Обложка Влипанцы

Влипанцы

Олег Мельников

0% прочитано
Стандартный
Олег Мельников

Влипанцы

Глава 1

Часть 1. Это есть наш последний и решительный.

Глава 1. Отдых на природе

Ничего не может быть лучше, как летом посидеть на реке с удочкой на вечерней зорьке. Когда время исчезает и остается только наслаждение жизнью. Не зря там, наверху, время, проведенное на рыбалке, не прибавляют к сроку жизни.

А нарыбачившись, любоваться на песчаном берегу золотой дорожкой усталого солнца по широкой реке и под бульканье котелка говорить по душам у костра после стопки ледяной водки под свежеприготовленную на костре ароматную уху...

- Ну, а я продолжаю собираться на рыбалку, как вдруг слышу звонок. Еще думаю, брать или не брать, как чувствовал. Но, всё-таки, взял. Это главный инженер звонит, с моей фирмы. Оказалось, когда я сыну фирму передал, он полгода только ей занимался, а потом мой зам по развитию, крысеныш облезлый, подсадил Федьку на кокс. Вначале, вась-вась, какие деньги, мы друзья. А потом получил от него за долги генеральную доверенность и развернулся. Почти развернулся. Перед самой главной сделкой мне и позвонили. Даже Москва город маленький, а про наш Задрюпинск и говорить нечего. Нашлись добрые люди, уведомили бухгалтерию, что подготовил крысеныш сделку по продаже завода москвичам. Ну, девочки всплакнули, поистерили, а тут главная пришла. Ты же видел мою главбухшу - "Армата" с реактивным двигателем, её камазом не остановить. Она как услышала, сразу к Андреичу, заставила его при ней мне звонить. Слава Богу, успели. Теперь крысеныша никто искать не будет, Федька в закрытом пансионате, акции заводским продал, в рассрочку на пять лет. И уже после этого мне поплохело, прямо от нотариуса в больницу на скорой отвезли. Наверно от известия, что врачи сыну не больше четырех лет давали.

- Да, грустно с сыном. А дочка как?

- А Танюха, еще когда замуж выходила, принципиально отказалась от моих денег. Они так на именном вкладе и болтаются. А со мной до сих пор общаться не хочет. Говорит, из-за меня мать умерла и брат наркоманом стал.

- Ладно, Толян, выдохни! Сейчас уже ничего не изменить. Дети это геморрой! Давай, за взаимопонимание и спокойную старость!

Солидный мужчина за 50 с небольшим брюшком над джинсами, в простой черной футболке и сдвинутым назад козырьком бейсболки, корчит рожицу и чокается с худым мужиком в камуфляже, из-за глубоких морщин и мрачного выражения выглядящим на 60, опрокидывает запотевшую стопку, хрустит огурцом и наворачивает уху из глубокой тарелки. Худой задумчиво смотрит в стопку, льет в горло содержимое стопки струйкой, смотрит на горящий костер и неторопливо хлебает из своей тарелки.

- А у тебя как дела?

Солидный отмахивается, - Как обычно, бухгалтерия никогда не отдыхает! Пока своих подгонишь, остальные отделы подпинывать надо, чтобы спать перестали. И огромное тебе спасибо, что наконец вытащил. Сейчас бы еще девчонок, чтобы неподалеку голышом купались и выходные удались на сто пятьдесят процентов!

Хмурый усмехается, - Не боишься, что они согласятся придти, ухи похлебать?

А, буду решать проблемы по мере их появления! - машет рукой солидный.

Хмурый улыбается, - А Жанночка в бухгалтерии жаловалась, что ты девушек на работе не замечаешь, вообще.

- Нельзя разврат на работе до греха доводить. У меня преимущественно женский коллектив, они такое могут устроить, когда обидятся, что с кем-то заигрываю, а с кем-то нет. А никого не замечаешь, такое спокойствие на работе, даже работать можно спокойно.

Хмурый хмыкает, - То то ты с утра минуты спокойно не сидел!

- Нормально, у меня после работы всегда такой отходняк. Я, некстати, случай вспомнил, из жизни. Приносит главбух гендиру заявку на неучтенную наличку для покупки старого сейфа. Зачем, спрашивает босс. Но как же! - отвечает главбух, - Для хранения персональных данных, которые потребует налоговая, но за которые оштрафует потребнадзор. Придут налоговики, я достаю документы, приходит потребнадзор, я им объясняю, что таких документов у нас нет, а сейф не наш, он вообще от прежних собственников. А гендир спрашивает, а собственникам как про сейф объяснить? Я нагло ухмыляюсь, типа, не объясните, из своего кармана отстегнешь, иначе штрафы. Вот так и живем...

Предупредительно покашливание. - Извините, что перебиваю. Не подскажите, тут есть неподалеку полянка, группе школьников переночевать? Так вышло, что мы заблудились.

- Вы не в Юдино направлялись? - хмурый смотрит на мужчину за тридцать с седым ёжиком на голове, в ношеном камуфляже, с худощавым телом и внимательным взглядом. Мужчина кивает, - Там местные на указателе стрелку вывернули. Развлекуха у них такая. Теперь все через это место топают. Ну, кто в первый раз идет. А поляна за теми кустами, там все заблудившиеся ночуют. Вы до нее меньше полсотни метров не дошли. Чуть дальше увидите. Там и кострище уже есть. Хотя до Юдино километров десять, не больше. До ночи успеете.

- Мы на соревнования отборочные идем, по военно-прикладному спорту. За Юдино специальный полигон построили, завтра начало. Так что мы лучше здесь передохнем, если вы не возражаете, а завтра, со свежими силами рванем.

Хмурый равнодушно пожимает плечами, кивает на котелок над костром, - Можете взять, ребят покормите, уха свежая. Мы уже поели, остальное нам не съесть. Только посуду почистите.

- За это отдельное спасибо. А я голову ломал, как ужинать будем. И мы постараемся не шуметь. Кстати, меня Семен зовут, - солидный улыбается и уходит.

Хмурый собирается мыть тарелку, смотрит вслед Семену, - А Семен-то воевал. Я в госпитале после армии зёму навещал, так у него такая же походка. Он под минометы попал, осколок мышцу на ноге порезал, да его еще и контузило... Сходил в горы, как на экскурсию. Ладно, мой свою посуду, да чай будем пить.

- Хай, почтенные! Сеня сказал, что вы готовы презентовать котелок с ухой группе замученных путников!

Хмурый презрительно оглядывает худого, долговязового юнца с роскошной гривой, - Какой он тебе "Сеня", шкет? Это если тебя глисты сожрут, никто не опечалится, а вашего учителя долго вспоминать будут.

- Не обращайте внимания, Витюша Коронину к Семену Семеновичу ревнует, - вступил в разговор невысокий крепыш с короткой стрижкой, - А она с ним тусоваться не хочет. А все остальные Семена Семеныча очень уважают. А девочки просто влюблены. К счастью, заочно.

- Мы и не сомневались, - улыбается солидный и тычет пальцем в Витюшу, - А вы, молодой человек, запомните, хотите, чтобы вас уважали и любили - не опускайтесь до подобных оскорблений. Свою любовь и ненависть нужно проявлять более изысканно.

У Витюши начинают ходить желваки, - Так можно или нет котел нести?

- Конечно, несите, пока не остыло, - кивает солидный. Хмурый уидет копаться в вещах.

Солидный уносит свою тарелку к реке и шоркает песочком. В стороне, по пологому склону, с визгом в реку бросается смешанная компания школьников. Солидный останавливается и с улыбкой наблюдает за их возней. Хмурый достает закопченный чайник, зачерпывает в реке и ставит в костер.

- А вас как зовут? - от поляны подходит пятилетняя девочка в туристическом костюме с фокстерьером на поводке, - А меня Настенька Амосимова, а собаку Тоби. Моя мама, Светлана Игоревна, она учительница, попросила пригласить вас на чай.

- А что, Анатолий Алексеевич, сходим, попьем чай с молодежью? Все-равно, на вечер никаких планов нет, а тут такая принцесса приглашает, - солидный подмигивает хмурому, тот равнодушно пожимает плечами. Солидный встает, кланяется Настеньке, - Передай маменьке, что мы придем, только завершим мероприятия по пожарной безопасности, а именно потушим костер и наведем порядок.

Девочка важно кивает и с трудом утаскивает разыгравшуюся собаку обратно. Хмурый заливает костер из чайника, ставит рядом с кострищем и копается в лодке, - Подойдет к чаю? - показывает пакет с сушками. Солидный ухмыляется, - Ты, похоже, на месяц припасов приволок.

- На месяц не на месяц, а на неделю точно. Стараюсь придерживаться правила: идешь на сутки, запасайся на неделю. Ни разу не подводило. Ладно, раз решили, то пошли.

Солидный и хмурый идут к костру, мимо хмурого Витюши и крепыша, уже уносящих пустой котелок к речке, выходят на большую вытоптанную поляну, посередине зарослей ивы, где вокруг уже разожженного костра отдыхающие школьники слушают крепкого гитариста и подпевающую красотку с большой грудью. Солидный замечает сидяшего Семена, который расслабленно потягивагтчай из кружки, идет к нему. По пути бросает взгляд Настеньку, пьющую чай на коленях худой женщины в джинсовом костюме и усталую собаку, лежащую у ног выжатой тряпкой.

Семен замечает гостей, встает. Пение прекращается. Хмурый протягивает кулек с сушками, - С маком. С пустыми руками в гости не приходят.

Семен отдает кулек Настеньке, - держи и охраняй, на завтрак погрызем. Гуля, у нас еще пара чистых кружек найдется?

Солидный показывает две кружки поспешно вставшей хрупкой татарке с изящной банданой на голове, - У нас свои! Спецзаказ, навороченные, всегда с наружи холодные.

Мужчины присаживаются к Семену. Солидный добродушно наблюдает, как вскочивший фокстерьер выпрашивает у Настеньки сушку. Гуля берет чайник, стоящий у костра, наливает в кружки, передает солидному и хмурому

Красотка томно потягивается, - А как вас зовут?

Учительница, строго, - Коронина!

- А что, Коронина? Мне интересно!

Солидный вдыхает аромат чая, - Всё в порядке! Меня зовут Игорь Вадимович, - показывает на хмурого, - Этого молчаливого мужчину Анатолий Алексеевич, а нашу любопытную визави, если я не ошибаюсь, Наташа Коронина. И ты здесь, как Елена Прекрасная, постоянная причина всех скандалов.

Учительница улыбается, прикрывает рот рукой.

- Вы такие говорливые, наверно, депутаты?

- И снова мимо, Наташенька. Я занимаюсь бухучетом, если знаешь, как это расшифровывается. А Анатолий Алексеевич обычный предприниматель. Он сейчас в поиске, ищет новую сферу деятельности. Так что если есть идея, как заработать пару миллионов, то можешь поделиться, он не кинет.

- То есть у него не один, а два ларька на рынке?

- Что-то вроде того. Но если ты будешь вести хорошо, то я обещаю сводить тебя не только в наш "Метрополь", но и в ночной клуб "Седая ночь". Там на днях какой-то московский репей выступать будет, точнее рэпер, знаменитость этого года.

Все восхищенно охают, Коронина презрительно фыркает, - Я специально сюда записалась, чтобы мне с такими предложениями не надоедали.

- А я и не настаиваю. Просто ориентирую на свой уровень. А желающих сходить в клуб искать долго не придется.

- Коронина, оставь свой настрой до завтра, на соревнованиях он будет кстати. А сегодня давайте повежливее! А пока все успокаиваются, я представлю вас гостям. А то кое-кто вчера сказал, что я вас только по фамилиям и помню.

- Я не это имела в виду!

- Коронина! Успокойся уже! Завтра выскажешь свою версию. Итак. начали! Эту красавицу зовут Наташа, фамилию вы уже слышали. За котелком к вам приходили Витюша и Паша. Напротив вас сидят Сергей-Раз и Сергей-Три. Есть еще Сергей-Два, но он приболел и не поехал.

- Слабак! Испугался, что у него якобы ковид.

- Спасибо за пояснение, Наташа. Это очень ценный комментарий. Семен Семеныч, продолжайте.

- Вместо него мы взяли того парня с гитарой, которого зовут Кеша Дозырин. Это вот Вадим Печурин, это Димон Собняк. Вместе с Пашей это наша силовая группа. Гулю вы уже знаете, как Настю с Тоби. А их маму зовут Светлана Игоревна. Андрей, Руслан, Вася и Эдик - наши бегуны. Антон, Никита, Леха и Миха - оставшаяся мужская часть нашей команды. Теперь красивая часть команды. Это Таня Лопатина, Леночка Сидорова, Светик Измайлова, Полина Кравчук, Алина Гереева и, конечно же, Женечка Ким.

Возвращается Витюша, берет пару сушек из пакета Настеньки, кружку, наливает из чайника, и садится к костру, между гитаристом и Корониной, предлагает девушке. Та рассеянно отмахивается, следя за разговором. Возвращается Витюша, берет пару сушек из пакета Настеньки, кружку, наливает из чайника, и садится к костру. Появляется крепыш, ставит почищенный котелок перед хмурым, подходит к Семену.

- Семен Семеныч, с погодой непонятки начинаются. Предлагаю палатки укрепить по-штормовому.

Семен смотрит на небо. Над поляной небо закрывают сплошные грозовые тучи, сильный ветер закручивает пыль вокруг поляны, кивает, - Хорошо, Паша, действуй!

Паша уходит. Солидный вопросительно смотрит на хмурого, тот пожимает плечами. Солидный делает пару глотков и подходит с кружкой к Семену, - Не возражаешь, если мы на ночь на вашу поляну переберемся, мало ли?

- Нет, конечно! Да и нам спокойнее будет.

Солидный торопливо допивает чай, улыбается Гуле, - Спасибо, Гуля! Чай необыкновенно вкусный получился! Прямо с алтайским бальзамом!

Гуля краснеет. Солидный торопится за хмурым, возвращающимся к реке. Коронина с видом превосходства подходит к Гуле, - Надо же! Нашу замарашку заметили мужики! Правда, пенсионеры, но ведь, старый конь борозды не портит. Та ведь, Сайфуллина?

Гуля от злости бледнеет, шагает к чайнику, - Если одна кэзэ пошынучан не заткнется, то ошпарится горячим чаем. Случайно...

Коронина поворачивается к учительнице.

- Ирина Сергеевна, Вы слышали? Нет? А что Вы так ехидно на меня смотрели, когда меня оскорбляли? А Вы не подумали, что эта парочка маньяки, или еще хуже! А Вы не боитесь утром проснуться, а голова отдельно?

- Грудь отрастила, а мозги нет? Смирись, Коронина, дедушки тебя умыли! Как говорит мой дедушка, "профессионализм не пропить"! - Настенька нарочито равнодушно гладит Тоби.

Коронина злится и краснеет. Подходит Витюша, уводит её подальше, - Пошли, Натали, тебя здесь сегодня не любят. Сейчас ты успокоишься, завтра придешь в себя и отомстишь им всем...

Солидный с хмурым опускают резиновую лодку на краю поляны, рядом складывают рюкзаки, солидный наваливает на лодку велосипед, хмурый кладет рядом два спальника. Солидный виновато пожимает плечами перед Семеном, - Сами погодой напугали. Мало ли что, пусть всё здесь переночует. Гуля, а можно еще кружечку твоего бальзама, который все почему-то обзывают чаем?

Гуля бежит, наливает чай в две кружки, подает севшим мужчинам. Солидный запрокидывает голову, - Вовремя мы, вот и гроза начинается!

Все смотрят на небо, пугающе темнеющее над поляной. В темноте начинают сверкать молнии. Первая ударила за поляной, вторая ближе, третья… Молнии учащаются, зеленеют, наконец зеленые молнии образуют круг вокруг поляны. Солидный удивленно пытается поднять руку с кружкой, - Что-о-то-о не-е та-а-к... Ру-у-к-а-а е-ле-е дви-га-ает-ся-я-я...

В зарослях крот высунулся из норы, повернул голову на шум, посмотрел невидящим взором, как поляну потащило в небеса воздушным пузырем, ничего не понял и спрятался обратно.

Глава 2

Глава 2. Перенос

Если бы храбрый птиц в этот солнечный день посмотрел вниз, то, с высоты птичьего полета, увидел бы картину "Утро после пятничной пьянки": валяющиеся в беспорядке тела, опрокинутый чайник в кострище, резиновая лодка в отдалении, из-под которой торчат чьи-то берцы и рядом куча рюкзаков, из которой живописно высовывается заднее колесо велосипеда.

Но птиц не пролетел. Только Игорь Вадимович с трудом поднял голову, обвел мутным взглядом лежащих, потряс головой, - Надеюсь, этот глюк только у меня...

Солидный нашел хмурого, усадил, привел в чувство, отправился искать Семена. Семен безжизненно, но бережно прижимает к груди Настеньку и её мать, из ушей Семена тянется кровавый след. Солидный проверяет пульс учительницы, облегченно выдыхает, подтаскивает пару рюкзаков, усаживает к ним женщину, дочь, приподнимает голову Семена, находит пульс, - Что же ты так пугаешь, Сеня! - сажает Семена рядом с женщиной, хлопает по щекам.

Семен открывает глаза, - Где мы?

- Либо у меня глюк, либо нас перенесло в деревню Новые Бебеняйки.

Семен слабо улыбается, - А попить можно, в вашей деревне?

Солидный бежит к чайнику, трясет. Довольный поднимает кружку, наливает и поит Семена, затем учительницу и Настеньку, доливает и передает кружку хмурому, оглядывается, свистит, - Да мы попаданцы!

Семен смотрит в ту же сторону, что и солидный - пространство в тридцати метрах от них перегорожено стеной темно-коричневых щитов в рост человека, умбоны которых отражают солнце серебряными зайчиками, хмурится, - Похоже, нас сейчас убивать будут... Паша! Паша, ты живой?

Солидный выглядывает Пашу, крепыша, приходившего за ухой, тот осторожно приподнимает лежащих школьников, - Ну, ИМХО, как говорится, это вряд ли, не для того нас сюда вытащили. Но на всякий случай, давайте познакомимся снова. Собин Игорь Вадимович, теперь уже в прошлом главный бухгалтер небольшой фирмы, в советские годы служба в погранвойсках, - кивает на хмурого, - Анатолий Алексеевич Кривич, бизнесмен, пехота, Афган. Ты, скорее всего, Сирия, что-то спецназовское. Теперь о насущном. Я, как самый бесполезный член команды, ибо профессионально страдаю склерозом, пойду разговаривать с местными. Ты приводи в чувство своих и, на всякий случай, потихоньку готовь режущее-колющее. По возможности, постараюсь, затянуть сцену знакомства, но думается мне, что там люди серьезные и сантиментами не страдают. И привет Гуле передай, на всякий случай!

Солидный осторожно встает, показывает пустые руки и неторопливо идет к щитам, - Как же я не люблю эти экспромты... Люди добрые! Сами мы не местные, как вы знаете, поэтому дайте попить, если не жалко, а то есть так хочется, что переночевать негде.

Стена щитов синхронно раздвигается и образует коридор, упирающийся в зеленокожую троицу. В центре могучий воин с ярко зеленой кожей, в самом расцвете сил, в доспехах, покрытых золотым узором и золотым поясе на пояснице, в высоких сапогах золотого цвета, как на картине держит руку на мече и равнодушно смотрит сквозь Собина. Справа от него мужик с лицом мшистого оттенка, в куртке и штанах из заношенной замши, опирается на подобие совни, стоящей между невысоких сапог из неокрашенной кожи и внимательно разглядывает Собина. Слева в длинном сером балахоне со свежеошкуренным посохом молодой светлозеленокожий парень восхищенно рассматривает лагерь землян. За троицей шеренга лучников с опущенными луками. Собин замедляет шаг, - Нам только орков не хватало!

Сзади доносится, - Паша, найди отделенных, пусть проверят своих и начинайте наводить порядок.

- Слушаюсь, Семен Семеныч! Печурин, Собняк, Сидоров, вы где? Поднимите руку!

- Народ! Ведем себя прилично! Блатные привычки спрятали, на фене не болтаем. Хотя бы вначале изобразите из себя нормальных школьников. Всем понятно? А то я и здесь быстро организую полосу препятствий.

Собин идет. Воздух уплотнился, каждый шаг дается с трудом, Собин успевает оглядываться.

- Брусчатка.. Неровная... Что же они её поровнее не выложили... Куда же это нас занесло? Судя по яркому солнцу, куда-то на юг... Ага, и в горы... Хорошо, что в горы, воздух холодный, людям проще в себя придти... - мысли вертятся намного быстрее, чем он идет.

Неожиданно препятствие исчезло и Собин непроизвольно рванул вперед и еле-еле успевает остановиться перед молодым, видимо, магом, который вынимает из балахона шкатулку, показывает, что берет из шкатулки и кладет в рот. Смолин кивает. Довольный молодой открывает шкатулку и протягивает Собину. Тот вынимает шарик размером с хороший крыжовник, нюхает, лижет и, на выдохе, глотает.

Шкатулка исчезает, молодой тычет пальцем в Собина.

- Зара зу?

Собин не понимающе мотает головой. Молодой снова тычет ему в грудь.

- Зара зу?

Собин пожимает плечами. Неожиданно его знобит, бросает в пот, затем обдувает штормовой ветер, который доносит слова "Кто ты?". Все стихает. Собин прокашливается, - Я Игорь Собин. В данный момент представитель группы иномирян, попавших сюда.

На лице молодого мелькает довольная улыбка, он поворачивается к воину, почтительно наклоняет голову, - Ваша милость, он готов к разговору.

Воин не меняет позы, даже кажется, что вообще не открывает рот, - Я герцог Тритап эйк Вииллсвин Бесарде, командир третьей сотни Дубовой Рощи. Светлый Тан поручил мне передать следующее "Жрецы Ста Одиннадцати Духов принесли мне грустное известие: на нашу Элазию скоро обрушится мировое зло и единственное спасение - это иномирники с дальней ветви Мирового Дерева. Поэтому слушайте, люди другого мира и не говорите, что не слышали: Я, Светлый Тан Элазии обещаю любую награду за помощь и любое наказание, если вы не поможете. Почтенный конклав обещает вернуть вас в то же время и в то же место после того, как решат, что миссия выполнена". Все нужные пояснения дадут помощники. Я же ухожу готовить сотню к битве.

Воин с достоинством уходит, за ним разворачиваются лучники, за которыми отступают воины с щитами. Ошеломленный Собин вслед, - Вот такие пироги с котятами, ёшкин кот!

Мужик понимающе ухмыляется, молодой пытается понять сказанное. Собин приходит в себя, поворачивается к мужику, - Извините, уважаемый, за сказанное. Это от удивления. У нас такое говорят, и не только такое, когда не понимают, что произошло. Позвольте узнать ваши имена и, если это возможно, э, поведайте, что же такое "Дубовая роща".

Мужик кивает, - Я командир пограничной стражи Мальтсуррак и это моя крепость. Мага же следует называть эн мильд Лоуен, он маг пятого ранга. Дубовая роща это личная гвардия Светлого Тана. Что ты еще хочешь знать, уважаемый и как тебя лучше называть?

- У нас не принято в разговоре употреблять звание или должность, поэтому можете называть меня Игорь или Собин, такое обращение, э, не является чем-то оскорбительным или унижающим. Позвольте познакомить вас с остальными, э, иномирянами. Да, вот еще вопрос: можно ли им дать такие шарики, чтобы они тоже понимали, о чем разговор?

Лоуен горделиво вступает в разговор, - Это семена Килинхолиума. Они дают возможность познать наш язык. Спасибо конклаву, меня обеспечили всем необходимым.

- Тогда пойдемте, я познакомлю вас с остальными, чтобы они успокоились. О, что я еще вспомнил, в наших книгах пишут, что когда человек попадает в другой мир, то может заразить или заболеть сам. Нам стоит волноваться?

Лоуен пытается сохранять солидность при быстрой ходьбе, - Наши архимаги всё предусмотрели! Пузырь перемещения уничтожает все зло чужого мира.

- Значит, и наша пища вам не повредит. Тогда за чаем всё и обсудим. Гуля такой чай готовит! Мертвый от одного запаха поднимется. И еще, мы привыкли решать сложные все вместе, без оглядки на возраст и положение. Это не смутит ваши принципы?

Мальтсуррак легко обгоняет Собина, - Мы на границе, здесь обращают внимание только на важные вещи.

- А его милость герцог?

- Он из столицы, из "золотых поясов". Его сотня появилась к обряду. Они и Лоуена привезли.

- Понятно. Особа, приближенная к императору. Семен, чай горячий? А то я гостей веду.

- Игорь, не знаю, как у вас общаются с благородными людьми, но даже здесь, вдали от Эластоуна, надо проявлять больше уважения. Тем более, к "золотым поясам", только они могут иметь дома в три этажа в столице и их судит сам Светлый Тан.

- Понял, виноват, исправлюсь. И детишек предупрежу, они у нас полные отморозки по части авторитета. А то нам еще вам мир спасти надо успеть... От мирового зла.

Троица подходит к землянам, успевшим навести более-менее порядок и во все глаза глазеющих на идущих. Собин улыбается, - Гуля, чаем напоишь? Я уже им пообещал наше гостеприимство и...

- А это что такое? - Удивленный Лоуэн вытянул руку в сторону перевернутой лодки.

- Рыбацкая лодка из резины, это сок каучукового дерева, я потом объясню.

- А это?

- Велосипед, машина для быстрого перемещения. Потом объясню...

- Народ! Дамы и господа! Парни и девушки! - Собин встал в центре прибранной поляны, - я привел местную власть. Это командир пограничной заставы Мальтсуррак, а это маг пятой категории эн мильд Лоуен...

- Какой миленький!

- Коронина!

- Что, Коронина? Он мне в самом деле нравится!

- Натали, придержи свою экспрессию, она потом пригодится. Я продолжаю. Маг является представителем магического конклава, именно они перенесли нас сюда, чтобы мы справились с мировым злом, угрожающим их, э, Элазии. Именно это мне сказал тот нарядный военный, который ушел первым. Он герцог Бесарде, к нему нужно обращаться ваша милость или полным ФИО. Командир Мальтсуррак потом напомнит, как именно оно звучит. И это первое. Второе. У мага есть магические семена, с помощью которых вы будете понимать их язык и даже говорить на нем. Но учтите: после принятия следует серьезный откат, поэтому те, кто плохо перенесли перемещения, могут съесть их попозже, после адаптации. Фу! Вроде всё! Теперь желающие к магу, а мне чаю, пока не высох. И гостям тоже предложите. Да, можете не беспокоиться, уважаемый Лоуэн сказал, что отрицательных последствий после переноса не будет.

Собин оглядывает ошарашенных землян, хмурый передает Собину его кружку с чаем, предлагает сесть на свернутую палатку. Собин садится и со стоном вытягивает ноги. Делает большой глоток.

- Ну всё, я своё дело сделал, теперь пора вам, Анатолий Алексеевич Кривич, брать власть в свои руки. Как опытному бизнесмену и владельцу крупной компании, это будет несложно.

Кривич смотрит, как детишки по очереди глотают шарики из шкатулки Лоуэна, - Нет, Игрюха! Раз начал солировать, то и продолжай. Очень уж убедительно у тебя всё получилось. Я помогу, естественно, но рулить надо тебе. Уж поверь моему опыту. Да и выгорел я, если честно. Полностью выгорел. Даже с сыном не смог правильно решить - надо было его раньше в клинику отправить. Пусть и принудительно. Не могу теперь принимать решения. Да и горы на психику давят, Афган вспоминается. Нет, по-любому не смогу.

Собин смотрит по сторонам. Они, в горном ущелье, перегороженном с двух сторон толстой каменной стеной со встроенными каменными воротами во всю высоту стены. С одной стороны виднеются приземистые здания из камней и без окон.

Учительница глотает шарик, неожиданно оступается и падает, её успевает подхватить Паша, посадить на рюкзак и успокаивающе подмигнуть Насте. Очередь к Лоуэну исчезает, Гуля вручает ему кружку с чаем и маг садится на подложенный рюкзак. Поднимает кружку правой рукой к лицу, внимательно нюхает напиток, делает неуловимое движение пальцами левой руки и чай зависает над кружкой сосулькой с пятью разноцветными наростами разной величины. Гул удивления.

Лоуэн с невозмутимым видом показывает на каждую струйку, - О, этот нарост говорит, что чай улучшает выносливость... А этот размер нароста показывает, насколько чай улучшает работу мозга... А на ночную систему влияет мало - видите, какой нарост маленький, вот этот, зеленый... Кхм, ну, тут семейных нет, наверное, поэтому, неважно... Ну, приворотные свойства отсутствуют, это вот этот маленький прозрачный нарост... О, и кровь сильнее будет! Да, этот напиток делала опытная знахарка! Как мне сказал Игорь, её зовут Гуля. Спасибо тебе, Гуля! Этот напиток достоин дворцов столицы.

Гуля краснеет, - Это меня бабушка научила, так заваривать. Вот она была знаменитая травница!

Лоуэн покровительственно кивает, - Я так и думал. А такое упражнение называется "Веер мага", его сдают на пятый ранг. А архимаг должен уметь запускать не меньше четырех змеек: это потрясающее зрелище, когда внутри пустой тары в разных направлениях вертятся четыре или дальше больше струек воды...

- Маги недаром пользуются уважением и страхом в благословенной Элазии, - рядом возникает Мальтсуррак с кружкой горячего чая, без совни, но с саблей в ножнах, - Но есть и такие, кто считают, что все маги, начиная с самых слабых, показывающих иллюзии на сельских ярмарках и кончая могущественными архимагами, любят "пустить силу на ветер". Я хочу сказать, они любят, когда ими восторгаются и всё готовы для этого сделать.

- Понятно. Таких у нас называют выпендрежники, - кивает Собин, - Ты лучше расскажи, уважаемый Мальтсуррак, о своих мыслях, для чего мы тут понадобились. А то я даже о жертвоприношениях задумался.

- Никогда не думал об этом, уважаемый Собин. Это для меня тоже темная вода. Вот прислали сотню Дубовой Рощи, это понятно. Это лучшие стрелки из далеметов. А вы для чего? Извини, по-моему, это даже наш Лоуэн не знает.

- Тогда скажи.. Семен, Семен! Подойди, пожалуйста! Тебе потом обязательно расскажут, чем выступление закончится. Да, очень важно!

- Всем привет! Вы уже заговор начали плести?

- Просто я хотел расспросить дорогого Мальтсуррака о той стороне, откуда должно придти зло и хочу, чтобы ты тоже был в курсе. Кстати, его милость командир сотни далеметчиков, из лучшего полка Элазии, а называется он "Дубовая Роща". Так что, Вы, уважаемый Мальтсуррак, можете рассказать о той стране, из которой должно придти здешнее мировое зло.

- Я буду молить всех духов, чтобы этого не случилось. Но если зло придет, то только из Хиронии. Это там, за степью. Раньше их маги славились работой с Духами Огня.

- А почему прекратили?

- Не знаю. Хиронцы постепенно закрыли границы для купцов и караваны перестали выпускать. Говорят, не пропускают разбушевавшиеся степняки. А жаль! У них лучшие движущиеся повозки выпускались. На одном амулете можно доехать до Эластоуна. Это столица нашей Элазии.

- И давно они закрылись?

- Последний караван пришел в год Тигра, нам тогда пришлось высылать сотню, чтобы помочь отбиться от догоняющих кабареков. Так называют степняков, нападающих на караваны. Хотя они все, при случае могут напасть. И кабареки и мирные... Да, точно! Потом, через месяц, воины трех кланов пришли к крепости требовать башиш за погибших при нападении. Потом элазцы собрали караван, но кабареки даже не выпустили его за ворота. Надо же! Уже пять лет прошло!

Семен вытащил аз кармана пакет с остатками сушек, предложил пограничнику, - Это наше любимая закуска к чаю.

Мальтсуррак взял одну, рассмотрел, вопросительно глянул на Семена. Тот закинул сушку в рот, захрустел, запил чаем. Мальтсуррак повторил действия, одобрительно покивал. Семен прожевался, - А от этих кабареков, может исходить зло?

- Какое зло! Самое крупное, что они могут, это пытать пленников. В этом они большие мастера.

- А чем они вооружены?

- Лук, стрелы, дротики. Пистоли, когда им удается их получить от караванщиков. Раньше, когда все дружили, был негласный запрет на продажу им огнестрельного оружия. Как сейчас, не знаю. Может, на том конце им стали продавать. Здесь они с пистолями не появляются.

- А что, у вас и огнестрелы изобрели?

- Почему нет?

- Ну, у нас писатели, это люди которые придумывают истории про другие миры, считают, что в мире магии такие вещи не используют, у всех магические стрелялки и амулеты.

- Какие странные у вас "писатели". Магия очень дорогая вещь, простому селянину не по кошельку. Деревенщина магов может увидеть только на ярмарке, когда праздник устраивают и магов приглашают. Или когда мага нанимают семена зарядить. А порох стоит намного дешевле.

- А эти, херонцы, что у них с оружием?

- Хиронские маги умеют работать с металлом и любят делать оружие. У нас половина оружейки занимают хиронские клинки и арбалеты. Клинки долго не тупятся, а арбалеты стреляют на сорок шагов дальше, чем у остальных.

- А Элазия чем славится?

- Элазия расположена на берегу моря. Климат у нас мягкий, поэтому урожайность высокая. Некоторые умудряются по три урожая за год снимать. Раньше Элазия кормила всю империю, а рыбу доставляли живой сразу на стол императора!

- Значит, с одной стороны море, с другой горы, а за горами Хирония, откуда могут придти злобные завоеватели?

- То есть, если зло придет в крепость, то только от них? - не выдерживает Собин.

Мальтсуррак задумчиво допивает чай, пытается сделать глоток из пустой кружки, недоуменно смотрит на кружку, - Да, получается так...

Собин разглядывает окружающие горы, - Предлагаю подняться наверх и оглядеть диспозицию оттуда. Глядишь, еще какие-нибудь мысли появятся.

Глава 3

Глава 3. Знакомство

На пятиметровую крепостную стену, сложенную из неровно торчащих валунов, они поднялись легко, по боковой лестнице с широкими ступенями, вырубленными в толще примыкающей горы. Наверху Собин присвистнул, оглядывая трехметровую ширину стены, - Ежкин счет! Прямо китайская стена!

Мальтсуррак с Семеном легко запрыгнули на горную тропу, уходящую ввысь от правого края и стали подниматься по тропе, а Собин высунулся за крепостную стену и внимательно обозревал окрестности. К воротам крепости ветвилась дорога, выложенная камнем, шириной метра три, обложенная по края крупными валунами. Дорога шла по неширокой долине, тут и там прорезанной каменными надолбами. Рядом с дорогой вилась худым червяком мелкая горная речушка, даже скорее ручеек. К сожалению, с высоты стены, горизонт ограничивался зелеными холмами в километре от стены.

Затем Собин внимательно оглядел ряд установок с квадратными колесами и тонкой короткой трубой в качестве ствола, стоящих по обе стороны от надвратной башни и прикрытых ветошью. Возле которых ходил часовой в толстой кожаной жилетке, с сулицей в руке и большим кинжалом на поясе. Несмотря на присутствие Мальтсуррака, часовой бдительно наблюдал за иномирцами.

- Игорь, догоняй! - даже Кривич за магом уже поднялся по тропе метра на три.

- Вечно времени не даете вникнуть и разобраться, ру-ко-во-ди-те-ли, чтоб вам ни бонусов, ни дивидендов!

Запрыгнув на тропу, возвышающейся над помостом стены на полметра, если не выше, Собин, хватаясь за камни и подтягиваясь, поторопился догонять остальных. Конечной точкой тяжелого подъема в гору была тропа на тридцать метров выше крепостной стены, ведущая на почти горизонтальную площадку, покрытую скудными клочками травы, длиной метров десять. Что было необычным, так это стесанные стены по вей тропе, похожие на работу топором.

Когда Собин туда добрел, Семен с интересом смотрел, как Мальтсуррак разговаривает с тремя невысокими и худыми воинами с бледно-серыми лицами, под цвет заношенной замши. Ну как разговаривал, разговор напоминал шум ветра в лесу. Но индейцы его понимали, даже иногда кивали, не выпуская из рук короткие копья с широкими наконечниками. Необычными были лишь их уши, постоянно меняющие свою форму при разговоре.

Собин не выдержал и засмеялся. Все удивленно на него обернулись.

- Извините, просто у нас считают, что уши в трубочку могут свернуться только от сильного мороза. Но, похоже, это ошибка. Так и от природы может быть.

У одного из индейцев глаза стали по пять копеек, когда он посмотрел за спину Собина. Игорь обернулся и с большим трудом промолчал. По его следам на площадку неудержимо рвалась Настюша, которую которой молча догонял Витюша. Витюша увидел, как разъяренный Семен шагнул навстречу девочке и виновато развел руками, - А что я мог сделать? Её целым классом не удержать! Только и получилось подстраховать, чтобы не упала.

Настя отмахивается, - Вы же без меня ничего не смогете! - идет на площадку к индейцам, - А это кто?

Резко прижимается к скале от Семена, пытающегося её поймать, и проваливается в каменный выступ, Витюша бежит её спасать, Настюша с визгом выскакивает из горы прямо в руки Витюши. Собин, Мальтсуррак с индейцами и Витюша мгновенно целят в странный камень своим холодным оружием.

Лоуэн останавливает всех, встает напротив выступа, приблизил к нему посох, подождал, что-то протараторил и посох краснеет до красивого малинового оттенка. Лоуэн резко втыкает посох в скалу. Вокруг посоха по кругу разбегается красный ободок. Маг обрывает остатки завесы, это покрашенная полиэтиленовая пленка, перешагивает через неё и шагает в выступ. Через пару секунд появляется ошарашенный, - Мне надо срочно предупредить конклав. Они должны разобраться...

- Подожди, тун, - Мальтсуррак останавливает уходящего мага, - Скажи, внутри спокойно?

- Спокойно, можете заходить, - и Лоуэн, приподняв балахон, неуклюже поковылял на вершину.

Глаза пограничника горят азартом, - Пошли! Маг сказал, что можно заходить.

Собин обдумывает и кивает. Мальтсуррак что-то шепчет индейцам и входит, индейцы контролируют окрестности. Собин тычет в Витюшу пальцем, - Стой тут и держи Принцессу! Если через десять минут не вернемся, спустишься и расскажешь Анатолию Алексеевичу. Хорошо запомнил?

Витюша уверенно кивает. Собин вопросительно смотрит на Семена, тот утвердительно кивает, - Ну, пошли! - и берет нож обратным хватом.

Собин заходит, встает к правой стене и осматривается. Отблески света лампы ушедшего вперед Мальтсуррака слегка освещают пустую пещеру: слева у стены в ряд уложены мешки, рюкзаки, стопками сложены одеяла. Справа обложенное камнями кострище. Входит Семен, деловито оглядывает сложенное, - Да, тут человек на десять, не меньше.

Заходит Кривич, сразу начинает копаться в сложенных вещах. Из глубины пещеры возвращается Мальтсуррак. Лампа в поднятой руке освещает хмурое лицо, со словами, - Пошли отсюда, времени нет объяснять, - поднимает арбалет и выходит из пещеры. Семен исчезает следом. Собин пожимает плечами, - Что же вы все сегодня такие нервные? Вроде не пятница и даже не тринадцатое, - тоже выходит.

За ним Кривич выносит два арбалета и мешок с болтами. И успевает увидеть, как индейцы скачками, с камня на камень, спускаются вниз по склону горы. Настя заворожено смотрит, как те скачут по камням с грациозностью горных козлов. Собин кивает Мальтсурраку на индейцев,

- А они кто? Если не секрет.

- Нет секрета. Это риальвы, изгои племени альвов. Им скучно жить в Вековечном Лесу и они уходят в наемники. Самые лучшие следопыты! Вот только пещеру проворонили.

- А что у них с ушами?

- Уши у них от рождения очень чуткие, но, чтобы слышать совсем всё в лесу, альвы научились поворачивать уши к источнику шума...

- Магия, однако.

- Не о том говорите, мужики, - Закипающий Семен показывает на обширную крепостную площадь, - Здесь идеальная точка для обстрела крепости. Хоть гранатами закидывай, хоть беспилотники наводи, хоть командиров выцеливай. А если еще на то стороне такая база есть, то всё, крендык нам с ручкой! Умоют нас, как сборная страны детский сад по пентболу!

- Мальтсуррак, ты этих риалвов за диверсантами отправил? Ну, за теми, кто в пещере нычку сделал?

- И они поклялись Первым Деревом, что вернут ушадших, тун Игорь, как ты их обозвал "диверсантов", чтобы это ни значило.

- Тогда предлагаю следующий план: уважаемый Мальтсуррак спускается вниз, оповещает его милость. Кстати, попроси, что он свои стрелометы к стенам отодвинул. Вот и Семен согласен, что если передвинуть аппараты, то бомбежка крепости пройдет впустую. Так, Настя! Хоть ты и принцесса, но я тебя сейчас ругать буду. Сильно ругать.

- Я маленькая девочка, меня ругать нельзя.

- Значит, придется ругать твою маму. Что она плохо тебя воспитывала. Тебе ведь не разрешали сюда подниматься?

-А-а-а-а-а-а!

- Не разрешали. А ты поднялась. И черт-те что здесь устроила.

-А-а-а-а-а-а!

- А с другой стороны, если бы ты на гору не поднялась, мы бы не нашли этот схрон.

- Значит, я молодец! Мне дадут пострелять из арбалета?

- Настя, самой хитрой быть вредно.

- Почему?

- Потому что таких не любят и сильно бьют не только по попе, но и по наглой рыжей морде! Ох, извини, это из другой оперы! И не перебивай, а просто смотри и слушай внимательно: если ты маленькая, Витюша отведет тебя к маме и передаст мою просьбу не отпускать маленькую девочку Настю далеко от себя. А в свете предстоящих событий я бы вообще предложил привязать тебя к Ирине Сергеевне.

- А если я уже большая?

- То ты пообещаешь вести себя по-взрослому и я поручу тебе ответственное поручение.

- Какое?

- Уважаемый Мальтсуррак, найдется у вас внизу большая пещера с проточной водой?

- Да, есть, недалеко от лестницы, мы там воду набираем, спуск удобный, пологий.

- Вот как удачно складывается! Настя, значит, подходишь к маме и передаешь приказ временно главного группы влипанцев...

- Каких влипанцев?

- Влипанцы, это мы. В отличии, от обычных попаданцев мы влипли по крупному - попали, как в Брест в 3 часа утра 22 июня. Так маме и передай. Скажи, что я просил, поэтому пусть она готовит...

- Обед?

- Настя, не перебивай, я и сам перебьюсь со всеми этими вновь открывающимися обстоятельствами! Обед - потом. Вначале, пусть мальчики помогут набрать воды во всю имеющуюся тару, затем надо вскипятить воду и приготовить перевязочные материалы: бинты и ненужную, но чистую белую ткань и прокипятить. Хорошо бы еще нарвать её длинными полосами, но это уже потом, если время позволит. А вот потом уже необходимо приготовить обед. Да, вот что еще: у вас там барышня есть, целительница. Гуля зовут. Так пусть она свои травки приготовит, чтобы под рукой были. Я правильно сказал, Семен Семеныч?

- Правильно. Только нужно передать Паше, чтобы прислал сюда Вадима, Сергея-Раз, Сергея-Три и Димона. С арбалетами и холодняком. И пусть броники оденут. Вообщем, как на войну. Нет, скажи, пусть собираются, как на большую эстафету.

- Стоп, Семен! Это уже не для Насти поручение. Толян, сходи с принцессой, передай Паше задание?

- Пацана нашли? У вас есть помоложе! Витек сходит!

- Не кипяшуйте, Анатолий Алексеевич! Внизу нужен опытный руководитель. Я другой кандидатуры не вижу, чтобы быть уверенным на сто процентов. Сам пойми! Без крепкого тыла никакой фронт не выстоит.

- Ты не бухгалтер, ты лицо тельавивской национальности!

- Не бурчи, это плохо действует на цвет печени!

Кривич обдумывает и кивает. Мальтсуррак протягивает Кривичу костяной медальон с объемной руной, - Отдай часовому на стене. Скажи тун Мальтсуррак велел Моздону прислать сюда две руки из отдыхающей смены.

Кривич рассматривает медальон, Семен поднимает руку, - Тихо всем! Замерли и не дышим!

Настя набирает полный рот воздуха и закрывает его руками. В шуме скатывающихся камней слышится стон.

- Лоуен! - Мальтсуррак бежит вверх.

Семен отстает, но хромает следом. Собин удерживает за куртку рвущегося Витюшу. Кривич заряжает оба арбалета, Собин забирает оба, - Уводи ребенка, вы сейчас только мешаться будете. Сейчас без тебя справимся.

Кривич подхватывает Настю на руки и несет вниз. Собин подталкивает Витюшу следом, - Топай, не мешайся!

Витюша корчит недовольную физиономию и бурчит, Собин давит Витюшу взглядом, - Или тебе пендалем помочь?

Парень отводит взгляд и бежит за Кривичом. Собин берет арбалет наизготовку, обводит горы слева от тропы. Замечает, как Мальтсуррак с Семеном под руки тащат сникшего мага. Ловит краем глаза движение на тропе, стреляет. Кидает арбалет, поднимает второй, целится в ту же точку.

В полглаза видит, как на площадке раненого мага укладывают на куртку Семена. Собин присвистывает, когда видит торчащие из спины три арбалетных болта с грязно-коричневым отливом. Лоуэн бредит и вертится, - Больно! Почему же так больно! Дух Перитского луга, помоги! Жжет…

Собин, удивленно, - Что это с ним? Он же маг, должен сам себя лечить!

Мальтсуррак грустно, - На наконечниках яд из Отравленной Земли. Но ему не помочь, он будет мучиться несколько часов, пока не умрет...

- А если помочь и вытащить их из спины?

- Кровь будет вытекать из открытой раны, пока не вытечет полностью. От этого яда кровь не остановить. А боли будут еще сильнее...

- Придется взять помощь друга. Должно помочь, - Собин вытаскивает из внутреннего кармана куртки небольшую пластиковую бутылку с водой.

На вопросительный взгляд Семена поясняет, - Святая вода. Батюшка знакомый дал. Что важно, он человек по настоящему верующий, его даже бабки в приходе успели к святым причислить, - наклоняет бутылку на магом и откручивает пробку, - Семен, разрезай сутану! Мальтсуррак, я буду лить на болт тонкой струйкой, а ты вытаскивай все по очереди, потом всё сразу забинтуем. И не бойся, наша магия самая сильная! Сильнее и отравленной земли и невидимой радиации. Жалко только, что мало...

Левой рукой вытаскивает из накладного кармана пакет с марлей, - Это на перевязку! Ну, поехали, с Богом! - из бутылки струя смывает глину на арбалетном болте под молитву Собина, - Отче наш! Иже еси на небеси...

Мальтсуррак медленно вытаскивает болт, Семен накрывает рану обмякшего Лоуэна тампоном.

Глава 4

Глава 4. Начинается

Собин с удовольствием потягивается, - Красивые у вас горы! И вечные. Так бы и смотрел, бесконечно... И воздух целебный! И степь видно!

- Игорь, о красоте поговорим потом. Твоя магия поможет Лоуэну?

Собин внимательно оглядывает уснувшего калачиком мага, - Смотри сам: дыхание спокойное, боль отсутствует. Да и умирать парень уже не собирается. Значит, помогла магия, хотя она не моя, я только применил воду, э, магический эликсир, который мне дали. Лучше скажи, ты сказал " тун Мальтсуррак", что это означает?

- Всё просто, Игорь. Я не знаю, какой титул обозначает "у-фаша-емый", которым ты нас называл, но думаю, что-то подобное туну. А нас туном называют благородного господина, не владеющего землей. Ну, или неизвестно, владеет он или нет, просто незнакомого. А здесь туном меня называют мои воины.

- А как еще обращаются к благородным и неблагородным жителям Элазии?

- К благородным господам, имеющим поместье, обращаются "тин", к благородным, носящим белую корону на перстне, это те, кому Светлый Тан дал в управление провинцию, нужно обращаться "тур". К тому, кому Светлый Тан дал в управление 10 провинций, это тарство, и у кого желтая корона, обращаются "тар".

- А как правильно обращаться к его милости? Он тоже тар? Но я не видел корону на его перстне!

- Зачем ему перстень, у него целый пояс! К благородным с золотыми поясами обращаются "светлый тар", они имеют право на трон Элазии, если, пусть уберегут боги нашего Тана от такой участи, появится такая необходимость...

- Извините, господа и туны! Но мне кажется, что из-за того пригорка за нами наблюдают, - Семен показывает глазами на впадину, в которую стрелял Собин.

Мальтсуррак встает, всматривается, мурлычет ласковым ветерком. Прислушивается к ответному мурлыканью, - Вы только за арбалеты не хватайтесь, это мои риалвы вернулись.

Собин опускает арбалет, но палец со спуска не убирает. Семен просто отводит арбалет в сторону и наблюдает за появляющимися на тропе риалвами. Два индейца несут копья, как носилки, на которых поперек навалено три трупа. Еще один индеец позади несет связку арбалетов в левой руке, так как правая забинтована и привязана к груди. Он-то и просвистел что-то интригующее, так как Мальтсуррак сразу пошел навстречу и внимательно следил, как риалвы опускали трупы. Наглядевшись, он обернулся к Игорю и Семену, - Туны, осмотрите тела. Может быть, увидите что-то знакомое.

Семен забыл про хромоту и рванул, как на стометровке. Собин осуждающе покачал головой и неторопливо двинулся следом, все-равно из-за спины учителя ничего не разглядишь. Возбужденный Семен уже успел наклониться над трупом, - Не поверишь, Игорь, берцы! А также разгрузка и наверняка по мелочи навалом найдем. И арбалет из стеклопластика. Тун, как думаешь, они все трупы принесли? Стопудово, парочку заныкали, чтобы трофеями не делиться!

И с удовольствием наблюдает, как Мальтсуррак снимает крупную стружку с разведчиков. Похмуревший Собин разглядывает трупы, - Семен, выпьешь?

- Нет. Что, хмурый такой?

- Страшно стало. Если всё так, как мне кажется, нам тут торжественные похороны устроят, с праздничным салютом, а на родину только наши останки вернут.

- Не узнаю тебя, Игорь Вадимович. Ну, берцы, ну, люди с Земли. А что такого? Тоже попаданцы. Держи и не паникуй! Нас группа попала и их группа попала. Померяемся айкью, делов-то! Стопудово, у нас больше!

- Тун Мальтсуррак! Могут твои разведчики посмотреть такую же пещеру на той стороне?

Собин смотрит, как двое риалвов опять скачками спускаются к крепостной стене, садится на край площадка, достает из накладного кармана брюк фляжку, делает два больших глотка, занюхивает курткой. Рядом садится Семен, с интересом смотрит, как Игорь взвешивает в руке фляжку и делает еще глоток. Мотает головой, когда Собин предлагает ему.

Подходит Мальтсуррак, - Эти оборванцы действительно спрятали два тела, чтобы не делиться трофеями. Очень им понравилось снаряжение, не захотели делиться. Они и так получают пятую часть трофеев, а тут решили всё забрать.

- Ничего ты их научишь родину любить, - Игорь убирает фляжку обратно, - Всё, я готов к высказыванию любых теорий. И нет, Семен Семеныч, тут всё гораздо страшнее. У меня вообще складывается мнение, что это из-за них нас сюда подтащили. Суди сам: не с того, не с чего, "темная сторона" решила захватить весь мир. Для этого - смотри внимательно за руками - они переправили сюда снарягу и кое-какое оружие, те же арбалеты. Дальше, смотри - значит, это не разовое попадание, а целый портал. Тогда следом за амуницией сюда притащат инструкторов, всяких там зеленых котиков. Секешь, на что я намекаю?

- Секу, конечно! Хочешь сказать, здесь пендосы обосновались. А так как мирно они жить не могут, то решили, по привычке, устроить небольшую победоносную мировую войнушку.

- Можешь взять на кухне пирожок и закусить, ты молодец! Хотя это необязательно пендосы, кто угодно может быть, даже твой сосед по площадке. Следующий вопрос, даже два: цель этой ДРГ, которую завалили наши остроухие друзья в частности и тактика захвата нашей крепости в целом.

- ДРГ и в Африке ДРГ. Их цель оставить личный состав крепости без командиров и уничтожить или захватить матчасть, хотя я бы еще корректировщика в группу взял, здесь идеальное место... Блинский тётя! Дроны!

- Тун Семен! А можно разъяснить, что ты сейчас сказал?

- Слушай, тун Мальтсуррак! Всю кашу, из-за которой мы здесь, заварили люди с нашего мира, у которых есть сюда портал...

- Портал - это постоянная возможность перехода из нашего мира в ваш. Или регулярная. Извините за занудство!

- Не извиняйся, Игорь, всё правильно! Продолжаю. Эти плохие люди притащили сюда снаряжение, оружие, командиров и решили править здешним миром. Наняли и научили степняков и отправили сюда. Эта крепость ведь важное звено защиты Элазии?

- Есть более удобный путь к столице, севернее! Но он длиннее и там наших войск больше.

- А еще здесь проще сохранить тайну. Предположим захват удался. Или не удался. Можно еще раз попробовать, там, на второй дороге. Дальше. В нашем мире для войны используют дроны - так мы называем небольших железных птиц, летающих против ветра, которые могут прилететь и обстрелять крепость из далеметов. Очень опасно обстрелять, кстати. А дроны сбить трудно: из лука не достать, они могут лететь на высоте до километра, это пять сотен моих ростов. А если из далемета вашего стрелять, так дроны маленькие, в него трудно попасть. Хотя я предложил бы герцогу поднять сюда одно орудие.

Подходят десять зеленокожих пограничника в куртках из толстой кожи с воронеными кинжалами на поясе и пучком дротиков за спиной. Мальтсуррак показывает на пещеру первому, с зеленым лоскутом на плече, - Сокут! Вначале всё выносите их пещеры, затем одна рука заряжает по арбалету и на вершину, остальные несут барахло в оружейку!

Зеленокожий с лоскутом подходит к пещере, осторожно подносит руку к камню, надавливает, рука проваливается, пограничник непроизвольно отшатывается. Рычит на собственный страх и делает резкий шаг. Высовывает радостную морду, - Что стоим? Бегом сюда! Иначе до вечера провозимся. Не успеете до обеда, останетесь без обеда!

Остальные выстраивают цепочку в пещеру и в темпе вытаскивают на площадку вещи перед сидящими.

- А у вас, что субботник? Сегодня же воскресенье! - возникшая на площадке красотка элегантно обмахивается футляром для лука.

- Коронина, ты почему здесь?

- Вот почему чужие мужчины всегда вежливые и красивые, а свои мужики постоянно грубят беззащитным девушкам?

- Коронина!

- Уже семнадцать лет "Коронина"! Семен Семенович, а я ведь Вас любила! Парни позади поднимаются, обед вам несут. А я впереди, дорогу показываю. И, между прочим, кто в отряде лучший стрелок, а? Не слышу!

- Не наглей, Коронина! Здесь черт знает что с минуты на минуту может начаться. Наташа, сама подумай: начнут стрелять, вдруг стрелой тебя зацепят, а, возможно, и осколок прилетит. И ладно, если сухожилие на ноге или руке порежет, конечностей две, будешь всю жизнь хромать, это не смертельно! А если лицо изуродует? Мы всем отрядом всю жизнь будем мучиться, что не уберегли. Не добавляй нам лишних комплексов, пожалуйста.

- Думаете, Семен Семенович, если Витюшу вместо меня убьют, то лучше будет? Лучше покажите мне сектора для стрельбы, пока обедать не сели.

- Хорошо, Коронина, убедила. Тогда тебе персональное задание будет: противник успел нашего мага подстрелить, он в данным момент без памяти лежит. Так вот, когда придет в себя, твоя задача покормить его супом. Поняла?

- Так точно, товарищ командир! - Коронина вытянулась по струнке, отдала честь, грудь подпрыгнула, зеленый пограничник с мешком в руке засмотрелся на такую красоту, запнулся и упал на сложенные мешки. На площадке раздался хохот. Девушка успокаивающе машет, - Можно было просто отодвинуться, не обязательно отскакивать.

Семен сплевывает, - Нам сейчас еще её гормонов не хватало!

Двое крепких парней в выгоревшем камуфляже передают Семену и Собину армейские котелки, третий кладет большой рюкзак отдельно от прочего имущества. Подходит Паша с четырьмя арбалетами в руках и комментирует, - В этих суп, в смысле похлебка с тушенкой и картошкой, в этих гречка с котлетой. В этом броники. Компата нет, вместо него чай. А где чай?

Стоящий рядом с Пашей Веня со сгоревшим носом пропускает зеленых бойцов, уносящих амуницию и оружие, достает из куртки и передает Семену полторашку с желтоватым напитком, - Это вместо компота, брусничный чай. А хлеба нет, испортился. Мы когда обед начали готовить, достали пару буханок, а они зеленые все, а вчера вечером хоккей всё было. Достали остальной - а он весь такой!

Семен достает ложку, завернутую в тряпочку, снимает крышку котелка, спохватывается, спрашивает у Собина, - У тебя ложка есть?

- Внизу осталась, в вещах где-то.

- Парни, ложку начальнику!

- Какой я начальник! Спасибо! Начальником должен быть человек, имеющий боевой опыт.

- Об этом попозже поговорим, без лишних ушей. Паша, вы ели?

- Да, Семен Семенович!

- Тогда вам задание: идете дальше по тропе, спускаетесь чуть ниже и строите баррикаду.

- Камнями всё завалить?

- Серега Раз, ты чего в разговор умных людей влез без разрешения? Нет, всё заваливать не надо, прояви смекалку!

- Понял, исправлюсь. Значит, растяжки ставим, одну с сигналкой, остальные просто натягиваем, вариант "рулетка". Пусть перед каждой веревкой замирают.

- А камней все-таки накидайте, чтобы...

- Как можно больше замедлить быстрое перемещение диверсантов по тропе.

- И учти, Серега: здесь всё серьезно. Совсем не исключено, что оттуда придут тебя резать, причем люди с опытом.

- Лично всё проверю, Семен Семенович!

- А мне что делать?

- Наташа, ты в полглаза смотришь за раненым, а в полтора отрабатываешь воздух. Что можно обнаружить в воздухе?

- Самолеты и вертолеты противника, а также вражеские БПЛА и прочие воздушные шары.

- А на какой высоте?

- От пятисот метров до... до...

- Коронина!

- Ну, забыла! Потом посмотрю и вспомню!

- Куда посмотришь? Ты на посту, ты должна неотрывно наблюдать, чтобы предупредить налет вражеской авиации. Понятно, про скорость воздушных средств и определение силуэтов можно вообще не спрашивать!

- Приятного аппетита, Семен Семенович! Вы не отвлекайтесь, мне мама всегда говорила, что когда обедаешь, отвлекаться от процесса нельзя.

- Да мы с Игорем Вадимовичем уже пообедали. Между прочим, тун Мальтсуррак от твоих ответом покраснел весь, у него даже плечи трясутся и сказать он ничего не может. Довела боевого офицера до трясучки! Ничего, тун Мальтсуррак, чаю глотните, вам полегче станет.

- Воздух. Ой, мамочки, воз-дух! Семен Семенович, летит что-то! Извините, на высоте выше... шестисот метров приближаются неопознанные летательные объекты числом... более десяти. Без бинокля отсюда точно не разглядеть, сколько их.

Глава 5

Глава 5. Бой - начало

- Коронина! Бегом к парням, пусть мигом обратно поднимаются. Мальтсуррак! Крикни своим, пусть с вершины спустятся, их там осколками может зацепить. Так господа и туны офицеры, предлагаю перенести временный штаб в пещеру. Возражений нет? Тогда бегом!

Мальтсуррак побежал на вершину. Собин с Семеном занесли мага в пещеру за края сутаны и бегом выскакивают обратно на площадку. Собин начал наблюдать за приближающимися аппаратами, которые в чистом горном воздухе яркими блестками отражались в солнечном свете над удаленным предгорьем.

- Семен Семеныч, всё успели, враг не пройдет! А где супостаты летят? Ух ты, ребя, точно летят!

- Сереги, в пещеру! Паша, дуй в низ, скажи нашим, пусто из пещеры не высовываются до отбоя воздушной тревоги. Хотя, нет. До моей команды.

- Есть!

Тяжелый топот по гальке. Семен заглядывает в лицо загрустившему Собину, - Игорь Вадимович, ты чего?

- Погибнем мы здесь, прямо сегодня. Нам, старикам, все-равно, мы свое отжили, а молодежь жалко...

- Жалко у пчелки! Отставить меланхолию, Игорь! Соберись! Если ты руки опустишь, то молодняк совсем в панику удариться и тогда точно все погибнут. Соберись!

Семен трясет Игоря за грудки, голова которого безвольно трясется. Неожиданно глаза Собина загораются гневом.

- Всё, хватит! Я вернулся! Итак, у нас всё плохо: сейчас начнется атака беспилотников, скорее всего, ракетная. После которой вторая ДРГ должна уничтожить командный состав в крепости и открывает ворота. Мы можем только переждать атаку и придумать способ помешать им. Если сможем. Но мы сможем. А пока все в пещеру!

Молодежь и четверка зеленых пограничников скрывается в пещере, Собин с Семеном и Мальтсурраком наблюдают от входа за выходом беспилотников на боевой разворот.

- Девять. Три тройки. Это разведчики. А они слабы для боевой нагрузки. Может, не будет атаки?

- Может, и не будет, Семен. А, может, их облегчили с помощью магии и они теперь могут, как "Предаторы" полтонны бомб нести. Сейчас и увидим. О! А как они в горах ориентируются, тут же джипиэса нет?

- По оптике, Игорь Вадимович. На том конце оператор сидит и джойстик вертит влево-вправо, тут эта бандура и летит...

В пещере восхищенные крики. Троица оборачивается - маскировочной завесы нет. Семен заглядывает в пещеру, - Кто бы сомневался: Серега Три! Не мог мимо пройти, чтобы что-то не сломать? И что сломал на этот раз?

- Вечно, Вы, Семен Семенович, на меня безвинно наговариваете! Ничего я не сломал, здесь голограф стоит. Я его просто отключил.

Свист воздуха, выходящего из шарика. Все оборачиваются: беспилотники делают горку в ста метрах от ворот и пускают ракеты в крепость. Глухие взрывы.

- Взрывы тихие, видимо, осколочные.

- А у ребят и касок нет...

- Спокойно, бойцы, я им приказал укрыться в пещере, где обед готовили, так что должно обойтись.

Выскакивает Наташа с луком, - Там же наши! Сейчас я им хвосты поотшибаю! - навскидку стреляет. За ней выскакивает вся толпа и внимательно наблюдает за стрельбой. Возглас разочарования.

- Мимо! Если уж Наташка не попала, то их фиг собьешь!

- Собьешь их, вон какие пируэты выделывают!

Беспилотники возвращаются.

- И гранату гадам не докинуть...

- Так. Всем стоп! Семен, они же по оптическому каналу управляются?

- Да, Игорь Вадимович, здесь же жесеэма нет, так что по оптическому должно быть.

- А если эти БПЛАйки войдут в облако дыма, что будет?

- Это смотря, из чего дым состоять будет.

- Серый, раздолбаям слово не давали! Отслеживай направление. Трудно сказать, на самом деле, я с этими нюансами не сталкивался. Понятно, что оператор потеряет управление на какое-то время, но перехватить мы не сможем, сбить тоже. Так что надо будет посмотреть.

- Тун Мальтсуррак, Вы сигнальные дымы используете?

- Конечно, тун Игорь, у нас три цвета: красный, зеленый, синий. Но я не могу понять, что вы задумали?

- Просто эти железные птички улетели за такими же гремучими штучками, которые они набросали в крепость и вернутся сюда. А мы решаем, как можно их остановить. Если мы сможем окутать их стаю облаком дыма, они ослепнут и из охотников станут дичью.

- А если просто поднять сюда несколько далеметов и расстрелять, когда они подлетять? Вряд ли у этих птиц крепкая броня.

- К сожалению, тун Мальтсуррак, если мы так сделаем, эти вредные птицы вначале атакуют нас. На том берегу сидят люди и смотрят в нашу сторону глазами птичек. И если они увидят наши далеметы, то в миг накроют, причем с безопасного расстояния.

- Значит, нам нужно что-то разместить перед птицами, и когда они остановятся, сбить их на землю?

- Совершенно верно, тун Мальтсуррак.

- Даже и не знаю, ничего не могу сказать.

- Извините, что вмешиваюсь в разговор, благородные туны, есть у нас такая подсказка.

- Сокут, ты о чем?

- Помнишь, поллуны назад, Парюэль выиграл у меня три золотых?

- Это когда риалвы поспорили, что поймают ястреба в небе и запустили "летучую паутину"? Сокут, беги на вершину, сигналь Парюэлю, пусть сюда мчится со своей сумкой!

Сокут легко побежал по тропе, Коронина с луком в руке бежит следом, за ней остальные парни. Семен пожимает плечами, - Какие они еще дети!

Над горой поднимаются две струйки синего дыма, вначале прямо в небо, затем начинают изгибаться и танцевать. К танцу добавляется зеленая струйка.

Возвращается восхищенная Коронина с глазами, размером с чайное блюдце, - Это так круто! Он так танцует, когда дымы пускает, до мурашек! Мы его потом на дискотеку возьмем диджеем! Только тамтамы надо добавить, без звука выступление наполовину неинтереснее!

- А тамтамы, это что, тун Семен?

- Тамтамы, тун Мальтсуррак, это барабаны. У нас дымовые сигналы мало распространены, для передачи сигналов больше использовались барабаны. Кстати, да. Если совместить цветные дымы, изменение размещения дымов в пространстве и звуковые сигналы, то можно и Устав передавать. Коронина, займись составлением таблицы!

- Почему опять Коронина?

- Ты же знаешь "инициатива имеет инициатора".

- Тун Семен!

Мальтсуррак кивком показывает на подходящего герцога с двумя бойцами, закрывшимися ростовыми щитами со стороны нападения. Кроме быстрого шага бешенство герцога выдавало покрасневшее, вернее, очень позеленевшее лицо.

- Пятеро "дубовых" тяжело ранены! Пятеро! Я не помню таких потерь! Зачарованные щиты не смогли сдержать каких-то кусочков железа! Зачем вы здесь, если не смогли защитить моих людей! Ладно людей, четыре далемета повреждены! А ведь мы еще не вступили в битву! Какая от вас польза, иномирники? Что, сказать нечего?

- Благородный тар, проявите снисхождение! Если бы не эти люди, мы бы все погибли!

Из пещеры появляется, держась за стены, бледный маг. Коронина, взвизгнув от негодования, подбежала поддерживать Лоуена и подхватила за плечо. Герцог недоверчиво хмыкает, - Может быть, эн мильд Лоуен поведует присутствующим, почему он так сказал?

- Только благодаря иномирникам, попавшим к нам с помощью Ста Одиннадцати Духов, тун Мальтсуррак нашел потайную пещеру и поймал степняков, собиравшихся во время небесного удара расстрелять наших командиров и воинов...

- Подтверждаю.

Герцог смотрит на туна Мальтсуррака, пытаясь сдержать изумление.

- Также иномирники спасли мага пятого разряда от яда Отравленной Земли, за что, я надеюсь, Владыка конклава наградит их во славу Всех Духов.

- Подтверждаю.

Взгляд герцог становится задумчивым. К нему делает шаг Мальтсуррак, - Также иномирники научили меня, командира пограничной стражи туна Мальтсуррак крепости Грэндсверде, как остановить небесный удар Хиронии.

- Поскорее хочется узнать эту иномирскую тайну.

Семен ухмыляется, - Зачем узнавать, когда можно увидеть. Сейчас железные птицы прилетят и, я надеюсь, упадут за землю. Да, ваша милость, если вы разрешите поднять сюда свой далемет, то сами можете сбить одну из железных птиц.

Глаза герцога загораются, он наконец-то теряет невозмутимость. Он кивает своему воину, - Повелеваю доставить сюда два далемета и двадцать зарядов.

Воины ударяется щитами, ставят в пирамиду и бегут вниз. Вместо него появляются два риалва и встают перед Мальтсурраком, который шепчет лесным ветерком несколько фраз и показывает на место атаки беспилотников.Герцог с прямой спиной садится на камень и равнодушно наблюдает за суетой.

- Тун Семен и даже тун Игорь велели накормить мага пятой категории туна Лоуена, когда он придет в себя. Тун Лоуэн? Выполнять команду старшего по званию!

Герцог недоверчиво поворачивает голову – девушка пытается увести мага в пещеру, тот противится, находится глаза герцога, - Ваша милость, из конклава сообщили, что нам в поддержку идут Дельфины Элазии и к вечеру они будут здесь.

Герцог обращается к небу и не видит, как Коронина затаскивает мага в пещеру, - Хвала духам! Чтобы мы без вас делали!

Семен гасит улыбку и говорит строгим голосом, - Коронина! Оставь мага парням и на пост. Наблюдение за воздухом с тебя никто не снимал. Попутно можешь таблицу разработать, только не усни.

- А что за ним наблюдать? Вон, они летят! Теперь можно раненого покормить?

Семен буквально рычит, - Да, теперь можно! Тун Мальтсуррак, командуй индейцам, пусть запускают паутину! Ну не индейцам, риалвам. Просто в нашем языке, это одно и то же. Велик и могуч русский язык, чтоб его черти использовали! И быстрее, иначе не успеваем! У нас пять минут до выхода на точку. Для местных поясняю, это триста ударов сердца. Ваша милость, где далемет? Не успеем, вам же стыдно будет, что девушке за вас стрелять придется! Бойцы! Схватили арбалеты и с холодняком побежали контролировать свою тропу! Такую тропу, Серый, где ты свои хитровыдобленные штуки поставил. А сейчас бежишь следить, чтобы злые дядьки красоту не порушили. Почему стоим, кого ждем? Мы не на вокзале, поезда не будет!

- А мне говорили, что в армии самое главное, чтобы не было бегающих генералов. Например, Тритап эйк Вииллсвин Бесарде в данной ситуации проявляет образец самурая и аристократа.

- Просто он не понимает, что сейчас начнется, Игорь Вадимович.

- Чему быть, того не миновать. У тебя молодежь носится, как курица без головы. Давай по пунктам. Первое…

- Первое. Бойцы на тропу. Не высовываться и бдить. При появлении противника открыть огонь из арбалетов и сообщить мне. Не вступать в близкий контакт! Второе. Тун Мальтсуррак, командуй риалвам, пусть натягивают паутину вон на то место. Третье. Ваша милость, поторопите свои далеметы, они сейчас очень понадобятся. Игорь Вадимович, контроль за флангами.

Две тройки беспилотников направились к воротам, а ближайший к ним БПЛА из третьей тройки, развернулся к компании у пещере и, мигнув блестками оптики, выпустил ракету, которая рванула к людям, оставляя позади дымный след. Семен остолбенел, перестав облизывать губы. Собин вообще не успел среагировать на пуск ракеты и продолжал пялиться на четкий ромб беспилотников, герцог пытался осознать грозящую им опасность и лишь Лоуен одной рукой задвинул девушку в пещеру, а второй с силой воткнул посох между ним и ракетой и стал что-то шептать энергичным шепотом.

Ракета воткнулась в прозрачный зеленоватый прямоугольник в каких-то десяти метрах от площадки, бессильно завязла в нем осколками, взорвалась и упала, подняв в небо землю, камни и осколки, зависшие в щите Лоуена.

Удивленный БПЛА выпустил вторую ракету, повторившую судьбу первой, за одним исключением: маг страшно закричал, но продолжал держать обожженными руками нагревшийся посох.

Третья ракета пошла левее щита и врезалась в скалу, где подростки охраняли горную тропу. Взрыв и разброс камней заставил пригнуться всех. Семен рванул к парням. Собин с Корониной пытаются освободить руки мага от посоха. Мальтсуррак кивает своим, зеленые складывают свои дротики перед командиром и бегут помогать Семену разгребать завал. Герцог смотрит на тропу, не наблюдает приближающихся далеметов, берет щит и прикрывает им в ход в пещеру. Мальтсуррак сгребает дротик в охапку, встает рядом с герцогом и одной рукой берет второй щит.

Беспилотник медленно, буквально торжественно приближается. Кажется, что он выбирает живое существо, чтобы воткнуть в него ракету. Собин встает позади герцога и Мальтсуррака, с ненавистью шепчет, - Да он маньяк! Еще и запугать хочет вначале, до усрачки!

Мальтсуррак резко кидает в БПЛА один за другим четыре дротика, которые отскакивают от корпуса, не причинив никакого вреда. Коронина заканчивает смазывать руки Лоуена, бинтует их и подходит к Собину, - Сейчас я этому маньяку устрою пугалку! Я не я буду, если он сам не обосрется!

Подбирает горсть мелких камней, вытаскивает откуда-то здоровую рогатку и запускает камни, ударяющие каменным дождем по фюзеляжу беспилотника. БПЛА секунду удивляется, затем возмущенно скрипит и резко уходит в штопор. Девушка внимательно смотрит за его падением, сплевывает туда, - Яйца бы тебе отрезать, любителю подсматривать!

Тихие хлопки. Три беспилотника первой волны запутались в серебристой паутине риалвов размером пять на пять метров, вертятся на месте и медленно опускаются вместе с паутиной. Высоко над ними рассеивается желтое облако, видимо, стрелки успели выстрелить. Вторая тройка зашла выше и тремя ракетами громко расстреливает далеметы на крепостной стене, которые разломанными игрушками падают вниз вместе с исковерканными фигурками солдат. Герцог вскакивает, с лица исчезает маска равнодушия, - Шарр-Треч-Ма-ас-даррр!

Коронина в страхе пятится и упирается в руки Собина, с интересом наблюдающего происходящее, - Ничего, Натали, сейчас далеметы дотащат, его милость собьет пару птичек и успокоится.

Герцог Тритап резко оборачивается, но сдерживается. Шагает к тропе, по которой два солдата из "дубовых" бегом тащат далемет. Герцог показывает место установки далемета и прицеливающе смотрит в небо, где стрелявшая тройка через левый поворот ушла от крепости, а на её место, только ниже на десять метров зашла оставшаяся двойка.

Солдаты устанавливают далемет, - Желтый. Отметка два, Подошедший "дубовый" сбоку с щелчком вставляет в ствол толстую стрелу с желтым наконечником, нажимает на пипку на стреле. Герцог смотрит на беспилотники, держит кнопку сбоку ствола, легко наводит орудие и нажимает большую кнопку сверху на стволе. Тихий хлопок.

Через секунду ближайший беспилотник и пара запутавшихся в паутине БПЛА покрываются желтой пылью и исчезают в огненном шаре. Третий падающим листом опускается перед воротами. Второй беспилотник выпускает две ракеты в ворота и уходит с разворотом.

Подошли еще два "дубовых", с ходу стали устанавливать и заряжать второй далемет, первая двойка торопится вставить очередную стрелу в орудие. Тройка возвращается, разлетается пошире и выпускает очередные три ракеты в ворота. Герцог успевает выстрелить, но он зацепляет только один беспилотник. Оставшиеся от тройки два БПЛА резко уходят далеко от крепости и присоединяются двойке, нарезающей круги.

Герцог отходит и подрагивающими пальцами вытирает пот со лба.

- Они пробьют ворота?

От вопроса Собина герцог вздрагивает, мотает головой, - Нет. Хотя, не знаю. Вчера еще крепость Грэндсверде считалась неприступной. За все время чужой солдат не входил в нее с оружием. А сегодня я уже не знаю. Надеюсь, мы, с помощью духов, сможем сохранить ворота в целости. И с вашей помощью, разумеется. И я хочу извиниться за резкие слова, сказанные в ваш адрес.

- Проехали. Нельзя обижаться на слова благородного или даже простолюдина, сказанные с болью за его дело. Коронина, прикрой его милость, я к Семену. Ах ты ж... сволочи!

Коронина оборачивается: зеленые по двое несут раненых пацанов, бледный Семен и Паша, с текущей по лицу кровью из мелких порезов, несут повисшего на руках парня. Девушка затыкает себе рот в беззвучном крике. Собин её крепко встряхивает, - Соберись, Наташа! Иди Лоуену помоги. Теперь его очередь врачевать.

- Но это же Серый-Три, Сережа Извольский. Он через парту от меня сидел. На свидание меня звал, а я не пошла, а сейчас его уби-ли-и...

Собин крепко сжимает плачущую Коронину, смотрит в глаза, - Наташа, поплачешь потом, мы все помянем его, а сейчас надо заниматься лечением остальных, чтобы они к Сереже не присоединились. Бегом!

Толкает девушку, она бежит к рюкзаку, копается в нем. Лоуэен кладет руки в бинтах с зелеными пятнами на голову Серого-Раз, лежащего на площадке перед пещерой, что-то бормочет. Не обращает внимания на взрыв, на еще один взрыв.

- Тарсын! Берек-Ахан! Они, что, совсем не убиваемые?

Четыре оставшихся беспилотника устроили "карусель", по одному пускают по воротам ракеты и возвращаются в очередь. Первые два легко проскочили желтый шар взрыва и ушли от крепости. Третий влетел в разбухающий шар, запущенный с горы напротив и желтый цвет исчез в черном дыму. Четвертый не стал стрелять, а набрал высоту и поднялся над крепостью.

Лоуен накладывает руки на второго пацана без сознания, первому зеленые солдаты фиксируют правую руку в подобии шины. Коронина вытирает кровь на лице Паши и смачивает порезы йодом. Паша закусил губы, но молча терпит.

Игорь притаскивает Семена к герцогу, - Ему надо помочь. Иначе эти черти с крылышками добавку притащат и действительно ворота пробьют.

Семен внимательно смотрит, как оставшаяся тройка выстраивается для очередного обстрела, показывает рукой на центр воображаемой карусели, - Когда скажу, надо стрелять из обоих стволов. Сможешь, ваша милость?

Герцог что-то высчитывает в голове, кивает, командует своим, - Заряжать желтым оба далемета, Стрим, по моей команде стреляешь из своего.

Солдат кивает и вставляет в стрелу далемет. Герцог наводит на точку оба далемета, смотрит на Семена. Тот застыл с поднятой рукой, вдруг резко опускает руку, - Давай!

Два хлопка слились в один, секунда до взрыва тянется минут пять, не меньше. Наконец, вспыхивают два желтых шара. БПЛА разлетаются и, наконец, взрываются. Герцог облегченно опускается на ствол далемета. Семен тянет Игоря к магу, - Всё, пошли, пацанов посмотрим!

Собин идет за Семеном, поворачивается к герцогу, - Ваша милость! Хорошо бы упавшие птички принести, очень они потом пригодятся. Да и Вы награду от Светлого тана получите.

Герцог оглядывает своих "дубовых", - Если вы принесете сюда, всё, что осталось от железных птиц, получите по дюжине золотых!

Солдаты высматривают лежащие аппараты. Осторожно подходят четыре пограничника Мальтсуррака, - Благородный тар, они без нас не смогут. Быстро не смогут. Но за две дюжины золотых мы поможем принести всё, сто осталось от птичек.

Герцог кивает, - Только быстро!

Пограничники уводят "дубовых" вниз по тропе. Семен осторожно трогает лоб Серого-Раз, чтобы не задеть рисунок солнца, сделанный кровью на лбу. Лоуен пытается бинтовать себе запястье, - У него травма головы и сильные ушибы внутри. Я восстановил потоки и наложил восстанавливающую руну.

Семен наклоняется ко второму, с зафиксированной рукой и тугой повязкой на животе, с двумя треугольниками на лбу, - А второй?

- Этот покрепче, у него только три ребра треснуло и локоть сломало. Фиксирующая руна позволит довезти его до столицы, а маги помогут, я опасаюсь, что здесь не смогу правильно срастить кости. Третьему не повезло: камень попал в голову и острой гранью основную артерию перерезало. Я заморозил, это единственное, что сейчас могу. Сутки с ним ничего не случится, а потом он начнет пахнуть.

Семен смотрит на кровавую снежинку на лбу Серого-Три, угрюмо кивает. Мальтсуррак садится на камень, закрывает глаза под солнцем и кемарит. Собин садится рядом, достает из кармана горсть жареных семечек, - Будешь, тун Мальтсуррак ? Это мы так время убиваем, когда делать нечего. Под этой черной скорлупой находится семечко, берешь всё в рот, выщелкиваешь скорлупу и разжевываешь семечко. И так пока горсть не опустеет.

Мальтсуррак берет семечки, осторожно пробует, хмыкает. Подходит маг, тянет руки. Собин отсыпает ему и Семену. Маг садится и с интересом пробует.

- Чего-то Бородино вспомнилось: французы уничтожили пушки Раевского, но пехота отбила Курган обратно… Как бы сейчас в обратном порядке не произошло. Тун Мальтсуррак, А как ворота открываются?

- В сторону отходят. В Надвратной башне стоит механизм, его крутят и ворота отходят. А потом обратно. Но мы никогда больше, чем на половину не открывали. А что?

- Да вот думаю, могут ли с той стороны отодвинуть ворота, после обстрела?

- Не знаю, я не маг. Да и крепость еще во времена империи построили, если не раньше. Там все не так, как сейчас.

- Семен, беспилотники мы сбили, теперь танки ждать надо или пехоту с минометами? Мы выдержим?

- Не знаю, я академиев не кончал? Тем более, американских. Но давай прикинем, Игорь Вадимович. Заброс диверсантов и обстрел крепости, на мой взгляд, подтверждает мысль, что противник нацелился сюда всерьез. Значит, обстрелом дело не ограничится. Значит, будет штурм, скорее всего, с артиллерийской поддержкой. Ну или каким-то магическим аналогом. Как-то так.

- А минометы будут применять?

- Минометы? Я бы не стал. С военной точки зрения мины во двор только для паники закинуть можно. Но полностью исключать такой вариант нельзя.

- Тогда я думаю, что нашим надо сюда перебираться, тут в любом случае поспокойнее будет.

- Поддержу. Коронина! Бегом вниз, к нашим. Передай Ирине Сергеевне…

- И Анатолию Алексеевичу.

- И Анатолию Алексеевичу. Пусть по-быстрому начинают перебазироваться за пределы крепости. Выносят все ненужное и девушек туда отправят. Так и скажи: ждем артиллерийского обстрела и штурма крепости. А юноши пусть сюда поднимаются. Всё, беги!

- Тун Мальтсуррак, вы бы тоже всё не очень нужное за пределы крепости переместили бы. Имущество и живность, лошади, кошки, собаки, овцы. Что я вас учить буду! Сами знаете, что важно уберечь. А я постараюсь его милость убедить.

Коронина идет быстрым шагом и эффектно вертеть попкой. Мальтсуррак вскакивает и догоняет девушку. Оттесняет её своим телом от солдат, несущих остатки сбитых беспилотников и пытающихся обнять девушку. Собин усмехается, - Вот еще одна жертва красоты! Перед русской красавицы ни один мужик не устоит, ни с белой кожей, ни с зеленой. Придется к ней охрану приставлять.

- А поможет? До этого не помогало. Да, кстати, девушек убрать из крепости не получится. Они у меня феминистки, в хорошем смысле этого слова. Не приемлют скидку на слабый пол.

- Там посмотрим. Ладно, я тоже пошел! Ты пока отдыхай. Если будет атака, тебе за нас всех вертеться придется.

Подходит к герцогу, передавшим монеты зеленым солдатам и с интересом разглядывающим ракету на аппарате.

- А это и есть убийственная начинка?

- Да, ваша милость, она называется ракета.

- А почему он летит, он же тяжелее воздуха, а амулетов не видно?

- Долго объяснять. Лучше я потом расскажу, когда Дельфины подойдут. Сейчас другое важно решить: наш командир считает, что будет еще один штурм. На этот раз по земле. Поэтому мы предлагаем отправить этих птичек и раненых в столицу, все ненужное, весь запас, за те ворота, а остальным солдатам занять оборону на крепостной стене. Сюда ведет только одна дорога, по ней они и пойдут. А ваши солдаты их будут встречать.

- Я знаю. «Наш маг почувствовал приближение большого количество людей и металла. Большого, это больше десяти сотен.

- Чем больше в армии дубов, тем крепче наша оборона. Извините, вспомнил поговорку с моей планеты.

- Хорошая поговорка, Может быть, мы нанесем её на наши щиты… Готовим желтые наконечники, тун Игорь?

- А какие еще есть?

- Есть красные, которые пробивают металл, но летят ближе, чем желтые. И несколько черных, они вносят сумятицу и панику, но не пробивают даже крепкую кожу. Зато летят еще дальше желтых.

- Решать вам, ваша милость. Теперь эта ваша атака. Но я бы предложил ваши далеметы зарядить желтыми наконечники на максимальную дальность… на самую большую, и положить поближе к пушке пару с черными, а на стене все далеметы зарядить красными.

- Пушка, это у вас называют далемет?

- Да, ваша милость. У нас даже отдельный вид войск есть, артиллеристы, те кто только их пушек стреляет. Про них даже песню сочинили «Артиллеристы! Тар нам дал приказ! Артиллеристы! Элазия зовет нас!»

- Тун Игорь и тар Бесарде, вас не затруднит поднести ко мне этих железных птичек. Я почувствовал стихию воздуха и нужно проверить, что это. А встать я пока не могу.

- Игорь Вадимович, только очень осторожно. И вначале ко мне. Надо разрядить, а то, не дай Бог, ракета стартанет. А с двух метров даже в мешок ничего не собрать.

Собин кивает "дубовому", вдвоем, за крылья подносят беспилотник к Семену и держат на весу, пока тот снимает оставшуюся ракету и опускает на рюкзак, кивает магу.

- Действуй, маг эн мильд Лоуен!

Лоуен встает, держась за посох, делает пару шагов к БПЛА, проводит свободной рукой над фюзеляжем, снизу и сзади высвечивается бледно-голубая радуга. Неожиданно у мага подгибаются ноги, он опускается на камни с ошарашенным лицом, - Этого не может быть...

- А с нами почтенный маг не хочет поделиться своей догадкой?

- Тун Игорь, это дела конклава! По принесенной клятве я вначале обязан сообщить это известие архимагу Погриену. А вас должно заинтересовать другое: к крепости приближается много магических аппаратов. Всё, я пошел устанавливать связь с архимагом. Один.

Постоянно спотыкаясь и опираясь на посох Лоуен, шаг за шагом поднимается к вершине, на двух ногах и одном посохе. А из-за предгорья с воплями и свистом вылетает конная орда, расходится по сторонам и несется навстречу друг другу, пуская тучу стрел в крепость. Собин вздыхает, - Вот и закончился антракт, начинается третья часть марлезонского балета.

Глава 6

Глава 6. Бой - продолжение

Игорь уходит вниз, Семен осторожно опускает аппарат на площадку и идет к герцогу, - Похоже, сейчас "карусель" замутят и на стену попрут.

- Тун Семен, объясните, что за кар-усель?

- Это когда всадники скачут вдоль стены и стреляют в защитников, а часть пытается залезть на верх.

- Портен, передай на стену, пусть щитами от стрел закрываются.

- И еще: пусть стреляют залпом, все вместе. Только сектора распределят, хотя там такая толпа будет, так и так попадут. И про черные наконечники пусть не забывают. Через три-четыре выстрела можно и черный запулить. Глядишь, десяток-другой с испуга головы и расшибут.

- Понял, Портен?

- Совершенно, благородный тар!

- Назначаешься главным над всеми далеметчиками на крепостной стене на время атаки. Будешь командовать полусотникам и людям туна Мальтсуррака, когда стрелять. И смотри, чтобы закрывались щитами от стрел. Некоторые стрелы у кабареков могут пробить даже щит с чарами.

- Выполню с надлежащим старанием!

- Ладно, беги!

- А у вас, ваша милость, будет особая задача. Снайперская, я бы сказал: надо будет стрелять по объектам которые будут появляться на дороге, причем как только появятся, так сразу и стрелять. Так мы создадим затор на дороге и степняков сможем быстрее в расход пустить.

- Хорошее слово «расход», надо будет запомнить.

- Пользуйтесь с удовольствием, ваша милость.

***

Собин медленно спускается с крепостной стены и на ходу разглядывает толкучку в крепости: «дубовые» несут к стене стопки щитов и связки стрел для далеметов, связанные в пучки с яркой меткой на связке, желтой, красной или черной. Параллельно волочат тележку с арбалетными болтами, видимо, «дубовые» редко стреляли из столь мелкокалиберного оружия.

Не смешиваясь с «дубовыми», пограничники Мальтсуррак тащили в сторону крепостной стены небольшие круглые щиты, луки и колчаны, набитые стрелами. В обратную сторону, к приоткрытым вдалеке воротам несколько зеленых в куртках из грубой кожи гнали два десятка лошадей невзрачного вида и непонятной породы и небольшую, но шумливую отару овец, охраняемую здоровыми мохнатыми волкодавами.

Из всего движения своей статичностью выбивались земляне: у левой скалы, между двух неравных куч аккуратно сложенных вещей, сиротливо сидела Настенька, под ногами которой вздрагивал от каждого шума её песик. Мама девочки в яркой футболке, джинсах и кокетливо сдвинутой на бок банданой, командовала школьникам, выносящим из пещеры рюкзаки, в какую кучу что класть.

Собин подмигнул Настеньке и, обходя несунов, пошел в пещеру, начинавшуюся вестибюлем и через два метра заканчивавшимся выходом направо. Пока Собин шел по "предбаннику", услышал доносившиеся из пещеры голоса.

- Всё, я пробу сняла, можете обедать. Плов с инопланетной бараниной готов. Вкус необычный получился, видимо, кормили другой травой, которая у нас не растет. Кому положить? Что молчите? Игорь?

- Спасибо, Гуля, я пока не буду, Не проголодался.

- Илья?

- Нет, Гуля. Я как узнал, что Серый погиб, так чуть завтрак не вывернул. А ты говоришь "обед".

- Анатолий Алексеевич, что же это делается! Все отказываются! Я для кого готовила? Сами говорили "Гулечка, сделай побыстрее, кушать очень хочется", а теперь отказываетесь! Брезгуете неземного барана есть?

- Гуля, прекрати истерику! Ребята неожиданно узнали, что их одноклассник погиб. Конечно, аппетит пропадет. К тому же нам еще минут двадцать надо, чтобы все закончить, а потом все обязательно начнут есть твой плов и нахваливать. Обещаю.

Собин входит в пещеру. Около костра, над которым висят котелок, видимо с пловом, и чайник с торчащими проводами, стоит грустная Гуля с ложкой в руке. Провода от чайника тянутся к фонарю, закрепленному под потолком и довольно ярко освещающим пещеру. Грустный личный состав сидит у стены, рядом с велосипедом, на который навалена куча курток, Коронина в стороне делает разминку, а Кривич в позе Наполеона стоит в центре пещеры и оглядывает сидящих. Собин бодро идет к другу.

- А вот насчет двадцати минут вношу поправку. Начинается штурм крепости. Поэтому в темпе ищем туна Мальтсуррака, просим у него щиты и телегу. В телегу складываем всё не первой необходимости и выталкиваем за ворота. Девочки, как специалистки по укладыванию, сопровождают наш обоз, добровольцы из парней идут со мной на стену.

- А почему такая дискриминация, Игорь Вадимович?

- Привет, Натали! К тебе вообще это не относится, потому что ты единсвтенная обладательница персонального лука и от тебя по-любому не отделаться. У кого-то еще есть именное дальнобойное оружие? Тишина. Понятно. Я не подвергаю сомнению ни смелость наших девушек, ни их умение владеть любым орудием убийства, вплоть до сковородки. Есть такой анекдот "я сильный, но легкий". Так и тут. Коронина, сколько болтов имеется к арбалету? Штук двадцать?

- Почему двадцать? От тридцати до тридцати четырех,

- То есть, если пойдет половина, то она сможет выпустить уже шестьдесят болтов, причем без необходимости приглядывать за слабой половиной? Уловили мою мысль? Тогда собирайтесь, мы с Анатолием Алексеевичем за телегой и щитами. Идем!

Собин ведет Кривича в вестибюль. Тот разводит плечами, - Ну ты зверь, Игорян! Так молодняк развел.

- Я его не разводил, а объяснил политику партии. Сейчас молодежь умная или хитрая, это как посмотреть, но "в тему врубается сразу" и "фишки сечет на раз". У них одно достоинство, переходящее в недостаток - клиповое мышление, что предполагает опору на стереотипы, это же американская метода. А когда их озадачиваешь, на какое-то время они зависают " делай с ним, что хошь"!

***

Против ожидания степняки не стали устраивать налет в духе краснокожих Голливуда: с гиканьем, свистом и воплями. Они молча скакали вдоль стены и пускали стрелы. А вот стрелы летели с противным свистом, а потом, когда пошел поток, и вовсе с волчьим воем. Даже непрерывная стрельба из надвратной башни не останавливала и даже не замедляла несущий поток всадников, а только вышибала некоторых из общего потока, как неудачный бросок в кегельбане.

Семен даже отшатнулся, когда над крепостью, из потока стрел, возникла оскаленная волчья морда и попыталась укусить крепостные зубцы. Но риалвы с той горы снова запустили "паутину", которая намордником окутала морду и растворилась вместе с ней. Свист исчез.

- Так и обделаться можно. И ведь не стыдно будет!

- Тун Семен, это магия воздуха, воины кабареков успешно ею владеют. Но действует она недолго и только в первый раз. А потом, если ты не слаб духом, то только крепче сожмешь рукоять оружия. Вот сейчас вступят в дело шаманы, тогда и я покажу свое мастерство, - маг ободряюще похлопал Семена по плечу.

- Ни хрена вы тут воюете! - концовка фразы слилась с гулом возникновения смерча прямо напротив ворот.

Прозрачный вихрь поднялся до высоты горы и двинулся к стене. Стена почернела. В эту черноту смерч безнадежно уперся и отошел на метр. Стал набухать и расширяться, втягивая с поверхности землю и камни. А когда снова двинулся на стену, из вихря стали вылетать валуны. Парочка умудрилась пролететь черноту стены и сбить пару далеметов.

Сейчас я щиты усилю, - маг направил жезл на смерч.

- Подожди, Лоуен! Слышал я про одну штуку, которой такой смерч можно остановить, сейчас попробую.

- Только не тяни, тун Семен!

- Как скажете, ваша милость, - Семен зарядил арбалет, прицелился в середину смерча, - Будем надеяться, что попаду с первого раза...

- Привет защитникам!

- Коронина! Предупреждать надо, что это ты. Я на голос чуть не выстрелил.

- Тогда предупреждаю: за мной Игорь Вадимович наших парней ведет, не пугайтесь.

- Слушай сюда, Наташа. Тебе нужно попасть стрелой в середину смерча. После этого смерч должен разрушиться.

- Вы в этом уверены?

- Я уверен, что вампиры умирают от кола в сердце, а против колдунов помогает острая сталь. Особенно, если голову отрезать. Слышал я о таком способе, но сам не проверял. Вот ты и проверишь. И поторопись: вдруг стена не выдержит.

- Умеете Вы заинтересовать девушку!

Коронина целится, выпускает стрелу. Смерч отклоняется и стрела пролетает мимо.

- Значит, не хочешь по-хорошему сдохнуть?

Девушка облизывает палец, ловит ветер, целится и замирает. Выпускает стрелу. Тонкая алюминиевая трубка со стальным наконечником летит в середину воздушного столба и исчезает в вихре. Смерч завывает раненым ёжиком и осыпается. Семен посмотрел вдаль и показал на неё герцогу, во все глаза наблюдающему за разрушением смерча, - Ваша милость, пора и вам пострелять. Идут, супостаты!

Герцог бросил цепкий взгляд на колонну "Хаммеров", важно приближающихся к крепости. Наклонился к далемету, прицелился и нажал кнопку. Сразу же встал ко второму орудию, выстрелил. Пока солдаты заряжали далемет, разглядывал результат. А результат был налицо: два желтых шара опускались между первым и вторым автомобилями.

Перед первым шаром вспыхнул красным щит первого "Хаммера" с торчащим пулеметом, а второй либо попал более удачно, либо щит уже разрядился. Как бы там ни было, после опускания шара первый броневик встал и задымился, второй резко ушел вправо и потрясся к крепости, защищаясь от герцога клубами черного дыма и постреливая короткими очередями по надвратной башне. Третий, с бронированным щитком пулеметчика, ушел влево и попер прямо на Семена, сходу выпустив длинную очередь.

Семен пригнулся и крикнул герцогу, - Пригнитесь, ваша милость! От этих пулеметов ваши щиты вряд ли защитят!

Герцог, из вредности или из гордости, пригибаться не стал, но отошел на несколько шагов к пещере. Семен пожимает плечами, - Как хотите. Но ваша жизнь еще очень нужна Элазии.

Герцог с недовольным выражением присел на камень. Тем временем еще два "Хаммера" выехали из колонны и обстреляли крепостную стену.

- Надеюсь, они догадаются спрятаться, хотя бы между зубцами, - Семен с болью бросил взгляд на зеленых солдат, оттаскивающих далеметы к стенам, подальше от надвратной башни, - О, они еще и пожарку тащат. Нет, это точно пендосы: хаммеры, пожарка, всё, как они любят! Только стриптиза не хватаетЙ Зря со мной Собин спорил.

- Семен Семеныч, я попробую пулеметчика снять.

- Коронина, уйди в пещеру! Мне тут еще шальной пули не хватает. Да и не достанешь его. Потом подстрелишь, когда я скажу. Он твой, обещаю! А пока за ранеными присмотри, чтобы горячка не началась или бред.

- Вас на пять минут нельзя без присмотра оставить! Что это такое, Семен Семенович? Откуда хаммеры раздобыл?

Семен смотрит на натужно шутящего Игоря и торопящуюся за ним цепочку школьников. Одни несут рюкзаки, другие щиты "дубовой" сотни, последний прикрывает щитом Гулю с медицинской сумкой. Кто-то из ребят нервничает, кто-то собирается с духом. Короткие очереди. Все вздрагивают.

- Чего тупим? Бегом в пещеру, вещи сложить, доложить о готовности! Дозырин ко мне с докладом.

Молодняк бежит в пещеру. Идущий первым встает перед Семеном, отдает честь.

- Вольно! И пригнись пониже. А то пулеметчик увидит такого бравого и срежет. Значит, так,Вася. Раненых подготовить к транспортировке, Серегу-Три, то есть, Извольского в мешок положить. Его маг заморозил, так что пахнуть не будет, но лучше, чтобы ребята его таким не видели. Потом. Вас девять? Девять. Значит, так. Трое переносят раненых в пещеру и находятся с ними. Трое охраняют тропу с той стороны. Там Паша с ребятами сигналки поставил и тропу завали, вы проверьте. Только очень осторожно. И трое к далеметам с щитами, будете прикрывать стрелков от шальных попаданий. Через полчаса меняетесь, по кругу. Всё понятно?

- Семен Семеныч, а можно мы Серегу складывать не будем?

- Ладно. Можно. Мы с Игорем Вадимовичем упакуем Извольского.

- Есть! Я пошел.

- Игорь Вадимович! Вы нужны, можете подойти?

- Я весь твой, Семен Семенович, но не во всех смыслах. Что нужно?

- Труп в мешок складировать. Парни отказываются, а я не хочу настаивать.

- Без проблем. У меня карма такая, наверно, покойников переносить...

- Благородный тар, Дельфины будут через час!

- Благодарю, эн мильд Лоуен. Значит, осталось совсем немного.

Длинные очереди. Кабареки скачут вдоль стен, набрасывают на зубцы арканы и лезут по веревкам на стену. Защитники срезают веревки, стреляют вниз из луков и арбалетов, двое даже выстрелили из пистолей. Несмотря на жертвы, степняки неумолимо лезут на верх, прикрываемые пулеметным огнем хаммеров.

- Ваша милость, стреляйте красными по ближайшей машине, затем по следующей. Два выстрела красным, нет, три, и один черным в этих, на лошадях. Коронина! Начинай вышибать идиотов с пулеметами!

Но герцог не смог попасть первыми двумя снарядами. Позади броневика в земле оставались обгорелые воронки, а сам автомобиль зигзагом продолжал движение, пока Семен не выявил закономерность хаотических передвижений хаммера. Водитель ехал в правую сторону три секунды, останавливался на две, пока пулеметчик стрелял и двигался еще три секунды в левую сторону. Вдвоем (Семен отсчитывал, герцог наводил) они смогли влепить заряд в бок над задним бампером. Заряд равнодушно прожег машину насквозь и она без звука вспыхнула голубым огоньком.

- Получи, фашист, гранату! А почему огонек голубой? И тишина?– вслух подумал Семен.

- Там воздушные щиты стояли. Вот они при схлопывании весь шум в себя впитали и цветом неба засветились, – пояснил маг.

- Кстати, ваша милость, а у вас гранаты есть? Это такие же заряды, как в далеметах, только бойцы руками кидают? Жаль, что нет. Сейчас бы они на стене очень пригодились.

Риалвы успели окутать поднимающихся еще одной «паутиной» и больше двадцати степняков не удержались, попадали вниз. За что защитники получили еще три длинных очереди, разорвавших «паутину» в клочья.

- Так, ваша милость, теперь соседа поимеем. Три, два, один, залп!

И еще один джип поменял цвет на голубой. Два оставшихся хаммера развернулись к их площадке и, не жалея патронов, поливали гору длинными очередями. Cолдат, заряжавший далемет рядом с герцогом, подставился под очередь и его буквально размазало по стене. Этой же очередью второму раздробило левую руку по локоть.

Пара хаммеров из колонны смогла спихнуть подбитый автомобиль с дороги, и неотвратимо приближались к крепости вместе с пожарной машиной и бронированным пикапом, над кабиной которого торчала длинная круглая железяка.

Портен на стене не терял зря время, и как только обстрел прекратился, умудрился всадить в кочевников на стене пару зарядов с черными наконечниками. Психическое оружие подействовало на все сто: большинство кабареков прекратили штурм, спрыгнув с высоты и поразбивавшись. А те, кто висел невысоко или ждал своей очереди на земле, прижались к стене в «мертвых» зонах. Стрелки в надвратной башне не прекращали стрелять, пытались выбить как можно больше ошалевших степняков.

Оба джипа переключились обратно на стену, один разбил далемет Портена, а самого разорвал на несколько частей, а второй «причесал» зубцы стены, отбивая от них крупные крошки.

Во время паузы Лоуен успел перетянуть руку раненому бойцу и утащить его в пещеру, а пришедшие из пещеры школьники ринулись прикрывать щитами далеметы и герцога и поворачивать ствол орудия по его команде. Выстрел герцога совпал с выстрелом Корониной из лука. И если от стрелы девушки пулеметчик просто сполз и исчез за своим щитком, то от снаряда далемета хаммер уже привычно выдал голубой огонек. Пара далеметов на стене смогла запустить желтые шары, тихо разъевшие металл джипа без пулеметчика.

Оглушающая после стрельбы тишина, хотя и фонила стонами раненых степняков и их лошадей, но все-равно била по ушам. Правда, недолго. До тех пор, пока на дистанцию не добралась следующая пара броневиков. Обе машины съехали с дороги и начали расстреливать стрелявшие далеметы. Обрадованные поддержкой кабареги снова ринулись на стены. Пожарка всё также неторопливо приблизилась к воротам и стала выпускать лестницу как раз рядом с надвратной башней.

Взбешенный герцог выпустил пару снарядов в пожарку, но снаряды с красным наконечником только рикошетили в землю, не пробивая броню и магические щиты.

На крыше пожарной машины открылся люк и на крышу вылез человек в космическом скафандре с огнеметом в руке и ранцем на спине. Приблизившись по выдвинутой лестнице к стене на десять метров, человек начал поливать огнем крепостную стену.

Коронина выстрелила и попала, но стрела отскочила от скафандра.

- Наташа, возьми срезень и стреляй в ранец. Там металл мягче должен быть!

Коронина достала стрелу с широким наконечником, плюнула на него, посмотрела на небо, прицелилась и выдохнула. Стрела беззвучно сорвалась с тетивы и понеслась в цель. Попадание было зафиксировано огромным огненным шаром, уничтожившим не только «космонавта», но и саму пожарку. Оба хаммера непрерывными очередями стали поливать площадку. Семен успел подхватить девушку и затащить её в пещеру. Игорь помог герцогу и парням оттащить далеметы от края и увел всех к Семену.

Никто не заметил, как последняя машина объехала полыхавшую пожарку и вплотную подъехала к закрытым воротам.

Глава 7

Глава 7. Бой - окончание

Кривич бросил взгляд на цепочку пацанов, с рюкзаками шагающую за Собиным и

повернулся к старому орку, как он про себя называл всех местных. Несмотря на морщинистое лицо и отсутствие левой руки по локоть, орк жизнерадостно улыбался.

- Значит, ты «Ворчун» и тебя прислал тун Мальтсуррак, чтобы помочь нам с телегами…

- Про телеги не говорили, а повозки есть. Только старые уже. Одна. Но до Эластоуна доедет, не рассыплется, хотя лучше перебрать, но сейчас уже не успеем, да и амулет там чуть живой.

- А скажи, Ворчун, зачем в повозках амулеты?

- А как ты, тун Анатолий, будешь их двигать? Тянуть, что ли? Амулет завел, подтолкнул повозку и она сама едет потихоньку, только рули на поворотах. А вот говорят, уже придумали уже такой амулет, что и на поворотах повозку поворачивать может.

- Знаю, слышал. У нас его кучер называют. Только к нему еще лошадь прилагается. А тогда, ух, как повозка едет! Даже мчится. Но об этом мы потом поговорим, когда все закончится. А сейчас волоки свою повозку. Если не жалко, то две. И тряпки какие есть, почище. Мы на неё раненых положим. Чувствую я, много раненых будет. Так пусть с комфортом до лечебницы доедут. Я думаю, на одной все не поместятся. А ты как думаешь, Ворчун?

- А что тут думать? Сейчас приведу две, а там посмотрим. Тун Мальтсуррак всегда о своих людях беспокоится, за это духи ему вдвойне помогают. Так что ты это правильно придумал, тун Анатолий… А «дубовые» пусть сами своих везут. Столичные повозки с нашими не сравнить…

Ворчун уходит к открытым воротам, а от закрытых к Кривичу бежит раскрасневшаяся Гуля, придерживая на боку тяжелую сумку с красным крестом, впившуюся в девичье плечо.

- Анатолий Алексеевич, я с туном Давиеном договорилась, что мы поможем его раненых погрузить и вывезти за крепость, он опасается, что раненых еще много будет, а у него уже места нет.

- А тун Давиен это…

- Ой, я забыла сказать. Тун Давиен это маг герцога. Вообще-то он маг «дубовой» сотни, но сотней командует герцог, поэтому он маг герцога. Он в основном по медицине специализируется… Я ему помогла, а то он заплюхался с непривычки. А сейчас мне с мальчиками надо, на гору. Стоп, помедленнее, Гульмира, не тарахти! Сумку я взяла, про раненых сказала. Там ничего страшного, в основном, Контузии, травмы от падения и немного раненых стрелами. Легких сразу лечит, а тяжелых замораживает до Магуна. Это город в сутках езды. А тяжелые, это те, кто со стены упал. Уф, всё. Тун Давиен попросил ему помочь тяжелых, в смысле, замороженных, положить на повозки и вывезти из крепости. Теперь точно, всё. Я побежала, Анатолий Алексеевич!

Не дожидаясь ответа, Гуля стартовала к лестнице на стену. Кривич пялился на бежавшую Гулю и краем глаза заметил подходящих с воинственным видом Витюшу и всех шестерых девушек, иронично хмыкает - Переходим к этапу «Райком закрывается, все идут на фронт».

Кричит им, - И куда вы поперлись, мне интересно? Кто вас отпустил с боевого поста?

- Анатолий Алексеевич, не кричите, пожалуйста! – бледный Витюша старается говорить твердо и солидно, - Почему мы должны охранять телеги с барахлом, когда остальные воюют?

- Потому что был такой приказ. Или вы тут новый майдан устроить хотите, чтобы с вами все вопросы согласовывали. Нет уж, обойдетесь!

- Анатолий Алексеевич…

- Я столько лет «Анатолий Алексеевич», сколько вам не прожить! Ладно, на первый раз сделаем так: я не буду рассказывать про устав и воинскую дисциплину, про это Семен Семенович с удовольствием расскажет, после ужина. Я скажу так: вы нарушили приказ, но так как я собирался идти за вами, будем считать, что вы проявили инициативу. Маг «дубовой сотни» попросил погрузить на телеги и вывезти из крепости раненых, так как опасается, что сейчас начнут нести, а у него места йок. Потом, перед воротами надо будет соорудить небольшую баррикаду с целью перекрыть возможные проломы в стене, пока наши будут спускаться с горы. О, а это подносчики патронов идут?

От задних ворот учительница за руку придерживает Принцессу, которую тащит вперед песик, рвущийся с поводка.

- Анатолий Алексеевич, мы им сказали, что на кухне надо помочь, они сами, без разрешения.

- А я вам говорил, чтобы вы телеги охраняли. А они тоже не рыжие, между прочим. Ладно, я ими займусь, а вы идите, занимайтесь полезным делом, и думайте, зачем наверху толпиться всей ораве! А если враги с пулеметов начнут стрелять? Там такая суматоха подымется! Больше затопчете друг друга, если вообще со скалы не уроните.

- Анатолий Алексеевич, да откуда у здешних пулеметы?

В ответ доносится пулеметная стрельба.

- Накаркали? Теперь бегом за телегами и к раненым! Витюша, прикрывай девочек щитами. Может и поможет…

Витюша с девчонками бежит к повозке, стоящей перед закрытыми воротами, на которой маг проводил какие-то манипуляции, не видимые Кривичу.

Кривич поворачивается к подошедшей учительнице и кланяется в пояс, - Надо же, спасители пришли! А нас без вас совсем победили! Ирина Сергеевна, вы же взрослый человек, вы то куда прете, извините за хамство? Тут стреляют и даже убивают. Ладно, я подрастающее поколение отправил за ранеными ухаживать, а вас куда, с девочкой отправить?

- Туда же, Анатолий Алексеевич, "за ранеными ухаживать". Между прочим, в войну эти женщины и занимаются.

- Слышите, стреляют? По звуку это крупнокалиберный пулемет, его пуля разрывает человека на куски. Зачем вам обеим на такое смотреть?

- Может, меня спросите? Игорь Вадимович считает меня взрослой, я тоже могу бинтовать. Если хотите знать, я Тоби лапку бинтовала, когда он стеклом порезался. Меня потом ветеринар похвалил, что я крови не боюсь.

Поскрипывая, подъезжает пара повозок, которые Ворчун сзади контролирует поднятым рычагом. По размерам повозки соответствовали земным тракторным тележкам. С первого взгляда видно, что эти телеги старше большинства школьников. Видя, как Кривич морщится, Ворчун виновато разводит руки, - Я предупреждал. Но все-равно, других нет. Ваше счастье, что они из Магуна два дня назад продовольствие привезли, а то бы и этого не было.

- Я всё понял, Ворчун. Боюсь только, что не доедут они до Магуна. Ну, да ладно! Бог не выдаст, никто не съест! Сейчас в одну закидаем наши рюкзаки и ты их вывезешь из крепости. А эта принцесса тебе покажет, куда всё сложить. Сможешь один вещи переложить?

- Я тетиву на лук быстрее иных с двумя руками натягиваю…

- Вот и отлично! Принцесса! Сейчас поедешь с дядей Ворчуном, покажешь, где наши стоят. Когда он выгрузит, вместе с ним подъедете к лазарету и там получишь новые указания. Понятно?

- Так точно, Анатолий Алексеевич!

- Вот и молодцы! Пойдемте, Ирина Сергеевна, пока молодежь без нас еще одну революцию не устроили.

Ворчун загружает рюкзаки, кладет сзади велосипед, спереди сажает Принцессу с собакой и шевелит амулет, светящийся в поднятым рычаге. Повозка разворачивается и тащится к закрытым воротам.

Кривич вручную толкает вторую повозку к импровизированной лечебнице, где молодняк обступил повозку мага и перекрыл движение. На ходу возмущается, - Ну и молодежь! Чем только не займутся, чтобы не работать!

Позади перегородивших путь стоит высокая крупная девушка с фигурой «я стройная, это у меня просто кость широкая». Девушка вполглаза смотрела за происходившим, а вполглаза контролировала окрестности. Она либо услышала скрип повозки либо просто заметила движение, повернулась к подходившим и виновато развела руки, - Девочки, как увидели, что маг лечит, про всё забыли и кинулись наблюдать…

- А тебя бдить оставили, - утвердительно кивнул Кривич.

- Нет, это я сама. Мало ли что. Тем более вокруг одни подозрительные рожи, к тому же зеленые.

- Как тебя зовут, красавица. Я попрошу Семена Семеновича, чтобы он тебя назначил старшей над остальными. Чтобы научила остальных правильно себя вести.

- Таня Лопатина.

- Это правильно, Танечка у нас ответственная, - вполголоса говорит учительница, помогаяКривичу объехать школьников, - Вы, наверно, не знаете, но у нас практически все дети из неполных и неблагополучных семей. У Тани, например, одна мать, да еще и пьющая. Работает в какой-то, извините, шараге уборщицей. Вот и пришлось ей рано повзрослеть, себя воспитывать и мать контролировать. Ой, что это он делает, - учительница едва сдержалась, чтобы не показать пальцем на тун Давиена.

Маг на лекарской повозке, пусть и без красного креста, кивнул и двое уже перебинтованных раненых посадили на откидную доску повозки своего товарища, сняли с него доспехи и верхнюю одежду и маг начал вытаскивать осколки из груди какими-то щипчиками. Затем взял жезл с красным и зеленым камнями на краях, прижег красным камнем раны, смазал каким-то дегтем и начал прикладывать зеленый камень.

Раненый сжимал кулаки от боли, но сдерживался, не кричал. Маг убрал жезл и кивнул добровольным помощникам, чтобы одевали оперированного. Кривич подошел к магу, - Тун Давиен! К Вам подходила наша лекарка, она сказала, что нужна наша помощь.

Маг взял термос, налил горячий настой в кружку, бросил недовольный взгляд на окружавших школьников, - Да, туна Гульмира, сказала, что герцог Тритап опасается прорыва через стену и велел вывезти раненых за крепость. приказ получен, он не противоречит Положению об оказании лечебной помощи в Дубовой Роще. Тяжелых, кто не может ходить, шестеро. Они за повозкой на щитах лежат. Я распорядился, чтобы им плащи подстелили. Все одно, помягче будет лежать.

Кривич оборачивается, - Витюша, подгоняй телегу, будем тяжелых грузить! Таня! Лопатина! Организуй девчонок, чтобы спальные места сделали!

Витюша останавливает повозку рядом с раненым «дубовым», у которого вся повязка по животу покрыта грязно-зелеными пятнами. Три девчонки стелят на телегу ворсом кверху длинный меховой плащ. Витюша берет раненого за ноги, Кривич за руки, поднимают, Таня вытаскивает большой щит, на котором тот лежал после операции. Кривич с парнем осторожно переносят раненого на плащ, солдат даже не пришел в себя, пока его тревожили.

Со вторым дело прошло еще быстрее, хотя его пришлось поддерживать, у него была перевязана голова, видимо, осколок попал туда и, при падении, зеленокожий еще и ударился. Татьяна только успевала складывать ненужные щиты в стопку у повозки мага. Последнего солдата, лежавшего неподвижно с побелевшим лицом, маг вообще не дал трогать, - У него рана в горле, он не может дышать, я его заморозил. Если будете трогать, можете что-нибудь повредить.

Кривич машет Витюше, - Гони, дорогой! Только осторожно! – внимательно разглядывает пострадавшего, - Похоже, осколок, повредил гортань, - обращается к магу, - Я не знаю, насколько отличается строение ваших солдат от нас, но на нашей планете в таких случаях делают отверстие и вставляют трубочку примерно вот сюда, и тогда ему будет поступать воздух.

Маг заинтересованно рассматривает рану, обдумывает, решительно кивает, - Так и сделаем. Я и не надеялся, что он выживет, просто не хотел прогневить духов, преждевременно прекращая его жизнь.

Обращается к легкораненым, отдыхающим на таких же щитах, - Ты и ты! Положите Тровиля на кушетку.

Допивает настой, ставит кружку на место, - Действительно сильный напиток, правду сказала туна Гульмира. А после употребления насколько плохо будет и как долго?

Кривич усмехается, - Ну, если не пить литрами... я хотел сказать больше трех таких кружек за день, то ничего такого не будет. О, а вот и свободная касса нарисовалась!

Маг удивленно смотрит на Кривича, который показывает подъезжающему Ворчуну, где остановиться. Кривич вспоминает, поворачивается к магу, - Тун Давиен, погибших будем вывозить?

- А зачем, тун Анатолий? После боя их похоронят за крепостной стеной, а пока пусть тут лежат. Положением не оговорен порядок похорон. Они ведь не мешаются?

- Нет, конечно. Просто у нас такие элитные, ну, лучшие сотни, всегда увозят с собой всех раненых и погибших. Раненых лечат в своей лечебнице, а погибших хоронят в одном месте, там памятник ставят, где перечисляют все, кто погиб, потом в этом месте присягу принимают, да много чего. А вас разве не так? По-другому отдают последние почести погибшим за свою страну?

- Нет, не так. Духи, которых воины почитали при жизни, будут заботиться об их посмертии. А раз так, то какая разница, где они буду захоронены? Но раз Вы так решили, то пусть их перевезут за стену, а потом тар Тритап решит, как их хоронить будут.

- Можете объяснить, тун Давиен, почему столько раненых? Я, в своем невежестве, всегда считал, что магические щиты у солдат спасут их от всех поражающих факторов...

- Откуда вы это чуши набрались, тун Анатолий? Стандартные щиты с амулетами должны защитить от непрерывного огневого воздействия в течении тысячи ударов сердца, либо от дальнобойного воздействия далеметов полторы тысячи ударов сердца, либо от стрельбы из лука не меньше пяти тысяч ударов сердца. Но никак не от двойного воздействия вашего оружия и ударов воздуха в течении двух тысяч ударов сердца. Всё, не отвлекайте!

Пока маг-лекарь аккуратно делал еще одну дырку в замороженном теле, Кривич с Ворчуном погрузили трупы на повозку, Кривич передал Принцессу с собачкой в руки мамочки и Ворчун отправился в обратный путь.

- Тун Давиен. Может быть, вам отодвинуть свою повозку подальше от стены, чтобы осколки не долетали?

- Тун Анатолий, по Положению, повозка мага должна находиться не дальше, чем в ста шагах от позиции далеметов.

- Тогда такой вопрос, тун Давиен. А в этом Положении есть нормы погибших на количество воинов сотни? Или расстояние важнее?

Спор прервали яростные вопли со стены: Человек в скафандре, возвышаясь над стеной, заливает пространство перед собой из огнемета. Одинаково горят и люди и далеметы. Неторопливо человек пустил струю в надвратную башню, оттуда в небо начал подниматься широкий столб черного дыма.

- Тун Давиен, откатывайте повозку на возможно разрешенное расстояние! Бойцы, ставьте здесь "стену щитов". Девчонки, заряжайте арбалеты, будете стрелять залпами! Таня! Лопатина! Командуй! Старайтесь попасть по ногами, тело и голову, скорее всего не пробить. Начали!

Все забегали, Кривич поймал Принцессу и подвел к учительнице, - Ирина Сергеевна, Принцесса! Очень ваш прошу: сейчас доктор остановит свой тарантас, так вы под него заберитесь и идите там до новой команды. Видите, что происходит? Не дай Бог, до рукопашки дойдет, вас просто затопчут, причем свои. Понятно? Сделаете? Вот и молодцы!

Тем временем огнеметчик спустился на стену, дал короткую струю влево, затем вправо, увидел слишком медленно отъезжающую повозку мага и выдал длинную струю в сторону бойцов со щитами.

Подбежавший Витюша с арбалетом в одной руке, во второй передал Кривичу рюкзак, - Пусть у вас побудет, там у меня два каменных томагавка и три бутылки с местным напалмом. А я стрелять!

- Подожди. Что за томагавки?

- Да делать нечего было, вот я и сбацал парочку… Ой, куда это она?

Собака девочки испугалась огня и выскочила на свободное пространство, потащив за собой на поводке девочку. Огнеметчик повел струю к мечущейся в панике собаке. Витюша бросил на обугленную в углах повозку арбалет и бросился за Принцессой. Едва успел схватить её и подтянуть собаку, как огненная струя накрыла их. Отчаянно завопила учительница.

Взрыв. Огнеметчика разорвало. Кривич бросился к Витюше: парень лежал на брусчатке, под ним была Принцесса, с выставлявшейся косичкой, и, видимо, собака. Кривич пытается поднять Витюшу, потерявшего сознание, смотрит на обуглившиеся ноги, кричит, - Таня! Двух бойцов ко мне, остальных на стену, пусть раненых и обожженных к лекарю приносят. Да быстрее давай!

Двое "дубовых" осторожно и медленно приподняли Витюшу и понесли, остальные припустили на стену. Кривич осмотрел девочку, прижавшую собаку к себе и поднял обеих, - Принцесса, отпусти собаку, пока не задушила, ей и так досталось.

Девочка открыла глаз, второй, глянула на собаку и поставила её на поверхность, - Видишь, что ты натворила! Больше не убегай!

Прибежала зареванная мать, затискала и зацеловала девочку. Кривич подошел к магу, уже срезавшему лохмотья с камуфляжа Витюши и накладывающего на ноги мазь неприличного цвета детской неожиданности, - Как он?

- Выживет. А с ногами не знаю. Я сделаю, что положено, затем помещу его в холодный сон. Если духи помогут и он доживет до столица, то конклав излечит.

- Спасибо тебе, тун Давиен. И учти, сейчас к тебе еще обожженных принесут, со стены, рассчитывай, чтобы мази на всех хватило.

Кривич успел заметить недоуменный взгляд мага и пошел к девочкам, так и стоявшим в два ряда с арбалетами, - А вы молодцы, девчонки, четко все команды выполняли.

- Анатолий Алексеевич, а что с Витюшей? Он жить будет?

- Будет, спасибо магу. Виктор получил серьезные ожоги на ногах. Как я понял, лекарь то ли усыпит Витюшу, то ли заморозит. А в столице его самые могучие маги лечить будут. Как-никак, мы их мир спасаем.

- Чтобы он провалился, этот мир! За что нам это!

- Ниночка, отставить истерику. Вот бой закончится, тогда и порефлексуете, сколько влезет. Хоть весь вечер.

Скрип, режущий по ушам. Девчонки пытаются заткнуть уши руками с арбалетами, Кривич смотрит, как ворота начинают отъезжать, в расширяющуюся щель протискивается плоская металлическая полоса, которая разделяется на две расходящиеся пластины и отодвигает ворота от косяка.

- Только этого нам и не хватало! Таня, отводи девчонок сюда! Когда в щели появятся зверские рожи - стреляйте, как и раньше в два залпа. Я за бойцами, пусть опять щитами прикроют.

- Тун Анатолий, не надо парней отвлекать. Со щитами и мы сможем постоять.

Кривич оборачивается - Ворчун привел с десяток таких ветеранов-инвалидов без ноги- руки, но половина с луками, а остальные с копьями, - Спасибо, деды, за мной не заржавеет. Встает в линию, закрываем девчонок. По возможности, поддерживаем их стрельбой из лука. А я попробую остановить этого железного буйвола, пока он ворота не снес.

Кривич берет арбалет Витюши, целится в сторону ворот, перевешивает другую руку мешок парня и идет к воротами приставным шагом. Дедок на протезе берет из стопки щит и пихает им Ворчуна, - Ворчун, а Ворчун!

- Чего тебе, Заморыш?

- А чего это иномирный тун сказал про ржавчину?

- А то, что если кабареки через ворота не прорвутся, то он тебе железный протез на ногу поставит, который и скрипеть не будет и не заржавеет.

- О как! А остальным что?

- А остальным тоже поменяет, у кого что износилось. Мне язык пообещал поменять. Говорит, что-то ты, Ворчун, еле языком шевелишь, ничего не слышно. Вот закончится бой, повезут нас к Светлому Тану, и попрошу я его, чтобы маги старикам в крепости заменили дерево на сталь. Он мне так и сказал "Ворчун, такие как ты будут моим последним резервом, если уже и вас побьют, то нам полный касамет. Ладно, плесень зеленая, приготовились! Сейчас кабереки полезут!

***

Кривич шел прямо к торчащей пластине и прикидывал, - Видимо, какая-то саперная техника, что-то наподобие нашего саперного танка. Тогда у него спереди и по бокам броня, а уязвимое место где? Блин, забыл. Но если вспомнить фильмы про войну, то там всегда кидали бутылки за башню, ибо там находился воздухозаборник. Ладно, попытка не пытка и не выговор с занесением...

В щели появляется радостная физиономия местного степняка, Кривич помогает ему открыть третий глаз с помощью арбалетного болта, и степняк с мудрым видом исчезает из видимости насыщаться космической мудростью.

Кривич перекидывает пустой арбалет за спину, нащупывает и достает грубо сработанные томагавки. Один за пояс, второй в руку и примеряется к броску. В проеме появляется новая парочка. Один от усталости опускается на землю с томагавком в шее (немного ниже ушло, все-таки первый бросок за много лет), второй вытаскивает саблю и шагает вперед, концентрируя внимание на втором топоре.

- Тун Анатолий, в сторону! - от вопля Лопатиной степняк вздрогнул, а Кривич на автомате сделал шаг в сторону.

И второй степняк устал от тяжести двух стрел в груди и лег отдохнуть в паре шагов от первого. Кривич отошел еще в сторону, достал из рюкзака пару поллитровых пластиковых бутылок с тягучей и тяжелой жидкостью, из закрученных пробок которых торчали фитили. Подумал и достал третью. Подошел к воротам, натужно, со скрипом, отодвигающимся по миллиметру, достал зажигалку.

Дождался, пока очередных смельчаков не успокоил арбалетно-луковый обстрел, махнул своим рукой, чтобы не стреляли, выскочил в проем, поджег фитиль бросил, поджег, бросил, поджег, бросил. Достал убранный топор, посмотрел на военный трактор. Ничего. Виновато развел руками, ушел обратно.

Услышал радостный крик, вернулся посмотреть обратно. Из-за башни, откуда торчали разошедшиеся углом блестящие пластины, валил черный дым. Откинулся люк, высунулся человек в танковом комбинезоне с белым европейским лицом, закашлялся, спрыгнул к Кривичу, достал пистолет из кобуры и прицелился. Но ежики стрелять не умеют. Поэтому он, весь в стрелах. упал вместе с пистолетом.

Кривич нагнулся, чтобы оттащить труп с кобурой и пистолетом, как услышал многоголосое рычание. Удивленно поднялся: из глубины крепости к нему неслась лава солдат в голубой форме с пятнами и пиками наперерез. А рычали под ними гепарды в ошейниках с длинными шипами. Может, и не гепарды, но кто-то из крупных кошачьих. Очень крупных кошачьих.

- А вот и кавалерия! Но, ребята, ствол я вам не отдам. Знаете, как тяжело в деревне без нагана... - бухтел Кривич, оттаскивая труп с направления стрельбы и не замечая, как в люке появляется второй танкист, уже негритянской наружности и , беззвучно крича, стреляет из пистолета в Кривича, пока не получает в лицо тройку арбалетных болтов.

***

Гуля вышла из пещеры с озабоченным лицом.

- Ну, как они? – Собин нервно переминается, почему-то с крепко сжатой саперной лопаткой.

- Не знаю, Игорь Вадимович. Дыхание ровное, состояние стабильное, а что и как он делал, не понимаю. Но раз Лоуен сказал, что все будет хорошо, значит, так и будет. По-другому лучше и не думать.

- Тун Игорь, взгляните туда! – один из «дубовых» указывает на ворота крепости, где видно столб черного дыма.

- Это Толян отличился, скорее всего. Его хлебом не корми, дай что-нибудь уничтожить…

Со стороны тропы, где делали завал, взлетает сигнальная ракета.

- А там-то что? Блин! Прорыв диверсионной группы.

- Трое с щитами, туда, прикрывайте арбалетчиков, а вы не давайте им подняться! И всем, не высовываться! – среагировал Семен.

Поняв, что их обнаружили, кабареки с криком побежали вверх по тропе. Первым на площадку выскочил здоровяк с лицом цвета песка с детской неожиданностью, в жилетке, обвешанной металлическими квадратиками.

Размахивая дубиной с торчащими осколками камней, здоровяк кинулся к троице, сомкнувшей щиты перед арбалетчиками. Его не затормозил даже слитный выстрел всех трех арбалетом. С мощным замахом здоровяк ударил по крайнему щиту. Паренек отлетел вместе со щитом и не смог встать. Здоровяк шагнул к нему и замахнулся своей дубиной.

- Да что же это такое! Так вы всех перекалечите! – Собин завелся в доли секунды и побежал навстречу здоровяку с тем, что было в руке. Здоровяк увидел занесенную саперную лопатку и захохотал над её размерами. И не прекращал хохотать, даже когда Собин, с рычанием врезал лопаткой в переносицу.

***

- Игорь Вадимович, остановитесь... Игорь Вадимович, уже всё... - повторял кто-то автоматически.

Собин пришел в себя, с удивлением оглядел свой камуфляж, залитый зеленой кровью, лопатку с налипшими кусками мяса и мозгов, три изрубленных трупа, осмотрелся. Вокруг него молча стоят ошарашенные кабареки, с опущенными копьями и луками. Их желтоватые лица стали коричневого цвета. Позади такие же ошарашенные парни Семена. И даже герцога напрочь покинула его невозмутимость. Только Мальтсуррак с усмешкой смотрит на Собина.

Собин встряхивает с лопатки налипшие куски и зеленую сукровицу, поворачивается к степнякам, - Вот такой вот баланс получился за девять месяцев. Меня кто-то понимает?

Единственный воин в металлическом нагруднике, изрисованном геометрическими узорами, видимо, вождь, кивает.

- Тогда слушайте! Если хотите жить, сдавайтесь. То есть, признавайте себя нашими пленниками. Кто откажется, будет выглядеть также, - и показывает на трупы.

Вождь пытается смотреть в глаза Собину, - Если признаем, что с нами будет?

- Ну, принесете мне клятву, что будете служить десять лет, - Собин показывает вождю две руки с растопыренными пальцами, - Я, в ответ, готов поклясться, что буду уважать вашу честь.

Вождь мотает головой, - Две руки лет, это много, так не делают. Одна рука мы твои пленники и пятая часть добычи нам.

Сзади к Собину неслышно подходит Мальтсуррак, - Тун, они пытаются забить твои уши своей бессовестной ложью. Это бедное племя, они даже выкуп собрать не могут. Таких берут в рабство бессрочно.

- Выкуп какой за пленников полагается?

- Десять баранов. Можно меньше, но, хотя бы, пять. Меньше это уже неуважение.

Собин ухмыляется, - Сейчас увидишь, что такое "бизнес по-русски". Вождь, как тебя зовут?

- Тенгиз-хоган.

- А ты называй меня тун Игорь. Мое последнее слово. У тебя три возможности. Ты можешь признать себя пленником на три руки лет. Ты можешь признать себя пленников, пока не выплатишь выкуп за себя и своих воинов по десять баранов. И ты можешь не признавать себя пленником, а погибнуть, как воин, с оружием в руках. Только тогда твой род исчезнет с лица степи. Так что ты выберешь, Тенгиз-хоган?

- Ты же говорил, две руки лет?

- Это было до того, как ты стал торговаться. И сразу скажу, брать за твоих воинов меньше десяти баранов, это уменьшить их отвагу и смелость. Я на это не могу пойти!

- Хорошо, тун Игорь. Я, Тенгиз-хоган, вождь кабареков рода степного волка, клянусь, что буду твоим пленником, пока не отдам за своих воинов по десять баранов. Я, Тенгиз-хоган, клянусь за себя и своих воинов, что буду выполнять все твои приказания, которые не нарушат нашу честь.

- Пусть поклянутся родовым камнем...

- Спасибо, тун Мальтсуррак. Пусть все твои воины вместе с тобой поклянутся родовым камнем.

Тенгиз-хоган взялся левой рукой за кожаный мешочек на шее, - Клянусь!

Его воины повторили это действие. Мальтсуррак одобрительно кивает.

Собин неожиданно спрашивает, - Ты был раньше пленником, Тенгиз-хоган?

- Дашин-темон! Откуда ты знаешь?

