговориться ещё успеем, зима долгая. Давайте отдыхать, завтра знакомьтесь с территорией и насельниками, послезавтра - в режим. За ворота без сопровождающих не выходить, да вас и не пустят.

- Мы пленники? - поднял брови Рэйчел.

- Ты когда последний раз зимовал в горах? - встречным вопросом ударила в берег волна.

- Никогда ещё, - потерялся тот.

- Вот потому и не пустят, - ворчливо пророкотала уносимая в море галька и успокоилась. - Ещё есть вопросы?

- Можно мне будет иногда поиграть с собаками? - торопливо вставил Тин. - Они такие славные!

- Ты можешь говорить с ними? - заинтересовался Лестер.

- Да, конечно, - удивился эльф, - они же живые.

- Играй, - вздохнул настоятель и хлопнул в ладоши.

Сразу же дверь отворилась. Вошёл незнакомый мужчина лет под сорок на вид с коротко остриженными тёмными волосами и жёсткой выправкой.

- Герхард, - представил его старик, - ваш куратор, все вопросы задавайте ему. Всё, идите.

Настоятель махнул рукой и облокотился на спинку кресла, демонстрируя усталость. Рэй, сам не понимая почему, приветствовал Герхарда коротким поклоном, и они вышли.

Обитель представляла собой сложенный из мощных камней прямоугольник зданий с большим внутренним двором, закрытым от ветра и лишних глаз. Внутри по всему периметру проходили два коридора, кое-где соединённые узкими переходами. Иногда они спускались вниз на целый этаж или поднимались выше, разветвляясь на тупиковые коридорчики других уровней, заблудиться во всем этом сплетении ничего не стоило. Помещения располагались как вдоль внешних и внутренних стен, так и между коридорами, там они не имели окон. Видимо, существовали более заглублённые в скалу этажи, Рэйчел ощущал нечто похожее, но их гостям не показали, и расспрашивать он не стал. В нижнем ярусе находился уже известный им банный зал, там из скалы били источники, использованная вода уходила в расселину прямо посередине пола. Обеденный зал тоже помещался неподалёку, туда шёл короткий водопровод. Что служило источником энергии и тепла, парень не понял, явно не дрова и не уголь, камин в кабинете настоятеля служил лишь деталью интерьера. Когда друзья дважды прошли по всему периметру и оба раза выходили к отведённой им на двоих келье с разных сторон, Рэй понял, что запутался окончательно. Тин присмирел и не пытался совать любопытный нос в каждый новенький коридор, видимо, осознал неподъёмность задачи. Друзья запомнили путь к еде и решили, что с остальным будут разбираться по ходу дела.

Насельников на такое большое здание проживало совсем немного, не больше полусотни, многие кельи стояли пустыми. Как ни странно, среди обитателей оказалось несколько девушек. Двоих друзья уже видели на кухне, а теперь им представили ещё пятерых. Девушки жили в левом крыле на втором ярусе и носили такую же форму, как парни.

В отведённой гостям келье имелись две лежанки со всеми принадлежностями для хорошего отдыха, некоторое количество крюков и скоб на стенах, с очевидностью предназначенных для оружия, два небольших сундучка. Под узким высоким окном, выходящим во внутренний дворик, стоял стол с несколькими ящичками по бокам. Ящики пустовали, только в одном завалялась стопка чистых писчих листов.

Среди насельников встречались представители разных народов и рас, но лишь человеческого фенотипа. Хотя обыкновенных "непродвинутых" людей всё-таки нашлось немного, а энергетика всех здешних фаэри была изменена так, что оказалась обрезанной связь с их родными мирами, вместо этого они были подключены к системе дорог. Эльф, заметив это, насторожился и помрачнел. Герхард, уловив изменение настроения подопечного, успокоил, что парнишке нечего опасаться, ему такого не нужно. Сам он происходил из воинского народа, тысячелетиями эволюции отбиравшего и закреплявшего вполне определённые качества, так что теперь его сородичей лишь с большой натяжкой можно было посчитать людьми. Некогда там поставили целью превратить тело в совершенное оружие и многого добились на этом пути. Куратор мог отключать чувства, например, боль или жажду, волевым приказом останавливать кровотечение, перестраивать организм на работу в лютый мороз или палящую жару, превращать кожу в непробиваемый щит, а конечности - в жёсткие стержни или гибкие прутья по необходимости, мог даже уходить в стазис, останавливая процессы жизнедеятельности, и возвращаться к жизни в заданный срок. Очень скоро Тинни вознёс наставника на полубожеский пьедестал, что не мешало порой подстраивать кумиру жёсткие шутки. Рэйчел ему в этом способствовал при всём уважении, которое и у него вызывал суровый воитель, - с чувством юмора у этого народа оказалось печально.

Жизнь в Обители шла по давно установленному распорядку. Всех насельников разделили пополам, каждая группа три дня проводила за тренировками и учёбой, три - в хозяйственных работах, к ним относилась и добыча пропитания, то есть охота.

Герхард впервые вывел подопечных на охоту в тихий солнечный день. Снег уже лежал повсюду, вершины сверкали и искрились, крохотные искорки мельтешили в воздухе - эльфёнок аж задохнулся от такой красоты. Они долго пробирались след в след за куратором по заснеженным склонам, пока не заметили горного козла на скальной полке соседней горы, от охотников его отделяло ущелье.

- Добыча! - воскликнул Тин, скидывая лук и молниеносно натягивая тетиву.

- Далеко, - махнул рукой куратор, - не наша добыча.

- Ничего не далеко!

Эльфёнок отпустил стрелу, козёл дернулся в последний момент и тут же полетел вниз, поднимая клубы снежной пыли.

- Зачем? - нахмурился Герхард. - Кто его теперь доставать будет?

- Рэй будет! - Тинни с хитрой улыбкой повернулся к другу. - Рэй, ты же достанешь?

- Да легко!

Рэйчел шагнул к краю обрыва и ухнул с него под истошный вопль куратора: "Стоять!" Герхард с искажённым лицом уставился вниз, потом покосился на спокойно наблюдавшего за переполохом мальчишку. Снизу не раздалось ни одного крика или звука удара, не клубилась пыль.

- Я за ним не полезу, - буркнул он эльфу.

Тот с невинным видом хлопал ресницами.

Пока вояка стоял, раздумывая, не дебилы ли его подопечные и не нужно ли звать на помощь, над краем обрыва показался Рэйчел с козлом на шее. Он аккуратно порхнул к тропе и сбросил трофей под ноги куратору.

- Добыча! - утвердительно заключил Тин.

Герхард скрипнул зубами, покраснел, потом зло плюнул.

- У вас много ещё таких штук в запасе?

- Не, таких больше нету, - ухмыльнулся Рэй.

- Предупреждать надо, - проворчал тот, постепенно успокаиваясь.

Тинни прыснул в кулак.

Учёбой, как выяснилось очень скоро, здесь называли регулярные тренировки по фехтованию, стрельбе и рукопашному бою, перемежающиеся с чем-то вроде семинаров, где насельники по очереди делились опытом или отвечали на вопросы собратьев. Если не находилось никого, кто мог ответить, обращались к настоятелю, но такое случалось редко. Тематика же всего учебного курса была примерно одна - дороги, но, главным образом, не способы перемещения или ориентирования в дорожной сети, а техническое обслуживание, если пытаться обозначить одним понятием. Кроме того обменивались познаниями и умениями в энергетической медицине, этнографии, истории и знаниями языков. В арсенале Обители имелось множество образцов оружия технологических миров, которые Рэйчелу оказались в новинку, парень с удовольствием осваивал разнообразные стрелялки и излучатели. Теперь он знал, что именно видел на поясе гарда. Тинни же никак не мог определить, что ему нравится больше - учиться драться с оружием, драться без оружия или играть с техникой, при том что стрельба ему давалась легче всего. Друзья нисколько не жалели, что застряли до весны, только никак не могли сообразить, куда же они попали.

Как-то вечером вскоре после поселения Рэйчел в одиночку торчал на втором ярусе возле выходящего на двор окна. На свежем снегу развлекались фехтовальщики. Ему тоже хотелось размяться и помахать мечом, но он пока что не чувствовал себя в своей стихии. К скованности добавлялись угрызения совести: парень понимал, что следует предупредить гостеприимных хозяев о проблемах, которые может принести такой гость, и не мог решиться, помня, чем закончилась откровенность в эльфийской Чаще. Внезапно он ощутил чье-то присутствие рядом и быстро обернулся.

Настоятель всё так же кутался в мантию, теперь был особенно заметен его небольшой рост и, как показалось Рэйчелу, знавшему о та-йонах не много, открывалась причина - накидка скрывала горб.

- Ты хотел что-то мне рассказать? - шелестящее поинтересовался старик.

Глаза парня удивлённо расширились.

- Я не читаю мысли, не беспокойся, это у нас не принято, но раз ты не отпустил намерение, оно цепляет. Щекотно, - Лестер передёрнул плечами. - Так в чём вопрос?

- Я должен предупредить, - смущённо начал гость, - за мной…

- Идём, - оборвал его настоятель и, не дожидаясь ответа, тронулся мимо него по коридору.

Рэйчелу ничего не оставалось, как пойти следом. Лестер свернул в узкий боковой ход, которого парень в упор не помнил, спустился по высоким ступеням, потом повернул за угол и распахнул дверь.

- Сюда.

За дверью оказалась уже знакомая прихожая или дежурка, сейчас пустая; они как-то попали в неё с другой стороны. Настоятель отворил дверь напротив "приёмной" и изобразил пригласительный жест.

Здесь всё помещение устилали ковры со сложным рисунком, а из мебели стояли узкий диван и несколько мягких банкеток. Хозяин сразу прошёл к дивану. Гость подумал и устроился напротив, пододвинув сиденье.

- За мной охотится Серый Клан, - выговорил Рэйчел без предисловий.

- Почему? – спокойно поинтересовался старик.

- Я… - парень немного замялся, - я им грохнул питомник. Они там выращивали искусственных боевых зверей. В основе программы лежала Пелена.

- Это добрая весть, - раздумчиво проговорил настоятель. - Вряд ли такой питомник у них один, но тварей на дорогах станет меньше. Ты уверен в последнем? О подобных существах я не слышал.

- Уверен, - буркнул гость. - Сам видел.

- Позволишь мне посмотреть? - Хозяин чуть наклонился вперед, в голосе снова послышался шорох гальки. - Личного не коснусь.

- Смотри, - хмуро кивнул Рэй, вспоминая, как впервые увидел мутный столб над лесом.

Та-йон долго молчал, Рэйчел не нарушал тишины, хотя знал, что просмотр давно завершён. Наконец Лестер взглянул ему прямо в глаза. Только сейчас парень заметил, что зрачки настоятеля представляют собой крохотные едва видные точки в центре очень светлой радужки, почти неотличимой от белков. На миг ему показалось, что на него уставились стволы двух лучеметов.

- Прости, я не смог сдержать слово, - едва слышно начал старик, - в это воспоминание встроена личная часть. Её нельзя отделить, но я не вернусь к ней без твоей воли.

- Что ты понял? - Гость принял безразличный вид.

- Что ты сказал мне не всю правду, - прямо заявил Лестер, не отводя глаз. - Они гораздо раньше начали охотиться за тобой, и охота была успешной.

- Это и я понял, - подтвердил Рэй, - а большего сам не знаю. Или не помню. - Он криво усмехнулся. - Но эта память реальна.

- А была ещё нереальная? - навострил уши та-йон.

- Была.

Настоятель ждал, и Рэйчел неожиданно для себя стал излагать историю своих приключений, начиная с рассказа Ленна. История вышла долгой, однако старик не намекал на усталость. Слушателем он был превосходным, парень даже ощутил нечто вроде душевного облегчения, когда закончил рассказ.

- Это не их сфера, - заключил Лестер, выслушав сбивчивый пересказ событий и версий об их причинах и немного подумав. - Серый Клан сам по себе не полезет в дела Высших, их туда должны были пригласить. Кто - ты никогда не узнаешь, идя по этой тропе. Найти концы можно лишь в начале.

- Я не могу отсюда видеть начало, - покачал головой Рэйчел. - Чтобы искать там, нужен другой я, а ему не следует лишний раз появляться.

- Согласен, - быстро кивнул та-йон, - мне он тут тоже не нужен.

Парень помрачнел.

- Ты не понял, - настоятель снова смотрел ему в глаза, - здесь не следует проявлять высшую сущность, она слишком заметна. Я ничего не имею против тебя. Больше того, если ты готов принять мою помощь, можно собрать всё, что сохранила память этой части твоего существа, и попытаться дописать недостающее.

- Это возможно? - Рэй недоверчиво уставился на старика.

- Я могу попробовать. Гарантии конечно не дам.

- Согласен, - парень подумал, что терять ему всё равно нечего.

- И не беспокойся о безопасности, Серых тут и хвоста не видели, здешний мир им неинтересен, - успокоил Лестер.

- Странно, - задумался Рэй, - судя по тому, что я здесь застал, им даже трудов прилагать не надо, местные и так, практически, по их понятиям живут. Ничего, кроме банальной выгоды, их не волнует. Дикари какие-то, даже эльфа за человека считали!

- Они и не прилагают трудов – зачем? Зачем распылять силы? Когда и если добьются победы, тогда и придут - для «переписи населения». Возражающих ведь не будет. А эльфов тут ещё тысячу лет назад повывели.

В выразительном голосе та-йона слышалось презрительное шипение.

- Как вывели? – изумился гость. – Почему?!

- Кого убили, кого вытравили, мешали они им, не давали землю уродовать, защищали живые места, - старик печально вздохнул, похоже, коснувшись больной для себя темы. - Красоту в мир, опять же, несли совсем бесполезную. Нынешние и не знают теперь, какие-такие эльфы бывают. А кому совсем дышать невмочь, те сюда бегут. Слыхал, как их называют?

- Искатели ветра? – поднял брови Рэйчел. – И куда вы их?

- Кого куда. Кому-то помогаем добраться до мира, где его способности будут нужны, бегут-то музыканты, поэты, художники… Кто-то здесь остаётся в насельниках, попадаются и кандидаты в служители, их учим.

- Чему? – парень подумал, что получил шанс выяснить назначение таинственной обители.

- Тому, что служителю знать и уметь надо, - хитро ухмыльнулся старик.

Рэй решил, что Лестер над ним издевается. Тот не стал его разубеждать, разразившись неожиданно озорным и по-детски искренним смехом. Парень понял, что разговор окончен.

Однажды ночью Рэйчел проснулся от того, что его настойчиво трясли за плечо. "Чего там у Тинни стряслось?" - подумал он спросонок и тут же по основательности хватки понял, что это Герхард. За окном, как и последние трое суток, завывал ветер - на обитель обрушился снежный буран. Парень поднял голову.

- Буди эльфа, одевайтесь по полной зимней форме, быстро, - скомандовал куратор. - Спускайтесь к выходу, тебе с оружием.

- А мне? - тут же раздался любопытствующий голосок, эльфёнок не мог допустить, чтобы что-либо необычное обошлось без него.

- Тебе не нужно.

- А если на меня нападут? - озабоченно возразил Тин.

- Ладно, прихвачу тебе лучевой пистолет, убедил. Быстрее.

Не добавив ни слова, Герхард вышел из комнаты. Скорее заинтригованные, чем обеспокоенные парни вскочили.

У выхода собралась целая команда - пятеро насельников, вооружённых и запакованных в серый мех. К удивлению Рэя, среди них оказалась девушка. Её называли Талей, но вряд ли это являлось настоящим именем фаэри из народа ллау ле с Четвёртого Круга. Ллау считались хранителями водоёмов, поговаривали, что они способны чувствовать настроение не только каждой рыбки в пруду, но и каждого жучка в придонной тине. Парень одно время ломал голову, что могло привести озёрную деву в место, где вода если и имеется, то под землёй. Сейчас она наравне со всеми стояла, придерживая эфес лёгкой сабли, и смотрела на командира. Герхард махнул рукой, командуя старт.

Ярнвид первым шагнул в метель и свистнул собакам. Когда остальные участники похода проморгались на сбивающем с ног ветру и защёлкнули на поясах карабины со страховочными верёвками, вокруг них уже скакали пять пушистых комков. Парень свистнул снова, на этот раз дважды, и лохматые звери ринулись в ночь по известному им маршруту. Насельники поспешили за ними.

Связку из семи отморозков возглавлял Ярни, Тин шёл за Талей и перед Рэйчелом, Герхард - замыкающим. Двигаться приходилось всем в одном очень быстром темпе, бежали как на пожар. Разговаривать на таком ветру сложно, Рэй решил, что разберётся по обстоятельствам, чего от него хотят. Вокруг не было видно ни зги кроме летящего, казалось, со всех сторон колючего снега. Шли долго, хотя чувство времени в подобных условиях ненадёжно. Кое-где пришлось, придерживаясь за скалу, пробираться по узким карнизам вдоль отвесных стен. Тропа вроде бы не виляла, но Рэйчел ни за какую награду не смог бы найти дорогу обратно, если бы вдруг пришлось.

Судя по тому, как озверел ветер, путники выбрались на гребень. Потом он притих, а снег закружил особенно плотно, проводник прошёл ещё несколько десятков метров и встал. По ощущению, они находились в огромной каменной чаше. Герхард скомандовал расцепиться. Таля двинулась куда-то вбок, за ней, не теряя девушку из виду, сместился Ярнвид. Она не стала уходить далеко, остановилась и к чему-то прислушалась, хотя ничего кроме воя ветра не было слышно. Потом рывком развернулась и закричала, перебивая ветер.

- Он здесь, наверно, сбился с дороги, нужно быстрее искать! Они близко, совсем близко!

Девушка стояла, отведя руку за спину, словно держа её на невидимой никому стене. Герхард подошёл к Тину, коснулся его плеча и стал что-то объяснять, помогая себе отрывистыми взмахами левой руки. Паренёк вдруг быстро закивал и шагнул назад. К нему тут же подбежали собаки. Не обращая внимания на остальных, он присел на корточки в центре пушистой своры.

- Они здесь! - раздался звонкий крик Тали, девушка развернулась, выхватывая саблю и немедленно нанося удар.

Фигура, первой показавшаяся из стены метели, взмахнула руками, сложилась вдвое и рухнула в снег. Справа с мечом наголо уже стоял Ярнвид, слева - Альентес со своей любимой сабельной двойкой. Показались ещё двое чужих, ушли влево, обходя Альентеса, но мимо него не прошли, потом ещё двое, перехваченные Талей и Ярни, потом ещё и ещё… Герхард ринулся вправо, отрезая чужаков от стенки чаши, вдоль которой принялись бегать собаки, опустив носы к земле. Рэйчел и Соори, немного медлительный в мыслях и словах, но удивительно гибкий парень, заняли оборону ещё дальше вправо, против них оказалось трое чужих, и, похоже, на этом гости закончились.

Рэй с благодарностью помянул изматывающие тренировки в обители - противники явно были профессионалами своего дела. Металл клинков засветился от наложенных полей, ниже синего не опускался никто. Отвлекаться на сооружение защит было уже некогда, хотя чужаки, как один, оделись в подсвеченные купола, видимо, с заранее заготовленных амулетов. Стремительные удары вязли в них, как в желе, но и их обладатели теряли скорость. Рэйчел обменялся несколькими ударами в синем спектре, присматриваясь к противникам, потом нырнул вправо, обрушивая на голову одного из них меч уже с фиолетовым полем. Защиту врага разрезало, как мягкое масло, но до него самого парень не доставал - тот стремительно отклонился. Впрочем, он и не старался, но снова сменил цвет и ударил на продолжении клинка красным, вплетая в обычное поле свой любимый огонь. Противник коротко вякнул и упал грудой тряпья, выжженный изнутри. Парень, не задерживаясь, увёл вновь посиневшее лезвие влево, отбивая летящий оттуда удар.

Едва он шагнул левее, намереваясь отвлечь на себя одного из противников Герхарда, как почувствовал, что кто-то тянет его за штанину. Рэй дрыгнул ногой, отмахиваясь от неуместной помехи, однако некто не только не отстал, но и принялся громко ворчать. Скосив глаза, парень увидел, что его старается оттащить один из псов.

- Ты охренел?! - заорал он на собаку. - Отстань, не до тебя!

- Иди с ним! - вдруг бросил Герхард, отступая на шаг назад, и рявкнул: - Быстро!

Оставалось подчиниться. Рэй тоже отступил, аккуратно передавая недобитого врага Соори, затем быстро отбежал в сторону. Пес собрался было снова его куда-то тянуть, но, увидев, что человек идёт за ним, потрусил вперёд. Они выбрались из чаши на гребень.

Идти пришлось недалеко, вскоре из снежной заверти показался Тинни в окружении остальных собак, которые скулили и поглядывали на обрыв справа.

- Нам нужно спуститься! - непререкаемо заявил эльф. - Здесь!

- Куда спуститься?! - ошарашено завопил Рэй. - Там вообще-то драка идёт!

- Он скажет, куда, - Тин указал на одного из псов. - Спустись с ним.

Рэйчел схватил собаку в охапку и нырнул под гребень. Под скальную стенку не задувал ветер, лишь сверху сыпал мелкий густой снег. Парень довольно быстро опускался вдоль склона, пока пёс не начал вырываться и скулить. Пришлось немного подняться, собака выражала настойчивое стремление попасть на довольно широкую полку, занесённую сплошным сугробом. Едва ухнув в этот сугроб, пёс ринулся к стене и начал с жалобным визгом рыть снег. Потом он обернулся к человеку и поднял морду вверх. Неведомо как, но Рэйчел понял.

Пришлось доставить на помощь в раскопках ещё троих собак. Потом Тин заявил, что последняя останется наверху, зато его нужно спустить, и после этого Рэйчел может быть свободен. Спорить с ним было недосуг, через вой ветра уже долетал звонкий лязг, значит, товарищи отступили до гребня. Рэй отправил эльфа к псам и рванул на звуки боя.

К его появлению картина переменилась. Выход к гребню закрывали теперь Альентес, Соори и Герхард, причем двое были ранены, против них осталось трое врагов. Ещё трое, хотя среди этих ранены были все, отрезали сейчас Талю, как-то оставшуюся внутри чаши. Девушка устало отбивалась, а рядом с ней рвал зубами слишком близко подбиравшихся наглецов здоровенный волк с окровавленной шкурой. Ярнвида Рэйчел нигде не видел.

Парень свалился на головы нападающих вместе со снегом, первым же ударом уменьшив число врагов. Один из них что-то неразборчиво прокричал своим, и трое, что теснили девушку, резко усилили натиск. Таля попятилась, потом вдруг развернулась и кинулась вглубь площадки. Волк метнулся следом. За ними же ринулись и пришельцы.

- За ней! - крикнул Герхард Рэйчелу, отбивая летящий меч и уходя в сторону. - Парни, держитесь!

Они влетели в снежную взвесь, и вовремя, потому что против троих противников стоял один волк, а Таля вела себя как-то странно. Девушка застыла посреди площадки, раскинув руки и уронив саблю. Волку приходилось очень туго, он хромал и едва успевал уворачиваться от ударов и огрызаться, не подпуская нападающих к одинокой фигурке.

- Таля, держи! - снова заорал Герхард, бешеным вихрем врубаясь в тройку.

Рэй перескочил поближе к девушке, заодно прикрывая её, и тоже наддал. Один из нападавших упал, двое попятились к краю чаши, где был обрыв. Внезапно один из них - невысокий горбун - длинным прыжком махнул к пропасти и бросился в неё, в последний момент развернув видимый горб в широкие кожистые крылья.

- Уйдёт! - донеслось до Рэя, когда тот уже взмыл в воздух.

Парень спикировал коршуном и без раздумий вонзил клинок прямо промеж растопыренных крыл. Беглец затрепыхался, как цыплёнок на шампуре, потом соскользнул с меча и смятым комком полетел в пропасть. Рэйчел плюнул ему вслед и поднялся.

Ситуация наверху снова переменилась. Теперь двое врагов стояли, опустив мечи, окружённые всей четвёркой. Рэй встал рядом с Талей и поймал взгляд Герхарда. Тот молча повёл отсчёт. "Раз, два…" На "три" ударили оба, им навстречу не поднялся ни один клинок.

- Догнал? - куратор тут же шагнул к Рэю.

- Да, добил.

- Хорошо. Эльф где?

- Они под гребнем, что-то нашли.

- Идём!

Таля подошла к волку, бессильно лежавшему на снегу, опустилась на колени.

- Его нельзя оставлять. Давай, я побуду с ним, здесь нет ветра.

- Никто не останется, - возразил Герхард, что-то выискивая в одном из многочисленных карманов.

Он извлёк свёрток, встряхнул и кивнул на развернувшееся полотнище.

- Помоги погрузить.

Рэй, недоумевая, откуда взялся зверь и почему он за них дрался, а также почему никто не вспоминает об Ярнвиде, помог командиру перенести израненное животное на ткань.

- Ну что, поднимай, - проворчал тот, берясь за свой конец. - Больше всё равно никто не потянет, хорошо бы сами дошли.

Они медленно выбрались на гребень и двинулись, ориентируясь на ветер. Вскоре прямо им под ноги с громким лаем вылетел пёс. Следом донёсся дружный гвалт в четыре глотки из-под обрыва. Рэйчел вздохнул и опустил носилки.

Едва Рэй поставил эльфёнка в снег, Тин ухнул по середину груди и начал пробиваться к стенке. Оттуда неслись скулёж и повизгивание, обозначая цель. Пока он преодолевал несколько шагов, скулёж поднялся на новую высоту и усилился - псы что-то нашли. Паренёк пробрался к раскопу. Под снегом лежал человек, или не человек, сейчас это было неважно. Эльф объяснил собакам, что нужно полностью освободить от снега находку, а сам коснулся тела. Парень был жив, хотя без помощи протянул бы недолго. Он был ранен ещё до того, как свалился с гребня, возможно, от потери крови и головокружения и улетел. Сейчас кровотечение прекратилось, но могло возобновиться от любого движения. В результате падения оказались сломаны несколько рёбер и, как минимум, одна нога, с этим ничего нельзя было сделать в таких условиях. Потеряв сознание, раненый медленно замерзал в снегу.

Тин, устроившись поудобнее, постарался надёжнее затворить кровь, хотя непосредственно к ране подобраться не мог. Неожиданно собаки, закончив раскопки, окружили найдёныша и улеглись по бокам. Эльфёнок похвалил их за сообразительность - псы своим теплом не давали тому окончательно закоченеть. Но этого оказалось мало, парень всё ближе подходил к грани. Здесь не спасла бы нить жизни, ведь эльф не знал, когда могла подоспеть помощь. Тин попробовал просто добавить раненому чуток от своих сил, зная, что их надолго не хватит. "Возьми у нас", - вдруг дошло до него сообщение вожака, разумеется, не в словах, но эльф понял. Он благодарно погладил лохматую голову и принялся осторожно протягивать тонюсенькие нити между спасателями и спасённым. От каждого понемногу, только чтобы удержать жизнь. Потом паренёк прислонился к тёплому собачьему боку и впал в оцепенение, контролируя ток энергий и отключившись от внешнего мира. Очнулся он, когда вся четвёрка вскочила и подняла громкий лай, а затем появился Рэйчел.

- Вот, - эльфёнок указал на тело, - возьми.

Голосок Тина звучал довольно слабо, но парень и сам устал настолько, что не стал разводить дискуссий. Он осторожно поднял находку и понёс наверх, там опустил ношу на предусмотрительно развёрнутые вторые носилки, мимоходом подумал, кто их будет тащить, вернулся и подхватил Тина. Затем Рэй поднял по очереди всех четырёх зверей и едва сам не свалился с гребня.

Герхард оглядел своих бойцов, сел и принялся сооружать из верёвок упряжь, которую можно было бы надеть на собак. Парни понуро сидели в снегу, отвернувшись от ветра, Таля тихонько гладила волчью шерсть. Псы всё так же оберегали найдёныша от мороза и ветра, большего они уже не могли. Никто не заметил, когда именно из круговерти вьюги выступила невысокая фигура.

Неизвестный приблизился, и тут служители вскочили, согнувшись в уважительном приветствии.

- Лестер?! - ошалело ахнул Рэй.

Настоятель, не доходя нескольких шагов, указал на Альентеса и Соори, потом на носилки со спасённым парнем.

- Берите и идите за мной.

Бойцы молча поклонились ещё раз и взялись за ношу. Оставшиеся провожали их взглядами, пока те не затерялись в пурге. Тогда Тин перебрался к Тале, теперь они гладили волка вдвоём, снимая боль и понемногу заживляя раны. Командир оставил своё занятие, просто сидел и смотрел в летящий снег. Когда вновь показалась фигура настоятеля, её заметили сразу.

Лестер, всё так же не подходя близко, указал на Талю, Тина и волка.

- Берите.

Та-йон развернулся и зашагал прочь, не сомневаясь, что фаэри подчинятся. Действительно, они с трудом, но подняли носилки и на подгибающихся ногах семенили вслед.

Герхард развязал недоделанную конструкцию, покосился на Рэйчела и перекинул тому карабин.

- Цепляйся, пошли.

- А за нами он не придёт? - с надеждой вопросил тот.

- Сто лет назад пришёл бы, - хмуро бросил куратор, потом присмотрелся внимательнее. - Тебя что, тоже зацепили?

- Нет, просто перебрал с полётами, - махнул рукой Рэй. - Я ещё не умею рассчитывать силы, хотя всё равно вариантов не было. Передохнуть бы…

- Негде тут отдыхать, - развёл руками командир. - Не на таком ветру, или не заметим, как замёрзнем. Вставай, нужно идти.

Парень выпрямился, стараясь удержаться вертикально, несмотря на сильное головокружение. Собаки тоже поднялись, но не стали, как обычно, носиться взад-вперёд, а неспешно потрусили рядом.

Пока шли по гребню, Рэйчел два раза упал и не скатился вниз только благодаря страховке. Потом они покинули открытое пространство, ветер стал тише. Незадолго до первого выхода на карниз Герхард остановился, объявил привал и глубоко задумался.

Рэй шлёпнулся, где стоял, и отключился, пытаясь из-под снега и ветра дотянуться до глубинного огня. Ему даже показалось, что откуда-то потянуло теплом.

- Вставай! - растормошил его куратор. - Вставай и иди за мной!

Парень через силу поднялся, сконцентрировался на маячившей впереди спине и принялся сосредоточенно переставлять ноги. Вскоре поле зрения свернулось, образовав тёмный тоннель, в центре которого качалась сияющая путеводная спина. Где-то под ногами волнами тепла и дружелюбия катились собаки. Рэй не знал, сколько времени длился этот сюрреалистический переход, но всё же запомнил, как выбрался на заснеженную равнину. Тут он свалился и отключился окончательно. Герхард немного посидел рядом, потом подхватил подопечного подмышки и волоком потащил ко входу в обитель. От собак помощи ждать не приходилось, те уже удрали отлёживаться в свои будки под самой стеной. Дежурный у двери подхватил бесчувственное тело, командир сам шагнул в прихожую и уже там сполз по стене.

Утро вся команда спасателей встретила в больничном покое вместе со спасённым, который помирать уже не собирался, но в себя пока не пришёл. Нагрянувшие перед завтраком местные медицинские светила прогнали всех, кроме Ярнвида, в трапезную с единственным назначением - побольше жрать. Правда, Соори с Альентесом следовало после обеда ещё раз заглянуть к лекарям.

[1] та-йоны - народ расы грахэлов, внешне немного похожи на людей, 8 Круг.

[2] "Храброе сердце и учтивая речь! Ты далеко пойдёшь, маленький брат" - слегка изменённые слова Каа из "Книги джунглей". Лестер знаком с творчеством Киплинга.

[3] странник - представитель сообщества, обслуживающего систему дорог на Кругах. Странники имеют единый капитул, их функции объединяют обязанности строителей, ремонтников, проводников и полицейских. Капитул обычно занимается информационной консолидацией, в экстремальных условиях может трансформироваться в командование, а размытая вольница странников - в централизованный Орден.

Глава 8

После завтрака Тин, которому по медицинским показаниям перепал увесистый комок сот с горьковатым коричневым мёдом горных пчёл, отправил старшего друга отсыпаться, а сам вернулся навестить Ярни. Парень едва притронулся к еде и грустно смотрел в потолок.

- Ты почему не ешь? - насел на него эльф. - Тебе есть надо!

- Зачем? - меланхолично уронил тот. - Похоже, мне больше не бегать…

- Это почему ещё? - изумился Тин. - На дохлого ты совсем не похож.

- Парни сказали, сухожилие перебито. Оно не срастается, это ж не мясо.

- Как это не срастается?! - вытаращил глаза паренёк. - Это у кого не срастается? А, да, у людей же! Вот глупости! Давай сюда.

Эльфёнок откинул покрывало, аккуратно взял в ладони забинтованное плечо парня, потом прикрыл глаза и принялся легонько водить пальцами, приговаривая что-то себе под нос. Ярнвид сперва с интересом, потом с разгорающейся надеждой следил за его манипуляциями. Вскоре оказалось, что за действиями эльфа наблюдают ещё одни глаза.

- Ты где учился? - тихий вопрос на квэнья [1] прозвучал так неожиданно, что паренёк вздрогнул.

- В школе, - растерялся Тин. - Не надо так пугать, я мог что-нибудь передёрнуть, - он открыл глаза и оглянулся. - А тебя чем приложили? Я вчера не понял. От стрел не такие дырки.

- Я сам не понял, дальнобойное что-то, - голос незнакомца был слабым, слова он произносил с подчёркнутым старанием.

- Где? - заинтересовался и Ярни, тоже отчего-то перейдя на высокую речь.

- На дороге.

- На дороге нельзя использовать огнестрел! - возмущённо заявил тот.

- Потому я и ушёл, пока они разбирались с деструкцией.

- Они идиоты?!

- Среди них был та-йон, - пояснил парень.

- Поня-атно, - пробурчал Ярнвид. - Всё равно они идиоты.

- Согласен, - заявил слегка шипящий голос на обычном линго, и к компании присоединился отец-настоятель собственной персоной.

Ярни дёрнулся было вскочить, потом вспомнил, в каком состоянии пребывает, и лишь вежливо кивнул головой. Незнакомец поднял руку в приветствии, Лестер ответил тем же жестом.

- Дитя лесов, - затем обратился он к Тину, - что ты делаешь здесь вместо того, чтобы наслаждаться заслуженным отдыхом?

- Ярни лапу лечу, - пояснил паренёк.

- Какую лапу? - опешил Лестер, не сразу сообразив, что до эльфёнка не дошёл его тонкий намёк.

- Переднюю.

- Переднюю! - не сдержавшись, фыркнул та-йон. - А не соблаговолит ли талантливое дитя позволить старику побеседовать со скорбными телом о высоких материях?

Тин уставился на настоятеля, открыв рот, потом в его глазах мелькнула тень понимания, он вскочил и поклонился.

- Прости, Идущий по Древу!

Через мгновение дверь больничного покоя затворилась за ним.

- Демонёнок рыжий, - проворчал старик, пряча улыбку.

Едва не проспав обед, Рэйчел рванул в трапезную и заметил свободное местечко рядом с Талей. Поблизости устроились и остальные участники ночного похода, до сих пор стараясь держаться вместе.

- Можно? - он слегка улыбнулся девушке.

Та вздрогнула, в её огромных коричнево-зелёных глазах образовалось сложное выражение, составной частью которого был страх.

- Ты что? - не понял парень. - Я тебя чем-то обидел?

- Нет, - она качнула головой и принялась осторожно подбирать слова. - Мне сложно говорить с тобой. Я сразу вспоминаю, как ты убил наёмника.

- То есть? - недоумённо уставился на неё Рэй. - Как командир приказал, так и убил, он сам так же сделал. Ты разве не поняла приказ?

- Я поняла. Но он не так, он чувствовал… - она совсем растерялась, - он не был спокоен, как ты. Тебе было всё равно, ударил и позабыл. Правда?

- Так, - согласился парень, по-прежнему ничего не понимая.

- Ты не сожалел, и тебе не было стыдно, хотя он не сопротивлялся?

- Он весьма бодро сопротивлялся до этого, - хмыкнул Рэй, - а пленных мы тащить не могли. К тому же, что бы с ним дальше пришлось делать? Кормить и стеречь?

- Ты не понимаешь… - девушка опустила голову. - Ты убивал без эмоций, не испытывая ни ненависти, ни огорчения, ни чувства долга. Просто и привычно махнул клинком.

- Ну да, - опять согласился парень, хлопая ресницами, - я просто исполнил приказ, кому-нибудь это пришлось бы делать. Что здесь не так? Ты что, считаешь, что, убив врага, мне следовало о нём пожалеть? Я не понимаю… И очень возможно, что это действительно привычное для меня дело, я просто не помню. Так говорит Лестер, в этом ему видней.

- Да, - начала Таля, потом посмотрела в честно недоумевающие глаза парня и смешалась. - Не обращай внимания, это я дура.

- Ты не дура, - немедленно возразил Рэй, - я видел тебя в бою!

- Ты считаешь, что девушка с клинком не может быть дурой?! - изумилась ллау.

- Да, - парень кивнул с видом, словно это само собой разумелось.

- Откуда ты такой взялся? - она усмехнулась и оглядела его, как странную диковину. - Девушка с клинком - всё равно девушка. Извини, мне не стоило применять к тебе своё понимание этики.

Таля поднялась, не закончив трапезу. Рэйчел проводил её взглядом, потом почесал в затылке и, так и не поняв, что от него хотели и за что извинялись, принялся за еду.

Вечером за Рэем зашёл Герхард.

- Нас отец-настоятель зовёт.

- А меня? - тут же высунул любопытный нос Тин, уже забравшийся под одеяло.

- Тебя - нет, - куратор и так не был горазд шутить, а сейчас выглядел особенно серьёзным и обеспокоенным.

Эльфёнок фыркнул и обиженно отвернулся.

Они появились в гостиной раньше настоятеля, пришлось немного подождать, устроившись на банкетках. Обоим показалось, что двери не открывались, но Лестер возник словно из ниоткуда, прошёл к дивану и с задумчивым видом на него опустился. Рэйчел терпеливо ожидал разъяснений, а Герхард заметно нервничал.

- Нам сообщают, - наконец начал та-йон, - что в известном нам мире начались некие необъяснимые процессы и, возможно, мир более не останется нам известным.

Он помолчал. Оба слушателя уставились на настоятеля во все глаза, ошарашенные столь многозначительным началом.

- Почти все Круги охвачены смутой и беспокойством, - продолжил Лестер, старательно удерживая ровный тон. - Проявляются они по-разному, где-то начались войны, сейчас идёт на удивление много локальных войн, и далеко не для всех можно отыскать явственную причину. Где-то народы поражает тревожность и страх, жители начинают вести себя неразумно, совершать несвойственные им поступки. Возросли агрессия, спонтанность и подозрительность. Порой это выливается в откровенную глупость или безумие деяний.

- Может быть, в этом причина поведения лесных эльфов? - вслух подумал Рэйчел. - Тогда зря я обижаюсь на них, они просто не поняли, что их беспокоит.

- Может быть, - согласился та-йон. - Далее, при анализе наблюдений замечено нечто типа волны, распространяющейся с самых верхних Кругов. Там, где она проходит, наблюдается пик беспорядков, возрастает хаотичность природных процессов, словно идёт наложение двух разных ритмов: более быстрого нового на более медленный старый. Если населению и миру в целом удаётся подстроиться к быстрому ритму, процессы выравниваются и приходят к некой гармоничности. Это гармония нового уровня и порядка, на более тонких частотах и высоких скоростях хода времени. Те миры, которые не смогли попасть в резонанс, застывают в медленном ритме и как бы тонут, опускаются по частоте и уменьшают свою проявленность. В перспективе им грозит виртуализация, если не полный распад. Население там поражено безнадёжностью, которая становится основной эмоциональной частотой мира.

Герхард теперь слушал внимательно и вдумчиво, как диспозицию перед боем.

- Говорят, некоторые из Высших получили некий приказ или "зов", побуждающий их отправиться за пределы системы сотворённых миров. Что за этим стоит, мы не знаем. Они последовали призыву, и более о них ничего не известно, связь прервана.

- Ого! - невольно вырвалось у Рэя.

Настоятель остро взглянул на него, но ничего осмысленного не дождался.

- Последнее, не имеющее разумных объяснений, это весть о том, что военные школы Высших Кругов, похоже, тоже получили подобный приказ. Преподаватели и старшие воспитанники мобилизованы, младшие распущены по домам, школы закрыты.

- Кем мобилизованы? - хищно подобрался Герхард.

- Неизвестно. По слухам, их также вызывали "наверх" и сейчас они находятся где-то у границы Кругов, чего-то ждут, причём тоже сверху. Конкретики никакой.

- Выглядит как подготовка к войне с другой вселенной, - мрачно заявил воин, - только таких войн не бывает и быть не может. Я не могу представить конфликта, в котором могли бы одновременно участвовать представители Внеструктуры и курсанты круговых школ. Слишком большой разброс уровней. Могут ли части сообщения быть не связанными между собой? Может ли часть событий вызываться природными причинами, пусть крайне редкими и до сих пор не наблюдавшимися?

Лестер кивнул, однако в его голосе прорезался перестук катящихся камешков.

- Могут. Только парня, что принёс эту весть, по пути постарались убить, и убийц отправил некто вполне конкретный. Этот некто видит в распространении информации угрозу для себя, значит, процесс имеет своих инициаторов и хозяев. Или же тех, кто обнаружил его первым и решил использовать в своих интересах.

- Серые? - задал сакраментальный вопрос Рэй.

- Нет, как ни странно. Это слишком простое решение, тогда бы я вас не звал.

- Ты решил расспросить Высшего? – догадался парень. - Возможно, он что-либо сообразит, исходя из раскладов, но никакой гарантии нет. Я мог о подковёрных играх Хаоса банально не знать.

Герхард бросил короткий взгляд на Рэйчела и тут же опустил ресницы, не позволяя заметить, какое впечатление произвело на него неожиданное дополнение к образу подопечного.

- Ты мог знать о другом, что при сложении с первым может дать третье, - неторопливо заговорил Лестер, - то есть понимание. Ты ведь не можешь дотянуться до тех знаний иначе?

- Не могу, - подтвердил Рэй, - они иногда сами приходят, но редко. Тогда нужно качественное прикрытие, или на такой фонарик прибегут все, кого я знаю и не знаю. Нам ведь до весны уходить некуда? А воевать здесь - не лучшее решение.

- Что скажешь? - настоятель перевёл взгляд на Герхарда. - Стоит рискнуть?

- Есть ещё один момент, - воин уставился в пол. - Прикрытие фона мы устроим легко, но что, если он тоже услышит "зов"? Что тогда с этим делать?

Та-йон задумался, потом согласно кивнул Герхарду.

- Да, ты прав. Мы можем обеспечить защиту себе, но не ему.

- Я готов попробовать! - воскликнул Рэй.

- Нет, - жёстко отрезал Лестер. - Если Высший не может сопротивляться "зову", а, похоже, это как раз так, мы ничего не узнаем и ничего не приобретём, только вас потеряем. Тебя тоже, при таком разрыве ты не выживешь.

- Он объявлялся не столь давно, и ничего подобного не случилось.

- Всё изложенное тоже началось не столь давно, вернее, совсем недавно. Думаешь, почему Зимний Ветер пробивался сюда сейчас? Не знал, что не сезон? Знал! - старик ударил ладонью по колену и покачал головой. - Нет, я сказал, предложение снято.

- Тогда мы так ничего и не поймём! - заупрямился Рэйчел.

- Тогда мы будем много и долго думать, - настоятель встал. - Поговори с ним, возможно, что-либо всплывёт. Оллен пока в лечебнице, там и поговорите. Ярнвид не помешает, он не болтливый волк.

- Моей школы тоже больше нет? - напоследок печально спросил Рэй. - Я ведь так её толком и не вспомнил, одни обрывки…

- Не знаю, - та-йон пошевелил плечами, - некоторые остались, но по какому критерию шёл отбор, неясно. Ничего не ясно. Наша разведка не могла допустить такой прокол, однако…

Настоятель вздохнул и горестно махнул рукой.

- Идёмте! - поднялся Герхард. - На разведку поздно пенять, нужно разбираться. Отец, представь нас Оллену-Ветру, иначе он ничего не скажет.

Несмотря на поздний час, в обители не спали. По дороге в больничный покой им то и дело попадались озабоченные насельники, спешащие по своим делам. О ночной экспедиции знали уже все, но объяснений никто не давал, так что парни и девушки обменивались слухами и домыслами. В атмосфере сквозила тревога. Троицу с настоятелем во главе провожали заинтересованные взгляды.

В больничном покое света почти не было. Гости зажмурились, попав в сумрак после относительно светлого коридора, но понемногу начали различать предметы. Дальние части большого помещения тонули в темноте, чёрными дырами зияли многочисленные ниши за арочными перекрытиями. Лишь в одном месте теплился слабый огонёк, там из нескольких сдвинутых в кучку коек две были заняты.

На краешке постели Ярнвида сидела Таля. Увидев входящих, девушка поспешно встала и попрощалась. Лестер кивнул ей и сразу прошёл ко второму раненому. Рэйчел только сейчас разглядел, кого вытаскивал из-под снега, вернее, попытался разглядеть, и глаза его медленно полезли на лоб. Сперва ему показалось, что парень худощав и тонок в кости, мигнув, он обнаружил, что зрение подвело и тот сложен вполне атлетически. Проморгавшись, Рэй понял, что вообще не может сфокусироваться на облике вестника, тот мерцал и переливался, как сотканный из тумана. Он старательно вгляделся, глаза заслезились, словно действительно на ветру.

- Ты всегда так выглядишь? - изумлённо поинтересовался Рэйчел, забыв об условностях этикета.

Спасённый уставился на незнакомца, его глаза блеснули холодным льдом.

- Кто ты такой? - в свою очередь обратился он к Рэю, в довольно высоком голосе явственно прозвучало напряжение.

- Рэйчел наш гость, - за парня объяснил Лестер, - а это Герхард, мой заместитель по военной части, вы ещё не встречались. Я прошу тебя ответить на все их вопросы. Твоё имя я им назвал.

- Хорошо, - без особой охоты отозвался Ветер, - раз ты так хочешь. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь и зачем.

- Да, - спокойно подтвердил настоятель, - я знаю.

Лестер кивнул сразу всем и удалился. Гости присели на соседнюю койку.

- Отец-настоятель сообщил нам новости, - начал Герхард.

- Я вас слушаю, - объявил парень. - Что ещё вы хотите знать?

- Что думают по поводу всего изложенного "наверху"? - быстро спросил воин. - Есть версии о причинах и последствиях событий?

- Единого мнения нет, - нахмурился Оллен. - Есть версия, что в высших сферах взялись за передел областей влияния, - он покосился на Рэйчела, но продолжал. - Также предполагают, что в игру могла вступить некая внешняя сила, которая прежде здесь не проявлялась. Как обычно, воскресли страшилки о конце времён, говорят, что опыт сочтён неудачным и его решили свернуть, - он опять бросил насторожённый взгляд на Рэя. - Последствия неясны, но, похоже, идёт некий отбор, и, пока он не завершён, предугадывать рано. Большинство в капитуле думает, что следует объявить тревогу, но такое решение должно быть принято единогласно.

- Что ты наблюдал сам? - поинтересовался Рэй, пока Герхард хмурился и о чём-то размышлял.

Оллен запнулся, однако заговорил.

- Я дважды прошёл через фронт волны на Восьмом. Меня просили сопроводить детей, спешно отправляемых по домам. Сообщили, что школа временно закрывается по особой причине. Мне не удалось узнать больше. Не нужно так усердно сканировать, - резко бросил он Рэйчелу.

- Мне показалось, ты сдерживаешь передачу образов, - повинился тот. - Пожалуйста, показывай всё, это важно.

- Это могут быть только мои впечатления, а не подлинная картина, - пояснил Оллен. - Ладно, смотрите.

- Впечатление, что руководство школы приняло некое ответственное и важное решение, но не уверено в правильности своего выбора? Я не ошибся? - уточнил Рэйчел.

- Да, мне так показалось. Возможно, потому такая секретность, им не хочется обсуждать этот вопрос. А может быть, у них и не было никакого выбора.

- Школы не подчиняются никому, - удивился Герхард. - Никто не вправе приказывать, что им делать.

- Не вправе, но в силе, - мрачно пошутил Оллен.

- Первый пункт отпадает, - вдруг бросил Рэй, - это не передел сфер. Так не делают.

- А ты не знаешь? - хмыкнул Ветер.

- Я. Не. Знаю, - старательно подчеркивая каждое слово, проговорил Рэйчел.

Оллен всмотрелся в него и смущённо притих, несколько растерявшись.

- Как выглядела волна? - сменил тему гость. - Со всех сторон, если можно.

Парень смолк и предался воспоминаниям. Ответ на этот вопрос проще было показать, чем объяснить в словах. Нервозность, эмоциональный раздрай, перепады настроения, недоумение от бессмысленных поступков окружающих, словно мир единовременно и поступательно сходит с ума. Сначала на тонких уровнях, как рябь на воде, возникла дрожь, она постепенно спускалась ниже, становилась явственнее и жёстче, взбесились причинные связи, события посыпались, как из рога свихнувшегося бога изобилия, стала бесполезной логика. Потом расслоилась сама реальность, расходясь по ритму внутренних колебаний, какое-то время один рисунок накладывался на другой, затем голограммы распались. Крохотный свежий, чистый и звонкий кусочек отделился и встроился в такой же чистый узор, сам мир задержался в прежнем, медленном ритме, затухая и покрываясь патиной, словно оставленный на чердаке среди хлама и пыли. Жители в самый острый период на какое-то время теряли сознание, многие умерли. Выжившие выглядели усталыми и безрадостными, словно в них исчезла некая пружинка, движущая развитие живого существа.

- Потом я оттуда ушёл, - тихо сказал Оллен. – Мой собственный ритм тогда изменился, я позволил этому произойти, рассчитывал понять процесс. Только всё равно не понял.

- А удачная перестройка? - Герхард что-то прикидывал про себя.

- Удачная красиво ложится, - улыбнулся Ветер.

Слушатели увидели образ другой планеты, казалось, омытой водой юности. Силы, лежащие в основе мира, слагались в яркую многоцветную радугу и звучали, как мощный аккорд.

- Вот это да! - восхитился Рэй. - Я и не знал, что так можно сделать! Просто нарисовать заново… Молодцы!

- Кто молодцы? - вскинулся Оллен.

- Не знаю, - Рэйчел пожал плечами. - Кто-то из Высших, видимо, молодёжь. И наверняка не без поддержки сверху.

- Чьей поддержки? - тут же оживился Герхард.

- Парни, я не знаю! - сник Рэй. - Мне просто неоткуда это узнать, ни в какой ипостаси. Я вообще не в курсе, что там в последнее время творилось.

- А ты не знаешь, как это работает? - поинтересовался Ветер. - Почему одно что-то или кто-то может перестроиться, а другое - нет?

В глубине сознания Рэя что-то зашевелилось, но не удавалось даже уловить смысл ответа, не то что подобрать слова.

- Знаю, - он вздохнул, - но не помню. Не вытянуть. Вот если другого меня спросить… - он обернулся к Герхарду. - Зря ты напугал Лестера.

- Оллен, что ты можешь рассказать про "зов"? – реплику Рэя воитель ответом не удостоил.

- Ничего, - разочаровал его Ветер. - Я с ним не сталкивался.

- Он был до начала волны? - предположил Рэйчел.

- Нет, после. Совсем недавно. Волна сейчас кое-где до Седьмого Круга дошла.

Рэй и Герхард переглянулись - картинка упорно ни в какие ворота не лезла.

- Кто-нибудь уже посчитал, какая доля миров подстраивается к новому ритму? – неожиданно подал голос Ярнвид.

- Точных расчетов пока нет, - Оллен приподнял голову, - но очень мало. Большинство не может.

- Тогда оно должно умереть, - объявил Рэй как нечто самоочевидное.

- Что?! – все трое уставились на него.

- То, что выводится из актива, должно быть уничтожено, - ничтоже сумняшеся пояснил парень.

- Ты это от кого сейчас говоришь? – осторожно попытался выяснить Герхард.

- Так всегда было! – продолжал вещать Рэйчел. – Иногда устаревшее оставляют рассеиваться естественным образом, когда оно ничему не мешает. А если глобальная переделка, нужно убрать. Нельзя оставлять старые схемы, если простроены новые, они всё испортят, начнётся интерференция.

- Старые схемы?! – Оллен едва не задохнулся от возмущения, туманный контур вокруг него полыхнул багровой вспышкой гнева. – Это большая часть Вселенной!

- Но она нежизнеспособна! - удивился его реакции Разрушитель. – Какая разница, когда ей умирать? Хотя если придётся уничтожить очень много, Вселенная схлопнется. Миров новой фазы может не хватить для стабилизации, есть некий предел. А если не убирать, они все заглохнут, и старые, и новые. Обратно не повернуть.

- И кто будет, как ты говоришь, «убирать»? – колко поинтересовался Ветер.

- Наши, наверно, - отозвался Рэй, - больше некому.

Повисло напряжённое молчание.

- Рэй… - Герхард и сам не знал, что он собирался сказать.

Парень вздрогнул и с некоторой растерянностью обвёл взглядом товарищей. В его глазах уже не было ни непреложной уверенности, ни напористой силы. Затем в них мелькнула догадка.

- Вы всё успели спросить? Я сейчас мог ответить.

- Ты что, не помнишь?! – не поверил Ярни.

- Как-то не очень, - оракул смущённо улыбнулся. – И помню, и самому не верится, как сон. Так чисто в первый раз вышло, похоже, связь выстраивается. Можно будет и не вызывать Высшего.

Товарищи переглянулись. Оллен снова всмотрелся в собеседника, мрачно кивнул своим мыслям, но их не высказал. Зато Герхард церемониться не стал.

- Так ты Разрушитель?

- Да, - кивнул Рэй, - если кратко. Подробно объяснять сложно и долго. Лестер знает, остальным я не стал говорить. У эльфов сказал, так они меня выгнали, хотя я не сделал им ничего плохого, - парень обиженно наморщил нос. - Почему-то Разрушителей почти никто не любит.

- Почему-то?! - нервно расхохотался Ветер. - Ты не догадываешься, почему?

- Догадываюсь, - Рэйчел уставился на него в упор, - но не понимаю. Не Разрушители придумали этот расклад, они просто делают своё дело.

Оллен примолк и отвёл взгляд, потом через силу выдавил:

- Извини…

- Что будем делать? - вернулся к главному Герхард.

- Я могу передать твои слова в качестве версии? - обратился к Рэю немного смущённый Ветер.

- Конечно, - кивнул тот. - Это и есть версия, я ж достоверно ничего не знаю. Вот доберусь до своих…

- Ты собрался вернуться?!

- Придётся, - парень пожал плечами. - Всё к одному, и, не найдя начала, ничего не понять. Я пока не знаю, реально ли восстановиться полностью, придётся рискнуть.

- В чём тут риск? - не понял Герхард. - Ты вполне способен дойти до границ Кругов в нынешнем виде, схему тебе наворотили капитально.

- В том, что причина моего теперешнего положения найдёт меня раньше, чем я её. Я за Тинни боюсь, он вбил себе в голову, что должен идти со мной, ведь полезет. Без полной силы мне его не прикрыть…

- Так зачем ты его взял? - воин выглядел удивлённым. - Странная вы парочка.

- А куда деться? - Рэйчел вздохнул, - Может, сейчас что и изменится, но до сих пор у меня без него шансов не было. Недолго проживёшь, если половину жизни не помнишь.

- А меня можешь взять? - вдруг бросил Оллен.

- Тебя?! - парень не поверил своим ушам. - Зачем?

- Я хочу разобраться, что происходит. Если ответ находится наверху, я пойду наверх. А если пойду не один, шансов у меня больше.

- И тебя устроит компания Разрушителя? - ехидно уточнил Рэй.

- Устроит.

Парень задумался, потом утвердительно кивнул.

- Хорошо, - и обратился к Герхарду: - Сколько до весны осталось?

- Немногим меньше, чем уже прошло.

- Не обязательно ждать весны, - с видимой неохотой проговорил Ветер. - Мне нужно только встать на ноги.

- Значит, дорога вовсе не закрыта зимой? - Рэй недоверчиво оглядел собеседников.

- Закрыта, - Оллен снова сделал над собой усилие, рассказывая то, что считал не предназначенным для посторонних ушей, - но не для меня. И не для Лестера, конечно.

- Лестеру нужно передать наш разговор, - спохватился Рэйчел, вставая. - Перескажешь сам? - он вопросительно взглянул на куратора.

- Ладно, - согласился тот, - иди отдыхай.

Рэй, которого вдруг резко стал одолевать сон, с благодарностью выбрался в коридор. Воин же задержался в больничном покое ещё на некоторое время, решив ради справедливости пояснить товарищам, что, если бы под рукой не оказалось увечного разрушителя с дружком-эльфом, один из них сейчас достоверно был бы замёрзшим трупом, а второй с вероятностью. Потому что никого с тэтэха Рэйчела, пусть тот пока не слишком хорошо освоил свои способности, в обители нет. Оллен смолчал, а Ярнвид простодушно признался, что парень сразу ему понравился, "надёжный".

На другой день пурга улеглась. Насельники немедленно воспользовались улучшением погоды для пополнения запасов свежего мяса, почти половина дежурной смены отправилась на охоту. За Рэйчелом же вновь зашёл Герхард и уже привычно скомандовал собираться. Парень вздохнул, ему не слишком нравилось, что с ним играют втёмную, не объясняя, чего хотят и зачем, но, видно, так здесь было принято. Тин с надеждой уставился на куратора, однако тот покачал головой: без тебя. Эльфёнок потупился. Охота без напарников ему тоже не светила, оставалось провести день в больничном покое. Впрочем, всё равно следовало закончить с перебитой лапой оборотня - других эльфов в обители не водилось, парнишка оказался пусть неопытным, но самым сильным целителем.

Рэй без лишних вопросов вышел за стену и встал, дожидаясь спутника. Однако следом на свежие сугробы выбрались двое, по фигуре парень узнал настоятеля и чуть не оступился от удивления. Плечи Лестера укрывал тёплый плащ с капюшоном, в руке он держал палку и, судя по всему, намеревался идти пешком. Герхард, выше пояса проваливаясь в снег и оскальзываясь, первым двинулся вниз по склону. Они достигли выметенного ветром дна ущелья и пошли вдоль него по твёрдому насту. Рэй подумал, что целью их вылазки наверняка является Скит, и не ошибся. В этот раз дорога показалась намного короче, хотя настоятель своих "штучек" не применял. Видимо, им просто повезло с погодой.

С этой стороны Скит выглядел столь же завораживающе, как и от переправы. Казалось, башенка сияет своим собственным светом на фоне высоких серых облаков. Зато никаких фокусов с недосягаемостью не последовало, они спокойно подошли к парадным дверям.

- Что значит этот крест? - поинтересовался Рэй у спутников, указывая на украшение на створке.

- Знак Перекрёстка, - коротко пояснил Герхард. - Скит - территория странников.

- А обитель? - не понял Рэйчел. - Она тогда чья?

- Какая обитель? - слегка преувеличенно удивился Лестер. - Кто тебе про обитель сказал?

Парень поперхнулся, затем понимающе рассмеялся.

Внутри здания с осени ничего не изменилось, никто не пробрался по следам беглецов. Герхард указал Рэю остаться возле дверцы, ведущей наверх, и обеспечить отсутствие любых неожиданностей. Проще говоря, сделать так, чтобы мимо него никто не прошёл. Рэйчел согласно кивнул, немного пожалев, что самого интересного не увидит. Сколько времени пришлось провести на часах, он не знал, показалось, что довольно много. В округе царила тишь и благодать, никаких возмущений в пространстве не ощущалось, так что с неожиданностями познакомиться не пришлось. Сверху также не доносилось никаких искажений фона или явных примет активности - то ли каморка под крышей имела встроенную защиту, то ли об том позаботились странники. Парень откровенно скучал, пока дверь не распахнулась вновь. Лица Лестера и Герхарда выглядели одинаково хмурыми.

- Волна перестройки захватила Седьмой Круг, - известил сторожа настоятель, потом мрачно покосился на Герхарда и продолжил. - Тебя предупреждают. Нельзя выходить "наверх", это ловушка.

- Меня?! - остолбенел Рэй, но тут же поспешно уточнил. - Куда именно наверх нельзя?

- За грань сотворённого. До того можно. Однако чем ближе к грани, тем мощнее окажется "зов". Вот так, мальчик… - Лестер горестно покачал головой, затем решительно направился к выходу. - Идёмте, день сейчас короток.

Тин, похоже, перетрудился. К возвращению Рея паренёк сам выглядел не слишком здоровым, вернее, испуганным и едва не со слезами в глазах.

Пока товарищ отсутствовал, эльфёнок окончательно зарастил перерубленное сухожилие на плече Ярнвида и решил подлечить Ветра. Прежде ему, конечно, не приходилось встречать никого из народа, к которому принадлежал Оллен, но юный целитель рассчитывал разобраться с анатомией по ходу дела, умение видеть до сих пор его не подводило. Тинни тщательно изучил уже поджившую рану, и та ему не понравилась. Пуля или нечто подобное ей прошла навылет, образовав рваное выходное отверстие в груди и задев довольно крупный сосуд. Если бы вестник не мог приостанавливать ток крови, то умер бы, не сойдя с дороги. А вот исправлять сложные повреждения он не умел, и лекари обители, похоже, тоже. Сосуд понемногу регенерировал сам, изгибаясь петлёй, что не позволяло восстановить нормальный кровоток. Тин объяснил Оллену, что усмотрел, и по просьбе раненого решили взяться за хирургию. Следовало рассечь повреждённый сосуд, правильно совместить обрезки и срастить их между собой. Сращивать ткани парнишка умел хорошо, анестезия тоже ложилась на эльфячьи плечи, Ветер настоятельно просил не привлекать помощников, если не возникнет острой нужды. Парень даже готов был терпеть операцию без наркоза.

Один помощник и так находился на месте. Ярни, как любой боец, мог оказать неотложную помощь в полевых условиях. Сейчас ему пришлось одной рукой с подмогой и по командам эльфа орудовать острым ножом, что было далеко не просто, потому что внешний вид пациента то и дело менялся, разрез выскальзывал из-под ножа. Парнишка, наконец, "склеил" собранный в нужном виде сосуд, следом потребовалось вновь зарастить рану, на этот раз хирургическую. Когда вместо зияющего кровавого разреза грудь Ветра украсил свежий шрам, руки у Тинни дрожали, а голова кружилась.

В урочный час заглянула дежурная девушка-целительница и, всплеснув руками, кинулась за коллегами. Впрочем, помощь нужна была лишь в наведении порядка, следовало оттереть пол, перестелить бельё, отмыть Оллена, а Ярни с Тинном сопроводить в умывальную и выдать обоим чистый наряд. Волк, решив, что дальше его организм справится сам, собирался переселяться в свою келью, однако, подумав, задержался, чтобы присмотреть за товарищами. Ветер после процедуры валялся без сил со слабой улыбкой на меняющейся на глазах физиономии, сил на стабилизацию облика у него не осталось, извёл на ослабление кровотечения и чтобы не орать от боли. Если б не поддержка Тина, орать-таки бы пришлось. С юным же целителем творилось нечто странное, эльфа потряхивало, внезапно осунувшееся лицо выглядело бледной маской в обрамлении рыжих волос. Ярни даже сбегал к выходу, узнал, что Рэйчел пока не вернулся, и попросил часового сразу же направить того в больничный покой. Отчего-то волк ощущал сильное беспокойство. Чутьё говорило ему, что состояние Тина не объяснить лишь усталостью после тяжёлой работы, сколько бы сил тот ни израсходовал на неё.

- Что произошло?! - бросился к эльфёнку Рэйчел, едва войдя в покой. - Ты что-то увидел?!

- Нет, то есть, да, - прошептал Тин. - Я не смог увидеть, вообще не смог дотянуться!

Парнишка всхлипнул и часто заморгал, стряхивая слёзы.

- Тинни, горе ушастое, объясни, куда ты дотянуться не смог? Я не понимаю, когда у тебя одни междометия в голове!

- Домой! - выкрикнул эльфёнок, вздрогнув. - Как будто моего мира не существует! Я устал и попробовал заглянуть в наш лес, это помогает, а там как стена, за ней всё дрожит и множится, кусочками... - он опять всхлипнул, - мелкими. Что-то случилось, Рэй, когда мы оттуда ушли…

Трое парней озабоченно переглянулись, затем Оллен кивнул.

- Случилось, Тин, - подтвердил Рэйчел, - но не только с твоим миром. Эта дрожь продолжает распространяться дальше, она может прийти и сюда. Ветер, - он обернулся к страннику, - расскажи сам, раз уж ты это видел.

Парнишка в отчаянии повернулся к недавнему пациенту.

- Ты знал?! И не сказал мне?!

- Я не знал, что уже затронут твой Круг, - оправдываясь, пробормотал тот. - Так быстро…

- Лестер узнал об этом сегодня, - мрачно уронил Рэй. - Седьмой Круг накрыло волной.

- Какой волной? - жалобный взгляд огромных синих глаз эльфа перебегал по хмурым лицам. - Да объясните же!

- Кто бы нам самим объяснил? - буркнул Ветер. - Что-то непонятное происходит со всей Вселенной, мы назвали это "волной", надо же как-нибудь называть. Она движется сверху вниз и меняет миры, некоторым удаётся подстроиться под неё, они обновляются, как рождённые вновь, но большинство затухает. Рэй собрался туда, откуда она пришла, я иду с ним.

- Я тоже! - быстро вставил Тин и схватил руку Рэйчела. - Мы ведь зайдём к нам? Правда?!

- Да, зайдём! - пообещал тот, думая об Аэлми. - И пусть попробуют меня поймать и отдать Серым!

- Там будет не до того, - успокоил Оллен, скорчив гримасу отвращения при упоминании Серых, - если волна пришла, то блажь из голов уже выбило.

Выражение лица Ярнвида выдавало удивление и усиленную работу мысли, однако волк молчал.

- А как мы через неё пройдём? - запоздало спохватился эльфёнок.

- Там видно будет, - Рэйчел беспечно махнул рукой. - Оллен вон несколько раз проходил, он вообще позволил ей себя перестроить. И нам придётся.

- Так он же странник, - блеснул познаниями Тин, - у них адаптивность повышена.

- Мне кажется, дело не в адаптивности, - задумчиво проговорил Ветер. - И также кажется, что у тебя не будет проблем. Ты настоящий.

Парень смолк, поражённый неожиданно вырвавшимся словом. Оно выглядело очень близким к тому, которое следовало произнести.

Разрушитель застыл столбом, прислушиваясь к чему-то внутри себя. Его тёмные глаза вдруг блеснули золотом.

- Истинный! - воскликнул он, просияв. - Я понял - волна отделяет истинное от искажённого! У нас говорили, что Вселенная замышлялась совсем не такой, какой она всем известна, план был нарушен, идея извращена. Сейчас кто-то помнящий, как оно должно быть, пытается собрать и восстановить изначальное! Я был неправ, это не молодёжь, он или они из Первых! Из тех, кто начинал Творение!

- О Первых давно никто не слыхал, - засомневался Оллен, безоговорочно приняв главную догадку Рэя.

- Теперь услышат! - уверенно заявил тот. - Нам и впрямь нечего опасаться, ничего не грозит тем, кто не действовал против своей сути. Если, конечно, сама суть истинная, - добавил он, умерив пафос, и быстро взглянул на эльфа. - Тинни, ты как, успокоился?

Тот кивнул, слёзы у парнишки высохли, взгляд повеселел.

- Я к Лестеру! - Рэйчел кинулся к двери, и только звук быстро удаляющихся шагов долетел из коридора.

- Вот за него я не уверен… - прошептал Ветер, видимо, себе самому, но его услышали.

- Почему? - сразу забеспокоился Тин. - Рэй тоже истинный, самый настоящий, он никогда не шёл против своей сути! Я видел.

Парнишка стушевался и замолчал, не рискнув признаться, что именно ему довелось повидать.

- Он сильно отличается от настоящего, - раздумывая о чём-то своём, не согласился Оллен, - хотя, похоже, его заслуги в том нет.

- Если кто заболел или его ранили, разве от того теряется суть? - упрямо гнул своё эльф. - Эль… - он запнулся, сообразив, что едва не ляпнул лишнее, и поспешно исправился, - Рэй не поддался, у него просто повреждена память. И энергетическая схема тоже.

Паренёк вздохнул и решительно добавил:

- А душа не тронута!

- Он ведь всё равно пойдёт, - угрюмо констатировал Ярни.

Возражающих не нашлось.

[1] Квэнья - "высокое наречие" эльфов, один из распространённых языков, канонический для магического применения.

Глава 9

Ранним вечером двое взрослых и подросток молча сидели над обрывом, за которым начиналась сухая каменистая пустыня. За их спинами шелестел чахлый редкий лесок, если так можно назвать горстку стволов, покрытых длинными и узкими серыми лохмотьями вместо листьев. Слабенькое светило спряталось за далёкий горный кряж слева, но в небе пока разливалась белёсая голубизна, которую ночью, если не натянет туч, сменят редкие неяркие звёзды. Парнишка скорчился, охватив руками острые коленки, взрослые ёжились и передёргивали плечами. Всех троих слегка потряхивало, но причиной был отнюдь не злой порывистый ветер. Ветра они как раз не чувствовали, остался последний шаг - дорога к лесным эльфам уходила прямо с обрыва в нескольких сотнях шагов правее.

Последние дни в обители пролетели быстро. Тина местные целители упросили показать, как тот управился с плечом Ярнвида, паренёк честно попробовал объяснить, однако эльфов среди них не нашлось. Наконец он выбрал двоих самых способных - парня и девушку - и старательно передал, как расправляют, соединяют и сращивают тонкими ниточками энергии тонкие нити связок. Ученики вызвали героического добровольца, разрезали ему палец и совместно сумели восстановить, после чего крайне возгордились собой. Так эльф отблагодарил за приют и тепло.

Рэйчел всё время проводил с Лестером, втискивая в память места и координаты потайных баз, вербальные и полевые пароли, кодовые жесты, сигналы, запутанную иерархию и отличительные знаки странников. Допуски высшего уровня настоятель, конечно, не передал, но основательно позаботился, чтобы "мальчик" не остался без страховки и помощи, когда и куда бы того ни занесло. Парень не уставал удивляться, пока та-йон не признался, что часть странников, не декларируя этого, но и не особо скрывая, издавна поддерживает союз с Разрушителями: "Членам твоей семьи редко доводится нежиться в домашнем тепле, а дороги у нас одни, делить нечего". Оставалось согласиться.

Оллен быстро восстанавливал силы. Через пару дней парень уже ковылял по обители, невзирая на ругань лекарского персонала и даже самого настоятеля. Устав, парень изменял облик и двигался дальше. Когда Ветер взялся за оружие, взвыл даже Тин, но тот, сжав зубы, упорно вертел тяжёлый клинок: кости срослись, рана затянулась, следовало упрочить результат, ведь в дальней дороге не стоит рассчитывать на "авось, прокатит". На следующий день парень вышел на тренировочный поединок.

До дороги их провожали Герхард и Ярни. Лестер простился загодя, вызвал всех троих в приёмную, прижал по очереди к меховой мантии, шепнул каждому несколько слов, по-стариковски замигал и выпрямился с суровостью в лице и напряжённо сведёнными крыльями за спиной. В ответ Рэйчел проглотил комок в горле и поблагодарил, путаясь в словах и смущаясь. Тинни сам нашептал что-то в тонкие светлые волосы та-йона, Рэю показалось, он расслышал произнесённое на сейдхэ "дедушка". Оллен дрогнувшим голосом пообещал вернуться. Лестер величаво кивал, щуря светлые глаза, когда Рэя вдруг пронзило понимание, что старик прощается навсегда. За время, пока Зимний Ветер вернётся, волна может добраться сюда, и старому страннику её уже не пережить. Разрушитель с лёгким свистом втянул воздух и сжал сведённые внезапной судорогой челюсти, не позволяя догадке отразиться в лице. Он полагал, ему это удалось.

Конечно, раз среди путников находился Оллен, идти с ними к дороге не было никакой нужды, но Герхард как куратор вменил себе в обязанность сопровождать подопечных до их последнего шага по этой земле, а волку просто хотелось ещё немного побыть в хорошей компании. К тому же техника безопасности запрещала отправляться в горы по одному, тем более зимой, даже заместителю настоятеля. Пробираясь при свете дня по уже известной тропе, Рэйчел изумлялся, как им удалось преодолеть её ночью в метель. Возможно, подумалось ему, потому и удалось, что саму тропу парень тогда не видел и вообще не видел ничего далее трёх шагов.

Расставание вышло натянутым и церемонным, все участники печалились, и никто не хотел показывать своих чувств. Лишь Тинни, не стесняясь, от всей эльфячьей души обнял обоих остающихся и потом громко шмыгал носом. Ветер поднял руку в прощальном жесте странников, Герхард и Ярнвид ответили тем же. Ладонь Рэйчела неожиданно для него вдруг тоже поползла к плечу, на ней вспыхнул личный Знак Эльо. Герхард аж вытянулся лицом и встал по стойке смирно, прочитав, что перед ним наследный носитель одного из Клинков Хаоса. Воин счёл эту демонстрацию знаком доверия и не ошибся - Разрушитель на самом деле не знал, чем отблагодарить товарища, кроме как представиться тому по всей форме. Неискушённому в символике Ярни картинка ничего не сказала. Наконец Оллен прошёл к центру окружённой скальными стенами заснеженной площадки, постоял и махнул рукой: "Идём!"

Рэйчел воспользовался путешествием, чтобы наконец удовлетворить любопытство и хотя бы из Оллена вытрясти всё, что тот мог рассказать про обитель. Странник сперва отнекивался, потом отмалчивался, но Разрушитель оказался неумолим. Ветер начинал рассказ неохотно, пока не увлёкся, выложив даже то, чего любопытный парень услышать не ожидал.

Рэй понял верно - обитель не относилась к обычным убежищам странников, разбросанным по множеству миров. О ней вообще знали немногие, всем остальным хватало сведений о наличии придорожного поста на одной из тупиковых планет. Местное население не могло похвастать ни яркими талантами, ни особенным мастерством, ни уникальными природными ресурсами, так что планетка никого не интересовала. Официально уходя на покой, Лестер объявил о намерении занять тихое местечко смотрителя, о чём и помнили все, кому большего знать не полагалось. Тогда-то и "заложили первые камни в основание стен обители", как высокопарно выразился Ветер. А если по-простому, то товарищи старика, "решив устроить пышные проводы на отдых, совершенно случайно отправились гулять в горы" - здесь рассказчик издал короткий смешок - и наткнулись на полуразвалившееся сооружение. Странники лазили по руинам несколько дней, после чего с удовлетворением покивали и отправились собирать не самых болтливых строителей из разных миров. Те, не задавая лишних вопросов, сделали, что им было указано, получили за работу и отправились восвояси с наказом забыть о нескольких трудовых месяцах. Впрочем, им всё равно не удалось бы объяснить, где именно они провели это время, а уж извещение, что строители чего-то там строили, тем более не могло никого удивить. Разве, упомяни кто о небольшой бригаде гномов, которые ковырялись где-то под землёй и почти не разговаривали с людьми.

Затем по дороге прошли караваны, доставившие необходимую мебель, утварь, инструменты и принадлежности, а также запас продовольствия. Впрочем, кто, что и куда везёт обычно не представляет интереса для посторонних. Первыми насельниками стали несколько странников, по случаю заработавших некоторые проблемы в личной жизни. Парням подвернулась возможность исчезнуть с общественного горизонта до поры, пока о них забудут.

Безвылазно сидеть в горах скучно, и обитатели "монастыря" по очереди отправлялись путешествовать по планете. А по той вдруг поползли слухи о Ските в горах, куда может прийти любой, не вписавшийся в обычную человечью жизнь, вместо того чтобы лезть в петлю. К перевалу потянулись романтики всех возрастов, однако никто не вернулся обратно. Молва озадачилась, притихла и потекла шепотком. Наплыв "искателей ветра" иссяк, оставив стабильный тоненький ручеек, ведь процент "желающих странного" постоянен в любых мирах. А оборотистые сограждане поставили таверну на их пути и завели нескольких проводников, хорошо знающих окрестные горы. Однако слухи своё дело сделали - дальше Скита не рисковал сунуться ни один проводник, который хотел вернуться.

Странники не занимались благотворительностью, они обеспечили прикрытие: вышедший на покой старик чудил и вздумал спасать чудаков на заштатной планете. Вырвавшись на просторы Кругов, те пересказывали легенды о сказочном Ските, описывали восхитительное по архитектуре здание и делали большие глаза при вопросе "а не заметили ли они чего вокруг?" Что замечать? Там горы! В саму обитель попадали лишь те, кто мог впоследствии присоединиться к ордену либо не хотел покидать родной мир, довольный уже тем, что избавился от вызывающего отвращение общества местных людей. Будущие странники принимали "монастырь" за обычный учебный лагерь, тем более что им не с чем было сравнить, анахореты же оставались в нём навсегда, занимаясь хозяйственным обслуживанием здания, водопроводом, отоплением и прочими прозаическими, но необходимыми вещами. Они да ещё Настоятель являлись единственными постоянными жильцами обители. В последний год там же безвылазно находился Герхард, понемногу перенимая бразды правления из слабеющих рук.

Однако обитель не только служила надёжным убежищем для "своих", кому следовало на некоторое время исчезнуть. Беглецы могли провести его либо в дружеском кругу, если строгой секретности не требовалось, либо в отдельных кельях со всеми удобствами глубоко в скале, укрытых от внешнего физического или магического взора. О них знали лишь настоятель, Герхард да самые старые верные слуги. Двойное назначение имел и Скит. Серебряная игла на башне не просто сводила с ума красотой, но служила идеальной антенной. А неказистая планетка на своём извилистом пути по вселенной как раз попала в область узла информационной сети.

Пути перемещения информации сходны с путями для материи, какими являются магистраль и целая система дорог. Далеко не все из них напрямую проложены странниками в пустоте, многие идут по естественным линиям изломов пространственных структур. Правда, об этом почти никто не знает, кроме Служителей высокого ранга да, возможно, связистов Изначалия, которые могут помнить, как устроены потроха вселенных. Но связным, желавшим выжить, следовало забыть о прошлом. А странники, обнаружив однажды столь похожую сеть, решили оставить открытие для собственных нужд. Потому что во вселенной нет проблемы, как доставить куда-либо информацию, зато есть - как её надёжно укрыть. Древние каналы информсети работали как оптоволокно, не позволяя сигналу разбегаться и давать отсветы. Узловые станции служили перекрёстками и маршрутизаторами, позволяя в любой момент скрытно получить пакет и переправить его по нужным адресам. Правда, для управления такой станцией требовались особые способности, врождённые и довольно редкие. Они оказались у Лестера, ими же в потенциале владел Герхард, так что выбора у воителя не оставалось. У странников не принято ставить во главу угла личные желания, Служитель Дороги обязан исполнять любую работу.

На этой оптимистичной ноте Зимний Ветер прервался и, подумав немного, решил не продолжать. Рэйчел не настаивал, а эльфёнок, похоже, вообще не услышал ни одного слова из всей долгой истории. Его голову занимали только мысли о доме, к которому они постепенно приближались. В связи с катастрофическим положением в зоне фронта волны Оллен ожидал нарушений в структуре дорог, следовало быть крайне внимательными, чтобы не оказаться неизвестно где. Вот они и добирались до каменистого обрыва почти десять дней.

- Может, тебе лучше остаться? - на всякий случай предложил Ветер.

- Нет! - Рэйчел, не отрываясь, смотрел в одну точку над горизонтом, ничем не отличную от остальных.

Эльф только вздохнул, прекрасно зная: ежели товарищ что себе в голову вбил, подвинуть вбитое никому не возможно.

- Тогда пошли, - странник поднялся первым. - Туда доведу, обратно не обещаю.

"Туда" они добрались довольно скоро. Оллен молча шёл первым и, лишь сделав пяток шагов по лесной тропе, сморщился, как от зубной боли, и процедил, присаживаясь под ближайший куст:

- Как раз под пик угодили. Дерьмо!

Тинни с вытаращенными испуганными глазами плюхнулся рядом. Рэй попытался продемонстрировать образец выносливости, но не выдержал и со сдавленным шипением присоединился к друзьям.

- Я сейчас лопну! На маленькие кусочки! - пискнул Тин и тихонько заскулил.

Парнишка явно чувствовал себя очень плохо. Рэйчел ничем не мог ему помочь, его самого мутило, внутренности вибрировали и, казалось, рвались в лохмотья. Странник лишь резко исхудал и сжал зубы, ему тоже было нехорошо.

Эльфёнок побледнел, в глазах появилось отсутствующее выражение, словно он готовился потерять сознание.

- Эльо! - прошептал Тин, вцепляясь в руку друга как в последний оплот.

- Ого! - Эльорэ с интересом огляделся и потряс головой. - Никогда не думал, что такое увижу! Прямо как у нас в Хаосе.

Он опустил глаза и хмыкнул, разглядывая эльфёнка, затем положил ладонь тому на лоб. Тин глубоко вздохнул и попробовал улыбнуться.

- Да, неприятно звучит с непривычки, - согласился Разрушитель, - потому что дисгармония. Если одну частоту слегка подкрутить, получим полурезонанс, его легче переносить, лучше менять нижнюю.

- Мне уже легче, - подтвердил эльф, - но сейчас всей планете плохо. Ты можешь для неё подкрутить?

- Мог, когда пребывал в нормальном виде. А так… - парень махнул рукой. - Придётся ей самой выкручиваться. А ты как себя чувствуешь? - Эльо повернулся к страннику.

- Я на верхний ритм ушёл, - ответил тот. - Мутит всё равно, конечно, но ничего страшного. Бывало и хуже.

- Такое надолго?

- Несколько дней, потом пойдёт разделение и станет легче. Точнее не скажу, мы не знаем, когда оно началось, - странник отчитывался по-деловому бесстрастно. - Сейчас идёт перестройка, пока нельзя сказать, чем дело кончится, сумеет мир целиком перейти в быстрый ритм или нет. Но мир отдельно, а жители каждый сам за себя, для отдельного существа всё от него самого зависит.

- Что зависит? - уточнил Тин, почти ничего не поняв из объяснений "специалиста".

- Что с ним будет. Попробуй настроиться на самую высокочастотную вибрацию, какую сейчас ощущаешь, пропустить её в себя и позволить ей собрать тебя заново из тех кусочков, на которые, как тебе кажется, ты рассыпаешься. У тебя должно получиться, давай!

- Я боюсь, - поёжился паренёк.

- Не бойся! Если что-то пойдёт не так, твой друг тебя остановит.

Эльо озадаченно покосился на Ветра, не очень представляя себе, как можно остановить подобный процесс. Однако Тинни рискнул. Он отвёл руку Разрушителя, стоически зажмурился и сжал кулачки.

- Расслабься, - подсказал Оллен. - Слушай самый высокий "звук" и позволь ему тебя увести.

Кулаки разжались. Спутники переглянулись и принялись ожидать, чем дело кончится.

Через некоторое время парнишка открыл глаза и удивлённо прислушался к окружающему.

- Кажется, удалось… Хорошо, что ты стал объяснять про звук, я представил, что это просто неудачная музыка.

Товарищи дружно фыркнули, отбросив беспокойство за паренька. Тин справился.

Неожиданно парнишка поднялся, шагнул к ближайшему дереву и обнял ладонями ствол. Лицо эльфёнка стало серьёзным и строгим, не столь давно он с таким же выражением лечил Оллена. Вдруг обоим зрителям показалось, что растение окутал лёгкий серебристый туман и быстро втянулся в кору и листья. Тинни опустил руки и удовлетворённо выдохнул:

- Получилось.

- Что ты делал? - заинтересовался Ветер.

- Я помогал дереву. Идёмте в селение! Нужно показать всем, - озабоченный паренёк не находил себе места. Ему полегчало, но раздираемый на части мир вокруг по-прежнему вопил от боли, и от этого нельзя было никуда убежать.

- Ты знаешь, где оно? - уточнил странник.

- Да, конечно. У нас здесь построена своя маленькая магистраль, к ней многие выходы с дорог привязаны. Нам немного по ней и потом свернуть!

- Веди! - Оллен поднялся, выглядел он уже вполне бодро и даже, казалось, светился неким едва заметным, но чистым, как блеск кристалла, сиянием.

Эльо поспешно вскочил следом. Разрушитель чувствовал себя как дома, разве что физическое тело, к которому он был поневоле привязан, испытывало дискомфорт, но на него не стоило обращать внимание. Не развалится! Парень заставил тело споро переставлять ноги и забыл о нём. Новый ритм завораживал, пьянил и будоражил, хаосит готов был свернуть галактики, лишь бы эта музыка стала вечной. Эльо подумал, что хорошо бы найти тех, кто всё это затеял, собрать всех, кто готов помочь. "Так вот зачем вызывают "наверх" Высших!" - проскочила мысль. Как он не догадался сразу?! Собрать вместе, объединить и затем запустить глобальную переделку, исправление всех ошибок, совершённых во все времена. Вот где сейчас место подлинных хранителей сотворённых миров, кому не безразлична их судьба, и его место тоже. О нём вспомнили, его тоже зовут, ему необходимо идти, он там нужен!

- Эльо! Да очнись ты! - Тинни дёргал друга за рукав и подпрыгивал от нетерпения. - А деревне ты сможешь частоту изменить? Чтобы сразу всем показать?

- Боюсь, что нет, - покачал головой выдернутый из мечтаний Разрушитель. - Только поштучно.

- Ладно, давай поштучно, - согласился Тин.

"Но я нужен и здесь, - мысль разрушила красивую картинку будущей всеобщей гармонии. - Я не могу оставить Тина, Ветра, я нужен своей Семье и поклялся разыскать Лайо, братишка может не выпутаться один. Мне нельзя уходить!"

"Ты должен быть с теми, кто решился на героический подвиг - спасти Вселенную. Иначе она погибнет".

"Я не могу. Я должен быть с теми, кому я это пообещал".

"Ты нам нужен! Без тебя никак!"

"Я обещал".

"Ты должен!"

"Я у вас не одалживался!" - мысленно рявкнул Эльо, стряхивая морок. Ничего себе! Это что, так и выглядит тот самый "зов"? А ведь его едва не сманили! Увлечённый романтикой открывающихся перспектив, он как-то не вспомнил ни об опасениях Герхарда, ни о предупреждении странников, заслушался, едва не поверил. И как ловко под ритм подстроились! "Собрать вместе, а затем уничтожить! - зло фыркнул Разрушитель. - Знакомо, слишком знакомо! Зря только помянули про долг, на наших это не действует. А ведь на Творящих должно, у многих там пунктик насчёт "долга". Вот тут они и попали, бешеный дракон их всех раздери!"

Эльорэ не рискнул поделиться своими размышлениями с друзьями, которых проблемы Высших непосредственно не касались, к тому же тем явно было не до того. Путники добрались до селения. На улице не виделось ни души, однако эльф нырнул в первый попавшийся дом и замахал оттуда, призывая на помощь друзей. В первом же помещении на диванчике, обычно предназначенном для гостей, обнаружился пациент.

Эльо знал парнишку в лицо, тот заходил на веранду Суида. Сейчас сознание паренька едва мерцало, он и Тинни не узнавал. Кроме юноши в доме в таком же состоянии находились двое взрослых эльфов и двое мальчишек-близнецов. По молчаливой просьбе юного друга Разрушитель смягчил для страдальца диссонанс частот. Вскоре паренёк очухался, завертел головой и слабо улыбнулся, узнав гостя:

- Привет.

- Слушай меня, - отвлёк его Тин. - Представь, что дрожь, которую ты ощущаешь, - музыка. Найди самые высокие ноты.

Юноша задумался, потом обрадовано кивнул.

- А теперь тебе нужно слушать только их и больше ни на что не обращать внимания, как бы плохо ни стало. Понял?

Тот кивнул.

- Отпускай! - Тин махнул Эльо и сам опустил руки на голову паренька, из-под них опять заструился лёгкий серебристый туман.

Через несколько минут пациент изумлённо распахнул глаза, оказавшиеся серыми и сияющими, и сел.

- Спасибо! - выдохнул он от всей души.

- Ты понял, что я сделал с тобой? - деловито осведомился Тин. - Повторить сумеешь? Нужно взять эту "музыку" и отдать ей всё, что есть в существе, даже если оно сопротивляется. Когда настанет гармония, можно отпустить, ты увидишь это - исчезнет туман.

- Я понял, - молодой эльф озирался по сторонам. - Ты поможешь моим родным?

- Нет, - покачал головой Тин. - Ты сам им поможешь и всё объяснишь. А потом вы все отправитесь помогать дальше. Так будет быстрее, - эльфёнок застенчиво улыбнулся.

- Да! - Юноша преисполнился энтузиазма и встал. - Ты это хорошо придумал!

Гости ненадолго задержались, наблюдая за действиями первого мобилизованного "прогрессора", убедились, что тот успешно справился с приведением в чувство младшего брата, и отправились дальше. Тинни рвался к своим родным, Эльо хотел в первую очередь навестить целителей, Оллену было всё равно, поэтому спасатели разделились. Странник решил, что ему лучше оставаться с эльфом.

Эльорэ почти вбежал на знакомую веранду и только здесь позволил себе услышать мелкого червячка в сознании, нудно пищавшего о беде. Дом пустовал! Спасатель, не веря ощущениям, решительно прошёл во внутренние помещения, не предназначенные для гостей, впервые увидел, где и как обитали Шестой и его ученица. Разрушитель растерянно озирался, не зная, что предпринять. Хозяева ушли. Ушли?! Парень оглядел кладовку, где целители хранили травы и иные ингредиенты для "зелий": двери шкафов и шкафчиков нараспашку, полки пусты, по полу рассыпан какой-то порошок, вероятно, из порванного пакета, валяются стебельки и сухие цветочные венчики. Суид бы такого не допустил!

Эльо покинул разграбленное жилище и нырнул в первый попавшийся дом. Там проживала большая эльфийская семья, знакомых, однако, не нашлось. Самому старшему представителю помощь уже не требовалась, разве что похоронный обряд. Среднее поколение не проявляло признаков разума. Парень отыскал ровесника и, не тратя время на облегчение страданий и объяснение ситуации, загнал в верхний ритм. Эльф в ужасе уставился на него.

- Где Аэлми?! - тут же набросился Эльо.

В глазах эльфа стоял животный страх.

- Они ушли! - взвизгнул он.

- Куда?

- Не знаю! Не мучай меня, я ничего не знаю!

- Мучить? - недоуменно переспросил Разрушитель, никак не ожидавший, что его примут за первопричину страданий. - Когда ушли?! Когда здесь всё началось?!

Вопрос был просто образцом конкретики, но парень решил, что допрашиваемый разберётся.

- Нет, раньше. Они ушли раньше!

- Кто знает, где их искать? Первый?!

- Я не знаю! Не знаю!

- Дерьмо! - Эльо резко поднялся и выскочил из дома, даже не объяснив пациенту, что тому следовало делать дальше.

В селении началось движение. Эльфы от края деревни, куда сперва заглянули гости, расходились по прочим домам, ставя на ноги соседей и обучая их несложному процессу подстройки.

Эльорэ подумал, что застанет Тина у его родных, и не ошибся. Парнишка сидел возле кровати отца и чуть не плакал. У изголовья с ноги на ногу переминался Оллен, его контур неуверенно мерцал в полумраке. Сестрёнки с надеждой смотрели на брата, а его мать утирала слёзы.

- У меня не выходит! - горестно пожаловался эльфёнок, заметив друга. - Я настраиваю, а всё обратно слетает.

- Может, ты просто устал? - предположил тот и поделился своим горем: - Аэлми пропала, и Суид тоже!

- Как пропала? - не понял Тин.

- Дом пуст, сосед сказал, что они ушли, мне не удалось узнать больше. Может, твой отец в курсе?

Эльорэ окинул взглядом распростёртое тело Девятого. Тинни поднялся, высвобождая проход. Разрушитель коснулся головы хозяина дома.

Наои открыл глаза и с ненавистью всмотрелся ему в лицо.

- Ты?! Доволен?! Любуешься на своих рук дело?!

- Ты свихнулся, - презрительно бросил Эльо. - Делать мне нечего, ради твоего гадюшника перекраивать всю Вселенную! Где Суид и Аэлми?

- Тебе незачем знать, - выплюнул эльф.

- Тинни, я ничем не смогу тебе помочь, - сообщил Разрушитель.

Эльфёнок с горестным недоумением смотрел на отца.

- Что с ним такое? Он как будто действительно не в себе. Не злись, пожалуйста!

- Скорбные умом недостойны благородной злости! - зло фыркнул Эльорэ. - Пусть ответит, куда делись целители!

- Я не знаю, - отвёл глаза Девятый.

Сын уставился на него, расширив глаза.

- Отец, ты сказал ложь!

- Замолчи, щенок! - сорвался Наои. - Можешь дальше бегать за ним хвостом, свой дом ты уже разорил! Смотри, хорошо смотри, кого ты сюда притащил и что он со всеми нами сделал!

Тин растерянно озирался, вскидывая глаза то на мать и сестёр, то на друзей. Эльо отнял руку и встал, Девятый забился в корчах. Эльфёнок попытался снова вызвать серебристый туман, но тот исчез, не сгустившись.

- Тин, ты не сможешь ему помочь, - осторожно заговорил Оллен. - Вспомни, что мы говорили про суть! Его искажённая сущность не может принять изменений. Извне здесь ничего не сделать.

- Он мой отец… - потерянно прошептал Тин, поднимаясь.

- Я сожалею. - Ветер сделал шаг и опустил руку на плечо эльфёнка.

Моэминсейл заплакала, не скрываясь, сестрички немедленно подхватили и тоже заревели в голос. Из глаз Тинни выкатились две дорожки слёз, но паренёк стоял молча и прямо. Эльорэ развернулся и вышел на улицу.

Через какое-то время парень вернулся, ровным голосом сообщил Тину и Ветру, что Первый мёртв, а Второму он помог с настройкой, но тот ничего не знает, и опустился на пол, утратив интерес к происходящему. Он попытался отыскать девушку на Кругах, но не смог пробиться через сносящую все установки припадочную реальность, трясущуюся в лихорадочной дрожи. Разрушитель скрипел зубами и давил в себе безумную ярость, понимая, что если сорвётся, находясь в родном мире Тина, потом будет очень стыдно, а парнишка ему этого не простит.

Эльорэ просидел неподвижно до темноты, не реагируя на обращения и вопросы, затем поднялся, отыскал Ветра и объявил, что возвращается на обрыв и будет ожидать его там. Странник покосился на Разрушителя, потемнел кожей и не рискнул уточнять причины решения, лишь спросил, что передать Тину. "То же самое передай", - с выразительностью говорящей куклы выдавил из себя Эльо и ровным шагом покинул дом. Не следовало оставаться в нём, мешая хозяевам, которым было не до гостей. Не стоило и возвращаться в дом Суида: посиди он там, и никакие скрепы рассудка не удержат бешенства мести. Парень подумал было заночевать в лесу, но понял, что каждую минуту станет ожидать Аэлми. Оставалось убраться подальше и перебеситься в одиночестве. Можно было ещё попытаться заснуть, но хаосит сомневался, что это получится, - новый ритм мира держал на взводе, казалось, включённый в него калека получил неиссякаемый источник энергии. Сейчас Разрушитель не расходовал запасы тела, он всего лишь управлял им.

Парень отошёл подальше от деревни и рванул в космос. Ресурсы модернизированной Суидом энергетики позволяли выход с созданием полевой оболочки даже без подключения силы Высшего. Сейчас Эльо легко вышвырнул тело с планеты, а следующим броском оказался далеко в открытом космосе, перескочив вверх через пару Кругов. На обрыв спешить незачем, никого там пока что нет. Эх, вот бы распустить крылья! Для этого необходимо уйти в энергетический облик, и на крыльях запрещено перемещаться вблизи обитаемых звёздных систем. Вокруг не наблюдалось систем, зато болтался маленький обитаемый кокон с чужим, но единственным доступным ему телом, которое, несмотря на все навороты, в энергооблик переходить не могло.

"А если попробовать? - нарисовалась мысль. - Перевести это в энергию? Я ведь смогу!"

"Да, сможешь, - ответила ей другая, - а обратно слабо?"

Обратно было слабо, в этом Разрушитель себе отчёт отдавал.

"Зачем тебе обратно? - вкрадчиво спросил космос. - Оставайся таким! Мы с тобой едины, ты во мне, я в тебе".

Эльо всё-таки попробовал и аккуратно растянул чёрные сверхтонкие полотнища, улавливая свет далёких звёзд. Потом тронулся вперёд, разгоняясь быстрее и быстрее. Он понимал, что ведёт себя как безумец, но ему было всё равно. Скорость, скорость! Бешеный стремительный полёт в пустоте! Лёгкая щекотка наполняющих её полей энергии переходит в восторженный визг пронизывающего потока, нотки излучений отдельных звёзд, как запахи или струйки вкуса, взрываются внутри, рассыпаясь остывающими искрами, доводя наслаждение до экстаза. Как долго он этого не испытывал, как же ему не хватало простой сумасшедшей гонки взапуски с самим собой!

"Давай вверх! - подзуживал космос. - Выше! Выше! Тебя ждут!"

"Меня ждут друзья", - возразил парень болтливой пустоте.

"У тебя нет друзей! - расхохоталась та. - У Разрушителей друзей не бывает!"

"Врёшь! Ты врёшь! Ты не космос! - Эльо резко затормозил и втянул поглощающие экраны. - Запомни, если я приду, я убью тебя! Запомните все! Слышите! Я вернусь и убью вас!"

Тут до него всё же дошло, что не стоит орать такое на всю Вселенную, и парень в несколько прыжков, чтобы запутать след, спикировал на обрыв.

Там по-прежнему завывал ветер, только вечер сменило утро. Темнота уже ушла, серые промозглые сумерки вот-вот обещало разорвать голубоватое небольшое солнце. Эльо сел, глядя в сторону восхода, и почувствовал, что замерзает. То ли его нагнал нервный озноб после неконтролируемого выплеска эмоций, то ли энергетическая мощь оказалась иллюзией, и теперь следовало расплачиваться за перерасход, то ли это побеждал банальный предутренний холод. Но солнце всё-таки выскочило из-за горизонта, принялось размеренно карабкаться ввысь, тогда парень свернулся калачиком и заснул, стараясь удержать тепло на пронизывающем ветру. Тёплую одежду, в которой покидал обитель, он конечно забыл в эльфийской деревне, хорошо хоть оружие прихватил.

Проснулся Рэйчел несколько часов спустя и долго вертел головой, силясь понять, как и почему здесь очутился. Последнее, что сохранила память, - путешествие в эльфийский лес. Может, ему стало плохо, и друзья вытащили бессознательное тело назад? Тогда почему оставили в одиночестве? И где его дорожный мешок? Непохоже, чтобы в этой глуши водились воры. Может, он на самом деле никуда не ходил? Ведь ему предлагали остаться. А память сочла реальностью красочный сон? Но опять - где его вещи? На солнце было жарко, однако парень помнил, как вечером втроём дрожали на холодном ветру. К тому же он не отказался бы перекусить, а в окрестностях ничего подходящего не наблюдалось. "Ладно, - решил Рэй, - раз меня внезапно оставили одного, то ненадолго. Значит, так надо, я подожду".

Парень прошёлся по плато, пересёк полосу "леса" и выбрался на голую скальную поверхность. С трёх сторон горизонт заслоняли далёкие горные кряжи. В овраге обнаружился ручеёк с маслянистой желтоватой жидкостью, Рэй не рискнул попробовать её на вкус, хотя жажда одолевала всё сильнее. Пейзаж не радовал, любоваться нечем. Пришлось вернуться и снова залечь спать. Во сне тоже привиделась пустыня, парень гонялся за прекрасным голубым озером, исчезающим каждый раз, как путник подходил ближе. Он проснулся под вечер, друзья не появились. Хорошо хоть, ветер немного стих.

Солнце спряталось за горами, заметно похолодало. Рэйчел сидел, обняв руками колени, чтобы хоть так сохранять тепло. Идею развести костёр пришлось оставить - серые лохмотья гореть не хотели, тем более не стоило надеяться на горючесть стволов. Стемнело, парень приготовился к долгой холодной ночи.

Темень оказалась воистину непроглядной - то ли планета вообще не имела спутников, что могли подсвечивать по ночам, то ли не время, но лишь отдельные звёзды пробивались сквозь помутившуюся атмосферу, ничего не освещая. Рэй не различал кончиков своих сапог. Окончательно закоченев, он поднялся и начал прыгать на месте, не рискнув устраивать пробежек над самым обрывам. Сорваться, конечно, для него опасности не представляло, а впоследствии заплутать в ночи - вполне. Парень понял, что развлекаться так предстоит до утра. Ругаясь сквозь зубы, он дождался, пока разогреется хорошенько, потом пристроился на выстывших камнях и задумался.

К его чести, мысль, что друзья могли его просто бросить, в голову не заглянула. Должна была существовать веская причина, почему он находится здесь в одиночестве, и только его проблемы, что он не может её вспомнить. Друзья должны учесть, что у него ни еды, ни снаряжения, значит, долгое ожидание не грозит. А если с ними что-то случилось? И они не в состоянии за ним вернуться? Следует ли вновь пройти по дороге и попытаться самому их отыскать? Но где? Что, если их там уже нет? Или дорога в обратную сторону работает нестабильно? Тогда все окончательно растеряются. Возможно, Оллен выведет эльфёнка другим путём, они доберутся сюда, а его не будет? Рэйчел терялся в догадках, что могло произойти и как ему поступить самым разумным образом. Наконец парень решил, что будет сидеть здесь, сколько выдержит, а когда нехватка воды станет угрожающей, переберётся в эльфийский лес.

Как ему помнилось, ветер задувал со стороны леска, тогда, если уйти под обрыв, должно стать теплее. Только Рэй поднялся, как показалось, что внизу в пустыне виден какой-то свет. Парень всмотрелся. Всё более отчетливо среди камней проявлялась длинная багровая полоса. К ней присоединилась ещё одна, полосы шевельнулись. Потом такие же возникли сразу в нескольких местах, задвигались, то сталкиваясь и сплетаясь, то расходясь в стороны. Остолбенев, Рэйчел следил за ними в полном недоумении. Цвет вызывал воспоминания об огне. Может, это движутся под поверхностью потоки лавы, а вся площадь в кольце гор - кратер заснувшего супервулкана, который сейчас просыпается и готовится красочно рвануть с ним вместе? Нет, подземный огонь нельзя не узнать, ощущения загодя предупредили бы его о такой перспективе. Тогда что это? Багровые ленты вели себя как живые, однако парень не чувствовал присутствия биологической жизни.

Он всё более пристально всматривался в игру неизвестных существ, прикинув, что отправляться вниз и знакомиться поближе как-то не хочется. Вдруг из особо крупного узла сплетённых лент вырвался острый алый луч и метнулся навстречу. Парень инстинктивно упал на живот, притворяясь камнем. Луч упёрся в скальную поверхность обрыва точно под ним и застыл. Рэйчел ощутил направленное на себя внимание, за которым не виделось ни малейшей эмоциональной окраски. "Так смотрел бы лазерный прицел, будь у него мозги", - подумал парень, почувствовал себя крайне неуютно и на всякий случай думать перестал. Алый луч некоторое время пребывал в неподвижности, потом как-то извернулся внутри себя, оказавшись нацеленным в противоположную сторону, и убрался восвояси. Клубок лент распался. Рэй облегчённо вздохнул - только драки невесть с кем ему не хватало! На всякий случай он отодвинулся подальше от обрыва и больше в ту сторону не смотрел.

Эльфёнок не сразу заметил, что Эльорэ в селении нет, ему было не до душевных терзаний друга. Молодёжь деревни вскоре привела в чувство всех, кто смог освоиться с новой основой мира, а затем, выслушав идею Тина и согласившись с ней, разбежалась по окрестным селениям. Старшие остались оплакивать умерших и ухаживать за теми, кто не сумел подстроиться под высокую частоту. Лавина стронулась, за несколько дней эльфам следовало измениться самим, а затем, объединив усилия, изменить пульс планеты. Это их мир, они умели влиять на него. Вопросы со всех концов Зелёных Чащ теперь летели сюда, к задёрганному пареньку, словно Тин чудесным образом получил знания обо всём на свете. Оллен помогал советами, его практическому опыту цены не было. Парень утверждал, что после общепланетного ускорения большинство проблем останется позади, и Тинни, не уставая, повторял это всем вопрошающим, даря им надежду.

Лишь к вечеру следующего дня Тин припомнил, что давненько не видел Рэя, подумал, что тот занят чем-то в селении и поинтересовался у Ветра, знает ли тот, чем.