- Там, откуда мы прибыли, тоже есть степь, в которой рассказывают легенды про величайшего воина. Этот воин в молодости был пленником, бежал из плена, убив своих охранников, создал свой род, подчинил себе всю степь и захватил всю Ойкумену, так тогда называли заселенный мир. И звали этого воина Чингиз-хан.

Кабареки возбужденно переговариваются, Собин снисходительно смотрит на удивленного Тенгиза, подходит Мальтсуррак, - Тун Игорь, Тритап эйк Вииллсвин Бесарде хочет поговорить с тобой.

- Ну, пошли, пусть пленники придут в себя.

Герцог встретил Собина смущенным, Игорю даже показалось, что заискивающим, - Тун Игорь, Дельфины ушли за крепость добивать степняков и собирать трофеи.

- И с вами они делиться не собираются?

- Ну, они поделятся, но только тем, чем соизволят.

- А люди они важные, аппетит у них большой, на многое вы можете не рассчитывать. Это понятно. Что Вы предлагаете, Ваша милость?

- Отправьте своих людей вместе с людьми туна Мальтсуррака. У меня в сотне большие потери, мне некого послать.

- Как поделим трофеи?

- Половина ваша, половина "дубовой" сотне.

- Нет, Ваша милость. Делить будем по-другому: по четыре доли мне и вашей сотне, и две доли туну Мальтсурраку. И вы получите больше, чем хотели. Кроме того, вся техника достается нашему отряду вне учета долей, мы повезем весь этот металлолом Светлому Тану. Согласны?

- Хорошо, тун Игорь, Вы вели себя, как благородный человек, я поверю вам!

- Тогда мне нужны два ваших "дубовых" и тун Мальтсуррак.

Герцог кивает и оба "дубовых" подходят к Собину, Собин ведет их и Мальтсуррака к пленному вождю, - Тенгиз-хоган, первое задание. Тебе и половине твоих воинов нужно повязать на руки белые повязки, чтобы отличаться от остальных кабареков и идти с туном Мальтсурраком и этими воинами собирать трофеи. Особенности по пути расскажет тун Мальтсуррак. А вторая половина поможет нам отнести наших раненых вниз.

Глава 8

Глава 8. Вечер рассказов

Семен, Чингизхан с пареньком лет четырнадцати, уже опоясанным саблей, и Кривич, левой рукой опирающийся на грубо обрезанную палку, стоят у входа в армейскую палатку. Паренек восхищенно смотрит на горящий внутри палатки свет, видит каменное лицо Чингизханс и сам делает лицо кирпичом.

Семен стучит кулаком по входу в палатку, -Тук-тук-тук! К вам можно?

- Чего задаешь глупые вопросы? Заходи, конечно! Или ты думаешь, что мы тут голые?

- Игорь Вадимович, что Вы такое говорите? А если они и в самом деле подумают?

- Не переживай так, Гуля! Мальчики просто шутят. Чего у входа толпитесь? Заходите быстрее, пока комары не налетели!

Семен поднимает молнию входа до упора, заходит и помогает войти Кривичу. За ними входит Чингизхан и паренек, паренек задерживается и увлеченно двигает молнию вверх-вниз.

Входит и пробирается внутри двухместной палатке, стараясь не задеть стол, собранный на уровне колена, уставленный полторашками с розоватым и зеленоватым напитками, алюминиевыми кружками и пустыми тарелками, но когда проходит мимо кипящего чайника, от которого идут провода к ярко светящему светильнику, застывает в изумлении. Чингизхан толкает его в плечо и представляет Собину, - Это мой сын, Батум, почтенный Дашин-темон. К сожалению, он видел мало диковин, поэтому так пялится на ваш свет.

- Это не страшно, Тенгиз-хоган. Если бы мне не было жалко молодого джигита, то я разрешил бы ему даже потрогать этот волшебный свет.

- Правда, почтенный Дашин-темон? Я могу его потрогать? А на каком виде магии он работает? Наверно, водяном.

- Нет, Батум. Этот светильник из моего мира, он работает на благословении бога Электро. К сожалению, наш жрец пострадал в бою и теперь никто не может сказать, как долго у нас будет свет. Но об этом, как и о многом другом мы поговорим позже, после окончания совещания. А пока садись с отцом в тот угол. Гуля, принеси, пожалуйста, еще одну кружку!

- Хорошо, Игорь Вадимович.

- И про шашлыки узнай!

Гуля прикрывает лицо концом банданы от Батума и в таком виде выходит из палатки. Собин делает вид, что не заметил странности Гули и достает сложенный листок, - Давайте подобьем бабки, что имеем на сегодняшний час. Баранов у нас пасется стадо в четыре сотни голов, почти в четыре, без дюжины. Лошадей восемь сотен голов. Из несъедобного, но полезного: под сотню копий, две сотни луков в более-менее исправном состоянии, Тенгиз-хоган пообещал за неделю, которая седмица, привести всё в порядок. Стрел собрали девять сотен пучков, в пучке около сотни стрел, это чтобы всем было понятно. Ну, и седел, что-то там тринадцать или четырнадцать сотен, точно еще не пересчитывали. Семен, как тебе здешнее вооружение?

- В седлах и конях я не разбираюсь, Артем луки посмотрел, он у нас спец по такому оружию. Говорит, сносные луки, хотя, конечно, композитные лучше. Но для этого Витюша опять нужон. Копья здесь, как наши дротики, каре с ними не поставить, да и наконечники на стрелах, по уму, надо менять. Хотя бы на кованные. Так что пока парни в темпе режут болты для арбалетов.

- С вооружением понятно. Теперь денежные средства. Сто двадцать золотых монет, Восемьсот тридцать четыре серебряных и полтора пуда медных. С баранами всё понятно: когда их перегоняли через крепость, Дельфины всех посчитали. К счастью, их устроил денежный эквивалент, предложенный туном Мальтсурраком по маркитантскому курсу - три серебрушки за пять баранов. С ними мы делимся фифти-фифти, пополам на пополам, если кто не понял. Таким образом, мы им должны за баранов сто двадцать серебрушек или десять золотых. Господа иномирцы! Земляне я хотел сказать. Здесь считают дюжинами, поэтому в золотом двенадцать серебрушек, а в серебряном двадцать четыре медяка. С лошадьми у нас бартер: мы не считаем лошадей, которых поймали Дельфины, они не считают наших. Но за это кабареки Тенгиз-хогана освежевали для их барсиков сотню лошадей. Хорошо, что уже убитых. А что со шкурами?

- Я пообещал, тун Игорь, и женщины рода степного волка обработают все полученные шкуры и передадут тому человеку, на которого укажет тун. И отдельная благодарность, что позволил передать в род приготовленное мясо. Теперь женщины спокойно переживут холодную зиму.

- А ты думал, я просто так с Дельфинами о заготовке мяса договаривался? Так, эту тему проехали. Что еще? Надо решить, что мы предложим герцогу и Мальтсурраку. Но командир крепости будем рад любому варианту, по-моему. Он вообще не рассчитывал, что его людям что-то перепадет. Но это крысятничеством отдает, так что мы по честному поделимся. Теперь опять о баранах. Предлагаю предложить такой вариант: пока есть деньги, предложим герцогу выкупить их долю баранов, по схеме с Дельфинами. Если откажутся. предложим за десятую долю довести их часть до ближайшей ярмарки. А вот уже эту прибыль можем поделить на всех. Надо только решить как: одинаково каждому или командирам побольше, рядовым поменьше, а пленникам еще поменьше. Есть мысли? Семен?

- Я бы предложил Игорю и Анатолию по четыре доли, как командирам отряда. Мне, как военному руководителю и Ирине Сергеевне, как научному руководителю по три доле. Паше и остальным взводным по две доли, рядовым по одной. Принцессе и кабарекам по половине.

- Не согласен! Предлагаю Семену и учительнице тоже по четыре. Мы здесь в одинаковом положении.

- Анатолий, не нервничай, тебе пока вредно. Мы, кстати, и про Витюшу забыли. А ведь он у нас такой умный один. А раненые? А погибшие? Предлагаю: все руководство отряда отнести к офицерам и выплатить по четыре доли, Пашу и взводных к унтер-офицерам с двумя долями, все остальные войдут в категорию "рядовые", им по одной. Пленникам и гражданским по половине. Но в начале отделяем десятину на текущие расходы и десятину в медицинский фонд - для раненых, приобретение лекарств и тому подобное. Анатолий, сможешь составить штатное расписание? Ты же сотню подобных подписал.

- Опять вся бюрократия на мне! Ладно, сделаю. Но только потом не жалуйся!

- Куда же я денусь! Обязательно буду стонать и жаловаться.

Входит Гуля с прикрытым лицом, ставит перед Батумом кружку, подходит к Собину, - Шашлык будет готов через десять минут, сюда подходят герцог с магами и тун Мальтсуррак. Мне уйти, Игорь Вадимович?

- Как же мы без тебя, Гулена? Тем более, маги придут, о лечении будем говорить. Садись, куда хочешь, ты в любом месте будешь украшением палатки.

Гуля садится рядом с Собиным, расправляя свой камуфляж. Застегнутый полог задергался. Собин придержал за руку приподнявшуюся Гулю, Батум дернулся, но Чингизхан зашипел и Батум остался сидеть. Семен, сидевший ближе всех к выходу, встал и распахнул полог.

Лоуен, пытавшийся прощупать вход магическим взглядом, смутился, - Я забыл, что вы не применяете магию, - и встал слева. Вошел герцог, с интересом оглядел палатку, - Вот так у вас живут в походе? Оригинально, - и уселся напротив Собина на импровизированную тахту из кожаных седел, накрытых брезентом запасной палатки.

Кривич приветливо улыбнулся, - У нас очень разнообразный мир. Так у нас люди степи в походе живут. А мы, люди леса, у своих соседей берем самое лучшее.

Батум не удержался и горделиво задрал подбородок. Герцог заметил и усмехнулся, - Видимо, без возврата берете.

- Это уже как получается, - не остался в долгу Кривич.

Незаметно по бокам герцога приземлились оба мага и Мальтсуррак. Собин, привлекая к себе внимание, нарочито громко налил в кружку розоватого напитка, - Угощайтесь, товарищи офицеры, эти напитки тун Лоуен проверял, не отравлено, - и выпивает.

- Этот, розоватый, придает силы, а зеленоватый, с мятой, успокаивает и расслабляет, - прокомментировала Гуля.

Все оживились, стали наливать. Герцог посмотрел на Собина с прищуром через поднятую кружку, - А "товарищи офицеры", это кто?

- А так у нас называют командиров различных званий и рангов, когда они встречаются в неслужебное время. У вас что, такого нет?

Герцог мотает головой.

- И у вас после службы не выпивают, не поют песни, не обсуждают баб, извини, Гуля, девушек и охоту? Ох, и скучно же вы живете! Ваша Милость, известно, что будет с нами?

- Светлый Тан ждет вас в своем дворце, но вместе с техникой, которую доставят Дельфины. А это случится дней через пять, может даже и семь.

- Понятно, время у нас есть, давайте поговорим о трофеях.

- На такую тему я всегда во внимании, тун Игорь.

- Надеюсь, мы не будем делить седла без лошадей и собранное оружие кабареков?

- Благородные люди не опустятся до таких мелочей.

- Мы так и подумали. Теперь о крупном. Тун Лоуен помог туну Кривичу сделать магический список и поставить магическую печать на мешок с деньгами...

- Я взял руну "Каш", напитал ею кусок кожи и всё получилось, как в учебнике!

- Подтверждаю. Голограмма в формате три Дэ получилась. Простенько и наглядно.

- Можно было руну "Бак" взять.

- Она меньше держится!

- А зачем долго? Получили мешок с деньгами, передали, подтвердили и можно идти наслаждаться магическим напитком туны Гульмиры.

- Если можно сделать хорошо, зачем делать проще?

- Господа маги! Давайте вы попозже поспорите? Сейчас вопрос: что делать с трофейными баранами и лошадьми? Если продавать, то где? Ваша Милость, Вы уже решили?

- Да, тун Игорь. Через три дня начнется ярмарка между Магуном и Дасуном. Это крупная ярмарка. Там мы сможем продать любое количество лошадей и баранов. А если учесть, что мы будем рассказывать о битве на "Кровавом поле", нам еще и доплатят. А дальше, налегке мы доберемся от Магуна до Эластоуна не позднее, чем за сутки.

- Из вас получился бы отличный купец, Ваша Милость! Извините, если это обидные слова для светлого тара.

- Какая обида, тун Игорь? Я содержу "дубовых" на свои средства, поэтому приходится помнить про все эти ярмарки. А у вас разве не так?

- Когда-то было так. Но такой способ приводит к разному состоянию в полках, ведь всё зависит от воли командира. Поэтому было решено, что все, от земледельцев до таров, платят налоги в казну, а из оплачивают все нужды, в том числе и армию.

- Очень интересное решение.

- Еще маленький вопросик, Ваша Милость. Если мои люди займутся доставкой животных до ярмарки, им надо будет заплатить вознаграждение за труды. Я думаю, одна десятина от продажи устроит всех.

- Да, устроит, но только от разницы между маркитантской ценой и ценой на ярмарке.

- Вы умеете убеждать, Ваша Милость. Вы уже решили с Дельфинами, кто займется отправкой трофейной техники в столицу?

- Дельфины решили сами притащить эти железные повозки. Тун Семен показал, как ими управлять и они решили, что дотащат их сами. Путь у них займет седмицу, поэтому с ярмаркой можно будет не спешить.

- Семен?

-Да, Игорь Вадимович, Его Милость попросил меня осмотреть технику на предмет управления.

- И?

- Да что "И"! Там какая-то хитрая схема с кристаллами стояла, видимо, против извлечения. Так что весь транспорт теперь только на нейтралке может ехать и на остановке ручник включать. Но без нас Дельфины ничего объяснить не смогут. А объяснять мы будет только при Его Милости. Да, весь огнестрел разрядил в присутствии понятых. Но пришлось показать, как заряжать и разряжать.

- Но весь "огнес-трел" сложен в мешки и тоже запечатан магической печатью.

- Руной "Каш", конечно.

- Ваша Милость, а почему этих, на тиграх, называют Дельфинами? У нас дельфины водятся в море, в воде, но никак не скачут на больших кошках.

- Вначале, тун Семен, Дельфины действительно работали в воде и вместо «больших кошек» им помогали дельфины. Но, однажды, больше четырех десятков лет назад, светлый тар эйк Облиссион Пардье посмел заявить о притязании на трон тогдашнего Светлого Тана, имени которого, я, к сожалению не помню...

- И притязания были, конечно, беспочвенные.

- Абсолютно, тун Игорь. А как могло быть иначе? По прошествии времени это особенно ясно. Так вот, все отказались захватывать Гнездо Коршуна, родовой замок светлого тара, ибо замок стоял, хоть на невысоком холме, но стены были высокие, гарнизон многочисленный, а все маги умелые и преданные своему тару. Поэтому, по тогдашним военным наставлениям Гнездо Коршуна считалось неприступным. И только командир Дельфинов сказал, что захватит замок за неделю, иначе добровольно отправится на каменоломни...

- Извините, Ваша Милость. А что командир Дельфинов попросил в награду?

- Ничего страшного, тун Семен, я как раз перехожу к этой части моего рассказа. Командир Дельфинов попросил тысячу золотых и разрешение использовать запретную магию при создании животных для Дельфинов. И Светлый Тан согласился, и отправился к Первородным Духам, и уговорил их, и вышли от Духов к Светлому Тану два диких кота и две диких кошки. А в зубах они держали ветки с дерева турук, что является запрещенным для всех, живущих под здешним солнцем. И передал все Светлый Тан тару Пардье, и кормил тар котов этими ветками две седмицы. И выросли коты в трое против обычного роста. И стали неудержимыми. И с тех пор каждый командир Дельфинов отдает котенка свободному "дельфину" и растут они вместе, и становятся одним целым, и умирают в один день. А напиток и в самом деле бодрит. Туна Гульмира, можете мне сделать пару кувшинов этого напитка? Я хочу удивить своих домашних.

- Хорошо, Ваша милость, я сделаю.

- Про награду интересно, но как Дельфины замок захватили?

- Это до сих пор остается тайной. Вечером над замком развивался флаг Облиссионов, а утром ворота были распахнуты, а все защитники мертвы.

- Смею подозревать, что те, кому положено, эту тайну все-таки знают.

- Тун Игорь, а можно узнать, чем вы поливали рану эн мильда Лоуена? Или это ваша цеховая тайна?

- Да нет, тун Давиен, это сложно объяснить человеку другого мира. Расскажите вначале про ваших сто одиннадцать духов?

- Это было очень –очень давно, в доимперские времена. Тогда эрки были такие же бледные, как и вы, они не строили города и не сеяли поля, а кочевали по степи со своими стадами. Первый Император родился в бедном роду, а зима выдалась морозная и бесснежная. Отец Императора погиб осенью, защищая отару от голодных волков, а мать зимой, из-за того, что отрывала для детей кусок от своего, и так маленького ужина. Но это не помогло. Накануне весны младшая дочь Императора умерла во сне от голода. Тогда эрки предавали мертвецов земле. И когда пятнадцатилетний Император выкопал могилу сестре в красивом месте, между холмом и небольшой речушкой, и положил её в могилу, к нему подошел крепкий старец. Что было тем удивительнее, что чужих вокруг не было на три дня пути верхом. Старец спросил Императора, зачем он выкопал яму в земле в такой мороз, не лучше ли было принести и оставить девочку просто у холма в нарядной одежде, а духи земли, горы и реки позаботятся о ней? Дико такое было слышать молодому Императору, но он и тогда отличался уважением к мудрым людям и только спросил, "а как я узнаю, будут ли духи заботится о моей умершей сестре"? Старец только усмехнулся, сказал "когда ты найдешь духа, то спросишь у него" и исчез.

Маг сделал несколько неспешных больших глотков и продолжил "молодой Император остался один, в степи. Уже темнело. И взмолился Император "Дух, покажись!". И только вой ветра был ему ответом. И закричал Император "Покажись, дух, я повелеваю!". И с хохотом налетела на него вьюга. И задумался Император, и сказал "Если ты не покажешься, то я уйду. И никто тебе не поможет". И только собрался возвращаться, как встал у него на пути такой же эрк, как и он, только весь белый от мороза. И показалось Императору, что не касается путник земли и просвечивает его замерзшая одежда. Но ничего не сказал Император, ибо был мудр не по годам. И спросил с усмешкой замерзший путник "И чем ты можешь мне помочь, маленький эрк?". И ответил Император "Ты скажи". И протянул дух руку, и были в ней восемь семян. И сказал дух "Посади эти семена вокруг могилы". И исчез, как только Император взял семена. И задумался молодой Император, но не надолго, ибо не терпел пустых раздумий. И выкопал по кругу от могилы восемь ям, такой же глубины, и развел костер, и согрел воды. И плеснул воды в ямы, чтобы согреть землю. И положил семена, и присыпал землей, и снова плеснул воды. И закопал он ямы, и вылил в восемь мест оставшуюся воду. И снова появился дух, уже отогревшийся. И поблагодарил он Императора, и взмахнул рукой. И выросли восемь деревьев Килинхолиум, а на месте могилы сестры выросло девятое, еще выше. Так возникла первородная роща Килинхолиум...

- Извини, тун Давиен, я тебя перебью. Ты очень интересно рассказываешь, но время уже позднее и конец твоего повествования мы послушаем в последующие дни. Тьфу, я уже аналогично начинаю разговаривать. Я примерно понял, как ваш первый император создавал империю. Он помог еще сто десяти духам, и те помогли народу эрков. И стали эрки жить лучше, и построили города. Еще один вопрос, тун Давиен, и я отвечу на твой. А известно, кто этот крепкий старец?

- Нет, тун Игорь, это так и осталось загадкой.

- Понятно. А у нас считают, что боги создали наш мир, а потом им стало скучно и они ушли. Но иногда возвращаются, посмотреть, всё ли идет по их плану. И если нет, то вмешиваются и возвращают людей на путь предначертанный. А потом появился один, одни считают, бог, другие, что пророк бога, который сказал "Бог есть любовь". А потом добавил "Если веришь в это, то у тебя не будет преград ибо вера творит чудеса". Поэтому настоящая вера способна остановить даже смерть. Но таких людей мало, ибо так верить способны единицы. Вот такой верующий жрец и поделился верой с водой, которой я полил рану туна Лоуена. Кстати, жрецы считают, что такую воду можно разбавить любой, даже непригодной для питья, и она станет такая же исцеляющая. Разбавлять рекомендуется в пропорции один к трем. Я так и сделал. Проверяйте и экспериментируйте, - встряхивает неполную бутылку и передает Давиену.

Маг ловко спрятал бутылку в недрах своей туники, снисходительно кивнул Лоуену и поднялся, - К сожалению, мне пора, у меня еще много дел. И раненых надо проверить. Да, ваш мальчик, с ногами, пришел в себя. Его можно проведать.

И ушел. За ним хвостиком с горящим взором выскользнул Лоуен, пропустив внутрь Пашу с шашлыками на подносе. Кривич радостно потирает руки, - А те, кто ушли, сами себе буратины, ибо нам больше достанется. Ваша Милость?

- Благодарю, тун Кривич. А что это?

- Это молодая сочная баранина, обжаренная на углях по нашему способу.

- Паша, наши поели?

- Конечно, Семен Семенович, надо же было пробу снять.

- И как?

- Сняли, раз я здесь. Все здоровы. Правда, некоторые пострадали и получили синяки, так как безуспешно пытались отобрать чужое.

- Паша, маг сказал, что Витюша пришел в себя, его можно навестить.

- Это хорошо. Для него столько дел накопилось. Я пойду, парней обрадую?

- Конечно, иди, обрадуй, только не сильно. Мы потом его тоже навестим.

- Ваша Милость, А еще шашлык можно макать в эти соусы. Это острый, это кислый, это сладкий.

- Спасибо, тун Кривич.

- Если я вопрос задам, то не сильно от шашлыка отвлеку?

- За ужином в благородном доме не разговаривают. Но в походе делается исключение. Спрашивайте, тун Семен!

- Вот у нас, на Земле, есть книги про магов. Так там они швыряют во врагов и ледяные стрелы и файерволы, это огненные шары. А сегодня, во время нападения, маги не воевали. Целых два мага! Один из Академии, значит, умный. Второй в элите служит, значит, опытный. Так, почему?

- Маги стали воевать больше ста лет назад, поэтому тактика нападения и защиты магов отработана. О, с кислым соусом гораздо вкуснее! Так вот, обычно маги есть и на этой и на той стороне и они воюют друг с другом...

- Понятно. Борьба меча и щита. Прав тот, у кого больше магов.

- Интересно сказали, тун Семен. Да, прав тот, с кем пришло больше магов. А сегодня в битве нарушены все каноны войны, поэтому я счел правильным использовать магов только как лекарей. И, вроде бы, не прогадал. Тогда и я спрошу, тун Игорь. На второй староимперской дороге, если еще не было битвы, как нашим войскам обороняться? Я думаю, там нападавших будет значительно больше.

- А какие там войска, с нашей стороны?

- Сотен пять дубовых, пятьдесят сотен копейщиков, десять сотен мечников. И Дельфинов почти всех отправить должны. А это семь или восемь сотен. Ну, и магов всех туда отправят. Оставят в столице парочку архимагов и всё.

- Я не специалист по войне, я обычный счетовод, пусть и хорошооплачиваемый. Так что мое мнение диванное, то есть неразбирающегося наблюдателя. Но, как мне кажется, во-первых, надо нейтрализовать авиацию, это то, что летает. Значит, нужно ПВО. Самое простое, собирать ваши лучеметы по три или четыре, заряжать половинным зарядом и стрелять по квадратом в месте вероятного появления беспилотников. И людям красиво от разноцветных фейерверков, и есть шанс зацепить вредную железяку. Кого они пустят, как живое мясо, пока неизвестно, но с ними вы и так справитесь, а вот железо на колесах надо тормозить. Самое простое, копать противотанковые рвы. Это глубокие поперечные ямы, которые техника не сможет преодолеть. Анатолий, что добавишь?

- Я бы еще фортов, то бишь, редутов добавил. Представляете, Ваша Милость, это небольшие деревянные укрепления, присыпанные землей. Они вынесены далеко вперед. Когда вражеская армия начнет атаковать, им надо будет вначале уничтожить эти редуты. А это время, расход боеприпасов и усталость.

- Но это же смертники! Они же все погибнут!

- Вовсе необязательно. Можно поставить цепочку таких редутов и после трех-четырех отбитых атак отходить. Там много чего можно придумать! На месте сообразят. Семен?

- Я, как представитель спецназа, предложил бы дальнюю разведку и диверсию. То есть, уничтожать врагов до того, как они приблизятся к нашим укреплениям. Кавалерия или отряды, подобные туну Мальтсурраку. То есть, которые могут тихо и далеко двигаться и скрываться. Дня за два-три легким бегом. Если, конечно, еще есть столько времени. Кстати, такая тактика не даст противнику массово применить минометы, если он у них есть. А миномет эта такая поганая вещь…

- Очень необычные действия вы предложили, благородные туны. Я вас покину и сообщу ваши предложения командованию.

- Ваша Милость, а эта первородная роща ста одиннадцати духов сильно защищена? Или считается, что на нее никто не нападет?

- Вы думаете, тун Игорь, что те, кто напала на крепость, посмеют напасть и на Первородную Рощу?

- Если это те, о ком мы думаем, то нападут. Ну, или будут контролировать, чтобы без оплаты никто не мог в неё попасть.

- Но тогда все вернутся в ... Это же ни в какие двери... Тун Мальтсуррак, прошу вас пойти со мной. Надо торопиться!

Герцог солидно выходит. Как вышел Мальтсуррак Собин не заметил. Наверно, потому что Гуля прижалась к нему, когда подошел Батум и с уважением поклонился ему, Семену и Кривичу, - Почтенные туны, Тенгиз-хоган и род степного волка благодарит за ужин и интересную беседу и приглашает к своему костру. Туна Гульмира сварила кашу с бараниной и вашей крупой, воины остались очень довольны. Среди приведенных лошадей попались молочные, род степного волка всегда славился умением готовить арыс и я, от имени рода, приглашаю убедиться в качестве приготовленного напитка.

- О как завернул! Батум, а ты торговлей не хочешь заняться? А что так? Нам же нужно подороже продать наш дуван, а у тебя такие способности.

Паренек прижал руку к сердцу, - Я рад услышать от почтенного туна Кривича такие слова, но я воин, а не торговец. Хотя, пока нет битвы, мой долг заботиться о благополучии рода и повелителя.

Чингизхан встал рядом с сыном, - Мы вас ждем, туны. Без вас арыс будет киснуть в бурдюках, - направился к выходу.

Семен напевает, - Не плачь, эрчанка, пройдут дожди, твой эрк вернется, ты только жди. Пускай далеко твой кабарек, любовь сильнее любой разлук...

Батум резко разверачивается, - Вы знаете песню про Великий поход?

- Нет, эта песня о другом, а что, похоже?

- Ну, как же! И про дождь, и про то, что они ушли далеко. Слова другие, но песня про Великий поход.

- Нет, Батум. У нас воины учатся воинскому делу год и далеко от дома. И в песне воин вспоминает девушку, оставшуюся дома.

- Можно, мы будем её петь?

- Конечно, там дальше только надо слова переделать, но вы справитесь. Я возьму гитару и спою её у вашего костра.

- Это лучшие слова за сегодня, тун Семен!

Батум выходит. Семен тоже собирается, - Я тоже пойду. Надо еще Витюшу навестить, а то его ребята замучают, на радостях. Да, и гитару не забыть...

Кривич подсаживается к Собину, Гуля делает вид, что отодвигается, Кривич не замечает её телодвижений, смотрит Игорю в глаза, - Ну, всё ушли. Можешь колоться.

- Ты о чем, Толян?

- Не хитри, Горёша, я тебя насквозь вижу. Когда маг начал рассказывать историю, у тебя такой взгляд стал, как тогда, когда ты идею с арендой тягача подал. А когда про рощу спросил, я на сто процентов понял, что у тебя есть очередной план. Колись давай! Гуля никому не скажет. Ведь не скажешь? Вот видишь, не скажет!

- Да подумалось мне, что этот мир, в своем нынешнем развитии, уперся в стену. Отсюда и проблемы у них возникли. Если бы всё было хорошо, на той стороне континента разве согласились бы с авантюрой, предложенной непонятным иноземцем? Ладно, пошли, остальное по пути расскажу. Гуля, ты с нами?

- Я потом подойду, Игорь Вадимович, мне здесь прибрать надо.

- Ну, хорошо. Я тогда не прощаюсь. А какую крупу ты им приготовила?

- Перловку. Она с бараниной становится сочная и вкусная. А еще сытная. А когда в котле бараниной пропитается...

Гуля смотрит, как Собин помогает ковыляющему Кривичу выйти из палатки, вздыхает и начинает очищать импровизированный стол, - То совсем вкус сказочный.

На свежем воздухе Кривич оглядывается, - А где наши? А то я ничего посмотреть не успел. Вначале на повозке лежал, потом сразу в твою палатку повели.

Собин показывает на стоящие слева палатки, - Это наши поселились. Туалет не стали копать, раз мы тут на одну ночь, просто обозначили лентами. Так что, если приспичит ночью, тебе туда. Позади Мальтсуррак со своими, арьергард, так сказать. У них ночевка по-простому, на телегах и едят и спят. Спереди вагенбург из повозок - это наш герцог. Все по правилам: снаружи телеги, внутри палатки. Как никак, армейская элита. А мы пойдем дальше, к нашим кабарекам с их лошадями, туда, где виднеются костры,. На этой поляне раньше купцы останавливались, так что местные уже знают, куда что.

- Собин, ты мне зубы не заговаривай! Говори, что собирался!

- Скажу, обязательно скажу, уважаемый Анатолий Алексеевич. Вы только не волнуйтесь. Говорят, в нашем возрасте нервные клетки не восстанавливаются. Вот тебе моя теория. Пендос на враждебной стороне, назовем его условно "Американец" попал сюда в сложное для местных время: здесь начался исторический застой. Магия магией, но её перестало хватать для дальнейшего развития. Обещать они мастера, так что Американец крикнул "Я поведу вас в счастливое завтра, только надо уничтожить вредителей" и начал экспансию. Это раз, как любил повторять один литературный сыщик. То, что нам герцог пообещал вначале, что они переправят нас обратно, как мы успокоим оккупантов, это фикция. Это два. А почему, а потому, что эта заруба, на несколько лет, как наша Отечественная, так как местные в такие войны никогда не воевали и будут учиться на ходу. И он после одного мероприятия отправят нас обратно? Это даже не смешно. А в пункте три меня терзают смутные сомнения, что у Американца постоянный портал, а не разовая переброска. А тогда все военные действия переходят на другой уровень, совсем другой уровень. Теперь подобьем сальдо: нам придется устраиваться здесь всерьез и надолго. Хотелось бы, чтобы поселили нас куда-нибудь в спокойное место на окраине, а сами приезжали к нам на консультацию, но это вряд ли. Местные тоже не дураки и попытаются пихать нас везде, куда можно будет запихнуть.

- Умеешь ты поднять настроение вечерней порой, Собин. И какая у меня задача?

- Делать то, что ты умеешь очень хорошо - зарабатывать для нас деньги и заводить связи.

Вежливое покашливание. Собин с Кривичем оборачиваются. Позади Мальтсуррак с виноватым лицом, - Извините, благородные туны, что напугал. Вы ведь к нашим кабарекам идете? Можно я с вами?

- Как Его Милость? Сообщил в столицу о наших рассуждениях.

- Разумеется. Ох, и беспокойная ночь будет в Эластоуне. Хочу дать вам совет, тун Игорь: нацепите эту саблю. Кабареки очень плохо относятся к людям без оружия. И хотя они очень уважают туна Игоря, как Дашин-темона, но будут еще больше гордится им, если увидят в нем настоящего воина.

Собин рассматривает саблю в богатых ножнах, вздыхает, - Придется учиться владеть, чтобы соответствовать. Или, хотя бы, чтобы не опозориться. Дашин-темон, кто это?

- Дашин-темон, у степных кабареков это вождь демонов. Вас, тун Игорь, они прозвали так после стычки, когда увидели, как Вы убивали лучших воинов маленькой лопаткой.

- Да, мне кажется, что еще какой-то вопрос есть, тун Мальтсуррак?

- Старики очень волнуются, что с ними будет. Если бы мы остались в крепости, им до смерти обеспечена тарелка супа и теплая постель. А на новом месте как будет, не понятно.

- Вы понимаете, тун Мальтсуррак, что мы сами не знаем, что нас ждет завтра. Но одно могу пообещать: пока они с нами, мы постараемся обеспечить им хорошие условия, надеюсь, что лучше, чем просто тарелка супа. Эти люди всю свою жизнь оберегали рубежи Элазии. Если ваша власть не обращает на них внимание, то мы обратим. По крайней мере, пока мы здесь.

- Тун Игорь, а почему вы так заботитесь о посторонних людях?

- Когда-то у нас в голодную зиму стариков увозили в лес, чтобы детям хватило еды до весны. Но потом люди поняли: каждый человек может помочь своему роду, нет нужных и не нужных людей. Тот же Ворчун, наверняка, знает, где можно дороже сбыть весь наш хабар, а кабареки будут отличной кавалерией. В нашей стране постоянно велись кровопролитные войны, поэтому у нас ценят людей и стараются без нужды не убивать. Так, наверно, будет понятнее, тун Мальтсуррак.

- Я понял, тун Игорь. Духи сделали правильный выбор, когда прислали именно вас. А саблю лучше сдвинуть сюда, так будет удобнее вынимать.

- Спасибо, тун Мальтсуррак. Маловато лошадей на поляне, Вам так не кажется?

- Здесь только малая часть, тун Игорь, остальных я отправил дальше с двумя десятками пастухов. Иначе травы не хватит никому. С вашего позволения, тун Игорь.

- На твое усмотрение, Тенгиз-хоган. Ты умелый вождь и знаешь, как будет лучше. Однако, какое здесь громкое эхо, а, Анатолий Алексеевич? Так и норовят услышать издалека.

- Любой кабарег из рода степного волка считается воином только после того, как принесет в стойбище щенка степного волка. На это может уйти больше седьмицы, степные волки очень скрытные звери, но иначе воином не стать. Теперь ты иди впереди, Дашин-темон.

Собин посмотрел на Чингизхана - его лицо в вечернем сумраке изображало коричневую маску на Хэллоуин. Глянул вперед: по бокам от натоптанной тропы ярко горели два костра, а сама тропа упиралась в тлеющие угли костра, вокруг которого стояли степняки и молча смотрели на Собина. За кабареками виднелись огни еще трех костров.

Собин заставил себя ухмыльнулся, - Что не сделаешь, ради настоящего арыса, - и заставил себя сделать шаг. Идти пришлось медленно, как тогда в крепости. Показалось, что костры прожигают насквозь. Собин начал заводиться, - За что мне такое? Этот геморрой со временем уже второй раз за день. Вроде никогда отчетность не подделывал, налоги платил в соответствии с Налоговом кодексом. А что экономил, в разрешенных рамках, так это все могли, кто на бухгалтерах не экономил.

Костры почти погасли и дальше шагалось уже свободно. Собин сел у тлеющего костра и внимательно оглядел шестерых, севших одновременно с ним. В свете углей стало страшно от бандитских рож напротив. Закралась мыслишка, что они человека зарежут быстрее, чем он банку пиво откроет.

- Где, блин, здесь пива баночного найдешь? Что за мысли такие лезут, про пиво? Никогда от него не фанател, там. Наверно, опять магия... М-а-ги-я! И какая вонючая сука копается в моих мозгах? Поубиваю, на хрен всех!

Собин взял уголек из костра, сжал, острая боль и его отпустило, он зло улыбнулся всем сразу, - Это и есть ваш арыс? А ничего, освежает.

С той стороны встает, опираясь на посох, старичок с лицом их сплошных морщин и куцей бородкой, кланяется Собину, - Прости меня, Дашин-темон, я должен был проверить. А то про тебя такого наговорили, хоть в пастухи уходи, в сухую степь.

Собин бросает остывший уголек обратно в костер, - Вождь демонов воюет против нас, а я буду воевать с обманутыми духами. Плечом к плечу, против настоящего Дашин-темона. С такими же обманутыми, как и вы.

Поднимается гул, Собин поднимает руку, - Я думал, вы напали на крепость потому, что вам пообещали хорошую добычу? А до этого, все последние годы, ваши роды преследовали голод и невезучесть? Если нет, то почему вы здесь?

Отморозки потупились, как виноватые школьницы.

- А вы не думали, кто наслал голод на ваши роды? Подумайте потом.

Старик поднимает полуметровую каменную, грубо сделанную статуэтку. Протягивает Собину, - Возьми, тун Игорь. Это наш родовой камень. Пусть он почувствует тебя и охраняет.

Собин берет статуэтку в руки. Она оказывается тяжелей, чем на вид. Неожиданно начинает светиться руна в груди фигурки. Кабареки начинают возбужденно переговариваться. Шаман цикает и воцаряется тишина.

- Дашин-темон, родовой камень принял тебя!

Встает здоровый кабарек, покорно кланяется, - Дашин-темон, прошу тебя – возьми в руки и мой родовой камень. Очень прошу!

Собин пожимает плечами. Довольный степняк вытаскивает из-за спины идентичную статуэтку, протягивает Собину. Тот пару секунд размышляет, куда девать первую и ставит её в угли. Берет второй родовой камень, становится держать тяжелее, но руна светится.

- Дашин-темон, возьми и мой родовой камень!

- Сколько всего их у вас?

- Три, это будет последний.

Собин, пыхтя, ставит вторую статуэтку к первой, облегченно выдыхает и замирает на выдохе: статуэтки сливаются в одну, багровеют и увеличиваются в объеме. Игорь думает, машет рукой, - Давайте третью, надо довести дело до конца.

Ему протягивают, он тужится, но держит до тех пор, пока руна не проявляет себя светом. Ставит статуэтку в угли, она сливается с багровой и вырастает еще на треть.

Собин внимательно обводит глазами вскочивших кабареков, - Теперь я могу идти?

Шаман кивает и Собин без сил опускается на подложенную попону. Через секунду Батум с пареньком того же возраста опускаются на колено перед Собиным и натягивают кожаную скатерть, на которой стоит литровая, не меньше, кружка с долгожданным арысом и пара здоровых кусков обжаренной баранины, завернутые в листы лопуха.

Собин кивает, - Это уже другое дело, - пробует арыс, откусывает мясо, - А хлеб есть? Лепешку бы еще какую-нибудь можно?

На скатерти появляется подсохшая лепешка. Собин достает из кармана куртки складной нож, вынимает лезвие, отрезает кусочек от мяса и наслаждается едой. Сзади подходит Чингизхан, - Дашин-темон, подошел тун Семен. Можно ему петь?

Собин кивает, - Как я могу запретить человеку петь, если ему хочется? Конечно, пускай поет.

Чингизхан исчезает, вместо него рядом присаживается Кривич с финкой в руке, молча отрезает приличный кусок, отпивает из кружки и закусывает. Одобрительно кивает, - А ничего, съедобно. Еще бы хреновой закуски сверху, но и так ничего.

В темноте раздается голос Семена «Не плачь, эрчанка, пройдут дожди, твой эрк вернется, ты только жди. Пускай далеко твой кабарек, но он вернется, хоть через век», затем девушки звонко повторяют слова. Собин прислушивается, - Красиво поют! Заслушаешься… Ладно, чего-то я устал, будто камни таскал, пойду спать. Ты остаешься?

- А як же! Раз мясо еще осталось, конечно, я тут посижу! И это, я спать в палатку не приду, не переживай.

Собин равнодушно пожимает плечами, - Значит, завтра утром увидимся, на совещании, - и уходит обратно по тропе.

Позади какой-то шум. Собин оборачивается: Батум с напарником исчезли, положив скатерть на колени Кривича, который пытается балансировать, чтобы удержать в руках и кружку и мясо. Собин усмехается и устало топает к палатке.

В палатке непривычно темно, даже угли затушены. Собин принюхивается, - Хорошо как травами пахнет! Гуля развесила перед уходом, за что ей спасибо. Теперь по ароматерапии сны хорошие приснятся, - кидает одежду в угол, ему мерещится смешок, - Что этоЯ? Одежду надо сложить, иначе я не тун, а бич какой-то?

Пробирается в угол, складывает одежду, видит тюк на кровати Кривича, - А это что такое?

Падает не него, хватается за горло, - Ты что делаешь в моей палатке?

Придушенный хрип, - Игорь Вадимович, это я, Гуля...

- Гуля, ты почему здесь? Ты же собиралась с нашими пойти?

- Я... передумала. Игорь Вадимович, я специально Вас жду, я Вас люблю и хочу быть с вами.

- Ну, здрассти и досвиданья, снова экспромт. Так... так.. так... О, господи, Гуля! Я же старше тебя, может даже старше твоей матери. Мне то уже плевать, но тебя же подруги засмеют, до конца жизни не отмоешься, что связалась со стариком. Скажут, что из корыстных побуждений. Раз я пока типа начальник, то ты решила себе одним местом сладкую жизнь обеспечить.

- Не скажут. Если скажут, то я на них обижусь. Я Вас сразу полюбила, еще там, у костра, вчера. И бабушка мне сказала, что сегодня я должна всё сказать.

- Еще и бабушка! Она-то как сюда попала?

- Она мне приснилась и сказала, что Вы - мой мужчина в этой жизни.

- Гуля! Но я же в самом деле уже старый. Вдруг меня не хватит на твой аппетит?

- Какой же ты нудный, Игорь Вадимович! Между прочим, из меня скоро вся водка выйдет!

Собин поднимает Гулю, покрывало скатывается и обнажает заманчивую девичью наготу. Собин несет её на свою постель, - И почему вы все это слово любите "нудный". И совсем я не "нудный"...

Опускает девушку на постель и покрывает её лицо и тело поцелуями.

А к палатке подходит бородатый дед в кожаном костюме и соломенной шляпе. прислушивается, одобрительно кивает и плывет к кострам степняков, откуда в ночи доносится громкое пение "Вот въезжают в Эластоун наши кабареки!" со свистом и радостными воплями.

Паровая турбинка, с помощью которой получали свет - отсюда

https://cotlix.com/kak-sdelat-parovuyu-turbinu

Глава 9

Часть 2. Дорогая моя столица.

Глава 9. Утро перед походом

Утро оказалось идеальным для рыбалки: чистое небо с восходящим солнцем, густой пар от остывающей реки и играющая в камышах щука. Игорь закинул удочку и сразу резко клюнуло.

- Похоже, хариус проголодался, - после очередной поклевки Игорь резко подсекает, рыба вылетает из воды и летит за спину Игоря. Он оборачивается - рыбу к ярко-желтой футболке прижимает Гуля.

Игорь с удивлением мотает головой и просыпается. Он лежит в палатке, а на него пронзительно смотрит Гуля.

- Не смотри так, я стесняюсь, - голосом блондинки произнес Игорь.

- Собин, тебе вчера понравилось?

- Я даже и подумать не мог, что снова способен на такое. Как ты?

- У меня всё отлично. И как мы дальше жить будем, Собин?

- Ну и вопросики вы только проснувшемуся мужчине задаете, барышня! Что тебя беспокоит, Гульмира?

- Уже Гульмира! Нет, я все понимаю: вчера пришел спать, а тут на тебя Гульмира набросилась и изнасиловала в пьяном виде... Спасибо, что ночью не выгнал!

- Гуля, ты что такое говоришь, не подумав? Пойми, глупышка, я за тебя беспокоюсь, тебя же полоскать все будут, не меня. То, что я вчера говорил, когда пытался тебя остановить - это всё правда. И про возраст, и что ты мне нравишься и про все остальное. Просто у меня профессиональная чуйка: если экспромт, значит, будет задница, причем не женская. Поэтому я такой сумбурный был. Я привык, что все по порядку: сначала конфетно-букетный период, затем постельные отношения, потом расставание и конфеты по праздникам. А тут вместо поспать после задр... такого тяжелого дня неожиданно появляется красавица, буквально всей моей жизни. Так что вот ответ на твой вопрос, как мы будем дальше жить: согласно заранее разработанному плану: сейчас выйдем и расскажем, что у нас было ночью. Ну, или я обрадую мужскую половину, а ты женскую в своих междусобойчиках. Но только не громко, а иначе завидовать будут сильно, а это сейчас, как ты сама понимаешь...

Гуля с визгом прыгает на Собина и целует в губы. Игорь отвечает на поцелуй, затем отодвигает Гулю от лица, - А теперь ответь на мои вопросы, женщина. Первый, ты часто водку пьешь? А то пьяная жена - горе в семье!

- В первый раз. Мне Наташка Королева, велела выпить, чтобы не страшно было. Но и так не было, ни страшно, не больно. Что еще хочешь узнать, о мой повелитель?

- Завтрак будет?

- Уже готов.

Собин вскакивает, начинает искать одежду, запинывается за что-то, падает. Гуля прикрывается ладошкой и хихикает. Собин подтягивает одежду, неторопливо одевается, - Тогда еще один вопрос, последний: почему ты так испугалась сына Чингиза нашего хана?

- Не поверите, Игорь Вадимович, он очень похож на парня из нашей деревни, который постоянно ко мне приставал. Я понимаю, этот зеленый, а тот белый, этот воин, а тот торгаш, но вижу одно лицо и как вижу, хочется спрятаться и не видеть его. Вот полотенце. Идите, Игорь Вадимович, умываться, а я завтрак на улице накрою. Все-равно, люди к вам на совещание припрутся!

- Гуля, большая просьба, когда мы одни - называй меня только по имени. А то я себя ощущаю профессором, к которому первокурсница несданный экзамен пришла отрабатывать.

Пока Гуля хихикает, Собин подхватывает полотенце, выходит из палатки, смотрит на яркое солнце в безоблачном небе, суету в лагере, как в муравейнике и идет умываться. У рукомойника, повешенного на вкопанный шест, Собин снимает футболку и складывает на стоящий рядом столик, берет там же мыло и умывается. Набрасывает полотенце на лицо и вытирает.

- Ну, как ночка?

Собин вздрагивает, заставляет себя вытираться медленно. Складывает полотенце, рядом Кривич ждет ответа.

- Нормально.

- Живой, после молодой?

- После того, как я вчера выполнил слияние родовых камней, я себя сейчас молодым чувствую, так что полный хоккей.

- Гм, надо и мне тогда камни подержать. Не возражаешь?

- Да мне-то что! Твоя жизнь, твои последствия. Только подожди немного, вдруг у меня отрицательные последствия вылезут.

- Как ночью? Ладно, подожду. Но очередь я первый занял, запомни! Раз процедура откладывается, я людей на совещание приведу, заодно и у тебя и позавтракаем?

- Приводи. А, что, у меня за столом медом намазано?

- Лучше твоей Гули никого нет. Я в поварском смысле.

- Ладно, пошли, время не ждет.

- А ты как узнал? Вроде, не кричали.

- А к нам местный дух подвалил, который этой поляной заведует. Он то мне и рассказал. Но только мне, как самому старому в этом муравейнике.

- А вообще, как вчера посидели?

- Нормально. Сняли стресс после побоища. У степняков, которые кочевники, глаза из раскосых стали по рублю: и девчонки наши поразили, и новости я про деньги озвучил, у кого какая доля. Я так понял, для туземцев это большие деньги. Мне даже показалось, что они еще сотню-другую из своих родов в рабство решили привести.

Через пару шагов наткнулись на поджидающего их Мальтсуррака.

- А у тебя какая проблема, Мальтсуррак?

- Я с самого начала понял, тун Игорь, что ты мудрый человек. Я только сказать собирался, а ты уже всё понял. Да и тун Кривич пустого слова ни разу не сказал.

- Ну, я не всё понял, а только главное. Какой совет ты от нас ждешь?

- Расскажите, как у вас ухаживают за благородными женщинами?

Кривич сбил с мысли своим подавленным хихиканьем. Собин не глядя, легко вдарил за спину локтем, Кривичу в грудь, - Как же я не люблю все эти неожиданности..., - помотал головой, - Не помню. Цветы дарят, сладости. Гуляют с ними на природе вечерами, стихи читают. Доводят до желания, одним словом Тут всё от самой женщины зависит. Постой, ты никак за туной Ириной хочешь приударить?

- Нет, ударять я не собираюсь, она мне нравится, я собираюсь ухаживать по вашим правилам.

- Такие женщины, как туна Ирина, особенные. Они своих детей любят и относятся к ним, как к взрослым. Так что, тун Мальтсуррак, ищи Принцессу, рассказывай о своих чувствах ей и проси разрешения ухаживать за её матерью. Тогда она тебя всему научит.

- Только ты к ней с пустыми руками не приходи, она девка вредная, если что не по ней, сразу гадость сделает или обманет, скажет маме это нравится. А на самом деле туна Ирина этого терпеть не может.

- Толян, то есть тун Анатолий! Не пугай туна Мальтсуррака раньше времени. Но какой-то сувенир мелкой подарить надо.

- Сувенир?

- Надо кого-то из ребят к переводу привлечь будет, а то я уже устал. Сувенир – это такая вещь, не очень ценная. Которая нравится тому, кому хочешь подарить, но которую он себе не купит.

-Игорян, не путай человека! Все намного проще: если хочешь, чтобы тебе помогли – сделай человеку уважение, подари ему вещь, которую он хочет. Но весь цимес в том, чтобы знать, что этому человеку нравится.

- Тун Мальтсуррак, мы завтракать идем, подходи, поешь по-человечески! И Его милости скажи, пусть придет – надо решить, как караван составить, чтобы быстрее до ярмарки добраться.

Оставив ошарашенного Мальтсуррака приходить в себя, Собин с Кривичем отошли подальше, и тут Кривича скрутило от хохота. Игорю пришлось сбегать в палатку за гулиным настоем и отпаивать Толяна, чтобы он пришел в себя и успокоился.

- Нет, ты прикинь, Горян! У Мальтсуррака сегодня точно шарики с роликами съедут. Иди к ребенку, она научит, как к матери в постель попасть. А если он еще спросит, как мать ударить надо, чтобы она влюбилась, то все, суши весла!

- А вот тут ты во всем не прав. Во-первых, у Принцессы чуйка, она хороших от плохих отличает, её за подарок не купишь, да и понял человек, который не человек, что это шутка, про «ударить». Во-вторых, Мальтсуррак действительно с "серьезными намерениями", как в женских романах пишут, так что грех над ним смеяться. А, в-третьих, поторапливаться надо, дел выше крыши. Нам, кстати, самим с порядком движения надо определиться, а то у нас не караван получится, а базар азиатский.

- Вот и решим. Кстати, передай Гуле, что народ придет после арыса голоднючий! Пусть не скупится, всё достает! О, и говорить ничего не надо, девушка сама сообразила!

На траве был организован приличный пикник: на пледе расставлены тарелки с остывшими шашлыками и ассорти из вареной колбасы и сыра, горкой сложены огурцы и помидоры, отдельно лежала горка вареной картошки. Гуля остолбенела, увидев подошедшую парочку и подтягивающегося Мальтсуррака, виновато развела руками, - А больше ничего нет.

Кривич показал чистые руки, сел с краю, поближе к шашлыкам, стал накладывать на пустую тарелку, - А тебя предупреждали, что у нас утром совещание. А ты забыла... А шашлык и холодный ничего. Жалко соусы кончились. А сейчас еще и герцог подойдет.

- Я еще чай заварила, черный, настоящий. И сушки остались. Хотя это не завтрак...

- Не переживай, туна Гульмира, здесь только туны Игорь и Анатолий голодные. Я поел, кабареки утром котел лепешками вылизали и хватит им. А герцог не придет, он сказал, что ему некогда. От "дубовых" тун Давиен придет и Флешен, которому руку железная птица оторвала. Их можно не кормить. Вот про туна Семена не знаю, но думаю, ему и после туна Анатолия останется.

- Да я сытый уже, - Рядом с Кривичем присел Семен, умытый, причесанный и даже побритый, - мы с ребятами зарядку сделали. Кстати, Забибуллина, завтра тебя тоже ждем. Мы позавтракали и начали собираться. А в целом, товарищи командиры, дело хреновое. Охраны никакой. Я под утро по поляне прогулялся, так кабареки только лошадей и баранов нормально сторожат, а так к палаткам приходи, отрезай головы, никто ни бе, ни ме ни скажет.

- Извиняюсь, что прерываю, тун Семен, но именно здесь это лишнее. Дух поляны обязательно предупредит, если появятся плохие существа, - напротив Семена присел Давиен с «дубовым», которому у пещеры осколком оторвало руку.

- Может быть, но только «береженого бог бережет». В смысле, я бы полностью на духа не надеялся, мало ли. Но предположим, что это так. А дальше? Все в курсе, что здесь началось время военное? Одну группу в крепости поймали. А если их несколько было и парочка начнет сеять смуту и разрушения на нашем пути? Вдруг у них и против духа пшикалка какая-нибудь имеется? Пшикнут и нет духа. Или спит сном младенца? Поэтому предлагаю высылать патрули: вперед перед движением колонны, позади и по бокам. Второе. У нас целый табун лошадей, а кто умеет скакать верхом? Предлагаю начинать прямо сегодня. Еще мысль. Надо учиться отражать возможное нападение на колонну. Сбоку, из кустов, сверху, с беспилотника…

- И снизу, из вырытой охотничьей ямы. Извини, Семен, вырвалось. Ты прав на все сто процентов. Пока вчера пели песни про казаков, я про тачанку вспомнил. Тун Давиен, у вас далеметы ставят на повозки, чтобы подъехать поближе и начать быстро стрелять?

- В этом нет смысла. Повозка едет медленно и маг, даже начинающий, сможет разрядить амулет повозки и противник захватит далеметы и обслугу.

- Это если медленно подъезжать, с амулетом. А если на маленькой повозке и с лошадями, то будет быстро и непредсказуемо. У нас, в свое время, это было оружие, страшное своей стремительностью.

- Тун Анатолий, можно подробнее, про далеметы на повозках?

- Флешен? Точно, Флешен. Обязательно расскажу, только попозже. Это остальным не интересно.

- Еще идеи и предложения будут? Тогда подведем итоги. Начинаем собирать колонну: впереди дозор… Семен, пятеро твоих, десяток кабареков. Тун Давиен, можно кого-то из «дубовых» в дозор, для солидности. Спроси у Его Милости.

- Светлый тар Тритап эйк Вииллсвин Бесарде разрешил мне, десятнику Флешену, быть его голосом. Поэтому в дозоре от «Дубовой» сотни будет тун Давиен.

- Услышал и повинуюсь, десятник Флешен.

- Так, дозор сформировали, он уезжает первым.

- Осмелюсь предложить, тун Игорь, отправить в дозор двух-трех наших стариков. Дорогу они знают, все места опасные и нужные укажут с закрытыми глазами.

- И Ворчуна, конечно. Без него молодежи скучно будет. Хорошо. После дозора лошадок, наверно, запустим…

Сзади щелкают шпорами, все оборачиваются - за Собиным навытяжку стоит Батум в коротких, неровно пошитых сапогах с блестящими шпорами. Собин вопросительно смотрит на Кривича, тот виновато опускает голову.

- Слушаю тебя внимательно, Батум.

- Тун Игорь, вначале лучше колонну запустить. Потом табун, а потом отару. Животные будут двигаться медленно, весь день, не меньше дюжины малых кругов.

- Малый круг - это наш час, - нарочито почтительно подсказывает Кривич.

Собин внимательно смотрит в преданное лицо Толяна, усилием воли сдерживает улыбку, прокашливается, - Принято. Вначале дозор, потом "дубовые", потом земляне, потом люди Мальтсуррака, потом кабареки Тенгиз-хогана погонят табун и отару. Другие предложения будут?

- Насчет учебы еще, - напоминает Кривич.

- Да, Батум. Есть два вопроса к Тенгиз-хогану: сможет он найти десяток смирных лошадей, чтобы наши люди могли начать учиться ездить верхом?

- И опытных лошадников, обучавших молодняк, для учебы, - добавил Мальтсуррак.

- Обязательно найдем, тун Игорь. А второй вопрос?

- Есть опасение, что на нас могут напасть по пути, не дадут спокойно дойти до Магуна. Поэтому тун Семен хочет научиться отражать нападение на колонну, когда она в движении. Смогут ваши воины устроить нападение на повозки по-настоящему, но чтобы никого не ранить?

- Я понял, тун Анатолий. Стрелы тупые возьмем, а защитникам куртки вели одеть, из скатанной шерсти, тогда не страшно будет, если стрела попадает. В степи на Кызги-мерек воины разных родов устраивают подобное: одни нападают на юрту, окруженную повозками, а другие защищают её, чтобы нападавшие не сорвали тук с юрты. Нападающие могут стрелять стрелами с тупыми наконечниками, растаскивать повозки арканами или перелазить через них, оставив коней. А защищающие могут закрываться щитами, стрелять такими же стрелами и ссаживать всадников на землю, набросив аркан. Мой род всегда защищал юрту и тук нашего рода висел над юртой до конца Кызги-мерек. И все живые остались, потому что в таких куртках были.

- И что дают за победу? - сразу заинтересовался Кривич.

- Баранов или коней, зависит от того, на чьей земле проходит Кызги-мерек.

- И когда следующих баранов вручать будут?

- Через шесть десятков дней.

- Дак мы еще успеваем!

- Начинай готовиться, Толян. А все остальные, по коням!

- А чай? Он как раз заварился! - огорченная Гуля стоит перед поднявшимися воинами с большим термосом в руке и фарфоровой кружкой в другой. Под заинтересованными взглядами девушка наливает из термоса порцию ароматного напитка в кружку и приподнимает её по ветру. Над поляной разносится бодрящий аромат крепкого чая.

За Мальтсурраком возникает парочка риалвов со своими посудинами и устраивают очередной шум ветра в лесу. Мальтсуррак с удивленным лицом подходит ближе к Гуле, все остальные делают вид, что не прислушиваются.

- Риалвы почтительно спрашивают, каким напитком сейчас запахло?

Кривич придерживает открывшую рот Гулю, - А с какой целью это их интересует?

- Им показалось, что пахнет заваренными плодами фурацилии. Это дерево растет в заповедной роще альвов и наслаждаться ароматом напитка плодов священного дерева могут только вожди, так как он дарует долгую жизнь, крепкое здоровье, бодрость и многочисленное потомство.

- А также кавказское долголетие... Извините, вспомнил Родину. Это напиток из нашего мира. Он действительно достаточно редкий, но насколько соответствует тому, что вы сказали, это сейчас проверит тун Давиен.

Заинтересованный маг вернулся с полдороги, взял протянутую Гулей кружку, осторожно сделал небольшой глоток, подержал во рту, свободной рукой небрежно запустил "Веер мага", пристально рассматривал пару минут и попросил совета у неба, попросту устремил свой взор в небеса.

- Это, конечно, не фурацилия, но что-то общее между этими напитками есть...

- Эфирные масла и дубильные вещества!

- Гульмира!

- А что "Гульмира"? И то и это чай, только, видимо, фурацилия редкий сорт, для очень богатых. а это хороший индийский чай. И собирают их в разных местах различных миров. Что гадать-то! пробовать надо!

Щедро наливает чай в тару риалвов, - Пробуйте, потом скажите. И вообще, мне убираться надо!

Посторонние мигом рассеялись, Гуля с термосом поворачивается к Кривичу, - Анатолий Алексеевич, а Вы будете, пока горячий... Что с вами?

Собин подскакивает к побледневшему Кривичу и усаживает его на плед, протягивает гулину кружку, - Пей, небольшими глотками, а я мага верну, пусть тобой займется, пока в дозор не забрали.

Кривич пытается улыбаться, - Не переживайте так, это сто процентов не ковид, я перед рыбалкой проверялся. Давление, наверно. Хотя не исключено сердце. Или адаптация догнала. Все-таки, и лет не двадцать, и вчера такое пережили такое. У меня на фирме не каждый молодой после подобного выживет. А я пока ничего, попыхиваю... Так что не будем отвлекать мага от важных дел, я самолечением займусь. Игорь Вадимович, помоги мне до походного лазарета добраться, я дальше с Витюшей на одной повозке поеду, с комфортом. Как раз к ярмарке буду, как огурчик. Вы же без меня там потеряетесь и разоритесь.

Радостный Батум щелкает шпорами, Собин нервно вздрагивает, - Что еще, Батум?

- Тенгиз-хоган просил передать бунч-темон - шаман всю ночь наносил нужные руны. Теперь нужно оросить его твоей кровью, чтобы он признал хозяина.

Протягивает на вытянутых руках саперную лопатку, с черенком, полностью изрезанным рунами и покрашенным в различные цвета. Несмотря на аляповатость картина притягивала и задерживала взгляд. Собин взял лопатку, оглядел острие, скрытое в кожаном чехле, руны, потрогал петлю для руки, присоединенную к лопатке метровым шнуром из конского волоса.

Надел петлю на руку, взмахнул лопаткой и отправил её в путь. Со зловещим свистом лопатка описала круг, Собин поймал её в руку с петлей и улыбнулся чужой жесткой улыбкой. Гуля ойкнула и прикрыла рот рукой. Собин, не замечая вскрика, развязал чехол на острие, проверил заточку и полоснул свою левую ладонь. Затем протер окровавленной рукой весь черенок, приложил лезвие к порезу и показал пристально наблюдающим, рана затянулась, - Дашин-темону нельзя нанести рану, пока у него в руке бунч-темон. Скажи это шаману.

Батум серьезно кивнул и пошел. Собин неторопливо одел и завязал чехол и повесил лопатку на пояс за какой-то крючок на шнуре лопатки. Выдохнул и стал снова похож на Игоря Собина. Подмигнул Гуле и протянул руку Кривичу, - Ну что, пойдемте, больной, в ваш лазарет.

- Ты лучше прямо скажи, Игорян, что это было? Нам уже искать памперсы или можно погодить.

Собин пожимает плечами, - А я откуда знаю? Логично предположить, что после того, как лопатка стала бунчем Дашина, она стала воздействовать на хозяина, то есть на меня, по вложенной программе. Судя по термину, программа подразумевает создание темного властелина.

- И ты так спокойно об этом говоришь, Собин?

- А чего кипешиться раньше времени, Гуля? Во-первых, мы все умрем. Раньше или позже, но все. Во-вторых, если я совсем изменюсь или с катушек съеду, вы меня грохните, чтобы не мучился. И, в-третьих, мы еще поборемся. Я так просто сдаваться не собираюсь. Тем более каким-то вонючим шаманам, которые не знают, что такое баня. Резюмирую: нас сюда не просто так забросили. Значит, частичная или полная трансформация одного из нас в вождя демонов тоже входит в план высших сил. Но мы сами будем решать, подходит нам такой план или нет. А теперь пошли, наконец. А то я до обеда Анатолия до повозки не доведу.

Гуля испуганно смотрела вслед уходящим мужчинам, пока не опомнилась и не стала убирать с пледа последствия завтрака, - Что это я так испугалась? Игорюня сильный, справится. Он и не с такой ерундой справится. Не зря же я его выбрала, Игорюню!

Гуля моргнула, перед ней появился риалв и жалостливо посмотрел, -Ся-яй мош-но ссу-хой…

- Чай хочешь, сухой, чтобы потом самому заварить?

- Та-ак…

- Да пожалуйста.

Гуля заскочила в палатку и вернулась с маленьким кульком из газеты, - Вот. Надеюсь, заварить сможете, раз у вас такой же растет.

Риалв протянул сверток, завернутый в плотно скрученные большие коричневые листья, - Эт-то те-пе, алахориэль, за сс-яй.

И риалв исчез, пока Гуля думала, как аккуратно развернуть подарок. Потом махнула рукой, - Вечером у Мальтсуррака узнаю, что это за алахориэль такое, тогда и разверну.

А в это же время Собин, уже не сильно придерживая Кривича, уверенно вел его к повозке, на которой Витюша лежал, укрытый по пояс одеялом и копался в айфоне, подключенному к армейскому ноуту, от которого провода тянулись к чайнику, снова кипевшему над небольшим костром, в метре от повозки.

- Ну ты и задвинул, Горян!

- Правду говорить легко и приятно. Наверно я, когда лопаткой махал, что-то пробудил в себе, вот и результат. Ничего, справимся. Это не выездная из пенсионного фонда. Привет, Витюша! Как ты?

- Спасибо, нормально. Чувствую себя хорошо. Вот, телефоны проверяю. Ребята утром зарядку вернули, так что фронт работ обеспечен. А так, ноги, конечно, пока плохо заживают, но тун Давиен обещал, что постепенно восстановлюсь.

- А вот и я! Чаю принесла. Гуля специально для тебя выделила. Говорит, что после этого чая кожа восстанавливаться быстрее будет. О, какие люди наконец-то пришли навестить! Доброго дня, Анатолий Алексеевич! И вам тоже, всего доброго, Игорь Вадимович.

- И тебе не хворать, Коронина! Отойдем, Гуля для тебя привет просила передать.

- А что сразу привет? Я всегда подругам помогаю. Что поделать, если у меня жизненного опыта больше!

- Вот и я пришел за советом. Пошли, отойдем на пару минут, пока Анатолий Алексеевич на соседство к Виктору устраивается.

Собин оттащил Коронину на пять метров, на что Кривич по доброму так улыбнулся и сел рядом с Витюшей, - Что у тебя тут?

- Да понимаете, после переноса телефоны у всех ведут себя по-разному. Один ничего, только связь постоянно ищет, второй совсем не работает. А у третьего, что-то работает, а что-то уже нет. Вот и в моем журнал вызовов сохранился, СМСки тоже, а книжка, скачанная с ноута, нет. А я себе книжку скачал и не дочитал, интересную. "Летучая мышь" называется , а она пропала. Я вот думаю, что это из-за того, что перенос не чисто энергетический был, а с применением биологической магии.

- Прервись на секунду. Ты что, классику читаешь? "Летучая мышь", это ведь оперетта старинная.

-Да что Вы такое утверждаете! Это мистический детектив. Спецназер ГРУ погибает на задании в Юго-Восточной Азии. Но это так начальству доложили, а на самом деле его спасает местная девушка. Ну, там любовь-морковь, она его обучает местной магии и вместе с ним, но уже под другими именами возвращаются в Россию. А здесь, из-за очередной эпидемии Ковида, все ходят в масках. Ну, спецназер решает проведать свою бывшую жену. Все-равно, в маске его никто не узнает, а тату, в виде летучей мыши на плече. он показывать не будет. А жену, уже вдову, пригласили в его контору, на годину смерти... А дальше я не успел дочитать. Игорь Вадимович не сильно Наташу ругает?

- Нет, он добрый. Особенно этим утром, - ответил Кривич, наблюдая, как Собин беззвучно жестикулирует.

- Как тебе вообще в голову могла идея придти - напоить подругу! А если бы вместо меня в палатку те же кабареки зашли? Думаешь, стали бы они её слушать или отъимели во все дырки, а потом мне их убивать пришлось бы. Об этом ты подумала! И что за обращение ты ей подсказала - по фамилии? Напоминает ситуацию в кино, про революционные времена. Там революционные девушки своих партнеров звали по фамилии.

- А как ей тебя называть? По имени - так ты не пацан, мужик солидный. По имени отчеству - сразу смешно, как представлю, что она тебя в самый интересный момент зовет " Игорь Вадимович". А что кабареки её обидеть могли - так они её очень уважают, как лекарку. Да и непросто её обидеть. Рассказала она мне про односельчанина, который её домогался, так она ему устроила временную импотенцию на основе постоянных кошмаров. А насчет стакана водки, так у девушки первый раз, как-никак. Стресс и все такое. И не стакан там был, а меньше. И как мне утром сказали, что все мои советы пришлись кстати. Так что давай мириться. А то Витюша уже волнуется.

- Ладно, проехали. Будем считать, что я перестраховщик. Пошли!

Собин ведет Коронину за руку, радостно улыбается, - Вот, все решили! Теперь я со спокойной душой займусь делом. Витюша протягивает небольшой плоскую гальку.

- Игорь Вадимович, я дизайн медали разработал, для участников боя. Можете с герцогом обсудить возможность создания? Не обязательно ведь дорогую делать, можно из стали или с напылением.

Собин берет гальку, вертит. На камне изображены герцог, Собин, Кривич и Коронина. Перед ними щит "дубовых", сбоку от герцога далемет, Наташа держит лук. Прикладывает к груди Корониной. Девушка и Витюша смеются. Собин делает вопросительное лицо.

- Просто Витюша так же делал, когда над эскизом работал. Проверял на мне, как со стороны смотреться будет.

- Это не то, давай другие эскизы.

Витюща передает еще парочку. На одном просто щит, далемет и лук, а на втором герцог, Мальтсуррак, Паша, Собин с Корониной, и риалвы по краям, а спереди также шит, далемет и лук.

- Вот, это и будем делать. Всё, я к герцогу!

Уходит к палаткам "дубовых", Коронина бежит к Гуле. Кривич смотрит на ноут, на лице появляется довольная улыбка, - Слушай, Витюша, У тебя же на жесткий наверняка фильмов немеряно накачано?

- Да нет, это военизированный вариант, с повышенной механической защитой, но у него характеристики слабые, жесткий маленький. Вообшем, полсотни, но в хорошем качестве меньше десяти. А что?

- Мы же завтра на ярмарке будем! А на ярмарке нужно зарабатывать. Сможешь через проектор запустить?

- Смогу, мы так и собирались на соревнованиях развлекаться.

- Тогда сегодня вечером организуем пробный показ, а до завтра надо все настроить, чтобы как часы. О, у тебя "Кочевник" есть?

- Не помню. Сейчас посмотрю... Есть.

- Отлично. Тогда на кабареках потренируемся. По-любому, такое чудо они у себя в кибитках не видели. Все, организуем фирму "Земля ТВ" и гребем бабки большой лопатой.

"Дубовые" организованно складывали имущество на повозки, Собин подошел к Флешену, помогающему закрепить далеметы, - Десятник, его милость где?

- На коне сидит там. У него одного конь дорогой, из родовой конюшни, не спутаешь.

Собин подошел к герцогу сзади, - Ваша милость, есть важный разговор.

- Слушаю!

- Наш маг хочет сохранить память о прошедшем бое. Поэтому он предлагает выдать всем участвовавшим такой жетон. У нас он называется медаль и вручается отличившимся воинам, чтобы все знали, что они совершили героический поступок. Я предлагаю сделать медали и вручить всем, защищавшим крепость.

- Я до вечера дам ответ. Если будет положительный ответ, то дам задание своему ювелиру.

- Вот и договорились.

- "Дубовые"! Дозор выехал. Выкатывайте повозки с поляны, выезжаем!

И все одиннадцать повозок "дубовых" со свежепроолифенными бортами потихоньку потянулись с поляны за герцогом на коне. Одна повозка, в середине, выделялась широкой желтой полосой по борту и водителем, который рулил лежа на попоне.

Глава 10

Глава 10. Поход

Синее небо затянуло облаками, стало прохладнее. На поверхности яркая зелень травы и редких рощиц непривычно резала глаз. Дозор ехал шагом, время от времени переходя на тихую рысь, поэтому основным занятием был осмотр окрестностей.

Серьезный Пашка недовольно посмотрел на Дозырина, который всю дорогу хвастал Вадиму про свой космический секс с разнообразными подружками, показывая руками и ушибаясь то о круглый щит, привязанный к седлу, то о связку вертикально торчащих дротиков, то об арбалет за спиной. Паша устало вздохнул, повертелся в седле, устраивая поудобнее отбитую задницу и оглядел весь личный состав.

Давиен то ли спал в седле, то ли крепко задумался. Сидит и смотрит в одну точку. И даже тяжелый рюкзак за спиной нисколько не мешает. Батум и второй паренек, который держал скатерть перед Собиным, Фатум, пытались изображать опытных воинов и с суровым видом ехали по бокам компании, хотя даже свои луки не доставали. Правда, иногда забывались и вырывались вперед, сразу притормаживая и дожидаясь остальных. Два десятка кабареков носились вперед и назад, на ходу срывая и срубая цветочки на лугу, стоящие на длинных ножках.

Пашка притормозил коня и дождался Ворчуна, увлеченно что-то говорящему скептическому Заморышу. Они вдвоем ехали перед телегой и следили, чтобы повозка с пустыми бочками и каким-то барахлом не съехала с дороги.

- Ворчун, вы же по этой дороге постоянно ездите. Где нам лучше на стоянку остановиться?

- Если пришпорить коней, то к вечеру доедем до Магуна. Вначале через пару малых кругов будет Большой лес. Если ехать не задерживаясь, то проедем его кругов за семь, а после до Магуна круга три. Даже два, если до моста через Магу считать. Но у нас «колонна», да и живность идет медленно. Я бы предложил стоянку сделать перед Большим лесом, там рощица есть около ручья. Хоть и пустая, без духа, но для ночевки подойдет. А утром через Большой лес. Тогда ночевать в Магуне будем. А, может, и обедать.

- Батум, дело есть!

- Слушаю, Паша-коман-дир!

- Ворчун, где твоя рощица?

- На ваших конях галопом через половину короткого круга будет поворот, за поворотом впереди увидите Большой лес в трех перестрелах. А справа будет рощица. Сразу за ней натоптанный отворот от дороги. По ней, через половину перестрела, найдете поляну, немного поменьше той, на которой ночевали, но тоже большая и ручей, в десяток локтей шириной. Ну, может, десять и три, не больше. Там и встанем на ночевку.

- Найдешь, Батум?

- Так точно, Паша-коман-дир!

- Тогда бери своих и скачи. Найдешь, пошли сюда кого-нибудь с сообщением, а сам организуй своих, пусть готовят стоянку к приходу колонны.

Батум ударил себя в грудь, крикнул по-кабарекски и все степняки с гиканьем и свистом унеслись вперед. Паша успокоил дернувшегося коня и вернулся к Дозырину, сделавшему паузу, чтобы попить из фляжки.

- Кешка, поменяй тему! Расскажи лучше, как в Союзе нашу «Аненербе» создавали. помнится, ты еще там об этом заикался.

- Не заикался, а делал анонс и собирался рассказать на соревнованиях. Ну, ладно. Раньше вместо ФСБ была КГБ, которую все боялись, особенно американцы. И одним из директоров КГБ был Андропов. И когда его назначили главным по шпионам, то принесли особо секретную папку, которую наш СМЕРШ вывез из бункера Гитлера. Это были документы «Аненербе» по поиску предыдущих цивилизаций и параллельных миров. Андропов отдал папку экспертам, и когда получил заключение, что это всё возможно, то принял решение создать отдел «Ромб», который продолжит работу по этим папкам. А операцию назвали «Код Ориона». Поневоле задумаешься, может, это ФСБшники на той стороне работают?

- Скорее, в девяностые американцы информацию купили, и там ЦРУшники, - не согласился Вадим Печурин, - А теперь втайне от правительства колонизируют планету. Говорят, и ковид разработали в частной лаборатории корпорации. А Трампу только наши сказали, когда вакцину продали и все документы показали.

- Ладно, любители заговора, переходим на рысь, надо размяться.

- Паша-мандыр, не наглей! У меня не задница, а сплошной синяк! Давай потихоньку, а то не доеду!

- Скоро стоянка будет, там до утра отдыхай, сколько влезет. Поэтому, чем скорее доедем, тем раньше с лошадей слезем. А то можно так...

Пашка слазит с коня, передает поводья Кешке, делает несколько энергичных взмахов и поворотов и бежит стометровку. Оборачивается, восстанавливает дыхание и любуется картиной, как Вадим следом вяло переставляет ноги, а Дозырин с болезненной гримасой подгоняет своего коня и тащит за поводья коней убежавших. От этой замечательной картины Ворчун и Заморыш впали в ступор, только Давиен так и продолжил спать на идущем шагом коне.

Пашка машет рукой Ворчуну, - Чего застыли? Скачите сюда, надо торопиться, скоро стоянка.

***

Ветеран пограничной службы не ошибся: заросшая тропа отвернула к ручью сразу после рощицы. Поляна была намного меньше, отару придется пасти где-то в другом месте. Но зато спуск к ручью был широкий и полностью выложен валунами с обеих сторон, обычно так купцы выделяли брод. Батум приподнялся в седле, показал рукой на старого кабарека, - Мухтым-мар, твой десяток осмотрит вокруг на десять перестрелов.

Десятник радостно сверкнул глазами и коротко поклонился.

- Ищи чужие следы. Также нужно найти место для отары. Ты знаешь, какое место подойдет лучше. Если найдешь дичь или дрова, тоже не забудь захватить.

Десятник хлестнул коня и его десяток ушел за реку. Батум показал на воина в добротной кожаной жилетке не по размеру, с широкими начищенными пластинами, видимо, трофейной, - Юсуф-мар, твой десяток занимается стоянкой. И выдели двух воинов, пусть вернутся к колонне и расскажут, что место для стоянки нашли, пусть поторопятся прислать бочки, пока светло.

Юсуф с кислой миной кивнул. Батум ухмыльнулся, - А если твой десяток все сделает, пока колонна не придет, я разрешу проехать в Большой лес, проверить дорогу дальше.

Десятник радостно кивнул, спрыгнул с коня и стал показывать своим, что делать. Батум пихает локтем Фатума, проверяющего свою плетку на излом, - А мы с тобой быстро зажжем костер и согреем воды: сейчас подойдут лесные дикари с вертящимися ушами, тун Семен велел обеспечить их обедом. А они грызут одну заваренную траву.

- Тсс! Уши у них, может, и вертятся, но слышат они всё! А обидчивые какие! Не приведи Дашин! Перед той битвой еще, мы с Салимом три десятка таких увидели за крепостью, и он сказал что-то смешное, это он так решил, что смешное. Так один, с ушами, возник за спиной, шею надрезал и исчез. И никто его искать не стал.

- Это там было! А тут они туну Игорю подчиняются. А Дашин-темон за своих глотку перегрызет, я сам слышал. А мы ведь его, даже клятву принесли. Так что не бойся, пусть они боятся!

- А я и не боялся! Когда сегодня ехали, я о другом думал: «А почему на этой стороне горы так резко закончились? Как из крепости выехали, так никаких гор, даже холмов, даже камни кучами не лежат»!

- Дед моего деда рассказывал моему деду, а тот мне, что когда-то никаких гор не было, а была степь, от моря и до моря, по которой кочевали одни кабареки. И на берег моря с той стороны, куда мы двигаемся, пристали чужие корабли, из которых высадилась тьма злых чужаков. И стали они нападать на кабареков. Смелыми были кабареки, но чужаков оказалось очень много, на одного нашего воина по пять десятков чужаков пришлось. И решил когах кабареков увести свой народ, чтобы оправиться от потерь и собраться с силами, но беспрестанно чужаки преследовали кабареков. И тогда главный шаман вызвал дух первого Кабарека, чтобы тот попросил Небо защитить его народ. И пришел дух Кабарека и обратился к Небу. И ударил с Неба гром, и выросли эти горы, и стали преградой между кабареками и чужаками. И очутились кабареки на верхушке самой высокой горы. И чтобы они смогли спуститься, одна сторона была наклонная, а вторая резко обрывалась. Поэтому кабареки спустились, а чужаки не смогли залезть на горы.

- Ничего себе! А куда чужаки делись?

- Ну, не знаю. Наверно, погибли все. Когда попытались через горы перелезть.

***

Пашка с кряхтением снова забрался на коня, оглядел свою компанию - все пришли к финишу, даже Ворчун с Заморышем успели догнать мага и вместе с ним пересечь условную финишную черту. Неожиданно Давиен проснулся и с криком, - Быстрее! Там опасность! - понесся вперед.

Оба старика вспомнили молодость и решили не отставать от мага в догонялках. Вадим растерянно смотрел на Пашу, Кешу и продолжающую двигаться повозку, - Мы же не догоним их с этой тарантайкой! - Еще как догоним! - Дозырин спрыгнул с коня, снял щит с дротиком, арбалет, отвязал торбу, швырнул на повозку, - Паш, скачи следом налегке, только наших коней прихвати. А мы с Вадимом докатим телегу по-быстрому. И не спорь, тебя единственного родственник на тренировки спецназа ГРУ водил. Давай, время не ждет! А то всех плохих без тебя убьют.

Пашка думал не дольше пары секунд, швырнул свое имущество на повозку и натянул уздечку, - Давай, родимый, догоняй наших! А то на ужин опоздаем! - и помчался догонять кабареков.

Кеша посмотрел на обиженного Вадима, ухмыльнулся, - Ничего, мы не опоздаем. Обоз - это сила! Я справа, ты слева и погнали!

Когда Вадим увидел, что Дозырин взялся за борт повозки справа, то отключил амулет повозки и взялся с левой стороны. И под мощное "Ура!" повозка рванула вперед со скоростью опытного велосипедиста.

***

Давиен остановил замученного коня напротив рощицы и приподнялся в стременах, - Где же они? Поисковик показывает, что недалеко, но где? Не в лес же заехали вонючие степняки?

Оборачивается на шум, из перелеска позади показались и машут руками Ворчун с Заморышем.

- Там они, за поворотом, дальше по тропе! Там лагерь разбить должны!

Давиен с трудом понукает упирающегося коня, прислушивается, оборачивается и усмехается: появляется довольный Пашка на таком же шатающемся коне, - Я не потеряется!

Маг поворачивает на тропу. Заморыш останавливает коня, слазит, ведет животное в поводу - Я его подожду! Надо было на повозке ехать, зачем я в дозор согласился ехать. Это ты во всем виноват!

Ворчун отправляется за магом. Пашка останавливает своего коня, спрыгивает, кидает повод Заморышу, - Моего тоже поводи!

Снимает с коня дротики, поправляет арбалет за спиной и бежит к отвороту.

Давиен подлетает к стоянке, притормаживает около двух часовых, сидящих с луками у въезда на поляну. Остальные кабареки десятка жарят на вертеле лань, шкура которой растянута в отдалении от костра. Часовые встают, не целятся во всадника, но приподнимают луки. Маг оглядывает степняков, - Где Батум?

- С десятком проверяет Большой лес.

- Кто старший?

- Мухтым-мар.

Часовой коротко свистит, Мухтым походкой солидного эрка идет к всаднику.

- Батум с десятком попал в лесу в беду. Надо спасать.

Давиен разворачивает замученного коня и возвращается на дорогу. Мухтым-мар с десятком обгоняют его и останавливаются. Маг подъезжает, к степнякам подбегает запыхавшийся Пашка одновременно с подъехавшим Ворчуном. Не успевает что-то сказать, как раздается режущее по ушам визжание. Это от Большого леса шестерых пытающихся ускакать всадников преследуют монстры размером с быка и темно-полосатой расцветкой.

Давиен в ужасе шепчет, - Барохи... Мы все умрем...

- Его, что, ничем не убить? - Паша пытается разглядеть монстров.

- Говорят, его слабые места только глаза и пасть...

- А если ты туман соорудишь, они заблудятся?

- Нет, на них магия не действует.

- Тогда так. Я иду убивать первого. Тун Давиен поднимает пыль на дороге и отсекает первого от остальных. Просто пыль, на пыль магия действует. Кабареки расходятся по сторонам, растягивают веревку через дорогу и пытаются удержать, чтобы свалить оставшихся монстров. А потом все вместе их добиваем. Я пошел, тун Давиен за старшего.

И Пашка побежал навстречу монстрам. Ворчун похлопал мага по плечу, - Тун Давиен, коня почти запалили, дозвольте я его повожу.

Маг приказывает десятнику, - Высоту мне!

Мухтым подзывает двоих, кабареки встают по бокам, Давиен опирается ногами на их лошадей, Ворчун уводит коня мага. Давиен смотрит на дорогу, - Барохов шесть. Всадников тоже шесть. Один остается, стреляет в бароха из лука...

Жуткий вопль. Маг недовольно морщится, - Пять всадников успевают уйти, пока барохи дожрут оставшегося… Но нет! Один замечает иноземца, бежит к нему. Приготовились!

Крик "Ура!" заставил вздрогнуть всех. Земляне то ли не заметили поворот, то ли так и было задумано, но они катили повозку прямо навстречу барохам. Маг поднял руку, - Приготовились!

Давиен выбросил руку в сторону леса, - В-р-р-рой!

За первым барохом возникла двухметровая воронка, втянула в себя и подняла в воздух пыль с дороги, встала стеной грязного, мутного воздуха и заслонила обзор. Маг пересохшим голосом произнес "Вперед!" и спрыгнул на землю. Кабареки молча понеслись по полю вдоль дороги.

Пашка услышал предсмертный крик и остановился, где-то на середине расстояния от рощицы до леса. Навстречу пронесся перепуганный Батум с четверкой кабареков на таких же испуганных лошадях, которых преследовал здоровенный кабан ростом если не с быка, то с теленка точно. Пашка огляделся, заметил у обочины торчащий валун, подбежал и уперся в него дротиком. Кабан стремительно приближался. Пашке показалось, что клыки у монстра в полметра.

Пашка уперся дротиком в землю и стал ждать. Вдруг ему показалось, что кабан его не заметил. Он поднял камешек и кинул в зверя. По ушам вдарило звуком работающей бензопилы. Это кабан обиделся на камешек и решил атаковать парня.

Пашку обдало вонью теплой крови и скотобойни, руки вспотели, колени подогнулись, потянуло проблеваться. Пашка сильнее уперся копьем и плюнул в стремительно приближающегося урода, - На крайняк, костями подавишься, все-равно тебе не жить...

И кабан налетел на Пашку.

***

Только когда повозка проскочили половину расстояния до Пашки, только тогда Дозырину показалось, что что-то не так. Подпрыгнув, он увидел, как мутант свалил Пашку и навис над ним. С воплем «Ты на кого клыки раззявил, угребище!» Кешка кинулся выручить из беды друга с дротиком и туристическим топориком, приготовленным для рубки дров для костра. С отставанием в метр за ним ринулся Вадим, размахивая полученной утром саблей.

С отставшей четверкой барохов получилось лучше. Хотя кабереки не удержали натянутую поперек дороги веревку, барохи выскакивали из стены пыли, врезались в неё, по инерции их заносило и животные врезались друг в друга и падали. Упавших всадники растаскивали, накидывая арканы на копыта пытающихся подняться кабанов.

Подбежавшие старики ловко, одним движением, вбивали копья в глотки барохов. Один вырвался, отбросил неуклюжего Заморыша на три метра и пытался атаковать Ворчуна, успешно укорачивающегося от клыков, пока тун Давиен решил тоже поучаствовал в бойне и, наклонившись, прямо с коня вогнав саблю в распахнутую морду бароха.

Не обращая внимания на происходящий цирк, Кеша с Вадимом добежали до Паши, с большим трудом сдвинули тушу кабана, используя свои копья, как рычаги и приподняли Пашку залитого зеленой и красной кровью, а также какой-то коричневой желчью, разъедавшей одежду раненого. Как ни странно, у Пашки ран не было, клыки мутанта не дотянулись до человека несколько сантиметров, а сознание он потерял из-за того, что его придавило.

Пашка открыл глаза после того, как Кешка похлопал его по лицу и сразу пытался что-то спросить, но голос подвел, выдав хриплое мычание. Дозырин все-равно понял, - «Всё пучком, наши победили!».

Пашка кивнул и отрубился. Кешка, вдвоем с Вадимом подняли Пашку и аккуратно потащили на повозку. Но не совсем аккуратно, так как парень вздрогнул и положил руку себе на грудь, на больное место.

- Видимо, ребро сломали. Или ушиб. Надо потом будем синяк посмотреть, - авторитетно заявил Кешка.

Вадим посмотрел на пустые бочки, возле которых лежал Пашка и вздохнул, - Вначале надо на речку посмотреть, как будем воду таскать. А ребра маг посмотрит.

***

Кабареки сидели на конях в полной боевой, то есть с копьями и луками, уже через пять минут, как Чингизхан привел к Собину гонца из дозора. Игорь только успел кликнуть Семена и Мальтсуррака, ушедшего к своим, да начать вешать саблю и заряженную магами и шаманами лопатку, а Чингизхан уже стоял перед ним и ел его голодными глазами, - Дашин-темон, можно мои кабареки поскачут на помощь?

- Не боишься, что враги разгромят наших по частям?

- А чего бояться? Мы все умрем. Там барохи. Это животные, выращенные черными магами. Их нельзя убить. Вернее, очень трудно. В таких схватках дорог каждый миг. А в дозоре один молодняк, им нужно помочь, как можно скорее. Они просто могут испугаться.

- Уговорил, скачи! Только, если очень плохо – уводи людей назад. А там и мы уже подтянемся. С далеметами попроще будет.

Чингизхан уже не слышал последних слов, так как запрыгивал в седло и уводил свою маленькую орду вперед по дороге. Подошел Семен, посмотрел на Собина, - Напали на дозор?

И после кивка поспешил к своему отряду. Подошел Мальтсуррак, вопросительно посмотрел на Собина, - На дозор напало шесть барохов. Кабареки уже ушли на помощь, Чингизхан собрал кого смог, три десятка с гаком. Сможешь своих выделить?

Мальтсуррак кивнул и подумал. Снова кивнул, - Десяток с половиной. На конях, с луками. Больше не могу, раненые еще не встают, после боя.

- Добро. Поднимай свои полтора десятка. Тун Семен своих соберет и поскачем догонять кабареков. А «дубовые» смогут поторопиться?

- Три десятка пеших в полном доспехе и десяток с луками пришлют. Флешен пообещал, что они нас догонят.

- Тогда по коням!

Когда неполная полусотня во главе с руководством колонны, а именно Собиным, Семеном, Мальтсурраком, рядовым составом из школьников Семена и пограничников Мальтсуррака, а также медицинской службы, состоящей из одной худощавой Гули, но с пузатой сумкой на боку, проехала рощицу, то встала в недоумении: дальше по дороге к лесу конные кабареки окружили плотно окружили поляну, над которой стояло облачко плотного синего дыма.

Собин останавливается, рядом тормозит Мальтсуррак, - Что там, тун Игорь?

- Не знаю, но врагов не видно. Сейчас разберемся.

И рванул. За три метра притормозил коня, свистнул. Свист получился негромким, поэтому конники его не услышали и продолжали целится в кого-то из луков . Собин прокашлялся и закричал, - Кабареки! Опустить луки, отъехать на конский корпус! Где старшие? Паша, Тенгиз, Давиен где вы?

Кабареки расступаются т опускают оружие. Подъезжает Чингизхан с виноватым лицом, - Дашин-темон, мы барохов поделить не смогли. Маг со стариками Мальтсуррака говорят, что они будут ими распоряжаться, но это твое унижение, мы не сможем смириться с этим.

- Сейчас разберемся и накажем всех невиновных, - сквозь зубы сказал Собин и поехал к синему дыму, который над трупами мертвых животных держал Давиен. А Ворчун с Заморышем с воинственным видом приготовили к драке кинжалы и дротики.

- Тун Давиен, выключай свою цветомузыку! Теперь ты изложи свою версию, что здесь произошло.

- Всё просто, тун Игорь. Перед нападением барохов Паша-коман-дир назначил меня главным в свое отсутствие. Я принял решение разделать трупы, пока от них есть польза. А твои степняки не дают мне это сделать. А время уходит. Осталось не больше малого круга, а потом их можно сжечь, никакой пользы не будет.

- Ворчун?

- Мы с Заморышем подошли, когда уже все началось. А потом тун Давиен сказал, что нужно слить кровь, пока она не почернела. А потом нас окружили кабареки и всё остановилось.

- Не верю я им, врут, похоже, - шепнул Семен. И громко спросил, - А мои где? Паша, Кеша, Вадим?

- Они в лагере. Паша первым встретил бароха и тот его маленько придавил. Я оказал помощь и теперь он с друзьями в лагере отдыхает.

- Да чтобы Пашка отдыхал! – продолжал шептать Семен, - Он же работоголик по жизни!

- Разберемся, еще не вечер. Значит, так! Семен, дуй в лагерь, убедись, что все в порядке, мы сейчас подъедем.

Семен медленно всех оглядел, - Если с моими что-то случилось, я вас всех на ноль помножу. Маг, тебя это тоже касается! Если Пашка пострадает по твоей вине, ты у меня до самого дворца будешь нужники копать!

- Маги относятся к благородному сословию. Меня нельзя наказывать, как простолюдина!

- А мне плевать! Я предупредил! Если что, мы оставим «дубовых», а сами налегке приедем одни к Светлому Тану и объясним ситуацию. Как ты думаешь, через какое время нам принесут твою голову?

- Семен, остынь! Вначале убедись, а потом прессуй. Все успокоились! Тун Давиен с помощниками заканчивают свою работу и замораживают барохов. Что с ними делать и как делить, будем решать на совещании с Его милостью. Тенгиз-хоган со своим отрядом и с нами едет в лагерь. Ну, все, тронулись! Тун Мальтсуррак, на два слова.

Злой Семен рванул в лагерь со своими школьниками. На приличном расстоянии от разозлившегося учителя следовал Чингизхан со своими степняками. Собин подождал, пока все отъедут, попросил Гулю отойти подальше и повернулся к командиру пограничников, - У меня такая просьба: сейчас останешься и поможешь старикам и магу. Разузнай, как было, на самом деле и напомни своим, что они сами решили ехать с моим отрядом, поэтому должны в первую очередь думать о благе для всего отряда. Так что, хотя они присягу не принесли, но доля им положена. В этот раз доля, как воинам. Потом узнай у мага, что он хочет в счет доли герцога. Наверняка, какие-то части от этих, барохов. Если наглеть не будет, почему бы не отдать хорошему человеку. И ему и Лоуену. Плохо, что не успели с его милостью порешать изменение размера доли. Четыре части за дозор даже для него жирно будет. Нас бы устроил вариант: по две доли ему и тебе и шесть долей моему отряду. Сможешь герцогу передать наше предложение? Вот и отлично! Еще побеседуй с Ворчуном. Я уверен, он отлично знает ночную власть в этом, Магуне, и сможет договориться о продаже намного дороже, чем через купцов. Тогда я в лагерь и буду ждать тебя там. Чувствую, из лагеря мне сегодня не вырваться. Гуля, поехали!

Уже на подъезде к лагерю Собин с Гулей услышали рев Семена, гремящий в полной тишине и безлюдности, - Да мне плевать, что он говорил! Я сколько раз вдалбливал в вас правило: погиб или исчез старший, командование принимает следующий по званию, должности или опыту. А вы обрадовались, что левый маг стал командовать и слиняли быстренько? А теперь пошло «а что нам там делать, мы лучше воду носить будем»? Нет, я вам устрою вечером правильную политинформацию!

В пустом лагере: все кабареки быстренько спустились к реке и заливали подручным средствами стоящую в ручье бочку, багровый Семен воспитывал двух бледных парней. Гуля схватилась за голову, - Ну все, кирдык и немцы!

- Ничего, образумим! – Собин спрыгнул с коня, оправился, медленно подошел сзади к Семену и крикнул, - Стоять! Смирно! Семен Семеныч, введите в курс дела, – и негромко добавил, - Ты чего, Семен? Забыл, что воспитывать надо тет-на-тет? Вечером отведешь за лес и хоть закапывать, хоть строевой всю ночь занимайся. Но не при всех. Понял?

- Так точно, понял, Игорь Вадимович! Докладываю: Паша принял решение отправить кабареков вперед, для нахождения и обустройства лагеря, координаты которого дал Ворчун. Разумеется, назначил старшим Батума. А тот, от скуки, отправил десяток на разведку в лес. Там они наткнулись на этих барохов, потеряли на обратном пути половину и Паша, как командир рванул грудью затыкать амбразуру. Пока они со зверем в таран играли, остальные, без шума и пыли, добили остальных. К счастью, Паша оказался жив, только помятым. Ну, естественно, там туша под центнер. Хорошо еще, ребра не поломали. По окончании инцидента, маг обработал Пашу, погрузил в лечебный сон и отправил с сопровождающими в лагерь. А вот там наши отличились. Вместо того, чтобы все организовать и вернуться обратно, чтобы контролировать обработку и дележку трофеев, они не нашли ничего лучше, как заняться наполнением бочек.

- Я тебя услышал. Теперь вы, парни. Что скажете, в оправдание?

- А чего нам оправдываться? – Дозырин поправил длинные волосы, чтобы придти в себя, - Тут такие разборки начались, когда решали, кто вместо Пашки будет. Но маг ладно, Пашка сам ему сказал, что Давиен остается за старшего. А нас кто слушать станет. А воду мы помпой качаем, нам Витюша утром смастерил. И что, вручать её в руки дикарей? Нет уж, она нам еще потом пригодится. Все. Курсант Дозырин доклад закончил. И вы это, с Батумом поговорите, что он в лесу увидел. Мы пойдем?

Дождавшись кивка Собина, парни вернулись к бочке и запустили помпу, сделанную из непонятно чего и выглядевшую также, но пока исправно выполнявшую свою функцию. Собин наклоняется к Семену, - А теперь объясни, что они должны сделать, чтобы избежать разноса?

- Ой, какой миленький! А это кто?

Гуля наклонилась под повозку со второй, пустой бочкой и пыталась кого-то вытащить. В ответ зарычали тонким голосочком. Но Гуля вытащила на полметра рыжего котенка размером со взрослого кота. Дальше вытащить не удалось, так как котенка не пускала кожаная веревка.

- Забибуллина! Тебя не учили, что к дикому зверю лезть нельзя? Нет, конечно, если у тебя есть ненужные руки или ноги, тогда, конечно!

- Гуля, отпусти животное, это не игрушка, он действительно укусить может. Парни! Откуда это чудо здесь?

- Это у Батума надо спрашивать, он его притащил.

- А сейчас вы его сюда срочно тащите.

- Забибуллина! Отпусти зверя, иди посмотри, как там у Посудина. Да ничего мы с твоим котом не сделаем. Если это кот…

- Да все с Пашкой нормально! Лежит сверху, а снизу его Рысик охраняет!

- Рысик? А чего не Мурзик?

- Потому что он рыжий и хвост, как у рыси.

- Семен Семенович, давайте поспокойнее. Гуля, давай так: если его можно держать дома, он твой.

- А если дикий, то вы его съедите? Да смотрю я его, смотрю! Температуры нет, пульс в норме. Ой! Игорь Вадимович, раны у него плохие: похоже на химический ожог. А я не знаю, как их лечить… А что делать?

- Не паниковать, Забибуллина. Сейчас маг придет, вместе с ним найдете решение.

Понурый Батум чуть ли шаркал по земле старыми сапогами, когда шел к Собину. Тот даже удивился, - Что с тобой, Батум?

- Не выйдет из меня хогана, даже коман-дира не выйдет. Из-за меня погиб Юсуф-мар и половина его десятка, а ведь они из нашего рода.

- Не причитай, Батум! Из тебя выйдет то, что ты сам захочешь. Все делают ошибки, просто не все делают из них выводы. Так что подумай вечером, как сделать, чтобы такое не повторилось. А пока будешь думать, скажи, откуда этот зверь. Это же ты его на привязь посадил?

- Нет, Фатум. Он в лагере оставался и один смог что-то делать после всего...

- Не скули, Батум, не ухудшай карму. Где ты его нашел?

- В лесу. Когда я с десятком Юсуф-мара вошли в лес, то услышали эхо от визжания барохов, рычание большой кошки и шум драки. Юсуф разделил десяток пополам и с одной половиной пошел впереди, а я со второй пятеркой в отдалении повел лошадей. Дорога зарастать стала и мы побоялись, что лошади могут запнуться. Потом визжание стало приближаться к нам. Мы уселись в седла, из-за поворота прибежал Юсуф и трое его воинов с тяжелым мешком. Мы все поскакали обратно, пытались спастись от барохов, но...

- Батум, потом рефлексировать будешь. То есть этого Рыжика вытрясли из мешка и сразу посадили на веревку? Почему сразу не сказал?

- Я... я забыл об этом. Сейчас стал говорить и вспомнил. Я совсем плохой воин?

- Ты совсем молодой воин. Тобой займется тун Семен и ты станешь великим хоганом. А пока возвращайся и черпай воду, тебя ждет вторая бочка. Семен, пулей на дорогу, берешь мага, Мальтсуррака, можешь кабареков взять. Батума возьмешь в качестве проводника?

Батум с такой надеждой посмотрел на Семена, что тот даже развел руками, - Куда же я денусь с подводной-то лодки. Беру!

- Там еще «дубовые» на подходе, если нужно, их тоже бери, сколько надо и в лес. Потихоньку, без шума и пыли, а не как вы любите, чтобы всё взрывалось и горело, изучаете место стычки, забираете трофеи и улики и возвращаетесь сюда. А за мной, кроме общего руководства, еще одна напасть – следить, чтобы ужин приготовили на толпу голодных костоломов.

***

Лес вблизи был похож на земной: на опушке кустарник, за которым лиственные деревья, над которыми виднелись местные ёлки. Отличий было два: непривычно яркий цвет и высота, деревья были на треть выше земных аналогов. Семен остановил коня, огляделся.

Впереди Чингизхан с сыном, увлеченно рассматривающим лес и десятком своих кабареков, закрывающих телами своего вождя. Рядом справа на натоптанной дороге шириной в три метра Андрюха и Руслан с арбалетами в руках, слева Мальтсуррак с двумя своими орлами, вооруженных короткими луками.

Чуть позади оба мага на значительном расстоянии друг от друга. Давиен ближе к кабарекам, а Лоуен к землянам.

По краям дороги топали два десятка «дубовых» с копьями и прикрывали конных большими щитами. Далеко позади на повозке с щитами и дротиками тащились Ворчун и Заморыш и еще два ветерана из крепости.

Семен кивнул нетерпеливо ерзающему Батуму и тот рванул в лес. Не отставая от него, за деревьями исчезли кабареки, следом потянулись Мальтсуррак со своими людьми и школьники. Семен поправил кобуру с выданным Кривичем «Глоком», висевшую спереди, «на пузе», командирскую саблю, прицепленную слева и ремень висевшего за спиной арбалета. Еще раз вгляделся в шумящие кроны и рванул догонять остальных.

В лесу был порядок, как в Финляндии, про которую рассказывал Пашка Забелин, которому после контракта повезло устроиться личным телохранителем к одному олигарху городского масштаба. Тот решил Новый год встретить у «фиников» и, само собой, взял с собой Пашку. Так Пашка года три на совместных посиделках всё рассказывал про встречу Нового года в финском лесу, какой там порядок, веточка к веточке, а все деревья растут по ранжиру.

Так было и тут. По крайней мере, так показалось Семену, в полглаза рассматривающему окрестности на предмет засады. Он догнал кабареков, остановивших на границе смены лиственных деревьев на еловые, удивленно посмотрел на спешившегося Батума и остальных степняков.

Подтянулся Мальтсуррак и пояснил - В прошлый раз они отсюда пешком пошли.

Семен кивнул и расстегнул кобуру. В лесу гудел обычный шум. Дорога по дуге делала плавный поворот. Внезапно кабареки стайкой испуганных рыбок ломанулись обратно. «Дубовые» сразу за ними перегородили дорогу стеной щитов. Андрюха внешне лениво навел арбалет на поворот, Руслан привстал с арбалетом в стременах, прижал приклад к плечу и приготовился стрелять.

Семен оглянулся. Пограничники наложили стрелу, но больше ничего не делали. Маги разминали руки, видимо, готовились посылать файерволы. Даже пенсионеры на повозке взяли в руки свои луки.

Семен крикнул, - Не стрелять! Без команды не стрелять! – и стал проверять выполнение. Вроде, никто не собирался проявлять инициативу. Но вдруг его поразило посеревшее лицо Руслана, который плюхнулся в седло и чуть не выронил арбалет.

Оказалось, поворот исчез. Совсем исчез. Просвет дороги мгновенно зарос могучими елями. Семен вполоборота глянул назад: степняки не удрали, они рядом с остановившейся повозкой приготовили луки к стрельбе. Остальные тоже не психовали, по крайней мере, внешне.

Русик хмыкнул, - Лоханулся я – деревьев испугался!

- Штаны сухие, арбалет наготове, так что ни разу не лоханулся. Обычный мандраж перед не известностью. Я ведь рассказывал, как Александр Македонский солдат в армию отбирал?

- Да помню я, Семен Семеныч: если при виде тигра солдат покраснел, то берут, а если побледнел, то нет. Типа, чистая физиология. Если лицо красное, то кровь прилила и боец сможет действовать. Но я-то побледнел! Шайзе! Сейчас точно взбледну!

Перед выросшими деревьями на дороге появился трехметровый мужик с короткой окладистой черной бородой, тесьма, разрисованная узорами и вставленными красными камнями, удерживала в относительно порядке густую шевелюру на голове. На плечах, наподобие плаща, была накинута шкура животного, темные пятна которого сливались с листвой. Мужик опирался на дубину, высотой с Семена и коня, вместе взятых. Что у него было на ногах – непонятно, так как ноги мужика по колено закрывала мгновенно выросшая осока. Мужик хмуро посмотрел на Семена, - Чего надо?

- Посмотреть надо. Там, дальше, барохи на кого-то напали и нам надо понять на кого.

- Значит так. Вначале вы вернете тех свинок, что убежали из леса и что унесли в мешке, тоже вернете. А потом я вас пущу. Может быть.

- Значит так. Мы едем, смотрим. Если это то, что мы думали, то мы рассказываем своему руководству и оно решает, что, кому и сколько давать. Или с кого что-то получать. Так понятно?

- Больно ты прыткий! - Старик нахмурил густые брови, небо потемнело, в верхушках деревьев загудел ветер, кони попятились, - Вот значит, как заговорил. Тогда уезжайте. Когда научитесь говорить вежливо, вернетесь.

- Тебя как звать-то? А то говорим, как чужие. Меня зовут тун Семен.

- Меня-то? Зови меня Хозяин.

- Хозяин так Хозяин. Послушай, Хозяин. Я пока говорю вежливо, но я нервный после ранения, скоро начну грубить. Вначале мы едем, смотрим и забираем, что нужно. Потом ты встречаешься с главным и обговариваешь условия передачи. А потом получаешь. Гарантирую: что-то ты все-равно получишь. Либо от них, либо от меня. Это если по-хорошему. А если по-плохому: ты нас не пускаешь, я возвращаюсь, получаю люлей от босса и начинаю делать новую дорогу к тому месту. Ты, конечно, Хозяин этого леса, силы у тебя не меряно, но мне-то торопиться некуда. Там война идет, пока она сюда доберется, мы поживем на свежем воздухе и здоровом питании. Да и дров напилим на продажу, будь здоров! Наши такие орлы, когда вопрос с деньгами встает!

- Меня ваши войны не интересуют!

- А это не обычная война. Наш враг применяет плохую магию, не знаю, как по-вашему это называется. Знаю только, что иначе тут такие «свинки» не бегали бы.

- Не обычная, говоришь… Ладно, приду к вам вечером, готовьтесь. И это… Там, далее, вторую повозку барохи разломали. И живых тоже.

Старик исчез, дорога снова уходила по дуге за поворот. Громкий общий выдох облечения качнул молодое деревцо.

***

Семен с Андреем и Русланом подходили к своей стоянке с замученным видом. Ноги остановились, когда они увидели, как вся компания в полном составе сидит перед пустой расстеленной на земле скатерти и внимательно смотрят на них. Семен, как старший, взял на себя инициативу, - Вы чего?

- Поужинали, теперь вас ждем, - как старший, ответил Собин, - как всё прошло?

- Нормально прошло. Съездили, нашли места схваток.

- И что там?

- В обоих местах телеги разбитые и трупы в море крови. Та, что поближе, еще ничего, а которая подальше – совсем в хлам. Мальтсуррак со своими восстановил картину произошедшего. На двух повозках «дельфины» везли продукты, амуницию с запчастями и пополнение. На каждой по одному «дельфину» и тигру, плюс пополнение: четыре или пять щенков или котят, не знаю, как правильно. Когда услышали, что их догоняют, то разделились. Одна повозка осталась прикрывать, а вторая рванула из леса. Ну, как рванула, «дельфин» вручную погнал повозку. Это, конечно, дало выигрыш во времени, но небольшой. Народ прикинул, «дельфин» с помощником держались минут десять, максимум пятнадцать, когда их догнала банда этих, барохов…

- Да натравили их! Сами они не дотумкают по следу идти!

- Не буду спорить с Анатолием, пусть натравили. Вообщем, пока первого догоняли, он успел подготовиться и дорого продал свою жизнь. Они вместе с тигрой записали три трупа на свой счет и еще одного подранили хорошо. Причем, тигра из одного отбивную сделала. Короче, там ошметки в радиусе трех метров разбросаны, а воняют… метров за сто, не меньше. Я парней не пустил, так им запаха хватило, чтобы наизнанку. Маг, конечно, сказал, что у мутантов обмен веществ очешуительный, но мне показалось, что этих барохов с рождения не кормили: они все сожрали, все куски крупнее головы. Причем очень быстро, прямо аппараты по переработке какие-то! А второй пытался на своей тигре уйти от преследователей. Но догнали их твари... Пока его «конь» пополнение в кусты оттаскивал, «дельфин» одного сильно порубал, сабелька у него супер. И напоследок тигра его одного в «трехсотые» отправила. А потом барохи до пополнения добрались... Вообщем, Рысика Батум увез...

- Он уже не Рысик, а Анжела. Потому что она и потому что «вылитый ангелочек».

- Не буду спорить. Батум увез Анжелу, а остальных барохи погрызли. Но не всех. Когда мы приехали, парни нашли еще одного, сильно израненого. Зверь потерял много крови, но оказался храбрым и легким. Когда барохи добрались до них, он умудрился распороть мешок, вылезти и напасть на эту тонну мяса и дерьма. Его взяли на клыки и отбросили в сторону. Вообщем, маги его подлечили, но гарантию давать не стали.

Из-за спины Семена возник Мальтсуррак, - Тун Игорь, надо котенка отдать. Дельфины приедут, им и отдать. Эти тигры – дикие звери, такие же барохи, их воспитать нельзя. Он в любой момент кинуться может и всех порвать.

- Посмотрим. Я опасаюсь, что если мы эту Анжелу заберем, нас Гульмира еще до Магуна успеет отравить, так что предлагаю рискнуть, может, и не покусают. Что-то еще?

- Телегу привезли в лагерь. У неё днище рунами исписаны, так маги всю нижнюю часть своими сутанами вытерли, пока изучали. Говорят, не видели таких знаков раньше. Какой-то редкий раздел защитной магии. В конце концов, Флешен разрешил им срезать весь слой с рунами, чтобы под ногами не путались. Нам же герцог дал добро тачанку сделать, так мы найденную повозку распилили и далеметы на обе половинки поставили. Завтра испытывать будем, на скорость перемещения и удобство стрельбы. Да, его милость про гранаты вспомнил. Я ему про сам принцип рассказал, что кидаешь штуку, а она взрывается. Так что, он озадачился, вспомнил какие-то намётки и пообещал озадачить магов. Зуб не дал, но намекнул, что к столице с гранатами приедем. Всё! Сержант Веретенников доклад закончил.

- Тогда присаживайся! Сегодня нас герцог угощает местным кулешом.

Кривич освободил место на вытертой шкуре перед невысокой кастрюлькой, над крышкой которой поднимался парок, - Садитесь, мы уже червячка заморили. Это у них ужин по-походному. Я бы базилика добавил бы, но это на любителя. А так одна беда: много не съешь, сытный очень.

Руслан ухмыльнулся, - А я бы лучку зеленого навернул, с таким соусом в самую жилу.

Кривич предложил Мальтсурраку присоединиться, тот не стал выделываться, а присел к парням. Гуля принесла глубокие алюминиевые тарелки, налила в каждую пару поварешек соуса из кастрюльки, из соседней положила по черпаку мелко изрезанного мяса, - Пару минут надо подождать, пока мясо согреется.

Аппетит к Семену пришел, как и положено, во время еды. Оказывается, он оголодал, как волк зимой, но парни застучали ложками быстрее командира. Семен вытер кусочком хлеба пустую тарелку и спросил у Кривича, присевшего с кружкой рядом с Собиным, - Риалвы из леса еще не возвращались?

- Нет пока. Мальтсуррак их ждет с минуты на минуту.

Кривич посмотрел на опускающееся солнце и пожал плечами, - Он сказал, что они придут до заката.

Леночка Сидорова, стройная фигуристая брюнетка, села к Андрюхе слева и вцепилась в локоть, - Страшно было?

- Да не особо. Когда Хозяин бурю стал вызывать, то вначале струхнул. Он и так выше трех метров, а еще саспенс такой вокруг. А потом вспомнил, что Полина говорила, что лесные существа не могут причинить вред, пока с ними разговариваешь и успокоился.

- Какая Полина? Воскобойникова?

- Да нет, из города. Это еще до тебя было и до клуба. Я с пацанами тусоваться поехал и познакомился, когда мороженое покупал.

- Врешь ты все!

Леночка резко отпустила руку парня и убежала. Если бы Андрюха не доел порцию, то точно пролил бы содержимое. Собин заинтересованно спросил у Семена, - А что за Хозяин?

- Дух леса, действительно трехметровый. Не хотел нас пускать, выкуп собирался стрясти. Я сказал, чтобы вечером пришел и с вами разговаривал. Он подумал и пустил.

- Как думаешь, Хозяин риалвам в лесу вредить не будет?

- Да нет, не должен. Он просто власть свою показывал. Типа, я здесь прокурор, губернатор и представитель президента в одном лице. А вы так, просители. А по существу гадить не будет, мелко это для него.

- Хорошо. Тогда у нас на завтра какие планы?

- По плану завтра выходим из леса, пересекаем мост через Магу, обстраиваемся и обедаем у городничего или как его тут называют. А после обеда культурная программа в виде посещения ярмарки. А после решим, как лучше: здесь ночевать или налегке к Дасуну рвануть.

- Хороший план. Толян, может тебе раньше остальных рвануть? Возьмешь герцога, Мальтсуррака и договоришься о реализации.

- Не учи отца рыбачить! Всё уже на мази. Только Мальтсуррака не берем, он в наших делах не очень. С нами едут герцог со свитой и наши прославленные ветераны. Говорят, у них всё схвачено. И легальный бизнес и нелегальный. Так что, готовь мешки под деньги. Кстати, я опросил экспертов о стоимости убитых мутантов. Очень солидно должно получиться.

- Анатолий Алексеевич, давайте не будем делить шкуру неубитого медведя, тем более, на ночь глядя. Давай до города хотя бы доедем.

- Как скажешь, ты здесь главный. Оба-на! А вот и Хозяин. Только усохнуть успел, на трехметрового никак не тянет.

Все резко повернулись к лесу. Хозяина, на глаз, не выше двух метров, сопровождали два матерых волков благородного цвета «серый с сединой», бежавших по бокам, метрах в пятидесяти. И сам Хозяин сменил шкуру на замшевый костюм из куртки и брюк коричневого цвета, снял тесьму, а дубина трансформировалась в увесистую трость.

- Три метра был, не меньше! Ну, я же трезвый, не мог так ошибиться!

Кривич хмыкнул, - Никто тебя не обвиняет, Семен. Здесь всё, что угодно могло произойти. Магия, будь она не ладна! И никого, кроме нас нет, чтобы встретить дорогого гостя. А ведь мы сами не местные, правил не знаем. Не дай Бог, Хозяин на нас за что-то обидится, до смерти не расхлебаем.

- Хозяин всё слышит, иногда даже мысли, так что лучше. чтобы здесь поменьше существ осталось, - Мальтсуррак тихо шепчет Собину на ухо, - То, что он со своими помощниками идет в обычном росте, то значит, что он в хорошем настроении...

- А если в плохом, тогда как происходит? - Толян в наглую присоседился подслушивать.

- Тогда Хозяин верхом на лосе приезжает, оба в два раза крупнее, чем сейчас и начинает топтать провинившихся.

- Да уж, альтернатива не покатит! Народ, пять секунд и на поляне я никого не вижу, все в своих палатках делают вид, что спят. Семен, готов к труду и обороне?

- Конечно, Анатолий, всегда готов!

- Мы же договорились: либо полностью, по имени отчеству, либо Толян. С детства ненавижу, когда говорят Анатолий. Ладно, лирика потом. Ты своим бойцам скажи, пусть наготове будут, мало ли что. Вдруг его лось с черного входа зайдет. Тун Мальтсуррак, ты с нами или к своим пойдешь?

- С вами, конечно. Тем более, тун Анатолий пообещал новое развлечение вечером, боюсь, если уйду, потом вернуться не смогу, все собираются посмотреть, тут такая толпа встанет.

- До чего народ побазарить любит! Никто тайну хранить не может!

Собин подошел к учительнице, уводящей Принцессу с неразлучной собакой и худенькую девочку чуть повыше с азиатскими чертами лица, - Ирина Сергеевна, как Вы?

- Спасибо, уже лучше. Настенька уже отходит от шока, её Женечка Ким опекать взялась, у них разница в возрасте меньше, чем с остальными.

- Вы обращайтесь, если что!

Хозяин неторопливо приближался к лагерю. Через волков он чувствовал как от военных, сквозь магическую защиту слабо пробивалось ожидание опасности от его прихода и готовность защитить свой лагерь, шаманы степняков надеялись отогнать его, сжигая сухие листья синего подорожника, от запаха которых волков одолевало желание чихать. И только иноземцы в шатрах неожиданно хотели только получше рассмотреть его. Двое детенышей, которых уводила взрослая самка, остановились и стали внимательно рассматривать. Хозяин прислушался.

- Как ты думаешь, дедушка Паше поможет? А то в лазарете говорят, что выздоровление затягивается.

- Если захочет, то поможет. Девчонки сказали, что им парни сказали, что они слышали от магов, что Пашу барох кровью залил, а она у него ядовитая. И теперь он выздоравливать будет не меньше двух месяцев.

- Если он поможет, я ему портрет сделаю из цветов.

Неожиданно Хозяину захотелось иметь этот «портрет». От отогнал ненужные мысли и сосредоточился на встречающих. А встречали его четверо. Один был старым эрком, уставшим от жизни и хотевшим побыстрее проводить Хозяина, доделать свои дела и выспаться.

Воин, говоривший с ним в лесу, был удивлен изменениями в Хозяине и пытался понять, когда он был настоящим, а когда иллюзия. Старый иноземец, стоявший по другую сторону от непонятного «босса», смотрел на Хозяина и думал о завтрашней торговле. Хозяин усмехнулся над наивностью иноземца и начал разглядывать главного иноземца.

Главный думал сразу о нескольких вещах, его аура вспыхивала в разных местах одновременно. Но не было даже намека, чтобы оказать уважение или проявить испуг перед Хозяином. Он даже хотел повесить над ними облако страха, но вспомнил поведение воина на лесной дороге и передумал и просто сделал воздух над встречающими тяжелее.

Мальтсуррак взял в руки квадрат, висевший на груди на длинной веревочке, - Хозяин применил атакующую магию.

Кривич схватился за голову и зашатался, Семен замотал головой, как после удара в голову, у Игоря потемнело в глазах. Он бросил взгляд на старика – амулет почернел, лицо Мальтсуррака побагровело, точнее, стало совсем темно-зеленым.

- Значит, по-хорошему не предлагаешь, сразу по-плохому? Тогда и будем, аналогично, - Собин опустил взгляд на точку чуть повыше предполагаемого пупка Хозяина и резко выбросил руку с криком «ха!».

Хозяин качнулся и отступил назад, волки остановились, телепатически поговорили с местным лешим и возобновили свой неторопливый бег. Хозяин тоже продолжил движение. Собин достал откуда-то плоскую фляжку, глотнул сам и пошел вливать зеленый напиток партнерам.

Кривич будто не распробовал и сделал еще один глоток, - Что это? – спросил, возвращая фляжку.

- Очередное снадобье Гули. Только, к сожалению, безалкогольное. А ведь спирт хорошо должен вымывать всю эту магическую радиацию, - ответил Игорь, попутно приводя в чувство Семена и опустившегося на землю Мальтсуррака.

- Отпустило? Тогда ждите здесь, а я пошел с контрагентом беседовать. Я правильно помню, что нам от него нужен пропуск через лес, за который он хочет всех барохов? А сколько мы хотим ему подарить, а, Толян?

- Одного, максимум, двоих.

- Окей. Пока я хожу, крикните Гуле, чтобы она «полянку» накрыла, для уважаемого гостя.

- Тун Игорь, Хозяин с нами есть не будет, это не в его обычае.

- А пить?

- Не знаю, не помню подобного.

- Ладно, Толян, передай барышне, чтобы попить принесла, что-нибудь фирменное. Всё, можете считать меня олигархом.

И Собин также неторопливо, как и Хозяин, пошел навстречу. Мальтсуррак начал смотреть вслед, бессознательно трогая испорченный амулет. Вдруг повернулся к плюхнувшемуся рядом Кривичу, - Тун Анатолий, а это такие «олигархи»?

- Это наша земная фишка. Это купцы с вашими «золотыми поясами».

Мальтсуррак кивнул, - Я понимаю. У вас купцы всё решают, как и у нас. Только у нас «золотые пояса» дают только военным... О, тун Игорь собирается возвращаться.

Не доходя двух метров, Собин кивнул Хозяину, - Тун Игорь приветствует многомудрого Хозяина Большого леса!

Хозяин выпал в осадок, не нашел, что ответить и просто кивнул. Собин продолжил, - В знак уважения хотим мы преподнести тебе, в дар, тушу убитого бароха и доставить его туда, куда ты укажешь.

Хозяин прищурился и злобно посмотрел на Собина, потом надавил всем телом на трость, будто представил, как продырявливает ею тело Собина, - Ладно, принесешь половину убитых барохов и их щенка, которые твои степняки украли и проезжайте по дороге. И тогда я скажу тебе кое-что, что ты не знаешь, но хочешь узнать.

- При всем уважении, не смогу с вами согласиться, многомудрый. Двух барохов дам, а о щенке вообще речь не идет. У нас считают, что он не виноват, что его таким сделали. Вот твоих волков тоже можно барохами назвать, но ведь никто не называет. Вот и проверим, каким он вырастет, если мы займемся его воспитанием. Посуди сам: в твоем лесу барохи убили двух уважаемых эрков, их животных, уничтожили их имущество. Значит, ты виновен, что не следишь за порядком. Я уверен, что ты с ними справишься за половину малого круга и не вспотеешь. А вместо этого ты выдвигаешь претензию. Хотя это именно мои люди рисковали своей жизнью, а один вообще лежит ни жив, ни мертв. Но из уважения к тебе, как к Хозяину Большого леса я готов привезти продукты из Магуна, какие ты закажешь. Свежий хлеб, например, или молоко. Целую повозку.

Хозяин привычно посмотрел на небо, увидел там какие-то знаки и грустно кивнул. Собин про себя выдохнул.

- Сейчас привезешь трех барохов, волки покажут куда, а завтра, до обеда привезешь хлеба и молока полную повозку. Свежего! Волки покажут куда. А за это я твоего парня вылечу. Слово?

- Слово!

- И это… Вы там чегой-то приняли, когда я гм.. погорячился. Можно попробовать?

Собин, снова про себя, ухмыльнулся и достал плоскую фляжку из нержавейки. Грустно посмотрел на неё в последний раз и протянул Хозяину, - Подарок.

Хозяин по-доброму усмехнулся, - Не жалей. С любовью подаренное – с любовью и вернется.

Ловко открутил крышку, попробовал крякнул, аккуратно спрятал фляжку, Что это?

- Настой тархуна, зверобоя и фейхуи.

Хозяин довольно хмыкнул своим каким-то мыслям и пошел обратно в лес. Собин устало побрел обратно в лагерь. На подходе его подхватили под руки Семен с Мальтсурраком и потащили к так и не убранной скатерти, на которую Гуля с Кривичем уже тащили закипевший чайник, какую-то сдобу и мешок под сидение.

Аккуратно усадили Собина, который, на всякий случай, замучено простонал, - Ну, не моё переговоры проводить! Я, как-то, месяц бухучет одной фирмы восстанавливал, в нерабочее время, и то так не выматывался.

Кривич плюхнулся напротив Собина, - А по существу есть что сказать? Просто не время ныть – пора уже к чему-то готовиться.

Собин благодарно кивнул Гуле, вручившей ему кружку с отваром и сделал большой глоток, - А по существу следующее: договорились на три туши плюс повозку продуктов из города, а в обмен, кроме благодарности – бонус. Хозяин пообещал вылечить Пашу. И еще он порывался рассказать что-то важное, но еще за одного бароха. Я отказался.

- Ну и хрен с ним, таким противным.

- Мне вот что непонятно: когда историю рассказывали про духов, там материальным интересом и не пахло.

- Ты как маленький, Горян! Люди такие сволочи, они кого угодно испортят, тем более таких простодушных дитев природы.

- А вот и риалвы возвращаются! С каким-то мешком. Они с мешком уходили?

- Да вроде нет, Семен. Видимо, по дороге прибарахлились. Я же говорю: общение с людьми, тем более с нами, испортит кого угодно!

- Ой, я же забыла… - Гуля убегает в свою палатку.

Мужики отвлеклись от рассматривания быстро подходящей четверки риалвов и удивленно переключились на палатку. Через несколько секунд Гуля выбежала с какой-то коробочкой и подбежала к Мальтсурраку, - Тун Мальтсуррак, мне риалвы утром подарили, а я не знаю, как открывать. А рвать не хочу, она красиво запечатана. Вот!

И протянула коричневый сверток, - А еще они меня алахориэль назвали.

Мальтсуррак задумчиво почесал затылок, - Алахориэль, на альвейском, означает Хранительница предметов…

- Завхозиха, значит, га-га-га!

- Анатолий Алексеевич, Вы не корпоративе, не смущайте девушку. Скорее, это жрица – женщина, которая распоряжается магическими предметами.

- Истинно так, тун Игорь! А сверток из листьев дерева синтеллия, его заговаривают на определенного эрка, который сможет его открыть. Обычно, нужно взять в руки и произнести фразу, но они бы сразу предупредили, если это было так.

- Я понял: нужно поцеловать этот сверток, как лягушку! Толян, прекращай ржачку, обидишь девушку – и вместо отваров будешь листья в сухую грызть.

- Всё я молчу, как камень. Гуля, может подуть на сверток?

Гуля поднесла сверток ко рту, дунула на него. И зашмыгала носом. Потом не выдержала и затрясла сверток, - Да открывайся ты уже!

И листья на свертке разошлись, как мачты-опоры при старте ракеты, обнажив содержимое, которым оказалось невзрачные бусы из темно-коричневого дерева в форме сантиметровых игральных кубиков, только вместо точек на грани были нанесены руны.

- Рунные бусы из дерева Сфенитал. Риалвы очень высоко оценили твой подарок, туна Гульмира. Не снимай их…

- И ты обретешь вечную молодость до самой старости. Не хочу отвлекать, но наши дерзуузалы подходят. И как мне кажется, новости у них плохие.

- Толян, ты чего в самом деле сегодня разошелся?

- А у меня так, Игорек, предчувствие большой задницы проявляется. Сам не понимаю, почему, но как только подстава незапланированная, так меня на хаха пробивает. Ладно, пойдем, встретим разведку.

Гуля посмотрела-покрутила в руках бусы, пожала плечами и одела на шею. Длина украшения не превышала сорока сантиметров, поэтому кубики легли на голую вспотевшую шею. И сразу, под воздействием пота, бусы приобрели насыщенный цвет, стали смотреться объемнее. Правда, Гуля этого не почувствовала, так зеркальце она не взяла, а без него самой это увидеть не получилось.

Риалвы разделились. Трое подошли к Мальтсурраку, а один подошел к палатке и оставил пакет внутри.

Мальтсуррак крикнул, - Туна Гульмира, они потом все объяснят, - и повел разведчиков к начальству.

Гуле пришлось пойти разбирать принесенное, это были местные травы. До пояснений она очистила травы от мусора, рассортировала по видам и начала развешивать на просушку.

А снаружи Собин выслушал Мальтсуррака, послал Семена за герцогом и магами и велел Кривичу организовать для личного состава культурную программу, а именно обещанный просмотр фильма. Ребята принесли Витюшу, парень все еще не мог ходить, хотя ноги выглядели не так страшно, как раньше.

Пока сидящий на повозке Витюша настраивал аппаратуру, Кривич успел всем проесть мозг жалобами на плохую организацию труда, что местные не понимают речь в фильме, поэтому придется озвучивать в живую, что геморрой с электричеством, хорошо что еще успели зарядить батарею, иначе кина бы не было совсем. Вообщем, заранее стелил соломку на случай фиаско.

Вернулся Семен с информацией, что герцог предложил провести совещание у него, так как все «дубовые» уйдут «на просмотр» и никто не помешает. Пришлось согласиться.

Палатка герцога выглядела намного богаче палатки Собина: тут и яркий свет от магического шара под потолком, и настоящий стол два на три, и резные стулья в ряд, на которых шевелились драконы. Герцог встретил пришедших, сидя на стуле, наподобии трона: повыше и пошире остальных. Сбоку стулья были покрыты гербом герцога, который Собин видел на перстне герцога: дерево, видимо, дуб, которое охранял могучий бык. По бокам герцога сидели оба мага, видимо, только пришедшие, так как ерзали по своим сидениям, пытаясь усесться поудобнее.

От заставленного стола крепко пахло ванилью и перцем. Видимо, пахло от открытых квадратных пирожков с непонятной начинкой розового цвета. Герцог, в праздничном халате, пошитого из золотой нити и покрытого красными геометрическими узорами, махнул рукой и слуги стали разливать вино по высоким серебряным кубкам, украшенным сверкающими камушками.

Герцог попробовал вино, - Мне понравился ваш обычай проводить совещания за накрытым столом. Я взял на себя смелость предложить наше родовое блюдо: шишинию. Это мясо герлоков, вымоченное в вине и покрытое специями. Пробуйте!

Собин и Семен присели за стол и отрезали по кусочку шишинии на свои тарелки, им налили вина. Семен стал смотреть, как Игорь подцепил кусочек на вилку и положил на язык.

- Можно? – в палатку просунулась голова Кривича.

Герцог кивнул и Толян уселся на пустой стул, - Что тут у нас?

- Шишиния. Пироги из мяса герлоков со специями. Дегустируй, тебе не привыкать на банкетах питаться!

Кривич отрезал приличный кусок, не замечая страдальческого выражения на лице герцога от такого издевательства над кулинарным произведением искусства, положил в рот и начал жевать с закрытыми глазами.

Открыл глаза запил вином и одобрительно кивнул, - Вкусно. Только пища плотная, тяжелая. Поэтому вначале, для аппетита взвар попьем, чтобы кровь к желудку не убегала. А после совещания можно плавно перейти к потреблению шишинии. Я, кстати, ванили меньше бы положил, на кончике ножа, а вот аджики или хреновой закуски побольше. Но это экспериментировать надо.

Недовольный герцог прокашлялся, - Тун Семен сказал мне, что у вас какие-то важные и срочные известия.

- Да, Ваша милость. Разведчики вернулись. Мы посылали риалвов проверить обстановку за Большим лесом. Они докладывают, что там засада.

Герцог откинулся на спинку и приготовился слушать, - Флешена сюда! Говорите!

- Как Вы знаете, за лесом дорога идет напрямую к мосту через Магу. Расстояние там, примерно девять перестрелов.

- Восемь и еще два с половиной десятка коней.

- Пусть так. А слева до непроходимого леса, для нашей колонны непроходимого, больше десятка перестрелов. А в правую сторону, в самом широком месте, два перестрела до речки, на которой стоит наш лагерь. Она течет, пока не впадает в Магу…

Вбежал Флешен, кивнул присутствующим, посмотрел на герцога. Тот кивком показал на свободное место за столом. Флешен плюхнулся и стал разглядывать карту.

- На расстоянии семидесяти метров от дороги, в направлении реки… Через четыре десятка коней, вдоль дороги идут холмы. Риалвы обнаружили десять и одного бароха, отдыхающих у тех холмов. Также они зафиксировали, в смысле, учуяли там магический пузырь семь на восемь коней. У нас конь два метра? Да, семь на восемь.

Герцог вопросительно смотрит на Давиена, тот кивает на Лоуена. Маг, наслаждавшийся вином, поспешно ставит кубок на стол, - Есть такое заклинание «Полная сфера безмолвия». Это заклинание мага третьего ранга, оно «закрывает» и звук и изображение. Есть более простое заклинание «Малая сфера безмолвия», тогда «закрывается» только звук, это любой маг пятого ранга должен уметь…

- Тун Лоуен, а можете вкратце рассказать, как маги создают заклинания?

- Да, конечно. Маг в голове строит костяк заклинания, образ того, что надо сформировать. Разумеется, чем лучше создать образ, тем легче его «запустить». Тут у каждого свои приемы. Одни привязывают его к руне, другие привязывают к фразе, которую надо произнести. Третьи прячут образ в предмет, который потом надо насытить энергией. Собственно говоря, маги и делятся по рангам от способности работать с количеством энергии. В Академии всегда приводят такой пример: маг пятого ранга может удерживать струю огня длиной три локтя в течении половины малого круга. А маг первой ступени должен удерживать поток пламени длиной три коня в течении большого круга. Он может и дольше удерживать, только время больше большого круга не засекали.