- Он ушёл на обрыв, - сообщил Ветер.

- Почему? - удивился парнишка.

- Сказал, что подождёт нас там, - странник пожал плечами и закружил вокруг себя лёгкий туман, не желая показывать, что подумал, глянув на бешеного хаосита.

-А… - начал эльф, но тут его отвлекли в очередной раз, и паренёк забыл о вопросе.

Уже поутру сонный Тинни, которому удалось выкроить пару часов на отдых, споткнулся в прихожей о мешок с одеждой Рэйчела и долго созерцал его, соображая, что показалось "не так". Наконец до него дошло, и эльфёнок понёсся будить Оллена.

- Когда Рэй сказал тебе, что пойдёт на обрыв?! - он нервно тряс странника.

- Да вечером, - недоумённо отмахнулся тот. - А в чём дело?

- Каким вечером?! - не отставал парнишка. - Когда мы только пришли? Первым?!

- Ну да, - кивнул Зимний Ветер. - Ты был занят с отцом, а потом повалили сообщения из деревень. Про обрыв он мне сам сказал.

- Он же ничего не помнит! - в отчаянии воскликнул Тин.

- Почему? - обалдело уставился на него странник, резко переменившись до внушительного молодца и обратно и смутно припоминая, что о чём-то таком слышал, но значения не придал.

- Потому что! - не стал вдаваться в объяснения эльф. - Он мог давно оттуда уйти! И куда - неизвестно! Или замёрз совсем, - паренёк расстроенно посмотрел на дорожный мешок хаосита, - он даже ничего не взял. И мы не можем сейчас отправляться туда! Ветер, что делать?..

- Мне кажется, Рэй может сам о себе позаботиться, - осторожно начал тот. - А если нет, он бы вернулся.

- Ты не понимаешь… - Тинни горестно сжал руки. - Он не знает, что можно вернуться, и не знает, куда. Он ничего не помнит, кроме того, что пришёл с нами в лес, и там всех скрутило. Не представляю, что он мог подумать...

- Тогда я не знаю… - Оллен растерялся и слегка поплыл контуром. - Возможно, сегодня будет закончено с перенастройкой населения, на очереди ускорение самой планеты. А раз мы координаторами заделались, нам никак нельзя уходить!

- Это мне нельзя, - неожиданно заявил Тин, - тебе можно. Всё равно ты не сможешь включиться в нашу ментальную связь, ты не эльф. Ветер, иди туда! Найди Рэя, или я с ума здесь сойду! Выходит, что я его одного бросил.

- Он сам ушёл, - возразил странник, вновь возвращаясь в привычный вид. - Но если ты настаиваешь, я пойду. Ты уверен, что справишься, если что-то пойдёт не так?

- Он не понимал, что делает, - упрямо качнул головой Тин. - Я справлюсь. Всё равно никто не знает, как оно "так". Как будет, так и будет, разберёмся. Правда, я ещё никогда не менял пульс планеты, но и ты тоже, - эльфёнок вымученно улыбнулся. - Оллен, найди его, и если он до сих пор там, хотя бы отдай тёплые вещи. И скажи, что мы сразу придём, как только здесь всё закончим!

Отоспавшись и отогревшись за день, Рэй решил на вторую ночь использовать против холода полевую защиту. В конце концов, раз он способен болтаться в открытом космосе, зачем бездарно мёрзнуть здесь? Пополнить запас энергии ему не составит труда, ни солнце, ни подземный огонь никуда не денутся, всё равно придётся переходить на эту поддержку сил в отсутствие обычной пищи. Жаль, проблему воды так не решить, её энергией не заменишь, а жажда одолевала. Однако дождя в природе не ожидалось, а если бы и полил, не факт, что с небес здесь обязана падать вода. Так что парень заранее отошёл от обрыва, завернулся в полевой кокон и спокойно досидел почти до утра. Лишь перед рассветом его настиг озноб, скорее от растраты сил, чем от низкой температуры воздуха. Рэйчел дождался солнца, убрал поле и уже привычно залёг спать, одновременно пополняя запас.

Оллен ступил на каменистый обрыв, разглядел скрюченную фигурку, лежащую на обжигаемых солнцем камнях, и рванул со всех ног. Вскоре странник встревожено тряс спящего. Рэйчел открыл глаза, бессмысленно посмотрел на Ветра и закрыл вновь. Тот удвоил усилия.

- А, ты мне не снишься, - парень, наконец, окончательно очнулся. - Вода есть?

Он облизнул пересохшие губы.

Внешний облик Оллена вдруг дёрнулся и замерцал, перебирая возможные варианты.

- Что это с тобой? - ошарашено уставился на него Рэй.

- Извини… - прошептал странник, - я не подумал, что здесь жить нельзя.

- Так есть вода? - снова поинтересовался тот.

- Только вот, - Оллен отстегнул от пояса небольшой мех, который всегда держал наполненным чистой водой так же, как всегда по утрам умывался.

Рэйчел осушил мех в несколько крупных глотков и блаженно зажмурился.

- Теперь можно жить, - он сел и завертел головой. - А Тинни где?

- Тин ещё в деревне, мы придём, как только с делами закончим.

- Что это вы там делаете? - заинтересовался Рэй.

- Переключаем на верхний ритм сперва население, потом всю планету.

- Что за верхний ритм? - не понял парень.

Оллен всё никак не мог поверить, что тот и впрямь ничего не помнит из событий двухдневной давности - слишком не вязалась подобная слабость с его представлением о могущественных Разрушителях. Ветер то и дело упускал из виду, что парню основательно досталось, впрочем, подробностей он не знал.

- Это означает удачную перестройку, - странник припомнил, что этими словами описывали процесс при обсуждении в обители.

- А! Дело хорошее, - Рэйчел потряс мех, потом вернул хозяину. - Больше совсем нет?

- Нету, - потупился тот, - прости, я мог взять, но не догадался. Мне нужно идти. Мы уже скоро будем, может быть, даже сегодня вечером. Дотерпишь? Или пошли в лес, посидишь там возле дороги? Там и тепло будет.

- А как я снова здесь оказался? - решил выяснить Рэй, прежде чем принимать решение.

- Ты сказал, что уходишь и будешь ждать здесь, - напряжённым голосом сообщил Оллен.

- Я так сказал? - Парень задумался. - Наверно, так было нужно. Знаешь, пожалуй, я лучше тут останусь. Не помру до вечера, да и до утра не помру.

- Если мы вдруг задержимся, тогда я ещё раз приду с водой. И с едой тоже… - Ветер снова взялся меняться в лице и запинаться в речи. - И я твои вещи принёс, тёплые, Тин их нашёл.

- Спасибо, - Рэй благодарно улыбнулся страннику. - Не беспокойся, я подожду.

Тот поспешно вскочил, зачем-то поклонился и заторопился к дороге. Оллен сгорал от стыда: увидев неадекватного хаосита и не зная причин психоза, он позволил негативным эмоциям взять верх и отключить рассудок. В результате опозорился как странник - бросил того в непригодном для жизни месте, не подумав о самых необходимых вещах. И обрадовался, когда Разрушитель убрался, вместо того чтобы побеспокоиться за него. Если б не разволновался Тин, Оллен до сих пор считал бы, что всё в порядке, хаосит в заботе не нуждается, и так чересчур крут. А ведь парень мог погибнуть! Ветер споткнулся, только сейчас вспомнив, почему странникам настоятельно рекомендовали использовать этот путь лишь в светлое время суток и ни в коем случае не сходить вниз с обрыва. Там располагалась сцена Танцоров Смерти - под красочным именованием скрывалась особая форма то ли природного явления, то ли существ, обитающих на планете, при этом никому в голову не приходило произнести "живущих". Но Оллен уже ступил на дорогу, возвращаться было не с руки и ничего бы не изменило. Раз Рэй решил оставаться на месте, то так и сделает. К тому же, две ночи тот уже пережил и с местными не схлестнулся, либо действительно оказался крут.

Возвратившись под сень леса, странник поморщился от вновь нахлынувшего раздрая - в спокойном месте он невольно отстроился от дисбаланса частот.Но не успел сделать сотни шагов, как в окружающем мире начались перемены: словно музыканты грандиозного оркестра вступали один за другим и тянули одну и ту же высокую ноту. Оллен замер, прислушиваясь. Согласованное звучание нарастало, ширилось, вот чистая звонкая нота охватила весь мир, проникла в его глубинную суть. Если бы парень мог видеть планету со стороны, то заметил бы серебристое сияние, окутавшее её на несколько долгих минут, а затем плавно втянувшееся в атмосферу. Сияние поглотилось, мир затих, осваиваясь с новой основной частотой, и вдруг вспыхнул яркими чудесными красками. Оживали цветы и деревья, на странника изливались волшебные ароматы растений, очнулись и выпорхнули птицы, сливая голоса в песне новому дню и новорождённому миру. Путник счастливо зажмурился - возрождение всегда прекрасно и уж конечно лучше, чем угасание и смерть. Потом парень тряхнул головой и поспешил к главной здешней "прямой дороге", желая побыстрее добраться до селения Тина и поздравить того с победой.

В селении царил радостный переполох. Стайки восторженной малышни с громкими криками носились туда-сюда, на большой поляне чинно восседали взрослые - деревенский круг Ясеня собрался на внеочередное заседание, не дожидаясь вечера. Возле поляны Совета группками кружила молодёжь, кое-кто уже успел вернуться из соседних деревень, оказав необходимую помощь. Сейчас они чутко прислушивались к разговорам в кругу, и никто из взрослых не пытался сделать им замечание. Круг понёс значительные потери: умер Первый, до сих пор не пришли в себя Шестой и Седьмой, Третий очнулся, но был слишком слаб и пока не выходил из дома. Дараи пришлось отдуваться за всех, впрочем, Второй выглядел уверенно. Оллен не стал наблюдать за тем, что его никак не касалось.

В доме Тина радость омрачало состояние хозяина - Наои пришёл в сознание, однако выглядел так, словно силы жизни оставили его. Взгляд потух, движения давались через силу, голос потерял звонкость и красоту обертонов, даже кожа, казалось, высохла и истончилась, напоминая тонкий пергамент. Парнишку осаждали вопросами из разных селений, что будет с теми, кто, как и его отец, не сумел добиться соответствия новому миру. Тот отмалчивался.

- Скажи им, пусть отдохнут и попробуют повторить подстройку для недотянувших, - подсказал Ветер. - Возможно, ещё кого-то удастся спасти.

- А остальные? - с надеждой глянул на него эльф. - Может, они потом тоже сумеют? Я уже пробовал…

Тин печально вздохнул. Моэминсейл, сгорбившись, сидела возле постели мужа, держала того за руку и не поднимала взгляд. Вдруг с улицы донёсся какой-то шум, потом дверь распахнулась, и в помещение торжественно вошла целая делегация во главе с Дараи.

- Тиннеиннеор! - высокопарно начал Второй. - И ты, Зимний Ветер, Идущий по Древу! Нам доверена честь от лица всей планеты и Великого Круга Ясеня поблагодарить вас за неоценимую помощь в тяжёлый час. С радостью присоединяю и благодарность нашего круга. Да пребудет с вами зелень листвы, тепло солнца и блеск вод!

Эльф церемонно поклонился.

- Благодарю! - смутился Тин.

Странник молча поклонился в ответ.

- Также наш круг постановил считать, что ты досрочно и с превышением выполнил Испытание Воина - ты оказал помощь родному миру - поэтому тебе предоставлено специальное право голоса на встречах Совета, - теперь Дараи обращался к эльфёнку.

- Благодарю, - снова повторил Тин.

- Учиться тебе всё равно придётся, - завершив официальную часть, по-простому улыбнулся Второй, - а на Совете ждём. Но строфу уважения получишь, когда дорастёшь, как положено.

- Я буду на Совете, когда вернусь! - растерялся паренёк. - Мне нужно идти дальше, ещё не всё кончено…

- Ты намерен снова покинуть дом? - удивился Четвёртый. - Но зачем?

- Рэй решил выяснять, что происходит с Кругами. Мы здесь смогли пережить переход, но многие миры не могут. Та же самая волна уже прокатилась по Старшим Кругам и предстоит Младшим. Рэй считает, это затеяли Первые, - эльфёнок покосился на Оллена, - и хочет добраться до них. Я иду с ним.

- Я тоже, - кивнул странник.

- Первые?! - взвился изумлённый голос одного из гостей. - О них же с начальных времен никто не слышал!

- Они вернутся, когда увянут листья на Древе миров, реки вскипят огнём, большое окажется малым, сон станет явью, а явь - сном, и первые станут последними, - вдруг певучим речитативом продекламировал Дараи.

- Что это? - ошарашено ахнул Тин.

- Слова из древней легенды. Якобы их произнёс некий воин, в незапамятные времена раненым рухнувший в Чащу с небес, после чего исчез.

- Как его имя?! - вздрогнул Ветер, мгновенно сам обратившись в высокого поджарого воина.

- Имя нам не известно, - эльф печально улыбнулся. - Почему ты задал вопрос?

- У нас, странников, тоже есть легенда, - парень задумался, подбирая слова. - Давным-давно, когда небеса были небесами, земли - землями, а явь - явью, за пределом небес схватились два властелина, и один из них победил. Он повелел побеждённому окутать явь сном и переменить их местами. Тогда явились те, что рисуют картинки в тумане, грянула битва под небесами, повержены были Творцы миров, и не стало ни небес, ни земель. В той битве пали Творцы Дороги, знавшие грани пространства и грани времени, но о судьбе одного из них ничего не известно. Его не встречали ни среди мёртвых, ни среди живых. Его звали Дааль-ан-Адзехейне, или Дар-Адзе, и он был пророком. Ныне странники ведают сетью дорог, но они лишь служители, ожидающие истинного господина. Если Дар-Адзе пал, ожидание напрасно.

- И побеждённый властелин подчинился? - удивился Тин. - Не говори это Рэю!

- Он оказался вынужден, - Оллен всё ещё говорил с интонациями сказителя, - но кто знает, что держал он в сердце своём?

- А что стало с Творцами миров? - заинтересовался один из спутников Второго. - Они тоже погибли?

- Они исчезли, но никто не говорил об их смерти.

- Эльфы станут думать об этом, - важно произнёс Дараи на прощание и поклонился.

Гости удалились.

- Ты снова хочешь уйти? - недоверчиво выговорила Моэминсейл. - Тининне?!

- Я должен, - упрямо уставился в пол паренёк. - Не хочу оставлять вас, но не могу иначе.

- А как же?.. - эльфийка перевела взгляд на мужа.

- Я ещё раз попробую помочь отцу настроиться, когда отдохну. Не понимаю, почему не получается закрепить верхний ритм, - усталый Тин сел, прислонившись к стене, и снизу вверх вопросительно посмотрел на странника, - как сеть сквозь воду проскакивает и слетает.

- Помнишь, мы говорили? - негромко начал Оллен, вернувшись в обычный вид. - Новый ритм отделяет истинное от искажённого, нельзя войти в него, если изменил свою суть. В чём изначальная сущность эльфов, для чего они?

- Хранить жизнь, - Моэминсейл напряжённо уставилась на Ветра. - Как можно изменить суть?

- Поступком или намерением, - нехотя произнёс тот. - Хотя, наверно, простое намерение сейчас бы получилось исправить, ведь мысль не действие, она не много меняет.

Вдруг глаза женщины распахнулись, а лицо побелело. Она с испугом коснулась плеча мужа.

- Что ты натворил, Селайе?..

По лицу Наои прошла судорога, и эльф отвернулся.

Странник с беспокойством оглянулся на Тина, однако паренька отвлекли по ментальной связи, тот отвечал на очередной вопрос и слишком вымотался, чтобы воспринимать что-то ещё. Он не сумел прочесть то, что поняли его мать и друг.

- Тинни нужно поспать, - осторожно заговорил Ветер с эльфийкой, - ему сегодня досталось.

- Да, я прослежу, чтобы никто не мешал, - печально кивнула та. - Его комната на втором этаже.

Оллен, не слушая слабых возражений, поднял паренька с пола и повёл к лесенке. Тот переставлял ноги, как манекен, и всё-таки пытался отговариваться, что совсем не желает спать, хотя у самого глаза закрывались. Странник вздохнул и решил, что Рэйчелу придётся подождать до утра.

Глава 10

Трёхэтажное здание охватило просторную поляну неполным квадратом стен и утвердилось, казалось, навечно. Впрочем, в простой архитектуре читалась основательность, но не тяжесть, внутренний двор разлиновывали ряды низко подстриженного кустарника с мелкими тёмно-синими листьями, формируя дорожки и газоны. Гости отметили, что растения давно не видали садовника, зеленоватая трава отросла и спуталась, кусты утратили чёткость приданных форм. Кое-где посередине газонов высились старые мощные деревья, явно заботливо сохранённые при строительстве. Над крышами флигелей по их центру поднимались две аккуратных башенки, судя по внешнему виду, астрономические. Стекла в окнах держались, двери не свисали на выломанных петлях, похоже, мародёры досюда не добрались.

Эта планета считалась "условно населённой разумными" - урождённая на ней жизнь остановилась на царствах флоры и фауны, довольно примитивных. После решения использовать её для одной из Высших школ образовательной системы Средних Кругов началась грандиозная работа. Переформировано было всё: корректоры изменили состав почвы, воды и атмосферы, завезли растения и животных, по сути, создав заново природный баланс. При этом изменения вносились так, чтобы оставить возможность существования для прежних видов, новые элементы дополняли, а не замещали старые, новые поселенцы не претендовали на ресурсы аборигенов. Кое-где организовали заповедники, не допуская появления на их территории пришельцев.

Когда новосёлы прижились и укрепились, сформировав новые ландшафты и пейзажи, пришли строители. Место для школы выбирали заранее и подстраивали окружение под определённую цель. В пешей доступности от самого здания должны были находиться укромные уголки на самые разные настроения и менталитеты народов, чтобы каждый из учеников получил "своё" собственное место для уединения, размышлений или отдохновения души, которое могло потребовать одиночества. Видам на все стороны света следовало быть гармоничными и живописными, воздуху - свежим, ветру - свободно долетающим, солнцу - доступным, а смене времён года - синхронной учебному процессу. С тех пор не первую тысячу лет планетой владели юные школяры и их немногочисленные учителя, прочие колонисты так и не прижились. Формальных запретов заселения "школьных планет" не существовало, просто здесь его как-то не сложилось. Хотя кое-где школы располагались и во вполне заселённых мирах - с разными целями.

- Ну как, узнаёшь? - осторожно поинтересовался Оллен, когда товарищи вступили в пространство двора.

- Да не особо… - безрадостно констатировал Рэй.

Это он просил странника отыскать учреждение, о котором знал благодаря помощи Лестера, но знание так и не породило ярких достоверных воспоминаний. "То ли было, то ли нет, то ли видел, то ли слышал…" - Рэйчел решил окончательно закрыть данный вопрос. Либо его память реанимируется, получив подкрепление возвращением в места детства, либо можно махнуть на неё рукой и больше не дёргаться. Всё равно по пути "наверх" нужно было постараться выяснить, что случилось с известными Ветру школами.

Трое путников поднялись по ступеням главного входа и скрылись за высокой деревянной дверью.

- Пойдём отсюда! - заныл Тин, когда гости обследовали целую череду пустых помещений. - Всё равно никого нет. Здесь воняет!

- Чем тебе здесь воняет? - буркнул Рэйчел, неизвестно зачем устремляясь вперёд по тёмному коридору.

- Пылью! И плесенью тоже.

Эльфёнок вздохнул и тут же чихнул, недовольно сморщив аккуратный носик. Странник молча следовал за ведущим, только Рэй, похоже, сам не знал, что ищет в пустом здании бывшей школы. Вдруг он ускорил шаг, затем побежал, ударил ногой по одной из многочисленных закрытых дверей и сиганул в тёмный проём, ухнув в невидимую из коридора шахту. Друзья поспешили за ним и успели заметить, как тот, покачавшись, как мальчишка, на перекладине в створе нижней двери, спрыгнул в очередной коридор. Оттуда донёсся звучный хлопок ладони по дереву, и одновременно вспыхнули осветительные полосы вдоль стен и подсветка ступенек лестницы.

- Вспомнил! - просиял хаосит, тут же становясь печальным. - Да, это моя школа, только теперь впору говорить "была"… Хотелось бы мне понять, что здесь случилось, - парень озадаченно огляделся.

- Давай поищем директорский кабинет, - предложил Ветер, - там могут остаться бумаги.

- Давайте сначала обследуем нижний ярус, - не согласился Рэйчел, - всё равно уже начали спуск. Кабинеты все наверху.

Друзья согласно кивнули. Тин за время путешествия успел перехватить жестикуляцию спутников, оставив эльфийские манеры для родной Чащи.

Они миновали ещё два яруса, прошли в дальний конец самого нижнего коридора, где Рэй удивлённо замер перед мощной бронированной дверью, сейчас слегка приоткрытой.

- Это зачем они туда заходили? - спросил он неизвестно кого.

Спутники, понятное дело, молчали.

- Что там? - поинтересовался Ветер, когда Рэй уже отворял дверь.

Сразу за ней начинался очень узкий лаз, ведущий ещё глубже. Освещения в нём не проводили, и ничего похожего на осветительные приборы не наблюдалось. Стенки хода складывались из крупных грубо отёсанных камней, каменные ступеньки по краям кое-где искрошились. Из лаза пахнуло холодом и сыростью, Тин поёжился, эльфёнку, казалось, стало не по себе.

Рэй щёлкнул пальцами, формируя световой шарик, и первым начал спускаться. Лестница почти отвесным винтом уходила куда-то под землю, друзья не видели ничего, кроме нескольких ступенек или головы впереди идущего, пока наконец спуск не завершился в небольшой каморке с очередной основательно укреплённой дверью. Рэй провёл ладонью, считывая возможные магические сюрпризы, затем осторожно потянул металлический рычаг.

За дверью открылась просторная пещера, заставленная двухъярусными койками со смятыми постелями. Когда друзья вошли, под потолком слабо засветились несколько пятен непонятного происхождения, позволяя ориентироваться и что-то видеть. Эльфёнок заметно дрожал.

- Тебе холодно? - наконец обратил на него внимание Рэйчел.

- Да, но не только, - стискивая постукивающие зубы, чтобы не мешали говорить, процедил тот. - Здесь пахнет смертью.

- Это убежище, - не поверил старший товарищ, - не похоже, чтобы кто-то его штурмовал. Драки тут не было.

- Может, и не было, - не согласился Тин, - но смертью пахнет.

- От кого они тут спасались?.. - задумчиво пробормотал Оллен. - Я до этого училища не дошёл.

- А должен был? - тут же среагировал Рэй.

- Нет, меня не звали.

Эльф, как сомнамбула, двигался вдоль одного из рядов нар, но вдруг присел и отчётливо ойкнул. Оба спутника поторопились к нему.

В дальнем углу под койкой, отгороженный спущенными концами одеяла, лежал скорченный трупик. Мальчишка свернулся в клубок, уткнулся лицом в колени, зажал ладонями уши, да так и умер. На вид ему можно было дать лет десять, если он происходил из людей. Несмотря на сырость, тело практически не разложилось, видимо, благодаря холоду.

- Его что, здесь заперли? - испуганно вопросил товарищей паренёк.

- Не думаю, - Рэй внимательно огляделся, - похоже, просто забыли. Наверно, он был тогда уже мёртв. Но вот от чего он умер?

- От страха, - предположил Ветер. - Через них прошла волна, раз они здесь остались, от неё никакое убежище не спасёт.

- Это точно, - угрюмо кивнул эльф. - Что мы будем теперь делать?

- Пойдём документы искать, - Рэйчел опустил руку на плечо паренька, - как и собирались.

- А его здесь оставим?! - глаза Тина, казалось, стали ещё крупнее обычного и недобро блеснули.

- Да, - Оллен выпрямился и первым шагнул в проход. - Если кто-либо умер не на твоих глазах и ты не целитель, прикасаться к найденному телу не следует. Это закон дорог. Даже целителю встреча с неизвестной заразой может выйти боком.

- Но ты сказал, он умер от страха, а не от болезни!

- Я не могу знать это наверняка.

Эльфёнок с неохотой поднялся.

Директорский кабинет удалось отыскать не сразу. Лишь вторично заглянув в помпезную "Приёмную" на втором этаже, Оллен заметил небольшую дверь в её дальней части и, отворив, призывно махнул рукой. Почти весь кабинетик занимал стол с писчим и осветительным приборами на тёмном полированном дереве, все стены на высоту среднего человеческого роста закрывали стеллажи. При обыске друзья обнаружили тысячи личных дел бывших учеников, финансовые и хозяйственные документы, журналы учебной отчётности, но ничего, что давало бы ключ к последним событиям. Впрочем, два отсека прямо за самим столом оказались совершенно пусты. По всему выходило, что перед отъездом из них выгребли все бумаги. Возможно, там собирался необходимый комплект документов как раз на подобный случай экстренной эвакуации школы, но не менее возможным казалось, что кто-то постарался убрать доказательства не вполне чистой игры.

Рэйчел разочарованно пнул стол и взгромоздился на него. Старая мебель возмущённо скрипнула, но устояла.

- Что делать будем? Мне здесь не нравится.

- Мне тоже не нравится, - Ветер стоял возле окна и разглядывал двор, - но, может быть, мы не всё, что можно, нашли. Надо как-то иначе действовать.

- Как? Перетряхивать всю школу покабинетно? Мы застрянем здесь до падшей луны [1]!

- Нет, не так. Нужно включить голову. Или… - странник задумался, подбирая правильное название тому, что смутно чувствовал, - или сердце. Тин!

Эльфёнок, нахохлившись, сидел в кресле для посетителей, не принимая участия в обыске. Он вопросительно поднял глаза.

- Ты чувствительнее нас к таким вещам, - Ветер неопределённо помотал головой. - Представь, что кто-то хотел сообщить некоторые сведения, возможно, просьбу о помощи, тем, кто, по его пониманию, может помочь, но опасался, что сообщение попадёт в ненужные руки. Как он мог это сделать и где поместить? Похоже, мы не догадываемся, что нужно искать.

- О помощи? Нет… - Тин устало прикрыл глаза и медленно выталкивал из себя слова. - Некому помогать. Все ушли, он остался один и знал, что всё кончено.

- Кто?! - недоуменно вытаращился хаосит. - Ты про кого говоришь?

- Тот, кто оставался здесь до конца. Он написал это.

- Тинни, я тебя обожаю! - воскликнул Рэйчел. - Но когда ты начинаешь говорить половину слов, а остальное считать само собой разумеющимся, очень хочется тебя стукнуть. У меня в напряжённой обстановке телепатия отказывает!

- А у меня наоборот, - искренне удивился Тин, - усиливается.

- Да что написал-то?! - не выдержал Оллен. - Где?!

- Там, - эльфёнок махнул рукой куда-то в стену.

- Там ничего нет, - Ветер снова поглядел в окно. - Какой-то сарайчик стоит, вроде подсобки.

- Мародёры и ищейки туда не полезут, - согласился парнишка.

- Идём, - Рэй соскочил со стола, - проверим!

Здание на самом деле оказалось подсобкой - школьной прачечной. Большую его часть занимал зал с рядами ванн, заполненных маслянистой на вид жидкостью либо чистой водой. В конце его отгородили каморку для наблюдателей за процессом, там стояли двухъярусная койка, небольшой столик возле окна и пара стульев. В шкафчике у стены нашлись какие-то высохшие и потемневшие остатки продуктов. На краю стола торчала твёрдотопливная горелка, возле неё давно и безнадёжно обсох высокий металлический сосуд.

- Снимайте грязное, - предложил Тин друзьям, - постираем.

- Э-э… - не понял Рэй. - Как?

- Да просто! - улыбнулся эльфёнок. - Здесь явно использовали наши приёмы, а я умею правильно объяснять чистильщикам. Раздевайтесь, - объявил он, поняв, что от разъяснений проку не будет.

Когда оба парня вслед за ним сбросили несвежее облачение и завернулись в накидки, что достали из вещмешков, Тин разобрал вещи по типу ткани и раскидал в разные ванны, предварительно немного "поколдовав" возле каждой.

- Полоскать сами будете, - объявил он, возвращаясь в дежурку, и тут же смолк.

Оба товарища хмуро смотрели на извлечённую из столового ящичка толстую тетрадь в замасленном переплёте.

- Это? - уточнил Оллен, заметив эльфа.

- Похоже, - кивнул тот. - Что там?

- Журнал дежурств, - буркнул Рэй, перелистнув пару страниц. - Вахту сдал, вахту принял. О! А это… - он заглянул в конец исписанных страниц и уставился на торопливые неровные строчки слитного текста, записанного скорописью рун квэнья.

- Дай! - Эльф отобрал у друга тетрадь и быстро пролистал к началу записи.

"Ты, читающий эти строки, поверь, что они несут в себе опасное знание, и подумай, хочешь ли ты ведать его? Я не назову своего имени, ибо, если мне уже никто не причинит вреда, не могу сказать того о своих родных и не хочу, чтобы они пострадали безвинно".

- Что за демонятина? - ругнулся странник. - Что здесь можно было такого узнать?

- Сейчас и мы узнаем, - ободрил Рэй, - давай дальше.

Они быстро листали страницы взад-вперёд, отбирая среди описаний страданий оставленных на произвол судьбы детей и хлопот нескольких педагогов действительно полезные сведения.

- Вот! - Ветер указал пальцем на более мелкие буквы, словно писавший старался спрятать их даже здесь.

"Я не решился покинуть своё место и выслушал до конца. Он грозил катастрофой, предлагал укрытие и защиту, но лишь для старших учеников, кого они "проведут через тень звезды" взамен последующей верной службы. Говорил, что мир будет разорван, сферы разделены, и только новый мир получит продолжение в будущем. Возможен срыв в неуправляемый хаос, поэтому ему и тем, кого он представляет, нужны верные и обученные войска, способные поддержать порядок. Он предложил сделку: они гарантируют выживание всем курсантам, что перейдут под их начало и на их базы. С младшими не имеет смысла возиться, поскольку, пока те вырастут, вопрос с новым порядком будет решён. Им придётся совершать переход самостоятельно, а когда выжившие повзрослеют, их найдут. Старший - наш Старший! - обещал подумать!"

- Гм, - Рэйчел поднял глаза на странника, - что-нибудь понимаешь?

- Кажется, кое-что, - буркнул тот. - Ещё бы этого "его" тут по титулу обозвали!

- Или по имени, - поддержал Рэй.

- Ну почему всегда так?! - вспылил вдруг Оллен. - Не успеет появиться что-то новое, прекрасное, чистое, как обязательно найдётся кто-то, желающий навести там порядок! И в результате изгадит всё так, что от красоты и следа не останется. Ненавижу порядок!

- Искренне согласен с тобой, - ухмыльнулся хаосит, - у меня тоже с ним отношения… гм… сложные.

Странник покосился на него, фыркнул и промолчал.

- Дальше будем читать? - поинтересовался эльф.

- Просмотрим, - оба вернулись к перелистыванию тетради.

Троица добралась до конца, но полностью своё любопытство так и не удовлетворила. Они узнали, что Старший всё же принял предложение незнакомца, вместе с последними курсами на неведомую базу отправились и преподаватели, которых выбрал заказчик. Про остальных было сказано, что они "могут не потянуть", кое-кто отказался сам. Из них кто покинул школу и уехал, кто остался, не считая возможным бросить младших детей. Об учёбе речи уже не шло, в школе воцарился бардак, народ психовал и срывался по любому поводу. Родителям учеников разослали предложения разобрать своих чад по домам, но мало кто успел уехать. Затем наступил ад. Последние абзацы описывали, как после прохождения пика волны спасавшиеся в подземелье выбрались на поверхность, похоронили несчастных, не вынесших перегрузки, и отправились по домам. Оставшиеся учителя сформировали группы из более-менее соседствующих по проживанию и двинулись сами развозить воспитанников - те буквально рвались к родным. Более старшие догадывались, что там вскоре тоже будет тяжко, а их опыт окажется бесценным; малышня просто хотела к маме с папой. Автор не решился поделиться ни с кем из отъезжавших своим знанием, но задержался в брошенной школе и записал этот отчёт. Он не встроился в новый мир и знал, что вскоре умрёт. Последние строки сообщали, что их автор намерен поселиться в лесу и окончить свои дни на природе. Там даже стояла дата, ничего не сказавшая ни одному из друзей, - её указали по местному счёту, а не по звёздному времени.

Читатели переглянулись. Все трое подумали об одном.

- Сможешь? - осторожно спросил Ветер Тина. - Если определишь, где он, мы туда отправимся, если нет - искать бесполезно.

- Попробую, - быстро согласился эльф. - Он заслужил войти в новый мир!

- Не обольщайся заранее, - остудил странник парнишку. - Раз мужика хватило на такой поступок, а перестроиться не сумел, не факт, что помощь будет успешной. Смотря в чём там у него дело.

- Ладно, увидим, не мешайте пока, - недовольно заворчал тот. - Займитесь одёжей, она очищена, надо прополоскать в воде и сушить.

Пока товарищи разбирались с вопросами гигиены, Тин выбрался на улицу и присел неподалёку от дверей хозблока прямо в пыльную траву. Паренёк раздумывал недолго - ментальное круговое сканирование показало наличие объекта, отличающегося по своим ритмическим и яркостным характеристикам от общего фона. Объект выглядел "тусклым" и "тёмным", однако живым; узнать больше исследователю не удалось. Тинни зафиксировал направление и принялся дожидаться друзей.

Полянку посреди не слишком густого леса сверху было хорошо видно. Тин, висящий в крепких руках друга, указал на неё и кивнул:

- Туда.

Рэй пошёл на снижение, притормозив возле самого пятачка, чтобы получше разглядеть явно самодельную постройку, крытую дёрном. Та походила скорее на высокую землянку, чем на дом, перекрытие кровли наклонно поднималось от поверхности земли, на нём даже сохранилась трава. Посередине возвышался холмик, видимо, скрывающий окно или бойницу, глядящую в сторону леса. В противоположной стене угадывался дверной проём, а в боковых - узкие вытянутые окна, похожие на боевые щели. На первый взгляд строение выглядело неухоженным и заброшенным.

Друзья спикировали, рассчитывая приземлиться в нескольких метрах от боковой стены, и одновременно вздрогнули, услышав окрик на линго.

- Немедленно отпусти ребёнка! Если причинишь ему вред, я тебя убью!

Из окна хижины недвусмысленно выглянул толстый ствол. Его владелец оставался в тени. Не ожидавший такого приёма Рэйчел, не утруждаясь попытками определить вид оружия, встал обеими ногами на поляну, всё ещё держа эльфёнка перед собой, и поднял защитное поле. Впрочем, Тин и сам постарался прижаться к другу, закрывая его.

- Мне нужно задать тебе несколько вопросов! - обескуражено начал Рэй.

- Мы хотим тебе помочь! - тут же перебил его эльф.

- Поясни свои слова, если тебе известно больше!

- После того, что ты сделал, нельзя позволить тебе умереть!

- Мы нашли твою тетрадь и всё прочитали!

В сумраке за узким окном поблёскивали глаза хозяина, перебегавшие с одного гостя на другого. Наконец ствол убрался внутрь, а затем в дверях встал высокий громила с комично растерянным выражением на лице. Своё тяжёлое оружие он опустил, но пока что держал в руках. Выразительные глаза незнакомца занимали почти треть лица, выдавая обитателя ночи, низкий лоб косо уходил назад, к мощной тёмной гриве волос, что сейчас разметались по плечам. Короткий уплощённый нос и рот с тонкими очень тёмными губами внимание не привлекали, само лицо казалось костистым треугольником, покрытым зеленовато-коричневой кожей, зато от верхней губы отходили длинные жёсткие волоски-вибриссы, прижатые сейчас к щекам. "Фаэри. Нездешний", - тут же прикинул Рэй. Эльфёнок едва заметно кивнул, показывая, что понял и соглашается.

- Кто вы, и зачем здесь оказались? - задал сакраментальный вопрос незнакомец.

- Я здесь когда-то учился, - Рэй, наконец, отпустил Тина, но придержал за руку возле себя, опасаясь непосредственности парнишки. "Радушная" встреча заставила задуматься о здравости психики бывшего учителя после пережитых испытаний. - Вернулся кое-что уточнить.

- Когда учился? - тут же встрепенулся хозяин. - Имя, мир?

- Не помню… - вздохнул гость, опуская защиту, - ничего не помню. Потому и пришёл, надеялся растормошить память. Сейчас меня называют Рэйчелом, но, боюсь, это может оказаться не моё имя.

- Я тоже не помню тебя, - учитель насторожённо всматривался в пришельца, шевеля редкими "усами". - Я Элки, вёл курсы выживания и контакта со средой на военной кафедре.

- Ничего не говорит, - опустил голову Рэй. - Я и в школе-то чётко вспомнил лишь, где нужно с лестницы прыгнуть и как внизу свет включается.

- Постой-ка… - Элки уставился на парня во все глаза, вибриссы дружно вытянулись вперёд и слегка дрожали. - Ричл Сол'Ард Зет?! Ненавистник ступенек?! Да из-за тебя и установили на входе в нижний блок перекладину, чтобы шеи не поломали, когда полшколы принялось скакать там вслед за тобой! Что с тобой сделали, мальчик?.. - в глазах учителя мелькнул испуг, лицо обрело выражение скорби, встопорщенные усы опали.

- Долго рассказывать. Зет - это мой народ?

- Не совсем так. Скорее, определённая группа общества. У вас это признак наследственной специализации: солдаты империи, служители её мощи и процветания, расширяющие рубежи и открывающие новые перспективные земли. Дипломаты и ксенопсихологи тоже именовались Зетами, хотя ты вряд ли из них. Всегда выгоднее уболтать кандидатов на присоединение, чем в лоб завоёвывать, - фаэри безрадостно усмехнулся. Всю помпезную фразу он выдержал в ровном тоне, словно повторял запись с элемента памяти, и лишь сейчас заговорил свободно. - И завоевать проще, когда с той стороны уже есть верные слуги - либо оболваненные фанатики, либо купленные прохвосты.

- Империи? - Рэй задумчиво наклонил голову к плечу, оценивая подачу. - Я из какой-то крупной империи?

- Не знаю, что с ней сталось сейчас, но до последних событий Аш-Таук контролировала миры из нескольких Кругов, однако без сплошной границы. Последние её интересы, по слухам, учитывали даже Центральный.

- Значит, вот я за кого воевал… - парень погрузился в себя, отвлёкшись от разговора.

- С кем? - вернул его внимание на поляну Элки.

- С Серым Кланом. Это то малое, что мне известно.

- Гм… возможно. С этими вечно то торгуются, то враждуют. Хотя Аш-Таук вряд ли вела открытую войну. С серыми там предпочитали разбираться втихую, а участников столь же тихо потом убирать,.. - он выдержал паузу, но продолжил столь же размеренно, без пафоса, - чтобы в случае поворота политики не помешали. Где серые, там всегда грязь.

- Последние события - это волна? - вмешался Тин. - А как это тебе не удалось перестроиться?

- Волна? - учитель покатал слово на языке, медленно шевеля самыми длинными из вибрисс. - Да, похоже. Я никак это не называл. Пришло, прокатилось по нам, как горный обвал, и убралось куда-подальше. Вот только мир изменился.

- Ну да! Нужно тоже измениться, чтобы стать с ним вместе! - отпущенный Рэем эльфёнок бросился к Элки, взял того за руки и уставился в глаза. - Почему ты не хочешь?

- Почему ты считаешь, что следует подчиниться "волне"? Мне казалось, важно сохранить свою сущность.

- Это и есть сохранение сущности! Если кто-то когда-то ей изменил, он вообще не сможет туда войти, это правда… - Тин опечалился, но быстро взял себя в руки. - Это такой процесс, он отделяет настоящее от ложного, настоящее может остаться жить, а ложное - нет. Миры меняются, а если ты не настроен на мир, как можно в нём выжить?

- Никак, разумеется. Я и не рассчитывал.

- Так нужно настроиться! - эльфёнок с энтузиазмом тряхнул могучие длани педагога. - Я могу помочь! Хочешь?

- Ты по своей воле пришёл с ним? - фаэри мотнул головой в сторону Рэя.

- Ну да! Рэй мой друг, и ещё нас в школе Зимний Ветер ждёт, он странник.

- Занятная компания, - усмехнулся Элки, уходя от ответа на предложение эльфа. - Кому вы служите?

- Лично мы - никому, Ветер служит Дороге. Тебя устроит такой ответ? Мы взялись разобраться, что вызвало эту волну, кто может за этим стоять, кому это выгодно и чего следует ожидать прочим мирам, - отчеканил Рэй, как само собой разумеющуюся, несложную для исполнения задачу. - Поэтому я хочу, чтобы ты рассказал всё, что знаешь о сговоре между директором школы и его таинственным посетителем. Ты прав, это опасное знание, но тебе, вроде, нечего было терять?

- Я записал всё, что слышал.

- Верю. Но ты не мог записать, что видел. Вернее, мог, но не стал. Возможно, это правильно. Так покажи его мне! Того, кто стоял за дверью.

Элки опустил глаза и молчал, снова прижав усы к щекам.

- В чём дело? - не понял Рэй. - У тебя есть основания нам не верить? Ты же можешь легко различить ложь, в чём вопрос?

- Мне нужно время, я хочу подумать. Всё происходит слишком быстро для меня.

- Хорошо, - усмехнулся хаосит, - думай. Но как насчёт отправиться с нами к школе? У нас там остался товарищ, мы слегка волнуемся за него, и у него тоже могут найтись вопросы. Если захочешь, потом доставлю тебя назад. Договорились?

- Лады, - улыбнулся учитель. - Но оружие я беру с собой. Мало ли кто ещё завернёт в гости в неурочное время.

- Бери! - легко согласился Рэй. - У нас тоже имеется, если что, отвадим лишних гостей. Собирайся тогда, я пока Тинни закину.

Рэйчел подхватил парнишку и взмыл вверх. Элки посмотрел вслед, фыркнул и, улыбаясь в усы, отправился собирать боекомплект. Раз на вверенной ему территории появился ребёнок, учитель считал своей обязанностью обеспечить его безопасность при любых неожиданностях, какими мог грозить этот изменившийся мир.

- Я подумал.

Вернувшийся за пассажиром Рэй встретил напряжённый взгляд Элки и вопросительно задрал бровь. Фон учителя больше не казался "приглушённым" или "больным", тому явно не составило труда поймать новую частоту мира, вопрос был лишь в личном выборе.

- И понял ошибку, - продолжил тот. - Не следовало считать, что изменения вызывают те, кто о них рассказывает. Ты разделил "кто сотворил" и "кому выгодно", благодарю за верную мысль. Я покажу, что успел узнать о тех, кто решил под шумок прибрать к рукам обновлённые земли.

- Отлично! - Рэйчел протянул руку учителю, предлагая отправиться к остальным и там завершить рассказ.

- Всё верно, - встопорщенные вибриссы опали, Элки с улыбкой шагнул к хаоситу. - Мне нравится твой ответ.

Заходить в огромное пустое здание не захотел никто, устроились в тенёчке под одним из раскидистых деревьев с толстой ноздреватой корой, стоявших в пространстве двора и увешанных множеством самодельных домиков для летающих существ. Летучая мелочь вовсю возилась в листве, пища, чирикая или выясняя отношения немелодичными воплями. Элки прислонился к стволу так, чтобы видеть подходы со стороны открытой части двора, и сузил глаза в две узких щёлки, защищая от яркого света здешнего небольшого чуть голубоватого солнца. Сейчас он походил на здоровенного кота, отощавшего до того, что одни усы да шерсть на загривке остались. Оллен, приметив это, слегка приподнял уголки губ и тут же стёр усмешку.

- Наверно, мне нужно пояснить, почему мы интересуемся вашим гостем, - странник смотрел куда-то мимо лица учителя. - Эта школа не единственная, которую он посетил. Или такие, как он, неважно. Я отводил по домам детей, меня об этом просили. Но прежде говорил со Старшими. Никто не назвал мне настоящей причины эвакуации, отделывались общими словами. Мне показалось, что знающие причину очень не хотели её оглашать, это подозрительно. По Кругам гуляли совершенно бредовые слухи о том, где находятся и к чему готовятся старшекурсники, а те, кто на самом деле мог дать ответ, увиливали, словно их жёг стыд. Я на своём опыте познакомился с волной и узнал, что в ней нет ничего страшного. Неприятно, это да, но не настолько, чтобы разбегаться. Тем, кто прошёл её, не составляет труда облегчить переход всем остальным, однако этого не делали и не обещали. Значит, у них совершенно иные цели, а речи о миссии спасения их прикрывают. Впрочем, здесь они, кажется, об этом не заикались, прямо признали, что набирают солдат.

- Да, - мрачно кивнул Элки, - но о других школах не было слов, мы не знали, что там происходит.

- И никто не постарался узнать? - не поверил Рэй.

- Нам очень скоро стало не до того, волна подошла близко. Даже взрослые порой на глазах слетали с катушек, а кто держался, старался успокаивать учеников. В первую очередь волна бьёт по нервам.

- Угу, - Рэйчел припомнил события в Чаще и вздохнул. - Так что за перец сюда являлся?

- Сам я его не видел. Похоже, он общался только со Старшим школы и прибыл прямо к нему. Я зашёл в приёмную, собираясь заглянуть в архив, дальше чисто инстинкт сработал - ховаться. Опасностью как аммиаком шибануло. То, что мне удалось расслышать, я описал.

- Покажи, - вновь настоятельно попросил Рэй, - того, кто за стеной говорил со Старшим.

Элки прикрыл глаза, воспроизводя в памяти эпизод. Все трое напрягли внимание.

- Похоже на Творящего, но что-то не то, - задумчиво протянул Оллен.

- Ваэл [2], - Рэйчел скривился, как от кислого. - Дерьмо! Не выношу перебежчиков!

Эльф молчал, его небольшой опыт не позволял опознать существо, хотя разглядел его паренёк отлично.

- Думаешь, это Младшие? - Ветер невольно моргнул.

- Уверен! - Рэя несло, слова вырывались сами собой, оставалось самому их слушать. - Помощничкам задницы припекло, если Первые на самом деле вернулись. Предательство не прощают, ваэлам есть отчего выслуживаться перед любым из Пришлых, кто попытается взять реванш, а такие найдутся.

- Я верно понял, ты говоришь о Творцах? - Элки, забыв о солнце, во все глаза уставился на оракула, его усы встали дыбом и настороженно шевелились. - О временах древних легенд, когда после сотворения Старших Кругов из-за их предела пришли дальние сородичи Первых Творцов и захватили их врасплох? И с тех пор никто не слышал о Первых, остальные Круги сотворены Пришлыми?

- Да, о них. Есть вероятность, что они вернулись. Как раз они могли инициировать обновление Кругов, чтобы сбросить искажённые зоны.

- Тогда это война! - воскликнул учитель. - И ей собрались пожертвовать наших детей?! Но ведь Первые уже проиграли однажды, их совсем немного, на что они могут рассчитывать?

- Пришлые давно не те, что в древние времена, - хаосит презрительно фыркнул, - они непрестанно грызутся между собой. Выросли целые Дома младших поколений, которым ни славы, ни пирога не хватило, эти играют за себя и только. За Первых встанут все Кланы Хаоса, в конце концов, это с ними мы заключали контракт! "Пришельцев" тогда в проекте не было!

- Служители Дороги тоже встанут, - глухо подтвердил Зимний Ветер, враз отвердев лицом и фигурой.

- Вы?! - Элки на глазах побледнел, то есть посерел, осознав причину своего беспокойства. Его пышная шевелюра встопорщилась. - Так ты не Ричл?!

Парень вздрогнул, словно очнувшись, обвёл глазами товарищей, ссутулился, потом заговорил медленно и негромко.

- Боюсь, Ричла больше нет. Немного детских воспоминаний, тело и имя - слишком мало для живущего существа. Его не вернуть, а я… ты меня видишь. Тот, кто говорил сейчас, - ещё одно злосчастное я, и ничего не может с этим поделать. Такие дела, учитель.

Он натянуто улыбнулся и опустил голову. Тин подобрался, готовый кинуться защищать своего дорогого Рэя. Элки долго молча смотрел на бывшего ученика, постепенно смягчая напряжённость в позе и сужая глаза, затем протянул руку и осторожно погладил по волосам:

- Бедный мальчик…

Рэй опешил. Лестер тоже чествовал его "мальчиком", но никогда не позволял себе проявить жалость. На краткий миг парень как будто вновь почувствовал себя ребёнком, доверчиво льнущим к надёжной и крепкой руке, но тут же вздрогнул и отстранился, пряча глаза.

- Интересно, где они окопались? - уронил в пространство Оллен. - И сколько им потребуется времени на собирание сил?

- Раз они делают ставку на молодёжь, то несколько лет. Ребятам нужно доучиться и набрать практический опыт. Даже полигон - ещё не настоящая битва. Лет пять как минимум.

- Когда здесь проходила волна?

- Не больше полугода назад, - Элки задумался. - Даже меньше, во второй половине весны. Сейчас у нас осень.

- А если в звёздном? - Странник раздумывал о чём-то, едва не шевеля губами.

- Не пересчитаю точно… - учитель покачал головой, - как-то не приходилось этим заниматься. Меньше четверти.

- Это нам ничего не даст, - буркнул Рэйчел. - Для подготовки можно использовать локацию с ускоренным временем, тогда эти пять лет за здешний год пролетят.

- Ладно, разберёмся. И отыскать постараемся, - Оллен поднялся. - Думаю, мне следует кое-кого навестить.

- Эй, а как же наши дальние цели? - растерялся хаосит. - Ты же с нами до самого верха хотел?

- А вы меня подождёте! - без тени сомнений заявил Ветер. - Я до ближайшего поста и назад, только информацию передам.

- Ты уже ходил до поста, - заворчал Рэй. - Второй раз мы тебя не найдём.

- Я осторожно, - улыбнулся странник, на его лице появилось немного смущённое и одновременно упрямое выражение. - Я буду ещё более осторожен и никого не потерплю за спиной. В тот раз не хотелось обострять без явной необходимости, не был уверен, что они по мою душу. Я ж тогда не по заданию шёл, я к Лестеру, а на дорогах и просто прохожие есть.

- Уговорил, - хаосит махнул рукой, понимая, что парня не удержать. - Если что, имя моего второго я помнишь? Слышал же, наверняка, не раз? В крайнем случае попробуй позвать, хотя ничего не могу гарантировать. Связь не проверена.

Рэйчел пытался пошутить, но улыбка увяла, не появившись - когда он пришёл "в этого себя" после первого ухода с Чащи, честный Тинни в подробностях пересказал, как именно они оттуда ушли.

- Эльо? - переспросил Оллен и тут же зажал рот ладонью и смущённо передёрнул облик, сообразив, что натворил - после истории на обрыве Тин прояснил ему особенности взаимодействия с рэйчеловым двойником.

Однако было поздно. Эльорэ, хмыкнув, оглядел компанию и указующим жестом направил странника за горизонт.

- Тогда поспеши и передай своим, пусть ищут логово. Байки про Двенадцатый Круг можно забыть, а вот по Девятому-Десятому нужно шарить. Там есть укромные уголки, и они точно в новой сборке. Дальше не их забота, пусть только найдут. Скорее всего, там засел кто-то из Младших домов, берите по фону. Отыщете - соберите вместе представителей всех трёх ветвей Высших и предоставьте им адресок. Пусть знают, что никому не удастся сыграть в свою пользу, быстрее до дела дойдут, - парень насмешливо фыркнул. - Если найдёте кого из прежних Хранителей, известите тоже, их знания будут полезны.

Ветер кривился, но терпел: несмотря на дурные манеры, Разрушитель говорил дело.

- Да, если по полной влопаешься - зови. Хотя не знаю, где буду… всё равно пробуй. Вдруг услышу, - хаосит криво усмехнулся и тряхнул головой, отбрасывая назад разлохматившиеся вдруг волосы.

- Как это ты не знаешь?! - вытаращил глаза Тин. - Ветер же просил здесь подождать!

- Вот ты и подождёшь. Благо не в одиночестве. А я пока тоже кое-что выясню.

- Эльо! - возопил Тин. - Ты пообещал не лазить никуда без меня!

- Не обижайся, малыш, тебе туда всё равно не пройти. Там не слишком любят гостей, тем более незваных, а незнакомых не пускают вовсе. И хорошо, если попросту не пускают, - хаосит снова усмехнулся, на этот раз со злым весельем.

- А как же ты? - не отставал эльф.

- Я знакомый.

- Тогда все собираемся здесь, - резюмировал Оллен, - меня ждите дня через три. Крайний срок - четыре.

- Лучше у меня, - вмешался учитель, наблюдавший за перепалкой, расширив глаза и встопорщив вибриссы. - Не хочется мне в пустой школе сидеть, а нам двоим места в хибаре хватит.

- Ладно, найдёмся, - странник подхватил заплечный мешок и, прощаясь, поднял к плечу ладонь.

Эльо проводил его приличествующим ситуации напутственным жестом Служителей Дороги, пригодились уроки настоятеля. Тин лишь таращился во все глаза, а Элки мерно покачивал головой.

- Вас доставить до хижины? - хаосит оценивающе оглядел обоих фаэри.

- Не нужно, ещё здесь дела есть, - Тин гордо выпрямился и отвернулся.

Парень склонил голову к плечу, изучая эльфёнка, фыркнул и согласно кивнул.

- Я вернусь… скажем, к ночлегу, не паникуй. К тому моменту, когда мне понадобится заснуть, я буду с вами.

- Хорошо, - паренёк шмыгнул носом.

Эльорэ взъерошил длинные рыжие волосы младшего друга и тихонько подтолкнул его к учителю, затем пристально взглянул тому в глаза.

- Отвечаешь.

Элки молча и серьёзно кивнул.

Хаосит отошёл подальше в лес и уже там взмыл в воздух, на лету ставя экранирующие поля. Оказавшись в космосе, Разрушитель совершил несколько коротких скачков по звёздным системам внутри Круга, запутывая следы, и лишь после того рванул вверх. В прошлый раз он носился где-то там, пребывая в нездравом состоянии психики, сейчас следовало распорядиться энергией эффективнее.

[1] "застрять до падшей луны" - идиоматическое выражение, означающее очень долгое время.

[2] ваэлы - народ, близкий к Творящим, участвовали в творении Кругов как средний техперсонал, после смены команд перешли в услужение агрессоров. Их также называют Младшими Творцами.

Глава 11

Эльо вынырнул из межкругового броска посреди чёрной пустоты, растянул крылья для более точного сканирования потоков и понял, что подсознание сыграло с ним по своим правилам. Он оказался не столь далеко, если, конечно, судить по меркам подобных ему существ, от родного дома. Рассудок убеждал, что нужно как можно быстрее убираться отсюда, надеясь, что дерзкий рывок пройдёт незамеченным, но всё сильнее и сильнее тянуло приблизиться и хотя бы взглянуть. Пусть не глазами, пусть лишь на туманный вихрь, отмечающий родную планету, втянуть привычный с детства набор частот пронизывающей космос энергии, задохнуться от тоски и боли, окунуться в прошлое… Эльорэ выставил маскировочное поле и медленно начал разгон, не в силах преодолеть искушение.

"Запахло" домом. Едва заметная нить сгущённой энергии показалась далеко в стороне, отмечая официальную дорогу. Парень двигался параллельно, стараясь не слишком нарушать спокойный фон пространства. Нить вела к крошечной точке, летящей по почти круговой орбите вокруг тёплой, брызжущей искрами, истекающей ласковыми потоками молодой звезды, ныряла там в плотную атмосферу, снижалась, цеплялась за горную цепь и обращалась в тоннель, ведущий по мрачному извилистому ущелью к затерянному в середине горной страны небольшому плато, на котором стоял дворец. Приближаясь, Эльо одну за другой переживал картины, всплывающие в сознании и тонущие в глубинах памяти, чтобы дать место следующей.

…Руки отца подхватывают его, швыряют к далёкому небу. Мальчик пролетает сквозь полог густых, но мягких ветвей и вырывается в бескрайний простор, наполненный яростным светом. Эльо зависает на высшей точке, кувыркается в воздухе и с радостным визгом рушится вниз. Конечно, он и сам умеет летать, но так не по правилам...

…Тёплый дождь заполнил пространство бесконечным плетением струй, водяные ниточки извиваются, сплетаются, как танцующие змеи, блестят в лучах осветительных огней, стучат по крыше. Мокрые лианы качаются, заглядывают в открытые окна, ведут партию теней на фоне скользящего серебра. Брызги взвиваются над подоконником, формируя крохотную домашнюю тучку. Эльо заворожённо смотрит в ночь, а та игриво улыбается ему, приглашая выйти и потанцевать с дождём...

Иногда он так и делал.

…Темнота затопила уютное пространство детской комнаты, мягко звучит голос старшей сестры, рассказывающей притихшим малышам очередную легенду. Эльо, затаив дыхание, воображает себя великим воителем Хаоса, уничтожающим легионы врагов и торжествующим заслуженную победу. Рядом тихо вздыхает Лайо, непроизвольно сжимая маленький кулачок, словно держит меч…

…В очередной раз ненадолго вернулся отец, тёмной стрелой вырвался из пасти ущелья, прянул к крыльцу, уже в повседневном облике встал на землю. Они с братом дружно виснут на высоком сильном воине, карабкаются по снаряжению, а тот смеётся, подхватывает обоих на руки, прижимает к щекам темноволосые головы сыновей. Сестра стоит у дверей со странной печалью на тонком лице, кто знает, о чём её мысли? Может, о том, что на этом месте должна бы находиться их мать?..

…Чужие голоса в коридоре, гром шагов, дверь слетает с петель от грубого удара. Врываются огромные могучие существа, подобные его отцу, но иные, один из нападающих хватает сестру. Младший брат застыл на месте, распахнув глаза. Эльо выхватывает свой детский кинжал и бросается к незнакомцу. Тот отшвырнул мальчишку, словно котёнка. Удар о стену, острая боль…

Последнее воспоминание отрезвило. Эльорэ, который уже мог простым зрением различить контуры облаков над зелёной землёй, резко сменил курс и рванул в открытый космос.

Захватчики отпустили мальчишек, позволив слугам вывезти их с планеты и передать отцу. В заложниках осталась сестра. Враги рассчитали верно - тронь они кого-то из пацанов, Эстарх презрел бы все запреты и законы, включая законы физики. Что может быть опасней, чем сорвавшийся с цепи Разрушитель? Несущий Хаос в крови способен ради мести превратить в хаос всё, что когда-либо могло считаться порядком. Поэтому родных детей отпустили. Элинна же считалась "кузиной", хотя на самом деле состояла с семьёй в более далёком родстве. Она была родственницей жены воина и после её трагической гибели во многом заменила малышам мать. Эстарх ценил и уважал племянницу, был благодарен за помощь, но не стал бы ради её освобождения совершать безумств. Тем более что жизни девушки ничто не угрожало - она осталась в доме на положении почётной пленницы, неприятном, но не слишком опасном. Зато пока заложница находилась там, прежний хозяин не решился бы брать свой собственный дом штурмом.

Какое-то время беглецы провели в небольшом замке, служившем семье тайным убежищем. Замок стоял в потаённом замкнутом пространстве, к нему вёл единственный проход с поверхности необитаемой неприметной планетки, отворяющийся по кодовому ключу. Кольца-ключи имели только братья и сам Эстарх, и лишь они знали, как привести их в действие. Несколько квазиживых слуг, обсерватория, небольшой сад и великолепная библиотека - вот и всё, что их окружало. Отец не мог оставаться с детьми, ему следовало нести службу. Мальчики отчаянно скучали. Эльо от скуки добрался до книг и карт, Лайо, словно фаэри, сутками торчал на настоящих садовых деревьях. Затем Эльорэ отдали в приличествующую его роду дворянскую школу. Лайо не пожелал оставаться в замке один, Эстарх брал его с собой в "командировки" при любой возможности, а в прочее время передавал под присмотр дружественной им семье Северных Змей. Именно туда сейчас направился старший брат, желая навести справки о младшем.

Змеи - одна из изначальных рас Кругов, они славятся способностями к управлению энергией и мрачным характером. Змеи живут по многим мирам Одиннадцатого и Десятого Круга, кое-кто добрался и до Седьмого. Их нельзя считать чисто энергетическими существами, для своих родных миров они вполне материальны, но для жителей низших уровней выглядели бы призраками, обитающими в тонком мире. Представители данной расы владеют струнами сил столь же совершенно, как певец голосом, они способны очень долго существовать только на энергии звёзд, хотя нуждаются в кое-каких минералах. Космос открыт для змей, для путешествий им не нужны искусственные устройства, хватает собственных силовых полей, какие возникают вокруг любого змеёныша на первых годах жизни. Взрослые управляют своей полевой оболочкой как частью тела, часто она составляет единственную одежду. Прочие облачения они используют исключительно для красоты.

Змеи ценят прекрасное, но вкусы их весьма своеобразны. Они часто находят гармонию в мрачном пейзаже, сложной архитектуре, резко звучащей музыке. Многие змеи сами способны творить в области визуальных, кинестетических или музыкальных искусств, но ни один представитель народа не прославился владением словом. Слова им нужны крайне редко, поэтому говорят змеи мало и неохотно. Любое сложное понятие или мысль им проще выразить движением или цветом, чему помогают собственные поля, и прямой телепатической передачей. Мыслепередача также обычно идёт не в форме отдельных слов. Змеи - опасные противники, яро защищающие свою территорию и своё одиночество, они не любят шумных сборищ и не привечают случайных гостей. Однако они верные друзья, если кому повезло заслужить их дружбу, правда, выражают они её также своеобразно. Другу позволено явиться без приглашения, выбрать любое свободное помещение в доме змея и поселиться там, насколько будет желания. При этом хозяева не принимают никаких обязательств по развлечению гостя и какому-либо особому общению с ним. Случится настроение - друзья посидят за бокалом изменяющего сознание напитка, созерцая стремительно умирающий закат, или померятся удалью в дружеском поединке, или потанцуют, заменяя чередой движений череду слов. Танцем змей может объяснить гораздо больше, чем любой вербальной конструкцией. Принуждать змея к общению считается нарушением этикета и допустимо лишь в случае чрезвычайных событий. Впрочем, вынудить его невозможно, если тот посчитает информацию маловажной, просто уйдёт.

Северные Змеи славятся наибольшей мизантропией среди остальных. Однако именно среди них некогда отыскал себе верного друга Эстарх, Разрушитель, глава одного из Воинских Кланов и Носитель одного из двенадцати Клинков Хаоса. Зедварту не было дела до регалий и званий, если две души встретились и признали друг друга достойными. Змей, как обычно, ничего не сказал словами, когда хаосит привёз в его замок ребёнка. Мальчика провели по анфиладе комнат, покоев и закутков, поселили там, где ему понравилась больше, показали путь на кухню и предоставили самому себе. Разрушитель знал, что о безопасности сына беспокоиться больше не нужно.

Эльорэ несколько раз навещал брата у Зедварта, поэтому догадывался, как грустно и одиноко должен был чувствовать себя мальчуган среди бесконечных каменных коридоров и пустых комнат, каждую из которых создавал по своим собственным вкусам и представлениям кто-либо из древнего рода змей, одновременно как жилище и предмет искусства. Из обитателей невысокого, но очень протяжённого здания можно было за весь день не встретить никого, кроме занятых в хозяйстве неразговорчивых слуг. Шум и беготня не запрещались, но не казались возможными, братья убегали в окружающие замок скалы и лишь там вволю резвились и дурачились. Затем старший снова отбывал в школу. Младший обучался вместе с детьми многочисленной семьи Зедварта тому же, что и юные змеи, - энергетике, истории, боевым искусствам, гармонии, творению. Однако близких друзей он себе там не обрёл. За два долгих звёздных года, проведённых почти в одиночестве, мальчик отвык от общества и полностью позабыл светское воспитание, приучился не открывать рот без нужды и не навязывать свою компанию. В последний визит Эльо показалось, что младшим теперь правильнее будет называть его. Потом они потеряли отца…

Юный хаосит вышел из прыжка на достаточно большом расстоянии от места назначения - не следовало волновать змей. Серебристый шарик - планета отражала свет яркой голубой звезды - сиял в чёрной пустоте космоса как прекрасный драгоценный камень на бархатном поле. Разрушитель аккуратно втянул крылья и осторожно приблизился к первой линии защиты - силовому полю, окружавшему обитаемый мир на расстоянии нескольких сотен его собственных диаметров. Эльо создал образ своего личного знака и медленно отправил через барьер. Выждав приличествующее незваному гостю время, парень спокойно преодолел преграду и приблизился к планете. На уровне верхней границы разреженной атмосферы стояло следующее сторожевое поле, он повторил процесс. Теперь, если бы хозяева решили, что не желают видеть этого посетителя, они могли усилить защиту, но так не случилось. Эльорэ неспешно облетел планету и спустился неподалеку от главного входа в замок, снял поля, оставив лишь необходимые для выживания в местных условиях.

Здание, само похожее на рептилию, извивалось по прихоти создателей и в согласии с поворотами скальной гряды, под которой строилось. Кое-где отдельные флигели выползали на пустые безжизненные вершины предгорья, где-то часть строения ныряла в скалу, чтоб появиться далее и продолжить замысловатое плетение. Высота также менялась, не поднимаясь выше трёх видимых этажей. Эльо знал, что в замке имеются и подземелья.

Навстречу гостю никто не вышел, что означало - его принимают.

Парень вновь уплотнил энергетический кокон и придал ему тёмный металлический цвет с фиолетовым переливом и тонкими светло-синими нитями, показывая, что прибыл с важным вопросом к главе семьи. Он не стал входить в дом, но подступил ближе и замер в нескольких шагах от парадной арки, ожидая хозяина.

Ничто не обнаруживало, что гостя заметили, однако тот в этом не сомневался. Эльо стоял неподвижно, соблюдая этикет и не выражая ни малейшего нетерпения. Наконец в глубине дворца возник всплеск энергии. Сгусток силы степенно перемещался к выходу.

Мерцающий полог во входной арке раздался, пропустив высокую фигуру, облитую снежно-голубым светом с опалесцирующим муаровым узором. Змей был худым и мускулистым, как все представители этой расы. Длинные, зачёсанные назад тёмно-фиолетовые волосы гладким потоком ниспадали за спину и, казалось, прилипли к ней. Сухое лицо с высоким слегка скошенным назад лбом украшали довольно большие глаза удлинённой формы, немного поднимающиеся к вискам. Сейчас они выжидающе светились чистым и холодным светло-серым сиянием. Скулы выступали, крылья тонкого носа выглядели расширенными, тонкие губы крепко сжимались - хозяин позволял гостю задать вопрос. Однако в его облике не виделось ни тени узнавания, так встречали посторонних, выясняя, какое известие заставило тех посетить сей негостеприимный дом.

Хаосит приветственно поклонился. Хозяин не ответил, продолжая внимательно его изучать.

- Змей, ты не узнаёшь меня? - Эльо шире распахнул глаза, предлагая доступ в сознание, который мог доказать обманчивость внешнего облика.

Но этого не требовалось.

- Я знаю тебя, мёртвый Эльо.

- Я жив!

Зедварт молчал, лишь в его светло-голубой окраске появились лёгкие синие искры, пробегавшие тут и там, - змей не считал информацией эмоциональный всплеск и не придавал ему значения.

- Я ищу брата.

Искры увеличились, посветлели, приобрели объём, над кожей змея теперь пролетали небольшие молнии - время уходило зря.

- Он был здесь, - попробовал объясниться Эльорэ.

- Здесь нет.

Зедварт слегка дрогнул плечом, как будто собрался закончить разговор.

- Прошу тебя, скажи, где я могу узнать больше? - Парень послал по своей полевой оболочке розовый сполох, поясняя, сколь сильно беспокоится о младшем родственнике.

- Живым ты знал, - хозяин сделал жест рукой с длинными сухими и цепкими пальцами, словно отсылая посетителя, и высокомерно бросил: - Геллиайне.

- Благодарю тебя, змей, - снова учтиво поклонился Эльо, - да длится бесконечно твой танец!

Зедварт улыбнулся одним оранжевым проблеском, сине-голубые молнии над поверхностью его кожи угасли. Затем змей развернулся и ушёл в дом. Мерцание входного полога не изменилось, значит, при желании Эльорэ мог задержаться во владениях змей на правах обычного гостя. Однако сейчас он не мог себе этого позволить.

Парень отошёл от здания и присел, превратив кокон в полупрозрачный молочно-белый туман, что означало глубокую задумчивость. Он пока не ощущал усталости и мог не спешить возвращаться в привычный облик - на высокоэнергетичных Кругах расходы на соответствие легко компенсировались при умении получать подпитку от окружающей среды. Преобразование прошло по этим местам уже давно, похоже, мир адаптировался к новому состоянию без заметных проблем - змеи, как правило, ценили собственную уникальность и своеобразие и вели себя естественным для них образом. Искажения их не затронули. Эльо размышлял, куда ещё может оказаться полезным нанести визит? Не к Геллиайне - туда он доберётся позже. Она обитала на Средних Кругах, а раз уж забрался наверх, следовало это использовать. Сунуться к лабиринтам? Опасно. Даже если сейчас удастся пройти по одному из Огненных, результат непредсказуем - кем и каким он станет после того. А не удастся - друзья больше о нём не услышат и даже не смогут предположить, что произошло. Это неправильно. Просто пройтись вдоль границы Кругов? Можно попробовать! Кстати, в этот раз ему не докучал никакой "зов", как это следовало понимать? Операция по выманиванию Высших за предел сотворённых миров окончена? Или он попал во временный перерыв? Нужно проверить! Эльорэ щелчком сменил цвет поля на серебристый, вскочил и взмыл к небесам.

Выбравшись за пределы сторожевых полей змей, Эльо ощутил касание чужого внимания, словно по нему скользнул чей-то рассеянный равнодушный взгляд. Скользнул и исчез, но хаосит понимал, что этим не обойдётся, - его заметили. Кто и зачем - значения не имело. Впрочем, прикинуть всё-таки стоило. Эльо припомнил ощущение от наблюдателя и подумал, что следившие за ним глаза должны иметь вертикальный зрачок и принадлежать женщине. Также в памяти всплыл давний визит к младшему из Братьев, который предпочитал в качестве охраны и ординарцев держать представительниц Кошек. Возможно, это был ложный след, потому что парень не мог придумать ни одной причины, по которой дяде Эрту понадобилось бы следить за ним. Однако женщины-Кошки считались самыми сильными воительницами космоса, оставив позади даже Амазонок с их прямолинейностью и бесстрашием, так что услугами таких наёмников наверняка пользовался не только Эрт. Кошки были умны, сильны и коварны. Мужчины же кошачьих народов имели очень неплохой рейтинг в воинском ремесле, но первенства всё-таки не достигли.

Парень совершил несколько быстрых прыжков по Верхним Кругам, не особо задумываясь о точках назначения, но отцепиться не удалось - ему неизменно мерещилась тонкая, приклеившаяся к оболочке нить, и он чувствовал себя паучком на верёвочке. О том, чтобы сейчас вернуться к Тину и Элки, не могло быть речи - не хватало только привести за собой такой хвост! Оставалось одно - попытаться уйти от наблюдения там, где распадаются все структуры и рвутся все связи. Эльорэ собрал себя в как можно более компактный объём и рванул через Двенадцатый Круг к Рэдгаарту, Замку Единого, - фокусной точке влияния на Круги их и его собственного прародителя - где Хаос ближе всего подходит к сотворённым мирам. Ему показалось, по "ниточке" вновь долетел взгляд, на этот раз удивлённый.

Действительность плавилась. Бесчисленные варианты сущего стремительно перетекали один в другой, существуя одновременно в составной реальности Ближней Зоны. Пространство и время утратили свои отличительные черты и объединились в абстракции математических формул, описывающих метрику двенадцатимерного континуума. Энергии творимой вселенной бушевали полным спектром, ещё не разделённые межкруговыми фильтрами по уровням плотности и силы. Реальность была пуста для попыток обнаружить существующие объекты и переполнена возможностями осуществления любого из них, хотя кое-где и держались искусственно стабилизированные устойчивые площадки. Эльо знал о них, но сейчас они не были ему нужны. Он, как сумел, окутал рождённое на Средних Кругах тело оберегающими оболочками и, удерживая память о контроле над ним, углубился в кипящий котёл силы, называемой Верхним Огнём. Здесь безграничность Хаоса сталкивалась с Границей, преодолевая которую, утрачивала часть степеней своей свободы, обретая способность к стабилизации.

"За стабильность всегда расплачиваются свободой", - Эльорэ усмехнулся нежданно возникшей мысли. Откуда она пришла? Ему очень хотелось слиться с беснующимися стихиями, стать единым с огнём, отдаться танцу бесчисленных возможностей. Он мог себе это позволить, если бы не необходимость следить за сохранностью бренной оболочки, с которой его соединили до сих пор не найденные враги. Любой хаосит умел "уходить по огню", распространять себя на весь бесконечный Хаос или на его участок - какой случится каприз - вмещать бывшее, не бывшее и не будущее никогда, а затем собираться снова, не утрачивая своей уникальной личности, возвращаться, глотнув из неисчерпаемого источника Силы, как из груди матери. Любой мог сохранять в самом сердце безумия свой энергетический облик, если испытывал в том нужду. Ни один потомок Хаоса не мог быть связан физическими ограничениями. Если, конечно, с ним всё было в порядке.

- Зачем ты бережёшь это тело? - прошелестело удивление, явно имеющее внешний источник.

- Другого у меня нет, - огорчённо признал Эльо.

- Ты можешь создать его, как сделали те, что пришли в миры, - снисходительно шепнул бестолковому юнцу неизвестный советчик.

- Если я поступлю так сейчас, оно выйдет ущербным. Сначала я должен полностью вернуть себя.

Эльо показалось, что где-то в неизмеримой дали и в то же время совсем рядом возникла улыбка. Она мягко качнула его на своей волне и растворилась в сутолоке кипения громадных и мельчайших вихрей огня. Разрушитель понял, что дед им доволен.

Следовало возвращаться. Слежка испарилась, как глупый сон, недостатка энергии не ощущалось, но парень опасался, что может не устоять перед соблазном остаться. Разум вещал одно, а эмоции - совершенно иное. Эльо знал, как легко они могут взять над ним верх, стоит лишь на мгновенье позволить себе испытывать любое чувство. Радость, горечь и злость так же опасны, как ностальгия и жажда мести. Пора уходить, пока холодный рассудок и воля держат власть. В конце концов, он пообещал кое-что там, внизу, и должен выполнить обещания. Парень оборвал размышления и резким рывком перекинул себя в Ближнюю Зону. Там пришлось ещё немного задержаться, выходя на нужный виток времени, ведь из Хаоса можно проникнуть во все пространства и все времена.

Эльорэ опустился в лес неподалёку от лачуги Элки и лишь тогда почувствовал, насколько устал. У него опять не получилось рассчитать предел собственных сил. То ли эйфория от посещения родных и знакомых мест туманила рассудок, то ли внешняя энергия создавала иллюзию бесконечной мощи и тем самым обманывала повреждённое сознание, то ли нервное напряжение задействовало резервы, позволяя обнаружить это, лишь когда стресс отступал. Усталость навалилась сразу, словно густая тягучая смола, сковывая движения, пригибая к земле, тормозя мысли. Парень с трудом переставлял ноги, пробираясь к обжитой полянке, его глаза немилосердным образом закрывались. Хотелось рухнуть под ближайшее дерево и заснуть, однако Эльо заставил себя преодолеть последние сотни метров, ведь он пообещал Тину, что перед переключением личности вернётся в дом. "Может быть, они с Элки ещё обратно не добрались, наверно, Тинни потащил его к тому парнишке несчастному", - думал хаосит, отсчитывая шаги и не позволяя мыслям убедить его остановиться.

Когда до избушки оставалось несколько шагов, дверь распахнулась, за ней обнаружился непривычно серьёзный Тин. Не издав ни звука, эльфёнок приблизился к парню и так же молча прижался к нему. Эльо застыл, не в силах даже выказать удивление от такой встречи, затем сделал над собой усилие, чтобы произнести:

- Запомни, "Геллиайне", это важно.

- А кто она? - шмыгнув носом и не поднимая глаз, выдавил из себя Тин.

- Королева ветра.

- Значит, пацан тут с ума сходит, а он с королевами развлекается?! - в дверях показался Оллен, выросший раза в полтора против обычного и глядящий весьма недобро. - Ты про совесть слышал когда-нибудь?

У Эльо потемнело в глазах, пришлось опереться на паренька, чтобы не упасть. Затем он растерянно уставился на товарища.

- Напрасно я тебя дожидался, давно нужно было уйти! - продолжал странник. - Видно, от тебя проку не будет.

- В чём дело?! - резко дёрнув головой, надменно бросил хаосит, от которого даже сон слегка отступил.

- Тебя не было четырнадцать дней, - хмуро доложил Ветер. - Мы думали, уже не вернёшься. Если б не Тин...

Странник отвернулся и махнул рукой.

- Я не смог рассчитать точнее… - Эльо смущённо опустил взгляд, потом с извиняющимся выражением на лице уставился на эльфёнка. - Там оно всё вместе.

- Что "всё"? - понемногу оживая, уточнил тот.

- Время. И прошлое, и будущее.

- Где тебя только носило… - пробурчал Оллен, подходя и подставляя плечо.

Вдвоём они доставили путешественника в дом и уронили на лежанку, где тот мгновенно заснул. Хлопотавший возле очага Элки даже не успел предложить гостю поесть.

- Я с тобой! - непреклонно заявил Тин, когда отдохнувший Рэйчел заикнулся, что нужно бы нанести визит даме, имя которой эльфёнок старательно для него сохранил.

Оллен хмуро оглядел обоих и отвернулся.

- Согласен, - наконец изрёк хаосит. - Тем более что мне придётся разговаривать с ней в другой ипостаси, а сам по себе я в неё пока что перейти не могу.

- Можно это сделать и здесь, - заметил странник, отрешённо взирая на небеса.

Товарищи сидели в тени деревьев неподалёку от поляны Элки, решив не нагружать учителя лишним знанием, которое однажды может оказаться для того небезопасным.

- Нет, - отрубил Рэй. - Точно нет, при одной мысли всё нутро сжимается. Кажется, моё второе я категорически не согласно.

- Куда вы двинетесь? - с деланным равнодушием поинтересовался Ветер, обиженный, что его никто в компанию не пригласил.

- Выберемся отсюда подальше, а там ясно будет! - беспечно махнул рукой Рэйчел. - Думаю, не заплутаем.

- Угу, - буркнул тот, - а мне вас опять до воскрешения Городов [1] дожидаться.

- Мы недолго, - хаосит враз сделался серьёзным, - на долгие изыскания у нас времени нет. Даже если окажется, что мне лишь подскажут дальнейший путь, нужно сначала с нашим общим делом закончить. Личное подождёт. Сейчас всё может повернуться так, что ничего личного после того просто не будет.

- Ладно уж, гуляйте, мы пока тут разные дела обговорим.

Странник поднялся и зашагал в сторону хижины учителя. За истёкшее время гостям удалось убедить того заняться восстановлением школы. Сам Элки не решался даже подумать, чтобы собрать оставшихся учителей и продолжить работу. Оллен пообещал, что странники помогут отыскать и созвать преподавателей, а также разнесут весть о наборе учеников. Рэйчел и Тин уверили застенчивого фаэри, что из него выйдет прекрасный руководитель. "Кто, если не ты?" - наседал хаосит, на что учитель лишь смущённо моргал своими огромными глазами и топорщил усы. Эльфёнок в свою очередь доверчиво таращился снизу вверх и время от времени убеждённо повторял: "У тебя всё получится!" Решающим аргументом стало провозглашение необходимости подготовить умелых и знающих хозяев обновлённого мира, ведь в таких школах во множестве учились будущие правители и военная элита, аристократы и интеллектуалы, те, кому когда-нибудь придётся вершить судьбы своих государств. Элки проникся важностью задачи и, скрепя сердце, согласился рискнуть.

В свободное время Рэйчел понемногу обучал младшего друга способам космических путешествий, которыми владел сам. Потенциально Тин мог их освоить, хотя большинство жителей Чащи использовали дороги, если вообще решались покинуть планету. Лесные эльфы не слишком любили оставлять дом. Парнишка уже умел строить защитный полевой кокон, позволяющий уцелеть в открытом космосе. Сейчас пришло время проверить науку. Рэй подстраховывал, но не мешал. Телепортация, однако, шла туго, пока что всеми перемещениями управлял хаосит. Они поднялись за пределы атмосферы и перескочили в присмотренный загодя нежилой мирок, выбранный после основательных расспросов Элки. Нежилым тот пребывал не всегда, но куда делись разумные обитатели, история умалчивала. Оттуда Рэй, вернее, уже Эльо одним прыжком перебросил обоих к жилищу Королевы Ветра.

Друзья прошли на открытую веранду небольшого дома, выстроенного возле одной из вершин горной страны, не самой высокой. Похоже, хозяйка отлучилась, не беспокоясь о возможных нежданных гостях, - к дому не вело ни одной тропы, даже звериной. Небольшая площадка перед дверью да пятачок, на котором стояло само здание, оказались единственными хоть как-то горизонтальными поверхностями. С трёх сторон к домику подступали живописные глубокие ущелья с отвесными стенами, с четвертой вставала близкая вершина. Серые и чёрные скалы кое-где украшали яркие кровавые пятна и полосы - то ли поросль лишайника, то ли выходы ртутных руд. Пропасть, видимая с веранды, далее расширялась, образуя закрытую со всех сторон долину. В её сердце синело небольшое озеро, окружённое зарослями жёлто-коричневой травы, в свою очередь окантованными полосой багрово-фиолетового колючего кустарника, захватившего сухие осыпи. Далее до самого горизонта торчали лишь остроконечные пики гор. Надо всем этим великолепием посреди бледной голубизны царило крупное красноватое светило, дающее мягкий ласковый свет и уютное тепло.

- Подождём, - ответил Эльо на невысказанный вопрос Тина, когда оба налюбовались красотами панорамы.

Эльфёнок зябко поёжился, хотя на веранде было тепло, - среди каменных исполинов паренёк чувствовал себя несколько не в своей тарелке. Не столь давно он прожил почти полгода в горах, но там голые скалы скрывал снег, а рядом почти всегда оказывалась дружеская компания, неважно, людей, фаэри или собак. Конечно, здесь был Эльорэ, но парень уселся под стеной и ушёл в свои думы. Спутнику поневоле пришлось сделать то же самое.

Солнце переместилось на третий по счёту пик, когда на веранду ворвался мощный порыв ветра. Упругая струя воздуха ударила в стены, свернулась в тугой вихрь, и прямо перед ними оказалась высокая статная женщина с распущенными роскошными волосами цвета электрона [2], которые плавно опадали вокруг её тела. Всю её одежду составляла полоса тонкой материи, похожей на полупрозрачный сконденсировавшийся туман. Друзья дружно встали, не делая резких движений. Тин немедленно согнулся в вежливом поклоне, Эльо же не отводил взор от лица оборотня-стихиаля, завораживавшего дикой, лишающей дара движения красотой. Его резкие чистые черты пребывали в покое и в то же время создавали впечатление полёта, а в миндалевидных глазах застыл прозрачный горный воздух, чуть потемневший и получивший опасный блеск. Женщина взглянула на посетителей с холодным вопросом. Выждав, Эльорэ изволил приветственно наклонить голову:

- Геллиайне…

Хозяйка внимательно всмотрелась и ощутимо напряглась, но не шелохнулась, лишь по веранде прошло холодное движение воздуха.

Парень вскинул голову и в упор уставился ей в глаза. Воздух вдруг обрёл вес,тяжело навалился на плечи, получил плотность и с трудом проникал в лёгкие. Тин испуганно покосился на друга. Тот смотрел на женщину со странным выражением лица, эльфёнок не понял, что оно могло бы значить. Наконец она опустила плечи, словно сбрасывая с них старый тяжёлый груз.

- Нам сообщили о твоей смерти, - голос прозвучал мелодично и слегка нервно, как резкий порывистый ветерок.

- Как видишь, кое-кто поспешил, - хаосит продолжал изучать прекрасное лицо, словно искал в нём какие-то свои ответы.

- Тогда эта весть была правдивой? – Геллиайне, в свою очередь, выжидающе уставилась на него.

- Да.

- Входите, - хозяйка первой прошла в глубину дома.

Эльо без малейшего стеснения двинулся за ней, следом осторожно проскользнул Тин.

Изнутри дом казался просторнее, чем можно было предположить, созерцая его со стороны. Возможно, такое впечатление создавала почти полная пустота - ни в первом, ни во втором помещении, куда прошли гости, не нашлось ни одного лишнего предмета. Вместо этого комнаты казались наполненными свежим горным воздухом с лёгким ароматом цветущих трав.

- Кто с тобой? - Хозяйка заинтересованно поглядела на паренька.

- Мой друг, - едва заметно пожал плечами хаосит, - из лесных эльфов.

- Вижу, что эльф, - Геллиайне осмотрела одного и другого гостя, затем едва заметно усмехнулась. - Присаживайтесь.

Друзья устроились за небольшим круглым столиком, сделанным из тонкой каменной пластины. Королева опустилась на короткий диванчик возле стены, чтобы видеть обоих, и щёлкнула пальцами. Оба гостя с одинаковым ошарашенным выражением лиц уставились на плывущие по воздуху кувшин с прозрачным напитком, два изящных бокала и вазочку с чем-то непонятным, но обещающим оказаться вкусным. Предметы сервировки и угощение появились из дверного проёма, проследовали к столу и аккуратно расположились перед гостями.

- Не стесняйся, - Геллиайне теперь действительно улыбнулась Тину и перевела взгляд на Разрушителя.

Женщина молчала, спокойно ожидая, пока гость сам не объявит, с чем пожаловал. Эльо плеснул себе напитка и хмуро уставился в бокал, затем выдохнул, залпом проглотил и поднял голову.

- Я не стану спрашивать тебя об отце. Сейчас я ищу брата.

Черты лица королевы слегка дрогнули, в них промелькнула горечь.

- Змей указал мне твой дом, сам я о нём не вспомнил, - продолжил парень, снова опустив глаза. - Не думал, что когда-либо сумею сюда прийти, но вот пришлось. Больше мне спросить некого.

Геллиайне шевельнулась, села подчёркнуто прямо, словно на допросе.

- Когда сюда пришёл… - она запнулась, словно выбирая, какое слово употребить, и продолжила: - ваш наставник, он принёс твой меч и сказал, что ты убит на дуэли.

- Мой меч?! - перебил Эльо.

- Псевдоживой кристаллический клинок. Мы втроём молчали и думали о тебе весь вечер, глядя на него, и все получили ответ о твоей смерти. Меч остался стоять здесь, а поутру не оказалось ни его, ни Лайо. Твой брат всегда был скрытным и не показывал своих дум, этому он научился у змей. Нам не удалось быстро его разыскать, а когда поняли, где, было уже поздно.

- Он погиб? - ледяным тоном поинтересовался Разрушитель.

- Он ступил на Серую дорогу. Думаю, решил отомстить за тебя.

Эльо вскинул расширившиеся глаза на королеву.

- Я не смогла его удержать, - та опустила голову, - но отвечать мне перед Эстархом. Не перед тобой.

- Тебе известно что-либо ещё? - Парень следил за ней с надеждой.

Глаза Тинни перебегали с одного собеседника на другого, эльфёнок замер, забыв о надкушенном лакомстве, хотя понимал из разговора не много.

- Вскоре мы его окончательно потеряли, - она вздохнула. - Дорога сворачивалась и исчезала, впитывая его следы. Потом её разрушение прекратилось, он не добрался до Белых Камней. Тогда не добрался, - вдруг быстро произнесла она.

- А теперь? - Эльорэ весь обратился во внимание.

- Теперь эта дорога вновь начала сокращаться. Медленно и неравномерно, но она исчезает. Сейчас её конец как раз где-то в зоне пустыни Белые Камни.

- Ты полагаешь… - начал Эльо.

- Я не знаю, - королева покачала головой, - сюда он не заходил. Возможно, Лайо встречался с отцом, мне то неведомо. Можешь попытаться поговорить с Эстархом.

- Я и так не особо жив, - горько вздохнул хаосит. - Только таких разговоров мне не хватало.

- В тебе сплетены те же нити, что и в твоем отце, - Геллиайне слегка расслабилась, почувствовав возможность оказать услугу старшему сыну своего возлюбленного, до сих пор не простившему, что женщина в некотором роде заняла место его матери. - Тебе не нужно бояться Силы Смерти. Только не подходи близко.

- Хорошо, - парень задумчиво глотнул из вновь наполненного бокала. - Хотя лучше бы мне для начала полностью вернуть себе всё моё, а то окажется, что из тех самых нитей тоже кое-что разорвалось. Мне обязательно нужно восстановиться!

- Пройди по лабиринтам Огня, вновь возьмёшь своё полное право. Разве ты об этом забыл?

- Этого мало! - Эльорэ недовольно тряхнул головой. - Я верну право на Силу, только, кажется, я и так его не терял. Зато забыл часть своей личности. Да и в схеме мне кое-что поломать сумели. И главное - я не помню, кто это сделал! Как я смогу отомстить?!

- И этот туда же… - Хозяйка склонила голову к плечу, искоса посмотрев на парня. - Кто из вас станет взрослым?

- Я не сказал, что собираюсь заняться местью немедленно, - холодно отчеканил Эльо, - но я не считаю допустимым прощение своих врагов. Иначе моя Сила немногого стоит.

- Хорошо, - Геллиайне не стала спорить. - Если тебе будет нужна полная матрица, ты ведь знаешь, где ее взять?

- В Библиотеке Пустоты?

- Да. Там хранят информацию обо всем, что случается в мирах формы.

- Там не будет сведений о моих последних днях.

- Не будет, это тебе придётся узнавать иначе. Всегда есть тот, кто что-либо слышал, знает и помнит, даже если он очень долго молчит.

- Согласен, - хмуро кивнул хаосит и поднялся. - Извини, если показался не вполне вежлив.

- Терпимо, - королева приподняла уголок изящно очерченных губ. - Тебе удалось меня удивить.

- Тем, что пришёл?

- Нет, тем, что пришёл с другом, - Геллиайне ободряюще кивнула Тину и вернулась к Эльорэ. - Он на самом деле любит тебя.

- Я знаю, - смутился тот.

Лицо женщины внезапно стало печальным.

- Если пройдёшь к Эстарху, скажи ему… - она вдруг смешалась, - нет, ничего не говори! Там память – это только боль и ничего больше…

Разрушитель растерялся, не зная, что ответить, но ответа не требовалось. Тинни сжал плечи и бочком выбрался из-за стола. Вдруг он быстрым шагом приблизился к Геллиайне, взял её руку и осторожно погладил. Хозяйка с грустной улыбкой потрепала парнишку по рыжим волосам.

- Спасибо.

- Спасибо тебе, - скомкано попрощался Эльорэ.

- Приходи, - Геллиайне тоже смутилась, - здесь и для тебя двери не заперты. Просто знай это.

- Да, хорошо. Спасибо.

Друзья выбрались на веранду, там Эльо схватил эльфёнка в охапку и рванул подальше. Будь парень один, его опять потянуло бы на подвиги, но товарищем он не мог рисковать, так что вскоре оба оказались в уже знакомом лесу, где за это время настала ночь. Хаосит не хотел сейчас появляться в обществе, зная себя и опасаясь неадеквата, а эльфёнок не захотел оставить его одного, так что оба лежали на мягкой траве под крупными звёздами, видными сквозь просветы в кронах, пока Эльо не заснул. Тин не стал расспрашивать ни о чём услышанном, чувствуя, что другу не до бесед.

[1] "до воскрешения Городов" - ещё одно идиоматическое выражение для очень протяжённого периода времени.

[2] электрон - сплав золота с серебром.

Глава 12

- Может, устроим базу здесь и будем все по своим делам бегать? - мрачный Оллен уставился на сизую траву возле своих коленей, словно не видел такой никогда прежде.

- Не говори ерунды, - буркнул Рэй, не глядя в глаза страннику. Он понимал, что тому есть за что злиться на спутников: уже больше полумесяца друзья сидели на уютной планетке, при этом прекрасно зная, что время не ждёт. - Завтра пойдём дальше.

- Сегодня, - упрямо возразил Ветер.

- Он прав, - неожиданно поддержал эльф, до сих пор не принимавший участия в перепалке и меланхолично рассматривавший узоры, которые рисовали синеватые листья деревьев на фоне светлого неба.

Рэйчел молча вскочил и направился к хибаре - ругаться троица благоразумно удалилась в лес. Когда товарищи вошли в дом, он уже резкими движениями швырял вещи в дорожный мешок. Элки благоразумно помалкивал, хотя его вибриссы стояли торчком и возбуждённо подрагивали.

- Что с тобой? - эльфёнок легонько тронул друга за рукав. - Почему ты злишься?

- Не знаю! - рявкнул тот, затем остановился с плащом в руках и вгляделся в лицо эльфа. - Что-то такое в воздухе, нервы на взводе. Ты ничего не чувствуешь?

Тин задумался.

- От тебя прямо искры летят, мешают, - парнишка потёр лоб. - Мне кажется, нас ищут, то есть, тебя. Пока не нашли, но смотрят уже где-то рядом. А у тебя от того нервы.

- Кто ищет?! - губы хаосита разошлись то ли в оскале, то ли в усмешке, глаза едва ли не сладострастно блеснули.

- Я не знаю, - Тин растерянно улыбался, - а если попробую посмотреть, нас сразу увидят.

- Да, ты прав, извини, - Рэйчел расслабил плечи и уже спокойнее взялся сворачивать плащ.

Вскоре путешественники попрощались с фаэри, поблагодарив того за гостеприимство. Оллен посоветовал готовиться встречать прибывающих учителей - за истёкшее время странники уже должны были кого-то из них отыскать. Элки в ответ тоже поблагодарил за помощь и пообещал на днях переселиться в корпус школы.

- Как бы нам отсюда выскользнуть через заднюю дверь? - задумчиво изрёк хаосит, когда все трое достаточно углубились в заросли. - На дороге нас даже слепой сумеет найти.

- Можно протянуть тропку, - проворчал Ветер, - только куда?

- Лестер упоминал несколько ваших баз на Девятом Круге, - как само собой разумеющееся сообщил Разрушитель и почти приказал: - Выбирай любую.

Оллен возмущённо дёрнулся, сменил несколько обличий, остановился, затем едва ли не прошипел:

- Хорошо.

- Скажи, когда выберешь, - Рэй равнодушно смотрел в небеса.

- Зачем? - странник с подозрением оглянулся на спутника.

- Встретимся там, я вас догоню.

- Я буду с тобой! - тут же вскинулся Тин.

- Нет! - отрезал Рэйчел.

Эльфёнок сник, но настаивать не пытался. Парнишка чувствовал, что его друг принял какое-то непростое решение, и поводом явился отнюдь не минутный каприз.

- Ты остаёшься таким? - уточнил Ветер. - Не существом Хаоса?

- Да. Иначе бесполезно.

- Эф-эр-шестнадцать, она же Вертушка, - тут же с видимым облегчением объявил странник. - Сумеешь найти?

- Найду. Если не появлюсь, значит... - парень не стал заканчивать фразу и махнул рукой.

Тин вздрогнул и дёрнулся по направлению к нему, однако остался на месте, лишь не спускал с лица Рэя разом потемневших глаз.

- Идём, - Оллен легко коснулся руки паренька. - Не отвлекайся, тебе нужно следить только за мной и не обращать внимания ни на что больше. Иди следом.

Ветер первым двинулся по едва заметной лесной тропе. Эльфёнок, опустив голову, тронулся за ним, но всё же не удержался и обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на замершего возле мощного узловатого древесного ствола хаосита. Тот поднял руку, посылая прощальный жест.

Рэйчел дождался, пока оба скроются за деревьями, и шагнул вбок от тропинки. Он не сомневался, что почувствует, когда товарищи окончательно исчезнут с этой земли. Когда это произошло, парень поставил маскировочное поле и немедля смесился на планету, откуда недавно добирался до Геллиайне. Осторожно осмотревшись там и решив, что пока не обнаружен, он взялся накручивать веер прыжков по окрестным мирам. "Если сумеют выследить, - рассудил Рэй, - пусть враги полагают, что хаосит останавливался именно здесь, и не обращают внимания на парочку треков до школьной планеты, ничем не отличающихся от остальных". Иного способа отвести опасность от учителя бывший ученик не видел. После нескольких бросков приходилось брать паузу и ускоренно восстанавливать силы. Парень, не стесняясь, тянул их из пылающих планетных недр. Несколько раз по коже начинали бегать мурашки, сигналя о близкой опасности, Рэй замирал, осторожно осматривался и уходил в сторону, какая казалась спокойней. Конус поиска шарил по близлежащей части космоса, а упрямая жертва старательно уворачивалась от него.

Наконец Рэйчел решил, что сплёл достаточно запутанную паутину следов и пора убираться. Хаосит мог рассчитывать лишь на одну попытку добраться до места встречи - в нынешней ипостаси он Девятого Круга не знал, а сил на второй прыжок в случае промаха могло не хватить. Даже наверняка не хватило бы, учитывая, сколько пришлось их истратить, внешняя же подпитка нуждалась в "переваривании" или расходовалась стремительно. Пришлось задержаться в центре паутины и запастись впрок, хотя парень уже несколько раз ощутил дрожь натянутой нити - луч поиска натыкался на свежие следы. Значит, те, что пытаются его найти, сейчас удвоят внимание. По позвоночнику потекли острые колючие искры тревоги. Рэй представил адресный фон "Вертушки", как его показывал Лестер, рванулся и в то же мгновение почувствовал, что опоздал. Липкий луч враждебного внимания настиг его точно в момент броска.

Остановиться на середине прыжка невозможно, это знает разум и помнит память, но в момент переброски то и другое молчит. Зато глубинный инстинкт сына Хаоса, учуяв слежку, взвился и заставил немедля метнуться обратно - нельзя позволить привести за собой врагов, ни одного из Семьи никто и никогда не вправе назвать предателем! Пространство натянулось, раздираемое противоположно направленными мощными силами, треснуло и расползлось, как ветхое полотно. Рэйчел ощутил, что проваливается в какую-то яму и рушится в бездонную пропасть. Прежде, чем он успел осознать, что случилось, ткань пространства сомкнулась, оставив его в чёрной пустоте. Органы чувств отключились, не находя ни света, ни звука, ни вибраций силовых полей, сохранилось единственное ощущение - падения. Рэй испугался, никогда прежде ему не доводилось испытывать состояния настолько полной беспомощности. В панике он рванулся куда-то, предположительно "вверх", потом заметался, дергаясь в разные стороны, но вокруг не было ни верха, ни низа, лишь пустое ничто, в котором не находилось ни ориентира, ни точки опоры. Прекратив бессмысленные попытки, парень свернулся в клубок, минимизируя поверхность силового кокона, и принялся соображать, куда попал и что ему теперь делать.

Доступным ощущением по-прежнему оставалось "падение", хотя в наличии пространства, в котором падает, и времени, в течение которого это происходит, Рэй небезосновательно сомневался. Тогда хаосит решил попробовать усилить это чувство, даже если бы его создавал всего лишь собственный мозг. Если на самом деле существовала некая "скорость", при этом она также должна была возрасти. Рэйчел сосредоточился и, как ему показалось, действительно стал проваливаться быстрее. Правда вместо скорости нарастал какой-то тугой комок внизу живота, в который, похоже, собрался страх. Комок разбухал, тяжелел, начал давить на внутренности сперва до заметной боли, затем до едва выносимой, и вдруг взорвался, разлетелся на пылинки, исчез. Его место заполнило абсолютное безразличие, потеряли важность и значение понятия цели, безопасности, будущего, даже само "я", казалось, перестало чувствовать себя настоящим, размылось до подкрашенной голограммы, и это не вызвало ни одной эмоции. Тут, наконец, падение прекратилось, зато прямо посередь темноты возникло слегка светящееся большое яйцо, в котором стоял молодой парень с громадным фолиантом в руках. В слегка раскосых очень тёмных глазах с жёстким прищуром, придававшим жутковатый вид смуглой физиономии, поблёскивали багровые сполохи, длинные прямые волосы неизвестного свисали почти до нижнего обреза книги. Чем-то это лицо показалось хаоситу знакомым. "Значит, вот как оно бывает: писарь с Книгой Судьбы", - подумал Рэй и устало прикрыл глаза. Незнакомец, однако, виделся ничуть не менее чётко.

"Галлюцинация, - заключил хаосит, - значит, я ещё жив. Покойники глюками не страдают. Хотя откуда мне знать, как живётся покойникам? Тьфу!" Он сморщился от безумия собственных мыслей и снова открыл глаза. Парень улыбался, сейчас прищур его глаз казался весёлым, а в зрачках мелькали оранжево-алые искры.

- Где это я? - хмуро вопросил кандидат в психушку.

- В библиотеке. Держи! - тот протянул книгу.

Растерявшись от неожиданности, Рэйчел потянулся принять тяжёлый на вид том, но едва успел коснуться его, как книга исчезла.

- Куда она делась? - он обалдело уставился на собеседника и тут же обозвал себя идиотом - надо же! Разговаривать с галлюцинацией! Ведь ясно, что книга - просто элемент бреда.

- Совместилась, - как ни в чём не бывало объяснил глюк.

- С чем?

- С повреждённой матрицей.

Рэй взрогнул. Такого он не мог придумать даже в бреду.

- Ты кто? - осторожно поинтересовался он у собеседника.

- В некотором роде я - это ты, - поступил ответ, - продукт твоего сознания.

- То есть, всё-таки бред, - резюмировал Рэй.

- Не больше, чем любое другое описание мира. Я не отвечаю за то, как ты решил интерпретировать Пустоту.

- Что?!

- Ты хотел найти, - взялся объяснять парень, - дубликат твоей матрицы.

- Я? Хотел? Я ничего не хотел! - изумлённо возразил Рэй. - Я хотел добраться до базы странников! Меня друзья ждут!

- Значит, что-то в тебе хотело, - пожал плечами продукт сознания.

Хаосит поперхнулся. Его "второе я" выучилось действовать самостоятельно и безо всяких ключей? Однако он по-прежнему в своём разуме и всё помнит. Что-то не вязалось.

- Так это моя матрица? - попытался уточнить Рэй. - Которого из меня?

- Тебя, но не этого, - безапелляционно заявил глюк. - С этого записей не существует.

- И что мне теперь с ней делать?

- Потом найти кого-нибудь, кто сможет по ней схему восстановить, - терпеливо пояснил парень и добавил: - а сейчас – сваливать. Или ты хочешь поговорить с Пустотником?

- Не хочу! - быстро возразил Рэй и обеспокоено уточнил: - А как сваливать? Я не умею.

- Представь место и время, которое тебе нужно, и вынырни туда, как из-под воды. Нырять умеешь?

- Угу, - буркнул Рэйчел, начиная решать поставленную задачу. Место он знал, но вот время… Здесь никакого времени явно нет, от чего вести отсчёт? Разве что привязаться ко времени Тина, явиться сразу после того, как эльфёнок доберётся до места и примется усиленно его ожидать? Почему-то Рэю примстилось, что для его "второго я" расчёт времени не показался бы сложной задачей. "Помог бы, что ли, - ворчливо подумал он, - раз уж по твоей милости я сюда загремел".

Продукт сознания саркастически ухмыльнулся.

- А что будет с тобой? - напоследок полюбопытствовал хаосит.

- Да что со мной будет? Ведь я - это ты, забыл? Но могу и не возвращаться к тебе, вон клинок у тебя хорош, могу и там поселиться, - парень вдруг стремительно и плавно скользнул к Рэйчелу, протянул ладонь к рукояти подарка Дараи, торчавшей из-за левого плеча, и словно втянулся в неё. Пустой овал продолжал едва заметно светиться, не давая вновь потеряться в абсолютном ничто.

Рэйчел захлопал глазами, но возмущаться или выдвигать претензии было недосуг, он всем существом чувствовал нарастание некоего холодного давящего "влияния". Так что пришлось поспешно сосредотачиваться на Эф-эр-шестнадцатой и накладывать на её фон картинку переживающего за него Тина. Настроившись, Рэй на всякий случай закрыл глаза и последовал совету глюка "вынырнуть". Ощущения на самом деле оказались похожими. Если бы ему довелось хоть раз в жизни купаться и нырять в проруби, парень отыскал бы ещё больше сходства. Как утопающий рвётся из-подо льда в полынью, Рэйчел выскочил через тут же затянувшееся окошко в предметный мир, заданный выбранными параметрами пространства и времени.