- А магов третьего ранга, способных создавать «Полную сферу», много?

- Нет, конечно! Магов вообще мало. К магии способен только каждый десятый, а магом стать каждый седьмой. Отсюда магов первой категории в Элазии две руки.

- Это считая тех, кто сам не магичит, а только показывает как надо, - не выдержал Давиен.

Кривич хмыкнул, - У нас таких называют руководители, от слова «умеющие водить руками».

- Тун Анатолий, опять? Не будем отвлекаться. Если магов так мало, значит, их никто не отправит с диверсионной группой убивать врагов. Тогда что?

- Жезл-накопитель? – выдвинул идею Давиен, - С ним маг может работать с заклинаниями выше своего ранга. Обычно посылают мага с четвертым рангом. Но тогда у него жезл на… Этого не может быть! О таких жезлах никто не говорил!

- Если не говорят, не значит, что не применяют.

- Поддержу туна Анатолия. Будем считать, что у мага есть накопитель, чем тогда нас могут порадовать при встрече?

- …

- Понятно. Сразу ничего из головы не вылазит. Давайте через другой зад зайдем. Кто еще должен быть в такой ДРГ и с каким оружием? Семен?

- Если по аналогии с той, что в крепости, то от пяти до десяти человек, то есть эрков. Хотя, не исключено, что и людей парочка. Если местные, то, скорее всего, пара мощных арбалетов, хотя могут парочку наступательных гранат. А какая у группы цель? Если опять по аналогии со вчерашним днем – уничтожение живой силы противника, то… Не знаю, тун Игорь. У нас бы гранатометы дали, пулемет и снайперку. И тогда любая дистанция закрыта.

- Ваша милость? А как бы Вы такую группу составили?

Герцога настолько увлекло обсуждение, что он не сразу улышал вопрос Собина.

- Я бы? Хм, четыре эрка с двумя лучеметами, двое с арбалетами, маг и два копьеносца для переноски барахла. Но такая группа сможет точно обстреливать только расстояние в перестрел. Потому что, если дальше, то точность упадет.

- Народ! Вы про барохов забыли! Маг наштамповал их туеву хучу и они всем калганом сели на дорогу между лесом и мостом и закрыли направление. Или я прав?

- К сожалению, возможно, что тун Анатолий прав. Если у мага будет мощный накопитель, то сделать не трудно. Исходного материала в лесу много, а порошок они с собой принесут...

- Ваша милость, как в таком случае нас будут атаковать из засады?

- Ели без барахов, то начинается обстрел из далеметов, потом маг не даст поднять головы, они подбираются поближе и расстреливают из арбалетов и луков. А с барохами... Я бы пустил их первыми, они перевернут повозки, внесут сумятицу и нас начнут отстреливать по одному, на выбор.

- Значит, придется решать и эту проблему.

- А как, Семен?

- Есть идея. Будем считать, что группа нападает только на небольшие караваны, чтобы никто не ушел и не предупредил. Тогда у нас есть шанс.

Глава 11

Глава 11. Битва у Большого леса

Раннее утро. Густой туман. На опушке леса, перед кустарником, прикрывающим выезд из леса, десятник Флешен контролирует, как Ворчун и Заморыш наносят кровь бароха на боковые стенки повозки.

- Не жалейте крови, не жалейте!

- Ты знаешь, за сколько одну склянку можно продать? Мы же чистым золотом эти старые повозки покрываем!

- Старик, ты думаешь, моя кровь стоит дешевле, чем кровь убитого монстра?

- Десятник Флешен, Ворчун хотел сказать, что и этого количества хватит, чтобы барох не атаковал повозку. Повозок много, крови может на все не хватить. А про деньги? Так Ворчун про что не говорит, у него всё выходит про деньги.

- Смотрит, старик, если со мной что-то случится – «дубовые» из тебя все косточки вынут, сломают, сожгут и развеют.

- Так-то мы вместе едем, нам тоже еще пожить охота! Особенно, после того, как тун Игорь пообещал веселую жизнь.

- Да что такого он мог предложить? Дополнительную тарелку супа и маленький кусок мяса в пустую похлебку?

- Долю в добыче! Пока одну долю, как воинам, но если мы поможем выгодно продать барохов, то дадут, как десятникам – по две доли. Так что, осталось дожить до ярмарки – и можно покупать кабак в столице.

- А чего не бордель?

- Так я всех девок заезжу, работать не смогут. Сплошной расход получится!

- А на магов откладывать не собираетесь? Раз денег много - сможете помолодеть. Да и руки-ноги сделают.

- Вот кабак заработает, тогда на выручку можно и красоту навести.

- Всё, прекратили смешки, едем, как договорились: я в первой повозке, вы в последней. И не спать! Знаю я вас! Когда увидите красную тряпку – вот эту, я её сам брошу, то кидаете свою. Это понятно?

- А то! Чего тут непонятного?

- Смотрите, старые, и запоминайте: когда в лесу увидят первую тряпку, то отправят степняков с конями в обход. Когда увидят, как кидаете вы – пойдут повозки «дубовых». Понятно? Вчера все умные головы думали, как этих замарашек раздавить и самим не запачкаться. Ваш Мальтсуррак за вас поручился, сказал, что руки-ноги нет, но голова соображает.

- Пока понятно. Непонятно, что потом делать, когда тряпку бросим – к стрельбе готовиться или молитвы вспоминать, о легкой смерти?

- Тьфу на вас, увечные! То кабак покупать готовятся, то о смерти думают. Успеете еще молитвы вспомнить. Запоминайте: едете, кидаете. Кинули – заряжайте, что у вас есть, лук, арбалет и смотрите на засаду, но не высовываетесь. Если тарохи попрут – стреляйте и продолжайте двигаться к мосту. А это что?

Ворчун проследил взгляд десятника - тот с удивлением смотрел на ель у края дороги, в ветвях которой, на уровне повозки, стоял полуметровый квадрат из ивовых веток, в котором из листьев, цветов и тому подобного был сооружен барельеф головы существа, похожего на Хозяина.

- Это порт-рет Хозяина леса, его сделала самая маленькая у чужаков, они зовут её Прин-сесса. Она дала зарок делать его за один вечер, если он возьмется вылечить Пашу-коман-дира.

Заморыш не удержался, - Тун Анатолий сказал, что он больше похож на Деда Мороза, чем на Хозяина.

- А кто этот «Дед Мороз»?

- Как я понял, это дух их зимы. И если люди себя хорошо ведут, то он дарит им подарки.

- Вот оно как! Им духи подарки дарят? Да... А давайте ко мне на повозку, там точно живыми останетесь. Да и ехать не скучно будет.

Старики переглядываются, - Сказали же, водитель должен быть на каждой второй повозке.

- Не парьтесь! Мне так вчера молодой какой-то из них сказал. Что значит, если сцепить все повозки вместе, то можно только на последней и первой сидеть. Ехать-то недалеко, только до моста.

- Кучерявый с Толстяком должны покрасить три повозки, нам останется две. Если притормозишь, то можно и с тобой поехать, ты парень веселый, уснуть не дашь. Тряпку и Кучерявый кинет, это он сможет.

- Ладно, приторможу! – Флешен поймал кинутые ветеранами вещи и сосредоточился на дороге, чтобы красиво проехать мимо герцога.

Ведь у выезда из леса собралось всё руководство в лице Собина, Семена с Кривичем, Мальтсуррака с Чингизханом и герцога с магами, и все внимательно смотрят, как выезжают повозки.

Витюша контролирует прохождение колонны сидя на чехле с палаткой, позади боссов, - Первая повозка выехала.

Семен по секундомеру засекает время, - Тридцать секунд… Шестьдесят секунд…Сто двадцать секунд… Двести секунд… Двести пятьдесят секунд…

- Красная тряпка!

- Двести восемьдесят секунд.

- Километр, - мгновенно посчитал Витюша.

Собин кивает Чингизхану, тот проходит к своим мимо Анатолия. Кривич шепотом стращает, - Если чья-то лошадь заржет или кто-то сам чихнет – я из обоих жареное мясо сделаю, на ребрышках.

Чингизхан ухмыляется, забирает повод коня у Батума и выводит свой эскадрон пешим порядком вдоль опушки леса. На фоне грациозных животных ковыляющие кабареки вносят диссонанс в утренний феншуй.

- Вторая тряпка!

- Четыреста секунд.

- Первая колонна отъехала на пятьсот метров.

- Ваша милость, ваша очередь!

Герцог неторопливо направляется к отъезжающей повозке. Доспехи на нем сегодня другие: пластинчатый панцирь из темного матового металла со светлыми рунами на груди и на плечах. Герцог опускает позади водителя первой повозки свой навороченный лук и пару колчанов, оглядывает колонну из шести повозок и садится на передок. Давиен с сумкой, щитом и саблей залазит в последнюю.

После проезда повозки с Давиеном Собин кивает Семену, тот машет рукой и к опушке подъезжает последняя часть колонны, из школьников с Земли и пограничников Мальтсуррака.

Витюша смотрит в небо и говорит, - Ребята огорчились, что их не пустили в битву, а оставили в тылу.

Собин замучено вздыхает, - Витюша, хоть ты не начинай! Первое: это не наша война. Если кого-то из вас убьют в этой стычке – ни я, ни Семен, ни, тем более, Анатолий, этого себе простить не сможем. Второе: и кому ты сможешь доверить наш «золотой запас»? «Дубовым»? Кабарекам? Кому, а? А если у нас исчезнет финансовая подушка, то уже не мы, а нам будут диктовать условия. И вот тогда, чтобы заработать на хлеб, вас придется кидать в каждую мелкую стычку, в которой так легко получить шальную стрелу или укус очередного бароха. И третье, самое важное. Вся третья часть нашей колонны – это последний резерв местного аналога ставки верховного главнокомандующего, то есть меня. И неизвестно, кому хуже придется. Лично я готов тебя выслушать и даже согласиться с тобой, если ты скажешь, что произойдет в следующий час. А ты готов?

- Так не честно, Игорь Вадимович. Вы человек с большим жизненным опытом, разводите со мной демагогию. Я не могу сказать, как именно, но вы мной манипулируете.

- Слушай, Витюша, и внимательно слушай: нечистая сила нас закинула в какую-то тьмутаракань. Шансов вернуться очень мало, но они есть. Согласись: если есть вход, значит, должен быть и выход. Здешние маги те еще пройдохи, а кроме них еще надо будет договариваться с местной властью. А они далеко не белые и совсем не пушистые. И до встречи с ними я буду говорить так, как считаю нужным, чтобы достичь запланированного результата. И неважно, как вы это назовете, манипуляция, демагогия или даже нетолерантность. Я переживу. Главное, чтобы вы все пережили.

- А Вы не думали, что с нами будет, если вас всех убьют? Парням надо приобретать самостоятельность в принятии решении, а то они пока только команды хорошо выполняют.

- Не всё сразу. Если вас бросить в бой без нашего догляда, знаешь, что будет? Вспомни, из-за чего тебе ноги обожгло? Допустим, тебе наплевать на свои ноги, другой пример: ты готов встретиться с родителями погибшего парня и сказать им «зато он участвовал в настоящем бою»? Ладно, это всё лирика, продолжим разговор после боя, на ярмарке.

***

Ворчун медленно опустил на обочину красную тряпку, видимо, кусок бывшей скатерти и пригляделся: вся обочина впереди была в следах барохов, там и сям, между пятнами крови и мелкими кусками одежды, валялись обломки повозок, - А они давно тут бесчинствуют, однако…

Приподнялся, завертел головой, - А туман-то магический! До дороги закрывает, а за ней всё видно.

Флешен зашипел, - Заткнись, старый дурак! Маг наверняка слышит нас.

- Да Паладыр болотный ему в помощь! Я увидел, что впереди магический туман, почему я должен молчать. О, вот и кавалерия в гости скачет.

В тумане хорошо было слышно глухой тяжелый топот множества ног, неожиданно прекратившийся. Ворчун встал, посмотрел в сторону источника шума. Все двенадцать барохов встали в трети перестрела, вожак начал нюхать воздух. Ворчун ухмыльнулся, - Что не можешь почуять? А может пустить ему стрелу в глаз, мне как раз одного на кабак не хватает.

То ли маг услышал слова Ворчуна, то ли ему надоело ждать, но магическая завеса исчезла и Ворчун увидел засаду. В двух конях позади и в тридцати конях от дороги маг в серой хламиде пританцовывал около двухметрового дрына, воткнутого в землю и то ли веткой, то ли специальной палочкой длиной в локоть и толщиной с пятирублевую монету, гнал остановившихся барохов к повозкам. Рядом стояли двое в пятнистых куртках, похожих на куртки иноземцев, только песочного цвета, с короткими черными палками в руках.

Заморыш встревожено тыкал пальцем в грудь Ворчуна, где появилась красная точка, - К тебе идет порча! Кровавая порча!

Ворчун пытался скинуть точку, но она никак не исчезала. Флешен вскочил на ноги и начал валить старика в повозку, как послышался чмок.

- Я же тебе говорил «не высовывайся!». Ты чего вскочил?

- Ворчун, смотри порча перешла на десятника. Какая большая дырка от маленькой точки! Надо ему остановить кровь.

Ворчун снял с себя Флешена, развернул здоровой рукой и увидел у него рану в предплечье здоровой руки, - А не кинулся бы, хоть одна рука целая осталась бы.

Флешен оглядел рану, сплюнул, - Это всё их иноземное оружие, чтобы их всех в вулкан Ладнау скинули.

- А еще нам мост закрыли, - радостно ввернул Заморыш, взявший управление повозкой на себя.

Два ружейных выстрела слились в один громкий длинный бабах, от которого Заморыша скинуло с повозки, а барохи рванули в противоположную от дороги сторону, к спрятавшимся кабарекам.

Похоже, что стрелять начали без разрешения мага, потому что он на кого-то наорал и нацелился на повозку: из его палочки полетела струя огня, толщиной с кулак Ворчуна. Маг начал неторопливо жечь весь первый караван. Горению весьма способствовала нанесенная кровь барохов, которая полыхала не хуже земляной воды. Заморыш влез в повозку, где от огня успела вспыхнуть его куртка с маленькими дырками в окровавленном плече, прежде чем Ворчун стащил его на дно повозки, рядом с лежащим без движения Флешеном.

Хитрый Ворчун вытащил припасенный амулет воды и активировал запасенное в нем ведро воды на всех троих, прежде чем стал вытаскивать из повозки. И если обожженное лицо и рука Заморыша просто обгорели, то горящая на спине Флешена куртка и еще воняла смрадом горящей кожи. Из-за запаха спасательная операция поставила рекорд по скорости спасения эрков из пожара.

Оттаскивая погорельцев подальше от повозки, Ворчун успел заметить, как хромающих живыми факелами Кучерявого с Толстяком чужие стрелки сбили на землю еще двумя громкими хлопками и понял, что высовываться очень опасно на самом деле.

Повозки без водителей катили к мосту в автоматическом режиме. Еще немного и их прикрытие сместится и они окажутся на открытом месте, что чревато повторением судьбы Толстяка.

Ворчун догнал повозку, запрыгнул на передок и выключил управляющий амулет. Посмотрел на мост: действительно на той стороне дорогу перегородила стена щитов, которую подсвечивала какая-то магическая защита. Двигавшиеся по инерции повозки столкнули переднюю на целых четыре локтя.

Ворчун схватил свою котомку и вернулся к раненым. Ловко, на ощупь нашел мазь, намазал лицо Заморыша, оторвал рукав куртки, смазал обгоревшую руку. Флешену спину пришлось мазать поверх куртки, так как оторвать ткань не было никакой возможности. Потом Ворчун распечатал глиняный пузырек, стараясь не вдыхать и, на всякий случай, пояснил, - Ледяное масло, три с половиной дюжины серебрушек отдал, но малый круг боль чувствовать не будете, а там, с помощью духов, доставлю вас к магам, - и тоненькой струйкой стал поливать спину Флешена.

***

Светлого тара Тритапа эйка Вииллсвин Бесарде мучили три чувства: зависть, ужас и страх. Зависть к чужакам, только благодаря котором его сотня еще существовала, хоть и в количестве трех десятков, ехавших в повозках, не считая раненых. Ужас, когда он представлял, что так в их мире воюют все. И страх от того, что он не может понять, что нужно изменить, чтобы его уже неполная сотня «дубовых» выжила.

Концентрация, вбитая с детства, позволила одновременно задуматься и заметить, как первую колонну атаковали барохи. Он даже схватился за родовой амулет, чтобы духи предков помогли защитить его людей и даже увечных стариков из стражи крепости. Герцог грустно усмехнулся, после общения с чужаками, он даже этих стариков стал считать своими.

Когда барохи остановились герцог схватился за лук, но положил обратно - далеко, даже он недострелит, хотя колчан одел так, чтобы удобнее было вытаскивать стрелу. Хотя, когда проявились враги и Флешен упал, герцог, не обращая внимание на расстояние, решительно взял лук, наложил стрелу и приготовился. От неожиданного удара грома герцог едва не выронил лук, тем более, даже барохи рванули от грома подальше от дороги.

Увидев, как маг начал сжигать людей и повозки, герцог не выдержал и с ходу стал посылать стрелу за стрелой, как его учили еще в молодости и жалея, что уделял учебе мало времени.

От мага стрелы отскакивали, но тот все-равно закрылся «Воздушной стеной» от стрел герцога. Тритап заметил, что помощники мага с оружием чужаков отошли в сторону и стали метать громы в герцога. Тритап успел пустить три стрелы и ранить одного, а, может и убить, тот упал и не поднимался, как заметил на своей груди красную точку. Пока Тритап раздумывал, выдержит ли его доспех, как невидимое оружие ударило его в грудь и опрокинуло в повозку, на спину.

Не дожидаясь команды, двое «дубовых» спрыгнули с повозки, стащили герцога и на руках бегом потащили к повозке Давиена.

***

Собин дождался, когда вторая колонна выйдет из леса, и начал командовать, - Анатолий, на тебе обоз с ранеными и припасами. Семен, бери всех боеспособных бойцов и выдвигайся на опушку. И Коронину обязательно возьми, с луком.

Семен показал место сбора, на которое его парни вручную прикатили из леса повозку. Оставшийся в одиночестве, Лоуен подошел к Собину, - Тун Игорь, а мне что делать?

- Пока наблюдай. Как увидишь, что магию начали использовать – попытайся определить, какие заклинания и всё такое.

- Слушаюсь, тун Игорь.

И тут земля задрожала. Собин схватился за висящую на поясе петлю лопатку и крепко сжал в ожидании. Коронина наложила стрелу. Но барохи остановились. Наташа прошептала, - Неужели сюда ломанутся?

Два выстрела, слившиеся в один, монстры побежали обратно, девушка облегченно выдохнула. Семен недоуменно посмотрел на Игоря, тот пожал плечами и продолжил наблюдение. Струя огнемета воспламенила повозки, из задней выскочили двое и забегали, махая руками, чтобы погасить пламя. Выстрелы, двое упали, но продолжали гореть. Коронина закусила губу.

Лоуен показал на полыхающие повозки, - «Огненная змея». Уровень третьего ранга. Хотя, если еще половину круга, малого, конечно, подержит, то потянет на второй. Он же еще «Воздушную стену» поставил от герцога. Не знаю, какой у него ранг, заклинания простые, но накопитель подойдет магу второго ранга, и даже первого.

Кто-то из девчонок ахнул, - Герцога подстрелили! Его «дубовые» к магу понесли!

- Так они и за нас возьмутся! Миномет бы сюда! Мы бы их мигом утихомирили, - вздохнул Семен.

- Будет миномет, Семен Семенович! - услышал его Дозырин, - Девчонки, крепче держитесь! Парни, вперед на шестьсот метров! Лопатина, смотри, где остановиться!

Молодежь весело, с шумом-гамом кинулась к повозке. Пока десяток парней помогал пятерым девчонкам залезть, Гуля с дежурной сумкой самостоятельно запрыгнула на повозку, а Дозырин подавал ей связки болтов и пару каких-то рюкзаков. Затем парни наростили на метр борт с одной стороны и приготовились толкать. Пока опешивший Семен собирался с мыслями, Иннокентий дал команду и повозка бегущим гусем заспешила к полю боя.

- Вы куда? Дозырин, тормози! Я вам что сказал? - кричал Семен уезжавшей повозке. Оборачивается к Собину, - Ну и что будем делать, Игорь Вадимович, как молодежь возвращать?

- Похоже, никак. Похоже, не возвращать, а догонять придется, по поговорке «Не можешь воспрепятствовать – возглавь». Коронина, бегом к туну Анатолию, пусть выезжает потихоньку.

Дождавшись, пока девушка убежит, Семен вполголоса спрашивает, - Игорь, а как ты с пистолетом?

- Я в армии, сам понимаешь, только с «калашом» бегал, но на работе мне как-то на день рождения подарок сделали - подарили посещение тира с огнестрелом. Так там из «Винтореза» неплохо стрельнул: три «девятки» вышиб. Так что должон в человека попасть. А что? У тебя именной маузер в рюкзаке затерялся?

- Маузера, к сожалению, у нас нет, но есть «глок» в количестве три штуки. Это мы успели на поле боя разжиться, пока местные отморозки на кошках скакали. Один мне Кривич дал, один себе оставил, а один тебе!

Семен достал из своего рюкзака кобуру, вынул пистолет, - Это предохранитель… Так обойма меняется… Как чистить, я потом покажу, в спокойной обстановке. Пристрелять бы его, но патронов мало, по две обоймы, так что, придется, сразу в боевых условиях учиться.

Собин нацепил кобуру, проверил вынимание-всовывание пистолета, посмотрел на удаляющуюся повозку со школьниками, - Куда они в деревянной повозке против огнестрела, их там перестреляют, как уток.

Затем помог Семену поднять Витюшу и его руках, как на кресле, понесли к повозке с ранеными, маг поспешил позади, внимательно прислушиваясь к разговору. Семен даже с неудобным грузом умудрился ухмыльнуться, - А в этом ты не прав, Игорь Вадимович! По всей повозке нанесены магические символы и теперь она пуленепробиваемая. Мне вчера пару патронов пришлось потратить, но мы все убедились, что с десяти метров борт повозки не пробить! Так что если высоко высовываться не будут, чтобы таких же идиотов высмотреть, то никто их не подстрелит.

- Между прочим, парни сами всё придумали, - не стал молчать Витюша, - И проверили, с какого расстояния видно, если высунутся, а с какого уже не разглядеть. И бойниц нарезали.

Собин аж остановился, - Это после стрельбы было или до того?

- После, конечно, а что?

- Да ничего! Хуеморген, что по-голландски «Доброе утро», только и всего! Тун Лоуен, бойницы в борту как-то повлияют на прочность повозки?

- Насколько я понимаю, то нет. В них же узкие прорези сделали, магическое письмо не задето, поэтому всё останется прочным, как без бойниц.

- Когда всё закончится, вы всем своим колхозом все деревья в лесу пересадите на метр левее. А первым, с самой большой лопатой, пойдет Дозырин…

- Правильно, Семен Семенович! А я буду показывать какую глубину надо копать, отсюда и до ужина.

***

Дождавшись, пока вторая колонна выйдет из леса, Собин начал командовать, - Анатолий, на тебе обоз с ранеными и припасами. Семен, бери всех боеспособных бойцов и выдвигайся на опушку. И Коронину обязательно возьми, с луком.

Семен указал место и его парни вручную выкатили туда повозку из леса. Оставшийся в одиночестве, Лоуен подошел к Собину, - Тун Игорь, а мне что делать?

- Пока наблюдай. Как увидишь, что магию начали использовать – попытайся определить, какие заклинания и всё такое.

- Слушаюсь, тун Игорь.

И тут земля задрожала. Собин схватился за висящую на поясе петлю лопатку и крепко сжал в ожидании. Коронина наложила стрелу. Но кабареки остановились. Наташа прошептала, - Неужели сюда ломанутся?

Два выстрела, слившиеся в один, монстры побежали обратно, девушка облегченно выдохнула. Семен недоуменно посмотрел на Игоря, тот пожал плечами и продолжил наблюдение. Струя огнемета воспламенила повозки, из задней выскочили двое и забегали факелами. Выстрелы, двое упали, но продолжали гореть. Коронина закусила губу.

Лоуен показал на полыхающие повозки, - «Огненная змея». Уровень третьего ранга. Хотя, если еще половину круга, малого, конечно, подержит, то потянет на второй. Он же еще «Воздушную стену» поставил от герцога. Не знаю, какой у него ранг, заклинания простые, но накопитель подойдет магу второго ранга, и даже первого.

Кто-то из девчонок крикнул, - Герцога подстрелили! Его «дубовые» к магу понесли!

- Так они и за нас возьмутся! Миномет бы сюда! Мы бы их мигом утихомирили, - вздохнул Семен.

- Будет миномет, Семен Семенович! - услышал его Дозырин, - Девчонки, крепче держитесь! Парни, вперед на шестьсот метров! Лопатина, смотри, где остановиться!

Молодежь весело, с шумом-гамом кинулась к повозке. Пока десяток парней помогал пятерым девчонкам залезть, Гуля с дежурной сумкой самостоятельно запрыгнула на повозку, а Дозырин подавал связки болтов и пару каких-то рюкзаков. Затем парни наростили заготовленный борт с одной стороны, и высота там выросла на метр, затем приготовились толкать. Пока опешивший Семен собирался с мыслями, Иннокентий дал команду и повозка несущимся гусем заспешила к полю боя.

- Вы куда? Дозырин, тормози! Я вам что сказал? - кричит Семен уезжавшей повозке. Оборачивается к Собину, - Ну и что будем делать, Игорь Вадимович, как молодежь возвращать?

- Похоже, никак. Похоже, не возвращать, а догонять придется, по поговорке «Не можешь воспрепятствовать – возглавь». Коронина, бегом к туну Анатолию, пусть выезжает потихоньку.

Дождавшись, пока девушка убежит, Семен вполголоса спрашивает, - Игорь, а как ты с пистолетом?

- Я в армии, сам понимаешь, с «калашом» бегал, но на работе мне как-то на день рождения подарок сделали - подарили посещение тира с огнестрелом. Так там из «Винтореза» неплохо стрельнул: три «девятки» вышиб. Так что должон в человека попасть. А что? У тебя именной маузер в рюкзаке затерялся?

- Маузера, к сожалению, нет, но есть «Глок» в количестве три штуки. Это мы успели на поле боя разжиться, пока местные отморозки на кошках скакали. Один мне Кривич дал, один себе оставил, а последний тебе!

Семен достал из своего рюкзака кобуру, вынул пистолет, - Это предохранитель… Так обойма меняется… Как чистить, я потом покажу, в спокойной обстановке. Пристрелять бы его, но патронов мало, по две обоймы, так что, придется, сразу в боевых условиях учиться.

Собин нацепил кобуру, проверил вынимание-всовывание пистолета, посмотрел на удаляющуюся повозку со школьниками, - Куда они в деревянной повозке против огнестрела, их там перестреляют, как уток.

Семен с Собиным на руках, как на кресле, понесли Витюшу к повозке с ранеными, маг поспешил позади, внимательно прислушиваясь к разговору. Семен даже с неудобным грузом умудрился ухмыльнуться, - А в этом ты не прав, Игорь Вадимович! По всей повозке нанесены магические символы и теперь она пуленепробиваемая. Я вчера пару патронов пришлось потратить, но мы все убедились, что с десяти метров борт повозки не пробить! Так что если высоко высовываться не будут, чтобы таких же идиотов высмотреть, то никого не подстрелят.

- Между прочим, парни сами всё придумали, - не стал молчать Витюша, - И проверили, с какого расстояния видно, если высунутся, а с какого уже не разглядеть. И бойниц нарезали.

Собин аж остановился, - Это после стрельбы было или до того?

- После, конечно, а что?

- Да ничего! Хуеморген, что по-голландски «Доброе утро», только и всего! Тун Лоуен, бойницы в борту как-то повлияют на прочность повозки?

- Насколько я понимаю, то нет. В них же узкие прорези сделали, только чтобы арбалет высунуть, магическое письмо не задето, поэтому всё останется прочным, как без бойниц.

- Когда всё закончится, вы всем колхозом здесь все деревья пересадите. А впереди, с самой большой лопатой пойдет Дозырин…

- Правильно, Семен Семенович! А я буду показывать какую глубину надо копать, отсюда и до ужина.

***

Флешен попытался посмотреть на дорогу, но обожженная спина резко начинала болеть при малейшем движении. Пришлось позвать Ворчуна, занимавшегося Заморышем, - Ворчун, посмотри, что там?

Ворчун осторожно опустил голову друга и повернулся глянуть между колесами, - Маг на месте, за вашими бдит и тех, с оружием иноземцев ругает… Показывает на убежавших барохов… Что-то у них случилось, они сюда не возвращаются.. Показывает на нашу повозку… Двое с мечами сюда идут, добивать, - с усталым равнодушием произнес старик.

- У вас луки?

- Нет, арбалеты. Девушки дали, на сегодня.

- И как они?

- Девушки или арбалеты?

- Девушек я уже видел, старый, арбалеты!

- Слабые, но взводить легче. Они так и сказали «зачем Вам мучиться, лук натягивать возьмите наш арбалет. И рычаг, чтобы легче взводить можно было»…

- Название у него смешное: «нога козы»!

- Ты всё перепутал, Заморыш. Они сказали «козья ножка»..

- Хватит, старики! У духов спорить будете. Ворчун, заряжай все арбалеты и надейся, что тех вонючек амулетов не будет.

- Конечно, не будет! Иначе они нас обшмонать не смогут.

- А если на грудь повесят, то руками-то смогут же.

- Заткнитесь! Идут!

Ворчун взвел оба арбалета, вложил палаш в руку Флешена, сдвинул Заморыша ближе к повозке, сам навалился на колесо с арбалетом, второй положил под руку, направил свой на проход между повозками и стал поглаживать спусковой курок.

Тихие шаги. Остановка.

- Что там?

- Трупы сгоревшие, а ты чего ждал?

- Ничего, просто спросил. Здесь тоже. Горячие еще!

- Ладно, пошли дальше, там еще стреляют, надо помочь.

- И пошарить. Гы-гы-гы.

Торопливые шаги. Флешен выдыхает напряжение. По зеленому лицу скатывается капля пота, - Ворчун?

- Чего тебе?

- Надо нашим помочь.

- Хорошо бы, а как?

- Когда маг к нам спиной повернется, ты вот этот рычаг поверни. Тогда далемет приподнимется и его можно вертеть во все стороны. Только учти, потихоньку надо все делать, много силы не надо, я вчера всё сильно смазал, он легко будет двигаться.

- И что потом? В мага стрельнуть?

- Какой догадливый! Рядом у ствола коробка лежит, в ткань завернутая. Ты одну желтую пластину возьми… Нет, красную, здесь близко. Вставь в далемет, наведи на мага и нажимай на кнопку.

- Как же я целится буду? Я же к вашему далемету в первый раз прикоснусь?

- Главное, ствол в спину направить, а там мага снесет, как лист ветром.

- Попробую. Только он еще на нас посматривает.

- Ладно, ждем. А, может, из арбалетов стрельнуть?

- Думаешь, его защита эти игрушки не остановит.

- Не знаю, но тебе виднее, так что рисковать не будем. Когда далемет заряжать надо?

***

Повозка быстро приблизилась к вставшей колонне «дубовых». Лопатина, в хоккейной каске, выглядывала над бортом. Ей попыталась помочь Гуля, но против всего коллектива не попрешь, тем более, женского, и ей пришлось сесть обратно, на дно повозки.

Выглянувший сбоку Кешка ничего не понял: стоят дымящие повозки, в стороне бегают «дубовые», редкий свист стрел и эхо ружейных выстрелов. Поэтому он постучал по борту, - Что там, Лопатина?

- Не мешай, Кент! Пока ничего не понятно. Девочки, «дубов» видите?

- Двое с раненым герцогом возятся, остальные из-за повозок стрелы пускают.

- Ой, там еще раненые лежат! Штук пять, если не больше!

- А вон те с копьями вперед пробираются!

- Куда?

- Да вон туда!

- Кент, сорок метров вперед и разворачивай!

- Как я тебе «сорок метров» отсчитаю, умная ты наша!

- Слушать надо было, когда теорию давали. Ладно, толкай, я скажу, когда остановиться!

И повозка, объехала справа горящую колонну «дубовых», проехала сорок метров и развернулась поперек поля.

- Теперь командуй!

- Лопатина, вам приготовиться к стрельбе! Парни, снимайте наши «минометы». Лопатина, по команде даешь залп и наблюдаешь. Если они в нашу сторону посмотрят – снова стреляй. Парни, стартуем! Лопатина, залп!

И пять болтов дружно понеслись к засадникам. Мага зацепить не удалось, его защита была на все сто и три болта срикошетили неизвестно куда, вот двоим, высунувшимся с луками, досталось больно. Один просто опрокинулся на спину, а второй схватился за болт в груди и попытался вытащить. Впрочем, его тут же уронили «дубовые», неожиданно добавив пару стрел.

Танюха увидела, что парни подползают и стала высматривать, кто еще остался в засаде. Так как никого не увидела, кроме двоих с ружьями, в камуфляже, осторожно подходящих от первой колонны то приподнялась. И получила пулю от снайпера. Хорошо, что в каску. Плохо, что пуля её пробила. Перед тем, как потерять сознание, успела прошептать «Стреляйте, девочки!». И сползла на дно, где её поймала Гуля и начала санитарную обработку.

После девчачьего залпа парни устроили «минометный обстрел» - закидали мага принесенными камнями. Защита, конечно, сработала, разбросала камни по окрестности, но обстрел позволил «дубам» приблизиться, хотя снайпер успел снять еще двоих.

Маг не стал дожидаться продолжения, снял защиту, опрокинул повозку девочек «Воздушным кулаком», выдернул дрын и побежал к повозке ветеранов, двое пятились и прикрывали стрельбой из ружей, не давая подняться «дубам». Злой Давиен привстал над повозкой и разрезал обоих пополам одной «Поющей струной».

Бегущему магу старички зарядили с двадцати шагов в грудь из далемета, когда он остановился, чтобы оглянуться. Маг отлетел на пару метров и решил, что он больше оглядываться в этой жизни не будет. Парни не заметили опрокинутую повозку с девушками, так как бежали к месту засады собрать трофеи.

К счастью, вовремя подоспели старшие, да и девчонки отделались синяками и ушибами. Разозленный Семен свистнул, для привлечения внимания и продолжил, - Это за анархию вы тут устроили? Как трофеи увидели, так сразу про порядок забыли? Ладно, порядок, вы про своих подруг забыли! И кто вы после этого? Я думал, что вы отделаетесь копанием противотанкового рва вокруг леса, но ошибся. Бегом сюда! Подняли повозку и вместе с девушками потащили к мосту. На руках! А ваши трофеи, я отдам нашим друзьям на лошадях. И…

Договорить он не успел потому, что самые быстрые уже прибежали и помогали Собину с магом и Мальтсурраком вытаскивать и укладывать пострадавших девушек. Когда вернулась силовая тройка и поставила повозку на колеса, Семен построил всех в одну шеренгу и стал внимательно рассматривать их виноватые лица.

- Семен Семеныч! Давай ты без вазелина их не сейчас? Бой еще даже на половину не закончен. Нужно всем раненым помочь, собрать оружие, всех способных ходить и идти помогать тем, кого ты так ласково назвал «друзья на лошадях». Командуй, тун Семен! А мы с Корониной пойдем крутить хвосты барохам.

Наташа изящно взяла Собина под руку и они пошли к убежавшим мутантам.

Семен несколько минут молчал, только желваки бегали по скулам. Гуля даже решила подойти и проверить пульс, но остановилась, так как Семен резко выдохнул, - Наш босс прав, оставим разбор полетов до вечера. Сейчас Андрей с Русланом проверяют первую колонну, Вася с Эдиком вторую. Пусть местные выносят к нашей повозке тяжелых, а легких сами транспортируют до моста. Кто может воевать – пусть идут в направлении на Коронину, там формируемся и идем на помощь кабарекам. Леха и Миха бегут к Анатолию Алексеевичу и рассказывают, что засаду уничтожили, пусть начинает движение к мосту и попутно подбирают всех отставших. Остальные тащат нашу повозку к месту засады. Мы с туном Лоуеном и Мальтсурраком вас там встретим. Выполнять!

***

С холма вид открылся ужасающий: на лугу, шириной триста метров, повсюду валялись трупы кабареков и лошадей, четыре коня, без всадников, носились по поляне, пытаясь спрятаться от нападавших зверей. Недалеко от холма, на котором стояли Собин и Коронина, лежали два мертвых бароха, вдалеке четыре живых прижимали десяток раненых кабареков к реке, в которую расширился ручей после леса. Причем делали это по уму, не давая степнякам уйти в лес. Так что те просто копьями не давали подойти ближе злобным мутантам и ждали чуда. Барох с краю рванул, подцепил клыками каберека и выдернул из толпы. Даже тычки копьями в спину не помешали жрать еще живого степняка. К нему присоединились остальные мутанты, оставив одного следить за кабареками.

Остальные шесть барохов гонялись за конниками, пытаясь зацепить их клыками. Конники в ответ кидали арканы и пока промахивались, но не давали себя задеть.

Собин прицелился в голову стоящему к нему спиной бароху, увлеченно пытавшемуся схватить наконечник копья, которое раненый Чингизхан пытался вогнать тому в глаз, опустил пистолет ниже, прицелился чуть пониже хвоста. С сожалением убрал пистолет в кобуру, - Далеко... Не попаду. Да и наших могу зацепить. Наташа, пощекочешь ему спинку пониже талии?

Девушка деловито присмотрелась, сделала поправку на ветер и выстрелила. Барох дернулся, обиженно заревел бормашиной и развернулся, ища обидчика.

Собин спрыгнул, бросил Корониной, - Не ходи за мной. И бди, если подкрадываться будут.

Затем, насвистывая «Тореадора», пошел навстречу держа руку на расстегнутой кобуре. За обиженным к Собину потянулись его друзья. Игорь помахал Чингизхану, бдящему за зверями, пока его воины оттаскивали раненых к лесу, нашел ровное место и вытащил «Глок». Отметил тридцать метров по прямой и прицелился.

Когда барох добежал до нужной точки, Собин выстрелил и с четвертой попытки попал в глаз. Зверь пробежал по инерции три метра и красиво упал, подогнув передние копыта.

В это время из леса вышел Хозяин, ударил посохом в землю и два отставших бароха резко затормозили, схваченные выскочившим из земли колючим кустарником. Мутанты попытались дергаться, но еще больше запутывались в колючках. Хозяин наклонил посох вперед и обоих барохов пронзили колья размером с хорошую ветку, реактивно выросшие из земли.

Но и такого размера зверям хватило, сразу стало понятно, что они мертвы. Хозяин наклонил посох к себе и колючки трухой посыпались на траву. Хозяин указал на трупы выскочившей из леса стае волков во главе с приходившими вчера красавцами и они потащили барохов в лес. Вместе со стаей выскочил брат Анжелы и встал впереди Хозяина, готовясь его защитить от всего на свете.

Собин убрал пистолет в кобуру и усмехнулся, - Вот жук! А грозился «всех убью», «они исчадья ада!»… Не расслабляться, Гоша! Тобой сейчас это исчадье займется …

Вытащил лопатку из чехла, продел руку в петлю и взмахнул наискосок. Воздух огласили жалобные вопли бароха: лопатка не смогла полностью разрубить голову и застряла посередине лобной кости. Собин вытащил саблю и пошел к животному, извиняюще говоря, - Ну, извини, я пока неопытный, в следующий раз без мучений прикончу.

Добив бароха, с трудом вытащил лопатку и только принялся вытирать о его шерсть, как и услышал голос Корониной «Слева трое!»

Барохи, окружившие всадников, разделились. Половина осталась охранять кабереков, а три, похоже, самые здоровые, помчались к Собину. Земля, уже привычно, затряслась. Игорь не собирался вести их к девушке, поэтому стал оглядываться в поисках подходящего укрытия.

Не нашел, начал крутить «восьмерку» лопаткой и от свиста летающего оружия начал заводиться, - Почему я должен бегать от взбесившихся свиней? Это они пусть от меня бегают! Сейчас я вам устрою цирк зверей Дурова!

Перехватил лопатку в левую руку, в правую взял саблю и пошел к реке, подальше от девушки. Барохи организовали атаку по всем правилам: двое по бокам, пресекают попытки убежать от центрального, который должен был пырнуть клыками и свалить на землю, чтобы потом всем вместе сожрать.

Но Игорь не собирался бегать. Перехватив лопатку в левую руку, правую с саблей поднял повыше, будто собирался пригвоздить к земле бегущего монстра и залюбовался подбегающими барохами. Всё-таки, красиво бежали, черти, как на параде: ровно, как по линии, и с одинаковым расстоянием в метр между собой.

Пять метров... Три... Один. Собин делает шаг в сторону, разворачивается боком между двумя зверями. Его обдувает поток ветра, как от проносящегося поезда. На кураже он резким взмахом обрубает центральному закорючку хвоста. Визг огласил воздух, когда звери пробежали три метра и начали разворачиваться.

***

На холмик к Корониной поднялось всё свободное начальство: Семен, как обычно Мальтсуррак, Кривич, кто-то из «дубовых», даже появился шаман кабареков, которого до этого толком никто и нигде не видел.

Девушка отошла на край и увидела, как в ложбинке между холмами собрались все оставшиеся в строю: десяток «дубовых» с щитами и длинными копьями, семь зеленых из крепости, пятеро их парней с пучками коротких копий, которые они обзывали дротиками и Таня Лопатина, командовавшая двумя оставшимися арбалетчицами, Ленкой Сидоровой и Полей Кравчук. И даже восемь кабареков на конях, совсем молодые, даже не опоясанные саблями.

Впереди раздался визг, девушка вздрогнула, кто-то ахнул: это их босс что-то сделал с одним из чудовищ.

- Ему же надо помочь! Они же его сейчас убьют!

- Это испытание. Дашин-темон сам должен с ними справиться и справится. Помогать надо другим воинам, а еще помогать раненым, пока их можно спасти.

- Не будем спорить. Коронина! Ты с девушками на подстраховке Собина, тун Мальтсуррак, подгони повозку для раненых, потом займешься обработкой барохов. А тебя как звать, «дубовый» воин?

- С вашего разрешения, Мишлен, тун Семен.

- Десятник?

- Простой воин.

- Я, своей властью, пока Его Милость не отменит мой приказ, назначаю тебя старшим над «дубовыми». Бери их, наших тоже бери и иди, помоги добить барохов.

Мишлен ударил себя по груди в знак того, что понял приказ и спустился к своим.

***

Собина, после хулиганского поступка, когда он отпластнул хвост бароху, охватило хулиганское настроение на кураже «режим бога». Он догнал начавших разворачиваться барохов и отхватил хвосты оставшимся двум. Под разъяренный визг оседлал крайнего и начал бить плашмя саблей по ушам ближайшего.

Тот рассвирепел и попытался пырнуть Игоря, уперев копытами в своего одностайника. Собин дождался, пока морда бароха приблизилась к его сабле и просто сделал резкое движение вперед.

Этого хватило, чтобы поразить животное в нёбо. Барох сполз с сабли и повалился на землю, задрыгав всеми конечностями. Собин спрыгнул на него, в прыжке развернулся и точно также поразил зверя, ставшего ему конем.

Не глядя на его последний вздох, Собин разворачивается к третьему, начавшему атаку и отпрыгивает назад, удачно приземляется и на автомате выставляет перед саблю. Третий барох напоролся на лезвие аналогично предыдущим.

Собин с трудом вытащил свое оружие, вытер его о труп, всунул в ножны, с удивлением заметил, что всё еще сжимает черенок своего бунч-темона, повесил на пояс, потрепал труп бароха со словами, - Вот и всё, а вы боялись... - и сполз по туше.

***

Жиденькая колонна из кучки «дубовых», людей Мальтсурракаи школьников бодренько потопала к оставшимся барохам. Те почуяли появление новой добычи и разделились. Один продолжал пугать конных, а два побежали навстречу пешим.

Дозырин догнал Мишлена, шедшего в первой тройке, - Мишлен-командир, когда звери нападут, вы разойдетесь в стороны, пропустите их, а мы веревку натянем позади, на которую они споткнутся. Тут мы их и покоцаем. А девчонки сзади с арбалетами подстрахуют.

Мишлен подумал и кивнул. Когда парочка приблизилась, «дубовые» двумя пятерками встали по краям колонны, как два бастиона. Пограничники Мальтсуррака встали за ними и опустили на землю толстый капроновый трос, за которым встал Дозырин в позе победившего боксера, ожидающего решения судей. За ним присели парни, уперев свои копья в землю.

- Кент, отойди еще на метр, не успеешь ведь отпрыгнуть! - ехидным голосом сказала Лопатина.

Дозырин глянул - девчонки с взведенными арбалетами встали в трех метрах за парнями и пробурчал «Сами отойдите, у барохов инерция большая». Но на шаг отошел. Парни тоже отодвинулись.

А звери оказались умнее, чем о них подумали. Они не побежали в ловушку. Вместо этого они ударили в «дубовых». Пятерка с Мишленом увидели, как земные парни пригнулись с копьями и сделали также. В результате барох нанизался на копья «дубовых» и по инерции его приподняло над щитами, откуда из него на воинов полилась желчь.

Вторая пятерка не додумалась до подобного и барох сдвинул «дубовых» на полтора метра, вместе с пограничниками. Хорошо хоть, девчонки начали в темпе делать из него ёжика, а потом парни смогли навтыкать в него свои копья.

***

От сильного запаха полыни Игорь пришел в себя и увидел, как шаман поит его из своей кожаной фляжки настоем. Из-за специалиста по связям с потусторонним высовывались свои и мысленно поддерживали его и желали удачи. Собин сделал еще пару глотков и отодвинул фляжку от своего лица, - Спасибо, достойный, не помню твоего имени?

- Я его не называл, Дашин-темон. У нас нет имен.

- Можно, тогда я буду звать тебя шаманом?

-Шао-маан - «Слушающий далеко». Мне нравится это имя. Зови меня так.

- Договорились, - Собин оперся на шамана и встал. Немного повело, но Игорь не поддался слабости.

- Господа и товарищи, как у нас с делами?

- Бой закончен, ребята забивают последнего бароха.

- Потери, Семен?

- Большие. Но точно еще не считали. Минут через двадцать данные будут.

- Толян, трофеи собирают?

- А як жеж! Но у нас проблема, тун Игорь.

- Судя по обращению, без меня не решить.

- Абсолютно точно! Герцог на успокоительном лежит, так что ты единственный из начальства в более-менее твердой памяти.

- Ладно, я слушаю.

- Мост с той стороны закрыли. Насколько я успел выяснить, это городские стражники из щитов баррикаду сделали. Им местный маг что-то наколдовал и теперь, типа, не разбить. А сам, гнида недодавленная ушел. И сказал еще пару часов не беспокоить.

- Пошли тогда, будем втык делать. Кстати, ширина реки какая?

- Под десять метров, не перепрыгнуть.

- Семен, свистни Чингизхана, пусть своих хоть пяток захватит, кто на ногах твердо стоит. Толян, ты магов приведи. А Мальтсуррак где?

- Ранеными занимается. Скажи ему, пусть, на всякий случай, шесты присмотрит.

- Думаешь, ребятам перепрыгуть удастся?

- Ничего пока не думаю, посмотрим, увидим. Просто надо всё сразу подготовить, чтобы время не терять.

***

На дороге, у обочины, перед мостом стояла колонна повозок, в повозках с поднятыми бортами лежали тяжелые «трехсотые». Легкие на обочине развели костры и варили похлебку, кто мог чистили оружие и амуницию.

Герцог в компании двух поддерживавших его подчиненных стоял на мосту и сонно ругался с той стороной, - Я, Тритап эйк Вииллсвин Бесарде, «золотой пояс» Элазии, приказываю вам открыть проход через мост и пропустить повозки с ранеными.

- Ваша милость, не можем мы, - за мостом, над рядом щитов поднялся здоровый зеленый мужик в помятом шлеме и куртке из толстой кожи с нажитыми широкими металлическими полосами.

И с издевкой продолжил, - Городничий Магуна поручил городской страже никого не пропускать из-за реки, дабы не допустить в город возникшую заразу. Поэтому маг тун Малиен скрепил щиты для безопасности заклинанием и в город ушел. А без него пройти через мост нельзя. А еще он сказал, что если кто-то до обеда его потревожит, то ему руки и ноги отсушит, а то о корень жизни, если сильно рассердят. Вот мы и исполняем...

- Я не спрашиваю, можете вы или нет, я вам приказываю...

Собин подошел к герцогу, - Ваша милость, не по чину вам с этим быдлом разговаривать, позвольте мне. А вам еще полежать надо, иначе до столицы можете не добраться.

Отодвинул его в сторону и встал на его место, - Я тун Игорь, а как тебя звать.

- Зовите меня Храпт, тун. Я десятник городской стражи Магуна.

- Десятник Храпт, а в страже города сотник есть?

- Конечно. Есть сотник Гопарт, он главный над всей стражей.

- И где он?

- Сказался больным и остался в городе. А что?

- А то, десятник Храпт, что если мы в течении малого круга не пройдем через мост, тебя к вечеру будет ненавидеть весь город.

- Это с чего же такая напасть на мою голову?

- Ну, как с чего? Сейчас ты же главный, значит, когда мы пройдем через мост и не зайдем в город, кого городничий обвинит? Тебя, ведь сотник в городе. А кого за разрушения спросят, которые мы причиним? Сам догадаешься? Так что вот тебе моё последнее предложение: если мы будем на том берегу через половину малого круга, то ваш город заплатит нам штраф за всё в двойном размере, и мы не обидимся. А через круг, то мы обидимся и не зайдем в ваш город, а поэтому стража не будет пить своё пойло в кабаках всю луну.

Храпт растерянно огляделся по сторонам, набрался храбрости и гордо посмотрел на Собина, - Я пошлю вестника к магу и городничему, а там будет, что будет.

Собин равнодушно кивнул и направился обратно. Остановился, посмотрел под ноги: стоящий радугой мост был сделан из больших плоских камней с фиолетовым оттенком. Промежутки между камнями засыпаны золотистым песком. Деревянные перила были сооружены из кустарника типа саксаул и покрыты каким-то темным лаком, отчего напоминали картину мрачного абстракциониста.

Собин прошел мимо первой повозки, на которую усаживали засыпающего герцога и остановился перед второй, у которой маги проводили какой-то обряд, образовав равнобедренный треугольник из двух магов и одного посоха вражеского мага.

Давиен взмахнул своим жезлом, которым проводил лечение к крепости, - Лечебный сон! - и над повозкой виснет плотное желтое облако, которое, покачиваясь, медленно опускается на повозку.

Новый взмах, - Воздух подземелья! - и вокруг завоняло сероводородом.

- Морская вода! - и над повозкой возник метровый бирюзовый шар.

Лоуен наконец-то достал свою волшебную палочку, засверкавшую, как бриллиантовое колье дорогой содержанки, сделал короткий взмах, - Одеяло! - и шар развернулся в одеяло размером с повозку, которое укрыло всех раненых.

Лоуен кивнул на край повозки - Сюда надо добавить!

Давиен кивнул, взмахнул и над краем появился шарик с теннисный мяч, который Лоуен «Подушкой» развернул и положил в тот край. Давиен оценил работу и снова взмахнул, - Вытяжка олейи!

Над ним возник шарик облепихового цвета с дыню "колхозница". Лоуен взмахнул - Основа! - и в шар поплыла толстая колбаса белого цвета, всосала шарик, и цвет поменялся на слабооранжевый.

- Одеяло! - и колбаса уже привычно трансформировалась в одеяло и укрыло раненых.

Снова Давиен, - Морской воздух!

- Тепло костра! Одеяло!- Лоуен соединил шар плотного белого пара с голубым шаром Давиена и раскатал в привычное одеяло, которое нижним краем поместил над ранеными.

Лоуен опустил палочку и застыл на секунду усталой поникшей статуей. Потом выпрямился, довольно потянулся, оглядел повозку - Нет, всё-таки с этим накопителем я как чародей из легенды, всё могу! А как у вас, тун Давиен?

- Аналогично, как говорят ваши друзья с того мира.

- Извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, уважаемые маги, но мне нужна ваша консультация и помощь.

- Подождите пару мигов, тун Игорь!

Маги умылись принесенной водой и с бодрым видом направились к Собину, - Я весь одно внимание, тун Игорь.

- Какую магию там применили, можешь определить?

- Дальний глаз, - успел подсказать Давиен задумавшемуся коллеге. Тот смутился, - Я его только учил в академии.

- Всё просто: делаешь две воздушные линзы, одну у глаз, вторую на одну десятую расстояния и смотришь. А начинаешь глядеть через «Магический взгляд», это разновидность «Веера мага», только для глаз.

Лоуен переложил палочку в левую руку, правой делать какие-то фигуры на уровне глаз и радостно подпрыгнул, - Получилось!

- Что у вас получилось, тун Лоуен? - решил поинтересоваться в конец замученный Собин.

- Я разобрал наложенное заклинание. Это «Промерзшая земля». После наложения этой чары на предмет, предмет, у нас это щиты, приобретает твердость промороженной земли и их нужно вырубать топором, что не получится, ведь за щитами не дети прячутся.

- А как тогда его можно разрушить?

- Проще всего, выстрелами из далемета. Лучше всего, красными.

- Спасибо за подсказку, тун Давиен. Но не хочется убивать людей, как-никак, это подданные Элазии. А есть заклинание, разрушающее это заклинание?

- «Промерзшую землю» применяют при больших битвах, к которым готовятся заранее. Тогда маги заготавливают как можно больше заклинаний, чтобы, при необходимости, можно было применить любое. Но все они не предусматривают сохранение жизней.

- Понятно, тун Давиен. А я вот видел, что вы можете вдвоем делать сложные предметы: морская вода и воздух подземелья, горячий морской воздух.

- Это не сложные, есть и сложнее: трехсложнеые заклинания и четырехсложные.

- Я не сомневался в вашей компетенции, тун Лоуен. Поэтому я хочу предложить, чтобы вы подавали на щиты поочередно горячий пар и ледяную воду.

- Я думаю, мы сможем это сделать вдвоем с туном Давиеном.

- Вот и отлично. Дождемся нашего Чингизхана и начнем. А ломать надо, я думаю, на мосту. Тогда мы быстрее сможем разобрать баррикаду и протащить повозки на тот берег.

- Так не получится, тун Игорь. Мост построила гильдия магов-мостостроителей, какие заклинания они применяли и какие чары наложили на мост мы не определим, а, значит, не сможем скорректировать искажения при взаимодействии разных чар.

- А если «Промерзшую землю» ломать по бокам от моста? Тогда мы и заклинаний моста не заденем и от искажений уйдем?

- Интересное предложение, тун Лоуен. О, вот и кавалерия! Можете начинать, парни! Я хотел сказать туны. Вперед! Разблокируйте нам мост!

Воодушевив магов, Собин пошел воодушевлять немногих уцелевших степняков Чингизхана. И наткнулся на Мальтсуррака, внимательно наблюдающего за магами.

- Тун Мальтсуррак, ты что-то хотел?

- Тун Игорь, ты хочешь сломать заклинание на щитах?

- У нас нет другого выхода. У нас раненые, припасы кончаются, нам просто надо поспать в нормальных постелях. Мы же не сможем перебраться через Магу в другом месте?

- Нет, брода нет, а течение сильное.

- Вот и я о том же. Одна надежда на Чингизхана.

- Дашин-темон, вы и здесь без смелых кабареков справиться не можете?

- Немножко не можем. Сейчас маги начнут раззачаровывать..

- Что они будут делать, тун Игорь?

- Раззачаровывать, чары снимать с заклинаний на щиты. Преграда должна сломаться по краям моста. Вы сможете накинуть арканы и утащить кусок на мосту?

- Сделаем, Дашин-темон, только надо хорошо подумать. Но мы тебя не подведем!

- Я знаю, Чингизхан. Кино смотрел вчера?

- Все смотрели, Дашин-темон. У молодых воинов чуть слеза не появилась, когда Мансур-хоган расставался со своей невестой. А можно нашим женщинам посмотреть, потом?

- Конечно, можно. Вот на постой встанем, еще какое-нибудь кино покажем, только не про степняков.

- Не важно. Все-равно интересно смотреть. Я пойду к десятникам, мы будем думать.

Собин кивнул. Чингизхан ушел, а он вместе с Мальтсурраком стал наблюдать за работой магов. Вначале сформированные осадки задевали перила и тогда от ограждения отлетали искры, как от сварки, а перила порывались инеем, но потом маги приноровились и долбили преграду аккуратно, не задевая препятствия на мосту.

Но стражникам хватило и этой аккуратности. Тонкой струйкой, по одному-другому, защитники баррикады утекали в поле, подальше от моста и торопились в город, наверно, за подмогой. Только десятник Храпт крепился, но и он решил не подвергать свою жизнь ненужной опасности, перед уходом потребовав, - Щиты потом верните! Это имущество города!

Когда треснувшая баррикада затрещала, кабареки во главе с Чингизханом не стали доставать арканы, а просто побежали по мосту, а добежав, начали вытаскивать из земли уже разочарованные щиты и отбрасывать в сторону от дороги.

Не успел Собин расслабиться, как за него схватился шаман и потащил обратно, на поле битвы. Издалека казалось, что они шли к большой толпе вооруженных эрков, но когда подошли ближе, то оказалось, что в толпе было бойцов сорок, не больше. В том числе и люди в лице школьников, Семена, Толяна и учительницы с дочкой и собакой.

Все стояли прямоугольником вокруг сооружения в полтора метра в высоту из сложенных кабареков, их коней, а в удлиненной части и убитый Игорем барох. А на убитых воинах сверху красовался родовой камень, над которым Собин давным-давно проводил эксперименты. Хотя, вроде, это было день или два назад.

Собин остановился в двух шагах перед барохом и недоуменно огляделся: все стояли со скорбными лицами. Он повернулся к тихо подошедшему шаману, - Что-то я не догоняю, зачем я здесь?

- Дашин-темон, тебе нужно поджечь погребальный костер и потом вынести родовой камень. Тогда все убедятся, что ты истинный Дашин-темон. Только ты сам зажги огонь, - и шаман наклонил к Собину неизвестно откуда спрятанный факел.

Со стороны казалось, что Собин проникся важностью момента, настолько торжественно он поджигал факел зажигалкой, но на самом деле Игорь боролся с неимоверной усталостью, руки были неподъемно-чугунными и даже щелкнуть зажигалкой стоило неимоверных трудов.

Чтобы взять обеими руками горящий факел, пришлось даже обронить горящую зажигалку, а походка с факелом напоминала мучения Терминатора в конце фильма. Но Игорь справился. Он дошел до бароха, опустил руки с факелом, труп вспыхнул и за ним заполыхала весь массив.

Собин отбросил факел в сторону и аккуратно перешагнул через бароха. Огонь, как ни странно, не обжигал, только страшно гудел от созданной тяги и пытался опрокинуть Игоря. Собин вытянул руки, конечно, не дотянулся до камня, но тот сам, как в кино, поплыл ему навстречу. В руках он заледенел и руки, до кучи, стали мерзнуть.

Вскоре вес перестал ощущаться, но пришла новая неприятность: родовой камень начал всасывать ветер и огонь со всех сторон, поэтому Собина не только качало от порывов, но и било по ушам гудением ветра.

Исчезло ощущение времени, время застыло, во Вселенной остались только Собин и камень. Неожиданно вспомнились стихи и Собин сквозь сжатые зубы начал читать вслух, - Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя. То как зверь она завоет, то заплачет, как дитя.

И все пришло в движение. К нему подбежали люди и эрки, подняли на руки, Собин увидел, что погребальный костер совсем прогорел, оставив кучу потухшего пепла и отключился.

Глава 12

Глава 12 Магун

Собин пришел в себя в повозке, похоже, вырубился сразу после мероприятия, по крайней мере, после костра он ничего не помнил.

- А вот и дамочка козырная! И король за ней! И радостной эпитафией на них два погона на шестерки! Наоборот, конечно!

- Толян, ты с кем там в карты мухлюешь?

- Да почему сразу мухлюешь! Просто умею играть, хорошо играть, между прочим. А так мы с герцогом в подкидного режемся, время в пути коротаем.

- Ваша милость, вы только на родовое поместье с ним не играйте! А то придется старость встречать на постоялом дворе.

- Это он так шутит, ваша милость, не проснулся еще, не обращайте внимания!

Собин, не вставая, огляделся: они едут в повозке, но над ним натянута оранжевая ткань, похожая на бархат, стены тоже обтянуты этим бархатом. Собин присел на тюфяке, покрытым зеленым бархатом: в центре повозки Кривич с герцогом играли в карты на таких же тюфяках за низеньким столиком, на котором кроме карт лежали закуски.

Игорь пододвинул тюфяк, потянулся за куском мяса, но остановился.

- Бери, бери, для этого и поставили. Мы уже перекусили, тебя вот ждем, чтобы обсудить.

Так как рот оказался занят, спросить «Что?» получилось только мимикой.

- Куда ехать? Его милость хочет прямо на ярмарку, не хочет в Магун заезжать, обиделся на них сильно. А я предлагаю заехать, потому что учить таких надо. И по самому больному – по кошельку. У Вас какое мнение будет, тун Собин?

Игорь уже запил мясо вином, стоявшим за столиком, - И когда время ХА будет? Когда надо будет принимать решение?

Кривич глянул на часы, - Да минут через десять-пятнадцать. Как раз к развилке подъедем.

- Тогда предлагаю отложить принятие решения на пятнадцать минут. Объясняю. Я вижу два варианта развития событий: на развилке нас ждет с извинениями либо не ждет городничий Магуна, как его десятник назвал - Слуга Магуна. Если ждет – выслушаем его и тогда будем решать. Если не ждет – то и думать нечего. Едем дальше, а в город посылаем – старичков-диверсантов, я ведь обещал оставить их без спиртного, вот пускай и скупают. А пока едем, можем прикинуть наши действия, если главный по городу появится. Например, будем ли ему что-либо продавать, покупать в городе или нет. За какую сумму он сможет вернуть наше расположение. И самое главное, в каком виде он отдаст нам мага, наложившего заклятья на щиты.

В помещение вошел слуга герцога, будто дожидался окончания речи Собина. Поклонился герцогу - Вас коленопреклоненно встречает Слуга Магуна со своими подчиненными.

Герцог бросил карты и вздохнул, - Сколько у меня времени?

- Пять сотен вздохов, не более, Ваша милость! Коня готовят.

- Иди! Я сам оденусь.

Слуга в поклоне попятился и вышел. Герцог ушел за ширму в дальнем углу и начал раздеваться, вешая на ширму вещи. В ответ на вопросительный взгляд Собина Кривич недоуменно пожал плечами и прокашлялся, - Ваша милость, а о чем вам слуга поведал, мы, к нашему стыду, ничего не поняли.

- А вы бы и не смогли понять. Это древние обычаи, приравненные к закону. У нас существуют три сословия: дворяне, защищающие Элазию. Купцы, обеспечивающие страну всем необходимым и маги, занимающиеся магическим искусством. У каждого сословия есть обязанности. Дворяне должны быть готовым выступить в поход в любой момент. Простые туны одвуконь и в полном снаряжении, светлые тары выставить свою сотню или тысячу. Купцы должны иметь товаров на определенную сумму, в зависимости от гильдии. А маги в любой момент подтвердить свой ранг. Эти требования установлены Светлым таном, еще дедом нынешнего Светлого тана. Крестьяне ни в какое сословие не входят, поскольку освобождены от налогов и обязанностей. Но кроме закона есть еще и обычаи, не выполнение которых заставит эрка покинуть свое сословие. Так, дворянин должен одеваться не меньше, чем на четыре дюжины золотых, купец, самой нижней гильдии, не меньше, чем на четыре дюжины серебрушек и иметь склады под товар. Маги, как эрки, подчиняющие Светлому тану только наполовину, а на вторую половину своему архимагу, одеваться могут, как хотят, но должны иметь в посохе или жезле магических накопителей не меньше, чем на пять золотых. Но есть эрки, которые настолько хотят много денег, что они выходят из своих сословий и готовы работать Слугами. Их нанимают города, гильдии и обычные туны, если у денег хватит на оплату, ибо унижение стоит дорого. И если у себя им подчиняются, как хозяевам, то за пределами своей Службы любой Слуга бесправнее последнего крестьянина. Что сейчас вы и увидите. Но, в свою очередь, я должен встретиться с ним, как положено, в мундире и на коне.

И герцог вышел из-за ширмы, сияя красотой парадного мундира: суровый цвет хаки кителя и штанов, заправленных в высокие сапоги, гармонировал с яркостью золота и серебра на расшитом мундире. На груди приталенного двубортного мундира с блестящими большими пуговицами на толстой золотой цепи висел опять же золотой дуб, на плечах серебряные эполеты с длинной бахромой, над дубом, в ряд два ромбика, квадрат и треугольник, видимо награды. Дополняли впечатление парадная сабля, толстые золотые полосы на обшлагах и пятиугольная фуражка с высокой тульей с большим козырьком.

- Ну как? - герцог профессионально повертелся перед зрителями.

- Бесподобно! - только и смог выдавить Кривич.

- Еще бы! Имперский стиль, сейчас так не шьют. Вы со мной?

- А как же! Чтобы самое интересное пропустили? Никогда!

Не дожидаясь землян, герцог открыл дверь и вышел, земляне рванули за ним, причем Собин успел дожевать свой кусок.

За дверью выяснилось, что их повозка жестко сцеплена с соседней и через сцепку перекинут мостик, за которым кипела жизнь: слева в углу двое зеленокожих в зеленых фартуках что-то резали на отгороженной вертикальным щитом кухне, в следующем закутке трое слуг занимались ремонтом одежды. Справа, на разложенном тенте спали двое здоровяков, Вадик и Димон. Сбоку от них Лопатина разбирала свой арбалет. Поодаль кемарили три пограничника Мальтсуррака. За слугами отдыхали двое «дубовых», которых герцог прошел, стараясь не разбудить.

Рядом с водителем бодрствовали два воина герцога и два парня Семена. Вроде, их звали Андрей и Руслан. Герцог хлопнул водителя по плечу, тот остановил повозку. Герцог махнул Кривичу и Собину и спрыгнул с повозки. Землянам пришлось последовать за аристократом.

За повозкой их ждали уже запряженные лошади. Кривич весь извертелся, надеясь усесться поудобнее. Наконец, с кряхтением, сообщил герцогу, - У нас один император запретил пехотным командирам ездить на лошади «дабы не внушали окружающим смех». Так что, сильнее не смейтесь, ваша милость, мы больше на железных конях, коими у нас называют железные повозки, на подобии которых Дельфин пытаются довезти до столицы.

Герцог критически оглядел Собина и Кривича, крепко сжимающих поводья, - От вас хорошего владения конем ждать не будут, а вот одежду надо будем поменять.

- Надо будет – поменяем! – покладисто согласился Кривич и с тревогой посмотрел на задумчивого Игоря.

Троица остановилась около левого отворота, уходящего к небольшим рощам вдалеке. Рядом с отворотом на коленях стоял здоровый зеленый эрк в черном кожаном костюме. Эрк почувствовал взгляды, отвел назад руки и так низко наклонил бритую зеленую голову, что в лысине отразились зайчики от сверкающей эмблемы Магуна на толстой золотой цепи, которая болталась на могучей груди. Позади, метрах в пяти, держали лошадей трое слуг или телохранителей лысого.

Не поднимая головы, лысый произнес, - Слуга Магуна приветствует светлого тара!

- Светлый тар Тритап эйк Вииллсвин Бесарде готов говорить со Слугой Магуна, можешь встать.

Лысый легко встал и прижал руку к груди, - Имеет ли желание светлый тар насладиться гостеприимством города Магун?

- Светлый тар еще не решил. Всё зависит от ответов на мои вопросы.

- Со всем почтением слушаю, светлый тар.

- Мне непонятна причина, по которой моим людям был закрыт проезд по мосту.

- К сожалению, светлый тар, мне эта причина тоже неизвестна. Маг четвертой категории тун Халиен прислан из Эластоуна, дабы заниматься обороной города. Он предъявил тамгу Светлого Тана и сказал, что город должен выделить ему стражников, чтобы он смог закрыть проезд. Я, как Слуга Магуна, выполнил его приказ. Когда десятник Храпт сказал мне о вашем требовании, я пришел к дому туна Халиена, дабы он мне ответил на этот вопрос. Но дом был пуст, ворота закрыты изнутри. Я приказал десятнику охранять дом, если светлый тар надумает самолично посетить мага. Теперь светлый тар готов осчастливить своим посещением город Магун?

Видя, что герцог в раздумии смотрит на Собина, продолжающего сидеть с безразличным видом, лысый добавляет, - Малый круг назад пришло известие о завершении битвы на главной имперской дороге. Но, к сожалению, не захватил его с собой и не могу здесь рассказать, как проходила битва…

- И в какой гостинице нам достойно переночевать?

- «Перепел на вертеле» - более всего подойдет для светлого тара. Когда мне будет позволено ожидать светлого тара и его друзей на ужин.

- Не могу сейчас сказать. Мы устроимся в «Перепеле», затем посмотрим дом туна Халиена, а потом можете ждать нас на ужин.

- Как будет угодно светлому тару.

Лысый поклонился, махнул назад рукой. Один из слуг вскочил в седло и понесся по отвороту к темнеющему вдали городу. Лысый сделал приглашающий жест, забрался на коня и пристроился в шаге позади герцога, уже съехавшему на отворот. Неожиданно герцог обернулся и громко спросил, - Мы въедем в Магун через Золотые ворота?

Лысый глубоко склонил голову, - Точно так, светлый тар.

Герцог махнул Собину - Не отставайте, туны! Остальным ехать через Торговые ворота, - и пустил коня в галоп. Лысому тоже пришлось ускориться. За ними стартовали четыре «дуба» и сопровождение Слуги Магуна.

Кривич хлопнул Собина по плечу, - Погнали, Игорёха, а то в город не пустят, без его милости, придется обратно возвращаться, - и ударил коня шпорами. Но сразу пришлось остановиться: путь ему преградил Чингизхан со своими напарниками. Он вопросительно посмотрел на Собина, - Куда в одиночку собрался Дашин-темон?

Собин взглядом остановил собравшегося высказаться Кривича, - Дашин-темон собрался в Магун через Золотые ворота в сопровождении его милости и Слуги Магуна.

Чингизах переглянулся со своими, - Одному нельзя - это умаление достоинства Дашин-темона. Тебя сопроводят четыре кабарека.

- У нас говорят «Чем выше гора, тем больнее падать». Не нужно показывать свое величие, если не можешь его подтвердить. Вот когда воины выздоровеют, тогда хоть четыре, хоть шестеро. А сейчас меня сопроводят два кабарека.

Короткий кивок, - Тогда поеду я и Шимкен-хоган, - и показал на здоровяка, вторым предложившим свой родовой камень.

Собин кивает, - Только сопровождайте позади, на таком же расстоянии, как и охрана герцога. Погнали, Толян!

И обогнал Кривича. Впрочем, ненадолго. Толян догнал друга уже через двадцать метров, сказалась многолетняя практика посещения конюшен. А уже через полста метров всем пришлось перейти на шаг: они догнали герцога и лысого, увлеченно беседовавших на проселочной дороге, выложенной мелкой галькой в два метра шириной.

Кривич сплюнул, - Они специально оторвались, чтобы что-то перетереть. Вот же, какой наш благородие оказался. Как в крепости, так спасайте нас, люди добрые! А как в тыл доехали, так догоняйте туны, пока я указания давать буду.

Собин молча кивнул.

- Ты какой-то не такой, Горян, с самого утра! Хочешь об этом поговорить?

- Не особо! Просто я не помнил, что было. Начиная с того момента, как за холмы перешел и до того, как родовой камень из костра вынес. А сегодня вспомнил, когда проснулся. И мне это очень не понравилось, что случился такой провал. И тем более, ни хрена не нравится, что подобное может повториться в любой момент.

- Ничего, Игорёха, прорвемся!

- Само собой. Только ты за мной присматривай. Если что - два контрольных, в голову и печень. Лучше я один, чем все остальные.

- Там видно будет.

Так, за разговорами, они доехали до конца отворота, который оказался перемычкой между основной дорогой и дорогой к пресловутым Золотым воротам, видневшимся в дали, на глаз, не более, чем через полкилометра. Золотыми их назвали из-за двух ярких «зайчиков», сверкавших над воротами. Опять же, на глаз, фронтальная часть крепости закрывала пару километров.

Но намного сильнее поразила дорога в крепость. Выложенная такими же камнями, как и на мосту, только более светлым оттенком, дорога приподнималась над землей на добрые пару дюжин сантиметров и шириной была в две повозки. Вторым концом дорога упиралась в реку. Кривич посмотрел туда и залюбовался яхтами на реке, без парусов, весел и паровых труб, потом заметил шатры за дорогой, вблизи деревьев, внутри которых веселились компании.

- Да, красиво живут благородные, ничего не скажешь. Чингизхан, ты в Магуне был?

Вождь кабареков легко догнал Кривича и направил коня рядом, - Три раза. Род посылал кожи продавать. Но по этой дороге нас не пускали, мы через Торговые ворота проезжали.

- Значит, не знаешь, что там над воротами сверкает?

- Магия. Чтобы город защищать. Сейчас доберемся и увидим.

По местному автобану до крепости добрались быстро. Вблизи каменная стена с зубцами возвышалась до высоты четвертого этажа современной многоэтажки. Облицована стена была таким дорожным камнем, только с красноватым оттенком, так что напоминала кремлевскую стену. И что самое удивительное: в центре было двое ворот, для въезда и выезда. Над воротами стояла надвратная башня с многочисленными бойницами во все стороны, по бокам от которой, над зубцами, виднелись двухметровые золотые шары, блестящие, как солнце.

Собин начал размышлять над использованием этих шаров, Кривич такой ерундой не заморачивался, а направил коня к подручному лысого в черном балахоне, терпеливого дожидающемуся их около въездных ворот.

Когда Собин добрался до них, довольный Кривич объявил, - Вот, помощник слуги Магуна, ждет, чтобы провести нас в гостиницу. Так что, чем быстрее доберемся, тем больше отдохнем. Вперед, орлы! Теплая постель, холодное пиво и горячее мясо ждут нас.

За стеной у ворот тусовались здоровые охранники в одинаковых доспехах, крупнее даже отборных бойцов герцога. Мельком глянув на проезжающих, они продолжили игру в кости на бочке, стоящей у караулки, примыкающей прямо к стене.

За караулкой, после неширокого прохода вдоль стены, начался каменный забор, высотой не ниже крепостной стены и сделанный из таких же камней, только оттенок был зеленый. Причем на той стороне широкого проезда точно такой же. Еще одно отличие обнаружилось дальше - каждые пятнадцать метров на заборе из ярко-оранжевого кирпича на кирпич выставлялись метровые руны из синего кирпича.

Проехав две, перед третьей Собин спросил у парня, непрерывно отвечающего на вопросы Кривича, - Пацан, мне ответь!

- Пацана зовут Крейан, тун Игорь. Он главный помощник Слуги Магуна по связям с общественностью, так что поуважительнее, будь ласка.

- Хорошо, Крейан, главный по связям, что ты знаешь о живущих за этим забором? И про эти знаки на заборе.

- Ничего не знаю, и никто в Магуне не знает толком. Четыре луны назад к Слуге Магуна пришли два туна с семьями за разрешением поставить дом в городе. Говорят, мы из Эластоуна, средств не хватает для столичной жизни, просим позволить. Ну, Слуга и разрешил. А они потом так тихонько спрашивают «а можно мы за стеной дома поставим и новую стену возведем, за свой счет». Слуга посмотрел, вроде, есть такой обычай, пришлось разрешить. А они вон как развернулись. И никто их в городе толком не видел, слуг и то с собой привезли. А в бумаги посмотришь, так всё красиво, налоги платят, стражу на воротах содержат...

- Так, может, они товар с той стороны беспошлинно ввозят, за разницу и живут.

- Может, и ввозят. Да только не видел их на той стороне никто и не слышал, чтобы они товар на продажу предлагали. Вот такая головная боль у нашего уважаемого Слуги славного города Магуна появилась! А знаки на воротах? У кого только почтенные жители не спрашивали, никто не знает, что за обереги на их проклятом заборе висят. Даже в академии у магов спрашивали. В этой, как его, библотаке...

- Библиотеке?

- Да какая разница! А что, тун Игорь знает, что это за знаки?

- Тун Игорь их чувствует, они несут зло.

- Это точно! Сколько хороших магунцев они погубили. А ведь парни только хотели посмотреть, как живут чужаки.

Под эти увлекательные разговоры спутники добрались до старой стены, выложенной из старого доброго кирпича, высотой и шириной в те же три метра. Наверно, местный стандарт.

За стеной их встретили городские стражники, не такие здоровые и не в доспехах, а ватных куртках с металлическим гербом города на груди. Стражники самым внимательным образом осмотрели проезжавших. А сам город встретил двухэтажными домиками самой разнообразной окраски и невысокими, в полтора роста среднего эрка, заборами. Причем, заборы тоже делали, кто как сможет: из камня, кирпича, один раз увидели даже деревянный, в два слоя из толстых широких досок.

Даже Кривич удивленно кивнул парню на такое безобразие, на что тот лениво отмахнулся, - Магия. На самом деле, забор из намагиченного кирпича, но если даже подойти и вдарить по забору, все-равно увидишь доски. Хотя кулак почувствует правильно.

- А маг где живет? Тот, который тун Мишлен.

- А у нас один маг, которого Светлый Тан прислал. Сразу после окончания учебы в академии магов. Он, когда приехал, без денег был, поэтому домик ему Слуга снял, в районе купцов второй гильдии. А потом, когда у мага денюшка завелась, чтобы приличествующий дом купить, то никто подходящий дом не продавал. И новую стену еще не поставили, а то там мог участок купить и построить. Вот и пришлось ему к первой гильдии перебираться. Неприлично, конечно, благородному туну среди купцов жить, а что поделаешь, жизнь она такая стерва…

- Да ты философ!Не пугайся, так у нас умных людей называют. Долго еще ехать?

- Да мы уже приехали уже что. Сейчас вон тот дом проедем, с вывеской, и сразу увидим «Перепел на вертеле», его не увидит только слепой.

- Знаешь, что на вывеске написано?

- А как же, тун Игорь! В помощники Слуги Магуна безграмотных не берут! Я, между прочим, за пять лун читать научился! А на той вывеске написано «дом благородного туна Деарата, бывшего командира «осиновой» сотни». Вот так!

- И какого духа нужно уважить, чтобы он помог грамоту выучить?

- Не в обиду будет сказано, это в лесах да деревнях у духов советов да помощи просят. А у нас святой Магун, покровитель города. От него вся поддержка и благополучие.

- Ты хочешь сказать, Крейан, что когда-то этот Магун основал город, прожил счастливую жизнь, умер и стал помогать своему городу?

- Можно подумать, у вас не так? Конечно же, помогает! А некоторым даже является и говорит, что нужно исправить в жизни, чтобы исполнилась заветная мечта того эрка. Но для этого нужно вести праведную жизнь… А вот и Трактирный Столб!

Впереди, за перекрестком стоял пятиметровый резной деревянный столб покрашенный в цвета радуги. Кривич прикололся, - Я не вижу отсюда, цветов шесть или семь?

- Как положено – семь. А что, у вас в радуге шесть цветов.

- Да нет, у нормальных семь. Есть такие выпендрежники, которые хотят, чтобы на них все обращали внимание, так это они доказывают, что у радуги должно быть шесть цветов.

На перекрестке пришлось притормозить: дорогу переходило два многочисленных семейства, одетых по местной моде: отцы семейств в дорогих пальто или как они тут назывались, разукрашенные золотой вышивкой. На голове шляпа типа «котелок», но с увеличенными полями. Хозяйки в разноцветных платках, оригинально повязанных и в плотных платьях до земли, малахитового и темно-синего цветов, несли по большой корзине, закрытой темной тканью. Пятеро пацанов, от пяти до пятнадцати, были одеты, кто во что горазд, причем одежда была сильно поношенной. И только три барышни в соломенных шляпках, разукрашенных, как хвост какаду, украшали сию компанию. В тонких платьях до колена, рукава выше локтя, крой подчеркивает все выигрышные места, а светло-зеленая кожа придает очаровательную экзотику.

- Да, лепота! - только и крякнул Кривич, - И чего раньше никто не попадался?

- Всё же просто, тун Анатолий. По этой улице только конному можно. Или карете али в повозке. Для ходьбы пешком соседний проезд предназначен. А переходить они должны по указанным перекресткам, вот эти решили тута перейти.

- А что за указатели?

- Какие вы все-таки странные! Кружка показывает на вход в трактир, постель на ночлежную. У вас разве не так?

- К сожалению, Крейан, совсем не так. Эх, если бы кишки от голода не слиплись, у этих девчонок вечером была бы другая культурная программа.

- Чего это тебя на малолеток потянуло? Половина отряда девчонки на любой вкус и цвет, если уж невтерпеж, одна Коронина чего стоит, девка в самом соку.

- Ничего ты не понимаешь в женской красоте, Игорёха! Вот вернемся на Землю и что вспоминать будем? А тут воспоминаний хватит на всю оставшуюся жизнь!

- Благородные туны, на этих дочерей лучше не смотреть. Иначе даже вас утром не найдут. Если хотите этой вашей экзотики - скажите мне и вам не дадут уснуть точно такие же, только попроще поведением.

- Да знаю я всё, братец Крейан! Просто возникло кратковременное непреодолимое желание попробовать десерт… Так, гостиницу вижу… А это что за янычар ворота охраняет, прости меня парень за такое выражение.

- Это Асани-су. Вы подобное при нем не скажите, он нервный становится, когда не понимает, что про него говорят. Может и за тарун схватиться.

Собин даже перестал разглядывать девичьи походки и начал изучать охранника. Личность оказалась очень занимательной. Во-первых, концы тюрбана свешивались за спину двумя лентами бескозырки, во-вторых, ятаган, который у Асани сам по себе лежал на плече и не падал и, в-третьих, сам охранник. Здоровый, под два метра, в бесформенном белом балахоне, он не стоял на месте, а перетекал с места на место, оставаясь в квадратном метре у ворот.

Кривич тоже впился взглядом в сторожа, - О, да он же белый, как мы! Может, он тоже...

- Нет, тун Анатолий, он не белый, его кожа светло-желтая, он же приехал из пустыни. А его дети уже на нас будут походить, после стольких лет в Мегуне. А у вас по-другому? Цвет кожи не меняется от того, что человек ест?

- Нет, Крейан, у нас цвет кожи дается при рождении... Да, этот парень опасный тип гражданской наружности. А, с другой стороны, если он нам головы не отрежет, то мы выспимся спокойно. Чингизхан, достанешь его отсюда?

Кабарек отвлекся от созерцания женской красоты, оценивающе посмотрел на охранника, помотал головой, - Нет. Если десяток стрелять будет, то попадем. Но у него амулеты, он наши выстрелы малый круг не заметит, если не больше.

Асани почувствовал чужие взгляды, посмотрел в их сторону и отсалютовал своим ятаганом, подняв вертикально и резко опустив. Чингизхан хмыкнул, - Нет, одного десятка мало. Два надо или три.

Кривич с досадой, - Как же так, Чингизик! Ты же барохов арканом валил!

- Это другое дело, тун Анатолий. Не ровняй безмозглое животное с воином, которого с детства учили.

- Ага. И который охранником у купца служит. Но я бы не отказался от десятка таких в крепости. Тогда бы и в плен брать некого было бы, а Чингизхан?

- Такие воины, как Асани-су, встречаются очень редко и стоят очень дорого. Поэтому, уважаемый тун Анатолий, в крепости он никак не помог бы, потому что его там никак не могло быть. А вы бароха убили?

- Сколько мы барохов завалили, а, Чингизхан?

Кабареков хитро улыбнулся и сказал с жутким акцентом, - Я только до дюжина считать умею. Мы убили дюжина и еще сколько-то барохов.

- Тогда вам повезло. У хозяина гостиницы, почтенного Тиломана, дочь болеет. Маги говорят, что ей поможет только кровь бароха. Но ходоки не носят кровь с той стороны или носят крайне редко и запрашивают ненормальные деньги, чуть не четыре веса золота за один вес лекарства. Говорят, для того, чтобы создать одного монстра, нужно убить две сотни эрков, затем выполнить черный обряд. После чего кровь уплотняется и вбирает в себя силу умерших. Дождливого дня, Асани-су!

- И тебе удачи сегодня, Крейан! Но я вижу, удача тебе улыбнулась полным ртом.

- Да, гневить святого Магуна мне не с руки! Но и почтенному Тиломану повезло, как я понимаю. Эти чужеземцы хотят снять всю ночлежную, которую они, по своему обычаю, называют гостиница.

- Хозяин уже радуется. Сам Слуга Магуна оказал честь и привез в его ночлежную Тритапа эйк Вииллсвина Бесарде, который...

- Достаточно, Асани-су, дальше я сам, - из ворот выкатился, часто перебирая ноги, крупный полный мужчина с короткой окладистой бородой, в распахнутом длиннополом халате, из-под которого высовывалась рубашка, покрытая золотыми узорами.

Мужчина коротко поклонился Собину, сидящему на коне между Кривичем и пареньком, приложив руку к сердцу. На пальцах заблестели крупные золотые перстни.

- Почтенный Тиломан приветствует благородных тунов в своей ночлежнице. Светлый тар обрадовал меня известием, что у меня будут ночевать гости Светлого Тана. Клянусь святым Магуном, что вы не пожалеете о своем выборе. Позвольте показать мое скромное жилище.

И Тиломан жестом позвал войти гостей во двор, на ходу успел со всеми познакомиться. Во дворе, мощеном широкими досками, приехавшие спешились, передали коней набежавшим слугам. Кроме Чингизхана и его людей, которые увели коней в конюшню сами.

Во дворе купец организовал дорогим гостям экскурсию. Показал одноэтажное здание ресторации из бревен слева от ворот, причем во дворе находился только вход, а стена ресторации была встроена в забор из тонкого бруса, пристроенного к заведению.

Тиломан махнул вправо, на продолговатое приземистое здание с широким входом со стороны ворот с узкими продолговатыми окнами под потолком, - Это конюшня на четыре дюжины лошадей. Там, - махнул прямо, где въезд упирался в двухэтажное здание с высоким полуподвалом, с высокими трехметровыми этажами, полуподвал и первый этаж из белого кирпича, второй из потемневших бревен, шестидесятка, не меньше, - Ночевать там будете. На втором этаже четыре номера по три золотых за номер, на первом две дюжины номеров по золотому. Светлый тар сказал, что вы займете все номера...

- Да, это так, почтенный Тиломан, мы заплатим сразу же, как приедут остальные.

Тиломан сразу расслабился, махнул в дальний угол, наискосок от общепита, - Это мыльня. Её уже топят.

- Давайте посмотрим.

- Конечно, тун Анатолий.

Мыльня оказалась зданием из серого камня, восемь метров в длину и четыре метра в высоту, покрытое черепицей, приткнувшимся к забору напротив гостиницы.

- Дымка не вижу, как у вас мыльни нагревают?

- Как и в столице, амулетами. Вносят два амулета, один воду нагревает, второй воздух.

Внутри мыльни был большой предбанник, обшитый досками и уставленный по краям низкими диванчиками, рядом с которыми стояли столики со сложенными полотенцами. Посередине стены висело большое, в рост, зеркало.

Само мыльное отделение по размеру не превышало предбанник. В тусклом свете зеленоватого шара в середине потолка две служанки заполняли водой огромную бочку, на полметра торчащую над полом. За бочкой красовался массажный стол из мрамора с анатомическими углублениями.

Воду служанки носили деревянными ведрами от медного крана в правом углу по полу, выложенного большими розовыми плитками с растительными узорами. За столом, у дальней стены, стояла широкая низкая скамья, заполненная различными кремами, шампунями и прочей банной косметикой. Отдельно, на краю, лежала стопка белых простыней и полотенец.

Кривич вошел, критически посмотрел на шар, - А чего так темно?

Купец встал рядом с дверью, поднес руку к прямоугольнику такого же цвета, что и шар, посмотрел на Кривича и медленно стал поднимать руку. В помещении стало светлее. Потом также медленно опустил руку, яркость уменьшилась. Кривич с недоверчивым выражением подошел и поднес руку, освещение стало меняться.

- Понятно, идет дальше.

Прошел к бочке, присел и опустил руку, - Вода так и будет холодная?

- Нет, тун Анатолий, что ты! - Тиломан подошел к столу, взял два квадратных амулета, один голубой, второй желтый. Показал Кривичу голубой - Этот будет нагревать воду в бочке. Этот, - показал желтый, - Воздух в мыльне. Но вам не стоит думать о таких пустяках, этим займутся Мия и Выя, - служанки остановились и сделали книксен.

- Замечательно! А есть еще такие же - Толян показал на стол, - Можно без этих выкрутасов, - Кривич изобразил полушария на уровне груди.

Купец кивнул.

- Тогда две-три штуки надо поставить в тот угол, - Кривич показал в левый дальний, - И отгородить ширмой или просто шторку повесить.

Кивнул на ведра у служанок, - А есть такие же, но пошире и пониже?

- Найдем благородный тун.

- Тогда надо будет принести, хотя бы полдюжины.

Тиломан поклонился, - Всё будет исполнено. А теперь позволю предложит посетить ресторацию и пообедать.

Кривич посмотрел на Собина, тот кивнул. Купец вышел.

***

Ресторация имела два входа. Один во двор, а второй на улицу. Обстановка была так себе: тяжелая грубая мебель, как в пивном ресторане средней руки, такие же тяжелые серые шторы на обоих окнах.

Но зато обед был по-царски шикарным: в свете трех шестисвечных канделябров блестела серебряная посуда, густая солянка имело необыкновенный вкус, мясо нежно таяло во рту, а ароматное вино загадочно переливалось в бокалах. Плюс немного экзотики.

Из экзотики вначале были пироги и мясо, а уж потом суп, а еще хлеб на столе двух цветов, розового и желтого, с ароматами цветов и скошенного сена. Купец тоже наяривал свою порцию, будто весь день не ел.

Кривич, довольно улыбаясь, вытащил фляжку и побулькал перед Игорем, затем повернулся к купцу, - Почтенный, если ты сможешь найти три маленьких бокальчиков, то сможешь попробовать наш национальный напиток.

Тиломан не думал ни секунды. Он вскочил и бросился на кухню. Собин сделал удивленное лицо, - А я думал, уже всё выпили.

Кривич горестно вздохнул, - Так и есть. Просто у меня в закромах почему-то оказался переносной аппарат. Вот и пригодился. Пришлось и магов, и шамана привлечь, чтобы они ускоренно сырье подготовили. Так что, пока ты отдыхал, мы запасы пополнили. Правда, половину эти жадные специалисты палочки и бубна забрали за свои заслуги, плюс пришлось поделиться рецептами, которые хранились в моем роду не одно столетие, но ты же меня знаешь, мне для хороших людей не жалко. И в итоге у меня, то есть у нас, имеется по три литра «Особой магической», «Шаманской специальной» и «Иномирской по специальному рецепту туна Кривича номер раз и номер два».

- Ты так ловко всё обстряпал, что хочется тебя одного к местному королю отправить. А мы уж потом, в гости, к Кривичу первому, приедем, по специальному приглашению. Магическая, я так понимаю, с особыми добавками, которые удлиняют жизнь, омолаживают тело и волосы потом становятся блестящие и шелковистые. Шаманская должна быть на местных мухоморах, глюки из будущего смотреть. Но я в упор не догадываюсь, на чем ты свои номера настоял.

- Я скажу, но ты только никому не говори, иначе мне придется тебя убить.

- Два зуба даю! Колись уже!

- Номер раз на зверобое, Гуля пожертвовала. А что? И цвет и вкус коньячный, может, потом в «Тунскую» переименую. Или в «Дворянскую». А номер два обычный первач, с перцем.

- Хозяина перцовкой угощать будешь?

- А то. Во-первых, до коньяка он не дорос, а, во-вторых, ну не нравится он мне. А раз не нравится, то приличный продукт ему не в то горло пойдет.

Незапыхавшийся Тиломан бегом принес на серебряном подносе такой же серебряный набор из шести рюмок и графинчика и, на всякий случай, пояснил, - Маги советуют из таких стаканчиков лекарства пить, вот мне родственники и надарили множество.

Кривич вынул пробку из графинчика, понюхал и стал переливать в графин содержимое фляжки, причем перелил не больше половины. Убрал фляжку, разлил содержимое теперь уже графинчика в три рюмки, потряс графинчик, - Еще на пару кругов хватит. Значит так, Тиломан. Слушай инструктаж по употреблению «Иномирской лечебной по рецепту туна Кривича». Сейчас мы втроем поднимем рюмки, из рюмок мы это питие пьем, поэтому они так и называются. Потом чокнемся, чтобы небо услышало, каким мы полезным делом занимаемся, а потом опрокидываем рюмашку в рот. Можешь подождать, посмотреть, как мы это сделаем, чтобы понятно было. Потом ждем, пока жидкость скатится вниз и выжгет все болячки внутри. Можешь прочитать какую-нибудь короткую молитву или, хотя бы, досчитать до трех. И вот только после этого начинай есть суп. И тогда ты поймешь, в чем радость жизни и бытия.

Собин заметил персонал выскочивший из кухни, чтобы услышать откровение Кривича. Тишина была такая, что даже мухи не жужжали. Купец отчего-то перепугался, и стал нюхать свою рюмку.

- Да ты не бойся, Тиломан, мы тоже пить будем! Просто у моей «Иномирской» другое название есть - «Огненная вода», вот мы и подготавливаем тебя.

Купец натужно засмеялся, - Огненная вода, говоришь? Может, у тебя и жидкая сталь есть?

- Ты не поверишь, Тиломан, у меня всё есть. И жидкая сталь, в том числе. Мы её ртуть называем. А если ты не веришь, давай поспорим, на десять золотых.

- Лучше на дюжина, тун Игорь. Здесь дюжинами считают.

- Хорошо. Спорим, купец Тиломан, на дюжину золотых, что я сейчас налью свое питье в рюмку, подожгу её и выпью.

Купец понюхал рюмку, поставил на стол и снял с пояса кошелек, положил рядом с подносом, - Здесь дюжина золотых!

Кривич хмыкнул, достал из внутреннего кармана свою калиту, вынул столбик, завернутый в бумагу, поставил рядом с кошельком Тиломана, - Здесь тоже.

Положил на стол свой кошель, вышитый простенькими формулами из алгебры, налил в пустую рюмку самогон, поднес к канделябру и стал ждать. Голубоватый огонек появился как-то неожиданно и вызвал ажиотаж аханья прислуги. Кривич подмигнул подавальщицам и забросил горящую жидкость в рот. Аханье перешло в оханье. Кривич неторопливо загнул по очереди три пальца и стал есть солянку.

Собин левой рукой поднял упавшую челюсть Тиломана, всунул в его руку рюмку, стукнул своей и медленно выпил. Посмотрел в потолок, - Ничего, градуса хватает. Только перец слабо чувствуется.

- А что ты хотел? Не настоялась еще. Ты через недельку попробуй, тогда как вино потягивать не сможешь. Тиломан, а ты что, передумал пить?

Купец недоуменно посмотрел на свою рюмку, на Собина, аккуратно хлебающего похлебку, решительно выдохнул и выпил. Пока загибал пальцы, его светло-пшеничное лицо стало приобретать свекольный цвет. Наконец он выдохнул и ожесточенно заработал ложкой. Кухня радостно поддержало мужество хозяина.

Кривич довольно положил столбики с монетами в бывший кошелек купца, кошелек в калиту, а калиту спрятал обратно за пазуху. Снова заполнил рюмки. Дверь с улицы хлопнула и в ресторацию влетел взбешенный герцог с двумя «дубами».

Герцог увидел землян и широким шагом поспешил у ним за стол, «Дубы» проверили помещение и ушли обратно. Герцог на ходу махнул Тиломану и тот со своей тарой исчез на кухне. откуда выскочила подавальщица с едой для герцога, поставила на свободное место и тоже исчезла на кухне. Наверно, там образовалась «черная дыра».

Кривич протянул герцогу полную рюмку, - Ваша милость, выпейте. Сейчас это то, что доктор прописал.

Герцог стоя замахнул рюмашку и его взгляд стал приобретать осмысленное выражение. Он решительно протянул пустую рюмку. Кривич довольно ухмыльнулся, - Наш человек! - и заполнил тару.

Его милость выпил очередную порцию, поставил стопку на стол и потрогал перстень на левой руке. Над столом выросла двухметровая голубоватая полусфера. Герцог посмотрел на Собина, на Кривича, - Парни, у меня плохое известие. На староимперской дороге нас разбили. Что будем делать?

Глава 13

Глава 13 Не томный день

Кривич выразительно посмотрел на Собина и перевел взгляд на тарелки герцога, к которым он не притронулся, поскольку сидел, уставившись в одну точку, - Ваша милость, я так понимаю, что Вы есть не будете? Наверно, во дворце вкусно накормили. Вы позволите вашу солянку забрать? Здешний повар божественно готовит, а на меня жор напал... Простите, Ваша милость, я хотел сказать, что у меня сильный аппетит и я его никак не удовлетворю.

Герцог недоуменно слушает Собина, начинает рассматривать солянку, на лице появляется хитрая ухмылка, - Прошу извинить меня, тун Игорь, но не позволю. После вашего вина на меня тоже... напал жор.

Дегустирует солянку, входит во вкус и ритмично работает ложкой. Собин тихонько ухмыляется, но удерживает серьезное выражение, - У нас на родине была такая история. Жил один мудрец в небольшом городке, похожем на Магун. И стало ему грустно, и уехал он жить в свое загородное поместье, и жил там долго и счастливо. А городским сплетникам стало грустно без него, ведь они развлекались тем, что постоянно придумывали про него всякие гадости. И решили они придумать про мудреца последнюю сплетню и сказали они жителям, что умер тот мудрец. Ну, жители погоревали и стали жить дальше. Но раз мудрец умер, то в поместье можно не отправлять уже оплаченные товары. И обиделся мудрец, когда не получил обещанного. И приехал в город, и узнал последнюю сплетню. И нанял он городского глашатая и повелел ему целый месяц в полдень объявлять "Слухи о моей смерти слишком преувеличены".

Замеревший с ложкой у рта герцог встревожено поинтересовался, - И что?

- Это я к тому, что рано хоронить вашу армию, надо узнать подробности. Войска отступили?

- Нет, но потери огромные. Только погибших треть.

- А сколько погибло нападавших. У нас выявили примерную пропорцию: нападавших гибнет в три раза больше. Не знаете? По-моему, лучше всего дождаться туна Семена, он профессионально оценит произошедшее.

- Поэтому Слуга Магуна и будет ждать вас через хорс, чтобы вы помогли оценить произошедшее и дали свой совет.

- А хорс, это что?

- Это два малых круга. Из дюжины хорсов состоит большой круг.

- Ясно. Времени вагон.

- Не вагон. Вам нужно купить надлежащую одежду, туну Игорю сделать герб... Дел будет много, и двух хорсов может и не хватить.

- Хватит. Сейчас дождемся прихода каравана и пойдем городок на уши ставить.

Герцог ничего не понял, но согласно кивнул. В дверях со стороны гостиницы появился Семен и пошел к сидящим, светлому тару пришлось снимать полусферу. Семен остановился перед Собиным, - Игорь Вадимович, часть повозок и личного состава прибыли. На территорию ярмарки отправили животных и имущество его милости и Мальтсуррака вместе с личным составом. Сюда привезли всё наше барахло и трофеи. Из местных повозки сопровождают четыре «дубовых» и четыре бойца Мальтсуррака с ним самим, не считая Ворчуна и Заморыша, старики наотрез отказались ехать со всеми, говорят, Вы им поручили какое-то дело.

- Они на ярмарке нормально обустроятся? А то здесь и баня и еда, как в ресторане.

- Сказали, что нормально.

- Тогда на сегодняшний вечер у нас следующая программа: личному составу помыться, поужинать и отдыхать-набираться сил, пока старшие будут заниматься делами в городе. Потом для добровольцев будет шабашка - пойдем искать местного мага, который почему-то не любит нас, таких красивых и решил не пускать нас в приличную гостиницу. Потом мы с тобой и герцогом идет на банкет к Слуге Магуна. Ты идешь в качестве военного эксперта, будешь высказывать свои комментарии по последнему сражению. Предложения и вопросы есть?

- Я сейчас парней в баню отправлю, чтобы они по-быстрому помылись. Потом девчонки баню оккупируют, а мы в это время пойдем с магом разбираться.

- Оки. Есть сейчас будешь или потом?

- Потом. Вначале молодняк озадачу.

Герцог отодвинул пустые тарелки. Собин ждал, что тот сыто рыгнет, но не дождался. Всё-таки, воспитание это страшная сила. Игорь посмотрел на Кривича, тот уже замаялся ждал, пока остальные насытятся.

- Ну, что пошли, туны? Ведь сегодня нас ждут великие дела.

Компания лениво направилась к дверям во двор и никто не видел, как с улицы вошло пятеро наемников в длинных кожаных походных плащах и направились к столу в середине ресторации. Главарь, худощавый мужчина с бритым лицом, на голову ниже своих боевиков, сел в середину стола. Двое, самых здоровых, сложили свои безразмерные рюкзаки на табуреты за соседним столом и сели рядом с главарем. Один из подручных, тоже худой, но выше босса, пододвинул к боссу табурет, положил на него свой рюкзак, метнулся в двери, через которую только что вышел Кривич и прикрепил рядом с косяком какой-то предмет. Пятый сел в угол и откинулся к стене, достав из-под плаща длинный узкий сверток и положив его на стол.

Худой вернулся назад, одновременно плюхнулся на табурет, вынул из рюкзака ноут размером с А4, положил на стол и раскрыл. Головорезы по бокам с интересом попытались заглянуть. Главарь увидел торопящегося Тиломана и шикнул на помощника, тот мигом опустил крышку. Купец почтительно склонил голову перед боссом, чтобы не смотреть ему в глаза.

Главарь посмотрел сквозь Тиломана и брезгливо начал сметать крошки со стола, - Ты знаешь кто мы? Нет? Тебе повезло, мы прорицатели и расскажем тебе, что ты сегодня будешь делать. Причем бесплатно. Вот такая у нас сегодня акция. Вначале ты принесешь поесть на пять голодных воинов, а мы окажем уважение и не станем платить. Затем, когда мы наедимся, ты со своим вышибалой уйдешь по делам на пару часиков и не станешь путаться под ногами. А за это мы не придем к твоей дочурке передавать привет от жены вашего мага. Так что ты думаешь о нашем предсказании?

Купец склонился еще ниже, - Вы не только благородные туны, но и умелые предсказатели. Я с благодарностью угощу вас за ваше предсказание. И прошу извинить, что не смогу наслаждаться беседой с такими редкостными собеседниками - я вспомнил о срочном неотложном деле.

Тиломан поклонился, на стол упала капелька пота. Купец не заметил, так как уже развернулся и покатился на кухню. Вожак брезгливо столкнул каплю со стола и вздохнул, - Скорей бы уже отпуск! Я готов даже негритянкам впердолить, лишь бы на эти зеленые рожи не смотреть.

Худой подобострастно хихикнул, - Какие негритоски, пан Збышек? Вас буду ждать самые красивые и страстные украинки. Так ведь, Кхуянин?

Один из здоровяков встал и сжал руки на шее худого, - Я Киянин! Киянин!

Понял, Франкенштейн?

Худой надавил пальцем точку в локте здоровяка и сбросил его руку, - Вообще-то меня зовут Франтишек Штейман, но для тебя это запомнить невозможно, так что можешь звать меня Франкеном.

Вожак присвистнул и все сразу успокоились и расселись по местам. Подавальщицы мигом расставили тарелки с едой и исчезли, даже не пытаясь оглядеть гостей. Главарь вопросительно глянул на худого. Тот открыл ноут и начал настраивать. Приложил большой палец сбоку, повернул аппарат Збышеку, тот приложил свой палец к другой боковой панеле.

Худой увидел, что монитор засветился и пододвинул ноут к себе. Понажимал какие-то клавиши и повернул монитор к боссу, - Вот, всё работает!

Все начали заглядывать в экран, на котором появилось изображение двора и перемещающихся по нему людей и эрков.

- А почему звука нет? Всегда был.

- Понимаете, пан Збышек, наверно, стена обработана специальным составом, не позволяющим прослушивать помещение. Опять магические руны.

- Ладно, пусть так. Я с парнями пока ем, ты наблюдаешь, потом доложишь.

Франкен кивнул, плеснул себе вина, схватил кусок мяса и уставился в монитор. А там броуновское движение упорядочилось. Парни с девушками занесли рюкзаки и сумки в гостиницу, купец подбежал к старшим товарищам, что-то пообъяснял, помахал руками на гостиницу, на ворота и куда-то в сторону, вручил им связку каких-то бирок, забрал недовольного охранника и вылетел на улицу.

Местный аристократ показал солидному землянину на город, стоящий рядом худой согласно кивнул и спросил у третьего, с военной выправкой. Военный подозвал крепкого пацана, что-то ему объяснял, а тот согласно кивал, затем военный оглядел двор, будто пытался то-то вспомнить. Но не вспомнил и пошел со двора за аристократом. Худой с солидным потянулись следом, причем худой закрыл за собой ворота.

Из гостиницы вышел немолодой абориген и пошел к воротам. К нему от повозок подбежала девчушка с собакой и стало его просить, показывая на ворота. Абориген помотал головой, показал на гостиницу, на двор, на собаку и вышел со двора. Парни занесли оставшиеся рюкзаки в дом, спустя время вышли с полиэтиленовыми пакетами и зашли в баню. Двор уснул.

Франкен даже прекратил жевать. Торопливо проглотил кусок, прополоскал рот парой глотков вина и уставился на командира, наслаждающегося обедом.

- Там, это, пан Збышек, мы фулхаус вытянули.

- Точнее, Франтик!

- Старшаки ушли в город, парни мыться, а девки ихнии сидят в гостинице.

Бандиты обрадовано зашумели, Збышек приподнял палец и всё стихло.

- А это не подстава?

- Вроде, нет. Они даже ворота закрыли.

Збышек задумчиво допил вино из кубка, подозвал сидящего поодаль. Когда тот подошел, негромко бросил ему, - Москаль, проверь, куда их старшие подались. Если дальше двух кварталов уйдут – возвращайся.

Москаль хмуро кивнул и ушел на улицу. Збышек затарабанил по столу, - Если это не подстава, то хостел наш на час, не меньше. Тогда мы успеваем забрать девок и спокойно уйти. А потом на них, как на приманку, остальные сами придут.

Худой мечтательно, - И делать-то ничего не придется, только овец собрать и выгнать… А куда погоним? На базу?

- Вначале к магу. Заодно и вещи понесут, да и за мага сотня золотых лишними не будет.

- Пан Збышек, а в баксах, сотня, это сколько?

- Тысяча, мой склерозный друг. Но если на эту сотню купить магических препаратов, то сотня оборачивается не одной десяткой тысяч.

***

Димон Собняк, невысокий русый крепыш с небольшим шрамом под левым глазом, сидел на стуле на лестничной площадке второго этажа гостиницы, очень похожей на парадное в доме их родственников в Питере, куда отец привозил его один раз, еще когда работал и не пил. Сидел и хмуро вертел в руках трофейную двустволку, уставившись в полутемный потолок, с громким щелчком собирая и разбирая приклад.

А мимо спускались парни и изощрялись в юморе.

- Димон, ты с девчонками в баню идешь?

- Они его специально у Семена выпросили, говорят, он лучше всех спинку трет.

- Всё наоборот: они ему все вместе спину натрут, решили попрактиковаться в эротическом массаже.

- Повезло тебе, Димон, может поменяемся: я девчонок охранять останусь, а ты вместо меня мыться пойдешь?

Наконец парни спустились и вышли. Димон выдохнул, закрыл глаза, вслепую вытащил два патрона из патронташа, висящего наискосок через грудь и вставил в ружье.

К сожалению, в ствол попал только один патрон, второй упал на деревянный пол. Димон нагнулся и принялся его искать, по-прежнему не открывая глаз.

- Дима, ты чего? - услышал он встревоженный шепот Лопатиной.

Димон обреченно вздохнул и открыл глаза. Патрон лежал прямо перед растопыренными пальцами. Димон вставил патроны в ствол, собрал ружье и тут же разобрал и засунул патроны обратно в патронтаж.

- Семен попросил вас поохранять, пока парни моются, Ощущение у него нехорошие.

- Это правильно, чуйка у него хорошая. Тут помощь твоя нужна. Поможешь? Все-равно они все во дворе, можешь сам в окно посмотреть.

- А чем помочь-то?

- Да парни вещи принесли и в одну кучу поскидали. Надо помочь разложить, а то рюкзаки тяжелые.

- Это я запросто, только пусть кто-то в окно посматривает, на всякий случай. Иди, я сейчас!

Лопатина ушла с площадки на этаж, оставив входную дверь открытой. Собняк огляделся и достал из скрытой кобуры "Глок", который ему тоже оставил Семен. Снял с предохранителя, прицелился через лестничный проем на входную дверь. Щелкнул предохранителем и почти ловко убрал обратно в кобуру. Повесил ружье за спину, наискосок патронташу и пошел помогать Лопатиной.

А в это время баня превратилась в цирк: обе служанки, и Мия и Выя, сидели в углу на перевернутых ведрах и пытались заработать спазм зрительных мышц, напрягая их сверх меры, да еще и длительное время. А как иначе всё увидеть и запомнить? Никак!

В углу, за ширмой с растительным узором из переплетающих лиан, над лежаками стоял плотный пар от амулета. На лежаках потела очередная партия желающих, а уже вспотевшие в очередь, с криками прыгали в бочку и старались в полете ногами разбить быстро образовывающийся ледок.

Дозырин слез с лежака, осмотрел ошалевших служанок и направился к ним, блестя мокрым телом в ярком свете светильника, - Выя, ты говорила, пиво где-то есть. Пошли, покажешь!

И потащил для виду упирающуюся служанку в предбанник.

***

- Москаль вернулся! Хватит сидеть? Деньги нас ждут, а мы языками чешем!

Все обернулись на подходящего Москаля и никто не заметил, как в мониторе девочка побежала за собакой, рванувшей в угол двора и они вдвоем исчезли в закутке, справа от бани.

- Пан Збышек, всё так и есть: противник ушел за два квартала и в данный момент находится в торговом квартале, выбирают одежду.

- Окей. Тогда слушайте план, панове. Москаль, на тебе ворота, никто не должен войти и не выйти. Перед этим заблокируй баню. Я с остальными вхожу в хостел. Куянин с Франтиком идут первыми. Если после вас кто-то из девок не обоссытся от страха и останется сухой, я вас оштрафую. Я с Волком проверяю третий этаж. Потом помогаю вам волочь девок и трофеи. Пошли, панове, гельд регирт ди вельт!

***

Запыхавшаяся Принцесса уже несколько минут пыталась поймать за поводок свою собаку, увлеченно гонявшую крысеныша по пятачку, образованным забором в углу двора и мыльней. Крысеныш носился, попискивая, между наваленными колесами, какими-то заготовками и разобранными повозками. Наконец крысенышу надоело или он устал и он юркнул в норку.

Тоби начал лаять, пытаясь напугать труса и заставить выскочить обратно, поиграть еще. План удался частично. Из норы появилась крысиная морда, только размером несколько побольше, наверно, мамочка пришла разбираться с обидевшим его сыночка. Псина оказалась умной, лаять прекратила и начала пятиться, внимательно наблюдая за поведением мамочки. Тут и Принцесса подоспела, поймала поводок, взяла Тоби на руки и глядя крысе в глаза и повторяя, - Мы уходим. Мы просто поиграли, а теперь уходим. Нам пора... - стала медленно отходить.

Неожиданно из норы выскочил крысеныш, победоносно пискнул, получил люлей от мамани и исчез обратно в норе. Мамочка оглядела поляну и тоже вернулась в нору, следить, чтобы борщ не выкипел.

Принцесса подошла к углу мыльни, уперлась и стала часто дышать, повторяя, - Как же ты меня напугала, Тоби! Нельзя же так! А если бы они тебя укусили? Вдруг у них слюна ядовитая?

Девочка краем глаза заметила движение и подняла голову. Здоровый чужой мужик в камуфляже быстро подбежал к мыльне, подобрал в поленнице пару чурбаков побольше и вбил их в косяк с тем расчетом, что они надежно заблокируют дверь. Проверив блокирацию, мужик вернулся к ресторану, где его ждали еще четверо в кожаных плащах. Получив от одного плащ и грубый стул, мужик переместился к закрытым воротам, где вытащил из плаща короткую снайперскую винтовку, постелил свернутый плащ на стул и уселся сверху, осматривая двор гостиницы (Девочка не знает, какое именно оружие достал враг, она увидела прицел на стволе и решила так).

Четверо прогулочным шагом подошли к гостинице, первый открыл дверь. И тут девочка не выдержала. Своим детским голоском она завизжала, - Это нападение! Они идут в гостиницу!

И села на траву, закрыв глаза и прижимая собаку.

***

В небольшом, три на четыре метра, номере за один золотой в сутки, в углу стояла одноместная кровать, застеленная гобеленовым покрывалом с геометрическими узорами. Рядом широкая низкая тумба, на которой лежали три стопки с пакетами с женским бельем и кульки с шампунями и мочалками.

В середине номера стоял простой деревянный стол и три стула. На стол Лопатина выкладывала белье из разобранного рюкзака. Положила пакет, посмотрела в список, выложила кульки с шампунем и полотенцем. Отнесла на тумбу. Обернулась и кивнула Собняк, - Этот можно уносить!

Димон поставил ружье за косяк, застегнул рюкзак и вынес из комнаты. Лопатина подошла к окну, где невысокая шатенка с короткой стрижкой, в спортивном костюме, скучающе смотрела в небольшое круглое окно.

- Если бы ты помогла, Света, мы бы уже закончили.

- Сама же сказала, надо двор контролировать, - не отрывая взгляда от окна, произнесла девушка.

- Ну, можно и контролировать и помогать, хотя списки смотреть, что доставать, а что не надо. И вообще, ты Собняку ни слова не сказала.

- Сказала «привет».

- Я понимаю, Света, у тебя парня убили, но нельзя же так!

- А как нужно?

- Поговорить с парнем, спросить как его дела, что он думает про этот мир. Ты же не блондинка, придумаешь, как дурочкой прикинуться!

- А зачем?

- За надом. Считай, это приказ старшей по группе. Если не будешь выполнять – я Ирине Сергеевне скажу, она с тебя неделю не слезет.

- Ладно, уговорила. Я сегодня весь вечер общаюсь, до отбоя, с Димоном и ты от меня отстаешь. Согласна?

- Согласна.

- Ой, что это? Мужик парней в бане запер. Ой, в гостиницу толпа идет.

Визг Принцессы. В номер влетает Димон с рюкзаком, вопросительно смотрит на Свету Измайлову у окна.

- К нам идут. И это не гости.

Собняк кидает рюкзак в сторону, берет ружье и выбегает в коридор. Заглядывает обратно, - Запритесь на этаже!

Топот за открытой дверью. Измайлова стартует от окна к двери, у стола притормаживает, забирает со стула пояс с ножнами и арбалет, застегивает у дверей. Нагибается до пола и натягивает арбалет, выскакивает в коридор. Два выстрела один за другим.

***

Димон бежал по коридору, на ходу вставляя патроны в стволы. У закрытой двери остановился, взвел курки и толкнул массивную деревянную дверь. Послышались громкие шаги по лестнице.

Димон выскочил на лестничную площадку и вскинул ружье к плечу. Из предыдущего пролета показались незнакомые мужики в длинных плащах. Димон прицелился в голову первого, - Дальше идти нельзя, закрытая зона. Возвращайтесь!

Мужик шагнул в сторону и начал вытаскивать ствол из плаща. Димон выстрелил и тоже шагнул. Сделал второй выстрел и озадачился: заряжать ружье или уже вытаскивать пистолет.

Но принять решение ему не дали: два негромких хлопка и Собняк роняет ружье и валится на пол. Подбежавший детина, в запачканной кровью одежде, с большим пистолетом в руке, начинает пинать лежащего Димона, не замечая, что пачкает подошву берцов в разлившейся крови, - Паскуда! Ты же Збышека завалил! Как мы теперь в штабе оправдаемся?

Подбегает Франтик и пытается оттащить Волка от тела Димона, - Ты потом его добьешь, давай делом займемся! Если мы девок притащим, нас не накажут…

Волк останавливается. Открывается дверь, выскакивает Измайлова и стреляет из арбалета в спину Франтика, тот морщится от боли, Волк навскидку стреляет. Измайлову отбрасывает за дверь, где она валится на пол. Франтик грустно улыбается, - Вот и меня зацепили…

Волк поворачивает его спиной, по спине вниз расползается кровавое пятно. У Франтика изо рта начинает идти кровь, ноги подгибаются, глаза закатываются. Волк опускает его на пол и звереет, - Проклятые русские!

Он подходит к двери, ногой отталкивает с прохода тело Измайловой и идет по коридору с поднятым пистолетом. Из дверей комнаты по полу выкатывается Лопатина и выпускает болт в шею Волка, тот успевает выстрелить мимо и зажимает левой рукой фонтанчик на шее. Из темноты прилетает стрела и по оперение входит в грудь, прилетает вторая и находит место в глазу Волка. Его опрокидывает на спину, он выпускает пистолет и опускается по двери, оставляя за собой кровавую полосу на старой двери.

***

Кеша шагнул в предбанник в обнимку со служанкой и тут же прижал её к стене за дверью. Служанка охотно отвечала на поцелуи и почти сразу стала тяжело дышать. Даже схватилась за поднявшийся огурчик, на что Дозырин довольно произнес, - Какой я молодец! Ведь у меня такой огурец!

Но тут донесся визг Принцессы. Кеша остановился, чтобы прислушаться, но Выя неожиданно сильно толкнула его на скамью и приземлилась к нему на колени, не давая возможности прислушаться.

Два глухих хлопка. Дозырин с силой отодрал от себя разошедшуюся служанку, подошел к входной двери и попытался приоткрыть. Дверь не поддалась. Кеша толкнул посильнее – никакого результата. Парень врезал по двери ногой с разворота, безрезультатно.

Дозырин побежал в мыльное отделение, схватив на бегу и натягивая свои «адидасы», не добежав до дверей, начинает кричать, - Парни, атас! Дверь закрыли с той стороны, а в гостинице стреляют!

Народ начал выскакивать, не обращая внимания на хохочущую Выю, пялящуюся на оттопыренные штаны Кешки. Самые горячие попытались выбить дверь, не озаботившись одеждой, поумнее, начали одеваться и оглядываться в поисках второго выхода. Служанка, не переставая хохотать, показала Дозырину на прямоугольный люк в углу над скамейками. Скорее всего, через него подавали напитки и еду.

Люк отодвигался в сторону, причем выходное отверстие на ладонь было меньше задвижки, чтобы с улицы никак не смогли открыть люк.

Первым вылез самый мелкий, Миха, успевший одеться и протиснуться к люку раньше остальных. Выложив на землю переданные три арбалета, Миха подскочил к углу, осторожно оглядел открытое пространство, ничего не заметил, бросился к двери и попытался откатить чурбак, прижавший дверь. За что и получил пулю в ягодицу. Пока был в шоке, успел вернуться к углу, а там его, орущего, подобрали Васек с Эдиком и оттащили к люку, где кое-как перебинтовали подстреленное место.

Пока парни были заняты делом, Дозырин подобрался к углу и стал наблюдать за двором. Но стрелка нигде не обнаружил. Тогда он лег на землю и попробовал посмотреть с такой точки зрения. И этот фокус помог: в углу, в тени за воротами, блеснула металлическая окантовка по верху берц.

Иннокентий вернулся к импровизированному медпункту, - Значит так, орлы! Повезло вам, что я пришел, такой умный! Вычислил я снайпера – он у ворот сидит. Как брать будем?

Миха в очередной раз дернулся и зашипел, когда Васек потуже затянул бинт и завязал узел на перевязке, - А что его брать – вначале надо раненого к Гуле дотащить, а потом уже с двух сторон, от нас и от гостиницы короткими перебежками, как учили.

- Предлагаешь ломануться, типа кто-то да добежит? Так мы кучу народа положим! Сейчас же не сорок первый год, со штыками на танки бросаться! У меня есть другой вариант: Васек с Эдом бегут в конюшню, там договариваются с кабареками, чтобы они прикрыли нас и уже тогда, под прикрытием стрелков, короткими перебежками устраняем недоразумение. А уж потом нормально относим Миху к Гуле на извлечение пули. Как вам такой план?

- Тоже самое, почти что.

- Только его я предложил, а, значит, он лучше.

- А ты, сам, побежишь или стрелять будешь?

- Стрелять, конечно, я же снайпер!

- Видели мы, какой ты снайпер!

- Думаете, зассал Кент? Ошибаетесь! Я отсюда побегу, одновременно с вами. А потом поговорим, где кто весной…

- Ладно, соплями потом померяемся. Побежали, Эд?

- Угу!

И парни рванули к конюшне. Дозырин поднял арбалеты и отнес к углу. Заметил короткий блеск у ворот и сразу же выпустил болт, взял второй арбалет – у ворот никакого движения, Дозырин обернулся, парни скрылись в конюшне.

Подошли Андрей с Русланом, - Вадим не вылез?

- Не смог, маленькое отверстие, все-таки. Что решили, пока мы вылазили?

- Решили, что дверь открыть не получится – от ворот снайпер стреляет, вон Миха попробовал. Поэтому побежим с двух сторон: я и кто-то из вас отсюда, а Васек с Эдом из конюшни. Бежим короткими перебежками, если получится, то зигзагом. А то тоже по маслине схватим, а оно нам надо – лишний вес таскать?

- Руслан, я побегу! Я на сотню тебя всегда обгоняю.

- Может, Кента оставим и вдвоем, наперегонки?

- Не получится, я пообещал, что тоже побегу.

- Слушай, Кент, давай ты потом «на слабо» будешь дергаться. Сейчас надо хмыря с пушкой обезвредить. Согласен, Рус?

- Я тоже так думаю.

- Тогда, Кент, стреляй в того фраера, а мы с Русиком побежим.

- Ладно, давайте в разные стороны, парни от конюшни уже выскочили.

И Андрей с Русланом выскочили и запетляли.

***

Задание было плевым: контролировать перемещения по двору. Москаль даже прикололся, прострелив пацану задницу. Но потом начались неприятности. Вначале в полуметре от него в стену воткнулся болт, когда он собирался подстрелить выбежавших из-за бани, а потом пацаны замельтешили, как просыпанный горох по столу.

Москаль поморщился, дело выходило из-под контроля. Он повернулся к гостинице, прикрыл винтовкой микрофон, - Орел, я Ястреб! Прием! Коршун, я Ястреб! Ответь, Коршун! Всем, кто слышит! Ответьте Ястребу! Так, похоже, пора сваливать!

Москаль развернулся к воротам и прилетевшая стрела попала в грудь, около ключицы. Правая рука онемела и выпустила винтовку на землю. Москаль неуклюже обломал черенок стрелы и рванул к воротам, не обращая внимания, что позади в стену воткнулись пара болтов и еще одна стрела.

Воротам, запертые на магический замок, не открывались. Пришлось подтягиваться наверх, используя одну левую руку.

***

К воротам подходили в отличном настроении. Собин от того, что мучения, связанные с покупкой парадного костюма с обувью и другими прибамбасами, окончились. Кривич от новых возможностей, которые выявило посещение местных магазинов. Герцог от того, что общение с простолюдинами окончилось и он, наконец, сможет посетить дворец городского вельможи, пусть и Слуги Магуна. Маги радовались купленным амулетам. Мальтсуррак от того, что туне Ирине понравились покупки и сами торговые лавки. А Ирина Сергеевна радовалась, что они, наконец-то попали в цивилизацию, где практически всё оказалось необычным и интригующим.

А острой приправой к впечатлениям были взгляды Мальтсуррака, от которых очень хотелось растаять у него в руках. И только охранники и мальчишки, несущие пакеты с покупками, не о чем не думали. Мальчишки надеялись на щедрые чаевые, а охранники мечтали о жареном мясе с кувшином вина.

Собин приложил бирку к двери и она распахнулась. Игорь лишь успел поднять ногу, как перед ней свалился здоровяк в камуфляже, с торчащим из груди обрывком стрелы. Охраняющие кабареки вместе с «дубами» сразу приставили к горлу мгновенно вынутые сабли, один вопросительно посмотрел на Собина, - Валить?

- Подожди, с этим всегда успеем. Надо выяснить, что он тут делал.

И к открытым воротам с тесаками и воплями понеслись пацаны. Появившийся ниоткуда Семен грозно посмотрел на подбежавших, - Это что за банда атамана Зеленого? Доложить по форме!

Всех успел опередить Дозырин с разряженным арбалетом, - Товарищ командир! Группа десятого А во время помывки в бане ликвидировало нападавшего. Наши потери: один легкий «трехсотый», Миха Снежков…

- М-а-м-а-а-а!!! – Принцесса неслась быстрее своего вопля.

Ирина Сергеевна разжала руки, пакет с красивым платьем, который она не доверила носильщику магазина, выпал и учительница бросилась навстречу дочери. Девочка неожиданно остановилась и показала на гостиницу, - Туда четверо вошли, с оружием!

И прыгнула в объятия мамочки. Мимо к зданию бежали все мужчины, и земляне и эрки. Даже учительница бегом тащила девочку и собаку, только злой Собин со своими кабареками находился рядом с пленником. Собин кивнул Чингизхану, охраняющему Дашин-темона на пацанов со свертками, во все глаза наблюдающих за происходящим, - Уведи их в ресторан, можешь вина купить, лишь бы тут не мешались!

Чингизхан кивнул и хлопнул своего по плечу. Тот скорчил страшную рожу и погнал носильщиков в ресторацию. Те поспешили с такой скоростью, будто впервые увидели степняка. Хотя, может, услышали, про вино.

Собин ласково улыбнулся пленнику, - Ну, давай рассказывай!

- Зачем? Все-равно мне кирдык.

- Если все расскажешь, сам, без утайки и честно, то получишь легкую смерть. А если нет, - после этой фразы глаза Собина стали краснеть, - то ты доставишь незабываемое удовольствие моим кабарекам. Как видишь, они дети степи, а там развлечений немного. Вот поэтому шаман всё просит кожу на боевой барабан. А так как снимать надо с живого человека, то процесс это сложный, а потому длительный. А в городе вообще трудновыполнимый.

Присутствующие кабареки переглянулись и навострили уши. А Собин лениво продолжал, - А еще мой шаман хочет сделать магическую веревку. А чтобы она имела наибольшую силу, её тоже необходимо снимать с человека, пока он еще живой. Но там методика другая: кожу надо срезать тонкой непрерывной полоской, одним движением остро заточенного ножа, сматывать в клубок. А клубок потом опустить…

Москаля передернуло, - А если я все расскажу?

- У тебя будет легкая смерть, на выбор. Холодняком по шее или огнестрелом в голову?

- В голову.

- Договорились, рассказывай. Только не надо историю, как понадобились деньги на операцию и тебя в темную завербовали плохие люди.

- Тогда что говорить?

- Кто главный босс?

- Его называют Лорд. Больше про него я ничего не знаю, потому что не видел. Я слишком маленькая величина в этом проекте.

- Ладно. Пусть будет величина. Как попали сюда, на эту планету?

- Нас перевозили в закрытых бытовках, покрытых каким-то серебристым металлом, серебро или платина. Выехали с американской базы, въехали в местном городе, намного западнее. Потом отправили сюда.

- А обратно как?

- У нас контракт на три года, потом обещали вернуть тем же порядком.

- В Магуне что делали?

- Это местный городок? Вас искали. Нашей пятерке дали спецзадание: уничтожить вашу группу. Чем-то вы Лорду насолили, нас даже с другого задания сняли, чтобы вас убрать.

- А в гостиницу зачем поперлись?

- Заложников взять. Потом за ними остальных заставили бы придти.

- База в городе есть?

- Временная в доме мага, постоянная в какой-то новой постройке, я не успел сориентироваться, мы вечером заходили, а оттуда в каретах к магу поехали.

- У мага в доме сколько людей?

- Пятеро. К магу пришли три пятерки. Одна сторожить осталась, до приказа, вторая на основную базу вернулась, мы сюда пошли.

- Связь как поддерживали?

- Через старшего, в определенное время. Что у него было для связи - не знаю. Думая, что-то магическое.

- Как через горы перебирались?

- Тоннелем. Место не покажу, я в горах не копенгаген. Всё?

Собин задумался, поднял голову. К нему подходил довольный Батум с луком, из гостиницы «дубы» выносили трупы нападавших. Собин вынул пистолет, - Всё!

- Командир, у меня просьба будет. Можно?

- Говори, там посмотрим.

- У меня в кармане адрес. Черканешь письмо, что я погиб? Когда в Россию вернешься?

- Мне бы твою уверенность. Ладно, когда и если вернемся, то черкану.

Москаль вытащил из кармана сложенный листок, - Тогда не тяни...

- Хочешь выстрелить? - Собин протянул Батуму «Глок». У того загорелись глаза, Батум кивнул.

Собин вложил пистолет в руку гордого Батума, снял с предохранителя, навел ствол в голову Москаля, - Нажимай плавно эту скобку.

Неожиданно громко грянул выстрел. Голова Москаля дернулась. Батум высокомерно посмотрел на стоящих кабареков, поднял пистолет и демонстративно подул в ствол. Что и увидели выскочившие из ресторации носильщики.

Собин осторожно щелкнул предохранителем и забрал пистолет. Заметил, что к ним на выстрел торопятся Кривич, Семен и герцог с Мальтсурраком с расстроенными лицами и поспешил к ним навстречу, - Что?

Кривич посмотрел на хмурого Семена, который ушел в себя и не реагировал на вопрос, - Четыре трупа, из ихних. Из наших два трехсотых, парень очень тяжело. Ему вначале две пули всадили, а потом еще и попинали от души. Как минимум, пара ребер сломано. У девчонки сквозное в груди, легкое не задето. И синяк на всё лицо. Не исключено, что нос сломан.

У Собина потемнело лицо, глаза стали наливаться кровью, - Вторая группа у мага в доме. Я отведу вас туда, а от вас мне нужны их головы, - и усмехнулся, - Можно даже без ушей.

Возникшую тишину прервал герцог, который подошел к Собину и посмотрел ему в глаза, - Тун Игорь, нам непременно надо ехать во дворец Слуги Магуна. Мы потеряем лицо, если опоздаем.

Его поддержал Кривич, - Вы еще и Семена забрать должны, он сегодня эксперт по военным делам. А дом зачистят под моим руководством. И головы, если они и в самом деле нужны, будут.

Собин вернулся в обычное состояние и даже улыбнулся, - Нет не нужны, я передумал. Ладно, пойду одеваться. Прикинь, Семен... Кстати, что с домом мага?

- Нормально, Игорь Вадимович, местные пацаны охраняют. Я договорился, что они присмотрят, чтобы никто не выходил и нас сразу предупредят. И всего за две серебрушки и один бичпакет. Они чуть не передрались за право поработать. А что я должен прикинуть?

- Да так, это я про местную моду. Не в обиду, ваша милость, но то, что нам портной вначале предложил, у нас сексменьшинства носят.

Кривич ухмыльнулся, - Но ты же заставил его сменить цветовую гамму.

- Ага, красный верх, коричневый низ. Я теперь боюсь, что мне говорить, если спросят, почему я выбрал такие цвета.

- Так и говори, как в анекдоте. Ну, хоть герб-то тебе понравился?

- Понравился, я же сам предложил на тотем это животное. Но я рад, что и вам понравилось: всё-таки второй по крутизне зверь в лесу, в камуфляже, как мы, и такой же отморозок. А еще мой зверь по гороскопу...

Собин серьезно посмотрел в глаза Кривичу, - Толян, ты сильно не геройствуй, ты нам нужен живой, нам еще капитал надо зарабатывать. Лучше лишнюю очередь выпустить и гранатку потратить, чем под пули самим лезти. Сам видишь, нас всё меньше и меньше.

Кривич натужно улыбнулся, - Ты не поверишь, но вам тяжелее придется, чем нам. Политика, она и там и здесь грязное дело. Так что придется привыкать, делать не то, что хочешь, а то, что лучше для наших интересов. Ну и для нас с тобой, в первую очередь.

Собин кивнул и пошел в гостиницу. Кривич повернулся к герцогу, внимательно слушающему разговор, - Ваша милость, Вы с рождения такие дворцы посещаете. Присмотрите за туном Игорем. Я его знаю, он в таком состоянии глупость может запросто выкинуть.

Герцог прилодил левую руку к груди, - Обещаю, тун Анатолий, туну Игорю не придется стыдиться сегодняшнего вечера.

Развернулся и пошел с прямой спиной вслед за Собиным.

Глава 14

Глава 14 И вечер тоже не томный

Снаружи карета была в половину меньше стандартной повозки, еще одним отличием от земного дилижанса было то, что багажное отделение входило в салон, в том смысле, что запиралось оно изнутри, хотя и открывалось наружу.

Собин не помнил, какие двери были в европейских и американских дилижансах, поэтому не относил к отличиям наличие двух входных дверей с каждой стороны, между которыми располагалось большое стекло непривычной здесь прямоугольной формы.

Внутри салон просторной кареты был полностью обшит светлой кожей, причем от ломанного света уличных фонарей, пробегавшего по салону через прямоугольные окна, кожа «играла» и казалось, что это дышит какое-то огромное животное.

Сидения были разнесены на два метра и между сидящими герцогом и Семеном с одной стороны и Собиным и учительницей стоял прямоугольный столик для всякой всячины, типа, женской сумочки и мужских сабель.

Пробегавший по столику свет давал «зайчиков» от ножен и замочка на сумочке, которые скакали по телам и лицам и рождали странные выражения на лицах присутствующих. Столик разделял карету пополам для удобства выхода ехавших.

Герцог был весел, наконец, он не выдержал и спросил Собина, - Тун Игорь, ты не будешь возражать, если я анекдот про коричневые штаны расскажу Слуге Эластоуна, у него стража в таких ходит.

Собин посмотрел на свой кавалерийский костюм из красной куртки с обшитыми рукавами и коричневыми брюками-галифе и пожал плечами, - А мне-то что? Рассказывайте.

Потом провел пальцем по ножнам сабли и посмотрел на Ирину Сергеевну. Учительница увлеченно рассматривала себя в маленькое зеркальце. Ожерелье розового цвета (подарок Мальтсуррака) на ярко-красном купленном платье подсвечивало лицо и шею и молодило женщину лет на десять, в свете ожерелья мелких морщин не было видно, а крупные казались намного меньше.

Проще всего было Семену: его камуфляж почистили, заштопали, берцы почистили, а на плече кто-то из девочек перерисовал татуировку армейской части, сделанную на том же месте и теперь на рукаве странная для местных эмблема воинской части привлекала внимание.

Собин переключился на свою цепь: массивная, золотая, на груди кругляш с ладонь, на котором голова кабана. Не удержался, потер клыки – кабан возмущенно завизжал. Хорошо хоть негромко. Собин сделал серьезное выражение и бросил взгляд на Семена, который за всю поездку не произнес ни слова и сейчас не среагировал на вопль живого тотема.

Карета сделала резкий поворот, затем еще один, уже в другую сторону и остановилась. Сразу все четыре двери распахнули крепкие слуги в монашеских рясах. Поляна оказалась залитой светом из шарообразных светильников с матовым светом. Собину светильники напомнили огромные одуванчики.

Стали понятны резкие повороты: эту дорогу спроектировали таким образом, что после остановки обратного пути не было видно. Z-образный тупик упирался в трехэтажный терем с покатой крышей, полностью покрытой травой, как на домах викингов. Слева от поляны виднелся лиственный лес, справа ельник.

Гости пошли к терему по широкому газону, шириной метра три, не меньше. А границей газона и леса был бурелом шириной в полметра: колючий кустарник и упавшие деревья настолько естественно образовывали непроходимую стену ровно по пояс, что было понятно, это бурелом создан искусственно, настолько это было гармонично. Негармоничным были только светильники , росшие из этого бурелома.

- Да, дизайнер, который это сделал, стоит своих денег, сколько бы ему не платили, - пробормотал Собин.

Но его никто не услышал. Семен зачем-то внимательно изучал бурелом, учительница незаметно пыталась рассмотреть, как смотрятся на ноге её новые золотые туфли, герцог вообще шел с задранным подбородком, чтобы не уронить своё достоинство светлого тара. Но и он позволил себе удивиться, когда газон плавно стал подниматься и уперся в площадку первого этажа, вдали которой матово светилась белая стенка, покрытая золотым узором, - Работа алвов, - пробормотал он.

- Красота какая! - учительница даже остановилась и захлопала в ладоши.

И действительно, неизвестный архитектор постарался на совесть: газон, по которому они шли, плавно поднимался на высокий этаж, по бокам бурелом трансформировался в изящную обработанную ограду, причем лес отступал от газона в момент взъема и вокруг дома было пустое пространство метров по двадцать.

Было непривычно подниматься в дом по траве и, тем более, ходить по прихожей не по полу, а по ровному газону. Но долго оглядывать прихожую и рассматривать узор на белой стене или матовом окне, непроизвольно притягивающими взор, не дали.

Появился очередной слуга, уже в зелено-коричневом костюме, и увел гостей в глубь площадки, не дам смотреть на узор, - Здесь жилье Слуги Магуна, на него нельзя смотреть.

В глубине прихожей, закрытой от улицы стеной, пол был уже нормально деревянным, как и темная лестница из двух пролетов, по которой они поднимались. Кстати, герцог успел схватить за рукав и Собина и Семена, - Дом строили алвы, ничему не верьте, они мастера магии иллюзий!

Сказанное подтвердилось сразу на втором этаже: когда гости вышли на середину площадки, то их глазам, вместо обычного помещения, открылось футбольное поле, с газоном и мощными прожекторами у дальней кромки. Крыши над полем не было, поэтому было видно темнеющее небо над Магуном.

- Ой, а с улицы ничего этого не видно, - восторгалась учительница, - Интересно, почему?

- Магия, Ирина Сергеевна, обычная магия, - просто ответил Игорь,- А вот и хозяева!

Хозяева встречали пришедших у накрытого стола посередине поля. Глава семьи выглядел медведем в расцвете сил в косоворотке из дорогой коричневой косоворотке и таких же штанах, просто подпоясанных простой золотой цепью в большой палец толщиной. На ногах у него были простые мокасины, хоть и расшитые жемчугом.

Его супруга, наоборот, являла пример аристократичной элегантности. В светло-коричневом платье до пола и изящными украшениями малинового оттенка. С первого взгляда было понятно, что за такой комплект можно купить самую дорогую гостиницу Магуна и еще останется на приличную ресторацию. Да и держалась хозяйка также высокомерно, как и герцог.

Видимо, поэтому герцог не отводил от неё взгляда, от чего женщина с трудом сдерживала гнев. Как только вся компания уселась за стол и слуги разлили вино, герцог встал с бокалом в руке и отсалютовал хозяевам, - Прошу меня извинить, если я ошибаюсь, но передо мной тун Ламберт и высокородная тара Адраенн эйк Халайн, в девичестве Мопельяж?

Супруги переглянулись, женщина подняла бокал на уровень глаз и закрылась им от герцога. Муж, как настоящий мужчина, взял огонь на себя, - Так нас называли раньше, до того, как я стал Слугой Магуна.

Довольный герцог сделал большой глоток и пояснил для землян, - Эта история наделала много шума в столице: неизвестный тун взял в жены дочь одного из светлых таров Элазии, ведущих род из империи. А потом они исчезли. Родители невесты не стали беспокоиться, значит, молодожены просто куда-то уехали. Но куда? Никто так и не узнал.

Ирина Сергеевна всхлипнула. Собин поднял бокал, - Давайте выпьем за любовь!

Адраенн недоуменно посмотрела на Игоря, тот пояснил, - У нас, на Земле, есть обычай. Когда за столом собираются хорошие люди, то они произносят тосты, то есть желают друг другу исполнения желания. В данном случае я хотел пожелать, чтобы в этой семье любовь никогда не исчезала.

Супруги неловко чокнулись с другими и все вместе стали ужинать. Герцог наслаждался блюдами на столе, Адраенн с принятием пищи попутно контролировала слуг, её муж, казалось, пытался прочесть мысли землян, а Семен с Игорем пытались угадать, что из поставленного будет съедобным, а что не очень. Земная чуйка пока не подводила: всё, что они ели, было вкусно.

Наконец ужин закончился, Слуга глянул на жену, та встала, изобразила поклон гостям, - Сейчас начнутся мужские разговоры, поэтому предлагаю туне Ирине посмотреть дом.

Учительница помотала головой, - Как я поняла, сейчас мужчины будут смотреть произошедшую битву. Я бы тоже хотела увидеть, чтобы сравнить с тем, что я увидела в крепости.

В голосе Адраенн возникли вопросительные нотки, - Вы тоже участвовали в той битве?

- Нет, что Вы! Мужчины меня не пустили. Я просто помогала раненым. Поэтому мне не все-равно, я должна знать, что можно ожидать от … врагов.

Адраенн посмотрела на мужа, тот практически не задумывался, - Наши гости – не простые эрки, поэтому, я думаю, мы можем пойти на такое нарушение.

Слуга Магуна сделал короткий жест рукой. Слуги принесли пятнистую круглую скатерть, с пятнами, будто детишки рисовали на ней красками свои абстракции. Ей положили на газон, в трех метрах от стола. Мужчина встал, вынул из рукава амулет и сжал его.

Над скатертью возникла полусфера высотой полметра. Посередине большого загаженного придорожного луга длиной в три километра проходила широкая дорога из сглаженных булыжников. Дорога исчезала в лесу, а отворот упирался в крепость старого образца, в три роста эрка, квадратную с башнями по углам и двумя высокими донжонами внутри. Стены крепости были сложены из больших камней. Изображение шло сбоку и с высоты, будто снимали с холма. Вдали за лесом виднелась поросшая лесом гряда.

Семен вскочил из-за стола и подскочил к изображению. Наклонился над приземистыми деревянными зданиями без окон, расположенными в шахматном порядке вдоль дороги, повернулся к Слуге, - А можно остановить картинку?

Мужчина снял палец с амулета. Семен стал ходить вокруг изображения, - Это, похоже, форты поставили, надо было пореже…

К нему подошел герцог и тоже стал рассматривать. Слуга принес стул, но герцог отмахнулся. А вот женщины уселись на поставленные стулья и стали наблюдать уже за мужчинами.

- Это, скорее всего, пути отхода, - Семен показал на борозды, идущие позади фортов до конца показанной дороги.

- А войска, тун Семен?

- Войска… Подвижные подразделения я бы отвел в лес, артиллерию и тяжелую пехоту в крепость… Хотя противник сделает такой вывод, на месте надо смотреть, где можно спрятать резерв.

- А магов куда поместите?

- А насколько они могут вдарить?

- Тун Семен имеет в виду дальность магического удара.

- Надо знать ранг магов, кого туда отправили, без этого трудно что-то сказать.

- Но за форт, из крепости, они смогут закинуть свои магические припасы?

- Маг первого ранга сможет.

- Хорошо. Можно дальше показывать?

Слуга кивнул и сжал амулет. В просмотровую полусферу со стороны луга влетела тройка беспилотников. Через несколько секунд вторая. Еще через шесть секунд третья.

- Что-то новенькое, - пробормотал Семен.

И, как обычно, оказался прав. Первая тройка атаковала обычно: издалека выпустила ракеты в ближайшую стену. Ракеты не успели пролететь половину дистанции, как перед крепостной стеной воздух потемнел и приобрел лазоревый цвет. Ракеты влетели в аномалию и взорвались. В огненной вспышке было видно, как лазоревая аномалия образует полусферу, защищающую крепость.

Следующая тройка разделилась. Боковые беспилотники ушли далеко в стороны от крепости, а центральный стал забирать высоко вверх. Почти сразу же ракеты влетели в боковые стены и тут выяснилось, что ближняя стена к холму защищена слабее. Взрывы повредили стену, хотя особого ущерба не принесли, кроме большой трещины по всей стене.

Потом проявился центральный аппарат: на территорию крепости сверху посыпался блестящий мусор. Семен вопросительно посмотрел на Слугу, - Кидали мелкие железки, на подобии копейных наконечников.

Семен кивнул и вернулся к просмотру. А там на боевую позицию вышла последняя тройка. Было видно, что подвешенные ракеты отличались от выпущенных, были более пузатые. Эта тройка поступила интереснее: летящая смерть, выпущенная с их подвесок, пошла по краям защитного купола. Оператор центрального беспилотника промахнулся, ракета пошла выше купола и взорвалась далеко в лесу, лишь отблески взрыва отразились на летающих аппаратах.

А вот ракеты боковых беспилотников наждаком стали сдирать лазурную краску с неба, краска облезала короткими багровыми вспышками по пути движения ракеты. На борьбу со щитом ушел весь ресурс и ракета упала за стену, сломавшись и вспыхнув шаром из огня, сразу же вырастившим черный дым до самого неба.

У Семена заходили желваки, - Напалм?Дезинсекторы! Уроды… Много сгорело?

- Треть всех, находившихся в крепости, тун Семен. Двадцать сотен, по общему счету. И еще больше сорока сотен обгоревших. Как его можно затушить?

- Никак. Его специально разработали, чтобы нельзя было потушить. Только ждать, пока выгорит.

- Понятно. Тогда смотрим дальше, там интереснее будет, - и Слуга Магуна нажал на амулет.

К домам подъехала колонна из десяти «тойчанок», не снижая хода, обстреляли дома и рванула к крепости. За ними послушно толпой двигались кабареки.

На середине луга колонну обогнала армада беспилотников из десяти троек, занявших все небо. Неожиданно крыши домов были откинуты и в небо уставилось полтора десятка далеметов и нацелились сзади на беспилотники. Грянул залп. Три тройки в середине исчезли, как воспоминания молодости у склеротика, воздушная волна опрокинула еще четыре аппарата, остальные резко рванули в голубую ввысь.

Там воздушная армада разделилась: пятеро задних с разворота устремились на позиции далеметов, оставшиеся четыре тройки целеустремленно продолжали путь к крепости. И наткнулись на тучу стрел, выпущенных с донжонов. К ним присоединились далеметы угловых башен и два орудия с холма, откуда шла запись.

Первая тройка, наткнувшись на заградительный огонь, вспыхнула и понеслась к земле. Один аппарат из второй тройки зацепил горящий беспилотник и тоже рухнул.

Но оставшиеся вышли на точку и выпустила ракеты. А за секунду до этого с обоих донжонов слетели ледяные молнии и устремились навстречу летательным аппаратам.

- Стоп! Отмотайте назад, до того как первая тройка падает. И нужно увеличить до максимума.

Видимо, мужчина понял слово «максимум» из контекста, потому что сделал требуемое без лишних вопросов. Семен буквально влез в полусферу, чтобы получше разглядеть строй беспилотников, - Ага! - Семен ткнул пальцем в скромно летящую навесом стрелу черного цвета, - А она уже молнии примагнитила! Дальше!

А дальше молнии и ракеты столкнулись, взорвались, беспилотники разлетелись в воздухе, но две ракеты все же упали во двор крепости и образовали пару шаровидных взрывов.

Одномоментно колонна джипов доехала до стены, выходящей на дорогу и стали расстреливать её в упор. Меньше, чем за минуту стена рухнула. в пролом с дикими криками рванули подоспевшие кабареки.

И только тогда кто-то в крепости взорвал мину на дороге, от которой «тойчанки» разлетелись, как кегли в боулинге. Взрыв послужил сигналом, по которому из леса появилась тяжелая кавалерия, закованная в блестящие доспехи.

Даже ураганный огонь пулеметов со спешно поднятых джипов не остановил неудержимую лаву, сияющую блеском стали. Пока три крайних автомобиля разворачивались, кабареки начали наступление в обратную сторону.

- Кавалерия, как всегда вовремя, - прокомментировал Семен.

Герцог не удержался от саркастической усмешки. Видимо, не любил конницу во всех видах. Леди Адраенн подошла к столу и поставила полный бокал, который крепко сжимала во время просмотра, подошла к Семену и посмотрела ему в глаза, - Тун Семен, как Вы думаете, враги возьмут Магун?

- Ну и вопросики у вас, мадам, - ошарашено выдавил Семен, - Как я могу сказать, если ничего не знаю об этих пендосах?

- Хотя бы знаете, как их называть. Да и битву смотрели, как знаток. Значит, знаете, как пендосы могут воевать.

- Леди Адраенн, чтобы ответить на ваш вопрос, надо знать, как Лорд пендосов будет захватывать Элазию и как он будет относиться к покоренному населению. После двух разгромных сражений военных действий в ближайшее время, скорее всего, не будет. Отсюда можно сделать предположение, что бомбить Магун не будут. Но! Это вечное но. Но шпионов в городе полно. Не удивлюсь, если будет попытка поменять Слугу Магуна на лояльного их Лорду. По крайней мере, боевиков для этой цели в городе полно. После их допроса будет больше информации. А пока можете спросить у своих алвов, которые занимаются обустройством вашего поместья. Они ведь беженцы, с той стороны?

Женщина вернулась к столу, встала спиной к мужчинам и неторопливо выпила свое вино. Повернувшись, она с вызовом посмотрела на Семена, - Да, Вы догадались правильно. Мы наняли алвов. Мы, эрки из касты воинов и наняли алвов. И что? Лучше будет, если они умрут с голода?

- Успокойтесь, тара Адраенн, у нас и в мыслях не было обвинять вас в чем-то неприличном. Тем более, что мы и не знаем в чем. Тун Семен имел в виду, что они недавно с той стороны и могут больше рассказать о том, что там твориться.

Женщина поставила бокал и обхватила себя обеими руками, сразу став такой беззащитной, - Извините меня, благородные туны. За последние дни столько произошло, иногда мою нить беседы уносит в сторону. Значит, алвы из Хиронии... Почти год назад к моему супругу на прием пришли три алва. Они представились верхними дриадами вековечного леса, который растет в трех днях пути от пограничной крепости. Вернее, уже рос... Дриады попросили покровительства моего супруга и показали свою историю.

По невидимому жесту слуга принес бархатную коробочку. Женщина достала амулет и сжала в руке. На скатерти вновь возникла полусфера, только изображение было нечетким, с пропадающими красками, как при плохом сигнале антенны.

Самый верхний дриад стоял на опушке и смотрел на толпу сельчан, которая в дюжине коней от леса мирно слушала выступление своего старосты. Их подержанный вид вызывал только жалость, несмотря на наличие вил, топоров и каких-то бочонков. Зато староста, вначале смиренный, заикающийся от страха и чуть не порвавший от волнения зипун или как он там назывался, который староста теребил беспрерывно, - А вы не помогли нам с посевом, хотя мы просили!

- Вы не принесли положенные дары.

- Да как мы могли их принести, коли, почитай, половину неженатых в армию забрали!

- Почему ваши проблемы должны нас беспокоить?

Староста расходился с каждым словом, - А потому что в Хиронии появился Лорд и он повелевает вам, лесным колдунам, каждую луну вносить подать в виде настоя Слез с Вековечного Дерева в количестве одного риалвовского флакона или дюжины золотых монет. Вот.

- По обычаю, идущему от Первого Императора, алвы не имеют властных отношений с эрками и живут своим поконом. Почему мы должны сейчас что-то платить?

- А вот почему! – староста вошел в раж, вытащил из мешка зайца, поднял трепыхающегося за уши и кивнул.

Подбежал худой, но выше его ростом детина с маленьким бочонком и полил из него за зайца. Животное громко заплакало: с него стала слезать кожа, а проступившее мясо покрываться язвами.

Неотрывно глядя на дриад, староста отпустил зайца, тот пробежал пару метров, упал и задрыгал всем телом. По полусфере пробежала черная полоска и заяц умер. Пробежала зеленая полоска потолше и под старостой вырос молодой побег и уперся в эрка крепким концом в точку повыше ног, но пониже пупка.

Староста внимательно оглядел побег, устало вздохнул и продолжил, - Вы можете убить меня, вы даже сможете убить всех остальных, но вам все-равно придется платить подать. Иначе содержимое этих бочонков выльют на опушке. Не хватит, Лорд пришлет еще, но получит свою подать.

Полусферу замутило помехами. Наконец, картинка прояснилась и верхний дриад сказал, - У нас сейчас нет флаконов с настоем слез, можем предложить бочонок меда с Первородного Дерева это Рощи.

Староста почесал заросший подбородок. Дриад добавил, - На ярмарке за него дают дюжину и еще три золотых.

Староста еще подумал, посоветовался с небом и кивнул. Полусфера исчезла. Герцог почтительно обратился к Адраенн, - Оказывается, Вы сильный маг разума? У моего Давиена никак не получается такая четкая картинка, когда он записывает допросы.

Женщина улыбнулась кончиками губ, - У меня был хороший учитель, из Академии, еще дома, до замужества. Так как, тун Семен, уже пора вывозить вещи из Магуна?

- Тара Адраенн, давайте я попробую дать совет. По-моему, самые ценные вещи в ближние две-три луны лучше увезти. Сейчас вы без них сможете пережить, тем более, в таком красивом особняке, а потом будет понятно, будут ли бомбить Магун или же обойдется.

- И я, всё-таки, добавлю. Раз на той стороне проводят мобилизацию, значит, решили оккупировать Элазию, в том числе и Магун. А в битве эти войска не использовали, скорее всего, по причине слабой военной подготовки. Так что я поддержу туна Игоря, что, как минимум, три луны военных действий не будет. Более точную информацию вы получите быстрее нас: наверняка перед самым нападением с той стороны будет новый вал беженцев и террористов. Так что, если у вас будут к этому времени транспортные средства, так у нас называют разнообразные повозки, то вы спокойно успеете вывезти всё остальное.

Хозяйка сделала книксен, - Благодарю вас благородные туны, за ваши советы. Что это?

Все обернулись на взгляд женщины. Далеко отсюда поднимался столб черного дыма. Слуга присмотрелся, - Это в Новом городе.

- Наверно, это наши устроили. Позвольте откланяться, чтобы узнать новости, - Семен решил не затягивать визит.

Хозяева пришлось отпустить гостей.

***

Кривич увидел Крейана в каком-то закоулке и свернул к нему с главной улицы. Передал ему гонорар и два пакета быстрорастворимой лапши, со вкусом курицы и креветок. Парень потрогал пачки и удивленно спросил, - Это лучше вином запивать или пивом?

Кривич, когда въехал, с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться, настолько непонимающим было зеленое лицо молодого представителя Слуги Магуна.

- Нет, парень, это нужно положить в кастрюлю и залить кипящей водой на пять, лучше семь минут, это четыре сотни ударов сердца. потом высыпать маленький пакетик и есть вилкой.

- Вилкой?

- Это ложка с четырьмя остриями. В пакете есть, но пластмассовая, с ней надо осторожно, она хрупкая.

- Если хрупкая, зачем ей есть?

- Это же не мясо, а лапша. Подцепил этой вилкой и всасывай, с удовольствием. Короче, разберешься, не маленький.

- Ладно. А воды сколько нужно?

- На один пакет ноль пять, на два литр. Литр это... Дозырин, сколько здесь литр весит?

- Десять раз по сто грамм, Анатолий Алексеевич!

- Слышал? Десять раз по сто грамм, это два десятка рюмок, которых нам в ресторации принес почтенный, хотя какой он уже почтенный, Тиломан для пития крепких напитков. Понял?

- Наверно.

- Да там точность не важна! Плюс-минус стакан, это нормально! Главное, что еда необычная и приготовить можно очень быстро. Ну, что, идем к дому?

Парень кивнул с видом сомневающегося в умственных способностях присутствующих и повел отряд какими-то огородами вдоль непрерывных заборов. И через десять минут они стояли около очередного двухметрового забора из толстых досок, сороковка, не меньше. Кривич собрался подтянуться, чтобы заглянуть, но Крейан удержал его, - Подожди, тун Анатолий, здесь магическая охрана.

Он достал амулет из камня, в желто-коричневую- фиолетовую полоску. Отошел от забора, плюнул на желтую полоску и растер пальцем. Синие полоски проявились по всей длине забора. Парень кивнул на угол, - Сейчас повернем и сможем войти…

Из-за угла выглянул мелкий пацан, худой до невозможности, в старенькой заштопанной одежде. Крейан подошел к нему, - Как там, Малявка?

Тот шмыгнул носом и гнусаво ответил, - Примерно шестеро в доме и один во дворе караулит.

Крейан ответил не вопросительный взгляд Кривича, - Способность у него такая, живых чует. Через это и простуженный всегда.

Кривич кивнул, типа, понятно и повернулся к своей банде, - Что делать будем? Нам бы без шума войти, желательно. Тогда мы их тепленькими возьмем. Я страсть как с тепленькими разговаривать люблю. У них тогда коммуникабельность повышается, когда они без трусов, а ты в штанах. Любой контракт подписывают и мелкий шрифт не читают.

Лоуен, с сомнением, предложил, - Может, Глаз Орла поднимем?

- Ты еще Всевидящее Око предложи создать! - хмыкнул Давиен. Слышь, парень, где здесь лаз, через который вы к магу лазили?

Короткий удивленный перегляд Крейана и Малявки, Крейан кивает и Малявка машет на два метра дальше, - Тама. Как раз за складом ход был к купальне, мы смотрели, как магиня моется. Только мы попались и он его запечатал.

Давиен ускорил шаг, но успевает отвечать, - Дурень ты, Малявка! Не магиня, а жена мага. Это две огромные разницы! Тебе очень сильно не повезет, если перепутаешь. Ага, вижу!

Толпа едва успела его догнать, когда Давиен начал испускать ладонями коричневый свет, исчезающий под забором. Маг прекратил свечение и повернулся к Кривичу, - Нормально, я «Крест», его Халиен как бесплатно для чужих делал - одна видимость. Четверть малого круга на проход, четверть на заморозку - и через половину малого круга мы войдем. Если часовой у дома не помешает.

- Часовой это проблема, он нам всю кашу испортит, - Кривич внимательно посмотрел на Дозырина, - Иннокентий, колись, что хотел сказать? Я по глазам вижу, что хочешь, но стесняешься.

- Ничего важного, Анатолий Алексеевич. Я, конечно, понимаю, что отвлечь гада надо, чтобы он за двором следить перестал. Но как - ума не приложу!

- А этот вопрос нам с удовольствием помогут местные товарищи, которые жители. Так ведь, Крейан? На что обязательно охранник должен отвлечься, чтобы не заметить подкоп?

- Не знаю, тун Анатолий! Чем угодно поклянусь - не знаю! Да пусть меня святой Магун удачи лишит, если я знаю!

- Я знаю. - Малявка нарочито сплюнул, краем глаза наблюдая за нашей реакцией.

- Малявка, не томи! - Кривич даже приподнял мелкого за воротник, - Я нервничать начинаю, а когда я нервный - мне хочется кого-нибудь башкой о забор постучать. Колись, пока я добрый!

- Если поставишь - скажу, - Малявку на понт было не взять, - посыльный нужен, из лавки. Мол, заказ принес магу, пускай деньги несут.

- Это мысль! Крейан, даю тебе один миг, чтобы в ворота стучался посыльный с дюжиной пакетов. И пусть денег затребует побольше, чем больше затребует, тем больше вам достанется. Погнали, парни! Постарайтесь его хотя бы отвлечь.

- Хотя бы? А если мы его упакуем, сколько заплатишь?

- Золотой.

- Полдюжины!

- Два. Не согласишься - сделку отменяем.

- Ладно, два золотых - и охранник твой.

- Тогда мы ждем твоего сигнала и туг Давиен организует подкоп.

- Деньги готовь, тун Анатолий! Я новые люблю!

И Крейан приблатненной походкой со своей бандой отправился к воротам. Давиен дождался, пока они свернутза угол и обратился к Лоуену, - Я запущу Большую лопату, тебе придется ставить Каменную шкуру, чтобы земля не осыпалась.

Коллега кивнул и начал разминать руки. Давиен показал парням на точку в трех метрах от будущего тоннеля, - Вам нужно встать в шести локтях от меня, чтобы магическое излучение не зацепило.

Бывшие школьники быстренько переместились. Давиен вытащил жезл, которым лечил в крепости, скрутил головку с зеленым и красными камнями и прикрутил новую, сплошь усыпанную камушками красивого коричневого цвета. Перевернул жезл наконечником вниз, поднял над головой и посмотрел в сторону, куда ушла местная малолетняя братва. Там Малявка яростно махал руками. Давиен сосредоточился и резко опустил жезл, зафиксировал в нижней точке и с усилием отмахнул за спину, как умелый гребец на каноэ.

Народ приглушенно ахнул: здоровенный ком земли вылез из почвы перед магом и переместился далеко за спину. Сразу же Лоуен резко развел сведенные руки и развернул их горизонтально. Стенки возникшего перехода потемнели до темно-коричневого, будто мгновенно обгорели и обуглились.

Давиен продолжил свое шоу: он вновь поднял жезл, снова резко опустил, но на этот раз махнул вперед и вправо. Парни не выдержали и ломанулись смотреть на доделанный тоннель. Давиен преградил им путь и кивнул Лоуену, тот торопливо повторил упражнение с разведением рук. Только после этого «дубовый» маг пропустил пацанов. Аханье усилилось: под забором был подземный пешеходный переход высотой полтора метра и шириной в метр, не хватало только ступенек.

О чем и заявил неугомонный Дозырин. На что Кривич ответил, - Инициатива, как обычно, будет иметь инициатора. Так что, товарищ Кеша, подрываешься и ищешь лопату. Найдешь, не найдешь, твои проблемы. Главное, чтобы ступеньки были. А мы с остальными идем мага искать.

Дозырин заныл, - Анатолий Алексеевич, давайте я потом ступеньки сделаю. Можно я сейчас с вам пойду. Я, что, лох всё самое интересное пропускать!

- Не знаю, ты мне скажи. Если ты не лох, почему говоришь без моей команды? Ладно, идем, ты мне потом отработаешь!

И отряд во главе с Кривичем и замыкающими магами с энтузиазмом перешел на территорию двора.

***

В доме с настроением было намного хуже: муж, молодой стройный тун Халиен в дорогом костюме фиолетового цвета, с короткой аккуратной бородкой, сидел в углу с диском на шее матового серебристо-белого цвета. Его кожа, обычно темно-желтого цвета, что выдавало уроженца южный степей, сегодня была намного бледнее, а по лицу стекали капельки пота. Было похоже, что он держится из последних сил, стараясь не потерять сознание.

Его жена была гордой уроженкой северных варваров, что было понятно по синеющей коже и взглядом, которым она готовилась зарезать тюремщиков, несмотря на безвыходную ситуацию. Жена сидела в невзрачном домашнем платье на тахте в другом углу, рядом со входом на кухню и крепко обнимала дочь-подростка четырнадцати лет, стараясь спрятать её от похотливых взглядов землян, охранявших пленников.

Один из которых сидел у входа в гостиную с короткой металлической палкой, похожей на изломанную ветку, и делал вид, что контролирует пленников и кухню, а на самом деле фантазировал, что он будет делать с мамой и, особенно, с дочкой, которая, несмотря на запуганный вид, смотрелась очень аппетитно в вишневом платье, а ей поза бессознательно подчеркивала все нужные выпуклости.

Второй, с такой же палкой, смотрел на вход в гостиную одним глазом, а вторым кемарил, пока главный о чем-то думал за столом.

В отличии от первых двух, типичных наемников, одинаковых во всех мирах, в главном чувствовалась порода, право повелевать, закрепленное поколениями предков. Но сейчас главному было не до этого права, он неотрывно смотрел на рацию, лежащую перед ним, рядом с автоматом.

Когда главный посмотрел на часы, второй бросил негромко на английском, - Сэр, уже пора валить. Дело становится совсем горячим. Наши птички лоханулась, как говорят русские коллеги. А у нас есть трофеи, мы будем в шоколаде.

Первый хмыкнул, представляя девушку голой, - Еще какие!

Главный потарабанил пальцами по столу, взял рацию, - Орел, прием! Ответь Медведю!

Тишина. Главный переключил канал, - Выдра, прием!

- Выдра на связи!

- Как дела?

- Всё спокойно, сэр!

- Никого не видел?

- Полчаса назад толпа за забором прошла.

- Понятно. Отбой! Барсук, ответь!

Тишина.

- Барсук, ответь! Код один-один-один!

Тишина.

- Сэр, он говорил, что посыльный стучался, он пошел проверить. Вы как раз отходили... по личным делам.

- Гризли, проверь!

Второй легко поднялся, взял палку в руку и беззвучно вышел в приемную.

***

Кривич с пацанами встретился с Крейаном и его бандой у боковой стены дома. По местным традициям окна на боковых сторонах не делали, поэтому идти можно было без опаски. Кривич остановил Крейана, - В дом один вход?

- На кухне есть «черный вход». Он на засов закрыт, но мы откроем.

- Тогда мы заходим через главный вход, а вы пробираетесь через кухню и страхуете нас.

- Страхуете?

- Прикрываете, с тыла. Чтобы нам в спину ничего не сунули. Всё, пошли, пока часового не хватились.

И две группы прошли навстречу друг другу. На углу Кривич обернулся, - Кто из вас лучше стреляет?

Дозырин поднял арбалет первым. Кривич показал на место слева от себя, - Пойдешь рядом, будешь прикрывать. Кто еще?

Здоровяк Вадим поднял руку. Кривич передал ему пистолет, - Встанешь слева от Кента, стреляй только, если он не успевает. Потому что патронов мало, в твоей обойме всего пять.

Вытащил свой «глок» и шагнул за угол, к крыльцу. Когда его отряд сосредоточился за ним, Кривич поднялся на ступеньку. Дверь открылась и на пороге появился землянин в американском камуфляже с «узи» на изготовку. Кривич замешкался и боевик успел нажать на курок. Но и Дозырин не спал, Кент выстрелил в грудь, землянина отклонило и очередь ушла в сторону. Зазвенела вторая тетива и боевик опрокинулся на спину с двумя болтами в груди. Кривич вбежал в дом.

В гостиной Анатолий встал у входа и перестал дышать. В одном углу человек в камуфляже взял Кривича на мушку, а в углу у кухни главный, в командирском камуфляже, стоял за женщинами и держал их на прицеле своего «узи».

Кривич нарочито медленно щелкнул предохранителем и убрал пистолет в кобуру, - Джентльмены, давайте договоримся! Вы же деловые люди! Мы отпускаем вас, а вы отпускаете заложников. Вам все-равно иначе не выйти отсюда. И считайте, что вам повезло, что здесь я, а не мой босс, он, в таких случаях, предлагает лишь легкую смерть

Боевик бросил взгляд на босса. Тот деланно улыбнулся, - Зачем это нам надо? Сейчас подойдут наши и вас покрошат в ваше национальное блюдо, «окрошка», если я правильно запомнил.

Кривич помотал головой, - Не подойдут! Дом блокирован, вас всего двое, через тридцать секунд мы откроем огонь...

Оживилась старшая заложница, - Их трое! Один на втором этаже...

- Молчи, сука! - Главный без размаха ударил женщину прикладом, лицо девочки от возмущения стремительно стало темнеть.

И в это время на кухне раздался противный скрип. Главный повернул голову, чтобы увидеть источник шума, боевик тоже повернулся. Женщина мгновенно выбросила руки в его сторону, с них сорвались ледяные брызги, которые превратили голову мужчины в кровавое месиво. Труп пополз по стене вниз, оставляя красную полосу.

Лицо девочки стало темно-синим, её скрючило, судорогой руки выбросило вверх, из них вырвалась тоненькая полуметровая сосулька и вошла главному под языком. Тот сел на пол, только из-за тахты торчали затылок и кусок сосульки.

Кривич шагнул в сторону, Дозырин из коридора стрельнул, болт воткнулся в пустое место, где секунду назад находилась голова главного. Кривич ошарашенно, - И кого мы теперь допрашивать будем?

Мать девочки подбежала к мужу, сняла с его диск и хлопала по щекам. Когда муж открыл глаза, женщина вернулась к девочке, истерично хохочущей и принялась её успокаивать, лишь кивнула Анатолию на потолок.

Тот кивнул, что понял, забрал автомат боевика и увидел мигание на рации, который главный оставил на столе, подошел, прочитал «Энтер ю пассворд» и озадаченно спросил у потолка, - И что это значит?

- Это означает, Анатолий Алексеевич, «введите пароль» по англицки, - как обычно, встрял Кент, шмоная трупы.

- Понятно, что непонятно. Ладно, рацию тоже возьми! Парни, идем наверх!

- А нам что делать? - из кухни появился Крейан, из-за спины которого выглядывали зеленые мордашки молодняка.

- Заложникам помогите, пока мы наверх поднимемся! - и Кривич с уже своим «узи» вернулся в коридор и затопал по лестнице. За ним, брезгливо глянув на Дозырина, затопал Вадик.

На втором этаже, перед открытой дверью, Кривич остановился. Направив автомат на комнату, громко спросил, - Бой! Ты понимаешь по-русски?

- Если не понимал, меня бы не наняли. Что с остальными?

- Мертвы. Между прочим, их сами заложницы замочили.

- Что ты хочешь предложить?

- Ты честно отвечаешь на мои вопросы и мы тебя отпускаем, здоровым и невредимым, без оружия, конечно. Хотя ножик можешь оставить себе.

- А гарантии?

- Только мое слово. Но мне нет необходимости тебя обманывать, выгоды не будет. А так ты живым придешь к своим и они будут знать, что при встрече лучше сдаться. А в противном случае мы нашпигуем комнату по полной.

- О кей! Что ты хочешь знать, мистер?

- Ваша задание - нейтрализовать нас?

- Вы и сами всё знаете.

- По какому принципу формируют пятерки?

- Не знаю, я простой наемник, меня такими ответами не информируют.

- Что находится на основной базе?

- Люди, транспорт, техника.

- Связь с той стороной есть?

- Должна быть. Точнее не скажу, у нас за лишний интерес штрафуют. Это всё, что я могу сказать. Ты не передумал, босс?

- Нет, можешь выходить

И тут встрял Вадик. Он спросил, - Когда ты должен вернуться на Землю?

- У нас контракт на три года, год мы уже здесь. Но я не собирался возвращаться, в Штатах меня ничего не держит, а здесь я смогу стать бароном. Мог бы. Сказали, что поместий на всех хватит. Я выхожу

- Выходи, только без резких движений.

Через несколько секунд из комнаты высунулась рука с болтающемся на пальце автомате. Кривич кивнул и Вадик забрал автомат и отшагнул назад.

- Выходи!

И наемник осторожно вышел. Это оказался мужчина среднего роста среднего возраста с худощавым лицом с выделявшимися скулами.

- Тебя как зовут?

- Аддаон.

- Давай, Аддаон, клади руки на стенку.

Кривич дождался выполнения команды, проверил, что Вадик взял Аддаона на мушку и начал обыскивать, но ничего, кроме пачки сигарет и пары амулетов, завернутых в льняную ткань, не нашел.

- Всё, что вы ищете, в комнате.

- А что мы ищем?

- Патроны, связь, еда.

Кривич кивком отправил парня в комнату. Неожиданно на лестница появилась голова кого-то из парней, - Анатолий Алексеевич, выйдите на улицу, там пожар!

Голова исчезла. Кривич крикнул, - Вадик, тащи всё на улицу! Пошли, Аддаон! Кстати, как тебя друзья зовут?

- Зачем тебе?

- Имя у тебя сложное.

- Сложное имя - это Вяч-чес-лав. А мое простое, друзья зовут меня Адом.

- Пошли, Ад, посмотрим, какой пожар разгорелся. И ты это, в комнату не заходи, там женщины нервные сидят, проткнут сосулькой, даже закурить не успеешь.

И подтолкнул Ада к лестнице, а сам заглянул в комнату. Вадик закидывал барахло наемника в раскрытый рюкзак военного образца, стоящий на застеленной двуспальной кровати, автомат и снайперка уже висели за спиной. Кривич заторопился за пленным.

На улице все уставились на черный столб дыма, поднимающийся вдалеке до неба. Анатолий заметил ухмылку на лица Ада.

- Это ваши базу подожгли?

- Ага. И куда теперь бежать, даже не представляю.

- Можешь остаться. Отвезем тебя к местному королю, в подарок.

- В подарок?боссам тоже интересно мнение с той стороны, из первых рук, так сказать. А вот что потом будет - неизвестно.

- Окей. В подарок, так в подарок, если покормите.

- У нас, конечно, не тюрьма, но макароны найдутся.

И компания стала готовиться к выходу.

Глава 15

Глава 15. Встречай нас, столица

Вопреки пословице, утром оказалось добрым. Несмотря на то, что первую половину ночи Игорь не сомкнул глаз, когда отрабатывал пропущенные две ночи с Гулей, за вторую половину он прекрасно выспался и даже проснулся первым, с девушкой в объятиях.

Во сне лицо барышни выглядело беззащитным и молоденьким, лет на пятнадцать, не больше. Собин даже успел почувствовать себя педофилом.

Но Гуля забросила ногу на его живот и прижалась к нему своей грудью. Игорь обнял Гулю и начал гладить по ноге, постепенно поднимаясь выше.

Не открывая глаз Гуля забралась на него, нашла губы и Игорю пришлось отвечать на поцелуй. После чего ситуация перешла в активную фазу.

Будто дожидаясь этого момента, в дверь начали усердно стучать. Пришлось в темпе накидывать одеяло и принимать невинный вид, после чего мужчина крикнул «Войдите!».

Мгновенно дверь приоткрылась и в комнате просунулось лицо Мии, которая с довольным видом рассмотрела лежащую парочку и внесла поднос с завтраком. Поставив его на стол девушка подошла к кровати и изобразила поклон, - Тун Анатолий просил сказать, что принесли письмо от Слуги Магуна и туна Игоря будут ждать в ресторации через две дюжины минут на совещание.

И, нарочито виляя задом в обтянутом платье, вышла из номера.

- И что это было?

- Видимо, её твой друг за ночь развратил, как ты меня. Я их вечером видела, когда он её к себе в номер тащил, после разбора полетов. Он на улице втык всем давал, её увидел и сразу закруглился. Я тогда девочек проверяла и в окно посмотрела, а потом услышала, как она уже на лестнице визжать начала, от удовольствия.

- Ладно, это не наше дело. Подожди, как я тебя развратил? Всё не так было!

- Не так? Значит, мне всё приснилось?

- Проехали. Надо позавтракать да разбегаться, сегодня, как обычно, куча дел перед отъездом.

- А, может, ты еще успеешь извиниться?

- Лучше не рисковать - вдруг эта вернется и захочет присоединиться? Толян в одно время и не такие экзерсисы устраивал. Так что, готовься - я тебя кормить начинаю.

- Нет, это моя обязанность!

- Ладно, корми. Будем соответствовать половым стереотипам.

***

В ресторацию Собин вошел, когда Кривич чокался с герцогом и Семеном. Игорь увидел пьянку и поморщился, - Вы не рано начали?

- Это для аппетита, Игорь. Кровь надо после вчерашнего разогнать, а потом все-равно весь день в дороге.

- Насчет письма не придумал?

- Никак нет, Дашин-темон! Был посланник от городничего, передал, чтобы ждали его в гости.

- Кстати, Игорь Вадимович, не хотите ли магическую яишенку? Повар прямо в тарелке за пару минут своим амулетом поджарит. Будешь?

Игорь кивнул, - Надо попробовать.

- Я так и знал, что тебе надо здоровье восстановить после ночных подвигов.

-Да, о подвигах. Что ты с горничной сделал? Она нас чуть не изнасиловала, когда завтрак принесла.

- Как говорила мой тренер по йоге «раскрепощение сознания переводит тело на новый уровень возможностей».

- Непонятно, но за тост сойдет.

Кривич крикнул в сторону кухни, - Такт, еще одну яичницу, из трех яиц, - и набулькал рюмку.

Собин отсалютовал полной рюмкой, - Ну, за успешное завершение вчерашнего дня! Да, что там горело с таким дымом? А то когда я вернулся, вас еще не было. А потом меня сразу в оборот взяли.

- Слуга Магуна лучше расскажет, - присоединился к разговору герцог, - Его люди пожарище разгребали. А вот и он, - добавил герцог в полголоса.

Все обернулись на дверь. Крейан подхалимски открыл двери, дождался, пока Слуга Магуна с супругой пройдут, оглядел помещение и вышел на улицу, аккуратно закрыв дверь.

Слуга был в той же одежде, в которой его видели в первый раз, а жена сегодня надела коричневую накидку, которая при малейшем колыхании играла разноцветными огоньками, будто была усыпана кристаллами сваровского. Сверху наряд прикрывала коричневая шляпка в виде горшка.

Женщина пропустила супруга вперед и остановилась у двери, критически оглядела помещение и взмахнула рукой. Огоньки с накидки разлетелись по всему залу искрами от костра и вернулись обратно, сделав безмолвный доклад.

Женщина удовлетворительно изобразила кивок и из кухни здоровенный эрк в зеленом переднике мгновенно поставил перед ней на стол серебряный поднос с большим стеклянным фужером, заполненный мутной молочной смесью и с поклоном сообщил, - Тар Тритап эйк Вииллсвин Бесарде и тун Анатолий заказали новое блюдо «я-шенка», очень будет гармонировать с вашим этьеном. Это жареные яйца, с Вашего позволения.

Женщина искоса оглядела стол землян, кивнула и села за стол. Такт исчез в кухне. Слуга Магуна подошел к столу компании, коротко поклонился. Кривич показал на свободный стул, - Присаживайтесь!

Гость отодвинул стул от стола и сел. Собин улыбнулся, - Мы отмечаем окончание вчерашних событий. Угощаем его милость нашим вином. Вам налить? Только учтите, оно очень крепкое.

Слуга Магуна кивнул. Кривич крикнул в сторону кухни, - Такт, еще одну рюмку и яичницу.

Такт, будто ждал команды, так быстро появился в зале с двумя официантками, несущими по такому же подносу, какой принесли Адраенн с фужером. Девушки поставили тарелки с яичницами перед супругами, Такт рюмку перед мужчиной, заметил, что женщина поманила пальцем и подскочил к ней.

Кривич разлил по рюмкам, грустно вздохнул, - Выдыхается, зараза. Ума не приложу, почему. Уже тридцать семь оборотов, не больше. Наверно, из-за того, что сырье магией готовили. Ладно, за наш успех!

Мужчины чокнулись и вздрогнули. Женщина ткнула пальцем в стол, через два от неё к кухне, - Он грязный, нужно отмыть, как положено!

- Слушаюсь, почтенная!

- Иди!

Такт не успел вернуться на кухню, как в ресторацию со двора вошел Крейан в камуфляже с убитого охранника и в черных очках с него же. Женщина отхлебнула из фужера, поставила на стол и уставилась на тарелку. Красный соус на яичнице закрутился маленькой воронкой. Женщина отрезала кусочек, смочила в воронке и поместила в рот.

Крейан встал перед боссом. Слуга Магуна опустил глаза и увлеченно начал жевать принесенное блюдо. Кривич внимательно посмотрел на его лицо, - Мне кажется или Вы хотите нас о чем-то попросить?

Мужчина кивнул, отодвинул тарелку, - Вкусно. И я на самом деле хотел попросить об услуге. Вы можете отвезти туна Халиена в Эластоун? Если повезу я, то нужна солидная охрана, а у нас только городская стража. Вы же её видели, они ночных гостей поймать не могут, куда их в столицу пускать. Да и нельзя их сейчас из города отпускать, они здесь необходимы.

Кривич многозначительно посмотрел на Собина, тот кивнул. Толян наклонился к собеседнику, - А нам это зачем?

Слуга Магуна догадливо улыбнулся, - Хотите что-то получить за доброе дело? Что хотите?

- По моему богатому опыту хорошо знаю, что когда делаешь добрые дела, то получаешь лишь головную боль. Так что, наверняка у такого умного эрка есть список, который он хочет озвучить для таких же умных слушателей.

Слуга кивнул Крейану, тот выскользнул в дверь, эрк положил на стол квадратную коробочку, обшитую выделанной кожей, - Это кольцо Слуги, в Эластоуне покажите любому помощнику тамошнего Слуги и вам помогут.

Кривич бросил взгляд на герцога, тот кивнул. Анатолий придвинул коробочку, открыл, посмотрел и показал содержимое Собину, тот увидел металлическую печатку с черно-белым сложным геометрическим узором. Кривич приблизил футляр на ладонь от первоначального положения, полюбовался и спросил, - Слуга Эластоуна поможет продать наш товар по хорошей цене?

- Поможет. Даже если и захочет вильнуть, за ним присмотрят.

- Понятно. Средневековый профсоюз в действии…

Крейан внес небольшой, но тяжелый мешок из толстой ткани и положил рядом с футляром. На немой вопрос Кривича местный босс радостно сообщил, - Это ваша доля со вчерашнего прибытка. От продажи вина трактирщикам и от продажи имущества убитых разбойников.

Кривич помассировал виски, - Доля, это, конечно, хорошо, но магу что-то осталось? А то вдруг в столице его объявят невиновным и нам придется срочно вернуть его имущество?

- Тун Халиен забрал всё свое имущество с собой. Дом перешел в казну города, поскольку в нем поселились разбойники. Все надлежащие документы тун Халиен подписал без малейшего возражения при почтенных свидетелях, поэтому никаких недоразумений не будет. А еще я отдаю трехлетнюю повозку из Хиронии.

Кривич хлопнул по столу, - Договорились!

- Тогда у меня будет маленькая просьба.

- Как же без мелкого шрифта! Говорите, уважаемый Слуга Магуна.

- Я в повозку положу пару мешков, Крейан отвезет их в мое поместье неподалеку от столицы. И чтобы облегчить головную боль туна Анатолия, на повозку я положу бочонок прекрасного калазийского вина десятилетнего настоя. Тогда был очень удачный год и вино получилось добрым.

- Давайте подобьем итог: мешок с нашей долей, печатка-доступ к торговым площадкам и повозка из Хиронии с бочкой вина за доставку в Эластоун мага с семьей и Крейана с вещами. Так?

- Получается, что так, тун Анатолий.

- Ваша милость, вы не будете возражать?

- Если срок доставки не будет оговорен, то нет.

- Отлично! Сделка, как говорят в одном из миров?

- Сделка, тун Анатолий.

- Тогда еще по одной, надо допить, пока не выдохлась.

Мужчины едва успели выпить, как дверь, ведущая во двор, открылась и к ресторацию вошли смущенные девчонки во главе с учительницей, которую за руку втащила Принцесса. Девочка оглядела помещение и потащила маму к Адраенн. Та доела новое блюдо «яшенка» и потягивала свой напиток, следя за мужем.

Гуля увидела Собина с поднятой стопкой, сделала обиженное лицо и ушла за всеми к Адраенн, которая изобразила на лице вопрос при виде такой толпы.

Принцесса не стала тушеваться, - Мы решили… То есть, в благодарность за вчерашний прием мы решили подарить Вам набор земной косметики и показать, как им надо пользоваться!

Слуга Магуна даже подавился, когда услышал подобное. Собин махнул рукой, - Не обращайте внимания, это на час, не меньше. На половину хорса, короче. Может, другой сорт попробуем?

Не раздумывая, эрк в черном кожаном костюме кивнул, - А можно мне оставить бутылку вашего вина. Скоро родственники жены должны приехать, хочу их удивить.

Кривич спародировал Крамарова из «Ивана Васильевича», - Сделаем, боярин!

- Тогда от меня еще подарок! Крейан, веди! – и Слуга пальцем отправил пацана к двери.

Помощник открыл дверь и выскочил во двор. На вопрос Собина Кривич только пожал плечами. В ресторацию впихнули Тиломана, он отлетел в сторону и прижался к стене. В тени он выглядел осунувшимся и похудевшим на десяток килограммов. Вошел Асани-су и встал между хозяином и выходом, внимательно оценивая происходящее. Крейан пристроился на скамейке у другой стены.

Слуга Магуна встал, оправился и грозно посмотрел на хозяина гостиницы и ласково спросил, - Знаешь, почему тебя сюда притащили?

Купец отшатнулся, стукнулся затылком, упал на колени и заныл, - Они сказали, что убьют Зейлан… Они сказали «Не сделаешь – увидишь кишки своей дочери на своей шее»… Они говорили, что им надо только посмотреть вещи… У них что-то украли…

Слуга глянул на охранника, тот подтвердил. Босс сел обратно и уже спокойным голосом сказал, - Но все-равно, ты виноват. Твои постояльцы пострадали, могли погибнуть. С тебя вира.

Купец на коленках мигом дополз до стола, не обращая внимание на ползущее по полу пузо и преданно посмотрел в глаза Слуги Магуна, - Сколько?

- Пять дюжин дюжин золотых.

Тиломан сразу опустил голову ниже столешницы, - Мне столько не выплатить…

- Выплатишь. Иначе Совет торговцев заплатит сам и в счет долга заберет всё имущество.

Купец вскочил, - Имущество! А можно расплатиться имуществом?

- Что ты хочешь предложить?

Тиломан щелкнул пальцем и Асани-су тенью возник позади его. Купец сказал, глядя в глаза Собину, - В Эластоуне за него дадут, самое малое, семь сотен золотом.

Кривич с шумом отодвинул стул, привлекая внимание, и обратился к Слуге Магуна, - Этой оценке можно верить?

- Шесть сотен точно, о том, что выше – надо торговаться.

- Тогда предлагаю разницу в… сто двадцать монет золотом, а именно в десять дюжин золотых, вернуть купцу Тиломану нашим товаром. Я попрошу Слугу Магуна стать оценщиком.

- Расходы за оценку платит Тиломан, - вставил Слуга.

Купец выскочил во двор. Собин внимательно посмотрел на охранника, но тот равнодушно продолжал пялиться за спины сидевших. Тихое покашливание заставило всех вздрогнуть, как после выстрела и обернуться и замереть соляными столбами: благородная жена Слуги Магуна выглядела по-новому.

Зеленая кожа на лице приобрела благородный оттенок нефрита, еле заметные косые мазки на щеках подчеркнули сухощавую аристократичность лица, легкие тени вокруг глаз усиливали зелень красивых глаз, шляпке подняли поля и одели слегка набекрень, что придало облику веселую бесшабашность, а алая помада на губах завершала невиданный в этом мире облик женщины-вамп благородного происхождения.

Не отрывая глаз от жены Слуга Магуна прокашлял что-то вроде, - Мне надо идти, у меня встреча. Крейан, заверши тут! - и рванул на улицу, подхватив на руки супругу, даже не среагировав на вспышку айфона Принцессы.

Кривич разлил остатки, убрал пустую бутылку под стол и поднял рюмку, - Ну, за красоту!

- Да, красота это страшная сила! – поддержал его Собин.

А герцог задумчиво произнес, - Ваших женщин ожидают богатые заработки в столице…

Громкий голос учительницы не дал герцогу завершить мысль, - Коронина, ты зачем так женщину разрисовала? Договаривались ведь на легкий макияж!

- Не знаю, Ирина Сергеевна, это не я, моя рука сама ей лицо рисовала.

Герцог подошел к учительнице, - Тунна Ирина, не ругайте свою подопечную. Высокородная тара Адраенн эйк Халайн из рода магов разума, она и не такое может заставить сделать…

Его снова перебили. На этот раз вбежавший купец. Он положил на стол заполненный лист бумаги. Собин взял в руки и напрягся: весь лист был заполнен непонятными печатными значками. Он поискал парня, увлеченно разглядывающего земных девушек, - Крейан, ты говорил, что читать умеешь? Прочти, а то я без очков читаю очень медленно.

Удивленный парень подошел к столу и взял лист, «Я, купец Тиломан, находясь в твердом рассудке и крепкой памяти, передаю туну Игорю движимое имущество в виде раба Асани-су из рода Пустынных коршунов в счет долга в размере пяти дюжин дюжин золотых», дальше печати и подписи.

Кривич встрепенулся, - Надо добавить «И получил переплату в размере десяти дюжин золотых личным имуществом туна Игоря, а именно…»

И достал из барсетки пузырек, солидный сверток в промасленной бумаге и хвост бароха, - Это настой сердечной железы бароха, а это его печень, около двух фунтов, э, шаман сказал «два мойля весом». А это сушеный хвост бароха, вчерашнего приготовления. Это потянет на десять дюжин золотых?

Крейан начал считать в уме, герцог громко хлопнул по столу, - Это потянет почти на дюжину дюжин!

Купец стер пот, кивнул и протянул перо Собину. Игорь повертел его в руке, обычное перо с серебряным пером и расписался. Герцог приложил свою печать и сделал короткое движение ладонью. На листе появилась сантиметровая сетка из синих линий, а подпись купца и печать герцога трансформировались в голограммы. Герцог кивнул, - Сделка закрыта!

Купец почти бегом выскочил во двор. Герцог оглядел стол и тоже направился к выходу. Собин хлопнул Крайена по спине, - Слушай, парень, сможешь до отъезда достать учебник, ну, книгу, по которой учатся читать на эркском, достать. А еще письменные принадлежности, короче, всё необходимое, чтобы научиться читать и писать. Я считаю, нашу молодежь пора начинать учить, а то так и останутся безграмотными.

Паренек кивнул. Собин встал, – Тогда ищи книгу и забирайся в свою повозку – мы выезжаем.

Крейан быстро удалился. Собин подошел к женской половине, болтающей возле учительницы, - Значит так, барышни и дамы, они же милые туны. Сейчас вы по-быстрому садитесь завтракать, а мы собираем вещи и затем все вместе выезжаем из этого гостеприимного города. Вопросы? Нет! Тогда заказывайте себе завтрак и учтите – обед будет поздно.

Затем Собин с новым охранником вышли во двор. Во дворе кипела суета. Крейан что-то втолковывал Малявке и худенькой девочке, на голову ниже Малявки, стоявших возле повозки Слуги Магуна в чистенькой, но сильно заношенной одежде.

Собин оглядел подаренную повозку, она отличалась от тех, что он видел до этого, тем, что походила на пикап, только в обратном направлении: сначала шел грузовой отдел с высокими бортами и местом для водителя, а позади находился двухместный пассажирский отсек, с более сглаженными формами и повернулся к Кривичу, - Толян, сегодня ты главный по колонне. Рассчитывай так, чтобы обедать на ярмарке, с нашими. А я пойду втык дам, за хамство без моего разрешения.

Подойдя с новым охранником позади к троице Игорь остановился и решил послушать чужой разговор, но девочка кивнула Крейану в его сторону и тот резко повернулся.

- И как это понимать милостивый помощник? Откуда посторонние в нашей гостинице?

- Это не посторонние, это мои люди. Почтенный Слуга Магуна разрешил взять их с собой, дабы они помогали мне в поездке.

- Я догадываюсь, как он разрешил: «я могу взять с собой пару человек, это ничего Вам не будет стоить?», «Да бери и не занимай мое внимание такими пустяками, лишь бы груз в целости доставил».

Собин поправил Крейану упавшую челюсть и продолжил, - Это не мое дело, кого ты берешь с собой. Мое дело в том, что они своим видом будут позорить нашу колонну.

Достал из кошелька золотой и протянул парню, - Они поедут только в том случае, если до отъезда успеют купить себе новую одежду. Понял?

Крейан кивнул.

- Тогда действуй, времени у тебя остается все меньше и меньше.

И Собин пошел к гостинице, уводя за собой охранника из рода Пустынных коршунов. У ступенек Игорь неожиданно обернулся и поинтересовался у приобретенного раба, - Скажи, Асани-су, у тебя есть мечта?

- Мечта, господин?

- Да, мечта. У каждого есть мечта. Одни хотят встретить старость в своем домике, на берегу реки и встретить смерть в один день вместе с любимой женщиной, другие хотят найти свою смерть в бою и не умереть дряхлой развалиной. Третьи мечтают купаться в золоте и спать с молодыми рабынями. А чего хочет Асани-су?

- Не знаю, господин. Я никогда не думал ни о чем таком. Когда меня, маленького мальчика, отец продал в школу наемников, чтобы купить продуктов на зиму, я знал наперед весь свой жизненный путь: научиться владеть мечом и защищать какого-нибудь купца. А разве ты не продашь меня в Эластоуне, господин?

- Вряд ли… Хотя там посмотрим. И не называй меня господин. Можешь звать тун Игорь, можешь Дашин-темон. Даже можешь называть командиром, но только не господин. У нас нет рабов, даже кабареков, которых мы захватили в бою, я потом освободил, когда они принесли мне клятву.

- Хорошо, господин. Можно я буду называть тебя дарк-ты, так зовут владельцев караванов в пустыни?

- Зови. И вот тебе первое поручение: будешь учить землян держать меч или саблю, включая женщин и девушек. Понятно, что воинов из них не сделать, но от бандитов должны уметь защититься.

- Хорошо, дарк-ты. Когда начинать?

- Надо было вчера, но ты только сегодня появился. Начинай на ближайшей стоянке.

- Слушаюсь, дарк-ты. Позволю предложить тебе делать такое задание.

И Асани сделал шаг назад, вытащил ятаган и начал крутить восьмерку, неожиданно поворачиваясь в разные стороны, - Вначале это не будет получаться, поэтому просто делай так!

Телохранитель, он же учитель фехтования, изобразил половину восьмерки: по кривой поднял саблю вверх, а затем, по другой кривой резко опустил и зафиксировал руку на новом подъеме. Неуловимо всунул свою железку в ножны и поклонился Собину, - Это нужно, чтобы рука запомнила такие движения. Выучив это упражнение ты сможешь противостоять трем нападавшим, просто не подпуская их к себе.

- Ладно, разберемся. Ты иди, собирай свои вещи. Потом подойдешь к туну Анатолию, он определит тебе место на повозке. Кстати, можешь тоже предложить ему что-то подобное.

Асани-су снова поклонился и отошел. Собин вздохнул, - А вещи опять мне самому собирать. Хотя я Дашин-темон!

И вошел в здание.

***

До ярмарки доехали быстро, с песнями. Девчонки успели перепеть весь репертуар с таким воодушевлением, что даже конные кабареки не носились вперед-назад, а неторопливо двигались вместе с повозками и получали огромное удовольствие от слушания, хотя, наверно, не понимали смысла песен.

Собин опять ехал в повозке с герцогом, но без Кривича - Толян ехал, как командир колонны, на первой. Герцог, наконец-то, расслабился и вырубился, как только отъехали, а Игорь никак не мог закемарить, в голову лезли самые разнообразные мысли, от перебора вариантов, как их встретят в столице, до того, как их будут допрашивать в ФСБ по возвращении.

Неожиданно дверь открылась и вошел десятник Флешен. Герцог открыл глаза и будто и не спал. Десятник хлопнул себя рукой в грудь, герцог кивнул и указал на сиденье напротив себя. Флешен аккуратно сел.

- Рассказывай!

- У нас без происшествий. Поставили городок в отдалении от ярмарки, парни несут службу в две смены, одна караулит, вторая отдыхает. Плату выдали, так парни весь бордель успели затрахать, благо им, как героям Битвы при Крепости девчонки дают хорошую скидку. Как и в трактире. Дарнин и Крендин настолько обнаглели, что вместо трактира только в кабаке и питаются.

- А с моими что, Флешен?

- Тоже всё хорошо. Старики Мальтсуррака со степняками продают трофеи, только пыль стоит. Хотели и повозки лишние продать, да только я воспрепятствовал, сказал, что без команды товарищей командиров нельзя.

- Это ты правильно сказал, тун Анатолий еще проверять будет, что и за сколько они продали. Что-то еще?

- Беженцы с той стороны просятся в арендаторы к туну Игорю. Я велел их покорить и ждать вас, а то они совсем оголодали, одни кости через кожу видно. Девчонки бордельные зачастили в гости, к нам в городок. Анжелу затискали и расчесали, шерсть дыбом стоит. Эта зверюга, Анжела, вначале скулила по хозяйке, да так жалостливо, что бордельные не выдержали, начали утешать. А они утешать умеют, мертвого утешат так, что тот с кладбища сбежит! А еще вчера вечером, уже ночью почти, приехал Мальтсуррак, отправил риалвов куда-то и уехал. А они сразу убежали, похоже в Магун. А еще, светлый тар, ваши ваты смиренно спрашивают разрешения пойти под присягу туну Игорю. И увечные тоже.

Герцог мимолетно нахмурился, но нормальным голосом сказал, - Имеете право. Если тун Игорь возьмет.

Флешен посмотрел на Игоря. Тот пожал плечами, - Вначале объясните, кто такие ваты и увечные.

Оказалось, что здесь практиковалась система римских легионов, по которой пенсионное пособие своим ветераном платило их подразделение. Поэтому у пограничников пособия хватало только на бесплатную кормежку, а у герцога еще и платили кое-какие монеты. Увечным же, то есть, получившим инвалидность, тоже полагалась выплата, если они остаются в подразделении.

Игорь кивнул, - Понятно теперь. А ваша милость, Вы как к этому относитесь?

- Ваты заслужили, слова не скажу, а Флешена жалко отпускать. Потери большие были, скоро свежее мясо придет, надо кому-то его обучать. Я думал, это Флешен будет. Но задерживать его не буду.

- Давайте так сделаем, ваша милость, я сейчас ничего не скажу, потому что сам не знаю, что с нами будет после Эластоуна, а потом всех, кто не передумал возьму в свое.. свою… К себе в отряд. А пока не будем делить шкуру неубитого медведя. Кстати, Флешен, как быстро вы с ярмарки соберетесь? Стоит моих на ярмарку отпускать?

- Я думаю, тун Игорь, не стоит. Наши, когда пошли в первый раз, вернулись чуть ли не под утро, еле к своей смене успели. Да и нечего там делать, там деревне раздолье – всё нужное и недорого. А городским, тем более, нездешним, неинтересно будет. Разве что бордель местный, для интересующихся…

- Интересующиеся потерпят. Тогда выезжаем через хорс, если его милость не возражает.

- Не возражает. Даже я по семье скучать стал на этой войне. Хочется увидеть, на всякий случай.

- Не переживай, ваша милость. Живы будем – не помрем.

Повозки «дубов», составленные привычным квадратом, находились заметно далеко от ярмарки. Один огромный луг не смог вместить всех желающих продать и купить, поэтому торговля скотом находилась на другом берегу местной речки, куда от основной дороги была утрамбована специальная трасса.

Повозки организованно встали в ленту рядом с дорогой, в полусотне метров от лагеря «дубовых», народ слез с повозок и дожидался команды руководства. А руководство, в лице Игоря Вадимовича Собина, важно шагало от третьей повозки к первой, к Толяну. Его, это руководство, не менее важно охранял и караулил Асани-су, передвигающийся по траве в паре шагов от охраняемого лица.

Со второй повозки выглянул Семен, увидел идущего навстречу Кривича и вопросительно посмотрел на Собина. Игорь сообщил, - Можете не торопиться, стоянка поезда час.

Семен исчез обратно, с повозки стали доноситься негромкие команды. Кривич развернулся и начал изучать ярмарку. Собин ухмыльнулся, - И не надейся! Флешен сказал, там «черная дыра». Те, кто в первый раз приходит – исчезают до утра. Так что идем инвентаризировать местный персонал. Семен! Выдели пару-тройку парней покрепче нам с Анатолием Алексеевичем и пару побыстрее Флешену – он им покажет, где остановились кабареки и ветераны погранвойск, пусть в штаб потягиваются.

Голова Семена появилась над бортом и кивнула. Хмурый Кривич повернулся к Собину. Игорь подошел ближе, спросил тихонько, - Что-то случилось?

- Да сделал меня этот угробанный Слуга Магуна, как мальчишку сделал! Я же думал, я крутой, как Эльбрус, а оказалось, как Марианская впадина! Он переговоры провел, как по учебнику для начинающих! Получилось «Газмяс» играет против «Зенита»! Только «Газмяс» это мы. Может, он мысли читал?

- Так ведь это очень хорошо, просто замечательно, пусть читает! Пусть считают нас лохами, только морды лица надо подебильнее делать, для правдоподобности. Мы ведь можем работать по другой методе: вначале называть минимальную цену, а потом повышать. Посмотрим, как они на это реагируют. Еще Крейана порасспрашивай, он парень разговорчивый, хозяином хвастаться любить. Вот у меня проблема серьезнее – как нас назвать? Отряд или спецгруппа? Прямо голова болит от размышлений.

- Всё просто, на самом деле. Собин-Огоньков-Кривич. Огоньков это фамилия Семена. Сокращенно СОК. А группа это будет или отряд, сам решай.

- А что, звучит «Группа СОКа» или «Отряд Сока». И девиз «Мы выжмем из вас всё, чтобы Вы попробовали настоящий СОК!». Так и сделаем!

- Тун Игорь! – Мальтсуррак, как обычно, незаметно вышел между повозок. Даже Асани, похоже, его не заметил, чем и был раздосадован, - Мне нужно поговорить наедине.

Мальтсуррак провел Собина за повозки, где их ждали два усталых риалва в грязной одежде, у одного на плече виднелось кровавое пятно.

- Я им вчера разрешил догнать вражеских иноземцев, они догнали, хотят показать вам, что нашли, но чтобы никто не видел.

- Далеко?

- На конях за половину хорса успеем.

- Готовь коней. Я скажу туну Анатолию, чтобы он меня не искал и помчимся.

Кривич внешне спокойно воспринял услышанное, только тяжко вздохнул, - Опять мне одному монеты считать… Ладно, Горян, только не задерживайся.

И Собин, после такого же грустного вздоха, залез на подведенного коняшку. Мальтсуррак оглянулся, уселся ли Игорь в седло и помчал по дороге вдоль ярмарки. За ним, не отставая ни на шаг, пошли оба риалва и в четырех метрах позади Собин, который вначале обхватил коня ногами по всей длине, а затем натянувший поводья, отчего конь слегка озверел.

***

Через целую вечность ярмарка давно осталась позади, её сменил лес, тянущийся стеной в сотне метров от дороги, Собин наконец отпустил поводья и конь успокоился и повернул по лугу к лесу, за Мальтсурраком и риалвами. Боковым зрением он заметил Асани, остановившегося на дороге, но прыжок коня через рытвину не дал возможности обсудить его присутствие здесь по причине прикусывания языка.

Троица впереди перлась прямо на елки. Собин удивился, но решил последовать. Дать втык за безрассудство он всегда успеет, тем более, формально они ему не подчиняются. Как в хорошем киномонтаже, Мальтсуррак легко прошел сквозь дерево. Риалвы исчезли в лесной стене рядом с ним. Собин набрал воздуха и пришпорил коня, но дерево оказалось фантомом, даже не возникло ничего подобного ощущениям при переходе на планету.

В лесу они оказались на поляне, достаточно большой, чтобы вместить три повозки. Одна была точь-в-точь похожая на ту, которую пригнал Крейан, а две однозначно были производства хиронского гения: они отличались от производства Элазии более изысканными формами. Если местные снаружи были похожи на железнодорожные контейнеры, то хиронские были более округлые и походили на повозки покорителей дикого Запада.

Усталые риалвы не обращали внимания на такие мелочи, а лениво жевали мясо у маленького костерка в стороне. Заметив Собина, они начали вставать, но Игорь рукой посадил их на землю.

Представляя себе, в каком состоянии могут быть салоны, Игорь не полез внутрь, а пошел изучать содержимое транспортной повозки. При ближайшем рассмотрении сразу появилось отличие от повозки Крейана: если у той были просто поставлены борты и скамейка для водителя кобылы, то в этой отсек был закрыт металлической крышкой по всей площади, причем крышка спереди закрывалась сразу на два здоровенных вертикальных засова.

Мальтсуррак помог Собину откинуть крышку. Даже не заглядывая внутрь было видно содержимое: у стенки несколько армейских ящиков камуфляжной раскраски, цинки с патронами, рядом коробки с продуктами, по крайней мере, если судить по рисункам. Рядом свалены мешки с личными вещами, отдельно выросла куча оружия, сваленная на расстеленное покрывало. Ближе к передку контрастом аккуратно, в стопку, сложены комплекты камуфляжей, рядом берцы, стоящие чуть ли не по ниточке, поодаль стопкой бэушные броники.

Собин повернулся к Мальтсурраку и показал на камуфляж, - Это с убитых? Сколько их было?

Мальтсуррак, не задумываясь, ответил, - Дюжина и еще четыре, один из них главный.

- Потери были?

- Двое риалвов погибло, уже в конце, не заметили одного, спрятавшегося. Их из вашего оружия в один миг разорвало.

- Они что-то забрали?

- Нет. И очень хотят поговорить с туном Игорем.

- Пошли, поговорим.

Собин подошел к вставшим бойцам невидимого фронта и оглядел всех восьмерых, считая прибывших. Несмотря на усталость, все, кроме одного, смотрели на него с надеждой. Только командир, постарше и повыше, смотрел скептически.

- Слушаю, вас, бойцы!

- Возьми нас в свой род, как кабареков, - перевел Мальтсуррак слова одного из риалвов.

- Для начала, вас от клятвы должен освободить тун Мальтсуррак.

- С этим никаких проблем не будет. Скоро нас самих от клятвы светлому тару освободят и отряд расформируют. Так что, тун Игорь, готовься и нас в род принять.

- Хорошо, с клятвой понятно. Но мне кажется, что ваш главный против этого. Кстати, как его имя?

Командир риалвов просвистел, Мальтсуррак перевел, - Трифонисий. И он не против, он не верит в пользу перехода в род кабареков.

- Вообще-то я не кабарек, это они перешли в мой род. А какую пользу вы хотите получить?

- После того, как Хирония стала принадлежать правителю, которого хиронцы называют Лорд Неба, альвам приходится плохо. Лорд нарушил древние обычаи и начал постоянно требовать плату от наших дриад. Альвам нужна помощь.

- Понимаю. А тут можно хорошо заработать. Не боитесь, что со мной погибнете намного быстрее, чем с Мальтсурраком?

Трифонисий с достоинством возразил, - Если риалв гибнет с честью, над ним вырастает Первородное Дерево.

- Ладно, бойцы, вы не первые сегодня с таким предложением. Поэтому я повторю тоже самое: я готов вас взять к себе, но только после посещения столицы, если мы останемся здесь. Мальтсуррак, отправь гонцов, пусть сюда срочно прибудут туны Анатолий и Семен, а также его милость, надо принять решение по трофеям, да и решить, какую сумму твоим разведчикам выплатить. А я пока остальные повозки осмотрю.

Собин начал с транспортной повозки. В ней, вместо двух рядов кресел, глядящих друг на друга через столик, стояло три широкие скамьи, обитые войлоком. На удивление, в салоне приятно пахло елочным освежителем. Собин с интересом огляделся: судя по спартанской пустоте, повозка предназначалась для рядового состава.

Но пара отличий от местного производства всё же нашлась. Во-первых, окна в повозке были толстые, видимо, из какого специального состава, к тому же покрытые темной пленкой с эффектом одностороннего окна и двумя бойницами под ними, да еще в салоне на потолке были установлены два плафона.

Собин поискал выключатель и нашел его у двери, на метр выше скамеек. Пощелкал, но ничего не загорелось. Больше ничего в повозке не было и Собин направился к средней, у которой дверь отошла в сторону, как у земной маршрутки.

Кто-то ушлый заблокировал движение двери корягой и теперь дверь застряла на половине. Судя по порогу с пятнами красной крови, блокировка была успешной для нападающих.

Внутри стоял кофейный аромат и повозка предназначалась если не для начальников, то для их заместителей однозначно. Четыре кожаных кресла, за которыми на пустом месте валялись по два собранных спальника с каждой стороны. Столикблагородного коричневого цвета с выдвижной полкой и тяжелым кованым ящиком внизу. Поскольку ящик оказался закрытым, Собин высунулся из повозки и спросил у дежурного риалва, - Личные вещи убитых вы куда сложили? Там ключ должен быть большой такой…

Риалв метнулся к транспортной повозке и притащил коробку из-под продуктов, доверху заваленную всякой всячиной.

Собин вытащил спальник, вытянул из него простынку, вытащил ей на воздух и расстелил около повозки, одним движением пересыпал туда содержимое коробки и стал бесплатно работать сортировщиком.

Весь металлолом, в виде жетонов и брелков Игорь высыпал обратно в коробку. Следом пошли энергетические батончики и три недоеденных сухпая, две колоды карт, одна с порнухой, три медицинских пакета, два широких скотча и рулон оранжевой изоленты. Горсть грязных бандан Собин выкинул за коробку.

В отдельную кучку Игорь сложил семь айфонов и один сотовую «нокию», перетянутую изолентой. Пласт бумажных купюр разнообразного происхождения и достоинства перемотал изолентой и кинул к телефонам, - Пускай Кривич разбирается!

После проведенной процедуры на простыне осталось с полкилограмма мелочи и долгожданный ключ. Ключ был местной работы, грубый и тяжелый. Собин высыпал мелочь в коробку и взвесил в руке ключ, взмахнул и усмехнулся, - Походу, именно этим ключом убивали за бородатый анекдот.

Игорь вытащил сундук из-под столика и вставил ключ. Как ни странно, повернулся ключ легко и тихо, лишь с легким поскрипыванием. Крышка откинулась самостоятельно, чем изрядно напугала Собина. А вот содержимое оставило его равнодушным: местная валюта – золотые и серебряные монеты в больших замшевых мешочках. Собин закрыл крышку и повернул ключ на полоборота, - И с этим пусть наш олигарх разбирается.

К третьей повозке Игорь шел уже абсолютно готовым ко всему, но все-равно пришлось удивиться – двери для гостей в повозке были закрыты и не открывались. Пришлось садиться на водительское сидение через приоткрытую дверь и уже оттуда всё осматривать.

Водительское сидение поставили с обычного микроавтобуса, как и второе переднее сидение. А вот салон был отгорожен от водителя тонкой дверцей из пластика, иоткатывалась она в сторону, в японском стиле. Сам салон напоминал первый класс самолета: два широких кожаных кресла со столиками, поставленные по углам, и широкий проход между ними. Так как кресла сдвинули вперед, то позади умудрились организовать спальный отсек и воткнуть кожаный широкий диванчик с прикроватной тумбочкой и ночником, который тоже не включался.

Собин на ощупь вылез из повозки, облегченно выдохнул - в салоне воняло ацетоном и пошел искать фонарик. На его счастье, первый же айфон был заряжен на половину. Собин включил фонарик и вернулся в командирскую повозку, прикрыв нос платком.

Со светом обыск пошел намного веселее. В тумбочке обнаружилась пара бутылок старого вина и небольшой сейф с панелью для набора кода. Пришлось снова возвращаться и рыться в собранном хламе. Но ничего не нашлось. Игорь воспользовался помощью зала и отправил риалвов за одеждой командира, где и нашлась бумажка с кодом во внутреннем кармане куртки.

Код подошел и в открывшемся сейфе Собин увидел три коробки, лежащие друг на друге с разнообразными амулетами в квадратных ячейках, ничем другим эти побрякушки быть не могли.

То ли Игорь долго возился, то ли отцы-командиры примчались очень быстро, но когда он вытаскивал открытый сейф через дверцу водителя, то увидел всю троицу на поляне, внимательно слушавшую Мальтсуррака.

Собин поставил сейф на землю, вытер пот и пошел навстречу, - Толян! В средней повозке сундук предназначен для тебя. Семен! На тебе оружие в правой повозке. Его надо будет рассортировать и почистить. Ваша милость! А для Вас особое поручение: только Вы, как эрк благородного происхождения, оцените содержимое коробочек в этом железном ящике.

Разумеется, ни Семен, ни Толян никуда не ушли, пока герцог не вынул из сейфа коробки и не закончил осмотр, причем под нижней было второе дно со спрятанными тремя амулетами. Изучив которые герцог плюхнулся на землю с ошарашенным видом.

- Коготь Небесного Тигра…

Собин с интересом стал рассматривать амулет в руке герцога. Сделанный в виде длинного когтя, длиной в пачку сигарет, амулет был покрыт блеклой от времени лазоревой краской, на которой с трудом просматривались мелкие руны или буквы.

Герцог, всё еще не веря своим глазам, уставился на Коготь и продолжал, - Это наш родовой амулет… Он пропал… его украли из поместья, когда еще дед нынешнего Светлого Тана не умел читать. А первым владельцем стал тун Тритап… Он тогда еще не был эйком Вииллсвином, а был простым охранником из охраны тогдашнего Светлого Тана. Элазия тогда была провинцией Империи.. Так вот, как то Светлый Тан решил объехать свою провинцию и неподалеку от гор на него напал летающий тигр с крыльями орла, мордой тигра и хвостом ящущея, это самая ядовитая змея по всей империи. Когда тигр прыгнул с горы на отряд Светлого Тана, то в живых остались сам Светлый Тан, тун Тритап и еще два охранника. Светлый Тан показал пример мужественности и атаковал тигра. Он отрубил зверю одно крыло и покалечил переднюю лапу, когда тигр смог прикоснуться хвостом к правителю. В одно мгновение Светлый Тан окаменел. Тогда тун Тритап озверел. Несмотря на полученную рану, он ожесточенно напал на зверя и смог отрубить ему раненую лапу, а когда зверь повалился на землю, то мой предок отрубил ему голову. Но горе его и его спутников было безмерным: Светлый Тан стоял каменной статуей. Но тун Тритап вспомнил.. Тут наши саги расходятся. В одной предок вспомнил слова своей бабки, что можно вылечить отравленного небесным тигром, а в другой лечение ему подсказало Небо. В любом случае, он взял отрубленную лапу и притронулся ею к окаменелому правителю. И Светлый Тан ожил. Оказывается, он не умер, а просто не мог двигаться, но видел всю битву. В благодарность за спасение туну Тритапу пожаловали провинцию и позволили называться эйк Вииллсвин.

Собин показал Кривичу на амулет, тот кивнул. Заслушавшегося Семена пришлось пихать в бок, но Семен тоже согласился.

Герцог, увлеченный рассказом, ничего не заметил и продолжил, - После кражи Коготь будет принадлежать новому хозяину, но, чтобы доказать, что это мой родовой амулет я, с вашего разрешения, покажу это…

Герцог зажал амулет между ладонями, что-то прошептал и внезапно взлетел на пару метров. Правда, секунд через пять приземлился обратно.

- Надо зарядить и по новой привязывать, - пояснил он, - Тун Игорь, прошу назвать свою цену, за которую ты согласишься продать Коготь Небесного Тигра семейству Тритапов.

- Это будет подарок от всех нас.

Герцог окаменел, как правитель его предка. Кривич испуганно поводил перед его взором, - Надо было как-то постепенно, а то кондратий прихватит и никакой амулет не спасет.

Его милость начал дышать. Вначале как рыба, выброшенная из воды, но пара глотков из фляжки Кривича, практически вернули его к жизни.

Собин широко улыбнулся и начал пояснять, - Я понимаю, что за него можно получить хоть два, хоть три сундука золотом, но зачем? Мы либо вернемся обратно на Землю, либо ваш правитель придумает для нас что-то этакое. И куда мы тогда с этими сундуками? До первого утра, когда все проснемся с перерезанными глотками? Мы люди уже пожившие и хотим спать спокойно, а не волноваться из-за кучи золота. Так что, получите подарок и распишитесь. Лучше скажи, остальные амулеты такие стоящие или этот Коготь исключение?

- Остальные тоже можно продать за хорошую цену. Вот этот я не знаю… - герцог показал на второй амулет в тайнике, в виде переплетенных проволок, затем его голос понизился до шепота, - А вот этот очень похож на Палец Правды. Но его может проверить только тун Мальтсуррак.

- Снова на арене корова и ёшкин кот в одной команде! – завопил Кривич. А он-то причем?

Герцог продолжил шептать, - Мальтсуррак последний из императорского рода правителей Первой Империи. Только они могут пользоваться этим амулетом.

Собин грустно вздохнул, - Не успели добраться до столицы, как политика добралась до нас. Предлагаю следующее: Коготь забирает его милость, Палец прячем в заначку, а остальное показываем магам на предмет предварительной оценки с целью продажи. С Мальтсурраком я потом поговорю, а сейчас по-быстрому закругляемся и направляемся к месту предполагаемой ночевки. Возражения, дополнения, предложения? Нет, и быть не может. Поехали!

Кривич подошел к Мальтсурраку, - Спроси у своих, как они повозки сюда притащили? Научились управлять?

- Я спрашивал, они сказали, что им пленный успел рассказать, до своей смерти. Он все повозки на «нейтраль» поставил и они легко покатились.

- Тогда и до стоянки также докатят, а там будем разбираться.

До кучи Собин решил прояснить волнующий вопрос, - А почему в командирской повозке так воняет?

- Риалвы не могли попасть в повозку, главный успел закрыть двери. Тогда Трифонисий заметил, что маленькая крыша наверху открыта и забросил в повозку подожженные плоды элийской ольхи. Главному пришлось стремительно покидать повозку. Тогда он и убил двоих наших, но за это он научил управлению повозкой. Успел научить.

***

Асани-су оказался на высоте: едва над вечерней стоянкой поползли ароматы ужина, как он собрал молодежь, велел им выбрать «холодняк» из приготовленной кучи оружия, построил в колонну по одному и велел рубить наставленные деревца.

А сам отошел к компании обоих боссов, нашедших себе развлечение в виде наблюдения за тренировкой, испортил настроение, велев как следует наблюдать за молодняком, ибо они следующие и уселся на свободный край трофейного спальника.

Естественно, молодежь, даже под руководством Семена, отвратительно справилась с заданием. О чем им и сообщил новоявленный тренер. Затем добавил, что им необходимо хотя бы научиться вынимать оружие из ножен, чтобы прожить в дуэли лишние пару вздохов. А что в столице им будут устраивать кровопускание на каждом шагу, в этом он не сомневается.

И показал, как надо вытаскивать оружие из ножен и наносить рубящий удар одним движением. Оставив подопечных тренироваться, он принес сабли пенсионерам. На удивленные взгляды пояснил, - Вас, благородные туны, будут проверять на остриё в первую очередь. Прошу!

И Собину вместе с Кривичем пришлось отрабатывать движение сабли по замысловатой траектории из ножен до тренировочного деревца. А ароматы доносились всё сильнее и сильнее…

После ужина усталый, но сытый Собин добрался до Мальтсуррака, млеющего от того, что его с ложечки кормит Ирина Сергеевна. Принцессы не было видно, только слышно. Судя по командным звукам, она чему-то обучала сестру Малявки.

Дождавшись этапа чаепития Игорь поинтересовался, - Тун Мальтсуррак, слышали Вы о Пальце Правды?

Мальтсуррак затравленно осмотрелся, никого не увидел и уже более спокойно ответил, - Да, был в древности такой амулет у императоров Первой Империи. По слухам, с его помощью определяли, говорит ли чиновник правду… Ириночка, можно тебя попросить принести от туны Гульмиры еще один чайник. Мы с туном Игорем сегодня будем долго говорить.

Когда учительница отошла, Мальтсуррак, не глядя на Собина, произнес, - Вы нашли Палец и хотите его проверить с моей помощью?

- Это во вторую очередь. В первую мы хотим знать, кто такой тун Мальтсуррак. Может, тебе не стоит ехать в Эластоун?

- Может, и не стоит. Тар Тритап тебе намекнул, что с Пальцем нужно идти ко мне? Он, больше некому. Так вот, я действительно принадлежу к императорской фамилии. Я не прямой потомок, поэтому меня и оставили в живых. Я происхожу из семьи сестры жены Первого императора. Когда империю накрыла сильнейшая засуха, начались волнения. Маги сказали, что это небо наказывает за неправедную жизнь и Императору нужно отказаться от короны, а империю разделить на провинции. Тогда, мол, засуха кончится. Император согласился, но поставил условие: сохранить жизнь всей его фамилии. Конклав принял условие, маги конклава даже принесли клятву, но… Но семью Императора поразил «гнев неба», так потом это назвали. Вначале на охоте Император неудачно упал с коня, затем смертельно заболел его сын. От этого его мать слегла в постель и меньше, чем за большой круг силы окончательно покинули её. Тогда оставшиеся члены фамилии Императора заключили пактус с наместниками и магами. Что члены фамилии не появляются в столицах, а маги вместе со светлыми танами клянутся своей кровью, что обеспечат спокойную и долгую жизнь. Мать моей матери с мужем и дочерью поселилась в Элазии, они купили небольшой городок и зажили простой жизнью. Но проклятье никуда не делось. Все купцы, которым они давали деньги, разорились. Матери пришлось выйти замуж за простого сотника городского ополчения. Поэтому я знал только армейскую жизнь и когда вырос, то уехал на границу с Хиронией. Сюда проклятье не добралось. А Палец я не хочу включать потому, что это имперский амулет и об этом через хорс будет знать вся провинция.

- Понятно. Я, конечно, посоветуюсь с тунами, но думаю, что у них возражений не будет. Нам все-равно придется убирать кабареков, я не представляю их на улицах столицы. На городок денег у нас вряд ли хватит, но, думаю, приличное поместье, поближе к оживленному, мы купить сможем. Дадим тебе денег, в нагрузку получишь кабареков, своих ветеранов, разумеется, риалвов, как ты без них и в путь. Потом дашь весточку и мы припремся, если будем здесь и в состоянии, конечно. Как тебе такой вариант, тун Мальтсуррак?

- А Ириночка?

- С Ириной Сергеевной, разумеется сложнее. Мы её обязательно спросим, но и тут только два варианта: либо она поедет с тобой сразу, либо приедет потом, после посещения Эластоун. Заодно и соскучиться успеет, как следует. Так что, думай, тун Мальтсуррак, у тебя вся ночь впереди.

Подошел сильно задумавшийся герцог. Увидел Мальтсуррака, говорящего с Собиным, собрался уйти. Но Игорь замахал, - Присаживайтесь, ваша милость, мы уже всё обговорили: он считает, что Палец Правды ему не подвластен, но готов попробовать, как-нибудь позднее, когда всё уляжется. А вас какой вопрос мучает?

- Тун Игорь, одну повозку придется подарить Светлому Тану. Ту, которая богато обделана. У нас в Элазии не принято, чтобы у тара, тем более, у туна было что-то, чего нет у Светлого Тана. Лучше не злить нашего правителя.

- Раз надо, значит, подарим! Только там чинить надо, ничего не работает.

- К повозкам паренька вашего отнесли, который не ходит. Он сказал, что постарается за сегодня всё сделать. Ему все помогают. И остальные ваши, и степняки молодые. Туда даже маг столичный пришел, из академии.

- Тун Лоуен?

- Да. Сказал, что всё в порядке, просто кристалл отключен. Даже Давиен собрался попозже подойти. Когда раненых осмотрит.

- Тогда базара нет, как любит говорить тун Анатолий. Подарим Светлому Тану эту замечательную повозку. О, кто идет! Похоже, запустили механизм! Запустили, тун Лоуен?

- Не знаю. Я получил срочное сообщение для Тритапа эйк Вииллсвина Бесарде. Архимаг конклава поручает Вам организовать скорейшее прибытие в Эластоун всех, вызванных из иного мира. Войти в столицу следует через Северные ворота.

- А я хотел вам свое поместье показать… Хорошо, тун Лоуен. Можете идти помогать настроить повозку, предназначенную в подарок Светлому Тану. Мы с туном Игорем начнем готовиться к утреннему выступлению.

Дождавшись, когда маг отойдет на значительное расстояние, герцог негромко произнес, - Видите, тун Игорь, как необходимо сделать такой подарок, который заинтересует Светлого Тана, его покровительство поможет в свободе выбора. Архимаг уже сделал свой ход, он будет первым, с кем вы будете общаться. Поэтому он сможет настроить правителя в свою пользу.

- Архимаг за нас?

- Архимаг сам за себя. В первую очередь. Во вторую за анклав и в третью за остальных магов. Вы заинтересовали его только как гирька на его тарелку весов.

- Плохо. Я думал, хоть маги будут помогать в войне, а они просто тянут одеяло на себя.

- Победить Хиронию хотят все. Но каждый хочет, чтобы победителем назвали его.

- Да нет, ваша милость. Не все хотят. Некоторые наоборот помогают победить хиронцам. Вспомни Магун. Кто-то же позволил чужакам купить целый квартал. Вспомни крепость. Как Лоуен озадачился, когда беспилотник увидел. Значит, нашел или почувствовал знакомые следы магии. Я больше скажу, наш враг так и работает: покупает тех, кто может помочь, например, захватить город. Или шантажирует. Вспомни, магунского мага. Можешь подойти к нему, поговорить. Он с радостью расскажет, как влип в эту историю. Я уверен, что и Светлому Тану уже предлагают заключить мир пусть даже и пожертвовать чем-то. Особенно, если обе битвы можно подать, как полный разгром. А где разгром, там невозможность победить. Лучше пожертвовать малым, чем отдать всё. Только противник нацелился на всё. Я отправляю Мальтсуррака с кабареками и остатками его воинов, чтобы они купили какое-нибудь поместье. Они и в столице светиться не будут и за золотым запасом присмотрят и вещи ненужные у себя подержат. Я там, у себя всегда старался предусмотреть запасной вариант, что-то типа, если что мы будем делать, если всё пойдет не так, как хотели. Так что, ваша милость, не волнуйтесь и спите спокойно, а я пойду руководить ремонтом повозки для Светлого Тана.

***

К столице подъехали почти в полдень, больше времени ушло на объезд по запруженным дорогам к Северным воротам, чем на движение по трассе. Чего-то все подстоличные жители в этот день решили посетить столицу своей Элазии. К счастью, после поворота к Северным воротам было пусто.

К несчастью, это было связано с караулом, дожидавшимся иномирцев. Всего шестеро: маг, два лучника и три мечника. Но мечники в полных рыцарских доспехах серебристого цвета, лучники в кольчугах под цвет доспехов мечников и даже маг в хламиде цвета серебра.

А столица в относительной тишине и пустоте смотрелась сногсшибательно: ближняя невысокая зубчатая стена из потемневшего камня шла зигзагом, закрывая горизонт на протяжении трех километров. В ней открытые ворота под белой аркой, похожей на поставленное яйцо. На стене, по бокам от ворот две темнокирпичные надвратные башни с торчащими лучеметами, прикрытыми тканью. Перед стеной голое поле, вытоптанное скотиной и ни одной постройки.

За первой стеной, на значительном отдалении, возвышается вторая. Из белого камня, на три роста эрка выше первой. Причем стены были волнистыми, как листы шифера. Собин даже спросил, - Ваша милость, а почему стены такие?

- Антимагическая защита. Маги решили, что волны лучше всего гасят враждебную магию.

Собин понимающе кивнул и продолжил рассматривать. За второй стеной было видно только одно здание, похоже, что стена была выше любой столичной постройки. Но это единственное здание прямо парило, видимо, было стояло на холме, на который поднимались две широкие лестницы. Очертания белого здания сливались с небольшим облачком на голубом небе.

Не дожидаясь вопроса герцог с гордостью указала на здание, - Это Дом Элазии, в нем и живет Светлый Тан. Надеюсь, что вас пригласят.

Собин махнул Асани, чтобы тот подъехал, а потом спросил, - Асани-су, с этими справишься?

Тот оценил доспехи, позы встречающих воинов, оружие и покачал головой, - Извини, дарк-ты, с этими воинами я в одиночку не справлюсь. Здесь даже ваше оружие не поможет.

Герцог встревожился, - Ты хочешь сразиться с личной охраной архимага?

- Нет, но надо знать, сможем ли мы это сделать.

Собин повернулся к Кривичу, - А пацан где, Крейан?

- В город свернул. Но ты не волнуйся, он для связи Малявку с сестрой оставил, они с Мальтсурраком поехали. Как и Ирина Сергеевна с Принцессой. Она сказала, что остается с Мальтсурраком и обратно возвращаться не собирается.

- Она человек взрослый, сама принимает решения. Не в ковре же её похищать. Ладно, амбидекстеру все равно, в какой руке держать пипидастр. Поехали, нас ждут столичные кабаки и бордели!

И пришпорил коня. Но его не пропустили. Мечники встали на дороге полукругом, лучники наложили стрелы. Собину пришлось остановить коня. Дождавшись, когда к посту подтянутся остальные, центральный мечник, с красным кругом на груди, поднял левую руку, оставив рпавую на рукояти меча, - Повелением архимага конлава могущественных магов Элазии вам надлежит поехать в его поместье, где и насладиться его гостеприимством. Дорогу вам покажут. Светлому тару эйк Вииллсвин Бесарде надлежит отправится к своей сотне, дабы готовить её к ближайшим боям.

Стоящий позади в отдалении маг метнулся к коновязи, отвязал своего коня и со сноровкой опытного конника запрыгнул в седло. Мечники расступились, маг проехал вперед и отправился в левую сторону вдоль стены.

Собин глянул на мечников, не собирающихся расступаться или вступать в разговор и тронул коня за магом, не собирающимся оборачиваться и дожидаться невольных гостей архимага. Верный Асани пристроился чуть поодаль справа. Герцог приподнялся в седле и в знак приветствия приложил руку к груди, пока немногочисленная колонна из школьников, четверых кабареков и четырех повозок проезжала мимо его и его «дубов».

Глава 16

Часть 3. Тайны немадридского двора.

Глава 16. Ночи, полные огня

Вечер был хмурым и неприветливым из-за затянутого тучами неба и противного дождика, моросящего целый день.

Кривич, в камуфляже, на складном стульчике, дернул спиннинг и в воздухе засеребрила рыбка в две ладони длиной. Толян снял её с крючка, довольно рассмотрел и бросил в белое пластмассовое ведерко, - Похоже на сорогу. Угадал я с наживкой!

Позади, под широким брезентовым навесом подал голос паренек с бритой головой в старой рясе, подпоясанный простой веревкой, - И зачем вас сдалась эта рыбалка? Хотите рыбки откушать? Повар приготовит по любому рецепту, по какому скажете. Хотите сами поймать – я покажу, как «воздушным кулаком» по воде ударить и собирайте любую, на выбор. Это если с Хозяином реки договориться не желаете. А если договоритесь - еще проще. Подношение подарите и он сам в ваше ведерко отборной рыбки накидает, сколько поместится!

- Ничего ты, Титон, не понимаешь о жизни. У нас считают, что время проведенное на рыбалке, исключается из общего срока жизни. Понимаешь? Даже тун Игорь просто сидит с удочкой и делает вид, что рыбачит, а сам думает о возвышенном. Потом что здесь и думается по другому. Так ведь, Горян?

- Какое там возвышенное, к чертям собачьим! Не понимаю я, зачем нас сюда привезли. Не понимаю! Ладно бы в тюрьму, обидно было бы, но понятно. Так нет, со вчерашнего дня сидим с непонятным статусом, но под охраной. Уже Гуля сердится, что я на нее рычать стал, из-за этих непоняток.

- Нельзя на женщин рычать, тем более, на своих. Они услада для глаз и смысл жизни для мужа любого сословия, - раздался сбоку бас.

Собин аж подскочил и выронил удочку, а Кривич чуть не выронил, но мог поймать. И оба уставились на Титона, сложившего на груди руки сердечком и наклонившем голову перед здоровым мужиком в белой рясе с посохом выше себя, увитым длинными тонкими корнями по всей длине.

Кривич быстрее сообразил и шагнувшим к неизвестному, - Как я понимаю, Вы архимаг местного конклава магов. Приветствую, Ваше Магичество!

- Магичество?

На помощь остроумному другу пришел Собин, - Так у нас называют верховных магов. Правителей Ваше Величество, а магов Ваше Магичество.

- Пусть будет «Магичество». Я понимаю, что у вас накопились вопросы, требующие умных ответов и нашел время для ответов.

- Тогда Вам нужен тун Игорь. Но я предлагаю отложить разговор на половину хорса и угостить нашим блюдом «перекусон на рыбалке». Присаживайтесь, тун Игорь уступит место. Все-равно, ему придется мне помогать.

Архимаг с интересом уселся в такой же складной стульчик, жалобно заскрипевшим под таким весом и начал внимательно разглядывать удочку Собина.

Кривич шепнул пару слов Титону и тот рысью помчался к двухэтажному зданию из темнокрасного кирпича, у которого окна были только на втором этаже. А за домиком заводской трубой виднелась кирпичная башня, бывшая когда-то белой. Здание стояло на возвышении, поодаль от реки и молодой послушник скачками поднимался по склону.

Затем Толян вынул из ножен на ремне короткий ножик с рукояткой из плетеной бересты, вынул рыбку из ведра и начал чистить привычно-экономными движениями. Кивнул Собину на мангал и бросил взгляд на архимага, равнодушно держащего удилище, - Теперь нужно приподнять удочку, чтобы из воды показался крючок. Вот. Там еще муха болтается. Хорошо. Теперь поднесите крючок к лицу, плюньте на него и взмахните удочкой, чтобы крючок улетел в воду как можно дальше.

Кривич глянул на Собина, размахивающего дощечкой над углями и выбросил кишки в глиняный тазик, - А теперь, Ваше Магичество, смотрите на поплавок. Это та штучка необычной формы, которая болтается над водой.

Кривич вынул из ведра сразу пару рыбин побольше, приступил к чистке и глянул на архимага. Тот удивленно смотрел, как поплавок начал нырять.

- Вот видишь, Игорь, я был прав – у тебя рука тяжелая. Сколько сидел – поплавок даже не шевельнулся. А Его Магичество сел и сразу заклевало. Не хмыкай. Укладывай рыбу в решетку и начинай жарить. Спокойно, Ваше Магичество, рыба вначале попробует, что ей предложили. Я как раз успею достать подсачник и подойти. И руки так не напрягайте. Здесь акул нет, никакая рыбина вашу удочку не утащит. Очень хорошо. А тебе дергайте удочку!

Архимаг настолько можно дернул удочку, что рыба полетела в сторону берега по высокой траектории. Кривич, как повар в мультике, носился по берегу с поднятым подсачником и пытался угадать место падения рыбы. И угадал. Пойманный образец приземлился прямо по центру.

- Поймали, как в лучших ресторанах Японии, - довольный Кривич показал трофей архимагу, - теперь мы её пожарим и Вы поразитесь вкусу только что и собственноручно пойманной рыбы. Айн момент!

Толян по-быстрому почистил и порезал трепыхающуюся рыбу, выдавил сок из лимона и достал из сумки еще одну решетку. Отодвинул Собина и положил на мангал решетку с рыбой архимага. Улыбнулся Его Магичеству, - Вкуснее только что пойманной рыбы может быть печень только что убитого зимой медведя. Там прямо чувствуешь, как его сила вливается в твои органы.

Перевернул решетку и пододвинул ногой сумку Собину, - Доставай и разливай! Уже пора! А потом мне на руки польешь.

Собин переложил жареную рыбу со своей решетки на тарелку и нагнулся к сумке. Архимаг не выдержал и быстро приблизился к столу, посмотреть, как жарят его добычу и что собираются разливать. Игорь разлил из глиняной бутылки по глиняным же стаканчикам напиток и начал поливать Кривичу на руки из пластиковой «полторашки», вынутой из той же сумки.

Чистыми руками Толян переложил рыбу архимага, на отдельную тарелку, взял две стопки, одну протянул главному магу, но остановился, - Давай быстрее, Титон!

Архимаг и Собин обернулись. От дома, бегом, держа поднос двумя руками, нёсся послушник. Уже перед самым навесом паренек споткнулся и полетел. Но упасть ему не дали. Собин поймал поднос, а архимаг самого послушника. Поймал и аккуратно поставил на землю, одновременно с Игорем, который также аккуратно положил принесенный поднос на стол. На подносе лежала аккуратно разложенная зелень и овощи, похожие на земные помидоры.

Кривич начал учить, - Нужно делать так: выдыхаем, заливаем, говорим про себя «восторг» и заедаем зеленью, при желании можно и помидоркой. А когда наступает инсайд, коим в психологии называют просветление, то начинаем есть рыбку, причем руками, чтобы их потом можно было облизать. А вот потом и начинается счастье. Ну, за рыбалку!

Кривич и Собин вздрогнули и стали закусывать, стараясь не смотреть, как пьет архимаг. А тот влил в себя стопку, съел местную помидорку и взялся за рыбу. Оторвал кусочек, остановился, оценивая вкус и заработал челюстями, - Прямо, как в детстве! Мы на берегу Синеи жили, иногда получалось наловить рыбы и подарить на костре…

Архимаг поставил тарелку с костями на столик, - Удивили вы меня! А я уж думал, что всё повидал, за свою жизнь. Спасибо за рыбалку!

С последними словами кости в тарелки вспыхнули и исчезли, лицо стало чистым и посвежевшим, будто он умылся. Архимаг посмотрел на Собина, - Пойдем, поговорим?

Игорь поставил стопку и тарелку на стол и кивнул. Возник смерч, Кривич отшатнулся и на секунду автоматически прикрыл глаза. А когда открыл, то ни мага, ни Собина не было. Анатолий посмотрел на Титона, - И куда они делись?

- В башню, к архимагу. Он только там ведет беседы, потому там у него непробиваемая защита, ведь он там живет, - с гордостью за руководителя произнес послушник.

Кривич посмотрел на дом, в сторону которого махнул паренек.

- Так, подожди, мне надо время, чтобы въехать. То есть ты хочешь сказать, что они здесь, а потом вжик и там?

- Это же архимаг! Его выбрали возглавлять конклав не только из-за возраста. Ураганом переноситься любой маг второго ранга может. А вот прямо из урагана попасть в дом, закрытый рунами и без окон, это только он. Там настолько сильные руны, что кроме него, никто не сможет попасть в его башню.

- И сколько ему лет, если он самый старый в вашем конклаве?

- Не знаю точно, но говорят, что он жил еще при Первой Империи, - Титон вдруг перешел на шепот, А, может, даже, видел Первого Императора.

- Ага. Когда тот был маленький, с кудрявой головой. Помню, слышал, что-то такое. Чего-то как-то волнительно мне, Тритончик. Наверно, из-за того, что те двое так резко слиняли. Давай, составь мне компанию, в их отсутствие! У нас еще и рыбка осталась и помидорки, да и бутылек относительно полный. Все-равно, главбосса нужно дождаться, чтобы узнать, что они там с твоим хозяином решат.

- Он не хозяин, он архимаг конклава.

- Ты давай пей, потом расскажешь…

***

Вихрь, подхвативший Собина, посадил его на такой же деревянный табурет, какие стояли в ресторации при гостинице. Игорь довольно хмыкнул, - Да, это не перенос с планеты на планету, совсем другое дело, никаких последствий, - и стал оглядываться. Комната оказалась небольшой, не больше комнаты в «сталинке». Стены обшиты досками и покрыты лаком поверх огромных вырезанных рун, причем стыков между досками не было и рисунок совпадал по всей стене, будто на одну стену уходила одна доска.

Мебели в комнате практически не было: табурет под Собиным, министерский стол перед ним и грубый деревянный трон без резьбы под архимагом, внимательно наблюдающим за Собиным. Да пара закрытых шкафов у боковых стен. В комнате также отсутствовали окна и двери, неброский рассеянный свет излучал потолок, а как входили в комнату и выходили из неё Собин решил узнать позднее.

Он повернулся к хозяину и добродушно улыбнулся, - Да, хоромы не царские!

Тот наверняка не понял текст, но догадался, - Надо, чтобы было так?

Комната мгновенно преобразилась в тронный зал: всё обделано золотом, потолок выше прежнего на два этажа и во всю высоту окна и витражи. Собин усмехнулся, - А можно оставить, как было?

И комната стала прежней, только на столе появились большой матовый шар на высокой подставке да чайный набор из большого дымящегося чайника, молочницы, сахарницы, пара красивых чашек и большого блюда с горячей выпечкой. Собин даже залюбовался изображением птиц и животных на посуде, - Надо же, прямо как китайский сервис, из поставок времен нерушимой дружбы между СССР и Китаем.

Архимаг доброжелательно улыбнулся и в одну чашку из чайника полился почти черный чай. Когда чашка наполнилась, то приблизилась к хозяину кабинета, а чай полился во вторую. Собин замахал руками, - Я сам. Я всегда себе сам наливаю.

Архимаг пожал плечами и поток остановился, по шару проскочила синяя искра. Игорь взял чайник, долил заварки и разбавил сливками. Осторожно, чтобы не пролить, переставил чашку поближе. В голове забегали мурашки, вызвав вал разнообразных мыслей. Собин быстро посмотрел на мага, но тот равнодушно потягивал чай из своей чашки.

Неожиданно Собин психанул, в голове осталась одна мысль «ЭТОТ ГАД ЧИТАЕТ МОИ МЫСЛИ!». Игорь потянулся к своему бунч-темон, чтобы изрубить урода. Но лопатка осталась в спальне, где он ночевал с Гулей. Она почему-то всегда волновалась, когда Собин носил лопатку с собой и всячески старалась разлучить её с Игорем.

Шар приобрел цвет грозового облака, в нем заискрили мини-молнии. Это, да еще отсутствие бунч-темона привело в чувство Игоря Вадимовича. Он взял чашку, начал потягивать чай и полностью сконцентрировался на этом деле. Мысль ушла и на душе стало спокойно. Собин усмехнулся над «очередной проверкой».

Архимаг беззвучно поставил пустую чашку на стол, - Теперь я готов ответить на вопросы.

Собин неторопливо допил свой чай, тоже поставил чашку и стал водить пальцем по ободку.

- Нам кажется, что мы полностью выполнили условия призыва и хотим вернуться домой. Кроме этого, вы должны вылечить нашего бойца, получившего сильные ожоги. Парень стал инвалидом потому, что защищал вашу Элазию.

Архимаг поморщился и стол опустел, вместе с чашкой из рук Собина.

- Выполнили вы условия призыва или нет, может решить только Светлый Тан, да продлит Небо дни его жизни. Даже если бы лично я и захотел, то конклав не сможет вернуть вас и вылечить вашего бойца одновременно. В последнем сражении мы потеряли двух магов первого ранга и теперь не сможем образовать Полный Круг. Так что, если даже Светлый Тан и примет решение о вашем возвращении, то конклав сможет либо перенести вас, либо исцелить раненого. Причем точное возвращение не гарантируем. Еще вопросы?

У Собина задергалась жилка у глаза, он сделал полный вдох и задержал дыхание. Помогло слабо, но нужные мысли пришли. Он выпрямил спину, - А можно еще чаю? А то я про выпечку забыл, а от такого ответа резко оголодал.

Архимаг даже не стал проявлять эмоцию, как на столе всё снова появилось, даже на тех же местах и чашка в руке Игоря. Собин налил чаю, но на этот раз не стал доливать сливок, взял ближайшую булочку и откусил. Булка была без начинки, только сверху помазана тонким слоем ярко-розового джема. На вкус оказалась хоть и горячей, но освежающей.

Собин неторопливо доел, также неторопливо допил, вытер руки одну об другую и сам решил посмотреть на мага через шар. Уставившись в него, он высказался, - И как узнать, какой результат устроит Светлого Тана?

- Об этом может знать только сам Светлый Тан. К сожалению, его настроение легко меняется.

- Плюс к этому, шпионы Хиронии, которые предлагают мир, угрожая полным разгромом Элазии.

- Откуда у вас эти сведения?

- Как у нас говорят: «из открытых источников» - мы послушали, что говорят жители Элазии, пойманные враги и сопоставили. В Магуне шпионы Хиронии купили целый квартал в городе, они шантажом заставили действовать местного мага в своих интересах. Тун Лоуен очень удивился, когда увидел, кто заряжал кристаллы беспилотника хиронцев, атаковавшего крепость. Глупо думать, что в Эластоуне их нет. А, значит, они будут препятствовать. Как это проще всего сделать? Во дворце Светлого Тана! Вроде бы, всё логично. Сказали паре-тройке придворных, что они будут кататься, как сыр в масле, если власть захватит Лорд Хиронии, отсыпали золота и дело в шляпе.

- Я поговорил с магом, собравшим те кристаллы. Он поклялся, что не знал, что их отправят в Хиронию, он получил заказ от одного тара, его проверяют. Про предателей в Доме Элазии я знаю, они не опасны. Вас привезли в мое поместье, чтобы подготовить к приему во дворце.

- Знаете, в нашей истории были моменты, когда небольшая кучка заговорщиков находилась в нужное время в нужном месте и всё у них получалось.

- Не поделитесь?

- Охотно. Скажем, они узнают об отъезде правителя и прерывают поставки продовольствия в столицу. Начинается бунт. Или городские власти закрывают глаза на ночных гостей. Совсем закрывают. Город в хаосе, заговорщики захватывают дворец, правитель умирает. Его отравят или его убьет спятивший охранник, сейчас не важно. Суть в том, что действует небольшая горстка, причем в таких местах, куда приличному туну соваться стыдно.

Попытка Собина не удалась. Он концентрировался на шаре, держал в поле зрения архимага и говорил. Но шар всего лишь изменил матовый цвет на цвет байкальского льда, а архимаг оставался таким же безэмоциональным.

- Повторяю. Это всё не важно, особенно, если сумеете произвести благоприятное впечатление на нашего правителя.

- Понятно. Значит, мы должны произвести самое благоприятное впечатление на правителя. Что же, будем стараться, это в наших интересах. Вспомнил, что меня крайне интересовало! Ваша система религии. У нас всё просто: есть сын божий, который является посредником между людьми и богом. А у вас всё крайне запутано. В каждой роще свой Хозяин, в городе свой святой. Как вы в этом не путаетесь?

- Потому что всё просто. Зачем простому селянину высшие силы? Что он у них будет просить? Урожай и здоровье для семьи? Так с этим справится местный Хозяин. В городе сложнее, поэтому там за порядком следит местный святой из первых жителей города. А вот уже они, при необходимости, обращаются к Высшим силам, если не могут справиться сами. Как и маги конклава, которые тоже могут обращаться на прямую.

- Понятно, отношения с Высшими силами строятся по уровням. Чем выше уровень, тем больше бонусов и ответственности. То есть, простой маг какого-нибудь третьего ранга может обратиться к Богу, если он работает с конклавом или организует перенос иномирян, а простой светлый тар, занятый всего лишь управлением своей провинции, только к святому своей провинции.

- Вы удивительно прозорливы, тун Игорь. Еще вопросы будут?

- Конечно! Если Светлый Тан изволит дать свое разрешение, как быстро вы сможете переместить нас обратно с абсолютной гарантией?

- Ближайшее наилучшая ночь будет через две седьмицы, тогда мы сможем восстановить количество магов в конклаве и перенести вас. И еще, тун Игорь. Вы, почему-то постоянно произносите «Светлый Тан», но это неправильно. Правильно будет «Сиятельный Тан». По крайней мере, в Доме Элазии необходимо говорить только так.

- Невероятно благодарен вам, Ваше Магичество. А можно еще одно пожелание: можно с собой захватить плюшки и чай, мы так соскучились по вкусной еде?

Архимаг, как обычно, даже глазом не повел, но перед Собиным на столе появилось два полных холщовых мешка. Собин встал, схватил мешки и поклонился архимагу, - А вот за это отдельное иномирское спасибо…

И не успел договорить, как оказался на прежнем месте. Собин задумался, - Надеюсь, он мне пендаля не выдал?

- А теперь за сбычу мечт!

Собин подошел к навесу. Кривич помогать Титону выпить, запрокидывая его руку со стопкой ему же в рот. Влив алкоголь, Кривич осторожно опустил голову парня на стол, выпил свою стопку и закинул в рот помидорку.

Собин подошел к столу. Кривич заметил его и заполнил стопки, - Ну, как поговорили?

Игорь взял бутылку, закрутил воронку и запустил её в свое горло.

- Что всё так плохо?

Собин съел последнюю помидорку и принялся за рыбу, - Всё еще хуже. Надо идти и собирать общее собрание, будем обсуждать сегодняшние новости.

- Подожди, надо Титончика отвести, нельзя его здесь одного оставить, мало ли.

Кривич затряс Титона, - Рота, подъем! Титон, надо идти домой идти, баюшки делать. Проспишься – человеком станешь.

Послушник встал с закрытыми глазами, нащупал круглый талисман, издали похожий на монетку и положил её на бритую макушку. Со звуком «ом-ра!» сделал глубокий вдох и на звук «ха» резкий выдох. После чего осмысленно посмотрел на Кривича и произнес неожиданно трезвым голосом, - Не надо баюшки, дел много. Тун Толян, я и тебя могу протрезвить. Сделать?

Ошарашенный Кривич только помотал головой.

- Тогда я пойду. А мы и в самом деле хорошо посидели. Надо будет как-то повторить.

Титон собрал грязную посуду и тазик с рыбьими потрохами и направился к дому на холме. Кривич неотрывно смотрел вслед, - Чего-то я начинаю ненавидеть магов. Вот как с ними пить после этого?

- Но он же и тебе предложил протрезветь.

- Если бы я хотел быть сегодня трезвым, я бы был им. А он… весь кайф обломал, противный!

- Ладно, Толян, давай по одной и к нашим пойдем. А по дороге я тебе всё расскажу.

***

Архимаг задумался и продолжал смотреть в шар прежнего матового цвета. Стена со шкафом сдвинулась и в комнату вошел пожилой пузатый эрк в мятой хламиде, невысокого роста и бритый. Он увидел, что архимаг задумался и молча поклонился. От движения архимаг очнулся и пришел в себя, - Говори!

- Вы были правы, Многомудрый. Этот тун действительно может быть дашин-темоном.

- Я это понял во время разговора. Этот наглец попытался воздействовать на мой Шар Истины! Я еле сдержался, чтобы не сжечь его.

- Жаль, что мне не удалось увидеть «Живое Пламя» в действии. Я нужен?

- Можешь идти обедать. Я вызову тебя, когда ты будешь понадобтшься.

Бритый склонил голову и попятился обратно. Стена за ним встал обратно. Архимаг снова стал смотреть в Шар Истины, неожиданно поднял голову, - Вернись!

Дверь приоткрылась, в пролете застыл склоненный бритый.

- Что там тун сказал про убийство правителя? Что-то необычное...

Бритый исчез в своей комнатушке и появился с кубиком красивого малинового цвета с широкой зеленой полосой по боковой грани, поднял кубик на уровень глаз. Его зрачки быстро забегали, будто он читает в кубике текст. Вдруг движение зрачков прекратилось, из кубика донесся голос Собина «Его отравят или его убьет спятивший охранник».

Бритый вопросительно посмотрел на архимага. Перед тем на столе появился письменный набор из чернильницы в виде большой пирамидой и торчащего сверху короткого пера, тоненькой пачкой бумаги и песочницей в виде вставшего дракона. Глава конклава закрыл глаза, сосредоточился и из набора на стол сполз лист бумаги, перо приподнялось, встряхнуло чернила и начало бойко чиркать по листу. На миг зависло, зачеркнуло слово и продолжило записывать текст.

Дописав, вернулось на верхушку пирамиды и уснуло. Зато проснулся дракон, шагнул к письму и из его горла вылетела струя песка и присыпало написанный текст. Дракон хлопнул крыльями, как гусак, песок слетел с листа и дракон вернулся на место. И, в завершении всего, пирамида приподнялась, из под неё выползла полупрозрачная черепаха, доползла до середины листа и легла. Панцирь увеличился в объеме и накрыл написанный текст и текст исчез.

Архимаг облегченно выдохнул и, подгоняемый его дыханием, лист полетел к бритому, который уже распахнул папку для бумаг. Письмо улеглось в папку и помощник беззвучно закрыл её.

- Передашь Мастеру церемоний в Доме Элазии, - бритый склонил голову и стал пятиться в свою комнатушку пока за ним не закрылась стена.

Неожиданно на столе появилась песочная фигура сфинкса с мордой крокодила. Его глаза вспыхнули красным, но через секунду поменяли цвет на желтый. Архимаг вытянул левую руку, к пальцам прилип посох. Архимаг поставил посох к стене позади себя, попытался взять. Неудобно.

Тогда он навалил его на левый край стола и погладил верхушку, торчащую над столом. Посох отозвался зелеными искорками по всей длине. Хозяин дома задрал правый рукав, приподнял руку и прошептал слово. Позеленевший медный браслет на правом запястье начал светиться, по кругу побежали светящаяся вязь слов, от которых потянулись огненные нити к посоху, к шкафу, за которым была комната помощника, к освещению на потолке.

Архимаг опустил рукав и сцепил руки. На стуле Собина оказался крупный маг в фиолетовой хламиде из дорогой намагиченной ткани, что чувствовалось по слабой подсветке хламиды.

Незнакомец поставил свой посох из красного дерева слева от себя и тот остался стоять, ни на что не опираясь, затем опустил руки на стол. Архимаг спросил равнодушно, - Зачем ты пришел? Я не звал тебя.

- Я хочу знать твой окончательный ответ.

- Он не изменился. Я не стану тебе помогать.

- Тогда я убью тебя.

Незнакомец отвел влево руку, посох поднялся над столом и лег на руку горизонтально. Одновременно с этим появилась зеленая прозрачная стена, закрывшая архимага от незнакомца.

Чужак приподнял пальцы правой руки и его посох раскалился до красна и стал прожигать полусферу архимага, но защита не поддалась. Архимаг довольно ухмыльнулся. Незнакомец сформировал фигуру из пальцев и из-за его спины взлетел короткий меч из странного коричневого материала.

В глазах архимага промелькнула тень удивления. Он расцепил руки и сделал левой рукой короткое толкающее движение, его посох начал медленно, но уверенно приближаться к лицу незнакомца, как кий к шару. Нападавший не обратил на это никакого внимания. Он сконцентрировал взгляд на своих руках и сделал неожиданное движение вперед.

Меч с шипением уверенно начал резать стену, как опытная хозяйка пирог. По разрезу возникали и шипели клубы пара. Меч как бумагу разрубил защиту и опустился на правую руку архимага, как масло, разрубая кости. И сразу всё изменилось.

Посох архимага с грохотом упал на пол, стена исчезла, на лице хозяина появилась страдание, а посох незнакомца пришпилил архимага к креслу. Чужак встал, полюбовался судорогами архимага и покачал головой, - Филин, Филин. Когда тебе в академии дали это прозвище, то думали, что ты будешь мудрым, как филин. А ты оказался слепым при дневном свете, как ночная птица. Ты надеялся, что твой оберег в браслете защитит тебя от удара стали, но ты и подумать не мог, что тебя убьют глиняным мечом. Да, Филин, тебя убил подарок иноземца – меч-кера-мика. Несмотря на смешное название…

Шкаф резко ушел в сторону, в комнату ворвался запыхавшийся бритый помощник и наставил на незнакомца свой посох, с которого сорвалась молния, исчезнувшая в защите незнакомца, который правой рукой сделал сжимающее движение. Бритый побагровел и упал на пол.

Чужак дождался, когда меч вернется в ножны за спиной, а посох в руку и встал в середину комнаты. Неожиданно бросил взгляд на комнату за шкафом и оттуда к нему приблизилась папка бритого. В полете она раскрылась и бумаги повисли перед незнакомцем, как белье на веревке. Незнакомец окинул их взглядом и повернулся к архимагу, бумаги разлетелись по всему полу.

Чужак вынул из хламиды кожаную бутыль, наклонил её икровь архимага, разлитая на полу, смерчем устремилась в бутыль. Незнакомец заполнил бутыль, спрятал, сделал шаг назад и исчез.

***

Гуля тихонько забралась в салон через водительское место. Пробралась через широкие кресла и заглянула на импровизированную постель из двух спальников, на которых, раскинувшись на спине, лежал Собин под простынкой. Он смотрел в потолок и не замечал, что простыня сбилась и прикрывала только нижнюю часть тела, да и то частично. Гуля прилегла рядом, поправила простынку и положила голову на грудь, - Я думала, ты спишь.

- Я и спал. Хороший у тебя полог тишины получился – действительно полная тишина. А потом будто кто-то наклонился надо мной и стал рассматривать. Я проснулся, а вокруг никого. Вот, лежу и думаю, к чему это.

- Надо же! И мне чего-то сердце сдавило. Я заварку в чайник быстренько насыпала и сюда.

- И сколько твоя заварка будет завариваться?

- Минут пятнадцать, а что? Собин, ты чего делаешь?

- Пока целую любимую женщину. А потом воспользуюсь тем, что она научилась ставить полого тишины и улучшу ей настроение. Ты не поверишь, у тебя сейчас гормоны счастья начнут вырабатываться…

- Ужин остынет...

- После собрания холодным съем, если ты меня покормишь!

- Куда я денусь, подневольная восточная женщина...

Место гостям архимага отвели подальше от усадьбы, на большом выкошенном лугу. Кривич распорядился поставить повозки с краю, наподобие волнорезов, между которыми народ поставил палатки. И если повозки, стоящие по линии, придавали поляне армейский колорит, то палатки поставили, как говорится, по велению души. Из-за чего поляна стала похожа на бильярд, повозки на лузы, а палатки, соответственно, на незабитые шары.

Примерно такие мысли думал Собин, когда всё-таки выбрался из уютного салона на вечернее собрание. Так как собрание сегодня было официальным, то он нацепил кобуру и повесил бунч-темон, как красиво кабареки назвали его саперную лопатку.

Пока он с Кривичем дожидались прихода дежурных, заканчивавших мытье посуды и установку чайника посередине круга, Игорь поделился своей мыслей с Толяном. На что тот равнодушно пожал плечами, - Может, и похоже. Я вот другим озадачился: как маги расслабляются, если даже Тритон запросто алкоголь в организме нейтрализует. Ты-то что думаешь об это, Горян?

- Здешние маги, они магией через голову занимаются. В смысле, концентрация и все потоки головой контролируют. А, значит, и расслабляются через нее.

- Наркотой, что-ли? Или мухоморы жрут?

- С мухоморами, это к шаманам. А маги, как я думаю, по-другому стресс сбрасывают. Через адреналин или расслабуху какую. Да какая разница! Оденут на него браслет, как на того, в Магуне и расслабится он до самой смерти. Кстати, архимагу очень даже на рыбалке понравилось.

- А кому может не понравиться рыбу ловить?

Подошел Семен, - Все собрались.

- Ну что, дамы и господа, благородные туны и прекрасные тунны. Надеюсь, после ужина все сытые и добрые? – Собин встал и шагнул навстречу сидящим школьникам.

Те заулыбались и закивали.

- Значит, не зря мы столько рыбы наловили, - Собин увидел Титона, скромно сидящего отдельно от других, - Между прочим, мы не только вас рыбой накормили, но и угостили главного архимага местного конклава. За что он рассказал мне две новости…

- Хорошую и плохую, - Дозырин, как обычно, не смог не выделиться.

- Точно так, хорошую и плохую. Чтобы не нарушать пищеварение, начну с хорошей. Архимаг сказал, что через две недели будет благоприятная ночь, чтобы организовать возвращение.

Собин дождался, пока стихнут радостные крики и продолжил, - А теперь плохая новость. Причем три. Первая. Еще не получено разрешение на процедуру от Сиятельного Тана. Вторая. Архимаг не дает стопроцентную гарантию успешности переноса потому что у него хватает магов в конклаве. А не хватает из-за того, что они погибли в сражении. Но есть такой вариант: через две недели они излечивают ноги Витюши, а переносят нас через год. И вот уже этот вариант со стопроцентной гарантией. Ваше мнение, коллеги?

Возникла многозначительная пауза. Взволнованный Дозырин вскочил.

- А я считаю, что нужно рискнуть и попробовать вернуться!

Он оглядел сидящих, все отводили глаза, никто не хотел его поддержать.

- Не знаю, как остальные, а я здесь больше не могу! Я по черному хлебу соскучился и по жареной картошке. А Виктора там врачи вылечат, у него ничего такого нет, что вылечить нельзя. А я хочу с нормальными девчонками знакомиться, а не с этими зелеными страшилами!

- А кто-то вчера, между прочим, хвастался, какую экзотическую телку он уговорил. И какой бесподобный секс был. Если я правильно цитирую, то «первый раз в жизни так трахался!», - сообщила Коронина ангельским голоском.

Дозырин смутился, - Чего не скажешь, чтобы повысить свой авторитет. Но у меня родители волнуются...

- Ну да, ну да...

- Ты-то чего предлагаешь, Коронина? Знаешь ведь: критикуешь - предлагай!

- То же самое, что Игорь Вадимович хотел предложить, но не стал навязываться: вначале лечим Витюшу, а потом договариваемся о возвращении.

- Ты вот что еще подумай, Иннокентий! - подключился Кривич, - Вариантов два с переносом, на самом деле: либо ты один или с группой сотоварищей возвращаетесь обратно в точку перехода. Либо мы все рискуем попасть неизвестно куда. Если повезет, то в наше время, пусть и в какую-нибудь Колумбию. Так как большинство не планирует рисковать, рассмотрим первый вариант - ты возвращаешься один. Переносишься на ту же самую поляну, идешь к ближайшему участковому и говоришь «Товарищ полицейский, наш класс перенесли в параллельную Вселенную, а я вернулся». Как ты думаешь, через сколько лет ты своих родителей увидишь?

- Да и узнаешь или нет, тоже неизвестно, - не упустила своего Коронина, - тебя же в дурку запрут, стопудово! И колоть будут уколами!

Покрасневший Дозырин только и смог вымолвить, - Извините меня, я не подумал... Просто меня уже ломает без Интернета. - и сел обратно.

Пришлось Игорю идти на помощь, - Кент сказал, что думал, за что его так прессинговать? Я, вообще-то, тоже о таком думал. Что делать, у всех бывают слабости. И еще немного информации для размышления: когда нас перенесли, по ящику говорили о Ковиде 22. Ну, когда у человека слюна капает постоянно. И тут такой, весь в белом, Кеша приходит. Да из-за него вакцинисты с психиатрами передерутся. А потом вместе заявят: это новое психическое отклонение на почве ковидобоязни. Вы все, на досуге, вот еще о чем подумайте: на вражеской стороне есть стационарный портал, через который те, кто в теме, перемещаются безо всяких проблем. И если мы до него доберемся, то сможем попасть на Землю раньше, чем через год, да еще не с пустыми руками. А иначе, но это моя имха, нам отсюда не вернуться. А вот теперь давайте пить чай, у меня в горле совсем пересохло.

Чаю удалось выпить только полкружки. После того, как от поместья к ним двинулся отряд из одной полностью закрытой повозки и двух десятков конных в одинаковой форме, в вечернем свете выглядевшей черной, допивать не было никакого желания.

Повозка остановилась в отдалении, конные направились прямо к вскочившим землянам. Пятеро спрыгнули с коней и сразу пошли к Собину. Выглядели они устрашающе: в полных черных доспехах, даже шлемы сплошные, через которые не видно лица и у всех короткие черные мечи. За ними десяток арбалетчиков встал цепью на краю поляны. Арбалетчиков прикрыла пятерка мечников, тоже в одинаковых черных доспехах.

Кто-то ахнул «Назгулы!». Один из первой пятерки подошел к Собину, четверо образовали еще один полукруг и встали позади на два метра.

Главный встал в метре от Собина и сообщил скрипучим голосом, - По повелению Сиятельного Тана Элазии я должен арестовать и препроводить в Карх иномирцев, называющих себя тун Игорь, тун Семен и тун Анатолий.

Слева от Собина возник Асани с рукой на сабле. Собин левой рукой отодвинул его назад и поинтересовался у местного спецназера, - А документ на арест есть? А то очень хочется знать, за что нас хотят замести.

Спецназер левой рукой откуда-то из-за спины достал тубус, полыхнувшийяркой вспышкой и передал Собину скрученный лист, в который трансформировался тубус. Собин для порядка проверил отсутствие печати и наличие подписи на поллиста и уставился в непонятный текст.

Пришлось повернуться к своим, - Гулю позовите! И кто у нас лучше всех читает по-местному?

Гуля подскочила когда он даже не закончил фразу. Собин протянул ей документ, - Здесь должна быть голограмма печати, попробуй увидеть.

Гуля прикусила губу от волнения, подняла лист на уровень глаз, закрыла один глаз, открыла, дунула на лист и что-то сердито прошептала по-башкирски. Над листом возник замок с пятью остроконечными башнями, стоящий на остриях пяти мечей, рукоятями стоящими на остриях перевернутой пятиконечной звезды. Молодняк ахнул.

Рядом с Гулей появился важный Малявка в новой одежде и взял у неё постановление об аресте. Пробежался по нему глазами, что-то пошевелил губами и начал медленно читать, - Я, Сиятельный Тан Элазии, сим документом за моей подписью повелеваю заключить в замок Карх иномирян, именуемых тун Игорь, тун Семен и тун Анатолий для выяснения их вины или безвинности в деле о смерти архимага конклава Элазии. Всё! Дальше подпись и дата сегодняшняя.

Собин даже удивился, - А ты чего тут делаешь? Ты же с Крейаном должен быть! Ты и твоя сестра.

- А! Скучно там, здесь веселее.