Планета, на которой Странники решили устроить убежище, сама по себе являлась довольно необычным небесным телом. Скорее всего, она возникла как комок холодной породы, оставшейся после образования звёзд, и так и болталась теперь посреди шарового скопления, не прибившись ни к одной из них, и освещаемая сразу многими. Сложное наложение полей тяготения некогда достигло неустойчивого равновесия, с тех пор мёртвый кусок материи висел в точке центра масс, колеблясь, но не отходя от неё далеко. Сердце его никогда не знало живого огня, в нём скапливались тяжёлые элементы, да так и не разогрелись. На поверхности же случайные увесистые частицы за миллиарды лет спрессовались в твёрдые скалы, лёгкие образовали атмосферу, удерживаемую мощным притяжением. Каким-то образом этот звёздный ублюдок приобрёл быстрое вращение вокруг свой оси, что помогло стабилизировать местоположение и заодно отшвырнуло центробежной силой приблудившуюся космическую пыль, из которой сформировалась довольно плотная оболочка за пределами атмосферы. Кто и когда затащил сюда биологическую жизнь, история умалчивает, однако споры прижились и как-то эволюционировали, дав примитивную растительность, привычную к тяжести. Зато полноправными обитателями неуютного мира стали энергетические существа - эрги и стихиали. Для них планета выглядела настоящим раем. Стихиали земли населили каменную оболочку, сильфы оживили воздух. Водяным досталось меньше всего, воды здесь нашлось немного, но в каждом болотце распоряжался хозяин, на каждом источнике сидел эрг, и в самом мелком кристально чистом ручье кипела жизнь. Огненных, само собой, не заводилось, им тут ловить было нечего.

Кроме потаённости Странников привлекло то, что здесь можно было при минимуме настроек получать доступ ко множеству точек верхних Кругов, куда уже не вели классические перемещающие структуры типа "дорога". На базе оборудовали полуавтоматический портал и сделали её транспортным узлом Девятого-Десятого. Самые знающие и опытные пользователи могли настроить переброску и в локации Одиннадцатого Круга. Разумеется, база имела системы защиты, жизнеобеспечения, могла некоторое время существовать в полностью закрытом автономном режиме и почти не зависела от условий на поверхности планеты. Даже тяготение внутри здания компенсировалось. Прозвище Вертушки она получила не только из-за планеты-волчка, но и за принцип действия перебросника: подключение к каналам передачи проще всего было представить поворотом огромной вертушки: дождался своей двери - шагай.

Немного переведя дух, хаосит осмотрелся. Судя по всему, он находился на нужной планете, хотя ничего напоминающего описание базы поблизости не наблюдалось. Парень оказался на чёрной скальной поверхности, испещрённой серыми пятнами лишайника. В отдалении виднелся распадок или болотце, заросшее коричнево-рыжей травянистой растительностью, а надо всем этим раскинулись великолепные светло-сиреневые небеса без малейших признаков какого-либо светила. Картина выглядела по-своему гармоничной и эстетически завершённой. Воздух был тёпл и прозрачен до ощутимой звонкости и, казалось, наполнен отдельным свечением, придававшим всем деталям пейзажа обострённую чёткость. Стоял полный штиль. Рэй неуверенно переступил с ноги на ногу - отсутствие собственной тени рождало некоторый дискомфорт. Потом он решил, что при таком освещении ничего иного ожидать не приходится, и смирился. Сканированием удалось сразу же обнаружить слабые фоны эльфа и странника и определить направление, в котором их нужно было искать. Хотелось есть. Парень загнал чувство голода на задворки сознания, поднялся в воздух и взял курс на базу.

К собственному удивлению, не одолев и трети пути, Рэйчел спланировал на точно такую же скалу и понял, что больше лететь не может - силы изошли. Решив, что виной тому местная сила тяжести, из-за которой он чувствовал себя ходячим жиртрестом, парень привычно потянулся к сердцу планеты за дармовой энергией, однако не отыскал ничего похожего на подземный огонь. Со всё возрастающим изумлением хаосит перебирал доступные ему источники один за другим, и не мог найти подходящего. Даже обыкновенного солнца - и то не было, а того, что сиянье небес обеспечивается тысячью солнц, гость не знал. Он не умел пользоваться энергией стихии земли, воды поблизости не оказалось, оставалось попробовать потянуть силы из воздушного океана. Дело пошло, однако сияющий воздух в ближней округе потускнел, превращаясь в обыкновенный. Рэйчел и не хотел бы разрушать экзотическую красоту, но что оставалось делать? Отъел он совсем немного, когда вдруг резкий порыв ветра хлёстко ударил в лицо. Следующий тут же толкнул в плечо. Парень растерянно завертел головой. В атмосфере всё так же царило безветрие, лишь возле него кружили несколько плотных небольших вихрей, их собратья виднелись неподалёку и неприятно быстро перемещались к нему, а в отдалении маячила парочка весьма внушительных смерчей.

- Я больше не буду! - быстро подумал Рэйчел. - Я не знал, что это ваш мир, мне нужно было только немного силы.

Вихри вертелись вокруг него, то взлетая ввысь, то стелясь по самой скале, но больше не атаковали.

- Правда не буду, - повторил он уже спокойнее, - обещаю.

Стихиали отлетели немного дальше. Рэй медленно тронулся в путь пешком. Вихри сопровождали его, но затем постепенно отстали, убедившись, что незваный гость больше не собирается безобразничать. Рэйчел шагал, поднимаясь в воздух лишь для того, чтобы преодолеть узкие глубокие расселины, в которых бежали ручьи, пока вконец не уморился. Попробовать "испить" из ручья он уже не рискнул. Парень, насколько удалось удобно, умостился на жёсткой скале и попытался заснуть под немилосердные вопли желудка, в котором не просто "сосало", а, казалось, открылась жаждущая хоть чего-нибудь яма. Чувство времени отказало, смены дня и ночи здесь можно было не ожидать, так что он не знал, сколько сумел проспать неровным прерывистым сном без видений.

Пробудившись, Рэй проверил пеленг и убедился, что идти ему ещё долго. Фон Тина сегодня читался ярче, в нём появились нотки волнения, видимо, паренёк начинал беспокоиться за него. Рэйчел снова шагал, заглушая неотступное чувство голода и радуясь хотя бы тому, что местность попалась ровная - впереди понемногу поднимался над горизонтом горный хребет. Видимо, у его подножия и размещалась база. Отдыхать приходилось всё чаще, физические силы тоже заканчивались. Наконец, горы оказались столь близко, что стали различимы трещины в отвесных скалах, из них ползли к земле плети висячих растений. Однако Рэй понял, что без основательного отдыха ему этого расстояния не преодолеть. Пришлось снова устраиваться на жёстких камнях. Беспокойство Тина росло весь день и к вечеру (если вообще можно говорить про вечер) приблизилось к отчаянию, от него невозможно было отгородиться. Тогда Рэйчел попытался мысленно позвать паренька, передал тому успокаивающее "я уже здесь" и забылся тяжёлым сном.

Кто-то потряс его за плечо. Рэй никак не мог вырваться из тенет сна, проваливался обратно в затягивающую темноту. Неизвестный не отставал, рывки становились сильнее. Наконец парень ощутил увесистую плюху, прилетевшую по левой скуле, и еле-еле разлепил глаза. Перед ним маячила вроде бы человеческая фигура, но контуры размывались и текли, не давая определиться. С трудом сфокусировав взгляд, Рэй узнал склонившегося к нему Оллена. Странник выглядел встревоженным, за его спиной подпрыгивал и старался заглянуть через плечо испуганный Тин.

- Эй, вы чего? - сонно пробормотал Рэйчел.

- Ничего, навстречу пошли, - с облегчением в голосе проворчал Ветер.

- Да я бы завтра сам пришёл, - засоня через силу поднялся, сел и потёр немилосердно слипавшиеся глаза.

- А придёшь сегодня! - довольным тоном изрёк эльф. - Мы подумали, что ты заблудился.

- Где тебя носило? Опять во времени заплутал? - скептически оглядев фигуру хаосита, удивился Ветер.

- Нигде, - буркнул Рэй. - В Пустоте.

- Кгм… - странник запнулся, всё более пристально вглядываясь в товарища. - Хорошо тебе схему надставили и, главное, вовремя.

- А что такое? - не понял тот.

- Выглядишь ты… в землю краше кладут - мешок с костями ходячий. А иначе вообще бы сдох.

- Да? Я немножко проголодался, - хаосит застенчиво улыбнулся.

Тин торопливо зашарил по карманам и выкопал основательно подсохшее печенье.

- Вот! Пошли скорее, там покушаешь.

Рэйчел проглотил печенье, почти не жуя, и попытался подняться, что, к его немалому удивлению, удалось не сразу. Затем его слегка качнуло. Парень выправил равновесие и шагнул первым. Оллен обогнал его, показывая путь. Через сотню шагов ноги Рэя сами собой принялись заплетаться, он несколько раз споткнулся на ровном месте. Странник предложил понести тяжёлый меч. Неожиданно для себя, хаосит шарахнулся от него, как демон от благословения. Ветер недоумённо хмыкнул и вместо меча забрал вещевой мешок. Против такой помощи Рэйчел не возражал. В конце дороги хаоситу всё-таки пришлось опираться на крепкие руки товарищей, и как он оказался на базе, парень не помнил.

Рэй очнулся от аромата еды, который настойчиво ввинчивался в ноздри. Втянул воздух, забегал глазами, отыскивая источник волшебного запаха, наконец, осознал, что перед ним находится исходящая паром полная тарелка с уже воткнутой ложкой, и немедленно за неё схватился. Поглотив предложенное в несколько быстрых движений, парень оторвал взгляд от пустой посуды и взялся осматриваться, не притаилось ли где добавки. Оказалось, что он сидел за длинным столом в середине невысокого слабо освещённого зала. Свет шёл от множества мелких точек, разбросанных по потолку. Вдоль двух стен тянулись стеллажи, заставленные коробками, коробочками и банками, а также разнообразной посудой. Возле третьей виднелся некий агрегат, судя по всему, кухонного назначения, а вдоль последней построились диванчик и пара небольших кресел. Ещё два креслица стояли возле того же стола, в них восседали Оллен и Тин и с умильными улыбками наблюдали за насыщением голодающего.

Приметив острый интерес во взгляде Рэйчела, бегающем по стеллажам, Тин поднялся, сходил к агрегату и притащил оттуда целиком кастрюлю с подогретым ужином. Рэй довольно улыбнулся, подвинул её поближе и снова стремительно заработал ложкой. Когда его движения замедлились, Ветер поднялся и отошёл к стеллажу, выбирая, что заново придётся готовить им с Тином, а паренёк взял тарелку и отправился мыть. Не успели они оглянуться, как хаосит уже мирно посапывал рядом с внушительной опустошённой кастрюлей.

Странник и эльф переглянулись и дружно пожали плечами - за пару дней дойти до столь плачевного состояния сложно, но, видимо, товарищ оказался талантлив. "Завтра полегчает", - подумали оба, перетаскивая тело на ближайший диван.

Однако назавтра легче не стало. Рэй проснулся с тем же ощущением зверского голода и усталости, с каким заснул. Плотного завтрака хватило лишь на рассказ о приключениях, затем снова понадобилось подкрепиться. Тин со скорбной миной наблюдал за мучениями друга и, наконец, не выдержал.

- Рэй, можно мне посмотреть? - эльфёнок смущался, однако вопрошал настойчиво.

Они так и не покидали обеденного зала - самого большого помещения на базе. Единственный выход отсюда открывался к перекрёстью коридора. Вправо и влево по обеим его стенам чередовались двери маленьких спальных комнат и сангиготсеки, приспособленные к потребностям разных народов. Кроме того отрезок коридора уходил вперед, в скалу, где помещалось сердце базы - камера телепорта. Никто, кроме Оллена, не знал, как им управлять, а странник не спешил ликвидировать пробелы в образовании спутников.

- Что посмотреть? - удивился Рэйчел, стоя у стеллажа и прикидывая, что тут ещё можно подъесть.

- Что с тобой. Я тебя таким ещё не видел.

- А, да смотри, может, в чём разберёшься. Я и сам вижу, что не в едока корм, а в кого - непонятно, - парень выбрал пакет с хрустиками и уселся с ним на диван.

Тин пристроился немного поодаль, примолк и уставился куда-то вдаль сквозь тело товарища. Оллен, не вмешиваясь, несмотря на любопытство и тревогу, возился возле плиты. Через недолгое время эльфёнок вздохнул и опустил глаза к полу.

- И что? - тут же потребовал заключение хаосит. - Много высмотрел?

- Рэй, помнишь, я говорил о стенке? - издалека приступил Тин. - За которой ты-другой прячешься?

- Помню, - кивнул тот.

- В ней, кажется, дырка теперь, - эльфёнок с шумом втянул воздух и медленно выдохнул, борясь с волнением, - и она сама тонкая-тонкая, почти прозрачная. Ты, наверно, можешь другого-тебя сейчас сам позвать.

- Да? - Рэйчел окинул себя скептическим взглядом, но ничего особенного кроме неожиданно заметной худобы не увидел.

- Ты сказал, что матрицу для него нашёл, - продолжал юный диагност.

- Ну да, нашёл, или она сама нашлась. Или он её сам нашёл, я точно не понял.

- А по ней строится схема, так? Это ещё Суид говорил, - эльфёнок то ли старательно соображал сам, то ли подводил друга к закономерному выводу.

- Так. И что дальше?

- Рэй, она, кажется, начала восстанавливаться сама, то есть он, ты-другой, понимаешь? Он выздоравливает. На это идёт энергия. Вот почему тебе сейчас так плохо.

- Ты думаешь? - хаосит покосился на Ветра. - Тинни, ты это на самом деле увидел?

- Да, - вздохнул тот.

- Вот это приехали… - Рэйчел опустил голову.

- Это что, скоро здесь окажется Разрушитель? - для полной ясности уточнил странник, прекрасно слышавший разговор.

- Скоро здесь окажется труп, - проворчал Рэй, - на двоих одного тела не хватит.

- И что делать? - Ветер оторвался от кулинарии и подошёл ближе. - Можешь что-нибудь предложить?

- Не знаю, - старательно рассматривая половицы, тихо выдохнул хаосит. - Может, моё второе я в курсе?

- Давай спросим? - немедленно оживился горестно поникший от такого известия Тин. - Потому что я тоже не знаю, а больше тут никого нет!

Оллен дёрнул уголком глаза, по его плечам перекатились желваки мышц, но странник кивнул.

- Попробуй сам, - предложил Тинни, - надо же проверить, вдруг теперь так получится.

Рэйчел не представлял, как вызывать своего "напарника", поэтому просто выпрямился и бездумно уставился в пространство. А потом нечто внутри его сознания шевельнулось.

Эльо тряхнул головой и всмотрелся в лица друзей. Эльф взирал на него с надеждой, странник настороженно.

- Я тоже не знаю, - Разрушитель покачал головой. - Не знаю даже, у кого можно совет спросить.

- Помнится, ты собирался расспрашивать своих родных, - заметил Оллен, - может, кто заодно и поведает?

- Да? - прищурился хаосит. - Вряд ли родных, это на меня не похоже. А вот кого я действительно могу навестить… - он победно выпрямился. - Я знаю! Старый волк Сэтхес наверняка в курсе событий!

- Волк? - удивился Тин.

- Он из Лунных. Сэтхес был управляющим в доме моего отца. У меня нет сомнений в его верности, - добавил парень с интонацией урождённого принца.

- Странная роль для волка, - недоверчиво пробормотал Ветер.

- Да он вообще странный волк, - Эльо улыбнулся, видимо, вспомнив что-то из детства. - Говорят, среди стай встречаются одиночки, а личная преданность одиночки - она навсегда. Я слышал, отец ещё в юности вытащил его из какой-то передряги, точно не знаю, никто из них об этом не вспоминал. С тех пор Сэхт ни разу не брал в руки оружие. Даже когда… - по его лицу вдруг прошла судорожная гримаса, и оно застыло в выражении нарочитого равнодушия, а голос ощутимо просел, - когда нас захватили. Тогда я так и не смог этого простить, хотя отец сказал, что он не имел права.

- А сейчас? - Тин впился глазами в лицо друга.

- Что сейчас? - не понял Эльорэ.

- Сейчас простил? - парнишка напрягся, ожидая ответа.

Разрушитель ненадолго прислушался к себе.

- Сейчас я, кажется, стал умнее. И ещё мне кажется, Сэтхес вовсе не управляющим был при отце, эту роль они придумали для шпионов.

Эльфёнок с видимым облегчением выдохнул.

- Ты знаешь, где его найти? - вернул разговор в практическое русло Оллен, помахивая мешательной ложкой, которую зачем-то притащил с собой.

- Теперь знаю, вспомнил, - Эльо сперва улыбнулся, затем нахмурился. - А не вспомнил бы, незачем было бы и искать.

- Всё будет хорошо! - взялся успокаивать его Тин. - Правда-правда, я знаю!

Эльорэ снова заулыбался, взлохматил рыжие волосы паренька, обнял за плечи и легонько притянул к себе, благодаря за сочувствие и поддержку. Тот замер, поражённый неожиданной лаской, глаза эльфёнка подозрительно заблестели.

- Как думаешь, твой Сэхт ещё что-то полезное знать может, кроме ваших семейных дел? - с деланным безразличием поинтересовался Ветер.

- Не сомневаюсь. Он всегда держал нос по ветру и собирал всю информацию, какую тот приносил, - Разрушитель отпустил притихшего Тина и хвастливо вскинул голову, словно в том имелась и его заслуга.

Эльфёнок тут же шлёпнулся на диван и прижался к костлявому боку друга, словно опасался, что тот может прямо сейчас исчезнуть.

- Тогда я тоже хотел бы его расспросить, - странник в упор взглянул на хаосита и уставил в него ложку, словно клинок, - это возможно?

- Думаю, да, - ответил тот после короткой заминки, - но не одновременно. Я могу позвать тебя, когда мы закончим.

- Позови.

Оллен отступил к плите, словно потерял интерес к разговору. Впрочем, обсуждать больше было нечего. Оставалось пообедать, настроить телепорт и отправить Эльорэ за рецептом спасения. Конечно, тот мог бы добраться до места своим привычным прыжком, но раз энергию можно сберечь, то её поберечь нужно. Тем более в обстоятельствах, в которых парень оказался сейчас. Долго собираться тоже не стоило, на раздумья времени не оставалось, и выбирать не приходилось. Либо Разрушитель сумеет отыскать ответ, либо останется "в одной призрачной" с неизвестной степенью повреждения энергетики, потому что от как-то сбалансированного целителем из Зелёной Чащи состояния та отклонялась всё дальше с каждым упущенным часом.

Пока Эльо расправлялся со второй добавкой, странник ушёл тестировать телепорт. Согласно технике безопасности, перед запуском установку необходимо было проверить. Любопытный и взбудораженный Тин крутился там же. Отчего-то эльфёнку плохо давалось самостоятельное перемещение между мирами, сейчас он взялся донимать Оллена вопросами по технологии процесса.

- Переброс ведётся по так называемым путям времени, - пояснял тот. - Это уровень, где пространство и время обращаются в функции от энергии, понимаешь?

- Не совсем… - смущённо опустил глаза паренёк. - Я не слишком люблю формулы. А без них нельзя?

- Если совсем просто, - Ветер закончил исполнять фортепьянную партию на панели переключателей и выпрямился, наблюдая за картинкой на контрольном экране, - любой предмет - это всего лишь очень уплотнённая энергия, сгущённая настолько, что стала материальной. Свободная энергия в нём тоже, конечно, есть, а ещё есть более тонкая часть, которая всю эту систему помнит.

- Матрица? - встрепенулся Тин.

- Да, матрицы, их может быть больше одной. По матрице можно создать энергетическую схему организма, а по ней, если условия позволяют, его тело. Конечно, производить такую развёртку нужно уметь, понимать, как именно сочетать творимые элементы. Но это если их не существовало прежде. А когда идёт переброска, всё, что имеется в телепортируемом организме, рассыпается и описывается в энергии особого уровня, слишком тонкой для обычных схем. Такая запись существует как отдельная единица в поле сверхтонких энергий, не смешиваясь с ними. Это просто информационный пакет. Вот такой пакет собирает наш телепортер. А потом он отбрасывает его к более тонкому уровню, откуда тот проецируется в нужное место, разворачиваясь там в точную копию образца, с которого снят. То есть здесь наш Рэй свернётся в информационный шарик, а у дверей Сэтхеса развернётся точно таким, как был.

Странник слегка прижал одну из точек на панели настройки и удовлетворённо кивнул.

- Наверно, я никогда не научусь сворачиваться, - вздохнул эльф. - Не могу представить, как это следует делать.

- А тебе зачем? - удивился Оллен. - Это технология для машины. Живые существа обычно поступают иначе.

- Ну да, сперва энергетический кокон создать, потом на фон настроиться, а потом должен там оказаться… а я не оказываюсь, - пожаловался паренёк. - Никуда не прыгается.

- Кто тебе так объяснял? - насупил брови Ветер.

- Рэй.

- Неправильно объяснил.

- Это ещё почему неправильно?! - возмутился последний, показываясь в дверях уже в походной одежде и с клинком за спиной.

- Потому что после создания кокона или одновременно с этим нужно убрать привязки к прежнему миру, отстроиться от его восприятия. Тогда кокон легко смещается за грань текущей реальности, откуда совершается сам прыжок. То есть, нет никакого прыжка, есть настройка на новое место и включение его восприятия. За гранью не существует пространства, значит, оттуда можно выйти в любое место реальных миров. Там они все в одно сложены, просто повернуться к нужному, и чтобы сил его удержать хватило. Шаг на дорогу - шаг с дороги, - понятно? А если ты не выключил для себя прежний мир, он тебя держит.

- Так это глупцу понятно! - завёл глаза к потолку Эльо. - Что тут растолковывать-то? Это же само делается, инстинктивно!

- Это у тебя инстинктивно, - проворчал Оллен, - а кого-то надо учить.

- Значит, я не глупец! - горестно воскликнул Тин и осёкся, сообразив, что сморозил.

Все трое расхохотались.

- Ты не глупец, ты умница, - утешил его хаосит и обернулся к страннику. - Ну, как там наши дела?

- Давай координаты.

- Какие нужны?

- Лучше бы абсолютные.

- До уровня планеты?

- Достаточно.

Эльорэ наморщил лоб и принялся диктовать длинную череду цифр: Круг, сектор, порядок и номер узла, азимуты по измерениям, удаления в абсолютных единицах… Пальцы Оллена стремительно летали над слабо светящимся экраном, касаясь его невесомыми жестами. Навстречу им неслись разворачивающиеся воронки, полные звёзд: Круг, Метагалактика, Галактика…

- А! Вспомнил широту-долготу! - объявил хаосит и назвал ещё два числа.

- Замечательно. Доставим к воротам, - хмыкнул Ветер, коснувшись пульта управления в последний раз.

- А обратно как? - озаботился Тин.

- Своим ходом, - усмехнулся странник. - Техника на приём без передатчика работать не будет.

- Она точно не подведёт? - волновался эльф, изначально не слишком доверявший аппаратам. - Как этот пакет развернётся, правильно?

- Точно! Самораспаковывающийся архив - слышал такое? - важно изрёк Ветер. - Программа развёртки записана в том же пакете, можешь считать, перевязывает его бантиком.

- Когда разберусь со своим, и если Сэхт возражать не станет, я выйду к месту прибытия и оттуда свистну, - Разрушитель шагнул к камере. - Ты простую мысль здесь сумеешь поймать?

- Вполне. Ментальная защита базы отключается, если нужно, я уже отключил. Только тебе, возможно, немного меня там подождать придётся, пока наилучший момент для перемещения подойдёт.

- Понял, - кивнул тот.

- Пора, давай, загружайся.

Эльорэ ступил в камеру телепорта, за ним задвинулась тонкая непрозрачная створка. Ветер внимательно смотрел на бегущие линии на одном из экранов, их число уверенно сокращалось. Наконец остались две почти синхронных волны, как вдруг по экрану побежала многоцветная рябь, которую сменила короткая надпись. Странник нервно дёрнул плечами и щёлкнул одним из переключателей. Экран погас.

- Что случилось? - заволновался Тин.

- В чём дело? - высунулся из-за перегородки целый и невредимый Эльо.

Оллен издал непереводимую игру звуков, после чего с удивлением объявил:

- Система сообщает о невозможности различения сущностей одного порядка. Ничего не понимаю!

- Кажется, я понимаю, - хаосит с ворчанием выбрался из кабинки и двинулся к эльфу, на ходу снимая перевязь с мечом. - Держи! - Он церемонно протянул оружие пареньку. - Побереги его.

- Он будет со мной, - торжественно пообещал изумлённый не менее странника Тин, - пока ты сам не вернёшься.

Эльо согласно кивнул, развернулся, снова вошёл в камеру и махнул рукой:

- Запускайся!

На этот раз разноцветные тонкие змейки на экране быстро собрались в одну толстую белую черту, та сошлась в точку, а точка стремительно выцвела и угасла. Ветер отвернулся от приборов с выражением завершённой работы на утончённом и даже интеллигентном сейчас лице.

- Всё, поехал.

Глава 13

Момент перехода прошёл незамеченным: только что напряжённый Эльо стоял в молочном свете камеры телепорта - парень нервничал, хотя не показывал того друзьям, ведь прежде ему никогда не доводилось доверяться технике, как - мгновенное ощущение дезориентации, и вот он уже лупает глазами, осматриваясь на холмистой равнине под тёмными небесами, усеянными мириадами разноцветных звёзд и украшенными яркими сполохами, то и дело возникающими в немыслимой вышине и, подобно занавесям или легчайшим полотнам прозрачной ткани, слетающими к земле, чтобы раствориться в приземном сумраке. Хаосит быстренько поднял поля [1], закрывая тело от разреженной атмосферы и жёстких излучений, и удивлённо завертел головой. Несомненно, планета была той самой, однако куда делся знакомый по прошлым посещениям пасторальный пейзаж? Некогда парень каждый раз удивлялся странностям вкуса Лунного волка, выбравшего для жизни идиллический уголок с россыпью небольших сельских поселений, бескрайними сельхозугодьями и вечно ясным белесо-голубым небом. Сейчас под ногами лежал голый камень, во все стороны простиралась столь же голая пустыня, из которой то тут, то там выступали оглаженные веками огромные скальные лбы. Также не вызывало сомнений, что планета успешно прошла через "волну" - несмотря на бедность декораций, выглядела она цельно и гармонично. И в глубине её бурлило и билось живое горячее сердце, к щедрой силе которого парень немедленно и припал.

- Кто-то хвастал, что прямо к воротам доставит, - проворчал про себя Эльо, выискивая некогда стоявший среди пышного сада небольшой коттедж Сэтхеса.

Коттеджей не оказалось, зато неподалёку в тёмном скальном распадке пристроилось сооружение, по виду способное выдержать лавовый поток или атаку Верхним огнём. Округлые полусферы замысловато пересекались друг с другом, складываясь в монолитную фигуру далеко не первого порядка сложности. На некотором расстоянии строение обходила линия, образованная разноцветными штрихами, нарисованными на поверхности земли. Гость вспомнил, что некогда коттедж волка окружал забор, и внимательно присмотрелся к рисунку, отыскивая вход. Лезть напролом в такой обстановке ему бы и в голову не пришло. Вскоре удалось заметить участок, где расстояние между штрихами было наибольшим. Тогда Эльорэ встал перед промежутком, поднял ладонь, вызывая на ней изображение своего Знака, и приложил к возникшему перед внутренним взором овалу, словно к считывающей пластинке на невидимой двери. Рука действительно легла на пластину, и лишь в этот момент он заметил встающие от безобидных цветных полосок высокие стены, вибрировавшие, словно под электрическим напряжением. Кусок полевой ограды прямо перед ним растаял, образуя проход. Парень шагнул внутрь и почувствовал, как на него обрушилось и приняло в себя нечто мягкое и прозрачное как стекло, заполнявшее собой двор. Удар был весьма ощутимым, но не опасным. Тут же Эльо разглядел сложенный из крупных обтёсанных камней забор за спиной и симпатичный садик с образующими сложный узор дорожками, обсаженными невысокими аккуратно подстриженными кустами. Всё пространство дворика наполнял льющийся с высоты серебристый свет, создавая впечатление искусной поделки и почему-то вызывая воспоминания об огромной серебристой луне, которой следовало бы осенять мир. Однако луны не случилось, зато прямая дорожка вела от ворот к дверям небольшого дома. Здание не походило на прежний коттедж Сэтхеса, но не было и бункером из тугоплавкого металла, растворённого в камне. Высокие двустворчатые двери, украшенные резными столбиками по сторонам, отворились, обнаруживая освещённый квадрат, в них, ожидая гостя, встала высокая фигура, поблёскивающая серебром.

Эльорэ приблизился и оглядел привратника, припоминая, что прежде Сэхт никогда не держал слуг из своего народа. Сейчас возле дверной створки бесстрастно уставился на пришельца глубоко посаженными глазами из-под мощных надбровий высокий волк, в тело которого были вживлены элементы боевого доспеха, покрытые серебром и украшенные замысловатым узором. Эльо знал, что по линиям этого узора можно прочесть род и положение воина, но не был специалистом в символьной графике Волков, поэтому картинка ничего ему не сказала. Стражник же, дождавшись гостя, молча двинулся по коридору в глубину дома, предлагая тому следовать за собой. Миновав несколько закрытых дверей, привратник очередную отворил, впустил посетителя и удалился, предоставив тому скучать в одиночестве. Впрочем, долго скучать не пришлось: не успел Эльо всмотреться, выискивая секреты небольшой комнаты с гобеленами на стенах и на полу и невысоким столиком, возле которого приглашающе расположились два подобия глубоких кресел, как хозяин прибыл. На Сэтхесе была накинута затканная золотым шитьём размахайка с широкими рукавами и длинными полами, под которой виднелись мягкие мокасины и перетянутые на лодыжках шнурками свободные домашние штаны, - видимо, тот отдыхал. Длинные и густые, как водится у этого народа, тёмные волосы, в которых стало гораздо больше, чем помнил Эльо, потускневших прядей, были свиты в отдельные локоны и собраны за спиной. Лица Волков, когда те находятся в человекоподобном облике, с их выступающими мощными челюстями, треугольными пластинами скул, идущими кзади и сливающимися с височными, образуя ложбину для глаз, ограниченную сверху пластиной мощного лба, не слишком приспособлены для выражения эмоций. Так что хозяин внимательно осмотрел гостя с головы до ног, затем опустился в одно из кресел и объявил:

- Я рад.

- Я тоже рад! - эхом отозвался Эльорэ, занимая второй предмет мебели и широко улыбаясь.

Некоторое время оба молчали, один - отыскивая изменения в знакомых чертах, другой - высматривая признаки прежнего. Наконец, когда пауза вот-вот должна была стать неловкой, Сэтхес её прервал.

- Кого уже навестил?

- Геллиайне, - смущённо признался гость.

Волк удивлённо дёрнул ухом.

- Молодец! - непонятно за что похвалил он и с показным равнодушием поинтересовался: - Как добрался?

Эльо постарался максимально сжать рассказ, не зная, каким количеством времени располагает. Хозяин слушал, полуприкрыв глаза и не перебивая, лишь время от времени покачивал головой, словно ставил точки в конце известных только ему предложений. А когда парень закончил, довольно неожиданно повинился:

- Прости, мы потеряли твой след на нижних Кругах.

- Так вы следили за мной? И бросили?! - Эльорэ вспыхнул от изумления и обиды. - Сэхт, почему?!

- Так было правильно, - волк уверенно встретил возмущённый и недоумевающий взгляд хаосита.

- Почему?..

Сэтхес вновь замолчал, судя по всему, выбирая, как донести до парня непростую, но требующую усвоения мысль. Объясниться было необходимо, и приступил он издалека.

- Скажи, Элько, можно ли доверить клинок Хаоса слабому мальчугану?

- Я не слабый! - ещё сильнее закипел "мальчуган", услышав обращение по детскому имени. - И уже не мальчик!

- Разве? - ехидно прищурился волк, словно провоцировал собеседника.

- Я уже вырос, - со всей убедительностью выговорил Эльорэ, старательно понижая громкость и тон.

- Твой юный друг проходил испытание, помнишь? - как ни в чём не бывало продолжил Сэхт, словно бы советуясь с хаоситом. - Какое испытание могло бы существовать у вас? Какой тебе задать экзамен на взрослость? Уничтожить вселенную?

Эльо криво усмехнулся и дёрнул головой - его же не принимают за идиота? Затем вопросительно поднял глаза на друга отца. Тот некоторое время молчал, не отводя взгляда, затем устало и весомо бросил:

- Не дать себя уничтожить.

- А я… дал? - парень опустил голову, готовясь выслушать приговор.

- Ты же здесь! - воскликнул старый волк, на глазах оживляясь, прижимая уши к черепу и наморщив нос, словно готовился рассмеяться. - Значит, пока нет. Но у тебя ещё есть возможность по-идиотски сложиться, стоит лишь захотеть.

- Скажешь тоже! - на лице Эльо медленно расцвела улыбка. - И не подумаю! Слушай, - вдруг её сменило выражение озабоченности, - а у кого сейчас этот клинок?

- А ты не знаешь?! - изумился Сэтхес. - Мы тут считали, это тебе известно, и не пытались его искать. Чтобы не порождать недоразумений, - он со значением глянул на собеседника.

- Как бы я мог это узнать?! - в ответ изумился Эльорэ.

- Тогда лучше бы тебе поскорей отыскать младшего, - абсолютно серьёзно продолжил волк. - Если не в курсе и он - у всех нас обнаруживается проблема. Очень большая проблема.

- В чём дело? - инстинктивно подобрался хаосит. - Раз никто до сих пор не обеспокоился неопределённостью с наследованием в одном из Кланов, наверно, в том как раз нет проблемы? Я так понимаю. Где я неправ?

- Нигде, то есть ты прав, - успокоил Сэтхес, - то есть был прав. До совсем недавнего времени.

- А что… - начал Эльо и осёкся. Спроси он сейчас чисто автоматически "что изменилось?" - удивился бы сам себе. Поэтому парень поспешно исправился: - Что происходит?

- Ничего, что явилось бы совершенной неожиданностью.

Эльорэ молча смотрел на собеседника.

- Или почти ничего, - подумав, поправился тот.

Хаосит ждал.

- Как думаешь, зачем нужны такие, как вы? - неожиданно сменил тему волк.

- Мы удерживаем созданные миры Кругов в том состоянии, где их существование возможно, - Эльо не понял, зачем его спрашивают о самоочевидных вещах.

- Стабильное существование? - гнул своё Сэхт.

- Да, то есть выходит по-разному.

- Застывшее?

- Нет конечно! - парень возмущённо фыркнул, услышав столь глупый вопрос. - Сотворённое развивается, но внутри определённых границ. - Он не выдержал: - Что ты от меня хочешь?

- Сейчас поймёшь, - отмахнулся от последнего вопроса волк. - План развития существует?

- Наверно, - хаосит пожал плечами, затем чуть подумал. - Ну да, существует.

- Ты его знаешь?

- Нет. Подожди, ты хочешь сказать, что перестройка Кругов идёт по какому-то плану? - Разрушитель недоверчиво уставился на Сэтхеса. - Вся эта вивисекция задумана изначально?!

- Полагаю, что это не так, - волк неспешно сузил глаза, готовясь перейти к изложению своих выводов, сделанных на основе тщательно собираемой и анализируемой информации. - Я не могу знать цели всего творения, но элементы планирования выявить можно. В них могут закладываться лишь самые общие вещи, основные этапы и задачи, никакую конкретику на вселенский масштаб прописать нельзя. Зато такой план гибок, его устойчивость обеспечивается изменчивостью. Да что я, - рассказчик улыбнулся, - объясняю принципы Хаоса хаоситу?

Эльо в ответ выдавил из себя усмешку и вернулся к вниманию.

- Внешние неучтённые воздействия не приводят к невозможности исполнения. Когда Творцы проиграли битву за власть, их работу просто переложили на победителей, и творение продолжалось.

- С изменениями, - кивнул Эльорэ.

- Да, конечно. Это начало, а представляешь, сколько за всю историю набралось самых разных больших и малых помех?

- Нет! - честно признался парень.

- Тем не менее план осуществлён, Круги построены и сейчас ведётся открытие последних "колыбелей" миров. Но твой предок не был бы собой, если бы всего этого не предусмотрел, - в интонации Сэтхеса проскользнуло явственно различимое уважение и восхищение. - Конечно, лишь качественно - знать заранее, что именно и на каких масштабах пойдёт "не так", даже ему не дано. Ты уже можешь назвать следующий параграф плана?

Эльо бросил на него быстрый взгляд, затем неуверенно, словно пробуя понятие на вкус, произнёс:

- Коррекция?

- Она самая, - подтвердил волк.

- Но такая поправка может полностью уничтожить вселенную? - недоуменно воззрился на него молодой Разрушитель.

- Да, это учтено как равновозможный исход в полном согласии с главным принципом Хаоса.

- "Можешь делать всё, что сможешь сделать", - процитировал Эльо и улыбнулся, вспомнив, в какие прекрасные времена детства услышал это впервые.

- А если не смог, - подхватил Сэтхес, - сделанное не удастся, а неудачное не живёт.

- Неудачники тоже, - ради справедливости напомнил хаосит.

- Неудачник теряет ту долю сил, что вложил в неудачу, - словно учитель в классе, педантично возразил волк. - Выживет ли он после, будет зависеть от того, сколько их у него осталось. Так что возможность неудачи вполне может быть учтена.

- Разве может создатель оценивать объективно? - Эльо удивлялся и сомневался одновременно.

- Почти никогда не может - ты мыслишь в верную сторону, - пошевелил левым ухом Сэхт. - И он это знает, поэтому заранее запланировал Судию.

- Судью? - парень ошеломлённо захлопал глазами. - Какого судью?

- Которому передаст на время Суда все права власти. А сам постарается как можно меньше ему мешать.

Волк поднял голову и торжествующе сверху вниз уставился на хаосита, довольный произведённым эффектом. На лице Эльорэ, забывшего обо всяких масках, была написана самая что ни на есть детская растерянность.

- То есть, у нас сейчас новый правитель, которому могут понадобиться наши клинки, так? - наконец сообразил Разрушитель.

- Так тоже можно сказать, - теперь Сэхт глядел не просто серьёзно, но и довольно мрачно, - причём понадобиться довольно скоро. И у вас есть хороший шанс устать от такой работы.

- Представляю, - Эльо припомнил подсчёты странников. - А как этот Судия узнал изначальный план?

- Скорее всего, никак. Зато его хорошо знали Первые из Творцов и этим знанием поделились.

- Я оказался прав, - проворчал парень себе в усы, - всё это - дело рук Первых.

- Это дело рук Судии, - не согласился Сэхт. - Без Первых не обошлось, но контроль - это не их функция.

- И не наша! - задрал нос Разрушитель.

- Зато вам придётся много чего "подмести", причём быстро. Вот для чего, полагаю, вскоре понадобятся Клинки. Без них у вас вечно проблема: можете точно рассчитать импульс силы, так не можете - точку приложения, и наоборот.

- Есть такое, - повинился Эльо.

- Посему придётся брата твоего искать, - вздохнул волк.

- Я сам очень хочу его найти, - Эльо снова смотрел прямо в глаза собеседника, - но не представляю, с чего начать. Пока у меня лишь неудачи в этом деле. И почему отец не оставил Лайко тебе?

- Потому что заботился о его безопасности. Рядом со мной - не самое спокойное место. Парнишку надёжно укрыли от внешних врагов, но никто не в силах защитить его от него самого.

- Да мы все такие, - со смесью горечи и бахвальства усмехнулся хаосит и вновь сник. - Что же мне теперь делать?

- Помнишь, Эстарх держал при себе паренька? - вдруг ни с того ни с сего растянул губы в ухмылке Сэхт. - То ли секретаря, то ли оруженосца, то ли просто красавчика?

- Ну? - Разрушитель прекрасно помнил фаворита отца - невероятно красивого даже по их меркам юношу очень высокого происхождения, преданного Эстарху до крайности и готового выполнить любой его приказ, не считаясь с ценой.

- Когда… в общем, парень исчез, и больше о нём никто не слышал. До недавних пор.

- И что произошло недавно? - насторожился Эльорэ.

- Не столь давно у одного из Старших кто-то попёр некого секретного пленника, - с довольной улыбкой сообщил волк. - Тот долго метал громы и молнии и ругался, аж Хаос бурлил.

- Ты думаешь, его захватили, и Вьетр всё это время был в плену?! - хаосит ужаснулся. Даже то, через что пришлось пройти ему самому и что ещё далеко не закончилось благополучно, казалось лучше перспективы пребывания в застенках у кого-либо из близкой родни. - Для чего?!

- Узнать о том самом клинке, например, - Сэтхес осклабился уже совсем откровенно, - и заодно поразвлечься.

- Никто же не свихнулся, чтобы вознамериться перехватить чужой Клан?! - от Эльо самого сейчас едва не летели молнии.

- Кто знает, о чём помышляет Дастур? - волк всё же решил назвать если не имя, то статус соперника. - Нет, он не свихнулся.

- Но, Сэхт... - Разрушитель никак не мог успокоиться. - Зачем?! Зачем он это всё делал?!

- Многие считают, чтобы досадить вашему сюзерену. Эти Братья - такие затейники.

- Зачем ты рассказал это мне? - вдруг с подозрением уставился на собеседника хаосит. - Чтобы тоже досадить кому-то?

- Подумал, тебе может быть интересно, - с невинным видом ответствовал старый волк. - Поговаривают, вором был твой младшенький…

Пауза затянулась. Эльорэ обдумывал полученную информацию, Сэтхес изучающее посматривал на него, не вмешиваясь в процесс размышлений. Глаза парня, вспыхнувшие после последних слов волка, понемногу гасли, голова медленно опускалась.

- Мне бы очень хотелось заняться этим немедленно, но я не могу, - наконец заговорил хаосит. - Сначала придётся разобраться с собственной жизнеспособностью и очень быстро. Наваляли мне по самое…

Парень грустно улыбнулся.

- Согласен, - не стал возражать Сэхт. - Честно говоря, взглянув на тебя, я подумал, ты прибыл просить о помощи.

- Не помощи, нет… скорее, совета, - Эльо с трудом заставлял себя выговаривать слова - слишком непривычным для хаосита являлось положение просителя. - Мне нужно найти, кто способен исправить схему. И я… я должен быть абсолютно уверен, что при исправлении этот "кто" не изменит ничего в своих интересах. Слишком большой соблазн. Прости, Сэхт, я даже тебе не могу доверять, это сильнее меня, инстинкт. И никому другому, кроме отца и брата, а они… - Парень потупился. - Их не достать.

- Понимаю. Паранойя - ваша родовая болезнь, это цена выживания, - волк надолго задумался, видимо, перебирая возможные варианты. Потом поднял голову и тяжёлым взглядом уставился на собеседника. - Тогда тебе дорога лишь в лабиринт.

- В который? - парень вздохнул.

- Думаю, начальных три можно без вреда пропустить, они детские. Придётся пройти пять огненных, причём один за другим без остановок. Прохождение станет изменять тебя, нельзя прерываться. Специальные тоже, видимо, не актуальны сейчас, Туманный, Зеркал… разве что Смерти, это твоя сила.

- Нет! - Эльо даже ударил ладонью по колену. - Этот ни в коем случае! Не сейчас.

- Тебе виднее, я не настаиваю, - дёрнул ухом Сэхт.

- Это тело не выдержит даже с наворотами, - парень снова задумался и помрачнел.

- Так оставь его. Зачем цепляться? - удивился советчик. - Из последнего отправляйся в купель Огня и выходи в новое. Разве ты позабыл, как? Вернёшься новорождённым!

Сетхэс засмеялся, посчитав, что удачно пошутил. Эльо, однако, не разделил веселья.

- Как я смогу при этом удержать память о событиях, что произошли после снятия последней матрицы? И смогу ли вообще? А то у меня и знаний выйдет немногим больше новорождённого, - парень всё же нашёл в себе силы поддержать шутку.

- Не знаю, - бывший управляющий вновь задумался. - Здесь тебе никто не сможет что-либо подсказать. Воспоминания будут не стёрты, но перекрыты при наложении восстанавливаемой копии. Лабиринт ведь не может провести выборочный процесс. Тебе придётся как-то искать эти сведения и снова выводить на поверхность, а перед тем нужно ещё догадаться, что они вообще существуют. Другого выхода я не вижу.

- Я тоже, - парень мрачно смотрел в пол. - Снова выбор без выбора.

- Ты ведь не считаешь свою ситуацию уникальной? - попытался утешить его старший советчик. - Поговори с родичами, они и не такого порассказать могут.

- Некогда мне истории слушать, - буркнул Эльо, вставая, - пора.

Он уже развернулся и шагнул к двери, когда припомнил просьбу Зимнего Ветра. Пришлось поворачиваться обратно.

- Сэхт, я всё же вынужден тебя попросить… - хаосит замялся.

- Да? - с готовностью отозвался волк.

- Есть один парень, странник… - Эльорэ представил облик товарища и отчётливо показал его фон. - Поговори с ним. У него есть информация и вопросы. Мы вместе проделали последнюю часть пути.

- Ты хочешь, чтобы я ответил на все его вопросы? - уточнил Сэтхес.

- Я не могу тебе указывать, сам решишь. Просто поговори.

- Хорошо, - волк улыбнулся. - Лучше плести речь с Мерцающим, чем следить за тобой и не подсказывать очевиднейших вещей, на которые у тебя ума не хватает.

- Тогда я его позову, - хаосит старательно изобразил ответную улыбку. - Благодарю. Я сам всё сделаю.

Эльо дождался Оллена и провёл того за ограждение, после чего немедленно отправился в Сад лабиринтов, избегнув расспросов о том, в каком состоянии его дела. Там парень опустился на искусственную поверхность перед началом первого узора и застыл, обхватив руками колени, без моральных сил и почти без мыслей. Что следует делать, было ясным как звёздный свет, требовалось решиться. Нет, не шагнуть на огненную черту - в том для него не было ничего сложного или пугающего. Но хаосит отдавал себе отчёт, что первым его действием на пути возвращения к самому себе должно стать убийство. Если Эльорэ обретёт свободу, Рэйчел умрёт. Вариантов не оставалось, никакой эльфийский гений не мог совершать чудес. Почти эфемерный шанс разрулить ситуацию существовал бы, если б целитель из Зелёной Чащи имел время для спокойной работы, если б неожиданный провал в Пустоту не искорёжил с трудом достигнутое равновесие, если бы… В прежние времена Разрушитель не задумался бы над таким пустяком - всего лишь одна смерть. Более того, не имей он доступа к памяти невольного компаньона, ему оказалось бы значительно легче совершить этот шаг. Сейчас он чувствовал себя одновременно предателем и самоубийцей - как ни крути, недлинную, но насыщенную событиями часть жизни они провели вместе, разделяя одну плоть, отвечая за промахи и ошибки друг друга. Теперь хаоситу предстояло покинуть тело, перебравшись в энергетическую оболочку, поддерживаемую мощью родного огня Хаоса, а Рэю - и то, если повезёт - отлететь свободной душой. Если та не окажется притянутой лабиринтом. Как бы сам парень отнёсся к такой перспективе? Эльо не знал и уже не мог задать вопрос. Это даже не удар в спину, это - хладнокровное и расчётливое убийство спящего или бессознательного, эх, если бы хоть врага! И ему придётся его совершить, не сидеть же здесь вечность! Тем более, это ничего не изменит. Всё, что он может - запомнить и отомстить. Разрушитель вскочил. Он клянётся, именем своего второго я клянётся, что отомстит тем, кто виноват в имеющемся положении дел, кто превратил человека в живую темницу, он, Эльо, найдёт их и отомстит за… демоны Пустоты!.. Парень выкрикнул вслух: "За него!" - но в глубине сознания промелькнуло иное: "За себя!" "За нас обоих!" - хаосит выпрямился с решительным выражением на лице.

Частично Эльо уже переходил в энергетическую оболочку во время своих безумных эскапад в открытом космосе. Так получалось само собой, беснующийся хаосит не следил, что он делает, почему и зачем. Но инстинкт самосохранения всё же оберегал вынужденно необходимую колыбель, соорудить полевую защиту тела он ни разу не позабыл. Сейчас всё совершалось наоборот: Разрушитель медленно и аккуратно сформировал полевой облик, перевёл в него осознание себя и тщательно проверил, чтобы ни одного крохотного паттерна его личной энергии не осталось в неподвижном теле, которое плавно опустилось на тёмную поблёскивающую поверхность. Тогда Эльоре с усилием отшатнулся и стянул защищающие тело поля. Оно на глазах истаяло под напором жёстких мощных излучений Хаоса, в последний момент парень заметил, как мелькнул и отлетел в чёрную пустоту, прочь от гигантского огненного лабиринта, прозрачный контур, на глазах теряя всякое сходством с образом человека. "Пусть тебе повезёт родиться в другой раз в лучшем месте!" - мысленно напутствовал напарника хаосит, подумав, что очередное воплощение Рэйчела станут мучить кошмары с видениями танцующих огненных змей.

Потом парень обернулся внутри себя и вплыл в огненный тоннель, начинавший многомерный запутанный рисунок первого порядка сложности. "Первого" - значит, при использовании определённого типа мысленных операций в нём можно было обнаружить элементы Порядка. Впрочем, сознательно декодировать узоры не мог никто из знакомых Разрушителю хаоситов, они просто знали, что с ними можно делать. Напоследок Эльо удивился, почему до сих пор не заметил никого из хранителей Сада, затем стало не до того. Парень медленно смещался вдоль пылающего рукава, а пламя, в свою очередь, текло сквозь него, заставляя сгусток энергий, каким он сейчас являлся, звучать в тон плавной мелодии потока. Если возникал диссонанс, движение замедлялось ещё сильнее, однако ни на миг не останавливалось: прерваться при прохождении сквозь лабиринт означает нечто похуже смерти - бессрочный плен. Если не найдётся могущественного доброжелателя, что вытащит незадачливого претендента из волшебной клетки, впрочем, ни один доброжелатель не будет в том бескорыстен, а уж что может потребовать взамен… О том Эльо не думал, он вообще не думал, впустив во внимание лишь изменчивые струи огня. Когда на пути попадались развилки, хаосит растягивал себя, охватывая контуром ответвление целиком и позволяя ему зафиксироваться на неком глубинном слое памяти, затем снова собирался и продолжал просачиваться сквозь основной ход. Существовало лишь бесконечное движение, этим движением был он сам, и в него же свернулся весь известный ему мир. В Хаосе есть всё, хотя в нём ничего нет, Узор Хаоса представляет Хаос и является его частью, а часть бесконечности - бесконечность, все пространства преодолеваются там, где пространства нет, и все времена сведены в безвременье. Поэтому не имело никакого значения, когда именно Эльо одолел вычурный путь сквозь огонь и замер в его конечной точке - сейчас. Только там разрешалось остановиться и оценить результат. Оценивать парень не стал, он и так знал, что первый из Путей Огня формирует первое приближение облика и выстраивает основу для последующего разворачивания способностей. Разрушитель уже проходил здесь на границе отрочества, поэтому он просто переметнулся в начало второго Пути.

Дети Хаоса рождаются с заложенными в них способностями к использованию его сил, но ни один ребёнок, что разумно, не может овладеть потенциалом сам по себе. По мере взросления они проходят серию инициирующих ступеней, устроенных старшими в незапамятные времена как раз для такой цели. Мало кто помнит создателей Сада лабиринтов, он появился задолго до идеи сооружения Кругов Рождённых. По одной из легенд, его узоры создавали танцевавшие в огне драконы, чей танец оказался столь прекрасен, что застыл навечно. Впрочем, Эльо не знал, так ли оно на самом деле. Впоследствии, повествует легенда, лабиринты вывели к границе Хаоса и Кругов и стали использовать для практической цели. Первым ребёнка встречает Белый Узор, проходя его, тот постигает Силу Света. Ему открывается бездна любви, сочувствия и соучастия, красота альтруизма и блаженство единения. Следующий этап роста юный хаосит проходит по Светлому пути. А затем вступает в Чёрный Узор, где получает право на использование Силы Тьмы. Он обретает всю мощь тёмного могущества и власти, постигает благородство и честь, познаёт гордость, выучивается действовать, не размышляя и не испытывая сомнений, выбирать без сожалений и нести ответственность за результат выбора без стенаний и жалоб. Он забывает жалость, но узнаёт уважение к достойным врагам. Ребёнок следует Путём Тьмы столь долго, сколько оказывается необходимым, чтобы полностью удовлетворить жажду всего того, что можно там получить. Последним детским уроком становится Чёрно-Белый Узор, устанавливающий баланс обеих сил и научающий Равновесию. Противостояние Тьмы и Света - движущая сила развития Нижних Кругов, противоречия сохраняются и на протяжении Средних, поэтому введение в эти Силы проводится в самом начале обучения Разрушителя. А их сбалансированность - первая ступень лестницы Равновесия, одной из основ мироздания. Это давно уже не силы самого Хаоса, поэтому они доступны даже подросшим детям. В детских лабиринтах нет ловушек, всё, что нужно, чтобы их одолеть, - твёрдо стремиться вперёд и не останавливаться ни на мгновенье.