- Смотри, как бы и тут скучно не стало, - Собин прижал к себе Гулю и зашептал на ушко, - Ждите неделю, не больше. Если за вами приедут или начнут наезжать – через Малявку встречайтесь с Крейаном, пусть он отправит вас к герцогу, тот не выдаст.

Спецназер зарычал скрипучим голосом, - Не положено! Тихо - не положено!

- Асани! Будешь охранять её, как меня!

Асани хлопнул себя по груди. Кривич тоже решил раздать ЦУ, - Парни! После нашего ухода закройте все повозки, особенно подарок Сиятельному Тану. А то кто-нибудь насрет в салоне, а нас и в этом обвинят.

- Хватит!

Семен перехватил инициативу у Толяна, - Занятия не прекращать, за старшего остается Лопатина. Слушаться её, как меня!

- А если вы не вернетесь, - со слезами спросила Коронина.

- Наташа, ты чего? Забыла песню «А не спешите нас хоронить!»? Вот и ты не спеши. Если через неделю не появимся, включайте план «Казино».

- Всё, хватит! Сдать оружие и надеть это! – полицейский спецназер протянул наручники, по цвету похожие на ошейник на маге в Магуне.

Собин снял ремень с кобурой и лопаткой в чехле и спросил у Гули, которую Таня Лопатина уже оттащила на безопасное расстояние, - А маг где? Которого из Магуна привезли.

- В какой-то повозке с семьей устроился. А что?

- Просто непонятно, почему его никто не забрал…

Охранник забрал ремни с оружием, сцепил на руках противомагические наручники всем троим и швырнул их к своей четверке. Те ловко поймали свежих арестантов и потащили их к своей повозке.

В ответ на возмущенный гул старший заторопился за своими, а отход остались прикрывать арбалетчики.

Около открытой двери повозки выскочивший жирдяй ловко накинул каждому на голову мешок и помог затащить их в повозку. Дождавшись, когда повозка отъедет, охрана запрыгнула на коней и пристроилась позади поскрипывающей повозки.

***

Дверь открылась. Игоря остановили в проеме двери, разделившим светлый коридор и темную камеру, сдернули с головы мешок и втолкнули в помещение. Собин по инерции пробежал несколько шагов и влетел в стену. На ощупь потрогал руками в так и не снятых наручниках, стена была из больших плохо обтесанных камней, между которыми удалось нащупать щели, не заполненные местным аналогом цемента.

Собин развернулся. В свете маленького окошка в двери он определил размеры своей камеры: три на четыре. Игорь усмехнулся, - Да уж, и это на царские хоромы!

Он спиной сполз по стене и вытянул ноги. Закрыл глаза и стал думать. Но голодный желудок начал громко протестовать.

- А действительно! Я ведь так и непоужинал!

Собин вскочил, подбежал к двери и начал стучать, - Охрана! Где мой ужин? Где мои макароны?

В коридоре раздались шаги, Кто-то подошел к двери.

- Ну?

- Почему ужин не даете?

- Тебя поздно привезли, на довольствие с утра поставят.

- А за денежку покормите?

- Не положено!

- Ну, как скажешь. Только учти, мы, иномирцы, люди слабые, если не поужинаем, то утром идти не сможем. Придется нас нести. Уж не знаю, как на это посмотрит допрашивающий.

- У нас только каша осталась, без мяса.

- А если я монету дам, сможешь нормальной еды принести?

- Какую-такую нормальную?

- Которую туны за деньги едят.

- Такую... За такой ехать надо. Полхорса туда, полхорса обратно.

- Золотой платить придется?

- Заплачу! Только чтобы мясо было жареное, хлеб и вино. Ну и себе купи что-нибудь, что захочешь.

- Себе? На золотой?

- Не тупи! Я тебе даю золотой и ты мне еды через хорс приносишь и себе.

- За золотой? Так это много!

- Ты еще и честный? Значит, повод будет с напарниками выпить за моё здоровье.

- Так, может, записку кому передать, за золотой-то?

- Только если Сиятельному Тану в Дом Элазии. Чтобы он подарок забрал от иномирцев с подворья архимага, а то тун Игорь опасается за сохранность. Что украдут мой подарок, короче.

- Нет, туда не пойду!

- Ну и ладно, тогда ужин неси.

- Ужин? Это кашу без мяса?

- Нет, это который туны за деньги едят!

- Золотой давай! А то путаешь меня без меры.

Собин вытащил золотую монету из кошеля, пришитого изнутри к джинсам и положил на ребро открытого окошка двери, дождался, когда охранник возьмет монету и закроет окошко и отошел к дальней стене. Опустился по ней на пол, протянул ноги и только закрыл глаза, как окошко снова открылось и уже другой голос, хриплый, спросил, - Эй, ты, задержанный?

- Я здесь, - не открывая глаз ответил Собин.

- Сам знаю, что здесь. Это ты золотой Туму дал?

- Дал и попросил, чтобы он мне ужин принес, раз я к вашим макаронам не успел.

- А записку отнести Сиятельному Тану в Дом Элазии тоже попросил?

- Это у меня от голода ум помутился. Записку завтра следак после допроса должен отнести.

- Шустрый ты больно!

- А что делать? Пока мы с тобой языки чешем, мне всё голоднее, а когда голоднее, то Элазия всё в большей опасности от хиронских шпионов и вредителей. Понимаешь? Я от голода умираю, ты вино халявное не пьешь, тоже, получается, страдаешь и только проклятые хиронцы радуются.

- А где такое вино продают «халявное»?

- Это далеко, у нас на Земле. А здесь любое сгодится, только чтобы не кислое.

- Шутник! - невидимый собеседник закрыл окошко.

Собин подождал пару секунд продолжения беседы, не дождался и начал ритмично дышать. Вскоре он вырубился. Очнулся Игорь от резкого открывания двери и яркого света в глаза. Собин прикрыл глаза рукой и с удовольствием потянулся, - А что так долго? Я уже выспаться успел.

Здоровый эрк под пятьдесят с седым «ёжиком» на голове засунул за пояс двухзубцовую вилку с локоть длиной, поднял фонарь повыше, осветил камеру, убавил яркость, повесил фонарь на крюк у двери и подошел к Собину. Игорь успел рассмотреть, что он в грубом кожаном костюме, прежде чем тот произнес, - Принесли, как и обещали, через хорс. Ну, может, чуть поболе.

- Всё, как заказывал: еда из едальни для тунов, - это Тум вошел в камеру с большой холщовой сумкой. С такой же Собин приехал на рыбалку к Толяну, только та была синтетическая и прямоугольная. Но по объему один в один.

Тум растерянно оглядывал камеру. Собину даже смешно стало: молодой здоровый парень, вылитый орк из игрушки, такой же лохматый и зеленый и с таким недоуменным выражением. Он встал и потянулся, - А, может, у вас, в дежурке поужинаем? Заодно и поговорим. У нас говорят «за беседой и еда вкуснее».

- Куда уж вкуснее! Золотой пришлось отдать без двух серебров, - тихо возмущался Тум.

Старший изучал ждавшего ответа Собина. Тот не выдержал.

- Да не сбегу я! Не сбегу! Просто поесть хочется в человеческих условиях. По-вашему, как туны едят.

Старший молча кивнул на выход, но добавил, - И не вздумай там! Чего лишнего… На Тума магия не действует, он за раз тебя скрутит.

Ужин прошел в теплой и дружеской обстановке. Теплота выразилась в возможности есть столовыми приборами и за столом в освещенной комнате (источником света был всё тот же фонарь, только подвешенный в дежурке и с убранными шторками, отчего свет был рассеянный, а не режущий, как раньше).

Дружескость выразилась в неторопливом поедании ужина под вопросы Тума.

- А вы откуда?

- С планеты Земля. Наш мир называется Земля.

- А почему его так назвали? Это маги его так назвали? У вас земли мало?

- Почему такое название – не знаю. Земли у нас много, а магов очень мало, правильнее, их вообще нет.

На такой информации Тума завис. В тишине Собин доел мясо с овощным гарниром, допил вино в грубо слепленной глиняной кружке и даже затер корочкой хлеба соус. Виновато вздохнув, вытер рукавом лицо и руки, добил Тума фразой, - У нас вместо магов техники. Здесь в Хиронии маги повозки всякие делают и оружие из металла, а у нас этим техники занимаются. Ставят вместо магических кристаллов двигатели, на которых те повозки ездят или на которых станки работают, которые всяческие изделия из металлов изготавливают. Вот так и живем, худо-бедно…

Собин кивнул на дверь главному, внимательно слушающему и под разговор потягивающему вино и встал. Главный взял ключи и повел Собина в камеру, которая должна стать ему домом на ближайшие дни. Это Игорь так надеялся.

Едва усевшись и навалившись на стенку, Собин вырубился. Снов не было, только провал в великое Ничто.

Откуда его вытащила покойная жена. Она подошла к нему в платье, которое надевала накануне своей смерти и взлохматила стрижку на голове, - Эх, Игорь, Игорь! До чего же ты докатился! Попал в тюрьму, да еще на чужой планете…

Собин открыл глаза. Вокруг никого. Сон пропал. Игорь Вадимович закрыл глаза и стал ритмично дышать, надеясь уснуть. Вскоре между вдохами-выдохами он услышал шуршание. Стараясь не обращать на него внимание, Собин продолжил ритмичное дыхание.

По его рукам протянули холодную веревку. Собин равнодушно подумал «Змея проползла. Интересно, какой породы». И услышал легкое шипение у лица. После плотного ужина глаза открывать было лень и он приоткрыл только один глаз.

Собин усмехнулся, - Следующим пунктом нашей программы смертельный номер «Не спи, замерзнешь!». Да и кракен с вами! Делайте, что хотите, а мне минут шестьсот надо поспать, иначе завтра я не человек». Собин лег на пол и свернулся калачиком, подложив под голову руки в антимагических наручниках. И уснул.

Собин проснулся от лязганья ключа в двери. Пробуждение было тяжелым: всю ночь в него тыкали трезубцами черти, щелкали пастью крокодилы, а по ногам топали бегемоты.

Вошел старший тюремщик со своей длинной вилкой в руке. Увидев, что Собин проснулся, кивнул на выход, - Пошли, узнавающий ждет.

- Умыться можно? Не хотелось бы его напугать до смерти. Да и завтракать пора…

- Некогда! Да и не напугать его ничем.

Собин пожал плечами и пошел к дверям. Конвоир остановил его и приказал одеть широкий тяжелый пояс из какого-то металла, обжитый дерюгой, после чего снял с него наручники. Пока Собин отвернулся и разминал руки, конвоир выдернул крюк, на который вчера вешал лампу и заменил в нем темно-синюю пластинку.

В коридоре конвойный остановил Собина, прицепил к поясу цепь, вторым концом прикрепленную к поясу охранника и повел его к повороту. Коридор был старый и некрашеный, сквозь осыпавшуюся штукатурку виднелись старая кирпичная кладка, покрытая мхом. У поворота конвойный перекинул цепь со своего пояса на вилку и шагнул с Собиным в поворот.

Они оказались в тумане, вышли в совсем другом месте, где стены были покрашены в приятный светло-зеленый цвет. Конвойный остановил Собина у кованой двери, накинул цепь на крюк у двери и вошел. Цепь оказалась короткой и Собин попробовал её снять с крюка, но в ответ на попытку получил разряд в руку, которая сразу же отнялась.

Конвойный вошел в помещение и вытянулся перед одутловатым эрком в помятом желтом сюртуке с мешками под глазами, навалившимся на большой прямоугольный стол у стены - Мен Узнавающий, арестованный для допроса доставлен!

- Да не ори, ты, Думан! Не видишь разве моё состояние. Кого привел?

- Иноземец, обвиняется в убийстве архимага.

- Зенон, что на него имеется?

Худой секретарь в черном костюме, выглядящий на 30 лет, приподнялся из квадратного стола в углу и взял с этажерки большой кожаный мешок, - Последним видел живого архимага, на его бунч-темоне нашли кровь архимага. Сам бунч-темон сняли с арестованного перед арестом.

- Вот теперь всё понятно. Заводи арестованного, Думан, пусть подписывает признание и идем в едальню, меня голод арестовал.

Следователь засмеялся хриплым голосом, но тут же схватился за голову, - Они что, «ящеров дурман» в вино добавили?

Конвойный подошел ближе и понизил голос, - Осмелюсь добавить, что арестованный не прост, вам надобно это учитывать. Вчера, как только в камеру вошел, посулил золотой племяннику, если тот приличный ужин принесет.

- Вот видишь, Зенон, как убийца живет в тюрьме Сиятельного Тара: еду за золото заказывает, шаманское отродье!

Секретарь усмехнулся, показав, как весело пошутил следак. А конвойный помотал головой, - Да не убийца, он! Убийцы себя так не ведут!

- На мое место метишь, Думан?

- Да ни за какие деньги не соглашусь! Но только задержанный вчера сказал, что докажет, свою невиновность, для этого сюда и пришел. И «ночной» амулет к утру пустой совсем, а ведь я его загодя поменял, согласно Предписания.

- Да что делается на белом свете! Он кто, кабарек?

- Никак нет, иномирец!

- Иномирец с бунч-темоном? Да он хуже последнего кабарека! Заводи его уже, сейчас посмотрим на твоего невиновного убийцы.

Собин только оклемался после электроудара, как конвойный завел его в помещение и пристегнул цепью к табурету, закрепленному к полу в середине комнаты. Помятый следак, от которого несло рыбой, строго посмотрел в глаза Игоря, - Облегчи свою участь, расскажи. Зачем ты убил архимага конклава Элазии?

- То есть, мое утверждение, что я не виновен, совсем рассматриваться не будет?

Следак погрустнел, - Почему не будет? Будет. Я обязан учесть все заявления и события при рассмотрении данного убийства. Просто все факты говорят против тебя.

- И какие это факты, могу я узнать?

- Можешь, у нас ничего не скрывается. Ты последним видел убитого живым и на твоей вещи найдена кровь убитого.

- Это на какой вещи?

- На твоем бунч-темоне. Теперь расскажешь, как всё происходило?

- Теперь расскажу.

- Только покороче, после Зенону перескажешь, он уже подробно запишет. Итак?

- Итак. Поскольку Элазия оказалась в смертельной опасности, причем неведомой, архимаг с конклавом перенес сюда группу землян, в том числе и меня. Мы оказались в крепости, стоящей на границе с Хиронией. Сразу по прибытии мы нашли схрон диверсантов, которым была поставлена задача уничтожить личный состав… то есть воинов, охраняющих крепость. Понятно, что их задача провалилась, ведь мертвые не могут убивать. Из-за этого штурм крепости тоже не удался, хотя враги применили летающих железных птиц из моего мира и металлические повозки оттуда же. Прибывшие Дельфины разогнали орду кабареков, небольшой отряд которых пытался выполнить задачу убитых диверсантов. Земляне отбили атаку, при этом погиб наш боец. Я убил несколько кабареков бунч-темоном, который в моем мире был простой лопаткой. После этого кабареки принесли мне клятву и сделали лопатку бунч-темоном. Мы рассказали Тритапу эйк Вииллсвину Бесарде, как можно бороться с земными отрядами, он сообщил в столицу и вторая битва была выиграна. По пути в столицу моим отрядом было убито больше десяти барохов, в Магуне мы спасли мага, которого хиронийцы заставили помогать им, угрожая убийством жены и ребенка. А теперь ответь мне, Узнавающий, который так и не назвал мне свое имя и должность, зачем мне убивать архимага, если мы договорились с ним, что он вылечит моего бойца, которому негасимым огнем сожгло ноги, а потом отправит нас обратно, с соизволения Сиятельного Тана, разумеется.

- Но кровь архимага на…

- Кровь могли нанести потом. Это раз. У архимага я был без бунч-темона. Это два. Это можно узнать у Титона, он с нами был всё это время. И три, это вопрос, зачем мне надо было его убивать. У нас, на земле, для доказательства убийства следователь должен предоставить суду три связи подозреваемого с убийством: мотив, орудие убийства и возможность обвиняемого убить убитого. Объясните мне эти три вещи и я буду готов подумать о признании себя виновным…

От такой наглости следователь стал багроветь и на последних словах ударил по столу и заорал, - Поучи тут меня, как дело делать! Ты у меня сейчас мигом всё подпишешь, раз такой умный!

В этот момент на Собина пояс стал давить, как сапоги на утопающего. Он попытался приподнять пояс, но тот казался чугунно-неподъемным.

И вдруг в голове Игоря раздался голос «Меня, Дашин-темона, какие вонючие эрки будут пытать своими судебными амулетами! Поубиваю всех!!!».

Зенон с ужасом наблюдал, как у арестованного изменилось лицо, оно стало злобным, тело арестованного стало мощнее и одежда начала трескаться и могла порваться в любой момент. Ему даже показалось, что от рычания арестованного присутствующие сейчас начнут умирать. Тем более тогда, когда иномирец протянул руку к бунч-темону и лопатка поползла ему навстречу. Зенон даже закрыл глаза, не в силах смотреть на происходящее. И вдруг всё прекратилось и наступила тишина.

Зенон открыл один глаз и посмотрел на мена Узнавающего, тот с довольным видом смотрел на арестованного. А арестованный съежился, будто его выжали, как тряпку.

- А теперь признаешь могущество Элазии и верность обвинения?

Собин выпрямился и сплюнул в сторону. Увидел, что харкнул кровью и огорченно вздохнул.

- Признаешь? - голос следователя усилился до громогласного.

- Да хрен тебе в уши до самых гланд! Ничего я не признаю! Если бы не мы, то ты сейчас хиронскому лорду обувь целовал! И с убийством мне непонятно, кого ты выгораживаешь! Пока непонятно. Но я узнаю, обязательно узнаю. На суде не удастся доказать, что ты на хиронцев работаешь, так позже в Дом Элазии весточку обязательно передадут, чтобы и там знали имя настоящего врага Элазии.

- В камеру! Ночь посидишь там, утром посговорчивее будешь!

- Да уж лучше там, чем дальше на твою похмельную рожу глядеть. У нас, на Земле, в моей империи есть поговорка «Что нас не убивает, то делает сильнее». Понял, рожа козлиная! Да ты всем родом будешь свое хамство пятилетку сексуально отрабатывать! Во всех позах и камасутрах сутками!

Зенон увидел, что на стене разгорается желтый круг и жестами показал Узнавающему на него. Но и Собин заметил разгорающееся пятно, - А, чужеродная магия включилась. Тут, случайно, ничего не взорвется? Или это просто сигнальный датчик? Но все-равно, лучше я в камеру пойду. Можно?

Собин встал и крикнул "Конвой!". Думан мгновенно открыл дверь и заглянул, вопросительно посмотрев на Узнавающего. Тот мотнул головой и караульный беззвучно испарился.

- Сядь! - приказал следователь Собину. Тот пожал плечами и уселся обратно.

- Как ты говоришь: мотив, орудие и возможность. Это всё у тебя было. Мотив – заставить главу конклава вернуть вас обратно. Орудие – сняли с тебя, даже кровь засыхать не начала. Возможность – еще какая! – следак показал на стену, где усыхало желтое пятно, - Что теперь скажешь, иномирец?

- То же самое: невиновен. Мотив, слабенький, моё слово против вашего. Орудие убийства – труп смотреть надо, чтобы доказать, что убили не моей лопаткой. Что осталась – возможность? Так она у всех была, кто в доме находился. Как такая версия: насыпал слуга отравы в любимый напиток господина, а потом пришел и добил его топором для отбивания мяса. Отомстил за то, что тот зарплату не повысил.

- Хорошо говоришь, прямо как Защищающий. А у вас как преступления расследуют?

- Первым делом сыскари фиксируют место преступления, где что находилось, где труп, где брызги крови...

- Так и мы делаем! Покажи ему, Зенон «место преступления»!

Зенон покосился на стену, где уже исчезло сигнальное пятно и взял с этажерки маленький мешочек. Дернул за торчащий узелок, мелькнула вспышка и мешочек открылся. Секретарь вынул коробочку, так похожую на упаковку сиди-диска и открыл её.

Над столом возникла голограмма в виде яйца с помещением архимага и мертвыми хозяином и слугой внутри.

Собин подошел и наклонился к этому яйцу, - Так… Он тут и сидел, когда я ушел… А этого гаврика я не видел! Понятно, он в соседней комнате сидел, за шкафом. Так, с этим понятно… А можно масштаб увеличить? Покрупнее сделать, что тут непонятного?

Зенон повернул коробку и потер поверхность. Голограмма слетела на пол и увеличилась в три раза, но изображение стало черно-белым и нечетким, как в старых телевизорах.

- Чего это у вас такая плохая запись? Но всё-равно, теперь хорошо видно, что убивали не бунч-темоном, а каким шилом. Или копьем. Тут консультация эксперта нужна. О, ему еще и руку отрезали! Тогда разрез нужно смотреть и сравнить с моей лопаткой. Кстати, мне очень интересно, как по-вашему, кого убили в первую очередь? А еще нужно повторно посмотреть место преступления – вдруг преступник оставил там какие-то следы. Ой, я опять лезу не в свое дело. Простите меня, бога ради! Очень. знаете, не хочется ночевать в камере, там даже кровати нет! Я вот что еще вспомнил: читал я одну фэнтези, сказку для взрослых, по-вашему. Так вот, убили там одного всемогущего мага. Этот маг наложил на себя защитные заклинания на все случаи жизни. Кроме одного: он не предусмотрел возможность, что его убьет родившийся под другим солнцем. Важно то, что убийца оказался не из этого мира. Понимаете? Так что вам не обойтись без мага, хорошо знающего покойного и все его обереги. Я только одного такого знаю: туна Лоуена. Он, кстати, и с бумагами поможет разобраться. Вдруг разгадка в них.

- Ладно, возвращайся в камеру, неоплачиваемый Узнавающий! - следак то ли пришел в хорошее настроение, то ли подследственный его утомил настолько, что тот не захотел его больше видеть.

Когда Собина увели, Зенон нейтрально поинтересовался, - Это означает, что Вы ему поверили?

- Да ничего это не означает, кроме того, что я ухожу на обед, - рявкнул следак, - Он прав, тебе придется съездить в дом архимага и тщательно осмотреть комнату. Заодно и к нему в камеру можешь зайти - узнать, как они следы сохраняют. Ведь сохраняют, я уверен. Но перед этим просмотришь бумаги и отложишь все непонятные. А что твой амулет Правды показывает?

- Удивительно, но он все время ничего не скрывал. Конечно, может быть, из-за того, что он иномирец, амулет плохо настроился, надо узнать у магов.

- Узнай. У этого, туна Лоуена. И порасспроси его о задержанном. Вдруг, он и в самом деле герой Элазии, а мы его в убийстве подозреваем. Хотя, или те, или эти, в любом случае назначат одного Узнавающего виновным. Вот что, Зенон, даю тебе два больших круга на узнавание всех подробностей, а потом я сильно заболею и если ты не успеешь, сам пойдешь докладывать на третий этаж.

Зенон почтительно склонил голову, но даже в поклоне чувствовалось, как он недоволен.

Глава 17

Глава 17. Разговоры, разговоры, слово к слову тянется

Когда дверь камеры распахнулась и вошел злой Думан, то Собин был ненамного добрее. А как по-другому? Мало того, что он опять всю спал на полу (ужин за золотой принесли, хоть и без вина, но матрас или хотя бы подушку отказались предоставить категорически, да еще и есть пришлось на полу камеры), так еще ночью к старым кошмарам добавились новые. Вначале полночи непрерывно ревел ребенок, затем какая-то истеричка вопила так, будто её бригада лесорубов имела по полной программе.

Думан отошел от вчерашнего шока и был полон желания отыграться. Вчера, когда он в камере снял пояс с Собина и по привычке встряхнул его, то пояс разломался на две неровные половины, которые держались вместе только за счет тканевой обшивки. От этого старший надзиратель вошел в такой глубокий ступор, что Игорю пришлось не меньше пяти минут махать перед его зеленым лицом, чтобы тот начал реагировать.

Глядя на его ошарашенное лицо Собин не выдержал. Он поправил воротник Думана, заворожено глядящего на исковерканный пояс в руке и успокаивающе сказал, - Ну, сломался, бывает! Ты ведь не виноват? Виноват мен Узнавающий, который пытался через гребанный пояс сделать мне больно и сломал его. Мы русские, так мы такие мелочи не ломаем. Так что виноват ваш следак, из-за которого теперь хороший чел... эрк страдает. Но ничего! Утром всё будет хорошо. А сейчас попроси Тума купить ужин, вот монета. Хорошо?

Думан кивнул и вышел из камеры, так и держа злополучный пояс на весу. А утром решил оторваться. Он вытащил свою дежурную вилку и с силой вдавил её в стену. Запахло горелой глиной. Тюремщик ткнул пальцем в почерневшую точку и прорычал, - Ты такой же будешь после перехода! Одевай!

Собин равнодушно пожал плечами, после кошмарной ночи ему реально было все-равно, единственным желанием было придавить минут шестьсот в мягкой постели, а на остальное было глубоко по барабану. Он еще раз пожал плечами и направился к Думану, - Вот сейчас и узнаем...

И действительно, после перехода Собин почувствовал себя пережаренным куском мяса: вначале место, где позвоночник касался пояса, обожгло молнией, потом жар поднялся до шеи. Собин едва себя контролировал, чтобы не заорать или дернуться в сторону в надежде, что там будет прохладнее. Но больше всего он боялся, что если начнет паниковать, то никогда не выберется из тумана. И останется «привидением замка Карх». Но выбрался и только тогда позволил себе заорать во всю глотку, которая, по ощущениям, тоже сгорела.

Когда вышли, Думан послушал, как Игорь орет и насмешливо спросил, - И что так орать? Ничего с тобой не случилось. Теперь запомнишь, как казенное имущество ломать.

Собин огляделся: нигде ничего не горело и даже не дымилось, хотя под одеждой жгло по-прежнему. Он нагло ухмыльнулся, - А я ничего и не ломал. Сами, всё сами. Я тут не причем…

И старший надзиратель втолкнул арестованного в допросную. Когда он начал пристегивать Собина к табурету, следак, в этот раз в ярко-желтом замшевом костюме, отмахнулся, - Не надо!

- Как не надо?, - возмутился Думан.

- Вот! – надзиратель отстегнул пояс и показал неестественный излом, - Это он сломал! Как теперь его пристегивать?

- Успокойся, Думан. Не надо пристегивать. Можешь возвращаться – его в другое место переводят. А пояс магам отдай, пусть они им займутся.

Удивились оба, и Думан и Игорь. Но оба не подали вида. Думан потому что развернулся и вышел, а Собин потому что пытался понять новый экспромт.

Следователь довольно улыбнулся, - Да не пугайся ты так, тун Игорь. Разобрались и поняли, что ты не виноват. Сейчас поговорим и Зенон к выходу тебя проводит. Тебя там уже ждут.

Собин решил пока не расслабляться, вдруг это очередная проверка или подстава. Но на всякий случай сделал вид, что обрадовался, - А о чём тогда говорить? Выдайте справку и ведите на выход.

- Какую справку?

- Что я не виновен.

- Зачем тебе такая справка?

- Чтобы показать тем, кто спросит. Чтобы они убедились, что я честный человек.

- Ты тун, Игорь. А это значит, что ты благородный человек. А благородный человек не может быть нечестным.

- Эта фраза особенно сильно звучит в этих стенах. Ладно, это всё лирика, что еще вы хотели узнать, мен Узнавающий?

- Не бойся, по делу больше вопросов нет. На прошлом допросе ты обмолвился, что у нас запись плохо сделана. Где ты мог видеть запись лучше?

- В Магуне. Нас пригласили в гости и показали запись последнего боя, на главной имперской дороге.

- Надо же! Мы в Эластоуне еще не видели этот бой, а ты в приграничном Магуне видел.

- Да, видел.

- И как тебе сражение?

- У нас специалистом… главным воеводой является тун Семен, а я так, с дивана всё оцениваю. Вообщем, с дивана можно было лучше всё организовать, но тун Семен говорит, что нормально сражались. Это первый бой, лучше все-равно не получилось бы. А так врага не пустили, значит, победа наша.

- Думаете, в следующий раз нас победят?

- Не знаю, я счетовод, а не военный. Думаю, это от вас зависит, как сражаться будете. А еще от того, какие приказы войскам будут отдавать. А то в том же Магуне у городского мага похитили жену с ребенком и ему пришлось выполнять их задания. Знаете, что ему поручили? Чтобы нас через мост в город не пускать! И это после схватки с барохами. Чудом раненые выжили, никто не умер. Пришлось наказывать и попало не магу, а простым ополченцам. Так что, если удастся избежать подобного, то победим. Ведь хиронцы и их земные союзники обычные противники, которых тоже можно убивать.

Следователь молча перекладывал предметы на столе, пока Собин говорил, и, наконец, разродился, - После разговора с тобой архимаг написал письмо в Дом Элазии по поводу твоих опасений о возможности убийства Сиятельного Тана. Это на самом деле нетрудно организовать?

Собин пожал плечами, - Я уже точно не помню, что там наговорил, но, в принципе, ничего сложного. Особенно, если исполнители высокой квалификации.

Следователь понимающе кивнул, - Так вот, получатель письма хочет с вами поговорить. Со всеми тремя. Если ты согласен, то тебя отвезут.

- А если нет?

- А если нет, то Зенон выведет тебя за пределы тюрьмы, а дальше добирайся сам.

Собин осторожно приподнялся – пояс не подключили. Он встал и начал ходить по помещению и потирать виски. Неожиданно остановился. – Какого черта! Согласен! Вдруг там еще и покормят!

Следователь повернул голову к секретарю и кивнул. Тот беззвучно покинул свое место, подошел к двери и распахнул. Собин направился к выходу сгорбленной походкой и руками за спиной.

Дождавшись, пока секретарь закроет дверь с той стороны, Следователь достал из кармана куртки предмет, по размерам похожий на портсигар и положил его на стол. Поднял крышку и опустил три пальца в растопырку на нижнюю половину. Крышка засветилась и начала мигать разными цветами. Когда цвет изменился на матово-белый, опустил всю ладонь. На крышке на секунду возник герб в коричневых и черных цветах и появилось лысая голова с одутловатым лицом. Следак изобразил поклон, - Приветствую Мастера церемоний!

Лысый поморщился, - Это сообщение нельзя увидеть и подслушать, поэтому давай без церемоний, побыстрее!

Следак опять поклонился, - Слушаюсь! Третьего из арестованных сейчас ведут к выходу, где посадят в вашу повозку.

Лысый пожевал губами и кивнул. Следак слегка выдохнул, - Осмелюсь посоветовать: говорите с ними без увиливаний. Они похожи на морских варваров севера, также не любят, когда им «парят мозги». Не знаю, что они точно имели в виду, но понятно, что они хотят говорить прямо, без увиливаний.

Лысый на секунду замер, обдумывая сказанное и кивнул, - Я услышал тебя, обговоренное вознаграждение получишь, когда договаривались.

И изображение исчезло. Следователь громко выдохнул, достал из нижнего ящика глиняную бутылку в кожаном футляре и сделал из горла пару больших глотков. Убрал и поднялся, - Всё, можно идти! Больше от меня ничего не зависит!

***

Секретарь повел Собина в другом направлении, куда он ни разу не ходил. Но процедура осталась прежней: завернули за поворот, туман и новый коридор. Единственным отличием была попытка желудка подняться к горлу, наверно, перемещались вниз, а не в сторону.

Из тупикового коридора, похожего по размерам на кладовку, секретарь через обычную дверь завел Игоря в узкий мрачный коридор, у Собина даже мелькнула мысль «в подвал завел, сейчас грохнет». Но нет, десять метров по темноте, только с двумя факелами на входе и выходе, в мерцающем свете которых кажется, что стены колышутся и вот-вот начнут сдвигаться, затем Зенон открывает металлическую дверь и Игоря ослепляет солнечный свет.

Но это был эффект выхода из темноты, на самом деле они вышли под навес на трехметровых каменных столбах и брусчаткой вместо асфальта. Рядом с левым столбом стояла повозка цвета грязи, кормой не доехав до двери какую-то пару метров. У повозки была только одна дверца и занавешенные окна.

Зенон пошел вперед, Собин решил не отставать. Багажное отделение спереди было укорочено до метра полезной длины, над которой было сооружено место водителя: широкая скамейка во всю длину, на которой сидел пресловутый водитель в ливрее и треуголке. причем верхняя половина костюма была темнозеленая, а нижняя темносиняя. Его голову от дождя прикрывал навес, как и сидение, во всю длину скамейки.

Эрк в ливрее что-то сосредоточенно жевал и не обращал внимания на подошедших, пока секретарь не хлопнул по краю скамьи. Да и тогда он только вопросительно посмотрел на Зенона. Тот еще раз хлопнул, - Чего застыл, не видишь, я тебе ездока привел?

- Вижу. А что говорить, пускай садится, да поедем, - и водитель слегонца взмахнул вожжами и повозка дернулась с места. Оказалось, аппарат везли две лошади.

- А что, у вас и лошади повозки таскают? - удивился Собин.

Водитель только сплюнул и повернул голову к секретарю, - Ты где таких диких висельников набрал? - и нарочито кивнул Собину, - Да, мы люди богатые, могём себе позволить. Ты поедешь или как?

- А умыться можно, а то я...

- Нет, ты точно из пустыни! И у кожи цвет подходящий, и такой же дикий. Непонятно, только за что тебя сюда привезли, но это не мое дело.

Водитель повозки спрыгнул и потащил Собина назад, где поднял крышку небольшого багажного отдела для сумок и показал на пятилитровый глиняный кувшин, к которому был приделан кран, повернул кран и на брусчатку тонкой струйкой полилась вода.

- Чего ждешь - умывайся! Обратно сможешь закрыть?

- Постараюсь.

- Да уж, постарайся! И не засни, ехать долго, так что поторопись.

После чего уселся обратно, продолжая бубнить о диких пассажирах. Но Собин не слушал, он с удовольствием сделал ладони ковшиком и плескал воду в лицо. Умывшись, он закрыл кран. Не найдя полотенце, просто потряс головой и руками и заметил, что Зенон мнется.

- Да говори уже, что хотел спросить, а то ведь, на самом деле, ехать нужно.

- Тун Игорь, ты упомянул лирику. Что это такое?

- У вас стихи пишут? Это когда текст в рифму говорится.

- Как это?

- Вот пример: И от тайги до британских морей Красная армия всех сильней. Это стих, но воинственный, для воинов. А чтобы девочек легче уговорить можно, придумали лирику. Это стихи про любовь. Как тебе, например, увлечь подругу жизни? Ты не воин, не купец. Значит, надо писать стихи про любовь. Как там вечно живой Пушкин сказал «я вас любил, любовь еще быть может в душе моей угасла не совсем. Но пусть она вас больше не тревожит... » Дальше не помню, склероз. Что с тобой?

Зенон всхлипывал, - Прямо про меня написано, у меня так недавно было..

- Ты это, если очень надо, приходи к нам, знаешь ведь, мы пока в поместье архимага остановились. Наверняка у девчонок много такого есть. Ладно, держи хвост пистолетом, будем расставаться! Пока, Зенон!

Собин подошел к двери повозки, крикнул «Поехали!» и забрался в салон. Он только успел увидеть Толяна с глиняной кружкой в руке, уснувшего Семена на соседнем кресле, как повозка дернулась и он плюхнулся на место. Кривич отсалютовал ему поднятием кружки, - С возвращением на родную землю!

- А вы тут откуда?

- Оттуда же, прямо из камеры.

- Вы вместе были? Что с Семеном?

- Ты расслабься, вина выбей, закуси. Я всё расскажу. У тебя кошмары были?

Игорь только кивнул. Увидев накрытый столик он вспомнил, что не ел с ужина и набросился на еду.

- У меня тоже были, приходили покойнички из девяностых. Не знаю, на что они надеялись? Я только посмеялся. Один раз этих упырей закопал и второй раз это же с удовольствием сделал. А вот у Семена всё серьезнее оказалось. Его же из армии списали после контузии, а контузило во время минометного обстрела. И потери тогда у него приличные были. Вот эти покойнички и пришли. Сам понимаешь, каково было для парня снова их увидеть. Чуть не тронулся бедняга. Как только посадили, я ему плеснул успокоительного, он сразу и уснул.

- Я не сплю.

- Вот и отлично. Тогда поешь, тебе силы тоже надо восстанавливать.

Собин прожевал первую порцию и даже запил, поэтому тоже решил поделиться своими сомнениями, - А есть какие-то мысли, почему с нами так?

- Здесь и без высшей математики можно обойтись. Переместили сюда, сказали фас и мочи, кого нужно. А когда замочили - посидите в тюрьме детишки, подумайте о смысле жизни. А потом появится добрый дядя, погладит по головке, даст пряник и скажет, кого дальше можно мочить.

- Ты не прав, Толян. Еще одно неверное движение с их стороны и здесь заполыхает всё.

- А ты что думаешь, Семен? Раз уж все-равно не спишь?

- Я думаю, что надо выполнять ранее согласованный план по возвращению домой. остальное, это всё слова. Так что, Анатолий Алексеевич, только ради этого стоит побарахтаться. За что и выпьем!

- Мужики, если план это наше возвращение домой, то надо начинать разработку дополнительного, на случай, если в ближайшее время нас не вернут, что более вероятно, как мне кажется. Я бы предложил попаданскую классику: создавать свой феод и развивать его. А насчет того, что местные будут иметь нас, как детей, то в таких случаях я всегда вспоминаю любимую картинку: цапля пытается проглотить лягушку, а та душит её. Вот так и мы будем поступать со своими врагами. Если мы их не уконтрапупим, то они нами хотя бы подавятся. Хотя, конечно, в первую очередь, надо сохранить личный состав. А месть можно подавать потом, холодной.

Повозка остановилась, видимо, они приехали к загадочному освободителю. Водитель кобылы начал стучать в стенку, - Выходите!

Собин со словами, - Вот теперь и узнаем, кто кого и когда! - открыл дверцу и покинул салон. За ним, допив вино, вышел Кривич. Семен разложил подушки по местам, оглядел салон и вышел, аккуратно прикрыв дверь.

Через несколько секунд из-под кресла Семена вылезла фигура в черном, по росту подходившая десятилетнему пацану и подошла к двери. Отодвинула задвижку и на косяке появился глазок, через который фигура стала наблюдать.

А трое, и не подозревавшие, что за ними внимательно наблюдают, шли к дому по травяному ковру под большим навесом из живых деревьев с большими листьями, отчего свет солнца не попадал на землю.

Они прошли через темную аллею и остановились у распахнутых дверей дома, сплошь скрытого в растущих лианах. Лианы забирались на балкон над дверями и тянулись еще выше. В дверях их встретил дворецкий в ливрее и с поклоном проводил в дом.

Местный ниндзя без звука выпрыгнул из отъезжающей повозки, прикрыл дверцу и беззвучной тенью побежал за землянами.

А земляне вошли в дом и оказались в гостиной, из которой на второй этаж поднимались узкие лестницы по боковым стенам. Не смотря на отсутствие окон, гостиная была светлая, поэтому на втором этаже было хорошо видно ждавшего их толстяка в золотом халате с простодушным выражением лице, совсем не похожим на себя, недавно говорившего со следователем.

Не дожидаясь, пока земляне осмотрятся, толстяк громко сообщил, - Я Мастер церемоний Дома Элазии. Это я вытащил вас из тюрьмы и теперь хочу побеседовать. Вас отведут в отдельные комнаты, где подготовят. Я жду вас через хорс.

Неожиданно под ним, в темноте первого этажа открылись двери и вошли три девушки в белых облегающих платьях до самого пола и со сложными прическами на голове. Волосы были сложены шалашиком, из которого на лоб свисало по три косички.

Девушки поклонились мужчинам и пригласили идти за собой. Те переглянулись. Кривич внес предложение, - Предлагаю Игорю, как главному, идти прямо. Семену, как правой руке, направо. А я, как бывший бизнесмен и нормальный мужик, пойду налево. Возражения есть? Нет! Тогда вперед, кавалергарды!

И пошел. Собину и Семену пришлось поддержать коллегу. Действительно, чего стоять, как мебель посредине комнаты?

Через секунду после того, как за ними закрылись двери, ниндзя прошел на их место и поклонился толстяку, тот кивнул и ниндзя привычной бесшумной походкой поднялся к нему по боковой лестнице и остановился в двух шагах.

- Говори!

Неожиданно тонким голоском ниндзя пропищал, - Чужаки возмущались отношением к ним, они говорят, что ими пользуются и пообещали быть костью в горле, если почувствуют, что вторая сторона не сдержит своего обещания.

- К хиронцам не грозились уйти?

- Нет.

- Ладно, иди. У казначея, помимо вознаграждения, получи полдюжины серебрушек. Это доплата за хорошую работу.

Ниндзя низко поклонился, попятился и также тихо ушел из дома. Толстяк задумчиво посмотрел ему вслед, - Значит, говорить правду, как северным варварам...

***

Девушка провела Собина по короткому коридору и завела в большую светлую комнату, где еще две помощницы в таких же платьях и с такими же прическами, только с одной косичкой.

Главная подошла к помощницам, стоявшим около ванны, заполненной наполовину и на вторую половину покрытую пеной и сказала Собину, - Раздевайся, тун, и в ванну!

Собин огляделся и не увидел вешалки или стула, куда он смог бы сложить одежду. Главная поняла безмолвный вопрос, - Кидай прямо на пол, девушки потом заберут и почистят, а на встречу с Мастером церемоний оденешь это, - и она показала на двухцветный мундир (вверх темнозеленый, низ темносиний) разделенный ремнем серебряного цвета. Под мундиром короткие сапоги, над мундиром серебряная каска, очень похожая на шлем средневекового пикинера. Весь комплект стоял у стены без единого гвоздя опоры, буквально висел в воздухе над сапогами, стоящими на полу. Но страшнее всего смотрелась каска, висящая над мундиром. Собин почему-то вспомнил человека-невидимку.

Отогнав образ человека в одежде, но без лица Игорь поскидал одежду и опустился в ванну. Температура была подходящая: горячо, но не обжигает. Он еще успел увидеть в большое окно пейзаж за окном: трава и отдельные деревья вдали, когда главная перевернула Собина на грудь и опустила голову в круглый вырез, приделанный к краю ванны, причем лоб опирался на специальный выступ.

И тогда началась групповуха. Две руки нежно мыли, даже не мыли а втирали в короткую стрижку пахучий моющий состав, а еще четыре разминали спину и оттирали её мочалкой, вызывающей легкую щекотку. Собин пропустил момент, когда щекотка перешла в возбуждение и попытался воспротивиться попытке перевернуть его членом кверху. Но нежные девичьи ручки в миг превратились в могучий пресс, не заметивший попытки Игоря и легко перевернувший его в требуемое положение.

Правда, Собин забыл про всё, когда ему на лицо положили салфетку из ткани, смоченную пахучим раствором и он снова очутился на рыбалке, да и клев был шикарный.

Потом рыба устала цепляться к крючку и его сознание расщепилось на три потока. Одни он просто ощущал, как его снаружи намыливают во всех местах, вторым, внутри, он чувствовал, как нижняя голова потянулась из ванны посмотреть, кто всё это делает.

А третьим, в мозгах, Игорь вспомнил выступление психолога, к которому его отправила когда-то жена, после того, как он неожиданно вырубился на работе после очередного отчетного периода. В больнице ему поставили синдром выгорания и жена всполошилась и наняла местную звезду нетрадиционной психологии.

Собин думал, что ему придется заняться рисованием или освоить кушетку и научится вспоминать всякие факты из детства, а спец неожиданно поинтересовался, где бы Игорю Вадимовичу хотелось отдохнуть в отпуске и посоветовал время от времени представлять себя там, а еще побольше смеяться, неважно над чем, хоть над новостями и Собина неожиданно быстро для лечащего врача выписали. Тот еще пошутил при выписке, что медицина бессильна в таких случаях, когда пациент очень хочет жить и забыл про больного, а Игорь резко поменял образ жизни.

На работе долго не могли привыкнуть, что главный бухгалтер шутит по каждому поводу и без повода, но, в конце концов, успокоились и списали на болезнь, а Собин нашел телефон Кривича и договорился, что Толян возьмет его на ближайшую рыбалку. Так и повелось, при каждой возможности Игорь покидал город и терялся на природе, как минимум, до понедельника.

Собин попытался помотать головой, чтобы отогнать воспоминания, но голова отказалась мотаться.

- Также, как и с кучером, когда я не смог наорать на него за хамство. Будем надеяться, это остаточные явления от противомагического ошейника.

А психолог в голове продолжал, - А теперь, когда мы посетили место, предназначенное для отдыха, продолжаем наблюдать за реальным порно. Почувствуйте, как по животу скользят твердые мокрые соски, а ниже...

- Хватит! - мысленно заорал Собин, - Пошел вон, мозгоправ!

И три потока соединились в один и Игорь почувствовал, как горячие соски девушки медленно двигаются по животу и поднимаются выше. Но он уже был полон сил, он схватил полупопия своей эротической массажистки, сжал их и начал долбить напевая, а точнее, выкрикивая «Мама, я доктора люблю! Мама, я за доктора пойду!».

Какие-то руки пытались оторвать его, но он почувствовал себя Дашин-темоном, он мог всё и он продолжал процесс, вспоминая летчика, шофера и шахтера...

Потом он, Собин, вспомнил, как его затащили на занятия тантра-йогой, где учили качать энергию, а не просто заниматься сексом и он начал контролировать движения, чтобы не прекращать, пока он не захочет.

Через какое-то время Собина стрельнуло током, тело наверху схватило судорогой, девушку потащили вверх вместе с Игорем. Собин не успел взволноваться, что агрегат оторвут, как тело ловко выдернули и заменили другим и Игорь продолжил контролировать приятность своих ощущений.

Как сквозь подушку услышал он слова, - Время! Через четверть хорса он должен быть у хозяина! Выжимайте его!

И движения новой наездницы резко ускорились. Через десять минут Собина опять дернуло током, а девушка завалилась на край ванны. Её тоже куда-то оттащили, а его приподняли. Собин почувствовал, что вода из ванны утекает, а на его голове ножницами поправляют прическу. Потом, наконец, убрали с лица салфетку и занялись бритьем. Финальным аккордом стала горячая салфетка обратно на побритое лицо и Собин открыл глаза.

Прямо перед его глазами из кулака, сжимающего сжатую салфетку, торчал женский пальчик. Кулак был присоединен к руке, над которым виднелось злое девичье лицо одной из помощниц, - Ты! Ты мне должен тоже самое!

Девушка перевела палец на широкую низенькую оттоманку у стены, там в позе эмбриона, не шевелясь, лежали две девушки, видимо, главная и вторая помощница.

Собин с удовольствием насладился видом полностью удовлетворенных женщин и пожал плечами, - Должен, значит, отдам долг. Я всегда свои долги отдаю. Могу прямо сейчас, - он протянул руку к груди незнакомки, но та сделала шаг в сторону, - Сейчас некогда. Я тебя найду вечером. Одевайся!

И девушка, отбросив салфетку и посадив Собина на край ванны, стала вытирать его большим оранжевым полотенцем.

Собин, ничем не занятый, разглядывал костюм и не находил нижнего белья, а спрашивать не хотелось. Когда барышня закончила своё занятие и пошла проверить счастливых подруг, Собин подошел к костюму и заглянул в сапоги. Интуиция оказалась права: в одном лежала голубая нижняя рубаха, а во втором подштанники.

Костюм сидел, как влитой. Девушка откуда-то вытащила настольное зеркало и Игорь смог оценить себя. Побритый и подстриженный, в новой форме, Собин оценил себя, как «минус двенадцать лет к паспорту». К сожалению, девушка, Игорь успел узнать, что её зовут Леймана, быстро вывела его из комнаты и остановилась перед дверью, закрыв рукой рот Собину и не давая задавать вопросы.

Получив команду, Лейана втолкнула Игоря в гостиную, персиковые цвета которой вызывали дискомфорт с формой, в которую оказались одеты все трое вошедших. И если Кривича это оставило равнодушным, в отличие от богатого стола, за который он ринулся с криком «Это по-нашему, по-бразильски!», то Семен остановился около двери и внимательно осмотрел комнату. Слуги, замершие у стен, напротив большого квадратного стола, оставили его равнодушным, а их форма и четвертая дверь, через которую никто не вошел, подверглись тщательному изучению.

Собин уселся за стол вторым, после принятия ванны ему хотелось побыстрее сесть и он не очень надеялся на свои ноги. Третьим уселся Семен, причем четвертая сторона стола, за которой находилась закрытая дверь так и осталась свободной.

Слуги беззвучно подходили и наливали вино и убирали посуду. Когда пару кишок утихомирили, Семен заметил, что у Собина на обшлаге поперечная серебряная полоска, очень тонкая. Работавший за перерабатывающую машину Кривич, не отвлекаясь, пожал плечами, - Он же главнюк, поэтому и полоска у него. Скоро и вторую полоску получит, - и засмеялся своей шутке.

За четвертой, закрытой дверью, в небольшой комнате, освещенной рассеянным светом с потолка, сидел толстяк в халате на невысоком диване, заваленном подушками, и наблюдал за гостями через стекло, которое они приняли за обычную стену. Рядом стоял старший слуга, который исчез из гостиной после начала банкета. Толстяк сделал небольшой глоток рубинового вина из большого стеклянного кубка и спросил, - И как они тебе?

- Осмелюсь сказать, обычные туны, без такого, будто у них золотые ложки в сапогах с рождения лежат. В Дом Элазии я видел подобных, когда с хиронской границы три больших круга назад приезжали для награжденияи, когда кабареки пытались…

- Я помню.

- Очень их напоминают, ведут себя, точно это их поместье, а они с охоты вернулись, голодные, но довольные.

- Я понял тебя, Тот. Приведи жриц.

Слуга с поклоном попятился в угол и исчез. Зато из-за закрытой двери появились три девушки, встречавшие и провожавшие землян, ту, которая была с Собиным, поддерживала Леймана. Толстяк кивнул, - Говорите!

Левая девушка поклонилась, - Мой гость раньше был купцом. Умный. Умеет доставить удовольствие девушке и сам получить его. Но организм изношен. Если ничего не делать, то проживет полторы дюжины зим.

Толстяк кивнул. Девушка в центре сделал шаг вперед, - Мой гость был воином и получил много ран в своем мире. Любовник из него не очень, но из-за ранений. Так проживет не менее трех дюжин зим, если отдадите мне, то не менее четырех.

Толстяк снова кивнул, - Я подумаю.

Третья жрица оттолкнула помощницу и подошла к толстяку, - Почтенный Мастер Дома Элазии, Вы не сказали, что мой гость владеет магией кабареков. Из-за этого пострадала я, а моя помощница может умереть. За это я хочу дополнительно четыре дюжины золотых.

Толстяк медленно сделал большой глоток, во время которого смотрел на жрицу, а когда поставил, то сказал, - В твоих словах может присутствовать истина, я заплачу дюжину.

- Три с половиной дюжины золотых!

- Две дюжины и мой лекарь осмотрит твою помощницу.

Жрица поклонилась, - Как будет угодно.

- Говори, как твой гость повел себя?

- Вначале, как и все, а когда его посадили в ванну и девочки стали снимать телесную защиту, я попыталась войти в его разум, то не смогла. Вокруг небо черное облако, в котором не видно душу. Тогда я перешла к «утреннему наезднику» и попыталась прочесть его мысли. И после этого меня поразил «степной огонь» такой силы, с какой я никогда не сталкивалась.

Жрица, говорившая первой, поклонилась хозяину, - Жрицы моего Пути не боятся «степного огня». Я загляну в его душу и прочитаю его мысли.

Центральная тоже решила не отставать, - Мой Путь сильнее. Я быстрее смогу рассказать, что прочитаю в его голове.

Леймана зашипела, - Прошу прощения у Почтенного Мастера, но я договорилась с гостем о встрече и мне первой станут известны его тайные знания.

Толстяк довольно усмехнулся, - Я услышал всех. Говорю голосом Мастера церемоний: та, кто первая сообщит мне тайное о госте по имени тун Игорь, получит от меня три дюжины золотых монет. А теперь проваливайте!

Когда жрицы ушли, толстяк допил вино и крикнул, - Тот, приведи моих гостей и принеси еще вина!

Когда троица вошла хозяин, не скрывая, рассматривал своих гостей: постарше, морщинистый, с брюшком, примерно его возраста, был веселый после вина, второй, худой, со взглядом аскета смотрел, будто пытался понять мотивы его поведения.

«Это тот, которого жрицы не смогли прочесть», подумал лысый. В третьем, который был моложе остальных чуть ли не на пару дюжин лет, чувствовался человек оружия, воин или охранник. Он сразу же обежал взглядом комнату, будто искал, где могут спрятаться убийцы и остановился на бюсте эрка, стоящем в золотом углу. «А толстый, похоже, купец, привык улыбаться по поводу и без повода, чтобы выторговать монетку», мелькнула мысль. Толстяк радужно улыбнулся и показал на длинный диван напротив своего, пока слуга ставил кувшин и кубки из разноцветной глины.

- Садитесь и, наконец, поговорим.

- Насиделись уже, - хмуро заметил воин.

А купец пояснил, - У нас говорят «присаживайтесь». А садитесь – это про те места, где мы находились до сего момента.

Толстяк согласно кивнул, - Воистину, у разных народов разные обычаи. Присаживайтесь. Надеюсь, мои служанки сумели смягчить горечь пребывания в скорбных местах?

- Еще как сумели! - довольно заулыбался купец.

А худой строго посмотрел на хозяина, - Мы что-то должны за это?

- Нет, что вы! Это обязанность хозяина следить, чтобы гости были всем довольны! – стал возражать толстяк, а про себя подумал «Конечно, должны! Пять дюжин золотых за лучших жриц Эластоуна! Но ничего, я на вас еще одно состояние сделаю», - Но поговорить надо о другом: как выяснил Узнавающий, на месте убийства был маг Флугаден. Но проблема в том, что еще он светлый тар и правитель провинции и полностью его зовут тар Флугаден эйк Хветефельтин.

Худой сделал глоток, - Вообще-то это я навел Узнавающего на убийцу. Но не в этом дело. У вас в Элазии правителей провинции не сажают за убийство? Или проблема в чем-то другом?

- Не заводись, Игорь! – вступил купец, - Здесь политика. Ежу понятно – не может Сиятельный Тан посадить своего губернатора, «не поймут». Он относится к партии войны?

На недоуменную гримаса толстяка пояснил, - Как мы понимаем, в Элазии власть делится на две группировки: одни за войну с Хиронией до победного конца а вторые за мир на любых условиях, может, даже за вхождение в Хиронию. И этот… Флугад, поддерживает тех, кто за войну. Поэтому Сиятельный его не трогает, так?

- Не так, тан Анатолий. Есть еще третья группировка, - толстяк с ходу въехал в земные словечки, - которая считает, что хиронцы не придут в Элазию, а если придут, то просто заменят нынешнего правителя и для них ничего не изменится. А пока они получают выгоду от прихода беженцев из Хиронии и убеждены: если что, они смогут защитить свои провинции.

- А карту Элазии можно посмотреть? Чтобы иметь представление, о чем идет речь? – толстяк про себя хмыкнул: купец решил «сразу забрать всё стадо».

Толстяк кивнул, - Тот, покажи карту Элазии!

Слуга появился из угла с пирамидкой в руке и начал вертеть её разноцветные полоски. Рядом с ним на стене свет потух, но появилась светящаяся карта, сначала материка, потом карта сместилась вправо и увеличилась. Слева были нарисованы высокие коричневые горы, справа синее море или океан. А посередине, распластавшейся жирной ящеркой, Элазия с золотой короной на шее. Левые лапы лежали в горных перевалах, а правые в портах с нарисованными парусниками. Причем хвост у ящерки был оторван, в том смысле, что окрашен безликим серым цветом, как и вытянутая морда на севере, серым оторванная от челюстей. Судя по тому, что неровные куски, между мордой и хвостом, раскрашены оттенками зеленого, Элазия состоит из семи провинций.

Толстяк покатал вино во рту и проглотил, - Как видите, наша Элазия состоит из семи провинций. Еще две были потеряны: на севере Аскальтин, где властвуют морские бродяги и на юге Мезиликия, где из-за степняков пришлось покинуть плодородные поля.

Слуга одновременно увеличивал серую морду и хвост ящерки. А толстяк продолжал, - А наш убийца управляет Хветефельтином.

Слуга увеличил провинцию, находящуюся выше правой лапы ящерки.

- Здесь созревает лучшая пшеница и делают отличное вино, его раньше поставляли только к столу Императора! Поэтому Флугаден богатейший тар Элазии. А кроме этого, он могучий маг. И, как маг, он хочет, чтобы страна управлялась магами, а не тарами в своих провинциях. Из-за этого заблуждения он, в свое время, рассорился с архимагом и ушел из конклава. Набрал учеников и создал школу. Мы закрывали на это глаза потому, что налоги оттуда поступали вовремя, крестьяне побогаче, чем в других провинциях, а, значит, купцы продают туда больше товаров. И вот полдюжины седьмиц назад я получаю от архимага письмо, в котором он говорит, что его посетил Флугаден и предложил конклаву возглавить Элазию. Тогда из Хиронии стали поступать странные известия и мы не обратили внимания на это письмо. А теперь архимаг мертв…

- Какие улики есть против Флугадена? – принял участие в разговоре воин.

- Улики?

- Доказательства, что убийца он, – пояснил худой.

- Помимо писем архимага? Его след на крови в комнате и то, что защиту башни в одиночку сломать было под силу только ему.

- Ясно. Только косвенные улики. В суде это не прокатит, - резюмировал купец, - И поэтому мы должны его… что? Убить или доставить сюда? И почему именно сейчас? И зачем это надо нам?

- Доставить его в Эластоун вы не сможете, при всем моем уважении. Он в одиночку справится с сотней «зачарованных», это охрана поместья архимага. Меня устроит, если он исчезнет или получит ранение, желательно тяжелое…

- Главное, чтобы оно было не совместимо с его жизнью, - одним уголком губы усмехнулся худой.

- Главное, чтобы он не мог управлять провинцией.

- И тогда таром станет эрк, обязанный вам по гроб жизни, - догадался купец.

- И это тоже, - не стал отказываться толстяк, - но не это главное. Главное, что новый тар поддержит войну с Хиронией. А вы сделаете спокойнее свою жизнь, после устранения Флугадена вас никто не потревожит.

- И будем мы жить долго и счастливо, - засмеялся купец и задал вопрос, - Мы не сможем оставить себе замок этого Флугадена?

- Нет. Но вы сможете унести из него столько, сколько сможете унести. И еще: попасть в Дом Элазии вы сможете только после пропажи Флугадена. А получить охранный мандель Сиятельного Тана вы сможете только в Доме Элазии.

- Как всегда: чтобы жить спокойно, нужно рискнуть жизнью, - не выдержал воин, - А чем вы сможете нам помочь? Устройство дворца этого мага, система охраны, наконец, состав и количество его охраны и войска. Сильные и слабые стороны…

- Куда продают товар из этого Хветефельтина и что туда поставляют, - добавил худой.

- А это зачем, - удивился хозяин.

- Лучше всего приехать туда под видом купцов. А для этого нужно знать конъюнктуру рынка, - пояснил он, - в том смысле, что там можно купить и что продать.

- Да и дороги тоже надо посмотреть, - добавил купец.

Хозяин хлопнул руками по столу, - Я понял. Отдыхайте, я пришлю слугу, он во всем поможет. А я буду ждать вас в Доме Элазии через седьмицу.

- Через семь дней? – удивился худой, - Вроде в это время девять дней у архимага будет. Надо будет помянуть.

- Это наш земной обычай: вспоминать умерших через девять и сорок дней после смерти, - пояснил купец, - Как-то нехорошо будет, если мы на прием пойдем в этот день.

- Я понял, - толстяк начинал терять терпение, - Буду готовить прием через две седьмицы. Устроит вас этот срок?

Земляне переглянулись, худой пожал плечами, - А что тянуть? Перед смертью не надышишься. А если мы сможем доказать, что Флугаден плохо управляет провинцией? Например, там появится банда батьки Ангела и начнет массово грабить его деревни. Такой вариант устроит?

Толстяк кивнул, - Если только от этого поднимется большой шум. Всё, идите. Я буду готовить сведения. Подождите. Архимаг написал в последнем письме, что вы, не побывав в Доме Элазии, заявляете, что убить Сиятельного Тана несложно. Поясните эту мысль.

Худой извиняюще развел руками перед товарищами, - Виноват, мои слова. Но, хочу заметить, вырванные из контекста!

- Короче, Пушкин! - неожиданно занервничал купец.

- На встрече с архимагом я ляпнул, что земной инструктор на раз организует убийство любого правителя. Причем, способов много. Первый. Пронести оружие через черный вход. Уверен, здесь никто не подумает, что такое в принципе возможно. Второй. Группа заговорщиков проносит части бомбы, собирает её и взрывает. Третий. Находят дворянина, за что-то обиженного на местного правителя, влазят ему в голову и внушают мысль, что он должен прикоснуться к главному во дворце и тогда тот осознает ошибку и вознаградит терпилу. А там хоть руки ядом мажь, хоть пояс шахида одевай...

- И еще один вопрос, последний. Кем вы были, в своем миру?

Собин показал на Семена, - Он военный, - на Кривича, - Он был купцом. А я счетоводом.

- Счетоводом?

- Есть у нас такая ответственная профессия. Счетоводы у купцов считают прибыльное ли предприятие, можно сделать его еще прибыльнее и как меньше после этого заплатить налоги в казну. А казенные, наоборот, ищут возможность взыскать еще больше налогов с торгашей и промышленников.

Толстяк понимающе кивнул и троица неспешно удалилась, обдумывая услышанное. Когда дверь за ними закрыли, толстяк подошел к бюсту эрка, - Что скажешь, предок, как я провел встречу иномирцами?

Бюст открыл глаза, пожевал губами и нормальным голосом произнес, - Пока не знаю, родник, в наши времена иномирцы вели себя по-другому. Они знали себе цену, причем в прямом смысле: за любое действие они требовали золото. А для этих деньги не стоят на первом месте. Но как они придумали подставить светлого тара! Ты должен держать их под присмотром, чтобы враги не смогли обратить их советы против тебя. Но так убивать правителей! Их нужно как можно скорее вернуть обратно, пока действительно обиженные на правителя не услышали их слова.

Толстяк низко поклонился бюсту, - Благодарю тебя, предок, за умные слова, сказанные вовремя.

Бюст равнодушно кивнул, закрыл глаза и застыл. Толстяк плюхнулся в кресло и тяжело вздохнул, - Как тяжело с этими иномирцами! За каждым словом следить надо. А то не так поймут, не так сделают... Тот, вина и Мышкена, с бумагами! Вино мне, Мышкена к иномирцами, теперь они его пусть мучают. И отправь скорохода к Мастеру взысканий со срочным приглашением ко мне на ужин. И жриц приведи. Трех. Нет, двух, мне через хорс еще в Дом Элазии! А я так устал...

В соседней комнате Кривич поймал молодого слугу, вытиравшего пустой стол, - Послушай, любезный! У нас наметилось продолжение банкета, организуй нам перекус. Только учти: вина и мяса не надо, надо горячее пойло, чтобы мозги прочистило и сладкие булочки, стряпню, короче. Понял?

Парень задергался, начал озираться в поисках старшего, но никого не увидел и вынужденно кивнул, но промямлил, - Такое пойло только хозяин может разрешить. Я не могу без его...

- И чего ты стоишь, как три тополя на Плющихе? Бегом к хозяину! И бумаги принеси, побольше!

Паренек исчез, будто накинул плащ-невидимку. Кривич ногой отодвинул стул и плюхнулся на него. Посмотрел в точку на стене и, наконец, оглядел Собина и Семена, - А вы что стоите, как неродные, господа попаданцы? Будьте как дома, а то, что вы в гостях вам обязательно напомнят.

- Ты чего, Толян? Заговариваться стал? Только шизы нам сейчас не хватает.

- Вы, что, не поняли? Мы опять влипли. Этот чувак, на сто процентов, входит в местный ВПР, то бишь, военно-политическое руководство. И теперь мы будем на него работать, причем бесплатно, как проститутки на субботнике.

- Как будто ты не знаешь, что нельзя быть одновременно и богатым и здоровым, там где деньги, там постоянно дерьмо. Так что нормальное хотение, я бы тоже хотел, чтобы на меня работали, и тоже бесплатно. Главное, что мы так не хотим и не будем.

- А ты что молчишь, Семен?

- Не мой уровень, не знаю, что сказать. Знаю только, что брать этого мага придется в любом случае, будут нам платить или нет.

- Есть предложения, как лучше это сделать?

- Надо ехать в провинцию и на месте смотреть. Но уже понятно, что его надо выманивать из собственного замка в место, где он будет лишен своих преимуществ.

Появился посланный паренек с подносом, начал выставлять чашки. Кривич взял одну в руки, пощелкал пальцем и довольно сообщил, - Фарфор, не хуже европейского.

Официант как раз закончил ставить посуду и изобразил поклон Толяну с кофейником. Кривич медленно, чтобы тот успел разглядеть, достал из кармана серебрушку, погонял по костяшкам пальцев и положил рядом со своей чашкой, - Наливай, Абдулла!

Паренек налил ему горячую жидкость, по запаху похожую на кофе и монета испарилась со стола. Пока наливал в другие чашки, негромко доложил, - Хозяин прислал Мышкена с документами, ждет за дверью. Прикажете впустить?

- А как же! Иначе мы весь кофе выпьем. Или как он у вас называется?

- Гельвея, если вы не возражаете.

- Гельвея, так гельвея. Горькая гельвея! А сахар сюда не полагается?

- Это что?

- Белый или желтоватый порошок. Хотя, скорее, сахар должен быть большими кусками, которые раскалывают и кладут в гельвею, чтобы она была не такой горькой.

- Нет, у нас сахар не используют. А гельвею пьют со свежей выпечкой и медом, - и пододвинул блюдо с плюшками к Кривичу. Тот кивком отпустил довольного официанта, макнул булочку в ярко-желтый мед и откусил, - А ничего так, с пивом потянет.

От боковой двери послышалось шарканье. Все повернули головы, оттуда к ним медленно приближался сморщенный старичок с пачкой бумаги, прижатой к телу обоими руками. Кривич, на всякий случай посмотрел на Собина, тот пожал плечами. Быстрее всех среагировал Семен. Он подскочил к старичку и перенес его к столу, - Присаживайтесь. Вы же к нам по делу?

- Иначе бы он не отправился в такой далекий путь, - неостроумно пошутил Толян.

Игорь догадался, - Вас хозяин прислал, с данными по Флугадену и Хветефельтину.

Старичок кивнул и рухнул на стул, - Истинно так, молодой тун.

Тут уже подсуетился Кривич. Он плеснул кофеек в чашку и пододвинул к дедку вместе с выпечкой, - Подкрепись, а то коньки еще тут отбросишь.

- Огромная благодарность, молодые туны, - и залпом выпил горячий кофеек и крякнул, - Давненько меня не угощали гельвеей! Что в начале хотите узнать, молодые туны?

- А можно портрет увидеть этого злодея? – обрадовался Кривич.

Старик отодвинул бумаги, пожевал губами, вспомнил про свой склероз и вытащил из внутреннего кармана старой куртки голубой шар с кофейную чашку, из другого кармана антикварную подставку из стертого металла, водрузил шар и прошепелявил «Насхи». И проекция шара повисла над столом, как мыльный пузырь.

Потом дедушка что-то пошептал и потер свой шар. И в шаре появилась движущая картинка: по парковой дорожке шел крупный эрк в темно-синем мундире с золотыми пуговицами и поясом. Головного убора на нем не было, поэтому было видна темносерая лысая голова и более светлое, но тоже серое лицо. Эрк шел по делу, быстрым шагом и прошел через наблюдаемую часть дорожки за пару шагов.

- А можно вернуть, не успел рассмотреть, - не успокаивался Толян.

Старичок без разговоров потер шар и эрк попятился обратно, но старый продолжил нудным голосом, - И прошу учесть, молодые туны, такие маги, как Флугаден могут принимать любой облик, как мужчины, так и женщины.

- И что же делать? – у Кривича даже голос изменился от такой подставы.

- Не переживать, молодой тун. Ибо, как говорил мудрый маг… забыл, как его зовут, прошу меня извинить, он умер еще при Первом Императоре. Так вот, он сказал «Мир постоянно меняется, поэтому нет в нем ничего постоянного. Лето сменяет зиму, невинность опыт жизни. И есть лишь одно исключение: надежда. Ибо тому, кто надеется, всегда поможет Небо!».

И вынул из очередного кармана овальную коробочку, в которой лежала двухцветная стрелка, покрытая вдоль продольной оси желтым и зеленым металлом.

- Это Указатель. Когда вы приблизитесь к разыскиваемому лицу на дюжину тысяч шагов, то Указатель укажет направление, в котором вам надлежит двигаться. Что еще вас интересует, молодые туны?

- Какая у него охрана? – вопрос от Семена.

Старик вновь пожевал губы, вспоминая, и начал рыться в бумагах, - Всё зависит от того, что молодой тун вкладывает в слово «охрана». Если здоровых охранников, оберегающих своего господина от покушения на его тело, то четыре, сколько и положено светлому тару Хветефельтина. А вот сколько у него учеников, способных применить боевую магию, это интересный вопрос. Вот! Четыре зимы назад тар Флугаден подавал прошение в анклав Элазии о присвоении трем магам первого ранга, пяти второго, восьми четвертого и дюжине пятого, что подтверждается Листом испытаний. Если учесть, что при испытании на пятый ранг маг должен успеть поразить две одновременно двигающиеся мишени, то можно уверенно подсчитать, что архимага Хветефельтина будут защищать не менее двух дюжин и еще четырех магов. Может и больше. После этого Флугаден поссорился с конклавом и сам решал, какой ранг присудить.

- Но нам говорили, что каждая провинция должна выставлять определенное количество воинов, а такая богатая провинция должна выставлять не менее дюжины сотен воинов, каких-нибудь «полевых» или «винных».

- Да, такой обычай существует в Элазии со старых времен. Но Флугаден нашел отговорку в древнем законе. По нему тар провинции имеет право вместо каждой сотни выставить четырех магов, не ниже четвертого ранга.

Семен не унимался, - Ладно, пока понятно. Теперь про его магов. От нападения какого количества воинов эти маги способны защитить?

- Сложный вопрос. Если имеется в виду нападение на замок, то такое количество магов способно удерживать оборону в течение шести седьмиц от дюжины сотен «дубовых» в полном снаряжении. Если имеется в виду атака в полевых условиях, на колонну, то их защита выдержит попадание любого метательного оружия в течении хорса, не меньше.

Собин еле дождался, пока старик закончит речь и передохнет, - Теперь хочется увидеть карту Хветефельтина.

- И узнать, как маги могут наступать, - вклинился Семен.

- По очереди, молодые туны, очень прошу: по очереди. А то я могу забыть, что вы от меня хотите, - бормотал старик, копаясь в бумагах, - Ага, вот она!

Дед развернул рулон, раскатал по столу и, придерживая по краям, что-то прошептал. Карта застыла, как ледовый каток и начала набухать. Из набухшего льда стали расти микроскопические сосульки и раскрашиваться в разные цвета. Толян даже ляпнул что-то восторженно-нецензурное, хорошо хоть в полголоса. А старик сказал еще одну фразу, на этот раз на вдохе и над картой приподнялась тонкая ледяная линза.

Кривич заглянул в неё и ошарашено отшатнулся. Заинтересованный Семен тоже решил посмотреть: под линзой вместо карты было видно живую дорогу с высоты птичьего полета. Семен автоматически подвинул линзу и рассматриваемый участок тоже сдвинулся. Теперь можно было увидеть потухшее кострище на месте стоянки на берегу ручья рядом с небольшой лиственной рощицей. Он решил уточнить, - И что, так можно рассмотреть всю дорогу отсюда и до туда?

- Конечной, молодой тун.

- А высоту можно менять?

- Покрути тонз вправо и участок дороги станет увеличится, покрути влево и твой взгляд сможет увидеть больше, но на меньшем участке.

- Шикарный девайс! А можно рядом линейку приделать, чтобы знать расстояние дневного перехода?

- Переверни тонз!

Семен так и сделал и удивился: по краю карты шло три цветные линии: желтая, зеленая и синяя, а старик продолжил объяснение, - Я знаю, что ты их увидел. Желтая линия показывает дневные переходы для всадника, по зеленой ты сможешь узнать количество переходов при езде на повозке, а синяя поможет тебе узнать, сколько дней ты потратишь, если пойдешь пешком.

Семен решил доконать старика, - А можно посмотреть на карте всю дорогу от Элазии до... а как столица Хветефельтина называется?

- Она называется Червальтен, молодой тун.

- Вот-вот, до Червальтена?

Дед только кивнул, нашел и приложил к карте еще один лист, который сразу застыл и из него начали расти сосульки, тут же окрашиваемые в разные цвета. Дед глянул, подумал и сбоку положил еще пару листов. Дождался, когда все листы примут одинаковый вид и приподнял линзу повыше.

Семен прильнул к линзе и протянул руку к Кривичу, - Лист бумаги и ручку!

- Я запишу, молодой тун, - старик уже нашел свою самописку и пододвинул пачку чистой бумаги.

- Поехали. От столицы до границы провинции три конных перехода, четыре с повозками. Дальше. Если ехать по левой дороге через всю провинцию, то... десять конных и восемнадцать с повозками. А если по правой, то... двенадцать конных и... двадцать один с повозками. А вот и Хветефельтин, тоже растянут поперек. До столицы четыре конных и шесть с повозками. И сёл здесь меньше, чем в других провинциях. Почему? - Семен спрашивал уже у старика.

- Правители этой провинции всегда считали, что если иметь меньше крестьян и маленькую, но обученную дружину, то денег в казне будет больше.

- Понятно, экономика рулит. Почвы плодородные, палку воткни, вырастет. Зачем много крестьян? - прокомментировал Игорь.

- Не только. Издавна Сиятельные Таны интересовались этим феноменом, но никто не смог предложить разгадку. Верным считается мнение, что маги как-то могут выращивать богатый урожай. Кстати, за разгадку предложено вознаграждение сто золотых. А по предыдущему вопросу могу сказать, что светлый тар Вииллсвина заботится, как о крестьянах, так о дорогах, поэтому купцы предпочитают ехать по его земле, несмотря на то, что эта дорога длиннее.

- Светлый тар Вииллсвина, Тритап эйк Вииллсвин Бесарде?

- Да, а что?

- Просто он нам помог отстоять крепость в битве с хиронскими захватчиками, - пояснил Кривич, - Придется к нему заехать, заодно что-нибудь полезное предложит.

- Зачем куда-то ехать, чтобы его увидеть? Он здесь, в Эластоуне, в своем поместье тоже ждет приглашения в Дом Элазии. Все светлые тары имеют дома в столице.

Собин подитожил, - Тогда так. Сейчас расходимся, обдумываем, а завтра, с утра к его милости на встречу старых друзей, а заодно и на совещание. Пусть придумает, как нам побыстрее до этого мага добраться, своим ходом не успеем, ни на конях, черт с задницами, ни тем более, на повозках.

- Позволю спросить, молодые туны, а зачем вам ехать куда-то на конях? Есть же порталы. Дорого, конечно, дюжина золотых с головы, но быстро.

- А дорого - потому что владеет ими Сиятельный Тан и только за такую цену он может обеспечить безопасность, - с ухмылкой добавил Игорь.

- Именно так, молодой тун. А сейчас я удалюсь, с вашего позволения, если я больше не нужен? К сожалению, пришло время пить лекарство.

- Ладно, иди, дедуля! И осторожнее в коридорах - там часто проливают масло, а это опасно для жизни, - поднял Кривич старика.

И все трое уткнулись в карту, не обратив внимания, что тот пошаркал к другому выходу. А старик вошел в комнату, встал спиной к просмотровому окну, устало вздохнул и снял с лица воображаемую маску. И за стол уселся не старый, а только в возрасте эрк, с хоть и обвисшими, но мышцами. Он взял кубок хозяина и, не обращая внимания на молодых помощниц жриц, одна из которых с энтузиазмом оседлала толстяка, а вторая стояла за его спиной и массировала ему голову, лежащую на её груди, и шумно влил содержимое в рот.

Хозяин услышал шум, приоткрыл один глаз и кивнул бывшему старику, - Говори!

- Ох, и трудную работенку ты мне подкинул, хозяин! Я пару раз чуть концентрацию не потерял. Но все-равно, один что-то почувствовал.

- Худой?

- Он. А что, он не только меня почувствовал?

- Он всех «почувствовал». Он Дашин-темон.

- О-о-о! – Мышкен даже кубок на стол поставил от удивления.

- А в остальном что?

- Готовятся посетить Хветефельтин. Да, они сказали, что тар Вииллсвин их знает и просили его пригласить сюда. Вроде как он должен им помочь.

Толстяк на минуту закрыл глаза, потом сказал, не открывая глаз, - Дозволяю отправить скорохода к тару Вииллсвину, дабы пригласить его в мой дом со всем уважением. И пусть передадут, что здесь его ожидают туны Игорь, Семен и Анатолий. Всё, пошел! И отправь худого к Мастеру взысканий, когда тот появится.

Мышкен одновременно смог вскочить, налить вина в кубок и выпить и тихонько направиться в дальнюю дверь. А скачущая жрица наклонилась к толстяку и впилась в губы.

***

Через пять минут после ухода старика, когда официант унес пустой кофейник и Собин устал молотить пальцами по столу, он спросил у Семена, что-то выглядывающего на карте, - Ты еще долго?

- А что, мы торопимся, - ответил Семен, не отрываясь от тонза.

- Просто надоело смотреть, как ты работаешь!

- Ты не прав, Игорь, - засмеялся Кривич, - нет ничего увлекательнее смотреть, как другие работают.

- Лажа это всё! Мне проще самому сделать, чем кому-то объяснить или смотреть, как другие работают.

- Не ссорьтесь, горячие парни, - Семен все-таки оторвался от карты и с исписанным листком откинулся на спинку стула, - Теперь я могу сказать о своих выводах по поводу предстоящей операции.

- Мальчик, вина! – скомандовал радостный Кривич.

Официант появился сразу с двумя кувшинами и кубками и ловко расставил всё на столе, - Вообще-то мама назвала меня Тиктонк.

- Тиктокер? – Кривич чуть не свалился от смеха.

- А кто это, Тиктокер? – осмелился поинтересоваться парень.

- Это существо, которое всё обо всех знает и всем рассказывает.

Паренек не успел ничего сказать ибо остолбенел и сказал мертвым голосом «Туна Игоря в Морской гостиной ждет Мастер взысканий» и встал у двери. После этого остолбенели все трое. Впрочем, привыкший и не к таким закидонам Семен смог действовать быстрее остальных. Он похлопал Собина по плечу, - Идите, Игорь Вадимович, Вас какой-то начальник дожидается. Нехорошо заставлять ждать начальство, даже чужое.

Игорь прокашлялся, - Да, конечно, пошли, Тиктокер, показывай дорогу!

Кривич медленно налил вина в кубок себе и Семену, вручил и чокнулся, - За спокойное окончание этого беспокойного дня!

И залпом выпил, - А теперь объясняй свои выводы.

***

Морская гостиная оказалась оранжевого цвета, в центре которой, за круглым столом сидел худой старик в дорогой одежде с богатой вышивкой, а в углу за ним секретарь. По крайней мере, молодой эрк в невзрачном сером костюме, с самопиской и пачкой бумаги на столе перед собой, никем иным быть не мог.

- Судя по мешкам под глазами, либо пьет, либо болеет, - решил Собин и сел напротив старика, - Это я, тун Семен. Для чего я Вам понадобился?

- Ты понадобился? Это для чего я тебе понадобился? – сразу начал говорить криком старик.

Откуда-то появился толстяк и пояснил Мастеру взысканий, - Этот тун иномирец. А еще он работал счетоводом. Это шанс узнать, как в других мирах собирают налоги. Вдруг обнаружишь что-то полезное.

Он кивнул и на стол перед гостем поставили дымящийся кофейник, - Горячее вино, как ты любишь, - объяснил толстяк и ушел, не дожидаясь, пока слуги закончат выставлять на стол закуски.

Уважая старость, Собин разлил понемногу вина, один кубок подал старику, за что удостоился кивка, а второй поднес к носу и понюхал, - Что-то вроде глинтвейна, горячее вино со специями и травками. И какая польза от такого напитка?

- Почему должна быть польза? Просто горячее вино. Хотя, Вы правы, польза есть. Такое вино разгоняет кровь и греет суставы. А что еще нужно старику вроде меня?

Потягивая вино, Собин размышлял, какую взаимную пользу он сможет получить. Не придумав, спросил, - А как у вас собирают налоги? Откупщики или люди вашего ведомства?

- Мои люди собирают. А откупщики, это кто?

- Это те, кто платит налоги за город, а потом взыскивает с города, сколько может. Применяется в случаях, когда деньги очень нужны сегодня, а что будет завтра, никто не думает.

Мастер глотнул вина и скорчил гримасу, - Откупщиков у нас нет, но о завтра мало кто думает. Расскажите, какие у вас налоги.

- Налогов много. Есть налоги с зарплат, есть налоги с прибыли, есть с ввозимых товаров, есть с оборота.

- Как считаете с ввозимых товаров?

- Когда в страну ввозят товары, то специальная служба, у нас она называется таможня, по определнной методе вычисляет стоимость, с которой купец платит пошлину. А чтобы эту стоимость не искажали, купцу выдают специальный документ, в котором указана эта стоимость. Когда купец продает товар, то отдает этот документ покупателю и на основании документа покупатель уменьшает налог с оборота…

- Это же и взятку давать бесполезно! – восторженно прошептал Мастер и вздохнул, - Но, чтобы выстроить такую систему надо. А есть способы, чтобы прямо сейчас увеличить поступление взысканий?

- Ну… Может, монополия на алкоголь? Чтобы вино и крепкие напитки продавались только через заведения, принадлежащие Сиятельному Тану или Дому Элазии, не знаю, как вернее будет.

- Вернее будет Дом Элазии, но этот способ не подойдет. Владельцы виноградников взбунтуются.

- Тогда… Вспомнил! Есть шикарный способ, как в анекдоте. Короче, поспорили три человека, что смогут заставить кошку, это такое домашнее животное на Земле, с шерстью и хвостом, на четырех лапах, съесть горчицу, это такая горькая приправа. Первый взял кусок мяса, засунул внутрь горчицу и скормил кошке. «Это обман!» закричали второй и третий. Тогда второй зачерпнул ложкой горчицу и с силой всунул в пасть кошке. «Это насилие!» закричали первый и третий. А третий намазал горчицей кошке под хвостом и бедному животному пришлось слизывать горчицу со своего нежного места. И, так как первый и второй ничего не сказали, победил третий и сказал «Всё, как договаривались: сама, без обмана и насилия». Так и здесь можно сделать. Нужно все обращения в любое присутственное место, не только в Дом Элазии, подавать на бумаге со специальными знаками, подтверждающими уплату пошлины, причем чем крупнее просьба, тем больше пошлина.

- Это решение пришло с Неба, причем, в самом деле, без обмана и насилия.

- А у вас держат домашних животных? – неожиданно пискнул секретарь.

- Да, наши девушки даже здесь подобрали детеныша бароха. А у вас разве не так?

- У нас считается, что животные должны жить там, где им предначертано. Дикие в лесу или степи, а домашние – в своих домах, а не загрязнять дом эрка.

- Как сказал Мастер церемоний «Воистину, у разных народов разные обычаи». О, цепочка получилась разные народы – разные обычаи – музеи и экскурсии. Как я понимаю, доступ в Дом Элазии ограничен. Можно ли организовать показ этого Дома для всяких богатых купцов? Если можно, то можно раз в несколько седьмиц продавать посещение Дома, можно даже на аукционе. Аукцион это такое мероприятие, когда выставляют одно посещение Дома Элазии и выигрывает купец, заплативший самую высокую цену.

- Записывай! – наорал Мастер на своего секретаря, - Всё записывай! Тун Игорь, чем я могу отблагодарить за твои знания?

- У нас намечается переход через портал большим количеством людей, коней и повозок. Можно ли нам получить скидку?

- Боюсь, на это у меня нет прав. Но я обращусь к Сиятельному Тану и надеюсь, что он не откажет в благодарность за полученные возможности увеличения взысканий в казну Элазии.

- Понятно. «Денег нет, но вы держитесь». Насколько я понимаю, получения ответа от Сиятельного Тана – дело небыстрое, а нас ждет портал уже завтра. Тогда выскажите ваше мнение, ведь это не требует денег, чем нас может отблагодарить Сиятельный Тан за наши услуги? Мы помогли отстоять крепость на границе, без нас второе сражение закончилось бы разгромом и уже хиронцы проводили бы экскурсии по Дому Элазии. Отправить обратно, как обещал, он не сможет – архимаг мертв. Кстати, его убийцу нашли тоже только с нашей помощью. Так какую награду, на ваш опытный взгляд, мы заслуживаем? Даже без сегодняшней беседы.

- Так сразу не могу сказать…

- Шугамай! – встрял секретарь.

Мастер неодобрительно посмотрел на сосунка, встрявшего в разговор специалистов, но все-таки кивнул, - Да, Шугамай в свое время помог отстоять независимость Элазии. И его в награду назначили светлым таром Визканзии. Небогатая провинция, но все-таки. К сожалению, сейчас свободных провинций нет, поэтому…

- А эти, которые Элазия фактически потеряла, но по закону они ей принадлежат?

- Аскальтин и Мезиликия? Да, раньше это были доходные провинции, но, кроме освобождения, понадобятся большие суммы для восстановления.

- А Сиятельный Тан не сможет выделить кредит?

- Нет. Даже если предложенные меры подействуют, основные излишки пойдут на покупку оружия, приобретения запасов на случай осады или голода… Нет, ничего выделять не будут.

- А освобождения от налогов, то бишь взысканий на двадцать зим и беспошлинный ввоз товаров?

- Хм… Да уж, тун, вас с ложки кормить не стоит, вы сразу всю тарелку заберете и оставите голодным. Скажем так, это подлежит обсуждению.

Собин увидел ошарашенного Тиктокера и встал, - Тогда, наверно, это всё. Был рад беседе с умным Мастером, но меня ждут, без меня опять что-то случилось.

Собин направился к выходу, но его догнал писк секретаря, - А можно посмотреть на бароха?

Игорь глянул на улыбнувшегося Мастера и кивнул, - Как только выпутаемся из всех передряг – приходи, покажем. Может, даже получиться его погладить, если у него будет хорошее настроение.

И направился в открытую Тиктокером дверь, но его остановил вопрос Мастера, - Тун Игорь, а есть средство увеличить доход младших сотрудников?

Собин задумался и повернулся к старику, - Такого средства нет. Но можно уменьшить их расходы.

- Это каким же способом?

- Ну, я думаю, в столице основные затраты молодых сотрудников приходятся на съем жилья и покупку продуктов. Можно, например, построить дом для таких сотрудников. Не так! Если построить дом, в котором будет много квартир, пусть и небольших, из одной комнаты, но зато с небольшой платой. И продукты можно покупать на дом, в придомовую лавку за счет жильцов и продавать с небольшой наценкой. У нас это называется жилищный кооператив…

Собин едва успел договорить, как его утащил Тиктокер и буквально понес по коридору, приговаривая «Там.. там такое!». После чего впихнул в гостиную и замер у выхода. А Собин замер посередине комнаты: спиной к нему сидел герцог, Флешен рядом осторожно переливал содержимое небольшого бочонка в кувшин, напротив Семен уснул лицом на столе, а Толян, пьяный в стельку, пел, навалившись к стене «Ой, мороз!».

Собин решительно подошел к герцогу, - Ваша милость, что вы с ними сделали? Про туна Семена не знаю, а туна Анатолия я в таком состоянии видел четыре раз за многие годы.

Герцог посадил Игоря рядом и разве руками, - Сами ничего не понимаем! Выпили один кувшин, Флешен второй стал заполнять и вдруг такое…

- Ясно. Вначале спасаем, потом разбираемся. Тиктокер, зови старшего слугу. И быстро! Дело жизни этого дома!

На безмолвный вопрос герцога пояснил, - Толян сейчас допоет «Мороз». Потом перейдет к «Черному ворону» или «Там вдали за рекой», а потом, когда начнет петь «Так пусть Троцкий с отрядом флотских», то пойдет бить морды тем, кто подвернется. Причем будет бить о стены. А, поскольку в таком состоянии силу оценить не может, то бьет со всей дури. Людей не жалко, а вот зданию потребуется ремонт. И, дай Бог, чтобы не капитальный!

Тиктокер втащил Тота в помещение, не закрыв дверей и толпа жриц и их помощниц с интересом наблюдала, как бледный, как лунная ночь старший слуга стоял, поддерживаемый Тиктокером.

- Как тебя зовут?

- Тот.

- Нужно сделать следующее, Тот: нужно вывести туна Анатолия на воздух, пока он не начал крушить стены. Для этого нужно на большой поляне постелить на траву покрывало или что у вас есть, рядом накрыть поля… Я хотел сказать выставить закуски, лучше горячие и запивку к ним. Неподалеку развести огонь, но не большой, а так, чтобы угли тлели. И мяса на кухне возьми, для жарки, сейчас сойдет и не маринованное. Вроде всё. И эту принести, гельвею, будем возвращать к жизни туна Семена. Всё, вперед и с песней!

- Нельзя ему гельвею сейчас пить! - в комнату ворвалась Леймана, подбежала к Собину и шепнула в ухо, - После нас нельзя вино пить, тем более, молодое - магия растекается по жидкости и эрку становится плохо. А если еще выпить гельвею, то никто вообще не скажет, что произойдет. Лучше пусть они выпьют с водой по дюжине капель, - она показала зажатый в руке пузырек, - И им станет лучше.

Собин протянул руку, но девушка сжала кулак, - Только сначала пообещай, что сегодня ты будешь спать только со мной.

Игорь пожал плечами, - Да с кем тут еще спать? - и попытался взять лекарство, но девушка крепко убрала кулачок и лукаво улыбнулась, - Мужчинам верить нельзя! Я поставлю тебе метку на руку...

Жрицы начали понимать, что происходит что-то незапланированное и попытались прорваться. но хозяйка Лейманы загородила проход и стала драться. Девушка заметила и поторопила, - Не спи, тун! Нам сейчас помешают!

Игорь боковым зрением заметил мельтешение в дверях и без колебаний протянул ладонь. Девушка хлопнула по запястью и на нем появилось красное пятно, которое поползло по руке и остановилось у локтя. Остановилось и прекратило светиться, превратившись в татуировку с красным цветком, похожим на мак. После этого Леймана взяла пустой кубок, налила воды из графина и накапала свое средство. Затем за волосы приподняла голову Семена и влила половину жидкости ему в рот. Подошла к Кривичу, ласково погладила того по щеке и протянула кубок. Не сводя глаз с девушки Толян выпил содержимое и снова откинулся на стену.

Пока слуги накрывали «поляну» на поляне перед домом, а девушка следила за самочувствием Толяна и Семена, Собин успел «зарядить» герцога проблемой. Вначале тот, как честный человек, собирался оплатить портал для всего отряда, но Игорь уговорил его этого не делать. Сошлись на том, что его милость за свой счет переправит пятерых и поможет с организацией налета. Ну и Флешен, наконец-то, поступит в распоряжение землян.

А потом все перебрались на поляну к костру. Игорь потягивал вино мелкими глотками и жалостливо смотрел на протрезвевших и поэтому хмурых Семена с Толяном, затем подошли жрицы с помощницами и стали помогать в уничтожении вина, рассевшись подальше от Собина и поближе к другим мужикам. А потом, под действием алкоголя, лед растаял и дело пошло.

Девчонки выскочили танцевать в своих полупрозрачных развевающихся платьях, которые больше подчеркивали, чем скрывали их достоинства. Поэтому зрители легко увидели, как у танцорок ходит тело, а оно ходило похлеще, чем у бразильянок на карнавале. Семен с Толяном начали заводиться и не спускали с них глаз, чтобы не пропустить ни одного движения. Правда, Собину не дали толком насладиться эротичными танцами, Леймана увела его быстренько в дом. Игорь успел увидеть слуг, выглядывавших из окон первого этажа и всех дверей с такими лицами, будто они увидели пророка, раздвигающего море.

Но Собин не смог увидеть Мастеров, смотрящих на пикник из темного окна на втором этаже, закрытого лианами. Мастер церемоний, в парадном костюме, уменьшающим его полноту с помощью многочисленных узоров , вышитых золотом, с безразличным видом смотрел на происходящее, потягивая рубиновое вино. В то время как худой Мастер взысканий, теряющийся в темноте из-за своей одежды, даже забыл про кубок в своих руках, так его заинтересовало зрелище.

Толстяк добил вино и отвел руку в сторону. Кубок мгновенно исчез из руки, зато вложили другой, с вином. Он сделал глоток и спросил, - Мне кажется или я ошибаюсь, что иномирцы изменят нашу жизнь?

- Ты ошибаешься, уважаемый Аделар. Они уже изменили. Жители Элазии, пусть и немногие, но увидели, как можно жить по-другому. Нам остается только воспользоваться этим и преумножить нашу власть и наши состояния.

- К ним на беседу рвется Мастер защиты. Хочет узнать их мнение по поводу хиронцев.

- А еще многие высокородные жены и дочери хотят сделать прическу у иномирцев, - сказал худой и подтвердил сказанное убедительным кивком, - Вы знали, что жена Слуги Магуна не смогла или не захотела скрыть обновление своего облика, сделанное их женщинами? А еще они имеют запас настоев из крови и мяса барохов.

- Думаешь, мы зря посылаем их за Флугаденом?

- Думаю, что нет. Самое главное, они должны привыкнуть получать команды от нас и есть с наших рук.

- Это сомнительно. Мои шпионы докладывают, что они любое препятствие преодолевают с пользой для себя, а не для кого-то другого.

- Может да, а может и нет. Видите, как они не спускают глаз с ваших жриц?

- Вижу. Но еще я знаю, что тун Игорь, беседа с которым произвела на вас неизгладимое впечатление, оказался Дашин-темоном и жрицы потерпели поражение. Они, конечно, попытаются добиться своего, но пока он сильнее орденских жриц.

- А давай сделаем заклад? Я поставлю свое поместье за Эластоуном, которое тебе так понравилось. А ты оплатишь услуги всех жриц, прыгающих за окном, на девять седьмиц, в течение которых они будут выполнять мои желания.

- И в чем суть заклада?

- В провинции Аскальтин. Мезиликию они будут просить у Сиятельного в качестве награды за свои подвиги, а я постараюсь убедить их вернуть Элазии Аскальтин, так же, как и Хветефельтин.

- Они еще не взяли Хветефельтин.

- Они его возьмут. Дело в их головах, они мыслят совсем не так, как мы. Поэтому передумают Флугадена и захватят его замок. Так что, если настаиваешь, могу включить в заклад еще и Хветефельтин.

- Согласен. Закладываюсь на твоих условиях.

***

Леймана привела Игоря в его комнату, скупо освещаемую только кубиком, стоящим на тумбочке около кровати. Остановила перед свисающим покрывалом и резко толкнула на кровать. Собин только приземлился, а девушка уже сидела на нем и привычно расстегивала форму.

Но Игорь резко перевернулся и теперь он был сверху. Лейману перемена не сбила с дела и она продолжала освобождение партнера от одежды. Игорь задрал платье и провел рукой по животу. Живот на ощупь был нежным и горячим. Игорь задрал платье выше.

Девушка легко встала на «мостик» и платье улетело с кровати. Мужчина воспользовался моментом и стал целовать тело девушки. Как ни странно, но её тело было деревяным. Игорь удивился непривычной реакции на привычное действие, но продолжил поцелуи, постепенно смещаясь выше. Когда он добрался до шеи, тело Лейманы, затряслось, как при оргазме.

Игорь хоть и поразился такой реакции на поцелуи, но сохранил хладнокровие, как ему показалось, и наконец-то впился в губы. Девушка буквально подпрыгнула и прилипла к телу Собина. Когда он вошел в неё, раздался оглушающий вопль, непрекращающийся долгое время.

За пару секунд до этого, на поляне танцующих жриц скрючило, а после вопля они вообще повалились на землю. Герцог удивленно посмотрел на Кривича, тот поискал взглядом Собина, не нашел и пояснил его милости, - Это у туна Игоря ночные забавы начались. Теперь до утра не уснуть. Так что давайте выпьем за эти крики!

***

Утром все встретились за завтраком. Красные глаза были у всех, но подкалывать начал, как обычно, Кривич, - Может поделишься опытом, что нужно с девушкой сделать, чтобы она так вопила?

Собин отрезал кусок жареного мяса и медленно жевал, а заодно оглядывал сидящих. Взгляд у всех, и эрков, и землян был одинаковый: с удивлением и завистью. Собин наконец прожевал мясо и запил морсом, - Ничего такого, что не делал раньше, просто здесь, Вы уж извините, Ваша милость, не умеют с девушками обращаться, даже простых поцелуев не знают. Вот она и завелась по-настоящему только лишь от хорошей прелюдии. А, если честно, то я не помню. Всё какими-то кусками.

Собин и Кривич не заметили, а Семен увидел, как встревожено переглянулись герцог с Флешеном и сразу уточнил, - Что-то не так?

Герцог замялся с ответом, но Флешен прямо врубил, - Да эти жрицы что только не применяют, чтобы в постель заманить нужного мужика! За деньги они кого хочешь оприходуют!

- Надеюсь, ты ничего не извергал? – добавил перца его милость.

Собин пожал плечами, - Не помню. Как я сверху в неё входил – помню. Как переворачивал – помню. Потом провал. Потом помню, как мы с ней в обнимку лежим.

Флешен даже сплюнул от огорчения.

- А можно узнать, из-за чего такой кипеж? – не удержался Кривич.

- Тун Анатолий, есть старинные легенды, по которым плод связи Дашин-темона и жрицы Ордена Понимания приводил к большим разрушениям.

- Ага, сынуля во вред отцу перейдет на темную сторону и устроит кипеж. А я тогда на какой стороне? И что теперь делать?

- Как ты любишь повторять: всё, что не делается всё к лучшему. Так что об этом мы подумаем потом, когда будем поздравлять с сыном, - захохотал Толян.

- Может, еще и обойдется, - решил ободрить Собина Флешен, - Говорят, ей надо семь раз переспать, чтобы сын в силу вошел.

- И что, предположим, мужик знает, что будет и все-равно трахает её?

- Эти случая всегда предначертаны Небом, поэтому никуда не денешься, ляжешь в её постель.

- Значит, это карма, - расслабился Собин, - Тогда я спокоен. А что за мундиры на нас одели?

- Это мундиры охраны Дома Элазии, вторая цепь. Первая цепь охраняет лично Сиятельного Тана, вторая Дом Элазии внутри, третья снаружи, - охотно объяснил Флешен.

- И кому подчиняется вторая цепь?

- Старшей сестре Сиятельного Тана, Несравненной Курашим. Она с молодости вела себя, как мужчина: стреляла, дралась, пропадала из Дома неизвестно куда. Наверно, поэтому, ей не смогли найти мужа. И когда умер предыдущий Главник второй цепи, она зубами вцепилась в должность. Если честно, большинство думало, что Курашим сама вскоре откажется, но она достойно организовала охрану, - рассказал герцог, - И поводов менять её нет. А она по-тихому заменила цепь, набрала в неё подруг, таких же отмороженных…

- И теперь мы будем ходить в их мундирах. Надеюсь, юбки одевать не заставят? - хмыкнул Семен.

- Зря ты так, тун Семен, - не одобрил сказанное герцог, - Носить мундир этого цвета – большая честь для любого туна и даже тара Элазии. Раньше такие интриги были, чтобы записали в эту цепь. Это сейчас бесполезно Курашим упрашивать. И юбки они не носят.

- У туна Игоря полоска на рукаве…

- Это знак полузвеньевого. Звено в цепи это дюжина, полузвено – полдюжины, шесть охранников. Первое звание выше рядового охранника – пояснил герцог Семену.

Собин надоел пустой разговор и он прервал беседу, - Об этом и потом можно поговорить, все-равно, пока мага не грохнем, эти полоски останутся просто полосками. Ваша милость, вчера вы пригласили нас в гости. Будет ли большим нахальством напросится на ваше подворье всем отрядом? По-моему, там удобнее всего готовиться к переходу: соберемся все вместе и ничего не забудем.

- Тун Игорь, могли бы и не обижать меня такими вопросами. За то, что вы вернули в род Коготь, я и моя семья в неоплатном долгу перед тобой…

- Всё, прекратили сопли разбрызгивать. Я запомнил про долг, просто не хочу создавать ненужные трудности. Мало ли что.

- Нет, никаких трудностей не будет, наоборот, моя семья будет рада вашему посещению.

- Отлично. Тогда мы в втроем к нашим, Флешена еще заберем, дорогу нам покажет. А как соберем колонну – дадим знать. Тогда и встречайте.

- Тун Игорь, хочу предложить другое: Мы втроем отправляемся в поместье, я, ты и тун Анатолий, а Флешен с туном Семеном в поместье архимага. Пока твои люди доберутся, мы успеем обсудить некоторые дела.

- Я лучше с Семеном к нашим, там без меня такого наворотят, год разбирать будем.

- Семен?

- Отправляйтесь, тун Игорь, никаких проблем не будет.

- Ладно, Гуле привет передайте, увидимся позже. Пойдемте, Ваша милость, надо хозяина предупредить.

- Не надо, он и так знает, что у него в доме происходит, - и герцог пошел к двери, увлекая Игоря за собой.

А хозяин действительно знал. Он слушал доклады жриц в соседней комнате, на этот раз потягивая горячий напиток вместо вина. А жрицы старались вовсю.

- Так как послушница Леймана успела поставить Метку на вашего гостя, то мы решили объединить усилия и узнать о нем, что можно, - главная посмотрела на толстяка и продолжила, - Его уважают, как его люди, так и эрки. Они даже готовы отдать за него жизнь, пусть пока и не осознают это. А что узнала послушница, она хочет рассказать сама.

Леймана вышла откуда-то из-за спин жриц и поклонилась хозяину, - Я узнала, откуда у него такие способности. Вчера ночью мне удалось посмотреть линию его рода. В ней есть воин, земледелец и жрец. А на него самого не так давно наложили смертельное заклятье. Но эти трое защитили его. Всё по Предсказанию.

Её жрица встала рядом и положила руку на свою грудь, - Подтверждаю сказанное, я видела это.

Хозяин задумался, вытянул тяжелый кошель и швырнул послушнице. Та ловко поймала и все женщины попятились к выходу, оставляя Мастера в раздумьях. Дождавшись, когда все выйдут, Мастер крикнул, - Тот! Отправь весть Мастеру магии в Дом... Нет, ему не надо, не будем его вмешивать в мое дело. Когда гости уйдут, отправишь весть в поместье, пусть Мастер магии срочно появится здесь. Но только не порталом! Так доберется, на повозке. И пусть архив подберет по Дашин-темонам и Предсказаниям.

Тот возник перед хозяином, поклонился в знак того, что всё понял и исчез. А довольный Мастер вылез из кресла, - А когда приедет и найдет - у меня будет личная клетка для Дашин-темона. И тогда он все мои желания будет выполнять. И без всякой торговли...

***

Ехать пришлось полчаса. Пока ехали, Игорь расспрашивал герцога про мага и его провинцию. Оказалась обычная провинция с обычным владетелем. Единственное, что было не понятно его попутчику, так высокая урожайность у соседей.

- Два поля, мое и его. На его урожай в два раза больше! - закипал герцог, - Почему? Мне даже маги не могут сказать!

- А крестьяне там отличаются?

- Да нет. Хотя, думают медленнее, чем мои. Но так испокон было, даже шутка есть, что в Хветефельтине надо говорить в два раза медленнее, чтобы жители успели подумать и ответить.

- А купцы к ним часто приезжают?

- Да я даже и не припомню такого. В их провинции только купцы светлого тара торгуют, а чужаки не приезжают. А почему - не знаю.

И повозка герцога мягко остановилась, а двери распахнулись. Собин выглянул: большой двор, не менее трех футбольных полей, местами покрыт травой, местами вытоптан до корки. Огражден высоким забором из вкопанных бревен с заостренным концом. От повозки к трехэтажному дому с большими овальными окнами вела коричневая дорожка, по бокам которой стояли слуги в таких коричневых ливреях. Забор и дом слегка двоились. Игорь повернулся к герцогу, - Почему так, Ваша милость?

- Это так Коготь защищает дом, тун Игорь!

И вышел. Собину пришлось последовать за ним. И только он опустил ногу, как кто-то громкоголосый заорал «Тун де Игорь в гости к светлому тару Тритапу эйк Вииллсвин Бесарде».

Игорь подошел к ожидавшему герцогу, - А что за «де»?

- Так называют одетых в такой мундир. У каждой цепи есть свое название. Пошли, давай, семья ждет.

И улыбнулся на причитание Игоря, - О, Господи, еще и семья!

- Тренируйся, как говорит тун Семен, пока есть возможность. В Доме Элазии всё будет еще жестче!

И Собин «держал лицо», даже когда дорожка, на которую он встал, приподнялась над землей на целый кулак и резко рванула к третьему этажу под углом шестьдесят градусов. Только слегка навалился на герцога, даже не шелохнувшегося от такого перемещения.

Этот лифт привез их к широкому и длинному (более трех метров) балкону на третьем этаже, на котором стояли худая женщина в плотном платье в пол опять коричневого цвета с золотым колье во всю грудь и тонким золотым поясом на узкой талии. Женщина смотрела строго, впрочем, так она смотрела только на герцога, на Игоря она глянула вполне приветливо. За руки её держали мальчик и девочка. Мальчик был большой, лет пятнадцати, с небольшим кинжалом на поясе его формы «дубового» солдата. С левой стороны маму за руку держала дочка, в белом бальном платье и легкой косынке, покрывшей волосы. На запястьях сцепленных рук мамы и дочки были одинаковые изящные золотые браслеты изумительной чеканки, они отличались только размерами.

Собину показалось, что воздух вокруг этой троицы с металлическим оттенком. Женщина глубоко наклонила голову и грудным голосом, совсем не сочетавшимся с её стройной фигурой, произнесла, - От имени рода Вииллсвин Бесарде сердечно благодарю за возврат Когтя Небесного Тигра.

Собин перешел на твердый балкон и с облегчением произнес, - Я рад возможности оказать услугу роду Вииллсвин Бесарде.

Женщина неожиданно принюхалась к герцогу, глаза сузились и она снова обратилась к Игорю, - Прошу извинить, тун, но мне нужно срочно побеседовать с супругом. Дети, в детскую!

Дети развернулись и ушли в комнату, причем девочка успела стрельнуть глазами в Собина. Женщина взяла герцога за локоть и неожиданно сильно потащила его вглубь здания. Герцог только успел крикнуть. – Отведите гостя в его покои! – и исчез в комнате, отгороженной от балкона занавесом во всю стену. Собин завертел головой, не зная, можно ли заходить в здание, из комнаты высунулась голова старого слуги, с поклоном произнесшего, - Прошу следовать за мной.

Покои Собина были богатыми: тисненый шелк на стенах, кровать из красного дерева с вырезанными узорами и высокой периной, но не жилыми. Чувствовалось, что здесь никто не жил в последнее время.

- Ну и ладно, хоть отдохну малость, - подумал Игорь, снял мундир и сапоги и плюхнулся на кровать.

Но покемарить не дали. Минут через десять ввалился герцог с Давиеном, несущим здоровый но легкий поднос, метр на два, не меньше, покрытый каким-то покрывалом из другой комнаты, судя по цвету.

Маг опустил свою ношу на стол у стены, кивнул Собину и сел на стул. Герцог, пытаясь успокоиться, мерил шагами комнату.

Собин посочувствовал, - Сильно досталось?

- Пустяки. Просто жена сильно жриц не любит, что-то семейное. А еще подумала, что я им деньги заплатил. А они серебро не принимают, только золото.

- Да, теперь и на жриц не посмотришь и не разведешься.

- Это как? – Давиен сразу заинтересовался.

- Ну, у нас, женщина и мужчина могут расторгнуть брак и жить в одиночестве, либо соединиться узами брака еще раз. Или несколько, у кого какие желания.

Герцог так и замер, с поднятой ногой, - И, что, женщина возвращается к родителям?

- По всякому. Может муж съехать с совместной жилплощади, из общего дома и снять жилье. Может жена переехать в другое место и снять жилье. Если она хорошо зарабатывает, то и мальчика помоложе может найти.

Герцог снова заходил, - Это неправильно, такого не может быть! Ваш мир сошел с ума!

- С этим я спорить не буду. Но вы же сюда пришли с какой-то целью?

- Мне сделали медаль, если она тебя устроит, то сегодня сможем вручить всем.

Собин взял в руки шестигранник с ладонь, взвесил – легкий, и стал рассматривать. Лента цветов герцога (Коричневый, с одного бока сине-зеленая полоса, с другого узкая оранжевая) прикреплена к диску цвета старого серебра, на котором выгравирован, с нанесением тех же цветом, стандартный щит «дубовых», поверх далемет, направленный в правую сторону и арбалет в левую.

Собин поднес медаль к глазам и оказалось, что у медали еще имеется голограмма размером со спичечный коробок, в виде лепестков на каждой из шести сторон. На лепестках были портреты. Поярче герцога и Собина и тусклые Кривича, Семена, Мальтсуррака и Наташи Корониной.

- Нравится? – с волнением спросил Давиен, - я делал.

- Оригинально, - не кривя, ответил Собин, - только почему только двое яркие, а остальные тускло смотрятся.

- Их еще не зарядили. Когда те, кто изображен, возьмут медаль в руки, то их портрет тоже засветится.

- Очень оригинально. А в жидкость можно опускать, медаль не разрядится? Просто у нас есть обычай в крепкое вино опускать награду, это называется «обмывать».

- Какие у вас все-таки интересные обычаи, - удивился герцог.

Беззвучно появился слуга и что-то сообщил герцогу. Тот ответил слуге, - Передай на ворота, пусть отправляют повозки за конюшню, - и пояснил Игорю, - Ваши люди приехали.

- Как у них так быстро получилось? Неужели собирались нас из тюрьмы освобождать? Вот отморозки!

- Неужели смогли бы?

- Не знаю, Ваша милость, но крови пролилось бы много. Надо идти и узнавать. Как отсюда выйти?

- Портал у той стены, черный квартал.

Собин подошел к стене и глянул на квадрат - обычный нарисованный квадрат на полу, такой же нарисован на стене на уровне плеч.

- Встань на квадрат, положи руку на стену и скажи «Дот» - и окажешься во дворе, у входа в здание. Чтобы попасть обратно - скажи наоборот, «Тод».

Организм Собина, привыкший к тюремным порталам, не заметил текущего переноса и очутился во дворе совсем безболезненно, как раз, когда повозки начали въезжать во двор. Дежурный начальник смены спустился со стены и руками, по крайней мере, слов не было слышно, указала направление движения колонны и, на всякий случай, сам пошел впереди.

На Собина внимания не обращали, поэтому он спокойно наблюдал за въездом трофейных повозок, причем вторая была закрыта брезентом и вел её неуверенный водитель. А с последними повозками во двор вошла Принцесса, ведущая на поводке Анжелу и вопившая на всю округу, - Гуля! Гуля! Ты где? Мы с Анжелой по тебе так соскучились!

Но Гуля так и не появилась, к огромному сожалению Собина. Тогда Игорь пошел к вылезшему Кривичу и начавшей вылазить остальной компании. И тихий двор сразу стал шумным. Собин перешел на командную походку и сразу остановился, так как увидел Батума, осторожно открывающего водительскую дверь на второй повозке.

Собина так увлекло это зрелище, что вообще не заметил, как подошли Толян с Семеном. И пришел в себя только после крепкого похлопывания.

- Что это?

- Ты не поверишь, но у парня способность к управлению автомобилем. Вот и посадили за руль, пусть тренируется, пока дорога простая. Все-равно тачка Сиятельному достанется, - пояснил довольный Кривич.

- Ладно, хоть это понятно. Но откуда вы так быстро? Неужели я угадал и народ собрался тюрьму штурмовать?

- Угадал. - включился Семен, - Мальтсуррак привез Ирину Сергеевну проведать учеников и она узнала эту страшную новость. Ну, девчонки, чтобы её успокоить и предложили освободить невинных жертв тюремных ошибок. А потом еще и Мальтсуррак градус добавил, сказал, что он докажет невиновность наших тунов.

- Мы их уже на выезде остановили, - вклинился Толян.

- А Гуля где?

И Кривич отвел глаза, - Понимаешь, Игорян, она на тебя сильно обиделась и не хочет видеть. Давай ты её вечером найдешь. Тогда она успокоится, наверно.

- Ладно, вечером так вечером. Тогда у нас первым делом самолеты: герцог наделал медали, как я его попросил, за участие в битве при крепости. И перед вручением их нужно зарядить. Мы с ним уже поучаствовали, теперь ваша очередь. Только найдите нашу амазонку, Коронину и Мальтсуррака прихватите.

Зарядка медалей вновь прибывшими прошла обыденно: каждый подходил, брал медаль, видел, как начинал светиться его портрет сначала на одном экземпляре, затем, по цепочке, на всех и отходил с непонятными чувствами.

Заминка вышла после предложения Кривича вручить присутствующим медали прямо здесь. Коронина грудью защищала вариант, что все награждения нужно делать перед строем. Герцог, похоже любовался ракурсом выступления, при котором её грудь поднималась при каждой фразе. Толян настаивал, раз шесть портретов на медали, значит, все шестеро должны получить их отдельно.

Когда Игорю надоел этот цирк, он предложил компромисс: здесь вручают медаль герцогу, а остальные вручит герцог на улице. Этому варианту воспротивился его милость. Оказалось, ему просто лень одному вручать целый стол медалей. Пришлось Наташе на телефон записывать вручение (и поздравление) Собиным герцога, а потом хозяин поместья вешал медали на грудь каждому. Особенно долго пришлось поправлять медаль на хозяйке телефона.

Как известно, всё всегда заканчивается. Закончился и этот кратковременный, но памятный период и все кавалеры медали «За разгром хиронцев при защите крепости Анкольм» портанулись на улицу.

Разумеется, кроме награждаемых, построенных в линию, за необычной церемонией наблюдал весь личный нестроевой состав поместья и кабареки, сгрудившиеся со своими конями поодаль. Даже жена герцога с детьми вышла на балкон дабы присутствовать на вручении.

Собин отошел от шестерки и встал перед строем. В горле пересохло. Он сглотнул слюну и начал, - Бойцы! Земляне и эрки! Вы первыми встретили врага и заставили его умыться кровавыми слезами. Вы принесли Элазии первую победу в этой войне! В ознаменование этого события руководство приняло решение наградить всех участвующих этой медалью. К счастью, потери были небольшие, поэтому награждаемых очень много, так что вручать медали будут четверо. Его милость «дубовым», Наташа Коронина лучшей половине нашего школьного спецназа, Семен Семеныч другой половине. Тун Мальтсуррак вручит медали своим воинам. А мы с туном Анатолием организуем для желающих проведение нашего земного обычая - обмытие наград.

Глава 18

Глава 18. Говорят, мы бяки буки.

Проведение мероприятия понравилось только местным, неизбалованным зрелищами, земляне остались недовольными. Молодежь скомканностью мероприятия, на всё-про-всё ушло пара часов, да и обмыть дали по чуть-чуть, Семен необходимостью отправлять подопечных в новую смертельную авантюру, Кривич очередным геморроем с сортировкой и отбором нужных вещей (а их, по прикидкам, набиралось ох как много). Собин категорическим отказом Гули общаться с ним, даже Коронина развела руки и попыталась его утешить поговоркой про утро и вечер.

Недовольство сглаживалось только парой экспромтов, произошедших на вручении. Вначале Витюша поднялся и стоял на забинтованных ногах все время, пока Семен надевал ему медаль, чем сорвал бурные аплодисменты и не менее бурные матюки от девчонок, когда они позже меняли ему повязки. Все бинты залиты кровью и их было проще выкинуть, чем отстирать.

А потом, когда медали вручили всем стоящим в строю, оказалось, что одна медаль осталась. Разобрались. Оказалось, герцог изготовил и на Принцессу, мотивирую это тем, что она тоже находилась в крепости. Пришлось ему самому вешать награду на шею довольной по самые пылающие щеки девочке.

Настроение улучшилось только на совещании, когда народ узнал о готовящейся акции, хотя и это не обошлось без традиционного внезапного повышения громкости, а проще радостного крика. Когда обмыли награды и потратили весь приготовленный алкоголь, из-за чего у Кривича дрожали руки, когда он заполнял очередной котелок, хоть на нос и вышло не больше полстакана, включая девчонок и риалвов, которым вообще выделили символически, по паре столовых ложек.

Вот после этого Собин и огласил план на сегодняшний вечер и завтрашний день. Отказавшихся сходить за дуваном не нашлось. Больше того, все хотели попасть в первую партию, к кабарекам. Пришлось включать диктаторские полномочия и распределять келейно, узкой группой товарищей.

В первый заход попали кабареки под командованием Кривича с Флешеном и парочкой таких же ватов. Они этим же вечером идут своим ходом через портал и наблюдают за всеми тремя селами, находившимися в часовой доступности между собой. Ранним утром все земляне, за исключением Собина и Корониной, направляются к порталу, проходят его, находят кабареков и согласовывают с ними общий план атаки.

Собин, его телохранитель, Коронина, Мальтсуррак и невольный предатель магунский маг Малиен через персональный портал герцога вместе с полусотней «дубов» попадают в его поместье в родной провинции. Откуда вшестером едут в ближайшее село, подлежащее разграблению, для последнего анализа обстановки. А полусотня герцога будет прогуливаться на границе провинции и дышать свежим воздухом. И действовать по результатам нападения: если провал, то прикроют, а если всё пойдет удачно - вывезут к герцогу недоразграбленное. Его милость слезно просил оставить ему местное зерно, типа, его там так много, что хватит на всех.

Кстати, с опальным магом получилось интересно. Когда колонна выезжала из владений архимага, он с семьей, естественно, поехал следом. Когда началось вручение, их троица отошла к степнякам, и те и те были просто зрители. А когда началось обсуждение, маг вылез в первые ряды и сообщил, что знает, в общих чертах, принципы работы магов Флугадена. А Коронина попала в ВИП-компанию через шантаж - пообещала Гуле «вправить мозги, если она, Наташа, будет с руководством в первых рядах».

Пришлось мага привезти к присяге, как и риалвов, захвативших повозки и всех взять с собой. Не успела молодежь поставить палатки, как к ним подошел старший дежурной смены, - Там малявка прибежал, требует туна Игоря или туна Анатолия.

Кривич встал, - Это ко мне, я пацана с поручением посылал. Пришлите его сюда. Горян, ты тоже послушай, это и тебя касается.

- Их трое.

- Значит, пусть втроем идут.

Эрк в куртке из толстой кожи коричневого цвета с мечом в ножнах махнул в сторону ворот и к их маленькой компании быстрым шагом направились Малявка в новой одежде, но уже помятой, было понятно, что сегодня он ходил не только по тротуарам, его сестра, она, по внешнему виду, дожидалась брата за воротами и Крейан, с неожиданно появившимся снисходительным выражением. Парень переоделся в замшевую куртку и кепку-шестиклинку с большим козырьком и вышитыми рунами на углах и старался идти неторопливо, дабы соответствовать образу, но выглядело смешно, когда он делал очень большие шаги. Кривич вполголоса пояснил, - Я подумал, что нам понадобятся специалисты по тайникам и сейфам, вот и пригласил на стрелку.

Услышав подобное и поняв, что сейчас начнутся дела, не совместимые с честью благородного эрка, герцог с Флешеном по-английски исчезли. Крейан недовольно процедил, - Меня отвлекли от очень важного дела, а еще пришлось за повозку отдать три серебрушки, так что с тебя золотой.

Вставший позади Малявка в шоке закрыл себе рот рукой, а Кривич только усмехнулся, - Хорошо, - и швырнул монету в Крейана, - Только ты мне отдашь три золотых, когда заработаешь на этом.

Парень подумал и кивнул. Кривич подошел к нему и сказал на ухо несколько слов. Крейан недоверчиво посмотрел на землянина. Тот улыбнулся в тридцать два зуба и добавил еще одну фразу, Парень даже сплюнул с досады, - Мне после этого не жить! Не те, так эти глотку перережут! Вот зачем вы меня позвали?

- Чтобы ты помог на дело сделать, а заодно и монет поднял прилично. И авторитет свой укрепил.

- Что укрепил?

- Авторитет. Это такая вещь, когда тебя уважают в определенных кругах. И бошку твою никто резать не станет. Гарантирую.

Крейан искоса бросил взгляд на греющего уши Малявку, тот сразу изобразил кривой крест руками перед лицом и вздохнул, - Ладно, мне связаться надо, кое с кем. А отсюда не получится. Я выйду за ворота, ждите.

И побрел к выходу с понурой головой.

- Малявка, отведи сестру к палаткам, поужинаете, с народом пообщаетесь, заодно и задание на завтра получите. И молчи о том, что видел.

Дождавшись, когда парочка отойдет, Собин продолжил, - Я правильно понимаю, что у нас в программе переговоры с местными авторитетами?

-Так точно, тун Игорь!

- И зачем нам с криминалом связываться? От них, чем дальше, тем лучше.

- Ты не прав, Игорь. Во-первых, нам трофеи надо сбрасывать, а через официальные каналы нам вполовину меньше дадут, у нас только оружия пара сундуков. Во-вторых, любую работу должны делать профессионалы, а через парня мы можем нанять столичных специалистов. Ну, и в-третьих, чем больше народу, тем лучше. О, нам уже машут! Надеюсь, транспорт нам предоставят.

Собин наставил палец на внимательно слушающую Коронину, - Опять беседа откладывается. Молю тебя, о дева, приведи возлюбленную мою в комнату мою и там дождитесь меня, во чтобы то ни стало.

И дождавшись ошарашенного лица девушки, пошел за Кривичем к воротам. Асани с недовольным видом понес за ним вещмешок.

***

Транспорт предоставили. Это оказался фаэтон, переделанный из обычной повозки. У неё отрезали две трети боковой стенки салона, оставив только переднюю стенку, отгородив место водителя от салона. Получилась коробка с вырезанными боками. Крейан предложил им сесть и фаэтон понесся намного быстрее обычных повозок.

Через пятнадцать минут фаэтон заехал на задний двор обычного дома. Необычным была только охрана: два здоровяка в заношенных толстовках с здоровенными баграми. Вышибалы глянули на предмет, который им в руке показал Крейан и расступились, открывая путь в дом по типичному деревенскому крыльцу. В невысоком коридоре у входа на каких-то ларях в полумраке, как на улице, сидела еще парочка, у этих на коленях лежали дубинки с вбитыми осколками камня.

Крейан подошел, показал и негромко сказал. Один охранник повел его по коридору, они свернули за угол. Через минуту он вернулся, - Пошли, вас ждут, - и снова ушел за угол. Пришлось идти за ним.

Охранник открыл дверь, впустил гостей в комнату и закрыл за ними дверь. После слабого освещения коридора комната с высоким потолком казалась ярка освещенной. В большой комнате (шесть на шесть), за столом в центре комнаты, пьянствовали восемь человек, из них шестеро с подружками на коленях. Земляне впервые увидели бритых эрков. Во главе, у стены, худощавый главарь с грубо вырубленным лицом контролировал пирушку, Крейан стоял за креслом главаря.

Все уставились на вошедших. Кривич натянул улыбку и со словами «Вечер в хату, ночные гости!» пошел к свободному месту. Поднял пустой кубок, протянул в сторону главного, - Выпить нальете?

Главарь спокойным голосом произнес, - Здесь кому попало не наливают.

- Это правильно, - Кривич налил в свой кубок, попробовал, поставил кубок на стол, - Это правильно. А то приходят всякие и канючат «Дайте воды попить, а то так есть хочется, что ночевать негде! ».

Какая-то девчонка хихикнула. Кривич кивнул Асани, тот принес вещмешок и поставил на стол. Пока Собин неторопливо шел к свободному месту рядом с Кривичем Толян развязал, выставил на стол пару бутылок вина и нарезанные сыр и мясо, - Поэтому мы со своим. Нам тут на прощание Мастер церемоний что-то собрал, сейчас попробуем.

Похоже, та же девчонка ахнула. Ни Кривич, ни главарь никак не отреагировали. Только Толян вынул из сидора необычную бутылку, поставил отдельно, - Вы, конечно, люди фартовые, то бишь, удачливые, наверняка пробовали кухню из его дома, - на этот раз заржал кто-то их мужчин, - Но вот этот напиток точно не пили - это наш, земной, сделан самолично мною по рецепту номер два. Ноу-хау, так сказать.

Девчонка опять засмеялась.

- А сейчас-то что смешного?

Женский голос произнес - На нашем языке «нухатюн» - цыпленок, которого надо зарезать.

- Как умно сказал мне Мастер церемоний «у всех свои обычаи». Возвращаемся к нашему напитку. Он крепкий, называется «водка», можно именовать «хлебное вино». Только пить надо по чуть-чуть, сначала, по крайней мере. Так что, за знакомство? Я тун Анатолий, а этот, главный у нас, тун Игорь.

Весь стол ожидаюче посмотрел на главаря. Тот впился жестким взглядом в Кривича и произнес хриплым голосом, - Я Акмотад.

Кривич встал и начал плескать в подставленные сидящими мужчинами и женщинами кубки водку, налил и Акмотаду. Показал бутылку Собину, тот замотал головой и распечатал вино. Кривич скорчил гримасу, - Вот как плохо быть главным - и выпить нельзя, когда захочешь. Объясняю, как пить сей напиток: резко вливаешь в себя содержимое кубка, ждешь три, а лучше пять ударов сердца, пока напиток стекает в желудок, а потом закусываете. За Акмотада, будущего ночного тана Эластоуна!

Народ вначале выпил, а потом осознал сказанное. К счастью, пришло время закусывать, потом водка начала всасываться, поэтому Кривичу вместо наездов достались только удивленные взгляды.

- А что я такого сказал? Как мне рассказали, город поделен на четыре части, назовем их главных ночными тарами. Так вот, мы пришли сюда, чтобы эти тары подчинялись одному ночному тану. И, для начала, хотим предложить это...

Осторожно вытащил из внутреннего кармана список и отдала атаману.

- Там товар, который мы готовы продать прямо сейчас и цены, по которым этот товар у нас можно купить. А то у вас прямо стыд какой-то, с чем охрана стоит. У нас даже кабареки таким не пользуются.

Акмотад пробежал по списку и послал Крейана из комнаты. Здоровяк, сидевший наискосок от Кривича, насмешливо поинтересовался, - И чем же они пользуются?

Кривич в долгу не остался и тоже насмешливо ответил, - Да уж оружие у них получше, чем ваше! Ежели тебе разрешат ознакомиться со списком, то узнаешь. А ежели договоримся, то и увидишь. Я ведь не зря такой тост произнес. Если захотите с нами работать, то вся ваша жизнь изменится в лучшую сторону. Паренек сейчас вернется, его поспрашайте, как он до нас жил.

Как раз вернулся Крейан и зашептал Акмотаду. Собин заметил, допил вино, закусил сыром и встал. Это было так неожиданно, что Акмотад уставился на Игоря. А тот оправил одежду и предложил, - То, что мы хотим предложить, нужно слушать в узком кругу. Я вижу, ваш помощник на подходе. Давай перейдем куда-нибудь, где нас не будет отвлекать это веселье и порешаем.

Акмотад встал, кивнул на паренька, - Он вас отведет, - и вышел.

Игорь с Толяном пошли к Крейану. Собин услышал позади шевеление и замедлил шаг, готовый выхватить саблю. Но после возгласа, - Да это же «Сыктымская лоза!» расслабился и вышел в коридор.

Крейан остановился у обычной двери и постучал условным стуком. Услышал разрешение главаря, впустил переговорщиков. В небольшом помещении Акмотад в одиноком кресле смотрел, как старик с короткой стрижкой в зеленом костюме одной рукой держал тонз над листком Кривича, а второй сравнивал прочитанное с изображением в большом шаре, парящем над столом.

Особо не отвлекаясь, Акмотад показал им на стулья у круглого стола, на котором дымился чайник и лежал поднос с чашками и тарелка с плюшками. Кривич сразу же организовал себе перекус, видимо, решил, что сделал, что был должен, а Собин получил от него чашку чая и сталнаблюдать за стариком.

Вскоре старый закончил и одобрительно кивнул Акмотаду. Написал несколько цифр и положил перед главарем листок. Тот глянул и сказал землянам «Мы покупаем всё. Что вы еще хотите предложить?». Кривич с набитым ртом попытался сказать «Настойки из бароха». Акмотад вопросительно посмотрел на Собина, тот перевел, - Настойку бароха, но по цене надо определиться. А еще мы завтра будем грабить богатейшего тара Элазии, тара Хветефельтина, нам нужны твои эрки, опытные в поисках и вскрытии тайников.

У старика аж ноги подкосились. Хорошо, что он успел дойти до стула. Прожевавший Кривич хмыкнул, - В соседнем комнате ваши люди добивают «Сыктымскую лозу».

У старика даже слюна пошла от такого названия, он посмотрел на главаря, тот не дал разрешения выйти. Тогда старик нагнулся и достал из-под стола кувшин, привычно сдернул запечатанную крышку и присосался. Пока пил, Акмотад спросил, - И сколько ты готов заплатить за моих медведей?

- Десятую долю от того, что они найдут. Ну, или одну дюжину монет с каждой сотни.

Акмотад даже удивился словам Собина, - Всего дюжину? Если бы предложил половину, я бы еще подумал, а так нет.

- Ну, нет так нет, Пошли, тун Анатолий, - Собин встал и толкнул доевшего Кривича.

- Ладно, две дюжины монет.

- За что? У меня сотня кабареков, они дворец тара по камешкам разнесут, даже если и упустят пару тайников, это будет дешевле, чем брать твоих людей. Ты и так треть поднимешь на моих товарах. К тому же, в Эластоуне еще три ночных главаря. Я думаю, кто-то из них согласится.

- Ладно, но мне нужен залог.

- Завтра утром пригонишь повозки с твоим человеком, - Собин кивнул на старика, убиравшего под стол пустой кувшин. Он примет имущество и к полудню или твои люди выйдут из портала или ты привезешь деньги в дому тара Вииллевина. Договор?

Акмотад посмотрел на старика, тот кивнул. Главарь встал и пожал протянутую руку, - Договор. Тун Игорь, а ты не боялся, что вас тут прикончат?

- Нет, Акмотад. Мой охранник прикончит твоих бандитов, даже не вынимая клинка. А еще можешь спросить у Крейана, куда собирались мои люди, когда его разыскал посыльный?

***

Собин на цыпочках, со снятыми сапогами в руках, вошел в комнату, освещенную тусклым кубиком на прикроватной тумбочке и задвинул их под кровать. Вылезая, задел лежавшую у тумбы бутылку из-под вина и понятливо кивнул, - Вот так, значит, вы меня дожидались!

На что услышал приглушенный смешок. Игорь выпрямился и вгляделся в лежавших под покрывалом Гулю и Натаху.

- Девчонки, хватит притворяться, может перекусим, по-ночному, под беседу? А тоя после сегодняшней встречи похудел на пару килограммов.

Покрывало откинулось и с кровати спрыгнула одетая Гуля. И сразу стала тыкать в Игоря пальцем, - Ты! Ты... бабник!

Собин нажал кнопку вызова на светящемся кубике и уселся на кровать, - А можно наконец узнать, на чем основаны ваши инсинуации?

- Я видела!

- Что ты видела?

- Тебя в ванной. И тебя две голые мымры мыли, а третья еще и прыгала на твоем члене! Довольная такая! Извращенец!

- Всего-то... Что-то я устал, как караульная собака. У вас выпить не осталось? Если нет, то я закажу, надо перед сном выпить подогретого...

- Я так и знала, что тебе сказать нечего! Бабник!

- Коронина, успокой её, пожалуйста. А то у меня от её крика голова отключается.

- В самом деле, Игорь Вадимович, объясните её, да я спать пойду. Меня завтра вместе с герцогом берут. Так ведь?

- Так, так. О, Коронина! Оказывается, я тебя люблю - Игорь увидел, как вставшая Натаха откуда-то достает бутылку.

- Хотя можно и так, а горячим чай попить. А по предъявленным обвинениям могу сообщить следующее: данное действие происходило в доме Мастера церемоний из дворца тана, то есть, конечно, Сиятельного Тана. Он забрал нас из тюрьмы и перед встречей поручил своим жрицам провести санитарную обработку...