За время отрочества хаоситу предстоит осилить следующую ступень - лабиринты Огня. Именно они открывают, собственно, потенциал подростка, постепенно настраивая его на овладение родными силами и модернизируя энергетическое тело. После первых двух отрок обретает уникальный облик, по которому его затем будут узнавать во вселенной, разумеется, там, куда допустимо соваться в энергетической оболочке. Нижние Круги явления хаосита могут не пережить, они слишком плотны и стабильны для внесения подобных энергий. В особые специализированные Узоры входят при возникновении необходимости. Те позволяют изменить энергетику проходящего их существа, приспосабливая её для наилучшего соответствия строго определённой задаче. Каждый - своей. Они кишат подвохами и встроенными ловушками, без нужды и по доброй воле туда не сунется ни один здравомыслящий хаосит. Хотя определение "здравомыслящий" уже звучит в таком приложении странновато - здравость мышления этих существ весьма своеобразна и всем остальным отчего-то кажется безумием. Может быть, оттого, что по-настоящему безумного хаосита те пока не встречали. А кто встретил, тот уже ничего не мог рассказать.

На выходе из Узора второго порядка Эльо обнаружил у себя хвост - длинный и сильный, украшенный на конце чем-то вроде чёрной кисти. Тело его приобрело мощь и тяжесть, а также броню из более густого и тёмного по цвету огня, дополненную остроконечными выступами и гребнями. Внутри же его через мятущиеся золотые сполохи просвечивал абсолютно чёрный сгусток, подвижный и изменчивый, но не стремительно, как пламя, а плавно, как тяжёлая жидкость. Мощные руки заканчивались тремя когтистыми пальцами, от локтей и запястий отходили шипы, ноги также украшали длинные когти. Своего лица парень видеть не мог, но помнил, что некогда голову покрывал муаровый узор чешуи, а глаза закрывали прозрачные веки, за которыми мерцало жёлтое пламя в сужающихся по вертикали зрачках. За спиной аккуратно улеглись крылья, те самые незабвенные чёрные крылья, о которых он так недавно от души тосковал. Их тонкие перепонки могли растягиваться на невообразимую величину и поглощать свет далёких звёзд и галактик, снабжая хаосита энергией, на которой он вполне мог бесконечно существовать в открытом космическом пространстве. Впрочем, в пространство было рано, парня ожидали ещё три лабиринта Огня.

Начиная с Узора третьего порядка, техника прохождения изменялась. Единой ведущей колеи в нём не существовало, отдельные тоннели, изгибаясь и переплетаясь во вращающихся локальных системах координат, могли соединяться, образуя петлю и предоставляя путнику иллюзию выбора траектории, по которой тот стал бы её обходить. Однако это было всего лишь ловушкой. Умному и умелому путнику следовало одновременно продвигаться по всем колеям петли до их последующего соединения. Для этого о них необходимо было знать заранее. Задача казалась неразрешимой, но не для хаосита, который вместо банального перемещения разом захватывал своим вниманием весь лабиринт, "становился им", а затем уже энергетическим обликом начинал проходить его "сам по себе" в самой буквальной трактовке этого оборота. Так было даже проще - когда заранее известен маршрут. Сложность заключалась в другом - собраться обратно после финиша, выпутаться из петель лабиринта, не оставив там ни пикселя с приклеенным личным вниманием. Последующие два Узора строились в ещё более усложнённой тороидальной топологии и содержали последующие степени вложенности Порядка, но принципиально от третьего не отличались. На выходе из последнего Эльорэ оглядел себя, обнаружил, что обладает лишь обликом огненного ящера, хмыкнул и переметнулся в глубины Хаоса, чтобы сотворить себе телесный покров. Не вопрос, он без проблем мог существовать в энергетической оболочке, только почему-то пламенный облик крайне плохо переносила большая часть сотворённых миров. Если парень не хотел ограничиваться лишь парой верхних Кругов - а он не хотел - следовало накинуть на себя какое-никакое более низкоэнергетичное покрывало. Впрочем, как именно будет выглядеть его возрождённое тело, тоже было прописано в матрице, ничего нового сочинять не требовалось.

[1] "поднять поля" - обычное именование постановки глухой полевой защиты

Глава 14

Высокий темнокожий парень буквально "вылупился" из завесы Верхнего огня в ландшафт Ближней зоны и начал растерянно оглядываться и оглядывать себя. Эльо готовился на другой день сдавать последний из выпускных экзаменов и совершенно не мог понять, как оказался здесь да ещё в таком виде. Одежды на нём не нашлось никакой, тёмные густые волосы куда-то исчезли, а в зрачках узких рыжих с красными прожилками слегка раскосых глаз, постепенно успокаиваясь, полыхал огонь. Сами глаза также темнели, возвращаясь к повседневному почти чёрному цвету. Парень хотел было рвануть в школу и разбираться со странным приключением уже там, но его что-то остановило. Некое глубоко внутреннее ощущение неполноты, недостачи, словно молодой хаосит находился здесь не совсем весь. Эльорэ жестом руки создал средь ровной поверхности большой плоский камень, присел, но вскоре вскочил и принялся нервно шагать взад-вперёд, как маятник. Выпускник не понимал, что с ним "не то", что он мог потерять и где следовало искать потерю. А необходимость отыскания уже осознал. Наконец его осенила здравая мысль, и парень взялся сканировать космос, пытаясь почувствовать, где отзовётся его собственный фон. Через недолгое время такое место нашлось, и Эльо без долгих раздумий сиганул на стремительно вращавшуюся вокруг своей оси одинокую планетку, затерянную посреди звёздного скопления где-то на Девятом Круге.

- А, так вот как ты, значит, выглядишь, - не слишком обрадованно пробурчал Оллен, не отрываясь от своего занятия у плиты - он что-то помешивал в широкой посудине с толстыми стенками. Странник никак не мог определиться, как ему отнестись к пребыванию на территории секретной базы хаосита. С одной стороны, за весь длительный совместный путь тот ни разу не дал повода заподозрить себя во враждебных намерениях. С другой, Зимний Ветер совершенно не разделял дружеских чувств Лестера в отношении Разрушителей. С третьей, у него имелись все основания полагать, что старый та-йон намного мудрее, чем отважный, но ещё довольно молодой Служитель Дороги, а чувством собственной важности парень не страдал.

Возникший прямо посередь помещения хаосит с недоумённым видом повернулся к страннику, но тут дальнюю дверь вышибла рыжая молния, пронеслась мимо стола и с радостным воплем: "Эльо! У тебя получилось!" - повисла на его шее.

В первый миг Эльорэ остолбенел, потом осторожно, но уверенно снял с себя сияющего эльфёнка, аккуратно опустил перед собой и старательно рассмотрел. Лицо его при этом выражало полную озадаченность.

- Кто вы такие и почему ведётся себя так, словно хорошо меня знаете? - Парень всё ещё пребывал в лёгком ступоре, но в его подверженном стремительной паранойе мозгу уже закопошились подозрения.

- Опять у тебя память отшибло! - Тин горестно всплеснул руками и скорчил смешную мордашку, выражавшую досаду. Потом в его распахнутых ярко-синих глазищах мелькнул страх. - Ты и меня не помнишь? Совсем-совсем? А,.. - паренёк запнулся, - Рея?

- Никого я не помню! - отмахнулся хаосит. - Какой ещё Рэй? Мне в школу, вообще-то, пора. Где то, что я тут, не знаю как, позабыл?

- Тебе не нужно в школу, - максимально убедительно проговорил Тин, - ты её уже закончил.

- Тебе почем знать? Да кто ты вообще такой?! - начал закипать Эльо.

- Я - твоя память, - парнишка вздохнул, потупился и грустно уставился в пол. - Но ты и это не помнишь.

- В каком смысле память? - обалдел Разрушитель. - Что ты этим хочешь сказать?

- Ты и прежде терял память, - сейчас голос эльфёнка угас и потускнел, - и мы договорились, что я буду рассказывать тебе всё, что случилось, чтобы ты снова запоминал. Но ты ещё никогда не забывал обо мне.

- С чего мне было её терять? - подозрительно покосился Эльорэ.

- Потому что тебя убили, - уронил Тин и смолк.

Парень уставился на него во все глаза, затем перевёл взгляд на странника, который сейчас настороженно следил за ним. Ветер пытался понять, насколько опасен может оказаться неуправляемый Разрушитель для вверенного ему объекта.

- Чем вы можете подтвердить ваши слова? - наконец вымолвил хаосит.

- Когда мы в первый раз уходили из моего мира, - эльфёнок поднял глаза и теперь пристально смотрел на парня снизу вверх, - наш мастер оружия подарил тебе клинок. Ты не расставался с ним и только здесь, когда тебя с мечом не пропустил телепорт, оставил его мне на сохранение. Подожди!

Паренёк отвернулся и кинулся к двери, за которой быстро исчез, чтобы очень скоро появиться уже с длинными ножнами, покрытыми искусным узором. Миновав дверь, он затормозил, медленно прошествовал к замершему Эльорэ, в глазах которого заплясал вдруг диковатый огонёк, и чинно на обеих руках протянул меч. Ветер, увидев это, невольно шагнул вперёд.

Эльо потянулся к клинку, ощущения сообщали ему, что именно ради него он забрался на эту планетку. Но если он действительно сам оставил его здесь, значит, стоящий перед ним эльфийский мальчишка прав, и некую, возможно, весьма важную часть своей жизни он вспомнить не может. "Впрочем, - опять зашептала паранойя, - ниоткуда не следует, что я сам оставил клинок. Его могли украсть и сюда принести!" "Но тогда я должен об этом помнить", - спохватился рассудок. Парень кивнул и принял меч. А затем счастливо захохотал, подняв к потолку лицо с пылающими золотым пламенем глазами и воздев руку с клинком, - едва ладонь привычно легла на рукоять, внутренняя недостаточность улетучилась, хаосит осознал себя завершённым. Вся сила и мощь теперь пребывала с ним во всей полноте цельной натуры. Сейчас он мог смести целый мир как маленькую соринку! Насладившись собственным могуществом, парень, наконец, уверенно перекинул через плечо перевязь и вновь обратил внимание на обоих друзей.

- Я всё-таки вас не помню, - он немного сокрушённо пожал плечами, - но благодарю за хранение моего клинка! Мне нечем расплатиться сейчас, но Круги не безмерны, и если мы ещё где-то встретимся, я верну долг.

Оллен не сдержал облегчённого вздоха, а эльфёнок растерянно потеребил Эльо за руку:

- Ты что, сейчас вот так и уйдёшь?!

- Ну да, - согласно кивнул тот. - А что мне ещё здесь делать?

- Я не узнаю тебя, - горестно проронил Тин, - и я тебе больше не нужен. - Внезапно паренёк кинулся и обхватил рослого хаосита, прижавшись к нему и всем существом потянувшись к тому Эльо, которого он когда-то знал. - Но я же тебя люблю!

Вдруг юному эльфу показалось, что он уловил едва слышный ответ. Где-то в глубине этого чужого незнакомого Эльорэ скрывался надёжный, верный, заботливый друг, а рождённый заново хаосит не подозревал об этом! Тогда эльфёнок зажмурился и воззвал к нему из самой глубины своего сердца. И едва не задохнулся от ринувшейся навстречу ликующей волны узнавания и дружбы.

Эльорэ внезапно подхватил парнишку и подбросил к самому потолку. Поймав, он уставился на него горящими глазами, улыбаясь всем смуглым лицом, потом прижал к себе и восхищённо выдохнул:

- Тинни! Ты самый великий волшебник на всех Кругах!

- Эльо, ты… - паренёк всхлипнул и разревелся, размазывая слёзы по голому плечу друга. - Ты… ты больше без меня никуда не пойдёшь…

Ветер, посмотрев на всё это, махнул рукой и вновь вернулся к своим кастрюлькам. Больше можно было не беспокоиться, по крайней мере, в ближайший космический день этой парочке найдётся, о чём поговорить, так что Разрушитель бед натворить не сумеет. А вот кормить его придётся.

Эльо так и шастал бы по базе нагишом, если бы Оллен не призвал к приличию. Эльфёнку, счастливому обретением едва не потерянного друга, было плевать на его внешний вид, к тому же эльфы не имеют предубеждений против физической наготы. Но странник занудствовал, и, порывшись в закромах, хаосит остановил выбор на лёгкой набедренной повязке и замысловатом куске ткани, теперь, подобно тоге, складками спадавшем с плеч. Поверх всего этого красовалась всё та же перевязь меча, парень не расставался с ним ни на минуту. Сейчас оба гостя рядком сидели на невысокой койке в маленькой комнатушке Тина.

- Ты уже решил, что станешь делать дальше? - осторожно поинтересовался эльф. - Теперь тебе не нужно никого бояться.

- Я никого не боялся! - фыркнул Эльорэ и, помолчав, вздохнул. - Придётся мне всё-таки навестить кое-кого из родни. Только тогда я смогу решить. Клинок Хаоса слишком важен, чтобы откладывать этот вопрос, важнее всего иного.

- У тебя есть клинок, - напомнил Тин.

- Не имеет значения, - хаосит нахмурился и уставился в пол. - Наш меч должен находиться у кого-то из нашего Клана, тогда он может вершить то, для чего предназначен. Не обязательно у меня, но он не должен оказаться в чужих руках. Если братишка сумел его раздобыть, я буду рад отыскать обоих. Если нет…

- Ты пойдёшь к отцу? - эльфёнок поёжился. Из услышанного у Геллиайне разговора парнишка сумел понять, что того нет среди живых, однако его нельзя было посчитать и мёртвым. Будучи очень долголетним народом, эльфы в глубине души испытывали страх, граничащий с отвращением, при мысли о неживущих.

- Нет пока, - успокоил его друг. - Сначала придётся зайти к дяде. Судя по всему, какое-то время мне можно не ждать подвоха от близкой родни. - Парень вдруг залихватски усмехнулся и подмигнул пареньку: - Я тоже сдал экзамен!

- Это хорошо, - Тин не поддержал шутливого тона. - Но мне очень не по нраву тебя отпускать.

- Не волнуйся, больше я точно ничего не забуду, - Разрушитель погладил рукоять клинка, лежавшего у него на коленях. - Вот мой надёжный страж. Но без тебя он бы оказался бессилен, - парень обнял эльфёнка и осторожно притянул к себе. - Спасибо тебе, Остролист-в-золоте!

Парнишка смутился, отчего-то вновь шмыгнул носом и заговорил о другом.

- Ветер сказал, он узнал, что хотел, у волка. Ему пора возвращаться к своим. Он не хочет оставлять нас здесь одних.

- Нам тоже не нужно больше здесь оставаться. Вернусь, и двинемся. Тогда я буду уже знать, куда.

Хаосит поднялся.

- Подожди! - Тин опустил глаза в пол, помолчал, набрал воздуха и, наконец, решился: - Скажи… Рэй, он сможет родиться вновь?

- Он получил свободу, - уверенно ответил Эльорэ. - Его душа избегла западни лабиринта и продолжит путь. Рэй был настоящим бойцом.

- Да, - печально согласился Тин и едва слышно добавил: - Пожалуйста, возвращайся...

Эльорэ не часто доводилось бывать в этом грандиозном замке - резиденции Разрушителей на Кругах, но отыскал он его без проблем. Память послушно подсказала координаты, новое тело с едва заметной заминкой ушло в "прыжок", и вот уже парень стоял перед высоченной каменной стеной в точке, где, как он помнил, были ворота. Сейчас о них напоминали два мощных контрфорса, украшенных каменными головами неизвестных чудовищ. Эльо тронул холодные камни стены между ними и подумал, что где-то, наверно, должен быть секретный замок. Он вёл ладонью вдоль плоскости, прислушиваясь, что подскажет чутьё, когда уловил слабое шипение и низкий гул на самом пределе слуха. Озадаченный, парень поднял голову и уставился на ближний к нему каменный лик.

- Ты чего? Я свой!

В глазницах чудовища не дрогнула ни одна тень, и Эльо на всякий случай раскрыл ладонь и высветил на ней свой личный знак. Гул исчез, немного погодя в стене медленно проявился проём, створка качнулась. Парень шагнул во двор и застыл на месте, шаря глазами по тёмной громадине, неправильной пирамидой заслоняющей небеса, уже понимая, что замок пуст. С тихим шорохом ворота за ним закрылись.

Эльо пересёк двор, поднялся по высоким ступеням и приложил ладонь к парадной двери. Ничего не произошло, возможно, он не угадал точного расположения запирающего устройства. Парень покрутил головой и вспомнил о небольшой калитке, которой пользовалась прислуга, если возникала необходимость зачем-либо выйти во двор. Он прошёлся вправо, отыскал неприметную дверь. Калитка оказалась незаперта. Гость потянул её и шагнул в темноту.

Эльорэ всё ещё ждал, что замок признает его и встретит хотя бы светом, однако пришлось создавать и отправлять вверх и слегка вперёд небольшой полевой шарик, освещающий пространство на десяток шагов. Парень прошёл вдоль короткой стенки и оказался в просторном высоком холле. Постояв немного и собравшись с мыслями, он решил навестить апартаменты отца: может быть, тот оставил какое-либо послание наследникам, подсказку, что им следует без него делать. Шаги гулко отдавались в пустом зале, пока юный хаосит пересекал холл, двигаясь к резиденции воинов своего клана. На узорчатом полу переливались, сплетались, ползли линии вычурного узора, казавшиеся в слабом искусственном свете живыми и наделёнными неким собственным сознанием, иным, чем логическое или образное мышление разумного существа. Вот и узкие лесенки, расходящиеся вправо-влево и внутрь и одинаково ведущие на нужный слой. Эльо вспомнил, как весело они с братом носились по ним в редкие посещения главной цитадели Разрушителей. Невольно им овладела грусть, картинки из детства разительно контрастировали с пустой громадой, где он сейчас был единственным живым существом. Впрочем, здесь и прежде находилось не слишком много живых - четвёрка Братьев во Второй призыв, главы их воинских Кланов да некоторое количество приближённых лиц, имевших особые заслуги либо особую службу. Многочисленная прислуга лишь выглядела подобной живым, на самом деле являясь частью замка, чем-то вроде подвижной мебели.

В покоях Эстарха лежал толстый слой пыли. Эльорэ зажмурился, отгоняя наваждение, затем снова открыл глаза. Пыль исчезла. Ей неоткуда было взяться здесь, ведь замок вовсе не был настоящим строением. Внешний вид, антураж и все воспринимаемые чувствами впечатления создавались за счёт негласного договора его обитателей - каким те ожидали видеть свой дом. В действительности "замками" называли важнейшие центры, расположенные в особых точках Вселенского конуса, - силовые узлы управляющей структуры сотворённых миров. Комфортнее и эстетически приятнее оказалось иметь дело не с многомерной мешаниной энергополей, а с подобиями произведений архитектурного искусства, вот и поднялись вдоль оси Абсолюта в ее ключевых точках Замок Братьев, Замок Сестёр, Замок Растворения…

Где могло находиться послание от отца? Парень попытался почувствовать, в каких местах окажется больше "следов", ведь всякая вещь, тронутая рукой или долго занимавшая мысли, несет на себе отпечаток энергетики того существа, в фокусе внимания которого побывала. Одну часть жилой комнаты заполнял мягкий зелёный довольно плотный фон, может быть, именно там Разрушитель любил предаваться приятным раздумьям, но о чём размышлял отец, уловить не удалось. В кабинете всё ещё сохранилась образованная синими линиями разной яркости и толщины сложная конструкция, возможно, обозначавшая некий хорошо продуманный план. Размытые полосы багрово-красной ярости и коричневого отчаяния плавали в прихожей, похоже, хозяин провел немалое время, метаясь туда-сюда в восьми стенах, переваривая недобрые вести. "Или последний приказ", - пришла мысль, но Эльо поджидал не её. Парень просканировал все помещения ещё раз и оставил попытки. Судя по всему, никаких "завещаний" или "инструкций на трудный час" не существовало. Значит, пора было переходить ко второй задаче вылазки - беседе с Дастуром, ведь именно он, по словам Сэтхеса, последним слышал о младшем ребёнке Эстарха. Однако дядюшку сначала предстояло найти.

План по-простому завернуть в гости полетел к демонам, лишь только Эльо увидел, что замок пуст. Наведываться в чужие владения в отсутствие хозяина парень не собирался, там его точно не могло дожидаться никакого письма, зато могли и наверняка ждали многочисленные ловушки. И теперь встал вопрос, как выбираться из замка. Впустить-то его сюда впустили, но совсем не обязаны выпускать. Хотя один выход, равно как и вход, существовал всегда, правда, парень никогда прежде его не использовал, да и остальные обитатели системы замков лишь в крайнем случае прибегали к такому пути. Переход по оси Абсолюта требовал высочайшей степени самоконтроля, или неудачника могло размазать вдоль этой самой бесконечной оси навсегда. Несомненно, он воссоединился бы с Абсолютом, но радоваться такому грандиозному событию оказалось бы некому - личность и осознание при этом не выживают.

Эльорэ спустился в холл, где в самом центре узора проходила эта самая ось. Потому холл и представлял собой обширное пространство, пустое на всех девяти измерениях за исключением поверхности под ногами. Одномерная ось, невидимая для органов зрения, пронзала его точно посередине. Подвижный узор на полу создавался отражениями граней девятимерного кристалла, вращавшегося вокруг неё, так что ошибиться и промахнуться парень не мог. Оставалось решиться.

Эльо не знал, как правильно путешествовать вдоль оси Абсолюта, слышал лишь о важности удержания цельности и цели. Он сменил облик на энергетический - самый малый по размерам, какой мог создать, - и постарался вспомнить свою цель, Дастура, столь ярко, как только сумел, собирая зрительную картинку вплоть до мельчайших деталей типа тонкой морщинки под правым веком, появлявшейся лишь когда Харс смеялся, и фоновый образ до тончайшего оттенка "запаха", соотносимого с персонажем. Затем он удалил из своего сознания, подсознания и надсознания всё, кроме единственной задачи - быть рядом. Когда ему показалось, что концентрация состояния достигла предела, парень двинулся к середине зала. Начав медленно, он всё ускорял скольжение и наконец позабыл о нём.

Эльорэ успел проскочить несколько своих длин, пока сообразил, что находится совершенно не в холле. Число измерений пространства осталось теми же девятью, но окружающий ландшафт разительно отличался. Казалось, парень стоял на неком подобии каменной поверхности, проработанной столь плохо, что воспринималась лишь плотность и тёмный цвет. Эльорэ оказался в центре окружности, которая заканчивалась, не доходя до предела его зрения, и оттуда, из-под горизонта, в черноту бездонной пустоты, что разверзлась над головой, рвались сполохи и языки густо-багряного пламени, словно где-то под каменным диском прятался красный гигант. Эльо внимательно осмотрелся, но ничто не показалось ему похожим на возможное место обитания Дастура. Однако путь вынес сюда... Парень так и оставался в энергооблике, чтобы не возиться с защитой телесного покрова, так что почесать в затылке не мог, хотя с удовольствием бы это сделал. Тусклые багряные отсветы под ногами вдруг привлекли внимание, Эльо засмотрелся на них, как в детстве не раз застывал, заворожённый игрой линий на полу замка. В какой-то миг он вернулся в мировосприятие ребёнка и оттуда, из детской уверенности во всевозможности и лёгкости, зачем-то позвал Дастура по имени. И внезапно уловил ответ.

Несомненно, Харс находился неподалёку, но где? Эльо подумал, что если тот укрывается так же, как некогда они с братом в потайном Белом замке, то он никогда не найдёт дядю, не имея ключа. Следующей пришла мысль, что в таком случае Дастур бы не отозвался. Детство уже выветрилось из сознания, теперь им владел подозрительный и осторожный Разрушитель. "Ловушка? Невозможно, Дастур не мог знать, что Эльо решит его навестить и сюда заберётся. Почему он не вышел навстречу? Не хочет? Тогда зачем признавать присутствие? А если не может?!" По контуру парня полыхнула злая жёлтая вспышка, догадка показалась похожей на верную. Окружавший его ландшафт явно был создан искусственно и не слишком искусно. Не смогли? Или не сочли необходимым? Если Дастура нет на поверхности, а на ней слишком мало места, где можно спрятаться, значит… Эльорэ, не раздумывая больше, вывернулся внутри себя, проникая в подобие каменной плиты, расходясь сам на все девять мерностей, обращаясь в пучок лучей, скачущих по внутренним граням кристаллоподобной конструкции, отражаясь и пересекаясь сами с собой. Он бликами пробежал по всему довольно ограниченному объёму, изучая его устройство и выискивая возможные подвохи. Понятно, что существование здесь в телесном облике оказалось бы невозможным, так что Харс, как бы тот сюда ни попал, по собственному желанию или не совсем, должен был пребывать в подобном же виде. Лишь только Эльо проследил эту мысль, он понял, куда и на что нужно смотреть. И тут же разобрал приветствие. Вежливые формальности всё же пришлось совершить, в подобном отображении те выглядели неким ритуальным танцем. Затем Разрушители перешли к делу.

- Не ожидал, - честно признался Харс, просматривая вниманием ажурную структуру гостя.

- Я сам не ожидал, - Эльо был не менее честен.

- Чему обязан? - Дастур не выказал неудовольствия, лишь несколько прохладный интерес.

- Я хочу узнать о брате.

- И что именно ты хочешь узнать? - Эльо показалось, он уловил усмешку или лёгкий сарказм.

- Что он жив.

- Жив. И даже помнит себя, - явственно проворчал Харс.

- Мне нужно его найти, - оживился Эльорэ.

- Зачем?

Эльо потерялся. Вопрос прозвучал ушатом холодной воды.

- Потому что... - начал парень, судорожно пытаясь собрать и формализовать ответ.

- Нет, не почему, - перебил его Старший, - зачем?

Парень молчал, ответа на этот вопрос у него не было.

- Тебе не нужно его искать, - убеждённо заявил тот.

- Он может знать о клинке Клана, - попробовал подобрать обоснования Эльо.

- Клинок у него, всё в порядке, это я тебе даже могу сказать, - в речи Дастура вновь послышалась непонятная усмешка.

- Но я скучаю по нему! У меня же никого больше нет, - Эльо исчерпал доводы рассудка и включил эмоции.

- Неужто ты поплакать сюда пришёл? - Дастур ухмыльнулся, явно насмехаясь над собеседником.

Не будь парень лучом света, он сжал бы зубы.

- Нет!

- Ну так и не хнычь! - показалось, будто Харс брезгливо отряхивает пальцы. - Тебе нужно сделать другое.

- Ты не можешь мне приказывать! - вскинулся молодой хаосит, в нём начала закипать ярость.

- Не могу. Но я могу настоятельно попросить. Нам нужна сила Городов, - Дастур помолчал, позволяя осознать сказанное. - Одного конкретного Города. Это хорошо, что ты свободен и сумел добраться ко мне, очень упрощает дело. Тебя не смогли сосчитать!

- Харс, - со всем возможным спокойствием начал Эльо, - я не знаю, кто должен меня считать и зачем, я ничего не знаю о твоём деле и не думаю, что хочу о нём узнавать. У меня есть свои дела. Всё, что я делал, имело одну цель. Мне нужно найти брата и ещё кое-что закончить.

- Да ладно, не ври себе-то! - насмешливо вспыхнул Харс. - Если бы тебе некого оказалось искать, ты вёл бы себя иначе?

- Нет, - немного подумав, согласился Эльо. Разумеется, он при любых начальных условиях сделал бы всё возможное, чтобы вернуться к своей личности и своей силе.

- Вот и я о том же, - буркнул Дастур. - Всё остальное ждёт исхода игры, не ждёт лишь сама игра, или никакого исхода не будет. И все твои важные дела станут бессмысленны. Остались последние мгновенья, когда можно это остановить!

- Остановить что? - невольно вырвалось у Эльорэ.

- Форматирование. Но это разговор долгий, устанешь уши развешивать. Попробуй минимизировать разброс своих сил, я подожду. Заодно сэкономишь.

Парень уставился на него с молчаливым вопросом.

- Кристаллическая камера тянет силы, - пояснил тот. - Ты гость, поэтому от тебя немного, но всё же берёт. Её проектировали в расчёте на мои параметры, повезло, что не учли возможных гостей.

- Может, проще вытащить тебя отсюда, и ты сам сделаешь все дела? - предложил Эльо.

- Рано пока, - хмыкнул Дастур. - Пусть кажется, что меня удалось убрать, помех меньше. Выйти я сумею и сам, невелика задачка. То есть, эту задачу я уже разрешил.

Эльорэ постарался и стащил все далёкие отражения себя в более-менее ограниченный пространственный объём. Оказалось, одновременно улучшилось его восприятие, теперь он видел напротив не клубок разноцветных пятен, а нечто, хоть отчасти напоминавшее привычное понятие "собеседник". Понимание "речи" также стало более тонким и точным.

- Видел уже кого-нибудь из наших?

- Нет, - отвечал Эльо, нимало не покривив душой: Лунный волк к хаоситам не относился.

Если Харс что-то и заподозрил, то уточнять не стал.

- Хорошо.

Эльо тоже не стал уточнять, что в том хорошего.

- Историю хорошо помнишь?

- Да, - удивился парень, никак не ожидавший угодить на экзамен.

- Почему оказался нарушен план постройки Кругов?

Казалось, вопрос не таил подвоха, и Эльо ответил, как в школе:

- Сменилась команда Творцов.

- Почему?

- Из миров Творцов пришёл новый клан и перехватил управление.

- Почему? - Дастур упорно добивался какого-то ведомого лишь ему ответа.

- Потому что они оказались сильнее. А уйти им пришлось из-за противостояния, возникшего в их родном мире, - всё ещё ничего не понимая, доложил Эльо и на всякий случай добавил: - Там началась война, они оказались в меньшинстве.

- Почему им это позволили?! - наконец не удержался Харс.

- Видимо, потому, что они также были способны исполнять нужную роль, - парень уставился на старшего собеседника с удивлённым вниманием. Прежде он никогда не задумывался об этом.

Дастур явственно вздохнул.

- Хорошо промывают детям мозги, так что они не могут задать лишний вопрос…

- Что-то на самом деле происходило не так?

Эльо озадаченно притих.

- Всё так, - снова вздохнул Харс, - и всё иначе. Ключевой вопрос "почему".

- Я не знаю… - сокрушённо признался парень.

- Тогда слушай. И постарайся не перебивать.

Харс помолчал ещё немного, похоже, собирая всю информацию, которую намерен был изложить, в единый блок и формируя его структуру.

- Вам, само собой, говорили, как по мудрому плану Единого создавалась вселенная: конус, развернутый от точки на оси Абсолюта, миры Стихий, Света и Тьмы, Творцов, листы черновых набросков… Последними творили Круги Рождённых, так?

Эльо изобразил согласие.

- Но не говорили – зачем. Зачем понадобилось городить эту отдельную ферму и растягивать процесс на столь длительные времена? И время, кстати, заодно разводить на прошлое, настоящее и будущее?

Теперь парень не притворялся, в нём действительно пробудился интерес.

- Зачем? - не выдержал он.

- Зачем - это ответ на вопрос "кому?" - Дастур сделал паузу для лучшего осмысления только что отправленной мысли. - Кому нужно?

- Единому, - тут же предположил молодой хаосит, как от него и ждали.

- Нет, - веско уронил Дастур. - Конус - работа не его силы, он лишь вошёл в него, но там вроде как уже имелся хозяин. Или не хозяин, я не уверен в статусе этой персоны.

- А тогда зачем… - Эльо обнаружил, что теперь сам повторяет вопрос Харса, и смешался.

- Существовал договор, - не очень охотно начал Дастур. - Это существо по некоторым причинам уже не было способным создавать настоящий реал, лишь в высшей степени подобные реалу иллюзии. Оно искало кого-то, кто может творить, искушая наградой за выполненный заказ. Многие отказались тогда, но один исполнитель нашёлся.

- Награду?! - парень не верил своему восприятию. - Заказ?! О чём ты говоришь?!

- Я говорю о создании полигона для Игры Сил, - в повествовательном тоне Харса нельзя было прочесть ни одной эмоции, - и о том, что твой дед и мой приёмный отец взялся за это дело за определённую плату.

- Этого не может быть! - вскричал возмущённый Эльорэ и фыркнул: - Хаос не продаётся! Чем его могли бы купить?!

- Он получил право участия в этой Игре, возможность представлять Хаос на созданном полигоне. Для тебя не секрет, что Хаос за пределами конуса отличается от того, что мы именуем им изнутри, и не может быть подвергнут олицетворению?

- Угу, - буркнул парень, конечно, он знал этот факт, но никогда не задумывался о его значении.

- Тогда-то твой дед и стал называть себя Единым.

- И все эти миры со всеми народами - лишь фишки в его игре? - ужаснулся Эльо.

- Не фишки, хотя такие тоже есть. Они – антураж. Но правильнее говорить - полигон и обитатели полигона. Силы ведь тоже вошли в конус, кто лично, кто через проводников. А кто-то помогал на начальных шагах проекта, но в игру не втянулся.

- Так игра что, уже идёт?

- Игра шла всегда. Захватывались сферы влияния, происходил передел, подбирались партии аватаров. Твой дед решил построить полигон так, чтобы сама структура работала на него как на хозяина банкета, и поначалу в том преуспел. А потом сменилась команда.

- Почему? - теперь парень сознательно копировал недавний прессинг Дастура.

- Потому что прежний владелец конуса стал возражать, - с очаровательной невинностью пояснил тот.

- И?

- Между ними произошла стычка. Насколько мне известно, в ней твой дед проиграл.

Эльо молчал, переваривая услышанное. Семейная гордыня боролась сейчас с рассудком, который не находил повода усомниться в правдивости рассказа дяди. Возможно, в другие времена и в иных условиях откровениям Харса совсем не стоило доверять, но не сейчас. К тому же, новая информация хорошо ложилась на лакуны и пропуски того знания, которое передали ему, как он сейчас понимал, старательно затушёвывая проблемные участки. Разумеется, детям Хаоса никто и никогда не внушал прямой лжи.

- Часть Кругов уже обрела воплощение, - наконец продолжил Дастур, - и вот в одном из миров Творцов вспыхивает разлад.

- Но как такое могло случиться? - внезапно озадачился парень. - Всё же народы Творцов не чета дуралеям с нижних Кругов, как они дошли до войны?!

- Ты же учился в военной школе, - в "голосе" Харса вновь звучала насмешка, - неужели забыл такое эффективное средство, как провокация?

Эльо ощутил стыд.

- Дальнейшее тебе известно: план оказался изменён. Новая команда занялась тем же, что прежняя, но результат вышел иным. Возник дисбаланс, который пришлось искусственно стабилизировать. Это удалось, но не до конца, даже ты можешь припомнить структурные неувязки, корни которых именно в несовпадении ведущего начала творящих команд.

Эльрэ мысленно кивнул, вспоминая загадочные провалы пространства, куда порой начинало затягивать на первый взгляд благополучные группы миров, скрытые ступеньки, о которые можно было споткнуться в совершено пустом месте, аномально широкий промежуток между Кругами разных стадий создания…

- Тогда же заменили и первых Хранителей Кругов, набрали персонал из уже сотворённых народов, потому что Первые не стали да и не могли стабилизировать искажённый реал. А под предлогом сглаживания рассогласований, подгонки параметров и модернизации производства враг провёл на создаваемый полигон свою любимую Пелену Пустоты.

- Так вот откуда взялась эта дрянь! - не сдержался молодой хаосит.

- Она давно взялась, но ты угадал - именно оттуда. Он утверждал, что её можно использовать как источник строительного материала любых необходимых параметров, а способность к изменению всего, до чего коснётся, направить в нужную сторону и удержать. Это была ложь. Похоже, он просто притащил её как своё оружие. Теперь здесь вполне хватает желающих попользоваться этим дерьмом, не тебе мне рассказывать про Серый Клан.

- Получается, он обманул Единого? - недоверчиво и с обидой спросил парень.

- Да. Он вообще знаменит обманом. Говорят, это именно он некогда сотворил Ложь.

- Тогда зачем дед с ним связался? - не понял Эльорэ.

- Он азартен, - почти визуально развёл руками Харс, - решил, что переиграет противника.

- И проиграл?

- Вот мы и дошли до насущных дел, - Дастур изобразил облегчение и озабоченность одновременно. - Ты наверняка заметил некоторые перемены в известных тебе местах?

- Некоторые?! - вспыхнул Эльо. - Круг за Кругом выворачиваются наизнанку, миры увядают, как сломанные цветы, некоторые, правда, наоборот, набирают яркости, но таких немного! Ваэлы сманивают молодёжь и готовят армию! Замок Братьев пуст, меня еле туда впустили! Да и ты вряд ли сидишь тут потому, что решил поразмышлять о вечном! Что за форматирование ты помянул? И почему нашими Кругами заправляет какой-то судья? Откуда вообще он взялся?!

- Свыше, - Харс, однако, не усмехнулся, чему парень удивился, услышав такую речь. - Ты чуть-чуть не так произнёс, он, конечно, судья тоже, но больше рефери.

- Кого он намерен судить?

- Всех. Всё. Он оценивает пригодность полигона, а затем должен судить игру. Если полигон не подойдёт, игры не будет.

- И что тогда?

- Ничего. Начнут сначала.

- Что - с начала?! - изумился молодой Разрушитель.

- Всё. Совсем всё, понимаешь?

Парень потрясённо молчал.

- Вот поэтому запущен процесс очистки миров, отделения подлинных от искажённых. Этим сейчас заняты все, кого сумели собрать.

- Первые? - сообразил Эльо.

- Первые тоже, но не только. Все, кто прежде не принимал участия в творении, те из принимавших, кто признал ошибки и готов помогать исправить, - в общем, все, кто пришёл на зов о помощи.

- Так это был ваш зов?

- Смотря который. Первый, если с очень большой натяжкой, можно сказать, "наш", затем его подделал злодей, и много откликнувшихся попали в ловушку. Их удалось освободить, почти всех.

- Почти? - юный хаосит усомнился в верности своего понимания.

- Даже могучие существа порой не в силах держаться за жизнь, - в речи Старшего прозвучало сожаление, - оказавшись внутри Ледяной Стены, они сдаются и замерзают изнутри. Это от безысходности. Не смирившихся отскребли всех, кто-то самостоятельно освободился. Правда, ловушка создавалась наспех и не была полноценной Стеной, так, каточек.

- А… наши? - даже ментальный голос парня слегка дрогнул.

- Кто-то из малышни тоже попал, но выбрались. Наших он постарался изолировать другим путём. Кого-то удалось увлечь ярким воплощением, затянуть в иллюзии, а кого-то, вон, вроде как в клетку поймать. Однако не всех удалось, - показалось, Дастур загадочно ухмыльнулся, - а срок мы сочтём сами. Но пока нам и впрямь делать нечего, сейчас время искать, собирать и строить, время уничтожения придёт потом.

- Мы же не только уничтожать умеем! - возразил Эльо.

- Конечно. Ещё думать, планировать и вести свою игру. Ты не забыл, что деду нужна победа?

- Значит, Единый не сдался?

- Он никогда не сдавался, - Харс произнёс это с затаённой гордостью. - В игре следует уметь выжидать. Запущенная сейчас чистка работает на нас, восстанавливаются элементы изначального плана. Но враг тоже начеку, нам нужно оружие, которое его нейтрализует. Нам нужен Хрустальный Город.

- Почему именно он?

- Города отбирают и фокусируют для Кругов силовой спектр, они - самые чистые образцы Сил, каждый - своей особой. Нам нужна вполне конкретная и в эталонном виде. Сила Хрустальной Ясности лучше всего способна противостоять Лжи. Она не оставляет для неё места. Если ею окажется стабилизирована система обновлённых миров, враг будет в них бессилен.

- А остальные, не сумевшие обновиться? - Эльо поразился грандиозности задачи - в пожарном темпе пересобрать значительную часть вселенной.

- Придётся их отсечь и затем полностью уничтожить. Они открыты врагу, более того, они - его естественная среда обитания. Там половина сущего иллюзорна, часть вообще полностью поглощена Пеленой. Надеюсь, момент нашего появления на сцене станет приятной неожиданностью, - Харс зло рассмеялся.

- А что судья? - обеспокоился молодой хаосит.

- Судья пока не принял решения. Он наблюдает. Значит, какое-то время у нас есть. Эльо, нам очень нужен возрождённый Хрустальный Город. Если всё получится, то приведём в порядок их все, один за другим, но сейчас без него у нас слишком мало шансов. Мне больше некого об этом просить.

- Больше никого не осталось? - не поверил Эльорэ.

- Остались, - успокоил Дастур, - но все наперечёт, а ты сейчас джокер. Тебя упустили, списали со счёта, не включили в расклад, поэтому у тебя есть вероятность прорваться. Маленькая вероятность, и очень большая - на этом сложиться. Сразу скажу, помощи не будет, рассчитывать можешь лишь на себя. Привыкай, ведь ты Разрушитель.

Парень смолчал, переваривая известия. Вопреки ожиданиям собеседника, он не полыхнул яростью или негодованием, не разгорелся гордыней, волны свечения довольно спокойно текли по многомерной сети лучей. Наконец, юный Разрушитель раздумчиво заговорил:

- Знаешь, в последний год я узнал, что можно положиться ещё и на друга. Но здесь он мне не помощник, не хватит сил. Всё правильно: только рассчитывая лишь на себя, можно идти до конца, не оглядываясь поминутно, не пришла ли подмога. И только так можно обдумывать каждый шаг, зная, что отвечаешь ты и никто иной. Если ты собрался меня напугать, Дастур, то ты ошибся.

- Что мне тебя пугать? - возразил Харс. - Ты не умеешь бояться. Я просто говорю как есть.

- Давай к делу, - холодно оборвал молодой хаосит. - Что мне следует делать, когда доберусь до Города? Я ещё никогда не восстанавливал городов.

- Не знаю… - Дастур помрачнел. - Мне тоже не приходилось. Когда возникла Стрела времени, внутри Городов вместо единого поля событий оказался разрыв, отделяющий время возможного от времени осуществлённого. Но тебе же не кирпичи класть! Города выглядят руинами, на самом деле это просто сбой в функции. Они не взаимодействуют с точкой настоящего, в результате с ней взаимодействуют не они! Нужно это исправить.

- А кто? - осторожно поинтересовался Эльорэ, который не понял почти ничего, кроме того, что разбираться придётся на месте.

А что оставалось делать? Дядя вполне доходчиво объяснил: если не будет найдено способа противостоять врагу, (между прочим, их семейному врагу, как неожиданно для молодого хаосита оказалось) весь известный ему мир с Кругами, народами, планетами и верным эльфёнком заодно может быть уничтожен, словно его никогда не было. Даже скорее всего, будет уничтожен - отформатирован. Если не использовать мизерный шанс, который подкинула судьба, кем Разрушитель станет считать себя, если переживёт свёртку вселенной? Он-то, может, как раз и переживёт…

- По-разному. Где-то одна из младших гармоник вышла на первый план, где вообще в отсутствии основной Силы правит бал её отражение. Но все исправится, если убрать этот сбой. Нужно как-то научить Города времени…

- Ладно, я пошёл, - парень вновь растёкся по внутренним граням кристалла и одним движением вывернулся через поверхность, возвращаясь на знакомый уже грубый диск. Однако уйти оттуда обычной телепортацией не удалось - та не сработала, словно он неожиданно разучился. Эльо решил подобраться к краю и заглянуть за него: вдруг обнаружит причину, - однако не сумел и этого. Казалось, убогий диск проворачивается за ним следом, удерживая жертву в центре. Разрушитель разозлился. Да кто вообще решил, что эта ерунда имеет право существовать?! Он её знать не желает и видеть тоже! А также обонять и осязать! Хаосит заставил себя забыть, что ему известно об окружении: "Некая конструкция действительно есть, но Эльо понятия не имеет, как она выглядит и чем является. Это просто энергия!" Парень всмотрелся в переплетение полотен, нитей и лент, опутывающих кристалл, потом переключился на восприятие промежутков между ними. Извилистая узкая щель вела наружу, Эльо предельно расфокусировал свой облик и текучим световым ручейком втянулся в неё. Некоторое время спустя хаосит удивлённо оглядывался, пытаясь сообразить, куда задвинута хитрая клетка для Разрушителей и где теперь оказался он сам.

С пяти сторон его окружало чёрное ничто, не оживлённое блеском ни одной заблудшей звезды, а с шестой полыхала геенна. При этом недвижная пустота ощутимо давила, вызывая ощущения духоты и нечистоты. Одновременно пространство выглядело нестойким, парню показалось, его облик растягивается в бесформенную кляксу, не имея опоры. Ощущение слегка походило на самочувствие в родном Хаосе, только вместо сияющего торжества силовых потоков здесь колыхалась их бледная тень. Почти рефлекторно Эльо закрутил себя в вихрь, как поступал дома, когда намеревался удерживать цельность. Это помогло. Последовательно мыслить в таком состоянии не получалось, зато пришло чёткое чувство "правильности" и "должности" действий. Юный огненный демон мигнул всем вихрем и в следующее мгновенье оказался уже очень далеко от Колыбели Огня - у верхней границы уровня демонических миров. Следующим прыжком он оставил позади Миры Стихий, откуда, по его меркам, было рукой подать до границы Кругов.

Глава 15

По пути к Вертушке хаосит так и не придумал, как рассказать обо всём Тину, поэтому просто сухо и подробно изложил, что сумел узнать, и сообщил, что планы меняются и поиски младшего брата откладываются на неопределённый срок. К его удивлению, парнишка не стал проситься в помощники на пути в Город. Эльфёнок как-то подобрался и на глазах повзрослел, горькая складка пересекла чистый всё ещё детский лоб, а в синих глазах появилось незнакомое выражение сухой твёрдости. Оллен тоже сделался сумрачен и деловит, но от странника того и ждали. После довольно продолжительного молчания Тин сказал, что тогда ему нужно вернуться в Чащу.

- Волна затронет ещё много миров, где тоже живут эльфы. Нужно попробовать перевести на правильную частоту их всех, показать, как это можно сделать. Мы справились у себя дома и теперь сможем поддержать других. Может быть, кто-то научит новой гармонии не только эльфийский мир, во многих местах есть родственые нам народы. Тогда новая вселенная станет больше, - паренёк вдруг засмущался, - и эльфы тоже сумеют тебе помочь.

- А Служители Дороги помогут эльфам, - поддержал паренька Ветер. - Дороги в зоне фронта волны опасны, понадобятся опытные проводники. Мне нужно время, чтобы законсервировать базу, и завтра мы с тобой отправимся в Центр Ордена.

- Зачем? - не понял Тин. - Чащу волна прошла, я сумею добраться.

- В Чащу потом. Сначала расскажешь о вашем опыте и покажешь, как у тебя получается менять частоту. Тогда, я уверен, Капитул Служителей Дороги примет моё предложение.

- Мне нужно будет выступать перед Капитулом?! - испугался эльфёнок.

- Не обязательно. Можно изложить вопрос кому-то из старших офицеров. Потом я тебя провожу домой.

- Тогда я тоже завтра, - неуверенно вставил хаосит, который чем дальше, тем сильнее чувствовал себя забытым и лишним. Всё, чем он жил последние месяцы, вдруг стало историей и стремительно отодвигалось в "бывшее", товарищи обсуждали планы, где ему не осталось места, а мысли его самого уже начал захватывать собственный одинокий и неясный путь. Страстно хотелось задержать хоть на миг, на один вечер, ощущение близости, погреться напоследок в ласковом тепле дружбы, но единство рассыпалось и сухой пылью текло меж произносимых слов, мятым пухом висело в молчании. Наверно, следовало разорвать тягостное состояние резким жестом, первым уйти, не оглядываясь, но парень тянул и тянул последние часы и минуты.

- Проводи нас, - внезапно тихо попросил Тин. - Немножко.

Эльо смешался. Он ощутил, что его обитающей в клинке части не понравилась эта идея, а парень всегда считал, что не стоит доставлять неудобства себе самому, но не мог же он отказать другу в последней просьбе! И после короткого молчанья кивнул.

Прощальный ужин проходил безрадостно. Не лез в горло кусок, не хватало ни желания, ни сил болтать о ерунде, словно ничего не случилось, и никто из участников не был готов высказать мучившие его мысли. Ещё большую тоску наводило едва теплящееся дежурное освещение: Оллен поставил генераторы базы в ждущий режим.

Тин как сенс улавливал мрачное настроение друга и боялся проявлением собственной слабости усугубить его. Наверно, впервые в жизни эльфёнок сдерживал обуревавшие его эмоции, вместо того чтобы бурным потоком выплеснуть в белый свет. "Пусть он запомнит меня сильным. Пусть нельзя быть рядом, но я тоже могу защищать наш большой мир так, как я это умею, значит, всё равно буду вместе и ему помогать. А если… нет!.. не думать ни про каких "если"! Эльо вернётся, он самый сильный из всех, у него всё получится! И тогда мы наконец найдём его братика, и… и Эльо будет счастлив! А до того, чем больше отдельных миров мы сумеем спасти, тем вернее вселенная устоит. Мы, эльфы, тоже можем действовать вместе с Первыми, пусть по-другому. Они могут творить, а мы - сохранять! Мы просто должны! Нужно скорее рассказать обо всём нашим, Кругу Ясеня! И всем остальным тоже. Я скажу, обязательно скажу Эльо, что люблю его и буду любить всегда, несмотря ни на что, скажу… когда мы будем совсем прощаться…" Тин постарался незаметно прикусить губу, подавляя полувздох-полувсхлип. Паренёк чувствовал, что если позволит себе откровенность сейчас, то обязательно разревётся, и Эльо станет от того ещё хуже, ведь даже могущественный хаосит не был в состоянии что-либо изменить.