- Теперь у вас это так называется?

- Гуля, не перебивай его. Не видишь, он уснуть может в любую секунду?

- Благодарю, Натали! Так вот, эти жрицы оказались специалистками по копанию в мозгах, просто они работают в такой технике. То, что на нас было оказано ментальное воздействие, подтверждают следующие события, произошедшие позднее вечером. Пришли герцог с Флуденом и принесли вина. Так вот, от бокала это вина, после санобработки, Семена просто вырубило, а Толян пошел в разнос. И если бы не помощь одной из жриц, то разнес бы помещение. Потом оказалось, что она в чем-то провинилась и зарабатывала бонусы. Так вот, одна дала лекарство, с помощью которого обоих привели в чувство в считанные секунды. И я сразу признаюсь: за это она провела у меня ночь, такова была плата. А теперь, барышня, решай: либо все будет, как прежде, либо расстаемся, без шума и пыли. У тебя две минуты. И чаю, пожалуйста...

И Собин вырубился с запечатанной бутылкой в руке. Коронина пристально уставилась на Гулю, - И что ты решишь?

- Прощу, конечно! Я и не собиралась его бросать, но ты сама же говорила, что мужиков надо в тонусе держать.

- Я про мужиков говорила, а он теперь Дашин-темон, к нему это не относится. Подождите... Гуля, у тебя кофе осталось? Ему через полчаса в портале нужно быть. Принесите жареного мяса, с подливкой. И хлеба. И быстро! Нам через половину малого круга нужно уходить.

***

На безоблачном небе ярко светило, хоть и не сильно грело, осеннее солнце.

- Тятя, а может, не надо?

Девушка лет шестнадцати, в капоре цвета небесной глазури и неновом, но отглаженном синем платье из плотной ткани с вышитыми по подолу рунами, с мольбой обратилась к отцу, плотному невысокому эрку за сорок в темносиней куртке с рунами на карманах. На голове у мужчины был берет, а кожа отличалась от местных жителей более светлым цветом и голубоватым оттенком.

Они стояли у входа в трактир и отец, не отмытыми от масла руками, собирался открыть дверь. За его спиной стояла парочка приятелей с женами и детьми в похожих нарядах, только руны у всех были вышиты разные.

- Надо, Лета! Заходи! - и отец открыл дверь и буквально запихнул девушку, - Все-таки сегодня твой совершенный день.

Девушка успела пробурчать, - Опять деньги занимать придется, - но в общем радостном гуле входящих её никто не услышал.

Приятели отца увели девушку к столам у большого окна, а отец подошел к толстому трактирщику делать заказ. Через тридцать мигов, что соответствовали местным ударам сердца, такая же толстая официантка начала неторопливо носить кружки пива, овощную запеканку для именинницы и жареного поросенка для остальных.

Отец подошел к столу, попробовал пиво, незаметно сморщился и поднял кружку, - Друзья! Мы сегодня празднуем день совершеннолетия моей дочери, Шарлеты Вафен. И пусть мы не в родной Хиронии, это не помешает нам поднять кружки и выпить за её здоровье! За Лету!

Все дружно чокнулись, отпили и стали отрезать куски от поросенка. А отец вынул сверток и положил его перед именинницей, - Как я и обещал, дарю арбалет своей работы.

Лета вскочила, чмокнула отца в щеку и начала разворачивать сверток, Гости заулыбались.

- Я тоже хочу поздравить! - за спиной отца возник пьяный долговязый парень, постарше Леты, в новой, хоть и мятой одежде, - Только мой подарок надо вручать наедине, Пошли именинница, я велел освободить комнату наверху!

Эрк, сидящий на дальнем краю, резко перетек в стоячее положение вместе с кружкой. Но долговязого это не испугало, он насмешливо положил руку на длинный хлеборез в ножнах на поясе, - А где твой нож, хиронец? А мне отец сказал, что из Червальтена указ пришел, от светлого тара, что всех хиронцев отправить на север с тем, что они могут унести, дабы не позволить им сеять смуту в провинции. Так что, не надумала наверх идти?

Застывший от услышанного эрк оглядел ошарашенные лица компании и тихо сполз на стул.

- Какой указ?

- Никакого указа нет, светлый тар, Таг его в вине увидел.

- Это так, Таг?

Долговязый осторожно убрал руку с рукояти ножа и повернулся. Увидел злого светлого тара в компании с туном, охранником необычного цвета, солдатом, магом и какой-то рассерженной девкой и завис, беззвучно открывая рот. Ему помог трактирщик, - Таг, я тебя за старостой посылал. Почему ты до сих пор здесь?

Запинаясь, Таг поперся к выходу, но его схватила девка и приложила к горлу неожиданно появившийся в руке нож, - И учти, Таг, у тех кто мне не нравится, я отрезаю яйца, вкладываю в распоротый живот и запекаю, как свинью, на медленном огне. Пошел отсюда!

Долговязый рванул, как от рассерженной змеи и влетел головой в дверь. Упал на пол, замотал головой и на четвереньках выбрался из трактира. Трактирщик отвлек внимание гостей, - Что будете заказывать?

Герцог, а светлым таром был Его Милость Тритап эйк Вииллсвин Бесарде, заказал бочонок вина и жареного оленя и даже милостиво согласился подождать, пока оленя пожарят. Официантка принесла бочонок, кубки, и нарезанный сыр и поставила все на соседние с празднующей компанией столы.

Девушка подошла к компании, непонимающе оглядела, - Я тунна Натали, можно узнать, чего он к вам докопался?

Пришлось отвечать отцу, - Благородная тунна, дело в том, что мы хиронцы.

- И что?

- Ну как! Наши страны воюют. Местные за нами присматривают.

Вскакивавший эрк добавил, - К тому же нам пришлось продаться в рабство на 3 зимы.

- И сколько вы им должны?

- Тунна хочет перекупить рабов?

- Тунна хочет, чтобы к вам относились по-справедливости! Тун Игорь, можно Вас на минуту?

К ужасу Леты, вместе с туном подошли все остальные благородные. А она так надеялась, что тунна поговорит только с ней!

Подошедшему туну Натали поведала о проблемах беженцев, - Представляешь, тун Игорь, это беженцы из Хиронии, а здешние козлы воспользовались их тяжелым положением и купили в рабство на три года.

Герцог хмуро узнал, сколько они должны, хиронцы перевели стрелки на трактирщика, тот, подумал, объявил, что община хиронцев должна ему почти три дюжины золотых.

Тун Игорь отправил телохранителя за еще одним бочонком и закуской и вместе с Его Милостью уселись за стол. Когда разлили вино, поднял кубок и поинтересовался, что отмечают и когда узнал, что именины Леты, то подарил ей четыре золотых!

Не дождавшись, пока хиронцы толком закусят, тун в лоб спросил, кем раньше были хиронцы. Узнав, что отец Леты мастер по изготовлению арбалетов, Постоянно вскакивающий раном, то бишь командиром ополчения их городка, а самый молодой изготавливал повозки. Пошептавшись с герцогом, тун сказал, - Вы сейчас находитесь на развилке трех дорог. Одна из них продолжит вашу прежнюю жизнь, я имею в виду, всё останется по-прежнему. Если выберете второй путь, то Его Милость с радостью выплатит ваш долг и разрешит поселиться в его провинции, на более справедливых условиях. А на третьем пути ваш долг выкуплю я и вы будете работать на меня. Вначале за оговоренную плату, а потом, если сработаемся - за долю в прибыли. Причем решать надо прямо сейчас, ибо мы торопимся.

Пока хиронцы обсуждали сказанное, Собин потягивал вино. А Коронина даже хихикнула про себя: разговор беженцев ей показался одним хр-р-р-б-р-р-ф-р-р.

Отец именинницы поклонился туну, - Дозволено мне будет поинтересоваться, чем мы будем заниматься, если тун возьмет нас к себе и где находится его поместье?

- Дозволено, поинтересуйтесь.

Дождавшись появления удивления на лицах, сказал, - У меня пока нет поместья, через седьмицу Сиятельный Тан должен подарить. А делать будет всё, что я скажу. Хотя вы мне нужны, чтобы заниматься тем же, что и прежде.

Мастера с женами снова начали шушукаться, а ран ополчения посмотрел в глаза туну, - Вы иномирец и это Вы разгромили армию Хиронии под Анкольмом?

Тун кивнул, - Я. Только там не было хиронцев. Были кабареки и такие же иномирцы.

- Вы убивали иномирцев? Городской ран Лан Вехман будет предан Вам телом и душой. Располагайте мной полностью!

Отец Леты поспешил присоединиться к Лану и заявил, что вся община хиронцев в количестве семи мастеров будет работать на туна Игоря. Тун шепнул тунне несколько слов и пошел платить трактирщику. А Натали шепотом начала давать указания, - Вы сейчас отправитесь к себе и начнете готовиться к отъезду. Времени у вас малый круг, не больше. Тун просил сказать, что те, кто не успеют покинуть деревню, могут пострадать и он ничего не сможет сделать, только сохранить жизни. Всё! Чмоки-чмоки!

Вехман еле смог усидеть до конца инструктажа. Только Коронина закончила, он подбежал к туну Игорю, ждавшему, пока маг просмотрит выданные трактирщиком бумаги и поклонился, привлекая внимание. Тун вопросительно посмотрел. Вехман уставился в лицо туна и шепотом спросил, - Вы хотите отобрать у тара здешнюю землю?

- Нет, я хочу его ограбить.

У Вехмана губы сами расплылись в улыбке, - Я хочу вам помочь. Эти селяне мне крупно задолжали.

- Тогда отдай своим бумаги и торопи с отъездом. Когда все соберутся выезжать - беги к тракту. Только найди белую тряпку на рукав, чтобы грабителя тебя не прикончили, по ошибке.

- А можно, я еще троих приведу. Они отлично знают, где у хозяев сделаны тайники.

- Под твою ответственность.

Вошел «дуб», подошел к герцогу, - Ваша милость, трактир окружили, нас не хотят выпускать.

Вехман бросился к окну, - Там местные, с косами и вилами.

- Они, что, совсем не понимают, что здесь светлый тар? - герцог ломанулся к входу.

Собин кивнул Асани на выход и на ходу кинул рану, - Мы сейчас немножко их повоспитываем, а вы ждите здесь.

И пошел догонять герцога, как и маг с Мальтсурраком. Хиронцы прилипли к открытому окну, даже трактирщик залез на стул, чтобы ничего не пропустить.

Тем временем герцог закипал. Вокруг трактира стояла молчаливая толпа, в воздухе висело предчувствие беды, долговязого вытолкнули вперед и он смущенно топтался, уперев в землю косу со смешным, но по-любому убийственным лезвием. А герцог не унимался, - Разойдитесь! По закону Элазии любого смерда, угрожающего благородному, ждет смерть.

Долговязый испуганно оглянулся на пузатого в новой одежде, единственного без оружия и с большим медным кругляшом на шее, стоявшему за толпой. Тому пришлось протиснуться на свободное пространство и изобразить поклон, - Дык, светлый тар, неправильно Вы поступаете. Зачем чужими рабами командуете?

- Что ты там мямлишь? Какими рабами?

- Известно какими - хиронскими. Они в полной нашей воле, а Вы в чужие дела вмешиваетесь.

- Не знаю, что вам наплел этот молокосос, но теперь они мои рабы и я не позволю портить МОЕ имущество.

- Очень интересно, - пузан наглел на глазах, - И с чего это ВАШЕ имущество?

- С того, что я его купил. Всё, мне некогда, разойдитесь! Если вас что-то не устраивает, пусть ваш староста напишет жалобу вашему тару, он передаст её мне.

- А наш тар уже сказал: здесь чужие тары распоряжаться не могут. Это Вы обратитесь к нашему тару, может он и позволит покупать наше имущество.

Герцог мгновенно взбесился, Игорь едва успел положить руку на саблю, которую герцог начал вытаскивать, - Не дело светлому тару самому учить быдло. Вы позволите мне этим заняться?

Тритап целых три секунды думал, но кивнул. Собин громко спросил у Асани, - Сможешь ему отрубить ему руку его косой?

Охранник почтительно поклонился и легко пошел навстречу долговязовому. Тот отшагнул назад, затем взял себя в руки и с рычанием кинулся на Асани, замахнувшись на косой. Телохранитель неожиданно сделал шаг назад, пропустил правую руку с косой, затем переместился вплотную к парню, перехватил косу и рубанул ею по левому предплечью.

Пока долговязый недоуменно смотрел на падающую руку, Асани уже вернулся на крыльцо, где его догнал крик. Герцог недовольно поморщился и кивнул «дубам», - Оттащите его на кухню и прижгите. И заткните ему глотку!

И отшагнул, чтобы пропустить невольных санитаров. Поэтому не среагировал на движение пузана, неожиданно быстро побежавшему к нему, на ходу подняв окровавленную косу. «Дубы» разошлись, чтобы не попасть под лезвие и, по возможности, атаковать.

Время замедлилось, движения стали медленными и смазанными. Собин только начал вынимать любимую лопатку, как в глаз пузана влетел арбалетный болт, выпущенный с такой силой, что вылетел из головы вместе с кровавыми ошметками и упал в метре от падающего тела.

Время вернулось к обычному течению, герцог развернулся уже с вынутой саблей и продолжил движение, отсекая голову пузана. Проводил взглядом катящуюся голову, поднял саблю с капающей кровью и резко стряхнул. Именно после этого движения селяне с воплями стали разбегаться.

Герцог, не глядя, всунул саблю в ножны, - Нам пора! – бросил взгляд на окровавленный болт, посмотрел на окно трактира, увидел смущенную Лету, подмигнул и запрыгнул на своего коня.

***

Семен с Кривичем погнали молодежь бежать сразу от распахнутых ворот портала. В предрассветном полумраке натоптанная колея белела сигнальным пунктиром к пункту назначения. К счастью, на полпути от портального комплекса к прилегающей деревне их встретили риалвы Мальтсуррака и обрадовали, что в лесу, через пять перестрелов их ждут повозки, так что перемещение к черному массиву леса заняло семь минут, не больше.

Пока школьники восстанавливали дыхание после ночного кросса, бывшие пограничники закидали в повозки их вещи, а следом начали закидывать девчонок, несмотря на визги. Кривичу пришлось бить по рукам, винить дурные головы зеленых здоровяков и удерживать Семена от попыток разобраться. И всё это без слов, так как вместо слов у него вырывались одни хрипы. Но, слава Богу, разобрались и поехали, и даже успели с полчаса покемарить, пока добрались до места.

На месте Флешен разъяснил текущую диспозицию: кабареки отправились следить за «дичью» - ближайшими селами, эрки Мальтсуррака несут караульную службу, а злые риалвы шатаются по лесу. Злые потому что Хозяин леса сильно заморенный, а шатаются потому что ищут живой источник, чтобы почистить лес. И передал приказ туна Игоря: «строить линию Сталина».

Кривич позвал Семена и вместе с Флешеном устроил совещание в повозке, пока парни таскали дрова, а девчонки занимались чаем. Хмурый Семен выслушал приказ туна и потер небритый подбородок, - Слушай, Флешен, а как у вас армии воюют? Окопы роют и обстреливают друг друга или как-то по-другому?

- Понял не совсем, но постараюсь объяснить. Главным врагом для далеметчиков являются маги. Эти сволочи издалека кидают огненные шары, а потом пытаются опрокинуть орудия воздушной волной. Для защиты от магов перед позициями ставят волновые щитки, они рассеивают магические удары, а еще вешают на далеметы и воинов амулеты-накопители с той же целью. И как нам объяснял Давиен, лучше всего поглощают магию пористые вещества, такие как земля, вода и дерево, а также кость и незакаленное железо. А что?

- Да придется вам, и нам тоже, заняться землекопанием. Еще вопрос: если бы вы позицию делали перед селом, как бы её оборудовали?

- Хм, ну и вопросы у тебя, тун. Значит так. По Уложению далеметчикам для подготовки позиции для далеметов дается три больших круга. За это время командир доводит до десятников место предполагаемой атаки противника и порядок ответной стрельбы. Десятники, по согласованию с командиром, готовят места установки далеметов, одно основное и два запасных, а также договариваются с магами о системе зашиты орудий. Но в тех битвах, где я участвовал, нас пригоняли на позиции перед битвой, когда приданным магам не до нас. В лучшем случае укажешь им самые опасные места атаки, они туда амулетов навтыкают и всё, больше к ним не подходи. Так что мы с парнями перед далеметами земли накидаем и стреляем навесом.

- Значит, земля. Придется вам, Флешен, в чистом поле приготовить такую позицию, чтобы сверху казалось, что в них сотня далеметчиков с орудиями находится. Сможете? Самое главное, чтобы позиция в двух перестрелах от опушки была. А мы настоящую позицию будем у леса делать.

- Вот, значит, как вы воюете! Землю копаете.

- Ага, так и воюем. У нас говорят, чтобы не пролить каплю своей крови, надо пролить бочонок своего пота. А еще у нас фокус есть, «маскировка» называется. Когда его показывают, то противник не может понять, где настоящие позиции, а где поддельные.

- Маги все-равно поймут.

- Нет, мой боевой друг. Они либо живое обнаружить могут, либо металл, оружие всякое. А мы землю навалим, сверху бревна положим, что они поймут?

- Если так, тогда ничего.

- И я о том же. Ладно, попьем чайку, и за работу.

***

Когда из села вернулась конная кавалькада, работа была в основном завершена, помогали даже кабареки, молодые, конечно. Те, кто постарше, наточили свои сабли и пошли ставить чучела в выкопанных окопах, разумеется, под руководством шамана. Вернувшиеся риалвы высмеяли предложение Семена прикрыть настоящие позиции срубленной зеленью и пообещали, что маги увидят над окопами обычный лес.

Собин с герцогом взяли Кривича с Семеном и пешком пошли к фальшивым окопам. Оставив кабареков, за ними побежали Чингизхан с помощником. Посовещавшись, следом поторопились Мальтсуррак с Мишленом с тремя хиронцами.

Коронина подошла к девочкам, моющим посуду после кофе-паузы, и зачерпнула помытой кружкой заваренный травяной чай из котелка. Лена Сидорова, убирающая продукты в термопакеты, бросила на неё взгляд, - Как съездили?

- Нормально. Герцог одному придурку тыкву отрезал, опередил меня. А я так хотела ему яйца отрезать! А девчонка, из беженок, второму болт в глаз воткнула. Арбалет у неё легкий, но мощный – болт из черепушки вылетел. Я договорилась – она наши аппараты посмотрит, может и улучшат.

Сидорова недовольно покачала головой, - Нам надо в шмотках рыться, а мы мощным арбалетам радуемся.

Коронина умудрилась хлопнуть подругу, - А кто тебе мешал рыться? А ты вместо этого с нами на соревнования поехала. Неувязочка получается!

Сидорова хлопнула её по плечу полотенцем, - Да ну тебя! Лучше скажи, к чему нам готовиться?

- Если честно – один хрен знает, который у товарища генерала. Он сейчас позиции оценит, потом кабареки ограбят деревню, а потом нас ждет магическая атака.

- Паническая?

- Вначале магическая, а потом, может, и паническая. Местный хан еще и маг. И в охране у него одни маги. Естественно, его банда магов осерчает и прибежит разбираться. А там, кому повезет. Я, конечно, на туна Игоря всё поставлю, даже свой лук, так верю, что мы победим. Но, если честно, очень рада, что мы в глубоком запасе. Народу сегодня поубивают много! Ох, что-то я непозитивно мыслю. Не обращайте внимания, девочки, у меня с утра настроение плохое, не выспалась, да еще и чужие проблемы решала.

Наташа сполоснула свою кружку, отдала Елене, - А в платьях мы по дворцу будет шляться, перед принцами. Мы пойдем в зал, все такие красивые, а они перед в обморок хлобысть! Я случайно услышала, что во дворец нас пригласят, если мы местного мага сильно обидим, того который хан, и ограбим, так что, сами понимаете… И как сказал Маугли «это будет славная битва».

- Вообще-то это сказал Акела, вожак стаи, - вставила шпильку Сидорова.

- Ты не права, Леночка, как всегда. Когда Акела промахнулся, то Маугли подошел к вожаку, потрепал его по шее и сказал «вскоре нас ждет славная битва». И начнется она с минуты на минуту.

И Коронина посмотрела на делегацию во главе с Собиным. А Собин внимательно слушал Семена, - Оборону я построил исходя из следующего: после налета на деревню кабареки грузят повозки и уводят караван в сторону границы провинции. Если у них оповещение отлажено, то минут через пятнадцать появятся маги и начнут преследование наглых налетчиков. Вот там дорога делает поворот к лесу, куда и поедут повозки. А окопы напавшие вырыли для заслона, чтобы задержать погоню. И как только маги нанесут удар по окопам, отсюда, с опушки, наши воткнут кинжал в спину.

- Хорошо сказал «кинжал в спину»! – не выдержал Чингизхан и умолк от недовольного взгляда Дашин-темона.

- Вроде неплохо. Вот если бы еще знать, кто прибудет наказывать наглых налетчиков…

- Если позволишь, тун Игорь, я хочу сказать, - подошел к Собину Малиен, а на безмолвный вопрос пояснил, - Я пытался к здешнему туну попасть на службу, и хотя испытания не прошел, но во внешней охране месяц отслужил, бесплатно.

- Хочешь и молчишь, - хмыкнул Кривич, - ты потом к Корониной подойди, это наша амазонка. Она тебе этот анекдот расскажет.

- Толян! Не отвлекай от темы, у нас времени мало. И как у него магическая школа устроена?

- Тар Флугаден рассорился с анклавом потому что те не поддержали его методу обучения магов. Он считает, что маг должен опираться на свои сильные стихии, а не на общее обучение, как делает конклав. После ссоры Флугаден захватил провинцию и стал светлым таром чтобы продолжить обучать магов по своей методе.

- Понятно. Ты сказал, что был во внешней охране. Что это за зверь такой и кто туда входит?

- Внешняя охрана занимается охраной провинции. Четыре дежурные смены по три мага, обычно по одному магу воздуха, воды и огня. В помещении целая стена отведена под сигналы с различных территорий. И как только поступает тревожный сигнал, дежурные маги устраняют опасность.

- И часто такое было?

- Редко. За мой месяц был один раз, в самой столице сигнал сработал. И то маги шептались, что внутренняя охрана уснула и не заметила, как барохи Флугадена сбежали из клетки и смеялись, что следующие барохи из них будут. А так никто с Флугаденом не связывается.

- А если прозвучит сигнал тревоги – как маги на место добираться будут? – вопрос от Семена.

- Не знаю. Вроде бы есть у них заклинание «Воздушное ядро», но как им пользуются, я не видел.

- Значит, в первой волне будет максимум три мага. А как тройка атакует?

- Посылают «Огненный дождь», а потом остужают землю «Ледяным озером».

- А когда маги летят в «Ядре», они могут что-то делать: уклоняться, атаковать? – не унимался Семен.

- А зачем? «Ядром» управляет один маг, он контролирует размер ядра, держит защиту и управляет полетом. Поэтому у «Ядра» мощная защита, её очень трудно пробить. Да и остальные два мага заранее предупредят, если увидят чужих магов.

-Значит, если «Ядро» резко остановится или повернет – скорее всего, маги пострадают и не смогут применять магию.

- Семен, помнишь риалвы паутиной беспилотник уронили?

- Понятно. Мальтсуррак, понадобятся твои риалвы.

- Уже понял, тун, будут на месте.

- Чингизхан, теперь ты слушай внимательно. Твоя задача – быстро налететь, забрать всё ценное и вывести на большую дорогу. Рабы и трупы нам не нужны, так что постарайся без жертв среди мирного населения, если только сами напросятся.

- Обязательно напросятся!

- Не перебивай главного. Запомнил место, куда надо привезти повозки с добром?

- Ночью найду!

- Тогда передай своим: вначале «чистите» это село. Когда появятся маги, бойцы Мальтсуррака подадут сигнал. И тогда и только тогда кабареки займуться другими селами. Иначе вас раскатают тонким слоем прямо на дороге.

- Не раскатают. Шао-маан послал с каждым отрядом учеников, они смогут запустить «рычащего зверя».

- Ну, смотри. Если кого-то убьют - не приходи!

- Да сделай лицо попроще, Чингизхан! Тун Игорь так шутит. Просто он очень волнуется, что кто-то погибнет.

- Мы знаем о думах туна Игоря, просто хороших коней после портала не было, а эти лошади для селян, на них пахать хорошо, а налет на них плохой получится.

- Могу предложить такой вариант: вы, когда хабар складывать будете - сортируйте его на три кучи. И если маги начнут догонять - самый малоценный бросайте у дороги. Если повезет, вы за ним вернетесь. А если нет - он вам не пригодится.

- Можно идти?

- Иди, Чингизхан! Итак, начинаем операцию «Батька Ангел». Анатолий, Семен, задержитесь на пару слов. Семен, ты не знаешь, что такое с Толяном: шутит постоянно, всегда на расслабоне. Может, он мухоморы жрет или волчью ягоду местную?

- Ничего я не жру! Просто меня осенило: мы отсюда не вернемся и рано или поздно все здесь умрем. А если так, то стоит ли страдать всякой ерундой? На Земле я двадцать лет бизнесом занимался, постоянно контролировал каждую мелочь, иначе проблемы. А здесь никакой ответственности, одни плюсы от любимого занятия! Мужики, давайте поедим? На меня жор напал! Я знаю, что перед боем не рекомендуется, но очень хочется. Пошли, заодно девчонок взбодрим. Им, наверно, намного страшнее. И это, если что, оставляйте меня прикрывать отход, только патронов побольше отсыпьте.

- Я баран, мужики! У нас же есть козырь – огнестрельное оружие, а мы про него совсем забыли.

- Я не забыл. Оружие собрано, почищено и разобрано. Потом отсортировали патроны и набили магазины. Докладываю: в рабочем состоянии три АКМа с двумя цинками, там из третьего гак небольшой, меньше сотни. Два «узи» с цинком для каждого. Одна «светка», к ней шестьдесят четыре патрона. Дюжина пистолетов разных моделей, к каждому патронов, не меньше, чем на шесть обойм. Ну и прочая рухлядь в количестве четырех стволов и одного обреза. Патронов к ним на пару чихов. К обрезу четырнадцать, к остальным на неполную обойму. Оружие пристреляно, АКМы и снайперка розданы штатным снайперам. Я пока не знаю, как мы их использовать будем, поэтому всё оружие складировано на базе отряда. Что касается вражьих пулеметов на тойчанках, так их Дельфины забрали. Но... та-дам! Мне удалось заныкать три эрески с беспилотников. Так что, товарищи туны, за пятнадцать минут огненного вала я ручаюсь.

- Окей. Значит, пятнадцать минут. Теперь и я поддерживаю предложение уважаемого туна Анатолия насчет перекуса.

***

Маг пятого ранга Амарис стихии Воды был черноволосым пухляшом в возрасте двадцати зим, с коротким хвостиком, стянутым кожаным шнурком, в приталенной форме серого цвета наподобие спортивного костюма с широким кожаным поясом.

Он привычно посмотрел на стену с кругом из горящих зеленых огоньков, огляделся на всякий случай, встал и отошел в центр красного круга. Повернулся к противоположной стене, сплошь покрытой вмятинами и закоптевшими пятнами, вынул из сапога палочку, сконцентрировался на ней и произнес «Воддар!».

В стену со шлепком влетел метровый карандаш в сантиметр толщиной, прилип от удара на несколько секунд и струйкой стек на пол. Амарис посмотрел на палочку, которая поменяла цвет с насыщенного синего на бледно-голубой. Амарис с грустью вздохнул и вернулся к стулу, вытащил из-под него ведро с водой и опустил палочку. Через шесть ударов сердца ведро опустело, а палочка вновь стала темносиней. Амарис вернулся в круг и задумался.

Резко, с выкриком «Плеть!» махнул палочкой в сторону стены. В этот раз водяная плеть ударила по стене с громким щелчком. Довольный Амарис проверил цвет палочки и приготовился к новому заклинанию, но тренировку прервало пищание.

Амарис развернулся и изумленно замер: один огонек на наружной нитке изменил цвет на красный и мигал. Амарис подбежал к стене, наклонился к панели, где поместил руку в оттиск ладони и отчетливо сказал «Амарис вызывает старшего! Амарис вызывает старшего!»

В пустом проеме в левом углу помещения появился маг на четыре зимы постарше Амариса, в такой же спортивной форме, только худой и с мокрым пятном на груди и кружкой и куском мяса в руках, - Если это какая-то глупая шутка - я вызову тебя на бой на арене и оторву обе руки…

- Посмотри, Ртопус! - Амарис кивнул на красный огонек на стене, - Похоже, Символ перестал работать...

Ртопус подошел к стене, не обращая внимания на Амариса, который повернул ладонь вертикально и из неё вылетела струя пара в пятно на груди Ртопуса.

- Или эта деревенщина повредила заклятие... - Ртопус уже в сухой футболке доел мясо и допивал содержимое кружки, - Я один слетаю и посмотрю. Если действительно нападение, вы прилетите на помощь. Если нет - я заставлю их старосту всё исправить. На подлете включу просмотр, чтобы и вы могли наблюдать. Всё, я на западную площадку.

Ртопус поставил кружку и ушел в дверь в правом углу. Амарис посмотрел вслед, тяжело вздохнул и направился к двери посередине дальней стены. Открыл её, заглянул в темноту и негромко сказал, - Оботс, вставай, у нас ситуация!

И едва успел вернуться на свое место, как из темной комнаты высунулась взлохмаченная голова с непроснувшимся лицом – Что у нас?

- Ситуация. На стене красный огонек загорелся. Ртопус полетел проверить. Ты садись на мое место, а я пойду старшего второй смены будить.

- Иди, я сейчас, только умоюсь.

И Амарис заторопился вслед за Ртопусом. Спустившись на нижний этаж, он вошел в аналогичное помещение, только вместо стены с индикаторами стоял широкий стол с наваленными магическими кристаллами и вместо стула дежурный сидел на мягком кресле. Амарис кивнул ему и негромко сказал, - Передай старшему, пусть к нам на этаж поднимется. У нас ситуация.

Дежурный кивнул и пошел в спальную. Амарис вернулся к себе, где на его месте сидел Оботс и на правах старшего и по должности и по возрасту (старше на целых две зимы) отправил его узнать, что сейчас делает гранд-маг.

Оботс попытался отвертеться, он не забыл, как в прошлый раз ему пришлось уклоняться от огненных шаров, смерчей и холодных сосулек и залечивать раны всю седьмицу. Так на верхнем этаже отметили присвоение ему пятого ранга. К счастью, вовремя пришел старший второй смены, старый маг аж третьего ранга. Он стащил Амариса со стула, плюхнулся вместо него и сухо произнес, - Говори!

Амарис бодро оттарабанил. Старший вздохнул, - Придется старшему помощнику гранд-мага сообщить.

Амарис потер на стене матовый круг, подождал, пока он начнет светиться и отчетливо проговорил, - Дежурный бодрой смены и старший второй смены сообщают старшему дежурному помощнику гранд-мага что восемнадцать долей хорса назад старший бодрой смены отправился проверить красный сигнал на возможную неисправность. Согласно Уложению к дежурству привлекли второго дежурного и старшего второй смены. Также по Уложению старший бодрой смены запустит «Око» при приближении к Символу. Доклад закончил.

- Я услышал, - и круг потух.

***

Летать Ртопус любил, поэтому и постарался попасть на стихию Воздуха. Это всегда было незабываемые ощущения, когда воздух гудит вокруг ядра и поддерживает тебя, хотя до земли даже падать целую вечность. Ему даже не надо было искать три точки, чтобы правильно выстроить маршрут, он сверялся с солнцем и всегда летел прямо к заданной точке, причем редко ошибался больше, чем на четыре коня.

Вот и сейчас, на подходе к селу он запустил «Дальнее око», вышел севернее домов, подальше от тракта и с разворотом пошел вдоль главной улицы. То, что он увидел, ему не понравилось: степняки на разномастных лошадях охраняли повозки, ехавшие к тракту. И судя по скорости, повозки были загружены до самого верха.

Маг решил встретить налетчиков у тракта и поднялся повыше. Вот тогда он и увидел далеметы, стоявшие в окопах и нацеленные на село, он даже заметил краем глаза силуэты воинов, почти незаметных на фоне земли. Маг устремился к земле, чтобы ударить «Воздушным шилом», а не «Огненный дождь», ему стало жалко тратить амулет на эти отребья

Маг снял защиту, ведь воздух держит крепче земли, а без неё удары становятся точнее.

Он успел увидеть, как от его заклятья воздушные копья втыкались в окопы, брустверы и орудия, будто швея делала стежки огромной иголкой и позиция и от этого вышивания позиция переставала быть осмысленным сооружением, а приобретало вид хаоса. И неожиданно перед его ядром появилась огромная паутина. А его отбросило от паутины, ядро завертелось и полетело к земле.

***

Оботс успел принести три кружки с горячим травяным настоем, когда круг на стене снова засветился. На этот раз изображение показывало летящего Ртопуса в ядре. Старший второй смены равнодушно смотрел, как Ртопус подлетает к селу, но когда увидел вереницу груженых повозок, то сразу напрягся и начал неотрывно наблюдать до того момента, когда ядро завертелось и упало. И круг померк.

Старший глухо произнес, - Это нападение, - показал на Оботса, - беги к моим, поднимай всех, сейчас общая тревога начнется, пусть собираются.

Едва Оботс убежал, как в круге посередине комнаты появился гранд-маг и сразу рванул к стулу дежурного. Амарис едва успел увидеть, как от красного огонька к темному кругу рванула искорка и круг снова засветился. В этот раз в нем было видно центральную площадь села, видимо, которое ограбили кабареки. По крайней мере, они бегали к повозке и складывали на неё мешки.

Неожиданно молодой степняк остановился, уставился на смотрящих, беззвучно выругался и стал замазывать изображение. Поэтому картинка потемнела, будто события происходили вечером. Потом степняк накинул аркан на картинку и стал дергать. В конце концов, круг опять стал пустым.

- Они вырвали Символ, - неверяще прошептал Амарис.

Он не понял, что сделал гранд-маг, но в круге появился помощник. Начальник не глядя, спросил, - Сколько у нас боевых магов?

- Три дюжины, без трех, Ваше Магичество. Но трое выполняют ваше поручение. И четыре тройки со стихией «Земля», они заняты на охране замка

- Пошли три тройки и пусть они там… всё уничтожат!

- Понял, а жители?

- Пусть не меньше трех доставят, чтобы смогли рассказать, что произошло, а остальные мне не нужны. Если только Небо не смилостивиться за них.

Помощник сразу исчез из круга. Гранд-мастер оглядел присутствующих, - Если кто-то сможет объяснить, что это – получит дополнительную попытку для сдачи на следующий ранг.

И показал на круг на стене, в котором застыло изображение ядра, перед которым все пространство занимала белесая мелкая решетка. Старший смены встал, - Можно вначале отдалить, потом приблизить?

Гранд-маг кивнул и изображение наполовину уменьшилось, а затем увеличилось.

- Я знаю, это магия альвов. Не знаю, как они называют это заклинание, я назвал его «Паутинка». Когда-то я с «кленами» преследовал этих бандитов и их маг успел поставить эту «паутинку». Ох, и намучались мы с нею! То, что прилипаешь, это одна беда. А вот то, что она стягивается, когда пытаешься вырваться, это еще три.

- И как справились?

- «Весенним огнем». У одного «клена» нога сгорела чуть ли не до кости, пока эта гадость обуглилась и оторвалась. И у неё свечение было такое, как будто она корни пускать начинает.

Неожиданно рядом с красным огоньком покраснели еще два.

- Да что там происходит, если там еще и альвы? Кто-то собрал наемников со всей Элазии? Помощник, меняем задачу: две тройки на каждое новое место нападения. Одна тройка на охране замка, я с остальными отправляюсь стереть этих разбойников с лица земли. А ты можешь готовиться к второму рангу!

- Если мне будет позволено сказать, я бы предпочел возглавить охрану замка. Хотя бы временно.

- Я тебя услышал. Так и будет. Для остальных сбор на верхних площадках через дюжину долей хорса.

***

Атака началась неожиданно. Только приняли хиронцев и девчонки увели Лету смотреть её арбалет, только дали сигнал степнякам Чингизхана, что пора чистить соседние села, как с шипением лопнувшего газопровода из выкопанных в поле окопов начали взлетать вверх комья земли со скоростью отбивного молотка.

Семен, пригнувшись, побежал в поле, на ходу крича, - Где, мать вашу, риалвы? Пускайте паутину, лесные бандерлоги! Где наблюдатели? Почему я никого не вижу?

Потом два риалва, вскочившие неизвестно откуда, по бокам от обстрелянных окопов, подняли руки и в небо полетела их знаменитая паутина. Шипение прекратилось, зато посередине между ними беззвучно возникла здоровая воронка, на дно которой свалился какой-то предмет.

Малиен добежал до воронки, когда еще земля полностью не осела и нырнул в пыль. Собин с Асани подождали, пока воздух очистится и только потом подошли. Как раз к тому моменту, когда Малиен вытащил обездвиженного мага. Собин наклонился, - Живой?

- Не знаю. Но точно не мертвый.

- Это как?

- Чтобы маг умер полностью, ему нужно отрубить голову. А до этого возможно всё.

Асани с готовностью положил руку на эфес. Собин замотал головой, - Нет, Асани. Так мы совсем без магов останемся и придется нам вдвоем всю Элазию защищать. Прикинь, как устанем? Малиен, сними с него все амулеты. Асани, потом свяжи ему руки за спиной и вообще сделай так, чтобы он дышал через раз.

- Как-то легко его сбили, - Семен задумчиво втыкал ветку в место попадания «Шила», - Почти метр. А ведь он, похоже, и блиндаж пробил бы…

Собин огляделся. Вместе с Семеном прибежал весь дружный коллектив, даже герцог с интересом заглядывал в воронку.

- Просто он один прилетел. Наверно, не ожидал такого, решил только проверить, -вступился за коллегу Малиен.

Собин заинтересовался, - И сколько теперь прилетит?

- Если гранд-маг узнал, что его мага убили, он приведет всех!

Семен присвистнул, - Это что теперь нас ждет ковровая бомбежка «немцы а-ля сорок первый»?

- Вряд ли. Насколько я понял, взаимодействие они не отлаживали. Так ведь, тун Малиен?

- При мне – нет. Маги обычно тройками работают. Маг Воздуха атакует сверху, а маги Огня и Воды на земле. А вы что, хотите атаковать магов?

- А что такого? Сам сказал, что если голову отрезать – маг умрет. А как мы это сделаем, вариантов много. Семен, есть идеи?

- А як жеж! Только пара смертников опять нужна, в качестве приманки.

- Считай, они у тебя есть. Пойдешь со мной, Асани-су?

- Почту за честь, дарк-ты умереть рядом с таким могучим воином.

- Не говори так пока, а то заставлю песню выучить, на русском «А не спеши ты нас хоронить». Понимаешь, Асани, если меня убьют, моя туна оживит меня, убьет садистским способом и снова оживит.

- Понимаю, ибо мудрецы сказали « жить с живой женщиной – тяжело. Но убьешь её – тяжелее будет вдвойне».

- Мудрые у вас мудрецы. А теперь поподробнее можно, где именно нас планируют убивать?

- Смотри, Игорь Вадимович, план такой: армада злых магов тучей летит сюда с одной мыслью: остеклить всю территорию вместе с негодяями, посмевшими поднять руку на мага. Не найдя никого, они начнут искать базы террористов и непременно найдут нас. Чтобы этого не произошло, нужно заставить их начать приземление на этом поле, ведь только на этом поле их будет ждать сектор «приз» и черный ящик с фугасом из подручных магических средств. А пока ошалевшие маги будут приходить в себя, я с ребятами постараюсь устроить на них охоту по принципу «Не надо стрелять в голову, она маленькая и твердая, лучше стрелять в брюхо, оно большое и мягкое».

- Думаешь, пробьет маленькая пулька их мощную защиту?

- Думаю, их защита не рассчитана на скорость маленьких пулек, да еще в огромном количестве.

- Нет слов, план хороший, только маги не задумаются, когда в разбитых окопах увидят только двух психов? Не может быть такого, что они сразу перейдут ко второй части плана – поиске базы террористов?

- Что ты предлагаешь?

- Может мы с Асади запустим одну эреску? Почему-то я уверен, что после того, как в их стройные ряды прилетит эта посылка, они точно начнут резкое катапультирование. А некоторые даже попытаются выучить противоракетный маневр.

- Ладно, пожертвую одну ракету. Только устанавливать буду я. И запускать будете точно по моей команде.

- Окей, или как говорят американцы «карашо». И каким будет сигнал? Просто я подумал про сигнальщиком туна Мальтсуррака, которые могут общаться через столбы дыма. Может, устроим хозяевам торжественную встречу? Вначале, например, первый дым, когда их заметят, потом второй, когда они заметят сигнальщика и повернут на него. И третий, когда надо запускать ракету.

Семен обдумал и кивнул. И народ забегал, как ошпаренный. Мальтсуррак получил инструкции от Семена и отправился давал указания своим бойцам. Герцогу Семен поручил проследить за школьниками, которые пошли за арбалетами для себя и «светкой» для учителя, а сам отправился искать позицию для себя, в отдалении. Собин взял Асани и мага и они втроем ушли к блиндажу.

***

До налета Собин с Асани успели выкопать пару «лисьих нор», в стороне от установки. Примкнувший к ним Малиен не стал изображать из себя стройбат, а несколькими взмахами углубил воронку от падения мага, которого суровые пограничники унесли к девочкам в будущий госпиталь, причем несли его крайне неаккуратно, постоянно задевая о всякие препятствия, похоже, вспомнили какие-то старые счеты.

Малиен перенес землю из воронки на луг, сделал из бывшей ямы коробочку и заморозил стены. Потом смастерил воздушную скалку и раскатал земляную кучу наподобие строительной плиты и тоже заморозил до появления измороси. Затем положил плиту на воронку и махнул рукой, - На хорс хватит!

Потом Семен принес установку и Малиен прибежал смотреть, как её будут ставить. Пока земной воевода настраивал направляющую, он успел оглядеть блиндаж и поинтересовался, - И, что, он выдержит магический обстрел?

- Три удара мага третьего ранга выдержит. Четыре - может быть. Но это если точно попадут. А если рядом, то с полдюжины. А эта штука как действует?

Семен вытащил капроновый шнур, привязал к какому-то крючку на установке и начал тянуть к блиндажу, - Когда я дам команду, надо будет дернуть за эту веревочку, она потянет тот рычаг, рычаг пробьет капсуль и в задней части ракеты загорится топливо. Из-за чего цилиндр, называемый ракетой, полетит в заданном направлении и по истечении определенного времени разорвется, уничтожив врага осколками и взрывной волной. Теперь последняя настройка, - Семен вернулся к ракете и продолжил манипуляции с настройкой, - На какой дистанции маги начнут стрелять?

- Я слышал, что маг четвертого ранга должен попадать с перестрела.

- Значит, ставим триста метров, должно хватить. Теперь вроде всё. Итоговый инструктаж, тун Игорь. Парни Мальтсуррака дадут три сигнала. Первый за три километра, там где лес начинается. Я надеюсь, что воздушная армада разделится, кого-то отправят на разведку. Второй сигнал запустят, когда маги окажутся по середине между первым сигналом и вашей позицией. И вот когда полетит третий, вы должны запустить нашу ласточку и сматываться в блиндаж ибо найдутся отморозки, которые захотят вас убить. А когда клиент дозреет, я начну добивать подранков. И это точно будет славная охота! Не передумали, Игорь Вадимович? Можем заменить, найдем кого-нибудь, за шнур потянуть. Ты все-таки у нас главный, без тебя нам всем полный крантык будет.

- Раз решили, значит, решили. Иди, Семен! Не буду я за чужие спины прятаться, старый уже.

И в небо вдалеке поднялся столб синего дыма. Семен сплюнул, - Не успеваем! - И побежал к лесу. Игорь похлопал мага по плечу, - Малиен, тебе поручение: сиди в своем блиндаже и считай чужих магов, чтобы ни один не пропал. И не переживай - запускать все-равно из твоего укрытия будем, так что увидишь этот незабываемый полет. Асани, тебе, к сожалению, самая опасная задача: когда ракету запустим, ты должен установки в блиндаж затащить, пока маги атаковать не начали.

- Смогу, дарк-ты.

- Ну, всё тогда, готовность раз!

Только Семен добежал до опушки по более-менее подчищенному окопу, как поднялся столб зеленого дыма. Собин дернул Асани, тот мага и они рванули в блиндаж. Асани, как и положено телохранителю, встал у входа. Маг, уставившийся в смотровое окно своего блиндажа, неожиданно завопил, - Я их вижу! Четыре тройки!

- Значит, скоро будут здесь, - Собин уселся на землю и намотал шнур на кулак.

И когда в небе показался красный столб, запуск прошел как по нотам, Асани кивнул, Игорь дернул, ракета неохотно зашипела и рванула встречать гостей. И только Малиен на время замер, завороженный полетом ракеты. Но и он пришел в себя от взрыва и доложил, только ситуация прояснилась, - Четыре мага не видно, похоже, их ракетой сбило!

***

Бежать пришлось, как на сдаче в училище, особенно последние пятнадцать метров между фальшивым окопом и опушки, на которой окоп выкопали, как на военной карте: выпуклой дугой с индивидуальными бойницами. Посередине выпуклости находились бойцы Мальтсуррака, к которым примкнул герцог со своими людьми, вооруженными арбалетами. В основании дуги с огнестрелом были его школьники. Учитель даже в душе не признался бы, что сделал так, чтобы вывести парней из-под первого удара. Официальной причиной была возможность встретить врага стеной огня из всего оружия на дальности пятьдесят метров.

Семен оборудовал позиции снайпера в шести метрах правее окопов, дальше просто задолбался копать землю, загаженную корешками. Он добежал до позиции и подобрал винтовку, сиротливо лежащую на дне окопа. Увидел, как первые линия шаров с магами пересекла отметку на земле и крикнул бойцу Мальтсуррака, - Сигнал!

Тот выскочил из окопа, скрестил руки, развел и в небо рванул красный дым. Ближняя тройка дернулась в разворот к ним, но стартовала ракета. Земля вздрогнула. Семен поймал в прицел шар, ближайший к блиндажу, а, значит, наиболее опасный. Нажал на курок. Оптика в прицеле показала попадание, но шар даже не дернулся, а просто еще приблизился к укрытию Собина.

- Значит, «свиньей» идете? Самых здоровых вперед поставили? Тогда мы санитары леса, слабых и убогих убирать будем.

И выстрелил в предпоследнего. Шар растаял и маг мешком с картошкой полетел к земле. Семен успел уронить еще парочку до того, как с неба рядом с бруствером жестко щелкнул дождь и поднял в воздух землю, которая ему в глаза влетела мокрой грязью. Семен перестал видеть. Вслепую нащупал винтовку и пополз обратно. Шум дождя сменился звуком пожара, Семен почувствовал обжигающий жар, отполз дальше. Подняться ему помог герцог, - Что там произошло?

- Маги вдоль опушки пролетели. Наверно, это те, кто вначале к лесу улетал. Нас не видно, а тебя заметили, вот и влепили водяной плетью и негасимым огнем. Хорошо хоть, маги низкого ранга, действие слабое, быстро закончилось. Тебе плетью еще и руку порезали, - пояснил Тритап. Вы что, не видите?

- В глаза что-то попало. Остальные все целы?

- Все. А Кент даже одного мага уронил.

- Парни, кто поближе подойдите, нужно продолжать стрельбу.

- Можно я.

- Кто я? Рядовой Головка?

- Никак нет! Рядовой Воскобойников!

- Возьми винтовку. Цель видишь?

- Так точно, вижу!

- Можешь уже не орать. Дуй в мой окоп, упрись локтями в стенку и стреляй не торопясь, в крайних. Передних не трогай, не пробьешь. Уроды еще здесь?

- Половина улетела дальше, обоз останавливать. А тройка к остальным ушла.

- Ладно, действуй, Андрей! Ваша милость, расскажите, как вообще дела?

- Ваша ракета просто чудо! От взрыва ракеты поражено четыре мага, потом ты еще троих подстрелил. Кстати, парни Мальтсуррака с риалвами пятерых смогли притащить. А теперь остальные отходят к селу для перегруппировки.

- Опять по воздуху атаковать будут?

- Вряд ли. Раз с ходу не получилось, будут действовать, как готовились: воздушник в небе, огневик и водник на земле.

- Это хорошо. Я там сюрприз приготовил, так что будьте готовы. Как бадубум начнется, начинайте стрелять. Придется Вам командовать, я в санитарный шалаш уйду.

- Постараюсь не подвести.

- Всё просто: либо мы их, либо они нас, так что постарайтесь. Я надеюсь быстро вернуться, мне лишь бы глаза промыть.

Подошел Дозырин, начал бинтовать руку, попутно шепотом сказал, - Пусть Миха Вас к девочкам уведет. У него после гостиницы комплекс попер - ему кажется, что над ним все смеются втихомолку, из-за пули в заднице... Всё, товарищ командир, перевязку закончил!

Семен кивнул.

***

- Дарк-ты, сюда от опушки летят маги. Тройка к остальным, два к нам наперерез. Похоже, обоз отбивать будут, - в блиндаж заглянул Асани.

Собин выложил из пакета Семена автомат, цинк и мешочек с патронами и развязал, - О. патроны к моему пистолю! Теперь точно живем! А то взяли моду наши имущество дерибанить. Самим мало!

Маги появились над окопами ближе к опушке, поэтому Игорю пришлось быстро делать поправку, поэтому очередь получилась неточной и маги ушли из сектора обстрела с боковым виражом.

Собин сплюнул и протянул пустой магазин магу, - Зарядить сможешь?

Тот пожал плечами. Игорь отстегнул полный, показал, как вставлять патроны, пристегнул магазин к автомату. Маг исчез в блиндаже.

- Дарк-ты! - Асани рукой показал Собину вдаль. Там перед магами внезапно выросло высокое раскидистое дерево, преградившее путь. Воздушник легко остановился, а огневик застрял в длинных ветках, задергался и начал кидать огненные стрелы.

Тут же перед деревом появилась волчья морда, как тогда в крепости и втянула в себя огонь. А потом резко выдохнула его обратно. Шар огневика отлетел и вспыхнул, а потом метеоритом рухнул вниз.

Воздушник обезумел. Он приблизился к дереву и стал пластать ветки воздушным ятаганом. Но морда волка завыла боевую песню, выпустил воздушную волну, от которого шар мага затрясло и, похоже, он потерял ориентацию и управление. Шар исчез и маленькая фигурка камнем понеслась к земле.

Глава 19

Глава 19. Говорят, мы бяки буки - окончание

Амарис не успел как следует погордиться, что его взяли на разгром разбойников. Вначале пришлось бежать на общий сбор, затем знакомиться с магами своей тройки, а потом пытаться держать треугольник в полете и следить за появлением команды гранд-мага. Поэтому он только краем глаза заметил, как тройка отвернула к лесу и обрадовался, когда гранд-маг направил его тройку следующей, чтобы захватить очередного сигнальщика в лесу.

Старшим тройки был воздушник. Он и сообщил, что первая тройка упустила разбойника и потеряла мага, поэтому предложил для верности магическую атаку номер четыре. И атака началась.

Амарис повесил на опушке каплю со свой рост, огневик нагрел её до пара и старший «Воздушный дождь» трансформировал её в сотни водяных пчел, летящих со скоростью атакующего роя. Естественно, верхушку леса на это участке срезало, как бороду у брадобрея.

Да еще со страху запустил в лес «Зимний дождь», потратив на заклинание большую часть резерва. Ледяные капли пробивали землю на пару сантиметров. Затем старший тройки запустил «Крик бароха» и вся живность в радиусе пяти перестрелов умерла от разрыва сердца.

Старший зафиксировал подлетающую пару и полетел вдоль опушки. Амарис был ближе к лесу, поэтому заметил лежащего в вырытой канаве разбойника и ударил по нему «Водяной плетью». Из-за радости от успеха он не обратил внимания на других разбойников, прятавшихся в лесу, поэтому даже не успел понял, отчего его шар разлетелся, а он сам камнем приземлился на той же опушке, напоровшись плечом на ветку и сломав кость на другой руке.

А потом, из-за его стонов и всхлипываний за его спиной появились они, здоровый эрк с поганым риалвом, сорвали все амулеты, поставили на ноги, привязали веревку к поясу и заставили передвигаться быстрым шагом по лесной тропе. Он попытался использовать резерв, но его постоянно отвлекали, дергая за веревку и, чтобы не упасть, Амарису пришлось сконцентрироваться на беге.

У канавы охранников заменил землянин, который еще помогал идти раненому с перевязанными глазами, такому же иномирцу, только старше. Но к тому моменту Амарис уже выдохся и не мог создать заклинание, ведь он на ходу еще и лечил свою рану.

Его привели к навесам с плотной тканью грязно-зеленого цвета, один был закрыт пологом, на котором без магии был приделан белый круг с красным крестом, а под вторым вызывающе худые землянки с непривычными косынками на голове из такого же грязного цвета, как и навесы, сосредоточенно обрабатывали рваные раны десятку раненых, среди которых были эрки, риалвы и земляне.

Причем делали это не кухонными мясорезами, а боевыми ножами, хоть и маленькими, по сравнению с длинными мечами охранников во дворце. А магией пользовалась только одна! И делала это абсолютно по-варварски! Она неумело лечила раны желтым камнем, а прижигала красным, из-за чего расход магической энергии был двойне неприемлемым! Казалось, что лекарка взяла камни первый раз или её наставники сами не умели пользоваться такими амулетами.

Амариса посадили на ветки в дальнем углу, приготовленные для очага. Он успел расслабиться, прежде чем понял, что над очагом в металлической крынке кипела вода. Он радостно направил магический щуп в крынку, но, к своему изумлению не смог добраться до воды. Пришлось успокаивать себя тем, что посуда иномирская, поэтому его магия не может пробить защиту. По этой же причине Амарис не смог пополнить резерв из прозрачных бутылей с водой, стоящих в углу навеса.

Когда он увидел, как землянка вернулась от ручья с наполненной бутылью, он уже практически без надежды попробовал дотянуться до текущей воды магической нитью. А когда не смог, то безрезультатная попытка привела его в ужас, Амарис запаниковал.

Он вытащил из сапога палочку, вскочил, создал и стал размахивать «Водяной глефой», стараясь освободить себе путь обратно к тропе. Молодой землянин, приведший его сюда, а сейчас у входа объяснявший что-то землянке с собранным боевым луком, вскочил и перегородил путь к сидящему раненому и миниатюрной девушке, промывающей ему глаза, даже встал в стойку, но Амарис разрубил ключицу вплоть до легкого.

Амарис удивился, что не смог отрубить руку, хотя его самого забрызгало кровью, что девушка, промывающая незрячему глаза, испуганно попыталась закрыться рукой с тряпкой, с которой капала вода, как незрячий пытается определить источник опасности.

Это было последнее, чему он удивился, пото что сзади крепкая рука схватила за волосы и мага ударило в затылок. А затем его отпустили, отчего Амарис повалился на землю и не увидел, как та же рука подхватила его палочку, повертела, позвала на помощь вторую руку и вдвоем сломали его тайный резерв. Голос у рук даже удивился, сколько вытекло из палочки.

Потом появилась сама девушка, это оказалась та землянка, но уже без лука. Она накинула петлю на шею мага, а второй конец привязала к рукам за спиной. Амарис услышал «Как он?» и попытался уползти, но из-за удавки сил хватило только захрипеть.

Услышав «Я справлюсь, сейчас начну кровь останавливать» девушка кивнула «Тогда я на позиции, а то гремит сильно. Да и опасаюсь, что если задержусь, то точно этому ушлепку колокольчики отрежу».

Амарис закрыл глаза и прошептал «Отрезайте, только не делайте из меня бароха…».

Девушка услышала, отряхнула лук, проверила тетиву и усмехнулась, - Слышишь, Гуля, мы не хотим стать второй Анжелой!

Лекарка только отмахнулась, похоже, с лечением возникла проблема – парень с разрубленным плечом начал хрипеть. Амарис пригляделся и, насколько позволила веревка, привстал, - Она не правильно лечит. В первую очередь нужно убрать кровь из легкого и починить артерию, пока он не захлебнулся. Если вы меня развяжете и дадите воды, хотя бы из той бутыли, я вылечу. Я действительно вылечу.

Девушка с луком вынула свой кинжальчик и наклонилась к веревке и на секунду задумалась, - Семен Семеныч, Вы разговор слышали?

Сидящий изобразил кивок, стараясь не мешать девушке промывать глаза и сказал, - Теперь все будут настороже и, если что, на шашлык его порежут.

Амарис устал бояться, поэтому не испугался опасного «шашлыка», а просто дождался, пока перережут веревку, встал, разминая шею, увидел, что девушка с луком ушла по тропе и подошел к прозрачным бутылям, где и остановился в недоумении.

Крупная девушка, телом похожая на настоящую жительницу Хветефельтина, подошла, открутила (!) пробку и подала магу, тот обрадовано протянул к бутыли руки, прямо, как маг первого года обучения, и в секунду всосал в себя жидкость.

- Еще можно?

Девушка открыла вторую бутыль, та тоже опустела в секунду. Амарис подошел к лекарке, даже не стал шептать заклинание, просто из раны парня поднялся на полметра фонтанчик грязной крови и полился на землю.

Парень перестал хрипеть. Маг зафиксировал руку лекарки так, чтобы красный камень смотрел на рану, сплел пальцы обеих рук и с щелчком развел руки, раненый замер статуей.

Амарис свел в щепотку пальцы правой руки, левой вытянул и отодвинул метровую струю крови, затем произнес «Фас!». Камень ярко засветился красным цветом. Маг огляделся, все смотрели на него с изумленным ожиданием.

Он отодвинул руку лекарки с красным камнем и придвинул другую, с желтым, причем так, чтобы камень был над раной. Теперь предстояло самое сложное: восстановить пострадавшие органы. Амарис произнес «Комс!» и из руки в рану медленно потянулась нитка из воды, прозрачная над камнем и желтая под ним.

Через несколько секунд нитка утолщилась до шнура и загустела до желеобразного состояния, а еще через несколько рана заполнилась. Маг поменял руки лекарки и та красным камнем прогрела края раны.

Амарис огляделся и позвал землянку, похожую на местную жительницу, так и стоящую с пустыми бутылями, - Я ему конструкт поставил, его седьмицу надо костным настоем покормить, чтобы жилы укрепились. А сейчас я его сейчас разморожу, подложи что-нибудь, чтобы он на земле не лежал, а то замерзнет.

Землянка метнулась за полог, к магу подошел иномирец, которому обрабатывали глаза и пристально посмотрел на него, - Значит, ты лекарь? А других можешь посмотреть?

- Могу, только давай быстрее, у меня сейчас откат начнется.

***

Тритап спокойно наблюдал за короткими перемещениями магических шаров перед началом атаки, они были далеко, за пять перестрелов от леса, около тракта. Родовой амулет он вернул, с супругой помирился. Герцог улыбнулся, вспомнив, как он успокоила его по поводу долга за амулет. «А чем ты хочешь с ними расплатиться? Частью своей провинции? Деньгами? Землю они не возьмут, их денег даже барох за всю жизнь не съест? А вот твое влияние в армии, твой золотой пояс тара им обязательно пригодится!».

И сегодня он сможет отдать долг чести, даже если погибнет. Было тревожно, с ним не было никого из тунов, не было и его «дубов» с далеметами. Хотя против этой силы и его «дубы» вряд ли бы устоли.

Маги Хветефельтина закончили построение и медленно, с гулом тяжелой конницы сооружение в виде трех шаров в воздухе и семи магов топающих к лесу, трех в синей одежде, четырех в темнокрасной, направились к лесу, в облаке пыли, поднятой выше летящих магов.

- «Звезда магов»! – прошептал герцог.

- Двойная звезда! – добавил Мальтсуррак, приведший иномирца с винтовкой туна Семена, - Что будем делать, Ваша милость?

- Как говорил тун Семен: отвечать неадекватно. Только надо понять, как именно.

- А них правый угол заваливается, - вдруг заметил пограничник.

- Да, хотя бы двумя далеметами туда влупить, а потом арбалетами… А ты сможешь попасть в нужную точку?

Иномирец опустил оружие и почесал затылок свободной рукой, - Попасть попаду, только эффекта не будет, только маленькая дырочка. Вот если в мага попасть, то ему кирдык.

- Даже тебе защиту «Звезды» не пробьет.

- А лук не подойдет? – нахально встряла Коронина.

- Тунна Натали? Вы, как обычно, в нужный момент. Скоро сюда доберется двойная «Звезда магов». Для нас это непобедимое соединение. Им можно противостоять, имея под рукой две тройки магов и четыре сотни с семью далеметами, не меньше. Но тун Мальтсуррак заметил, что правый угол заваливается, видимо, воздушник неопытный. Если бы тунна была так любезна, что отправила в разрыв хотя бы одну заправленную стрелу, то у нас появится шанс.

- Хорошо. Влеплю. Хоть одну, хоть три. А что будет потом?

- Тогда защита магов будет разорвана и ослабнет и тогда их можно будет сбивать из наших арбалетов. Главное, разорвать защиту.

- А что, если еще и парни вместе со мной выстрелят? Я разорву защиту, а парни внутри поломают всё, как сковородка пьяному мужу. Как, Андрюша, сможешь после меня в звездочку попасть?

- Я больше скажу: есть у нас несколько стволов, у которых патронов на пару выстрелов, вот из них и пальнем.

- Предлагаю так: твои парни проберутся вперед, пальнут после туны Натали и назад, но чтобы их заметили. Как бы испугались. Если маги потеряют строй и рванут вперед преследовать, мои люди начнут стрелять с боков. А твои сзади прикроют воев Мальтсуррака , которые будут утаскивать магов.

- А если строй не сломается?

- А если не сломается, молодой иномирец, тогда будем воевать по-настоящему: они будут убивать нас, а мы их. А это что?

Все уставились на Малиена, бежавшего к лесу большим зигзагом. Ближний к нему воздушник решил уничтожить легкую мишень, но никак не мог попасть: Малиен то падал, то делал рывок, то останавливался перед очередной воронкой, вешал за спину воздушный щит и отдыхал.

Наконец шар с магом решил приблизиться к бегуну в надежде хоть так добиться попдания. Но успеха добилась третья сторона: из блиндажа вылетела длинная очередь, шар окрасился красным и маг шлепнулся на землю.

Не успел Малиен стартануть дальше после передыха, как другой воздушник, с центра построения, от души влепил в него «Воздушный кулак». Воздушной волной мага отбросило на четыре корпуса коня и буквально вплющило в образовавшуюся воронку. Затем тот же воздушник запустил пару «кулаков» в сторону окопов, хотя до опушки было больше трех перестрелов.

И «кулаки» вдарили, как старинные пушки ядрами: вырывая из земли огромные ямы, поднимая землю до верхушек деревьев и с треском ломая эти самые деревья. Хорошо, что заклинания были пристрелочными и ударили в стороне от окопов, прикрытых магией риалвов, но и то, среди бойцов появились контуженные и поцарапанные.

Хотя герцог присел и взрывная волна прошла выше, это не избавило от пыли, засыпавшей его после «кулаков». Воскобойников собрался вернуться на свое место, его придержал Мальтсуррак. На обиженные вопли пацана «Пустите! Я ем сейчас влеплю пару горячих этому отморозку!», тот резонно возражал «Рано! Нельзя сейчас себя выдавать, пусть приблизятся!».

И получил очередной возмущенный вопль, - Нас тогда тупо в землю впрессуют! Мы же обосремся, когда уже по нам так бомбить будут!

- Главное, чтобы ты стрелять мог. А сухие или нет у тебя будут штаны – неважно, - успел появиться Семен с красными глазами.

- Семен Семеныч! Зачем Вы пришли? Вам глаза беречь надо!

- Коронина, я стрелять не собираюсь, так винтовку поддержать, если Воскобойников надумает штаны поменять. Ваша милость, я хотел предложить кабареков пустить, чтобы они магов сзади обстреляли.

- Хорошая идея, тун Семен. Делайте!

- Чингизхан, ты где?

Главный кабарек растолкал обоих зеленых амбалов, принесших Мальтсурраку три тряпичных свертка, и встал перед Семеном по стойке «смирно».

- Сможешь карусель закрутить, но так, чтобы маги ни в кого не попали?

- Сложно будет, остался один молодняк, все отправились делом заниматься. Но я постараюсь.

- Ага, постарайся. И помни: если погибнешь – не возвращайся, я тебя оживлю и в наказание бестолковку буду резать тупым ножом целый хорс.

- Я понял, тун Семен.

Кабарек торопливо исчез, пока Семен не придумал еще какое-нибудь наказание. А Коронина взвешивала стрелу, которую ему из свертка подал Мальтсуррак.

- Тяжелая. Я её далеко не кину.

- Значит, подпускай ближе.

- Тун Семен, не дави на тунну. Я прикрою её своим амулетом.

- Вот и договорились. Мальтсуррак, а кого твои парни притащили?

- Мага. Малиен сюда бежал, от туна Игоря и попал под «кулаки» воздушника.

Семен даже присвистнул, когда увидел, в каком виде принесли мага: зеленое лицо в земле, по нему текут струйки красной крови из глаз, рта, носа ушей. Взгляд остекленевший, рука неестественно повернута.

Малиен схватил его за руку и что-то беззвучно прошептал. Отпустил руку и схватился за невзрачный амулет в виде дорожной гальки, висевший на груди на дешевой цепочке. И снова зашептал, но теперь его голос был громче, - Тун Игорь нашел гранд-мага, он позади «Звезды», в воздухе... Он сказал «его надо выЯвить, пусть запустят сигнальные ракеты... » - и окончательно отключился.

Семен скомандовал держащим Малиена носильщикам, - Несите в медпункт - в палатку с красным крестом. Там маг пленный хорошо лечит, пусть займется, - и пояснил герцогу, - Пленный с испуга своим водяным ножиком нашего Мишаню чуть не пупа порезал, парень уже предсмертный хрип испускать собрался, а водник сам его и вылечил. Так что пускай исправляет последствия немотивированной агрессии нашего противника. Сейчас только он и справится. Тем более, начинается.

И своими словами Семен запустил очередной обстрел. По крайней мере, следующий «кулак» ударил о землю, заглушив последние звуки. Потом, сразу же второй, только дальше. А потом маги в красном подняли столбы огня, которые «кулаки» отправляли к окопам и от которых там загоралась земля. А еще позже, когда «Звезда» приблизилась еще ближе, в небо поднялись и столбы пара, которые «кулаки» отправляли к окопам и от которых нечем было дышать, вся одежда в миг становилась мокрой, сразу же сухой, а потом казалось, что тебя гладят раскаленным утюгом. Послышался нескончаемый вопль - кого-то сильно обожгло.

Мальтсуррак прикинул расстояние и кивнул герцогу. Тот положил руку на плечо девушки, - Пора! Пошли, я тебя прикрою! Я сейчас амулет активирую и мы взлетим. У тебя будет не более трех ударов сердца, чтобы выстрелить. Нужно оторвать от «Звезды» воздушника и вывести из строя огневика, а если повезет, то и водяника. Получится?

Коронина что-то прикинула, засунула одну стрелу в подмышку, вторую в зубы, третью наложила на лук и уверенно кивнула. Тритап взял её за талию и сказал Мальтсурраку, - Командуй!

Тот уставился на «Звезду», выждал, пока в ту сторону не полетели два дымных следа и крикнул, - Давай!

Натали не успела даже рот открыть, чтобы крикнуть от испуга, как оказалась на высоте восемнадцатого этажа, не ниже. Но оценивать было некогда, тем более, маги тоже оторопели от увиденного и как будто застыли. Благодаря женской логике Коронина мигом оценила их уязвимость и пустила стрелу.

Она, конечно, хотела не так, думала, что рассечет шар правого воздушника по верхней кромке, а потом стрела клюнет в темечко водяника на земле, но... но и так получилось хорошо: стрела разрезала шар воздушника наискосок, сверху вниз и по диагонали воткнулась в мага в красном балахон, отчего тот споткнулся и упал.

Второй стрелой лучница сбила парящего неудачника на землю и успела заметить, как позади и выше «Звезды» дым окрасил в бледно-розовый цвет шар размером в два раза крупнее магических шаров и пустила последнюю стрелу туда.

А потом, как в замедленном кино без звука: второй воздушник дожидается, когда перед ним появится огненный столб и запускает воздушную торпеду, которая стремительно приближается к ним спрессованным облаком горящего воздуха. А герцог пытается её опустить. И они спускаются, только очень медленно. А торпеда приближается быстрее.

Но герцог успел, Корониной только слегка обожгло лицо и растрепало волосы пролетающим огненным феном.

Приземление получилось неудачным: герцог не удержался и упал. Но успел отбросить её в сторону, где девушку с удовольствием и её лук (без удовольствия) поймали два здоровяка Мальтсуррака. Ноги Натали не держали, как и руки, поэтому парням пришлось очень аккуратно её усаживать. Кто-то поднес ко рту глиняную бутыль с холодной водой и помог девушке сделать пару глотков. Её начало отпускать, она стала слышать звуки.

Самым громким был мат Семена, прикрывавшего отход парней. Он встал на бруствер и тройками стрелял в приближающихся магов. Когда магазин опустел, ему сзади крикнули «Отходи, мы на позиции!».

Военрук спрыгнул в окоп, вставил полный магазин и стал отходить спиной, контролируя приближение магов, пока не уперся в стенку окопа, откуда его подняли парни. И перенесли через торопливо накиданную насыпь, на которой герцог положил здоровый арбалет, младшего брата далемета.

Семен увидел встревоженный взгляд его милости и поинтересовался, - Всё так плохо?

- Пока непонятно. Если план сработает и удастся их сбить, то нет. А если засада не помешает им обнаружить нас, то плохо. Вначале нас пригвоздят к этому месту «Горной рекой», а тогда уже испепелят «Ночной грозой».

- Так, может, еще отойти, подальше?

- Риалвы прикрывают только опушку, так что, в лесу нас сразу обнаружат.

Семен увидел, что разговор внимательно слушает Андрей Воскобойников и с усмешкой спросил, - Что, Андрей, не нашлось у Витюши запаса напалма?

Тот с тяжким вздохом согласился, - Не нашлось. А как было бы хорошо им впендюрить какой-нибудь магической вундервафлей! А, Семен Семеныч?

- Кто спорит, конечно, хорошо. Только где её найти, эту вафлю? Хотя… Ваша милость, Вы можете еще раз взлететь под небеса?

- Риск стал больше, но раз смогу. А у вас появился план, тун Семен?

- Пока еще наметки. Как Вы думаете, если собрать в охапку все амулеты, которые собрали с магов и поджечь, что будем?

- Я не маг, а воин, поэтому могу ошибаться. Но меня учили, что любой амулет, помещенный в родную стихию, начинает забирать энергию, сколько положено. А потом может взорваться, если не следить за степенью заряда. Наш маг даже показывал на обломке какого-то простого кристалла, как тот взрывается в дурных руках.

- И это в родной стихии. А если амулет водяника в огонь кинуть? Я думаю, еще быстрее взрыв будет.

- То есть, Вы предлагаете, чтобы я поместил амулеты в струю огня?

- Если сможете, то да.

- Попробуем, все-равно, терять нечего. Собирайте амулеты!

- Уже! – Кент показал темный полиэтиленовый мешок, завязанный посередине, с удобными ручками, - Туда и бензинчика можно плеснуть, чтобы быстрее разгорелось.

- И вспыхнуло в руках. Обойдемся без опасных веществ, будем соблюдать технику безопасности. Отдай мешок его милости…

Окончание фразы заглушил очередной взрыв, теперь уже совсем близко к окопу.

- Всё, перестали сопли жевать, расходимся! Ваша милость направо, мы налево, Коронина остается здесь. Огонь только по моей команде! Ваша милость, мы на Вас будем ориентироваться.

Герцог кивнул и пошел в конец окопа, где готовились к отражению атаки его «дубы», подошел к Флешену, тщательно проверяющему болты для арбалета, подобные тому, что держал сам Тритап, и протянул ему пакет с амулетами. - Флешен, найти мешок из-под смазки для колес и положи пакет в него.

- Иномирцы придумали, как уничтожить магов?

- Что-то вроде этого. С помощью Когтя. И если всё получится, как надо, вам останется взять магов голыми руками. Так что, давай мешок, прячься в окопе и жди сигнала.

Под нескончаемые воздушные волны, закладывавшие уши, поднимавшие в воздух землю и валившие деревья по всей опушке, Флешен убежал и через две минуты вернулся со свернутым, но вонючим мешком и парой дротиков, - Возьмите, светлый тар!

И пока герцог проверял балансировку дротиков, Флешен ловко запихнул пакет в мешок и затянул узел. Тритап взял в левую руку мешок, в правую оба копья, отдал мысленный приказ амулету и вознесся над лесом.

Но из-за малого опыта обращения с амулетом, да еще так нагруженного, герцога повело и взлет получился кривым. Впрочем, это спасло ему жизнь. Вражеский маг не ожидал такой подлянки и очередной «кулак» был нацелен в предполагаемую точку взлета. А герцога только закрутило, но он умудрился запустить в того оба дротика. И следом зашвырнул мешок.

Но воздушник не заметил приближающегося мешка, поскольку делал вираж от дротиков. Не то, чтобы он испугался, просто постарался увернуться от непонятного предмета, летящего в его сторону.

По этой же логике огневик, увидевший мешок, падающий ему на голову, решил сжечь его и направил на него «Огненную свечу». И не понял, как огненная свеча превратилась в огненный шторм, а потом, для него, и в полную темноту.

***

Собину выпала роль зрителя. Вначале, когда маги пошли на окопы боевым порядком, он хотел начать стрельбу в бок ближайшему магу, но Малиен его отговорил: сказал, что в «Звезде» очень мощная защита и её так просто не пробить.

Стали ждать дальше. Асани восхитился четкостью маневров чужих магов, Малиен озадачился: ему не понравилось, что они так синхронно двигаются и стреляют. Он предположил, что гранд-маг контролирует своих подопечных. Только тогда Собин вспомнил про стрелку, которую ему дали после краткосрочного заключения. И стрелка не подвела: сразу же указала на точку выше и дальше «Звезды». Пришлось отправлять Малиена к Семену и ждать дальше.

А дальше всё помчалось, как на «американских горках». Вначале, под свист воздуха, треск огня и шум водопада герцог с Корониной изобразили фигуру высшего пилотажа из фигурного катания: взлет с противомагическим виражом и силовая поддержка со стрельбой.

«Звезда» раскололась, но быстро перестроилась, а гранд-маг завис в метре над землей и стал видимым, в том смысле, что шар, кстати, в два раза больше шаров остальных магов, проявился и стал зеркальным. Теперь уже сам Собин решил подождать, понял, что из его пукалок не пробить такую броню.

А вот когда после большого бадабума вся конструкция развалилась с грохотом и поднявшейся пылью, Игорь решился. Он махнул Асани, чтобы тот заходил к боссу магов сзади, а сам выскочил из-под капающей крыши блиндажа и рванул короткой перебежкой. Упал в невысокий кустарник и приготовил своего «узика».

Когда пылевая завеса начала рассеиваться, Собин снова увидел гранд-мага. Теперь он не выглядел непобедимым. Зеркало шара исчезло, теперь на земле стоял маг в белом плаще до земли, выше всех, кого Собин здесь до этого видел. От него к магам, ползающим и пытающимся подняться, потянулись шланги белого плотного дыма.

А затем гранд увидел, как эрки утаскивают в лес его магов и завопил бешеным динозавром. Шланги с дымом исчезли, а в руках появился пылающий камень с человеческую голову, который начал стремительно нагреваться и приобретать багровый цвет. Игорь решил, что нельзя позволить кинуть раскаленный булыжник в лес, нацелился в колено, решил, что вряд ли пробьет плащ и поднял прицел на снаряд, вот-вот готовый улететь и выпустил весь магазин.

Собин вскочил, отбросил автомат и побежал к гранд-магу, уронившему камень на землю и схватившемуся за перебитую руку (Игорь маленько промахнулся и попал ниже, чем целился, вот что значит стрелять из незнакомого оружия), на ходу вытаскивая свой бунч-темон и перепрыгивая через горящую траву – камень превратился в огненную лаву и потек, поджигая землю.

Гранд-маг соизволил его заметить и презрительно прошипел, - Червяк! Не путайся под ногами! Жди здесь, пока я разберусь с остальными разбойниками, - и опустил раненую руку, пальцы на которой сжал особым порядком.

Именно в этот момент лава из камня образовала вокруг Собина круг шириной больше метра и заставила замереть на месте. Игорь потихоньку подгорал от жара лавы и обжигающего воздуха над ней и только слушал, что кричал гранд-маг. А тот кричал эркам, несущим магов к лесу, - Смертные! Остановитесь и принесите моих слуг ко мне. Тогда я смилостивлюсь и оставлю вам ваши никчемные жизни! Иначе вас ждет смерть. А тем, кому не повезет – судьба бароха. Я жду полдюжины ударов сердца.

Но эрки и не думали останавливаться. Вместо этого со стороны дороги в мага понеслась туча стрел, с искрами полосовавшими плащ мага. И в этот же момент от дальней опушки на мага, по воздуху, с воем кинулась морда волка.

Гранд-маг поморщился и поднял здоровую руку. Волк побледнел, но продолжил атаку. И в этот миг на мага с пугающим криком кинулся Асани, решивший перерубить противнику спину своей саблей.

Маг, не глядя, отмахнулся и телохранитель Собина пушинкой отлетел на пару бросков гранаты. А волк, тем временем, приблизился вплотную и распахнул пасть шире, показав клыки, готовясь укусить. Гранд-магу пришлось приближать к морде здоровую руку, чтобы превратить её в прах своим прикосновением.

Гранд-маг поднял руки и попытался сформировать новый камень. Но подстреленная рука подвела и камень, только набиравший цвет, выпал из рук и растаял в воздухе. Маг вытащил коробку и вынул здоровой рукой амулет. И со словами, - Не хотите «Горящую землю», будут вам «Пылающие звезды»! - поднял амулет над головой, собираясь запустить заклинание.

Игорь понял, что его банде придет кирдык, если маг закончит заклинание. Он вытащил пистолет и начал стрелять в здоровую руку. И попал. Иначе маг бы не выронил амулет и с болезненным шипением не схватился бы за рану. Он повернулся на выстрелы и увидел Собина, - Ты!

От крика начала проваливаться горящая земля. Игорь далеко отбросил опустевший пистолет и прыгнул через круг лавы. Хоть с трудом (пяткой зацепил круги кроссовок начал подгорать), но он перепрыгнул как раз в тот момент, когда рассерженный гранд-маг вырос до трех метров и поднял ногу, чтобы раздавить прыгнувшего Собина.

К счастью, маг промазал, похоже, неверно оценил место приземления. И слоновья нога опустилась в считанных сантиметрах от головы Собина. На одних рефлексах Игорь рыбкой прыгнул вперед, под опорную ногу мага и сразу же пополз за спину противника. И не успел отдышаться, как гранд резко повернулся к Собину и снова попытался встать на него. И снова Игорь отпрыгнул, на этот раз назад спиной.

Лопатка на поясе больно хлопнула его по бедру и он сразу вспомнил про бунч-темон. Сделал еще пару шагов назад, на ходу вынимая свое магическое оружие. И отпрыгнул в сторону, уходя от резво прыгнувшего мага, со своим трехметровым ростом порхающим, как бабочка.

Собин сбоку попытался полоснуть по бедру врага, но не смог пробить защиту плаща. Лопатка с искрами просто процарапала ткань в паре сантиметров от тела. Маг с шагом приблизился и ударил «Воздушным кулаком». Собина опрокинуло и вдавило в землю, выбивая воздух из легких.

И снова обувь рядом с головой. На этот раз сил отпрыгнуть уже не было и Игорь только и смог, что откатиться и попытаться воткнуть лопатку в ногу мага. На этот раз он смог прорезать плащ и даже процарапать ногу. Место пореза тут же окрасилось в яркий цвет осенней листвы и на глазах стало темнеть, поднимаясь вверх по ноге.

Маг застонал и опустился на раненое колено, подставив Собину вторую ногу. Землянин, не раздумывая, стал резать и её. Маг опустился на колени и начал себя лечить: от груди вниз побежали молочные ручейки и стали осветлять поднимающуюся темноту.

Собин с трудом, но поднялся. Гранд-маг смотрел на него с ненавистью, но не отвлекался от самолечения. Игорь улыбнулся и предложил, - А, может, разойдемся по-хорошему? Я ведь могу и не убивать тебя.

Маг стал усыхать до своего естественного роста, но хрипло рассмеялся, - Я с червяками не договариваюсь… - и начал вставать.

Собин пожал плечами и рубанул лопаткой по шее. Потом еще и еще. С пятого раза голова наконец отпала и укатилась, туловище вначале осело, а потом и вовсе упало на бок. Игорь пожал плечами, - А я предлагал по-хорошему… - и повалился в противоположную сторону.

***

Игорь почувствовал, как на него льется теплый июльский дождик. «Грибной», подумал он, улыбнулся и открыл глаза. Увидел наклонившегося над ним Толяна с взволнованный лицом и чайником, из которого текла тонкая струйка и пожаловался, - Прикинь, Толян, какая фигня привиделась. Будто попали мы на другую планету и должны всех врагов уничтожить! А иначе нас обратно не вернут. Похоже, перехимичил ты с инградиентами для самогона – глюки, как настоящие…

В обзоре возникло озадаченное лицо герцога и улыбка исчезла с лица Собина. Он грустно вздохнул, - К сожалению, самогон не виноват… Что еще у нас плохого?

Кривич ухмыльнулся, - Придется идти к столице – здесь мы всех разгромили и разграбили. Так что, вставай, мой друг, нас ждут великие дела. А именно: тайники и сокровищницы уже бывшего тара Хветефельтина, зря мы, что ли, местную братву подписали?

- Что произошло?

- Ну, ты даешь! Грохнул мегамага и в отказ. Типа, не помню, не я это был и вообще!

- А если серьезно?

- А если серьезно, тун Игорь, - присоединился к разговору герцог, - Вы убили светлого тара Хветефельтина и упали без сознания.

- И долго пролежал?

- Половину малого круга примерно.

- Толян, обрисуй общую ситуацию.

- Мы победили. Когда ты сцепился с их главным, то остальные маги прекратили сопротивление и стали наблюдать за поединком. Кстати, вперемешку с нашими. Я даже удивляюсь, что никто тотализатор не открыл. Не иначе, не успели, всё быстро произошло. А когда ты ему голову отрезал, тут они и задепрессировали. Сели в кружок и начали грустно смотреть друг на друга. Я, грешным делом, подумал, что они в самураев играть начнут и как кинуться в последнюю атаку или животы себе вскроют, но нет. Сами свои амулеты сняли и позволили руки связать.

- Халиен говорит, что это от того, что за них всё решал гранд-маг, а без него маги совсем растерялись.

- Понятно. Что ты про столицу говорил?

- После того, как всё решилось, Чингизхан предложил, пусть его парни рейд устроят, понравился, видите ли, такой вид отъема нечестно нажитого имущества. Я ему велел скакать вдоль дороги прямо до Червальтена, а там по возможности. Есть возможность – обложите стольный град, чтобы ни один гад наше добро не унес. Нет – встаньте у города и записывайте, куда эти гады несут наше добро. Так что, надо ехать, смотреть, как они получилось.

- А справимся со столицей? Там же толпа народа живет, а нас и так мало. Кстати, потери большие?

- С отдаленных постов еще не подошли, а здесь четыре «двухсотых» и семеро «трехсотых», двое тяжелых. Из наших Мишаня под мага попал, тот его чуть не до пупка распорол. Но сам располосовал, сам и заштопал. Даже пообещал, что будет лучше старого.

- Что с Асани?

- Были бы мозги – было бы сотрясение. А так отделался ушибом мягких тканей головы. Блюет, конечно, но девчонки сказали, что до вечера оклемается. Так что, вперед на столицу?

- Ваша милость, а Вы что думаете? Потянем мы Червальтен? Не закопают нас под его стенами?

- Не закопают. Сегодняшний бой доказал, что одни маги, без прикрытия простыми солдатами, как ни удивительно, но легкая цель. Разберемся, как говорит тун Анатолий. Ну, или выкупом обойдемся, если не рискнем.

- Игорь Вадимович, решать надо быстрее! Там риалвы Мальтсуррака очень интересуются, что мы с мертвыми магами делать будем, особенно с грандом. Они его уже поделили, куда и на какие талисманы что пойдет. Боюсь, долго их удерживать не сможем. Они же ходят тихо, умыкнут кусок и не заметим!

- А сколько у них магов погибло?

- Четверо.

- Отдайте им этих четверых, а главного оставьте, вдруг его решат похоронить с почестями.

- Малиен говорит, что тело и голову надо отдать начальнику обороны, предъявить, так сказать, для опознания. Он говорит, что если покажем, то они сопротивляться не будут.

- Тогда замораживайте и вперед. Пить очень хочется. А Гуля где?

- Госпиталь свертывает. Как закончит - подойдет. Потерпишь до её прихода? Вот и ладушки. Да, хиронцы пару повозок подогнали, с модифицированным амулетом. Обещают, что на них к столице до вечера доберемся.

- Тогда так, если никто возражать не будет, на наших повозках везем барахло, госпиталь пересаживаем на модифицированные, остальные верхом и бегом и все вместе торопимся чистить Червальтен, пока дожди не начались.

- А причем дожди, тун Игорь?

- Повозки застрянут, ваша милость. Я надеюсь, что они будут тяжелыми.

***

Гуля запрыгнула в повозку уже на ходу, когда Собин решил, что девушка опять не придет. Вернее, её аккуратно поставили, положили рядом рюкзак и тихо прикрыли дверцу. В отличии от местных, хиронские повозки изнутри имели арочный потолок, обитый тканью и только по одной двери с каждой стороны. Зато сиденья легко и быстро трансформировались в лежанку, что оказалось очень удобным. Собин не стал рассматривать, на чем он лежал, главное, что было комфортно.

Гуля села рядом с Игорем, уставившимся в потолок, по которому пробегали тени из окон, - Привет!

- Привет!

- Как ты?

- Живой, пока. А ты?

- Как видишь. И ты так больше не шути, пожалуйста. Если ты меня разлюбил, это не повод думать о смерти.

- Гуля, ты о чем вообще? Какая смерть, какая «разлюбил»? Может, ты таблетку неправильную съела и теперь у тебя галлюцинации?

Гуля прилегла рядом и чмокнула Игоря в щеку, - Извини! День сегодня какой-то ковидный, у всех мозги расплавились и у меня тоже. Просто мы и расстались со скандалом, и сейчас ты мне не радуешься.

- А ничего, что я раненый лежу, после смертельной схватки с супермагом? И пить охота, и без сознания провалялся больше часа? Толян меня уже похоронил практически. Если честно, после того, как я в себя пришел – ничего не соображаю, а мне еще со столицей разбираться, этим Червальтеном, будь он не ладен! Прямо, как в анекдоте: идет мужик с ночной. Устал, как собака, еле ноги передвигает. А тут тетка с балкона третьего этажа кричит «Мужчина, поднимайся! Ты получишь всё, что хочешь». А он уточняет «И борщ?».

Гуля улыбнулась, - Да ты намного здоровее, чем говоришь! А я-то хотела просто полежать, - прижалась к Игорю и положила руку на грудь, погладила грубую рубаху местного производства, в которые все переоделись перед операцией. Рубаха носилась на выпуск и одевалась через голову. Гуля стала поглаживать грудь и осторожно опускать руку к штанам, штаны были тоже местные, на завязках, форменные, от «дубов», партию подарил герцог. Наверно, она собиралась потихоньку развязать штаны, но Игорь остановил её руку, - Гуля, ты всё перепутала: это при инсульте надо минет срочно делать, а у меня просто травма головы и общая усталость. Вот приедем, к вечеру, может, и оклемаюсь. А пока сможешь дать попить?

Гуля налила в большую глиняную кружку морс и начала поить Собина, - А можно я Амариса позову? Это тот маг, что раненых лечил. Пока едем, он тебя подлечит.

- Если не зарежет, как того паренька.

- Собин, не вредничай! Амарис хороший, он просто испугался вначале. А лечит как хорошо! Лучше меня! И по секрету скажу: он хочет с нами остаться, если, конечно, главный вождь не будет такой букой.

- И зачем мы ему? Он же маг, на булку с маслом всегда заработает.

- А это Наташа постаралась, Коронина. Она, когда поток спал, ни с того, ни с чего спросила его, есть ли у него масла для косметического массажа. Он вообще не понял, о чем речь, но быстро въехал, насколько тема актуальная. Ага, сразу после того, как процедуру провел. Оказалось, что здесь такое не практикуется, а практикуется омовение лица и тела намагниченной водой, с добавками. А потом Натаха добила его вопросом, может ли водяной маг обеспечить своими методами контрацепцию для девочек. Вот тогда он и поинтересовался, можно ли к нам попасть. После того, как пришел в себя после вопроса. Между прочим, они тут считают, что камни можно растворять улыбкой и хорошим настроением. Так что, звать?

- Знаешь ведь, милая, я на всё соглашусь, что ты предложишь. Видишь, даже всю кружку выпил. Зови, будем посмотреть, как он своими водяными штуками лечить будет.

Гуля приоткрыла дверцу, кивнула и отодвинулась. Тотчас же в повозку запрыгнул разрекламированный маг, но повел себя, на удивление скромно: встал у дверцы и посмотрел на Гулю, ожидая команды.

Собин усмехнулся, - Когда только выдрессировать успели? – и повелел, - Ну, давай лечи!

- Мне понадобится жидкость, которая длительное время находилась рядом с пострадавшим.

- Зови пострадавшего тун Игорь. Гуля, покажи ему емкость с жидкостью. Тунна Гуля говорит, что у вас здесь камни в органах маги запросто выводят. Это так?

- Да, то есть нет, тун Игорь, - после того, как маг начал сканировать кувшин, он почувствовал себя намного увереннее, - Просто я в старых читальниках неоднократно находил, что камни, сиречь, внутренние плотные образования зависят от выработки желчи, темной и светлой. А пропорции желчи зависят от характера. Если эрк мужественный и жесткий, то вырабатывается большей темной желчи, то кровь становится тяжелее и двигается медленнее, поэтому вероятность образования осадка выше и магу приходится тратить много сил. А если эрк веселый, легкий в отношениях, то после легкого воздействия кровь расжижается и осадок вымывается. Всё, я готов лечить! Нужно задрать рубаху, она может промокнуть.

Гуля сняла рубаху, Игорь перевернулся на живот и маг поднял руки над спиной Собина. Из рук вылилась большая капля и превратилась в водяную расческу с тремя шипами, которые впились в позвоночник. Игорь почувствовал, как у него зачесалась поясница, потом чесотка перешла выше и дошла до плеч.

- У туна Игоря большой ушиб печени, а еще наружные и внутренние ожоги тела, - Гуля тихонько охнула, - Это из-за схватки. Еще один ожог на пятке, тоже из-за боя. Еще много пресловутых камней и забитые сосуды и растянутые нервы.

- Вначале внутренние ожоги, потом синяк наружные ожоги и только потом пятка. А всё остальное потом, в третью часть марлезонского балета, - начал командовать Собин, - Так можно?

- Можно. Я как раз хотел предложить такой порядок. Только предлагаю в первую очередь начать с пятки. Я там быстро справлюсь и тун опробует лечение. Вдруг возникнет какое-то непредвиденное осложнение.

- Валяй, Боткин!

Собин поерзал, пытаясь улечься так, чтобы щекотка не бегала, и закрыл глаза. Тело ухнуло, как в скоростном лифте и упало в кисель, мозг даже определил вкус, что кисель из ревеня, и время исчезло, пространство тоже.

И вдруг всё закончилось, Игоря завертело-закружило и он пришел в себя насвоей лежанке и почувствовал себя здоровым. Спросил, - И что это было?

- Это было экспресс-лечение, Игорь Вадимович. А теперь, если ты чувствуешь себя здоровым, можешь попытаться сесть, - даже не видя, Собин понял, что Гуля ухмыляется.

А еще он понял, что очень голоден. Поэтому без споров поднялся, подождал, пока девушка вытрет его мокрую спину и оправил рубаху. С сочувствием посмотрел на обессиленного, бледного лекаря, откинувшегося на стенку скамейки и сделал холодный взгляд, - И сколько я тебе должен за твои труды, тун Амарис?

Парень поднял голову, мужественно выдержал взгляд Собина, который специально старался смотреть на мага, как олигарх на бюджетника и произнес, - Хочу быть свободным и работать на вас за особый расчет.

Игорь пожал плечами, - Ты же, вроде как наш пленник и тебе полагается половина доли. Если ты с этим не согласен, то поговорим с туном Анатолием, когда приедем, он у нас отвечает за товарно-денежные отношения. Тогда и решим. А пока составишь мне компанию? У меня кишки слиплись после такого лечения, да и ты выглядишь, как покойник. Гуля, найдешь что-нибудь перекусить?

- Бешмармак есть, горячий.

- Отлично! Хотя я бы свининку жареную или барашка с большим удовольствием.

Увидел ошарашенное лицо мага и уточнил, - Ты чего?

- Тун Игорь приглашает туна Амариса на свой обед?

- И что в этом такого?

- Вы главный над всеми, а я простой пленный маг-недоучка и Вы зовете разделить трапезу? Это неправильно!

- Привыкай, у нас всё неправильно, мы же иномирцы! Или ты хочешь сидеть и давиться слюной, пока я буду сытно чавкать? Да у меня кусок в глотке застрянет и я умру! Или ты этого и добиваешься? Успокойся - я шучу! Понятно же, что нет. Давай по-другому рассуждать. Ты должен стать одним из главных магов нашего отряда, а это значит, что ты постоянно будешь видеть руководство. И не только видеть. Так что привыкай, чтобы в неподходящий момент не вскочить от испуга и кипятком кого-то не ошпарить. Ладно, если себя, а не другого. Это раз. Мы считаем, что простой воин отдаст жизнь за вождя, если будет уважать его, и если будет знать, что о его семье позаботятся. Так? Вот и ты киваешь, значит так. А для этого вождь должен видеть, как живут простые воины. Поэтому я не брезговал сидеть у одного костра с тогда еще пленными кабареками. И это два. И третье, самое важное. В моем мире до недавнего времени считали, что все люди равны, поэтому нет ничего зазорного есть за одним столом с пленным магом.

- Но тогда все будут стремиться сесть за стол к вождю!

- Естественно! Для этого и предназначена охрана, чтобы за его стол садились либо нужные люди и эрки, либо у кого хватает наглости и способности это сделать.

- Кажется, я понял...

- Мужчины, садитесь есть, потом поговорите! А то остынет!

- Если остынет, я могу подогреть…

- Не надо, это ухудшит вкус. Между прочим, мы ввели новую моду - готовить на живом огне. Те, кто попробовал, заявляют, что вкус очень отличается...

- Мне, что, два раза повторять?

Столовую соорудили позади лежанки. Вначале Собин и маг помыли руки над тазиком, затем сели за стол, на котором дымились две тарелки, а рядом лежал пучок луковых перьев.

Дождавшись, когда маг возьмется за ложку, Собин неожиданно задал вопрос, - Вот ты хочешь с нами работать, а ведь ты давал клятву и повоевал с вами. И как теперь быть?

Амарис пожал плечами, - А никак! Я принес клятву лично гранд-магу. В клятве так и говорится «буду верен до смерти». А до чьей смерти и что делать потом – ничего не сказано. Так что сейчас я свободен!

Собин подумал и завершил разговор, - Тогда приятного аппетита!

И заработал ложкой, как здоровый. Мага пожелание озадачило на несколько секунд, но голод оказался не теткой, пришлось отложить обсуждение непонятной фразы на потом и начать догонять Игоря, тем более, что толком он ничего не ел со вчерашнего ужина.

После обеда Собина потянуло в сон. Он добрался до лежанки и вырубился. Последнее, что он слышал, это был вопрос Гули «Это нормально, что он так уснул?»

***

Поспать Собину не дали: только он уснул, как его сразу же разбудили, пусть и энергичными поглаживаниями.

- Собин, надо вставать, приехали!

Он открыл глаза и увидел наклонившуюся Гулю.

- Уже? Сколько же времени?

- Скоро вечер.

- Сколько же я спал?

- Больше двух часов, почти три. Ты извини, тебя ждут.

Собин соскочил, сполоснул лицо, в темпе оделся и выскочил. Вдали, километрах в трех, за пшеничным полем начинался город, к которому справа от поля шла грунтовка. За дорогой виднелась равнина шириной триста метров, заваленная валунами, которая упиралась в море. Собин отошел от повозки, стоявшей у края дороги, прошел пару метров и остановился, чтобы рассмотреть город.

Всё, как положено: темные посады, невысокая крепостная стена, с навесом над самой стеной для удобства защитников. За навесом виднеются высокие размалеванные дома знати и богатых купцов. И за ними белеет двухбашенный донжон, между башнями которого светится большой символ провинции в виде объемной переливающейся руны, на подобие английского символа клавиатуры. И весь город на фоне пшеничного поля выглядит красивой игрушкой, как на открытке.

- Далеко собрался, тун Игорь? – раздался сзади вопрос.

Собин резко развернулся: за дальним тороцом повозки, за невысоким столиком сидело всё руководство отряда на наваленных попонах и ело шашлыки: герцог, в своем походном кожаном костюме неброского коричневого цвета, Семен, в своем вечно выцветшем камуфляже, Мальтсуррак в своем безразмерном балахоне неопределенного цвета и, конечно, Чингизхан с шашлыком в одной руке и бурдюком в другой. Даже Вехман был, он сидел поодаль и скромно смотрел на шампур в руке, будто любовался кулинарным произведением искусства.

И только Кривич сумел выделиться: где-то нашел или снял с местного бая халат, весь вышитый золотыми рунами, да еще одел на голову тюрбан с блестящим камнем на лбу.

Собин подошел. На столе кроме шашлыков была накрыта целая поляна: колбасная и сырная нарезка, мясо, наструганное с копченной бараньей ноги, вино разных сортов и гора зелени.

- И в честь чего такое кавказское гостеприимство? Я чего-то не знаю? Пока я спал, вы эту столицу взяли?

- Почти, Горян. Меня, как самого соответствующего, одели купцом и отправили в город на разведку. Так что город будет нашим завтра. Поэтому садись, ешь-пей и слушай.

Собин, как послушный мальчик, сел на свободное место и налил в свободный кубок вина. Вино оказалось красным и терпким, как раз сочеталось с местной брынзой.

- Вообщем, так. Живут в этом городе странные люди, потому что ими правит странный правитель, точнее, правил. Этот правитель разрешил торговать в городе только своим торгашам, ввел монополию, так сказать. Поэтому цены в городе на всё высокие. Однако, как показала история, частную инициативу не убить. Что очень доходчиво доказал стражник на воротах так, как мы с ним сразу же нашли общий язык. Я заплатил за консультацию толику малую и узнал, что умные люди, вроде меня, не провозят товар через ворота потому что нужно платить пошлину, а продают и покупают в местной промзоне, на так называемой ярмарке. Так вот, цены на ярмарке очень приятно удивили. Мы у купца скупили весь кофе и специи, они здесь чуть не в половину дешевле, чем в столице. Поэтому, если вдруг захочется кофия, он есть у меня. Я еще взял Малявку и Вехмана, пацан свел нас с местным криминалитетом, а Вехман пообщался с городскими хиронцами. Ох и тяжелая у бандитов жизнь, никакой романтики! Я им пару амулетов продал, так они радовались, как дети аниматору в день рождения. Я потом главнюка ихнего в кабак позвал, он и рассказал, как жизнь устроена. Служащие у них делятся на две категории: подчиненные гранд-мага и бургомистра. Первая категория занимается руководством и состоит из магов, а вторая всем остальным и в неё берут без магических способностей, в основном, по блату или родственников. Уголовкой, само собой, занимаются маги. В отличии от остальной Элазии, здесь мозгочитами работают мужики, а не те прелестницы которых мы встретили в… Короче, ты помнишь! Так что, местные попадаются в руки органов только один раз и исчезают навсегда в местной каменоломне. Само собой, раз город магов, то простому смертному амулет достать проблематично, поэтому они так радовались проданному хламу. Короче, если наладим канал поставок, то будем получать пятьсот процентов прибыли. Если, конечно, сами весь кофе не выпьем, тогда всего двести пятьдесят.

- Как думаешь, почему на ярмарке товары такие дешевые?

- Контрабанда, однозначно. Местный правитель умудрился организовать кусочек чеченской границы в ельцинские времена. За городом к морю идет река, закрытая трубами, а в устье стоит порт, который я не видел ни на одной из карт, а, значит, через него стопроцентно ведется незаконная торговля.

- Понятно. А как с обороной города?

- Через ярмарку не пробиться, там у людей бизнес, а деньг любят тишину. Магии там быть не положено, так они всяческих ходов и ям накопали, даже местные менты не суются, боятся сгинуть бесследно. Не пройдем мы там без потерь. А город их не интересует, они его защищать не будут.

- Позволь и мне сообщить известия, Дашин-темон?

- Говори, Чингизхан!

- Город защищен магией, но мы нашли щели у дальних ворот. Поэтому сможем проникнуть в город в любой момент не потревожив магическую сеть и не слазя с коня.

- Принято. Семен? Твой комментарий?

- Город защищен магией земли. Эта магия практически непробиваемая, но тупая на предмет резкого изменения ситуации. Так что, если у кабареков не получится - есть кое-какие варианты.

- Чингизхан, твоих воинов не засекут?

- В степи невозможно увидеть кабарека, если он сам не захочет. Здесь не степь, но местные такие же слепые, как и все горожане.

- Ваша милость, если местные купцы через порт занимаются контрабандой, Вы можете, в отсутствие местного тара арестовать незаконный товар?

- Разумеется, тун Игорь. Кажется, я понял вашу мысль. Вы хотите еще обогатить меня и себя, не зависимо от завтрашнего штурма?

- Примерно так. Вехман, ты в городе был? Есть там желающие покинуть провинцию?

- Немного, не больше дюжины семей.

- Тоже хлеб. Предлагаю следующий план: его милость берет своих бойцов, воинов Мальтсуррака и блокирует порт на предмет вытрясания незаконных доходов. Тун Анатолий возвращается к местным бандитам и договаривается с ними о беспрепятственном выходе хиронцев. Вехман остается в городе и очень ускоряет сборы. Платой за услуги будет информация о завтрашнем взятии города, в момент которого богатые кварталы останутся без защиты. Я постараюсь встретиться с местным воеводой и договориться о безкровной сдаче города. Тун Семен сопровождает желающих на берег моря и обратно. Я так понимаю, что это будут, в основном, наши школьники. Пусть постараются расслабиться и отдохнуть, завтра день будет горячим. И еще. Как бы ни прошли переговоры пройдут нормально, нам к утру придется перебираться к центральным воротам, учтите это. Вопросы, дополнения, уточнения будут?

- А зачем сегодня с воеводой встречаться?

- Дело в том, ваша милость, что любому начальнику нужно время на обдумывание полученных предложений, местному в том числе, пусть думает до утра, пока я добрый. У нас даже анекдот такой есть «а теперь пускай он не спит!», про полученное предложение.

***

Как ни странно, колонну из желающих сформировали быстро. Молодняк как только услышал про море, сразу собрался и построился. Долго пришлось только уговаривать Гулю, она ни за что не хотела покидать повозку, чтобы не расставаться с Игорем. Помогла Коронина, утащила Гулю в уголок и за минуту что-то втолковала. Коронина заодно выпросила у Толяна шампунь из купленных в городе .

К школьникам присоединились два молодых кабарека, которые не смогли поверить, что может быть много соленой воды и решили сами в этом убедиться. Желающих к морю покупаться повели двое риалвов, которые пообещали найти короткий путь по берегу речушки, текущей позади стоянки.

К городу направились повозки, в первой ехал герцог со своими «дубами», во второй Мальтсуррак со своими. В третьей повозке находились Кривич с Вехманом и какими-то товарами для новой торговли.

Следом встроился почетный конвой Собина: перед повозкой дюжина кабареков на конях, в повозке сам Игорь с более-менее оклемавшим Асани и напичканным лекарствами Малиеном. Маг уверял, что благодаря амулетам он уже выздоровел и может участвовать в переговорах. Напротив его теснились Амарис и два пленных мага, которых караулили два пограничника Мальтсуррака. Управляли повозкой гордые оказанным доверием Ворчун и Заморыш. Наверно, поэтому вооружились до зубов и бряцали каждую минуту. Да еще в последнюю секунду запрыгнул Чингизхан.

Ехали минут пятнадцать. Точнее Собин не мог определить потому, что расспрашивал Асани, что за упражнение он им показал. Телохранитель проинформировал, что так определяют магов, скрывающихся под невидимой личиной. И тут понеслось. Один из магов вышел из себя утверждая, что невидимой личины быть не может, это противоречит самой сути магии. На что Собин вспомнил поговорку про шапку-невидимку, а Амарис пробормотал, что если к шапке прикрепить водяной плащ по земли и взять амулет на рассеивание взгляда, то возможно. И разговор сразу перешел на термины, в которых Игорь не понял ничего.

Спор не закончился, когда повозка остановилась и продолжался, пока Чингизхан не прекратил его, вытряхнув из повозки обоих спорщиков. А Собин уже ходил по тракту и любовался качеством дороги: магическое покрытие будто вчера нанесли, настолько всё было гладкое и ровное, ни трещинки, даже травинка не торчала на тракте.

Собин глянул на разъезжающие повозки к порту и в объезд города на тракт и пошел к открытым городским воротам, похожим на магунские, только выглядящим побогаче.

- Остановись, что тебе надо! - громко прозвучал вопрос.

- Позови старшего, я буду с ним говорить!

- Ты рожей не вышел, с магами говорить! Завтра утром приходи, соизволит старший посмотреть на тебя - пущу в город.

Собин за секунду вскипел, - Если я сейчас не увижу старшего по обороне - сюда притащат тело гранд-мага и начнут кромсать на кусочки. Или из повозки приведут магов и начнут резать их по-живому. Что тебе больше хочется? Я знаю! Я забрал у гранда один амулетик и сейчас запущу его над городом.

Положение исправил пленный маг. Он подошел к Собиным и крикнул невидимому стражу, - Это кто такой наглый сегодня дежурит? Отвечай боевому магу Каннабису! А потом зови осадного воеводу!

- Буду я всякому пленному магу отзываться! Ладно, придет сейчас воевода. А мне на обход пора!

Чингизхан, не дожидаясь результата переговоров, выгружал на траву, подальше от тракта, столик с остатками пиршества. Компания всей повозкой уселась для продолжения банкета, учуяв аромат закипающего кофе.

Видимо, на запах кофе и прилетела делегация из города. Прилетела в буквальном смысле – четверка перемахнула через крепостную стену и приземлилась прямо к столику, трое в балахонах землянистого цвета, а четвертый, в коричневом балахоне с серебристым поясом и здоровым бронзовым диском на груди, висящим на толстой стальной цепи в мизинец толщиной.

Самый нарядный не мог не быть местным главнюком, сделал шаг вперед, пристально впился взглядом в Собина и спросил, - Ну и зачем ты хотел меня видеть?

Как по команде, трое позади разошлись и взялись за амулеты. И Чингизхан сразу же покинул стол и ушел в сторону.

Собин покровительственно улыбнулся, - Я Дашин-темон. Мои воины разгромили ваших магов, а я убил гранд-мага. Завтра я хочу войти в свой дворец.

- А я хочу, чтобы вернули наши символы, - главнюк, видимо, подал сигнал, поскольку троица позади главнюка издала грозный крик и взмахнула руками. Вокруг Собина выросли высоченные стены из утрамбованной земли и начали сдвигаться.

И сразу же у главнюка с диска сорвался шар раскаленного металла с футбольный мяч с торчащими шипами и полетел в грудь Собина. К счастью для него время замедлилось, поэтому Игорь начал поворачиваться боком, пока шар приближался. но стены сузились настолько, что ни повернуться, ни присесть не получилось. Игорь решил отбить мяч своей магической лопаткой и потащил её из ножен. На удивление, в этот раз получилось быстро и гладко, в отличии от тренировок, когда ни разу не получилось добиться молниеносного вытаскивания.

Когда прилетевший мяч ударился в лопатку, то Игорь на секунду почувствовал жар, а потом, а затем неожиданно весь жар всосал в себя орден, болтающийся на груди, а металл упал на землю бесформенным куском.

А потом стены сблизились настолько, что зажали лопатку. Испугавшийся Игорь попытался выдернуть инструмент, а когда не получилось, то просто повис на нем и лопатка с противным скрипом поехала к земле, прорезая на стене неглубокую царапину. Потом Игорь додумался выбить лопатку резким ударом по краю рукояти и стал отковыривать куски из стены, толщина которой оказалось в три десятка сантиметров.

После прорубленного окошка дело пошло быстрее и арка высотой в полметра появилась в считанные секунды. Собин покинув каземат и с азартом кинулся в гущу схватки.

Главнюк успешно скрывался за поставленной защитой, которую безуспешно пытались прорубить Чингизхан и пришедший ему на помощь Асани. Трое магов земляными щитами закрывались от стрел, которые в них пускали кабареки.

Игорю внезапно пришла мысль, что главнюк сейчас применит какой-то опасный прием и он метнул свой бунч-темон в пижона. Тот резко обернулся и поймал лопатку рукой. Но неожиданно сморщился и отбросил её. Игорь показалось, что ладонь мага покраснела.

Видимо, он свистнул или как-то по-другому подал сигнал. В любом случае, все четверо разом взлетели и понеслись в город.

Собин на всякий случай крикнул им, что переговоры будут в полдень и пошел подбирать оплавленный камень противника и поднимать свое оружие.

***

Ночь после встречи прошла в теплой и дружеской обстановке. Сначала Гуля утащила Игоря купаться на импровизированный пляж, причем компанию им составили Асани (само собой!) и Чингизхан, который не поверил в большую соленую воду, даже когда ему принесли набранное ведро и отправился убеждаться сам.

Прохладное море хорошо освежило пропотевшее после боя тело а длинный нырок охладил мозги и выровнял пульс. Когда Игорь вынырнул и обернулся, ему стало смешно: Гуля изо всех сил удерживала Асани, рвущегося спасать Собина, а Чингизхан с коня материл магов, не сделавших нормальный спуск для коней. Наверно, думал, что сможет добраться до Дашин-темона на своем боевом коне.

Игорь помахал рукой, чтобы успокоить и медленно поплыл обратно. Ох, и влетело же ему от подчиненных! Гуля пришлось быстренько уйти, чтобы не расхохотаться.

Зато после возвращения у повозки его ждал роскошный ужин: жареная рыба, разноцветные соусы четырех видов, брынза трех видов, какая-то ветчина и еще горячий хлеб! И это без учета пяти сортов вина в безразмерных кувшинах!

А ночью Гуля поставила полог тишины и принялась отрываться, как в последний раз. Игорь даже попытался обдумать это мысль в очередную паузу, когда девушка затихла на его груди, но она неожиданно сказала «Это не так, просто я очень-очень сильно-сильно соскучилась, а так как ты скоро опять пропадешь из моей жизни, приходится пользовать тебя авансом, как любит говорить один Игорь Вадимович. Не бойся, я предупрежу, когда тебе будет грозить смерть».

Игорь даже закашлялся, а Гуля потянулась опухшими губками к его губам и организм мужчины сразу же отключился от ненужных мыслей и ассоциаций.

***

Разумеется, утром Собин проспал, что неудивительно, после трудной схватки и бессонной ночи. Гуля с трудом разбудила его за полчаса до полудня. Пришлось в темпе приводить себя в порядок и ограничить завтрак чашкой кофе с какими-то сладостями, которые не смогла доесть Гуля.

Дожевывая на ходу, Игорь выскочил из повозки. По бокам от дороги, справа и слева, школьники насыпали бруствер, метр на полтора. За работой с важным видом наблюдали все остальные немногочисленные неработающие: девчонки всем составом, Кривич с Чингизханом и Мальтсурраком, Асани с Малиеном, судя по внешнему виду, оба были практически здоровы. И пленные маги, за которыми наблюдала шестерка кабареков на конях.

Присев за стол к Толяну, Игорь глотнул кофеек из его чашки и поморщился - кофе был без сахара. Поэтому он решил наехать на другана, - И что у вас тут происходит? Контролируете правильность использования детского труда?

С немыслимой серьезностью Кривич ответил, - Готовимся принимать капитуляцию.

- А ямы зачем копают?

- В одну их символы положат, кабереки к утру успели доставить, а во вторую их гранд-мага положат, пускай проверяют, что мы его действительно уконтрапупили.

Собин вышел на середину дороги и принялся разглядывать город. По бока от по-прежнему открытых ворот, стояли по два таракана-переростка, размером с быка. Игорь с удивлением посмотрел на Кривича, но ответил маг. Малиен принялся объяснять, - Выходил осадный воевода, в шлеме и с перевязью для переговоров. А какие могут быть переговоры после вчерашнего боя? Только обсуждение условий сдачи.

- А с чего ты взял, что он шлем для переговоров одел?

- Так это же специальный шлем был, на нем и руны сделаны «для честных переговоров». А у вас разве не так?

- Не так. У нас приходят с домашними заготовками и пытаются убедить вторую сторону согласиться с заготовленными предложениями. А у вас, значит, руны на шлем приделывают.

- Не только на шлем, везде приделывают. Даже в последней деревне по руническому начертанию на подоле можно понять, кто перед тобой: баба или девка. И что на что согласится или не согласится, если ты её позовешь ночью встретиться. Там, главное, всё начертание увидеть, а то самые хитрые заколют кусочек подола и пару рун не видно. Я на такое раз попался. Показываю ей на руну «сегодня веселиться» и спрашиваю «выйдешь ночью?», она кивает. Я прихожу к воротам, сажусь на скамейку и жду. И вдруг ворота открываются и выходят её браты, все четверо. А потом она вышагивает. И я вижу, что после руны «сегодня веселиться» стоит другая - «свадьба». Пришлось откупаться, не жениться же на самом деле.

- Поучительно. Как думаешь, боевых тараканов зачем вывели? Может, это уловка и когда их воевода появится и даст команду они накинутся на нас и сожрут.

- Эти барохи не едят живую плоть, они питаются мертвечиной.

- От этого намного легче: нас сначала затопчут, а потом сожрут. Они хоть чего-то боятся?

- Остынь, Игорь! Раз тун Малиен сказал переговоры, значит, будут переговоры.

- Ты поговорку про монашку, которая «береженого Бог бережет» помнишь? Так что давай запасемся полисом, в смысле, заготовим сюрприз. Не пригодится сегодня, значит, отработаем применение в другой раз будем готовы применить. Чем мы можем отпугнуть этих переростков?

- Тараканы должны бояться тапков и дихлофоса.

- То есть, резких запахов. Чигизхан, Мальтсуррак, смогут ваши воины по-быстрому достать траву, которая будет сильно вонять, если её в огонь кинуть? Тогда посылайте за травой! А герцог где? Его «дубы» лишними не будут. А то нас как-то мало, чтобы капитуляцию принимать.

- Поздно вечером появились столичные медвежатники. Я их отправил в порт, на помощь светлому тару и они пригодились - такие тайники нашли! Похоже, его милость малость того от радости: открыл личный портал, чтобы сундуки с золотом к себе в поместье переправить, а сейчас договаривается о выкупе контрабандных судов - местные готовы еще раскошелиться, чтобы их лоханки не забирали. Пообещал, что будет вовремя. Горян, не кипятись ты, не сжигай драгоценные нервные клетки. Все-равно уже ничего не изменить. Как говорят мусульмане «Иншалла!», что в переводе на вольный русский означает «всё будет так, как должно быть, даже если будет иначе».

- И не стыдно моими словами мне возражать?

- Было ваше - стало наше. Всё, ихняя банда появилась! Кого с собой возьмешь?

- Семен и тун Малиен. А ты на шухере останешься, вдруг на самом деле придется вытаскивать вашу троицы с неудачных переговоров.

- Тогда пошкандыбали. Раньше договоримся – больше времени будет на изучение местных исторических памятников.

И Собин неторопливо двинулся навстречу компании из осадного воеводы и вчерашней двоицы, которые не торопились идти навстречу, а дождались, пока приезжие прошли треть пути и беззвучно полетели навстречу, в полуметре над дорогой. Собин аж залюбовался чужим полетом.

Встреча прошла на середине, между лагерем землян и их союзников и городскими воротами. Воевода вопросительно посмотрел на Собина. А тот оправил одежду и произнес «По праву победителя гранд-мага и его отряда требуюпропустить меня в его дворец для получения компенсации понесенному ущербу. В ответ обещаю не грабить город и отдать захваченные Символы и тело гранд-мага, а также предложу выкупить пленных магов. При отказе маги будут моими пленниками три года. Поскольку нам не нужно имущество города, а только то, чем владел ваш светлый тар, вы должны прислать ко дворцу вашего казначея. Мы договорились?

Осадный воевода, хоть и пытался «держать лицо», но выглядел обескураженным, а про сопровождающих и говорить нечего: они находились в полной прострации.

Глава 20

Глава 20. Путь на бал

— Это ваш процент за клады, - сундучок средних размеров, опущенный на здоровый дубовый стол, поднял слой пыли, - Все пломбы на месте, - Кривич кивнул двум молодым здоровым иномирцам и те послушно отошли к дверям, затем он поместил амулет между обоими ремнями, стянувшими сундучок.

- Это наша, - На правом высветилась янтарная голограмма с мордой кабана в зеленом берете на затылке, - А это ваша, - на левом появилась мелкие черты лица невысокого медвежатника, стоящего живьем у стены, рядом с бугаем, с которым они чистили дворец в Червальтене.

- Ваши парни проявили инициативу и помогли местным освободить от ненужных вещей некоторые дома, так что вот список с ценами, по которым мы готовы выкупить похищенные картины, - рядом лег свернутый рулоном лист бумаги, - Вопросы, пожелания, предложения будут?

Кривич удовлетворенно кивнул, - Я так и думал. Не буду отвлекать вас от предстоящего веселья. И постарайтесь в следующий раз найти помещение поприличнее. А то пустой склад как-то не очень соответствует уровню нашему отношений, - Кривич скептически посмотрел на потолок, откуда светил скудный свет. Не так ли, Акмотад?

Вожак с трудом отвел взгляд от сундука и коротко кивнул. Зато старик в углу, участвовавший в предыдущих переговорах, поднял руку, чтобы обратить внимание и спросил, - И какое же помещение будет приличным для туна Анатолия?

- «Мы зашли в шикарный ресторан!». Это песня наших ночных гостей, как они отмечали удачную ночь. Теперь Акмотад может позволить себе купить большой дом и устроить там дорогую ресторацию, которую не стыдно будет посетить даже обитателям Дома Элазии. Естественно, с соответствующей культурной программой. А для переговоров можно будет выделить несколько помещений с магической защитой и отдельным входом. Если надумаете, мы в деле. И с финансами, и с организацией. Мы точно пробудем в Эластоуне еще седьмицу, так что время подумать у вас будет. Всех благ и хорошего отдыха!

Кривич развернулся и пошел к выходу в дальнем конце пустого склада, больше похожего на земной ангар. За ним Асани, напоследок презрительно оглядевший присутствующих.

Дождавшись, пока партнеры уйдут, старик встрепенулся и ткнул пальцем в сторону медвежатника, чье изображение они только что видели на печати, - Говори, Язычник, и не части, а то я исполню угрозу и надрежу тебе язык. И какой ты после этого будешь Язычник?

И старик добродушно засмеялся. Бугай, стоящий рядом с Язычником, задергался от старческого хеканья. Напарник успокаивающе похлопал его по плечу и кивнул на сундучок. Бугай кинулся подтаскивать к Акмотаду. Язычник подошел к столу с тяжелой холщовой сумкой и нажал перстень на левой руке. За секунду всю пыль снесло со стола струей пара. А Язычник начал выставлять на стол содержимое сумки под комментарий: «У иномирцев есть хороший обычай: обсуждать дела за накрытым столом. Как сказал тун Анатолий «с бокалом в руке мыслится ясно». Предлагаю внедрить этот обычай у нас. У них, ообще, многому можно научиться».

- Например? – старик пытался сбить с темы неожиданными вопросами.

- Они берутся за неразрешимые задачи и решают их! Тун Игорь убил в поединке гранд-мага, а еще они взяли в плен почти дюжину его магов!

- Не может быть!

- Мы с Малышом тоже не поверили, пока тело гранд-мага не увидели и плененных магов. Между прочим, половина из них не захотела освобождаться за выкуп и решила у иномирцев в плену остаться, так они их поразили. Лично мне и в голову не могло придти захватить богатый город с меньше сотни бойцов, а они взяли и даже не думали отказываться от своей идеи.

Язычник выложил закуску и разлил рубиновое вино по четырем кубкам, одинаково разукрашенным драгоценными камнями, но по-разному отражающими льющийся напиток. Медвежатник взял свой кубок, сделал большой глоток, оставил на столе один и отнес оставшиеся два атаману и старику. Вручил, вернулся, поднял свою посудину и с тостом «За удачу!» выпил до дна.

Когда он поставил пустой кубок, Малыш у стола уже отпил из своего. После этого и атаман стал смаковать вино. А Язычник захихикал, - Всё-таки они варвары, хуже северян! Увидели в потайной комнате гранд-мага, рядом со спальней, два продолговатых куска кованного железа и обрадовались, будто они из золота. А ведь рядом и украшения с камнями и монеты старинные, так нет – они к железу побежали. А оно, на первый взгляд, будто одноруким деревенским кузнецом выковано. Нет, конечно, если присмотреться, то похоже на работу геномов, очень уже всё тщательно сделано. Но это же присмотреться надо. А тун Семен взял железо в руки и как закричит «Массимушка!» …

- «Максимушка!», так он закричал, - поправил напарника Малыш.

- Не важно! Молодые туны его вообще «Максом» называли. Главное, что для них железо дороже злата. Поэтому они и варвары!

Язычник снова разлил всем вино, - Я потом услышал, как местный осадный воевода рассказывал туну Семену, что пулеметы, так они назвали этих Максов, предложили гранд-магу хиронцы, когда покупали у него пшеницу. И так хитро завели разговор, что эти пулеметы – лучшее оружие из того, что видел свет. А затем поспорили: пробьет ли пулемет магическую защиту самого гранд-мага или нет. Если пробьет, хиронцы забирают амулеты, которые защиту держали, если нет, продают два пулемета и забирают их вес смарагдами.

Парень медленно попивал вино, доводя старших до белого каления. Наконец поставил кубок, - Пробили! Но гранд-маг не расстроился, ему пулеметы шибко понравились.

Старик протянул пустой кубок Малышу, а когда тот понес его на стол, махнул главарю на выход. Акмотад удивился, но отправил бандитов, а когда парочка ушла, посмотрел на старика, - И что это значит, Тух?

Старик огляделся и зашептал, - Вначале я думал, что нам повезло, когда эти иномирцы пришли к нам со своим предложением. И оказался прав. Но теперь выясняется, что у них есть оружие, пробивающее любую защиту, и они умеют им пользоваться. Дело воняет короной! Или они решат переселиться в Дом Элазии или к ним придут с таким предложением. А шерстить будут всех, кто с ними общался!

- И что теперь, отказываться от работы с ними?

- Нет, конечно. Только надо все обустроить так, что мы не с ними работаем. Вот, сейчас, Язычник с Малышом сами решили съездить в Червальтен. Что они там делали нам не ведомо, мы только долю свою получили и всё! Предложил тун Анатолий ресторан открыть – отличное дело. Мы найдем какого-нибудь туна, который очень нуждается в золоте и который за долю согласится владеть рестораном на паях с иномирцами. А мы, ночью, будем брать свою долю.

- А почему ночью?

- Потому что ночью нас не увидят и ресторан ночью работать уже не будет.

- Думаешь, этот ресторан действительно обогатит нас? В Эластоуне полно всяких харчевен, и для богатых, и для бедных.

- Думаю, эти иномирцы хорошо умеют делать деньги.

Старик неожиданно бойко подбегал к столу, захватил кубок и бутылку и налил себе и Акмотаду, - За нашу удачу!

***

В повозке Собина было непривычно: вместо диванчиков стояли армейские ящики. На ящиках лежал широкий толстый матрас, на котором возлежал Семен в обнимку с пулеметом «Максим» с заправленной лентой. Второй пулемет сиротливо скучал в углу, где лишь у стены оставили два диванчика, на одном герцог нервно тарабанил пальцами, а на втором стояла шкатулка приличных размеров.

В дверь коротко постучали. Герцог положил руку на рукоять кинжала, а Семен навел пулемет на дверь. Дверь осторожно приоткрылась и появилась голова Кента со словами «Они возвращаются. Вроде всё в порядке». Герцог облегченно убрал руку с кинжала.

В повозку буквально влетел довольный Кривич. Плюхнулся рядом с герцогом, поморщился, вытащил из-под себя револьвер, укоризненно показал его Тритапу. Тот не стал оправдываться, только сказал: «Мне кинжалом привычней».

Кривич равнодушно пожал плечами, типа «Это не моё дело, раз привычней, тогда ладно» и продолжил, - С подрядчиками рассчитались, теперь в банк заедем и к Толяну, волнуюсь я за него. В лежку ведь с вечера лежит. Ваша милость, в каком банке процент больше?

Герцог недоуменно глянул на Кривича. Тот стал пояснять, - Хранилище денег. Мы туда привезем наш золотой запас, а нам за это выплатят какую-то долю за то, что будут пользоваться нашими деньгами.

Герцог помотал головой, - Не понимаю, тун Анатолий. Хранилищами для денег у нас геномы занимаются. Эрки когда-то тоже пытались, но у них всё время что-то происходило. То монеты пропадали, то сам владелец с содержим хранилища, так что этим сейчас только геномы занимаются. И это они долю берут за хранение, а не наоборот. Хочешь, съездим по-быстрому, сам убедишься, что с них какой-то процент получить «нереально». А потом в поместье, узнать, как у туна Игоря дела.

***

А у туна Игоря дела были не очень. Под пристальным наблюдением двух магов, Амариса и Малиена, Собина рвало в медный таз. Причем оба пытались попутно поставить диагноз.

— Это гранд-маг наложил на Дашин-темона отсроченное заклинание «Проклятье мертвеца» ... - убеждал Малиен, - ему надо срочно чистить жидкости в теле. Видишь, какой у него цвет лица!

- Какое заклятье! Он чем-то отравился во дворце гранд-мага, поэтому его так рвет, - доказывал Амарис, - ему нужно укрепляющее для печени.

И оба ожидающе посмотрели на Собина. А обессиленный Игорь прямо на полу, молча, откинулся на стенку и закрыл глаза. И не открывал, даже когда Гуля стала поить его горьким горячим отваром. Выпив, Игорь спросил, - А ты от чего лечишь?

- Я не врач, я не лечу. Я снимаю боль. Поэтому пей травяной отвар, пока не поймем, от чего нужно лечить.

- Если мне позволено будет сказать, у меня есть сухой порошок бычьего следа. Он всегда помогает в таких случаях, когда человеку плохо и непонятно почему, - от дверей ломким голоском произнес Фатум, назначенный на сегодня ординарцем Собина. Игорь кивнул Гуле, - Возьми у него и с магами проверь на целебную силу или на что они обычно проверяют. Теперь мой вердикт: спасибо всем за старание. Ваши усилия не пропадут. Сейчас тунна Гуля принесет обед или ужин, что у нас там на улице? Обед? Замечательно! Нужно сочное жареное мясо и гарнир из теста, чтобы вся кровь прилила к желудку и утяжелила его. Если и после этого мне не станет легче – отдамся в ваши руки полностью. Почтенные маги! Когда приедет его милость, передайте ему мою просьбу: чтобы он связался с распорядителем приемов в Доме Элазии на предмет подготовки к посещению этого почтенного заведения. Несмотря на мое состояние, мы подготовимся во всеоружии! Думаете, нас цветами там встретят? Я в этом очень сильно сомневаюсь. Если подумать, раз оружие проносить не разрешают, значит, применяют яды против таких хороших людей, как мы. Поэтому нужно подготовить универсальные противоядия и защиту от всяких смертельных ударов. Пока время есть – готовьтесь, господа маги!

Магическая парочка попятилась к выходу, Собин услышал, как кто-то спросил: «А что такое вердикт?» и шебуршание гостей стихло. Гуля поставила перед ним широкую тарелку с салатом и вручила здоровую серебряную вилку, - Пока жарится мясо, ешь салат! Там витаминов больше!

Собину пришлось пожать плечами и приступить к трапезе.

***

Повозка ехала недолго, Кривич даже не успел до конца прикинуть первоначальный вариант предложения местным банкирам, как надо было выходить. Выйдя, Толян огляделся: они въехали в небольшой дворик, где было место только для трех повозок, стоящих впритык.

Дворик оказался особенным: всё, от дорожного покрытия и до верхушки здания было из одного материала, по цвету и консистенции похожего на мокрый асфальт, здание высотой больше десяти метров, без единого окна как бы вырастало из этого асфальта.

Еще одной особенностью стал вход в здание. Вместо обычного крыльца к зданию подходили две дорожки с боков, одна широкая, по ней проехала бы повозка, вторая узкая, для пешеходов.

А еще на краю парапета пешеходной дорожки сидел самый натуральный гном, метр шестьдесят в высоту и ширину, в темнокоричневом фартуке из толстой кожи. Во рту гном держал потемневшую трубку из вереска. Окладистая борода была заплетена в три широкие косы, перевязанные красной, зеленой и синей лентами соответственно. Рядом в парапет упиралась метровая секира.

Гном пыхнул трубкой и оценил взглядом Кривича. Толян дресс-код не прошел, оказался не похож ни на клиента, ни на слугу и гном продолжил думать о высоком и вечном. Только когда из повозки появился герцог, охранник соизволил встать и протянуть свободную руку к оружию. Секира тотчас оказалась в ладони.

Не выпуская трубки изо рта, охранник проскрипел без капли уважения, - Что нужно?

Ошарашенный от такого поведения герцог всё-таки произнес, - Мы хотели бы узнать условия хранения золота в вашем Доме…

- Золотой с двух дюжин за месяц хранения, - не дожидаясь, пока герцог окончит фразу, выдал гном.

- Пойдемте отсюда, Ваша милость! Я уверен, что это не единственный Дом в вашем городе, - как можно брезгливее сказал Кривич и, дождавшись кивка герцога, вернулся в повозку.

Охранник даже встал, чтобы убедиться, что гости уехали. Сесть ему не дал другой гном, вышедший из дома, с такими лентами в бороде, только повыше охранника. И борода у него была сплетены в одну, но толстую косу с чередующимися лентами. Здоровяк поинтересовался, - Кто это?

- А, проходимцы какие-то! – охранник махнул рукой и уселся на парапет, - Спрашивали, сколько берем за хранение. Наверно, хотели посмотреть, где что находиться и попробовать ограбить. Неместные…

- Ну и правильно! Нечего всякую бедноту в наш Дом пускать, - равнодушно кивнул здоровяк и стал набивать свою трубку.

Повозка колесила по городу долго, минут двадцать. Под конец Кривича даже стало подбрасывать на выбоинах.

Дворик оказался близнецом предыдущего, только неухоженным близнецом: асфальт был более вытертого цвета, стена с соседним двором была не каменная, а живая изгородь из колючего кустарника с шипами длиной с хорошую иголку. Да и у охранника защитный фартук был настолько заношенным, будто достался ему по наследству, а на бороде одна косичка с узкой лентой серого цвета. А еще пахло городским пригородом: аромат горелого мяса при порыве ветра сменялся на запах жареной селедки.

Но вел себя вышибала более адекватно. Не курил на посту, сделал пару шагов навстречу Кривичу, не поднимая высоко секиру, и даже спросил: «Какую сумму Вы хотите оставить на хранении в нашем Доме?».

Кривич улыбнулся, как рекламный агент гербалайфа, - Мы хотим сделать лучше, мы хотим, чтобы ваш Дом разбогател и утер нос зазнайкам из центра.

Не отводя оценивающего взгляда от Кривича, гном крикнул, - Дрон! Тут какие-то странники пришли!