Мысли Эльорэ скакали между задачей отыскания пути к поставленной цели и предстоящей разлукой с Тином. Он никогда не бывал ни в одном из разрушенных Городов, да и в паре уцелевших тоже, однако много слышал о них в детстве. Легенды о прошлом, о сотворении вселенной, создании разных миров и Кругов Рождённых составляли обязательную часть обучения хаоситов. Младший братишка рассказывал даже, что ему не раз снился один из городов в полном расцвете, то есть каким тот был в древности. Реальность сновидений хранит многие знания, так что правильную дорожку есть шанс отыскать. Хотя это будет очень и очень сложным. А если он не сумеет, если его сил и сообразительности не хватит, чтобы восстановить город, если не успеет… Тогда сейчас он видит эльфёнка в последний раз, и лишь до завтрашнего подъёма ему есть кому сказать так недавно ставшее привычным слово "друг". Он встречал многих, кому-то был признателен, кого-то уважал и ценил, однако прежде прощался и уходил с лёгкой печалью, не более, понимая, что дороги различны и встречи недолги, а путь у каждого свой. Привязанность вне узкого круга семьи прежде не приживалась в сердце, хаосит ни к кому не подходил близко и никого близко не подпускал, открытость и доверчивость являлись непозволительной роскошью для его рода. Тин изменил всё, предложив свою распахнутую душу легко и естественно, как раскрывается навстречу восхищённому взгляду цветок. Эльо понимал, что сам стал иным, испытав вкус и тепло дружбы, теперь с ним навсегда пребудет знание, что где-то далеко среди многих миров есть один рыжий синеглазый эльф, который тоже о нём помнит. Если он уцелеет, и если уцелеют миры… иначе… Одиночество не могло испугать - это привычное и уютное ощущение полной независимости и силы - однако прежде в нём никогда не находилось места для пустоты. Тогда будет… Значит, придётся сделать всё, чтобы проигрыша не допустить. Он должен победить, в конце концов, он из рода Хаоса, и это его личная игра тоже, пусть парень и остался один за всех. "Не один, - немедля подсказала память, - Дастур говорил об этом". "Ладно, не один, но за всех. И за деда тоже! Он может рассчитывать на меня! За мной силы Хаоса, нет ничего, что они не в состоянии совершить! Скоро уже в путь, скоро я доберусь в Город. И… я скажу, обязательно скажу Тину, что люблю его… завтра, когда будем прощаться!" Парень не поднимал взгляд, чувствуя, что дрогни на его лице хоть один мускул, и эльфёнок кинется к нему в слезах, а он сейчас ничем не в силах его утешить. Он, Разрушитель, не в силах…

Оллен смотрел на мрачную парочку и размышлял, сокрушается ли сам о расставании с Разрушителем. По всему выходило, что не слишком. По крайней мере, избавится от раздиравшего его когнитивного диссонанса: при всей своей предубеждённости против хаоситов, Ветер не мог не признать, что парень оказался весьма полезен, более того, ничем, если, конечно, того не "накрывал псих", не подкреплял устрашающую репутацию своего племени. Бешеного Эльо Мерцающий наблюдал лишь однажды, тогда хаосит постарался быстро избавить товарищей от своего присутствия и при том сильно рисковал, возможно, не подозревая об этом. Оллен поёжился: ему самому было бы весьма неуютно провести несколько ночей в компании Танцоров Смерти, и именно странник не остерёг спутника. Также Ветер знал, что без хаосита вряд ли сумел бы получить доступ к столь полной информации да ещё, практически, из первых рук. Он знал и понимал всё, но ничего не мог с собой поделать. Даже явное удивление парня при первой встрече и то, что в дальнейшем Эльорэ ничем не обнаружил знания предыстории и, по-видимому, вообще не имел отношения к тому Разрушителю, что некогда практически уничтожил древний народ, ничего не меняло: один из последних Мерцающих оказался не в силах заставить себя полюбить хаосита. "А ведь Лестер ему доверял…" - в очередной раз укорил себя странник и переключился на другую тему. - "Надо как-то уговорить Тина посетить Обитель, пока туда не пришла волна. Он сможет помочь учителю, только он и может помочь! С тамошними людьми всё ясно, эту мразь не отмоет и первозданный Свет, но каждый встречает волну один на один. Да и сама по себе планета может оказаться не слишком испорченной населением, она ведь не отвечает за неудачную разумную жизнь. Жаль было бы потерять узел связи такого уровня. А Лестер воистину настоящий, беда в том, что он очень стар, без помощи Хранящего Жизнь его организм не выдержит. Тинни хороший парень, он поймёт, главное - успеть вовремя…" Зимний Ветер бросил короткий взгляд на Тина, но эльфёнок старательно смотрел в пол. Перед ним стояла нетронутая тарелка с уже остывшими тушёными овощами из консервных запасов базы.

- Лучше бы отдохнуть перед дорогой, - Оллен встал, вытряхнул в утилизатор едва пригубленный ужин и вышел в коридор.

Тинни тоже поднялся с грацией деревянной куклы, сделал пару шагов и несмело кивнул хаоситу:

- Пойдём?

- Да, - Эльо вздохнул, - отдохнуть тебе надо.

Не сговариваясь, оба пришли в комнатёнку Тина, паренёк забрался с ногами на кровать, а хаосит присел у стены напротив.

- Ты возьмёшь свой меч? - внезапно забеспокоился Тин.

- Конечно, - парень поднял удивлённый взгляд. - С чего ты это спросил?

- Не знаю, подумал - он же эльфийский, вдруг он там бесполезен?

- Возьму обязательно.

О своих похождениях, Эльорэ, разумеется, рассказывал правду и только правду, однако кое о чём умолчал. В частности, не рискнул поведать о раздвоении собственной сущности, тем более что сам не до конца понимал, что произошло. Может быть, чуткий Тин уловил слишком плотное присутствие в предмете его владельца, большее, чем простой отпечаток.

- Ложись, постарайся заснуть, - попробовал уговорить паренька хаосит. - Я посторожу.

Он вымученно улыбнулся.

Эльфёнок послушно улёгся поверх покрывала, вытянулся и прикрыл глаза. Эльо устроился поудобнее и постарался расслабиться и остановить движение мыслей. Как ни странно, Тину на самом деле удалось уснуть. Хаосит же погрузился в тихое безмолвие и пребывал в этом полуотсутствующем состоянии, пока в урочный час в дверь не постучал Ветер.

Собрались быстро, всем оказалось нечего собирать. Оллен поморщился, а юный эльф, несмотря на грусть, не смог сдержать краткой улыбки, глянув на хаосита: парень оставил на себе лишь набедренную повязку, ведь при предстоящей смене облика одежда была ни к чему. Голый коричневый торс пересекала узорная перевязь с эльфийским мечом. Выглядело это на самом деле комично. Зато Эльо не смог сдержать вздоха, рассматривая паренька: тот, казалось, вырастал на глазах. Из рукавов не столь давно надетой в Зелёной Чаше курточки показались худые изящные запястья, а штанины открывали лёгкие кожаные башмачки по самую щиколотку. Детская округлость лица исчезла, над заострившимся подбородком твёрдо сжимались утратившие припухлость губы, лишь нос задорно торчал слегка вверх, но в глубине больших синих глаз притаилась недетская скорбь, и смотрели они решительно и прямо. Лук и колчан стрел с наконечниками из звёздного серебра за плечами выглядели теперь на пареньке абсолютно естественно. Странник тоже опоясался узким мечом, прихватил ли он что-либо ещё, не позволяло разглядеть очень свободное одеяние - видимо, тоже учёл возможные перемены внешности. Товарищи покинули базу, эльф первым двинулся по едва заметной тропе вдоль скал, в какой-то момент замыкающий Оллен отстал, а когда Эльо обернулся глянуть, в чём дело, над приземистым строением уже поднималась дымчатая полусфера, созданная, казалось, из сгустившегося воздуха. "Вертушка" закрылась до следующих гостей.

На широком длинном уступе пришлось задержаться, пока Ветер, выжидавший известный лишь ему момент, не подал знака. Тогда все трое дружно шагнули на слегка поблёскивающую поверхность скалы, которая уже на втором шаге стала матово блестящим покрытием дороги. Ветка выглядела созданной наспех, однако впечатление обманывало, просто этот участок являлся чисто техническим, на нём никогда не пытались облагородить пейзаж. Здесь не пристраивали никаких иллюзорных видов по обе стороны, не маскировали полевую поверхность под природный материал, не рисовали над головой звёздного неба. Плотная лента под ногами, дымчатые стены по сторонам и такой же потолок коридора - вот и всё, что видел хаосит, идущий последним. В паре шагов перед ним маячила узкая спина эльфёнка, далее впереди споро вышагивал Зимний Ветер, вертя головой, то и дело оглядывая стены, которые парню, судя по выражению лица, чем-то не нравились. Уговорились, что Эльо проводит друзей до развилки, где служебный проход подсоединяется к обычной межкруговой трассе. Путь обещал оказаться недолгим, хотя Разрушитель не знал, насколько технические переходы странников быстрее общедоступных дорог. Внезапно полотно под ногами дрогнуло, как ткань, по которой нанесён мощный удар.

- Тин, ставь кокон! - рявкнул Эльо, разворачиваясь одним прыжком и ещё в полёте хватаясь за рукоять меча.

К счастью, парнишка сам сумел понять, что хаосит имел в виду полевую защиту, используемую для перемещений в открытом космосе. Видимо, взросление сопровождается повышением осознания дисциплины, потому что юный эльф сначала исполнил команду и лишь затем обернулся, чтобы удивлённо спросить: "Зачем?" Последовал второй удар, по нижней поверхности потекла мелкая вибрация, растворяя твёрдый верхний слой и превращая его в вязкую субстанцию.

- Что за… - долетело из-за спин друзей и прервалось третьим толчком, нанесённым где-то неподалёку по ходу их недавнего движения. Затем потолок коридора просел, стены изогнулись и пошли трещинами, в которых показалась чернота безвоздушного пространства. Сзади громыхнул выстрел, став последним звуком, достигшим ушей. Видимо, Оллен всё же прихватил с собой не только меч. Дальняя часть перехода наклонилась и отломилась, в зияющем проёме показались несколько крупных фигур. Эльо, инстинктивно "подняв защиту", встретил их режущим лучом энергии, направив её по клинку. Луч пришёлся в полевой щит, совместно выставленный гостями, изогнулся и отвернул в космос. Последние остатки коридора истаяли и исчезли, оставив противников висеть в бездонной пустоте вселенной. Тёмной пустоте - звёзд для освещения поблизости не нашлось. Вдруг что-то мелькнуло из-за плеча Эльо и вонзилось в защитный кокон одного из нападавших там, где должна была находиться голова. Кокон поблёк. Трое оставшихся - теперь стало видно, что с этой стороны нападали четверо - вдруг пропали и появились уже поодаль в трёх разных местах. Откуда немедленно ударили по хаоситу в три луча. Эльо закрутил защиту в вихрь, отклоняя сразу все атакующие потоки. Из-за спины долетел всплеск недоумения - отброшенный по закону равенства действий Тин, выпустив стрелу, сам отлетел назад и врезался в спину Ветра. Со стороны странника встречающих оказалось трое, одного их них парень уже успел точным выстрелом уложить. Успокоившись, что эльфёнок убрался из-за спины, хаосит бросил в ножны клинок и, переметнувшись в энергетический облик, рванул врагу навстречу. Гигантский ящер цвета глубинных недр горящей звезды хлестнул хвостом одного, обращая в мятую дымящуюся кучку тряпья, прихлопнул между передних лап второго, истёкшего сизой дымкой, обернулся к третьему. Однако третий уже испарился, чтобы возникнуть возле трупа первой жертвы Разрушителя и у того за спиной. И не просто возникнуть, а успеть что-то сделать с тем самым трупом: подхватить вытекающий из него дымок, растянуть в изогнутую линию. Затем неизвестный резким коротким жестом перебросил к себе останки уже четырёх коллег - странник с эльфом на пару тоже действовали эффективно. Эльо уловил импульс силы, обернулся и, не вдаваясь в подробности, шарахнул изрядной порцией энергии по последнему врагу. Тот пыхнул, разлетаясь на молекулы, на его месте заклубилась полупрозрачная дымка, которая, однако, не рассеялась, а, слившись с оставшимся от других агрессоров странным туманом, образовала небольшое кольцо. Внутренняя часть кольца посветлела, словно черноту пространства чем-то разбавили, и вдруг из него, как из шланга, хлынул блёклый, почти бесцветный поток. В нём можно было отыскать оттенки жёлтого, зеленоватого, даже голубого, но исключительно тусклые, наполненные некой глубинной нечистотой. На поверхности мелькали блики и разводы всех цветов радуги, производя поистине тошнотворное впечатление.

Пелена Пустоты! Эльорэ метнулся наперехват и с обеих лап ударил огнём по вытекающей мерзости. Там, где субстанция соприкасалась с пылающей струёй, она скукоживалась и исчезала, хаосит плыл навстречу, выжигая мутный язык, но проём, через который тот изливался, рос, напор усиливался, наконец, мощь рвущегося потока и мощь уничтожающего огня сравнялись.

- Тикайте! - мысленно заорал Эльо, отправив вместе с приказом побуждение к немедленному исполнению.

Затем парень потянулся позвать Огонь Хаоса и обратился в бездумного проводника Силы, уверенный, что уже не причинит случайного вреда друзьям. Паля напирающую гадость, он постепенно продвинулся до её истока - дыры, пробитой в пространстве. Ситуация стала патовой - кольцо больше не росло, но на смену уничтожаемой поступали новые и новые порции Пелены, а оттеснить её от границ отверстия, чтобы его закрыть, не удавалось. Бесконечность Силы, ограниченная конечностью проводящего канала, встретилась с равным ограничением, противоборство могло продолжаться вечно. У Эльорэ не было в запасе вечности, но бросить бесконтрольный прорыв Пелены он не мог.

Тогда ящер развернул крылья и охватил ими периметр кольца. Внутри ограждённого пространства полыхнуло пламя, под напором врываясь в источник Пелены и уже там обращая её в ничто. Как известно, мгновенно возникшая область вакуума втягивает в себя свои границы. Запамятовавший об том хаосит, изо всех сил упиравшийся всеми лапами и крыльями, стараясь стянуть контур отверстия, качнулся, как-то неуклюже вывернулся и рухнул в проём, который тут же за ним закрылся.

Только тогда Оллен обхватил застывшего в ступоре эльфёнка и ушёл вместе с ним в прыжок, телепортируясь прямиком на одну из главных баз Ордена. Потому что странник не мог, исполняя приказ отступать, оставить живого врага за спиной товарища, а Тин замер с выражением ужаса и отвращения на лице, едва увидел вырывающийся тусклый поток. Вдобавок, вся суть Зимнего Ветра встала на дыбы от тона мысленной команды Разрушителя, явно было не лучшей идеей - отдать приказ.

Когда странник с пареньком на руках с коротким хлопком неаккуратного перехода материализовался посреди холла штабного корпуса, к нему тут же кинулись оба дежурных: один с изготовленным парализатором, другой со свёрнутым стазис-полем. Оллен стянул своё защитное поле, поспешно отсалютовал и осторожно встряхнул эльфа.

- Тинни, мы в безопасности, убирай покров.

Парнишка не реагировал. Ветер потряс сильнее, затем всмотрелся, опустил ношу на пол и замахал руками:

- Лекаря сюда! Быстро!

Один из дежурных отправил зов, затем опустился возле паренька на колени.

- Что с ним такое? Зацепило?

- Нет, не должно, - Оллен наморщил лоб и на глазах похудел. - Видимо, от потрясения - только что на его глазах погиб близкий друг.

Казалось, эльф подхватил столбняк - окутанное плотным полевым коконом космической защиты изящное тело скорчилось со сведёнными в судороге мышцами, в неподвижных расширившихся зрачках застыло отчаяние.

- Бедняга, - непонятно кого пожалел дежурный.

Подошёл врач. Он быстро оглядел пострадавшего и кивнул обоим странникам:

- Забираю.

Ветра пустили к больному только через день. "Может, ты сможешь что-то сделать?" - безрадостно озадачил Мерцающего дежурный врач. Оллен смолчал.

Расслабленное тело Тина с закрытыми глазами вытянулось на удобном ложе. Кокон с него сняли, судорожный припадок купировали, однако паренёк не проявлял воли к жизни. Он так и лежал, не шевелясь, как пришёл в себя после лечения. То засыпал, то просыпался, равнодушно подчинялся командам "есть" и "пить" и не произнёс ни слова.

- Тин… Тининне! - позвал Оллен, припомнив, как того называли в родной деревне.

Ни одна ресница не дрогнула.

- Он меня слышит? - уточнил Ветер у лекаря.

- Да, вполне. Он всё слышит и может говорить. Но не хочет.

- Мне тоже очень горько, Тин, - опустил голову Оллен. - Эльо поступил как настоящий герой. Он не только нас спас, он, может быть, спас изрядную часть космоса. Я никогда не забуду...

Парнишка молчал.

Тогда Ветер просто взял слабую тонкую руку, легонько сжал и держал, больше не говоря ни слова, пока врач не объявил, что визит закончен. Парень поднялся и тихо пообещал:

- Я приду завтра.

Целую неделю Оллен проводил по половине дня возле Тина, за это время изменилось лишь то, что паренёк приоткрыл глаза. Их яркая синева теперь выцвела, поблёкла, согласно оттеняя бледную, чуть голубоватую кожу, даже рыжие длинные лохмы, казалось, потускнели. Теперь эльф, когда не спал, лежал, рассеянно глядя в потолок.

Повечеру уходящего из лечебницы Мерцающего придержал врач.

- Ветер, я начинаю опасаться, что наша медицина бессильна.

- Почему? - удивился тот. - Парнишка не пострадал, он лишь сильно горюет.

- Он эльф, Оллен, - покачал головой лекарь. - Эльфы могут от очень сильного горя угаснуть. Возможно, специально обученный психолог здесь мог бы помочь, а я… - доктор развёл руками, - мне привычнее боевые раны латать.

- Не может быть, чтобы ничего нельзя было сделать! - не поверил странник.

- Антидепрессанты не помогают, спецов по психотравмам фаэри у нас тут нет. Вот разве что…

- Что? - быстро перебил Мерцающий.

- Возможно, если бы нас сейчас атаковали, он включился бы в бой. Так не инсценировать же! Но парня хорошо бы чем-то встряхнуть.

- Я подумаю, - пообещал Ветер.

Однако так ничего и не придумал, поэтому вновь, как все последние дни, просто сидел возле кровати, положив свою широкую сегодня ладонь поверх узкой кисти эльфа.

Вдруг тот еле слышно заговорил сам, не глядя на собеседника, словно читая нечто, написанное на потолке.

- Я видел во сне Эльорэ. И Аэлми, они встретились, значит, она тоже мертва.

Оллен сжался, вспомнив свою догадку в родном доме Тина, а паренёк продолжал:

- Они отыскали Хрустальный Город, я видел. Они ушли туда, а меня не взяли...

- Это просто сон, - Зимний Ветер попытался вернуть паренька к реальности.

- Это сон, в котором живой Эльо, - тихо возразил юный эльф. - Теперь я знаю, где их найти.

- Нет, Тин! - вскинулся странник. - Тебе нельзя уходить в мир снов, ты здесь нужен. Мы не справимся без тебя! Ведь это твоя идея, как эльфы могут сохранить истинные миры. Я её изложил Капитулу, Служители точно помогут, но ты должен начать дело! Кто, кроме тебя?

Внезапно эльф выдохнул, словно прошелестел ветер:

- Я не смогу…

- Почему? Ты уже это делал. Вспомни, ты первый придумал, как можно помочь другому настроиться на волну!

- Я не смогу, - тихо, но уверенно повторил Тин и заговорил, делая длинные паузы, словно забывал, что не закончил фразу, а затем вспоминал. - Сломалось что-то… внутри. Нужно, чтобы любить, тогда есть настрой. Я не сумею, я больше никогда не смогу… любить...

- Тогда всё пропало? - голос Ветра невольно сел, он, наконец, осознал, что состояние Тина в самом деле может оказаться необратимым. - Если ты не можешь помочь…

- Наши сумеют. Расскажи им всё.

- Нет! - Мерцающий выпрямился, и показалось, его контур засветился слабым голубым сиянием. - Тогда это ты должен им всё рассказать! Не я! Сам подумай: ну кто я для них? Кто меня будет слушать? Ты же знаешь ваш Совет или что у вас там!

- Круг, - уронил Тин. - Круг Ясеня. - Паренёк помолчал, затем, всё так же не глядя на Оллена, произнёс: - Но ты прав. Меня они станут слушать.

- Ты пойдёшь с нами? - осторожно, чтобы не спугнуть паренька откровенной радостью надежды, спросил Ветер.

- Да, я пойду, - ровным голосом подтвердил эльф.

После этого разговора дела Тина, на первый взгляд, пошли лучше: он вскоре покинул постель и послушно следовал указаниям Оллена в части, что нужно сделать, однако сам инициативы не проявлял. Ветер лишь горестно морщился, вспоминая прежнего эльфёнка, который, попав на базу странников, не преминул бы сунуть во все разрешённые и не очень щели свой любопытный нос. Новый Тин взирал серьёзно, в лице держал строгость и какую-то устремлённость, словно поставил себе неведомый предел и педантично к нему подбирался. На совещаниях отвечал кратко, почти односложно: "Да, десяти эльфов достаточно, чтобы начать процесс. Нет, чужие не имеют слова в Кругу Ясеня". Страннику оставалось надеяться, что родная Чаща оживит кровь юноши, либо его соплеменники придумают, что предпринять.

В Чащу, однако, странников не пригласили. Тину передали указание Круга объявить местом встречи соседний мир, куда давно проложены тропы из Зелёных Кущ. Только Зимнему Ветру позволили ступить на планету в благодарность за былые заслуги. Паренёк сказал, что придётся соблюдать традиционный порядок, поэтому сначала им следует изложить свою идею кругу селения Тина, затем дождаться приглашения от Круга планеты и, если оно последует, явиться на совет и ответить на все возникшие у его членов вопросы. Только если главный Круг Ясеня одобрит затею, будет объявлен общий призыв добровольцев.

- А если не одобрит? - на всякий случай уточнил Ветер.

- Тогда останется собирать самим. Придётся объясняться в каждой деревне отдельно. Если желающие найдутся, никто не станет им запрещать. Но и помогать не станут.

Оллен одновременно и возлагал надежды на возвращение эльфёнка домой - вдруг, родина поможет - и опасался этого, ведь там ещё слишком жива память об Эльо. Однако визит протекал сухо и по-деловому. Тин, конечно, повидался с семьей, Моэминсейл ахнула, девчонки осторожно пообнимали брата, не понимая, что с ним произошло, но глаза юноши оставались сухими и колючими от засевшей в их глубине боли. Селахорн, теперь уже лишённый статуса, был жив, но всё говорило, что осталось ему недолго. Ветер, глядя на стремительно угасавшего старика, ужаснулся, что такая же кончина может ждать Тинни: некогда гордый эльф теперь походил на неслышную смурную тень, утратив желания и надежды, осанку, яркость глаз и цвет волос. Он больше не чувствовал единства с родной землей, и сила вытекала из него вместе с жизнью, оставляя усыхающую на глазах оболочку.

Нынешний Хенну-тимп-х-эаль-нин - бывший Дараи - всё же спросил, что случилось с Эльорэ. Тин с неподвижным лицом ответил лишь, что того больше нет.

- Мне жаль, - лицо оружейника сделалось печальным, и он тактично не стал продолжать тему.

Тининне выступил перед кругом, встретив полное понимание и поддержку. На другой день пришла резолюция Круга Ясеня, и юноша вместе с представителем Идущих по Древу отбыл на главный совет. Там дискуссия развернулась довольно жарко, нашлось немало осторожных голов, предположивших, что включение их народа в битву за новый облик вселенной может оказаться небезопасным. Тин не мог позволить себе уклониться от перечисления известных ему сил, имеющих свои, очень разные интересы в меняющемся мире. Эльфы опасались, что действия немногих могут навлечь на остальных злобу таких врагов, которые даже их обороне окажутся не по зубам. Сошлись на том, что операция будет проходить под эгидой Идущих по Древу как инициаторов и главных действующих лиц, тем более что фронт волны к этому времени сдвинулся к преддверию Шестого Круга. Все хорошо знакомые эльфам Чащи планеты благополучно или не очень через испытание уже прошли, и теперь лишь странники могли указать, какому миру может понадобиться поддержка или вмешательство. Пока Служители Дороги согласовывали официальное принятие руководства и ответственности, миновало ещё несколько дней. Затем предстояло ждать, пока добровольцы прибудут на место сбора, чтобы уже там, прикинув количество волонтёров, браться за разработку оперативных планов: кто, с кем и куда направится.

Оллен болтался в главном селении планеты и раздумывал, чем бы полезным ему заняться. Наконец, парень принялся осторожно, чтобы слухи не дошли до Тина, наводить справки о местных целителях. А узнав имя и место жительства самого авторитетного (по нескольким отзывам), Ветер однажды днём, пока юноша в очередной раз общался с Кругом, нанёс тому внезапный визит. Эльф удивился как самому явлению Мерцающего, так и неожиданной просьбе: едва представившись и произнеся формулу вежливого приветствия, Оллен попросил сохранить его обращение в секрете. Если целитель и имел заднюю мысль, соглашаясь на условие гостя, то, вникнув в вопрос, признал его правоту. Впрочем, странник хотел лишь узнать, возможно ли как-то помочь Тину.

- Сейчас его ведёт долг, - принялся вслух размышлять целитель. - Перелома нужно опасаться, когда он будет исполнен. Тогда всё будет зависеть от того, найдёт ли юноша новый смысл для продолжения своей жизни.

- Следующую задачу? - предположил Ветер.

- Любая задача однажды окажется решена, а Путь из задач не сложишь. Да, не знаешь ли ты, какой путь он выбрал, пройдя Испытание?

Странник задумался, припоминая. Когда делегация круга приходила благодарить их за "услугу планете", Дараи что-то говорил об Испытании Воина.

- Воинский? Вроде да.

- Если так, это лучший ответ! - Целитель поднялся, сделал несколько решительных шагов, резко развернулся и победно улыбнулся Ветру. - Его нужно послать в школу!

- Учиться? - удивился тот. - Сейчас - учиться?!

- Беседовать. А до этого я сам с ними поговорю. Но ты не должен сопровождать Тининне и не станешь расспрашивать его ни о чём.

- Не стану! - быстро согласился Оллен. - Только бы помогло!

Видимо, целитель связался не только с главой воинской школы, но и кое с кем из Круга Ясеня, потому что буквально на следующий день юноша получил предписание Совета отправиться в избранное им учебное заведение. Тин пытался возражать, однако бестолку, ему припомнили, что он и так пропускает весь учебный процесс, поэтому обязан использовать любое остающееся свободным время. В конце концов, время действительно имелось, и паренёк рассудил, что не имеет значения, каким образом его провести.

Оллен с замиранием сердца ждал, что выйдет. Тин вернулся к началу общего сбора задумчивым и, на первый взгляд, более спокойным, причём это было именно отрешённое спокойствие, а не прежнее мертвенное бесстрастие манекена. Странник сгорал от любопытства, пытаясь угадать, удалась ли его затея, но расспрашивать не смел - ведь он дал слово. Грызла Мерцающего и ещё одна мысль, вернее, предложение, которое он пока не решался озвучить.

Как водится, половина заранее рассчитанных планов пошла по ветру - эльфы собирались, но не слишком быстро и совершенно неорганизованно. К нужному сроку на соседней чудесной планетке, куда когда-то Тин приводил Рэя, оказалось несколько тысяч разномастно экипированных волонтёров и около сотни странников. То и дело поступали сообщения, что "собираются прибыть ещё эти и те, но позже". Поглядев на всё это, руководство в лице Тина, Оллена и двоих официальных представителей Капитула ордена Служителей решило начинать как есть и объявило общий сход.

Когда на невысокий холм на опушке леса, за которой в зелёном пологом овраге текла тихая река, поднялся невысокий худой юноша, собравшиеся там эльфы затихли - почти все они впервые видели Тиннеиннеора, о котором знала вся планета. Лишь несколько парней и девушек из его родной деревни приветственно завопили и замахали руками.

- Друзья! - начал Тин и вдруг запнулся.

Оллен с тревогой вытянулся, но паренёк взял себя в руки, хотя было заметно, что далось это нелегко: мускулы лица напряглись и застыли, придав ему выражение суровости и строгости.

- Нам всем вместе удалось помочь нашей планете и нашим сородичам справиться с волной перемен, которая катится по всей вселенной. Все помнят, как это было. И вы все представляете, что сейчас происходит в тех мирах, в которые добралась волна. Поэтому вы здесь, готовые научить пусть отдалённо, но родственные нам народы нашему знанию и показать на примере наш опыт. Будет правильным, если нас поведут Идущие по Древу - они знают, где нужна наша помощь и где мы сумеем справиться. Пусть они сейчас расскажут сами.

Тин едва не прыжками спустился, его место занял Вайрден - старший координатор операции.

- Я не стану говорить много слов! Чем дольше мы готовимся, тем больше теряем, возможно, не совсем безнадёжных земель. Мы решили, что ваша помощь будет необходима именно в тех мирах, чьё благополучное прохождение под волной под вопросом. Туда, где всё гарантированно будет в порядке - а у нас уже есть опыт это определять, - мы вас не поведём, пусть даже переход окажется непростым для тамошних народов. Туда, где поправить уже ничего нельзя, не пойдём тоже, как бы ни больно казалось бросить целые миры погибать. Ваша помощь, ваши знания и опыт, ваша смелость и самоотверженность пригодятся там, где, во-первых, есть родственные вам народы, с которыми вы легко сможете найти общий язык, или есть развитые магические школы, способные понять и воспринять ваш опыт. Во-вторых, это миры, затронутые искажением, но не полностью повреждённые им. Вам придётся объяснять их жителям, что полностью сохранить всё население не удастся. И вам придётся быть рядом с ними в битве за каждый мир, за чужую родину так же, как за свою. Это будет ещё тяжелее, потому что почти никто из вас сам не сумеет непосредственно оказать помощь чужой планете. Ваша задача - учить и следить, показывать и подсказывать. Я желаю вам мужества и упорства, и сил, чтобы не впадать в отчаяние в случае неудач. Мы не станем совершать чудес, мы просто постараемся спасти всё, что будет возможным.

Следом поднялся Зимний Ветер и объявил:

- Внимание! Видите вон там откос?

Все головы дружно повернулись в сторону протяжённого возвышения неподалёку.

- Сейчас туда поднимутся проводники. Присоединяйтесь, к кому вам захочется, если у кого окажется перебор, он поделится с тем, кому не хватило. Всё остальное вам расскажут они конкретно по вашим задачам. Прошу внимательно слушать указания и следовать им, пока вы в пути. Даже если вы прежде путешествовали по другим мирам, вы делали это в спокойной обстановке. Перемещения в зоне волны могут быть опасны. Поэтому ещё раз прошу буквально исполнять все указания проводников. Добрых дорог всем нам!

Ответом ему стали возгласы, поднятые руки, горящие глаза. Тут же возникло движение - самые нетерпеливые стали пробираться ближе к косогору. Оллен пробежался взглядом по головам и двинул вниз. Тин стоял тут же, возле предводителей странников, уставившись в траву под ногами.

- Ты что собираешься делать? - осторожно поинтересовался Ветер.

- Учиться, - с некоторым усилием произнёс паренёк. - Я вернусь в школу.

Вокруг них кипела толпа, кто-то куда-то спешил, кого-то искали, перекрикивались и собирались в стайки. Под косогором уже образовались небольшие кучки, которые быстро росли.

- Тин… - странник вдруг принялся одно за другим менять обличья, что служило у него приметой крайнего смущения, - я хочу попросить тебя… Ты не мог бы вернуться со мной в Обитель? Дотуда вот-вот доберётся волна…

Мерцающий опустил голову, его облики стали чередоваться медленнее.

- Зачем? - Юноша поднял глаза на собеседника, в них читалась глухая тоска.

- Лестер... - выдохнул Оллен и на короткое время умолк, не в силах перевести в слова всё, что собралось в душе. - С истинностью всё в порядке, но он очень стар, такую встряску его организм не выдержит. Вдруг, ты сумеешь его спасти… он… он мой учитель и… - контур странника подернулся дымкой, словно тот не хотел, чтобы кто-либо увидел его лицо при последних словах: - приёмный отец.

Тин понял. Эльф, на какое-то время отрезанный от остального мира своей болью, вдруг вновь уловил чужую - отчаянную надежду товарища и страх, что сейчас прозвучит приговор.

- У меня не получится, Ветер, - вздохнул паренёк. - Мне будет тоже горько, но… я не уверен, что у меня может что-нибудь получиться. Почему бы тебе не взять с собой кого-то, кто сумеет наверняка?

- Это Обитель, Тин, - Оллен сжался и побледнел, - тебя пустят туда без вопросов. И тебе он позволит коснуться своей души и разума, другим - нет. Ты ведь тоже не привёл на Круг половину капитула.

- Да, понимаю, - Тин искренне сочувствовал товарищу и, сам едва начавший оправляться после потери, не желал тому испытать такую же боль. - Хорошо, я попробую. Но я не могу ничего обещать, я даже не знаю, сумею ли сейчас кого-нибудь подлечить.

- Благодарю! - лицо странника озарилось. - Ты не думай, я не свихнулся, чтобы требовать от тебя чудес, но мне казалось, что нужно попробовать сделать всё, что только возможно. А как будет… так будет.

Глава 16

Казалось бы, энергетическое тело не может испытывать боль. Однако только с болевым шоком можно сравнить состояние хаосита, влетевшего в рукав Пелены, закрывая, по сути, прорыв собой. Вывернутые крылья и лапы не несли костей, но разрыв и путаница внутренних токов энергии оказались не лучше физических переломов. Вторым шоком догнало мгновенное отключение от Силы - Огонь Хаоса иссяк, изнутри занятой Пеленой области его не достанешь. Но минус на минус даёт плюс, а кол вышибают колом, поэтому, пока разум хаосита корчился, захлёстнутый сталкивающимися валами ощущений, включился механизм, заложенный в его суть гораздо ближе к её основе. Тело встряхнулось, восстанавливая нарушенные связи одной мощной волной, выкатившейся откуда-то из глубины живота, затем контур вновь вспыхнул собственным пламенем. И вовремя - вязкий поток уже почти заполнил выжженную площадку, подступая к парню. Эльорэ очухался ровно настолько, чтобы усилить напор огня и шарахнуться "обратно", и не сразу сообразил, что никакого "обратно" больше не существует - со всех сторон одинаково ровно текла куда-то мусорная река. Впрочем, направление движения скоро сменилось - теперь поток со всех сторон наступал на парня, превратившегося буквально в живой факел.

Придя в разум чуть более, хаосит осознал, наконец, серьёзность положения, и в тот же миг телепортировался подальше в открытый космос. Вернее, попытался телепортироваться, чтобы обнаружить, что данное действие невозможно. Чем бы ни являлась эта река, её плотность не разрывалась прыжком мгновенного переноса. В следующий миг Эльо попробовал нырнуть в настоящую Пустоту - приём, неизменно эффективный на всём пространстве Кругов, хотя не вполне безопасный. Оказалось, что и Пустота недоступна, чего, впрочем, следовало ожидать, учитывая взаимный антагонизм континуумов, невзирая на сходство в именовании. Тогда, припомнив, что Пелена не бесконечна, парень двинулся в первом попавшемся направлении, выжигая себе путь.

Эльорэ мог оценивать время лишь по убыванию своих сил. В окружении ничего не менялось - мутные волны, несущие слабые намёки на цвет, мерно подползали со всех сторон в стремлении поглотить жертву, как болото поглощает любой угодивший в него предмет. Ничто не сообщало, двигался ли парень куда-либо или кружил на одном месте, сжигая силы, чтобы неминуемо истратить их все и быть сожранным бездумным потоком. "Ну нет!" - хаосит хорошо знал, что последует за такой кончиной. - "Никто из Семьи не доставался тебе!"

Поглощая существо, Пелена Пустоты захватывала его тело и воспоминания и заполняла собой, обретая таким образом элемент разума, которым сама по себе не обладала. Подменыш служил только дальнейшему распространению Пелены, его с распростёртыми объятиями был готов принять Серый Клан и мог натворить много бед, если оригинал отличался недюжинным интеллектом. Знания при таком перехвате сохранялись, а вот способности - нет. По крайней мере, это касалось способностей к Творению - ещё ни один изменённый творец не появился на Кругах, хотя бывало, что кто-то из них попадал в ловушку. Как обстоит дело со способностями Разрушения, не знал никто, и Эльо точно не хотел предоставить родичам такое знание. Парень решил, что если не сможет прорваться, Пелене должен достаться только его прах, благо, оставаясь в энергооблике, он имел возможность спалить его "до конца". Тогда бездонному жрущему чреву останутся лишь бессвязные обломки, из которых ничего внятного извлечь невозможно - пепел сознания. Хаосит также знал, что смерть при таких условиях станет последней - никакая душа не вырвется за пределы Пелены, чтобы воплотиться в очередном рождении. Это знание никак не влияло на действия - изменить он всё равно ничего не мог, оставалось только идти до конца.

Силы таяли - даже могущество Разрушителя не беспредельно. Когда стало трудно одновременно удерживать движение и огонь, парень остановил ток мыслей, оставив лишь намерение генерации пламени. Скоро и оно должно было угаснуть, покинув выжатую оболочку, выгоревшую дотла. Поток субстанции придвинулся совсем близко. Вдруг его течение остановилось, а напор ослаб и иссяк. Эльо отметил изменение, но оно не породило ни одного движения разума - живая зажигалка по-прежнему извергала небольшое пламя, и топливо стремительно приближалось к концу. Внезапно остановленная река потемнела и следом рассыпалась взвесью мелкого коричневого порошка, не несущего в себе угрозы. Инстинкт выживания погасил уже ненужное пламя, а облик хаосита схлопнулся в телесный, более плотный, но требующий для своего поддержания меньшее количество энергии. Потом нечто извне начало разгонять тёмную пыль. Постепенно во всё более прояснявшемся пространстве проступила фигура гигантского существа, по сравнению с которой Эльорэ казался детской игрушкой.

- Ты не мой враг, - несколько озадаченно заявил незнакомец, всматриваясь в свою добычу.

Эльо моргал, медленно приходя в себя.

Незнакомец протянул подобие руки, легко подхватил парня на широкую ладонь со множеством толстых пальцев, поднёс к лицу и принялся рассматривать со всех сторон. Его круглые глаза горели в двух глубоких колодцах под нависающим могучим лбом, вместо носа подобие кости прорезали две узкие щели непонятного назначения, тонкий безгубый рот, казалось, был обозначен лишь для порядка - общался великан мыслепередачей.

- Ты кто? - вопросил он, когда спасённый слегка шевельнулся.

- Разрушитель, - недовольно буркнул Эльо, справедливо считая, что гостя в первую очередь следовало бы хоть чуть-чуть подкормить. Самому ему до источников энергии дотянуться не удавалось - судя по всему, парень находился отнюдь не на хорошо знакомых ему Кругах. В пространстве чего-то не хватало, словно из него выдернули одну координатную ось.

- Занятно, - хмыкнул неизвестный, - я, похоже, вас таких не застал.

- А ты кто такой будешь? - вызывающе попёр в лоб хаосит. Ему показалось, что над ним насмехаются, и парень не придумал ничего лучше, чем включить гонор.

- Оклемался, - сделал вывод гигант. - Тогда пошли, незачем здесь торчать, как маяк с перевала.

Эльорэ мог бы только икнуть вместо ответа, не уверенный, что верно разобрал последний образ, - конструкция была столь архаична, что воображение воспроизвело лишь какой-то высокий тёмный столб на границе между двумя разновидностями пустоты и почему-то мощный напор ветра. Парень не слышал ни о чём, с чем можно было бы соотнести такую картинку. Незнакомец, однако, ответа не ждал, он лишь слегка прикрыл ладонь и тут же снова разжал, отпуская пленника или гостя в свободное парение.

В отличие от предыдущего места здесь весь объем в пределах восприятия был пронизан тонким золотым сиянием, делавшим всё ту же пустыню как-то уютнее.

- Мы сейчас в подпространстве? - проверил догадку хаосит.

- Точно, - подтвердил великан.

- А ты кто? Я никогда о тебе не слышал, хотя в курсе, что тут можно разных найти. Но лучше не нужно.

- Вряд ли я сумею объяснить тебе ответ, юноша, ибо пришлось бы поведать о том, о чём говорить нет моего желания, - церемонно отмазался визави.

- Ладно, - не стал настаивать Эльорэ, - но как мне тебя следует называть, раз уж беседуем?

Незнакомец немного подумал и предложил:

- Называй Связующим, ошибки не будет.

Эльо торопливо порылся в памяти, но кроме смутных откликов на само слово, идущих из слышанных в детстве и напрочь забытых легенд, ничего не добыл.

- Зачем ты меня сюда затащил?!

- Не таскал я тебя, сам свалился.

Повода заподозрить собеседника в неправде хаосит не нашёл, понимая, что действительно провалился сам. Однако чудесное спасение вызывало удивление и интерес.

- Объясни тогда, что ты сотворил с Пеленой?

Хозяин недоумённо смолк, потом догадался:

- А, с протоматерией? Да претворил просто.

- Что-о?! - у Эльо глаза на лоб полезли.

- Совсем одичала молодёжь, - картинно изобразил вздох великан. - Это любой творящий умел когда-то.

- Почему тогда они в Пелене пропадают? - не понял Эльо. - Ни один не выбрался!

- Потому что я взял обет, - серьёзно ответил гигант.

- Какой?

- За каждого из моих братьев убить десятерых из пришлых родов, не взирая на колена.

- И что, исполнил? - живо заинтересовался Разрушитель.

- Нет ещё, - проворчал великан, - они редко попадаются.

- И ты их ждёшь тут все эти времена? - поразился хаосит, считавший себя искушённым в делах мести.

- Угу, жду.

- А почему тут? Почему наверху не ловишь?

- Много их там, а я один. Наверху меня одолеть возможно, и обет останется не исполнен, это нехорошо, - Связующий отвёл взгляд от гостя, словно что-то подсчитывая про себя. - Однако спешить мне незачем, обо мне давно позабыли, и пусть останется так.

- Вот это месть! - от души восхитился Эльорэ. Потом задумался, возвращаясь мыслями к Пелене. - Тогда, выходит, я мог сам с ней расправиться, если бы знал, как? Я просто дурак?

- Не смог бы, - утешил его великан. - Претворить можно лишь отделённую часть. Сначала положено отсечь кусок, для того нужно вовне пребывать.

- Чем отсечь? - рефлекс Разрушителя заработал, добывая новое знание, которое, возможно, однажды может оказаться полезным.

- Пустотой, разумеется, - удивился Связующий, как будто сообщил общеизвестный факт, - преградой или лезвием Пустоты.

- Изнутри её не достать! - посетовал хаосит.

- Ну да. Создать можно что угодно: планету, звезду... - продолжил пояснения великан, - но всё это пребудет мёртвой материей, если специально не вдохнуть жизнь.

- Как понять "мёртвой"?

- Она не станет меняться. Планета останется голым куском камня, звезда не будет светить, пока кто-нибудь не начнёт в них процессы. Жизнь - это и есть процесс. Да их и так множество понатворили.

- Зачем?

- Про запас, возможно. Не знаю, я не Творец, - Связующий как-то вдруг съёжился, словно усох. - Это происходило после меня. Но я чувствую тяжесть мёртвой материи, её намного, намного больше, чем живой. Жизнь - тонкая дымка, лёгкий флёр на громаде нежизни.

- И она будет уничтожена, - с горечью заключил Эльорэ.

- Почему это?! - гневно вскинулся великан. - Что вы намерены учинить?!

- Да мы как раз ни при чём! - Разрушитель непроизвольно взлетел на тот же градус эмоций. - Это не мы творили мёртвое и уроченное из Пелены! Не мы коверкали вселенную ради своих амбиций! Не мы вербуем мальчишек, чтобы, если мир чудом вдруг устоит, успеть захватить власть! Ты назвал пришлых Творцов врагами - для нас они тоже враги! Правда, мы не воюем с ними, - парень убавил пыл, - по должности не положено. Но дружбы не было никогда.

- Враг моего врага - не мой враг, - загадочно изрёк Связующий, затем уже по-простому уточнил: - Могу я сейчас что-либо для тебя сделать?

- Можешь, - быстро отозвался Эльо, - у меня энергия уже совсем на нуле. Откуда ты её тут берёшь?

- Поначалу охотился, - гигант довольно ярко представил, как вылавливал и поглощал обитателей подпространства, - потом поставил самоуправляющиеся ловушки и настроил трансформаторы. Они тут невкусные, если их частоты не повышать. Можешь подкрепляться с фона, видишь золотой подсвет?

- Ага.

- Вот, его. Не беспокойся, даже если много возьмёшь, он восполнится.

Получив разрешение, парень присосался к тонкому свечению и на какое-то время перестал замечать всё остальное. Когда хаосит ощутил насыщение, оказалось, что он заметно подрос и теперь выглядел лишь вполовину меньше великана.

- Накушался? - Связующий оценивающе осмотрел гостя и в ответ на его недоумённый взгляд объяснил, что облик сам подбирает тот размер, который оказывается экономичнее, таковы свойства этой глубины подпространства.

- Благодарю, - кивнул Разрушитель и собрался вновь дать волю своему любопытству.

- Постой, - осадил его великан. - Теперь ты рассказывай. Ведать хочу, что происходит в оставленных мной мирах.

Когда гость закончил безрадостное повествование, Связующий долго молчал, и Эльо не решился мешать его думам. Зато предоставленный самому себе хаосит взялся осматриваться в незнакомой области. Зрение как таковое помогало мало, но чувства пространства сообщали не только о нехватке, как минимум, одной из положенных мерностей, но и о некой границе, образовавшейся вместо неё. Граница явно была проницаема. Более того, проникновения через границу отражались на всём, как показалось, небольшом и каком-то скукоженном континууме чем-то вроде дрожи или слабых, едва различимых волн, создающих интерференционный узор колебаний пространственной напряжённости. Прямо на глазах наблюдателя у границы появилась какая-то точка, проследовала, рождая мельчайшую рябь, вдоль короткого отрезка и вновь пропала. Разрушитель вспомнил, что через подпространство проходят пути звездолётов многих технических миров Средних и Нижних Кругов. Видимо, один из таких кораблей он и засёк. Теперь парень понял, как Связующий сумел обнаружить его самого, и предположил, что означало странное упоминание о маяке. Действительно, крупный линейный объект, помещённый в рисунок, создаваемый интерференцией, неизбежно будет воздействовать на него, меняя форму стоячих волн и выдавая тем самым свое положение. Оставаясь на месте, они привлекли бы внимание всех, кто использует особенности подпространства для навигации или охоты. Вряд ли внимание местных существ могло представлять опасность для Связующего, но тот по каким-то своим причинам предпочёл его избежать.

Похоже, Связующий додумался до некоего решения, потому что внезапно его облик начал уменьшаться, меняя цвета, формы и плотность, пока, наконец, перед удивлённым Эльо не предстал высокий, но не чрезмерно, математически идеально сложенный муж в зеркально блестящем полевом облачении, по которому переливались яркие полосы и круги всех цветов спектра. Его глаза по-прежнему оставались посаженными глубоко, а сквозь обличье сквозила незнакомая Разрушителю, но показавшаяся неизмеримо древней сила.

- Благодарю вестника, доставившего известие о повороте времён, - вдруг высокопарно изрёк древний. - Назови своё имя, Разрушитель миров, я хочу знать повелителей нового времени!

Эльорэ растерянно представился, но не успел объяснить, что он никоим образом не повелитель, как последовал ещё более странный вопрос.

- Поведай же, Эльорэ из дома Хаоса, являются ли Разрушители потомками Смерти? Мне нужно уточнить последний нюанс.

- Только наш клан, - поведал ошеломлённый парень, - у нас третьей силой для рождения Воина оказалась Смерть, для других кланов это неверно.

- Достаточно! - Связующий величаво взхмахнул рукой. - Всё сходится! Настала пора вернуть моё имя Кругам. В благодарность за важную весть ты услышишь его первым. Отныне, юноша, меня следует называть Дар-Адзе, как в стародавние времена! Но полное звучание этого имени известно лишь выученикам моего народа, если они дожили до этих дней.

- Благодарю, - Эльо церемонно поклонился, недоумевая, чего это собеседника пробило на высокий стиль.

- Странное чувство, когда сбывается собственное пророчество, - вдруг почти "по-человечески" поделился Дар-Адзе. - Я уже забыл, как это бывает, хотя никогда не мог привыкнуть.

- Ты что, меня предсказывал? - догадался хаосит. - Красиво! Жаль, я о том раньше не знал, уже совсем решил, что сейчас сдохну. А так - ждал бы спокойно, пока всё исполнится.

- Никто не знал, - древний улыбнулся лёгким движением глаз, - я для себя предсказывал, когда сюда заполз и восстановился немного. Хотелось узнать, когда это всё закончится, если вообще случится конец. Потом вроде привык, прижился, дело себе нашёл. И вот - дитя Смерти явилось с вестью о конце времён, всё как по-писаному. Даже не соображу, что мне теперь делать следует? Этого-то в пророчестве нет. Вот так вынырнуть из тьмы времён и сказать "здрасти"?

- Пойдём со мной к Городам? - тут же предложил Эльо, прикинув, что с таким спутником его шансы возрастут многократно.

- Да что я там не видал? - отмахнулся древний.

- Ты хочешь сказать, что знаешь, как в них разобраться?

- Разумеется, знаю. Я их сам настраивал.

- Ты их строил?! - вырвалось у хаосита прежде, чем он успел убрать из интонации неприличную степень удивления.

- Не строил - настраивал, располагал по местам. Они должны составлять определённый узор, первую основу Порядка.

- Расскажи! - попросил хаосит. - Что ты имеешь в виду, говоря "основу"?

- Принцип, на котором начинают расти структуры. В разных вселенных могут быть разные принципы, но для каждой рисунок един.

- Я знаю много разных структур, - усомнился Эльо.

- Они составные, я говорю об элементарных. Круги выстроены по принципу симметрий вокруг центра. От мельчайших единиц вещества до грандиозных - везде окажется центр и то, что его окружает. В любом свободном поле есть центр и поверхности равнозначия силы. В любой структуре можно найти отражения, совмещающие её с ней же самой.

Парень задумался, припоминая, затем согласно кивнул.

- Законы взаимосвязи тоже одинаковы на разных Кругах.

- Но как? - Эльо не помнил, чтобы в школе им объясняли нечто подобное. - Если основа находится на границе Хаоса, как её использовать на Кругах?

- Множественная проекция, - изрёк Дар-Адзе как нечто само собой разумеющееся, - каждый предмет имеет собственную основу, но они все - одно.

Древний глянул на слушателя и понял, что вынужден продолжать:

- Тебе довелось видеть рост кристаллов?

- Видел…

- В простом процессе сначала есть один первый кристалл, затем на нём начинает расти другой, затем уже на том - третий. Но если убрать первый, ты будешь считать первым второй и не сможешь узнать ошибку. Потому что они все - одно. Если поместить кристаллы в основу мира, то в самой маленькой его части окажется соразмерный с нею кристалл - такой же, как изначальный.

- Значит, в любой самой маленькой части можно найти узор Городов? - уточнил хаосит, верно ли он понял объяснение.

- Да, если уметь увидеть. Это дело строителей.

- А сами Города? Они разные. И разве они составляют круг?

- Нет, они не составляют и многомерную сферу, вплетены также законы. Узор - основа формы, а содержание образуется из различных Сил. В каждой точке можно отыскать их все, но в разной пропорции, это даёт бесконечное разнообразие мест. Города когда-то транслировали чистые Силы, потом о чистоте пришлось позабыть.

Разрушителю показалось, что в мысленной речи древнего прозвучала печаль.

- Никогда не мог понять, как это могло случиться? И почему осталось так до сих пор? - Эльо вопросительно уставился на собеседника. - Ведь всё произошло очень-очень давно.

- Возможно, кому-то оказалось выгодным, чтобы на Кругах утратили ориентиры истинных Сил.

Вопроса в конце предположения, однако, не прозвучало.

- Как же мне его исправлять? - громко и озабоченно подумал Эльо. - Дастур полагает, что можно разобраться на месте, но я не уверен…

- Не могу тебе подсказать, не моя сфера. Проводить могу, больше не спрашивай.

- Хоть что-то, - проворчал хаосит про себя.

- Но и ты поведаешь, куда мне следует отправиться, поднявшись в ваш мир. Где я скорее смогу понять, что и как происходит?

Эльо задумался, потом уверенно объявил:

- Тебе лучше наведаться к странникам. Там сейчас собирают подробную картину всего.

- Кого ты имеешь в виду? - удивился собеседник. - Тьма народу странствует по мирам.

- Орден Служителей Дороги, - пояснил хаосит. - Они следят за всеми путями Кругов. Я скажу, как тебе их отыскать.

- Что?! - Дар-Адзе картинно схватился за голову. - Орден?! Они что, сделали из связующей сети религию?! Дикари!

- Не сказал бы… - неуверенно возразил Эльо, припомнив, как едва сам не принял отдельную ячейку Ордена за секту.

- Ладно, - буркнул тот, - разберусь на месте. Когда ты хочешь отсюда уйти?

- Вообще-то мне чем быстрее, тем лучше, - признался Эльорэ. - Дастур говорил, времени у нас почти что уже нет.

- Быстрее… - древний ненадолго задумался. - Не помню я, какое там у вас время. Как выйдет.

Город стоял на маленьком островке среди безграничного сияющего океана. Слепящий свет здесь не нёс отпечатка пламенеющего огня, но сам представлял добела раскалённую бездну. Её затенял лишь изломанный контур собственно Города: то ли высокие башни зданий покосились и застыли в неестественном наклоне, то ли отдельные кристаллы торчали во все стороны беспорядочной шапкой, складываясь в громадную друзу. Чем дольше хаосит созерцал эту картину, тем меньше оставалось уверенности, что ему удастся что-либо в ней изменить. Ничего не приходило в голову, кроме как пойти и взглянуть изнутри. Связующий оставил парня напротив входа, справедливо полагая, что тот может его собственными усилиями и не найти.