Из Дома выскочил двойняшка охранника, только фартук был поновее, да в бороде две косички вместо одной. Оглядел людей, эрков, повозки и уставился в затылок гнома. Пробормотал, - И откуда вы, такие заботливые… и широко улыбнулся, - Я вас слушаю. Что вы хотите оставить на хранение? Кстати, можем предложить пониженный курс обмена серебрушек на золото.

Кривич вытащил тяжелую шкатулку из повозки и потащился в Дом.

***

Когда Игорь доел салат, обильно политым ароматным маслом, по цвету похожим на оливковое, Гуля принесла поднос со сковородкой, на которой скворчали куски мяса и булькали в масле обжаренные полоски теста, аналог земных макарон. И сразу появились халявщики: Кривич привел герцога и Семена.

Толян плюхнулся рядом с Собиным и прокричал, - Гюльчатай, неси еще мясо, пока мы твоего мужчину не объели!

Взбешенная Гуля рванула к Кривичу и потянулась за дымящейся сковородкой. Толян упал на колени, - Прости меня, Гульзифа! Прости оголодовавшего мужика! У меня от голода вся кровь ушла из головы в желудок, вот и несу бред пустой головой. Христа ради прошу: в начале накорми, а потом уже и сковородкой бей. Пустой. Договорились?

Девушка с подозрением посмотрела на мужчину и кивнула. После чего гордо ушла за дополнительными порциями.

Кривич рванул к умывальнику у дверей, быстренько умылся и радостно плюхнулся на скамью, по пути успев схватить вилку с ножом, - До чего же сегодня день удачный! И деньги выгодно вложили и обедаем, как в ресторане.

Толян посмотрел на Собина, доедавшего второе и крикнул, - Гуля, если ты меня простишь и сейчас покормишь, я тебе про сюрприз расскажу.

Девушка высунулась из-за занавески, обозначавшей кухню, - Какой сюрприз?

- Интересный.

- Ладно, покормлю. А то помрете в самом деле и рассказать не успеете. Хорони вас после этого!

И через пару минут на столе стояли тарелки с жареным мясом, макаронами и черным хлебом. А Собин потягивал густой взвар и наблюдал за Гулей, которая скромно села на дальнюю скамейку, поставила сбоку поллитровую банку с содержимым молочного цвета и стала настойчиво смотреть как Кривич ест.

А в это время сметана или что там было в банке, воронкой закрутилось и приподнялось над горлышком банки. Игорь неторопливо допил взвар и спросил, - Что, Гуля, решила на мага выучиться?

Девушка отмахнулась, - А, наш арестант показал пару движений. Вот, тренируюсь, жду, пока Анатолий Алексеевич соизволит про сюрприз рассказать.

Толян даже поперхнулся от такого наезда. Семен даже на секунду не отвлекся от обеда, а герцог поинтересовался, - И что должно получиться, средство для омоложения?

- Этой ерундой у нас Амарис занимается. Туна Наташка подкинула ему очередную замануху, как улучшить цвет кожи на лице, а в обмен он научил нас этому упражнению. А получиться должен стимулирующий напиток, придающий уму бодрость и активность.

- Можно попробовать?

- Конечно, ваша милость! Пробуйте!

Гуля движением фокусника вытащила из воздуха глиняный стаканчик и плеснула в него из банки. С поклоном поставила перед герцогом. Тот осторожно понюхал, сделал небольшой глоток, затем залпом выпил, прислушался к ощущениям, - Туна Гуля, не будете возражать, если я пришлю за рецептом своего повара? Не знаю, какая будет активность, но бодрит хорошо.

- Присылайте, ваша милость. Только он пускай травки местные принесет, а то у меня кончатся, я не знаю ваших названий.

Кривич доел и отодвинул пустую посуду, - Спасибо, милая Гульзифа Абузаровна! Накормила-напоила, теперь с меня сюрприз. Только стол освободить надо.

Гуля раздраженно ускорила процесс взбалтывания в банке. Толян усмехнулся, - Спокойнее, надо, Гуля, спокойнее. Иначе магом не станешь. У них самое главное – контроль эмоций. Так что выдохни, успокойся, убери посуду и садись за стол, будем тебя удивлять.

Интерес к сюрпризу победил раздражение, и девушка мигом освободила стол и присела напротив Кривича. А тот изобразил шутовской поклон, - Прошу, ваша милость!

Герцог на пару сантиметров наклонил голову и замер, видимо, для концентрации. И на столе появился полуметровый золотой ворон, важно взмахнул крыльями, оглядел сидевших и повернулся к герцогу.

- Светлый тар Тритап эйк Вииллсвин Бесарде и его иномирные гости приглашаются на малый прием в Дом Элазии в день триидвудесятый, в четыре часа пополудни.

Гуля автоматически решила его потрогать, но ворон возмущенно каркнул и исчез. Девушка так и застыла с протянутой рукой. Собин прослушал известие равнодушно, только поинтересовался, - Когда нас ждут?

- Через пять дней, - сразу же ответил Толян.

- Гуля, бегом к девчонкам, пусть начинают готовиться, чем раньше начнут, тем меньше чего-нибудь забудут.

Девушка выскочила из повозки. Собин улыбнулся краешками губ, - Я так понимаю, это не все новости?

Кривич кивнул, - Я с банкирами договорился, попробуют займы выдавать по земной схеме. А то совсем дикие, только и знают, что за хранение забирать кровно заработанные. А еще его милость пообещал из дворца кого-нибудь прислать, для обучения манерам.

- Я хиронцев нанял, винтовки делать, на порохе, - встрял Семен, - порох дешевый, поскольку дымный, но все-равно «червонец давай, керосинка покупать буду».

- С этим к Анатолию Алексеевичу. Думаешь, пригодятся?

- У нас выхода нет, потому что отсутствует оружие ближнего боя, да и не умеют мои холодняком орудовать в нужной мере. А так пару залпов дать успеем, всяко потом легче будет. Всё спокойнее для нас, чем одна рукопашная. А еще есть добровольцы пополнить ряды нашего славного отряда. Правда, в основном, местные бандиты, но и пара хиронцев заинтересовалась.

- Кабарекам карабины можно сделать, - подал предложение Кривич.

- Хорошо. Вначале винтовки, потом карабины. А попутно новенькими займешься. Но основное сейчас – подготовка к посещению дворца. Помимо одежды надо какое-то выступление подготовить, поздравить королька за горячий прием.

***

И началась бесконечная беготня. То Семена осенит, что нужно запустить фейерверк перед дворцом, то эксперт по дворцовому этикету, предоставленный герцогом, изойдет на истерику, доказывая, что «тун Игорь не может повесить на пояс рядом с саблей какую-то лопату, подаренную вонючими степняками». К обоюдной радости, все проблемы решились, хоть нервов на это ушло очень много: Семен сам понял ненужность салюта – не стоит раньше времени светить все свои возможности, эксперт согласился, что бунч-темон, висящий сзади, не может унизить придворный мундир, так что можно оставить его на ремне, но только закрыть чехлом.

Собин уже решил, что этим всё и обойдется, как сюрприз преподнесла любимая. Гуля. Свою отравленную спицу в позвоночник Игоря она воткнула за завтраком, когда села рядом с завтракающим мужчиной и мило положила ему голову на плечо. Собин сразу же напрягся. Когда его теперь уже бывшая изображала такую же милашку, только она любила встать позади и упереться грудью в плечи Игоря, тот сразу понимал, что придется раскошеливаться. Собин допил компот и вздохнул, - Ладно, колись, что нужно?

Гуля очень грустно вздохнула, - Собин, для нас ведь очень важно произвести хорошее впечатление во дворце?

- Короче!

- Мы нашли ателье, где шьют шикарные платья…

- Еще короче.

- Нам не хватает три дюжины золотых.

- Всего-то!

- На каждую.

Услышав сумму, Собин потерялся для окружающих, так как сидел и беззвучно, как рыба на воздухе, открывал рот. Придя в себя, он повел Гулю к Толяну договариваться о деньгах, так как сам никак не мог понять «за какой такой кусок тряпки можно платить сумасшедшие деньги»? В ответ девушка психанула и устроила скандал, к счастью, короткий, потому что они подошли к ближайшему домику. В отличии от парочки, не пожелавшей покинуть повозку, и остальной компании, устроившейся в палатках, Толян сразу же перебрался в гостевой домик герцога.

Пока Игорь стучал и открывал двери в домиках, Гуля успела всё рассказать. Оказывается, у правителя уровня герцога должно быть не меньше четырех гостевых домиков: для детей, не достигших совершеннолетия, для семейных пар, для взрослых одиночек и для пожилых эрков.

В каком поселился Кривич, Гуля не знает, у него не была, все домики похожи и отличаются только цветом обоев, а у слуг она не спрашивала.

Собин хмыкнул, - Поди, в доме у детишек посуда дешевле. Гуля хихкнула и продолжила, - А еще у Анатолия Алексеевича есть служанка. Так девочки до драки доспорили: спит она с ним или нет.

Игорь кивнул, что услышал и открыл дверь очередного домика. Открытая дверь немного разрушила полумрак прихожей, по размерам совпадающей с комнатой в советских квартирах. Дальше, из-за следующей отрытой двери, доносились голоса.

Собин не дал Гуле рассмотреть прихожую, а сразу потащил в комнату с голосами. В гостиной, за большим столом, напротив сидели Кривич и какой-то сморщенный старик с кожей цвета турецкой куртки и увлеченно спорили, тыча пальцами в план какого-то помещения на столе. Рядом с каждым стояли пустые стопки и бутылка с водкой Толяна, про которую давно забыли.

Собин громко закашлял. Толян поднял голову, заметил Игоря и довольно улыбнулся, — Это хорошо, что ты пришел, вовремя. Тут Пан интересную идейку притарабанил… - Кривич увидел Гулю, высунувшую голову из-за спины Собина и на лице появилась досада, — Вот оно что… Пан, посиди на кухне, пока мы с девушкой ругаться будем. Айя!

Собин обернулся и увидел, как в дверном проеме появилась лицо девушки, по типажу вылитая индейка из фильмов про индейцев Дефа-студии. Девушка посмотрела на хозяина, - Отведи Пана на кухню, пусть там немного поскучает. И полянку ему накрой, из того, что пожелает.

Айя кивнула и посмотрела на Пана. Тот неожиданно легко встал и пошел в коридор. Кривич отодвинул посуду от края и показал гостям на кресла напротив.

Затарабанил пальцами, собираясь с мыслями, резко прекратил, - Хорошо, Игорь Вадимович, объясни мне, почему мы должны оплачивать девушкам шмотки по запредельным ценам?

Собин развел руки, Гуля возмущенно пискнула, - Но это же представительские расходы! Они помогут правильно нас представить во дворце!

Собин вопросительно глянул на Кривича, тот хмыкнул, - Ты видел эти платья?

- А что?

- Давай так: ты съездишь, посмотришь, если тоже решишь, что это представительские расходы – я оплачу. Если нет – пусть с парней собирают недостающее, не получится, выдам я им эту сумму, но как заём в счет премиальных. Так устроит?

Подумав, Собин кивнул.

- Тогда Гульзифа Абузаровна уходит готовиться к покупке платьев, а я побеседую с Дашин-темоном о делах наших скорбных.

Гуля рванула из-за стола, будто боялась, что Собин передумает и побежала к выходу. Кривич плеснул себе половинку, закусил каким-то фруктом и потянулся, - Не поверишь – устал, будто машину разгрузил, а всего-то пару часиков с Паном посидели. Этот Пан ранним утром прискакал весь в мыле, кричит «я вам поместье нашел, всё по вашим требованиям. Только решать нужно срочно, после обеда его за долги отнимут». А сам мутный насквозь, так что, к бабке не ходи, смета капитально завысил, жаль только не могу понять насколько. Если на двадцать, да даже на тридцать – ладно, пусть зарабатывает на икру! Но меня терзают сомнения, что там не одна сотня процентов заложена им лично.

- Может, акционерное общество организовать? Позовем герцога, того чувака из двора – пусть следят друг за другом.

- Не люблю я эти междусобойчики. Если учредителей много, то грызня обеспечена, когда прибыль делить начнут, а нас, скорее всего, в столице уже не будет. Кинут нас, несмотря на свое благородное происхождение.

- Конечно, кинут. Но я уверен, что в этом случае наши потери все-равно меньше будут, чем в первом варианте.

- Ладно, как скажешь. Поверю я твоей чуйке. Все-равно, другого выхода не вижу. Сейчас срочно к его милости и едем покупать поместье с ним вдвоем. А ты, когда удовлетворишь девушек в ателье, приезжай к нам, я Батуму, скажу, куда ехать. Все-равно ему водительскую практику надо нарабатывать. Особенно, учитывая предстоящий маршрут.

- С практикой понятно, но почему «девушек»?

- А ты решил, что сможешь одну Гулю свозить? Наивный чукотский вьюноша! Радуйся, если вы все в одну повозку поместитесь! Всё, хватит трепаться, пора делать наши великие дела, Дашин-темон.

***

Когда подъехали к ателье, Собин кивнул Фатуму и тот подскочил к дверям и стал помогать девушкам выйти, научили все-таки. Красавицы привычно пошли к зданию по ярко-белой дорожке из известняка. Даже Ирина Сергеевна, учительница, по показаниям Кривича срочно прибывшая вчера с Принцессой, не отстала от молодых в посещении «царства красоты и траты денег».

Собин повесил на шею Фатума тяжелый кошель, и они с достоинством состоятельных мужчин пошли за девушками в ВИП-ателье, снаружи не выделяющегося ни богатсвом, ни рекламой.

Внутри круглого помещения, выложенного таким же белым известняком, на полу была нарисована красная линия, изображающая круг диаметром четыре метра, за пределами которого женский состав его делегации разделился на четыре неравные очереди, выстроившиеся к углам холла.

Только Принцесса одиноко стояла в центре круга и рассматривала настенное шоу со скептической ухмылкой. Собин встал рядом и тоже начал смотреть. Стена разделилась на четыре сектора, в каждом крутились изображения землянок: учительница в пиратском костюме (рубашка горчичного цвета и коричневые брюки-юбка до кроссовок), Гуля, Натали с фамилией Коронина и главная среди девушек Таня Лопатина в платьях местной высокой моды: что-то ярко-пестрое, как платья таджичек, да еще переливающееся и меняющее оттенки, из-за чего взгляд было трудно оторвать от изображений. Игорь зажмурил один глаз и его отпустило. Он погладил Принцессу по голове, - А ты чего такая кислая? Не нравится такая одежда? Красиво ведь! И кино магическое показывают.

— Вот у мамы красиво! А у этих…одни понты «мы оделись, как принцессы!», противно. А магия слабенькая. В нашем кафе маг четвертого ранга такое же показывал за шесть серебрушек. Деревенским нравилось. Девки млели, когда себя на стене видели. А по большому счету, сплошная деньговыжималка.

- Чего-то ты не в духе сегодня. Наверно, на Землю хочешь? Попросить во дворце, чтобы вас с мамой обратно отправили?

- А зачем? Нам и тут хорошо. Денег хватает, мама с Мальтсурраком счастлива, даже таблетки от желудка не пьет, а я голову ломала, что делать, когда они кончатся. И кем я там потом работать стала бы, когда выросла? Нервы себе портить учительницей, как мама? А здесь я Принцесса! Нет уж, нам с ней здесь лучше. Пусть проваливают те, кому не нравится. А мне всё нравится. Надо только платья этим дурам заменить, чтобы не выпендривались.

В помещении потемнело, на стенах исчезли изображения. И в круг вышли участницы показа в этих же платьях, а на стенах появилась следующая четверка красавиц. Счастливая Гуля подошла к Игорю и крутанулась, - Как тебе?

У Собина во рту стало сухо: ему показалось, что в этом платье грудь Гули увеличилась на два размера, попа приподнялась и образовала полушария футбольного мяча, губы как-то особенно увлажнились, а в глазах заблестело легкое опьянение. Игорь помотал головой, чтобы снять наваждение, - Ничего так, не только с пивом, но и с вином пойдет.

- Пойдет? Да на эти платья пошла ткань, выработанная пауками, - возмущенно вклинился портной, - А живут эти пауки только в одной долине, высоко в горах, поэтому и цена такая!

- Я правильно понимаю, что Вы хозяин этого ателье, в смысле, это под вашим руководством пошили эти столь дорогие платья?

- Я не взял ни одной лишней медяшки, всё отработано! Мой доход не превышает… двух золотых с дюжины, заплаченных за платье.

- А я не спорю. Может и в самом деле Вы работаете практически за интерес. Давайте подождем выступления всех участниц… я имел в виду – пусть все девушки оденут свои наряды. Тогда я и рассчитаюсь. А пока я бы хотел побеседовать с ней, - Собин кивнул на учительницу, что-то доказывающую дочери.

- Да-да, разумеется, тун Игорь! – хозяин ателье низко поклонился и попятился мелкими шашками, не разгибая спины, пока не исчез.

Вместо него у ближайшей стены появился диванчик, даже тахта, уже традиционно белого цвета, рядом невысокий столик красного дерева, весь покрытый резьбой, на котором стоял кувшин с вином и пара кубков.

Учительница уселась на тахту вместе с дочерью, попробовала напиток из кубка, достала из рюкзака Принцессы термос и плеснула в крышку коричневый настой. Девочка нарочито поморщилась и стала медленно потягивать. Женщина сделала большой глоток и повернулась к стоящему рядом Собину, - И что хочет от простой земной женщины могучий Дашин-темон?

- Этот Дашин-темон скоро станет беднее последнего туна.

- Намекаете на платья девочек? Что делать, бог терпел и нам велел.

- А я с этими не спорю. У мужчины могут быть три страсти: девочки, оружие и наркотики. Одна обязанность: содержать семью и два долга, Родине, в армии и потом супружеский, жене. Если он выполняет свои обязанности и не имеет непогашенного долга, то может предаваться своим страстям.

- Но наркотики?

- Наркотики для мужчины – это то, без чего он прожить не может, а если отнять, то зачахнет. Для одних это алкоголь с сигаретами, для других адреналин, для третьих охота и рыбалка. Для четвертых марки составление картин из пазлов…

- А для Игоря Вадимовича?

- А Игорь Вадимович на той планете любил решать задачки, поэтому и пошел работать бухгалтером.

- ?

— Это только кажется, что у бухгалтеров нудная работа, на самом деле уже давно на себя всё взяли компьютеры. Но вот когда я был маленьким, в смысле, начинающим бухгалтером, я раскрутил директора на семинар. Приезжала какая-то шишка из Москвы, умная, хоть и из столицы. Так вот, она начала свое выступление с того, что пожалела бухгалтеров, которые должны постоянно решать триединую задачу: соблюдать правила бухучета, выполнять хотелки собственников, а их в первую очередь интересует увеличение прибыли и учитывать требования налоговой инспекции, которая, наоборот, хочет выжать из фирмы побольше. Поневоле научишься решать сложные задачки. А теперь о моей просьбе.

- Ты хочешь отказаться от покупки платьев? Тогда тебе и мне не поможет твое умение решать сложные задачки: за них нас разорвут прямо здесь.

- Да нет, платья я оплачу, как хочет Гуля «за представительские расходы». Проблема в другом: я не хочу, чтобы девушки пошли на прием в них, они слишком сексапильные, боюсь, придворные не удержатся от приставаний и закончится всё потоками крови и кучей трупов, хорошо, если не нашими.

Принцесса допила свой напиток и выдала, - А еще у них под платьями ничего нет! Девки одевают их на голое тело. Наташка Коронина даже возмущалась, что дезодорантом не обрызгаться, чтобы платье не испачкать.

- Еще и это?

- А если конкретно, что предлагает Дашин-темон?

- Дашин-темон предлагает пошить всем костюмы, наподобие пиратских, примерно, как у их учительницы. А в качестве элемента костюма пришпандорить ножики. Стальные не пропустят, но можно керамические сделать, из глины, а потом замагичить до состояния камня. Если коротко, я хочу, чтобы девушки могли за себя постоять, хотя бы минут десять, пока не прискачет кавалерия.

- Я постараюсь, Игорь Вадимович, убедить молодежь. Тем более, это в их интересах.

- Вот-вот, постарайся. А я к хозяину. Постараюсь выбить скидку. А то мой склероз шепчет, что цену на платья загнали в небо. Потом я уеду по делам. Если надо будет доплатить – договаривайся за завтра. А если портной не будет соглашайся – переноси на поздний вечер, я постараюсь к этому времени Батума прислать с деньгами.

Подскочил хозяин, невысокий и верткий, как Муссолинни, он будто выжидал окончания разговора и сразу завертелся перед Собиным в своем вызывающе красном костюме, Игорю даже показалось, что тот мельтешит, что скрыть, что у него обувь с высокими каблуками. Короче, впечатление о главном портном сложилось отвратительное. А тот, будто ничего не заметил, показал Собину на стену и сам вошел в неё.

У Игоря проход сквозь стену не вызвал никаких эмоций. Идти пришлось медленнее, как навстречу мощной тепловой пушке, а так: ну стена, ну иду сквозь неё, ничего особенного. Видимо, уже привык к использованию магии.

За стеной оказался небольшой и уютный кабинет, или бюро по-немецки, три на четыре, в спокойных пастельных тонах. Хозяин плюхнулся в кресло, покрытое дорогим желтоватым бархатом, и показал Игорю на такое же, только стоявшее по другую сторону стола. У стены стояла узкая тахта, с толстой набивкой,

Стол всей своей длиной в два метра разделял кресла, причем конструкции был совсем креативной: середину, метр на метр, составлял квадрат из красного дерева, а вся остальная поверхность была покрыто бледно-зеленой тканью, по боковым поверхностям расписанной красными рунами. «Уж не кровью ли?» - возникла мысль и Собин непроизвольно оглянулся на Фатума, прекрасно изображавшего телохранителя: молчаливый, со зверским выражением и правой рукой на изогнутой сабле. И хотя парень левой держал мешочек, изображавший кошелек, чувствовалось, что отразить удар Фатум успеет с любой стороны.

Хозяин ласково улыбнулся Собину, - Давайте рассчитаемся?

- Подождите, мэтр! – Игорь даже руки перед собой выставил, защищаясь от предстоящей экспроприации его золота.

- Я не мэтр, меня зовут тун Киряен. Не хотите ли Вы сказать, тун Игорь, - портной голосом выделил пренебрежение перед заказчиком, пытающимся уклониться от оплаты, - что не собираетесь платить по какой-нибудь смехотворной причине, такой как «нет денег», - и Киряен противно засмеялся.

Собин резко хлопнул по столу, хозяин ателье даже дернулся от испуга.

- Нет, тун Киряен. Но у нас говорят «расчет любит счет». Так что подготовьте сумму по каждому платью отдельно с общим итогом. Да, Вы еще сказали, что ваш доход составил два золотых на дюжины оплаты. Можете это подтвердить или я могу рассказать знакомым тарам, что здесь не отвечают за свои слова?

- Конечно же, сейчас всё будет, - Киряен посмотрел на Собина так, как даже буржуазия не смотрела на Ленина и щелкнул пальцем.

- Не переживайте Вы так, почтенный тун Киряен. Я обещаю: вы не останетесь в накладе. Сейчас Вы не поверите, но все, кто со мной сотрудничает, все получают вою выгоду…

Собин заткнулся, так как в комнате появилась красотка в бледно-салатовом платье из воздушного шифона. Накладки из той же ткани, из какой были пошиты платья землянок, были и на платье сотрудницы здешнего кутюрье. Только это была пара сердечек на груди. Но и так платье на хозяйке струилось и переливалось. Фатум даже засопел от восхищения.

Красотка умудрилась сделать глазки гостям, наклониться к хозяину, получить распоряжение и при наклоне потрясти упругой грудью. А после развернуться и уйти, оставив после себя мысль, что она пришла, чтобы позволить полюбоваться ею.

Главпортной совсем по-земному затарабанил пальцами, - И какую выгоду вы хотите предложить?

- Для начала такое: мы покупаем поместье в Эластоуне, чтобы сделать дом развлечений для публики с деньгами. Можем эксклюзивно, то есть только для вас предложить показ ваших моделей, которые вы показываете здесь на стенах. Заметьте не те вещи, что здесь заказывают, а те, которые вам хотелось бы сделать. Представьте: в заде самые богатые люди столицы и их жены видят на красивых девушках одежду, которую могут заказать только в одном месте. Остальные идеи я оглашу после завершения расчетов, так как их можно применить в любое время. Это идеи с моей планеты, у нас они помогают хорошо зарабатывать на имени портного. Как бы объяснить… Все будут знать, что ваше имя это символ дорогой модной одежды…

Собин остановился, потому что портной поплыл. Похоже, мысленно он уже попал в то прекрасное будущее. В комнату вошел его клон: тоже со светложелтой кожей и бритой головой, тоже «с широкой костью», только пониже. Да еще у Киряена «будёновские» усы и бородка «а-ля троцкий», а у вошедшего только усики «а-ля блюхер» и одежда у клона рабочая (синие куртка и штаны из плотной ткани, порядком поношенные). А, самое главное, на одежде клона не было ни единой руны.

Клон сходу начал ругаться. Язык был абсолютно незнакомый: сплошные д-р-д-ны и ж-б-щ-ны, но язык жестов однозначно пояснял – клон наезжал на хозяина. А причиной были они – чувак несколько раз ткнул пальцем в их сторону. Но Киряен сразу поставил его на место – сказал негромко короткую фразу и клон заткнулся, только положил на стол плоскую папку размером А4 и над столом сразу появились схематичные изображения его девчонок в пошитых платьях, под которыми была непонятная надпись: какие-то шестиконечные звезды, треугольники, квадраты, углы с черточками и даже половинки треугольников.

Собин посмотрел на Фатума, - Умеешь считать?

- По знакам нет, только по головам, в табуне.

- Тогда зпоови Принцессу! – и усмехнулся про себя, видя недоумение на лицах партнеров, сменившееся скепсисом, когда они увидели девочку.

- Ты местные цифры хорошо понимаешь?

- Еще бы! Я в нашей харчевне главная была по считанию денег.

- Правильно говорить: по подсчету. Раз главная, то скажи, что там за суммы?

Принцесса подошла к столу и стала рассматривать голограммы, наклонив голову.

- Делов-то! Это цена за каждое платье, а ниже, крупными цифрами общая сумма.

- Лучше общую сумму называть итогом. У кого самое дешевое платье?

- У мамы. Почти восемь золотых. А самое дорогое у…

- Не надо, не говори. А мне можешь объяснить, какие цифры обозначают эти знаки?

- Я же дочь учительницы! Конечно, смогу! Шестиконечная звезда – это дюжина, зачеркнутая – шесть. Треугольник – три, зачеркнутый – полтора, только здесь такого нет. Угол или галка – два, черта один. Толстый круг вокруг звезды – знак удвоения, значит, двадцать четыре. Два круга – нужно умножить на три, будет тридцать шесть. А две звезды рядышком, как здесь – это дюжина дюжин. А это, - девочка показала на коробочку, принесенную клоном, - местный калькулятор. Ничего так, только умножать муторно.

- Молодец! Присядь, потом можешь сказать маме, чтобы она купила тебе что-нибудь сладкое, на твой выбор.

— Вот еще, от него толстеют! А ножичек можно, ма-ленький? Тут оружейная лавка недалеко, там под мою руку продают, удобный и недорого.

- Садись! Мы с твоей мамой это обсудим, попозже.

Принцесса плюхнулась на тахту, махая ногами и бурча, - Конечно, «обсудят» они. Вначале эксплуатируют детей, а потом говорят «иди, мы тебе потом плюшку купим».

Собин внимательно оглядел партнеров, с недоумением ждущих завершения разговора и резко хлопнул по столу, - Слушайте внимательно. У меня для вас есть три предложения. Тун Киряен заявил, что у него совсем маленькая прибыль от пошива этих платьев. Так что, либо доказывает это мне документами, либо снижает общую сумму на семь сотен золотых. Если он не принимает эти предложения, то я плачу указанную сумму и говорю своим знакомым, что в этом ателье благородных тунов разделывают как кроликов. Я жду вашего решения, туны!

Оба Киряена затарахтели мотоциклетным двигателем без глушителя, затем клон начал тыкать пальцами по папке. Цифры на голограммах стали быстро меняться, на некоторых из желтых стали черными. Клон вскочил и нервно стал тыкать пальцем в почерневшие цифры. Киряен одним слогом заставил того сесть. Но даже сидя клон пытался прожечь дыру в голове хозяина.

А босс улыбнулся Собину, правда, улыбка напомнила морду довольного льва, — Это ведь не все? Тун Игорь наверняка предложит что-то сладкое после такой горечи.

- Разумеется, тун Киряен. Нельзя оставлять после общения горечь у отличного мастера. Из пряников могу предложить заказ новой одежды для всех девушек, наподобие сжитой по восемь золотых. И еще. Я уже говорил про возможность демонстрировать сшитую одежду в моем поместье, но это дело немного отдаленного времени. А прямо сейчас вы можете предложить этикетки для своих самых богатых клиенток. Этикетка – это маленький клочок ткани, именем портного подтверждающий, что это платье в самом деле сшито им. А если этикетки делать из обрезков ткани, пошедшей на пошив платьев моих девушек, как это сделали с платьем вашей сотрудницы, то, как мне кажется, местные женщины не пожалеют денег за этикетку, а для вас она будет бесплатной. А ведь еще можно на этикетку нанести руну…

***

- Давай еще по полтинничку! Как-никак плюс десять к выносливости и магической защите, - и Толян потряс серебряную фляжку с матовыми узорами по всей стенке и плеснул до края в стопки из такого же металла.

- Мандражируешь, что ли?

- Может, и мандражирую, нельзя разве? Я же обычный человек. Это там, на Земле, всё было понятно, даже в девяностые: договоришься – останешься бизнесменом, не договоришься – перейдешь в дворники. А здесь? То ли мы отпуске, то ли на ПМЖ приехали. То ли к войне готовиться, то ли партизанские базы копать. Раскрутил я тему, даже несколько. И с банком, и с земным эксклюзивом. А дальше? Одни вопросы.

- Ты как бы намекаешь, что я должен указать тебе путь, как тогда? Но тогда я только задал вопрос «А что ты теряешь?». Могу и сейчас спросить: а что ты теряешь? Прикинь сам. Возвращение на Землю, нам не светит. Для меня это факт. Война будет, но, когда начнется, неизвестно, это тоже факт. В столице нас не оставят, не факт, но мне так кажется. Теперь чем заняться. Так сказать, в чем же заняться прогрессорством? Оружие? Нам бы трофейное продать и то хорошо… Самопалов наделать? Не знаю, с Семеном советоваться надо. Продовольствие? Это да, во время смуты вторая тема по значимости, после безопасности. Всё! Больше ничего не выдам, думай! Так что, давай еще по пятьдесят за успешное окончание мероприятия и пойдем народ мотивировать, тоже поди, все на нервах.

- Как тебе поместье? Понравилось?

- Да я ничего не разглядел. Привезли, высадили в заросшем парке, на воротах факелы горят, примитив, никакой магии. В самом здании все в пыли, но комнаты большие, а я с детства высокие потолки люблю. Потому что у нас таких не было. В окно выглянул – ничего не увидел, потому что темно. Только по реке лунная дорожка колыхается… Ладно, пошли!

- Пошли! Значит, говоришь, надо включаться в торговлю продовольствием и безопасностью… Подумаем!

Перед гостевым домиком, в котором обитал Толян, уже построилась вся попаданская компания: девочки во главе с Светланой Игоревной изображали абордажную команду пиратского корабля с разношерстным «холодняком». Рядом стояли парни в подобии морской формы времен конца девятнадцатого века с блестящими кортиками, причем Витюша стоял в общем строю, хоть и опирался на трость. А уж совсем отдельно стояли три трофейные повозки, сверкающие так, что любой кот обзавидуется. У повозок в кожанках стояли кабареки, Батум, Фатум и третий, тоже молодой, но имени которого Игорь не вспомнил.

Семен, сверкая солнечными зайчиками, вышел вперед, скомандовал «смирно» и парадным шагом подошел к Собину.

- Товарищ командир! Отряд «Бешеные кабаны» построен и готов к посещению Дома Элазии.

Игорь принял доклад, оглядел строй и в горле возник комок: какие они все-таки молодые! А уже пришлось пройти через сражение, кровь и смерть. Он набрал воздуха в грудь, - Бойцы! Да, после того, через что вы прошли, вы все бойцы, несмотря на возраст и пол. Сегодня перед нами новое препятствие: посещение Дома Элазии по приглашению Сиятельного Тана. Умоляю вас: забудьте все сказки про королей и принцев. Все не так, особенно сейчас, когда большая война заставляет высокородных сделать свой выбор. И не у всех он будет «за Родину, за Сталина». Поэтому будут провокации с сексом и мордобоем, и медовые речи для промывания мозгов. Так что слушайте мой приказ на сегодня: во дворце меньше трех не собираться. Если пристают – вначале подавать громкий звуковой сигнал, а потом уже убивать нахала. Но, по возможности, решать все миром. И помнить, что это они вам должны, так как притащили сюда без вашего согласия.

- То есть танцев не будет? – вопрос прилетел из женской части.

- Во дворце -не знаю. Но мы приобрели дом в городе. и после ремонта будет такая ночная дискотека, что местные ей будут помнить годами.

Молодежь радостно завизжала.

- А теперь по машинам!

***

Когда Фатум остановил переднюю повозку, в которой вез Собина и Кривича, а заодно кое-что, что они не собирались показывать во дворце, Игорь на выходе опередил Толяна, поправлявшего сумки на скамье, упавшие после резкого торможения.

Повозки стояли в крепости. Позади каменные стены, сплошь заросшие жгущим вьюном, на фоне зелени черным металлическим прямоугольником выделялись закрытые ворота.

По бокам от повозок праздничным конвоем стояло по двенадцать солдат, вооруженных через одного алебардами и палашами, причем алебарды были слегка наклонены к повозкам, а палаши устремляли свои острия в небо. И по всему оружию бегала молнии, в отблесках которой заросшие за ночь зеленые лица смотрелись страшновато.

Впереди дорога, выложенная камнем, опиралась в подвальное помещение с открытыми воротами. Над подвалом возвышался громадный замок из белого кирпича, причем стены замка упирались в небо. А за воротами стояла тьма.

Из тьмы появился худой придворный, судя по ножнам со шпагой, работающий местным завхозом, судя по мятому плащу. Рядом с ним шел пузан с лычками старшего охраны, у обоих цвет лица «переспелое яблоко на зеленом фоне». Придворный безразлично посмотрел на повозки, выцепил главного и махнул ему за свою спину, - Вставайте там!

- Зачем?

- Мне нужно проверить ваши вещи!

- Зачем?

- Чтобы исключить угрозу смерти находящихся в Доме Элазии.

Ошалевшего Собина выручил Толян. Он задвинул друга за спину и поинтересовался, - Вы, для начала, представьтесь. А то мы привезли очень ценные вещи, в том числе подарки для Сиятельного Тана и хотим знать, кто будет отвечать за потерю или поломку.

Придворный удивился, но среагировал – пихнул вояку. А тот сразу покраснел еще больше и начал орать, — Это что еще за беспорядки! Быстро сделали, как вам велели!

Здесь в ситуацию вмешался уже Семен, - У вас шесть ударов сердца на то, чтобы назвать свои имена. Потом мы закрываемся в повозках и никуда не идем, а дожидаемся настоящих посланцев Сиятельного Тана. При намеке на попытку открыть – открываем огонь на поражение.

Ситуацию спас старослужащий из правой шеренги. Оставив висеть свой палаш в воздухе, он подбежал начальнику и стал убедительно шептать. Придворный тоже прислушался. Причем с покерфейсом у него было намного лучше, чем у местного командира. А тот аж побелел от услышанного и сразу побежал к Собину, задыхаясь и трезвея на ходу, - Вы меня не так поняли, тун… Это ошибка… Нам про вас не предупреждали…

Собин движением руки остановил словесный поток и спросил придворного, - Что вы хотели проверить в повозках?

Худой прокашлялся и солидно произнес, - В Доме Элазии запрещено применение магических артефактов, поэтому подобные предметы необходимо изымать и не допускать.

- И как это делается? Вы маг?

- Нет, но у меня есть определитель.

- То есть достаточно близко подойти и станет понятно: есть в ней магические предметы или нет?

- Как-то так.

- Тогда я не вижу никаких препятствий, тун. Водители отгонят повозки, на которых мы будем возвращаться, в какой-нибудь закуток, а повозку с дарами для Сиятельного Тана Вы тщательно проверите. Я бы разрешил вынести подарки сюда, но дело в том, что повозка сама является подарком и, если Сиятельный Тан решит заглянуть и поймет, что там кто-то копошился – нам всем несдобровать. Такой вариант устроит?

Придворный уже справился со сказанным и только кивнул.

- Тогда мы идет туда? – Собин показал на открытые ворота. Придворный повернулся, посмотрел и кивнул.

— Значит, мы пошли! Фатум, накрой служивым полянку и достань из маленькой сумки белую бутылку.

Придворный неотрывно смотрел, как земляне проходят в ворота и скрываются в сумраке, потом повернулся к пузану, - Ты чего так перепугался? Штаны-то хоть сухие?

Пузан кивнул вестнику. Тот огляделся и зашептал «Я их узнал. Это они убили тара Хветефельтина и всех его магов».

- А еще они больше десятка барохов за один раз освежевали. И никто не погиб.

Троица вздрогнула и повернулась на голос. Фатум стоял за складным столиком, на котором лежали тарелки с мясом и стояли небольшие стопки. В руке парня покачивалась стеклянная бутылка. Пузан, как завороженный, уставился на бутылку, — Это же «Иномирская с зеленой печатью» …

- Харчевни покупают такие по половине золотого за бутылку, а вы сегодня продегустируете или по-простому попробуете бесплатно, в знак расположения к вам Дашин-темона. Мне, по малолетству, такое пить нельзя, но я знаю, как её правильно пить. Наливаете в стопки, выдыхаете, опрокидываете и считаете до шести. Кто не может – до трех. А потом закусываете. Лучше вот этим…

Когда за Собиным весь отряд прошел ворота, то оказался в большом каменном зале, в котором неожиданно матово засветился потолок. Игорь скривил улыбку, — Вот и вошли. Теперь назад хода нет.

- Думаешь? – озадачился Кривич и обернулся, - Парни, последние которые! Я отсюда не вижу. Проверьте: можно обратно вернуться?

Семен проверил сам и торопливо подошел к первому ряду, - Не пропускает. Думаете, подстава?

- Думаю, нам придется пройти несколько залов с сюрпризами, - ответил Собин, разглядывая помещение, по размерам вполне подходившее под категорию «Оптовая база стройматериалов». – Сколько до стены, по-вашему?

- Метров… восемьсот-девятьсот. Хотя, может, и полтора км, - Семен пытался разглядеть, - Нет, не могу определить!

Толян согласно кивнул.

- Тогда пошли, потихоньку. При опасности кричим «Атас!» и отходим. – Собин опустил взгляд на желтую полосу в метр шириной, идущую к следующему залу и сделал шаг, - Блинство, воздух слишком плотный – тяжело идти будет, придем вспотевшими.

Кривич, как обычно, сразу не поверил и рванул. Но воздушная преграда действительно была. Толян не удержал равновесие и плюхнулся лицом вперед. Сам встать не смог, помогли Игорь и Семен. Хорошо хоть вес остался тот же, иначе могли и не поднять.

Но дошли. Медленно, с падениями и девичьими визгами, но дошли. У следующего прохода Собин обернулся, - Перекур две минуты! Всем расслабиться и отдохнуть. А потом три раза сказа произнести: «О-М-М-М!» и зарядиться позитивной энергией. В следующем зале, как мне кажется, будет еще страннее.

И оказался прав. В следующем зале над желтой полосы стоял туман по колено. Но самое противное было в тумане: там что-то шуршало и шипело. И когда из тумана перед Гулей появилась змеиная голова, девчонка не выдержала и с визгом прыгнула и повисла на шее Собина. Затем визг перешел в истеричные крики, что дальше она не пойдет.

Положение исправил Семен. Он с Толяном подошли к Витюше, устало навалившегося на трость в задних рядах, забрали аппарат и посадили на неё раненого. А тем парням, кто одел берцы, учитель велел посадить на плечи девчонок и идти вперед. Но Собин пошел первым. По ногам противно шуршало и ползало, пару раз ему даже показалось, что его кто-то укусил, но Игорь постарался отвлечься от этого, дабы снова не поднимать панику и шел короткими осторожными шагами.

В двух метрах перед проходом в следующий зал, закрытого очередной матовой завесой, туман закончился. Собин попытался поставить Гулю, а когда не получилось - барышня вцепилась в шею мертвой хваткой, повернулся назад вместе с ней: вроде никто не отстал, не потерялся, подходили все. Витюша всё порывался встать и идти самостоятельно, но взрослые пресекали его попытки.

Когда весь отряд прошел туман, Собин радостно улыбнулся, - Ну, что, идем дальше?

Ответом ему были хмурые усталые лица. Только Коронина попыталась улыбнуться с плеча Печурина, - Разумеется! Быстрее отмучаемся!

Вадим хотел снизу прокомментировать, но побоялся связываться с её острым языком девушки и только грустно вздохнул.

И со словами «Тогда вперед!» Собин прошел сквозь резиновую завесу.

Следующий зал был абсолютно пустым, не считая полосы на полу. Это и привело в замешательство. Рядом встал Кривич, - Что стоим? Кого ждем?

- Да вот, не вижу ничего подозрительного. Это и странно.

- Наплюй! Позитивной энергией ты зарядился, позитивными эмоциями от красотки на руках тоже. Да и товарищ Ленин не зря говорил: «Главное ввязаться, а там посмотрим», – и решительно зашагал по желтой полосе. Собин поправил Гулю и пошел следом. Неожиданно Толян остановился и обернулся, - Витюша, ты где? А, вижу. Давай, помогу! Нет, ты пойдешь сам, я только подстраховывать тебя буду, вместе с Игорем Вадимовичем. Ты не против, Игорь Вадимович?

Собин помотал головой. Гуля неожиданно потяжелела. Он изменил распределение веса и остановился рядом с Кривичем, дожидаясь парня. А Толян подмигнул Игорю и громко спросил у подходящего Виктора, - Витюша, а как у тебя с Натали? Помощь не требуется, после твоего ранения? А то я помолодел после переноса и как пионер, всегда готов! Это на Земле меня уже ничего кроме рыбалки не интересовало, а тут совсем другое дело.

Игорь хотел остановить наезд, но парень неожиданно миролюбиво ответил, - Спасибо, не надо, сами справляемся. У Наташи опыт большой, помогла найти подходящую позу, чтобы и долго и с удовольствием.

Собин чуть челюсть не распахнул от удивления, но вдруг спросил у Гули, - Слушай, а ты зачем водки напилась? Тогда в палатке, в первый раз?

Девушка безэмоционально произнесла, - Меня Коронина напугала. Сказала, что у меня иначе могут быть проблемы, после того раза, когда меня в деревне чуть не изнасиловали. А так расслаблюсь и уже без разницы будет, как оттрахают…

Тут она пришла в себя и заткнула себе рот сразу обеими ладошками, отцепившись от мужчины. Собину только на «автомате» удалось её поймать и осторожно опустить. Заодно посмотрел на свои ботинки, которые только вчера принесли от мастера. А сейчас носки обеих туфель были в мелких двойных дырочках, похоже, в предыдущем зале змеи все-таки прокусили кожу на обуви.

Собин повернулся к топающему молодняку и прислушался.

- А как Принцесса схрон у крепости нашла? Тоже повезло!

- И ничего не повезло. У неё всегда была способность искать на попу приключения. Гостиницу вспомни: кто на бандюков наткнулся?

- А я считаю, что Извольского пора похоронить! Сколько его возить в ящике можно?

- Мы же вернуться собираемся. Зачем его тут оставлять?

- Ты серьезно веришь, что мы отсюда вернемся? А, по-моему, мы все здесь сдохнем, может, даже в этом зале…

Собин прокашлялся, - Внимание, отряд! Прекратили все посторонние разговоры. Всем задание: пока идем к двери, все думают о белом кролике можно ли ему пришить яй… уши от обычного лесного зайца. Когда дойдем – проверю!

Собин развернулся, подхватил Гулю на руки и зашагал вперед. Практически сразу позади раздалось «Не плачь орчанка, пройдут дожди», видимо, Семен скомандовал петь и парни затянули любимую песню кабареков, которую местные переделали, пока общались с землянами.

Вскоре песня стихла и началось перешептывание – впереди, перед дверью здоровый белый кролик с красными глазами грустно смотрел на подходящих землян. Левое ухо у него было родное, с белоснежной шерстью, а вот правое было в половину меньше и грязного серого цвета. Когда отряд подошел, кролик укоризненно наклонил голову, повернулся, показал двухцветный хвостик и исчез.

Идущий вторым Кривич захохотал «Если видишь в стенке руки – не пугайся, это глюки!», обогнал Собина и руками стал шарить над местом, откуда телепортировался кролик.

В отличии от предыдущих залов, за выходом из этого был тамбур, в котором всех обдуло мощным потомок горячего воздуха. А когда отряд покинул тамбур, то половина удивленно и восхищенно зашумела: они находились на большой поляне, в двадцати метрах паслась парочка овечек, за которыми виднелась зеленая рощица.

Коронина не выдержала, - И ради чего мы по змеям шли? Ради этого я про своего первого мужика рассказала? Чтобы на баранов полюбоваться?

Витюша принялся успокаивать девушку. Кривич тоже решил, что молчать не стоит.

- Парни, сможете овечку поймать? Шашлык без маринада не получится, а вот стейков нажарить сможем. Спички у вас есть, я точно знаю, дрова по пути наберете.

Игорь опустился на землю и закрыл глаза. У него кончился заряд. он перестал понимать действительность. Если переход по залам еще можно было принять за какой-то квест, то поляна в конечной точке их маршрута привела его в полную растерянность.

Всё изменилось после вопля Принцессы позади отряда, - Прохода нет, тут везде стена!

Перешептывание разом прекратилось, все обернулись на крик. Принцесса упиралась руками в воздух, как в кирпичную стену. Никто ничего не произнес, когда девочка вытащила из кармана фломастер и стала проводить черту на уровне своей груди.

Она дошла до угла и ей пришлось рисовать по боковой стене. До передней панели линия составила не меньше тридцати метров. Принцесса снова повернула и провела там черту в двадцать метров, а затем с криками провалилась вперед и исчезла. Правда, сразу же вернулась и побежала к Собину крича, - Дворец там!

Семен построил расшумевшихся ребят и кивнул Собину. Тот окинул взглядом колонну, набрался решительности и, не оглядываясь, зашагал в найденный проход.

Глава 21

Глава 21. Ах, какой был изысканный бал

Сразу за проходом молодежь восторженно загалдела, даже Толян удивленно хмыкнул, - Прямо Георгиевский зал в Кремле.

И действительно, зал, в который они попали, был полностью золотым, по крайней мере, так казалось. Потолки, по местной моде, терялись в высоте, площадь тоже была не малогабаритной: с пару футбольных полей. И, видимо, из-за отсутствия посетителей, в пустом центре стоял большой круглый стол, за которым, на высоких стульях пятеро с широкими золотыми поясами за беседой потягивали из здоровых кружек. В слабом освещении зала Собин в одном смог узнать герцога.

Тот тоже заметил вошедших, извинился перед собутыльниками и пошел навстречу. Кривич недовольно огляделся, - Пока сюда добирались, на меня такой жор напал, что я даже такую адскую смесь съем, как тушеные баклажаны с винегретом. Но, похоже, поем только в ужин и только дома… Ваша милость, приветствую Вас!

Герцог поморщился, - Не называйте меня так в этих стенах.

- Понятно. Здесь не только стены имеют уши, но потолки. А как тогда? – не успокаивался Толян.

- Дозволяю туну Игорю и его людям именовать меня «Тритап», но только до завтрашнего утра.

- Тритап так Тритап, всё лучше, чем горшок. Тритап, не знаешь, нас здесь кормить будут?

- Будут. Вы подошли, сейчас Сиятельный Тан появится, а потом начнется «все веселье». После чего вас покормят, тун Анатолий, - приятным грудным голосом произнесла незнакомка.

Толян даже вздрогнул от неожиданности, так его поразило внезапное появление женщины в похожей на его форме, только цвет был светло-зеленым, да и на высоко стоящих грудя практически лежала тарелка блестящего серебряного цвета, удерживавшейся здоровой цепью из такого металла.

- Позвольте представить Несравненную Курашим, главу охраны Сиятельного Тана, - произнес герцог с легкой иронией, - Тем более, что теперь она является вашим командиром.

Семен по-быстрому рассмотрел свою начальницу. На вид, по земным меркам ей за тридцать, по местным меркам неприлично для женщины мускулистая. Лицо опять же отличается от ранее виданных: резкие скулы формируют «лошадиное» лицо, а местные любят, чтобы личико было пухленькое, что у горожанки, что у герцогини. А толстая коса зеленого цвета, торчащая из-под шлема, вообще была уникальной для Элазии.

Черные волосы у кабареков, серые у хиронцев, короткая солома у Асани, разнообразные оттенки указанных цветов встречались, но ничего похожего на зелень Семену пока не встречалось. А старшая сестра местного монарха заученно продолжала, - Празднество начнется с появлением Сиятельного Тана. Для гостей накроют стол, но подходить к ним можно будет только после того разрешения Сиятельного Тана. Тун Игорь, когда Сиятельный Тан позовет к себе, идите точно по линии и вставайте в том месте, где она окончится. Ни в сторону, ни вперед шагать нельзя. Подходить к Сиятельному Тану без его приглашения тоже. Когда он соизволит отпустить, делаете прощальный поклон и уходите по той же линии. Всё, начинается!

В помещении вспыхнул яркий свет, заставивший прищуриться. Только поэтому

Семен не заметил, как яркий свет увеличил площадь зала и в сместившемся центре из пола поднялась каменная глыба, наподобии постамента Медному всаднику. На глыбе возникли три фигуры разного роста, объединяло все фигуры нестерпимое сияние «расплавленного золота». Площадь между землянами и вставшей скульптурой как-то незаметно заполнилось придворными расфуфыренными придворными, одетыми в одежду всех цветов радуги, исключая желтый. И вся это толпа, включая герцога, опустилась на колено, а женская часть присела в глубоком реверансе. Сразу после этого вокруг глыба повисла вуаль из солнечных лучей, образовавших над собой блестящую радугу.

Не вставая и не поднимая головы герцог прошептал «Тун Игорь, встань на полосу! Пока не встанешь, никто не сможет подняться».

Собин завертел головой, увидел светящуюся линию на полу, встал на неё и сразу перестал слышать шум в зале. Линия медленно начала двигаться в сторону глыбы, как эскалатор после ремонта, отчего Игоря сразу стало трясти и колыхать. Скоро Собину надоело двигаться с черепашьей скоростью и он зашагал по линии, отчего та ускорилась.

Когда транспорт добрался до вуали, линия плавно затормозила. И сразу тело Игоря сковал тридцатиградусный мороз, захотелось сжаться в комок, чтобы согреться, он остался стоять только на характере, с огромным трудом заставив себя стоять.

Потом резко наступила жара, Собина бросило в пот, пот буквально полился. А потом вуаль осталась позади и сразу Игорь ощутил себя на курорте, по крайней мере, он ощутил южное тепло и морской воздух, наполненный озоном. А линия равнодушно приближалась к каменной глыбе, окруженную охранницами в одинаковом с принцессой обмундировании, только тарелка на груди была абсолютно черного цвета, да на боку у каждой висела полуметровая узкая сабелька без ножен, видимо, намекая, что шутить девушки не будут.

Девушки стояли неподвижно, как памятники, только следили взглядами за приближением Собина, да одна нервно тарабанила маникюром по эфесу. А тропа не среагировала на охрану, а равнодушно стала подниматься на каменную гору. Неожиданно Собин понял, что он уже на холме и через полметра его путеводная линия окончится.

Вдруг по спине ручейком покатился вроде бы высохший пот, ноги задрожали, он почувствовал на себе изучающий взгляд местного короля, который успел усесться на широкий трон с высокими резными столбиками на краях трона, пока он до него добирался. Боковым зрением Игорь заметил, что по бокам от большого трона стоят троны поменьше, на которых сидели женщина и ребенок в королевской одежде. Собин вдруг вспомнил, как он предостерегал министра о возможном нападении и ему стало смешно от тех мыслей, да и мандраж пропал.

- Могу я узнать, над чем смеется тун Игорь? – лениво процедил Сиятельный Тан.

Лицо правителя было покрыто золотой краской, под цвет тяжелой накидки, целиком покрытой объемными рунами, поблескивающими искорками по всей ткани. Под накидкой виднелся костюм, тоже золотой и тоже с магическими символами. На груди желтым огнем горел орден, один в один, как у его сестры, только изготовленный из золота.

Собин поклонился Сиятельному Тану, - Приветствую тебя, правитель Элазии! Попавший сюда твоей волей и силой твоих магов тун Игорь приветствует тебя, Сиятельный Тан! А смеюсь я над своими опасениями, что кто-то сможет причинить тебе вред, используя приемы моего мира.

- Уже не тун, а светлый тар Мезиликии. Семья Элазов никогда не забывает добра. И зла, причиненного ей. Ты со своими… воинами помог Элазии, - местный король протянул свиток, обмотанный золотым поясом с золотой пломбой размером с хоккейную шайбу, на которой горели вырезанные руны.

Игорь с поклоном принял рулон и, сделав шаг назад, одел его на пояс. Руки ощутили живое тепло пояса.

- В благодарность за предоставленный титул хочу от себя лично и от людей своего отряда сделать подарок… То есть мы его уже сделали, он должен находиться у озера, рядом со дворцом, - «Если, конечно, охрана его туда отправила», продолжил Игорь про себя, - Так что, если у Сиятельного Тана найдется время, я готов лично вручить наши дары и показать, как они работают.

Возникла пауза. Сиятельный Тан невозмутимо смотрел на Собина, и, казалось, ждал от него чего-то еще. Паузу прервал пацан, соскочивший со своего трона. Он поинтересовался, - А фильма там будет?

- К сожалению, наши подарки без магии, поэтому не будут действовать во дворце. Из-за этого фильму или как её еще называют некоторые «синему» можно посмотреть в Эластоуне. Мы приобрели поместье, где собираемся показывать чудеса нашей планеты и когда закончится ремонт, милости прошу к нам, в том числе и на фильму.

- Ну что ж, если нет фильмы, посмотрим на другие ваши безделушки, - Сиятельный Тан не делал никаких движений, даже не моргал, но вся конструкция неожиданно провалилась со скоростью падающего лифта.

***

Кривич с тревогой смотрел, как Игорь походкой больного человека поковылял по полосе. Неожиданно яркий свет в зале осветил внезапно появившуюся толпу наряженных придворных, плотно заполнивших помещение. За ними, в центре, из пола выросли и выросли до потолка нити, переливающиеся блеском драгоценных камней и сверкающие всеми цветами радуги. Собин ковылял прямо на них.

- Что с ним? – Гуля с тревогой схватила Кривича за рукав.

-Он услышал «Зов правителя», - вмешался герцог, - И идет, борясь с сопротивлением зова. Идет достойно. Некоторые ползли, не в силах просто стоять…

Тем временем, Собин прошел за нити, а Толян почувствовал впившиеся ногти девушки. Он попытался отвлечь её, - Смотри, маги пришли, в фиолетовых плащах!

Но Гуля даже не кивнула, неотступно глядя в матовый столб, в котором исчез Собин вместе с двигательной полосой. Неожиданно она ахнула: вся светящиеся конструкция исчезла. Кривич вопросительно посмотрел на герцога, но тот тоже выглядел обалдевшим и только бормотал, - Я никогда такого не видел… Что это? Что теперь делать?

Ясность внесла сестра правителя. Видимо, получив известие, он негромко, только чтобы услышали земляне, - Сиятельный Тан со светлым таром Мезиликии, наследником и его матерью отправились смотреть дары, преподнесенные бывшим туном Игорем, а ныне таром…

Вздох облегчения взлохматил прическу Кривича. Пока он приглаживал волосы, учительница подвела к нему самую маленькую девушку и сказала на ухо, - Анатолий Алексеевич, Женечка в туалет хочет, но она не знает куда и стесняется.

Кривич кивнул и подошел к принцессе, - Несравненная Курашим, со всей любезностью прошу ответить на мой вопрос: где во дворце можно справить нужду?

Видимо, он спросил не то, потому что принцесса странно на него посмотрела.

- У меня нет длинного поколения предков, посещавших подобные дворцы, я вообще первый в своем роду и не знаю, как правильно спрашивать про подобное. Одна из наших девушек хочет сделать естественные надобности. Куда ей пройти?

С усмешкой Несравненная Курашим протянула Кривичу раскрытую ладонь, на которой лежал белый шарик, - Когда подойдете к стене зала, то Проводник укажет путь. Надеюсь, обратно тунна сможет вернуться сама? – вложила шарик в ладонь Кривича и беззвучно исчезла.

Толян передал шарик учительнице, - Слышали? Можете идти!

- Подождите, Светлана Игоревна, возьмите с собой Коронину! – вмешался Семен.

Учительница кивнула Наталье, та без слов мигом подошла, но её обогнала Женечка и умоляюще посмотрела на учительницу, - Светлана Игоревна, а можно я Проводника понесу?

Женщина, улыбаясь, переложила шарик на раскрытые ладони девочки. А та приблизила ладони к лицу и прошептала,- Уважаемый Проводник, проведите нас в туалет кратчайшим путем, Я очень писать хочу…

Шарик моргнул, взлетел над ладонями и резво полетел в глухой правый угол помещения. Коронина едва успела схватить рванувшую девочку за руку и последовать за ней. Учительнице пришлось торопливо догонять.

Из-за удержания Принцессы Натали пропустила, куда именно Проводник влетел в темный угол, сразу посветлевший из-за включившегося над потолком освещения, но уверенно пошла к коридору, где включился такой же свет. Тем более, что Проводник оттуда стал подмигивать отставшим девушкам.

Оказалось, он завис как раз перед солидной дверью, стоявшей за низким диванчиком. Натали взмахом руки остановила попутчиц, вынула из прически пару длинных шпилек, проверила остроту заточки и осторожно подошла к двери, над которой нетерпеливо болтался Проводник.

Правда, на двери не оказалось ручки, но она сразу исчезла, едва девушка прикоснулась к ней. Проводник мгновенно влетел в открытое помещение и прилип к потолку. Натали заглянула. Королевский туалет оказался пустым помещением пять на шесть, с непонятным приспособлением в виде метровой вазы с волнистыми стенками у дальней стены. Девушка решила, что с механизмами разберутся и без неё и вышла.

Пока учительница заводила девочку в туалет, Коронина присела на диванчик и вытянула замученные ноги. Все-таки, так долго ходить в сапогах, пусть и красиво облегающих ноги, утомительно. Семеныч, конечно, регулярно проводил тренировки, но в сегодняшнем «турпоходе» почему-то заболели другие мышцы

- Благородная туна устала? Может быть, ей помять ноги? Талар, снимай сапоги, я не могу допустить, что такая красивая туна, да еще иномирка так мучалась!

Натали открыла глаза. По бокам от неё нахально уселись двое местных, в одинаковых костюмах, светлокоричневых, с широкой зеленой полосой по низу рубахи на выпуск, только у одного одежда была совсем блеклой. Диванчик во дворце был сделан качественно – она даже не заметила, что на диван опустились две мужские задницы. Впрочем, она также не заметила, что не выпустила из рук шпильки.

Она коленом отбросила руку Талара, попытавшегося развязать завязки, все-равно они были декоративными и стала разглядывать хамов.

Талар, видимо, «шестерил» на второго, мажора, несмотря на серебряный пояс. Герцог что-то говорил про владельцев таких поясов, что-то такое, что они хоть и суперблагородные, но какие-то ущербные. Во время лекции ей с девчонками понадобилось срочно обсудить один поступок Кента, поэтому она слушала вполуха.

Костюм второго был обильно покрыт местными стразами, блеск которых при движении придавал одежде золотой оттенок. Из той же лекции герцога Натали запомнила, что в Элазии золотой цвет – прерогатива правителя и его семейства, но семействам светлых таров разрешается использовать подобные фокусы, когда одежда только кажется изготовленной из золота.

Девушка попыталась придать мороз своему голосу, - Мне говорили, что благородные туны и, тем более, светлые тары вначале представляются. Неужели обманули?

- Конечно, нет! Благородные никогда не обманывают, - «мажор» надавил на плечи девушки и стал опускать её на диван, - Просто они выбирают время и место, когда будут называть свое благородное имя. Здесь, около похабного места, мое имя тоже будет звучать похабно. Но у меня недалеко, можно сказать «рядышком», есть укромное место, где никто не помешает мне представиться полностью…

И потянулся к губам Натали, в нос шибанул странный аромат, который заставил девушку вспомнить, как компания пьяных парней во главе с сыном местного торгаша и по совместительству главы поселковой администрации схватили её, когда она шла домой вечером из школы и потащили в сауну. Как она бесполезно отбивалась и как её потом, в разорванной одежде, выбросили на улицу.

Руки автоматически поднялись, но не обняли голову насильника, как он мог надеяться, а воткнули ему шпильки в лицо. Коронина не видела, попала ли она в глаза, но точно услышала рев смертельно раненого зверя.

Талар вскочил с яростным лицом, - Ах, ты!

Что он хотел сказать, так и осталось невысказанным, ибо он шлепнулся мешком на пол. А над ним показалось Женечка с закрытыми глазами, зачем-то сжимающую в руках обувь. И вот когда на Талара упал наконец-то заткнувшийся и мертвый «мажор», обрызгивая тело своей «шестерки» кровью, Женечку прорвало.

Желчь потоком полилась на сформированную композицию, затем девчушка закатила глаза и попыталась добавить к композиции третье тело, но её успела подхватить учительница и посадить на диван к Корониной.

Учительница, не переставая, трясла Женечку за плечи, но девочка крепко сжимала свою обувь

- Женечка, слышишь меня? Кивни, если слышишь. Открой глаза, Женя! Молодец! Как ты себя чувствуешь? Водички дать?

Женечка не отрываясь смотрела на лежащие тела, - Это я их убила?

- Нет, я. А твой в отключке лежит, но живой, - включилась в разговор Натали.

- И что теперь будет?

- Да хрен его знает. По нашим законам – чистая самооборона, как у них – не знаю. Но и у нас могут доказать, что мы сами на них напали и стали жестоко унижать. Так ведь, Светлана Игоревна?

Учительница кивнула, не переставая оглядывать и ощупывать Женечку. Но неожиданно остановилась, - А ведь верно! Женечка, сможешь до наших добежать и рассказать Анатолию Алексеевичу и Семену Семеновичу, что произошло?

Девочка кивнула и стала надевать сапоги.

- Что ты в них запихнула, малая, что здорового парня вырубила, почти до смерти?

- Какие-то магические камни… Мне в ателье посоветовали. Посочувствовали, что самая маленькая, а потом предложили в каблуки вставить, почти золотой отдала.

- Ничего себе! И что в них такого магического, за золотой?

- Предают устойчивость и красивую походку, а еще оптически удлиняют ноги. Вначале обычные какие-то всунули, но я с ними шаталась, как пьяная, а с этими хожу, будто в кроссовках. Ладно, я побежала! Больше никого не убивайте до моего возвращения!

Женечка убежала. Учительница вытащила откуда-то тонкую сигарету и огляделась, - А тут можно курить?

- Нам теперь всё можно, Светлана Игоревна.

- Ну да, конечно… Что будем делать, Наташа? Не знаю, как местный король, но остальные придворные нам не спустят убийство одного из них.

- Лично я ни о чем не жалею. Что будет, то и будет. Только мне кажется, наши не позволят, чтобы с нами что-то сделали.

- Наверно, ты права. Вначале нас, а потом и до них доберутся. Ладно, главное для нас, женщин, всегда оставаться красивыми, - и учительница затушила окурок и подошву своего сапога.

Как оказалось, очень вовремя, так как практически с этим голова закружилась, в глазах потемнело и их диван вместе с ними и лежащими телами очутился в центральном зале.

***

Натали пришла в себя от хлестких звуков. Открытые глаза позволили увидеть, как принцесса-начальница охраны лупила по лицу подчиненную с тарелкой на груди пепельного цвета, между ударами брезгливо приговаривая «Меня опозорила! Убийство в Доме Элазии! Какой позор! Ты его кровью своей поганой смоешь! Седьмицу будешь облегчальники чистить!»

Подчиненная даже не вздрагивала, только отшатывалась после каждого удара. Экзекуция продолжалась, пока к принцессе не подошел Кривич и что-то начал говорить на ухо. Пока начальница обдумывала сказанное, девушка огляделась. Диван и оба тела находились в круге, образованном охраной дворца, причем охранницы стояли спиной к происходящему.

Натали посмотрела на своих, тесной кучкой стоящих за спиной Кривича. И парни и девушки с ужасом глядели на происходящее, Насте и Жене Таня Лопатина крепко закрывала глаза.

Начальница закончила думать и кивнула. В один момент избитая исчезла, а на её место возник трон, по форме похожий на трон жены правителя, но поменьше и не золотой, а серебряный. Несравненная Курашим села на трон и громко сказала «В отсутствие Сиятельного Тана Элазии я, Несравненная Курашим, по праву крови и происхождения, буду разбирать убийство тара Эстудория, совершенное иноземками.

По залу пронесся негромкий гул «О-и-ити…», закончившийся криком «Эстудо!», с которым сквозь оцепление протиснулась крупнотелая бабенка в платье с вышивкой рунами, которые при её дергании отдавали золотом и ломанулась к дивану, на ходу протягивая руки к сидящим.

***

Толян только моргнул, как с остальными землянами очутился в круге, отгороженным от остальных дворцовой охраной, «женским батальном», как успел приколоться Кент. После сообщения Женечки, которое он понял с пятого на десятое, Кривич уже не удивился, что в круге возник диван с потерпевшими и телами мажоров. Но его неприятно поразило, что принцесса не по-женски мощно стала лупить подчиненную, виновную в произошедшем по мнению начальницы.

Поэтому Толян не сдержался и подошел, чтобы шепнуть разошедшейся женщине «Я, конечно, извиняюсь, Несравненная Курашим, за свой назойливый совет, но скажу так: у нас хорошие руководители провинившихся подчиненных не наказывают при всех, а вызывают к себе, в отдельный кабинет, где и снимают с него стружку и посыпают её песком. Вдруг она не так сильно заслужила эти побои?».

Начальница охраны прекратила мордобой, от которого у подчиненной один глаз уже заплыл и по лицу потекла кровь, подумала и тоже прошептала «Если она окажется виноватой – я и тебя накажу»

- Если только в отдельном кабинете – продолжил развлекаться Кривич.

Не успел он закончить фразу, как пришлось отходить на пару шагов – буквально рядом с сапогом встал массивный трон, на который и уселась Курашим. Сразу же к ней устремилась агрессивная мамаша убиенного мажора с лицом, потерявшим осмысленное выражение, Толян преградил ей дорогу.

- Ша, гражданка! У вас осталось несколько мигов, дабы не совершить непоправимое! А если вас обманули и эти красавицы ни в чем не виноваты? Зачем Вам терять лицо, да еще в Доме Элазии, когда за всеми вашими действиями внимательно наблюдают, дабы подать их в нужном ключе нужным людям. А если они виноваты…

Психопатка, начавшая понемногу остывать, тут же вскинулась, - Как это «если»? они виноваты и сейчас мне за все заплатят!

- Я, тун Анатолий, начальник тунны Наталии и тунны Светланы, отвечу за свершенное ими, если это наказуемо по законам Элазии, - Кривич даже растопырил руки, чтобы не пропустить ненормальную, решившую протиснуться с боку, хорошо еще не царапавшую его лицо.

Неожиданно тетка успокоилась и даже сделала шаг назад, - Хорошо, тун Анатолий, давайте разбираться, - и перешла на крик, - Керсий! Твоего хозяина убили, твой долг чести отомстить! Или ты хочешь, чтобы слабая женщина сама стала мстить за смерть сына?

Толяну пришлось отшагнуть в сторону и повернуть голову, чтобы увидеть того, кому крикнула истеричка. Это был второй лежащий на полу. Парень уже встал и озирался по сторонам, не понимая, как и где он очутился. Услышав приказ, паренек вскочил. Хотя какой паренек, фигурка у него накачанная, как у хорошего атлета.

Кривичу ничего не оставалось, как подойти к внимательно наблюдающей за происходящим с трона принцессе и поклониться, - Несравненная Курашим, действия этой светлой тары случайно не нарушают законы поведения в этом Доме?

Сидящая на троне сестра правителя кивнула, как показалось Кривичу, с радостью, - Да, тун Анатолий, такое поведение светлой тары Валентарии недопустима в моём… в Доме Элазии.

Краем глаза Кривич заметил, что оклемавшийся Керсий, подошел к дивану и коротко поклонился девушке.

- Тунна! Своим поведением Вы нанесли мне оскорбление. Я настаиваю, чтобы ваш родственник мужского пола, муж или родитель, ответил мне за ваше поведение. Я вызываю его на поединок. Выбор оружия за ним.

В тишине раздался частый стук: это к Керсию направился Витюша, с силой опираясь на трость при каждом шаге, отчего та громко стучала. Подойдя и оглядев, с ухмылкой спросил, - Ну, я её мужчина! Как драться будем, на костылях?

Лицо Керсия стало презрительным, - Теперь понятно, откуда у этой тунны такое поведение – не смогла найти достойного мужчину.

В разговор вступил Толян, даже не сходя с места, - Несколько дней назад, до переноса в вашу прекрасную страну, этот тун отлично бегал. Но когда попал сюда, то ему пришлось участвовать в обороне пограничной крепости. И вот в этом бою враги сожгли его ноги адским пламенем. Спасибо вашим магам – они совершили невозможное, по нашим меркам, но спасли ноги героя, он даже сможет ходить, через дюжину больших кругов. Ты не сможешь немного подождать с поединком, тун Керсий?

По помещению прокатился громкий хохот, сзади зашептала Курашим, - Тун Анатолий, Керсий – это не имя, керсием называют туна, лишившегося всего и полностью зависящего от другого туна или тара.

- Ясно, благородный раб… Чего это он? – среагировал Толян на Керсия. А тот снял пояс, опустился на колено и опустил голову, - Благородный тун, я опозорил свою честь туна, ты можешь наказать меня, я в твоей власти.

Кривич хотел сказать, что вначале тот должен стать свободным, но его опередила Валентария,- Надо же, иногда ты можешь правильно думать, потомок бароха! Твое место на помойке, а здесь керсий не должен говорить, пока ему не разрешат. Но ты верно сказал – ты опозорился, раз не смог наказать убийцу своего хозяина. Торк! Сюда! Для тебя есть дело. Убей эту девку, а потом этого керсия, недостойного родиться туном.

Как утром раздвигают шторы на окне, чтобы в комнате появился солнечный свет, так местный терминатор, которого хозяйка назвала Тороком, между делом раздвинул охранниц и подошел к хозяйке. Цвет одежды этого монстра, на две головы выше и на добрых полметра шире любого из охраны дворца, совпадал с цветом погибшего, только полоса выделялась вишневым цветом. Несмотря на габариты, вышибала двигался легко и непринужденно, не замечая своего веса.

Громила подошел к хозяйке и громыхнул кулаком в грудь, сообщая о своем появлении. А та просто указала пальчиком на девушку, - Убей её! И Торок также равнодушно двинулся к цели.

Не думая о последствиях, Семен рывком подскочил к хозяйке, даже покалеченная нога не подвела и обнял шею светлой тары локтем, - Если твой ублюдок дотронется до девушки – я оторву тебе голову.

Хозяйка Торока попытался напрячь шею, но хватка Семена была каменной. Тогда она негромко прохрипела, - Торок! Не трогай её. Пока не трогай.

И когда Семен отошел, она повернулась к Курашим, с интересом смотрящей за этим спектаклем, - Дом Элазии уже не тот, Несравненная Курашим. Здесь могут безнаказанно убить светлого тарка, оскорбить его мать и не дать свершиться правосудию.

И здесь появился довольный Толян, - Интересно, о каком правосудии говорит Валентария? Вначале её светлый тарк попытался вдвоем со своим керсием изнасиловать тунну, а когда та дала отпор и, случайно, убила воина, кем должен был быть светлый тарк, светлая тара попыталась натравить на беззащитную иномирку своего убийцу. Не удивлюсь, если его создали с помощью магии.

Курашим улыбнулась краешками губ, - Если бы в нем была магия – его бы не пропустила моя охрана. В таком случае полагается поединок, ибо только Небо может помочь в решении столь запутанного дела. Придется отвлекать Сиятельного Тана. Светлая тара Валентария, та готова отнять время Тана Элазии? Только он может решить, кем является иномирка: беззащитной тунной или убийцей воина.

Не колеблясь ни секунды, женщина громко произнесла «Готова!». Довольная Курашим прижала руки к груди и резко развела.

***

Игорь почувствовал себя боксером после пятнадцатого раунда: в глазах замелькали пятна, желудок превратился в кусок льда, содержимое оттуда со страшной силой рвалось наружу, а когда «лифт» резко остановился – его повело куда-то в сторону, он с большим трудом смог устоять и даже попытался оглядеться.

Видимо, начались глюки, потому что оказался на берегу реки, откуда они так неожиданно переместились на другую планету, только на сотню метров ниже, судя по видневшемуся затону на краю пейзажа. А так всё совпадало: широкая река с густым лесом на том берегу, песочный пляж до края затона, из-за которого они остановились там, где остановились – Толян сказал, что в затон любят приезжать искупаться из города.

Игорь даже закрыл один глаз, но глюк не рассеивался, да еще в горле пересохло. «Неужели я вернулся? Почему один? Как сообщить Славянину, что я вернулся, чтобы он довез до дома. Он же спросит про Толяна? Гребаный уксус, как я ненавижу экспромты, вечно принимаешь неверное решение!» - завертелись мысли, он начал оглядываться. За ним на камне сидели правитель со своей семейкой, их окружал «женский батальон», вдалеке, около машины суетился Фатум. И природа вдали абсолютно не походила на земную: вместо ивы, выросшей на заброшенном поле, вокруг растиралась бескрайняя степь с местным ковылем.

Собин решительно шагнул к Сиятельному Тану, «Суки! В мозгах ковырялись! Решили приколоться! Сейчас поговорим, по-мужски!». Охранницы резко направили на Собина сабли, с концов в землю стали спрыгивать искорки.

Игорь остановился, сердцебиение стало замедляться. Он уставился на ближайшую охранницу, - Мне нужно поговорить со старшей, позови её!

Женщина не пошевелилась. Собин махнул за спину, - Сейчас сюда подъедет та повозка с подарками для Сиятельного Тана и мой помощник будет выкладывать. Нужно показать место для выкладки.

Охранница с такой же полоской на костюме, как и у него, материализовалась перед охраной и хлопнула себя левой рукой по правой груди, правую при этом опустив на эфес сабли. Грудь в мундире сразу аппетитно заколыхалась. Старшая лениво посмотрела на Собина и приподняла руку. Собин повернулся в указанном направлении. Круг земли, на котором стояла скала и охрана, пожелтел, дальше появилась двухметровая полоса красной земли, а потом метров десять серой заполнили близлежащее пространство.

Собин замахал руками. Фатум практически сразу понял и уселся в машину, тачка потихоньку стала приближаться. Игорь сделал несколько шагов навстречу, внимательно оглядывая поляну, пока не нашел место будущей стоянки.

Пока ждал Фатума, начал пялиться на охрану, тем более, что они этого заслуживали: подтянутые, с милыми, пусть и зелеными лицами и крупной грудью.

Игорь даже улыбнулся, - Плевать на боссов! Что хотят, то пусть и делают. Подарю подарки и свалю отсюда по-быстрому. Значит, план намечаем такой: переброска на Землю в обмен на прекращение агрессии против местной власти и…

И тут приехал Фатум, быстро вытащил водный велосипед, который Собин с Кривичем решили презентовать в качестве подарка. Затем на траве появился журнальный столик местного производства, на котором возникла пара изящных резных коробок с местным алкоголем, но по земной технологии.

После этого Фатум переместился за повозку, где сразу занялся приготовлением шашлыка. Приготовленные салаты и остальная закусь к алкоголю пока оставались храниться в магосумке-холодильнике в багажнике транспортного средства.

Собин расправил одежду, выдохнул и практически строевым шагом вернулся к охране, где старшая от безделья пинала камешки. Игорь громко произнес «Подарки Сиятельному Тану от иноземцев!».

Возникла заминка. Потом семья правителей неторопливо полетела прямо на тронах к месту вручения. Судя по упавшим челюстям охраны, такое они видели впервые. А Сиятельный Тан в одну секунду оказался без своего золотого костюма, что вызвало настоящий ступор его «батальона смерти».

Надо отдать должное охране – среагировали они почти мгновенно. Не успела семья правителя трансформировать свои троны в удобную мебель, как кольцо охранниц образовало новый круг, в который вошли автомобиль и место отдыха.

Стараясь не пялиться, а лишь искоса бросая взгляды на Тана, Игорь перебирал и выравнивал коробки. Правитель Элазии оказался крепким мужиком за тридцать, в простом холщевом костюме, таком же, как и жена с сыном, и золотым поясом, на котором висели золотые ножны. Суд по ним, тесак был размером с локоть. У жены ножны были в половину уже и короче, а у сына размером с кухонный хлеборез.

Но что поразило Собина, так это глаза. Светящиеся фиолетовым глаза на зеленом лице вызывали магнетическое желание застыть и смотреть в них бесконечно. У жены глаза были серые, такие Собин, несколько раз замечал в столице. А у младшего Тана фиолетовый оттенок в глазах появлялся, когда пацан вертел головой.

- Не зря они в скафандрах ходят! – мелькнула странная мысль. Чтобы не думать опасные мысли, Игорь поднял велосипед и с поклоном протянул.

- Подарок сыну Сиятельного Тана. Как известно, магии у нас нет, поэтому этот подарок просто механизм. Если его опустить в воду и крутить педали… - пришлось крутануть одну, - то можно перемещаться по водной глади, куда хочешь, когда захочешь и двигаться, пока не надоест. Прошу!

Пацан совсем не царственно спрыгнул, схватил средство передвижения, посмотрел на отца и побежал к реке. Мать с тревогой наблюдала за неуклюжими движениями.

Подождав, пока парень начнет уверенно мотать круги вдоль берега, Собин взял шкатулку и не смог не усмехнуться: шкатулкой занималась женская часть и она буквально передралась, защищая свои предложения.

Вначале не могли выбрать дерево, потом тему для вырезания. Все вместе отвергли предложение резчика о нанесении рун на стенки, но потом началось. Одни хотели умывающихся котиков, самых рассудительных устраивал растительный орнамент, но учительнице удалось уговорить девочек на гербы провинций. Она же смогла настоять, чтобы не применялись всякие блестящие камешки. Самое интересное, что герцог полностью её поддержал, типа, делают не для купчих, всё должно быть строго и достойно. Зато внутри шкатулки молодняк оторвался. Когда выяснилось, что ни одно из имеющихся зеркал не подходит, а местные не знают, как их делать (проще создать магического двойника, повторяющего твои движения), Натали предложила создать отдельное мини-трюмо, но маг герцога поворчал-поворчал, но смог растянуть зеркало на всю крышку.

Собин открыл крышку, подмигнул своему отражению и пододвинул шкатулку к жене Тана, - Это подарок от наших девушек. Здесь есть лист с пояснением, - он ткнул пальцем в отделение, - Что будет непонятно – можно прочитать. Или узнать у наших тунн.

Жена правителя ждала кивка Тана, как на иголках. После попыталась медленно, с достоинством, подойти к столику и взять шкатулку в руки. Ахнула, увидев, внутреннюю поверхность, выкрашенную в розовый цвет и кивком поблагодарив Собина, быстро вернулась на свое кресло. Сразу же рядом возникли служанки и стали помогать изучать содержимое.

- Надеюсь, Сиятельный Тан не обиделся, что его подарок будет показан в последнюю очередь? У нас считают, что только мужчина может спокойно ждать подарок любое время. Женщины и дети на это не способны.

Сиятельный Тан милостиво согласился.

- А это подарок, на наш взгляд, достойный настоящего правителя, - Собин открыл здоровую коробку из простого темного дерева и откинул крышку, обитую темным же бархатом, - Оружие, стреляющее на сотню шагов.

Он достал пистолет, обойму, упаковку патронов. Медленно снарядил обойму и показал Тану, - Сюда помещается девятнадцать выстрелов, - Вставил обойму в пистолет и всё, оружие готово для стрельбы. Фатум!

Дежурный водитель отбежал на оговоренные сорок шагов и воткнул мишень. Охранницы, внимательно наблюдающие за происходящим, не дернулись, когда парнишка высыпал из спрятанного мешочка песок и за мишенью вырос песчаный холм.

- Ваша милость! Сиятельный Тан! Чтобы выстрелить, нужно вытянуть руку и прицелиться. А затем медленно нажать на курок.

От громкого выстрела вздрогнули все, кроме Игоря и Фатума. Собин положил «Глок» на столик и указал на мишень, - А теперь можно проверить, куда я попал.

Тан кивнул охраннице, та пулей сбегала за мишенью и с поклоном подала тонкую деревяшку с нарисованными кругами. Правитель недоуменно посмотрел на Собина. Игорь посмотрел сквозь мишень на солнце, - А вот и дырка! Неплохой выстрел…

Девушка отнесла мишень на место, Собин показал стойку и Сиятельный Тан начал стрелять. Выстрелил несколько раз, но уверенно и было видно, что мишень в центре изрешечена. Тан положил пистолет на стол и щелкнул пальцем: мишень вначале покрылась льдом, а потом сгорела в гудящем пламени.

- Игрушка для сына, - произнес Тан.

Игорь пожал плечами и вынул из коробки пару снаряженных обойм, - Эти сделали местные маги, вот здесь черный мазок, чтобы не спутать. Так как патронов с Земли мало – пришлось подключать местные кадры. Когда мы стреляли магическими – вроде бы никаких изменений, но потом сами проверите. Вот, вроде бы и всё.

- А что такое скафандр? – равнодушно спросил правитель.

У Собина выпала челюсть. Мысленно, потому что он стиснул зубы, чтобы еще что-нибудь не ляпнуть. Наконец, он смог соображать.

- Скафандр – это такой костюм, в котором человек… э-э… и человек и эрк может находиться во враждебной среде: например, под водой или в высоко в небе.. Лучше обмоем подарки. Это у землян такой обычай: после вручения подарка выпить, чтобы подарок понравился и им долго пользовались.

Фатум движением фокусника поместил на столик три бутылки и фужеры с коричневым узором. Неожиданно жена правителя оживилась и переместилась к столику. Взяла в руки фужер и внимательно начала рассматривать.

- Это же «Эпоха третьего Тана», - с удивлением в голосе произнесла она, - Откуда?

- Мы предложили геномам не только брать на сохранение деньги эрков, но и давать взаймы под небольшом процент за предоставленный залог. Этот залог не смогли выкупить обратно, видимо, беженцы принесли. К сожалению, именно эти бокалы я не смогу подарить Сиятельному Тану, поскольку ими пользовались мы, недостойные. Но если будет ваше желание прислать посланника, дабы он смог отобрать залог, достойный Сиятельного Тана, мы будем рады оказать такую услугу…

От своих слов Игорь ошалел, ведь до этого его рот ничего подобного не изрекал. Неожиданно заговорил Тан, - Мы прервемся, сейчас здесь появится весь Дом Элазии, но твои подарки понравились, мы это запомним.

Смазанное движение и Сиятельный Тан снова на троне и опять в скафандре, как и вся семейка и скала закрыта защитным пологом, Собин с бутылкой в руке и только охранница вылавливает качающийся велосипед из воды. Еще две схватили и потащили столик. Игорь только успел схватить со стола пистолет и бутылки. Затем и Фатум забрал подарочный алкоголь и поехал куда-то в сторону под руководству еще одной охранницы. Собин хмыкнул «Вот и здесь в доме Облонских всё смешалось».

Из появившейся толпы вышла Курашим, встала на дорожку, перевезшую её через полог, а потом почтительно склонившая голову перед Таном и что-то ему говорящая. Собин же искал в толпе своих. И нашел. Его люди сейчас были похожи на стадо туров в какой-то книге: внутри женская половина, прикрытая мужской цепью, с подозрением смотрящей во все стороны. Толян заметил Собина и махнул ему рукой.

- И что мне с тобой делать, светлый тар Мезиликии? – прогремел вопрос Тана?

Собин повернулся на звук и пожал плечами, - Не знаю. А что произошло?

Рядом с семейкой правителя стояла Курашим и с интересом смотрела на Игоря.

- Твои люди убили светлого тарка Валентария, Как у вас отвечают за убийство?

- У нас специальные люди осматривают место смерти, опрашивают свидетелей, собирают предметы, которые могут помочь в опознании убийства, а потом определяют вину овиняемого.

- А если ничего такого нет?

- Тогда на нет и суда нет.

- А у нас Сиятельный Тан проводит Поединок Неба, который и решит, что виноват.

Собин пожал плечами, - Говорят, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, пусть будет Поединок Неба. Только, Сиятельный Тан, разреши мне поговорить со своими людьми – узнать, в чем их обвиняют.

- Тебе недостаточно слова Сиятельного Тана?

- Достаточно. Только если за поединком будет следить небо, мне надо знать, в чем дело. Тогда моя уверенность в невиновности будет крепче и тем громче это услышат небеса.

- Тебе масла не надо, чтобы мясо пожарить, - хмыкнул Тан.

- Не мы такие – жизнь такая, ответил Собин.

- Хорошо, даю тебе пять минут.

Собин призывно замахал своим. Те заторопились навстречу. Игорь заметил, что держит в руке подарок Тану и засунул пистолет под китель.

Первой прибежала Принцесса, - А у нас там такое! Местные уроды хотели изнасиловать Наташу, она с мамой Женечку в туалет водили. А потом Женечка их убила! А потом мамаша того урода оказалась светлой тарой и хотела натравить на наших своего Терминатора! А потом Анатолий Алексеевич решил поговорить со Сиятельным Таном и… и всё!

Пока Собин пытался понять сказанное, подошел Кривич и в двух словах пояснил. Игорь повернулся к Семену, - Этого терминатора трудно убить?

Семен замялся, его выручила Светлана Игоревна.

- Трудно, Игорь. Но и у него есть ахиллесова пята. По крайней мере, я так думаю. Раз он не совсем человек, значит, обмен веществ у него настроен по максимуму, ведь иначе нет смысла городить огород. А в этом случае, нужно настойчиво бить по печени. К сожалению, это всё, что я смогла придумать.

- У местных печень смещена к пупку на ладонь, - вступила в разговор Гуля. И да, на девяносто моих процентов он мутант.

Тут и Семен оживился.

- Если он мутант и с обменов веществ у него может быть проблема – надо гонять его по рингу, пока не сдохнет, а потом уж добивать.

Собин задумчиво кивнул и шагнул к подошедшему герцогу, - Ваша милость, расскажите правила поединка, а то, не дай Бог, мы еще и их нарушим – заставят пересражаться, а на второй поединок меня точно не хватит.

- Так как за Поединком смотрит Небо – нельзя применять магию, Небо подарило магию не для того, чтобы использовать её на поединках чести. Затем оба поединщика выбирают оружие из Хранилища этого Дома, по два вида. Ну и бой ведется до смерти одного из бойцов, без каких-либо ограничений. Вот и всё!

- Простые, это хорошо. И что ограничений нет – тоже хорошо, наверно. Ладно, давайте выбирать оружие, - и после этого Игорь провалился в какой-то транс. Он видел и слышал, как вся компания выбирала ему оружие, но как-то отстранено, будто фильм во время ужина. Так что он просто кивал, когда его о чем-то спрашивали.

Наконец, «консультанты» выбрали ему саблю и перевязь с шестью метательными ножами. Собин даже головой помотал, чтобы прийти в себя. Но не пришел, лишь для вида улыбнулся и сказал «Мы русские, с нами Бог» и пошел к пружинищей сфере, ограничивающей площадку.

Когда Горян прошел сквозь сферу, его стало видно слабее, из-за матовости сферы. Кривич сжал кулаки и только прошептал «Я Бог, со мной русские. Порви этого франкенштейна, Игорек!».

С противоположной стороны в сферу вошел местный Терминатор с секирой и копьем.

- Действительно, такого просто не убить. Да и вообще не убить, - подумалось Собину.

Он приветственно взмахнул саблей и шагнул навстречу. Неожиданно увидел на земле яркое пятно и наклонился, чтобы рассмотреть.

И в этот миг волосы на голове и спине разметало вихрем. Игорь удивленно поднял голову – злой Терминатор бежал к нему. Игорь огляделся – копье воткнулось в стенку сферы и медленно растворялось в воздухе.

И вдруг коматоз пропал. Он услышал крики поддерживающих его девчонок, злое рычание Терминатора и ушел влево. Когда секира коснулась его груди, в ответ ткнул саблей в опорное бедро, отклонился и побежал по кругу. Отбежав на достаточное, как ему показалось, расстояние Собин оглянулся: Терминатор догонял его и попутно успевал махать своей секирой, а на груди Игоря краснела алая полоса – след секиры. После очередного замаха Собин почти прижался к сфере, а Терминатор на это не решился и просто махнул своим оружием наискосок. Как и в прошлый раз, на груди появилась новая царапина.

Собин попытался воткнуть во врага саблю, но смог вогнать лезвие лишь на толщину ладони. Игорь развернулся и побежал, перебросив саблю в левую руку, а правой стал доставать метательные ножи. Когда нащупал парочку, то снова встал и развернулся – эта гребанная детина была уже в трех метрах.

Собин резко кинул нож, затем сразу второй и перехватил в правую руку саблю. Ножи ошеломили Терминатора. По крайней мере, тот остановился и протирал одной рукой глаза. Игорь процарапал саблей крест на груди и отбежал. Следовало что-то придумать, иначе ему оставалось бегать несколько минут – дыхалку он так и не тренировал, увиливая от ежедневных пробежек с молодежью.

- Что там советовали? Загонять его, пока не упадет? Типа, он генно-модифицированный, и печень сразу накроется. Да он меня быстрее в гроб загонит! Что еще? Просто печень ему вырезать? Хорошая идея, только как? Блин, как же я забыл!

Собин левой рукой нащупал ствол и злобно улыбнулся. От это гримасы Терминатор неожиданно остановился, перехватил секиру и начал нюхать воздух. Игорь перебросил саблю в левую руку, изобразил корявую восьмерку и вынул пистолет.

- Сколько же патронов осталось? Тан, вроде бы, выпустил не больше семи-восьми…

Слава Богу, Семен смог научить его снимать с предохранителя одной рукой. Для устойчивости он опустился на колено и начал стрелять. Поняв, что происходит что-то незапланированное, Терминатор рванул к Игорю.

За пару метров, которые он бежал к Собину, тот выпустил всю обойму, отбросил пистолет и откатился. И вот тут до его противника дошло. Он остановился и стал рассматривать кровь, стекающую из многочисленных ран, даже слизнул её с пальца, которым попытался заткнуть пулевое отверстие.

Игорь не стал дожидаться, пока Терминатор сделает свой анализ и решит, что делать дальше. Он кинул в область ран на груди оставшиеся ножи, под которые вражина подставил бревно руки и забежал за его спину. И пока монстр своими «граблями» выковыривал метальные ножи, стал резать сухожилия у колен. Естественно, местный не был идиотом и развернулся. И даже попытался взмахнуть секирой. К сожалению, уже подрезанная нога подвела и он опустился на колено.

Собин стал пилить сухожилия на второй ноге. Терминатор с ревом обернулся, центр тяжести сместился и он грохнулся на землю. Рев перешел в жалобный скулеж.

Игорь схватился покрепче и на выдохе опустил саблю на шею здоровяка. То ли шея у него была слабым местом, то ли действительно модификация высосала из него все силы, но Терминатор расстался с головой после первого же удара.

Собин успокаивающе помахал своей команде и навалился на саблю, уперев её в землю. Последнее, что он запомнил, что к нему резко приблизилась земля.

Глава 22

Глава 22. Едут новоселы по земле целинной

И снова к нему приближалась земля, только теперь сабля разрезала травяной покров и Собин проваливался глубже и глубже. А когда дышать становилось нечем, ему удавалось «всплыть» на поверхность и вздохнуть воздуха полной грудью.

А потом, в очередной раз, на пути к долгожданному воздуху оказался здоровый валун, который пришлось обкапывать сбоку. И когда рука Игоря высунулась, он смог только подтянуться на руке и держаться за землю из последних сил.

А потом Собин проснулся. Весь мокрый от пота, он лежал на кровати в какой-то комнате со светло-зелеными стенами и по-советски белым потолком.

Рядом на стуле калачиком свернулась Гуля. Девушка, судя по снадобьям на соседнем столике, ухаживала за ним и «вырубилась». Прежде чем будить любимую, Собин внимательно оглядел комнату. И не зря. Над столиком к стене прикрепили листок из тетради с надписью, сделанную красивым женским почерком «Собин! Когда проснешься – не буди Гулю! Посмотри на желтый квадрат и я приду и всё объясню».

Недолго подумав, Игорь уставился на желтый квадратик в правом нижнем углу листка. Даже успел подумать «прямо местный КуАр-код» и в комнату вошла Коронина, посмотрела на Гулю, укоризненно на Собина, положила девушку на кровать и напоила его.

Когда Игорь попытался встать, слегка ударила его по лбу и позволила только сесть и опереться на спинку. Как оказалось, сделала правильно: у Собина закружилась голова и за ломило тело.

Собин стал делать дыхательную гимнастику, на которую его когда-то подсадила коллега, поклонница восточной медицины. Как называлась методика, Игорь не запомнил, но мозги она прочищала быстро. Он потрогал щетину – «три дня, не меньше» и посмотрел на ждущую Наташу.

- Что-то срочное-важное есть? – шепотом спросил он.

Та помотала головой.

- Толяна можно позвать?

Девушка снова замотала и кивнула на Гулю, - Она три дня от тебя не отходила, чуть сама на тот свет не ушла… Теперь так: раз, выздоровел – лечи её. А с Кривичем завтра встретишься, после завтрака. Если твоя жена согласится.

И ушла с возмущенным выражением лица. Собин хмыкнул «Жена… Вот женили меня без меня. Да и ладно, лучше её не найти в обоих мирах. Блинский жрун, это же свадьбу надо будет организовывать… И ладно. Как сказал директор, когда удалось отбиться от штрафа – испытаний, с которыми нельзя справиться - Вселенная не посылает».

С этой мыслью он лег сбоку от Гули, поправил волосы и поцеловал в висок. Следующий поцелуй был в щеку, а там девушка повернула к нему лицо и третий оказался настоящим, в губы. Затем восстановление измученного женского организма перешло в более активную фазу. И хотя иногда Собина начинало ломать в той или иной части тела, он старался не обращать на это внимания.

***

После легкого завтрака, состоящего из каши и литровой кружки с горьким настоем, Гуля поцеловала Игоря, пообещала «обед здорового человека, если она убедится, что ему лучше», пододвинула горшок с медом и ушла.

Сразу же вошел Толян, вытащил из куртки и поставил на стол бутылку и направился шурудить по ящикам. Добычей оказался глиняный стакан и жареное мясо с хлебом. Нарезав закуску и налив в стакан водку, отсалютовал Собину «Ну, за здоровье!» и замахнул. Подождав, пока Толян занюхает мясом и съест кусок, Игорь спросил

- И что было, когда я отрубился?

- А потом началось самое интересное: политика. Хозяйка это франкенштейна пыталась доказать, что победил ты нечестно, на что Сиятельный Тан заявил, что в Поединке Неба нечестно победить невозможно, а если она против, то еретичка и ведьма. Баба, естественно, пошла в отказ, но от своего мнения не отказалась и ушла. А потом, уже во дворце, мы Кента отправили к Курашим, не знаю, кто на кого сильнее запал, он на неё или наоборот, но когда они вместе, то сияние, как от сварки. Вернувшись, Кент рассказал, что Тан доволен поединком, хотя на людях будет показывать обратное. Поэтому, когда тебя пригласят, ты не реагируй на его наезды…

- Ладно, не буду!

- Ты, торопыга, как обычно, не дослушал. Ты не реагируй, хотя тебя заставят отъехать в твое баронство, или как оно тут называется. Дадут тебе неделю…

- Только мне или всем нам?

- Только тебе, потому что у меня дел громадье: надо казино достроить. Кстати, как оно тебе? Это у нас будет гостевая спальня. Прикинь, во дворце уже начали вопрошать, когда их пригласят на открытие. Сам понимаешь, с этим задерживаться нельзя. А еще я успел пообщаться с нашим приятелем, любящем гулять по столице ночью. Его чрезвычайно обрадовала возможность ознакомиться с интерьером одного замка. Ведь он, как и я, считает, что тебе положена компенсация от проигравшей стороны.

- Как мое здоровье?

- И маги, и Гуля считают, что уже ничего страшного. Конечно, когда тебя привезли и стали разворачивать – твоя подруга впала в истерику. Еще бы, на тебе живого места не было, сплошь всё тело опухшее и синее. Ну, девушка и сорвалась с резьбы: перевела своих магов на казарменное положение до тех пор, пока тебя не вылечат. Естественно, те подстраховались, сказали, что нужны очень редкие снадобья. Короче, ты поставил рекорд: твое лечение обошлось в пятнадцать дюжин золотом. Я, конечно, пытался объяснить твоей лекарке, что если ты будешь выздоравливать вдвое дольше, это мелочи с возможностью снизить затраты до шести-семи дюжин, но за эти слова меня попытались зарезать. Пришлось соглашаться.

- Кто со мной поедет?

- До фига народу! Твои кабареки, само собой, четыре сотни из беженцев. «сарафанное радио» сработало и, по моим ощущениям, вынужденные переселенцы со всей столицы ломанулись записываться в наши ряды. А еще пацанье без счета, местные, как ни странно.

Обо всем об этом мы еще поговорим вечером, на совещании, а пока я так скажу: Горян, знал бы, как я рад, что ты живой! Я думал, у меня сердце лопнет, когда тебя секирой резать начали. И еще, свою жизнь ты должен Гуле, мне маг потом, по секрету сказал, что не надеялся на твое выздоровление.

- Прямо, как в стихах «Ожиданием своим ты спасла меня»… Ладно, начнем готовиться к визиту во дворец, начальство ждать не любит.

***

В качестве такси приехала Курашим на повозке охраны. Тачка оказалась ни разу не парадной: обивка в цвет формы зелено-синяя, потертая, дверцы заклинены копьями, окна занавешены плотными шторами, черными с наружи и опять же зелено-синие внутри.

Причем и окна, и стенки почти сплошь завешаны амулетами, скорее всего боевыми и вышивкой. Цветочки и какие-то растительные орнаменты. Похоже, подчиненные царской сестрицы в свободное время развлекались. А главным отличием от «парадной колесницы» было отсутствием стены между кабиной водителя и пассажирским салоном.

В кабине за водителя была сама Несравненная Курашим, а вредителем, мешавшим ей спокойно вести транспорт – Кент. Гуля уже стала шутить про любовь принцессы и свинопаса, но утверждала, что у парня всё серьезно, несмотря на разницу в возрасте и прежнюю постоянную влюбленность Кента.

Игорь придерживался мнения, что сексуальная озабоченность парня наложилась на постельное умение женщины и добавилась экзотичностью партнерши, добавившей очков к авторитету парня, но упорно держал мнение при себе. Типа, кто из нас не хотел переспать со знойной мулаткой. Тем более, вдруг в самом это любовь? Вот и сейчас Кент не терял зря время, а делал подруге массаж всего тела, куда смог дотянуться руками.

Подумав про парочку, Собин вернулся к более прозаическим воспоминаниям, а именно разговору с Толяном. Поддав, друг расслабился и начал ныть.

- Уезжаете, а меня здесь одного бросить хотите! А ведь сожрут меня местные, целиком сожрут! И что тогда делать будешь, Игорь Вадимович, светлый тар Мезиликии? А я скажу – а потом и тебя сожрут! Хотя нет, тебе нож воткнут, отравленный. Подойдут сзади и воткнут.

- Хорошо, что ты предлагаешь?

- Я? Ничего! Просто накипело, а поговорить не с кем. Даже выпить не с кем!

И хитро посмотрел на Собина. Тот оценил себя внутренним взором и кивнул.

- Наливай! Одну осилю, с хорошим человеком. Но взамен ты сидишь в столице здесь, пока казино не запустишь.

- Ну, за шантаж! Пойми и ты меня, Горян! Эту деньговыжималку мы откроем через пару дней – все готово, завтра-послезавтра тестовый запуск охранниц Курашим и ночных хозяев Эластоуна. Причем и те, и эти пообещали вести себя хорошо, а иначе внесем в «черный список». А потом уже официальное открытие, с прибытием Сиятельного Тана. Несравненная Курашим уже зуб дала, что тот придет со всем семейством. Потом закрепление долей партнеров, создание Наблюдательного совета с инквизиторскими полномочиями, затем операция «Зорро» и я догоняю ваш караван со всем честно награбленным. Как тебе такой план?

- А не слишком оптимистично?

- Нормально. Нас в любую минуту уничтожить могут добрые люди, те, что поединок подстроили, либо нас «по заданию правительства» пошлют туда, откуда дорога только в Поля вечной Охоты. Так что только хэви-металл, только долгосрочное планирование. Только тогда небеса смогут нам помочь.

- Интересный подход. По-твоему, нам остается только верить в помощь небес?

- Ага. И в наши силы, особенно в наше отличие от местных. Они же верят в свою магию, как в манну небесную, а мы в законы природы и логику. Прикол в том, что нас сейчас Тан использует против своих противников, а потом может противников на нас натравить, если ему покажется, что мы ведем свою игру, не совпадающую с его игрой. У них тут своя песочница, они между собой по-любому договорятся. Поэтому я и хочу побыстрее слинять из столицы, в нашем баронстве или графстве нас достать будет труднее.

- Переводя на язык экономики: в настоящий момент нашему ООО угрожает банкротство после рейдерской атаки. Для уменьшения этих рисков нужно перерегистрировать ООО на территории, где у нас будет административный ресурс. И попутно законодательный орган должен принять постановление, гарантирующее невозможность рейдерского наезда…

Повозка остановилась. Копья сами расклинили дверцы, так же как и заклинились после посадки Собина. То ли в повозке автомат на двери установили, то ли сестра Тана проконтролировала, но Игорь понял, что пора выходить.

Приехавшая повозка стояла в подвальном помещении, судя по отсутствию окон и искусственному голубоватом освещении. Кент обнял Курашим, второй рукой махнул Собину и повел девушку в какую-то кабинку.

Игорь даже сплюнул мысленно «И как это понимать?». И чуть не сплюнул на самом деле, когда в ответ мысленно услышал от Курашим «Икеша хотел сказать, что эту приезжую сделали по его советам, чтобы она походила на земную, дабы слуги имели пример вашей архитектуры». А «Икеша» произнесла с японским акцентом «Икес-са».

Собин обиделся, - Развелось, блин клинтон, читателей мыслей, плюнуть некуда. Как дальше жить!

И тут Курашим расхохоталась по-настоящему. Они с Кентом уже вошли в кабинку и махали Игорю, чтобы тот поторопился. Собин поправил коробку с очередным подарком Тану, прижатый к боку и заторопился, раз его так настойчиво звали.

«Лифт» из кабинки начал движение незаметно, не как в прошлый раз, с Таном. После остановки Курашим шагнула за спину Собина, а Кент прямо в стену, чем привел Игоря в ступор. И когда тот развернулся, перед ним матово заблестела очередная пленка. Игорь привычно задержал выдох и шагнул.

И замер с поднятой ногой. По крайней мере, половина его туловища находилась на поляну перед лесом и всё вместе походило на сказочный ботанический сад. Сказочный потому, что перед ним полукругом стояли пятеро минотавров с секирами в руках, за которыми нетерпеливо пританцовывала принцесса.

Со словами «как же я не люблю сюрпризы» Собин полностью вышел из «лифта» и стал, рассматривая минотавров. Полузвери или же получеловеки имели рост два с половиной метра и размах плеч за шестидесятый размер, на которых были наброшены леопардовые шкуры, перетянутые по поясу ремнем дворцовой стражи. А когда Собин решился сделать шаг, их глаза загорелись зелеными огоньками.

Курашим успокаивающе махнула и Игорь, мысленно пожав плечами, типа «а куда деваться?» пошел навстречу очередной охране. Зеленые глаза вспыхнули ярче, с груди Собина слетела на пол и вспучилась голограмма с его изображением и золотым иероглифом Тана.

Минотавры опустили свои секиры и Собин уже более уверенно прошел мимо. А там его за руку схватила Курашим и потащила в лес. Игорь так разогнался, что пропустил момент, когда принцесса отпустила его руку и пропала, а он сам вошел в лесной полумрак, наклонился под торчащими ветками и неожиданно оказался в яркой комнате.

Сладко пахло чем-то ягодным. Собин огляделся. В центре комнаты стоял длинный стол, плотно заставленный закусками и бутылками с земными этикетками. На краю виднелась колба, похожая на литровый стеклянный чайник, заполненная зеленой жидкостью, из которой валил густой зеленый же дым. За столом на диване развалился Сиятельный Тан, если бы Собин не знал о способности местных нейтрализовать алкоголь, то подумал бы, что Тан пьяный в зюзю. По крайней мере, лицо у него было счастливым. Тан махнул Игорю.

Пока садился, подумал «Как-то уж очень по-домашнему одет Тан. Рубашка льняная, может, и дорогая, но такую носят и простые горожане. Единственной отличие; по вороту и рукавам золотом вышиты обережные руны. Но тут, хочешь или не хочешь, но без рун никак. Вот и думай, почему. То ли в ближний круг ввести хочет по по-домашнему встречаться, то ли наоборот, уже неважно, как я его увидел, всеравно никому не смогу рассказать».

Но на стул Собин сел не подавая виду, что волнуется, даже спокойно запихнул за спину коробку. Стул с высокой набивкой, сантиметров пять, не меньше, опустившийся зад даже подумал, что все восемь. «Прямо, как у настоящего начальника: спокойно на таком стуле не сможешь сидеть» и вопросительно посмотрел на Тана. А тот широким жестом провел над столом, - Угощайся!

Игорь с подозрением посмотрел на Тана, но начал рассматривать бутылки, «Вино… французское. Коньяк… тоже. Закусь… Надо же ананасы… и оливки! Или это что-то местное. Кстати, будем рассуждать логически. Раз «поляна» с Земли, значит, были люди с Земли. И кто у нас может быть с родной планеты? Не будем пока прикидывать, для чего они всё это принесли, чтобы не портить аппетит, а вот узнать, что еще принесли, это нужно».

- А кофием, случайно, не угощали? Это такие черные зерна…

- Угощали, даже раба подарили, умелого в его приготовлении. Ной! Кофе на двоих! А для чего этот напиток?

- Он бодрит, придает уму ясность и телу живость. У меня такое чувство, что намечается серьезный разговор и его нужно говорить на ясную голову.

- И снова ты прав, светлый тар Мезиликии…

- Тогда, пока не принесли кофе, я коньячок продегустирую. «Коньячок под шашлычок вкусный очень» есть у нас такая песня. Шашлыком я угощал, а коньяк веселит душу только нам, иномирцам. Уж не знаю, к счастью или сожалению. Кстати, у того народа, чей представитель принес эти дары, есть правило: коньяк пьют с кофе и сигарой, это высушенные свернутые листья. Их поджигают и втягивают дым, что-то вроде той конструкции, что стоит на столе. Хотя ваш дым предпочтительнее курить из кальяна…

За разговором Игорь плеснул в серебряный стаканчик коньяка и подцепил кружок ананаса, изобразил чоканье и опрокинул стаканчик. Ананас, оказывается, отличная закуска для коньяка, не хуже дольки яблока. Тем более, что коньяк был благородным: с четко выраженным шоколадным вкусом и послевкусием экзотических фруктов.

А там уже зеленоватый мужичок за сорок в черном спортивном костюме и с золотым ошейником внес поднос с дымящейся туркой и двумя миниатюрными чашками. Дождавшись, когда Ной разольет кофе и разложит кусочки сахара, Тан отпустил его движением руки и сделал глоток.

Покатал по рту и потушил свою дымогонку. Плеснул в свой стаканчик из бутылки, выпил и съел кусок ананаса, снова глотнул кофейку. Довольно кивнул, - Как сказал тун Анатолий «в этом что-то есть».

Собин тоже взял чашку кофе. Такой крепкий он пил первый раз в жизни. Сразу стало чаще биться сердце. Он сделал еще маленький глоток и предложил, - Сиятельный Тан, а давайте я попробую угадать тему разговора?

Тан откинулся на спинку и кивнул, допивая кофе. Игорь поставил пустую чашку на стол и принялся вертеть чайную ложечку, это всегда помогало собраться с мыслями.

- Всё, что стоит на столе, имеет земное происхождение. Раз это не наше, значит, принесли другие земляне. А другими здесь могут быть только враги. Для чего они могли сделать Сиятельному Тану такой подарок? Чтобы он согласился встретиться с ними и выслушать их предложения. Что они могли предложить, учитывая, что они побеждают в войне? Только, чтобы им передали других землян, которые мешают делать их дела.

И тут Тан расхохотался, совершенно по-детски катаясь от смеха по дивану. Потом взял себя в руки и произнес, - Ты не угадал, светлый тар Мезиликии, сегодняшний гость не просил ваши головы. Он тоже показал синему, и незаметно поставил на стол открытый ноутбук, нажал кнопку и повернул экраном к Собину. Игорь приник к ролику.

А там в поле у города с невысокими стенами грязносерого цвета в линию стояло два десятка БТРов и три десятка пикапов с пулеметами, такие же, какие участвовали в нападении на крепость. Потом пошла съемка с беспилотника. Пулеметы БТРов за секунды разобрали кусок стены, а пулеметчики пикапов меткими очередями расстреляли эрков, привязанных к столбам и прикрытых щитами за километр от автомобилей. Затем пошел показ войсковых подразделений. Земных наемников не показали, но камера выхватывала бесконечные орды степняков и пехотные «коробки» хиронцев.

Когда запись кончилась, Собин плеснул себе коньяка, к счастью, руки не дрожали и также не торопясь, выпил. Только потом поинтересовался, - И что они хотят за то, чтобы это воинство не пришло на землю Элазии?

- Две провинции за два года спокойствия. Одна на севере, её захватили пираты, а вторая Мезиликия.

- Скромненько так: две провинции. Между прочим, про твоих предлагателей у нас есть поговорка «Если эти тары не выигрывают, то меняют правила игры». Надеюсь, Сиятельный Тан учтет эти нюансы. И что будет со мной, как со светлым таром Мезиликии? В отставку отправите или шелковый шнур пришлете?

- Шнур? Зачем?

- У нас в одной империи правитель присылал неугодному чиновнику шнур, чтобы тот сам, с его помощью, прекратил свою жизнь.

Тан засмеялся, - Ты за сегодня второй раз умудрился меня развеселить, так что с меня причитается. А на счет тебя я советовался с геральдиками – они предложили такой выход: ты становишься Сиятельным Таром Мезиликии.

- ?

- По законам Эластоуна я не могу забрать провинцию у Светлого тара, хотя вариант со шнуром мне очень нравится. На севере тар погиб, защищая провинцию от пиратов и теперь там нет светлого тара, поэтому я разрешу им назначить своего тара. А в Мезиликии есть, поэтому я «соглашусь» отделить эту провинцию. И тогда любой желающий сможет напасть на твою Мезиликию.

- Можно я подумаю? А чтобы Сиятельному Тану не пришлось ожидать моего ответа, я предлагаю сыграть в игру, - и достал коробку, - Это шашки, а игра называется «Чапай»…

Собин расставил шашки, рассказал правила и показал, как надо пулять. Разумеется, сделать первый ход предложил Тану. А тот поступил по-хитрому: изображал щелчок пальцем и запускал шашки магией. Правда, в конце игры расслабился и его шашка слетела с доски.

Игорь грустно посмотрел на доску: его две черных против семи белых. Хмыкнул «русские не сдаются» и стал стрелять. К его удивлению, смог победить, хоть на «соплях», с одной шашкой, зависшей на краю. А тут и решение пришло. Он отодвинул доску и спросил «Сиятельный Тан, у нас есть поговорка «При всем богатстве выбора другой альтернативы нет, то есть мне придется согласиться. И я соглашусь. Но есть вопросы».

- Задавай, отвечу откровенно.

- Значит ли, что Мезиликия станет независимым государством или же я буду подчиняться Сиятельному Тану Эластоуна?

- Все правители провинций между собой считаются кузенами. Ты будешь племянником кузена Эластоуна.

- Если так, мы сможем заключить договор о беспошлинной торговле и беспрепятственном пропуске людей между Эластоуном и Мезиликией? Для меня особенно важен последний пункт. Раз войны не избежать, смогу ли я пригласить добровольцев из Эластоуна, а потом, если всё сложится не так, как хочется, смогут ли жители Мезиликии уйти в Эластоун?

Тан не думал долго, похоже, всё было решено заранее.

- Не думаю, что с этим будут проблемы.

- Тогда позвольте «как говорится» откланяться – дел будет очень много.

Тан милостиво наклонил голову. Собин встал, щелкнул ботинками и развернулся, стараясь двигаться неторопливо, так как чего-то его «повело». И ушел.

На его место села жена Тана. В отличии от мужа, одетая в строгое платье с золотыми украшениями. Она пододвинула доску к себе.

- Не угодно ли будет моему супругу сыграть в эту замечательную игру с матерью его сына?

- Угодно. Только шашки поднимать не выше ладони.

- Как будет угодно супругу. Позволено будет сделать первый ход слабой женщине?

- Тебе не позволишь, завтра половина Дома Элазии будет с осуждением смотреть…

Женщина недоуменно посмотрела и все шашки встали на доску, - Зато другая половина сейчас начнет думать про меня всякие гадости, - и изобразила щелчок пальцем.

Белая шашка заскользила вперед и наткнулась на непоколебимую устойчивость черной. Отчего срикошетила обратно и улетела с доски, захватил с собой подругу.

- Ах так! Неной! Кофе!

Тан запустил черную шашку, которая перед рядом белых скакнула в сторону и попыталась выбить крайние белые шашки. Авантюра не удалась и шашка остановилась рядом с крайней. Тан с досадой буркнул, - Не Неной, а Ной, не надо сбивать раба с одного имени, он запутается.

Жена изобразила выдох и черная шашка плавно слетела, - Неной умный раб, он не запутается, - и без малейшего движения какой-либо частью тела белая шашка взлетела на высоту ладони, зависла на доли секунды и рванула, где буквально впрессовалась в черную шашку.

- Мало кофе пила, дорогая! – порадовался Тан, пока подошедший Ной наливал и подавал ему кофе.

Грациозно взяв у слуги свою чашечку и съев какой-то фрукт из чаши, жена Тана дождалась ухода Ноя и негромко спросила. – Обдумывал ли мой любимый супруг такую возможность, что землянин уничтожит нападавших?

Шашка Тана неожиданно резко взлетела, обошла две белых, пытавшихся преградить ей дорогу и выбила пару шашек с краю. А Тан усмехнулся, - Тогда мы сможем играть в шашки почаще, моя дорогая.

***

Собин открыл глаза. В слабом свете плафона стало понятно: он в повозке, а легкое качание добавил: повозка едет. Повернув голову, Игорь увидел заснувшую Принцессу, во сне прижимающую простой глиняный кувшин к столику. Внезапно захотелось пить, Игорь приподнялся. И Принцесса открыла глаза.

- Пить! – девочка нашарила под столом глиняную же кружку и плеснула в неё из кувшина. Собралась поить Собина, тот взял кружку и влил в себя жидкость, было похоже на морс из местных ягод, который наловчилась готовить Гуля.

- А Гуля где?

- Гюльчатай спит, она и так трое суток сидела. Вот, пришлось её заменить.

- Трое суток!!!

- А Вы как думали, дядя Игорь? Как пришли из дворца, только сказали «У меня пренеприятнейшее известие», упали на кровать и захрапели. Вначале все остолбенели, а потом попытались разбудить. Ни у кого из наших не получилось! Тогда Гуля магов позвала, а шаман сам притопал. Сел в угол, скорчил хитрую рожу и давай на магов пялится. А те скачут около кровати, кто-то руками машет, молнии в Вас швыряет, кто-то за амулет держится и заговоры читает. Затем давай спорить, что произошло. Шаману надоело на них смотреть, он встал, плюнул, сказал «не мешайте спать Дашин-темону, он устал» и ушел. Я тоже так подумала, между прочим. Так что я еще немного посижу, пусть Гуля еще поспит, может, выспится.

- Что-то важное происходило за эти три дня?

- Только открытие казино. Какое открытие было! Закачаешься! Наши такое представление отгрохали, местные кипятком ошпарились от восторга. А парни прикололись, записали на шар всё открытие, причем снимали с нескольких точек. У местных челюсти попадали, когда они окончательный вариант увидели. Так что у нас теперь еще один заработок – кино продавать. Заказ уже на двенадцать шаров. Даже Сиятельный Тан приезжал. Его сыну мультики наши понравились, особенно «Ну, погоди». Пришлось и их на шар записать…

- Куда мы едем?

- А куда мы можем ехать? В Ваше поместье или как его правильно называть. …

На разговор вошла заспанная Гуля и радостно прыгнула к Собину на кровать и крепко обняла.

- Очнулся! А меня маги пугали «В лучшем случае седьмица, а может и не очнуться. Умрёт во сне». Хорошо их Шаман отгонял, говорил, что Дашин-темон во сне умереть не может.

Заметив недоуменное выражение Игоря, спросила «А ты что, совсем ничего не помнишь?». И Собин стал вслух вспоминать, - Я вышел от Тана, сказал Курашим, чтобы она передала Кенту, чтобы он сделал копию с ролика на ноуте Тана и пошел к повозке и… И всё!

Гуля взяла протянутую кружку с морсом и начала поить Собина и рассказывать, - Ты приехал один. Сказал, что Кент остался во дворце и что Тан нас подставил. Что ты всё расскажешь, только поспишь полчаса. Лег и уснул. А разбудить мы тебя не смогли и позвали наших магов, а те подрались из-за диагноза. Одни стояли на том, что тебя отравил Сиятельный Тан. Другие что отрава после поединка начала действовать, а третьи что у тебя конфликт между шаманской магией и магией эрков, поэтому ты умрешь. А потом подошел Шаман, разогнал толпу своим посохом и крикнул им в спину «Неучи, не способные отличить отравление от усталости, идите на кухню и учитесь мыть посуду, раз не можете быть магами». А меня успокоил, что это на тебя так бунч-темон действует и чтобы я не волновалась. А я и не волновалась, я знала, что всё будет хорошо. А что ты хотел рассказать?

Собин неторопливо пил морс и обдумывал ситуацию, - А где мы к вечеру будем?

- В дороге. Тан дал на сборы всего три дня, вот мы все и рванули, кроме Анатолия, тот контролирует поступление денег по Эластоуну. Но сказал, что догонит нас сегодня вечером. Ведь к вечеру мы должны доехать до постоялого двора, где Светлана Игоревна командует и кого-то там встретим и кое-кого там высадим. Я правильно говорю, мелкая?

- И ничего не правильно! Я уже самостоятельная и не хочу мешать мамочке налаживать семейную жизнь. А дядя Игорь мне должен за спасение в гостинце, поэтому я поеду с вами! И Тоби со мной поедет, я его у мамы заберу и с вами поеду. А Анжеле я расскажу, какая ты вредная и она не будет тебя слушаться.

И Принцесса в слезах выскочила наружу. Гуля вздохнула и пожала плечами, - Сам видишь, какая она неуправляемая. Как её с собой взять, да еще от матери? А почему ты интересовался вечером?

- Хотел всё рассказать.

- Между прочим, Сиятельный Тан послал тебе три больших сундука с подарками и один маленький, запечатанный своей печатью. А тубус, с которым ты в обнимку уснул, так и лежит на кровати. Только мы сундуки открыть не смогли. Может, сейчас…

- Вечером, всё вечером. Хотя позови Семена – проведем совещание в узком кругу.

- Ладно. Только учти: без меня проводить не будете!

- И не собирался.

Но совещания не получилось. Игорь едва успел выпить кружку густого бульона, Гуля запретила, от греха подальше, твердую пищу, как пришел Семен. Собин в двух словах рассказал об изменении статуса, о возможном нападении их однопланетников. А потом пришел Шаман. Выгнал учителя, а девушке сказал, что Дашин-темон еще поспит, он недоспал. И даже ничего не сделал: посох не трогал, руками не водил, даже рожу не корчил. А Собин упал на кровать и вырубился.

***

Проснулся Игорь неожиданно, в полной тишине. Пару минут прислушивался к себе и окружающей тишине, пытаясь понять причину. Остановился на том, что просто выспался. И только потянулся, как Гуля внесла его дворцовый костюм на вешалке. Ну, как его. Фасон остался прежним, цвет тоже, только бледность сменилась яркостью. На правое плечо накинут золотой пояс властитель провинции, на левой висит темно-матовая цепь, толщиной с мужской палец, не меньше.

Гуля с поклоном протягивает костюм, - Ваша милость, Сиятельный Тар, оденьте! Ваши подданные ждут вас!

Собин принял её игру: - Вначале умыться, поесть, сообщить, что произошло. Потом поможешь одеться!

Гуля неожиданно психанула. Повесила костюм на какой-то крючок и развернулась, - Я тебе не служанка! Сам умоешься! Умывальник в тамбуре! – и вылетела из помещения.

Собин удивленно хмыкнул и встал с кровати. Накинул домашние шорты и пошел в тамбур. В дверях столкнулся с Натали. Девушка изобразила удивление.

- И чего Ваша милость на людей кидается? Причем на любимых.

- Не на кого я не кидаюсь. Попросил рассказать, что произошло, а она, как с цепи сорвалась.

- А ты что думал, сиятельный ты наш, без эмоциональных качелей обойтись?

- Без каких качелей? У неё, что, «праздники» начались?

- Или наоборот, закончились. На девять месяцев.

- Так она…

- Вы сегодня на редкость догадливы, Сиятельный Тар! Только извиниться сможешь часа через три, вечером.

- Это еще почему?

- Потому что тебя уже ждут для торжественной встречи. Потом банкет. И только потом ты сможешь что-то промямлить своей любимой. Если она, конечно, к тому времени не остынет. Так что две минуты на умывание, одевание и вперед с песней! Не задерживай народ!

И задумавшийся Собин отправился в ванный тамбур. «Предбанник» (метр на метр) слегка освещался четырьмя небольшими светильниками вокруг зеркала так, что можно было разобрать черты лица, но не определить уровень небритости. Душевая кабина была чуть побольше (метр на два), отделена от тамбура кожаной шторкой, и с сюрпризом: кран был без вентилей. Экспериментальным путем Собин установил, что он работает, как штурвал самолета: на себя – вода бежит, влево – горячей, вправо – холодней.

Как усилить напор Собин не понял. Но делать было нечего, пришлось обходиться тем, что есть. Случай помог выяснить, что усиление напора регулируется положением душа. Вниз – меньше, вверх – сильнее. Эксперимент произошел в момент, когда Игорь потянулся за мылом и, чтобы не упасть, схватился за трубу душа. К счастью, непоправимого не случилось, на считая вылетевших слов и Собин по-быстрому намылился.

Во время мытья кто-то похлопал его по спине. Игорь только успел вздрогнуть, как раздался голос, - Игорь Вадимович, я Вам полотенце принесла, которое Вы забыли. Я его на крючок повешу!

И вредина с хихиканьем вышла. Собин по-быстрому смыл мыльный раствор, вытерся, натянул шорты и ворвался в комнату.

Коронина стояла около кровати с видом пай-девочки и держала на вытянутой руке вешалку с костюмом Собина и только прикушенные губы выдали попытку девушки не засмеяться.

Игорь взял протянутый костюм и задержал руку Натали, - Я не забыл полотенце, я взял его сразу. Так ведь? Тем более, Гуле лучше об этом ничего не знать. Я прав?

Девушка дернулась, но не смогла вырвать руку. Тогда она с вызовом посмотрела на Собина, - И что мне за это будет?

- Кое-то не узнает, что одна любопытная Варвара полчаса пялилась на голого мужика в душе.

Коронина покраснела, собралась что-то сказать, но просто выдохнула, - Хорошо, Игорь Вадимович, Вы сразу взяли полотенце.

Собин успокаивающе похлопал её по плечу, спросил «А, может, ты тоже забеременела? И вышел из душевой.

Гуля в комнате заинтересованно изучала краску на стене. Игорь на скорости оделся, новая цепь приятно холодила сквозь форму, взял любимую за руку и подвел к двери. Задумчиво посмотрел на неё «Может, в самом деле, всех беременных здесь оставить?», удержал её руку и добавил «Ладно, сегодня после ужина порешаем», чем вызвал истеричный смех девушки.

Неожиданно двери распахнулись, какой-то голос прокричал «Сиятельный Тар Мезиликии с подругой!», негромко добавил «наконец-то!» и опустил лесенки. Собин осторожно стал спускаться с хихикающей «подругой», которая смогла прошипеть «Димон! Ты чего мое имя не произнес, зараза?», но Собин уже не вслушивался. Он вглядывался.

Повозка встала в проеме ворот, причем открытые двери повозки упирались в проем. Но самое интересное было во дворе. Сам двор был так себе, прямоугольник десять на двадцать. Но по центру от повозки до здания тянулась красная дорожка, по бокам стоял почетный караул. Справа кабареки в «степном» камуфляже, взяли сабли «на караул». Собин улыбнулся «Асани и этих припряг к тренировкам. Наверно, Семен предложил казаков создать», слева хиронцы в синих комбинезонах стукнули о землю бердышами.

Дорожка доходила до трехэтажного дома, по бокам красовавшимся длинными и высокими террасами, закрытых белыми завесами. Террасы были битком набиты зеваками, выглядывавших изо всех щелей. На широком крыльце гостей ждала большая компания: нарядная молодуха-эрка с караваем на полотенце, за ней Мальтсуррак под ручку со Светланой Игоревной. С другой стороны в мать вцепилась Принцесса.

Сбоку герцог со своими десятниками-«дубами». А из окна третьего этажа, недавно пристроенного, судя по белизне штукатурки, выглядывала Курашим с каким-то пареньком. И это очень встревожило Собина. Настолько, что стал оглядываться по сторонам.

Гуля, как обычно, поняла всё не так и с улыбкой начала громко шептать «Если ты с этой зеленухой переспишь – я тебя… нет, я её… нет, я на вас обоих порчу нашлю! Я у Шамана узнала рецепт, вот и опробую!».

- А где наши?

- Ты, что, в самом деле никого кроме той потаскухи не видишь? Сбоку от двери стоят, ждут, когда ты соизволишь пойти!

Собин посмотрел по сторонам. Действительно, все школьники во главе с Толяном и Семеном стояли по стойке «смирно» наглаженные и начищенные. Игорь радостно улыбнулся, взял Гулю за руку и неторопливо повел по дорожке, приговаривая «Если ты не прекратишь свои истерики, придется тебя здесь оставить. Когда еще женскую часть дворца построят… Я всё понимаю «гормональные скачки», но ты как-то контролируй себя. У нас война на пороге, а тут ты мозг выносишь. А как без мозга вовевать? А, может, тебе магией прекратить заниматься? Может, всё из-за неё».

Гуля забежала вперед, чтобы посмотреть в лицо Собину, что-то для себя решила, зацепилась за локоть Игоря и прижалась к нему, прошептав «Извини. Больше такое не повторится. И магия тут не причем. Это на меня атмосфера дворца так подействовала. А теперь всё пройдет, вот увидишь!».

Собин чмокнул девушку в наклоненную макушку и повел Гулю к крыльцу. Караул, когда они проходили рядом, десятками поднимал оружие на «караул». В первый раз Гуля аж вздрогнула от неожиданности.

На крыльцо им подняться не дали. Когда оставалось пять шагов, молодуха буквально слетела с крыльца и с поклоном подала каравай. Игорь отломил два куска еще горячего хлеба, один отдал Гуле, а второй макнул в солонку и стал есть. Горячий хлеб напомнил вкус детства, когда его посылали в булочную, а он приносил уже обкусанную буханку.

Согласно протокола нужно взять полотенце с караваем, но официантка или кем она работала в трактире, убрала хлеб в сторону и насмешливо улыбнулась «Заплатить надо!».

Горян не выдержал, прижал девушку и поцеловал её по-настоящему. Эрка прижалась горячим телом и хоть одной рукой, но ухватилась за Сиятельного Тара. Расплата не заставила себя долго ждать. Собин получил град болезненных ударов в бок и спину и отпустил официантку, успев забрать хлеб.

- Лизка! Не хулигань! – раздался возмущенный голос учительницы, - А то сегодня полы мыть некому.

Официантка томно вздохнула, выгнулась и пошла к хозяйке, колыхая задницей. Очередной удар отвлек внимание Собина от соблазнительных полупопий и он обратился к хозяину.

- Тун Мальтсуррак, накормишь голодных путешественников?

Учительница что-то шепнула мужу и тот с поклоном ответил, - Не беспокойся, Сиятельный Тар, голодным никто не останется. Тебя с компанией приглашаю в дом, твоих людей покормят на верандах, а для остальных накрыты столы за домом, ибо мне сказали, что все во двор не поместятся. Или у тебя будут особые пожелания?

- А можно и для меня с компанией накрыть на веранде?

Мальтсуррак снова поклонился, - Воля Сиятельного Тара – закон для трактира, который он осчастливил своим присутствием. Только для этого надо немного времени.

Собин пожал плечами, - Пока умоемся, усядемся, надеюсь, этого хватит.

Учительница снова шепнула мужу и ушла с дочерью в дом. Мальтсуррак поклонился, - Сейчас вынесут умывальню и стол с напитками и закусками.

- Надеюсь, уважаемый хозяин присядет с уважаемым гостем?

И снова поклон, - Буду рад.

Толян не выдержал, - Тун Мальтсуррак, что за дела? Недавно мы воевали в одном строю, могли погибнуть ряжом, а сейчас «буду рад»?

- Всё изменилось. В крепости вы не были даже тунами, а сейчас один Сиятельный Тар, а второй скоро оденет «золотой пояс», - вздохнул Мальтсуррак.

Неожиданно Игорь спросил, - А хочешь, ты будешь Сиятельным Таром, а мы поживем у тебя в гостях?

Мальтсуррак надолго задумался. Пока он думал, два здоровяка принесли длинный дубовый стол две скамьи, а Лизка составила на стол закуски, еще раз по-быстрому прижавшись к Собину.

- Нет, благородные господа! Спасибо, но нет. Хвала небу, я счастлив с тунной Светой. Благодаря её советам, трактир приносит большую прибыль, у меня спокойная семейная жизнь, которую я не хочу менять даже на целую провинцию.

- Не боишься, что сюда из Мезиликии докатится война и тихая жизнь закончится? – Собин продолжал доставать хозяина трактира.

- Я воин, мне не престало бояться войны. Тем более, я и сам хотел предложить свои услуги. Я забрал своих людей из крепости, набрал людей из села и все они хотят идти воевать вместе со мной.

Мальтсуррак кивнул на здоровяков, мнущихся в отдалении после установки стола, - Вот сыновья местного старосты, они как говорит туна Света «всю плешь проели», так им не терпится взять в руки оружие.

Жестом фокусника Кривич вытащил из рукава бутылку и разлил по стаканам, - Ну, за боевое братство!

Мальтсуррак взял стакан и одобрительно кивнул – Умеете вы, иноземцы, душевно говорить!

- На том и стоит земля Русская! Сказать красиво и убедительно ответить за базар.

Но пить никто не стал, все просто прикрыли свои стаканы. Кривич грустно вздохнул и молча спрятал бутылку. Собин отодвинул пустую тарелку, - Поели, а теперь давайте поговорим о делах наших скорбных. Кто не знает или забыл: в скором времени на Мезиликии нападут вороги из нашего мира. И нам надо решить, как мы будет оборонять свою страну. Семен, ты у нас воевода. Что у нас с армией.

- Армии у Мезиликии нет. По крайней мере, я о ней не слышал. А пока у нас есть Добровольческий корпус, в который входит эскадрон кабареков из трех сотен сабель. Из пехоты у нас имеется ополчение из хиронцев – записалось почти полтысячи. Батарея артиллерии светлого тара Бесарде. Ожидаем появление добровольцев из Дельфинов, состав и вооружение пока неизвестны, но, по слухам, две-три «тойчанки» они должны доставить. Как бы есть взвод ПВО из магов, но туна Гульмира не подпускает их ко мне. Вроде они какую-то вундервафлю готовят. Из огнестрела: десяток разнообразных автоматов и почти два десятка пистолетов. Патронов к ним на десять минут стрельбы. Это если очень точно и медленно стрелять. Есть трофейный «Максим», вот из него полчаса непрерывно пострелять можно.