Как бы ни выглядели прежде врата, сейчас в стеклянно поблёскивающей стене зиял тёмный пролом, словно дыра от выломанного зубца. Эльо обречённо шагнул внутрь и внезапно оказался на настоящей городской улице. То есть она выглядела настоящей. Или казалась. Неподалеку даже виднелась вывеска какой-то таверны. Парень подошёл ближе и всмотрелся: то, что он принял за вывеску, обернулось всего лишь игрой теней. Их здесь хватало, похоже, вся атмосфера города была соткана из колеблющегося желтоватого полусвета, где прозрачнее, где темнее. "Такой цвет даёт потемневший горный хрусталь - раухтопаз, - подумал Эльо, - генератор иллюзий". Здания вдоль улочки то и дело меняли облик и высоту, то вырастая безглазыми дымчатыми башнями, то обращаясь в вычурные дворцы, которые на короткий миг сливались в холодную морионовую стену и вновь распадались на желтовато-коричневые пряничные домишки. Вдруг слева ударила по глазам яркая голубая вспышка, как отблеск на пересечении граней чистого хрусталя, но, продержавшись пару мгновений, угасла. Улицей вновь завладел полусвет.

Парень, не спеша, двигался вперёд, насторожённо заглядывая в каждый узенький переулок. Хотя закоулки пустовали, его не оставляло впечатление слежки, словно кто-то из неведомых обитателей только что исчез за углом. Каждый раз казалось: он опоздал лишь на мгновение. "Так и свихнуться недолго!" - проворчал гость про себя, гоня подступающую паранойю. Но вот мелькнула и пропала, втянувшись в стену, серая фигурка, словно сотканная из более тёмных теней. Затем ещё одна и ещё. Эльо подумал, что, задержись он тут надолго, и сам превратится в такую же бесплотную бесшумную тень.

Не зная, что предпринять, парень коснулся блестящей желтоватой стены и с изумлением обнаружил, что около приложенной ладони камень очистился и посветлел, пропуская взгляд в прозрачную глубину. Теперь он понял, почему Город назвали Хрустальным - небольшой участок вокруг его руки приобрел ясность и чистоту природного кристаллического кварца. Медленно, словно проявляющаяся картинка, всплыло осознание: "Моя сущность на самом деле способна восстанавливать Города, или, по крайней мере, этот Город. Нужно лишь одновременно войти в соприкосновение со всем его естеством…" Эльо убрал ладонь и с сожалением проследил, как вновь мутнеет отвоёванный у безумия уголок, затем зябко поёжился. Парень знал, что может это сделать: "стать Городом" - не самая большая проблема для того, кто умеет становиться Хаосом, - но не знал, чем придётся за такое единение заплатить. А если отстроиться не удастся и придётся остаться в хрустальном плену навсегда? Или же Город станет удерживать чистоту только при присутствии в его структуре сущности хаосита? В любом случае ответ неизвестен, оставалось лишь попытаться. Парень подумал, что сначала нужно найти городской центр - как бы тот ни выглядел, где-то там скрывается управляющая основа. Он отложил раздумья и, стараясь не вовлекаться в игру иллюзий, снова отправился бродить по миражам улиц, пробираясь к сердцу Города. "Ключ" следовало вставлять то ли в скважину, то ли в ловушку именно там.

"Обитатели" теперь то и дело показывались перед глазами, возникая из стен, бессмысленно передвигаясь и вновь сливаясь с контурами зданий. В воздухе замелькали прозрачные радужные пластинки с изображениями разнообразных существ или просто с цветовыми пятнами; они летели над мостовой, словно их гнал несуществующий ветер. Внутри этой круговерти появилась и двинулась навстречу одинокая фигурка, и что-то дрогнуло внутри Эльо в самой глубине груди. Тень приближалась, не отклоняясь от середины улицы, с каждым шагом уплотняясь, приобретая черты девичьего тела. Парень замедлил шаг, уставившись во все глаза на идущую к нему…

- Аэлми?..

Разрушитель зажмурился, силясь избавиться от наваждения, но когда вновь открыл глаза, девушка стояла перед ним почти как настоящая. Вернее, он принял бы её за настоящую, если бы не знал, что эльфийки здесь быть не может. Разве что тело казалось недостаточно плотным, да глаза горели особенным жёлтым сиянием, словно парень видел её во сне.

- Эльорэ? - девушка смотрела на хаосита во все глаза и неуверенно улыбалась. - Ты изменился… Как ты сюда попал?!

- Не морочь мне голову! - воскликнул тот и вцепился в тонкие плечи. - Тень, я в тебя не верю!

Плечи слегка подались под хваткой, но тень устояла. Более того, её улыбка становилась всё шире и шире, по мере того как парень смущённо отводил руки и краснел.

- Аэлми! - хаосит с уже совершенно другим чувством обнял девушку и осторожно притянул к себе. - Это невероятно…

- Почему? - Ученица целителя спрятала улыбку, уткнувшись в его плечо. - Ты сам говорил мне о Городах.

- Сюда нельзя пройти без особых способностей или особых свойств. Эльфам их не давали. Ни одно эльфийское тело не может существовать здесь!

- Почему ни одно? - Аэлми смешно наморщила нос, как делал Тин, когда сталкивался с "глупостью человеков". - Обычное сновиденное тело!

- Что?! - Эльо слегка отодвинул от себя целительницу и очень внимательно осмотрел. - Так вот оно что! Ты видишь Город во сне!

- Я пришла в Город во сне, - поправила та. - Мне пока не удалось понять, что здесь нужно сделать, слишком много иллюзий, они мешают. Разбираюсь понемногу.

- Пошли за стену? Там нет миражей, можно поговорить спокойно. Я сам здесь пока не многое понял.

- Хорошо, - легко согласилась Аэлми и первой тронулась к выходу. Было заметно, что девушка успела неплохо изучить город.

- Что случилось? Почему вы ушли с Чащи? И где Суид? - засыпал её вопросами хаосит, едва оба выбрались из пролома.

- Его больше нет, - уронила эльфийка и опустила глаза, показывая, что не намерена говорить об этом.

Эльо присел, где стоял. Девушка опустилась рядом. Повисло горестное молчание.

- Как ты сюда попала? - наконец нарушил его хаосит.

- Хотелось найти применение своей жизни. Раз в Чащу уже не вернусь…

- Почему? Волна прошла, там сейчас всё в порядке. Это из-за общекруговой перестройки у ваших мозги кипели.

- Не смогу. Всё понимаю, но… - Аэлми печально вздохнула, - наверно, плохой из меня целитель. Пробую представить кого-то из них в беде, а перед глазами… Лучше попытаться исцелить Город! Здесь хорошо, здесь можно не ждать подлости.

- И ты отправилась искать Города через сны? Но почему именно этот?

- Я не выбирала, какой увидела, тот и… Мне было всё равно. Может быть, это он меня выбирал.

Резон в этой идее присутствовал, однако хаосит лишь недоверчиво хмыкнул и с сомнением оглядел эльфийку.

- С чего ты взяла, что у тебя получится?

- Я так полагаю. Кажется, Город не против. Прежде, чем сюда отправиться, я постаралась узнать больше о Городах, и мне все говорили, что здесь опасно. Но я ни разу не ощутила угрозы и не заметила для себя вреда. Иногда кажется, мне даже немного рады, - Аэлми смущённо улыбнулась.

- Мне тоже, - с удивлением осознал Эльо, - так показалось, когда удалось восстановить частичку кристалла, просто коснувшись рукой. Только я посчитал, что это заслуга моих личных свойств, или же любое существо Хаоса на такое способно. Когда я встретил тебя, я разыскивал центр, именно там нужно входить в ткань Города.

- Для чего? - девушка напряжённо ожидала ответ.

- Чтобы исправить его изнутри. Весь целиком - так можно сделать, только самому став городом.

Парень ярко припомнил, как совсем недавно исполнял подобное действие, проходя лабиринт.

- Спасибо! - Её лицо озарилось. - Теперь я поняла до конца!

- Что ты поняла? - подозрительно покосился на неё хаосит.

- Что мне следует делать.

- Восстановить Город - это моё задание! - встопорщился Разрушитель. - Я вполне в состоянии разобраться сам, а потом найду тебя на Кругах! Просто дождись.

- Не нужно, - Аэлми медленно подняла голову и твёрдо взглянула парню в глаза.

- Почему? Мне казалось, ты хорошо ко мне относилась, и вообще… - тот слегка смутился. - Я не против и дальше… - Он не стал уточнять, что именно должно последовать дальше.

- Ничего не выйдет, - девушка снова уставилась в землю. - У меня было время подумать, и я много думала обо всём. У нас не может ничего получиться по-настоящему.

- Да почему?! - не выдержал Эльо. - Я вполне в состоянии сохранять облик, доступный Средним Кругам! Мы неплохо выучены сдерживать свои способности!

- Мы противоположны по силам, я сохраняю жизнь, а ты несёшь смерть.

- Смерть тоже хранит жизнь! Она придаёт ей смысл. Конец даёт возможность для иного начала, иначе однажды созданное длилось бы бесконечно и ничего не рождалось. Правильно дед соединился с ней и привёл в миры!

- Смерть не может рождать!

- Это не так. Или бы меня не было, - исчерпав аргументы, парень обескураженно уставился на собеседницу - если даже это её не убедит, то больше нечем.

- Даже если так, - девушка задумалась, проверяя новую для себя мысль, - что может получиться в результате союза Жизни и Смерти?

- Круговорот, - тут же отозвался хаосит, - вечное изменение! Сотворённое не должно пребывать неподвижным, или мы получим нежизнь, а это похуже Смерти.

- Эльфы перемен не любят, - возразила Аэлми. - Даже тут у нас противоположный подход!

- Ну да, - улыбнулся тот, - они питаются Звёздным светом. А это сила Возжигательниц звёзд, между прочим, и одна из них - тоже из моих предков. Как видишь, стабильность её естества не помешала соединению с Хаосом - источником Перемен!

- Ты меня удивил, - призналась эльфийка и решительно поднялась на ноги. - Но нужно идти в город, или мне придётся снова проснуться зря. Я не могу находиться здесь слишком долго.

Вдруг девушка замерла, уставившись куда-то за спину Эльорэ. Тот немедля вскочил и резко обернулся. В нескольких шагах от них застыла тонкая невысокая фигурка, до боли знакомая обоим. Паренёк глядел на них со странным выражением глаз, сияющих жёлтым огнём, - смесью страха, радости и печали.

- Ты что здесь делаешь?! - не удержалась Аэлми, испугавшаяся за юного соплеменника. - Тебе точно хватит сил проснуться обратно?!

- Хватит, - равнодушно обронил Тин. - Я нашёл Эльо, мне удалось.

- Я же говорил, что ты великий волшебник, - улыбнулся хаосит. - И я тоже рад тебя видеть. Но сейчас нам пора.

- Куда? - тут же встрепенулся паренёк.

- Я же говорил, что Дастур послал меня восстанавливать Город. Вот, Город перед нами, и мы с Аэлми сейчас пойдём вон в ту дыру, - парень махнул рукой в сторону зияющего провала. - А ты отправишься просыпаться, договорились?

- А с вами? - безо всякой надежды в голосе попросил Тин.

- Нет! - резко отозвалась Аэлми. - Ты ещё не умеешь в совершенстве управлять сном! Тебе нельзя входить в этот Город, Тининне, может быть, в какой-то другой и было бы можно, но не сюда. Если потеряешься среди миражей, то никогда не вернёшься, а твоё бедное тело высохнет, как пустой цветок. Просыпайся!

- Хорошо, - на удивление покорно согласился эльфёнок и вдруг исчез.

Эльо даже покрутил головой, проверяя, не заснул ли, часом, он сам, и не привиделось ли ему явление Тина. Затем решительно взял Аэлми за руку и направился к проходу внутрь Города.

Оказавшись за чертой стен, они незаметно поменялись ролями - теперь вела девушка, уверенно двигаясь к, казалось, известной ей цели. Эльо следовал за ней без малейшего понимания, пока не решился спросить:

- Как тебе удаётся определять направление?

- Я вижу энергию, - пояснила та.

Тогда парень тоже изменил способ восприятия и с удивлением обнаружил, что вместо путаницы переулков наблюдает пересечение поверхностей и переплетение линий разной толщины и яркости, в котором несомненно имелся некоторый порядок. Линии стремились к центру, и к центру эльфийка же вела товарища.

Впереди толстые яркие нити завились веретеном, обнимая пустой промежуток.

- Вот оно! - радостно воскликнул Эльо и в тот же миг переметнулся в эту загадочную пустоту. Аэлми и мигнуть не успела.

Хаосит удивлённо осматривался, подключив все механизмы восприятия. В чём-то место, где он находился сейчас, напоминало центр лабиринта, только не огненного, а… Парень задумался, подбирая понятие, - пожалуй, действительно созданного из прозрачного горного хрусталя - прохладного и сверкающего. Он попробовал отпустить сознание, провёл его по основным нитям, затем по более мелким паутинкам силы и, наконец, полностью охватил всю хрупкую и в то же время каменно-прочную тонкую ткань Города. И почувствовал, как рушится в пустоту поток времени будущего, а из пустоты поднимается и теряется в бесконечной дали череда прошедших времён. В нём самом, в его сущности Хаоса, были заложены понятия обо всех возможных вариантах некогда неразделённого времени, но из бывшего и небывшего никогда, возможного и неосуществимого Разрушитель рвался в остро заточенное "сейчас", потому что только здесь и сейчас в нескольких шагах от него стояла эльфийская девушка с сияющими глазами. Тогда Эльорэ свёл крылья времени в самом себе, тем самым соединяя их во всей системе единого с ним Города. Возник первый миг настоящего и немедленно исчез, скрываясь в прошлом и давая место новому краткому мгновению текущей жизни.

Бег мгновений завораживал, парень невольно завис, наблюдая, как через него проявляется великое Становление и великий Исход. Никогда прежде ему не приходилось иметь дело с подобным процессом, даже если хаосит когда-либо слышал о том или изучал. Его сознание отключилось и пребывало девственно чистым, пропуская сквозь себя ясный поток вечности.

Аэлми увидела, как оболочка застывшего в центре переплёта Эльо окуталась лёгким туманом, затем туман загустел, скрывая Разрушителя от изумлённого взора, и вдруг пропал. Одновременно с тем плавно, но неуклонно устремились ввысь то ли вершины кристаллов, то ли башенки на домах, посветлели и разрослись окна, обращаясь в сверкающие холодные стены, воздух стал остро-прозрачен и налился резким внутренним светом, несущим внезапное осознание, наполненное сияющей Силой. Здания на глазах обретали чёткие жёсткие формы, ослепительные грани стен перебрасывались мириадами бликов, сливающихся в невероятную симфонию возрождения. Город оживал, устраиваясь в до сих пор неведомом для него Настоящем, искал и находил точки равновесия, застывал в предвычисленной гармонии. Но вот преображение завершилось, Город успешно инсталлировал драйвер Стрелы времени, и бегущее Время также приняло его в свой бесконечный поток.

Мгновенье за мгновеньем настоящего сменяли друг друга в непрерывном движении, казалось, они летят мимо с тонким хрустальным звоном, а в центре этого круговорота застыл темнокожий парень и, казалось, забыл обо всём. В его открытых глазах не мелькало ни малейшего намёка на работу разума. Аэлми подождала, подождала ещё и испугалась. Что, если Эльо теперь навсегда останется "замурованным в хрустале"? Эльфийка растерянно оглянулась, скользнув глазами по бегущим от небольшой центральной площади незнакомым невыразимо прекрасным линиям улиц, и вдруг ясно поняла, как следует поступить. Она негромко окликнула хаосита.

Парень моргнул и в тот же миг оказался возле неё, видимо, ему как раз не хватало внешнего толчка, чтобы выбраться из гипнотизирующего бега настоящих моментов.

- Получилось! - с воплем восторга Эльорэ подхватил хрупкую девичью фигурку и закружил в импровизированном танце. - У меня получилось!

- У меня тоже, - негромко заметила эльфийка, но, похоже, тот не услышал.

- Всё, можно уходить! Просыпайся, а я пойду искать тебя на Кругах!

Девушка опустила глаза.

- Нет. Слишком много времени прошло, мне уже некуда просыпаться.

- То есть как? - не понял хаосит, останавливаясь на полушаге. - Я ж быстро справился?

- Справился-то ты быстро, но пока вернулся… Тело без сознания не может существовать долго, если о нём никто не заботится. А я оставила его вдали от живых.

- Я опять промахнулся?! - ужаснулся Эльо и впился в её лицо широко распахнувшимися глазами. - Да что же это такое… Не понимаю, почему всё время опаздываю с настоящим моментом. Но не беда! - Его глаза сверкнули внезапным озарением. - Тебе можно создать новое тело! Ещё круче, чем было! Тогда вообще не будет никаких проблем… - парень вдруг смутился и скомканно завершил: - то есть,.. я хотел сказать, что тогда ты легко сможешь иметь дело даже с моей сущностью Хаоса.

- Не нужно, - девушка упорно смотрела в землю, - я всё равно хотела остаться.

- Зачем оставаться здесь? - уставился на неё Разрушитель.

Аэлми задумалась, определяя, откуда проистекает твёрдая уверенность в правильности принятого решения, и ощутила, как в глубине ее сознания что-то шевельнулось, что-то доселе неведомое, но однозначно родное и дорогое. Теперь она спокойно встретила недоумевающий взгляд парня.

- Город нельзя оставлять без присмотра. Ты не можешь остаться здесь навсегда, а я присмотрю.

- Разве ты справишься с этой задачей? - Эльо, слегка отстранив и едва не поворачивая туда-сюда, оценивающе изучал девушку. - Эльфы предназначены хранить совсем не такую жизнь. Здесь, по вашему разумению, вообще нет живого. То есть здесь другой принцип совсем.

Кандидатка в Смотрители прислушалась к себе и к окружающему их городу. Решение пришло к ней с той же ясной уверенностью, как предыдущий шаг.

- Я сохраняла жизнь. Но я могу сохранять вечность.

- Я тоже сохраняю вечность! - обрадованно подхватил хаосит, которому очень хотелось поскорее добраться до чего-либо, их объединяющего, и сменить спор на более приятное занятие.

- Но по-другому! - осадила его Аэлми.

- Ну да, - обескуражено признал тот.

Девушка мягко высвободилась из объятий, шагнула к ближайшей стене и без малейшего затруднения в ней исчезла. Вновь появилась она, выйдя из стены уже с другой стороны улицы.

- Видел? - Аэлми слегка улыбнулась опечаленному товарищу. - Город принимает меня!

- Угу, - буркнул Эльо, утратив все аргументы, потому как и сам чувствовал, что Город поддержал намерение девушки. - Тогда я буду к тебе в гости ходить. Можно?

- Приходи! - Она приподнялась на цыпочки и легонько, словно успокаивая ребёнка, поцеловала хаосита в выступающую скулу. - Всё правильно получилось, так, как надо.

- Кому надо? - тут же насторожился тот, припомнив разговор с дядей.

- Нам. Городу. Вселенной. Вообще надо, понимаешь?

- Угу, - парень задумчиво кивнул и попробовал снова обнять Аэлми.

Та отстранилась.

- Извини, сейчас мне нужно немножко побыть с ним наедине, - она смущённо потупилась. - Нужно разобраться…

- С Городом? - догадался хаосит, явно озабоченный совсем другим.

- Ну да!

- Тогда я подожду тебя у ворот! - Эльо совершенно не собирался вот так вот взять и расстаться, завершив "общественные" дела.

- А если мне понадобится много времени? - осторожно уточнила эльфийка. - Я же этого сейчас не знаю, как пойдёт…

- А мне уже спешить некуда! Просто знай, что я сижу возле выхода и жду тебя, - Разрушитель постарался улыбнуться со всем возможным очарованием. - И никуда не уйду!

- Хорошо, я буду.

Эльорэ тронулся к выходу, не дожидаясь, пока ему намекнут ещё раз. Хаосит понимал, что девушке действительно требуется освоиться в роли Смотрителя, причём этим следует заняться немедленно. Значит, личному придётся ждать своей очереди, это нормально, его так учили с детства. Разрушителю не приходило в голову обидеться или огорчиться - приказ превыше всего. Здесь некому было отдавать приказы, однако само дело обязывало.

Город соглашался с представлением хаосита, возможно, и сам помогая тому не путаться в намерениях и задних мыслях. Парню было совершенно ясно, что следует и чего не следует делать, известное собралось в законченную систему и дополнилось местом для неизвестного. Пока шёл, Эльо заново пересмотрел свои цели и устремления, отсекая малейший невольный самообман. В состоянии прозрачной ясности он выбрался за ворота и присел тут же, под самой стеной. Ясность по-прежнему пронизывала разум и выверяла чувства, сейчас Разрушитель мог найти ответ на любой вопрос, понять всё, даже смысл жизни и тонкости чужой игры, однако он просто ждал, когда девушка освободится. Ведь таково было его простое, самое настоящее желание здесь и сейчас.

Глава 17

- Я бы не стал отказываться от надежды, - Лестер выслушал рассказ Тина и задумчиво покачивал головой. - Нельзя заранее угадать, что способен перенести Высший.

Та-йон с подходом волны чувствовал себя хуже и хуже. Он уже несколько дней как перестал покидать келью, куда теперь сместился командный центр поселения. Лицо старика заострилось ещё сильнее, светлые глаза лихорадочно блестели - его одолевала внутренняя дрожь, реакция на раздрай в окружающем пространстве. Но фронт волны планету пока не настиг, и рано было пытаться корректировать настройку организма на ритм. Тин, как умел, старался поддерживать жизненные силы настоятеля и заодно излагал тому историю их путешествий.

- Я сам видел, как он исчез в этом… в этой… - паренька передёрнуло. - Если бы Эльо был уверен, что справится, он не приказывал бы нам уходить.

- Сила Разрушителя не всегда ведома даже ему самому, - возразил настоятель. - Он позаботился уберечь от опасности вас, потому что не знал, сумеет ли её одолеть. Однако "не был уверен" не значит "не смог".

- Он сказал "бегите", он никогда раньше такого не говорил. Потом я искал его и нашёл лишь в мирах сновидений, - грустно вздохнул эльф. - А в нашем мире нигде нет.

- И всё же не нужно предаваться отчаянию, - сидевший на аккуратно заправленной постели Лестер чуть наклонился и положил сухую ладонь на руку паренька. - Не теряй веры, твой друг её заслужил.

- Когда я был в школе, - сидевший на не слишком удобном сиденье из цельного куска дерева без спинки, придвинутом к самой кровати, Тин выпрямился, в выражении его лица появилась строгость, - учитель сказал, что главной наукой воина является не умение убивать, а способность прощаться. Умение оставаться живым, теряя друзей. Я знаю, мне нужно суметь проститься с ним, но это так тяжело.

- Твой учитель мудр, - кивнул Лестер. - А ты - сильный мальчик, дитя лесов, из тебя выйдет настоящий воин.

- Здесь не обитель, а сумасшедший дом! - Герхард ворвался в комнату, едва не хлопнув дверью, и тяжело опустился на свободную часть кушетки. - Только что парочка будущих Служителей Пути устроила свалку в трапезной из-за какого-то пустяка! А когда я их за шкирки порастащил, не могли сообразить, из-за чего сцепились!

- Оллен говорил, так влияет волна, - Тин обрадовался возможности отвлечься от собственных мрачных мыслей. - Действует на нервы и пробуждает агрессию. Это потому, что всем страшно, она гонит перед собой страх.

- Страшно, страшно, - буркнул воитель. - Служителю полагается смотреть страху в лицо!

- А если его не видно? Ты сейчас тоже чувствуешь злость.

- У меня повод есть, - Герхард прислушался к себе и сконфуженно заключил: - Хотя повод совершенно дурацкий.

- Займи народ делом, - Лестер облокотился о стену и откинул голову, глядя таким образом на своего заместителя сверху вниз, - чтоб некогда стало бояться. Только без оружия. Ремонт объяви, пусть работают. Чем сильнее устанут, тем крепче заснут. Сколько нам ещё до подхода?

- Не знаю, Ветер вернётся, скажет, - хмуро доложил Герхард. - Он на разведку пошёл.

- Несколько дней, наверно, - предположил Тин, его ощущение окружающего мира оживало с каждым днём, но паренёк принимал возвращение способностей без радости, просто как должное.

- Вот на несколько дней и займи, - в голос настоятеля вернулся шорох перекатывающейся гальки.

- Да, отец, - Герхард встал, резко дёрнул головой, что должно было означать поклон, и поспешно вышел из кельи.

- Тебе нельзя волноваться, Идущий по Древу, - Тин обеспокоенно покосился на та-йона. - Сердцу и так тяжело, не нужно его ещё нагружать.

- Всё в порядке! - махнул рукой тот. - Сам видишь, никак нельзя помирать, пока волна не прошла. Значит, и сердце выдержит.

- Ох… - безнадёжно вздохнул эльф.

Оллен вернулся двое суток спустя и изумлённо оглядывался, пробираясь к келье отца мимо усердно полирующих стены насельников. В обители стоял грохот и скрежет: Герхард заставил подчинённых ободрать все коридоры до каменных стен, после чего выровнять их и облагородить. Поначалу приказ был встречен довольно кисло, но, принявшись за работу, парни вскоре почувствовали себя спокойнее и увереннее, освободили голову от лишних мыслей, наводящих страх, и заняли руки и внимание. Теперь через шорох скребков порой доносились и шутки.

- Послезавтра накроет, - сразу же озвучил ответ на главный вопрос Ветер, в свою очередь встревоженным взглядом справляясь у эльфа об обстановке.

Тин слегка кивнул, показывая, что пока всё в порядке.

- Вот и ладно, - Лестер едва заметно улыбнулся. - Любую опасность проще встретить, чем ожидать.

- Идущий по Древу, если ты будешь вздрагивать каждый раз, как откроется дверь, я не обещаю, что ты встретишь эту опасность! - начал Тин, рассчитывая на подмогу странника.

- С таким строгим целителем обязательно встречу! - польстил пареньку настоятель и с притворной жалобой взглянул на Ветра. - Шевельнуться лишний раз мне не даёт!

- Прошу тебя, отец, обращай внимание на то, что говорит Тин, - Оллен придал голосу максимальную убедительность. - Он видит, что происходит внутри организма, его следует слушать.

- Я же говорил, это талантливое дитя далеко пойдёт, - настоятель мягко увернулся от темы своего здоровья.

Странник со вздохом изменил облик, обратившись в атлета с грубыми и тупыми чертами лица. Вошёл Герхард.

- Послезавтра, - повторил Оллен, предупреждая вопрос.

- Хорошо, - коротко кивнул воин.

- Как полагаешь, устоит планетка? - Ветер прищурился, словно вопрос интересовал его чисто теоретически.

- Хорошо бы, - Герхард дёрнул плечом, - но информации у нас никакой, мы ведь установили контакт только с одной зоной. Как понимаю, здесь не удастся вмешаться?

Воин покосился на эльфа.

- Нет, здесь не выйдет, - разумеется, Тин поделился с товарищами опытом по подстройке к волне. - Я почти не чувствовал здесь фаэри, высших вообще ни одного, даже когда мы с Рэем были внизу. Только дикие полуразумные духи, они ничем не способны помочь. И сама планета вроде как спит, она не участвует в делах жителей.

- Это верно, высших фаэри здесь давно нет, - подтвердил Лестер и мрачно громыхнул: - Люди выбили. Пусть теперь осознают, как оно - выжить на омертвлённой земле!

- Не выживут, - равнодушно бросил Ветер, - и не жалко. Меня интересует только планета. Спит - значит, ещё жива?

- Да, живая. Люди неглубоко прошли, - эльф хмурился, прислушиваясь к недоступному остальным. - Мы не сможем её поддержать, нас слишком мало, и это не наш мир. Но она проснётся! И вздрогнет… - мрачно закончил Тин.

- Чем нам это грозит? - озабоченно уточнил Герхард.

- Землетрясением, возможно, здесь горы. Больше ничем.

- Успокоил, - хмыкнул бывший куратор. - Землетрясение не в наших силах предотвратить, но мы должны быть готовы.

- Ты можешь почувствовать близость землетрясения, дитя лесов?

- Я ни разу их не видел, - потупился Тин и тут же поднял голову. - Но я буду слушать планету! Возможно, она сама подскажет, когда и что ожидать. Ещё собак нужно слушать, они чуют.

- Герхард, подготовь к выносу документы и оповести о возможной эвакуации нижние этажи, - Лестер отдавал распоряжения столь спокойным деловым тоном, что даже эльф не попытался напомнить, что пациенту не следует волноваться. - Ценное оборудование пусть начнут выносить на середину двора, простое бросайте. То же с оружием. Ветер, следи за состоянием дороги, если случится разрыв [1], мы должны немедленно об этом узнать.

- Как быть со станцией связи? - уточнил воин.

- Там мы ничего сделать не сможем, оставь. Навестишь сразу после прохода волны, тогда видно будет. Если сеть не сместится, придётся восстанавливать, коли повреждённой окажется.

- Слушаюсь! - Герхард вытянулся по стойке смирно. - Ещё указания будут?

- Сам разберёшься, - опустил веки та-йон.

Воин кивнул и отправился руководить подготовкой к возможному катаклизму.

Спозаранок взвыли собаки. Он покинули свои тёплые домики под стеной и заполошно носились по молодой траве, то взлаивая, то жалобно скуля, то переходя на отчаянный вой.

- Кажется, всё же землетрясение, - пробормотал разбуженный эльф и тут же вскочил, хватая за руку растолкавшего его Ветра. - Как Идущий по Древу?

- Держится, - коротко отвечал странник. - Хватай свои вещи и давай к нему, я – народ поднимать.

Тин нагнулся к ботинкам и едва справился с внезапно настигшим приступом дурноты. В окружающем реале смешались разные скорости процессов, вызывая в биологических организмах внутреннюю дрожь, головокружение и противную слабость. Он попробовал сосредоточиться на верхнем ритме, но это не помогло - рано. Тогда паренёк стиснул зубы, сосредоточенно оделся, подхватил собранную загодя котомку и, придерживаясь за стену, двинулся в соседнюю келью, где жил та-йон. Со всех сторон уже доносились встревоженные голоса насельников.

Лестер то ли спал, то ли находился без сознания, но неровное дыхание показывало, что настоятель жив. Тин осторожно присел рядом, проверяя работу усталого организма. Сердце слабо, но ритмично сокращалось, кровь равномерно бежала по сосудам, работе лёгких эльф слегка пособил, стараясь не помешать пациенту - для того лучше всего было пока пребывать вне тревог.

Из коридора донеслись резкие слова команд.

- Уходим! - Ветер распахнул дверь, на глазах принимая облик самого физически сильного из своих вариантов.

- Началось? - прошелестел тихий голос. - Доложи обстановку.

Настоятель очнулся и вопросительно уставился на Мерцающего.

- Не сейчас. Нужно уходить, отец, - попробовал возразить странник.

- Доложи обстановку, - твёрдо потребовал тот.

- Личный состав покидает здание, - поспешно начал перечислять Оллен, - потерявших сознание приходится выносить на руках. Герхард проверяет убежища. Их обитатели поднимаются на поверхность.

- Ступай выносить ребят, - приказал Лестер.

Тин испуганно вскинул глаза на Ветра. Вместо ответа тот подхватил старика вместе с кушеткой и шагнул к двери, которую тут же распахнул перед ними подоспевший эльфёнок.

- Покрывал прихвати, на дворе свежо, - бросил Оллен, выходя в коридор.

Парнишка сорвал с кровати пару покрывал, пошарил по полкам для вещей в стенном шкафу и отыскал ещё одно зимнее, после чего с большим тюком в руках выбрался в коридор и поспешил к выходу.

На покрытом молодой травой широком уступе, отойдя подальше от стен, толпился народ. С десяток бессознательных тел лежало отдельно, рядом возвышалась куча матрацев и покрывал, их уже начали раскладывать на земле. Герхарда среди беженцев не оказалось, зато в некотором отдалении от остальных стояла группа существ, прикрытых маскировочными полями, видимо, выходцы из подземелий.

Ветер установил кровать Лестера возле пострадавших, огляделся и направился было обратно, но тут же повернул назад: из ворот обители показалась ещё одна группа эвакуируемых, парни несли два тела, а замыкал процессию Герхард, значит, это были последние.

Тин старательно укутал та-йона и присел на свою котомку у изголовья. Насельники переносили на матрацы бессознательных товарищей, растаскивали оставшиеся незанятыми и, как умели, устраивались на свободных местах. Подошёл Герхард.

- Эвакуация личного состава завершена, - по всей форме доложил воин. Затем добавил уже по-простому: - Больше мы ничего не можем сделать, остаётся ждать.

- Да, - едва заметно кивнул та-йон.

Солнце понемногу показалось над склоном горы и начало подниматься, заливая долину теплом. Беженцы приободрились. В разговорах зазвучала надежда, что может быть, обойдётся. Однако собаки жались к людям и всё так же скулили. Вдруг их голоса разом поднялись на новую высоту, и тут ударило. Земля взревела низким гулом и прыгнула под ногами так, что ни один из стоявших не удержался на ногах. Затем к гулу добавился дробный грохот, идущий со всех сторон. Небо заволокло пылью и снежной взвесью - со склонов посыпались камни и рухнули снежные козырьки. Скалы ходили ходуном, то и дело срывались новые лавины и рождались осыпи, но стены обители устояли, и ни один камень пока не долетел до широкого уступа, где пережидал стихию "личный состав".

Безумие продолжалось несколько долгих минут, затем прекратилось. Наступившую тишину прерывал лишь шорох ползущего снега и последних каменных ручейков, редкие трескучие удары падавших кое-где отдельных глыб да резкие крики птиц, круживших над вершинами гор. Их самих было не разглядеть из-за разбухавшего пылевого облака, просвечивающее сквозь него солнце окрасилось в красный.

Выждав достаточное, как ему показалось, время, Герхард подозвал Ярни.

- Что скажешь, продолжение будет или уже всё? Приятели твои приумолкли.

- Если будет, то не сейчас, - покрутил головой волк. - Но я бы пока не стал возвращаться под крышу.

- Возвращаться рано, - согласился воин, - а разведать, что там и как, пора. Пройдёшь по основному коридору и паре нижних ярусов, далеко не забирайся. Слушай своё чутьё, при первом опасении уходи.

- Сделаю.

Сопровождаемый взглядами сотни пар глаз, парень неуверенной походкой прошёл ко входу в здание и скрылся в дверях.

Отсутствовал волк очень долго. Солнце добралось до соседней горы, а пыль в воздухе слегка развеялась, когда шатающийся парень показался возле стены и, придерживаясь за неё, двинулся к командиру. Волк чувствовал себя всё хуже с подходом волны, но не посчитал возможным оспорить приказ.

- Стены целы, - Ярнвид попытался выпрямиться, затем скривился и опустился на траву возле Герхарда, Ветра, бессильно лежащего настоятеля и не отходившего от него эльфа, - видел только два выпавших блока. А воды у нас больше нет. Ни горячей, ни холодной, водоток перекрыт. И стекла побиты, - извиняющимся тоном добавил последний штрих парень и опустил голову.

Странники хмуро молчали.

- Вот, - волк принялся освобождать карманы, выбрасывая на траву крупные желтоватые брикеты, - я топлива прихватил. Ночью холодно будет, хорошо бы сложить костры.

- Кто их будет поддерживать? - бросил в пространство Ветер, оглядываясь на людей, - за время разведки количество бессознательных увеличилось.

- Мы с тобой, - тихонько предложил Тин. - Нам ведь проще.

- Тебе и так дел хватит, - Оллен опустил голову. - Пойду потаскаю каких-никаких дров.

Мерцающий, которого, конечно, тоже мутило, но он за неоднократные встречи с волной к этому почти привык, двинулся к обители, намереваясь разжиться пригодными для сожжения обломками. Герхард и трое самых выносливых насельников последовали за ним и даже принесли по охапке разнокалиберных досок, но во второй рейс Ветер отправился в одиночку. День перевалил за половину, фронт волны неминуемо надвигался, но всё ещё оставался чересчур далеко, чтобы Тин мог использовать своё умение. Эльф тоже чувствовал себя отвратительно и время от времени испытывал "на вкус" высокую частоту, но покуда та не сделалась ведущей, это ничего не меняло.

Под вечер земля закачалась снова, уже гораздо слабей. Несколько затихающих содроганий переполошили только собак, люди и фаэри не обратили на них внимания. К этому времени уже все лежали влёжку на раскиданных по траве матрацах, оставшиеся в сознании дрожали от холода, остальным было всё равно. Таинственные обитатели подземных ярусов растеряли маскировку, но не имели сил о том беспокоиться. Всё равно занятым своими переживаниями насельникам было не до них. Во всепоглощающей тишине слышалось лишь слабое поскуливание - собаки по-своему жаловались людям на плохое самочувствие, хотя те ничем не могли помочь.

Солнце ушло за гору, и Оллен занялся костром, пока совсем не стемнело. Тот долго не разгорался, а когда топливо наконец подожгло дрова, пламя билось и дрожало при полном безветрии, словно его тоже лихорадило.

Состояние Лестера оставалось стабильным. К удивлению эльфа, настоятель не лишился сознания, хотя организм работал на пределе. Тин попросил его полностью расслабиться и не пытаться бороться с головокружением и тошнотой, чтобы сберечь силы. На этот раз та-йон послушался без пререканий. Эльф не спускал с него глаз, боясь упустить момент ухудшения. Его тоже одолевали слабость и страх и, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей и отвлечь пациента, паренёк начал негромко пересказывать запомнившиеся с детства сказки родных лесов. Так и тянулась долгая ночь под сполохи костра, шорох движений подкидывающего в него дрова Ветра и тихий голосок Тина, которому внимали все, устоявшие перед беспамятством. Насельники держались за него, как за тонкую нить жизни. Впрочем, давление накатившей волны наконец выровнялось, и хуже не становилось.

Где-то к концу ночи Оллен осторожно тронул Тина за рукав.

- Попробуй уйти наверх, кажется, полегчало.

Паренёк тут же переключился, и ему тоже показалось, что в состоянии сонастройки с более быстрым ритмом находиться немного легче. А когда дальние вершины гор вспыхнули алым, предвещая скорый рассвет, стало ясно, что пик волны миновал. Эльф немедленно занялся настоятелем. По окончании процедуры тело старика, конечно, оставалось слабым, однако в глазах появился живой блеск, и Лестер даже слегка улыбнулся. Маячивший за спиной целителя Ветер позволил себе облегчённый вздох.

- Нужно поднять фаэри, - озабоченно пробормотал Тин. - Они мне смогут помочь!

Укутанную в плед Талю он отыскал лишь по тому, что в ногах девушки свернулся клубком крупный волк: Ярни ушёл в облик, посчитав, что так легче перенесёт переход. Эльф повторил знакомый процесс, но исцеления не произошло - словно что-то отворачивало лёгкий серебристый туман от стройного тела.

- Что такое? - эльф растерянно оглянулся на Ветра. - У меня же только что получилось! А сейчас никак…

- У тебя самого-то силы ещё есть? - уточнил тот. - Может, в этом дело?

- Есть немного, хотя я и вправду очень устал, - смущённо признал Тин.

- Попробуй с кем-то ещё, - посоветовал Оллен, не видя другого выхода.

Паренёк перебрался к товарищу, которого по зиме выучил заживлять связки, но и с тем ничего не вышло. Тин обескураженно вернулся к костру.

- Неужели всё-таки разучился? Но тогда бы я вообще ничего не сумел... Не понимаю.

- Попробуй поднять Герхарда, - предложил Ветер.

Тин попробовал, и вскоре тот уже сидел возле них, греясь возле огня. С ним проблем вообще не возникло, воин очнулся едва ли не сразу, как эльф оттранслировал ему новую частоту.

- Тогда и я не понимаю, - недоумённо протянул Мерцающий и несколько раз сменил облик, подтверждая свои слова.

Герхард гадать не стал, он посмотрел на Тина и приказал тому притащить к костру свободный матрац и немедленно залечь спать. Пришлось подчиниться.

Когда обогретый весенним солнцем паренёк проснулся, вахту нёс Герхард, а Ветер посапывал с другой стороны от небольшого костра.

- Как он? - первым делом осведомился юный целитель, кивнув на настоятеля.

- Не хуже. Но и ненамного лучше, - вздохнул воин. - Возраст не обмануть.

- Кто-нибудь ещё настроился?

- Пока нет. Посиди у костра, я принесу воды. Вас покормить надо.

- Я пока попробую кого-нибудь ещё полечить, - предложил Тин, но воин резко отрезал:

- Нет. Подержи огонь до моего возвращения и больше ничего не делай!

- Но у нас нет воды, Ярни говорил… - спохватился паренёк.

- Воды у нас целое ущелье, - Герхард махнул в сторону обрыва. - Туда столько снега свалилось, что надолго хватит его топить.

- А Идущего по Древу можно лечить? - осторожно поинтересовался эльф.

- Нужно!

Воин подхватил пару невесть откуда взявшихся кухонных котлов и зашагал к обрыву.

Тин осмотрел Лестера. Настоятель спал, и сон его был спокоен, организм освоился с новым ритмом вселенной, старое сердце вынесло перегрузку, но паренёк видел, что та стала для него последней и следующего испытания не пережить. Ресурс был исчерпан совсем, а ни один эльф на свете не в состоянии сотворить нового сердца, ведь эльфы не боги и не умеют чудес. Лечить здесь оказалось нечего.

Герхард притащил полные котлы снега, поставил возле огня и подбросил топлива. А затем поманил эльфа и двинулся к дальней части невольного лазарета. Тин последовал за ним с удивлением, но вскоре понял, чего от него ждали: воин хотел, чтобы обитатели подземелья очнулись первыми. Когда паренёк приступил к делу, тот в напряжённой позе замер рядом. Как оказалось, волновался командир не зря - первый же исцелённый, едва очнувшись, недобро сверкнул глазами и подобрался.

- Спокойно, - мгновенно среагировал Герхард, - он свой.

Пациент сел, повертел головой, оценивая обстановку, затем закутался в мутный полевой саркофаг. Когда же эльф занялся следующим секретным товарищем, первый внимательно пронаблюдал его действия и заявил на дорожном линго с совершенно жутким произношением, больше похожим на змеиный шип, что он тоже так сумеет.

- Ты не фаэри, - усомнился Тин.

- Нет конечно. Но как отдают души, мне хорошо знакомо.

- Кто отдаёт? - изумился эльф. - Куда? Кому? Я ничего такого не делаю!

- А что ты делаешь? Давай, объясни, - прошипел самозваный помощник.

- Я слушаю верхний ритм. Это как музыка. А затем обнимаю всё, что есть в человеке или ещё в ком, и отдаю этой музыке. Тогда она их сама настраивает как нужно.

- Душу ты отдаёшь, - возразил собеседник, - и не музыке, а инаковому миру. А тот прописывает в ней свой порядок.

- Попробуй сам, - немного обиженно предложил Тин, отходя от третьего кандидата.

Самозваный лекарь попробовал, и, хотя Тин и отметил некоторую чрезмерность и формальность в его действиях, что показывало привычку к обрядам церемониальной магии (чего юный эльф, конечно, знать не мог), исцеляемый послушно открыл глаза и немедленно замаскировался. Оставшихся двоих подземных жителей они поделили. Когда последний из потаённых скрылся под защитным полем, Герхард отошёл к костру, предоставив целителям выбирать кандидатов по их собственному усмотрению.

Вдвоём дело пошло лучше, хотя обоим не раз потребовался долгий отдых, подкрепление пищей и теплом огня, пока наконец все насельники обители не поднялись на ноги. Кроме фаэри - из тех не удалось вывести из бессознательного состояния ни одного. Тин не мог понять, в чём загвоздка, и маг тоже в недоумении разводил напоминающими гибкие бескостные щупальца руками.

Тем временем отоспавшийся и оживший Лестер сгонял Оллена к выходу на дорогу. Странник, добравшийся туда и обратно по самолично сотворённой тропе, доложил, что дорога цела, но каменная чаша завалена обломками треснувших стен, так что к выходу не добраться.

- Разгрести сможете? - уточнил та-йон.

- Скорее, сместим выход, - прикинул Ветер. - Придумаем что-нибудь, не волнуйся. Дорога за спиной у нас обязательно будет.

Герхард же руководил возвращением в родные пенаты. Судя по всему, землетрясений можно было больше не опасаться, провести же вторую холодную ночь на траве никому не хотелось. Поэтому пришедших в себя первыми отправили таскать снег на кухню, следующих - оборудовать под временное жилье помещения в средней части здания, те, что не имели окон, а последних - подбирать и уносить обратно разбросанный по траве скарб. Беспамятных фаэри собрали в одном просторном хорошо натопленном покое. Лестер пожелал вернуться к себе, что Ветер беспрекословно исполнил. Тин вновь оказался в соседней комнатёнке и почти сразу заснул, накидав на себя побольше одеял, - паренёк за трудный день вымотался очень сильно.

Два дня население обители занималось исключительно выживанием: половина насельников обеспечивала водой кухню, другая теперь уже не по воле начальства, а по необходимости продолжала ремонт. Целых стёкол не осталось, оконные проёмы забивали досками, затягивали тканью и герметизировали, как могли. Генератор энергии удалось запустить, хотя бы свет в обители появился. Герхард навестил Скит и вернулся задумчивым и ещё более хмурым, чем обычно в последние дни. Тин бился с приведением в чувство фаэри и наконец сумел вывести из бессознательного состояния всех, но ни один из пробуждённых не смог настроиться на верхний ритм; девушки и парни чувствовали себя механическими куклами, движущимися по чьему-либо указанию. Ветер успокаивал всех, рассказывая, что на верхних Кругах не раз встречал перестроившихся фаэри, значит, решение есть и рано или поздно его отыщут. А если не отыщут здесь, значит, попросят помощи у руководства Ордена, нужно лишь подождать. Лестер соглашался, что решение обязательно найдётся, как ни странно, сам он по этому поводу не переживал. Впрочем, может быть, лишь потому, что сил на волнение не осталось - жизнь по крупицам покидала тело, и тому не было иных причин, кроме старости.

После полудня третьего дня от прихода волны "в эфире" что-то переменилось. Тин переглядывался с Ветром, и оба не понимали, в чём дело, - изменение не походило на подстройку сущности планеты под новый ритм. Казалось, в мире появилось некое внутреннее свечение, несомненный безмолвный смысл, пропитавший собой всё - от облаков в небесах до последнего камешка под ногами. Каждая мелочь обрела своё место и назначение, и каждая мелочь, способная осознавать, преисполнилась неким глубинным пониманием своей сути.

- Помоги мне подняться на крышу, - попросил Лестер Оллена и также позвал эльфа.

- Там ветер, - попробовал отговорить его Мерцающий, но та-йон лишь указующе взмахнул рукой.

Тин возражать не пытался, зная, что настоятелю уже ничем не повредит последний каприз.

Оллен вынес старика на плоскую крышу здания, следом эльф вытащил глубокое кресло, и Лестера усадили так, чтобы он мог видеть долину и вершины гор.

Пейзаж искрился светом: сияло солнце, сияли бегущие в голубой выси лёгкие облачка, ослепительно сверкали уцелевшие на горных пиках снежники, казалось, сам воздух наполнился резким и чистым внутренним светом и изливал его на осиянный мир. А мир жадно припал к неисчерпаемой глубине ясного неба и ясного света.

Лестер глубоко вздохнул и обратился к эльфу:

- Благодарю тебя, сын Зелёных Чащ, за воистину королевский подарок! Твоя поддержка позволила мне застать приход истинного постижения!

- Постижения чего? - растерянно пролепетал паренёк, не знающий, куда деться от смущения.

- Всего, в чём есть нужда. Ясность развеет сомнения, превратит надежду в уверенность или же предоставит иной ответ, когда он неизбежен. В ней нет места лжи, недоразумениям и глупым ошибкам. Стремящийся узнать ответ, его получит.

- Я вот хочу найти ответ, как помочь нашим фаэри… - начал Тин и замер, прислушиваясь к себе.

Вдруг пареньку показалось, что знание уже есть где-то в глубине, нужно лишь его откопать. Всплыло воспоминание, как поначалу перепугался эльфёнок, заметив, что у всех фаэри обители оборвана связь с родными мирами. Он почти что услышал слова Герхарда: "Тебе этого не нужно". Вот оно! Фаэри-странники изменили свою природу, оставив служение своим родным мирам ради Служения Пути! Но они не смогли бы выжить, не приобретя взамен какую-то иную связь или нечто совершенно иное…

- Идущий по Древу, скажи, когда служителем становится кто-либо из фаэри, он ведь теряет при этом часть своей прежней сути - получает ли он что-то взамен? Вроде, должен, если я правильно понимаю особенность нашей расы.

- Всё верно ты рассудил. Он отсекает часть сущности, привязывающую его лишь к одному из миров, и получает взамен сущность странника.

- Я понял! - воскликнул Тин, в восторге перебегая внезапно вспыхнувшими глазами с настоятеля на Ветра. - Я знаю, что нужно сделать, чтобы настроить их на обновлённый мир! И ещё - я только что понял! Эльорэ жив! Это был не простой сон! Помнишь? - паренёк кинулся к Оллену, схватил того за руки и снизу вверх заглянул в глаза. - Эльо говорил, Город проводит Силу Хрустальной Ясности! Вот она! Она здесь!

- Я рад! - вырвалось у ошеломлённого натиском странника, затем парень понял, что и вправду рад - как бы он ни относился к хаоситу, но смерти тому не желал.

- Сила Хрустальной Ясности… - словно проверяя на вкус, повторил настоятель. - Разрушитель отыскал будущее себе и, заодно, нам всем. Я рад, что не ошибся в юноше и, может быть, где-то даже сумел помочь.

- Ты очень сильно нам всем помог! - Тин перебежал к та-йону. - Правда-правда!

- И ничего, кроме правды, - улыбнулся старик. - Да, я знаю. А теперь я хотел бы остаться один.

- Но отец!.. - воскликнул Мерцающий и не сумел продолжить.

- Я сказал, что хотел бы любоваться природой в одиночестве, - холодно оборвал его Лестер. - Ты желаешь что-то мне возразить?

- Нет, - странник смешался, - я просто волнуюсь.

- Не нужно, - сейчас в голосе старика звучал мягкий шорох маленькой тёплой волны. - Ты уже знаешь сам, что волноваться больше не нужно. Я хочу проститься с этим миром, запомнив всю его красоту.

- Можно мне остаться с тобой? - тихо попросил Ветер. - Я тоже хочу проститься. Я просто посижу рядом.

- Хорошо, - Лестер мягко кивнул. - Я рад, что ты сумел это сказать. Сын мой, очень давно мне не доводилось услышать твой настоящий голос, сообщающий о самых простых вещах. Останься, давай помолчим.

Эльфёнок, пятясь на цыпочках, отодвинулся к спуску на лестницу и тихонько убрался вниз.

Таля уныло расправляла полотно на очередном окне, пока Ярни подбирал подходящие рейки.

- Иди сюда! - махнул Тин, с загадочной улыбкой появляясь в дверях.

Девушка скользнула по нему взглядом и отвернулась.

Тем не менее эльф подошёл к окну и настойчиво взял её за руку, отводя от работы. Волк с затаённой надеждой в глазах уставился на обоих.

- Стой!

Тин поднёс ладони к сердцу ллау, развёл их, охватывая её по бокам, снова свёл возле середины груди и опустил, остановив возле бёдер, как будто собрался приподнять девушку. Затем, не прикасаясь к ней, прикрыл глаза и сделал едва заметно движение, словно на самом деле что-то приподнимал либо подхватывал поставленный сверху предмет. Серебристый туман скользнул с его ладоней, обвился вокруг девичьего тела и исчез где-то в области головы. Таля распахнула огромные, загоревшиеся зелёным огнём глаза, и тихо ахнула. Глаза Ярнвида зажглись в ответ - жёлтым.

Довольный Тин победно обвёл взором обоих и ретировался: фаэри в обители проживало побольше десятка.

К вечеру сущность планеты, долго приходившая в себя после стрессового пробуждения, осознала, как ей следует поступить, и симфония ликующей земли ответила оркестру сияющего неба. Казалось, каждая травинка обрела свой неповторимый глубокий цвет, каждый оттенок заката зазвучал своей чистой нотой, вторя вступающим басам темных ущелий и тонким пиццикато первых острых звёзд.

Взбудораженные насельники высыпали на крышу и восторженно созерцали процесс возрождения, в центре которого оказались. Все глаза и чувства были обращены в мир, и лишь когда общее возбуждение улеглось, обнаружилось, что старый настоятель оставил их и ушёл вместе с заходящим солнцем. Странники опечалились, однако печаль оставалась светлой и не сбила общего воодушевления вечера. Казалось само собой ясным, что разлука не вечна и Лестер, отдохнув, обязательно вернётся в новый прекрасный мир, у колыбели которого ему довелось постоять.

Конец

[1] "разрыв" - имеется в виду специфическое повреждение структуры дороги, при котором возможно проникновение межпланетного вакуума.