- Ясно. На земное оружие можно не рассчитывать. А на местную магию?

Семен развел руками, - Нет у меня таких данных. Как я уже сказал, с магами поработать не удалось. А по факту – прямого столкновения нам не выдержать. Наверняка будут опытные наемники, они нас пройдут за пару затяжек. Надо что-то придумать.

- Понял, значит, готовим мозговой штурм. Толян, как у нас со снабжением военных?

- Ну, армию мы прокормим, кое-что везем с собой, кое-что лежит на складах, плюс контракты на поставку. Но есть одно но… С нами едет большое количество иждивенцев, женщин и детей. Мало того, что на них может не хватить, так их еще и посчитать невозможно! Эти… короче, они постоянно мельтешат и не подлежат пересчету.

- Принято. Значит, нужно всех пересчитать и найти им занятие, чтобы не мельтешили. Ваша милость, а как у вас проходят магические войны? Я имею в виду, как местные армии между собой воюют? Вкратце, если можно.

- Если вкратце, Тар Игорь, то наступающую армию готовятся встретить в подготовленном месте. Маги заранее ставят ловушки и готовят щиты, обговаривают с военными порядок их применения. А нападающие пытаются их пробить. Правда, настоящее сражение, в котором участвовало больше тысячи эрков, было более десяти лет назад. Тогда один тар захотел прибрать кусок земли соседней провинции, где добывают магические камни. А владелец этого не захотел, вот и повоевали.

- И кто победил?

- Остались при своих, тун Семен. Нападавшие сумели истратить магический запас оборонявшихся и тем пришлось отступить. Но следующей ночью они вернулись и внезапно скрутили магов. Тогда напавшему тару пришлось уйти из чужой провинции.

- Погибших много было?

- Много. Под сотню эрков. Но из них половина погибла пьяными: одни захлебнулись во сне, дорвавшись до захваченного вина, других зарезали возвращавшиеся.

- Сиятельный Тар, предлагаю направить в степь коннобронетанковую группу для разведки: конников Чингизхана и пару автомобилей с пограничниками Мальтсуррака.

- Добавлю к сказанному туном Семеном: Тару Игорю необходимо появиться в Кинчеве и приложить грамоту Сиятельного Тана к статуе городского святого. Только тогда он по-настоящему станет Сиятельным Таром Мезиликии. А иначе провинция воспримет его как захватчика. А Кинчев – это столица подаренной провинции, если кто забыл.

- Тогда я ускоренным маршем с двумя авто, людьми, то есть эрками Мальтсуррака и конницей Чингизхана тороплюсь в Кинчев, показываю подарочную грамоту, принимаю провинцию и отправляю кабареков в дальнюю разведку. Вопросы, замечания, дополнения к отличному плану будут?

- А из землян возьмешь кого-то?

- А кого? Не школьников же брать в неизвестные края.

- Все-таки возьми несколько парней покрепче и кого-то из хиронцев. Будут изображать полицию.

- Ладно, еще подумаем, все свободны. Толян, останься, будет еще разговор.

- И еще, Тар Игорь. Будут нужны маги, для фиксации грамоты на статуе.

- Тогда придется взять Гулю и кого-то по её выбору.

- А девушку-то зачем?

- Для практики. Тунна Гуля собирается стать магом, по крайней мере, местные ей подчиняются. Вот пускай и тренируется на кошках. Кстати, Семен, надо до отъезда мне, тебе и ей пообщаться на предмет тренировок магов и твоих подопечных. А то беспорядок: маги и не умеют строем ходить! Теперь точно всё!

Народ начал громко отодвигать тяжелые стулья и расходиться. Толян присел рядом и изобразил удивленное лицо.

- Толян, мне показалось ты много пьешь. На Земле…

- Вот именно, что «на Земле». Знаешь, Горян, мне постоянно кажется, что у меня глюки. Весь попадос сюда – это глюк. А дерябнешь и понимаешь, что это реальность. Я даже, когда баб местных деру, все-равно не верю, что это происходит на самом деле. А еще, прикинь, я как-то странно выражаться начал, как в паршивом сериале. Да еще морды у всех зеленые…

- Понятно. Может тебе травки какие-нибудь попить?

- Пробовал, не помогает.

- Кстати, насчет изменения словарного запаса – так на этой планете магия рулит, вот у тебя адаптация таким образом происходит. По крайней мере, Гуле местные маги такой ответ дали, ибо такая проблема у всех нас в той или мной степени. Ладно, либо привыкнешь, либо не привыкнешь. Как у нас дела с ломбардами и бандитами? Сможем мы от них получить финансирование?

- Уже получаем. Я только его не забираю, а отдаю обратно, пускаю в рост, но документы на получение в порядке. Больше того, этот Кинчев является портом, так что есть заявка на бестаможенную контрабанду.

- Тогда вздрогнем по полтинничку!

- А что так мало?

- Это для начала, будем возвращать тебе земные выражения.

***

Собраться удалось за час, по принципу «нищему собраться, только подпоясаться». Причем основное время ушло на Гулю, она все выбирала «что брать с собой, что оставить на последующую доставку». Собин же облачился за пять минут в свою «парадку»

У дверей Игоря с Лизкой, тащивших дорожный баул, и руководившую отправкой Гулю встретили Толян и Семен с парой крепких учеников, по кивку добровольно ставших грузчиками. Когда парни вынесли сундук, Семен пояснил, - Вадим Печурин и Дима Собняк, поедут с Вами. Третьим будет Андрей Воскобойников.

Собин равнодушно пожал плечами, а Кривич усмехнулся, - А теперь добро пожаловать в «Свиновоз»!

Девчонки выскочили, едва не уронив Собина, так не терпелось увидеть этот свиновоз. Игорь вышел и осторожно обошел замерших девушек: у крыльца, под синим прохладным небом стоял его бывший автомобиль, так грубо обозванный Кривичем и изуродованный по местным канонам красоты.

Борта перекрашены в грязный серый цвет с разнообразными черными пятнами. Позади приделана деревянная площадка с пустой клеткой из жердей, торчащая позади авто на полтора метра. Над клеткой спиралькой болтался метровый свиной хвостик, с привязанной к хвосту красной ленточкой.

На крыше установили сплошное ограждение высотой полметра. Но самое заметное изменение было спереди: кабаньи клыки длиной метра два.

Собин настолько ошалел, что смог только пробормотать, - Почему «Свиновоз»? Хрюша! Мы мирные люди и свиней очень любим. Так что, это «Хрюша»!

На Хрюше сюрпризы не кончились. Вначале он почувствовал, как между ним и Гулей впихивают мешок. Оказалось, это Анжела втиснулась между ними и гладилась о ноги любимой хозяйки. Не успел Игорь удивиться или возмутиться, как подруга показала Анжеле её место в авто. Место оказалось в ящике на задней площадке. Зверь сразу улегся и начал играть с лентой на хвосте. Контрольным же выстрелом оказался Мальтсуррак, приведший два десятка своих бойцов-ветеранов. На вопрошающий взгляд пояснивший «Пригодятся, мало что». Собину оставалось только пожать плечами и сесть в Хрюшу и освободить свое место Гуле и Анжеле. И они поехали.

***

Пока ехали по деревне, хотя какая деревня, между домами добрая сотня метров, трясло немилосердно, Собин в своей форме скромно выглядывал в окошко, Гуля гладила Анжелу.

А когда «вышли на опертивный простор» и трясти стало по-божески, Гуля предложила перебраться на крышу. Игорь подумал и согласился. Пока он переодевался в спортивный костюм, подруга открыла заднюю дверь и исчезла вместе со своим петом.

Собин забрал собранную корзину с перекусом, сложенное одеяло и осторожненько выглянул в открытую дверь. Оказалось, что на стене приделана лесенка, по которой несложно подняться на крышу.

Наверху Гуля уже отстегнула верхнюю половину заграждения, постоянно отпихивая помогавшую Анжелу. Оказывается, бортик был на шарнирах и одна половина быстро опускалась, удваивая толщину стенки.

Пока Собин обозревал окрестности, Гуля разложила одеяло, и улеглась с корзиной, подкармливая свою животину. Игорь лег на свободное место и повернулся на спину. Небо стало по-земному голубым, солнце просвечивало сквозь редкие кучевые облака. В воздухе одуряющее пахло травами, отчего неудержимо потянуло в сон.

Во сне ему 6 лет, он с родителями приехал в деревню помогать с сенокосом. Ему дали грабельки и он старался помогать – сгребал сено в рядки. А когда устал, то решил присесть и отдохнуть. В это же время его дядька решил заточить косу. Достал брусок и, не глядя, упер косовище в землю позади себя. А попал в грудь любимого племянника.

От удара Собин проснулся. Оказалось, это Анжела потянулась и задней лапой врезала ему в грудную мышцу. Пока Игорь соображал, Анжела спрыгнула с крыши. Собин риподнялся посмотреть, куда она отправилась. А направилась она к своей хозяйке. Гуля почувствовала его взгляд и махнула, - Пошли обедать! Я только тебя ждала.

Собин огляделся. Справа от авто, на лугу, кабареки Чингизхана варили обед в четырех котлах. Слева, у двух автомобилей местного, хиронского производства, жарили мясо хиронцы и что-то варили школьники с Земли. Позади, у автотелеги, деревенские мужики трепались с ветеранами Мальтсуррака. Напротив кабареков, только по левую сторону от дороги, стояли шатры герцога и девушек Курашим, в отдалении привлекал внимание шатер магичек ордена. Причем привлекал нестандартно: ярко сияли и привлекали внимание узоры на палатке, из-за чего сама палатка терялась из виду и казалось, что узоры висят в воздухе.

- А теперь на обед! – Собин шагнул к лестнице и услышал шум внизу. Пришлось выглянуть за ограждение. А там Принцесса в камуфлированном костюме с байданой на голове и финкой на поясе под приглядом Гули надевала на Анжелу блестящий ошейник. А стоящая вокруг малолетняя банда наблюдала за происходящим затаив дыхание. Застегнув ошейник, девочка с вызовом спросила Гулю, - А теперь можно?

- Можно, если Анжела согласится.

Принцесса уставилась в глаза животному и стала шептать, показывая на себя и свою банду. Гепард, а именно в такую породу записал Анжелу Собин, вопросительно подняла обрубок хвоста. Гуля кивнула, - Покатайтесь. До обеда.

Принцесса хмыкнула, - Пока Лизка обед накроет, как раз покататься успеем. Правда, Ксанек?

Паренек, которого Собин видел вместе с Курашим, кивнул. Поправил свой пояс с кинжальчиком на светлом льняном костюме и подошел к Анжеле. Принцесса оглядела остальную банду. Под её взглядом все скукоживались и смотрели в землю. Ксанек помог Принцессе сесть на Анжелу, похлопал гепарда по спине и скептически глянул на животное, - Надо было предупредить, я бы седло принес - и легко запрыгнул за спину девочки. Принцесса оглядел свою банду, - Кто-то еще хочет? Тоби? – Собачка попятилась и спряталась за ногами детей.

- Тогда за мной! - И Анжела длинным прыжком исчезла за корпусом автомобиля. Ошалевшая детвора через секунду с криками, воплями и безудержным лаем помчалась следом.

- Прямо пожар в зоопарке! – усмехнулся Игорь и спустился на землю, как оказалось, вовремя: Лизка заканчивала накрывать стол у авто. Лизка полила ему на руки и голодный Собин буквально телепортировался к тарелке с налитым супом, вернее, похлебкой «имени российско-элазийской дружбы». Тушенка и картошка были от землян, а крупа и хлеб от местных. Нарезанный хлеб, кстати, отдавал голубым. Собин принюхался и усмехнулся, - И цвет морской волны и пахнет стоялой водой.

- Нормально он пахнет! – возмутилась Гуля. Но разговор прервала прискакавшая команда. Девочка уже с собачкой в руках обошла стол и пошла на второй круг, но Дашин-темон поднял руку.

- Принцесса, тебе задание! Доскачи до его милости, спроси, есть ли у него карта Мезиликии и если есть, сможет ли он показать её мне после обеда.

Принцесса приложила руку к бандане и со словами «Уи, мон женераль» исчезла за автомобилем вместе с бандой.

- А теперь обед! – и Собин с аппетитом начал черпать похлебку.

Видимо, герцог следил, по крайней мере, появился во главе делегации как раз, когда Игорь допил настой. Первым, разумеется, шел сам герцог в неброском темно-синем костюме с блестяшим золотым поясом, следом молодой маг в какой-то серой хламиде и серым плащем, накинутым на болшую коробку. И уже за ними колонна из пяти слуг, торжественно несущих какие-то кастрюльки и кухонную утварь.

У Собина аж ложка из рук выпала. Герцог только усмехнулся, забрал ложку и принюхался к похлебке, - Опять что-то необычное из земной кулинарии?

К счастью, Гуля оказалась непрошибаемой в данный момент и спасла положение, - тушеное мясо и картофель с Земли, а крупу Ли… служанка добавила из трактирных запасов. Угощайтесь! Лизка! Тарелку его милости! И ложку!

В салоне раздался топот и лязг посуды. Через минуту Лизка торжественно, как ей казалось, несла на вытянутых руках поднос с тарелкой и столовыми приборами. Её лицо перестало быть зеленым, как остальное тело и покраснело до стадии помидора.

Седой слуга герцога забрал поднос и самолично поставил тарелку перед хозяином, ложку он и вовсе вернул служанке вместе с подносом. Забрал у коллеги ложку с вензелем герцога и положил на стол. Из-за спины ему протянули половник, эрк, не глядя, взял и, не прерывая движения руки, зачерпнул из кастрюли и влил в тарелку.

Герцог зачерпнул, понюхал, задумался и съел ложку. Задумчиво прожевал, подождал пару секунд, кинул «Узнай рецепт!» и… опустошил тарелку. Пока кивком благодарил хозяйку (Лизка уже испарилась), слуга очистил стол. Затее герцог посмотрел на Игоря, - Мои кушанья сначал поедим или карту наперед посмотрим?

- Карту! Вдруг аппетит еще сильнее разгорится, тут мы и устроим второй обед.

Герцог одобрительно хмыкнул и кивнул магу, тот вынул из коробки рулон и опустил на землю. В воздухе рулон развернулся и пока планировал, маг достал небольшую чашу, каменный нож, которым и полоснул себя по руке. Под полившуюся кровь подставил чашу, а когда она наполнилась до краев – приложил к ране нож и рана затянулась. Собин аж хмыкнул.

А маг стали лить тонкой струйкой на лежащий на земле рулон. И когда вылил всю чашу – рулон растянулся по диагонали и стал набухать в толщину. Не дожидаясь окончания процесса, Игорь наклонился над картой и увидел дорогу, лежащую посреди зелени лугов. Привычных квадратов распаханных полей не было вовсе, не считая трех, в самом углу.

Посмотрев в другую сторону, он увидел портовый город. В порту не было судов, а в городе новых зданий, почти все требовали ремонта, а магическая двойная башня даже оказалось выщербленной почти до середины и казалось заброшенной. Собин глянул на красную точку, видимо, это было их местоположение и прикинул, что до города они должны добраться к завтрашнему дню..

- А давайте перекусим, Ваша милость? – и герцог кивнул слуге. За минуту стол был заставлен заново. Собин отхлебнул вино из бокала и подцепил вилкой кусок мясного рулета, щедро посыпанный специями. Запил небольшой пожар во рту, подождал, пока герцог допьет свой бокал и пока слуга наливал по-новой, спросил, - Светлый тар, а Вы не знаете, чем славилась Мезиликия?

Герцог обдумывал ответ, пока опустошал бокал и закусывал какой-то птичкой. А потом виновато улыбнулся, - Точно не знаю, Сиятельный Тар, но насколько помню, Мезиликия славилась большим морским портом и удобной дорогой в Эластоун. Дорога была построена еще во времена Первого Императора и Тары Мезиликии всегда строго следили за её состоянием. Еще вроде трава на лугах для лошадей очень полезная и сытная. Говорили, что её даже в конюшню Императора поставляли…

Собин опустошил свой бокал, грустно заглянул в пустоту, покосился на недовольную Гулю, поставил бокал и вздохнул, - Я позволю себе еще вопрос: как будет организована передача мне власти?

- Опять же по древнему обычаю времен Империи: Вы прикасаетесь Указом нашего Сиятельного Тана к стене донжона в определенном месте и донжон дает знак, примет ли Вас в качестве Сиятельного Тара Мезиликии или нет.

- А, что, был преценденты? Я хотел спросить, кого-то не принимали?

- История Империи насчитывает почти два десятка больших кругов. За это время были всякие случаи, или, как Вы сказали «преценденты».

- И что тогда?

- Тогда мы все вместе вернемся в Эластоун. А сейчас, если мои услуги не требуются, я, пожалуй, вернусь к себе.

Герцог легко поднялся, аристократично кивнул Собину, как равному, улыбнулся Гуле и пошел восвояси. Пока маг уменьшал карту и складывал в шкатулку, слуги по-быстрому собрали посуду, оставив на столе бутылку с половиной содержимого и несъеденные закуски, переложенные на куски какой-то бересты, видимо, тоже намагиченной.

После ухода гостей и слуг, к столу подбежала Принцесса и успела ухватить пару кусков рулета, пока Гуля не наградила её громким подзатыльником.

- А что?

- А ничего! Руки надо мыть, для начала.

Не отходя от стола, девочка вынула тряпочку, в которой блеснул водяной шарик и потерла шар между руками. Затем отбросила тряпочку с усохшимся шариком и показала руки Гуле. После одобрительного кивка уселась за стол и спросила у Собина, - А можно мы тут стрелялку устроим, после обеда?

На недоуменный взгляд Игоря подруга пояснила, - Витюша им стрелялку соорудил, на магической основе. Простая, но детишки без ума.

Принцесса хмыкает «Детишки!». Гуля дублирует подзатыльник, - Сейчас зовешь банду, едите суп. А потом сможете поиграть в свою «Металку». – И для Собина пояснила – После мага тут сильная остаточная намагиченность, в ней игра намного увлекательнее.

Довольная девочка оборачивается и машет рукой. И её компания с шумом бежит к столу, вынуждая Собина перебраться на крышу автомобиля с недопитой бутылкой и кусками на бересте, потеснив загоравшую Анжелу. Игорь глотнул пару раз и стал наблюдать за игрой быстро поевшей банды.

Вначале Принцесса что-то положила вместо унесенной карты и возникла проекция земного солдата в защитном шлеме с саблей в руке. Затем выстроившиеся по кругу детишки стали по очереди «пулять» в воина из коротких арбалетов. Чем стреляли – Собин не понял, но солдат ловко отбивал заряды саблей, иногда просто делая шаг в сторону. Но три участника всё-таки попали: Принцесса, чей выстрел угодил между пластинами бронника и солдат сморщился от боли; затем Ксанек метко влепил в шею, отчего у защитника крепости потекла красная кровь, а потом какая-то девчонка в длинном сером платье с непокрытой головой, но яркой зеленой лентой, заплетенную в косу, смогла пробить стекло шлема, отчего боец упал и исчез из проекции.

Поспорив и убрав парнишку, чей выстрел был признан самым неудачным, игроки встали на второй круг. Теперь крепость защищал омоновец с дубинкой, закрывшийся щитом, из-за чего стрельба растянулась по времени и… Собин уснул.

***

Разбудил его нежный поцелуй и травяной аромат. Он спросонья прижал к себе женское тело и тут открыл глаза: тело было незнакомым. Это пришла Лизка. После прервавшегося поцелуя она волнующе прошептала «Тунна Гуля позвала на ужин».

- Как на ужин, только что пообедали! - Собин вскочил вместе с девушкой, оказавшейся легкой, несмотря на объемы и огляделся: действительно, небо уже потемнело и желудок неожиданно согласился, что нужно идти ужинать. Игорь попытался поставить эрчанку на землю, в смысле, на крышу, но Лизка не отцепилась. Она требовательно уставилась в глаза Собина «Я совсем не нравлюсь Сиятельному Тару?».

- Почему нравишься, даже очень! Просто я хотел всё отложить до Кинчева. Не люблю делать всё впопыхах и на скорую руку.

- Не надо откладывать… Тунна сказала «Не откладывай на завтра, Лизка, то, что хочешь сделать сегодня».

- Значит, сделаем это сегодня – желание девушки закон для мужчины.

Лизка наконец отцепилась и Собин смог спуститься на землю. Ужин девушки организовали в поставленной палатке, в отдалении от автомобиля. Нашли где-то тахту, накидали на неё пуховых подушек и одеял и рядом поставили невысокий, вровень с тахтой, стол, на который наставили вина и всяких фруктов.

Лизка загадочно глянула на Игоря и неожиданно толкнула его на тахту. А пока он пытался нормально лечь – исчезла из палатки. А вместо неё заглянула Гуля. Не дожидаясь расспросов, пояснила «Можешь делать с Лизкой, что пожелаешь, я не возражаю». И, не дожидаясь, вопроса, пояснила «Все-равно, ты, кобелина, кого-то оприходуешь, пока я беременная хожу, а тут можно сказать, выращенная в родном коллективе, буквально своя. Так что пользуйся моментом. Но на других не смотри. Я и Лизке так велела, так что, учти…». И с этой угрозой Гуля исчезла, а вошла Лизка с шипящей сковородкой на подставке.

И начался ужин. Жареная оленина оказалась очень даже подходящей высокому стандарту Сиятельного Тара, как и десерт. И фруктовый и девичий. Короче, через пару часов Игорь опять вырубился.

Проснулся уже ночью, когда в палатке, в слабом свете оригинально светильника в виде божка или просто прикольной фигуры, зеленовато отражалась кожа новой подруги. Когда по стенке палатки заскрипело, Собин, не одеваясь, вскочил, хватая кинжал, и рванул к завязанной двери палатки. Встал сбоку и тихо спросил, - Кто?

- Это я, Принцесса, дядя Игорь! Я с Ксаном. У нас важные новости.

Собин обернулся на Лизку. Как ни странно, барышня уже проснулась и закрылась одеялом, а он так наделся, что заездил официантку до полного отруба.

Игорь вернулся за одеждой, на ходу оделся и с кинжалом в руке отстегнул дверцу. Кивнул детям, - Отойдем!

Пока отходили от палатки, Лизка уже принесла и расстелила плед, на который все уселись, вручила Игорю светильник и встала позади. Мужчина осветил лица детей: у обоих они были без повреждений, но очень серьёзные.

- Ну?

- Мы, это, решили ночью порыбачить. Наши парни сказали, что здесь рыбы должно быть много, и клевать беспрерывно на утренней зорьке но что мы забоимся…

- На «слабо» взяли, - добавил парень.

- Ага. На «слабо» - шмыгнула девочка, - А я, как малолетка поддалась. И Ксана с собой взяла. Типа, он за меня побоялся. Но не в этом дело. С нами Анжелка увязалась. Наверно, поняла, что рыба будет… И это, мы когда к реке подошли, Анжела напряглась, стойку сделала и давай ушами шевелить. Так смешно у неё получилось, что я смеяться начала. А Ксан закрыл мне рот и шепчет, что зверь кого-то почуял. И тоже замер… А мне так страшно стало: я одна, а эти вдвоем, как статуи ледяные. А потом Ксан зашевелился и рукой махнул. Я хотела пойти посмотреть, а он сказал, что вначале Сиятельному Тару нужно рассказать.

- Молодец, Ксан! Что почувствовал?

- Там напротив, на том берегу большая поляна, спуск к реке истоптан, будто скотину на водопой водили, а ничего нет на поляне. И даже ветра нет, и звуков. Я посмотрел «синим зрением» и увидел, что там большая постройка укрыта магией. Воинов не видно, похоже, летняя овчарня.

Собин задумался, - Ты точно смог это почувствовать? Не будут надо мной смеяться, когда я им это расскажу?

Ксан задумался, но уверенно кивнул, - Точно!

- Тогда слушай мою команду, бойцы! Принцесса к герцогу… нет, беги к нашим, скажи старшему, чтобы двигал сюда, остальных пока не будите. Затем к Чингизхану, с тем же поручением. Ксан, на тебе герцог и Курашим. Лизка, придется тебе будить свою хозяйку, расскажи, что услышала, пусть тунна Гуля решает, кого из магов позвать и надо ли. Вопросы?

- А рассказать можно, что видели?

- Даже нужно! Только очень кратко. А я пока на берегу покурю…

***

Рассвет подтвердил правило, что все планы рушатся при соприкосновении с реальностью. Вначале Лизка не пошла за Гулей, пока не притащила какую-то шкуру под плед и не разожгла в яме костерчик, чтобы вскипятить литровую кружку с травяным настоем. Затем, вместе с Чингизханом пришел Шаман с двумя учениками. И если начальник степняков уселся на землю, то ученики Шамана стали активно махать руками, подпрыгивать и даже мычать, пока Шаман не влепил обоим по спине своим посохом.

После чего забрал закипающую кружку Собина, уселся на край шкуры и зловеще произнес, - Ну-у-у?

Ученик покрепче плюхнулся на колени, уперся руками в землю и забормотал. Хоть и было темно, но Игорь почувствовал, как Шаман улыбается. Ученик собрался порезать руку, чтобы использовать кровь, но опять получил палкой по спине, - Куда? Светило еще не появилось. Что это значит?

Парниша бросил взгляд на худого напарника, и тот не подвел, - Это значит, Мудрейший, что ночью любое проявление Силы почувствуют все, в том числе, на том берегу и нападение будет сорвано.

- И что делать?

Худой замешкался, зато напарник вскочил и громко произнес, - Надо посмотреть так, чтобы не было колебаний Силы. Посмотреть Линию Силы!

- Так, - и Шаман несильно хлопнул ответчика по спине. Тот дернулся, но не стал чесать больное место, - Только не надо орать на всю степь. А то разбудите тех, на другом берегу. Линию Силы вы смотреть пока не можете, её покажу я. А вы расскажете, что увидите.

Шаман мягко опустил посох на землю и через секунду из-под него к реке и дальше потянулась тонкая красная линия. Пацаны даже охнули от восхищения. Самый прыткий наклонился вперед, чтобы лучше увидеть и прошептал, - На поляне за бродом Линия стала слабее. Это значит…

- Это значит, что там стоит постройка, - влез худой.

Шаман посмотрел на него и только вздохнул. Игорь не выдержал, - А если бы постройка была не на линии, а в стороне?

- Скейт! Ответь Дашин-темону.

Худой вздрогнул, попытался вглядеться в другой берег и пожал плечами, - Не знаю, Мудрейший…

- Борд!

- Не знаю, Мудрейший.

- Это значит, что отблеск Линии был бы другим. И сама Линия сдвинулась бы к постройке. Идите, отдыхайте. Через три лучины начнем.

Дождавшись, пока молодняк испарился, Шаман допил чай, сунул кружку, молча стоявшей за спиной Собина Лизке, и устало скукожился, - Это кто-то из рода Сусликов. Только они пользуются этим амулетом невидимости. Он отводит глаз и никто не может увидеть их стойбище. Хотя откуда здесь амулет? Ладно, скоро узнаем.

Затем одновременно с герцогом и тремя слугами приперлась вся мужская часть землян, вместо одного Печурина. И пока все пытались устроиться поближе к костру, Лизка притащила кружку с новой порцией и привела Гулю со всей толпой недовольно гудящих магов.

Шаман цыкнул и маги перестали гудеть, то ли от уважения, то ли от примененной магии. А степняк шепнул на ухо Чингизхану и тот подошел к герцогу, - Ваша милость, Мудрейший сказал, что амулетом закрыта поляна в половину полета стрелы, пошлите своих людей окружить поляну. Мои уже там. Мудрейший говорит, что там мирные, но с испугу могут разбежаться, а мои воины одни всё не перекроют.

Герцог кивнул и со слугой исчез в светлеющем полумраке. Чингизхан с достоинством ушел следом. А к спине Игоря горячей грудью прижалась Лизка и он закемарил. Пробуждение было неприятным, от холода: Лизка резко отстранилась и сделала вид, что она только держит кружку. Собин встал и начал размахивать руками для сугреву, пока не наткнулся на Шамана, с интересом рассматривающим его действия.

- Пора, Дашин-темон! Виден первый луч Светила, сила стихий начинает прибывать.

- А что делать?

- А что ты хотел? Для чего всех собрал?

Собин задумался и быстро решил, - Шаман, можешь сделать их завесу прозрачной?

- Сейчас смогу, - Шаман навалился на посох, по которому искорка сбежала в землю и на поляне отчетливо стало видно большую постройку из саманного кирпича, покосившуюся от времени, перед которым дымился костер. Собин пригляделся и за дымом костра увидел дремлющий силуэт, держащийся за посох.

Выждав минуту и не дождавшись движения, Игорь свистнул. Силуэт вздрогнул и встал. Облик его был похож на подростка в бурке и папахе. Собин ткнул в его пальцем, - Слушай сюда, засоня! Вы окружены, убегать бесполезно и вредно для жизни. Поэтому через лучину жду здесь вашего старшего для разговора. Убивать не буду.

Силуэт не шевелился.

- Беги, пока огненные стрелы пускать не начали!

Сторож вздрогнул и исчез в постройке. Игорь вытянул руку, - Лизка, дай кружку, и Мудрейшему тоже,

Лизка метнулась за второй кружкой, а из открытой двери овчарни или склада высунулась голова. Собин приветливо помахал ей рукой и голова скрылась за дверью. Гуля плюхнулась ему на колени, Лизка подала кружку Шаману. Из овчарни вышел кабарек в кожаной куртке с вышитыми рунами и папахе, кабарек нарочито придержал саблю на поясе, дождался кивка Собина и направился к их кампании.

Шаман прищурил узкие глаза, - Старший сын вождя… Все-таки Сурки!

- Бойцов в клане много? Чем известны?

- Да какие там бойцы! Были бы у них воины – они бы этот амулет не применяли бы. А известны… Тащат к себе в закрома всё, что найдут или украдут: скотину, коней, оружие, невест, даже овечьи какашки! И обосновывают старыми традициями, которые не позволяют им менять жизнь.

Гуля вскочила, - Лизка платок накинь! А я уйду, чем-то он похож на одного урода…

И по-быстрому ушла. Лизка воспользовалась моментом и прижалась грудью к спине Собина, типа, завязывала платок. Посланца быстро догнал проспавший сторож и пошел немного позади.

Собин огляделся: парни встали позади полукругом с взведенными, но опущенными арбалетами, поставив в середину магов, которые перебирали свои побрякушки-амулеты, короче все были готовы превентивно ударить на агрессию. Игорь свистнул, - Отбой воздушной тревоги! Код зеленый: уберите руки с оружия и амулетов. Сурок умный, понимает, что если он резко чихнет, всех покрошат в вермишель. Лизка, неси еще две кружки для дорогих гостей, - и медленно стал потягивать остывающий чай.

Старший сын встал в метре перед костром и коротко поклонился, обежав присутствующих взглядом. Собин хмыкнул, - Похоже он понял, что ничего не понял, как такая разная компания сидит у одного костра.

А вслух спросил «Я Сиятельный Тар Мезиликии. Что вы делаете на моей земле?».

Лизка вручила посланцу кружку и подскочила к его помощнику или охраннику, протянув вторую, которую он от удивления чуть не опрокинул. А посланец сделал глоток и начал речь, - Я старший сын и наследник вождя клана Пятнистых Сусликов Тайшет. Когда мой отец умрет, да проживет он еще столько же, сколько прожил, я стану вождем клана. Здесь мы пасем наших овец по договору с вдовой Тара Мезиликии.

Собин допил настой и отдал кружку подскочившей Лизке, как вдруг сработал мочевой пузырь, пришлось ускоряться, - Предлагаю Тайшету поехать с нами в Кинчев, где вместе поговорим с этой женщиной. Если всё будет так, как ты сказал – сможешь уехать и рассказать отцу новости. Скоро приедет мой тун по финансам, он объявит правильную стоимость аренды наших лугов. Если хочешь – можешь взять с собой своих кабареков. Мы собираемся!

Глава 23

Глава 23. Это наш последний и решительный бой

То ли случайно получилось, то ли герцог специально так рассчитал, но в Кинчев въезжали рано утром. Впереди гвардейцы Чингизхана в две колонны. Все нарядные, оружие блестит, на конях ленточки (привет от Принцессы). Следом на Хрюше, раскрашенной земными пацанами «под хохлому», на крыше Собин с Гулей и Анжелой в парадных мундирах, даже на животном ошейник с блестящими камушками. Сбоку Тайшет со своим слугой. Собину даже показалось, что паренек смотрит на ошейник Анжелы с завистью. Рядом Асани, успевает следить и за заложником и за зрителями.

В самом авто банда Принцессы. С разрешения Дашин-темона мелочь разобрала окна и теперь высовывалась в окна и радостно махала стоящим горожанам. А позади все остальные на повозках: герцог со своими, маги и земляне. К сожалению, Собин так и не придумал напарникам названия, краткого и понятного.

Кстати, столица его провинции Игорю не понравилась своим запустением и мрачной атмосферой. Вроде и стараются жители следить за порядком: и дома подремонтируют, и каменный тротуар подновляется, но как-то без огонька. Может, дело в полуразрушенных магических башнях, одна из которых наполовину осыпалась, может, в мрачном утре, но факт остается фактом. Поэтому Собин не собирался затягивать процедуру. Было многолюдно, хотя население, судя по всему, не превышало пятьдесят тысяч голов. Игорь даже хмыкнул: конных считают по саблям, пехоту по штыкам, а жителей по головам, не важно, людей они или эрки.

При въезде на площадь кабареки остановились и разъехались, освободив проезд. Тайшет пояснил «Дальше их не пропустят, теперь только вы». Пришлось спускаться на землю и вместе с Гулей и Анжелой идти к статуе в центре площади, Асани сделал пару шагов и тоже встал, Собин почему-то подумал, что с недовольным выражением. Даже статуя выглядела изношенной, а вообще смотрелась, как живой замороженный человек, устало опустивший раскрытую ладонь левой руки.

За три метра до нее пришлось оставить женскую половину, которая не смогла даже сдвинуть ногу. Собин вынул из сумки, сшитой заботливыми руками жены, так и не открытый тубус, тяжело вздохнул и пошел.

Подойдя, с жалостью погладил изщербленную поверхность и вложил тубус в ладонь. И сразу получил удар током и потерял сознание.

Пришел в себя от того, что ему терли лицо наждаком. Оказалось, что это Анжела так приводила в чувство. Собин огляделся: кроме животного, вокруг стояли земляне, Гуля с Лизкой и почему-то Кривич. Игорь подмигнул, - Откуда ты здесь?

- Стреляли! Как ты себя чувствуешь? Одного оставить совсем нельзя – сразу в обморок падаешь.

- Нормально. Судя по тому, что я знаю историю города лет за сто – я теперь настоящий Сиятельный Тар.

- Отмечать будем? У меня есть кое-что новенькое!

- Обязательно, но не сейчас. Гуля, берешь магов и лезете на башни, необходимо по-быстрому привести их в рабочее состояние. Вначале сами осмотрите, я потом расскажу подробности, где хуже всего. Его милость пусть договорится о встрече с вдовой прежнего губернатора. Потом, Толян, на тебе проверка городского хозяйства и порта. Надо оптимизировать финансовые потоки, как законные, так и незаконные. Семену передайте – пусть готовит Чингизхана – эскадрон завтра уходит в разведку, как планировали. Всё! Сейчас дайте попить и не кантовать пару часиков…

Когда Лизка подскочила с графином, Собин уже увлеченно храпел. Кривич тяжело вздохнул и принял руководство на себя, - Что стоим, кого ждем? Быстро принесли носилки и положили на них Дашин-темона. Как нет носилок? Почему не приготовили? Значит, понесете на руках до Хрюши. Кто так берет любимого начальника? Нежнее! Еще нежнее! Не дай Бог уроните – тунна Гуля и руки и ноги вырвет, будете на протезах ковылять…

***

Игорь проснулся от того, что горячая ладонь гладила ему лицо. Он открыл глаза и не удивился: это была Гуля. Жена улыбнулась, - А я подумала, что ты начнешь угадывать и не угадаешь.

- И ты меня на этом поймаешь. Не надейся, в таких случаях я всегда называю Толяна. Но ты права: странно, что ты здесь, а не у своих магов.

- Собин, я же говорила «я была у них на сохранении». А теперь вернулась…

И запустила руку под одеяло, на грудь и медленно повела к низу живота. Игорь прижал её к себе и поцеловал. Но нормального поцелуя не вышло: Гуля сразу отпрянула, - Во-первых, тебе надо поесть, во-вторых, тебя ждут.

- А, в-третьих, тебя заменит Лизка, - с грустью сказал Собин.

- Не надейся, сегодня оказалось, что можно, теперь пусть она поскучает. Чего тебе хотелось бы на обед?

- Манной каши, - неожиданно для себя произнес Игорь.

Гуля радостно пискнула, - Я так и подумала! – и поднос, покрытый полотенцем, медленно приземлился на одеяло. Жена изящно убрала полотенце, зачерпнула ложкой жидкость из глубокой тарелки и поднесла ко рту Собина.

- Что это? – возмущенно кивнул на ложку Игорь.

- Грибовница, - спокойно произнесла Гуля.

- Но ты же сказала…

- Что так и подумала. Правильно. Только мы вначале сварили грибной суп, а потом я подумала, что тебе захочется манной каши.

- А грибовница точно съедобная? Мы же иноземцы, у нас обмен веществ отличается…

- Съедобная! Принцесса Анжелу в лесу выгуливала и встретили местного хозяина леса, и он попросил передать. Вряд он будет травить своего господина.

- И когда только успели еще и в лес сходить?

- Милый, ты спишь уже три часа. Все уже устали ждать и разошлись. Хорошо, что Шаман предупредил, когда ты примерно проснешься – так и сориентировались.

- Ладно, проехали! Кто там сказал «Из рук друзей приму и яд»? – успел выговорить Собин в перерывах между запихиванием супа.

- Лизка, неси! – от этого крика Игорь вздрогнул.

В палатку Лизка внесла чайник и пару кружек, всё поставила на столик рядом с Гулей и попятилась обратно.

- А ты, что, не будешь? – Лизка замотала головой и быстренько выскочила.

- Прямо чудеса дрессировки!

Гуля вытерла Собину рот и разлила отвар, - Быстренько пей, только не торопись и пойдем в совещательную. Это соседняя палатка, только побольше. Там Тун Анатолий собрал всех.

Пока Собин пожимал плечами и потягивал кипяток, Гуля вытащила откуда-то его мундир и бросила на кровать, - Пойдешь в этом! И запомни: если ты, хотя улыбнешься той старухе, у тебя все лицо будет исцарапано, а я скажу «Анжела играла»...

Вход в совещательскую был сразу за вторым тамбуром. Перед входом Игоря повело и Гуле пришлось его поддержать. Так и вошли. Оказалось, что и с мундиром она была права: все сидели за длинным столом в официальной одежде: герцог, Семен, Чингизхан, Шаман, Курашим и Толян, сидевший рядом с женщиной в окружении троих детей: высокого хмурого паренька, выглядевшего на шестнадцать-семнадцать и девочек, в половину моложе брата.

Собин мельком оглядел новенькую и мозг выдал «Руны на одежде указывают на её статус вдовы предыдущего Тара…». Анализ закончить не удалось, поскольку Гуля усадила его на трон и сама уселась в соседний, поменьше, так и не отпуская руку Собина.

Толян встал, собираясь представить соседку, но Игорь его опередил «Миледи, очень с вами познакомиться. И подскажите, можно ли к Вам обращаться по имени?».

Женщина встала и оглядела Собина взглядом, напомнившим ему земную ситуацию, когда на корпоратив фирмы пришел учредитель и пока поздравлял коллектив, смотрел на присутствующих, как на убежавших тараканов. Отчего сразу у Игоря зашевелились волосы и захотелось страшно зарычать. Но Тар сдержался. Напомнил себе, что он сидит, а дама стоит, что дама красива своей экзотической внешностью (на лице канареечного цвета губы малиновой помадой, вокруг зеленых глаз голубая подводка), что, скорее всего у миледи в роду десяток благородных предков и она не умеет смотреть по-другому… но помогало плохо. Пока миледи не улыбнулась и не произнесла грудным голосом, отчего шевелившиеся волосы сразу успокоились «Можете называть меня миледи Анталия».

Собин почувствовал инфразвук рычания Гули, её ногти в своем локте и пришел в себя, - Миледи Анталия, я, как новый Сиятельный Тар Мезиликии, знаю, что дворец, где Вы проживаете с детьми, находится в полуразрушенном состоянии. Еще я знаю, что в Эластоуне вашей семье принадлежит дом. Не хотите продать дворец и переехать в столицу?

Анталия посмотрела на Игоря, как на недоумка, - Сиятельный Тар Игорь, сейчас в Эластоуне беспорядки, Сиятельный Тан с семьей пропал, какие-то эрки вопят, что на трон нужно посадить троюродного племянника Тана и Вы хотите, чтобы я увезла туда детей? Лучше убейте меня здесь, чтобы я не мучалась.

Собин глянул на Кривича, тот кивнул и губами произнес «Потом». Игорь затарабанил пальцами по трону, - Я ваш услышал, миледи, и пока ничего не скажу. Мое решение узнаете завтра. Вы свободны!

Анталия зазывающе улыбнулась и увела детей из палатки.

- А теперь покалякаем о делах наших скорбных. Гуля, что с башнями?

- Обследовали, готовимся ремонтировать. В правой башне под фундаментом почва поплыла. Из-за этого и валиться начала.

- Тун Анатолий? Что в столице?

- Сплошные непонятки. Прохожие стали бегать по улицам с криками «Царь не настоящий», после чего Сиятельный Тан исчез с женой и сыном. А потом издали указ о новом Сиятельном Тане. Я знаю, что там какой-то тест надо пройти, но подробности узнать не удалось. Теперь об Эластоуне. В порту стоит одно судно, кэп просится на встречу.

- Семен?

- Семен всегда готов. Например, готов завтра отправиться с Чингизханом в глубокую разведку. С собой берем одно авто и пару повозок на магии. Съезжу, огляжусь, и начну составлять план встречи сопланетников. Я перед городом присмотрел место, где хорошо встали бы пара фортов, какие Петр Первый в Полтаве применил. Все-равно в открытую мы сразу проигрываем, поэтому надо начинать боевые действия подальше от города. И отходить, постоянно тревожа противника, заставляя его расходовать боеприпасы, они у него единственное уязвимое место. А форты должны защитить город от чрезмерного обстрела.

- Кого оставишь вместо себя?

- Несравненную Курашим, Все-равно она ругалась по поводу вашей охраны, пусть натаскивает. И охрану, и ополчение.

- Ладно, иди собирайся. Тун Анатолий, что планируешь делать?

- Завтра у тебя встреча с капитаном, я бумагу подготовлю со своими предложениями по взаимодействию. А потом, если отпустишь, кэп обещал меня вывезти на морскую рыбалку.

- Обговори с Семеном, кого из охраны возьмешь, чтобы у кэпа соблазна не было тебя в заложники взять. Что у тебя с миледи? Успел познакомиться поближе?

- Нет, не срослось, но я и не планировал так быстро. Да, надо завтра нам обоим к ней заехать. Дворец огромный, по местным меркам, а состояние не очень. Надо думать про ремонт. Предлагаю после ремонта использовать дворец как гостиницу для богатых или пансионат для длительного проживания. Ну и половину или треть отдать им для проживания.

- Подумаем, время есть. Я вообще предлагаю начать строить новый город в километре отсюда, подальше от гор. После вступления в должность мне поступает информация о городе и я знаю, что что-то не в порядке под фундаментами, какие-то подвижки. Завтра придется посмотреть. И, наконец, Несравненная Курашим! Можете рассказать, почему увезли наследника из Эластоуна?

Над сидящими за столом повисла голубая полусфера, Курашим скупо улыбнулась одними губами, - Сфера молчания установлена, теперь могу. В столице бурление началось еще перед вашим отъездом. Я пыталась донести это до брата, но Сиятельный Тан не поверил в серьезность. А потом во дворце просел Источник, брат тайно пришел в мою комнату, сказал, что исправить ситуацию поздно и велел увезти наследника к тебе. Сказал, что здесь будет безопаснее в любом случае. Я взяла три дюжины своих девочек и мы пошли на выход. В одном месте встретились с черными эрками… погибло больше половины…

- Что за черные эрки?

- Не знаю, не видела их раньше, и девочки тоже первый раз с такими повстречались. Одеты во все черное, даже лица черные и дерутся… даже не знаю с кем сравнить. Против троих-четверых моих уверенно держалась одна черная.

- Подумаем. Как думаешь, Тан с женой живы?

- Мы с наследником по пути сюда заехали к Оракулу. Я принесла жертвы и спросила про брата. Так Оракул вообще не ответил. Жрецы только руками развели, у них такого никогда не было.

- Но ведь после их смерти Источник должен был перестать работать?

- И начать, когда будет новый Сиятельный Тан. А если новый слабосилок, то и источник будет работать слабо. Я думаю, они живы, но их прячут в подземелье и Источник чувствует слабо.

- Ладно, давайте закругляться. Завтра тоже тяжелый день.

Когда все разошлись, Гуля чмокнула Игоря «Пойдем, у меня для тебя тоже есть новость. Лизка!».

В дверном проеме показалось зеленое лицо.

- Закрой Сиятельному Тару глаза рукой и не отпускай, пока не дойдем до дома!

Девушка кивнула, подскочила сзади к Собину и прижала к себе его голову, крепко закрыв обзор. «А теперь веди! Я чуть попозже подойду».

Лизка прижалась к мужской спине горячей грудью и толкнула Игоря не к тамбуру, а к другому выходу. Только многолетний опыт выживания в офисных джунглях помог бывшему главбуху выйти из палатки, никуда не вляпавшись.

К «дому» добирались минут десять. Под конец даже стало получаться идти в ногу, но неожиданно девушка убрала ладони и Собин сделал шаг и встал прямо перед крыльцом.

- Это что? – спросил он, показывая на дом, цвета шлакоблока, без окон и размером с двухэтажный коттедж. Единственным цветным пятном были семь цветных полосок по всей широкой входной двери.

- А это наш дом, Сиятельный Тар Мезиликии, - выглянула Гуля из распахнувшейся двери, - проходи, мой руки и садись ужинать, ибо заработал.

Даже спиной Собин почувствовал, как Лизка трясется от смеха. Игорь смачно шлепнул её по заднице и поднялся на крыльцо.

Несмотря не внешний неказистый вид, в доме было светло и уютно. Стены покрашены в бежевый цвет, на потолке налеплены плафоны с неярким светом. Гуля повела его по дому, - Это лестница на второй этаж, там спальня… Это туалет… Ванная комната… Кладовка, там Лизка поселится, пока временно…Кухня…

В кухне было свободно, пять на семь, да всей мебели стол, мягкая скамья и три стула, да в углу, мойка, обложенная мраморными плитами. Над мойкой висел шкафчик. Гуля махнула на кран в мойке, - Мой руки!

А сама повернулась в противоположный угол, где в пустоте возник столик, на котором две кастрюли дымились парком. Собин хмыкнул и протянул руки к раковине. И сразу над ней возник водяной шар. Игорь всунул руки в шар и тот завертелся. От испуга мужчина вытянул руки – они были абсолютно чистыми и пахли хорошим мылом.

Игорь плюхнулся на скамью и Гуля поставила перед ним тарелку с овощами и куском жареного мяса и кружку, наполненную горячи взваром. Игорь нюхнул, сделал глоток и откинулся на спинку, закрыв глаза и едва успев поставить кружку. Гуля среагировала только, когда Собин всхрапнул. Она опустила супницу на стол и озадаченно посмотрела на спящего Игоря, даже поправила ему прическу. Но мужчина не реагировал. И тогда Гуля крикнула «Лизка!». Не успело затихнуть это, как зелененькая уже влетела в комнату. Гуля кивнула на спящего, «Что будем делать?».

Лизка положила Собина на скамью, стащила сапоги и расстегнула мундир. Послушала дыхание, даже потрогала пульс на шее и только потом повернулась к Гуле.

- Хозяин просто уснул – устал очень. Тяжело принимать на себя целую Мезиликию.

- Это понятно. Что предлагаешь делать?

- Ничего. Если через малый круг или два не проснется – будет спать до утра.

- Ладно, пусть спит, тогда давай чай попьем.

- Взвар?

- Пусть будет взвар. И печенье неси, которое настряпала.

- Только его мало осталось… Много не получилось, сложный рецепт.

- Хорошо. Неси, сколько есть, только быстрее.

Лизка выскочила. Гуля присела к Игорю и чмокнула его в щеку. Мужчина улыбнулся. И вздрогнул, когда раздался стук в дверь. Женщина гаркнула, - Чего стоишь – заходи, чего застеснялась?

И удивленно повернула голову на частый топот. Топот прекратился, когда в комнату втолкнули Принцессу, прячущую руки за спиной. Девочка оглядела помещение и спросила «А Сиятельный Тар где? Мы думали, он здесь».

- Зачем он тебе? До утра не можешь подождать?

- Гуля, ты же знаешь, как я уважаю Игоря Вадимовича. И что не посмела бы беспокоить его без этой… крайней нужды. Но нужда крайняя, на самом деле! Где он?

- Спит!

- Уже нет. Что у тебя?

- Вот!

Принцесса вытащила из-за спины предмет, завернутый в ткань, собралась положить на стол, но увидела, что он занят и задумалась, пока Гуля раздраженно не махнула и посуда со стола переместилась в шкаф над мойкой, ставший невидимым. Тогда девочка осторожно развернула ткань, «Вот!».

- Что это? – Собин рывком сел и зевнул, - Гуля, можешь кофейку сделать?

Гуля кивнула и шагнула к шкафу, Принцесса ногтем сдвинула металлические обломки к Собину, - Какие осколки. С Земли…

Мужчина протер глаза, наклонился к столу и попытался разглядеть содержимое.

- Вот здесь надпись. Вроде, на английском. Нас Тайшет уговорил по катакомбам пройтись. Сказал, что есть легенда, что под городом клад зарыли, а он искать умеет, а один идти опасается.

- И что, нашли?

- Какое там! Вернее, нашли, но не сокровища, а труп. А недалеко взрыв был, который его и убил. Осколки мы с него сняли. Не волнуйтесь, Игорь Вадимович, мы их не голыми руками собирали, заражение крови не наша фишка.

- И…

- И этим взрывом Башню Магов и скособочили! Хорошо Анжелочка смогла отследить, откуда труп пришел.

- Вы еще и Анжелу по помойкам водили!!! - Гуля чуть не пролила кофе на Игоря, - Да вы знаете, как у неё шерсть тяжело отмывается.

- Спокойно, туна! Мы всё отмоем. Завтра. А сейчас я договорю. Короче, Анжела нашла выход. И он находится неподалеку от старого дома. Штаб собирать?

- Какой штаб? Ты о чем, маленькая?

- Игорь Вадимович, я не Маленькая, я Принцесса. Это моё погоняло в отряде.

- Еще и отряд! Ладно, вспомним Карлссона, что он говорил про спокойствие. Спасибо, Гуля, за кофе и за то, что не пролила. Будем, как обычно, рассуждать логически. Кого ты собиралась позвать?

- Тунов Алексея и Семена, его милость герцога. Ксанек настаивает, что Несравненную нужно позвать, которая Курашим. Насчет Чингизхана не уверена… А магов, если надо, туна Гуля потом позовет. Принцесса доклад окончила!

- Молодец! Объявляю благодарность. За герцогом сама побежишь?

- В натуре сама!

- Тогда аллюр три креста!

Быстрый топот. Гуля присела, прижалась к Игорю, - Опять всю ночь спать не будешь?

- А что делать? Надо. Ты же знаешь, «у нас, у царей ни одного выходного нет». А с этим надо быстро разобраться, пока Семен не уехал и война не началась. Нам тут только пятой колонны не хватает.

- Я на улице посиделки организую, не хочу всех в дом пускать, тем более, ночью.

- Хорошо, а сама иди спать. Потом Лизка всё уберет.

Гуля шлепнула любимого по плечу и встала, - лучше, если я с тобой посижу, послушаю. Маги ведь тоже понадобятся! Лизка!

Пока Лизка выносила стол с табуретами и накрывала, Игорь в обнимку с Гулей кемарил на скамейке у крыльца. Народ появился практически одновременно, Толян даже пришел с Анталией, на секунды задержалась только запыхавшаяся Принцесса, которую у угла дома дожидалась её команда.

Собин кивнул Принцессе и девочка повторила свой рассказ. Семен наклонился к перенесенным осколкам и уверенно заявил «Румынская. Изготовлено… шесть лет назад. Наверно, со складов по списанию приобрели». Кривич тяжко вздохнул, - Всё-таки, земляне…

Миледи Анталия вскочила, - Это иноземцы моего супруга погубили?! Всех на кол посадить! И сжечь!

Но Собин уже отключился. Последнее, что он успел увидеть: Миледи ужинает с черноволосым эрком, манерами схожим с герцогом. Анталия делает замечание детям, картинка трясется, эрк дергается, хватается за грудь, у него изо рта течет кровь, он падает головой на стол, миледи беззвучно кричит.

И Собина сильно трясут за плечо, - Ваша светлость, проснись! Ты уже больше двенадцати часов проспал.

Игорь открыл глаза, его трясет встревоженная Гуля, - Как больше двенадцати?

- А вот так! Вырубился на скамейке, хорошо наши до кровати дотащили. А сейчас тебя на улице снова ждут. И давай швыдче ешь, нам еще уборку надо делать. - И поставила на кровать поднос с завтраком, а на стул повесила поглаженный мундир.

Собин быстро поел, отдал разнос и взялся за мундир. И пригрозил хмыкнувшей Гуле, - Я камердинера заведу и горничную, чтобы одежду помогали одевать.

И получить в спину, - Ну, если тебя не пугают новые трупы…

На улице вчерашняя компания пила взвар. Игорь сел, взял горячую кружку, принесенную Лизкой, пожелал приятного аппетита и кивнул довольному Семену, - Радуй!

- Радую. Взяли вчера. Всю сеть. Эти олухи понятия не имеют о конспирации. Как в анекдоте «парашют выдавал в нём советского шпиона». Оказывается, во время наступления эти уроды должны стрелять в спины обороняющимся. И возможно еще есть «спящие» ячейки, миледи Анталия с туном Анатолием собираются проверить все дома.

- В команде с магами тунны Гули, они хорошо детектором лжи работают, - добавил Кривич.

- Еще какие вопросы?

- Миледи Анталия очень просила, отдать местных предателей ей.

- Пусть берет. Еще? Мне сказали, что еще есть желающие поговорить… Тун Анатолий, останься, остальных не задерживаю…

Не успел ближний круг подняться, как во двор влетела Принцесса, - Сиятельный, к городу приближается большая колонна повозок. Из-за пыли невозможно рассмотреть, кто едет.

Сиятельный вопросительно оглядел присутствующих – И что будем делать?

- По шару увидели? - первой среагировала Гуля. Запыхавшаяся девочка только кивнула и плеснула взвар в чью-то кружку для себя.

- Тогда вначале посмотрим на незваных гостей.

Собин даже не успел моргнуть, как девочка хлопнула по столу и из столешницы вылезло серое полушарие с кастрюлю, покрытое туманное думкой. Потом Принцесса зашевелила пальцами, дымка рассеялась, в ней появилось синева неба, потом появилась дорога на земле, запруженная конниками, за которыми виднелись многочисленные повозки.

- А покрупнее можно? – неслышно у стола появилась Курашим. Принцесса кивнула, и колонна стремительно приблизилась к сферическому экрану. У бывшей начальницы охраны, видимо, закружилась голова, так как она вдруг схватилась за виски. Но собралась и попыталась внимательно рассмотреть картинку.

Наконец выпрямилась и уверенно заявила «Колонна из Элазии. Повозки из дворца, на конях «дельфины» и кто-то еще, не могу разобрать флажки.

- «Крысюки», легкая пехота, из простых. У них клич «Загрызем, когда догоним», - это уже появился герцог, в гвардии шутят, что они употребляют крысиные железы перед боем, поэтому им неведом страх…

Звук резко стал искажаться, виски сдавило тисками и невидимый тайсон вдарил в грудь. Собин отключился…

***

Игорь открыл глаза. Темно. Совсем темно и совсем тихо. Пошевелил руками-ногами – вроде, всё шевелится. Зажмурил глаза, открыл. Не помогло. Решил потрогать пространство, потрогал рукой, понял, что лежит на кровати в комнате. Понял, что спальня, только чужая. Попробовал щелкнуть пальцами, мигнул свет. Психанул, сел. Снова щелкнул, но вместо света загорелся экран, даже не экран, а сферошар, как у Принцессы. Пошло изображение.

***

- У них клич «Загрызем, когда догоним», - герцог подошел к столу. Я в фильме закадровым голосом произнес: «Подмога пришла? Сколько их в колонне?».

- Нет, это не подмога. Эти знаки на повозках принадлежат дворцовой охране… - задумалась Курашим, - Я съезжу, пока они в город не въехали, узнаю. Вдруг их и пускать не стоит.

- И не задерживайся, не исключаю, что к нам весь Дом Элазии пожаловал. Если так, то с ними надо сразу же построже, чтобы на шею без мыла не забрались. А то опомниться не успеешь, тебе уже командуют, что делать, куда бежать…

Курашим только хмыкнула на ходу.

Щелчок.

Вечер. В совещательной палатке герцог, Курашим с Саньком в углу. В другом углу Кривич со своей миледи. За столом с вином и закусками Собин, напротив Мастер церемоний и еще двое неизвестных придворных. У всех троих виноватый вид. Мастер мнется, - Я понимаю… Вам нанесено оскорбление… Но, может быть, как-то …

Миледи дергается, - Никак! Цена такого оскорбления – голова! Это же надо сподобиться: на въезде в чужой город обозвать Сиятельного Тара простолюдином! Зачем дебилу голова, ведь он совсем не думает? Видно же: их ждут. Ну, подумаешь, одежда не такая нарядная, к какой привык в Эластоуне. Так у нас война скоро, мы готовимся!

Игорь кивает Толяну, друг оттаскивает подругу, попутно шепчет на ушко что-то успокаивающее. Собин встает, - Я вижу два варианта. Первый: голова. Второй: вся банда вместе со своим велеречивым предводителем записывается в городскую стражу Кинчева. Как правильно вспомнила миледи, у нас на носу кровопролитная битва и нужно зачистить город от лазутчиков. Как бонус, их обучат земному бою, как без оружия, так с белым оружием. Решения жду до утра.

Сел и вместо судейского молотка, хлопнул ладонями по столу. Соседи Мастера пошептались и с поклоном вышли из палатки. Мастер с уважением поклонился, - Благодарю, Сиятельный Тар. Это будет лучший выход. Винсон горячий мальчик, а на него постоянно пытаются надеть узкий кафтан.

- Родственник?

- Троюродный племянник. Еще раз благодарю.

Щелчок.

Собин в каком-то тоннеле стоит со светильником в вытянутой руке и пытается разглядеть тьму.

- Атас! Идут! Выключайте огонь!

Игорь гасит свет. Через несколько секунд раздается щелчок. В коробке тускло освещенной двери стоят трое: слуга с лампой и двое с мешками. Слуга поклонился и пожелал «Удачной дороги, господин», после чего дверь закрылась и в темноте начался бредлам.

- Жирдяй, ты его упустил!

- Безголовый, он побежал к тебе!

- А я его и поймал! Парни зажгите свет и осторожно снимите его с меня.

- А где второй?

Вспыхнул яркий свет, Игорь прикрыл глаза, прищурился: в трех шагах от него на лежавшем эрке сидел другой и заворачивал тому руки. Подбежавшая троица подняла пленника и отобрала мешок. Подошел четвертый и развел руками, - Ушел, гад!

- Эх, молодежь! Никуда он не ушел, просто вы ловить не умеете, - раздался голосок Принцессы, - Безголовый с тебя золотой! Или все-таки саблю отдашь?

- Эта сабля стоит сто золотых! А золотой получишь, когда я второго увижу.

- Увидишь, увидишь! Скоро увидишь. За углом есть еще один вход в дом и если бы не одна умная Принцесса, которая догадалась натянуть веревку, то этот засранец ушел бы.

- Принцесса!

- Виновата, Сиятельный Тар, больше не повторится! А вас в доме Асани дожидается по персональному вопросу. Тьфу ты, блин, по личному! Совсем тут русский забыла, хичмарули запеканто!

Раздались шаги. Это подошла группа местных в серой форме и увела пленника. А Игорь пошел навстречу махавшей девочке, которая ждала у открытой двери. Собин поднялся по узкой лестнице и очутился в какой-то подсобке, где Асани опирался коленом на пол, залитый кровью. За ним, в углу, сгорбилась служанка в грязном сером балахоне, похожем на платье, с здоровым синяком под глазом. Слева от Асани, в приоткрытой двери торчали ноги в мужских сапогах и спина с воткнутым ятаганом. Асани поклонился, - Простите меня, Повелитель, я не справился с вашим поручением.

- С каким? - ошарашено спросил Собин.

- Вы велели взять негодяев живыми, а мне пришлось двоих убить.

- Ладно, потом разберемся. Это кто?

- Служанка, Ипомея. Она показала мне тайную комнату.

- Господин, Асани ранен, ему нужна помощь, - служанка прикрыла платком лицо и посмотрела на Игоря с мольбой.

- Подними руки!

Асани поднял. На левом боку оказалась зеленое пятно. Не оборачиваясь, Собин крикнул, - Лекаря сюда! И мага!

- Повелитель, за дверью лестница, ведет вниз, по ней смогли убежать еще двое или трое…

Загрохотали шаги и в подсобку влетела банда отморозков, которых помиловал Собин. Первым, естественно, оказался Винсон – молодой парень, по сути, пацан. Его чуть не погубили девушки, перед которыми он постоянно распускал хвост и горячий характер, не позволяющий подумать о последствиях.

Винсон опустил кинжал, - Сир, маг сейчас подойдет.

- Проверь со своими лестницу за дверью. Только осторожно – туда ушли матерые бандиты.

Парень щелкнул шпорами, встал сбоку от двери и бросил в темноту огонек. Тишина. Винсон свистнул и рванул по лестнице, за ним остальная пятерка.

Не успело затихнуть эхо, как в комнату вошел один из гулиных магов, Игорь никак не мог запомнить его имя, что-то цветасто-восточное. Собин кивнул на Асани, схватившегося за раненый бок. Маг шевельнул рукой и охранник начал валиться на пол.

- Не здесь, в чистое место!

Служанка отдернула штору за своей спиной, Собин увидел заправленный топчан в чертовски маленькой комнатушке и кивнул магу. Тот начал телепортацию раненого на топчан.

- Не переживайте, Игорь Вадимович, ничего серьезного: клинок чистый, крови немного потерял. Пару дней поесть сырую печень, и будет лучше нового.

- Принцесса, ты отморозков «сиру» научила? Зачем?

- Это Антон на операции предложил новеньким позывные придумать. Вот Винсон его и озадачил «Как к Сиятельному Тару обращаться?». Пришлось помочь. А что, не понравилось.

- Понравилось, только я не люблю сюрпризов, надо было предупредить…

Из-за двери стали доноситься неразборчивые крики. Собин вынул пистолет и подошел к трупу, задев ятаган, сабля даже не покачнулась.

- Я бы не советовала спускаться.

- Почему?

- Когда парни работают, они совсем не думают. Вернее, вначале делают, а потом думают. Могу случайно порезать.

Собин дождался тишины и крикнул «У вас всё в порядке?»

- Жирдяя порезали! Но мы его взяли, сейчас вернемся!

Щелчок.

И снова совещательная палатка. Игорь с Гулей сидят на невысоком троне, Собин повыше, жена пониже. В отдалении длинный стол с вином и закусками, за которым вся компания прислушивается к Курашим. Винсон скромно стоит у входа. Курашим сообщает внимательно слушающему Собину.

- Допрос пленного подтвердил, что он землянин, служит, как сказал «мессиру». В город отправлен для проведения диверсий при наступлении войск Мессира. Основная цель – башня магов, вспомогательная – дворец правителя.

- Когда должно быть наступление?

- Он не знает. Думает, что не позднее двух месяцев.

- Что с Жирдяем?

Гуля положила ладонь на его руку, - Он буквально наткнулся на клинок, его спало, что у местных сердце меньше и клинок прошел рядом. Так что, будет жить. Через месяц сможет встать, - Винсон заметно расслабился.

- Спасибо, Курашим. Семен?

- По сведениям, полученным на допросе, группировка Мессира состоит из трех тысяч степняков, в основном, из бедных пастухов. Это значит, что оружие и подготовка на троечку. Вдобавок есть местная пехота из всякого сброда в пределах двух тысяч. Сброд – это не ругательство, они собрались со всех захваченных территорий. Подготовка такая же, как у конных – хреновая. Поэтому основная сила – земляне. Примерно восемьдесят процентов бандеры, извиняюсь, украинцы. Чуть меньше тысячи человек, остальные – микс из европейцев, американцев и всяких колумбийцев. Пленный оценил боеспособность подразделения на три-четыре балла, в том смысле, что умирать за Мессира не будут, но бойцы подготовленные. И порядка сотни механических повозок. Сюда входит с десяток БТРов. Остальные тачки это шахидмобили с крупнокалиберными пулеметами. Тактика обычно следующая: подходят к городу, предлагают сдаться. Если местные отказываются – Мессир посылает конницу и следом пехоту из эрков. Если первый штурм отбит, то тогда подключаются джипы с пулеметами. БТРы еще ни разу не применяли, в том числе и из-за небольшого запаса топлива. У меня всё.

- Идеи есть?

- Предлагаю вместо разведки послать ДРГ, «дельфинов» и конников Чингизхана для нанесения ущерба. План предоставлю утром, перед выходом.

Собин оглядел собравшихся, - Тогда всё, – Все, кроме Кривича и Семена ушли. Семен подошел к Собину и протянул айфон, - Пленника. Помнишь ты приказал убить землянина, который участвовал в нападении, - Игорь кивнул, - Я тогда еще психовал, что просто так человека грохнули. А оказалось не просто так. Тут много видео, как они вдвоем пытают местных. Каюсь, я прервал допрос и грохнул паскуду.

- И не просто грохнул. Он его на куски порубил чуть не голыми руками, еле оторвали. Вопрос, как ты догадался?

- Ничего я не догадался, Толян. Чуйка сработала, как в анекдоте «ну не нравишься ты мне». Я, кстати, тоже долго переживал. Когнитивный диссонанс называется. Всё, тун Семен. Иди готовься.

Кривич дождался ухода Семена и подошел поближе, - Там пара человек дожидается твоего решения. Короче, капитан судна, на котором я рыбачил, хочет взять в аренду порт и возить контрабанду. Всё, как положено, тридцать процентов наши. А на земле развозить будет вождь Сурков, которых мы перед городом нашли. Только они хотят дома поставить в Новом городе.

- Где?

- Так местные район называют, который мы застраиваем. Даже взятки платят, чтобы в число застройщиков попасть.

- Против денег я никогда не возражаю. А порт я предлагаю подальше построить, километрах в пяти. Нам же нужен скрытный ввоз-вывоз контрабанды?

Щелчок.

Кино закончилось. Перед Собиным стоял эрк средних лет в одежде дворецкого.

- Дух города, надо полагать, - эрк вежливо согласился, - Ну и к чему весь этот просмотр содержания предыдущих серий?

- Чтобы информация, которую должен знать Сиятельный Тар Мезиликии, усвоилась в его голове. Теперь ты знаешь всё то, что и я, про город и провинцию. А с перстнем теперь ты справишься.

Эрк поклонился и исчез. Сквозь небольшое окно под потолком стал просачиваться рассвет. Собин посмотрел на руку. На среднем пальце правой руки серебром светилась квадратная печатка с кабаньей мордой. Беззвучно открылась дверь и в комнату вошла женщина. Подошла к кровати и начала наглаживать лицо. Игорь хихикнул. Женщина вскрикнула и отскочила. Загорелась лампа. Собин вгляделся, - Лизка?

- Господин проснулся?

- Господин проснулся и хочет жрать. Где Тара Гульмира?

- Она послала меня разбудить и позвать Сиятельного Тара на завтрак.

- А где мы сейчас?

- Господин слишком устал и забыл, что в своем доме?

- У господина много забот, он даже забыл, где умывальня.

- Я покажу. Вначале надо господина поднять, - Лизка уверенно запустила руку под одеяло.

- Лизка, ты путаешь слова «поднять» и «встать». После первого встать сразу не получиться, и Тара будет сердиться.

Лизка грустно вздохнула, отошла от кровати, поставила вместо меня вешалку с костюмом, - Одежда для господина, а умывальня там, - махнула рукой.

Пришлось встать, схватить халат и топать в указанном направлении. Слава Вселенной, ванную оборудовали по-земному, так что утренний моцион завершился быстро. Собин так же быстро оделся и пошел за Лизкой вкушать завтрак.

В центре длинного стола сидела Гуля, на углу Принцесса, умытая и нарядная, Лизка села напротив Гули. Появившаяся ниоткуда молоденькая эрка в фартуке отодвинула стул рядом с Гулей. Игорь удивленно посмотрел на жену, но вскочила Принцесса, - Мы, банда Дома пионеров, взяли шефство над кухней Сиятельного Тара и теперь каждый день, один из банды, независимо от пола, будет дежурить во время приема пищи.

Эрка восхищенно уставилась на атаманшу, улыбающаяся Гуля негромко добавила, - В обмен на поставку этой самой пищи.

- Не буду спорить. Мы у себя готовим, конечно, сытно, но не очень вкусно. Но это временно, скоро научимся и снимемся с вашего довольствия.

- Не ссорьтесь, девочки. А что это за «дом пионеров»?

Принцесса вдруг покраснела, а Гуля хмыкнула, - Если ты забыл, то вначале она вынесла мозг, чтобы ей, как и нам, поставили дом, причем не абы кабы, а в определенном месте. А потом туда переселилась вся её банда. Хотя питаются они по-прежнему у нас.

- Ну, конечно, мы вас объели!

- Не объели, но порядок должен быть.

- Ладно, брэк, горячие землянки! Принцесса, потом всё расскажешь, если хочешь, чтобы всё оставалось по-старому. А сейчас завтрак.

Собин сел за стол, перед ним тарелка с салатом, пара варенных яиц, мясная нарезка для бутербродов и большая кружка с горячим взваром. Игорь собрал бутер, подцепил вилкой салат и начал есть. Но внезапно замер и уставился вглубь себя. Принцесса даже замахала рукой перед его лицом, пока Гуля её не отдернула. Над столом повисла тревожная пауза. Наконец Игорь продолжил жевать. Прожевав, произнес, - К нам небольшой отряд приближается из-за гор. Возможно, кто-то от Семена.

И укусил бутерброд. Принцесса вытащила из кармана выточенную из дерева телефонную трубку, нажала руну, и когда значок засветился, сказал в неё, - Внимание на Восточном посту: к городу приближается вооруженная группа, встретить и доложить. Не исключено, что им потребуется медицинская помощь. Свяжитесь с медцентром. Отбой!

- Серьезно у тебя дело поставлено!

- Ну дак, война скоро, готовимся настоящим образом, у нас даже полоса препятствия есть, мы постоянно тренируемся. А Асани нам бой без оружия показывает и холодняком учить работать.

В ответ на изумленное выражение лица Собина Гуля пожала плечами, типа «а что ты хотел».

***

Пост банды находился в за городом, где уже отчетливо виднелись снежные шапки гор. Бричка остановилась около землянки, заросшей молодой зеленью. Собин подошел и попытался найти вход. Входа не было. Подбежавшая девочка загадочно посмотрела на босса. Босс посмотрел на Гулю, выпрыгнувшую из брички.

Бричка была идеей жены босса. Мягкие кожаные сиденья и, самое главное, плавность и легкость хода, сделали бричку мечтой всех немногочисленных богатеев города. Эрки победнее заглядывались на более бюджетный вариант, с местными подшипниками из какого-то «железного» дерева. Так что хиронские мастера, которых Гуля подписала на изготовление непонятных повозок, в накладе не остались.

Принцесса показала на неказистое дерево, выросшее в стороне от дороги. Перед глазами Сиятельного Тара появилась карта местности, на которой у дерева стояла избушка, а в ней светилось четыре кружка. Игорь хмыкнул и подошел к невидимому строению. Нащупал пузырь и сделал в него шаг, избу стало видно наяву. Входа он тоже не нашел, но увидел веревку с узлами, спускавшуюся к выкопанной яме с дерева. Хмыкнул, - А вот и вход – и подозвал девочку.

- А ход зачем?

- Тайшет сказал, чтобы невидимость не терять. Если выходить в дверь, то пузырь может схлопнуться, а если через ход ниже поверхности земли, но пузырь останется стоять.

Неожиданно веревка дернулась и с дерева по ней буквально слетел пацан, подскочил к Принцессе и в стойке «смирно» доложил, - Едут, наши, немного и медленно.

- Пошли встречать, Сиятельный Тар!

Наших было немного. Точнее, одна механическая повозка, с которой были сцеплены три повозки с ранеными, лежащими на скошенной траве. Управлял процессией земной парень. Собин забыл его имя, но Гуля сразу же узнала, - Андрей Воскобойников…

- Андрей!

И замахала руками. Андрей неторопливо подошел к повозке. Андрей спустился с места возницы и вытянулся по стойке «смирно», - Товарищ Сиятельный Тар! Рядовой Воскобойников привез раненых в количестве двадцати эрков и четырех гепардов. Командир просил передать, что всё в целом нормально, они двигаются сюда, планируют прибыть до завтрашнего вечера. Меня отправили вперед с ранеными. И это.. попить есть? А то они почти сутки не пили.

И тут началась суета. Гуля побежала осматривать раненых, кучер брички развернул тарантас и вытащил из загашника ручной пулемет, который и повернул в сторону гор. Мелочь нырнула в окоп и притащила из своего блок-поста кожаные фляги с водой, Принцесса увлеченно кричала в свой «телефон». Пацанка притащила пару мисок, которые пустили по кругу, из одной поили эрков, из другой животных.

Собин отстегнул фляжку и протянул Андрею, - Пей, это компот! Как вообще съездили?

Парень сделал несколько больших глотков и вытер небритое лицо, - Нормально. Постреляли, побегали, хабар взяли. Чингизхан там остался, вроде его местные за хана признали. На обратном пути бандеры в нас вцепились, видать, шибко обиделись. Вот тогда и началось. Я уже решил, что амбец. Но «дельфины» спасли. Неожиданно в бок ударили, до кучи накидали дымовух, у них паника поднялась, мы и рванули. Да и тачки ихние не предназначены для поездок по летней степи – греются быстро. А с водой за горой проблематично…

- Ладно, Андрей, вези подопечных в город, там встретят. В баню сходишь, расслабишься.

Парень допил флягу, отдал Игорю, козырнул и вернулся на свое место. Посигналил и тронулся в путь.

***

И снова совещание в собинской палатке, на этот раз в расширенном составе, но за тем же длинным столом. Собин с Гулей, Кривич с Анталией, герцог, Курашим с Саньком и Принцессой, Семен, здоровый командир «дельфинов» и наблюдатели Асани и Винсон. Встал Семен.

- Отчет об операции я раздал, вы должны были с ним ознакомиться. Теперь о выводах. Первый бой произошел на встречных курсах, когда мы ушли за горы на тридцать километров. Конница Чингизхана наткнулась на вражескую конницу, направлявшуюся нам навстречу. Так как в отличии от нашего батыра, враг шел без разведки, то получил по полной. Рубка продолжалась, пока не подошла пехота. Слава Богу войны, Мессир экономит на вооружении своих местных наемников: слабые амулеты и арбалеты, кожаные доспехи – всё это позволило «дельфинам» ударом с фланга рассеять пехоту. И так как в это время бойцы Чингизхана начали угонять обоз, то поднялась паника. К сожалению, не надолго. К месту боя рванули три тачанки с пулеметами и устроили массовую дискотеку, не разбирая своих и чужих. Благодаря самоотверженным действиям хиронского ополчения удалось нейтрализовать тачанки с помощью наших гранат и местных светошумовых устройств. После чего бой фактически прекратился.

Ночью противник пытался под прикрытием атаки беспилотников напасть на наш лагерь силами пехоты, но подготовка была заблаговременно обнаружена, пехота вырезана, а тепловизоры летательных аппаратов нейтрализованы с помощью магов. после чего на военном совете было принято решение об отходе. Только это не позволило получить полный разгром. Конница степняков и «дельфины» на гепардах были отведены на фланги, пехота загрузила всё лишнее на транспорт. Поэтому, когда на рассвете беспилотники начали обстрел лагеря, потери были минимальны. До тех пор, пока в дело не вступили всё те же три тачанки. От пулеметного огня появилось большое количество раненых, которых в темпе начали отвозить к горам, хиронцы сумели подобраться ближе и начать обстрел тачанок из арбалетов, что, в свою очередь, позволило начать атаку «дельфинам». Степняки Чингизхана, по договоренности, обошли мессировцев и угрожали атаковать обоз. Опасаясь очутиться в котле с потерей тачанок и полным уничтожением местных наемников, враг прекратил атаку и отошел в лагерь.

Благодаря этому, основная часть отряда сумела отойти в горы, а Чингизхан со своими бойцами остался для проведения диверсионных действий. Вывод: нам нечего противопоставить мессировцам, поэтому предлагаю отойти под защиту Первоначальной горы и пропустить мессов к столице, так как, по моему мнению, принимать бой, значит, попусту терять людей. И эрков, конечно. У меня ассоциация возникла: слон и моська, мы можем только облаять и укусить пару раз, пока на нас не наступят.

Поднялся шум. Собин хлопнул по столу, кто-то даже вздрогнул.

- Во-первых, мы не можем их пропустить. Если пропустим, в столице начнется резня, а потом и нас вырежут, мы Мессиру не нужны ни в каком качестве. Что касается слона – то его обычно едят по кусочкам. Мне кажется, мы сможем противостоять врагу, если сможем разобщить его подразделения. Против конницы и пехоты – обстрел артиллерией его светлости, против беспилотннков «воздушная сеть» или какое-нибудь стихийное бедствие, сдувающее аппараты. Против тачанок и БТРов попробуем сделать гранатометы или огнеметы. Один умный человек сказал «главное в профессии вора – вовремя смыться». По-моему, пока такой момент не наступил. Предлагаю сделать перерыв до утра и подумать, что мы можем противопоставить врагу.

***

И с утра всё завертелось. План Собина приняли, но с поправками, причем по ходу поправки в поправки пошли косяком.

Неожиданно во время в обеда Собина пришла Принцесса и скромно уселась в углу, дожидаясь, пока Игорь доест. Дождавшись, уставилась в потолок и застенчиво спросила, - Сиятельный Тар, а в Мезиликии помолвки есть?

Хорошо, что Собин уже доел, обошлось без последствий. Он внимательно посмотрел на будущую невесту, - А не рано?

- Не знаю, - она пожала плечами, - Просто на улице желающие пожениться стоят, вот я и подумала…

Гуля с Лизкой подскочили к окошку. Раздался смех. Пришлось выходить, Принцесса выскочила следом. У входа в дом стояли Асани с Ипомеей, взявшись за руки. Увидев Собина, упали на колени.

- Говори!

- Повелитель, позволь взять Ипомею в жены.

- Бери, ты свободный человек, она тоже осталась без хозяина, значит, стала свободной.

- Собин, ты чудак? Люди хотят свадьбу. И я, кстати, тоже. А то война начнется и ищи-свищи тебя по Вселенной.

- Вот-вот, хотя бы помолвку сделал, а то замуж не возьмут!

- Барышни, вам и карты в руки – готовьте проект документации. Когда подготовите – согласуйте с Кривичом, а уже потом – ко мне. И быстрее, а то действительно война на носу. Я еду смотреть окопы.

Документ по проведению свадеб принесли на блокпост, где Семен показывал Собину выкопанные траншеи для перемещения орудий герцога. Одновременно с прибытием брички, набитой потенциальными женихами и невестами, от гор прискакали три всадника. Один с поклоном передал Собину послание от Чингизхана, написанное по-русски Батумом. Как ни пытался Игорь оставить умного паренька в городе, при машинах, тот рванул с отцом резать врагов.

Прочитав, хмыкнул и передал письмо Семену, - Вот и всё, дата экзамена назначена. Так что заканчивайте дела, сегодня будет Свадебный Вечер. Понял, Семен, все дела не переделаешь и перед смертью не надышишься? Всеравно, бой план поломает.

Подбежала Принцесса, Собин повел её обратно, - Пошли, будем вас регистрировать.

- А…

- А это потом будет. Знаешь мою любимую поговорку? Почему? Повторяю один раз, запоминай: Всё будет так, как должно быть, даже если будет иначе. И не заморачивайся завтрашним днем, Настюха!

***

По местным обычаям, всё официальные мероприятия должны проводиться на площади, где установлен покровитель города. Так как свадебную церемонию (и помолвку) решили проводит в Новом городе, то и покровителя решили выбрать нового. Без возражений им стал Сергей Извольский, единственный пока погибший из землян. Все брачующиеся (набралось двадцать пар, из них даже пара риэлвов) приняли участие в церемонии.

Вначале дух города показал подходящее место. Затем на него высыпали валуны из порта, затем вокруг рассыпали по мешку земли из каждого четырех углов города. Затем осторожно принесли мешок с телом парня. А затем Собин прикоснулся к телу перстнем. Мешок вспыхнул голубым пламенем, валуны сложились в цилиндрический постамент, а на постаменте появилась фигура Извольского. Сергей стоял в своем камуфляже и застенчиво улыбался морю.

По памятнику у Собина возникла ассоциация с актерами, изображающими скульптуры: белая, вроде каменная, но чувствуется, что живая. Первыми подошли Игорь и Гуля. Они прикоснулись к постаменту и у каждого на пальце появилось золотое кольцо. Потом, по кивку Сиятельного Тара пары подходили к памятнику и касались его руками. Тотчас на пальце у каждого начинало краснеть огненное кольцо, постепенно приобретавшее белый цвет. С эльфами, именуемых местными риалвы, произошел прикол. Вместо кольца на руке невесты вырос куст. Невеста упала в обморок, а когда жених её поднял, то вместо куста на пальце темнело деревянное кольцо.

Для помолвки придумали другой сценарий. Когда Принцесса с Саньком прикоснулись к постаменту, у них на запястье возник браслет: узенький, с рунами у девочки, уже девушки и широкий с шипами у парня. А когда пара отошла от памятника, девушки охраны, по сигналу Курашим, выпустил в небо белых голубей. Где они их нашли – никто так и не раскололся.

***

Подготовка к сражению продолжалась в темпе «завтра экзамен!», поэтому Собин не удивился, когда к нему прилетел замыленный Семен, - Тар Игорь, срочно нужна бричка – отвезти мину к блокпосту, - Игорь кивнул, - Я сам поеду.

Мешок с миной везла банда Винсона в полном составе, причем атаман с важностью держал в руке снайперку. Собин не различал модели, поэтому мог только зафиксировать, что это винтовка с прицелом. Верный Асани ехал на задках, «караулил пулемет», как пошутил его Повелитель.

До пункта назначения добрались быстро, несмотря на кучу эрков, ковыряющих землю вдоль дороги. Отморозки Винсона сразу взялись за подкоп под проезжую часть. Неожиданно раздался свист и с дерева, по веревке слетел очередной малолетний заср… «скаут отряда Принцессы». Слетел и сразу подбежал к Собину. Отдал честь и прошептал, - Они приближаются, будут здесь, - посмотрел на небо, - Через двадцать минут.

Собин похлопал его по плечу, - Молодец! А сейчас собирай манатки и беги к Принцессе. Сейчас тут война начнется, а ты без оружия.

Парень обиженно кладет руку на кинжальчик.

- Этим ты никого не сможешь убить. Здесь не сможешь, а в городе Принцесса тебя быстро к делу пристроит. И по пути всем говори, пусть уходят.

Паренек кивнул, нырнул в блокпост и через пару минут вдвоем с напарником убежали по траншее. Собин подошел к Винсону, увлеченно копающего землю, - Ты еще долго?

Атаман посмотрел на выкопанное углубление, подаренные часы, на небо, банду – За полчаса точно управимся, сир.

- Тогда выбери самого уставшего, пусть сложит всё ненужное в бричку и гонит в город. Через десять минут «мессиры» будут здесь, я попытаюсь их задержать, когда закончите – свистите. Асани! Прикроешь меня с пулеметом. Кстати, что у вас является знаком мирных намерений?

- Зеленый флаг или зеленая ветвь. Но это же опасно, сир! Они могут вас убить!

- Ты не поверишь, мы все умрем, рано или поздно. Главное, умереть за дело. Но это так, проза. Я сегодня, вернее, сейчас, умирать не собираюсь, у меня жена еще не родила.

Асани спрыгнул в траншею, держа пулемет на плече, Собин хмыкнул, - Ну вылитый революционный матрос! А вот и кавалерия, я пошел!

***

Мессир, в черном костюме, с большим круглым амулетом на груди, висящем на толстой золотой цепи, уверенно держался в седле на грациозном черном скакуне. Справа не так уверенно следовал Хромой – начальник его охраны, справа Шрам – начальник штаба.

Мессир увидел человека, увлеченно машущего веткой и остановил скакуна, - Чего это он?

- По местным понятиям, он предлагает переговоры. Но он же землянин! – озадачится Шрам.

Хромой захохотал, - Да это же местный губернатор! Приехал нас поприветствовать!

- Вряд ли. Но мы сейчас всё узнаем. Вперед! – и жеребец пошел вперед, не дожидаясь соседей.

В пяти метрах от человека Мессир снова остановился и начал разглядывать незнакомца. Тот не стушевался, а спросил, - Я Сиятельный Тар Мезиликии, а Вы, я полагаю, Мессир?

- Правильно полагаешь. Зачем ты здесь? Почетная сдача должна быть в городе.

- Зачем мне ваша сдача, даже почетная. Я предлагаю твоему воинству вернуться обратно. Только тогда все останутся живыми.

Угрожающе задышал Хромой.

- А если мы не согласимся?

Раздался свист.

- Тогда будет, как в книге: живые позавидуют мертвым. Жаль, что мы не нашли консенсус…

Губернатор отбросил ветку и развернулся.

- Убей его, он тянул время!

Хромой щелкнул предохранителем калаша, висящего на груди, но выстрелить не успел. Длинная пулеметная очередь разрезала Хромого, напугала коня Шрама, из-за чего тот свалился и заставила его собственного коня вздрогнуть, несмотря на защитные амулеты, а губернатор прыгнул в траншею.

Шрам встал, отряхнулся, глянул на залитое кровью лицо Хромого и спросил, - Запускаем беспилотники, пусть побомбят город?

- Нет. Он наших «птичек» уже при штурме крепости сбивал. Пусть пока займется нашими дикими друзьями на своих диких лошадках и нашей пехотой, а ты распорядись запустить разведчика, пусть прояснит ситуацию. Я не хочу остановиться в шаге от столицы, ведь меня там с нетерпением ждут.

- Что им пообещать?

- Как обычно: три дня на разграбление. Хотя первому подразделению, вошедшему в город – пять дней. Пусть потом разбираются, кто раньше вошел, пока твои сыскари захоронки собирают.

***

При прыжке Собин подвернул ногу, Асани потащил его на себе. Как оказалось, недалеко. В траншее, всего в ста метров от засады, стояла собинская бричка. Загрузив раненого и запрыгнув на соседнее место, Асани хлопнул возницу по плечу и тот дернул вожжи. Бричка понеслась, как тачанка. Собин осмотрелся: расстояние до дороги не более двадцати метров.

- Нас не увидят?

- Нет, - хихикнул возница, не оборачиваясь, зря, что ли, Принцесса парней из Сурков взяла – заставила их научить ставить «Полог невидимости». Слабенький, конечно, по вашему на тридцать метров…

- Стой! – прервал монолог Собин, - и молчи!

Возница начал оглядываться и охнул. По дороге к Кинчеву рысью, поднимая пыль, шли конные «мессиры». За ними, стоя в повозках, ехала пехота. Одна повозка решила обогнать колонну и съехала на обочину, у Собину забилось сердце, но обошлось: повозка попала в яму и сломала колесо. Игорь боковым зрением уловил движение, это Асани нацеливал пулемет. Собин помотал головой. Колонна ушла. Поломщики вылезли и начали трепаться. Игорь осторожно вылез и поковылял поближе.

- Мессир сегодня добрый – дал пять дней на разграбление, но нам не светит. Вонючих кабареков не догнать, тем более на этой рухляди.

- Не кипятись, Малыш. Мессир просто так ничего не делает. Видимо, не надеется сходу взять город. Да нам и не нужны эти пять дней. Я договорился с командиром, он разрешил нашей сотне в пригороде спуститься в тоннель и зайти в город по нему.

- Там же дерьмо и крысы!

- Зато тебя не убьют. Во втором десятке есть эрк, который здесь жил, он пообещал показать богатые дома. Прикинь, пока эти дурни атакуют позиции, мы проверяем богатых жителей, а потом ударим в спину… Ладно, хватит, колесо до города не отвалится, поехали!

Дождавшись, пока повозка уедет, Собин вытащил магофон в виде деревяной трубки и нажал на руну под словом «Семен».

- Это я. Мы немного застряли…

- На точке три, - подсказал возница.

- Находимся на точке три… Нет, всё спокойно… Есть информация: часть пеших подразделений попытается проникнуть в город по подземным коммуникациям. Всё. Конец связи. Продолжаем двигаться к городу…

Окончание разговора утонуло в небесном гуле. Собин поднял голову и увидел, как с рычанием к Кинчеву несется комета с головой шакала и колючками ежа. Голова разогналась, чтобы пробить магическую защиту над городом. Но видимо защиту сняли, ибо голова улетела за город и с жалобным повизгиванием врезалась в землю.

***

На площадке между башнями магов за чаепитием собралось всё руководство, кроме уехавшего Собина. Связистом самоназначилась Принцесса. Дул свежий ветерок, но было по-летнему тепло. Забулькало, Принцесса перевела, - Гады появились, Винсон не успевает, сир решил их задержать. Сейчас картинка будет, стол освободите!

Чаепитие пришлось приостановить, пара слуг Кривича освободила стол и подошла поближе, посмотреть на очередную иномирскую магию. А Принцесса положила в центр стола белую тарелку, вытащила из кармана и положила на неё белый матовый шаг, хлопнула руками, - Хейердал! – и шар покатился по тарелке, - Тур! – и в шаре появилась пустая степь.

- Дебилы, номера перепутали! Второй!

На это раз в сфере появилась дорога и Собин с веткой, беседующий с всадниками. Семен присмотрелся и уверенно указал на среднего, - Это Мессир!

Все подошли и сгрудились вокруг стола. Неожиданно Собин отбросил ветку и пошел в сторону. Картинка перешла на что-то буркнувшего Мессира, правый схватился за автомат, все ахнули, и охнули, когда правого изрешетило, левого сбросило с коня и только Мессир смог усидеть на своем.

Левый поднялся, переговорил с Мессиром и сказал в свой магофон, после чего появились зеленые слуги в серых униформах и начали «накрывать поляну» за дорогой.

Запищало у Семена, тот скомандовал, - Картинка нужна с третьей точки.

Девушка кивнула и начала шептать. В сфере исчезло изображение, начали появляться цветные пятна, наконец, возникло изображение дороги, по которой двигались последние повозки.

С высоты было хорошо видно, как конница перед городом начинается разгоняться. Город имел двое ворот: слева к дороге и справа к порту. Поле под Новым городом было удалено от Кинчева на пару километров и скрыто туманом невидимости, а атакующих перед стеной встречал посад из дешевых построек и луг, вытоптанный скотиной.

Основная масса конных ломанулись к левым, главным воротам, всё еще открытым. Принцесса хихикнула, - На шару хотят в город попасть! Будем им шара!

- Не сглазь! Тьфу, уже, - часть конных неожиданно развернулась и понеслась к воротам в порт, попутно обстреливая защитников на стене. Тем более, что стена после ремонта осталась невысокой – не больше двух метров и местами щеголяла трещинами и выбоинами, по которым можно забраться. Но конные упрямо рвались к вторым воротам.

К городу с воем по небу неслась призрачная собака со светящимися глазами и клыками. При хорошем воображении можно было разглядеть слюну, капающую с них. Шаман шагнул вперед, поднял руки и резко опустил. Собака пошла в штопор и с жалобным визгом врезалась в землю.

Семен не заметил злобное привидение, - Проклятье! Там же только хиронские ополченцы, сомнут! Курашим, давай с девочками к портовым воротам, их нельзя пускать в город, резня начнется.

Первые всадники уже с криками влетали в главные ворота, когда Курашим шагнула с башни и спланировала на землю. Семен махнул связистке, - Первая батарея, психическим, огонь!

За дорогой напротив ворот, исчезла сфера невидимости, изо рва показались стволы орудий, сверкнула беззвучная молния и конная лава заметалась, некоторые даже слетели и кони без всадников добавили безрассудного веселья. Из-за батареи, легко перепрыгивая ров, вынеслась конная орда с белыми повязками на руке и начала рубить конных «мессиров», почти не оказавших сопротивления. После чего, по-быстрому обобрав трупы, увела пойманных лошадей к Новому городу.

Из портовых ворот вырвались не более двух десятков, без устали наяривавших коней. Но не далеко: их ссадили лучники со стены, после чего стали спускаться за своей долей трофеев.

Семен зарычал, - Куда они, рано! Сейчас их пехота вырежет. Батарея два, осколочным, бегло по три заряда, огонь.

А пехоту повозки подвезли почти к стене. Эрки выпрыгивали и строились коробками, держа над головой щиты и готовились бежать к стене. Обстрел рассеял ряды, часть не смогла подняться с земли.

Недалеко от позиции первой батареи, где обслуга быстренько собрала манатки после выстрела и покатившей свои далеметы к городу, сняла невидимость и показала свою позицию вторая батарея. Бойцы быстренько произвели выстрели и побежали догонять товарищей.

- Не жалко раскрывать позиции после одного выстрела? – неожиданно заинтересовался Кривич.

- По-другому не получится. Мессир, зараза, всё отслеживает. Если задержатся на пятнадцать минут – их тупо задавят.

Из-за позиций второй батареи с рычанием рванула сотня «дельфинов».

- Куда они, без приказа!

Но «дельфины» не слышали своего командующего, они рванули к пехоте и втоптали её в землю, причем втоптали в буквальном смысле: животные больше центнера весом опрокидывали пехотинцев и ломали им кости.

Семен психанул, даже сплюнул, его остановил Шаман, - Однако, сейчас маги магичить будут.

- Гуля, давай вниз, в госпиталь!

Женщина попыталась возражать, тогда Семен легонько подтолкнул её к краю площадки, - Сможешь? – Гуля обожгла презрением Семена и сделала шаг. Приземлилась, конечно, коряво, но на ноги и заковыляла к ближайшему входу.

А к городу уже летели длинные ледяные стрелы, почти невидимые на фоне неба. Шаман попытался усилить защитную сферу вокруг башен, к нему подключились маги, но стрелы ударили в крепостную стену, которая стала оседать, поднимая пыль до башен. Следующие полетели за башни, в город и врезались в дома городской элиты, после чего в той части города поднялись струйки дыма. Шаман показал Семену на позиции «мессиров», — Это еще не все. Смотри!

Семен перешел на мат: к городу, по всему небу, летели огненные болиды. Главнокомандующий несколько секунд приходил в себя, потом скомандовал, - Тун Анатолий, организуйте тушение пожаров. Принцесса, ты еще здесь? Марш на помощь Гуле… таре Гуле. Остальные на стены, на помощь дежурной смене.

Шаман загадочно улыбнулся, - Не торопись, тун Семен…

***

Собин увидел в голове картинку: испуганный дворецкий бегает по комнате. Поняв, что за ним смотрит Собин – повернулся к нему и стал умолять, - Помоги защитить город! Еще немного и я не смогу ничего сделать и город умрет!

- Что я могу сделать?

- Влей свою кровь в землю – это поможет!

- Ты можешь уничтожить атакующих?

- Нет, у них сильные амулеты. Торопись, у тебя мало времени!

Собин очнулся, остановил бричку и подошел к краю траншеи, - Ну, мать родная земля, выручай!

И полоснул по левой руке, не жалея себя. Кровь хлынула на землю и сразу же впиталась. Подскочил Асани, полил на порез из бутылки, кровь остановилась. Вдруг Асани начал ругаться на своем языке. Собин проследил за его взглядом и увидел ледяные стрелы.

- Не знаю, что с этим можно сделать, но попытаюсь…

Собин решительно опустил правую ладонь на место пролития крови и не успел закрыл глаза и сосредоточиться, как его левая ладонь вцепилась в землю, его скрючило и заломало, он отключился.

И в зеленом цвете, как в прибор ночного видения, увидел колыхающуюся сферу над городом, на подобии мыльного пузыря, которую дырявили очень медленно летящие ледышки, затем падавшие в дальней части города. Заметил поднимающийся дымок и его взгляд автоматически перенесся на пострадавший двор. Ситуация оказалась, как в жизни: грустно и смешно: служанка несла по двору горшок с углями, упавшая стрела ударила в дом, от испуга служанка выронила горшок на разбросанное по двору сено. От этого загорелись дрова, затем огонь перекинулся на постройки. И теперь всё население подворья суматошно пыталось потушить пожар.

- Сиятельный Тар, новая атака, - сообщил дворецкий.

- Надо дать ему имя, - вдруг подумал Собин.

Игорь не успел додумать, зелень сменилась голубым, город посерел, а над городом возникла желтая полусфера, к которой медленно приближались огненные шары. Мысль заработал со скоростью автоматной очереди, - А если заднюю сферу убрать, а энергию отправить к месту встречи болидов, а потом сузить, то защита укрепится. А если нижнюю часть, у земли оттянуть, то получится рикошетный градус.

В итоге полусфера стала похожа на желтую простыню на веревку, нижний конец которой придавили камнем и она запарусилась.

Из девяти болидов первая тройка влетела в «простыню» и исчезла, во второй центральный болид скатился по «простыне» на землю и там спокойно догорал, поджигая постройки. А оставшиеся пятеро сумели облететь «простыню» и упали в городе, отчего возникла зона пожара.

И тут засветилась скульптура, около которой проходила свадебная церемония. Собин переключил освещение на зеленый и увидел, как памятник Извольскому изменил свою позу и медленно стал замахиваться, сжимаю кулак. Пришлось возвращаться в желтый диапазон, в нем скульптура светилась, особенно кулак, который нагрелся до цвета болида. Не думая, на рефлексах, Собин снял защиту, вложил в кулак памятника и мысленно попытался помочь с разгоном. Сработало. К позициям «мессеров» полетел встречный болид. И судя по бабаху, попал куда надо. Возникло затишье. Игорь пришел в себя: он сползал на землю, но его удерживал Асани.

- Попить и к нашим.

***

Семен решил последовать совету Шамана и подождать, все-равно других вариантов не было. И дождался момента, когда три болида одновременно приблизились к их площадке и с шипением растворились. Потом было уже не так удивительно, когда очередной болид с шипением скатился на землю по невидимой стене и поджег строения в пригороде.

Когда остальные файерволы устроили пожар в городе, Семен уже пришел в себя и отправил Кривича с подругой организовывать тушение, а Шаман указал ему на металлические коробки, движущиеся к городу. Семен радостно крякнул, - А вот теперь все на стены – встречать последний резерв «мессиров»!

На стене Семен не успел установить пулемет на стенку, как его за рукав дернула Принцесса и показала на узкую улочку вдоль стены, по которой к ним торопилась бричка. Сразу стало спокойнее – теперь есть, кому принимать решения и отвечать за них. Семенпослал девушку за Собиным и вгляделся в движущие шахидмобили. Первая волна из пяти тойчанок приблизилась и начала обстрел стены. Семен присел за стену, заграждение уже не казалось убедительным.

- Все вниз! Где риалвы?

- Здесь! – командир трех десятков альвийских изгоев, с невыговариваемым земным горлом именем, поэтому переименованный в Селезня, махнул рукой от сторожки.

- На позицию! Приготовились к стрельбе по команде, - Семен выглянул между зубцами – тойчанки достигли нужной отметки. Семен оглянулся на риалвов, боец, выполняющие роль мага, заряжал стрелы, - Пли три залпа!

Стрелы со свистом ушли к цели, начались взрывы. возникла полоса огненного вала, четыре шахидмобиля вспыхнули. Пятый автомобиль резко развернулся и дал деру.

- А теперь сюрприз! – Семен достал коробочку из красного дерева с двумя большими бесцветными кнопками.

- Дальняя! – до стены донеслось эхо взрыва, в небо поднялся столб черного дыма.

- Ближняя! – и слинявший шахидмобиль подпрыгнул после взрыва и перевернулся на бок. Семену даже показалось, что он увидел крутящееся колесо.

- Ну, вот и всё! – Семен убрал в карман коробочку и поднялся, разглядывая изменившееся поле битвы.

- Я смотрю, тебя можно поздравить?

Похоже, из Семена ушла вся энергия, поэтому он просто кивнул, - Да, Сиятельный Тар. Враг разбит и отступает. Сейчас начнем преследование и сбор трофеев.

- Подожди. Мессир не прост, наверняка у него есть джокер в кармане, - Собин замер, закатил глаза, отключился от действительности на минуту и пришел в себя, будто по сигналу.

- Блин, порт! Мессир высаживает десант в порту. Он же попадет в тоннель, а оттуда в город! Их же не удержать! Как попасть в тоннель?

- Я проведу тебя самой короткой дорогой, Тар Игорь, - Принцесса протянула Собину бунч-темон и кинжал, подаренный на свадьбу Семеном.

Пока вешал на пояс, успокоился и начал командовать, - Кто у нас в бункере?

Принцесса вытянулась по стойке «смирно», - Твоя жена с ранеными и городские женщины с детьми, которых не смогли уговорить перебраться в Новый город. То им палатки не нравятся, то дома не на кого оставить. Только из-за обстрела побежали прятаться.

- Тогда так. Семен, я тебя отвлекать не буду. Принцесса, отведи меня в бункер. Когда придем, ты должна увести оттуда всех в Новый город, скажешь, что каратели высадились. А я попытаюсь прикрыть отход. Всё, побежали!

- Погоди, Тар Игорь! Возьми, на всякий случай, - И Семен передал пистолет в кобуре, две снаряженные обоймы, небольшой мешочек с патронами и глушитель. Пока Собин раскладывал запас по карманам, Принцесса успела позвать худющую риалвийку Пальму себе на замену и сиганула вниз по лестнице, как горная козочка. Собину пришлось вприпрыжку бежать за ней. Семен посмотрел в спины бегущих и почесал затылок, - Теперь мои задачи: отправить «дельфинов» преследовать мессиров и организовать сбор трофеев. И послать Курашим к бункеру. Селезень, идем за хабаром!

***

Принцесса на ходу вытащила земной смартфон, - Всем Гондурас! Враги в тоннеле, код четыре. Принцесса на подходе. С нами Сила Вселенной! – и, ловко убрав смартфон, остановилась перед закрытой на замок сарайкой рядом с лестницей. Когда Собин подошел, девушка со словами «Вэлком!» отодвинула дверь в сторону прямо с замком.

Игорь хмыкнул «понты наше всё» и вошел. В темном помещении виднелись полки с деревенским скарбом. Собин только собрался поинтересоваться, что они тут делают, как Принцесса приложил руку к ближайшей стойке и… выронила амулет. Нисколько не стесняясь, девушка подобрала и вновь приложила амулет к той же стойке.

Стойка легко отошла в сторону, на потолке загорелся светильник, освещающий спуск вниз за стойкой. Принцесса хихикнула, - Местные всегда в шоке, когда видят, что механизм работает без магии. Прошу вниз. - И застыла, - Слышу тебя, Сученыщ… Поняла… Поняла… Передам! Конец связи! - И пальчики застучали по уху, - Пальма! Это Принцесса! Срочно передай Командиру: в тоннеле три группы. В первой 10 человек… человек, это иномирцы. Так вот, первая группа идет в город чистить богатые дома. Вторая группа, тоже десять человек, поднимается к вам. Собираются засесть на Башне магов и контролировать город. Третья, семь человек, направляются к бункеру за заложниками. Мы идем туда! Да, скажи, что всё вооружены автоматами. Отбой!

Девушка сняла со стойки кинжальчик, повесила на пояс, затем дзинькнула связка метательных ножей, повешенная на грудь, а потом в руках Принцессы появился мини-арбалет на ремне, закрепленный на шее. Девушка спрыгнула в проем и там загорелся светильник, тени от которого исказили лестницу. Собин побежал вниз по лестнице.

Десятиметровый тоннель внизу был рассчитан на подростков, поэтому Тару пришлось накручивать глушитель и вешать кобуру на пояс в полуприседе. Закончив, Собин огляделся: в конце тоннеля с гладкими стенами его дожидалась Принцесса с арбалетом в правой руке и светящейся палочкой в левой. Игорь попрыгал, ничего не звенело и он пошел к дверям.

Девушка поднесла светильник к губам и зашептала, - Они уже там… Сученыш их контролирует…

- А почему Сученыш?

Принцесса отмахнулась от несущественного вопроса, - У благородных бастарды, у простонародья сученыши. Я сейчас свет выключи, вернее, переключу на синий, так что пойдем в темноте и тишине.

Собин кивнул и взялся за пистолет обоими руками. Свет погас и загорелся тёмно-синим. Девушка немного сдвинула дверь и прислушалась. Затем до упора завела дверь в стену, Собин выглянул. В темноте вдалеке слышался неразборчивый шум. Принцесса проскользнула в тоннель и опустила синий луч на пол. На полу высветилась полоса. Девушка шагнула по ней, но была перехвачена Собиным, который прошептал «Иди левее, не мешайся!» и сдвинул в сторону будущую невесту наследника.

Принцесса нервно топнула ногой, но двинулась, соблюдая правила. Игорь взвел курок, поднял пистолет до уровня глаз и пошел по полосе. Минут через пять она шагнула к Собину и прошептала «Сейчас справа вход в тоннель будет, по которому эти спустились».

Игорь кивнул, отодвинул барышню к стене и пошел приставными шагами. Буквально через два метра справа по стене забегал огонек фонарика, послышался шум. Собин шагнул.

В светлом пятне выхода из тоннеля здоровый мужик в форме танцевал на цыпочках и размахивал кинжалом. Игорь присмотрелся. Мужик пытался порезать кого-то над собой.

- Это его Сученыш душит, ненавидит он этих упырей…

Собин убрал пистолет в кобуру, схватил рукоять подаренного кинжала обеими руками и шагнул за поворот. Чтобы уловить момент, ушло несколько секунд. Наконец мужик повернулся к нему спиной и Игорь на выдохе засадил кинжал в шею на всю длину.

Мужик обмер и повис на удавке, с подрагивающих ног потекло с противным шуршанием. Неожиданно убитый свалился на пол, Собин наклонился и вытащил кинжал, обтер лезвие об одежду и выпрямился. На него снизу вверх смотрел пацан в местной одежде с окровавленным мини-ножиком и тяжело дышал.

- Это и есть наш Сученыш! Он у нас молодец, такого кабана завалил!

- Какой он Сученыш? Маугли, или хотя бы, бандерлог, раз так по потолку лазает. Пять секунд на хабар и идем дальше!

Собин отошел и прислушался. Из темноты тянуло табаком. Его хлопнули по спине, он обернулся. Бывший Сученыш повесил на шею ножны с трофейным кинжалом, Принцесса придерживала ремень висящего за спиной автомата. Заметив взгляд, пожала плечами, - Не знаю я, как из него стрелять, мне не показывали, и вернула Игорю лопатку.

Игорь вздохнул, - Упущение… Дальше идем тихо, так кто-то курит.

- Через сто тридцать шагов выход слева… сто тридцать моих шагов, - прошептала Принцесса.

Собин кивнул, - Идем прежним порядок, Маугли страхует, но без команды вперед не лезть, второй раз может и не повезти.

За следующим поворотом, в свете выхода из тоннеля, двое расслабленно курили, но не убирали руки с автоматов.

- Пятнадцать метров… И не подойти, сразу очередью всех срежут, - Собин показал Принцессе на ближнего, - Попадешь? - Принцесса посмотрела и кивнула.

- Тогда так: ты первая, я после тебя, Маугли на добивании. Начали!

Собин присел и оперся на колено. Навел пистолет, прицелился: шея второго было видно хорошо. Игорь взвел затвор и кивнул. Тихо свистнул болт, ближний схватился за шею и отшатнулся. Второй повернул удивленное лицо. Собин два раза выстрелил. Его мишень ударилась головой о стену и, оставляя кровавый след, сползла. Недобиток с арбалетным болтом попытался нацелить автомат. Но схватился за шею, висящий на ремне автомат ударил по пузу. Игорь вздохнул, - Опять тоже самое! Принцесса, ты почему физо с ними не проводишь? Задушить, как следует, не могут,- и побежал к недобитку с бунч-темоном в руке.

Девушка в спину щелкнула каблуками, - Исправлюсь, сир! – и побежала догонять.

***

Семен после сообщения Пальмы, что к ним идет десять диверсантов, схватил сумку с гранатами, показал собравшимся на лестницу, ведущую наверх, - Все туда! Воевать будем с верхотуры! – и подтолкнул к ступеням Пальму. К нему подскочил пацан из банды отморозков, Мелкий, так как был самым маленьким и худым из банды, - Вот! Масло. Полить и поджечь, - Мелкий пока еще говорил с ошибками, но было понятно.

- Понял. Лей и беги наверх. Твои где?

- Не знаю, они меня оставить и ушли. Масло последнему надо лить, оно обувь разъедает.

- Понял, - Семен огляделся, все ушли на лестницу, - Лей и идем!

Успели вовремя. Только все собрались у перил на следующем уровне, как снизу раздался мат на трех языках. Семен достал ЭФку. Мелкий замахал руками, - Это нет, надо быстро поджигать масло.

- Ну, давай, поджигай!

Мелкий хлопнул по предмету, похожему на тротиловую шашку и предмет вспыхнул. Пацан подошел к перилам, перевесился, чего-то радостно крикнул и швырнул шашку. Внизу полыхнуло.

Вдруг парня снесло с перил на пол, из груди пошла кровь. Мелкий вздрогнул и затих.

- Снайпер… - Семен присел и подошел к перилам: железные коробки подъехал ближе, на одной боец держал длинную винтовку. Откуда-то появился Шаман, произнес ругательство на шаманском и из его рук длинная сосулька понеслась к снайперу, ударил в коробку под ним и создала скульптуру «Мертвый снайпер на БТРе».

- Спасибо, отец! Я пошел готовить тризну Мелкому, нужны два добровольца на подстраховку! - Семен спустился по лестнице вместе с двумя земными школьниками.

Когда стрельба стихла и прекратились взрывы гранат, вниз по лестнице потекла толпа.

***

Гуля разогнулась и охнула, она не ожидала такого наплыва раненых. Девчонки Курашим, парни из городского ополчения, придворные из Эластоуна, хватало всех. А из всех магов, включая её недоучку, более-менее лечить могли четверо, да еще один помощник Шамана обеспечивал стерилизация помещения. Три девчонки из тех, кто попал сюда с Землю, могли только бинтовать, а шестеро горожанок, согласившихся помочь, только переносить раненых и убитых. Убитых набралось уже больше десятка, хорошо хоть смогли в углу установить амулет холода. Вдобавок только Гуля хоть как-то разбиралась в пулевых и осколочных ранениях.

Гуля пересчитала раненых, лежащих на тюфяках по всему помещению: двадцать восемь, посмотрела местных баб с детьми, наотрез отказавшихся уходить в Новый город (а вдруг их шмотки украдут). Эти … заняли столько места, хватило бы на половину лежащих. А еще неизвестно, с какой заразой они притащились! Гуля вздохнула и наклонилась к очередному осколку в животе.

Как-то неожиданно стихло и в тишине раздался хриплое присвистывание с придурошным «Сколько здесь телочек!». Гуля подняла голову – в дверях стоял амбал в незнакомом камуфляже и довольно оглядывал помещение. Рядом плюгавенький как-то гадко хихикал и пялился на местную малолетку.

Тара Гуля вытерла руки об уже нестерильное полотенце и шагнула к амбалу, - Что Вы здесь делаете? Здесь раненые!

- Не раненые, а пленные! А мы ваши конвоиры. И жить вы будете до тех пор, пока Мессир не распорядится вашей судьбой. Это если вы будете вести себя хорошо. А если плохо, то зачем Мессиру плохие пленники? Встали и пошли! Ганусь, веди их в порт, сортировка там будет.

- У нас есть тяжелые, они не могут идти.

- Либо вы их понесете, либо они останутся здесь. Встали и пошли, считаю до трех. Уже два.

Девушка-охранница Курашим с перебитыми ногами неожиданно метнула два ножа, сверкнувших в полете голубой искрой. Ножи зависли перед амбалом и грустно упали на пол. Амбал сочувственно зацокал, - Не получилось? Думали, у меня защиты нет? – и выпустил весь рожок в раненую.

И если вначале пули не пробивали амулет, то потом действие кончилось и тело девушки изрешетило. Местные с визгами забегали. Радостный Ганусь выпустил очередь в потолок, пока старший менял АК, - Тихо! Пока еще кого-то не грохнули.

***

Срубить голову получилось легко и быстро. Пока голова катилась к стене, Собин укоризненно посмотрел на Маугли, типа, «вечно за тобой доделывать приходится». Раздались выстрелы. Игорь повернулся к Принцессе, - Я туда, вы за мной, но не соваться, пока не дам команду или меня не убьют.

И побежал по коридору навстречу стрельбе. Перед входом в светлый бункер остановился и прислушался. Услышал противный голос и заглянул в проем. Увидел недомерка, размахивающего автоматом. Тело само среагировало: сделало шаг, вытащило и воткнуло бунч-темон в шею. В этот раз перерубить не удалось - лопатка застряла. Пришлось откинуть стоящий труп, вытащить ТТ и шагнуть в помещение.

Собин услышал щелчок и повернул голову. Увидел амбала, дернувшего затвор и нацелившего левой рукой ствол автомата на него, а правой вытаскивавшего что-то из разгрузки. Оба выстрела, как в кино, раздались одновременно. И если Собина откинуло на шаг, то у амбала просто повело ствол и оставшаяся очередь ушла в потолок. А потом то ли кончились патроны, то ли получилась осечка. Амбал отбросил ствол, вынул две эфки и с гримасой катнул обе к Собину.

- Ну, я пошел!

Вытащил откуда-то пистолет и, отступая спиной, вышел из помещения. Не думая, Игорь упал на гранату, вторую подтащил под себя и задержал дыхание. Взрыв и свет погас.

Поэтому Собин не видел, как Гуля установила красную сферу над ним, когда он лег на гранату, как девушки Курашим побежали к выходу и как резко остановились, увидев, как амбала душит Маугли, а Принцесса тыкает в убийцу ножом и кричит «Голову не трогай, нужно узнать, кто предатель!». И как раздался женский гул, когда Гуля убрала сферу, а под ней оказалась только одежда Собина, да его пояс с оружием.

ЭПИЛОГ 1

ЭПИЛОГ 1

Теплым осенним днем у ворот Нового города дежурил Старик. Откуда и почему он появился в Кинчеве, история умалчивает, жил он тихо, помогал вдовам по хозяйству, с голоду не умер, но и богатства не видел. Поселился за стеной в брошенной халупе, обустроил её, как мог и так бы незаметно умер, но началась Великая битва.

Старик сразу записался в ополчение. Дали ему копье, такое же старое, как и он и поставили к воротам «оборонять баррикаду», как сказали иномирцы. Старик не сплоховал, даже убил одного степняка. По правде, конный сам налетел на выставленное острие, но это не отменяет его смерти. А когда степняки озверели от гибели своих и поперли на баррикаду, не страшась смерти, Старик даже дважды спас своего десятника, в начале отбив копьем саблю, летевшую тому в грудь, а потом заслонив собой подскользнувшегося воина и тыча копьем в конника, хотевшего затоптать поднимающегося десятника.

Десятник, к слову, добра не забыл и даже добыл для Старика медаль, коей награждались все, защищавшие город. К медали прилагался домик в городе и теперь Старик считал себя богатым женихом, к тому же получавшим жалование, как городской стражник. Плохо было только то, что сегодня его отправили на ворота в Новый город и на обед придется идти в харчевню, ведь домой не успеешь, а с собой брать и обедать на посту иномирцы запретили.

Иномирцы… К ним у Старика было двойственное чувство. С одной стороны, были они требовательные, причем требовали то, что простой эрк по своей воле делать никогда не будет. А с другой, после их появления жить стало лучше. И город очистился и эрков понаехало куда, как много. И денежка у жителей завелась. Старик считал себя умелым городским мастером и даже кое-что откладывал после заказов, копил на свадьбу и ремонт дома.

С «федеральной трассы», еще одно название от иномирцев, обозвавших так дорогу от Эластоуна до Кинчева, к городу свернул прохожий с собакой. Старик глянул в смотрилку, иномирское название он никак не мог запомнить и присвистнул. Достал из-за пазухи бумагу с поминалками, прочитал пару раз, шевеля губами, и нажал амулет на стене. Тун Сергей распорядился сделать блокпост по иномирским правилам и Старику всё нравилось. И то, что можно было сидеть, а не стоять, и копье можно у стену поставить, и смотрилка и амулет, который соединил его с десятником и поминалки, которые он обязался выполнять, дабы не попасть на штраф.

Десятник откликнулся с задержкой, наверно, отходил по делам. Старик, как положено, доложил «к городу приближается некто. По цвету кожи эрк, но одет и держится, как иномирец. А еще у него барох. Жду указаний!».

Десятник, как обычно, долго не раздумывал, видимо, и у него была своя поминалка, «Держи амулет включенным, задержи его разговором, дежурный десяток наготове. И приготовь самострел, но не показывай!»

Чужак вроде и шел не быстро, но успел подойти к блокпосту, пока Старик разговаривал. Старик достал самострел из чехла, подвешенного под столом и вышел из-за мешков, прикрывающих его скамью, - Кто таков и с какой целью идешь в город?

- Джулик, ты видишь, как нас встречают – с хлебом-солью! Ладно, старик, из-за уважения к твоему возрасту скажу: зовут меня Павел Посудин и иду я к вашим иномирцам в гости. Надеюсь, что не только в гости. Всё, допрос окончен? Можно проходить?

Амулет со стены заорал «Старик, сейчас придет замена и ты поведешь туна Павела в дворец. И путь бароха на привязи держит – Анжела на улице». Павел хмыкнул «Во дворец, значит… Хорошо, что не в темницу» и пояснил Старику «У нас, на Земле, подозрительных личностей отправляют в темницу, а потом уже разбираются. Воду из Леса будешь?».

Старик пытался запомнить слово «личности», так что просто кивнул. Павел вынул кружку из бересты, такую же бутыль, сдвинул крышку, плеснул и задвинул обратно. Протянул Старику, - А Анжела, это кто?

Старик замер с кружкой у рта, - Это барох Сиятельной Тары Гулии, - и залпом выпил. По телу прокатилась освежающая волна, тело почувствовало себя молодым.

- Значит, Забибуллина Тарой стала? Молодец, одноклассница. Джулик, ошейник!

Барох заворчал, - А что делать? Народ тебя боится, вдобавок тут своя животина бегает. Когда познакомишься, тогда и сниму. Может быть.

Барох вздохнул. А Старик не смог устоять, ноги затанцевали, хотелось бегать по улице, как в детстве. Он выглянул в проем ворот, - О, уже идут. Сразу полдесятка! Пошли, тун Павел!

Сунул арбалет в чехол и бодро зашагал в распахнутые ворота. Пашке пришлось удлинить поводок Джулику до пары метров и догонять проводника.

- Это иномирцы придумали, мне нравится! – показал Старик на перекидной мост за воротами, на территории города, - А что? Враги радуются, что вошли в город, а тут – бац – мост на ту сторону перекинули, поставили и лучники стреляют по врагу из-за укрытия.

- И это нравится! Особенно когда дожди пойдут – Старик показал на каменный тротуар, на ладонь выше каменной же проезжей части. Даже магов наняли, чтобы после магии песок между камнями не вымывало. Теперь можно босиком ходить! Ребятня так и делает, когда взрослых нету. Сейчас подойдем к Площади Защитников, нигде такой нет! Почему нет? Потому что перед битвой на Площади поставили умершего иномирца, которого с собой привезли. А после Тара приказала всех погибших на площади захоронить, даже гепардов. А на следующий день они все стали Защитниками. Встали вокруг иномирца и смотрят во всех стороны, откуда, мол, враг нападет. А вот то, что дома заставили квадратами ставить, мне не нравится. И то, что все бордели из Нового города убрали – тоже. Нет, конечно, собрать все бордели в одном месте, это правильно. Шлюхам приходиться цену сбрасывать, но переться в такую даль…

Джульбарс на бегу обнюхивал тротуар, а Пашка размышлял. «Почему никто из наших его не встретил?»

- А почему город пустой?

- Так иномирцы разъехались: половина с туной Принцессой и придворными в Эластоун уехала, говорят, Сиятельный Тар с супругой нашлись живыми, они в подземелье прятались. А сейчас, вроде, свадьбу будут организовывать. А половина с туном Анатолием «питницу» какую-то решили сделать, пока за ними не приехали. А городские работают, кто в лавках, кто трактирах, кто в магазинах. Тара Гулия очень строго относится к праздно гуляющим днем… А народ захотел на Площади поставить Сиятельного Тара, а Тара отказалась, говорит, что он живой, но народ надеется, что одумается и разрешит…

- Неужели погиб?

- А что, тун, ничего не слышал?

- Я сюда прямо из леса, не в курсе.

- Тогда слушай: седьмицу назад здесь… ну, не здесь, а за Старым Кинчевым была Великая битва. Какие-то мессиры хотели в Эластоун пройти, дабы вместо тамошнего Сиятельного Тара править. Врать не буду, разное говорят. Одни, что главный мессир сам хотел во дворце жить, другие, что кого-то хотел поселить, а править сам собирался, но решили эти мессиры Кинчев снести до основания. А Тар Игорь воспротивился. Сказал «Это мой город и какие-то мессиры через него не пройдут». И тут такое началось! И маги в город стрелы пускали! И иномирцы из своих далеметов стреляли, но не смогли город взять. Тогда главный мессир отряд запустил. Нашелся один купец, завистливый и жадный. Посулили ему золота за то, чтобы указал тайный путь. И пошли они подземельем, но Тар Игорь увидел это, послал Несравненную Курашим с её непобедимыми девами-воительницами защитить город, моему десятку велел сзади нападать, отвлекать ворогов от дев, а сам с туной Принцессой ушел защитить от нападения раненых воинов да простых жительниц Кинчева. Узнали мессиры, где подземный лазарет стоит, в котором сама Тара Гуля со своими магами лечит и решили её захватить, чтобы обменять город на любовь Тара Игоря. Но не тут-то было! Убили всех ворогов Тар Игорь с туной Принцессой, а последний, чтобы не мешали ему сбежать, кинул в лазарет амулет необычайной силы, называемый «бонбой», чтобы Тара Гуля погибла, а Тар Игорь умер с горя, но Тар спас всех живых, а сам вознесся на Небо, дабы оттуда следить за порядком в городе. Узнав об этом, осерчал тун Семен и со своими воинами могучим ветром кинулся на врага. И устрашился враг и исчез, видать в пыль превратился. Хотел мой десятник помочь туну Семену, но тот строго-настрого велел десятку остаться в городе. А еще глоток можно, а то горло пересохло?

Пашка плеснул в кружку живительный напиток и передал Старику, - А потом что было, после битвы?

- Горевали все, сильно горевали! Маги предложили иллюзорного Защитника поставить, а потом заменить, когда тело найдется, Тара Гуля наотрез оказался, а тун Анатолий сел на корабль и уплыл в синее море залить свое горе своим волшебным напитком. А вчера Тара велела отправить к нему лодку со своими иномирцами и Миледи Анталией, чтобы они вернули туна, дабы он продолжил управление городом. А это дворец Тары!

Дворцом было трехэтажное здание в стиле дворянских поместий 19 века с красивым парком. Джулик напрягся и стал вынюхивать воздух.

- Кто такие? – раздалось из воздуха.

- Маугли, это Старик из охраны. Десятник велел отвести туна Павела во дворец.

- С барохом?

- Вот именно!

- Я сообщу Таре!

Из того места, которое нюхал Джульбарс, появился непропорционально сложенный паренек: дленный, худой, но с накачанными руками. Он с подозрением оглядел пришедшую компанию и пошел во дворец.

- Это Маугли, он помог Тару убить ворогов, - почему-то прошептал Старик.

Из дворца донесся шум, потом к ним на барохе прискакала элегантная женщина. Чужой барох встал в трех метрах и зарычал. Джульбарс зарычал в ответ. И женщина и Пашка начали успокаивать животных. Павел вгляделся, - Забибуллина?

- Пашка! Командир! Живой! Вернулся!

Гуля подбежала и расцеловала Пашку. Потом сникла, - А у нас тут такое…

- Знаю. Когда Хозяин меня сюда отправил, то сказал «Когда придешь, скажи им, что знаешь, как открыть портал, которым плохие иномирцы ушли. И что Сиятельный Тар жив. Знаешь, по-моему, Джульбарсу твоя бароха приглянулась. Отпустим их на свидание?

- Ну, не знаю. Моя Анжела такая разборчивая, ей никто из «тигров» не глянулся. Анжела, покажешь гостю парк?

И пара барохов молча скрылась в зелени парка.

ЭПИЛОГ 2

ЭПИЛОГ 2

Собина ломало после взрыва. Болели не только кости и мышцы, но даже ногти. Сколько это продолжалось, он не понял: пять секунд или пять часов, но, наконец, боль прекратилась, но пересохло горло. Когда Собин оклемался, то с удивлением понял, что плавает в воде. Он попытался посмотреть, но ничего не увидел в темноте.

- Вроде это уже было… Или я в аду? - подумал Игорь и вытянул руку. Боль пронзила руку от плеча до пальцев, но он смог дотянуться до каменной стенки, - Ага, подумал Игорь Вадимович, а там что? - он вытянул вторую руку, боль была уже поменьше, - И там стенка. Логично подумать, что я в купели. Или каменном «лягушатнике». А если встать? – Собин опустил ноги, глубина оказалась по пояс и медленно начал подниматься. Ноги и руки не чувствовались. Собин стонал и матерился, но по миллиметру поднимался.

Когда он выпрямился – его трясло и шатало. Удивительно, но над водой было светлее. Ненамного, но было видно, что размер купели, над которой поднялся, составлял всего два на полтора и что топчан в трех шагах от купели.

Собин после, наверно, сотой попытки смог вылезти и дойти до топчана, на котором благополучно вырубился.

Утро оказалось добрым: рядом со спальным местом стоял столик, на котором кроме аккуратно сложенного комплекта одежды находился разнос с едой. Ну, как «с едой»: кувшин с киселем и какая-то каша, но как говорит народная пословица «на безрыбье и рака съешь». Что Собин и проделал в считанные минуты. Потом северный зверек помогал одевать одежду: руки не трогались, ноги не поднимались. Но, благодаря чьей-то матери, удалось одеть рубаху и штаны и вспотевшим шлепнуться на топчан. И тут-то Игоря пробило по-настоящему.

В дальнем краю пещеры (а то, что в пещере, Собин понял по отблеску камней вокруг) на высоте двух метров от купели, веселым зеленым цветом светились большие, в чашку, глаза. Непонятно чьи, но наблюдали за человеком с интересом. Игорь прокашлялся, - Доброго времени суток! Я правильно понимаю, что Вы мой спаситель? Если так, то благодарю за спасение, ванну и завтрак. Если нет, то прошу передать мою благодарность спасшему меня. И меня очень интересует, с какой целью это сделано. В смысле, что со мной будет дальше?

По нервам шибануло скрипом несмазанного железа. Похоже, хозяин пещеры так смеялся. Потом заговорил голосом автоответчика, в смысле, металлическим голосом, но уже без скрипа, - Твоя жизнь, тебе и решать, что будет дальше.

- Ладно, с этим не поспоришь. Может, присядешь за стол – выпьем, поговорим, по-человечески.

Хозяин снова заскрипел, точнее, засмеялся, - Не помещусь я за этот столик. Но, спасибо! А поговорить… спрашивай, чего хотел?

На столике появился кувшин с горячим взваром и кружка. Собин плеснул в кружку, попробовал, одобрительно кивнул, - Прямо, как Лизка делала. Магия! Люблю такую магию!

- Магия для короткоживущих – такой уровень технологии, о котором они не имеют ни малейшего представления. Этот взвар на самом деле делала эта… Лизка.

- Послушайте, а как к тебе обращаться?

- Хм… Зови меня Изначальный.

- Понятно. Значит, Изначальный. В моем мире, по крайней мере сейчас, большинство людей ничего не делает просто так. Отсюда мой вопрос: почему ты меня спас? В битве столько эрков погибло, я что, особенный?

- Угадал, особенный. Почему не скажу.

- Хорошо, я особенный, меня спасли, вылечили, одели, накормили. Как я смогу отблагодарить за всё это и когда смогу отсюда выйти?

- Когда долго живешь, постепенно начинаешь скучать, ведь все бесконечно движется по кругу. А ты меня удивил, это одна из причин твоего спасения. А выйти отсюда? Когда захочешь, тогда и выйдешь. Я тебя не держу.

И глаза потухли. В пещере сразу стало пусто. Собин сделал глоток и пожал плечами, - По крайней мере, я могу выйти. Осталось только найти выход…

А дальше потянулись тяжелые будни: растяжка, водные процедуры в купели с обдумыванием последующих телодвижений и сами телодвижения.

Нашел место слива из купели – отверстие внизу по которому вода сочилась в отверстие с форточку. Попытался обойти пещеру – оказалось глухой размером сорок два шага на пятьдесят шесть. Потом мысли закончились и Собин начал бесконечно отжиматься.

Истязание помогло – Игорь вспомнил, как Гуля учила его включать магическое зрение: равномерно дышать, выдох окрашиваем в желтый цвет. И помогло: его желтый выдох попал в воздушный поток, тянувшийся к боковой стене. Собин подбежал к ней и вначале попытался ощупать, на предмет рычагов или клавиш, потом подышал – воздух тупо уходил в стену.

Запсиховав, Собин стал молотить по стене со всей силой, стена устояла, а кулаки разбились в кровь. Боль напомнила предыдущий случай, когда Собин на кровати угощал Гулю после ночного процесса какими-то ягодами из глиняной тарелки,

Неожиданно вошла Лизка с разносом, полным всяких закусок к вину, которое она тоже принесла. От неожиданности Собин выронил тарелку, упал с кровати и наступил ногой на разбившуюся тарелку. Кровь хлынула из подошвы. Лизка ахнула, каким-то чудом сумела не опрокинуть разнос, а поставить на край кровати и кинулась за аптечкой.

А Гуля… Гуля насмешливо посмотрела на мужа и произнесла в потолок, - Надеюсь, что Сиятельный Тар сможет вылечить эту царапину магией. Всех делов-то поднести руку и сформировать на ней красное излучение. Этот цвет не только убивает инфекцию и останавливает кровь, но и помогает срастанию кожи в порезах без образования шрама. Тогда Собин пытался минут пять, но не смог. Любимая смилостивилась и сама залечила рану.

Собин напрягся… но красное излучение над рукой не образовалось. Он зарычал, вгоняя себя в психоз – не помогло. Тогда Игорь успокоился, медленно задышал, боль уменьшилась и Собин представил, что выдыхает пламя, которое мягко сушит раны и исцеляет кулаки. И кровь остановилась. И потемнела, как в старом порезе. А Игорь боковым зрением заметил на стене контур ладони, начинавший светиться от его дыхания.

Собин собрался с мыслями и силами, подошел к стене и положил ладони на исчезающие контуры. Долгие десять секунд ничего не происходило. А потом в стене засветилась дверь. Не убирая от стены руки, Собин головой толкнул дверь, а она распахнулась и открыла вид на дневную степь.

Игорь не успел собраться с духом или испугаться, как тело само сделало шаг к отрытой двери и он вышел в степь. И увидел вдалеке Новый город. И заулыбался.

Собин повернулся к Первоначальной горе и поклонился, - Спасибо, тебе, Изначальный. За то, что спас, за подсказки, за твои апартаменты. Веселых тебе лет!

Спасибо за чтение

Вернуться к книге